Аннотация

НЕБЕСНЫЕ ТЕЛА

Серия: Небесные тела. Книга 1

Автор: Имани Эрриу

Переводчик: Siberian_forest

Редакторы: Siberian_forest, Marina_lovat,

Gosha_77

Переложение для группы https://vk.com/booksource.translations

При копировании просим Вас указывать ссылку на наш сайт!

Пожалуйста, уважайте чужой труд

Аннотация

В мире, где правят Звёзды - жестокие и беспощадные боги - Элара была проклята судьбой. Пророчество гласит: она влюбится в Звезду, и это погубит их обоих.

Но когда одна из Звёзд сходит с небес, чтобы посеять хаос в королевстве Элары, она вынуждена бежать в соседнюю страну в объятия своего врага.

Постепенно она узнает всё больше о своей собственной магии и глубине обмана Звёзд, но также знакомится со страной, в которой находит убежище, и принцем, который вынужден обучать её искусству боя.

Нечто тёмное зреет внутри Элары... сила, сотканная из ночи и теней, которая умоляет выпустить её на свободу.

Небесные тела (Небесные тела - 1)

Моей сестре Алессии, которая создавала миры вместе со мной с тех пор, как мы были маленькими девочками.

Небесные тела (Небесные тела - 1)

Небесные тела (Небесные тела - 1)

Звёзды

Звёзды

Ариэт — звезда-покровитель Перса, бог гнева, войны, хаоса и вулканов. Другие имена: "тиран".

Торра — звезда-покровитель Афродеи, богиня сладострастия, красоты, земных наслаждений и измен. Другие имена: "соблазнительница".

Джем и Эли — звезды-покровители Кастора, бог загадок, хитрости и знания, богиня коварства и обмана. Другие имена: "сладкоречивые".

Канция — звезда-покровитель Алталуны, богиня боли, эмоций и озёр. Другие имена: "рыдающая богиня".

Леон — звезда-покровитель Гелиоса, бог гордости, искусств, пророчеств и сам Свет. Другие имена: "высокочтимый Владыка Света".

Верра — звезда-покровитель Верде, богиня плодородия, брака и разложения. Другие имена: "девственница".

Лиас — звезда-покровитель Конкордии, бог любви, справедливости и лжи. Другие имена: "прекрасный лжец".

Скорпиус — звезда-покровитель Нептуны, бог зависти, океанов и ядов. Другие имена: "беспощадный".

Саджитон — звезда-покровитель Каоса, бог вина, безумия и экстаза. Другие имена: "гуляка".

Капри — звезда-покровитель Песков Грешников, бог жадности, денег и торговцев. Другие имена: "дьявол".

Аквирия — звезда-покровитель Светы, богиня невзгод и льда. Другие имена: "злополучная Дама"

Писция — звезда-покровитель Астерии, богиня страха, кошмаров и сама Тьма. Другие имена: "спящая Богиня".

Небесные тела (Небесные тела - 1)

Глава 1

Элара умела путешествовать по снам столько, сколько себя помнила. Некоторые из них были адово-чёрными, жестокими кошмарами, другие — в цветах фруктового мороженого и заполненные облаками — фантазии невинных людей. А ещё были плоские коричневые сны, похожие один на другой, и пророческие сны с запахом ладана, что приходили только к избранным.

Она оказалась в пространстве сна гелионца. Она это точно знала. Цвета во сне этого человека были насыщенные и яркие, воздух сухой и горячий. Это было так не похоже на прохладные и тёмные сны, с которыми она была хорошо знакома. Элара увидела сильное и упругое тело с мечом в руке, которое сражалось против чего-то. Но когда она подкралась ближе, то увидела, что его окружают тени, нападают на него, и вот он уже зовёт на помощь, а они начинают медленно его душить.

Она резко проснулась, чувствуя в теле знакомое изнеможение — верный признак того, что она снова ходила во снах. Холодный ужас сковал её внутренности, но затем впечатление ото сна прошло, сменившись реальностью. Телега подпрыгнула, и плащ, в который она пыталась завернуться, слетел с неё. И снова они. Воспоминания вонзили свои когти в нутро Элары, и её тело охватили печаль и страх. Она путешествовала по королевству Астерия уже целый месяц. Эта поездка должна была занять всего пару дней. Однако ей не хватило и месяца, чтобы понять, что произошло, и почему она ехала по этой непроторенной дороге. Её плечи болели от напряжения, глаза опухли от слёз, лицо было перемазано грязью. Она не хотела задерживаться в тавернах слишком долго из-за страха быть узнанной. Эларе повезло, что она ушла так далеко. Чем дальше она продвигалась в горы, тем меньше был риск, что её заметят.

"Еще пара дней", — сказала она себе.

И тогда она сможет пересечь границу и вздохнуть свободнее. Она откинулась на деревянную стенку телеги и, стараясь не замечать стук капель дождя, падающих на матерчатую крышу, начала есть яблоко, найденное в глубокой бочке, стоявшей рядом с ней.

"Вот такая она — «роскошная» жизнь безбилетного пассажира», — с усмешкой подумала она.

Перед побегом у неё хватило предусмотрительности написать письмо королю Гелиоса, в котором она практически умоляла предоставить ей убежище. На протяжении многих веков их королевства были непростыми соперниками друг для друга. Они всё время воевали и играли в тактическое перетягивание каната на границе, проходящей между ними. И эту ситуацию ещё больше усугубляло противостояние их магий, которые были противоположны друг другу по самой своей природе. В её животе затрепетали знакомые бабочки при мысли о новой жизни.

Она почувствовала, как телега резко остановилась, и услышала голоса снаружи.

— Чёрт, — шепнула она себе под нос и присела за бочкой с яблоками.

— Не возражаете, если мы обыщем телегу, сэр? — произнёс голос с явным акцентом, характерным для жителей астерийской окраины.

— Конечно, нет, — ответил возница. — Здесь только фрукты, — усмехнулся он.

Элара напряглась, присела ещё ниже и нащупала рукой кинжал на поясе — единственное оружие, которое она успела схватить во время своего отчаянного побега. Она услышала, как распахнулась ткань навеса.

Слабый свет начал просачиваться в телегу, в которой не было ничего кроме незначительного количества фруктов. Солдаты медленно прошлись взглядами по телеге, но затем раздался громкий стук снаружи, и телега снова пришла в движение. Воздух вокруг пошёл рябью, и Элара упала на пол, тяжело дыша. Она редко пользовалась магией, если только это не было необходимо. Создание иллюзий всегда её истощало, а это означало, что она не сможет колдовать ещё пару недель. Это был самый сильный её дар. Среди астерийцев было редкостью обладать всеми тремя, и её мать что только ни пробовала, чтобы их отменить.

"Пробовала", — напомнил тихий голос в её голове, и она снова почувствовала, как её захлестнуло волной горя.

Самым распространенным магическим даром среди астерийцев было управление тенями — способность манипулировать тенями и Тьмой. И ещё создание иллюзий. А вот путешествия по снам... это был редкий дар. Но он давался ей настолько естественно, что когда она была моложе, ей казалось странным, что другие не могли делать то же самое. И она пыталась не замечать завистливые взгляды, которые сопровождали её, куда бы она ни пошла. Но чем старше она становилась, тем сложнее ей удавалось управлять снами, и в итоге она потеряла всякий контроль над реальностями, в которых оказывалась.

После очередного толчка Элара очнулась от раздумий, поудобнее устроилась на жёстких досках телеги и стала следить за дорогой. Проделав кинжалом дырку в ткани навеса, она легла и стала наблюдать за проносящимися мимо пейзажами. Когда лавандово-серые утренние краски сменились сумерками цвета индиго, она увидела храм Звезды Писции, возвышавшийся впереди. Они приближались к границе королевства.

Знакомое чувство негодования возникло у неё в груди, когда она посмотрела на храм. С его меловыми белыми колоннами, тянувшимися высоко в небо, и слишком плавными и аккуратными линиями он так не подходил Астерии. Он был слишком кричащим, постоянным напоминанием о власти Звёзд над их миром. Стены храма были выложены серебряником — кристаллом, который приписывали звезде-покровительнице Астерии.

Об этой Звезде не осталось почти никаких преданий, так как знания о ней были утрачены с течением времени, в то время как другие Звёзды продолжали жить в мире Элары. Даже способности этой Звезды вызывали много вопросов. Некоторые говорили, что она была покровительницей тьмы, другие утверждали, что она была самим воплощением страха. Элара помнила только одну легенду, которая не давала ей спать неделями, когда она была маленькой девочкой. Согласно ей, тому, кто переходил дорогу Писции, являлись все самые ужасные кошмары, которые не переставали преследовать человека до тех пор, пока тот не превращался в пустую затравленную оболочку и не умирал.

Её называли "спящая богиня". Та самая богиня, которую не видели в течение многих веков. Та самая богиня, что отсутствовала, когда Астерия так отчаянно в ней нуждалась.

В голове Элары начали всплывать образы: крики её родителей, сверкающая кровь на мраморных полах и безумный смех вместе с красными глазам. При этих воспоминаниях Элара закрыла глаза и попыталась отключить эмоции. Снова, снова и снова. Как учила её мать.

— Ты слишком остро чувствуешь, дорогая, — шептала она ей в детстве. — Тебе надо научиться подавлять ощущения.

Вдох, и видения исчезают.

Она заставила себя сосредоточиться на кинжале до тех пор, пока они не проехали храм, и начала осторожно потирать кристаллы, которыми была инкрустирована рукоять. Лазурит для мудрости и мелкие аквамарины для меткости. Овальный серебряник перламутрового цвета располагался по центру, помогая ей следовать за своей интуицией. А по краям — россыпь лабрадорита для защиты. Сейчас она потирала лабрадорит, молясь о защите, которая была ей так необходима.

Когда освещение поменялось, она инстинктивно поняла, что они достигли границы. Она подползла к проделанной дырке и ахнула. С её стороны она увидела длинную вереницу фургонов и телег, нагруженных товарами, следующих в сторону границы. Астерия купалась в лиловом свете, а звёзды на небе — отражения богов, которые гуляли между их миром и небесами — сверкали над ней. И ей подумалось, что небо как будто покрыто синяками. Оттенки серого и сапфирового перетекали в лавандовый и розовый. А далее, там, где атмосфера как будто разрывалась надвое, начинались небеса Гелиоса.

Золото. Небеса цвета полированного золота, абрикоса и густого румянца дрожали от жары и блестели. Она легла на шершавый настил телеги и широко раскрыла глаза. Она никогда раньше не видела Гелиос, и лишь слышала истории о том, как сильно отличалось здесь небо. Но истории не передавали всей его красоты. Ей казалось, что кто-то выдавил из тюбиков солнечные лучи и раскрасил ими небеса.

"Само воплощение Света", — подумала она.

Полная противоположность стихии её народа. Она продолжила смотреть в свою дырку, следя глазами за тем, как меняются цвета, возвещающие о начале новой жизни, которая её ожидала.

До столицы, города Сол, им оставалось ещё несколько часов, и когда они пересекли границу Гелиоса, Элара глубоко вдохнула, словно это был её первый вдох за последние несколько недель. Воздух здесь был совсем иным. Плотным и горячим. И здесь было гораздо более шумно, чем в Астерии. Суета среди возниц, съезжающихся на рынок, детский смех и сплетни женщин доносились до неё в то время, пока они ехали в сторону города. Здесь даже пахло по-другому. До неё донеслись запахи экзотических цветов, ароматных специй и свежевыстиранного белья.

Она уже решила, как ей попасть во дворец. Но более насущной проблемой было выбраться из телеги незамеченной и пройти через огромную столицу Гелиоса. За свои двадцать три года она узнала достаточно о расположении земель в Селестии, но эти двадцать три года она провела в пределах своего королевства, которое никогда не покидала. Её знания географии позволяли ей передвигаться только в его границах. А вот путешествие по чужой стране? Это была совсем другая история.

Перемещаясь шатающейся походкой внутри раздолбанной телеги, она дошла до выхода. Её взору предстало золотистое сияние этого нового места, и она прищурила глаза.

— Неужели я когда-нибудь смогу к этому привыкнуть? — пробормотала она себе под нос, прикрыв глаза рукой.

Согласно её расчетам, они приближались к рынку, а значит, ей нужно было разработать план побега — и быстро.

Она присела и приготовилась к тому, чтобы создать иллюзию, если повезёт. Сделав глубокий вдох, она попыталась переместить свою силу из центра к кончикам пальцев, но почувствовала знакомую холодную пустоту. Всё ещё не восстановилась. Она сжала зубы и ругнулась. Какой смысл обладать магией Трёх, если она не может использовать свои дары, когда это необходимо? Она прищурилась, ожидая идеального момента, и когда телега замедлилась, прыгнула.

Элара приземлилась на ноги, точно кошка, и побежала в тёмный переулок, который сворачивал влево. Там она остановилась и поправила капюшон и плащ. Он казался тяжёлым в этом жарком месте. Она испуганно огляделась. Она специально его надела, чтобы не вызывать подозрений, но все прохожие были одеты в хлопковые одежды, короткие и без рукавов. Она не смогла бы выглядеть более подозрительно, даже если бы попыталась. Но ей нельзя было рисковать. Нельзя, чтобы её узнали. Ей надо было найти дорогу во дворец. Стараясь не отходить от стены, она пошла по мощёной улице, где её тут же атаковала масса запахов. Она узнала специи и резкий аромат лайма, которые так отличались от запахов её дома. Она решила насладиться этим моментом и впитать в себя атмосферу города, как вдруг услышала группу пьяниц позади себя. Они шумели и горланили песни, что заставило её ускориться.

— А что у нас тут за загадочная дама? — крикнул один из них своему другу.

Она закатила глаза и продолжила идти, стараясь держаться в тени.

— Разве ты не знаешь, что не отвечать это грубо? — крикнул ещё один ей в след.

Она услышала, что их шаги ускорились, и её охватила паника. Ей это было совсем не нужно. Она нашла углубление в стене и нырнула в него, испустив вздох облегчения. Придя в себя, она развернулась. Резкий запах алкоголя и кислого пота ударил в нос, когда она оказалась лицом к лицу с одним из пьяниц. У него не хватало зубов, а его рубашка трещала по швам. На одной щеке красовалась метка пирата. Все её внутренности сжались, говоря ей о том, что нужно уходить прямо сейчас.

— Очень грубо с твоей стороны игнорировать комплименты.

Когда он подошёл ближе на шаг, она потянулась к кинжалу, который был спрятан у неё под плащом.

— Очень грубо с вашей стороны так плохо пахнуть и портить мне настроение, — ответила она, собрав всю свою смелость.

Его губы растянулись в улыбке и, сделав ещё один шаг вперёд, он крикнул себе за спину.

— Ребятки, похоже девчонка остра на язык. Будет весело.

Она вздохнула и отступила к стене.

— Я даю вам последний шанс остаться джентльменом и уйти, — сказала она, и в её глазах сверкнула сталь.

— Кем ты себя возомнила? — зарычал он, и она услышала, шелест его штанов.

Она сглотнула и заставила себя успокоиться.

"Ни один человек не может ясно мыслить во время шторма", — напомнила она себе.

— Маленькая богатенькая сучка, — рявкнул он.

Грязными руками он начал тянуть за ткань её плаща, раскрывая его. Его губы приблизились к её шее. Так близко, что она почувствовала его прогорклое дыхание. А затем он провёл своим гнилым языком по её горлу.

— Думаю, мне это понравится.

— Ладно, — вздохнула она. — Но запомни, что я этого не хотела.

Он согнулся пополам и начал хрипеть, получив от неё коленом в промежность. Легонько наподдав ему ногой, пока он не успел встать, она достала кинжал, который приставила к его к шее, и склонилась над ним.

— Пожалуйста, — застонал он.

— Кажется, ты хотел услышать от меня именно этот звук? — прошептала она. — Тебе нравится охотиться на молоденьких и невинных девушек?

Кинжал ещё сильнее прижался к его натянутой коже, на которой уже выступили капельки крови. Он начал извиваться под ней.

— Думаю, мне это понравится, — проговорила она, сделав глубокий вдох и закрыв глаза.

Она снова попыталась почувствовать свою магию и, сжав зубы, приложила всю силу воли, чтобы пробудить её — чёрные щупальца кошмаров, которые, как она думала, достались ей от Писции. Она вытянула их на поверхность, чтобы наполнить мужчину под ней почти осязаемым ужасом его самых глубинных страхов. Она раскрыла глаза и заставила их наполниться магией кошмаров, заставила свои тени вытянуться вперёд и рассеяться перед ним. Она не знала, что он увидел, когда посмотрел на неё. Ей было неведомо, что видели её жертвы. Она только знала, что они испытывали такой дикий ужас, что не могли даже пошевелиться. Она почувствовала лёгкий запах аммиака, когда он описал свои штаны.

А когда воздух наполнился леденящим кровь криком, она зажала ему рот рукой. Слёзы потекли по его лицу, и он начал трястись под ней, истерично молясь.

— Это за каждую женщину, на которую ты охотился, за каждую девушку, к которой ты приставал и у которой что-либо забирал, не спросив разрешения. Я знаю таких, как ты. Они шныряют по всему моему королевству. И я делала с ними то же самое.

Она наклонилась вперёд, и ощутила запах крови, гниения и пота.

— Я выдавливала из них самые ужасные слёзы. И если ты или твои люди хотя бы попытаются напугать какую-нибудь женщину, ты будешь молить об этих кошмарах. Потому что они ничто, по сравнению с тем, что я с тобой сделаю.

Его глаза в ужасе округлились, а она спрыгнула с него и развернулась. Его рот раскрылся, и из него закапала слюна, а сам он начал раскачиваться туда-сюда. В мгновение ока она отозвала свою магию и встала. Люди незнакомца, ошеломлённые, стояли чуть поодаль в переулке, и когда она проходила мимо них, то холодно им улыбнулась и вытерла кинжал о внутреннюю сторону плаща.

— Кто ты, мать твою, такая? — выдохнул один из них, глядя на неё глазами, полными ужаса.

— Всего лишь маленькая богатенькая сучка, — она улыбнулась и стала неторопливо удаляться от них вниз по переулку.

Глава 2

Элара запетляла переулками, а затем прижалась к стене и согнулась пополам, когда остатки самообладания покинули её, а конечности ослабели. Она подавила дрожь в руках и отогнала от себя ощущения, оставленные гнилым языком мужчины. Прижавшись к стене, она сделала глубокий вдох, а затем ещё один. Иллюзия страха, которую она создала, дорого ей обошлась. Запасы её магии истощились до минимума. Она была близка к выгоранию, она это чувствовала.

Заставив себя собраться, она встала, прижавшись рукой к прохладному белому камню для равновесия. Она поморгала, чтобы отогнать чёрные точки, возникшие перед глазами, и посмотрела на небо. Свет угасал, окрашивая небо в более глубокий бронзовый оттенок. Она выругалась себе под нос.

Было уже очень поздно, а ей ещё надо было успеть на встречу. Она ускорилась, устремившись обратно в сторону центральных улиц города. Теперь, когда день клонился к вечеру, там сделалось тише. Поскольку у неё не было денег на лошадь, она знала, что ей предстоит длинный путь до дворца, но ей сказали, что она его точно не пропустит.

Она пошла по главной улице, и её грязные туфли глухо застучали по дороге, в то время как она всё пыталась заглушить события сегодняшнего дня. Она чувствовала, как пот струится по её спине и фантазировала о прохладной освежающей воде. Прошло уже несколько недель с тех пор, как она принимала ванну или нормально ела, и она схватилась за эту мысль, когда наконец-то дошла до подножия холма и приблизилась к дворцу.

Увидев строение перед собой, она раскрыла рот от удивления. Шпили тянулись до самых облаков, утопая в золоте и отбрасывая на землю мерцающие блики. У входа возвышались массивные колонны, расписанные замысловатыми сценами великих Небесных войн. Водопад цвета меди и бронзы, который, казалось, занимал всю ширину дворца, низвергался позади цитадели, наполняя рёвом её уши. Она никогда не видела ничего подобного. С замиранием сердца она стряхнула с себя усталость и побежала по извилистой дорожке к воротам, у которых нерешительно остановилась. Ворота охраняли два резных льва, каждый в пять раз превышающий рост Элары. Стражи застыли, раскрыв пасти, и она поймала себя на том, что хочет прикоснуться к золотистой коже каждого из них, настолько живыми они выглядели.

— Могу я вам помочь?

Она подняла глаза и заметила стражника, который с презрением смотрел на неё. Тон его голоса заставил её вздрогнуть.

— Да, можете.

Она отошла ото льва.

— У меня назначена встреча с королём Идрисом.

Стражник осмотрел её и залился громким смехом.

— У тебя?

Он с сомнением оглядел её грязное лицо и заляпанный кровью плащ. Элара сжала челюсти. Вздохнув, она выпрямилась в полный рост, расправила плечи и откинула капюшон. Она смерила стражника таким высокомерным взглядом, что тот покачнулся, и улыбка исчезла с его лица. Даже несмотря на грязь и изнеможение, от неё исходила энергия, которая требовала уважения. Её губы сжались, когда она передала ему смятое письмо. Это была копия письма, которое она написала в ту ночь, когда покинула Астерию. Он бегло его прочитал, и поспешно извинившись, открыл ворота.

Он пошёл таким быстрым шагом, что ей пришлось побежать, чтобы не отставать от него. Пока они спускались по прохладному мраморному коридору, ей едва ли хватало времени, чтобы оценить красоту дворца, и она расстроенно фыркнула, когда стражник продолжил бежать по коридорам.

— Его Величество в тронном зале, — крикнул он ей через плечо. — Он ожидает вас.

Вместо ответа она испустила вздох, стараясь не отставать от него.

— Сюда.

Стражник остановился перед громадными дверями, украшенными позолоченными цветами и переплетёнными стеблями. И в последний раз бросив на неё нервный взгляд, он, наконец, открыл двери.

Элара сделала пару осторожных шагов вперёд и остановилась. Тронный зал был похож на пещеру. Потолок и стены были украшены великолепными фресками, рассказывающими историю Гелиоса. Она увидела печально известную битву между древними крылатыми львами Гелиоса и ангелами Светы, а ещё схождение Леона — их Звезды-покровителя, олицетворяющей Свет. Она прищурилась, заметив фреску, изображавшую Войну Тьмы. Король Гелиоса был представлен на ней великим спасителем, который оттеснил армию астерианцев с помощью своего света.

Сжав челюсти, она оторвала взгляд от картин, и оглядела помещение. В центре находился небольшой бассейн, по краям которого росли цветы персикового цвета. Она уловила их запах. Тропический и сладкий. А затем в самом дальнем конце зала она увидела того же самого короля, изображенного на фреске, который сидел на троне. Справа от него сидела фигура, которую он слегка загораживал собой. Сделав глубокий вдох, Элара пошла вперёд. Звук её шагов эхом разнёсся по мраморному полу. Казалось, прошла целая вечность прежде, чем она достигла их. Она встала на колени и опустила глаза в пол.

— Король Идрис, — сказала она, низко склонив голову. — Благодарю вас за то, что вы удовлетворили мою просьбу о встрече в столь сжатые сроки.

Она осмелилась взглянуть на него и увидела прямо перед собой внушительную фигуру. Его кожа была оливкового цвета, ноздри раздувались, словно в насмешке. Было заметно, что он стареет; она видела, в каких местах когда-то были мускулы, заработанные в тех печально известных битвах, о которых она слышала. Но их сменило брюшко. Его чёрные волосы были зализаны назад, обнажая приподнятые брови, а от его глаз, которыми он смотрел на неё, веяло холодом. Они были золотыми, как осколки стекла. Пустыми, холодными.

— Принцесса Элара.

Он кивнул ей, приказывая встать. И только тогда её внимание привлекло шевеление. Фигура, сидящая рядом с королём, наклонилась вперёд при упоминании её титула и дерзко подпёрла подбородок рукой. Она почувствовала глухой удар в груди, когда их взгляды встретились. На какое-то мгновение он показался ей таким красивым, что её разум застыл. Его кожа была темнее, чем у короля — золотисто-коричневого цвета. Челюсть заметно выделялась на лице, и её резкие очертания подчеркивались чёрными бровями и тёмными кудрями, ниспадавшими на лоб. Её внимание привлекло маленькое золотое колечко в его ухе, сверкающее в лучах гелионского солнца, которые проникали сквозь витражные окна. Но его глаза заставили её застыть на месте. Они тоже были золотыми, но в них отражались тёплые водопады, и они смотрели на неё так, словно она была его добычей.

Они были такого же цвета как корона на его голове, и Элара неожиданно поняла, на кого смотрела. Он улыбнулся ей медленной голодной улыбкой, заметив понимание в её глазах. Принц Лорэнцо. Лев Гелиоса.

Моргнув, она оторвала от него взгляд, и у неё в памяти возникли истории и слухи, которые она слышала о нём. Она заставила свою кровь успокоиться и снова перевела внимание на короля Идриса, стараясь игнорировать пронзительный взгляд принца.

— Мы были опечалены новостями о короле и королеве, принцесса.

Элара проглотила ком в горле при упоминании её родителей и постаралась собраться с духом, принимая его пустые соболезнования. Королевство Гелиоса не было известно своей добротой и не благоволило астерианцам. Война Тьмы, которую они вели с её королевством, закончилась лишь несколько десятилетий назад.

Она проигнорировала холодность в его взгляде и ответила сквозь стиснутые зубы:

— Я благодарю вас, король Идрис.

Он взял в руки письмо, которое она отправила ему несколько недель назад, и пробежался по нему глазами.

— Ты просишь убежища в моём королевстве. Я тебе его предоставлю.

Её сердце затрепетало.

— Спасибо, Ваше Величество, спа...

— На определённых условиях, — перебил её он.

Она застыла на месте.

— Это не секрет, что ваш трон узурпировала Звезда. Новости сейчас быстро разносятся. И мы обеспокоены. Не только из-за слухов, которые до нас дошли. Но ещё из-за...

Он замолчал в поисках подходящего слова.

— Вендетты, которую он тебе объявил.

— Откуда вы зн?...

— Из пророчества, которое стало известно, когда Ариэт спустился на землю, — снова прервал её король и взмахнул рукой. — Он порвёт мир на куски в поисках тебя, принцесса Элара. Мы сильно рискуем, скрывая тебя у нас.

Элара заставила себя удержать его взгляд и не отвела своих серебряных ледяных глаз.

— То есть за свою безопасность мне придётся заплатить? — холодно спросила она.

Краем глаза она заметила движение. Наследный принц, играющий теперь с колечком на пальце, сдвинулся, и его улыбка стала шире.

Король откинулся назад на своём троне.

— То, что я собираюсь сейчас сказать, многие сочли бы святотатством. Я надеюсь, что это не выйдет за пределы этого зала.

Элара коротко кивнула.

— Я не религиозный человек. Я следую велению Звёзд из чувства долга, а не из любви или поклонения перед ними.

Элара приподняла бровь, удивившись тому, что он так открыто об этом говорил, и что его слова совпадают с её мыслями. Земли Селестии были сильно раздроблены. Некоторые слепо поклонялись Звёздам, а другие ненавидели их власть. Так или иначе, но его признание... людей вешали и за меньшее.

— Ариэт жаден и непредсказуем. Ведь он бог войны и гнева. Боюсь, ему будет недостаточно одного королевства, даже несмотря на то, что он уничтожил его из-за тебя.

Элара невольно сжала руки в кулаки.

— Ходят слухи... догадки, — он картинно махнул рукой в воздухе, — что дальше он планирует захватить Гелиос.

Король крепко сжал подлокотники своего трона.

— Этого не произойдёт.

Элара продолжала молча смотреть на него.

— Я знаю, — сказал он, смерив её взглядом, — о твоих дарах. Ты владеешь магией Трёх.

Элара постаралась скрыть шок, который выдавал только блеск её глаз.

— Похоже, вы навели справки.

— Ну, это моя работа. Мы знаем, что ты сильная, как и знаем, что ты обладаешь дарами, которыми не владеют люди в нашем королевстве.

Элара кивнула, вспомнив свои уроки истории. Как и астерийцам, гелионцам редко доставалось по три дара.

— Но вернёмся к твоему маленькому пророчеству, — улыбнулся он, обнажив слишком белые и слишком острые зубы. — Девушка, которую не сможет убить ни одна Звезда, не погибнув при этом.

"Это только часть пророчества", — хмуро подумала Элара.

— Итак, — сказал король Идрис, выдернув Элару из её мыслей, — мы предоставим тебе убежище в этом дворце, если ты согласишься стать оружием, которым тебе очевидно суждено стать. Мы натренируем тебя, поможем усилить твои магические способности и улучшить боевые навыки. И когда, или если, всё это случится, ты поможешь нам сразиться со Звездой и с теми, кто к нему присоединится — защитишь Гелиос и вернёшь себе трон Астерии.

Элару поразило его предложение. Идрис предлагал настоящую войну. Против Звёзд. Бессмертных богов. Она не ожидала, что их разговор зайдёт в это русло, и что он так тщательно обдумал условия. Она не знала, насколько он переоценил её способности. Элара, конечно, знала о пророчестве. Те же самые слова, что были сказаны ей всего пару месяцев назад, каждый день напоминали о её судьбе. Но, может быть, он считал её неуязвимой? Неприкасаемой для Звёзд. Его предложение было единственным шансом вернуться в её земли, к её народу, вернуть то, что было дано ей по праву рождения.

Единственная гарантия безопасности. И тьма, что так часто с ней говорила, улыбнулась при мысли о том, чтобы отомстить за всё, что у неё отняли.

Она посмотрела на него глазами, полными решимости, и сказала:

— Я соглашаюсь на эти условия, Ваше Величество, и спасибо.

Волчья улыбка, которая появилась на лице короля, покоробила её.

— Чудесно, — сказал он. — Мы приготовили для тебя комнату, можешь отдохнуть и освежиться. Во дворце сегодня будет ужин. Мерисса отведёт тебя и проследит, чтобы о тебе позаботились.

Он указал жестом на великолепную девушку с золотистой кожей и кудрявыми волосами цвета меда, которая вышла из тени в тронный зал. Элара поклонилась Идрису.

— И Элара? Ты лучше других знаешь, что наш разговор следует сохранить в секрете. Очень немногие должны знать, кто ты такая на самом деле, и откуда ты. Ты не сможешь тренироваться с обычными стражниками на территории дворца, а не то они узнают о твоих дарах и поймут, кто ты. Я могу доверить эту информацию лишь немногим. Твоим обучением будет заниматься мой сын.

Её серебряные глаза метнулись в сторону принца и их цвет стал более холодным, когда его мрачный взгляд вперился в неё. От улыбки не осталось и следа. Она приподняла бровь.

— Хорошо, — тихо ответила она и покинула тронный зал, чувствуя на своей спине его прожигающий взгляд

Глава 3

Элара задержала дыхание и, только дойдя до дверей тронного зала, сделала резкий вдох и вгляделась в прохладные тени, окружившие её.

Мерисса повернулась и испуганно проговорила:

— Вы в порядке, моя госпожа?

— Пожалуйста, зови меня Элара, — ответила она. — И да, я просто устала с дороги.

Мерисса кивнула и продолжила вести её вверх по лестнице. Элара лишь один раз взглянула на двери тронного зала, не в силах отогнать зловещее предчувствие того, что это был конец того мира, который она знала.

Войдя за Мериссой в комнаты, она раскрыла рот. Её комнаты в Астерии были красивыми, но она не могла себе даже представить, что то, что она увидела в Гелиосе, существует на самом деле. Комната была просторной. Между двумя мраморными колоннами располагалась огромная кровать с балдахином и широкие балконные двери, которые были раскрыты и пропускали внутрь лёгкий тёплый бриз. Сам балкон был настолько большим, что там поместился диван с подушками всевозможных размеров, а со стен свисали ароматические лампы. Она запрокинула голову, желая рассмотреть потолок и заметила точно такие же фрески, что украшали помещения, которые она видела ранее. Алый, розовый и жёлтый цвета, которые она редко встречала в Астерии, перетекали один в другой. В её королевстве одежды и декоративные элементы выполнялись преимущественно в синих, лавандовых или чёрных тонах, чтобы напоминать о полуночном небе. Она машинально потёрла глаза. Ей ещё нужно было привыкнуть к этому, ко всей этой яркости.

— Красиво, не так ли? — Мерисса посмотрела на неё.

Элара улыбнулась и устало кивнула.

— Это настолько не похоже на Астерию.

Мерисса взяла её за руку, и Элара напряглась от неожиданности.

— Я была так опечалена, услышав о кончине ваших родителей, — сказала она. — Мой отец был астерийцем, я всегда любила это место.

— Спасибо, Мерисса. Если честно, я просто вымотана.

Мерисса кивнула, и её зелёные глаза смягчились.

— Давайте приготовим чудесную прохладную ванну и смоем с вас следы вашего путешествия.

Если Элара и была восхищена комнатами, то она оказалась совершенно не готова к тому, что увидела в ванной комнате. Ванна, больше напоминавшая бассейн, была врезана в пол, который был выложен цветной плиткой и оказался тёплым на ощупь. Комната пахла маслом жасмина, запахом, который вызвал у неё острый приступ тоски. Жасминовые деревья росли за её окном в Астерии.

— Думаю, нам надо сжечь эту одежду, — сказала Мерисса у неё за спиной, и Элара рассмеялась.

— Правильно, сожги её, сделай одолжение нам обеим.

Мерисса выжидательно посмотрела на неё. Для неё всегда было так странно раздеваться перед новой служанкой, но было особенно странно делать это в чужом королевстве, перед незнакомкой. Мерисса почувствовала её неловкость и демонстративно закрыла глаза.

— Моя Госпожа, для меня в этом нет ничего нового. Но если вам так будет более комфортно, то вы можете оставить одежду на краю ванны.

Элара улыбнулась, тут же проникнувшись к ней, и, переступив через одежду, вошла в воду. Она застонала, погрузив своё грязное тело в чистый бассейн. Вода была прохладной и заполнена пеной, которая пахла мёдом.

Мерисса присела с ней рядом.

— Здесь для вас приготовлено мыло, моя Госпожа.

— Элара, — поправила она её.

Мерисса кротко улыбнулась.

— Элара. Вот шампуни для ваших волос, а это тоник, которым можно обработать подмышки. А ещё здесь есть набор масел, которыми вы можете увлажнить кожу после ванной.

Она замерла, когда Элара повернулась к ней спиной, чтобы взять мыло.

— Как красиво, — выдохнула она.

Элара развернулась и вывернула шею, чтобы посмотреть на свою спину. Изящный дракон был вытатуирован вдоль её позвоночника. Он спускался вниз по спине, а его чешуйки и крылья отливали серебром.

— Спасибо, — она улыбнулась. — Его сделала мне моя лучшая подруга.

Её охватила печаль при мысли о Софии.

— Он чудесный.

Мерисса встала.

— А теперь расслабляйтесь. Постучите, когда я вам понадоблюсь. Я буду в комнате.

— Спасибо, — сказала Элара, радуясь тому, что осталась одна.

Как только дверь закрылась, она легла на спину и испустила вздох облегчения. Как же она мечтала о том, чтобы снова оказаться чистой. Затем она встала, расплела свою грязную косу, и её черные волосы рассыпались по воде вокруг неё. Она взяла мыло и начала тереть их, представляя, что смывает ужасы прошлого месяца. Раз — и воспоминания о переулке стёрлись. Два — мраморные полы, покрытые кровью, исчезли. Три — её крики, заполнившие помещение, и холодный смех, раздавшийся ей в ответ, пропали.

Она делала так с тех пор, как была ребёнком. Использовала воду, чтобы очиститься ментально и физически. Близость к воде всегда успокаивала её. Поэтому она продолжила тереть волосы, продвигаясь вниз, до самых кончиков, пока не почувствовала, что они начали скрипеть. А потом занялась телом. Грязь присохла к её коже в результате этого трудного путешествия, кровь мужчины из переулка запеклась под ногтями. При виде крови её охватила нервозность, но она подавила её, выбрала мыло с ромашкой и начала усиленно тереть им ноги, тело и под ногтями. Убедившись, что под слоем грязи просвечивает кожа, она облегченно вздохнула. Наконец, она умыла лицо и погрузилась в воду. Она полежала так минуту, две, успокаивая себя мерным биением пульса, наполнившим её уши.

"А что если тебе остаться тут?" — тихо прошептал голос у неё в голове.

Она вынырнула на поверхность, отчаянно глотая ртом воздух. Прислушавшись к своим ощущениям, она начала решительно оттеснять их в сторону своих теней. Ей надо было немедленно выйти из грязной воды, поэтому она схватила свои одежды и поспешно вышла из глубокой ванной.

— Мерисса? — задыхаясь, проговорила она.

— Да! Я здесь. Уже иду!

Она вошла в спальню и позволила Мериссе подвести её к зеркалу.

— Ужин через полчаса. Нам надо вас одеть.

— Я ничего не привезла из дома, — тихо сказала Элара.

Взгляд Мериссы смягчился.

— Не волнуйтесь. Король проследил за тем, чтобы мы подготовили для вас целый гардероб. И чтобы он соответствовал гелионской моде, дабы не вызывать подозрений, — она подмигнула ей.

Элара с сомнением посмотрела на неё, и на короткое тонкое платье на Мериссе.

— И что сейчас модно в Гелиосе?

Мерисса усмехнулась.

— Минимум одежды.

Она демонстративно посмотрела на шерстяной плащ, лежащий у двери.

— А теперь сядьте, нам нужно сделать что-то с вашими волосами.

Она приподняла их на двух пальцах, локоны были всё ещё мокрыми после ванны. Розоватое свечение начало исходить от её пальцев, и голова Элары нагрелась.

— Вас ожидают серьёзные изменения, Элара. Я помогу вам сохранить кое-что из вашей прошлой жизни, насколько это возможно. Как вы обычно носите волосы?

— Распущенными, — сказала Элара, сглотнув. — Волнами.

— Как пожелаете, — ответила Мерисса, и розоватое свечение охватило волосы Элары.

Элара поражено смотрела в зеркало.

— Ты чаровница?

Мерисса кивнула, довольная собой.

— Но мне показалось, что твой отец был астерийцем.

— Так и есть, — ответила Мерисса. — Но моя мать из Афродеи. Мне не передалась магия астерийцев.

Зелёные глаза Мериссы как будто потемнели. Элара попыталась припомнить карту Селестии. Афродея — королевство красоты и похоти.

— Такая редкость, — Элара приподняла брови. — Чтобы астериец был наполовину афродийцем.

На браки между жителями разных королевств смотрели с предубеждением. Это особенно касалось жителей Афродеи, которая была союзником Гелиоса.

— Я знаю. Но их история любви... не совсем обычная, — она вздохнула, продолжив работать над прической принцессы.

Слово "любовь" заставило Элару снова подумать о Звёздах. Она начала жевать щеку, когда разные мысли стали проноситься у неё голове.

К тому моменту, как Мерисса закончила с её прической, Элара стала похожа на себя прежнюю, когда она ещё была принцессой своего королевства. Чёрные кудри доходили до пояса и обрамляли её лицо. Мерисса подкрасила ей глаза золотым, заставив их сиять ещё больше в пламени свечей. Ей всегда нравились её глаза — кошачьи и загадочные. Эти глаза были способны завоевать благосклонность многих мужчин, ей даже не нужно было их касаться. Её полные губы были подкрашены красным, но только слегка, поэтому их оттенок казался натуральным и напоминал бутон розы. Элара оглядела своё лицо. Её высокие скулы выглядели теперь слишком острыми.

Затем она осмотрела одежду. Элара улыбнулась, увидев перед собой лёгкую ткань. В Астерии одежды всегда были скромными. А здесь, из-за жары, от одежды почти ничего не оставалось. Для неё выбрали юбку в пол свободного покроя из лёгкой шёлковой ткани, но глаза Элары округлились, когда Мерисса показала ей верхнюю часть. Блуза с открытыми плечами и короткими рукавами, оставлявшими её руки голыми. Блуза была белой, как и юбка, и расшита маленькими золотыми цветами. Но что особенно встревожило Элару, когда Мерисса заставила надеть её, так это то, что она была короткой. Она едва прикрывала грудь, оставляя живот обнажённым.

— Я далеко не скромница, но это не что иное, как лифчик! — воскликнула Элара.

Мерисса фыркнула у неё за спиной.

— Элара, вам надо вписаться. Хотя я не понимаю, как мы впишем сюда вот это.

Она многозначительно посмотрела на груди Элары и подавила смешок.

— Выглядит тесновато.

Элара потянула за блузу, а Мерисса затолкала её за ширму, куда также закинула белую юбку.

— Одежда должна быть комфортной и стильной. Мы здесь не ограничиваем себя, и вы скоро узнаете, что корсеты используются только для официальных мероприятий, например балов. Вы не успеете оглянуться, как привыкнете к этой одежде.

Элара поспешно оделась, и когда Мерисса свистнула, вышла из-за ширмы.

— Небо и земля по сравнению с тем, как вы выглядели по прибытию. Кто бы мог подумать, что за всей этой грязью скрывается такая красавица?

Элара рассмеялась от её слов, наслаждаясь ощущением от прикосновения прохладной лёгкой ткани к её ногам.

— Что тут сказать? Я полна сюрпризов.

— А теперь финальный штрих, — прощебетала Мерисса за её спиной и вплела в её волосы белые цветки мирабилиса.

Их аромат показался Эларе успокаивающим, и она глубоко вдохнула его.

— Вот. Теперь вы готовы для королевского ужина.

Элара повернулась к своему отражению в зеркале и застыла. Мерисса проделала прекрасную работу. А одежда, хотя и была слишком открыта, по мнению Элары, сидела на ней как вторая кожа. Шелк, казалось, стекал по её фигуре. Она прищурилась, когда её взгляд дошел до живота. Её привычные округлости, которые ей очень нравились, исчезли после месяца странствий.

Она увидела, что из под одежды торчат её ребра и ключицы. А посмотрев на свои глаза, почувствовала легкую грусть. Мерисса сделала ей красивый макияж, но тот не смог скрыть затравленный взгляд её серебряных глаз. Она пропустила прядку шелковистых волос сквозь пальцы и выдавила улыбку.

— Спасибо, Мерисса. Я выгляжу... я даже не знаю, как это описать. Но точно не как астерийка.

— Вы выглядите как настоящая королева, — ответила она. — То есть, я знаю, что вы королева. Но это чувствуется в том, как вы держите себя — в вашей ауре.

Элара удивленно приподняла брови.

— Ауре? Сразу видно, что ты наполовину астерийка, — сказала она с улыбкой. — Думаю, мне надо поторопиться; уже поздно.

Мерисса помогла ей надеть сандалии, обернув тонкие ремешки вокруг её щиколоток, а затем, сделав еще пару взмахов руками, вывела Элару из комнаты и повела в банкетный зал.

Глава 4

Банкетный зал выходил на террасу, поэтому помещение было заполнено тёплым вечерним воздухом. Террасу окружала веранда кремового цвета, и пение ночных птиц разносилось вокруг. Всё пространство зала занимали длинные столы, и ещё один деревянный стол располагался на возвышении, где сидели наиболее знатные члены дворца прямо напротив других столов и пышного сада, в котором цвели самые разнообразные экзотические цветы.

Воздух был ароматным и тёплым. А небо здесь, как уже поняла Элара, никогда полностью не темнело и не становилось сине-чёрным, как это было дома. Поздно вечером небо Гелиоса окрашивалось в тёмно-красные тона с ярко-оранжевыми полосами.

Король Идрис сидел во главе основного стола. Его корона тускло поблескивала в мерцающем свете фонарей. Слева от него сидел тощий старик, глаза и лицо которого были слишком бледными для этих земель. Он напомнил Эларе о морозе, который собирался на подоконнике в её спальне холодными ночами. Она заметила во главе стола ещё нескольких человек, одетых в более нарядные одежды, характерные для придворных Гелиоса. Ближе к концу стола она увидела красивого мужчину, коротко стриженого, с тёмной кожей. Он был одет в кожаную военную форму тёплого коричневого цвета и с сияющим лицом разговаривал с женщиной, сидящей рядом. Она была великолепна, с загорелой кожей и каштановыми кудрями. Было что-то странное в том, как она сидела, и когда Элара подошла к столам, за которыми шумели люди, то поняла почему. Под женщиной, небрежно положив руку ей на талию, сидел принц Лорэнцо.

Все трое смеялись, а красавица, запрокинув голову, слегка отклонилась назад и по-девичьи зарделась от тех слов, что шептал ей на ухо принц. Элара почувствовала себя так, словно прерывает интимный момент и быстро отвернулась.

Почувствовав, как Мерисса резко дернула её за руку, она увидела, что дошла до стола, где сидел король. Громкий смех и энергичная музыка стихли, и она почувствовала на себе глаза всего двора. Её щёки вспыхнули, но она подавила волнение.

"Ты принцесса", — напомнила она себе и подняла подбородок.

Король оглядел её оценивающим взглядом.

— Выглядите чудесно, — сказал он со змеиной улыбкой.

Элара попыталась не скривить губы, заметив его похотливый взгляд. Вместо этого она склонила голову, но неожиданно услышала, как кто-то взвизгнул, и повернулась. Лорэнцо столкнул девушку с каштановыми волосами со своих колен и пронзил Элару взглядом. На её лице отразилось лёгкое удивление при виде этой сцены. Но оно быстро исчезло, когда она почувствовала, как его глаза прошлись по её телу и остановились на голом животе. Она прижала руки к телу, чтобы не дать себе прикрыть его. Подняв подбородок, она дерзко уставилась на него в ответ, не желая робеть перед этим незнакомцем. Король Идрис проследил за её взглядом, в то время, как раскрасневшаяся девушка отошла в сторону.

— Да-да, садись рядом с моим сыном.

Всё внутри неё опустилось, когда она заметила свободное место рядом с принцем. С вымученной улыбкой она поклонилась королю, после чего направилась в конец стола, где заняла своё место. Она не могла избавиться от мерзкого ощущения, которое оставил взгляд короля, и его присутствие начало нервировать её не меньше, чем в их первую встречу. Она уставилась перед собой, пока они ожидали, когда им подадут еду, не желая обращать внимание на принца, сидящего рядом с ней. Снова заиграла музыка, и раздавшийся пьяный смех снял напряжение.

— Кажется, мы уже встречались, — проговорил низкий голос, и она наконец повернулась.

Она холодно ему улыбнулась, стараясь не обращать внимания на то, что вблизи он оказался еще более красивым, чем в тронном зале.

— Элара, — тихо сказала она и коротко кивнула. — Хотя вы и так уже знаете.

— Элара, — он прокатил её имя на языке, и с его акцентом оно прозвучало певуче. — Уверен, что вы уже знаете, кто я такой.

— Ваша репутация опережает вас, — медленно произнесла она, изображая равнодушие, и отвела взгляд.

— Разве? Надеюсь, про меня говорят только хорошее.

Элара фыркнула.

— Совсем наоборот.

Она снова повернулась к нему и одарила его беспощадной улыбкой.

— Если только вы не считаете "хорошим" поджоги в моём королевстве, убийство моих людей и блуд.

Он развернулся на своём стуле и теперь смотрел прямо на неё, поставив локоть на стол и подперев рукой голову, словно ему было больше нечем заняться, кроме как смотреть на неё. Её разозлило такое нахальство. Она уже видела, что это качество было частью его характера. Но она продолжала смотреть на него, словно это было состязание по тому, кто первый отведёт взгляд.

— Мне льстит то, что вы так много обо мне знаете, а вот я почти ничего о вас не знаю, — сказал он.

На его лице расплылась улыбка, а в золотистых глазах появился опасный блеск. Элара перевела на них своё внимание и заметила на радужках бронзовые крапинки и тёмно-коричневые кольца на фоне золота, которые она не заметила раньше.

— Если пожелаете отдать дань уважения мужчине, которым вы так очарованы, — продолжил он. — Моя комната находится напротив вашей через сад.

— Что ты сейчас сказал?

У неё не получилось скрыть желчь в своем голосе.

Он пожал плечами.

— Я могу продемонстрировать тебе, каким я могу быть коварным и распутным.

Она попыталась всем своим видом изобразить отвращение и исподлобья взглянула на него. Её глаза встретились с его и наполнились ненавистью. А затем, слегка усмехнувшись, что, как она знала, сводило мужчин с ума от злости, она перекинула волосы через плечо и демонстративно от него отвернулась.

Она не заметила, а скорее почувствовала, как он сдвинулся на стуле.

— А ты неплохо себя отмыла, — продолжил он, не получив от неё реакции.

Она швырнула приборы на свою тарелку и громко вздохнула. Он откинулся на спинку стула и пригубил золотистое вино.

— Когда ты была покрыта грязью и кровью, ты была совсем не похожа на принцессу.

Он низко усмехнулся, чем ещё сильнее её разозлил.

— Но теперь я ясно вижу, что ты принцесса, — сказал он, продолжая смотреть на мирабилис в её волосах.

— Ты всегда очаровываешь незнакомок подобной поэзией? — сказала она, наполнив каждое своё слово сарказмом.

Его непринуждённая улыбка пропала.

— Так же как ты очаровываешь бедных служанок, сбрасывая их со своих колен? Как же повезло всем этим дамам. А я скорее позволю крылатому льву загрызть меня насмерть, чем войду к тебе в комнату.

Она услышала, как кто-то подавился, и увидела, что солдат, которого она заметила ранее рядом с Энцо, закашлялся, а его плечи начали сотрясаться.

— Извините, — воскликнул он. — Я просто никогда не слышал, чтобы кто-то разговаривал с Энцо таким образом.

Он вытер губы салфеткой и протянул ей руку за спиной принца.

— Лео, командующий гелионской армией и начальник стражи в мирное время, — сказал он, глядя на неё широко раскрытыми глазами.

Она легонько ему улыбнулась.

— Не волнуйтесь, я знаю, кто вы. Я один из тех, кому можно доверять, — он подмигнул ей.

Энцо откашлялся, а она с презрением посмотрела на него, хотя уже почти о нём забыла.

— Итак, — сказала она, — похоже, я буду тренироваться с тобой.

Она сделала глоток вина, чувствуя странную нервозность. Медовая сладость растворилась у неё на языке. Энцо продолжал смотреть на Элару поверх своего бокала.

— И чему вообще ты меня можешь научить?

Из уголка его губ вырвался смешок, и прежняя наглость вернулась.

— Энцо владеет магией Трёх, — объяснил Лео, снова наклонившись вперёд.

Элара в шоке уставилась на Энцо. Он всё ещё облокачивался на спинку стула, а корона криво сидела на его чёрных кудрявых волосах.

Он невозмутимо кивнул.

— Это так.

Всё внутри Элары перевернулось.

— Ладно, — тихо сказала она и, начав заполнять свою тарелку едой, адресовала Энцо свой следующий вопрос. — И какими тремя дарами может обладать гелионец?

Он с удивлением проследил за тем, как она наполнила тарелку доверху.

— Я могу управлять Светом, — сказал он, и пальцы, которыми он держал бокал, начали сиять золотым светом.

Элара завороженно уставилась на них.

— Могу метать огонь.

Рука, лежащая на столе, приподнялась, пальцы заплясали, и между ними появился огненный узор. Она не могла отвести глаз от этого зрелища.

— И наконец, — сказал он, наклонившись так близко, что она смогла почувствовать пьянящий аромат амбры, исходивший от него.

— Я могу видеть людей. Всю их суть.

Когда он тихонько произнёс эти слова, её охватил ужас.

— Так скажи мне, — продолжил он, не переставая наклоняться всё ближе и не сводя с неё своих золотистых глаз. — Почему я ни черта не вижу, когда смотрю на тебя?

У неё поплыло перед глазами, и она отодвинулась назад, чтобы создать хоть какое-то расстояние между ними. Он коварно ей улыбнулся.

— Я могу видеть души людей. Вижу, если кто-то лжёт. Вижу желания. Сожаления и страхи, которыми люди могут поделиться только с Тьмой. Но когда я смотрю на тебя...

Его взгляд прошёлся по её телу и снова поднялся вверх.

— Ничего.

Улыбка исчезла с его лица, и он наклонился к ней, загородив обзор.

— Я тебе не доверяю, принцесса Элара. Я не могу доверять человеку, которого не вижу, а в особенности астерийке. Твоё королевство прячется в тенях.

Он продолжал смотреть на неё, и она почувствовала, как глухо ревущий гнев начал вырываться на поверхность. Его слова были пропитаны насмешкой. Хотя это красивое лицо осталось невозмутимым, словно он говорил о погоде. Он снова сделал глоток своего вина.

— Если ты будешь представлять угрозу для моего королевства, я убью тебя.

Он сказал эти слова так спокойно, что она почти засомневалась в том, не придумала ли она их себе? Но холодный взгляд его золотистых глаз говорил о том, что она это не придумала. Она подавила страх, сковавший её внутренности, и её губы изогнулись в ухмылке, а пальцы так норовили схватиться за кинжал, который находился сейчас подле её бедра.

— Тогда я тоже должна тебя предупредить, — пробормотала она, убедившись, что её волосы коснулись его щеки, когда она наклонилась к нему, — я не люблю, когда мне угрожают. Сделаешь это ещё раз, и следующая угроза станет твоей последней.

Она выпрямилась и приосанилась. Стараясь не потерять самообладания, она начала есть, не обращая внимания на жадную улыбку, которая появилась на лице принца.

Несмотря на то, что её сердце начало сильно колотиться из-за его угрозы и неуважения, она была готова умереть, чем позволить Лорэнцо заметить это. Она перевела всё своё внимание на еду, которая была вкусной и обильно приправлена специями. Блестящие зернышки гранатов, ягнёнок фаршированный мятой и золотистые кусочки хлеба с розмарином лежали на её тарелке. Последний раз она нормально ела больше месяца назад, поэтому решила отдаться своему аппетиту, снова и снова наполняя тарелку до тех пор, пока не насытилась. Она ела в тишине, непрестанно прокручивая в голове слова принца и игнорируя его тягостное присутствие рядом с собой.

Закончив, она откинулась на спинку и вздохнула. Бросив взгляд вправо, она испытала облегчение, увидев, что внимание принца было обращено в другую сторону. Он был погружен в разговор с Лео, который сидел рядом с ним.

— Не желаете чаю, моя Госпожа?

Элара повернулась и увидела слугу, разносившего тарелки, в ожидании смотревшего на неё.

— Да, пожалуйста, — ответила она. — Чай с мятой и двумя ложками мёда, было бы чудесно.

Слуга кивнул, улыбнулся и удалился. А она, насытившись и испытав томное удовлетворение, начала осматривать зал и гелионсий двор. Слуга вернулся мгновение спустя, и, начав потягивать чай, Элара обратила своё внимание на гостей ужина. Она заметила нескольких подданных Афродеи, которых легко можно было узнать по золотистой коже и изящной красоте. А вот её, пропавшую принцессу, больше ничто не выделяло. Эларе редко разрешалось покидать стены дворца в Астерии. А королевская семья нечасто принимала гостей.

— Нам нравится эта закрытость, — сказал ей однажды отец с улыбкой. — Большое количество друзей легко может превратиться в логово гадюк.

Но когда она покидала дворец — не подумайте, она делала это часто — то ей приходилось надевать плащ и выходить под покровом ночи, оставляя все свои титулы за стенами дворца.

Громкий смех выдернул ей из раздумий. Она увидела рядом с Энцо девушку с каштановыми волосами, которая повисла на нём, как занавеска. Элара закатила глаза. Она увидела, как Энцо наклонил голову девушки и прошептал что-то ей на ухо, после чего взгляд Элары переместился на другую руку принца, которая двигалась вниз по спине девушки. Она вспомнила о пламени, которое танцевало между его пальцами, и перевела взгляд на его лицо. У неё перехватило дыхание, когда она увидела, что он смотрит на неё, лениво улыбаясь и не переставая нашёптывать какие-то милые глупости девушке, которая была повернута к ней спиной. Элара отодвинула стул и встала.

— Лео, — громко воскликнула она. — Было приятно познакомиться.

Она протянула ему руку. А затем повернулась и с презрением посмотрела на Энцо и девушку, всё ещё льнущую к нему.

— Энцо, — сказала она насмешливо, и его глаза прищурились из-за высокомерного тона, которым она произнесла его неполное имя. — Приятно познакомиться. Хотя "приятно" это слишком сильное слово.

Девушка с каштановыми волосами, раскрыла рот, услышав высокомерные слова Элары. А Элара одарила её испепеляющим взглядом, после чего отвернулась. Она начала было идти, но почувствовала, как чья-то горячая рука схватила её за запястье, заставив её в негодовании развернуться.

— Начинаем завтра, — сказал Энцо низким голосом.

Элара резко опустила глаза на его руку, которая крепко сжимала её.

— Встречаемся у центральной лестницы. И оставь своё отношение за дверью.

Она мило ему улыбнулась и выдернула у него руку.

— Тебя это тоже касается.

Взмахнув ресницами, она изогнула губы в улыбке и пошла вдоль стены обеденного зала, так ни разу и не взглянув на его удивлённое лицо.

Глава 5

Утонув в перьевых подушках, Элара спала в ту ночь очень крепко. Она поняла, что куда-то идёт, когда качество сна изменилось. Округлые неясные изображения сделались чётче, и реальность окутала её, точно вторая кожа. В этом сне она почувствовала огонь. Его было так много, он был таким горячим и находился так близко. Она стояла в спальне. Это была тёмная комната из чёрного мрамора с золотыми прожилками. Кровать была утоплена в камне и застелена шёлковыми золотыми простынями, на которых лежала фигура женщины. Обнажённое тело сверкало в тусклом пламени свечей, чёрные волосы доходили ей до пояса. Шёлковые простыни прикрывали нежные округлости её бёдер, и Элара ощутила, как всё вокруг пульсирует от почти животного желания. Она осмотрелась в поисках сновидца, но увидела лишь очертания человека, стоявшего в тени.

— Я ждала тебя, — томно произнесла женщина, а когда она медленно повернулась на кровати, Элара обнаружила, что смотрит в свои собственные серебристые глаза.

Она проснулась в холодном поту, тяжело дыша. Она на ощупь нашла стакан воды, оставленный Мериссой, и выпила его залпом, стараясь унять бешеное сердцебиение. Выпрыгнув из кровати, она широко распахнула двери и вышла на балкон. Коснувшись ногами холодной плитки, она начала постепенно успокаиваться. Она никогда не видела во сне саму себя. За все эти годы она никогда не видела себя в чужом сне.

Она продолжила ходить по балкону и теребить свои спутанные волосы. После чего вернулась в комнату и взяла мягкое одеяло, аккуратно сложенное на кресле рядом с её кроватью. Вернувшись на балкон, она свернулась на низком диване и уставилась на аккуратную стопку книг на подвесном столике. Её пальцы дрожали, когда она взяла первую книгу с прекрасным золотым орнаментом и надписью "Мифы Селестии". Она улыбнулась сама себе, и её сердцебиение замедлилось.

Чтение с детства успокаивало её. Сначала родители читали ей сказки перед сном, а затем он сама начала поглощать книги, проводя долгие одинокие дни во дворце. Книги были её спасением, способом сбежать, не покидая стен дворца. Для Элары читатель был алхимиком. Он превращал обычные вещи в нечто экстраординарное, превращал слова со страниц книги в целые миры. Сбежать от реальности? По настоящему испытать эмоции от того, чего никогда не существовало? Элара знала, что обладала магией Трёх, но чтение... для неё это было отдельным видом магии.

Она удобно устроилась с книгой, на страницы которой теперь падал странный красный свет гелионской ночи. Первая глава называлась "Крылатые львы Гелиоса", и она улыбнулась, прочитав о фантастических существах, легенды о которых она слышала в детстве. Это были огромные летающие создания, способные изрыгать огонь и сжигать города. Она не верила, что они существовали; но даже если это было правдой, они явно давно уже вымерли. Но она всё равно позволила себе погрузиться в этот мир прошлого, далекий от её забот, и не заметила, как снова погрузилась в глубокий сон без каких-либо видений.

Её разбудил стук в дверь, и Элара прищурилась, когда раздражающе яркий свет нового дня ударил ей в глаза. Она собрала одеяло и поспешила открыть двери. Мерисса вошла внутрь с подносом, который поставила на кровать.

— Поешьте, пока я буду вас одевать. Принц сегодня в плохом настроении, и одни только Звёзды знают, почему.

— Правда? — спросила Элара, кладя в рот свежие ягоды и наслаждаясь их сладким вкусом.

— Ещё хуже, чем вчера.

— Это невозможно, — ответила она с набитым ртом.

Мерисса посмотрела на неё, стараясь сдержать улыбку.

— Я наблюдала за вами с другого конца зала. Не знаю, что вы такое ему сказали, но думаю, что вы произвели впечатление.

Элара рассмеялась.

— Между нами, я никогда не встречала такого наглого типа. А ещё такого грубияна, — сказала она и закинула тёмно-синюю ягоду в рот. — Он сказал мне, что мой народ прячется в тенях, словно мы само воплощение зла.

Элара сглотнула и замолчала, заметив, как лицо Мериссы сделалось темнее грозовой тучи.

— Ему не следовало этого говорить. Принц... он не доверяет чужакам, которые приходят в королевство. Скорее всего, он увидел в вас угрозу. Подождите, пока он не узнает вас получше. Уверена, в вас больше общего, чем вам кажется.

Она ободряюще сжала плечи Элары.

— Он вёл себя так, словно никто никогда не разговаривал с ним так, как я. Словно он привык к тому, что все млеют под его взглядом, — сказала Элара, нахмурившись.

— Это потому, — ответила Мерисса, вставая позади неё для того, чтобы расчесать ей волосы, — что никто никогда не разговаривал с ним таким образом. Весь этот дворец полон придворными и слугами, которые всё время падают к его ногам.

Она заплела непослушные волосы Элары в косу, которую опустила ей на спину.

— Не считая Изры и меня, все женщины только и делают, что вылизывают его сапоги.

— Значит, ты хорошо знаешь принца?

— Достаточно хорошо, — Мерисса пожала плечами. — Поверьте мне, он не такой невыносимый, как вам кажется.

Элара закатила глаза.

— Ну, это ещё предстоит выяснить. Но я познакомилась с капитаном. Вот у него есть манеры.

Она улыбнулась, а Мерисса отвела её за ширму и передала ей короткую блузку свободного покроя и мягкие штаны красивого зелёного цвета.

— Не думала, что командующий гелионской армией покажется мне очаровательным, но в мире случаются и более странные вещи.

— Он хороший человек, — сказала Мерисса, стоя по другую сторону ширмы.

Элара быстро переоделась и появилась из-за ширмы. Щёки Мериссы, которая принялась разглаживать блузку, как будто порозовели.

— А я вообще буду тренироваться? — спросила Элара, посмотрев в зеркало.

— Да-а-а, — протянула Мерисса.

— Вы не тренируетесь в кожаных костюмах? Или доспехах?

Мерисса усмехнулась.

— При такой жаре? Нет уж. Вы идёте тренировать свои магически способности, а не отправляетесь на войну.

Она покачала головой, посмотрев на кинжал и ремень в руках Элары. Элара повязала его себе на пояс, и пожала плечами.

— Я оставляю для себя шанс на борьбу.

— Вам нужно будет двигаться и свободно дышать. К полудню вы будете благодарить бога за эти хлопковые одежды.

Элара благодарно сжала её руку, схватила пирожное и выскочила за дверь в сопровождении Мериссы. Она поспешила по коридору, а затем вниз по ступенькам, закинув в рот оставшиеся крошки от пирожного. Она замедлилась, увидев Энцо внизу лестницы, расхаживающего туда-сюда в тёмно-зелёной тунике, штанах угольного цвета и с прекрасным коротким мечом золотого цвета на поясе. Зелёная туника подчеркивала его бронзовую кожу, но Элара нетерпеливо отогнала эту мысль и улыбнулась. Судя по его грозному выражению лица, он был в мрачном настроении.

— Ваше Высочество.

Она кивнула ему.

— Ты поздно, — рявкнул он.

— Посмотрите-ка, ты даже умеешь считать время! А все говорят, что ты лентяй. Прости, я проспала.

Она одарила его улыбкой, перекинула косу через плечо и вышла из атриума. Энцо сердито последовал за ней.

— Ты даже не знаешь, куда мы идём, — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Следуй за мной.

***

Изнемогая от жары, Элара вот уже в пятидесятый раз за день проклинала Энцо. Компаньон из него был никудышный. Он шагал перед ней, не говоря ни слова. Она проследовала за ним из дворца, миновала городскую окраину и вышла на лесную тропинку. Спустя час карабканья по ней в тишине она остановилась и отчаянно воскликнула:

— Если ты собираешься увести меня подальше и убить, ты мог бы остановиться у того валуна пару метров назад и избавить меня от необходимости идти так далеко.

Она вытерла пот со лба и рухнула на землю.

Он остановился, напрягшись, а затем развернулся к ней.

— Поверь мне, принцесса, — еле слышно произнёс он. — Если бы я планировал тебя убить, ты уже была бы мертва, а твой прах развеян по ветру.

В доказательство своих слов он заставил огонь заискриться на кончиках своих пальцев.

Она презрительно посмотрела на него.

— И таким ртом ты целуешь свою мать?

— Моя мать мертва. Но хорошо, что я теперь знаю, как королевские семьи Астерии воспитывают своих женщин.

Горячий стыд охватил Элару.

— Извини, я забы...

— Не извиняйся. Она умерла в родах. Я не знал её.

— И всё же...

— Жалость здесь не работает. И я тем более не нуждаюсь в жалости астерийской принцессы, — огрызнулся он. — А теперь вставай.

Её грудь наполнилась яростью. Она на самом деле совершила досадную ошибку, но попыталась за неё извиниться. Сощурившись, он сорвала горсть ягод с куста, растущего рядом, а он бросил на неё ядовитый взгляд.

— М-м-м.

Наслаждаясь терпким вкусом золотистых ягод, она принялась мучительно медленно жевать.

— Надеюсь, они ядовитые.

— Я тоже. Так я быстрее отмучаюсь, и мне не придётся больше разговаривать с тобой.

— Чертов ребёнок, — прошипел Энцо себе под нос и продолжил идти в сторону чащи без неё.

О, наконец-то тень. Она вскочила на ноги и продолжила взбираться по крутому холму. Она вздохнула только тогда, когда прохладный лес окружил её.

Дома она всегда находилась в тени. Тьма звала её, пела в её крови. Она машинально провела рукой по воздуху, и тени последовали за ней. Лес был прекрасен. Белые стволы деревьев, бледные, как звёздный свет, переливались в красном, оранжевом и золотом свете. Из-за солнечных потоков, пронизывающих лес, листья казались позолоченными, с металлическим оттенком. Было тихо, и единственным признаком жизни здесь было утреннее пение птиц. Единственное, что нарушало этот бесценный момент, это огромная фигура принца, который нёсся сквозь лес так, словно это было последнее место, где он хотел находиться. Она закатила глаза и последовала за ним.

Наконец, они дошли до ровной поляны. Ароматные цветы красивого алого цвета, напомнившие ей об ароматах дворца, росли небольшими группками. Деревья образовывали круг и закрывали их от глаз людей. Она услышала плеск бурлящей воды и заметила рядом небольшой родник с прозрачной ледяной водой. Отчаянно взглянув на него, она наклонилась, опустила в него руки, после чего ополоснула лицо и принялась жадно пить. Насытившись, она осмотрелась, и резко вдохнула, заметив, что Энцо наблюдает за ней с удивлённым выражением лица.

— Ты, кажется, сказала, что ты принцесса, — произнёс он с сомнением в голосе.

Она весь день сносила его жестокие насмешки, и больше уже не могла этого терпеть. Она не успела подавить свои тени, которые ринулись вперёд, движимые сильными эмоциями, и набросились на него. Он с лёгкостью отразил их мечом, в котором сверкнули блики света, тени рассеялись. Пламя зажглось у него в глазах, и он наклонил голову, хрустнув шей.

— Больше не смей так делать, — зарычал он жутким голосом.

— Или что? — мило ответила он, намотав тонкую тень на палец.

— Или...

Ещё одна тень бросилась в его сторону, нацеленная точно ему в сердце. Он снова отразил её и зарычал.

— О, так ты хочешь поиграть, принцесса? Хорошо. Давай поиграем.

Он уронил меч, и тот упал с глухим стуком на травяной покров.

Золотые лучи появились из кончиков его пальцев и быстрее молнии ринулись в её сторону. Она выбросила вперёд тени для защиты, но слишком поздно. Его свет схватил её, точно какую-то безделушку, и впечатал в ствол дерева. Её голова отлетела назад, зубы застучали. Весь воздух покинул её тело, когда магия Энцо обвилась вокруг шеи Элары и подняла её над землей. Она тщетно пыталась поднять руки к горлу, они оказались у неё за спиной, удерживаемые его магией в то время, как её тело висело над землей и сияло. Он медленно подошёл к ней, вытянув руку вперёд. Его лицо было спокойным, словно это не требовало от него никаких усилий. Она начала сопротивляться ему и отчаянно мотать головой.

— Иди... на хер, — выдавила она, пытаясь призвать свою магию и освободиться от его хватки.

— Ну-ну, — тихо сказал он, подходя ближе. — И где же твои королевские манеры?

— ИДИ, — крикнула она. — НА ХЕ-ЕР.

Конец слова она прохрипела сквозь стиснутые зубы, когда его свет начал опасно сжимать её горло.

Он подошёл ближе, и она увидела, что уголок его губ приподнялся, а на лице появилась опасная улыбка.

— Я тебя отпущу, если ты вежливо попросишь, — тихо сказал он.

Она уже начала задыхаться, так как его свет был слишком ярким и слишком горячим, а её дыхательные пути начали сжиматься. Она чувствовала себя бессильной под его повелительным взглядом. Но она подняла подбородок и посмотрела на него своими стальными серыми глазами. Она была готова умереть, чем попросить его хоть о чём-то.

— Ну, и куда делась твоя магия? — пробормотал он. — Ты была такой уверенной в себе.

А затем он рассмеялся, и это был холодный и звенящий смех.

— Тоже мне оружие. Ты слабая. Бесполезная. Одним только богам известно, что увидел в тебе мой отец.

Его слова стали последней соломинкой. Элара ухватилась за неё и использовала для того, чтобы распалить настоящий гнев внутри себя. Она призвала все тени вокруг себя: с деревьев, птиц и поросших мхом берегов ручья. Тёмные струйки вырвались из её рук, и она упала на землю. Его свет рассеялся. Она почувствовала, как Тьма пульсирует внутри её тела, и была рада увидеть шок, отразившийся на его лице. Тьма проникала ему в рот, в ноздри. И она почувствовала, что готова. Готова задушить его, заставить его почувствовать ту же беспомощность, которую заставил её ощутить он. Но что-то её остановило, маленький огонек у неё в голове, который прошептал: "Полегче".

Она пришла в себя, отозвала тени и увидела, как Энцо, задыхаясь, упал на землю. Шатаясь, она бросилась к нему.

— Ты в порядке? — спросила она.

Её руки дрожали, когда она попыталась пощупать его пульс и повернула к себе его лицо. Он кивнул, всё ещё слегка задыхаясь. Она начала бешено озираться, и, увидев родник, уже собиралась помочь ему. Но затем услышала смех. Безумный смех. Она повернулась, не веря своим ушам, и поняла, что это Энцо. Его живот сотрясался от смеха.

— Чёрт, — сказал он, вставая. — А ты сильнее, чем я думал.

Она сощурилась и посмотрела на него.

— Ты в своём уме? Я могла тебя убить, — крикнула она.

Энцо фыркнул.

— Не льсти себе, принцесса. Этого мало, чтобы причинить мне вред.

— А что насчёт меня? Ты чуть не задушил меня у того дерева!

Его смех стих, и он посмотрел на неё своими хитрыми глазами.

— Хорошо, — сказал он бархатным голосом. — Возможно, в следующий раз ты подумаешь, прежде чем играть в игры со своей магией. Мы здесь закончили.

И, сказав это, он пошёл вниз по холму, не удосужившись обернуться и удостовериться, что она идёт следом.

Глава 6

В последующие три недели происходило всё то же самое. Она шла за угрюмым и саркастичным Энцо через весь Гелиос до тех пор, пока они не доходили до места, которое он выбирал для занятий. После первой тренировки, во время которой она разозлилась и выпустила тени, она больше ни разу не смогла их призвать. Она отчаянно пыталась это сделать до тех пор, пока один из них не терял терпение и не сбегал во дворец от изнеможения и разочарования.

Единственное, что не давало ей уйти за ворота и больше никогда не оглядываться, была та безопасность, которую предоставлял ей дворец, и надежда на то, что она сможет в достаточной степени овладеть своей магией, чтобы вернуть себе трон. Элара ненавидела зависеть от кого бы то ни было, а особенно от врага. Но мысль о мести за своих любимых — и только это — заставляло её продолжать, независимо от того, каким неприятным казался ей Энцо.

В один из таких дней она снова следовала за ним. Он ни разу не попытался с ней заговорить и вообще не обращал на неё никакого внимания. Она перекинула две свои косы на спину и шла за ним по запутанным горным тропам, где пыль и песок залетали ей в глаза и рот. Кажется, они поднимались всё выше и выше в горы, потому что она стала всё чаще делать глубокие вдохи чистого воздуха.

— Ты действительно не можешь найти какое-нибудь другое ровное место для тренировок? — крикнула она ему, в то время как его высокая фигура прокладывала путь впереди неё.

— Как насчёт того, чтобы поберечь дыхание? Оно тебе понадобится, — ответил он сладким голосом.

Она раздражённо подняла руки, продолжая идти под палящим солнцем. Но он был прав. Подъём оказался сложным, но все эти прогулки по окраинам города в последний месяц значительно улучшили её физическую форму. Её тело стало сильнее, а размер тех тарелок с едой, которую она поглощала каждый вечер, говорил о том, что она хорошо набирала потерянный вес и наконец-то приближалась к своей боевой форме.

Когда они остановились на привал, её рот раскрылся от изумления. Перед ними простиралась песчаная долина. Песок был красным и перемещался, словно движимый каким-то течением. Но больше всего её вниманием завладели два монолита, высотой более пятнадцати метров. Две крылатые фигуры, закрывшие глаза руками, и покрытые той же позолотой, что и дворец. Прохладный ветерок, долетевший из моря песков, заиграл с её волосами.

— Кладбище Ангелов, — произнёс Энцо, оглянувшись на неё.

— Какое «веселое» место, — пробормотала она себе под нос, а он мрачно посмотрел на неё.

— Как гласят легенды, — сказал он, поднявшись по ступенькам, вырезанным в тёплом коричневом камне, — мифические существа, ангелы Светы, погибли здесь во время великой битвы против крылатых львов Гелиоса.

Она вспомнила о "Мифах Селестии", которые читала.

— Их испепелили до тла, а их прах, смешавшись с кровью, создал это Море Песков.

Он указал на тёмно-красный оттенок вздымающихся песков, и Элара на секунду представила, что это произошло на самом деле.

— Я рада, что ты привёл меня в такое романтичное место, — сказала она протяжно, а Энцо только фыркнул и прищурил глаза.

Ей понравилось наблюдать за его раздражением. Ничего не ответив, он подозвал её, и она увидела, что между двух ангелов находилась огромная каменная платформа в виде диска, на которой были вырезаны красивые символы.

— Сегодня мы тренируемся здесь, — сказал он, расположив её напротив себя. — Но если тебе нужна романтика, я знаю пару мест, где можно полежать, — вкрадчиво произнёс он.

Она рассмеялась против своей воли, несмотря на его свинское предложение. Его шутливая и развязная натура, которую она наблюдала в банкетном зале, как будто бы начала просачиваться сквозь его неприступные стены.

— Спасибо, но устраивать постель на раскалённом песке... это меньшее из двух зол.

Улыбнувшись, она послала ему воздушный поцелуй вместе со своими тенями.

Он с лёгкостью отмахнулся от них.

— Так-так, разве ты забыла, что бывает, когда играешь с огнём?

Его рука воспламенилась, и он выбросил её вперёд, чуть не попав в неё пламенем. Она зашипела. Ухмыльнувшись, он развернулся и снял рубашку через голову. Её тени растворились в воздухе.

Его спина блестела от жары и была произведением искусства из перекатывающихся мышц. Но что на самом деле приковало её внимание — это его татуировка. Между его плечами был вытатуирован золотой лев с разинутой пастью, а его зубы как будто сверкали. Крылья, расправленные у него за спиной, покрывали кожу лопаток и были так детально прорисованы, что Элара была не в силах отвести от него взгляд. Когда Энцо начал разминать шею, его тугие мышцы натянулись и крылья затрепетали, словно лев вот-вот собирался взлететь. Это было прекрасно. Опасно.

— Что ты делаешь? — с трудом выдохнула она.

Он повернулся и широко ей улыбнулся. Угрюмости как ни бывало. Из-за смены его настроения она почувствовала себя так, словно у неё выдернули ковёр из-под ног.

— Неужели вид оголённой кожи заставляет тебя чувствовать неловкость принцесса Элара?

Его торс непростительно ярко блестел от пота, подчёркивая сильные мышцы его живота и глубокие борозды, которые исчезали где-то в штанах, свободно сидевших на его бёдрах. Он вытянул руки, и она отвела глаза.

— Я просто не думала, что принцу необходимо демонстрировать свои чудесные мускулы для поднятия самооценки. Кстати, мне нравится твоё тату. Лев Гелиоса. Скромненько.

Он только ухмыльнулся и продолжил идти, что разъярило её ещё больше.

— Как думаешь, почему люди так меня прозвали?

На этот раз у неё не нашлось для него остроумного ответа, и она выругалась на саму себя, когда её предательские глаза снова уставились на его мускулы.

— Итак, — продолжил он, улыбаясь ещё шире, словно точно знал, как сильно её разозлил, — мы знаем, что ты владеешь магией Трёх, и что Звезда не может тебя убить.

Она закатила глаза, так как ей уже до смерти надоело слушать одно и то же пророчество, которое играло на повторе в её голове.

— Нам нужно отточить твои умения, чтобы исполнить желание моего отца, которое заключается в том, что ты вернешь себе Астерию и будешь сражаться бок о бок с нами, когда займешь трон. Если начнётся война со Звездой, нам будут нужны твои люди, как и ты сама.

— Ты хоть что-нибудь знаешь о моих способностях? — спросила она в гневе.

— Кроме того, что ты только и можешь, что метать тонкие струйки дыма?

Она подняла глаза к небу.

— Ты гелионец, каким образом ты можешь помочь мне развить мои способности? Пока что ты не проявил себя как выдающийся учитель.

Он помолчал какое-то время.

— Я лучший маг в Гелиосе за много поколений, — спокойно ответил он.

— И, по-видимому, самый скромный, — огрызнулась она.

Он нашел её глаза.

— Я собираюсь опробовать на тебе метод, с помощью которого я отточил свои навыки. И нам надо работать вместе. А вот это, — он указал на себя, а затем на неё, — не работает. Нам нужно открыто общаться друг с другом.

— Сказал немой, — ответила она, а он посмотрел на небо, словно прося его о чуде.

— А учитывая, что я не могу тебя считывать, — продолжил он, игнорируя её слова. — Это значит, что ты должна быть честна со мной... насчёт твоих слабостей. Тебе нужно объяснить мне, как ты ощущаешь свои способности, какую форму они принимают, и когда ты чувствуешь себя истощённой.

Она с опаской посмотрела на него.

— Да, я гелионец, и у меня никогда не было твоих даров, но я помогу тебе, насколько смогу. Ради тех, кого я люблю.

Элару поразила его искренность; это было последнее, что она от него ожидала.

— Не ради своего королевства и его подданных, которых ты так доблестно защищаешь?

Она поднесла руку ко лбу и наклонила голову так, словно собиралась упасть в обморок.

У него вырвался тихий смешок.

— По-твоему, я похож на героя, принцесса?

— Для моего народа ты злодей. А для твоего? Вероятно, они поклоняются тебе так же, как те девушки на твоих коленях.

— Тогда это зависит от рассказчика.

Он подмигнул ей и уселся на землю

— Поверь мне, — добавил он, разминая мышцы плеч, — меня точно так же радуют эти обстоятельства, как и тебя.

— А вот это уже забавно.

Элара тоже опустилась на платформу. Она машинально поиграла с косичкой и заметила, как Энцо обратил внимание на этот жест.

— Мои способности постоянно меняются, — сказала она, откашлявшись.

Боги, как же ей не нравилось это признавать, в особенности ему.

— Как ты уже видел, некоторые из них сильнее других, но я не могу хорошо контролировать ни один из своих даров.

Он задумчиво кивнул, и между его пальцами начало танцевать пламя.

— Почему?

Её руки застыли у неё в волосах. Почему. Такой простой вопрос. Её губы начали беззвучно двигаться, а затем она сказала:

— Мои родители и... все остальные боялись магии Трёх. В Астерии нет больше никого, кто обладал бы такой же силой. Большинство из нас умеют управлять тенями, другие же — иллюзионисты. Сноходцы встречаются очень редко. Моя мать очень не хотела привлекать к этому внимание, хотела скрыть мою силу. Она просила меня подавлять её и сосредоточиться на браке, детях; на том, чтобы укреплять свою власть и заключать выгодные союзы. Отец воспринимал мою магию как лёгкую добычу для других королевств.

Элара горько рассмеялась.

— Он боялся, что меня будут использовать как оружие, что собственно и происходит сейчас. Поэтому меня никогда не тренировали, и со временем та чистая энергия, которой я обладала, истощилась.

Золотистые глаза Энцо пронзили её, и ей показалось, что она не может пошевелиться под тяжестью его взгляда. Он прошёлся глазами по её лицу.

— Я тоже единственный в Гелиосе, кто обладает магией Трёх, как ты уже слышала прошлым вечером. Если ты будешь подавлять свою энергию, это ничем тебе не поможет. Твоим родителям не следовало учить тебя бояться того, что является частью тебя.

Элара сглотнула, так как у неё во рту неожиданно пересохло.

— Мои родители делали всё, что могли, так как наше королевство было практически изолировано от остального мира благодаря тебе и твоему отцу, — холодно ответила она. — И я буду тебе благодарна, если ты оставишь своё мнение о них при себе.

Энцо не отказался от своих слов и не извинился, как она ожидала.

— Бедная птичка, запертая в клетке в башне из слоновой кости, — съязвил он.

Элара нацепила на лицо улыбку, такую же холодную, как ненависть, что пульсировала сейчас в её венах.

— Я не птичка, я дракон.

— И где же твой огонь?

Ухмылка сохранилась на лице Энцо, но он решил сменить подход, пока она не успела бросить в него очередную порцию яда. Он провёл рукой по волосам и сказал:

— Гнев заставляет твои тени материализоваться. Тебе надо научиться их контролировать, чтобы ты могла призвать их в любое время.

Она прикусила язык и проглотила свой гордый ответ.

— Управление тенями... в этом состоит твой дар, не так ли?

Элара кивнула и попыталась пробудить гнев у себя внутри.

— Попробуй ещё раз.

Она непонимающе уставилась на него.

— И не те жалкие тени, которые ты призывала всю неделю. Покажи мне что-то реальное, — потребовал он. — Или ты боишься, ведьма?

Она оскалила зубы, услышав это слово. Примитивное ругательство, которым обзывали астерийцев за их дары, одолженные Тьмой.

— Не называй меня так, — прошипела она.

Его оскорбление засело точно лёд в её груди, и она использовала его, чтобы выпустить тени из кончиков пальцев. Она никогда не была готова к этому ощущению. К ощущению замогильного холода и дрожи. Чёрные тени начали танцевать на её пальцах, и она собрала их вместе, посмотрев на Энцо. Она увидела блеск в его золотых глазах, он был готов к сражению. Она отпустила тени.

И они начали принимать форму чёрного кота, волка, летающего дракона — лёгкие и сотканные из беззвучной темноты. Почти не глядя на них, Энцо взмахнул рукой. Золотой свет вырвался из его ладони в форме арки и рассеял все её тени.

— И это всё, на что ты способна, всемогущая колдунья?

Она подняла глаза к небу.

— Прошу вас, небеса, дайте мне сил не убить этого мужчину прямо на месте, — раздражённо пробормотала она.

Небеса, раскрашенные во всевозможные оттенки коричневого, сердито посмотрели на неё в ответ, на незнакомку, оказавшуюся на их территории.

— Ещё, — рявкнул он.

Она попыталась подавить ощущение стыда и бесполезности и создала паукообразное существо ростом с человека, толстая тень которого, похожая на веретено, бросилась в сторону Энцо, которому оказалось достаточно лишь пошевелить пальцами, и его огонь разорвал тень на куски, оставив после себя лишь горячий камень. Она раздраженно зарычала, когда он посмотрел на неё с жадной улыбкой на лице.

— Еще.

Её охватил гнев, горячий и сильный, и она выбросила обе руки вперёд, желая окутать его тьмой. Тьма вырвалась, точно чернила, и окутала его с головы до ног. Прошло несколько секунд, а он так и не прожег её, как раньше. Ещё пара секунд, и она почувствовала, как её гнев начал остывать, а на её место пришёл страх того, что она могла сделать ему больно. Вспышка света, и тени снова рассеялись. Он улыбался.

— Лучше, — сказал он.

Она опустилась на землю, так как была опустошена после всего лишь трёх попыток напасть на него. Он сел на землю напротив неё, широко расставив ноги и поставив локти на колени.

— Тебе надо будет поработать над выносливостью и над источником своей силы, — сказал он, делая глоток воды из фляги. — Твоя последняя попытка... это был чистый, неконтролируемый гнев. Как и в лесу.

— Считаешь себя самым умным? — огрызнулась она, вытирая рукой лоб.

— Нет, — сказал он низким голосом. — Внутри каждого из нас есть источник энергии, питающий нашу магию. Тебе нужно сосредоточиться на нём.

Он сделал ещё один глоток и вытер рот тыльной стороной руки, а она отвернулась.

— Мы уже несколько недель учимся манипулировать тенями. Давай попробуем что-то другое. Другой дар.

— Иллюзии, — ответила она.

— И что это такое? — подозрительно спросил он.

— Создание чего-то, чего не существует на самом деле, — ответила она. — С их помощью можно заставить оппонента поверить в то, чего нет. Иллюзионисты из Астерии могут создавать места, людей, всё, что захотят. А используя свой дар сноходца, я могу создавать чьи-то самые сладкие фантазии или ужасные кошмары, как и всё остальное.

Он настороженно посмотрел на неё.

— Я тебе покажу.

Элара встала, позволила пелене появиться у себя перед глазами и почувствовала натяжение. Так она всегда его называла. Это было похоже на слабо натянутую нить реальности, за которую она могла потянуть и сплести из неё всё, что хотела. Как только она её находила, она могла начинать творить. Она сплела золотую бабочку, отправила её в полет, и та приземлилась на плечо Энцо. Тот фыркнул и удивлённо посмотрел на неё.

— Хороший фокус. И это всё? Каким образом бабочка может помочь тебе выиграть сражение?

Элара заскрипела зубами, услышав его оскорбительные слова, которые достали до самого её нутра. Она сосредоточилась на энергии, которую вложила в бабочку, и перенаправила её на себя, начав наполнять своё тело чарами красоты и притягательности. Она подсмотрела этот фокус у жителей Афродеи. Они могли соблазнить и одурманить любого в поле их зрения. И хотя Элара не смогла бы так же превосходно выполнить этот трюк, её дар позволял создавать иллюзии, которые были очень близки к этому эффекту. Она заставила себя подстроиться под каждое примитивное желание Энцо. Она позволила эмоциям наполнить её ауру, позволила чарам красоты окутать её золотым сиянием, а магии притягательности тёмно-фиолетового цвета покрыть её формы. Она раскрылась ему, чувствуя, как магия курсирует по её венам и наполняет её серебряные глаза. А затем она сделала шаг вперёд.

— Это не поможет нам победить, — сказала она низким голосом, шагнув в сторону того места, где он расположился на земле, и встретившись с ним глазами.

Его ухмылка исчезла.

— Ты прав, — сказала она, надув губки, и подойдя к нему. — Это всего лишь фокус для какой-нибудь пирушки.

Она вздохнула и присела на корточки перед ним, легонько положив руки на его согнутые колени. Его взгляд потемнел, после чего переместился на её руки, а затем на её лицо.

— Вообще-то, — сказала она и начала наклоняться к нему так, что одна из её косичек коснулась его голого живота. — Не думаю, что я вообще обладаю какой-либо силой... Мне кажется, — она припала к его уху, и его тело напряглось под ней. Оно было теперь так близко, что она чувствовала запах амбры, исходивший от него: — ты меня недооценил.

В мгновение ока она достала кинжал с ремня на поясе и с изящным хладнокровием приставила к его горлу. Он начал извиваться, когда она оседлала его и прижала его голову к земле, а чёрный дым обездвижил его запястья над головой.

— Только посмей, — прошипела она. — Ещё хотя бы раз оскорбить мою магию.

Она в последний раз взглянула ему в лицо и ещё сильнее прижала кинжал к его коже, в доказательство своих слов, после чего спрыгнула с него и тихонько усмехнулась. Она услышала хлопок, развернулась и увидела, что его руки объяты пламенем, а лицо сделалось грозным.

— Вот это и есть, — она поклонилась ему, — иллюзия.

— Обманщица.

Она ловко крутанула кинжал у себя в руке.

— А-а, — театрально воскликнула она, — но вопрос состоит в том, кто кого сейчас убил?

Он приподнял одну бровь.

— Ты всегда такая высокомерная?

— А ты всегда такой невыносимый? — парировала она.

И тогда он рассмеялся. Звук его смеха удивил её.

— Очевидно, что это твой самый сильный дар.

Он откашлялся и потянул за штаны. Она подавила улыбку и притворилась, что рассматривает ангелов.

— А какой третий?

Элара посмотрела на драгоценные камни, которыми был инкрустирован её кинжал, и на астерийские слова, выгравированные на его лезвии.

— Хождение по снам, — ответила она. — Я могу посещать сны других людей с тех пор, как была маленькой, но я никогда не умела это контролировать. Я могу находить кошмары, которые мучают человека, и либо помочь ему, либо сделать больно. Находясь у кого-то во сне, я могу разговаривать с этим человеком.

Он задумчиво посмотрел на неё.

— Интересно, — проговорил он. — И как это работает?

— Я не совсем в курсе, — призналась она. — Меня никогда этому не учили. Это редкий дар. Я путешествую во снах, только когда сама сплю. У каждого человека своё собственное пространство сна. Иногда это место, которое приносит им утешение, как дом. Но если это кошмар, то это будет место с плохими воспоминаниями, — объяснила она. — Правда, иногда я оказываюсь в своих собственных снах, в своём собственном пространстве сна. Но это происходит редко.

— И как выглядит твоё пространство сна?

— Когда-то это был Пляж Чёрных Песков рядом с Беззвёздным морем.

Её глаза наполнила грусть.

— Но больше я не считаю его своим домом. Сейчас это пространство ни на что не похоже. Оно представляет собой приглушённые тона чёрного и синего.

Он надолго пригвоздил её тяжёлым взглядом своих золотых глаз, и она отругала себя за то, что так много ему поведала. Наконец, он испустил глубокий вздох.

— Я отведу тебя к Изре, она поможет тебе потренировать этот дар.

Она не знала, почему он вообще ей ответил.

— Кто такая Изра?

— Друг. И та, в ком ты отчаянно нуждаешься, если мы хотим привести тебя в боевую форму.

— Да уж, — сухо ответила Элара.

Он пристально посмотрел на неё.

— Тебе надо начать практиковаться самостоятельно. Начни сегодня же вечером.

— По-твоему это так просто?

— Думаешь, мне было просто стать тем, кем я сейчас являюсь? — ответил он.

Она какое-то время смотрела на него, и знакомый гнев начал охватывать её тело. Что же он такое сделал, чтобы его имя начали шепотом произносить по всему свету?

— Я думаю, что можно без труда возвыситься, если идти по головам, — ответила она. — Я слышала много историй о том, как ты заработал себе свою славу. И о том, что ты совершил. И глядя на тебя, я верю каждой из этих историй.

Энцо поднялся, и мрачный глухой смех вырвался из него, когда он подошёл к ней.

— И что конкретно ты слышала, принцесса? — пробормотал он, подходя еще ближе. — Что я невероятный любовник?

Он ухмыльнулся и начал разминать одну руку другой рукой. Она проигнорировала то, как перекатываются мышцы у него на руках.

— Что я воин, которого боятся?

Он принялся разминать другую руку.

— Что ты опасный и беспощадный. Нас предупреждали о тебе. Лев Гелиоса, который способен сравнять с землёй всё, что встаёт у него на пути.

— Ты боишься?

Теперь он находился в нескольких сантиметрах от неё, загородив своим огромным телом Свет. Он поднёс руку к прядке волос, которую горячий сухой ветер сдул ей на лицо. Её глаза сверкнули, и она вздёрнула подбородок

— Ни за что, — с презрением ответила она.

Он наклонился к ней и завел прядь волос ей за ухо.

— Очень зря, — прошептал он ей в ответ. — Свет умеет скрывать любые тени.

И тогда она улыбнулась.

— Ты забыл, что я в них родилась. Ты ведь поэтому не доверяешь таким, как я, забыл? Твои слова меня не пугают, как и твой высокомерный вид.

— О, серьёзно? — спросил он тихо, и рука, которая завела прядь волос ей за ухо, скользнула по её шее. — Но биение твоего пульса говорит мне о том, что я уже завладел всеми твоими мыслями.

Это была правда, и она ненавидела то, как несколько его слов могли так легко вывести её на эмоции. Он отпрянул с улыбкой на лице и пошёл прочь по песку. Она сделала глубокий глоток воздуха, после чего подобрала свою флягу с водой. Тихо ругаясь себе под нос, она побежала по петляющей тропинке на песке и пролетела мимо Энцо, прокручивая в голове мысли полные яда.

***

Когда она вернулась во дворец, слегка промокшая и покрытая пылью, она сразу же отправилась в купальни, чтобы оказаться как можно дальше от Энцо. Всю дорогу она чувствовала его тяжёлое присутствие за спиной, но ни разу не потрудилась обернуться или завести разговор. Вместо этого, она упрямо сжала челюсти и продолжила намеренно его игнорировать.

Она узнала про купальни от Мериссы, которая упомянула о них пару дней назад, и когда дошла до них, то была в очередной раз поражена великолепию этого дворца.

Купальни представляли собой настоящее зрелище, как и всё остальное в Гелиосе. По обе стороны от тёплой лагуны бирюзового цвета росли пальмы. Она ступила на мозаичную плитку в укромном помещении, вырезанном в скале. Его тусклое пространство было освещено факелами, и тишину нарушало лишь потрескивание пламени и мерный плеск воды.

Пройдя чуть дальше, она увидела деревянные двери вдоль одной из стен. Она заглянула внутрь и увидела горячие угли в углу, от которых в воздухе висел лёгкий пар. Сауна. Работающая на тепловой или огненной магии, благодаря которой и были известны гелионцы. Внутри пахло эвкалиптом, и этот запах помог ей очистить мысли. Она продвинулась вперёд и заметила шкафчики со снадобьями, сухими цветами и всевозможными ароматическими маслами, запахи которых смешивались и наполняли воздух. Прямо из воды тянулись колонны, и она раскрыла рот, когда, наконец, дошла до огромного бассейна. Лепестки и цветы всевозможных оттенков от желтого до бледно оранжевого плавали на поверхности бирюзовой воды, словно приглашая её. Свечи горели по краям бассейнов, отбрасывая мерцающие тени на мраморные колонны. Потолок купален был раскрашен в матовый синий и фиолетовый цвета, и она вдруг осознала, что он выглядел точно как небо в Астерии. Она тут же решила, что это её самое любимое место во всём дворце.

Испустив протяжный вздох, она сбросила одежду, покрытую песком, которая начала царапать её кожу, и спустилась по ступенькам в воду. Она потянула за косу и начала распутывать пряди до тех пор, пока не расплела все волосы. Когда ноющие мышцы ощутили на себе плеск тёплой воды, она застонала, и пошла вперёд, пока её ноги не перестали чувствовать дно. И тогда она поплыла, растягивая мышцы и прогоняя боль, вызванную последними днями тренировок с Энцо. Перевернувшись на спину, она позволила себе полежать на воде, глядя на нарисованное сине-фиолетовое небо.

Она не знала, сколько времени провела в этом бассейне в полном одиночестве. Она неспешно создала тень, сестру-близнеца той бабочки, которая приземлилась на плечо Энцо. Но когда провела по ней рукой, бабочка рассеялась, словно дым. Она снова легла на спину, раздражённо вздохнув. Почему она не могла создать что-то материальное, что-то настоящее? Какой толк от теней и дыма, когда ей нужно себя защитить?

Она вспомнила о словах Энцо, которые он сказал во время их первой тренировки, и когда назвал её слабой. Бесполезной. Эти слова давили на неё как камень, напоминая о Лукасе, который множество раз говорил ей то же самое, и который кричал на неё, когда она пыталась создавать вместе с ним иллюзии за спиной у родителей. Чёрная ярость начала сочиться из неё.

Она знала, что отношения между Гелиосом и Астерией были в лучшем случае натянутые. Войны, которые вспыхивали на границе в течение многих веков, сделали их врагами. Война против Тьмы, которую развязали предки Энцо задолго до рождения Элары, бросили Астерию на произвол судьбы и отрезали от остального мира. Война закончилась, когда ей было всего пару лет, после того, как её отец и король Идрис заключили шаткий мир. И все же гелионцы то и дело устраивали небольшие набеги. В течение многих лет несчастные жители приграничных городов оказывались на линии огня, так как солдаты Гелиоса сжигали деревни, которые затем разворовывали, дюйм за дюймом захватывая их земли. И Лев Гелиоса делал это вместе с ними.

Она никогда бы не стала судить по человеку по месту его рождения. Она никогда бы не осудила принца, если бы он не вёл себя так, как тот лев, о котором её предупреждали. А вот ему стоило лишь раз взглянуть на неё, чтобы осудить. Словно именно она, молодая принцесса, была его врагом, а не всемогущая Звезда, угрожавшая уничтожить оба их королевства. Ведь ситуация была гораздо масштабнее. У них был общий враг. Но упрямый принц не мог даже на мгновение отбросить свои предубеждения, чтобы увидеть это.

— Невыносимый идиот и задница, — пробормотала она сама себе, швырнув призрачный камень вдоль бассейна.

Она погрузилась под воду, желая очистить голову от этих бесконечных мыслей, после чего вышла из ароматной воды и поместила своё уставшее тело в заполненную паром сауну. Там ей наконец-то удалось отпустить весь свой гнев и переживания. После этого она намазала своё тело маслами, до которых смогла дотянуться, надела халат и покинула купальни, направившись в свою комнату сквозь темноту ночи.

Глава 7

Сидя на балконе среди тёплого ночного воздуха, Элара попыталась создать тень. Час был поздний, в окнах, которые она видела на другом конце сада, мерцали свечи, а тёмно-оранжевый Свет сменялся бордово-красным.

Она изо всех сил сосредоточилась, и начала делать глубокие вдохи, погружаясь в свою магию и стараясь вытянуть её на поверхность. Плотные чёрные тени начали пульсировать на её пальцах, и она довольно улыбнулась. Ей стало гораздо проще их призывать, чем во время тренировок на прошлой неделе, а в особенности после сегодняшней тренировки. Ей была нужна именно такая материя. Она пошевелила руками, повернула их и восхищенно понаблюдала за тем, как тени следуют за её движениями. Как вдруг подпрыгнула, услышав голоса, доносившиеся снизу из сада.

Лео, смеясь, вышел на лужайку, а следом за ним Энцо. Боги, они были такими высокими, под два метра ростом, и Энцо был, как минимум, на дюйм выше Лео. Оба были крепкого телосложения, с сильными мышцами, и шли наполовину раздетые с мечами в руках. Щёки Элары вспыхнули, и ей пришлось закатить глаза. Хоть кто-нибудь в этом королевстве носил рубашки?

Её мысли прервались, когда Энцо сказал что-то Лео, который снова рассмеялся, после чего бросился на него с мечом.

Раздался звон стали, и мужчины приступили к сражению. Элара никогда не видела подобных боёв. Мышцы и сталь мелькали у неё перед глазами, в то время как оба мужчины танцевали напротив друг друга, то нападая, то защищаясь. Каждое движение выверено, будь то выпад или толчок. Но чем дольше она наблюдала за ними, тем явственнее она понимала, кто побеждает. Энцо. Послышалась какая-то приглушённая команда, которую она не смогла разобрать, и она ахнула, увидев, как всё вокруг охватили свет и пламя. Энцо применил свою магию пламени, а Лео магию света, используя ту самую субстанцию, что поднималась и опускалась на небе каждый день. Энцо сделал из своей магии щит и с помощью него начал оттеснять Лео.

Тела обоих блестели от пота, пыхтение и крики раздавались вокруг, пока они танцевали на лужайке, сражаясь друг с другом. Лео преобразовал поток света в меч, но Энцо был слишком быстрым. Не успела Элара моргнуть и глазом, как он отразил его своим огнём. Та мощь, и смертоносное упорство, с которыми сражался Энцо, прибегая или не прибегая к своей магии, завораживала. Лео ушёл на второй план, так как всё её внимание было обращено на принца. Она перегнулась через перила, чтобы лучше видеть, так как больше не могла сопротивляться притяжению его силы. А Энцо в это время безжалостно продвигался вперёд, даже не запыхавшись, с львиной улыбкой на лице, благодаря которой он, по всей видимости, и заслужил своё прозвище. С безжалостной точностью он продолжал выпускать потоки огня.

Элара должно быть что-то воскликнула, она и сама не поняла, так как рёв огня и звон мечей заглушили её крик. Её сердце отчаянно забилось в груди, когда она увидела Лео, лежащего на земле. Сумасшедший придурок... нет, огромный кусок де.... если он покалечил Лео...

Но ей пришлось прервать поток своей брани.

Лео смеялся, лежа на земле, а Энцо улыбнулся, когда Лео поднял руку, призывая Энцо поднять его. Значит, его огонь не причинил вреда Лео, и даже не опалил его одежду.

Полнейший, всепоглощающий контроль.

Мужчины похлопали друг друга по спинам, по которым струился пот. Она увидела, как Лео кивнул, ещё раз улыбнулся и поклонился, признав своё поражение. А затем он ушёл, оставив Энцо на лужайке.

Элара посмотрела на его силуэт на фоне кровавого неба, и была готова поклясться, что сама его кожа содержит Свет, отчего он как будто светился золотом. Теперь, когда ничьи глаза не могли её видеть, а особенно он, она позволила себе хорошенько разглядеть мужчину внизу.

Он был по-настоящему красив. Хотя ей и не нравилось это признавать. Его точёные, как у статуи, мышцы были всё время опасно напряжены и могли быстро умертвить любого. Его спина напряглась, и лев, вытатуированный на его коже, начал красиво отливать золотом. Он провёл рукой по своим чёрным взъерошенным кудрям и начал пить воду из фляги. Один из локонов упал ему на глаза, и в этот момент ей захотелось стать художником, несмотря на то, как сильно она его ненавидела, и как сильно он сводил её с ума. Лишь для того, чтобы запечатлеть то, как он выглядел на фоне заката, и как сверкала в ухе его золотая серёжка.

Он замер и оторвал флягу от своих губ. Медленно, словно хищник, он повернулся.

Элара резко присела на корточки за перила балкона. Чёрт, чёрт, чёрт. Он не мог её видеть. Это было невозможно. Она осталась сидеть на корточках на неопределённое время. Пока небо не потемнело ещё сильнее, а её ногу не стало сводить судорогой.

Она сморщилась, размышляя о том, стоит ли ей доползти до дверей на животе или на четвереньках. Но затем, выругавшись сама на себя и на то, что она позволила себе отвлечься, она медленно встала. На лужайке никого не было видно. Она облегчённо вздохнула, и зашла внутрь, оставив балконные двери открытыми, после чего опустилась на простыни.

***

Элару разбудили кошмары. Они вонзили в неё в свои когти так, что она начала задыхаться, глотая ртом воздух. В большинстве случаев ей удавалось их избегать, переходя в чужие сны, но из-за изнеможения, она, должно быть, осталась в своём собственном сне. Она начала моргать, чтобы отогнать образы крови и остекленевших глаз, и постаралась выровнять дыхание. Найдя на ощупь край кровати, она встала, и свежий воздух, доносящийся из открытых дверей, поманил её. Она дошла до балкона в надежде, что ароматный воздух успокоит её бешено стучащее сердце. Было так странно, что у неё уже появились привычки в этом новом доме. Спокойные уголки в Гелиосе, о которых она и помыслить не могла.

Встав на колени на приподнятом от пола диване, она повернулась к небу. Она поставила локоть на балконные перила, подпёрла голову рукой и посмотрела на окна комнат, видневшихся на другом конце лужайки. Ей пришла в голову одна идея, когда она вспомнила о наставлении Энцо практиковаться самостоятельно.

Она опять сосредоточилась уже привычным для себя образом, села и расслабила руки. Начав вытягивать магию из самого центра и держа в голове определённый образ, она сплела птицу, такую же чёрную как сумерки, которую наполнила тенями. Птица каркнула, и она усмехнулась, проведя пальцем по её блестящей голове. Закусив щёку, она сосредоточилась на том, чтобы заставить птицу полететь. Сначала это не сработало. Она разочарованно зашипела, и попробовала снова. Птица как будто склонила голову и посмотрела на неё. А в третий раз она полетела. Из Элары вырвался радостный смех, она подняла руки и увидела, как птица полетела по дуге, зависла в небе, а затем вернулась на перила балкона.

— Хорошая маленькая ворона.

Она погладила птицу по голове и обрадовалась, почувствовав, что теперь её тени казались гораздо плотнее, чем сегодня днём. Она посмотрела на балкон напротив. Если она сможет заставить её долететь до того балкона и обратно одной лишь силой мысли, то сможет вернуться ко сну.

Небо совсем потемнело, когда она сделала глубокий вдох и подняла птицу на вытянутых руках. Птица расправила крылья и полетела над садом, точно стрела, и села ровно на тот балкон напротив неё. Её охватило воодушевление. Она уже собиралась вернуть птицу обратно, как вдруг двери балкона распахнулись, и оттуда вышла чья-то фигура, тяжело дыша. Она застыла на месте с вытянутыми вперёд руками. Фигура облокотилась на изогнутые перила, часть лица оказалась скрыта от неё, когда человек посмотрел на небо. Она прищурилась. Из-за расстояния и темноты ей было трудно его узнать. Но затем его рука откинула волосы назад. Этот жест она могла бы узнать где угодно.

— Ради всего святого, почему я?

Она бросила на небо ядовитый взгляд. Если бы она осталась абсолютно недвижимой, он мог бы её не заметить. Он и так, казалось, не обращал ни на что внимания, а его лицо было всё ещё обращено к звездам. Она могла поклясться, что оно побледнело, но он стоял так далеко, что она могла это себе придумать. Она сделала осторожный шаг назад, затем ещё один. У неё получится.

Но затем ворона каркнула.

Она заставила каждую мышцу в своём теле застыть, и съёжилась, глядя перед собой и проклиная тень, созданную её собственным воображением. Энцо посмотрел на птицу на своём балконе и нахмурился, а затем осмотрелся вокруг. Его глаза заметили её фигуру, и он замер.

"Теперь терять уже нечего", — подумала она и поморщилась. Она приподняла руку и нерешительно взмахнула. Она услышала, как в ночном воздухе раздался тихий смешок, когда он поднял руку в ответ.

Он снова посмотрел на птицу и указал на неё, словно спрашивая:

"Это ты сделала?"

И поскольку она не могла кричать на весь сад, она просто подняла руки и сдвинула птицу, показывая ему, что она её контролирует. Она увидела, как он картинно похлопал ей, и сощурила глаза.

Он махнул рукой в воздухе, прося её подождать, и исчез у себя в комнате. Она оставила птицу на месте, сгорая от любопытства. Он вернулся мгновение спустя с небольшим квадратным листочком и ручкой. Даже с этого расстояния она увидела ухмылку на его лице, когда он написал что-то, после чего поднял листок двумя пальцами, показал ей, а затем вложил в клюв птице. Он насмешливо ей поклонился, а она вздохнула и заставила птицу взлететь. Та снова каркнула, полетела над садом, после чего тихо приземлилась на её балкон. Она посмотрела на Энцо, и теперь, когда её глаза привыкли к темноте, она увидела, что он широко улыбается.

Она взяла сложенный листок бумаги из клюва птицы с нарастающим трепетом. Развернув её, она посмотрела на Энцо, а затем снова на листок.

Корявыми буквами на нём было написано:

"Тебе понравилось пялиться на мои "чудесные мускулы" со своего балкона, принцесса?".

Она смяла листок бумаги, и её глаза дико метнулись в его сторону. Его язык упёрся в щёку, а сам он смотрел на неё.

— Ну? — крикнул он на весь сад, после чего согнул руку и поцеловал свой бицепс.

Удивлённый смех вырвался из неё против её воли. Она взяла листок бумаги и схватила ручку со столика рядом с диваном.

"С чего ты взял, что я смотрела? И у тебя ужасный почерк. Как и твоя техника. Я уделаю тебя в смертельной схватке".

Она ухмыльнулась, вложила листочек в клюв вороны и снова отправила её на другой конец сада. Она услышала, как Энцо фыркнул, когда склонился над листком бумаги. Что, чёрт возьми, она делала? Она покачала головой, когда листок бумаги снова оказался в клюве у птицы, которая полетела назад к Эларе.

На этот раз в записке говорилось: "Почему ты не спишь так поздно?"

Она начала раздумывать о том, чтобы рассказать ему о кошмарах, которые её мучили или о тех ужасах, что всё ещё преследовали её по ночам. Но вместо этого она написала: "Не могла перестать думать о блестящей груди Лео и его сильных грудных мышцах".

Когда Энцо получил записку, он громко выругался так, чтобы она его услышала, а затем рассмеялся. Следующая его записка была короткой.

"Продолжай обманывать себя".

Затем пробел, и далее, как бы между прочим: "У меня тоже бывают кошмары".

Она сложила листок и посмотрела на него. Она не знала, как он догадался, и не хотела знать. Она и так уже чувствовала, что перешла некую черту. Он салютовал ей двумя пальцами, и надолго задержал на ней свой взгляд. Она помахала ему в ответ и тихонько вернулась в кровать.

Глава 8

Её голова проветрилась, и Элара пообещала себе постараться быть добрее к инструктору, с которым ей пришлось работать против её воли. Этой ночью между ними как будто стёрлась какая-то грань, и Элара надеялась, что это преуменьшит её желание убивать его всякий раз, когда он что-нибудь говорил.

Он ждал её за стенами дворца, скрестив руки и прислонившись к тёплому камню. Голубая туника без рукавов и штаны, которые он сегодня надел, делали его золотые глаза более выразительными. Её надежды тут же испарились, когда он раскрыл рот.

— Сегодня мы отправимся в город. Тебе следовало одеться более подобающим образом.

Она посмотрела на свою юбку и укороченную блузку, которую выбрала для неё Мерисса. В нём не осталось ни следа ночного дружелюбия, он даже не упомянул прошлую ночь.

— Я, наверное, пропустила правило, согласно которому, мне запрещено носить юбки. Нет ничего плохого в том, чтобы получать удовольствие от красивых вещей.

— Это правда. И ты доказала это вчера вечером, не так ли?

Он ухмыльнулся и пошёл прочь, а она заскрежетала зубами.

— Держись рядом со мной и не снимай капюшон. Делай то, что я скажу.

Элара закатила глаза.

— Как бы мне ни нравилась идея потакать каждой твоей прихоти, но ты можешь хотя бы объяснить, для чего это нужно?

Он начал закреплять седло на одной из своих лошадей.

— Слушай, мы уже месяц пытаемся работать с твоей магией. Ты слишком отстала... на годы, Элара.

Она вздрогнула, услышав, как он назвал её по имени.

— Я не виновата в том, что оказалась взаперти и была вынуждена подавлять её всю свою жизнь, — ответила она.

Его глаза смягчились, и это разозлило её ещё больше.

— Я знаю, что в этом нет твоей вины, — произнёс он низким голосом. — Но с этим надо что-то делать. Каждый новый день это ещё один день правления Ариэта на твоём троне. Каждый новый день это ещё один день, когда ему может понравиться жить среди нас и захочется большего, — в его глазах вспыхнул огонь. — Ты наше единственное оружие, Элара. Единственная, кого нельзя убить. И ты должна быть готова, как можно скорее.

— Может, хватит уже это повторять!? — раздражённо крикнула она. — Меня уже тошнит от этого. Я знакома с пророчеством. Я жила с ним все эти годы. И ты даже не знаешь полный...

Она замолчала, сжав челюсти.

— Что "полный"?

— Ничего, — огрызнулась она, после чего запрыгнула на лошадь и последовала за Энцо по крутой извилистой дорожке прочь от дворца. — Ты говоришь мне всё это, а я даже не знаю, куда мы едем.

Он испустил вздох.

— Я отведу тебя к Изре.

— Ну, наконец-то, та самая Изра! И как именно она мне поможет?

Он резко остановился рядом с ней, когда они достигли подножия холма.

— Она провидица, — сказал он так тихо, что ей пришлось напрячь слух.

Страх охватил её ледяной волной, как только она вспомнила те слова, что мучили её. И не те слова, что неустанно повторял ей Энцо, а ту часть пророчества, о которой знали только Звёзды. Ту часть, которой она ни с кем не делилась.

"Ты влюбишься в Звезду, и это убьёт вас обоих".

Она отогнала страх подальше, и нацепила на лицо непринуждённую улыбку.

— Провидица? — фыркнула она. — Ты хотел сказать мошенница, как большинство из них.

Он раздражённо развернулся к ней.

— Послушай. Мы несколько недель пытаемся получить доступ к твоей магии. Ничего не работает. Ты даже не знаешь, кто ты, чёрт возьми, такая. И мои дары не работают на тебе. Я ничего не вижу, забыла? Она самая могущественная провидица во всём Гелиосе и Свете из тех, что я знаю. О её способностях я могу только мечтать. Поэтому мы идём к ней. Она расскажет тебе, как высвободить твою магию, и мы сможем продолжить тренировки, чтобы подготовить тебя к сражению с Ариэтом в случае начала войны. И тогда я наконец-то перестану с тобой возиться.

— Похоже, ты всё продумал. Провидица волшебным образом поможет нам победить Звезду и стать лучшими друзьями, и все будут жить долго и счастливо.

Она надеялась, что её сарказм разозлит Энцо.

— Ты ничего не знаешь о нашей магии, — пробормотал он в ответ. — Продолжай прятаться в своих тенях.

Сказав это, он развернулся. Его плечи вздымались. Она последовала за ним, молча закипая.

На них были надеты плащи, тонкие как паутина, поэтому они могли не снимать капюшоны среди этой удушающей жары. Элара залюбовалась видами, которые они проезжали. Небеса были цвета золотистого масла, так как Свет почти достиг полуденного пика. Чем дальше они углублялись в город по пыльным улицам, тем больше её восхищала окружающая их архитектура. В декоре каждого здания присутствовали золотой и белый цвета. Дома как будто сияли, как и Энцо. Их гладкие прохладные камни были украшены прекрасными узорами и мозаикой. На более крупных строениях, которые они проезжали — музеях, фонтанах и других монументах — были вырезаны детально прорисованные фигуры. Некоторые из них изображали Звезду-покровителя этих земель, Леона. Его высокая блестящая фигура была облачена в львиную шкуру. Другие изображали прекрасных женщин, святых, мучеников и мифических существ. Даже в Астерии, стране, известной своей темной красотой, им было неведомо такое искусство.

Она позабыла о том, что была зла на Энцо, и о том, куда он её вёл, и вдохнула сухой воздух. В этой части города он даже пах по-другому. Горячим камнем и цветущими летними цветами. Чем дальше они продвигались, тем больше сужалась улица до тех пор, пока им не стало сложно вести по ней своих лошадей. Энцо остановился перед узким переулком и кивнул маленькому мальчику с тёплыми карими глазами и густыми кудрями, прислонившемуся к стене с мячом в руках.

— Здравствуй, Рико, — сказал он мальчику.

Мальчик улыбнулся ему беззубой улыбкой.

— Здравствуй, принц, — ответил он.

Элара приподняла брови, услышав их фамильярное приветствие.

— Как обычно, Рико. Забери лошадей, накорми и вымой их. Присмотри за ними до нашего возвращения. И никому не говори о том, что видел нас.

Он спустился с лошади.

Маленький мальчик нахмурился, посмотрев на Элару.

— Кто она такая? — сказал он, кивнув на неё.

— Разве я не учил тебя хорошим манерам в присутствии дамы? — отчитал его Энцо.

Элара фыркнула, ловко перекинула ноги на одну сторону и спрыгнула на землю.

— Простите, — пробормотал мальчик.

Энцо улыбнулся и бросил ему золотую монету.

— Мы скоро вернёмся.

Элара неуверенно улыбнулась Рико, когда Энцо повёл её в переулок, положив руку ей на поясницу. Она слегка напряглась от его прикосновения, но если он это и заметил, то ничего не сказал. Не опуская руки, он повёл её по затенённому переулку. Приятная прохлада окутала её в то время, как где-то неподалеку послышались звуки, которые начали становиться все громче. Когда они вышли из переулка, её атаковали цвета всевозможных оттенков. Яркий красновато-оранжевый и шафрановые краски поплыли у неё перед глазами, а шум, доносившийся от рыночных палаток, завладел её вниманием. Уличные торгаши, которые шумно продавали свои товары, начали махать руками перед её лицом, приглашая подойти к их прилавкам.

— Запомни, что я сказал, — проговорил он ей на ухо. — Держись рядом со мной и делай, что я скажу.

Она кивнула, слегка напуганная шумом рыночного квартала. Энцо поправил свой капюшон и повёл её вперёд. Старик с кожей орехового цвета и седыми усами встал у них на пути с шелковыми лентами мандаринового цвета в руках.

— Немного шёлка для красивой женщины? — спросил он.

Но Энцо проигнорировал его, подталкивая Элару вперёд.

— Смотри только перед собой. Если ты посмотришь кому-нибудь из них в глаза, они сделают всё возможное, чтобы заманить тебя к себе.

Она прищурилась и посмотрела вдаль. Ряды палаток тянулись по пыльной дороге. Экзотические, незнакомые ароматы начали танцевать вокруг неё, когда они проходили мимо бочонков заполненных специями. Жареный лук и паприка, а затем запах свежей мяты, розмарина и соблазнительный запах пекущегося хлеба. Её желудок заурчал.

Вздохнув, Энцо подвел её к прилавку и что-то тихо сказал женщине, стоявшей за ним. Она передала им две булки солёного хлеба с розмарином и немного вяленого мяса.

— Спасибо, — сказала Элара, улыбнувшись ему.

— Если бы я знал, что ты станешь такой приятной в общении, если я куплю тебе еды, я бы кормил тебя насильно весь день.

Она усмехнулась, сама того не желая, и впилась зубами во всё ещё тёплое тесто. Оно растаяло у неё на языке, заставив её испустить вздох, и пока они шли, привкус соли продолжил танцевать у неё во рту.

— А ещё ты мог завести со мной вежливый разговор, как ты сделал это вчера ночью.

Не было никакого смысла избегать эту тему.

Энцо напрягся и замедлился.

— Тебе стоит забыть о том, что произошло, — тихо сказал он.

— Почему? Потому что я твой враг, а ты "не доверяешь таким, как я" и так далее и тому подобное?

Она откусила ещё кусочек. Скорее ад покроется льдом, чем она позволит ему вывести себя из равновесия.

— Ты невыносима, — вздохнул он.

— Как и ты. Знаешь, я никогда не видела ничего подобного в Астерии, — продолжила она, сменив тему.

— Разве у вас нет подобных базаров?

— У нас есть рынки, но совсем не такие. Этот рынок наполнен жизнью.

Энцо завёл её в боковой переулок, осмотрелся вокруг, после чего постучал по косяку неприметной дубовой двери. Удар — пауза — два коротких удара — пауза — и снова удар.

Они подождали, бабочки начали собираться в животе у Элары. Наконец, раздался звук отпирающегося замка, и дверь со скрипом открылась. Элара ожидала увидеть кого-то, но её встретил лишь прохладный, тёмный коридор, уходивший вглубь помещения. Энцо повел её внутрь, а она постаралась не упираться пятками в пол.

Как только её глаза привыкли к тусклому освещению, ей в нос ударил приторный запах ладана. Он окутал её, точно густой дым, в нём чувствовалось что-то душное, словно он был насквозь пропитан магией. Они прошли по узкому коридору и оказались в слабо освещенной комнате, тёмное пространство которой было залито фиолетовым светом горящих свечей. Чья-то фигура сидела, склонив голову, и изучала карты, разложенные на столе. Элара приподнялась на цыпочках и посмотрела на них через плечо Энцо. Она узнала колоду. В детстве они частенько играли в карты тёмными ночами вместе с Софией и Лукасом, предсказывая друг другу будущее. Её желудок болезненно сжался при воспоминании о Лукасе, и она заставила себя перевести внимание на комнату. Сбоку кипел чайник, и только когда он засвистел, загадочная женщина подняла глаза.

— Здравствуй, дорогой, — проворковала она.

— Здравствуй, Изра, — он наклонился вперёд и поцеловал её в щеку.

На его лице появилась непринуждённая улыбка, и губы Элары скривились. У женщины был резкий гортанный говор, который отличался от мелодичного акцента Энцо. Её волосы были заплетены в косички, как у воина, и доходили ей до пояса. А у неё на лбу были нарисованы замысловатые узоры, характерные для жителей Светы. Провидица даже не потрудилась взглянуть на Элару, и она почувствовала, как взыграло её эго. Она уже была готова обойти Энцо и представиться, как вдруг взгляд Изры метнулся в её сторону, заставив её застыть на месте. Её глаза были красивого орехового оттенка, светлее, чем у большинства гелионцев, и они сильно выделялись на фоне её кожи насыщенно-коричневого цвета.

— Я ждала тебя, — сказала она Эларе.

Элара вышла вперёд, настороженно посмотрев на провидицу.

— Изра, это та самая девушка, о которой я тебе рассказывал. Я хочу, чтобы ты помогла ей.

Они обменялись напряжёнными взглядами. Элара заметила это и приподняла бровь.

— Всё в порядке, она знает, кто ты такая, — сказал он Эларе.

— Приятно познакомиться, принцесса, — ответила Изра.

Холодность в её взгляде пропала, сменившись теплотой, и её глаза орехового цвета стали напоминать летнее поле с его водоворотом зелёных и коричневых красок.

— Ты забыл упомянуть о том, какая она красивая.

Провидица широко улыбнулась, откинулась на стуле и как бы между прочим добавила какие-то травы в каменную миску. Её пальцы танцевали вокруг, на ощупь выбирая растения. Энцо только закатил глаза и прислонился спиной к стене, которую подпёр ногой.

— Теперь я понимаю, почему ты скрывал её от меня всё это время.

Она подмигнула Эларе.

— Сядь, принцесса, — она указала на деревянный стул, а сама встала и пошла на кухню.

— Могу я предложить тебе чаю?

— Да, пожалуйста, — ответила Элара, изнемогающая от жажды после прогулки по городу.

— Какой ты предпочитаешь, Элара?

— С мятой, — хрипло произнёс голос Энцо у неё за спиной. — С двумя ложками мёда.

Элара застыла на месте. Она повернулась к Энцо, но тот как всегда был хмур и сделал вид, что изучает картину, изображающую заснеженные горы, которая висела у Элары над головой.

— Откуда ты зн...

— Мы можем обсудить наши занятия с Эларой позже, — перебила её Изра из кухни, откуда донёсся звон ложек. — Зачем ты пришёл сюда?

— Ты уже знаешь о планах моего отца, но теперь всё пришло в движение, — ответил Энцо, полностью игнорируя Элару, а Изра тем временем вернулась в комнату с дымящейся кружкой чая для Элары.

— Мы занимались с ней в течение нескольких недель, но теперь нам нужна твоя помощь, чтобы выяснить, каким образом Элара может полностью разблокировать свою магию. И нам нужно, чтобы ты рассказала нам, как она может убить Звезду.

Изра издала низкий свист и села напротив Элары.

— Осторожнее со словами, Энцо.

— В этом нет ничего такого, чего бы ты не знала, — ответил Энцо.

Элара перевела взгляд с Изры на Энцо, и подула на свой напиток. Энцо проследил за её движением.

— Послушай, — сказала она, наконец, — не хочу показаться грубой, но я уже слышала чересчур много пророчеств. Не думаю, что мне нужно ещё одно.

— Ах да, — Изра улыбнулась и начала растирать содержимое миски, стоявшей перед ней. — Твоя проклятая любовь.

Взгляд Энцо устремился на неё, а ноздри начали раздуваться.

— Что? — выдавил он.

Изра только пренебрежительно фыркнула.

Элара вздрогнула, проигнорировав его вопрос, и её внутренности перевернулись.

— Откуда ты знаешь? — выдохнула она. — Это знают только Звёзды.

— Я провидица, любовь моя. И не настолько высокоморальная, как мой дорогой друг.

Она ухмыльнулась, глядя на Энцо.

Элара фыркнула.

— Если мы будем равняться на его стандарты морали, тогда нам понадобится больше, чем помощь Звёзд.

Изра широко улыбнулась.

— О, а ты мне нравишься.

Элара криво улыбнулась.

— Я наполовину гелионка, наполовину светианка, — добавила Изра. — От отца мне досталась способность видеть проблески души, будущего и всё такое. А вот от матери...

Она замолчала и махнула рукой в воздухе. Прямо перед ней выросли сосульки, прозрачные и опасно острые. Температура в комнате опустилась. Элара заметила, что её глаза сделались кристально чистыми. А затем одним движением Изра закончила измельчать травы.

— Прошу тебя, — она сделала жест рукой, и Энцо оторвался от стены.

Он взмахнул запястьем, и травы загорелись, а их землистый запах сделался ещё резче. Дым окутал Изру, и она вдохнула его. Элара попыталась не закатить глаза, взглянув на Энцо. Он продолжил игнорировать её.

Изра вытянула руки вперёд ладонями вверх, и Элара осторожно взяла их. Они были холодными как лёд. Коснувшись Элары, Изра сделала резкий вдох. Её глаза остекленели и сделались молочно-белого цвета. Элара вздрогнула, но продолжила держать её руки в то время, как Изра начала бормотать что-то на языке, который Элара не могла разобрать. У него был такой же гортанный акцент, как у светианского языка, только этот язык звучал архаично, сильно. Свечи вокруг начали мерцать, и дыхание Элары участилось, а её саму охватила паника. Пророчество начало звенеть у неё в голове, снова и снова. Изра перестала говорить и полностью замолкла, температура в комнате продолжила падать. Холодное дуновение ветра окутало их, хотя окна были закрыты, и Элара начала дико озираться. Она не смогла повернуться, чтобы посмотреть на Энцо, и ей стало все сложнее контролировать дыхание. Она увидела облачка пара перед собой, а её кожа покрылась мурашками. Арктический ветер становился всё сильнее, заставляя свечи мерцать и вздымая тонкие занавески.

— Энцо! — сдавленно вскрикнула Элара.

Свечи погасли и погрузили их в полную темноту.

— Чёрт.

Она услышала, как Энцо встал у неё за спиной и немного расслабилась. Позади зажёгся свет, когда Энцо осветил комнату своим огнём. Она услышала, как он подошёл к ней, и почувствовала, как его сильная рука легла ей на плечо, согревая её заледеневшую кожу.

— У тебя отлично получается! — прошептал он, сжав её плечо.

И в этот момент Изра застонала, а затем этот низкий пронзительный звук перешёл в вой, словно ей было больно. Элара резко перевела взгляд на Изру, руки которой сжались. Она делала ей больно, сдавливая её руки словно тисками. А затем она начала раскачиваться взад-вперёд и заговорила на незнакомых языках быстрее, чем прежде. Её голова начала болтаться из стороны в сторону, глаза всё ещё оставались белыми и мутными.

— Изра! — крикнул Энцо.

Элара попыталась освободиться, но Изра сжала её ещё сильнее и потянула на себя. Лёд начал собираться на столе и вот уже на запястьях Элары начали расцветать льдинки. Ветер выл вокруг них, а волосы Элары дико развевались, подхваченные этой бурей. С громким треском оконные стекла затряслись и покрылись коркой льда. Элара в ужасе закричала, когда острые осколки стекла рассыпались вокруг них.

— Элара! — зарычал Энцо.

Она почувствовала, как он накрыл её своим телом, и как появилась стена из пламени, которая защитила её от осколков в то время, как она пригнула голову к столу. Стекло зазвенело вокруг них, а затем он отошёл в сторону.

— Ты в порядке? — спросил он требовательным голосом, в котором звучала тревога.

Он обхватил её лицо руками, и его глаза начали блуждать по нему в поисках повреждений. Она не могла вымолвить ни слова, а руки Изры тем временем всё ещё держали её и тянули вниз. Зубы Элары болезненно застучали — от холода или страха, она не могла точно сказать.

— Т-твоё лицо, у тебя кровь идёт, — заикаясь, проговорила она

Энцо провёл кончиком пальца по порезу под глазом, желая отогнать её беспокойство. А затем обратил свой гнев на Изру.

— Изра! — снова закричал Энцо и ударил по столу с едва сдерживаемой силой.

Пламя вылетело из его рук волнами и начало сражаться с бурей, бушующей в комнате. Ветер сразу же стих. Глазам Изры вернулся ореховый цвет, и она часто заморгала, втягивая ртом воздух. А затем она осторожно отпустила руки трясущейся Элары. Изра устало осмотрела повреждения в комнате и весь тот хаос, что она создала: покрывающий их всех лёд, разбитое окно и кровь на лице Энцо. Наконец, она посмотрела на Элару. Но непринуждённый блеск в её глазах сменился чем-то другим.

Это был страх.

Глава 9

Элара провела дрожащими руками по лицу и откинула волосы назад. Энцо стоял позади неё, и так сильно сжимал спинку стула, что она начала скрипеть.

— Что это, мать твою, было, Из? — спросил он сквозь сжатые зубы.

Она чувствовала тепло, исходящее от него, которое начало согревать комнату, пока Изра пыталась обрести контроль над своей магией. Изра долго смотрела на стол прежде, чем ответила:

— Сумеречное стекло. Эларе нужно именно это оружие, чтобы убить Звезду. Без него она даже близко к нему не подойдёт.

— Сумеречное стекло?

Элара нахмурилась, пытаясь вспомнить, где она слышала это название. Наконец, она вспомнила, как София шепотом рассказывала ей о нём, когда они пугали друг друга страшными историями, и проговорила полным сарказма голосом:

— Ты имеешь в виду тот волшебный материал, который способен остановить магию Звезды, и которого не существует? — она фыркнула. — А даже если он когда-то и существовал, Звёзды давно уже избавились от этой угрозы задолго до нашего рождения.

— Он существует, и ты его найдёшь. Это я точно знаю. Твоё сердце приведёт тебя к нему.

Элара сжала переносицу и выдохнула.

— А для того, чтобы добавить веса твоей силе, тебе нужно сделать то, чего ты боишься, — сказала Изра и уставилась на Элару жутким взглядом.

— Это всё? — произнёс Энцо требовательным тоном позади неё.

Изра перевела взгляд на стол.

— Ты увидела что-то ещё? — тихонько спросила Элара.

Изра закрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Повисла долгая тишина, а затем она снова заговорила:

— Я увидела тьму. Её было так много, что она начала засасывать меня. Цвет у неё был чернее черного, я не могу это описать. Это был даже не цвет. А его отсутствие. А затем появился свет. Серебряный. Но не тёплый. Холоднее льда. Такой холодный, что он обжигал. Я ощущала подобную силу лишь однажды. И это невозможно.

— Чёрт побери, Изра, что это такое? — зарычал Энцо.

Изра посмотрела в пол и сделала дрожащий вдох.

— Тот холод, что я почувствовала, я чувствовала ранее только от мёртвого.

Комната начала вращаться, и Элара прислонилась к спинке стула. Энцо достал ещё один стул и тихо сел рядом с ней.

— О чём ты таком говоришь? — тихо спросил он.

— И постарайся избавить нас от этой загадочной чепухи, — воскликнула Элара.

— Прояви хоть немного уважения, чёрт побери, — зарычал Энцо, и того беспокойства, что он недавно выказал, как ни бывало.

