КНИГА: Девиантные открытия

КНИГА: Девиантные открытия

АВТОР: Лилит Иден

СЕРИЯ: -

Глава первая

Глава первая

Кейси

Даже с телевизором, который работает внизу, я знаю, что должна вести себя тихо. Я прикусываю губу, чтобы подавить стон, поглаживая свой набухший клитор. Запах моего собственного возбуждения наполняет комнату, когда я кручу пальцами в своей влажности, представляя мужчину, которого я всегда желала, - моего отца.

Я не могла думать ни о чем другом с тех пор, как увидела, как он трахает одну из своих шлюх на этих выходных, у стены гостиной. Он не знает. Я должна была спать наверху, но только шум разбудил меня. С тех пор я не могу избавиться от воспоминаний о том, как его массивный член входил и выходил из ее киски, и как это разжигало во мне огонь, который никак не гас. Это было несколько месяцев назад, а теперь я, восемнадцатилетняя девушка, сижу дома в пятницу, разметавшись на кровати, и возбуждаюсь от мыслей о самом запретном мужчине.

Я не хочу, чтобы он знал о том, что я делаю в безопасности своей спальни, представляя его.

Я поджимаю нижнюю губу, отчаянно пытаясь заглушить рвущиеся из горла звуки удовольствия. Пальцами я скольжу по своим мокрым складочкам, дразня и исследуя их, а затем возвращаюсь обратно и трусь ими о чувствительный клитор. Я чувствую, как приближаюсь к очередному оргазму, третьему за последний час.

Внизу продолжает звучать телевизор, сопровождаемый знакомыми криками и одобрительными возгласами моего отца. Боже, как мне нравится его голос. Я хочу, чтобы он трахал меня, и шептал грязные слова. Называл меня своей шлюхой, как он назвал ту женщину.

Я знаю, испытывать такие чувства неправильно, но я часто представляю, что папа принадлежит только мне. Пусть он вводит и выводит из меня свой толстый член, а я кричу и умоляю его заставить меня кончить. Вместо того чтобы каждые выходные он уходил искать утешения с другими женщинами. С женщинами, которые никогда не будут достаточно хороши для него.

Почувствовав неудовлетворенность от одних пальцев, я тянусь к захламленной прикроватной тумбочке и беру свой верный фаллоимитатор. Я провожу руками по его гладкой поверхности, прежде чем поместить его между ног. Когда я медленно ввожу головку внутрь себя, меня охватывает прилив удовольствия.

Мне хочется, чтобы в меня входил папин член, чтобы его большие мозолистые руки лежали на моих бедрах, направляя меня. Я продвигаю головку игрушки глубже. Гладкий кончик фаллоимитатора трется о мою горячую мокрую киску, усиливая потребность быть наполненной. Задыхаясь, я ввожу игрушку внутрь себя, ощущая восхитительное растяжение, от которого у меня кружится голова. Не в силах сдержать себя, громкий стон вырывается из моих губ, когда я ввожу и вывожу фаллоимитатор между набухшими губами моей киски. — О, папочка, пожалуйста! Позволь мне кончить для тебя, - кричу я, почти слишком громко от отчаяния. — Папочка!

Мои глаза распахиваются от звука распахивающейся двери. Мое тело все еще пульсирует от удовольствия, но я мгновенно возвращаюсь к реальности, когда вижу папу, стоящего в дверном проеме. Его глаза дикие, а дыхание сбивчивое, когда он хватается за дверной косяк в поисках опоры.

— Кейси... ты звала меня, - его голос напряжен от ярости и чего-то еще. Я чувствую, как на меня накатывает чувство смущения и вины, когда понимаю, что меня застал в самом уязвимом состоянии человек, который никогда не должен был застать. Сердце бешено колотится, когда его напряженный взгляд пронзает меня, и я понимаю, что он все видел. Я лежу здесь, обнаженная перед ним.

— Я... папа... мне очень жаль...

