Джана Делеон «Жертва трясины»

(Мисс Фортуна-3)

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Переводчики: gloomy glory, Pacific

Редакторы: Мария Ширинова, Talita

Принять участие в работе Лиги переводчиков

http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Аннотация

Когда для дела нужны лишь лучшие…

За те две недели, что агент ЦРУ Фортуна Реддинг прячется в Греховодье, штат Луизиана, ее пытались запугать, отравить и застрелить… и это еще цветочки. Но сейчас она сталкивается с самым серьезным испытанием с момента приезда в крошечный городок на байю.

Убийство Теда Уильямса, кандидата на пост мэра, удивляет всех. Да, он был балаболом и янки, однако обычно этих причин недостаточно, чтобы прикончить человека. Главной подозреваемой становится предводительница Общества греховодных дам, так что Фортуне теперь предстоит раскрыть убийство и спасти одну из немногих своих подруг. Но по ходу расследования всплывает все больше и больше секретов, и Фортуна понимает: не все так просто, как кажется.

Глава 1

– Фортуна. – Голос Герти доносился будто издалека, хотя она стояла в шаге от меня.

Я повернулась, рассчитывая прочитать что-нибудь по ее губам, но тут кто-то врубил микрофон на импровизированной сцене посреди главной улицы, и от визга мои барабанные перепонки запульсировали. Скажи мне кто вчера, что в Греховодье живет столько народу, я б обвинила его во лжи. За две недели в этом крошечном городке на байю я встретила лишь горстку местных – в универмаге, в кафе Франсин да на небольшом участке, застроенном идеальными, как с картинки, домиками. Но, похоже, среди болот скрывались семьи, о которых я даже не подозревала.

Теперь я и шага не могла сделать, ни на кого не наткнувшись – довольно напряжно, учитывая, что я интроверт и привыкла работать в полной тишине и одиночестве. Я сомневалась, выдержу ли до конца дня. Вообще, даже готова была поспорить, что нет.

Губы Герти шевелились, но из-за визжащего микрофона я не могла разобрать ни слова, так что покачала головой и указала на свои уши. Вздохнув, она сунула мне коробку с рекламными сувенирами и махнула на толпу, мол, раздавай. При взгляде на содержимое я непроизвольно вскинула брови. В ту же секунду микрофон отключился, и я воспользовалась затишьем, чтобы поговорить.

– Вы хотите раздавать ОГД-эшный сироп от кашля?

Бутылочки, конечно, были крошечные, как в самолетах, но штука-то убойная, даже в столь малых дозах.

– Ну да. А почему нет? – озадачилась Герти.

Похоже, она не видела сложностей, полагая, будто всем уже давно известно, что под прикрытием «сиропа от кашля» Общество греховодных дам толкает самогон.

– А если кто-то не в курсе и даст его ребенку? – спросила я, указав на кучку вопящих киндеров, что носились вокруг, стреляя из водяных пистолетов.

Струя воды угодила Герти прямо в лоб.

– И в чем тут минус?

Я мгновение поразмыслила, но минусов так и не нашла. Арест за содействие в преступлении против малолетних гарантировал мне как минимум ночь в тюрьме… в очень тихой и пустой камере.

Я устремилась в толпу, тщательно выбирая, кому вручать сироп. Если ребенок вопил «Мама!», а женщина отзывалась – она получала бутылочку. Если женщина выглядела измотанной и дезориентированной, я делала вывод, что у нее есть дети, и... она получала бутылочку. Пару штук я сунула в карман – если все закончится фиаско, они мне понадобятся.

– Голосуйте за Иду Белль, – говорила я, раздавая презенты.

И все женщины, разжившиеся сиропом, отвечали:

– Непременно.

Избавившись от последней бутылки, я выбросила коробку в мусорный бак, затем забралась на стол для пикника и оглядела улицу в поисках Герти.

– Вижу, вы как всегда в гуще событий.

От звуков этого голоса я вздрогнула и дико на себя разозлилась. Но потом решила дать себе поблажку: все-таки я посреди шумного празднества, вот и не услышала, как он подкрался. Я повернулась и спрыгнула со стола, приземлившись в шаге от Картера Леблана, помощника шерифа.

– Это избирательная кампании в провинциальном городке. Что тут ужасного?

Он поморщился:

– С Идой Белль среди кандидатов? Вы еще спрашиваете?

– Ида Белль не приносит проблем, – покачала я головой. – По-моему, она даже, наоборот, решает многие проблемы этого города. В том числе ваши.

Я надавила на больную мозоль, и он нахмурился. Ида Белль со товарищи, включая меня, за короткое время разоблачили уже не одного преступника, и Картера за это нещадно критиковали. И поскольку он придерживался своей оскорбленной и слегка агрессивной позиции, я не могла удержаться и не ткнуть его в это носом при любой возможности.

– А вам не приходило в голову, – проворчал он, – что если б вы не лезли в мои расследования, то преспокойно бы вязали у Герти дома или полировали воском «корвет» Иды Белль? Но вместо этого вы прямо рветесь прописаться на Греховодном кладбище.

– То есть, по-вашему, во всем виновата Ида Белль?

– По-моему, тот, кто жаждет неприятностей, непременно их найдет.

В чем-то Картер был прав и, наверное, считал, что Ида Белль перебежала ему дорогу. Может, если б мы не вмешались, он и сам бы раскрыл все дела, и ни один невинный бы не пострадал и не попал в тюрьму. Но Ида Белль и Герти не были готовы так рисковать, и, прости господи, я позволила им втянуть меня в это драматичное представление.

– Стоило догадаться, что ты приударишь за самой горячей девчонкой в городе.

Я обернулась на голос: к нам направлялся симпатичный мускулистый мужчина. Я окинула его оценивающим взглядом.

«Около тридцати пяти, метр девяносто три, девяносто килограммов – в основном мышцы. Судя по виду, кулаками махать умеет. Средний уровень угрозы».

Незнакомец подошел прямиком к Картеру, ухмыляясь, будто только что услышал лучшую шутку в мире. Картер выглядел куда как менее восторженно. Тестостерон в непосредственной от меня близости зашкаливал.

– Как поживаешь, Бобби? – спросил Картер.

Бобби пожал его протянутую руку и склонил голову в мою сторону:

– Очевидно, не так хорошо, как ты.

– На мне форма, если не заметил, – вздохнул Картер. – С мисс Морроу я общался по делам полиции.

Бобби взглянул на меня и вскинул брови:

– Собираешься арестовать мисс за то, что она слишком сексуальна для этого города? Просто не могу представить, что она виновна в чем-то еще.

Учитывая, что мой нынешний «сексуальный» образ состоял из шортов, майки, кроссовок, бальзама для губ и забранных в хвост волос, в искренности Бобби я сильно сомневалась. И все же отбривать его неуклюжий подкат не стала – слишком уж явным было уныние Картера, и я не удержалась.

– Видите, – сказала ему. – Хоть кто-то оценил мой вклад в жизнь города.

– Милая, всякий раз, как почувствуешь себя недооцененной, звони мне. Я всегда рад показать одной из девчонок Картера, что они теряют. Бобби Морель. Любой скажет, где меня найти. – Бобби подмигнул мне и пошагал прочь, махнув Картеру через плечо.

Я понаблюдала за его уходом, затем с улыбкой повернулась к Картеру:

– Полагаю, теперь вы заявите, что Бобби тоже проблемный тип?

Он отвел взгляд от удаляющегося Бобби и обернулся ко мне:

– Нет, серьезно нет. Ну, то есть он довольно вспыльчивый и вряд ли вне школы прочитал хоть одну книгу, но парень неплохой. До прошлой недели он служил в армейском спецназе и вот вернулся домой – по словам его матери, уволился со службы.

Спецназ? Уровень угрозы возрос.

– Наверняка в Греховодье не особо много работы для бывших военных вроде вас, – заметила я. – Если только Бобби не нацелился на вашу должность.

Картер засмеялся:

– Точно нет. Он с самой школы дни считал до отъезда из Греховодья. Думаю, он просто пересидит здесь немного, пока не поймет, что хочет делать дальше, а затем рванет в какой-нибудь город «с движухой». Бобби всегда говорил, что в Греховодье движухи никакой.

– Это он последние две недели пропустил...

– Хм-м-м. – Картер на мгновение задумался и вновь сосредоточился на мне. – Судя по рассказам девчонок из школы, с ним можно повеселиться. Но я бы не советовал привязываться. Вряд ли он здесь задержится.

– Я похожа на ту, что может привязаться?

– Нет, что только добавляет вам притягательности. – Он ухмыльнулся и пошагал через дорогу к каким-то детям, пытавшимся взобраться на фонарный столб.

Я прямо почувствовала, как румянец вспыхивает на моей груди и ползет вверх к шее, так что быстренько развернулась и устремилась в противоположном направлении, радуясь, что Картер не застал моей девчачьей реакции. Я бы такого не пережила.

Признаваться не хотелось, но, несмотря на его раздражающую приверженность правилам, Картер Леблан чем-то привлекал меня, как прежде не привлекал ни один мужчина. Не то чтобы я бережно хранила увядающий бутон своей невинности, но у меня еще не было так называемых «серьезных» отношений. И уж точно я еще не встречала парня, который мог бы вогнать меня в краску.

Последнее мне совсем не понравилось.

Но больше всего напрягало то, что Картер наверняка знал, какое влияния на меня оказывает, и наслаждался, тыкая в щели в моих доспехах.

– Так и будешь тут филонить или все же послушаешь мою речь? – прогремел рядом голос Иды Белль.

Я вздохнула: вот и еще один человек сумел ко мне подкрасться средь бела дня. Если я когда-нибудь выберусь из Луизианы и вернусь в ЦРУ, придется всерьез заняться переподготовкой, прежде чем отправляться на новую миссию.

– Неужели уже пора? – спросила я, а сама подумала: «Слава богу, наконец-то».

Сразу после выступления кандидатов я собиралась рвануть в тихий пустой дом с такой скоростью, на какую только способен мой «джип».

– Пора, – подтвердила Ида Белль. – Ты раздала весь сироп от кашля?

– Одна бутылочка осталась.

Я протянула пузырек, не упомянув о еще двух в моем кармане. После всей этой хрени Ида Белль задолжала мне куда больше.

Она вырвала сироп из моих рук:

– Позже мне это не помешает.

Я кивнула и поспешила за ней к кустарной платформе в конце улицы. Пока я пробиралась через толпу потных людей, чтобы занять место возле Герти, Ида Белль скользнула в сторону и поднялась на сцену.

Координатор выборов начала что-то обсуждать с обоими кандидатами, и я впервые смогла как следует оценить соперника Иды Белль.

«За пятьдесят, метр семьдесят шесть, восемьдесят килограммов, двадцать из которых – пузо».

Никакой угрозы для меня, но я понятия не имела, есть ли опасность для Иды Белль.

– Расскажите про второго, – попросила я Герти.

Она посмотрела на него и нахмурилась:

– Теодор «Зовите-Меня-Тед» Уильямс. Рассказывать особо нечего, если честно. Приехал сюда два года назад откуда-то с севера. Он никогда ничего такого открыто не говорил, но ходят слухи, что деньги он получил, унаследовав и продав какое-то семейное производство. А потом прихватил свою слишком молодую жену и перебрался из Новой Англии в Греховодье.

– Серьезно? Довольно странно. Как он вообще узнал о Греховодье?

– Заявил, будто давным-давно бывал здесь со стариком Джеймсом Паркером, что жил в Лангустах. Вроде как тот повез Теда на рыбалку и протащил по нескольким городам вдоль байю.

– Жил в Лангустах? В прошедшем времени?

– Ага. Паркер умер лет пятнадцать назад, но Теду, похоже, наши места запали в сердце, и, получив контроль над деньгами, он нанял агента по недвижимости присмотреть дом в этом районе. Семейка Адамс как раз перебралась в Новый Орлеан, так что заполучить Теда посчастливилось именно нам.

Я улыбнулась:

– Семейка Адамс?

– Знаю, – хмыкнула Герти. – Сама еле удерживаюсь от смеха всякий раз, как это произношу. А ты, смотрю, быстро наверстываешь, Фортуна.

Я кивнула:

– Я много смотрю телик и сижу в интернете. Никогда не думала, что мир одновременно такой большой, интересный, скучный и странный.

– Очень точное определение.

– Ну и зачем этот Тед влез в гонку? В смысле, вряд ли он здесь надолго, а уж учитывая, что он еще и янки...

– Не поверишь, – нахмурилась Герти, – но он довольно быстро снискал себе расположение местных.

– Под «снискал» вы подразумеваете «купил»?

– Конечно. Деньги – единственное, чего Греховодью вечно не хватает. Много ли нужно, чтоб впечатлить неотесанных провинциалов да купить их лояльность. Думаю, большинство мужиков проголосует за Теда – из мужской солидарности, и потому что он раздает рыболовные снасти как визитные карточки.

– А женщины?

– Наверняка почти все поддержат Иду Белль. Ну, кроме компашки Селии.

Я покачала головой. Селия Арсено возглавляла группу местных католичек под названием «ЖБ» – сокращенно от «Жены Бога». Ида Белль обычно добавляла «достанут любого», и, основываясь на своем коротком пребывании в Греховодье, я была склонна с ней согласиться, как бы грубо это ни звучало.

Сама Ида Белль заправляла Обществом греховодных дам – другой женской группой, полностью состоявшей из старых дев и вдов со стажем. Они верили, что близость мужчин притупляет естественные способности женщин, потому кандидатки с кавалерами на буксире не принимались. Как раз эти правила и бесили Селию и ее товарок, питая давнюю вражду – в основном за банановый пудинг.

– Думаете, Селия не проголосует за Иду Белль даже после того, как мы разоблачили убийцу Пэнси? – удивилась я.

На прошлой неделе дочь Селии стала жертвой мерзкого преступления, и мы с Идой Белль и Герти сумели выманить убийцу, правда чуть не угробив меня в процессе. И я предположила – очевидно, ошибочно, – будто наш успех станет началом примирения двух групп. Герти вздохнула:

– По-твоему, все так просто, да? Увы, реальность такова, что, велев своим голосовать за Иду Белль, Селия разрушит основу их тридцатилетнего существования. Я не удивлюсь, если она сама проголосует за Иду Белль, но точно никогда в этом не признается.

Я покачала головой:

– Как же много энергии вы тратите на ерунду.

– Это точно. – Герти указала на сцену и захлопала в ладоши. – Начинают!

Координатор – громадная женщина по имени Синди-Лу – шагнула к микрофону, и я съежилась, ожидая визга, но тут же улыбнулась, когда из динамиков раздался лишь ее гнусавый южный говорок.

– Тихо всем. – Синди-Лу махнула рукой. – Мы начинаем дебаты. И поскольку Юг славится хорошими манерами, мы не будем подбрасывать монетку – первый выступает Ида Белль, она ведь леди.

Я слышала, как кто-то пробормотал «это спорно», но, оглядевшись, виновного в толпе не нашла. Ну и отлично. Не хватало только нарваться на арест и дать Картеру повод поглубже копнуть в мое прошлое. Я и так с трудом избегала его внимания и сомневалась, что мое прикрытие выдержит, если помощник шерифа займется им всерьез.

Когда Ида Белль подошла к микрофону и заговорила, уровень шума упал почти до нуля. Полагаю, речь была хорошая. Но так как обычные человеческие каналы я начала смотреть лишь на прошлой неделе, то сравнить особо ни с чем не могла. Ну и передачи про политиков я включала в последнюю очередь. Они и так при любой возможности вмешивались в дела ЦРУ и мешали нам работать, потому я не тратила на их болтовню больше времени, чем необходимо.

Ида Белль умолкла, и женская половина толпы возликовала. Затем к микрофону вышел Тед, и завопили мужики.

Позади нас кто-то пронзительно взвизгнул:

– Убеди их, малыш!

Я оглянулась и быстро оглядела дамочку.

«Чуть за тридцать, шестьдесят килограммов, десять из которых – фальшивые буфера; ногти такие длинные, что оружие в руку не взять, тем более огнестрельное. Щеночки – и то большая угроза, чем она».

Прочие детали образа тоже впечатляли. Обтягивающие брюки, вырез топа такой глубокий, что отлично бы смотрелся в порно, каштановые волосы взбиты, а макияжа на лице больше, чем у всех женщин здесь вместе взятых.

– Жена? – спросила я.

Герти обернулась и закатила глаза:

– Ага. Она ему отлично подходит.

– Она лет на двадцать его моложе. Как такая женщина согласилась жить в Греховодье?

– Вечная история – проблемы с папочкой. Плюс у Теда есть деньги, а Полетт точно не самый яркий инструмент в сарае.

Я покачала головой, дивясь тому, насколько женщины готовы снизить свои стандарты, лишь бы только не работать. Гражданское население вообще оказалось крайне противоречивым и сбивающим с толку.

Тед начал свою речь, и я тут же вспомнила день, когда в последний раз покупала машину. Да, точно. Широкая неискренняя улыбка, кивки... Тед всех продавцов подержанных тачек заткнул за пояс. Но что раздражало сильнее всего – народ, похоже, повелся. А может, Герти была права, и им просто нравилось, что он бесплатно раздает всякую всячину.

Казалось, прошла вечность, прежде чем старый пустозвон наконец выдохся. Я взмолилась, чтобы на этом все закончилось, но Синди-Лу вытащила на сцену второй микрофон, и теперь Ида Белль и Тед стояли перед толпой бок о бок.

– Сейчас будут дебаты? – спросила я.

Учитывая все, что я знала о Греховодье, страшно было представить, к чему это приведет.

– Нет, – сказала Герти. – Время обещаний.

Я нахмурилась, не совсем понимая, что к чему, но тут Ида Белль прокашлялась и начала:

– Обещаю добавить фонарей на детскую площадку.

Женщины восторженно закричали.

Тед кивнул и произнес:

– Обещаю вновь открыть общественный причал.

Теперь радостно орали мужики.

– А, ясно, – дошло до меня. – А они правда могут все это исполнить? Разве для этого не нужны деньги?

– Да все знают, что никто ничего не сделает, – отмахнулась Герти. – Не в Греховодье и не в ближайшие сто лет. Но люди хотят услышать, что произойдет, если город все же вытянет счастливый билет.

Поразительно. Получается, битва за пост мэра Греховодья сводилась к тому, чьи фантастические россказни впечатлят больше народу. То есть я, конечно, понимала, что из уст политиков в основном льется сплошная ложь, но в данном случае никто этого даже не скрывал.

– Обещаю легализовать алкоголь в черте города! – провозгласил Тед.

В толпе воцарилась тревожная тишина. Герти широко улыбнулась и прошептала мне:

– Он облажался.

Я нахмурилась. Ясно, почему женщины не хотели снятия запрета на алкоголь в городе – открытие баров грозило пьяными дебошами мужей, к тому же у местных дам был ОГД-эшный сироп от кашля. Но почему даже мужчины погрузились в молчание?

– Почему мужчины против легализации алкоголя? – спросила я.

Герти фыркнула:

– Думаешь, они жаждут светить своими дурными выходками прямо в центре города? Нет, они отправляются в бар на болоте или в Новый Орлеан и резвятся там, как дети малые. Таким образом их жены могут делать вид, что ни о чем таком не знают, и покуда остальные жители Греховодья ничего не видят, то все спокойно кушают эту ложь.

– Ясно...

Что ж, вполне в духе Луизианы.

Ида Белль склонилась ближе к микрофону и ухмыльнулась от уха до уха, явно предвкушая гибель врага.

– Обещаю создать общий городской счет, чтобы оплатить установку дополнительного холодильника в кафе Франсин. Тогда каждый житель Греховодья сможет наслаждаться банановым пудингом по воскресеньям.

Толпа впала в неистовство, и Герти вскинула руку, мол, дай пять:

– Контрольный выстрел.

Я со смехом хлопнула по ее ладони. Только в Греховодье кто-то мог победить в выборах благодаря холодильнику для бананового пудинга.

***

К тому времени, как я вывалилась из «джипа» и поплелась в душ, почти стемнело. Герти ушла с главной улицы за пару минут до меня, а Ида Белль все еще болтала на сцене с соперником. Его жена, Полетт, тоже давно перестала изображать активную поддержку, заявив, что ее лак для волос не выдерживает влажности. Большинство горожан разбрелись по домам, оставив генеральную уборку на завтра. Я не сомневалась, что меня тоже подпрягут, и уже предвкушала каторгу под палящим солнцем.

Я стояла под струями воды, пока кожа не сморщилась, и только тогда сочла миссию выполненной. На сборище я нахваталась каких-то закусок, но по сути нормально не ела с самого утра, так что, когда вышла из душа, желудок во всю мощь протестующее бурчал. Я привычно собрала нарощенные волосы в хвост, натянула шорты и футболку и направилась вниз, дабы заглотить сэндвич, чипсы и очередной причудливый десерт, который моя подруга Элли назвала «летним пирогом» и просила продегустировать перед официальной продажей в ее будущей пекарне.

На все про все ушло двадцать минут – десерт был просто потрясающий, – после чего я вернулась наверх, рухнула на кровать и умудрилась заснуть даже без шумоподавляющих наушников.

Проснулась от стука и тут же слетела на пол, в прыжке схватив пистолет с тумбочки и приземлившись в огневой позиции. Только через секунду разум догнал тело, и я поняла, что это во входную дверь стучат, и явно не злоумышленники.

Один взгляд на все еще черное как смоль небо за окном, и я знал, что ничего хорошего ждать не стоит. Все еще с пистолетом в руке я поспешила вниз, стараясь не вспоминать, что в последний раз, когда меня вот так разбудили в неприлично поздний час, меня обвинили в убийстве.

Я открыла дверь, но облегчение от того, что по ту сторону стоит не Картер, мгновенно испарилось, едва я увидела выражение лица Герти.

– Что случилось? – спросила я, жестом предлагая ей войти.

Она теребила свитер на животе, сворачивая его в узел, и я заметила, как дрожат морщинистые руки. Куда мы только не вляпывались за наше недолгое знакомство, но я впервые видела Герти такой встревоженной, и это меня до смерти перепугало.

– Герти, в чем дело?

– Мне позвонила Мари. Она живет напротив Уильямсов. Всех подробностей я не знаю, но около часа назад парамедики вынесли из их дома мешок для трупов.

Я с шумом втянула воздух.

– Кто?

– По словам Мари, Полетт выскочила следом и с воплями бросилась на каталку. Ей вкололи успокоительное и, погрузив в машину вместе с телом, увезли.

Я переваривала информацию, пытаясь понять, что именно так встревожило Герти. Вроде все просто...

– То есть Тед умер. И чего вы так переживаете?

– Картер опечатал дом. Мари вышла на улицу и слышала, что он звонит криминалистам. В руках он держал пакетик с бутыльком.

– Передозировка? – Я все еще не видела причин так нервничать. – Коронер легко это определит.

Герти покачала головой:

– Мари сказала, это был один из наших бутыльков из-под сиропа от кашля. И что Полетт кричала «она убила его», пока парамедики ее не вырубили.

В голове молнией пронеслись воспоминания: Ида Белль забирает у меня последнюю порцию сиропа... Ида Белль сидит на кустарной сцене, о чем-то шутливо споря с Тедом, когда все уже разошлись...

Меня захлестнул ужас.

– Где он взял бутылку?

Нижняя губа Герти задрожала.

– Боюсь, у Иды Белль. Когда я уходила, у нее как раз была одна в руках.

Я кивнула:

– Это я ей дала. Последняя оставалась из сувенирки.

Не думала, что Герти способна поникнуть еще сильнее, но ей удалось.

– Я знала, что ты так скажешь, но надеялась на другое объяснение.

– Вы позвонили Иде Белль? Предупредили ее?

– Я звонила, она не ответила, потому я поехала к ней, а там уже внедорожник Картера перед домом припаркован. Я постучала, но он меня не пустил. Велел возвращаться домой и не лезть не в свое дело. – Лицо Герти покраснело от гнева. – Ида Белль моя старейшая, самая близкая подруга. С каких это пор она не мое дело?

Я неуклюже попыталась ее утешить, похлопав по руке. Это вроде как за пределами моих навыков.

– Картер сейчас в режиме копа. Уверена, он не имел в виду ничего такого.

– Возможно, – ничуть не успокоилась Герти, – но тут не какой-то мегаполис, где все друг другу чужие. Картер знает Иду Белль всю свою жизнь. Мы-то с тобой в курсе, что она умеет убивать, но для него эта ее сторона закрыта. И ты, как и я, понимаешь, что она не стала бы марать руки, коли нет опасной для жизни ситуации. Мы бывшие солдаты, а не социопаты.

– Я знаю. – И я вдруг поняла, что действительно на сто процентов уверена в этих двух словах.

Пусть я встретила Иду Белль всего пару недель назад, но ни капли не сомневалась, что она не убивала Теда. Готова была поставить на это свое прикрытие.

И судя по отчаянному выражению на лице Герти, до такого вполне могло дойти.

Глава 2

Я оставила Герти с чашкой кофе и бутылочкой сиропа от кашля, а сама пошла переодеться в джинсы, футболку и кроссовки. Потребовалось несколько порций адской смеси, прежде чем Герти успокоилась и смогла выйти на улицу. Наконец мы направились к дому Иды Белль. Не мог же Картер вечно нас отшивать, и покуда Ида Белль прямым текстом не призналась в убийстве Теда, причин для ее ареста не было.

Пока что.

Внедорожник Картера все еще стоял перед ее домом, когда «кадиллак» Герти подкатил к обочине. А в окнах, насколько хватало глаз, шевелились жалюзи и занавески – любопытные соседи пытались понять, что происходит.

Пока мы шагали по тропинке, из дома вышел Картер. Замер на мгновение, нахмурившись, но вскоре двинулся дальше к своей машине, забрался внутрь и, не проронив ни слова, покатил прочь. Мы с Герти стояли перед крыльцом, наблюдая за его отъездом. Не знаю, что творилось в ее голове, но я чувствовала себя не очень-то уверенно, когда мы поднимались по ступеням и стучали в дверь.

Ида Белль появилась на пороге в халате и бигуди, и злобно сверкая взглядом. Осознав, что это мы с Герти, а не вернувшийся Картер, она взмахом руки пригласила нас в дом, и раздражение на ее лице сменилось облегчением.

– Шевелите булками, – гнала она нас на кухню. – Чертов коп не дал мне сварить кофе. Как будто кто-то может быть бодрым в три часа ночи. Я ж не из этих старушенций с расшатанным мочевым, который будит их по пятьсот раз за ночь.

Я покосилась на Герти, и та слегка покачала головой. Очевидно, когда Ида Белль на грани, лучше позволить ей все выплеснуть. Я устроилась за кухонным столом и ждала подсказок от Герти. Она заняла соседний стул, все еще молча слушая.

– И вот сюда является Картер, – не унималась Ида Белль, – и устраивает мне допрос, точно какой-то гестаповец, и все потому, что придурок Тед себя запустил и свалился с сердечным приступом или типа того. Как, черт возьми, я связана с его образом жизни? На него как ни взглянешь – он либо с пивом, либо с куском красного мяса. Проклятье, да при такой жене большинство мужиков давно бы уже слегли с приступом, лишь бы от нее сбежать.

Она сунула кофейник под резервуар с фильтром и с такой силой ткнула в кнопку, что кофеварка сдвинулась к краю стойки.

– Ну и как вишенка на торте, – подытожила Ида Белль, плюхнувшись на стул напротив меня, – Картер даже никак не объяснил свое вторжение. Мне всегда нравился мальчишка, но если он не проявит благоразумие, черта с два я позволю повысить его до шерифа, когда стану мэром.

Я посмотрела на Герти, и она подняла брови.

– Что? – насторожилась Ида Белль. – Если что-то знаете, так говорите, потому что я устала, раздражена и взбешена чуть более, чем очень сильно.

Герти вздохнула и пересказала все, что узнала от Мари.

Глаза Иды Белль расширились.

– Отравлен? И его тупая женушка решила, что это я? Зачем мне тратить время на убийство этого идиота?

– Незачем, – согласилась я.

Герти нахмурилась:

– Что ж, мы трое склонны рассматривать уничтожение людей с другой точки зрения, чем большинство. Потому, хоть мы и знаем, что предположение нелепое, остальные могут воспринимать все иначе.

– То есть, – вздохнула Ида Белль, – Картеру просто не дадут отмахнуться от этой ерундовой версии. Понимаю, но мне это не нравится.

– Мне тоже, – вновь поддакнула я.

Герти покачала головой:

– Клянусь, порой мне кажется, что вы двое – один и тот же человек.

– Говорите так, будто это плохо, – усмехнулась я.

– При нормальных обстоятельствах – наверняка. Но учитывая ситуации, в которые мы попадаем в последнее время, вижу в этом наше преимущество.

– И что теперь? – спросила Ида Белль.

– Смерть подозрительная, потому они явно поторопятся со вскрытием и токсикологией, – сказала я. – Обычные яды можно выявить за несколько часов, остальное займет больше времени.

Она кивнула:

– То есть надо пару дней потерпеть косые взгляды, и поток дерьма пронесется мимо.

– Наверное, – пожала я плечами, – но, по моему ограниченному опыту, за одним потоком дерьма, кажется, всегда несется следующий.

Ида Белль вздохнула:

– Вот честно, все было тихо до твоего приезда.

– Да, Картер постоянно мне об этом напоминает.

Она встала и схватила кофейник.

– Что ж, полагаю, нам ничего не остается, кроме как пить кофе с кексами и ждать.

Я кивнула. От запаха кофе и домашних кексов настроение поползло вверх, несмотря на мой хронический недосып, скопившийся с тех пор, как я сюда приехала. Но даже будучи уверенной в невиновности Иды Белль, я не могла отделаться от мелкой подспудной мысли, что проблемы только начинаются.

***

В дверь постучали раньше, чем мы ожидали. Я застыла, чашка кофе зависла в воздухе будто незаконченная фраза. Герти округлила глаза, втянула воздух и, уронив недоеденный кекс на тарелку, уставилась на Иду Белль.

Надо отдать ей должное – Ида Белль осталась невозмутима.

– Наверное, кто-то из любопытствующих, – предположила она. – Слишком рано для результатов экспертизы.

Затем поднялась и чинно пошла к двери.

– Думаешь, она права? – В голосе Герти звучала неприкрытая надежда.

Я хотела сказать «да». Ведь выводы Иды Белль вполне логичны. Но почему-то стук показался мне совсем иным... даже несколько зловещим. И подозреваю, Ида Белль тоже это почувствовала, хоть и попыталась скрыть тревогу за оптимизмом, скорее всего, ради Герти.

Я встала и тоже поспешила в коридор, а Герти увязалась следом. К двери мы подошли как раз, когда Ида Белль ее открыла. Мои худшие опасения подтвердились.

На крыльце стоял Картер, и выражение его лица не оставляло сомнений о его намерениях. Он протянул Иде Белль сложенный лист бумаги:

– Мне очень жаль, но это ордер на обыск вашего имущества. Вынужден попросить вас посидеть на кухне. Помощник Бро побудет с вами, пока я не закончу. – Картер взглянул на меня и Герти. – Даже не стану утруждаться и выгонять вас, но если хотите остаться, то должны сидеть на кухне с Идой Белль и не шевелиться, пока я не разрешу. Понятно?

Мы кивнули, после чего гуськом вернулись на кухню и заняли свои недавно покинутые места за столом. Герти вцепилась в салфетку и теперь раздирала ее на мелкие кусочки. Лицо ее раскраснелось, дыхание участилось.

– Что это значит? – спросила она.

– Полагаю, что Теда отравили, – ответила я.

Иде Белль кивнула:

– Увы, но, скорее всего, так и есть. Картер не сунулся бы к судье Обри за ордером без причины. Во-первых, он судью терпеть не может, а во-вторых, не стал бы рисковать репутацией из-за ерунды.

Я слышала, как Картер говорит с кем-то на пороге, и через несколько секунд на кухню шагнул невысокий толстячок со значком помощника шерифа.

«Метр семьдесят, сто десять килограммов, вряд ли добежит до кухонной стойки без одышки».

Он кивнул и замер возле стола, явно не представляя, что делать, и заливаясь по этому поводу румянцем. Его неуверенности в сочетании с мальчишеским круглым лицом хватило, чтобы вызвать мое сочувствие. Давненько я не видела, чтоб кому-то было так неуютно – разве что мне самой, почти каждую минуту, проведенную в Греховодье.

– Ну и чего ты там притаился, Кайл? – Ида Белль махнула помощнику Бро. – Доставай табурет из-под стойки, и вон еще осталось полкофейника кофе. Чашки в верхнем шкафчике.

Тот одеревенел, словно пытался вспомнить протокол для подобных ситуаций.

– Даже не знаю, мэ-эм...

Ида Белль пожала плечами:

– Картер может там часами ковыряться. Ты серьезно все это время собираешься стоять? Во-первых, сомневаюсь, что тебе это по силам – и да, на эту проблему стоит обратить внимание, учитывая твой возраст. А во-вторых, что, по-твоему, мы сделаем, если ты сядешь? Выбьем дверь и сбежим в Мексику?

Кайл покраснел еще гуще.

– Нет, мэ-эм. Я просто... мне неловко заботиться о собственном комфорте в подобных обстоятельствах.

– Сядешь ты или будешь стоять – обстоятельства не изменятся.

Ида Белль повернулась на стуле лицом ко мне. Помощник Кайл мгновение пялился в ее затылок, затем покосился на кофейник. Наконец здравый смысл, ужасная физическая форма и, вероятно, некоторый страх перед Идой Белль победили, и он решился налить себе чашку кофе.

Мне вдруг захотелось вскочить и рвануть к задней двери, только бы увидеть его реакцию, но это было бы подло, хотя наверняка весело. Заметив, что Герти тоже изучает расстояние между столом и дверью, я слегка улыбнулась.

Великие умы...

– Итак, Кайл, – начала я, едва он уселся и поднес чашку к губам, – полагаю, кто-то завалил Теда?

Кайл втянул воздух, а заодно и полный рот кофе, а потом прыснул им через нос, забрызгав кухонный пол.

– Я только вчера все перемыла, – вздохнула Ида Белль.

Я усмехнулась:

– Не хотела смущать тебя, Кайл, прости. Но на самом деле, чтобы все понять, не нужно быть гением.

Кайл схватил бумажное полотенце и, откашлявшись в него, выбросил.

– Я не могу обсуждать расследование. Помощник Леблан меня убьет.

– Да, этого допускать нельзя, – согласилась я. – Одно убийство в неделю – предел для Греховодья.

Едва отзвучало последнее слово, как через кухню прошагал Картер и замер у задней двери. Я уже решила, что сейчас меня отконвоируют прочь из дома, но он вышел на улицу, даже не взглянув на нас.

– Как думаете, что он ищет? – спросила Герти.

– Что-то бытовое, что можно использовать в качестве яда, – сказала Ида Белль. – Ну как вариант.

Я кивнула:

– Полагаю, что бы ни убило Теда, судмедэксперт довольно легко опознал реакцию тела по внешним симптомам. Результаты токсикологической экспертизы они еще не могли получить.

Герти прикусила губу:

– И что это, по-твоему?

– Как вы боретесь с вредителями? – уточнила я.

– Обыкновенно, – ответила Ида Белль. – Отрава для муравьев, ос, крыс... для всех болотных гадов.

Герти всплеснула руками:

– Черт, да все это есть в каждом доме!

Ида Белль нахмурилась:

– Получив результаты токсикологии, смогут ли они сопоставить яд с конкретной пачкой?

– Не знаю. Ну то есть, наверное, как минимум торговую марку путем сравнения определят.

– Но если этой маркой пользуются несколько человек, – влезла Герти, – то невозможно точно сказать, какую пачку использовали, да?

– Наверное, а может и нет, – мрачно пробормотала я. – Читала я одну книжку по криминалистике, и там упомянули принцип обмена Локарда.[1] Суть в том, что всюду, куда бы человек ни пошел, он что-то цепляет на себя и что-то оставляет после себя. Так что если в образце Теда будут клетки волос или кожи, спецы могут найти совпадения.

– Работая с отравой, я всегда надеваю длинные перчатки, – заверила Ида Белль.

– Значит, посторонние частицы менее вероятны.

Герти откинулась на спинку стула:

– Ну слава богу. Каждый сарай в городе забит средствами для борьбы с вредителями, так что подозревать можно любого.

– Кроме Спенсеров, – добавила Ида Белль.

– У Спенсеров какой-то особый иммунитет к вредителям? – уточнила я.

– Нет, они просто повернуты на гармонии с природой и от вредителей избавляются вежливо. Короче, вся эта зеленая хрень. – Ида Белль взмахнула рукой. – Люди из Калифорнии, чего еще от них ждать?

Я уставилась на нее, все еще ничего не понимая.

– А как это, «избавляются вежливо»?

– Ну якобы они вежливо просят их уйти, и вредители уходят. – Она закатила глаза. – И я их прекрасно понимаю. Сама б свалила от таких чудиков.

Герти постучала подругу по руке:

– Возвращается.

Я повернулась к двери – по ступеням как раз поднимался Картер с пластиковым пакетом в руках. Шагнув на кухню, он мельком посмотрел на Кайла и перевел взгляд на Иду Белль.

– Сожалею, но я вынужден попросить вас проехать в участок.

Все-таки поразительная женщина. Я на ее месте уже б рвала и метала, а Ида Белль лишь посмотрела на Картера, спокойная как огурец:

– Ты меня арестовываешь?

– Нет. Просто хочу задать вам несколько вопросов.

Она кивнула:

– Полагаю, мне дадут минутку переодеться?

– Разумеется.

Ида Белль поднялась и, проходя мимо Герти, похлопала ее по плечу:

– Не волнуйся, дорогая. Все будет хорошо.

Картер дождался, когда она уйдет, и только потом воззрился на нас с Герти.

– Вам пора по домам. Знаю, вы хотите помочь, но в данный момент сделать ничего не можете. А если вдруг решите, будто можете, то напомните себе, что любой проступок – и я арестую вас обеих. Уяснили?

Меня взбесил его тон, но было не время бодаться с копами. Если Теда убили, а у Иды Белль нашли яд, дела наши плохи.

– Надолго ее забирают? – спросила я.

– Точно не знаю, но уверен, она позвонит, как только я ее отпущу.

Картер вышел из комнаты, даже не окинув нас напоследок суровым взглядом, и я встала.

– Идемте, Герти. Подождем у меня. Я тут затарилась в универмаге по полной. Хватит даже ураган пережить, не то что полицейский допрос.

Я надеялась, что мой позитивный голос ее хоть немного оживит, но из дома со мной выходила лишь оболочка прежней Герти.

– Я лучше к себе, – сказала она. – Если ты не против.

– Конечно, не против.

Однако, когда мы шагали к «кадиллаку», она схватила меня за руку, останавливая.

– Нужно вытащить ее оттуда.

– Ей просто зададут несколько вопросов. Это и пары часов не займет.

– А если нет?

– Вот тогда и разберемся.

Нижняя губа Герти задрожала.

– В этот раз у меня очень плохое предчувствие... С Пэнси и Мари такого не было.

Я тоже предчувствовала беду, но признаваться в этом не собиралась. Герти бы только сильнее встревожилась, а она и так уже была на грани сердечного приступа.

Я похлопала ее по спине:

– Это лишь потому, что Ида Белль вам гораздо ближе и дороже.

На лице ее промелькнула надежда. Сжав напоследок мою ладонь, Герти поплелась к машине. И вскоре я уже наблюдала за ее отъездом, беззвучно молясь, чтобы на сей раз моя интуиция ошиблась.

[1] Принцип обмена Локарда: каждый раз, когда две поверхности контактируют, существует потенциальная возможность физического обмена их материалом.

Глава 3

Я едва успела позавтракать, когда телефон писком возвестил о новом сообщении. Я глянула на экран, и пульс ускорился. Писала Элли, которая сейчас должна была в поте лица разносить завтрак в кафе Франсин.

«тема: Ида Белль

У полицейского участка толпа».

Проклятье! Я схватила ключи от «джипа», рванула в гараж и, уже прыгая на сиденье, набрала номер Герти.

– Заеду за вами через две минуты, – сказала, услышав ее «алло». – Объясню все на месте.

И не дав ей ответить, сбросила звонок и завела мотор. В голове крутилось множество причин для сбора толпы возле участка. Но если это не митинг под лозунгом «Свободу Иде Белль!», то вряд ли стоило ждать чего-то хорошего.

Когда я затормозила перед домом Герти, она уже стояла наготове и попыталась быстро запрыгнуть в «джип», вот только огромная сумка перевесила, и бедолага растянулась на пассажирском сиденье и моих коленях. Пришлось потрудиться, чтобы усадить ее как следует и распутать ручки сумки, зацепившиеся за рычаг переключения передач, но после минуты неловкости и коротких извинений мы наконец-то тронулись.

По пути я рассказала о сообщении Элли, и судя по мрачному лицу Герти, она тоже готовилась к худшему.

Вот только это худшее оказалось даже хуже, чем мы ожидали.

Перед участком, вопя о справедливости и подвывая будто подранная кошка, стояла Полетт. Шериф Ли – такой древний, что вполне мог бы быть ее прапрапрапрадедом – пытался ее успокоить, но какие шансы у двухсотлетнего мужика против тридцатилетней взвинченной женщины?

Да даже я не видела выхода из ситуации – разве что вырубить эту дуру к чертям.

Толпа за спиной Полетт ворчала и потрясала на шерифа кулаками. Припарковавшись возле кафе, я устремилась в гущу событий и наконец расслышала некоторые комментарии:

– Когда-то этот город был безопасным!

– Не многовато ли убийц для одного места?

– За что, мать вашу, мы платим?

Когда мы приблизились, меня заметил один из разгневанных протестующих и воздел кулак в небеса:

– Такого не случалось, пока янки не понаехали!

«Метр восемьдесят и двести восемьдесят килограммов жира. Высокое кровяное давление, невероятно низкий IQ».

– Учитывая, что жертва тоже янки, – произнесла я, – не понимаю, к чему вы клоните.

Лицо его покраснело, но логикой такое буйство фантазии не прошибить.

– Ты точно поняла, о чем я!

Я вскинула бровь:

– Вы утверждаете, что его убили, так как он янки? Если да, то именно мне стоит волноваться, а не вам.

– Нет же, черт возьми! Я говорю о другом.

– Правда? – спросила я, готовая увести беседу в такие дебри абсурда, в какие он только позволит. – Потому что это имело бы смысл, ведь раньше убитый жил в Калифорнии. Вроде подходит под определение янки, верно?

Несколько человек согласно кивнули, и я вздохнула. Юмору в Греховодье не место.

– Ты выворачиваешь мои слова! – не унимался идиот.

– Они и без выворота нелепы, – парировала я. – Мне даже стараться не пришлось, чтобы все это поняли.

– Надоедливая сука. – Он двинулся ко мне.

Я улыбнулась:

– Забыл добавить про янки.

Шериф Ли, наконец заметив обмен любезностями, бросился к нам со скоростью минус две мили в час. Понятия не имею, как он рассчитывал справиться с этой горой невежественного жира, и даже жаль, что добежать и порадовать нас зрелищем он не успевал, но ситуация требовала решительных действий с моей стороны.

Жиртрест все приближался и уже даже поднял руку.

Ах ты зараза! Он же не думал, что сможет влепить мне пощечину, как какой-то девчонке?

– Стоять! – орал шериф Ли, едва различимо за гомоном толпы.

Мужик не замедлился – либо уши жиром заплыли, либо он просто игнорировал шерифа, как и почти все.

Он сделал последний шаг, одновременно опуская руку. С тем же успехом мог заранее мне написать обо всех своих действиях. Я ловко отступила в сторону, схватила кретина за большой палец и вывернула. Он взвыл от боли и наклонился, повинуясь моим движениям, а я заставляла его опускаться все ниже и ниже. Вскоре гравитация взяла свое, и мужик рухнул мордой на асфальт.

– Она напала на него! – закричал другой идиот в толпе.

Я оглянулась и за секунду оценила его как нулевую угрозу. Он был похож на первого жиртреста будто близнец.

– Ну и отлично, – раздался женский голос. – Он тот еще засранец.

– Нельзя говорить «засранец» посреди главной улицы! – возмутилась другая женщина. – Это незаконно.

– И что ты мне сделаешь, засранка?

Наконец добравшийся до меня шериф Ли замахал руками над головой, пытаясь привлечь внимание явно распаляющейся толпы.

– Пожалуйста, успокойтесь. Нет нужды в насилии.

Я повернулась к Герти и покачала головой. Она подняла брови, очевидно, столь же неуверенная в способности шерифа угомонить народ. Высота и громкость голосов все нарастали, и все больше людей начинали вопить и тыкать пальцами, и я уже не понимала, кто на кого злится.

А потом разверзся ад.

Такой пустяк – один толчок – и толпа всколыхнулась. Мужики неистово замолотили друг по другу кулаками, вот только частенько промахивались и попадали по женщинам, которые, в свою очередь, цеплялись за патлы соседок и, согнувшись, кружили на месте, точно исполняя какой-то безумный танец.

Настоящая кабацкая драка без кабака.

Отступать было грустно, но я знала, что сейчас это самый разумный вариант. Я только хотела схватить Герти и оттащить ее подальше от месива, но едва я повернулась, как она рухнула на землю и поползла к офису шерифа.

Какого хрена?

Я понимала, что миссия самоубийственная, но бросить товарища на поле боя не могла, потому нырнула следом, распихивая народ и пытаясь не отстать от Герти, которая ползла на четвереньках сквозь ораву мутузящих друг друга идиотов. Я почти выбралась на тротуар, когда кто-то схватил меня за «хвост» и дернул назад. Краем глаза уловив что-то ярко розовое, я тут же опознала Полетт.

На оценку вариантов ушло меньше секунды, и ни один не внушал оптимизма. Если я не вырву волосы из рук Полетт, то они, скорее всего, там и останутся, только уже без меня, а я на шаг приближусь к разоблачению, чего никак нельзя допустить. Но и нападать на вдову посреди главной улицы на глазах кучи вопящих свидетелей тоже нельзя.

Услышав звук отрывающихся прядей, я схватилась за основание «хвоста», и в тот же миг в лицо ударили брызги воды. Я подняла глаза: перед нами стояла Герти, направив шланг на дерущуюся толпу. Полетт заголосила не хуже банши, но сдаваться явно не собиралась, потому я приняла единственно верное решение...

Я вцепилась в «хвост» так сильно, как только смогла, а потом развернулась, отшвыривая Полетт к тротуару. Она споткнулась, выпустила мои волосы и, потеряв равновесие, понеслась прямо на Герти и сбила ее с ног.

Именно в этот момент Картер решил распахнуть дверь участка, за что и получил струей из шланга в лицо.

И словно кто в воздух выстрелил. Боевые действия тут же прекратились, и толпа бросилась врассыпную, оставив лишь меня, Герти и шерифа Ли, замерших, обтекающих и явно виноватых.

Картер вытер ладонью глаза и стряхнул воду с пальцев. Затем указал на шерифа:

– Вы. Отправляйтесь к Уильямсам и сидите с Полетт. Чтоб она и шагу из дома не сделала, пока я не разрешу.

Обрадованный возможностью сбежать, шериф Ли неожиданно резво припустил по улице, а Картер повернулся к Герти, которая все еще сжимала капающий шланг.

– Вы. Опустите оружие и возвращайтесь домой.

И вот настала моя очередь.

– А вы... быстро в участок.

Я подняла руки:

– Я никого и пальцем не тронула. Я здесь жертва.

– Что-то не верится, – изогнул бровь Картер. – Заходите. Живо.

Он отступил в сторону и открыл дверь.

Герти ринулась вперед:

– Она говорит правду! В городе много проблем, но Фортуна не одна из них.

Картер вновь ткнул в нее пальцем:

– Домой. Немедленно. Или я арестую вас обеих.

Мрачно поджав губы, Герти покосилась на меня, и я едва заметно качнула головой. Что бы Картер мне ни уготовил, ее протесты сделают только хуже.

Я видела, что она недовольна, но Герти лишь отключила воду и, бросив на Картера последний взгляд, похлюпала мокрыми ботами прочь.

Ида Белль, сидевшая на стуле перед металлическим столом в передней части офиса шерифа, при моем появлении удивленно подняла глаза. Напротив нее ерзал помощник Бро, явно еще более смущенный, чем в ее доме. Жалюзи на окнах были опущены, так что они не могли видеть драку, но наверняка слышали.

Картер указал на комнату в противоположном углу от Иды Белль, и я послушно зашла туда и плюхнулась в кресло перед столом. Шагнувший следом Картер закрыл в дверь и в ту же секунду сорвался:

– О чем ты, нахрен, думала?

Я чуть челюсть не уронила.

– О чем я думала? Слушай, я знаю, тебе не верится, что неприятностей я не ищу, но уверяю, я эту драку не начинала. Я лишь защищалась.

– Угу. – Кажется, его я не убедила. – Ты в курсе, что защищаешься чаще, чем кто-либо другой в мире? Профессиональные футболисты в сравнении с тобой ничего не знают о защите. Борцы за свободу нервно курят в сторонке, глядя на рекорд, который ты установила всего за две недели в Греховодье.

– Ясно. Так это я виновата в том, что город полон фанатиков и идиотов.

Несколько секунд Картер просто смотрел на меня, и на лице его читалась смесь раздражения и усталости. Наконец он вздохнул и опустился в кресло за столом.

– Не надо рассказывать мне о местных предрассудках. Я не глуп, не глух и не слеп. Но ты одним своим присутствием накаляешь и без того взрывоопасную ситуацию.

– То есть я должна на все лето запереться в доме, лишь бы не тревожить этих детсадовцев и не добавлять тебе работы?

– Черт, нет. – Картер провел рукой по волосам. – Но можешь хоть иногда проявлять благоразумие? По-твоему, умно было нагрянуть к этой своре, когда все знают о твоей дружбе с Идой Белль и Герти?

– Забыл упомянуть, что я янки.