— Она только что напугала нас до чёртиков, чуть не заморозила меня до смерти и рассказала мне какую-то чепуху о том, что чувствует смерть, и о магическом оружии, которого не существует, — зашипела Элара. — Объяснись.

Энцо сжал челюсти.

— Из? — обратился он к ней, и его мягкий тон, которым он никогда не говорил с Эларой, воспламенил гнев принцессы.

— Мои видения всегда точные, но иногда они ничего не объясняют. Но было кое-что ещё... Где-то на середине видения к серебряному свету присоединился золотой. Он был таким же горячим, как твой холодным. И слившись вместе, оба пламени сделались чёрными. Я увидела, что весь мир пылает.

Стул скрипнул по каменным плитам, и Элара встала.

— Сядь, — рявкнул Энцо.

— Нет, с меня хватит. Я уже сказала тебе перед тем, как сюда прийти, что не хочу больше знать о своём будущем, не хочу переживать из-за очередного пророчества. Ты всё равно меня сюда притащил. Думаешь, мне нужен весь этот груз на моих плечах?

Она обвела жестом комнату.

Немного успокоив себя, она повернулась к Изре.

— Я не спаситель Селестии, ладно? Я хочу вернуться в своё королевство, к своему народу и всё. Весь остальной мир может сгнить.

— Как это благородно с твоей стороны, — протяжно сказал Энцо.

— Меня всё устраивает, — огрызнулась она. — Что сделала твоя страна или какая-либо другая для моей страны? Вы изолировали нас, изматывали войнами по всей границе в течение десятилетий. Сколько астерийцев ты лично убил, Лев Гелиоса? — сказала она, фыркнув. — Наверное, уже сбился со счёта.

Ноздри Энцо раздулись.

— Элара...

— Что? Думал, я не узнаю, что ты делал в моём королевстве? И о Приграничных пожарах?

Тело Энцо замерло, как у хищника, и выражение его лица сделалось по-настоящему грозным. Его губы скривились, когда он попытался заговорить.

— А ведь я пыталась не судить о тебе по этим слухам, — продолжила она, не давая ему ответить.

Ей было все равно, что Изра находилась здесь и наблюдала за их ссорой.

— Никакая другая страна этого мира ни разу не протянула руку нашему королевству. Так почему я должна стать центральной фигурой в войне, о которой я не просила? Только для того, чтобы помочь планам твоего отца исполниться?

— Потому что, если ты уже забыла, — ответил, наконец, Энцо, — именно благодаря нам ты всё ещё жива, а не находишься в плену у Ариэта.

Грудь Элары начала вздыматься, в глазах потемнело.

— Ты заключила сделку с моим отцом, принцесса. И не надо вымещать на нас злость за ту цену, которую тебе пришлось заплатить.

Элара попыталась вложить во взгляд весь свой гнев, и Энцо даже как будто хватило разума выпрямиться.

— Ладно, — прошипела она и развернулась. — Изра, я прошу прощения. Я знаю, ты не виновата, и моя злость не направлена на тебя. Она направлена на него.

Она бросила на Энцо ещё один ядовитый взгляд.

— Мы начнём наши уроки по путешествию во снах завтра, принцесса, — только и ответила Изра.

Элара коротко кивнула. А затем, не глядя на Энцо, вылетела в коридор. Она услышала, как он выкрикнул её имя, но проигнорировала его, направившись в сторону базара и лошадей.

***

"Только от мёртвого". Голос Изры преследовал её, эхом раздаваясь вокруг. Элара заскрипела зубами, стараясь превратить свои эмоции в настоящий гнев. Её достало исполнять приказы Энцо, достало то, что он считал себя умнее всех. Достало выискивать в нём качества, которые могли его оправдать, когда он был ни кем иным, как безжалостным убийцей. Некоторые камни лучше никогда не переворачивать. Её руки начали чесаться от желания использовать магию, накопившуюся в ней, но блок у неё в сердце, как обычно, остановил её.

— Не всё сразу, — сказала она сама себе, вздохнула и свернула налево от базара, туда, где они оставили Рико.

Он всё еще находился там, всё с тем же мячом, и одарил её беззубой улыбкой, когда она подошла.

— Здравствуйте, мисс, — сказал он. — Я присмотрел за вашими лошадьми.

Она тепло ему улыбнулась.

— Спасибо, Рико. Ты очень хороший мальчик.

— Вы поиграете со мной?

Она посмотрела на его грязный мяч, а затем на свои чистые юбки.

— С радостью.

Именно такой и нашёл её Энцо. Смеющуюся, на земле и всю в пыли, а Рико бросал в неё мечом.

— Пощады-пощады, — кричала она.

Губы Энцо приподнялись в улыбке, когда он подошёл к ним.

— Кажется, золото, которое я тебе заплатил, стоило того.

Элара немедленно выпрямилась и снова нахмурилась.

— Было приятно познакомиться, Рико. Обещаю, что вернусь и опять с тобой поиграю.

— Пожалуйста, возвращайтесь, мисс, — сказал он и обхватил её за талию своими маленькими ручонками.

Она улыбнулась и потрепала его по волосам. А затем, не глядя на Энцо, вскочила на лошадь и поехала прочь из города.

Они ехали в тишине, не считая раздражённых вздохов Энцо, когда Элара сворачивала не в ту сторону.

— Ты даже не знаешь, куда мы едем.

— Я возвращаюсь во дворец. Ты можешь ехать, куда пожелаешь. Может быть, в один из тех публичных домов, которые мы только что проезжали. А, может быть, на тот мост впереди, с которого ты можешь даже сброситься.

Она повернула голову, мило ему улыбнувшись, после чего пришпорила лошадь и поскакала галопом.

Испустив нетерпеливый вздох, Энцо догнал её.

— Послушай, то, что ты там сказала...

— Это правда, — прервала его Элара. — Я слышала, как ты говоришь о тех, кого любишь. Видела, как непринуждённо ты с ними общаешься. Я даже подумала, что за теми слухами о тебе, что ходят в моём королевстве, скрывается что-то ещё. Но знаешь что? Я пыталась найти в тебе это и не смогла. С астерийцами, со мной, ты именно такой.

Энцо остановился.

— Ты знакома со мной всего несколько недель, Элара, поэтому я не собираюсь вести с тобой этот разговор.

Элара замедлила свою лошадь.

— Можешь протестовать сколько хочешь, но ты не поедешь во дворец. Мы наконец-то узнали, как разблокировать твою магию. Разве ты не слышала, что сказала Изра?

— Мне было сложно услышать что-то ещё помимо её рассказов о смерти, ревущей магии и звука разбивающегося стекла. Кстати, чем это для тебя обернулось? Я бы назвала это кармой.

— Что такое карма? — спросил он, пытаясь отвлечь её от гневных мыслей.

— О, это очень серьёзная вещь для астерийцев. Ты пожинаешь то, что сеешь. Ты утащил меня туда, куда я не хотела идти. Твоё лицо порезало осколком. Как по мне... это и есть справедливость.

Он разразился смехом, и она немного подпрыгнула, не ожидая такой реакции.

— Я получил этот порез, спасая твою задницу.

Она развернулась в седле.

— Меня не надо было спасать, — прошипела она.

Его лошадь резко остановилась. Энцо спешился и начал стягивать её с лошади.

— Какого чёрта ты делаешь? — завизжала она, отбиваясь от него.

— Ах, ты паршивка. Самое неблагодарное существо, которое я когда-либо встречал.

Она продолжила сопротивляться, громко его понося. Он только фыркнул, что ещё больше её разозлило.

— Прости, обычно я не веду себя так с дамами, но если ты не пойдёшь по своей воле, я заставлю тебя. Изра дала нам ответ. И у нас мало времени.

Он усадил её на свою лошадь, а сам примостился у неё за спиной. Затем он обхватил её одной рукой, точно стальными тисками, и как бы Элара ни пыталась сопротивляться, она никак не могла освободиться. Она снова выругалась.

— У тебя довольно грязный рот для принцессы.

Он шлёпнул лошадь Элары по уху, и та побежала прочь по знакомой дорожке, ведущей во дворец.

— Не желаешь познакомиться с ним поближе? — проворковала она, ища, как бы задеть его побольнее.

Его руки сжали её ещё крепче. Элара никогда не находилась так близко к Энцо. Запах амбры окутал её, когда он наклонился вперёд. Она почувствовала его тёплое дыхание на своей шее.

— Это приглашение? — пробормотал он у её уха.

Чёрт бы его побрал. На каждую её насмешку, он отвечал ещё более остроумной. Её голова опустела, так как с каждым шагом лошади, их тела соприкасались. Она раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла подобрать слова и начала беспокойно ёрзать в седле.

— Хватит извиваться, — потребовал он.

Она перестала ему сопротивляться и позволила своему телу расслабиться.

— Хорошая девочка.

Она сглотнула, и попыталась отодвинуться от него, крепко схватившись за седло. Но вдруг осознала, что она не помнит, за что на него злилась, и тихонько выругалась.

— Так какой твой план? — выпалила она и почти услышала, как Энцо улыбнулся.

— Мы будем тренироваться в таком месте, в котором тебе станет немного страшно. Посмотрим, как это повлияет на твою магию.

Она могла чувствовать каждую вибрацию у него в груди, когда он говорил, и то, как гудит его низкий голос рядом с её кожей. Она громко выдохнула. А он, словно точно зная, что он сейчас делает, наклонился вперёд, чтобы поправить поводья. Он повёл их по тропинке, которая огибала территорию дворца. Крутой склон уводил их далеко в горы, где сухая желтоватая растительность сменилась пышной зеленью.

— То есть ты знаешь, чего я боюсь? — спросила она осторожно.

— Нет, но я знаю один страх, который присущ каждому человеку.

— И что это за страх?

Она повернулась в седле, чтобы посмотреть на него. Он улыбнулся ей широкой улыбкой в то время, как они выехали из-под лесной сени на открытое пространство, где пахло солёным ветром.

— Страх высоты.

Глава 10

Элара покрутилась в седле, когда они остановились, желая осмотреть небольшую площадку на скале. Море окружало их со всех сторон, и падение с такой крутой скалы должно было оказаться смертельным. Улыбка растянулась на её лице, когда она спешилась и посмотрела вдаль, на бирюзовую воду, мерцающую в ярком свете дня. Элара обожала море. В Астерии она проводила много времени на пляжах с чёрным песком, наслаждаясь видом Беззвёздного моря. Она вспомнила о его ультрафиолетовых водах, и о рыбе, которая сверкала в темноте в свете звёзд. И о том, как она плавала нагишом, и хихикала каждый раз, когда сбегала из дворца, таща за собой упирающуюся Софию. Она повернулась к Энцо с широкой улыбкой, сиявшей на лице.

— Это не та реакция, которую я ожидал. Ты, кажется, повеселела, — отметил он.

— Может быть, это потому, что ты всё это время не открывал рот и не успел испортить мне настроение.

Она заметила, как уголок его губ дёрнулся. Она давно уже позабыла о пророчестве Изры и об их ссоре и глубоко вдохнула солёный морской воздух.

— Как мне тут нравится, — вздохнула она, делая глубокие вдохи, словно могла напиться морским воздухом.

— Море?

— Оно напоминает мне о доме.

Её глаза окрасились серебром, но затем она моргнула и заметила, что Энцо слегка сдвинулся.

— Я думал, что ты гораздо сильнее боишься высоты.

— Подожди... значит, это ты боишься высоты, и поэтому предположил, что все остальные тоже?

Она рассмеялась.

— Нет, — сказал он покровительственным тоном. — Я просто подумал, что это очень реальный и очень здоровый страх, который присущ любому нормальному человеку.

Он нервно посмотрел на волны, разбивающиеся о скалу.

— Я ошибся, предположив, что ты нормальная.

Элара потянулась, разминая затекшие в поездке мышцы, после чего ответила:

— Я проигнорирую твоё оскорбление. Это была хорошая идея. Не могу сказать, что мне нравится стоять так близко к краю... Это может сработать.

— Давай попробуем снова поуправлять тенями.

Она застонала.

— Но это так сильно меня выматывает.

— Именно поэтому нам стоит сосредоточиться на этом.

Свет вырвался из его рук.

— Давай проверим слова Изры.

Они проделали пару упражнений: всё те же приёмы, что она безуспешно пыталась применить в течение долгих утомительных часов в предыдущие дни. Спустя час она опустилась на колени, покрытая потом и тяжело дыша.

— Не работает, — задыхаясь, проговорила она, схватившись за бок. — Говорила тебе, она шарлатанка.

— Она не шарлатанка, — ответил Энцо. — Ты не пытаешься. Почему ты не можешь создать что-то осязаемое? Струйки дыма тебе не помогут.

— Думаешь, я этого не знаю? — воскликнула она.

Он приглушил свет, исходивший от его рук.

— Я чувствую блок, чувствую, откуда он исходит.

Она провела пальцем от пупка до груди, видя, как Энцо проследил взглядом за её рукой.

— Он доходит до моей груди и останавливается там. Мне надо...

Она поискала что-то глазами на скале и начала нервно ходить туда-сюда.

— Мне надо расслабиться.

Она раздражённо выбросила руки в воздух.

— Знаешь, — протяжно проговорил он, проведя пальцем по опасно острому ножу, который он достал из ножен. — Я могу помочь тебе расслабиться, принцесса.

Она фыркнула, и запустила в него слабой тенью. Он отмахнулся от неё, не отрывая глаз от лезвия.

— Я чувствую магию внутри себя, — объяснила она. — Я знаю, что она там. Просто...

— Тебя нужно заставить использовать её, — утвердительно произнёс он.

Она кивнула, продолжая ходить по скале и глядя с обрыва на зеленоватое море внизу. Но затем её шаги замедлились.

— Изра сказала, что я должна испытать страх, чтобы разблокировать магию. Но я не чувствую здесь страха, — она медленно повернулась к нему. — Знаю! — сказала она, — Я знаю, что сделать, чтобы освободить её. Я не боюсь высоты, но я боюсь умереть.

Он оторвал взгляд от своего лезвия, и его лицо нахмурилось, когда он понял смысл её слов.

— Нет.

Она приподняла брови.

— Элара.

Он начал приближаться к ней, в то время как она принялась пятиться в сторону обрыва с безумной улыбкой на выразительном лице.

— Не будь идиоткой. Ты этого не сделаешь, — прошипел он, направившись в её сторону.

— Это сработает, — сказала она, сделав глубокий вдох.

— Элара, — выдавил он, — это безумие, и если ты это сделаешь, то я не стану тебя спасать.

— А кто сказал, что меня надо спасать, принц?

И улыбнувшись ему, Элара спрыгнула со скалы.

***

Начав падать, Элара не услышала ничего, кроме завывания ветра. Время как будто замедлилось, и она увидела, как Энцо подбежал к обрыву, сжимая и разжимая кулаки. Сердце забилось в её груди, когда она увидела, как тот посмотрел на небо. И затем, к её полнейшему удивлению, он разбежался и прыгнул следом за ней.

Ветер продолжил хлестать вокруг неё, и она, наконец, закричала, а время снова ускорилось. Волосы развевались вокруг неё, а юбка начала рваться из-за непростительно сильных порывов ветра. Его тело врезалось в неё, и она резко вдохнула, когда он крепко её сжал. Они поражённо уставились друг на друга, продолжая падать всё ниже, и ниже, и ниже, извиваясь в объятиях друг друга.

— Вот как я умру, — сказал он как бы между прочим.

Элара попыталась пошевелить губами, но её как будто парализовало. Всё её тело застыло, в то время как они неслись на встречу их смерти.

— Ты сказала мне, что ты дракон, Элара, — сказал Энцо сквозь стиснутые зубы, не переставая сжимать её.

Её глаза, наполненные ужасом, нашли его. Взгляд его золотых глаз казался таким же спокойным, как и тон голоса, как у воина. Море всё приближалось.

— Расправь. Свои. Долбаные. Крылья.

Сделав глубокий вдох, Элара выпустила из своих дрожащих пальцев чёрные струи, и почувствовала, как они оба неожиданно взмыли вверх и повисли в небе цвета охры.

— ОГО-О-О-О-О-О-О-О-О-О, — взревела она, и когда Энцо в шоке огляделся, то увидел, что они оба были очень даже живы, а под ними находилось существо, сделанное из тени.

Дракон. Тень дракона вильнула, они развернулись и продолжили парить в воздухе под ликующие крики Элары.

— Я сделала это! — кричала она, перекрывая рёв ветра, пока Энцо пытался отчаянно цепляться за неё сзади.

— Думаю, я оставил там свои яйца, — закричал он, заглушая шум вокруг.

Элара только рассмеялась, подняла руки в небо, а ветер продолжил развевать её волосы.

— Видишь! Изра оказалась права! Мне просто надо было испугаться!

Издав ещё один вопль, она направила дракона по дуге, и Энцо удивлённо рассмеялся.

— Ты, мать твою, сумасшедшая.

— Я знаю!

А затем Элара повернулась к нему, что заставило его замереть, и улыбка исчезла с его лица. Волосы развевались вокруг неё, и она почти чувствовала, что светится.

— Ты прыгнул за мной, — сказала она.

Энцо пожал плечами, и заставил себя лениво улыбнуться. Используя свою магию, он направил свой огонь в пасть дракона так, чтобы тот вырвался наружу. Это было в точности как в мифах, которые описывали существ, парящих над Астерией. Элара снова развеселилась.

— Выпендрёжник, — сказала она и подмигнула ему.

Её волосы начали развеваться вокруг его лица, и она почувствовала, как он ещё крепче сжал руками её за талию в то время, как они продолжали парить в небе.

Она прижала ладони к тени, и та резко нырнула вниз в сторону моря. Элара восторженно завизжала, а Энцо тревожно закричал. В последний момент она приподняла чёрного дракона и наклонилась вперёд так, чтобы он скользнул по вздымающимся синеватым волнам.

— Ого, — выдохнула она, повернувшись к Энцо.

— Да уж, "ого", — отрывисто произнёс он, задыхаясь от ветра.

Она замедлила тень так, чтобы дракон плавно полетел над морем, и брызги воды начали обдавать их лица. Она развернулась на шее дракона, оказавшись лицом к Энцо.

— Ну, и кто теперь выпендривается? — спросил он, улыбнувшись. — Немного магии и сразу почувствовала себя мастером?

Она вздохнула и развернулась обратно.

— Ты не представляешь, что это за чувство, — простонала она, касаясь руками воды. — Я чувствую себя так, словно всё это давление, гнев и печаль, что скопились во мне, вырвались наружу.

— Тебе идёт, принцесса, — сказал он низким голосом, ещё крепче схватившись за спину дракона, чтобы удержать равновесие.

Элара закрыла глаза, обращённые к свету, и насладилась ощущением, которое пульсировало внутри неё. Свобода. Никаких обязательств, никаких дворцов.

— Элара, смотри, — тихо сказал Энцо, слегка её подтолкнув.

Она поднялась и развернулась. Свет клонился за горизонт, сумеречные цветные полосы дугой растянулись по небу и морской глади. Её рот раскрылся. Золото перетекало в алый и тёмно-оранжевый; и сквозь этот гобелен, казалось, просвечивала чистая бронза. Она радостно ему улыбнулась, и, не говоря ни слова, заставила дракона взмыть в небо. Энцо ещё крепче схватил руками её за талию, и они начали подниматься всё выше, и выше, и выше, пока, наконец, не влетели в облако. Она остановила дракона, и теперь единственным звуком был только звук его вздымающихся крыльев.

Ковёр из мягких пушистых облаков окружил их, ничем не замутненный свет окутал их тела. Он распадался на радугу, представляя собой калейдоскоп из всевозможных цветов. Она увидела, что фиолетовые лучи тянулись на Юг, в сторону Астерии, а золотые, окатившие их, простирались дальше на север, в сторону Афродеи. Она протянула руку и восхитилась тем, как Свет играет на её коже.

"Безмятежность", — поняла она. Вот что это было за чувство. С тех пор как она покинула Астерию, это было первое безмятежное мгновение за долгое время.

Она повернулась к Энцо, и обнаружила, что он уже смотрит на неё, а его по обыкновению нахмуренный лоб разгладился. До этого момента она даже не осознавала, насколько более красивым он был, когда его лицо было таким спокойным. Они не сказали друг другу ни слова, только улыбнулись. Все их ссоры и горькие слова позабылись. Эйфория, которая охватила её, была похожа на ту, что она чувствовала в детстве, и у неё защемило в груди от того, какой она была счастливой. Они оставались в небе, пока оно не начало темнеть. Элара неохотно направила свою тень обратно сквозь облака, взяв курс на дворец.

***

Они подлетели к дворцу, когда небо кровавого цвета сделалось ночным, и чёрный дракон Элары замедлился над золотыми шпилями.

— Пора возвращаться в реальность,— вздохнула она и направила дракона в обход башенок, в сторону её комнаты.

Она привела их на террасу, куда он приземлился, взмахнув своими призрачными крыльями.

— Твой порез надо обработать, — добавила она, посмотрев на него теперь, когда эйфория этого дня начала проходить.

— Всё нормально, — ответил Энцо, отмахнувшись.

Она сжала губы.

— Идём, это меньшее, что я могу сделать после того, как ты меня "спас".

Она подмигнула ему.

— И ты не можешь допустить, чтобы он воспалился. У меня есть очищающая мазь и специальный бальзам.

Он вздохнул и наклонил голову. Элара соскользнула с шеи дракона, повернувшись к нему лицом, и ступила на террасу. Энцо последовал за ней, мягко приземлившись на её балкон.

— Ты так и будешь стоять в дверях? — спросила она, приглашая его войти.

Он оглядел комнату, рассыпанные книги, аккуратно сложенные простыни и шёлковую пижаму, лежащую смятой сверху. Она исчезла в ванной и появилась мгновение спустя.

— Сядь, — скомандовала она.

Он примостился на край её кровати, широко расставив ноги и положив руки на свои мощные бёдра. И Элара поняла, что он доминировал в любой комнате, в которую входил, заполняя её своим присутствием. Всё пространство вокруг него, как будто уменьшилось, когда она подошла ближе.

— Вообще-то, сначала я обычно угощаю женщину обедом, а только потом она приглашает меня к себе в кровать.

Она фыркнула, и достала зубами пробку. Он проследил глазами за её действием.

— Мы оба знаем, что это не правда. Сомневаюсь, что ты вообще спрашиваешь их имя перед тем, как оказаться в их постели.

Теперь наступил его черёд фырнуть. Она налила немного тоника на чистую ткань и встала у него между ног, её колени коснулись его пальцев. Дыхание Элары участилось, когда она почувствовала прикосновение его мозолей сквозь хлопковую ткань юбки. Она заметила, как он напрягся, но даже не пошевелился, чтобы сдвинуть руки. Она взглядом прошлась по его широкой груди, челюсти и, наконец, нашла его глаза. Они уже смотрели на неё, а сам он сидел неподвижно. Она откашлялась, явственно ощущая его пристальное внимание, и осторожно коснулась кончиками пальцев его кожи. Она оказалась мягче, чем ей представлялось. От её прикосновения он дёрнулся, словно испытал шок, и убрал руки подальше от Элары. Её пальцы замерли над порезом.

— Я не сделаю тебе больно, — сказала она, наклонившись над ним, и осторожно промокнула порез.

Его челюсть сжалась, и она увидела, как на ней пульсирует мускул.

— Я не этого боюсь, — прошептал он, всматриваясь в её лицо.

Она заметила, что его глаза стали похожими на два водоёма, заполненные теплым мёдом. Веснушка под его левым глазом привлекла её внимание. Она замерла с тканью в руках.

— Чего ты боишься? — спросила она, и у неё перехватило дыхание.

Наступила тишина, нарушаемая лишь тихими трелями вечерних птиц.

— Много чего, — сказал он, наконец, и на его лице снова появилась ленивая улыбка. — Например, прыгать со скал, спасая безрассудных принцесс.

Она усмехнулась и продолжила очищать порез, после чего наклонилась над ним, чтобы достать заживляющую мазь. Её волосы коснулись его лица, и губы Энцо слегка приоткрылись.

— Позволь мне нанести мазь и можешь идти. Не все из нас связывают гостей, заставляя их исполнять наши желания.

— Если желаешь поэкспериментировать, я свободен в любое время.

Он подмигнул ей, но его лицо тут же сморщилось, когда мазь начала щипать его кожу.

— Всё готово! — объявила она, вытерев руки, и отойдя назад.

Она почувствовала, что её лицо и шея горят. Почему здесь было так жарко?

Энцо потянулся и встал.

— Спасибо.

— Не надо, — тихонько сказала она. — Это за то, что ты сделал у Изры. Прости, что я так паршиво себя вела.

— Обращайся, — он одарил её полуулыбкой и направился к двери.

— Энцо?

Он повернулся.

— Прокатишься напоследок?

Они вышли вместе на балкон, и она снова призвала свои тени, с лёгкостью превратив их в дракона. Энцо забрался наверх.

— Сумеречное стекло, о котором упоминала Изра. Я ей верю, — сказал он.

Элара приподняла бровь.

— Я попросил её посвятить всё время его поискам. И мы тоже выделим время на то, чтобы прошерстить библиотеки в поисках какой-нибудь информации. Или хотя бы намёка не неё. Но если кто-то и сможет его найти, то это Изра.

Элара кивнула.

— Хорошо. Я помогу.

— Сегодня ты меня впечатлила, — добавил он. — Настояла на своём.

— Прости, что чуть не убила нас обоих, — виновато сказала она.

И тогда он рассмеялся.

— Надо сказать, что я не ожидал, что этот день пройдёт таким образом.

— Я повеселилась, — сказала она, широко улыбнувшись.

— И я, — тихо ответил он.

Улыбнувшись ему с балкона, она заставила дракона медленно полететь вниз, пока Энцо не оказался в саду. Она перегнулась через перила и заставила дракона снова превратиться в тени, а её волосы перекинулись на сторону и заструились вниз. Кроваво-красный закат горел у неё за спиной, подсвечивая её растрёпанные волосы, ставшие ещё более кудрявыми от соли, и серебристые глаза, которые сейчас смотрели на Энцо. Он поднял голову и посмотрел на неё. Она слегка махнула ему рукой. Он помахал ей в ответ и ещё долго стоял внизу даже после того, как она повернулась к нему спиной и вошла внутрь.

***

Оставив Энцо, Элара начала танцевать по комнате, вибрируя от энергии. Наконец-то, она выпустила свою магию и почувствовала, как та пульсирует у неё в крови. Она начала кружиться и, взмахивая пальцами, создавать маленьких птичек из теней, которые садились ей на плечи. Испытывая головокружение от охватившего её волнения, она поспешила найти Мериссу, которая пошла за ней, крайне потрясённая.

— Мерисса, я сделала это! — радостно воскликнула она.

— Что!?

Элара усадила Мериссу и встала перед ней.

— Хорошо, — сказала она. — Смотри.

Сосредоточенно закусив губу, она заставила свои руки танцевать до тех пор, пока те не создали кота. Она добавила ему осязаемости, и он прыгнул на пол прямо между ног Мериссы.

— Боги, Элара, — прошептала она, голосом полным удивления, и нервно погладила животное. — Ты это сделала.

А затем две женщины начали кричать и танцевать по комнате до головокружения.

— Я знала, что ты сможешь, — сказала Мерисса, и на её нежном лице появилась улыбка. — Но как, чёрт возьми, ты разблокировала свою магию?

— Ну, — сказала Элара, падая на кровать. — Энцо отвёл меня на высокую скалу, прямо над морем.

Она мечтательно вздохнула.

— У меня ничего не получалось сделать со своими тенями, и тогда меня осенило. Меня надо было заставить использовать их. И следующее, что я помню, это как я прыгаю со скалы.

Мерисса посмотрела на неё так, словно она говорила на другом языке.

— То есть, ты просто... взяла и сбросилась с тридцатиметровой скалы?

— Скорее стометровой, — беззаботно сказал Элара, покрутив прядку волос между пальцами.

Мерисса покачала головой и недоверчиво рассмеялась.

— И что сделал Его Высочество!? — спросила она.

— Он прыгнул за мной, — сказала Элара, стараясь скрыть улыбку. — Хотя скорее ад замёрз бы, чем я поверила бы в то, что он это сделает. А затем моя магия высвободилась, и мы полетели.

Мерисса затихла.

— Что?

— Совсем ничего, — Мерисса невинно улыбнулась. — Просто... я знаю Энцо вот уже несколько лет, и никогда не слышала, чтобы наш принц рискнул своей жизнью, спасая "врага", — сказала она, показав кавычки на последнем слове.

Элара закатила глаза.

— Поверь мне, Мерисса, этот мужчина меня ненавидит. Он помогает мне исключительно ради собственной выгоды. Но сегодня он был определённо менее враждебно настроен. Ведь я его спасла.

Мерисса одарила её таким взглядом, что Эларе пришлось бросить в неё подушку.

— Но самое главное — когда ужин? Вся эта вновь обретённая магия прожгла дыру у меня в желудке.

Глава 11

На следующее утро Элара тайком сбежала из дворца, не желая, чтобы кто-то сопровождал её по Солу. Проходя по уже тёплым мощеным улицам, она пыталась удержать то ощущение свободы, что она чувствовала вчера и которое не чувствовала уже долгое время.

Она улыбнулась сама себе, почувствовав запах пекущихся сладостей, витающий в воздухе. Не думая, она пошла на запах и вскоре нашла его источник. У здания уже сформировалась очередь, а взволнованный пухлый мужчина за прилавком раздавал заказы. Судя по крикам, доносящимся с кухни каждые пять минут, его звали Бруно. Слегка улыбнувшись, она встала в очередь.

Пару минут спустя её сумка была наполнена сладостями: медовыми пирожными, лавандовыми кремовыми десертами и ванильными тарталетками с золотистыми ягодами. Поняв, где она находится, Элара направилась в сторону Изры. Шум города уже начал окружать её. Рыночные прилавки были умело расставлены, а рядом с ними уже раздавались крики уличных торговцев. Её желудок заурчал, поэтому она выудила из сумки пирожное и пошла по цветастой площади. Всё её внимание было обращено на сумку, поэтому она не заметила, как врезалась в кого-то.

— Простите, я не... — проговорила Элара и уронила сумку.

Перед ней стояла Звезда и улыбалась ей белозубой улыбкой. Мужчина наклонился, чтобы поднять её сумку, и сердце Элары замерло. Развевающиеся светло-золотистые волосы ниже плеч, крепкие блестящие мускулы. На его голову был надет венец, золотые зубцы которого тянулись вверх, точно солнечные лучи. Леон, звезда-покровитель Гелиоса, Бог Света, искусств и пророчеств.

— Я частенько произвожу такое впечатление на людей.

Он подмигнул Эларе и протянул ей сумку с выпечкой.

— Спасибо, о высокочтимый Владыка Света.

Элара опустила глаза, поклонилась и приготовилась уходить. Она начала изо всех сил молиться, чтобы он ей позволил, но сильная рука схватила её и притянула ближе.

— Ты кажешься мне знакомой, — проговорил он, вглядываясь в её лицо.

— Не думаю, Ваша Светлость, — она рассмеялась с деланной скромностью.

Он прищурил свои карие глаза, и она почувствовала силу, исходящую от него, ту божественную силу, что пропитала воздух вокруг и от которой слезились глаза, если смотреть на неё слишком долго. Леон был элегантен и красив, как те мраморные статуи, располагавшиеся по всему Гелиосу. Она нервно огляделась, пытаясь понять, не заметил ли кто ещё, что среди них свободно разгуливает бог. Прохожие, действительно, склонили головы, приложив средний и безыменный пальцы ко лбам в знак уважения.

— Ты не из моего королевства, — тихо сказал он.

Элара застыла на месте. Хватка Звезды теперь напоминала тиски. Она начала перебирать в голове варианты побега, раздумывая о том, стоит ли застать его врасплох или лучше убежать?

— Волосы цвета воронова крыла. Серебристые глаза. Астерийка. И, судя по тому, как ты держишься, предполагаю, что ты королевских кровей.

Он усмехнулся тёплым смехом, и его глаза загорелись интересом.

— Будь я азартным, я был бы готов поспорить, что только что столкнулся с пропавшей принцессой, которую так жаждет найти Ариэт.

Она громко рассмеялась и попыталась высвободиться из его хватки.

— Вы явно ошибаетесь.

Его пальцы впились в неё ещё сильнее.

— Не волнуйся. Последнее, что я собираюсь сделать, это рассказать ему о том, что объект его маниакальной одержимости находится здесь. Ненавижу, когда он получает то, чего хочет.

Он слегка ей улыбнулся

Элара прищурила глаза.

— Зачем вам мне помогать?

— О, даже не думай, что я тебе помогаю. Мы с братом... не очень ладим.

Элара моргнула. Она на секунду забыла, что Леон был братом Ариэта.

— Он нарушил естественный баланс, — продолжал Леон.

— Баланс? — спросила Элара.

— Ты когда-нибудь строила карточный домик в детстве?

Элара кивнула, нахмурившись.

— Как ты знаешь, принцесса, существует некая иерархия. Есть мы, которые правят с небес. Затем монархи, которым мы с радостью доверили заниматься земными вещами, на которые у нас не хватает терпения. И затем их подчинённые. А что произойдёт, если из карточного домика убрать одну карту?

Элара молча ждала его ответа.

— Он развалится. Ариэт, этот глупец, захотел поиграть в смертного, когда услышал о твоём пророчестве. Он всегда был так сильно зациклен на вашем виде. И это нарушает естественный ход вещей. Так что ты сделаешь нам одолжение, что бы ты там ни задумала, "девушка, которую не может убить Звезда".

Он сделал шаг назад, чтобы разглядеть её, по настоящему разглядеть. Его взгляд поднялся по её ногам в сторону бёдер, прошёлся по бледно-голубой юбке, которую она выбрала сегодня утром. Задержался на груди, после чего Леон оглядел её лицо и присвистнул.

— Я бы не отказался стать частью этого пророчества.

— Вы пока такой первый, — пробормотала она и невольно сделала шаг вперёд в его сторону.

Его магия была тёплой, полной света и музыки. Она почти слышала, исходящее от него звучание мучительно прекрасных мелодий, почти видела цвета его магии, такие насыщенные и яркие, которые она не могла даже себе представить.

— Думаю, ты слишком скромничаешь, — проговорил он. — Многие мужчины были бы счастливы умереть за тебя.

— Вот ты где! — прервал его знакомый громкий голос.

Его владелец шёл по направлению к ним с ухмылкой на лице, и люди на площади остановились и раскрыли рты, глядя на него, а затем на Леона.

Энцо был самим воплощением королевской стати, он гордо вышагивал, на голове у него была корона.

— Принц Лорэнцо, — Леон кивнул головой. — Какие у тебя интересные друзья.

Его взгляд снова прошёлся по Эларе.

Мускул на челюсти Энцо едва заметно задёргался, а затем он хлопнул Звёзду по плечу.

— Вижу, ты встретил мою почтённую гостью.

— К чему эта скрытность, принц? Я знаю, кто она такая.

В глазах Энцо заплясало пламя, и их привычно золотистый цвет сменился тёплым оранжевым.

Леон ухмыльнулся.

— Как я уже сказал нашей дорогой принцессе, дела смертных обычно меня не интересуют. Я сохраню её секрет. Было приятно познакомиться.

Энцо приподнял бровь и схватил Элару за руку.

— Нам лучше пойти, — сказал он спокойным тоном и поклонился Леону.

— Прощай. И Элара? Если тебе надоест играть со смертными, ты знаешь, где находится мой храм.

Он подмигнул ей, и его золотистые волосы заблестели, когда он пошёл по площади, а толпа горожан принялась отвешивать ему поклоны.

***

Энцо сжал руку Элары стальной хваткой и потащил её по боковому переулку в таком быстром темпе, что она начала задыхаться.

— Остановись хоть на минуту, — выпалила она.

— Знаешь, за то время, что я тебя знаю, ты сделала много глупостей, но эта превосходит их все.

Он кипел от гнева, и она практически видела пульсирующие языки пламени вокруг него.

— Я в порядке. И я не виновата, что столкнулась со Звездой.

Она заставила его остановиться. Переулок, в котором они оказались, был тёмным и прохладным.

— Вот именно, Элара. С чёртовой Звездой. И братом убийцы, который охотится за твоей головой. Не говоря уже о том, что Леон — льстивый и похотливый кусок дерьма, — сказал он, беспокойно шагая взад-вперёд перед ней.

— Какой ты ханжа. И что тебя так разозлило?

Он остановился и медленно повернулся к ней. Его рот раскрылся, а затем закрылся. Она округлила глаза, ожидая продолжения.

— Я разозлился, потому что... — сказал он и выдохнул через нос, — потому что ты безрассудная. И никогда не слушаешь.

— Какой приказ я не выполнила на этот раз, о, Ваше Высокопреосвященство?

Он поднял глаза к небу.

— Я просил тебя не покидать дворец без меня. Ты сбежала, наплевав на всё. Видишь, чем это кончилось? Стоило тебе выйти наружу, как тебя заметил бог. Тот, которому не следовало знать о том, что ты здесь.

Элара начала идти в сторону Изры, и Энцо пошёл за ней следом.

— Если бы я не знала наверняка, я бы решила, что тебя заботит моя безопасность.

Она услышала, как он фыркнул у неё за спиной.

— Ты же знаешь, что это не так, принцесса.

Они остановились у двери Изры.

— Так что, ты примешь его предложение? — поинтересовался Энцо, пристально глядя на свои ногти, а затем осмотрев прохладную тенистую улицу.

Элара рассмеялась.

— Боги нет. Он слишком самодовольный. И блондины не мой тип.

Она ухмыльнулась и три раза постучала по двери.

Энцо кивнул, и уголок его губ слегка приподнялся, после чего его лицо снова нахмурилось.

— Больше не выходи без меня из дворца.

— О, я как будто снова оказалась дома.

— Ты не пленница, просто... тебе следует быть осторожной. И не натыкаться на Звёзд, которые думают о двадцати различных способах, которыми они могут тебя раздеть.

Элара смягчилась.

— Ладно, — сказала она, вздохнув.

— В полдень тебя заберёт карета и отвезет обратно во дворец, где мы будем тренироваться.

— Спасибо, что стал моим рыцарем в сияющих доспехах.

Она притворно захлопала ресницами, а он закатил глаза и подтолкнул её внутрь.

***

— Я пришла с подарками, — объявила Элара, заходя в комнату, наполненную запахом ладана. — Это за то, что я так ужасно повела себя вчера.

Изра подскочила к ней, обняла до хруста костей, после чего посмотрела в сумку.

— Ты официально мой самый любимый человек.

Элара улыбнулась и поставила сумку со сладостями на пол.

— Садись-садись.

Изра указала на огромные подушки, разбросанные на цветастом ковре. Дом Изры был по-настоящему волшебным. Тёплым и уютным. Свет струился в окно, отбрасывая блики на растения и цветы, развешанные по всей комнате. Изра на мгновение скрылась, и когда Элара расположилась на полу, вернулась с двумя дымящимися чашками тёмно-синего чая. Она поставила их на небольшой низенький стол между ними, после чего опустилась на подушку напротив неё. Теперь, когда у Элары было время её разглядеть, она заметила, какой необыкновенной была эта провидица, излучающая невозмутимость и спокойствие. Она сомневалась в том, что Изра когда-либо нервничала в своей жизни.

Элара достала сладости и вздохнула, впившись зубами в лавандовую глазурь.

— У тебя было беспокойное утро, — Изра ухмыльнулась и перекинула свои длинные косы через плечо.

— Откуда ты знаешь?

Изра только улыбнулась и потянулась за выпечкой.

— Привлекла внимание очередной Звезды. Скоро у твоих ног будут все небеса.

Медленно жуя, Элара строго посмотрела на Изру.

— Я не просила об этом.

— Я этого и не говорила. Мне просто забавно наблюдать со стороны, как смертные и бессмертные бегают за тобой.

Элара прищурилась.

— Смертные?

Изра только отхлебнула чая и ухмыльнулась.

— Не пора ли начать тренировку?

***

Элара скопировала позу Изры, скрестила ноги, расслабила руки и повернула ладони к небу. Чай, который предложила ей Изра, начал усыплять её. Приятная дрёма охватила всё её тело.

— Главный трюк заключается в том, — сказала Изра между глубокими вдохами, — чтобы оставаться между сном и явью. Именно так ты сможешь контролировать перемещение во снах.

— Напомни, откуда тебе известно, как это делается? — сказала Элара и глубоко вдохнула через нос.

— У меня была подруга астерийка, — глаза Изры сверкнули. — Она была сноходцем. И научила меня кое-чему.

— Сноходцем? Они редко встречаются. Как её звали?

Изра открыла свой карий глаз и пронзила Элару взглядом, глаза которой были раскрыты.

— Её звали Дафне.

— Подожди, ты, должно быть, шутишь. Дафне Фонтелле?

Изра приподняла бровь.

— Ты с ней знакома?

Элара фыркнула.

— А я-то думала, что у тебя хороший вкус.

— А поподробнее.

— Она была самой жеманной и надменной придворной, которую я когда-либо встречала.

Изра закусила губу и улыбнулась.

— Да, это похоже на неё.

Элара усмехнулась и опустила потяжелевшие веки.

— Это еще мягко сказано.

— Но вернёмся к нашей задаче, — пожурила её Изра. — Дафне описывала осознанные сновидения следующим образом: ты чувствуешь, что как будто выходишь из тела, которое связывает тебя с реальностью. Она взлетала над миром и начинала видеть цветовые пятна и различные пространства сна, которые могла выбирать по своему желанию. Сейчас ты попробуешь войти в мой сон.

Элара сделала еще один глубокий вдох, а пьянящий запах ладана помог ей погрузиться в сон ещё больше. Она постаралась ни о чём не думать, и позволила своему сознанию устремиться туда, куда оно хотело.

— Элара, очень важно помнить о своей связи. Каждый из нас связан своего рода нитью с реальным миром, поэтому, даже если ты потеряешься, то сможешь найти путь назад. Очень важно почувствовать эти нити, они выходят из основания твоего позвоночника и врастают в землю.

Элара кивнула, представив серебряные нити, которые напоминали корни дерева и уходили глубоко в почву под домом Изры. Она потянула за них, убедившись в их крепкости, и начала все больше расслаблять своё сознание.

Наконец, она почувствовала его — провал. Пространство между явью и сном, когда испытываешь ощущение падения. Она вспомнила о том, что сказала Изра, и представила, что связь с её физическим телом ослабевает, а она сама начинает подниматься наверх.

Она просияла. У неё получилось. Её сердце начало колотиться в груди в то время, как она продолжала подниматься, наблюдая за своим расслабленным телом, которое спало на полу напротив Изры. А затем она увидела цветовое пятно бледно-голубого оттенка, похожее на лёд, и двигающиеся картинки вокруг Изры. Сделав глубокий вдох, она нырнула в её сон.

Пространство сна Изры оказалось прохладным и чистым. Заснеженные горы окружали глубокую долину, и в морозном воздухе висел запах свежего снега. Элара содрогнулась и двинулась вперёд.

Перед ней появилась Изра, она улыбалась.

— У тебя получилось.

Элара начала кружиться, расставив руки в стороны. Чувство свободы и способность контролировать её дар — это было невероятно.

— Не могу поверить, что я это делаю. У тебя очень красивое пространство сна.

Изра улыбнулась и поиграла льдинками в руках.

— Каким образом ты используешь магию во сне?

— Тут всё не настоящее, — усмехнулась Изра, — Ты можешь создать всё, что пожелаешь, когда контролируешь свои сны. Гляди.

Она взмахнула рукой.

Глаза Элары округлились, когда словно из ниоткуда появилась волчица черного цвета, которая выглядела смертельно опасно. Сердце Элары начало колотиться, так как образ волчицы напомнил ей о Софии, и о том, как чернила впитывались в её нежную кожу, когда она делала татуировку своей лучшей подруге. Она втянула ртом воздух, не желая расплакаться на глазах у Изры.

— Ты можешь её погладить. Во сне она не кусается, — сказала Изра, приняв её шок за страх.

Элара осторожно шагнула вперёд и медленно подняла руку. Волчица подошла к ней и понюхала её руку, а затем лизнула её. Прикосновение было лёгким как перышко, в пространстве сна оно было почти не ощутимо.

— Я хотела бы остаться здесь подольше, — тихо сказала Элара, отчаянно моргая.

Тени с лёгкостью отделились от неё в пространстве сна и потянулись в сторону волчицы и Изры.

— Нам скоро придётся возвращаться, пока твоя магия не истощилась до полного выгорания.

Элара вздохнула и посмотрела на горы. Прекрасный свежий воздух заставил её почувствовать себя так, словно она наконец-то может сделать глубокий вдох.

Глаза Изры продолжали сиять.

— Но сначала, — сказала она, щелкнув пальцами, — ты когда-нибудь каталась на санях?

***

Элара проснулась с улыбкой на лице и тут же посмотрела на Изру.

— Тебе было весело или очень весело? — спросила Изра, потягивая шею.

Элара могла поклясться, что её кожа была всё ещё холодной после сна Изры. Она потёрла руки, а Изра встала, чтобы принести ей стакан воды.

— Думаю, я могу привыкнуть к катанию на санях. И в следующем заезде я выиграю.

Изра усмехнулась и протянула ей стакан.

— Ты прекрасно справилась, Элара. Но теперь тебе надо отдохнуть и не слишком утомляться. Тебе нужно контролировать свой источник энергии. Если ты переусердствуешь, то выгоришь и больше никогда не сможешь использовать свою магию.

— Скажи это моему мучителю, — сказала она и, прищурившись, посмотрела на огромные часы, — который ждёт меня сейчас во дворце на дневную тренировку.

Изра подняла её и заставила выпить ещё один стакан воды.

— Съешь это по пути назад.

Изра сунула ей в руки сладости и вывела наружу к ожидающей её невзрачной карете.

— То же самое на следующей неделе? — спросила Элра.

— Жду не дождусь, когда я смогу снова надрать твою задницу.

Изра послала ей воздушный поцелуй, и карета тронулась с места.

Глава 12

Элара вернулась во дворец почти вприпрыжку. Она не могла сдержать улыбку, вспоминая о тренировке с Изрой. Она научилась контролировать ещё один дар. Она поднялась по лестнице, переполненная энергией, как в детстве, и ворвалась к себе в комнату, чтобы переодеться.

Она с любопытством осмотрела себя в зеркале гардероба. Брось она случайный взгляд в зеркало, она могла бы перепутать себя с незнакомкой. Натянув на себя розовую блузку с глубоким вырезом на спине, она поняла, в чём было дело. Она чувствовала себя хорошо. Она чувствовала себя сильной. Уверенной. Впервые за долгое время. Поразмыслив об этом, она взяла кинжал, который бросила на кровать во время переодевания, и надежно закрепила его на бедре, вместо привычного места на поясе.

Освежившись, она решила подождать Энцо в фойе. Стоя там, она размышляла о том, как всё начало вставать на свои места. Работать с тенями стало проще, как и с иллюзиями, и она даже заставила Энцо сменить его примитивную ненависть по отношению к ней на раздражение. Несмотря на их утреннюю ссору, она чувствовала, что их приключение в небе сняло часть напряжения.

"Чёрт", — подумала она. — "А ведь я, вероятно, даже смогу заставить этого мужчину-хамелеона проникнуться ко мне".

Но когда она увидела его у входа в большой зал, идущего в её сторону, её желудок в ужасе сжался. Он выглядел заведённым, его лицо было мрачным как грозовая туча. И когда он посмотрел на неё, его челюсти сжались.

— Мы останемся сегодня во дворце, — коротко сказал он. — Следуй за мной.

Как по щелчку её прекрасное настроение испарилось, и надежду на более дружественные отношения сдуло, точно пыль. Она последовала за ним по извилистым коридорам, которые привели их к павильону, располагавшемуся далеко от центрального входа.

— Сегодня мы будем практиковать бой.

Он достал из ножен свой короткий меч и вышел на пыльную тренировочную площадку.

— И ты не спросишь меня, как всё прошло?

— Как всё прошло, Элара?

Она проигнорировала его саркастичный тон.

— Невероятно. Я справилась, Энцо. Я смогла путешествовать во сне по собственной воле. Я приземлилась в пространстве сна Изры, и оно было прекрасно. Представляешь, мы катались на санях...

— Поздравляю. Ты научилась тому, что большинство умеет делать уже в три года.

Её сердце опустилось, и улыбка пропала с лица.

— Я знаю, что ты всё еще злишься из-за утреннего происшествия, но это не дает тебе право вести себя как придурок.

Энцо фыркнул и продолжил ходить из стороны в сторону.

— Знаешь, Элара, я всего лишь пытаюсь тебе помочь.

— О да, как я могла подумать, что у нас есть шанс стать друзьями.

Он двинулся в её сторону. Боги, он был таким быстрым, и в каждом его движении была видна грация хищника.

— Мне не нужна твоя дружба.

— Нет, но я, кажется, знаю, что тебе от меня нужно.

Она постаралась нацепить на лицо самодовольную улыбку.

Он заскрежетал зубами и придвинулся ближе.

— Я никогда не встречал кого-то настолько тщеславного или высокомерного.

— Я не слышала, чтобы ты что-то отрицал.

Она отвернулась от него, взмахнув волосами, и постаралась отойти подальше, но услышала, как он резко вдохнул.

— Я не знал, что у тебя есть татуировка, — его голос прозвучал хрипло.

— Откуда тебе было это знать? Ты никогда не видел меня обнажённой.

Она снова повернулась к нему, ухмыльнулась и поймала его взгляд.

— Почему ты не можешь хоть раз надеть что-нибудь практичное? — прошипел он, неодобрительно глядя на тонкую розовую ткань.

Элара посмотрела на свои ухоженные ногти с розовым маникюром, который ей любезно сделала Мерисса.

— Я принцесса, — ответила она. — Почему я не могу выглядеть красиво в тот момент, когда пырну тебя ножом?

Энцо фыркнул.

— Высока вероятность, что я большую часть времени буду проводить в платьях. Так что мне лучше тренироваться в платье. Женщина может быть такой, какой пожелает. Мягкой и свирепой. Смертоносной и доброй. Ей не обязательно выбирать.

Он ничего не сказал, но она была готова поклясться, что его взгляд опустился на низкий вырез её блузки. Но она хотела ещё сильнее его наказать за то, что он вёл себя как задница.

Приподняв губы в улыбке, которая всё это время не сходила с её лица, она приподняла свою длинную юбку и сняла кинжал с ремня. А затем снова подняла на него взгляд и заметила, как его плотно сжатые челюсти начали двигаться из стороны в сторону.

— Вода проходит сквозь твои пальцы, но она также может окатить тебя волной.

Она провела рукой по бедру, и её улыбка сделалась ещё шире, когда она покрутила кинжал в руке.

— Так что будь осторожен, принц. Смотри не утони.

— Меня мало волнует моя способность дышать, — пробормотал он скорее самому себе, чем ей, и его золотые глаза прожгли её оголённую кожу.

— На твоём месте, я бы приготовилась, — ответила она сладким голосом и тут же кинулась на него, словно молния.

Сталь ударила о сталь, когда он отразил её удар, после чего они начали танцевать в смертельном танце. Она яростно нападала на него, её мышцы словно умоляли о драке. Энцо остановил её, сведя их руки вместе и описав ими дугу, после чего нанёс удар. Энцо был сильнее, но Элара оказалась быстрее. И преимущество было на её стороне, так как она была знакома с его движениями. Энцо никогда не видел, чтобы она так дралась. В ту ночь на балконе, когда она "пялилась" на его мускулы, она также изучала каждое его движение, бреши в его обороне, его слабости. Теперь она знала о них всё. Он плохо прикрывал бок, и она ударила рукоятью кинжала ему в рёбра. Он отшатнулся назад и выругался.

— Чувствуешь себя немного неполноценным без своего огня, принц? — насмешливо сказала она, развернув кинжал и едва не попав ему в грудь. — Может быть, тебе нужен клинок побольше?

Она демонстративно посмотрела на его промежность.

Словно из ниоткуда последовал удар, и Элара вскрикнула, когда он сбил её с ног и уронил на землю. Наклонившись над ней, он приставил свой короткий меч к её шее.

— Поверь мне, принцесса, он мне не нужен.

А затем, усмехнувшись, он отошёл назад.

— Теперь мы в расчёте.

Он воткнул меч в землю так неистово, что тот глубоко вошёл в песок. А затем он стянул тунику и вытер ею пот со лба. Она поспешно вскочила на ноги, будучи вне себя от гнева.

— В чём твоя проблема? — крикнула она ему.

Он развернулся с ухмылкой на лице.

— Ты не разговаривал со мной несколько недель, относился ко мне исключительно враждебно. Но вчера мне показалось, что у нас есть шанс выстроить что-то наподобие дружбы во время этих унылых тренировок. И сегодня ты снова начал вести себя как полный придурок.

Он двинулся в её сторону, но было уже поздно. Гнев, который она так долго сдерживала, уже изливался из неё.

— Не знаю, почему мне вообще есть до этого дело, — крикнула она. — Мне следовало хоть раз прислушаться к тому, что о тебе говорят. Или просто взглянуть на факты, которые всё время были у меня перед глазами, — она сухо рассмеялась. — Я просто подумала, а вдруг... вдруг у тебя всё-таки есть сердце. И я даже как будто смогла его разглядеть вчера, когда ты прыгнул за мной, и когда нам было так весело.

Его лицо выглядело мрачным, когда он продолжил идти в её сторону, оттесняя её к рассветному дереву и заставив коснуться спиной его гладкого ствола абрикосового цвета.

— Продолжай рассказывать мне о том, какой я монстр, — тихо сказал он, поставив руки по обе стороны от неё.

Она почувствовала себя в ловушке. Его огромное тело загородило бледные лучи полуденного Света.

— Продолжай рассказывать мне о том, что я сделал.

Она почувствовала жар, исходивший от его обнажённой кожи, которая сияла бронзой.

— Приграничные пожары.

Элара подняла подбородок, и если бы она была сейчас спокойна, то, вероятно, почувствовала бы нервозность из-за того, что наконец-то затронула вопрос, на который не хотела получать ответ.

— Продолжай, — прошипел он по-настоящему ледяным тоном.

Его глаза потемнели и сделались угольного цвета.

— Дети, женщины, — произнесла она полушепотом. — Невинные люди, сожжённые дотла твоим огнём. По слухам, ты уничтожил целую деревню за считанные минуты. Огонь бушевал целую неделю, остановив торговлю и лишив нас продовольствия.

Её глаза стали наполняться слезами, и она сжала зубы, чтобы сдержать их, так как её лицо всё ещё находилось в нескольких сантиметрах от его лица.

— Расскажи мне о том, что ты слышала.

Он пронзил её своими чёрными глазами, а выражение его лица сделалось закрытым и напряжённым.

— Значит, ты этого не отрицаешь.

Она покачала головой и подняла глаза к небу.

— Ты и так уже знаешь, что я о тебе слышала. И о твоих землях. И о твоём отце.

Она буквально выплюнула последнее слово. Энцо напрягся.

— Самолично руководил последними сражениями в Войне с Тьмой.

Она фыркнула.

— Казнил каждого, кто смел не согласиться с ним в его собственном королевстве. Он тиран, а ты шавка, которая исполняет его приказы.

— Осторожно, принцесса, — голос Энцо прозвучал низко и опасно, когда он опустил голову. — Ты близка к тому, чтобы совершить государственную измену. Людей сжигали и за меньшее.

Она нервно рассмеялась.

— Я нужна вам как оружие. Это единственная причина, по которой я всё ещё жива.

На её лице застыла маска презрения, когда она прошлась взглядом от его ботинок вверх по его хлопковым штанам, мускулистому торсу и, наконец, встретилась с его глазами, которые были теперь холодными и напоминали кусочки почерневшего золота. Элара стиснула зубы.

— Похоже, яблоко от яблони недалеко падает.

Тело Энцо охватило сияющее пламя, и она вздрогнула, так как всё ещё находилась в ловушке его рук. Но пламя не прожгло кожу Элары. Оно оказалось холодным как лёд, а на лице Энцо растянулась такая же ледяная улыбка. Он опустил голову ещё ниже, и теперь его губы были в нескольких сантиметрах её губ.

— Ты видела мои шрамы? — хрипло прошептал он, обдав её губы прохладным дыханием.

И тогда она покачнулась, пытаясь отпрянуть от него, после чего скользнула глазами вниз по его телу. Она не увидела никаких шрамов, его обнажённый торс был идеально гладким.

— У тебя нет никаких шрамов, — неуверенно сказала она.

— Хм-м-м, — задумчиво произнёс он и наклонился ещё ближе. — Тебе не кажется странным, что такой прославленный воин не имеет ни единой отметины на своём теле? Используй свою прекрасную головку, чтобы подумать над этим, — сказал он, а затем припал к её уху. — Ты ничего обо мне не знаешь.

После этого он резко отпрянул и пошёл по лужайке со скомканной туникой в руке, ни разу не оглянувшись на неё.

Глава 13

Элара не видела Энцо следующим утром. Она спустилась по центральной лестнице, и её взгляд упал на капитана Лео. Она опять проспала, так как вечерняя тренировка с Изрой вымотала её.

— Принцесса Элара, — улыбнулся ей Лео. — Сегодня мы будем тренироваться вместе.

Он подал ей руку, как настоящий джентльмен. Она приняла её, улыбнувшись и сразу же почувствовав себя свободно в его присутствии.

— Позвольте узнать, почему Его Высочество не почтил меня сегодня своим присутствием?

Он повёл её в сторону всё той же знакомой тренировочной площадки, на которой они занимались вчера. Лео слегка ей улыбнулся, продолжая идти по пыльному полу.

— Он считает, что будет лучше, если я потренируюсь с вами несколько дней.

Она закусила губу.

— Я его оскорбила, — сказала она утвердительно.

Его тёплые карие глаза нашли её, и он кивнул.

— Да, — мрачно сказал он. — Вы, вероятно, ещё не успели потеплеть к Энцо после вашей первой встречи, но он хороший человек, — осторожно сказал он. — Если бы это было не так, я бы не был его лучшим другом.

Элара фыркнула.

— Хороший человек? Не могу сказать, что я успела увидеть ту его сторону, которой вы так хвастаетесь.

Лео подошёл к ней и, осторожно оглядевшись вокруг, наклонился ближе.

— Он рассказал мне о том, что вы сказали. У каждой истории всегда есть две стороны, Элара.

Элара приподняла бровь.

— А касаемо того, что вы сказали о нашем короле...

Элара вызывающе приподняла подбородок. Она не собиралась позволять никому её запугать или заткнуть ей рот.

— Я знаю, что другие люди думают так же, — продолжил он так тихо, что Эларе пришлось напрячь слух. — Но Энцо... он совсем на него не похож. И когда вы их сравнили, это его ранило.

Она удивлённо моргнула.

— Когда я сказала это, он задал мне очень странный вопрос. О его шрамах. И спросил, почему у него их нет.

Вся теплота в глазах Лео исчезла, и он стал похож на кого-то совершенно другого.

— А об этом он должен рассказать сам, Элара. Просто знайте, что он старается.

Лео переступил с ноги на ногу и начал разогреваться.

Она сощурила глаза.

— В первый же день нашего знакомства он решил, кем я ему прихожусь, — холодно сказала Элара, последовав примеру Лео и начав растягивать ноющие мышцы.

Он подошел к ней сзади и заставил её наклониться вперёд, после чего обошёл Элару сбоку и потянул её за руки на себя.

— Я не был бы так в этом уверен.

Уголок его губ дёрнулся.

— Что это ещё значит?

— Просто... дайте друг другу шанс. Если вы оба задвинете подальше свои непомерные эго и предубеждения, вы даже можете поладить.

Она резко выдохнула и выпрямилась.

— Пойдёмте со мной завтра вечером. У водопада соберётся немного людей. Может быть, вам поможет, если вы проведёте некоторое время вне тренировок.

Элара с подозрением посмотрела на него.

— Не уверена...

— Пожалуйста? — вставил Лео. — Там будет всего несколько человек. Изра будет там.

— Хотя бы один сообщник.

— И Мерисса... Пожалуйста, Элара. Для нас всех будет лучше, если вы, хотя бы, научитесь друг друга терпеть.

Элара испустила вздох.

— Хорошо... но только потому что ты вежливо попросил.

— Ещё обсудим завтра. Я заберу вас из фойе дворца на закате.

Лео широко улыбнулся.

Он отступил от неё на несколько шагов и принял боевую стойку. Элара сделала то же самое.

— Значит, ты можешь управлять Светом? — спросила она.

Лео приподнял руки и развел ладони в стороны. Элара услышала треск.

— Можно и так сказать, — ответил он.

Её глаза округлились, когда она увидела, как между его ладонями сверкнула настоящая молния — яркая, белая и смертоносная. Она не видела этого, когда наблюдала за их боем с Энцо... она видела только Свет в его истинной форме, когда Лео метал его в виде лучей, так же как Энцо. Она никогда... не видела подобной магии.

Лео самодовольно ухмыльнулся.

— Я занял такую высокую должность в Гелионе не за красивое лицо.

— Что это такое? — прошептала она, когда Лео ещё шире расставил руки и начал лениво пропускать молнии между своими пальцами.

— Это одна из форм Света. Не знаю, почему она мне досталась и почему принимает такой вид. И это гораздо более энергозатратно, чем использовать лучи, — он пожал плечами. — Но это полезно, так как может привести врага в бессознательное состояние. Но хуже всего то, что это происходит за пару минут.

Элара сглотнула и призвала свои тени. Даже они как будто побаивались молнии Лео, и плотно окутали её. Заметив это, он тихонько рассмеялся.

— Ага... они тебе понадобятся. А не то будет больно.

***

Элара застонала, спускаясь по лестнице, её мышцы протестовали после напряжённой тренировки с Лео. Будучи добрым и вежливым, он, однако, оставлял все свои манеры за пределами тренировочной площадки. Они работали над управлением тенями, и он учил её использовать их одновременно с оружием. Он был таким же непреклонным, как и Энцо, если не хуже — заставил её отжаться сто раз, несмотря на её жалобы на жару, и сделать пять кругов по тренировочной площадке, когда она умоляла его разрешить ей присесть и попить воды.

Её ногу всё ещё пощипывало после того, как капитан поразил её своей молнией, и ей казалось, что это место теперь пульсирует. Она поняла, что на самом деле Энцо щадил её. Чувствуя себя полностью опустошённой, она кое-как открыла дверь в свою комнату. Мерисса сидела на её кровати, и её глаза зажглись, как только она увидела Элару.

— Почему ты выглядишь так, словно упала с сеновала?

Элара только застонала.

— Лео садист. А казался таким милым, — заныла она, с трудом формулируя предложения.

Мерисса рассмеялась.

— Он не просто так занимает должность капитана. Твоя тёплая ванна уже готова.

— Я когда-нибудь говорила, что влюблена в тебя? — ответила Элара, и Мерисса громко рассмеялась.

— Идём. Снимай эту грязную одежду, а то вся комната провоняет.

***

Как только Мерисса ушла, Элара приняла ванну, в которой отмокала до тех пор, пока её кожа не сморщилась, как чернослив. Затем она надела мягкую хлопковую ночнушку и вышла на балкон. Тёплый вечерний воздух высушил её влажную кожу. Каменная плитка на балконе была тёплой под её ногами, и она испустила вздох. Она определённо будет скучать по теплу, когда вернётся в Астерию.

Устроившись на высокой подушке у невысокого столика — Элара вдруг осознала, что он был точно таким же, как у Изры — ога принялась за еду, которую оставила для неё Мерисса. Она редко ходила в столовую или банкетный зал, в котором накрывали стол только раз в неделю.

Элара пожевала кусочек свежего хлеба, обмакнув его в ароматный лимонный соус на тарелке, и выглянула на улицу.

Небо начало темнеть, снова на час позже. Её взгляд приземлился на балкон напротив. Балкон Энцо. Ей стало интересно, что он делал сегодня весь день, и успокоился ли он. Но затем она начала ругать себя за эти мысли. Элара закончила есть, выпила бокал персикового вина и откинулась назад, сытая и довольная. Она протянула руку к высокой стопке книг и заметила, что их как будто прибавилось. И без того уже высокая стопка росла с каждым днём. Судя по новым заглавиям, она предположила, что книги принесла Мерисса, так как среди них было много любовных романов. Она полистала "Конюха герцогини" и "Любовников Леди Мэриголд", а затем широко улыбнулась, заметив книгу "Моё время со Звездой: воспоминания", наполовину скрытую за другими.

— А вот это должно быть интересно, — пробормотала она и раскрыла первую страницу.

***

Эларе пришлось прочитать одну и ту же страницу около тринадцати раз прежде, чем она сдалась. Её мысли блуждали, и она не могла сосредоточиться. Она вздохнула, закрыла книгу и посмотрела на небо. Было кое-что, что ей особенно нравилось в Гелиосе. Звёзды не часто были видны на темно-алом ночном небе. Это стало для неё спасительной милостью, так как ей не нужно было всё время напоминать об их существовании. Она выпрямилась, размяла шею и снова посмотрела на балкон Энцо. Было уже поздно, а в его комнате не было заметно никаких признаков жизни.

Она попыталась отогнать мысли о нём, но не могла успокоиться. Скрестив ноги и закрыв глаза, она сосредоточилась на дыхании, как учила её Изра. Лучше уж потрать энергию на что-то полезное, чем лежать и ничего не делать. У неё не было того чая, который давала ей Изра, но было уже достаточно поздно, и она почувствовала лёгкую дремоту.

Звуки вокруг неё сделались более приглушёнными, тихий звон посуды, отдалённое бормотание голосов и пение птиц стихли, в то время как она продолжала делать глубокие вдохи. Она почувствовала провал, пространство между мирами, и со вздохом начала подниматься над телом.

На этот раз это отличалось от того, что происходило у Изры. Она почувствовала, что как будто парит. Не будучи ограниченной пространством комнаты, Элара удивлённо посмотрела вниз. Она увидела впереди цветные облака, и пространства сна начали разворачиваться перед ней. Цветастые, яркие и живые. Она начала перемещаться между ними до тех пор, пока одно из них не привлекло её внимание. Оно было чёрным и пульсирующим, и сквозь него проглядывали вспышки пламени. Она подплыла поближе и почувствовала, словно оно зовёт её. Сделав глубокий вдох, она нырнула внутрь.

Жара внутри этого пространства сна была невыносимой, языки пламени неудержимо лизали всё вокруг. Она выругалась себе под нос, и, взяв себя в руки, осмотрелась. Она и раньше бывала в кошмарах, но никогда не видела ничего подобного. Помещение было сделано из холодного мрамора, но пламя подступало всё ближе. Она услышала чей-то болезненный рёв и побежала. Комната, похожая на пещеру, сделалась сначала в два, а затем в три раза больше. Она увидела человека, стоящего посреди комнаты на коленях. Он был раздет до пояса, сгорблен, руки связаны сзади, а по его спине хлестал свет, рассекая плоть. Жертва кричала, умоляла, темно-красная кровь струилась по его израненной коже. Жар пламени окатил Элару, пот покрыл её тело. А затем, над сгорбленной фигурой она увидела три цифры огромных размеров. Они были похожи на красные ленты и как будто были написаны кровью на голых стенах пространства сна — три, три, три.

— Это не по-настоящему, — сказала она спокойно, делая глубокие вдохи.

Потоки света продолжили хлестать торс мужчины, а его крики разрывали пространство сна. Она начала лихорадочно осматриваться, но не могла определить источник. Элара заставила свои нервы превратиться в сталь, заставила свои тени успокоить себя и начала продвигаться сквозь волну жара. Лоб мужчины был прижат к полу, его дыхание сделалось частым, он задыхался. Она дошла до него, протянула к нему руки, но тот отпрянул от неё. Её руки застыли.

— Энцо? — выдохнула она.

И тогда он посмотрел на неё таким затравленным, отчаянным взглядом, что его с трудом можно было узнать.

— Элара? — проговорил он, хриплым от крика голосом.

Она сделала шаг вперёд и осторожно накрыла его щёку своей рукой. Он дёрнулся.

— Всё в порядке, — проговорила она. — Дыши.

Он сделал дрожащий вдох.

— Хорошо, — мягко проговорила она. — А теперь ещё раз.

Он подчинился. Она снова протянула руку к его лицу, и на этот раз он прильнул к ней. Прикосновение было таким нежным, точно ощущение от воды, проходящей сквозь пальцы. Он закрыл глаза и испустил глубокий вздох.

— Это просто сон, — сказала она, встав на колени напротив него, не желая убирать руку.

Свет снова начал пульсировать, готовый вновь ударить, и, зарычав, Элара выбросила свободную руку, и из неё вырвались тени. Они задушили неистовые лучи, уничтожив источник той ужасной плети и погасив пламя. Вокруг неё начал клубиться чёрный дым, а затем её тени выиграли битву и погрузили пространство сна в темноту. Прохладный воздух обдал их тела, когда огонь потух, и Элара призвала обратно свои тени и испустила медленный вздох, когда её тьма поцеловала их обоих.

— Видишь? — сказала она, поднимая голову. — Всего лишь сон.

Элара осторожно открыла глаза, и осмотрелась. Её тени танцевали вокруг, и она улыбнулась, положив руку к себе на колени.

— Как ты это сделала? — хрипло спросил он.

Она пожала плечами и улыбнулась.

— Иногда Свету требуется Темнота.

Она встала и протянула ему руку. Он взял её, и его золотые глаза встретились с её, когда он встал.

— Это место не помешает немного украсить, — протяжно сказала она, строго посмотрев на кровавые цифры.

Он проследил за её взглядом с мрачным выражением лица.

— Что означают эти цифры?

Энцо закрыл глаза и сделал глубокий вдох.

— Триста тридцать три. Количество астерийцев, которых я убил.

Элара сделала шаг назад, резко опустив руку.

— Ты сказала мне у Изры, что я уже сбился со счёта. Я помню каждого из них. Их имена, их лица. И мне не всё равно, — его глаза начали бешено искать её глаза. — Не всё равно.

Элара не знала, что сказать. Она знала, что он убил многих, но когда узнала точное количество, ей стало тошно. И её совершенно сбило с толку то, что Лев Гелиоса помнил их. Что он чувствовал раскаяние, и что его действия преследовали его во снах. Это многое меняло, но она не знала, что чувствовать.

Его губы не пришли в движение.

— Спасибо, что рассказал мне, — ответила она, наконец. — В следующий раз, когда это случится, — добавила она, — просто вспомни о моих тенях.

Его губы дёрнулись.

— Похоже, ты нравишься им больше, чем мне.

Он резко поднял голову.

— Что ты только что сказала?

Она нахмурилась.

— Я сказала, что мои тени, похоже, любят тебя больше, чем я.

Он странно на неё посмотрел, но она испытала такое облегчение, увидев этот взгляд вместо той пугающей темноты в его глазах, что была готова разрыдаться.

— Ты можешь сделать своё пространство сна, каким пожелаешь, когда научишься его контролировать.

Она взмахнула рукой, и кровавые цифры исчезли, оставив после себя лишь чистый мрамор.

Энцо поник.

— Сделай из него такое место, где ты будешь чувствовать себя как дома. Наполни его хорошими воспоминаниями.

Она шагнула в его сторону.

— Вот, — она легонько поцеловала его в щёку. Её поцелуй был похож на взмах крыла бабочки. — Начнём с этого.

Дыхание Энцо участилось, и его глаза вперились в её. Он сдвинулся, чтобы взять её за руку, и его прикосновение было похожим на шёпот. Она посмотрела на его руку, а потом снова подняла глаза на него.

— Отдыхай, Энцо. И запомни, что это всего лишь сон.

Глава 14

Элара резко вернулась в тело, и, задыхаясь, прижала руку к сердцу. Её взгляд метнулся в сторону комнаты Энцо, теперь там горел свет. Она вскочила и бросилась в свою комнату, пока он её не увидел. Нырнув под одеяло, она огляделась, чтобы убедиться, что все факелы потушены, а её сердце всё продолжало колотиться в груди. Она подождала минуту, две, после чего поглядела на улицу сквозь раскрытые двери балкона. Тёмная фигура Энцо облокотилась о перила балкона и смотрела прямо на её комнату. Она крепко зажмурилась и притворилась спящей, пока сон, в итоге, не нашел её.

На следующий день она постаралась отогнать от себя мысли о событиях прошлой ночи. Но образ кровавых цифр не стене отпечатался в её памяти, как и дикая печаль на лице Энцо, когда он рассказывал ей о том, что они значат. По прошествии утра её охватило чувство вины из-за того, что она сказала ему под тем рассветным деревом. Было очевидно, что она ошиблась — по крайней мере, насчёт того, что ему было всё равно. Но она не хотела знать, почему Энцо посещали эти ужасные кошмары, и кто их вызвал. Она не хотела знать о том, что он чувствовал раскаяние за свои действия, потому что не хотела верить в то, что тот Лев был не только беспощадным убийцей.

Ей всего лишь нужно было пережить сегодняшнюю тренировку с Лео, поэтому ей нельзя было отвлекаться.

— Чёрт бы тебя побрал вместе со всеми Звёздами! — выругалась она, когда лезвие из света больно ударило по костяшкам её пальцев.

Лео фыркнул.

— Думаешь, твой враг позволит тебе помечтать?

Она снова выругалась и призвала свои тени, придав им форму дюжины ворон. Они спикировали на Лео, который создал защитный щит из лучей.

— Если бы я наказывал тебя за каждое грязное словечко, которое вылетает из твоего рта, у тебя бы не осталось времени на настоящие тренировки, — сказал он милым голосом.

— Я тут подумала, — произнесла она сквозь стиснутые зубы, покручивая кинжал в одной руке и притянув к себе тени другой рукой. — Как насчет того, чтобы перестать меня калечить, и тогда я, может быть, заговорю как принцесса.

Он усмехнулся и смягчился.

— Сто отжиманий.

Она бросила на него ядовитый взгляд, после чего опустилась на землю и начала отжиматься, медленно считая. Всё её нутро протестовало, но она была рада тому, что её тело становится сильнее.

— Ждёшь сегодняшнего вечера? — спросил Лео, задыхаясь, и сделал глоток воды.

— Я пока об этом не думала, — ответила Элара, тяжело дыша. — Ты вообще говорил с Энцо?

Лео ухмыльнулся.

— А что? Уже скучаешь по нему?

— Единственное, по чему я скучаю... — тяжело начала она. — Это по нашим тренировкам... по сравнению с тобой, он милая зверушка.

Она стиснула зубы, наполовину закончив подход.

— Милая зверушка. Я скажу ему, что ты его так назвала.

— Ради бога. И ещё добавь, что, по моему мнению, его следует переименовать в Котёнка Гелиоса.

Лео фыркнул, склонившись над ней.

— Вообще-то я говорил с ним. Он придёт сегодня.

Сердце Элары сильно забилось, и ей показалось, что Лео мог услышать его, когда она закончила отжимания.

— Тогда нам, наверное, просто нужно поцеловаться и помириться.

Лео помог Эларе встать и передал ей флягу с водой.

— Надеюсь, что вы так и поступите. Ради всех нас.

***

К тому моменту, как Элара закончила очередную трудную тренировку, которую можно было описать исключительно как телесные наказания, она была готова упасть на колени при виде очередной тёплой ванны. Мериссу нигде не было видно, но она пообещала себе упасть ей в ноги, как только увидит её в следующий раз.

Элара со вздохом погрузилась в небольшой бассейн и, лежа на спине, позволила мыслям свободно прокручиваться у себя в голове. Наконец, оставшись наедине с собой, она попыталась тщательно разобрать всё то, что случилось во время сна.

Она и раньше бывала в кошмарах, но никогда не видела ничего подобного. Такую тьму, что скрывалась внутри человека, и такую боль, вызывающую животный ужас. Оказалось, что у Льва не только есть сердце. При этой мысли она застонала. Теперь, когда у него появилась совесть, его стало гораздо сложнее ненавидеть.

Она погрузила голову под воду и позволила своему мерному сердцебиению убаюкать её, а тёплой воде очистить сознание. У неё перед глазами появилось красивое лицо, загорелая кожа и черные локоны, падающие на глаза золотистого цвета

Она вынырнула из воды, ловя ртом воздух, и дико осмотрелась вокруг. Она была абсолютно одна. Нервно рассмеявшись, она вышла из ванны, оставляя мокрые следы на тёплой глиняной плитке.

Войдя в комнату, она увидела Мериссу, развалившуюся на кровати. Рядом лежало платье красивого терракотового цвета, который напомнил Эларе о нагретых Светом зданиях. Верхняя часть платья была с низким вырезом, подчеркивающим грудь, и бретелью-петлей. Спина была открыта, а нижняя часть представляла собой юбку в пол. В последние несколько недель тренировок Элара так часто находилась на Свету, что когда посмотрела в зеркало, то заметила, что цвет её кожи потемнел и сделался блестящего оливкового оттенка.

— Значит, ты точно идёшь? — спросила Элара, теребя в руке прядь волос.

— Да, Элара. Повторяю тебе в третий раз, я буду с тобой.

Мерисса усмехнулась и начала усердно вплетать рассветные цветы в тоненькие косички в её распущенных волосах цвета воронова крыла. Цветы были такого же абрикосового оттенка, что и ствол рассветного дерева, на котором они росли. Она снова вспомнила о своей ссоре с Энцо у этого дерева и начала жевать губу.

— Знаешь, я никогда не видела, чтобы ты нервничала. Ты можешь прыгнуть со скалы, но тебя пугает мысль о том, чтобы с кем-то пообщаться? — прервала её размышления Мерисса.

Служанка убрала косички с вплетёнными в них цветами от лица принцессы, оставив его открытым, что было очень непривычно для Элары.

— Как всегда спасибо за... прямоту, Мерисса, — сухо ответила Элара. — Лео сказал, что будут только самые близкие. Я бы не хотела мешать людям, которые друг другу как семья. Людям, которых я едва знаю, не считая их чудесного, невероятно уравновешенного главаря.

Мерисса усмехнулась.

— Лео был прав, когда сказал, что тебе пойдёт это на пользу.

— О, Лео так сказал? — насмешливо сказала Элара.

Щёки Мериссы покраснели.

— Тебе стоит чаще носить такую причёску. Нужно показывать своё симпатичное личико.

Она сменила тему, добавляя последние штрихи.

Они спустились в атриум, где заметили Лео, который направился к ним, слегка взмахнув рукой.

Предложив обеим женщинам взять его под руки, он с тёплой улыбкой вывел их на прохладный воздух Гелиоса.

— Вы обе выглядите великолепно, — он подмигнул им, переведя взгляд между ними.

— Спасибо. Но у тебя не получится загладить свою вину, после того как ты мучил меня в течение пяти часов.

Лео усмехнулся.

— Так что насчёт того места... вы часто туда ходите?

— Да, оно прекрасно, — вставила Мерисса, поправив своё платье мятного цвета.

Этот цвет настолько ей шёл, что это было нечестно.

— Оно находится за дворцом у водопада. Тихое, укромное. Там ты забываешь, что находишься во дворце.

Элара осмотрелась, вглядываясь в изумрудную зелень, окружающую их, пока Лео вёл их по скрытой тропинке.

— Сады, — выдохнула она. — Почему я не замечала их раньше? Здесь чудесно.

Она посмотрела на догорающие сумерки и увидела лабиринт из аккуратных живых изгородей, высаженных в форме спиралей.

— Нам как-нибудь стоит туда сходить, — сказал Лео, сжав её руку.

Элара улыбнулась, и почувствовала, как запах ночного жасмина и сумеречных маргариток наполнил вечерний воздух.

Наконец они обошли дворец. Она услышала плеск воды раньше, чем увидела её. Водопад, сверкающий золотом, падал со скалы в бурлящий водоём. Вода в нём кружилась, и от неё поднимался пар. Она услышала весёлую музыку и пьяные возгласы. Широко раскрыв глаза, она посмотрела на Мериссу и Лео.

Одарив её полуулыбкой, Лео сказал.

— Добро пожаловать на праздник.

Они спустились по грубо вырезанным ступеням и оказались на берегу у водопада. Она разглядела фигуры людей, заполнивших берег, часть которых исчезала в сумерках. Её желудок подпрыгнул, и она начала с опаской искать глазами Энцо.

— Думаешь, он уже здесь? — пробормотала она Лео.

— Ты нервничаешь, Элара?

Он ухмыльнулся.

А она нахмурилась.

— Нет.

— Она очень нервничает, — Мерисса широко улыбнулась.

Элара пронзила её испепеляющим взглядом, а затем последовала за ними по слегка тёплой траве. Неожиданно она остановилась, раскрыв рот и увидев, как метатель огня выпустил пламя из своих рук вздымающимся каскадом, не переставая улюлюкать и танцевать под музыку барабанов и струнных. Затем она заметила другую фигуру. Человек лежал на спине и дёргал за струны гитары. Он и был источником музыки.

Она снова с опаской осмотрелась, после чего вклинилась между Лео и Мериссой у кромки воды. Она осторожно опустила большой палец ноги в воду и удивлённо подняла глаза. Вода оказалась приятно тёплой.

— Водопад подогревается?

— Горячие ключи, — объяснила Мерисса.

— Так-так, а вот и наша почётная гостья.

Одетая в красивое синее платье и с бутылкой в руке, к ним подошла Изра.

— Не против, если я присоединюсь? — она широко улыбнулась и подошла к Лео.

— Привет, Изра, — сказала Элара, слегка помахав ей рукой.

— Привет, дорогая. Как твои прогулки по снам?

Она передала бутылку Эларе, которая резко взяла её.

— Стало чуть проще.

— Это интригует... Позже расскажешь.

Элара фыркнула и отпила из бутылки. Почувствовав вкус напитка, она громко выругалась. Лео и Изра фыркнули.

— Изра, что это за чёрт?

— Огненный спирт, из Каоса.

— Ещё пара глотков и я напьюсь.

Изра фыркнула.

— Тогда продолжай пить, принцесса. Даже Звёзды знают, что тебе это не помешает.

Когда алкоголь проник ей в кровь, её вены начали гудеть. Она почувствовала тепло и расслабление, а её голова приятно закружилась. Элара позволила себе окунуться в звуки ночи: в успокаивающее стрекотание цикад, беззаботные разговоры и сплетни Мериссы, Изры и Лео, прерываемые смехом. Она слышала и другие звуки — звон струн и хриплую балладу, которую пел кто-то, явно перебравший вина.

Темп песни ускорился, и она услышала, как музыка словно взлетела. Чьи-то руки приподняли Элару, выдернув её из размышлений.

— Давай потанцуем, — решил Лео.

Изра радостно закричала, а Мерисса улыбнулась, когда они все побежали в сторону круга, который образовался в лесу. Играла кабацкая гелионская песня.

— В деревне девушка жила, большая недотёпа, но к счастью у нее была огромнейшая...

— ЖОПА! — крикнули все вокруг Элары, смеясь и танцуя.

— Любила девушка бывать промежду мужика-а-а-ами!

Элара рассмеялась, но Изра схватила её за руки и начала кружить, а песня всё продолжалась, становясь всё неприличнее с каждым куплетом. Неожиданно вспыхнул свет, когда очередной огненный столб осветил всё вокруг. Она увидела, что светометатели направили руки в небо в пьяном угаре и выпустили вверх красивые золотые узоры, из которых образовались огненные изображения на тёмно-красном небе.

Элара снова захихикала, как вдруг заиграла другая песня, и огненный спирт разлился по её телу. Она снова оказалась в руках Мериссы, которая закружила её, распевая во всё горло. Магия висела в воздухе, а гелионцы продолжали праздновать, выпуская в небо свет и огонь.

Элару снова раскрутили, и она с удивлением обнаружила, что её тело окутал чистый белый свет. Его источником оказался Лео. Он подмигнул Эларе, обхватив её руками, после чего высоко поднял её над землёй. Она развела руки в стороны в эйфории, а когда Лео опустил её, то они продолжили танцевать и громко петь.

Она осмотрелась вокруг, продолжая вращаться, лениво оглядывая пирующих, растянувшихся на траве или танцующих. Некоторые целовались и трогали друг друга в пьяном бреду. Она сглотнула, старясь не смотреть на них, как вдруг заметила Энцо. Он лежал на траве, а симпатичная фигуристая блондинка лежала с ним рядом и пыталась играть его волосами. Они были взъерошены, корона съехала на бок. Он отстранил её руку, когда она что-то ему сказала. Он выглядел... скучающим. Щёки Элары вспыхнули, и она попыталась отвернуться прежде, чем он её заметит, но было слишком поздно. Он устремил на неё хмельной взгляд, после чего отвёл глаза, но затем снова посмотрел на Элару, и в его глазах появилась сталь, когда он её узнал. Она споткнулась, но Лео тут же оказался перед ней и схватил за руки, не дав ей упасть.

— Этой леди уже хватит каосианского спирта, — сказал он, усмехнувшись.

Она выдавила из себя смешок и снова посмотрела туда, где лежал Энцо. Его глаза прожгли её, они был такими тёмными, что она не смогла считать его эмоции. Она продолжила с вызовом смотреть на него и танцевать с Лео по кругу. Она почувствовала себя слишком разгоряченной и была рада, когда Изра вприпрыжку подбежала к ним с очередной бутылкой. Опрокинув бутылку, она сделала ещё один глоток и поморщилась.

— Плохой день? — спросил Лео.

Она насмешливо посмотрела на него, и они начали постепенно выходить из круга, после чего опустились на траву, где они сидели ранее. Изра и Мерисса вернулись в круг.

— Ты мне скажи. Это ведь ты сегодня мучил мои бедные мышцы.

Она опустила ноги в тёплую воду, а он фыркнул и отпил вина, которое взял где-то ранее.

— Ваш двор, — сказала она неуверенно, глядя на открытые проявления чувств вокруг себя и слушая тихие стоны. — Такой... раскрепощённый.

Лео подавился вином и рассмеялся.

— С чего ты это взяла?

— Ну... в Астерии ты не увидишь людей, которые так открыто целуются и трогают друг друга. Если только не застанешь их посреди ночи. А в особенности членов королевской семьи.

— А-а, — понимающе сказал Лео. — Ты, наверное, имеешь в виду нашего достопочтимого принца? — сказал он невинным тоном.

Она услышала плеск воды вдалеке, когда люди начали прыгать в тёплую воду для полуночного заплыва. Снова переведя внимание на Лео, она кивнула, и её щёки снова вспыхнули.

— Я думала, что он встречается с той красивой девушкой с каштановыми волосами, которая была на банкете.

Лео запрокинул голову назад и рассмеялся.

— С кем? С Рэйной? Ты ошибаешься Элара, Энцо ни с кем не встречается.

Он снова рассмеялся, словно она сказала что-то очень смешное.

— Ему просто нравится... наслаждаться жизнью. На него сваливаются такие тяготы, что ему нужно расслабляться. И он, — Лео ухмыльнулся и посмотрел на неё поверх своего вина, — определённо расслабляется.

В этот момент Элара почувствовала, что могла бы сама стать Светом судя по тому, как горело её лицо. Она сделала ещё один глоток, прекрасно понимая, что её голова уже начала кружиться из-за того, что в её желудке было пусто.

— Ты шокирована, принцесса?

— Я не наивная девушка, — резко ответила она, чувствуя, что холодная сталь кинжала на бедре начала тянуть её к земле. — В Астерии у нас тоже бывают любовники, — многозначительно сказала она. — Но не так открыто.

Она задумчиво провела пальцем по краю бокала. Её мысли снова перенеслись к Лукасу.

— У меня был один... давно. Но я не могла и мечтать о том, чтобы рассказать об нём своим родителям или двору, не говоря уже о том, чтобы выставить его на всеобщее обозрение.

Лео приподнял брови, удивлённый её честности, и серьёзно посмотрел на неё.

Она улыбнулась.

— И я не понимаю, из-за чего все эти разговоры. Это был не тот опыт, про который я стала бы писать книгу.

— Тогда может быть, — произнёс низкий голос у неё за спиной, и чьё-то дыхание защекотало ей ухо, — тебе просто надо найти мужчину, который будет знать, как правильно тебя ублажать?

Она почувствовала, как ей на плечо полилась вода, и удивлённо развернулась. Энцо сел на траву рядом с ней. Он был скользкий от воды, и золотые струйки потоками стекали по его обнажённой груди. Он сел так близко от неё, что его мокрые штаны коснулись её ног, которые всё ещё болтались в воде.

— Энцо, — сказала она, слега задыхаясь. — Ты вообще носишь рубашки?

Он откинул мокрые волосы с лица и ответил:

— Ты тоже слишком часто ходишь полураздетой.

Он откинулся назад на локтях, лениво улыбаясь, и взял бокал с вином, стоящий рядом с Лео.

— Я не слышал, чтобы другие женщины жаловались.

Она тихонько произнесла молитву.

— Насколько ты пьян? — спросила она, с сомнением глядя на него.

— Я достаточно трезв для того, чтобы наутро вспомнить о твоём разговоре с Лео.

Его улыбка стала шире, и она снова поймала себя на мысли, что он выглядел точно как лев с этой кривоватой улыбкой и золотыми глазами. Лев, готовый к прыжку. Она какое-то время разглядывала его в поисках хотя бы намёка на того мужчину, которым он был прошлой ночью, ранимым и напуганным. Но потерпела неудачу.

— Послушай, Энцо, нам надо поговорить.

Она наклонилась к нему, накрыла его руку своей и серьёзно посмотрела на него. Элара заметила, какой она была тёплой, и как золотые капли намочили её ладонь. Его взгляд упал на её руку, ноздри слегка раздулись, и он вопросительно посмотрел на неё.

— Я хотела поговорить с тобой... о том дне.

Он продолжал смотреть на неё, а бокал завис в воздухе в другой руке.

— Прости меня.

Её лоб нахмурился.

— Я чувствую себя ужасно из-за того, что оскорбила тебя. Это было неуместно. Лео помог мне понять, что я не должна делать поспешных выводов о человеке, которого едва знаю. Прости, — снова сказала она и глубоко вздохнула.

Груз, давивший на неё последние несколько дней, приподнялся.

— Похоже, наш маленький миротворец решил поработать сверхурочно, — ответил Энцо, бросив взгляд на Лео, который демонстративно игнорировал их, не поднимая лица от своего стакана. — Но я тоже собирался перед тобой извиниться. Я вёл себя как придурок. Я заслужил это.

Её шокировали его слова.

Он наклонился ещё ближе, закрыв от неё весь остальной мир своей высокой фигурой.

— Вчера мне приснился интересный сон, — пробормотал он таким низким голосом, чтобы его могла слышать только Элара.

— Правда?

Она повернула голову и допила своё вино. Её сердце начало колотиться в груди.

— Да. Ты случайно не путешествовала вчера по снам?

Его дыхание опасно обдало её подбородок. Если бы кто-то прошёл мимо них в этот момент, то решил бы, что они пара.

— Не знаю, о чём ты говоришь, — выдохнула она, глядя прямо перед собой, чтобы не выдать себя взглядом.

Краем глаза она видела, что Энцо пристально смотрит на нее.

Она почувствовала, как он рукой коснулся её подбородка, после чего повернул к себе её лицо. Он всмотрелся в её глаза, а она попыталась наполнить их прохладным равнодушием.

— Ты ужасная лгунья.

Он одарил её ленивой улыбкой, не ослабляя хватки, и наклонился так близко, что его губы почти касались её губ.

— Спасибо.

Её губы дернулись, и тогда он опустил на них взгляд, а затем снова посмотрел ей в глаза.

Она сжала губы и слегка кивнула. Она уже собиралась отвернуться, но его рука не отпускала её.

— Есть кое-что ещё, что я должен тебе сказать, — пробормотал он невнятно.

Она нахмурилась, а Энцо осмотрелся вокруг и наклонился ближе.

— Приграничные пожары... Я не...

Он тяжело вздохнул.

— Я предупредил деревню перед тем, как это случилось. Мой отец отдал приказ, и я знал, что у меня нет выбора. Но я убедился, чтобы все жители вышли из деревни. А затем поджёг её, чтобы отец и его люди не стали за ними охотиться.

Он глубоко вдохнул.

— Женщины, дети, все они живы и в безопасности. Они живут в голдфирском лесу на гелионской стороне границы. Лео периодически их навещает и приносит еду и вещи.

Его глаза были наполнены той же безумной серьёзностью, что и прошлой ночью.

— Ты должна об этом знать.

Элара посмотрела на него, раскрыв рот. Никогда в жизни она не ожидала такой правды. Учитывая его кошмары, и то, что он сейчас сказал, она почувствовала, что смотрит на совершенно другого человека, чем тот, с которым она проводила время последние несколько месяцев.

— Я тебе верю, — сказала она, наконец, и её накрыло чувство облегчения. — Спасибо. Спасибо за то, что спас их.

Он коротко ей кивнул и, наконец, отпустил её подбородок, после чего залпом допил своё вино. Она не знала, что ещё ему сказать, но, к счастью, в этот момент вернулись Мерисса и Изра и, задыхаясь, плюхнулись на траву.

— Как это чудесно, что ты решил почтить нас своим присутствием, — сказала Изра, передавая Энцо бутылку.

— Осторожно, — предупредила Элара. — Это очень опасная штука.

Энцо приподнял бровь и, не сводя с неё глаз, отпил из бутылки. Сделав глоток, он широко улыбнулся.

— Слабачка, — прошептал он.

Она поболтала ногами в золотистой воде, рассеянно слушая, как Лео и Энцо вспоминают истории из детства. Изра вклинилась в их разговор и начала поправлять их или ворчать о том, как эти двое доставали её, когда были детьми.

— Из-за него мы с Изрой постоянно попадали в передряги, — сказал Лео.

— Знаешь, сколько раз я спасала задницу Энцо с помощью своего льда прежде, чем он научился контролировать свой огонь? Если бы не я, он спалил бы дворец до тла не менее десяти раз.

— Ты преувеличиваешь. Я безупречно всё контролировал.

Она приподняла бровь.

— Лео, а не ты ли тогда поджёг брови поварихе, или это был Энцо?

Лео нахмурил лоб, изобразив задумчивость.

— Энцо.

— Что и требовалось доказать.

— Что? Она не настолько ужасно выглядела. И я уже это слышал: вы святые, а я грешник, — пробормотал Энцо, пьянея с каждой секундой.

Элара улыбнулась.

— И почему это меня не удивляет? — вставила она.

— Это только твои предположения, — Энцо подмигнул ей и рассмеялся, когда она сурово посмотрела на него.

Праздник был всё ещё в самом разгаре, но она заметила, что толпа начала редеть и, в итоге, от неё осталось лишь несколько человек, которые танцевали или играли музыку.

Мерисса куда-то исчезла, но вернулась с победоносным выражением лица, неся в руке небольшую корзинку.

— Я ограбила кухню, — прошептала она и подошла поближе к огню, который развёл один из пирующих.

Изра начала громко аплодировать и запела оду в её честь. Мерисса закатила глаза и плюхнулась рядом с Эларой, протянув ей корзинку.

— Золотистые ягоды в шоколаде, — сказала она, взяв себе одну.

Элара взяла ягоду и начала её посасывать, наслаждаясь бархатистым вкусом шоколада на языке и запрокинув голову от удовольствия.

— А вот про это, — сказала она, — я бы написала книгу.

Лео разразился смехом, смутив Изру и Мериссу, а она повернулась к Энцо. Его глаза потемнели, а взгляд опустился на её губы, которыми она посасывала ягоду. Звуки вокруг неё сделались приглушёнными, когда она посмотрела на него, и что-то тёмное внутри неё заставило её продолжить. Она поднесла большой палец к губам и невозмутимо слизала с него расплавленный шоколад. Энцо заметно подался вперёд, и она увидела, как он сжал рукой пучок травы и выдернул его с корнем. Его глаза нашли её, и она улыбнулась. Но это была не улыбка, а продолжение её тьмы.

Неожиданно видение исчезло, и она снова ощутила мир вокруг себя, а громкая музыка проникла ей в уши.

— Мне нравится эта песня! — закричала Мерисса и начала поднимать Элару.

Она прервала зрительный контакт с Энцо, и, шатаясь, пошла за Мериссой, которая потянула её к ксотру. Все остальные уже танцевали и хлопали в ладоши, когда Элара присоединилась к кругу. Её захлестнуло ещё одной волной энергии, исходившей словно изнутри. Она начала кружиться с Мериссой до тех пор, пока та не передала её другому танцору. Красивый солдат с глазами цвета топаза улыбнулся ей и взял её за руку.

— Ну уж нет, — произнёс голос Энцо у неё за спиной.

Солдат отпустил руку Элары, и поднял обе руки в знак примирения, а затем отвернулся. Энцо крепко взял её за руку и развернул к себе. Её глаза прищурились.

— Это было грубо, — сказала она.

— Что? — сказал он, невинно округлив глаза. — Я просто повёл себя по-дружески и принёс тебе напиток.

С обворожительной улыбкой он приподнял свой бокал, заполненный золотистой жидкостью.

— Амброзия, в знак примирения, — добавил он.

— Напиток Звёзд? И насколько он дорогой?

Энцо пожал плечами и сделал глоток.

— Неужели не хочешь попробовать?

— Я этого не говорила, — ворчливо ответила она.

Он прожег её взглядом, поднеся бокал к её губам. Она помедлила, но затем, глядя ему в глаза, сделала глоток, когда он наклонил бокал.

Тёплая, пряная сладость скользнула вниз по её горлу. Она наполнила кровь экстазом и воспламенила её, смешавшись с алкоголем, который Элара пила ранее. Она закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула. Подняв руки к небу, она почувствовала, как что-то сдвинулось у неё внутри. Элара закружилась в эйфории, и, почти не думая, выпустила тени из своих пальцев. Чёрный дым окутал её, и она принялась танцевать. Она услышала монотонное песнопение, бой барабанов начал усиливаться. Элара начала смеяться, глядя на танцующего перед ней Энцо, от которого исходили золотой свет и пламя. Её тени потянулись к нему и окутали его свет. Она почувствовала невесомость. А затем у неё перед глазами начали проноситься множество картинок, которые затронули все её чувства. Трон, сделанный из чистого сверкающего серебра, а рядом — точно такой же золотой. Голодные языки пламени поглощают их обоих. Смех, а затем крики боли. Рычащий лев и, наконец, лезвие, пронзившее каменное сердце. Темнее любой тени, темнее любой ночи.

Она открыла глаза и начала задыхаться. Энцо стоял перед ней и взволнованно смотрел на неё.

— Элара? Элара, ты в порядке?

Она посмотрела на него и нахмурилась.

— Ты стоишь так уже десять минут.

— Я не... не танцевала?

Он странно посмотрел на неё.

— Нет, — медленно сказал он. — Я дал тебе немного амброзии, у тебя сделалось странное выражение лица, и ты закрыла глаза. С тех пор ты не двигалась.

Она моргнула, и видения пропали.

— Думаю, я выпила слишком много вина. Мне надо присесть.

Шатаясь, она дошла до их группы и наклонилась к Лео.

— Я, наверное, пойду во дворец, — сказала она, вздохнув.

Странное чувство начало давить ей на плечи, точно тяжелая шаль.

— Я провожу тебя.

— Нет, пожалуйста, не надо. Я лучше пройдусь одна. Мне надо подышать свежим воздухом.

Лео озабоченно посмотрел на неё, но кивнул.

— Спокойной ночи, — сказал он и поцеловал ей руку. — Спасибо, что пришла. Кажется, вы с принцем... помирились.

Элара ухмыльнулась.

— Думаю, за это нам стоит поблагодарить тебя.

— Ты уверена, что тебе не нужна компания? — спросила Мерисса, подходя и целуя её в щёку.

— Я в порядке, веселитесь.

Изра подошла и заключила её в объятия.

— Увидимся через пару дней, — прошептала она. — Ты ещё должна рассказать мне о своих приключениях.

Элара тепло улыбнулась и на прощание поцеловала Изру в щёку. Лео снова поцеловал ей руку и крепко её сжал, после чего Элара пошла попрощаться с Энцо. Его не оказалось на том месте, где она его оставила. Поэтому, пожав плечами, она тихонько оставила небольшую поляну.

Её шаги застучали по каменным ступеням, и этот звук успокоил её, прогнав то тёмное чувство, что охватило её. Она была не готова пойти спать и, побродив по окрестностям дворца, зашла в сады. Ветерок охладил её, а приглушённые краски позднего вечера напомнили ей о доме. Она почувствовала укол в груди, вспомнив о родителях, Софии, своём доме... о жизни, которую она оставила. Сделав глубокий вдох, она начала спускаться в сады, располагающиеся в низине.

Всё, чего касались низкие лучи Света, отбрасывало романтичные тени. Включая статуи влюблённых и гордые светлые лилии с раскрытыми бутонами, которые наполняли своим ароматом летний воздух. Она услышала плеск воды, и этот звук тут же её успокоил. Словно в трансе, она пошла на звук в лабиринт из густого кустарника, который они проходили ранее. Блестящие жуки и сверчки цвета индиго как будто вздыхали вместе с ней, и их взволнованное стрекотание составило ей компанию. Она пальцами прошлась по мягким восковым листьям изгороди и начала погружаться в спокойствие гелионской ночи. Оказавшись на небольшой полянке в центре лабиринта, она увидела фонтан высотой в три метра. Он был вырезан из точно такого же мрамора, что и дворец: сирена в объятиях Скорпиуса, бога океанов и ядов. Он руками обхватил её лицо, и оба они смотрели друг на друга, приоткрыв губы. На лице сирены отражалось удовольствие.

Элара обошла фонтан, разглядывая его. Голубые и лавандовые потоки каскадом изливались из раковин, украшающих волосы сирены, которую обнимали сильные руки Звезды. Это было искусство. Она опустила руки в фонтан и сполоснула водой своё разгоряченное лицо, после чего присела на скамейку рядом. Вздохнув, она посмотрела на небо. Звёзды мигнули ей в ответ.

"Как всегда наблюдают", — подумала она, бросив на них ядовитый взгляд.

Она отогнала воспоминание о своих родителях в тронном зале и сосредоточилась на фонтане. Ей было так тошно. Её слишком часто посещало это беспокойное, тревожное чувство в этом дворце, особенно сегодня. То странное видение выбило её из колеи, так же как рассказ Энцо. Ей казалось, что в последнее время она никак не может обрести равновесие. С каждым разом она узнавала всё новую и новую правду.

Её мысли прервал шорох. Она начала дико озираться. Но затем рассмеялась, когда Энцо вышел на поляну и замер, увидев её.

— Я надеялся, что найду тебя здесь, — сказал он.

Его глаза были всё ещё мутные от алкоголя.

— Ты следил за мной? — спросила она требовательным тоном, и её сердце начало выстукивать знакомый ритм. Он сел рядом с ней на скамейку и посмотрел на падающие струи.

— Да, — сказал он просто.

— Вижу, ты нашёл рубашку, — сказала она, бросив взгляд на мокрую рубашку, прилипшую к нему. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Он фыркнул и убрал локон, упавший ему на лицо.

— Это моё любимое место во дворце, — сказал он, указав на поляну.

— Фонтан такой красивый, — прошептала Элара. — Эта любовь, которую изобразил художник.

Она мечтательно вздохнула.

— Он, должно быть, знал, что такое любовь, раз смог создать такое искусство.

Он мельком посмотрел на фонтан, а затем на неё.

— А, может быть, он вообще о ней ничего не знал, но жаждал её так сильно, как человек жаждет воздуха, чтобы дышать.

Она повернулась к нему.

— Не знала, что ты поэт. Похоже, амброзия ударила тебе в голову.

Он тихонько рассмеялся.

— Мне нравятся твои колкости, — сказал он. — Это странно, но я скучаю по тому, как ты всё время злишься.

Она улыбнулась сама себе.

— Ты, должно быть, перепил, раз утверждаешь, что по мне скучал.

— Я, правда, скучал.

Она заставила себя посмотреть ему в глаза, и почувствовала, как амброзия действует на неё.

— Пожалуйста, не вспоминай об этом утром, но я тоже по тебе скучала.

Повисла тишина, которая оказалась ещё более давящей в ночном воздухе.

— Ну что, — непринуждённо продолжала она, — расскажешь мне ещё что-нибудь поэтичное?

Энцо повернулся и пристально посмотрел на неё, подперев голову рукой. Его взгляд прошёлся вверх от её талии к шее, а затем по цветам в её волосах. Она увидела, как его губы слегка растянулись в улыбке. А затем он со всей искренностью посмотрел на неё.

— Ты напиталась Светом, — сказал он, имея в виду то, как загорела её кожа в последние несколько дней. — Но Свет не просто поцеловал тебя...

Он скользнул взглядом по её предплечью, а затем взял его в свои руки. Когда он коснулся её кожи, дыхание Элары сделалось частым. Нежно держа её руку, он снова посмотрел на неё.

— Ты выглядишь так, словно Свет занимался с тобой любовью.

Он провёл своим шершавым большим пальцем по внутренней стороне её локтя, согрев его своей искрящейся магией. Она вздрогнула, и её губы раскрылись. Он посмотрел на них.

— Как тебе такая поэзия?

Он лениво ей улыбнулся, и момент был испорчен. Она неуверенно рассмеялась.

— Напоминай мне поить тебя почаще амброзией. Теперь я не удивлена слухам о твоих талантах обольстителя.

Она улыбнулась, но заметила, что улыбка Энцо не коснулась его глаз.

— О, с такой внешностью как у меня и после таких слов, ты просто обязана упасть к моим ногам.

Он встал и взял её за руку.

— Думаю, пришло время отвести тебя в постель.

Она с укором посмотрела на него.

— В твою постель, — поправил себя он.

— Уверена, ты не пытался ни на что намекнуть.

Его губы изогнулись в улыбке.

— Конечно, нет, принцесса Элара. Как вы могли так подумать, ведь я настоящий джентльмен.

Она закусила губу, улыбнувшись, и позволила ему поднять её и отвести во дворец.

Когда они дошли до её комнаты, она повернулась к нему, расправив юбку.

— Спасибо, — сказала она. — За то, что проводил. И за то, чем ты со мной поделился. Ты мог ничего из этого не делать.

Он наклонил голову.

— Нет, не мог.

— Почему? — спросила она тихим голосом.

Он застонал и закрыл глаза.

— Боги, я пожалею об этом завтра утром, но я пьян, поэтому плевать.

Он провёл рукой по волосам, а сердце Элары тем временем начало колотиться сильнее.

— Потому что, Элара, я может быть и монстр, но для тебя мне хочется быть святым.

Она сглотнула, так как в горле у неё пересохло.

Он приподнял её руку, а когда посмотрел на неё, ей пришлось слегка откинуть голову назад. Святые Звёзды, он был таким высоким.

— И я должен был тебя проводить, чтобы поцеловать перед сном, — тихо сказал он, прижав её руку к своим губам.

Лёгкий как перышко поцелуй заставил её кожу покрыться мурашками.

— Спокойной ночи, Элара, — сказал он и развернулся.

— Спокойной ночи, Энцо, — ответила она, и тихо закрыла за собой дверь.

Глава 15

Тьма как будто окутала комнату Элары, которая мрачно лежала между простынями. Мерисса сочувственно цыкнула, хлопоча вокруг неё с завтраком.

— У тебя они такие же болезненные, — вздохнула она. — Сейчас принесу тебе мятного чая, на который молилась моя бабушка.

Тени, казалось, начали пульсировать, как и боль у неё в животе.

— Будь я проклята, если встану сегодня с этой кровати, — пробормотала Элара. — Даже Его Высочество не сможет вытащить меня отсюда.

Мерисса усмехнулась и продолжила готовить чай. Раздался резкий стук, после чего дверь распахнулась. На пороге стоял Энцо.

— Святые небеса, Энцо, я не одета! — закричала Элара, схватив халат и накинув его поверх своей тонкой ночнушки.

Его губы приподнялись, когда он посмотрел на неё.

— Как хорошо, что я вошёл без приглашения.

— Я не в настроении слушать твои шуточки. Оставь меня в покое.

Его лоб нахмурился.

— Ты опоздала на тренировку.

— Серьёзно? Мерисса, принеси ему медаль за констатирование очевидного факта.

Она легла на подушки с презрительным видом, а Мерисса подавила улыбку. Энцо осторожно вошёл в комнату.

— Ты больна?

— У меня месячные, — ответила она, и его глаза смягчились.

Он закрыл дверь и направился к ней, заставив её резко сесть.

— Что ты делаешь?

Он присел на край кровати.

— Чем я могу помочь?

Она заморгала глядя на него, в кои то веки не зная что сказать.

— Шоколадки? — проговорила она, и его губы дёрнулись, после чего он пошёл в сторону двери, из которой только что вышла Мерисса.

Пару мгновений спустя он вернулся с подносом шоколадок. Она жадно схватила одну и засунула в рот, наслаждаясь её вкусом.

— Почему ты так добр ко мне?

Она прищурилась, а он потёр ладони друг о друга. Он старался не смотреть на неё, и на его лице появилась уже знакомая саркастичная улыбка.

— Потому что ты ведёшь себя ужасно, даже когда у тебя не болит живот и не скачет настроение. Чем раньше ты почувствуешь себя лучше и вернёшься к тренировкам, тем лучше.

Его глаза метнулись в её сторону.

— И ты решил стать рыцарем в сияющих доспехах и отвлечь меня от боли своими сладостями?

— Я знаю много других способов, которыми я могу отвлечь тебя от боли, принцесса, — протянул он, а она приподняла бровь.

— Что? Думаешь, я могу испугаться крови? — он ухмыльнулся. — Ты забыла, что я вёл в бой легионы. Я видел и не такое.

Элара закатила глаза, плюхнувшись на подушки и стараясь не обращать внимания на то, как её разгорячили его слова. Она решила отвлечь себя своим самым любимым способом — оскорбляя его.

— Ты всегда найдешь, за что себя похвалить. У тебя прирождённый талант.

— Давай, — сказал он, проигнорировав её слова. — Приподними халат.

— Для обольстителя ты не очень-то хорошо разбираешься в том, как заставить женщину сбросить трусики. Мерисса разговаривает со мной гораздо более романтично.

Энцо запрокинул голову и рассмеялся таким смехом, который был похож на взрыв света. Она слегка улыбнулась и раскрыла халат. Теперь её ночнушка была на виду. Энцо придвинулся ближе, продавив кровать под своим весом, а затем склонился над ней. Закрыв глаза, он расставил ладони, раздался треск. С едва заметной улыбкой он положил руки на её твёрдый живот. Она застонала от его прикосновения, когда его тепло успокоило её сжавшиеся внутренности.

— Невероятное чувство.

Он ухмыльнулся.

— Ты не первая женщина, кто говорит это в моём присутствии.

— Опять ты всё испортил.

Она попыталась отодвинуться от него, но он удержал её на месте.

Его сильные руки мягко надавили на неё. Она почти начала сопротивляться, но была слишком измотана болью.

— Ладно, — вздохнула она. — Ты ведь понимаешь, что ты всего лишь роскошная грелка? Как было бы здорово иметь тебя под рукой раз в месяц.

Он издал смешок, но продолжил прижимать к ней свои тёплые руки. Она посмотрела на него и увидела, как его чёрные ресницы коснулись щёк. Его лоб нахмурился. Она заметила, что на его лбу всегда появлялась складка, когда он концентрировался, а затем отругала себя за то, что вообще обратила на это внимание.

— Твоя магия сейчас усиливается? — спросил он, убрав кудрявый локон с глаз и снова взглянув на неё.

— Да... откуда ты знаешь?

— Ты ведешь себя так, как будто я не знаю женщин.

Повисла напряжённая тишина, и Элара почувствовала, как что-то шевельнулось у неё в животе.

— Изра, — поспешно объяснил он. — Я рос с ней и многому научился. Её магия становилась неуправляемой ближе к началу цикла. Это было то ещё зрелище.

Элара рассмеялась.

— Могу себе представить.

— Однажды она заморозила целую делегацию послов из Алталуны. И чуть не сорвала торговое соглашение между нашими королевствами, — вспомнил он и усмехнулся.

— Я вижу, что вы просто обожаете друг друга, — сказала Элара.

Энцо кивнул.

— Изра мне почти как сестра. Как ты уже слышала вчера вечером, Изра, Лео и я росли вместе во дворце. Мы готовы сделать друг для друга всё что угодно.

Элара ощутила укол печали. Как бы ей хотелось иметь братьев и сестёр или кого-то, кто бы заботился о ней. Она вспомнила о Софии. О своих родителях. Их больше не было рядом. Она проглотила свою зависть и закинула ещё одну шоколадку в рот.

— Почему тогда Изра не при дворе?

Энцо фыркнул.

— Ты вообще можешь представить её здесь? Она не терпит скуку и этикет дворцовой жизни. Как только она стала взрослой, она покинула дворец и с тех пор живёт в том доме.

— Я уже её люблю, — сказала Элара. — Она столькому меня научила, а я была так груба с ней в нашу первую встречу.

Она поморщилась, вспомнив об этом.

— О, да. Я помню, как ты тогда сорвалась на неё.

Он усмехнулся, а она посмотрела на него испепеляющим взглядом.

— В этом не было ничего такого, а особенно после того, как мне сказали, что от меня разит смертью.

Энцо закусил губу, чтобы не рассмеяться, и она почувствовала, как всё её тело охватило тепло.

— Что ж, Принцесса Смерть, для меня ты выглядишь как человек.

Его взгляд задержался на ней, и она слегка сдвинулась под его теплой рукой.

— Когда ты рассказывал о своих детских воспоминаниях, я вдруг поняла, что скучаю по Софии.

Энцо продолжил согревать её живот, не глядя на неё. Она слега улыбнулась.

— Она тоже была для меня как сестра. Мы тоже выросли вместе во дворце. Я тут вспомнила, что когда мы были подростками, и в нас играли гормоны, мы погрузили во тьму целое королевство.

— Как, чёрт побери, вы это сделали? — спросил Энцо, не веря своим ушам.

Она рассмеялась, увидев выражение его лица.

— Мы подрались, потому что я украла её любимое платье и надела его на бал в честь зимнего солнцестояния. Я заявила ей, что она так злится, потому что оно мне больше идёт.

Энцо фыркнул.

— Как это на тебя похоже.

Губы Элары приподнялись в улыбке.

— В общем, страсти накалились, и я не заметила, как перестала контролировать свои тени. Она сказала мне, что я маленькая избалованная дрянь, а я сорвалась и отпустила свои тени.

Она покачала головой.

— Нам пришлось проводить бал при свечах средь бела дня. Но так он получился ещё более волшебным.

Энцо широко улыбнулся и покачал головой.

— София заслуживает похвалы за свою смелость, за все те годы, что ей пришлось с тобой общаться.

— Я так и не узнала, что с ней произошло, — тихо ответила Элара. — Это ещё хуже... не знать, жива она или мертва? Спаслась ли она в тот день? Я предпочла бы узнать.

Энцо сжал её талию.

— Мы это выясним.

Она посмотрела на него. Его глаза были цвета тёплого золота.

— Мы?

Он издал смешок.

— Нравится тебе или нет, но, похоже, мы с тобой повязаны.

В воздухе повисла комфортная тишина, Элара улыбнулась и закрыла глаза, наслаждаясь теплом, исходящим от рук Энцо. Она была так вымотана, что не заметила, как почувствовала провал между явью и сном. Не думая, она погрузилась в своё пространство сна, но всё ещё чувствовала прикосновение рук Энцо в реальном мире. Она открыла глаза во сне и обнаружила, что Энцо всё ещё был здесь. Они всё так же находились на кровати, его тёплые руки лежали на её животе. Силой мысли она попросила его сдвинуть их. Его пылающий взгляд прожёг её, и он подчинился, начав совершать дразнящие движения поверх тонкого материала, растянувшегося на её животе.

— Так? — проговорил он, и она удовлетворённо вздохнула.

Круги, которые он описывал, начали становиться больше, его рука переместилась ниже. Она встретилась с ним глазами.

— Скажи мне, чего ты хочешь, принцесса, — тихо сказал он.

Она почувствовала какое-то движение и резко открыла глаза; пространство сна исчезло. Энцо сидел с закрытыми глазами, но они тут же открылись.

В его глазах горел огонь, и медленная улыбка приподняла его губы.

— Видела хороший сон?

Жар залил её щеки.

— Неужели мы только что...

— Путешествовали во сне?

Его улыбка сделалась ещё шире, а глаза выглядели такими невинными.

— Я затянула тебя в своё пространство сна. Я никогда не делала этого раньше, никогда не помогала кому-то оказаться в своём сне, — прошептала она.

— Ты заставила меня заснуть. Может быть, потому что мы соприкасались?

Её глаза округлились.

— Но у меня есть вопрос поважнее.

Она напряглась, понимая, что он собирается сказать.

— Вопрос к тебе, как к архитектору сна. Интересно, почему первое, что ты решила воссоздать — это то, как мои руки блуждают по твоему телу?

Было видно, что он получает от этого слишком большое удовольствие.

— А мне интересно, зачем такому умному мужчине, как ты, дразнить женщину, переполненную магической энергией? Или у тебя уже готово предсмертное желание?

— Когда дело касается тебя, у меня довольно много желаний.

— Если ты закончил меня доставать, то можешь идти. Спасибо за... это, — она указала на его руки, которые всё еще лежали на ней.

Она никогда так сильно не хотела дать человеку пощечину, чтобы сбить ухмылку с его лица.

— Я рад, что тебе лучше.

— И мне станет ещё лучше, когда ты окажешься подальше отсюда.

Она мило ему улыбнулась. Ответив на её улыбку, он поднялся с кровати.

— Если завтра тебе будет лучше, встретимся как обычно на тренировке.

Она кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза, и снова опустилась на простыни.

Дойдя до двери, он обернулся.

— Отдыхай, — сказал он всё с той же глупой дразнящей улыбкой на лице.— О, и Элара?

Она посмотрела на него из-за подушки.

— Что касается твоего сна, то это лишь малое из того, что я мог бы с тобой сделать.

А затем он оттолкнулся от косяка, а она, грязно выругавшись, вытолкнула его за дверь с помощью одной из своих теней, не обращая внимания на свою разгоряченную кровь.

Глава 16

В последующие недели Элара была рада тому, что Энцо продолжил отыгрывать свою обычную роль ворчливого учителя. Они погрузились в привычную рутину тренировок, за которыми следовал ланч. Днём она училась у Изры путешествовать по снам, либо у неё было свободное время, и она изучала дворец вместе с Мериссой.

— Если ты собираешься здесь жить, тебе стоит познакомиться не только со своей комнатой и тренировочной площадкой, — пожурила её Мерисса.

Работа с магией продвигалась хорошо, создание иллюзий совершенствовалось с каждым днём, а её тени становились похожи на видения из кошмаров. Путешествовать во снах тоже стало легче, но Элара не решалась рассказать Изре о том, как затянула Энцо в свой сон. И она не очень-то хотела об этом размышлять.

— ОЙ, — вскрикнула она и потрясла рукой.

Энцо цыкнул, увидев на её руке красную отметину.

— Если ты не научишься создавать щит, то окажись на моём месте кто-то из людей Ариэта, будет гораздо хуже.

Она начала видоизменять свои тени, наполняя их тьмой, которая была такой страшной, что вбирала в себя всю силу и поглощала свет, который Энцо пытался метать в неё. Она потрогала кинжал на бедре, так как ей очень хотелось использовать его.

— Он начинает превращаться в твой костыль, ты слишком на него полагаешься. Тебе надо научиться управлять тенями как оружием.

— Это не так, — запротестовала она. — Моя техника прекрасно работает. Или ты уже забыл, как я только что уронила тебя на спину, и как ты оказался у меня между ног?

— Поверь мне, Эл, я не забыл. Хотя в следующий раз, когда я буду лежать на спине между твоих ног, я надеюсь, что на нас будет меньше одежды.

— Потаскун.

Она метнула в него тенью, а её щёки вспыхнули. Он лениво рассеял её тень, щёлкнув пальцами, а она решила проигнорировать то, как воспламенились её внутренности после его слов, и поиграла тенями на кончиках пальцев.

— Мне кажется, я пропустила момент, когда попросила называть себя Эл, — огрызнулась она.

Его улыбка стала шире.

— Именно поэтому я начал тебя так называть. Мне так нравится, когда ты взволнована.

Она раздражённо пожала плечами.

— Это мучение когда-нибудь закончится? Думаю, мне больше нравятся упражнения Лео, чем это.

Усмехнувшись, он сел на твёрдый каменный пол павильона, и мышцы на его обнажённом животе напряглись.

— Кажется, — сказал он, заставив танцевать пламя между своими руками, — мы пропустили тот факт, что у тебя есть кинжал, которым ты умеешь пользоваться. И что с помощью него ты дерёшься почти так же хорошо, как я.

Элара фыркнула.

— Интересно, где астерийская принцесса научилась драться как солдат? Не то, чтобы я жаловался, — добавил он. — Это одна из немногих вещей, что располагает к тебе.

Она сдержалась, чтобы не метнуть в него ещё одну тень в форме чего-нибудь неприличного, и со вздохом села напротив, почувствовав, как мягкие утренние лучи падают ей на спину. Она начала раздумывать о том, стоит ли ей раскрывать свои секреты. Но вспомнив, как он сказал ей тогда на кровати, что они теперь повязаны, она решительно кивнула.

— Секрет за секрет?

Он неуверенно посмотрел на неё, но затем, наконец, кивнул.

— Продолжай.

— София, — начала она. — Ее мать была капитаном астерийской армии. Именно поэтому мы с ней росли во дворце.

Лицо Элары сделалось печальным.

— Её нашли мертвой несколько лет назад.

— Что произошло? — спросил Энцо, нахмурившись.

Элара пожала плечами.

— Мы так и не узнали. Но её тело...

Элара покачала головой, когда перед её глазами предстала эта картина.

— Она выглядела так, словно умерла от страха. Она как будто окаменела. Я никогда не забуду её глаза. Словно она увидела само воплощение зла.

Энцо покачал головой, чтобы отогнать жуткие мысли.

— Но перед смертью она научила Софию всему. Научила её обращаться с оружием и защищать себя. Мне было запрещено учиться из-за моего статуса, — она закатила глаза. — Именно так мои родители планировали меня защитить. Я не обладала теми же достоинствами, что остальные члены двора. Как мои родители. Я очень их любила, но моя мать... ну, ты уже знаешь. Она хотела вырастить из меня даму, оградить меня от насилия. Хотела сделать меня самим воплощением этикета и грации. Я их не виню за обычаи Селестии, и за то, как относились к нашей стране... — она взмахнула рукой. — Они почти не выпускали меня за стены дворца.

— Я чувствую здесь какое-то "но", — отметил Энцо.

— Однако...

— "Однако" это то же самое, что "но", — пробормотал он.

Она сердито на него посмотрела, а затем продолжила:

— Однако София была не из тех, кто следовал указаниям. Как и я.

— Ну-ка, повтори это ещё раз.

Элара усмехнулась.

— В общем, она в тайне учила меня. Каждому приёму, которому научила её мать. Она приходила ко мне, мы выполняли упражнения, практиковались. Именно она подарила мне этот кинжал. Каждое утро перед восходом солнца, пока небо было всё ещё темно-синего цвета, мы сбегали по тёмным улицам Астерии на тренировку. Она научила меня использовать то количество магии, которое у меня было. Научила создавать иллюзии в качестве отвлечения внимания и одновременно использовать кинжал.

Энцо понимающе улыбнулся.

— Она не хотела для меня такой жизни. За закрытыми дверями дворца. Боги, я не забуду, как она в первый раз отвела меня в Ночной Квартал Астерии.

Элара покачала головой рассмеявшись.

— А ведь нам было не больше шестнадцати. Я, невинная девушка с бледным лицом, в окружении отбросов королевства — блудниц, воров и прочих монстров, убийц и разбойников, шастающих по мощёным улицам. Если бы они узнали, что среди них оказалась принцесса Астерии...

Она замолчала, а Энцо внимательно смотрел на неё, слегка приподнявшись.

— Вот поэтому у принцессы есть кинжал, и она знает, как его использовать, — сказала она и расцвела.— Чтобы уметь себя защитить, когда этого не сможет сделать магия.

Она отхлебнула воды. Её руки дрожали из-за того, как много она о себе рассказала.

— Что? — спросила она, встретившись с ним взглядом.

— Ты когда-нибудь использовала свою магию? — тихо спросил он. — Я имею в виду... чтобы причинять вред.

— Да, — просто ответила она. — Несколько раз.

Она печально улыбнулась.

— Мы с Софией любили представлять, что мы защитницы города, которые помогают людям. Я использовала магию на тех, кто не оставлял мне иного выбора. Либо на тех, кто не принимал "нет" в качестве ответа.

У неё в памяти снова возник образ Лукаса, но она заставила воспоминания исчезнуть.

— Последний, кто попал под руку моей магии, обделался.

Энцо в шоке выпрямился, готовый разразиться удивлённым смехом.

— Принцесса Элара, — пожурил её он, — нам следует вымыть ваш рот с мылом. И это голубая кровь! — он с недоверием покачал головой. — А я-то думал, что нахожусь в компании невинной девушки, принцессы, запертой от всего остального мира. Похоже, София дала тебе почувствовать вкус жизни.

Элара начала жевать губу, мысленно перенесясь в другое место. Она не слышала, что говорит Энцо, пока он не оказался рядом с ней.

— Элара? — сказал он в третий раз. — Ты в порядке?

Она смахнула с глаз выбившуюся прядь волос и весело ему улыбнулась.

— В порядке, — ответила она.

Он посмотрел на неё.

— Я хоть и не могу использовать на тебе свою магию, но даже идиот понял бы, что ты не в порядке.

Его глаза беспокойно прошлись по её лицу.

— Когда ты в последний раз использовала свою магию таким образом?

Взгляд его пронзительных глаз с бронзовыми крапинками прожёг её насквозь, и она уже больше не могла от него спрятаться.

Она снова отпила воды и сказала:

— Когда я впервые оказалась в Гелиосе.

Она увидела, как Энцо стиснул челюсти.

— Я как раз пересекла границу. Ни больше, ни меньше — в телеге с фруктами, — она рассмеялась. — У меня остался при себе только этот кинжал и совсем немного магии.

Она нежно провела рукой по кинжалу.

— Я выпрыгнула из телеги, понимая, что мне надо найти дворец. Затем меня начала преследовать группа людей. Они шли из таверны и были пьяны. Их главарь был лысым и толстым, и у него была метка пирата на щеке. Это были плохие люди. Я свернула в переулок, проигнорировав их шутки. Они последовали за мной.

Энцо незаметно сдвинулся, продолжая смотреть на неё горящими глазами.

— Что за таверна? — холодно спросил он.

Она заметила, как между его пальцами начал танцевать Свет, тяжелый и холодный, который норовил вырваться наружу.

— А это имеет значение? — она издала нервный смешок.

— Да, — рявкнул он.

— Голова Леона... или Глотка... или что-то такое? — предположила она.

Он на секунду задумался.

— Пасть Леона, — кивнул он.

Повисла тишина, а она отвлеклась на щебетание птиц, сидевших на ветвях рассветных деревьев, и начала пропускать травинки сквозь пальцы.

— Они тебя трогали?

Элара замерла, услышав его ледяной тон, в котором совсем не осталось привычной теплоты. Это был уже не тот захмелевший обворожительный бабник, и не друг-шутник. Это был самый опасный воин Селестии. Она не ответила.

— Они тебя трогали? — снова спросил он.

По её спине прокатилась дрожь. Голос Энцо по обыкновению игривый и тёплый, наполнился огнем. Он был лишён каких-либо эмоций. Он был спокойным. Слишком спокойным.

Она подняла подбородок.

— Один, — прошептала она. — Он прижал меня к стене и задрал юбку. Поцеловал меня в шею. Это всё, что он успел сделать, прежде чем я воплотила в жизнь его ночные кошмары.

Она почувствовала, как шероховатая рука приподняла её подбородок, и посмотрела Энцо в глаза. Его взгляду вернулась некоторая теплота, но в его глазах всё ещё блестел металл, такой же холодный, как астерийский рассвет. Он завёл прядь волос ей за ухо, его челюсти напряглись, а затем он, наконец, заговорил:

— С тобой никогда больше этого не случится.

— Я могу постоять за себя.

Она приподняла бровь.

— Мне всё равно. В моём королевстве ты под моей защитой.

Он погладил её по щеке один раз и как будто хотел что-то сказать. Этот нежный жест заставил её дыхание участиться. Но в последний момент он встал, развернулся, и его длинная тень разрезала тренировочную площадку до самого дворца. И только когда он ушёл, она увидела её. Выжженную чёрную землю, где он до этого лежал, которая неистово дымилась в послеполуденных лучах.

Глава 17

Элара проснулась от запаха дыма. Она закашлялась и вытянула руки вперёд, начав ощупывать всё вокруг, как вдруг поняла, что находится в своей комнате, в безопасности. Это был всего лишь сон.

Она вспомнила о том пространстве сна, в которое попала. Внутри него было только пламя, золотое, ярко-красное. И оно сжигало её и комнату, подбираясь всё ближе и ближе. И лежа в этой ловушке, она чувствовала, как осколок чёрного стекла, который, как она знала, был сумеречным стеклом, врезается в её сердце снова и снова. Но она не видела нападавшего. Это был ужасный кошмар. Один из тех, что она создала сама.

Она дошла до ванной комнаты, плеснула водой на лицо и шею, и начала вдыхать свежий прохладный воздух, витавший в ночном небе и влетавший в открытые балконные двери. Небо было насыщенного бордового цвета, а это означало, что она проснулась посреди ночи. Элара вдруг осознала, как сильно скучает по фиолетовым и синим краскам Астерии.

Она лениво пропустила тень через свои пальцы — эта привычка очень её успокаивала — и пошла обратно в кровать. Она зажгла свечу, чтобы отогнать кошмары, которые явно намеревались преследовать её и дальше.

Размышляя о сумеречном стекле, она перебрала стопку книг на прикроватном столике, проигнорировав любовные романы, и выбрала несколько книг, которые одолжила ей Изра. Среди них оказался толстый фолиант, озаглавленный "История Звёзд". Но, конечно, его автор был абсолютно предвзят. Святотатство по отношению к Звёздам каралось смертью, поэтому ни одна история Селестии не была по-настоящему точной. Но, возможно, если бы Элара пробежалась взглядом по строчкам, она смогла бы найти хотя бы намёк на то, где ей искать сумеречное стекло. Как жаль, что книга оказалась скучной. Её веки начали тяжелеть с каждой страницей и, в итоге, она погрузилась в сон.

В следующий раз она проснулась от яркого света и от запаха дыма. Опять? Она попыталась отогнать сновидение, смахнув его, точно паутину. Но нет. Широко раскрыв глаза, она увидела клубы дыма, которые поднимались от дворцовых ворот. Она, пошатываясь, поднялась на ноги и выглянула в окно, но ворота были не видны из-за склонов и башен дворца.

Быстро накинув халат, она босиком побежала к двери и начала звать Мериссу, которую нигде не было видно.

— Кто-нибудь? На помощь! Там дым у дворцовых ворот!

Во дворце было тихо, как в могиле, и Элара постаралась подавить нарастающую панику. В надежде найти дорогу до дворцовых ворот, она обежала коридор, который постоянно петлял. Приблизившись к воротам, она услышала гул толпы. Странные крики раздавались среди шума. Она заметила Мериссу, которая отчаянно замахала ей рукой, подзывая её. Она сорвалась с места и побежала в её сторону, придерживая края халата.

— Святые Звёзды, что происходит? — воскликнула она, пытаясь разглядеть хоть что-то поверх голов рабочих и гостей дворца.

Люди выстроились вдоль дворцовых ворот. Бурлящая, беспокойная энергия охватила толпу.

— Публичная казнь, — объяснил Мерисса, тоже посмотрев поверх голов. — Колокола прозвонили около полудня. Давно у нас не было такой масштабной казни.

Элара покачала головой.

— Публичные казни? Они до сих пор проводятся в Гелиосе?

Мерисса посмотрела на неё как на безумную.

— А у вас нет?

— Мой отец запретил их несколько десятилетий назад.

Мерисса с тревогой посмотрела на неё.

— Тогда тебе лучше не смотреть.

Она снова повернулась к воротам.

Элара начала отворачиваться, так как на неё накатила тошнота. Однако что-то заставило её прирасти к земле. Что-то с силой словно потянуло за её внутренности. Она сдвинулась и посмотрела сквозь расступившуюся толпу. Её дыхание остановилось. У дворцового портика стояли пять человек, привязанные к столбам.