Он проводит руками по волосам, явно воюя с самим собой.

Я пытаюсь сомкнуть бедра вместе, но гортанный рык вырывается из его горла, останавливая меня. — Не надо. Не останавливайся.

По моим щекам разливается жар. Он не может иметь это в виду. Это должно быть сном.

— Продолжай, детка, - приказывает он низким тоном. — Пожалуйста. Трахни свою пизду для меня.

Его слова. Они намного вкуснее, чем я могла себе представить. Я прижимаю фаллоимитатор к своей киске, выгибаюсь, когда он погружается в меня еще глубже.

У меня перехватывает дыхание, когда он спускает свои треники, обнажая огромную эрекцию, от которой у меня сводит рот и болит тело. Обхватив одной рукой свой пульсирующий член, он медленно, дразняще поглаживает себя, пока я судорожно растираю свою влагу между ног, трахая себя фаллоимитатором.

— Почему ты звала меня, детка?

Он задыхается, и я тоже. У меня все болит. Мой разум поглощен новым образом папы, который дрочит, наблюдая за мной.

— Потому что ты мне нужен, папочка. Мне нужно, чтобы ты жестко и глубоко трахнул меня своим массивным членом.

Он рычит, и это разжигает во мне яростное желание. Прикусив губу, чтобы подавить стон, я понимаю, что сделаю все, чтобы доставить ему удовольствие и почувствовать, как он требует меня всеми возможными способами.

Папин взгляд устремлен на меня, пока он продолжает гладить себя, его дыхание становится все более неровным с каждым мгновением. Я чувствую, как его пристальный взгляд прожигает меня насквозь, как будто он заставляет меня отвести взгляд.

Но я не могу отвести взгляд. Я полностью заворожена открывшимся передо мной зрелищем. Это табу и запретная ситуация, но она также невероятно возбуждает.

Я наблюдаю за тем, как папа хватает себя за основание, поглаживает вверх и проводит рукой по головке, собирая сперму, прежде чем опуститься обратно. Его движения медленные и продуманные, сводящие меня с ума от желания.

— Ты не можешь так говорить, Кейси. Это то, чего не может быть.

Моя рука быстрее двигается по моему клитору, пока я наблюдаю за ним, не в силах больше сдерживать стоны. — Это происходит прямо сейчас, папочка. Тебе нравится наблюдать за мной? - спрашиваю я задыхающимся голосом.

На папином лице появляется небольшая ухмылка, и он отвечает: — Мне нравится наблюдать за тобой, малышка.

От его слов по моему позвоночнику пробегают мурашки, и ощущения внутри меня только усиливаются. Я отталкиваюсь бедрами от кровати, продолжая неистово теребить себя, отчаянно желая разрядки.

С рычанием папа придвигается ближе к краю моей кровати и тянется, чтобы ухватиться за мое бедро. Он раздвигает мои ноги пошире и наклоняется, чтобы взять в рот один из моих сосков.

Моя спина выгибается дугой, когда его язык проводит по чувствительному бутону, а зубы легонько перебирают его. Сочетание удовольствия и боли заставляет меня задыхаться и умолять о большем.

Папа отпускает мой сосок и встает на колени между моих ног. Его глаза темнеют от желания, когда он смотрит на мою мокрую от соков киску, прежде чем погрузить два пальца глубоко внутрь меня.

Я вскрикиваю в экстазе от ощущения его наполненности, а он продолжает вводить и выводить из меня свои пальцы.

— Папочка! - Я не выдерживаю, и моя киска снова взрывается, выплескивая немного жидкости на кровать.

Папины глаза еще больше темнеют от моих слов, и он наклоняется, чтобы яростно поцеловать меня, а пальцами руки он продолжает входить и выходить из меня. Я стону ему в рот, чувствуя, как внутри меня снова зарождается знакомая спираль удовольствия.

Другая его рука тянется к моей груди и слегка сжимает сосок между пальцами. От сочетания этих ощущений я извиваюсь под ним, теряясь в дымке желания.