– Я решил, что это само собой разумеется.

Я нахмурилась:

– Ну теперь я понимаю, что идея была плохая.

– Идея была ужасная. Я знаю, ты переживаешь за Иду Белль, но если подстрекать уже взбудораженную толпу на новые глупости, лучше не станет.

Он был прав, но я не собиралась так легко сдаваться.

– А тебе не приходило в голову, что ты сам взбудоражил эту толпу, притащив сюда Иду Белль для допроса? Нельзя было сохранить все в секрете?

– Ха. Конечно, вот только не забывай, где ты. Избежать молниеносного распространения слухов по городу я мог, лишь допрашивая Иду Белль по смс или наняв профессиональных похитителей, которые увезли бы ее на частный остров. Это провинция, Фортуна. Здесь ничто не остается незамеченным.

– Кроме убийц.

Картер дернул челюстью, шея его побагровела.

Ладно, это был удар ниже пояса, но я разозлилась.

– Понимаю, девушке из большого города мы кажемся лишь кучкой деревенщин, которые и шагу не могут сделать, не споткнувшись, но уверяю, никому не сойдет с рук убийство, пока я на посту. И как бы ты ни сомневалась в моих способностях, обещаю, свою работу я выполню.

Ну вот, ему удалось меня пристыдить.

– Я не сомневаюсь в твоих способностях... честно. Но я не понимаю, зачем было тащить сюда Иду Белль, когда мы оба знаем, что она не убивала этого человека.

– Мои личные убеждения не имеют отношения к профессиональным обязанностям. Прокурору плевать, что я знаю. Ему нужны лишь факты, чтобы открыть дело. Моя работа – собрать эти факты, чтобы он мог принять обоснованное решение об уголовном преследовании, независимо от того, кому будет предъявлено обвинение.

– Даже если факты указывают на невиновного?

– Мне не гарантировали вечных удовольствий на этой должности. Но я обещал блюсти закон, тем и занимаюсь, с верой в то, что система сработает как положено. Я не могу выполнять свои обязанности лишь тогда, когда они приносят радость. Возможно, однажды ты это поймешь.

На меня словно ведро ледяной воды опрокинули, сбросив с коня. Сколько меня учили забывать о личном, когда я под прикрытием? Причины были многочисленны и разнообразны, но все они сводились к одному: личная вовлеченность ведет к конфликту интересов, конфликт ведет к колебаниям, а колебания – к смерти.

Иначе говоря – к провалу миссии.

Ни на одном из секретных заданий ЦРУ у меня не возникало соблазна с кем-то сблизиться. Люди, с которыми приходилось общаться, меня попросту не интересовали, но в Луизиане я и дня не провела, как уже состыковалась с местными. Конечно, в Греховодье у меня нет «цели», так что это не совсем тот тип прикрытия, к которому я привыкла, но, по сути, жизнь моя была бы куда проще, придерживайся я стандартов о личной невовлеченности.

Впервые в жизни у меня появились настоящие друзья, и все так усложнилось. А Картер сталкивался с этим ежедневно – допрашивал тех, кого знал, с кем крутил романы, кого, вероятно, любил – всякий раз, как происходило преступление. Речь ведь не только о бытовых ссорах и нарушении рыболовных законов. Порой Картер расследовал серьезные дела. И смотрел на людей, которых знал всю жизнь, гадая, как мог проморгать монстра у себя под носом.

Я тут же почувствовала вину за все те хлопоты, что доставила ему с момента появления в городе. Я бы сочла Картера узколобым и косным, но на самом деле он изо дня в день умудрялся сохранять хрупкое равновесие, будучи одновременно и местным жителем, и тем, кто держит остальных местных под микроскопом.

В последнее время микроскоп работал сверхурочно.

Пока я пыталась сформулировать ответ, в дверь дважды стукнули, а следом в комнату сунул голову помощник Бро.

– Простите за беспокойство, но звонила Элли. В кафе небольшие неприятности.

– Какие? – уточнил Картер.

– Полетт требует, чтобы Франсин закрылась на весь день в память о ее муже. Франсин не только отказывается закрывать кафе, но и требует ареста Полетт за то, что та залила ее новый ковер водой, совсем его испортив. Шериф Ли ни с одной из них не справляется.

Неудивительно. Успешной бизнесвумен вроде Франсин никогда не понять пустышку вроде Полетт.

Картер на секунду прикрыл глаза, затем встал и посмотрел на меня:

– Можешь идти, но подумай о том, что я сказал. Ты уже самый удобный козел отпущения для местных. Постарайся не облегчать им задачу.

Я кивнула, а когда он вышел, поспешила следом и замерла возле Иды Белль.

– Выпусти мисс Морроу, – велел Картер помощнику Бро, – затем запри за ней дверь и не открывай никому, кроме меня или шерифа Ли.

Ида Белль дернула меня за штаны для йоги и прошептала:

– Узнай, чем отравили Теда.

Я покосилась на входную дверь, где Картер все еще инструктировал смущенного коллегу.

– И каким, интересно, образом?

– Проверь его кабинет.

Кабинет Картера располагался в дальнем углу здания. Это я выяснила неделю назад, когда мы с Герти и Идой Белль как бы немножко туда вломились. Но я не представляла, как пробраться туда снова, учитывая, что мне приказали покинуть участок, засесть дома и не отсвечивать.

– Мэ-эм? – Помощник Бро стоял у входа, сжимая пальцами дверную ручку.

Картер уже исчез.

– Уф, а можно мне воспользоваться дамской комнатой перед уходом? – Я понятия не имела, где здесь туалет, но надеялась, что где-то в задней части здания, а не наверху.

На лице помощника Бро отразились сомнения.

– Не знаю... помощник Леблан сказал, что я должен запереть за вами дверь. Мне нужно запереть дверь.

– А мне очень нужно в дамскую комнату. Девчачьи штучки.

– О... эм-м-м-м... – Помощник Бро так покраснел, что едва ли не светился.

Попался.

– Ты можешь запереть дверь, пока меня нет, – предложила я, – а потом просто выпустишь меня и снова запрешься.

Он какое-то время колебался, явно опасаясь ошибиться и навлечь на себя гнев Картера.

– Понимаешь, проблема-то медицинская. Доктор сказал...

– Я понял, мэ-эм. – Он вскинул руки, прерывая меня, но тут же вернул одну на дверную ручку. – Хорошо, я выпущу вас, когда закончите.

– Благодарю. – Я одарила его фальшивой улыбкой. – Вот если еще подскажешь, где здесь...

– О, конечно. – Бро указал мне за спину. – Прямо по коридору, затем направо в задний вестибюль. Вторая дверь слева.

– Отлично. – Шагая в нужном направлении, я оглянулась и подмигнула Иде Белль.

Глава 4

Свернув за угол, я услышала, как щелкнул замок главного входа, и покачала головой. Помощник Бро оказался безумно исполнительным.

Я проверила засов на двери уборной и вздохнула с облегчением – с такой расшатанной древностью я за секунду управлюсь с помощью водительских прав. Я вошла, включила воду, а потом защелкнула внутренний замок снаружи и устремилась к следующей двери слева – кабинету Картера.

Дверь была заперта, но на такой же старый хлипкий засов, как в туалете. Я вновь воспользовалась пластиковым удостоверением и, заскочив в комнату, опять заперлась. После чего подлетела к столу и закопалась в стопку бумаг перед компьютером. Счета, страховка, квитанция за стеллаж для документов. Черт. Я щелкнула мышкой, и экран засветился, требуя пароль. Очередной тупик.

Повернувшись, чтобы проверить мусорную корзину, я заметила торчащий из принтера листок. Я взяла его и пробежалась по тексту глазами, чувствуя, как с каждым словом ускоряется пульс.

Мышьяк!

Неудивительно, что они так быстро установили причину смерти. Отравление мышьяком не так-то просто скрыть.

– Мисс Морроу? – донесся из коридора голос помощника Бро. – У вас все нормально?

Дерьмо!

Сердце застучало еще быстрее. Я сунула листок обратно в принтер и попыталась придумать план. Может, если подождать, Бро просто уйдет...

Через секунду он постучал в дверь уборной и снова позвал:

– Мисс Морроу?

Я огляделась в поисках чуда. Отсюда-то выбраться я могла, но вот вернуться в туалет – нет, окон там не предусмотрели. Не говоря уже о том, что Картер с легкостью меня разоблачит, особенно, когда обнаружит незапертое окно в своем кабинете.

Я подняла взгляд, и вот оно, чудо – акустический потолок из крупной белой плитки. Я взобралась на шкаф у стены, разделяющей кабинет Картера и уборную, и сдвинула одну плитку, надеясь, что там можно проползти.

Повезло – за плиткой обнаружилось пространство в полметра высотой, как раз для воздуховода. Я поднялась на цыпочки и, потянувшись, сдвинула плитку уже над уборной.

– Я в порядке! – крикнула в просвет, молясь, чтобы звучало так, будто я в туалете. – Выйду через минуту.

– Хорошо, – отозвался помощник Бро.

Я немного расслабилась. А потом, как говорит Ида Белль, все полетело в тартарары.

– Помощник Бро! – прогремел в коридоре голос Картера. – Тебе полагалось сидеть с Идой Белль. Так приспичило, что пять минут не смог подождать?

Срань господня!

Тело мое застыло, а мысли, наоборот, понеслись вскачь. Это было нехорошо. Настолько нехорошо, что светило арестом и разрушенным прикрытием.

– Не мне приспичило, – сдал меня Бро. – Мисс Морроу пришлось воспользоваться уборной. Но она там давненько, вот и я решил ее проведать.

– И ты купился? Ясно. – Картер постучал в дверь. – Вечеринка окончена.

Я знала, что идея плохая, но ничего другого в голову не пришло.

Была не была.

Я подтянулась и заползла в пространство над стеной, стараясь распределить вес по каркасу. Затем заглянула в ванную и улыбнулась, увидев раковину прямо под собой.

– Фортуна? – не унимался Картер.

– Я почти все. Только умоюсь.

– Иди домой и прими душ. У меня нет времени на ерунду.

Балансируя на животе, я осторожно развернулась и вскоре уже опускала ноги вдоль стены уборной. Как только кроссовки коснулись раковины, я выбралась из потолка целиком и вернула на место обе плитки.

Довольная своей находчивостью, я расслабилась, и все вновь пошло наперекосяк. Правая ступня вдруг заскользила по краю раковины, точно по льду, я взмахнула рукой и присела, пытаясь восстановить равновесие, но слишком поздно. Нога уже сорвалась прямиком в унитаз.

– Я открываю дверь, – сообщил Картер из коридора.

От воплей и ругани мне удержаться удалось, что несомненный плюс, вот только то был единственный плюс во всей ситуации. Падая, я цеплялась за стену, лишь бы удержаться в вертикальном положении. Если приземлюсь на унитаз со всей дури, его шансы уцелеть невелики. Левой ногой я все же угодила на пол и тут же попыталась ухватиться за бачок, но лишь сорвала с него тяжеленную крышку, а вот правая нога благополучно погрузилась в унитаз да застряла где-то в его глубинах.

В лицо брызнула вода, и я попыталась отгородиться от нее крышкой. А в следующую секунду щелкнул засов, и дверь распахнулась.

Не будь я уверена, что сейчас меня арестуют, расхохоталась бы. Выражение на лице Картера стоило всех мук: смесь растерянности, недоверия и, при виде местонахождения моей ноги, легкого отвращения.

– Боже милостивый, ты что делаешь? Нет, погоди. Даже знать не хочу.

Такую чушь даже с экранов телика никто бы не слопал, но я ляпнула первое, что смогла придумать:

– Я наступила на жвачку и пыталась смыть ее с подошвы.

Картер моргнул:

– И решила, что лучше сделать это в унитазе?

– Я просто сомневалась, что ступня влезет в раковину целиком.

– А почему не снять обу... нет, неважно. Не хочу слушать. Просто вытаскивай ногу из моего унитаза и дуй домой.

– Не могу. Я потеряла равновесие, и теперь нога застряла.

Картер прикрыл глаза и потер лоб пальцами. Я гадала, считает ли он до десяти или решает, не проще ли пристрелить меня на месте.

– Думаешь, почему у меня крышка в руках? – Ну раз уж отмазываюсь, то пусть все идет на пользу легенде. – Я пыталась выбраться.

Он открыл глаза:

– Крышка с бачка не поможет вытащить застрявшую ногу из... ну ты поняла, неважно. Положи ее на место.

Я опустила крышку на бачок и замерла в ожидании дальнейших инструкций.

– Развяжи шнурки.

Я побледнела:

– Ты хочешь, чтобы я сунула руки в унитазную воду?

– Ну сам я точно не собираюсь этого делать, а ты уже не побрезговала сунуть туда ногу. Давай, это несложно.

Я глянула в унитаз и поморщилась. Вода казалась достаточно чистой, но все равно было крайне тяжело намеренно сунуть туда руку...

– У меня нет на это времени, – поторопил Картер. – Либо ты развязываешь кроссовку и вытаскиваешь ногу, либо я оставляю тебя здесь и вызываю сантехника.

Я взвесила варианты:

– Я за сантехника.

– Ну разумеется. Конечно, единственный греховодный сантехник до следующей недели на рыбалке в открытом море, и сотрудникам будет неудобно с одним туалетом на все здание, но мы всегда можем сбегать в кафе Франсин или в универмаг. А вот тебе тут придется посложнее.

– Ладно!

Я глубоко вдохнула и сунула руки в унитаз, стараясь сделать все как можно быстрее. Едва шнурки ослабли, я отпрянула и хорошенько так подергала ногой.

Ступня выскользнула из кроссовки неожиданно легко, и я рухнула назад на шкафчик с бытовухой, в результате чего меня погребло под сломанными полками, рулонами туалетной бумаги и баллончиками освежителя. Я немного побарахталась, но наконец, не выдержав, Картер схватил меня за плечо и поставил на ноги.

Он молча указал на кроссовку, все еще лежавшую в унитазе, а затем на дверь. Наверное, так разозлился, что побоялся открывать рот. Мне явно пора было отчаливать.

Я быстро подхватила утопленную обувь, одарила Картера извиняющимся взглядом и припустила по коридору мимо ошарашенного помощника Бро. В главной части офиса, прежде чем отпереть дверь, махнула мокрой кроссовкой Иде Белль. Та вскинула бровь и помахала в ответ рукой.

А затем я шагнула на тротуар, наступив босой ногой прямехонько на влажную жвачку.

Карма та еще стерва.

***

Когда я добралась до «джипа» и швырнула кроссовку на заднее сиденье, оттуда раздался приглушенны вскрик. Заглянув в окно, я смогла полюбоваться все еще мокрой Грети, что съежилась на коврике.

– Вы чего здесь? – удивилась я.

– Я не собиралась тебя бросать. Хотя если б знала, что это займет столько времени, мы с моим бедром придумали бы укрытие покомфортнее. Может, поедем уже, пока никто меня не увидел?

– Дважды вам просить не придется. – Я запрыгнула на водительское сиденье и завела мотор. – Ко мне или к вам?

– Ко мне. Мне нужно поскорее переодеться в сухое, пока я не превратилась в одну сплошную морщину.

– Поняла. – Я свернула с главной улицы.

– А что с твоей кроссовкой?

– Возникла небольшая проблемка с шерифским унитазом...

По дороге я рассказала о своих мерзких приключениях.

На моменте с мышьяком Герти пораженно распахнула рот, но когда я добралась до своего креативного побега из кабинета Картера, она уже хихикала. А под конец так ржала, что по лицу катились слезы.

– Найти вам кислородный баллон? – спросила я, паркуясь возле ее дома.

Герти все еще задыхалась и обмахивалась ладонями.

– Минутку... просто не... верится... о боже...

– Вот прям мои мысли.

– Ты сплошное противоречие... самая изобретательная из всех моих знакомых, но совершенно невезучая. Удивительно, как ты со своих миссий живой возвращалась.

Я нахмурилась, стараясь не вспоминать причину, по которой меня сослали в Греховодье.

– Моя подготовка не включала условия Луизианы.

– Это точно, – кивнула Герти. – Мне порой выживать во Вьетнаме было проще, чем жить здесь.

Греховодье против самого жестокого конфликта нашей страны? Да, я понимала, о чем она.

– Несмотря на невезучесть, я все же выяснила, чем отравили Теда. И теперь хочу только вернуться домой, замочить кроссовки в отбеливателе и стоять под душем, пока горячая вода не закончится.

Герти попыталась было нормально сесть, но вдруг замерла.

– Похоже, у нас проблемка.

– Что еще?

– Ноги затекли. – Она протянула ко мне руки. – Тебе придется помочь.

Я со вздохом схватила ее за руки, подтащила к двери и перекинула вялые ноги на улицу.

– Если я вас вытащу, встать сможете?

– Наверное, если буду опираться на тебя. Голова кружится...

Я сунула руки ей под мышки и подняла Герти с коврика «джипа», надеясь, что, упершись ногами в землю, она хоть часть веса возьмет на себя. Не тут-то было. Ступни ее коснулись газона, а ноги подогнулись точно резиновые.

Не то чтобы Герти много весила, проблема возникла, скорее, с ее неустойчивостью. Я усилила хватку и отступила назад в попытке не дать ей грохнуться на лужайку, но обо что-то запнулась, и в итоге грохнули мы обе. И в тот же миг разбрызгиватель, на который я, оказывается, наступила, сломался.

Секундой позже система активировалась, и из трубы хлынула вода, по доброй памяти заливая нас с Герти. Я вскочила и поволокла ее из фонтана к крыльцу, где и рухнула, прислонившись к двери.

Герти посмотрела на меня – серебристые волосы облепили череп, макияж потек и измазал ворот платья, но зараза снова хихикала.

– Что смешного? – спросила я, уверенная, что она свихнулась.

– Просто подумала, – выдавила Герти между всхлипами, – что мы обе так стремились принять душ... а технически весь день... только этим и занимаемся...

Я выжала из волос галлон воды и уставилась на свою босую ногу.

Если этот день станет еще нелепее, я наплюю на прикрытие и добровольно сдамся террористам. Я не могла отделаться от мысли, что так будет гораздо проще.

Глава 5

Я с горем пополам усадила Герти в кресло на кухне и оставила рядом ее мобильник, наказав набрать девять-один-один, если в течение пятнадцати минут кровообращение к ногам не вернется. А Герти в ответ попросила перед уходом приготовить ей сэндвич с ветчиной – похоже, утреннее веселье не испортило ей аппетит.

Мой желудок ворчал всю дорогу до дома, и из головы никак не шел этот треклятый сэндвич. Неудивительно, в конце концов, я не выспалась, занималась физическим трудом, а съела всего-то пару яиц. Да от стресса они, наверное, переварились еще в полете.

Дома я направилась прямиком в спальню и, стянув мокрую одежду, перекинула ее через штангу для душевой шторки, чтобы потом постирать. Затем вытерлась насухо и надела шорты и футболку. Мечты о долгом горячем душе затмило бурление в животе.

Вот только пострадавшую ногу я помыла сразу, тщательно, с мылом, а остальным телом решила заняться после еды. Когда я спускалась по лестнице, живот уже ревел точно реактивный двигатель, и в висках стучало. Я нуждалась в калориях, да побыстрее.

Я едва прикончила последний тост с ежевичным джемом, когда в заднюю дверь постучали. Я изучала бытовые яды, пока ела, так что, прежде чем открыть, захлопнула ноутбук. Дверь я распахивала, ожидая увидеть на пороге Элли, и удивленно моргнула, обнаружив вместо нее Селию Арсено.

– Можно войти?

– Конечно. – Я отступила, впуская ее в дом. – Я только сварила свежий кофе. Хотите чашечку?

Селия покачала головой:

– Нет, я пришла кое-что рассказать.

– Ладно. – Во мне всколыхнулось любопытство, ибо я даже примерно не представляла, что Селия может рассказать, тем более мне.

– Я слышала о случившемся, – начала она, – включая то, что кричала эта идиотка Полетт, когда выносили тело Теда.

– Я бы об этом не переживала. Сомневаюсь, что даже в Луизиане прокуроры придают большое значение воплям истеричных жен.

– Возможно, но с учетом мышьяка картина меняется, и Иде Белль это совсем не на пользу.

– Откуда вы узнали про мышьяк? – выпучила я глаза. – Они же вроде еще не обнародовали никаких данных?

– У меня, как и у греховодных дам, свои источники. Скажем так, у меня есть друг в офисе коронера.

Что ж, вполне ожидаемо. Я все утро рисковала прикрытием, физическим здоровьем, обувью и психической стабильностью, и все мои не такие уж незаметные усилия свела на нет любопытная старуха с нужными связями.

– Ясно. Но даже если предположить, что ваш источник прав, то почему мышьяк должен указывать именно на Иду Белль?

– Все знают, что у нее давненько проблемы с сусликами. Самой же приспичило выращивать на заднем дворе этот чертов бамбук, а суслики его просто обожают. Так что Ида Белль уже год или около того пытается их извести.

Я моргнула, гадая, не навернула ли Селия втихушку греховодного сиропа от кашля.

– При чем тут, мать их, суслики?

Она вздохнула:

– Я забыла, что ты янки. Наверное, живешь в одной из этих стерильных высоток с искусственными растениями и такими же искусственными соседями. Мышьяк добавляют в отраву для сусликов, и я случайно узнала, что у Иды Белль он есть – просто была в магазине, когда она забирала заказ.

Я тут же вспомнила пакет, который Картер извлек из сарая Иды Белль, и нахмурилась. Похоже, Селия что-то раскопала.

– В общем, – продолжила она, – просто хочу, чтоб ты знала: я ни на секунду не поверила, будто Ида Белль убила этого кретина Теда. О ней многое можно сказать, но прежде всего она рациональна. И никогда не стала бы тратить время и силы на убийство кого-то столь незначительного.

Я мгновение смотрела на нее, дивясь тому, сколь неожиданным методом в южной провинции определяют невиновность и вину. Наверное, в их случае так не только проще, но и полезнее, учитывая, что «трата времени» считается грехом.

– Полностью согласна, – сказала я.

– Отлично. Значит, ты найдешь настоящего убийцу.

– Я? Я библиотекарь, – вспомнила я свою легенду и подняла руки. – Меня такому не учили.

– Но ты поймала убийцу моей Пэнси, – прищурилась Селия.

– Точнее, я едва сама не стала жертвой убийцы вашей Пэнси.

Она нахмурилась:

– Что ж, если ты решила придираться к словам, то да, так и было. И все же тебе удалось сложить все воедино, в отличие от нас, потому что для нас это слишком личное. Как у новенькой в городе у тебя преимущество – ты можешь в любом видеть подозреваемого.

– Это как все в городе видят подозреваемой меня?

Селия грустно улыбнулась:

– Вроде того.

– Даже если я с вами соглашусь, в моей ситуации есть и весомый недостаток – местные ни за что не раскроют мне свои секреты. Многие мне даже в глаза не смотрят.

– Тоже верно, – помрачнела она. – И все в курсе, что ты дружишь с Идой Белль, потому виновный явно не станет откровенничать ни с тобой, ни с Герти.

– Именно.

Ее глаза немного расширились и засветились воодушевлением.

– Но я могу быть твоими ушами.

Я точно не хотела, чтобы Селия служила какой-либо из частей моего тела, но я впервые видела ее такой взбудораженной, потому, не сумев сдержаться, уточнила:

– В каком смысле?

– Через ЖБ. Конечно, большинство из них настолько глупы, что удивительно, как они с собственными конечностями справляются, но у меня есть несколько доверенных лиц, умных и целиком разделяющих мою точку зрения в этом вопросе. – Селия кивнула, выражение лица ее становилось все более оживленным. – На самом деле, чем больше я размышляю об этом, тем больше мне нравится идея! Учитывая наше с Идой Белль прошлое, я идеальная наперсница для всех, кто жаждет ее краха.

Я подняла руки, не давая ей продолжить:

– Стойте. Я согласна с каждым вашим словом. Однако вы хоть понимаете, что собрались вступить в личный диалог с убийцей?

Селия замерла, и на сей раз глаза ее озарились страхом.

– Я не пытаюсь давить на больную мозоль, – продолжила я, – но ситуация с Пэнси повергла вас в шок, а ведь вы всю жизнь провели с убийцей бок о бок. Вы сказали, что как чужачка я вижу то, чего не видят местные, но верно и обратное. Сами того не подозревая, вы можете подвергнуть себя и своих близких большой опасности.

Плечи Селии поникли.

– Ты права. Кажется, я не продумала все до конца.

– Всего неделю назад ваша жизнь перевернулась, – тихо произнесла я. – Дайте себе передышку.

Она слегка улыбнулась:

– Об этом мало кто знает, да ты, наверное, и не хочешь, чтобы знали, но ты хороший человек, Фортуна.

– Ага, об этом лучше не распространяться. – Тем более, в отличие от Селии, я в своей «хорошести» сильно сомневалась.

– Но я все равно собираюсь обойти тебя в воскресном забеге к Франсин, даже если придется жульничать. – Селия перекрестилась и возвела глаза к потолку, вероятно, заранее извиняясь за планируемый обман.

Я улыбнулась, ни капли не обеспокоенная чужим коварством. Если только католики не купили Усейна Болта[1] или не решили меня пристрелить, волноваться мне не о чем.

– Жду с нетерпением.

Селия кивнула:

– Лучше мне убраться отсюда, пока никто не увидел. Мне нужно беречь репутацию.

– Разумеется. – Я шагнула к заднему входу и распахнула дверь. – И никакого самостоятельного расследования, хорошо?

– Хорошо, – вздохнула Селия, – но если я замечу что-нибудь необычное, то дам тебе знать.

Я вскинула бровь. Как будто в Греховодье есть хоть что-то обычное.

– Необычное в моем понимании или в вашем?

Она лишь хохотнула и, не ответив, выскользнула на заднее крыльцо.

Я закрыла дверь и снова уселась за стол. Идея Селии не была ужасной. Тед посещал католическую церковь, потому Селия имела доступ ко всем службам, могла навещать вдову и совершать прочие традиционные ритуалы маленького южного городка. Мы с Герти вряд ли могли рассчитывать на гостеприимный прием что в церкви, что у Полетт, а учитывая подтвердившуюся информацию о мышьяке, Иду Белль, наверное, даже домой не отпустят.

Я покачала головой. Не важно, насколько плохо выглядит ситуация, я не могу рисковать и использовать местных в качестве информаторов. Гражданских не учили вычислять убийц и защищаться, угодив в угол. Одно дело, когда мы с Идой Белль и Герти носимся по округе, изображая агентов 007 – у них все-таки военная подготовка, которую старушки десятилетиями скрывали от жителей Греховодья, так что ролевые игры у них в крови. Но кто-то другой, решив сыграть в детектива, подвергнет себя серьезной опасности.

Я вздохнула и сползла ниже по стулу. Меня сильно тревожила отрава для сусликов. Если Селия не ошиблась, и во всем городе проблемы с сусликами были только у Иды Белль, то дело складывалось прямо на глазах. Да, Картер точно не верил, что это она убила Теда, но, как известно, перегруженные работой и обиженные зарплатой прокуроры, выдвигая обвинения, не принимают во внимания личные чувства представителей местных правоохранительных органов.

В расчет берется лишь то, что прокурор может доказать, и на данный момент все указывало на Иду Белль.

Я барабанила пальцами по столу, мысленно перебирая факты. Если Ида Белль не скрывала своей войны с сусликами, то об этом, вероятно, знал весь город. А значит, любой мог понять, что у нее есть нужная отрава.

Что может быть проще, чем прокрасться в сарай Иды Белль и отсыпать немного яда, или даже съездить в Новый Орлеан и купить отраву той же марки, если предположить, что марка тоже ни для кого не секрет.

Суть в том, что в Греховодье всплыл убийца. Опять.

И на сей раз он подставил одну из узкого круга людей, которых я могу назвать друзьями.

При новой мысли я вдохнула так резко, что аж голова закружилась. А вдруг роковая бутылка сиропа от кашля – это та самая, что я дала Иде Белль на выступлении кандидатов? Там же полно моих отпечатков. И если Картер решит их проверить, я угожу даже в более глубокую задницу, чем Ида Белль.

Я вскочила и схватила ключи от машины. Душ снова откладывался.

Нам с Герти пора было начать расследование.

***

Когда зазвонил телефон, я была на полпути к дому Герти. Номер я не узнала и удивилась, услышав на другом конце линии Иду Белль.

– Меня отпустили, – сообщила она. – Можешь меня забрать? Не хочу ехать с Картером, ибо сейчас я на него дико зла.

– Конечно.

Я развернулась посреди дороги и, воспрянув духом, направилась к офису шерифа. Возможно, яд Иды Белль не совпал с тем, что убил Теда. Возможно, вся эта история будет стоить мне лишь пары кроссовок и капли достоинства.

Ида Белль, наверное, наблюдала из окна, так как выскочила из участка, едва я повернула на главную улицу, и запрыгнула в «джип», когда он еще даже не остановился. Осознав, что для болтовни не время и не место, я нажала на педаль и покатила дальше. Когда мы отъехали, Ида Белль показала оставшемуся за спиной зданию средний палец.

– Я направлялась к Герти, когда вы позвонили.

– Отлично. Нам есть что обсудить.

Я покосилась на Иду Белль. Она крепко сжимала челюсть и практически излучала напряжение. Я надеялась, что это остатки гнева на Картера и потраченное впустую утро, но верилось слабо.

Она молчала всю дорогу, затем ворвалась в дом Герти, даже не постучавшись, прошла прямиком на кухню, налила себе кофе и уселась за стол. Герти прискакала на шум мокрая, замотанная в полотенце и с пеной на голове. Но самое тревожное, что на кухню она влетела, зажмурившись и размахивая девятимиллиметровым.

Ида Белль и бровью не повела.

– Положи эту треклятую штуку, пока не пристрелила кого-нибудь.

– Ида Белль? – Герти протерла один замыленный глаз свободной рукой. К сожалению, эта рука удерживала полотенце.

Ида Белль покачала головой:

– Если ты планируешь провести эту встречу голышом, мне нужно выпить.

– А мне теперь нужна терапия, – сказала я, закрыв глаза ладонями.

– Идите к черту, – буркнула Герти, и я услышала, как ее шаги удаляются по коридору.

Дождавшись, когда они зазвучат над головой, я убрала руки с лица. Ида Белль сидела все там же, невозмутимо потягивая кофе.

– Если она не хочет, чтобы ее видели голой, пусть запирает дверь.

– Это я виновата. Забыла запереть за собой, когда уходила.

Ида Белль изогнула бровь:

– У самой Герти были сломаны ноги?

– Ну вообще-то...

Я рассказала о случившемся в офисе шерифа и о том, как Герти ненадолго себя парализовала.

За время истории выражение лица Иды Белль сменилась с недоверчивого на потрясенное, а потом озарилось весельем. Когда она начала хохотать, я думала, это навеки. Она хрюкала, хрипела, подвывала и хихикала, пока наконец не повалилась на стол, хватая воздух ртом.

Я как раз подумывала оказать первую реанимационную помощь, когда на кухню вернулась Герти – на сей раз полностью одетая и без оружия. Только взглянув на подругу, она покачала головой:

– Полагаю, ты поведала ей про наше утро?

– Ага. Похоже, ей, как и вам, оно доставило куда больше удовольствия, чем мне.

Ида Белль снова захрипела, плечи ее мелко тряслись.

– Она хоть дышать может? – уточнила Герти.

– Не уверена.

Она налила нам по чашке кофе, и когда мы устроились за столом, Ида Белль уже приняла вертикальное положение и почти успокоилась.

– Для обвиняемой в убийстве вы крайне жизнерадостны, – заметила я.

– Я никого не убивала, – отмахнулась Ида Белль, – и Картер об этом знает.

Я покачала головой:

– Независимо от своих знаний, Картер должен передать доказательства окружному прокурору. Именно там принимают решение, и должна признать, выглядит все паршиво.

Улыбка с ее лица сползла.

– Что ты накопала?

– Прежде чем разворотить туалет, я выяснила, что Теда отравили мышьяком. А чуть позже мне нанесла визит Селия, предложив вам анонимную поддержку и информацию от ее друга в офисе коронера, и по ее словам, все в курсе вашей борьбы с сусликами. Думаю, в вашем сарае Картер нашел как раз отраву для сусликов.

– Вот дерьмо.

Герти ахнула:

– И что теперь?

– Если в бутылке из-под сиропа найдут следы яда, то Картер снимет отпечатки и передаст все в прокуратуру.

– Я дала Теду сироп после выступления, – понурилась Ида Белль.

– Вот дерьмо, – повторила я ее недавние слова. – Мы обе там наследили.

Она округлила глаза:

– Что будет, если Картер проверит твои отпечатки?

Дыхание перехватило.

– Система опознает меня как Сэнди-Сью, но мой босс в ЦРУ получит уведомление.

– Это плохо? – спросила Герти.

– Это очень, очень плохо. – Возможные последствия были столь многочисленны и неприятны, что даже думать о них не хотелось.

Какое-то время мы сидели молча, погруженные каждая в свои мысли. А потом ожил мой мобильник, и мы все подскочили от пронзительного звона, прорезавшего тишину кухни. Я достала телефон из кармана, и сердце упало в пятки, стоило взглянуть на экран.

Харрисон.

[1] Ямайский легкоатлет, специализировался в беге на короткие дистанции, восьмикратный олимпийский чемпион и одиннадцатикратный чемпион мира.

Глава 6

Я нажала «ответить» и благоразумно отодвинула телефон подальше от уха, чтоб не оглохнуть от неизбежного вопля.

– Что за хрень ты устроила?! – проорал Харрисон так громко, что голос его эхом разнесся по кухне.

И раз уж его все равно все слышали, я включила громкую связь и положила телефон на стол, жестом велев Иде Белль и Герти молчать.

– Не мог бы ты конкретизировать? – попросила я.

– Проклятье, Реддинг, не прикидывайся идиоткой. Помощник Леблан только что проверил твои отпечатки, и лучше расскажи мне, почему, ибо, когда сюда явится Морроу, готовый застрелить всех, у кого нет ответа, я очень не хочу попасть в их число.

Я покосилась на старушек, которые, замерев, пялились на телефон.

– Сегодня возникла небольшая проблемка, – наконец произнесла я.

– И из-за какой же «проблемки» помощник шерифа станет проверять твои отпечатки?

– Из-за проблемки... с убийством? – Я съежилась, как перед расстрелом.

– Иисусе! Один из самых опасных людей в мире разыскивает тебя под каждым листком, камнем и песчинкой на планете, а ты все равно не можешь залечь на дно. Какая угроза наконец заставит тебя затаиться и не отсвечивать?

– Гнев божий? – ответила я в надежде, что капля легкомыслия сгладит ситуацию.

– Гнев Ахмада гораздо хуже, – не повелся Харрисон. – А когда обо всем узнает Морроу, то, наверное, сам прилетит и грохнет тебя. С момента твоего отъезда он начал лысеть, а я, клянусь, постарел лет на десять, пытаясь скрыть от него ненужные подробности твоих приключений.

– Я ценю твои усилия...

– Но такое скрыть я не смогу, – перебил он. – Морроу уволит меня без разговоров, если узнает, что ты, по сути, втравила его племянницу в дело об убийстве, а я тебя прикрывал.

Я понимала, что он прав, потому даже не подумала спорить.

– Но мое прикрытие не пострадает, да?

– Пока легенда держится, но не удивляйся, если Морроу тебя выдернет. Это было ошибкой с самого начала. Короче, я даже сам начну искать для тебя новое место.

– Нет! Мне ни в коем случае нельзя уезжать из Греховодья... не сейчас.

– С чего вдруг, мать твою? Две недели назад ты даже не знала о существовании этого болота. Назови хоть одну причину, почему ты не можешь уехать.

Я посмотрела через стол на Иду Белль и Герти... моих подруг. Единственных настоящих подруг, которые у меня когда-либо были, как бы бесконечно удручающе это ни звучало. Я не могла их бросить, и плевать, что разозлю Морроу и лишусь работы.

– Я не могу уехать, потому что невиновному грозит обвинение в убийстве.

– Это не твое дело.

– Нет, мое.

– С чего вдруг?

– Никогда не бросай своего в беде, – тихо произнесла я.

Несколько секунд на кухне раздавалось лишь тиканье часов, а затем Харрисон вздохнул:

– Это одна из старух, да?

– Кого это он назвал старухами? – проворчала Герти.

Ида Белль ткнула ее локтем под ребра и прижала палец к губам.

– Да, – ответила я.

– Откуда тебе знать, что она не убивала?

– Потому что жертва не представляла угрозы. Не забывай, несмотря на внешность, эти женщины не обычные гражданские. Они живут по тому же кодексу, что и мы.

– Дерьмо. – Судя по голосу, Харрисон устал и сдался. – И этот помощник Леблан будет тебе мешать?

– Не по своей воле. Уверена, он знает, что Ида Белль невиновна, но он должен передать доказательства окружному прокурору, а картинка на данный момент паршивая. Во всем виноваты суслики... и прочая малопонятная ерунда, о которой тебе лучше не знать.

– То есть у него связаны руки.

– Ага. А у меня – нет.

– Ты не училась вести следствие, – напомнил Харрисон.

– Знаю, но она может рассчитывать только на меня.

– Ну ладно. Я не стану пока искать тебе новое укрытие, но за Морроу не поручусь. Если он прикажет вытаскивать тебя, выбора не будет.

– Я понимаю и... Харрисон?

– М?

– Я твоя должница.

– Это точно, – пробормотал он и отключился.

Я откинулась на спинку стула:

– А неплохо прошло.

– Думаешь, босс тебя вытащит? – спросила Герти.

– Если решит, что это убережет его нервы, то да. Но ему все равно придется искать для меня новое место, а это нелегко. Здесь-то я живу на всем, что настоящая Сэнди-Сью унаследовала от Мардж, все расходы покрыты, и я полностью вне сети. Никаких отчетов перед Морроу, чтобы мне выплатили суточные.

– И так предатель в ЦРУ не выйдет на тебя по бумажному следу, – подытожила Ида Белль.

– Именно.

– В общем, нам просто нужно время, чтобы со всем тут разобраться и убедить его не забирать тебя, когда все придет в норму.

Я кивнула, хоть и не верила, что Греховодье когда-нибудь придет в норму. Впрочем, для счастья мне бы хватило отсутствия трупов, а с остальными местными странностями вполне можно жить.

– Давайте вернемся к Теду. – Решив заняться очередным расследованием убийства, я очень хотела покончить с этим как можно скорее. – Яд и то, что вы с ним вчера близко общались после выступления, дают вам легкую возможность, но не мотив.

– А как же выборы? – спросила Герти. – Разве соперников не убивают?

– Если только в Вашингтоне, – заметила Ида Белль.

– В этом нет логики, – покачала я головой. – Со смертью конкурента Ида Белль не выиграет по умолчанию. Появится новая кандидатура, и все начнется с начала. Да и победа Теда не угрожала жизни и благополучию Иды Белль, так что возбуждать дело об убийстве на основании «соперничества на выборах» для прокурора крайний вариант.

Герти мои выводы, кажется, порадовали.

– Итак, у Иды Белль нет мотива, и что нам делать дальше?

– Выяснить, кто желал Теду смерти. Отравление явно спланировано. Кто-то должен был достать яд и добавить его во что-то, что Тед наверняка выпьет, а Полетт – нет.

– А если яд добавили в сироп от кашля, не заботясь о том, кто в итоге умрет? – спросила Герти. – Вдруг Теду просто не повезло?

Дыхание перехватило.

– Значит, кто-то всерьез обозлился на Общество греховодных дам и этим убийством решил выставить вас в дурном свете, или же это дело рук сумасшедшего, который просто захотел убить, и не в последний раз. Если второе, то мы узнаем об этом, только когда появится еще одна жертва.

Герти округлила глаза:

– Наверное, лучше пока придерживаться версии, что целью был Тед.

Я кивнула.

– Итак, если для отравления использовали наш сироп, есть шансы сузить круг подозреваемых до тех, у кого была возможность. Надо выяснить, как яд попал в бутылку. Если вычеркнуть греховодных дам, готовивших сироп, и нас с Идой Белль, у кого еще был доступ?

Ида Белль нахмурилась:

– Я отдала ему бутылку перед выступлением, мол, это ему пригодится, когда я его под орех разделаю и все такое.

– И куда он ее дел?

– Положил в карман пиджака.

Я посмотрела на Герти, и та покачала головой.

– Во время речи на нем не было пиджака, – сказала я.

– Точно, – выпучила глаза Ида Белль. – Жара стояла жуткая... наверное, Тед его снял.

– И оставил где-то за сценой, где любой мог получить доступ к бутылке. – Я вздохнула. – И вновь у нас весь город в списке подозреваемых.

– Да, возможность – это тупик, – согласилась Ида Белль. – Полагаю, остается только мотив.

Я кивнула:

– Тогда, надеюсь, убийца будет очевиден.

– Самыми логичными подозреваемыми всегда являются супруги, – заметила Герти.

– Верно. Итак, что мы знаем о Теде и Полетт? Он изменял ей? Распускал руки? Она спуталась с местным и решила убрать мужа с дороги?

Она покачала головой:

– Я ничего такого не слышала, но я ни одного из них толком не знаю. Полетт почти все время проводит в спа-салонах и магазинах Нового Орлеана. Она даже не пыталась подружиться ни с кем из местных женщин. Наверное, воображает, что слишком хороша для нашего города.

– Ладно, – протянула я. – А Тед? Вы говорили, что он бегал по городу, раздавая вещи. Может, с кем-то он общался особо близко?

Ида Белль пожала плечами:

– Я не обращала внимания. Он раздражал. Всегда слишком широко улыбался, сыпал комплиментами.

– Ага, и жаждал передних обнимашек, – добавила Герти.

– Что еще за передние обнимашки? – не поняла я.

– Ну, знаешь, это когда мужчины вечно пытаются обнять тебя спереди, и плевать, как близко вы знакомы, тогда как гораздо уместнее было бы приобнять сбоку.

– По-моему, они просто хотят потереться о буфера, – хмыкнула Герти.

Я поморщилась, сомневаясь, что Теда так уж тянуло к доисторическим буферам, и радуясь, что ко мне с передними обнимашками никто не лез. У меня проблемы с личным пространством.

– Думаю, – продолжила Ида Белль, – большинство местных женщин старались его избегать. Так что вряд ли мы получим много информации по моим обычным каналам.

– Значит, нужно спросить о Теде мужчин. Может, Уолтера?

– Отличная идея! – оживилась Герти. – Почти все мужики раз в пару недель заходят в универмаг потрепаться с Уолтером. Если Тед вел себя подозрительно, он может знать.

– А нам он расскажет? – уточнила я.

Герти изогнула бровь.

– А, точно! – Я и забыла, что Уолтер влюблен в Иду Белль с детских лет. – Ну значит, надо побеседовать с Уолтером, но явно не по телефону.

– Да, – согласилась Ида Белль. – Из универмага он не сможет говорить свободно, и я не хочу ждать до вечера.

– Что ж, тогда у нас проблема, – пробормотала Герти, – потому что ни одной из нас сегодня лучше не соваться на главную улицу. Картер запрет нас в камере, если решит, что это подарит ему хоть немного покоя.

Я кивнула:

– Он вполне четко объяснил, что я должна вернуться домой, запереть дверь, задвинуть шторы и даже в окно не выглядывать.

– Довольно грубо, – нахмурилась Герти, – даже для Картера. Впрочем, если он не хочет, чтобы ты светилась, можем взять мою лодку. Причалим за универмагом и войдем через заднюю дверь, и никто нас не увидит.

– А разве мы не расфигачили вашу лодку о мои кусты азалии? – уточнила я.

– Мы расфигачили мою, – буркнула Ида Белль. – Герти разбила свою пару месяцев назад.

– Многовато кораблекрушений.

Герти всплеснула руками:

– Откуда мне было знать, что там дом?

Я уставилась на Иду Белль, боясь даже предположить, как Герти удалось врезаться на лодке в дом, и та одними губами произнесла: «Потом».

Я нахмурилась. Перспектива вновь покататься на лодке с таким рулевым смущала.

– Может, пусть нас отвезет Ида Белль?

Герти покачала головой:

– Учитывая обстоятельства, ей не стоит покидать дом. Вообще, лучше даже позвать сюда Мари, на случай если Иде Белль понадобится алиби.

– Наверное, вы правы, – вздохнула я. – Ну и, полагаю, после столкновения с домом вашу лодку отремонтировали...

– Эм, более или менее.

Я прищурилась:

– Что значит «более или менее»?

– Да там была крошечная пробоина. Не переживай.

Я посмотрела на Иду Белль, и она пожала плечами, явно ничего не зная о процессе ремонта.

– О, бога ради! – воскликнула Герти. – Хватит трусить. Ты в этой лодке проведешь пять минут, а времени у нас в обрез.

Я почувствовала, как напряглась спина, и с трудом удержалась от желания броситься в драку. Герти ударила по больному и наверняка прекрасно сознавала, что делает. Ничто не распаляло меня сильнее, чем обвинения в трусости. Не помогало даже то, что она была права насчет ограниченного времени. Чем скорее мы все уладим, тем безопаснее для Иды Белль и больше шансов для меня остаться в Греховодье.

– Ладно, идемте, – пробурчала я, оставив за кадром «пока я не опомнилась и не передумала».

Герти вскочила со стула:

– Отлично! По дороге к причалу можем забросить Иду Белль домой. Дай только кроссовки надену.

Она унеслась прочь, а я повернулась к Иде Белль:

– Прошу, скажите, что лодка цела?

Она покачала головой:

– Я одолжила ей сварочный аппарат, но понятия не имею, грамотно ли она сделала заплатку.

– Супер.

– Эй, у всего есть светлая сторона – по крайней мере ты умеешь плавать.

Глава 7

Лодочный причал представлял собой участок земли, сплошь усеянный разнообразными сорняками. Импровизированный склон из гравия использовался в качестве спуска лодок на воду. Несколько прикованных цепями посудин стояли по обе стороны стартовой дорожки, и выглядели они довольно убого. Неудивительно, что Теду аплодировали, когда он пообещал восстановить это место.

- Вот моя, - сказала Герти, указывая на старую зеленую лодку-плоскодонку. Сиденья покрывали чехлы в желтые маргаритки. Я сдержала улыбку, подгоняя «джип» к лодке.

«Отличный камуфляж, кто бы мог подумать?»

Герти выскочила из машины и направила меня прямо под навес, где прицепила суденышко к «джипу». Я развернула машину и задним ходом спустила лодку на импровизированный склон. Герти убрала крюк, и вот мы готовы плыть. Или дрейфовать. Не суть.

- Поторопись, - крикнула Герти из лодки, когда я припарковала «джип» и направилась к спуску. - Не стоит тут засиживаться.

Я окинула лодку беглым взглядом, затем оттолкнула ее от берега и запрыгнула внутрь, не в силах подавить чувство, что все это плохо кончится. Присела на переднюю скамью и показала Герти большой палец.

- Это не гонка, - напомнила я ей, - так что нет причин торопиться.

- Если только кто-нибудь не начнет в нас стрелять.

- А так бывает?

Герти пожала плечами.

- Обычно.

Я не собиралась расспрашивать.

- Ну ладно. Поплыли в умеренном темпе, если только кто-нибудь не начнет стрелять. Согласна?

- Отличный план. - Она надела солнцезащитные очки-авиаторы и повернула рычаг управления на подвесном моторе.

Лодка подпрыгнула на воде, а я схватилась за борта, чтобы не выпасть. Вот тебе и умеренность. Герти двинулась вниз по байю со скоростью вдвое большей, чем я советовала, особенно для человека с сомнительным зрением, отказывающегося носить очки.

Я повернулась лицом вперед и вознесла безмолвную молитву, когда лодка пронеслась всего в нескольких дюймах от пирса, обдав огромной волной пару рыбаков. Я выкрикнула извинения, но мы, вероятно, слишком быстро удалились, и они не расслышали. Берег размытым пятном летел мимо, и я даже не могла сказать, где мы, но, кажется, вот пронеслись мимо моего дома, прежде чем сделать резкий поворот, который почти выбросил меня за борт.

Я уже собиралась крикнуть Герти, чтобы сбавила обороты, когда она полностью сбросила скорость, и я распласталась на носу лодки, чуть не скатившись в байю. А подняв голову, увидела причал Уолтера в нескольких дюймах от моего лица и успела схватиться за край, пока мы в него не врезались. Вовремя.

- Пожалуй, на обратном пути, я поведу, - сказала я, спрыгивая на пирс и привязывая лодку.

- Ты даже не умеешь управляться со штурвалом, - ответила Герти.

- И все же я уверена, что справлюсь с этой работой лучше, чем вы.

- В последнее время вокруг одни только критики, - проворчала Герти, выбираясь из лодки. - Давай войдем внутрь, пока нас никто не увидел.

После утренней стычки с толпой ей не пришлось повторять мне дважды. Я пролетела расстояние до универмага и проскользнула через заднюю дверь в подсобку, а Герти проследовала за мной по пятам. Приоткрыв дверь в зал, я заглянула внутрь, но магазин оказался пуст, за исключением Уолтера, который сидел на своем обычном месте за кассовым аппаратом.

-Пст, - прошептала я.

Уолтер опустил газету, посмотрел на дверь и выпучил глаза, когда увидел мою голову.

- Нужно поговорить, - сказала я.

Уолтер бросил газету на прилавок и поспешил в подсобку. Я еще не видела, чтобы он так быстро двигался.

- С Идой Белль все в порядке? - спросил Уолтер, как только закрыл за собой дверь.

- В порядке, - заверила я его. - Картер допросил ее и уже отпустил. Сейчас она дома, и ей приказано не покидать город.

- А почему? Что, черт возьми, происходит? Я сегодня отправил Картеру уже три сообщения, но видимо, мой племянник удачно забыл, что мы - семья.