Один из них был маленьким и скользким на вид, из его носа текла кровь. Другой был низким и мускулистым, а на его щеке виднелись следы от ожогов.

— Святые небеса, — выдохнула Элара.

Следующий, казалось, только недавно стал взрослым. Он рыдал, и слёзы катились из его опухших глаз. Чёрная запёкшаяся кровь покрывала его губы и веки. Рядом с ним стоял мужчина, который громко ругался. Вся его грудь была покрыта глубокими ранами.

И, наконец, она увидела человека, который ничего не говорил, а только стонал. От его языка остался лишь обрубок, который был виден, когда он выл. Лысая голова, беззубый рот и отметка пирата смотрели на неё.

Дыхание Элары участилось, сердце начало отбивать ритм, который слился с гулом толпы, насмешками и приглушёнными сплетнями. Она почувствовала такой всепоглощающий страх, что на мгновение потеряла связь с реальностью.

— Нет, нет, нет, — пробормотала она, схватившись за колонну рядом с ней.

— Элара? Элара! — Мерисса схватила Элару, и её выражение лица сделалось тревожным.

— Он... Он...

Боги, она не могла дышать. Она не могла говорить, сокрушенная этой сценой.

— Где он? — рявкнула она. — Где он!?

— Кто? — Мерисса нахмурилась. — Кто, Элара?

Элара начала втягивать ртом воздух. Гнев распалил её, когда она наконец-то всё поняла. И тогда она увидела его. Не друга, не наставника, не Энцо.

Она увидела принца Лорэнцо, Льва Гелиоса, Всемогущего сына Света, самого опасного воина за долгие века. Он медленно прошёл мимо арестантов и остановился. Его глаза метали молнии, челюсти были сжаты. Он был одет в чёрное с ног до головы, и когда повернулся к толпе, его голос разнесся вокруг, точно лезвие меча, наносящее смертельный удар:

— Эти люди обвиняются в разбойном нападении самого высшего порядка. Они думали, что могут получить то, чего хотят. Они охотились за невинными.

Принц плюнул в ноги вожаку, который застонал от боли.

— Они думали, что могут касаться женщины против её воли. Причинять ей боль.

Элара бросилась вперёд, стараясь растолкать толпу, чтобы дойти до помоста и остановить его.

Утренний свет померк из-за того, как ярко сверкали глаза Лорэнцо, пока он говорил. Толпа презрительно зашушукалась и начала насмехаться над арестантами по мере зачитывания приговора.

Элара попыталась выкрикнуть его имя, но её голос заглушила толпа.

— Пусть это будет уроком, — прогремел он поверх голосов, — Точно такая же судьба постигнет каждого, кто будет виновен в подобном преступлении. Пусть это будет уроком, — повторил он и повернулся к всхлипывающим фигурам, привязанным к столбам, а затем изящно поднял руку к яркому небу. — Вы будете сожжены.

Сказав это, он взмахнул запястьем, и пламя охватило каждого арестанта, а их крики наполнили густой вздымающийся воздух. Кто-то из толпы вскрикнул. Другие же разразились радостными возгласами ликования. Элара не слышала их. Она не слышала ничего, кроме низкого гула в голове. Её голова закружилась, и тогда она вырвалась из объятий Мериссы и выбежала на полной скорости из дворцовых ворот, тут же оказавшись среди орущей толпы.

Дыхание Элары начало прожигать её грудь, пока она бежала по крутому склону в сторону леса, наступая пятками на острые ветки. Она продолжила бежать, прерывисто дыша, убегая всё дальше в тень. Только это место, находящееся вдали от звуков смерти, могло её успокоить.

Она упала под сень деревьев в том месте, где они в первый раз тренировались с Энцо. От одной этой мысли её тело содрогнулось.

Она лежала, тяжело дыша. Образы, один за другим, начали проноситься у неё перед глазами. Крики, запах горящей плоти и огонь. Злость и шок сплелись в тошнотворном танце.

Он был не вправе делать этот выбор, но он всё равно его сделал. Самоуверенный, вспыльчивый дурак. Его предательство ощущалось, как удар ножом в живот, и вместо того, чтобы подавить бурлящие эмоции, как она это обычно делала, Элара позволила им распалить себя.

Сухой мох под ней оказался мягким, и она нашла в нём утешение. Она начала выписывать на нём круги, выпуская наружу свой гнев. В конечном итоге истерика прошла, и её дыхание, наконец, замедлилось. Она крепко зажмурила глаза и заставила накопившиеся слёзы исчезнуть.

Она не знала, как долго она там лежала в поисках спокойствия. Она могла судить о времени лишь по приближающемуся закату, тёмные краски которого начали пробиваться сквозь кроны деревьев над её головой. Листва была такой густой, что едва пропускала лучи света, и она лежала под защитой этих теней, чувствуя себя как дома.

Неожиданно она услышала хруст ветки, что заставило её вскочить на ноги и присесть. Она замерла и достала из ножен кинжал. С кинжалом наизготовку, она присела ещё ниже, точно пантера, готовая к прыжку. Мелькнула тень, и она тут же прижала её к земле. Взяв кинжал в зубы, она оседлала жертву, обездвижила её руки и приготовилась убивать.

Знакомый голос протянул:

— Тебе так нравится ставить меня в компрометирующее положение?

Элара спрыгнула с Энцо, почувствовав, как у неё скрутило живот.

— Отвали от меня, — прошипела она.

— Эл, нам надо поговорить, — он вздохнул и принял сидячее положение.

— Даже не смей называть меня Эл, — вскипела она. — Ты мне не друг.

Энцо вздрогнул от её слов так, будто ему дали пощечину.

— Элара, — сказал он низким и твёрдым голосом. Всё его терпение улетучилось. — Я не уйду до тех пор, пока мы не обсудим то, что произошло.

— Тогда говори, — огрызнулась она, резко повернувшись к нему и сложив руки на груди.

Её глаза неожиданно начали гореть. Она опустилась на плоский камень и отчаянно прижала к ним основания ладоней. Она услышала шелест и увидела Энцо в поле своего зрения.

— Эл, — снова сказал он тихо, и когда она повернулась, то увидела, что он присел на корточки рядом с ней.

Он был таким высоким, что ему пришлось опуститься на пятки, чтобы встретиться с ней глазами.

— Я на мгновение забыла о том, кто ты такой, — тихо сказала она и глухо рассмеялась. — Это так легко, когда ты используешь своё обаяние... когда улыбаешься. Так легко забыть о том, что ты волк в овечьей шкуре.

Она увидела, как его челюсть задвигалась из стороны в сторону. Хорошо.

— А потом я увидела тех людей. Людей, о которых я тебе рассказала по секрету, с которыми я уже сама разобралась. Привязанными к столбам. Часть моего мозга хотела убедить меня в том, что это совпадение. Что мой друг никак не мог пойти искать этих людей, после того, как я специально попросила его этого не делать. Что они никак не могли быть сожжены его рукой.

Она подняла глаза на кроны деревьев над их головами.

— А затем я увидела тебя. Ты был как сама Смерть, на твоём лице не отразилось ни единой эмоции, когда ты их сжёг.

Она закрыла глаза и покачала головой.

— Ты вообще представляешь, что ты сделал? Теперь это на мне, теперь мне нести эту уношу. А что насчёт людей, которые были с ним? Невинные жизни. Они мертвы из-за меня. Из-за того, что я рассказала тебе. Я доверилась тебе, а ты пошёл и всё равно решил что-то с этим сделать, ничего мне не сказав.

В ответ она услышала только тишину и сделала дрожащий вдох.

— Тебе есть что сказать?

И тогда он встал. Его лицо превратилось в мрачную маску.

— Да, мне есть что сказать. И я скажу, что ни один из них не был невинным. Они, мать твою, лапали тебя. И они думали, что у них есть право задирать твою юбку, и были готовы изнасиловать и, мать твою, убить тебя, что они, наверняка, сделали с бесчисленным количеством других женщин. Ты недостаточно наказала того человека.

Он начал ходить из стороны в сторону, точно дикий кот.

— Это самое ужасное преступление, которое только можно совершить — дотронуться до женщины против её воли.

Элара посмотрела на него, и с негодованием поняла, что он был зол.

— Это случилось с тобой в моём королевстве, — его голос сорвался и сделался хриплым. — Ты вообще представляешь, как я себя чувствую? Не кто-нибудь, а именно ты могла тогда пострадать. Будучи под моей защитой, под моей ответственностью.

Он крепко сжал челюсти, точно раскрыл ей то, чего не должен был. Элара собиралась было ответить ему, но он прервал её.

— Ты сидишь тут и злишься на меня за то, что я слишком беспощадный, слишком жестокий в своих наказаниях.

Он снова подошёл к Эларе и сел на корточки напротив неё.

— Ты спрашиваешь меня, есть ли мне, что сказать? — прорычал он таким низким голосом, что она почувствовала, как внизу её живота вспыхнул огонь. — И я говорю тебе, что это был мой выбор. Не тебе нести эту ношу, не смей даже на мгновение считать её своей. И должен тебе сказать, что я, мать его, сделал бы это ещё раз и насладился бы тем, как страдает каждый из них за то, что они чуть не сделали с тобой.

Она посмотрела на его лицо и, когда заглянула ему в глаза, то заметила в них золотые искры, которые показались ей ярче, чем те тёплые коричневые оттенки, с которыми она уже была знакома.

И словно против воли, не думая, она приподняла руку, и мягко убрала прядь волос с его глаз. Её рука застыла рядом с его щекой, так же, как тогда в том сне. Энцо закрыл глаза, как будто тоже об этом вспомнил, и медленно выдохнул.

Её охватили эмоции — гнев, чувство предательства, гордость, понимание. Она испустила глубокий вздох, не зная, что выбрать.

— Ты должен мне секрет, — проговорила она, решив, наконец, простить его, и на её лице появилась слабая улыбка.

Он открыл глаза, и из него вырвался удивлённый смешок, точно протянутая оливковая ветвь.

— Это так, — сказал он и увлёк её за собой на мягкий мох.

Она откинулась на локтях, а он посмотрел на густой полог у них над головами, заложив руки за голову. Она прошлась взглядом по его широкой груди и плечам.

Не глядя на неё, он сказал:

— Это я создал фонтан.

Её глаза метнулись к его лицу.

— Что!?

Он улыбнулся её удивлённому тону и продолжил смотреть вверх.

— Я не только красивый и сильный, принцесса, — сказал он и рассмеялся. — Это мой дар, — объяснил он.

Мерцающие белые ленты каскадом вырвались из его пальцев в небо, сияя мягким светом. Элара ахнула, опустившись на траву и принявшись наблюдать за ними, лежа рядом с ним. Он развеял их, и они превратились в тысячу звёзд в кронах деревьев и принялись танцевать в медленном танце.

"Красивее звёзд", — подумала она и улыбнулась.

— Я могу создавать статуи с их помощью. Создание произведений искусства успокаивает меня.

Элара поразмыслила над его словами, всё ещё заворожённая мягкими вспышками, искрящимися у них над головами.

— Ты берешь огромный некрасивый камень, и начинаешь обтёсывать его Светом до тех пор, пока он не превратится в красивую вещь.

Он пожал плечами.

Мысли Элары перенеслись к их разговору и к тому, что он сказал о своём искусстве, когда они сидели в лабиринте.

— Значит, — спросила она, не в силах оторвать глаз от танцующих огоньков, — ты никогда не был влюблён?

— А-а, секрет за секрет.

Они посидели в тишине, а он продолжил создавать с помощью своей магии узоры и ленты ярких цветов, которые отбрасывали свет на их лица в сгущающейся темноте.

— Я никогда не была влюблена, — сказала она, осмотрев кроны деревьев и сглотнув.

Она почувствовала лёгкое шевеление, но не осмелилась провернуть голову.

— О, серьёзно? — сказал Энцо дразнящим голосом. — Даже в своего дорогого любовничка, который не удовлетворял тебя в спальне?

Она услышала насмешку в его голосе и замахнулась, чтобы ударить его по руке. Но почувствовала, как он схватил её за руку. Он опустил её руку вместе со своей, и она явственно почувствовала, что после этого он так и не сдвинул её, и теперь его рука накрывала её руку.

Она искоса посмотрела на него и увидела, что он всё ещё смотрит на полог из листьев, заложив одну руку за голову. Она снова посмотрела наверх.

— Даже в него, — сказала она, стараясь скрыть улыбку в своём собственном голосе.— Я никогда не чувствовала страсть. Или желание... настоящее желание. То всепоглощающее пламя, о котором читала в книгах. Я никогда не чувствовала... — она замолчала, пытаясь подобрать слово.

— Огонь, — пробормотал Энцо, и тихо рассмеялся на выдохе.

Все её внутренности затрепетали.

— Да, — выдохнула она. — Огонь.

Элара почувствовала тепло, исходящее от него. Она не смела на него взглянуть, испугавшись того, что она может почувствовать, если увидит такой же огонь в его глазах.

Она почувствовала тепло, которое поднялось по её руке и лизнуло внутреннюю сторону её запястья, когда из руки Энцо вырвалось невидимое пламя. Это ощущение охватило всё её тело, коснулось шеи и согрело до самого нутра. От его прикосновения она почувствовала такое дикое желание, что во рту у неё пересохло. Трепет в её животе начал опускаться всё ниже, и она попыталась сменить тему.

— Моего любовника звали Лукас, и он был один из тех, кто завидовал моей магии. Он плохо со мной обращался, — добавила она, и у неё неожиданно запершило в горле. — В каком-то смысле я ему благодарна, потому что это помогло мне понять, что я его не любила, и что любовь не должна быть такой. Хотя это было всё, что я о ней знала.

Она начала жевать щеку. Она никогда не произносила эти слова вслух.

— Он когда-нибудь поднимал на тебя руку? — спросил Энцо, и его прикосновение сделалось обжигающим.

Она сердито на него посмотрела.

— Предвосхищая твои догадки — нет. Он предпочитал ментальные войны.

Она снова повернула голову к своду из веток. В темноте было гораздо проще говорить о своих слабостях.

— Мы выросли вместе, и я думала, что могу ему доверять. Но по прошествии времени я поняла, каким чёрным было его сердце. Тени, которыми он управлял, начали поглощать его. Вечером он осыпал меня подарками, а потом называл разными именами при Свете дня. Он пытался исказить моё представление о себе самой, раз за разом. Говорил мне, что я слабая и бесполезная, до тех пор, пока у меня не отпало желание использовать свою магию. Говорил, что никто кроме него не будет любить такого никчёмного человека. Думая об этом теперь, я понимаю, что его пугали мои дары, поэтому он делал всё, чтобы их искоренить.

Она покачала головой.

— Я пыталась уйти от него множество раз. Он меня не отпускал. И однажды я сорвалась и использовала на нём свою магию, ту, что смогла собрать. Он больше меня не беспокоил.

Она рискнула посмотреть на Энцо, взгляд которого теперь прожигал кроны деревьев, а плечи напряглись. Она толкнула его в бок.

— София помогла мне высвободиться из его паутины, помогла мне понять, кто он на самом деле.

Долгое время Энцо молчал. Элара только и слышала сейчас, что стук своего сердца, переживая о том, что открыла ему слишком многое.

— Ты заслуживаешь настоящей любви, — сказал он, наконец, и большим пальцем прошёлся по её ладони.

Её дыхание участилось, и она постаралась сосредоточиться на световом представлении.

— Ты заслуживаешь того, чтобы тебя обожали.

Его палец коснулся внутренней стороны её запястья.

— Заслуживаешь удовольствия, — сказал он, вернув палец на её ладонь.

— Заслуживаешь такой любви, когда ты — первая, кого замечают в любой комнате.

И тогда Элара повернулась к нему, прервав момент. Энцо тоже повернулся на бок лицом к ней. И так они лежали, глядя друг на друга, а его свет преломлялся у них над головами, отбрасывая на них рисунки и тени.

— Я хочу не просто любви. Я хочу преклонения, — она отвела взгляд. — Неужели я многого прошу?

Она почувствовала руку на своём подбородке и слегка содрогнулась, когда он заставил её посмотреть на него. Он долго удерживал её взгляд, и в его глазах плясали искры. Наконец, он вздохнул, и его губы приоткрылись.

— Нет.

Его взгляд опустился на её губы и задержался там. А затем его губы раскрылись, и она ощутила в воздухе почти осязаемое напряжение. И ей показалось, что если бы она вдохнула, то оно поглотило бы её целиком.

— Я думаю, что перед тобой было бы очень легко преклоняться, — проговорил он таким мягким голосом, что она почти растаяла в нём.

Сама эта мысль остановила её, напомнив ей о том, что преследовало её с того самого судьбоносного дня рождения, когда ей исполнилось двадцать три.

— Как жаль, что я никогда ничего подобного не почувствую, — прошептала она, слегка отодвинувшись от него.

Он нахмурился.

— Пророчество о Звезде...

Энцо приподнялся на локте.

— Там недостаёт одной части. О которой... знают очень немногие.

— Какой части?

— Это случилось на мой прошлый день рождения. Всего пару месяцев назад. София убедила меня пойти к оракулу, чтобы погадать… погадать на любовь, — Элара закатила глаза. — Оракулом оказалась одна из жриц Торры в дурацком маленьком храме, располагавшимся на задворках Астерии.

Элара покачала головой, боясь взглянуть на Энцо.

— И что она тебе сказала? — мрачно спросил он.

— Она сказала... она сказала мне... что я полюблю Звезду. И что это убьёт нас обоих.

Элара пропустила прядь волос сквозь пальцы.

— Жрица, должно быть, рассказала об этом Торре, которая всё подтвердила. И, конечно, об этом прослышал Ариэт. Он ведь Король Звёзд, и решил, что это пророчество о нём.

Она испустила глубокий вздох.

— В этом причина всех его действий. Я в этом уверена. Он хочет сделать меня своей пленницей, чтобы присматривать за мной. И он хочет, чтобы я его возненавидела и не смогла влюбиться в него. Тогда пророчество никогда не исполнится.

Она покачала головой.

— Но я же не могу влюбиться в кого-то настолько жестокого? Однако, зная своё будущее... Я не могу никого в это впутывать. Иначе кто-то обязательно пострадает. Поэтому я поклялась ни в кого не влюбляться, ни в Звезду, ни в смертного.

Она сухо рассмеялась.

Энцо сжал её руку.

— Послушай меня. Звёзды обманщики. Их пророчества наполнены загадками и неопределённостями. Нельзя превращать свою жизнь в существование из-за какого-то пророчества.

— Проще сказать, чем сделать. Посмотри, к чему привело это пророчество. Из-за него мою семью убили. Из-за него у меня украли дом.

Глаза Элары наполнились слезами, и она расстроено вздохнула.

— Но спасибо. Я никогда ни с кем не делилась этой ношей.

Энцо раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но его рука потянулась к её волосам. Она отстранила его руку, и тепло, которое она чувствовала ранее, сменилось холодом.

Она хотела что-то сказать, чтобы заполнить тишину и стереть то выражение, что появилось на лице Энцо. Но когда приоткрыла губы, чтобы заговорить, воздух разрезал низкий рык.

В ту же секунду Энцо встал на ноги, тихо, как призрак. Он положил руку на свой короткий меч и встал перед Эларой, которая медленно поднялась, готовая призвать свои тени.

Раздался ещё один рык, на этот раз тише, и Элара начала бешено озираться по сторонам. Энцо выругался, его руки вспыхнули и осветили пронизывающую тьму.

Элара ахнула. Не более чем в двух метрах от них стояла волчица. Чёрная как её тени, с жёсткими серыми глазами. Она была огромной и доходила Эларе до пояса. Волчица подошла ближе, и Энцо сдвинулся, загородив Элару собой. Её глаза наполнились слезами, она слегка сжала его плечо и прошла мимо него, приблизившись к волчице.

— Элара, я предполагал, что ты сумасшедшая, но сейчас не самое лучше время доказывать мне эту теорию, — тихо прошептал Энцо.

— Всё в порядке, Энцо, — выдохнула она, сделав ещё один небольшой шаг и вытянув руку.

Волчица подошла ближе, её острые клыки сверкнули. А затем, заскулив, она облизала руку Элары. Элара издала дрожащий смешок и осторожно погладила волчицу по голове. Волчица низко заворчала, опустилась на задние лапы и ткнулась Эларе в руку.

— Что за чёрт? — выдохнул Энцо у нее за спиной, подойдя ближе на шаг.

Волчица развернулась и оскалилась. Элара подавила смешок и сказала:

— Похоже, у волчонка появился любимчик.

Энцо фыркнул и сделал осторожный шаг назад.

— Не могу в это поверить, — прошептала она, почесав волчицу за ушами и сев на колени рядом с ней.

Волчица снова облизала её руку и придвинулась ближе.

— Поверить во что? Что эта дикая волчица хочет стать твоим питомцем?

Элара проигнорировала его и начала что-то напевать зверю, который в ответ завилял хвостом. А затем волчица легла на спину, а Элара, рассмеявшись, почесала ей живот.

— Думаю, я назову тебя Астра, в честь тёмного озера в Астерии.

Астра завиляла хвостом, словно была согласна.

— Правильно, дай имя дикому зверю, который был в миге от того, чтобы разорвать нас на куски, — пробормотал Энцо.

Элара бросила на него предупреждающий взгляд и продолжила гладить Астру по гладкому меху.

— Мы можем привести её во дворец?

— Конечно, почему нет!? Почему бы нам также не привести туда пару львов, может быть даже дракона или двух, и превратить тронный зал в зоопарк?

Она сухо на него посмотрела.

— Какой ты скучный.

Энцо вздохнул и провёл ладонью по лицу.

— Ты не хочешь этого делать только потому, что я понравилась ей больше, чем ты, — Элара снова развернулась и начала суетиться вокруг Астры.

— Нам лучше вернуться, — сказал он, подойдя к ней. — Уже поздно, и мне надо встретиться с отцом.

Элара вздохнула и встала, её лицо сделалось печальным.

— До встречи, Астра, — сказала она, ещё раз зарывшись носом в мех огромной волчицы. — Пообещай, что снова найдёшь меня.

Астра опустила голову, словно поняла каждое слово, и в последний раз облизала лицо Элары. После этого волчица развернулась, обошла Элару и Энцо, зашла принцу за спину, и, ещё раз взглянув на Элару, укусила Энцо за зад.

Выругавшись, Энцо подпрыгнул, а Элара залилась громким смехом.

— Я из твоей шкуры пальто сделаю! — крикнул Энцо, развернувшись, но Астра уже исчезла в лесу. — Чёрт побери, как же больно.

Он почесал укушенное место и поглядел себе за спину.

— Как ты можешь её винить? У тебя великолепная задница.

Элара ухмыльнулась и пошла по извилистой тропинке обратно во дворец. Энцо распрямил плечи и последовал за ней, словно уже забыл о том, что у него что-то болело.

Короткая прогулка прошла в напряжении, которое они пытались скрыть за непринуждённым разговором. Они прошли мимо широкого коридора, вдоль которого стояли зеркала, и Элара попыталась скрыть улыбку, заметив, как Энцо украдкой посмотрел на свою попу в отражении и приосанился как павлин. К тому моменту, как они дошли до комнаты Элары, её руки вспотели, а голову заполнили мысли об Энцо. Как бы она ни пыталась сдержать свои эмоции, она не могла перестать думать о горячем прикосновении его руки, и о его глазах в тот момент, когда он говорил ей о том, чего она заслуживает. Но вместе с тем она также не могла не думать о знаке, который только что получила. Он был ясен как день. Чёрная волчица.

Она запнулась большим пальцем ноги о дверь и разразилась чередой ругательств, которые заставили бы покраснеть любого моряка.

Энцо рассмеялся и поддержал её.

— Какой же у тебя грязный рот.

Она виновато ему улыбнулась и повернула ручку двери.

— Спасибо, что нашёл меня. И за сегодняшний вечер.

Он наклонил голову.

— Но ты можешь пообещать мне не сжигать моих бывших на костре?

Он усмехнулся и развернулся, чтобы уйти.

— Обещаю, принцесса.

— Энцо? — сказал она, заставив его повернуться к ней. — Опять друзья?

Её глаза вопросительно смотрели на него.

Он немного помедлил, а затем непринужденная улыбка появилась на его лице.

— Друзья, — ответил он.

Глава 18

— Ты слышала новости!? — воскликнула Мерисса, вбежав в комнату.

Неподготовленному глазу могло бы показаться, что в дверь ввалилась гора платьев на ножках. Элара зевнула, так как час был ранний, и непонимающе посмотрела на неё.

— Что?.. — пробормотала она в полусне.

Мерисса свалила платья на кровать и широко распахнула окна и ставни.

— Король Идрис! — воскликнула она. — Он попросил встречи с тобой и Энцо.

Она была вне себя от радости, но внутри Элары всё опустилось. Она не доверяла королю так же сильно, как сильно она привязалась — сама того не желая — к его сыну. Было что-то холодное в его глазах, и что-то жадное в том, как он пожирал её своим взглядом.

— Ты не знаешь, с чем это связано? — Элара села и сбросила с себя простыни.

— Ну... Я слышала от Лео, что это насчёт какой-то миссии.

Элара приподняла бровь.

— В последнее время вы с ним стали очень близки, не так ли?

— Если хочешь поговорить о близости, то мне, вероятно, не стоит упоминать о том, что кое-кто видел, как принц провожал тебя до твоей комнаты глубоко за полночь, — ответила Мерисса.

Элара бесстрастно посмотрела на неё.

— Это точно не то, о чём ты подумала.

Мерисса только улыбнулась.

— Я переживала насчёт тебя. Ты выглядела так, словно увидела привидение во время казни.

Элара потянулась за стаканом персикового сока, который принесла ей Мерисса. Она не хотела думать о том, что произошло.

— Это был шок.

— Главное, что вы с Энцо помирились после той ссоры, которая заставила тебя броситься в лес.

Именно эту черту Элара обожала в Мериссе больше всего. Она никогда не расспрашивала и не давила.

— Но вернёмся к слухам. Какого чёрта я могла понадобиться Идрису? Неужели я похожа на шпионку?

Она провела рукой по спутанным волосам, и беспомощно указала на них Мериссе.

Мерисса кивнула, усадила её и начала колдовать.

— Я только знаю, что он попросил принести тебе с дюжину бальных платьев в цветах астерийского двора.

Если до этого Элара чувствовала тошноту, то теперь, при упоминании её дома, её желудок наполнился совсем другими бабочками.

— Зачем они ему понадобились?! — спросила она взволновано.

Мерисса только пожала плечами.

— Уверена, через пару мгновений ты обо всём узнаешь. Тебя попросили явиться в тронный зал через десять минут.

Она похлопала её по плечу.

— Готово!

Элара полюбовалась своим отражением в зеркале, как всегда восхитившись талантом Мериссы: часть волос она оставила ниспадать свободными волнами, часть заплела в косички, а лёгкий макияж сделал глаза и лицо Элары ярче. Элара быстро переоделась в свободную одежду для тренировок, предположив, что после встречи они уйдут вместе с Энцо. Быстро поцеловав Мериссу в щёку, она вышла за дверь.

***

Когда двери в тронный зал раскрылись, у Элары вновь перехватило дыхание от невероятного ощущения силы, которое исходило от этого помещения. Его размеры всегда заставляли её чувствовать себя карликом. По центру располагался длинный бассейн, заполненный лотосами. А отштукатуренные потолки, отражающиеся в нём, были покрыты фресками. Она позволила себе слегка улыбнуться, вспомнив о секрете, который рассказал ей вчера Энцо, и ей стало интересно, не он ли разрисовал это помещение.

Она больше не чувствовала страха, так как привыкла к гелионскому двору, поэтому сделала вдох, выпрямила спину и пошла вперёд по огромному залу в ту сторону, где располагался трон и стулья. Энцо уже был там, по обыкновению раскрепощённый. Он вытянул ноги перед собой, а его корона криво восседала на голове. Он улыбнулся и подмигнул ей, а она улыбнулась ему в ответ, после чего её взгляд переместился на короля Идриса, и она откашлялась.

— Ваше Величество, — сказала она, сделав реверанс.

— Принцесса, — он кивнул и жестом пригласил её сесть на бархатный стул напротив них.

Она заняла своё место и попыталась остановить лёгкую дрожь в руках.

— Чему я обязана такому удовольствию, король Идрис? — спросила она, не сводя с него глаз.

Он пристально посмотрел на неё.

— Перейдём сразу к делу. С тех пор как ты покинула Астерию, туда стало невозможно проникнуть, — сказал он, и его лоб нахмурился ещё больше, а румяное лицо покраснело от гнева. — И до нас дошли слухи о надвигающемся вторжении, которое может совершить Ариэт, если решит увеличить размеры своего королевства.

Мясистой рукой он сжал трон.

— Но мы наконец-то нашли для себя... одну возможность.

Элара вопросительно наклонила голову, бросив взгляд на Энцо, который только пожал плечами.

— Спустя месяцы тишины Ариэт решил устроить бал в свою честь. Похоже, он разобрался с тем, как править среди смертных и, будучи высокомерной Звездой, решил похвастаться своими новыми военными трофеями.

Элара почувствовала, как волна гнева начинает медленно охватывать её, но вместе с ним в ней также зажглось небольшое пламя надежды.

— Я слышал, что это будет бал-маскарад. Приглашения были разосланы по всей Селестии.

Он замолчал и потёр губы рукой.

— Обычно я посылаю на такие задания своих людей, владеющих искусством обольщения и шпионажа.

Он снова посмотрел на Элару.

— Но нам нужно собрать информацию быстро и незаметно: каковы планы Ариэта? Хочет ли он напасть на нашу территорию? А кто лучше всех разбирается в астерийском дворе, как не сама принцесса?

Внутри Элары вспыхнула надежда, и ей понадобилось всё её самообладание, чтобы не зарыдать от радости. Холодная улыбка появилась на лице короля.

Она была уже готова что-то сказать, но её прервали.

— Отец, — зашипел Энцо, — это слишком опасно. Ты не можешь отправить её туда. Ариэт охотится за ней точно ищейка.

— Обман удаётся лучше всего, если спрятаться прямо под носом жертвы. Ты думаешь, Ариэт будет ожидать, что Элара придёт прямо к нему во дворец? Спрятавшись у всех на виду?

Элара стиснула челюсти. К нему во дворец? Она с трудом удержала свои тени, норовившие задушить короля на месте.

— Именно поэтому, мой сын, — холодно сказал Идрис, — с ней будешь ты. Вы пойдёте туда вместе, как члены астерийского двора. В масках вы будете неузнаваемы, а если наденете одежду их двора, то к вам не будут так пристально присматриваться. Вы справитесь.

— Отец, я должен...

— Я сделаю это, — вставила Элара, так как её голова уже кипела от мыслей. — Я с удовольствием выражу свою благодарность Гелиосу за всё, что вы для меня сделали.

Идрис удовлетворенно кивнул. Элара посмотрела на Энцо, который скрыл свой гнев под маской привычного равнодушия.

Она не смогла считать выражение его лица, и только заметила огонь, которым горели его глаза. Она решительно приподняла подбородок.

— Как вам будет угодно, — выдавил Энцо и встал.— Элара? — сказал он, подзывая её. — Время для тренировки.

— Постарайся преуспеть, Элара. То есть... в тренировках. Мой сын был прав, когда сказал, что ты идёшь прямо в руки врага.

Элара молча кивнула, после чего её быстро вывели из зала.

Она едва поспевала за Энцо, который несся из дворца в их уединённый двор. Он поставил перед собой три манекена, набитые соломой, и начал метать в них потоками света и пламени, яростно выпуская лучи из руки до тех пор, пока от каждого из них не осталась лишь кучка пепла.

— Энцо, — Элара попыталась уже в пятый раз докричаться до него.

— Что?

Он развернулся к ней, дым поднимался от его рук.

— Ты, мать его, совсем сошла с ума? Или решила умереть? Твоя безрассудность тебя убьёт.

— Энцо, позволь мне объяснить...

— То, о чём просит мой отец, слишком опасно.

— А ты подумал спросить меня, чего я хочу вместо того, чтобы решать за меня? — прошипела она, подходя к нему.

Она выбросила руку вперёд, перехватив его новый удар.

— Энцо, я получила знак.

— Что? — снова спросил он, на этот раз в отчаянии.

Элара развернулась так, что теперь оказалась спиной к Энцо. Она приподняла край блузки так, чтобы ему был виден серебряный дракон.

— Эта татуировка. Мне сделала её София. Я выбрала дракона как символ перерождения, силы и мудрости. Знаешь, что выбрала София? Она выбрала чёрную волчицу. Преданность, ярость, защиту. Уже дважды на твоей земле я видела чёрную волчицу. Первый раз в пространстве сна Изры. Второй раз — прямо перед собой, и она мне подчинилась. Думаешь, это совпадение?

— К чему ты клонишь? — сказал Энцо сквозь сжатые зубы, прожигая её взглядом.

— К тому, что она, скорее всего, жива. И находится там, во дворце. Я вижу чёрную волчицу, и на следующий день возможность тайно побывать в Астерии падает мне прямо в руки. Я не могу не воспользоваться таким шансом. Я её вытащу.

— Ой, прекрати, Элара, — он закатил глаза. — Чёрная волчица символизирует разные вещи, и ни одна из них ничего не значит. Например, ваша чертова Писция. Ты давно её видела? Если ты думаешь, что я отпущу тебя туда с непродуманным планом...

— Я не спрашивала твоего разрешения, — крикнула она, выйдя из себя. — Ты не мой чёртов охранник.

Энцо подошёл ближе.

— О, я могу им стать. Ты здесь в моей власти и под моей защитой. Ты скоро узнаешь, что моё слово закон, если я того пожелаю.

— Попробуй удержать меня здесь, и увидишь, что с тобой станет.

Её тени сами собой обвились вокруг шеи Энцо, и она в гневе потеряла над ними контроль.

— Угрожаешь мне тем, что мы с тобой можем хорошо провести время?

Его дыхание смешалось с её, в то время как она продолжала закипать, а её тени, не переставая, изливались из неё. Она проигнорировала смену темы, и его полный доверия взгляд, а её тени продолжили всё сильнее затягиваться на его шее.

— Что бы ты сделал, если бы на её месте была Изра? Или Лео? — прошептала она.

Его рот раскрылся, а затем закрылся.

— Она всё, что у меня осталось, Энцо, — голос Элары сорвался.

— Я бы сделал всё, чтобы их вернуть, — мрачно согласился он.

Она коротко кивнула и ослабила тени.

— И она не всё, что у тебя осталось, Эл.

Она издала смешок.

— Да. У меня есть ты, человек, который только что научился меня терпеть.

Она покачала головой.

— У меня нет никого, кто по-настоящему на моей стороне.

Она криво ему улыбнулась, вдруг осознав, что всё ещё держит Энцо за руку. Его мышцы напряглись, когда её ногти впились в него.

Энцо испустил хриплый нетерпеливый вздох.

— Я не просто терплю тебя. Ты — моя любимая часть дня.

Пораженная, Элара сделала шаг назад. Она начала открывать и закрывать рот, онемев от шока. Энцо аккуратно высвободился из её хватки.

— А я-то думала, что тебе вообще не нравится моя компания, — сказала она, наконец.

Его глаза сверкнули.

— Я думаю, что ты ничего.

— Знаешь, по странному стечению обстоятельств, ты стал моим самым близким другом, — ответила она.

Он одарил её полуулыбкой.

— Теперь я сильная, Энцо. Моя магия сейчас на пике формы. И ты будешь рядом, о, Великий Лев, и защитишь меня, если я попаду в беду.

Энцо слегка толкнул её.

— Ты неумолима, ты это знаешь?

— Я знаю.

Она захлопала ресницами.

Его взгляд смягчился.

— Просто признай, что я нужна тебе для того, чтобы выполнить эту миссию, — сказала она, смеясь.

Он посмотрел на неё сверху вниз, и его локоны, как всегда, упали на золотистые глаза, сияющие ровным внутренним светом.

— Ты нужна мне, — сказал он.

Она проигнорировала его серьёзный тон и решила увести его мысли в другую сторону.

— Тогда нам лучше потренироваться.

Глава 19

Элара раздражённо смотрела на своё отражение в зеркале. Мерисса пообещала, что скоро вернётся, но с тех пор, казалось, прошла вечность. Она оглядела своё отражение, макияж, который Мерисса нанесла на её лицо. Её губы переливались, мерцающая пудра искрилась на её веках. Волосы ниспадали чёрными волнами на одно плечо. Но она опаздывала. Всё, что отделяло её от начала миссии, это расшнурованный корсет в её руках.

Она прижала его к груди одной рукой и снова попыталась дотянуться до шнурков на спине и затянуть их. Это было невозможно. Раздражённо вздохнув, она отпустила шнурки, и корсет упал на пол. Раздался стук в дверь, и, постаравшись усмирить гнев, Элара подлетела к ней.

— Мерисса, ты пообещала, что скоро вернёшься, — сказала она, распахнув дверь.

И встала как вкопанная.

Энцо облокотился о дверной косяк, скрестив ноги. Он выглядел как настоящий грешник, падший ангел в одежде цвета астерийского двора. Ворот его белой рубашки был расстёгнут, галстук-бабочка болтался на шее. Его волосы ниспадали мокрыми прядями ему на лицо, и запах масла амбры наполнил её нос. Он прошёлся взглядом по её платью снизу вверх, и Элара неожиданно почувствовала себя уязвимой в этих тонких одеждах. А затем, улыбнувшись ей своей львиной улыбкой, он поднял глаза на неё лицо.

— Помочь тебе одеться? — промурлыкал он.

Она сердито на него посмотрела и раскрыла дверь ещё шире, после чего подошла к лежащему на полу корсету.

— Чего ты хочешь?

Она со вздохом подняла корсет и снова натянула его на себя.

— Пришёл проверить, почему ты так долго.

— Мерисса пропала, и одним только Звёздам известно, куда, а я не могу затянуть эту чёртову штуку.

Она сдула локон, упавший ей на лицо, и снова посмотрела на Энцо, который всё ещё стоял, прислонившись к дверному косяку.

— Так что, если ты не знаешь, как затянуть корсет и одеть меня в это чёртово платье, то можешь идти.

Она одарила его милой улыбкой. Он посмотрел на неё горящими глазами, после чего лениво оттолкнулся от дверного косяка и вошёл в комнату.

— Вообще-то, принцесса, у меня больше получается снимать корсеты, но я уверен, что смогу помочь.

Он встал у неё за спиной, и Элара почувствовала, как жар распространился по её шее вверх, до самых щёк. Она посмотрела на своё отражение в зеркале: шёлковое платье изящно облегало её, подчёркивая формы. Она прижала к себе корсет и, махнув рукой, объяснила Энцо:

— Тебе нужно найти две петли посередине и потянуть за шнурки.

Энцо внимательно посмотрел на её спину.

— Знаешь, я никогда не понимал смысл всего этого, — пробормотал он, и большими пальцами коснулся её бедер, взяв в руки шнурки, после чего с лёгкостью потянул их на себя.

— Почему нет? — спросила она, её дыхание участилось.

Она увидела в отражении зеркала, как на его лице появилась улыбка, когда он начал тянуть по очереди за шнурки, постепенно затягивая корсет.

— Слишком много одежды, которую мне потом придётся снимать, — сказал Энцо низким голосом прямо у её уха.

Она почувствовала, как по её телу побежали мурашки. Она постаралась подавить приятное тепло, которое вызвали его слова, и сосредоточилась на их отражении в зеркале.

— Достаточно туго? — спросил он и так резко натянул шнурки, что притянул её к себе.

Из неё вырвался удивлённый вздох, и он обхватил её рукой за талию, чтобы удержать на месте. Она молча кивнула, а он ухмыльнулся. О, он точно знал, что делает.

"В эту игру можно играть вдвоём", — подумала она.

— Тебе не мешают мои волосы? — невинно спросила Элара и перекинула волосы через плечо, обнажив шею.

Она почувствовала, как его руки, завязывавшие бант, замерли, и посмотрела на их отражение. В зеркале она увидела его нахмуренный лоб и сжатые челюсти, а взгляд Энцо впился в её обнажённую шею, покрытую пудрой. Она знала, что он сейчас чувствует лёгкий запах духов с ароматом дымной ванили, которые она нанесла себе за ухо. Её грудь, выглядывавшая из корсета, вздымалась, и она была готова поклясться, что её частое дыхание было вызвано тугой шнуровкой, а не тем, как смотрел на неё Энцо.

Он поднял взгляд на зеркало и посмотрел ей в глаза, всё ещё держа ленты корсета. Его дыхание было тёплым, как у дракона, выдыхающего огонь прямо ей на спину. И в этот момент она не понимала, почему она ещё не лежит обнажённая перед ним. Нервозность проникла ей в кровь, а воздух сделался тяжёлым, почти удушающим, как вдруг Энцо заговорил:

— Разве мы не выглядим как настоящие король и королева?

Элара выдавила из себя смешок и отмахнулась от него. Он широко улыбнулся и резким движением закончил завязывать бант, после чего сделал шаг назад.

— Готово, — он поклонился ей. — В прошлой жизни я, вероятно, был прислужницей.

Она усмехнулась, а он направился в сторону двери.

— Спасибо, я недолго.

— Встретимся у центральной лестницы. Нам лучше поторопиться.

И затем, посмотрев на неё в последний раз, он вышел из комнаты. Проклиная Мериссу и её исчезновение, Элара продолжила надевать бальное платье поверх сорочки и корсета. К счастью, это было не так сложно сделать. Она вспомнила о том, как большие пальцы Энцо коснулись её бёдер, о том, как он посмотрел на её шею и о том, каким крепким было его тело, когда он притянул её к себе.

Она цокнула языком, отругав себя в отражении зеркала.

— Соберись, Элара. Боги! Судя по тому, как на тебя действует пара прикосновений, можно подумать, что ты испуганная девственница.

Она презрительно посмотрела на своё отражение в зеркале и потянулась к горшочку с сахарной пудрой. Пару мгновений спустя, слегка припудрив ключицы и покрутившись перед зеркалом, она была готова. И затем, испустив глубокий нервный вздох, она вышла из комнаты.

Глава 20

Они проникли за ворота дворца на гондоле, и как только оказались на землях Астерии, на Элару накатила волна эмоций. Она была дома. Путь до королевства оказался гораздо быстрее, чем из него. Они плыли по воде в чудесной лодке, созданной инженерами Кастора. Она развивала скорость в пятьдесят раз больше, чем обычная лодка, что позволило им доплыть до места менее чем за два часа. Добравшись до окраины дворца, они пересели в красивую заколдованную гондолу, которая доставляла гостей до подземных помещений дворца.

Элара посмотрела на знакомый ров. Его чернильные воды были заполнены созвездиями. И в их отражении она увидела Энцо, а не компаньона, сопровождавшего её. Его чёрная маска подчёркивала золотисто-карие глаза, а сережка сверкала в свете звёзд. Его лицо было чисто выбрито, и она заметила, как он сжал челюсти от напряжения. Только это и выдавало его мысли.

Он всегда казался ей таким раздражающе сдержанным, в любом помещении, в любом королевстве. Он направлялся ко двору своего врага и выглядел так, словно был готов занять трон. Посмотрев на него вблизи, она заметила, что его тёмно-синий фрак был расшит крошечными серебряными звёздочками, которые сочетались с её платьем. На нём также были надеты чёрная рубашка и брюки, сшитые специально для него. Он выглядел как настоящая королевская особа. Она украдкой улыбнулась, глядя на него в одежде астерийского двора. Он посмотрел на неё взглядом, который она не смогла считать, а затем его глаза опустились на её блестящие губы.

Элара и сама выглядела хорошо. Как только она увидела ту нелепую коллекцию платьев, что разложила перед ней Мерисса, она сразу поняла, какое из них наденет. Она собиралась вернуться в своё королевство в платье со звёздами цвета индиго, похожем на астерийский вечер. Объёмные серебряные стрекозы украшали его декольте, а шея и грудь оставались открытыми.

Платье сужалось к талии, а затем плавно переходило в струящуюся юбку со звёздами, которая сверкала и переливалась при ходьбе, что сразу же напомнило ей о доме. Её распущенные волосы доходили ей до пояса, и в них были вплетены серебряные нити.

Когда она встретилась с Энцо после происшествия с корсетом, спустившись по мраморной лестнице в Гелиосе, она не смогла считать его выражение лица.

— А ты неплохо привёл себя в порядок, — отметила она, улыбнувшись.

Она хотела напомнить ему о тех первых словах, что он ей сказал. Но вместо остроумного ответа, он, не говоря ни слова, предложил ей свою руку, после чего они покинули королевство и надели свои маски.

С тех пор они почти не разговаривали, и она вдруг поняла, что скучает по их шуткам . Когда они приблизились к бухте, через которую гости въезжали во дворец, она услышала знакомый вальс в исполнении одного из оркестров, которые частенько играли во дворце по выходным. Она вздохнула, и Энцо повернулся к ней.

— Ты в порядке? — спросил он тихо.

Она начала теребить свою серебристую маску — точную копию чёрной маски Энцо.

— Да, я просто пытаюсь подготовить себя. К тому, что могу там увидеть. К любым новостям о Софии.

Она сделала глубокий вдох и посмотрела прямо перед собой.

— Это так странно. Всё выглядит точно таким же, но при этом здесь многое изменилось.

Энцо кивнул и с удивлением посмотрел вперёд.

— Я никогда не заходил так далеко в Астерию, — прошептал он и снова повернулся к ней. — Она прекрасна.

Он прошёлся взглядом по её лицу, сказав это, и она сглотнула.

— Теперь ты понимаешь, почему я по ней так скучаю? — пробормотала она в ответ.

Он на мгновение замолчал, обдумывая их разговор, а Элара повернулась на сидении и стала рассматривать гостей в лодках, которые плыли за ними.

Она вздрогнула, когда он снова заговорил, на этот раз глядя в её серебряные глаза:

— Я понимаю. Я бы ни за что не захотел с ней расстаться.

Прежде, чем она успела ему ответить, последовал рывок, и гондола вошла в бухту, расположенную за дворцовыми стенами. Слуга в маске с крючковатым носом и парике лавандового цвета протянул руку, когда Элара поднялась в лодке. Сойдя на берег, они протянули свои приглашения, представившись членами астерийского двора, и их повели по коридору, в котором была слышна музыка, доносившаяся из большого бального зала. Стараясь ровно дышать и сжав руку Энцо, Элара вошла в свой дом и тут же раскрыла рот.

Он был именно таким, каким она его запомнила, но теперь ещё больше напоминал сумеречный рай. Ариэт украсил помещение так, чтобы оно было похоже на ночной сад. Искривлённые деревья были расставлены по всему залу, а их тёмно-синие ветви были украшены цветными листьями с запахом лаванды. Свечи плыли по воздуху. В центре зала располагался пруд, по краям которого росли тёмные розы и звёздные лилии. Лебеди цвета индиго плавали в водоёме, спокойные и изящные, а вьющиеся плети ночного жасмина ползли по стенам и образовывали над залом полог сиреневого цвета. Пол был похож на траву в волшебном лесу. И звёзды. Везде были звёзды. Созвездия освещали крышу так, что потолок был похож на звёздное небо. Эларе пришлось признать, что Ариэт вылез из кожи вон ради этого бала.

Она быстро осмотрела зал, ища глазами что-нибудь красное или черное. Её сердце слегка успокоилось. Где бы сейчас ни находился Ариэт, его здесь не было. Но воздух был тяжёлым, так как был наполнен знакомой магией Звёзд. Её внимание тут же привлекла фигура, воздух вокруг которой пульсировал и словно притягивал взгляд. Там, у стола, в окружении почитателей, сидел Скорпиус. В его магии можно было утонуть, такой она была бурлящей и сильной. Элара была готова поклясться, что почувствовала дуновение солёного ветра. Однако, несмотря на свой грозный вид, Скорпиус выглядел скучающим. В руках у него был бокал с амброзией. Его тёмно-зеленые глаза были тусклыми, а светло-каштановые волосы, доходящие ему до пояса, сияли в волшебном свете звезд.

Элара резко повернулась к Энцо.

— Все Звёзды сегодня здесь, — выдохнула она, охваченная паникой. — Это была ошибка, нам не следовало приходить. Я не знала...

— Лира, Лира, — успокоил Элару Энцо, сжав её руку.

Они заранее придумали для себя имена, Лира — для Элары, и Алек — для Энцо, на случай, если их кто-то подслушает.

— Да, Алек, — прошипела она.

— Ты сейчас сделаешь глубокий вдох и успокоишься. Мы воодушевлённые придворные из Астерии. На нас маски, ты прожила во дворце всю свою жизнь. Никто, кроме Ариэта, и, как я предполагаю, теперь ещё и Леона, не знают, как ты выглядишь. Ты сейчас возьмёшь себя в руки и отыграешь свою роль.

Сказав это, он потащил её танцевать.

— А теперь ты будешь улыбаться и с обожанием смотреть на меня на протяжении всего танца.

В тусклом помещении бального зала, в отблеске огней, Энцо взял руки Элары в свои, и на его лице появилась самодовольная улыбка.

— Ты, должно быть, шутишь, — она сердито посмотрела на него. — Твой отец ничего не говорил про эту часть нашей маленькой миссии.

Энцо ухмыльнулся за маской.

— Нам нужно вписаться.

Заиграла знакомая музыка. Селестийский вальс, известный по всему миру. Элара вспомнила, как мать нанимала для неё учителей танцев, когда она была еще ребёнком, но всё же с сомнением посмотрела на Энцо.

— Боги, — пробормотала она, её сердце продолжало колотиться.

— Боишься? — подразнил он Элару, всё ещё держа её за руку.

Она твердо положила его руку себе на талию и уверенно прижала свою другую руку к его плечу.

— Не дождёшься.

Она одарила его победоносной улыбкой и начала кружиться вместе с ним. Он чуть сильнее сжал её талию, и от его прикосновения её накрыло горячей волной. Его взгляд изменился. Холодное самообладание в его глазах исчезло, но затем быстро вернулось, и она даже подумала, что ей это почудилось. Но Элара не успела это обдумать, так как они поплыли по полу бального зала, покрытого травой.

Эларе всегда нравилось танцевать, и у неё всегда это хорошо получалось. Но сейчас она чувствовала себя... иначе. Однако больше всего её удивило то, как изящно танцевал Энцо, предугадывая каждый её шаг.

— Где ты научился так хорошо танцевать? — прошептала она, когда он начал вращать её в самый подходящий момент, огибая другие пары.

— Вы меня раните, принцесса. Вы, может быть, забыли, но я принц.

И, как по сигналу, он без усилий поднял её за талию, а затем опустил на пол, даже не сбившись с ритма и продолжив кружиться. Они приподнимались и опускались, потерявшись в их собственном мире под мерцающими звёздами.

— А сейчас ты должна слегка рассмеяться и сказать мне, что ты никогда раньше не танцевала с таким красивым и харизматичным мужчиной. А потом ты должна добавить, что тебе сразу стало понятно по тому, как я танцую, что я прекрасный любовник.

Элара фыркнула и шлёпнула его по руке, когда он начал её вращать.

— А среди моих реплик есть слова о том, что ты наглый и самовлюблённый, и не такой уж хороший танцор, а, следовательно, не настолько хорош в постели?

Глаза Энцо блеснули, когда они оба хлопнули в ладоши два раза, после чего опять соединили руки.

— Но ведь врать грешно, принцесса. Все эти пункты ложные.

Что бы сейчас ни делал Энцо, это сработало. Она начала отвлекаться от размышлений о том, кто из Звёзд может появиться на балу.

Когда вступили флейты, началась следующая часть вальса. Кружась и переходя от партнёра к партнёру, вытянув руки вперёд, Элара огибала людей в масках, всё время ища глазами Энцо. Она улыбнулась, заметив, что он всё так же смотрел на неё, даже, когда кружился с другими женщинами. Она случайно задела рукой незнакомца и запнулась на короткий миг, глубоко втянув ртом воздух.

Её окутало магией Звезды. Прикосновение к коже бога ощущалось как электрический разряд. Его магия была похожа на грозовые облака и решение головоломок, а сама Звезда пахла дождём и кедром. Всё внутри неё перевернулось, и она с притворной скромностью выглянула из-под маски, точно смущённая придворная, поражённая присутствием Звезды. Бог с бледным лицом и тёмными волосами взглянул на неё своими хитрыми глазами, похожими на угольки. Он заинтриговано наклонил голову, и его губы слегка растянулись в улыбке. Элара попыталась разглядеть в нём каждую деталь. Чёрный костюм в тонкую полоску, рубашка расстёгнута таким образом, чтобы были видны цепочки из тёмного серебра. На одной из них, в районе ключиц, висел ключ, на другой, доходившей ему до груди, — нож. Запомнив все эти детали, она застенчиво поклонилась. Не успев опомниться, Элара снова оказалась среди танцующих.

Она вернулась к Энцо, когда темп музыки ускорился, а скрипки, флейты и тарелки неистово заиграли.

Энцо яростно схватил её, с жадностью прижал к себе, и повёл их в танце в такт бешеной музыке, доминируя над ней в каждом своём движении.

— Ты определённо понравилась Эли, — проговорил Энцо, ускоряя темп в то время, как музыка уже сделалась оглушающей.

— Чёрт побери, это был Эли? Один из близнецов?

— Он самый, — ответил Энцо, повернув голову в ту сторону, где Звезда теперь танцевал с симпатичной рыжеволосой девушкой.

Он инстинктивно прижал Элару ещё ближе.

Мелодия как будто следовала за ними, завороженная их энергией. Она нарастала, когда Энцо поднимал Элару, и ускорялась, когда он начинал её кружить. Элара почувствовала, как воздух словно задрожал и затрещал от энергии, как это случалось, когда между его руками возникала магия. Она посмотрела в его золотые глаза, а он в её серебристые. Её сердце начало колотиться в груди, когда зазвучали последние аккорды селестийского вальса. Энцо приподнял её у себя над головой. Его огонь наполнил её. Она улыбнулась ему, ответив на его улыбку, и тогда он приподнял её руку и с силой закружил Элару, оставив другую руку за спиной. Раз, два, три, четыре...

А затем, сосредоточившись, она сделала три шага назад на счёт "пять" и, побежав, прыгнула на его вытянутые руки. Он поднял её, и мышцы под его фраком напряглись, когда она вытянулась у него над головой. Её голова закружилась от эйфории, а мир вокруг перестал существовать. Она парила среди звёзд и представляла, как яростно срывает их с неба, а её тело ничего не весит. Она даже не заметила других гостей, которые точно так же висели в воздухе вокруг неё. А затем она почувствовала, как Энцо осторожно опустил её на пол, музыка прекратилась, и они оба снова вернулись в реальность и начали оглядывать помещение.

Толпа стала расходиться, смеясь и хлопая в ладоши. Музыка снова заиграла на полной громкости, и Элара заморгала, осознав, что они оказались единственными, для кого время замедлилось.

Они покинули танцевальную площадку, и Энцо повёл её к ближайшей стене, находившейся в тени. Её грудь вздымалась, пока она пыталась отдышаться.

— Наверное, нам стоит найти других партнеров для танца, слиться с толпой, послушать, не проговорится ли кто-нибудь насчёт Ариэта или Софии.

Он задумчиво посмотрел на неё, чтобы понять её реакцию.

Она сглотнула, всё ещё пытаясь выровнять дыхание, и ответила:

— Да, наверное. Кто-то должен проговориться. Если я что и помню о придворных этого двора, так это то, что они очень любят посплетничать.

Энцо кивнул.

— Только не отходи от меня далеко. Оставайся в этом зале, — предупредил он.

— Хорошо, — тихо сказала она, развернувшись, и её юбки закружились вместе с ней.

Элара ни разу не обернулась, чтобы посмотреть на выражение лица Энцо.

— Мне надо выпить, — сказала она самой себе, чувствуя сильное головокружение.

Она была не готова. Она не ожидала того, что здесь будут Звёзды, и того, что она будет настолько взовлнована, вновь оказавшись дома.

Какова бы ни была причина, но Элара чувствовала себя не в своей тарелке. Магия Звёзд словно окутывала её, и ничто не смогло бы успокоить нервы Элары лучше, чем бокал игристого медового вина. Она дошла до бара в дальнем конце помещения, протиснулась сквозь шумных гостей и смеющихся членов двора, стараясь не обращать внимания на необъяснимое тревожное чувство внизу живота.

Она присоединилась к толпе у бара, облокотилась руками о холодный мрамор и постаралась выровнять дыхание.

— Так-так-так. А кто тут у нас такой сладкий?

Элара могла бы проклясть Звёзд, если бы одна из них не стояла сейчас перед ней. Она медленно повернулась и сжала зубы.

— Привет, Леон, — сказала она, улыбнувшись ему.

Он выглядел великолепно. Тщательно подобранный золотой костюм безупречно сидел на нём. Светлые волосы цвета чистого золота, и уже знакомый венец на голове. Маска, подобранная к венцу, закрывала половину его лица, оставляя в центре внимания его пухлые губы. Эларе показалось, что он намеренно выбрал именно такую маску. Леон смахнул с себя воображаемую ворсинку, и примостился с ней рядом, толкнув её плечом.

— Ты так и не заглянула ко мне в храм после того, как я тебя пригласил.

Голос у него был похож на шёлк или песню, а его магия вызывала точно такие же эмоции, какие испытывал человек, глядя на прекрасное произведение искусства.

— Боюсь, у меня плохо получается следовать указаниям, — протянула она, стараясь привлечь внимание слуги за баром.

Леон усмехнулся.

— Знаешь, думаю, что ты первая смертная, которая отклонила моё приглашение, — он наклонился поближе к её уху. — И это делает тебя ещё более интригующей.

Элара постаралась не закатить глаза.

— Разве ты не собираешься спросить меня, что я здесь делаю?

Леон махнул рукой в воздухе.

— О, я не сомневаюсь в том, что такое скучное и высокоморальное создание, как ты, либо спасает кого-то, кто ей дорог, либо пытается выудить информацию, чтобы уничтожить моего брата.

Он картинно зевнул.

— Я уже говорил тебе во время нашей невероятной первой встречи, что жизни смертных скучны для меня. В общем, если что, я тебя здесь не видел, — он подмигнул ей. — Играй в своё удовольствие.

Он поцеловал ей руку, оставив на её коже след, который вызвал ощущение сродни тому, что возникало при чтении поэзии, и исчез в толпе. Элара развернулась, чтобы посмотреть на него, и заметила, что Энцо прожигает своими золотыми глазами то место, где до этого стоял Леон. Она собралась уже пойти в его сторону, но её прервал слуга.

— Мадам, чего желаете?

Она остановилась. Ей очень нужно было выпить.

— Бокал медового вина, пожалуйста, — она сделала знак рукой.

Ожидая своего напитка, Элара попыталась взять себя в руки. Она поискала глазами Энцо, но его уже не было на прежнем месте. Она снова облокотилась о бар и потёрла виски. Три Звезды в одном месте за один час. Хвала богам, что Леон был если не на её стороне, то, по крайней мере, равнодушен к происходящему. Ей было бы гораздо легче, если бы им с Энцо не пришлось беспокоиться о том, что он может рассказать о них другим Звёздам. Слуга вернулся с её напитком, и она облегченно вздохнула. Когда он передал ей бокал, чья-то загорелая рука протянула ему монеты.

— Позвольте мне, — проговорил кто-то ровным голосом, заставив её в удивлении развернуться. — Красивая женщина не может покупать напиток сама себе, — сказал мужчина, улыбнувшись.

У незнакомца были странные тёмно-синие волосы, доходившие ему до плеч и напоминающие небо Астерии, а его глаза были ярко-голубого цвета, как море Гелиоса в те моменты, когда Свет находился в наивысшей точке неба. Его маска цвета синего кобальта была выполнена в виде набегающих волн. Она задержалась взглядом на треуголке, которая была на нём, а затем на расстёгнутой рубашке, из-под которой выглядывала татуировка в виде щупальца осьминога. Так, пират. Но даже несмотря на маску, было заметно, что он по-своему красив, и она также заметила доброту в его взгляде. Радуясь тому, что он человек, она улыбнулась.

— И кого я должна поблагодарить за этот напиток?

Она чокнулась с ним бокалом и сделала глоток. Вино зашипело во рту, и его сладкий вкус тут же её расслабил.

— О, я всего лишь человек, который увидел бедную женщину в лапах Леона, — прошептал он доверительным тоном. — Я увидел его и сразу же подошёл, чтобы спасти вас. Но, похоже, вам моя помощь не требуется.

Он чокнулся с ней бокалом, и его глаза засверкали.

— Лорд Адриан... из Нептуны, если вы меня ещё не узнали.

Он подмигнул ей и указал на свою шляпу. Элара рассмеялась из-за того, какой лёгкой была его энергия. Впервые за много недель она почувствовала весёлость после всей той напряжённости и ответственности, сопровождавших её в Гелиосе. Она попыталась припомнить всё, что знала о королевстве Нептуна, и вспомнила, что её мать всегда отзывалась об этом месте с теплотой. Их королевства располагались по соседству друг с другом. И это было, пожалуй, единственное королевство, которое открыто называло Астерию своим союзником. Однако, она не думала, что встречалась с ним раньше во дворце.

— Приятно познакомиться, — сказала она, просияв, и протянула ему руку, которую он поцеловал. — Я Лира, — добавила она, и ложь легко соскользнула с её языка.

— Лира, — сказал он, пытаясь прочувствовать звучание её имени. — Я, конечно, не такой сильный, как Звёзды, но могу я пригласить вас на следующий танец?

Элара кивнула, допив своё игристое вино, которое тут же ударило ей в голову. Она была рада этому чувству. До этого момента она даже не осознавала, как сильно устала. Устала от игр в кошки мышки с Энцо, от постоянных взглядов короля, от ответственности, которая тяжким грузом давила на неё.

Адриан взял её за руку, и она вновь замерла. Да, в этом незнакомце было что-то знакомое. Адриан вопросительно посмотрел на неё.

— Прошу прощения, — она рассмеялась и позволила ему положить руку себе на талию, когда они начали танцевать. — Мы встречались раньше?

Адриан нахмурился, а скрипка заиграла драматичную балладу. Ей начала вторить труба, рассыпаясь каскадами нот. Рука Адриана в её руке показалась Эларе такой мягкой.

— Не думаю. Уверен, я бы вас запомнил.

Она смущённо кивнула.

— Скажите, лорд Адриан, — спросила она, стараясь замести под ковёр свой фамильярный тон, — какие теперь отношения у Нептуны с королём Ариэтом? Для нас всё это стало таким шоком, — заговорщически прошептала она, играя роль приспособившейся придворной астерийского двора.

Он смущенно рассмеялся, слегка сжал её руку и наклонился к её уху.

— Для нас тоже. Мы мало что про него знаем, и вспоминаем почивших короля и королеву с большой теплотой.

Элара прикусила язык, опасаясь того, что все её эмоции могут вырваться наружу.

"Перестаньте", — зашипела она на них, и, улыбнувшись, кивнула ему.

— Мы все здесь пытаемся приспособиться к переменам, — дипломатично ответила она.

Краем глаза она заметила чьи-то светлые волосы и что-то розовое. Рядом с ними танцевала ещё одна пара, и Элара обратила внимание на то, какой красивой была женщина. На ней была маска с прорезями для глаз в виде сердец, золотисто-розовый цвет которой идеально подчёркивал её зеленые глаза. Она была похожа на лебедя, самим воплощением элегантности. Она немного напомнила Эларе Мериссу, только её красота была более холодной. Сложив всё вместе, она поняла, что эта женщина, скорее всего, из Афродеи. На вкус Элары её платье было слишком пышным, и женщина буквально утопала во множестве слоёв розового фатина. Но даже Элара не могла отрицать, что то, как она двигалась, могло заставить любого остановиться и посмотреть на неё. А затем всё её тело похолодело, когда она поняла, кто танцевал вместе с ней, нашёптывая ей что-то на ухо с улыбкой на лице. Энцо.

И, словно почувствовав её взгляд, он поднял на неё глаза и продолжил что-то шептать на ухо прекрасной незнакомки, не сводя глаз с Элары, в то время как афродийка продолжала хихикать. Элара почувствовала резкий укол ревности. А затем гнев, заставивший всё её нутро заледенеть. Гнев на себя за то, что забыла, что это был всего лишь Энцо, обворожительный и развязный. Бабник, который вёл себя так не только с ней, но и с любой другой девушкой с красивым личиком. Пустые и льстивые слова с лёгкостью изливались из него, точно вода. Она закусила щёку, заставив себя успокоиться. Одарив его сухой улыбкой, она снова повернулась к Адриану и откинула волосы назад.

— Вы их знаете? — спросил он, проследив за её взглядом.

Она снова посмотрела на пару и равнодушно пожала плечами, обхватив его за шею обеими руками.

— Даже близко нет.

Руки Адриана спустились ей на талию, а музыка замедлилась, превратившись в нечто гораздо более опасное: насыщенное стаккато, предполагающее большую близость с партнёром.

— Когда-то давно я была знакома с одной девушкой, которая часто посещала подобные балы. Её звали София. Вы случайно не слышали о ней? — Элара постаралась скрыть отчаяние в своем голосе.

Адриан осторожно переместил её и сказал:

— Боюсь, что нет. Уверен, если это так, то она будет сегодня здесь.

Элара рассеяно кивнула, а Адриан скользнул руками вверх по её спине. Она подняла глаза на усыпанный звёздами потолок и вздохнула, а затем откинулась назад, а он поддержал её за спину. Зависнув в воздухе вверх головой, она поискала Энцо глазами, но не нашла.

— Разве это не прекрасно? — выдохнула она. — Я была на многих балах, но Ариэт устроил здесь настоящее представление.

Адриан положил обе руки ей на спину и поднял её.

— Это так, — согласился он. — Этот бал почти такой же красивый, как вы.

Она рассмеялась и продолжила танцевать.

— Отличный ко...

Чьи-то руки грубо схватили её за талию, и она раздражённо повернулась. Перед ней стоял Энцо. Он взял её за руку и улыбнулся лорду Адриану очаровательной улыбкой.

— Простите, что прерываю, — сказал он ему, — но я хотел бы пригласить даму на танец.

Лорд Адриан тепло улыбнулся.

— Конечно, — сказал он, отпустив руки Элары. — Разве я могу винить вас за желание потанцевать с самой красивой девушкой в зале.

Энцо заскрежетал зубами, а Элара сделала реверанс и сказала Адриану:

— Было приятно с вами познакомиться.

— Взаимно, — ответил Адриан, просияв, и поклонился.

Улыбка Энцо исчезла, как только лорд отвернулся, а Элара посмотрела на него.

— Ты что делаешь? — зашипела она.

Он крепко прижал её к себе, и у неё перехватило дыхание из-за того, как грубо он вцепился в неё в танце, который очень отличался от их предыдущего танца.

— Улыбайся и слушай, — сказал он сквозь стиснутые зубы, когда они снова начали вальсировать так, словно их тела заранее знали, что делать. — Мой отец отправил нас сюда с целью помочь королевству. Ты должна найти информацию о Софии и затем уйти. А не вести разговоры со Звёздами или танцевать со всякими змеями.

Элара в негодовании фыркнула.

— Змеями? Лорд Адриан джентльмен.

— Пират Адриан, — зашипел Энцо, поправляя её. — Ты этого хочешь? Джентльмена? С безупречными манерами? Зануду, который будет согревать тебя ночами?

Она увидела, как пламя начало танцевать у него в глазах.

— Ну, это точно лучше, чем мужчина, не обладающий манерами, который проводит очередную ночь с новой симпатичной девушкой каждый раз, как я его вижу, — огрызнулась она. — Или мои глаза не видели, как ты только что нашёптывал какие-то милые глупости на ухо той светловолосой афродийке?

Лицо Энцо разгладилось, и он понимающе посмотрел на неё. Его рука ещё сильнее сжала её талию, и он наклонился ближе.

— Ты ревнуешь?

Она попыталась оттолкнуть его, но он прижал её к себе еще крепче.

— Я пытался узнать какую-нибудь информацию из её королевства. Она герцогиня.

— Ревную? — Элара запрокинула голову и рассмеялась. — К этой даме с мечтательными глазами, которая заглядывала тебе в рот? Уверена, у вас был очень захватывающий разговор.

Она одарила его саркастичной улыбкой, которая, однако, не коснулась её глаз.

Он продолжил улыбаться ей, и его улыбка была такой самодовольной, что Эларе захотелось стереть её с его лица.

— Уверен, такой же захватывающий, как твой разговор с Леоном. Скажи мне, сколько раз он пытался трахнуть тебя глазами за то время, что ты с ним говорила? Неужели тебя это очаровало, принцесса?

— А если и так, тебе какая разница? — она мило ему улыбнулась.

Его лицо вытянулось, и он потянул её за собой в танце вдоль стены бального зала.

— Мне нет до этого никакого дела, — огрызнулся он. — Можешь ронять свои трусики перед какой угодно Звездой или лордом.

Он продолжил кружить и вращать её, не покидая угол бального зала, украшенного деревьями.

— Разве ты не говорил, что врать — грешно? — сказала Элара и попыталась ухмыльнуться так, чтобы разозлить его ещё больше. Пусть бесится.

Наконец, Энцо застыл на месте.

— Иди сюда, — прорычал он, выдернув её с танцевальной площадки.

Она пошла за ним, чуть ли не спотыкаясь о своё платье.

— Знаешь что? — зашипела она ему в ухо. — Разве я должна жаловаться, когда джентльмен хочет потанцевать со мной, или Звезда говорит мне, что я прекрасно выгляжу, когда всем остальным наплевать?

Она пригвоздила его взглядом.

— Разве я не могу хоть на мгновение почувствовать себя нормальной, а не пешкой в играх короля, когда мне то и дело напоминают о том, что я оружие.

— Помолчи хотя бы секунду, чёрт тебя побери.

Он грубо потащил её по коридору в сторону серебряных карет, стоявших по обе стороны от входа. Кареты, украшенные блестящими жуками и огненными лампами, неподвижно стояли у бального зала, освещённого звёздами. Внутри каждой были видны силуэты парочек. Эти кареты явно были рассчитаны на конец вечера, когда гости предпочитали удалиться в более уединённое место. Энцо потащил её в сторону пустой кареты, хлопнув дверью. Она споткнулась и налетела на него, оказавшись внутри обшитого бархатом интерьера. Он схватил её, чтобы не дать ей упасть, а она обхватила его ногами. Они озадаченно посмотрели друг на друга в этой позе, обе их маски съехали набок. Но спустя мгновение, Элара нацепила на лицо улыбку и была уже готова неприлично пошутить...

— Адриан прав, — вставил он, глядя на неё и всё ещё держа её за талию.

Её улыбка исчезла.

— Что?

— Ты самая красивая женщина в этом зале.

Они уставились друг на друга. Элара явственно чувствовала его руки на тонкой ткани своего платья. Она никогда раньше не замечала, какими они были большими. Аромат её духов наполнил карету, и её шея находилась теперь в нескольких сантиметрах от губ Энцо. Ни один из них не двигался до тех пор, пока Энцо не нарушил тишину.

— Ты самая красивая женщина в любом месте. Но этих слов недостаточно. Сказать тебе, что ты выглядишь прекрасно это слишком ленивый и лёгкий способ описать твою внешность. Поэтому я едва ли могу подобрать слова, чтобы это сделать.

Он нашёл её глаза и издал смешок.

— Поэтому я не хотел говорить тебе, что ты выглядишь прекрасно. Я хотел сказать тебе...

Он поднял руку и поправил тонкую бретельку на её платье.

— Что ты выглядишь, как упавшая с неба Звезда.

Элара покраснела, и её лицо начало гореть. Его глаза прожигали её, нагревая всё её тело. Он убрал руку с её шеи и с удивлением посмотрел на мерцающую субстанцию, покрывающую её.

— Сахарная пыль, — проговорил он низким голосом, от которого всё тело Элары завибрировало.

Энцо пристально посмотрел ей в глаза, поднёс большой палец к губам и слизал с него пыль, не переставая смотреть на неё.

Жар начал распространяться вниз от её живота, и когда она увидела, как двигается его язык, она подумала о других вещах, которые он мог им сделать. А увидев огонь в его глазах, в котором явно читался голод, она захотела податься вперёд и почувствовать те искры, которыми сверкали его глаза. Она придвинулась ближе, словно каждая клеточка её тела притягивала её к нему. Она заметила, как он тоже наклонился к ней, его руки ещё крепче сомкнулись у неё на талии, а его крепкое тело прижалось к ней. Элара перестала замечать что-либо вокруг себя кроме его дыхания на своих губах, и, в следующее мгновение, его губы коснулись её. Это было нежнейшее, едва заметное, прикосновение, словно он хотел насладиться каждым мгновением этого поцелуя. Она отпрянула от него и провела пальцем по его чувственным губам, а он поднял на неё глаза, полуприкрытые от сладострастного желания.

Внезапно карета дёрнулась, и раздался пьяный крик, что заставило их резко прийти в себя. Элара в панике посмотрела на дверь, поправила маску и спрыгнула с него. Развернувшись, она увидела, что Энцо тоже вернул маску на место.

— Нам лучше уйти, — сказала она, чувствуя сожаление из-за того, что ей никогда не суждено было узнать.

Какие-то слова норовили сорваться с губ Энцо, но он вдруг передумал, кивнул и взял её за руку.

— Идём, — ответил он, нежно проведя большим пальцем по её ладони.

Глава 21

Что-то изменилось. К сожалению, у Элары не было ни времени, ни энергии, чтобы разобраться в этом. Та лёгкость в общении, что бывает между друзьями, исчезла, как только они вошли в карету. Но когда они покинули её, и шум бала снова поглотил Элару, она подавила это чувство и сосредоточилась на главной задаче. Софии.

Ни один из придворных не помог ей, и Энцо подтвердил то же самое. Ариэта, однако, нигде не было видно. Хвала богам. А другие Звёзды, которые без сомнения все были здесь, затерялись в толпе.

Главной задачей Элары была София, но она также напомнила себе, что ей нужно найти какую-нибудь информацию для короля Идриса до того, как им придётся покинуть королевство под покровом тьмы.

— Давай немного подышим свежим воздухом, — проговорил Энцо, положив руку ей на поясницу, когда они пошли по тускло освещённому коридору.

Её глаза остановились на двух фигурах, прижатых друг к другу в тёмном алькове. Это были мужчина и женщина, которые страстно извивались в объятиях друг друга. Элара округлила глаза, заметив белые крылья, покрытые перьями, на спине мужчины, который стоял к ней спиной. Она также заметила размазанные блёстки на щеке мужчины и запах сандалового дерева перед тем, как Энцо фыркнул.

— Как предсказуемо.

Он потащил её мимо Звезды, не обращавшей на них внимания.

— Я думала, что крылья Лиаса это миф, — прошептала она, завернув за угол. — И что их рисуют только в книгах.

— Нет, не миф. Как и его привычка трахать всё, что движется.

Элара усмехнулась.

— А я-то думала, что это Торра Звезда Сладострастия.

— Яблоко от яблони.

Элара резко свернула направо, увлекая за собой Энцо, выбрав самый короткий путь до беседки. Холодный астерийский воздух сразу же разбудил её, и опьянение и вожделение тут же прошли.

Энцо подвел её к знакомой террасе, которая заканчивалась огромной каменной балюстрадой.

— Думаю нам нужно ещё выпить, — отметил он. — Дело во мне, или тебя тоже утомили эти Звёзды за каждым поворотом?

— Нет, дело точно не в тебе. У меня уже голова болит от их магии.

— Тогда воды для принцессы, — проговорил он так тихо, чтобы его расслышала только она.

Элара улыбнулась.

— Когда я вернусь, мы ещё поспрашиваем насчёт Софии. Может быть, нам удастся узнать что-нибудь ещё. Графиня рассказала мне, что хотя Звёзды и пришли на этот бал, многие из них сомневаются в правильности недавних действий Ариэта.

Элара приподняла бровь. А вот это было уже интересно. Может быть, не только Леон разделял опасения по поводу нарушенного порядка вещей. Если среди них было слабое звено, вероятно, Звёзды не были такими уж неприкасаемыми, как она думала.

— Сейчас вернусь.

Он прижал руку к её спине перед тем, как уйти, чем заставил Элару долго смотреть ему в след, ощущая на спине горячий след от его руки.

Она со вздохом облокотилась о холодный камень, радуясь тому, что Энцо отлучился. Потерявшись в своих мыслях, она не заметила, как к ней подошла какая-то фигура и облокотилась рядом с ней на балюстраду.

— Лара, выглядишь ещё обворожительнее, чем прежде.

Лара.

Сердце Элары превратилось в холодный металл и опустилось. Она резко развернулась и вгляделась в бледную кожу, холодные серые глаза и чёрные волосы, убранные с лица, которое было одновременно красивым и жестоким.

— Думаю, вы приняли меня за кого-то другого, — рассмеялась она, отвернувшись.

Мужчина крепко схватил её за запястье и развернул.

— Ты не настолько глупа, Лара.

Элара скривила губы, услышав своё прозвище. Она всегда его ненавидела.

— У тебя пять минут на то, чтобы убрать с меня свою руку, или я позову стражников.

— И скажешь им что? — мужчина усмехнулся. — Что пропавшая принцесса Астерии поругалась со своим бывшим любовником?

Его смех был хриплым, точно сухие листья.

— Нет, я думаю, что ты останешься, и мы поговорим.

Её сердце начало барабанить в груди, и она поняла, что у неё не получится быстро найти выход из этой ситуации, если Энцо не вернётся.

— Что тебе нужно, Лукас?

— О, для начала, я хочу знать, где ты была. Я так переживал, когда услышал о твоих родителях и той маленькой крысе, Софии.

Элару охватил гнев, но она сдержала свои тени, опасаясь показать их Лукасу.

— Давай поскорее закончим с этим дерьмом, — сказала она сквозь стиснутые зубы. — Что насчёт Софии? Где она?

Эларе едва удавалось скрывать дрожь в своём голосе.

— Так-так, твой рот стал ещё грязнее с тех пор, как я видел тебя в последний раз.

Он сжал её подбородок своей холодной рукой, и она замерла.

— И я всё ещё помню, как эти грязные губы где только меня не касались.

Она сжала челюсти, стараясь высвободиться из его хватки.

— Похоже, твою маленькую подружку, которая помогла нам расстаться, в итоге, настигла карма. Слышал, что она теперь пленница Ариэта. Только и ждёт, что её подружка придёт сюда и спасёт её.

Мир вокруг закружился, и Элара чуть не упала, схватившись за холодный камень у себя за спиной. Лукас провёл большим пальцем по её нижней губе и широко улыбнулся, как вдруг чей-то голос, наполненный ядом, сказал позади неё:

— Если тебе дорога твоя рука, то я советую убрать её с моей пары.

Глаза Лукаса метнулись в сторону Энцо, а ноздри раздулись.

— А ты кто такой?

— Не думаю, что мы имели удовольствие встречаться.

Энцо протянул руку, и Лукас презрительно на неё посмотрел.

— Лукас, — ответил он, сжав её.

— Я знаю, кто ты такой.

Глаза Энцо презрительно сверкнули, после чего он отпустил руку Лукаса.

— Значит, это он не смог тебя удовлетворить? — поинтересовался он у Элары картинным шепотом, а затем обхватил её рукой за талию и притянул к себе.

Его высокое теплое тело было похоже на якорь, который помог ей выровнять дыхание. Она скрыла улыбку и кивнула. Энцо непринуждённо ей улыбнулся, и Элару окатило волной чувств, угрожающих потопить её. Но что-то опасное плясало в его глазах.

— Я спрошу ещё раз. Кто ты такой? — сказал Лукас и усмехнулся, посмотрев своими холодными глазами на руку Энцо, которая крепко обвила Элару.

Энцо тут же переместился вперёд, загородив Элару, и сделал шаг в навстречу Лукасу. Он был на целую голову выше метателя теней.

— Если ты узнаешь, кто я такой, то вряд ли сможешь спать по ночам.

Энцо ухмыльнулся в обычной непринуждённой манере. Но она чувствовала искры, которые вылетали у него из ладоней, и встревоженно посмотрела на них. К сожалению, Лукас тоже это заметил, и на его губах появилась жестокая ухмылка.

— Ох, Лара. Неужели ты спелась с гелионской мразью?

Его голос переполняло презрение, и, несмотря на то, что теперь она была гораздо сильнее, её желудок сжался. Лукас сделал шаг назад, не спуская глаз с Энцо и Элары.

— А я-то думал, что у тебя более изысканный вкус, — он плюнул ей под ноги. — Гелионская шлюха.

Не успела Элара моргнуть, как Энцо бросился вперёд, и они с Лукасом исчезли из виду. Она огляделась, не веря своим глазам, а затем увидела их на земле за балюстрадой. Выругавшись, она подобрала полы бального платья и побежала вниз по ступенькам, пока никто не успел их заметить.

Из носа Лукаса текла кровь, а Энцо точно взбесившийся зверь беспощадно наносил удар за ударом, каждый раз попадая точно в цель. Когда Лукас попытался закричать, Энцо схватил его за язык. Элара начала в отчаянии создавать тени, чтобы скрыть их всех из виду, боясь, что они привлекут чье-нибудь внимание. Она создала иллюзию, которая заглушила крики Лукаса, и удерживала её, пока Энцо не успокоился.

— Если ты ещё хотя бы раз произнесёшь имя Элары, клянусь Звёздами, я вырву твой язык и скормлю его тебе.

Лукас завыл, и из его рта начали доноситься сдавленные звуки. Энцо с силой потянул его за язык, а затем отвёл назад свою другую руку для последнего удара.

— Стой, — прошипела Элара, и рука Энцо тут же замерла.

Она сжала его плечо и сказала:

— Он этого не стоит.

Плечи Энцо напряглись, а затем тут же расслабились, и он отпустил Лукаса.

— Ты, и правда, этого не стоишь. Но ты теперь помечен, метатель теней. И тебя не спасёт даже твоя тьма.

Он плюнул в ноги Лукасу, который всё ещё лежал на земле, зажав рукой нос.

— Скажешь кому-то хоть слово, — добавил он, потащив его тело в сторону небольшой рощицы, — и я лично сожгу тебя.

Бросив на него последний презрительный взгляд и взяв Элару за руку, он потащил её прочь от этого места вверх по ступенькам.

Тело Энцо окутал жар. Элара почувствовала это, и потянула его в тень баллюстрады. К счастью, никто ничего не услышал и не увидел, гости продолжали веселиться и танцевать в прохладном павильоне.

— Тебе не следовало этого делать, — вздохнула она, когда Энцо сжал руку в кулак, а его глаза беспокойно посмотрели ей за спину.

— Бесхребетный мерзавец, — прошипел он. — Клянусь Звёздами, если бы не эта ситуация, я бы его убил.

— Ну и кто теперь ревнует, — подразнила она его, стараясь поднять ему настроение, но его позолоченные глаза остановились на ней.

— Я видел его и то, как он тебя схватил. Видел страх в твоих глазах. Я не смог стерпеть того, что его грязные руки касаются твоего лица. Прости, Эл.

— Тебе не за что извиняться.

Она осторожно прошлась пальцами по его разбитым костяшкам. Он вздрогнул и что-то в нём начало расслабляться, а она тем временем продолжила ласкать его туго натянутую кожу.

— Но он оказался не совсем бесполезен.

Энцо заинтересовано наморщил лоб.

— Он сказал... что София жива. И что она во дворце. Её удерживают.

Глаза Элары наполнились слезами под маской, и тогда Энцо прижал её к себе и обнял своими сильными руками. Она вдруг осознала, что он никогда её так не обнимал, и вдохнула его янтарный запах, который смешался с чистым запахом мыла, исходившим от его волос.

— Я не верю ни слову из того, что сказал этот негодяй, но мы поищем её, пока бал в самом разгаре, и все ещё не слишком напились, — сказал он ей на ухо, описывая рукой круги на её спине, желая утешить.

— Все комнаты королевской семьи находятся на втором этаже. Нам следует отправиться в восточное крыло. Я знаю один коридор, где нас никто не увидит.

Она глубоко вздохнула и сосредоточилась на глазах Энцо под маской. Они излучали тепло, и её сердце затрепетало против её воли.

Он взял её за руку.

— Чем скорее мы отсюда уйдём, тем лучше.

Они укрылись в тенях, с которыми так хорошо была знакома Элара, и быстро пошли по неосвещенному коридору. Она вела рукой по деревянным панелям на стене до тех пор, пока не нащупала углубление. Победоносно вскрикнув, она нажала на него. Раздался тихий щелчок, и перед ними предстала каменная лестница. Она пропустила Энцо вперёд, а затем тихонько закрыла за собой панель. Они бросились по вырезанным каменным ступеням на верхний этаж, где потолок, расписанный фресками с созвездиями, тянулся до западного крыла. В коридоре было темно, не считая свечи, пламя которой мерцало на прохладном ветру, залетающем в окно. Их шаги не разносились эхом по коридору, так как были заглушены иллюзиями, которые создала Элара.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — снова спросил Энцо.

Элара начала часто дышать. Мысль о том, что она находилась сейчас в крыле, которое было ей домом, и о том, что она должна была увидеть свои комнаты, комнаты родителей, Софии, начала душить её. Она коротко кивнула и напрягла зрение. Когда они дошли до крыла, она резко повернула налево, и Энцо последовал за ней. Заглядывая украдкой в комнаты, которые они проходили, она обратила внимание на то, что всё как будто осталось на прежних местах, словно комнаты специально сохранили в этом состоянии к её приходу.

Когда она увидела вдалеке свои комнаты и комнаты своих родителей, ей пришлось постараться, чтобы не упасть в обморок. Она вспомнила металлический запах железа и пустые глаза на мёртвых лицах. Элара почувствовала прикосновение тёплой руки и с благодарностью посмотрела на Энцо. Он как будто всегда знал, что она чувствовала, хотя и не мог использовать на ней свою магию.

Она указала на комнаты впереди.

— Если Ариэт и остановился во дворце, то точно здесь, — прошептала она.

Энцо кивнул, приняв защитную стойку, после чего последовал за ней в её старые комнаты. Когда они вошли внутрь, дверь слегка скрипнула, заставив их затаить дыхание.

Ничего. Комната была почти пуста, окна раскрыты настежь. Элара вздрогнула и подошла к своему столу, чтобы проверить, не осталось ли там чего: писем, каких-то посланий, хоть какой-то зацепки, которая рассказала бы им о том, что произошло с Софией.

Она знаками попросила Энцо осмотреть комнату, и сообщила, что пойдёт в следующую.

Он отчаянно замотал головой, а она пригвоздила его сердитым взглядом. С горящими глазами он проследил за тем, как она вошла в соседнюю комнату, и, убедившись, что с ней всё в порядке, начал осматривать стол и ящики.

Элара тихонько вошла в бывшую комнату своих родителей и тут же почувствовала тошноту. Это была единственная комната, где декор полностью изменился. Всю комнату, кровать и стены, освещал насыщенный красный свет. Она настороженно огляделась, хотя всё её нутро кричало об опасности, как вдруг заметила в углу тень. Элара двинулась в её сторону с бешено колотящимся сердцем. Она сняла с бедра кинжал, а её рука уже приготовилась метать тени. Как вдруг она разглядела в углу фигуру. Она была связана и стояла на коленях, рот был заткнут кляпом, а глаза полны ужаса.

— София, — всхлипнула Элара и бросилась к ней.

Девушка отчаянно пыталась что-то сказать сквозь грязный кляп, который не давал ей этого сделать.

— Беги.

Дверь с грохотом захлопнулась за её спиной, и она развернулась, выставив вперёд руку с кинжалом. К ней навстречу ленивым шагом двинулась фигура. Он шёл неспешно, а на его лице медленно растягивалась улыбка. Она не видела это лицо с того дня, как были убиты её родители. На неё накатила тошнота, рука, в которой она держала кинжал, стала липкая от пота. Чёрные волосы с красными прядями были зачёсаны с лица Звезды и сочетались с его глазами темно-бордового цвета. Всё его тело покрывали татуировки: ужасные картины войны и смерти, игральные карты, цирковой шатер — вот что было изображено на его бледной коже. Ещё одна татуировка располагалась под его левым глазом, линия, которая отпечаталась в её памяти в тот судьбоносный день, который, казалось, был так давно. Ариэт был самим воплощением божественной жестокости.

Элара метнула в него кинжал, прицелившись идеально точно, но он оказался быстрее. Бессмертный. Бог войны и насилия. Он перехватил нож в воздухе, и сжал лезвие в своей ладони. А затем его улыбка стала ещё шире, когда он медленно разжал руку. Потоки блестящей крови потекли на пол. Он поднёс кинжал к губам, после чего провёл языком по лезвию.

— О, мне нравятся дерзкие женщины, — хрипло проговорил он и сделал ещё один шаг в её сторону.

Его голос напоминал звон мечей, его магия заполнила всю комнату. Она была похожа на жужжание мух вокруг трупа, на непреодолимую жажду крови, и пахла силой. Элара посмотрела на дверь безумным взглядом в надежде на то, что Энцо ушёл. Дверь оставалась закрытой, а её сердце всё продолжало колотиться в груди.

Элара начала отчаянно призывать свою магию — тень, иллюзию, всё что угодно, лишь бы спастись. Она взмахнула рукой.

— Ну уж, нет, — зарычал Ариэт и в два шага оказался перед ней.

Элара удивлённо вскрикнула, когда Ариэт засунул свой большой палец, блестевший от крови, в рот Эларе. Другой рукой он запрокинул её голову, и у неё не осталось другого выбора кроме, как сглотнуть. Почувствовав тошнотворный привкус его крови, она начала давиться.

— А теперь попробуй использовать против меня свою магию, ведьма. Я бог Жестокости; я могу контролировать любого, кто вкусит моей крови.

Он холодно рассмеялся.

— Пока мы тут с тобой говорим, вокруг замка установился магический барьер, который не пропускает внутрь никакую магию. Это на случай появления рыцаря в сияющих доспехах.

Элара постаралась сделать так, чтобы на её лице не дрогнул ни один мускул.

"Пожалуйста, пожалуйста, Энцо, беги", — умоляла она небеса.

— Не думал, что принцесса будет способна на борьбу. Ты, и правда, рассчитывала проникнуть в мой дворец незамеченной?

Он сорвал с неё маску и усмехнулся.

— Насколько я помню, это мой дворец, — ответила она.

Его глаза яростно сверкнули, и он придвинулся к ней так, что теперь их разделял от силы миллиметр. Он приподнял её подбородок, заставив Элару поглядеть на него, и его прикосновение было холодным как лёд.

— Ты вообще представляешь, сколько проблем мне создала, когда сбежала? Я искал тебя везде, — проговорил он.

— Зачем? Ты получил то, что хотел.

— Ты уже забыла о пророчестве, моя дорогая? Ты влюбишься в Звезду, и это убьёт вас обоих. Разве мог я спокойно тебя отпустить?

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул её запах.

— Я король Звёзд! — неожиданно закричал он, расставив руки в стороны и начав кружиться по комнате. Как маньяк.

— Никто не может сбежать от меня.

Она услышала рыдания Софии у себя за спиной и заставила своё сердце успокоиться, чтобы он продолжил говорить.

— И что теперь? Мы оба знаем, что ты не можешь меня убить.

Он, казалось, потерялся в хаосе своих мыслей, и ему понадобилось несколько мгновений, чтобы ответить. На его лице была всё та же безумная улыбка.

— Я сделаю так, что ты будешь меня ненавидеть. Ненавидеть настолько, что твоё маленькое пророчество никогда не сбудется. Неужели ты поверила в то, что я позволю какой-то смертной превзойти меня?

— Я и так уже тебя ненавижу, — огрызнулась она. — Отпусти Софию, и я никогда больше тебя не побеспокою, и не буду тебя искать.

— Лгунья.

Он ударил Элару по лицу, и у неё перехватило дыхание.

— Я украл твоё королевство. Конечно же, ты станешь меня искать.

А затем он хлопнул в ладоши, заставив Элару подпрыгнуть. Элара с ужасом увидела ещё одну фигуру, которая появилась из теней у него за спиной. Её кожа была бледной, как у призрака, волосы белые, а глаза были такого бледно-голубого цвета, что казались почти прозрачными. Её охватил страх, когда она узнала Звезду с фресок, которыми были расписаны храмы по всему королевству. Это была Джем, близнец Эли. Богиня коварства и злобы. Змеиная улыбка растянулась на её лице, когда она посмотрела на представшую перед ней картину.

— Джем, посмотри, кого я нашёл.

— Ту маленькую шлюшку, которой суждено влюбиться в тебя?

На её лице появилась коварная ухмылка.

— Ну-ну, не ревнуй.

Ариэт потянулся к ней для поцелуя, и Элара с отвращением отвернулась. Она не смотрела на них, пока Ариэт снова не схватился за её подбородок и не развернул к себе.

— Давай-ка кое-что проясним, Элара. Я не могу тебя убить, но я могу сделать так, что ты сама захочешь смерти. Я узнаю, где ты была, и кто тебе помогал. И я уничтожу их на твоих глазах. Тогда ты точно не сможешь меня полюбить.

Элара плюнула ему в ноги, а он только глухо усмехнулся. Она закрыла глаза, стараясь подавить желание произнести слова, которые так и норовили сорваться с её языка.

— И всё же, — сказал он, — Я понимаю, почему менее достойные мужчины могу запасть на тебя.

Он наклонился ближе, словно оценивал свой приз. Она дёрнулась, но он удержал её. Дыхание Элары сделалось прерывистым, а на языке начал растекаться привкус металла. Она заметила ядовитый взгляд Джем, стоявшей у него за спиной.

— Да, за такое лицо мужчины будут готовы начать войну, и даже умереть. Ты выглядишь так, словно сама могла бы стать Звездой.

Он провёл большим пальцем по её виску, и она закрыла глаза, моля о помощи. Взгляд его красных глаз прошёлся по её телу, словно оскверняя её.

— Знаешь, я никогда не трахался с астерийкой. Интересно, каково это, заниматься любовью с самой тьмой?

Его рука начала опускаться ниже. И тогда Элара набросилась на него, точно дикое животное, и начала пинаться и царапаться. Она, может, и не могла использовать на нём свою магию, но она точно могла использовать свои руки. Он рассмеялся, когда она ударила его.

— Ты за это заплатишь, — сказал он, усмехнувшись, после чего ударил её кулаком в живот.

Элара согнулась пополам, а София закричала позади неё.

— Я собирался вести себя хорошо, и держать тебя в покоях в качестве своей пленницы. Но до тех пор, пока ты не научишься хорошим манерам, будешь сидеть в подземелье.

Ариэт схватил Элару за волосы и потащил по коридору под крики Софии. Элара резко обернулась и увидела, что Джем потащила Софию в её грязном платье следом за ними. Её рот всё ещё был заткнут кляпом. Ариэт раздражённо фыркнул и перекинул Элару через плечо, словно она весила не больше пёрышка. А она в последний раз отчаянно осмотрелась вокруг в поисках Энцо, но нигде его не увидела.

Глава 22

Они спустились в недра дворца по коридорам, которые Элара узнала бы даже с закрытыми глазами. Воздух становился всё более холодным и влажным по мере того, как они спускались. Струйки воды стекали с потолка. Отперев дверь в камеру, Ариэт грубо швырнул её внутрь и зашёл следом.

— Знаешь, я не хотел, чтобы всё было именно так, Элара. Я не хотел убивать твоих родителей. Разве ты не видишь, что мне пришлось это сделать?

Он сгрёб её в охапку, и она скривила губы, когда он обхватил руками её лицо.

— Я должен был заставить тебя ненавидеть меня достаточно сильно, чтобы твоё маленькое пророчество никогда не сбылось. А теперь, пока ты не научишься со мной взаимодействовать, ты останешься здесь. В темноте, как подобает такой ведьме, как ты.

Он прижался губами к её щеке, по которой стекала кровь из той раны, что оставило его кольцо. Ариэт провёл языком вверх, не обращая внимания на её сопротивление.

— На вкус ты как ночь, — проговорил он.

А затем, отстранившись от неё, он провёл пальцами, которые были покрыты татуировками, по своим губам, наслаждаясь вкусом её крови.

— Жду не дождусь, когда мои друзья найдут тебя, — огрызнулась она. — Я так хочу увидеть, как ты умрёшь от их рук.

Ариэт холодно усмехнулся.

— Звезду нельзя убить.

Элара попыталась вложить в свой голос весь ужас и кошмары, что в ней остались.

— Я бы не была так уверена, — сказала она и улыбнулась.

Лицо Ариэта исказила ярость.

— Ты покоришься моей воле. Я сделаю так, что у тебя не останется выбора. А теперь, — он толкнул её в сторону стула, и красный свет вырвался из его рук, связав её и заставив оседлать стул так, что её грудь оказалась прижата к его спинке. — Ты расскажешь мне, кто тебя скрывал.

Он дёрнул за платье и пуговицы рассыпались по каменному полу. Она почувствовала прикосновение холодного лезвия к своей коже, когда оно разрезало корсет надвое, обнажив её спину прохладному и влажному воздуху подземелья. Она закричала, молясь о том, чтобы кто-то её услышал, а затем услышала, как расстегивается пряжка ремня. Но веселье наверху было в самом разгаре. Приглушенное звучание музыки и смех были как жестокая симфония, аккомпанирующая всему происходящему.

Ариэт хрустнул костяшками пальцев.

— Ты расскажешь мне. Либо будешь умолять меня о смерти.

***

Ремень хлестнул в шестой раз, разрезая спину Элары. Она подавила крик, проглотила его и почувствовала, как тёплая кровь потекла по её спине. Она знала, что Ариэт питается болью, и не собиралась доставлять ему удовольствия.

Холодные руки погладили её по волосам, и она начала тяжело дышать, вцепившись в спинку стула и стараясь не потерять сознание.

— Элара, — проговорил голос. — Скажи мне, где ты была, и я перестану делать тебе больно.

Она приподнялась на стуле, пытаясь избавитьcя от его руки.

— Ладно. Но не говори потом, что я не пытался.

Ремень снова ударил её, и на этот раз Элара закричала, так как холодная металлическая пряжка врезалась прямо в открытую рану, хотя той силы, с которой Ариэт ударил её, хватило бы для того, чтобы рассечь здоровую кожу. Она в отчаянии попыталась призвать свою магию, но ничего не получилось из-за действия магического барьера и его крови.

Ремень снова щелкнул, она изогнулась, и с её губ сорвался стон. Она сжала челюсти и постаралась сосредоточиться на шуме, доносившемся сверху, который становился всё тише и тише.

В конечном счёте, в глазах у неё потемнело, звуки наверху стихли, и только удары ремня Ариэта пронзали теперь тишину. Её тело начало содрогаться, а бесконечная боль всё не утихала. Это было похоже на горячий огонь, который прокатывался вниз по её телу. Такая боль, которую она никогда не чувствовала прежде. Она начала трястись и плакать, умоляя о том, чтобы это закончилось. Но Ариэт продолжал. И только когда её голова упала на грудь, и она потеряла связь с реальностью, Ариэт остановился.

Её веки дрогнули, а сознание попыталось защитить её от боли. Ариэт нежно приподнял её подбородок, а затем погладил Элару по щеке.

— Я уничтожу тебя прежде, чем всё это закончится, Элара.

Он поцеловал её в щёку так нежно, как сделал бы любовник, а затем оставил её. Склонившись вперёд, Элара заплакала, и слюна закапала с её рассеченной губы.

***

Время как будто не проникало сквозь стены камеры, в которой оказалась Элара. Тьма так сильно давила на неё, что она не могла понять, который сейчас час. Мерный стук капель воды о каменный пол заставил Элару очнуться после того, как она потеряла сознание от боли. Она напряглась и попыталась сдержать крик, так и норовивший слететь с её губ из-за боли в спине. Она попыталась сдвинуться, но любое движение заставляло её едва зажившие раны вскрываться. Она выругалась и безвольно повисла на стуле.

Сосредоточившись на плеске воды, она начала считать каждую каплю, падающую на холодный грязный пол подземелья. Зная, что она может умереть от инфекции, она надеялась, что её раны загноятся. Она надеялась умереть раньше, чем Энцо или кто-то другой рискнут своей жизнью и попадут в ловушку, которую явно устроил для них Ариэт. Она молилась об этом, зная, что сможет забрать Ариэта с собой, если он решит её убить. И хотя бы так исполнить пророчество.

Она сухо рассмеялась, начиная сходить с ума. Эларе было очевидно, что хотя его главной целью было схватить её — единственную девушку в Селестии, представляющую опасность для Звёзд — но Ариэт также не любил проигрывать. Сама мысль о том, что кто-то помог ей спрятаться, сильно уязвила его эго, и Звезда Мести собиралась добиться своего любой ценой.

Поэтому Элара ждала, сидя в этой бесконечной ночи, словно в невесомости. При мысли о том, где мог бы находиться Энцо, её внутренности сжались. Она надеялась, что он сбежал. Он должен был знать, что делать, только если его не поймали. И ей стало немного легче, когда она осознала, что если бы его поймали, она узнала бы об этом. Ариэт использовал бы это против неё. Она вонзила зубы в эту крошечную надежду и проглотила её, чтобы осветить потаённые уголки своей души. А затем Элара осмотрела камеру, заставив себя поднять голову. Она не нашла ничего, что могло бы послужить оружием, ни гвоздя, ни камня. Ариэт убедился в том, чтобы здесь не осталось ничего, чем она могла бы себя поранить, включая кинжал, который она метнула в него. И она чувствовала пустоту в том месте на ноге, где он когда-то висел.

А что до тюремных камер... она слишком хорошо была с ними знакома. Они были защищены касторским заклинанием, которое блокировало магию тех, кто оказывался внутри. Это неплохо работало с астерийскими пленниками. Она сухо рассмеялась. Как иронично, что заклинание также хорошо работало теперь и на ней. Она попыталась призвать тень, но острая боль в её голове, вызванная заклинанием, заставила её руку повиснуть. Она сжалась и почувствовала сильный страх из-за того, что её могли ждать гораздо более ужасные вещи, чем смерть.

***

Она проснулась на следующий день от того, что кто-то скребётся в левую стену её камеры.

— Эй?

Она развернулась, кое-как сдвинувшись на стуле. Звук прекратился.

— Элара? — прошептал слабый голос.

С губ Элары сорвались рыдания, и она с трудом встала со стула. Шатаясь, она дошла до стены, невзирая на протесты её израненной спины.

— София, — сказала Элара, рыдая.

Она прижалась ладонями к стене, желая, чтобы она исчезла. Но, конечно же, этого не произошло.

— Ты в порядке? — спросила София слабым голосом.

Элара фыркнула и постаралась, чтобы её голос прозвучал как можно более нормально:

— Да, насколько это возможно в тюрьме.

Она услышала, как София щёлкнула языком.

— Это не смешно, Элара. Я знаю, что он тебя бил.

Элара вздохнула.

— Всего лишь пара царапин, — сказала она и сморщилась, попытавшись устроиться поудобнее. Её торс всё ещё был голым, а бальное платье свисало вокруг талии. — Я думала, что ты мертва, когда сбежала, — тихо сказала она.

На другой стороне наступила тишина, а затем:

— Есть гораздо более ужасные вещи, чем смерть.

Элара крепко зажмурила глаза, и слёзы потекли по её лицу. Пока она тренировалась и жила среди дворцовой роскоши, флиртуя с принцами, её лучшую подругу использовал Ариэт всеми возможными способами.

— Прости, — прошептала она. — Прости, я не должна была тебя оставлять.

Она услышала, как на другой стороне София ударила рукой об стену.

— Элара, — рявкнула она. — Даже не смей. За что тебе извиняться? Ты сделала именно то, что должна была. Тебя бы поймали, если бы ты осталась.

— И как мне это помогло? Я ведь сейчас здесь.

Она почти услышала, как София улыбнулась и закатила глаза.

— Я могла спасти нас обеих. Может быть, мы даже оказались бы в одной камере.

София усмехнулась, и этот звук заставил Элару улыбнуться впервые за два дня.

Затем наступила тишина.

— Как тебя поймали?

София вздохнула.

— Лукас. Он поймал меня после резни в тронном зале. Я пыталась сбежать и найти тебя. Я знала, что ты уже убежала. Он утащил меня обратно к Ариэту. С тех пор я его пленница.

Элару поглотил холодный убийственный гнев. И всё, что она теперь слышала, это гул в ушах.

— Лукас? — тихо проговорила она. — Пусть теперь молит Звёзд о пощаде, потому что когда я его найду, он её не получит. Я убью его. Его, Ариэта и любого, кто остался в стороне и позволил всему этому случиться, — пообещала Элара.

— Это должно было случиться.

Элара замерла и слегка оторвала голову от стены.

— Соф... что ты имеешь в виду?

Она услышала, как София вздохнула.

— Ты видела то, что должно произойти.

Снова наступила тишина.

— Да.

— И ты не можешь мне рассказать?

— Нет. Если не хочу упасть замертво.

Элара фыркнула.

— Какой чудесный и полезный дар достался тебе от твоего отца.

София была наполовину гелионкой по отцу. Элара не знала историю её родителей, кем был её отец, и почему заклятые враги зачали вместе ребёнка. Всё, что знала Элара, так это то, что София была метателем теней до мозга костей, но та капля магии, доставшаяся ей от отца, позволяла ей видеть будущее.

София снова усмехнулась.

— Я давно уже знаю про твой путь, Элара. Ты станешь великой.

Элара громко вздохнула и легла на бок, почувствовав прикосновение холодного камня к её лицу и ветерок, который немного успокоил её раны. Она прижала руку к стене, словно могла таким образом взять Софию за руку.

— Как бы я хотела, чтобы люди перестали мне это говорить. Изра сказала то же самое.

— Кто такая Изра?

— О, она бы тебе понравилась, — Элара широко улыбнулась. — И ты ей тоже. Может быть, я вас познакомлю, когда мы выберемся из этой дыры. Она... друг.

— А она случайно не друг того высокого, тёмноволосого и симпатичного незнакомца?

Элара закусила губу и осторожно осмотрелась вокруг.

— Да...

Она почти услышала, как София улыбается. Следующие слова она произнесла так тихо, что Эларе пришлось прижаться ухом к стене:

— Не отпускай его, Элара.

— Откуда ты...

— Знаю? Просто поверь мне.

Элара закусила щёку, желая надавить на неё, но она знала, что не может этого сделать.

— Ладно, — проворчала она. — Он раздражает меня уже не так сильно, как раньше.

Они посидели в комфортной тишине, нарушаемой лишь капелями воды, звенящими во мраке подземелья.

— Как нам теперь выбраться из этого места, чёрт побери? — вздохнула Элара.

— Я абсолютно уверена в том, что ты что-нибудь придумаешь. Но ещё больше я верю в то, что кто-то разорвёт этот мир на части, чтобы добраться до тебя.

Веки Элары стали такими тяжёлыми, что она закрыла глаза, и несмотря на обстоятельства, позволила себе улыбнуться.

— Я люблю тебя, Соф. Обещаю, я вытащу нас отсюда.

— Надеюсь, Элара, — тихо ответила она.

Глава 23

На следующий день Элара проснулась от звука шагов. В густом мраке появилась фигура, в которой она узнала Джем. Элара с трудом села, прижав платье к обнажённой груди. Джем вошла в её камеру. Её бледная аура сияла точно жуткий маяк в темноте, а глаза сверкали точно так же, как у Ариэта, но в них отражалось не безумство, а жестокость.

— Ариэт сказал мне, что ты плохо себя ведешь.

Она нахмурилась, изобразив задумчивость.

— А ещё он сказал, что я могу тебя сломать.

Улыбка Джем стала по-настоящему змеиной.

— Ведь это так просто, Элара. Ты могла бы жить в комфорте, в своей собственной комнате. Ариэт почти не будет тебя беспокоить. Тебе только нужно рассказать ему, где ты была.

Ножки стула скрипнули по каменному полу камеры. Джем грубо усадила Элару на стул, и Элара зашипела от боли, когда её кожа натянулась.

— Скажи Ариэту, что я оскорблена тем, что он подослал ко мне свою шавку. Мне понравился наш прошлый разговор.

Джем рассмеялась холодным смехом, похожим на кусочки льда. Она встала позади Элары, и связала ей руки за спиной. Элара застонала, не в силах сдержаться, когда только зажившая рана открылась, и горячая липкая кровь потекла по её спине. Передняя часть её платья упала вниз, обнажив грудь, так как Элара не могла его больше держать. Ей было так больно, что она даже не чувствовала смущения.

— Давай сойдёмся на том, что я лучше знаю, как разговорить жалких смертных, вроде тебя.

Джем наклонилась к ней так близко, что Элара почувствовала исходивший от неё запах. Тошнотворный аромат гниющих роз наполнил её нос.

— Будет немного больно, — прошептала она, и Элара закрыла глаза.

Боль пронзила череп Элары, и она начала раскачиваться взад-вперёд, стиснув зубы и стараясь подавить крик. Это было хуже, гораздо хуже, чем удары ремнём по спине.

Эларе казалось, что ей в голову вонзились лезвия и начали разрезать её сознание на ленты. Она дёрнулась изо всех сил, стараясь не закричать, чтобы не доставить удовольствие Джем. У себя в голове она увидела Джем, стоящую перед ней — снаружи и внутри — а затем её голос прогрохотал:

— Где ты была?

Элара плюнула на неё, и её снова пронзила адская боль. Она начала вырываться из своих пут и едва не прикусила язык.

Голос Джем сделался спокойным, как гладь пруда, когда она снова спросила:

— Кто тебя прятал?

— Пошла ты, — задыхаясь, проговорила Элара, и её сознание снова пронзили иголки.

Горячая боль почти заставила её потерять сознание, но когти, вцепившиеся в её мозг, не отпускали и не давали ей впасть в забытье. Нечеловеческий крик вырвался из её рта. Элара сжала челюсти и начала трястись.

— Я обыщу всё твоё сознание и найду то, что ты любишь, а затем уничтожу, — прошептал голос Джем.

Элара согнулась, тяжело дыша, и слёзы потекли у неё из глаз. Собрав остатки сил, она засунула мысли об Энцо, Гелиосе, и обо всём, что произошло с ней в последние несколько месяцев, в воображаемую коробку. Затем она заперла её и засунула в глубины своего сознания. Лицо Джем исказила ярость, а Элара оскалилась на неё.

Следующие несколько часов Элара провела в такой сильной боли, какую никогда раньше не чувствовала. Снова и снова когти Джем царапали по её сознанию в поисках информации о последних месяцах. Самообладание Элары начало медленно улетучиваться. Её рот раскрылся в немом крике, так как Джем заглушила её. Всё её тело застыло в агонии.

Наконец, она услышала, как стул оттащили назад. Элара не знала, сколько сейчас времени, и сколько времени прошло — несколько минут или дней?

— Когда всё это закончится, твоё сознание перестанет тебе принадлежать, — прорычала Джем.

Она почувствовала, как Звезда с силой схватилась за её сознание, и начала кричать и брыкаться. Но в итоге Джем оставила её в темноте.

Элара начала делать большие глотки воздуха, её голова и глаза ужасно болели. Всё её тело трясло от боли и шока. Она откинулась на стуле, не обращая внимания на раны на спине, и погрузилась в спасительную темноту.

— Элара? — неожиданно прошептал чей-то голос. — Элара? — снова прошипел он, на этот раз громче. Это была София.

— Соф, — сдавленно проговорила она.

— Они мучали тебя? — проговорила София напряжённым голосом. — Я слышала крики.

— Моё сознание.

Элара сжала зубы, всё ещё испытывая острую головную боль.

— Эта стерва пытается обыскать моё сознание.

Из Софии вырвалось такое неприличное ругательство, что будь они в других обстоятельствах, Элара бы рассмеялась.

— Ты хорошо держишься.

— Не знаю, как долго я смогу скрывать правду.

— Тебе надо перетерпеть. Джем это скоро наскучит; я видела, как она работает. Её подогревают гнев и ревность.

— Сколько? — зарычала Элара.

— Не знаю. Но обещаю, что это не будет длиться вечно. Ариэт скоро выпустит тебя отсюда. Для своей новой игры.

— Какая привлекательная альтернатива.

София издала смешок.

— А что насчёт тебя, Соф? Если он заберёт меня?

— Обо мне не волнуйся. Я кое-что придумала, на случай, если он это сделает. Обещаю.

Её слова не успокоили мысли Элары, но головная боль была такой сильной, что ей в итоге пришлось поддаться ей и, испытав блаженное облегчение, она снова отключилась.

Следующий день, и бесчисленное количество других, прошли как в тумане, так как Джем приходила к ней, пытаясь сломать её тело и разум.

В последний раз она вошла внутрь камеры с радостью, и начала искажать её воспоминания, доставая из них те крупицы информации, до которых могла дотянуться. Ей нравилось сосредотачиваться на родителях Элары, превращая её счастливые детские воспоминания в кошмары, а предсмертные крики её родителей в слова "это твоя вина". Но Элара продолжала хранить воспоминания об Энцо и о своём убежище в запертой коробке, скрытой в дальнем углу её сознания и закопанной так глубоко, что даже Джем была не в силах её найти. Темнота манила и утешала её каждую ночь, невесомая и приветливая. Это было всё равно, что оказаться в объятиях ночного неба.

Но в один из дней, который оказался хуже, чем предыдущие, молитвы Элары остались не отвеченными. У неё начался жар, раны на её спине воспалились ещё сильнее, кожа стала липкой и горячей. Из-за жара ей стало сложнее удерживать своё сознание, которое Джем постепенно разбирала на части, сантиметр за сантиметром.

Раздался знакомый скрип открывающихся дверей, и она увидела своего отца.

— Нет, нет, нет, нет, — зарыдала она, забиваясь в угол. — Это не по-настоящему, это не по-настоящему, это не по-настоящему.

Она слышала, как за стеной кричит София, но её крик звучал очень далеко, поскольку всё её внимание было обращено на мираж, стоявший перед ней.

— Дорогая, это я, — сказала фигура, и голос короля был таким тёплым, что она начала плакать, глядя ему в лицо.

— Это я, и я просто хотел, чтобы ты знала, — теплота в его взгляде сменилась злостью. — Мы умерли из-за тебя.

Элара судорожно всхлипнула.

— Это не по-настоящему. Ты Джем. Ты не мой отец.

В мгновение ока образ изменился, и теперь перед ней сидела уже её мать. В её глазах отразилась печаль.

— Он прав, дорогая, — произнесла она певучим голосом. — Это сделала с нами ты. Если бы ты не родилась, Звезда не упала бы с неба.

Элара замотала головой, почувствовав холодное прикосновение руки матери к своему лицу. Она снова зарыдала, испытывая неимоверный шок от встречи со своими родителями. Она постоянно повторяла в голове мантру о том, что "это не по-настоящему", что это Звезда Обмана делала то, что у неё хорошо получалось. Но крики её родителей говорили ей о том, что она бесполезна, и лучше бы она умерла. Её разум начал ломаться.

И только присутствие Софии в соседней камере и её железная воля не давали ей полностью скатиться в безумие. Она сжала зубы, сопротивляясь когтям и ножам, царапающим её сознание, и продолжала кропотливо воздвигать стену за стеной из плотных теней внутри своей головы до тех пор, пока Джем разочарованно не завыла.

***

С тех пор, как Джем приходила к ней в последний раз, Элара впала в горячечный бред. Её спина была мокрой от пота или крови — она не могла сказать точно. Её голова свесилась вперёд, а сама она молила о том, чтобы всё это закончилось.

— Элара, — раздался встревоженный голос.

Она резко пришла в себя и начала дико озираться вокруг. Она чуть не потеряла сознание от головной боли, такой сильной, что ей едва удалось раскрыть глаза.

— Элара, — снова произнёс голос.

Прямо перед ней стоял Эли. Брат-близнец Джем. Она выругалась и оттолкнулась от стула, пытаясь отойти от него подальше.

— Стой-стой, — зашипел он и подошёл на шаг ближе. — Я не сделаю тебе больно.

Всё ещё обнаженная грудь Элары приподнялась на холодном воздухе. Она оглядела Эли, и её сознание приготовилось к жестокости, которую продемонстрировала ранее его сестра.

Его пронзительные глаза ничего не выражали. Рукава его чёрной рубашки были закатаны, и на предплечье виднелась татуировка в виде змеи, обвившейся вокруг руки. Его тёмные волосы были зачёсаны назад, ни единая прядка не выбивалась из его прически.

— Пришёл закончить то, что начала твоя сестра? — проговорила Элара, стараясь отодвинуть от него свой стул.

— Я пришёл, чтобы дать тебе это, — тихо сказал он.

Он засунул руку в карман и достал оттуда мутный флакон.

— Яд? Как предсказуемо. Не смог придумать нормальную пытку?

— Святые небеса. Не зря он говорил мне, что ты остра на язык.

Элара нахмурилась.

— Кто?

Эли обошёл её и осторожно наклонил её вперёд, чтобы осмотреть раны. Она глубоко вдохнула, снова почувствовав прикосновение Звезды. Её окутал тот же самый запах дождя, который она почувствовала на балу, и энергия хитрой и живой магии, которая никогда не замирала.

— Ариэт и моя сестра долбаные садисты, — пробормотал он, и Элара испытала шок, почувствовав прикосновение холодной мази к своей спине.

Эли начал втирать её в раны. Она дёрнулась.

— Что ты делаешь? — зашипела она.

— Не даю тебе умереть от инфекции. Чёрт.

Он остановился.

— У тебя жар.

— Зачем?

— Зачем?

Он удивлённо рассмеялся.

— Да, зачем ты мне помогаешь? Ты Звезда. Какая тебе разница, что со мной произойдёт.

— Потому что должен. Один принц заключил со мной сделку.

Элара замерла. Нет, нет, нет, нет. Каждый знал с детства, что нельзя заключать сделки с дьяволом. Из этого не может выйти ничего хорошего. С каждой Звездой можно было заключить сделку. И если Звезда соглашалась, то смертный мог потребовать исполнения её условий. И тогда у Звезды появлялось перед ним преимущество.

— Он в порядке?

Она услышала, как Эли тихонько рассмеялся, после чего закончил втирать заживляющую мазь ей в спину и достал из кармана чистые хлопковые повязки. Он начал осторожно перевязывать её, стараясь не коснуться её груди и не смотреть на неё.

— В порядке? Он обезумел. Точно лев в клетке. Прости за каламбур.

Элара сжала зубы.

— Он на границе, призвал всех своих должников, чтобы вернуть тебя.

Сердце начало бешено колотиться у неё в груди.

— И мы оба знаем, что из-за магического барьера, который так любезно установил Ариэт, он не может ворваться сюда, как бы этого ни хотел. Барьер не пропускает магию смертных. У него нет не единого шанса.

— А ты не просто так получил своё прозвище. Сладкоречивый. Зачем ты все это делаешь?

Эли закончил с перевязкой и снова встал перед ней. Она заметила искру веселья в его почти чёрных глазах.

— Твоё сознание больше не сможет вынести пыток моей сестры. Позволь мне тебе помочь.

— Что? Хочешь обшарить моё сознание, как змея?

Она демонстративно посмотрела на его татуировку.

— Нет, хочу помочь тебе выстоять до тех пор, пока не придёт помощь. Я должен Лорэнцо, и не смогу уйти отсюда, пока не исполню часть своей сделки.

Элара вздохнула и с опаской посмотрела на него.

— Я не буду рыскать в твоём сознании. Я попытаюсь исправить то, что сделала моя сестра, и укреплю его на случай её визита. Я даю тебе слово.

Когда Звезда давала слово, пути назад не было. То, что было сказано, было сказано, и только это заставило Элару поверить пронырливому богу, стоящему перед ней. Она коротко кивнула, и осторожно откинулась на стуле.

Эли встал перед ней на колени, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и уверенно надавил пальцами на её виски.

— Больно не будет, — проговорил он.

Элара почувствовала, как её сознание словно окатили холодной водой. Это было похоже на бальзам, который нанесли на её разрозненные мысли, разворошенные Джем. Она почти испустила вздох, когда его магия окутала её, заставив расслабиться. Она услышала голос Эли где-то вдалеке.

— Я выставляю щит вокруг твоего сознания, — сказал он.

Она почувствовала его. В её сознании появились прохладные стены из металла, такого же цвета, что и её глаза.

— Но твоя сестра явно сможет понять, что ты только что сделал.

Она услышала, как Эли самодовольно усмехнулся.

— Не сможет, если это сделано хорошо. Меня не просто так назвали Звездой обмана.

Она почувствовала, как он продолжает возиться в её голове, добавляя некоторые изменения. Когда он закончил, она испустила глубокий вздох. Теперь её разум был чистым и острым.

— Когда Джем заглянет внутрь, всё, что она увидит в твоём сознании — лишь пару фальшивых воспоминаний и несколько воспоминаний из твоего прошлого. Ей этого хватит, чтобы сдаться и не пытаться заглянуть сквозь стену.

Он выпрямился, и поправил свой камзол в полоску.

— Я лучше пойду. Моя часть сделки выполнена. Тебе больше не больно, и твой разум защищён. Этот идиот надеялся, что я смогу просто тебя освободить, — Эли сухо рассмеялся. — Как будто я могу увести тебя из-под носа у Ариэта.

Глаза Элары наполнились слезами, когда она представила, чем пожертвовал Энцо, чтобы купить для неё эту защиту.

— Тебе придётся снять повязки перед приходом Джем, но к тому моменту мазь должна подействовать.

Элара кивнула и проследила за тем, как он пошёл к двери.

— Эли?

Звезда посмотрела на неё.

— Что ты попросил в ответ?

Он наклонил голову.

— Он должен был сказать мне правду. Ту правду, которую не может произнести вслух. Ту правду, которую я могу использовать против него, если захочу.

Страх охватил грудь Элары. Отдать что-то настолько личное, а тем более Звезде. Она не могла поверить в то, что он это сделал.

— Спасибо, — прошептала она.

Ничего больше не сказав, Эли развернулся и пошёл прочь из подземелья.

Но затем он остановился и повернулся к ней, словно что-то вспомнил.

— За много веков я ни разу не встречал смертного настолько целеустремленного и с такой жаждой мести, как у Лорэнцо. Помощь близко, Элара. Держись.

Глава 24

В следующий раз, когда Джем вошла в камеру Элары, она, наконец, сдалась. По совету Эли, Элара осторожно сняла со спины повязки, радуясь тому, что жар прошёл. Что бы ни вложил ей в голову Эли, какую бы защиту не выставил, это сработало. Совершив последнюю отчаянную попытку обыскать её сознание, Джем ушла, бормоча себе под нос: "только, мать его, зря потратила время".

Послышался знакомый стук шагов и Элара застыла на месте. Может быть, она рано обрадовалась, и Джем решила вернуться с новой порцией пыток?

Шаги остановились рядом с камерой Софии, и она услышала знакомый тихий смех.

— О, как же низко пали великие, — произнёс приглушённый голос.

Она услышала злобный ответ Софии, за которым последовал стон боли. Элара заставила себя открыть глаза. Каменные стены и мерцающее пламя фонаря расплылись у неё перед глазами, но затем ей удалось сфокусировать зрение. Она подползла к двери своей камеры, чтобы лучше видеть.

Лицо Софии было прижато к решетке камеры. Кто-то, облачённый в кожу, прижал её к прутьям и злобно шептал.

— Лукас, — зашипела Элара. — Отпусти её, пока не пожалел о том, что пришёл сюда.

Лукас самодовольно ей улыбнулся и отпустил Софию, которая вскрикнула, упав на пол. Не торопясь, он подошёл к решётке Элары. Взмахнув ключом, словно дразня её, он отпер дверь и вошёл внутрь.

— Тебе идёт фингал, — сказала она сладким голоском, глядя на его лицо, покрытое синяками, и внутри неё зажглась искорка гордости за Энцо.

Он скривил губы и пошёл в её сторону. Она попятилась к стене.

— Я не сделаю тебе больно, Лара.

Элара попыталась подавить отвращение, когда его лицо приблизилось к ней.

— Знаешь, мы могли бы стать чем-то большим. И твои обстоятельства были быть совсем иными, останься ты со мной.

Элара насмешливо фыркнула.

— О, да. Пойманный трофей. Какое яркое будущее ты мне обрисовал.

Ей показалось, что тени как будто поползли в сторону Лукаса.

— Я любил тебя, Элара.

Элара закатила глаза.

— Нет. Ты не хотел меня любить. Ты хотел мной владеть. Человек не причиняет боль тому, кого любит. И не относится к любимому так, как ко мне относился ты.

Лукс фыркнул.

— Как всегда безнадёжный романтик. Лучше расскажи мне про свою очаровательную пару. Он ухаживает за тобой? Что-то я сомневаюсь. Единственное, что хорошо умеют делать гелионские скоты, это трахаться.

— Ну, он определённо делает это лучше, чем ты.

Солгала она, приподняв мизинец.

Слепая ярость исказила его лицо, и он сжал её щёки рукой.

— Следи за своим ртом, маленькая шлюшка.

Она ухмыльнулась. Она его не боялась.

— Ты как всегда очарователен. Я даже заинтригована. Странно, что Ариэт не рассказал тебе, хотя ты его самый близкий поверенный.

— Не рассказал мне что? — рявкнул он, отпустив её.

— Я удивлена... Ведь ты теперь его правая рука.

— Не рассказал мне что? — снова зашипел он.

Элара скучающе посмотрела на свои ногти и улыбнулась.

— Можешь забыть обо всех своих представлениях о нас с тобой. Нам не суждено было остаться вместе, Лукас, потому что мне было предсказано, что я полюблю Звезду.

Она подождала, пока до него дойдут её слова, и злобно ему улыбнулась.

— И это убьёт нас обоих.

Лукас с недоверием уставился на неё.

— О, и пока я не забыла. Еще одна восхитительная часть пророчества... Ариэт не может убить меня, не убив себя самого. Так что всё... это, — она пренебрежительно махнула рукой, — ни капли меня не пугает.

— Как давно ты про это знаешь? — тихо спросил он.

— С прошлого дня рождения.

— Ты бросила меня в тот день, но даже не рассказала о настоящей причине.

— Это всё равно не имело значения. Я бы бросила тебя и без пророчества.

— Ты вообще любила меня? — прошептал он.

Глаза Элары ярко сверкнули. Она покачала головой.

Лукас замахнулся, но Элара оказалась быстрее. Мышечная память заставила её увернуться, а затем ударить его в лодыжку. Лукас упал на пол.

Его грудь начала вздыматься, и он в ярости поднялся. Он попятился к двери, а затем, улыбнувшись ей жестокой улыбкой, с которой она была так хорошо знакома, тихо сказал:

— Тот гелионский пёс, с которым ты была...

Он наклонился вперёд, и она почувствовала сильный запах его одеколона. Она постаралась сдержать рвотные позывы от нахлынувших на неё воспоминаний.

— Да, твой рыцарь в сияющих доспехах, — прошептал он. — Я сейчас как раз занимаюсь его поисками.

— У тебя не получится, — она рассмеялась. — Ты даже не знаешь, кто он.

Лукас слегка ей улыбнулся.

— Может и нет. Но когда я его найду, то очень хочу посмотреть на твоё лицо, когда я заставлю его кричать и умолять о пощаде.

Он легонько поцеловал её в щеку, заставив отпрянуть.

— До встречи, Лара.

***

— Вот мерзавец, — прошептала София сквозь стену, когда Лукас ушёл.

Элара оцепенела, прислонившись к стене. Её начала охватывать паника. До этого момента она не очень-то задумывалась о своей ситуации. Она только знала, что не умрёт. Но угроза того, что они найдут Энцо раньше, чем она сможет сбежать, что причинят ему боль для того, чтобы наказать её...

Она крепко зажмурилась.

— Это только слова, Элара, — продолжала София. — Ты знаешь его много лет. Эли сам сказал, что помощь близко. Твой... друг. Он перехитрит Лукаса, я в этом уверена.

Софию явно позабавил подслушанный ею разговор, состоявшийся между Звездой и Эларой, если не сказать больше.

— Это будет нетрудно сделать, — заметила Элара, заставив Софию усмехнуться.

— Думаешь, он придёт за тобой сам?

Элара начала жевать ноготь.

— Если у него есть хоть немного здравого смысла, то нет. Но, к несчастью, его моральные принципы не дадут ему меня бросить. Поэтому я уверена, что он отправится на героические поиски и попытается меня вызволить.

Глава 25

Элара провела в одиночества бесчисленное количество дней. И только София по ту сторону стены составляла ей компанию.

— Как думаешь, они могут попытаться убить нас от скуки? — спросила Элара, потеряв счёт времени и дням.

— Лучше уж это, чем пытки Джем.

— Даже не знаю, — пробормотала Элара.

Они услышали скрип железной двери над головами и шаги.

— Только не это, — прошипела София.

Элара испустила вздох и изобразила равнодушие, когда в конце коридора показалась знакомая фигура.

— Привет, дорогая.

Остановившись у её двери, Ариэт одёрнул свой бархатный костюм. Она не видела его с той ночи, когда он привел её сюда и разрезал ей спину на лоскуты.

Его глаза показались ей более алыми, чем обычно. Он выглядел удовлетворённым и спокойным, а не тем безумцем, каким он показал себя в прошлый раз.

— Наконец-то показался.

Ариэт ухмыльнулся.

— Я думал, что ты сломаешься до начала балета, но, похоже, ты сделана из более крепкого материала, чем я ожидал.

Элара нахмурилась. Волна тошнотворной магии Ариэта снова накрыла её. Она ощущалась как кровь и воинственные крики.

— Балет?

Ариэт улыбнулся хищной улыбкой, отпер дверь камеры и вошёл.

— В твою честь. Смена тактики...

Он наклонился вперёд, словно собирался рассказать ей какой-то секрет.

— Искусство войны, сама понимаешь.

Ариэт выпрямился и, ухмыльнувшись, открыл пошире дверь в её камеру. Он подождал, засунув руки в карманы. Элара не пошевелилась. Это уловка. Звезда не стала бы давать ей что-то одной рукой, не требуя ничего взамен другой.

Элара сделала пару шагов в сторону коридора. Свобода казалась такой близкой, и разные мысли закружились в голове Элары. Балет. Шанс сбежать из дворца. Вырваться за пределы магического барьера.

Она с дикими глазами посмотрела себе за спину, когда они пошли прочь из подземелья. Никаких верёвок. Ариэт даже не связал ей запястья. Наконец, после стольких недель, она увидела лицо Софии. Её подруга прижалась к решетке, одежда свисала лохмотьями с её худого тела. Оливковая кожа стала такой же серой, как её астерийские глаза. Тени залегли под ними, а иссиня-чёрные волосы спутались.

— Я никуда не пойду, если ты не выпустишь Софию.

Ариэт развернулся, сверкнув красными глазами, а затем начал истерично хохотать.

— Элара, дорогая, ты не в том положении, чтобы заключать сделки. София останется здесь до тех пор, пока я не решу её выпустить. Но зато ты будешь знать, что она здесь в безопасности.

Элара начала сопротивляться ему, откинув голову назад.

— А если я откажусь пойти с тобой?

— Сомневаюсь, что ты захочешь знать, что с тобой будет.

— София.

Она схватила руки Софии сквозь решётки и сжала их. Впервые за много месяцев, во время которых она считала Софию мёртвой, Элара смогла коснуться своей подруги. Она яростно поцеловала костяшки её пальцев и сказала:

— Я люблю тебя. И я тебя отсюда вытащу, хорошо?

София посмотрела ей прямо в глаза. Слегка улыбнувшись, она ответила:

— Скоро увидимся, Элара.

— Довольно признаний.

Ариэт закатил глаза и практически бегом потащил Элару по высеченным в камне ступеням. Когда они вышли из подземелья, она зажмурилась от яркого света, проникавшего внутрь из большого зала. Её глаза отвыкли даже от астерийских сумерек.

— Так, — сказал он, осмотрев её в голубом сумраке и заметив высохшую кровь и бледно-желтый синяк во всё лицо.

Он развернул её так, словно она была призовой коровой в испорченном бальном платье, и его взгляд остановился на её спине. Его глаза сощурились, когда он начал разглядывать раны, которые ей нанёс. Она задержала дыхание, молясь о том, чтобы он не заметил, что раны выглядят совсем не так плохо, благодаря Эли. Но вместо этого он сказал:

— Так не пойдёт. Гости не должны подумать, что я над тобой издеваюсь, верно?

Он пронзительно рассмеялся, заставив её подпрыгнуть.

— Нам надо вымыть тебя перед сегодняшним вечером.

— Сегодняшним вечером? — спросила она, отчаянно пытаясь узнать что-то ещё о балете, где она могла бы воплотить в жизнь свой план.

