21
НОВА
На следующий день я уже на стадионе и работаю над другим рисунком, не имеющим никакого отношения к свадьбе сестры.
Харлан сказал, что я могу приходить и уходить, когда захочу. Так что было несложно спланировать мой визит так, чтобы он совпал с тренировкой «Кодиакс» на поле, пока Мари на работе.
Внизу на поле ребята в тренировочных майках выполняют упражнения. Я никогда раньше не оценивала, насколько жестко расписан сценарий игры. Каждый акт агрессии на поле, каждая игра в обороне планируются и репетируются снова и снова.
Прямо сейчас тренеры держат планшеты, переговариваясь между собой. Главный тренер пристально наблюдает, скрестив руки, как Клэй ведет мяч по площадке, охраняемый новичком.
Клэй уходит в сторону, опережая новичка на целую секунду. На мгновение он замешкался, когда перераспределил свой вес.
Майлз отходит к краю площадки и окликает его. Клэй вскидывает голову и отдает пас своему товарищу по команде, который бросает тройной в сетку.
Джейден празднует победу, давая пять Клэю, который выглядит так, словно о чем-то задумался. Колено?
Даже сейчас я сижу в корпоративной ложе, достаточно высоко, чтобы никто из игроков меня не заметил. Не то чтобы Клэй был бы против моего появления, но я здесь не для того, чтобы увидеть его. Не совсем.
Я смотрю и рисую.
— Только не говори мне, что ты меняешь лошадей в середине забега, — Брук плюхается на сиденье рядом со мной и заставляет меня подпрыгнуть.
— Как тебе удается так тихо ходить на каблуках?
— Тренировки, — она перекидывает свои косы через плечо, затем берет в руки рисунок, над которым я работаю. — Ты подкатываешь к моему брату?
— Нет, — я переворачиваю страницу на предыдущую. — У меня тут все парни. И Майлз тоже.
Ее глаза сужаются. Она кладет альбом для рисования на колени, ее ногти цвета лаванды задевают края страницы.
— Черт. Тебе следует выставлять свои работы в галереях. Я не просто так это говорю. Я не вру. Если бы они были хреновыми, я бы тебе сказала.
Я смеюсь.
— Спасибо?
Мне нравится, когда в моей жизни есть кто-то, кто говорит то, что имеет в виду. Брук собрана и уверена в себе, как моя сестра, но у нас нет такой драмы, как после долгих лет общения друг с другом.
Брук смотрит на набросок Майлза.
— У него неправильный рот. Он поднимается вот здесь, когда он бросает тройку.
Я смотрю между ней и ребятами, но он отвернулся, пока они готовили очередную комбинацию.
— Откуда ты знаешь, что это тройка?
— Ноги. Сосредоточенность на его лице. У него всегда такой сосредоточенный вид Джейсона Борна, когда он обводит дугу.
— Видите то, что вам нравится?
Майлз поймал наш взгляд, и все парни подняли головы. Клэй вытирает лицо полотенцем, затем его взгляд встречается с моим. Его подбородок поднимается в кивке.
Тайный кивок.
Кивок горячего парня из старшей школы.
Парень, который заставлял тебя кончать в двухъярусной кровати и обнимал тебя, пока ты смотрела «Принцессу-невесту».
Я пытаюсь изобразить спокойствие и притвориться, что меня не волнует тот факт, что Клэйтон Уэйд, самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела, лучший игрок целой команды профессиональных спортсменов, смотрит на меня так, будто я единственное, на что стоит смотреть.
Я не могу отвести взгляд.
Когда мне кажется, что я могу сдержать чувства, не дать себе загореться...
Клэй снимает с себя майку.
Между моих бедер разливается жар, словно тайный грех.
Я знаю, как эти мышцы прижимаются ко мне. Как он звучит, этот низкий рык в моем ухе.
Он знает, что я наблюдаю, и ему это нравится. Он не спеша идет в сторону поля, чтобы взять новую футболку.
Если бы он подошел и сказал, что хочет трахнуть меня на глазах у всех, мне бы потребовалась вся моя сила воли, чтобы не лечь на пол и не позволить ему это сделать.
Тренер дает свисток.
— За работу!
Через мгновение они снова сосредотачиваются. Мне требуется гораздо больше времени.
Брук передает рисунок обратно.
— Может, ты и права насчет рта, — говорю я, снова взглянув на него. — Ты подозрительно хорошо его знаешь.
— Он лучший друг моего брата. Я видела его во всех состояних.
Мы обе смотрим на игроков.
Я говорю:
— Под «всеми состояниями» ты имеешь в виду...
Она складывает тонкие руки на груди.
— Не надо.
– Почему бы и нет? Он симпатичный, — говорю я. — Его волнистые темные волосы и ямочка, когда он улыбается. У него есть чувство юмора, и он очаровательный плейбой.
— Сначала мой брат убьет его. Потом меня. Потом вернет Майлза к жизни и убьет его снова.
Я заинтригована настолько, что закрываю свой альбом и кладу его на соседнее сиденье.
Брук все еще смотрит на поле.
— Ты можешь любить этих парней, Нова, но они всегда будут любить баскетбол больше.
Решительность ее слов застает меня врасплох, но она продолжает.
— Я думаю, ты подходишь Клэю. Возможно, он даже подходит тебе. Но я хочу быть твоим другом, а друзья говорят друг другу, в чем дело. А дело в том, что ты не станешь любовью всей его жизни. У него уже есть одна.
Я поворачиваюсь.
— Не хочу вставать между ним и баскетболом. Я хочу любить что-то так же, как они любят баскетбол.
Я ожидаю, что Брук назовет меня наивной или глупой, но она только смеется.
— Желаю хорошо провести время. Трахайся с ним, пока не сможешь ходить. Черт, пока вы оба не сможете, — она бросает на меня косой взгляд. — И если это плохо закончится, я здесь.
Команда делает перерыв, и Клэй идет за своим телефоном.
Через мгновение раздается жужжание моего.
Ворчун: Взял тебе билеты на следующую предсезонную игру.
Он посылает изображение VIP-пропуска.
Нова: Это в Лос-Анджелесе.
Ворчун: Ты заслуживаешь большего, чем смотреть по телевизору.
Ворчун: Я обещаю, что после игры буду вести себя хорошо. Пока ты носишь мою майку.
Я хочу пойти. Так сильно. Но это означает перелет, который я ненавижу.
К тому же до свадьбы осталась неделя, и хотя все идет по плану, я не могу придумать ни одной причины, чтобы оправдать этот побег перед сестрой.
— Ты едешь на игру в Лос-Анджелесе? — спрашиваю я Брук.
— Не планировала.
Брук заглядывает мне через плечо, затем откашливается.
— Есть один бренд, с которым я хотела познакомиться в Лос-Анджелесе. Я могла бы увидеться с ними, пока буду там. Мы могли бы поехать вместе.
У меня перехватывает дыхание.
— Правда?
— Конечно, — Брук постукивает отполированным ногтем по губам. — Может, мне нужна помощь в этой поездке.
Я обнимаю ее за шею, и она обнимает меня в ответ.
— Это будет крушение поезда, — бормочет она мне в шею.
Я отстраняюсь и хмурюсь.
— Почему?
— Лос-Анджелеская команда лучшая. Они побеждали последние два года. Если ты думаешь, что первые две игры были напряженными, то ты даже не представляешь, что тебя ждет.