- Не думаю, что он забыл, - ответила я. Мое сердце дрогнуло при виде явно расстроенного владельца магазина. - Он просто делает свою работу. Думаю, что Картер рад происходящему не больше, чем мы.

Уолтер вздохнул.

- Я знаю, что ты права, но все равно выскажу ему всё, когда свяжусь с ним. Так что же происходит? Ты что-нибудь знаешь?

Я кивнула и ввела его в курс всего, кроме моих дел в ЦРУ. Ида Белль и Герти были единственными людьми в Греховодье, кто знал мою истинную личность, но даже их я не просветила насчет своего полного имени или должности. Я полагала, что о последнем они догадались, но некоторые вещи лучше оставить невысказанными.

Когда я закончила рассказывать, Уолтер потер виски и глубоко вздохнул.

- Все гораздо хуже, чем я думал. Неудивительно, что Картер не отвечает на мои звонки. У меня есть деньги. Я могу нанять для Иды Белль лучшего адвоката во всем штате.

Сердце, существование у себя которого я старательно отрицала, чуть сжалось от преданности Уолтера своей безответной любви. Клянусь, будь я лет на тридцать старше, не наемной убийца из ЦРУ, за голову которого назначена награда, и пожелай я навсегда застрять в этом дурацком городишке на байю, точно бы закрутила с Уолтером.

- Не думаю, что уже есть надобность, - ответила я, - и, дай бог, до такого и не дойдет.

Уолтер покачал головой.

- Если у вас нет козыря в рукаве, не представляю, как нам избежать худшего.

- Герти, Ида Белль и я собираемся провести собственное расследование и найти настоящего убийцу.

Уолтер несколько секунд смотрел на нас со смесью недоверия и страха.

- Похоже, вы действительно серьезно.

Герти всплеснула руками.

- Конечно, мы серьезно, старый козел. Неужели ты думаешь, что я буду стоять и смотреть, как мою давнюю и дорогую подругу обвиняют в том, чего она не совершала?

Уолтер напрягся, его лицо слегка покраснело.

- Нет, я думаю, что ты с головой залезешь в то, о чем не имеешь ни малейшего представления, и в конечном итоге будешь сидеть в камере рядом с Идой Белль.

- Тогда ладно. - Герти скрестила руки на груди. – Теперь, как сказал бы Джефф Фоксворти, мы все знаем свои роли. Ты хороший друг, который, если что, внесет за нас залог. А я лучший друг, который готов загреметь с ней в тюрьму.

- Хм, - сказала я. - Немного грубовато, но мне нравится классификация этого Фоксворти. Он местный [1]?

Герти вздохнула.

- Обсудим его позже. А сейчас нужно заняться делом. Конечно в том случае, если мистер Чистоплюй снизойдет до того, чтобы нам помочь. А то вдруг боится, что за разговор с нами его арестуют.

Уолтер покачал головой.

- Прекрасно, старая дура. Что ты хочешь знать?

- Причину, по которой кто-то захотел бы убить Теда, - вмешалась я.

Глаза Уолтера расширились.

- Сразу к делу. Но боюсь, мой ответ вас разочарует. Я понятия не имею, с чего кому-то желать его смерти.

- Ни малейшей причины? - спросила я, не в силах поверить, что поведение Теда, смахивающее на уловки торговца подержанными автомобилями, не испортила кому-то настроение.

- По-моему, женщины считали его немного бабником, - сказал Уолтер, - поэтому в основном избегали. Мужчины думали, что он слишком много трещит без дела и своей болтовней может довести до пьянства и святошу - но за это же не убивают.

- А как насчет романа? - спросила я. - Вы сказали, он был бабником. Возможно, в Греховодье нашлась женщина, которая его не избегала. А уже у нее нашелся ревнивый муж.

Уолтер нахмурился.

- Ну так-то все допустимо, только я понятия не имею, кто бы это мог быть. Никогда не замечал, чтобы он кого-то выделял или вел себя с кем-то по-особенному.

Герти вздохнула.

- Это бессмысленно. Уолтеру пришлось бы застукать Теда в постели с другой женщиной, чтобы понять, что у того роман. Когда речь заходит о таких вещах, мужчины в упор ничего не видят.

- Неужели? - удивилась я. Мой опыт общения с противоположным полом в основном ограничивался оперативниками ЦРУ. Там наблюдательность, как правило, сохраняла тебе жизнь, так что я и не догадывалась о таких прозаичных слепых пятнах у мужчин.

- Или, - возмутился Уолтер, - женщины бывают коварными и подлыми, а мужчины не хотят верить в самое худшее.

Герти махнула рукой.

- Продолжай твердить себе это. Анжелина Джоли могла быть известной преступницей, а мужчины все равно выстраивались бы в очередь, чтобы заняться с ней сексом.

-Хм-м, - пробормотал Уолтер, явно не имея веских аргументов против такого довода.

- Если оставить в покое секс с Анжелиной Джоли, - продолжила я. - Можешь вспомнить, когда Тед смог разозлить кого-то настолько, чтобы его захотели убить?

- Мне бы очень хотелось, - сказал Уолтер. - Но я не видел и не слышал ничего такого. Если кто-то из здешних мужчин и следил за Тедом, то либо он чертовски скрытен, либо это произошло так недавно, что слухи еще не разлетелись.

- А вы с ним где-то недавно общались? - поинтересовалась я.

- Конечно. Последние две недели Скутер делал ему ремонт. Тед вообще не умел обращаться с мотором. - Уолтер слегка смутился. - Ну, больше он ничего и не сломает. Это было ужасно грубо с моей стороны.

- Вы просто забылись, - напомнила я, – что это был за ремонт?

- У грузовика возникли проблемы с тормозами - ничего необычного. А вот с лодочным мотором - совсем другое дело. Чертова штука расплавилась - плохая проводка, наверное. Скутер ему сказал, что и чинить не стоит, поэтому Теду пришлось купить новый мотор.

- И он нормально выглядел, когда приезжал сюда на ремонт? - спросила я.

Уолтер кивнул.

- Рассказывал о какой-то передаче по кабельному. В большинстве случаев я отвлекался, когда он начинал балаболить. Но мне Тед показался таким же, как и всегда.

- Вероятно, мы не с той стороны заходим, - сказала Герти. - Мы предполагаем, якобы кто-то решил убить Теда из-за того, что он что-то сделал, но, возможно, это у Полетт был роман.

Я нахмурилась.

- Считаешь, ревнивый любовник убил Теда, чтобы заполучить Полетт?

Уолтер поморщился.

- Если это так, то его оправдают как невменяемого. Никто в здравом уме не захочет эту женщину.

- Согласна, - ответила Герти, - но большинство мужчин не так разборчивы, как ты, Уолтер.

- Сама же сказала, что Полетт большую часть времени проводит в Новом Орлеане.

Герти просияла.

- Совершенно верно. Она заявляет, мол, поехала в спа-салон, а сама может творить что угодно.

Я кивнула.

- И ни Тед, ни кто-либо другой в Греховодье не догадаются.

- Отлично, - сказала Герти. - Нам нужно лишь проверить, что делает Полетт в Новом Орлеане.

- И как предлагаешь это узнать? – спросила её. - Вряд ли она сейчас поедет в спа-салон, ведь ее мужа только что убили.

Герти сосредоточенно наморщила лоб.

- Нам нужны квитанции. Тогда мы выяснили бы, где она была, и, возможно, нашли бы способ расспросить персонал.

Я отрицательно покачала головой.

- Ни за что, - сказала я, уже зная, куда она клонит. - Мы не будем вламываться в дом Теда. С таким же успехом можно размахивать плакатом с надписью: «Арестуйте меня. Это сделала я».

Уолтер кивнул.

- Картер посадил бы вас в тюрьму.

- Ну, тогда я иссякла, - сказала Герти. - У тебя есть идея получше?

- Если у меня и нет идеи получше, - сказала я, - это еще не значит, что твоя хорошая.

- Но это же единственный выход.

Я посмотрела в окно подсобки на байю, отчаянно ища любую альтернативу самоубийственному предложению Герти.

- Ты еще и размышляешь, - удивился Уолтер. - Поверить не могу. Ты такая же сумасшедшая, как и эти двое.

Я улыбнулась. Если бы он только знал.

- Раз уж Полетт католичка, то почему бы ей не сходить в церковь? А пока в доме никого нет…

- Ладно, - прервал Уолтер, - я с вами прощаюсь, так что если Картер меня спросит, я ни черта не знаю. Позвоните мне, если что-нибудь понадобится... в юридическом смысле.

Герти подождала, пока Уолтер покинет помещение, прежде чем ответить.

- Иногда они совершают молитвенное бдение сразу после смерти. Я полагаю, для похорон Теда увезут обратно на восток, так что есть хороший шанс, что завтра отец Майкл совершит какую-нибудь службу.

Я кивнула.

- Тогда мы ворвемся в дом.

- И у нас есть дополнительное преимущество - на службе соберется большая часть местных жителей. Большинство этих лицемеров в церковь и носа не кажут, если только это не свадьба или похороны. А так хоть меньше шансов быть замеченными кем-то из соседей.

- Значит, решено. Давай убираться отсюда, пока нас никто не увидел, и мы не навлекли на Уолтера неприятности.

Герти кивнула. Мы вышли через заднюю дверь магазина на пристань. Я отвязала лодку, а Герти завела мотор. Уже мечтая о горячем душе, который до сих пор не успела принять, я оттолкнула лодку от причала и прыгнула в нее.

- На этот раз помедленнее, - предупредила я Герти. Она закатила глаза, а затем так сильно нажала на газ, что лодка практически выпрыгнула из воды.

Хуже того, судно направилось прямиком к другой лодке, которая двигалась вниз по байю.

- Берегись! - закричала я.

Герти рванула рычаг мотора в сторону, и лодка, вильнув, на дюйм разминулась с препятствием, но окатила то волной. Я успела заметить, как ошарашенный владелец прикрылся, защищая лицо от воды - а затем он опустил руку и пристально посмотрел прямо на меня.

Дерьмо. Это был тот кретин, которого я приложила об асфальт, из утренней толпы.

Я оглянулась на Герти, которая притормозила, чтобы вытереть глаза.

- Помнишь, я говорила, что нужно плыть помедленнее?

- Да?

- Забудь все, что я сказала.

Она непонимающе прищурилась на меня.

- В смысле?

Глаза парня расширились.

- Янки, сука-убийца!

Герти оглянулась.

- О, нет! - И снова повернула дроссель мотора.

Лодка опять подпрыгнула над водой, а я уперлась ногами в дно, чтобы сохранить равновесие. Секундой позже кретин завел мотор и погнался за нами.

Герти оглянулась.

- Похоже, за нами хвост!

«О боже».

Я поморщилась, когда лодка с грохотом опустилась на рябь, которую ветер оставил на поверхности байю. Поездка до универмага уже не казалась такой уж тяжелой. Я оглянулась на того идиота, увидела, что он нас догоняет, и почувствовала, как мой пульс участился.

- А можно гнать еще быстрее? - прокричала я.

- Ты что, издеваешься? Я уже так несусь, что практически обгоняю возраст. Кроме того, мой мотор уже на пределе.

Я вгляделась в берег, что проносился мимо, пытаясь оценить, насколько близко мы к причалу. Вероятно, достаточно, но я не была уверена. И при той скорости, с которой нас догоняли, мы не успеем добраться до спуска, не говоря уже о том, чтобы выбраться из воды, прежде чем попадемся.

Услышав первый звон, я подумала, мы ударились о какой-то мусор в байю, вроде банки из-под содовой, но потом что-то прорвало мой рукав и чиркнуло по коже. Я выглянула из-за Герти, чтобы получше разглядеть кретина. Вовремя. Он нацелил пистолет прямо мне в голову.

Я нырнула на дно лодки.

- Он в нас стреляет!

Рядом снова звякнуло.

- Это просто дробовик, - сказала Герти. - Он жалит, но убить не сможет. Просто не дай прицелиться себе в глаз.

- Я не собираюсь становиться мишенью. Если он подойдет еще ближе, эти шарики не только ужалят.

Я осмотрела дно лодки в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Якорь выглядел многообещающе, но веревка, прикрепленная к нему, казалась слишком хлипкой для замаха. Вместо этого я схватила весло.

- Когда я закричу, - сказала я Герти, - ты заглушишь двигатель и свернешь влево примерно на фут.

- Ладно, - сказала она.

Никакой паузы. Никаких вопросов. Даже не приподняла бровь. Я не была уверена, то ли ошеломлена ее доверием ко мне, то ли испугана.

Я села на корточки за средней скамьей и поглядела на Герти. Идиот маячил всего в десяти футах позади нее. Когда же достиг пяти - пришло время действовать.

Девять. Восемь. Семь. Шесть. Пять…

- Давай! – крикнула я так громко, как только смогла.

Герти полностью заглушила мотор, и лодка с грохотом рухнула на протоку, словно кто-то ударил по тормозам. Когда мимо нас пронесся испуганный идиот, я вскочила и врезала ему веслом.

Падая, он закричал, мертвой хваткой вцепился в ручку мотора, чтобы не свалиться в воду, и, откинувшись на спинку скамьи, развернул всю эту штуку. Его лодка рванулась вправо и понеслась прямо к берегу на дорогу, идущую параллельно байю.

Где тут же врезалась в борт грузовика Картера.

- Валим отсюда, - сказала я, снова опускаясь на дно лодки.

И тут я поняла, что суденышко наполняется водой.

- Похоже, мой ремонт не удался, - сказала Герти. - Наверное, мне следовало наложить заплатку чем-нибудь покрепче скотча.

Я выглянула за борт. Картер выскочил из своего грузовика и начал кричать на этого кретина.

- Причал вон там, - сказала Герти. - Нам придется добираться к нему вплавь. - Она перепрыгнула за борт лодки и погребла к берегу.

Не видя лучшей альтернативы, я нырнула за ней. И как можно дольше плыла под водой, чтобы избежать опознания доблестным помощником шерифа, попутно надеясь, что двигаюсь в правильном направлении. Наконец, пришлось вынырнуть, глотнуть воздуха. Я была приятно удивлена тем, что менее чем в двадцати ярдах от меня находился лодочный спуск.

Я огляделась в поисках Герти и снова удивилась, увидев ее плывущую идеальным кролем всего в паре футов позади меня. Я перешла в режим Майкла Фелпса и практически взбежала вверх по спуску для лодок, как только мои ноги коснулись твердой земли. А потом, не оглядываясь, бросилась к своему «джипу».

Я дала задний ход и рванула к спуску. Добравшись до кромки байю, я увидела, как Герти забирается вверх по трапу. Она ухватилась за бампер «джипа», чтобы выпрямиться, а затем бросилась на пассажирское сиденье.

Выезжая, я бросила взгляд через плечо и увидела Картера. Он стоял на краю противоположного берега и качал головой. Я нажала на акселератор, поклявшись ехать прямо домой и запереться там, как помощник шерифа и советовал мне раньше. По крайней мере, до конца ночи.

Выехав на улицу, я посмотрела на Герти. Та вздохнула.

- Как я тебе и говорила, - сказала она. - Никогда не знаешь, когда кто-нибудь начнет стрелять.

Глава 8

Я подвезла Герти, взяв с нее обещание, что она до утра и носа не покажет из дома. И даже не подойдет к двери, чтобы проверить почту. Кто знает, к каким выводам придет Картер с этой своей теорией «до твоего приезда было тихо».

Поездка к Уолтеру оказалась напрасной – никакой полезной информации. Герти выдала совершенно бредовую идею, и что еще хуже – я с ней согласилась. Я покачала головой, загоняя машину в гараж. Словно попадала из огня да в полымя с того самого момента, как приехала в Греховодье. И чуть ли не каждый день у меня было такое ощущение, будто я пытаюсь потушить пожар, нося воду в чайной ложке.

Как только разрешится ситуация с Идой Белль, нужно будет поразмыслить о своём дальнейшем времяпрепровождении в Греховодье.

Я долго стояла под душем, пока не закончилась горячая вода, натирая тело скрабом и мочалкой. Раньше считала такие вещи слишком девчоночьими, но купание в греховодном байю изменило моё мнение. Чтобы снова почувствовать себя чистой, похоже, требовалось содрать слой кожи.

К сожалению, даже вылив на себя тысячу галлонов горячей воды и измылив фунт ядреного геля, я не избавилась от запаха канализации. Поэтому натянула шорты и футболку и спустилась вниз, чтобы сунуть нос в банку с кофе.

Да, запах он отбил, но теперь мне захотелось его выпить. Я приготовила целый кофейник и задумалась, что же предпочесть: горсть шоколадного печенья Герти или кусочек последнего творения Элли - шоколадно-орехового пирога. Всё же решив, что день выдался вдвойне тяжелым, а значит, я вдвойне заслуживаю десерта, я налила кофе в чашку и выставила сладости на стол.

Но успела откусить только первый божественный кусочек печенья, как вдруг позвонили в дверь. Взглянув на лежащий рядом пистолет, я всерьез подумала пригрозить незваному гостю. Пусть убирается и больше никогда не приходит.

Опять жужжание звонка, уже более настойчиво. Я со вздохом поднялась со стула, так и держа печенье в руке. Спрятала оружие в ящик, а потом направилась в гостиную. Распахнув входную дверь, я застыла. На крыльце стоял Картер.

- Пожалуйста, скажи, что у тебя есть еще печенье, - попросил он.

- А что? – спросила я.

Он не злился, не выглядел обиженным. Я вообще не поняла что у него за настроение.

- Может, угостишь меня?

Я отступила назад, жестом приглашая его войти, и сама потопала следом. Лучше выяснить, что он задумал.

- Кофе? - предложила я.

- Было бы здорово, - сказал Картер, усаживаясь за кухонный стол. - Надеюсь, ты не возражаешь. Сегодня денек выдался трудный.

- Ха. Да, это еще мягко сказано.

Я поставила перед ним чашку кофе и тарелку с печеньем и скользнула обратно на своё место.

- Наверно, следует сразу расставить все точки над i, - сказал он. - Я не собираюсь тебя арестовывать.

Я проглотила огромный кусок пирога.

- И правильно, тем более что я ничего и не сделала.

Он поднял брови.

- Ну, если бы я захотел придраться, то, вероятно, обвинил бы тебя в нападении с веслом на Коротышку Джонсона.

- Поскольку он в нас стрелял, это была всего лишь самооборона. А ты - женоненавистник.

Картер уронил печенье и уставился на меня.

- В вас стреляли?

- Из дробовика. Но эти шарики жалят, и к тому же он испортил мою новехонькую футболку. А еще, стреляющие в меня люди в целом бесят.

Картер рассмеялся.

- Держу пари. Раз уж Коротышка забыл сообщить мне о стрельбе, пожалуй, придираться не стану.

- Итак, позволь-ка уточнить: ты видел, как я огрела его веслом. Однако не знал, что это из-за стрельбы. Но войдя ко мне, сам же сходу заявил, мол, не собираешься меня арестовывать. Почему, черт возьми?

Помощник шерифа пожал плечами.

- Зная Коротышку, я решил, что он, скорее всего, что-то натворил - за что и схлопотал. Так оно и вышло. Кроме того, он разбил борт у моего грузовика, а у самого нет даже страховки на лодку. Вероятно, он банкрот. Мне придется либо заплатить за ремонт самому, либо оформлять страховку под проценты.

- Логично… и скучно. - Я отпила глоток кофе. - Если ты пришёл не для того, чтобы меня арестовать, то проясни, зачем ты здесь?

Он улыбнулся.

- А может, я пришел только ради печенья.

- О, я бы точно купилась на эту сказочку, если бы ты знал, что у меня есть печенье до того, как я открыла дверь.

- Я опытный детектив. Ты так уверена, что я не знал?

- Если только уже не залез в мой дом.

Картер рассмеялся.

- Нет, взлом и проникновение - это по вашей с боевым дуэтом части.

- Совершенно не понимаю, о чем ты.

- Не сомневаюсь.

Он отпил из чашки и несколько секунд вглядывался в окно. Наконец пристально посмотрел на меня.

- Послушай, я пришел, чтобы попросить тебя об одной услуге.

- Да неужели? Из всего, что я могла бы представить, такого точно нет в моем списке. Чем же я могу помочь самому правильному парню в Греховодье?

- Присмотри за Идой Белль - проследи, чтобы она никогда не оставалась одна, а главное - не общалась с местными.

Я нахмурилась.

- Не хочешь ли объяснить, почему просишь меня нянчиться с бабулькой?

- Сама же сегодня утром видела: эмоции у людей зашкаливают, и ничего хорошего из этого не выйдет. Ида Белль легко может стать козлом отпущения для дураков, а таких в Греховодье хватает.

Картер вздохнул, снова посмотрел в окно, затем перевел взгляд на меня.

- Нелегко в этом признаться, но меня беспокоит, что творится в нашем городе. Да, сегодня утром я тебя прижал, но не считаю причастной к тому беспорядку или чему-то ещё. Тебе просто чертовски не везет оказываться в самой гуще событий.

При нормальных обстоятельствах, я могла бы позлорадствовать пару секунд. Но тут мое внимание сосредоточилось на первой его фразе и интонации. То, что Картер мне сознался, как обеспокоен, уже казалось невероятным. Только это не было обычной тревогой, в его голосе я услышала страх.

- Просто стечение обстоятельств, - сказала я. - Всё сразу на тебя свалилось. Да, многовато, но не похоже, что эти убийства как-то связаны между собой.

- Конечно, но все это - огромная сверкающая неоновая вывеска о том, что наш город изменился далеко не в лучшую сторону.

- О. - Я отставила чашку и откинулась на спинку стула. - Пожалуй, об этом я и не подумала.

Картер вздохнул.

- Да. Когда по окончании службы в морской пехоте я решил вернуться домой, то надеялся забыть те восемь лет в Ираке.

Меня захлестнула волна симпатии к Картеру, и я пожалела, что не могу как следует ему посочувствовать. Ведь Сэнди-Сью Морроу, выдающийся библиотекарь, понятия не имела, что пришлось испытать морпеху; а вот Фортуна Реддинг чертовски хорошо знала, какой ад творится во время войны.

- Я тебя не виню, - тихо проговорила я.

- Мне было восемнадцать, когда я укатил в учебный лагерь. От души верил: Греховодье - скучнейший город на земле. Вернувшись, я чертовски надеялся, что так оно и есть.

- Но нет.

- Поначалу казалось да - наверное, судьба дала мне эдакий медовый месяц, - но теперь ... - Помощник шерифа покачал головой. - Греховодье стало другим.

- Несомненно, в этом есть зерно истины, но изменился и ты сам.

Картер посмотрел на меня, и на его лице промелькнуло удивление.

- Ты вернулся домой, - продолжала я, - надеясь найти тот же самый город, из которого уехал ещё мальчиком. Однако не учёл, что теперь ты мужчина с совершенно другим взглядом на жизнь. Даже если бы городок не изменился, держу пари, ты все равно смотрел бы на него по-другому.

Легкая улыбка скользнула по его лицу.

- Знаешь, иногда ты довольно умна.

- Только иногда?

- Сегодня утром твоя нога застряла в унитазе.

Я рассмеялась.

- Да ладно, только не надо придираться ...

- Внимание к мелочам как бы часть моей работы. - Он взглянул на часы. - И мне пора к ней возвращаться. Подумаешь насчет моей просьбы?

Я кивнула.

- Сделаю все возможное, чтобы Ида Белль оставалась в доме и с благонадежными для суда свидетелями. Вот только обещать ничего не могу. Она хитрая.

-Ха, - усмехнулся Картер, вставая из-за стола. - Она такая.

Я последовала за ним к входной двери, а он остановился и обернулся, всего в нескольких дюймах от меня.

- Ты сказала, просьба об одолжении не входила в список поводов, из-за которых, по-твоему, я мог сюда прийти. А что там есть еще?

Всё происходило как в плохом любовном романе, что Герти заставила прочитать неделю назад, в рамках приобщения меня к обычной жизни. Горящий взгляд, сексуальная улыбка... такая банальщина. Но будь я проклята, если это не действовало.

Я почувствовала покалывание в животе, сердце учащенно забилось.

«Боже мой, я как шестнадцатилетняя девчонка».

Очаровашка коснулся пальцем моей щеки, смахивая прядь, и мое тело мгновенно отозвалось. От такого невинного прикосновения кожу словно закололо иголочками. Потом он наклонился ко мне, и я поняла: Картер хочет меня поцеловать.

Разум раздирали противоречивые эмоции: вытолкнуть наглеца за дверь и запереться, или завалить его на ковёр в гостиной и накинуться здесь и сейчас? Голова пошла кругом. У меня никогда ещё не было такого выплеска адреналина. Даже когда я в первый раз собиралась убить.

И только я решила оставить всё как есть и посмотреть, куда это нас выведет, как в мою дверь позвонили. Громкое раздражающее жужжание окончательно разрушило момент, и мы отскочили друг от друга в разные стороны.

- Спасибо за печенье, - проговорил Картер, открывая дверь, и прошел мимо моей подруги на улицу. - Добрый вечер, Элли.

- Пока, Картер - ответила та и вопросительно посмотрела на меня. - Полагаю, это хороший знак, что ты не в наручниках?

Я мысленно представила себя голой и в наручниках и почувствовала, как румянец поднимается вверх по шее. Мгновенно прогнав совершенно неуместный образ, я махнула Элли, чтобы заходила внутрь.

Она последовала за мной на кухню и села за стол, изучая меня, пока я наливала ей кофе.

- Я ведь ничему не помешала? - поинтересовалась Элли.

- Нет, Картер заявился по работе и уже собирался уходить.

Она отпила глоток кофе и, прищурившись, принялась меня разглядывать.

- Тогда почему ты покраснела?

- Я не краснею. В Луизиане июнь. Мне жарко.

- А теперь ты лжешь. - Элли вытаращила глаза. - О боже. Он конкретно подкатил к тебе!

- Нет, ничего такого. - Хотя я была практически уверена, что Картер собирался ко мне подкатить, но ничего же не случилось. Так что технически я не врала.

- О. - Элли слегка огорчилась. - А ты бы хотела?

- Нет... Не знаю… Не могу… - Черт. Я не знала, как закончить этот разговор.

Элли усмехнулась.

- Да, хотела бы. Ну разве не иронично? Из всех мужчин в мире, которых ты сочла бы привлекательными, ты выбираешь Картера. Единственного, кто всегда пытается загнать тебя в угол и заставить вести себя прилично.

Я отрицательно покачала головой. Я не была готова беседовать на эту тему, разговор явно выходил из-под контроля.

- Помощник шерифа Леблан только раздражает меня.

- Опять ты лжешь. Ну же, Фортуна. Да любая женщина скажет, что Картер – горячий парень, только мертвая или слепая этого не заметит.

- Я никогда не говорила, что он не секси. Он просто не в моем вкусе.

- Да что ты? Крутые, сексуальные красавцы-мужчины с солидным послужным списком и твердыми моральными принципами - не твой тип? Я боюсь спросить, кто же тогда.

Я вздохнула.

- Ты что, не собираешься оставить все как есть?

- Черт возьми, нет. Из всего, что случилось с тобой с тех пор, как ты прибыла в Греховодье - находка человеческой кости, обвинение в убийстве, отравление, - я впервые вижу, что тебе действительно не по себе. Я ни в коем случае не отступлюсь, так что давай, выкладывай.

Какое-то время я ее рассматривала - выжидающе-радостное выражение лица, нетерпеливый взгляд - и в итоге сама не сдержала улыбку. Вот каково это - иметь настоящих друзей. Они поддержат тебя, если нужно, но также без угрызений совести вытянут на свет самое сокровенное. В некотором смысле, всё это было так же чуждо мне, как и мои странные чувства к загадочному Картеру Леблану.

- На самом деле мне и сказать-то нечего, - наконец ответила я, - у меня просто нет ответов.

- О. - Элли нахмурилась, очевидно, почувствовав, что я говорю правду. - Ты действительно не знаешь, нравится ли он тебе?

Я пожала плечами.

- Он мне очень нравится, когда не орет на меня. И я не обижаюсь за то, что он дает мне чертей, потому что обычно сама на это нарываюсь.

- И?

- И да, он красавчик.

- Но?

Я взмахнула руками.

- Но почему это должно что-то значить? Тебе вот нравится Картер, и ты считаешь его сексуальным, так почему же сама не встречаешься с ним?

Элли нахмурилась.

- Хм. Это правильный вопрос. Мы вместе росли, он даже присматривал за мной, когда я была младше, и защищал от подколок. Поэтому для меня он как старший брат, а не потенциальный партнер. Мне хотелось бы видеть его с другой.

Она с надеждой посмотрела на меня.

- Что ж, придется тебя разочаровать. Я здесь только на лето. Последнее, что мне нужно - это с кем-то связываться.

Плечи Элли слегка поникли.

- Я все время забываю, что ты на самом деле живешь не здесь. А может, просто не хочу вспоминать. Наверное, я надеялась…

- Я не могу остаться, Элли. У меня другая жизнь.

«И другая личность».

- И тебе там нравится?

Я помолчала, обдумывая ее вопрос. Любила ли я свою жизнь в Вашингтоне? Или просто не знала ничего другого?

- Я просто знаю ту жизнь, - ответила я наконец. - И кто я в ней есть.

-Ты молода, Фортуна. У тебя еще всё впереди. Я не пытаюсь давить на тебя, но ты должна подумать об этом. Ведь сейчас у тебя появился шанс увидеть совершенно иную жизнь. Возможно, Греховодье - не твое место, но это же не значит, будто твое прежнее лучше.

Я поглядела в окно на байю. Заходящее солнце отбрасывало оранжевый отблеск на поверхность уходящего прилива. Всё выглядело так обманчиво мирно, особенно по сравнению с суетой Вашингтона.

Но все это - ложь.

У Греховодья оказалось множество темных тайн, и казалось, будто они решили всплыть на поверхность все разом. Я только надеялась, что эти похороненные секреты не разоблачат мои собственные.

Глава 9

- А где попкорн? - крикнула Герти из гостиной.

- Ты не будешь есть это дерьмо на моем новом ковре! - проорала в ответ Ида Белль из кухни.

Я стояла в кладовке, сжимая пакет с попкорном, гадая куда идти - к микроволновке или к «джипу». С тех пор как я пришла, эта парочка вела себя просто невыносимо - застрелила бы их лично. А учитывая тот факт, что няней старушек я пробыла всего десять минут - дела хуже некуда.

- Как это так - смотреть кино, и без попкорна? – завопила Герти.

- Хочешь попкорн, будешь стоять в коридоре, - парировала Ида Белль.

Я решительно направилась к микроволновке, дабы восстановить мир, даже если это будет последним, что я сделаю.

- А не проще ли скатать ковер? Потому что я намерена и есть, и пить, и не собираюсь при этом стоять в коридоре. И не хочу сидеть с вами на кухне, где единственным источником развлечения останется ваша ссора. Не настолько вы забавные.

Ида Белль воззрилась на меня.

- Кто-то помочился в твои кукурузные хлопья?

- Да. Ты. И она. Вы обе сегодня как аккумуляторная кислота. Еще одно слово, и я уйду домой. Пусть Картер нанимает кого-нибудь другого. Если бы я хотела детей - я бы родила.

- Туше. Полагаю, мы обе немного на взводе.

- Ну так успокойтесь. Сверните этот проклятый ковер, приготовьте попкорн, захватите нам пару бутылок пива и давайте смотреть фильм. Я так устала от конфликтов, что готова присоединиться к секте Дзен.

- Не думаю, что они одобрили бы твою профессию, - сказала Ида Белль. - Хорошо, мы свернем этот чертов ковер и перенесем в гостиную еду и напитки. Кстати, что смотрим?

- Не знаю. Герти выбирала.

Ида Белль схватила пакет с попкорном и сунула его в микроволновку.

- Наверно, какая-нибудь очередная душещипательная мелодрама.

- К твоему сведению, - сказала Герти, входя в кухню, - я взяла «Неудержимые» 1 и 2.

Я сдержала улыбку.

- Группа старых наемников ввязывается не в свое дело. Как уместно.

- Ты действительно догоняешь современное кино, - одобрительно заметила Герти.

- Как-то вечером у меня был марафон просмотра фильмов про Рэмбо.

Зазвенела микроволновка, и Герти бросилась вытаскивать попкорн. Разорвав пакет, она кинула его в миску и побежала к крану с холодной водой остудить пальцы. Ида Белль покачала головой, взяла пакет за уголки и высыпала попкорн в посуду.

- Ничему ее жизнь не учит, - посетовала она и прошла мимо меня в гостиную.

Ухмыляясь, я прихватила из холодильника три бутылки пива и поплелась за ней. Едва закончились вступительные титры, как раздался звонок в дверь. Мы все замерли и переглянулись, опасаясь, что нежданный гость принес плохие новости.

Наконец Ида Белль встала и открыла дверь.

- Черт возьми, Мари, - сказала она, жестом приглашая женщину войти. - Почему ты не позвонила? Мы решили - всё, Картер пришел меня арестовать.

- О, мне так жаль - сказала Мари, явно встревоженная тем, что напугала нас. - Но мне нужно тебе кое-что рассказать. А эта женщина так меня накрутила, мол, нельзя звонить по телефону, тебя могут прослушивать. Я думала, у меня сердечный приступ случится по дороге сюда.

- О чем, черт возьми, ты говоришь? - потребовала Ида Белль. – Какая еще женщина? И сядь, пока не грохнулась в обморок.

Мари упала на диван, сжимая сумочку.

- Бэбс Гаспард - подруга Селии.

- Что же такого сказала Бэбс, что тебя так расстроило?

- Дело не в ее словах, а в этом предположении. Неужели кто-то на самом деле постоянно подслушивает наши телефонные разговоры? На днях я поссорилась со своей кузиной и такое про нее наговорила, что предпочла бы не распространять, даже если и не приукрасила.

- Ты про свою кузину Ширли? - поинтересовалась Герти.

Мари кивнула.

- Тогда объяснимо, - сказала Герти, - почти все, что говорят о Ширли - правда.

Ида Белль махнула рукой в сторону Герти.

- Забудь о Ширли. И забудь, что сказала та глупая женщина. Никто не слушает наши телефонные разговоры.

- Вы уверены? - спросила Мари и глянула на меня.

- Не сомневаюсь, - ляпнула я. - Получить разрешение на прослушку или радиоперехват сигнала сотовой связи не так просто, как кажется.

Мари вытаращила глаза.

- По крайней мере, как я читала, - проговорила я, пытаясь скрыть свою оплошность.

- Ах да. - Лицо Мари прояснилось. - Держу пари, ты кучу всего прочла за время работы в библиотеке.

- Само собой, - сказала я. - А о чем-то еще Бэбс сообщила, что нам нужно знать?

- Она сказала, в доме Теда появился незнакомый мужчина. Никто его раньше не видел. Он молод, вероятно, ровесник Полетт. Приехал вечером.

- Родственник Теда? – поинтересовалась я.

Мари покачала головой.

- Бэбс не знает. Она просто сказала, что Селия велела ей передать информацию мне, чтобы я сообщила её Иде Белль.

- С какой стати Селия Арсено решила, будто я хочу знать о каком-то странном чуваке, навещающем Полетт?

Я вздохнула.

- Потому что так Селия нам помогает.

Мари растерялась еще больше.

- Селия навестила меня как-то днем, - объяснила я, - выразила свою поддержку Иде Белль, мол, верит в ее невиновность. Конечно, анонимно. Еще Селия попросила меня найти настоящего убийцу. Я считала, будто убедила ее, что обычному человеку опасно пытаться загнать преступника в угол, но, похоже, упрямства у местных хоть отбавляй.

- О, понятно, - сказала Мари, - поэтому Селия не стала говорить со мной напрямую, а послала Бэбс, как тайного связного.

- Да уж нашла шпионку, - съязвила Ида Белль. – У Бэбс рот хлопает, как простыня во время урагана.

Герти вздохнула.

- Грубо, но верно.

- И что еще сказала Бэбс? - спросила я.

- Это всё, - ответила Мари.

- Что значит "всё"? - возразила я. - Да это всего лишь капля в море. Если уж настаиваешь строить из себя Нэнси Дрю, то по крайней мере убедись, что информация стоящая, прежде чем идти на тайные операции.

- Может быть, он не из семьи Теда, - выдала Герти. - Может, это любовник Полетт?

Глаза Мари расширились от удивления.

- У Полетт есть любовник?

- Мы этого не знаем, - ответила я, - только предполагаем. Допустим, Полетт обманывала мужа с другим, когда бывала в Новом Орлеане, наконец любовник не выдержал, приревновал и убил Теда.

- О, хорошая теория, - сказала Мари. – Вот только мы говорим о Полетт. Неужели нашелся человек, готовый ради нее убить?

- В этом-то и загвоздка, - ответила я. - И даже если у Полетт был бурный роман, я не думаю, что этот парень заявился бы к ней домой в день убийства мужа. Не может же он быть настолько идиотом.

- Ну… - протянула Ида Белль. – Пожалуй, я все-таки с тобой соглашусь. Надо бы выяснить, кто этот человек.

- О, Бэбс говорила, что этим займется Селия, - откликнулась Мари.– Завтра собиралась отнести Полетт запеканку. Как только сможет, передаст информацию Бэбс. Потом Бэбс расскажет мне. А я сначала позвоню тебе, прежде чем приду сюда. - Мари вздохнула. - Господи, я устала даже от мыслей обо всем этом.

- Я тоже, - откликнулась я.

Мари вскочила с дивана.

- Ну что ж, дамы, не буду вам больше мешать, занимайтесь своими делами.

- Мы смотрим фильм и едим, - сказала Ида Белль. - Почему бы тебе не присоединиться к нам?

- Я не могу. Оставила блюдо на плите. - С этими словами она выскочила за дверь, захлопнув ее.

Я покачала головой.

- Не быть Мари хорошим агентом, слишком нервничает.

- А еще рискует сжечь свой дом, - добавила Герти.

- Что ты думаешь о парне в доме Полетт? - спросила Ида Белль.

- Пока ничего, - ответила я. - Слишком много предположений. Наверное, придется подождать пока Селия не выяснит побольше.

- Да уж. - Ида Белль откинулась на спинку дивана. – Запускай кино, Герти.

Устроившись поудобнее в кресле, я попыталась сосредоточиться на экране. Неплохой фильм. Однако мысленно я постоянно возвращалась к Полетт и ее поездкам в Новый Орлеан; странному человеку, что прибыл в день убийства; и яду от сусликов, о котором знал весь город.

Я полностью погрузилась в свои мысли, как вдруг окно за диваном разбилось, и что-то влетело в гостиную, врезавшись в светильник в глубине комнаты. Ида Белль и Герти упали на пол, а я кувыркнулась за кресло. Потом выглянула из-за него и увидела большой ком бумаги среди осколков абажура.

Снаружи завизжали шины, и я подскочила к окну, но в тусклом уличном освещении смогла разглядеть лишь темный грузовик.

- Не трогай! - заорала Герти. - Вдруг бомба.

Я повернулась и увидела Иду Белль, склонившуюся над предметом.

- И что тогда изменится, если я прикоснусь? – возразила она.

Ида Белль подняла эту вещь. Я поспешила к ней.

- Просто камень, завернутый в бумагу, - произнесла она, снимая резинки, чтобы освободить записку. «Мокрушница-фанатка янки».

- Да уж, изысканное послание, - съязвила Ида Белль. – Ещё бы отыскать автора среди всего греховодного населения.

- Легко. - Я указала на обратную сторону листа. - Идиот написал этот «шедевр» на своем счете за коммунальные услуги.

Ида Белль перевернула бумагу.

- Похоже, Коротышка не извлек урока из казуса с лодкой.

- Я звоню Картеру, - заявила Герти.

Я посмотрела на Иду Белль, ожидая протеста, но та лишь кивнула. Вероятно, мудро рассудив, что ей выгоднее быть в качестве жертвы.

***

Картеру потребовалось всего пять минут, чтобы появиться в доме Иды Белль. Пять секунд на просмотр записки на счете за коммуналку. Наконец он раздраженно вздохнул.

- Не знаю, радоваться ли, что Коротышка так облегчил мне работу, или злиться, что подобный болван не только топчет землю, но и живет в моем родном городе.

- Голосую за «разозлиться». - Я постучала пальцем по квитанции. - Обрати внимание на эту крупную надпись красным: "Уведомление о прекращении услуг". Если он не платит по счету за воду, я сильно сомневаюсь, что у него найдутся наличные для ремонта твоего грузовика или окна Иды Белль.

Картер оживился.

- Это облегчает мне задачу. Я все медлил с арестом, думал, в тюрьме Коротышка мне за грузовик не заплатит, но раз он все равно даже коммуналку просрочил... Извини за окно, Ида Белль.

- Не беспокойся, - сказала Ида Белль. - Я все равно хотела поставить новые. Но я выдвигаю обвинения. Светильник был дорогой.

- Я тоже выдвигаю обвинения, - добавила я.

- За что? - спросил Картер. - Ты сама напала на Коротышку.

- Ты забыл о том, что он в меня стрелял? А в данный момент я еще добавлю веские доводы о преследовании.

Картер взглянул на меня обиженно.

- Ты действительно хочешь, чтобы я выдвинул обвинение в преследовании? Городок - не больше почтовой марки. Если так посудить, да мы все тут преследуем друг друга, просто выйдя за двери дома.

- Это ясно, но ты можешь пригрозить ему, чтобы держался от нас подальше.

Он улыбнулся, принимая мою точку зрения.

- Это можно. Обычно я попросил бы, чтобы вы завтра дали показания в управлении шерифа, но, учитывая, что туалет в здании сломан, - он поглядел на меня, - гражданские не допускаются.

- Мы можем сделать это здесь? - спросила я, почувствовав легкую вину.

- Я испеку кексы, - обрадовалась Герти и хлопнула в ладоши. - Закатим вечеринку.

Очевидно не готовый к такому, Картер несколько секунд разглядывал Герти.

- Мне нужно забрать Коротышку. Увидимся завтра в десять утра. Если что-то изменится, я позвоню, чтобы перенести встречу.

Картер ушел, и я заперла за ним дверь.

- Есть чем прикрыть дыру? - спросила я.

- На кухне лежат мешки для мусора и скотч, - ответила Ида Белль. – А завтра я затяну раму брезентом. Эдди - единственный мастер по окнам в Греховодье, и ему потребуется целая вечность, чтобы взяться за работу. Наверное, до тех пор мой дом будет выглядеть как ночлежка бомжа.

- Он что, занят устранением последствий урагана? - спросила я.

- Черт возьми, нет, - проворчала Ида Белль. - Он занят тем, что надирается вусмерть. Мне придется ждать, пока у него не закончатся деньги на выпивку. Вот тогда Эдди и примется за работу, только, вероятно, уже осенью. Он недавно поставил новые окна в школьной столовой.

Я покачала головой.

- Если Уолтер сможет заказать окна, то я сама их установлю.

Ида Белль и Герти вытаращились на меня.

- Ты умеешь ставить окна? - удивилась Ида Белль.

Я пожала плечами.

- Нас учили понимать структуру здания... ну, знаете, для облегчения проникновения. А иногда приходилось строить собственное жильё. В основном, из подручных средств, но я умею работать с деревом. Надеюсь, будет намного проще, когда нет летящего в лицо песка и страха…

- Страха чего? - поинтересовалась Ида Белль.

Я рассмеялась.

- Хотела сказать, без страха, что в меня кто-то выстрелит, но, видимо, это не наш случай.

Герти качнула головой.

- Я всегда говорю: никогда не знаешь наверняка…

- Когда кто-то может начать стрелять, - перебила я.

Знакомая фраза.

Глава 10

Ночевать я осталась у Иды Белль на диване, при этом слегка рисковала, учитывая, что местные неандертальцы принялись кидаться камнями. На случай, если подобное повторится, я решила быть поближе к двери, чтобы сцапать виновника и отписать ему наказание без суда и следствия. Картер действовал по закону, но с сумасшедшими такое не срабатывало. Я по собственному опыту знала: единственное, что производит впечатление на придурков, это еще более безумные поступки против них. И определенно, могла бы выдать что-то из ряда вон выходящее, что Греховодью и не снилось.

Но в эту ночь безумцы спали, а я за свои старания получила лишь одеревеневшую шею. Ещё и разминать её пришлось целый час. Герти встала ни свет ни заря выпекать кексы. От них шел такой чудесный запах, что я не стала жаловаться на грохот посуды в шесть утра. Более того, простила раннюю пташку, съев один кекс ... нет, пожалуй, два. Ладно, я умяла три маффина, но разве кто-то считает?

Картер появился ровно в десять: взял у нас показания, мы подписали бумаги, и он ушел подшивать документы. Несколько греховодных дам прибыли сразу после него, поэтому я направилась домой, полагая, что на несколько часов избавилась от обязанностей няни.

Я приняла горячий душ, чтобы окончательно избавиться от боли в шее. Спустилась вниз, взяла бутылку воды из холодильника и застыла посреди кухни со скверным чувством, что не знаю чем заняться.

Со времени моего прибытия в Греховодье редко выпадал такой момент. Наверно, можно было бы заняться описью имущества - но мне совсем не хотелось. В глубине души я продолжала надеяться, что Ахмада повяжут, награду за мою голову отменят, и я уеду из Греховодья еще до конца лета и начала срока инвентаризации. А там уж Сэнди-Сью сможет распоряжаться своим наследством так, как сочтет нужным.

Глядя в окно и постукивая пальцами по столу, я в результате решила сосредоточиться на ремонте дома Иды Белль. Требовалось сделать замеры окна, прежде чем заказывать что-либо у Уолтера. А для этого мне нужны были инструменты. В сарае Мардж я кое-что видела, но не особо разглядывала, поэтому потопала посмотреть.

Летнее солнце палило нещадно, и я сразу взмокла, только лишь сойдя с крыльца. Похоже, по возвращению в дом мне снова понадобится лезть под душ.

Сарай стоял справа, между домом и байю. Его затенял гигантский дуб, а рядом тянулась живая изгородь. Я уже была на полпути, когда за окном что-то промелькнуло.

Я мигом потянулась за своим стволом и тут же выругалась, вспомнив, что пистолет остался в кухне на столе, а не как обычно пристегнут к бедру. Что было нормой, пока я не попала в Греховодье. Поспешив обратно в дом, я схватила девятимиллиметровый и вышла через парадную дверь. Чтобы злоумышленник меня не заметил и не успел сбежать, я решила прокрасться за кустарниками и поймать незваного гостя.

Продвигаясь вдоль изгороди, я очень надеялась, что сосед не выглянет и не увидит, как я крадусь с оружием по его газону. Добравшись до сарая, отыскала место, где смогла продраться сквозь кусты и, опустившись на четвереньки, поползла к задней стене.

Окна там не было, поэтому я поднялась и приложила ухо к поверхности. Сначала все было тихо, потом я услышала какой-то грохот, как будто кто-то обо что-то ударился. Я проскользнула за угол постройки и, пригнувшись, прошмыгнула мимо окна. Обойдя сарай и держа ствол наготове, снова выскочила из-за угла и распахнула дверь.

Прежде чем я успела сосредоточиться, не говоря уже о том, чтобы прицелиться, что-то врезалось мне прямо в лицо, визжа как баньши и царапая мою макушку. Я попятилась назад и выстрелила, случайно нажав на курок. Существо соскочило с моей головы и скрылось в кустах.

Развернувшись и удерживая палец на спусковом крючке, я приготовилась вступить в бой – и вдруг услышала за спиной чей-то смех. Я оглянулась и увидела Элли. Она стояла, согнувшись пополам, и хохотала так, что у нее слезы на глазах выступили. Свою лодку она вытащила на берег на заднем дворе.

- На меня напало какое-то дикое животное, - сказала я, чувствуя себя слегка оскорбленной ее неуместным весельем, - ты считаешь это забавным?

Несколько раз судорожно всхлипнув, она выпрямилась и глубоко вдохнула.

- Никакое это не дикое животное.

- Я же чувствую царапины на голове. Значит зверь дикий, и я не позволю ему устраивать логово в сарае.

Элли прошла мимо меня и наклонилась, вглядываясь в кусты.

- Иди сюда, кис-кис.

Кусты зашуршали, и оттуда выглянул черный котенок. Он робко шагнул из веток, прошел мимо неё и, мурлыча, обвился вокруг моих ног.

Элли усмехнулась.

- Похоже, у тебя новый друг.

- О нет. Я вообще не знаю, как ухаживать за кошкой, к тому же мой скальп просто огнем горит от её когтей. Да это словно приютить комок из оживших бритвенных лезвий.

- Брось, Фортуна. Такой комок послужил бы для тебя отличной запасной системой безопасности. А ещё кошки видят призраков, и если тебя кто-то преследует, киса смогла бы предупредить.

- Не хочу знать, есть ли в доме привидения, а вся необходимая резервная защита у меня во второй обойме. - Я кивнула на оружие.

- Угу. Не из этого ли пистолета ты только что пальнула в окно?

Элли обратила моё внимание на второй этаж дома, и я разглядела, что в одном из окон гостевой комнаты отсутствует часть стекла.

- Отлично. Теперь мне придется заменить два окна.

Элли нахмурилась.

- О чем это ты?

- Сейчас все расскажу, но давай-ка уберемся подальше от жары. - Я уставилась на котенка: - А ты отправляйся восвояси.

Тот посмотрел на меня и мяукнул.

- По-моему, ты ему нравишься, - настаивала Элли.

- Мне без разницы. А откуда ты знаешь, что это «он»?

Она пожала плечами.

- Потому что он знатно набедокурил и верит, будто трение о твои ноги и жалобный вид все исправят.

Я рассмеялась.

- Давай войдем внутрь, пока не растаяли. - И строго посмотрела на кота. - Останешься здесь.

Котёнок сел и принялся вылизывать лапу.

- Наверняка, хочет смыть мою кровь со своих когтей, - сказала я, входя с Элли в дом. - Пиво, воду или содовую? - спросила её, заглядывая в холодильник.

- Уже за полдень, так что я выпью пива.