— Сначала банкет, а потом балет. Некоторые астерийцы всё ещё подозрительно ко мне относятся.

— Интересно, почему, — пробормотала она себе под нос.

— Для того, чтобы моё правление прошло гладко, нам нужно показать королевству, что ты в порядке и в безопасности. Пропавшая принцесса вернулась и появляется под руку со мной.

Он с силой взял её за руку, и она содрогнулась, почувствовав себя так, словно по ней ползают мухи. Он повёл её по знакомой центральной лестнице в западное крыло. Страх скрутил её внутренности.

— На банкете будут особые гости, и нам нужно, чтобы ты выглядела как можно лучше. Я бы очень хотел, чтобы ты с ними познакомилась.

Он радостно рассмеялся и хлопнул в ладоши. Она начала замечать двойственность его характера; непобедимый воин и одновременно сумасшедший тиран.

"Подыграй ему", — прошептал тихий голос в её голове.

— Как это мило с твоей стороны, — ответила она, заставив себя улыбнуться.

— Я сам выбрал для тебя платье, — воодушевлённо сказал он.

Когда они вошли в комнату, её встретили две мрачные прислужницы, которые тут же сняли с неё лохмотья. Она была настолько уставшей, что её даже не смутило то, что Ариэт без интереса оглядел её. Прислужницы, судя по всему чаровницы, работали на автомате — они были либо под воздействием каких-то веществ, либо околдованы — она не могла точно сказать. Они поддерживали её, продолжая махать руками, полируя её кожу и стараясь удалить как можно больше грязи, а также распутывая её волосы и укладывая их в гладкие волны. Рука одной из прислужниц застыла над её спиной, и её лицо исказилось от боли.

— Скройте их, — зарычал Ариэт.

Чаровница отрешённо кивнула и провела рукой по спине Элары. Элара всё ещё чувствовала, что её раны не зажили до конца, и что грязь всё также покрывала её кожу. Но чаровницы хорошо умели маскировать неприглядные вещи, поэтому скрыли всё это за тонким слоем магии.

Элара перевела взгляд на Ариэта. Интересно, могла ли она использовать свою магию вне тюремной камеры? Она сжала зубы и, воспользовавшись прикосновением прислужниц, попробовала призвать свою магию и незаметно почувствовать её под пристальным взглядом Ариэта.

Ничего. Только пустота. Ариэт не блефовал, когда сказал, что заколдовал дворец. Её глаза наполнились слезами разочарования.

Она глубоко вдохнула через нос, стараясь успокоиться прежде, чем Ариэт поймёт, о чём она думала. Когда прислужницы закончили, Эларе даже понравилось своё отражение в зеркале. Ей ярко подвели глаза чёрной пудрой так, что они стали похожи на серебряные щелочки. А когда одели в платье, она стала похожа на невесту Ариэта. Её тело облачили в тёмно-красное платье, вырез которого был таким глубоким, что её грудь практически вываливалась наружу. Длинная юбка была сделана из фатина, на который были нашиты крошечные рубины, напоминающие капли крови, разбрызганные по полу. Её черные волосы были перекинуты на одну сторону и убраны с лица, черты которого заострились после стольких дней голода. Она выглядела как Ариэт, и она подозревала, что именно этого он и добавился

Он подошёл ближе, когда прислужницы ушли, и встал у неё за спиной. Глядя на их отражение, Элара чувствовала, как это всё неправильно. Она вспоминала о том, как они с Энцо стояли точно так же перед зеркалом. Неделю назад? Две? Она не знала. Было бесполезно думать об этом сейчас, когда здесь находился только Ариэт, который своими холодными руками застегнул на её шее колье-ошейник с рубинами.

— Чем больше я тебя уничтожаю, тем красивее ты выглядишь, — проговорил он рядом с её шеей.

Стараясь подавить тошноту, она одарила его лёгкой улыбкой в отражении зеркала.

— Позволь мне добавить последний штрих.

Он одобрительно посмотрел на неё, и взял помаду, оставленную на столе чаровницей. Кроваво-красную. Приподняв её подбородок двумя пальцами, он накрасил ей губы помадой, а затем провёл по ним большим пальцем.

— Так лучше, — проговорил он и развернул её. — Нам пора спуститься вниз. Ужин скоро начнётся.

Он ещё раз посмотрел на себя в зеркало и одёрнул свой новый тёмно-красный бархатный костюм. Ворот его рубашки был расстегнут так, чтобы были видны изогнутые татуировки, покрывавшие его тело.

Спускаясь по лестнице, Элара услышала музыку. Всё вокруг казалось ей неправильным. Скрипки издавали резкие высокие ноты, исполняя музыку, которая даже не была музыкой. Ариэт, похоже, совсем этого не замечал, и что-то напевал себе под нос. Он удовлетворённо закрыл глаза и тащил её по коридору, залитому красным светом. Банкетный зал был освещён таким же тёмно-красным сиянием, и Элара даже остановилась, войдя в двери.

Перед ней предстала сцена как из кошмаров. Она была уверена в том, что Ариэт получал от всего этого особое удовольствие. Столы были выставлены в зале в виде странного прямоугольника, в центре которого дрались на кулаках два человека. У обоих сильно текла кровь, и ей понадобилось всё её самообладание, чтобы не подбежать к ним и не предложить помощь. Но больше всего её сбило с толку то, что на лицах обоих появлялись безжалостные улыбки каждый раз, когда им удавалось пустить кровь сопернику. Значит, его прихвостни. Ярые поклонники Звёзд, которые слепо им поклонялись; они никогда не задавали вопросов, а только искали славы и благословения. Слишком много таких жило в Селестии. Слишком многие из них даже не задумывались о том, какими беспощадными и жестокими были боги, которым они поклонялись.

Для них это была величайшая честь, которой когда-либо удостаивались адепты секты Ариэта. Она заметила жестокую улыбку на лице Звезды, когда он повёл её во главу стола. Её охватило убийственное спокойствие, когда она заметила Лукаса на другом конце зала, который смотрел на неё с самодовольным и равнодушным видом.

— Ты просто неотразима, Элара, — проговорил он через всё помещение. — Тебе пошла на пользу тюремная жизнь.

Всё её существо хотело убить его, накормить его тенями и посмотреть, как он задохнётся. Но вместо этого она сделала то, что, как она знала, разозлит его больше.

Она нацепила на лицо сухую улыбку, и посмотрела на него сверху вниз.

— Мне действительно идёт красный.

Его лицо исказила усмешка, а она продолжила идти, осматривая других гостей. Ариэт тихонько усмехнулся у неё за спиной. Её желудок сжался, когда она увидела Джем в конце стола, но немного расслабилась, когда поняла, кто сидит рядом с ней. Эли — обратная сторона этой монеты. В отличие от белых волос Джем, его волосы, зачёсанные назад, были чернильного цвета. А глаза напоминали угольки, в отличие от её белесых глаз, как у призрака. Каждое его движение было подчеркнуто ленивым. Он откинулся на стуле и смотрел куда угодно, только не на Элару.

Крепко сжав челюсти, Элара воздвигла в своём сознании стены, которые поместил туда Эли, когда Джем взглядом впилась в неё. Гримаса исказила лицо богини, когда она поняла, что не может проникнуть сквозь стены. Медленно развернувшись, Эли посмотрел на неё своими бездонными глазами, и на его губах заиграла лёгкая улыбка. Она не рискнула улыбнуться ему в ответ, быстро отвела взгляд и последовала за Ариэтом. Заняв своё место, она смогла в деталях рассмотреть весь тот кошмар, и гостей, что окружали её.

Она увидела за столом нескольких Звёзд, которые вне всяких сомнений были приближёнными Ариэта. Первым она заметила Саджитона. Элара узнала его благодаря школьным учебникам, которые она читала в детстве. У него были длинные волосы цвета красного вина, отливавшие фиолетовым, а его лицо было румяным и загорелым. У него была дикая улыбка и сверкающие глаза. Бог Вина, Излишества и Безумия. Неудивительно, что он решил посетить один из обедов Ариэта. Они выглядели, как лучшие друзья. Она заметила рядом с ним парочку его последователей — ему поклонялись жители королевства Каоса, выделявшиеся своей оливковой кожей и рыжими волосами. Красивый молодой человек вливал вино прямо в рот улыбающемуся Саджитону.

Она прищурилась и чуть поодаль увидела великолепную женщину, сидевшую в одиночестве и оглядывающую помещение. Точнее не женщину. Звезду. Серебристые волосы, струящиеся по спине, напомнили Эларе о ночной реке. Её глаза миндалевидной формы с приподнятыми уголками завораживали: один был серым, а другой голубым. Она сразу поняла, что за Звезда тайком осматривала зао, пока никто не обращал на неё внимания. Канция — рыдающая богиня. Элара нахмурилась, и рассеянно кивнула в ответ на болтовню Ариэта, продолжая смотреть на Канцию. Вокруг неё не было никаких последователей или поклонников. Из тех историй и мифов, что слышала Элара, она знала, что эта Звезда предпочитала быть сама по себе и жила в землях Алталуны. Приставив палец к губам, Элара задумалась о том, что все картины и произведения искусств, изображающие её, представляли её с хвостом сирены и живущую под водой, вдали о других Звёзд. Но не на земле. Не здесь.

Её мысли прервали редкие аплодисменты, заставившие её повернуться. Какой-то человек протиснулся к Эли, обхватил его рукой за плечи и кинул золотые монеты туда, где происходил бой. Его короткие светлые волосы были зачесаны набок, а глаза изумрудного цвета жадно засверкали, когда он уставился на бой, зажав в руке ещё одну горсть монет. Конечно же, он был Звездой — Капри. Никакая магия не смогла бы скрыть голод в его глазах. Группа людей собралась вокруг него и с вожделением ловила каждое его слово. Пески Грешников — вот откуда они прибыли. Нога Элары ни за что бы не ступила в то место, даже если бы к её груди приставили нож. Капри снова похлопал Эли по спине, и Элара заметила с лёгким удивлением, что Эли сжал челюсти и наклонился ближе к столу, подальше от него.

Ей было интересно наблюдать за тем, как Звёзды общались между собой. Звезда-покровительница Астерии, Писция спала и не показывалась с тех пор, как Звёзды пали в первый раз. Никакая Звезда ни разу их не навещала и не следила за ними, пока в один судьбоносный день Ариэт не спустился с небес.

На балу, она лишь мельком успела на них посмотреть, но здесь, находясь вблизи от них, она могла более внимательно оценить их взаимоотношения.

Глухой стук тел дерущихся мужчин завладел её чувствами. Она постаралась подавить тошноту и посмотрела на свою тарелку. На ней лежал стейк, из которого всё ещё сочилась кровь. Она сглотнула и улыбнулась Ариэту.

— Тебе нравится? — выжидающе спросил он.

— Я никогда не видела столько Звёзд в одном месте, не считая твоего бала, — пробормотала она. — Не знала, что мы будем находиться в их компании.

— Тут только самые близкие.

Ариэт махнул рукой и сделал глоток рубинового вина из богато украшенного кубка. Откинувшись на спинку стула, он закинул ноги на стол и скрестил их.

— Джем и Эли мои самые верные соратники, — он натянуто ей улыбнулся. — Мне больше всего нравятся физические формы пыток и насилия, а вот они творят чудеса с сознанием. Но ты ведь и так уже это знаешь, Элара.

Он замолчал, а затем пронзительно рассмеялся.

— Но это ещё не всё.

Она проигнорировала его угрозу и взглянула на Эли, стараясь не рассмеяться. Как же мало Ариэт знал о своих самых близких соратниках. И о том, что один из них был подкуплен смертным.

— Да, я заметила, что вы с Джем очень близки. Но в историях не говорится о том, что вы любовники.

Голодная улыбка появилась на его лице, когда он наклонился к ней, и кубок с вином покачнулся в его руке.

— О, она периодически удовлетворяет мои аппетиты, — сказал он, сделав глоток вина и уставившись на неё блестящими глазами. — Но она не даёт мне такого же удовлетворения, как смертные.

Элара приподняла бровь, ожидая продолжения.

— Меня от вас тошнит, но при этом я жажду вас. Из всех Звёзд, я вам ближе всех. Бог войны и крови. Мне понятна быстротечность ваших жизней, и ваше отчаянное желание всё успеть. Именно поэтому вы трахаетесь, и убиваете, и любите и истекаете кровью. И это так сладко на вкус... всё это, — сказал он и точно в подтверждение своих слов провёл языком по губам, слизав с них вино.

Она завороженно, и в то же время в ужасе, проследила за тем, как Ариэт достал из воздуха нож, который вспыхнул красным светом.

— Смотри, как я истекаю кровью, — сказал он и разрезал кожу на своей руке.

Поверх его татуировки появилась блестящая полоса, похожая на голограмму.

— Иллюзия.

Его лицо исказила усмешка.

— А вот люди...

Он подозвал к себе танцующую женщину, поклонницу. Кровь текла между её грудей, но она продолжала танцевать под его музыку, точно была в бреду. Она застонала, когда он коснулся её, и начала неистово нашептывать молитвы, на что он только усмехнулся.

— Людская кровь тёплая, красная и такая живая, — пробормотал он, после чего поднёс нож к её горлу и перерезал его.

Элара дёрнулась и сжала кулаки, не желая ничего говорить, когда увидела, как женщина упала перед ними на пол. Он размазал её кровь по своим губам, и его глаза зажглись огнём.

— Да, кровь смертных гораздо вкуснее. На протяжении долгих веков я наблюдал за вашими маленькими жизнями и питался энергией ваших войн и мести. Я давно уже хотел ощутить всё это на вкус.

Тело женщины распласталось на полу, и Элара поспешила встать со стула.

Но нож Ариэта просвистел между ними и врезался в столешницу. Он цыкнул и покачал головой.

Её рот скривился. Она не могла поверить в то, что он мог убить кого-то так быстро и хладнокровно.

— Значит... не было другой причины для убийства моих родителей? — тихо спросила она мертвенно холодным голосом. — И для захвата моего королевства? Ты просто хотел поиграть в смертного.

— Конечно, была, Элара. Торра подтвердила истинность твоего пророчества. И как только она это сделала, я понял, что оно было обо мне.

— Как? — выдохнула она, и её сердце в ужасе забилось.

Он широко улыбнулся.

— Потому что я Король Звёзд. В кого ещё было суждено влюбиться смертной?

Её сердцебиение замедлилось. Эта безумная Звезда убедила себя в том, что пророчество было о нём. Этому не было никаких доказательств, кроме его безумных предположений. Элара почувствовала надежду. Как же ей хотелось, чтобы это пророчество было о ком-то другом. О какой-нибудь Звезде, в которой осталась хоть капля добросердечия. А Ариэт тем временем продолжал:

— Не было более простого способа убедить тебя не влюбляться в меня, кроме как убить каждого, кого ты касалась.

— И ты совсем не чувствуешь угрызений совести? Ты убил невинных из-за какого-то предположения.

Дикая улыбка сохранилась на его лице, когда он покрутил кольцо с рубином на мизинце.

— Вы, люди, ищете причину для всего. Вы ищите, не осталось ли в нас хоть толики доброты, пытаетесь понять причину зла, выискиваете грустные истории, которые могли бы оправдать чужие грехи. Вы даже не задумываетесь о том, что мы такие, какие есть.

Он смахнул прядь волос с её плеча, и Элара проглотила своё отвращение, когда он наклонился вперёд. Его губы были испачканы вином и кровью.

— Ты только подумай, как это приятно... погрузиться во всё это, Элара. Получить власть, используя свои зубы, и насладиться ею. Знаешь, я мог бы тебе показать, — проговорил он. — Как стать злодейкой.

Элара улыбнулась ему мрачной улыбкой, которая не обещала ничего кроме кошмаров.

— Знаешь, из кого получаются самые опасные злодейки? — прошептала она. — Из женщин, которым нечего терять.

Ариэт как будто впитал её слова, словно они были воздухом, который она выдыхала.

— Хочешь узнать, как она насыщает меня? Твоя тьма? Твоё лицо выдает больше, чем ты думаешь, Элара. Ты не можешь скрыть ненависть от Бога ненависти. И я тоже люблю поиграть.

Он провёл большим пальцем по её шее, и она замерла, приготовившись. Она осторожно положила свою руку сбоку от тарелки. А затем, когда он наклонился, она вонзила нож для масла в его бедро.

Он взвыл от боли, но затем его вой медленно сменился пронзительным смехом, а глаза сделались безумными. С воплями и улюлюканьем он выдернул нож из бедра.

— А вот теперь она ожила, — зарычал он и затащил Элару на стол.

Он принялся раскручивать её по мере того, как скрипка начала ускорять темп, голова Элары закружилась. Краем глаза она заметила Эли. Его чёрные глаза ничего не выражали, а в голубых глазах Джем отразилось лёгкое удивление. Ариэт прижал Элару к себе, продолжая кружить её. А затем она услышала крики и смех, но всё, что она видела, это размытые красные пятна. Она почувствовала, как Ариэт прижал её к себе, продолжая идти по столам. Со всех сторон раздавались хлопки и подбадривающие крики. Он спрыгнул вместе с ней со стола на мраморный пол, и она увидела, как их окружили пары. Некоторые из них были голыми и извивались, занимаясь любовью. Некоторые топили себя в вине. Другие, не переставая, наносили друг другу удары, кровь текла по их телам, и они стонали. Насилие, хаос и похоть наполнили её. Её голова сделалась тяжёлой, очень тяжёлой от магии Звёзд, находившихся в помещении. Магия витала в воздухе и воздействовала на все её чувства.

А затем она услышала у себя за спиной голос Ариэта, который приподнял её:

— Ты видишь этих людей, Элара? Всё, что я делаю, это беру силу, которая уже находится внутри человека, и выпускаю её на свободу. Именно это и делаем мы, Звёзды.

Его руки поднялись вверх по её талии.

— Тех, кого переполняет злость, проще всего подчинить моей воле. Иногда достаточно просто предложить. А ты злишься, Элара. Ты удивишься, узнав, как много людей рождаются с этой тьмой внутри. Мы не создаем ничего с нуля.

Его слова задели её, а энергия в помещении сделалась удушающей. Она обступила Элару и была готова атаковать. Собрав всю свою решимость, Элара ещё больше укрепила свои ментальные щиты, не давая его магии подойти ближе.

— Ты только посмотри на себя, маленькая ведьма. В тебе столько тьмы, но также столько хорошего.

Он презрительно ухмыльнулся.

— Я намереваюсь отравить твою тьму.

Он развернул её к себе так, что перед глазами у неё поплыло. С дикой улыбкой он вонзил свои зубы ей в шею и начал высасывать кровь. Она закричала, и начала сопротивляться, пытаясь сбросить его с себя. Но он не двигался. Его рот начал вливать в неё магию, точно яд. Он обхватил её голову рукой, и она почувствовала прикосновение его холодных серёжек к своей шее.

— Да, — сказал он, оторвав от неё губы и стерев с них кровь тыльной частью ладони. — Посмотрим, что ты будешь делать с грехом в твоей крови.

Она откинула голову назад, и магия Ариэта потекла по её телу, воспламенив вены. Магия превратилась в острую боль, и жажда крови начала прорываться сквозь щиты Элары. Она почувствовала внутри себя неиссякаемую силу. Она ощущалась как скрещенные мечи, и как тёплая кровь, в которой она тонула. Элара сжала зубы, и её охватила злость, горячая, как огонь. Она перевела взгляд на Ариэта, который наблюдал за ней диким взглядом. Его грудь вздымалась.

— О, Элара, как же ты прекрасна, когда твои глаза наполняет эта божественная жестокость.

Она поднесла дрожащие пальцы к своему лицу и закрыла глаза. Её тени роились и извивались под кожей, отчаянно желая убивать и крушить всё вокруг. Она чувствовала, как Тьма кричит внутри неё, умоляя выпустить её наружу.

— Ариэт, — раздался чей-то голос вдалеке. — Ты зашёл слишком далеко. Девушка должна быть на балете через час, у всех на виду.

Элара упала на пол, слыша у себя в ушах лишь воинственный рёв. Ужин продолжался, словно ничего не произошло. Она хотела отмщения. Она хотела, чтобы Ариэт умолял её о пощаде, хотела закричать на судьбу за то, что она ей уготовила. Её кровь пела гимн насилию.

— Знаешь, обычно мне по хрен, но ты права. Приведи её в порядок до прихода Торры.

Она почувствовала, как нежные руки подняли её, и одна из них обвилась вокруг её талии. Её потащили из зала, и звуки музыки стали становиться всё тише и тише.

Справа от неё раздался вздох женщины. Элару повели вниз по лестнице в общественные ванные и усадили на столешницу рядом с раковиной. Вода появилась словно из ниоткуда.

— Этот долбаный идиот совсем потерял берега, — произнёс женский голос.

Эларе хотелось причинить боль этой незнакомке. За то, что она позволила всему этому случиться. Её рука сжалась в кулак.

— Полегче, — проговорила незнакомка, и красная пелена, затмившая глаза Элары, немного спала.

Она с трудом заморгала, а затем зажмурила глаза. Перед ней стояла Канция, которая не сводила глаз с шеи Элары.

— Боль продлится то тех пор, пока его магия не выйдет из тебя, — прошептала она.

— Почему ты мне помогаешь? — невнятно проговорила Элара в то время, как яд продолжал курсировать по её кровотоку.

Взгляд Канции смягчился.

— Потому что судьба не была добра и ко мне тоже.

Она осторожно прижала палец к шее Элары в районе укуса Ариэта.

— Ты Канция, — пробормотала она. — Богиня боли и наказания.

Канция вздохнула.

— Помимо всего прочего, — тихо сказала она. — Я могу помочь тебе избавиться от боли. На время.

Канция направила воду из крана прямо на шею Элары. Появились вспышки звёздного света, когда Канция начала работать над раной, вытягивая магию Ариэта и напевая.

"Сирена", — вспомнила Элара.

Она прикусила язык, когда рану охватило острое жжение, словно из неё начали высасывать яд. Наконец, боль спала. Элара моргнула, и её зрение прояснилось. В достаточной степени для того, чтобы внимательно изучить Канцию, и её длинные серебристые волосы.

— Правда, зачем ты мне помогаешь?

Канция одарила её полуулыбкой.

— А у тебя не только милое личико. Твой любовник заключил со мной сделку. Если я увижу, что ты страдаешь, то должна помочь.

— Он не мой любовник.

— Правда? — Канция скользнула в сторону двери и сказала, обернувшись: — Ну и зря. Моя услуга дорого ему обошлась.

— Чего это ему стоило? — зашипела Элара, с трудом оттолкнувшись от стены.

— Он должен был показать мне источник своей самой страшной боли.

Она загадочно улыбнулась Эларе, и вышла за дверь.

— Чёрт.

Элара ударила рукой по стене ванной комнаты. Зачем Энцо играл в эту игру и заключал сделки со Звёздами направо и налево? Дурак. Элара распахнула дверь, вернулась в банкетный зал и оглядела его. Её взгляд упал на Эли, и она бросилась прямо к нему. Она собиралась сбежать сегодня же вечером. Она не знала как. Но планировала это сделать, даже если бы ей пришлось заставить эту Звезду, или Канцию...

Она остановилась в нескольких метрах от стула Эли.

София. Разве могла она убежать без Софии? Она никак не сможет вернуться и спасти её так, чтобы не оказаться снова пойманной. Она с трудом отодвинула стул и опустилась рядом с Эли с пустой головой. Джем куда-то делась, как и Лукас. А Ариэт развалился во главе стола и неотрывно смотрел на дверь.

— Ну, спасибо тебе за то, что сидел и спокойно смотрел на то, как твой чокнутый король пьёт мою кровь.

Эли оглядел её скучающим взглядом и покрутил в руках бокал, наполненный какой-то жидкостью.

— Ты не заключала со мной сделок. Я ничего тебе не должен.

Он пожал плечами и сделал глоток своего напитка.

Элара сжала край стола. Она не знала, почему ожидала чего-то другого от Звезды, каких-то моральных принципов.

— У тебя, чёрт побери, нет сердца.

— Это очевидно, — сказал он скучающим тоном. — Ты же знаешь, что у нас, у Звёзд, его нет.

Он наклонился к ней.

— Но если бы я был в более благодушном настроении, я бы посоветовал тебе держаться. Потому что помощь близко.

— Ты это уже говорил. Когда она придёт?

Чёрные глаза Эли блеснули. Он наклонился ближе и прошептал:

— Раньше, чем ты думаешь.

На этих словах, она услышала, как двери банкетного зала распахнулись. Элара вскочила с места и приняла боевую стойку. Она заметила, как улыбка Ариэта сделалась шире, и почувствовала присутствие Звезды раньше, чем увидела её. Её энергия была похожа на душевную боль. Раскрыв рот, Элара увидела, как вся энергия в зале словно замедлилась.

Внутрь вошла Торра, и единственное, как можно было описать её магию, это чистый секс. Воздух наполнил запах засахаренной вишни. Эта Звезда была самым красивым созданием, которое когда-либо видела Элара. Её кожа была смуглой и блестела в пламени свечей, но при этом также светилась сама по себе. Волосы Торры ниспадали мягкими рыжими кудрями, обрамляя её лицо. Розовые бутоны украшали это облако из волос. Элара вздохнула, когда Звезда посмотрела на неё. Это была такая красота, на которую было больно смотреть слишком долго. Красная ткань плотно облегала её сладострастные формы, не оставляя ничего для воображения. А её карие глаза, в которых отражались созвездия, напоминали водоёмы, в которые Эларе захотелось нырнуть. Все присутствующие, казалось, почувствовали её присутствие и застыли на месте. Элара заметила, что Ариэт тоже остался недвижим, и слегка улыбнулась. Может быть, именно такое отвлечение внимания было ей сейчас нужно для того, чтобы сбежать перед этим проклятым балетом.

Пока все присутствующие смотрели влюблёнными глазами на Торру — Звезду похоти, красоты и земных наслаждений, — Элара посмотрела себе за спину. Люди с оливковой и тёмной кожей, характерной для жителей Афродеи, вошли внутрь. У них были блестящие волосы и безупречная кожа. Среди почитателей Звезды Элара узнала герцогиню, с которой Энцо разговаривал на балу.

Но внимание Элары привлекла женщина, стоявшая позади герцогини. Её длинные волосы ниспадали медовыми прядями и были уложены в знакомую причёску. Она шла под руку с высоким, красивым мужчиной; его волосы были убраны с лица, и Элара заметила, что у него была кожа медного цвета и зелёные глаза. В нём тоже было что-то знакомое, и Элара чувствовала странное притяжение, когда смотрела на него. Дыхание Элары участилось, и она сделала глубокий вдох. Блондинка повернулась, и Элара увидела лицо, которое узнала бы где угодно. Ясные зелёные глаза смотрели на неё, а затем женщина незаметно покачала головой. Мерисса была здесь.

Глава 26

Элара начала крутить головой по сторонам, её сердце отчаянно забилось. Мерисса здесь. Одна? Или она предала её? Все эти мысли заполонили голову Элары, пока она искала глазами Эли, но он исчез и теперь не мог ответить на её вопросы. Как удобно. Она попыталась успокоиться в то время, как хаос и гнев магии Ариэта попытались снова захватить её.

Стиснув зубы, она, шатаясь, отошла к стене и скрылась в её тени. Ариэт пропал со своего стула и уже пробирался к Торре точно безумный, с силой расталкивая несчастных придворных, попадавшихся ему на пути. Дойдя до неё, он низко поклонился, и она услышала отголоски их разговора.

— Как это мило с твоей стороны почтить нас своим присутствием.

Элара закатила глаза.

— Ну... ты же знаешь, что я обычно не посещаю подобные сборища, — голос Торры был низким, гортанным, словно чувственная песня. — Я решила, что пришло время поздравить тебя.

Элара пришла в движение. В воздухе висел запах крови, смешанный с чем-то сладким и тяжёлым, наподобие духов. Она боялась посмотреть на Мериссу или привлечь к ней внимание. Элара не знала, почему она находилась здесь, и каков был её план. Но она явно не смогла бы вытащить её из дворца. Стража была наготове и охраняла каждый выход, который знала Элара.

Элара начала перебирать в голове варианты, и молиться кому угодно, но только не Звёздам, о том, чтобы у Мериссы был надежный план её спасения. Ей надо было подойти поближе к группе афродийцев, а для того, чтобы сделать это, Ариэт должен был поверить в то, что она находится во власти магии Звёзд, похоти, излишества и хаоса. Элара прикрыла веки и начала покачиваться, а затем, отделившись от стены, вышла на середину зала, где поклонники Звёзд были захвачены магией вечера. Смешавшись с толпой, она начала уворачиваться от протянутых рук, притворившись, что находится в ступоре, и попыталась обойти помещение незамеченной. Ей только нужно было дойти до Мериссы, которая находилась на другой стороне зала. Какой-то каосиец искоса посмотрел на неё и попытался схватить её за руку, но она высвободилась из его хватки. Море голов мешало ей следить за Мериссой, но она попыталась не потерять из виду её светлые волосы, продвигаясь вперёд.

Протискиваясь сквозь толпу, Элара задалась вопросом: почему здесь присутствовали только эти Звёзды? Потому что они были близки с Ариэтом? Означало ли это, что все остальные не были? Она посчитала тех, кто выразил свою поддержку Ариэту. Джем и Эли, затем Саджитон, Канция, Капри и Торра. Оставалось ещё шесть. Шесть Звёзд, которые не посчитали нужным покинуть небеса или свои храмы. В ней зашевелилась надежда. Она хорошо знала, кем были Звёзды. Аморальными богами, обманщиками, своенравными эгоистами. Но что если между ними были разногласия? Она могла усугубить их. Может быть, она могла объединиться с теми, кто не хотел, чтобы Ариэт правил землями смертных.

Погрузившись в эти размышления, она не заметила, как врезалась во что-то твёрдое. Точнее в кого-то. Она начала лихорадочно озираться. Она дошла до противоположной стороны зала. Элара сдавленно рассмеялась и посмотрела в пронзительные зелёные глаза. Это был мужчина, который пришёл под руку с Мериссой. Он схватил её, не давая ей упасть, и теперь прожигал её взглядом. Магия Торры смешалась с хаотичной магией других богов, и Элара почувствовала, что музыка сделалась более чувственной. Свет в помещении стал более приглушённым, а её вечер, и без того уже наполненный грехом, начал принимать гедонистический оборот. Она осмотрелась в поисках Ариэта, и успокоилась, когда увидела, что он был всё так же поглощён Торрой. Они разговаривали в тёмном углу далеко от неё. Она не знала, что сказать этому мужчине. Не знала, был ли он другом Мериссы, и знал ли он, кто она была такая, поэтому сказала:

— Прошу прощения. Я даже не знаю, куда иду. У меня кружится голова от всей этой магии.

Незнакомец одарил её полуулыбкой, и его глаза наполнились удивлением.

— Ты смотришься невероятно в красном.

Элара прислонилась к стене и застыла.

— Это очень смелый комплимент, учитывая, что вы даже не спросили моего имени.

Она сделала глубокий вдох. Магия Торры была такой сильной, такой тяжёлой, что немедленно обволокла её легкие. Она почувствовала, как её охватили щупальца желания, побуждая её отбросить все запреты.

Незнакомец шагнул к ней, загородив помещение своей высокой фигурой. Её дыхание участилось. Похоже, магия Торры подействовала и на него. Его зрачки расширились, почти полностью перекрыв его зелёные радужки.

— Я знаю, кто ты такая.

Он низко усмехнулся и обхватил её руками за талию. Её спина прижалась к стене, когда он наклонился ближе. Было что-то слишком прямолинейное в том, как он с ней разговаривал. Это раздражало её, но из-за охватившего желания ей быстро стало всё равно.

— Ты какой-то слишком знакомый для незнакомца.

Она приподняла подбородок, и её взгляд упал на его губы. Ей так сильно захотелось их поцеловать, впиться в них зубами и обхватить ногами этого незнакомца, чтобы утолить голод, который пробудился в ней в тот момент, когда Торра вошла в зал. Его улыбка стала шире, а зелёные глаза приобрели почти металлический оттенок.

Чем пристальнее она пыталась вглядеться в его лицо, тем больше оно от неё ускользало. Она была готова поклясться, что картинка как будто расплывалась по краям. Его дыхание коснулось её щеки, когда он опустил голову, а затем провёл большим пальцем по её ключице. Внутренний голос говорил, что ей нужно уйти. Но желание и страсть так глубоко засели в ней, что она уже не могла больше им сопротивляться после стольких недель борьбы. Она почувствовала, как он незаметно прижался к ней, и ей захотелось насладиться этим моментом. Внутренний голос уже буквально кричал, что этот незнакомец был не тем, кого она хотела. Она сжала зубы, стараясь подавить это непреодолимое желание. Она почувствовала, как его губы коснулись его уха. Она чувствовала, как его тоже переполняло желание, судя по тому теплу, что исходило от его тела.

Сделав вдох, он проговорил:

— А кто сказал, что мы не знакомы, принцесса?

Элара моргнула.

— Как ты меня назвал?

Её тело наполнилось тревогой и надеждой. Это было так глупо. Мысль, которая промелькнула у неё в голове, не имела никакого смысла, и почти там не задержалась. Каштановые волосы, зачёсанные назад, кожа медного цвета и эти нервирующие зелёные глаза.

— Кто ты? — выдохнула она.

— Мне напомнить? — его голос переполняло желание, и когда он протянул руку ей за спину, она почувствовала, как сзади что-то провернулось.

Они провалились сквозь дверь, на которую она облокотилась. Он развернулся, захлопнул дверь, а затем прижал её к ней. Комната представляла собой небольшой кабинет. Музыка звучала теперь где-то далеко. Он посмотрел на неё, и его дыхание сделалось прерывистым, как и у неё. Взгляд его зелёных глаз переместился на её губы, а затем снова скользнул к её глазам. Он поднял руку, словно желая коснуться Элары, а затем, мучительно посмотрев на неё, опустил руку. И тогда она снова почувствовала то же самое притяжение у себя в груди.

— Не знаю, кем ты себя возомнил, — задыхаясь, проговорила она. — Но...

Он застонал так, словно ему было больно, а затем опустился на колени и сжал руки в кулаки. Сквозь тяжёлую дымку сладострастной магии Торры, она осознала, что должна помочь этому незнакомцу.

— Ты в порядке? — спросила она, но её слова были похожи на песню сирены, медленную и соблазнительную.

Она быстро заморгала, пытаясь прогнать наваждение, но единственным её желанием было сорвать одежду с этого мужчины, которого она только что встретила. Она сжала зубы, и её руки затряслись. Элара встала на колени рядом с афродийцем и коснулась его плеча.

— Ты в порядке? — снова повторила она.

— Элара, не трогай меня, — зарычал незнакомец.

Его слова ненадолго пробились сквозь её дымку.

— Откуда ты меня знаешь?

Он наклонился вперёд, обнажив зубы. Вены на его руке вздулись.

— Я пытаюсь сопротивляться, — сказал он, тяжело дыша.

Она придвинулась ближе, на её лице отразилось беспокойство.

— Элара, — взмолился незнакомец.

Он вдохнул её запах, провёл дрожащими пальцами по её волосам, коснулся носом её шеи, а затем с силой прижал её к себе и снова застонал. Все её нервы воспламенились и теперь горели от желания.

— Что тебе нужно? — с трудом проговорила она, будучи в нескольких секундах от того, чтобы раздеть их обоих.

Она отстранила от него своё лицо и вгляделась в мужчину, в то время как паника внутри нее продолжала сражаться с желанием. Мужчина тоже боролся с собой и не мог вымолвить ни слова.

— Что тебе нужно? — снова повторила она.

— Ты, — простонал он голосом полным муки, а затем поцеловал её.

Его губы коснулись её губ, и Элару окатило тёплым запахом амбры. Ей понадобилось всё её самообладание, чтобы схватить его за запястья, чтобы остановить его руки. Она резко отпрянула от него, когда к ней пришло понимание.

Она знала. В глубине души она поняла это сразу, как только он посмотрел на неё. Она узнала бы его где угодно. Его запах, то, как он двигался. Она видела его каждую ночь, когда закрывала глаза.

— Энцо? — прошептала она.

При этих словах чары спали, и его гладкие каштановые волосы превратились в тёмные локоны, а странные зелёные глаза сделались цвета тёплого золота, который она представляла множество раз. А затем его кожа потемнела, и черты лица видоизменились. Магия Торры слегка ослабла, и их головы прояснились.

Элара испуганно вскрикнула.

— Как?

— Мерисса заколдовала меня. Ш-ш, — ответил он, поднимая её на руки.

Вожделение в его глазах угасло. Он осмотрел комнату, неожиданно осознав, что они только что чуть не сделали, находясь под воздействием магии. А затем он осмотрел себя. Чары исчезли.

— Чёрт, — воскликнул он, глядя на свои руки в руках Элары.

— Эл, мне так жаль. Торра... Я...

Он замолчал и сжал челюсти. Но она испытала такое облегчение, снова увидев его, что обхватила его руками, и рыдания вырвались из её груди.

— Эй, всё в порядке.

— Ты пришёл, — сказала она сквозь слезы.

Он осторожно опустил её на пол и обхватил руками её лицо.

— Конечно же, я пришёл. И всегда буду приходить, Эл.

— Я пыталась, — поспешно проговорила она. — Сбежать. Здесь повсюду магический барьер.

— Всё в порядке, — проговорил он, прижав её к себе. — Эл, мы вытащим тебя отсюда сегодня. У нас есть план, у всех нас.

— У всех вас?

— У меня, у Мериссы, у Лео и Изры. Я знал, что мы не сможем вытащить тебя отсюда из-за магии Ариэта и магического барьера.

Он сжал и разжал кулак.

— Но я не мог... Я должен был тебя увидеть.

— Это так опасно, Энцо, — прошептала она. — Если Ариэт увидит тебя, если тебя поймают...

— Я чуть не сошёл с ума, Элара. Эти несколько недель...

Он отошёл от неё и начал ходить туда-сюда.

— Зная, что ты здесь. И что всё, что я могу, мать его, сделать, это выиграть время перед балетом. Я должен был дать тебе знать, что мы здесь. Я заставил Мериссу встретить меня на границе. Это был единственный способ увидеться с тобой.

Элара села, раскрыв рот и пытаясь переварить то, что он сказал.

— Эл, — нежно произнёс он. — Через полчаса ты отправишься на балет. Именно так ты сбежишь. Именно там тебе нужно сбежать, без всяких раздумий. Это единственный раз, когда ты окажешься за пределами магического барьера. Один из нас будет в театре вместе с тобой, а остальные останутся ждать.

— А как же София?

— Я найду её, пока ты будешь на балете. Во дворце будет пусто, и вряд ли его будет патрулировать большое количество стражи, если вас всех тут не будет. У нас есть план... во время второго акта тебе нужно будет применить отвлекающий манёвр. Ты сможешь использовать свою магию. Беги за кулисы слева. Там есть двери, которые ведут во двор.

Он говорил тихо, но Элара снова почувствовала тяжёлую магию Торры, которая пыталась подчинить её своей воле теперь, когда уровень адреналина в её крови уменьшился. Она сжала зубы и попыталась сосредоточиться.

— Там будет лестница, которая ведёт на крыши квартала Мечтателей. Я буду ждать тебя на Мосту Слёз вместе с Софией. Самый быстрый путь до Гелиоса проходит через озеро Астра. Изра и Мерисса будут ждать нас там.

— Прогулка в окрестностях этого озера в полной темноте равносильна смертному приговору.

Энцо покачал головой.

— У нас есть лодка, которая способна обогнать любого, кто последует за нами. И у нас будет оружие и припасы. В любом случае, это лучше, чем оставаться здесь.

Её внутренности сжались, когда она вспомнила о монстрах из легенд. Поговаривали, что призраки и нимфы жили в мутной воде этого озера. Может быть, это был всего лишь миф, но чаще всего люди пропадали в этом озере, если решали переплыть его в полной темноте. Элару охватило опустошение, когда она осознала всю ненадежность их плана, и вспомнила о тех пытках, которые вынесли её тело и сознание в последние несколько недель.

— Как только мы выберемся отсюда, я смогу использовать всю свою магию. Ариэт умрёт от моих рук за всё, что он сделал, — сказал он, прочитав её мысли.

Она увидела гнев в его глазах, которые казались такими холодными на фоне его тёплого лица.

— Если я не доберусь до него первой.

Черты его лица смягчились, и он провёл большим пальцем по её щеке. Она вздохнула, не в силах больше сопротивляться желанию. Она могла умереть сегодня. Всё могло пойти не по плану, и она могла никогда его больше не увидеть. Она подошла ближе на шаг, её губы раскрылись. Её переполняло желание, но не Торры, а её собственное. Что там сказал Ариэт? Что Звёзды выпускают наружу то, что и так находится внутри. Энцо замер неестественным образом, глядя на неё. Ей даже показалось, что он перестал дышать.

— Элара, — взмолился он, стиснув зубы.

Она не знала, был ли он всё ещё под воздействием магии Звезды. Было ли это по-настоящему, или это была чистая похоть. Но для неё всё было по-настоящему. Она поднесла дрожащие пальцы к его губам.

— Я не могу сопротивляться магии Торры, — предупредил он.

Его губы раскрылись, а жилы на шее натянулись, и он начал прерывисто дышать. Она пристально вгляделась в его глаза.

— Я не хочу, чтобы ты сопротивлялся, — произнесла она с придыханием, охваченная желанием.

Она чувствовала себя так, словно от неё исходит чистое желание темно-розового цвета, которое начало закручиваться вокруг них.

— Элара, — зарычал он и хрустнул шеей. — Если ты поцелуешь меня, я не смогу остановиться.

Коварная магия Торры коснулась её, придав ей уверенности. И тогда, она испустила вздох, подняла к нему своё лицо и осторожно коснулась губами его губ. Он застонал, и последние остатки его борьбы растворились в ней.

Он схватил её за руки и прижал их к двери по обе стороны от её головы с такой силой, что дерево треснуло. Оттеснив её к двери, он захватил её губы и углубил поцелуй. Она застонала, когда его язык раскрыл её губы, и почувствовала его тёплый вкус с нотками дыма, костров и сладкого мёда. Она прижала его к себе, и он тоже застонал. Она начала задыхаться, и её пульс участился, когда он проложил дорожку поцелуев вдоль её шеи.

— Меня никогда так не целовали, — выдохнула она.

Она целовала достаточное количество мужчин, чтобы знать наверняка. Каждый раз ей казалось, что она просто выполняет последовательность движений, холодно, машинально. Но с Энцо она чувствовала, как огонь распространяется по всему её телу, стоит ему коснуться её.

— Это лишь малое из того, что я мог бы с тобой сделать. Запомни, Эл, — проговорил он, повторив слова, сказанные им у дверей её комнаты, и его обжигающие поцелуи покрыли её лицо.

Масштабы того, что она чувствовала, скорее всего, были связаны с влиянием магии Торры. Всепоглощающее желание начало душить её. Энцо прижался к ней бёдрами в ответ на то тепло, что исходило от неё, и Элара застонала громче. Он оторвал от неё губы и пристально посмотрел ей в лицо. Его глаза были такими чёрными, что лишь тонкие золотые кольца окружали теперь его зрачки. Он опустил взгляд на её вздымающиеся груди и их бёдра, которые терлись друг об друга.

— Черт побери, как же долго я хотел попробовать твои губы на вкус, — вздохнул он, врезаясь в неё ещё сильнее. — Хотел услышать, как ты стонешь. Я мечтал об этом, принцесса.

Магия развязала ему язык.

Её дыхание сделалось прерывистым, и она протянула к нему руку, жадно упиваясь его присутствием. Язык Энцо начал опускаться вниз, оставляя за собой огненный след, а затем задержался во впадинке между её ключицами. Элара запустила руки в его чёрные кудри, и выгнулась от удовольствия. Он задрал её юбки и приподнял бёдра, чтобы она обхватила его ногами. Он начал посасывать и целовать её шею и двигаться в сторону глубокого выреза её декольте. Он едва смог сдержать стон, впившись зубами в тонкий материал, покрывающий её груди, и начал посасывать её сосок сквозь него. Элара содрогнулась, и ещё крепче сжала его ногами, утопая в желании и страсти. Он захватил зубами её сосок, и она вскрикнула, почувствовав, как лёгкая боль сменилась прикосновением его языка. Ей надо было избавиться от этого проклятого платья, и завладеть им прямо у этой двери.

Его рука поднялась по её бедру, а губы проследовали по её шее в сторону губ, где его язык снова коснулся её языка. Было что-то отчаянное в глазах Энцо, когда его грубые пальцы скользнули по её нижнему белью.

— Да, — выдохнула она, врезаясь в него бёдрами. — Да.

— Элара, — застонал он, стиснув одной рукой её талию и прижав её к стене.

Она резко выхнула сквозь зубы, когда дерево коснулось её израненной спины.

— Что такое? — выдохнул Энцо, тут же оторвав от неё свои губы, и чёрные локоны упали на его одурманенные глаза.

— Ничего.

Она жадно притянула его к себе, но он схватил её за руки, останавливая её.

— Эл, я сделал тебе больно?

— Нет, ты...

Дверь кабинета резко распахнулась, прервав их.

— Идиоты, — прошипел чей-то голос, наполненный гневом.

Две пары глаз в шоке метнулись к двери, в которую влетела Мерисса с развевающимися за спиной золотыми волосами.

— Я помогаю тебе проникнуть сюда, и первое, что ты делаешь — думаешь своим членом, принц.

Глаза Энцо потемнели, и он предупредительно заворчал, всё ещё находясь под воздействием любовных чар, в то время как ноги Элары продолжали обхватывать его за талию.

— Магия Торры, — выдохнула Элара в качестве объяснения.

Энцо осторожно опустил её на пол. Она высвободилась из его объятий и заморгала, чтобы отогнать чары. Энцо посмотрел на неё, в его глазах отразилась какая-то эмоция. Мерисса смягчилась, подбежала к Эларе и заключила её в крепкие объятия.

— Элара, мы так за тебя переживали.

Руки и ноги Элары дрожали из-за того, что её так неожиданно выдернули из этого тёплого пузыря вместе с Энцо. Она взглянула на него, и её сердце опустилось, когда она заметила, как пристально он смотрит на неё теперь уже абсолютно ясными глазами.

— Я рассказал ей про наш план, — сказал он.

Мерисса коротко кивнула, всё ещё обнимая Элару.

— Пусть Звёзды будут свидетелями моим словам, но ты уедешь отсюда сегодня вечером.

— Где Ариэт? — спросила Элара, охваченная паникой от осознания того, чем они только что занимались с Энцо.

— Он разговаривает с Торрой, не волнуйся. Я проверила.

Она сжала руку Элары.

— Как вам удалось проникнуть сюда вместе с почитателями Торры?

— Сойдёмся на том, что она была мне должна.

Элара подняла на Мериссу удивлённые глаза. Она никогда не слышала о том, чтобы Звёзды были кому-то что-то должны, а особенно такая эгоистичная Звезда, как Торра.

Мерисса резко повернула голову к Энцо. Его лицо сделалось подозрительно отстранённым, а мускул на челюсти дёрнулся.

— Энцо, мне нужно снова тебя заколдовать. Элара, ты уходишь немедленно. После того как я подкрашу твои губы.

Она быстро взмахнула рукой.

Элара нахмурилась. Каким образом Мерисса могла использовать здесь свою магию? Но прежде чем она успела спросить её об этом, Мерисса снова заговорила.

— Иди. Ариэт спустится с минуты на минуту. Торра уже достаточно долго его отвлекает.

Элара коротко кивнула, и посмотрела на Энцо. Его глаза метнулись в её сторону, когда Мерисса вытянула руки и заколдовала его. Элара раскрыла рот, чтобы объяснить ему, что, даже очнувшись от магии Торры, она не пожалела об их поцелуе. Но его взгляд сделался закрытым.

— Увидимся на той стороне, принцесса. Будь осторожна и торопись, — сказал он и слегка улыбнулся ей.

Она крепко обняла Мериссу. А Энцо сжал её руку, и это было единственное проявление его чувств. А затем, в последний раз взглянув на них обоих, Элара вышла из кабинета.

Коридор был тёмным и тёплым. Неприятная энергия покрыла её кожу, когда она поспешила в ближайшую дамскую комнату. Шум гостей раздавался где-то вдалеке, дубовые панели заглушали стоны и крики. Она держалась до тех пор, пока не вошла в комнату, бордовые стены которой начали давить на неё. Она заперла дверь и облокотилась об неё, смяв своё красное платье. В её сознании возникла запутанная паутина из образов. Губы Энцо на её губах, желание в его глазах, золотые волосы Мериссы, прикосновение зубов Ариэта к её шее. Глухие рыдания сотрясли её тело, и лишь одна бабочка осталась порхать в животе, напоминая ей о том, что Энцо пришёл за ней, и что сегодняшний день может стать её билетом на свободу. И она ухватилась за эту надежду точно беспомощный ребёнок, зажав её между своими ладонями.

Подойдя к зеркалу, она откашлялась и вытерла глаза. Затем она пригладила волосы, слегка коснулась пальцами губ и посмотрела на своё отражение в зеркале. Её глаза ярко блеснули.

Она была готова.

Глава 27

Сердце Элары заколотилось в груди, когда она прокрутила в голове детали их плана. Она незаметно вернулась в банкетный зал и подождала, пока всех гостей не вывели. Страх и дурное предчувствие охватили её. Она точно знала, что Ариэт что-то задумал. С чего бы ему делать из балета такое грандиозное событие и приглашать весь город на празднование "в её честь"? Элара знала, что Ариэт рассказал ей не всё о сегодняшнем вечере.

Не прошло и нескольких минут, как стражники вывели её из зала и повели к выходу из дворца, где её уже ждал Ариэт. Он переоделся в чёрный бархатный фрак, рукава которого были расшиты точно такими же рубинами, что и юбка Элары. Под фраком у него была надета тёмно-красная рубашка. Он согнул руку, и баран, изображённый на ней в мельчайших подробностях, изогнулся. Она коротко кивнула и подошла к нему.

— Ты же знаешь, что вела себя не очень хорошо, Элара, — сказал он, крепко её сжав, после чего повёл из дворца в сторону ожидающей их кареты.

Когда Элара пересекла порог, и свежий астерийский воздух ударил им в лицо, ей сдавило грудь. Она была в шаге от свободы.

— Твоё наказание уже ждёт тебя.

Она ощетинилась, и высоко подняла подбородок, когда чёрные кони цвета полуночного неба повезли их по знакомым мощёным улицам, мокрым от дождя. Элара решила отвлечь себя мыслями о квартале Мечтателей. Это был красивый район, изобилующий цветом и искусством. Там располагались множественные театры оперы и балета, а улицы были наполнены самыми обычными людьми. Она улыбнулась, вспомнив о том, как по выходным они с Софией сбегали сюда и заходили в кафе перед дневным представлением, и как они упивались здесь искусством и горячим шоколадом.

Она выглянула в окно кареты, покрытое каплями дождя, стараясь запомнить дорогу перед побегом. Карета затряслась, заехав на Мост Слёз, а затем остановилась у Астерийского оперного театра, где лакей открыл для них двери.

Ариэт вышел к толпе, которая собралась снаружи театра, и предложил Эларе руку. Она с отвращением посмотрела на неё и самостоятельно сошла вниз, на что Ариэт только фыркнул. Сжав её точно тисками, он резко потащил её сквозь толпу в тускло освещенный театр.

От Астерийского оперного театра каждый раз захватывало дух. Его огромная мраморная лестница была украшена тёмно-синими и фиолетовыми цветами, а люстра, сделанная из сапфиров, сияла в мерцающем пламени свечей. Плюшевый ковёр цвета ночи лежал посреди мраморного пола, и когда Элара ступила на него, в её голове ожили воспоминания о старой жизни, которые чуть не заставили её разрыдаться прямо на месте. Знакомые придворные и аристократы, толпившиеся в вестибюле, смотрели на неё широкими глазами и шептались. Её нервы ни разу не подвели её, когда они поднялись по лестнице и пошли в восточное крыло оперного театра, в частную ложу. Двери открылись и её втолкнули внутрь. Ариэт зашёл следом.

— Немного уединения, — сказал он, и она заметила, что они остались вдвоём.

Она заняла место в красном бархатном кресле ложи, которая была обита таким же материалом, но с серебряными вставками. Заиграла вступительная тема, и внутрь внесли еду и напитки. Её желудок скрутило, и она вспомнила о том, что не ела много дней. Но она не рискнула попробовать еду или напитки, расставленные перед ней, опасаясь, что они могли быть отравлены, и вместо этого обратила внимание на сцену. Ариэт в наполовину расстёгнутой рубашке откинулся на кресле с ленивой улыбкой на лице.

— Что? — огрызнулась она.

— Ничего. Надеюсь, тебе понравится представление.

Скрипка заиграла мелодичный напев, полный надежды, аккомпанируя мужчине и женщине, которые танцевали на сцене. Их движения были похожи на воду. Плавными и изящными. Они поцеловались в танце, после чего отвернулись от сцены, а когда повернулись обратно, у них на руках появился плачущий новорожденный младенец. Толпа начала аплодировать и свистеть, когда женщина начала укачивать ребёнка, а её лицо озарилось счастьем. Они оба продолжили танцевать, а декорации за их спинами сменились на изображение дворца. Ребёнок превратился в молодую девушку, которая начала танцевать и кружиться между своими родителями. Танцоры поменяли своё положение, заиграл печальный рефрен, и девушка переместилась в центр сцены. Она была одета в серебряное платье и начала танцевать под музыку. Что-то во внешности этой молодой женщины никак не давало Эларе покоя. Задние декорации сменились книжными шкафами. Женщина продолжила грациозно танцевать среди запаха цветов, уткнувшись в книгу. Но с их места Эларе было сложно разглядеть её лицо. События начали развиваться дальше. Балерина вытянула руки вперёд и из них вылетели чёрные ленты. Толпа ахнула и удивлённо вздохнула, когда актриса начала кружиться, и её платье постепенно сделалось чёрным. Элару охватила нервозность. Заиграла медленная зловещая мелодия, в которой преобладали трубы, и сцена сменилась декорациями тронного зала. Появились два трона, на которых сидели мужчина и женщина из начала спектакля. А затем, когда на сцену вышла ещё одна фигура и сняла капюшон, холодные руки сжали сердце Элары. У танцора были рыжие волосы и белый грим на лице.

Он поднял руки, точно режиссер, и потоки света вырвались из них и полетели в сторону мужчины и женщины, которые закричали на фоне нарастающего крещендо в исполнении скрипок и флейт. Ярко-красная кровь окрасила их тела, и фигуры упали. Толпа ахнула, а Элара дёрнулась вперёд. Она почувствовала, как Ариэт ледяными пальцами схватил её за подбородок, удерживая её на месте.

— Что это такое?

— Это твоя история, Элара. И ты досмотришь её до конца, — его голос был тихим.

***

Всю интерлюдию она просидела в шоке. Богато украшенная люстра снова зажглась, а в зале раздались воодушевленные разговоры.

— Тебе нравится представление?

Элара тупо посмотрела на Ариэта.

— Они мертвы? Танцоры?

Коварная улыбка приподняла уголки его губ.

— А ты как думаешь?

Она заморгала.

— О, к чему эта мрачность? Самая лучшая часть ещё впереди.

— Чего ты надеешься этим добиться?

— Хочу показать тебе, что тебя ждёт, если ты не подчинишься моей воле. Если ты не примешь свою судьбу и не расскажешь, где ты пряталась, невинные люди продолжат умирать каждый день. И в этом будет только твоя вина.

Она бросила на него испепеляющий взгляд, после чего повернулась обратно к сцене, уставившись на кровь, которую уже стирали с неё.

Чувства Элары притупились. Столько крови. Столько насилия. Интересно, могла ли она вообще сбежать? Она почувствовала магию в своих венах сразу же, как только они выехали за ворота дворца. Но план, который она придумала в голове, начал ускользать от неё. Может быть, стоило подчиниться своей судьбе и просто сдаться, позволив Ариэту сделать из себя монстра? Было бы проще откинуться на этом бархатном кресле, и позволить Ариэту окутать её своей магией, и не сопротивляться ей. Это было бы проще, чем видеть, как он приносит в жертву невинные жизни. Энцо и её друзья могли продолжить счастливо жить дальше, так как их жизни были бы вне опасности. Она обдумала такой вариант, наполовину убедив себя в этом, как вдруг кто-то прервал её мысли.

— Ужасно реалистично, не так ли?

До неё донесся воодушевлённый голос слуги, который вернулся с напитками. Его высокая фигура на мгновение загородила от неё сцену. Она встретилась с ним глазами и испытала шок. Ей понадобилось всё её самообладание, чтобы не обхватить его шею руками. Лео незаметно кивнул и поставил на стол поднос с напитками.

— Я слышал, что какая-то женщина упала в обморок. Кровь выглядела как настоящая.

Ариэт усмехнулся.

— Напиток для дамы.

Взгляд Лео пронзил её, когда он протянул ей стакан. Она отвернулась к сцене, и, услышав, что Лео собрался уходить, постаралась не обвести ложу глазами, чтоб не привлечь к нему внимание. Он стал её маяком и напомнил ей о её цели. Она мысленно улыбнулась сама себе. Им было не всё равно. Они пришли за ней.

Музыка заиграла быстрее, положив начало второму акту. Элара выпрямилась в кресле, заставив себя собраться. Если ей и было суждено воплотить этот план в жизнь, это нужно было делать сейчас. Она проигнорировала взгляд Ариэта, направленный на неё, и сосредоточилась на сцене. Боковым зрением она заметила, что Лео оставил двери в ложу слегка приоткрытыми. Огни снова погасли, и она решилась сделать глоток своего напитка, так как его налил для неё Лео. Что-то твёрдое коснулось её языка.

Бумага. Она бросила взгляд на Ариэта, который наклонился вперёд и смотрел на сцену. Убедившись, что её закрывают волосы, она достала изо рта листок бумаги и развернула его так, чтобы он не заметил.

"Он знает", — было написано на нём неровным почерком.

Её руки затряслись, она смяла листок и снова перевела внимание на сцену, где разыгрывался второй акт.

Знает что? Про их план? Про её попытку сбежать? Мысли наводнили голову Элары и начали сражаться друг с другом. Балерина, одетая в сверкающее платье — Элара — была теперь в маске и шла под руку с темноволосым мужчиной. Перед Эларой разворачивалась сцена её пленения — бал-маскарад, другие танцоры в гротескных масках заполнили сцену и начали исполнять укороченную версию селестийского вальса.

Её сердце колотилось в груди. Она собиралась следовать плану, несмотря на то, что было написано в записке. Это лучше, чем сидеть здесь, как хромая утка. Толпа начала радостно аплодировать, узнав знакомый мотив. Теперь её раздражало то, как похоже двигалась прима-балерина, кружась по сцене с высоким мужчиной в маске, который должно быть изображал Энцо. Ариэт, сидящий рядом, качал головой в такт музыке с широкой улыбкой на лице. Но что-то продолжало беспокоить Элару, пока она смотрела за тем, как они танцуют.

Декорации поменялись, высокий темноволосый мужчина пропал, а на сцене появился Ариэт, танцующий между столами банкетного зала. Элара напряглась, и начала бегать глазами по сцене, стараясь придумать отвлекающий манёвр. Что бы ни означала записка Лео, ей просто надо было действовать быстрее и хитрее.

Она не заметила, как музыка заиграла в неистовом темпе, а Ариэт уже практически вываливался с балкона. Она поняла, что это был её шанс. Ей надо было действовать, пока он так увлечён.

Она сосредоточилась, напрягла ноги и, приготовившись броситься прочь от Ариэта, приподняла руку. Она собиралась погрузить театр в полнейшую темноту во время побега, и начала притягивать к себе тени. Её магия так и норовила вырваться на свободу после стольких дней. Музыка сделалась громче, и Элара принялась считать, предположив, что у неё есть около десяти секунд на то, чтобы отключить свет и попытаться сбежать. Странное чувство всё никак не отпускало её, когда она медленно встала. Стиснув зубы, она снова посмотрела на сцену.

Актриса, изображавшая её, в панике кружилась вместе с Ариэтом, а музыка сделалась уже просто оглушительной.

— На твоём месте, я бы досмотрел, — донёсся до неё голос Ариэта, хотя он не сдвинулся ни на дюйм.

Она в шоке застыла на месте, и её тени исчезли.

— Ты думала, я не узнаю о твоём маленьком плане побега? — сказал он и медленно повернулся к ней.

— Маленькая непослушная Элара. Всё время нарушает мои правила.

Он цыкнул и залпом допил своё огненное виски.

— Давай, смотри. Смотри, что с тобой станет, если ты попытаешься сбежать от меня, маленькая крыса.

Элара сдвинулась с места и пристально посмотрела на сцену. Её охватила тошнота, когда пара серых глаз встретилась с её глазами. В них отразились любовь и решительность. То, как двигалась эта танцовщица, и то, как это затрагивало что-то в душе Элары, наконец-то, обрело смысл. Потому что это была София, и она продолжала смотреть на Элару, когда танцующий Ариэт подошёл к ней сзади, обнял её, после чего достал нож и перерезал ей горло.

Элара не услышала крика, который вырвался из её груди. Она бросилась в сторону ограждения балкона, вытянув руки вперёд. Она не услышала, как толпа в панике закричала, и не заметила хаоса, который последовал за этим. Она не услышала радостного смеха Ариэта. Её охватила такая сильная боль, что время замедлилось. Она увидела себя словно вне своего тела, увидела, как Ариэт повернулся, и как его глаза безумно засверкали после того, что он заставил только что сделать этого танцора. Она почувствовала, как её магия начала вырываться наружу. Она почувствовала бесполезность всего этого. И необходимость добраться до тела Софии, неподвижно лежащего на сцене. Когда боль и горе прорвались, наконец, внутрь её сознания, она, рыдая, забралась на перила балкона и, посмотрела в испуганное лицо Ариэта. И когда тот вытянул руки вперёд, пытаясь остановить её, она прокляла его. Но это было не обычное проклятие, а обещание, произнесённое на древнем астерийском наречии.

А затем она спрыгнула с балкона.

Последнее, что она услышала перед падением, это неистовый крик Ариэта. Толпа продолжала вопить, а Ариэт, спотыкаясь, побежал вниз по боковой лестнице в сторону сцены. Он зарычал, не сводя своих красных глаз с тела Элары. Её лицо побледнело, чёрные волосы рассыпались вокруг, шея вывернулась под неестественным углом, а в остекленевших глазах застыла смерть.

Глава 28

— Думаю, я уже говорил это пару часов назад, но ты действительно выглядишь восхитительно в красном, — произнёс знакомый голос.

Продолжая рыдать, Элара повернулась и увидела Энцо. Он замолчал, и вся его непринуждённость пропала, когда он заметил её состояние.

— Сними его с меня, — прошептала она, рухнув на мокрую твёрдую землю, и потянула за алое платье.

— СНИМИ ЕГО С МЕНЯ! — закричала она, рванув за ошейник с рубинами.

Ошейник порвался, и камни рассыпались вокруг, как капли крови. Элару начали сотрясать рыдания, дыхание сделалось прерывистым. Энцо выругался и в два шага сократил расстояние между ними. Одной рукой он снял с пояса нож и ловко разрезал кружево на её спине, после чего сорвал с неё платье, оставив лишь в тонкой сорочке.

— Всё в порядке, Элара, всё в порядке.

Он опустился на колени рядом с ней, прижал её к себе и вдохнул её запах.

— Ты теперь в безопасности.

Она вздрогнула, и он тут же ослабил хватку.

— Эл, мы не смогли найти Софию перед уходом. Она с тобой?

— Энцо, она мертва, — тихо произнёс спокойный голос Лео у неё за спиной. — Ариэт... он знал, что Элара попытается сбежать. И он её наказал.

— Как ты сбежала?

— Она инсценировала свою смерть. Я никогда не видел такую сильную магию, — ответил Лео.

Она отметила, что его голос звучал где-то вдалеке. А затем услышала Мериссу, которая выбежала из переулка и начала что-то ей говорить в то время, как Энцо снова крепко её обнял и серия злобных ругательств сорвалась с его губ. Дыхание Элары сделалось тяжёлым. В боку у неё закололо из-за того, что она несколько недель не использовала своё тело, а раны на шее и спине, которые нанёс ей Ариэт, пульсировали. Побег по крышам квартала Мечтателей вместе с Лео оказался опасным. Черепицы крыш сделались скользкими из-за дождя, и Эларе пришлось постараться, чтобы не разбиться насмерть, так как ей нужно было балансировать на крыше и одновременно поддерживать иллюзию в театре. Но теперь она едва замечала происходящее, и все её мысли были заполнены образами её лучшей подруги с перерезанной шеей.

Энцо отпустил Элару и встал.

— Как он узнал о том, что она планировала сбежать? — зашипел он, обращаясь к Лео.

Но ему ответила Элара, которая даже не повернулась к нему.

— Лукас, — невнятно проговорила она. — Я думаю, что это Лукас. По пути сюда я как раз размышляла о том, каким образом Ариэт узнал, что я приехала на маскарад. И как он узнал о нашем плане. Я была идиоткой. Тени Лукаса на стенах подслушивали нас.

Он не ответил. И она услышала, как Лео снова заговорил:

— Энцо? Энцо?

Но ответа так и не последовало.

— Элара.

Настоящий животный инстинкт пробился сквозь её боль, когда она услышала тон его голоса. Её спина тут же выпрямилась. Это был тон короля, который требовал ответа.

— Элара, — снова произнёс Энцо очень-очень нежным голосом, и вновь встал на колени позади неё. — Что случилось с твоей спиной?

Она услышала резкий вдох, когда Мерисса и Лео увидели то же, что и Энцо. Её комбинация была разрезана, а верхняя часть спины с татуировкой обнажена.

Она медленно повернулась, и встретилась взглядом с горящими глазами Энцо. В тоне её голоса не было никаких эмоций, когда она ответила:

— Ариэт меня высек. В первую ночь. Я потеряла сознание.

Лицо Энцо не пошевелилось, но это испугало Элару больше, чем взрыв гнева. Она отрешённо посмотрела на него. Он протянул руку и погладил её по лицу, убрав с него волосы. Его рука застыла, а Лео грязно выругался у него за спиной.

— А это что такое?

Его большой палец опустился рядом с укусом Ариэта.

— Энцо, — проговорила Мерисса предупреждающим тоном.

Энцо выставил за спину руку, на которой появился огненный шар, и она сделала шаг назад.

— Эл? — снова спросил он тихим голосом.

— Он укусил меня.

В голосе Элары не было никаких эмоций. Ей было всё равно, что с ней сделали. И ей было всё равно на реакцию Энцо. Её мысли были заполнены танцующими балеринами и серыми остекленевшими глазами.

— Он влил в меня свою магию. Ради веселья.

Она посмотрела в глаза Энцо своими мёртвыми глазами.

Он поднялся на ноги. Его лицо осталось неподвижным.

— Мерисса, заколдуй меня.

— Энцо, — начала Мерисса, — пожалуйста...

— Заколдуй меня, — прорычал он. — Это, мать его, приказ.

Мерисса сжала губы в тонкую линию, после чего превратила Энцо в обычного астерийского прохожего. Он опустился перед Эларой, которая едва ли понимала, что происходит, и глаза которой стали ещё более пустыми.

— Эл, — тихо сказал он. — Я вернусь, как только смогу.

Она кивнула, её мысли были где-то в другом месте.

— Энцо, что бы ты ни собирался сделать — не надо. Согласно плану, мы должны были вытащить её оттуда и уйти. Он бог, Энцо. Ты не справишься с ним без сумеречного стекла. Как бы ты ни пытался ему отомстить, это не поможет.

Энцо повернулся к Мериссе, и теперь, когда их лица отделяло всего несколько сантиметров, сказал, чётко произнося каждый слог:

— Мне по хер. Пусть Ариэт хоть само воплощение смерти. Он не только забрал у меня Элару. Он пытал её. Издевался над ней. Высек её.

Энцо зашагал из стороны в сторону, и его голос начал заметно срываться:

— Думаешь, мне есть дело до того, что он Звезда? К чёрту бессмертие. Даже боги горят.

Мерисса отпрянула от него, и на её лице отразилось неодобрение.

— Отведите её в лодку, Изра ждёт. Приготовьтесь к отплытию. Если я не вернусь к тому моменту, как часы на башне пробьют двенадцать, уплывайте.

Лео коротко кивнул и осторожно повёл Элару вперед. Энцо ещё раз взглянул на Элару, обхватившую себя руками. И немного подождав, он подошёл к ней и нежно поцеловал в лоб.

— Я скоро вернусь.

Она не ответила.

— И я сдержу обещание.

Развернувшись на пятках, он разжал свои длинные пальцы, и исчез в ночи.

***

— Нам лучше поторопиться, — сказал Лео поддерживая Элару, с другой стороны от которой шла Мерисса.

— Я выиграла для нас время, — сказала она безучастным голосом. — Не думаю, что за нами есть погоня.

Тело Элары покрылось тонким слоем пота, когда она попыталась притянуть к себе всю ту энергию, что она выпустила в театре. Её сердце кричало, а глаза пульсировали, точно в агонии, когда образы Софии снова встали у неё перед глазами.

Мерисса взволнованно посмотрела на Лео. Они дошли до конца моста. Озеро, представшее перед ними, сверкало в тусклом свете. Элара увидела фигуру с длинными чёрными косами, тёмной блестящей кожей и карими глазами, наполненными слезами, ожидающую их. Встреча с Изрой нанесла Эларе очередной удар. Её внутренности сжались, а хрупкая броня треснула. Изра напомнила ей о Софии, поэтому принцесса согнулась пополам, и с её губ сорвался крик.

Изра побежала вперёд.

— Элара?

Она слегка оттолкнула Изру и проговорила:

— Прости, я...

Она не могла дышать. Она почувствовала, что её охватил жар. Чем дальше она отходила от Звёзд, тем слабее становилась их магия. Канции, Эли. Та магия, с помощью которой они попытались её подлатать, как будто исчезла. Шок от того, что её подругу убили у неё на глазах, и пережитые ею эмоции начали душить её.

— Она в шоке.

Лео оттеснил всех в сторону, подошёл к ней и поднял её на руки.

— Приготовьте лодку, — сказал он, когда они спустились на берег, усыпанный мелкой галькой и омываемый волнами озера.

— Где Энцо? — спросила Изра, заходя в лодку.

— Решил совершить нечто невероятно безрассудное, — глухо ответила Мерисса.

Колокола пробили полчаса.

— Ну же, Энцо, — сказал Лео напряжённым голосом, посмотрев на карманные часы.

Он отпустил Элару, которая села на отмели, опасаясь свалиться на землю под собственным весом. Она не чувствовала, сколько прошло времени, но услышала громкий звон и то, как низко выругался Лео, посмотрев на что-то у неё за спиной.

— Ради всего святого, Энцо, — проговорила Изра.

Мерисса раскрыла рот, и их взгляды обратились на что-то, чего она не могла видеть. Элара повернулась и увидела потоки расплавленного оранжевого света, разрезающие воздух. Точнее не света. Пламени. А затем раздался крик боли, от которого кровь застыла у неё в жилах. Это был крик Звезды Гнева и Мести. Оперный театр был охвачен огнём.

Часы на башне пробили четверть часа, но Энцо так и не появился. Элара закуталась в одеяло, которое было в лодке, когда густой туман, опустившийся на озеро, начал проникать ей под кожу. Но она не чувствовала его. Она ничего не чувствовала. Она только смотрела перед собой на неподвижную воду.

Она слышала отдалённые голоса. Это Лео и Мерисса рассказывали Изре обо всём, что произошло.

— Пять минут, — услышала она предупреждение Лео.

Всё небо осветилось огнём Энцо, и языки пламени теперь лизали облака.

— Две минуты.

Наконец, они услышали громкие шаги. Лео поднял меч, который тут же охватил его смертоносный свет. Но затем он расслабился, увидев Энцо, идущего по улице на фоне пылающего неба. Чары Мериссы спали, но было что-то странное в том, как он бежал, и Элара поняла, что он тащил за собой тело, которое стонало и извивалось.

— Привет, Лукас, — тихо сказала она.

Энцо стиснул зубы, и швырнул стонущего Лукаса на мокрый песок. Одежда метателя теней была опалена, и от неё поднимался дым.

— Ариэт пока недееспособен, — непринужденно ответил Энцо и вытянул руки вперёд.

— Что ты сделал? — выдохнула Мерисса.

— Немного... поджёг его.

— Как, чёрт возьми, ты это сделал, Энцо? — спросила Изра требовательным тоном. — Он Звезда. И теперь, как я понимаю, он знает, кто ты такой.

Энцо пожал плечами.

— Всё, что он знает, это то, что я обладаю магией огня невероятной силы. Мерисса хорошо меня замаскировала. К тому же, я очень хочу посмотреть на то, как он попытается найти меня. Звезда он или нет, ему потребуется некоторое время на восстановление.

Он больше не стал ничего уточнять и хвалиться. А только подошёл к Эларе, чтобы проверить её. Она не сводила глаз с Лукаса. Он тихонько выл, но ему всё же хватило гордости нацепить на лицо слабую улыбку. Элара встала и медленно пошла в его сторону. Подлинная ярость на мгновение подавила изнеможение и горе.

— Ты, — зарычала она, присев рядом с ним. — Из-за тебя она мертва.

— О чём ты говоришь? — хрипло проговорил он. — Я не имею к этому отношения.

— Лжец, — воскликнул Энцо.

Лукас собрал все свои силы и ухмыльнулся, посмотрев на Элару.

— Я был рад, когда эта сука умерла, но я ничего не говорил Ариэту.

— Ещё раз назовешь её сукой и увидишь, что будет, — зарычал Энцо, а Элара тупо уставилась на Лукаса, так как мир вокруг закружился, и она попыталась собрать все свои силы, чтобы остаться в сознании.

— Отзови своего пса, — зашипел Лукас, сплюнув кровь на песок.

Энцо хрустнул шеей, и с его губ сорвался глухой смех.

— Парнишка, я только что покалечил Звезду. Мне хватит двух секунд, чтобы сделать то же самое с тобой.

— Из-за тебя она умерла, — повторила Эара. — Ты знал о нашем плане и рассказал о нём Ариэту.

— Послушай, говорю тебе. Я, мать твою, ничего не знал. Но эта змея сама нарвалась.

Элара моргнула, и её тени сами собой затекли Лукасу в горло. Его глаза в ужасе округлились, а Элара продолжила пассивно наблюдать за тем, как он задыхается, пытаясь сделать вдох.

В последний момент она отозвала тени, обнажив зубы.

— Кто-нибудь знает о том, что я жива?

Он согнулся вдвое, схватившись за горло.

— Энцо, может быть, ты спросишь?

Уголок губ Энцо приподнялся, и между его пальцами начали танцевать свет и огонь. Лео встал у него за спиной с мрачным лицом, держа в руке охваченный светом меч. Изра встала справа, в руках у неё были сосульки, похожие на смертоносные ножи. Но именно Мерисса посмотрела на него таким взглядом, который мог бы соперничать с самой Смертью.

— Нет, — зарычал он. — Но они скоро узнают.

— А вот тут ты не прав.

Элара легла рядом с ним на холодный песок, покрытый галькой, и теперь её лицо находилось в нескольких сантиметрах от него.

— Знаешь, меня недавно держали в камере, а ещё заставили смотреть на то, как моя лучшая подруга умирает у меня на глазах.

Она провела своими тенями по губам Лукаса, и тот содрогнулся.

— Так что я сейчас не в настроении прощать. И насколько я помню, мой друг кое-что пообещал тебе.

Она взглянула на Энцо, улыбка которого сделалась шире, а в глазах вспыхнуло пламя.

— Эл, приглуши его крики.

Она кивнула один раз, и поднялась с холодной полуулыбкой на губах, после чего притянула к себе тени и заглушила все звуки вокруг них.

— Элара, пожалуйста, нет. Я ничего не делал, клянусь. Не делай этого. Это не ты.

— Нет, не я. Та девушка, которой я была, умерла в том театре. Ты не дождёшься от меня милосердия.

***

Крики Лукаса сотрясли их небольшое убежище, смешавшись со звуками горящей плоти.

— Ты кусок дерьма, — зарычал Энцо, продолжая выжигать огнём борозды на груди Лукаса.

— Ты заманил её в змеиное логово ради собственной мести. Ты стоял рядом, когда её избивали и привязывали цепями. Пытали, ментально и физически.

Энцо оскалился, когда на теле метателя теней появилась очередная рана. Лукас согнулся вдвое, продолжая стонать и кричать. Элара наблюдала издалека, почти не слыша слов Энцо.

— Я же сказал тебе, что ты отмечен. Когда ты назвал её гелионской шлюхой.

Элара заметила издалека, что он был в ярости, и маска его самодовольства начала спадать.

— А вот сейчас мы посмотрим, кого я оттрахаю своим светом.

Зарычав, он в последний раз поразил Лукаса своим светом. Лукас изогнулся и закричал, но Элара едва ли услышала его крик. Она увидела, как Энцо отошёл подальше от пропитанной кровью гальки, и прищурилась, глядя на красные потоки крови, стекающие по плоти Лукаса. На его дрожащем теле было выжжено клеймо, состоящее из двух слов, которыми он назвал Элару.

"ГЕЛИОНСКАЯ ШЛЮХА".

Энцо плюнул в Лукаса, и тот застонал, медленно теряя сознание. Фыркнув, принц схватил его за волосы и потащил к кромке воды. Элара бросилась к Энцо, чтобы остановить его, но тот уже вошёл в воду, не оглядываясь. Он начал продвигаться вперёд, поднимая волны и таща за собой сопротивляющегося Лукаса.

— Она рассказала мне, как ты с ней обращался. Как ты заставлял её чувствовать себя бесполезной, как терзал её разум. Королева рядом со змеёй!

Лукас продолжал слабо сопротивляться, полностью погруженный в воду. Энцо вытащил его на поверхность.

— Я хочу, чтобы ты знал, что последнее лицо, которое ты увидишь перед смертью, это лицо принца Лорэнцо, гелионского льва.

Глаза Лукаса в страхе округлились.

— Я уверен, что ты слышал обо мне. Ты причинил боль той, что принадлежит мне, — прошептал он, — и ты умрёшь.

Лукас дёрнулся, а затем его тело погрузилось под воду. Энцо продолжил держать его до тех пор, пока руки Лукаса не перестали двигаться и безвольно не повисли по бокам. Сжав зубы, Энцо притащил с берега огромный камень, привязал его к ремню Лукаса и оттолкнул его подальше в озеро. В последний раз взглянув на него, он направился обратно к кромке воды, где стояли все остальные и ошарашенно наблюдали за происходящим.

Элара видела и слышала всё от начал до конца. Она продолжила невозмутимо смотреть перед собой пустым и отрешённым взглядом. Энцо вернулся к ней, тяжело дыша. Протянув руку, он погладил её по щеке, и она вздрогнула, так как всё ещё находилась внутри своей собственной тюрьмы. Вздохнув, он поднял её на руки, и все они пошли к лодке, ничего не говоря.

— Быстрая и крепкая, — сказал он, беря весло, и они рванули вперёд по темной водной глади, оставив далеко позади тело Лукаса.

Глава 29

Элара упала в объятия Энцо и погрузилась в сладкую тьму сразу же, как только они дошли до лодки. Тьма была черной и бесконечной. К счастью, сны не беспокоили её. Очнувшись, она услышала мерный плеск воды и тихое бормотание своих друзей. Но ей было слишком сложно выносить реальность, поэтому она снова погрузилась в комфортную темноту. Всё её тело болело, укус на шее пульсировал — болеутоляющее действие магии Канции давно прошло. Неожиданно она очнулась от оцепенения и резко села. Ночь к тому моменту уже достигла своей самой темной точки.

Что-то было не так. Сначала она услышала её. Тишину. Её было слишком много. Весла больше не издавали ни звука, стрекотание цикад стихло в синей ночи. Она посмотрела на Энцо бешеным взглядом, а он, почувствовав неладное лишь мгновение спустя, придвинулся к Изре и Лео, и начал трясти Мериссу, которая задремала. Они осторожно осмотрелись по сторонам, в то время как Лео продолжал грести.

— Там что-то есть, — невнятно произнесла Элара.

И как по команде заиграла прекрасная мелодия, сопровождаемая чистым и чарующим голосом. При звуке этого мелодичного голоса, грудь Элары сжалась. Она села и зачарованно прислушалась. Лео бросил весла и раскрыл рот. Лодка остановилась, а голос всё продолжал петь свою печальную песнь. В ней пелось о давно минувших днях, о магии, которая наполняла землю и о потерянной любви. Любви, полной боли и разлуки, любви, которой никогда не суждено было случиться. Элара поняла, что плачет, лишь тогда, когда Энцо смахнул слезинку с её лица. Его глаза тоже блестели серебром.

Колдовство почти подействовало. Почти. Его развеяло какое-то движение, которое заметила Элара краем глаза. Лео перегнулся через борт лодки и потянулся к воде с тоской в глазах.

— Лео! — закричала Элара, и адреналин, ударивший ей в кровь, подавил горе.

Она метнулась в сторону Лео через всю лодку. Она чуть не выпала за борт. Её голова всё ещё горела. Лодка опасно закачалась на воде. Мерисса отрешённо смотрела куда-то вдаль, а Изра пыталась бороться с чем-то, что завладело её сознанием. Энцо выругался и бросился вперёд, чтобы удержать провидицу на месте. Элара увидела, как из воды появилась голова удивительного существа.

Её кожа была белой как снег. Волосы тёмно-синего цвета рассыпались по воде и прикрывали её обнажённый торс. Она протянула руку, чтобы коснуться лица Лео, продолжая петь свою прекрасную песнь. Он пытался схватить её за руку, но она отдёргивала её всякий раз, когда он приближался к ней, и продолжала петь эту жуткую мелодию и качаться на воде. На какое-то мгновение её лицо как будто исчезло, и Элара была готова поклясться, что увидела в воде Энцо.

— Энцо? — крикнула Элара пронзительным голосом.

— Я здесь! — крикнул он у неё за спиной.

Она развернулась и увидела, как он затаскивает Изру обратно в лодку. После этого он бросился к Мериссе, которая точно так же отчаянно пыталась перебраться через борт лодки. Элара повернула голову и снова увидела сирену. Значит, мираж. Она выругалась себе под нос, закрыла глаза и попыталась собрать остатки своей силы. Почему на сирену отреагировали только она и Энцо?

— Магия, Энцо, — пронзительно крикнула она.

Он выдохнул и выпустил сноп света в воду с их стороны лодки. Она услышала шипение и замерла. В лучах света они увидели множество сирен. Они терпеливо ждали, покачиваясь на воде. Их было бесчисленное множество, и все они были готовы убивать. Ещё одна сирена присоединилась к мелодии первой. Энцо громко выругался, пытаясь дотянуться до верёвки, чтобы связать Изру и Мериссу вместе. Единственный дар, который удалось почувствовать Эларе, были кошмары, но даже этого оказалось достаточно для того, чтобы её глаза засияли. Она закрыла их, собралась с силами, а затем переместилась в сторону существа, которое находилось ближе всего к ней и соблазняло Лео.

— Отстань от него, — зарычала она.

Существо перестало петь и в шоке уставилось на Элару. Но сирена быстро пришла в себя, и медленная улыбка появилась на её лице, обнажив острые, как бритва, зубы.

— На тебя не действует моя песнь. Ты же знаешь, что это значит, человечишко?

Голова Элары начала пульсировать, тьма угрожала снова поглотить её. Её энергия иссякла, и она покачнулась. Энцо подбежал к ней. Он уже связал Изру и Мериссу и его руки приготовились метать свет. Он отшатнулся, увидев сирену, после чего в шоке посмотрел на Элару, а затем снова на сирену.

— Какая милая парочка. Не могу решиться, кого мне забрать первым, — пропела сирена.

— Ты не тронешь её, — сказал Энцо угрожающим голосом.

Красивое лицо сирены видоизменилось. Её улыбка превратилась в ухмылку полную яда. И то, что когда-то казалось красивым, сделалось уродливым.

— Ни один человек не может уйти живым от сирены. Если вы не пойдёте по своей воле, то я вас заставлю.

На последнем слове всё полчище сирен запело в унисон, и вода пошла рябью. Все они бросились вперёд. Элара услышала крик Мериссы у себя за спиной, когда лодка качнулась.

— Я хочу его, — сказал сирена где-то под ними. — Он такой симпатичный.

Раздался смешок, и лодка снова покачнулась, а затем накренилась. Энцо споткнулся, чуть не упав за борт. Издав крик, первая сирена бросилась вперёд, вытянув руки, и её острые когти вонзились в предплечья Энцо.

— Попрощайся со своим любовничком. Теперь он мой, — прошипела сирена.

И зло улыбнувшись Эларе, она утащила Энцо под воду.

На секунду Элара перестала видеть что-либо вокруг кроме неподвижной поверхности воды, где только что был Энцо. Её охватило убийственное спокойствие. Никакого гнева или неверия, как несколько часов назад, когда убили Софию. Или отчаяния, которое она испытала, когда у неё на глазах убили родителей.

Как только Элара увидела, что голова Энцо пропала под водой, она знала, что разнесёт это озеро, но не даст им забрать его.

Испустив гортанный крик, Элара нырнула в воду.

Когда ледяная озёрная вода коснулась Элары, ей показалось, что в неё воткнули нож. Все её инстинкты начали кричать о том, чтобы она сделала вдох. Она не послушалась их, и заставила себя открыть глаза в чёрной воде. От того, что она увидела, её сердце почти остановилось. Те части тел сирен, что находились под водой, были мёртвыми. От хвостов остались только скелеты, с которых свисала полусгнившая плоть. Элара подавила тошноту, стараясь сохранить остатки бесценного воздуха, и развернулась, ища глазами Энцо. Она заметила слабую вспышку его света, похожую на маяк. Одна из сирен тащила его на самую глубину.

Стиснув зубы, Элара начала работать ногами, опускаясь всё ниже и ниже. Давление чёрной воды вокруг начало возрастать, отчего у неё заложило уши. Достигнув дна, она заметила, как сирена приземлилась вместе с Энцо, подняв тучи песка вокруг. Элара зажмурила глаза, когда в них попали песчинки, и продолжила плыть в сторону сирены. Она не знала, будут ли её тени иметь такой же эффект под водой, если у неё вообще осталась энергия на то, чтобы призвать тени или создать иллюзию. Она подплывала всё ближе и ближе, следуя за гнилым хвостом сирены.

Она застыла на месте, как вдург сирена повернулась. Её лицо выражало дикое ликование. Энцо не двигался, его рука, которую держала сирена, безвольно повисла.

И этого оказалось достаточно: ледяной страх, который был холоднее, чем озёрная вода, поглотил Элару при виде безжизненного тела Энцо. Его тепло, его свет пропали. Ей понадобилось мгновение, чтобы вся её магия вырвалась наружу, и разверзся ад.

Глава 30

Оглушительный грохот донёсся из глубины озера. Лодка, в которой всё ещё находились Лео, Изра и Мерисса, качнулась, и всё озеро окрасилось в серебряный цвет.

Потоки серебра пронзили мглу, прошли сквозь воду и заставили сирен с воем отступить. Элара зажмурилась от яркого света, сжав Энцо. А затем, разрезав поверхность воды, она сделала глубокий вдох, и без труда подняла его на поверхность с помощью странной магии, исходившей от неё.

Изра бросилась к борту лодки, не веря своим глазам, и помогла Лео и Эларе перекинуть тело Энцо через борт. Затем они затащили Элару, и она упала на дно лодки рядом с Энцо, разразившись кашлем.

— Что это, мать твою, было? — прошептала Изра ошарашенно глядя на свет, окутавший Элару, который моргнул, а затем погас.

Мерисса выглядела такой же ошеломлённой.

Элара не знала. Она даже не представляла, что вселилось в неё, и что за древняя магия зашевелилась в её крови из-за отчаянного желания спасти Энцо. Она только покачала головой и приняла сидячее положение. Она положила руки на грудь Энцо, и её частое дыхание сменилось дрожащими всхлипами.

— Ты не можешь меня оставить, — прошептала она, содрогаясь от рыданий. — Как они все.

Элара начала надавливать на грудь Энцо, снова и снова, не переставая плакать и шептать что-то вроде молитвы: "Пожалуйста, пожалуйста".

Лео положил руки ей на плечи, мягко отстранил её от Энцо, и начал надавливать ему на грудь. Элара подползла к его голове, нашла его губы и начала делать вдохи по команде Лео. Изра и Мерисса взволнованно наблюдали за ними. В глазах Изры стояли слёзы, когда она убрала мокрую прядь волос с глаз Энцо. Его лицо было бледным и безжизненными. Губы холодными. Это не были те тёплые губы, которых она касалась всего лишь несколько часов назад.

— Пожалуйста, — почти закричала Элара, в последний раз вдохнув в него воздух.

И словно услышав её команду, которая достигла его в моменте между жизнью и смертью, Энцо сделал глубокий вдох, его глаза раскрылись, и он закашлялся, выплёвывая воду.

— Знаешь, принцесса, — слабо сказал он, — если ты так хотела меня поцеловать, не обязательно было дожидаться момента, когда я окажусь на пороге смерти.

Элара облегчённо разрыдалась и обхватила Энцо руками за шею в то время, как он продолжал делать глубокие вдохи.

— Хвала богам, — проговорила Мерисса, сжав руку Энцо.

Он тут же обхватил Элару и усадил её к себе на колени. Она всё продолжала рыдать, и он начал поглаживать её по спине, желая успокоить. Лео испустил вздох, потёр голову и хлопнул Энцо по спине. Изра крепко обняла его вместе с Эларой, а затем Элара почувствовала, как тело Изры медленно развернулось.

— Эм, ребята... не хочу портить предсмертный опыт Энцо, но мне кажется, вам стоит это увидеть, — сказал голос Изры, прорвавшийся сквозь истерику Элары.

Энцо кое-как встал, а она осторожно положила руку ему на плечо. Её волосы приклеились к спине, а сорочка прилипла к телу. Элара шагнула к Изре, которая смотрела на воду,

Вся их группа развернулась и застыла. В попытках спасти Энцо, они не обратили внимания на сирен, которых отбросило магией Элары. Но теперь, повернув головы в одну сторону, они увидели то, что ошарашило Изру.

Их взглядам предстало море голов, которые тихо кланялись лодке.

— Что это такое? — выдохнула Мерисса.

Первая сирена подняла глаза, а затем медленно подплыла к лодке. Она посмотрела на Элару, а затем на Энцо, сжимающего её.

— Этого не может быть, но это так.

Глаза сирены наполнились слезами, и она прижала три пальца к своей голове. Древний жест, означающий уважение. В глазах у Элары на мгновение потемнело. Она не понимала, что происходит, и почему серебряный взрыв вызвал такую реакцию у сирен. Когда эти мысли и изнеможение накрыли её, раздался новый звук. Это был чистый голос, в котором не было прежних соблазнительных нот, но было что-то другое. Эларе понадобилось мгновение, чтобы почувствовать эту эмоцию. Она вдруг осознала, что её сердце парит вместе с ней. Сирены пели о надежде. Она нервно посмотрела на Энцо, который ошарашенно смотрел на неё. Голоса звучали теперь в унисон, и на этот раз это была песня о выздоровлении и памяти, о свете среди тьмы.

Первая сирена закончила мелодию, пропев последнюю ноту, а затем снова поклонилась Эларе.

— Мы отведём вас в безопасное место, — прошептала она.

Это были последние слова, которые услышала Элара перед тем, как потеряла сознание.

***

Им понадобилось два дня на то, чтобы пересечь озеро. И все эти два дня Элара просто существовала. Она смутно видела, как покачивались головы сирен, которые вели лодку по воде. Они плыли далеко впереди, и их голоса тихо напевали мелодичную песню. Силы Элары истощились, и магия Джем проникла в её сознание, точно гниль, когда магические щиты пали. И вместе с этим её охватило горе по погибшей Софии, которое не давало ей окончательно проснуться. Она полностью пришла в себя лишь однажды, и тогда Энцо посмотрел на неё своими тёплыми глазами и прижал к себе. Она с трудом осознала, что его грудь была обнажена, а тело, прижавшееся к её спине, горело огнём, не давая прохладе озера проникнуть ей под кожу. Она услышала обрывки разговора и сощурила глаза из-за слабого утреннего света, а затем легла пониже, чтобы остальные не заметили, что её глаза открыты.

— Не могу поверить, что сирены существуют. Я думала, что это легенды, и что мифологические существа исчезли с пришествием Звёзд, — прошептала Мерисса.

— Нет, — ответила Изра. — Они всегда были здесь. Думаю, они умеют хорошо прятаться.

Элара сдвинулась и почувствовала Энцо у себя за спиной, его руки обнимали её.

— Значит, люди, и правда, исчезают в озере, — отметил Лео, продолжая грести.

— Ты сам чуть не исчез, — фыркнул Энцо.

— Сказал тот, кто чуть не утонул.

— Эй, у меня хотя бы есть сила воли; меня утащили под воду. В отличие от тебя я не перегибался через борт лодки с горящими глазами.

Лео усмехнулся.

А Изра прищурилась.

— Кстати, как так вышло, что только на вас с Эларой не подействовала их песня?

Она почувствовала, как Энцо пожал плечами у неё за спиной, и увидела, как Изра напряжённо взглянула на него.

— Как ты думаешь, что это был за серебряный свет? — сказал он вместо ответа. — Я никогда не видел раньше подобной магии. Ни в Гелиосе, ни где-либо ещё.

— Не думаю, что сама Элара знает, — тихо проговорила Изра.

Сердцебиение Элары участилось. То, как сирены отреагировали на её магию, и та сила, что вырвалась из неё, когда она увидела Энцо... она не хотела об этом думать.

Голос Мериссы задрожал, а в глазах появилось волнение, когда она спросила:

— Вы видели в воде кого-то знакомого?

Она посмотрела на Лео, а затем отвела взгляд.

В лодке повисла тишина. Изра хитро улыбнулась, хотя её глаза тоже казались взволнованными.

— Сирены появляются в образе того, чего вы желаете больше всего. А вот это уже интересно.

Снова повисла напряжённая тишина.

— Я увидела стопки денег, огромный шоколадный торт и фигуристую рыжую сирену, которая заманивала меня всем этим, — добавил она, и Элара почувствовала, как Энцо рассмеялся, а все остальные захихикали, нарушив тишину.

Элара повернулась к Энцо. Её сознание было настолько затуманено, что она с трудом слышала свои собственные слова:

— Что ты увидел? — проговорила она, чувствуя, как её словно затягивает под воду.

Энцо бросил на неё долгий взгляд, но сон овладел ею раньше, чем она услышала его ответ.

В итоге её разбудил удар лодки о берег. Она подскочила, схватив в руки кинжал раньше, чем кто-либо успел пошевелиться. Она почти не заметила выражение лиц сирен, которые, поклонившись, начали покидать их.

Энцо поднял руки.

— Полегче, принцесса, — мягко сказал он.

Она увидела, как на его шее пульсирует вена, и её сердце забилось при воспоминании о том, как Ариэт касался и мучил её. Но биение пульса на шее Энцо свидетельствовало о том, что он жив. Что он не умер, и что не все её кошмары произошли на самом деле.

— Это ты, — сказала она, медленно опустив кинжал.

— Это я, — прошептал он.

Она закрыла глаза и начала дрожать. Лео, Изра и Мерисса молчали. Энцо тоже ничего не сказал, а только поднял её на руки и отвёл к спасательному отряду, который уже ждал их на гелионском берегу.

Сознание Элары всё ещё продолжало ломаться после пыток Джем. У неё перед глазами вставали видения. Огонь. Хохочущий Ариэт, покрытый кровью. Трупы близких ей людей вокруг неё. Она забыла, где находилась. Не видела открытого пространства с золочеными зданиями, и своих друзей, беспокойно схватившихся за неё в то время, как их повозка ехала по городу. Укус на её шее воспалился, и с каждым днём ей становилось всё сложнее двигаться из-за тупой боли. В горле у неё першило от криков, и она пообещала себе не открывать глаза. Насмешливый голос в её голове убеждал её в том, что если она не будет открывать глаза, то всё это окажется сном. Но она не спала в эти дни. Лео пытался однажды заставить её открыть глаза и расслабиться, стараясь убедить в том, что с ней всё в порядке. Но внутри неё было слишком много демонов, и она с такой силой метнула в него своими тенями, что он больше не пытался.

Глава 31

Повозка дёрнулась. Раздались шаги. Настойчивые голоса. Они то пропадали, то снова начинали звучать, в то время как Элара продолжала куда-то уплывать, погружаясь в темноту.

— Плохо. Очень плохо. В этом замешана Джем.

Джем. Она попыталась ухватиться за это имя, но её сознание снова отключилось.

— Раны по всему телу... от магии Ариэта... думаю, укус был отравленным.

Ещё одно имя. Она нахмурилась. Её глаза были всё ещё закрыты. Она знала, что должна почувствовать какую-то эмоцию, но её мысли уплыли далеко-далеко. Успокаивающая темнота убаюкала её.

— Врача немедленно... Я её не оставлю...

Ещё один голос прошептал что-то, а затем раздался рык:

— Я её не оставлю!

Она почувствовала, как чьи-то руки ещё крепче обхватили её, и как её начали поднимать по лестнице. На секунду ей показалось, что она дома. Но слово "дом" показалось ей странным, поэтому она нахмурилась и тут же забыла его.

— Возьми с собой кого-нибудь... еды... воды... отдохни... помоги ей, когда рану обработают.

Холодный и строгий голос то появлялся, то исчезал. Ей понравился звук этого голоса.

— Я сделаю всё сам, — огрызнулся другой голос. — Никто не коснется её.

Она покачивалась в чьих-то тёплых руках. На секунду это движение показалось ей забавным. Но затем ей неожиданно захотелось плакать. Тишина приласкала её, как ребёнка, и снова отключила её сознание. Всё, что она знала, это то, что нельзя открывать глаза, и тогда эта темнота останется с ней. Темнота была её другом. Темнота хотела её защитить.

Тихий щелчок. Закрылась какая-то дверь. До неё донесся знакомый запах — ваниль и что-то чистое.

"Безопасность", — сказала темнота.

— Элара, — при звуке этого голоса Элара вздрогнула, а затем чьи-то нежные руки взяли её шершавые руки в свои.

Элара. Её имя. Её звали Элара. Она дёрнулась, когда кто-то коснулся её.

— Теперь оставь нас, Мерисса, — сказал убийственным тоном строгий голос человека, который её нёс.

Мерисса. Друг. Её друг. Её подруга, София. Кровь. Она начала задыхаться, и темнота снова попыталась успокоить её. А затем голос её подруги прозвучал чуть ближе:

— Энцо, я должна убедиться...

— Оставь нас.

Она услышала, как кто-то фыркнул, а затем с силой закрыл дверь.

— Элара, — прошептал нежный голос, и она замурлыкала в темноте.

Ей нравился этот голос. Она доверяла ему. От этого голоса ей становилось тепло.

"Безопасность", — снова прошептала темнота.

— Элара, мне нужно, чтобы ты очнулась, так как мне нужно тебя вымыть.

Она сжала его шею, но оставила глаза закрытыми. Она не хотела прерывать это волшебство. Тьма была такой нежной, а вот реальность...

— Чёрт, — пробормотал он, и она почувствовала, как её занесли в какое-то яркое помещение.

Цветовые пятна за её веками начали двигаться.

— Я положу тебя здесь, и мы наберём ванну, хорошо?

Она почувствовала под собой что-то мягкое — кресло — а затем услышала звук бегущей воды.

— Мне нужно, чтобы ты разделась, Элара. Это я, хорошо? Энцо.

Энцо. Это имя. Ей нравилось это имя. Он ей нравился. Очень. Темнота улыбнулась. "Безопасность. Дом".

— Здесь только ты и я, и тёплая вода.

Не открывая глаз, она кивнула, и её губы дрогнули, а из глаз так и норовили политься слёзы.

Мозолистые руки раздели её, осторожно снимая остатки грязной сорочки с тела, и тёплый воздух обдал её обнажённую кожу. Она почувствовала, как те же уверенные руки вынули из её волос грязные поломанные заколки.

— Сейчас я помещу тебя в ванну, — сказал он, и она снова кивнула.

Руки нежно подняли её и опустили в тёплую воду. Её охватила боль, когда вода коснулась ран на её спине и шее, и она закричала. Она не хотела открывать глаза. Она начала умолять темноту прекратить эту боль, и та взяла её за руку и увела подальше от агонии, и теперь Элара наблюдала за всем как бы со стороны.

"Это так странно", — отрешённо подумала она, — "как легко человек сгибается под действием боли".

Помещение наполнилось запахом эвкалипта и её криками. Эвкалипт. Ей нравился этот запах. Она почувствовала, как вода пошла рябью. Энцо находился теперь позади неё и прижимал к своей коже, а она тем временем продолжала биться в конвульсиях. Она то отключалась, то приходила в себя. Темнота подтолкнула её вперёд, а боль начала стихать. Энцо оставался с ней. Энцо был её домом. Она была в безопасности.

Она почувствовала, как тёплый свет проник в её тело, окутал и начал согревать в то время, как Энцо начал напевать какой-то успокаивающий мотив. Она как будто узнала его, но не могла понять, что это за песня. Его свет казался ей красивым и тёплым, как и он сам.

В итоге она вернулась в своё тело, и услышала, как голос Энцо бормочет ей:

— Такая смелая... мой ангел... ты отлично справляешься, принцесса.

Она начала тяжело дышать, а её веки затрепетали, когда остатки боли покинули её, а раны привыкли к воде и наконец-то очистились. Она содрогнулась, и Энцо начал гладить её по рукам, после чего она услышала, как вода начала с шумом спускаться в канализацию, и её тело тут же замерзло. Ей нравилась вода. Она нахмурилась, так как ей хотелось оставаться в ней подольше. Но затем вода снова побежала из крана, и она успокоилась, когда небольшой бассейн снова наполнился. Она почувствовала, как тело Энцо сдвинулось у неё за спиной, и его руки начали мыть её.

Она почувствовала запах эвкалиптового мыла, которым он начал натирать её кожу, и услышала плеск воды.

— А теперь волосы, — сказал он, и она почувствовала улыбку в его голосе.

Каким-то образом эта улыбка стала последней каплей, и темнота снова подтолкнула её.

"Можешь смотреть", — прошептала она.

И когда вода потекла по её волосам, смывая ужасы, кровь и грязь, она сделала ещё один вдох и открыла глаза. Энцо замер.

Она вгляделась в его лицо, и увидела знакомые тёмные кудри, золотую серёжку, которую она так любила, мужественные черты лица и щетину, которую не брили несколько дней. Наконец, она посмотрела ему в глаза, в его тёплые золотые глаза в крапинку, которые она впервые увидела в том тронном зале, что, казалось, произошло так давно. Он стоял перед ней по пояс в воде, без рубашки. Он поднёс свою мокрую руку к её лицу и прошёлся большим пальцем по виску.

— Я скучал по этим глазам, — проговорил он, и его собственные глаза наполнились эмоциями.

Она снова закрыла глаза, и слёзы покатились по её лицу, усыпанному синяками.

— Эл, — нежно сказал он. — Пожалуйста, не плачь. Ты в безопасности. Я обещаю.

Она снова открыла глаза, он всё ещё был рядом. А его руки гладили её мокрые волосы.

— Ты настоящий? — прошептала она, а слёзы не переставая катились по её щекам.

— Я настоящий, — прошептал он в ответ, и накрыл её лицо другой рукой.

Он наклонился вперёд и поцеловал одну из слезинок. А она только сильнее разрыдалась, и тогда он подался вперёд и осторожно поцеловал другую слезинку на её щеке. А затем ещё одну. Теперь в помещении, заполненном запахом мыла, раздавались только звуки его тихих поцелуев и плеск воды. Он слегка сдвинул её, когда её рыдания стихли, и начал наносить масло на её волосы, напевая всё ту же нежную мелодию.

— Я любила его, как Тьма любит тень, и он любил меня, как Свет любит день...

— Львы полетят, влюбленные сгинут, но любовь моя — тебя не покинет, — пропела она тихо, и её голос сорвался на последней ноте.

Его руки замерли у неё в волосах.

— Откуда ты знаешь эту песню?

Она нахмурилась.

— Это астерийская колыбельная.

Он изменился в лице.

— Странно, — тихо сказал он. — А я думал, что эта песня приснилась мне много лет назад.

Она не знала что сказать, и в общем-то ей было всё равно.

— Давай закончим мыться и отведём тебя к лекарю.

Она в панике посмотрела на него.

— Пожалуйста, не оставляй меня.

Он остановился и посмотрел на неё.

— Никогда, — ответил он и продолжил мыть её волосы, а она начала разглядывать те детали, что раз за разом проигрывала у себя в голове, находясь в тюремной камере.

Его предплечья — то, как они выглядели, когда его мускулы и вены натягивались. Эти мужественные брови. То, как он нетерпеливо убирал волосы со лба, когда кудри падали ему на глаза. Она в тишине наблюдала за ним, расслабившись в его объятиях, запрокинув голову и подняв руки в то время, как он продолжал счищать с неё все эти ужасные воспоминания.

А затем он приподнялся в воде в своих мокрых штанах, взял тёплое пушистое полотенце, обернул её и, подняв на руки, понёс обратно в спальню. Она почувствовала, как он положил её на подушки, и запах ванили, исходивший от белья, окутал её. Энцо на мгновение исчез в ванной и вернулся в свободных сухих штанах и с голой грудью. Он подошёл к двери и что-то сказал стоявшему снаружи стражнику, после чего вернулся и сел на стул рядом с ней.

Элара на ощупь нашла его руку. Изнеможение и эмоции охватили её и теперь болтали на задворках сознания. Она сосредоточилась на том, как его большой палец начал поглаживать тыльную сторону её ладони, что на некоторое время успокоило их обоих.

Раздался тихий щелчок, и в комнату вошёл лекарь. Она узнала бесстрастный голос, который понравился ей ранее, и подняла глаза. Перед ней стояла женщина, медные волосы которой свисали по бокам от её лица. Её глаза были чистого голубого цвета.

"Она кажется доброй", — подумала Элара.

— Рада, что вы очнулись, Ваше Высочество.

Женщина кивнула и осторожно опустилась на кровать, а затем аккуратно прижала руки к шее Элары.

— Раны выглядят уже гораздо лучше. Похоже, Его Высочество хорошо постарался.

— Смотрите, как бы он не лишил вас работы, — сказал она, не подумав, но тут же дёрнулась.

Энцо удивленно рассмеялся, и его глаза засияли. Она решила, что ей стоит почаще его смешить.

Тёплая улыбка женщины-лекаря появилась перед её глазами.

— Мне нужно осмотреть твои раны, Элара. Не могла бы ты повернуться?

Элара застыла и посмотрела на Энцо. Он кивнул, подбадривая её. Стиснув зубы, она перевернулась на живот и обнажила спину. Лекарь руками прошлась по самым чувствительным местам — глубокие раны всё ещё заживали, как и мелкие синяки и порезы, оставленные Джем и Ариэтом. Она снова посмотрела на Энцо и заметила, что его лицо сделалось абсолютно белым. Она прищурилась и увидела, как на его челюсти задёргался мускул. Его глаза вспыхнули, когда он начал пристально осматривать её раны.

— Они будут умолять меня о смерти, — сказал он ледяным тоном.

А затем, взяв в себя в руки, он нацепил на лицо улыбку ради Элары и сжал её руку.

— Тот, кто пытался вылечить эти раны, спас тебе жизнь, Элара. Самые глубокие раны кажутся более зажившими, чем должны. Такие раны обычно очень сильно воспаляются.

— За это нужно поблагодарить Эли, — хрипло ответила она и посмотрела на Энцо. — И знай, когда я вылечусь, мы обязательно поговорим о твоих сделках.

Энцо закатил глаза и улыбнулся.

— Ты едва пришла в себя, но уже успела превратиться в занозу в моей заднице.

Он подмигнул ей, хотя в его взгляде всё ещё сохранилась холодность, когда он снова посмотрел на её раны.

Её раны начало щипать после того, как их обработали различными тониками. Она сморщилась, а Энцо продолжил поглаживать её руку круговыми движениями. А затем она испытала блаженство, когда на раны нанесли прохладную болеутоляющую мазь. И, наконец, наложили свежие повязки.

— Её тело излечится, — тихо сказала лекарь. — Но нам стоит побеспокоиться о её разуме.

— Вам необязательно разговаривать так, будто меня здесь нет, — резко сказала Элара.

Энцо попытался скрыть улыбку.

— Похоже, нам не стоит так уж сильно переживать.

Лекарь слегка улыбнулась и начала возиться с двумя сосудами, через которые проходил Свет, проникающий сквозь балконную дверь. В одной бутылке была налита голубая жидкость, а в другой более тёмная.

— Это поможет тебе уснуть.

Она закончила смешивать жидкости и отдала одну бутылку Энцо.

— Пусть принимает по две капли под язык, — сказала она, собирая свои вещи. — Побольше отдыха, еды и жидкости. Доверяю её тебе, — сказав это, она сурово посмотрела на Энцо.

— Я буду самой лучшей прислужницей, которая у неё когда-либо была.

Он улыбнулся и потянулся на своём стуле. Элара тихонько рассмеялась, после чего замок двери щёлкнул.

— Я боюсь засыпать, — сказала она едва слышным шепотом.

Энцо нахмурился, наклонился к ней и потряс бутылку.

— Я чувствую, что боль утихла. Но мои мысли теснятся в темноте. Я боюсь, что мне что-то приснится.

Его лицо смягчилось.

— Я не могу отменить того, что с тобой случилось, но обещаю, что буду здесь, когда ты проснёшься. Я не оставлю тебя.

Он провёл большим пальцем по её щеке и нагнулся вперёд.

— Лекарь сказала, что это поможет тебе уснуть.

Она раскрыла рот, и когда он отмерил две капли, снова опустилась на кровать. Он оставил свою руку на её щеке, а она крепко схватилась за неё, точно это был её якорь в бушующем море, и впала в забытье.

Глава 32

Элара проснулась от собственного крика. Тёмно-рубиновые тона гелионской ночи стали отражением её кошмаров, в которых её сжимали лапы Ариэта, а сама она была вынуждена наблюдать за тем, как Софии перерезали горло, точно ленту. Элара начала дико озираться, но почувствовала чьи-то руки в своих волосах и услышала приглушённое бормотание. Пот стекал по её спине, а помещение было залито красным полуночным светом. Она начала сопротивляться рукам, царапаясь и кусаясь, но они продолжили крепко держать её.

— Всё в порядке, — успокоил её голос, — Это всего лишь сон.

Она почувствовала, как её усадили на край кровати и высвободили из простыней. Вокруг повисла белёсая дымка из-за мягкого свечения, исходившего от Энцо. В проёме двери стояла какая-то фигура, которая словно задержала дыхание.

— Приведи лекаря, — сказал Энцо, а Элара всё никак не могла выпутаться из своих мучительных мыслей.

Энцо начал гладить её по спине медленными успокаивающими движениями. Она тряслась с головы до ног, а отголоски её кошмаров продолжали царапать её сознание.

— Элара, посмотри на меня. Посмотри на меня.

Её тело начали сотрясать мучительные спазмы, и тогда тёплые руки обхватили её лицо и заставили посмотреть наверх.

Она услышала, как в комнату ворвалась женщина-лекарь, звеня бутылками.

— Уверены? — проговорил тёплый голос.

А затем ей на язык накапали несколько сладких капель, и она снова погрузилась в темноту, почти не обращая внимания на руки, которые подняли её.

***

Проходили дни, Элара то теряла сознание, то приходила в себя и утопала в боли. Обычно её мысли были пусты, но перед пробуждением в её голове возникало одно и то же воспоминание, которое заново вскрывало её ментальные раны, заставляя её кричать. И каждый раз она чувствовала, как тёплые руки обнимают её, а также слышала тихие слова и добрый голос лекаря, после чего ей давали какой-то сладкий эликсир.

Когда она приходила в ясное сознание, она едва ли что-то чувствовала. Вместо этого её окутывали тени, и тогда её кормили супом и подносили воду к её потрескавшимся губам. А затем было нежное прикосновение и снова темнота. Так продолжалось несколько недель после её спасения, но всё изменилось однажды ночью.

Она, как всегда, проснулась в панике и мокрая от пота. Начав дико озираться, она заметила, что Энцо проснулся. Его волосы были растрёпаны, так как он спал на стуле, подперев голову рукой. Он подошёл к ней, как и в предыдущие ночи, а затем вошла женщина-лекарь. Элара равнодушно отметила, что в его глазах что-то изменилось. Он подошёл к лекарю, и начался напряжённый разговор. Она услышала взволнованный тон лекаря, который проник в её сознание сквозь паутину кошмаров.

— Придётся... подавить её сознание.

— Хватит... накачивать её... лекарствами, — почти зарычал Энцо.

— Я служу королю.

А затем — напряженная тишина.

— Тогда отдай их мне... силой открывать ей рот, точно она какое-то, мать его, животное.

Элара почувствовала, как нежные руки взяли её за подбородок, и чей-то большой палец прошёлся по её щеке.

— Открой рот, Элара.

Она подчинилась, почувствовала каплю на языке и услышала, как тихо закрылась дверь.

Энцо аккуратно поднял её и повёл по комнате к открытым дверям, ведущим на террасу. Он сел вместе с ней на диван, усадив Элару себе на колено, и завернул их обоих в одеяло.

— Тебе нужен свежий воздух, — сказал он глухо.

Она молча посмотрела на него, всё ещё пребывая в тумане.

— Прости, — вздохнул он, гладя её по волосам. — Я просто не могу смотреть на тебя, когда тебе так больно. А они только и делают, что накачивают тебя сонным зельем.

Звуки и всё вокруг казалось ей таким далёким. Лекарство потекло по её телу, и Эларе стало очень тепло и приятно. Она попыталась сосредоточиться на его словах, но, в итоге, сдалась, прильнула к его груди и стала слушать мерное биение его сердца. Как вдруг раздался стук в дверь, от которого она подпрыгнула. В дверях показалась чья-то голова. Это была Мерисса, которая посмотрела на них сонными обеспокоенными глазами.

— Она в порядке? — прошептала Мерисса, заходя на веранду.

Если она и заметила их интимную позу, то ничего не сказала.

— Всего лишь кошмар, — проговорил Энцо. — Не могла бы ты принести нам чай с ромашкой, Мерисса?

Она кивнула.

— Конечно.

Элара проигнорировала её, так как в данный момент её сознание отчаянно пыталось закрыть дверь, за которой вопили кошмары, пытавшиеся прорваться к ней. В моменты таких сражений она не видела ничего вокруг, а её глаза становились пустыми. А затем темнота побеждала, захлопнув дверь.

Она моргнула и сдвинулась, чтобы посмотреть на Энцо. Он гладил её по волосам, убаюкивая.

— Тебе надо очнуться. Начать чувствовать. Тебе нельзя оставаться в ловушке этого, — он обвёл рукой пространство вокруг неё, — тумана.

— Кошмары, — тихо сказала она.

Это было первое слово, которое она произнесла за последние пару недель.

— Просто темнота, а затем я всегда просыпаюсь из-за кошмаров.

— Ты хочешь об этом поговорить?

Она нахмурилась и покачала головой. Её мысли тут же улетучились, точно грозовые облака, которые прогнал ветер. Она была не в силах удерживать свои воспоминания

— Проговаривание помогает, — сказал он, откашлявшись. — Когда у меня бывают кошмары, я выхожу на балкон и проговариваю их вслух.

Он тихонько рассмеялся.

— Знаю, я похож на сумасшедшего. Но мне всегда казалось, что где-то там кто-то слышит меня. И я рассказывал ему обо всех своих страхах и боли до тех пор, пока они не покидали моё тело.

— Я забыла, что у тебя они тоже бывают, — тихо сказала она.

Он улыбнулся ей кривоватой улыбкой.

— О, принцесса, ты не знаешь и половины.

— Расскажи мне.

Он с опаской посмотрел на неё.

— Я не хочу ещё больше тебя расстраивать.

В её сознании, среди кромешной тьмы, зажглась крошечная вспышка надежды.

— Ты меня не расстроишь. Мне это поможет.

Он вздохнул и ещё крепче сжал её, а затем посмотрел на небо.

— В качестве оплаты Канции я должен был показать ей источник своей самой страшной боли. Мой отец... жестокий человек. Его нельзя назвать нормальным отцом.

Энцо сухо рассмеялся.

— В детстве, когда я видел, как Лео, или Изра, или кто-то из моих друзей веселятся как обычные дети, я всегда задавался вопросом, заслуживаю ли я этого.

Между ними растянулась долгая тишина, так как Энцо потерялся в своих мыслях.

— Заслуживаешь чего? — тихо спросила Элара.

Слушая его, она пыталась сосредоточиться хоть на чем-то в этом море пустоты. Она терпеливо подождала, пока он подберёт слова. Глубоко вздохнув, Энцо наконец ответил.

— Мой отец издевался надо мной так, что это заставило бы разрыдаться даже мёртвого. Думаю, что он винил меня в смерти матери. Я был обузой для него. Вечно кричащим ребенком, за которым было некому присмотреть. Он возненавидел меня в тот самый момент, когда я родился. И когда он узнал, что я обладаю всеми Тремя дарами, это стало моим проклятием, а не благословением. Начались бесконечные часы тренировок. И в возрасте пяти лет, когда я едва ли мог воспроизвести даже вспышку, он хлестал меня своим Светом. Бил меня до тех пор, пока мне не удавалось воссоздать хоть немного света на кончиках пальцев. И тогда боль отступала. Когда мне было шесть, я нашёл рассветную птицу со сломанным крылом. Я забрал её к себе и попытался вылечить. Отец увидел меня с птицей, и приказал мне убить её. Когда я отказался, он выжег на моей спине четыре буквы — «трус». А затем заставил меня смотреть на то, как он сломал птице шею.

Элара услышала гул в ушах. Что-то начало пробиваться сквозь её оцепенение.

— Я помню, как однажды... мне было где-то восемь... он отхлестал меня, как никогда прежде. Я потерял сознание. Я слышал, как лоскуты моей кожи колышутся на ветру. Вот как сильно он меня выпорол.

— Твой кошмар, — прошептала она. — В который я проникла.

Он долго смотрел на неё.

— Да. От которого ты меня спасла, — сказал, наконец, он и провёл рукой по волосам.

— Ночью после порки я лежал на кровати и рыдал. И я молился, но только не Звёздам — ведь, как мы знаем, они нас не слушают. И тогда мне показалось, что меня кто-то услышал. В ту ночь я уснул, и мне приснилось, что меня навестил ангел. Я мало что помню, но когда я проснулся, то впервые почувствовал себя в безопасности. Почувствовал себя сильным. Поэтому я терпел издевательства своего отца до тех пор, пока не научился владеть каждым из своих даров так, что стал представлять для него угрозу. Каждую ночь я выходил на улицу и разговаривал с этой невидимой силой, убедив себя в том, что она существует.

Голос Энцо был спокойным и уверенным, словно он не раз уже рассказывал эту историю у себя в голове. Элара развернулась и посмотрела в его золотые глаза, которые сделались бледными и неотрывно смотрели куда-то вдаль.

— Вот почему я увидела тебя в ту ночь на балконе. Ты разговаривал.

Он кивнул.

— Ночь успокаивает. Раньше мне нравилось высовываться из окна и наблюдать за тем, как всё оживало, когда Свет исчезал, — призналась она. — Я замечала... как люди становились самими собой в темноте. У нас был огромный сад, засаженный сумеречными персиками.

Перед глазами у неё слегка поплыло, но она смогла сосредоточиться на воспоминании.

— И я наблюдала за тем, как влюблённые тайно встречались под покровом ночи. Это были придворные, которые находились в браке по расчёту и не могли быть вместе со своими возлюбленными. Например, знатные дамы, которым было запрещено встречаться с конюхами. Мне казалось таким романтичным доверять ночи свои секреты. У меня они тоже были.

Наступила комфортная тишина, и Энцо продолжил гладить её по волосам.

— Что произошло с твоими шрамами? — прошептала она, наконец, вспомнив о тех словах, что он сказал, когда она сравнила Энцо с его отцом.

Она боялась услышать ответ, так как ей казалось, что она уже знает его. Энцо долго молчал, а потом, наконец, заговорил.

— У него всегда была под рукой вердианка, лекарь. Когда моя кожа была настолько сильно изранена, что представляла собой кровавое месиво, она заживляла каждый сантиметр моей кожи, чтобы Идрис мог снова причинить мне точно такую же боль. И чтобы никто ничего не узнал. Поэтому у меня нет никаких шрамов. Когда я стал сильным, я сразу же нашёл её. Я был ребёнком. Что за человек стал бы делать такое? Как можно было позволять это?

Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и она заметила, что его трясёт.

— От лекаря не осталось ничего кроме пепла, когда я с ней закончил.

Он испустил глубокий вздох.

Её начали переполнять эмоции, и она сжала его руку. А затем посмотрела на него. Она поняла. Он не хотел её жалости, и не хотел, чтобы она что-то сказала, пытаясь смягчить его боль. Он просто хотел, чтобы кто-то его выслушал.

Она провела большим пальцем по его руке.

— Просто знай, — сказала она сонным голосом, — когда-нибудь твой отец умрёт из-за того, что он с тобой сделал. И мне плевать, что это измена. Мне всё равно, что он король, и что мне нужен этот союз. Однажды он почувствует всю ту боль, что причинил тебе.

— Я знаю. И это сделаю я.

Если бы Элара была в ясном уме, она бы приподняла бровь, услышав, как собственный сын угрожает изменить королю. Но вместо этого она снова легла Энцо на грудь, и его плечи расслабились.

— Теперь ты знаешь, что успокаивает меня после кошмаров. А что успокаивает тебя?

Элара провела рукой по волосам и начала жевать щёку.

— Свежий воздух, — сказала она, слегка улыбнувшись, и обведя рукой окружающее их пространство. — Чтение.

"Ты", — хотела сказать она, но проглотила слова, вертевшиеся на кончике её языка.

— Чтение, — сказал он и улыбнулся ей. — Тебе понравилась последняя подборка, которую тебе оставили?

Превозмогая изнеможение, Элара сощурила глаза, когда у неё в голове всплыло воспоминание.

— Откуда ты про неё знаешь?

— "Моё время со звездой: воспоминания". Мне показалось, что тебе это будет интересно.

Он взял книгу с низкого столика, стоявшего перед ними, открыл её и начал читать:

— Леон был самым чудесным любовником, который у меня когда-либо был.

— Боги, перестань, — застонала Элара, с трудом произнося слова.

— Я отправил её тебе после твоей встречи с ним. Подумал, что тебе захочется узнать о том, каким он был невероятным любовником, на случай, если ты решишь посетить его храм, — сказал он полным сарказма голосом.

Элара закрыла глаза и покачала головой.

— Мы все знаем, что Звёзды казнят любого, кто осмелится утверждать обратное, — проговорила она, и её веки дрогнули. — Мне достаточно было один раз взглянуть на Леона, чтобы понять: он из тех, кто любит трахаться перед зеркалом и смотреть на себя.

Из Энцо вырвался низкий смешок.

— Грязный-грязный рот.

Она легонько потянула за книгу у него в руках, и её голова закружилась.

— Попробуй лучше эту.

Она положила книгу на место и вместо неё взяла из стопки "Мифы Селестии".

Энцо удивлённо посмотрел на неё.

— Это одна из моих любимых книг.

— В нас больше общего, чем тебе кажется, — ответила она, после чего тихо вздохнула и уткнулась лицом в его шею.

Его запах был таким успокаивающим — мыло с бергамотом и пьянящий запах амбры. Он замер. И его рука продолжила осторожно водить кругами по её спине так, словно он боялся сдвинуться и испортить момент. Мерисса вернулась почти неслышно и поставила чайник на маленький столик. Ещё раз взглянув на них в нерешительности, она слегка улыбнулась и снова вышла.

— Спасибо, — сказал он ей одними губами, когда Элара закрыла глаза.

Перевернув страницу большим пальцем, он откашлялся и начал читать:

— Ночные призраки Астерии. Когда-то давно в землях, которые сейчас называют Астерией, родилась Тьма. Всё на свете появлялось из неё, и возвращалось к ней. И однажды из неё родилось существо, которое назвали Ночным призраком. Он был похож на небольшое тёмное пятно нашей собственной тени или на узор на стене детской...

Он замолчал и посмотрел на Элару, которая улыбалась у него на груди.

— Ты ведь из тёмных? — спросил он, усмехнувшись.

— Призраки очень дружелюбные, — тихонько сказала она. — Мы оставляем для них еду и разные сладости в канун Хэлловея. Это моё любимое время в году, когда призраки защищают дома.

— Хм-м, — он кивнул. — Расскажи мне что-нибудь ещё.

Она пожевала щеку.

— Когда мы были маленькими, нам рассказывали истории про монстров. Ну... их можно так назвать. Это призраки, которые защищают наши земли. Крылатые львы, ревущие в небе Гелиоса. Ледяные духи Светы.

Она посмотрела на него из-под ресниц и заметила, что он тоже на неё смотрит.

— Змеи в Беззвёздном море, — продолжала она. — Огромные существа, на которых можно покататься, если тебе удастся их поймать.

— Тебе удавалось?

— Один раз, — она слабо улыбнулась. — Мне и...

Мир у неё перед глазами поплыл.

— Мне и... моей лучшей подруге.

Она недоуменно нахмурилась. Она не могла вспомнить её имя, хотя оно вертелось у неё на языке.

— Софии? — нежно спросил Энцо.

Что-то красное возникло у неё перед глазами; лезвие, перерезанное горло, зияющая рана, сцена, обтянутая бархатом. Она дёрнулась, как будто её ударили.

— Прости, прости, — начал нашептывать голос где-то вдалеке, и она ухватилась за него, жадно глотая ртом воздух.

Когда она снова пришла в себя, Энцо крепко сжимал её, а в его глазах отразилось беспокойство.

— Нет, я должна, — она стиснула зубы, превозмогая боль в своём сознании. — Я должна чувствовать. Я не могу больше плавать во всём этом.

Он крепко её обнял и перевернул страницу.

— Тогда давай почитаем. И обещаю, что завтра я помогу тебе выбраться из всего этого.

Она кивнула, и Энцо нежно прижал её к себе.

— Спасибо, — проговорила она, в то время как лекарство уже начало убаюкивать её.

— За что? — тихонько спросил он.

— За то, что поделился частью себя.

Она была уже между мирами, когда он, наконец, тихо ей ответил:

— Тебе принадлежит гораздо больше, чем мне хотелось бы признавать.

Глава 33

Когда Элара снова проснулась, она уже не кричала. За её веками сиял Свет, и она решила проверить границы своего сознания. Темнота была на месте, воспоминания не беспокоили её, но там было также что-то ещё.

Золото.

Она открыла глаза и посмотрела на Энцо, который всё ещё спал, обхватив её своими мускулистыми руками. Книга теперь лежала на столе. Утро было тихим, и она пристально рассмотрела Энцо, чего не осмеливалась делать, когда он бодрствовал. Её сердце громко застучало, и, разглядывая его, она испытала одну единственную эмоцию. Чувство вины.

У него под глазами залегли тени, и она снова ощутила укол незнакомого чувства, но позволила себе испытать его. Он, должно быть, сидел на том стуле возле её кровати каждую ночь, и просыпался, если просыпалась она. Она оглядела его чёрные как смоль ресницы, которые касались щёк, и лоб, который разгладился во сне. Она слегка коснулась веснушки под его глазом и легонько провела пальцем вниз до другой веснушки, а затем до веснушки под другим его глазом. Нарисовав таким образом своё собственное созвездие, она переместилась к его челюсти и провела по её гладкому изгибу, после чего остановилась над полными губами. Увидев, что золотой глаз Энцо приоткрылся, она подпрыгнула.

— Доброе утро, — пробормотал он, глядя на неё.

— Доброе, — ответила она.

— Сегодня не было никаких снов?

— Вообще никаких.

Его лицо расслабилось, и он осторожно поднял её на руки.

— Вообще-то я могу ходить.

Она шлёпнула его по руке, и он аккуратно опустил её на пол.

— Как ты себя чувствуешь?

— Вменяемой.

Он сжал её руку, и они вернулись в её комнату. И даже это простое движение практически высосало из неё всю энергию. Она опустилась на кровать, тяжело дыша.

— С моим сознанием что-то происходит. Каждый раз, когда я пытаюсь ухватиться за какую-нибудь мысль, она меня покидает.

Она прижала к глазам основания ладоней.

— Мне нужно больше лекарства.

— Элара, нет. Это не поможет.

— Энцо, мне это нужно. Я так больше не могу.

Она умоляюще посмотрела на него своими опустошёнными глазами.

— К чёрту.

Элара подняла на него взгляд. Это был первый раз за несколько недель, когда он проявил свой характер воина. Он схватил её за руки и поднял.

— Куда мы идём?

— Наружу, на свежий воздух... я не знаю. Куда угодно, лишь бы подальше из этой проклятой комнаты. Я больше не собираюсь накачивать тебя лекарствами.

Она последовала за ним, задыхаясь после всех тех недель проведённых в постели. Она была слишком вымотана, чтобы спорить, поэтому пошла с ним по дворцу и позволила вывести её к атриуму, где текла вода. Снаружи слышалось пение птиц. Элара не слышала этот звук уже несколько месяцев, так как находилась либо в тюрьме, либо без сознания. Энцо продолжил аккуратно тянуть её за собой по территории дворца, а затем помог ей спуститься по ступенькам в нижний сад. Небо было синего цвета и покрыто бордовыми и оранжевыми тяжелыми облаками. И оно как будто давило на них, а в воздухе чувствовался привкус металла.

— Приближается гроза, — проговорил Энцо, уводя её всё дальше в сад, мимо лабиринта и изогнутых рассветных деревьев.

Они остановились на постриженной лужайке, усыпанной красными розами.

— Зачем ты привёл меня сюда? — глухо спросила она.

— Потому что я не могу больше смотреть на тебя в таком состоянии. Я пытался быть терпеливым и не спешить, но я больше не могу этого выносить. Из-за этих лекарств ты превратилась в тень. Это не ты.

Она нахмурилась, испытав чувство недоумения. Он начал нервно ходить из стороны в сторону.

— В течение нескольких недель я должен был сидеть рядом с тобой и наблюдать за тем, как ты просыпалась от криков из-за кошмаров, которые мучили тебя. Я наблюдал за тем, как приходили лекари, держали тебя и силой заливали тебе в горло лекарство, а затем ты опять отключалась. Ты была точно призрак, когда просыпалась только для того, чтобы поесть.

Она холодно посмотрела на него. Слова начали формироваться на её языке, но она почти не осознавала их, не чувствовала, что они ей принадлежали.

— Извини за то, что моя боль доставила тебе столько хлопот.

Он сжал челюсти, остановился, и его взгляд метнулся в её сторону.

— Я не это имел в виду, — сказал он низким голосом.

Она ощутила ещё какую-то эмоцию, и та вырвалась из неё раньше, чем Элара успела осознать, что это было.

— Это не ты. Та Элара, которую я знаю, боец. Принцесса. Она не разрешает себе скатиться в беспамятство. Она встречает боль лицом к лицу. И она не трусиха.

Гром грянул у них над головами. Оглушительный звук сотряс небо, на котором начали собираться облака.

— Как ты меня только что назвал? — тихо спросила она.

Что-то тяжёлое начало собираться внутри неё. Она почувствовала Тьму, которая защищала её. Тьма была голодна и извивалась у неё под кожей.

Раздался ещё один раскат грома, и небеса разверзлись. Дождь полил ручьями. Тяжёлые капли полетели вниз, нагреваясь во влажном воздухе Гелиоса. На лице Энцо, который тут же стал мокрым от дождя, появилась ухмылка. Он принял высокомерную позу и скрестил руки на своей промокшей белой рубашке, что заставило её тут же почувствовать раздражение. Это была более сильная эмоция, которая пряталась где-то в глубине. Её ладони зачесались.

— Трусиха.

Что-то чёрное зашевелилось у неё под кожей. Её магия так и норовила вырваться наружу, после стольких недель заточения внутри её тела. Она начала собираться на её ладонях, которые Элара выставила вперед, её глаза сверкнули серебром. Из рук Элары вырвались ужасающие образы, не животные, но что-то иное. Кошмары, которые мучили её.

