Пролог
Пятнадцать лет назад
Он снова был пьян.
Привел этих гребаных отморозков. Снова.
-Шшш, - шепчу я, ее маленькая фигурка сотрясается от сильной дрожи, которая, клянусь, отзывается вибрацией в каждой моей клеточке. Если мы будем молчать, они оставят нас в покое.
Это была худшая приемная семья из всех, в которых я побывал. Девочка в моих объятиях была того же мнения. Я часто удивлялся, как такие люди вообще проходят через процесс проверки, но, видимо, это на руку Службе по делам детей сирот. Для них любой человек будет достаточно хорош, если это избавит от лишних хлопот.
-Мне страшно, Энцо, - шепчет она, содрогаясь.
Мы стали близки за тот год, что живем здесь. Лучшие друзья. Родственные души. Связь, которую ничто не могло разрушить. Я любил ее.
Она любила меня.
Мы были молоды, но все же понимали всю глубину этих чувств.
Поэтому она всегда будет под моей защитой.
-Я знаю, - успокаиваю я, положив руку ей на затылок. Мое телосложение было намного больше ее. Пока я был аномально высоким для пятнадцатилетнего подростка, она - аномально низкой для четырнадцатилетней.
-Где малышка? - услышал я слова одного из мужчин. Грубый смех и скрип старой кожи дивана, когда кто-то встает, посылают предупреждающую дрожь по моей спине.
-Я приведу ее.
-Нет, - это слово прозвучало из ее уст, как вздох ужаса. Я почувствовал его у основания своего горла и еще плотнее прижался к ней, защищая.
Они не смогут забрать ее. Я этого не допущу.
-Убирайся на хрен с дороги, парень, - приказывает Стив, наш нынешний приемный ублюдок. -У нас гости.
-Держись подальше, блядь.
Я смотрю на его опухшее лицо, глаза красные и расфокусированные. На его руках свежие следы уколов, а от немытого тела исходит сильная вонь пива, сигарет и пота, загрязняя воздух. Его одежда облегает тело, испачканная белая ткань рубашки натянута на большой живот, но не настолько, чтобы прикрыть полоску волосатой кожи между ее краем и поясом.
Меня от него тошнит.
-Пожалуйста, - умоляет девушка, пока по ее лицу текут слезы.
Он тянется к ней, и я резко реагирую, ударяя рукой ему в живот. И хотя я высокий, я не был крупным. У меня не было ни мускулов, ни силы. Он смеется, как будто я муха, которая бьется об окно, пытаясь спастись.
Его толстая рука хватает меня за шею, пока ее крик заполняет мои уши. Девушка вцепляется в меня со всей силы, и он выбрасывает нас обоих из шкафа в коридор. Мы падаем на пол, спутав конечности. Я не успеваю полностью прийти в себя, едва стоя на коленях, как он снова хватает меня за шею и впечатывает головой в стену. Я падаю, в ушах раздается громкий гул, а зрение затуманивается. Появляется угроза потери сознания, но я не могу позволить этому взять вверх.
Не спи, мать твою, Энцо. Не спи, черт возьми.
-Энцо! - вопит она, ее голос приглушен, словно моя голова находится под водой и она пытается вытащить меня на поверхность. Я бьюсь с туманом, пытаясь вынырнуть, сделать вдох, добраться до нее.
Она снова кричит. И снова. И снова. Я борюсь. Бьюсь. Я чувствую, как мое тело дергается на полу, но не могу пробиться сквозь этот туман.
Вставай. Вставай. Вставай.
Я слышу смех. Плач. Крики.
Вставай, Энцо!
Спотыкаясь, я поднимаюсь на ноги. Мои тонкие, слабые конечности несут меня по коридору, пока рукой я помогаю себе держаться в вертикальном положении. В глазах все плывет, но я упрямо иду, держась за стены, чтобы сохранить равновесие.
Они будут в гостиной. Стол будет завален иглами, сигаретами и пустыми бутылками. Они заставят ее сидеть у них на коленях, пока будут прикасаться к ее телу.
Нет.
Этого больше не повторится.
-Ах! Ты, чертова маленькая сучка! - я прихожу в комнату как раз вовремя, чтобы увидеть кровь, стекающую с головы одного из парней, его руку, закрывающую ухо и красную жидкостью, сочащуюся сквозь пальцы.
Кровь покрывает ее губы, а затем она выплевывает что-то на грязный ковер. Плоть. Это было его... его гребаное ухо!
Девушка пытается подбежать ко мне. Я делаю шаг вперед, чтобы поймать ее.
Мы уйдем. Мы убежим далеко отсюда. Мы уедем и никогда не оглянемся.
Я открываю рот, чтобы позвать ее по имени, но она не успевает подойти, а я не успеваю поймать. Парень, которого она укусила, внезапно хватает ее и валит на пол. Я спотыкаюсь, реальность снова ускользает, голова раскалывается.
-Нет! - думаю я, что кричу, но получается только шепот.
Парень садится на нее сверху, и что-то появляется в его руке. Разбитая бутылка, края остры, как и у любого ножа.
Все происходит слишком быстро, словно в ускоренной перемотке, а я застрял в замедленной съемке.
Он замахивается и...
Звук рвущейся плоти и булькающий вздох заполняют мои уши. Мужчина отползает в сторону, чтобы я мог увидеть ее тело.
Я вижу свежий, глубокий порез на ее бледном горле. Кровь хлещет из него и изо рта. Губы девушки открываются и закрываются, пытаясь сделать вдох, зрачки расширены...
А потом ее взгляд падает на меня.
Я вижу, как жизнь утекает из ее глаз, слезы скатываются по щекам, а губы шевелятся, но звука нет. Ее заставили замолчать.
Она умирала, а я ничего не мог сделать.
Мои колени с грохотом ударяются об пол, и я открываю рот, чтобы закричать.
Тишина.
Ни звука. Ни света. Ни жизни.
Я молчу так же, как и она.