Глава 6
Блэйк
Первый придурок бежит на меня, а тот, что держит биту, притаился позади, подстраховывая на случай, если его приятель не сможет добраться до фургона. Мне придется все время следить за ним одним глазом - эти ублюдки непредсказуемы и в лучшие времена.
Я уворачиваюсь от его удара и сама бью ему в бок, достаточно сильно, чтобы выбить воздух из легких и отбросить его в сторону. В большинстве случаев маленький рост дает свои преимущества, но иногда, в такие моменты, как сейчас, я хотела бы быть чуть больше, чуть сильнее. Вложив всю силу в удар ногой по спине, я толкнула мужчину вперед, пока его голова не стукнулась о бок фургона, и он на мгновение не потерял равновесие.
Я слышу, как второй парень надвигается на меня, и едва успеваю увернуться от удара битой, услышав ее свист перед тем, как она врезается в боковую панель, вмяв кузов моего фургона.
-Ублюдок! - кричу я ему. -Я только что избавилась от последней вмятины!
Внезапный удар кулаком в живот заставляет меня согнуться, воздух вырывается из легких, а затем руки моментально обхватывают меня, отрывая от земли, и я оказываюсь прижатой к груди одного из парней, пока второй с битой не спеша приближается с жуткой ухмылкой на лице.
-Отвалите от меня! - кричу я, откидывая голову назад и слыша удовлетворительный хруст ломающегося носа парня, хотя от удара мой собственный мозг разлетается вдребезги внутри черепа.
-Гребаная сука! - шипит он, разворачивая меня, чтобы прижать к собственному фургону. Он хватает меня за волосы и впечатывает головой в боковую панель. От удара в скуле вспыхивает боль, но второго удара достаточно, чтобы зрение помутилось, а голова закружилась.
Нет. Нет. Нет.
Я сопротивляюсь, пытаясь использовать свой вес, но я слишком дезориентирована. Они разворачивают меня, пока я не оказываюсь прижатой спиной к фургону, а затем битой давят мне в горло, перекрывая дыхание. Другой отходит в сторону и вытирает кровь, покрывающую его губы и подбородок.
Парень подходит совсем близко, и хотя я не могу бороться с давлением на горло, я набираю полный рот слюны и плюю ему прямо в лицо.
-Ты гребаный мудак! - рычу я.
-Она задиристая маленькая сучка, - усмехается парень с битой.
Второй ворчит, а затем его кулак летит мне в лицо, и я отключаюсь. Смутно слышу шорохи и голоса, а где-то далеко - вой сирен, но этот туман в моей голове слишком густой, слишком тяжелый, и я слишком далеко, чтобы не поддаться ему.
***
Мои глаза медленно открываются. Чистое голубое небо приветствует меня, над головой громко кричат чайки, но тут над моим лицом появляется другое, и мне светят фонариком в глаза.
-Как вас зовут? - грубо выпалил он, держа мои веки открытыми.
Я отталкиваю его.
-Мэм! - торопливо говорит мужчина, пока я пытаюсь сесть. -Мэм, мне нужно, чтобы вы сохраняли спокойствие!
-Что, черт возьми, произошло?
Он вздрагивает и морщится.
-Как вас зовут?
Я качаю головой и стискиваю зубы от боли, пронзающей мои кости. Она снова возвращается, и, несмотря на его протесты, я резко поднимаюсь, поворачивая голову к фургону и борясь с подступающими слезами. Они не просто ограбили меня. Ублюдки разгромили машину, оставив глубокие вмятины, вероятно, битой, и царапины по всей боковой панели. На одной из дверей, похоже, ножом были выцарапаны слова "отмороженная сука".
Я отбиваюсь от рук, которые пытаются удержать меня на месте, слишком боясь смотреть, но слишком любопытная, чтобы не сделать этого. Мне нужно было знать, что мне оставили.
-Мэм! У вас сотрясение мозга и сильные ушибы лица! Нам нужно отвезти вас в больницу.
Я насмехаюсь, поскольку не могу позволить себе ехать в эту чертову больницу.
-Я в порядке.
-Мэм!
-Может, хватит называть меня мэм!? - огрызаюсь я. -Со мной все в порядке!
Он хватает меня за руку.
