Она промокнула глаза.
— Спасибо.
Майкл начал поглаживать ее по спине.
— Все будет хорошо, мам.
Я молилась, чтобы он оказался прав.
Мы все сидели тихо и смотрели в конец коридора, где исчез Хантер, крепко держась друг за друга. Когда Хантер вышел из зала почти час спустя, мы встали и схватили друг друга за руки.
Хантер подошел прямо к маме и положил руку ей на плечо.
— С ним все в порядке. С ним все будет в порядке.
Мы все выдохнули, потом крепче прижались к маме.
— Сердечный приступ был несерьезным, и поскольку вы сразу же приехали, доктор Питерсон смог вскрыть закупоренную артерию. Антикоагулянты подействовали недостаточно эффективно, поэтому доктор Питерсон установил стент. Нам пришлось дать Броку легкое успокоительное, так что он не в себе, но как только мы устроим его в палате наверху, вы сможете его увидеть.
— Как надолго он должен остаться здесь? — спросил Бо.
— По крайней мере, на ночь, — сказал Хантер. — Если завтра все будет хорошо, вы, вероятно, сможете забрать его домой.
— А потом он сядет на диету, — заявила мама.
— Ему это не понравится, — усмехнулся Майкл. — Больше никаких жареных блюд по пятницам.
— Все верно. — Мама кивнула, затем снова посмотрела на Хантера. — Я думаю, я останусь на ночь, если ты не против?
— Прекрасно.
— Ты уверена, мам? — спросил Бо. — Тебе не кажется, что дома тебе было бы удобнее?
Она покачала головой.
— Со мной все будет в порядке.
Мама десятилетиями спала рядом с папой. Она ни за что не вернулась бы домой без него.
— Давай. — Хантер махнул рукой. — Я провожу тебя наверх.
— Я знаю дорогу. — Мама направилась к лестнице, Майкл, Бо и Сабрина последовали за ней. Хантер и я последовали за ними, держась за руки.
Он наклонился, чтобы поцеловать мои волосы.
— Как у тебя дела?
— Теперь лучше, потому что с папой все будет в порядке.
Теперь, когда я приняла решение, мне стало лучше.
Пока мы сидели в комнате ожидания, я приняла решение. Я не собиралась покидать эту больницу сегодня вечером, пока не смогу вернуться завтра и навестить своего отца без того, чтобы Хантеру практически пришлось тащить меня через двери.
Перед тем как уйти сегодня вечером, я собиралась вернуться туда, где начались мои кошмары. Я собиралась спуститься в подвал.
Но сначала я хотела обнять своего папу.
Когда мы добрались до папиной палаты на втором этаже, медсестра как раз выходила оттуда, и он махнул нам рукой, чтобы мы заходили.
— О, Брок, — выдохнула мама и прижала руки к щекам.
Папа моргал, глядя на нас, как будто только что проснулся.
— Привет, детка.
Папина нежность вызвала новую волну слез, и я уткнулась лицом в бок Хантера, чтобы не шуметь. Он просто крепко обнимал меня, шепча в мои волосы, что все будет хорошо. Когда ко мне вернулось самообладание, я прошаркала в папину палату следом за своей семьей. Затем, один за другим, мы все обняли папу.
— Я люблю тебя, папа, — сказала я ему в шею.
— Я тоже тебя люблю.
— Мы дадим тебе немного отдохнуть.
— Марисса, мы можем тебе что-нибудь принести? — спросила Сабрина.
Мама покачала головой и взяла папу за руку.
— У меня есть все, что мне нужно.
— Мы вернемся первым делом утром. — Сабрина наклонилась, чтобы поцеловать папу в щеку, а затем обнять маму на прощание.
Бо сделал то же самое, прежде чем обнять меня и пожать руку Хантеру.
— Спасибо.
Хантер кивнул, а затем обнял Сабрину.
— Я собираюсь остаться на некоторое время, — сказал Майкл. Это означало, что он собирался остаться на всю ночь. Он ни за что не позволил бы маме спать здесь одной.