Дождевые капли падали на её мокрую кожу, но она чувствовала только гнев и кипящую тьму внутри неё. Уродливые формы бросились на Энцо и повалили его на землю. Он издал глупый смешок, и из его тела вырвался свет, который превратил тени в пепел.

— А вот это уже больше похоже на тебя, — сказал он, вскочив на ноги и присвистнув.

Молния разрезала небо у них над головами. Элара застыла на месте и сжала руки в кулаки. Мокрые волосы прилипли к её коже.

— Неужели мне удалось залезть тебе под кожу, принцесса?

Она оскалила зубы, и зверь внутри неё вырвался наружу. Она выкрутила руки, и пространство вокруг изменилось. Дождь всё ещё продолжал лить, но в её иллюзии не осталось ни звёзд, ни света. Это было чёрное и тягостное место, которое начало давить на них обоих; оно было отражением того, что пряталось внутри неё.

— Милое местечко, — сказал Энцо сухим тоном, осмотревшись, после чего послал в её сторону поток огня.

Она отмахнулась от него и увидела, как на его лице появилась жадная улыбка. Он начал метать в неё потоки огня, а она продолжала отмахиваться от них так, словно её магия только этого и ждала.

Наконец, после очередной вспышки его света иллюзия пропала, и она оказалась на лужайке и тяжело дышала. Вода текла по ней потоками, а её белая ночнушка прилипла к телу. Энцо выглядел не лучше. Его рубашка теперь облегала его, как вторая кожа.

— И это всё, что у тебя есть? — крикнул он, и она зарычала, охваченная яростью.

Её тени превратились в стрелы и одна за другой начали врезаться в щит, который он создал. А затем они превратились в ворон, которые начали клевать его, а после — в гигантского льва.

— Нет уж, львёнок, — сказала она.

На её лице появилась улыбка, и когда она взмахнула руками, лев ринулся вперёд.

Энцо упал, когда чёрный лев бросился на него. Она ожидала услышать крики, но вместо этого услышала его низкий смех. Она пошла в его сторону, вытянув руки вперёд. Он метнул во льва своим светом, и плотные тени начали извиваться, пытаясь вырваться наружу.

— Как насчёт того серебряного света, что ты призвала на дне озера? — проговорил он, тяжело дыша. — Может быть, тебе стоит запустить его в меня?

Элара замерла, и у неё в голове возникли воспоминания о тонущем Энцо и окруживших его костлявых хвостах в тёмной воде.

— Я не знаю, что это было, — прошептала она. — Этого никогда раньше не случалось.

Он нашёл её глаза.

— Я тебе верю. Но я никогда не слышал, чтобы у кого-то было больше, чем три дара. Если у тебя больше трёх даров, ты гораздо более могущественная, чем кто-либо мог подумать.

— Я не хочу разговаривать о своей магии, — прошипела она, а капли воды всё ещё продолжали капать с неё на Энцо.

Он ухмыльнулся.

— Ладно, мы не будем говорить о магии. Давай поговорим об оружии.

Его свет рассеялся, а ноздри раздулись. Он дразнил её.

— Ладно, — огрызнулась она, опустившись на траву напротив него.

Энцо сел на корточки и спросил:

— Расскажи мне, Элара, тот кинжал всё ещё висит на твоем маленьком симпатичном бедре?

Она сощурилась, а он пододвинулся к ней поближе. Его обжигающе горячая рука прошлась по её ноге, приподняв мокрую ночнушку. А затем он провёл рукой по внешней стороне её бедра.

— Нет, у тебя его нет, — проговорил он.

— Его забрал Ариэт, — хрипло произнесла она.

Она перестала дышать, почувствовав его шероховатый большой палец на своём обнажённом бедре. Она видела, как капли собирались на его ресницах, а затем начали стекать вниз по его губам. Гнев охватил её тело, подпитывая магию. Она чувствовала жар, исходящий от Энцо, похожий на очаг посреди её холодного мира. Он перенёс вес своего тела вперёд, и ей пришлось откинуться назад на локти, а он придвинулся ближе и оказался теперь меж её ног. Огонь уже полыхал внутри неё.

— Что ты чувствуешь, Элара? — сказал он низким и тихим голосом.

Её грудь вздымалась.

— Злость, — прошипела она. — Столько злости.

— И это всё?

Его лицо медленно расплылось в улыбке, когда он наклонил голову, изучая её. Его рука так и осталась лежать на её бедре, а губы были так близко, что её дыхание обдавало их.

— Ненависть.

— М-м-м, — хмыкнул он.

Он наклонился к её шее, и его запах наполнил её.

Она почувствовала его дыхание, а затем его нос прошелся по чувствительной коже её шеи. Она испустила дрожащий вздох. Желание — ещё одна незнакомая эмоция — охватила её тело. Он издал смешок, и в тот же самый момент провёл языком по чувствительному месту у неё за ухом. Её дыхание сделалось прерывистым, и она закрыла глаза.

— Ты уверена, что это всё, что ты чувствуешь? — протяжно сказал он.

Её глаза резко открылись.

— Да, — огрызнулась она.

На его лице сохранилась полуулыбка, а в воздухе раздался стальной скрежет. Перед ними появился её кинжал, и тогда Энцо протянул его Эларе и прошептал ей в губы:

— Тогда почему бы тебе не показать мне, как сильно ты меня ненавидишь?

Её глаза округлились, когда она увидела кинжал.

— Откуда он у тебя?

— Я нашёл его той ночью, когда был у вас во дворце. Я знал, как много он для тебя значит.

— И ты ждал всё это время, чтобы отдать его мне только сейчас?

Элару начало трясти от гнева, от изнеможения, от желания, от облегчения.

Все эти эмоции были такими чуждыми после стольких дней оцепенения.

Она выхватила кинжал из рук Энцо и направила ему в грудь. Заметив, как его сердце колотится рядом с его кончиком, она обвела Энцо взглядом: его мокрые кудри и полупрозрачную рубашку, облегающую его мускулы. И горячие эмоции потекли из неё, точно лава. Она надавила на кинжал, но он продолжил смотреть на неё, и в его глазах не было ни капли страха.

А затем, сверкнув зубами, она отпрянула и встала, бросив на него взгляд, полный ярости. Но где-то в глубине этого взгляда таилось желание — и они оба это знали. Отвернувшись от него, Элара пошла обратно к себе в комнату, не говоря ни слова.

Глава 34

Резко раскрыв двери, Элара вошла в комнату, где сорвала с себя промокшую ночнушку. Оставив её у входа, она проследовала в ванную. Злость исходила от неё, точно пар, пока она набирала ванну, в то время как холод дождевых капель начал проникать ей под кожу. Как он посмел назвать её трусихой после всего того, что она вынесла? Не говоря уже о том, что он показал ей её кинжал лишь через несколько недель после спасения.

Она бросила кинжал на столешницу, и его рукоять звякнула о мраморную поверхность. Элара сжала зубы, чтобы они перестали стучать, и выключила воду. Погрузившись в ванну, свою первую ванну, которую она набрала самостоятельно за чёрт знает сколько дней, она позволила своему гневу охватить её.

Неожиданно у неё в голове возникла одна ясная мысль, заставившая её сесть.

Гнев. Она чувствовала гнев. И в этот момент она не думала ни о своей боли, ни о Софии. Она вздрогнула, вспомнив её имя, но когда что-то попыталось закрыть от неё это воспоминание, она зарычала. Она была уже не такой сильной, так как потратила часть своей магии, дремавшей внутри.

Энцо заставил её почувствовать весь спектр эмоций. В тот момент она чувствовала негодование и ненависть по отношению к нему, но также желание и облегчение. Она содрогнулась, вспомнив о том, как его язык прошёлся по её шее, чем воспламенил всё её нутро. Он намеренно дразнил её, пытаясь вывести из того небытия, в котором она едва ли существовала последние несколько недель.

Она слегка улыбнулась. Это была первая улыбка, которую она позволила себе после маскарада. Казалось, что он был так давно.

Сейчас её сознание было гораздо более ясным за долгое время, магия пробудилась внутри неё, позволяя Эларе свободно дышать и думать. Элара встала из ванной и взяла полотенце. Было так здорово осознавать все свои действия. Её злость разогнала туман. Плотно обернув вокруг себя полотенце, она вошла в комнату.

— Энцо! — воскликнула она, подпрыгнув на месте.

Он развалился на стуле рядом с кроватью, и знакомая самодовольная улыбка приподняла уголки его губ, когда он оглядел её полуголое тело с головы до ног.

— Я твоя прислужница, забыла?

Он широко улыбнулся, и закинул руки за голову. Она одарила его испепеляющим взглядом и вернулась в ванную комнату для того, чтобы одеться. Когда она снова вышла, то была уже более прилично одета, и кружевная ночнушка изумрудного цвета теперь прикрывала её бёдра. Энцо посмотрел на неё, затем отвёл взгляд, но, в итоге, снова посмотрел на неё и замер, точно хищник. Она не надевала подобных вещей со времён маскарада. Сам факт, что Элара сама выбрала эту ночнушку, говорил о том, что она снова начала становиться собой. Проигнорировав взгляд Энцо, она села перед зеркалом и начала расчёсывать свои мокрые волосы.

— Мне позвать Мериссу? — проговорил он гортанным голосом.

Её руки слегка дрогнули, но она продолжила расчёсываться. Она была пока не готова увидеть свою подругу... ни её, ни Изру. Они возвращали её к воспоминаниям, которые были слишком болезненными, воспоминаниям о Софии.

— Нет.

— И как ты собираешься высушить волосы? Ты можешь простудиться.

Она с грохотом опустила расческу и резко повернулась к нему.

— Ты так и будешь кудахтать вокруг меня весь вечер, Курица Наседка?

Он фыркнул, встал со стула и подошёл к ней. Затем он присел перед ней на колени, но был всё ещё таким высоким, что ему пришлось наклониться, чтобы посмотреть прямо ей в глаза.

— Понадобилось совсем немного огня, и твоё острословие вернулось.

Она попыталась подавить улыбку.

— Вот так, — тихо сказал он. — Боги, я скучал по этой улыбке.

Губы Элары дрогнули, и ей сдавило горло. Она попыталась сглотнуть. Раз. Два раза. Её глаза заслезились, так как комок в горле всё не желал исчезать, как бы она ни старалась сглотнуть его.

Её губы снова дрогнули, и Энцо озабоченно посмотрел на неё. А затем её прорвало.

Элара всхлипнула, затем ещё раз, а потом зарыдала. Когда она закрыла лицо руками, Энцо наклонился вперёд и обнял её. Её плечи начали сотрясаться, когда она попыталась сделать вдох, и слёзы снова начали душить её. И тогда она уткнулась Энцо в шею.

— Всё хорошо, — проговорил он, гладя её рукой по волосам.

— Я чувствую такую вину, — рыдая, проговорила она, — даже за то, что улыбаюсь. Моя лучшая подруга мертва, а я здесь. Это моя вина.

— Послушай меня, — Энцо нежно отстранил Элару и посмотрел ей в глаза. — В этом нет твоей вины. Ты, правда, считаешь, что София так думает?

Элара вытерла слезу, глядя в потолок.

— Ариэт сделал это, чтобы наказать меня. Это моя вина.

— Знаешь, в гелионской культуре мы верим в то, что смерть это ещё не конец. Это начало чего-то нового. Когда ты теряешь любимого человека, то не теряешь его на самом деле. Он продолжает жить вместе с тобой, его тепло и воспоминания о нём. И эта энергия передается от человека к человеку до тех пор, пока об этом человеке помнят. София не ушла навсегда. Просто у вас с ней начались новые отношения.

Элара изменилась в лице и крепко сжала руки Энцо.

— Что бы она сказала тебе, если бы была здесь?

Элара рассмеялась, а затем проговорила сквозь слёзы:

— Она сказала бы мне... собраться и перестать жалеть себя. Она сказала бы мне, чтобы я жила. Потому что София наслаждалась каждым моментом своей жизни. Она научила меня быть смелой, научила обходить правила. Она была бесстрашной и яркой, и она хотела бы, чтобы я испытала все те чудеса, что предлагает нам жизнь.

— Тогда живи, Элара. Ради неё.

Его лицо стало серьёзным.

— Ты как-то рассказывала мне, что София видела будущее. Она знала свою судьбу и всё равно сделала то, что сделала, потому что любила тебя. Она верила в тебя. Так живи для неё.

— Ты не представляешь, как сильно мне нужно было это услышать, — Элара улыбнулась, и её глаза снова наполнились слезами.

Энцо крепко прижал её к себе и поцеловал в макушку.

— А теперь вернемся к мокрым волосам.

Она высвободилась из его объятий и фыркнула. Его руки вспыхнули, и из них потекла магия. Он занёс их над её головой. Тепло наполнило воздух вокруг неё, и она почувствовала, как её волосы начали высыхать.

Элара удивлённо уставилась на него.

— Серьёзно?

Он только пожал плечами.

— Будет несправедливо умереть от простуды после стольких недель мучений.

Его чёрная шутка заставила её рассмеяться. Было так здорово снова смеяться, а особенно над своими бедами.

Энцо как будто прочитал её мысли.

— Тебе стоит поучиться тому, как танцевать под дождём.

— Мы именно этим занимались снаружи? — насмешливо спросила она, потрогав волосы.

— Если бы ты захотела, мы могли бы не только потанцевать.

Её желудок сжался, когда она поняла, на что он намекает, поэтому она тут же сменила тему:

— Значит, грелка и парикмахер. Твои многочисленные воины и жители города, которые тебя почитают, в курсе твоих способностей?

Он фыркнул и отошёл к своему стулу.

— Наконец-то твоё остроумие вернулось. Знаешь, я никогда не делал этого ни для кого.

Несмотря на то, что его непринуждённая улыбка сохранилась на губах, его лицо стало таким искренним, что она не смогла отвести взгляд. Тишина сделалась почти осязаемой, когда до неё дошла глубина его слов.

— Почему? — выдохнула она.

Он наклонил голову.

— Ты готова об этом поговорить, принцесса?

Её сердце громко застучало.

— Нет, — прошептала она.

Его непринуждённая улыбка вернулась.

— Тогда ты узнаешь об этом в другое время.

Он подмигнул ей, напряжение спало, и тогда Элара подошла к кровати.

— Тебе не обязательно оставаться здесь сегодня, — тихо сказала она, начав теребить выбившуюся нитку на одеяле.

— Думаешь, что сможешь так легко от меня избавиться? О, Эл, у меня на тебя большие планы.

Она улыбнулась, услышав то прозвище, которым он её называл.

— Планы?

— Ты же не думала, что я дам тебе возбудиться, а потом сбегу? Я уже говорил тебе... я тебя не оставлю. Мы пройдём через всё это вместе.

— Почему ты так добр ко мне? Тебе не обязательно... то есть... у тебя, конечно, есть какие-то обязанности, и разные дела... нам ещё столько всего нужно сделать...

Она не закончила своё предложение.

— Иногда меня поражает степень твоего отрицания. Нет никакого другого места, где я бы хотел сейчас оказаться, — просто сказал Энцо и сел на стул.

И прежде чем она смогла ему ответить, он задул свечи и скомандовал:

— Спи.

И она уснула.

***

Кошмары преследовали её во снах, но на этот раз что-то в них поменялось. Они уже не были теми яркими ужасами, которые наводняли её сознание перед пробуждением. И хотя она проснулась, прижав руки к груди и тяжело дыша, она больше не билась в тёплых руках, которые её обнимали.

— Это сон, Эл, всего лишь сон.

Её снова подняли, и чья-то нежная рука убрала с лица её спутанные волосы. Свежий утренний воздух снова встретил её, а по коже побежали мурашки, вызванные рассветной прохладой.

— Ты в порядке? — спросил Энцо, гладя её по спине.

Она кивнула и наклонилась вперёд, поместив голову между ног и тяжело дыша.

— Хочешь об этом поговорить?

Она покачала головой и продолжила дышать.

— Вспомни, что я тебе говорил. Чем больше ты об этом разговариваешь, тем легче становится. Этим ты снимаешь с себя груз.

Он сжал её руку.

— Поверь мне, благодаря своей магии я знаю, о чём говорю.

— Ты никогда не говоришь о своём третьем даре. Умении видеть людей.

Он криво ей улыбнулся.

— Ты всегда такой честный?

— Почти. Мне мало что удаётся спрятать. Я могу видеть ложь в других людях. Я вижу тяжёлую тьму, которая окутывает их. Такой дар определённо способствует честности.

— Что ещё ты видишь?

— Я вижу энергию и намерения людей. Не с предельной ясностью; я не умею читать мысли. Это похоже на вибрации. Ты видишь сияние, исходящее от людей, слабую энергию, которая делает их такими, какие они есть. Но, как я уже говорил в нашу первую встречу, ты оказалась первой, кого я не смог считать.

Она нахмурилась.

— Почему?

— Понятия не имею. Я не могу считывать только Звёзд. Но ты первая смертная, с кем у меня это не получилось.

Он вздохнул и прошёлся глазами по её лицу.

— Боги, как же мне иногда хочется знать, что происходит в твоей голове.

Она усмехнулась.

— О, поверь мне, лучше не надо.

Его глаза зажглись интересом.

— А вот теперь я ещё больше заинтригован.

Она покраснела, а его лицо озарила улыбка, словно он действительно видел её насквозь. Но он не стал больше давить на неё.

— Вчера после нашего разговора, я почувствовала себя лучше. Но я так по ней скучаю, — слёзы снова навернулись ей на глаза. — Я не могу... Я не знаю, как с этим справиться. Как принять это. Каждый раз, когда я просыпаюсь, я чувствую, как на меня давит то, что её здесь больше нет.

— Просто проживай каждый новый день. Выздоровление это не линейный процесс, Эл. Будут такие дни, когда свет будет согревать твоё лицо, и такие дни, когда тебе даже не захочется вставать с кровати. Но потом обязательно наступит утро. Не нужно ожидать от себя многого.

— Знаешь, ты очень мудрый.

Энцо подмигнул ей.

— Значит, у меня не только симпатичное лицо? Я познал много горя в жизни, Эл. Ты не одна, обещаю.

— Моя мама всегда считала проклятием то, что я так глубоко чувствую. Я так сильно её любила, и, мне кажется, что она была способна любить меня по-своему, но не так, как мне было нужно.

— Люди могут узнать тебя настолько, насколько они знают себя самих.

Элара кивнула.

— Поэтому я заперла все эти эмоции за высокой стеной. Они всё ещё кипят где-то в глубине. Иногда мне интересно, каково это — вынырнуть на поверхность жизни; не знать ни боли, ни печали, не привязываться ни к кому.

Энцо резко отстранился и приподнял её подбородок.

— Не позволяй никому говорить тебе, что слишком сильные чувства это слабость. Знаешь, сколько нужно силы, чтобы чувствовать жизнь во всех её проявлениях? Чтобы держать сердце открытым? Цени это, Элара. Не многие владеют таким даром.

Её глаза заблестели.

— Иногда это бремя кажется таким тяжёлым.

Он посмотрел на неё такими открытыми и доверчивыми глазами, что у неё заболело в груди.

— Тогда позволь мне нести его вместе с тобой.

Глава 35

На следующий день, когда Элара собиралась перед зеркалом, она почувствовала, что давление на её грудь уменьшилось. Слова Энцо подействовали на неё как бальзам и успокоили зияющую саднящую рану, оставленную после огромной потери.

Она не видела своего отражения в зеркале с тех пор, как покинула дворец Ариэта, так как боялась смотреть на себя. Тёмные тени залегли у неё под глазами, а порез, оставленный на скуле кольцом Ариэта, всё ещё заживал. Её лицо было бледным, потеряв большую часть того цвета, приобретённого за несколько недель пребывания на улице. Она подумывала позвать Мериссу и пыталась подготовить себя к тому, чтобы увидеть её и заговорить с ней, но страх в ней был всё ещё слишком силён. Она почти обозвала себя трусихой, как вдруг в её голове прозвучали слова Энцо.

Выздоровление — постепенный процесс.

И тогда она решила не судить себя, как и учил её Энцо, который ждал её сейчас рядом с кроватью.

Она коснулась дрожащей рукой посветлевших синяков и порезов.

— Они заживут, — тихо сказал он.

Нацепив на лицо смелую улыбку, она повернулась к нему.

— Я готова.

Его улыбка вернулась и ослепила её. Он предложил ей взять его под руку, и когда Элара это сделала, он вывел её из дворца. Когда она оказалась за его пределами, её сердце забилось сильнее. Тело начало кричать, а мышечная память напомнила ей о том, что произошло в тот раз, когда она покидала дворец в последний раз. И, словно точно зная, что происходит, Энцо крепко прижал её к себе и жестом указал на карету, которая остановилась рядом с ними.

— Я давно уже хотел тебе кое-что показать, — сказал он, желая отвлечь её. — Ты почти не видела Гелиоса с тех пор, как приехала сюда, и сегодня мы тебя с ним познакомим.

Его губы приподнялись в полуулыбке.

— Я даже не задумывалась о том, как мало я видела город, — призналась она, когда он повёл её к карете, ожидающей у дворцовых ворот. — Не считая того "теплого" приёма, который я получила по прибытию, и ещё более тёплой встречи с Леоном.

Лицо Энцо потемнело. Он помог ей сесть, после чего постучал по боковой кареты, и та тронулась с места.

Широкая извилистая дорога, ведущая во дворец, оказалась ещё более красивой, чем её запомнила Элара. В прошлый раз она была измотана и травмирована и не обратила внимание ни на рассветные деревья, которые росли вдоль дороги, ни на вид на дворец. Сейчас, когда она повернулась к нему, она восхитилась золотыми водопадами, окружавшими его.

— Когда я пришла сюда, я даже не заметила всю эту красоту, — выдохнула она, а Энцо только усмехнулся.

— Я помню тебя в тот день. Ты была вся грязная и в крови, но блеск в твоих глазах говорил о том, что ты всегда знала, что ты королева.

Она посмотрела на него из-под ресниц.

— Королева?

— Что? — он рассмеялся. — Посмотрел бы я на того, кто решится поспорить с тем, что ты законная наследница астерийского трона, Элара.

Она вздрогнула, так как воспоминания о доме были навсегда отравлены для неё.

— Ты не можешь позволить Ариэту победить, — тихо сказал он. — Это твой дом. Нельзя позволить ему украсть у тебя воспоминания о нём.

— Ты прав.

Она выглянула в окно, когда карета замедлилась на более узких улочках. В Астерии всё было совсем иначе. Здесь пыльные дороги проходили мимо светлых зданий, окрашенных в белые и тёплые золотые тона. Она также заметила шпили храма Леона, проглядывавшие сквозь дымку.

— Ты вообще ходишь туда? — проговорила она, кивнув на экстравагантные колонны, которые исчезали вдали.

Энцо фыркнул.

— Я похож на религиозного человека?

Она на мгновение задумалась.

— Нет, но ты принц. Ты определённо должен исполнять свои обязанности и делать вид, что поклоняешься вашему великому Богу.

Он закатил глаза и откинулся на спинку сидения.

— По большим праздникам мне приходится тащиться туда и принимать участие в церемониях. В следующий раз мне придётся пойти туда на летнее солнцестояние. Элара, я своими глазами видел, чем занимаются Звёзды, как и многие другие люди. Тех, кто отрицает власть Звёзд не меньше, чем тех, кто почитает их, ползая у их ног.

— Какое кощунство, — отчитала она его с притворным раздражением во взгляде.

— Леон ещё не самый ужасный. Он нас не сильно беспокоит. Лишь иногда прохаживается среди людей, чтобы привлечь внимание и получить свою порцию преклонения.

— В Астерии Ариэт сказал кое-что о Звёздах, что показалось мне важным.

— Что он сказал?

— Он сказал, что Звёзды пробуждают в людях то, что и так уже присутствует в них. Их магия только усиливает наши качества.

Энцо задумчиво поднёс руку к губам.

— Это имеет смысл. Мы не хорошие, и не плохие. Я готов это подтвердить.

Он издал сухой смешок.

— Мне пришлось познать зло, чтобы понять, добрый я или нет. Пришлось столкнуться с ним, чтобы понять, что я не выберу его. Я всё ещё не могу понять, кто я такой. Судя по тому, сколько крови на моих руках.

— Ты добрый, — тихо скзала Элара.

Он одарил её полуулыбкой.

— Разве слухи обо мне не утверждают обратное? Я убил столько людей, что уже сбился со счета, ты ведь это знаешь. Я совершал ужасные вещи. О которых я никогда не смогу тебе рассказать. Если бы Ариэт околдовал меня, я не знаю, какую магию продемонстрировал бы тебе. Такова глубина моей тьмы.

Она выглянула в окно, и на её губах заиграла лёгкая улыбка, когда она ответила:

— Я не боюсь Тьмы.

Карета остановилась снаружи красивого мраморного здания. Элара смотрела на него, раскрыв глаза, пока они спускались на землю. Они оказались на небольшой площади с фонтаном посередине. В переулках, примыкающих к площади, были натянуты верёвки, на которых на лёгком ветру развевалось чистое бельё. Жара была сухой и приятной, а пространство заполнил вкусный запах еды.

— Я хотел показать тебе очень важное для меня место, — сказал Энцо, наклонившись к ней. — Я прихожу сюда, когда мне тяжело. Надеюсь, что тебе это тоже поможет.

Он повёл её к деревянной двери мраморного здания. Когда они вошли внутрь, её встретили прохладные тени, которые прошлись вверх по её рукам, точно приглашая внутрь. По центру небольшого атриума располагался водоём с бирюзовой водой. Крыши не было, и внутрь проникал слабый свет, отбрасывающий узоры на тени вокруг. Она усмехнулась, вытянула руки вперёд и начала собирать тени.

— Осторожнее, — сказал он предупредительным тоном. — Я никогда никого сюда не приводил.

Что-то засияло внутри неё, и она попыталась сохранить это ощущение. Ещё одно чувство, которое представляло большую ценность после стольких дней блуждания в пустоте. Он взял её за руку и повёл в затемнённый проход. Их шаги застучали по камням и начали эхом разноситься вокруг. Он свернул вправо в сторону какой-то двери и с помощью вспышки своего света отпер её. Слегка улыбнувшись, он открыл дверь и повернулся к ней.

Свет залил комнату. Наводнил её. Пространство было настолько открытым, что она почувствовала себя невесомой. Оно было окружено белыми отштукатуренными стенами, а за огромными окнами, растянувшимися от пола до потолка, виднелся закрытый сад. Но её поразило то, что находилось внутри.

Скульптуры и статуи всевозможных размеров стояли вдоль стен. Некоторые были не закончены, а другие готовы и отполированы. Миниатюры мифических существ лежали на столешнице посреди помещения, а статуи в натуральную величину возвышались над ними в разных позах. Элара подошла к ближайшей к ней статуе. Женщина в объятиях любовника, губы которого почти касались её губ. Она провела пальцем по статуе.

— Тебе нравится? — спросил Энцо у неё за спиной.

Она резко повернулась к нему.

— Энцо, мне очень нравится. Всё это создал ты?!

Она сделала полный оборот вокруг себя, восхищаясь произведениями искусства.

Он улыбнулся, и, искоса посмотрев на неё, вошёл в помещение и закрыл дверь, после чего встал с ней рядом так близко, что она почувствовала исходящей от него запах амбры.

— Да. Именно это помогает мне излечиться.

Он притянул к себе кусок камня, лежащий на столешнице.

— Покажи мне, — выдохнула она.

Он слегка улыбнулся ей, приготовил руки и сосредоточился. Яркие белые лучи вырвались из его рук, а затем начали растягиваться, пока не превратились в чистый поток света. И затем прямо у неё на глазах он начал манипулировать светом так, что тот начал резать кусок камня. Перед глазами Элары появились плавные линии, острые углы начали сглаживаться. И видя, как он вкладывает всю свою любовь в произведение искусства, она почувствовала, как её собственные острые углы тоже начали разглаживаться.

Глава 36

Оглядываясь назад, Элара воспринимала теперь эти дни, как самые благостные дни в своей жизни. Каждый день Энцо приводил её в свою студию и работал. Они не разговаривали ни о насущных делах, которые преследовали их, ни о Звёздах, ни о сумеречном стекле, ни о том, что Эларе было суждено стать оружием. Вместо этого Элара приносила в мастерскую стопки книг и лежала на шезлонге, пока он работал. Ритмичные удары его света о камень звучали как тихая музыка в её голове.

В эти дни её больше, чем когда-либо, тянуло к любовным романам. Она поглощала потрёпанные книги из королевской библиотеки, которую показал ей Энцо, а утренний Свет, проникающий сквозь широкие окна, согревал её лицо. Во время перерывов, они нежились в этом Свете, потягивая мятный чай. Они говорили об искусстве, музыке и о своих жизнях, пока он работал. Эларе стало гораздо легче говорить о Софии и не давать умереть её духу, как советовал Энцо. Она рассказывала про их детские приключения, про подростковые драмы и неприятности, в которые они попадали бесчисленное количество раз.

Иногда Энцо работал над проектом, который не показывал ей. Это был огромный кусок чисто-белого камня, который сверкал каждый раз, когда на него падали дневные лучи. Он прятал его за ширмой и лишь слегка улыбался, когда она спрашивала о нём. В какие-то дни он просил её стать его музой, и тогда она сидела на диване, а он смотрел на неё и вырезал то изящную руку, то пряди волос, закрывающие лицо.

Кожа Элары снова начала сиять. Она опять загорела после прогулок по Солу, а тихое умиротворение, которое она нашла в компании принца, заставляло её сиять изнутри. Её тело тоже начало поправляться благодаря тем сладостям из пекарни Бруно рядом со студией, которыми насильно кормил её Энцо. Огромному владельцу пекарни было достаточно лишь один раз взглянуть на неё в тот день, когда она впервые вошла туда, чтобы всучить ей не менее дюжины пирожных, которые он почти заставил её съесть. Она познакомилась и с другими художниками из этого здания и различных заведений, располагавшихся на площади. Она начала заучивать их имена и товары с улыбкой на лице, когда нашла в себе уверенность бродить среди них, одалживая их инструменты и исполняя поручения Энцо.

Лео, с которым она периодически встречалась в окрестностях дворца, при встрече всегда улыбался ей, либо целовал, а затем спешил в армейские бараки или на тренировочную площадку. Он работал сверхурочно, чтобы Энцо мог проводить с ней время.

А Мерисса... Элара не решалась встретиться с ней. Она всё ещё испытывала нелепое чувство вины, так как Мерисса стала её лучшей подругой во дворце. Она знала, что это неправильно, но чувство вины нашептывало ей, что если она будет искать встреч с Мериссой, то это предаст память о Софии, так как будет значить, что она пытается её заменить.

Но, в итоге, Элара набралась смелости посетить Изру. Она проснулась и почувствовала, что в достаточной степени примирилась с произошедшими событиями, чтобы снова столкнуться с ними лицом к лицу.

Как только Изра увидела Элару, она стиснула её в объятиях и осыпала поцелуями, а затем затащила к себе, резко захлопнув дверь перед носом Энцо.

С тех пор несколько раз в неделю, она приходила к Изре, и продолжала заниматься с ней путешествиями во снах, а заснеженные пространства сна Изры помогали ей уходить от реальности и выздоравливать.

***

В один из дней они лежали с Энцо на лужайке небольшого сада с террасами и ели ланч. Неожиданно Элара захлопнула книгу и испустила разочарованный вздох.

— Что случилось? — спросил Энцо, отламывая кусочек хлеба.

— Я раздражена, — ответила она и отшвырнула книгу подальше от себя.

— Что сделала с тобой эта книга?!

— Главная героиня только что потеряла всю свою магию. Почему авторы всё время это делают? Она была такой сильной и могущественной, а в конце отказалась от всего этого!

Энцо усмехнулся и взял виноградину с тарелки, стоявшей между ними.

— То есть ты никогда бы не рассталась со своей магией?

— Никогда, — горячо ответила она и обернула тень вокруг своего мизинца. — Вообще-то, мне всё больше и больше хочется узнавать что-то новое о своих дарах.

Она закусила губу, намереваясь задать вопрос, который давно уже вертелся на кончике её языка.

— Ты не мог бы меня научить?

Энцо поднял глаза от еды и проговорил с набитым ртом:

— Научить чему?

— Создавать скульптуры. Я знаю, что не обладаю Светом, но я тут подумала о своей магии, о своих тенях... Что если это сработает?

Он вскочил на ноги, полный воодушевления, а затем потянул её за собой.

— Давай попробуем.

Они поспешили обратно в мастерскую, где он нашёл небольшой кусок белоснежного камня и расчистил стол перед ними. Он осмотрел его, выискивая что-то, а затем встал у Элары за спиной. Его запах окутал её, и она почувствовала его близость всем своим существом — его тёплое дыхание на своей шее с запахом мяты и меда. Оно начало щекотать её кожу, и от напряжения, повисшего между ними, у неё перехватило дыхание.

Откашлявшись, он поднял руки, а затем осторожно приподнял её руки так, чтобы они оказались выставленными вперёд. Его мозолистые ладони коснулись её, теперь уже нежных, рук.

— Расслабься, — прошептал он ей на ухо, усмехнувшись, и она подчинилась. — А теперь, — сказал он. — Я направлю поток своего Света на камень и покажу тебе, как резать его. А затем ты попробуешь сделать то же самое со своей Тьмой.

Она кивнула и закусила губу.

— И только попробуй меня превзойти, — проговорил он.

Она улыбнулась ему, а он как будто не решался начать. Она почувствовала, как его руки напряглись, повернулась обратно и увидела, как магия снова появилась между его рук. Он едва дышал, сосредоточившись на том, чтобы пропустить Свет сквозь её ладони, не причинив ей вреда, и, наконец, белое свечение охватило их руки. Тогда он взял её ладони, развел их в стороны, и из них вырвался длинный и плотный поток. А затем очень осторожно он начал сдвигать их руки, словно в танце, и камень стал приобретать новые очертания.

Элара раскрыла рот от восхищения.

— Я чувствую, как твой свет проходит сквозь меня, — сказала она.

Её охватила эйфория и волны удовольствия потекли по её телу, когда его тепло наполнило её.

— Именно это ты обычно чувствуешь? — спросила она полным удивления голосом.

Он издал смешок и снова сосредоточился на их руках.

— Нет. Раньше я чувствовал себя так, только когда создавал произведения искусства. То, что ты чувствуешь, это мои эмоции, переданные через мой свет.

— Счастье, — прошептала она.

Он улыбнулся и сжал её пальцы.

— А теперь, — сказал он. — Почему бы тебе самой не попробовать добавить свои тени в... направь их в прямо камень.

Элара кивнула, и выражение её лица сделалось решительным. Она успокоила разум, призвала свои знакомые тени, и её дыхание участилось, когда она почувствовала прилив силы.

— Расслабься, — снова пробормотал Энцо, когда её тело напряглось.

Она прижалась к его телу, и тени потекли потоком из её рук. Они начали танцевать вокруг света Энцо, лаская его и закручиваясь в спирали. Ей показалось, что он издал какой-то звук, похожий на стон, позади неё, но тот был таким тихим, что она решила, что ей это почудилось.

Её тело охватил головокружительный экстаз, когда его магия начала танцевать вместе с её. И это слияние света с тенью походило на восхитительное прикосновение пальца к её спине. Она чувствовала себя так, словно находилась вне своего тела и летела. Она позволила своим теням танцевать и скручиваться в его свечении. Её глаза закатились, голова упала ему на грудь, и он застонал — на этот раз она была в этом уверена. Она чувствовала, как всё её существо вибрирует от переполняющей её силы, а его свет был таким тёплым, что ей больше никогда не хотелось его покидать. Звуки вокруг них смолкли, и всё, что она слышала, это мерное биение его сердца и прерывистое дыхание. Из её рта тоже начали вырываться вздохи, и она понеслась куда-то ввысь, чувствуя, как Энцо сжимает её всё крепче, и как его собственная сила наполняет его. Она испустила стон, а затем прижалась к нему, в последний раз выпустив тени и позволив Энцо снова направить их переплетённые и дрожащие руки, чтобы создать более плавные линии.

Её тени проникли в его свет и окутали камень. Она снова содрогнулась; чувство удовольствия было таким сильным, что ей стало почти больно. Ей казалось, что она стоит посреди него, обнажив душу, а он обнажил свою душу ей. Словно раздетая и с душой нараспашку она чувствовала, как сила пульсирует в ней. Она почувствовала подступающее чувство оргазма, и её это так сильно удивило, что она, задыхаясь, подалась вперёд. Энцо попытался её остановить, и связь прервалась. Она недоуменно посмотрела на него дикими глазами, едва дыша. Его широко раскрытые глаза вернули ей точно такой же взгляд. Его щёки покраснели, а волосы сбились на сторону.

Она уже собиралась заговорить, спросить его, что, чёрт возьми, произошло между ними. Но что-то привлекло её внимание на рабочем столе в том месте, где исчезали остатки их магии, слитые воедино. Увидев то, что лежало теперь перед ними, Элара резко ахнула. На несколько минут наступила полнейшая тишина. Наконец, Энцо поднял дрожащими руками кусок очень острого камня, после чего вымолвил всего лишь два слова, которые должны были изменить всё.

— Сумеречное стекло.

Глава 37

Стекло было таким тёмным, что Элара и Энцо увидели себя в его отражении. Камень, который Энцо держал в руке, оказался холодным и излучал пульсирующую энергию.

— Не может быть, — выдохнула Элара, глядя поверх его плеча.

Энцо повернул осколок, который они только что создали, и поднял его к Свету.

— Ты знаешь, что это значит? — тихо спросил Энцо. — Пророчество Изры.

Они посмотрели друг на друга.

— Теперь у нас есть оружие, которое может убить Звезду.

Они побежали через площадь, подгоняемые надеждой. Энцо провёл Элару по лабиринту из переулков к дому Изры. Когда они добежали до него, он украдкой огляделся, после чего открыл дверь и потянул Элару за собой. Они ворвались в библиотеку Изры, тяжело дыша.

— Разве так ведут себя члены королевских семей? — спросила милым голоском Изра, которая развалилась на диване и держала в руках фиолетовый шар, который она поднесла к лампе у себя над головой. — Даже крошка Рико умеет стучать, в отличие от вас двоих. Привет, любовь моя, — добавила она, отправив Эларе воздушный поцелуй.

Элара улыбнулась ей в ответ, а Энцо прошел вперёд.

— Из, — выдохнул он, выставив перед собой дрожащую руку.

Изра без интереса посмотрела на чёрный осколок на его ладони, но когда поняла, что это такое, выпрямилась.

— Что это? — выдохнула она.

Элара подошла ближе.

— Изра, мы создали его сегодня. Из обычного камня.

— Мы?

Её ноздри раздулись, и она резко посмотрела на Энцо. Он сжал челюсти и отвёл глаза.

— Вы соединили магию? А ты рассказал ей, что это значит?

— Довольно, Изра, — огрызнулся он.

— Нет, не сказал. Что это значит? — требовательно произнесла Элара, наблюдая за их странным поведением.

Изра вперилась в Энцо глазами и выглядела так, словно боролась сама с собой.

— Не бери в голову, — резко ответила она. — Я переволновалась.

Элара сощурила глаза, а Изра взяла камень с ладони Энцо и сделала резкий вдох.

— Значит, это именно то, о чём мы подумали? — прошептала Элара.

— Сумеречное стекло, — заключила Изра и прищурилась, разглядывая осколок.

— Оружие, которое может убить Ариэта, — закончил Энцо.

Изра мрачно кивнула.

— Его нужно пырнуть лезвием, сделанным из сумеречного стекла. Его магия потеряет силу, но после этого вам придётся закончить работу самостоятельно.

— Это единственный способ убить бога, — проговорила Элара.

— Это единственный шанс победить его. И теперь самое время заманить его на свою территорию.

Энцо приподнял бровь, услышав слова Изры.

— Он считает, что ты мертва. Думаю, пришло время сообщить ему о том, что ты жива, и тем самым заманить его в ловушку.

Она широко улыбнулась.

— Лучшего времени, чем летнее солнцестояние не придумать, учитывая то, как любят сплетничать при дворе Афродеи.

— Афродеи? — Элара нахмурилась. — Почему мы должны ехать туда на праздник солнцестояния, а не провести его в Гелиосе?

— Потому что из всех королевств Селестии, Афродею посещает самое большое количество разнообразного люда. Если вы хотите пустить слух, который должен дойти до Ариэта в том месте, где он сейчас зализывает раны после несдержанного поведения нашего принца, Афродея — хорошее место для того, чтобы это сделать.

Пламя затанцевало между пальцами Энцо, который откинулся на спинку стула и покачал головой.

— Я вынужден сообщать отцу о любых своих планах, — сказал он глухим голосом.

Глаза Элары потемнели при мысли об Идрисе, когда она вспомнила о том, что рассказал ей Энцо.

— А уж тем более, если этот план подразумевает то, что нам придётся впустить Звезду в свой дом. И даже если он согласится, ты думаешь, что я снова отпущу Элару в другое королевство? Мы можем и без этого пустить слух о том, что она выжила.

Элара развернулась на пятках.

— Не говори обо мне так, словно меня здесь нет. Я не ребёнок, Энцо. И я не сломлена. Я могу поехать туда, я могу помочь. Это хороший план, чёрт побери.

Изра кивнула.

— Сделать так, чтобы всё случилось на наших условиях, — продолжала Элара. — Обратить склонность Ариэта к поспешным действиям и насилию в нашу пользу. Новость о том, что я жива, сыграет роль горящего маяка, на который он придёт, и где его будем ждать мы с сумеречным стеклом в руках.

— Плюс, — воскликнула Изра со своего дивана, где она лениво помешивала карты, — было бы жестоко оставлять Элару одну здесь, если ты отправишься в Афродею на летнее солнцестояние.

— Изра, — предупредил её Энцо.

— Почему? — потребовала Элара.

— Ты же умная, принцесса, догадайся сама. Единственная ночь в году, когда магия пребывает на самом пике, в королевстве похоти и земных наслаждений.

Когда Элара собрала всё вместе, она выпалила:

— С чего ты... почему это имеет какое-то значение? Почему мне должно быть до этого дело?

Энцо посмотрел на неё и упёрся языком в щёку, пытаясь скрыть улыбку.

Изра усмехнулась.

— Ваши чувства такие же незаметные, как вон та статуя Леона в натуральную величину.

Она указала на дверь.

— Мы просто друзья, — прошипела Элара. — Он может делать всё, что пожелает.

Золотые глаза Энцо вперились в неё, в них мелькнуло удивление.

— Ага, так же как я не собираюсь вытащить из этой колоды карту Императрицы, — ответила Изра.

Изра перемешала карты, с которыми играла, после чего открыла верхнюю карту и положила её на стол. На них смотрела Императрица. Изра бросила на них многозначительный взгляд, а затем запрокинула голову и расхохоталась.

— Из, хватит мучить бедную девушку, — усмехнулся Энцо, вставая и потягиваясь. — Мы обсудим наши планы и дадим тебе знать. Я хочу, чтобы ты была там, если мы решимся на это. А также Лео и Мерисса.

Он поцеловал её в макушку, взял Элару за руку и повёл из дома.

— Друзья, твою мать, — услышала Элара слова Изры, в то время, как Энцо уже тащил её в сторону выхода.

Они побрели по пыльным улицам в полнейшей тишине.

— И всё же... — начала Элара, покручивая в кармане кусок сумеречного стекла, — что значит соединить магию?

Энцо резко остановился и медленно повернулся к ней.

— Я надеялся, что ты забудешь.

Элара приподняла бровь.

— Никаких секретов, Энцо.

Он вздохнул, провёл рукой по лицу, после чего отвёл взгляд и сосредоточился на белой отштукатуренной стене дома, стоявшего перед ними.

— Соединение магии с кем-то это... довольно интимный акт.

— О, — ответила Элара и её лицо обдало жаром.

Она явно этого не ожидала.

— Если ты вспомнишь, как мы оба чувствовали себя при этом, то поймёшь, почему этот акт совершают помолвленные пары или любовники.

Он откашлялся, не решаясь посмотреть ей в глаза.

— Ну, — сказала она, после чего откашлялась, и её щеки покраснели. — Это помогло нам создать сумеречное стекло, так что я не буду жаловаться.

Уголок губ Энцо тут же приподнялся.

— Да, я бы не сказал, что ты тогда жаловалась.

Она ударила его по руке, выругалась и снова зашагала по улице.

— Афродея...

Она решила сменить тему, и Энцо, к счастью, последовал её примеру.

— Эл, тебе не обязательно в этом участвовать. Ты уже достаточно пережила, — сказал он у неё за спиной.

Элара закатила глаза.

— Кто поверит слухам, если не будет предоставлено живого доказательства? Ни один здравомыслящий придворный не воспримет это всерьёз, если я не предстану перед ними во плоти.

Энцо ухмыльнулся, а когда догнал её, повёл в противоположном направлении от мастерской.

— Чего ты ухмыляешься?

— Ничего, — он пожал плечами.— Ведь твоё желание отправиться туда никак не связано с тем, что сказала Изра.

Элара так резко остановилась, что Энцо врезался в неё.

— И скажи, пожалуйста, что она имела в виду, сказав о том, что я захочу поехать туда?

Улыбка Энцо сделалась шире, и он потащил её к продуктовому лотку, сделав знак мужчине, стоявшему за ним.

— Наверное, не стоит произносить это вслух, если мы оба не хотим выглядеть глупо, принцесса.

Он бросил пару монет продавцу и забрал у него бумажный пакет с продуктами.

— Куда мы идём? — спросила Элара требовательным тоном, когда он положил руку ей на поясницу и повёл вдоль ярких домов в сторону крутого склона.

— Охладиться. Сегодня очень душно.

Элара нахмурилась и посмотрела вниз с высокого холма.

— И кстати, — добавил он. — Не меняй тему.

— Я не меняю, — резко ответила она, а затем потерялась в мыслях, когда они зашагали вниз по склону.

Не то, чтобы она была в стадии отрицания, просто она была осторожна. Между ней и Энцо всё так сильно изменилось, и он стал ей настолько дорог... то ужасное пророчество начало звенеть у неё в голове, раздражая её. Она не могла оступиться. Она знала, что предназначена Звезде. Но она также не могла отрицать ни зарождающиеся в ней чувства, ни физическое желание, которое начинало поглощать её всякий раз, когда она находилась в присутствии Энцо.

Они дошли до подножия холма, и горячий Свет, который находился в самой высшей точке неба и раскрашивал его в золотые тона, вырвал её из раздумий.

— Итак... — сказал он, доставая персик из бумажного пакета. — Ты спокойно отнесёшься к тому, что меня будут окружать афродийские женщины, находящиеся под чарами Торры в день летнего солнцестояния, когда наша магия находится на пике?

Элара прищурила глаза.

— Или ты забыла, что сделала с тобой всего лишь капля её магии в Астерии?

— И с тобой тоже, — огрызнулась она, когда образы той ночи пронеслись у неё перед глазами.

Именно эти образы не давали ей спать по ночам, оставляя её разгоряченной и полной желания.

— Я не понимаю, почему меня должно это заботить. Делай, что хочешь.

Энцо откусил персик, с удивлением наблюдая за тем, как ему удалось так её раздразнить, и в этот момент они подошли к небольшой бухте.

Весь разговор тут же вылетел у неё из головы, когда она поняла, куда он её привёл.

Она подошла к кромке воды, сбросила сандалии и пошла по мягкой морской траве, плавно переходящей в мелкий белоснежный песок. Она запустила в него пальцы и вздохнула, когда её белое хлопковое платье начало развеваться на лёгком ветру. Энцо привёл её в уединенную бухту, представлявшую собой тонкую полоску песка у кристально чистой воды, такой яркой, какой она никогда раньше не видела. Она повернулась к нему.

— Я знаю, что море успокаивает тебя, — сказал он, улыбнувшись.

— Ты запомнил.

— Конечно.

Элара легла на песок, а Энцо опустился рядом с ней, откинувшись на локти.

— Вернёмся к нашему разговору.

— Энцо, — застонала Элара.

— Я хочу услышать, как ты это скажешь.

— Скажу что?

— Что тебя действительно не беспокоит... мысль о том, что я могу быть с другой женщиной.

Он перевернулся на бок и пристально посмотрел на неё. Свет падал на него, подсвечивая каждую его черту. Его радужки были похожи на расплавленное золото, которое как будто мерцало и перемещалось вокруг зрачка. Его кожа сияла. Он провёл рукой по чёрным волосам, убрав их с лица, и она сглотнула комок в горле, проследив за этим жестом.

— И тебя не смутит, — он поймал её руку и провёл большим пальцем вниз по её ладони, — если я буду держать её вот так за руку?

Её дыхание участилось, а внимание сосредоточилось только на этом движении.

— Или поцелую её в шею.

Он прошёлся пальцем по её ключицам, коснулся чувствительного места рядом с челюстью и придвинулся ближе.

— В губы.

Его большой палец коснулся её приоткрытых губ, а затем он запустил пальцы в её волосы.

— Или потяну её за волосы так, как мне нравится.

Он потянул за её волосы, чтобы придать веса своим словам, а Элара испустила неровный вздох. Энцо перекатился и навис над ней, не касаясь её. Он поставил руки по обе стороны от Элары, и его волосы упали ему на лицо, когда он опустил голову к её губам.

— Если я не просто буду заниматься с ней любовью, а буду поклоняться ей.

Его губы были теперь на расстоянии волоска от неё. И если бы она сделала глубокий вдох, её губы коснулись бы его губ.

— Разве не этого ты хотела, принцесса? Почитания?

Он медленно улыбнулся ей так, словно она была его добычей, и Элара постаралась подавить стон. Его тело закрыло от неё Свет, и их собственная темнота окутала их.

— Неужели тебе не будет до этого никакого дела, Элара? — проговорил он.

— Будет, — выдохнула она. — Да, мне будет до этого дело. Мне дурно от одной мысли об этом.

— Наконец-то.

Он тут же спрыгнул с неё, широко улыбаясь, чем застал её врасплох. Осознав, что она только что сказала, Элара закрыла глаза, а затем встала. Не говоря ни слова, с красными щеками, она пошла в сторону кромки воды. Не глядя на него, она разделась до нижнего белья, убедилась в том, что сумеречное стекло надежно спрятано в кармане её юбки, и зашла в воду.

Бирюзовая вода нежно окатила её, точно душа, которая зовёт своего возлюбленного. Лучи Света низко сияли в небе, когда она зашла в воду сначала по пояс, затем по грудь и, наконец, почувствовав себя невесомой, поплыла. Нырнув в нежные волны, она перевернулась на спину и открыла глаза. Чистая вода успокоила её бешеные мысли и охладила желание.

А затем она увидела бронзовую кожу Энцо, сильное тело которого начало разрезать волны, распыляя в воздух капельки воды, похожие на алмазы. Она нахмурилась и проигнорировала его, когда он с улыбкой доплыл да неё, а затем затряс головой, чтобы стряхнуть соль со своих мокрых кудрей. Она снова легла на спину, а он начал плавать вокруг.

— Теперь ты меня игнорируешь? — сказал он и брызнул в неё водой.

Она одарила его своим самым уничижительным взглядом и отплыла подальше.

— К твоему сведению, принцесса, я чувствую то же самое.

Её руки перестали скользить по воде, и она подалась вперёд.

— Неужели? — натянуто произнесла она, всё ещё избегая его взгляда.

Энцо подплыл ближе.

— Элара, если бы ты оказалась без меня в Афродее во время солнцестояния, — он раздражённо поднял руки, — я бы спалил это королевство до основания.

Она резко посмотрела на него.

— Что?

— Ты услышала, что я сказал.

Её сердцебиение ускорилось, и, не успев хорошенько подумать, она произнесла:

— Если ты, правда, всё это чувствуешь, то почему до сих пор не поцеловал меня?

Энцо удивлённо посмотрел на неё. Она пристально вгляделась в его лицо. Ядовитые слова так и норовили сорваться с её языка, подогреваемые её самыми глубокими страхами.

— Или для этого тебе нужна магия Торры?

Его глаза округлились, а она покачала головой и вытянула руки, собираясь уплыть от него. Он схватил её за запястье и резко притянул к себе. Её тело врезалось в него.

— Тебе интересно, почему я не поцеловал тебя? — проговорил он. — Я, мать его, только об этом и думаю. Ты мучаешь меня, Элара. Я в кои-то веки захотел быть хорошим. После той ночи я чувствовал такой стыд. Ты столько всего пережила. Та чертова магия... Я потерял всякий здравый смысл. Я едва ли мог смотреть тебе в глаза после всего случившегося.

— Энцо, я этого хотела. Я же тебе сказала.

— Я должен был стать лучше. Ты заставляешь меня становиться лучше, Эл. Я решил, что ты не готова.

— А если бы ты решил, что я готова, что бы ты сделал?

Он с остервенением посмотрел на неё, и у него вырвался сухой смешок. А затем он пригвоздил её взглядом и заговорил:

— Я бы овладел тобой прямо у той двери. Я бы заставил наши тела слиться так, что нельзя было бы сказать, где заканчиваюсь я, и начинаешься ты. Я бы пил с твоих губ, я бы потерялся в тебе. Я едва держусь. Одно твоё слово, Элара, и я сорвусь.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но он заставил её замолчать одним своим взглядом.

— Я думал, что ты пожалела об этом, что это была ошибка. Всего лишь магия Торры.

— Магия Торры? Я хотела тебя задолго до этого, и хочу до сих пор, — закричала она.

Он уставился на неё, и понимание так ярко вспыхнуло в его глазах, что она почти отпрянула от него. Одним движением он прижал её к себе. Её ноги инстинктивно обвились вокруг его талии, и, сделав резкий вдох, она обвила его шею руками и вдохнула его запах — соль и амбра. Его большие пальцы коснулись тонкой ткани её белья на талии, и она почти содрогнулась.

— Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя? — сказал он, и она почувствовала его мягкие губы рядом со своей челюстью.

Она запрокинула голову, жаждая его прикосновения, его поцелуя. Невероятное напряжение последних недель достигло точки кипения.

— Боги, я хочу показать тебе прямо сейчас, что я для тебя приготовил, — сказал он, проведя рукой по изгибу её шеи.

Она выгнула спину, отчаянно желая большего, чем просто прикосновение. Он усмехнулся, завёл большой палец ей за ухо и обхватил рукой её голову.

— Но позволь мне кое-что тебе сказать, — тихо продолжил он, щекоча своим дыханием её ухо. — Я не собираюсь целовать тебя прямо сейчас. Наш первый поцелуй был украден Торрой, поэтому следующий должен быть особенным. Я давно уже решил, как и где это произойдёт. Так что мой следующий поцелуй ты запомнишь в деталях. Не будет никакой магии, на которую ты сможешь списать свои стоны, будут лишь мои губы и язык. Так что наберись терпения, Элара, и будь готова.

Сладкая дрожь пробежала по её спине от его слов. Она поняла, что он прав, и что она не хотела с этим спешить. А то чувство, что зарождалось внутри неё, было важным и особенным, как бы она ни пыталась это отрицать. Это не было попыткой отвлечься от боли в один сладострастный вечер. Она чувствовала, что балансирует на краю пропасти, участвуя в этой игре в кошки мышки. Она знала, что после того, как она решилась его поцеловать и прервать эту игру, всё должно было измениться.

Поэтому она тихо кивнула, а он быстро поцеловал её в лоб.

— А вот за это, — сказала она, — ты заплатишь.

И, не раздумывая больше ни секунды, она рассмеялась и погрузила его под воду.

***

Они провели в тёплой воде несколько часов, и только когда последние золотые лучи осветили небо, Энцо тихо объявил:

— Нам лучше вернуться до темноты.

Они совершили долгую и приятную прогулку до дома, подкрепляясь едой, которую они купили на рынке. Сердце Элары светилось после признания Энцо. Впервые за эти недели она почувствовала себя счастливой. По-настоящему счастливой. Часть её души всё ещё болела из-за Софии, но Энцо словно выставил забор вокруг этой части её души.

— Спасибо, — сказал она, когда они подошли к её комнате.

Энцо заглянул к себе в комнату, когда они проходили мимо неё, и теперь стоял перед ней в свежей рубашке и свободных хлопковых штанах. Он часто приносил в её комнату новую одежду, так как не покидал Элару после освобождения из плена.

Он открыл ей дверь, после чего проследовал за ней внутрь. Желание Элары пыталось побороть всякую логику, и она находилась уже в шаге от того, чтобы пригласить его в свою постель.

— Не знаю, говорила ли я тебе. Но в эти последние недели ты напитал меня своим светом.

Он взял её за руку, напряжение между ними возросло и начало искриться. Её лёгкие сжались от его обжигающего прикосновения.

— Ты сама свет, Элара. Именно поэтому тени тянутся к тебе.

Она так широко улыбнулась ему, что её губы заболели.

— Окажи мне одну услугу, — проговорил он, опустившись на тот же самый стул, который служил ему постелью каждую ночь.

И она приготовилась упасть вместе с ним с края той "пропасти".

— Будь моей парой.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Что?

— На летнее солнцестояние. Я уже давно раздумывал об этом, к тому же мы собираемся отправиться в Афродею. Вместе.

На мгновение Элара совсем позабыла об этом.

— Ты уверен? Неужели ты сможешь организовать всё в такие короткие сроки?

Он взмахнул рукой в воздухе.

— У нас есть неделя. Предоставь это мне.

Она пошла в ванную комнату, а он нахмурил лоб, ожидая её ответа. Переодевшись в ночнушку, она приготовилась к тому, что собиралась ему сказать.

— Только если ты тоже окажешь мне одну услугу.

Он приподнял бровь, а она вошла обратно в комнату в тёмно-синей шёлковой ночнушке, которая облегала её тело и оставляла открытыми её загорелые стройные ноги. Она проследила за тем, как его взгляд прошёлся по ней и остановился на обнажённых бёдрах.

— В этом наряде можешь просить меня о чем угодно.

Она сердито на него посмотрела, легла в кровать и начала нервно теребить выбившуюся нитку на простыне.

— Перестань спать на этом стуле. Я чувствую себя ужасно из-за этого, и это плохо для твоей спины. Лекари утверждают, что если ты недостаточно...

— Всё в порядке, — прервал он её и широко улыбнулся. — Тебе необязательно умолять меня лечь с тобой в постель.

— Небесные Звёзды, ради всего святого! — пробормотала она, посмотрев на потолок.

Его улыбка сделалась шире.

— Я останусь здесь.

Он встал со стула и стянул через голову рубашку. Элара вспыхнула, насладившись видом его обнажённого торса, и задалась вопросом о том, удастся ли ей сегодня выспаться, если он будет спать рядом с ней. Он приподнял простыни и улёгся у неё за спиной.

— Должен сказать, — проговорил он, — что я совсем не так представлял себе наш совместный сон.

Она шлепнула его по руке, а он издал звук удивления.

— Я имел в виду всё то, что сказал тебе сегодня в море. Я хочу поухаживать за тобой должным образом. А это значит, что мы должны остаться в одежде, как бы ты ни старалась соблазнить меня этими до неприличия короткими ночнушками, которые ты постоянно носишь в моём присутствии.

Она улыбнулась сама себе, закатив глаза, после чего задула свечу на прикроватном столике.

— Договорились.

— Но ты так и не ответила на мой вопрос, Элара.

— Конечно, я буду твоей парой, Лорэнцо, — сказала она насмешливым тоном.

А затем она почувствовала его мягкие губы рядом со своим ухом.

— Ты не представляешь, как сильно меня это заводит.

Она закусила губу и улыбнулась.

— Что? — спросила она притворно невинным тоном. — Лорэнцо?

С заметным усилием он со стоном отпрянул от её шеи, после чего обнял её руками за талию, пристроился за её спиной и поцеловал в затылок.

— Спокойной ночи, красавица, — пробормотал он, засыпая.

И это был первый раз, когда сознание Элары успокоилось, и она сама провалилась в сон.

Глава 38

Элара резко проснулась от тихого стука в дверь. Она почувствовала тепло у себя за спиной, чьё-то тело. И чья-то рука крепко обнимала её.

Развернувшись, она осознала три вещи.

Впервые за много месяцев у неё не было ни одного кошмара.

Принц Гелиоса спал в её постели.

Из-за двери показалась голова с пышной копной волос медового цвета.

Она выругалась и, сбросив одеяло с Энцо, пребывающего в коматозе, побежала к двери, отчаянно пытаясь загородить его от Мериссы. Её желудок сжался от осознания, что ей предстоит встретиться с ней после всех этих недель, в течение которых она старалась избегать её.

— Минуту, — выдавила она, пытаясь мысленно подготовиться.

Она сделала глубокий вдох, а затем ещё один, как учил её Энцо, после чего распахнула дверь, выскользнула наружу и захлопнула её у себя за спиной.

— Привет, — неловко начала Элара, когда перед ней предстало красивое лицо Мериссы.

Она выглядела удивлённой и стояла с подносом в руках.

— Элара, — выдохнула она.

Повисла напряжённая тишина. Они уставились друг на друга, лицо Мериссы выражало полнейшее удивление.

— Мы... мы можем поговорить? — сказала Элара, отругав себя за то, что начала заикаться.

Она не привыкла вести себя как робкая дурочка.

— Конечно, — сказала Мерисса и, нахмурившись, посмотрела на закрытую дверь.

— Может быть, в твоей комнате? — Элара закусила губу.

Мерисса широко улыбнулась и жестом пригласила Элару последовать за ней в соседнюю дверь, ведущую в её комнату. Она поставила поднос и пригласила Элару войти. Войдя в комнату Мериссы, Элара вдруг осознала, что никогда не видела её раньше. Комната была маленькой и чистой. Она была со вкусом обставлена и показалась ей настоящим воплощением Мериссы. Платья самых разных оттенков висели на двери, а дворцовая униформа лежала на стуле. Мерисса села на кровать, а Элара осталась стоять у двери.

— Прошу, — Мерисса жестом пригласила её сесть рядом с собой.

Элара подошла, села рядом и осторожно оглядела лицо своей прислужницы.

— Я хотела извиниться.

Настороженное лицо Мериссы нахмурилось.

— Что?

— Я избегала и игнорировала тебя... Прости...

Боги, это был так сложно. Почему ей стало так сложно выражать свои мысли словами? Она с трудом сглотнула, желая проглотить комок, образовавшийся в горле.

— После случившегося с Софией, — выдавила она. — Я не могла находиться рядом с тобой. Просто... — она снова сглотнула. — Ты так сильно мне её напоминала. Ты моя самая близкая подруга здесь. С самых первых минут, как только я вошла в этот дворец, ты помогала мне чувствовать себя как дома. Но каждый раз, когда я видела твоё лицо, я видела её. Мне казалось, будто я пытаюсь её заменить.

Слёзы потекли по её щекам, и она вздохнула, раздражённо вскинув руки в воздух.

Мерисса схватила их и крепко сжала.

— Элара, — тихо сказала она. — Тебе не за что извиняться. Не за что, ты меня слышишь?

Элара кивнула и улыбнулась сквозь слёзы.

— Просто я чувствую такую вину. Словно я не должна иметь других друзей, или наслаждаться жизнью, когда София... — ей пришлось сделать глоток воздуха, когда из неё начали вырываться рыдания. — Софии пришлось столько вынести. И всё это время она знала о своей судьбе.

Она почувствовала вокруг себя руки Мериссы и запах роз, когда та крепко прижала её к себе.

— Всё в порядке, — прошептала она. — Тебе позволено чувствовать то, что ты чувствуешь. Но тебе также позволено двигаться вперёд. Думаешь, София хотела бы, чтобы ты замкнулась в себе и закрылась от жизни?

Элара слегка ей улыбнулась.

— Один мудрый человек сказал мне те же слова, — она снова крепко обняла Мериссу. — Я скучала по тебе, — сказала она в её волосы.

— А я по тебе.

— Итак. Что я пропустила? — спросила Элара, вытирая слёзы.

Мерисса потянулась к подносу и поставила между ними тарелку со сладостями и чайник, после чего слегка улыбнулась Эларе.

— Разве не я должна задать тебе этот вопрос? Или мои глаза обманули меня, когда я увидела принца в твоей постели?

Элара засунула десерт себе в рот и пожала плечами, придумывая ответ.

— Ничего не было, — сказала она, наконец.

Мерисса фыркнула.

— Знаешь, Изра найдёт это невероятно уморительным. Она уже рассказала мне про вас двоих и про сумеречное стекло... и про то, что ты была полна отрицания.

— Я никогда ещё не встречала таких сплетниц, как вы.

Мерисса усмехнулась и сняла со своего десерта золоченую ягоду.

— Значит, у нас теперь есть сумеречное стекло. Это уже что-то.

Элара присвистнула.

— Это так. И у Изры есть безумный план пустить по Селестии слух о том, что я жива. Мы хотим выманить Ариэта и покончить со всем этим.

Мерисса кивнула.

— Я слышала... И провести летнее солнцестояние в Афродее? С одним высокочтимым молодым человеком.

Взгляд Элары тут же переместился на неё.

— Боги, как быстро распространяются слухи. Похоже, мне не о чем тебе рассказывать. И кто поделился с тобой этой информацией? Случайно, не Изра? А, может быть, Лео?

Мерисса попыталась сдержать улыбку.

— Энцо рассказал Лео о том, что планировал попросить тебя быть его парой.

— А он рассказал тебе... — закончила Элара.

Мерисса кивнула.

— Знаешь, Энцо никого не приглашает на подобные мероприятия. А особенно в соседние страны.

Теперь был черёд Элары приподнять бровь.

— Не начинай. Это не свидание. Это ради нашего плана.

— Ага, плана, — подколола её Мерисса.

— А разве наш капитан Лео не присоединится к этой маленькой миссии?

Элара притворно взмахнула ресницами, чем заработала шутливый шлепок от Мериссы.

— И Изра, — ответила Мерисса. — Вообще, нам с ней в голову пришла одна идея. Точнее ко мне после того, как она предложила вам поехать в Афродею. Нам нужно яркое появление. Что-то, что привлечёт к тебе внимание всего двора, — Мерисса хитро улыбнулась.

— Мне не нравится, к чему это идет.

— Я афродийка и хорошо знакома с их традициями. В стране любви и похоти принято... назовём это так: очень тепло принимать гостей.

Она скрыла улыбку за очередным десертом, заполненным ореховым кремом.

— Продолжай...

— Когда прибудет Энцо, королева Афродеи без сомнения сделает из этого событие и потребует, чтобы он принял участие в традиционном афродийском танце. Он чуть менее сдержанный, чем те танцы, к которым ты привыкла в Астерии.

Элара застонала.

— Я уже знаю, к чему ты клонишь.

— Ты будешь настоящей звездой этого танца... прости за каламбур. На тебя будут обращены взоры всех присутствующих, и весь мир узнает о том, что королева Астерии, Элара, жива.

Сердце Элары слегка затрепетало. Она испустила глубокий вздох.

— Ну, это звучит не так страшно. Будет довольно просто привлечь к себе внимание сотен людей при чужом дворе, танцуя танец, движения которого я совсем не знаю.

Улыбка Мериссы сделалась ещё шире.

— Именно за этим мы здесь.

***

Вся следующая неделя перед летним солнцестоянием превратилась в хаос. Не проходило ни дня, чтобы они не обдумывали план по выманиванию Ариэта в Гелиос. Энцо отнёс кусок сумеречного стекла к единственному кузнецу в Соле, которому он доверял, и тот вырезал на нём рукоять, превратив его тем самым в нож. Когда Элара получила его обратно, она прикрепила его рядом с кинжалом Софии, и теперь эти два клинка не покидали её бедро. Она почти не виделась с Лео и Энцо, которые целыми днями пропадали на собраниях с королём и его советом, дорабатывая план и подготавливая войско на случай, если придётся сразиться со Звездой. Она лишь мельком встречала их, бегущих по ярким коридорам дворца, одаривала их мимолетной улыбкой и затем точно также спешила дальше, за пределы дворца.

Единственное время, когда Эларе удавалось увидеть Энцо дольше секунды, было ночью, но она была настолько уставшей, что не могла думать о тех чувствах, что расцветали между ними — хотя он почти поселился в её кровати, пусть и спал полностью одетым, будучи верным своему благородному обещанию.

Как только Мерисса изложила ей детали своего плана, она потащила Элару к Изре, предоставив ей время лишь на то, чтобы переодеться и наскоро попрощаться с недоумевающим Энцо, который только-только проснулся.

Помещение, где они оказались, было похоже на пещеру, наполненную запахом лимонов. Стены кремового цвета тянулись высоко вверх, и на них танцевали прохладные тени.

Изра развернулась, оглядев пространство.

— Неплохо... Очень даже неплохо.

Элара посмотрела на пустой зал, который располагался в том же здании, что и мастерская Энцо. Когда-то он, должно быть, служил помещением для репетиций, и волшебным образом освободился для них.

Она перевела взгляд с Изры на Мериссу, которая улыбалась как дурочка, и выглядела так не похоже на себя в свободных хлопковых штанах и укороченной блузке. Элара в принципе не могла припомнить, чтобы видела Мериссу одетой во что-то ещё кроме формальной юбки или платья.

— Первое, что тебе нужно знать про афродийцев, это то, что мы не просто танцуем. Каждое наше движение призвано соблазнять.

Она проследовала в сторону Элары, покачивая бёдрами.

— К сожалению, у нас тут нет живого оркестра, но у владельца здания есть кое-что получше.

Улыбнувшись, Изра подошла к какому-то предмету, стоявшему на небольшой тележке, который Элара не заметила, когда вошла.

— Владельцы родом из Кастора... Это королевство поклоняется Джем и Эли, — добавила Изра и презрительно скривила губы. — Искусные мастера и архитекторы. Их магия способна воспроизводить музыку, имитирующую звуки живого ансамбля.

Изра протянула руку и достала из-под тележки тонкий диск. Она нахмурилась, поместила его на предмет, напоминающий коробку, а затем поставила что-то типа иголки по центру диска.

Элара подпрыгнула, когда из коробки полилась музыка. Раскрыв рот, она двинулась в её сторону.

— Я как будто нахожусь в опере, — прошептала она, слушая музыку, которая заполнила огромное пространство зала и начала устремляться ввысь.

Элара закрыла глаза, улыбнулась, широко раскинула руки в стороны и закружилась по залу.

— В этом танце тебе нужно следовать за ритмом, а он очень отличается от ритма... вашего Селестийского вальса.

Элара кивнула и остановилась. Изра снова начала возиться с коробкой, после чего заиграла другая мелодия.

Элара округлила глаза.

— Я никогда не слышала подобной музыки.

Мелодия была очень яркой, живой — она словно извивалась и непроизвольно двигалась. Эларе едва удавалось стоять на месте. Музыка манила Элару, а её быстрый ритм увлекал за собой.

— Этот ритм в два раза быстрее. Барабаны заставляют тебя следовать за ними. Это почти животный ритм. Не то, что ваше душное недоразумение в Астерии.

Изра подмигнула ей.

Мерисса кивнула, и взяла руки Элары в свои.

— Когда ты двигаешься в такт этому ритму, ты как будто флиртуешь с ним. Раз, два...

Она начала танцевать и медленно показывать Эларе движения, а затем принялась ускоряться.

— Тебе нужно немного расслабиться, — сказала она, схватив Элару за бёдра и притянув её ближе, а Изра тем временем уселась на стул и начала выкрикивать бесполезные советы: "двигайся, как вода" или "стань одним целым с ритмом", — что бы они ни значили.

Мерисса начала двигать бёдрами Элары, и те подчинились ей.

— Хорошо. Гораздо лучше. У тебя прирождённый талант. А теперь, во время крещендо, — крикнула Мерисса, стараясь перекричать нарастающую мелодию, — начинается самая дерзкая часть танца. Мужчина садится на стул, а женщина должна его оседлать.

Она щёлкнула языком, и Изра выдвинула вперёд ещё один стул.

— Оседлать!? — выпалила Элара.

— Мы обе знаем, что ты не ханжа, принцесса, — бросила ей Изра.

Элара показала ей неприличный жест и сосредоточилась на последнем движении, которое показала ей Мерисса.

Мерисса села на стул и притянула Элару к себе.

— Самый удачный способ выполнить это движение — представить, что ты не танцуешь, — она ненадолго задумалась, пытаясь подобрать слова, — а занимаешься любовью.

— Она хочет сказать — трахаешься, — крикнула Изра, откинувшись на спинку стула.

Элара усмехнулась.

Мерисса закатила глаза и продолжила.

— Когда ты окажешься сверху мужчины...

— А я о чём? — снова вставила Изра.*

— Изра, — огрызнулась Мерисса. — Не пора ли тебе раскинуть свои карты и посмотреть в будущее?

— К счастью для вас, наблюдать за тем, как Элару обучают непристойным танцам, гораздо веселее.

Она улыбнулась и поиграла своей длинной косичкой.

— Не обращай на неё внимания, — проговорила Мерисса и положила свои руки Эларе на талию. — О чём я там говорила?

— Ты рассказывала ей о том, как скакать на мужчине.

— Спасибо, Изра, — Мерисса одарила Изру очередным укоризненным взглядом. — Думай о том, как качаются твои бёдра, и как волны желания идут по всему твоему телу. В этот момент ты должна находиться в бессознательном состоянии. Ты очень чувственная, ты всем управляешь. И ты обладаешь силой. Силой, способной поставить принцев на колени. Используй её.

Элара кивнула, сосредоточилась на звуках музыки и позволила животному и требовательному ритму завладеть ею. Огонь распространился по её венам, и она начала качать бёдрами.

— Вот так, — Мерисса широко улыбнулась и захлопала в ладоши. — Она поняла.

— Энцо сойдёт с ума, — ухмыльнулась Изра.

— А он знает об этом?

Изра фыркнула.

— Боги, нет. Тем веселее для нас. Он, скорее всего, будет так же удивлён, как и весь афродийский двор. Они будут потом ещё долго рассказывать об этом. Как пропавшая принцесса Астерии не только сбежала от Ариэта, но и соблазнила самого завидного холостяка на континенте прямо у них на глазах.

Мерисса хитро улыбнулась.

— Как по мне, ей не нужно его соблазнять. Энцо и так уже без ума от неё, судя по тому, что я видела сегодня утром.

— Тише, — огрызнулась Элара, пока радостный рот Изры не успел открыться, чтобы расспросить её. — И покажи мне ещё раз все движения, с самого начала.

Глава 39

В день летнего солнцестояния Элара проснулась утром от шума прислуги, громко отдающей поручения, грохота тележек и потоков весёлой музыки, и с трудом открыла глаза. Слегка улыбнувшись, она выскочила из кровати и раздвинула лёгкие занавески на окнах, ведущих на террасу. Выглянув на улицу, она почувствовала горячую магию самого длинного дня в году, кипящую в воздухе. Этот день праздновали в каждом королевстве, но в Гелиосе, со всем его светом, этот праздник должен был быть особенно красочным. Она пожалела о том, что ей не удастся увидеть пышные торжества, а когда посмотрела вниз, с удивлением заметила всевозможные экзотические товары, которые ввозили в пыльные ворота флигеля. Она посмотрела туда, откуда доносилась музыка, и увидела музыкантов, репетирующих в тени дворцовых садов. А толпы слуг несли во дворец ткани всевозможных оттенков — золотых, бронзовых и красных. Интересно, как собирались отпраздновать этот день в Афродее?

"Чёрт", — подумала она, — "а что же я надену?"

И как по волшебству внутрь влетела Мерисса, которая чуть ли не сияла. Её и без того красивые зелёные глаза сверкали сегодня ещё сильнее.

— Счастливого солнцестояния! — взвизгнула она и поцеловала Элару в губы.

— Сегодня ты как никогда полна энтузиазма.

— Традиция, — беззаботно ответила Мерисса. — В Гелиосе считается плохой приметой, если ты не поцелуешь тех, кого любишь, в день солнцестояния.

Элара улыбнулась, а Мерисса усадила её за туалетный столик.

— Прежде, чем мы отправимся в Афродею, нам придётся посетить богослужение. Знаю-знаю, — добавила она, когда Элара приподняла бровь, глядя на неё в отражении зеркала. — Это всего лишь шоу. Но Энцо и король обязаны появиться там и показать, что они преданы Звёздам, а в особенности — Леону. Ведь этот день считается его днём.

Она начала расчесывать Эларе волосы, изящно вращая руками и творя свою магию.

— Но мы же не можем войти в храм Леона во время богослужения? Я буду слишком выделяться среди толпы.

— Многие гелионки, которые отправляются в храм на солнцестояние, надевают вуаль. Те, кто по-настоящему предан Звёздам, верят в то, что нельзя смотреть прямо на бога.

Элара фыркнула.

— Ты, я и Изра наденем вуали. Конечно же, ты будешь в традиционных гелионских одеждах.

Она закончила укладывать волосы Элары, после чего несколько раз взмахнула рукой перед её лицом, а затем направилась к гардеробу.

— Этим платьем ты как бы сделаешь заявление, ведь сразу после церемонии мы отправимся в Афродею. Внешний вид может служить таким же мощным оружием как и меч. Член астерийской королевской семьи в гелионском платье... это должно вызвать настоящий переполох.

Она достала из гардероба груду золотой ткани, и Эларе пришлось терпеливо стоять, пока Мерисса одевала её. Когда она закончила, то повернула Элару к зеркалу, а затем подошла к нему с другим платьем в руках и позволила Эларе восхититься своим внешним видом.

Платье, надетое на Эларе, было очень изящным, и, как и сказала Мерисса, выполнено в гелионском стиле. Оно было словно специально создано для праздника Света. Два полотнища золотых кружев спускались по плечам, оставляя шею открытой, за счёт низкого выреза. Золотой лиф был расшит крошечными золотыми зеркалами. Они были настолько маленькими, что сливались с комбинированным лифом, и Свет отражался от Элары, когда она двигалась. Платье облегало её формы, сужаясь на талии и переходя в пышную юбку, сделанную из позолоченных перьев, которая доходила до самого пола. Слева был сделан едва заметный вырез, а сзади её спина была полностью открытой, не считая золотых цепочек, которые искусно скрывали её всё менее заметные шрамы, и лишь татуировка с изображением серебряного дракона виднелась под ними.

Золотистый сахар покрывал её декольте и глаза, а за счёт загара, который она приобрела за последние несколько недель, платье выглядело ещё более богато. Её волосы цвета воронова крыла ниспадали волнами ей на спину, и пока она стояла перед зеркалом, раскрыв рот, Мерисса закрепила золотистый венец на её голове.

— Ты выглядишь, как богиня, — прошептала Мерисса, встав у неё за спиной. — Но совсем не так, как те ужасные Звёзды.

Элара засияла и развернулась к ней.

— И это говорит та, кому может позавидовать сама Торра.

Это была правда. Мерисса выглядела невероятно красиво. Её длинные медовые кудри были разглажены и перекинуты через плечо. Золотое платье, вырез которого был расшит шёлковыми розами, облегало её соблазнительные формы, подчеркивая ноги, и доходило до пола. Его металлический блеск подчеркивал её загорелую кожу, а благодаря тёмно-золотым теням её зеленые глаза казались томными. Мерисса только улыбнулась и продолжила что-то искать в гардеробе. Она достала оттуда две тонкие вуали и надела одну из них на Элару так, что теперь вуаль покрывала не только её лицо, но и татуировку на спине, которая была довольно заметна. Затем Мерисса тоже надела вуаль, и, поправив обе вуали, встала, чтобы оглядеть свою работу.

Они обе встали перед зеркалом и крепко обнялись.

— Я никогда не видела таких красивых грешников, которым предстоит в скором времени войти в церковь, — сказала Мерисса, просияв.

— Не удивлюсь, если меня охватит пламя, как только я переступлю порог.

Мерисса усмехнулась, в последний раз оглядела их наряды, после чего вывела Элару из комнаты.

Когда они, рука об руку, пошли вниз по центральной лестнице, вены Элары начали пульсировать от предвкушения. Она увидела короля Идриса у дверей, погружённого в разговор со своим седовласым советником, которого она видела в первый вечер в банкетном зале. Король был одет в парчовые одежды кремового цвета, его длинная золотая мантия касалась пола, а на голове поверх редеющих волос восседала корона, украшенная топазом и цитрином. Элару охватила полнейшая ярость, когда она оглядела мужчину, заставившего Энцо страдать. Она почувствовала, как её тени начали шевелиться под кожей, и как отчаянно им хотелось обвиться вокруг шеи Идриса. Элара с силой стиснула зубы и сосредоточилась на возникшей боли, чтобы успокоить свои тени.

Она заметила Энцо раньше, чем он увидел её, и её сердце остановилось. Его корона сияла поверх свежевымытых волос. На нём была надета белая шёлковая рубашка и жакет кремового цвета, украшенный витиеватой золотой вышивкой. Прищурившись, она смогла разглядеть, что за узор был вышит на нём.

Драконы.

Крошечные драконы, которые в точности повторяли того самого дракона, что был изображен на её спине.

— Его жакет, — выдохнула она, обращаясь к Мериссе.

Она почувствовала, как Мерисса сжала её руку и проговорила:

— Он самолично его заказал.

Ее сердце застучало в груди, когда она снова посмотрела на Энцо, смеющегося вместе с Лео. А затем он повернулся к лестнице и замер. Она знала, что он не мог видеть её лица, но всё же он сразу её узнал. Когда Энцо замолчал, все остальные повернулись, чтобы узнать, что привлекло его внимание. А взгляд короля, казалось, проник под её вуаль. Энцо шагнул вперёд и нежно поцеловал её руку, когда они дошли до конца лестницы. Он протянул руку, и Элара приняла её, чувствуя неловкость из-за присутствия такого большого количества официальных лиц, включая короля.

— Тебе идет гелионское платье, Элара, — голос короля достиг её ушей, а его взгляд прошелся по её наряду.

Она почувствовала, как рука Энцо напряглась, когда он вывел её вперёд.

— Спасибо, Ваше Величество, — она наклонила голову, а затем все пошли в сторону ожидающих экипажей.

Мерисса и Лео сели в один из них, и в этот момент король подошёл к ней.

— Наш план окончательно разработан и приведён в действие, — проговорил он ей, когда она последовала за Энцо и всеми остальными в карету.

Она почувствовала, как он взял её за руку, и подавила в себе желание превратить себя в его самый ужасный кошмар за такую дерзость.

— Я слышала. Надеюсь, все готовы к тому, что может произойти после сегодняшней ночи?

Король снова посмотрел на неё, проникнув под вуаль своим проницательным взглядом.

— Весь дворец пребывает в полной готовности. Мы разместили солдат на границе, а разведчики уже отправились в сторону Астерии, чтобы в случае чего сообщить о приближении Звезды. Надеюсь, это сработает. Когда придёт время нанести смертельный удар, ты не должна мешкать.

Элара скривила губы под вуалью, после чего наклонилась вперёд и высвободила свою руку из его руки.

— Поверьте, — пообещала она. — Этого не случится.

Он сделал шаг назад, а она села в карету. В глазах Энцо вспыхнуло пламя, когда он посмотрел на своего отца, который постучал по боковой части кареты, приказывая вознице тронуться с места. Злобная улыбка появилась на лице короля, наблюдавшего за их отъездом.

— Мне нравится твой жакет, — пробормотала Элара под вуалью.

Энцо улыбнулся и перевёл на неё взгляд.

— Последнее время меня всё больше и больше привлекают драконы.

— Мне это очень нравится, — ответила Элара, и её сердце воспарило.

— Чего хотел отец? — холодно спросил Энцо и сдвинулся так, что теперь он касался Элары.

— Ничего, он просто пытался убедиться в том, что я готова к последствиям сегодняшней ночи.

Взгляд Энцо впился в её вуаль, а Лео и Мерисса неловко заёрзали напротив них.

Чем дальше они уезжали от короля, тем более расслабленными они становились. Все четверо испытали облегчение, когда наконец-то снова воссоединились. Единственное, чего им не хватало, это сухого юмора Изры. Провидица должна была встретиться с ними перед храмом.

— Кто желает отведать освящённого вина перед службой? — Лео улыбнулся ленивой улыбкой и достал флягу.

Глаза Мериссы округлились.

— Даже не представляю, есть ли что-то ещё более кощунственное, что ты мог бы сейчас предложить, Лео.

— О, ты даже не представляешь, Мерисса, — сказал Лео, подмигнув ей.

Элара фыркнула, а лицо Мериссы окрасилось румянцем.

— Похоже, наш капитан уже успел приложиться к этой бутылке.

Он рассмеялся и передал флягу Эларе, которая сделала из неё два больших глотка под вуалью, а затем передала её Энцо.

— Нам нужно что-то, что поможет пережить этот ад, — проговорил Энцо и сделал большой глоток.

Он передал флягу Мериссе, которая, немного подумав, залпом выпила всё содержимое.

— Что? — спросила она застенчиво, когда все удивлённо посмотрели на неё. — Энцо прав, нам это нужно.

Сладкий ликер вызвал внутри Элары тёплое чувство и снял напряжение сегодняшнего дня. Энцо взял её руку, лежащую между ними, и провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони.

Не успели они опомниться, как карета остановилась в глухом переулке. Небольшая аллея вела на огромную площадь, где располагался храм Леона. До них донеслись шум толпы, музыка и крики. Элара поправила вуаль, проверила вуаль Мериссы, после чего они спустились на заполненную людьми улицу.

Тут царил настоящий бедлам. Прижатые друг к другу под палящим солнцем, люди пробирались в сторону площади по переулкам, растянувшимся на многие мили. Энцо схватил Элару за руку и потянул сквозь толпу, которая принялась выкрикивать имя принца, отдавая дань уважения его свету. Они молили его о благословении, просили, чтобы он коснулся их, а Энцо хорошо отыгрывал свою роль. Он кивал, улыбался и брал за руки всех, кто тянулся к нему, продолжая тащить ошарашенную Элару в сторону главной площади.

На главной площади ситуация оказалась ещё хуже. Люди теснились там, отчаянно пытаясь войти в храм и хотя бы краешком глаза увидеть Леона. Они выглядывали из-за спин друг друга и толкались. Энцо продолжал смотреть прямо перед собой, и тела расступались в стороны, точно воды моря, расчищая ему путь. Их компания продолжила двигаться в сторону входа в храм, преследуемая криками и благословениями.

— Да благословит вас Свет, — крикнула Энцо какая-то старуха.

— И вас, — ответил он ей, улыбнувшись, и поднял руку с вытянутыми вверх тремя пальцами — символ поклонения Звезде.

Толпа обезумела и начала восторженно хлопать, когда они подошли к ступеням храма.

— Энцо! — закричал чей-то голос.

Все они развернулись и увидели Изру, которая ждала их у лестницы в золотой вуали.

— Чёрт побери, — гневно проговорила она, подходя к ним. — Эти лизоблюды чуть не растоптали меня.

Она бросила испепеляющий взгляд на толпу.

— Поклоняться Звезде, которая только и делает, что любуется своим отражением в зеркале, это выше моего понимания.

— Изра, — сказала Мерисса предостерегающим тоном. — Говори тише. Мы сейчас стоим у ворот его храма, в прямом смысле этого слова.

— И что он мне сделает? Поразит меня на глазах у своих поклонников?

Энцо фыркнул и повёл всех в прохладный привтор храма, где шум толпы сделался приглушённым.

— Мой отец уже здесь? — спросил он Изру.

— Да, он приехал где-то за пять минут до вас. Он уже сидит на своём обычном месте.

Энцо мрачно кивнул и выпустил руку Элары.

— Это не займёт много времени, — сказал он ей. — Оставайся с Изрой и Мериссой. После службы состоится обед, а после мы сможем сразу же отправиться в Афродею.

Он сжал её руку, после чего вошёл во внутренние двери храма, а Лео последовал за ним. Элара заметила, как Энцо запустил руку в какое-то небольшое блюдо с водой, после чего поднёс три пальца к своему виску и исчез.

— Идём, — сказала Мерисса, подгоняя их.

Они прокрались внутрь, служба уже началась. В помещении храма, похожем на пещеру, играла органная музыка. Ряды лавок были заполнены знатью и аристократами — и чем выше был их статус, тем ближе они сидели к алтарю Леона. Три подруги прошли к скамье в задней части помещения, и Элара заняла место в углу у большого окна, выполненного из золотого витражного стекла. В храме было душно, каменные стены здания никак не спасали от жары. Она оглядела толпу и нашла Энцо, который сидел рядом с королём. Перед ними располагался алтарь, рядом с которым стоял Лео с королевской стражей.

А на алтаре, на возвышении, лицом к восхищенной толпе, сидел Леон. Он развалился на золотом троне, прислонившись к спинке, которая была сделана в форме лучей, расходящихся во все стороны. Он был одет в тунику, которая была словно соткана из чистого золота. Рубашки под ней не было. Когда он сдвинулся и надменно посмотрел на толпу, Элара мельком заметила под туникой мускулистый живот.

Началась служба, музыка стихла и священник начал произносить речь, в которой перечислил множество чудесных вещей, которые сделал для Гелиоса Леон, и в которой говорилось о святости Света. Элара подавила зевок и попыталась абстрагироваться от этой вопиющей лжи и лицемерия.

Боги, как же здесь было жарко. Вуаль душила её, и ей казалось, что она едва может дышать под ней на такой жаре. Она перевела взгляд на витражное стекло, через которое на неё падал Свет, и восхитилась его красотой. Она была женщиной, сделанной из теней, но проведя столько времени в бездонной тьме подземелий, она обрела любовь к Свету.

Служба продолжилась причастием, которое представляло собой шоу, отдающее дань уважения Леону. Элара лениво проследила за тем, как люди начали выстраиваться в очередь, чтобы сделать глоток из чаши Леона, наполненной амброзией, а священник в это время благословлял их своим светом. Вуаль. Она больше не могла её выносить. Заметив, что все остальные были сейчас заняты, она быстро огляделась и приподняла вуаль. Она осторожно притянула к себе тени, чтобы стать ещё менее заметной, после чего сделала глубокий вдох и тихонько вздохнула.

Мерисса посмотрела на неё.

— Тебе лучше опустить её.

— Да, мама, — протянула Элара, стараясь напоследок насладиться свежим воздухом.

Она на секунду закрыла глаза, нежась в солнечных лучах, которые играли на её лице. На её губах появилась лёгкая улыбка, когда она почувствовала их тепло, после чего подняла руки, чтобы опустить вуаль. Когда она снова посмотрела на алтарь, она увидела Энцо, который смотрел на неё, поднеся чашу с амброзией к губам.

Она поспешно опустила вуаль, пока кто-нибудь не повернулся и не заметил, на что он смотрит.

— Выпей, — сказал священник монотонным голосом, — и будь благословлен.

Не сводя с неё своих тёплых медовых глаз, Энцо сделал большой глоток.

— Вы присягаете на верность Свету?

— Да, — выдохнул Энцо, всё еще не сводя с неё глаз.

Элара почувствовала, как её щёки покраснели, и была рада тому, что её лицо было скрыто.

— Вы обещаете каждый день чтить красоту и искусство, которые так дороги Леону?

Его взгляд прожег её.

— Да.

— Вы отрекаетесь от тьмы?

Энцо широко улыбнулся, всё ещё глядя на неё поверх толпы. Она закусила губу и улыбнулась ему в ответ. И в этой тишине они продолжили смотреть друг на друга.

— Ваше Высочество, я спросил Вас, отрекаетесь ли вы от Тьмы?

Когда по толпе, ожидающей ответа Энцо, прошёл шепоток, его губы приподнялись в улыбке.

— Да, — сказал он, наконец, не сводя глаз с Элары.

— Так будьте же благословлены, и пусть Свет смоет все ваши грехи.

Священник благословил его, поднеся пальцы к виску Энцо, который склонил голову и вернулся на своё место.

Изра наклонилась к Эларе.

— Он определённо не собирается отрекаться от "Тьмы", — сказала она, показав кавычки на последнем слове, и усмехнулась.

Наконец Леон встал, сложил руки словно в молитве, и перед ним образовалась очередь поклонников, желающих встать перед ним на колени. Элара закатила глаза и вместе с Мериссой и Изрой поспешила к выходу, где им пришлось пропустить большую толпу мимо себя. Снова зазвучал орган, и люди массово повалили наружу в толпу, которая кричала:

— Да здравствует, Леон!

Они подождали, пока посетители храма не разойдутся, а Энцо не выйдет наружу вместе с королём и стражей.

— Энцо, останься на обед. После этого вы все сможете отправиться в Афродею.

Элара ощетинилась, услышав его приказ, хотя ей в любом случае пришлось бы это сделать.

— Леон ушёл и вне всяких сомнений гуляет сейчас по улицам и упивается восхищенными взглядами. Выкажите священнику своё почтение на банкете, пусть он почувствует себя важным. Ты знаешь, что делать. А я возвращаюсь во дворец. Не хочу оставаться здесь ни минутой дольше.

Энцо коротко кивнул своему отцу, и Идрис вместе с советником и королевской стражей направились через площадь в сторону королевских экипажей.

Лео остался с ними.

— Давайте покончим с этим, — пробормотал он.

***

Банкетный зал в храме оказался меньше, чем во дворце, но таким же красивым. Огромные не застеклённые окна, вырезанные в стенах, выходили на закрытый сад, где рассветные птицы играли в фонтане. Мерный плеск воды и щебетание птиц заполнили прохладное помещение. Когда Элара вошла внутрь, она сразу же сняла вуаль, радуясь тому, что теперь она наконец-то может вздохнуть. Энцо прошёл во главу огромного мраморного стола и повернулся, чтобы что-то сказать, но вместо этого остановился и посмотрел на Элару, которая в это время осматривала помещение.

— Выглядишь чудесно, Эл, — выдохнул он. — Когда ты сняла вуаль во время церемонии, я не мог отвести от тебя взгляд.

Она удивлённо повернулась к нему и посмотрела на то место, где его рука сжала спинку стула.

Подмигнув ему, она пригладила позолоченные перья на своей юбке, хотя её сердце затрепетало от его слов.

— Мерисса проделала хорошую работу, не так ли?

Его улыбка была такой радостной, когда он подошёл к ней и взял её руки в свои.

— Нет. Нет, это всё ты.

Он начал блуждать взглядом по лицу Элары и задержался на её губах. Её всё ещё удивляло, как этим глазам удавалось выражать столько всего, заставлять её чувствовать все эти эмоции.

Она услышала шаги остальных, и Энцо медленно повернулся.

— Сядь рядом со мной.

Он жестом указал на другой стул во главе стола.

— Энцо, мне кажется, мы привлечём внимание, если я сяду с тобой во главе стола.

— И? — он самодовольно ей улыбнулся.

Она нехотя села с ним рядом, когда внутрь вошли Мерисса и Изра, которые также сняли свои вуали. Они расположились справа от Энцо. Последним вошёл Лео и сел слева от Элары. Пару минут спустя внутрь робко вошли несколько прислужников в закрытых мантиях, несмотря на жару.

Ничего не говоря, они заняли свободные места и выжидательно посмотрели на дверь.

Наконец, священник, присутствовавший на службе, присоединился к ним. Его лицо было осунувшимся и суровым, каштановые волосы забраны в низкий хвост. На нём была надета мантия, расшитая драгоценными камнями. Цепь с жёлтым бриллиантом размером с яйцо висела у него на шее. Он расположился на другом конце стола лицом к Энцо и Эларе. Он перевёл взгляд между ними, и выражение его лица изменилось, когда он посмотрел в глаза Элары. Элара вопросительно посмотрела на Энцо, но тот ничего не заметил, так как был погружён в разговор с Мериссой и Изрой.

Тут же принесли еду: всевозможные виды мяса и рыбы были поданы на золотых тарелках с приборами из чистого золота.

— Они, должно быть, стоят целое состояние, — прошептала Элара Энцо, взяв тарелку и улыбнувшись прислужнику.

Тот испуганно посмотрел на неё и отвёл взгляд.

— Энцо, почему все смотрят на меня так, словно у меня чума?

Энцо вздохнул, взял в руку кубок, наполненный медовым вином, и поднёс к губам.

— Я бы хотел сказать тебе, что они поражены твоей красотой, но на самом деле служащие храма чувствуют себя настороженно рядом с астерийкой. Не обращай на них внимания.

Элара подавила тревожное чувство и решила не принимать его близко к сердцу. Она последовала примеру Энцо и наполнила свою тарелку едой, разложенной перед ней. Запахи цитруса и трав смешались, заставив её рот наполниться слюной. Она выбрала несколько конвертиков из виноградных листьев, фаршированных рисом со вкусом жасмина, кусочек рыбы с лимоном и тмином, немного сладкой картошки с маслом и зелёные бобы в масле, приправленные каменной солью.

Священник встал и поднял руки вверх.

— Началось, — пробормотал Энцо.

А Элара сжала губы, чтобы не рассмеяться.

— Благословенное солнцестояние, — начал священник. — Мы выражаем тебе благодарность за эту еду.

Прислужники закрыли глаза и начали произносить молитвы над своими тарелками. Глядя на них, Элара улыбнулась. Она тоже сложила руки вместе и закрыла глаза. А когда открыла их, обнаружила, что Энцо удивлённо смотрит на неё.

— Что? Тот факт, что я ненавижу Звёзд, не означает, что я презираю все эти ритуалы. Мы должны быть благодарны за эту еду на столе. Я просто не адресую свои молитвы Звёздам.

— А кому ты их адресуешь? — спросил он, в то время как священник продолжил произносить свою молитву.

Элара долгое время смотрела на него, а затем сказала:

— Тем, кто её заслуживает.

— Будь благословен, — эхом раздалось в помещении, и Элара с Энцо повернулись к своим тарелкам.

Они начали есть и общаться между собой, как вдруг Элара заметила, что священник всё ещё не сел и смотрел прямо на неё.

— Ваше Королевское Высочество, — его голос прокатился по столу. — Прошу прощения, что прерываю, но я должен высказать вам свою озабоченность.

— Говори, — сказал Энцо с полным ртом, продолжая поглощать свою еду.

Желудок Элары в ужасе сжался.

— Я пообещал королю молчать о том, кто будет присутствовать сегодня здесь. Он проинформировал меня об этом, и я поклялся никому не рассказывать о её присутствии, кроме нескольких прислужников, которым я доверяю, и которые находятся сейчас в этом помещении, — поспешно произнёс священник. — Я не собираюсь обсуждать ни ваши планы, ни планы нашего короля, ни причину, по которой она находится сейчас среди нас. Однако... если я не выскажусь, то пойду против своей веры. В день, когда мы поклоняемся Свету, кажется крайне неподобающим позволять астерийке находиться здесь и обедать вместе с нами в этом храме.

От гнева и смущения в ушах у Элары зазвенело. Её рука дёрнулась, и тени начали вырываться наружу, умоляя разрешить им окутать её, либо вызволить её отсюда при помощи иллюзии. Раздался звон ножа и вилки, которые Энцо положил на стол, перестав есть. Он медленно поднял голову.

Священник исподтишка взглянул на Энцо, а затем на Элару. В помещении повисла тишина.

— У неё есть имя, — сказал Энцо тихо и отчётливо.

Священник презрительно взглянул на Элару.

— Простите, но я вынужден просить, чтобы ведьму вывели из храма.

Ослепительная вспышка разрезала воздух, и свет обвился вокруг шеи священника. В тот же самый момент две сосульки просвистели в воздухе и пригвоздили его плащ к стене с глухим стуком. Драгоценные камни на нём громко зазвенели, но их заглушили ахи и вздохи. Элара невольно вскочила со своего места, удивлённо прикрыв рот рукой, и посмотрела на Изру. Провидица даже не пошевелилась, на её лице красовалась холодная улыбка, рука была элегантно поднята вверх. Элара резко перевела взгляд на Энцо, который уже привстал на своём стуле и в гневе упёрся руками в столешницу. Его лоб недоуменно нахмурился, а глаза округлились от шока. Элара проследила за его взглядом и, наконец, поняла, кто был источником света.

— Как ты её только что назвал? — огрызнулся Лео, вытянув руку вперёд, и поток его света сделался тоньше.

Иней начал ползти по сосулькам в сторону рук Томасо, и тот содрогнулся. Принц переглянулся с двумя своими друзьями и снова сел на стул. Глаза Мериссы, в которых отражалась настоящая враждебность по отношению к священнику, прищурились.

Магия Лео затрещала и была опасно близка к тому, чтобы превратиться в молнии. Священник закашлялся, а его лицо покраснело так, словно ему перестало хватать воздуха.

— Как странно, — проговорил Энцо, откинувшись на стуле. — Я думал, что ты священник, Томасо. С каких это пор ты начал разбираться в политике и управлении государством? Или в тебе течёт благородная кровь, о которой мы не знали? Он, наверное, лорд, раз так горячо высказывается по этим вопросам, Лео.

Лео прищурил глаза и посмотрел на Томасо, который беззвучно открывал рот, словно рыба.

— Что-что? Прости, я не расслышал.

Энцо наклонился вперёд и поднёс руку к уху. И только его глаза, горящие оранжевым светом, говорили о том, что он на самом деле чувствует.

Прислужники широко раскрыли глаза и перевели взгляд с принца на своего священника.

— Пожалуйста, отпустите его, — начала умолять молодая женщина с дрожью в голосе.

Энцо резко посмотрел на неё своими глазами, похожими на осколки хрусталя, после чего снова приковал священника взглядом.

— Как думаешь, Изра, нам стоит его отпустить?

— Только если ты позволишь мне отморозить ему пару пальцев. Я слышала, что обморожение это очень неприятно, — промурлыкала Изра.

Энцо тихо усмехнулся, а священник побелел.

— Я так и знал, что ты лицемерный гад, который ворует деньги из сундуков храма и тратит их на все те роскошные вещи, которыми ты себя балуешь, Томасо.

Глаза священника округлились.

— Думал, я не узнаю? Я обладаю видением... забыл? Лео, Изра... отпустите его.

Они последовали его приказу. Свет Лео погас, а сосульки Изры растаяли. Томасо упал на пол, задыхаясь и громко втягивая ртом воздух. Энцо только ухмыльнулся, хотя его улыбка не коснулась холодных глаз, которые всё ещё смотрели на мужчину.

— Это святотатство, Ваше Высочество. Это противоречит всему тому, за что выступает вероучение Леона, — проговорил Томасо, закашлявшись и втягивая ртом воздух, а затем попытался пошевелить пальцами.

— Ты так и не выучил свой урок? Или я самолично должен заняться твоими манерами? — зашипел Энцо, вставая.

Он навис над Томасо, подойдя к нему. Священник весь сжался.

— Думаешь, мне есть дело до того, за что выступает секта Леона, или до твоей веры?

— Ваши слова это богохульство, мой принц, — заикаясь, проговорил Томасо и вздрогнул, когда Энцо наклонился к нему.

— Богохульство? Я перестал верить в Звёзд очень и очень давно.

Священник в негодовании выпучил глаза. Энцо наклонился ещё ближе.

— У тебя свои боги, — сказал он и перевёл взгляд на Элару. — У меня свои.

Рот священника открылся и снова закрылся, и только угроза, отразившаяся в глазах Энцо, не дала ему сказать что-то ещё. Элару всё ещё переполняло чувство стыда, так как взгляды всех присутствующих были обращены на неё. Она украдкой начала притягивать к себе тени, желая закутаться в них, но она знала, что ей нужно вести себя как принцесса. Она должна была выглядеть грозно. Она приподняла подбородок, призвала свою магию кошмаров и посмотрела в глаза каждому. Все тут же отвели взгляды.

Энцо выпрямился и вернулся к столу.

— Я прошу прощения, мой принц, за свой проступок.

Энцо снова взял в руки нож и вилку и продолжил есть.

— А теперь извинись перед Эларой, — сказал Лев и медленно улыбнулся.

Элара поспешила скрыть собственную улыбку, когда священник посмотрел на неё.

— Я прошу прощения, Ваше Высочество.

— Ты прощен, — тихо проговорила она, и её тени потянулись к нему. — И хотя тебе будет сложно в это поверить, но у себя в стране я принцесса, и никто не смеет разговаривать обо мне в таком тоне, не рискуя умереть. Если ты снова меня опозоришь, я заберу твою голову.

Томасо громко сглотнул, когда её тень слегка прошлась по его губам, а затем отступила. Он поклонился Эларе с ужасом в глазах, после чего поспешил в сторону двери. Энцо резко встал, отодвинув стул, и пошёл за ним следом.

Дверь осталась приоткрытой, поэтому Элара слышала, что происходило за ней.

— Только попробуй рассказать кому-нибудь о нашем разговоре, и я самолично прослежу за тем, чтобы тебя казнили.

— Да, Ваше Высочество, — заикаясь произнес священник.

— И если... ты когда-нибудь снова произнесёшь слово "ведьма", ты будешь умолять о свете Лео и о сосульках Изры; так как огонь, которым я тебя окачу, станет огнём из твоих кошмаров.

Глава 40

Когда Энцо вылетел из храма, а Элара и все остальные поспешили за ним следом, полуденный Свет сделался таким ярким, что тень храма стала резко контрастировать с ним. Толпа рассосалась, разделившись на группы, которые отправились праздновать солнцестояние в узком кругу родственников и друзей.

Не говоря ни слова, Энцо повёл их по узким переулкам в сторону королевского экипажа.

— Все внутрь, — коротко скомандовал он.

— Итак... — прервала тишину Изра. — Кто-нибудь хочет поговорить о том, какого чёрта там произошло?

Энцо посмотрел на Лео.

— Ублюдок это заслужил. Он оскорбил Элару, — проговорил Лео, сжав руку в кулак.

— Спасибо, — тихо сказал Энцо, опередив Элару. — Если бы я вмешался, сомневаюсь, что он остался бы жив. Вы оба спасли мою задницу.

— Мы ведь не можем допустить, чтобы наш дорогой принц калечил священников, — сказала Изра и широко улыбнулась.

Энцо фыркнул, и напряжение спало, а карета начала подниматься в гору, направляясь в сторону дворца.

— Спасибо, — сказала Элара, которую начали душить эмоции. — Я знаю, что могла бы и сама справиться, но то, что вы все заступились за меня... спасибо.

Все вокруг начали укорять Элару, отмахиваясь от её благодарностей.

— Нравится тебе это или нет, но ты теперь часть семьи, Элара, — Лео улыбнулся и вытянул руку из окна кареты, а Изра и Мерисса кивнули. — А за семью мы готовы убить.

Элара просияла, откинулась на бархатные подушки, и её грудь наполнилась счастьем, когда до неё дошёл смысл слов Лео. Энцо посмотрел на неё сверху вниз, взял её руку в свою и сжал.

Карета остановилась позади дворца. Энцо выпрыгнул из неё первым и подал руку Эларе. Все остальные вышли следом, любуясь бурлящим водопадом. Элара заметила каменные ступени, ведущие туда, где в прошлый раз проходило празднество. Как же давно это было.

— Во имя всех Звёзд, как мы сможем добраться из Афродеи отсюда? — спросила она, нахмурившись.

Мерисса только хитро посмотрела на неё, а Энцо бросил взгляд на карету, которая поехала прочь. Как только она скрылась из виду, он обогнул скалу, и Элара с любопытством последовала за ним. Сначала её встретил рёв водопада. Его грозный шум нарастал, а золотистые воды падали со скалы.

— Ты это несерьёзно, — сказала Элара, посмотрев на водопад.

Энцо усмехнулся и взял её за руку, когда все остальные догнали их. Она проследила за его взглядом. За огромным потоком воды находилась тропинка, выдолбленная в скале — она была сухой, так как вода обходила её стороной. Энцо нетерпеливо потянул её вперёд, и они зашагали по тропинке.

— Не смотри вниз, — крикнул он у неё за спиной.

— Насколько я помню, я не боюсь высоты. И меня могут спасти мои тени, — сказала она и мило ему улыбнулась.

Они продолжили идти, пока не оказались под потоком воды, каскадом падающим вниз, и она на мгновение остановилась, поражённо глядя на него. Они словно оказались в жидком водяном пузыре, внутрь которого проникал Свет в виде причудливых узоров.

Энцо на секунду прислонился к стене, тоже глядя на водопад.

— Красиво, не так ли?

Она завороженно кивнула.

Но затем он снова потянул её вперёд. Они были уже на полпути в сторону углубления, когда Энцо остановил их всех. Он потрогал гладкую поверхность скалы и сосредоточенно нахмурил лоб. А затем он надавил на камень и удовлетворённо улыбнулся. В скале появилось отверстие, и Элара раскрыла рот от удивления.

— Я же говорил, — он подмигнул ей и потянул в сторону отверстия.

Это был скорее туннель, чем пещера. У них за спинами загорелся свет Лео, который пошёл следом вместе с Мериссой. В воздухе повеяло магией. Она начала давить на плечи Элары, а запах благовоний напомнил ей об Изре.

— Что это за место? — спросила она удивлённо.

— Переход между пространствами, — ответила Изра.

Элара громко рассмеялась.

— Их не существует.

— Разве? — спросил Энцо, приподняв бровь в ухмылке.

Неожиданно Элара услышала музыку.

— Как это возможно?

Мерисса и Лео усмехнулись у неё за спиной.

— В Селестии существуют пространства, — объяснила Мерисса, — которые служат переходами в другие места. Их очень мало по всему миру, и один из них оказался прямо у нашего порога. Мы думаем, что его создали маги Кастора. Они хорошо умеют изгибать пространство.

Она обвела рукой пещеру. Сердцебиение Элары ускорилось, когда она увидела свет в конце туннеля.

Энцо повернулся к ней, вытянул руки и пошёл спиной вперёд в сторону света.

— Добро пожаловать в Афродею.

***

Элара услышала Афродею раньше, чем увидела её. Бойкая музыка заставляла ноги двигаться в такт ритму, а нервы натягиваться. Рожки, трубы, саксофоны: громкие звуки потекли в её сторону вместе с тёплым ветерком. Неожиданно прямо перед ней предстал дворец, а внизу растянулась столица — город Венуса. Элара остановилась, начав восхищённо разглядывать дворец. Он выглядел так, словно восседал на облаках афродийского неба, которые окутали его основание и от которых тянулись высоко вверх белые и темно-розовые колонны. Розы всевозможных оттенков красного карабкались вверх по всему периметру здания. Элара слегка покачнулась, а Лео фыркнул у неё за спиной.

— "Роскошно" это то слово, которое ты пытаешься подобрать, — сказал он.

— Скорее "чрезмерно", — пробурчала Изра.

— Эй! — запротестовала Мерисса. — Вы вообще-то говорите о моём доме.

— Прости, Мерисса, — проговорили Лео и Изра в унисон.

— Итак, наш план заключается в том, чтобы устроить как можно более яркое представление, привлечь к себе внимание и дать знать, что Элара у нас,— сказал Энцо.

— А у него талант констатировать очевидное, — насмешливо отметила Мерисса.

— Сегодня мы гости дворца. Королева знает, что мы прибудем на солнцестояние. И они ничего не знают о тебе помимо того, что ты состоишь при дворе, — он взглянул на Элару. — А это значит, тебе придётся показать им, кто ты такая.

— Не волнуйся, Энцо, — Изра подошла к ним и похлопала его по плечу. — Мы всё продумали.

— Меня это совсем не успокаивает, — проговорил Энцо.

Они смешались с колонной пирующих, которая продвигалась по пыльной дороге в противоположную сторону от пещеры и радостно пела. Элара огляделась по сторонам, когда они оказались среди толпы людей, которые, танцуя, направлялись во дворец. Она никогда не видела ничего подобного; такой музыки, еды и настоящей радости от празднования самого длинного дня в году. В Астерии не праздновали летнее солнцестояние, приберегая празднества на зимнее солнцестояние и канун Хэлловея. Этот же праздник оказался таким ярким, таким живым. Она покрутила головой в поисках Энцо. Его крепкие руки схватили её сзади, и она радостно ему улыбнулась. А затем она заметила вокруг себя пары, которые танцевали в такт барабану в розовом свете неба, похожего на щербет. Красивый афродиец, танцуя, подошёл к ней. На фоне загорелой кожи его золотые глаза казались очень яркими.

Он взял её за руку.

— Почему я не видел тебя раньше?

— Потому что она со мной, — вклинился в разговор Энцо и встал между ними.

Мужчина взглянул на его корону и пошатнулся, и тогда Энцо крепко взял её за руку, а затем подтолкнул вперёд.

— Это ещё за что? — зашипела она.

— Помнишь, что я тебе говорил, принцесса. Я могу спалить этот дворец дотла.

Из неё вырвался низкий смешок, когда они, покачиваясь, двинулись вперёд в сторону величественного дворца в облаках. Она заметила Изру, которая моментально прониклась духом этого королевства. Она двигалась так беззаботно, подняв руки к небу и смеясь, а также притопывала ногами в такт музыке, общаясь с незнакомцами. Мерисса послала Эларе воздушный поцелуй, пройдя мимо них вместе с Лео. Она чувственно покачивала бёдрами, так же естественно, как она двигалась всем своим телом. Элара улыбнулась сама себе. Да, Мерисса была афродийкой до мозга костей.

Она мысленно приготовилась, когда они дошли до ворот дворца, в которые уже входила танцующая толпа и направлялась по коридорам прямиком в тронный зал.

— Элара, — сказал Энцо, и она остановилась, услышав нотки неуверенности в его голосе. — Я принц и поэтому... ну... — он провёл рукой по своим кудрям и поправил корону. — Они будут ожидать, что я... буду принимать гостей.

Элара позволила себе слегка улыбнуться, уже зная, чего ожидать, благодаря Мериссе. Он отвел её в сторону.

— Это просто глупая традиция, но королевы, вероятно, ожидают, что я буду танцевать с придворными, которые исполнят грандиозный афродийский танец.

Элара широко ему улыбнулась.

— Не волнуйся об этом, — сказала она и вошла в коридор, похожий на пещеру, а он последовал за ней с недоуменным выражением лица.

Ритм барабана ускорился, заревели трубы, и музыка, под которую хотелось покачивать бёдрами, привела её в огромный тронный зал, который был даже больше чем в Гелиосе. Помещение представляло собой бальную комнату и одновременно приёмную. Она прищурилась и на другом конце зала заметила двух женщин, восседавших на тронах и наблюдавших за представлением. Люди из всех уголков света танцевали вокруг. Элара заметила светианцев, каосианцев и конкориданцев, узнав их по одеждам. Её поразило то, что хотя они и не были из Афродеи, но превосходно знали движения тех танцев, которые совершенно не были знакомы Эларе. И в этот момент она осознала, насколько закрытой жизнью жила, и насколько она была отрезана от всего остального мира и культуры разных стран. Вздохнув, она проследовала за Энцо по краю тронного зала, чтобы поприветствовать королев, и потеряла из виду друзей.

— Ваши Величества, — сказал Энцо обворожительным голосом. — Спасибо, что согласились принять меня.

— Ерунда, — сказала королева с красивым загорелым лицом, покрытым веснушками.

Она подняла на него свои чистые зелёные глаза и продолжила:

— Тебе здесь всегда рады, ты ведь это знаешь, Лорэнцо.

Он поцеловал её руку.

Королева рядом с ней улыбнулась, белые волосы каскадом падали ей на спину, а её глаза были пронзительного голубого цвета.

— А кто эта красавица? — спросила она, наклонившись вперёд.

— Подожди-ка, Флёр.

Королева с веснушками на лице ухмыльнулась.

— И где ты её всё это время прятал, Энцо?

Он натянуто улыбнулся. Сердце Элары заколотилось. Настал тот самый момент. Как только Энцо произнесёт слова, план будет приведён в исполнение.

— Это принцесса Элара, законная королева Астерии.

Флёр застыла, и её глаза метнулись в сторону Элары, а затем посмотрели на Энцо.

— Не может быть... мы слышали, что ты умерла, — выдохнула она.

— Ваши Высочества, — Элара сделала реверанс, стараясь держать спину ровно, как любая другая принцесса. — Он говорит правду. Энцо помогает мне с тех пор, как мне удалось сбежать из дворца в тот день, когда мои родители скоропостижно скончались. А затем я освободилась из плена Ариэта.

Королева с веснушками подалась вперёд на троне.

— Ты представляешь, какой опасности нас подвергаешь, находясь здесь? — спросила она низким голосом.

Элара приподняла подбородок и посмотрела прямо в зелёные глаза королевы.

— Я осознаю риски. И я хочу, чтобы обо мне пошли слухи. Афродея показалась мне достаточно большим королевством, чтобы это осуществить. Я выжила. И я готова сразиться за своё королевство.

Флёр оценивающе посмотрела на неё.

— Ну, Энцо, я понимаю, почему ты решил ей помочь.

Её голубые глаза сверкнули.

— В ней столько же огня, сколько и в тебе.

Энцо улыбнулся ей, и его глаза наполнила гордость.

— Это так.

— Тогда не смеем вас задерживать. Развлекайтесь. Но что бы вы там ни запланировали, не вовлекайте в ваши планы наших жителей.

Зелёные глаза веснушчатой королевы сделались холодными.

— Иначе вам может не понравиться то, как мы умеем вовлекаться.

Элара сделала низкий реверанс.

— Была рада с вами познакомиться, Ваши Величества. И когда я займу трон, то обещаю открыть Астерию другим королевствам. Очень надеюсь, что между нашими государствами установятся крепкие отношения.

Обе королевы улыбнулись и наклонили головы.

— Мы искренне надеемся, что так оно и будет, — прошептала Флёр.

— Королева Флёр. Королева Ария, — сказал Энцо и поклонился.

— Похоже, танец вот-вот начнётся, — отметила королева Флёр.

— Веселитесь и будьте осторожны, — сказала королева Ария и её глаза сверкнули.

Энцо потянул Элару обратно в толпу и расположил её в первых рядах.

— Всё прошло не так плохо, не так ли? — выдохнул он, снова сняв корону и проведя рукой по волосам.

— Я думала, что меня стошнит, — сказала Элара и рассмеялась дрожащим смехом.

Энцо усмехнулся.

— Кто угодно, но не моя королева.

Она улыбнулась ему, а он посмотрел вперёд, туда, где начинались танцы.

— Это не займёт много времени, — проговорил он.

Танцующая толпа расступилась и образовала круг. Элара услышала музыку, которая воспарила над толпой, и узнала бодрый ритм, под который она училась танцевать всю прошлую неделю. Она различила звуки барабанов и труб. Безудержная мелодия начала играть всё громче и громче. Поток света, источником которого была определенно гелионская магия, осветил конферансье, который танцевал и прыгал по балкону над паркетом. За ним располагались музыканты, которые танцевали и одновременно играли на инструментах.

— В честь принца Гелиоса, — прогремел голос конферансье, заглушивший музыку, — ТАНЕЦ!

Раздались улюлюканья и свист, заревели трубы, и люди повалили на паркет. Энцо оказался в самой середине, и, изобразив смущение, закрыл лицо руками. Элара скрыла улыбку. Она знала, что ему нравится внимание. Музыка теперь играла во всю мощь, снова зазвучал тяжёлый ритм барабанов и трубы, которые задали мелодии быстрый, чувственный ритм.

Толпа начала кричать, подначиваемая конферансье. Вперёд выступила первая женщина, осмелившаяся станцевать свой танец перед Энцо. Великолепная афродийка с каштановыми волосами до пояса и темно-оливковой кожей. Она начала извиваться как змея и приближаться к Энцо.

Элара прищурилась, как вдруг услышала за спиной чей-то бархатный голос:

— Ты готова?

Элара развернулась и увидела ухмыляющуюся Изру. Из-за её плеча выглядывала Мерисса, лицо которой выражало едва скрываемую радость.

Элара закатила глаза.

— Не знаю, получится ли у меня.

Изра фыркнула.

— Я не для того потратила своё время на твоё обучение, чтобы ты дала заднюю.

— Ты? — удивлённо спросила Мерисса. — Ты только и делала, что сидела на стуле и критиковала её.

— Да, и это стоило мне огромного количества моего драгоценного времени, — жеманно проговорила Изра.

Девушка с каштановыми волосами покинула паркет, где в это время яркая каосийка с волосами цвета красного вина уже крутила бёдрами и прижималась к промежности Энцо, то и дело наклоняясь вперёд. Она развернулась, низко присела и расстегнула пуговицу на его рубашке. У Элары зачесались руки.

— Спокойно, — предупредила Изра, — пожалуйста, только не вздумай превратиться в само воплощение тьмы и надрать ей задницу.

Элара сжала челюсти. Ей было не так легко за всем этим наблюдать, как она думала. Она вперилась глазами в Энцо, который оглядел помещение. Вздохнув, он встал, так как девушка с красными волосами заставила его подняться на ноги. Под крики и улюлюканье, ещё больше людей присоединились к танцу, мужчины и женщины по всему залу начали танцевать в такт ритму.

— Разве ты не должна была заняться чем-то более важным? — сказала Элара, на секунду переведя взгляд на Изру, которая невозмутимо пожала плечами.

— Вообще-то нет. И мне нравится эта песня.

Она поцеловала Элару в щёку, после чего поплыла в сторону танцующих.

Элара проследила за ней и снова нашла глазами Энцо. Ревность, горячая и в то же время ледяная, сжала её внутренности. Красавица с красными волосами всё ещё липла к Энцо и, чувственно извиваясь, тёрлась об него. Элара заскрежетала зубами, а её глаза сверкнули серебром.

— Правильно, — проговорила Мерисса у неё за спиной. — Пусть эта ревность подогреет тебя. Так твои движения станут ещё более чувственными, когда ты приземлишься ему на колени.

— Я не ревную, — пробормотала Элара.

— Изра была права, ты в стадии отрицания.

Элара одарила Мериссу испепеляющим взглядом, от которого люди обычно разворачивались и убегали.

— Ты же знаешь, что должно произойти дальше? — продолжила Мерисса, не обращая внимания на её настроение. — Мы репетировали это тысячу раз. Сейчас или никогда, Эл. Все смотрят на тебя.

Элара скрестила руки на груди, и золотые зеркала на её платье неожиданно впились ей в грудь. Оно показалось ей таким тесным, что ей пришлось собрать всё своё мужество и подавить гнев. Она не могла понять, нравилось ли всё происходящее Энцо, который танцевал так близко к другой женщине. Одобрительные крики раздались со стороны конферансье, который подбадривал присутствующих и призывал их быть более раскованными.

Воздух в помещении наэлектризовался, афродийская магия начала действовать, так как наступил самый разгар солнцестояния. Элара понаблюдала за тем, как двигается Изра. Она была такой красивой и уверенной в себе, и Элара позволила себе напитаться этим ощущением.

— Давай, Элара, — начала подбадривать Мерисса, сжав её руку, после чего сама направилась в сторону танцующих.

Какое-то движение привлекло её внимание, и она увидела Лео, который прошёл мимо неё. Момент настал. Ей было пора присоединяться к танцу. Сейчас или никогда.

На паркет начали выдвигать стулья, так как все танцующие придворные знали, что должно было произойти дальше. Каосианка усадила Энцо на стул, и Элара выдохнула через нос.

"Все смотрят на тебя", — услышала она предупреждающий голос Мериссы у себя в голове. И сделав пару вдохов, она принялась отсчитывать ритм песни, подняв глаза на стеклянную крышу дворца, сквозь которую струился розоватый свет. Раз, два, три...

Неожиданно её осветил столп света, как было запланировано Лео. Его свет окатил её, и она вышла вперёд. Крошечные зеркала на ней засияли, словно она сама была Светом. Музыка стихла и началась та часть песни, где лишь один голос пел а-капелла под триольный ритм. Она подождала, пока толпа развернётся к источнику света. Люди раскрыли рот, глядя на то, как она сияет. А затем, улыбнувшись Лео, который подмигнул ей, и дождавшись следующего удара барабанов, Элара погрузила зал в темноту, обернув вокруг себя тени.

К счастью, музыканты продолжили играть, вкладывая в музыку царившее вокруг воодушевление. Крики и резкие вздохи заполнили помещение. Чувственное пение продолжилось, и она начала плавно продвигаться сквозь толпу, скрытая тенями. Увидев Энцо, который выжидательно осматривался вокруг, она улыбнулась. Она снова принялась считать, а затем на следующий стук барабана заставила тени исчезнуть.

Свет снова заполнил помещение, точно взрыв, и толпа увидела, как она оседлала принца Гелиоса, сидящего на стуле. Энцо в шоке посмотрел на неё.

Снова раздались ахи и вздохи, по толпе пронёсся шепоток. Среди них находился метатель теней?

— Похоже, среди нас оказалась астерийка, — радостно закричал конферансье.

Раздались воодушевлённые крики, когда зрители оправились от своего шока. Элара на секунду растерялась. Всю свою жизнь она считала, что все вокруг презирали Астерию, но почему-то эта радостная толпа людей, съехавшихся со всех уголков Селестии, приветствовала её.

Она подождала, глядя на балкон, а затем увидела Лео за спиной конферансье, что-то шепчущего ему на ухо. Глаза конферансье удивлённо округлились.

— И это не простая астерийка, а... дамы и господа, позвольте мне представить... пропавшую принцессу Астерии, Элару!

Воздух наполнился вздохами и криками, когда эта новость разнеслась по толпе. Музыка продолжила играть, а конферансье болтать чепуху. Все взгляды устремились на Элару, оседлавшую Энцо. Она выпрямила спину и улыбалась ему, её глаза сверкали.

И затем, преодолев шок, а может быть движимые общим воодушевлением, вызванным этой увлекательной историей, гости начали присоединяться к танцу. Она услышала чей-то крик, который прозвучал громче всех остальных — вероятно Мериссы — и улыбнулась. Конферансье как с ума сошёл, и его ободрительные слова переросли в крики на фоне грохочущей музыки.

— А ну-ка поглядим, что покажут нам принц с принцессой, — закричал он, и толпа одобрительно загалдела.

— Сюрприз, — прошептала она Энцо, наклонившись вперёд и прижавшись к нему.

Он тихонько выругался, чтобы никто не мог его услышать, и сжал её талию руками. Её юбка задралась, и она продолжила двигать бёдрами в такт музыке, а толпа снова загалдела, узнав первые движения танца. Все повскакивали с мест.

— Что, чёрт возьми, происходит? — прошептал он.

— Мы с девочками припасли пару трюков у себя в рукаве, — она ухмыльнулась ему. — Разве ты не должен смотреть только на меня?

Не веря своим ушам, Энцо рассмеялся и опустил взгляд на её бедра, которые двигались как вода.

— Тебе понравилось танцевать со всеми этими девушками?

— Ни с одной из них, — промурлыкал он, снова посмотрев на неё.

Резким движением, она развернулась к нему спиной, и её волосы разлетелись каскадом позади неё. Она почувствовала, как Энцо сжал её одной рукой, а другой убрал её волосы в сторону.

— Я ещё не успел оценить то, как твоё платье смотрится со спины, — добавил он.

— Тогда смотри внимательно, — она выгнула спину, расставила ноги в стороны и так низко наклонилась, что вся её спина была теперь на виду, включая изящные золотые цепочки, пересекавшие её.

— Да, — проговорил он, после чего наклонился вперёд и провёл носом по одному из шрамов. — Какое потрясающее платье.

Она начала двигать бёдрами.

— Так и есть. Такое же потрясающее, как и нижнее белье, которое на мне сейчас надето.

Сильные руки схватили её за талию и притянули ближе к нему. Она почувствовала, как одна его рука переместилась вперёд и скользнула наверх. Обхватив её шею, Энцо притянул к себе голову Элары и припал губами к её уху.

— Никогда бы не подумал, что ты такая садистка, принцесса, — проговорил он, а затем прошёлся носом по её шее. — Сейчас ты ведёшь себя просто жестоко.

Она коварно ему улыбнулась, после чего снова прижалась к нему спиной и выпятила грудь.

— Я всего лишь исполняю приказы. Мне кажется, я делаю это всё лучше и лучше, не так ли?

Она встала, и Энцо последовал её примеру, когда она повернулась к нему и переплела свои руки с его. Он прожёг её взглядом, после чего развернул и крепко прижал к себе.

— Не ожидай от меня сейчас связанных мыслей, Элара.

Он ещё плотнее прижал её к себе, всё ещё держа за талию, и теперь между их телами не осталось ни сантиметра пространства. Не отрывая от него своей спины, Элара продолжила двигаться вместе с Энцо в такт музыке.

— Не знала, что ты можешь быть таким эксгибиционистом, — подразнила она его и, когда повернула голову, чтобы взглянуть на него, то заметила, какими широкими сделались его зрачки, а глаза были наполнены решимостью.

— Разве можно меня в этом обвинять, когда ты выглядишь таким образом? — он проговорил последние слова рядом с её обнаженной шеей, и его взгляд опустился на её губы.

Она не ответила и вместо этого обвила его рукой за шею. Его мозолистые руки напряглись, и она почувствовала прикосновение грубой кожи сквозь ткань своего платья, отчего по её телу побежали мурашки. Почти лениво, он начал тереться об неё и провёл рукой вниз до самого выреза её платья.

— Устроим для них представление? — проговорил он ей на ухо, так как его язык развязался из-за чувственной энергии, от которой пульсировало всё помещение.

Солнцестояние достигло своего пика и, как и сказала Изра, энергия стала почти осязаемой, когда магия королевства овладела ими.

— Да, — выдохнула она, когда его рука начала двигаться по её обнаженному бедру и скрылась под юбкой, а его бёдра медленно продолжили врезаться в неё в такт музыке.

Она вздрогнула, неожиданно почувствовав прикосновение обнаженной кожи, и зашипела.

— Ты уверена, что хочешь играть с огнём? — продолжил он, и его чудесная рука начала двигаться всё выше и выше, собрав тонкую ткань на её бедре так, что прохладный воздух начал играть с её кожей.

Он провёл большим пальцем по её тазовой кости, и она застонала, прильнув к нему и уронив голову ему на грудь. Она больше не обращала внимание на то, что делают все остальные, и смотрят ли они на них.

— Мы оба знаем, что я идеально тебе подхожу, — задыхаясь, проговорила она, опьяненная афродийским воздухом и сосредоточенная только на прикосновении его дьявольской руки к её коже.

— М-м-м... — промычал он ей в шею. — Ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь.

Он провёл рукой вниз по её бедру, словно в доказательство своих слов, а она выгнула спину, ещё больше прижавшись к нему. Он тихо усмехнулся.

— Так покажи мне, — пробормотала она.

Он сжал её еще крепче, что заставило её немного прийти в себя. Он с силой врезался в неё, и она почувствовала его эрекцию.

Резко втянув ртом воздух, она сказала:

— Нам, вероятно, не следует этого делать.

Она услышала, как бешено заколотилось её сердце, и почувствовала, как каждая клеточка её тела начала умолять о большем.

— Тогда нам тем более стоит это сделать.

Ещё немного и его чёртово дыхание на её шее могло её погубить. А ещё его рука, которую она пыталась игнорировать, начала подниматься всё выше и выше в сторону того места между её ног, которое изнывало и стало мокрым от желания.

— Энцо, — выдохнула она, умоляя его.

Он зашипел сквозь зубы.

— Элара, — выдавил он.

Она замерла, а он провёл рукой по внутренней стороне её бедра, так близко к тому месту, изнывающему от желания. Она подняла глаза, приготовившись опуститься на его руку, окутать их тенями или создать иллюзию. Она хотела переместить его руку и удовлетворить то отчаянное желание, которое охватило её.

Громкие аплодисменты заставили их обоих подпрыгнуть. Они огляделись вокруг и заметили Мериссу, стоящую в первых рядах. Она хлопала в ладоши, её глаза сверкали. Остальные присоединились к ней и принялись кричать и петь. Толпа обезумела, а конферансье танцевал и скакал на балконе.

Нацепив фальшивую улыбку, Элара высвободилась из объятий Энцо и сделала низкий реверанс. Люди засвистели, и она принялась отмахиваться от толпы, которая ликовала в её честь.

— Это правда? — спросила какая-то женщина, бросившись к ней. — Вы принцесса Элара?

— Не может быть, — произнёс молодой человек и схватил её за руку. — Неужели перед нами та самая пропавшая принцесса?

— Вам обязательно стоит приехать на чай в наш загородный дом, — добавила женщина с зелёными глазами, которая по всей видимости была герцогиней.

Энцо встал перед ней, его настроение резко изменилось, когда он снова стал Львом.

— Расскажите об этом по всей стране, — сказал он, и его королевский голос пронёсся по толпе. — Принцесса Элара жива и остановилась в Гелиосе.

Толпа начала воодушевлённо переговариваться. Люди хотели добраться до Элары, но Энцо заставил всех расступиться и потянул её за собой в сторону открытых дверей и коридора.

Он вел её за собой до тех пор, пока они не дошли до выхода из дворца. Её сердце колотилось.