Прихватив две бутылки, я села за кухонный стол:

- Насчет полудня – это еще один странный закон Греховодья?

- Нет, это личное. Я считаю, что употреблять алкоголь перед обедом - глупо.

- Почему ты сейчас не в кафе?

- Сегодня у меня выходной. Несмотря на вчерашний кавардак, я спала как убитая, да ещё и задержалась, помогая Франсин печь пироги. Проснулась только в девять, как-то необычно для меня.

- Точно, я совсем забыла спросить тебя, что же вчера устроила Полетт в кафе. Я была в управлении шерифа, когда Картер вызвали туда разбираться... что-то насчет нового ковра.

Элли кивнула.

- Я думала, Франсин просто разорвет от ярости. Ещё никогда в жизни не видела ее такой рассерженной. Даже когда старый мистер Буллард шлепнул ее по заднице и назвал призовой телкой.

- Странно, что старый мистер Буллард еще жив.

- Вообще-то уже нет, но Франсин тут ни при чем. По крайней мере, по её словам: у него случился сердечный приступ в кафе. А там кто знает. Ну так вот, Полетт вбежала в помещение, мокрая – хоть выжимай, и заорала на Франсин, мол, она ужасный человек, раз держит кафе открытым.

Я покачала головой:

- А у нее определенно есть яйца.

- Франсин разливала кофе и даже не дрогнула. А заодно просветила Полетт, что люди не перестанут хотеть есть только из-за того, что кто-то умер. К тому же нечего мочить ковер в кафе, иначе будет покупать новый.

- Ух ты. Это слишком резко даже для Франсин.

- Полетт как-то обозвала Франсин вульгарной белой швалью, якобы та заигрывала с Тедом.

- Тогда Франсин еще довольно вежливо себя повела.

Элли кивнула.

- Я тоже так считаю. Будь я на её месте, случайно опрокинула бы кофейник.

- Хитро и эффективно, - одобрила я.

- Итак, наша вдовушка начала вопить как баньши, мол, Франсин не имеет права выгонять её за дверь, ведь Полетт жертва. Тогда Франсин ей в ответ - настоящие жертвы тут ковер и все, кто её ор вынужден слушать.

Я рассмеялась.

- Полетт кидается на Франсин, и я думаю: «Ну, сейчас пойдет жара», ведь Франсин –единственная девочка в семье среди восьми братьев и драться умеет получше, чем большинство мужиков.

Авторитет Франсин в моих глазах мгновенно поднялся на сотню пунктов.

- И тут входит Картер, - продолжала Элли, - и хватает Полетт, прежде чем та успевает сделать хоть шаг. Поднимает её и несёт к машине. Потом ждет, пока та не уедет на своем авто, а затем и сам возвращается к себе в управление.

Я покачала головой:

- Ну почему он так оперативен? Лишил всех самого интересного.

Элли рассмеялась.

- Это точно. Некоторые клиенты были разочарованы тем, что он появился так невовремя. Полагают, кто-то позвонил и настучал, но никто ведь не признается.

- Да, Полетт - просто нечто. Я слышала, вчера к ней приехал какой-то парень.

- Да ты что? Кто он?

- По всей видимости, его никто не знает, но это ненадолго.

- Ты что, считаешь, она уже пошла налево?

- Ну, нет. Технически, это не «налево», ведь Тед уже мёртв. Несмотря на все, что я слышала о Полетт, трудно поверить, будто она настолько идиотка, что спустя день после смерти мужа притащила в Греховодье своего бойфренда.

Элли откинулась на спинку стула.

- Пожалуй, нет, но было бы интересно, верно? В свете того, что Теда убили и все такое. Ты подозреваешь Полетт?

- Не знаю. Супругов обычно проверяют в первую очередь. Однако без доказательств, что у Полетт был доступ к орудию убийства и мотив, это ничего не значит.

Элли нахмурилась.

- Я слышала о мышьяке, и все знают, что Ида Белль боролась с сусликами - скорее всего, именно поэтому Картер ее и допрашивал. Но никто, у кого есть хоть капля мозгов в голове, не думает, будто Ида Белль убила Теда. Выходит, сделал это кто-то другой.

- Да, но кто?

- Понятия не имею. Надеюсь, Картер умнее нас.

- Я тоже. Но боюсь, что он столкнется с недостатком информации, как и мы с Герти.

- Так или иначе, - продолжила Элли. - Полетт, по-видимому, не теряет времени даром и спешит закопать благоверного в землю.

- В смысле?

- Коронер выдал ей тело сегодня утром. Думаю, полиция собрала все необходимые доказательства. Вчера вечером отец Майкл был в кафе и что-то писал. Я спросила, не работает ли тот над проповедью, а он ответил, мол, готовится к вечернему бдению и завтрашним похоронам.

Я встрепенулась.

- Ух ты. - Это означало, что у нас с Герти только день, чтобы спланировать экскурсию по дому Теда. Не ожидала, что подобное произойдёт так быстро. - В котором часу бдение?

- Летом обычно начинают поздно, в сумерках. Нет никакого смысла зажигать свечи, если в окна церкви струится дневной свет. - Она уставилась на меня. - Ты что, собираешься туда сходить?

- Черт возьми, нет! Мне просто любопытно, только и всего. Я в жизни своей ничего такого не видела.

- Вероятно, ЖБ начнут обзванивать своих сегодня днем. Городок маленький, людям много объявлений не нужно, да к тому же, большинство просто придут завтра на похороны.

Внезапно до меня дошло, что Теда собираются закопать в Греховодье.

- Не понимаю, зачем хоронить Теда здесь, если они приехали с севера?

Элли нахмурилась:

- На самом деле я и не задумывалась об этом, хотя да, странно. Может, он поссорился с семьей или что-то в этом роде и не хотел, чтобы его хоронили на родине.

- Или, возможно, у него не осталось семьи.

Впервые в жизни я подумала, что будет, если я умру. У меня имелось завещание. Каждый сотрудник ЦРУ должен был хранить обновленную копию в архиве отдела кадров. Морроу был моим душеприказчиком, поэтому, вероятно, он выберет участок для могилы и назначит стандартную службу. Пришли бы агенты, с которыми я работала... если не были бы на задании. Тогда на моих похоронах присутствовали бы священник, Хэдли, Морроу и парень с лопатой. Как удручающе.

- Фортуна? Ау, ты где? - Голос Элли ворвался в мои мысли.

- Да так, просто задумалась. Столько всего произошло с тех пор, как я сюда приехала, что иногда голова кругом.

Она кивнула:

- Я прожила здесь практически всю свою жизнь, но в последние несколько недель мне трудно идти в ногу со временем.

- Картер считает, что город изменился.

Элли склонила голову набок, наморщив лоб.

- Он так сказал?

Я тут же почувствовала себя виноватой.

- Мне не следовало этого повторять. Пожалуйста, не говори никому.

- Нет, конечно. Но замечание любопытное.

- Почему?

- Я чувствую то же самое. В смысле, в одну и ту же реку дважды не войти, а в один и тот же город не вернуться. Ты меняешься, все уже не то, что было раньше. Но теперь добавилось что-то еще.

- Как будто все плохое разом всплыло на поверхность.

- Да! Именно. Я даже и не предполагала, что такое может случиться в Греховодье. - Она покачала головой. - Наверное, я наивная, а может, просто выдаю желаемое за действительное. Полагаю, зло есть повсюду.

- Иногда всему виной старая добрая жадность. - Я выпрямилась. - Тед всегда что-то раздавал, так? Может, Полетт умертвила его из-за денег.

Элли пожала плечами.

- Такая же веская причина, как и любая другая. - Она встала из-за стола. - Я лучше пойду. Просто хотела проверить, как ты. Вчера болтали о твоей стычке с Коротышкой, но я не настолько глупа, чтобы решить, будто он одержал над тобой верх. Пора заняться стиркой. Тетя Селия ждет, что я пойду на службу вместе с ней, а у меня не осталось чистого белья.

- Иди без белья.

Элли вытаращила глаза.

- В Греховодье запрещено входить в церковь без нижнего белья.

Я вздохнула.

- Естественно.

- Вы точно знаете, что дом пуст? - Герти выглянула из окна Мари.

- Вы уже в десятый раз задаете этот вопрос, - пожаловалась хозяйка. – Мы же вместе видели, как Полетт и тот человек, которого Селия назвала ее кузеном, вышли из дома и уехали. Я не знаю, остался ли кто-то еще внутри.

- Я просто хочу быть уверена, - сказала Герти. - Не надо на меня злиться.

- Единственный способ узнать наверняка, - заметила я, - это вломиться в дом. Сколько длится всенощное бдение?

- Зависит от того, как долго отец Майкл будет читать свою проповедь, - сказала Мари, - но обычно около часа.

У нее зазвонил мобильник, и мы аж подскочили.

- Ида Белль, - сказала она. - Опять.

- Дай-ка мне, - попросила я. - Перестаньте названивать. Мы собираемся пробраться в дом, и нам нужна тишина. Как только что-то выясним, сразу же сообщим.

Я отключила телефон, прежде чем Ида Белль успела возразить, и вернула его обратно Мари.

Герти покачала головой:

- Уговаривать эту женщину отойти в сторону - всё равно, что просить Джонни Деппа не быть таким горячим.

- Ради ее же блага, - напомнила я Герти, - последнее место, где Иду Белль должны видеть, это напротив дома Теда. Как думаете, почему я припарковала свой «джип» за углом?

- Я-то понимаю, но попробуй-ка доказать ей, - посетовала Герти.

- Нам пора. - Я пристально посмотрела на Герти. - Будьте осторожны и если что найдёте, положите обратно точно так, как было. Мы же не хотим, чтобы Полетт или ее кузен заподозрили, что в доме кто-то лазил.

- Помните, - уточнила Мари, - Бэбс сказала, что Селия отперла дверь патио, когда навещала Полетт. Вы сможете войти там. Если только Полетт не перепроверила все перед тем, как уйти из дома. Еще Бэбс говорила, что в том месте нет сигнализации.

Я кивнула.

- У меня телефон на вибрации. Не отходи от окна. Даже не моргай. Если увидишь, что кто-то приближается к дому, напиши смс.

- Поняла, - ответила Мари.

Я вытащила две пары резиновых перчаток и протянула одну Герти.

- Вперёд, за работу!

Глава 11

Мы с Герти вышли через заднюю дверь и обогнули квартал, чтобы подойти к дому Теда с тыльной стороны. Мари уже выяснила, что в соседних домах живут католики, значит, должны быть на бдении в церкви, если только среди них не затесался безбожник.

- Жаль, сейчас не кромешная тьма, - сказала я.

- Ну, не знаю, - возразила Герти. - У меня ночное зрение уже не то, что раньше.

- Ваше зрение в принципе уже не то, что раньше. Вы просто не желаете это признать.

- Я прекрасно вижу. Не понимаю, почему вы с Идой Белль постоянно талдычите…

Я услышала кряхтение и оглянулась. Герти, со своим орлиным зрением, вмазалась прямо в кондиционер. Я покачала головой:

- Ужасно, что кондиционеры норовят выскочить как раз перед вами.

- Ты отвлекла меня разговором.

- Ясное дело, я заткнусь, пока вы не врезались в окно и не выдали нас.

Я стояла к ней спиной, но готова была держать пари, что она показала мне комбинацию со средним пальцем.

Подобравшись поближе к дому, мы медленно двинулись вдоль забора к калитке. Я потянула вниз рычаг на воротах, и они открылись. Я вздохнула с облегчением. Шестифутовый забор для меня не стал бы большим препятствием, а вот у Герти с оградами было несколько пестрое прошлое.

Когда и задняя дверь открылась без сучка и задоринки, я засомневалась, то ли опять порадоваться, то ли начать волноваться. Обычно расследование с Герти и Идой Белль не проходило гладко. И я ожидала какого-нибудь подвоха.

- С чего начнем? - спросила Герти.

- Сверху. Половина жителей Греховодья сегодня бродило по нижнему этажу. Ничего компрометирующего там не выставят напоказ. Если этот парень действительно двоюродный брат Полетт, то разместился в комнате для гостей. Попробуйте найти что-нибудь на него. Я займусь хозяйской спальней.

Герти кивнула, и мы полезли на верхний этаж. Первые две комнаты оказались совершенно пусты - довольно странно, учитывая, что семья уже два года прожила в Греховодье. Возможно, Тед с Полетт были из тех людей, которые независимы от вещей. Следующей была ванная, а далее гостевая комната, где посередине кровати стояла спортивная сумка. Я жестом пригласила Герти войти, а сама пошла по коридору к последней двери, вероятно хозяйской спальне.

Я заглянула внутрь и побледнела. Мое зрение буквально атаковала золотисто-красная ткань ламе. В центре у дальней стены стояла кровать с гигантскими столбами и балдахином. Такие же шторы на окнах; такая же обивка у каждой подушки и сиденья. Чертова ткань даже просто лежала на комоде, тумбочках и туалетном столике.

Просто невозможно было представить, что кому-то удавалось заснуть в этом кошмаре. Тут просто чтобы постоять нужны солнцезащитные очки.

Я быстро подошла к тумбочке с правой стороны кровати: крем, гелевые патчи для глаз и снотворное. На бутылке с лекарством надпись: «Полетт Уильямс». Ничего интересного.

Обойдя кровать с другой стороны, я обнаружила на тумбочке одинокий журнал для автомобилистов – вообще ни о чём. Нахмурившись, я подошла к комоду. Первый ящик явно принадлежал Полетт, и я вознесла благодарственную молитву за то, что одела перчатки. Ее нижнее белье было еще более кричащим, чем декор спальни. Вопреки тому, что я видела в фильмах, среди трусиков ничего не было спрятано. В других ящиках тоже ни малейшей улики.

Я исследовала туалетный столик, но нашла только мелочевку из «Уолмарта». Потом заглянула в хозяйскую ванную – также безрезультатно. Порылась в гардеробе: там были только скучные коричневые брюки и рубашки поло, да в противоположность им блестящие и обтягивающие вещи, но больше ничего. Если у Теда с Полетт и имелись какие-то скелеты в шкафу, в спальне они их точно не прятали.

Я вышла в коридор, а Герти показалась из гостевой ванной.

- Ну что? - спросила я.

Она покачала головой.

- У кузена, скорей всего, бумажник с собой, а на сумке нет ни багажной бирки, ни чего-то еще.

- Наверно, вез ручной кладью, - предположила я.

- Отыскала что-нибудь в хозяйской комнате?

- Кроме самого оскорбительного убранства в мире, там нет ничего необычного.

- Вот черт.

Я кивнула.

- Остальные спальни пусты, так что, думаю, спускаемся вниз.

По выражению лица Герти я поняла, что она так же разочарована, как и я. Столько усилий, риска – и полный провал. Едва я достигла лестницы, как почувствовала, что в кармане вибрирует телефон.

Встревожившись, я выдернула мобильник, надеясь, что смс было от кого угодно, только не от Мари. «Два человека только что прошли через ворота в патио. Слишком темно, не разгляжу».

- Мари видела, как двое прошли в патио, - сообщила я.

Герти вытаращила глаза:

- Полетт с кузеном вошли бы через парадную дверь.

- Вот именно. Да и для садовников поздновато.

- Ты ведь закрыла за нами дверь во внутренний дворик?

Кивнув, я услышала, как внизу разбилось стекло.

- Полагаю, это уже не важно, - прошептала я. - Надо спрятаться.

- Где?

Чертовски хороший вопрос. В пустых комнатах никакого укрытия, а две жилые спальни и ванные наверху наверняка будут обыскивать. Если только воры не вломились сюда, чтобы украсть телевизор на нижнем этаже.

- Сюда, - шепнула я и поспешила в одну из пустых комнат. Может удача окажется на нашей стороне, и вблизи за окном обнаружится дерево. Мы бросились в помещение, закрыв за собой дверь. Быстро просмотрев окна, я убедилась, что мой вариант не подходит, так как нам пришлось бы сигать с высоты двадцати футов прямо на асфальт патио. Я-то выдержала бы, но Герти с ее древними костями вряд ли потом смогла бы идти.

Я услышала шаги на лестнице, схватила напарницу за руку и потащила к шкафу. В нём оказалось намного больше места, чем я ожидала. Герти включила фонарик на мобильнике и показала на дальнюю стену. В тусклом свете я разглядела дверную ручку и, нажав на неё, отворила дверь; за ней нашлась узкая лестница.

Герти огляделась и кивнула, показывая наверх - лестница вела на чердак. Мне не нравилась идея лезть еще выше, но ничего не поделаешь. Если повезет, те парни возьмут то, что им нужно, и уйдут, не проверив шкаф. Надеюсь, у нас с Герти будет достаточно времени выбраться отсюда до того, как хозяйка со своим братом вернутся обратно.

Пока мы поднимались по узкой лестнице, я мысленно молилась, чтобы ничего не скрипнуло. В старых зданиях такое сплошь и рядом, а воры наверняка держатся начеку. Мы забрались на чердак без происшествий, и я вытащила из кармана фонарик, чтобы сориентироваться. Последнее, что нам нужно - это обо что-то споткнуться.

Чердак был практически пуст, если не считать импровизированного письменного стола перед слуховым окном. Не в силах сдержать любопытство, я медленно пошла к столу посмотреть, нет ли там чего-нибудь интересного. Герти ступала рядом. Вдруг раздались мужские голоса, и я замерла. Резко развернулась, вглядываясь в темноту, но сзади никого не было, и уж совсем не похоже, чтобы кто-то поднимался по ступеням. Герти потянула меня за рукав и ткнула в решетку возле пола. Я кивнула. Голоса доносились со второго этажа через систему вентиляции.

Показывая на пол, я опустилась на колени перед вентиляционным отверстием. Возможно, подслушав разговор, мы поймем, кто и зачем влез в дом. Герти медленно склонилась рядом со мной, и мы обе застыли на корточках, молча ожидая, когда воры снова заговорят.

- Эти фотографии должны быть где-то здесь, - раздался мужской голос.

Мы услышали стук ящиков и звон бьющегося стекла, затем другой голос произнес:

- А что, если они на одном из этих крутых телефонов Теда или типа того?

- Помнишь, он показывал нам распечатки? Но даже если так, телефон все равно где-то здесь. Только если они не решили закопать сотовый вместе с хозяином.

- Надеюсь, нет. Я в натуре ненавижу раскапывать могилы.

Я посмотрела на Герти, та вытаращилась в ответ. Черт возьми, кто они такие, если раскопка могил для них – обычное дело?

- Если не найдем эти фотографии, - сказал первый, - будем копать могилы для себя.

- Может, они у той сучки. Вдруг она захотела на них нажиться.

- Тогда я с ней управлюсь.

- Как?

- Так же, как кто-то поступил с Тедом, хотя это мы должны были сделать, причем давным-давно. Проверь в ванной. Я загляну в те пустые комнаты, а потом мы свалим из этой дыры.

Мой сотовый снова завибрировал, и, прочитав сообщение, я почувствовала, как у меня сердце ушло в пятки: «Полетт и кузен - на подъездной аллее».

Черт возьми, вот дерьмо!

Я показала смс Герти, и лицо у той побледнело. Я полагала, хуже уже быть не может, но вселенная доказала, как глубоко я ошибаюсь.

- Эта сука подъезжает к дому! - крикнул второй чувак.

Я услышала возню в комнате под нами и, вскочив, заозиралась, где же можно укрыться.

- В шкафу лестница, - крикнул первый. - Иди сюда!

Не имея возможности спрятаться, я, не теряя времени даром, запрыгнула на кустарный письменный стол и открыла слуховое окно. Наклон крыши был не слишком крутым, поэтому я решила, что Герти, пожалуй, с ним справится. Как мы будем спускаться вниз - это совсем другая история, о ней мне пока думать не хотелось.

Я махнула рукой в сторону окна и, надежно обхватив Герти, помогла ей забраться на стол и вылезти наружу. Я уже собиралась последовать за ней, когда мое внимание привлек небольшой деревянный ящик на углу стола. Я схватила коробку, вылезла на крышу и закрыла за собой окно.

Герти притаилась под низко нависшими ветвями деревьев, что росли справа от крыши. Я слегка оживилась. Если ветки окажутся достаточно крепкими, то мы сможем по ним спуститься. Я засунула коробку к себе в спортивный бюстгальтер. Он был моей самой плотно прилегающей одеждой, помимо джинсов, и к тому же я полагала, что мне не придется скользить грудью по дереву.

- А как насчет тех мужиков? - прошептала Герти.

- А что с ними? Наверняка они прячутся на чердаке.

- А вдруг они убьют Полетт и ее кузена?

Черт. Я так сосредоточилась на побеге и совсем забыла, что может случиться с вдовой и ее братом; ведь в доме затаились воры. Я попробовала самую большую ветку над нами и решила, что та нас выдержит.

- Начинайте спускаться, - сказала я. - И возвращайтесь к Мари. Я позабочусь об остальном.

- Но…

- Вперед! - прошипела я.

Она ухватилась за ветку и перелезла с крыши на дерево. Пока всё шло нормально, и Герти не падала вниз. Подождав, пока она спустится до середины пути, я достала сотовый телефон и позвонила Мари:

- Мы покинули дом и возвращаемся, - сказала я, как только та отозвалась. - Плохие парни на чердаке. Позвони Картеру и скажи, что пару минут назад ты увидела, как два человека прошли в дом Полетт через заднюю ограду, а вскоре и она сама подъехала.

- Что…

- Я всё объясню позже. Срочно звони. – Я сунула телефон обратно в карман, надеясь, что Мари последует моим инструкциям. Теперь только оставалось самой слезть с крыши на землю, вытащить Герти из веток и вместе с ней перебежать через дорогу, пока Картер не добрался сюда. Ну и понадеяться, что плохие чуваки не проявили нетерпения и не накрыли вдовушку с братом.

Я с ловкостью панды спустилась по дереву, обойдя Герти. Снизу ветви дерева обрезали, чтобы под ними можно было свободно ходить, так что самая последняя оказалась на высоте целых десяти футов от земли. Я спрыгнула и, коснувшись травы, перекатилась, а затем развернулась, чтобы помочь Герти.

По-видимому, та забыла о своем возрасте или решила что-то доказать, поэтому вместо того, чтобы зависнуть на нижней ветке, повторила мой трюк, но не вспомнила о технике перекатывания. К тому же рухнула прямо на меня, и мы обе упали на лужайку.

Я увидела, как Герти выпучила глаза и зажала рот руками, когда ударилась ногами о землю. Вскочив, я обхватила ее плечи и рывком подняла.

- Моя нога, - прошептала она.

Осознав, что Герти стоит только на одной ноге, я запаниковала. С внутреннего дворика выход лишь через калитку, и если Мари следовала инструкциям, то Картер мог подъехать с минуты на минуту. Я подхватила Герти подмышку так, чтобы бедняга не касалась земли больной ногой. Потом быстро прошагала по дворику, наполовину волоча напарницу.

Подойдя к калитке, я выглянула наружу, и именно в этот момент Картер на грузовике подъехал к тротуару. Ужасно. Я закинула Герти к себе на плечо и побежала к дальнему забору. Закинула старушку на ограду и, пока Герти повисла наверху, одолела препятствие сама.

- Может быть больно, - прошептала я и потянула Герти к себе по деревянным доскам, быстро перехватывая, чтобы та опять не упала на траву. Она даже земли коснуться не успела, как я тут же взвалила ее себе на плечо. Потом обогнула пару домов и, осматриваясь вокруг, побежала вниз по улице.

Картера ни в машине, ни снаружи я не увидела. Но тут обнаружила хорошее местечко, где уличные фонари достаточно далеко стояли друг от друга и оставляли темную полосу, так удачно проходящую как раз через дорогу. Там можно было сократить путь. Я еще раз внимательно оглядела квартал, просматривая так далеко, насколько было возможно. Лишь добравшись до квартала Мари, я перешла на шаг. И плечи, и ноги у меня горели от напряжения, поэтому я опустила Герти на землю и вновь принялась полувести-полунести ее, пока не завела в дом Мари. Старушка умудрилась переложить часть нагрузки на здоровую ногу, так что идти мне стало немного легче.

Мари подавила крик, когда мы ввалились к ней через заднюю дверь, и едва не упала от облегчения, когда узнала нас.

- Что случилось? - спросила она, увидев, как Герти, прихрамывая, подошла к кухонному столу и плюхнулась на стул.

- Она упала, - сказала я, не собираясь сейчас вдаваться в лишние подробности. - Картер наверняка придет сюда. Нам нужно спрятаться.

Мари покачала головой.

- Ничего не выйдет. Он объехал квартал с противоположной стороны от своего дома. И возможно, заметил твой «джип», припаркованный за углом.

Я посмотрела на свою рубашку, всю в пятнах травы от колен Герти.

- Если он увидит меня в таком виде, то заподозрит неладное.

- Я принесу тебе свою рубашку, - сказала Мари и побежала по коридору, но не успела и дойти до лестницы, как в дверь позвонили.

- Миссис Чикорон. Это помощник шерифа Леблан.

Глава 12

Мари вернулась обратно на кухню и, прежде чем я успела что-то сказать, выхватила из ящика фартук. Потом прижала его к моей талии и велела одеть. Я как раз завязывала шнурки на спине, когда она поставила на стол коробку с яйцами и миску, а затем всыпала в посуду муку.

Я было хотела перехватить Мари за руку, вдруг хозяйка сошла с ума, но в этот момент она стрельнула в меня водой из пульверизатора для орошения листьев салата, а затем бросила горсть муки. Я расчихалась и вытерла лицо рукой. Совершенно сбитая с толку, я вообще не понимала, что же делать дальше.

- Я учу тебя печь, - заявила Мари. – У тебя плохо получается. - Она кивнула Герти. - Оставайтесь там, чтобы он не увидел ни вашей хромоты, ни грязных штанов.

Затем она умчалась из кухни как угорелая.

Я ошарашено посмотрела на Герти.

Кости, древний пес-ищейка Мари, поднял голову со своей лежанки в углу, пару секунд разглядывал нас, а потом снова захрапел.

- А она хороша, - заметила Герти. - Как насчет того, чтобы принести мне стакан молока и печенье… будет выглядеть более правдоподобно.

Я услышала, что Мари открыла входную дверь, и взяла молоко и печенье для себя и Герти. Чего это все хорошее от маскировки только ей? Как будто это она тащила меня целый квартал.

Я подала молоко с печеньем Герти и поспешила обратно за кухонную стойку. Схватила с полки поваренную книгу – вовремя, в кухню вошли Картер и Мари.

Подозрительно оглядев Герти, он кивнул, а после перевёл взгляд на меня и поднял брови:

- И что это значит?

- Обучаю ее печь, - ответила хозяйка, - вернее, пытаюсь. Наверное, лучше просто продолжать угощать ее нашей выпечкой.

Картера это ничуть не убедило.

Я пожала плечами.

- Ну что сказать? Я умею есть, а печь в таком случае необязательно. Никогда не предполагала, что готовить тесто так сложно... или так грязно.

- Значит, я должен поверить, что ты весь вечер здесь кулинарила?

- Нет, - возразила я. - Мы только начали, перед тем как ты постучал в дверь. Раньше я была занята едой. Настраивалась, какие должны быть на вкус мои будущие творения.

- Угу. Почему ты припарковала«джип» за углом?

- Когда мы приехали, перед домом Мари невозможно было встать, - вмешалась Герти. - Наверное, половина Греховодья привезла Полетт свои запеканки.

- Понятно, а почему Ида Белль не пришла на урок кулинарии?

- Мы решили, что это не очень-то хорошая идея, - ответила я. - Ну, знаешь, тут Полетт живет через дорогу, и все такое. Кроме того, она с женщинами из Общества греховодных дам простегивает одеяла.

Картер покачал головой, но всё же решил, что для разнообразия мы ничего не затеваем, а если и затеваем, то он никогда от нас ничего не добьется. Картер сменил тему и перешел к полицейским делам.

- Что именно вы видели, Мари? - спросил он.

- Я наводила порядок в гостиной… Мы сидели и смотрели телевизор… Я увидела кого-то на противоположной стороне улицы. И подумала, что как-то странно, ведь все уже ушли на бдение, поэтому подошла к окну получше рассмотреть.

- И вы заметили, что кто-то вошел в дом Полетт через заднюю калитку?

- Было два человека, но они стояли ко мне спиной. Я вообще их не разглядела.

- И что же вы тогда сделали? - спросил помощник шерифа.

- Я крикнула Фортуне и Герти, чтобы они глянули, только те люди уже вошли в патио. Мы подождали минуту, но они так и не вышли. Фортуна потребовала, чтобы я позвонила вам, и как раз подъехали Полетт с кузеном. Они вошли внутрь. Понаблюдав пару минут, мы вернулись на кухню.

Картер прищурился, глядя на нее.

- Вот так просто. Вернулись сюда как ни в чем не бывало?

Мари пожала плечами.

- Да, на заднем дворе у Теда остался только старый гриль. К тому времени уж совсем стемнело. Те первые могли уйти, и я бы их даже не заметила. - Мари глубоко вздохнула. - А с Полетт и ее братом все нормально? Эти люди ведь не залезли в дом?

- На самом деле они были внутри. Заднее окно выбито, и, по-видимому, воры поднялись на чердак, чтобы спрятаться, когда Полетт с кузеном вернулись домой. Полетт направилась прямиком в свою спальню, а Тони - в ванную для гостей. Мужчины попытались улизнуть с чердака, и Тони, выходя из ванной, столкнулся с ними. Один парень ударил его ломом, а потом оба вора сбежали.

Мари закрыла рот руками.

- О боже, - вскрикнула Герти. - С Тони все в порядке?

Картер кивнул.

- Взломщик малость промазал. У Тони на плече будет чертовски большой синяк, но вероятно, кости целы.

Я покачала головой.

- Что за люди такие, совершают грабеж, когда вдова на церковной службе?

В этот момент коробка, которую я сунула в лифчик, впилась в грудную клетку. Я мысленно помолилась, чтобы Бог не поразил меня молнией за лицемерие прямо в доме Мари.

- Не знаю, - ответил Картер. - Я поручил Полетт проверить, не пропало ли чего. Возможно, у воров не было достаточно времени. Хорошо, что вы их заметили, Мари.

Та покачала головой.

- Бывают дни, когда я не понимаю, куда катится наш город.

Ее слова так точно отражали мысли самого Картера, что я стала внимательно следить за ним, ожидая реакции. Но похоже, во время работы помощник шерифа прятал самые сокровенные мысли, поэтому выражение его лица совсем не изменилось.

- Уверен, нарушители закона есть в каждом городе. И в Греховодье их всегда хватало. Я, правда, подобной дикости не видел, но сейчас весь мир, кажется, скатывается в тартарары. Чем наш городок лучше?

Мари вздохнула.

- Пожалуй, вы правы.

- Спасибо за информацию, - сказал Картер. - Мне лучше вернуться в дом Полетт, пока та не набросилась на помощника шерифа Бро. Нужно уладить все до того, как закончится ночь.

Он кивнул нам и вышел из кухни. Хозяйка поспешила за ним, и мы услышали, как закрылась и защелкнулась входная дверь. А потом Мари вбежала обратно на кухню и рухнула на стул напротив Герти.

- О боже! - воскликнула она. – Не понимаю, как вы обе постоянно так делаете. Такое чувство, что у меня сейчас сердечный приступ случится.

- Мы не занимаемся этим постоянно, - возразила Герти. – Разве что в последнее время приходится скрывать больше, чем обычно.

- Ты была великолепна, - похвалила я Мари. - Очень профессионально. Я бы никогда не додумалась до такой маскировки, да ещё так быстро.

Мари улыбнулась.

- Это потому, что ты действительно ничего не понимаешь в кулинарии. Я просто ухватилась за средство, к которому постоянно прибегаю, когда оказываюсь в беде. Только на сей раз оно спасло мою задницу, а не сделало ее шире.

- Эй, мне ведь не обязательно по-настоящему учиться готовить?

- Не надо! - Герти и Мари подняли руки.

- Ну хоть поодиночке выразили бы свое мнение. Чёрт побери.

Мари вскочила со стула и забегала по кухне, явно опасаясь, что я заупрямлюсь:

- Сними фартук, вытри лицо и возьми себе печенья. Я тут всё уберу.

Ей не пришлось повторять дважды. Я схватила горсть печенья со стойки и содовую из холодильника и направилась к столу.

- Как ты думаешь, какие фотографии искали те мужики? - спросила Герти.

- Откуда вы знаете, что они искали фотографии? – поинтересовалась хозяйка.

- Мы услышали их разговор через вентиляционные отверстия. - Я залезла рукой в спортивный бюстгальтер и вытащила шкатулку. - Не знаю, о каких снимках речь, но надеюсь, что они тут.

Герти выпучила глаза.

- Где ты её взяла?

- Стащила с того стола, с которого мы вышли на крышу.

Мари шумно вздохнула.

- Вы вышли... Нет, неважно. Я не хочу этого знать.

Я потянула крышку, но та была заперта.

- У тебя есть нож для колки льда?

Мари покачала головой.

- Может в такое и нелегко поверить, но у нас уже много лет стоят холодильники с ледогенераторами.

- Мари не ловит рыбу, - пояснила Герти. – Вот если бы мы сейчас были у меня или у Иды Белль, там бы нашелся такой ножик.

- А что-нибудь маленькое и тонкое, - попросила я.

Мари с минуту хмурилась, потом просияла.

- Как насчет вязальной спицы?

- Прекрасно.

Она поспешила в гостиную и вскоре вернулась с длинной тонкой спицей. Вставив ту в замок, я повертела отмычку, пока не услышала щелчок. Мари склонилась надо мной, а Герти обошла стол, чтобы получше рассмотреть. Я открыла крышку. Внутри лежали фотографии.

Я достала всю стопку и посмотрела на верхнюю.

- Не пойму. Просто мужчина и женщина целуются в баре.

Мари прикрыла рукой рот, а у Герти распахнулись глаза.

- Не просто мужчина, - объяснила Герти, - а наш банкир, а женщина - сестра его жены.

Я отложила фотку и перешла к следующей.

- Это один из братьев Сент-Клер, - сказала Мари, указывая на курящего парня.

- Он курит косяк, - отметила я.

- Серьезно? - Мари наклонилась, чтобы как следует рассмотреть фото. – Никогда их сама не видела. С его матерью случится припадок.

- Он взрослый, - заметила я, - мать это переживет.

Герти покачала головой.

- Его младший брат умер от передозировки наркотиков. С тех пор Нона Сент-Клер стала совсем другой. Узнай она, что и другой сын балуется…

Меня охватило дурное предчувствие, и я переключилась на следующее фото. На картинке был мускулистый мужик, заходящий в лачугу на байю.

- А здесь что не так? - поинтересовалась я.

Герти присвистнула:

- Жена этого человека семь лет назад заявила о пропаже мужа в море, а совсем недавно официально объявила его мертвым.

- Выдавала желаемое за действительное? - спросила я.

- Решила получить страховку.

Я положила снимки на стол.

- Мне кажется, я поняла, что всё это значит.

- Что? - спросила Герти. - Потому что я в полной растерянности.

- Я считаю, наш дружочек Тед шантажировал людей.

- О боже, - проговорила Мари и плюхнулась на стул рядом со мной.

Герти присвистнула:

- А потом он покупал на эти деньги вещи и раздавал их, создавая образ хорошего парня. Каков делец.

Я кивнула:

- Держу пари, кое-кто из тех, кому он делал подарки, были теми же самыми людьми, у которых он вымогал деньги?

- Неудивительно, что мужчины его терпели, но на самом деле ненавидели, - покачала головой Герти. - Для таких фокусов нужно иметь яйца.

- Не говоря уже о том, чтобы баллотироваться в мэры, - заметила Мари. - О чем, черт возьми, он думал? Люди убили бы за…

- Вот именно, - перебилая.

- Но кто из них? - спросила Герти. - Здесь фотографий двадцать наберется, и возможно, еще больше он спрятал где-то в другом месте.

Мари нахмурилась.

- Мне Тед не нравился. Постоянно разглядывал всех так… как будто мысленно раздевал… никогда не предполагала, что он настолько глуп и пойдет на такой риск. Неужели так сильно нуждался в деньгах? Как ты думаешь?

- Возможно, - ответила я, - а может, просто делал то, что было для него естественно.

- Что ты имеешь в виду? - спросила Герти.

- Вы знаете подробности жизни Теда до того, как он переехал в Греховодье?

- Немного, - ответила Герти. - И только то, что он сам о себе рассказывал.

Я кивнула:

- Так может он ничего и не унаследовал? А поселился здесь, чтобы спрятаться от своего прошлого?

- Укрыться в Греховодье? - переспросила Мари. - Не думаю, что тут подходящее место.

- О, - возразила Герти, бросив на меня веселый взгляд. - Я считаю, наш город - идеальное место для конспирации. Кто вообще к нам заглядывать-то будет?

- Понимаю, к чему вы клоните, - сказала Мари. - Но мы не знаем наверняка, что же у него произошло.

- Думаю, я недалека от истины, - ответила я. – Вы что-нибудь знали о том, что запечатлено на этих фотографиях?

Обе женщины покачали головами.

- То-то же, а человек, который прожил здесь всего два года, сумел накопать компромат на всех в городе. Вы уверены, что он не делал такое раньше - часто и профессионально?

- Не очень, - ответила Герти. – Так, черт возьми, как нам быть?

- Я полагаю, тебе следует передать фотографии Картеру, - сказала Мари. - Один человек уже из-за них умер. Я не меньше вас беспокоюсь за Иду Белль, но не хочу, чтобы люди, которые мне дороги, подвергались риску. Сегодня вечером у меня чуть не случился сердечный приступ, и это еще до того, как я узнала, что вы бродили по крыше.

Я сдержала вздох. Мари - одна из самых милых людей, которых я когда-либо встречала, и мне очень не хотелось ее разочаровывать, но все же придется.

- Я не могу передать фотографии Картеру, не объясняя, где их взяла. Вряд ли он благосклонно отнесется к тому, что мы с Герти вломились в дом. Особенно учитывая, что другие сделали то же самое и напали на одного из жильцов.

- О! - Лицо Мари вытянулось. - Я даже не подумала об этом.

Я мысленно прикинула варианты, как передать снимки Картеру, при этом не выдав себя. Но тогда не выстраивалась последовательность доказательств. А без них судья не допустит фото для рассмотрения в процессе.

Заколдованный круг. Я нашла доказательства, почему люди желали смерти Теду. Вряд ли их когда-либо обнаружил бы Картер, ведь у него не было причин брать ордер на обыск в доме покойного. Однако задействовать улики я не могла.

По крайней мере, на законном основании.

- Узнаю этот взгляд, - отметила Герти. - У тебя возникла идея.

- На самом деле даже две.

- Ну что ж, выкладывай. Я не становлюсь моложе.

- Во-первых, нам нужно покопаться в прошлом Теда и Полетт. Во-вторых, надо проследить за людьми, которые на этих снимках.

- Проследить? - удивилась Мари. - Ты имеешь в виду шпионить за ними?

Я кивнула:

- Именно.

Глава 13

Ида Белль распрощалась с греховодными дамами, и мы снова собрались у нее. Поскольку грузовик Картера все еще стоял возле дома Полетт, Мари осталась у себя, проследить, что будет дальше. Да к тому же я боялась впутывать ее в наши дела еще больше. Мне было легче общаться только с Идой Белль и Герти. С ними я и не беспокоилась насчет конспирации.

Когда мы добрались до ее дома, Ида Белль металась взад-вперед, словно зверь в клетке. Я еще и припарковать «джип» не успела, а она уже открыла входную дверь и стала махать нам, зазывая в дом. К тому времени, как мы вошли внутрь, я думала, Ида Белль просто взорвется.

- Что произошло? – потребовала она ответа, сразу, как только закрыла за нами. - Господи, вы оставили меня в полном неведении на несколько часов.

Герти закатила глаза:

- Не настолько уж долго, и мы были слегка заняты.

- Сейчас не самое подходящее время учить меня терпению, - предупредила Ида Белль.

Я подняла руки, чтобы остановить шквал претензий, прежде чем он начнется:

- Обойдёмся без жертв.

Я ввела хозяйку в курс дела и показала ей фотографии.

Она схватила стопку снимков и просмотрела их, раз за разом восклицая:

- Ух ты. Тед реально видел людей насквозь. Мне многое казалось подозрительным, но доказательств не было.

- Вы же не искали улики, - заметила я.

- И то верно.

- Не понимаю, - недоумевала Герти. - Если Тед и так имел кучу денег, зачем рисковать? Пусть он профессионал, но здесь Луизиана, а не Бостон, или откуда он там еще. Тут и застрелить могут.

- В Бостоне за такое тоже прибьют, - заметила я. - Но вы правы. Если он не нуждался в деньгах, а только лишь развлекался, то Тед просто псих.

Ида Белль покачала головой:

- Я не возражаю против подобного вывода, но начинаю сомневаться. А не ложь ли вся эта история с наследством?

- А что такое? - поинтересовалась я.

- Одна из женщин ОГД работает администратором в банке. Она сказала, что подслушала, как кредитный агент говорил, мол, скоро у Теда и Полетт отнимут их дом за долги. Знакомая не очень-то сообразительна, поэтому я решила, вдруг она или неправильно расслышала, или что-то перепутала. Но после этих фотографий... стоит задуматься.

- Если Тед - банкрот, - заметила я, - то Полетт исключается из числа подозреваемых. Ей его смерть абсолютно невыгодна. Ведь шантажистские схемы мужа оплачивали все её посещения спа-салона.

- Черт, - возмутилась Герти. – А ведь после того как я увидела, какое убранство у нее в доме, мне действительно захотелось, чтобы ее засадили за решетку. Такое нужно запретить законом.

- Так что же нам теперь делать? - спросила Ида Белль.

- Первым делом, - ответила я, - нужно составить список всех, кто здесь сфотографирован. Затем я хочу, чтобы вы прикинули, можем ли мы вычеркнуть кого-то из подозреваемых.

Ида Белль кивнула.

- Ты имеешь в виду, кого в ту ночь или на митинге не было в городе... что-то в этом роде.

- Именно так.

Хозяйка указала вглубь дома.

- Шагайте на кухню. Пойду, возьму ноутбук.

И поспешила наверх. Я последовала на кухню за Герти, где та заварила кофе. Через минуту Ида Белль вернулась к нам и села на стул рядом со мной.

- Вы перечисляйте, - проинструктировала я, раскрывая ноутбук перед собой. – А я буду вносить имена.

Герти уселась рядом с подругой. Они начали просматривать фотки, при этом тараторя так быстро, что мне приходилось время от времени их останавливать. Я не успевала печатать или понятия не имела, как пишутся некоторые креольские и каджунские имена, и просила разъяснений. Наконец, они опознали последнюю фотку, и я взглянула на список.

- Восемнадцать человек, - отметила я. - А теперь посмотрим, сможем ли мы сузить круг поисков.

Старушки разложили перед собой фотографии и снова принялись за работу.

- Эти шестеро были в морском рейде.

- Эти двое работают по вечерам в дорожной бригаде на окраине Нового Орлеана.

- Он уезжал на похороны тети в Батон-Руж.

- Этот перебрался работать на нефтепровод на Аляске, а тот - в Техас.

Я перепроверила имена, вводя информацию так быстро, как только могла. Когда обе старушки замолчали на пару секунд, я пробежалась по списку.

- Итак, осталось семь, - заявила я. - Кого-нибудь еще можем вычеркнуть?

Герти подвинула к Иде Белль три снимка:

- Разве эти трое не сидели в тюрьме в Новом Орлеане?

Та просияла:

- И правда!

Я замерла:

- Все трое… сразу?

- В выходные перед митингом они поехали играть в азартные игры. Подвыпили и попытались ограбить казино с помощью водяных пистолетиков. Администрация выдвинула обвинения.

- Интересно, почему, - пробормотала я и сделала пометку рядом с именами трех мужчин: «Слишком глупы, чтобы совершить настоящее преступление». - Итак, остаются четверо: Тоби Андерсон, Лайл Кокс, Блейн Эванс и Шелли Фишер. Лодочный вор, торговец наркотиками, браконьер и бабник. Что насчет этих? Как по-вашему, кого из них ничто в жизни не толкнуло бы на убийство?

Подруги переглянулись, потом снова посмотрели на меня и пожали плечами.

- Значит, вы тоже циники, - уточнила я, - и считаете, что для того, чтобы стать убийцей, человеку нужна только правильная мотивация?

- Скорей всего, да, - ответила Герти. - Господи, какие же мы пессимистки.

- Точнее, реалистки, - поправила Ида Белль. - Суть в том, что Фортуна права. Каждый человек в нашем списке мог настолько отчаяться, чтобы решить умертвить шантажиста, если это означало сохранение тайны и прекращение вымогательства.

- Каково их денежное состояние? - поинтересовалась я.

- Все довольно ограничены в средствах, - ответила Ида Белль, - и у мужиков, кроме Лайла, есть жены, которые бросили бы супругов, если бы имели хоть малейшее представление об их фокусах. Именно у женщин надежные постоянные работы.

- Остаются четверо, - подытожила я, довольная тем, как сузился круг подозреваемых. - С этим можно справиться. - Я посмотрела на Герти. - А вы случайно никого из наших воров по голосу не опознали? Может, кто-то из списка?

- Нет, было плохо слышно, и, честно говоря, я слегка нервничала.

- Неважно, - сказала я. - Любой из этих чуваков, кроме Шелли, мог оказаться в доме. Бдение - идеальный момент спереть компромат на себя, пока тот не выплыл на свет.

- Что дальше? - спросила Ида Белль.

- Пункт «б», - ответила я.

Герти захлопала в ладоши.

- Фортуна считает, что нам следует покопаться в прошлом Теда и Полетт.

- Я не против, - ответила хозяйка. - Только зачем делать упор на их жизни до Греховодья?

Я показала на фотографии.

- Вы на самом деле считаете, что Тед занимался съемками первый раз в жизни?

Ида Белль нахмурилась.

- Не уверена. Все это кажется достаточно…

- Грамотным? - подсказала я. - Профессиональным?

- Именно, - подтвердила она. - Всё выглядит профессионально.

- Если Тед проделывал такие штуки раньше, то возможно, у него и приводы в полицию имелись.

- Или, вероятно, человек, у которого он вымогал деньги, последовал за ним сюда, - предположила Герти.

- Об этом варианте я не хочу сейчас думать, - отрезала я. - По крайней мере, пока мы не разберёмся с местными.

- Исследовать прошлое Теда и Полетт - хорошая идея, - заметила Ида Белль, - но у нас мало данных. Парочка почти не говорила о себе.

- И это примечательно, - заметила я, - учитывая, каким балаболом был покойный.

- Верно, - согласилась Ида Белль.

Я нахмурилась.

- Постойте-ка, я не увидела в доме никаких фоток. А вы? - спросила я Герти.

Та насупила брови, потом покачала головой.

- Насколько я помню, нет. Мы внизу долго не задерживались, почти сразу прошли наверх, и всё же я запомнила хрустальные вазы с позолотой - жуткая безвкусица, похоже, таков стиль Полетт. Но ни одной фоторамки со снимками.

- Вы говорили, покойный якобы унаследовал деньги? - спросила я хозяйку.

- Именно так я слышала.

Я обратилась к верному «Гуглу».

- Давайте покопаем информацию о Теде. Вероятно, вдовушка была с ним только ради денег, так что на нее мы ничего существенного не найдем.

Ида Белль подвинула свой стул поближе ко мне, чтобы видеть экран, пока Герти наливала для нас кофе. Я ввела в поиск имя Теда - ничего. Попробовала варианты - опять пусто. Поэтому я принялась набирать все возможные комбинации, которые только смогла придумать для Теда и Полетт. Однако «Гугл» их не находил.

Ида Белль покачала головой.

- Нет никакой информации.

- Это нормально? - поинтересовалась Герти, отхлебнув кофе.

- Такое просто неслыханно, - ответила я. – Не у всех есть аккаунт в соцсетях, но если бы действительно состоялась продажа большой компании и получение наследства, то об этом явно бы где-нибудь упомянули.

- А как насчет Колдуна? - спросила Герти. - Наверняка он найдет что-нибудь на Теда.

Я оживилась. Друг Иды Белль по онлайн-игре оказался в некотором роде магом по сбору информации. На самом деле, ЦРУ рядом с ним - просто дилетанты.

Ида Белль покачала головой.

- Паренек перешел на темную сторону силы. На прошлой неделе его увезли двое парней на черном «кадиллаке».

Я вытаращила глаза.

- Колдуна похитили?

Ида Белль фыркнула.

- Если только федеральное правительство можно обвинить в краже детей. Думаю, он у ваших людей.

- Черт. - Если ЦРУ хотя бы отчасти выяснит, на что способен десятилетний хакер, он никогда больше не увидит света дня.

- А как насчет совпадения изображения? - спросила Герти. – Ну, знаете, вроде кэтфишинга?[1]

- Они что, сопоставляют картинки кошек и рыб? - спросила я.

- Нет, это… Неважно. Можно загрузить фотографию в «Гугл» и посмотреть, отыщется ли кто-то похожий в интернете.

- О! - встрепенулась я. - Круто. У кого есть фотография Теда?

Подруги переглянулись и покачали головами.

- Извини, - сказала Герти, - но зачем бы мы держали его фото?

- Мы никогда не думали, что оно вообще понадобится, - согласилась Ида Белль. – Даже на предвыборных листовках Тед не использовал свою фотографию. Вместо этого у него был какой-то странный мультяшный рисунок.

- А вы не знаете, у кого еще можно попросить снимок и при этом не вызвать подозрений?

Ида Белль покачала головой.

- Как-то не могу представить, чтобы кто-то из наших удосужился снять Теда, а Уолтер и вовсе не фотографирует. Расспрашивать людей не из моего круга общения небезопасно.

Герти кивнула.

- Поддерживаю.

Я раздраженно откинулась на спинку стула. Ведь такая хорошая идея - и все без толку.

