— Не смей! — взорвалась я; мой голос прозвучал громче, чем я намеревалась. — Никогда больше не угрожай Тео, или я стану твоим врагом.
— Еще одним? — фыркает он. — Давай, малышка. Интересно, кто из нас двоих победит? Я даже дам тебе протрезветь, — добавляет он, забавляясь.
— Конечно, — саркастически отвечаю я, беру одежду и направляюсь в ванную.
Дело в том, что я не знаю, кто победит. Если он не сойдет с ума, я бы поставила на Влада, хотя я бы никогда ему этого не сказала.
***
Задание Влада выполнено; я возвращаюсь домой пораньше. Мы выскользнули из отеля, пока полиция осматривала окрестности, едва избежав пристального внимания, поскольку Тео, очевидно, искал рыжеволосую с нездоровой целью. Я улыбаюсь про себя, довольная тем, что даже в своей маскировке мне удалось показать Тео свои способности, и мы даже сражались бок о бок.
Я вздыхаю, просто думая об этом. Каково было бы быть самой собой с Тео, чтобы мы были командой — мы против всего мира. Самое печальное, что я знаю, что этого никогда не произойдет. Зная его одержимость правосудием, я прекрасно понимаю, что он никогда не примет такую предательницу, как я. Черт, кого я вообще обманываю, такую убийцу, как я?
Я погружена в свои мысли, когда мой отец снова окликает меня. Что с ним такое в последние дни? Обычно мы общаемся раз в две недели.
— Бьянка. — Он поджимает губы, глядя на меня сверху вниз. Мне очень хочется закатить глаза, но вместо этого я просто растягиваю губы в милой улыбке.
— Да, отец?
— В следующее воскресенье у нас будут важные гости. Обязательно присутствуй и веди себя наилучшим образом.
— Конечно, отец. — Я немедленно соглашаюсь, хотя внутри меня все кипит от его наглости командовать мной. Если бы только у меня был нож прямо сейчас, я бы колола и колола, и на этот раз я бы наслаждался кровью, беспорядочно разбрызгивающейся вокруг.
— Хорошо. Оденься консервативно. Это важные люди, и они не… — он смотрит на меня так, как будто я вызываю у него отвращение — …привыкли, когда женщины ведут себя слишком прямолинейно. Убедись, что ты знаешь свое место. — Он разворачивается и уходит.
Если бы взгляды могли убивать, он бы сейчас лежал на полу. Им не нравятся женщины, которые слишком прямолинейны? Мои губы презрительно кривятся. Гребаные киски. Они просто боятся, что женщина поставит их на место.
О, как было бы мило заставить их проглотить свои слова и показать им, на что именно способна женщина. Хотя, наверное, я лицемерка, раз так упорно цепляюсь за свой образ кроткой девочки только для того, чтобы однажды понравиться Тео.