-Вам нужно в больницу!
-Я не могу позволить себе эту чертову больницу! - кричу я на него. -Отпустите меня! Это мой официальный отказ от медицинской помощи. Вы можете уйти!
На лице фельдшера промелькнула война эмоций.
-Мэм, есть различные варианты оплаты больничных счетов. Вас нужно осмотреть.
-Вы не понимаете, - качаю я головой. -Это моя жизнь! - я указала на фургон. -Вы думаете, у меня будут различные варианты, когда я не смогу позволить себе заменить его или даже починить!
Я хотела найти этих двух гребаных мудаков и убить их!
Парамедик следует за мной к задней части машины, где двери были оставлены открытыми. Моя рука летит ко рту, чтобы подавить всхлип, который грозит мне, когда я вижу, что они сделали с моим домом. Он был разгромлен, все перевернуто вверх дном, дверцы маленького шкафчика, который я использовала для кухни, сорваны с петель, даже холодильник был опустошен, а затем уничтожен. Постельное белье, которое я использовала только накануне вечером, было в клочья, а все ценное украдено.
Спотыкаясь, я открываю пассажирскую дверь и смотрю на пустую жестянку.
-Мэм, - успокаивающе кладет мне руку на плечо фельдшер, -пройдите и присядьте, я могу осмотреть вас на заднем сиденье машины скорой помощи, и если после этого вы все еще отказываетесь от моей помощи, я вас отпущу.
Сдавшись, я следую за ним к машине скорой помощи, забираюсь в нее и опускаюсь в кресло. Он спокойно работает, измеряя мои жизненные показатели и проверяя раны на лице, которые чертовски болят. В уголках губ запекшаяся кровь, но я была уверена, что ничего не сломано.
Я шиплю сквозь зубы, когда его пальцы прижимаются к моему лбу и щеке.
-Чем они вас ударили? - с любопытством спрашивает он.
-Фургоном, - ворчу я.
Он откидывает голову назад, и я уточняю:
-Он ударил меня лицом о фургон, а потом еще и кулаком.
Парень вздрагивает.
-Мне жаль, что так вышло с фургоном, - тихо говорит он, -но меня невероятно беспокоит сотрясение мозга и эти синяки по бокам вашего лица. Здесь могут быть переломы.
-Я в порядке, - вздыхаю я. -Я не могу поехать в больницу.
Особенно если учесть, какие вопросы это вызовет, когда они обнаружат, что никакой Блэйк Сент-Джеймс не существует.
Парамедик наконец-то сдается, но прежде чем я успеваю сбежать, он останавливает меня, схватив за руку.
-Если вам станет плохо, закружится голова или вы вообще потеряете сознание, вам нужно будет обратиться в скорую помощь, понятно?
Я отдаю честь.
-Конечно, босс.
Спотыкаясь, я возвращаюсь к фургону. Голова идет кругом, я заползаю внутрь, но понимаю, что мне нужно убираться отсюда, пока не приехали копы. Мне повезло, что первой приехала скорая, но я не сомневаюсь, что полицейские не заставят себя долго ждать.
Я быстро порылась в беспорядке вещей, разбросанных по фургону, схватила кошелек, которым пользовалась накануне вечером, и почти торжествующе улыбнулась, увидев несколько купюр внутри. Здесь всего около тридцати долларов, но хоть что-то. Этого же достаточно, чтобы поймать такси?
Я закрываю фургон, собрав все, что попалось под руку, и перекидываю сумку через плечо. Номера были нелегальными, поэтому машина не была зарегистрирована. Я знала, что это прощание с фургоном. Его отбуксируют и уничтожат, а мне придется искать другой способ выбраться из этого города.
Но на данный момент я начинаю путь в сторону центра. Мое лицо, вероятно, выглядело так же плохо, как и самочувствие, а одежда была испачкана, но сейчас у меня не было времени разбираться с этим дерьмом.
То, как я выросла, сделало меня некоторым образом устойчивой к долгим походам и плохим ситуациям, и как бы ни было легко поддаться эмоциям, забившим мое горло, я не могла. Срывы и причитания не исправят ситуацию.
А вот раздобыть деньги и другой фургон - да.
И я точно знала, где можно быстро найти деньги.