- Но я знаю, где нам взять снимок, - заявила Герти.

Я замотала головой.

- О нет. Я не хочу второй раз вламываться в дом покойного. И уже сказала вам, что не видела там никаких фотографий.

- Я не предлагаю возвращаться в дом Теда… - возразила она.

- А что тогда?

Герти взглянула на подругу и чуть покраснела.

- Ну как бы Тед еще не совсем ушел.

Я вскочила со стула, мгновенно уловив ход ее мыслей.

- Вы что, свихнулись? Предлагаете забраться в церковь и сфотографировать труп?

Ида Белль просияла.

- Отличная мысль.

- Ничего подобного. - Я скрестила руки на груди и строго посмотрела на обеих. - Мы не станем залезать в церковь, которая находится, к вашему сведению, всего через дорогу от управления шерифа, и осквернять мертвеца, делая фото.

- О, ради бога, - возразила Герти. – Ну какие там осквернения? Мы просто откроем гроб, быстро сфоткаем Теда и уйдем. Ну не напугаешь же ты его вспышкой, в самом деле.

Я вскинула руки.

- Вы считаете плохой идеей поспрашивать местных, которых знаете всю свою жизнь, насчет фотографии Теда, однако вломиться в церковь и осквернить гроб, по-вашему, хороший вариант? На какой планете так решили?

Герти подняла руку.

- О, я знаю. На Земле.

Старушка улыбнулась, явно довольная собой.

- Чем мы оскверним гроб? - спросила Ида Белль. – Сама подумай, что такого особенно нечестивого мы сделаем?

- Совершим самое идиотское преступление на свете. А вдруг нас застукают в церкви?

Ида Белль улыбнулась.

- Мы очень постараемся, чтобы нас не поймали. Послушай, я ценю твою заботу и понимаю возмущение, но разве сам Тед не предпочел бы, чтобы настоящий убийца отправился в тюрьму? Почему я должна отвечать за его смерть?

Черт, вот дерьмо.

Я плюхнулась обратно в кресло. Да, судя по тому немногому, что я узнала об этом Теде, вероятно, тот вручил бы нам фонарики и ломы и спросил бы, какого черта мы ждем.

- У Герти травма, - бросила я последний оставшийся аргумент.

- Вообще-то, - сказала Герти, - моя нога сейчас чувствует себя прекрасно. Вероятно, завтра она слегка онемеет, но я намажу ее мазью, и все будет нормально.

- Ладно, - согласилась я, понимая, что старушки всё равно это провернут, со мной или без меня. А когда я рядом, шансы на успешный побег обычно резко возрастают. - Но мы должны все тщательно распланировать. Выполняйте действия в точности так, как я скажу. Дождёмся, пока в доме Картера везде погаснет свет. Надо удостовериться, что он пошел спать.

Ида Белль кивнула мне и снова села.

- Значит, в полночь.

Я вздохнула. Еще от своих приключений на крыше не оправилась, а теперь еще предстоит вылазка в церковь ради фотки. Скорее всего, кого-то из нас обвинят в убийстве. А я за это отправлюсь прямиком в ад. Точно.

- Эй, а вы не слышали, почему так спешат закопать Теда? - спросила я.

Герти кивнула.

- Ходят слухи, что Полетт возвращается обратно на восток, к своей родне. Кузен Тони приехал, чтобы помочь ей уладить дела и упаковать вещи. По крайней мере, так Мари слышала от компашки Селии.

Я нахмурилась.

- Так если она собирается вернуться на восток, зачем закапывает супруга здесь? Почему не переправит тело Теда его родным?

- По данным разведки ОГД, - ответила Ида Белль, - Тед отдалился от своей семьи и не общался с ними с тех пор, как перебрался в Греховодье. Полетт рассказывала, муж всегда ясно давал ей понять, что больше не желает пересекаться с родней, даже после смерти.- Как-то чересчур, - заявила Герти.

Вспомнив отношения, которые сложились у меня с моим совершенно невыносимым и ныне покойным отцом, я покачала головой.

- Совсем необязательно.

Герти странно посмотрела на меня, но прежде чем успела задать вопрос, Ида Белль сказала:

- Отпевание завтра в Католической церкви. Его зароют на Греховодном кладбище. И я предполагаю, что Полетт уберется из города, как только упакует свой безвкусный декор. Наша вдова никогда не делала секрета из того, как ей здесь не нравится.

Одному Богу известно, как мне претила мысль проникнуть в церковь и сфотографировать труп, но интонация Иды Белль избавила меня от последних сомнений в правильности поступка. За время нашего недолгого знакомства я видела ее сердитой, расстроенной, счастливой, раздраженной и печальной, но никогда ещё я не слышала в ее голосе такой удрученности, как сейчас.

Я вздохнула. Определенно это был самый бесконечный день.

[1] Кэтфишинг – это явление, когда человек в сети выдает себя за другого, используя чужое фото.

Глава 14

- Перестаньте толкаться, - прошипела я. - Если я обо что-нибудь споткнусь, то перебужу всех соседей.

- Ты забрала у нас фонарики, - прошептала Герти.

- Конечно, ведь кучка подпрыгивающих огоньков за Католической церковью не вызовет никаких подозрений. Всё равно, что нести плакат: «Поймайте меня».

Я медленно передвигалась к задней стороне церкви, ставя одну ногу перед другой. Меня ужасно раздражало это ползанье.

- Хватит болтать, - предупредила Ида Белль. - С тех пор как старухе Фонтенот вживили в уши импланты, у нее слух как у летучей мыши.

Покачав головой, я сделала еще один шаг вперед, осторожно водя руками перед собой. Я уже достаточно наслушалась об этой Фонтенот и ее импланте, пока мы шли через болото с поляны, где Ида Белль велела мне спрятать «джип». Я ни на секунду не поверила, что эта дама услышит наш разговор, хотя та жила через дорогу прямо за церковью. Вот если врежусь в мусорный бак, то она, скорее всего, наберет 911, прежде чем я успею подняться с земли.

Мне казалось, что я проползла уже целый штат, когда наконец наткнулась ногой на что-то твердое. Я нагнулась и нащупала холодный бетон ступенек.

- Мы перед лестницей, - сообщила я. - Постойте минутку, я посмотрю замок.

Я прокралась вверх по ступенькам и обшарила все вокруг, пока не обхватила дверную ручку. Ида Белль утверждала, что запирающий механизм был старой модели, и в церкви никогда не устанавливали засов, но я не стала на это надеяться, пока не проверю всё сама. Используя пальцы вместо глаз, я аккуратно ощупала замочную скважину, подергала ручку и нажала на дверь.

Почувствовала, как створка подалась, и слегка повеселела. Вытащив из заднего кармана нож для колки льда Иды Белль, я принялась возиться с хлипким замком. Не прошло и пары секунд, как послышался щелчок.

- Я собираюсь открыть дверь, - прошептала я, предупреждая подруг. Конечно, мы надеялись, что на задней двери нет сигнализации, но на всякий случай, если зазвенит, всем предстояло разбежаться в разные стороны. Вернее, хотя бы как-то попытаться в такой кромешной темноте.

Держась за ручку, я осторожно открыла дверь. Кроме чуть слышного скрипа - больше ни единого звука.

- Внутрь, - прошипела я и поспешила шагнуть за порог. Ида Белль и Герти поднялись по ступенькам и сгрудились в коридоре. Я стёрла антибактериальным средством отпечатки пальцев с ручки, протянула напарницам резиновые перчатки, надела такие же сама и заперла за нами дверь.

- Молитвенный зал прямо в конце коридора, - сообщила Ида Белль.

Я достала фонарик и направила его на старый ковер на полу. Освещения хватало на то, чтобы мы не врезались в скопление храмовых столиков. Пока я держала луч вниз, он не должен был привлечь внимание любого, кому пришло бы в голову взглянуть на окна, расположенные по обеим сторонам помещения.

Пройдя весь коридор, я открыла двойные двери, и мы вошли в зал для молитв. Прямо над алтарем тускло горела лампада, даря нам желанный свет. В дверном проеме виднелась передняя часть комнаты для богослужений, ступени к алтарю, а сбоку лестница, ведущая на хоры. Я обошла главную платформу и увидела гроб с Тедом, как раз напротив алтаря.

Мы подкрались и встали перед ним.

- Как думаешь, трудно будет его вскрыть? - Герти посмотрела на меня.

- Откуда, черт возьми, мне знать? - спросила я. - Моя работа - укладывать людей в ящик, а не вытаскивать их оттуда.

- Он еще не должен быть запечатан, - сказала Ида Белль. - Полагаю, надо просто сдвинуть крышку.

Мы с Герти уставились на нее.

- Однажды я перепутала время и пришла на похороны раньше, - объяснила Ида Белль. - Я видела, как всё готовили. И раз уж женщина ростом с Герти и вдвое ее старше подпирала эту штуку, я считаю, что она не такая и тяжелая.

- Ладно, - сказала я, - тогда поднимайте крышку.

- Я не собираюсь открывать гроб, - возразила Ида Белль.

- Я тоже, - сказала Герти. - Как-то жутко.

Я всплеснула руками.

- Это же ваша идея.

- Я никогда не говорила, будто выполню всю работу, - парировала старушка.

- Поскольку вы еще вообще ничего не сделали, сейчас самое время начать. А теперь, поднимайте эту проклятую крышку. Или я оставлю вас здесь. Сама отправлюсь домой, приму горячий душ и лягу спать.

- Отлично, - буркнула Ида Белль и подняла крышку гроба.

Мы все наклонились вперед, чтобы лучше рассмотреть, и конечно же, там лежал Тед. Естественно, он не смотрелся таким же энергичным, как тогда, когда произносил свою грандиозную политическую речь, что в данном случае было закономерно.

- Что-то он плохо выглядит, - проговорила Герти, вторя моим мыслям.

- Тед мертв, - заметила Ида Белль. - Он и живым-то был не очень. Вы думали, после смерти станет симпатичнее?

- Давайте быстрее, - сказала я и вытащила из кармана мобильник, спеша покончить с делом.

- Подожди! - попросила Ида Белль. - Ты слышала?

Я замерла:

- Что такое?

- Кто-то идет снаружи.

- Вы уверены?

Напарница приложила палец к губам. Я замедлила дыхание и напряглась, стараясь уловить что-нибудь в тишине. И уже было решила, что Иде Белль показалось или она услышала какое-то животное, но тут раздался звук бьющегося стекла в одном из окон дальше по коридору.

Проход обратно оказался отрезан для побега, а Ида Белль предупреждала, что на входной двери есть сигнализация. На самом деле это уже не имело значения, вряд ли мы успели бы выскочить из церкви до того, как появится нарушитель. Я махнула на балкон, и мы поспешили вверх по ступенькам к последнему ряду хоров, куда так кстати не доходил свет.

Присели на корточки за спинкой скамьи и замерли в ожидании, что же будет дальше. Минуту спустя двое здоровенных мужиков в лыжных масках вошли в молитвенный зал и направились к гробу.

-Точно он, - сказал первый.

- Какого черта? - спросил второй. – Разве не полагается закрыть гроб на ночь или что-то в этом роде?

- А какая разница? Он мертв.

- Надеюсь. - Мужчина сунул руку в карман и вытащил фотоаппарат.

Что за чертовщина? Какова вероятность того, что две отдельные группы людей ворвутся в церковь, чтобы сфотографировать труп? И зачем, черт возьми, он понадобился этим парням?

Я толкнула локтем Иду Белль, подняв брови, но та покачала головой. Очевидно, она понятия не имела, кто они такие и зачем вообще сюда пришли. Как раз то, что нам нужно - еще одна загадка.

Парень с камерой подошел к гробу и согнулся, чтобы сфотографировать Теда. Однако когда наклонился, по залу эхом разнесся безошибочно узнаваемый звук выпущенных газов.

- Иисусе, я знаю, что ты не уважал покойного, - сказал первый, - но мы же в церкви. Ты не можешь сдержаться, пока не выйдем?

- Что? - спросил второй мужчина, выпрямляясь. - Это не я. Я думал, это ты.

- Считаешь, я сотворю такое в церкви? Ради бога, моя тетя - монахиня.

- Ну я же говорю, что это был не я.

- Забудь. Просто сфоткай его и давай убираться отсюда к чертовой матери.

Когда человек с камерой снова наклонился, звук повторился еще громче.

- Ублюдок! - Второй человек отскочил от гроба. - Это он!

- Чушь собачья! Труп так не может. Хватит валять дурака.

Первый мужик выхватил фотоаппарат у второго, но когда нацелился, чтобы сделать снимок, рука мертвеца поднялась и, похоже, указала прямо на них.

- Иисус, Мария и Иосиф! - крикнул второй чувак и, оттолкнув первого, бросился к парадному выходу.

Первый мужик с глухим стуком ударился о гроб, и я затаила дыхание, наблюдая, как тот зашатался. Наконец, первый выправился и пустился за своим приятелем, который распахнул передние двери.

Секундой позже в церкви зазвенела сигнализация.

Глава 15

Перемахнув через перила, я спрыгнула с хоров и направилась к задней двери. И лишь на мгновение притормозила сделать снимок Теда. Я слышала, как подружки топают за мной следом. Пока я неслась по коридору, от сигнализации у меня звенело в ушах и заходилось сердце.

- Подожди! - крикнула Ида Белль на середине пути. – Нам нельзя выходить наружу в таком виде. Там точно будет старушка Фонтенот с фотоаппаратом и прожектором. Зуб даю.

- У вас есть идея получше? - поинтересовалась я.

- Да, запасной вариант, - объяснила Ида Белль и кивнула Герти. - Поторопись!

Та достала из сумочки и отдала нам три маски Марди Гра.

- И это ваш запасной план? - спросила я.

- А что, у тебя есть другой? - парировала Ида Белль.

Натянув маску, я пошагала к задней двери, злясь на себя и не желая признавать тот факт, что сама не придумала запасного варианта. Очень хотелось верить, что мы не попадем под прицел камеры старой Фонтенот. Я задержалась лишь затем, чтобы распахнуть заднюю дверь, пропустить вперед подруг и вслед за ними сбежать по ступенькам. Бессмысленно тратить время и запирать за собой створку. Ведь все тайное уже стало явным.

Мы и до конца переулка не успели дойти, как вдруг прямо мне в лицо ударил луч света. Я увернулась от него, но тут меня ослепила вспышка.

- Я вас поймала, подонки!

Спотыкаясь, частично ослепшая, я пересекла переулок, проморгалась, дабы прояснить зрение, а затем выхватила камеру из рук женщины. Та, очевидно, не ожидала прямого нападения, поэтому даже не шелохнулась. Так и стояла, словно статуя, глядя нам вслед, а мы завернули за угол и побежали к болоту.

Достигнув деревьев, я сорвала маску и швырнула ту в кусты. Однако трусить вдоль болота в темнотище и без фонарика оказалось не так-то просто. Ветки хлестали по рукам, а значит, несмотря на рубашку с длинными рукавами, утром у меня проявятся царапины.

По моим прикидкам мы уже почти достигли места, где оставили «джип», когда Герти, бежавшая впереди, споткнулась и упала на тропинку. Ида Белль, очевидно, не смогла затормозить и по инерции пролетела на поляну прямо через подругу. Я метнулась к распростертому телу Герти и слегка призадумалась, то ли сразу ее поднять, то ли сначала пульс проверить.

Решив, что все равно придется тащить старушку, я плюнула на медосмотр и подхватила ее за плечи. Она пошатнулась и обмякла в полубессознательном состоянии. Я подтащила напарницу к машине и завалила на заднее сиденье. Другая старушенция уже сидела на пассажирском, поэтому я запрыгнула внутрь, и мы покатили прямо к дому Иды Белль.

- Она нас сфотографировала, - устало произнесла та.

- Не совсем, - возразила я и подкинула камеру ей на колени.

Напарница рассмеялась:

- Ты украла фотоаппарат?

- Взяла прямо из ее рук. Эти маски никого не обманут.

- Нет, но я не уверена, что и это решит проблему. Фонтенот нас с Герти хорошо знает и опознает по одежде.

- У вас камин рабочий?

- Конечно.

- Тогда мы сожжем шмотки у вас дома.

- А что насчет твоей одежды? – поинтересовалась старушка.

- Да у любого в мире есть джинсы и черная футболка. Только вам с Герти могло приспичить вырядиться для преступной вылазки в брюки и блузки с принтом.

Ида Белль скрестила руки на груди:

- Это же церковь, туда неприлично облачаться в джинсы или спортивные штаны.

Я покачала головой. Никогда мне не понять южных традиций.

Ида Белль чуть помолчала и заметила:

- Неудивительно, что те парни слетели с катушек. Что, черт возьми, происходит с телом Теда?

- Он разлагается, - объяснила я. – Либо его плохо забальзамировали, либо Полетт решила сэкономить и вообще этого не делала. Тогда понятна спешка с похоронами.

- И мы снова возвращаемся к версии о том, что Тед банкрот.

- Может и так.

Я повернула за угол к дому Иды Белль, выключила фары, а затем припарковалась на подъездной дорожке. Если повезет, никто из ее соседей нас не увидит. Герти немного пришла в себя, и мы с напарницей вытащили беднягу из «джипа» и завели в дом.

Хозяйка побежала наверх за сменной одеждой для себя и Герти, а я разожгла камин. Через пару минут Ида Белль спустилась в длинной ночной рубашке, держа в руках такую же для подруги, а также брюки и блузку, в которых была во время нашей ночной эскапады.

Она закинула свою одежду в огонь, и я немного поворошила ту кочергой. Ида Белль помогла все еще вялой Герти переодеться, усадила подругу в кресло и уничтожила оставшиеся улики. Мы стояли и наблюдали за огнем, пока не догорел последний кусок ткани.

Ида Белль вздохнула:

- Мне очень нравилась эта блузка.

- Какого черта те чуваки делали в церкви? - спросила я.

- Похоже, то же самое, что и мы, - ответила хозяйка.

- Но почему? Зачем еще кому-то понадобилась фотка мертвого Теда?

- Понятия не имею. Я ломала над этим голову по пути домой, но так и не смогла придумать ничего путного.

- А по голосам вы их не узнали?

Ида Белль нахмурилась:

- Нет. Они определенно не южане.

Я кивнула:

- Полагаю, янки.

- Согласна. Только зачем янки пожаловали сюда фотографировать покойного?

- Не знаю, но держу пари, это крайне важно.

- Вдруг у Теда с его семьей была кровная вражда, - предположила старушка. - И кто-то из родных заявился сюда убедиться, что он и правда мертв.

Я мотнула головой.

- На фоне такой кровной вражды все прочие бы померкли.

Герти застонала и обхватила голову руками.

-У меня такое чувство, будто меня переехал грузовик. Что случилось?

- Вас переехал грузовик, - подтвердила я.

Ида Белль пихнула меня локтем и стала разглядывать подружку. У той уже наметился фиолетовый круг под глазом.

- Наверняка почернеет, - отметила хозяйка.

Я кивнула:

- Царапины на моих руках уж точно не столь эффектны.

- Дай взгляну, - попросила Ида Белль.

Я закатала рукава, и подруга наклонилась, осматривая мои руки.

- Кое-какие следы все же останутся, но порезы неглубокие, крови нет. Почему ты не бежала, держа руки в замок?

Я вытаращила глаза.

- С какой это стати?

- Чтобы не поцарапаться, разумеется. Ты видишь какие-нибудь шрамы на нас с Герти?

- Нет, но равновесие, которое обеспечивают руки, могло бы уберечь Герти от полета лицом вниз.

Ида Белль пожала плечами.

- Как по мне, обмен равноценный.

Я как раз прикидывала следующий аргумент в нашем абсурдном споре, но услышала у дома шум автомобиля. Мы обе подбежали к окну, а когда я увидела выходящего из грузовика хмурого Картера, у меня заколотилось сердце.

- Не паникуй! - приказала Ида Белль, хотя явно сама разволновалась. - Мы просто сделаем вид, будто у нас пижамная вечеринка.

- Серьезно? – спросила я. - Как, черт возьми, мы объясним синяк Герти? Или то, что она почти в отключке и не может стоять без посторонней помощи?

- Я м-могу сто… - Герти приподнялась на пару дюймов, но снова рухнула в кресло.

Когда раздался дверной звонок, хозяйка подбежала к шкафу в прихожей и кинула мне боксерские перчатки.

- Надень. Ты показываешь нам приемы, которые выучила на уроке самообороны.

Я ни на секунду не поверила, что Картер на такое купится, но без доказательств обратного у него и выбора-то не будет.

- Иду! - крикнула Ида Белль, когда опять позвонили. Одну перчатку она надела на левую руку, другую швырнула на диван, и правой рукой отперла дверь. Я закатала рукава, сунула кисти в перчатки и встала посреди гостиной, чувствуя себя последней идиоткой.

Ида Белль распахнула дверь.

- Какого черта, Картер? Ночь на дворе.

Я едва сдержала улыбку. Лучшая защита – это нападение. Один из моих любимых приемов.

Картер посмотрел на хозяйку, потом перевел взгляд на меня и Герти.

- Могу я узнать, чем вы занимаетесь?

- Первое правило бойцовского клуба, - заявила Герти и подняла руку, но тут же уронила ее на колени.

- Фортуна учила нас приемам. У себя дома она ходила на уроки по самообороне, - объяснила Ида Бель. - Я случайно задела Герти, но с ней все будет нормально.

-Угу. - Он сдвинул брови, и я поняла, что бедняга даже не знает, с чего начать. Две пожилые дамы в ночнушках: одна в боксерских перчатках, а другая щеголяет фингалом под глазом. Вероятно, схему поведения в таких случаях ни в одном учебном пособии для полицейских не предусматривали. Посмотрев на камин, Картер нахмурился.

- Сейчас же жарко как в аду, - сказал помощник шерифа. - Зачем камин разожгли?

- Мы собирались поджарить зефир, когда закончим занятия, - ответила Ида Белль. - Ты что, ничего не знаешь о пижамных вечеринках?

Картер оглядел меня с головы до ног.

- Я не ношу пижамы, - заметила я.

Тот вздохнул.

- Да, я в курсе. Полагаю, вы ничего не знаете о сегодняшнем взломе в Католической церкви?

Мы с Идой Белль старательно изобразили удивление.

- Варварство какое, - пробормотала Герти.

- Зачем кому-то врываться в церковь? - спросила хозяйка. - Все знают, что денег там нет.

- Кто-то открыл гроб Теда.

- Жуть, - проговорила Герти.

- Поддержу Герти, - встряла я в разговор. - Его что, хоронят с драгоценностями?

- Нет, - возразил Картер, - а в Греховодье еще не было такого, чтобы трупы обкрадывали.

- Может, какой-то странный культ?– предположила я.

Лицо Картера побагровело.

- Никаких культов в Греховодье также нет.

Я пожала плечами.

- Ну, история интересная, конечно, но почему ты спрашиваешь об этом нас?

- Потому что мисс Фонтенот рассказала, что видела, как из задней двери церкви выбежали три человека в масках Марди Гра.

- А что такое маска Марди Гра? - поинтересовалась я.

- Потом, - отмахнулась Ида Белль.

- Мисс Фонтенот уверена, что одной из троицы была Ида Белль. По словам свидетельницы, она узнала вашу «отвратительную фиолетовую блузку в красную полоску».

- Ой, а сама-то модница нашлась, - пробурчала Ида Белль. - Старая Фонтенот, возможно, и слышит как летучая мышь, но заодно и слепа ровно так же.

- Еще она сказала, что сделала снимок преступников, но высокий худой парень украл ее камеру и убежал. - Картер снова оглядел меня: - Полагаю, вы вообще не в курсе событий?

Я широко раскрыла глаза, стараясь не смотреть на фотик, что выглядывал из-под декоративной подушки на краю дивана.

- С чего бы вдруг?

Картер всплеснул руками.

- Знаете что, забудьте. Скорее всего, я даже не хочу знать ответ на вопрос. А просто хочу, чтобы покойного зарыли в землю, вдова уехала из города, а убийца сел в тюрьму.

- Покуда речь не обо мне, - заметила Ида Белль, - я обеими руками за такой исход.

- Ладно. Отлично. Продолжайте… что вы там сейчас делали. – Картер круто развернулся и вышел из дома.

Ида Белль оглянулась на меня и подняла брови, затем закрыла дверь на замок.

- Он ужасно зол.

- Да, - сказала я и насупилась. Картер сам на себя не был похож. Расстроенный, на грани срыва. Казалось, он готов бросить свою работу, и мне стало любопытно, насколько бедняга близок к подобному решению. Моя глупость про культ тоже настроения ему не улучшила. Однако свою задачу выполнила: отвлекла его внимание от нас.

Ида Белль стянула перчатку с левой руки и шмякнула ее на диван рядом с другой.

- Снимай эти штуки и давай запустим фото в «Гугл», пока опять что-нибудь не произошло.

Герти до сих пор не пришла в норму, поэтому мы помогли ей дойти до кухни. Хозяйка приготовила в микроволновке чашку кофе и поставила перед подружкой. Сильный аромат подействовал как нюхательная соль, вернув Герти почти в адекватное состояние... во всяком случае, пока та сидела. Я и гроша ломаного не поставила бы, что Герти сейчас может стоять, не говоря уж о том, чтобы ходить.

Вытащив сотовый телефон, я открыла галерею – и застонала, найдя снимок Теда. Его жуткая плавающая рука закрывала половину лица. Я показала фото Иде Белль, и та выругалась.

- И что теперь? - спросила я. – Мы ведь не можем снова лезть в церковь. И даже если у вас найдется доброволец из числа знакомых, его сочтут чокнутым, если он затеет фотосессию во время похорон.

Ида Белль вскочила со стула.

- Точно, чокнутым!

И побежала в гостиную, а я посмотрела на Герти, но та лишь пожала плечами.

Через пару секунд хозяйка вернулась с фотоаппаратом Фонтенот.

- Старуха - католичка, - объяснила Ида Белль, сунув мне фотик и усаживаясь обратно, - и такая чудачка, что вполне могла заснять всенощное бдение.

- Серьезно? – Взяв камеру, я открыла галерею.

- О да, - подтвердила Герти.

Первый снимок - наша троица, выбегающая из церкви. Я от души порадовалась, что украла камеру. Даже в масках любой в Греховодье узнал бы Иду Белль и Герти, а заодно и меня.

Но следующий снимок... следующий снимок был настоящим сокровищем.

- Невероятно, - удивилась я, глядя на совершенно четкую фотографию покойного. - Вы правы. Фонтенот странная, но это нам на пользу. У вас найдется кабель USB, который подходит для этой камеры?

Ида Белль забрала у меня фотоаппарат и рассмотрела.

- Думаю, сюда подойдет шнур от моей камеры. Подожди.

Старушка вскочила, порылась в кухонном ящике и наконец, вытащила искомое.

- Попробуй-ка, - сказала она и передала мне шнур.

Я с облегчением выдохнула, когда штекер легко вошел в разъем. Ведь если бы еще пришлось ждать следующего дня и гнать в Новый Орлеан за кабелем, я бы точно утопилась в ОГД–эшном сиропе от кашля.

Я загрузила фотографию в ноутбук Иды Белль и запустила поисковую систему «Гугл-картинок». Через пару секунд экран заполнился ссылками, но имя Теда Уильямса нигде не упоминалось. Я нажала на первую, ожидая обнаружить ошибку, и ахнула.

Фотография определенно совпадала, но имя под снимком было не Тед Уильямс, а Джино Россетти.

- Что-то нашла? - поинтересовалась Ида Белль.

Я прочитала статью, приложенную к фотографии.

- Да, и теперь я догадываюсь, почему Тед спрятался в Греховодье. - Я развернула ноутбук и указала на заголовок: «Заместитель Маселли задержан за шантаж мэра Нью-Джерси».

Глава 16

- Мафия Нью-Джерси. Срань господня! - присвистнула Ида Белль.

- Дай-ка я посмотрю, - заинтересовалась Герти и потянула ноутбук к себе, а прочитав заголовок, выпучила глаза: - Просто невероятно!

- Значит, те янки в церкви – знакомые Теда... э-э, Джино из прошлой жизни? - спросила Ида Белль.

- Похоже, так, - заметила я.

- Но кто они? - спросила Герти.

- Возможно, конкуренты мафии, и им нужны доказательства его смерти. Или дружки мэра. Когда Полетт рассказывала, что Тед отдалился от своей семьи, она явно преуменьшила масштабы проблемы.

- Поищи-ка данные по его настоящему имени двухлетней давности, - подсказала Ида Белль. - Тогда-то он и прибыл в Греховодье.

Я снова придвинула к себе ноутбук и набрала информацию в поисковике. Через несколько секунд экран снова заполнился ссылками.

Федералы прочесывают склады семьи Маселли.

Боссы мафии Маселли обвиняются в контрабанде наркотиков и убийстве.

Джино Россетти исчез.

Я нажала на ту, где говорилось об исчезновении Джино, и начала читать.

Джино Россетти, заместитель главы семьи Маселли, сегодня не явился в суд. Он должен был ответить на обвинения в предполагаемом шантаже мэра Роулингса. Но, по словам знакомых Джино, в этом нет ничего необычного. Судя по всему, мистер Россетти не посетил ни одной из запланированных встреч. Личный врач, портной, парикмахер и даже священник утверждают, что уже несколько недель не видели ни его самого, ни его жену Полетт. Поползли разные слухи.

- Дальше подробнее об обвинениях, - пояснила я, - и об истории взаимоотношений Теда с семьей Маселли.

Хозяйка покачала головой.

- Совершенно потрясно. Одного я до сих пор не пойму, почему же Греховодье?

- Наверное, он действительно встречался с тем мужиком… Паркером... и вспомнил город. Или наугад ткнул в карту и прикатил сюда. Скорей всего, если Полетт не решит всё рассказать, мы никогда ничего не узнаем.

- Картер чертовски разозлится, - высказалась Герти.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на Иду Белль, та вытаращила глаза.

- Необходимо ему сообщить, - заметила я.

- Но как? - спросила старушка. - Даже если мы придумаем какую-нибудь диковинную историю, как раскрыли истинную личность Теда, нам все равно не удастся отдать фотографии шантажа, не разоблачив тебя с Герти.

Откинувшись на спинку стула, я пыталась сообразить, каким образом донести информацию до Картера, не замазав нас - но все тщетно. Какая досада. Наши знания послужили бы важным звеном для раскрытия преступления. Теда бы похоронили, Полетт уехала бы из города, а убийца оказался за решеткой - все, как и хотел Картер. К тому же это обелило бы имя Иды Белль. И единственное препятствие для того чтобы и помощника шерифа осчастливить, и с подруги подозрения снять - я со своей ложью.

- Чертова неразбериха, - пробурчала я наконец.

Хозяйка кивнула.

- Как бы мне не хотелось с тобой соглашаться, но на сей раз мы конкретно вляпались.

Лицо Герти вытянулось, когда ее все еще затуманенное сознание догнало наши слова.

- Со своими попытками помочь мы только усложнили Картеру работу.

- Не совсем, - возразила я. – Подумайте сами. У Картера не было причин обыскивать дом Теда, а без этого он никогда не нашел бы эти фотки. И если бы снимки не оказались у нас, а их забрали те воры, то и мы не имели бы никаких доказательств.

Герти немного оживилась.

- Получается, мы сохранили улики.

- Можно и так сказать.

Ида Белль вздохнула.

- Только вот мне от них толку нет.

Меня ошеломило пораженческое настроение двух самых отважных женщин, которых я когда-либо встречала, и мое сердце слегка ускорило ход. Такие хорошие дамы и, что еще важнее – мои подруги. Я обязана была все исправить.

Выпрямившись в кресле, я посмотрела на них обеих.

- Улики нам очень даже пригодятся.

- Навряд ли, - возразила хозяйка.

- С их помощью мы поймаем преступника. Разве не таков был план с самого начала? - Я открыла наш список подозреваемых и указала на экран. - Один из этой четверки, вероятно, и есть убийца. Нам нужно выяснить, кто именно.

- Как? - поинтересовалась Герти. - Вряд ли виновник добровольно признается, если мы просто спросим.

Я постукивала пальцами по кухонному столу:

- Вот бы нам завтра на похоронах поприсутствовать.

- Господи, зачем? – удивилась Герти.

- К толпе присмотреться, - догадалась ее подруга.

Я кивнула.

- Интересно было бы посмотреть, как эти четверо поведут себя на службе.

- А если они решат, что им лучше просто остаться дома? - заметила Герти.

- Нет, - возразила я. - Посчитают, что это будет как-то подозрительно. Все, кого шантажировали, знают о существовании снимков и что если те всплывут, Картер притянет участников за убийство Теда.

Хозяйка кивнула.

- Жертвы шантажа, включая убийцу, наверняка пойдут в похоронной процессии и притворятся, будто скорбят вместе со всеми. Именно поэтому здорово было бы понаблюдать, кто будет держаться напряженно или неестественно.

Герти вздохнула.

- Смысл ясен, но мы не можем пойти на похоронную службу, не вызвав кучу проблем.

Подруга пристально посмотрела на нее.

- Нет, но мы могли бы пошпионить на кладбище.

- Сомневаюсь, - ответила та. - Некоторые жители мгновенно настораживаются, стоит тебе только подойти к почтовому ящику. Как ты собираешься разглядывать кладбище, если считаешься главной подозреваемой?

Её подружка усмехнулась.

- Издалека.

- О, - протянула Герти, потом распахнула глаза и выпрямилась на стуле. - О, отличная идея!

- Можете меня ввести в курс дела?– попросила я.

- Греховодное кладбище лежит на окраине города, с тыла граничит с болотом. Туда идёт только одна дорога. Байю протекает сразу за деревьями, перед болотом.

В моей голове начала складываться картина.

- Значит, вы собираетесь прокрасться по байю и последить в бинокли за похоронами из-за деревьев?

- Да, - ответила Ида Белль, - вот только есть проблема со склоном.

Герти нахмурилась.

- Я и позабыла, но там действительно косогор от кладбища к деревьям. Вероятно, плохо будет видно.

- Тогда придется забираться на деревья, - объявила Ида Белль.

- О нет, - возразила я, проигрывая в голове миллион разных финалов этого сценария и не находя ни единого удачного. – Подглядывать за похоронами уже рискованно, а если Иду Белль еще и заметят, это только ухудшит ее положение. Да к тому же сидеть на деревьях - значит просто напрашиваться на неприятности. - Я посмотрела на Герти: - Запамятовали недавний случай… во дворе Теда? Или засаду, когда мы пытались найти убийцу Пэнси?

Та слегка покраснела, но отмахнулась.

- Да такое с любым могло произойти. Но я согласна насчет того, что Иде Белль не стоит там показываться. Так что, похоже, дельце придется провернуть нам с тобой.

- Ни за что, - мотнула я головой. У меня было больше шансов продефилировать во время службы по центру Католической церкви, чем втащить Герти на дерево, не переломав нам ребра.

- Понятно, не самый лучший план, - тихо проговорила Ида Белль, - но иного у нас нет.

Я вздохнула, уже зная: пусть мне претит сама затея и куча всего может пойти не так, но завтра мы с Герти залезем на деревья и устроим слежку за похоронами в бинокли. Вариант хоть и никудышный, однако только он имелся у нас на данный момент.

- Я в деле, - сказала я. Конечно, лазать по деревьям с Герти опасно, а если нас поймают, это может переполнить чашу терпения Картера. Если легонько поворошить мое прошлое, прикрытие осталось бы неизменным, однако тщательной проверки оно не выдержит.

И все равно на этот риск мне требовалось пойти.

Это был наш последний шанс.

***

Когда я дотащилась домой, было уже около трех часов ночи. Я чувствовала себя измученной, у меня все болело и зудело, и впервые в жизни я реально превратилась в нытика. Ворча и жалуясь, поднялась по лестнице, и даже горячий душ не помог. Истинная личность Теда повергла меня в шок, такого я совершенно не ожидала. Теперь в голове царил настоящий кавардак, словно кто-то загрузил кусочки головоломки в пушку, а потом из нее выстрелил.

И теперь, перебирая миллион разрозненных пазлов, мне предстояло решить: важный ли этот кусочек или просто интересный. К сожалению, день выжал из меня все умственные и почти все физические силы. Уже давным-давно пора было лечь. Если Бог существует, он даст мне выспаться. В конце концов, с Герти и деревьями мне потребуется как выносливость, так и смекалка.

Я с трудом натянула нижнее белье, майку и шорты. Пожалуй, следовало сделать пару заметок на ноутбуке, прежде чем мысль ускользнет, но вместо этого я просто рухнула на кровать. Простыни так приятно охлаждали уставшее тело, что я едва не прослезилась. Не могла вспомнить, когда ещё до такой степени выматывалась.

Несмотря на вихри мыслей, через несколько секунд я уснула. Однако ненадолго. Проспав не больше десяти минут, я резко подскочила на постели и замерла, когда услышала хруст стеклянных осколков в спальне напротив.

Окно!

Из-за всей этой суматохи я совершенно забыла, что пробила дыру в окне гостевой комнаты. И даже не вспомнила о неубранном стекле на полу. Но оплошность оказалась полезной, так как хруст стекляшек предупредил меня о вторжении.

Взяв с тумбочки девятимиллиметровый пистолет и выскользнув из кровати, я бесшумно прошлась босыми ногами по прохладному деревянному полу. Осторожно ступая, стараясь избежать скрипа, пересекла спальню. Лунный свет лился в окно, освещая коридор.

Дойдя до дверного проема, я выглянула из-за угла – пусто. Потом вышмыгнула из спальни, прокралась по коридору и прижалась к стене рядом с дверью гостевой комнаты. Затаила дыхание, пытаясь уловить признаки того, что незваный гость все еще там.

Наконец я расслышала какой-то шорох; как будто человек подошел очень близко к кровати, и штаны трутся о покрывало. Я сжала пистолет, досчитала до трех и выскочила, нацелившись на то, что у большинства людей сошло бы за середину тела.

Через секунду что-то врезалось мне прямо в лицо, и я спустила курок, пятясь обратно в коридор.

Глава 17

Лишь только когти впились мне в голову, я узнала преступника – мой старый знакомый, кот. А включив свет в спальне, увидела в окне ветку дерева, нахально тянущуюся прямо к тому месту, где должно быть стекло.

То есть к первой раме.

Стекло во второй раме теперь тоже нуждалось в замене, спасибо пушистому незваному гостю. Я посмотрела вниз: нарушитель терся о мои голые ноги и громко мурлыкал.

- Чувак, я не могу оставить у себя оживший кактус. Ты здесь жить не будешь.

Кот громко мяукнул и сел, уставившись на меня большими изумрудно-зелеными глазами. Потом плюхнулся на пол, подкатился к моим ногам, потерся о них головой - и я растаяла.

Дерьмо.

Я только что обзавелась домашним питомцем.

- Скорей всего, ты голоден, но у меня нет кошачьего корма. Осталось немного запечённой курицы. Пойдет?

Кот уселся и снова мяукнул, а я посмотрела на него с подозрением. Не знай я ничего про животных, могла бы поклясться, что паршивец понял мои слова. А уж когда котенок побрел к лестнице и стал спускаться вниз, я и вовсе глаза выпучила. Покачав головой, я последовала за ним на кухню, где принялась кромсать ломоть куриной грудки. Кот терпеливо ждал рядом, глядя на меня зелеными глазищами.

Едва я поставила тарелку с курицей на пол, как в дверь позвонили. Я пошла к ней, готовая высказать визитеру, что если дом у меня не горит, то остальное меня не касается. Вообще. Нисколечки.

Но распахнула дверь и увидела на крыльце измученного Картера. Сердце мгновенно забилось сильнее. Что если в дом к Иде Белль вернулись церковные взломщики и с ней что-то случилось? Что если у Герти не просто шишка на голове, а сотрясение мозга?

- Что-то не так? – спросила я.

- Это ты мне скажи, - ответил Картер усталым голосом. - Твой сосед сообщил, мол, здесь стреляли.

- Вот черт! Мне даже в голову не пришло, что кто-то позвонит в полицию.

Он приподнял бровь:

- Я так понимаю, там, где ты жила, ночные перестрелки – обычное дело?

Учитывая, что большую часть времени я «жила» на Ближнем Востоке, вопрос оказался на засыпку, но вспомнив о своей квартире в Вашингтоне, я смогла дать честный ответ:

- Нет, конечно.

- Так не объяснишь, почему палила в доме посреди ночи? Может, теперь у тебя урок стрельбы из пистолета?

Я закатила глаза и жестом пригласила Картера в дом:

- Входи.

Полагая, что он либо последует за мной, либо уйдет, я потопала на кухню. В любом случае, разберусь со всем и вернусь в постель.

- Вот, - указала я на кота, который только что доел цыпленка и теперь умывался. Я не смогла удержаться от улыбки. Какой же он милый!

Картер посмотрел на котенка:

- Ты стреляла в него? Если перестанешь его кормить, он сам уйдет.

- Я не стреляла в кота. Ну, не совсем. Услышала какой-то шорох в гостевой комнате и решила, что кто-то ко мне вломился. Когда я вошла в спальню, кот сиганул мне на голову и напугал, и я случайно выстрелила в окно.

Картер вздохнул:

- Учитывая, какой бардак сейчас творится в городе, почему, черт возьми, ты бросила открытое окно, да еще на задней стороне дома?

- А я и не бросала. Пушистик влез через пустую раму. Вчера утром, тоже нечаянно, я пальнула в окно и разбила его, когда, как оказалось, этот же кот забрался в сарай. Наверное, сосед тогда отсутствовал, поэтому не услышал и не донес на меня.

Картер провел рукой по волосам и покачал головой:

- Даже не знаю, что на это сказать, кроме как: при столкновении с нарушителем применяй газовый баллончик, бейсбольную биту или тот боксерский прием, которым нокаутировала Герти. Но ты из тех людей, кому в принципе противопоказано иметь огнестрельное оружие.

- По-твоему, в этом городе я хуже всех с ним обращаюсь? Так?

- Ну, с момента нашего знакомства, ты уже трижды во что-то нечаянно стреляла, и каждый раз жертвой становился этот дом. За тот же промежуток времени максимум, что я зафиксировал у кого-то еще – пара случайных осечек. Так что да, ты возглавляешь список наиболее вероятных кандидатов.

- Хм. - И это было весьма тревожно. Я понимала, что утратила часть навыков с тех пор, как обосновалась в Греховодье, но даже не предполагала, что по нелепому поведению с оружием обскачу местных. Черт, да после казусов с Герти такое и вообразить-то было трудно.

- Послушай, - проговорил Картер. - Я даже не собираюсь спрашивать, где ты взяла пистолет, потому что, честно говоря, не хочу возиться и арестовывать человека, который тебе его дал. Так что просто верни ствол, и мы сможем притвориться, что у нас никогда не было этого разговора.

Я пожала плечами:

- Ладно.

Я не собиралась докладывать Картеру, что за потайной панелью в шкафу хозяйской спальни Мардж имеется целый арсенал.

- Извини, что тебя из-за этого разбудили.

- Ха. Ты полагаешь, что я спал.

Он повернулся и вышел из дома, ничего больше не сказав. Я заперла дверь и проследила за ним через мини-жалюзи. Как бы я ни старалась юлить с добрым помощником шерифа, мне было его жаль. Возможно, у него день выдался еще хуже моего.

А еще меня грызла совесть, что утаиваю информацию, которая могла бы помочь в его расследовании.

Я вздохнула и мысленно показала своей совести комбинацию из трех пальцев. И почему я не родилась социопатом? Папаша мой точно им был и прекрасно себя чувствовал. Если не переживаешь о чувствах других, очень легко делать то, что выгодно только тебе.

До приезда в Греховодье я считала себя копией отца – ну, за исключением успешной карьеры, хотя давно забросила мечты, что когда-нибудь смогу дотянуться до его высочайших стандартов. Но с тех пор, как встретила Иду Белль, Герти, Уолтера, Элли и даже Картера, я начала понимать, что совсем не похожа на своего папашу.

Я просто притворялась.

Котенок мяукнул и потерся о мои ноги. Я согнулась и подхватила его.

- Раз уж ты решил, что я твоя хозяйка, наверное, следует придумать тебе кличку.

Тот замурлыкал, вытянул шею и боднул меня в руку, ясно давая понять, что я должна его гладить. Я улыбнулась и почесала его за ушами.

- Как насчет Мерлина?

Пушистик глянул на меня с довольным видом и снова мяукнул.

- Значит, Мерлин. - Я начала подниматься по лестнице. - Может, наколдуешь подсказку, как мне разрешить ситуацию с Идой Белль? Как думаешь, сумеешь?

Питомец снова посмотрел на меня и, клянусь, подмигнул.

Или у меня от недосыпа начались глюки.

***

Поспать получилось лишь до семи часов утра, хотя уснула я около четырех. Иногда привычка рано вставать – кара господня. Я попыталась снова уснуть, однако продремала всего десять минут, успев увидеть безумные, ужасные сны. В итоге сдалась и вылезла из постели. Я вытянула руки над головой, затем потянулась к полу, пытаясь размять все мышцы, которые натрудила накануне.

Я заметила, что ни наши поздние посиделки, ни моя зарядка не потревожили сон Мерлина. Тот лежал, свернувшись калачиком на соседней подушке, и иногда подергивал усами. Вот бы и мне уметь так расслабляться.

Спустившись на кухню, я было потянулась за кофейником, но вместо этого решила позавтракать в кафе Франсин. Учитывая мою дружбу с Идой Белль и в целом статус янки, на меня, скорее всего, косо посмотрят, но мне все равно надо ехать в город за кошачьим кормом Мерлину. И раз уж оскорблений не избежать, хоть заодно поем нормально. К тому же не придется готовить, а после заниматься уборкой.

Я поспешила наверх, натянула штаны для йоги, футболку и теннисные туфли, расчесала волосы и собрала их в обычный хвост. Мерлин открыл один глаз, зевнул и перевернулся. Я мало что знала о кошках, но похоже, хорошего сторожа из него не получится.

Еще не стало слишком жарко, поэтому я решила пробежаться, а не ехать на машине. Кошачий корм не так уж и тяжел, но даже если бы я и промахнулась, то всегда могла попросить Уолтера подержать пакет у себя, пока за ним не заеду. Вдобавок, Греховодье - сущий ад для моей талии. Даже штаны для йоги стали немного тесноваты, невзирая на эластичный пояс. Если я собиралась и дальше поедать все лакомства, которые попадаются на моем пути, придется увеличить физические нагрузки.

Мой дом стоял неподалеку от места назначения, поэтому я нарезала пару кругов по окрестностям, прежде чем свернуть на главную улицу. Универмаг еще не открылся, и я направилась к Франсин. Как только я вошла в кафе, меня наповал сразил аромат булочек с корицей.

Моя подруга Элли помахала мне блокнотом для заказов и кивнула на пустой столик в углу. Обычно в это время в кафе было много народу, и сегодняшний день не стал исключением. Оставались свободными лишь два места у задней стены. Для меня просто идеально.

Я отметила, как люди замолкали, пока я шла мимо, и подавила вздох. Скользнув на стул, прислонилась спиной к стене, чтобы видеть все входы в здание. Такая вот привычка, от которой я не смогла избавиться, хотя теперь формально принадлежала к числу гражданских. До сих пор мне удавалось удерживать себя от перестановки мебели в гостиной, однако каждый раз, сидя в кресле с ноутбуком, я воспринимала окно за спиной как дуло снайперской винтовки, направленное прямо в затылок.

Элли поставила передо мной чашку кофе.

- Слышала, прошлой ночью в церковь вломились?

- Ага. Картер пришел к Иде Белль проверить, не мы ли это сделали.

Элли вытаращила глаза.

- Да что с ним такое? Справедливости ради, Ида Белль и Герти в прошлом совершали странные поступки, но это чересчур даже для них.

- Хм, - пробормотала я и уставилась в кофе. Я ненавидела лгать Элли. Для нее же было лучше оставаться в неведении, тем более что она не знала, кто я на самом деле. Я так быстро привыкла к ней, что иногда ловила себя на том, что вот-вот себя раскрою.

- Сейчас поговорить не удастся, - посетовала она, - а после работы - на похороны. Но я постараюсь прийти сегодня вечером, и мы сможем посплетничать. Завтрак хочешь?

- Умираю. Можно мне специальное блюдо – глазунью?

Она сделала пометку в блокноте и улыбнулась мне.

- Принято.

Элли пошла передать заказ на кухню, а я стала потягивать кофе, делая вид, будто смотрю на улицу. На самом деле я наблюдала за посетителями. Трудный навык, но крайне удобный. Почти все вернулись к своим разговорам, но было легко вычислить тех, кто трепался обо мне. Те украдкой поглядывали в мою сторону, но стоило посмотреть на них в упор, тут же резко отворачивались.

Дилетанты.

Мои чувства были настолько развиты, что на задании я могла ощутить взгляд птицы за окном. Гражданские, тайком поглядывающие на меня в открытой комнате - просто детская забава. Кое-кого из них я уже встречала в кафе и универмаге, но имен не знала. Никто из них не походил на хулиганов, что устроили беспорядки перед зданием шерифа.

Через пару минут Элли подала мне тарелку с яйцами и беконом и булочку, и я принялась за еду. Не могла вспомнить, когда в последний раз баловала себя полезной пищей, однако норму по десертам и кофе я определенно перевыполнила. Неудивительно, что теперь так хотелось белка и физических упражнений. Мое тело, вероятно, решило, что я махнула на него рукой.

- Мне нравятся женщины с хорошим аппетитом, - раздался голос откуда-то сверху.

Я едва не подпрыгнула, а потом подняла голову и увидела человека, которого встретила на митинге… кажется, его звали Бобби. Я так сосредоточилась на проблеме Иды Белль и на завтраке, что даже не заметила, как он подошел.

- Ты считаешь, что большинство женщин не едят? - спросила я и отправила в рот последний кусочек булочки.

Он рассмеялся:

- Только не перед мужчинами.