— Папочка, - задыхаюсь я, когда он разрывает наш поцелуй и начинает проводить горячими, влажными поцелуями по моей шее.

— Я больше не могу сдерживаться, - рычит он мне в ухо. — Мне нужно трахнуть тебя, малышка.

От его слов у меня по позвоночнику пробегает дрожь, и я с готовностью киваю, отчаянно желая, чтобы он взял меня. — Пожалуйста. Папочка, ты мне нужен.

— Я не могу быть нежным или медленным - продолжает папа, делая несколько шагов назад от кровати. — Я слышал, как ты стонала и звала меня по имени, и даже представить себе не мог, что ты будешь трахать себя, думая обо мне.

Мои щеки вспыхивают от смущения, вызванного его словами, но также и от возбуждения, когда я смотрю, как он снимает с себя одежду. Он стоит передо мной совершенно голый, его член тверд и пульсирует от желания.

Он забирается обратно на кровать и располагается между моих раздвинутых ног. Его руки крепко сжимают мои бедра, и он без предупреждения всаживается в меня.

Я вскрикиваю от внезапной полноты, и папа начинает двигаться внутри меня грубыми, мощными ударами. Он не сдерживается и не пытается быть нежным, как предупреждал, - вместо этого он груб и первобытен.

Но мне это нравится. Каждый жесткий толчок заставляет меня вскрикивать от удовольствия, полностью потерявшись в моменте, когда папа требует каждый дюйм меня.

Его рука проскальзывает под моей ногой и поднимает ее над плечом, открывая ему еще более глубокий доступ. Я обхватываю его шею и притягиваю к себе, мы двигаемся вместе, идеально синхронизируясь.

Звук наших тел, шлепающихся друг о друга, заполняет комнату, вместе с моими стонами.

— Я хочу жить в этой киске, детка.

Папа практически рычит.

— Да! Да, пожалуйста, трахни меня. Я обещаю быть твоей хорошей маленькой шлюшкой.

Я почти кричу.

Папа выходит из меня, и я хнычу от нужды. Без слов он опускает свой рот к моей киске и пробует меня на вкус. Я выгибаю спину от ощущения, что отец лижет мою киску, и это доводит меня до очередного оргазма.

— Папочка, я сейчас кончу. Пожалуйста, пожалуйста, позволь мне кончить.

Он не прекращает своих ласк, и через некоторое время я уже кричу о своем освобождении. Мое тело покалывает от разрядов электричества, которые вызвал этот запретный акт. Папа нависает надо мной и снова проводит членом по моему чувствительному бутону. Поглаживая взад-вперед, он опускается ниже и заполняет мою киску.

— Вот как мне нравится твоя киска, детка. Плачущая по папочке.

Он толкается вперед, погружается глубоко в мою киску и останавливается. Папочка задерживает свое тело, глядя на меня с болезненным выражением лица.

Я начинаю чувствовать тепло внутри, и как раз в этот момент папа начинает вытаскивать свой член, скользкий от нашего возбуждения. Жидкость начинает стекать по моим бедрам на кровать, и я хватаю его за задницу, втягивая его обратно в себя. — Я принимаю противозачаточные, папа. Все в порядке.

Папа рычит, наполняя мою киску своей спермой.

— Эта киска, - рычит он, снова входя в меня и продолжая заполнять мою киску, его тело двигается надо мной.

Наши тела неистово двигаются вместе, жар между нами почти первобытный. Внезапно резкий укол пронзает мой левый сосок, заставляя меня задыхаться и выгибать спину.

Папа все крепче сжимает мой сосок, и я вскрикиваю от удовольствия и боли. Его толчки становятся все более сильными, заполняя меня полностью с каждым ударом. Мои руки вцепились в простыни, стараясь не отставать от его темпа, а мой собственный кульминационный момент снова нарастал.

