Тот увидел чёрного пса и схватил этот осколок. Он держал его так близко, как будто рассматривал бриллиант. Съёжившись, он положил осколок в рот.
* * *
Воздух был пропитан дымом, благовониями и летней жарой. Люди толпились внутри и вокруг храма Хатхор Афродиты. Это было празднование, вино и пиво льются рекой, еда разносится повсюду, а верующие целуются и занимаются любовью на открытом воздухе и в тёмных углах.
— Клянусь, я слишком стар для этого, — пожаловался Гермес. Он сидел на краю фонтана и без энтузиазма смотрел на разгул. Рядом с ним сидел гладкошёрстый чёрный шакал, наклонив голову, словно прислушиваясь. Гермес налил немного пива в миску и поставил её перед шакалом.
— Возможно, это правильная мысль, Анубис. Жизнь животного кажется самой свободой. Тебе придётся рассказать мне, как ты это сделал, — сказал Гермес. Он помолчал какое-то время, когда шакал положил лапу ему на бедро. — В самом деле? Это было не по твоей воле? Это кажется неправильным. Ты всегда был таким уравновешенным. Ты влюбился не в ту смертную или как? Подожди, я не улавливаю про твоё Ка. Знаешь, для этого нам нужно больше пива. Я пойду принесу немного.
Гермес забрёл обратно в храм, и когда он не вернулся, Анубис убежал в ночь.
* * *
Тот был вырван из воспоминаний и разума Гермеса внезапным рывком. Он медленно осознал, что его сознание взяло под контроль своё тело и губы Кемы. Они были мягкими и настойчивыми по отношению к нему, и он нашёл время, чтобы насладиться моментом.
— Вернись, чёртов, колдун! — умоляла она, прежде чем снова поцеловать его. Тот скользнул своим языком по её языку, и она подпрыгнула, вырываясь из объятий.
— Я знала, что ты притворяешься! — сказала Кема, ударив его в плечо.
Тот подавил смех.
— Я ничего не мог с этим поделать. Это ты меня поцеловала.
— Я подумала, что попробую вместо того, чтобы взорвать тебя кадуцеем.
— Ты могла бы взорвать меня, чтобы мне не пришлось видеть, как ты целуешь этого старого стервятника, — сказал сонный Гермес. — Хотя должен признать, что этот оттенок помады тебе к лицу, Тот. Это делает тебя менее похожим на одну из твоих закостенелых старых мумий.
— Всё равно красивее тебя. Будь осторожен, когда садишься, Гермес, — сказал Тот и помог ему удержать равновесие.
— Ты нашёл то, что искал? — спросил он, потирая висок.
— Да, нашёл. Ты встретил Анубиса на фестивале Хатор. Анубис собирался рассказать тебе, как его прокляли, но ты захотел ещё пива и не вернулся, — ответил Тот. Ему хотелось разозлиться на Гермеса, но он не мог собрать для этого достаточно сил.
Туманное зрение Гермеса сфокусировалось.
— Что ещё ты сделал, Тот? Я чувствую себя… другим.
— Я произнёс несколько исцеляющих заклинаний, исправил некоторые связи. Не придавай этому большого значения, — сказал Тот, а потом из него выбило воздух, когда Гермес обнял его. Тот обратился к Кеме за помощью. — Что я только что сказал?
— Я знал, что нравлюсь тебе, и ты скрывал всё это время, — проговорил Гермес, отпуская Тота.
— Ты бредишь.
Ухмылка Гермеса была такой же кривой, как и его мораль.
— Без сомнения. Ты понял, куда нам нужно пойти сегодня вечером?
Тот кивнул.
— Мы начнём в Саккаре.