— Это было невероятно, — выдохнула Элара. — Мы сделали это. У нас получилось.

Он потянул за свои штаны.

— В следующий раз постарайся предупреждать.

Элара фыркнула.

— Ты злишься, потому что мне удалось поставить тебя на колени с помощью пары движений бёдрами.

— Я смотрю, это доставило тебе удовольствие. И почему меня это не удивляет?

Элара почувствовала себя ещё более разгорячённый, она была всё ещё охвачена желанием.

— Должен сказать, — проговорил он своим непринуждённым тоном, нарушив тишину. — Из меня не очень хороший партнёр. Всё, что мне удалось сделать, это соблазнить тебя, и ничего более.

Она рассмеялась. Напряжение спало, и она наконец-то посмотрела ему в глаза.

— Ты не соблазнял меня, — ответила она. — Если уж на то пошло, то это я тебя соблазнила.

Он замер и посмотрел на неё.

— Хоть в чём-то ты права.

Она рассмеялась.

— Я всегда права.

Она зашагала вперёд, но он схватил её и притянул к себе.

— Когда на тебя упал луч Света, я чуть не потерял рассудок. Я думал, что моё сердце остановится.

Элара фыркнула и потянула его вперёд.

— То, как ты сегодня выглядишь... Такая уверенная, такая смелая. Королева в одеждах моего королевства.

Он покачал головой, не в силах вымолвить ни слова, и посмотрел на небо.

Взгляд Элары смягчился, она перестала сопротивляться ему и взяла его за руки.

— Это была честь для меня, Энцо.

— Идём со мной.

Элара нахмурилась, обернулась и увидела, что люди всё ещё переговаривались в бальном зале, оглядываясь и пытаясь найти её.

— Остальные всё ещё там?

Он наклонился вперёд, и его дыхание обдало её губы.

— Я рассчитываю на это.

Ничего не объясняя, он повёл её из дворца прямиком в рай.

Глава 41

Теперь Элара поняла, почему афродийцев считали красивыми.

Они вышли на площадь, по периметру которой горели свечи, висящие в розовом небе, похожем на щербет. Площадь также парила в облаках, и на этот раз Элара смогла разглядеть то, насколько сюрреалистичным выглядело всё вокруг. Казалось, что если подойти к краю, то можно взять в руки облако, напоминающее сахарную вату. Она поделилась своим ощущением с Энцо.

— Вообще-то, ты можешь это сделать.

Элара удивлённо посмотрела на него.

— Ты шутишь.

— Клянусь Звёздами.

Он приложил руку к сердцу, а она снова взглянула на него. Немного помешкав, она подошла к стене облаков, окружавшей площадь. Затем она осторожно протянула руку и раскрыла рот, когда ей удалось схватить розовое облако. Оторвав от него кусочек, она залюбовалась им на своей ладони. А затем снова посмотрела на Энцо, который кивнул и улыбнулся.

Высунув язык, она осторожно коснулась им облака, и сладкий вкус сахарной ваты растворился на губах. Она ахнула, а затем положила всё облако в рот.

— Я же тебе говорил, — сказал он и встал с ней рядом. — Хочешь ещё что-нибудь посмотреть в Афродее, пока нас не нашли?

До неё донёсся запах масла и поп-корна, когда Энцо повёл её в примыкающую площадь через небольшой переулок. На площади расположились ряды золотых шатров и прилавков, и отсюда золотисто-розовый дворец смотрелся особенно красиво на фоне красноватых полос в нижней части сумеречного неба. По центру площади располагался бассейн, в воде которого отражались пастельные персиковые и розовые краски вечернего неба. Она пошла вдоль прилавков и начала разглядывать товары, Энцо последовал за ней. За одним из прилавков продавались желания — стеклянные сосуды с золотистым дымом внутри. За другим — защитные кристаллы и монеты. А далее — слёзы сирены, которые были способны соблазнить любого мужчину.

Она поглядела на Энцо и слегка улыбнулась.

— Помнишь?

Он фыркнул и обхватил её рукой за плечи.

— Разве можно такое забыть, ведь я тогда чуть не умер.

— Помнишь, что сказала Изра? Ты видишь в воде то, что желаешь...

— Я видел тебя. Это продлилось всего секунду, но мне этого было достаточно, чтобы напугаться до чёртиков.

Элара сжала губы и холодно кивнула, притворившись, что разглядывает этикетку на банке, на которой было написано "Сладких снов". Внутри клубились облачка лавандового цвета.

— Я тоже увидела тебя, — сказала она, откашлявшись.

Даже не глядя на него, она почувствовала его самодовольную ухмылку, и, как она и предполагала, выглядел он весьма довольным.

— Я знаю, — сказал он.

— Самовлюбленное создание, — проговорила она.

Они продолжили идти и изучать предлагаемые товары, покачиваясь в такт живой музыке, играющей фоном. Элара замедлилась рядом с заколдованными зеркалами, которые меняли внешность смотрящего в них. Она также обратила внимание на свечи, которые поглощали окружающий свет, когда их зажигали. Элара фыркнула.

— Какой дешевый фокус, — сказала она и, широко улыбнувшись, незаметно окутала Энцо тенями.

Она вдруг осознала, что многие в Селестии хотели бы обладать этими магическими предметами, которые предоставляли силу, отличавшуюся от их собственной.

Она провела пальцами по прилавкам, и улыбнулась тем чудесам, что были выложены на них. Они прошли мимо водоёма в сторону небольшого переулка, примыкавшего к нему. В конце него Элара увидела ещё одну красивую площадь, из которой доносилась музыка. Она пошла в ту сторону, завороженная тем, как переливались звуки. Эта площадь была ещё красивее предыдущей. Белые светлячки висели в воздухе и покрывали здания, напоминая созвездия в небе. Парочки, облачённые в одежды цвета этого королевства, танцевали в центре. Музыка замедлилась и начала укачивать Элару, точно колыбельная, и пары тоже начали замедляться и приближаться к ним.

— Идём, — сказал Энцо, глядя на танцующие пары. — Я хочу кое-что тебе показать.

Она приподняла юбки и, словно в эйфории, последовала за ним по извилистым мощёным тропинкам.

— Я умираю с голоду, — сказала она, почувствовав запах еды, который принёс лёгкий ветерок.

— Удивительно, — ответил он и потянул её в сторону очередной площади, заполненной лотками с едой.

Прилавки ломились от медовых пирогов и липких засахаренных орехов. Рядом с ними были разложены подрумяненные горячие лепёшки только что из печки, покрытые томатной пастой и сыром.

— А вот это уже интересно, — сказала она сама себе и указала жестом на одну из них.

Мужчина за прилавком улыбнулся и отрезал им два треугольника. Она застонала, когда откусила кусочек, и тёплый соленый вкус томатов и теста начал танцевать на её языке.

— Ты можешь получить удовольствие от чего угодно, — отметил Энцо, удивлённо улыбнувшись.

— Теперь да, — ответила она, откусив ещё один большой кусок. — Это ты вдохновил меня. Сохранить память о Софии. Проживать каждый момент своей жизни так, словно это искусство.

Они поднялись на небольшую возвышенность, и Элара ахнула, увидев перед собой дорожку, усыпанную лепестками роз всевозможных оттенков, которая поднималась всё выше и выше, огибая дворец. Энцо слегка улыбнулся и потянул её за собой.

— Идём, — сказал он.

Они начали подниматься наверх, а Элара, не переставая, в удивлении озиралась вокруг.

— После нашего разговора на моём балконе, я пообещала себе, что каждый день буду находить то, за что я могу быть благодарна. Запах розы...

Она наклонилась, подобрала горсть лепестков и вдохнула их запах.

— То, как Свет проникает в моё окно, когда я просыпаюсь; как слова в книге могут перенести меня в другое время, в другой мир.

Она сделала вдох, развернулась к нему и сказала тихо, почти шепотом:

— Твои глаза, похожие на расплавленное золото, с янтарными крапинками. Когда они смотрят так, словно внутри них содержится Свет.

Лицо Энцо смягчилось. Он взял обе её руки в свои и притянул Элару к себе.

Стрекозы и блестящие жуки порхали в тяжёлом воздухе, точно серебряные искорки. Она осмотрелась и поняла, что они остановились на крыше. Извилистая дорожка привела их прямо на дворцовую террасу. Элара лихорадочно огляделась вокруг и осознала, что не видит ничего внизу. Они оказались среди облаков.

Раскрыв рот, она посмотрела на Энцо, который только улыбнулся. Свет, струящийся поверх облаков, сверкал розовым и лавандовым цветом, а в воздухе висел сладковатый запах.

— Я привёл тебя сюда, потому что ты напомнила мне о том дне, когда ты смогла по-настоящему использовать свою магию. Мы парили в небе, в облаках...

— Я помню, — тихо сказала она. — Конечно же, я помню, как повернулась к тебе и увидела, каким счастливым было твоё лицо. И оно показалось мне таким красивым.

Его лицо исказилось, точно он испытал боль.

— Как ты это делаешь? Как тебе удаётся видеть красоту во всём, что с тобой происходит? — спросил он.

— Всю свою жизнь, пока я росла, вещи доставались мне просто так. Я находилась в безопасности, и могла получить всё, что пожелаю. А затем Звёзды лишили меня всего этого, вырвали из рук всю мою жизнь без остатка, до последнего человека.

Она посмотрела в его тёплые глаза.

— И сейчас я хочу жить полной жизнью. Ради Софии и своих родителей. Я хочу ценить каждый её миг. Потому что никогда не знаешь, когда всё это может исчезнуть.

Он улыбнулся так широко, что стали видны его зубы, а затем протянул ей руку.

— Потанцуй со мной, Элара. По-настоящему?

С площади внизу донёсся запах роз и звуки любовного напева, исполняемого под приглушённый аккомпанемент фортепьяно. Энцо осторожно положил руки Эларе на бёдра, наблюдая за её реакцией. Его глаза золотисто-медового цвета, которые она уже привыкла искать в любом помещении, неотрывно смотрели на неё. У неё перехватило дыхание от его взгляда, и она обхватила его руками за шею. Не говоря ни слова, они начали танцевать.

Это был уже не тот греховный танец, преисполненный страсти, который они танцевали внизу. Это было похоже на мерное покачивание и повод коснуться друг друга. Музыка словно воспарила в небо, чтобы встретиться с ними, рассветные птицы смолкли, и наступила ночь.

Элара почувствовала, как прохладный ветерок начал щекотать ей шею, когда Энцо развернул её к себе спиной и обхватил руками за талию. Они остались в таком положении, продолжая покачиваться. Его дыхание начало ласкать шею Элары, и её спину обдало жаром. Она застыла на месте, почувствовав эмоции невероятной силы.

И она поняла в этот момент, что если бы она позволила себе остаться и отдаться этому моменту, то настоящее, которое она знала, перестало бы существовать. Между ними вот-вот должно было произойти нечто неотвратимое, и тогда она оказалась бы полностью в руках судьбы и той боли, которую та ей уготовила. Но ей до смерти надоело подчиняться прихоти Звёзд. Как бы эгоистично это ни звучало, но она хотела чего-то для себя. Ей хотелось позабыть о пророчестве — хотя бы на эту ночь.

Поэтому она посмотрела в небеса и, ощутив присутствие его широкого сильного тела, со вздохом откинула голову назад и прислонилась к его груди.

Она сдвинулась совсем немного, но все же это движение перевернуло их мир.

Он издал тихий стон у неё за спиной, что-то среднее между шепотом и молитвой. И та эмоция, которую выразил один единственный этот звук, заставила её потерять всякое самообладание. Она развернулась, и её глаза сверкнули серебром. Его глаза были широко раскрыты и неотрывно смотрели на неё, а его руки всё ещё лежали у неё на талии. Любовная песнь достигла кульминации, когда он сделал шаг вперёд, обхватил её подбородок, а другую руку запустил ей в волосы.

Они замерли на мгновение, которое могло бы показаться им вечностью.

И если бы какой-нибудь захмелевший гость поднялся сейчас по дорожке, усыпанной лепестками, чтобы подышать свежим воздухом, он бы зажмурился, увидев тот невероятный серебряный и золотой свет, что исходил от них.

Время остановилось, когда они заглянули друг другу в душу, желая задать друг другу один и тот же вопрос.

Вдох.

И вот его губы коснулись её губ, и искрящиеся белые потоки света, исходящие от её тела, начали разлетаться в стороны.

Его прикосновение было нежным, но настойчивым. Он был точно отчаявшийся пилигрим в поисках святого. И она почувствовала, что всё, что она искала, заключалось в этом поцелуе. Мир вокруг наконец-то обрёл смысл. Словно кусок головоломки встал на место. Она сжала его шею и притянула Энцо к себе, желая насладиться этим моментом сполна. Он прошептал её имя, и она застонала, углубив поцелуй. У неё закружилась голова от желания и страсти, и она не могла понять, как она жила столько дней без его поцелуев.

Неожиданно раздался грохот. Цветная вспышка окрасила розовое небо, заставив Элару прервать поцелуй. Она испуганно посмотрела на Энцо, пьяными от желания глазами. А затем она заметила вспышки в небе, и яркие огни, которые каскадом падали вниз.

— Цветные огни, — прошептала она, повернувшись к нему. — Это ты сделал?

— Я же говорил тебе, что это будет мировой поцелуй.

Он широко улыбнулся и притянул её обратно к себе, а калейдоскопы вспышек продолжили окрашивать небо.

— Я смотрю, ты отлично проводишь время, — выдохнула она.

Он приподнял губы в полуулыбке и пробормотал ей в губы.

— Если бы я этого не сделал — это считалось бы плохой приметой.

Он начал касаться губами её щёк, век, подбородка, а она начала шептать его имя, снова и снова, наслаждаясь тем, как оно звучит.

— Боги, как мне нравится своё имя на твоих губах, — прошептал он, вторя её собственным чувствам.

Пару секунд спустя, его жадные, полные желания губы, снова коснулись её губ. И она отдалась поцелую, пока не начала задыхаться и ей не пришлось сделать вдох.

— Не знаю, как я умудрился не сделать это в первый же день нашего знакомства, — сказал он гортанным голосом, сжав её талию, словно в подтверждение своих слов.

Она прижалась лбом к его лбу.

— Как и я, — прошептала она в ответ.

Они оба улыбнулись друг другу.

— Так-так, вот это сцена.

Элара развернулась, услышав приторный голос, а Энцо громко выругался и встал перед ней.

Из облака появилась Торра, Звезда красоты и похоти, во всём своём великолепии. В этот раз чёрные волосы спускались ей до пояса, контрастируя с её сияющей загорелой кожей. У неё за спиной находился кто-то, кого они не могли разглядеть.

— Торра, — холодно сказал Энцо.

— Привет, красавчик, — сказала она, приветственно махнув рукой.

— Разве ты не хочешь меня поприветствовать, Лорэнцо? Я всё-таки оказала тебе услугу.

Элара широко раскрыла глаза, когда из тени вышел Эли. На его лице играла ленивая улыбка. Челюсти Энцо сжались.

— При всём моём уважении, но что надо вам обоим? — спросил Энцо требовательным тоном.

Торра продефилировала вперёд, не переставая улыбаться.

— Что скажешь, Элара? Разве так приветствуют хозяйку вечера в такой благословенный день?

— В последний раз, когда мы виделись, вы просто стояли и радостно наблюдали за тем, как Ариэт превратил меня в свою игрушку. Думаю, мне можно опустить любезности.

Улыбка Торры сделалась едкой, и казалась теперь ещё более устрашающей, чем улыбка Ариэта.

— Ваши маленькие друзья находятся сейчас в моём дворце, не так ли? — сказала она всё таким же приторным голосом.

— А благодаря мне ты не упала замертво после встречи с моей сестрой и Ариэтом, — тихо сказал Эли, подходя ближе.

Торра взглянула на Энцо.

— Энцо, не мог бы ты прогуляться, а мы с Эли пока переговорим с Эларой.

Из груди Энцо вырвался слабый смех.

— Ну уж нет, твою мать.

— О, а я думаю, что тебе стоит прогуляться, — вставил Эли.

Он смахнул невидимую пылинку со своей чёрной рубашки.

— Или ты хочешь, чтобы она узнала?

Энцо застыл на месте, что всегда нервировало Элару. Она обошла его и двинулась вперёд.

— Узнала что? — прошипела она, переводя взгляд с Торры на Эли.

Она заметила пламя в глазах Энцо, которые впились в Эли. Но Звезда только приподняла бровь.

— Угрозы это так низко, Лорэнцо. Мне бы не хотелось к ним прибегать.

— Узнала что, Эли? — снова спросила она.

Он пригвоздил её взглядом своих чёрных глаз.

— Его секрет.

— Довольно, — зарычал Энцо.

— Энцо, не волнуйся. Тебе необязательно мне рассказывать. Чтобы ты ни рассказал Эли, это меня не касается.

Эли резко рассмеялся, а Торра укоризненно посмотрела на него.

— Энцо, — она подошла к нему и взмахнула рукой, приказывая ему уйти.

Напряжённо взглянув на Элару, он пошёл прочь.

— Я буду вот здесь, — сухо сказал он, бросив очередной ядовитый взгляд на двух Звёзд.

— Святые небеса, что происходит? — зашипела Элара. — И почему, чёрт возьми, всем вокруг так нравится говорить загадками?

Торра тихонько рассмеялась, и взяла Элару под руку. Эли встал с другой стороны, нависнув над ней.

— Этот разговор давно уже должен был состояться, — сказала Торра, и её лицо сделалось серьёзным.

— Я знаю, что моё пророчество увидела одна из ваших жриц, — сказала Элара низким гробовым голосом. — Вы вообще представляете, во что превратилась из-за него моя жизнь?

— Судя по тому, что мы увидели, оно тебе не очень-то помешало, — сказала Торра, попытавшись улыбнуться, и свободной рукой перекинула через плечо свои волосы.

— Это не...

— Неужели? Ты, и правда, собираешься сейчас солгать Звезде похоти в её собственном королевстве? Ты разве не знаешь, что я могу это чувствовать?

— А я вижу это в твоих мыслях, — пробормотал Эли.

— Вон из моей головы, Эли, — огрызнулась она.

Он пожал плечами и ухмыльнулся.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, Торра,— выпалила Элара.

Торра вздохнула.

— Это не тот путь, по которому я хотела с тобой пойти.

— Тогда ответьте мне. Почему я? О чём это пророчество? Я должна влюбиться в Звезду, и это убьёт нас обоих. Тогда почему я...

Она остановилась и принялась дышать носом. Она огляделась вокруг, убедившись, что Энцо не мог их слышать.

— Почему я это чувствую, если я предназначена другому? — она сделала паузу. — Можно ли вообще верить этому пророчеству?

— Всё, что тебе было предсказано, должно случиться в определённое время и как предписано божественным провидением, — нетерпеливо ответил Эли. — Если мы расскажем больше, это может непоправимо изменить твою судьбу.

Элара холодно рассмеялась.

— Ах, да. Это ведь Звёзды пишут наши судьбы в небе, а затем даже не пытаются нам помочь. Мы для вас марионетки.

— Нет, — с негодованием ответила Торра. — Пророчество, которое увидела моя жрица, правдиво. Но и твоё сердце тоже. Я чувствую его.

Она нежно положила ладонь на грудь Элары.

— Загляни внутрь себя, Элара. Внутри тебя таится нечто древнее. Но я могу только догадываться о том, что это такое.

Она подняла руку и обхватила лицо Элары. Торра пахла ночным жасмином, и сердце Элары слегка сжалось от вида её красоты.

— Я надеюсь, ты докажешь мне, что я права, — тихо добавила она и опустила руку.

Элара услышала бегущие шаги и развернулась. Энцо, стоявший в углу, сделал то же самое.

На площадку вбежала Мерисса, золотистые волосы которой развевались у неё за спиной.

— Нам надо уходить, сейчас же. Толпу больше невозможно сдерживать. Они все жаждут увидеть Элару.

Она остановилась и перевела взгляд с Эли на Торру. Когда её взгляд остановился на ней, Мерисса сморщила лицо.

— Здравствуй, дочка, — напевно произнесла Звезда похоти и улыбнулась.

Губы Мериссы скривились, а Энцо и Элара округлили глаза.

— Здравствуй, мама.

Глава 42

— Мама?! — воскликнула Элара, не веря своим ушам.

Она перевела взгляд с одной женщины на другую и проговорила:

— Скажите мне, что это шутка.

Она услышала, как Эли усмехнулся, а Мерисса обильно выругалась. Энцо подошёл к ним, настолько же сильно шокированный, как и Элара.

— Пожалуйста, скажи мне, что это шутка, Мерисса. Пожалуйста, скажи мне, что все эти годы под моей крышей не жила дочь чёртовой Звезды.

Его лицо потемнело, и желудок Элары сжался.

— Это многое объясняет, — проговорила она. — В ту ночь в Астерии я всё никак не могла понять, как Мериссе удалось использовать магию, чтобы заколдовать тебя.

Она пронзила Мериссу ледяным взглядом.

— Она наполовину Звезда, поэтому блокирующие чары не действуют на неё.

Мерисса закусила губу.

— Это правда, — тихо сказала она. — Но это не то, о чём вы подумали. Всё это время я помогала вам. А моя мать...

Элара резко рассмеялась, услышав то, как она назвала Торру.

— Торра не такая, как все. Не такая, как Ариэт, — добавила Мерисса приглушённым голосом.

Торра приподняла подбородок.

— Мы помним те времена, когда Ариэт ещё не присвоил себе титул короля Звёзд. Это было райское время покоя, когда мы только-только попали в этот мир. Некоторые из нас желали бы вернуть то время.

Она пристально посмотрела на Эли.

— И я такая не единственная.

Элара прищурила глаза.

— Ты?

Эли улыбнулся.

— Умная девочка. Да, я не настолько противный, как моя сестра-близнец, Джем.

— И ты ему нравишься, — Торра усмехнулась, а глаза Эли сверкнули.

Элара почувствовала, как чья-то рука крепко обхватила её за талию.

— Ты что-то хотел сказать, Эли? — спросил Энцо.

— Ну-ну, оставь свои замашки защитника, — прервала их Торра, когда Эли сделал шаг вперёд. — Именно поэтому я помогла вам двоим проникнуть во дворец. Именно поэтому я рискнула прийти сюда и поговорить с тобой. И именно поэтому я сохраню в секрете то, что ты вырвалась из лап Ариэта.

— Не стоит, — прервала её Элара. — Мы здесь именно за этим. Мы хотим, чтобы до него дошли слухи о том, что я жива.

Эли придирчиво посмотрел на неё.

— Что бы вы там ни задумали, надеюсь, что это надёжный план. Ариэт больше не позволит себя одурачить.

— Ах да, ты ведь его правая рука, тебе ли не знать, — ответила Элара милым голосом. — И я тебе не доверяю, — добавила она твёрдо.

— Значит, ты умнее, чем многие, — промурлыкал он в ответ.

Торра наклонила голову, не обращая внимания на их обмен репликами.

— Я сделаю так, чтобы слухи распространились по моему королевству естественным путём. Чем больше времени у вас будет на подготовку, тем лучше.

Энцо подозрительно посмотрел на богиню.

— Ариэт в любом случае не позволит нам нанести ему визит в Астерии. Никто из Звёзд не видел его с тех пор, как Энцо... покалечил его. Он до сих пор восстанавливается.

Она обратила своё внимание на Энцо.

— Я никогда не видела силы, подобной твоей, принц. Его самомнение пострадало не меньше, чем гордость. Его кожа только сейчас восстановилась после твоего огня.

Энцо слегка выпятил грудь, а Элара и Эли закатили глаза.

— Мы на вашей стороне, — тихо сказала Торра. — Если я вам понадоблюсь, моя дочь сможет связаться со мной.

Звезда подошла к Мериссе.

— Вам всем лучше уходить прямо сейчас, пока хаос не настиг вас. Я слышу его внизу. Похоже, слух о принцессе-воине, которая решила пойти против Звезды, уже распространился, — Торра улыбнулась. — Береги себя, дочка.

Мерисса коротко кивнула, и Элара вместе с Энцо проследовали за Звёздами по дорожке, прочь с террасы.

— И ещё кое-что, Элара, — Эли наклонился вперед, и его магия окутала её. Элара попыталась подавить дрожь. — Вспомни, кто ты, и тогда мир тоже вспомнит.

Он отстранился от неё, когда Торра посмотрела на него.

— Спокойной ночи, — сказала Торра, после чего пошла вперёд по дорожке и пропала из виду.

Эли устремился за ней следом, бросив на Элару долгий взгляд через плечо.

— Похоже, ты очень нравишься Звёздам, Элара, — уголок губ Энцо приподнялся, и он притянул её к себе. — И я не могу их винить.

Элара услышала, как Мерисса усмехнулась. Она на секунду забыла о ней, как и Энцо, который резко к ней повернулся.

— И когда ты планировала рассказать нам о том, что ты наполовину Звезда, Мерисса?

Мерисса смущённо пожала плечами.

— У нас... сложные отношения. Я с ней почти не вижусь. И я знала, что вы подумаете.

— Подожди, — сказала Элара, запутавшись в водовороте мыслей. — Значит, Лиас — твой брат?

Она вспомнила о крылатой Звезде на маскараде.

— Только по матери, — сказала она, и её лицо сделалось презрительным.

— Кто-то ещё знает об этом? — спросил Энцо требовательным тоном.

Мерисса закусила щеку.

— Лео.

— Сукин...

— Энцо, пожалуйста, он не виноват. Я рассказала ему об этом лишь месяц назад, по секрету, после того, как он вывел меня из себя во время одного из своих визитов. В этом нет его вины. Это я виновата.

Энцо начал ходить взад-вперёд, а взгляд Элары смягчился. Это было так похоже на Мериссу — брать вину на себя. Её доброе сердце не могло позволить, чтобы кто-то попал в беду. Поэтому Элара подошла к ней и крепко её обняла.

— Чего я не понимаю, так это... Зачем оставаться во дворце в качестве прислужницы, если ты дочь Звезды? Ты сама могла бы жить во дворце, в окружении богатств. Ты могла бы получить всё, что пожелаешь.

— Как я уже сказала, — тихонько ответила Мерисса, — всё сложно. Я не хочу быть в долгу перед своей матерью.

— Хм... — задумчиво произнесла Элара. — Вопреки здравому смыслу, она начинает мне нравиться.

Энцо фыркнул, покачав головой.

— Мерисса, ты могла мне рассказать.

Мерисса с подозрением посмотрела на него.

— Энцо, ты вообще видел себя? Секунду назад ты был готов меня испепелить.

Наконец, Энцо рассмеялся.

— Никаких больше секретов, Мерисса. Мы семья. Я ни слова не скажу отцу, обещаю.

— Спасибо, — она облегченно вздохнула. — Всё, чего я хочу, это вернуться во дворец и сделать вид, что ничего из этого не происходило.

— Я даже не знаю, как мне теперь себя чувствовать, когда полубогиня будет меня одевать.

Мерисса шлепнула её по руке.

— А ты обладаешь какими-то ещё способностями помимо умения изменять внешность?

Мерисса закусила губу, и начала сиять мерцающим розовым светом.

— Святые Звёзды, — прошептала Элара. — А как насчё...

— Ты можешь задать мне любой вопрос, который прожигает твою голову, но позже, — прервала её Мерисса, заглушив свой свет. — Нам немедленно нужно уходить. Лео и Изра ждут нас между пространствами.

Они поспешили вниз по дорожке, а затем последовали за Мериссой по извилистым мощёным улочкам и прошли через площадь, избегая скопления людей, которые всё ещё искали пропавшую принцессу. Элара притянула к себе тени с улиц, освещённых фонарями, чтобы остаться незамеченной, и они побежали в сторону перехода между пространствами. В какой-то момент Энцо схватил её за руку и крепко её сжал.

— Послушай, Элара, то, что сказал Эли о своей услуге...

— Энцо, — прервала его она. — Перестань. Этот идиот не имел права мне говорить. Я тебе доверяю. То, что ты ему рассказал, должно быть, много для тебя значит. Когда ты будешь готов мне рассказать, я тебя выслушаю.

Энцо собирался было что-то сказать, как вдруг между ними прошла группа уличных музыкантов. И прежде, чем Элара успела воссоединиться с Энцо, Изра подошла к ней с другой стороны и повела в сторону входа в пещеру, широко улыбаясь.

— Элара, твой танец, и тени, и вообще всё...

Она поднесла руку к губам и поцеловала пальцы.

— Идеально. Скоро об этом будет говорить весь мир.

— Изра, Торра — моя мать, — выпалила Мерисса, подойдя сзади к Эларе.

Энцо шел за ней следом.

Глаза Лео округлились, а Изра озадаченно нахмурилась.

— Ла-а-адно, — протянула Изра. — Никто не хочет рассказать мне о том, что произошло за последний час?

— Прости, — сказала Мерисса, когда они вошли в пространство между мирами. — Все уже в курсе, поэтому я подумала, что ты должна знать.

— Да, я уже знаю, что ты в курсе, Лео, — добавил Энцо низким голосом.

Лео сжал зубы и поморщился.

— Пожалуйста, не убивай меня.

Энцо тихонько рассмеялся.

— Ты прощён. Это одна из причин, по которой я считаю тебя лучшим другом. Ты сохранил её секрет.

— Оставим эти нежности на потом, — воскликнула Изра, обхватив Мериссу рукой. — Так значит, дочь Звезды, да? Но это ведь не значит, что ты теперь будешь вести себя так, словно ты тут самая святая?

Мерисса усмехнулась и схватила за руку Элару, которая шла с ней рядом.

— Ничего не изменится. Хотя ты не выглядишь слишком удивлённой.

— Ну, — Изра пожала плечами и перевела взгляд с Энцо на Элару. — Последнее время меня мало что может удивить.

— Нам нужно отпраздновать, — Лео неожиданно подошёл к Эларе сзади. — Будем честными, больше такой возможности не будет. Слухи быстро распространятся.

Элара застонала и оттолкнула его от себя.

— Элара блестяще всё провернула, Энцо чуть не потерял сознание на виду у всего двора...

— Неправда,— зашипел Энцо, а Лео продолжил улыбаться.

— А Мерисса, мать твою, наполовину Звезда, — добавил Лео. — Считаю, что нам нужно повеселиться.

Энцо сощурился, глядя на красное сияние, проникающее в туннель со стороны Гелиоса.

— Похоже, мы как раз вовремя. Ещё успеем на окончание празднества в Гелиосе.

— Мы его не пропустили? — взвизгнула Мерисса. — О, это моя самая любимая часть.

Элара в последний раз взглянула на слабый розовый свет, проникавший внутрь со стороны Афродеи. Афродийцы всё ещё танцевали и пели песни в ночи. И она попыталась запомнить это прекрасное место, которое подарило ей первый, настоящий поцелуй с Энцо. Слегка улыбнувшись, она снова обратила внимание на их разговор.

— Элара, нам придётся сразу же пройти в твою комнату, где мы переоденемся.

На лице Изры заиграла коварная улыбка.

Она почувствовала, как Энцо подошёл к ней сзади и обхватил её руками за талию.

— О, да, принцесса. Ты не представляешь, как я рад тому, что мы не пропустим окончание вечера, — прошептал он ей на ухо.

— Клянусь Звёздам, если кто-то ещё продолжит говорить загадками, я вас всех передушу своими тенями.

Изра усмехнулась.

— В Гелиосе проходит самое масштабное празднование солнцестояния, — сказала она, поравнявшись с Эларой. — Скажем так... к тому моменту, когда мы доберёмся туда, люди будут находиться... под его воздействием. Ты точно никогда не видела ничего подобного раньше. То, что ты видела в Афродее, покажется тебе чаепитием по сравнению с этим.

— Да, это определённо лучше того, что ты видела в Афродее, — добавил Лео.

Они снова подошли к выходу из пещеры перед которым шумел водопад, скрывавший их из вида. Тёплые капельки воды обдали лицо Элары, когда она снова ступила на небольшую площадку. Когда они оказались на гелионской земле, её встретил знакомый запах сумеречных маргариток и ночного жасмина. По очереди они нырнули под потоки золотистой воды и оказались на открытом пространстве.

Как только это случилось, Мерисса оторвала Элару от Энцо и сказала:

— Господа, если вы не против, то нам нужно привести себя в порядок.

— Увидимся в тронном зале? — спросил Энцо.

Элара успела только улыбнуться и кивнуть, после чего Мерисса увела её прочь.

Глава 43

Женщины понеслись по дворцу так быстро, что Элара едва успевала разглядывать его великолепное праздничное убранство — повсюду блестело золото. Они пробежали по коридору, увешанному свечами в честь Звезды Леона и Света.

Как только за ними закрылись двери её комнаты, Элара воскликнула с едва скрываемым воодушевлением, снимая с себя неудобное платье.

— Мер, Изра, мы поцеловались.

— Что?! — взвизгнула Мерисса. — Расскажи мне всё.

— Я в шоке, — произнесла Изра бесстрастным тоном, после чего опустилась на кровать Элары и ухмыльнулась.

Элара одарила её ядовитой улыбкой и села за туалетный столик.

Мерисса фыркнула.

— Никакого корсета сегодня, — хитро сказала она, взглянув на затянутый корсет, который Элара не успела снять.

— Мы тоже их сегодня не наденем, — сказала Изра, улыбнувшись и посмотрев на свои ногти. — Когда в Гелиосе празднуют День Света, некоторые бунтари также чтут Тьму. Всего лишь раз в году, на летнее солнцестояние, мы позволяем себе предаться её порокам. Поэтому, как только часы пробьют полночь, все ограничения будут сняты.

Мерисса чуть ли не вприпрыжку подошла к гардеробу Элары.

— Неужели ты думала, что я не выберу для тебя идеальное платье?

— Ты это серьёзно?

Элара округлила глаза и развернулась на стуле.

— Ну, конечно же, она это серьёзно, — Изра широко улыбнулась. — И должна заметить, — добавила она, — ты будешь выглядеть в нём очень аппетитно.

— Но для начала, — сказала Мерисса, взмахнув рукой, и приподняв волосы Элары. — Пара деталей.

Элара улыбнулась и просияла, вспомнив про то, что случилось в облаках.

— Всё это развивалось в течение достаточно продолжительного времени, — призналась она.

— Да неужели, — ответила Изра, одарив её насмешливым взглядом. — Ты вообще представляешь, как долго я терпела ваши томные взгляды и случайные касания рук? Это меня убивало.

— Полностью согласна, — пробормотала Мерисса, потянув Элару за волосы.

Элара рассмеялась.

— Мне казалось... что я просто существовала, а часть меня как будто отсутствовала. После нашего первого поцелуя в Астерии и всего того, что произошло после, он сказал, что хотел сделать наш следующий поцелуй особенным.

Мерисса мечтательно вздохнула и принялась красить ей губы.

— Думаешь, это произойдёт сегодня?

— Мер выбрала слишком деликатную формулировку. Вы собираетесь уже наконец-то потрахаться?

Элара фыркнула.

— Боги, я бы этого хотела. Она такой...

Она застонала для пущего эффекта, и Мерисса одарила её коварной улыбкой.

— Ни в коем случае не говори ему о том, что я тебе сейчас скажу, но этот мужчина определённо знает, как удовлетворить женщину. По нему это видно. Я дочь Звезды похоти, я-то знаю.

Элару охватил жар.

— Боги, Мерисса. Пожалуйста, не говори ему об этом. Нет необходимости ещё больше повышать его самооценку, — простонала Изра, поднявшись с кровати и направившись к шкафу Элары, чтобы осмотреть платья.

— Кстати, Мерисса, раз уж ты напомнила. У тебя больше нет секретов, которыми ты желала бы с нами поделиться?

Элара приподняла бровь и посмотрела в отражение зеркала на Мериссу, которая разгладила её густые волосы и собрала их на голове.

— Клянусь, что это всё, — ответила Мерисса, и её щёки слегка покраснели. — Я чувствую себя теперь так легко, словно с моих плеч свалился груз. Больше мне не нужно это скрывать.

— Так значит, Лиас твой брат, — сказала Изра, ухмыльнувшись. — Я слышала историю о том, как одна девушка в буквальном смысле упала в обморок, когда он прошёл мимо неё. На неё слишком сильно подействовала его магия.

— София однажды рассказывала мне историю о том, как какой-то мужчина из Конкордии сбросился со скалы, потому что Лиас не ответил на его чувства, — вставила Элара.

Мерисса закатила глаза.

— Я с ним не общаюсь. Я едва ли общаюсь с собственной матерью. Как вы понимаете, она далеко не самая заботливая женщина.

— А как ты оказалась здесь? — спросила Элара.

— Пока я росла, я отказывалась от всего, что предлагала мне мать. Я не знала своего отца, потому что Торра с ним не общалась. В общем, я выросла на улицах Афродеи. Конечно, мне предоставлялась защита, если она была мне необходима. Но мне приходилось добиваться всего самой. Сначала я мыла посуду у одного лорда в Афродее. Затем я нанялась швеей к герцогине в Гелиосе. И, в итоге, во дворце освободилось место прислужницы. Это было именно то, чего я желала. Я хотела обеспечивать себя и жить в безопасном месте, которое я могла бы назвать домом. И я хотела сама выбрать для себя семью.

Глаза Мериссы заблестели, когда она посмотрела на Элару и Изру.

— И я нашла её среди вас.

— Мерисса, — Изра выпятила нижнюю губу, после чего заключила её в объятия.

— Мои волосы, — проворчала Элара, присоединившись к ним.

Мерисса отогнала Изру и проверила, не испортилась ли прическа Элары.

— Что такое? — спросила Мерисса, заметив, что глаза Элары заблестели.

— Просто мне жаль, что София не увидит этого. Вы обе очень бы ей понравились.

Она заставила себя отогнать слёзы и подняла глаза на потолок.

— Особенно Изра, — сказала она, рассмеявшись.

Глаза Изры удивлённо сверкнули.

— Она с тобой, Эл. Она всегда с тобой.

— Ну, хватит, — пожурила их Мерисса, громко шмыгнув носом. — Или я никогда не закончу с твоим макияжем, и мы всё пропустим.

Изра снова вернулась к гардеробу, после чего исчезла за ширмой с чем-то оранжевым. Мерисса взмахнула руками перед Эларой несколько раз, после чего хлопнула в ладоши.

— Всё готово. Твоё платье висит вон там.

Мерисса указала на платье и помогла ей встать. Когда она взмахнула руками, завязки на корсете Элары ослабли, после чего Мерисса села на стул вместо Элары, приготовившись прихорашиваться.

Элара подошла к платью и коснулась ткани, висевшей на двери гардероба. Темно-зелёный шёлк скользнул между её пальцами. Она взяла платье и проследовала в сторону ванной, где собиралась переодеться.

— И запомни, никакого нижнего белья, — крикнула ей вслед Мерисса.

Рассмеявшись, Элара сняла с себя нижнее белье и натянула через голову платье. Прохладный материал коснулся голой кожи, заставив её вздрогнуть. Она повернулась к ближайшему к ней зеркалу и ахнула.

Элара едва себя узнала. Она никогда не надевала ничего подобного раньше. Ткань изумрудного цвета струилась по её ногам и собиралась внизу, точно расплавленная лава. Разрез был таким высоким, что в нём можно было увидеть округлость её бёдра и длинную загорелую ногу. Две тонкие бретельки украшали её плечи, а вырез был невероятно эффектным. Мерисса собрала её чёрные волосы в высокий хвост, конец которого доходил ей до пояса, и закрепила его золотой манжетой у самого основания. С такой прической её лицо было полностью открытым, что подчеркивало её острые скулы, кошачьи глаза, поведённые чёрным и сочные губы, приглашавшие к поцелую и сверкавшие, точно бриллианты.

— Мерисса, — прошептала она, поражённо глядя на своё отражение. — Благодаря тебе, я теперь могу соблазнить саму себя.

Раздался взрыв смеха.

— Покажи-покажи, — возбуждённо проговорила Мерисса.

В последний раз взглянув на своё отражение, от которого исходило тёмное соблазнительное очарование, Элара вернулась в комнату. Мерисса раскрыла рот.

— Эл... кажется, ты начинаешь меня соблазнять.

— Чёрт, — проговорила Изра, выходя из-за ширмы. — Как аппетитно.

— Кто бы говорил, — сказала Элара, восхищённо оглядев Изру.

Провидица выбрала для себя великолепное оранжевое платье, которое было до неприличия прозрачное, и через которое можно было разглядеть её округлые формы. Мерисса встала, усадила Изру на стул и принялась колдовать над ней.

— Ты уверена, что не хочешь пойти со мной на праздник? Я гораздо красивее Энцо, — сказала Изра и усмехнулась своему отражению в зеркале.

Элара рассмеялась... и это было так здорово. Она была на седьмом небе от счастья после Афродеи, и теперь в окружении своих сестёр и мужчины, которого она... она резко прервала свои размышления. Нет. Сегодня она не собиралась об этом думать. В глубине души она осознавала, что это чувство эйфории было осознанием того, что если бы всё пошло по плану, ей вскоре пришлось бы уехать в своё королевство, оставив далеко позади Гелиос и Энцо. Вероятно, всё это было к лучшему. Так они смогли бы избежать той сердечной боли, которая ожидала их после того, как пророчество исполнится. Она сглотнула, пообещав себе насладиться этой ночью несмотря на то, что мысль о пророчестве продолжала беспокоить её.

По широким коридорам дворца понеслась музыка и проникла в комнату. Глубокие и насыщенные басы возвестили о том, что официальная часть закончилась, и гости перешили к греховным наслаждениям.

Мерисса посмотрела на Элару с дьявольской улыбкой.

— Началось, — прошептала она. — Но, как это сейчас модно, мы собираемся опоздать. Доверься мне, — она взмахнула помадой. — Таков наш план.

***

Элара допила третью стопку обжигающего ликёра и сморщилась, почувствовав дымно-коричный вкус алкоголя, который Изра нашла на опустевшей кухне.

— Святой Лион, — воскликнула Изра, широко улыбнувшись. — Мы так редко проводим время только втроём.

Элара кивнула, и приятное тепло алкоголя наполнило её тело.

— Давайте останемся здесь, — пошутила она, обратившись к Мериссе, которая заканчивала прихорашиваться перед зеркалом.

— Поверь мне, Эл, ты точно захочешь оказаться сегодня на коленях у Энцо, а не у меня.

— Что такого особенного в этой ночи? — проговорила Элара, произнеся свои мысли вслух.

— Сложно объяснить, — Мерисса отложила помаду и сжала свои груди, посмотрев в зеркало. — Солнцестояние это событие, заряженное магией. И это самый главный праздник в Гелиосе. К вечеру всех охватывают животные инстинкты.

Она взглянула на Элару.

— Все твои переживания и заботы как будто исчезают, и их сменяет голод, который таится глубоко внутри тебя.

Она подошла к Эларе, раскачивая бёдрами в своём облегающем красном платье.

— Ты отдаёшься своим желаниям, — проговорила Изра, сидевшая рядом с ней на кровати. Заставив Элару подняться, она добавила: — Только... запомни, — она скорчила гримасу. — От твоего вида... Энцо, вероятно, превратится во льва, о котором по миру ходит столько слухов.

Мерисса начала качать головой в такт музыке.

— Пора присоединиться к веселью.

Подмигнув Эларе, она повела её к двери.

— Я пойду первая.

— Подожди, — начала Элара. — Я хочу, чтобы мы пошли вместе.

Изра широко улыбнулась.

— Мне нравится твой подход. Тройная угроза. Боги помогите им всем.

Она встала слева от Элары, взяла её под руку и снова передала ей бутылку.

— К чёрту, — пробормотала Элара и сделала ещё один глоток.

Мерисса встала от неё справа, взяла её под другую руку и сделала большой глоток из бутылки.

— Готовы? — спросила Элара.

Женщины кивнули и вышли из комнаты.

Сердце Элары забилось от предвкушения, когда она под руку с Изрой и Мериссой пошла по коридору. Высоко подняв подбородок, она остановилась наверху главной лестницы и оглядела сцену внизу. Женщины во всевозможных платьях кружились под чувственные звуки музыки. Элара заметила двух женщин у стены. Одна из них страстно целовала другую в шею.

Ещё одна женщина обхватила мускулистого солдата ногами за пояс, платье задралось на её бедрах. Элара почувствовала огонь внутри себя. Она словно слилась с энергией, заполнившей помещение, и ей не терпелось ощутить то же удовольствие. Она повернулась к Мериссе, глаза которой сделались практически чёрными, а затем к Изре, которая бесстрастным взглядом рассматривала сцену внизу со смесью воодушевления и желания. Они начали медленно спускаться по центральной лестнице, с удовлетворением заметив, как в их сторону начали поворачиваться головы. Люди, раскрыв рот, смотрели на троицу, от которой исходило столько силы. Взгляды высоких солдат и придворных были прикованы к вырезу Элары, округлостям Изры и почти прозрачному платью Мериссы. Красивая женщина с огненно-рыжими волосами в одном лишь бюстгальтере и юбке облизала губы при виде Элары. Симпатичный солдат с обнажённым торсом, на котором перекатывались мускулы, подошёл к Изре и предложил ей свою руку.

— Отойди, — сердито сказала она и, танцуя, пошла от него прочь.

Элара подавила смешок.

Она услышала, как музыка зазвучала громче, проникла глубоко внутрь неё и начала пульсировать во всём её теле. Это только добавило ей воодушевления, которое охватило её при мысли о том, что Энцо ждал её за дверью. Мерисса рассказала ей, что настоящее распутство начиналось дальше, где, по её словам, приглушённо горели факелы, а музыка играла в медленном дразнящем темпе.

Стражник у двери раскрыл рот, но затем откашлялся и сказал:

— Входите, дамы.

Двери распахнулись.

Энцо сидел, развалившись на троне. Он снял пиджак, его рубашка была наполовину расстёгнута. Властная энергия исходила от его глаз, горящих огнём и затуманенных амброзией. На его голове, покрытой чёрными волосами, восседала корона. Он разговаривал с Лео через плечо, который выдыхал розовый дым изо рта, лениво посасывая трубку. Рядом стояла женщина с оливковой кожей, иссиня-чёрными волосами и тёмно-коричневыми глазами, которая разговаривала с ними и смеялась.

— А вот и моя пара, — проговорила Изра, не сводя глаз с красивой женщины.

— Ты не говорила мне, что с кем-то встречаешься, — прошептала Элара.

— Ничего серьёзного, — ответила она, пройдясь глазами по женщине.

Элара прищурилась, заметив Рэйну — девушку с каштановыми волосами, которую она видела в день прибытия во дворец. Та подошла к Энцо и попыталась привлечь к себе его внимание, но к большому облегчению Элары, вскоре пошла прочь, так как устала от того, что её игнорируют.

Взяв себя в руки, Элара направилась вперёд, а Мерисса и Изра пошли за ней следом. Не торопясь они прошли по длинному проходу в сторону трона, покачивая бёдрами. Элара уловила едва заметный сладковатый запах дыма, который наполнил воздух. В тени помещения она увидела извивающиеся тела. Они танцевали, тёрлись друг о друга, двигались и стонали за лёгкими занавесками, прикрывающими альковы. Всё время, пока она шла, она не сводила глаз с Энцо, желая, чтобы он посмотрел на неё.

Она заметила, как его тело замерло, словно он почувствовал её раньше, чем увидел. Его глаза метнулись в её сторону. Когда они встретились взглядами, чашка с амброзией, которую он держал в руке, упала на пол. Его глаза зажглись хищническим блеском, а губы раскрылись. Лео повернулся, чтобы понять, что заставило Энцо так разволноваться, и увидел Мериссу. Он подавился дымом, который вдыхал, и закашлялся в то время, как Мерисса продолжила идти в его сторону. Элара подавила улыбку и заметила, как ухмыляется пара Изры, восхищённо следя за ней глазами.

Элара высвободила руки, позволив женщинам направиться в сторону своих пар, и продолжила идти. Приблизившись к Энцо и остановившись в нескольких шагах от трона, она почувствовала пьянящий запах амбры, который всегда преследовал Энцо. Он выпрямился на троне, и на его челюсти задёргался мускул. Лев застыл на месте.

— Элара, — сказал он низким, едва слышным голосом, и её имя, произнесённое этим коварным ртом, вперемешку с его запахом, заставили её тело воспламениться до самого нутра.

— Принц, — промурлыкала она едва слышно.

Его челюсти сжались, и она заметила, как он стиснул рукой подлокотник, а затем наклонился вперёд.

— Ты опоздала. Я решил, что ты уснула.

— Ты скучал по мне? — проговорила она, делая шаг вперёд.

Его взгляд прошёлся вверх от подола её платья вдоль разреза. Он сдвинулся на троне и посмотрел ей в глаза, нацепив на лицо свою обычную маску очарования и спокойствия.

— Как всегда.

Он улыбнулся ей знакомой львиной улыбкой, а затем он протянул ей руку. Рукава его рубашки были закатаны, и она увидела, как натянулись мышцы на его широких предплечьях.

— Идём со мной, — скомандовал он.

— Я передумала подчиняться твоим приказам, — проговорила она, наклонившись к его уху.

Из него вырвался низкий звук, после чего он проговорил ей в ответ:

— У тебя есть пять секунд, принцесса, после чего я потеряю остатки самообладания и решу, что не против того, чтобы на нас смотрели. Пять секунд. После чего я возьму тебя прямо на этом троне.

Бабочки начали порхать внизу живота Элары. Она медленно улыбнулась ему и взяла его за руку. Энцо встал с трона и повёл её в тень. Когда Элара откинула полупрозрачную ткань, все её внутренности перевернулись от вида того, что оказалось за ней. Меховые шкуры покрывали небольшое помещение — одно из тех, что располагались вдоль стен тронного зала и появились здесь лишь на одну ночь. Там также стоял низкий диван с мягкими подушками, а пол был заставлен тарелками с едой и бутылками с амброзией. Рядом с диваном лежала большая стеклянная трубка наподобие той, что курил Лео. И, словно подчиняясь солнцестоянию, тёмная натура Элары взяла над ней верх, и она развернулась к Энцо, который шёл за ней следом. Она толкнула его на диван, а он тихо рассмеялся.

Затем она оседлала его, и он, издав стон, врезался губами в её губы. Он был так сильно разгорячен — словно у него начался жар. Его приятное тепло обдало её кожу, когда его пальцы, охваченные огнём, прошлись по её голой спине. Его язык завладел её языком, прошёлся по губам. И Элара начала тонуть в этой страсти, прекрасно осознавая, что через пару мгновений Энцо сможет полностью ей завладеть.

Он обхватил рукой хвост её волос.

— Мне нравится, — проговорил он рядом с её шеей и, чтобы придать веса своим слова, потянул её за волосы, обнажив заднюю часть её шеи.

Она тут же почувствовала, как её охватило желание. Ей отчаянно хотелось большего. Элара начала тереться об него, чувствуя, что он уже затвердел. Энцо одобрительно зарычал. Она осталась в таком положении, а он, всё ещё держа в кулаке её волосы, начал облизывать и целовать её шею, заставив всё помещение наполниться её стонами. Лениво, словно понимая, что у них есть всё время этого мира, он отпустил её и сдвинулся на диване.

— Ты выглядишь так аппетитно, — он потянулся за трубкой. — Порочно. Как же это жестоко с твоей стороны... выглядеть таким образом.

— Я с радостью побуду сегодня ночью твоим мучителем.

Он сжал её ещё крепче.

— Не желаешь? — спросил он низким голосом, предлагая ей трубку.

Её разум уже затуманился от дыма и алкоголя, но она всё равно кивнула, закусив губу.

— Афродийский дым, — сказал он.

Его глаза почернели, а вокруг зрачков остались лишь тонкие золотые кольца.

— Некоторые считают его афродизиаком. Но я не думаю, что он мне нужен, когда я рядом с тобой.

Он глубоко затянулся, не сводя с неё глаз, а она уставилась на его губы.

— Открой рот, принцесса, — сказал он, задержав дыхание, и его шершавый большой палец заставил её раскрыть губы.

А затем он наклонился к ней и вдул сладкий дым ей в рот. Она жадно его вдохнула, и сладкий, как сахарная вата, дым попал в её кровоток, заставив всё её тело воспламениться. Он напомнил ей про облака Афродеи, которые она сегодня пробовала на вкус.

Она почувствовала, как колотится её сердце, а кровь как будто начала пульсировать в такт сладострастной музыке. Она перестала что-либо чувствовать кроме этой пульсации, которая исходила из самого её нутра, охватывала всё тело и пускала удовольствие по её венам. Она застонала, выгнула спину и позволила себе запрокинуть голову, почувствовав как затвердел под ней Энцо, обхвативший её руками. Она ожила, и её тело охватило желание и безудержная смелость, вызванная воздействием афродийского дыма. Она опустила глаза на тарелки с едой, а Энцо проследовал за её взглядом и улыбнулся, увидев золотистые ягоды, покрытые шоколадом.

— Я помню, как сильно они тебе понравились, — проговорил он и взял одну ягоду с тарелки. — Помню, как наблюдал за тобой, когда ты их ела. Твои прекрасные губы посасывали её, а ты смотрела на меня, — он наклонился ближе и заговорил протяжным голосом: — Не помню, чтобы я раньше так сильно ревновал к еде, — он ухмыльнулся и поднял ягоду. — Я помню, как пытался уснуть в ту ночь, представляя свой член между твоими чувственными губами.

Элара перестала дышать, услышав эти распутные слова. Её сердце бешено колотилось. Заставив себя посмотреть ему прямо в глаза, она начала посасывать ягоду, которую он ей протянул. Почувствовав её вкус, она застонала от удовольствия и от того желания, которое вызвали его слова. Он прорычал ей в ответ, и его руки начали двигаться по её телу, жадно изучая каждый его сантиметр. А затем, посмотрев на него затуманенным взглядом своих серебристых глаз, она забрала у него ягоду, обхватила губами два его пальца и начала слизывать с них растаявший шоколад.

Он тихонько выругался.

— Элара, — взмолился он голосом полным возбуждения.

Она начала целовать его, преисполненная желанием, но он остановил её.

Нежно, гораздо нежнее, чем она ожидала, он поцеловал её в лоб. А затем, удивлённо раскрыв глаза, Элара увидела, как он встал перед ней на колени и теперь смотрел прямо ей в глаза снизу вверх.

Сделав глубокий вдох, он потянулся к золотой короне на своей голове.

— Элара, прежде, чем что-либо произойдёт, я хочу отдать её тебе. Свою корону.

Он сказал это так тихо, что ей пришлось напрячь слух. Когда он надел на неё корону, из неё вырвался смех, так как в голове у неё помутилось от дыма. Она перестала смеяться, когда увидела искренность в его взгляде. Он захватил пальцами шёлковую ткань её платья и потер её между ними.

— Мягкая, — сказал он. — Готов поспорить, что то, что находится под ней, ещё мягче.

Дыхание Элары участилось, а он провёл пальцами от щиколотки до её бедра, не сводя с неё глаз всё это время. Она почувствовала лёгкое прикосновение его огненной магии, которая проделала тот же путь, что и его пальцы. Элара содрогнулась и отклонилась назад. Ткань её платья упала таким образом, что теперь её нога выглянула из выреза, и её обдал прохладный воздух, которым было наполнено помещение.

— Ты не представляешь, как ты красива в моей короне, Элара.

Её грудь начала вздыматься, и она проследила за тем, как он провёл рукой по внутренней стороне её бедра, а его пламя поднялось чуть выше.

— Мне она идёт гораздо больше, чем тебе, — подразнила она его, и ей даже удалось ухмыльнуться, хотя все её внутренности перевернулись, а чувства обострились под воздействием его магии.

Он провёл костяшками пальцев по особенно чувствительному и нежному месту на внутренней стороне её бедра. Она зашипела и напряглась. Уголок его губ приподнялся.

— Это так. Оставь её на своей голове. Я всегда хотел попробовать на вкус королеву.

Он нежно поцеловал её колено, а она запрокинула голову и закрыла глаза.

— Теперь ты будешь слушаться моих приказаний?

Элара резко открыла глаза.

— Зависит от приказаний. Если они того стоят.

Он провёл языком по зубам.

— Я рассчитываю на это.

— Тогда да.

Его губы переместились вверх по её бедру. Она задержала дыхание, не желая чувствовать ничего кроме прикосновения его губ и языка к своему телу.

— А если бы я приказал тебе умолять меня? Ты бы выполнила мой приказ?

Она выругалась, почувствовав, как его дыхание обдало чувствительное место меж её бёдер.

— Никогда.

— Хм-м-м, — хмыкнул он, и звук его голоса прокатился по всему её телу.

Она снова выругалась. Её руки сжали край дивана, а ногти впились в его обивку.

— Неправильный ответ.

Элара сжала зубы, и её серебристые глаза сверкнули, когда она попыталась проглотить свою гордость.

— Ладно, — прошипела она.

Энцо усмехнулся, глядя на неё снизу вверх. Его рот навис над тонкой шёлковой тканью её платья, прикрывавшей её промежность.

— Скажи, пожалуйста, — прошептал он ей.

Она вздрогнула, когда его дыхание коснулось её, а затем выгнулась, когда его язык прошёлся по материалу. Застонав, она почувствовала его мокрое тепло сквозь ткань и то, как он начал медленно водить по ней кругами. Он начал посасывать ткань, не сводя с неё глаз, и Элара выругалась, зная, что она может кончить от одного только этого движения. Никогда в жизни она не чувствовала такого желания и отчаяния. Каждый нерв в её теле пульсировал.

— Я жду, — проговорил он, оторвав от неё губы и всё ещё ухмыляясь.

Желание испепелило остатки её гордости. Достаточно было ещё одного движения его языка, и всё было бы конечно.

— Пож...

Неожиданно кто-то откинул занавески, прервав её на полуслове.

Элара тут же заставила себя исчезнуть, когда внутрь вошёл король Идрис. Энцо недоуменно огляделся вокруг, стоя на коленях, а затем гневно посмотрел на ухмыляющегося короля, который находился в помещении.

— Прости, что прерываю, что бы это... — он обвёл жестом помещение. —... ни было.

Он нахмурился.

— Лорэнцо, нам с тобой нужно поговорить.

— Не сейчас, отец, — огрызнулся он, встав и окинув взглядом помещение, отчаянно пытаясь найти Элару.

— Ты выслушаешь меня, и выслушаешь внимательно, — прорычал король в ответ.

Ещё раз отчаянно оглядев стены помещения, Энцо полностью развернулся к отцу.

— Говори, — холодно сказал Энцо, засунув руки в карманы.

Элара выровняла дыхание, стараясь удержать свою иллюзию. Иллюзию пустого помещения. Она оказалась в ловушке собственной реальности и сосредоточилась на том, чтобы не издать ни звука, пока король говорил.

— Знаешь, я всегда считал тебя глупцом, — проговорил холодный голос. — Но, похоже, ты достиг нового уровня. До меня дошли слухи о твоей дневной выходке. Угрожать священнику, потому что он оскорбил астерийку?

— У неё есть имя, — прорычал Энцо.

— Святые Звёзды, о чём ты вообще думал? Неужели так сложно было выполнить простое приказание? Надеюсь, мне не нужно напоминать тебе о твоём долге, — ответил Идрис ледяным тоном.

Наступила напряжённая тишина.

— Я поставил перед тобой задачу тренировать эту девушку, потому что считал, что ты достаточно ответственный. Я знаю о том, как ты ведёшь себя при дворе... о твоей репутации ловеласа и сексуальных подвигах. Я закрывал на это глаза, потому что это не влияло ни на тебя, ни на меня, ни на королевство. Я считал, что твоя ненависть по отношению к астерийцам не позволит тебе затащить её к себе в постель, как всех остальных женщин Гелиоса.

В ответ Элара услышала лишь тишину.

— И ни на секунду не допускай мысли о том, что я не лишу тебя всего этого, если ты продолжишь сближаться с ней. Твоя выходка и так уже дорого мне обошлась.

— Ты не имеешь права, — проговорил Энцо сквозь стиснутые зубы.

Неожиданно Элара увидела пламя, которое взметнулось вверх, облизав стены помещения. Она заглянула за мерцающее полотно своей иллюзии и увидела, как Идрис с презрением взглянул на пламя.

— А вот тут ты ошибаешься. У меня есть право. Я легко могу сделать из Элары врага и выдать её Ариэту, убедив весь Гелиос в том, что она астерийский шпион. Я мог бы даже выслать тебя за то, что ты вступил с ней в заговор против короны. Я могу сделать всё, что пожелаю. Я король, Лорэнцо. И чем раньше ты это осознаешь, тем лучше.

От Энцо не последовало никакого ответа, если не считать удушающего жара, заполнившего помещение. У Элары заслезились глаза, но она заставила себя подавить слёзы.

— И позволь мне тебе напомнить: над этой девушкой висит чёртово пророчество, которое подтвердила Звезда. Она тебе не принадлежит, сын. Ей суждено влюбиться в Звезду, и это уничтожит их обоих. И ты не дашь собственной глупости впутать себя во всё это.

Повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь треском огня. Элара почувствовала, как её желудок сжался. И та глупая надежда, которую она чувствовала в последние несколько месяцев, стала угрожать похоронить её. Она не могла изменить свою судьбу, и было глупо думать иначе.

Она услышала, как кто-то фыркнул.

— К тому же, даже если отбросить пророчество, ничто не смогло бы больше опозорить нашу семью и королевство, чем связь с проклятой ведьмой вроде неё.

Она услышала удар света о чью-то плоть. Это был свет Энцо. Она подавила вздох. Он ударил короля.

Идрис зашипел от боли, но затем этот звук сменился смехом, от которого все её внутренности похолодели.

— Я прощу тебе этот удар... Но только попробуй сделать это снова и лишишься головы. И неважно, сын ты мне или нет. Запомни мои слова, Лорэнцо.

За этим последовала тишина и звук удаляющихся шагов. А затем Элара и Энцо остались одни посреди пламени и теней.

Прошло несколько минут, и лишь затем Энцо тихонько позвал её по имени.

Он звал её снова и снова.

Она не проронила ни звука, скрытая своей иллюзией.

А затем она услышала вздох и тихие шаги Энцо, который покинул помещение и отправился искать её. Как только это произошло, она рухнула на пол, а её надежда и иллюзия обратились в прах.

Глава 44

Рыдая, Элара побежала по тёмным коридорам, прижимая к платью корону Энцо, которая, казалось, прожигала его насквозь.

Её начало тошнить от звуков чувственной музыки, и она попыталась избавиться от дурмана, наполнившего её голову. Резкие слова короля терзали её, ещё больше усиливая её боль. Но больнее всего ей сделалось от его слов о пророчестве, которое она задвинула подальше, наивно убеждая себя в том, что всё это было неправдой и не стоило её внимания. Она бежала, высоко подняв подол платья, и чувствовала, как слёзы текут по её лицу. Чьи-то руки схватили её, но она не остановилась.

— Элара! — закричал голос схватившего её человека.

Она развернулась и увидела Мериссу и Лео с припухлыми губами, которые до этого, по всей видимости, прятались в алькове. Мерисса подалась вперёд и притянула Элару к себе с невероятной силой.

Она попыталась подавить рыдания, так и норовившие вырваться наружу, попыталась задвинуть их в тень, но плотина уже прорвалась. Она горько зарыдала и рухнула на пол. Она почувствовала, как руки Мериссы сильнее обхватили её.

— Что случилось? — спросила Мерисса несколько раз. — Что он сделал? — а затем, обращаясь к Лео, проговорила предупреждающим тоном: — Я его убью.

— Нет, — рыдая, проговорила Элара. — Не он.

Мерисса и Лео обменялись долгими взглядами и невысказанными словами.

— Эл, ты идёшь со мной.

— Нет, Мер, ты должна насладиться этой ночью вместе с Лео.

Мерисса грустно улыбнулась.

— Это гораздо важнее. Лео, найди Изру, и приведи её сюда. Затем найди Энцо, и мы выясним, что произошло.

Она обхватила Элару своими нежными руками и повела её в комнату, коротко кивнув Лео, который мрачно кивнул ей в ответ, после чего пошёл по коридору в другую сторону. Когда дверь открылась, Элара, шатаясь, вошла внутрь и опустилась на кровать вместе с Мериссой. У неё не было сил беспокоиться ни о своём платье, ни о потёкшем макияже.

— Что произошло? — тихо спросила Мерисса.

Элара никак не могла отпустить корону, которую держала в руках, и снова начала плакать.

— Король, — прошептала она.

Губы Мериссы вытянулись в прямую линию.

— Я была с Энцо в одном из помещений.

Она снова заплакала, и внутри неё что-то сломалось — желание, надежда, их отношения с Энцо, которые столкнулись с реальностью её обстоятельств.

— Мы... мы целовались, — сказала она дрожащим голосом и сделала глоток воздуха, чтобы не заплакать снова.

Мерисса, сидевшая с ней рядом, начала гладить Элару по волосам, ожидая продолжения.

— Я была готова к большему... И он тоже... А затем вошёл король.

Она закрыла лицо руками.

— Я исчезла... Создала иллюзию, слившись со стеной. А затем я услышала, как он угрожает Энцо всем тем, что я видела в кошмарах. Я знала, что мне не стоит всё это начинать. Что вопреки всем усилиям и логике, я позволила себе полностью отдаться Энцо и потеряла бдительность. Я проигнорировала пророчество, согласно которому я должна буду уничтожить себя и всякого, кому я дорога.

Её нижняя губа начала дрожать.

— Король... он напомнил Энцо о моей судьбе. Напомнил мне. Как я могла быть настолько слепа? И стала такой эгоисткой? Всё из-за этой глупой надежды на то, что это ошибка. Но реальность такова, что когда свершится моя судьба... каждый, кто окажется замешан в этом, пострадает.

Мерисса вздохнула, а Элара снова начала плакать.

— Но лучше всего это выразил сам король. Даже если не считать пророчество, Энцо навлечёт позор на всё королевство, если свяжется с проклятой ведьмой вроде меня.

Она буквально выплюнула последние слова.

— Ох, Эл, — сказала Мерисса с болью в голосе и вздохнула. — Мне так жаль. То, что он сказал — неправда. Ты же понимаешь, что любой мужчина отчаянно желал бы оказаться рядом с тобой. Включая Энцо.

Элара покачала головой.

— А что сделал Энцо? — спросила Мерисса.

— Он ударил короля за то, что тот назвал меня ведьмой. Я ушла раньше, чем он успел поговорить со мной. Я должна... Мне надо сказать ему, что нам нельзя больше продолжать эти отношения. Мне надо с этим покончить.

— Эл, Энцо не из тех, кто подчиняется приказам других. И не из тех, кому есть дело до пророчеств или правил его отца.

— Но мне есть дело, — прошептала Элара. — Ты его не слышала. Он был готов лишить Энцо всех титулов. Выслать его из королевства, если тот не подчинится его воле. Запереть его. И я ясно вижу, как это происходит. Это пророчество словно отметина на моём сердце, а не простая случайность. Твоя мать подтвердила его правдивость. Уж ты-то знаешь цену её словам.

Мерисса смущённо отвела взгляд.

— Я позволила себе отвлечься. Я не должна была позволять себе влюбить...

Она замолчала и принялась глубоко дышать.

— Мне надо вернуть это Энцо.

Она приподняла из складок своего платья корону, которая ярко сверкала золотом.

Ноздри Мериссы раздулись.

— Её дал тебе Энцо?

— Да, — отрешённо сказала Элара, изучая её. — Это было похоже на глупую игру. Он встал на колени и надел её на меня.

Она не заметила, как руки Мериссы замерли в её волосах.

— Мне надо сосредоточиться на том, о чём я всегда думала в первую очередь; о своём королевстве, о троне. И дело не только в этом. Если так дальше будет продолжаться, меня выбросят на улицу, и тогда у меня не будет ни армии, ни союзников, с помощью которых я собираюсь вернуть себе то, что мне принадлежит. Ариэт может явиться сюда со дня на день после того, что мы устроили в Афродее. Моя судьба сейчас в руках короля Идриса, как и любой Звезды.

Она со вздохом опустилась на подушку.

— И он это знает.

Неожиданно раздался громкий и гневный стук в дверь. Элара и Мерисса испуганно посмотрели друг на друга.

— Энцо, — тихо сказала Мерисса.

— Чёрт, — выдохнула Элара.

Она встала с кровати вместе с короной. Стерев с лица макияж халатом и сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она открыла дверь. От вида Энцо её сердце чуть не разорвалось надвое. Он стоял перед ней, прислонившись к двери со страдальческим выражением лица. Его рубашка была помята, волосы спутаны.

— Эл, — тихо сказал он, пытаясь войти.

— Энцо, — твёрдо ответила она, преграждая ему путь.

Он в недоумении посмотрел на её руку, заблокировавшую проход, а затем поднял на неё глаза.

— Энцо, то, что произошло, больше не должно произойти.

— Эл...

— Нет. Послушай. Пожалуйста, — добавила она чуть тише, и её сердце сжалось. — То, что произошло там, — снова начала она, — вообще не должно было произойти.

Она выпрямилась и расправила плечи.

— Я была идиоткой. Эгоистично проигнорировала пророчество. Я позволила себе отвлечься. Мне всё ещё нужно спасти своё королевство. Свой народ. Ариэт может прийти сюда со дня на день, и я должна быть готова. Это имеет первостепенное значение. Если всё пройдёт удачно, я уеду. Ты же знаешь о том, что предсказала жрица Торры. Я не могу тебя вовлекать; я не вынесу, если ты пострадаешь.

— Элара, к чёрту...

— Стой.

Она прервала его, накрыв его губы своей дрожащей рукой. Он тихо посмотрел на неё своими чёрными глазами, и она почувствовала, как его взгляд начал прожигать её.

— Это не игра. Мы не можем так рисковать. Из этого никогда ничего бы не получилось. Слишком много всего работает против нас.

Энцо сжал челюсти.

— Думаю, нам надо остаться друзьями.

— Элара, что ты делаешь? — сказал он мрачным голосом, который проник ей прямо в сердце.

Она сглотнула и заметила, как его рука, касавшаяся стены, сжалась в кулак, а на челюсти дёрнулся мускул.

Она собралась с духом, прежде чем ответить ему, и приготовилась сделать это с лёгким сердцем, но, в итоге, почувствовала лишь горечь.

— Я уверена, что есть множество женщин, которым ты сможешь её отдать.

Она протянула ему корону.

Энцо посмотрел на неё, затем на Элару, и его глаза зажглись огнём, когда он оттолкнулся от стены. Он пах костром и амброй, его одежда начала дымиться. Он забрал у Элары корону, и на секунду ей показалось, что на его лице отразилось желание остаться. Но он поднёс кулак ко рту, останавливая себя.

— Как пожелаешь, принцесса, — тихо ответил он и улыбнулся натянутой улыбкой.

А затем он развернулся и оставил Элару, которая схватилась за дверной косяк. Он даже не оглянулся на неё прежде, чем его фигура исчезла в коридоре.

Как только она увидела, что он завернул за угол, она опустилась на пол, и всё её тело начало сотрясаться от горя. Мерисса подошла к ней, обняла руками, а затем довела до кровати и осторожно легла рядом. Снова раздался стук в дверь, Элара замерла. Надежда и отчаяние начали бороться внутри неё при мысли о том, что Энцо мог вернуться. Но внутрь вошла Изра.

— Лео рассказал мне о том, что произошло, — проговорила она. — Он сейчас с Энцо.

Элара снова разразилась рыданиями, а Изра забралась в кровать и, когда Мерисса подвинулась, легла за спиной у Элары.

— Всё будет хорошо, — прошептала Изра. — Обещаю.

Элара продолжила рыдать, свернувшись калачиком, а Изра начала ободряюще гладить её по спине. Взглянув на пустой стул рядом с кроватью, Элара вдруг осознала, что это была первая ночь, когда Энцо не остался в её комнате. Элара ни на мгновение не сомкнула глаз, ожидая, когда сначала Изра, а затем Мерисса уснут на её огромной кровати. На том месте, где когда-то спал Энцо. Его образ навсегда запечатлелся у неё в голове, так и не дав ей уснуть.

Глава 45

Элара проснулась с пульсирующей головной болью и опухшими от слёз глазами. В какой-то момент, пока было ещё очень рано, она, должно быть, задремала. Она почувствовала шевеление у себя за спиной и подпрыгнула, но затем вспомнила, что с ней в кровати спали Изра и Мерисса.

Но не Энцо.

Она легла на спину глядя на то, как в комнату просачивается свет бледного утра, и размышляя о последующих днях. Она не знала, как ей удастся избегать Энцо, но при мысли о том, что ей придётся с ним тренироваться, соединять магию и создавать сумеречное стекло, находиться в непосредственной близости от него и притворяться, что у неё нет к нему чувств, она испытала такую сильную тошноту, что у неё пропал аппетит.

Она села на кровати, когда Изра зашевелилась рядом с ней. Мерисса тут же приняла сидячее положение.

— Ты проснулась, — прошептала она, а затем подошла к Эларе, обойдя кровать. — Давай принесу тебе завтрак.

— Не думаю, что я смогу поесть, — слабо проговорила Элара. — Но мне нужна твоя помощь.

— Всё, что угодно.

— Вообще-то, тут некоторые пытаются спать, — проворчала Изра.

— Сначала сделай что-то со своим запахом изо рта, а потом уже возмущайся, — ответила Мерисса, закатив глаза, после чего снова посмотрела на Элару, а Изра показала ей средний палец под подушкой.

— Мер... не могла бы ты поговорить с Лео и попросить его увести меня из дворца на целый день? Я просто... Я не могу сегодня видеть Энцо.

Мерисса закусила губу, кивнула и с обеспокоенным выражением лица покинула комнату.

Изра села сразу же, как только она ушла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, потирая глаза.

— А ты как думаешь?

— Элара, я уверена, что всё можно решить иным путём.

— Изра, пожалуйста. Я не смогу встретиться с ним сегодня. Я приняла решение.

Изра сжала губы в тонкую линию и встала.

— Хорошо. Не слушай совета провидицы. Меня и так никто не слушает.

Она зашагала в сторону ванной, а Элара вздохнула.

Мерисса вернулась пару мгновений спустя вместе с Лео. От него пахло эвкалиптом, и он был гладко выбрит.

— Эл, — начал он. — Не думаю, что это хорошая идея. Ариэт в любой момент узнает о том, что произошло в Афродее. Тебе следует оставаться здесь.

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Я знаю, что нам нужно тренироваться и подготовиться к его приходу. Но я не могу... не могу находиться сейчас рядом с Энцо.

— Он будет в ярости, если узнает, что я увёл тебя из дворца на целый день. Если с тобой что-то случится...

— Ты хочешь сказать, что командующий гелионской армией не сможет защитить меня в течение одного дня? — огрызнулась она. — Извини, — добавила она следом. — Пожалуйста, Лео, я бы никогда об этом не попросила, если бы это не было так важно.

Устало взглянув на Мериссу, он подчинился.

— Ладно, но нам стоит отправляться прямо сейчас, если мы планируем тренироваться весь день. Иначе он нас поймает.

Изра вышла из ванной.

— Дерьмовая идея, — сказала она, прополоскав горло. — Я уже сказала ей об этом, — раздражённо добавила она.

Губы Лео дрогнули, после чего он пошёл готовить лошадей, договорившись встретиться с Эларой через четверть часа.

***

Элара и Лео выехали за пределы дворца, и всё это показалось ей таким неправильным. Никаких колкостей и раздражённых реплик Энцо, который всегда шёл далеко впереди неё, а она пыталась его догнать. Его отсутствие было похоже на холодный и пустой вакуум, и ей пришлось закусить щёку, чтобы не расплакаться. Лео посмотрел на неё, когда они доехали до знакомой тропинки, ведущей в лес. Тот самый, в котором они в первый раз тренировались с Энцо.

— Послушай, — нежно сказал он, замедлив лошадей, когда они заехали в тень. — Эл, что происходит? Даже слепой увидел бы, что ты этого не хочешь.

— Не имеет значения, чего я хочу. Важно только то, что случится, если я проигнорирую здравый смысл.

Лео покачал головой.

— Я точно знаю, что Энцо плевать. Он сообщил мне о том, что сказал его отец. Это ничего не меняет. Я вижу его рядом с тобой, я его знаю.

— Какая разница? Мне суждено умереть из-за того, что я полюблю Звезду. Мне нужно попытаться спасти своё королевство, мой народ рассчитывает на меня. Я не могу никого в это втягивать. Ради чего? Один из нас или мы оба останемся с разбитым сердцем, когда судьба начнёт играть со мной, при этом мои руки будут связаны.

Лео испустил глубокий вздох и отклонился назад, чтобы посмотреть на неё против Света.

— Элара, ты в курсе, как давно я знаком с Энцо?

— Всю твою жизнь, — утвердительно ответила она.

— Вот именно. Всю мою жизнь. Я видел, как он взрослел, видел, его магию в действии, видел его боль. Я видел, как ему наскучивала очередная девушка. Я также видел пустоту в его глазах после того, как он с ними расставался. Видел, что его поиски не удовлетворяли его.

Он сделал паузу и задумался.

— Я слышал, что он говорил о любви, и как вырезал её в мраморе. Видел в его глазах жажду чего-то глубокого.

Лео издал смешок.

— А затем ты ворвалась в его жизнь. Вихрь из дыма и тени. Не думаю, что я смогу это забыть.

— Забыть что? — выдохнула Элара.

— То, как загорелись его глаза, когда ты в первый раз заговорила с ним. Колкости так и норовили слететь с твоего языка.

Он усмехнулся, вспомнив об их первой встрече.

— И то, как он признался мне после, что никогда не встречал никого, чью душу он не мог бы прочитать. Но при этом твоя душа без сомнения светилась добротой. Даже я смог заметить это за милю. Отбрось в сторону всё это дерьмо. Пророчества, королевство... Если от мира ничего не останется, что ты станешь искать? Я знаю, что станет искать Энцо.

И когда он посмотрел на Элару, его тёплые карие глаза словно обнажили её душу.

— Он ищет тебя в каждой комнате.

Все внутренности Элары сжались, когда её мысли перенеслись к их с Энцо разговору в лесу. Её дыхание замедлилось, и она сделала глоток воды из фляги, чтобы успокоить своё сердцебиение, а также панику и одновременно эйфорию. Вся сила того чувства, в которое она начала проваливаться, охватила её. Наступила долгая тишина, после чего она подняла на Лео глаза, заполненные слезами.

— Я тоже его ищу.

***

Элара пыталась избегать Энцо все следующие несколько дней, но каждый день слова Лео всё больше и больше тяготили её сердце, как и мысли о предстоящем визите Ариэта. Во дворце царила беспокойная энергия, так как Гелиос готовился к новости о том, что Ариэт начал двигаться в их сторону. Разведчики каждый день патрулировали границы, чтобы отправить во дворец сообщение о том, что слухи о появлении Элары в Афродее достигли Ариэта. Но она проживала эти дни, почти не обращая ни на что внимание.

Она была слишком занята своими чувствами и мыслями о том, что поведал ей Лео, сам того не зная. И они угрожали потопить её, поэтому Элара делала то, что у неё получалось лучше всего: она подавляла их, отправляя их во Тьму, и отчаянно отдавалась тренировкам и подготовке к встрече с Ариэтом. Она использовала любую возможность, чтобы потренироваться с Лео за городскими стенами, доводя себя до изнеможения. Она до предела истощала свои силы и магию, за секунды поглощая свет Лео и окутывая его иллюзиями до тех пор, пока ей не удавалось справиться с ним с оружием в руках.

Каждое утро она проверяла, на месте ли лезвие из сумеречного стекла, которое она хранила либо на своём бедре, либо под подушкой. Она больше не планировала создавать сумеречное стекло с Энцо после того, что произошло в прошлый раз, когда они это сделали.

Когда она не была с Лео, она просила Мериссу показывать ей то, как она заколдовывала людей. Ей хотелось знать про все хитрости Мериссы, которые могли бы помочь ей с её иллюзиями. И она училась у Мериссы, помогая выполнять её дворцовые обязанности.

По правде говоря, это помогало ей занять свои мысли.

В один из таких дней, Лео ворвался в кухню с дикими глазами. Руки Элары застыли над тестом, которое она месила в то время, как Мерисса посыпала его мукой.

— Он знает, не так ли? — выдохнула она, опустив руки.

Лео кивнул и наклонился вперёд, переводя дыхание.

— Слухи о твоем появлении дошли до него. Разведчики только что прислали нам сообщение. Они предупреждают, что Ариэт выступает в Гелиос завтра. Он прибудет сюда через два дня.

Мерисса опустила сито и грязно выругалась, чем шокировала Элару.

— Тренировка, сейчас же, — сказала Элара, вытерев руки о фартук и пошла прочь из кухни. — Мерисса, ты тоже.

Мерисса нахмурилась и поспешила следом за Лео и Эларой.

— Энцо знает? — спросила Элара Лео.

— Да, и он готов воевать за тебя. Ты же знаешь, что он уважает твоё личное пространство, но эта новость всё меняет. Пару минут назад, перед тем, как побежать искать тебя, я видел, как он пронёсся по коридору.

— Чёрт. Тогда, как обычно, за пределами дворца.

— Элара, мы только что узнали о том, что Ариэт собирается объявить войну этому королевству за то, что оно прячет тебя. Энцо с ума сойдёт, если мы уйдём, и он не сможет тебя найти.

Элара испустила глубокий вздох.

— Знаю. И я понимаю, что это нечестно по отношению к нему. Или к тебе. Или к кому бы то ни было. Но если я его увижу, я почувствую всё то, что так старательно подавляла. Это отвлечёт меня, что недопустимо, когда Ариэта отделяет всего два дня от того момента, как он попытается меня уничтожить. Понимаешь?

Лео провёл рукой по лицу.

— Ладно. Но ты мне должна, Элара.

Они быстро прошли по дворцу, по коридорам, которые стали для Элары такими знакомыми, и, наконец, достигли бокового выхода недалеко от дворцовых стен.

— Мерисса, я хочу, чтобы ты внимательно наблюдала за мной, — сказала она, когда они дошли до уединённого сада вдали от шума города. — Следи за теми местами на моём теле, которые я оставляю открытыми, и куда может ударить Ариэт.

А затем, сняв кинжал с уже привычного места на бедре, она бросилась на Лео, и они начали танцевать.

***

Когда они закончили, Элара направилась прямиком в свою комнату, радуясь боли в мышцах и бешено стучащему сердцу. Был поздний час, и дворец уже стих, так как все отправились спать. Завернув за угол в коридоре, она резко остановилась. Энцо стоял, прислонившись к двери её комнаты с усталым выражением лица, ожидая её. Она закусила губу и начала как можно тише пятиться назад.

Она не могла встретиться с ним.

От одного только вида его лица её сердце, переполненное отчаянием и волнением, начинало колотиться.

"Трусиха", — прошептал голос в её голове. Он был прав, она была трусихой.

Вместо того, что встретиться со своими проблемами лицом к лицу, она на цыпочках, словно мышь, прокралась в другой коридор, который вёл в дворцовый сад, освещённый алым ночным небом Гелиоса. Вытянув вперёд руки, на которых собрались тени, она пошла по лужайке между своим балконом и балконом Энцо. Она с лёгкостью создала дракона, запрыгнула на него и заставила его взлететь высоко над своим балконом. Осмотревшись, она мягко приземлилась на балкон и заставила дракона исчезнуть взмахом руки. Затем она тихо вошла в свою комнату, стараясь не хлопнуть широкими балконными дверями. Оказавшись внутри своего пространства, она направилась в ванную комнату, чтобы снять жёлтое платье, покрытое пылью и потом.

Однако, пересекая комнату, она замедлилась. Элара знала, что Энцо всё ещё стоял снаружи, так как привычную полоску света под дверью, загораживала тень. Она знала, что ей не стоило о нём думать, так как эти мысли с лёгкостью могли прорвать плотину, которую она с таким трудом выстраивала всю эту неделю. Но её сердце как будто испустило вздох, когда она тихо подошла к двери. Она прижалась к ней спиной и опустилась на пол, закрыв глаза. Она решила хотя бы раз позволить себе эту слабость. Слёзы сами собой покатились из её закрытых глаз. Она хотела лишь раз позволить себе быть рядом с ним, когда их разделала только дверь.

Элару охватила дремота, и она погрузилась в пространство своего сна. Им стала мастерская Энцо с тех пор, как он в первый раз привёл её туда. Это была ещё одна вещь, которую она пыталась отрицать. Большинство ночей на этой неделе она проводила в чужих снах, чтобы не вспоминать о своём собственном пространстве сна. И вот она оказалась здесь и увидела, что в по обыкновению тихой и светлой мастерской Энцо образовалась зияющая дыра в полу. Она подошла к ней и заглянула в бесконечную бездну, в которой бушевала буря.

Огненный шар, горячее и ярче, чем сам Свет, горел перед её глазами, и она с кристальной ясностью почувствовала присутствие другого шара, но на этот раз серебряного и сияющего. А затем в этой пустоте раздался крик — такой хриплый и отчаянный. Она огляделась, почувствовала запах горелой кожи и поняла, что это был её собственный крик. А в дыре, балансируя на краю и пытаясь выбраться из бездны, висел Энцо, пальцы которого начали сантиметр за сантиметром соскальзывать вниз.

Элара проснулась в холодном поту, её спина и шея, прислонённые к двери, одеревенели. Она сделала несколько глубоких вдохов, напомнив себе, что сама создала этот сон. Шатаясь, она поднялась на ноги и прищурилась, посмотрев на раскрытые балконные двери. Тёмно-красное свечение, проникавшее внутрь говорило о том, что наступило самое тёмное время ночи. Она бешено посмотрела на дверь. Яркий жёлтый свет от пламени свечей в коридоре снова беспрепятственно проникал в щель. Фигура Энцо пропала. Элара начала шагать по комнате взад-вперёд, пытаясь снять с себя липкое грязное платье, но, в итоге, решила отправиться в дворцовые купальни, отчаянно нуждаясь в спокойствии, которое могли принести ей вода и темнота.

Глава 46

Посреди ночи, Элара нашла для себя уединенное место. Тихая стрекотня темно-синих сверчков в сумерках, доносившаяся с улицы, и тёмные стены напомнили ей о доме. Она вздохнула, и, неровно дыша, начала погружаться в бассейн. Наконец, её сердцебиение снова выровнялось, вода успокоила её расшатанные нервы, и она почувствовала, что может наконец-то подумать обо всём. Её мысли тут же перенеслись к Энцо — хотя они и так никогда его не покидали. Она попыталась подавить их, но поскольку она целую неделю их избегала, они накрыли её с головой, и ей пришлось встретиться с ними лицом к лицу, так как ничто больше не отвлекало её.

Она была влюблена в него. И не только. Когда он поцеловал её в облаках, она почувствовала мощный разряд энергии, который нельзя было отрицать. Это ощущение показалось ей таким знакомым. Сродни тихому узнаванию. Словно после долгих поисков её душа произнесла: "О, вот ты где".

Она обдумала слова Лео, веря, что он сказал ей правду. Она пребывала в отрицании своих чувств и чувств Энцо. Ей было проще притвориться, что он был злодеем, врагом. А ещё проще — убедить себя, что они были всего лишь друзьями. Но все эти оправдания оставляли привкус лжи на её языке. Даже если у неё и были сомнения на этот счёт, сам факт того, что он так заботился о ней после её пленения, стал последней каплей, разрушившей эту ложь.

И лишь слова жрицы Торры, сказанные несколько месяцев назад, давили на неё тяжким грузом. И обязательства, которые ей предстояло на себя взять. А ведь её проблемы ещё даже не начались. Война стояла уже на пороге. Ариэт направлялся в их сторону. А она так и не приблизилась к тому, чтобы вернуть себе трон. Будучи погруженной в свои запутанные мысли, она услышала, как тихонько открылась дверь.

— Чёрт, — прошептала она, дико озираясь по сторонам, чтобы найти место, где она могла бы спрятаться. Вон там. Её внимание привлёк альков, скрытый стеной водопада. Она поплыла в его сторону как можно тише, нырнула под водопад, после чего опустилась на нагретую скамейку. Она напрягла слух, но не смогла ничего расслышать из-за шума воды. Кто, чёрт возьми, мог прийти в купальни в такой час? Она вгляделась в тени и за потоком воды увидела высокую размытую фигуру, которая начала раздеваться. Её щёки вспыхнули, когда она поняла, что оказалась здесь одна с мужчиной. Принявшись оглядываться вокруг, она потеряла фигуру из виду, что заставило её дыхание участиться. Она попыталась тихонько вернуться в небольшую заводь. На несколько мгновений всё стихло. А затем водяная завеса разделилась надвое, и её сердце остановилось.

— Какой приятный сюрприз, принцесса.

Энцо.

Его губы медленно расплылись в улыбке, и когда он откинул свои кудри назад, его мускулы напряглись, а капельки воды каскадом покатились вниз. Он лениво оглядел её мокрые волосы и обнажённые плечи. Он был как всегда спокоен, точно кот, играющий со своим обедом. Она ещё глубже погрузилась в воду, и всё её тело охватило волнение, так как она не видела его целую неделю. Но вместо того, чтобы его показать, она нацепила на лицо сердитое выражение.

— Как это неприлично, — проговорила она. — Но я и не ожидала ничего другого. Действительно, почему бы тебе не пойти в купальни посреди ночи, когда там нахожусь я, абсолютно голая?

Он усмехнулся.

— Говоришь так, словно ты сама не находишься сейчас здесь... посреди ночи.

— Именно.

Элара отчаянно пыталась не обращать внимания на его широкую обнажённую грудь, но у неё ничего не получалось. Она едва слышала то, что он говорит, так как не могла оторвать глаз от струек воды, стекающих по его загорелому торсу. Он был таким высоким, что вода доходила только до его бёдер. Потоки воды танцевали на его мускулах, серебристые капли стекали по волоскам, растущим под его пупком. С видимым усилием она заставила себя не опустить взгляд ещё ниже и уставилась на него.

— Что ты сказал?

— Я спросил, — ответил он, и его улыбка сделалась ещё шире. — Что ты делаешь здесь в такой час?

Она ещё больше погрузилась в воду, сделала шаг назад и вздохнула. Начав рисовать круги на воде, она решила рассказать ему хоть что-то.

— У меня был кошмар.

Он озабоченно посмотрел на неё, а она запрокинула голову и посмотрела на потолок, расписанный фресками в виде облаков.

— Последнюю неделю они стали особенно яркими. Поэтому я пришла сюда, где чувствую себя как дома.

Она на секунду задержала на нём свой взгляд.

— А ты?

— То же самое, — тихо сказал он. — Я всегда прихожу сюда, чтобы очистить голову, когда не могу уснуть. В эту неделю мне редко это удаётся.

Она приподняла брови.

— Хотя я не ожидал, что меня будет ждать здесь мокрая обнажённая женщина, причём та самая, которая несколько ночей назад обнимала меня своими ногами.

Он ухмыльнулся. Элара закатила глаза и плеснула на него водой.

— Кстати, разве нам не стоит подробно это обсудить?

— Что обсудить? — спросила она. — Тот факт, что я мокрая и голая, или то, что произошло на солнцестояние?

Он опустил глаза, и хотя она знала, что он не может ничего видеть под водой, она всё равно скрестила руки и ноги, чувствуя себя слишком неловко.

— Я имел в виду то, что произошло на солнцестояние, и то, что ты сказала потом. Но раз уж ты об этом заговорила, мне гораздо интереснее то, что находится под водой.

Он подплыл ближе.

— Свинья.

Она снова окатила его водой, и он рассмеялся. Интересно, как долго он ещё будет смеяться над её шутками? Она попыталась запомнить этот смех, и проговорила слова, которые, как ей казалось, она должна была сказать:

— О чём здесь говорить? Я уже рассказала тебе о своих чувствах. Нам не следовало впутываться во всё это. Это и так уже достаточно больно. Представь, что было бы, если бы мы продолжили идти этим путём.

Её мысли перенеслись к словам короля, которые она подслушала, и они заставили её кровь закипеть. Ей удалось отплыть подальше от Энцо, хотя от этих слов у неё скрутило живот. Она закусила губу, чтобы подавить желание снова его поцеловать.

— То есть ты хочешь сказать, — проговорил он, снова выпрямившись в воде, — что всё кончено?

Она коротко кивнула.

— Нам следует это прекратить, пока наши чувства ещё не затронуты. Я была идиоткой, проигнорировав пророчество и решив, что мы можем быть больше, чем просто друзья.

— Я искал тебя весь день, — сказал он низким голосом. — Ты избегала меня. Разве так поступают друзья?

— Я только и делала, что тренировалась, чтобы быть готовой, насколько это возможно, когда Ариэт начнёт сеять здесь хаос.

Он подошёл ближе, и она увидела, как в его глазах сверкнуло что-то холодное. Теперь она смогла разглядеть его лицо в полумраке.

— Не лги мне, Элара, — воскликнул он. — И не лги самой себе.

Её охватило негодование.

— Я не лгу, — прошипела она. — Я знаю, что ты охотник, и теперь твоё эго уязвлено. Не делай вид, что сейчас всё иначе. Я не первая и не последняя женщина, которая чуть не оказалась в твоей постели, — выпалила она, так как его оскорбительные слова больно задели её.

Но больнее всего было от того, что это была правда.

"Трусиха, трусиха, трусиха", — начал кричать голос в её голове.

Энцо холодно рассмеялся и покачал головой, после чего развернулся и направился к выходу. А затем он остановился, выругался себе под нос, что заставило её затаить дыхание. И когда печаль начала медленно поднимать свою голову, он развернулся и бросился к ней, отчего капельки воды разлетелись в воздухе.

— Сейчас всё иначе, — зарычал он. — И ты тоже это почувствовала.

Он остановился в нескольких сантиметрах от неё. Вода пошла рябью вокруг него, отчего он стал похож на самого Скорпиуса. Его глаза горели гневом. Она взглянула на него, не зная, что сказать, и как соврать ему о своих истинных чувствах.

— Неужели последние несколько месяцев ничего для тебя не значили?

Его грудь вздымалась, каждое его слово сочилось яростью.

— Я оставался с тобой каждую ночь. Я показал тебе свои работы. Отдал тебе свою корону. Неужели это ни о чём тебе не говорит!? Боги, Элара.

Он покачал головой и посмотрел на потолок. Сделав шаг вперёд, он наклонил голову и посмотрел ей в глаза.

— Неужели ты этого не чувствуешь?

Его дыхание нежно коснулось её губ.

— Чего? — прошептала она.

Его голос прозвучал гортанно, почти сломлено, когда он ответил:

— Бесконечное желание.

Издав стон, он врезался губами в её губы.

Это не было похоже на предыдущие поцелуи. Это был Энцо во всём его великолепии. Его язык заставил её губы раскрыться, и она со вздохом поддалась ему, когда он запустил руки в её мокрые шелковистые волосы. Каждая клеточка её тела воспламенилась, и она сжала в ответ его шею, а он продолжил целовать её с таким остервенением, что её тело будто бы пронзило молнией. Держа её за волосы, он резко отвёл её голову назад, и она ахнула, когда его язык завладел её шеей. Он проложил дорожку поцелуев до её уха, а затем обхватил её рукой за шею.

— Энцо, — застонала она, и её грудь прижалась к его мокрой и скользкой груди.

— Да, принцесса, — выдохнул он, облизав её шею. — Говори моё имя. Оно твоё.

Она почувствовала, как что-то твердое коснулось её живота под водой. И ей понадобилось всё её самообладание, чтобы не обхватить его ногами.

Энцо оторвал от неё губы, его грудь вздымалась. Его руки всё ещё находились в её волосах, когда он проговорил рядом с её шеей:

— Скажи мне это сейчас. Скажи, что ты хочешь остаться друзьями. И что всё это ничего не значит.

Она начала задыхаться, желая снова чувствовать прикосновение его языка. Но она не смогла этого сказать. Не смогла произнести то, что он хотел услышать, так как слова короля всё ещё звенели в её голове.

— Просто друзья, — выдохнула она, и они оба услышали ложь в её словах.

Он усадил её на скамейку, погруженную под воду, и, опустившись чуть ниже, склонился над ней.

— Сладкая лгунья, — промурлыкал он, и рукой прошёлся вверх по её бедру под водой, заставив её содрогнуться.

Он начал посасывать её нижнюю губу, и она снова застонала, в то время как его рука начала водить круговыми движениями по внутренней стороне её бедра, перемещаясь всё ближе и ближе к тому пульсирующему месту, что изнывало от желания, которое никогда её не покидало.

— Соври мне что-нибудь ещё, — сказал он и прикусил мочку её уха.

— Я тебя ненавижу, — сдавленно произнесла она.

Он отпрянул, глядя на то, как она начала извиваться в воде. Он всё ещё мог видеть лишь верхнюю часть её тела и округлости грудей над водой. А затем его глаза почернели, он нагнулся над ней, и его рука остановилась недалеко от того места, где она отчаянно желала её почувствовать. Его дыхание было тёплым, когда он облизал впадинку на её шее и прошептал:

— Мы не друзья.

А затем его большой палец скользнул между её ног, заставив её запрокинуть голову и содрогнуться. Круговые движения сделались более уверенными. Он обнял её и продолжил работать своим пальцем. Неожиданно, он издал шипение, и его челюсти сжались.

— Ты такая мягкая, — прошептал он рядом с её мокрой кожей, как вдруг она завладела его губами, желая ощутить каждую клеточку его тела внутри себя, позабыв обо всех проблемах, правилах и неминуемой гибели, которая её ожидала. Элара застонала ещё громче, а когда его палец погрузился внутрь неё, всё её тело охватил огонь. Она начала двигаться, а он тихонько выругался и надавил на чувствительную точку внутри неё, которая так жаждала освобождения, и начал медленно двигать пальцем. Элара попыталась дотянуться до него под водой, но он схватил её за руку.

— Не сегодня, — хрипло сказал он. — Я хочу посмотреть, как ты кончишь для меня.

Она взглянула на него. Его слова настолько приблизили её к высшей точке наслаждения, что она была готова закричать. Почувствовав её возбуждение, он погрузил в неё ещё один палец. Она впилась зубами в его плечо, чтобы не вскрикнуть, а он одобрительно зарычал. Он надавил ещё сильнее и ещё глубже вошёл в неё, а его большой палец продолжил ласкать её чувствительную точку. Она почувствовала нарастающую волну, ревущую и невероятную. Она поднималась внутри неё так быстро, что Элара больше не могла её сдерживать. Она начала тереться о его пальцы, умоляя его продолжать. А он, поддерживая её своими сильными руками, жадно ею упивался.

— Энцо, — исступленно простонала она.

— Соври мне сейчас, — прошипел он. — Скажи мне, когда я трахаю тебя своими пальцами, что мы просто друзья. Скажи мне, когда я касаюсь твоей идеально мокрой плоти, что ты ничего не чувствуешь.

Его голос был наполнен яростью и отчаянием.

Элара замедлилась, её сердце бешено колотилось. Наслаждение наполнило и захватило целиком её тело. Она была так близка.

— Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить? — выдохнул он, укусив её в шею.

— Да, — взмолилась она, находясь в паре секунд от оргазма.

Его пальцы замерли, и она в шоке отпрянула, когда её лишили удовольствия.

— Что ты?..

— Тогда скажи, что ты лгунья, — прошептал он и слегка согнул пальцы.

Другой рукой он схватил её за подбородок, и его дыхание обдало её так, словно это была его жизненная сила. Её вдохи сделались неровными, его рука снова начала медленно двигаться, а удовольствие нарастать.

— Я лгунья, — выдохнула она ему в губы.

— Я знаю, — проговорил он в ответ и захватил её губу своими зубами. — А теперь кончи для меня, Элара.

Это стало последней каплей. Волна обрушилась вниз, и она рассыпалась вокруг него, сжав ноги, в то время как он продолжал работать своими пальцами. Волна то отступала, то снова захлестывала её. Золотые искры начали сверкать вокруг неё до тех пор, пока она, наконец, снова не вернулась на землю. Она схватила его за плечи и прижалась к его груди, тяжело дыша. Он осторожно вынул из неё пальцы, усадил на скамью и поцеловал в лоб.

— Я хотел сделать это с того самого момента, как ты проигнорировала меня во время нашего первого обеда,— сказал он, внимательно глядя на неё в тёмном свете влажного помещения.

Его глаза были как у того Льва из знакомых ей историй, пугающие и притягательные. А она и забыла, каким безжалостным может быть это мужчина. И когда он сам как будто бы понял это, его лицо смягчилось, а взгляд прояснился.

— Ты можешь рассказать мне о том, что случилось между солнцестоянием и сегодняшним моментом. Мы сможем с этим справиться.

Она посмотрела на него потускневшими глазами.

— Энцо, ты прав. Все иначе, — она подняла глаза к потолку. — То, что я чувствую по отношению к тебе... Я никогда ни к кому этого не чувствовала. Но ты также знаешь о пророчестве. Я просто не могу этого допустить, как бы сильно мне этого ни хотелось. Всё это приведёт к ещё большей боли.

Он сжал губы и смиренно ответил:

— Если ты действительно этого хочешь.

— Я не хочу этого. Но именно это необходимо.

Элара стиснула челюсти, пытаясь взять себя в руки.

Долгое время Энцо молчал, а затем сказал:

— Хорошо. Давай отведем тебя в кровать, тебе следует отдохнуть перед тем, что должно случиться.

Он развернулся, и мышцы заиграли на его спине.

— Мне кажется, теперь тебе будет легче уснуть, — бросил он через плечо.

Из неё вырвался смешок, после чего она последовала за ним. Волосы прилипли к её спине, а ноги всё ещё подкашивались из-за того, что произошло. Он вышел из воды, и мышцы на его великолепной спине заиграли. Он был полностью голый, и когда он направился к краю бассейна, чтобы одеться, она отвела взгляд. Неожиданно ей стало неловко из-за того, что они сделали. Он передал ей полотенце.

— Отвернись, извращенец, — сказала она, но он лишь рассмеялся и покачал головой.

— После всего, что случилось, ты по-прежнему заботишься о приличиях?

Но затем он закрыл глаза и отвернулся, а она вздохнула, вышла из бассейна, быстро вытерлась и взяла чистую ночнушку, которую принесла с собой. Её блестящая шёлковая ткань скользнула по полу.

— Твоё замечание бесполезно, потому что этого больше не повторится, — ответила она.

А он лишь одарил её самодовольной улыбкой, после чего они вышли из влажного помещения. Прохладный воздух заставил её тело покрыться мурашками, и когда Энцо заметил, что она дрожит, он взял свою рубашку, накинул на неё, а затем повёл Элару в её комнату. Они шли в тишине, и Элара настолько потерялась в своих мыслях, что не могла даже сформулировать ни одного предложения. Они очень быстро дошли до комнаты, и Энцо прислонился к стене, взглянув на неё.

— Элара, утром я уезжаю, — тихо сказал он.

Она в панике посмотрела на него.

— Отец приказал мне отправиться к озеру Астра, на случай если Ариэт приплывет на корабле. Там уже выставлена армия, а Лео нужен нам на границе с Астерией.

Он испустил глубокий вздох.

— А что насчёт дворца? Здесь явно кто-то должен остаться? — сказала она, отчаянно цепляясь за соломинку.

— У нас есть ты. Изра тоже придёт сюда. И во дворце также будет находиться подготовленное подразделение солдат, на случай, если Ариэт решит что-нибудь выкинуть. Но мы в любом случае перехватим его раньше, чем он подойдёт к дворцу. Обещаю, я вернусь к тебе до того, как он явится сюда. Только... пожалуйста, береги себя. Не делай ничего безрассудного.

Она печально ему улыбнулась.

— Неужели я в этом замечена?

Он не ответил на её улыбку.

— Я выезжаю на рассвете. Если ты хочешь поговорить, найди меня. Если нет, я приму твоё решение. И буду тебе другом.

Повисла долгая тишина. Элара зашевелила губами, желая закричать. Из-за того, как всё это было несправедливо, из-за того, как сильно она была в него влюблена. Было бы жестоко сказать ему об этом и дать надежду в этой безнадежной ситуации. Пророчество снова и снова продолжало звенеть в её голове. Её тени полностью поглотили вырывавшийся из неё крик, и она ничего не сказала. А он в последний раз пристально на неё посмотрел, после чего скрылся в ночи, оставив её одну с его рубашкой в руках

Она застыла, крепко сжимая рубашку и наблюдая за тем, как он скрылся в тенях. Её охватила такая сильная паника, что она не могла дышать. Она чувствовала себя наркоманом, который слишком долго жил без опиума... а затем, когда она увидела его в воде, оказалась с ним рядом... её сердце тянулось к нему. Такие разные эмоции боролись сейчас в её душе, а голову разрывали противоречивые мысли. Всё ещё с мокрой головой и во влажной ночнушке, прилипшей к её телу, она оторвалась от дверного косяка и, не раздумывая, пошла прочь из дворца. Она побежала в то единственное место, в котором, как ей казалось, она могла найти ответы на все вопросы.

Глава 47

— Я не знала, куда ещё пойти, — тихо сказала она, войдя в дверной проём уютного, тёплого дома Изры.

Изра смягчилась и обняла Элару.

— Что случилось?

Элара закусила щёку, чтобы не расплакаться.

— Пророчество... Я пыталась убежать от него, пыталась найти в нём лазейку. Я не могу отрицать свои чувства, отрицать правду.

Она услышала звон посуды на маленькой кухне, где Изра принялась ставить чай. Она вышла оттуда пару мгновений спустя и протянула Эларе чашку горячего мятного чая с мёдом, а затем осторожно обернула плечи Элары махровым полотенцем.

— Когда я нахожусь рядом с Энцо, я чувствую... я чувствую, как меня к нему тянет. На физическом уровне.

Она приложила руку к сердцу.

— Здесь. Я желаю его, даже когда он не находится рядом. Я пыталась его оттолкнуть, сказать ему, что мы можем быть только друзьями из-за этого долбаного пророчества, о котором мне так любезно напомнил король Идрис.

Она испустила дрожащий вздох.

— Как я могу отдать ему своё сердце, если мне сказали, что оно принадлежит другому? Слишком многие тогда пострадают.

— Ты никогда не рассказывала мне о том, что сказал король, — тихо проговорила Изра.

Элара печально фыркнула.

— Да, король... Весь этот хаос из-за него.

Она взмахнула рукой в воздухе.

— В ту ночь, на солнцестояние, перед тем, как вы пришли ко мне в комнату, мы находились в одном из помещений. Энцо отдал мне свою корону, и затем...

— Он отдал тебе свою корону?! — прервала её Изра, округлив глаза от удивления, и Элара застыла на месте.

— Да... Он надел её мне на голову. Но это была всего лишь игра.

Она замолчала, так как её начал охватывать ужас.

— Элара, говори, что он конкретно тебе сказал?

— Он... — она нахмурилась, пытаясь восстановить мутные воспоминания, заполненные дымом. — Он встал передо мной на колени, снял корону со своей головы и сказал: "Я отдаю тебе свою корону, Элара", — после чего надел её мне на голову. Я думала, что это какая-то шутка.

Изра долго молчала, изучая Элару.

— Он встал перед тобой на колени, — прошептала она. — Элара, Энцо никогда ни перед кем не вставал на колени. Даже перед своим отцом, королём Гелиоса.

Изра испустила глубокий вздох.

— При дворе Гелиоса существует традиция. Она уходит своими корнями далеко в прошлое. То, что он отдал тебе свою корону, означает, что если он взойдёт на трон, он выберет тебя своей королевой либо откажется ради тебя от королевства.

Сердце Элары бешено забилось. Она, должно быть, не так расслышала Изру.

— Этого не может быть.

— Согласно традиции, мужчина отдаёт свою корону, а затем представляет свою избранницу двору, чтобы тот решил, выбирает ли он её своей будущей королевой. Нет никаких сомнений в том, что если бы вас не прервали, он бы вывел тебя из того помещения с короной на голове, чтобы все могли это увидеть.

Воспоминания начали наполнять голову Элары, спотыкаясь друг об друга, и она вдруг поняла всю силу чувств Энцо по отношению к ней.

— Сирены, — едва слышно произнесла она. — Одна из них посмотрела на меня и сказала, что её песня не действует ни на меня, ни на Энцо. Из всех находившихся в лодке только мы двое оказались не подвержены их чарам.

Изра кивнула.

— Песня сирен не действует на тех, кто уже влюблён. Я думаю, что в этом всё дело, хотя тогда вы ещё даже не подозревали об этом.

Руки Элары задрожали. Она не могла их остановить.

— А что ты увидела, когда считывала меня? — выдавила она. — Ты вздрогнула, когда коснулась моего плеча.

Изра испустила глубокий-глубокий вздох.

— Думаю, тебе пора кое о чём узнать, раз вы, идиоты, не можете разглядеть это сами.

Она со всей серьёзностью посмотрела на Элару.

— Я увидела ваши пути... пути, которые вели в сторону друг друга с того самого дня, как вы родились. Я увидела ваше детство; ваши жизни были зеркальными. Каждое решение, которое вы оба принимали, вело вас друг к другу.

Чёткое осознание правды укоренилось внутри Элары прежде, чем Изра произнесла свои следующие слова:

— Ты ведь слышала о родственных душах, Элара?

Слеза скатилась по щеке Элары.

— Все об этом слышали, — прошептала она. — Душа, разделённая надвое. И каждая половина является идеальным дополнением другой. Они перерождаются снова и снова до тех пор, пока снова не найдут друг друга. Даже Звёзды в это верят. А мне рассказывали об этом, когда я была ещё девочкой.

Изра сжала её руки, и её собственные глаза наполнились слезами.

— Ваши души связаны. Он твоя родственная душа, Элара.

Наступила тишина, заглушаемая лишь пульсацией крови, бегущей по венам Элары.

— Нет, — прошептала она.

Стены вокруг как будто начали схлопываться. Свечи замерцали в комнате Изры, которая мрачно смотрела на Элару.

— Это противоречит пророчеству.

Изра подняла её руки.

— Я знаю, это бессмысленно. Но я говорю только правду. Правду, которую, как мне кажется, ты знала уже долгое время и предпочла не обращать на неё внимания.

Элара словно в трансе опустилась на стул, её руки дрожали.

— Эли... он угрожал Энцо. Говорил, что расскажет мне правду о чём-то. Я никогда не видела, чтобы Энцо был настолько напуган. Его слова как-то связаны с этим?

Тишина. Изра уставилась в стену. Именно это подтверждение и требовалось Эларе.

— Изра, Энцо знает?— прорычала она.

Изра посмотрела на неё холодным взглядом.

— Он приходил ко мне, — тихо сказала она. — В ту ночь, когда ты пробудила свою магию. Когда создала дракона из тени. Я никогда не видела его в таком состоянии. Таким взволнованным, таким потрясённым. Он ходил из стороны в сторону, рассказывая мне о том, что ты спрыгнула со скалы, а он последовал за тобой, словно это был не его выбор, а какое-то физическое притяжение.

Элара прижала руки к столу и поглядела на них.

— Он рассказал мне о том, как ты выглядела, когда летела с ним. Как что-то мощное пробудилось внутри него, когда ты коснулась его после. Это было похоже на удар молнии.

Элара вспомнила, как он вздрогнул, когда она обрабатывала порез на его лице, и как она списала это на боль. Вспомнила, что почувствовала точно такую же вспышку, когда он поцеловал её в Афродее.

— Он всё говорил и говорил о том, что он как будто встречался с тобой раньше... и что он как будто узнал тебя, хотя это казалось невероятным. Именно так ощущается связь, соединяющая души, Элара. Души, которые любили друг друга на протяжении всего их существования. Души, которых не может развести даже Судьба, как бы она ни пыталась.

— На следующий день он полностью от меня отгородился.

— Это я посоветовала ему, — призналась Изра. — Я знала о пророчестве и сомневалась в том, что увидела. Но, похоже, даже если бы он захотел, он бы не смог держаться от тебя подальше.

Ошеломленная, Элара погрузилась в молчание. Прошла минута, а может быть час.

— Ты знала всё это время и ничего не сказала, — хрипло произнесла она, наконец, так как во рту у неё пересохло, так сильно пересохло.

Губы Изры вытянулись в прямую линию.

— Я не смогла бы тебе рассказать, даже если бы захотела. Судьба должна свершиться так, как предписано.

— Ты наблюдала за мной всю эту неделю.

— За тем адом, в который ты сама себя погрузила, — строго поправила её Изра. — Я говорила тебе послушаться меня.

Из Элары вырвался удивленный дрожащий смешок.

— Я даже не могу на тебя злиться. А уж тем более на него. Он переживал это вместе со мной всё это время.

Её глаза наполнились слезами.

— Я не знаю, что думать. Чему верить.

Изра нашла её руку и нежно её сжала.

— Забудь обо всём. О пророчестве. О Звёздах. Ты должна была верить только этому.

Она прижала ладонь к сердцу Элары.

— Пусть оно направит тебя, любовь моя. Оно ещё ни разу тебя не обманывало.

Элара увидела, как оранжевые предрассветные лучи упали на лицо Изры. Резко вздохнув, она встала на ноги.

— Он сказал мне, что уезжает сегодня. Что король приказал ему поехать на озеро Астра. Он даже не сказал мне, когда вернётся.

Изра обеспокоенно нахмурилась.

— Тогда иди. Сейчас же, Элара. Ты должна рассказать ему всё.

Элара снова взглянула на Изру, и слёзы счастья и одновременно печали потекли из её глаз. Она быстро обняла подругу, после чего выбежала на улицу, залитую рассветными лучами.

Она побежала прямиком во дворец, и её шаги застучали по мощеной улице. Обратив своё лицо к Свету, она заметила, как быстро он начал заливать ночное небо. В отчаянии она взмахнула рукой, и в глухом гелионском переулке появился дракон, лежащий на земле. Она запрыгнула на него и полетела быстрее, чем когда либо, в погоне за рассветом, занимавшимся на небе.

Задыхаясь, она прибыла к главному входу во дворец, в одно мгновение заставила тени исчезнуть и вбежала в ворота.

— Мадам, — остановил её стражник, но тут же замолчал, узнав её, когда она бросила на него ядовитый взгляд.

Она понеслась по дворцовым коридорам, и её шаги застучали по мраморному полу, эхом разносясь по тихим помещениям дворца. Она обогнула заспанного прислужника, который начал свой обход, и свернула на дворцовую лужайку, разделявшую два крыла. Из её руки снова вырвалась тень, и, не мешкая ни секунды, она подлетела в воздухе, приземлилась на своего дракона и ринулась в сторону балкона Энцо.

Почувствовав боль в боку, она сжала зубы и спрыгнула на террасу балкона. На ручке двери, оказавшейся перед ней, была вырезана голова ревущего льва, которая выдавалась вперёд, словно живая. Издав удивленный смешок, она надавила всем своим весом на дверь, и пошатнулась, когда та открылась.

— Энцо! — воскликнула она, задыхаясь и вбегая внутрь. — Энцо, ты был прав насчёт всего. Я...

Кровать перед ней оказалась пуста. Чёрное постельное белье на ней было аккуратно заправлено, а вокруг не было никаких признаков жизни.

Энцо уехал.

Глава 48

Элара застыла на месте, боясь сделать вдох и нарушить тишину комнаты. Её взгляд упал на кровать. Она была сделана из золота и утоплена в чёрный мраморный пол. Это была кровать из того сна, который приснился ей в первую ночь её пребывания здесь, и в котором она увидела саму себя.

Неожиданно в комнате раздался резкий звук, пронзивший её уши. И только опустившись на пол, она поняла, что это был её собственный крик. Из неё вырвался скорбный вой, который сменился рыданиями, которые начали сотрясать её тело.

Снова.

И снова.

Она сидела на полу, чувствуя прикосновение холодного мрамора к своим обнажённым коленям.

"Идиотка. Трусливая, никчемная идиотка", — зашипела она на саму себя.

Она так и не воспользовалась возможностью быть счастливой, быть влюблённой и быть любимой. Кто знает, что должно было произойти завтра, а она потратила столько времени на пророчество и жестокие слова, сказанные тираном.

Рыдания не переставали сотрясать её тело. Боль была такой сильной, что ей было необходимо подняться. Покинуть эту комнату, в воздухе которой всё ещё витал запах тёплой амбры, его запах.

Шатаясь, она подошла к двери и нащупала ручку, так как её глаза заволокло слезами, после чего вышла из комнаты. Она вслепую дошла до своей комнаты, где кое-как натянула платье, достала из-под подушки лезвие из сумеречного стекла и дрожащими руками прикрепила его к бедру вместе со своим кинжалом. Проверив, что они были надёжно закреплены, она ещё раз оглядела комнату и вышла.

У неё не было никакого плана. Она не знала, куда идёт, но она знала, что должна найти Энцо. Её сандалии глухо застучали по гелионским мостовым, но она даже не понимала, куда идёт. Наконец, она оказалась перед его мастерской, на маленькой чистой площади, где было тихо этим ранним утром. Она замешкалась у двери, словно только сейчас начала понимать, где находится. А затем, проглотив рыдания, она, наконец, отворила дверь.

Она нашла мастерскую в том же состоянии, в каком они оставили её в тот день, когда создали сумеречное стекло несколько недель назад. Её книги были рассыпаны по мягкому дивану, инструменты Энцо остались лежать на рабочем столе. На небольшом столике на садовой террасе стоял графин с водой. Это место хранило все самые безмятежные моменты и чистые воспоминания. Её душу тянуло сюда — это был её дом. Она подошла к рабочему столу и провела рукой по инструментам. Печальная улыбка появилась на её лице, когда она вспомнила, как Энцо пытался накормить её ванильной выпечкой на этом самом месте.

Она развернулась, и её взгляд упал на кусок ткани, заляпанный краской, мелом и мелкой пылью. Таинственная работа Энцо. Она снова улыбнулась, провела рукой по материалу и откинула ткань.

Из неё вырвался резкий вдох.

На огромном камне высотой с Элару был вырезан балкон. На нём распускались розы, выполненные в таких мельчайших подробностях, что ей показалось, что она может почувствовать их запах. Элара не смогла удержаться и коснулась их. Они казались такими реальными и живыми. Её руки стали двигаться в сторону фигуры женщины в натуральную величину, которая была высечена в камне.

Она провела по очертаниям её тела, которые скрывало свободное платье. Длинные кудрявые волосы струились вниз, свисая с балкона. А когда Элара подняла глаза, миновав шею прекрасной статуи, а затем острый подбородок и полные губы, то поняла, что смотрит на саму себя.

Её дрожащие губы тронула улыбка, а глаза наполнились слезами, когда она заглянула в свои собственные глаза, запечатленные в камне, которые были такими живыми и наполненными триумфом.

И это создал Энцо. Он вложил в камень столько любви. По отношению к ней.

В шоке и благоговении, она молча уставилась на это произведение искусства. Каждая линия была выведена с такой тщательностью, что Элара сразу же узнала момент, который запечатлел Энцо. Она вспомнила, как впервые высвободила свою магию, и как они летели на драконе, и тот восторг, что она испытала, когда заставила дракона перенести Энцо в его комнату, перегнувшись через балкон. Именно этот момент он и запечатлел. Его великолепие, красоту и силу.

— Элара, — выдохнул кто-то у неё за спиной.

Она развернулась с колотящимся сердцем.

— Энцо, — задыхаясь проговорила она. — Я думала, что ты уехал.

— Я пытался, но не смог, — хрипло проговорил он срывающимся голосом. — Я никогда, мать его, не смогу уехать от тебя.

Она сделала шаг в его сторону.

— Это я. Скульптура.

Слёзы потекли из её глаз, когда она взглянула на него, стоящего у двери, сжимающего и разжимающего кулаки. Он проследил за ней, хотя сам не сдвинулся с места.

—Тот день, когда мы спрыгнули со скалы.

Он кивнул один раз.

— Я чувствую то же, что почувствовала при виде фонтана в саду.

Она полностью развернулась к нему так, что теперь её мраморное изображение возвышалось за её спиной.

— Я...

Он стиснул зубы, сглотнул, а затем задвигал челюстью из стороны в сторону, словно раздумывал, стоит ли ему продолжать. А затем он закрыл глаза, и его лицо приняло решительное выражение.

— Я знал уже тогда.

— О чём знал? — спросила она почти шепотом.

— Что я влюблён в тебя.

Сердце Элары остановилось. Наступила тишина, такая оглушительная, что можно было бы услышать звон булавки, упавшей на пол. Элара приоткрыла рот, но он поднял руку.

— Элара, я влюблён в тебя. И это так мучительно. Это и был мой секрет, моя плата Эли. Я рассказал ему, что начал влюбляться в девушку, которая никогда не сможет полюбить меня в ответ.

Элара сделала шаг вперёд, слёзы потекли по её щекам. Энцо отыскал глазами её глаза, и посмотрел в них безумным взглядом.

— Я полюбил тебя в тот самый момент, когда мы летели в небе, и когда ты повернулась ко мне и улыбнулась той улыбкой. Я пытался всё прекратить, пытался оттолкнуть тебя, но не смог.

— Энцо...

— Нет, Эл.

Это было похоже на то, как если бы прорвалась плотина, и слова потоком потекли из него.

— Мне надо, чтобы ты поняла. Ты сказала, что мы можем быть только друзьями, и я был готов на это согласиться. Я понял это в ту ночь, — хрипло проговорил он, прислонившись к дверному проему.

— Я был готов согласиться на крошки с твоего стола. Был готов наслаждаться тобой урывками, даже несмотря на то, что мне хотелось утонуть в тебе. Лишь бы быть с тобой рядом.

Тело Элары содрогалось от каждого слова, которым он ласкал её. Между ними растянулась тишина. Энцо начал нервно перебирать руками, мускул на его челюсти пульсировал. Она посмотрела на него, и самые разные ответы были готовы сорваться с её губ. Но были всего три слова, которые ей хотелось произнести.

— Утони во мне.

Его голова резко поднялась, все мышцы напряглись. Их взгляды коснулись друг друга. Он испустил дрожащий вздох, а затем за два шага преодолел расстояние между ними и запустил руки ей в волосы.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она ему в губы. — Думаю, я начала влюбляться в тебя в тот самый момент, когда мы встретились. Тебя было так легко полюбить. Твою силу, страсть, твоё прекрасное сердце льва.

Она положила руку ему на грудь, где неровно билось его сердце.

— Мне кажется, что я ждала тебя всю свою жизнь, — тихо проговорила она.

Улыбка, которой он ответил на её слова, была самой прекрасной вещью, которую она когда-либо видела. Даже более красивой, чем то мраморное сокровище, которое он создал. Свет начал исходить от него, когда он коснулся губами её губ. Она прижалась к нему, и из неё вырвался стон, а её тени окутали его. Он крепко прижал её к себе, отчего она испытала восхитительную боль. Она запустила руки в его кудри и потянула за них, наклонив его голову так, чтобы ей было удобно его поцеловать. Он издал низкий рык, а его руки начали блуждать по её телу, словно он не знал, с чего ему начать теперь, когда она принадлежала ему. Он приподнял её, а она обхватила его ногами, позволив ему усадить себя на стол. Он на секунду оторвался от её губ и смёл со стола свои инструменты. Она оглядела его, охваченная желанием.

На него упал Свет и позолотил черты его лица так, словно он был избранным. Шероховатыми пальцами он приподнял её платье, и она вдруг осознала, что уже намокла. Наклонив её голову вбок, он прошёлся языком по её шее.

— Я представлял тебя, лежащей на этом столе, с того самого момента, как ты вошла в мастерскую, — проговорил он. — Моя муза. Ты только посмотри, какая ты чертовски красивая.

Она застонала от его слов, а он отклонился назад, чтобы рассмотреть её. Её волосы рассыпались по столу, губы припухли, а платье собралось вокруг неё. Он тут же переместил руку выше, а другой рукой начал расстегивать пряжку ремня, после чего притянул её к себе.

— Я ходила к Изре, — выдохнула она, выгнув шею и отчаянно желая получить от него ещё больше.

Он начал медленно целовать её, и от сладких движений его языка, её начали прожигать огненные вспышки.

— Неужели, принцесса? — проговорил он рядом с её шеей и замер. — Уверен, она рассказал тебе что-то очень интересное.

Элара осторожно откинулась назад, и в её серебряных глазах сверкнуло пламя.

— Она рассказала мне всё. О том ритуале, когда кто-то отдаёт кому-то свою корону. И что это значит.

Энцо остановился. Её охватила паника, и она начала сомневаться в том, что ей следовало об этом упоминать. Но затем, не отводя от неё взгляда, Энцо медленно опустился перед ней на колени, и его грудь оказалась теперь на уровне её бёдер. Он обхватил рабочий стол руками, по обе стороны от неё.

— В ту ночь, когда я отдал тебе корону, меня грубо прервали.

Он потянулся рукой к короне на голове.

— Насколько я помню, я чётко выразил желание попробовать тебя на вкус в тот момент, когда она будет на тебе.

Её губы приподнялись в улыбке, когда он снова надел на неё корону. Прохладное золото коснулось её головы. Глухая пульсация начала отдаваться внизу её живота, когда он подхватил её ноги руками, коснувшись сквозь платье её нежной плоти. А затем он снова взглянул на неё.

— Что-то подсказывает мне, что тебе нравится, когда я стою перед тобой на коленях.

— Я никогда не видела ничего более привлекательного, — промурлыкала Элара.

— Может быть, я должен сделать тебя не королевой, а богиней; тогда я смогу поклоняться тебе, как полагается.

Его улыбка сделалась кошачьей, когда он задрал ей платье до самого пояса. После купален она не успела надеть нижнее бельё, и почувствовала, как прохладный воздух заиграл на её коже. Она содрогнулась.

— Да, — выдохнул он. — Я решил, что буду молиться тебе с помощью своего языка.

Её нога мягко приземлилась ему на грудь, оттолкнув его назад. Он недоуменно посмотрел на её ногу, а затем его взгляд наполнило желание, когда он снова посмотрел на неё. Его глаза с вызовом засияли.

— Умоляй меня.

Он тихонько рассмеялся, закусив губу, а Элара улыбнулась.

— О, а ты коварная.

— Всего лишь играю в твою игру.

Энцо застонал, и его глаза метнулись в сторону её промежности, которая была теперь на виду, так как её нога была приподнята.

— Пожалуйста, — выдохнул он.

— Что "пожалуйста"? — промурлыкала она.

— Пожалуйста, Элара, позволь мне попробовать тебя на вкус.

Его глаза загорелись, когда он посмотрел на неё. Она закусила губу, схватилась за платье двумя руками, после чего сняла его через голову и бросила на пол. Энцо начал осматривать её обнажённое тело, наслаждаясь каждым сантиметром, вкушая каждый изгиб. Его взгляд был таким чувственным, что оставлял за собой огненный след.

Она заставила себя посмотреть ему в глаза и раздвинула ноги.

— Возьми то, что тебе принадлежит, принц, — выдохнула она, и Энцо не стал медлить.

Его язык тут же погрузился в неё, с силой прижавшись к её промежности. Она ахнула и сжала край столешницы, когда волны удовольствия прокатились по её венам. Она запустила руки в его густые кудри, подалась вперёд и начала двигаться, ощутив настоящий экстаз от его прикосновения к её плоти. Звук, который оказался ей совершенно незнаком, вырвался из неё, когда он начал медленно водить языком круговыми движениями.

— На вкус ты именно такая, как я представлял, — прорычал он, а затем закончил свою мысль медленным дразнящим поцелуем. — Как вишни, подогретые на свету. Такая чертовски сладкая.

Он застонал, и его голова снова опустилась, а руки, сомкнувшись на её бёдрах, начали придвигать её всё ближе и ближе так, чтобы он мог проникнуть в неё ещё глубже. Она никогда не чувствовала подобного удовольствия. Она была божеством в его руках. А его губы — неистовая молитва на её теле, полная благоговения и обожания. Элара выгнула спину, её голова откинулась назад в экстазе, а с губ сорвался стон.

— Я знаю, принцесса, — проговорил он.— Я знаю.

Его язык танцевал и дразнил, после чего поглотил её всю. А затем он начал двигаться в противоположном направлении, и золотые волны с такой силой окатили Элару, что её тело засияло. Она чувствовала, что тонет и одновременно летит. И всё вокруг свелось к одному этому моменту, когда он стоял на коленях, преклоняясь перед ней. И в тот момент, когда она уже решила, что не смогла бы взлететь ещё выше, она почувствовала, как Энцо медленно погрузил в неё палец.

— Боги, Энцо, — выдохнула она, когда он заполнил её.

— Моё имя на твоих губах в тот момент, когда я нахожусь внутри тебя, вероятно, мой самый любимый звук в мире, — сказал он низким голосом, от которого её промежность завибрировала.

Она содрогнулась и сдвинулась, пытаясь создать подобие фрикции и утолить то желание, что нарастало у неё внутри. Но Энцо остановил свой палец и, не сводя с неё глаз, продолжил облизывать и посасывать её.

— Произнеси его ещё раз, — хрипло сказал он.

— Лорэнцо, — простонала она.

Испустив вздох, он погрузил в неё ещё один палец, и, улыбнувшись ей львиной улыбкой, загнул оба пальца и начал безумно медленно двигать ими туда-сюда и снова провёл по ней языком. От этого сочетания она оказалась почти на самом краю, и почувствовала, что вот-вот кончит благодаря его настойчивым движениям пальцами, которые повелевали ей.

— Как ты там сказала? Ты никогда не чувствовала раньше ничего подобного?

Он начал медленно посасывать её, заставив её дернуться.

— Ах да, — сказал он, ухмыльнувшись. — Огонь.

К полному удивлению Элары, она почувствовала, как тёплое пламя начало облизывать её в то время, как Энцо прижал к её плоти весь свой язык, на котором заплясал огонёк, и красные и оранжевые искры начали описывать на ней круги. Это было приятное тепло, от которого всё её тело покрылось мурашками.

У неё зашумело в ушах, а язык и пламя Энцо продолжили ласкать её, пульсируя и мерцая.

— Энцо, я сейчас кончу, — выдохнула она, начав извиваться всем телом.

Он оторвал от неё свои губы.

— Нет, не сейчас.

Он достал из неё свои пальцы, и она ахнула, почувствовав пустоту внутри. У неё перехватило дыхание из-за того, что всё так неожиданно закончилось, хотя она была так близка. Энцо провёл языком по губам, покрытым ею. А затем он лениво провёл большим пальцем меж её ног, снова заставив её дернуться.

Она не могла вымолвить ни слова. Её зрачки расширились, и теперь её глаза казались практически чёрными. Его глаза были полны желания, когда он посмотрел на неё, тяжело дыша и всё ещё стоя на коленях.

— Скажи мне, чего ты хочешь, Элара, — тихо сказал он, и вместо хищнического золотого блеска в его глазах появилось что-то глубокое, сродни мольбе.

— Тебя... Тебя и только тебя, — прошептала она.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. А когда открыл их, вокруг его зрачков остались лишь тонкие золотые колечки. Не говоря ни слова, он приподнял её так, что ей пришлось обхватить его ногами за талию. Он страстно её поцеловал, и, почувствовав себя на его губах, Элара снова содрогнулась от удовольствия.

Он нежно опустил её на пол, на белые полотнища, разложенные по всей мастерской для сбора мраморной и гипсовой пыли. Золотой Свет струился сквозь широкие окна, отражаясь от скульптур и бюстов, которые их окружали. Элара осторожно сняла корону со своей головы и положила её рядом с собой. Развернувшись, она провела пальцами по огромному бюсту, который стоял рядом с ней на полу, и коснулась большим пальцем губ статуи. Рассветные лучи заиграли на её обнажённом теле, когда она снова посмотрела на Энцо. Он замер, а она выгнула спину, вытянула руки над головой и закрыла глаза, наслаждаясь теплом.

— Я собираюсь запечатлеть в камне то, как ты сейчас выглядишь, — выдохнул он и снял рубашку через голову.

Его мышцы напряглись, когда он склонился над Эларой, поставив руки по обе стороны от неё.

— Ты такая... такая красивая.

Он пропустил прядь её волос между пальцами, а она улыбнулась ему. Свет теперь танцевал и на нём тоже, а его золотые лучи отражались от бронзовой кожи Энцо.

— После этого ничто уже не будет как прежде. Ты ведь это понимаешь?

— Всё давно уже не так, как прежде, — прошептала Элара. — И всё равно я выбираю тебя.

— Чёрт, Элара, — выдохнул он. — Ты не представляешь, что ты со мной делаешь, говоря эти слова. Я хочу, чтобы ты увидела это своими глазами.