— Смотри на меня, пока я заполняю тебя, малышка, - рычит папа, его глаза фиксируются на моих, пока он продолжает требовать меня.

У меня перехватывает дыхание, когда я наблюдаю за ним, наши взгляды не разрываются, пока он наполняет меня своей горячей спермой. Интенсивность нашей связи только усиливает удовольствие, проходящее через мое тело.

Папа выходит из меня и ложится рядом со мной на кровать. Мы оба задыхаемся и покрыты потом, но не можем перестать улыбаться.

— Черт, это было потрясающе, - говорит папа, проводя рукой по волосам.

— Да, - пыхчу я, все еще пытаясь перевести дыхание. — Я никогда не знала, что можно так себя чувствовать.

Папа наклоняется и глубоко целует меня, вкус нашего возбуждения все еще остается на наших губах.

— Я хочу трахать тебя так каждый день, - шепчет он мне в губы.

— Я тоже этого хочу, - отвечаю я без колебаний.

Мы лежим так несколько минут, переводя дыхание, прежде чем папа встает, чтобы привести себя в порядок в ванной. Я улучаю момент, чтобы погреться в лучах послевкусия и поразмыслить над тем, что между нами произошло. Это так неправильно и в то же время так невероятно правильно.

Через несколько минут папа возвращается в комнату с теплой тканью и нежно ухаживает за мной. После он заползает в кровать рядом со мной. Обнимает меня, защищая, и целует в лоб.

— Я знаю, что все будет непросто, малышка, - мягко говорит он. — Но, пожалуйста, знай, что я всегда буду заботиться о тебе и обеспечивать твою безопасность.

От его слов у меня на глаза навернулись слезы. Я никогда не чувствовала себя такой любимой и лелеемой. Может быть, так и должно быть - я и папа, в нашем пузыре.

— Я так люблю тебя, папа!

Я прижимаю его тело к своему дрожащему. Он дарит мне последний поцелуй, прежде чем притянуть меня к себе. Я засыпаю под его лесной аромат.

Глава вторая

Эван

Я просыпаюсь от ощущения теплого рта на моем члене. Я смотрю вниз и вижу свою прекрасную девочку между моих ног, ее красивые светлые волосы каскадом падают на лицо, когда она берет меня в рот.

Как бы ни была извращена эта ситуация, она чертовски приятна. Я знаю, что попаду в ад, но мне плевать, лишь бы у меня была моя малышка. От вида того, как она отсасывает мне, мои яйца болят от желания кончить в ее маленькую глотку. Я никогда не думал, что сделаю что-то подобное, но вот мы здесь.

— Да, детка, - стону я, проводя руками по ее волосам и направляя ее движения. Она смотрит на меня с обожанием в своих голубых глазах, пока доставляет удовольствие.

Она берет каждый дюйм меня в свой маленький ротик, и я чувствую, как подхожу все ближе и ближе к краю. Но я не хочу, чтобы это закончилось так скоро.

— Остановись, - твердо говорю я, отстраняя от себя и заставляя ее хныкать в знак протеста. — Я хочу, чтобы ты была сверху.

Она с нетерпением усаживается на меня и позиционирует себя над моим членом. Я ввожу его в нее, и мы оба задыхаемся от ощущений. Это даже лучше, чем раньше; она такая тугая и влажная вокруг меня.

— Покатайся на мне, детка, - рычу я, хватаясь за ее бедра, когда она начинает двигаться вверх-вниз на мне. Ее негромкие стоны наполняют воздух, и я не могу не наблюдать за тем, как она овладевает мной.

Я никогда не думал, что секс с Кейси может быть таким приятным.

Моя девочка, восемнадцати лет, но с телом, которое может соперничать с любой женщиной вдвое старше ее, была создана для меня. Я стискиваю ее пышную грудь с силой, заставляющей ее задыхаться и увеличивать темп. Ее ногти впиваются в мою грудь, пока она гонится за собственным удовольствием, подливая масла в огонь желания, пылающий внутри меня.