Я прожевала и отпила кофе:

- Тогда они дурочки.

Я понимала, что Бобби пытается со мной флиртовать, и он был симпатичным парнем, но что-то в его дерзкой манере меня раздражало. Я эту породу знала. Я работала с кучей подобных чуваков и как раз именно поэтому с агентами и не встречалась.

- Сэнди-Сью, верно?

Я слегка побледнела, услышав имя женщины, за которую себя выдавала.

- Все зовут меня Фортуной.

- Почему?

- Потому что имя Сэнди-Сью - отстой?

Он усмехнулся, глядя на меня сверху вниз.

- А ты настоящая заноза. Теперь я понимаю, почему старине Картеру так трудно с тобой сладить. У тебя проблемы с властями?

По-моему, его вопрос попал почти в яблочко, и если бы мой босс, Морроу, присутствовал здесь, то крикнул «да!» так громко, что у людей полопались барабанные перепонки.

- Исключительно когда те неправы, - наконец парировала я. Так честно, как это вообще возможно.

- Неудивительно, что Картер считает, будто от тебя одни неприятности. Если верить местным слухам, в последнее время он изрядно достал некоторых жителей.

Я ощетинилась от намека. Картер был далеко не самым въедливым сотрудником правоохранительных органов, с которым я когда-либо сталкивалась… И слава Богу, иначе сидеть бы мне в тюремной камере практически с того дня, как прибыла в город… Да и на конфликт он никогда сознательно не шел. Иногда казалось, будто Картер меня достает, но в действительности, именно я всегда переступала черту.

- По-моему, это называется «делать свою работу», - возразила я.

- Да ну. - Бобби слегка пошевелился, видимо уловив мою интонацию. – Вот только похоже, многие жители недовольны его методами работы.

- Не уверена, что в должностные обязанности помощника шерифа входит ублажение народа, а не поимка преступников и обеспечение безопасности в городе. Если люди не согласны с его методами, то я предлагаю им пожить в стране, где полиция реально создает трудности, а уж потом хлопать ртом о том, кто как должен выполнять своё дело.

- Я ценю вотум доверия, - раздался голос Картера за спиной Бобби. - Но в этом нет необходимости.

Глава 18

Бобби обернулся и смущено улыбнулся Картеру.

- Я так не говорил. Уверен, ты отлично справляешься.

- Ага. - Очаровашка посмотрел на меня. - Место свободно?

- Как раз тебя ждет, - ответила я.

Бобби поднял брови и посмотрел на меня и Картера, а тот, даже на него не взглянув, прошел мимо и сел напротив моего.

Элли подошла к столу и улыбнулась Картеру.

- Позавтракаешь? - спросила она.

- Блюдо дня выглядит аппетитно.

- Принято, - сказала та и, подмигнув мне, поспешила прочь.

- Ну что ж, еще увидимся, - пробормотал Бобби.

Я проследила, как тот выходит из кафе, и упрекнула себя за невольное чувство удовлетворения.

- Даже не остался завтракать. Должно быть, здорово я его подсекла.

- Он ждал, что ты предложишь ему сесть, - сказал Картер.

- И не собиралась.

- И все же меня ты пригласила.

Я пожала плечами.

- Бобби меня разозлил.

Он усмехнулся.

- Ты отлично влияешь на мужское эго.

- Трепетное отношение к чьему-то эго не входит в мои обязанности. Кроме того, я просто констатировала факт. Твоя работа - отстой, и тот, кто не имел с ней дело, не вправе критиковать твои методы.

- Если бы только все в Греховодье разделяли твое мнение. Боюсь, большинство считает с точностью до наоборот. Помощник шерифа Бро получает минимум пятьдесят звонков в день; люди требуют, чтобы я кого-нибудь арестовал.

- И у них есть кто-то конкретный на примете?

- Некоторые хотят посадить за решетку Иду Белль. Другие жалуются на обычных пьяных придурков, которые доставляют неприятности, а одна считает, что я должен посадить пастора Дона.

- Проповедника?

- Ей не понравилась его проповедь о чревоугодии.

Я рассмеялась, авторитет пастора Дона в моих глазах начал расти.

- А у него стальной характер - осуждать чревоугодие в городе, где расписание служб составляется относительно подачи бананового пудинга.

Картер кивнул:

- Вот он и говорил, что негоже подстраивать Библию под свои желания.

Разговор о пасторе напомнил мне о вчерашнем вечере - и я мигом посерьезнела.

- Что-нибудь выяснил о происшествии в церкви?

- Нет. И мне не следовало бы обсуждать это с одной из подозреваемых. Однако старая леди Фонтенот - ужасный свидетель, а некоторые улики не сходятся с ее показаниями, так что я их не учту.

- Это какие же улики?

Очаровашка приподнял бровь.

- Обычно я бы сказал, мол, не твое дело, но скорее всего уже всё Греховодье знает, что парадные двери церкви вскрыли, и сработала сигнализация. Поэтому отвечу.

- Но если злоумышленники выбежали через парадную дверь…

- Как могла старая леди Фонтенот увидеть, что те покинули здание через черный ход? Вот именно. А чтобы две разные группы людей ворвались в церковь одновременно - вообще фантастика.

Я кивнула. Фантастика. Именно это и произошло, и я снова задумалась о тех чуваках. Неплохое такое путешествие из Нью-Джерси в Греховодье ради фотки мертвеца.

- У вас есть хоть какие подвижки насчет убийцы?– спросила я.

- Ты же знаешь, я не могу тебе рассказать.

- Ясно. Просто надеялась…

Картер вздохнул.

- Ты беспокоишься за Иду Белль. По правде говоря, я тоже. Я жду результатов лабораторных исследований. Если докажут что яд, который я взял из ее сарая, тот же самый, что убил Теда, у меня не окажется иного выбора, как её арестовать.

Очаровашка выглядел таким несчастным, и у меня появилось непреодолимое желание его обнять, что само по себе несколько смущало. Я никогда не считала себя чересчур сентиментальной.

- Понимаю. И хотя тебе от этого вряд ли станет легче, Ида Белль тоже.

- Спасибо. Я заметил, что о Герти ты не упомянула.

- Герти с таким не смирится и, скорее всего, всю свою оставшуюся жизнь будет тебя винить. Верность подруге для нее - святое.

- Ты ее хорошо узнала.

Я пожала плечами.

- С ней легко, вдобавок, бывают гораздо худшие недостатки характера.

Элли поставила перед Картером завтрак и широко улыбнулась.

- Могу я вам еще что-нибудь предложить?

Мы оба покачали головами, и подруга отошла к другому столу.

Картер принялся уминать еду за обе щеки, как и я накануне.

- Похоже, ты тоже голодный, - заметила я.

- В последнее время у меня совершенно нет регулярного режима. Кажется, всякий раз, стоит мне сесть поесть, что-нибудь да случается. Ходить по магазинам нет возможности. И пусть я люблю готовку Франсин, иногда просто не хочется слышать ту чушь, что здесь несут.

Я кивнула, отлично понимая его желание избегать местных, особенно тех, что чешут языками по поводу работы, о которой не имеют ни малейшего понятия.

Вероятно, заговорила моя совесть, что я утаиваю улики от Картера. А может, дело было в том, что я выпила всего две чашки кофе. Так или иначе, я не смогла удержаться – и выпалила:

- В любое время, когда захочешь убежать от толпы и я буду дома, можешь бесплатно есть у меня. Благодаря Герти, Иде Белль и Элли, что проверяет на мне свои рецепты, у меня часто водятся всякие вкусняшки, а если их нет, всегда найдутся бутерброды с ростбифом и чипсы.

Картер на мгновение замер с поднятой вилкой, с которой свисал кусочек бисквита. На лице Очаровашки отразилась смесь удивления, удовлетворения и легкой недоверчивости. Знай он мою настоящую личность, недоверчивость была бы нелегкой.

- Ты приглашаешь меня на свидание? - спросил Картер, едва сдерживая улыбку.

Я почувствовала, как краснею, и взмолилась, чтобы при тусклом свете он не разглядел.

- Я никуда тебя не приглашала и не назвала бы встречу с голодным другом свиданием. Тебе надо питаться, а для закупки продуктов времени нет. Желание иногда скрыться от жителей я тоже прекрасно понимаю. Это всего лишь еда, Картер.

- Значит, мы друзья?

- Да. Если только ты не думаешь иначе.

Очаровашка улыбнулся в ответ на мое явное смущение.

- Значит, друзья, и, пожалуй, я приму твоё предложение. Тебя подкармливают лучшие повара Греховодья.

- Вот уж точно.

Я нахмурилась, размышляя о том, как легко предложила накормить Картера, и удивляясь, почему тот не ужинает с какой-нибудь одинокой женщиной Греховодья. Такие наверняка существуют, и если они не считают Очаровашку хорошей добычей, то уж непонятно, чего вообще ждут, живя около болота. Какого черта? Я уже переступила границы, так что вполне могла удовлетворить свое любопытство.

- Мне трудно поверить, что ни одна женщина в Греховодье не делала тебе подобного предложения, - заметила я.

- Ну, замужние не осмеливаются, - ответил Картер, - а к предложениям от одиноких, как правило, прилагаются осложнения.

- Это какие?

- Такие, с обручальным кольцом на конце. Поэтому я вежливо отказываюсь.

- Но мое предложение принял, - заметила я. – А я не замужем.

- Скажем так, у меня сложилось впечатление, что ты себе мужа не ищешь.

- Боже, нет!

Я только-только научилась дружить. Стоило представить, что какой-то человек постоянно находится в моем личном пространстве, и нужно уделять внимание его чувствам всякий раз, когда я принимаю решение - к такому я, возможно, никогда не буду готова.

Картер рассмеялся.

- Вот видишь. Благодаря нашему уговору я стану нормально питаться и не беспокоиться, что ты заманишь меня в супружеские сети.

Я мотнула головой.

- Именно это обычно напрягает парней?

- Ну, если парень симпатичный, имеет приличную работу и живет в городе, где одиноких женщин больше, чем мужчин, то удача, если он задержится на воле.

Я вспомнила чуваков, которые бродили по Греховодью, и решила, что у Очаровашки не так уж много конкурентов, по крайней мере из тех, кого я видела.

- Я, наверное, лишний раз не выходила бы из дома.

- Ха. На самом деле это не вариант. Кроме того, я уверен, что и ты получаешь свою долю нежелательного мужского внимания. Не прошло и дня, как Бобби вернулся в город, а он уже на тебя нацелился.

- Плохо целится. Меня отношения не интересуют.

Картер улыбнулся.

- Да, я вроде как понял. Если тебе от этого станет легче, думаю, Бобби тоже.

Я пожала плечами.

- Меньше будут отрывать во время еды.

Картер склонил голову набок и внимательно меня изучил.

- У тебя интересная точка зрения.

- Не совсем. Просто предпочитаю видеть вещи такими, какие они есть. Я не люблю ни осложнений, ни драм.

- Понимаю. Но как тогда тебе дружится с Идой Белль и Герти?

Я улыбнулась.

- Некоторые люди достойны хлопот.

- Да. Наверное.

***

Войдя в магазин, я обрадовалась, что там нет покупателей. Утро и без того выдалось достаточно насыщенным. Я хотела спокойно взять кошачий корм и вернуться домой. Подготовиться к послеобеденным упражнениям по древолазанью. Уолтер стоял с газетой за прилавком.

- Если бы мы сегодня не встретились,- улыбнулся он, - я бы сам тебе позвонил.

Я села на табурет напротив него.

- Почему? Что с вами?

- Со мной все в порядке. Я хотел узнать, как там Ида Белль.

Я нахмурилась.

- Вы с ней не общались?

Он вздохнул.

- Я отправил как минимум десять сообщений, но она не отвечает.

Бедняга выглядел расстроенным, и мне сразу стало грустно.

- Мне очень жаль. Я просто предположила…

- Игнорирует мои послания, опасаясь, что из-за связи с ней у меня начнутся проблемы.

- Разве она не права?

- Конечно, права, но не в этом дело, черт побери!

Я вытаращила глаза. Не могла припомнить, чтобы хоть раз видела Уолтера злым. Разочарованным и раздраженным - да, но это другое. Ида Белль пыталась уберечь и подругу, и давнего поклонника от лишних сложностей, но все же, возможно, перестаралась. Уолтер - большой мальчик. Если ему наплевать на неприятности, то так же должно быть и Иде Белль.

- Мне очень жаль, - повторила я. - Хотите, я с ней поговорю?

Он отмахнулся:

- Черт, нет. Еще не хватало, чтобы ты за меня заступалась. От этого все станет выглядеть еще более жалким.

Я поерзала на табурете. Вся эта ситуация была для меня за гранью. Взаимоотношения вызывали у меня дискомфорт, даже если лично меня и не касались. Или, вероятно, проблемы в отношениях у других людей побуждали меня признавать свои. Не суть. В любом случае, мне хотелось, чтобы Ида Белль просто поговорила с этим мужчиной.

- Тогда давайте я расскажу, как у нее дела, - предложила я.

Уолтер слегка расслабился.

- Благодарю.

- На полицейском фронте пока ничего, но сегодня я завтракала с Картером, тот переживает о результатах по яду, который нашел в сарае Иды Белль. Вот-вот должен прийти ответ из лаборатории.

Дерьмо. Волна вины захлестнула меня, когда я осознала, что повторила сведения, которые Картер, вероятно, рассказал мне по секрету.

- Но я вам этого не говорила, - заявила я. - Поняли?

- Не волнуйся. Он никогда об этом от меня не услышит, но я рад, что ты мне сообщила. Лучше быть ко всему готовым.

Я кивнула.

- Ида Белль держится стойко, как вы и ожидали. Если не считать нескольких телефонных звонков и инцидента, когда ей запулили камнем в окно, всё спокойно. Она почти безвылазно сидит дома, и либо Герти, либо я, либо греховодные дамы обычно находятся рядом… ну, на всякий случай.

- На случай, если ей понадобится алиби. - Уолтер покачал головой. - Я об этом даже не подумал.

- Картер сообразил. Он предложил мне держаться к ней поближе.

- Картер попросил тебя об одолжении?

- Сомневаюсь, что это одолжение, скорее он решил, если мы с Герти будем зависать у Иды Белль, то не сможем вмешиваться в его расследование.

- Скорее всего так.

- Во всяком случае, ее обычная смелость никуда не пропала, да и сарказм на том же уровне.

- Но?

Я вздохнула.

- Она беспокоится. И тщательно это скрывает... в основном, конечно, из-за Герти, чтобы та еще больше не переживала. Но Иду Бель изматывает притворство. Я вижу, как в ее броне появляются трещинки, а мы оба знаем, насколько сложно ее сломать.

Уолтер потер лоб и вздохнул. Его глаза немного затуманились. Я и вообразить не могла, как сложно ему видеть, что Ида Белль борется, но самому быть не в состоянии что-либо исправить. Может, я и не падала от восторга от своей деятельности за последние несколько дней или предстоящей вылазки, но мне хотя бы не приходилось сидеть дома со связанными руками и просто чего-то ждать.

Я потянулась через прилавок и сжала ладонь Уолтера.

- Мы кое-что разрабатываем... я и Герти. Не буду вдаваться в детали, иначе поставлю в непростую ситуацию вас с Картером, а мне такого не хотелось бы. Но знайте: я сделаю все, что в моих силах.

Уолтер накрыл свободной ладонью мою руку и бросил благодарный взгляд.

- Верю. И мне что-то подсказывает - все будет нормально. У меня хорошее предчувствие, пусть обстоятельства и против вас.

- У неё все будет в порядке. Я вам обещаю.

Я понятия не имела, что заставило меня так сказать. Ну, вернее, мне действительно нравился Уолтер, с пожизненной преданностью женщине, которая раз за разом отвергала его предложения руки и сердца. Я стала немного по-женски чувствительной. Возможно, потому, что Уолтер излучал доброту, какую я иногда хотела видеть у своего отца. А может, требовалось произнести эти слова вслух, чтобы я сама в них поверила.

Неважно. Главное, сработало.

На лице Уолтера появилась медленная улыбка, и к нему вернулась его обычная решимость.

- Черт возьми, у Иды Бель всё будет хорошо. - Он покачал головой. - Фортуна, ты, наверное, самый странный библиотекарь, которого я когда-либо видел.

- Тогда, вероятно, я в правильном городе.

Уолтер ухмыльнулся.

- А в твоих словах есть смысл. Возможно, тебе стоит подумать о переезде сюда навсегда.

Я мотнула головой.

- Я наслаждаюсь пребыванием здесь - условно говоря, - но моя жизнь на севере.

- Так начинай новую. - Он подмигнул мне. - Может, с твоим компаньоном по завтраку.

- О нет. Никаких игр в сваху. Вы, как никто другой, должны знать превратности любви. Я же упрямая, хуже, чем Ида Белль. Картер, как и вы, превратился бы в старого одинокого мужчину. Сидел бы с вами на крыльце и сокрушался о том, как все сложилось бы иначе, влюбись вы в нормальных женщин.

Он рассмеялся.

- Может и так. Вроде бы ты всего лишь приехала вступить в права наследства, а для кого-то стала вызовом. Тем не менее, именно вызов поддерживает в людях молодость и сохраняет желание жить. Ты не сумеешь вечно убегать от обязательств, Фортуна. Рано или поздно попадешься, так или иначе.

- Уже попалась, - немного самодовольно заявила я. - Я приютила бездомного кота, и мне нужен для него корм.

Он поднял брови.

- Ну, серьёзный поступок. И чем же кот заслужил твоё внимание?

- Заставил меня дважды стрелять в окно гостевой комнаты. Как только сделаю замеры, надо бы позаботиться о заказе новых стекол.

Уолтер пристально посмотрел на меня, а поняв, что я не шучу, снова расхохотался, да так сильно, что затрясся всем телом.

- Итак, получается, если Картер когда-нибудь разозлит тебя настолько, что ты начнешь палить в собственном доме, можешь и его оставить себе.

Я не смогла удержаться от смеха. Сдаваться старик явно не собирался.

- Как знать.

- Ладно, у меня есть сухой кошачий корм. – Уолтер подошел к полке возле прилавка и взял пакет. - Предлагаю тебе начать с маленькой упаковки. Во-первых, убедиться, понравится ли коту, и во-вторых – как вы с ним вообще уживетесь.

- А что насчет баночных консервов? Я видела в рекламе.

- Не советую. Раз накорми консервами, и тебе придется покупать их вечно. Они дороже и пахнут не так уж хорошо. Лоток нужен?

- Не знаю. Что это?

- Место, где кот делает свои дела. Кажется, называется кошачий туалет. - Он отмахнулся: - Но твой скорей всего, предпочтет выйти на улицу.

- Я тоже на это надеюсь.

Кошачий лоток даже отдаленно не входил в круг моих интересов, как человека, избегающего домашних питомцев словно чумы. Если бы Герти не настаивала на уборке дома раз в неделю, тот, вероятно, напоминал бы мою квартиру в Вашингтоне. Или военные казармы. Разницы никакой.

- Ну, значит, этот подойдет, - сказал Уолтер и положил кошачий корм на прилавок. – Что еще?

- На сегодня хватит.

Он кивнул.

- Я просто запишу на твой счет. Можешь рассчитаться со мной в следующий раз, когда придешь за пивом.

- Отлично.

Он все еще улыбался, беря гроссбух для клиентов, но тут глянул на улицу, и улыбка мгновенно слетела с его лица.

- О черт!

Я оглянулась и увидела, как Полетт с кузеном собираются открыть дверь в магазин. Вот дерьмо! Меньше всего мне хотелось оказаться участницей еще одной сцены посреди города, как тогда в толпе перед зданием управления шерифа два дня назад.

Глава 19

Спрыгнув с табурета, я поспешила скрыться с глаз долой за прилавком, едва не сшибив по пути Уолтера. Тот было испугался, но стоило мне нырнуть на пол, приложив палец к губам, как старик сразу понял мой замысел, уберегающий нас от кучи неприятностей.

Он кивнул мне, затем поднял глаза и напустил на себя безразличный вид.

- Чем могу помочь, миссис Уильямс?

- Если есть на свете Бог... мой заказ на лак для волос уже привезли? - спросила Полетт.

- Возможно. Вчера вечером я получил посылку, но еще не распаковал.

- Ну так может, перестанешь читать газету и выполнишь свою работу?

Я сжала кулаки, готовая вскочить и врезать хамке по физиономии. Через секунду нога Уолтера коснулась моей ступни, определённо неслучайно.

- Позвольте мне проверить, - со всей вежливостью проговорил владелец магазина.

Я бы никогда так не смогла.

- Тебе обязательно грубить? - спросил Тони, как только Уолтер вышел в подсобку.

- Меня уже тошнит от этих деревенщин. Если я в ближайшее время не выберусь из этого города, то потеряю терпение.

- Еще пара дней, всего-то. После поминок мы организуем твой переезд обратно в Нью-Джерси.

- О, и мне же совсем не о чем переживать!

- И что тебя тревожит?

- Прежде всего, на что я буду жить. Я не из тех женщин, что убиваются ради карьеры. Бог создал меня быть красивой и сидеть в окружении дорогих тканей. По крайней мере, здесь Тед меня понимал.

Я скривилась. Кое-кто из мужчин мог бы увлечься Полетт, но я сомневалась, чтобы даже они назвали ее красавицей. И если тот декор, который я видела в ее доме - дорогой, то лучше уж предпочесть дешевый хлопок. Жуткая безвкусица.

- Джуди открывает бутик. Только дизайнерские вещи. Можешь поработать там, пока не найдешь нового поклонника.

- Ты хочешь, чтобы я крутилась возле драных сучек, покупающих одежду, которую должна носить сама?

- И что такого, Полетт. Пока не подцепишь другого мужика, тебе же надо что-то есть.

- Как скажешь.

Я покачала головой. Полетт – обычная прилипала, полагающая, что достойна той жизни, ради которой и пальцем не шевельнула. Но с другой стороны, Тед честным или трудоёмким путём деньги не зарабатывал, поэтому, в самом деле, как уж тут ожидать, будто его женушка захочет работать как все нормальные люди.

- Полагаю, тот коп ничего не разузнал насчет взломщиков? - спросил Тони.

- Я тебя умоляю. Ты думаешь, кучка деревенщин способна раскрыть преступление? Уже несколько дней прошло, а убийцу Теда так и не нашли.

- Как думаешь, что искали эти парни? Э-э…Тед занимался здесь бизнесом?

- Возможно. Иногда у него появлялись деньги. Я никогда не спрашивала, откуда он их брал. Без разницы, лишь бы муж делился со мной, чтобы я могла на какое-то время укатывать к черту из этого города.

- А как ты думаешь…

- Получил. - Уолтер вышел из кладовки, держа в руках флакон лака для волос.

- По крайней мере, на похоронах я буду выглядеть презентабельно, - сказала Полетт. - Запиши на мой счет.

И не успел Уолтер ответить, ее высокие каблуки застучали по деревянному полу. Я дождалась, пока зазвенят колокольчики над входной дверью, и выскочила из-за прилавка.

- Ну и стерва! - возмутилась я и пересказала подслушанный разговор, опустив кусок о махинациях Теда.

Уолтер покачал головой.

- Я никогда не понимал, что Тед нашел в этой женщине. Она из тех, кто выжмет из тебя всю кровь, пока не превратишься в меловой контур на полу.

- Похоже, ее опередили.

***

- Не получается дотянуться, - пожаловалась Герти.

Я помогла той взобраться, подтолкнув под задницу на дерево. Мы сидели здесь уже тридцать минут, и пока все шло спокойно. Задняя сторона кладбища была окружена болотом и огибалась байю. Из-за воды сюда на машине не подъехать, поэтому мы позаимствовали недавно отремонтированную лодку Иды Белль, а там привязали ее к кипарисовым пням.

По словам Иды Белль, путь от места нашего причала до кладбища занимал две минуты, но Герти, все еще не в себе после удара головой прошлой ночью и щеголявшая синяком под глазом, сделавшим бы честь любому боксеру, повела не в ту сторону. Спустя десять минут мы все же добрались до задней стороны кладбища и стали подыскивать подходящее дерево. Оказалось труднее, чем я думала.

Если выбрать дерево в первом ряду, то есть риск попасться на глаза прибывшим на похороны - совсем не вариант. Поэтому нам пришлось искать дерево во втором ряду, да еще и достаточно прикрытое, но одновременно дающее ясный, пусть и узкий обзор на место захоронения. Наконец-то мы нашли такое идеальное место, но затащить на него Герти оказалось гораздо сложнее, чем даже сами поиски.

У кромки болота все деревья были старые и толстые, и до нижних веток с земли - целых десять футов. Для меня - не проблема, но у Герти имелись некоторые трудности из-за невысокого роста, и нынешний случай не стал исключением.

Старушка вцепилась в нижнюю ветвь дерева так, как будто под ней разверзся провал прямиком в ад, и принялась брыкаться, карабкаясь по моей спине к макушке, пока, в конце концов, не легла поперек ветки.

- Передохнуть не хотите? - спросила я, когда та перегнулась, пыхтя как астматик.

- Почему ты постоянно считаешь, будто я не справлюсь?

- Вероятно, из-за того, что по моей голове основательно потоптался ваш теннисный башмак?

Она покосилась на меня, затем поднялась и начала подтягиваться на следующую ветку. Некоторое время я наблюдала за происходящим, готовая уберечь подругу от падения, но та сумела забраться.

- Процессия на подходе, - заметила она. - Поторопись!

Я закинула рюкзак на спину, подпрыгнула, одним плавным движением взобралась на дерево и очутилась рядом с Герти.

- Показушница, - пробурчала та, когда я оседлала ветку, выставив перед собой рюкзак.

Я ухмыльнулась и вытащила два бинокля, один протянув ей.

- Сначала найдите четырех человек из нашего списка подозреваемых и покажите их мне, - напомнила я. - Вероятно, я не смогу отыскать их в толпе, видела-то лишь на фотографии.

Она кивнула и поднесла бинокль к глазам, а когда наклонилась вперед, дабы разглядеть картину сквозь ветви, то слегка покачнулась. Я мысленно помолилась, чтобы подруга продержалась, по крайней мере, до конца нашей миссии. Затем сама посмотрела в бинокль и увидела, как отец Майкл ведет к могиле группу носильщиков. Прямо за ними шагали Полетт и Тони.

Тони был в блестящем черном костюме, прямо как персонаж из «Клана Сопрано». Полетт же вырядилась в черное, но слишком узкое, декольтированное, блестящее и молодежное платье, чтобы оно хоть кому-то показалось уместным.

- Ну хотя бы в черном, - вздохнула Герти.

Я улыбнулась. У великих умов мысли сходятся.

Оглядев участников процессии, я заметила Селию и Элли, а за ними Мари и кое-кого из Общества греховодных дам, осмелившихся прийти и выразить свое почтение покойному. Уолтер с парой старых рыбаков тащились за женщинами, мой «друг» Бобби шел чуть сбоку. Остальных людей я встречала, но никого не знала по имени. Картер замыкал похоронную процессию и, честно говоря, потрясающе выглядел в черном костюме и серой рубашке.

Вдова с кузеном вместе с парой пожилых гостей разместились перед гробом. Остальные рассредоточились вокруг могилы, а отец Майкл встал посередине.

- Гляди, - сказала Герти. – Справа, в синих джинсах и футболке с Дейлом Эрнхардтом - Тоби, лодочный вор. Парень рядом с ним в рубашке для боулинга - Блейн, браконьер на аллигаторов.

Я посмотрела направо и поморщилась:

- На секунду мне показалось, вы пошутили насчет их шмоток.

- Если бы. К сожалению, это, вероятно, их лучшие рубашки. Две несчастные женщины слева - жены. Поскольку они шли отдельно от своих мужей и удосужились нормально одеться, полагаю, бедняжки предпочитают рядом с супругами не стоять.

- А не проще ли развестись, чем так жить? - спросила я.

- Откуда мне знать? Я никогда такой глупости как замужество не совершала.

Туше.

- Вы видите двух других?

- Прелюбодейка Шелли стоит посередине, на ней платье цвета детской неожиданности.

- Детские какашки зеленые? - Я покачала головой, в который раз удивляясь, почему люди так желают детей. Посмотрев в середину толпы, я обнаружила женщину в отвратительном зеленом платье и узнала крючковатый нос и родинку на лбу, как и на снимке шантажа.

- А где же Лайл, наш торговец наркотиками? – поинтересовалась я.

- Дай минутку... Да, он через три человека от «какашки», в синем костюме сороковых годов. Наверное, еще от отца остался, упокой Господь его душу.

Я нашла «синий костюм».

- Есть. Отлично. - Я повесила бинокль на шею и вытащила из рюкзака две маленькие видеокамеры. Нам были видны лица всех подозреваемых, а так как те сбились в пары, мы могли легко запечатлеть их на видео. Я протянула Герти одну из камер: - Снимайте «какашку» и «синий костюм». Я беру эти двух убогих. Как долго все продлится?

- Минут пятнадцать. А может и того меньше. Летом из-за жары отец Майкл не так болтлив.

- Принято. - Я навела камеру и начала снимать двух идиотов в футболках, внимательно следя за выражением их лиц, пока священник читал заупокойное, размахивая Библией. - Интересно, а Тед до сих пор пускает газ?

- Учитывая, как он был им наполнен, было бы неудивительно.

- Заметили что-нибудь интересное?

- В основном все скучают. Если бы ты услышала одну из надгробных служб отца Майкла, поняла бы.

Я снова нацелилась на свои мишени, но пришлось согласиться с Герти – скука смертная.

- Надеюсь, отец Майкл носит что-то зудящее, и всё скоро закончится.

- Надо было втереть ядовитый плющ ему в нижнее белье.

Я посмотрела на Герти, потом снова на «своих» парней. Даже не стала спрашивать, почему именно такая мысль возникла у подруги в голове, и уж точно не хотела знать, как бы та могла получить доступ к ящику с нижним бельем священника.

Еще восемь минут отец Майкл толкал речь и размахивал Библией. Наконец он замолчал и жестом подозвал Полетт и Тони. Те постояли, пока гроб опускали в могилу, а затем каждый бросил горсть земли. Вдова спрятала лицо в платок и прислонилась к Тони, а тот обнял ее и повел прочь. Остальные пятьдесят или около того человек выстроились цепочкой, набирая свою пригоршню земли.

Лайл управился одним из первых и ушел. Шелли находилась ближе к концу очереди, и как-то огляделась вокруг, прежде чем кинуть грунт. Получилось немного странно, и я понадеялась, что смогу потом получше всё рассмотреть с помощью камеры. Тоби и Блейн, чьи жены, давно уже кинув землю, сбежали с кладбища, шли последними, но внезапно остановились в стороне поболтать, пока могильщики уже подтянулись зарыть яму.

- Продолжайте снимать Тоби и Блейна, - подсказала я Герти и полезла за рюкзаком. Затолкав видеокамеру внутрь, достала бинокль, надеясь поближе рассмотреть этих мужиков.

- Почему они стоят и чешут языками на кладбище? - спросила Герти. - Это ужасно. Пошли бы в бар или еще куда.

- И прикид как раз подходящий, - согласилась я.

Я перекинула рюкзак через плечо и глянула в бинокль, на секунду задержавшись на подозрительной паре. Те до сих пор стояли на том же месте, болтая и не собирались уходить.

Я отрегулировала фокус, немного провернув линзу для четкого обзора. И как раз успела идеально все наладить, когда услышала выстрел. Прямо надо мной расщепилась ветка.

Глава 20

Я тут же пригнулась и спряталась за ствол дерева:

- Какого черта!

Герти распласталась по ветви, свесив ноги и руки вниз, но всё ещё сжимая видеокамеру в ладони.

- Никогда не знаешь наверняка…

- Когда кто-нибудь может начать стрелять. Ясно. Но почему стреляют в нас?

Раздался второй выстрел, на этот раз подальше. С дерева вспорхнула стая серых птиц, и некоторые полетели в нашем направлении. Я наклонилась, когда две птицы приблизились, но Герти повезло меньше. Одна вмазалась ей в прямо в голову, и старушка кувыркнулась с ветки.

Я ринулась к ней, но не успела. Тело Герти включило режим самосохранения: обхватив ногами ствол, та избежала падения и теперь болталась вверх тормашками, словно летучая мышь, по-прежнему сжимая видеокамеру в кулаке мертвой хваткой.

- Голуби, - сказала Герти. – Никто в нас не стреляет. Это просто браконьеры.

Прозвучал третий выстрел.

- Давайте поговорим позже, - предложила я, схватила Герти за рубашку и потянула на себя, молясь, чтобы ткань выдержала. Когда подруга снова устойчиво уселась на ветке, я сцапала у нее видеокамеру и забросила в рюкзак.

- Начинайте спускаться и постарайтесь держаться за стволом дерева, - подсказала я.

Сняв с шеи бинокль, я спрятала его в рюкзак, а затем глянула на Герти. Та уже добралась до нижней ветки, но вдруг застыла и, щурясь, вгляделась в кладбище. Я подняла глаза, и сердце ушло в пятки. Картер стрелой нёсся по кладбищу - минуты не пройдет, как достигнет деревьев.

- Картер, - заметила я. - Скорее, вперед!

Я перемахнула со своей ветки на ту, что пониже, перемещаясь с идеальной точностью, словно олимпийский гимнаст на брусьях, только еще под аккомпанемент выстрелов. Как только руки ухватились за последнюю ветку, я спрыгнула вниз, совершив образцовое приземление на десять баллов из десяти.

А потом посмотрела на Герти, до сих пор медленно ползущую по нижней ветке.

- Поторопитесь.

Герти глянула на землю и нахмурилась.

- Мне уже не двадцать, и на меня птица нагадила. Как мерзко.

- Забудьте о птичьем дерьме. Просто свалитесь, а я вас поймаю.

Если она не слезет с дерева в следующие десять секунд, то Картер застукает на месте, и на сей раз даже минимально правдоподобно отвертеться мы не сможем.

Я ожидала возражения или на крайняк колебания, но и договорить еще не успела, а Герти уже отпустила ветку и камнем рухнула вниз. Я не смогла приготовиться, и мы обе повалились на землю с глухим стуком. Еще и грязь не прилипла к моей одежде, как я мигом вскочила и подхватила подругу.

Картер быстро приближался, ему оставалось одолеть всего ярдов тридцать.

- Валим, - прошипела я и подтолкнула Герти на тропу. И не ожидала, как резво та стартует с места - ну и я помчалась следом. Опять раздался выстрел, но к счастью, пуля прошла правее. По идее это должно было отвлечь помощника шерифа от нас и дать нам фору добраться до лодки и смыться отсюда.

Герти свернула вправо, и я запоздало поняла, что тропа, скорей всего, приведет нас прямо к стрелкам.

Мы ворвались на поляну, и двое мужчин в камуфляже и с винтовками в руках замерли и уставились на нас. Мы даже не притормозили, просто пробежали мимо, не оборачиваясь. Буквально через секунду позади нас крикнул Картер, и я услышала, как мужики бросились убегать в болото. Если повезет, охотники поднимут больше шума, чем мы, и уведут помощника шерифа по ложному следу.

Мы так быстро неслись, что слишком поздно заметили, как достигли байю. Деревья вдруг резко закончились, и Герти слетела с высоты в пять футов, шлепнувшись в воду прямо рядом с лодкой. Я притормозила, схватившись за дерево, чтобы не врезаться в старушку.

Быстро спустившись по корням кипариса в лодку, я перегнулась через борт, дабы помочь отплёвывающейся подруге в неё забраться. Оказавшись внутри, та вскочила и поспешила завести мотор. Он взревел от одного рывка, и я едва уложила рюкзак на дно лодки, как Герти нажала на газ.

Лодка подскочила над водой, а я вцепилась в борта, молясь, чтобы пострадавшие мозговые клетки подруги работали с той же скоростью. Комбинация притупленного сознания и упорный отказ носить очки вкупе с тем, как Герти любила гонять по извилистому байю, была вполне достаточной, чтобы даже самый отъявленный любитель острых ощущений предпочел взяться за вязание.

Я опустила голову на случай, если Очаровашка доберется до байю раньше, чем мы скроемся из виду. Только непонятно, зачем. Не так уж много в округе старух, что носятся в лодке как угорелые, и блондинок с конским хвостом, в это время рискующих жизнью в носовой части моторки.

Я полагала, мы оторвались, но когда круто ушли налево, где-то в пятидесяти ярдах от места стыковки, Картер как раз перегнулся с обрыва и посмотрел на протоку. Герти вела лодку так близко к суше, что борт чиркнул о корни кипариса.

- Двигайтесь к середине! - крикнула я.

Старушка промахнулась на добрых двадцать футов и сумела лишь выставить моторку так же близко к правому берегу, как раньше к левому.

- Картер нас видел?

- Да. Прямо перед тем, как мы завернули, но я не уверена, что он смог нас разглядеть.

- Но он заподозрит.

О да. Очаровашка все равно почует неладное.

- Необходимо как можно скорее вернуться к Иде Белль.

Мысль верная, но озвучивать ее не стоило. Герти еще сильнее надавила на дроссель и с ревом пронеслась мимо пары рыбаков, направлявшихся в другую сторону. Они орали, чтобы та замедлилась, но старушка даже не отреагировала. К тому времени, как мы повернули к лодочному спуску, я не сомневалась, что точно умру в алюминиевой плоскодонке в Греховодном байю.

И это были ещё цветочки…

Герти не заглушала мотор, пока до причала не осталось всего десять футов. Я даже не побеспокоилась искать опору, вместо этого предпочла просто растянуться по дну лодки, а не катапультироваться из нее при столкновении с пирсом. От сильного удара Герти тоже распласталась по лодке, отчаянно матерясь.

- Подводи прицеп, - крикнула старушка, пытаясь подняться. - Как только судно окажется на нем, гони. Не заморачивайся о крюке. Просто доберись до Иды Белль раньше Картера.

Подхватив рюкзак, я запрыгнула на причал, на ходу выуживая ключи, и побежала к «джипу». Нырнула на водительское сиденье и с ловкостью бывалого морского волка направила прицеп к лодочному спуску. Герти уже отошла от причала и давала круг, нацеливаясь лодкой в прицеп.

План мне не сильно нравился, однако времени было в обрез, поэтому я поставила машину на тормоз и махнула.

Время - золото. Это понятно. Но я никак не ожидала, что подруга проявит исключительный энтузиазм в попытке заскочить на прицеп. Уже когда та рванула с места, я осознала, что ничего хорошего не выйдет, но тут еще наложились больная голова с подслеповатостью. Размахивая руками, я закричала в попытке замедлить Герти, но старушенция догадалась, что движется слишком быстро, всего в двадцати футах от прицепа.

Она заглушила двигатель, только всё уже было бесполезно. Лодка влетела прямо в прицеп и проехала, протаранив заднюю часть «джипа».

Я отпрыгнула от машины, когда нос лодки с грохотом вклинился между сиденьями. Зад моторки брякнулся в прицеп, застряв между боковыми бортиками.

- Давай! Гони! - крикнула Герти, так и сидя в лодке.

Я запрыгнула обратно в авто и рванула с места, молясь, чтобы плоскодонку не снесло. Вырулила с лодочной площадки на улицу, и моторка слегка заскользила по задней части машины. От металлического скрежета у меня заныли зубы. Поеживаясь, я нажала ногой на акселератор, стараясь ехать как можно быстрее.

Слушая громыхающий позади прицеп, я поглядела в зеркало заднего вида, как там Герти. Ее макушка едва выглядывала из лодки, поэтому я поддала газу.

С визгом завернув за угол, я увидела машину, которая пятилась с подъездной дорожки, и поняла, что вряд ли смогу затормозить вовремя, поэтому нажала на клаксон. Машина резко остановилась. Мужчина средних лет, сидевший за рулем, выскочил из неё и вытаращился на меня, открыв рот, когда я пронеслась мимо. Вот бы мне повезло, и он оказался городским пьяницей, которому никто не поверит. Без приключений одолев четыре квартала до дома Иды Белль, я вздохнула с облегчением, когда нигде на горизонте не нарисовался грузовик Картера.

Хозяйка стояла перед домом и махнула мне в сторону гаража. Ее бесценный «корвет» примостился у тротуара. Сомневаясь, как «джип» с таким «хвостом» поместится в гараже, я всё же развернулась и задним ходом загнала прицеп в надежде, что небольшая авария с посудиной будет не очень уж заметна.

Ида Белль забежала в гараж и помогла Герти выбраться из лодки. Я схватила рюкзак, выскочила из «джипа» и погнала к дому вместе с подругами. И не останавливалась вплоть до гостиной, где и рухнула на диван. Герти, спотыкаясь, вошла вслед за мной и плюхнулась в кресло.

Ида Белль встала в центре гостиной, уперев руки в бока, и воззрилась на нас.

- Что, черт возьми, вы сотворили с моей лодкой?

- Это ее вина, – хором сказали мы с Герти.

Я вытаращилась на товарку.

- И в чем же моя ошибка?

- Ты загнала прицеп слишком далеко в воду.

- Вы что, издеваетесь? Я могла бы припарковаться в Техасе, а вы все равно впечатали бы лодку в машину. - Я посмотрела на Иду Белль. - Больше никаких лодок, пока вы не обучите меня водить моторку.

- Учитывая, что теперь вероятно потребуется кран, чтобы вытащить лодку из «джипа», - сказала Ида Белль, - я не стану с тобой спорить.

Она посмотрела на Герти:

- А почему такая спешка? Все, что я поняла из нашего телефонного разговора: мне нужно открыть гараж и переставить машину.

- Двое чуваков открыли стрельбу по голубям на деревьях рядом с нами, - пояснила я. - Чуть в нас не попали с первого выстрела.

- Сейчас не сезон голубей, - возразила Ида Белль. - Вообще не сезон для охоты.

- И Герти так сказала, что объясняет, отчего Картер побежал прямиком к нашему укрытию.

Ида Белль выпучила глаза:

- Ох, плохо-то как!

- Поэтому мы сорвались оттуда и понеслись к моторке. Он не засёк нас на болоте, но я почти уверена, в лодке видел до того, как мы скрылись за поворотом.

- Дерьмо, - бросила Ида Белль. – Думаете, он вас срисовал?

Я собиралась ответить, но тут в дверь позвонили. Ида Белль кинулась к окну и глянула сквозь жалюзи.

- Картер, - обернулась она к нам и покачала головой. - Я ни к чему не готовилась, придется импровизировать на ходу.

Глава 21

Ида Белль подошла к двери и распахнула её:

- Привет, Картер. Чем могу быть полезна?

Тот заглянул в гостиную и помрачнел, увидев нас с Герти.

- Нужно поговорить о вашей лодке.

- Подыскиваешь себе новую?

Я заметила, как у него напряглась челюсть.

- Нет, я не собираюсь покупать лодку. В гараж, сейчас же!

Ида Белль бросила взгляд на нас и вышла за Картером. Мы с напарницей вскочили и поспешили следом. Я понятия не имела, как разрулить ситуацию, нужно было срочно что-то придумать за оставшиеся десять шагов.

Помощник шерифа сразу прошел к задней стороне «джипа» и указал на лодку, которая до сих пор частично покоилась в моей машине.

- А как вы объясните такое?

- Мы обрабатывали лодку, - ответила авантюристка. - Подъемника у меня нет, пришлось импровизировать.

Я сдержала улыбку. Черт, как же она хороша!

Он пристально оглядел нас по очереди, но встретил достойный отпор. Мы посмотрели прямо ему в глаза с таким невинным выражением на лицах, какое только сумели изобразить. Честно говоря, если бы я так не боялась разоблачить свое прикрытие, получилось бы еще круче.

- Вы хотите убедить меня, мол, эта лодка, которая залила весь гараж, простояла здесь весь день, а вы втроем над ней трудились?

- Мы сдирали с неё ракушки и хорошенько скребли, - заявила выдумщица. – Как бы мы управились без воды?

Картер раздраженно дёрнул головой.

- Итак, если я расспрошу ваших соседей, то они подтвердят, что вы тут работали с лодкой? И никак не могли находиться на Греховодном байю за кладбищем?

Ида Белль пожала плечами.

- Большинство моих соседей - тупицы, откуда мне знать, что те скажут. Хочешь, спрашивай.

Очаровашка повернулся и вперился глазами в меня:

- Что вы делали на болоте?

Меня захлестнуло чувство вины, и я снова мысленно отругала себя за излишнюю эмоциональность. Не сдружись я с Картером, не чувствовала бы себя так гадко из-за того, что сейчас ему солгу. Никогда не думала, что признаюсь в таком даже самой себе, но обычным человеком быть намного сложнее, чем наемницей-убийцей.

- Нас не было на болоте, - сказала я, изо всех сил стараясь говорить спокойно. – Мы целый день провозились тут.

Картер явно был разочарован. Хоть я ему немного-то и сказала, всё же он уловил мою ложь. Улики четко свидетельствовали против нас.

У Картера просигналил мобильник, он достал его из кармана и нахмурился, читая сообщение.

- Отлично, - буркнул помощник шерифа, снова на меня зыркнув. – Пусть будет по-твоему.

Молча развернулся, зашагал к своему грузовику и так и уехал, не оглянувшись.

Смотря ему вслед, я почувствовала, как сжалось сердце. Я терпеть не могла обманывать Очаровашку. И ненавидела себя за такую мягкотелость. Как я позволила ситуации настолько выйти из-под контроля? Мне следовало вспомнить основы подготовки, а главное правило гласило: «Не допускать личных отношений». Мой напарник Харрисон первым ткнул бы меня носом, что всех проблем, возникших с момента прибытия в Греховодье, я смогла бы избежать, придерживаясь этого самого правила.

- Что это сейчас было? - заинтересовалась Герти. – Ну то есть понятно, он считает, мы лжем…

- Именно так оно и есть, - подтвердила я.

- Естественно, - согласилась старушка, - но не впервые же. Черт побери, да мы с Идой Белль ещё подростками вешали лапшу на уши местным правоохранительным органам. Картер и прежде бывал нами недоволен, но я ещё никогда не видела, чтобы он принимал всё так близко к сердцу.

- Да дело и не в нас с тобой, - заявила Ида Белль.

Герти смутилась.

- Тогда в ком... - и посмотрела на меня.

- А чего вы меня разглядываете? – спросила я. Конечно, догадывалась, но не собиралась в этом признаваться.

Герти усмехнулась.

- Картер в тебя влюблен, и ты разбиваешь ему сердце своим лицемерием.

- Сюжет даже лучше того, что я видела вчера по телевизору, - возразила я.

Герти покачала головой.

- Ида Белль права. Никогда ещё Картер не воспринимал как личное оскорбление наши байки по сокрытию махинаций. И единственное, что сейчас по-другому - ты.

Я почувствовала, как румянец сползает на шею.

- Мы едва знаем друг друга, и даже вам стоит признать: с той поры, как я сюда приехала, не так уж у нас с ним все гладко

- Верно, - подтвердила Ида Белль, - но, несмотря ни на что, он все же тобой увлекся. Может я и старая дева, но знаю, как выглядит мужской интерес.

Герти отмахнулась рукой.

- Когда Уолтер тайком подсовывает в твои покупки лишнюю пачку туалетной бумаги, вряд ли это можно назвать проявлением повышенного мужского интереса. Однако хоть Ида Белль и сильно преувеличила свои экспертные знания, думаю, на сей раз она права.

- Да это все вилами на воде писано, - возразила я, отчаянно желая прекратить дискуссию. - Я не перестану обманывать Картера в случае необходимости, а он не сможет такого вытерпеть. Итак, мы в тупике. Меня больше беспокоит то сообщение, которое он получил. Что бы вы обе там ни думали о его якобы чувствах ко мне, вряд ли именно мой обман заставил Картера внезапно уйти.

Герти стала серьезной и встревоженно глянула на подругу.

- Полагаешь, ему пришли результаты на яд?

Я помотала головой. Ради спасения Иды Белль я надеялась, что нет, иначе исход будет не в ее пользу.

- Тогда нам лучше разобраться с тем, что успели заснять, - сказала Ида Белль. – Будь добра, скажи, что камеры не ухнули в протоку вместе с Герти?

- Откуда ты узнала про моё падение в байю? – поинтересовалась ее подружка.

- Прежде всего, от тебя воняет, и я уж точно запомнила бы, выйди ты из моего дома с мокрой головой и прилипшими волосами. Кроме того, ты заляпала весь гараж.

Хозяйка закатила глаза, жестом приглашая нас обратно в дом. Подругу отправила переодеваться в сухую одежду в комнате наверху.

Усевшись за кухонный стол, я достала аппараты из рюкзака. Ида Белль подключила первую камеру к ноутбуку и запустила воспроизведение. Я наблюдала, как мутный вид кладбища превратился в слегка размытый, фокусируясь на Шелли и Лайле.

- Надеюсь, картинка еще прояснится, - сказала Ида Белль.

Я сдержала стон.

- Не стоит на это рассчитывать, снимала Герти.

Хозяйка взглянула на подружку, как раз входящую в кухню, и вздохнула.

Та всплеснула руками.

- Ладно, ладно. Пойду куплю новые очки. Счастливы?

- Безмерно.

- Определенно.

Мы с Идой Белль ответили хором, и Герти нехорошо на нас покосилась.

Я подтащила стул к креслу Иды Белль и чуть подалась вперед к монитору, дабы получше рассмотреть картинку.

- Если только я чего-то не упустила, то пока отец Майкл разглагольствовал, все было довольно скучно.

- Народ лишь старался не зевать, - согласилась Герти, стоя за креслом подруги и заглядывая через её плечо.

Мы внимательно смотрели на Шелли и Лайла, пока священник читал литургию, но на лицах у обоих было либо вежливое, либо слегка скучающее выражение. Ничего не указывало на чувство вины или боязнь разоблачения. Наконец запись дошла до захоронения.

Я скрупулёзно проследила, как Лайл швыряет землю на гроб.

- Стоп. Давайте-ка назад и остановите видео прямо перед тем, как он поворачивается, чтобы уйти.