— Спасибо, — одними губами произнесла я.
Он кивнул и уселся в одно из двух кресел для гостей.
Хантер и я попрощались с Майклом, мамой и папой, а затем оставили их одних.
— Мне нужно кое-что сделать, прежде чем мы уйдем, — сказала я Хантеру, когда мы шли по коридору. — Но мне понадобится твоя помощь. Я не думаю, что смогу сделать это одна.
Каким-то образом Хантер понял, что я имела в виду, без необходимости объяснять.
— Ты уверена, что хочешь сделать это сегодня? Тебе и так было нелегко.
Я кивнула.
— Я хочу сделать это, пока у меня хватает смелости.
— Хорошо, детка. — Его рука покоилась у меня на пояснице. — Тогда я буду прямо здесь.
Спускаясь по лестнице, я с каждым шагом все крепче хваталась за перила. К тому времени, как я добралась до первого этажа, моя свободная рука дрожала.
— Все хорошо? — спросил Хантер.
Я кивнула и сделала еще один шаг к двери в подвал. Когда мои пальцы обхватили металлическую ручку, у них едва хватило сил повернуть ее.
К счастью, она была не заперта, и тяжелая дверь заскрипела, когда я потянула ее на себя. Прохладный, спертый воздух из подвала ударил мне в лицо. Пока Хантер придерживал дверь, я переступила порог и остановилась на площадке над лестницей.
Я могу это сделать. Я могу это сделать.
Я сделаю это.
И тогда, возможно, я буду свободна.
Шаг за шагом — рука Хантера напоминала мне, что он рядом, — я спустилась по цементной лестнице в подвал моих страхов. Затем я медленно направилась к смертоносному складу в конце коридора.
Оглянувшись через плечо, я получила ободряющий кивок от Хантера, затем повернулась и вошла в серую комнату.
За все эти годы мало что изменилось. Что-то передвинули со своего места. Что-то нет. Там все еще было холодно и пахло бетоном. Я не продвинулась дальше, чем на расстояние дверного проема. Мне не нужно было двигаться дальше. С этого места я могла обозревать всю комнату.
Ожидая одной из своих вспышек, я напряглась, когда мой взгляд упал на то место, где я ударила Эверетта ножом.
Когда ее не последовало, я подождала еще несколько ударов сердца. Потом еще.
И все же ничего не произошло.
Мои глаза еще дважды обвели комнату, а затем я обернулась. Мне не нужно было оставаться дольше. Я сделала то, что должна была сделать. Я вернула себе маленькую частичку себя, частичку, которую Эверетт украл много лет назад. Он больше не держал больницу в заложниках. Она снова была моей.
— Я закончила здесь.
Хантер кивнул и, без комментариев, взял меня за руку, чтобы вывести из подвала. Когда мы добрались до вестибюля, он закрыл дверь и притянул меня в свои объятия.
— Я горжусь тобой. Это было не легко.
— Именно так. — Я прижалась щекой к его сердцу. — Спасибо тебе за то, что пошел со мной и помог мне попасть внутрь. Я бы не смогла сделать это без тебя.
— Ты бы нашла способ, но я рад, что смог помочь. Как ты себя чувствуешь?
Измученной. Онемевшей. Странно.
— Я думала, что это будет ощущаться по-другому. — Пройти через двери отделения неотложной помощи было труднее, чем взглянуть на место, где я лишила человека жизни.
— Как по-другому?
— Наверное, я думала, что будет сложнее. Может быть, более эмоционально? И будет чувствоваться более окончательно?
— Дай этому время. — Он отпустил меня и взял за руку. — Пойдем заберем Коби.
— Хорошо. — Пока мы шли, я оглянулась через плечо на дверь подвала.
Я ожидала, что, войдя в этот подвал, почувствую какое-то облегчение — какой-то конец, — но не почувствовала.
Что-то все еще вырисовывалось. Что-то в отношениях с Эвереттом все еще оставалось неурегулированным.
Незаконченным.
Я просто не знала, что именно.