— Черт, - рычу я.

— Мое тело напрягается, и я издаю низкий рык: ее умелые прикосновения сводят меня с ума. — Черт, - успеваю пробормотать я, контроль над собой ускользает.

Ее пыхтение и стоны только усиливаются по мере того, как она приближается к пику наслаждения, ее голова откинута назад, а волосы растрепаны. С каждым движением бедер она все ближе и ближе.

— Так близко, - задыхается она, ее глаза прикованы к моим.

Я чувствую, как напряжение нарастает в моем паху, когда я подталкиваю ее к этому. — Давай, на мой член, Кейси. Отпусти себя.

Звуки нашего тяжелого дыхания и шлепанья кожи друг о друга заполняют комнату, когда она наконец достигает кульминации, ее тело содрогается от прикосновения к моему.

— На четвереньки, - приказываю я, соскальзывая с кровати и становясь на колени позади нее.

Я не могу не смотреть в благоговении, как она встает на четвереньки, предлагая себя мне. Вид ее выгнутой спины и идеальной попки заставляет меня почти сходить с ума от желания.

Она дрожит в предвкушении, а мой член подрагивает от одной мысли о том, чтобы взять ее вот так.

Я выстраиваюсь в линию у ее скользкого входа и испытываю прилив гордости от того, насколько она мокрая для меня. — Блять, ты прекрасна, - шиплю я, проникая в нее.

Она издает громкий стон, когда я начинаю входить в нее сильнее. Ее тело сотрясается от каждого мощного толчка, и я чувствую, как мой контроль ускользает, когда она крепко сжимает меня в объятиях.

Удовольствие нарастает почти до невыносимого уровня.

Но я еще не закончил.

Одной рукой я аккуратно собираю ее длинные волосы в пучок и перебрасываю их вперед, перекидывая через горло. Она задыхается, когда я нежно потягиваю, прижимая к своей груди и продолжая решительно входить в ее влажное тело. Ощущение ее мягких волос на моей коже только усиливает интенсивность нашего сцепления.

— Ты чертовски идеальная маленькая шлюшка.

Тело Кейси содрогается в ответ на мои слова, в ней бурлит смесь удовольствия и желания. Я беру в руки ее бедра, контролируя ритм, продолжая входить в нее с нарастающей интенсивностью.

Она издает проклятия, впиваясь ногтями в простыни, пытаясь не отстать от меня. Звук нашей кожи, шлепающейся друг о друга, эхом разносится по комнате, когда я вхожу в нее все сильнее и быстрее.

Я чувствую, как приближается моя собственная кульминация, и выхожу из нее, заставляя ее стонать от разочарования.

— Повернись, - рычу я, выходя из нее и быстро переворачивая ее на спину. Я хочу заглянуть в ее глаза, когда буду входить в нее. Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, все еще сильно задыхаясь.

Я широко раздвигаю ее ноги и снова вхожу в нее, наслаждаясь тем, как она обхватывает мою талию.

Мои руки цепляются за ее бедра, и я двигаюсь в ней все быстрее и сильнее.

— Трахай меня сильнее, - задыхается она, ухватившись за мои плечи.

Ее грудь подпрыгивает с каждым толчком, и в этот момент кажется, что кроме нас двоих больше ничего не существует.

Мы оба сейчас на грани, мы вместе гонимся за этим кайфом.

Я наклоняюсь, чтобы поймать ее губы в страстном поцелуе, наши языки переплетаются, и мы оба теряем себя в удовольствии. Моя рука опускается ниже и поглаживает ее клитор, посылая по ее телу разряды электричества.

Ее стоны становятся все громче и отчаяннее, поскольку она приближается к очередной кульминации.

С последним толчком мы оба достигаем пика одновременно. Наши тела содрогаются, и мы вместе переживаем оргазм, тяжело дыша и прижимаясь друг к другу.

Я падаю на кровать рядом с Кейси, мы оба задыхаемся и пытаемся отдышаться. Она переворачивается на спину и смотрит на меня с довольной ухмылкой на лице.

— Ух ты, неплохо для папочки, - вздыхает она, хихикая. Я щекочу ее бока за считанные секунды, пока она не умоляет меня остановиться.

— Прекрати! Прекрати! Ты был великолепен, - смеется она. Это самый прекрасный звук в мире.

Я ухмыляюсь и целую ее в макушку. — Перед тобой так чертовски трудно устоять.

Она прижимается ко мне ближе и кладет голову мне на грудь. — Почему мы так долго ждали?

Я хихикаю и провожу пальцами по ее волосам. — Не знаю, но давай не будем терять время.

Правда в том, что то, что у нас есть, никогда не будет приемлемым.

Когда моя жена умерла, я потерял себя в других женщинах, а теперь я не могу представить, что когда-нибудь прикоснусь к кому-то, кроме Кейси.

— Мы должны держать это в секрете, детка, - говорю я, и она кивает.

— Я знаю, папочка.

Я смотрю на восход солнца с моей малышкой на руках и целую ее в лоб. Я стону, когда мой член утолщается. — Ты будешь моей смертью.

Глава третья

Кейси

Когда я стою на коленях перед папочкой, в моей голове бушует волнение и нервы. Это всего лишь мой второй минет. Первый был прошлой ночью. Папа сказал, что прошлой ночью это было потрясающе, но он хочет научить меня быть его хорошей девочкой.

Он откидывается на спинку дивана, его глаза прикованы ко мне, и он начинает давать мне четкие указания, как доставить ему удовольствие. Мои щеки пылают от возбуждения, и я изо всех сил стараюсь следовать его требованиям.

— Не спеши, детка, - говорит он низким голосом. — Сначала проведи языком по нижней стороне.

Я делаю так, как он говорит, неуверенно облизываю его и чувствую, как он становится все тверже во рту. Его пальцы путаются в моих волосах, когда он издает тихий стон.

— Вот так, просто так, - поощряет он меня. — А теперь возьми меня в рот глубже.

Я опускаюсь все ниже и ниже, забирая его глубже, пока не чувствую его в задней части горла. Это странное ощущение, но от него у меня уже мокро между бедер.

Папа стонет и хватается за подлокотники дивана, а я мотаю головой вверх-вниз, следуя его ритму.

— Черт, - ругается он под нос. — У тебя так хорошо получается, детка.

Его слова звучат грязно и сексуально одновременно, заставляя меня чувствовать себя более невинной, чем я есть на самом деле.

— Ты хочешь, чтобы моя сперма раскрасила твое лицо, детка?

Я киваю, с полным ртом члена.

Но потом все мысли улетучиваются из головы, когда папа вынимает член изо рта и несколько раз кончает мне на лицо.

Это шокирует и немного смущает, я начинаю вытирать сперму тыльной стороной ладони, но папа хватает меня за запястье и усмехается.

— Ты прекрасно выглядишь, покрытая моей спермой, детка, - говорит он с ухмылкой. — Но тебе нельзя тратить ни капли.

Руками я соскребаю сперму с лица и отправляю в рот.

— Да, вот это хорошая девочка.

Мне нравятся его похвалы так же сильно, как и его грязь.

— Надеюсь, тебе понравилось, детка. - Папа шепчет мне на ухо, когда я вытираюсь и сажусь к нему на колени. — Потому что я хочу сделать с тобой еще столько всего.

Его член снова твердый.

— Я никогда раньше так не возбуждался, Кейси. Никогда. Ты заставляешь меня снова чувствовать себя возбужденным подростком.

— Мне нравится все, что мы делаем.

Он прижимается своими губами к моим, его язык исследует мой рот. Я обхватываю его шею руками, прижимаясь к нему всем телом. Его большие руки обхватывают мои бедра, и я готова снова почувствовать его внутри себя. Я устраиваюсь у него на коленях, раскинувшись на нем, и распахиваю джинсы, чтобы освободить его член. Я не стала раздеваться, просто задрала юбку и сдвинула трусики в сторону, а затем с резким стоном насадилась на его толстый член.

— О, Боже, ты так хороша, малышка.

Волны удовольствия проносятся сквозь меня, когда он полностью заполняет меня, а его слова похвалы только подстегивают мое желание большего. Я никогда не хотела мужчину так отчаянно, никогда не хотела быть его маленькой игрушкой для траха или чтобы мое тело так сильно болело от потребности.

— Тебе нравится быть моей кончающей шлюхой, не так ли? Папиной маленькой игрушкой.

Его слова похожи на капли меда, густые и насыщенные первобытным удовлетворением, посылающие электрические мурашки по моему позвоночнику. Мое тело дрожит от желания, я подпрыгиваю вверх и вниз на его пульсирующем члене, ощущения переполняют меня. — Я буду такой, какой ты захочешь, - задыхаюсь я. Каждое движение - симфония наслаждения, каждое прикосновение - всплеск экстаза. — Возьми меня, используй меня, сделай меня своей, - стону я, теряясь в интенсивности нашей связи.

— О, детка, я буду использовать эту пизду, пока она не кончит.

Грубость его голоса посылает в меня толчок возбуждения. Я чувствую, как мое тело реагирует на автопилоте, жаждая больше его первобытных слов и действий. Он делает толчок вверх, глубже в меня, попадая в ту самую точку, которая заставляет меня задыхаться. — Да, - кричу я, впиваясь ногтями в его плечи, пока меня захлестывают волны удовольствия.

Он хватает мои волосы и откидывает голову назад, обнажая мою шею. — Тебе нравится быть папиной шлюхой, Кейси? - рычит он, касаясь губами моей кожи, - Потому что я ни за что не захочу трахать другую женщину, пока жив.

Его грязные разговоры только разжигают огонь, пылающий внутри меня. Я принадлежу ему, и от одной этой мысли у меня слабеют колени.

— Маленькая гребаная шлюшка, - продолжает он, его руки крепко сжимают мои бедра, и он вколачивается в меня с такой силой, что у меня кружится голова. Я чувствую, что все ближе и ближе подхожу к краю, каждый толчок толкает меня все дальше к экстазу. В голове ничего не осталось, кроме ощущений, пронизывающих мое тело.

Я выгибаю спину и насаживаюсь на него еще сильнее. — Возьми все, - стону я, теряясь в удовольствии и жаждая большего.

Папа переворачивает нас так, что он оказывается надо мной на диване. Я обхватываю его ногами, принимая его еще глубже.

Он еще больше увеличивает темп, без устали вколачиваясь в меня, пока мне не начинает казаться, что я могу сломаться под его напором. Но потом это происходит - взрывная разрядка, которая накрывает меня, как приливная волна. Мое тело напрягается, а затем расслабляется, когда я преодолеваю волну за волной оргазмического блаженства. Он рычит на моей шее, входя в меня.

Его руки защитно обхватывают меня, и несколько мгновений мы лежим молча.

— Пиздец, - наконец говорит он, нарушая молчание между нами.

— Действительно, пиздец, - отвечаю я со смехом.

Он хихикает, а затем нежно целует меня, что резко контрастирует с грубостью наших предыдущих действий.

— Поспи немного, детка.

Я погружаюсь в мирную дремоту, мое тело все еще гудит от сильного удовольствия, которое подарил мне папа. Когда я просыпаюсь, он уже ушел, оставив записку, в которой говорится, что ему пришлось рано уйти на работу и мы продолжим позже.

Я растянулась на диване, мое тело все еще ощущает остаточный эффект от нашего секса. Готовя себе завтрак и собираясь на работу, я не могу не улыбаться при мысли о папе и нашей интенсивной связи. Это та жизнь, которую я хочу, независимо от того, что ждет меня в будущем.

КОНЕЦ