Ида Белль пару раз промахнулась, но в итоге все же сумела поймать нужный мне кадр. Я улыбнулась. Глаза меня не подвели.

- Он ухмыляется, - отметила я.

- Это что-нибудь значит? - спросила Герти.

- Возможно, - ответила я. - Продолжайте, Ида Белль.

- Шелли идет следующей, - подсказала Герти.

Я смотрела, как Шелли, захватив горсть земли, нагнулась над могилой. Как и тогда на кладбище, кое-что в ее действиях показалось мне странным.

- Она что-то делает, - отметила я. - Перемотайте еще раз.

Я наклонилась к экрану, следя за движениями ее тела: вот женщина приблизилась к гробу, посмотрела налево, где ждали еще несколько человек, слегка нагнулась над ямой и едва заметно мотнула головой вперед.

Я выпрямилась.

- Она плюнула на его гроб.

- Я даже не заметила, - поразилась Ида Белль и снова включила запись.

- И что, значит, она его грохнула? - спросила Герти.

- Если только Шелли не полная идиотка, - возразила я. - Сомневаюсь. Больше похоже на радость, что кто-то другой выполнил всю грязную работу, последний выпад в сторону Теда. Пока тот был жив, такой возможности у неё не было.

Герти вздохнула.

- И толку нам от этого? Мы пока никого не исключили из нашего списка.

- Никого, - согласилась я, - но возможно, у нас появится идея, с какой стороны начинать копать под наших подозреваемых.

Я махнула Иде Белль:

- Включайте снова.

Опять сосредоточившись на экране, я увидела, как Тоби и Блейн швыряют пригоршни грунта. Ничего предосудительного, не считая того, что оба не ушли вместе со всеми, а остановились и принялись наблюдать за могильщиками.

- Что они там торчат? - спросила Ида Белль. - Это ужасно.

- И я так же говорила, - вставила Герти.

Я еще чуть подалась вперед к монитору и прищурилась.

- Верните назад, - сказала я Иде Белль. – Вот сюда, когда они отходят от гроба.

Хозяйка прокрутила запись обратно.

- Заметила чего?- спросила она.

- Пытаюсь уловить их разговор, - ответила я, вглядываясь в движения губ мужиков и желая, чтобы Герти не упрямилась носить очки. Мутноватое видео мешало четко распознать артикуляцию.

- Ты умеешь читать по губам? - удивилась Герти.

- Часть моих должностных обязанностей, - ответила я. - Еще раз повторите, и я передам их беседу, как поняла.

Ида Белль снова поставила запись, и я стала суфлировать.

- Ты думаешь... фотографии?

- Нет, иначе мы бы... за решетку.

- Может, нам... найти...?

- Пока... болтается поблизости?

- А что, если...их найдет?

- ... мы в полной заднице.

- Кто...думаешь... убил?

- Я не... хотел... пожать... руку.

- Не знаю, но я хотел бы пожать ему руку, - заполнила пробелы в последней фразе Ида Белль и восхищенно качнула головой: - Просто невероятно!

Герти тоже покивала.

- Хотя ты и пропустила несколько слов, но всё же мы поняли суть. Они боятся, что Картер заполучит фотографии, но идти искать их снова не могут. А мы теперь знаем, что именно эти чуваки и залезли тогда в дом покойного.

Я кивнула.

- Ещё важнее - Теда они не убивали.

- Двоих вычеркиваем из списка, - подтвердила Ида Белль.

Я на мгновение засомневалась.

- Возможно ли, что Тоби убил Теда, а Блейн просто об этом не знает? Или наоборот?

- Ну нет, я так не думаю, - заявила Ида Белль. - Да эта парочка еще с детского сада не разлей вода. Держу пари, у них даже трусы общие.

Я скривилась от такого нежелательного визуального образа.

- Хорошо, на данный момент мы поместим их в конец списка. Шелли – вторая из числа подозреваемых, а Лайл – первый.

Ида Белль кивнула.

- Согласна.

- Ладно. Как нам быть дальше? - спросила Герти.

- Мы пошпионим за ним и посмотрим, не выдаст ли он чем себя, - сказала Ида Белль. - Так делают во всех фильмах.

Я снова посмотрела на ноутбук.

- А Лайл опасен? В смысле, кроме предположения, что он мог убить своего шантажиста?

- В двадцать лет Лайл некоторое время подрабатывал бойцом на нелегальных боях в Новом Орлеане, - заявила Ида Белль.- Я никогда не видела его в деле, но слышала, что парень был просто жуть.

- Уже не раз отбывал срок за нападение. Последний - пару лет назад, - добавила Герти.

- Устроил драку в баре?

- Нет, какой-то парень на заправке проскочил вперед и перехватил тот пистолет для закачки топлива, который Лайл ждал. Чувак отказался уступать, и Лайл избил его насадкой до полусмерти.

Я вытаращила глаза.

- Вопрос, опасен ли он, снимается.

Отлично. Мне предстояло шпионить за болотным Майком Тайсоном.

Глава 22

Вновь просмотрев всю запись от начала до конца, мы направились в гараж, вытаскивать лодку Иды Белль из моего «джипа». Для этого потребовались серьезные усилия и кое-какая изобретательность: подвязав веревку к открытым балкам гаража, нам удалось вернуть моторку на прицеп, а потом затолкать всё на задний двор. Зияющую дыру в передней части лодки придется заделывать, прежде чем снова спускать моторку на воду.

Освободив машину от лодки, мы решили на этом закруглиться и поздно вечером встретиться у Иды Белль для разработки проекта по слежке за Лайлом. Я как раз выходила из дома подруги, когда зазвонил ее телефон.

- Подожди! - крикнула она. – Это Мари. Говорит, что Тони сидит на парадном крыльце дома Полетт, разговаривает по мобильнику и курит сигарету.

- Ну и?

Очевидно, я не уловила особый смысл в его действиях.

- Секунду, - остановила меня Ида Белль. - Потом Мари увидела, как Полетт вышла из калитки с заднего двора и прокралась вдоль забора на улицу.

Я нахмурилась.

- Зачем ей тайком убегать из собственного дома?

- Похоже, она пытается удрать от Тони, - предположила Ида Белль.

- Зачем? - спросила Герти.

- Непонятно, - ответила я, - но, возможно, мне удастся выяснить.

Я пересекла нашу улицу и понеслась между домами, минуя одну улицу за другой – и так до тыльной части квартала, где жила Мари. Я ещё обогнула несколько домов, прежде чем долетела до следующего квартала и на всякий случай пошла шагом, вдруг Тони увидит. Ведь бегущий среди домов человек скорее привлечёт внимание, чем медленно прогуливающийся.

Прошагав до следующего квартала, я не двинула сразу на тротуар, а предпочла держаться ближе к фасаду домов, огибая изгороди. Приблизившись к зданию по соседству с домом вдовы, я остановилась и выглянула из-за кустов азалии. До сих пор я не заметила ни малейших признаков вдовушки.

Я достала сотовый и позвонила Мари.

- Полетт вернулась? - спросила я, как только та ответила.

- Нет. Я от её дома глаз не отрываю. Тони пока снаружи, но вдовы не видно.

- Спасибо.

Я отключила звук телефона, установив виброзвонок, и сунула тот обратно в карман джинсов. Еще раз выглянула - никакого движения поблизости. Поэтому проскользнув за изгородь, я стремительно рванула по газонам, стараясь держаться так, чтобы листва и машины меня загораживали.

В конце улицы оказался тупик с ухоженным участком земли около двадцати футов шириной, а сразу за ним – болото. Я оглянулась и вздохнула. Полетт явно вошла в дом, но в который? И почему та прибегла к таким ухищрениям, чтобы скрыть от кузена посещение местного жителя?

Я уже собиралась смириться с неудачей и уйти, но тут заметила вспышку, а затем какое-то шевеление на краю болота. Я нырнула за магнолию и пригляделась, пытаясь понять, что же меня привлекло. Через пару секунд со стороны болота появилась Полетт, наряженная в золотой топ с пайетками, который сверкал на солнце. Теперь понятно, откуда блик.

Какого черта она делала на болоте?

К сожалению, с домыслами пришлось подождать, потому что вдова направилась как раз в мою сторону. Я свернулась калачиком, прижимаясь к стволу дерева. Вскоре она приблизилась. Внимательно прислушиваясь к её шагам по траве, я медленно обошла дерево с обратной стороны одновременно с ней.

И тут же увидела человека, вышедшего с того же места, что и Полетт. Я нырнула за невысокую живую изгородь и присела, наблюдая сквозь ветви - надо всё хорошенько разглядеть. Хотя у него была низко надвинута бейсболка на лоб, а у меня имелся только ограниченный вид сбоку, буквально через несколько секунд я его опознала.

Просто невозможно было даже вообразить правдоподобную причину этой тайной встречи Бобби с Полетт на болоте.

***

- Бобби? - удивилась Герти. - Ты уверена?

Я кивнула.

- Сбоку хорошо его разглядела и походку узнала, ведь видела ее на митинге.

- А сегодня утром не видела, когда Бобби ушёл из кафе Франсин? Разве ты не отшила его ради Картера? - спросила Ида Белль.

Я переминалась с ноги на ногу.

- Откуда вы такое услышали?

- Пока вы с Герти лазали по деревьям, мне позвонила леди из ОГД и обо всем рассказала. Слухи уже поползли.

Я застонала. Последнее, чего хотелось бы - это еще больше сплетен обо мне.

- Так зачем Бобби встречаться с Полетт? - спросила я, пытаясь увести разговор на удобную мне тему.

Подруги покачали головами.

- Я удивлена, что он вообще ее знает, - ответила Ида Белль. - Бобби покинул Греховодье еще до приезда сюда супругов.

- А разве в отпуск он не наведывался? - предположила я. - Мог же тогда познакомиться с Полетт?

Герти нахмурилась.

- А знаешь, я ведь видела его однажды, вот только не могу вспомнить, до или после того, как Тед и Полетт здесь поселились. Мать его жаловалась, мол, сын всегда найдёт куда пойти, вместо того чтобы с ней побыть.

- Его мать - настоящая «пила», - заявила Ида Белль. – Да лучше в ад отправиться, чем сидеть с Верой.

- Вот уж точно, - подтвердила Герти.

У меня зародилась мысль, и пусть она была довольно бредовой, я всё же её выдала:

- А вдруг Бобби познакомился с Полетт в Новом Орлеане во время своего отпуска?

Герти вытаращилась.

- С чего это ты взяла?

- Веских причин нет. Просто он постоянно флиртует, и меня это раздражает. Мы с ним виделись всего-то два раза, а он уже намеревался ко мне подкатить.

Ида Белль кивнула.

-У него репутация кобеля.

- Всегда крутился вокруг женского пола, - согласилась её подруга.

- Ну, Полетт определенно не служила в армии, - заметила я, - а в голову не лезет никакого другого повода, из-за чего еще тот мог бы с ней встретиться. Если бы Бобби хотел выразить соболезнования, то позвонил бы в парадную дверь и вручил кастрюлю с пудингом, как все прочие местные.

- А мог ли он убить Теда? - поинтересовалась Герти.

- Конечно мог, - сказала я,– так же как и почти кто угодно.

- Но ты так не считаешь? - спросила Ида Белль.

Я помотала головой.

- Полагаю, Бобби - ловелас, но не убийца. Конечно, я немного подрастеряла навыки с тех пор, как нахожусь в Греховодье. Здешние жители довольно непредсказуемы, в отличие от террористов.

- И впрямь, - отметила Герти.

- Если мы выдвигаем версию, мол, Бобби закрутил роман с Полетт во время своего отпуска, - заметила я, - тогда логично, что он мог позвать ее на встречу и наказать не болтать об их отношениях.

- Понятно, - сказала Ида Белль. - Учитывая время его возвращения в Греховодье, тот стал бы первым подозреваемым, узнай кто о его связи с вдовушкой.

- Вот именно.

- И все равно считаешь, что не он кокнул? - снова спросила Герти.

- Нет... я почему-то это знаю.

- Трудно поверить, что кто-то мог так заморочиться из-за Полетт, - проговорила Герти.

- Итак, теперь мы полагаем, что Тед не имел тех средств, о которых мы изначально думали. И если бы Полетт захотела связаться с другим мужиком, она же просто могла уйти. Что ей терять-то?

Ида Белль вздохнула.

- Информация занимательная, но если она бесполезна по нашему делу, тогда давайте-ка отложим ее и вернёмся к первоначальному плану насчет слежки за Лайлом.

Я кивнула, но слушала вполуха. Я не соврала, когда сказала, мол, не считаю Бобби убийцей. Несмотря на его военную карьеру, он вроде не походил на душегуба. А вот на лжеца - точно. По какой-то причине он казался мне неискренним, но я не могла понять почему.

Я просто надеялась, что секреты Бобби не имеют никакого отношения к умерщвлению Теда.

***

После всех размышлений о Полетт и Бобби я поехала домой: принять душ, поесть, проанализировать то, о чем мы уже узнали, а заодно прикинуть, что можно накопать на Лайла. Если, конечно, вообще было что копать.

Ида Белль и Герти не смогли вообразить ничего лучше, чем моя версия тайной встречи Бобби с Полетт и, похоже, вряд ли собирались. С самого начала у меня было ощущение, что убийство Теда - лишь верхушка айсберга происходящих событий. Фотографии, тайное прошлое Теда и двое парней снимающих его труп... Ясно, все это имеет значение и каким-то образом взаимосвязано.

Но будь я проклята, если знаю, как именно.

Не могла даже припомнить, когда до такой степени расстраивалась. Вот так, наверное, чувствуют себя аналитики ЦРУ, когда перед ними куча фактов, а им надо объединить всё в связную картину, да к тому же помнить, что именно по их отчету может начаться охота на кого-то. Представляю, как их это напрягает и мучает.

За время службы, читая материалы о своих целях, я ни разу не задумалась, как добывалась информация. А потом же еще кто-то ее логически выстраивал и задавал вектор направления. Как только вернусь в Вашингтон, куплю каждому аналитику по бутылке дорогого вина.

Картеру тоже приходится каждый день анализировать данные.

Такая мысль мелькнула в голове, когда я въезжала в гараж, и на меня волной обрушились угрызения совести. В конечном счете, на Картере лежала ответственность за то, чтобы собрать картину преступления воедино, а работал он только с половиной информации – и всё из-за нас. И снова я стала ломать голову, как передать ему информацию, не впутывая ни себя, ни Герти, не говоря уже о том, чтобы не навредить Иде Белль. Но, солгав с самого начала, мы миновали точку невозврата.

Признайся мы сейчас – обвинят во вмешательство в полицейское расследование. А поскольку одна обманщица в настоящее время ещё и главная подозреваемая, будет хуже некуда, узнай об этом прокурор. Картер не особо тщательно проверил мои данные. Поверхностно пробежался по ним и ничего подозрительного не обнаружил. Но если у государственного обвинителя возникнет хоть малейшая догадка, будто я что-то скрываю – то разлетится мое прикрытие вдребезги.

Я прошла на кухню и бросила ключи на стойку.

- На этот раз ты действительно влипла, Реддинг, - заявила я шкафам.

Раздалось громкое мяуканье, и я посмотрела вниз на Мерлина, который принялся тереться о мои ноги. Я наклонилась почесать его за ушами и тут вспомнила, что ведь кормила-то его еще вчера ночью. Вообще-то соня даже с места на моей кровати не сдвинулся, когда я уходила из дома на развлекаловку с похоронами, так что я не стала его особо жалеть.

Я достала кошачий корм и насыпала немного в миску. Мерлин стал громче и настойчивее мяукать.

- Подожди секунду, ты, адское чудовище. Какой-такой аппетит ты мог нагулять во время сна?

Я поставила миску с кормом на пол. Мерлин наклонился, осторожно подхватил один кусочек, присел и захрустел, жуя. Видимо кошки во время еды проявляли больше манер, чем собаки. Кости вечно умудрялся больше раскидать пищу по кухонному полу, чем проглотить. Разумеется, псу было уже сто лет, да и оставалось всего три зуба. Возможно, когда Мерлин вырастет, он тоже таким же неряхой станет.

И тут я задумалась, сколько же лет коту. Совсем на малыша он не походил, но я понятия не имела, каким образом определить возраст кошки. Как только вся эта заваруха с Идой Белль закончится, отвезу его к ветеринару. Вероятно, там сообщат, сплю ли я с котом-подростком или с уже мужчиной.

Теперь, когда на кухне стало тихо, я взяла из холодильника нарезанный ростбиф и сделала бутерброд. С жадностью проглотив половину, я не успела откусить еще хоть кусочек, как зазвонил мой мобильник. Я взглянула на дисплей и увидела номер Уолтера.

Глотнула содовой и ответила.

- Это вот-вот случится, - услышала я дрожащий голос Уолтера.

- Что случится? С вами все в порядке?

- Я ходил в управление шерифа, хотел поговорить с Картером. Мне плевать, что это его работа. Нужно ему напомнить, Ида Белль не могла никого убить.

- Хм, - пробормотала я. На самом деле та убила кое-кого на прошлой неделе, но поскольку тот человек собирался убить меня, Уолтер, видимо, не брал это в расчет.

- Когда я вошел, в приемной никого не было, поэтому я направился к племяннику и услышал его разговор по телефону.

Старик глубоко вздохнул и выдохнул.

- Знаю, не должен был подслушивать, - продолжал он, - но, черт возьми, все равно так сделал.

Еще вначале отметив нервный голос Уолтера, я насторожилась. Что-то явно пошло не так, и мне совсем не хотелось услышать его новости.

- Пришли результаты анализов, - сказал Уолтер. – Яд тот же, что и отрава от сусликов Иды Белль.

У меня моментально одеревенела поясница, да так сильно, что заболели голова и шея.

- Вы думаете, Картер собирается ее арестовать?

- Как только прокурор получит эту информацию, думаю, у него не останется выбора.

Я взглянула на часы. Почти пять. Если повезет, Картер не сумеет передать результат прокурору до завтра. Остается время до утра, пока Ида Белль не окажется за решеткой и все окончательно не выйдет из-под контроля. Итак, у нас в запасе чуть больше половины дня. Раскрыть убийство, передать информацию Картеру, не вплетая нас в дело, и очистить имя Иды Белль.

Я смогу такое провернуть. Я с меньшими усилиями единолично уложила отряд ополченцев.

Насколько это может быть хуже?

Глава 23

Уже знакомая фраза.

В одиннадцать часов вечера, распластавшись за живой изгородью напротив дома Лайла Кокса, я подсматривала за хозяином и молилась, хоть бы тот сотворил что-нибудь, что выдало бы в нём убийцу. Пока он лишь рассиживал в кресле в гостиной, пил пиво и уже два часа смотрел спортивный канал. С того места где я сидела, вернее лежала, выглядело всё чертовски безобидно.

Мое натренированное тело могло часами оставаться неподвижным, и мышцы судорогой не сводило, но вот мысли норовили перескочить на что-нибудь более интересное. Что угодно, лишь бы не валяться здесь еще пару часов, пока меня заживо пожирают такие огромные комарищи, каких только мог создать Бог. Серьезно, я летала на самолетах меньших размеров.

Напарницы чувствовали себя отвратно: их древним костям не нравилось корячиться под кустом, а поскольку одна Ида Белль регулярно занималась спортом, то нетрудно представить, как Герти в ближайшие дни будет ходить крючком, словно горбун. И всё же надо отдать им должное - они не жаловались. Знавала я агентов ЦРУ менее выносливых, чем эти пожилые гражданки.

- Если Лайл ничего стоящего делать не собирается, отключился бы уж что ли, - пожелала Ида Белль.

- На наше несчастье, похоже, он - «сова», - заметила я.

- Или вампир, - добавила Герти.

Вампир - не самое странное, что могло встретиться в Греховодье, поэтому я не стала исключать и такую возможность. Заметив движение в окне, я разволновалась больше нужного.

- Смотрите. Он зашевелился.

Мы втроём уставились на окно, будто дети, заглядывающие в стеклянную витрину кондитерской. Наконец-то Лайл поднялся с кресла и, потянувшись, покинул гостиную, исчезнув из поля нашего зрения.

- Он, наверное, просто отлить пошел, - предположила Герти. – Самое малое, улакал шесть банок пива.

Учитывая, что хозяин ни телевизор, ни свет в комнате не выключил, скорее всего, подруга права - но девушка же может помечтать. Через несколько минут мои мечты начали превращаться в реальность.

- Боже милостивый, - удивилась Ида Белль. – Сколько еще он пробудет в ванной?

- Пока все шесть банок не выльет? - подсказала Герти.

Я мысленно вознесла молитву, как бы Лайл не заснул на унитазе или не отрубился в ванной на полу. Иначе будет просто бесполезная долгая ночь.

Я убедила Уолтера придержать угнетающую новость о лабораторных тестах, а потом весь вечер переживала - только бы Картер не заявился к Иде Белль и не арестовал её. Узнай подружки, как близка Ида Белль к тюрьме – они запаниковали бы, а в стрессовом состоянии могли допустить оплошность.

Уолтер остался недоволен планом, по сути, воспринимая умалчивание, как ту же ложь. Я объяснила ему, мол, для такой просьбы у меня действительно есть веская причина. Однако без подробностей, а то он станет соучастником кое-чего незаконного. Уж не знаю, что больше огорчило старика, но всё же он согласился меня поддержать.

Однако если я облажаюсь, больше Уолтер мне не поверит.

Вообще никакого давления, правда?

Я как раз начала подумывать, может, Лайл решил перекусить на кухне и готовит запеканку, а то и целый праздничный ужин, но тут в окне на верхнем этаже зажегся свет. Я потянула Иду Белль за рукав.

- Может, он спать ложится, - предположила я.

- С включенными внизу лампами и телевизором? – возразила Герти. - Это же ужасная растрата электричества.

- Да он выбухал половину бара, - заметила Ида Белль. – Сомневаюсь, помнит ли Лайл об экономии электроэнергии. Та комната со светом - хозяйская спальня.

- А стоит ли вообще спрашивать, откуда вы это знаете? – заинтересовалась я.

- Не мели чушь, - огрызнулась Ида Белль. - Если я даже за Уолтера замуж не иду, зачем мне сдался секс с Лайлом?

- И то верно.

- Он унаследовал дом от матери, - продолжала Ида Белль. – Она умерла год назад. Ты реально решила, будто это Лайл вырастил розы или выкрасил ставни в пурпурный цвет? Да он тут всё запустил - от былого лишь тень осталась.

- Если бы Марта увидела, какими чахлыми стали ее розы, - добавила Герти, - то в гробу бы перевернулась.

Ида Белль согласно качнула головой.

Казалось, мы прождали целую вечность, а не каких-то несколько минут, пока в верхнем окне дома не погас свет. Я внимательно следила за происходящим на нижнем этаже, но не заметила ни малейшего движения.

- Всё же он впустую переводит электричество, - подытожила я.

- Вниз не спускался, - согласилась Ида Белль.

- Ничего для нас существенного мы так и не разглядели, - слегка занервничала Герти. – Но что-то же надо предпринять, прежде чем возвращаться домой.

Я считала так же, но надеялась на отсутствие Лайла к нашему прибытию. Слишком рискованно воплощать мою идею, когда хозяин дома, ведь этот тип стрельнет в нарушителя не задумываясь. Да вот ни времени, ни вариантов у нас нет.

- У него есть сарай на заднем дворе, как у вас, Ида Белль?

- Да, как и у большинства жителей. Никому же не нужна газонокосилка в гостиной, а в гаражах ничего, кроме одной машины, и не поместится.

- Не мешало бы заглянуть в его сарай и поискать, нет ли там вещества с таким же химическим составом, как и взятый у вас яд.

Ида Белль нахмурилась.

- Шанс мизерный. Даже по нашим меркам - риск. Если Лайл поймает нас на заднем дворе, то сразу пальнёт, а уж потом станет задавать вопросы.

Я чуть поежилась, ломая голову, как бы так убедить подруг поиграть с жизнью и смертью, но при этом не раскрыть истину, из-за чего на самом деле готова рискнуть.

- Ну, я надеюсь бросить тень подозрения на кого-то ещё, а Лайл подходит больше всего. Ведь если мы сможем перекинуть внимание на другого человека, то уже ослабим удавку на вашей шее.

Ида Белль поглядела на меня и прищурилась. Дерьмо. Я выболтала слишком много, а старушка слишком проницательна, чтобы не уловить подтекста.

- Значит, ответ из лаборатории пришел? - поинтересовалась она.

Герти втянула в себя воздух.

- Нет. Фортуна не стала бы от нас такое скрывать. - Потом на её лицо набежала тень сомнения: – Или стала бы?

Черт возьми.

Я вздохнула.

- Да, прислали результаты теста, яд тот же, что Картер взял у Иды Белль.

- Откуда ты узнала? - спросила старушка.

- И почему не рассказала нам? - вмешалась Герти.

- Неважно откуда, я не хотела говорить сегодня вечером, чтобы вы не нервничали еще больше. Стресс затуманивает сознание и в итоге приводит к ошибкам.

Обе молча на меня вытаращились.

- Обещаю всё рассказать, как только мы закончим шпионить за Лайлом.

Наконец Ида Белль вздохнула.

- Конечно, очень любезно с твоей стороны так стремиться защитить нас, но в этом нет необходимости. Мы с Герти - крепкие орешки. И всё выдержим. Обещаю.

- Ладно, - созналась я. – В общем, если мы не подкинем Картеру другой вариант, дабы замутить воду, тот арестует вас завтра. Как только на вас обратит внимание прокурор, будет вдвойне сложнее заставить его искать в другом месте.

- Дерьмо, - бросила Герти.

- Совершенно верно, - согласилась я. - Так что сумей мы отыскать такой же яд у другого человека - было бы здорово.

- А если у нас не выйдет? - спросила Ида Белль. - Кто угодно в Греховодье мог войти ко мне на задний двор и взять отраву.

- Да, но его сарай стоит осмотреть.

- А если мы ничего не найдем, и Картер арестует Иду Белль? - поинтересовалась Герти.

Я вздохнула.

- Тогда я возьму наши улики – сведения о подлинной личности Теда, фотографии шантажа - отнесу все Картеру и сознаюсь.

Ида Белль покачала головой.

- Я тебе этого не позволю, твоё прикрытие разлетится.

- Значит, к нему пойду я, - заявила Герти.

Ясно же, Картер никогда не купится на версию, будто Герти в одиночку собрала все доказательства. Он поймет, что и я в этом замешана, и неважно, кто постучал в его дверь и вручил пакет с уликами. Однако чего сейчас переливать из пустого в порожнее.

- Да, может сработать, - заметила я.

Ида Белль покосилась на меня - её я не провела, но Герти вроде пока успокоилась, поэтому я оставила все как есть.

- Итак, решено, - сказала я. - Пойду загляну в сарай Лайла.

- Одна ты не пойдешь, - заявила Ида Белль. - Ты даже не знаешь, что искать.

- Если подруга идёт, я тоже, - объявила Герти. - Ты не заставишь меня остаться.

Как бы ни хотелось соглашаться с Идой Белль, однако та права. Я не эксперт по хозяйственным ядам.

- Хорошо, но если он начнет стрелять, убираемся к чертовой матери.

- Естественно, - согласилась Ида Белль.

- Никогда не знаешь... - начала Герти.

Я подняла руку, останавливая её:

-Знаю, не нужно напоминаний. Давайте-ка обойдём эту изгородь с другой стороны и пересечём улицу через два дома от дома Лайла. Там темнее, и это даст нам больше укрытия.

Обе кивнули. Я выбралась из кустов и стала продвигаться вдоль них, пока не добралась до следующего двора. Подруги шли следом, поэтому я продолжила путь по улице, затем пересекла ее и вернулась к дому Лайла с тыла, к воротам заднего двора.

Убедившись, что подруги идут прямо за мной, я открыла калитку так, чтобы мы смогли пролезть, и сама прошмыгнула внутрь. С заднего крыльца ложился тусклый свет на двор, и я обрадовалась - для работы освещения хватит, а лучей прожектора нам не надо.

Ида Белль ткнула в помещение справа в глубине двора, и мы прокрались рядом с забором, избегая света от фонаря на крыльце. Добравшись до строения, я с радостью обнаружила, что оно незаперто. Как глупо, принимая во внимание ситуацию с Идой Белль. И тут я вспомнила: а мой-то сарай тоже не закрыт, надо бы утром в первую очередь позаботиться об этом. Раз Мардж в доме целый арсенал разместила, одному Богу известно, что у той спрятано в сарае.

Слегка приоткрыв дверь строения, я заглянула внутрь и посветила фонариком. Окна там не оказалось, и это определенно помогло бы нам остаться незамеченными, вот только сарай находился в несколько плачевном состоянии: в стенах имелись такие щели, что в рамах не было нужды.

Я вошла, стараясь не задеть банки, инструменты и другие предметы, как попало раскиданные по всему сараю. Оглянувшись, я заметила в проёме двери голову Иды Белль и позвала подругу жестом.

- Просмотрите везде, может, найдётся какое-нибудь средство с тем же химическим составом, как та ваша отрава.

Ида Белль кивнула и включила фонарик, разглядывая груды банок, бутылок и пакетов. Герти проскользнула в дверь и присоединилась к подруге, прищуриваясь из-за бледного освещения. Опять старушенция не надела очки, и я сильно сомневалась, способна ли та различать больше, чем просто очертания предметов. Похоже, все обещания Герти заняться зрением – просто отмазка.

- А вот там что за коричневый пакет? - спросила Ида Белль и показала на упаковку слева от меня.

Я посветила фонариком.

- Муравьиный яд?

Напарница покачала головой.

- Нет, не тот химический состав.

- А здесь? - показала Герти на правую стену здания в пяти футах от того места, где сама стояла.

Ида Белль посветила фонариком туда, куда указывала её подруга - и вдруг разверзся сущий ад. Очевидно, змее, обвившей верхнюю балку сарая, надоел шум и свет, и она свалилась прямёхонько на Герти.

Глава 24

Герти так заорала, что любой продюсер фильма ужасов запрыгал бы от счастья. Лишь только крик вырвался из ее рта, стало ясно насколько всё чертовски плохо. Но я ни в чем не винила беднягу - эта тварь была размером с анаконду.

Я еще и отреагировать не успела, а Герти, наклонившись вперед, сбросила змею с плеч и пулей выскочила из сарая, при этом долбанув дверь о стену с таким грохотом, что за несколько кварталов отсюда наверняка услышали.

Сразу же за подругой выбежали из строения и мы с Идой Белль. Только я ступила на траву, как от задней двери Лайла послышался шорох. Огромный доберман протиснулся через собачий лаз и помчался нам наперерез, отсекая путь к воротам.

- Задняя калитка! - крикнула я, и мы, свернув вправо, понеслись к ограде. Обернувшись, я увидела, как собака слишком быстро приближается. Времени у нас оставалось в обрез.

Я максимально ускорилась, ведь Герти явно потребуется моя помощь при штурме шестифутовой конструкции, и тут старушка упала лицом вниз так же, как пару ночей назад на болоте. Чтобы в неё не врезаться, я перекувыркнулась, сделав сальто, сразу же вскочила и подхватила бедняжку с земли.

- Вперёд! - скомандовала я Иде Белль.

- Моя лодыжка, - простонала Герти, когда я её подняла.

Обхватив старушку за талию, я практически подтащила ту к забору, наклонилась и сцепила руки в замок.

- Поставьте здоровую ногу сюда и приготовьтесь. Я вас переброшу.

Да, не самая лучшая идея, но либо катапультировать пожилую гражданку через забор, либо стать ужином злющей собаки. Герти шагнула на мои руки, а я изо всех сил ее подтолкнула. К сожалению, я малость перестаралась.

Бедняжка со свистом перелетела через забор, едва задев его верхушку. Потом послышался глухой звук, будто что-то тяжелое рухнуло на дёрн. Подпрыгнув на ограду, я рассмотрела старушек, в обнимку валявшихся на земле. Но сама перелезть ещё не успела, когда пёс подбежал ко мне и ухватил за обувь, тряся ногу словно тряпку. Я дернула что есть силы, однако из хватки добермана освободиться не получилось.

Я уж было хотела достать пистолет, но воздержалась – все-таки собака просто честно сторожила дом. Предупредительный выстрел в воздух отгонит пса, только вот привлечёт внимание всех остальных жителей в радиусе мили. Но не найдя иного выхода, я обхватила левой рукой забор и потянулась к правому боку за стволом. Как вдруг задняя дверь дома распахнулась, и Лайл открыл стрельбу.

Выстрел... ещё один... должно быть это придало мне дополнительный стимул, и я освободила ступню, оставив соскользнувший кроссовок в пасти собаки. Стремглав перемахнув через забор, я рухнула на землю, но мгновенно поднялась на ноги.

Подружки уже стояли: Герти на одной ноге, Ида Белль её поддерживала. Пуля пробила забор и просвистела мимо моего уха. Подцепив Герти под мышку, я рванула с места и засомневалась: а сможет ли Ида Белль бежать в моём темпе? Но то ли я двигалась медленнее обычного, то ли стрельба подстегнула Иду Белль так же, как совсем недавно меня.

Так или иначе, мы пронеслись через пустырь к следующему кварталу, завернули за угол и помчались через лужайки перед домами, стараясь очутиться как можно дальше от жилища Лайла. Лишь квартал спустя рискнули остановиться. Усадив Герти на валун в клумбе, мы с Идой Белль согнулись, пытаясь отдышаться.

- До моего дома целых пять кварталов, - прохрипела Ида Белль.

- Я смотаюсь за «джипом» и вернусь за вами.

Напарница покачала головой и достала сотовый.

- Многовато времени займет, а Лайл может отправиться за нами вдогонку. Кроме того, как только Картеру донесут о выстрелах – сама же знаешь, кто-нибудь да сообщит, – тот ведь прямиком к тебе заявится.

Дерьмо.

Ида Белль поднесла телефон к уху.

- Мари, срочно приезжай за нами, прямо сейчас. Мы на газоне коротышки Питра, сбоку от дома, рядом с валуном. Даже не трать время на одевание - просто шевели задницей.

Отключив телефон, она сунула тот обратно в карман брюк.

- Считаете, Мари приедет быстрее? - спросила я, всё ещё подумывая сгонять за своим «джипом».

-Да, - подтвердила старушка. – Мари хоть и любит попаниковать, зато мало размышляет. Когда ей четко приказываешь что делать, реагирует не задумываясь. Ну, может для нее это и не слишком хорошо, но мне и Герти на руку.

Такой принцип я понимала. Солдат обучают действовать, не задавая вопросы, но я сомневалась, как с подобным может справиться женщина среднего возраста, практически не покидавшая Луизиану. Как оказалось, зря я так плохо думала о способностях Мари.

И минуты не прошло, а ее машина с визгом притормозила рядом с нами. Мы с Идой Белль погрузили Герти на переднее сиденье авто, сами запрыгнув на заднее. Мари погнала как гонщик НАСКАР, даже не сбавляя скорости перед предупредительными знаками. Ухватившись за ручку двери я глянула на Иду Белль, та в ответ подмигнула.

Мари так мчалась по подъездной дорожке, что я было испугалась, как бы та не протаранила ворота гаража, но лихачка ударила по тормозам, умудрившись остановить машину в считанных дюймах от двери. Мы с напарницей выскочили наружу и подхватили Герти с пассажирского сиденья. Едва мы обогнули машину сзади, как Ида Белль махнула рукой. Мари задним ходом вылетела с подъездной дорожки и скрылась за углом, не успели мы и глазом моргнуть.

- А она хороша, - одобрила я, когда мы втащили Герти в дом и усадили ту в кресло.

Ида Белль кивнула.

- Я же говорила. Конечно, когда минут через десять адреналин иссякнет, Мари так распереживается, что в целях успокоения свяжет целое одеяло, а может, испечет пару пирогов. Впрочем, мне не помешало бы новое одеяло, а Мари в этом деле мастерица, так что все в порядке.

- А я бы и от пирога не отказалась, - пропищала Герти, пока её подруга, развязав шнурки на теннисной туфле, снимала ту со ступни несчастной.

- Вам уже ходунки требуются, - заметила я. - Что это с вами, почему вы постоянно спотыкаетесь? Скорей всего нога больна сильнее, чем вы считаете. Вам следует провериться у врача.

- Я не споткнулась, - возмутилась Герти.

- Черт возьми, а это тогда отчего? - спросила Ида Белль и указала на лодыжку подруги.

Место на ноге уже сильно распухло и без сомнения утром станет черно-фиолетовым.

- Перелом? - спросила я.

Хозяйка легонько ощупала лодыжку со всех сторон и покачала головой.

- Точно не скажу, по-моему, похоже на растяжение. Но завтра надо бы сделать рентген.

Герти наклонилась вперед, рассматривая ногу, и вздохнула.

- Эх, теперь за руль не сядешь.

- Единственное, что тебе можно доверить - инвалидное кресло с мотором, - заявила Ида Белль.

- Ну не знаю, - возразила я. - Вы видели, как некоторые на них гоняют?

- И то верно, - согласилась хозяйка, посмотрев на подругу. - Как только всё заживет, начинай-ка заниматься со мной йогой. Возможно, у тебя и случаются проблески былой славы, но в большинстве случаев гибкость и чувство равновесия отправились к чертям собачьим.

Герти скрестила руки на груди.

- Не так уж всё и скверно.

Я на неё вытаращилась.

- Серьезно? Вы уже трижды за неделю повредили одну и ту же ногу.

Ида Белль покачала головой.

- Да, плоховато дело, к тому же старые мы уже, опасны для нас такие травмы. Теперь тебе в десять раз больше времени на восстановление потребуется, нежели когда мы служили во Вьетнаме. Как бы нам ни хотелось, но мы не в той физической форме, чтобы поспевать за Фортуной - да никогда уже и не будем.

Герти вздохнула.

- Сомневаюсь, что мы и раньше смогли бы угнаться за Фортуной, хотя кажется, в этой перестрелке и она потеряла кое-что из одежды.

Ида Белль посмотрела, куда указывала Герти, и подняла брови.

- Я даже не заметила. Эх, теряю хватку.

- Собака-то голодная, - объяснила я, - либо туфля, либо нога. Когда Лайл устроил пальбу, остаться без обуви мне показалось предпочтительнее.

Внезапно меня осенило: а тенниска-то у Лайла, и уж точно какой-нибудь любопытный сосед доложил о выстрелах. Я застонала.

- Когда Лайл отдаст обувку Картеру, тот догадается, что она моя. Сегодня утром я собралась на пробежку до того, как отправилась завтракать в кафе.

- Не у тебя же одной есть теннисные туфли, - возразила Герти.

- Да, но именно на этой - мой ДНК, - заявила я.

Ида Белль отмахнулась рукой.

- Не получится у Картера никакой ДНК взять с теннисной туфли и обвинить тебя в незаконном проникновении. Лайл вообще не отдаст ему ботинок, зачем признаваться, что сам стрелял.

- Так большие дыры в заборе выдадут его с головой, - отметила я.

Герти немного расслабилась.

- У Картера нет доказательств, что дыры появились именно сегодня ночью. Ида Белль права. Лайл избегает копов как чумы. А благодаря Теду, мы знаем по какой причине.

Предположения Иды Белль имели под собой основания, поэтому я слегка успокоилась. Если Лайл не видел меня на пробежке и не имел обыкновения запоминать женскую обувь, тогда вероятность моего опознания мала. Я закинула полено в камин, разожгла его, уничтожая оставшуюся без пары туфлю, и присела у кирпичного очага. Греховодье - просто ад для моей одежды.

- Пойду за льдом, - проговорила хозяйка, направляясь в кухню. Вскоре вернулась с кухонным полотенцем со льдом и обложила лодыжку Герти. - И вообще, чего ты так заорала? Это же просто полоз.

- Да без разницы, полоз-шмолоз, хоть горлинка библейская! – ответила Герти. - Мне в принципе не нравятся змеи, особенно когда они еще и падают на меня со стропил.

- Несмотря на совершенно девчачий аргумент, от которого наверняка пострадает моя репутация, - заметила я, - должна признаться, тут я с Герти солидарна. Конечно, так бы я не завопила, но точно пустилась бы со всех ног.

Ида Белль покачала головой и присела на край кофейного столика.

- Змеи точно бояться не стоило, особенно по сравнению с доберманом или стрельбой. Когда он собачину-то завёл?

Её подружка покачала головой.

- Понятия не имею.

- Не суть, - продолжала Ида Белль. – К чему я клоню: ты заорала, пришлось бежать, потом ты споткнулась - и вот результат, - кивнула она на лодыжку Герти.

- Я не спотыкалась! – заупрямилась подруга.

- Я же видела, как вы упали, - встряла я. - И я вас не толкала.

Старушенция закатила глаза.

- Я и не говорила, будто меня толкнули. Просто утверждаю, что не споткнулась. Земля поглотила мою ногу.

- Господи помоги! - взмолилась Ида Белль, возведя глаза к потолку, а затем снова посмотрела на подругу. - Шагнуть в яму и оступиться – называется упасть.

- Да в том-то и дело, - возразила упрямица. – Когда я бежала, никакой ямки там не было. Словно грунт начал проваливаться прямо подо мной и затянул ногу. Как будто сама Мать-Земля вниз потащила.

Хозяйка выпучила глаза и подскочила. Я посчитала, что как-то немного чересчур так реагировать на художественное описание Герти. Вероятно, эмоции у Иды Белль зашкаливали, и я решила оставить всё как есть.

- Вот именно! - воскликнула Ида Белль, захлопала в ладоши и улыбнулась нам обеим.

Я вообще ничего не понимала: почему падение подружки вдруг так её воодушевило? Герти нахмурилась, несколько секунд разглядывала Иду Белль и вдруг с шумом втянула воздух.

- Сусличья нора. Я наступила в норку суслика.

Ида Белль усмехнулась.

- Мы поймали Лайла.

Глава 25

Проснувшись ранним утром, я почувствовала себя бодрячком, горя желанием приступить к дневным хлопотам. Приятная перемена. Вчера ночью мы несколько часов обмозговывали вопрос: как подбросить Картеру идею проверить Лайла, при этом не раскрывая себя. И вот наконец-то на меня снизошло озарение - ответ оказался таким очевидным. Уолтер.

Сначала я отправлюсь в кафе Франсин позавтракать и посплетничать с Элли - может, услышу что-нибудь полезное. А как только Уолтер откроет универмаг, пойду к нему и попрошу проверить записи в гроссбухе - заказывал ли Лайл когда-нибудь отраву от сусликов. Мы понимали вероятность того, что он мог купить яд и не в магазине Уолтера - и всё же на что-то надеялись. Хотя Ида Белль выразила обоснованные сомнения.

Сегодня утром кафе оказалось полупустым, ведь я заявилась раньше большинства посетителей. Я вошла, а Элли помахала мне рукой, указав на столик для двоих в углу. Меня порадовало, что поблизости никто не сидел. Мы с подругой сможем поболтать без посторонних ушей.

Элли обслужила дальний столик, налила чашку кофе и поспешила ко мне.

- Я так надеялась, что ты зайдешь, - сказала она, поставив чашку и вытащив блокнот, будто бы принимает мой заказ.

- В чем дело? - поинтересовалась я.

- Вчера вечером мне позвонила тётя Селия и рассказала, мол, Полетт отправилась в Нью-Джерси.

- Что? Как-то скоропостижно, только ведь мужа похоронила.

Элли кивнула.

- Тетя Селия посчитала такое поведение бестактным, но это же Полетт. Не понимаю, почему люди решили, будто из-за трагедии она вдруг изменится.

- Селия точно знает, что вдовушка укатила?

- Ага. Та заскочила вчера поздно вечером, взяла пирожное и кофейный торт, а кузен Тони придержал для неё дверь. По его словам, Полетт следует ненадолго отвлечься. Она спешила на ночной рейс, поэтому собрала сумку и отбыла.

Я нахмурилась.

- А почему Тони с ней не поехал?

- Селия тоже поинтересовалась, но брат вдовы объяснил, что в самолете оставалось только одно место. Мол, сам он решил лететь дневным рейсом. Полетт вернется позже, уладить дела с домом.

- Полагаю, Картер знает об отъезде вдовы, - проговорила я, анализируя информацию.

Элли вытаращилась.

- Даже о таком не подумала. Я полагала, лишь только подозреваемым нельзя уезжать.

- Обычно да. Но после того как вломились в её дом, а затем и в церковь, скорей всего, Картер предпочел бы, чтобы вдова пока не покидала город. Из дома ничего ещё не перевезли, и он останется без жильцов, когда еще и Тони укатит.

- Думаешь, воры снова заберутся в дом?

- Представь себя на их месте. В первый раз твои поиски не увенчались успехом, а потом ты обнаружила, что в доме никто не живёт. Вломилась бы опять?

Элли вздохнула.

- Вероятно, да. Боже, какая неразбериха. Эта женщина просто заноза в заднице с тех пор, как появилась в Греховодье. Чего ей стоило остаться еще на неделю, к тому же, местные жители приносили ей угощения. А Картер спокойно занимался бы своей работой. Так нет - Полетт надо всем жизнь усложнить.

Я улыбнулась.

- Элли, ругаешь бедную вдовушку?

Подруга закатила глаза.

- Да если бы я хоть на чуточку верила, будто Полетт не наплевать на всех – тогда бы устыдилась. Но вдову определенно волнует лишь размер мужского кошелька. И я не собираюсь ей сочувствовать.

Ухмыляясь, я услышала звон колокольчиков и посмотрела на дверь. Улыбка едва не сползла с моего лица – в кафе входил Бобби. Элли глянула на дверной проём, потом снова на меня и нахмурилась.

- Он такой любитель пофлиртовать, - отметила она. - Двадцать баксов ставлю, подрулит сюда, лишь только я отойду. Давай-ка делай заказ - так у тебя будет повод отвлечься на еду.

Я кивнула.

- Просто яичницу.

- Принято, - сказала Элли, поспешив на кухню.

Как и полагала подруга, Бобби оглядел кафе, заметил меня, широко улыбнулся и подошел.

- Место занято для Картера, или я могу присесть?

- Я никого не жду, - ответила я. – Но иногда люди сами приходят.

- Типа намёк, что если Картер появится, мне нужно будет испариться?

Я захотела перегнуться через стол и придушить наглеца салфеткой - да вот только меньше всего сейчас нужны сплетни о наших с Картером якобы отношениях.

- Мне безразличны ваши с ним подкаты, - заявила я. - Я не трофей.

Он ухмыльнулся.

- Вполне. Но всё же, что сюда-то привело в такую рань?

- Я утренняя пташка.

- Я тоже. Обычно совершаю пробежку в начале дня, но сегодня как-то нет настроения. Вероятно, вечерком попозже пробегусь.

Я не знала, как поддержать разговор. Не сильна я в светских беседах о всякой чепухе, поэтому между нами повисло неловкое молчание. Наконец Элли меня выручила, поставив передо мной тарелку с едой и приняв заказ от Бобби.

- Прошу, - сказал тот, кивнув на мою тарелку.

Потянувшись за солью и перцем, я вздохнула про себя. Можно подумать, я собиралась подождать Бобби. Он же сам за стол сел, я его не приглашала – так что и никакого этикета. Поэтому приправив яичницу и намазав тост домашним джемом, я принялась есть.

- Слышал, ты племянница Мардж Будро, - сказал Бобби, видимо, не позволяя нашей беседе деликатно умереть.

Я откусила кусочек тоста и кивнула.

- Ты приехала только на лето? – продолжал упрямец.

- Уеду, как только с наследством разберусь, - объяснила я.

- Надеюсь, не потребуется глобальная уборка. А то некоторые старожилы Греховодья будто снимались в эпизоде реалити-шоу «Накопители», но кажется, Мардж не из их числа.

- Точно, - согласилась я. - В доме всё на своих местах и мало вещей-пылесборников. Вероятно, больше времени уйдёт на составление каталога для ее книг. С чего я и начала.

- Разумно, ты ведь вроде библиотекарь.

Я вылупилась на собеседника.

- Ты что, меня проверял?

- Просто стало любопытно. Красавица с такой жизненной позицией явно выделяется в Греховодье. Неудивительно, что я решил поинтересоваться, чем ты здесь занимаешься.

- Ну, теперь ты причину знаешь.

- Типа теперь мне отвалить?

Я отложила вилку и вздохнула.

- Чего ты хочешь, Бобби? Я не заинтересована в свиданиях ни с тобой, ни с Картером, ни ещё с каким-то альфа-самцом вашего города. Не надо считать меня слабой женщиной, которая нуждается в спасителе. По завершении всех юридических вопросов, касающихся недвижимости моей тети, я укачу на север к себе домой. Тут возможна только временная интрижка, а такая связь меня не устраивает.

Бобби кивнул мне.

- Резонно. Но нельзя винить парня просто за попытку.

- Отлично. Ты подкатил. Не вышло. Всё, что дальше, называется преследование.

Он встал из-за стола.

- Тогда, пожалуй, возьму-ка я свой завтрак и свалю.

Бобби улыбнулся, подмигнул мне и не спеша побрёл по кафе в сторону кухни, а я вздохнула. Парни, подобные ему, вообще не могут поверить в существование женщин, которые не горят желанием быть с ними. Ну и зачем я тратила драгоценную энергию, стараясь это объяснить? В идеале Бобби определится с профессией, если когда-нибудь до такого дорастет, и скоренько покинет Греховодье, как и предсказывал Картер.

Кстати, надо бы всё же завтракать дома, если хочу спокойно наслаждаться едой.

И тут я заметила, как мимо кафе проезжает грузовик Уолтера. Доела завтрак и поспешила через улицу. Магазин так рано ещё не откроется, как раз поговорю с владельцем без помех. Я постучала в парадную дверь. Уолтер удивленно вытаращился и поспешил мне открыть.

- Ну что, ваш… план сработал? - спросил старик, стараясь не упоминать напрямую о нашей незаконной деятельности.

- Надеюсь. Затем и пришла.

- Ладно. Присаживайся. Что тебе потребуется? Кофе будешь?

Он так нервничал, что у меня сердце дрогнуло. Если с Идой Белль случится беда, то старик уже никогда не будет прежним.

- Я только что позавтракала, спасибо. Мне нужна кое-какая информация.

- Говори.

- Мне бы выяснить, не покупал ли у вас в магазине яд от сусликов Лайл Кокс. Не вспомните, делал ли он такой заказ?

Уолтер уставился на меня и несколько секунд настороженно разглядывал, затем огорченно покачал головой.

- Не помню, чтобы он когда-нибудь такое заказывал. На складе я не держу запасов яда.

У меня сердце ушло в пятки. Неужели прошлая ночь - пустая трата времени и напрасно травмированная лодыжка Герти? Неужели так отчаянно нуждаясь в ответе, мы питали пустые надежды?

- Но давай-ка проверим, - добавил владелец магазина и вытащил из-под прилавка книгу. - Это журнал учета специальных заказов.

- Вы записываете спецзаказы?

Тот кивнул.

- Именно так я отслеживаю товар, кто и когда его забрал. Конечно, все это должно быть на компьютере, но я не спешу его освоить.

Я бросила взгляд на книгу, отмечая неразборчивый почерк. Работа на несколько часов.

- А еще такие талмуды имеются? Покажите, где искать, и я вам помогу.

Уолтер кивнул и вытащил из-под прилавка ещё десять книг. Азарт у меня малость поутих.

- За последние два года, - сообщил Уолтер. – В подсобке есть еще.

Старик открыл журнал и развернул в мою сторону.

- Просто смотри пометки в последней колонке. Туда я заношу все заказы опасных веществ.

У меня в десятки раз улучшилось настроение. Просматривание всего одной колонки не займет много времени, пусть и в десяти книгах. Я открыла первую страницу и провела пальцем по последнему столбцу, повторяя процесс снова и снова, пока таким образом не проинспектировала три журнала. Уолтер делал то же самое. Мы молча изучали талмуды.

В пятой книге я нашла запись о яде от сусликов, и у меня участился пульс. Провела пальцем по строчке влево, узнать имя.

Ида Белль.

Черт возьми. Все, что я нашла - лишнюю улику против подруги. Сокрушаясь, я перевернула страницу и продолжила читать, стараясь удержать ускользающую надежду.

- Нашел! – вдруг закричал Уолтер, и от неожиданности я чуть не свалилась с табурета.

- Что? - спросила я, обегая прилавок, дабы заглянуть в книгу.

Тот указал на заказ яда от сусликов, затем скользнул пальцем влево по строке.

Лайл Кокс.

Попался.

Глава 26

- Я этот заказ не оформлял, - заметил Уолтер. - На той самой неделе я как раз гостил у двоюродного брата в Омахе. В моё отсутствие в магазине работал Джерри.

- Вы уверены? - спросила я.

Тот кивнул:

- Да я везде бы узнал каракули своего друга. А достаточно ли этого, чтобы снять подозрения с Иды Белль?

- Для её оправдания свидетельств маловато, но если у Лайла найдётся хотя бы немного этого яда – даже столько вполне достаточно для возникновения обоснованных сомнений.

Эта улика - уже чертовски здорово. Вот только не собиралась я рассказывать Уолтеру о снимках шантажа. Чем меньше людей знает - тем лучше.

- Почему я не додумался об этом раньше? - посетовал Уолтер. - Я такой несообразительный. Ведь ответ-то был у меня под носом – хорошо ты заметила.

- Неизвестно, как заказ Лайла решит нашу проблему, - возразила я, не желая сильно обнадеживать старика. Для правоохранительных органов вся эта заварушка просто притянута за уши.

- Может, отнести книгу заказов Картеру? – волнуясь, спросил владелец магазина.

- Вообще-то, не возражаете, если я отнесу? Мне еще кое-что необходимо ему сказать... и я бы не хотела втягивать в дело вас.

Он улыбнулся.

- Я тебе и раньше верил - и видно не зря. Ты вполне подходящая кандидатура. - И старик передал мне книгу. - Дай знать, если Картеру потребуются показания от меня или Джерри. Не сомневаюсь, мой друг с радостью подтвердит свой почерк.

- Спасибо, Уолтер. Я сейчас позвоню Картеру и спрошу, сумеет ли он встретиться со мной в офисе шерифа.

- Можешь не звонить. Я заметил его лодку у причала.

- Отлично!

Подхватив книгу с прилавка, я поспешила из магазина. Если повезет, в офисе будут только Картер и диспетчер. Меньше лишних ушей.

После нашей последней встречи Очаровашка явно будет не слишком рад меня видеть. И чертовски разозлится после рассказа о том, чем мы занимались накануне вечером.

Неважно. Главное уберечь Иду Белль от тюрьмы.

***

- Вы чего сделали? - Картер с покрасневшим лицом вскочил из-за стола и уставился на меня. - Вы что, не соображали, он же мог вас застрелить! Я насчитал три больших отверстия в заднем заборе Лайла. Да он палил из пистолета сорок пятого калибра. Если бы хоть один выстрел попал в цель…

- В Греховодье были бы еще одни похороны, - прервала я его разглагольствования. – Знаю, поступок неразумный. Может, всё же оставим это и перейдём к главному?

Тот поднял руки и плюхнулся обратно на стул.

- Да. Ладно. Неважно.

- Итак, после того, как мы вернулись домой к Иде Белль, она стала ругать Герти за то, что та споткнулась и упала.

- Будто это наихудшее из всего, что вы натворили, - пробормотал Картер.

- А Герти продолжала настаивать, мол, вовсе не спотыкалась, - проигнорировала я его замечание. - А когда живописала, как земля засосала ее ногу, Ида Белль поняла, что Герти наступила в сусличью нору.

Открыв книгу, я положила ее на стол Картера.

- Сегодня утром я навестила Уолтера. Здесь есть запись, что Лайл покупал тот же яд, что и Ида Белль.

Картер наклонился, изучая строчки, затем посмотрел на меня.

- Итак, ты предлагаешь мне поверить, что из всех жителей Греховодья, вы случайно выбрали человека, который купил такой же яд от сусликов, а потом еще и полезли в его сарай в поисках этой самой отравы?

- Не совсем так.

- Ага.

Понимая, что Картер поинтересуется подобным, мы вчера вечером устроили мозговой штурм и придумали сказку. Оставалось надеяться, та окажется достаточно хороша и прокатит.

- Мы слышали, будто Лайл и Тед сцепились пару недель назад.

- А конкретнее?

Я покачала головой.

- Когда Ида Белль попыталась выяснить точнее, началась какая-то карусель, мол, Сью услышала об этом от Мэри, та – от Джейн, а Джейн – снова от Сью. Так и не получилось найти первоисточник, однако суть у всех слухов совпадает.

- И все? Тед и Лайл поссорились - у людей такое не редкость, - и вы сразу записали Лайла в подозреваемые?

- Не совсем так. Тот, кто слышал ссору, рассказывал, будто Лайл угрожал Теду, мол, сам пойдет в полицию. Поэтому мы предположили, что они не просто поцапались, а насчет чего-то незаконного.

- Значит, неопознанный источник слышал, как Тед и Лайл спорили о преступлении, которое кто-то из них якобы совершил, и вероятную угрозу заявить в полицию?

Я кивнула.

- И этого оказалось достаточно, чтобы вы рискнули полезть под пули?

Я пожала плечами.

- Если вот так все сложить – да, глупо вышло.

- Не просто глупо.

- Но у нас нет ничего другого, и ясно же, насколько труднее станет вызволить Иду Белль, когда прокурор в неё вцепится. Так что мы пошли ва-банк. Да, довольно безрассудно. И очевидно, шанс на успех ничтожно мал. - Я постучала по книге заказов Уолтера: - Но с фактами не поспоришь.

Картер откинулся в кресле и вздохнул.

- Послушай, - продолжила я, - знаю, ты злишься... разочарован во мне, не суть. Я не в обиде. Но дело-то касается не меня и не тебя, если уж на то пошло. Речь только об Иде Белль. И если мне придется выбесить Папу Римского, чтобы выручить подругу - то именно так я и поступлю.

Картер какое-то время меня разглядывал, а затем у него слегка приподнялись уголки губ.

- Да Папа и двух минут с тобой не продержался бы, а стал бы молиться Богу, чтобы тот забрал его восвояси.

- Так что, хватит улик для получения ордера на обыск?

Картер кивнул:

- Да, и уверен, судья Обри тоже согласится, тем более, что он всё пытается упечь Лайла в тюрьму надолго, а того опять выпускают досрочно. Кроме того, судья был не в восторге, когда ему пришлось выдать ордер на обыск у Иды Белль. Но такова у него работа.

- Ясно. И у тебя не лучше - арестуешь же её, если тебе прикажут.

- Будем надеяться, до такого не дойдёт, - сказал он, но я заметила тень беспокойства на его лице. Картер прекрасно знал, сколько у него осталось времени. – Что у Герти с лодыжкой?

- Довольно сильно распухла ещё прошлой ночью и, держу пари, сегодня уже черно-синего цвета - как и фингал под глазом. Мари отвезёт Герти в больницу на рентген стопы и головы. Мы решили, лучше, если Ида Белль останется…

Очаровашка хотел что-то мне сказать, и вдруг зазвонил телефон. Посмотрев на определитель номера, помощник шерифа замер, но потом ответил на звонок официальным голосом.

- Да, сэр, - проговорил Картер. - Вы уверены? У меня появилась новая информация... нет, я понимаю. Нет, сэр. У меня нет проблем с выполнением моих обязанностей. Я сообщу вам, когда она будет заключена под стражу.

У меня сердце в пятки ушло после его последней фразы. Картер с такой силой хлопнул трубкой, что я аж подпрыгнула. Он вскочил со стула и выругался.

- Ты должен арестовать Иду Белль, - промолвила я.

Очаровашка кивнул, не смея на меня взглянуть. Он так сильно расстроился, что мне передалась его боль. Сложно представить, как ему чертовски плохо.

Поднявшись со стула, я положила свою ладонь на его руку.

- Мы всё понимаем. С нашей стороны нет обид, осуждений или ожидания особого отношения. Если ты не будешь действовать по закону, это может еще больше навредить ей, если дело дойдет до суда.

- Знаю, что ты права, но легче не становится. Как я вообще такое допустил?

- Сочувствую. Ситуация просто отстой.

- Я же знаю, Ида Белль не убивала этого мужчину, а прокурор заставляет меня попусту тратить время. А по Греховодью пока разгуливает убийца и усмехается, считая, что ему всё сошло с рук. Больше всего бесит это.

- Так схвати его. Арестуй Иду Белль, потому что ты обязан так сделать, а потом брось все силы на поимку настоящего убийцы. Все будет хорошо.

- И ты правда в это веришь?

- Я должна.

Всю обратную дорогу в магазин я препиралась сама с собой и размышляла, стоит ли именно сейчас выкладывать наши козыри - к тому же у меня было такое чувство, что тогда ситуация ещё больше запутается. Я не сомневалась, Картер при первой же возможности займется Лайлом. Если повезет, то еще одного пакетика того же яда вполне хватит, чтобы прокурор отстал от Иды Белль.

Годами меня обучали скрывать информацию, ведь от этого напрямую зависела моя жизнь. Я никогда не раздумывала о том, как знания, которыми я располагаю, могли бы использоваться и с какой целью. Передача сведений - не моя стихия, вообще не задавалась этим вопросом.

Так почему же было так трудно удержать в себе нынешние данные? Информацию, способную разоблачить моё прикрытие и, безусловно, подвергнуть мою жизнь опасности? Почему стало так сложно? Почему я испытывала всепоглощающее чувство вины?

«Потому что ты позволила рабочим отношениям превратиться в личные».

Я вздохнула. Терпеть не могла, когда отец оказывался прав.

***

- Определённо нам надо что-то предпринять, - уже в который раз повторила Герти.

Я взглянула на Мари, но та только руки заламывала от отчаяния. Мы провели у нее на кухне пять мучительных часов ожидания. Герти сидела на одном из кухонных стульев, положив на другой больную ногу в специальном ботинке для фиксации лодыжки. Впечатление было такое, будто старушка собралась покататься на лыжах, правда, на одной ноге.

Усевшись в кресло напротив нее, я рассеянно поглаживала Кости: тот заснул сидя, уложив голову мне на колено.

- Дать вам еще обезболивающее? - поинтересовалась Мари.

- Я выпила лекарство тридцать минут назад, - проворчала Герти. - Вы усыпить или убить меня пытаетесь?

К счастью, обошлось без перелома, Герти только вывихнула лодыжку – и всё равно дела обстояли скверно. Ничего хорошего даже в растяжении, коль ты древний как мамонт, да и восстановление займет столько времени, словно ты утратил конечность. С головой у Герти всё было нормально, хотя мы с Мари ещё сомневались на этот счет.

- Извините, - сказала Мари и потянулась за миской для замешивания теста. - Мне просто трудно ждать. Ну почему так долго?

- Картер говорил, что хочет попросить прокурора обсудить дело с судьей и попытаться добиться освобождения под залог, - повторила я, по крайней мере, в десятый раз. - Он пообещал Уолтеру, что будет упирать на возраст Иды Белль, дабы вытащить ту из тюрьмы. Уолтер уже заверил, мол, готов внести необходимую сумму, но на всё потребуется немало времени, особенно если прокурор начнет настаивать в отказе залога.

- Зачем ему такое надо? - спросила Герти. - Ида Белль - не убийца.

- Прокурор смотрит только на улики, а не на человека.

- Типа он не виновен, что уродился придурком?

- Вроде того. В любом случае нам остаётся только ждать.

Герти вздохнула и потянулась за стаканом содовой.

- Мы расскажем всё Картеру?

- Если тот не найдет яд в доме Лайла, тогда выложим ему всё, пока дело не зашло дальше некуда.

Герти собиралась еще о чём-то спросить, но тут зазвонил ее мобильный. Посмотрев на дисплей, старушка нахмурилась.

- Селия. Наверное, посплетничать захотела. Не буду отвечать.

Просигналив еще пару раз, её телефон умолк, зато зазвонил мой. Селия.

- Не думаю, что и мне она звонит ради сплетен, - сказала я и ответила на звонок.

- Ты слышала? – сходу крикнула Селия.

- Да. Иду Белль арестовали. Мы ждем новостей.

- Господи Иисусе, да про это я узнала ещё сто лун назад. Ты что, принимаешь меня за дилетантку? - Она не сделала паузы после вопроса, и я решила, что ответ и не требовался. - Около часа назад пара рыбаков вытащила тело Полетт из байю.

Глава 27

Я резко вскочила на ноги.

- Срань господня! Подождите. – Я нажала кнопку громкой связи и махнула рукой, призывая подруг послушать. – Со мной Герти и Мари. Вы можете повторить, Селия?

- Мне позвонила Бэбс, она просто в панике. Ее муж с приятелем рыбачили в районе Литтл-Байю, и якорь у них зацепился за бревно... ну, они так предположили. Парни начали потихоньку вытаскивать корягу, а оказалось, это мертвая как колода Полетт.

Мари с побелевшим лицом шмякнулась на стул. Герти потеряла дар речи - впервые со дня нашего знакомства.

- Она утонула, что ли? - удивилась я.

- Черт, нет. Во лбу у нее дыра от пули. Мужчины затащили тело вдовы в лодку и накрыли брезентом. Питер позвонил и рассказал о случившемся Бэбс по пути в департамент шерифа.

- Вы уверены, что это именно Полетт?

- Абсолютно. Лицо её ничуть не пострадало, плюс на ней блузка с золотыми блестками. В Греховодье как проститутка одевалась только она. Черт возьми, что происходит, Фортуна? Ее кузен сам болтал, мол, вдова отбыла домой в Нью-Джерси. Думаешь, он ее и пристрелил?

- Честно, понятия не имею, - ответила я. – Как только наведу справки, дам вам знать.

- А я буду держать ухо востро. Не понимаю, что такое творится в моём родном городе, это уже не просто беспокоит, а реально бесит. Как же хочется, чтобы всё уладилось.

- Мне тоже. Спасибо, Селия.

Отключив телефон и пытаясь осмыслить информацию, я уставилась на Герти и Мари.

- Кто пристукнул Полетт? И почему?

- Только не жители Греховодья, - заявила Герти. – Определённо никто из наших не бросил бы тело в прекрасном месте для рыбалки. У нас куча таких топей, где труп вообще не отыскать.

Я покачала головой.

- Тогда остаётся Тони или парни из церкви.

Герти глубоко вздохнула.

- Вот о них я совсем забыла. Я-то считала, они покинули город после тех своих съёмок. Больше же их никто не встречал.

- В Греховодье чуваки сильно выделялись бы на фоне местных. Если они до сих пор в Луизиане, то где-то затаились.

Я встала из-за стола и прошла в гостиную Мари; там окно выходило на улицу и дом Полетт. Хозяйка шла следом.

- А ты сегодня Тони случайно не видела? - поинтересовалась я.

- Нет, я почти целый день на кухне. Пеку, когда нервничаю. Наверняка наготовила больше, чем целая кондитерская компания.

Я всматривалась в дом Полетт в поисках хоть малейшего движения. Машины Тони на подъездной дорожке нет. Вроде, на первый взгляд, ничего необычного, но всё равно что-то было не так. Я уже собиралась отойти прочь и тут обратила внимание, что жалюзи на окне приподнялись и опустились.

- Там в доме кто-то есть, - объявила я.

- Кто? - удивилась Мари.

- Я не разглядела человека, но кто-то подёргал жалюзи.

- Возможно, машина Тони в гараже, - предположила хозяйка.

- Он же сам Селии говорил, мол, сегодня уезжает.

Мари покачала головой.

- Эх, следовало бы здесь посидеть да понаблюдать. Никогда не думала...

Герти приковыляла в гостиную на костылях, которые ей выдали в больнице.

- Откуда ты могла знать, - успокоила старушка. - Я бы тоже не шпионила день-деньской.

Я кивнула.

- Поверь. Мы ничего подобного не ожидали.

Я понятия не имела, как поступить в данной ситуации. По логике вещей - пусть этим занимается полиция. Если за минувший час рыбаки уже доставили тело вдовушки в департамент шерифа, то кто-нибудь должен направиться к её дому для проверки предполагаемой зоны преступления.

Вот только если вспомнить, что Картер как минимум в часе езды отсюда и увяз в беседе с судьей и прокурором - то кто оставался? Сейчас начало шестого вечера, вероятно, шериф Ли уже готовился ко сну, к тому же, он не в состоянии позаботиться даже о своей древней лошади, не говоря уж о месте преступления. Помощник шерифа Бро казался каким-то нерешительным, я даже вообразить не могла, как у того получится подсуетиться о сохранности тела Полетт, а тем более обеспечить охрану ее дома.

Я снова посмотрела на жалюзи дома напротив и прикусила губу. К тому времени, когда Картер завершит переговоры с прокурором, тот, кто сейчас в доме, может смыться, а возможно, он и есть убийца Теда и Полетт. Как-то маловероятно, что чувак на законных основаниях торчит в доме вдовы.

- Пойду-ка туда и попытаюсь что-нибудь разглядеть, - предложила я.

- Нет! – возразила Мари. - А вдруг там настоящий преступник?

Именно на это и была надежда, поэтому я не сразу откликнулась.

- Если выведаю кто там внутри, это могло бы помочь выручить Иду Белль.

- Ты же собираешься подкрадываться к убийцам, - еще раз напомнила хозяйка.

- Обязанности – они такие, - ляпнула я.

Мари вытаращилась на меня.

- Ты библиотекарь, Фортуна, а не солдат.

Черт. Совсем забыла, я же разговариваю с Мари; она ведь ни сном, ни духом, кто я на самом деле.

- Я имею в виду, мои обязанности как подруги, - выкрутилась я, прикрыв свою оплошность.

Хозяйка покачала головой.

- Слишком опасно. Ида Белль не пожелала бы, чтобы ты подвергалась такому риску.

- Она права, - согласилась Герти.

- Вероятно, - сказала я, - а если бы тюрьма грозила мне, разве Ида Белль не рискнула бы?

Герти глянула на Мари, потом в пол. Мари уставилась в окно поверх моего плеча.

- Вот то-то и оно, - заметила я. – Итак, решено. Я пройдусь по заднему двору Мари, выйду за забор, обогну его и прокрадусь во внутренний двор Полетт. Мы с Герти уже так делали. Вы вдвоём не отходите от окна. В случае чего-нибудь подозрительного одна звонит мне, а другая - в полицию.

Подругам затея не понравилась, однако возражать они не стали.

Я направилась на выход, пока не успела передумать.

***

Перед тем как перемахнуть через забор и попасть на задний двор Полетт, я приостановилась и отправила Мари и Герти смс о своём местонахождении. Я не сомневалась, что подруги буквально прилипли к окну, но перестраховка никогда не помешает. Пробравшись вдоль тыльной стены дома, я спряталась за кустом точно под окном гостиной. Посмотрела наверх и разглядела – окно-то слегка приоткрыто.

Я приподнялась, дабы заглянуть внутрь, и тут послышался мужской голос:

- В чём проблема?

Голос показался мне знакомым, но только спустя пару секунд я определила: да это же взломщик из церкви.

- Проблема в тебе, Ричи.

Второй голос принадлежал Тони - очевидно, из города тот не укатил, как обещал Селии. Полетт, получается, тоже не смогла.

- Ну ты совсем обнаглел, наезжаешь на меня, - огрызнулся Ричи.

- Ты ещё не знаешь, на что я способен. Чёрт возьми, чем ты думал? Долдонил же тебе, что у меня всё под контролем, - бушевал Тони. – Хорошо, что я сумел установить прослушку в департаменте шерифа на днях, когда мы с Полетт там побывали, иначе и не знали бы, что её тело нашли. Накрыли бы нас в два счета.

- Ладно, ты для разнообразия выполнил свою работу, а мы нет. А в чём проблема-то?

- Для разнообразия? У меня вся ситуация была под контролем.

- Босс так не считал. Он решил, что-то долговато ты возишься.

- Слушай, я уважаю босса, но он понятия не имеет, как действовать в маленьких городах. Нельзя просто убивать людей и ожидать, что всё прокатит как в Нью-Джерси. Здесь жителям далеко не наплевать. Еще пара дней, и я привёз бы Полетт домой, и пусть с ней разбирались бы.

- Босс предупреждал, что ей нельзя больше ступать на землю Нью-Джерси. Мол, бабенка этого не заслуживает.

- Значит, я убил бы ее в Нью-Йорке, - возразил Тони. - В любом случае, не надо было в этом городе ее мочить.

- Типа нам стоило подождать? А ты в курсе, что она разговаривала с тем агентом ФБР?

- Что? – У Тони голос повысился на пару октав: судя по всему, новость-то для него довольно неожиданная. - Когда?

Я застыла, пытаясь переварить то, что сейчас подслушала. Какой ещё агент ФБР? И зачем Полетт с ним общаться? Шантаж - дело незаконное, но махинации Теда в маленьком городке навряд ли могли заинтересовать ФБР.

- Она недавно с ним встречалась, когда ты не доглядел, - самодовольно заявил Ричи. - Дело в том, что ты не проконтролировал ситуацию, и босс попросил нас это исправить - вот мы и исправили. Может быть, грязнее, чем тебе по нраву, но если бы ты сам не проворонил Полетт, то не оказался бы в таком положении.

- Господи Иисусе, - уже без апломба произнёс Тони. - Неужели избавиться от трупа не могли так, чтобы его хотя бы не обнаружили? Я убедил бы местных, что вдова возвратилась к себе домой.

- Откуда мы могли знать, что тело всплывёт? Мы ж к нему груз привязали.

- Вы кинули труп в чьё-то излюбленное местечко для рыбалки. Полетт не плавала – рыбаки её якорем подняли. Допустим, мужики не нашли бы Полетт, но в той протоке все равно сильное течение, которое взбаламучивает воду, как торнадо.

- А не поздновато ли для урока по экологии? Слушай, да кто тебя вообще подозревать-то станет? Ты здесь жил под псевдонимом, так что запрыгивай в свою краденую машину и исчезай. Как они на тебя выйдут-то? Мы с Майки свалим отсюда, как только разгромим это хозяйство.

Я сунула руку в карман в поисках мобильника. Я по-прежнему не понимала, что именно происходит, однако убедилась: люди, которые находятся в доме, укокошили Полетт - вполне достаточное основание, чтобы вызвать подкрепление. Я только начала писать сообщение Герти и Мари, как вдруг прямо над головой скрипнуло.

Прежде чем я успела отреагировать, раздался голос:

- Не двигайся, сука, или я тебе башку разнесу.

Глава 28

Я подняла голову и узрела второго взломщика из церкви, крикуна Майки – тот высунулся из верхнего окна и целился в меня из девятимиллиметрового пистолета.

- Эй, Ричи! - позвал он. - У нас нарисовалась проблемка с тыла.

Мгновенно распахнулась задняя дверь, и на крыльцо выскочили Ричи и Тони с пушками наизготовку. Оба застыли и вперились в меня.

- Ты кто, к чертовой матери, такая? - заорал Ричи.

- Это та сучка, что пасла нас недавно, - объявил Майки. – Говорил же тебе, что кто-то следит.

Слежку за этими чуваками я никогда не вела, но вряд ли они мне поверят.

- Ну, больше не пошпионит, - заверил Ричи и взмахнул пистолетом. – Кидай мобильник на крыльцо и двигай в дом. Никаких резких движений, или я прихлопну тебя на месте.

Ну естественно тот планировал меня убить. Только прямо сейчас я цель для трёх стволов, поэтому никак не получится, бросив мобильник, схватить свою «девятку» и всех уложить, причем до того как подстрелят меня саму. В данный момент лучше подчиниться и выждать пока не появится преимущество. Парни – просто бандиты, а я-то обученный убийца. Если не раскисну, то найду возможность для спасения.

Я уронила сотовый телефон на крыльцо и, подняв руки, прошла в гостиную. Тони подобрал трубку и потопал за нами. Майки сбежал вниз по лестнице, пока Ричи закрывал на замок заднюю дверь и опускал жалюзи на окне.

- Есть что? - спросил Ричи у Тони.

Тот покачал головой.

- Только пара сохраненных номеров. Все сообщения удалены.

- Держи руки поднятыми, - скомандовал Ричи и кивнул Майки обыскать меня.

- Что это у нас здесь? – протянул тот, доставая пистолет у меня из-за пояса штанов.

- Из какого ты агентства? - потребовал ответа Ричи.

- Да о чём вы говорите, - возмутилась я. – Я просто библиотекарь, приехала сюда на лето. Можете у кого угодно спросить.

Ричи оскалился.

- Ты хочешь, чтобы мы поверили, будто библиотекари бегают с такой штукой?

- Да, библиотекари, которые живут в Греховодье.

- Бесполезная трата времени, - изрёк Майки. - Она не расколется. Такие никогда ничего не говорят.

- Что, черт возьми, нам с ней делать? - осведомился Тони. – Ситуация выходит из-под контроля.

- Швырнем ее в кладовку к тому, - ответил Ричи. – Разберемся с ними позже, перед тем как свалить отсюда.

- И когда это будет? - поинтересовался Тони. - Мы должны исчезнуть до приезда копов.

- Ещё минуты две, мы закончим разбор на втором этаже и мигом уматываем, - заверил Ричи.

- Надеюсь, ты знаешь что делаешь, - проворчал Тони. – Учти, ведь могут прибыть федералы.

- Да ладно, она-то не их вызывала, - возразил Ричи. - Сам же болтал, мол, телефон чист.

- Ага, но кто сказал, что она работает в одиночку?

Ричи дернул челюстью, по всей видимости, его начинали раздражать весьма логичные аргументы Тони.

- Сворачивай шмон, Майки. Я хочу закруглиться со всем и свалить из дома. Мне не наплевать, что считает босс.

Ричи выразительно посмотрел на собеседника, ясно выражая свое мнение насчёт преданности Тони их общему делу.

Горе-кузен схватил меня за руку и вытолкнул в кухню. Дверная ручка кладовки была зажата стулом, и отодвинув его, бандит пихнул меня внутрь. Я споткнулась обо что-то большое на полу и вцепилась в полки, чтобы не упасть. Принялась на ощупь искать по стенкам выключатель и уж было решила - нет его, когда шею что-то пощекотало. Я потянула за шнур, вспыхнула лампа, освещая маленькую кладовку…

И я в полном изумлении уставилась на давешнее препятствие.

У дальней стены на полу безжизненной грудой валялся Бобби. Я присела на корточки и проверила у него пульс - ровный, но дыхание слабое. Немного притянув парня к себе, я ощупала затылок и сразу обнаружила там огромную шишку. Да, хорошо его приложили. Бедняга без сознания, но хоть живой.

Когда я прислоняла его обратно спиной к стене, то приметила, как что-то выглядывает из кармана рубашки. Я потянула за край и выудила тонкую кожаную книжечку. Уже представляя, что в ней найду, я все равно немного удивилась, глядя на удостоверение личности.Бобби Морель. Федеральное бюро расследований.

Внезапно всё встало на свои места. Тед покинул Нью-Джерси не затем, чтобы избежать суда за вымогательство. Он заключил сделку с прокурором, намереваясь дать показания против более крупной рыбы, а ФБР спрятало его в Греховодье, полагая, что там никто важного свидетеля не найдет. Остаётся загадкой, как федералы вообще выбрали этот городок. В то время когда Тед и Полетт здесь обосновались, Бобби еще служил в армии. Однако ничего удивительного, что теперь агентство послало именно его для проверки обстоятельств. Просто идеальный вариант.

И главное: Теда убила мафия? Или управился Лайл, а те узнали обо всем постфактум и приехали в Греховодье за доказательствами?

Я вздохнула. Сейчас это не суть. Наиважнейшая задача - выбраться из кладовой живой и передать информацию Картеру. Я осмотрела пояс Бобби - увы, кобура оказалась пуста. Так, понятно. Я переместилась к его ногам и оживилась, найдя запасное оружие, до сих пор пристегнутое к лодыжке.

Я вытащила пистолет и проверила обойму – полнёхонька. К сожалению, я была в невыигрышной ситуации: одна против трёх. Можно легко расправиться с чуваком, который откроет дверь в кладовку, но местоположение в доме еще пары преступников мне неизвестно, и я стала бы отличной мишенью для нападения.

У Теда и Полетт имелся кухонный остров, он отделял эту комнату от гостиной. В том случае, если бандитов не окажется на кухне, можно укрыться за ним, только выгода невелика. Вероятно, пуля пробила бы дерево насквозь, вся надежда, что она затеряется в недрах мебели.

Также оставалась проблема с Бобби. Парень-то лежит по центру у задней стены кладовки, и если пальнут от двери, то попадут прямёхонько в середину тела. Однако стеллажи с продуктами мешали сдвинуть его вбок. Наконец, я решила волоком оттащить горемыку примерно на фут в сторону. Хоть чуть, но получше.

Я присела у дверного косяка подальше от проема, насколько позволяли полки, и навострила уши, определяя, где бандюги. Так, шаги над головой - скорее всего, Майки наверху заканчивает шмон. Сначала не было слышно ни Тони, ни Ричи, а потом на кухне скрежетнула дверь и раздались приглушенные голоса. Наверняка эта пара возилась в гараже, готовила машины к отъезду.

Вскоре там снова скрипнула дверь, и я их отчетливо расслышала.

- Что с агентами? - спросил Тони. – Забираем их с собой?

- Раз местные уже нашли тело Полетт, не вижу смысла прятать этих. Предлагаю разобраться с ними прямо здесь. Тогда и в дороге не придется останавливаться.

- У тебя есть глушитель?

- Нет, воспользуемся подушкой или ещё чем-нибудь. Пошёл-ка я за Майки. Если даже он ничего не отыскал, то уже никто не найдет.

Я почувствовала какое-то шевеление возле ноги, и у меня слегка ускорился пульс, но тут до меня дошло: ведь это же Бобби. Оглянувшись, я увидела, как тот пару раз моргнул и снова закрыл глаза. Лишь бы в самый разгар схватки бедняга не сел в попытке очухаться: тогда уж я буду не в силах что-то изменить.

Я крепче сжала пистолет и медленно выдохнула, стараясь уловить, где Тони. Иногда жизнь и смерть разделяет всего одна секунда, и, черт возьми, я не собиралась умирать.

Вот шаги на лестничной площадке - возможно, Ричи направляется наверх, чтобы позвать Майки. Затем шорох на кухне и скрежет стула, который подпирал дверную ручку. Безмолвно помолившись, я нацелила ствол на дверь.

Спустя миг та распахнулась, и я выстрелила.

Эффект неожиданности определённо сыграл мне на руку. Тони попятился, хватаясь за грудь в том месте, куда вошла смертоносная пуля. Потом он поднял руку для выстрела, и я всадила ему в голову еще одну пулю; бандит рухнул камнем, но на беду успел нажать на курок. Мимо, в меня не попал, но за своей спиной я услышала вскрик. Эх, Бобби повезло меньше. Только у меня не было времени побеспокоиться о горе-агенте. Я бросилась к кухонному острову, на ходу подбирая оружие Тони.

Шаги загрохотали по ступеням, и я проскользнула к дальнему углу. Лестница в поле моего зрения не попадала, а сюда вели два входа - по коридору и через столовую. И если последнюю я хорошо видела, то как следует разглядеть коридор, причем, не выдавая себя, не получалось.

Я прошмыгнула до конца стойки. Вероятно, мужики разделятся и будут нападать от двух входов. Шлёпну сперва того, кто пойдёт на меня через столовую, а потом, надеюсь, сумею настигнуть в коридоре другого.

В доме стояла жуткая тишина, но несомненно, враг приближался. Изредка постанывал деревянный пол: судя по всему, бандиты подкрадывались к кухне. Ясно, ждать осталось недолго.

Секунда. Две.

У входа через столовую появилась тень, и я взяла дверь на мушку. Лишь только Майки заглянул в проём, я выстрелила. Тот выругался и нырнул обратно за угол.

Вот чёрт!

Я его лишь спугнула. Угроза никуда не делась.

Я постаралась успокоить дыхание. Такая мелочь, как буханье собственного сердца, легко заглушит звуки приближающейся цели.

Заскрипел пол в конце коридора, и пуля, пробив остров, пролетела всего в нескольких дюймах от меня. Я завела пистолет за угол стойки и выстрелила в ответ. Да, с такой позиции маловато шансов попасть в негодяя.

Внезапно я услышала треск позади себя и обернулась. Бобби, стоя на коленях, с кровоточащей раной на плече, врезал кухонным стулом прямо в промежность Майки. Бандюга сложился пополам от боли, а его пистолет откатился прочь. Я свистнула, и как только Бобби посмотрел в мою сторону, подбросила ему по полу оружие Тони. Агент подобрал пушку и прицелился в Майки.

Было слышно, как Ричи бежит по коридору, а буквально через секунду я поняла, что стук шагов не приближается, а удаляется. Я выскочила из укрытия и рванула следом. Ни за что не позволю ему уйти.

Я уже достигла входной двери, как вдруг остолбенела от грохота выстрела. Раздался крик Ричи. Я выглянула наружу. Бандит валялся на лужайке перед домом, держась за задницу, пистолет отлетел от него на несколько футов. Я осмотрелась и заметила Герти, которая ковыляла по улице с ружьем наперевес, наставив его в голову Ричи. Вдалеке послышался вой полицейских сирен.

Я бросилась в дом, дабы убедиться, что Майки все еще там. Бобби сторожил того на кухне, держа в одной руке пистолет Тони, а другой прижимая к плечу посудное полотенце. Майки без сознания валялся у стены столовой, держась за бок, и кровь текла по его рукам.

- Едва ли этот куда-то уйдет, - заверил Бобби.

Я взяла из шкафа свежее полотенце и прижала к ране агента, затем протянула ему его оружие.

- Одолжила у тебя ненадолго. Надеюсь, ты не возражаешь.

Агент положил пистолет Тони на стойку и забрал у меня свой.

- Если вспомнить, чем всё обернулось по сравнению с тем, что намечалось, - заметил он, - то грех жаловаться. – Бобби прищурился. - Полагаю, ты не станешь снова заливать мне про библиотекаршу. Я вовремя очнулся и видел тебя в бою. Ты прошла серьёзную военную подготовку. Чёрт возьми, кто ты?

Я покачала головой.

- Мне тоже, как и тебе, нужно оставаться в тени. Понятно, что тебе нет резона мне доверять или лгать ради меня, но именно об этом я хотела бы тебя попросить. Лишь только Картер узнает, что я здесь учинила, он станет слишком глубоко копать.

Бобби какое-то время пристально всматривался в меня, а потом вздохнул.

- Хотя это противоречит всякой логике и, черт возьми, процедуре, но я тебе верю. А поскольку ты спасла мне жизнь, не буду вести себя как придурок. Неважно, кто ты на самом деле, я сохраню твою тайну.

- Спасибо. Обещаю тебе, для этого есть весомая причина. На кону фактически стоит моя жизнь.

Он кивнул.

- Полицейские приедут с минуты на минуту. Как собираешься все обыграть?

- Ты в одиночку всех уложил, а я трусливо пряталась в кладовке.

Бобби улыбнулся.

- Ты реально сможешь изобразить страх? Когда я только что сам видел, как ты переиграла трёх опасных членов семьи Маселли? Довольно дерзко. Надо отдать тебе должное.

- У меня нет выбора. Придумай любую историю. Если сошлёшься на травму головы, никто не станет перепроверять, если вдруг что-то не сойдется.

Он кивнул.

- Итак, притворюсь, что у меня нечёткие воспоминания. Разумно. А как насчет выстрела на улице?

- Это не проблема. Она подруга.

- Отличная подруга, судя по всему. - Бобби протянул мне руку. - Неправильно как-то, но большим за спасение своей жизни я тебя отблагодарить не смогу.

Я улыбнулась и пожала ему руку. А ведь по большому счёту, Бобби – неплохой парень.

Глава 29

- Насыщенная выдалась неделька, - высказалась Герти, поправляя ногу в спецботинке на контейнере со льдом. Мы сидели на заднем крыльце моего дома и пили сладкий чай с изумительным шоколадным печеньем. Мерлин растянулся на солнышке на краю крыльца, всецело наслаждаясь жизнью домашнего кота.

- Это еще мягко сказано, - заметила я и наклонилась подложить подушку под ногу Герти. – Надо держать повыше.

- Вы вдвоём суетитесь, как старые перечницы, - проворчала старушенция.

Ида Белль приподняла бровь.

- Если бы ты не скакала по улице с дробовиком, а потом ещё и не вмазалась в тележку с мороженым - у нас не было бы лишних хлопот.

Герти всплеснула руками.

- Этот человек возит телегу без очков – он просто ходячая угроза.

Я усмехнулась.

- Бедный помощник шерифа Бро растерялся, что же делать: арестовывать Ричи, мороженщика, или к вам на помощь спешить.

- От Бобби что-нибудь слышно? - поинтересовалась Ида Белль.

- Ага, - ответила я. - Ричи все еще упирает на самооборону во время перестрелки в доме Полетт. Прокурор из Нью-Джерси требовал его перевести, но все обошлось. Судить бандюгу будут в Луизиане. Вряд ли результат придётся ему по нраву.

Ида Белль покачала головой.

- Даже не сомневаюсь.

Я посмотрела на байю. За пару минувших дней выяснилось немало удивительного. Я попала в «яблочко» с тем, что Тед с Полетт проходили по программе защиты свидетелей, так как он выдал полиции улики против семьи Маселли. Два года назад бывший командир Бобби перешел на службу в ФБР и советовался с парнем, где можно надежно укрыть людей.

Бобби предложил Греховодье как подходящее место. И когда приятелю потребовалось спрятать супругов, он и отправил тех на юг. Бобби сразу же после окончания службы в армии стал агентом ФБР. Однако всё держалось в глубокой тайне, поэтому он стал идеальным кандидатом съездить в городок, убедиться, что Тед жив-здоров и готовится предстать перед судом.

Как только раскрылась истина про Теда, местные жители были огорошены тем, что среди них жил настоящий мафиози, а они ни сном, ни духом. В тот момент, когда Картер просвещал нас насчёт этого, Ида Белль, Герти и я старательно изображали удивление, но вот узнав, кто именно прикончил Теда - были ошарашены уже без притворства.

После крупной развязки мы больше не заморачивались по этому поводу, а полагали, что убийство совершил Тони, Ричи или Майки. Когда выяснилось, что в ночь смерти Теда все трое были в Нью-Джерси, то решили, что горе-шантажиста грохнул Лайл или еще какая Греховодная жертва.

Мы даже мысли не допускали, что это дело рук Полетт.

Ричи всё-таки раскололся. После смерти Тони и Майки дело Полетт полностью легло на его плечи. И очевидно, бандит совсем не горел желанием, чтобы на него повесили двойное убийство. По словам Ричи, когда Тед практически обанкротился, Полетт решила не сидеть сложа руки. Лишившись поддержки и средств от мафии, она не стала терять время даром.

Полетт связалась с семьей Маселли и предложила убить Теда в обмен на информацию, которой тот располагал, а заодно на гарантию, что на неё саму никакой охоты не будет. Когда бы все утряслось, Полетт намеревалась вернуться в Нью-Джерси и подыскать себе мужика, что её содержал бы. Отчасти факт подтверждался разговором Тони с Полетт тогда, в универмаге. А вот судя по той беседе Тони с Ричи, которую подслушала я, босс и не планировал, что вдовушка выберется из Луизианы живой.

Как рассказывал Ричи, Полетт решила, что выборы станут идеальным прикрытием для убийства – да опростоволосилась по-крупному, неверно оценив значимость политики в маленьком городке. Вот на выборах в Нью-Йорке или Нью-Джерси убить могут, но гораздо маловероятнее, что кого-то укокошат из-за поста мэра в Греховодье. Да за него практически не платят, и взяток никаких не дают. Полетт выкрала яд у Герти из сарая, подмешала в стакан молока и предложила Теду перед сном, а потом добавила отраву в сироп от кашля.

Воспоминания о рассказах Уолтера, как Теду в свое время поочередно не повезло с грузовиком и лодкой, навели меня на мысль, что причина аварий крылась в прежних неудачных попытках Полетт подстроить муженьку несчастный случай. Но даже если и так, этот секрет она унесла с собой в могилу.

Прокурор, будучи умным человеком, прекратил дело против Иды Белль и теперь с невероятным упорством взялся за Ричи. Мы втроем немного посовещались и в итоге решили уничтожить фотографии шантажа. Ида Белль обещала донести до Картера якобы случайно подслушанные сплетни о той незаконной деятельности, что Тед успел запечатлеть на снимках. Не было никакого резона провоцировать ещё большую шумиху.

- Картер снова тебя допрашивал? - поинтересовалась у меня Герти.

- Да, но Бобби довольно убедительно все обрисовал. А я лишь гнула своё, как меня застукали за подглядыванием, и как я потом тряслась в кладовке.

Ида Белль рассмеялась.

- Я даже вообразить не могу тебя в виде трусливого зайчишки.

- И правда, непросто, - подтвердила я, - но поскольку Бобби сотрудник ФБР, а Картер знает его с детства, наш помощник шерифа без особого труда принял версию. Вот незнакомцу он бы вряд ли поверил.

Ида Белль кивнула.

- Без сомнения ты права.

- Однако Картер закатил мне головомойку просто эпических масштабов. До сих пор не могу оправиться.

- Переживает за тебя, - отметила Герти, - ведь если судить с точки зрения Картера, это и правда был самый идиотский поступок в мире.

Библиотекари не имеют права предпринимать попытки по задержанию опасных преступников! Какую часть фразы «вызвать полицию» ты отказываешься уяснить?

У меня в голове эхом пронеслись слова Очаровашки, и я вздохнула. В том и суть. В его представлении я просто безобидная особа, что полезла на рожон, дабы помочь подруге. Как-то досадно и немного больно, когда тебя считают слабой или недалёкой - но тут без вариантов.

Бывало и похуже.

- Ой-ёй.

Услышав голос Картера, я оглянулась. Очаровашка как раз появился из-за угла дома.

- Похоже, всякий раз, когда вы собираетесь вместе, - заявил он, - у меня появляется серьёзное основание для опасений.

- Единственное тут преступление, - Герти бросила тоскливый взгляд на стакан чая, - что в этом напитке нет алкоголя.

Мы с Идой Белль рассмеялись, ведь накануне вечером уже устроили подруге лекцию на тему совмещения обезболивающих и выпивки. И предупредили, что пока придется ограничиться чем-то одним.

- Ну, нам пора отправляться домой, Герти не помешает вздремнуть, - заявила Ида Белль и поднялась со стула. Она настояла на том, чтобы Герти, пока не поправится, пожила с ней. Представляю, сколько воплей теперь приходилось терпеть благодетельнице.

- Не хочу я ложиться, - запротестовала Герти.

- Нет, хочешь, - возразила Ида Белль и многозначительно взглянула на подругу. - И ногу твою надо держать выше головы, а ты не можешь так сделать, сидя здесь на стуле. Не помрешь, если немного подремлешь, и согласись, мне тоже не помешает отдохнуть.

Герти посмотрела на подругу, потом на нас с Картером и явно что-то сообразила.

- Ладно. Я иду отдыхать. Но не хочу слушать музыку для релаксации, как вчера. От этого дерьма мне просто орать хочется. Поставь что-нибудь из Джорджа Стрейта и перестань гнаться за модой.

Ида Белль помогла старушенции подняться на ноги и усмехнулась:

- Джордж Стрейт так Джордж Стрейт. Я потом позвоню тебе, Фортуна.

Они вошли в дом, а я указала на освободившийся стул.

- Присаживайся. Холодный чай будешь?

Картер сел.

- А чай сладкий?

- Разве в Греховодье есть какой-то ещё?

Он засмеялся.

- Хорошо, с удовольствием выпью стаканчик.

Я потопала на кухню, налила ему большой стакан сладкого чая и наложила в тарелку печенья. Потом вернулась и поставила всё на столик между нашими креслами. Но только лишь Картер потянулся за печеньем, как я загородила угощение рукой.

- Снова собираешься меня ругать? - осведомилась я. - Потому что если да, то печенье ты не получишь.

Он поморщился.

- Теперь, когда я уже увидел вкусняшки, это довольно жестоко с твоей стороны.

- Ага.

Очаровашка пытливо всмотрелся в меня, а затем улыбнулся.

- Нет, я не буду снова на тебя кричать. Наверное, вообще не стоило так делать, но как только подумаю, что могло бы случиться...

Я кивнула и убрала руку от выпечки. Пусть опыт у меня больше, чем Картер способен представить, обстоятельства могли сложиться совершенно иначе. Не всегда подготовка и смекалка выручают из разных ситуаций. По сути, иногда необходимо еще и везение.

И мне здорово подфартило.

-Значит, ты уже на меня не злишься? - спросила я, когда он взял печенье.

- Я не злился, правда... ладно, злился. – Картер на мгновенье нахмурился и уставился куда-то вдаль, затем снова перевёл взгляд на меня. - Больше всего меня раздражает то, что, невзирая на твой наиглупейший поступок, я уважаю тебя за стремление выручить подругу.

Я вытаращилась на него. Довольно неожиданное заявление, я даже не знала, как на него реагировать.

- Однако впредь, - продолжил он, - я бы предпочёл, чтобы плохих парней ты оставила правоохранительным органам. Ты прибыла сюда уладить вопросы, касающиеся наследства твоей тёти, а не ради поиска способов отправиться вслед за ней в могилу.

Я улыбнулась.

- Очень постараюсь не вмешиваться в дела правоохранительных органов.

- Очень постараешься? И это все, что ты можешь мне пообещать?

- Если пообещаю больше, то либо должна буду раздружиться с Идой Белль и Герти, либо стану потенциальной лгуньей.

Он засмеялся.

- Что ж, хотя бы честно.

Очаровашка откусил печенье и откинулся на спинку стула. Сидя вместе с ним, я вдруг почувствовала какое-то глупое волнение, но списала его на стресс от пережитого.

- Так за чем именно ты пришел? – полюбопытствовала я, прикинув, что с тем же успехом могу напрямую спросить об истинной причине его визита.

Он посмотрел на меня и приподнял бровь.

- Разве для того чтобы просто попить с другом холодного чая с печеньем, обязательно нужен особый повод? Не сама ли говорила, мол, мы друзья?

Я вздохнула.

- Да, мы друзья. И конечно, ты можешь прийти просто так. Но обычно у тебя находятся и иные причины.

Он отложил свое печенье на стол.

- Ладно, ты меня раскусила. Причина в другом.

У меня участился пульс. Картер проверял меня, несмотря на рассказ Бобби? Неужели догадался, что в действительности мы знали о том, кто такой Тед, и умолчали?

- Если ты не занята в пятницу вечером, - произнёс он, - я хочу пригласить тебя на ужин.

У меня сердце затрепыхалось, и дыхание спёрло.

Нет!

Рассудок мой кричал, чтобы я не влезала в личные отношения, но ответ вырвался сам собой.

- Хорошо, - ляпнула я и тут же начала клясть себя за полное отсутствие логики.

- Отлично, - обрадовался Очаровашка и поднялся со стула. - Я позвоню тебе завтра и сообщу детали.

Я кивнула, а он спустился со ступенек крыльца и направился через лужайку.

- Картер?

Он остановился и повернулся ко мне.

- Да?

- Ведь это же просто дружеский ужин?

- Как скажешь, - подмигнул Очаровашка и скрылся из виду за углом дома.

КОНЕЦ

____________________________________________________________________

Внимание! Электронная версия книги не предназначены для коммерческого использования. Скачивая книгу, Вы соглашаетесь использовать ее исключительно в целях ознакомления и никоим образом не нарушать прав автора и издателя. Электронный текст представлен без целей коммерческого использования. Права в отношении книги принадлежат их законным правообладателям. Любое распространение и/или коммерческое использование без разрешения законных правообладателей запрещено.