И сказав это, он медленно расстегнул штаны и позволил им спуститься вниз, высвободив свой твёрдый член. Элара перестала дышать. Она почувствовала глухую пульсацию внутри себя, увидев, каким он был большим и толстым.

— В Афродее, когда ты оседлала меня, мне потребовалось всё моё самообладание, чтобы не трахнуть тебя прямо там, на троне, на виду у всех.

Он лениво ей улыбнулся.

— Хотя, я думаю, что ты была бы не против.

Элара закрыла глаза, услышав его порочные слова и позволив им воспламенить её.

— Думаю, ты слишком хорошо меня знаешь, — выдохнула она, а он мрачно усмехнулся.

Когда она открыла глаза, его взгляд был прикован к ней.

— Раздвинь для меня свои ноги, принцесса.

Он села и, не сводя с него глаз, откинулась на руках, точно зная, чего она хочет и что она собиралась сделать, невзирая на обстоятельства. Глядя на него решительным взглядом и приподняв подбородок, она сделала, как он сказал. Она заметила, как он дёрнулся, и закусила губу, не веря тому, что она смогла вызвать у него такую реакцию, даже не касаясь его. Он зашипел, стиснув зубы, и медленно опустил глаза на её губы, груди и далее до самого низа, неторопливо наслаждаясь зрелищем, в котором ему так долго отказывали.

— Ляг на спину, — проговорил он.

Она опустилась на ткань, а он наклонился вперёд, зафиксировал руки у неё над головой одной рукой, а другой рукой начал выводить узоры на её бёдрах, недалеко от того места, которое изнывало от желания.

— Пожалуйста, — почти взмолилась она.

Уголок его губ приподнялся.

— Неужели принцесса наконец-то научилась хорошим манерам?

Он погрузил в неё один палец, а затем облизал и слегка прикусил её шею. А далее проложил дорожку из поцелуев до её груди, где начал водить языком вокруг соска, чем заставил её выгнуть спину.

— Ты такая мокрая, — простонал он ей в ухо, продолжая работать пальцем и переплетя свои пальцы с её пальцами у неё над головой.

Элара не могла больше вымолвить ни слова. У неё в голове не осталось ни одной связной мысли, кроме того, что она хотела ещё и ещё. Она попыталась погрузить его палец ещё глубже.

— Терпение это важная добродетель, Элара, — снова прошептал он рядом с ее кожей.

— А твои издевательства следовало бы признать грехом, Лорэнцо, — задыхаясь парировала она.

Он тихонько рассмеялся и медленно вынул из неё пальцы. Удобно расположившись над ней, он уперся своими мускулистыми руками в пол по обе стороны от неё.

Он, неотрывно, смотрел на неё. Его кожа слегка сияла. Он выглядел сейчас таким красивым, что её глаза невольно наполнились слезами. Она почувствовала, как его твёрдый член коснулся её живота, и начала тереться об него бёдрами. Он замер, нежно провёл большим пальцем по её виску, щеке, раскрыл им её губы, а затем вгляделся в её глаза в поисках знака, и когда нашел его, прижался лбом к её лбу и медленно вошёл в неё.

Элара вскрикнула, а он поймал этот звук своим языком, словно хотел почувствовать на вкус её удовольствие, которое танцевало между ними. Он настолько заполнил её, что она не могла больше ни о чём думать, не могла сдвинуться, но он всё продолжал входить в неё до тех пор, пока ей не начало казаться, что она уже не в силах принять его всего.

— Не знаю, смогу ли я... — прошептала она.

— Сможешь, — выдохнул Энцо, продолжая входить в неё. — У тебя отлично получается. Прими его полностью ради меня.

Удовольствие снова наполнило её после его похвалы, и она почувствовала, что расслабляется. И когда он вошёл в неё до самого основания, она ахнула.

Она никогда не чувствовала ничего подобного, а уж тем более с Лукасом. Не чувствовала такой наполненности, принадлежности, такого мощного желания и удовольствия как сейчас, когда Энцо соединился с ней.

— Чёрт, — простонал он, глядя на то место, где они соединялись. — Ты была создана для меня, — сказал он, не веря самому себе.

— Я не знала, что это может быть настолько приятно, — задыхаясь, произнесла она.

Она начала тереться об него, с нетерпением ожидая начала фрикций. А он молча наблюдал за ней.

— Боги, — простонал он, откинув голову назад и сделав глубокий вдох. — Ты идеальна.

Он начал двигаться вместе с ней, подстроившись под её ритм. Сначала медленно, чтобы она могла привыкнуть к нему. Слега отстранившись, он обхватил её грудь ладонью и ущипнул затвердевший сосок. Другую руку он спустил ниже к её промежности и коснулся чувствительной точки. Она застонала, когда волна удовольствия прокатилась по всему её телу, так как теперь она чувствовала его и внутри, и снаружи. Она начала тереться об него ещё сильнее, желая большего. Он чертыхнулся и замер.

Элара остановилась и посмотрела на него.

— Ты в порядке? Всё хорошо?

Энцо тихонько рассмеялся.

— Мне кажется, что я в раю. И если ты продолжишь в том же духе, я кончу раньше тебя. А это совсем не то, что я видел в своих фантазиях.

Её охватил лёгкий трепет.

— Как часто ты представлял меня в этой позе? — спросила она томным голосом.

— Каждую, мать его, ночь.

Элара замедлилась, и он снова выругался. Их тела идеально совпадали, и приятное ощущение нарастающей энергии и сильное желание охватили её. Она снова начала двигать бёдрами и тяжело дышать, глядя на него дикими глазами, а он, словно никуда не торопясь, двигался мучительно медленно.

— Я должен кое-что тебе сказать, — хрипло проговорил он, сжав её волосы в своих руках и глядя на неё горящими глазами. — В ту ночь, когда ты попала в пространство моего сна, ты сказала... что я могу сделать из него всё, что захочу. Сделать его домом. С тех пор, им стала ты. Ты и я в этой мастерской. Именно это снилось мне каждую ночь. Потому что ты мой дом, Элара.

Глаза Элары начали слезиться из-за переполнивших её эмоций. Из-за того подарка, который он ей преподнёс. Он продолжил медленно двигаться внутри неё, и это было роскошно.

— У меня точно такое же пространство сна, — удивленно прошептала она ему в шею, почувствовав, как он сжал её ещё сильнее. — Изра всё мне рассказала. Что наши души связаны.

Глаза Энцо загорелись, когда он услышал её признание.

— В этом мире очень мало вещей, в которых я уверена. Но я точно знаю, что ты — моя половина.

Она приблизила к нему своё лицо и страстно его поцеловала.

— Я люблю тебя, — выдохнула она. — И буду любить до последнего вдоха.

Энцо прижал её к себе, и продолжил двигаться одновременно с ней. Он поцеловал её в шею, губы, коснулся языка, попробовав на вкус слова, которые она ему подарила.

— Люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя

После этих слов она потеряла всякое самообладание, желание накрыло её, точно врезавшаяся в берег волна, и она кончила, сжавшись вокруг него. Увидев, как она потеряла контроль над собой, он начал кончать вместе с ней, снова и снова. Их тела, продолжая врезаться друг в друга, начали содрогаться в экстазе, в то время как он, не переставая, произносил её имя: "Элара. Элара".

Глава 43

Женщины понеслись по дворцу так быстро, что Элара едва успевала разглядывать его великолепное праздничное убранство — повсюду блестело золото. Они пробежали по коридору, увешанному свечами в честь Звезды Леона и Света.

Как только за ними закрылись двери её комнаты, Элара воскликнула с едва скрываемым воодушевлением, снимая с себя неудобное платье.

— Мер, Изра, мы поцеловались.

— Что?! — взвизгнула Мерисса. — Расскажи мне всё.

— Я в шоке, — произнесла Изра бесстрастным тоном, после чего опустилась на кровать Элары и ухмыльнулась.

Элара одарила её ядовитой улыбкой и села за туалетный столик.

Мерисса фыркнула.

— Никакого корсета сегодня, — хитро сказала она, взглянув на затянутый корсет, который Элара не успела снять.

— Мы тоже их сегодня не наденем, — сказала Изра, улыбнувшись и посмотрев на свои ногти. — Когда в Гелиосе празднуют День Света, некоторые бунтари также чтут Тьму. Всего лишь раз в году, на летнее солнцестояние, мы позволяем себе предаться её порокам. Поэтому, как только часы пробьют полночь, все ограничения будут сняты.

Мерисса чуть ли не вприпрыжку подошла к гардеробу Элары.

— Неужели ты думала, что я не выберу для тебя идеальное платье?

— Ты это серьёзно?

Элара округлила глаза и развернулась на стуле.

— Ну, конечно же, она это серьёзно, — Изра широко улыбнулась. — И должна заметить, — добавила она, — ты будешь выглядеть в нём очень аппетитно.

— Но для начала, — сказала Мерисса, взмахнув рукой, и приподняв волосы Элары. — Пара деталей.

Элара улыбнулась и просияла, вспомнив про то, что случилось в облаках.

— Всё это развивалось в течение достаточно продолжительного времени, — призналась она.

— Да неужели, — ответила Изра, одарив её насмешливым взглядом. — Ты вообще представляешь, как долго я терпела ваши томные взгляды и случайные касания рук? Это меня убивало.

— Полностью согласна, — пробормотала Мерисса, потянув Элару за волосы.

Элара рассмеялась.

— Мне казалось... что я просто существовала, а часть меня как будто отсутствовала. После нашего первого поцелуя в Астерии и всего того, что произошло после, он сказал, что хотел сделать наш следующий поцелуй особенным.

Мерисса мечтательно вздохнула и принялась красить ей губы.

— Думаешь, это произойдёт сегодня?

— Мер выбрала слишком деликатную формулировку. Вы собираетесь уже наконец-то потрахаться?

Элара фыркнула.

— Боги, я бы этого хотела. Она такой...

Она застонала для пущего эффекта, и Мерисса одарила её коварной улыбкой.

— Ни в коем случае не говори ему о том, что я тебе сейчас скажу, но этот мужчина определённо знает, как удовлетворить женщину. По нему это видно. Я дочь Звезды похоти, я-то знаю.

Элару охватил жар.

— Боги, Мерисса. Пожалуйста, не говори ему об этом. Нет необходимости ещё больше повышать его самооценку, — простонала Изра, поднявшись с кровати и направившись к шкафу Элары, чтобы осмотреть платья.

— Кстати, Мерисса, раз уж ты напомнила. У тебя больше нет секретов, которыми ты желала бы с нами поделиться?

Элара приподняла бровь и посмотрела в отражение зеркала на Мериссу, которая разгладила её густые волосы и собрала их на голове.

— Клянусь, что это всё, — ответила Мерисса, и её щёки слегка покраснели. — Я чувствую себя теперь так легко, словно с моих плеч свалился груз. Больше мне не нужно это скрывать.

— Так значит, Лиас твой брат, — сказала Изра, ухмыльнувшись. — Я слышала историю о том, как одна девушка в буквальном смысле упала в обморок, когда он прошёл мимо неё. На неё слишком сильно подействовала его магия.

— София однажды рассказывала мне историю о том, как какой-то мужчина из Конкордии сбросился со скалы, потому что Лиас не ответил на его чувства, — вставила Элара.

Мерисса закатила глаза.

— Я с ним не общаюсь. Я едва ли общаюсь с собственной матерью. Как вы понимаете, она далеко не самая заботливая женщина.

— А как ты оказалась здесь? — спросила Элара.

— Пока я росла, я отказывалась от всего, что предлагала мне мать. Я не знала своего отца, потому что Торра с ним не общалась. В общем, я выросла на улицах Афродеи. Конечно, мне предоставлялась защита, если она была мне необходима. Но мне приходилось добиваться всего самой. Сначала я мыла посуду у одного лорда в Афродее. Затем я нанялась швеей к герцогине в Гелиосе. И, в итоге, во дворце освободилось место прислужницы. Это было именно то, чего я желала. Я хотела обеспечивать себя и жить в безопасном месте, которое я могла бы назвать домом. И я хотела сама выбрать для себя семью.

Глаза Мериссы заблестели, когда она посмотрела на Элару и Изру.

— И я нашла её среди вас.

— Мерисса, — Изра выпятила нижнюю губу, после чего заключила её в объятия.

— Мои волосы, — проворчала Элара, присоединившись к ним.

Мерисса отогнала Изру и проверила, не испортилась ли прическа Элары.

— Что такое? — спросила Мерисса, заметив, что глаза Элары заблестели.

— Просто мне жаль, что София не увидит этого. Вы обе очень бы ей понравились.

Она заставила себя отогнать слёзы и подняла глаза на потолок.

— Особенно Изра, — сказала она, рассмеявшись.

Глаза Изры удивлённо сверкнули.

— Она с тобой, Эл. Она всегда с тобой.

— Ну, хватит, — пожурила их Мерисса, громко шмыгнув носом. — Или я никогда не закончу с твоим макияжем, и мы всё пропустим.

Изра снова вернулась к гардеробу, после чего исчезла за ширмой с чем-то оранжевым. Мерисса взмахнула руками перед Эларой несколько раз, после чего хлопнула в ладоши.

— Всё готово. Твоё платье висит вон там.

Мерисса указала на платье и помогла ей встать. Когда она взмахнула руками, завязки на корсете Элары ослабли, после чего Мерисса села на стул вместо Элары, приготовившись прихорашиваться.

Элара подошла к платью и коснулась ткани, висевшей на двери гардероба. Темно-зелёный шёлк скользнул между её пальцами. Она взяла платье и проследовала в сторону ванной, где собиралась переодеться.

— И запомни, никакого нижнего белья, — крикнула ей вслед Мерисса.

Рассмеявшись, Элара сняла с себя нижнее белье и натянула через голову платье. Прохладный материал коснулся голой кожи, заставив её вздрогнуть. Она повернулась к ближайшему к ней зеркалу и ахнула.

Элара едва себя узнала. Она никогда не надевала ничего подобного раньше. Ткань изумрудного цвета струилась по её ногам и собиралась внизу, точно расплавленная лава. Разрез был таким высоким, что в нём можно было увидеть округлость её бёдра и длинную загорелую ногу. Две тонкие бретельки украшали её плечи, а вырез был невероятно эффектным. Мерисса собрала её чёрные волосы в высокий хвост, конец которого доходил ей до пояса, и закрепила его золотой манжетой у самого основания. С такой прической её лицо было полностью открытым, что подчеркивало её острые скулы, кошачьи глаза, поведённые чёрным и сочные губы, приглашавшие к поцелую и сверкавшие, точно бриллианты.

— Мерисса, — прошептала она, поражённо глядя на своё отражение. — Благодаря тебе, я теперь могу соблазнить саму себя.

Раздался взрыв смеха.

— Покажи-покажи, — возбуждённо проговорила Мерисса.

В последний раз взглянув на своё отражение, от которого исходило тёмное соблазнительное очарование, Элара вернулась в комнату. Мерисса раскрыла рот.

— Эл... кажется, ты начинаешь меня соблазнять.

— Чёрт, — проговорила Изра, выходя из-за ширмы. — Как аппетитно.

— Кто бы говорил, — сказала Элара, восхищённо оглядев Изру.

Провидица выбрала для себя великолепное оранжевое платье, которое было до неприличия прозрачное, и через которое можно было разглядеть её округлые формы. Мерисса встала, усадила Изру на стул и принялась колдовать над ней.

— Ты уверена, что не хочешь пойти со мной на праздник? Я гораздо красивее Энцо, — сказала Изра и усмехнулась своему отражению в зеркале.

Элара рассмеялась... и это было так здорово. Она была на седьмом небе от счастья после Афродеи, и теперь в окружении своих сестёр и мужчины, которого она... она резко прервала свои размышления. Нет. Сегодня она не собиралась об этом думать. В глубине души она осознавала, что это чувство эйфории было осознанием того, что если бы всё пошло по плану, ей вскоре пришлось бы уехать в своё королевство, оставив далеко позади Гелиос и Энцо. Вероятно, всё это было к лучшему. Так они смогли бы избежать той сердечной боли, которая ожидала их после того, как пророчество исполнится. Она сглотнула, пообещав себе насладиться этой ночью несмотря на то, что мысль о пророчестве продолжала беспокоить её.

По широким коридорам дворца понеслась музыка и проникла в комнату. Глубокие и насыщенные басы возвестили о том, что официальная часть закончилась, и гости перешили к греховным наслаждениям.

Мерисса посмотрела на Элару с дьявольской улыбкой.

— Началось, — прошептала она. — Но, как это сейчас модно, мы собираемся опоздать. Доверься мне, — она взмахнула помадой. — Таков наш план.

***

Элара допила третью стопку обжигающего ликёра и сморщилась, почувствовав дымно-коричный вкус алкоголя, который Изра нашла на опустевшей кухне.

— Святой Лион, — воскликнула Изра, широко улыбнувшись. — Мы так редко проводим время только втроём.

Элара кивнула, и приятное тепло алкоголя наполнило её тело.

— Давайте останемся здесь, — пошутила она, обратившись к Мериссе, которая заканчивала прихорашиваться перед зеркалом.

— Поверь мне, Эл, ты точно захочешь оказаться сегодня на коленях у Энцо, а не у меня.

— Что такого особенного в этой ночи? — проговорила Элара, произнеся свои мысли вслух.

— Сложно объяснить, — Мерисса отложила помаду и сжала свои груди, посмотрев в зеркало. — Солнцестояние это событие, заряженное магией. И это самый главный праздник в Гелиосе. К вечеру всех охватывают животные инстинкты.

Она взглянула на Элару.

— Все твои переживания и заботы как будто исчезают, и их сменяет голод, который таится глубоко внутри тебя.

Она подошла к Эларе, раскачивая бёдрами в своём облегающем красном платье.

— Ты отдаёшься своим желаниям, — проговорила Изра, сидевшая рядом с ней на кровати. Заставив Элару подняться, она добавила: — Только... запомни, — она скорчила гримасу. — От твоего вида... Энцо, вероятно, превратится во льва, о котором по миру ходит столько слухов.

Мерисса начала качать головой в такт музыке.

— Пора присоединиться к веселью.

Подмигнув Эларе, она повела её к двери.

— Я пойду первая.

— Подожди, — начала Элара. — Я хочу, чтобы мы пошли вместе.

Изра широко улыбнулась.

— Мне нравится твой подход. Тройная угроза. Боги помогите им всем.

Она встала слева от Элары, взяла её под руку и снова передала ей бутылку.

— К чёрту, — пробормотала Элара и сделала ещё один глоток.

Мерисса встала от неё справа, взяла её под другую руку и сделала большой глоток из бутылки.

— Готовы? — спросила Элара.

Женщины кивнули и вышли из комнаты.

Сердце Элары забилось от предвкушения, когда она под руку с Изрой и Мериссой пошла по коридору. Высоко подняв подбородок, она остановилась наверху главной лестницы и оглядела сцену внизу. Женщины во всевозможных платьях кружились под чувственные звуки музыки. Элара заметила двух женщин у стены. Одна из них страстно целовала другую в шею.

Ещё одна женщина обхватила мускулистого солдата ногами за пояс, платье задралось на её бедрах. Элара почувствовала огонь внутри себя. Она словно слилась с энергией, заполнившей помещение, и ей не терпелось ощутить то же удовольствие. Она повернулась к Мериссе, глаза которой сделались практически чёрными, а затем к Изре, которая бесстрастным взглядом рассматривала сцену внизу со смесью воодушевления и желания. Они начали медленно спускаться по центральной лестнице, с удовлетворением заметив, как в их сторону начали поворачиваться головы. Люди, раскрыв рот, смотрели на троицу, от которой исходило столько силы. Взгляды высоких солдат и придворных были прикованы к вырезу Элары, округлостям Изры и почти прозрачному платью Мериссы. Красивая женщина с огненно-рыжими волосами в одном лишь бюстгальтере и юбке облизала губы при виде Элары. Симпатичный солдат с обнажённым торсом, на котором перекатывались мускулы, подошёл к Изре и предложил ей свою руку.

— Отойди, — сердито сказала она и, танцуя, пошла от него прочь.

Элара подавила смешок.

Она услышала, как музыка зазвучала громче, проникла глубоко внутрь неё и начала пульсировать во всём её теле. Это только добавило ей воодушевления, которое охватило её при мысли о том, что Энцо ждал её за дверью. Мерисса рассказала ей, что настоящее распутство начиналось дальше, где, по её словам, приглушённо горели факелы, а музыка играла в медленном дразнящем темпе.

Стражник у двери раскрыл рот, но затем откашлялся и сказал:

— Входите, дамы.

Двери распахнулись.

Энцо сидел, развалившись на троне. Он снял пиджак, его рубашка была наполовину расстёгнута. Властная энергия исходила от его глаз, горящих огнём и затуманенных амброзией. На его голове, покрытой чёрными волосами, восседала корона. Он разговаривал с Лео через плечо, который выдыхал розовый дым изо рта, лениво посасывая трубку. Рядом стояла женщина с оливковой кожей, иссиня-чёрными волосами и тёмно-коричневыми глазами, которая разговаривала с ними и смеялась.

— А вот и моя пара, — проговорила Изра, не сводя глаз с красивой женщины.

— Ты не говорила мне, что с кем-то встречаешься, — прошептала Элара.

— Ничего серьёзного, — ответила она, пройдясь глазами по женщине.

Элара прищурилась, заметив Рэйну — девушку с каштановыми волосами, которую она видела в день прибытия во дворец. Та подошла к Энцо и попыталась привлечь к себе его внимание, но к большому облегчению Элары, вскоре пошла прочь, так как устала от того, что её игнорируют.

Взяв себя в руки, Элара направилась вперёд, а Мерисса и Изра пошли за ней следом. Не торопясь они прошли по длинному проходу в сторону трона, покачивая бёдрами. Элара уловила едва заметный сладковатый запах дыма, который наполнил воздух. В тени помещения она увидела извивающиеся тела. Они танцевали, тёрлись друг о друга, двигались и стонали за лёгкими занавесками, прикрывающими альковы. Всё время, пока она шла, она не сводила глаз с Энцо, желая, чтобы он посмотрел на неё.

Она заметила, как его тело замерло, словно он почувствовал её раньше, чем увидел. Его глаза метнулись в её сторону. Когда они встретились взглядами, чашка с амброзией, которую он держал в руке, упала на пол. Его глаза зажглись хищническим блеском, а губы раскрылись. Лео повернулся, чтобы понять, что заставило Энцо так разволноваться, и увидел Мериссу. Он подавился дымом, который вдыхал, и закашлялся в то время, как Мерисса продолжила идти в его сторону. Элара подавила улыбку и заметила, как ухмыляется пара Изры, восхищённо следя за ней глазами.

Элара высвободила руки, позволив женщинам направиться в сторону своих пар, и продолжила идти. Приблизившись к Энцо и остановившись в нескольких шагах от трона, она почувствовала пьянящий запах амбры, который всегда преследовал Энцо. Он выпрямился на троне, и на его челюсти задёргался мускул. Лев застыл на месте.

— Элара, — сказал он низким, едва слышным голосом, и её имя, произнесённое этим коварным ртом, вперемешку с его запахом, заставили её тело воспламениться до самого нутра.

— Принц, — промурлыкала она едва слышно.

Его челюсти сжались, и она заметила, как он стиснул рукой подлокотник, а затем наклонился вперёд.

— Ты опоздала. Я решил, что ты уснула.

— Ты скучал по мне? — проговорила она, делая шаг вперёд.

Его взгляд прошёлся вверх от подола её платья вдоль разреза. Он сдвинулся на троне и посмотрел ей в глаза, нацепив на лицо свою обычную маску очарования и спокойствия.

— Как всегда.

Он улыбнулся ей знакомой львиной улыбкой, а затем он протянул ей руку. Рукава его рубашки были закатаны, и она увидела, как натянулись мышцы на его широких предплечьях.

— Идём со мной, — скомандовал он.

— Я передумала подчиняться твоим приказам, — проговорила она, наклонившись к его уху.

Из него вырвался низкий звук, после чего он проговорил ей в ответ:

— У тебя есть пять секунд, принцесса, после чего я потеряю остатки самообладания и решу, что не против того, чтобы на нас смотрели. Пять секунд. После чего я возьму тебя прямо на этом троне.

Бабочки начали порхать внизу живота Элары. Она медленно улыбнулась ему и взяла его за руку. Энцо встал с трона и повёл её в тень. Когда Элара откинула полупрозрачную ткань, все её внутренности перевернулись от вида того, что оказалось за ней. Меховые шкуры покрывали небольшое помещение — одно из тех, что располагались вдоль стен тронного зала и появились здесь лишь на одну ночь. Там также стоял низкий диван с мягкими подушками, а пол был заставлен тарелками с едой и бутылками с амброзией. Рядом с диваном лежала большая стеклянная трубка наподобие той, что курил Лео. И, словно подчиняясь солнцестоянию, тёмная натура Элары взяла над ней верх, и она развернулась к Энцо, который шёл за ней следом. Она толкнула его на диван, а он тихо рассмеялся.

Затем она оседлала его, и он, издав стон, врезался губами в её губы. Он был так сильно разгорячен — словно у него начался жар. Его приятное тепло обдало её кожу, когда его пальцы, охваченные огнём, прошлись по её голой спине. Его язык завладел её языком, прошёлся по губам. И Элара начала тонуть в этой страсти, прекрасно осознавая, что через пару мгновений Энцо сможет полностью ей завладеть.

Он обхватил рукой хвост её волос.

— Мне нравится, — проговорил он рядом с её шеей и, чтобы придать веса своим слова, потянул её за волосы, обнажив заднюю часть её шеи.

Она тут же почувствовала, как её охватило желание. Ей отчаянно хотелось большего. Элара начала тереться об него, чувствуя, что он уже затвердел. Энцо одобрительно зарычал. Она осталась в таком положении, а он, всё ещё держа в кулаке её волосы, начал облизывать и целовать её шею, заставив всё помещение наполниться её стонами. Лениво, словно понимая, что у них есть всё время этого мира, он отпустил её и сдвинулся на диване.

— Ты выглядишь так аппетитно, — он потянулся за трубкой. — Порочно. Как же это жестоко с твоей стороны... выглядеть таким образом.

— Я с радостью побуду сегодня ночью твоим мучителем.

Он сжал её ещё крепче.

— Не желаешь? — спросил он низким голосом, предлагая ей трубку.

Её разум уже затуманился от дыма и алкоголя, но она всё равно кивнула, закусив губу.

— Афродийский дым, — сказал он.

Его глаза почернели, а вокруг зрачков остались лишь тонкие золотые кольца.

— Некоторые считают его афродизиаком. Но я не думаю, что он мне нужен, когда я рядом с тобой.

Он глубоко затянулся, не сводя с неё глаз, а она уставилась на его губы.

— Открой рот, принцесса, — сказал он, задержав дыхание, и его шершавый большой палец заставил её раскрыть губы.

А затем он наклонился к ней и вдул сладкий дым ей в рот. Она жадно его вдохнула, и сладкий, как сахарная вата, дым попал в её кровоток, заставив всё её тело воспламениться. Он напомнил ей про облака Афродеи, которые она сегодня пробовала на вкус.

Она почувствовала, как колотится её сердце, а кровь как будто начала пульсировать в такт сладострастной музыке. Она перестала что-либо чувствовать кроме этой пульсации, которая исходила из самого её нутра, охватывала всё тело и пускала удовольствие по её венам. Она застонала, выгнула спину и позволила себе запрокинуть голову, почувствовав как затвердел под ней Энцо, обхвативший её руками. Она ожила, и её тело охватило желание и безудержная смелость, вызванная воздействием афродийского дыма. Она опустила глаза на тарелки с едой, а Энцо проследовал за её взглядом и улыбнулся, увидев золотистые ягоды, покрытые шоколадом.

— Я помню, как сильно они тебе понравились, — проговорил он и взял одну ягоду с тарелки. — Помню, как наблюдал за тобой, когда ты их ела. Твои прекрасные губы посасывали её, а ты смотрела на меня, — он наклонился ближе и заговорил протяжным голосом: — Не помню, чтобы я раньше так сильно ревновал к еде, — он ухмыльнулся и поднял ягоду. — Я помню, как пытался уснуть в ту ночь, представляя свой член между твоими чувственными губами.

Элара перестала дышать, услышав эти распутные слова. Её сердце бешено колотилось. Заставив себя посмотреть ему прямо в глаза, она начала посасывать ягоду, которую он ей протянул. Почувствовав её вкус, она застонала от удовольствия и от того желания, которое вызвали его слова. Он прорычал ей в ответ, и его руки начали двигаться по её телу, жадно изучая каждый его сантиметр. А затем, посмотрев на него затуманенным взглядом своих серебристых глаз, она забрала у него ягоду, обхватила губами два его пальца и начала слизывать с них растаявший шоколад.

Он тихонько выругался.

— Элара, — взмолился он голосом полным возбуждения.

Она начала целовать его, преисполненная желанием, но он остановил её.

Нежно, гораздо нежнее, чем она ожидала, он поцеловал её в лоб. А затем, удивлённо раскрыв глаза, Элара увидела, как он встал перед ней на колени и теперь смотрел прямо ей в глаза снизу вверх.

Сделав глубокий вдох, он потянулся к золотой короне на своей голове.

— Элара, прежде, чем что-либо произойдёт, я хочу отдать её тебе. Свою корону.

Он сказал это так тихо, что ей пришлось напрячь слух. Когда он надел на неё корону, из неё вырвался смех, так как в голове у неё помутилось от дыма. Она перестала смеяться, когда увидела искренность в его взгляде. Он захватил пальцами шёлковую ткань её платья и потер её между ними.

— Мягкая, — сказал он. — Готов поспорить, что то, что находится под ней, ещё мягче.

Дыхание Элары участилось, а он провёл пальцами от щиколотки до её бедра, не сводя с неё глаз всё это время. Она почувствовала лёгкое прикосновение его огненной магии, которая проделала тот же путь, что и его пальцы. Элара содрогнулась и отклонилась назад. Ткань её платья упала таким образом, что теперь её нога выглянула из выреза, и её обдал прохладный воздух, которым было наполнено помещение.

— Ты не представляешь, как ты красива в моей короне, Элара.

Её грудь начала вздыматься, и она проследила за тем, как он провёл рукой по внутренней стороне её бедра, а его пламя поднялось чуть выше.

— Мне она идёт гораздо больше, чем тебе, — подразнила она его, и ей даже удалось ухмыльнуться, хотя все её внутренности перевернулись, а чувства обострились под воздействием его магии.

Он провёл костяшками пальцев по особенно чувствительному и нежному месту на внутренней стороне её бедра. Она зашипела и напряглась. Уголок его губ приподнялся.

— Это так. Оставь её на своей голове. Я всегда хотел попробовать на вкус королеву.

Он нежно поцеловал её колено, а она запрокинула голову и закрыла глаза.

— Теперь ты будешь слушаться моих приказаний?

Элара резко открыла глаза.

— Зависит от приказаний. Если они того стоят.

Он провёл языком по зубам.

— Я рассчитываю на это.

— Тогда да.

Его губы переместились вверх по её бедру. Она задержала дыхание, не желая чувствовать ничего кроме прикосновения его губ и языка к своему телу.

— А если бы я приказал тебе умолять меня? Ты бы выполнила мой приказ?

Она выругалась, почувствовав, как его дыхание обдало чувствительное место меж её бёдер.

— Никогда.

— Хм-м-м, — хмыкнул он, и звук его голоса прокатился по всему её телу.

Она снова выругалась. Её руки сжали край дивана, а ногти впились в его обивку.

— Неправильный ответ.

Элара сжала зубы, и её серебристые глаза сверкнули, когда она попыталась проглотить свою гордость.

— Ладно, — прошипела она.

Энцо усмехнулся, глядя на неё снизу вверх. Его рот навис над тонкой шёлковой тканью её платья, прикрывавшей её промежность.

— Скажи, пожалуйста, — прошептал он ей.

Она вздрогнула, когда его дыхание коснулось её, а затем выгнулась, когда его язык прошёлся по материалу. Застонав, она почувствовала его мокрое тепло сквозь ткань и то, как он начал медленно водить по ней кругами. Он начал посасывать ткань, не сводя с неё глаз, и Элара выругалась, зная, что она может кончить от одного только этого движения. Никогда в жизни она не чувствовала такого желания и отчаяния. Каждый нерв в её теле пульсировал.

— Я жду, — проговорил он, оторвав от неё губы и всё ещё ухмыляясь.

Желание испепелило остатки её гордости. Достаточно было ещё одного движения его языка, и всё было бы конечно.

— Пож...

Неожиданно кто-то откинул занавески, прервав её на полуслове.

Элара тут же заставила себя исчезнуть, когда внутрь вошёл король Идрис. Энцо недоуменно огляделся вокруг, стоя на коленях, а затем гневно посмотрел на ухмыляющегося короля, который находился в помещении.

— Прости, что прерываю, что бы это... — он обвёл жестом помещение. —... ни было.

Он нахмурился.

— Лорэнцо, нам с тобой нужно поговорить.

— Не сейчас, отец, — огрызнулся он, встав и окинув взглядом помещение, отчаянно пытаясь найти Элару.

— Ты выслушаешь меня, и выслушаешь внимательно, — прорычал король в ответ.

Ещё раз отчаянно оглядев стены помещения, Энцо полностью развернулся к отцу.

— Говори, — холодно сказал Энцо, засунув руки в карманы.

Элара выровняла дыхание, стараясь удержать свою иллюзию. Иллюзию пустого помещения. Она оказалась в ловушке собственной реальности и сосредоточилась на том, чтобы не издать ни звука, пока король говорил.

— Знаешь, я всегда считал тебя глупцом, — проговорил холодный голос. — Но, похоже, ты достиг нового уровня. До меня дошли слухи о твоей дневной выходке. Угрожать священнику, потому что он оскорбил астерийку?

— У неё есть имя, — прорычал Энцо.

— Святые Звёзды, о чём ты вообще думал? Неужели так сложно было выполнить простое приказание? Надеюсь, мне не нужно напоминать тебе о твоём долге, — ответил Идрис ледяным тоном.

Наступила напряжённая тишина.

— Я поставил перед тобой задачу тренировать эту девушку, потому что считал, что ты достаточно ответственный. Я знаю о том, как ты ведёшь себя при дворе... о твоей репутации ловеласа и сексуальных подвигах. Я закрывал на это глаза, потому что это не влияло ни на тебя, ни на меня, ни на королевство. Я считал, что твоя ненависть по отношению к астерийцам не позволит тебе затащить её к себе в постель, как всех остальных женщин Гелиоса.

В ответ Элара услышала лишь тишину.

— И ни на секунду не допускай мысли о том, что я не лишу тебя всего этого, если ты продолжишь сближаться с ней. Твоя выходка и так уже дорого мне обошлась.

— Ты не имеешь права, — проговорил Энцо сквозь стиснутые зубы.

Неожиданно Элара увидела пламя, которое взметнулось вверх, облизав стены помещения. Она заглянула за мерцающее полотно своей иллюзии и увидела, как Идрис с презрением взглянул на пламя.

— А вот тут ты ошибаешься. У меня есть право. Я легко могу сделать из Элары врага и выдать её Ариэту, убедив весь Гелиос в том, что она астерийский шпион. Я мог бы даже выслать тебя за то, что ты вступил с ней в заговор против короны. Я могу сделать всё, что пожелаю. Я король, Лорэнцо. И чем раньше ты это осознаешь, тем лучше.

От Энцо не последовало никакого ответа, если не считать удушающего жара, заполнившего помещение. У Элары заслезились глаза, но она заставила себя подавить слёзы.

— И позволь мне тебе напомнить: над этой девушкой висит чёртово пророчество, которое подтвердила Звезда. Она тебе не принадлежит, сын. Ей суждено влюбиться в Звезду, и это уничтожит их обоих. И ты не дашь собственной глупости впутать себя во всё это.

Повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь треском огня. Элара почувствовала, как её желудок сжался. И та глупая надежда, которую она чувствовала в последние несколько месяцев, стала угрожать похоронить её. Она не могла изменить свою судьбу, и было глупо думать иначе.

Она услышала, как кто-то фыркнул.

— К тому же, даже если отбросить пророчество, ничто не смогло бы больше опозорить нашу семью и королевство, чем связь с проклятой ведьмой вроде неё.

Она услышала удар света о чью-то плоть. Это был свет Энцо. Она подавила вздох. Он ударил короля.

Идрис зашипел от боли, но затем этот звук сменился смехом, от которого все её внутренности похолодели.

— Я прощу тебе этот удар... Но только попробуй сделать это снова и лишишься головы. И неважно, сын ты мне или нет. Запомни мои слова, Лорэнцо.

За этим последовала тишина и звук удаляющихся шагов. А затем Элара и Энцо остались одни посреди пламени и теней.

Прошло несколько минут, и лишь затем Энцо тихонько позвал её по имени.

Он звал её снова и снова.

Она не проронила ни звука, скрытая своей иллюзией.

А затем она услышала вздох и тихие шаги Энцо, который покинул помещение и отправился искать её. Как только это произошло, она рухнула на пол, а её надежда и иллюзия обратились в прах.

Глава 44

Рыдая, Элара побежала по тёмным коридорам, прижимая к платью корону Энцо, которая, казалось, прожигала его насквозь.

Её начало тошнить от звуков чувственной музыки, и она попыталась избавиться от дурмана, наполнившего её голову. Резкие слова короля терзали её, ещё больше усиливая её боль. Но больнее всего ей сделалось от его слов о пророчестве, которое она задвинула подальше, наивно убеждая себя в том, что всё это было неправдой и не стоило её внимания. Она бежала, высоко подняв подол платья, и чувствовала, как слёзы текут по её лицу. Чьи-то руки схватили её, но она не остановилась.

— Элара! — закричал голос схватившего её человека.

Она развернулась и увидела Мериссу и Лео с припухлыми губами, которые до этого, по всей видимости, прятались в алькове. Мерисса подалась вперёд и притянула Элару к себе с невероятной силой.

Она попыталась подавить рыдания, так и норовившие вырваться наружу, попыталась задвинуть их в тень, но плотина уже прорвалась. Она горько зарыдала и рухнула на пол. Она почувствовала, как руки Мериссы сильнее обхватили её.

— Что случилось? — спросила Мерисса несколько раз. — Что он сделал? — а затем, обращаясь к Лео, проговорила предупреждающим тоном: — Я его убью.

— Нет, — рыдая, проговорила Элара. — Не он.

Мерисса и Лео обменялись долгими взглядами и невысказанными словами.

— Эл, ты идёшь со мной.

— Нет, Мер, ты должна насладиться этой ночью вместе с Лео.

Мерисса грустно улыбнулась.

— Это гораздо важнее. Лео, найди Изру, и приведи её сюда. Затем найди Энцо, и мы выясним, что произошло.

Она обхватила Элару своими нежными руками и повела её в комнату, коротко кивнув Лео, который мрачно кивнул ей в ответ, после чего пошёл по коридору в другую сторону. Когда дверь открылась, Элара, шатаясь, вошла внутрь и опустилась на кровать вместе с Мериссой. У неё не было сил беспокоиться ни о своём платье, ни о потёкшем макияже.

— Что произошло? — тихо спросила Мерисса.

Элара никак не могла отпустить корону, которую держала в руках, и снова начала плакать.

— Король, — прошептала она.

Губы Мериссы вытянулись в прямую линию.

— Я была с Энцо в одном из помещений.

Она снова заплакала, и внутри неё что-то сломалось — желание, надежда, их отношения с Энцо, которые столкнулись с реальностью её обстоятельств.

— Мы... мы целовались, — сказала она дрожащим голосом и сделала глоток воздуха, чтобы не заплакать снова.

Мерисса, сидевшая с ней рядом, начала гладить Элару по волосам, ожидая продолжения.

— Я была готова к большему... И он тоже... А затем вошёл король.

Она закрыла лицо руками.

— Я исчезла... Создала иллюзию, слившись со стеной. А затем я услышала, как он угрожает Энцо всем тем, что я видела в кошмарах. Я знала, что мне не стоит всё это начинать. Что вопреки всем усилиям и логике, я позволила себе полностью отдаться Энцо и потеряла бдительность. Я проигнорировала пророчество, согласно которому я должна буду уничтожить себя и всякого, кому я дорога.

Её нижняя губа начала дрожать.

— Король... он напомнил Энцо о моей судьбе. Напомнил мне. Как я могла быть настолько слепа? И стала такой эгоисткой? Всё из-за этой глупой надежды на то, что это ошибка. Но реальность такова, что когда свершится моя судьба... каждый, кто окажется замешан в этом, пострадает.

Мерисса вздохнула, а Элара снова начала плакать.

— Но лучше всего это выразил сам король. Даже если не считать пророчество, Энцо навлечёт позор на всё королевство, если свяжется с проклятой ведьмой вроде меня.

Она буквально выплюнула последние слова.

— Ох, Эл, — сказала Мерисса с болью в голосе и вздохнула. — Мне так жаль. То, что он сказал — неправда. Ты же понимаешь, что любой мужчина отчаянно желал бы оказаться рядом с тобой. Включая Энцо.

Элара покачала головой.

— А что сделал Энцо? — спросила Мерисса.

— Он ударил короля за то, что тот назвал меня ведьмой. Я ушла раньше, чем он успел поговорить со мной. Я должна... Мне надо сказать ему, что нам нельзя больше продолжать эти отношения. Мне надо с этим покончить.

— Эл, Энцо не из тех, кто подчиняется приказам других. И не из тех, кому есть дело до пророчеств или правил его отца.

— Но мне есть дело, — прошептала Элара. — Ты его не слышала. Он был готов лишить Энцо всех титулов. Выслать его из королевства, если тот не подчинится его воле. Запереть его. И я ясно вижу, как это происходит. Это пророчество словно отметина на моём сердце, а не простая случайность. Твоя мать подтвердила его правдивость. Уж ты-то знаешь цену её словам.

Мерисса смущённо отвела взгляд.

— Я позволила себе отвлечься. Я не должна была позволять себе влюбить...

Она замолчала и принялась глубоко дышать.

— Мне надо вернуть это Энцо.

Она приподняла из складок своего платья корону, которая ярко сверкала золотом.

Ноздри Мериссы раздулись.

— Её дал тебе Энцо?

— Да, — отрешённо сказала Элара, изучая её. — Это было похоже на глупую игру. Он встал на колени и надел её на меня.

Она не заметила, как руки Мериссы замерли в её волосах.

— Мне надо сосредоточиться на том, о чём я всегда думала в первую очередь; о своём королевстве, о троне. И дело не только в этом. Если так дальше будет продолжаться, меня выбросят на улицу, и тогда у меня не будет ни армии, ни союзников, с помощью которых я собираюсь вернуть себе то, что мне принадлежит. Ариэт может явиться сюда со дня на день после того, что мы устроили в Афродее. Моя судьба сейчас в руках короля Идриса, как и любой Звезды.

Она со вздохом опустилась на подушку.

— И он это знает.

Неожиданно раздался громкий и гневный стук в дверь. Элара и Мерисса испуганно посмотрели друг на друга.

— Энцо, — тихо сказала Мерисса.

— Чёрт, — выдохнула Элара.

Она встала с кровати вместе с короной. Стерев с лица макияж халатом и сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она открыла дверь. От вида Энцо её сердце чуть не разорвалось надвое. Он стоял перед ней, прислонившись к двери со страдальческим выражением лица. Его рубашка была помята, волосы спутаны.

— Эл, — тихо сказал он, пытаясь войти.

— Энцо, — твёрдо ответила она, преграждая ему путь.

Он в недоумении посмотрел на её руку, заблокировавшую проход, а затем поднял на неё глаза.

— Энцо, то, что произошло, больше не должно произойти.

— Эл...

— Нет. Послушай. Пожалуйста, — добавила она чуть тише, и её сердце сжалось. — То, что произошло там, — снова начала она, — вообще не должно было произойти.

Она выпрямилась и расправила плечи.

— Я была идиоткой. Эгоистично проигнорировала пророчество. Я позволила себе отвлечься. Мне всё ещё нужно спасти своё королевство. Свой народ. Ариэт может прийти сюда со дня на день, и я должна быть готова. Это имеет первостепенное значение. Если всё пройдёт удачно, я уеду. Ты же знаешь о том, что предсказала жрица Торры. Я не могу тебя вовлекать; я не вынесу, если ты пострадаешь.

— Элара, к чёрту...

— Стой.

Она прервала его, накрыв его губы своей дрожащей рукой. Он тихо посмотрел на неё своими чёрными глазами, и она почувствовала, как его взгляд начал прожигать её.

— Это не игра. Мы не можем так рисковать. Из этого никогда ничего бы не получилось. Слишком много всего работает против нас.

Энцо сжал челюсти.

— Думаю, нам надо остаться друзьями.

— Элара, что ты делаешь? — сказал он мрачным голосом, который проник ей прямо в сердце.

Она сглотнула и заметила, как его рука, касавшаяся стены, сжалась в кулак, а на челюсти дёрнулся мускул.

Она собралась с духом, прежде чем ответить ему, и приготовилась сделать это с лёгким сердцем, но, в итоге, почувствовала лишь горечь.

— Я уверена, что есть множество женщин, которым ты сможешь её отдать.

Она протянула ему корону.

Энцо посмотрел на неё, затем на Элару, и его глаза зажглись огнём, когда он оттолкнулся от стены. Он пах костром и амброй, его одежда начала дымиться. Он забрал у Элары корону, и на секунду ей показалось, что на его лице отразилось желание остаться. Но он поднёс кулак ко рту, останавливая себя.

— Как пожелаешь, принцесса, — тихо ответил он и улыбнулся натянутой улыбкой.

А затем он развернулся и оставил Элару, которая схватилась за дверной косяк. Он даже не оглянулся на неё прежде, чем его фигура исчезла в коридоре.

Как только она увидела, что он завернул за угол, она опустилась на пол, и всё её тело начало сотрясаться от горя. Мерисса подошла к ней, обняла руками, а затем довела до кровати и осторожно легла рядом. Снова раздался стук в дверь, Элара замерла. Надежда и отчаяние начали бороться внутри неё при мысли о том, что Энцо мог вернуться. Но внутрь вошла Изра.

— Лео рассказал мне о том, что произошло, — проговорила она. — Он сейчас с Энцо.

Элара снова разразилась рыданиями, а Изра забралась в кровать и, когда Мерисса подвинулась, легла за спиной у Элары.

— Всё будет хорошо, — прошептала Изра. — Обещаю.

Элара продолжила рыдать, свернувшись калачиком, а Изра начала ободряюще гладить её по спине. Взглянув на пустой стул рядом с кроватью, Элара вдруг осознала, что это была первая ночь, когда Энцо не остался в её комнате. Элара ни на мгновение не сомкнула глаз, ожидая, когда сначала Изра, а затем Мерисса уснут на её огромной кровати. На том месте, где когда-то спал Энцо. Его образ навсегда запечатлелся у неё в голове, так и не дав ей уснуть.

Глава 45

Элара проснулась с пульсирующей головной болью и опухшими от слёз глазами. В какой-то момент, пока было ещё очень рано, она, должно быть, задремала. Она почувствовала шевеление у себя за спиной и подпрыгнула, но затем вспомнила, что с ней в кровати спали Изра и Мерисса.

Но не Энцо.

Она легла на спину глядя на то, как в комнату просачивается свет бледного утра, и размышляя о последующих днях. Она не знала, как ей удастся избегать Энцо, но при мысли о том, что ей придётся с ним тренироваться, соединять магию и создавать сумеречное стекло, находиться в непосредственной близости от него и притворяться, что у неё нет к нему чувств, она испытала такую сильную тошноту, что у неё пропал аппетит.

Она села на кровати, когда Изра зашевелилась рядом с ней. Мерисса тут же приняла сидячее положение.

— Ты проснулась, — прошептала она, а затем подошла к Эларе, обойдя кровать. — Давай принесу тебе завтрак.

— Не думаю, что я смогу поесть, — слабо проговорила Элара. — Но мне нужна твоя помощь.

— Всё, что угодно.

— Вообще-то, тут некоторые пытаются спать, — проворчала Изра.

— Сначала сделай что-то со своим запахом изо рта, а потом уже возмущайся, — ответила Мерисса, закатив глаза, после чего снова посмотрела на Элару, а Изра показала ей средний палец под подушкой.

— Мер... не могла бы ты поговорить с Лео и попросить его увести меня из дворца на целый день? Я просто... Я не могу сегодня видеть Энцо.

Мерисса закусила губу, кивнула и с обеспокоенным выражением лица покинула комнату.

Изра села сразу же, как только она ушла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, потирая глаза.

— А ты как думаешь?

— Элара, я уверена, что всё можно решить иным путём.

— Изра, пожалуйста. Я не смогу встретиться с ним сегодня. Я приняла решение.

Изра сжала губы в тонкую линию и встала.

— Хорошо. Не слушай совета провидицы. Меня и так никто не слушает.

Она зашагала в сторону ванной, а Элара вздохнула.

Мерисса вернулась пару мгновений спустя вместе с Лео. От него пахло эвкалиптом, и он был гладко выбрит.

— Эл, — начал он. — Не думаю, что это хорошая идея. Ариэт в любой момент узнает о том, что произошло в Афродее. Тебе следует оставаться здесь.

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Я знаю, что нам нужно тренироваться и подготовиться к его приходу. Но я не могу... не могу находиться сейчас рядом с Энцо.

— Он будет в ярости, если узнает, что я увёл тебя из дворца на целый день. Если с тобой что-то случится...

— Ты хочешь сказать, что командующий гелионской армией не сможет защитить меня в течение одного дня? — огрызнулась она. — Извини, — добавила она следом. — Пожалуйста, Лео, я бы никогда об этом не попросила, если бы это не было так важно.

Устало взглянув на Мериссу, он подчинился.

— Ладно, но нам стоит отправляться прямо сейчас, если мы планируем тренироваться весь день. Иначе он нас поймает.

Изра вышла из ванной.

— Дерьмовая идея, — сказала она, прополоскав горло. — Я уже сказала ей об этом, — раздражённо добавила она.

Губы Лео дрогнули, после чего он пошёл готовить лошадей, договорившись встретиться с Эларой через четверть часа.

***

Элара и Лео выехали за пределы дворца, и всё это показалось ей таким неправильным. Никаких колкостей и раздражённых реплик Энцо, который всегда шёл далеко впереди неё, а она пыталась его догнать. Его отсутствие было похоже на холодный и пустой вакуум, и ей пришлось закусить щёку, чтобы не расплакаться. Лео посмотрел на неё, когда они доехали до знакомой тропинки, ведущей в лес. Тот самый, в котором они в первый раз тренировались с Энцо.

— Послушай, — нежно сказал он, замедлив лошадей, когда они заехали в тень. — Эл, что происходит? Даже слепой увидел бы, что ты этого не хочешь.

— Не имеет значения, чего я хочу. Важно только то, что случится, если я проигнорирую здравый смысл.

Лео покачал головой.

— Я точно знаю, что Энцо плевать. Он сообщил мне о том, что сказал его отец. Это ничего не меняет. Я вижу его рядом с тобой, я его знаю.

— Какая разница? Мне суждено умереть из-за того, что я полюблю Звезду. Мне нужно попытаться спасти своё королевство, мой народ рассчитывает на меня. Я не могу никого в это втягивать. Ради чего? Один из нас или мы оба останемся с разбитым сердцем, когда судьба начнёт играть со мной, при этом мои руки будут связаны.

Лео испустил глубокий вздох и отклонился назад, чтобы посмотреть на неё против Света.

— Элара, ты в курсе, как давно я знаком с Энцо?

— Всю твою жизнь, — утвердительно ответила она.

— Вот именно. Всю мою жизнь. Я видел, как он взрослел, видел, его магию в действии, видел его боль. Я видел, как ему наскучивала очередная девушка. Я также видел пустоту в его глазах после того, как он с ними расставался. Видел, что его поиски не удовлетворяли его.

Он сделал паузу и задумался.

— Я слышал, что он говорил о любви, и как вырезал её в мраморе. Видел в его глазах жажду чего-то глубокого.

Лео издал смешок.

— А затем ты ворвалась в его жизнь. Вихрь из дыма и тени. Не думаю, что я смогу это забыть.

— Забыть что? — выдохнула Элара.

— То, как загорелись его глаза, когда ты в первый раз заговорила с ним. Колкости так и норовили слететь с твоего языка.

Он усмехнулся, вспомнив об их первой встрече.

— И то, как он признался мне после, что никогда не встречал никого, чью душу он не мог бы прочитать. Но при этом твоя душа без сомнения светилась добротой. Даже я смог заметить это за милю. Отбрось в сторону всё это дерьмо. Пророчества, королевство... Если от мира ничего не останется, что ты станешь искать? Я знаю, что станет искать Энцо.

И когда он посмотрел на Элару, его тёплые карие глаза словно обнажили её душу.

— Он ищет тебя в каждой комнате.

Все внутренности Элары сжались, когда её мысли перенеслись к их с Энцо разговору в лесу. Её дыхание замедлилось, и она сделала глоток воды из фляги, чтобы успокоить своё сердцебиение, а также панику и одновременно эйфорию. Вся сила того чувства, в которое она начала проваливаться, охватила её. Наступила долгая тишина, после чего она подняла на Лео глаза, заполненные слезами.

— Я тоже его ищу.

***

Элара пыталась избегать Энцо все следующие несколько дней, но каждый день слова Лео всё больше и больше тяготили её сердце, как и мысли о предстоящем визите Ариэта. Во дворце царила беспокойная энергия, так как Гелиос готовился к новости о том, что Ариэт начал двигаться в их сторону. Разведчики каждый день патрулировали границы, чтобы отправить во дворец сообщение о том, что слухи о появлении Элары в Афродее достигли Ариэта. Но она проживала эти дни, почти не обращая ни на что внимание.

Она была слишком занята своими чувствами и мыслями о том, что поведал ей Лео, сам того не зная. И они угрожали потопить её, поэтому Элара делала то, что у неё получалось лучше всего: она подавляла их, отправляя их во Тьму, и отчаянно отдавалась тренировкам и подготовке к встрече с Ариэтом. Она использовала любую возможность, чтобы потренироваться с Лео за городскими стенами, доводя себя до изнеможения. Она до предела истощала свои силы и магию, за секунды поглощая свет Лео и окутывая его иллюзиями до тех пор, пока ей не удавалось справиться с ним с оружием в руках.

Каждое утро она проверяла, на месте ли лезвие из сумеречного стекла, которое она хранила либо на своём бедре, либо под подушкой. Она больше не планировала создавать сумеречное стекло с Энцо после того, что произошло в прошлый раз, когда они это сделали.

Когда она не была с Лео, она просила Мериссу показывать ей то, как она заколдовывала людей. Ей хотелось знать про все хитрости Мериссы, которые могли бы помочь ей с её иллюзиями. И она училась у Мериссы, помогая выполнять её дворцовые обязанности.

По правде говоря, это помогало ей занять свои мысли.

В один из таких дней, Лео ворвался в кухню с дикими глазами. Руки Элары застыли над тестом, которое она месила в то время, как Мерисса посыпала его мукой.

— Он знает, не так ли? — выдохнула она, опустив руки.

Лео кивнул и наклонился вперёд, переводя дыхание.

— Слухи о твоем появлении дошли до него. Разведчики только что прислали нам сообщение. Они предупреждают, что Ариэт выступает в Гелиос завтра. Он прибудет сюда через два дня.

Мерисса опустила сито и грязно выругалась, чем шокировала Элару.

— Тренировка, сейчас же, — сказала Элара, вытерев руки о фартук и пошла прочь из кухни. — Мерисса, ты тоже.

Мерисса нахмурилась и поспешила следом за Лео и Эларой.

— Энцо знает? — спросила Элара Лео.

— Да, и он готов воевать за тебя. Ты же знаешь, что он уважает твоё личное пространство, но эта новость всё меняет. Пару минут назад, перед тем, как побежать искать тебя, я видел, как он пронёсся по коридору.

— Чёрт. Тогда, как обычно, за пределами дворца.

— Элара, мы только что узнали о том, что Ариэт собирается объявить войну этому королевству за то, что оно прячет тебя. Энцо с ума сойдёт, если мы уйдём, и он не сможет тебя найти.

Элара испустила глубокий вздох.

— Знаю. И я понимаю, что это нечестно по отношению к нему. Или к тебе. Или к кому бы то ни было. Но если я его увижу, я почувствую всё то, что так старательно подавляла. Это отвлечёт меня, что недопустимо, когда Ариэта отделяет всего два дня от того момента, как он попытается меня уничтожить. Понимаешь?

Лео провёл рукой по лицу.

— Ладно. Но ты мне должна, Элара.

Они быстро прошли по дворцу, по коридорам, которые стали для Элары такими знакомыми, и, наконец, достигли бокового выхода недалеко от дворцовых стен.

— Мерисса, я хочу, чтобы ты внимательно наблюдала за мной, — сказала она, когда они дошли до уединённого сада вдали от шума города. — Следи за теми местами на моём теле, которые я оставляю открытыми, и куда может ударить Ариэт.

А затем, сняв кинжал с уже привычного места на бедре, она бросилась на Лео, и они начали танцевать.

***

Когда они закончили, Элара направилась прямиком в свою комнату, радуясь боли в мышцах и бешено стучащему сердцу. Был поздний час, и дворец уже стих, так как все отправились спать. Завернув за угол в коридоре, она резко остановилась. Энцо стоял, прислонившись к двери её комнаты с усталым выражением лица, ожидая её. Она закусила губу и начала как можно тише пятиться назад.

Она не могла встретиться с ним.

От одного только вида его лица её сердце, переполненное отчаянием и волнением, начинало колотиться.

"Трусиха", — прошептал голос в её голове. Он был прав, она была трусихой.

Вместо того, что встретиться со своими проблемами лицом к лицу, она на цыпочках, словно мышь, прокралась в другой коридор, который вёл в дворцовый сад, освещённый алым ночным небом Гелиоса. Вытянув вперёд руки, на которых собрались тени, она пошла по лужайке между своим балконом и балконом Энцо. Она с лёгкостью создала дракона, запрыгнула на него и заставила его взлететь высоко над своим балконом. Осмотревшись, она мягко приземлилась на балкон и заставила дракона исчезнуть взмахом руки. Затем она тихо вошла в свою комнату, стараясь не хлопнуть широкими балконными дверями. Оказавшись внутри своего пространства, она направилась в ванную комнату, чтобы снять жёлтое платье, покрытое пылью и потом.

Однако, пересекая комнату, она замедлилась. Элара знала, что Энцо всё ещё стоял снаружи, так как привычную полоску света под дверью, загораживала тень. Она знала, что ей не стоило о нём думать, так как эти мысли с лёгкостью могли прорвать плотину, которую она с таким трудом выстраивала всю эту неделю. Но её сердце как будто испустило вздох, когда она тихо подошла к двери. Она прижалась к ней спиной и опустилась на пол, закрыв глаза. Она решила хотя бы раз позволить себе эту слабость. Слёзы сами собой покатились из её закрытых глаз. Она хотела лишь раз позволить себе быть рядом с ним, когда их разделала только дверь.

Элару охватила дремота, и она погрузилась в пространство своего сна. Им стала мастерская Энцо с тех пор, как он в первый раз привёл её туда. Это была ещё одна вещь, которую она пыталась отрицать. Большинство ночей на этой неделе она проводила в чужих снах, чтобы не вспоминать о своём собственном пространстве сна. И вот она оказалась здесь и увидела, что в по обыкновению тихой и светлой мастерской Энцо образовалась зияющая дыра в полу. Она подошла к ней и заглянула в бесконечную бездну, в которой бушевала буря.

Огненный шар, горячее и ярче, чем сам Свет, горел перед её глазами, и она с кристальной ясностью почувствовала присутствие другого шара, но на этот раз серебряного и сияющего. А затем в этой пустоте раздался крик — такой хриплый и отчаянный. Она огляделась, почувствовала запах горелой кожи и поняла, что это был её собственный крик. А в дыре, балансируя на краю и пытаясь выбраться из бездны, висел Энцо, пальцы которого начали сантиметр за сантиметром соскальзывать вниз.

Элара проснулась в холодном поту, её спина и шея, прислонённые к двери, одеревенели. Она сделала несколько глубоких вдохов, напомнив себе, что сама создала этот сон. Шатаясь, она поднялась на ноги и прищурилась, посмотрев на раскрытые балконные двери. Тёмно-красное свечение, проникавшее внутрь говорило о том, что наступило самое тёмное время ночи. Она бешено посмотрела на дверь. Яркий жёлтый свет от пламени свечей в коридоре снова беспрепятственно проникал в щель. Фигура Энцо пропала. Элара начала шагать по комнате взад-вперёд, пытаясь снять с себя липкое грязное платье, но, в итоге, решила отправиться в дворцовые купальни, отчаянно нуждаясь в спокойствии, которое могли принести ей вода и темнота.

Глава 46

Посреди ночи, Элара нашла для себя уединенное место. Тихая стрекотня темно-синих сверчков в сумерках, доносившаяся с улицы, и тёмные стены напомнили ей о доме. Она вздохнула, и, неровно дыша, начала погружаться в бассейн. Наконец, её сердцебиение снова выровнялось, вода успокоила её расшатанные нервы, и она почувствовала, что может наконец-то подумать обо всём. Её мысли тут же перенеслись к Энцо — хотя они и так никогда его не покидали. Она попыталась подавить их, но поскольку она целую неделю их избегала, они накрыли её с головой, и ей пришлось встретиться с ними лицом к лицу, так как ничто больше не отвлекало её.

Она была влюблена в него. И не только. Когда он поцеловал её в облаках, она почувствовала мощный разряд энергии, который нельзя было отрицать. Это ощущение показалось ей таким знакомым. Сродни тихому узнаванию. Словно после долгих поисков её душа произнесла: "О, вот ты где".

Она обдумала слова Лео, веря, что он сказал ей правду. Она пребывала в отрицании своих чувств и чувств Энцо. Ей было проще притвориться, что он был злодеем, врагом. А ещё проще — убедить себя, что они были всего лишь друзьями. Но все эти оправдания оставляли привкус лжи на её языке. Даже если у неё и были сомнения на этот счёт, сам факт того, что он так заботился о ней после её пленения, стал последней каплей, разрушившей эту ложь.

И лишь слова жрицы Торры, сказанные несколько месяцев назад, давили на неё тяжким грузом. И обязательства, которые ей предстояло на себя взять. А ведь её проблемы ещё даже не начались. Война стояла уже на пороге. Ариэт направлялся в их сторону. А она так и не приблизилась к тому, чтобы вернуть себе трон. Будучи погруженной в свои запутанные мысли, она услышала, как тихонько открылась дверь.

— Чёрт, — прошептала она, дико озираясь по сторонам, чтобы найти место, где она могла бы спрятаться. Вон там. Её внимание привлёк альков, скрытый стеной водопада. Она поплыла в его сторону как можно тише, нырнула под водопад, после чего опустилась на нагретую скамейку. Она напрягла слух, но не смогла ничего расслышать из-за шума воды. Кто, чёрт возьми, мог прийти в купальни в такой час? Она вгляделась в тени и за потоком воды увидела высокую размытую фигуру, которая начала раздеваться. Её щёки вспыхнули, когда она поняла, что оказалась здесь одна с мужчиной. Принявшись оглядываться вокруг, она потеряла фигуру из виду, что заставило её дыхание участиться. Она попыталась тихонько вернуться в небольшую заводь. На несколько мгновений всё стихло. А затем водяная завеса разделилась надвое, и её сердце остановилось.

— Какой приятный сюрприз, принцесса.

Энцо.

Его губы медленно расплылись в улыбке, и когда он откинул свои кудри назад, его мускулы напряглись, а капельки воды каскадом покатились вниз. Он лениво оглядел её мокрые волосы и обнажённые плечи. Он был как всегда спокоен, точно кот, играющий со своим обедом. Она ещё глубже погрузилась в воду, и всё её тело охватило волнение, так как она не видела его целую неделю. Но вместо того, чтобы его показать, она нацепила на лицо сердитое выражение.

— Как это неприлично, — проговорила она. — Но я и не ожидала ничего другого. Действительно, почему бы тебе не пойти в купальни посреди ночи, когда там нахожусь я, абсолютно голая?

Он усмехнулся.

— Говоришь так, словно ты сама не находишься сейчас здесь... посреди ночи.

— Именно.

Элара отчаянно пыталась не обращать внимания на его широкую обнажённую грудь, но у неё ничего не получалось. Она едва слышала то, что он говорит, так как не могла оторвать глаз от струек воды, стекающих по его загорелому торсу. Он был таким высоким, что вода доходила только до его бёдер. Потоки воды танцевали на его мускулах, серебристые капли стекали по волоскам, растущим под его пупком. С видимым усилием она заставила себя не опустить взгляд ещё ниже и уставилась на него.

— Что ты сказал?

— Я спросил, — ответил он, и его улыбка сделалась ещё шире. — Что ты делаешь здесь в такой час?

Она ещё больше погрузилась в воду, сделала шаг назад и вздохнула. Начав рисовать круги на воде, она решила рассказать ему хоть что-то.

— У меня был кошмар.

Он озабоченно посмотрел на неё, а она запрокинула голову и посмотрела на потолок, расписанный фресками в виде облаков.

— Последнюю неделю они стали особенно яркими. Поэтому я пришла сюда, где чувствую себя как дома.

Она на секунду задержала на нём свой взгляд.

— А ты?

— То же самое, — тихо сказал он. — Я всегда прихожу сюда, чтобы очистить голову, когда не могу уснуть. В эту неделю мне редко это удаётся.

Она приподняла брови.

— Хотя я не ожидал, что меня будет ждать здесь мокрая обнажённая женщина, причём та самая, которая несколько ночей назад обнимала меня своими ногами.

Он ухмыльнулся. Элара закатила глаза и плеснула на него водой.

— Кстати, разве нам не стоит подробно это обсудить?

— Что обсудить? — спросила она. — Тот факт, что я мокрая и голая, или то, что произошло на солнцестояние?

Он опустил глаза, и хотя она знала, что он не может ничего видеть под водой, она всё равно скрестила руки и ноги, чувствуя себя слишком неловко.

— Я имел в виду то, что произошло на солнцестояние, и то, что ты сказала потом. Но раз уж ты об этом заговорила, мне гораздо интереснее то, что находится под водой.

Он подплыл ближе.

— Свинья.

Она снова окатила его водой, и он рассмеялся. Интересно, как долго он ещё будет смеяться над её шутками? Она попыталась запомнить этот смех, и проговорила слова, которые, как ей казалось, она должна была сказать:

— О чём здесь говорить? Я уже рассказала тебе о своих чувствах. Нам не следовало впутываться во всё это. Это и так уже достаточно больно. Представь, что было бы, если бы мы продолжили идти этим путём.

Её мысли перенеслись к словам короля, которые она подслушала, и они заставили её кровь закипеть. Ей удалось отплыть подальше от Энцо, хотя от этих слов у неё скрутило живот. Она закусила губу, чтобы подавить желание снова его поцеловать.

— То есть ты хочешь сказать, — проговорил он, снова выпрямившись в воде, — что всё кончено?

Она коротко кивнула.

— Нам следует это прекратить, пока наши чувства ещё не затронуты. Я была идиоткой, проигнорировав пророчество и решив, что мы можем быть больше, чем просто друзья.

— Я искал тебя весь день, — сказал он низким голосом. — Ты избегала меня. Разве так поступают друзья?

— Я только и делала, что тренировалась, чтобы быть готовой, насколько это возможно, когда Ариэт начнёт сеять здесь хаос.

Он подошёл ближе, и она увидела, как в его глазах сверкнуло что-то холодное. Теперь она смогла разглядеть его лицо в полумраке.

— Не лги мне, Элара, — воскликнул он. — И не лги самой себе.

Её охватило негодование.

— Я не лгу, — прошипела она. — Я знаю, что ты охотник, и теперь твоё эго уязвлено. Не делай вид, что сейчас всё иначе. Я не первая и не последняя женщина, которая чуть не оказалась в твоей постели, — выпалила она, так как его оскорбительные слова больно задели её.

Но больнее всего было от того, что это была правда.

"Трусиха, трусиха, трусиха", — начал кричать голос в её голове.

Энцо холодно рассмеялся и покачал головой, после чего развернулся и направился к выходу. А затем он остановился, выругался себе под нос, что заставило её затаить дыхание. И когда печаль начала медленно поднимать свою голову, он развернулся и бросился к ней, отчего капельки воды разлетелись в воздухе.

— Сейчас всё иначе, — зарычал он. — И ты тоже это почувствовала.

Он остановился в нескольких сантиметрах от неё. Вода пошла рябью вокруг него, отчего он стал похож на самого Скорпиуса. Его глаза горели гневом. Она взглянула на него, не зная, что сказать, и как соврать ему о своих истинных чувствах.

— Неужели последние несколько месяцев ничего для тебя не значили?

Его грудь вздымалась, каждое его слово сочилось яростью.

— Я оставался с тобой каждую ночь. Я показал тебе свои работы. Отдал тебе свою корону. Неужели это ни о чём тебе не говорит!? Боги, Элара.

Он покачал головой и посмотрел на потолок. Сделав шаг вперёд, он наклонил голову и посмотрел ей в глаза.

— Неужели ты этого не чувствуешь?

Его дыхание нежно коснулось её губ.

— Чего? — прошептала она.

Его голос прозвучал гортанно, почти сломлено, когда он ответил:

— Бесконечное желание.

Издав стон, он врезался губами в её губы.

Это не было похоже на предыдущие поцелуи. Это был Энцо во всём его великолепии. Его язык заставил её губы раскрыться, и она со вздохом поддалась ему, когда он запустил руки в её мокрые шелковистые волосы. Каждая клеточка её тела воспламенилась, и она сжала в ответ его шею, а он продолжил целовать её с таким остервенением, что её тело будто бы пронзило молнией. Держа её за волосы, он резко отвёл её голову назад, и она ахнула, когда его язык завладел её шеей. Он проложил дорожку поцелуев до её уха, а затем обхватил её рукой за шею.

— Энцо, — застонала она, и её грудь прижалась к его мокрой и скользкой груди.

— Да, принцесса, — выдохнул он, облизав её шею. — Говори моё имя. Оно твоё.

Она почувствовала, как что-то твердое коснулось её живота под водой. И ей понадобилось всё её самообладание, чтобы не обхватить его ногами.

Энцо оторвал от неё губы, его грудь вздымалась. Его руки всё ещё находились в её волосах, когда он проговорил рядом с её шеей:

— Скажи мне это сейчас. Скажи, что ты хочешь остаться друзьями. И что всё это ничего не значит.

Она начала задыхаться, желая снова чувствовать прикосновение его языка. Но она не смогла этого сказать. Не смогла произнести то, что он хотел услышать, так как слова короля всё ещё звенели в её голове.

— Просто друзья, — выдохнула она, и они оба услышали ложь в её словах.

Он усадил её на скамейку, погруженную под воду, и, опустившись чуть ниже, склонился над ней.

— Сладкая лгунья, — промурлыкал он, и рукой прошёлся вверх по её бедру под водой, заставив её содрогнуться.

Он начал посасывать её нижнюю губу, и она снова застонала, в то время как его рука начала водить круговыми движениями по внутренней стороне её бедра, перемещаясь всё ближе и ближе к тому пульсирующему месту, что изнывало от желания, которое никогда её не покидало.

— Соври мне что-нибудь ещё, — сказал он и прикусил мочку её уха.

— Я тебя ненавижу, — сдавленно произнесла она.

Он отпрянул, глядя на то, как она начала извиваться в воде. Он всё ещё мог видеть лишь верхнюю часть её тела и округлости грудей над водой. А затем его глаза почернели, он нагнулся над ней, и его рука остановилась недалеко от того места, где она отчаянно желала её почувствовать. Его дыхание было тёплым, когда он облизал впадинку на её шее и прошептал:

— Мы не друзья.

А затем его большой палец скользнул между её ног, заставив её запрокинуть голову и содрогнуться. Круговые движения сделались более уверенными. Он обнял её и продолжил работать своим пальцем. Неожиданно, он издал шипение, и его челюсти сжались.

— Ты такая мягкая, — прошептал он рядом с её мокрой кожей, как вдруг она завладела его губами, желая ощутить каждую клеточку его тела внутри себя, позабыв обо всех проблемах, правилах и неминуемой гибели, которая её ожидала. Элара застонала ещё громче, а когда его палец погрузился внутрь неё, всё её тело охватил огонь. Она начала двигаться, а он тихонько выругался и надавил на чувствительную точку внутри неё, которая так жаждала освобождения, и начал медленно двигать пальцем. Элара попыталась дотянуться до него под водой, но он схватил её за руку.

— Не сегодня, — хрипло сказал он. — Я хочу посмотреть, как ты кончишь для меня.

Она взглянула на него. Его слова настолько приблизили её к высшей точке наслаждения, что она была готова закричать. Почувствовав её возбуждение, он погрузил в неё ещё один палец. Она впилась зубами в его плечо, чтобы не вскрикнуть, а он одобрительно зарычал. Он надавил ещё сильнее и ещё глубже вошёл в неё, а его большой палец продолжил ласкать её чувствительную точку. Она почувствовала нарастающую волну, ревущую и невероятную. Она поднималась внутри неё так быстро, что Элара больше не могла её сдерживать. Она начала тереться о его пальцы, умоляя его продолжать. А он, поддерживая её своими сильными руками, жадно ею упивался.

— Энцо, — исступленно простонала она.

— Соври мне сейчас, — прошипел он. — Скажи мне, когда я трахаю тебя своими пальцами, что мы просто друзья. Скажи мне, когда я касаюсь твоей идеально мокрой плоти, что ты ничего не чувствуешь.

Его голос был наполнен яростью и отчаянием.

Элара замедлилась, её сердце бешено колотилось. Наслаждение наполнило и захватило целиком её тело. Она была так близка.

— Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить? — выдохнул он, укусив её в шею.

— Да, — взмолилась она, находясь в паре секунд от оргазма.

Его пальцы замерли, и она в шоке отпрянула, когда её лишили удовольствия.

— Что ты?..

— Тогда скажи, что ты лгунья, — прошептал он и слегка согнул пальцы.

Другой рукой он схватил её за подбородок, и его дыхание обдало её так, словно это была его жизненная сила. Её вдохи сделались неровными, его рука снова начала медленно двигаться, а удовольствие нарастать.

— Я лгунья, — выдохнула она ему в губы.

— Я знаю, — проговорил он в ответ и захватил её губу своими зубами. — А теперь кончи для меня, Элара.

Это стало последней каплей. Волна обрушилась вниз, и она рассыпалась вокруг него, сжав ноги, в то время как он продолжал работать своими пальцами. Волна то отступала, то снова захлестывала её. Золотые искры начали сверкать вокруг неё до тех пор, пока она, наконец, снова не вернулась на землю. Она схватила его за плечи и прижалась к его груди, тяжело дыша. Он осторожно вынул из неё пальцы, усадил на скамью и поцеловал в лоб.

— Я хотел сделать это с того самого момента, как ты проигнорировала меня во время нашего первого обеда,— сказал он, внимательно глядя на неё в тёмном свете влажного помещения.

Его глаза были как у того Льва из знакомых ей историй, пугающие и притягательные. А она и забыла, каким безжалостным может быть это мужчина. И когда он сам как будто бы понял это, его лицо смягчилось, а взгляд прояснился.

— Ты можешь рассказать мне о том, что случилось между солнцестоянием и сегодняшним моментом. Мы сможем с этим справиться.

Она посмотрела на него потускневшими глазами.

— Энцо, ты прав. Все иначе, — она подняла глаза к потолку. — То, что я чувствую по отношению к тебе... Я никогда ни к кому этого не чувствовала. Но ты также знаешь о пророчестве. Я просто не могу этого допустить, как бы сильно мне этого ни хотелось. Всё это приведёт к ещё большей боли.

Он сжал губы и смиренно ответил:

— Если ты действительно этого хочешь.

— Я не хочу этого. Но именно это необходимо.

Элара стиснула челюсти, пытаясь взять себя в руки.

Долгое время Энцо молчал, а затем сказал:

— Хорошо. Давай отведем тебя в кровать, тебе следует отдохнуть перед тем, что должно случиться.

Он развернулся, и мышцы заиграли на его спине.

— Мне кажется, теперь тебе будет легче уснуть, — бросил он через плечо.

Из неё вырвался смешок, после чего она последовала за ним. Волосы прилипли к её спине, а ноги всё ещё подкашивались из-за того, что произошло. Он вышел из воды, и мышцы на его великолепной спине заиграли. Он был полностью голый, и когда он направился к краю бассейна, чтобы одеться, она отвела взгляд. Неожиданно ей стало неловко из-за того, что они сделали. Он передал ей полотенце.

— Отвернись, извращенец, — сказала она, но он лишь рассмеялся и покачал головой.

— После всего, что случилось, ты по-прежнему заботишься о приличиях?

Но затем он закрыл глаза и отвернулся, а она вздохнула, вышла из бассейна, быстро вытерлась и взяла чистую ночнушку, которую принесла с собой. Её блестящая шёлковая ткань скользнула по полу.

— Твоё замечание бесполезно, потому что этого больше не повторится, — ответила она.

А он лишь одарил её самодовольной улыбкой, после чего они вышли из влажного помещения. Прохладный воздух заставил её тело покрыться мурашками, и когда Энцо заметил, что она дрожит, он взял свою рубашку, накинул на неё, а затем повёл Элару в её комнату. Они шли в тишине, и Элара настолько потерялась в своих мыслях, что не могла даже сформулировать ни одного предложения. Они очень быстро дошли до комнаты, и Энцо прислонился к стене, взглянув на неё.

— Элара, утром я уезжаю, — тихо сказал он.

Она в панике посмотрела на него.

— Отец приказал мне отправиться к озеру Астра, на случай если Ариэт приплывет на корабле. Там уже выставлена армия, а Лео нужен нам на границе с Астерией.

Он испустил глубокий вздох.

— А что насчёт дворца? Здесь явно кто-то должен остаться? — сказала она, отчаянно цепляясь за соломинку.

— У нас есть ты. Изра тоже придёт сюда. И во дворце также будет находиться подготовленное подразделение солдат, на случай, если Ариэт решит что-нибудь выкинуть. Но мы в любом случае перехватим его раньше, чем он подойдёт к дворцу. Обещаю, я вернусь к тебе до того, как он явится сюда. Только... пожалуйста, береги себя. Не делай ничего безрассудного.

Она печально ему улыбнулась.

— Неужели я в этом замечена?

Он не ответил на её улыбку.

— Я выезжаю на рассвете. Если ты хочешь поговорить, найди меня. Если нет, я приму твоё решение. И буду тебе другом.

Повисла долгая тишина. Элара зашевелила губами, желая закричать. Из-за того, как всё это было несправедливо, из-за того, как сильно она была в него влюблена. Было бы жестоко сказать ему об этом и дать надежду в этой безнадежной ситуации. Пророчество снова и снова продолжало звенеть в её голове. Её тени полностью поглотили вырывавшийся из неё крик, и она ничего не сказала. А он в последний раз пристально на неё посмотрел, после чего скрылся в ночи, оставив её одну с его рубашкой в руках

Она застыла, крепко сжимая рубашку и наблюдая за тем, как он скрылся в тенях. Её охватила такая сильная паника, что она не могла дышать. Она чувствовала себя наркоманом, который слишком долго жил без опиума... а затем, когда она увидела его в воде, оказалась с ним рядом... её сердце тянулось к нему. Такие разные эмоции боролись сейчас в её душе, а голову разрывали противоречивые мысли. Всё ещё с мокрой головой и во влажной ночнушке, прилипшей к её телу, она оторвалась от дверного косяка и, не раздумывая, пошла прочь из дворца. Она побежала в то единственное место, в котором, как ей казалось, она могла найти ответы на все вопросы.

Глава 47

— Я не знала, куда ещё пойти, — тихо сказала она, войдя в дверной проём уютного, тёплого дома Изры.

Изра смягчилась и обняла Элару.

— Что случилось?

Элара закусила щёку, чтобы не расплакаться.

— Пророчество... Я пыталась убежать от него, пыталась найти в нём лазейку. Я не могу отрицать свои чувства, отрицать правду.

Она услышала звон посуды на маленькой кухне, где Изра принялась ставить чай. Она вышла оттуда пару мгновений спустя и протянула Эларе чашку горячего мятного чая с мёдом, а затем осторожно обернула плечи Элары махровым полотенцем.

— Когда я нахожусь рядом с Энцо, я чувствую... я чувствую, как меня к нему тянет. На физическом уровне.

Она приложила руку к сердцу.

— Здесь. Я желаю его, даже когда он не находится рядом. Я пыталась его оттолкнуть, сказать ему, что мы можем быть только друзьями из-за этого долбаного пророчества, о котором мне так любезно напомнил король Идрис.

Она испустила дрожащий вздох.

— Как я могу отдать ему своё сердце, если мне сказали, что оно принадлежит другому? Слишком многие тогда пострадают.

— Ты никогда не рассказывала мне о том, что сказал король, — тихо проговорила Изра.

Элара печально фыркнула.

— Да, король... Весь этот хаос из-за него.

Она взмахнула рукой в воздухе.

— В ту ночь, на солнцестояние, перед тем, как вы пришли ко мне в комнату, мы находились в одном из помещений. Энцо отдал мне свою корону, и затем...

— Он отдал тебе свою корону?! — прервала её Изра, округлив глаза от удивления, и Элара застыла на месте.

— Да... Он надел её мне на голову. Но это была всего лишь игра.

Она замолчала, так как её начал охватывать ужас.

— Элара, говори, что он конкретно тебе сказал?

— Он... — она нахмурилась, пытаясь восстановить мутные воспоминания, заполненные дымом. — Он встал передо мной на колени, снял корону со своей головы и сказал: "Я отдаю тебе свою корону, Элара", — после чего надел её мне на голову. Я думала, что это какая-то шутка.

Изра долго молчала, изучая Элару.

— Он встал перед тобой на колени, — прошептала она. — Элара, Энцо никогда ни перед кем не вставал на колени. Даже перед своим отцом, королём Гелиоса.

Изра испустила глубокий вздох.

— При дворе Гелиоса существует традиция. Она уходит своими корнями далеко в прошлое. То, что он отдал тебе свою корону, означает, что если он взойдёт на трон, он выберет тебя своей королевой либо откажется ради тебя от королевства.

Сердце Элары бешено забилось. Она, должно быть, не так расслышала Изру.

— Этого не может быть.

— Согласно традиции, мужчина отдаёт свою корону, а затем представляет свою избранницу двору, чтобы тот решил, выбирает ли он её своей будущей королевой. Нет никаких сомнений в том, что если бы вас не прервали, он бы вывел тебя из того помещения с короной на голове, чтобы все могли это увидеть.

Воспоминания начали наполнять голову Элары, спотыкаясь друг об друга, и она вдруг поняла всю силу чувств Энцо по отношению к ней.

— Сирены, — едва слышно произнесла она. — Одна из них посмотрела на меня и сказала, что её песня не действует ни на меня, ни на Энцо. Из всех находившихся в лодке только мы двое оказались не подвержены их чарам.

Изра кивнула.

— Песня сирен не действует на тех, кто уже влюблён. Я думаю, что в этом всё дело, хотя тогда вы ещё даже не подозревали об этом.

Руки Элары задрожали. Она не могла их остановить.

— А что ты увидела, когда считывала меня? — выдавила она. — Ты вздрогнула, когда коснулась моего плеча.

Изра испустила глубокий-глубокий вздох.

— Думаю, тебе пора кое о чём узнать, раз вы, идиоты, не можете разглядеть это сами.

Она со всей серьёзностью посмотрела на Элару.

— Я увидела ваши пути... пути, которые вели в сторону друг друга с того самого дня, как вы родились. Я увидела ваше детство; ваши жизни были зеркальными. Каждое решение, которое вы оба принимали, вело вас друг к другу.

Чёткое осознание правды укоренилось внутри Элары прежде, чем Изра произнесла свои следующие слова:

— Ты ведь слышала о родственных душах, Элара?

Слеза скатилась по щеке Элары.

— Все об этом слышали, — прошептала она. — Душа, разделённая надвое. И каждая половина является идеальным дополнением другой. Они перерождаются снова и снова до тех пор, пока снова не найдут друг друга. Даже Звёзды в это верят. А мне рассказывали об этом, когда я была ещё девочкой.

Изра сжала её руки, и её собственные глаза наполнились слезами.

— Ваши души связаны. Он твоя родственная душа, Элара.

Наступила тишина, заглушаемая лишь пульсацией крови, бегущей по венам Элары.

— Нет, — прошептала она.

Стены вокруг как будто начали схлопываться. Свечи замерцали в комнате Изры, которая мрачно смотрела на Элару.

— Это противоречит пророчеству.

Изра подняла её руки.

— Я знаю, это бессмысленно. Но я говорю только правду. Правду, которую, как мне кажется, ты знала уже долгое время и предпочла не обращать на неё внимания.

Элара словно в трансе опустилась на стул, её руки дрожали.

— Эли... он угрожал Энцо. Говорил, что расскажет мне правду о чём-то. Я никогда не видела, чтобы Энцо был настолько напуган. Его слова как-то связаны с этим?

Тишина. Изра уставилась в стену. Именно это подтверждение и требовалось Эларе.

— Изра, Энцо знает?— прорычала она.

Изра посмотрела на неё холодным взглядом.

— Он приходил ко мне, — тихо сказала она. — В ту ночь, когда ты пробудила свою магию. Когда создала дракона из тени. Я никогда не видела его в таком состоянии. Таким взволнованным, таким потрясённым. Он ходил из стороны в сторону, рассказывая мне о том, что ты спрыгнула со скалы, а он последовал за тобой, словно это был не его выбор, а какое-то физическое притяжение.

Элара прижала руки к столу и поглядела на них.

— Он рассказал мне о том, как ты выглядела, когда летела с ним. Как что-то мощное пробудилось внутри него, когда ты коснулась его после. Это было похоже на удар молнии.

Элара вспомнила, как он вздрогнул, когда она обрабатывала порез на его лице, и как она списала это на боль. Вспомнила, что почувствовала точно такую же вспышку, когда он поцеловал её в Афродее.

— Он всё говорил и говорил о том, что он как будто встречался с тобой раньше... и что он как будто узнал тебя, хотя это казалось невероятным. Именно так ощущается связь, соединяющая души, Элара. Души, которые любили друг друга на протяжении всего их существования. Души, которых не может развести даже Судьба, как бы она ни пыталась.

— На следующий день он полностью от меня отгородился.

— Это я посоветовала ему, — призналась Изра. — Я знала о пророчестве и сомневалась в том, что увидела. Но, похоже, даже если бы он захотел, он бы не смог держаться от тебя подальше.

Ошеломленная, Элара погрузилась в молчание. Прошла минута, а может быть час.

— Ты знала всё это время и ничего не сказала, — хрипло произнесла она, наконец, так как во рту у неё пересохло, так сильно пересохло.

Губы Изры вытянулись в прямую линию.

— Я не смогла бы тебе рассказать, даже если бы захотела. Судьба должна свершиться так, как предписано.

— Ты наблюдала за мной всю эту неделю.

— За тем адом, в который ты сама себя погрузила, — строго поправила её Изра. — Я говорила тебе послушаться меня.

Из Элары вырвался удивленный дрожащий смешок.

— Я даже не могу на тебя злиться. А уж тем более на него. Он переживал это вместе со мной всё это время.

Её глаза наполнились слезами.

— Я не знаю, что думать. Чему верить.

Изра нашла её руку и нежно её сжала.

— Забудь обо всём. О пророчестве. О Звёздах. Ты должна была верить только этому.

Она прижала ладонь к сердцу Элары.

— Пусть оно направит тебя, любовь моя. Оно ещё ни разу тебя не обманывало.

Элара увидела, как оранжевые предрассветные лучи упали на лицо Изры. Резко вздохнув, она встала на ноги.

— Он сказал мне, что уезжает сегодня. Что король приказал ему поехать на озеро Астра. Он даже не сказал мне, когда вернётся.

Изра обеспокоенно нахмурилась.

— Тогда иди. Сейчас же, Элара. Ты должна рассказать ему всё.

Элара снова взглянула на Изру, и слёзы счастья и одновременно печали потекли из её глаз. Она быстро обняла подругу, после чего выбежала на улицу, залитую рассветными лучами.

Она побежала прямиком во дворец, и её шаги застучали по мощеной улице. Обратив своё лицо к Свету, она заметила, как быстро он начал заливать ночное небо. В отчаянии она взмахнула рукой, и в глухом гелионском переулке появился дракон, лежащий на земле. Она запрыгнула на него и полетела быстрее, чем когда либо, в погоне за рассветом, занимавшимся на небе.

Задыхаясь, она прибыла к главному входу во дворец, в одно мгновение заставила тени исчезнуть и вбежала в ворота.

— Мадам, — остановил её стражник, но тут же замолчал, узнав её, когда она бросила на него ядовитый взгляд.

Она понеслась по дворцовым коридорам, и её шаги застучали по мраморному полу, эхом разносясь по тихим помещениям дворца. Она обогнула заспанного прислужника, который начал свой обход, и свернула на дворцовую лужайку, разделявшую два крыла. Из её руки снова вырвалась тень, и, не мешкая ни секунды, она подлетела в воздухе, приземлилась на своего дракона и ринулась в сторону балкона Энцо.

Почувствовав боль в боку, она сжала зубы и спрыгнула на террасу балкона. На ручке двери, оказавшейся перед ней, была вырезана голова ревущего льва, которая выдавалась вперёд, словно живая. Издав удивленный смешок, она надавила всем своим весом на дверь, и пошатнулась, когда та открылась.

— Энцо! — воскликнула она, задыхаясь и вбегая внутрь. — Энцо, ты был прав насчёт всего. Я...

Кровать перед ней оказалась пуста. Чёрное постельное белье на ней было аккуратно заправлено, а вокруг не было никаких признаков жизни.

Энцо уехал.

Глава 48

Элара застыла на месте, боясь сделать вдох и нарушить тишину комнаты. Её взгляд упал на кровать. Она была сделана из золота и утоплена в чёрный мраморный пол. Это была кровать из того сна, который приснился ей в первую ночь её пребывания здесь, и в котором она увидела саму себя.

Неожиданно в комнате раздался резкий звук, пронзивший её уши. И только опустившись на пол, она поняла, что это был её собственный крик. Из неё вырвался скорбный вой, который сменился рыданиями, которые начали сотрясать её тело.

Снова.

И снова.

Она сидела на полу, чувствуя прикосновение холодного мрамора к своим обнажённым коленям.

"Идиотка. Трусливая, никчемная идиотка", — зашипела она на саму себя.

Она так и не воспользовалась возможностью быть счастливой, быть влюблённой и быть любимой. Кто знает, что должно было произойти завтра, а она потратила столько времени на пророчество и жестокие слова, сказанные тираном.

Рыдания не переставали сотрясать её тело. Боль была такой сильной, что ей было необходимо подняться. Покинуть эту комнату, в воздухе которой всё ещё витал запах тёплой амбры, его запах.

Шатаясь, она подошла к двери и нащупала ручку, так как её глаза заволокло слезами, после чего вышла из комнаты. Она вслепую дошла до своей комнаты, где кое-как натянула платье, достала из-под подушки лезвие из сумеречного стекла и дрожащими руками прикрепила его к бедру вместе со своим кинжалом. Проверив, что они были надёжно закреплены, она ещё раз оглядела комнату и вышла.

У неё не было никакого плана. Она не знала, куда идёт, но она знала, что должна найти Энцо. Её сандалии глухо застучали по гелионским мостовым, но она даже не понимала, куда идёт. Наконец, она оказалась перед его мастерской, на маленькой чистой площади, где было тихо этим ранним утром. Она замешкалась у двери, словно только сейчас начала понимать, где находится. А затем, проглотив рыдания, она, наконец, отворила дверь.

Она нашла мастерскую в том же состоянии, в каком они оставили её в тот день, когда создали сумеречное стекло несколько недель назад. Её книги были рассыпаны по мягкому дивану, инструменты Энцо остались лежать на рабочем столе. На небольшом столике на садовой террасе стоял графин с водой. Это место хранило все самые безмятежные моменты и чистые воспоминания. Её душу тянуло сюда — это был её дом. Она подошла к рабочему столу и провела рукой по инструментам. Печальная улыбка появилась на её лице, когда она вспомнила, как Энцо пытался накормить её ванильной выпечкой на этом самом месте.

Она развернулась, и её взгляд упал на кусок ткани, заляпанный краской, мелом и мелкой пылью. Таинственная работа Энцо. Она снова улыбнулась, провела рукой по материалу и откинула ткань.

Из неё вырвался резкий вдох.

На огромном камне высотой с Элару был вырезан балкон. На нём распускались розы, выполненные в таких мельчайших подробностях, что ей показалось, что она может почувствовать их запах. Элара не смогла удержаться и коснулась их. Они казались такими реальными и живыми. Её руки стали двигаться в сторону фигуры женщины в натуральную величину, которая была высечена в камне.

Она провела по очертаниям её тела, которые скрывало свободное платье. Длинные кудрявые волосы струились вниз, свисая с балкона. А когда Элара подняла глаза, миновав шею прекрасной статуи, а затем острый подбородок и полные губы, то поняла, что смотрит на саму себя.

Её дрожащие губы тронула улыбка, а глаза наполнились слезами, когда она заглянула в свои собственные глаза, запечатленные в камне, которые были такими живыми и наполненными триумфом.

И это создал Энцо. Он вложил в камень столько любви. По отношению к ней.

В шоке и благоговении, она молча уставилась на это произведение искусства. Каждая линия была выведена с такой тщательностью, что Элара сразу же узнала момент, который запечатлел Энцо. Она вспомнила, как впервые высвободила свою магию, и как они летели на драконе, и тот восторг, что она испытала, когда заставила дракона перенести Энцо в его комнату, перегнувшись через балкон. Именно этот момент он и запечатлел. Его великолепие, красоту и силу.

— Элара, — выдохнул кто-то у неё за спиной.

Она развернулась с колотящимся сердцем.

— Энцо, — задыхаясь проговорила она. — Я думала, что ты уехал.

— Я пытался, но не смог, — хрипло проговорил он срывающимся голосом. — Я никогда, мать его, не смогу уехать от тебя.

Она сделала шаг в его сторону.

— Это я. Скульптура.

Слёзы потекли из её глаз, когда она взглянула на него, стоящего у двери, сжимающего и разжимающего кулаки. Он проследил за ней, хотя сам не сдвинулся с места.

—Тот день, когда мы спрыгнули со скалы.

Он кивнул один раз.

— Я чувствую то же, что почувствовала при виде фонтана в саду.

Она полностью развернулась к нему так, что теперь её мраморное изображение возвышалось за её спиной.

— Я...

Он стиснул зубы, сглотнул, а затем задвигал челюстью из стороны в сторону, словно раздумывал, стоит ли ему продолжать. А затем он закрыл глаза, и его лицо приняло решительное выражение.

— Я знал уже тогда.

— О чём знал? — спросила она почти шепотом.

— Что я влюблён в тебя.

Сердце Элары остановилось. Наступила тишина, такая оглушительная, что можно было бы услышать звон булавки, упавшей на пол. Элара приоткрыла рот, но он поднял руку.

— Элара, я влюблён в тебя. И это так мучительно. Это и был мой секрет, моя плата Эли. Я рассказал ему, что начал влюбляться в девушку, которая никогда не сможет полюбить меня в ответ.

Элара сделала шаг вперёд, слёзы потекли по её щекам. Энцо отыскал глазами её глаза, и посмотрел в них безумным взглядом.

— Я полюбил тебя в тот самый момент, когда мы летели в небе, и когда ты повернулась ко мне и улыбнулась той улыбкой. Я пытался всё прекратить, пытался оттолкнуть тебя, но не смог.

— Энцо...

— Нет, Эл.

Это было похоже на то, как если бы прорвалась плотина, и слова потоком потекли из него.

— Мне надо, чтобы ты поняла. Ты сказала, что мы можем быть только друзьями, и я был готов на это согласиться. Я понял это в ту ночь, — хрипло проговорил он, прислонившись к дверному проему.

— Я был готов согласиться на крошки с твоего стола. Был готов наслаждаться тобой урывками, даже несмотря на то, что мне хотелось утонуть в тебе. Лишь бы быть с тобой рядом.

Тело Элары содрогалось от каждого слова, которым он ласкал её. Между ними растянулась тишина. Энцо начал нервно перебирать руками, мускул на его челюсти пульсировал. Она посмотрела на него, и самые разные ответы были готовы сорваться с её губ. Но были всего три слова, которые ей хотелось произнести.

— Утони во мне.

Его голова резко поднялась, все мышцы напряглись. Их взгляды коснулись друг друга. Он испустил дрожащий вздох, а затем за два шага преодолел расстояние между ними и запустил руки ей в волосы.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она ему в губы. — Думаю, я начала влюбляться в тебя в тот самый момент, когда мы встретились. Тебя было так легко полюбить. Твою силу, страсть, твоё прекрасное сердце льва.

Она положила руку ему на грудь, где неровно билось его сердце.

— Мне кажется, что я ждала тебя всю свою жизнь, — тихо проговорила она.

Улыбка, которой он ответил на её слова, была самой прекрасной вещью, которую она когда-либо видела. Даже более красивой, чем то мраморное сокровище, которое он создал. Свет начал исходить от него, когда он коснулся губами её губ. Она прижалась к нему, и из неё вырвался стон, а её тени окутали его. Он крепко прижал её к себе, отчего она испытала восхитительную боль. Она запустила руки в его кудри и потянула за них, наклонив его голову так, чтобы ей было удобно его поцеловать. Он издал низкий рык, а его руки начали блуждать по её телу, словно он не знал, с чего ему начать теперь, когда она принадлежала ему. Он приподнял её, а она обхватила его ногами, позволив ему усадить себя на стол. Он на секунду оторвался от её губ и смёл со стола свои инструменты. Она оглядела его, охваченная желанием.

На него упал Свет и позолотил черты его лица так, словно он был избранным. Шероховатыми пальцами он приподнял её платье, и она вдруг осознала, что уже намокла. Наклонив её голову вбок, он прошёлся языком по её шее.

— Я представлял тебя, лежащей на этом столе, с того самого момента, как ты вошла в мастерскую, — проговорил он. — Моя муза. Ты только посмотри, какая ты чертовски красивая.

Она застонала от его слов, а он отклонился назад, чтобы рассмотреть её. Её волосы рассыпались по столу, губы припухли, а платье собралось вокруг неё. Он тут же переместил руку выше, а другой рукой начал расстегивать пряжку ремня, после чего притянул её к себе.

— Я ходила к Изре, — выдохнула она, выгнув шею и отчаянно желая получить от него ещё больше.

Он начал медленно целовать её, и от сладких движений его языка, её начали прожигать огненные вспышки.

— Неужели, принцесса? — проговорил он рядом с её шеей и замер. — Уверен, она рассказал тебе что-то очень интересное.

Элара осторожно откинулась назад, и в её серебряных глазах сверкнуло пламя.

— Она рассказала мне всё. О том ритуале, когда кто-то отдаёт кому-то свою корону. И что это значит.

Энцо остановился. Её охватила паника, и она начала сомневаться в том, что ей следовало об этом упоминать. Но затем, не отводя от неё взгляда, Энцо медленно опустился перед ней на колени, и его грудь оказалась теперь на уровне её бёдер. Он обхватил рабочий стол руками, по обе стороны от неё.

— В ту ночь, когда я отдал тебе корону, меня грубо прервали.

Он потянулся рукой к короне на голове.

— Насколько я помню, я чётко выразил желание попробовать тебя на вкус в тот момент, когда она будет на тебе.

Её губы приподнялись в улыбке, когда он снова надел на неё корону. Прохладное золото коснулось её головы. Глухая пульсация начала отдаваться внизу её живота, когда он подхватил её ноги руками, коснувшись сквозь платье её нежной плоти. А затем он снова взглянул на неё.

— Что-то подсказывает мне, что тебе нравится, когда я стою перед тобой на коленях.

— Я никогда не видела ничего более привлекательного, — промурлыкала Элара.

— Может быть, я должен сделать тебя не королевой, а богиней; тогда я смогу поклоняться тебе, как полагается.

Его улыбка сделалась кошачьей, когда он задрал ей платье до самого пояса. После купален она не успела надеть нижнее бельё, и почувствовала, как прохладный воздух заиграл на её коже. Она содрогнулась.

— Да, — выдохнул он. — Я решил, что буду молиться тебе с помощью своего языка.

Её нога мягко приземлилась ему на грудь, оттолкнув его назад. Он недоуменно посмотрел на её ногу, а затем его взгляд наполнило желание, когда он снова посмотрел на неё. Его глаза с вызовом засияли.

— Умоляй меня.

Он тихонько рассмеялся, закусив губу, а Элара улыбнулась.

— О, а ты коварная.

— Всего лишь играю в твою игру.

Энцо застонал, и его глаза метнулись в сторону её промежности, которая была теперь на виду, так как её нога была приподнята.

— Пожалуйста, — выдохнул он.

— Что "пожалуйста"? — промурлыкала она.

— Пожалуйста, Элара, позволь мне попробовать тебя на вкус.

Его глаза загорелись, когда он посмотрел на неё. Она закусила губу, схватилась за платье двумя руками, после чего сняла его через голову и бросила на пол. Энцо начал осматривать её обнажённое тело, наслаждаясь каждым сантиметром, вкушая каждый изгиб. Его взгляд был таким чувственным, что оставлял за собой огненный след.

Она заставила себя посмотреть ему в глаза и раздвинула ноги.

— Возьми то, что тебе принадлежит, принц, — выдохнула она, и Энцо не стал медлить.

Его язык тут же погрузился в неё, с силой прижавшись к её промежности. Она ахнула и сжала край столешницы, когда волны удовольствия прокатились по её венам. Она запустила руки в его густые кудри, подалась вперёд и начала двигаться, ощутив настоящий экстаз от его прикосновения к её плоти. Звук, который оказался ей совершенно незнаком, вырвался из неё, когда он начал медленно водить языком круговыми движениями.

— На вкус ты именно такая, как я представлял, — прорычал он, а затем закончил свою мысль медленным дразнящим поцелуем. — Как вишни, подогретые на свету. Такая чертовски сладкая.

Он застонал, и его голова снова опустилась, а руки, сомкнувшись на её бёдрах, начали придвигать её всё ближе и ближе так, чтобы он мог проникнуть в неё ещё глубже. Она никогда не чувствовала подобного удовольствия. Она была божеством в его руках. А его губы — неистовая молитва на её теле, полная благоговения и обожания. Элара выгнула спину, её голова откинулась назад в экстазе, а с губ сорвался стон.

— Я знаю, принцесса, — проговорил он.— Я знаю.

Его язык танцевал и дразнил, после чего поглотил её всю. А затем он начал двигаться в противоположном направлении, и золотые волны с такой силой окатили Элару, что её тело засияло. Она чувствовала, что тонет и одновременно летит. И всё вокруг свелось к одному этому моменту, когда он стоял на коленях, преклоняясь перед ней. И в тот момент, когда она уже решила, что не смогла бы взлететь ещё выше, она почувствовала, как Энцо медленно погрузил в неё палец.

— Боги, Энцо, — выдохнула она, когда он заполнил её.

— Моё имя на твоих губах в тот момент, когда я нахожусь внутри тебя, вероятно, мой самый любимый звук в мире, — сказал он низким голосом, от которого её промежность завибрировала.

Она содрогнулась и сдвинулась, пытаясь создать подобие фрикции и утолить то желание, что нарастало у неё внутри. Но Энцо остановил свой палец и, не сводя с неё глаз, продолжил облизывать и посасывать её.

— Произнеси его ещё раз, — хрипло сказал он.

— Лорэнцо, — простонала она.

Испустив вздох, он погрузил в неё ещё один палец, и, улыбнувшись ей львиной улыбкой, загнул оба пальца и начал безумно медленно двигать ими туда-сюда и снова провёл по ней языком. От этого сочетания она оказалась почти на самом краю, и почувствовала, что вот-вот кончит благодаря его настойчивым движениям пальцами, которые повелевали ей.

— Как ты там сказала? Ты никогда не чувствовала раньше ничего подобного?

Он начал медленно посасывать её, заставив её дернуться.

— Ах да, — сказал он, ухмыльнувшись. — Огонь.

К полному удивлению Элары, она почувствовала, как тёплое пламя начало облизывать её в то время, как Энцо прижал к её плоти весь свой язык, на котором заплясал огонёк, и красные и оранжевые искры начали описывать на ней круги. Это было приятное тепло, от которого всё её тело покрылось мурашками.

У неё зашумело в ушах, а язык и пламя Энцо продолжили ласкать её, пульсируя и мерцая.

— Энцо, я сейчас кончу, — выдохнула она, начав извиваться всем телом.

Он оторвал от неё свои губы.

— Нет, не сейчас.

Он достал из неё свои пальцы, и она ахнула, почувствовав пустоту внутри. У неё перехватило дыхание из-за того, что всё так неожиданно закончилось, хотя она была так близка. Энцо провёл языком по губам, покрытым ею. А затем он лениво провёл большим пальцем меж её ног, снова заставив её дернуться.

Она не могла вымолвить ни слова. Её зрачки расширились, и теперь её глаза казались практически чёрными. Его глаза были полны желания, когда он посмотрел на неё, тяжело дыша и всё ещё стоя на коленях.

— Скажи мне, чего ты хочешь, Элара, — тихо сказал он, и вместо хищнического золотого блеска в его глазах появилось что-то глубокое, сродни мольбе.

— Тебя... Тебя и только тебя, — прошептала она.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. А когда открыл их, вокруг его зрачков остались лишь тонкие золотые колечки. Не говоря ни слова, он приподнял её так, что ей пришлось обхватить его ногами за талию. Он страстно её поцеловал, и, почувствовав себя на его губах, Элара снова содрогнулась от удовольствия.

Он нежно опустил её на пол, на белые полотнища, разложенные по всей мастерской для сбора мраморной и гипсовой пыли. Золотой Свет струился сквозь широкие окна, отражаясь от скульптур и бюстов, которые их окружали. Элара осторожно сняла корону со своей головы и положила её рядом с собой. Развернувшись, она провела пальцами по огромному бюсту, который стоял рядом с ней на полу, и коснулась большим пальцем губ статуи. Рассветные лучи заиграли на её обнажённом теле, когда она снова посмотрела на Энцо. Он замер, а она выгнула спину, вытянула руки над головой и закрыла глаза, наслаждаясь теплом.

— Я собираюсь запечатлеть в камне то, как ты сейчас выглядишь, — выдохнул он и снял рубашку через голову.

Его мышцы напряглись, когда он склонился над Эларой, поставив руки по обе стороны от неё.

— Ты такая... такая красивая.

Он пропустил прядь её волос между пальцами, а она улыбнулась ему. Свет теперь танцевал и на нём тоже, а его золотые лучи отражались от бронзовой кожи Энцо.

— После этого ничто уже не будет как прежде. Ты ведь это понимаешь?

— Всё давно уже не так, как прежде, — прошептала Элара. — И всё равно я выбираю тебя.

— Чёрт, Элара, — выдохнул он. — Ты не представляешь, что ты со мной делаешь, говоря эти слова. Я хочу, чтобы ты увидела это своими глазами.

И сказав это, он медленно расстегнул штаны и позволил им спуститься вниз, высвободив свой твёрдый член. Элара перестала дышать. Она почувствовала глухую пульсацию внутри себя, увидев, каким он был большим и толстым.

— В Афродее, когда ты оседлала меня, мне потребовалось всё моё самообладание, чтобы не трахнуть тебя прямо там, на троне, на виду у всех.

Он лениво ей улыбнулся.

— Хотя, я думаю, что ты была бы не против.

Элара закрыла глаза, услышав его порочные слова и позволив им воспламенить её.

— Думаю, ты слишком хорошо меня знаешь, — выдохнула она, а он мрачно усмехнулся.

Когда она открыла глаза, его взгляд был прикован к ней.

— Раздвинь для меня свои ноги, принцесса.

Он села и, не сводя с него глаз, откинулась на руках, точно зная, чего она хочет и что она собиралась сделать, невзирая на обстоятельства. Глядя на него решительным взглядом и приподняв подбородок, она сделала, как он сказал. Она заметила, как он дёрнулся, и закусила губу, не веря тому, что она смогла вызвать у него такую реакцию, даже не касаясь его. Он зашипел, стиснув зубы, и медленно опустил глаза на её губы, груди и далее до самого низа, неторопливо наслаждаясь зрелищем, в котором ему так долго отказывали.

— Ляг на спину, — проговорил он.

Она опустилась на ткань, а он наклонился вперёд, зафиксировал руки у неё над головой одной рукой, а другой рукой начал выводить узоры на её бёдрах, недалеко от того места, которое изнывало от желания.

— Пожалуйста, — почти взмолилась она.

Уголок его губ приподнялся.

— Неужели принцесса наконец-то научилась хорошим манерам?

Он погрузил в неё один палец, а затем облизал и слегка прикусил её шею. А далее проложил дорожку из поцелуев до её груди, где начал водить языком вокруг соска, чем заставил её выгнуть спину.

— Ты такая мокрая, — простонал он ей в ухо, продолжая работать пальцем и переплетя свои пальцы с её пальцами у неё над головой.

Элара не могла больше вымолвить ни слова. У неё в голове не осталось ни одной связной мысли, кроме того, что она хотела ещё и ещё. Она попыталась погрузить его палец ещё глубже.

— Терпение это важная добродетель, Элара, — снова прошептал он рядом с ее кожей.

— А твои издевательства следовало бы признать грехом, Лорэнцо, — задыхаясь парировала она.

Он тихонько рассмеялся и медленно вынул из неё пальцы. Удобно расположившись над ней, он уперся своими мускулистыми руками в пол по обе стороны от неё.

Он, неотрывно, смотрел на неё. Его кожа слегка сияла. Он выглядел сейчас таким красивым, что её глаза невольно наполнились слезами. Она почувствовала, как его твёрдый член коснулся её живота, и начала тереться об него бёдрами. Он замер, нежно провёл большим пальцем по её виску, щеке, раскрыл им её губы, а затем вгляделся в её глаза в поисках знака, и когда нашел его, прижался лбом к её лбу и медленно вошёл в неё.

Элара вскрикнула, а он поймал этот звук своим языком, словно хотел почувствовать на вкус её удовольствие, которое танцевало между ними. Он настолько заполнил её, что она не могла больше ни о чём думать, не могла сдвинуться, но он всё продолжал входить в неё до тех пор, пока ей не начало казаться, что она уже не в силах принять его всего.

— Не знаю, смогу ли я... — прошептала она.

— Сможешь, — выдохнул Энцо, продолжая входить в неё. — У тебя отлично получается. Прими его полностью ради меня.

Удовольствие снова наполнило её после его похвалы, и она почувствовала, что расслабляется. И когда он вошёл в неё до самого основания, она ахнула.

Она никогда не чувствовала ничего подобного, а уж тем более с Лукасом. Не чувствовала такой наполненности, принадлежности, такого мощного желания и удовольствия как сейчас, когда Энцо соединился с ней.

— Чёрт, — простонал он, глядя на то место, где они соединялись. — Ты была создана для меня, — сказал он, не веря самому себе.

— Я не знала, что это может быть настолько приятно, — задыхаясь, произнесла она.

Она начала тереться об него, с нетерпением ожидая начала фрикций. А он молча наблюдал за ней.

— Боги, — простонал он, откинув голову назад и сделав глубокий вдох. — Ты идеальна.

Он начал двигаться вместе с ней, подстроившись под её ритм. Сначала медленно, чтобы она могла привыкнуть к нему. Слега отстранившись, он обхватил её грудь ладонью и ущипнул затвердевший сосок. Другую руку он спустил ниже к её промежности и коснулся чувствительной точки. Она застонала, когда волна удовольствия прокатилась по всему её телу, так как теперь она чувствовала его и внутри, и снаружи. Она начала тереться об него ещё сильнее, желая большего. Он чертыхнулся и замер.

Элара остановилась и посмотрела на него.

— Ты в порядке? Всё хорошо?

Энцо тихонько рассмеялся.

— Мне кажется, что я в раю. И если ты продолжишь в том же духе, я кончу раньше тебя. А это совсем не то, что я видел в своих фантазиях.

Её охватил лёгкий трепет.

— Как часто ты представлял меня в этой позе? — спросила она томным голосом.

— Каждую, мать его, ночь.

Элара замедлилась, и он снова выругался. Их тела идеально совпадали, и приятное ощущение нарастающей энергии и сильное желание охватили её. Она снова начала двигать бёдрами и тяжело дышать, глядя на него дикими глазами, а он, словно никуда не торопясь, двигался мучительно медленно.

— Я должен кое-что тебе сказать, — хрипло проговорил он, сжав её волосы в своих руках и глядя на неё горящими глазами. — В ту ночь, когда ты попала в пространство моего сна, ты сказала... что я могу сделать из него всё, что захочу. Сделать его домом. С тех пор, им стала ты. Ты и я в этой мастерской. Именно это снилось мне каждую ночь. Потому что ты мой дом, Элара.

Глаза Элары начали слезиться из-за переполнивших её эмоций. Из-за того подарка, который он ей преподнёс. Он продолжил медленно двигаться внутри неё, и это было роскошно.

— У меня точно такое же пространство сна, — удивленно прошептала она ему в шею, почувствовав, как он сжал её ещё сильнее. — Изра всё мне рассказала. Что наши души связаны.

Глаза Энцо загорелись, когда он услышал её признание.

— В этом мире очень мало вещей, в которых я уверена. Но я точно знаю, что ты — моя половина.

Она приблизила к нему своё лицо и страстно его поцеловала.

— Я люблю тебя, — выдохнула она. — И буду любить до последнего вдоха.

Энцо прижал её к себе, и продолжил двигаться одновременно с ней. Он поцеловал её в шею, губы, коснулся языка, попробовав на вкус слова, которые она ему подарила.

— Люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя

После этих слов она потеряла всякое самообладание, желание накрыло её, точно врезавшаяся в берег волна, и она кончила, сжавшись вокруг него. Увидев, как она потеряла контроль над собой, он начал кончать вместе с ней, снова и снова. Их тела, продолжая врезаться друг в друга, начали содрогаться в экстазе, в то время как он, не переставая, произносил её имя: "Элара. Элара".

Глава 49

— Как бы мне хотелось остаться здесь навсегда, — вздохнула Элара, лёжа на нагретых светом полотнищах.

Энцо положил голову ей на живот, а его тело лежало между её ног. Она играла с его кудрями, отрешённо крутя их между своим пальцами. Вытянув шею, она восхищённо разглядывала работы Энцо у себя над головой, которые их окружали.

— И мне. Хотя у нас есть ещё целый день перед тем, как ад разверзнется.

Внутренности Элары сжались при мысли о том, что ей предстояло снова встретиться с Ариэтом. И эта встреча могла закончиться совсем не в её пользу. Подавив свои сомнения, она покачала головой.

А Энцо приподнял свою голову, чтобы посмотреть на неё, и провёл пальцем по её обнажённому животу, который слегка округлился после всей той вкусной еды, что она ела во время своего нахождения в Гелиосе. Он провёл костяшками пальцев по её растяжкам, которые казались серебристыми и сдвинулись на её бедрах под его рукой.

— Мне они нравятся, — проговорил он. — Напоминают мне о морских волнах.

Элара покраснела под его пристальным взглядом. Она никогда раньше не чувствовала себя такой обожаемой и такой желанной.

— И это мне тоже нравится, — простонал он, проведя руками по мягким изгибам её бёдер, которые стали более округлыми за последние несколько месяцев. — Я готов впиться в них зубами.

— Энцо, — рассмеялась она и отодвинула от себя его голову, чем вызвала его улыбку.

— И вот это мне тоже нравится, — пробормотал он, вытянувшись и поцеловав её полные груди. — Да, мне они очень нравятся.

Она закатила глаза, а её щёки порозовели.

— А что ещё мне нравится? — задумчиво проговорил он, и его рука легла между её ног.

— Энцо, — снова повторила он, приподнявшись и оттолкнув его руку. — Ты становишься ненасытным, и мне надо поесть.

С видимым усилием он скатился с неё, а она улыбнулась сама себе и потянулась за своим платьем.

— Надень это, — проговорил он и передал ей свою рубашку.

— Боги, — рассмеялась она, забрав её у него. — Ты хочешь, чтобы весь мир узнал о том, что ты со мной переспал?

— Хочу, — широко улыбнувшись, он поднялся и потянулся.

Элара закатила глаза и надела на себя его рубашку. Энцо взглянул на неё, а затем резко притянул к себе.

— Думаю, что ты нравишься мне в этом больше, чем в любом другом бальном платье, в котором я тебя когда-либо видел, — прошептал он ей в шею и для большей убедительности оставил на ней свой поцелуй.

— Пометил территорию? — сказала она, вздохнув. — Еда, — повторила она, оттолкнувшись от него.

Он рассмеялся, после чего натянул штаны и последовал за ней из мастерской.

Принц Гелиоса шёл по городу Солу без рубашки, и никто не обращал на это никакого внимания.

— Ты часто это делаешь? — спросила Элара, поправив на себе рубашку, когда они прошли мимо пятого человека, который только улыбнулся и кивнул им.

Энцо усмехнулся.

— Думаю, что они просто стесняются. Все здесь хорошо меня знают, а теперь и тебя тоже.

Свет становился всё ярче, было почти одиннадцать часов. Они миновали несколько зданий на знакомой площади: магазин, который продавал краску; ремесленников, к которым ходила Элара за инструментами для Энцо; травников, выращивающих свежую мяту для чая, который они выпивали каждый день целыми галлонами. Каждый владелец магазина улыбался и махал им рукой. Энцо вошёл в пекарню, куда Элара заходила каждое утро за ванильными пирожными. Он переплёл свою руку с ее рукой и притянул Элару к себе. Огромный мужчина в пекарском колпаке и закрученными усами поприветствовал их из-за прилавка.

— Доброе утро, чем я могу...

Бруно, с которым Элара познакомилась во время своих набегов в пекарню, округлил глаза, увидев Энцо и принцессу.

— Рита, Бьянка, идите скорее сюда! — выкрикнул он себе за спину. — Наконец-то, наконец-то!

Мужчина радостно хлопнул в ладоши и выбежал к ним из-за прилавка. Он прижал Элару к своей огромной груди и приподнял, словно она ничего не весила. Элара в замешательстве поглядела на Энцо поверх головы Бруно, но тот только усмехнулся.

— После солнцестояния поползли слухи, в которые я едва ли мог поверить. Слухи о том, что та загадочная подруга Его Высочества, что приходила к нам за ванильными пирожными всё это время, принцесса Астерии.

Он снова закричал:

— РИТА-А-А-А-А-А-А-А!

Элара подпрыгнула, всё ещё находясь в его объятиях.

— Опусти её на пол, Бруно, — усмехнулся Энцо.

Бруно сделал, как он сказал, тут же придя в себя.

— Простите Ваше Высочество... Высочества. Боги, что за день, что за день. Вы только посмотрите на себя. Настоящая королевская чета.

Он опустил взгляд на их руки, на рубашку, надетую на Эларе. Вздохнув, он достал из фартука платок и промокнул им свои глаза.

Послышался шелест, и две молодые девушки ворвались в помещение.

— Наконец-то, — раздражённо сказал он им обеим.

Их тёмная кожа и сверкающие карие глаза указывали на их родственную связь с Бруно.

— Посмотрите, кто здесь!

Девушки ахнули и бросились вперёд.

— Знаете, а мы ведь делали ставки каждое утро, когда вы к нам заходили, — начала Рита.

— Сколько вам потребуется времени, чтобы сойтись, — вставила Бьянка.

— Каждый раз мы наблюдали за вами, когда вы шли через площадь, и за тем, как вы смотрели друг на друга.

Рита мечтательно вздохнула и подпёрла подбородок руками, поставив локти на прилавок.

— Королевская свадьба, это будет великолепно.

Энцо закусил губу, чтобы не улыбнуться, и взглянул на Элару. Её лицо осталось неподвижным, застыв между удивлением и весёлостью.

— Давайте не будем торопиться, — усмехнулся он и посмотрел на Бруно, который подкрутил ус. — Мы всего лишь зашли за едой.

— У вас, должно быть, разыгрался хороший аппетит.

Он подмигнул Энцо, поглядев на его обнажённую грудь, а Элара фыркнула, и её лицо начало краснеть с каждой секундой.

Бруно хлопнул в ладоши своими огромными руками.

— Сейчас устроим для вас банкет. Бьянка, Рита, где там ваша магия огня? Я хочу, чтобы печи были хорошенько растоплены. Ваши Величества, ваше желание — закон.

Эларе понадобилось некоторое время, чтобы перечислить всё то, чего бы ей хотелось съесть. В итоге ей приготовили всевозможные сладости, и с сумками, под завязку заполненными свежей выпечкой, они вышли из пекарни, к большому сожалению Бруно, который перед этим обнял и расцеловал их обоих несколько раз, после чего разрешил им уйти.

Элара взяла булочку с базиликом, твёрдым сыром и вяленой говядиной, лежащую на самом верху сумки, которую она несла.

— Ну... — начала она. — Я этого не ожидала.

Энцо усмехнулся и толкнул плечом огромную деревянную дверь, ведущую в тенистый атриум. Элара последовала за ним и снова оказалась в мастерской Энцо, заполненной полуденными лучами Света, который достиг своей верхней точки. Они прошли сквозь мастерскую в маленький сад, по периметру которого стояли статуи. Это было знакомое место, где они частенько обедали. Казалось, это было так давно.

Элара вздохнула и опустилась на тёплую зелёную траву, а Энцо расположился напротив неё, откинувшись на локти. Она с жадностью раскрыла сумку со сладостями.

— Что? — спросила она с набитым ртом, заметив, что Энцо смотрит на неё.

— Ничего, — он покачал головой и улыбнулся. — Просто не могу поверить, что ты моя.

Её взгляд смягчился, она отложила еду и принялась медленно жевать, размышляя над его словами. Внизу её живота возник лёгкий трепет, когда она собралась с духом, чтобы задать ему вопрос, который хотела задать ему ещё несколько часов назад после его признания. Она сглотнула.

— И оно совсем тебя не беспокоит? — она опустила глаза и начала разрывать булочку у себя в руках. — Пророчество?

Энцо нахмурился и раскрыл рот, но раньше, чем он успел что-либо сказать, Элара выпалила:

— Мне просто надо спросить у тебя об этом в последний раз. Предоставить тебе возможность уйти, если это не то, чего ты хочешь, несмотря на слова Изры.

Последние слова она почти прошептала, опустив глаза в землю и затаив дыхание.

А затем она услышала шорох, и знакомые руки обхватили её лицо и подняли голову. Губы Энцо ласково коснулись её, а затем с силой врезались в её губы, едва не оставив синяки на её коже, словно Энцо пытался слиться с ней. Он придвинул её к себе, и теперь она оказалась у него на коленях, обхватив его ногами. Она прервала поцелуй, так как у неё закружилась голова, и посмотрела на него. В его глазах горело пламя, а на лице появилась лёгкая улыбка.

— Элара, ты моя родственная душа. Ты думаешь, что изменчивая судьба может меня отпугнуть? — проговорил он, осыпая поцелуями всё её лицо и подбородок.

Она рассмеялась сквозь слёзы над абсурдностью его слов. Но тут же замерла, заметив его решительный взгляд.

— Я бросаю вызов Звёздам, — сказал он, и обещание, которое было заключено в его словах, прозвучало как угроза.

Вероятно, всё дело было в тех словах, что он произнёс, или в той абсолютной убеждённости, с которой он дал эту клятву, но что-то заставило её поцеловать его со всей страстью. Она завела руку себе за спину, нашла его штаны, и почувствовала, что он был уже твёрд и готов.

Элара отклонилась назад, и лихорадочно стянула с него штаны. Наконец, освободив его, она подалась вперёд и схватила его рукой, закусив губу. Он застонал и начал двигаться, мышцы на его животе напряглись. Она осторожно приподнялась над ним и прошлась языком вниз по его шее, груди, остановившись в районе пупка. Ей надо было показать ему в этот момент, что значила для неё его непоколебимая уверенность, поэтому она провела языком вниз по дорожке волос в ту сторону, где работала её рука.

Когда она оказалась между его ног, Энцо тихонько выругался и пристально посмотрел на неё. Его глаза почернели, кудри упали ему на лицо. Она опустила к нему свои губы, продолжая двигать рукой.

— Помнишь, что ты сказал мне в том алькове? — проговорила она.

Он застонал, все его мышцы напряглись от удовольствия, а затем он слегка приподнялся, чтобы видеть её. Он намотал её длинные волосы на свои кулаки и тяжело задышал, точно пантера, готовая к прыжку.

— Я помню, — сказала она так тихо, словно превратилась в тень.

— Я сказал, что хотел бы, чтобы вместо ягоды у тебя во рту оказался мой член, — проговорил Энцо гортанным голосом.

Она подняла на него глаза, опасная ухмылка заиграла на её губах.

— Как же сильно ты, должно быть, мечтал об этом, — выдохнула она и обхватила его своим ртом.

Он дёрнулся и выкрикнул её имя сквозь стиснутые зубы. Она улыбнулась и обвела языком вокруг головки, почувствовав его солёный вкус.

— Не останавливайся, — прошептал он, а она ещё глубже взяла его член себе в рот.

Она почувствовала, как его руки ещё крепче сжали её волосы.

— Ты идеальна.

Он запрокинул голову.

— Сколько же раз я это представлял. Ты стоишь передо мной на коленях и сосёшь мой член от самого кончика до основания...

Элара хмыкнула в ответ, заставив его тело завибрировать. А затем она положила руки ему на живот, и из них вырвались тени, которые опутали его член. Она продолжила работать ртом, а её тени начали дразнить его. Она услышала, как он издал шипение сквозь стиснутые зубы. Её тени превратились в невидимые руки, которые начали ласкать его, тогда как её собственные руки принялись опускаться вниз по его животу. Она оторвала от него свои губы и причмокнула ими.

— Ты всё ещё отрекаешься от Тьмы? — промурлыкала она, проведя пальцем по губам, тогда как её тени продолжили ласкать его. — Ты всё такой же преданный поклонник Света?

Энцо испустил вздох — наполовину смешок, наполовину проклятие. Она подождала его ответа, касаясь Энцо только своей магией.

— Я продался ночи в тот самый момент, когда попробовал твои губы на вкус, — хрипло проговорил он. — Соврати меня, Элара.

— Пусть Тьма смоет все твои грехи, — напевно произнесла она и снова обхватила его губами.

Он упал на траву, закрыв глаза руками и застонал.

— Я сейчас кончу.

— Скажи мне, чего ты хочешь. Скажи мне, что тебе нравится.

Он опустил руки и приподнялся на локтях.

— Посмотри на меня, — приказал он.

Она подняла на него свои обольстительные серебряные глаза, полуприкрытые веками, и мучительно медленно провела языком вокруг головки его члена.

— Хорошая девочка. А теперь возьми его весь, — сказал он хриплым голосом, глядя на неё горящими глазами.

Элара повиновалась, расслабила горло, и захватила губами его член до самого основания. Она чуть не задохнулась, так как он был таким огромным, что перекрыл ей дыхательные пути. Слёзы выступили у неё на глазах.

— Посмотри не меня, — снова сказал он, и она заставила себя поднять на него взгляд.

— Ты такая чертовски красивая.

Он осторожно подался вперёд и начал двигаться туда-сюда, схватив её за волосы.

— Чей это рот?

— Твой, — проговорила она, не выпуская его.

Он удовлетворительно хмыкнул, стиснул зубы и продолжил водить туда-сюда, полностью потеряв контроль.

Глядя, как он получает удовольствие от её рук, она чуть не кончила. Поэтому она вложила всю накопившуюся энергию в то, что она сейчас делала, продолжая сосать и ласкать его, глядя ему в глаза. И ей так нравилось, как он смотрел на неё. В какой-то момент он поднял глаза к небу, вены на его шее напряглись. Он потянул за её волосы ещё сильнее и начал произносить ободряющие слова, а она продолжила работать ртом, двигаясь от основания до кончика до тех пор, пока он не кончил, громко вскрикнув, и полностью не излил себя в нее.

Его дыхание сделалось прерывистым, и когда удивлённый смешок сорвался с его губ, Элара одарила его улыбкой.

— Это было...

Он покачал головой, не в силах закончить предложение.

— Это было так же хорошо, как в твоих мечтах? — подразнила она его, а он посмотрел на неё своими тёмными глазами, полными желания.

— А ты как думаешь? Я был готов кончить в тот самый момент, когда твои губы обхватили меня.

Он снова притянул её к себе и легонько поцеловал, проведя по её губам языком. Её кровь тут же воспламенилась, и ей стало интересно, исчезнет ли когда-нибудь это желание, или она всегда будет чувствовать себя так рядом с ним теперь, когда они перестали себя сдерживать.

***

Они закончили обед в объятиях друг друга, наслаждаясь тишиной.

— Я хочу отвести тебя кое-куда прежде, чем мы вернёмся во дворец. И перед тем, что случится завтра, — проговорил Энцо, поцеловав Элару в макушку.

Она прильнула к нему, положив голову в изгиб его шеи и вдохнув древесный запах амбры. Это было похоже на наркотик, от которого она не могла оторваться.

— Куда?

— На Кладбище Ангелов.

Глава 50

Элара неохотно вернула Энцо его рубашку, после чего они начали долгий подъём по направлению к Кладбищу Ангелов, которое располагалось на окраине Сола. Воздух здесь был именно таким, каким она его запомнила — прозрачный, сухой и горячий. Она набрала полные лёгкие этого воздуха и закашлялась, ощутив, как горло покрыла песчаная пыль.

— Помню, как я сказала тебе, что это не самое романтичное место, — проговорила она, с опаской оглядев круглое основание, на котором они остановились. — Я не поменяла своего мнения.

Энцо усмехнулся, обойдя основание по кругу.

— Это так странно, но когда мы были здесь в прошлый раз — мы не выносили друг друга.

Элара фыркнула.

— Думаю, всё дело в сексуальном напряжении. Дело было явно в этом.

Энцо громко расхохотался, запрокинув голову.

— Клянусь, ты становишься всё более заносчивой с каждым днём, — сказал он и подошёл к ней.

— У меня отличный учитель.

Она улыбнулась ему и страстно его поцеловала, когда он обхватил её руками.

— Так почему это место? — спросила она, высвободившись из его объятий.

Она сощурилась на Свету, взглянув на золотисто-жёлтые небеса.

— Я хотел провести небольшой ритуал, — начал он. — Ты, вероятно, сочтёшь это суеверием и ерундой.

Элара фыркнула.

— Но перед битвой я всегда прихожу сюда. Я чувствую в этом месте древнюю магию. Может быть, она сохранилась с тех пор, как те мифологические существа сражались здесь много веков назад.

Энцо посмотрел на один из гигантских золотых монолоитов в форме ангела, который высился над ними. Элара проследила за его взглядом, а затем взглянула на неспокойное море песков перед собой. Красная пустыня, словно живая, растянулась на много миль вперёд, так далеко, насколько хватало взгляда, и сливалась на горизонте с землями, которые, как она знала, назывались Песками Грешников и принадлежали королевству Капри.

— Это звучит глупо, — сказал он, нарушив тишину. — Но когда ты ступаешь по земле, по которой когда-то ходили львы Гелиоса, на которой они сражались и побеждали... Это даёт силу. Силу встретиться лицом к лицу с тем, что нас ожидает.

Элара улыбнулась.

— Это не глупо. Почему Лев Гелиоса не должен хотеть находиться рядом с себе подобными?

Энцо тихо рассмеялся.

— Ты веришь в то, что мифические существа жили на самом деле? И ходили по миру до нашего рождения? — спросила она.

Энцо опустился на круглое основание, приглашая Элару присоединиться к нему.

— Видишь это?

Он провёл рукой по диску, смахнув в сторону красный песок, покрывавший его. А затем начал водить пальцем по очертаниям узоров и символов на камне, которые Элара заметила ещё издали. Она прищурилась, пытаясь разглядеть потёртые письмена, разрушенные ветром и светом.

— Это Звёзды, — сказал он, указав на знаки.

На диске было нарисовано колесо, и по кругу были изображены символы Звёзд. Наверху она заметила символ Ариэта — скрещенные мечи, Торре соответствовало изображение розы, Скорпиусу — трезубец. Там были и другие знакомые ей символы.

— Но это, — проговорил Энцо. — Мне всегда было интересно, что это такое.

Он провёл рукой по внешнему краю колеса, указав на символы, которые располагались выше, в отдельной окружности. Элара нахмурилась, глядя на них. Эти символы были ей не знакомы, она никогда не видела их раньше; круги и кольца, иногда полумесяцы, а некоторые изображения напоминали солнечные лучи.

— У меня была няня. Она была старой и много чего повидала в жизни. Она была мне почти как мать.

Лицо Элары смягчилось, и она сжала руку Энцо. Его глаза наполнились беспокойством, когда в них отразилось его прошлое.

— Она приводила меня сюда раз в неделю. Мы никому об этом не говорили. Она сказала, что это нужно для того, чтобы я запомнил, что я лев. И что я точно так же достоин стоять здесь, как и те крылатые существа, что сражались здесь до меня. Мы сидели тут, а ветер шелестел вокруг, точно нашёптывал нам секреты. Она же рассказывала мне истории о другой жизни до Звёзд.

Элара ошарашенно поглядела на него. Её желудок подпрыгнул, а грудь сжалась от ужаса.

— Энцо, — медленно сказала она. — До Звёзд ничего не было. Они спустились в этот мир и создали всё, что мы знаем.

— Неужели? — сказал он и прожег её взглядом. — В детстве я считал, что это просто сказочные истории. Как "Мифы Селестии". Но Мария говорила о старых временах, в которые люди вроде нас поклонялись другим существам, а не Звёздам, которые нами правят. И мифические существа мирно сосуществовали с нами. Я думал, что это просто безобидные истории. Я ничего тогда не знал, — объяснил он так, словно эти слова сами собой вырвались у него изо рта.— Но однажды я рассказал отцу одну из этих историй, это был какой-то незначительный комментарий. А он посмотрел на меня таким взглядом, который я никогда не забуду. Это был взгляд полный ужаса. Меня тогда так сильно избили, что на моём теле остались синяки и шрамы. А на следующий день меня заставили смотреть на то, как мою няню, мать, которой у меня никогда не было, сожгли на костре.

Элара ничего не сказала, она сидела, потрясённая, и сжимала его руки.

— Мне так жаль, Энцо, — прошептала она, наконец, и нежно поцеловала его в щёку.

— Больше я никогда об этом не говорил. Не произнёс ни слова о тех историях, что она мне рассказывала. Долгие годы я винил себя в её смерти. И это моя вина, — добавил он.

Элара хотела избавить его от той ужасной боли, что отразилась на его лице, и крепко прижала его к себе.

— Ты не должен нести эту ношу, — прошептала она. — Ты меня слышишь?

Она приподняла его подбородок, заставив его золотые глаза смотреть на неё до тех пор, пока они снова не наполнились теплом.

— Течения меняются, — проговорил он, блуждая взглядом по её лицу. — Я не вижу проблесков будущего, как Изра, но у меня есть своё собственное видение, интуиция, которая ведёт меня. Я её чувствую. И она говорит мне, что началась большая партия в шахматы, но мы пока не знаем, кто игроки, так как они постоянно меняются местами. Я чувствовал то же самое, когда впервые взглянул на тебя. Что мы часть чего-то большого.

Его слова показались ей такими знакомыми, что Элара перестала дышать.

— Каждый раз, когда я сюда прихожу, я вспоминаю об этом. О той жизни, о которой она рассказывала. Даже если это были всего лишь сказки, они дают мне надежду. На то, что есть нечто большее, чем Звёзды. И что однажды кто-то сможет их свергнуть.

— Наконец-то, — прогремел чей-то голос, и Элара, громко выругавшись, вскочила на ноги и развернулась в сторону его источника.

Энцо тут же оказался перед ней, огонь охватил его руку, а в другой руке появился нож.

— У тебя довольно грязный рот для принцессы, — снова прогремел голос, и глаза Элары в шоке округлились.

Она сделала два шага назад, а Энцо лишь пару мгновений спустя понял, куда она смотрела, и тоже запрокинул голову.

— Твою ж мать, — выдохнул он.

Земля содрогнулась, и один из гигантских ангелов сдвинулся и убрал руки с глаз.

— Мне это снится, — сказала Элара дрожащим голосом. — Это не по-настоящему.

Ангел рассмеялся, и его голос эхом разнёсся над песками.

— О, очень даже по-настоящему. Мы ждали вас обоих столько лет.

— Мы?

Громкий рёв разрезал воздух надвое, и от одного этого звука Элара задрожала. А затем в них врезался поток воздуха, и они отпрянули. Снова раздался рёв, на этот раз ближе. Элара сощурилась и посмотрела на пески из-под тени ангела. Теперь ей стал понятен источник этого рёва.

Не сводя глаз с горизонта, она наблюдала за огромной фигурой, которая приближалась к ним. Её сердце заколотилось, когда она увидела существо, которое теперь возвышалось над ними.

Крылатый лев.

Ещё один порыв ветра врезался в них, когда зверь взмахнул крыльями. Взгляд Элары упал на перья белые как снег, и такую же белую гриву. Его золотая шкура сияла в полуденном Свете, и Элара также заметила опасно длинные и загнутые клыки.

— Крылатый лев, — прошептала она завороженно.

Энцо также в шоке застыл с ней рядом, его глаза были наполнены благоговением.

— Я считал их легендой. Или вымершим видом, — прошептал он удивлённо.

— Это явно не так, — бесстрастно сказала она.

Лев приблизился на расстояние в три метра от них, его золотые глаза, так похожие на глаза Энцо, неотрывно смотрели на Элару, и принц поднял руку, готовый её защитить.

— Стой, — скомандовала она, вытянув руку в сторону Энцо.

Он подчинился и тут же погасил пламя.

Лев продолжил смотреть на неё, и она почувствовала мудрость в его взгляде. Он как будто пытался сообщить ей что-то. А затем прямо у неё на глазах лев поклонился, сложил крылья, и его огромная грива пошла рябью.

— Что это значит? — выдохнула она.

— То, что вы называете благословением, — проговорил голос у них за спиной.

— Чёрт подери, — воскликнул Энцо, подпрыгнув и развернувшись к ангелу. — Я на секунду забыл про тебя.

— Следи за манерами, молодой человек, — строго сказала статуя.

— Как это возможно? — выдохнула Элара, переводя взгляд со льва и ангела.

— Этот мир полон магии, разве нет? — ответил ангел.

Элара кивнула.

— И в этом мире также много позабытой или истреблённой магии, — улыбка ангела превратилась в оскал.

— Кто вы такая?

Часть её начала истерично смеяться при мысли о том, что она обращалась к каменному ангелу. Который разговаривал с ней.

— Моё настоящее имя слишком красиво для человеческого языка. Но вы можете звать меня Селин.

— Погодите-ка, та самая Селин? — вставил Энцо.— Которая приняла свой последний бой и сразилась со львом Немеусом?

Ангел как будто ухмыльнулась.

— Она самая. А кто он такой, по-вашему? — спросила она, указав на крылатого льва, который царственно лёг на землю и смотрел на них.

— Боги, — прошептал Энцо.

— Но вы каменная статуя, — выпалила Элара.

— Бессмертная. Ты ведь сам так сказал, король. Здесь покоится древняя магия, и здесь пролита наша кровь, кровь мифических существ. И кстати привет, красавчик, — добавила Селин, подмигнув Энцо.

— Даже статуи флиртуют с тобой, — проговорила Элара ему в плечо.

Энцо ухмыльнулся и сделал шаг вперёд.

— Вам следует проверить свой источник информации. Я не король, я принц.

Селин улыбнулась ему знающей улыбкой.

— Разве?

— Что это ещё значит? — вставила Элара.

— А с чего вы взяли, что Свет встаёт на востоке и садится на западе? Или что ваши души связаны?

Элара резко перевела взгляд на Энцо.

— Откуда вы зн?..

— Потому что ты светишься. Тебе был дан титул принца. Но титул короля течёт в твоих венах. И только тебе решать, заявишь ли ты о своих правах на него, Лорэнцо.

Низкое утвердительное рычание вырвалось из пасти Немеуса.

— Погодите-ка — сказала Элара. — Разве вы не должны быть заклятыми врагами? Немеус сокрушил вас.

Селин взглянула на льва и улыбнулась.

— По прошествии стольких веков мы примирились друг с другом. И теперь у нас есть общий враг.

Лев снова утвердительно зарычал.

— Звёзды.

— Мифические существа сбежали из-за них? Из-за Звёзд?

— Да. Мы ждали того, кто обладал бы достаточной силой, чтобы свергнуть их.

Селин перевела взгляд с Энцо на Элару.

— Ждали вас.

— Вот так просто? — проговорил Энцо.

— Почему вы не связались с нами раньше? Мы приходили сюда не раз.

Селин фыркнула.

— Хотите сказать, что вы были готовы выслушать всё это? Вы оба были настолько раздражены, настолько злы на мир. Это было бы всё равно, что разговаривать с глухими.

— И что вы собираетесь нам сказать? — голос Элары сделался жёстче, так как она начала терять терпение, слушая все эти загадки ангела.

— То же, что только что рассказала тебе твоя родственная душа. Что вы знаете о мире до Звёзд?

Энцо покачал головой.

— Лишь обрывки.

Он нахмурился, пытаясь что-то припомнить.

— Мария, моя няня, рассказывала о существах, которые жили до Звёзд, — сказал он, низким грудным голосом. — О целой лиге богов, которые были гораздо более великие, чем Звёзды; они были старше и могущественнее.

Он сделал паузу и взглянул на Элару, которая сидела и зачарованно слушала его.

— Я не помню их имён, кроме одного. "Луна" или что-то такое?

— Луна.

Элара нахмурилась, проверяя, как звучит это незнакомое имя на её языке.

— И чем они занимались?

— Вы, смертные глупцы, даже представить себе этого не можете, — тихо прервала их Селин. — Магия, которой вы обладаете, была дарована вам ими.

— Я думала, что она была дарована нам Звёздами, и что именно поэтому мы их почитаем, — выдохнула Элара, и внутри неё разгорелся гнев, похожий на небольшое пламя.

— Так вот во что они заставили вас поверить, — напевно произнесла Селин. — Звёзды не обладают теми же способностями, что и вы. Они лишь манипулируют звёздным светом и собственной магией. Но не стоит их недооценивать. Используя свою магию, они могут влиять на целые армии и контролировать мир, как они делали это на протяжении нескольких веков. Ты видела собственными глазами, Элара, как Ариэт питается насилием и гневом. Он повелевает ими. Разве можно выиграть войну против такого Бога? Любая попытка сразиться с ним, делает его только сильнее. Именно поэтому он неуязвим.

— Это обнадёживает, — саркастично ответила Элара.

— Если те боги были гораздо более могущественными, то как Звёзды смогли их одолеть? — спросил Энцо с сомнением в голосе.

— Звёзды объявили им великую войну в небе, которая расколола небеса надвое. Именно поэтому Свет преломляется на разные цвета в разных королевствах. Звёзды — безнравственные обманщики и они победили древних богов хитростью, а не силой.

— Они уничтожили упоминания о древних богах в старых книгах и навсегда переписали историю. Каждого, кто об этом рассказывал, умерщвляли, — закончил Энцо.

Селин грациозно кивнула.

— И как всё-таки можно победить бога? — сказал Энцо, вздохнув.

— Надо им стать, — ответила Элара твёрдым голосом.

Селин оценивающе поглядела на неё.

— Ты только подумай, — сказала Элара и повернулась к нему, неожиданно охваченная воодушевлением. — Если эти истории правдивы, если наша магия происходит из источника гораздо более древнего, чем Звёзды, это значит, что мы обладаем силой, неподвластной Звёздам. Может быть, нам просто стоит объединить королевства? Сплотиться и направить всю нашу магию против них. Только подумай, мы могли бы собрать целую армию против тринадцати Звёзд. К тому же кто-то из Звёзд может присоединиться к нам. Торра, Эли... и, вероятно, кто-то ещё.

— Элара, ты понимаешь, о чём говоришь? Эти существа правили небесами в течение многих веков. Не говоря уже о том, что магия смертных слабее, у них нет той силы, той смелости; в них гораздо больше страха — и не без причины. Каждому из смертных Селестии дарована магия, но это не значит, что они смогут сражаться. А что насчёт тех, кто поклоняется Звёздам? Они посчитают это святотатством. Мы, конечно, сможем собрать небольшую армию во дворце и подготовиться к худшему, но разве это нам поможет?

Он мрачно поглядел на песок.

— Есть ли у нас вообще завтра шанс победить? Или мы врём сами себе?

Гнев воспламенил вены Элары.

— Святые Звёзды, ты Лев Гелиоса, — прошипела она, и её злость, закипая, начала вырываться наружу. — Если ты не веришь в победу, то как все остальные должны поверить в неё, когда Ариэт ворвётся завтра во дворец?

Энцо взглянул на неё, и на его лице заиграла улыбка.

— Маленькая львица, — прошептал он. — Похоже, я на тебя хорошо влияю.

Она притворно нахмурилась, скрыв улыбку, а затем услышала смешок и повернулась к Селин.

— В тебе горит огонь, который мог бы сравниться с его, — ангел кивнула на Энцо, который поцеловал Элару в лоб и рассмеялся.

— Я не впервые это слышу.

— Значит, теперь нам остаётся ждать Ариэта? Мы знаем правду насчёт Звезд, и у нас есть клинок, который может заблокировать его магию, — сказал он.

— Это будет непростая битва, — тихо сказала Селин. — Никому ранее не удавалось победить Ариэта в бою.

— Расскажи это его ранам, от которых он так и не оправился, — огрызнулся Энцо.

— Тогда тебе помог эффект неожиданности. Но завтра он тебе не поможет. Ариэт будет готов ко всему, даже несмотря на то, что это будет акт мести.

Энцо встал и поднял Элару. Увидев, что они встали, Немеус тоже поднялся и расправил свои прекрасные крылья, покрытые перьями.

— Мифические существа помнят вас, — сказала Селин Эларе. — Теперь вам тоже пора о себе вспомнить. И тогда мир тоже вспомнит о вас.

Глаза Элары округлились.

— Эли сказал то же самое.

— Эли — мудрее, чем кажется. Используйте его себе на благо.

Энцо сжал руку Элары.

— Но что это значит?

Селин улыбнулась ему знающей улыбкой.

— Скоро узнаете. Всё случится так, как должно случиться.

— Ну, зато теперь мы знаем, что даже древние мифические существа любят говорить загадками, так же как и большинство всех тех, забытых богами людей, которые меня окружают.

Элара саркастически улыбнулась, а затем осторожно подошла к Немеусу, который встряхнул гривой.

— Ваше Величество, — проговорила она, грациозно поклонившись ему.

А затем повернулась к Энцо, губы которого приподнялись в улыбке.

— Что? — пробормотала она. — Он определённо королевских кровей.

Немеус наклонил голову, как будто отлично её понимал. Его золотые глаза, как две капли воды похожие на глаза Энцо, вперились в него. Глухой рёв вырвался из пасти льва. Он начал пятиться в том направлении, из которого пришёл, расправив крылья, после чего исчез в море красного песка.

— Нам пора возвращаться, — сказал Энцо и прищурился, глядя на темнеющее небо, которое сделалось алым на горизонте. — Спасибо, Селин.

Он поклонился ангелу, после чего повёл Элару по узкой тропинке, ведущей во дворец.

— На пару слов, Элара.

Элара оглянулась на огромную статую, после чего кивнула Энцо, прося его подождать, и вернулась к Селин.

— Я хочу подарить тебе совет, который может спасти тебе жизнь.

— Я вся во внимании.

— Держи сумеречное стекло при себе. Чтобы ты ни делала, не отдавай его принцу.

Элара нахмурилась, услышав её слова, произнесённые слегка холодным тоном, после чего ответила:

— С чего это вдруг? Я доверяю ему свою жизнь.

— Не задавай мне вопросов, на которые я не могу ответить. Даже сейчас Судьба мешает мне говорить. Просто поверь слову мифического существа.

Элара прищурилась и пошла назад.

— Я, наверное, не доживу до того дня, в этом королевстве перестанут говорить загадками.

— Удачи, Элара, — сказала Селин и сдвинула руки, поднеся их к лицу. — Я молюсь о том, чтобы встретиться с тобой снова.

Статуя опять сделалась неподвижной, закрыв руками глаза, а Элара поспешила обратно к Энцо. Она отмахнулась от его вопросительного взгляда, словно этот разговор ничего не значил. Она не знала, почему, но какое-то глубинное чувство, сродни интуиции, сказало ей о том, что этот разговор лучше оставить в секрете.

Глава 51

Элара уже начала подумывать о том, чтобы призвать свои тени и долететь до дворца на драконе, но ей надо было поберечь свою магию. Она каждый день следила за тем, чтобы пополнять свой источник энергии, стараясь по минимуму расходовать магию и вместо этого накапливать её. Во дворце было тихо, когда они вернулись, и лишь стук их шагов по мраморному полу раздавался вокруг. Они прошли по знакомому петляющему коридору до комнаты Элары, и её накрыло волной облегчения, когда Энцо остановился у двери. Неделю назад она думала, что этого больше никогда не произойдёт, и что он никогда уже не войдёт в её комнату привычным образом.

— Кажется, что с тех пор, как мы в последний раз стояли здесь, прошло уже столько времени, — озвучила свои мысли Элара. — Всего пару дней назад, прямо у этой двери, я сказала тебе, что не хочу иметь с тобой ничего общего.

Она взглянула на дверь, а затем на Энцо, который открыто смотрел на неё.

— Я хочу извиниться за ту ночь. Я подслушала твой разговор с отцом. Он напомнил мне о пророчестве, которое я так долго игнорировала, и я просто потеряла всякий здравый смысл.

Она взволнованно посмотрела на него.

— Я так и подумал, — ответил он с заметным облегчением. — Эл, мой отец может идти на хрен... я так ему и сказал. В его словах не было ни слова правды. Никто кроме него так не думает. Каждый, кто с тобой знаком, обожает тебя. Вспомни, как вёл себя сегодня Бруно.

Элара рассмеялась.

— И я хотел бы посмотреть на то, как он запретит мне встречаться с тобой.

— Я должна была понять это раньше. Я была идиоткой, думая, что могу просто быть тебе другом. Я лгала нам обоим.

— Давай сойдёмся на том, что это была худшая неделя в нашей жизни, — Энцо издал дрожащий смешок, и Элара почувствовала, как её сердце застучало в груди.

— Теперь я твоя, — тихо сказала она, потянувшись к дверной ручке у себя за спиной.

Глаза Энцо вспыхнули, когда она повернула её. Взяв его за руку, она завела его в свою комнату. Расстегнув чехол на бедре, она вынула кинжал Софии и осторожно положила его рядом с лезвием из сумеречного стекла на туалетный столик.

— Я никогда не устану от этих слов, — сказал он, подходя к ней сзади.

Элара уронила голову ему на грудь, а он обхватил её руками, коснувшись выреза платья.

— Красивая, — проговорил он и начал разрывать её платье руками.

Она воодушевлённо вскрикнула, когда швы на платье разошлись, и она оказалась перед ним совершенно голой. Он отбросил в сторону порванное на лоскуты платье, толкнул её на кровать и лёг сверху, зафиксировав руки у неё над головой.

— А ещё я никогда не устану смотреть на тебя, — сказал он, и его губы начали блуждать по её шее, груди, а затем он потянул зубами за её сосок.

Она выгнула спину, и он, отстранившись, поглядел на неё. Она была готова поклясться, что почувствовала огонь в его взгляде, едва сдерживаемую силу, которая скрывалась внутри него и была готова вырваться наружу. Элара позволила этой силе согреть её, а Энцо тем временем всё никак не мог на неё наглядеться. Она ещё больше выгнула спину и улыбнулась, когда он зашипел сквозь стиснутые зубы и ещё сильнее прижался к ней.

— Знаешь, принц, а я ведь представляла нас с тобой в постели, — сказала она низким соблазнительным голосом.

Он снова навис над ней, прижавшись к её телу.

— Разве? — проговорил он ей в ухо, после чего провёл языком по её ушной раковине, чем заставил всё её тело содрогнуться.

— Да, — выдохнула она.

— И что ты видела в своих мечтах? — спросил он, начав медленно двигать бёдрами так, чтобы она почувствовала, каким твёрдым он сделался под штанами. — Думаю, это были очень приятные вещи.

— Я представляла это, — ответила она, тоже начав двигать бёдрами.

— И каким образом я завладевал тобой? — его губы вернулись к её груди и начали посасывать и облизывать её. — У стены? На балконе? Сидя на троне?

Ей стало тяжело дышать, когда губы Энцо продолжили воспламенять её тело.

— Всё вышеперечисленное, — ответила она и тихонько рассмеялась.

Энцо замер, а когда взглянул на неё, его губы расплылись в коварной улыбке.

— А в этих твоих фантазиях, ты брала его в рот, как ты сделала это сегодня утром? — спросил он, проведя носом по её бедрам.

После этих слов всё тело Элары начало пульсировать от желания.

— Да, — выдохнула она.

— А ты ласкала себя, думая обо мне?

Она закусила губу, и у неё в голове пронеслись все те образы, что смущали её и не давали спать по ночам, когда она представляла его лицо и то, как его руки оказывались в тех местах, которых она касалась.

Он посмотрел на её губы и радостно хмыкнул.

— Покажи мне.

Глаза Элары дерзко вспыхнули. Она колебалась лишь мгновение, а затем начала показывать ему то, о чём когда-то мечтала. Он разделся, не сводя с неё своих чёрных глаз, а затем снова наклонился над ней, схватившись сильными руками за изголовье кровати по обе стороны от неё. А затем он опустил руку на то место, где была её рука, накрыв её палец своим.

— Вот так? — проговорил он рядом с её губами, после чего провёл по ним языком.

Она растаяла от его прикосновения, превратившись в лужицу расплавленного серебра. Это оказалось гораздо приятнее, чем она могла себе представить.

— Я хочу услышать, как сильно ты меня желала, — протянул он, работая пальцем в то время, как она нащупала его член в полумраке и начала ласкать его по всей длине. — Все эти недели. Насколько это было мучительно?

Он прикусил мочку её уха, а она попыталась подавить крик. И когда взглянула на него, в её глазах отразились те же желание и страсть, что и у него.

— Я желала тебя каждый день, — сказала она, — даже когда ты был рядом.

Она закусила губу, а Энцо застонал и, наконец, вошёл в неё, обхватив одной рукой за шею и проведя большим пальцем по впадинке между её ключицами, а другую руку оставив на изголовье кровати.

— Моя сладкая тень, — сказал он, увидев, как она начала извиваться от удовольствия и двигать бёдрами одновременно с ним, прижатая к кровати.

Элара чувствовала его горячий член, и сгорала от прикосновения его рук, мучительного и такого восхитительного.

— Посмотри на меня, — проговорил он, проведя рукой вверх и схватив её за подбородок.

Она завороженно посмотрела на него, не в силах высвободиться из его хватки. Она испытывала точно такое же желание и голод, что и он, и закусила губу, чтобы не закричать слишком громко, когда сильные эмоции начали разрывать её тело. Он же резко вздохнул и издал низкий стон, ускорив темп и схватив её за волосы. Они начали двигаться в более быстром темпе, но она остановила его своей рукой.

— Подожди, — задыхаясь, проговорила она.

Он замер, а она, чувственно ему улыбнувшись, отстранилась. Затем она развернулась, приподняла бёдра и, разведя ноги широко в стороны, встала на колени. Энцо застонал у неё за спиной от этого вида, чем заставил её снова намокнуть.

— Я мог бы смотреть на это вечно, — промурлыкал он, а она наклонилась ещё ниже и изогнула спину.

— Ты такая мокрая.

Она почувствовала, как его шероховатые пальцы коснулись её попы, и как его большой палец прошёлся у неё между ног.

— Такая красивая.

Она напряглась, приготовившись принять его. Но его дыхание сменил низкий стон, от которого у неё подвернулись пальцы на ногах, а затем она почувствовала, как по ней прошёлся его язык, когда Энцо начал лакомиться ей сзади. Она подалась в его сторону, а он одобрительно хмыкнул, от чего всё её тело завибрировало.

— Боги, этот вкус. Ты такая сладкая, — снова простонал он. — Я мог бы опьянеть от одного твоего вкуса.

Он проник языком внутрь неё, и она закричала, когда в её голове взорвались тысячи звёзд.

— Я мог бы трахать тебя неделю без перерыва. Две недели. Это желание никогда не ослабевает.

Её прерывистое дыхание сделалось более частым.

— Знаешь, даже когда я ненавидел тебя, я хотел тебя трахнуть. Ты поглотила меня, Элара. Я хотел ощущать тебя рядом с собой каждую секунду, даже если мы просто ругались.

Она чертыхнулась, когда почувствовала легкую боль на внутренней стороне бёдра, которая сменилась удовольствием и заставила её нервы расплавиться до жидкого состояния.

— Ты также заполонила мои сны, — проговорил он, покрыв поцелуями её другое бедро снизу вверх и обратно. — В моих снах ты лежала на кровати, умоляя трахнуть тебя и выбить из тебя всю ненависть. И я не был нежным, когда делал это. А затем я просыпался со стояком, и мне приходилось самоудовлетворять себя в ванной, чтобы выдержать очередной день рядом с тобой.

Она повернула голову и посмотрела на него.

— Я настолько сильно тебя мучила? — спросила она, слегка рассмеявшись.

— Ты даже не представляешь.

— Трахни меня как в тех снах, — прошептала она.

Энцо сжал её бедра и поднял голову.

— Ты уверена?

Она приподняла одну бровь, продолжая глядеть на него.

— Покажи мне, как Лев Гелиоса терзает свою жертву.

И когда он вошел в неё до самого основания, обездвижив руки за её спиной одной рукой, и опустив её голову другой, она испустила вздох, и приятная боль охватила её тело. А он принялся растягивать её, беспощадно увеличивая темп.

— Для меня всегда была только ты одна, ты ведь это знаешь? — хрипло сказал он у неё за спиной, а затем облизал татуировку на её пояснице. — После нашего первого дня, проведённого вместе, я больше не мог касаться других женщин.

Он схватил её за волосы, намотал их себе на руку и притянул Элару к себе. Она застонала, испытав новое ощущение, а он еще глубже зашел в неё. Она прижалась спиной к его груди, а он, еще ближе притянув к себе её голову, провел языком вверх по её шее.

— Тебе нравится трахаться таким образом, принцесса? Жёстко и грубо?

— Да, — выдохнула она.

Тьма, которая всегда искала чего-то большего, чем нежные занятия любовью, охватила её.

Продолжая двигать бёдрами взад-вперёд, он проговорил:

— Я вижу. Ты такая чертовски мокрая. А теперь поиграй с собой для меня.

Она сдвинула руку, и коснулась чувствительной пульсирующей точки у себя между ног, в то время как Энцо замедлился, и его толчки сделались более глубокими и размеренными.

— Ты такой властный, принц, — проговорила она, подстроившись под его опьяняющий ритм и начав приближаться к высшей точке.

Он тихонько усмехнулся.

— Я так долго это представлял. Как твой дерзкий ротик умоляет меня позволить тебе кончить, а затем я, наконец, подпускаю тебя к своему члену.

Элара резко вдохнула, чуть не кончив от его грязных слов, и воспарив на новые высоты удовольствия.

— Позволь мне, — произнесла она умоляющим тоном, когда Энцо так сильно сжал её бедро, что на нём должен был остаться след.

Его другая рука скользнула ей на шею, и от одного этого собственнического жеста она чуть не кончила. Нежно сжав её, Энцо проговорил ей на ухо:

— Эта шея принадлежит мне.

Он слегка изменил положение, точно зная, какая часть внутри неё жаждала освобождения. Его рука скользнула вниз по её груди.

— Это сердце принадлежит мне.

Он прижал ладонь к её груди, после чего начал спускаться ниже. Когда он достиг её промежности и обхватил её, Элара резко вдохнула.

— И это тоже моё. Как и каждая часть твоего тела. А я — твой.

Он провёл большим пальцем всего лишь раз, и она кончила, а он продолжил врезаться в неё. Двигаясь вместе с ней, он зарычал, а когда она вскрикнула, кончил за ней следом.

Они упали на прохладные белые простыни, пахнущие едва заметным запахом ванили и сексом. Играя прядью её волос, он сказал:

— Как же они мне нравятся. Они струятся, словно шёлк. Ты не представляешь, как часто я сдерживал себя, чтобы не запустить в них свои руки, не сжать их в кулак и не расцеловать тебя, когда мы тренировались, и твои волосы случайно хлестали или щекотали меня.

Элара повернулась к нему с улыбкой, волосы рассыпались по её плечу. Она поцеловала его и начала рисовать небольшие круги на его золотисто-бронзовой груди, гладкие и крепкие мышцы которой были всё ещё горячими, как плитки на её балконе при первых лучах Света. Она задержала руку над его сердцем, тихий стук которого вторил её пульсу.

— Знаешь, что мне всегда хотелось сделать? — заговорщически спросила она, снова наклонившись над ним. — Поцеловать эту веснушку.

Она поднесла губы к веснушке под его глазом и слегка поцеловала её.

— И сделать это.

Она нежно провела пальцем по его длинным ресницам угольного цвета.

— И это, — мягко сказала она, пройдясь большим пальцем по бархатистой коже его уха и коснувшись золотого колечка.— Не знаю почему, — сказала она и рассмеялась. — Именно благодаря этим мелочам я начала влюбляться в тебя.

Элара теперь полностью лежала на животе. Посмотрев на него и приподнявшись на кровати, она ласково провела рукой по его волосам.

— Знаешь, когда я была заперта в той тюремной камере, Джем пыталась каждый день сломать моё сознание, — тихо сказала она, поиграв с выбившейся ниточкой на простыне, — я держалась только благодаря этим маленьким деталям. Твоей сережке, веснушке под твоим глазом, теням под глазами. Кудрям, которые постоянно падают тебе на лоб. Они помогали мне не сдаться. Я думала, что если запомню тебя в таких ярких подробностях, то, может быть, ты появишься передо мной.

Смутившись, она рассмеялась.

— Я знаю, это глупо.

Его лицо исказила боль, и он прижал её к своей груди так, что теперь ей было слышно его сердце, которое билось быстрее, чем раньше.

— Я с трудом могу думать об этом без того, чтобы не воспламениться, — сказал он. — Когда я понял, что тебя забрали... — он замолчал и покачал головой. — Я был готов спалить Селестию дотла.

Элара поверила его безумному обещанию, которое отразилось в его глазах.

— Прекрати, — подразнила она его. — Ты не стал бы этого делать. Подумай о тех невинных, которые попали бы под твой огонь.

Энцо мрачно расхохотался.

— Ты переоцениваешь мои способности к состраданию, Элара, и недооцениваешь то, насколько ты теперь моя. Я бы сжёг весь мир, если бы это помогло тебе согреться.

Эгоистичное удовольствие охватило её, и она ещё крепче прижалась к нему.

— Значит, ты спалил бы весь мир ради меня, — задумчиво произнесла она. — Ну, а я погрузила бы весь мир во тьму ради тебя. Если бы тебя забрали у меня, ни один луч света не проник бы на землю до тех пор, пока бы ты не вернулся домой, — тихо добавила она, пытаясь показать ему, как много значили для неё его слова. И то, что кто-то без всяких вопросов предъявил на неё права, как это сделал Энцо.

Он крепко сжал её в ответ.

Она перевела взгляд на сумеречное стекло, лежавшее на туалетном столике.

— Завтра Звезда падёт, — сказала она.

Энцо нежно её поцеловал и поудобнее расположился рядом с ней.

— И тогда мы станем свободны. Я люблю тебя, Элара, — ответил он. — И буду любить до самого последнего вздоха.

Она улыбнулась, прильнув к Энцо, который начал ободряюще поглаживать её по спине.

— Я тоже тебя люблю, — проговорила она, когда сны начали опутывать её своими щупальцами.

Это стало последним, что она запомнила перед тем, как провалилась в сон.

Глава 52

Элара проснулась от криков рассветных птиц, но их знакомое мелодичное щебетание было похоже на пронзительный визг. Она нахмурилась и потянулась в поисках тепла Энцо. Кровать рядом с ней оказалась холодной. Там было пусто.

Она нахмурилась ещё сильнее, открыла глаза и в свете раннего утра увидела, что его одежда пропала. Внутри неё раздался странный гул, когда она села и начала медленно вставать с кровати. Ей показалось, что если она будет вести себя достаточно тихо, и двигаться достаточно плавно, то, возможно, тревожное чувство внутри неё исчезнет. Чёрная шелковая ночнушка, которую она, по всей видимости, натянула ночью, прошелестела по полу, когда она медленно подошла к туалетному столику.

Из неё вырвался всхлип, когда она увидела, что там, где когда-то лежало сумеречное стекло, было пусто. Неожиданно дверь в её комнату резко распахнулась.

Дерево треснуло, и она закричала, когда внутрь вошли гелионские солдаты в золотых кованых доспехах. Элара начала испуганно пятиться к стене.

— Нет, — проговорила она сквозь стиснутые зубы, её сердце бешено застучало, а в голове начали проноситься тысячи мыслей.— Нет, — закричала она.

Она отчаянно выпустила тени, и чёрный дым, вырвавшийся из её рук, задушил ближайшего к ней стражника. Другой стражник начал наступать на неё, и она, издав гортанный возглас, выбросила в его сторону другую руку и оттеснила его назад чёрной стеной. Но их было слишком много, а её застали врасплох. Один из солдат бросился ей за спину и резко набросил веревки ей на шею. Она зашипела, почувствовав жжение, которое начало раздирать её горло.

— В твоих же интересах сдаться без боя. Не нужно драмы, — зарычал он ей на ухо и ещё сильнее затянул верёвки.

Она выругалась, когда жжение не прекратилось, а её тени растворились в воздухе.

— Что это такое? — задыхаясь, проговорила она, пытаясь освободиться.

— "Убийца теней". И если ты продолжишь сопротивляться, то вид у тебя будет не самый лучший.

Элара уже слышала про "убийцу теней", её предупреждали о нём. Об отвратительном яде, который блокировал магию астерийцев. И, конечно же, она никогда не встречала его в своём королевстве. Но в Гелиосе... Её совсем не удивило, что он был у Идриса.

Она заставила себя глубоко дышать, когда солдаты крепко связали запястья за её спиной верёвками, покрытыми тем же ядом. Она почувствовала то же удушье, что чувствовала в подземелье Ариэта, где её магия была заблокирована таким же образом. Наконец, солдат отпустил верёвки на её горле и толкнул её вперёд так, что она споткнулась.

— Это большая ошибка, — зарычала она, несмотря на водоворот мыслей в голове.

Тот вывод, к которому она пришла, не мог быть правдой.

— Немедленно позовите принца. Принца Лорэнцо. О, он просто испепелит вас за это.

Элара напустила на себя бравады, как сделала бы любая королева, попавшая в сложное положение. Она даже рассмеялась, хотя её сердце бешено колотилось.

— Энцо! — закричала она ещё громче, когда её грубо толкнули и повели вниз по центральной лестнице.

Она пнула стражника, который схватил её за руку, но её отбросили на перила.

Когда они дошли до низу, Элара начала тяжело дышать и отчаянно искать глазами знакомые лица. Кого-нибудь из слуг, Лео, Мериссу. Хоть кого-нибудь.

Двери в тронный зал распахнулись, когда они подошли к ним, несколько стражников вошли внутрь, после чего затащили туда Элару, ночнушка которой зацепилась за дверь.

— Энцо! — крикнула она, оказавшись внутри. — Немедленно приведите его, Эн...

Она замолчала и застыла, точно статуя, но стражники заставили её пройти вперёд. Мир вокруг неё померк, крики стражников стихли, и она перестала замечать их грубое прикосновение.

Энцо находился там. Он сидел по правую руку от короля на своём троне с бесстрастным выражением лица. А рядом с ним, с едва скрываемым удовольствием на бледном лице, стоял Ариэт.

Колени Элары подкосились, но она стиснула зубы, заставив себя собрать все свои силы и не рухнуть на пол. Она позволила стражникам подвести её к трону. Проходя мимо бассейна, она почувствовала запах красного жасмина, который показался ей теперь приторным и гнилостным.

— Я пришёл за своей собственностью, — напевно произнёс Ариэт, и его красные глаза сверкнули. — Какое же это удовольствие снова видеть тебя, дорогая.

Он широко улыбнулся, и его голос мурашками прокатился по её спине. Она с удовлетворением заметила, что одна половина его лица была слегка обезображена шрамами, блестевшими новой кожей. Взяв себя в руки, она нацепила на себя маску самодовольства.

— Не могу сказать того же. Ты выглядишь слегка... поджаренным.

Его губы скривились, и он сделал шаг вперёд. Её сердце заколотилось, но она попыталась напустить на себя бравады, после чего повернулась к Энцо. Она заставила себя посмотреть в его золотые глаза, которые были теперь холодными, но затем её опустили на колени перед тронным возвышением.

— Энцо, что это значит? — спросила она, и её голос предательски дрогнул.

Но ей ответил король:

— Принцесса Элара, — насмешливо произнес Идрис. — Неужели ты думала, что я позволю тебе свободно разгуливать тут? Что я приму с распростёртыми объятиями свою самую главную угрозу?

— Вы пообещали мне убежище, — огрызнулась она, заставив свои руки перестать дрожать. — Вы дали мне своё слово.

— Моё слово, — Идрис фыркнул и взмахнул рукой в воздухе. — Я дал его. И на какое-то время я включил тебя в свои планы. Я сделал из тебя оружие на случай, если Ариэт решит вторгнуться в наше королевство.

Он наклонился вперёд с холодной ухмылкой на лице.

— Но знаешь, что я впоследствии обнаружил? То, какой могущественной ты начала становиться. Какой смелой и безрассудной. И кого, по-твоему, я предпочту видеть на троне соседнего королевства? Своенравную девицу, которая может попытаться изменить мир? Или Звезду, которая согласна жить с нами в мире, покуда мы не будем мешать друг другу?

Он ухмыльнулся.

— Планы меняются, дорогая ведьма.

Элара бросилась на него, но путы сдержали её. Он усмехнулся.

— После того, как тебя похитили, я начал понимать, как сильно Ариэт жаждал заполучить тебя, и как я могу обратить это в свою пользу. Ты стала разменной монетой в сделке за безопасность моего королевства. И тогда всё стало очень просто. Кстати, именно мой сын предложил отвлечь тебя.

Элара в отчаянии посмотрела на Энцо, не желая верить в то, что он мог быть частью этого.

— Ах, да, — заговорил, наконец, принц, слегка улыбнувшись. — Я должен поблагодарить тебя за то... как ты развлекла меня в эти последние месяцы. Кстати, она классно трахается, — добавил он, обращаясь к Ариэту.

Элара снова кинулась вперёд, но "убийца теней" впился ей в кожу ещё сильнее, а Ариэт только усмехнулся. Она заставила себя отогнать слёзы, которыми наполнились её глаза.

— Пока ты тут флиртовала и шлюхалась со своим врагом, воплощая в жизнь свой маленький план по выманиванию Ариэта в Гелиос, я сам с ним связался. Я предложил ему сделку, от которой не смогла бы отказаться даже Звезда. Он даёт мне слово не трогать моё королевство, а взамен продолжает править Астерией, заполучив вдобавок небольшой приз и единственное, что ему угрожает — тебя.

Глаза короля заблестели, и теперь она поняла, что в них отражалось — жадность.

— Ты кое-что забыл, Идрис, — вставил Ариэт резким и холодным тоном. — Как ты мог забыть о самой лучшей части моего плана?

Он хлопнул в ладоши, и этот звук, эхом разнёсшийся по тронному залу, заставил Элару подпрыгнуть. Он сделал ещё один шаг в её сторону и поднял её подбородок своими ледяными пальцами.

— Единственное оружие, которое может меня уничтожить, и которое в течение многих веков никто не мог найти. Но ты, услышав пару ласковых слов от нашего принца, смогла создать его. А затем ты — да ты, дорогая Элара — в буквальном смысле вложила это оружие нам в руки.

Сердце Элары остановилось, когда она посмотрела мимо Ариэта на Энцо. Тот достал сумеречное стекло, и лезвие сверкнуло на Свету. Ухмыльнувшись, он передал его Ариэту и с презрением посмотрел на Элару.

Лишь одно слово сорвалось с её губ.

— Почему?

— Ты не единственная, кто умеет хорошо создавать иллюзии, Элара, — напевно произнёс Энцо. — Было очень просто притвориться, а ещё проще заставить тебя доверять мне.

Он усмехнулся.

Вглядевшись в его лицо, она поняла, что смотрит на незнакомца. Тысячи воспоминаний пронеслись у неё перед глазами, и каждое из них больно хлестнуло по ней.

— Уведите её с моих глаз, — сказал он с отвращением на лице.

— Жду не дождусь нашего будущего, Элара, — проговорил Ариэт, приподняв её голову за подбородок. — Жду не дождусь, когда я наконец-то сломаю тебя.

Он поцеловал её в лоб, а она начала извиваться и в отчаянии взглянула на Энцо. Но его лицо не выражало ни злости, ни ревности, когда он смотрел на эту сцену. В его стеклянных глазах отражалось лишь отстранённое равнодушие.

Её руки остались связанными за спиной, когда её подхватили двое солдат.

— По гелионским законам, Ариэт получит право претендовать на тебя после суда, — проговорил Король Идрис громовым голосом, когда её повели прочь.

— Я делаю всё по закону, Элара, неужели это тебя не впечатляет? — усмехнулся Ариэт. — А не то простой люд может ополчиться против нас. Последнее, что нам нужно, это мученик. Мы же не можем допустить слухов о том, что мы плохо относимся к беженцам.

— Мы не монстры, — закончил Идрис, а Ариэт рассмеялся своим безумным смехом.

В этот момент Эларе хотелось закричать, начать плеваться, броситься на Энцо и встряхнуть его. Она хотела дать ему пощёчину, расцарапать его и потребовать от него ответов. Но она была принцессой, поэтому она подняла голову, стиснула зубы и распрямила плечи.

А затем, развернувшись со всем тем достоинством, что ей удалось собрать, она позволила вывести себя из тронного зала. И только дойдя до дверей, она повернулась. Взгляд её серебряных глаз цвета стали упал на троих мужчин. На Звезду, Тирана и Лжеца.

Она пригвоздила Энцо взглядом и сказала голосом, который разнёсся по всему тронному залу:

— Тебя я тоже переживу.

Она больше не поворачивалась, когда её грубо потащили прочь, а её слова остались висеть в воздухе, наполненном ароматом цветов. Она не пыталась кричать. И лишь когда её швырнули в тюремную камеру, и она услышала удаляющиеся шаги, она позволила себе заплакать под стук своего бешено стучащего сердца.

***

Стены мрачной камеры начали давить на Элару. Она рухнула на пол и заставила себя дышать. Печаль сжала её горло, а тупая боль начала барабанить у неё в голове. Её мысли были такими сокрушительными, и их было так много. Реальность оказалась настолько непостижимой, что всё, что ей оставалось — это дышать, чтобы не развалиться на части.

Она лежала калачиком, и стала задыхаться от сотрясающих её тело рыданий. Её дыхание сделалось более прерывистым, когда она вспомнила об Энцо у фонтана, об Энцо, целующего её на ночь, Энцо, танцующего с ней в облаках, нежно моющего её волосы, занимающегося с ней любовью. Она наносила их один за другим, удары по своему сердцу, до тех пор, пока не начала чувствовать дикую физическую боль. Тени вздымались внутри неё, не в силах вырваться наружу из-за "убийцы теней", которым были всё ещё связаны её руки. И все те эмоции, которые она задвинула глубоко-глубоко во тьму, всплыли на поверхность и начали тянуть её за собой в черноту.

Небеса там были чернильного цвета. Это была такая чернота, что казалась синей. Тишина. И ни звёздочки на небе. Ни дуновения ветра, ни звука. Это было первое, что показалось Эларе странным в этом месте. Но пространство, в котором она оказалась, было открытым.

В отличие от давящих стен её камеры. Она как будто смогла впервые сделать вдох за долгое время. Эта тьма служила успокоением для души, которая слишком долго бежала от неё. Боль, которую она ожидала почувствовать, нежно окутала её. И если бы она знала, что погружение в боль будет таким, она бы давно уже встретилась с ней.

Перед ней предстала роща, где росли вековые деревья. Их возраст можно было определить по наростам и изгибам на стволах. У неё за спиной раскинулись холмы неоново-фиолетового цвета, трава под её ногами мерцала. Её грязная и порванная ночнушка рассыпалась вокруг неё на лоскуты. Душа Элары тянула её вниз, и каждый шаг давался ей с трудом. Ей пришлось сосредоточиться, чтобы начать переставлять ноги после всей этой беготни, и это оказалось очень утомительно. Она пошла в сторону рощи, отбросив ночнушку в сторону, босая, нагая и совсем одинокая.

В этом месте не чувствовалось ни единого дуновения ветерка. А тишина стала такой оглушительной, что сама по себе была звуком. Элара попыталась укрыться под кронами вековых деревьев и когда легла на землю, отчаявшаяся и униженная, начался дождь. Переливающиеся радужные капли наконец-то создали звук посреди кромешной тьмы. Она положила голову на ствол, а дождь усилился, приклеив её чёрные локоны ко лбу, и смешавшись со слезами так, что теперь нельзя было отличить одно от другого.

Она впустила его в себя. Сделала вдох. А затем почувствовала, как давление начало нарастать в её груди, сменившись тупой болью. А затем её грудь разверзлась, и из неё вырвался беззвучный крик. В этом пространстве сна, в сюрреалистичном месте между жизнью и смертью, в котором она оказалась тогда, как её тело пребывало в другом мире, а душа рассеялась здесь, дождь словно вошёл в неё. Он говорил о горе. О печали. Несдержанных обещаниях и лжи, которые сделали её трусихой, которые сделали её дурой. Боль была острой, а слова дождя вгрызались в неё и разрывали на лоскуты. Всё это было таким реальным. И когда она с радостью поприветствовала эту боль, то увидела фрагменты своих теней в беспросветной ночи. Тот ужас, отвращение и все те части её, от которых она так долго пыталась убежать. Она улыбнулась безумной улыбкой, словно в полусне.

Её тени дрогнули, искривились и приняли очертания человека. Он приблизился к ней.

— Я ждала тебя, — сказала тень.

— А я тебя, — ответила Элара.

Наконец-то она оказалась лицом к лицу с тем, что она изо всех сил пыталась не видеть. И это было великолепно, хотя и в несколько извращенном смысле. Наконец-то ей больше не надо было прятаться. Капитуляция показалась ей такой потрясающей, все эти оскорбления, мысли, ранящие её, вся эта правда… Наконец-то у неё больше не осталось оправданий или причины для побега. Она просто могла быть самой собой.

Дождь продолжал идти. Её тело содрогалось от падающих на него дождевых капель, которые всё сильнее и сильнее ударялись о её кожу. Она увидела в своих мыслях, как тень легла с ней рядом, и Элара переплела свои пальцы с её.

И так они лежали в этой вековой роще.

Дождь начал смывать то, кем она была. Он смыл её кожу, душу, разорванную в клочья, воспалённое горло и боль в сердце. Боги, это было так больно. Она всё ещё плакала, а её тело сотрясалось от сухих рыданий, которые с хрипом вырывались из её истлевшего рта.

Тень снова заговорила, и от её страшного шипения по коже Элары пробежал холодок.

— Как же долго ты бегала от меня.

Она не ответила.

Тень снова заговорила.

— Всё, что ты подавляла, напитывало меня. Но ты так ни разу и не взглянула на меня.

Элара почувствовала жалость, и стиснула зубы, чувствуя, как капли дождя хлестали по ней.

— И как ты собиралась победить Звезду с помощью теней, если ты сама не можешь встретиться с ними лицом к лицу?

Элара замерла, прислушавшись к звону этих слов у себя в ушах. Почувствовав источник энергии, которым она обладала, и те блоки, которые она выставила... Она и раньше чувствовала, что здесь было нечто большее — в ней было нечто большее — но она продолжала это игнорировать.

— Где я? — тихо прошептала она.

— В своём пространстве сна, — хрипло ответила тень. — Глубоко внутри него. Гораздо дальше, чем можно себе представить. Именно здесь находится та последняя часть твоей силы, которую ты ждала. Ты должна сдаться.

— Сдаться? — с тревогой спросила она. — Я и так уже сдалась. Я сдала своё сердце. Своё королевство. Я сбежала как трусиха, влюбилась как дура. Мне больше нечего отдавать.

— Тот, кто постоянно играет роль жертвы, в итоге становится ею, — ответила тень.

Элара почувствовала злость, услышав её слова. Её охватило негодование. Но в полной темноте этого места оно так и не вырвалось наружу. Вместо этого оно схлынуло, как волна, оставив после себя правду, которую было трудно проглотить. Но Элара проглотила её, и тогда к ней пришло понимание.

— Теперь ты начинаешь видеть, — хрипло проговорила тень.— Тьма не может существовать без Света, как и Свет не может существовать без Тьмы. В тебе присутствует и то, и другое, Элара. Нет никакого смысла бежать от темноты внутри себя и принимать только день. Также как нет смысла избегать Света и предаваться теням. Сдайся.

И с полной ясностью, похожей на чистейшую каплю морской воды, она поняла. Она не была ни идеальной, ни порочной. Она не была ни злодеем, ни героем. Она просто была собой. Девушкой, которая оплакивала потери и жила так, как умела. Она влюбилась. Это не делало её дурой, как и не делало её слабой. Скорее это был один из тех немногих моментов, когда она была смелой.

Прочитав её мысли, тень ответила:

— Нужна большая смелость для того, чтобы любить и открыть своё сердце. Нужна большая смелость для того, чтобы быть доброй в этом жестоком мире.

Улыбнувшись слабой улыбкой, Элара легла обратно на вздымающуюся траву и позволила дождю барабанить по своей коже, а затем, закричав, она сдалась ему. Она горевала, вспомнив о своих родителях и Софии, а также о своём разбитом сердце из-за предательства Энцо. Она утонула в страхе перед возможным будущим. И когда она это сделала, дождь продолжил смывать её кожу до тех пор, пока сквозь неё не стали проступать сияющие серебряные участки, а чёрная смола, покрывавшая её душу, не начала отслаиваться. Тень держала её за руку всё это время, бормоча слова одобрения. И когда из неё вырвался последний крик, её нутро разверзлось и было ярче любой Звезды и темнее любой тени. И это прекрасное сочетание начало клубиться, точно пробудившийся шторм.

***

Элара резко села на полу и дико осмотрелась вокруг. Камера, мерцающий свет факела. Она вдруг поняла, что больше не связана, и что верёвки, пропитанные "убийцей теней", лежат разорванные вокруг неё. Она почувствовала магию под кожей, ту самую глубинную, древнюю силу, которая родилась в её пространстве сна.

Неожиданно она поняла, чего не доставало.

"Боли", — удивлённо подумала она.

Пропала та сдавленность в её груди, от которой у неё кружилась голова.

"Неужели именно так дышалось нормальным людям?" — подумала она.

Радостный смех чуть не вырвался из её груди, но затем она вспомнила о том положении, в котором оказалась. Она, может быть, и освободилась от своих собственных демонов, но другие демоны окружали её в этой холодной камере. На этот раз, когда воспоминания об Энцо наполнили её, она не стала останавливать или подавлять их. Она поприветствовала их, а также ту боль и вопросы, которые они с собой принесли.

Как он мог дойти до такого после поклонения ей и признаний в любви в поэтической форме? Она не могла этого понять, не могла понять всю глубину его обмана. Небольшая и уязвимая часть её, женщины, которой она была раньше, старалась отрицать это, цепляясь за проблески надежды на то, что это была какая-то жестокая шутка или изощрённая уловка. Её сознание пыталось зацепиться за что-то, за какую-то мысль, которая казалась невероятно важной, но которая никак не могла проявиться. Она закусила губу, пропустила прядь волос между пальцами и начала прокручивать в памяти мельчайшие детали и воспоминания об Энцо вплоть до сцены в тронном зале.

Изра клялась, что их души связаны. Она не верила, что Изра была посвящена в планы Энцо. Как и Мерисса, и Лео. Она не могла поверить в то, что её семья предала её таким образом. Но они знали его всю жизнь. Кем тогда была для них она?

Элара сжала переносицу, пытаясь упорядочить свои мысли. Она чувствовала эту связь между ними. Это не было ложью. Зачем тогда Энцо создал вместе с ней сумеречное стекло? Только для того, чтобы отдать его Ариэту? В чём был смысл этого поступка?

Она прищурила глаза, проиграв последние двадцать четыре часа в голове. Селин предупреждала её не отдавать сумеречное стекло принцу. Что-то в этой фразе беспокоило её. Она назвала Энцо королём, а затем принцем. Почему? Почему она сразу не предупредила Элару насчёт Энцо и почему вела себя с ним так спокойно, если заранее знала правду? И зачем тогда они ждали их обоих?

Мозг Элары работал и пытался разобраться во всём этом до тех пор, пока Свет не начал проникать в щель тюремного окна, а затем день не сменился ночью. В итоге она пришла к выводу, который был основан на надежде и доверии, но был только один способ проверить её догадку. Неожиданно она услышала стук уверенных шагов по каменному полу, а затем загорелая рука, украшенная драгоценностями, отперла дверь камеры.

Элара даже не пошевелилась, когда в маленькое помещение с важным видом вошёл Энцо. Она притворилась равнодушной, поглядев на него и заметив те знакомые черты, которые она видела тысячу раз. Она задержалась взглядом на его серёжке, и потёрла ноги друг о друга, почувствовав, как сильно они замёрзли. А затем она улыбнулась.

Он вращал в руке острое лезвие из сумеречного стекла, которое сверкало в пламени свечей, горевших в канделябрах на стенах снаружи её камеры.

— Осторожнее, не порань себя, — протянула она.

Энцо повернулся к ней, и медленная улыбка расплылась на его лице.

— Должен сказать, Элара, меня слегка задевает то, что ты больше не переживаешь по поводу всего этого. Я ожидал обнаружить тебя на коленях и в слезах.

Элара фыркнула.

— Ты всегда был слишком высокого мнения о себе.

Улыбка Энцо сделалась ядовитой.

— Знаешь, мне интересно, зачем оно тебе? — она указала на лезвие в его руке. — Зачем вообще создавать его, если ты был заодно с Ариэтом? — сказала она, посмотрев на свои ногти.

Энцо прищурил глаза.

— Мой отец связался с Ариэтом после того, как оно было создано. До этого мы планировали использовать его. Цепляешься за соломинку, Элара?

— Лезвие, которое может заблокировать магию Звезды, — продолжила она, проигнорировав его. — Довольно серьёзное оружие.

— Следи за языком, если не хочешь завтра же сгореть на костре.

Элара усмехнулась.

— О нет, не думаю, что это произойдёт. Ведь Ариэт хочет заполучить меня, и я нужна ему живой. Он не может меня убить, забыл? Он даже не может отдать такой приказ, если не хочет, чтобы это ему аукнулось.

Она встала в своей разорванной чёрной ночнушке, а её волосы упали ей на спину.

— А раз так, то я продолжу говорить.

Она подошла к нему, покачивая бёдрами.

— Ты ведь тоже любишь поговорить, не так ли? Ах да, тебе особенно понравилось слушать свою речь в тронном зале.

Она улыбнулась, взяла его руку и провела ею по нежной коже своей ноги.

— Чувствуешь? — прошептала она.

Резким движением она выхватила лезвие со своего левого бедра, и чёрное стекло цвета оникса опасно сверкнуло в её руке. Энцо отпрянул к стене, продолжая держать точно такой же кинжал, и поглядел на её лезвие с недоумением и страхом. Она лениво приблизилась к нему.

— Как ты там сказал: "Ты не единственная, кто умеет хорошо создавать иллюзии".

Лезвие растворилось в его руках, словно дым, а в её руке осталось настоящее. Улыбнувшись, она вонзила клинок глубоко ему в сердце.

Глава 53

Энцо лежал и задыхался в луже собственной крови и дрожащими руками пытался остановить поток, вытекающий из его груди. Элара равнодушно смотрела на него с ничего не выражающим лицом... так, словно просто глядела на небо.

— Ангел дала мне один маленький совет, — сказала она, присев рядом с ним. — Она предупредила меня не выпускать из рук это лезвие, несмотря ни на что. Как видишь, мне пришлось проверить правдивость этой теории. Оставить иллюзию на туалетном столике, чтобы каждый мог беспрепятственно забрать его. Считай это интуицией, — она сухо рассмеялась. — О, вы, должно быть, решили, что я дура.

Она провела пальцем по кинжалу, торчащему из его вздымающейся груди.

— Вы скрывали от нас правду все эти годы. Пытались сохранить в секрете то, как мы можем вас уничтожить.

Она презрительно посмотрела на Энцо, лицо которого сделалось бледным, и заглянула в его изменившиеся глаза.

— Это единственная вещь во всей Селестии, с которой у нас могут быть шансы на победу. Не так ли, Энцо?

Она замолчала и поднесла руку к губам, словно извиняясь.

— Прошу прощения... Джем?

На белых губах Энцо появился оскал, а его лицо медленно превратилось в бледное лицо Звезды. Её белые волосы пропитала кровь, а глаза были наполнены яростью. Джем дёрнулась и проговорила, стиснув зубы:

— Как ты узнала? — её взгляд наполнился ненавистью.

— У тебя довольно посредственные способности к перевоплощению, — вздохнула Элара. — Ты Звезда Обмана, но ты даже не можешь сделать это как надо. Должна признаться, сначала ты меня обманула, в тронном зале. Я, и правда, подумала, что моя любовь меня предала. Но что-то не давало мне покоя. Чувство неправильности всего происходящего, которое я никак не могла отбросить. И вот, сидя в этой чудесной камере, в которую вы меня бросили, я хорошо всё обдумала. Но я так и не смогла избавиться от этого чувства. А затем, когда ты вошла, всё встало на свои места.

Она широко улыбнулась Джем.

— Дьявол кроется в деталях, а я помню внешность Энцо в мельчайших подробностях. В твоём ухе серебряная серёжка, а не золотая.

Она вздохнула, после чего встала и с жалостью посмотрела на Джем.

— Я оставлю тебя в живых, если ты расскажешь мне, куда вы его дели.

Джем слабо рассмеялась.

— Даже не мечтай.

— У тебя ещё есть время. Сумеречное стекло не может тебя убить, забыла? Оно лишь блокирует твою магию.

Выражение лица Элары сделалось торжественным.

— Даю тебе слово, Джем, что ты спокойно выйдешь отсюда, если расскажешь мне, где вы держите Энцо. Я позволю тебе спастись. И ты выйдешь отсюда невредимой.

Джем прищурила глаза, а затем со свистом закашлялась.

— Зачем тебе помогать мне? — сказала она, скорчив гримасу. — После всего того, что я с тобой сделала.

— Потому что я не такая, как ты.

Джем посмотрела на неё в течение некоторого времени.

— Ладно, — прошипела она. — Его держат в подземелье в другой части дворца. Вторая камера.

Элара холодно улыбнулась и обхватила рукой кинжал из сумеречного стекла.

— Ты тронула человека, которого я люблю. Я хочу, чтобы ты знала, что за одно только это я сделаю твою смерть мучительной — только за то, что ты тронула его — не говоря уже о том, что ты сделала со мной.

Тени вырвались из её рук, опутали шею Джем и начали душить её. Глаза Джем округлились, а когда Элара провернула лезвие в сердце Звезды, она стиснула зубы.

— Ты дала слово, — прохрипела Джем.

— Данное слово ничего здесь не значит. Король позаботился об этом.

Чёрные струйки дыма начали вылетать из ноздрей Джем. Элара всё ещё продолжала душить Звезду, и её охватил трепет при виде того, как её тьма начала поглощать Джем. Свет в бледно-голубых глазах Звезды начал меркнуть, её лицо сделалось серым, а сама она начала хвататься руками за горло. Тени неумолимо продолжали вытекать из Элары. Глядя на то, как Звезда медленно умирала у неё на глазах, и как на месте её вен начала расползаться чёрная паутина, Элара наклонилась над ней в последний раз и увидела, что глаза богини сделались чёрными, когда тени Элары поглотили их цвет. А затем Элара выдернула кинжал у неё из груди.

— Я же сказала, что я не такая, как ты, — прошептала она в губы Джем, застывшие в немом крике. — Я хуже.

***

Элара нетерпеливо рванула на себя свои тени и одновременно создала вокруг себя иллюзию.

Для стражника, патрулирующего тускло освещённые коридоры, или для прислужника, бегущего на кухню, всё выглядело как обычно. Но на самом деле вдоль стены шла Элара, таща за собой тело Джем и спрятав под иллюзией их обеих. Она не хотела использовать магию, чтобы сохранить её для битвы с Ариэтом. Но у неё не осталось выбора, кроме как дойти до западного крыла дворца, кишащего людьми, вместе с мёртвой Звездой.

Она сконцентрировалась и, сжав зубы, создала ещё одну иллюзию вокруг них, когда вышла на открытый воздух дворцовых садов, а затем снова видоизменилась, когда дошла до входа в крыло, где держали Энцо. Она никогда раньше не использовала иллюзию на ком-то ещё помимо себя, и усилия, которые ей пришлось прилагать, уже сказались на ней. Сделав ещё один, последний рывок, она дотащила Звезду до каменной лестницы, идентичной той, по которой её ранее стащили в сырое подземелье.

Она бросила тело Джем внизу лестницы и посмотрела налево и направо, проверяя, нет ли поблизости стражников. К счастью, здесь никого не было, так как король был, вероятно, уверен в том, что принц надежно заперт, поэтому призвал всех стражников в тронный зал.

Она подбежала ко второй камере с массивной дверью и единственным окном, через которое можно было заглянуть внутрь. Элара поднялась на цыпочки и с облегчением обнаружила за дверью Энцо.

Обе его руки были закованы в кандалы у него над головой, которая была опущена. Он тяжело дышал.

Она отпрянула от двери и выставила руки перед собой. Сосредоточившись, она призвала тени и превратила их в плотную массу, а затем, как учил её Энцо, добавила им веса. Когда она резко направила их в сторону замка, твёрдые фрагменты её тени раскололи его на куски.

Дверь распахнулась.

Элара бросилась к Энцо, который поднял голову и посмотрел на неё мутными глазами. Когда он узнал её, его глаза наполнились Светом.

— Эл, — прошептал он. — Как ты здесь оказалась?

Она нежно его поцеловала, испытав облегчение.

— Долгая история, — выдохнула она, осторожно обхватив руками его лицо. — Ты ранен?

— Не физически, — он вздрогнул. — Ментально. Джем прошлась по моему сознанию. Она искала информацию о нас с тобой.

Элару охватило убийственное спокойствие, и её рука застыла на нём.

— Долбаная садистка. Я почти жалею, что убила её, так как готова сделать это снова.

— Ты убила её? — выдохнул Энцо, а она прищурилась, посмотрев на кандалы, и снова призвала свои тени.

— Возможно. Её тело в коридоре.

— Подожди, как ты можешь использовать здесь магию? Специальное заклинание блокирует магию в этой тюрьме. Поэтому я не могу выпустить свой свет.

— Я пережила странный трансцендентный опыт, пока сидела в своей камере, думая, что ты предал меня, — весело сказала она. — Я опустилась на самое дно своего пространства сна. Похоже, никакое заклинание не смогло меня больше сдерживать, когда я вернулась оттуда.

— Святые небеса, — проговорил он. — Предал тебя? Что, мать твою, происходит?

Элара сломала один из замков на кандалах, а затем быстро разобралась со вторым. Энцо потёр запястья.

— Если коротко, то Джем заколдовала себя и притворилась тобой. Она пыталась сломать меня, убедив в том, что всё это время ты был заодно с Ариэтом и своим отцом. О, кстати, твой отец перешёл на сторону Ариэта.

— Я так и понял, когда они бросили меня сюда, — зарычал он. — Они сделали тебе больно?

— Нет. Они бросили меня в камеру утром. Ариэт планировал увезти меня завтра. Будет суд. Чтобы напустить туману и успокоить тех жителей, которые не считают допустимым с моральной точки зрения... похищение людей.

Энцо выругался.

— Тогда мы должны уходить немедленно. Нам надо выбраться отсюда, прежде чем они поймут, что мы сбежали.

Элара яростно поцеловала его, а он запустил руки в её волосы. Когда она оторвалась от него, на её лице медленно расплылась улыбка.

— Нет. Мы не будем никуда бежать. Ты застанешь Ариэта врасплох, как тогда в театре. И мы сделаем это сейчас.

***

Темнота в помещении успокоила Элару, которая опять находилась в своей камере. Она выглянула в коридор и проверила, нет ли там кого-нибудь, после чего снова опустилась на охапку сена в углу.

Час был поздний, и она была уверена, что в это время все уже спят. Она сделала глубокий вдох через нос, а затем медленно выдохнула через рот. Повторив всё то же самое и закрыв глаза, она заставила себя расслабиться. Она продолжила дышать таким образом до тех пор, пока не почувствовала себя сонно и не провалилась в пространство между мирами.

Она поднялась над своим телом, потолок и стены наполовину растворились в воздухе, и она прошла сквозь них. Она увидела знакомые размытые пятна среди города Сол, напоминающие движущиеся картинки. Там было множество разнообразных снов обитателей дворца. Некоторые из них были серыми и беспокойными, другие коричневыми и земными. Она поискала холодный голубой оттенок на улицах в центре города. А когда заметила его и почувствовала, как это пространство сна манит её, она двинулась в его сторону и вошла в него.

— Привет, Элара.

— Привет, Изра.

Пространство сна Изры было точно таким же, каким она его запомнила. Заснеженные горы и чистый ледяной воздух. Элара крепко обняла Изру, хотя в этом сне она не могла обнять её по-настоящему.

— Ад разверзся.

— Я так и подумала, — ответила Изра и повела Элару в палатку, обитую мехом, стоявшую на снегу.

Элара последовала за ней внутрь и, опустившись, на шкуры, поглядела на спокойную равнину, видневшуюся в дверном проёме.

— Я почувствовала, что что-то не так. Когда я пришла во дворец сегодня утром, меня развернули. Оттуда никого не выпускают, и никого не впускают.

— Идрис заключил сделку с Ариэтом в обмен на меня. Они бросили меня в тюрьму сегодня утром, и Энцо тоже. Я освободила его. Я не могу здесь долго оставаться.

— Элара, — сказала Изра, пронзив её взглядом. — Где сейчас твоё тело?

— В камере, в подземелье дворца.

— Ты очень рискуешь, оставляя его там без присмотра. Тебе следовало сбежать при первой же возможности.

Элара покачала головой.

— Я уже сбегала, как трусиха. Я не сделаю этого снова. Всё закончится завтра.

Не сводя глаз с Изры, она выпрямила спину и подняла высоко подбородок.

— Мне нужна твоя помощь. Ты должна присутствовать на завтрашнем суде.

Изра кивнула, и в её светло-карих глазах сверкнул лёд.

— А что насчёт Лео и Мериссы?

— Я навещу их следующими, — она приподняла подбородок ещё выше. — У меня есть план.

Глава 54

К тому моменту, когда Элара вернулась в своё тело, завершив три путешествия, она была вымотана. План был приведен в действие, и теперь оставалось только ждать.

Она попыталась отдохнуть, насколько это было возможно, сосредоточившись на том, чтобы восстановить хотя бы часть растраченной энергии. Она поела хлеба с сыром, которые просунул ей через прутья решетки охранник, и попила прогорклой воды. Сконцентрировавшись на своей магии, она представила, что её источник наполняется, словно колодец, в то время, как Свет на небе сменился с бледно-желтого, каким он бывал на восходе, на полуденный ярко-золотой.

Она надеялась и молилась о том, чтобы Изра выполнила её просьбу. И о том, чтобы все были готовы сыграть роли в том представлении, которое должно было вот-вот начаться.

Свет начал меркнуть, и Элара прокрутила в голове свой план в мельчайших подробностях, стараясь посмотреть на него под разными углами и предугадать — что могло пойти не так, и кто мог вмешаться. Ей нужно было убедиться, что она продумала все возможные сценарии. Наконец, Свет переместился в нижнюю часть неба, и его насыщенный оранжевый оттенок возвестил о том, что время пришло. Наступили сумерки.

Она почти сразу услышала, как дверь в её камеру отворилась, громко заскрипев. Перед ней стоял Лео, одетый в золотые доспехи. Он взглянул на неё лишь раз с холодным и бесстрастным выражением лица, после чего вошёл внутрь вместе с другим королевским стражником. Ранее Элара слегка обмотала себе руки верёвками, пропитанными "убийцей теней". Лео зашёл ей за спину, чтобы проверить их. После этого он крепко схватил её и вывел из камеры. Элара последовала за ним в своей чёрной ночнушке, стараясь держаться как можно более достойно.

Она попыталась встретиться с Лео взглядом, но он смотрел неотрывно перед собой, подталкивая её вверх по лестнице. Даже в подземелье она могла слышать глухой гул, раздававшийся сверху. Поднявшись наверх, они прошли под большой каменной аркой, и когда вышли в просторный внутренний двор, она улыбнулась.

Люди стекались сквозь дворцовые ворота внутрь двора, вся территория которого была заполнена большой толпой. Они выкрикивали её имя, и воодушевленные возгласы гелионцев разносились внутри двора и за его пределами. Но затем выкрики сделались более ритмичными. Сначала это был чей-то одинокий дрожащий голос, но вскоре к нему присоединились остальные.

— Тиран! Тиран! Тиран!

Элара позволила себе слегка улыбнуться, осмотревшись вокруг. Стражники стояли по периметру двора, держа в руках мечи и копья. Лео провёл Элару сквозь наступающую толпу, крепко держа её за руки. Впереди она увидела Мериссу, которая уже приготовилась. Красивые глаза прислужницы сверкнули, когда Элара взяла её за руку, а Лео навис над ними обеими, так как толпа начала теснить их со всех сторон.

— Довольно, — хрипло проговорил Лео, протащив Элару сквозь море голов, а Мерисса тем временем уже исчезла.

Он вытолкал Элару на небольшой помост, тот самый, на котором Энцо сжёг пиратов. Дерево было чёрным и обгоревшим у неё под ногами. Лео и стражник оставили Элару связанной и вернулись к дворцовой арке. Лео остановился, дойдя до неё, и быстро развернулся. А когда его карие глаза встретились с глазами Элары, он подмигнул ей.

Она молча села, слушая громкую музыку толпы и ожидая короля Идриса. Раздались фанфары и топот сапог, когда Лео вернулся к помосту, сопровождая короля вместе с другими стражниками. Рядом с королём шёл Ариэт, как всегда облачённый в отглаженный бархатный костюм и чёрную рубашку. Он поправил галстук-бабочку, улыбнулся и посмотрел своими алыми глазами на Элару. За ними возвышалась ещё одна фигура, с ног до головы облачённая в золотые доспехи, которые сияли ярче, чем у Лео. Энцо.

Элара сжала челюсти и заставила свои нервы успокоиться, магия продолжала размеренно изливаться из неё. Она сосредоточилась на своём дыхании, контролируя поток своей силы. Она неотрывно смотрела на Энцо, как и всегда, а он подошёл к помосту, пройдя мимо Ариэта и короля, которых Лео подвёл к двум стульям, стоявшим под помостом. Элара снова ощутила лёгкую нервозность, когда Энцо приблизился к ней.

— Спасибо всем, кто пришёл сюда в качестве свидетеля, — прогремел грубый голос короля. — Согласно гелионским законам, мы проводим сегодня суд над преступницей, стоящей перед вами и совершившей непростительные поступки.

Из толпы раздался крик, за которым последовал ещё один и ещё. Идрис повернулся к кричавшим, а затем продолжил говорить:

— Если суд признает бывшую принцессу Астерии виновной, она будет приговорена к заключению и возвращена Астерии и её новому правителю, лорду Ариэту.

На лице Ариэта появилась голодная улыбка, а затем его яростные глаза вперились в серебряные глаза Элары и он поприветствовал её одними кончиками пальцев.

Но улыбка исчезла с его лица, когда толпа снова заревела. Король медленно повернулся к людям и оглядел их своими холодными глазами, похожими на осколки стекла.

— Тишина! — прокричал он.

Толпа затихла.

— Продолжайте, — протяжно сказал Ариэт и взмахнул рукой в сторону Идриса.

Король напрягся, обратив внимание на пренебрежительный тон его голоса, и продолжил:

— Хорошо. Чем скорее мы избавимся от неё, тем лучше. Думаю, будет справедливо, если обвинения зачитает мой сын, принц Лорэнцо.

Он потёр мясистые руки и откинулся на стуле, глядя на то, как воплощается в жизнь его план.

Элара ощетинилась и почти оскалила зубы.

Энцо переместился вперёд, и его глубокий и чистый голос зазвенел в воздухе:

— Ты обвиняешься в убийстве, пленении человека против воли, военных преступлениях и, самое главное, в сговоре с врагом, что считается особенно тяжким преступлением в королевстве Гелиос. В качестве меры наказания избрана казнь посредством мучительной смерти.

Он посмотрел на Элару, и его сияющие глаза наполнились теплотой.

— Тебе есть, что сказать в своё оправдание, отец?

Всё вокруг погрузилось в хаос, так как произошло несколько вещей.

Элара щёлкнула пальцами, и толпа исчезла так же быстро, как появилась ранее под воздействием её магии. Стиснув зубы, она высвободилась из верёвок, которые Лео не стал затягивать у неё на запястьях, а затем, взмахнув руками, она заполнила двор копиями себя. И все эти Элары, у которых были точно такие же серебристые глаза и волосы цвета воронова крыла, улыбнулись в унисон.

Стражники, окружившие короля, повернулись к нему по приказу Лео и приставили свои семь мечей к его горлу.

Ариэт бросился к помосту, издав леденящий кровь крик, который прервался, когда Элара прыгнула в толпу своих клонов.

— Попробуй, поймай меня, — крикнули в унисон множество голосов, и Элары бросились бежать по двору в сторону лестницы, ведущей на широкую крышу.

Ариэт завыл и оглядел море тел. Издав крик, он скрестил руки, и у него в руках появились загнутые мечи.

— Ты моя, — зарычал он и двинулся в сторону арки, через которую выбегали клоны Элары.

Энцо стоял и смотрел на разворачивающуюся анархию с улыбкой на губах, словно у него было всё время этого мира. Он достал из кармана яблоко, потёр его о рукав и откусил кусочек. Когда иллюзия толпы Элары пропала, во дворе стало тихо, так как не осталось никого, не считая королевских стражников.

Король зарычал и выпустил поток света мимо стражника в сторону Энцо, который, всё ещё жуя яблоко, лениво отбился от него своим собственным светом. Поток изменил направление и, ударившись о дворцовую стену, расколол её надвое.

— Ты потерял хватку, отец, — проговорил Энцо, направившись в сторону короля.

Он ещё раз откусил яблоко и оглядел шестерых солдат, которые встали на защиту его королевы.

— Уходите, если вам дорога жизнь, — скомандовал он, и они пришли в движение. — И сделайте так, чтобы об этом узнали везде. Что королева Элара здесь, в Гелиосе. И что король встал перед ней на колени.

— Я этого не сделаю, — проревел Идрис.

— Лео, — сказал Энцо, проигнорировав его. — Ты знаешь, что делать. Найди её. Ищи размытое пятно.

Лео сжал челюсти и кивнул. Они обменялись невысказанными словами, глядя друг другу в глаза.

А затем Лео без предупреждения опустил меч и быстро обнял Энцо.

— Увидимся в новом мире, брат, — проговорил он и направился в сторону лестницы, ведущей на крышу дворца.

Не успел король сдвинуться с места, как Энцо оказался перед ним и предупредительно поднял руку.

— Лео, — крикнул Энцо.

Генерал оглянулся, и Энцо многозначительно посмотрел на него, а затем повернулся и бросил взгляд на пустое пространство на крыше дворца, пронзив его взглядом.

— Пришло время поставить их на колени.

Когда двор полностью опустел, Энцо повернулся обратно к своему отцу, бросив огрызок яблока на землю.

— Знаешь, отец, тебе суждено было стать самым могущественным магом света нашего времени, пока не появился я. Но всё, что я вижу, глядя в твою душу, это черноту. И это не те мягкие тени, которые окутывают мою Элару, нет. Твоя тьма насквозь прогнившая. Я понял это, как только мои способности начали проявляться.

Пламя медленно охватило его руки, и он поглядел на короля Идриса, который, задыхаясь, рухнул на колени.

— Эта женщина, которую я люблю... Ты собирался приговорить её к смерти, — зарычал Энцо, бросившись на него и обнажив зубы. — Ты собирался отдать её маньяку, который пытал и избивал её, чтобы иметь возможность делать с ней всё, что пожелает.

Он метнул в короля таким сильным потоком света, что тот влетел в окно, ведущее в тронный зал. Стекло растрескалось от удара и осколки дождём посыпались на Идриса. Энцо последовал за ним, представляя собой само воплощение гнева. В этот момент он казался ещё более мстительным, чем сам Ариэт. Он выпустил очередной поток света, из-за которого король согнулся, точно ветвь ивы, и начал задыхаться и хрипеть. Энцо продолжил наступать на него, снова и снова ударяя потоком света в своего отца, лежащего на полу.

— Ты никогда не был мне сыном, — рассмеялся Идрис, снова призвав свой свет.

Он метнул его в Энцо, который тут же отразил поток своим клинком.

— Ты всегда был слишком своевольным. Ты моё самое большое разочарование.

Энцо холодно усмехнулся.

— Знаешь, — тихо сказал он, наклонив голову. — Когда-то я ужасно боялся тебя. Но сейчас я вижу перед собой злобного старика. Мучителя. Я так долго ждал того дня, когда смогу убить тебя, глядя тебе в глаза.

Энцо выпустил в Идриса ещё один мощный поток и подошёл к нему, скрючившемуся у стены.

— Ты не убьёшь меня. Ты трус, Лорэнцо. Мягкосердечный дурак.

Энцо присел рядом с ним на корточки так, чтобы его глаза оказались на одном уровне с глазами Идриса.

— Разве? — Энцо улыбнулся, и его руки охватил огонь.

Он снова отрешённо посмотрел на пламя и проговорил.

— Ты хоть представляешь, как долго я слушался тебя? Выполнял твои приказы? Мучил и убивал, убеждённый в том, что врагом был кто угодно, но только не ты?

Его глаза маниакально заблестели, когда он снова посмотрел на отца.

— Всё это было ради блага нашей страны. Ради блага нашей семьи, — прошипел король. — Ты точно такой же, какой была твоя мать. Неблагодарная, слабая идиотка.

Энцо замер.

— Даже не смей, мать твою, говорить о ней.

— Если тебе не нравится правда, это никак не отменяет её. Я должен был утопить тебя в Олимпийском океане сразу же, как ты родился. Это избавило бы меня от многих проблем.

Энцо холодно рассмеялся и, наконец, двинулся вперёд, задумчиво глядя на отца.

— Ты никогда её не заслуживал, — сказал он Идрису, который лежал и задыхался. — Ты не заслуживаешь ничего кроме смерти в одиночестве. И я рад, что могу преподнести тебе этот подарок.

Улыбка, лишённая всякого тепла, расплылась на лице Энцо, который поднял руку, охваченную пламенем, так и норовившим что-нибудь сжечь. В глазах короля, наконец-то, проявился намёк на страх, и он отполз назад.

— Лорэнцо, — взмолился он. — Перестань.

— Я был ребёнком, — сказал Энцо, и его голос впервые дрогнул. — А тебе доставляло удовольствие видеть, как я мучаюсь от боли. Маленький мальчик с изуродованной спиной. Который даже не мог никому об этом рассказать и показать отметины, которые ты на мне оставлял. Благодаря твоему долбаному лекарю. Ты, может быть, и стирал шрамы с моей спины, но ты не можешь стереть их из моей памяти. Долгие годы я считал, что заслужил их. Что тот маленький принц был недостаточно хорош. И что, может быть, если бы он работал усерднее, и меньше плакал, или более покорно сносил наказания, всё это прекратилось бы.

Энцо покачал головой.

— Но я больше не принц. Я король, — закончил Лев Гелиоса. — И пусть моё правление будет долгим.

Огонь полетел в сторону Идриса, и его тело охватило пламя. Король попытался закричать и в агонии раскрыл рот, но Энцо улыбнулся и направил в горло короля своё пламя, которое начало выжигать его изнутри. Тело его отца забилось в конвульсиях, пожираемое огнём. А затем, точно крылатый лев мщения, Энцо издал финальный рык и выбросил руки вперёд, превратив короля Гелиоса, Идриса, в пепел.

Глава 55

Элара моргнула, и король исчез. С колотящимся сердцем она дико оглядела двор, пока к ней не пришло понимание случившегося. Пепел развеялся в сумерках, словно пыль.

Ярость Энцо была непомерна, и она была такой сильной, что выпустив ещё один поток света, он спалил своего отца, не оставив от него ничего, даже звука. Она наблюдала за всем этим с крыши, ожидая Ариэта. Толпа, которую она наколдовала, была гениальным ходом. Это не только выбило почву из-под ног Ариэта, но и помогло заманить Звезду подальше от дворца, заставив его охотиться за ней. Элара хотела подарить Энцо этот момент. Его последнее мгновение наедине с отцом. Он был достоин этой справедливости.

Элара тяжело вздохнула и поглядела на Изру, которая стояла вместе с ней, скрытая за её иллюзией.

— Готова? — выдохнула она.

Изра ответила ей безумной улыбкой, и её пальцы покрылись льдом.

— Лео?

Она повернулась к Лео, который тоже находился внутри её иллюзии по другую руку от неё. Он кивнул и поднял свой световой меч.

Наконец, она взглянула на фигуру, которая нервно расхаживала туда-сюда за пределами её иллюзии, и которая выглядела в точности как Элара. Фигура пригладила своё чёрное платье и оглядела двор.

Услышав стук поднимающихся шагов, Элара потянула шею из стороны в сторону и коснулась сумеречного стекла одной рукой, призвав другой рукой свои тени.

Когда появилось мертвенно-бледное лицо Ариэта, она улыбнулась.

— Что-то ты долго, — сказала фигура, а Ариэт зашипел.

— Маленькая ведьма, — выругался он, зашагав вперёд.

— Для бессмертного существа ты не очень-то изобретателен в своих оскорблениях, — протянула она.

А затем, по приказу Элары, фигура скользнула в его сторону. Ариэт замедлился, ожидая, что фигура тут же встанет в защитную позу. Но она подошла к нему и стояла теперь так близко, что могла бы коснуться Ариэта.

— Я сдаюсь, — прошептала она чувственным голосом. — Забери меня с собой.

Ариэт прищурился.

— Что?

Элара начала красться вперёд, дав знак Изре и Лео оставаться на месте. Тонкая завеса иллюзии, которую она создала перед ними, оставалась плотной.

Руки, которые были такими же, как у Элары, скользнули вверх по груди Ариэта и поправили его галстук-бабочку.

— Мне пришлось уйти ото всех подальше. От Энцо. Потому что я хочу тебя, Ариэт. Сделай меня своей пленницей, сделай со мной, что пожелаешь.

Она встала перед ним на колени и посмотрела на него снизу вверх умоляющим взглядом.

Элара чувствовала, что воздух был насквозь пропитан магией, похожей на магию Торры, но более сладкой. Она буквально клубилась над крышами. Ариэт сделал глубокий вдох.

— Запри меня в камере, если нужно. Но я не смогу снова расстаться с тобой, — с придыханием проговорила фигура и провела тыльной частью ладони по бедру Ариэта.

Он содрогнулся.

Элара была уже близко. Она уже могла разглядеть чёрные и красные волоски на шее бога.

Ариэт опустил руку на лицо фигуры, приподнял её подбородок и нежно провёл большим пальцем по щеке. Момент настал. Рука Элары дрогнула, когда она занесла над богом лезвие из сумеречного стекла.

Ариэт присел и поцеловал фигуру в губы, а затем прошептал в них:

— Кто ты?

Элара замерла. Как и фигура.

— Я Элара, — нахмурилась она.

Элара стиснула зубы и начала уже опускать лезвие, как вдруг Ариэт ответил:

— Ты не настолько хорошая актриса, маленький мираж.

Красный поток света врезался в Мериссу, с которой спали чары. Чёрные волосы сделались светлыми, а светлая кожа потемнела. Голова дочери Звезды склонилась на бок, и она упала на пол, сраженная магией Ариэта.

— Мерисса! — закричала Элара, и иллюзия вокруг неё пропала.

Зарычав, Ариэт развернулся и выбросил руку вперёд, схватив Элару за запястье. Она выпустила плотную тень, заставив Ариэта зашипеть и отпустить её руку.

— Знаешь, Элара, твои маленькие игры становятся довольно утомительными.

Элара взглянула на тело Мериссы и заметила, что её грудь вздымается. Чувство облегчения наполнило её, и она снова повернулась к Ариэту.

— Жаль, — ответила она, подняв руки. — Я думала, что веселье только начинается. Сейчас! — закричала она в пустое пространство перед собой.

Изра и Лео выпрыгнули из иллюзии, и приземлились рядом с ней, словно кошки.

— Знаешь, я с детства тренировалась со Львом Гелиоса и с капитаном его армии, — Изра коварно улыбнулась ему и между её руками появилась длинная сосулька размером с копьё. — Ты облажался.

Ариэт закатил глаза.

— Ты права. Я весь дрожу.

Фыркнув, Ариэт ринулся в атаку. Он прыгнул вдоль плоской крыши в сторону Элары, но она исчезла и появилась позади него.

Издав крик, Изра метнула сосульку в Ариэта, который в последний момент развернулся и разбил её в небе своим кулаком.

— Отличный трюк, но я бог войны, дорогая.

Он пнул сапогом воздух у себя за спиной, и Элара, кряхтя, упала на пол. Лео приблизился к ним, сверкая глазами и не переставая махать световым мечом, который он держал двумя руками.

— Я давно уже хотел потанцевать с тобой, Ариэт, — протянул он и снова взмахнул мечом.

Ариэт создал щит, по центру которого красовалась голова барана, в другой его руке появился меч. Он со смехом отразил удар Лео и проговорил:

— Всегда приятно встретить своего поклонника.

В ту же секунду Элара поднялась и призвала свои тени. Они тут же превратились в настоящего волка, который зарычал и вонзил клыки в плечо Ариэта, наступающего на Лео. Ариэт выругался и отразил тени своим красным светом, вмиг развеяв их. Изра выпустила из кончиков пальцев льдинки, похожие на небольшие лезвия, которые вонзились в костюм Ариэта. Он зашипел, когда они попали в цель, после чего врезался щитом в поток света Лео.

И началось наступление. Все трое, работая в идеальном тандеме, окружили Бога Войны и стали продвигаться в его сторону так, что Ариэту пришлось отражать их по очереди.

Элара улыбнулась, и принялась атаковать его своими тенями, которые превращались то в одного, то в другого хищника. Она выбросила руку вперёд, и десять ворон кинулись на него, стараясь выклевать ему глаза. Ариэт зарычал, пытаясь отмахнуться от них, а Элара двинулась вперёд. Лед Изры покрыл крышу, заставив Ариэта поскользнуться. Но в последнюю секунду Ариэт метнул в неё нож, который едва не попал ей в сердце и вонзился ей в бок, когда она развернулась. Изра зашипела и с криком упала на настил крыши.

— Где Джем? — зарычал Ариэт, повернувшись к Эларе.

— Мертва и гниёт в подземелье.

Он выбросил руку, но она создала щит из тени, отразив его удар.

— Лорэнцо находился в камере всё это время. Как ему удалось сбежать?

— Он был вместе с вами весь день. До этого самого момента. А твою драгоценную любовницу я превратила в него.

Ариэт закричал, и из него вырвался красный свет, который он направил на неё. Но вспышка света Лео и отразила магию Звезды, защитив Элару.

Её отбросило на настил крыши потоком, а свет Лео продолжал потрескивать и пульсировать, превратившись в зловещую молнию, которую Элара видела лишь однажды. Капитан был спокоен и дышал ровно. Он превратил молнию в искрящийся шар, который метнул в Ариэта.

Звезда, кряхтя, упала на колени и стиснула зубы. Его тело начало сотрясаться от ударов молнии. Лео выглядел беспощадным, когда начал подходить к нему, выставив руки вперед. Пот выступил на лице капитана, а Элара поползла вперёд.

— Лео, ты можешь выгореть, — прошептала она, стараясь подойти ближе.

Его магии было слишком много.

Лео покачал головой, словно пытался отмахнуться от мухи.

— Лео.

Элара уже видела в нём признаки выгорания. Молния, которой управлял Лео, отражалась у него в глазах, и её сила угрожала поглотить его. Но Лео не ослабил хватку. Он стиснул зубы, его тело затряслось. Ариэт начал кричать, и Элара почувствовала запах горелой плоти и увидела, как вены под кожей у Лео засияли. Его сила начала уничтожать его.

— Ради всего Святого. Значит, план "В", — зашипела сквозь зубы Элара.

Она подождала ещё секунду, молясь о том, чтобы за это время Лео успел уничтожить Звезду. Но Ариэт остался стоять на коленях, поэтому, выругавшись, Элара метнула плотную тень в затылок Лео, чем вырубила его.

Ариэт нагнулся вперёд, тяжело дыша. Вены на его шее, в том месте, где молния Лео оставила свою отметину, сделались чёрными и напоминали трещины на фарфоровой посуде.

— Ну же, Энцо, — проговорила она, пользуясь этой короткой передышкой между нападениями Ариэта, чтобы отдохнуть.

Она тяжело дышала, пот выступил у неё на лбу, а ночнушка прилипла к телу. Прошлой ночью она придумала три плана. План "А" — пырнуть Ариэта в спину, когда его отвлечёт Мерисса. План "Б" — привлечь Изру и Лео, если план "А" провалится, и убить Ариэта с их помощью. План "В"... Она молилась о том, чтобы Энцо поторопился.

Она услышала свист внизу и испустила глубоких вздох облегчения, после чего, стиснув зубы, бросилась вперёд. Она взмахнула сумеречным стеклом и прицелилась, пока Звезда всё ещё стояла на коленях. Всю прошлую неделю она отрабатывала этот приём с Лео, снова и снова.

Но Ариэт не имел ничего общего с Лео, и он легко отразил её удар, вскочив на ноги и попытавшись схватить лезвие. В последнюю секунду Элара создала иллюзию пустого места, искривив пространство. А затем она направила в его сторону твёрдую стену из теней, которая ударила его в подбородок. Звезда покачнулась и сплюнула кровью, но затем рассмеялась.

Элара не знала, сколько она ещё продержится, так как ей было очень сложно балансировать между своими дарами. Она понимала, что была недостаточно сильной, чтобы выиграть эту битву в одиночку. Но у неё оставалась надежда, что при помощи своих друзей, преимущество могло оказаться на её стороне. Она отчаянно оглядела этих самых друзей, лежавших без сознания на крыше дворца. Задержать Ариэта. Это всё, что ей оставалось делать до прихода Энцо.

Но Ариэт был таким чертовски быстрым. Его рефлексы, то как он двигался... Если она считала Энцо лучшим воином во всей Селестии, то он казался новичком по сравнению с Ариэтом. Этот бог двигался как ветер. Он не сражался, а танцевал. Каждое его движение было точным и смертоносным. Ариэт взмахнул вторым мечом, который появился из воздуха, и попал рукоятью Эларе в лоб. Зубы Элары клацнули, голова запрокинулась назад, и она упала на кровлю.

Изра слабо застонала. Она была почти без сознания и держалась за бок, из которого сочилась кровь. Мерисса всё ещё не двигалась, как и Лео. Голова Элары свесилась с карниза. Падение с такой высоты гарантировало ей смерть.

Ариэт медленно приблизился к ней, улыбаясь окровавленными зубами.

— Если бы я мог скинуть тебя с этого долбаного здания, я бы это сделал, — прошипел он, оседлав её и вытянув одну руку у себя за спиной.

Она начала сопротивляться, и у неё поплыло перед глазами.

— Знаешь, сначала это было весело. Но теперь ты превратилась для меня в большую проблему. И когда я отвезу тебя обратно в Астерию, я больше не буду с тобой милым.

Он схватил её за волосы и, потянув за них, поднял её в сидячее положение. Элара скорчилась и в последний раз попыталась броситься на него с сумеречным стеклом. Ариэт фыркнул и шлепнул её по запястью. Раздался звук ломающейся кости, и она закричала. А затем он пнул лезвие, отбросив его далеко в сторону, и Элара увидела, как оно упало с крыши.

— Нет! — закричала она и разразилась рыданиями, когда её единственная надежда и оружие пропали.

Она снова услышала свист, на этот раз ближе, и, собрав последние силы, выпустила из руки свои тени, которые поползли вниз по зданию.

Неожиданно в воздухе раздался оглушительный рёв, который эхом пронёсся по кроваво-красному небу. Элара почувствовала, как крыша задрожала под ней, а Ариэт прищурил глаза и оглядел горизонт. Элара попыталась встать, но Ариэт ещё крепче вцепился ей в волосы.

Два гигантских крыла разрезали воздух, и в небе появилась тень в виде крылатого льва, из пасти которого снова вырвался рёв.

— Убери свои долбаные руки от моей королевы, немедленно, — произнёс чей-то голос, и в каждом произнесённом им слове звучала угроза.

Элара облегчённо зарыдала, когда увидела Энцо верхом на своей тени. Одной рукой он держал льва за гриву, а в другой руке у него было сумеречное стекло, которое он поймал.

Ариэт в шоке отпустил Элару, заставив принцессу застонать от боли. Изра с трудом приняла сидячее положение, сжав окровавленный бок и начав громко стучать другой рукой по крыше. Из её пальцев вырвались льдинки и полетели под ноги Звезды. Она пригвоздила его ноги к крыше, а Элара выпустила тени из здоровой руки, которые оплели запястья Ариэта. Издав рык, Энцо спрыгнул со льва с сумеречным стеклом в руке, которое он направил в грудь Ариэта.

Элара услышала мокрый хлопок, когда лезвие вошло в плоть, и удивлённо раскрыла рот. Энцо сделал это. Он пронзил сердце Ариэта. Всё было кончено, всё...

Низкий смешок раздался в воздухе, но это смеялся не Энцо. Она медленно поднялась, и когда пара мужчин, стоявшая впереди, повернулась, она увидела, что рот Энцо потрясённо раскрылся, а лицо недоумённо нахмурилось, когда он посмотрел на меч, торчащий из его живота. Заколдованный меч проткнул его доспехи, словно масло.

Элара начала ползти вперёд.

— Нет!

Ариэт снова рассмеялся, на этот раз громче, и яростно выдернул меч из живота Энцо. Тени Элары превратились в дым вокруг его запястий. Энцо упал на колени и попытался остановить кровь дрожащими руками.

— Нет! — крик снова вырвался из горла Элары.

Её тени рассеялись. Время как будто замедлилось. Она увидела, как Изра пошатнулась, увидела, как пошевелилась Мерисса.

Элара бросилась к Энцо, непрестанно выкрикивая его имя. Ариэт стоял и улыбался своим кровавым ртом, продолжая глядеть на упавшего Энцо. Энцо по-прежнему сжимал в ладони сумеречное стекло, когда Звезда подняла руку, в которой появился смертоносный красный клинок, обещавший верную смерть.

— Энцо! — снова закричала Элара, а затем призвала остатки своих теней здоровой рукой и метнула ими в крышу дворца, образовав дыру по центру, прямо под Энцо.

В глазах Энцо отразился ужас, когда он провалился в неё, а Элара подбежала к краю и прыгнула за ним. Ариэт зарычал, пытаясь высвободиться из ледяной ловушки, которая удерживала его ноги на месте, но Изра, издав рык, выпустила в Ариэта остатки своей силы. Лёд начал распространяться вверх по конечностям Звезды и до самого лица, пока всё тело Ариэта не оказалось заковано в него. Ариэт снова зарычал и начал стучать кулаками об лёд. Изра слегка улыбнулась, после чего тут же потеряла сознание.

Воздух свистел вокруг Элары, пока она падала вслед за Энцо. Её запястье пульсировало от мучительной боли, и она прижала руку к груди, а другую руку вытянула вперёд. Прямо под Энцо показался мелкий бассейн тронного зала, в воде которого отразилось её безумное выражение лица. Она зарычала и выпустила тени, которые превратились в дракона и подхватили Энцо как раз в тот самый момент, когда он вот-вот должен был упасть в бассейн. Энцо застонал, оказавшись на спине дракона, и зажал живот, пытаясь остановить кровь, которая свободно вытекала из него. Элара мягко приземлилась рядом с ним, и брызги ароматной воды разлетелись во все стороны. Она встала на колени рядом с ним, а дракон обернулся вокруг них. Вода в бассейне покраснела от крови Энцо и начала пропитывать их одежду.

— Нет, нет, нет, нет, — не переставая, шептала Элара, надавив на его руку и пытаясь остановить поток крови под водой, дрожа всем телом. — Энцо, Энцо, оставайся со мной, — проговорила она, и её голос эхом разнёсся по помещению. — С тобой всё будет в порядке. У нас мало времени.

Она зажмурила глаза, чувствуя громкое биение своего сердца и то, как напряглась её магия внутри тела.

— Всё должно было произойти иначе, — проговорил он.

Элара зарыдала, сжав Энцо и обхватив рукой его лицо.

— Эл, — простонал он, и его глаза начали тускнеть.

— Нет, — зарычала она. — Ты останешься со мной. Ты не можешь меня покинуть. Я ждала тебя всю жизнь. Я соврала тогда. Я тебя не переживу.

Слёзы покатились по щекам Энцо, когда он привстал и слегка приподнял её подбородок ослабевшей рукой.

— Послушай меня, — проговорил он сквозь стиснутые зубы. — Ты должна забрать мою магию.

— Что?

— Как бы я ни боролся, для наших родственных душ не будет счастливого конца, — он грустно улыбнулся. — Но я не жалею об этом ни секунды. Я бы сделал всё то же самое. С радостью принял любую боль, снова почувствовал, как я влюбляюсь в тебя. Эл, ты любовь всей моей жизни. Всех моих жизней.

Элара зарыдала ещё сильнее.

— Возьми её, — прошептал он. — Возьми её всю.

Он обхватил её лицо руками.

— Я готов отдать тебе себя без остатка, если это значит, что ты сможешь сиять.

Слезы Элары покатились вниз.

— Я не могу, — взмолилась она. — Пожалуйста, Энцо, не делай этого.

— Ты должна жить, Эл. Ради своих родителей. Ради Софии. Ради меня. Внутри тебя столько силы, силы, способной спасти всех. Я умираю. Я это чувствую. Возьми мою магию.

Он закрыл глаза и тихо вздохнул.

— Это была ты, — прошептал он. — Я помню всё.

— Помнишь что? — спросила она, сквозь рыдания, крепко прижав его к себе и пытаясь привести его чувство.

— На этот раз у нас почти получилось, — тихо сказал он, а его дыхание сделалось тяжёлым. — Я искал тебя на протяжении многих веков.

— Энцо, о чём ты говоришь?

Слёзы с новой силой покатились из её глаз, когда его руки, которыми он обхватил её, начали слабеть.

Собрав последние силы, он заставил себя снова открыть глаза.

— Мы всегда будем находить друг друга. В первый раз, когда я увидел тебя, часть меня поняла, что это ты. В ту ночь... тот сон, что я видел. Тем ангелом была ты.

Элара в шоке уставилась на него, когда у неё в голове возникло их общее воспоминание.

***

Маленький принц лежал на животе, рыдания вырывались из его груди, а спина пульсировала от боли. Отец отхлестал его сегодня сильнее, чем обычно, и всё из-за того, что он попытался постоять за себя. Король назвал его трусом, а маленький принц ответил: "Я не трус, я крылатый лев".

Его отец рассмеялся, и когда его ужасный свет хлестнул маленького принца по спине, он произнёс жестокие слова: "Ты хочешь крылья, Лев? Вот тебе твои крылья".

А затем он оставил на его лопатках такой глубокий порез, что куски кожи повисли, развеваясь на ветру.

Принц попытался сменить положение на кровати, но его раны ужасно саднили. И как бы лекарь ни пытался облегчить его боль, маленький принц продолжал рыдать и старался не двигаться, чтобы больше не испытывать боль.

"Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста", — шептал он, вглядываясь в окна балкона. "Если меня кто-то слышит, пожалуйста, помогите мне".

Он уснул с этой мольбой на губах, а слёзы, которые текли по его лицу, насквозь промочили его подушку.

Иногда сны Энцо пугали его больше, чем реальность. В этот раз он открыл глаза в своём кошмаре и, тяжело дыша, оглядел мраморную комнату, которая часто ему снилась, а затем услышал удары хлыста, которые заставили его задрожать.

"Нет", — закричал он. "Пожалуйста, нет. Я буду хорошим. Обещаю. Я буду очень стараться".

Звук ударов хлыста начал приближаться, вспышки света озарили комнату, и маленький принц закричал, понимая, что сейчас произойдёт.

"Пожалуйста", — зарыдал он. "Кто-нибудь, помогите".

Раздался треск, и мраморная стена перед ним расступилась в стороны. Он попятился назад, раскрыв рот, и увидел девочку, которая попала в его комнату через проём в стене и тяжело приземлилась на пол. Это было совсем не похоже на предыдущие сны — в тех снах он всегда был один. Маленькая девочка встала и разгладила своё платье. Энцо сделал ещё один шаг назад, боясь произнести хоть слово.

Наконец, маленькая девочка посмотрела на него.

"Почему ты плачешь?" — спросила она.

Её глаза были серебристыми, а голос смешным. Она явно не жила во дворце.

"Не твоё собачье дело", — ответил Энцо, громко шмыгнув носом и скрестив руки.

Девочка нетерпеливо вздохнула.

"А вот Лукаса всегда ругают, когда он так говорит. Это не очень вежливо".

"Так ведут себя с малышами. А мне восемь, и я могу говорить, что захочу. Сколько тебе лет?"

"Мне пять с половиной, а ты не очень-то милый".

Он заметил тени, которые отделились от девочки, а затем их струйки коснулись его. Отец говорил ему о том, что тьма это зло. Но эти тени казались ему забавными.

"Похоже, ты им нравишься", — сказала она, когда он отмахнулся от тени.

И тогда Энцо стало стыдно. Он не хотел без причины обижать незнакомку. Он был совсем не похож на своего отца.

"Прости меня", — сказал он, подойдя ближе. "У меня был не очень хороший день. Отец наказал меня".

Серебристые глаза маленькой девочки смягчились. Она подошла к Энцо ещё до того, как он успел сдвинуться с места.

"Что он сделал?"

Энцо повернулся и показал ей свою спину, но из него вырвался недоуменный всхлип, так как спина оказалась гладкой. На ней не осталось ни единого шрама.

"Он бил меня по спине. Но никто мне не верит, потому что этому нет доказательств".

"Я тебе верю".

Энцо резко посмотрел в глаза маленькой девочки.

"За что он побил тебя?"

"Я сказал ему, что я лев".

Она наклонила голову.

"У тебя глаза льва. И ты кажешься очень смелым. Думаю, ты лев".

Энцо улыбнулся. Он не помнил, когда в последний раз улыбался.

"Мне жаль, что тебе грустно. Знаешь, когда мне грустно, папа поёт мне песенку, чтобы мне стало лучше. София говорит, что это глупо, но при этом она также говорит, что мне не следует путешествовать по снам в одиночку, поэтому я не особенно её слушаю".

Маленькая девочка взяла Энцо за руку, но он едва ли почувствовал это во сне. Она притянула его к себе.

"Ляг", — скомандовала она.

"Ты такая командирша, хотя тебе всего пять", — проворчал он.

"Пять с половиной. А теперь закрой глаза".

Она легла с ним рядом, и её чёрные волосы коснулись его, когда она повернулась к нему лицом. Она всё ещё держала его за руку.

"Закрой их!" — приказала она.

Он послушался её и зажмурился.

"А теперь, если ты не запомнишь этот сон, я хочу, чтобы ты запомнил эту песню. И когда ты будешь её петь, то будешь чувствовать себя лучше. Это волшебная песня".

Она неуклюже провела рукой по его волосам.

"Готов?"

Энцо кивнул, не открывая глаз, а маленькая девочка начала петь.

"Я любила его, как Тьма любит тень, и он любил меня, как Свет любит день..."

— Львы полетят, влюбленные сгинут, но любовь моя — тебя не покинет, — закончил Энцо, и его голос сорвался.

Он провёл дрожащей рукой по волосам Элары, а слёзы продолжили стекать по его лицу. Элара зарыдала ещё сильнее, вспомнив об этом сне. Она осторожно прижала его к себе, словно хотела слиться с ним.

— Ты пришла ко мне той ночью, когда я молил о помощи. Ты стала моей раньше, чем я это понял. Поэтому мы не прощаемся. Мы всегда сможем найти дорогу друг к другу. Мы сделали это раньше, сделаем снова.

Он прижал ладонь к её сердцу.

— Даже после смерти, я буду рядом с тобой. Возьми меня всего, — снова прошептал он. — Моя любовь будет жить в тебе.

***

Из Элары вырвался дрожащий всхлип, когда это воспоминание камнем легло ей на сердце. Она не могла поверить в то, что путешествовала по его снам, когда была маленькой девочкой. Что помогала ему, даже не понимая, кто он такой. От осознания этого, нож, вонзившийся ей в грудь, вошёл в неё ещё глубже, а тело начало пульсировать от гнева и боли при мысли о том, какую шутку сыграла с ней судьба. Какая жестокая ирония! Какая превосходная режиссура! Сделать так, что она познакомится с Энцо в детстве, а потом встретит его. Будет искать его всю свою жизнь, полюбит, а потом узнает, что он её родственная душа. Душа, которая умирала теперь у неё на руках.

Элара попыталась запомнить его лицо в мельчайших деталях, которые она часами прокручивала у себя в голове: его золотые глаза, запах теплой амбры, его мягкие приоткрытые губы, шероховатые ладони. Она закрыла глаза, продолжая плакать и сжав его руки своей здоровой рукой. Её душа разбивалась на части.

— Мой маленький ангел, — улыбнулся он, а затем со вздохом припал губами к её губам, и осторожно положил ей на колени сумеречное стекло.

Золотистая энергия пульсировала между ними. От неё пошла волнами вода в бассейне, а тронный зал засиял. Их щёки были мокрыми, когда она начала осторожно целовать его и впитывать в себя эту энергию, запоминая каждое его прикосновение. Его магия наполнила её тело теплом, заставив её глаза засверкать золотыми искрами и начав бурлить у неё в крови, смешавшись с её тенями. А затем из Элары вырвался крик, и она сжала лицо Энцо, не желая его отпускать. Он запрокинул голову и произнёс:

— Родная, — и это было последнее слово, слетевшее с его губ.

Из Элары вырвался душераздирающий крик. Он был похож на примитивный вой, сотрясший всё королевство. Её боль превратилась в пульсирующее живое существо, когда она почувствовала, как разорвалась её связь с Энцо, почувствовала его отсутствие. Ей показалось, что её пронзили мечом. Её голова закружилась, наполнившись отрицанием, но затем она услышала громкий стук, а затем треск ломающегося льда и мрамора.

Ариэт приземлился перед ней на обе ноги, держа что-то большое в руках. Она, шатаясь, вышла из бассейна, оставив позади тело Энцо. Каждый раз, когда она делала шаг в противоположную от него сторону, её сердце кричало. Она прижала сломанное запястье к груди, но ей было всё равно, что она собирается сражаться одной рукой. Когда Элара приблизилась к Ариэту, она поняла, кого он поймал. Мерисса слабо сопротивлялась в руках Звезды, а к её горлу был приставлен нож.

— А ты умеешь драться, ведьма. С этим не поспорить. Но нам пора отправляться домой.

— Отпусти её, Ариэт, — прошептала Элара, сжав в руке сумеречное стекло.

Она была больше не в силах кричать. Её душа осталась с Энцо. И единственным, что наполняло теперь её телесную оболочку, была месть. Месть и тьма.

— Я убил твоих родителей. Я убил Софию. Я убил твоего драгоценного любовничка. И если ты не пойдёшь со мной прямо сейчас, я убью твою симпатичную прислужницу. А затем я вернусь на крышу, где лежат без сознания твои маленькие метатели льда и света, и убью их тоже. Помнишь, что я сказал тебе в твоём дворце? Я найду то, что ты любишь, и заставлю тебя смотреть на то, как я это уничтожу. У тебя не останется ничего и никого, кроме меня, Элара.

Она сделала вдох, окунулась в глубокий источник энергии, который сделался бездонным вместе с той силой, которую отдал ей Энцо, а затем призвала свою магию и, издав крик, бросилась в атаку.

Чернота врезалась в Мериссу, вырвав её из рук Ариэта. Элара потянула за нить иллюзии, заставив пол перед Звездой пойти рябью, и притянула Мериссу к себе.

Мерисса, шатаясь, зашла ей за спину.

— Оставайся с телом Энцо, — сказала ей Элара. — Если я умру, используй это.

Она вложила лезвие из сумеречного стекла в руку Мериссы.

— Прикончи его.

Прежде чем Звезда или Мерисса успели отреагировать, образы из самых страшных кошмаров Элары собрались вокруг неё, превратившись в существо с ужасными крыльями, светящимися глазами и черноту, которая начала заполнять и без того уже потемневшее небо через дырку в потолке. Тьма начала расползаться, поглощая свет во дворце. Ариэт сделал шаг назад.

— Я прокляла тебя в том театре. И поклялась, что ты умрёшь от моей руки, — сказала она.

Её голос как будто ей не принадлежал. Он прозвучал где-то далеко, так далеко, словно она находилась под водой.

— Я хочу, чтобы ты увидел, что ты со мной сделал. И осознал, какую силу ты освободил.

Она свела руки вместе, стиснув зубы, её запястье запротестовало. А затем она закрыла глаза, и свет Энцо смешался с её тьмой. Гул внутри неё усилился, и всё её существо, вся её магия, превратились в сумеречное стекло.

Она открыла глаза, и между её руками заплясала смесь двух магий. На секунду её глаза перестали сверкать серебряным или золотым светом, и сделались полностью чёрными. Такими же чёрными, как жидкое сумеречное стекло в её венах.

Она выбросила руку вперед, и из неё вылетели осколки сумеречного стекла и вонзились в тело Ариэта, пригвоздив его к полу. Ариэт закричал от ужасной боли.

Он попытался выпустить из руки звёздный свет, но из неё вырвалась лишь небольшая вспышка. Сумеречное стекло сработало, заблокировав его магию.

Элара медленно направилась в сторону Ариэта. Шаг за шагом она переставляла ноги, приближаясь к нему.

— Кому ты молишься, Король Звёзд?

Ариэт плюнул ей в ноги.

Она улыбнулась ему нечеловеческой улыбкой. Его красные глаза были наполнены ненавистью. Он лежал, пригвождённый к полу, и тяжело дышал, а из его бессмертного тела вытекала блестящая кровь в тех местах, где его кожу пронзили лезвия.

— Когда-то я молилась вам. Всем Звёздам. Когда была маленькой девочкой. Как и Энцо. Вы никогда нас не слышали. И ни разу не ответили на наши мольбы.

Она присела на корточки и вырвала из его тела лезвие, пронзившее его руку. Он снова завыл от боли, которую до этого не испытывала ни одна Звезда.

— Можешь попробовать помолиться мне. Но не думаю, что я услышу.

Сделав глубокий вдох, она занесла кусок сумеречного стекла у него над головой и прицелилась ему в сердце, но замешкалась.

А затем неожиданно закашлялась, почувствовав, как её позвоночник пронзило лезвие.

Она подняла глаза и встретилась с зелёными глазами Мериссы, полными решимости, после чего дочь Звезды ещё глубже вонзила ей в сердце лезвие из сумеречного стекла.

Взглянув на Ариэта, она увидела, как удивление на его лице сменилось радостью, а изо рта вырвался смех.

Она положила дрожащие руки на клинок, торчавший из её груди.

— За что? — прошептала она Мериссе.

Мерисса встала перед ней на колени, сжав губы в тонкую линию, и ещё глубже воткнула лезвие.

— Вспомни, кто ты, — ответила она, — и тогда мир тоже вспомнит.

В ушах у Элары начало звенеть, а её тело охватил холод. Но затем среди звона она расслышала слово, которое повторялось снова и снова: "ВспомниВспомниВспомниВспомни".

Глубокое понимание охватило её, когда эта фраза наконец-то обрела силу, и Элара умерла.

Глава 56

— Вот твоя история. Которую ты забыла.

Элара с трудом услышала голос Мериссы, плывя сквозь тьму.

— Ты королева из давно забытого места. Ты правила небесами задолго до Звёзд вместе со своей родственной душой. Вас звали Солнце и Луна. Вы были первыми родственными душами. И вы были любимы всеми. Мы поклонялись тому, кем был тогда Энцо, нежась в его лучах и благодаря его за урожаи и цветение растений. Он управлял огнём и светом так же умело, как освещал своими лучами твою душу.

А вечером, под покровом тьмы, мы молились тебе. Ты управляла тенями, создавала иллюзии... и путешествовала по снам, благословляя или проклиная их. Ты наблюдала за влюблёнными, перемещаясь на своей серебряной колеснице по небу, и благословляла нас своим серебряным светом, позволяя тем, кто не мог быть вместе днём, встречаться ночью, пока весь остальной мир спал.

Элара почувствовала, как чья-то рука провела по её волосам.

— Твоя история любви была трагичной. Двое влюблённых были вынуждены существовать на противоположных концах неба, не имя возможности коснуться друг друга, не имея возможности встретиться.

Мерисса глубоко вздохнула.

— Вместе с ним вы правили над другими титанами... теми, кто мог управлять другими стихиями. До тех пор, пока Звёзды не упали с небес в этот мир. Они завидовали вашей силе и любви, и во время великой войны им удалось обмануть вас, титанов. Каждый, кто слышал эти истории, думал, что Звёзды убили вас всех, но мы, Звёзды, знали правду. О том, что Ариэт не смог вас убить и вместо этого привязал вас к смертным телам и заставил забыть друг друга.

После этих слов Элара услышала холодный слабый смех, и как кто-то фыркнул. А Мерисса продолжала:

— Но ты перехитрила их, Эл. Смогла спрятать своих друзей за иллюзией в последний момент, чтобы Звёзды не смогли узнать тебя в человеческом обличье. С тех пор ты скитаешься по Селестии и перерождаешься снова и снова в поисках своего Солнца.

Элара почувствовала себя невесомой. Древней. Божественной.

Она почувствовала, как магия Звёзд разматывается в ней, точно нить, и опутывает её. А затем, разрозненные воспоминания начали возвращаться к ней с такой силой, что у неё застучали зубы. Это были воспоминания о тех жизнях, которые описала Мерисса. Её тело лежало перед дочерью Звезды с лезвием, торчащим из груди.

И когда Мерисса закончила историю, случилось нечто, что можно было бы описать как рождение серебряного света. Отовсюду раздался волчий вой. Море вздыбилось, и его волны затопили берега Селестии.

Но самым невероятным было то, что на тёмном небе, сияющем различными цветами и простиравшемся над всеми королевствами, возник гигантский светящийся шар, цвет которого совпадал с цветом глаз Элары. Послышались крики людей.

Из неё вырвался поток магии, который разобрал, а затем снова собрал её тело, выправив кости и залечив раны. Она закричала. Ослепляющий свет заполнил помещение тронного зала, и её глаза открылись. Она выдернула лезвие из своего сердца, и почувствовала, как его мышца начала зарастать. Почувствовала, как оковы вокруг неё спали, и холодная мёртвая магия Звёзд отпустила её.

— Хвала небесам, — выдохнула Мерисса. — Я была права.

— Ты, — сказал Ариэт, и его глаза наполнились гневом.

Он попытался податься вперёд, но осколки сумеречного стекла всё ещё держали его на месте.

— Что происходит? — прошептала Элара и дикими, полными ужаса глазам нашла тело Энцо, всё ещё бездыханное.

— Элара, я могу всё объяснить, — сказала Мерисса, встав перед ней на колени и взяв её за руку.

Ариэт, похоже, справился со своим шоком, и из него вырвался холодный смешок.

— Я должен был понять с самого начала, — сказал он и заставил себя приподняться на локтях.— Ты вообще знаешь, кто ты?

Боль пронзила её голову, когда фрагменты воспоминаний начали разрывать её.

— Я...

— Ты Луна, — напевно произнёс он, а затем протянул руку, чтобы погладить её по волосам.

Она резко отпрянула от него.

— И я только что убил твоё драгоценное Солнце.

Элара взглянула на тело Энцо, лежавшее в нескольких метрах от неё.

— Закрой свой долбаный рот, — зарычала Мерисса.

— Откуда ты узнала, маленькая прислужница?

— Я не просто прислужница, — зашипела Мерисса, нависнув над Ариэтом. — Я полубог.

Розовый свет вырвался из неё.

Мерисса холодно улыбнулась, заметив шокированное выражение лица Ариэта.

— Я дочь Торры.

Ариэт был слишком поражён, чтобы говорить, и только уставился своими красными глазами на лицо Мериссы.

Элара начала ползти в сторону Энцо, когда до неё дошёл смысл их разговора.

— Это бесполезно, — крикнул Ариэт, когда она притянула к себе тело Энцо. — Ты ничего не можешь для него сделать. Твоя магия не использовалась в течение столетий, Королева Луна. А твои маленькие друзья, титаны, которые пытались нами править, заперты в этих бренных человеческих телах, которые так легко убить, — в голосе Ариэта послышалась насмешка. — Желаю счастливо прожить целую вечность в одиночку.

Элара заплакала и попыталась нащупать пульс своей родственной души. Она ахнула, когда почувствовала слабое биение, едва ли похожее на пульс. И тогда она почувствовала ту странную серебряную магию внутри себя. Теперь она поняла, что это был лунный свет. Она призвала её и взмолилась, чтобы эта магия сделала что-нибудь, чтобы спасти Энцо. Но та была слишком слабой. С опустившимся сердцем Элара осознала правдивость слов Ариэта. Какую бы силу ни таил в себе серебряный свет, это не сработало. Она слишком долго не использовала его, слишком долго не практиковалась.

Элара легла поверх Энцо, нащупала его холодное лицо, лишённое всякого тепла, и отчаянно поцеловала его в губы в последний раз, заставив свои слёзы и кровь излиться в него.

Убить Звезду? Сложно. Но убить Солнце? Практически невозможно.

Элара закрыла глаза и ещё раз попыталась призвать свою серебряную магию. Та как будто зашипела на неё, но Элара собрала всю свою волю — ту, что была способна проливать свет во тьме,— и ухватилась за неё, обнажив зубы. Издав последний крик, она начала изливать cвою магию в Энцо, одновременно перенеся их обоих в свои сны.

Энцо привстал и, задыхаясь, посмотрел на неё удивлёнными глазами.

— Энцо? — прошептала Элара, обхватив его руками и посмотрев ему в лицо.

Он в ужасе огляделся, после чего упал ей в объятия.

— Эл? Мы мертвы?

— Нет, — всхлипнула она. — Нет, мы очень даже живы.

Он исступлённо поцеловал её, но в её сне это было похоже на едва уловимое лёгкое дыхание.

— Я нашёл тебя. Спустя столько жизней я нашёл тебя, — прошептал он ей в губы.

Она отпрянула от него и вытерла глаза.

— Я не понимаю, что происходит. Моя голова...

Она зажмурилась.

— Ариэт назвал меня Луной. А тебя Солнцем. Мерисса рассказала мне нашу историю.

Глаза Энцо засияли.

— Я помню её фрагментами. Перед тем, как умереть, я увидел нас, сияющих друг напротив друга на небе.

Он оглядел светлое помещение, в котором они очутились, и туманные очертания мраморных статуй, которые их окружали.

— Где мы?

— Мы в моём пространстве сна, — ответила Элара, стараясь говорить ровным голосом. — Я затянула тебя сюда в последний момент. Вечный сон.

Она подавила рыдания, а он нахмурился.

— Я недостаточно могущественна, чтобы сделать что-либо ещё... я не смогу тебя разбудить.

— Мой ангел, — сказал он, поражённо глядя на неё. — Ты гораздо более могущественная, чем думаешь. Ты спасла меня от смерти.

Он расцеловал всё её лицо, и его поцелуи были похожи на прикосновение крыльев бабочки.

— Я обещал, что никуда не уйду.

Она улыбнулась, глядя на него. Солнце. Такое яркое и золотое, что её глазам было горячо смотреть на него. Такое прекрасное, что она не могла отвести взгляда.

— Как бы мне хотелось остаться здесь с тобой навсегда.

— Это не годится. Я даже не могу по-настоящему соблазнить тебя во сне.

Она не смогла сдержать улыбку. Он был всё ещё её Энцо, несмотря на эту новую магию, выпущенную в мир.

— Я верю, что ты найдёшь способ меня разбудить. Та сила, которую мы освободили...

Он покачал головой.

— Ты же знаешь, что Звёзды станут охотиться за тобой.

— Или прятаться от меня, — тихонько сказала она.

Энцо прижался лбом к её лбу, касание было совсем лёгким.

— Тебе пора идти, — проговорил он. — Тебе придётся со многим столкнуться, когда ты проснёшься.

Он ещё раз её поцеловал, и золотая энергия этого поцелуя оказалась сильнее, чем у всех предыдущих.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

А затем Элара вернулась в своё тело.

***

Красный звёздный свет гудел и мерцал в тронном зале, всё пространство которого пульсировало от жужжания мух и криков смерти, вырывающихся из Ариэта вместе с его магией. Даже сумеречное стекло было не в силах сдержать его гнев. Мерисса, сидевшая на коленях рядом с ним, взглянула на Элару взволнованными глазами.

— Ты украла у меня мой смертельный удар, — прошипел он, всё ещё пригвождённый к полу.

Прядь волос упала ему на лицо, а по телу стекали кровь и пот.

— Что? — удивлённо проговорила она, и всё её тело содрогнулось из-за фрагментов воспоминаний о её прошлых жизнях, которые продолжали продираться сквозь её сознание.

— Ты нарушила закон природы! Он должен был умереть! — взревел Ариэт.

— Элара, что ты сделала? — прошептала Мерисса.

Звезда в ярости зарычала. Красный свет начал приближаться, хотя и не мог коснуться их.

— Она украла у меня. Поэтому я собираюсь украсть у неё.

Он сжал челюсти, вытянул руки вперёд, а затем дёрнул их на себя.

Золотая нить потянулась из сердца Энцо и устремились в сторону Ариэта. Он поднял её над собой и начал закручивать в шар.

— Что ты забрал у него? Что ты сделал? — закричала Элара, бросившись вперёд.

— Нет, Ариэт. Нет, — взмолилась Мерисса, которая как будто поняла, что он сделал.

Она взмахнула рукой, но Ариэт закрыл глаза, и нить исчезла.

— Попробуй теперь разбудить его, когда вас больше ничего не связывает, Элара. Надеюсь, он не потеряется за это время в пространствах сна.

Он слизал кровь со своих зубов и улыбнулся.

— До встречи, Ваше Величество.

Элара вдруг поняла, что разговаривая с Мериссой и отвлекая её, Ариэт смог вытащить все осколки сумеречного стекла из своего тела. Но было уже слишком поздно. Он щёлкнул пальцами и исчез.

Из Элары вырвался яростный крик.

— Трус, — закричала она в дыру на потолке, видя, как красная звезда устремилась к небесам.

Испустив дрожащий вздох, она побежала обратно к телу Энцо. Он ровно дышал, его лицо было умиротворенным. Она начала трясти его, выкрикивая его имя и пытаясь разбудить. Но Энцо остался спать, потерявшись где-то в её снах.

Глава 57

Элара сидела на золотом троне, повсюду валялись куски камня. Лёгкий ветерок из дыры в потолке щекотал её щёку. От неё исходило бледное свечение, заполнившее тронный зал. Оно было точно такого же цвета, как луна, которая теперь сияла на небе. Приглушённые крики, радостные и иногда пьяные, доносились до неё. В течение нескольких дней люди толпились на улицах, в удивлении разглядывая новое небесное светило и нежась в его прохладных серебристых лучах. Привычный тёмно-красный цвет неба сменился чёрным — теперь его освещали только луна и звёзды. Несколько дней назад она узнала о том, что во всех других королевствах небо также перестало светиться. Элара пообещала себе когда-то, что если у неё заберут Энцо, то она погрузит мир во тьму. Так оно и случилось.

Его тело теперь круглосуточно охранялось Лео, Изрой или ей самой. Новый король Гелиоса продолжал пребывать в глубоком сне. Его душа осталась блуждать в пространствах сна, а тело находилось в мире живых.

Она чувствовала себя самой собой, она всё ещё была Эларой. Но воспоминания о прошлой жизни то и дело прорывались в её сознание, и теперь она пыталась понять, кем она всё-таки была. Она чувствовала тёмную бездонную силу лунного света, которая наполняла её вены. Но она всё ещё не понимала, как работала эта магия. Она только знала, что эта магия помогла спасти Энцо на пороге смерти. Но были также и другие дела, которыми Эларе предстояло заняться, прежде чем разбираться с тем, в кого она превратилась.

Тёмные круги залегли под её серебряными глазами, которые она подняла на дверь, услышав стук шагов.

Тёмная фигура Торры вплыла в тронный зал. Волосы на её голове были полностью убраны с лица.

— Мне было интересно, когда ты появишься, — тихо сказала Элара.

Торра подошла к трону и поклонилась ей. Нетерпеливо взмахнув рукой, Элара попросила её выпрямиться.

— Значит, до тебя дошли новости.

Торра фыркнула.

— Весь мир говорит о гигантском серебряном диске, который появился в небе словно из ниоткуда. Это было сложно пропустить.

— Ты знала всё это время?

Торра наклонила голову.

— Я догадывалась. Сначала я узнала о пророчестве, и только потом мне открылась вся правда. Но лишь почувствовав твою силу, я узнала про её древнюю природу и рассказала Мериссе о том, кем ты могла быть.

— А-а, пророчество, — Элара откинулась назад на троне. — Что я влюблюсь в Звезду, и это убьёт нас обоих. Похоже, формулировки твоей жрицы были несколько ошибочны.

— Как раз наоборот, — Торра хитро ей улыбнулась. — Солнце это тоже звезда.

Серебряный взгляд Элары пронзил её.

— То есть ты хочешь сказать, что она была права?

Торра развела руки в стороны.

— Ну, ты же влюбилась в Звезду, и вы оба умерли... Фактически.

— Та, кем я когда-то была, действительно умерла, — выдохнула Элара.

— Я же уже говорила тебе, что пророчества не так просты. Они наполнены загадками.

Элара тихонько вздохнула, как вдруг в дверях показалась светловолосая голова Мериссы. Её лицо сияло в лунном свете. Она перевела взгляд со своей матери на Элару.

— Моя королева, — сказала она и сделала реверанс.— Мама, — холодно добавила она.

— Сколько раз я должна повторять тебе, Мер? Не называй меня "королевой", — Элара закатила глаза.

— Прости, — Мерисса виновато улыбнулась и ещё раз подозрительно посмотрела на Торру. — Лео достал информацию об Астерии, о которой ты просила. А Изра составила список необходимых дел, которыми следует заняться в кратчайшие сроки как в Астерии, так и здесь. Твой трон свободен, Ариэта нигде нет. И ещё стоит вопрос твоей официальной коронации.

Элара строго посмотрела на неё, и Мерисса слегка побледнела.

— Я кажется уже написала в астерийский совет, сообщив им о том, что коронация не состоится до тех пор, пока Энцо не проснётся, — резко ответила она.

— Они беспокоятся о том, что если никто официально не займёт трон Астерии, может случиться бунт либо его может занять кто-то другой.

Элара сжала челюсти, и в её глазах сверкнула сталь.

— Думаю, мне пора, — вставила Торра. — Мне нужно возвращаться на небеса, и хотя бы сделать вид, что я в ужасе из-за твоего пробуждения.

Она ухмыльнулась.

— Ариэт в курсе, что ты помогала нам? Ведь теперь он знает, кто такая Мерисса.

Торра покачала головой.

— Я заставила его поверить в то, что давно отреклась от своей дочери. И что она заняла сторону врага.

Элара кивнула, углубившись в свои мысли.

— Спасибо, Торра. Если ты мне понадобишься, я призову тебя.

Торра поклонилась, после чего поцеловала Мериссу в щёку и вышла из зала.

— Возвращаясь к тому, что я сказала, — мягко продолжила Мерисса, как только Торра ушла. — Ты следующая в очереди на трон. И поскольку Ариэт пропал, сейчас самое подходящее время для того, чтобы вернуться в Астерию и взять то, что принадлежит тебе по праву. А поскольку Энцо отдал тебе свою корону... Гелиос также может стать твоим, если ты этого пожелаешь.

Элара соединила пальцы рук и задумчиво посмотрела куда-то вдаль. Все эти формальности казались такими тривиальными. Коронация, вступление на трон... По сути, она была Королевой всей этой чёртовой вселенной, хоть и сброшенной с небес.

— Я не вернусь в Астерию, — проговорила она. — И я уж точно не собираюсь править Гелиосом без Энцо.

— Нет?

— Я поставлю на эту должность члена совета, которому я доверяю, и он будет заниматься делами королевства в наше отсутствие — как здесь, так и в Астерии.

Она поднялась с трона, и чернильно-чёрные волосы рассыпались по её спине, а серебряный венец на её голове сверкнул в лунном свете. Он был украшен подвеской с сапфировым полумесяцем тёмно-синего цвета, которая падала ей на лоб. Не глядя на Мериссу, она подошла к огромному окну, растянувшемуся от пола до потолка. Вся стена пострадала в битве Энцо с его отцом, стекла в окне были выбиты. Она вышла через него в сад, а Мерисса, нахмурившись, последовала за ней.

— В наше отсутствие?

Элара вдохнула тяжёлый запах жасмина, который висел в чёрном воздухе ночи. Взглянув на серебряный диск на небе, она нежно улыбнулась, но затем её улыбка сделалась ядовитой, когда она заметила мерцающие звёзды, окружившие его.

— Я пообещала своему любимому, что одолею Звёзд. Мы отправимся в путешествие по Селестии и найдём других титанов. А затем мы разбудим Солнце.

Эпилог

Лунный свет озарил извилистые улицы Гелиоса, по которым она шла молча, как призрак. Платье цвета ночного неба стелилось по дороге, и за ним тянулись струйки её теней. Королева подняла голову, когда крик чёрного дракона, летящего у неё над головой, пронзил ночное небо. Хотя никто не поверил бы своим глазам, если бы увидел его, и решил бы, что это игра воображения, или принял бы его за тень в чёрном небе.

Элара остановилась и посмотрела на золотое здание, стоявшее перед ней. Она оглядела вычурную архитектуру и картины, украшавшие каждую стену и изображавшие Звезду Света. Каждая сторона этого здания говорила о его тщеславии. Узурпатор. Такой была эта Звезда. Жалкое подобие Энцо.

Элара перевернула небольшой бархатный мешочек, который достала для неё Изра на чёрном рынке. И принялась за работу.

Порошок посыпался на землю, образуя размашистые линии. Элара сделала так, чтобы буквы растянулись по всей площади. Оставляя за собой следы пыли, она вошла в открытые двери храма. Высыпав остатки содержимого на каменный пол, она взглянула на алтарь и на вырезанное изображение ревущего льва над ним.

Слегка улыбнувшись, она подняла руки. Капля. Всего лишь капля силы Энцо осталась в ней. Не свет, который она выпустила вместе со своими тенями на Ариэта. Но искра огня. Прощальный подарок.

Элара глубоко вздохнула, закрыла глаза и призвала эту искру. Огонь смешался вместе с тенью и потёк из неё, холодный, как смерть. Пламя, сотканное из лунного света, заклубилось и подожгло порошок, который она рассыпала по полу.

Элара развернулась на пятках, медленно вышла из дверей, а затем услышала треск у себя за спиной. Огонь занимался.

Она прошла мимо букв, которые выложила ранее, и повернулась к храму, решив понаблюдать за тем, как его охватило серебряное пламя. А затем, в последний раз взглянув на слова, которые она написала, она развернулась и пошла обратно во дворец.

Слова на площади продолжали гореть всю ночь, и весь следующий день до тех пор, пока приглушённый шепот слухов не разнёсся по всей Селестии и не достиг богов. Эти слова представляли собой угрозу и одновременно обещание.

"Звёзды падут".

- КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ -