Содержание

Содержание

Посвящение

Содержание

1 Разреженный воздух

2 Один из членов семьи

3 Из Лимы с любовью?

4 Назад в Сиву

5 Страна Кошмаров

6 Стоп-кадр

7 Луковый маршрут

8 Чай с мятой

9 Ртуть

10 Огонь и вода

11 Две Красные Розы

12 Цементных Башмаков

13 Острие иглы

14 Возвращение Домой

15 Под наблюдением

16 Стальной Коготь

17 В темноту

18 Город дыма

19 Никогда не говори Умри

20 Прорыв

21 Спуск до конца

22 Полуночный летун

23 Паслен

Об авторе

Авторские права

OceanofPDF.com

Для JW – с благодарностью

OceanofPDF.com

Содержание

1 Разреженный воздух

2 Один из семьи

3 Из Лимы с любовью?

4 Назад к Siwa

5 Страна кошмаров

6 Стоп-кадр

7 Луковый путь

8. Мятный чай

9 Ртуть

10 Огонь и вода

11 Две Красные Розы

12 Цементных Башмаков

13 Острие иглы

14 Возвращение Домой

15 Под наблюдением

16 Стальной Коготь

17 В темноту

18 Город дыма

19 Никогда не говори Умри

20 Прорыв

21 Спуск до конца

22 Полуночный летун

23 Паслен

OceanofPDF.com

РАЗРЕЖЕННЫЙ ВОЗДУХ

Fна авиасалон в Саффолке на восточном побережье Англии пришло около тысячи человек. Но только один из них был там, чтобы совершить убийство.

Это был конец августа, последняя неделя летних каникул. Школы были закрыты, и целые семьи воспользовались хорошей погодой, чтобы прибыть на старую авиабазу, менее чем в миле от моря. Они прогуливались вокруг старинных самолетов времен Первой и Второй мировых войн: одноместных бипланов, припаркованных рядом со "Спитфайрами" и "Харрикейнами". В то утро Красные стрелы устроили ослепительную демонстрацию, закручиваясь и пересекая друг друга в небе, прежде чем спикировать вниз, оставляя за собой красные, белые и синие перья. Были полеты на Tornado GR4, двухместном штурмовике, который использовался в Ираке и Ливии, и на совместном ударном истребителе Lightning II, одном из самых совершенных и – стоимостью в сто миллионов фунтов стерлингов – одном из самых дорогих самолетов в мире. Территория была заполнена аттракционами на симуляторах, демонстрациями мотоциклов, дронами, раскраской лиц и ярмарочными киосками. Все хорошо проводили время.

Как и на каждом публичном мероприятии в Великобритании, была создана обширная, почти невидимая сеть безопасности. Было невозможно остановить и обыскать все машины, но камеры видеонаблюдения фиксировали каждое прибытие, и каждый номерной знак мгновенно проверялся. Люди могут заметить полицию и даже нескольких ищеек, движущихся среди них. Это было обычное зрелище. Но они не будут знать о полицейских в штатском, многие из которых со скрытым оружием, смешивающихся с толпой. Фактически, Объединенный центр анализа терроризма (JTAC) встретился в своих офисах недалеко от зданий парламента всего за несколько дней до этого и согласился, что уровень угрозы на авиасалоне в Саффолке останется УМЕРЕННЫМ. Они не ожидали никаких неприятностей.

И поэтому никто не обратил особого внимания на женщину, которая прибыла сразу после трех часов. Она въехала на парковку в фургоне Ford Transit, который, согласно автоматической системе распознавания номерных знаков, принадлежал службе скорой помощи Сент-Джона. Это ведущая в стране благотворительная организация по оказанию первой помощи, и действительно, женщина была одета в зелено-черную форму местного волонтера. Она несла нейлоновую сумку, помеченную белым крестом, в которой, если бы ее открыли, были бы лекарства и бинты.

Она была невысокой и сутуловатой, с темно-рыжими волосами, которые были подстрижены так плохо, что они торчали прямо с одной стороны головы и вились с другой. В ее походке было что-то довольно агрессивное, как у боксера, собирающегося выйти на ринг. У нее был избыточный вес, она тяжело дышала, на верхней губе выступили капельки пота. На ней было много макияжа, но он никак не делал ее более привлекательной, бесполезно сидя на ее дряблой коже. На ходу она надела пару дешевых солнцезащитных очков. Они скрывали тлеющую жестокость в ее глазах.

На авиабазу вел отдельный вход, предназначенный для парамедиков, техников, организаторов ... всех, кто работал на мероприятии. Она остановилась и показала пропуск, который идентифицировал ее как Джейн Смит, но это не было ее настоящим именем. Она также никогда не работала в службе скорой помощи Сент-Джона. Охранник у ворот мог бы поинтересоваться, почему она прибыла так поздно в тот день, когда авиашоу почти закончилось. Он мог бы спросить ее, почему она была одна. Но он устал и с нетерпением ждал возвращения домой. Он взглянул на ее пропуск и махнул ей, чтобы она проходила. Он даже не заглянул в сумку.

Настоящее имя женщины было Драгана Новак. Ей было сорок шесть лет, и до недавнего времени она была подполковником сербских военно-воздушных сил; летчик высокого полета во всех смыслах этого слова. Ее карьера закончилась после пьяной драки с другим пилотом. Он был вдвое больше ее, но, несмотря на это, она отправила его в больницу. На самом деле он все еще был там. Неизбежно, был военный трибунал, и она смотрела на неопределенное будущее – возможно, возвращение на ферму по выращиванию репы, где она выросла. Это было, когда она получила телефонный звонок. Была уникальная возможность трудоустройства. За два дня работы заплатили бы двести тысяч фунтов. Была ли она заинтересована?

Драгане не нужно было думать ни минуты. Она встретила своего знакомого в местной таверне в Белграде, где съела свое любимое блюдо сарму – острую говядину, завернутую в листья капусты, – запив его большим бокалом ракии, местного сливовичного бренди. Мужчина, который никогда не называл ей своего имени, сказал ей, что было необходимо. Это была сложная операция, которая потребовала бы всех ее навыков. Драгана не задавала никаких вопросов. Все, что ее волновало, это деньги. Это было больше, чем ей платили за всю ее жизнь.

Она все еще мечтала о драгоценностях, быстрых машинах и дорогих шоколадных конфетах, проходя мимо различных выставочных стендов, баров, заведений быстрого питания. Люди уже потянулись к местам для последнего показа полетов во второй половине дня. Для многих из них это был кульминационный момент всего шоу. Самолет стоял на летном поле, терпеливо ожидая, когда пилот подойдет и возьмет управление на себя. Драгана остановилась у барьера, который тянулся по всей длине взлетно-посадочной полосы, и достала бинокль. Не снимая темных очков, она поднесла их к глазам. Медленно, не в силах сдержаться, она улыбнулась.

Это было то, что она пришла украсть.

Построенный в Америке Sikorsky CH-53E также известен как Super Stallion, и в мире действительно нет вертолета, который был бы похож на него. Глядя на него, трудно поверить, что он вообще может летать. Начнем с того, что он огромен: высотой с трехэтажное здание и длиннее, чем три лондонских автобуса, стоящих впритык. Это также удивительно уродливо, скреплено болтами, как будто у дизайнеров никогда не было никаких планов.

Super Stallion может летать со скоростью двести миль в час, и что делает его особенным, так это то, что он может нести огромный груз. Это рабочая лошадка для вооруженных сил Соединенных Штатов, способная поднимать шестнадцать тонн груза. Когда американцы начинают штурм, он может перевезти взвод с достаточным количеством оружия, чтобы уничтожить целую армию. Как он вообще отрывается от земли? Отчасти ответ заключается в том факте, что он оснащен не менее чем тремя чрезвычайно мощными турбовальными двигателями. Он также оснащен гигантскими лопастями винта из титанового стекловолокна диаметром двадцать четыре метра. У большинства вертолетов всего четыре лопасти. У Супер жеребца их семь.

Драгана Новак осмотрела его, пробежав глазами по выкрашенному в серый цвет фюзеляжу, кабине пилота, хвостовому винту. Сербские военно-воздушные силы, вероятно, не могли позволить себе такую машину, но Драгана недолго летала на такой, когда участвовала в учениях с Организацией Объединенных Наций, и до сих пор помнила, какое волнение это ей доставляло. Меньше чем через тридцать минут это будет ее. У нее не было детей. Она никогда не была замужем. Но прямо сейчас, глядя на вертолет, она почувствовала, как его сила тянется к ней, и поняла, что по уши влюблена.

Пришло время двигаться. Все было спланировано до последней секунды, и ей точно показали, куда идти. На другой стороне взлетно-посадочной полосы было несколько ангаров, но два здания доминировали над аэродромом ближе, оба они остались с прошлой войны. Одним из них была диспетчерская вышка. Другое было низким зданием из красного кирпича с примерно двадцатью равномерно расположенными окнами и несколькими дверями. Это был офисный комплекс, но он использовался для размещения пилотов и техников во время шоу, с раздевалками, зонами отдыха и кафетерием в дальнем конце.

Перекинув сумку с лекарствами через плечо, Драгана направилась ко входу, где еще двое сотрудников в форме стояли за конвейерной лентой, которая загружалась в рентгеновский аппарат – точно такое же устройство, которое можно было найти в любом аэропорту. Во-первых, посетители будут сканировать свои кейсы и сумки для переноски. Затем был металлоискатель, через который каждый должен был пройти.

“Привет”, - сказала она. “Я здесь, чтобы увидеть сержанта Перкинса”. Она пять лет училась в Лондоне, прежде чем получить квалификацию пилота, и хорошо говорила по-английски, но с сильным акцентом, из-за которого казалось, что ей не нравится все, что она говорит.

“Почему?” Чиновники озадаченно переглянулись. Они были здесь весь день, и это был первый раз, когда они увидели ее.

Драгана улыбнулась, показав серые зубы, потускневшие от вина и сигарет. Ее правая рука скользнула в карман куртки. “У него болит голова. У меня есть немного аспирина для него ”.

Конечно, история была нелепой. Двое мужчин должны были позвонить в диспетчерскую, чтобы получить подтверждение. Но точно так же, как охранник у ворот событий, они пришли ко всем неправильным выводам. Это была одинокая женщина. На ней была форма скорой помощи Сент-Джона. Это был конец дня, почти конец всего мероприятия. Какой возможный вред может быть? “Хорошо”, - сказал один из них. “Твоя сумка должна пройти через машину и извлечь все металлические предметы из твоих карманов”.

“Конечно”. Драгана повесила аптечку на пояс и наблюдала, как ее медленно заносят в машину. Она знала, что внутри не было ничего, что могло бы вызвать тревогу. Затем она прошла через металлоискатель и улыбнулась про себя, когда загорелся зеленый свет. Она собрала свои вещи и продолжила свой путь. Это будет даже проще, чем она думала.

Она прошла по длинному коридору с деревянным полом и старомодными подвесными светильниками.

Несколько человек прошли мимо нее, но не удостоили ее второго взгляда. Опять же, униформа позаботилась об этом. Она подошла к двери в конце и вежливо постучала.

“Входи!” Всего в двух словах она уловила американский акцент.

В комнате сидели двое мужчин, оба в летных костюмах. Сержанту Брэду Перкинсу было чуть за тридцать, но выглядел он гораздо моложе: чисто выбритый, светловолосый, с голубыми глазами. Недавно он получил квалификацию пилота в авиационном центре армии США в Форт-Ракере, штат Алабама, и это было одно из его первых назначений. Он был немного раздражен, обнаружив себя не просто в Англии, но в каком-то месте, о котором он никогда не слышал. Саффолк? Где, черт возьми, это было? С ним сидел второй пилот, тоже американец, примерно того же возраста, пил кока-колу. Драгана не знала его имени. И ей было все равно.

“Чем мы можем вам помочь?” - Спросил Перкинс.

“Ну, вообще-то, ты можешь умереть”. Драгана достала из кармана куртки необычно выглядящий пистолет. Он был белым и сделан из керамики, поэтому и прошел незамеченным через металлоискатель. Она дважды нажала на спусковой крючок. В пистолете использовалась небольшая камера со сжатым воздухом для стрельбы не пулями, а пластиковыми иглами, каждая из которых была начинена тетродотоксином, одним из самых смертоносных ядов на планете. Тетродотоксин, или, как его еще называют, ТТХ, - это нейротоксин, содержащийся в некоторых рыбах и осьминогах и чрезвычайно быстродействующий, отключающий нервную систему человека за считанные минуты. Перкинс с трудом поднялся на ноги, но умер, не пройдя и половины пути. Его напарник попытался что-то сказать, затем рухнул.

Драгана убрала пистолет и подошла к двум мужчинам. Сержант Брэд Перкинс уставился на нее пустыми глазами. Он был поменьше из двоих, примерно ее роста. Она протянула руку и расстегнула его униформу.

Десять минут спустя она вышла из здания, теперь одетая в летный костюм и с кожаной папкой в руках. Никто не остановил ее, когда она добралась до "Супер жеребца" и забралась внутрь. Наземный персонал ожидал двух мужчин, а не одинокую женщину. И она пришла на несколько минут раньше. Но по-прежнему никто не бросал ей вызов. В конце концов, она выглядела так, как будто знала, что делает. Она была одета для этой роли. И сама мысль о том, что кто-то может средь бела дня украсть гигантский вертолет, была настолько странной, настолько возмутительной, что никто даже не рассматривал ее.

И поэтому Драгана была полностью расслаблена, когда надела наушники и пристегнулась. Она быстро пробежала глазами по различным датчикам, проверяя уровень топлива. Она включила главную батарею, авионику и главный топливный клапан, затем наблюдала, как семь огромных лопастей начали вращаться, набирая скорость, пока не превратились в размытое пятно. Даже в наушниках она была оглушена ревом двигателей. Она положила левую руку на пульт коллективного управления, затем наклонилась и отрегулировала дроссель. Она чувствовала под собой нисходящий поток воздуха, обрушивающийся на асфальт со скоростью девяносто миль в час.

“Жеребец номер один. Ты свободен для взлета...”

Голос раздался с диспетчерской вышки; молодой человек, очень англичанин, глупо жизнерадостный.

Последняя проверка. Она достигла надлежащих рабочих оборотов (оборотов в минуту). Используя дроссель и ножные педали, она направила Super Stallion по взлетно-посадочной полосе, мягко направляя его. Это был момент, который она любила, когда эта огромная машина принадлежала только ей. Она обнаружила, что шепчет ему на своем родном языке, убеждая его подчиниться ее команде.

Когда они оторвались от земли, она мельком подумала о двух мужчинах, которых убила. У нее не было жалости к ним. В конце концов, она была военным офицером, которого обучали убивать людей, хотя до сегодняшнего дня у нее никогда не было такой возможности. Десять минут в воздухе и двести тысяч долларов в банке. Она бы убила еще пятьдесят человек за это. Она протянула руку и нажала на циклический рычаг, опуская нос вертолета вниз и заставляя его двигаться дальше. Супер жеребец вырвался за пределы береговой линии и над морем.

“Жеребец номер один. Поверни налево по курсу ноль пять ноль и поднимись на уровень полета сто, прием.”

Мужчина в диспетчерской все еще что-то бормотал ей на ухо. Конечно, она не собиралась делать то, что он сказал. На самом деле, он начинал ее раздражать. Она протянула руку и выключила звук. Затем она повернула направо.

Почти сразу стало бы очевидно, что что-то не так. Траектория вертолета будет отслеживаться первичными и вторичными радарными системами. Очень скоро в центре управления воздушным движением в Суонвике объявят красную тревогу. Возможно, это уже произошло. Они бы знали, что она отклонилась от согласованной траектории полета и не реагировала на их команды. Они бы уже выслеживали ее. В космосе были десятки спутников, и им было приказано следить за каждым ее движением. И, конечно, Супер Жеребец был наполнен коммуникационным оборудованием, которое она не смогла нейтрализовать и будет передавать даже сейчас. Она любила вертолет. Это принадлежало ей. Но она не могла остановить это, выдавая их двоих.

Время решало все. Она запомнила точный маршрут, которым должна была следовать, и внесла необходимые коррективы. Серая поверхность Северного моря была под ней, но теперь она развернула вертолет, направляясь на юг. Выглянув в окно, она увидела порт Феликсстоу, краны и портальные платформы, выстроившиеся вдоль доков, две реки – Стаур и Оруэлл – тянущиеся вглубь материка. Она изменила курс и прибавила скорость, низко пролетая над пирсом и набережной. Она знала, что ее увидят, но это не имело значения. В некотором смысле, это помогло бы.

Поле, которое она искала, находилось к востоку от А12, дороги, которая вела из Саффолка в Лондон. Там были разбросанные здания, заброшенная ферма. Ей уже показывали карты и фотографии, и она изучала их столько раз, что сразу узнала местоположение. Она заметила несколько машин, припаркованных на краю. Она знала, что там будет полдюжины мужчин, ожидающих ее завершения ее короткого путешествия.

И там была ее цель. Она увидела это с высоты двух тысяч футов и немедленно начала спуск. Это был прямоугольный стальной блок, лежащий плашмя в траве, посадочная площадка, достаточно большая, чтобы на ней мог поместиться вертолет. Три толстых металлических обруча были приварены к стали, один сверху и два снизу, образуя форму треугольника. Это была трудная часть. У супер жеребца было три огромных колеса. Каждый из них должен был располагаться прямо рядом с обручами. Иначе план не сработал бы.

Не было никакого способа, чтобы Драгана потерпела неудачу. Она командовала вертолетом, и он выполнял все, что она просила. Он весил пятнадцать тысяч килограммов, но она опустила его так же мягко, как падающий лист. На несколько секунд она зависла над металлической пластиной, затем упала. Она почувствовала, как гидравлика приняла на себя огромный вес, и немедленно выключила двигатели. Винты начали замедляться. Мужчины, которые ждали ее, уже бежали вперед, неся с собой крепежные устройства, удивительно похожие на колесные зажимы, которые полиция использовала для обездвиживания автомобилей.

Никто не колебался. Драгана вышла из кабины и подошла к одной из машин. В то же время мужчины стояли на коленях под вертолетом, закрепляя колеса на трех обручах. Зажимы, которые они использовали, были изготовлены из магниевого сплава, самого легкого и прочного металла в мире.

Это заняло у них две минуты. Еще до того, как они закончили, Драгана Новак уже покинула поле, сидя на заднем сиденье скоростной машины, направляясь в Лондон. Супер жеребец был надежно зафиксирован на месте. Это было всего в тридцати милях от аэродрома, где его украли.

У одного из мужчин был пульт дистанционного управления с двумя кнопками. Он подождал сигнала, затем нажал на спуск. Сразу же заработала гидравлика, скрытая под металлической плитой, и медленно, дюйм за дюймом, плита начала подниматься. Это было похоже на крышку люка, открывающегося в земле, хотя под ним ничего не было. Супер жеребец откинулся назад, кабина пилота была направлена вверх.

Наконец, это было вертикально. Может начаться следующая часть операции.

“А потом?”

Сидя в своем кабинете на шестнадцатом этаже здания на Ливерпуль-стрит, Лондон, исполнительный директор отдела специальных операций МИ-6 изучала отчет, который только что был вложен ей в руки.

Прошло всего три недели с тех пор, как миссис Джонс была назначена главой отдела специальных операций и переехала в кабинет, который когда-то занимал ее босс Алан Блант. Стройная и темноволосая, она была одета в черный костюм с единственным украшением: серебряной брошью в форме кинжала. Она выглядела измученной. С того момента, как Блант подал в отставку, она чувствовала тяжесть на своих плечах, понимая, каково это - нести ответственность за безопасность всей страны. И теперь это! Были проблемы, страхи, опасности. Но это был первый настоящий кризис, с которым она столкнулась с тех пор, как взяла на себя ответственность.

Напротив нее через стол сидели четверо мужчин: двое из отдела специальных операций и двое других в форме, из регулярных вооруженных сил. Она адресовала свой вопрос своему начальнику штаба. Джон Кроули был на службе столько, сколько кто-либо мог вспомнить. Когда-то он был чрезвычайно эффективным полевым агентом. На самом деле было сказано, что всего за один год три конкурирующие организации пытались завербовать его, в то время как еще три пытались убить его. Теперь, с его редеющими волосами, усталыми глазами и очень заурядной внешностью, его было слишком легко недооценить. Это было бы серьезной ошибкой.

“Вертолет вышел в море, направляясь к континенту”, - объяснил он. “Нашей первой мыслью было, что его везут в Россию. Но затем, проехав четыре с половиной мили, он повернул на юг и направился обратно к побережью. Это было отслежено основными и вспомогательными радиолокационными системами центра управления воздушным движением из Суонвика. В последний раз его видели пролетающим над Феликсстоу. А потом это растворилось в воздухе ”.

“Что ты имеешь в виду?”

“Именно то, что я говорю, миссис Джонс. Это было отслежено нашими спутниковыми системами. У нас есть сигнал от его собственного транспондера. А потом ничего ”.

“Так куда же он делся?”

Кроули покачал головой. “У нас нет абсолютно никакого представления. Возможно, он упал в реку Оруэлл. Это кажется наиболее вероятным. Но у нас уже есть люди на месте происшествия, и нет никаких признаков чего бы то ни было ”.

Миссис Джонс повернулась к мужчине, сидящему рядом с Кроули. “У нас есть что-нибудь с сайта?”

Второй агент был самым молодым человеком в комнате, ему было под тридцать, чернокожий, с очень умными глазами и коротко подстриженными волосами. Он был элегантно одет в накрахмаленную белую рубашку и яркий галстук. Он двигался медленно из-за огнестрельного ранения, которое он недавно получил во время дежурства в Тиморском море. Он выздоровел с поразительной скоростью и настоял на том, чтобы вернуться к работе. Он нравился миссис Джонс. Именно она завербовала его из SAS и взяла под свое крыло. Его звали Бен Дэниелс.

Он открыл ноутбук и нажал на кнопку. Сразу же на семидесятидвухдюймовом экране, установленном на стене, появилось изображение. “Все данные показывают, что вертолет упал на одном из этих полей”, - сказал он. “Мы отслеживали это вплоть до последней минуты, но затем, как говорит мистер Кроули, оно просто исчезло”. Он указал. “Как вы можете видеть, здесь есть несколько хозяйственных построек, амбар, ветряная мельница и несколько домов. Неподалеку есть церковь. Проблема в том, что ни один из них не является достаточно большим, чтобы скрыть вертолет размером с Super Stallion … даже если ты каким-то образом взлетел с крыши и приземлился внутри ”.

Миссис Джонс изучила фотографии. Там действительно был сарай, но он был наполовину разрушен. Мог ли вертолет быть зарыт в солому? Наверняка кто-нибудь проверил бы. Она видела множество ветряных мельниц в Саффолке, и эта была типичной: с деревянным фасадом и белыми лопастями, которые давным-давно использовались для измельчения кукурузы, но теперь заброшены. А как насчет церкви? Нет. Как и сказал Кроули, он был слишком мал. Она просмотрела другие фотографии. Холм, стог сена, две опоры электросети, река. Если это было не здесь, то где это было?

“Он мог упасть на грузовик”, - продолжил Бен Дэниелс. “Таким образом, его могли увезти, и у нас не было бы возможности узнать, куда. Но тебе понадобится очень большой грузовик ”.

“Этого действительно недостаточно, миссис Джонс”. Это был один из военных, который говорил. Его звали главный маршал авиации сэр Норман Кларк, и он был заместителем начальника штаба обороны, вторым по влиятельности человеком в британских вооруженных силах. Он был маленьким, лысым и сердитым на вид, с рыжими усами. Он был склонен пролаивать каждое слово. “Американцы не слишком довольны. Они потеряли двух своих людей. Убит!”

“Я могу это понять, сэр Норман. Но мы делаем все, что в наших силах ”.

“Мы явно делаем недостаточно. Нам нужно еще раз обыскать местность. И если Супер-жеребца перевозили на грузовике, то, боже мой, мы наверняка сможем получить какую-нибудь картинку с камер видеонаблюдения?”

“Есть гораздо более серьезный вопрос, который мы должны задать себе”. Это был другой военный, который говорил. Его звали Чичестер, и он работал в военно-морской разведке. Он был очень изможденным, серьезным человеком. Он говорил медленно, как будто проверял каждое свое слово. “Что именно они собираются делать с вертолетом?” он продолжал. “Может ли это быть прелюдией к какой-то террористической атаке?”

“Это кажется маловероятным”. Миссис Джонс уже рассматривала такую возможность. Это была ее первая мысль, когда она услышала, что вертолет был захвачен. “Радиус действия Super Stallion составляет всего тысячу километров, и хотя он может нести пулеметы, этот не был вооружен. Это транспортное средство ”.

“Да, конечно. Но кто что перевозит?” Сэр Норман огрызнулся. Судя по тому, как он говорил, во всем этом могла быть виновата миссис Джонс. “Премьер-министр чрезвычайно обеспокоен”, - продолжил он. “Мы говорим здесь о массивном оборудовании. Мы не можем просто так это потерять ”.

“Мы не прекращали поиски”, - сказал Кроули. “У нас есть полиция в полном составе. Наши агенты по всему Саффолку. Нам удалось скрыть это от газет, и мы в полной боевой готовности ”.

Миссис Джонс вздохнула. Инстинкт подсказывал ей, что это имеет все признаки операции Scorpia. Во-первых, кража была абсолютно безжалостной. Почему было необходимо убить двух американских пилотов? С таким же успехом они могли быть нокаутированы. Это также было чрезвычайно эффективно. И, наконец, это было совершенно непостижимо, немного похоже на магический трюк.

Но это было невозможно. С преступной организацией, известной как Scorpia, было покончено. Ее участники были либо мертвы, либо арестованы, либо в бегах.

“Нам нужно вернуться в окрестности Феликсстоу”, - сказала она. “Давайте отправим дайверов в реку и в море”. Она указала на фотографии. И нам нужно искать здесь … ферма, холмы, все!”

“Мы уже обыскали его”, - сказал Кроули.

Миссис Джонс посмотрела прямо в глаза своему начальнику штаба. “Тогда ищи это снова”.

Пока она говорила, агенты МИ-6 прочесывали местность. Уже темнело, но у них были мощные факелы. Лучи скользнули по траве, выхватывая деревья, опоры электросети, пустые и заброшенные сараи. Они не пошли на ветряную мельницу. Это было слишком мало. В этом не было смысла.

Никто не видел, что внешняя оболочка была на самом деле очень непрочной, сделанной из фанеры, которая была скреплена болтами совсем недавно.

Они также не заметили, что, как ни странно, у ветряной мельницы было семь лопастей.

OceanofPDF.com

ОДИН Из СЕМЬИ

Fза тысячу миль отсюда, в Сан-Франциско, Алекс Райдер проснулся и огляделся по сторонам.

Он жил здесь уже некоторое время, но все еще это казалось ему новым – яркий, красочный дом в верхней части Лайон-стрит в районе, известном как Пресидио-Хайтс. У него была своя комната на четвертом этаже, спрятанная под стропилами. Туда вела единственная узкая лестница, которая больше никуда не вела. Каждое утро солнечный свет струился через окно, которое наклонялось над его кроватью, и когда он одевался, ему открывался вид на океан с Алькатрасом – знаменитой тюрьмой - и остров Ангелов вдалеке. Дом был старым, построенным в викторианском стиле, с дополнительными комнатами, пристроенными почти как попало. Внутри была путаница коридоров, арок и ободранных деревянных лестниц. За домом был сад – “задний двор”, как ему пришлось его назвать, – и это было прекрасное место для посиделок по вечерам, заросшее плющом, тянущимся повсюду, апельсиновыми и лимонными деревьями и дикими цветами, торчащими из терракотовых горшков.

Иногда он вспоминал, как далеко он был от дома. Тогда он исправил бы себя. Это больше не было правдой. Это был его дом.

Это был дом, который Эдвард Плезьюз купил, когда переехал в Америку, чтобы продолжить свою карьеру писателя и журналиста. Странным образом Алекс помог заплатить за это. Эдвард Плезьюз был автором книги "Дьявол, которого ты знаешь", правдивой истории международного поп-певца, борца с наркотиками и бизнесмена-мультимиллиардера Дэмиана Крэя. Книга стала огромным бестселлером, превратив ее автора в знаменитость. Но именно Алекс разоблачил Дэмиана Крея, чуть не убив себя в процессе. Книга была полна информации, которую мог предоставить только он.

Эдвард Плезьюар более или менее усыновил Алекса после того, как его последняя миссия в Египте прошла ужасно неудачно. Журналисту показалось, что Алекс был полностью сломлен тем, что произошло. Он почти не произнес ни слова, когда они вдвоем проезжали через аэропорт Хитроу и просто смотрели в окно, сидя вместе в самолете.

Алекс, я хочу, чтобы ты думал о себе как о члене нашей семьи. Эдвард произнес эти слова, когда самолет снижался над американским побережьем. Для тебя это будет новое начало, и мы сделаем все, что в наших силах, чтобы оно сработало.

И, возможно, это сработало. После нескольких недель в Калифорнии Алекс казался немного более похожим на себя прежнего. Ему удалось немного прибавить в весе, хотя он все еще был немного худощав для мальчика, которому недавно исполнилось пятнадцать. Но он ходил в спортзал и, казалось, любил ходить в походы или проводить выходные на пляже. Он коротко подстриг свои светлые волосы, и иногда Эдвард замечал в его глазах затравленный блеск. Также верно, что его оценки в школе давали некоторый повод для беспокойства – но это было в самом начале. Конечно, ему потребовалось бы время, чтобы освоиться. В целом, Эдвард был настроен оптимистично. Он знал, через что прошел Алекс, но верил, что постепенно оставляет это позади.

Начало нового дня.

Алекс пошел в ванную, принял душ и почистил зубы. Затем он оделся. Он пошел в школу в начале осеннего семестра – осенний семестр, как он назвал бы его в Лондоне. В средней школе Элмера Э. Робинсона не было формы. Сегодня Алекс надел спортивные штаны, футболку и толстовку с капюшоном – все они были куплены в одном и том же филиале Hollister на Маркет-стрит. Взглянув на себя в зеркало в полный рост рядом с кроватью, он решил, что выглядит по-американски и анонимно. Он выделялся, только когда говорил. Конечно, все говорили, как сильно им нравится его британский акцент.

На его столе лежало домашнее задание. “Есть ли у животных сознательная жизнь?” Это было эссе, которое ему задали на уроке географии человека, но Алекс даже не был уверен, что понял вопрос. Ему удалось нацарапать требуемые пятьсот слов, но он был совершенно уверен, что получит плохую оценку ... тройку или даже провал. Когда Алекс учился в Брукленде – школе, в которую он ходил в южном Лондоне, – он всегда хорошо учился, даже когда пропускал занятия, вытащенный из школы МИ-6. Но теперь была часть его, которой просто было все равно. Он подобрал страницы и засунул их в свой рюкзак. Затем он спустился вниз.

Сабина уже была на кухне со своей матерью, садясь завтракать. Лиз Плезьюз приготовила блины и свежие фрукты, хлопья и кофе. Алекс вспомнил, как впервые встретился с семьей – когда они пригласили его на серфинг в Корнуолле. Тогда он подумал, насколько они были близки, и втайне позавидовал им. Его собственные родители умерли вскоре после его рождения, и у него никогда не было собственной семьи. Что ж, теперь он был одним из них. Он стал сыном Эдварда и Лиз, младшим братом Сабины (она была на три месяца старше его). Так почему же он не чувствовал, что принадлежит? Почему он все еще входил в комнату, как приглашенный гость?

“Доброе утро, Алекс!” Лиз улыбнулась ему и налила стакан свежевыжатого апельсинового сока. Она была крупной, круглолицей женщиной, которая всегда была жизнерадостной. Если она и беспокоилась об Алексе, то старалась этого не показывать. “Ты сделал домашнее задание?”

“Да. Я закончил это прошлой ночью ”. Алекс сел рядом с Сабиной. В углу Рокки, семейный лабрадор, лениво постукивал хвостом по полу, как будто он тоже был рад видеть Алекса.

“У меня было две страницы математики”, - пожаловалась Сабина. “Это заняло у меня целую вечность!”

“Ну, ты должна была начать это, когда поступила”, - отругала ее мать. “Вместо того, чтобы смотреть весь этот телевизор”.

“Математика”, а не “Математика”. Алекс заметил, что сказала Сабина. Она была в Америке меньше года, но ему показалось, что она быстро вписалась в свою новую жизнь.

Эдвард Плезьюар был в отъезде. Он работал над новостным сюжетом в Лос-Анджелесе и вернется только через пару недель. Лиз также была писательницей, заканчивала книгу о моде. У нее был кабинет в задней части дома с видом на сад, и она работала оттуда. “Ты хорошо спал?” - спросила она.

Алекс поднял глаза. Он колебался всего мгновение, затем ответил автоматически. “Да. Я прекрасно спал ”.

Он этого не сделал. Кошмар снова разбудил его. Он вернулся в часовню в форте восемнадцатого века в пустыне за пределами Каира. Там был Разим – безумец и агент Scorpia, который надеялся сделать себе имя, найдя точное измерение боли. А Джулиус Гриф стоял перед ним, подпрыгивая вверх-вниз от возбуждения. Мальчик тоже был по-своему безумен. Он был хирургически изменен, чтобы превратить его в точную копию Алекса, и это было так, как если бы Алекс смотрел в ярмарочное зеркало, видя искаженную версию самого себя.

Алекс был привязан к стулу, не в силах оторвать глаз от экрана телевизора перед ним. Провода были прикреплены к разным частям его тела: шее, пальцам, лбу, обнаженной груди. Он мог чувствовать холод кондиционера на своей коже. Но в комнате было что-то еще более холодное. Это был его собственный ужас. Разим и Джулиус Гриф собирались убить человека, которого он больше всего любил, и они заставляли его смотреть.

Он снова увидел на экране Джека Старбрайта. Она была его самым близким другом. Она заботилась о нем большую часть его жизни. Но сейчас он ничего не мог для нее сделать. Ей удалось сбежать из своей камеры, отодвинув одну из решеток на окне. Она нашла машину, припаркованную во дворе снаружи. Ключи были оставлены в замке зажигания. Она забралась внутрь, не подозревая, что именно этого они от нее и хотели – что за каждым ее движением следили. Во сне Алекс кричал ей, чтобы она остановилась. Он извивался в кресле, натягивая веревки, которые его удерживали. Джулиус Гриф смеялся.

Машина выехала из форта в пустыню. И затем, как это было прошлой ночью и каждую ночь после того, как Алексу наконец удалось заснуть, это взорвалось. Внутри была спрятана бомба. Разим инсценировал весь побег просто для того, чтобы помучить его. Алекс увидел пламя так, как видел его пятьдесят раз до этого, и проснулся в своей комнате на четвертом этаже, его подушка была влажной от пота и слез.

Мать Сабины подала ему блинчик, но он отодвинул тарелку, не в силах есть. Она заметила это и настороженно посмотрела на него. “Ты не голоден, Алекс?”

“Нет, спасибо”. Алекс попытался улыбнуться. “Я не против апельсинового сока”.

“Ну, убедись, что ты ешь в полдень. Сабина– не спускай с него глаз!”

“Да, мам”, - сказала Сабина. Она не смогла скрыть беспокойство в своем голосе. Она знала, что что-то не так.

Через несколько минут Алекс и Сабина ушли. Они оба учились в одной средней школе, всего в нескольких кварталах к северу, недалеко от огромного парка – Президио, – который дал название этому району. Для Алекса средняя школа Элмера Э. Робинсона больше походила на университет, с полудюжиной малоэтажных зданий, разбросанных по прекрасно ухоженным лужайкам, и огромным флагом Stars & Stripes, развевающимся у входа. Там был театр, совершенно новая библиотека, аудитория на тысячу мест, теннисные корты, баскетбольные площадки и, конечно, поле для американского футбола. Это был дом для более чем двух тысяч студентов, и по сравнению с ним Брукленд казался маленьким и старомодным.

“Ты уверен, что с тобой все в порядке?” Спросила Сабина, когда они подошли к фонтану, который стоял у главного входа. “Я знаю, как это, должно быть, тяжело для тебя”.

“Я в порядке, Сэб. Действительно. ”

“Может быть, тебе стоит изменить свое мнение о Лос-Анджелесе. Мы можем там здорово повеселиться, и папа действительно хочет тебя видеть ”.

Обычно Эдвард Плезьюз приезжал домой на выходные, но у него была субботняя встреча, и семья решила воспользоваться теплой погодой и провести некоторое время вместе на побережье в Санта-Монике.

“Нет. Со мной все будет в порядке, и хорошо, что у вас троих есть немного времени наедине ”. Они достигли ступенек, ведущих к главной двери. “Увидимся позже. Хорошего дня ”.

“Ты тоже”.

Эти двое пошли разными путями. Сабина намеренно оставалась рядом с Алексом в его первую неделю, когда он пытался устроиться, но они согласились, что, вероятно, им обоим будет легче, если они разойдутся, позволив Алексу завести собственных друзей. В любом случае, Алекс заметил, что Сабина встретила кого-то другого. Блейку было семнадцать, он был широкоплеч, светловолос и легко улыбался. Он был старшим капитаном баскетбольной команды и одним из самых популярных мальчиков в школе. Алекс сразу невзлюбил его, а затем разозлился на себя за это . Что с ним было не так? Он никогда не был таким, когда был в Великобритании.

Это не сработало. Он должен был признать это. Большинство студентов в EERHS были приветливы, но каким-то образом он все еще был сам по себе ... и он понимал почему. Ты не можешь завести друзей, если не будешь абсолютно честен, и в Алексе было просто слишком много загадочного, слишком многого, что он не мог объяснить. Он не мог никому рассказать, почему у него не было родителей, почему он жил с Сабиной и ее семьей, что он делал в течение последнего года, почему он приехал в Соединенные Штаты или даже как ему удалось получить визу. Он просто надеялся, что со временем все наладится. Через год или, может быть, два года люди начали бы принимать его.

Прозвенел звонок на первое занятие этого дня. Алекс подошел к своему шкафчику, чтобы взять несколько книг, но когда он открыл металлическую дверцу, из ниоткуда появилась рука и снова захлопнула ее. Алекс почувствовал стеснение в животе, когда обернулся. ДА. Все было именно так, как он и думал. Клейтон Миллер и Колин Магуайр. СМ и см. Они вдвоем решили дать ему еще одну дозу своего ежедневного лекарства.

Алекс знал, что в каждой школе мира есть такие мальчики, как они, и как бы ни старались учителя или сколько бы ни жаловались родители, ничто не заставит их уйти. Они были хулиганами. Никто толком не знал, почему они сделали то, что они сделали. Возможно, они сами были жертвами, которым каким-то образом причинили вред их собственные семьи. Возможно, они были нездоровы. Но они всегда были вместе. Они всегда к кому-то придирались. У EERHS был студенческий кодекс поведения, который запрещал любое насилие ... физическое, психическое или кибернетическое. К сожалению, похоже, они этого не читали.

Колин был младшим из двоих, шестнадцатилетним, с вьющимися черными волосами, плохой кожей и веснушками. Он не был совсем толстым, но у него была дряблость, которая возникает при неправильном питании, отсутствии физических упражнений и курении. Клейтон был на год старше, со светлыми волосами, зачесанными назад, и ленивым взглядом. Он одержимо тренировался – в своей спальне и в тренажерном зале, где работал его брат, – и это было заметно. Если Колин был мозгами, Клейтон был мускулами. Колин принимал решения. Клейтон позаботился о том, чтобы они были выполнены.

“Как у тебя дела, Англия?” - Спросил Колин. Так он называл Алекса с тех пор, как узнал, что тот из Великобритании.

“Я в порядке”, - тихо сказал Алекс.

“У меня к тебе вопрос”, - продолжил Колин, и Клейтон хихикнул, ожидая того, что должно было последовать. “Почему у тебя нет мамочки? Что случилось с твоей мамой, Англия? Я слышал, она бросила тебя, потому что ты ей не нравился. Это правда?”

“Моя мать умерла”, - сказал Алекс.

“Оооо! Мне так жаль!” Колин издевался над ним, скривив лицо в притворном сочувствии. “Но теперь у тебя есть Сабина, чтобы присматривать за тобой. Она теперь твоя мамочка?”

Алекс почувствовал, как волна холодной ярости прокатилась по нему. Было бы так легко убрать этих двух подонков. У него был Дан первого класса, черный пояс по карате. Он представил себе удар локтем по голове Колина, за которым последовал джеб–удар указательным и средним пальцами прямо в горло Клейтону. Менее чем через три секунды они будут корчиться на полу. Он действительно чувствовал, как напрягаются мышцы его рук, готовясь к действию, и ему пришлось заставить себя сохранять спокойствие. Ответный удар не был ответом. Если бы он сделал это, он был бы таким же плохим, как они. И в любом случае, он был здесь чужаком, новичком. Это только доставит ему неприятности, если он нападет на этих двух детей.

К счастью, прозвенел звонок. Клейтон провел рукой по лицу Алекса, и Колин хихикнул. Они вдвоем неуклюже зашагали прочь. Алекс достал свои вещи из шкафчика и отправился на первый урок.

Остаток школьного дня был похож на любой другой. Утром было два занятия по девяносто минут каждое, затем обед, затем еще два занятия. Во второй половине дня у него была встреча со своим консультантом, приятной афроамериканкой по имени миссис Мастерсон, которая была назначена к нему в день его приезда. Это была их третья встреча, и Алекс быстро научился лгать ей, как заставить ее поверить, что все идет хорошо. Только когда прозвенел последний звонок и он вышел обратно на улицу, он понял, что почти не разговаривал ни с кем своего возраста. И снова он был зол на себя. Ему пришлось приложить больше усилий. Конечно, он мог бы сделать лучше, чем это?

Он взял с собой ноутбук и, сидя на солнце в ожидании Сабины, открыл его и подключился к высокоскоростной беспроводной сети школы. Это было то, что он делал все чаще и чаще в последнее время. Ему нравилось смотреть, как идут дела у "Челси", набирая очки в играх, которые он на самом деле не видел. Он просмотрел несколько новостей – то, что было по телевизору, материалы в социальных сетях – и даже проверил погоду в Лондоне. Он знал, что это глупо, но это каким-то образом заставило его чувствовать себя менее далеким. Он все еще получал электронные письма от Тома Харриса, своего лучшего друга из Брукленда, и Джейн Бедфордшир, школьный секретарь, тоже связалась с ним. Он знал, что они оба беспокоились о нем, и всегда старался отвечать как можно бодрее. Никогда не было ничего от Смитерса, от миссис Джонс или кого-либо еще в МИ-6 - но он и не ожидал этого. Они, вероятно, забыли о нем, и если бы они действительно хотели связаться с ним, они не отправили бы ничего такого небезопасного, как электронное письмо.

В Сан-Франциско было четыре часа, что означало, что в Лондоне была почти полночь: слишком поздно для новых писем. Однако в папке "Входящие" Алекса было одно сообщение. Это было от компании под названием HERMOSA. Алекс никогда не слышал об этом. У сообщения не было темы. Вероятно, это был спам, и он собирался удалить его, когда в последний момент что-то направило его руку, и он дважды щелкнул и открыл его вместо этого.

На экране появились три слова.

ALEXX

Я АЛ

Вот и все. Выхода нет. Нет изображения. Нет ссылки. Никаких объяснений. Но Алекс уставился на экран так, словно его ударило током. Он сидел там, совершенно не подозревая о других студентах, проходящих мимо, садящихся в желтые автобусы, которые отвезут их домой. Он ничего не видел и не слышал. Он не чувствовал солнечного света на своей шее и руках. В тот момент Алекс даже забыл, что он в Америке. Все, что произошло за последний месяц, было стерто.

Он захлопнул ноутбук и пошел искать Сабину.

OceanofPDF.com

Из ЛИМЫ С ЛЮБОВЬЮ?

“Яэто от Джека, ” сказал Алекс.

“Алекс...” Сабина мрачно посмотрела на него. Она не знала, что сказать.

“Я знаю, что это так”. Голос Алекса был низким. Он говорил медленно. Но в его глазах был огонь, которого Сабина давно не видела, и он наклонился вперед, напрягшись всем телом, как будто собирался сорваться на бег.

Она покачала головой. “Это всего лишь три слова, Алекс. И последнее слово даже не имеет смысла. ‘Я Эл’. Что это значит?”

“Я жив’. Это то, что она пыталась мне сказать. Ей удалось взять в руки компьютер - но только на несколько мгновений. Кто-то вошел, прежде чем она закончила печатать слово. ”

“Ты не можешь этого знать”. Алекс открыл свой ноутбук во второй раз, и она уставилась на экран, пытаясь понять это. “Это может быть от кого-то по имени Эл. Это может быть Александр, или Алистер, или Элис. Или это может быть началом чего-то другого. ‘Я один’. Или ‘Я всегда думаю о тебе”.

“Но это не так”, - настаивал Алекс. “Это от Джека”.

Он нашел Сабину, когда она выходила из художественной студии. Она разговаривала с двумя другими девушками, и без всяких объяснений он набросился на нее и потащил прочь. Теперь они вдвоем сидели за одним из столов для пикника возле фонтана, напротив главного входа. Кампус был почти пуст. Команда по хоккею на траве тренировалась на поле позади них, и они могли слышать барабанную дробь и завывание труб, доносившиеся от школьного джаз-бэнда, который репетировал в театре. Но автобусы уехали, учителя ушли, и только несколько последних учеников все еще выходили из дверей.

Сабина не знала, что и думать. Она слышала разговор своих родителей и знала, что они оба отчаянно беспокоились об Алексе и даже подумывали отправить его обратно за надлежащей помощью, поближе к дому. Со своей стороны, она была действительно взволнована, когда услышала, что он собирается жить с ними в Сан-Франциско, но с того момента, как он сошел с самолета, она знала, что это не сработает, что это не тот Алекс, которого она встретила в теннисном клубе Уимблдона год назад. Конечно, она понимала, через что он прошел, но в то же время было что-то еще. Они двое отдалились друг от друга. В этом не было ничьей вины. Может быть, это было просто из-за того, что они так долго не видели друг друга. Теперь она не была уверена, как реагировать.

“Здесь даже не написано, что это от Джека”, - сказала она.

“В этом нет необходимости”. Алекс постучал по экрану. “Посмотри, как она меня называет. Alexx с дополнительным X.”

“Разве это не опечатка?”

“Нет! Это была своего рода шутка между нами. Она всегда это делала. Это мое имя, за которым следует поцелуй. Это был ее способ сказать ‘с любовью” ".

Сабина все еще выглядела сомневающейся. “А как насчет ХЕРМОЗЫ? Что это?”

Алекс покачал головой. “Я не знаю. Я погуглил это. Hermosa - это испанское слово, означающее "красивый". Это название пляжа здесь, в Калифорнии, и старой станции метро в Чикаго. В Мехико есть место под названием Эрмоса. Это может означать что угодно – это просто название учетной записи ”.

“Ты думаешь, Джек в Мехико?”

“Я не знаю, Сабина”. Алекс вздохнул. “Я полагаю, она может быть где угодно”.

“Но она мертва, Алекс”. Сабина не хотела быть такой жестокой, но слова просто вырвались, и теперь было слишком поздно. “Ты видел, что произошло. Ты был там!”

Алекс замолчал. Он не хотел вспоминать, но у него не было выбора. Джек был за рулем машины, которая взорвалась у него на глазах. Он представил это сейчас так, как видел это тогда ... связанный, экран телевизора перед ним, машина, взрывающаяся огненным шаром. Могло ли это быть как-то подделано? Конечно, это было возможно. Алекс множество раз видел Нью-Йорк и Сан-Франциско полностью разрушенными в больших голливудских фильмах. В эти дни, со спецэффектами, можно было сделать все, что угодно.

Но он должен был спросить себя – какой был бы в этом смысл? У Разима не было причин щадить жизнь Джека. Она была бесполезна для него. И если она не была мертва, то где она была? Прошло шесть недель с тех пор, как Алекс покинул Египет. Почему она не связалась с ним раньше? И где была Эрмоса? Мехико, Чикаго, Калифорния ... Ни одно из этих направлений не имело никакого смысла вообще.

“Я больше не знаю, что случилось, Сабина”, – сказал он, и его голос был хриплым. “Я только что открыл свой ноутбук после последнего урока и увидел это сообщение, и почему-то я знаю, что оно от Джека”.

Они вдвоем сидели в тишине. Как раз в этот момент из главной двери вышел мальчик и начал спускаться на улицу. Алекс узнал его. Самые разные группы тусовались вместе в EERHS. Там были дети-художники, дети-спортсмены, дети-драматурги, ботаники и вундеркинды. Мальчика звали Джонни Фельдман, и он определенно принадлежал к последней категории. Он был маленьким и худощавым, с длинными светлыми волосами и в очках. На нем был свитер на молнии и узкие джинсы. У них с Алексом было только одно общее: над Джонни тоже издевались Колин и Клейтон. Алекс однажды видел, как он выходил из туалета в перекошенных очках и с капающей из носа кровью, хотя, следуя неписаному школьному кодексу, Джонни настаивал, что он “поскользнулся”.

Сабина окликнула его, и он подошел с удивленным выражением на лице. “Чего ты хочешь, Сабина?” - спросил он.

“Ты можешь нам помочь, Джонни?” Прежде чем Алекс смог остановить ее, она указала на экран. “Мы только что получили это сообщение. Мы хотим знать, откуда это взялось. Ты можешь это сделать?”

Мальчик пожал плечами. “Это просто. Просто посмотри на IP-адрес ”.

“Я даже не знаю, что это такое”, - сказала Сабина.

Джонни сел за компьютер. Алекс видел, что он был рад, что его пригласили – и на этот раз он был командиром. “Ты не возражаешь?” - спросил он. Он развернул ноутбук Алекса и нажал несколько клавиш. Сразу же на экране появилась строка компьютерного кода. Алекс попытался прочитать это. “Обратный путь … Тема темы ... Идентификатор сообщения ...” Насколько он понимал, это была полная чушь.

“Это раздел заголовка электронной почты”, - объяснил Джонни. “Сообщение было немного изменено. Из того, что я вижу, это было отправлено куда-то в Лондон, а затем перенаправлено через SBC Global сюда ”. Он указал на ряд цифр. “Это исходный IP-адрес, и узнать, где он находится, довольно просто”. Не спрашивая, Джонни начал печатать, его пальцы невероятно быстро двигались по клавиатуре. “Я использую анализатор отслеживания электронной почты”, - сказал он. Он скопировал и вставил заголовок электронного письма в анализатор и нажал ENTER. На экране появилась карта. “Вот ты где!” Он торжествующе откинулся на спинку стула.

Алекс и Сабина наклонились вперед. Им потребовалось мгновение, чтобы понять, что они смотрят на центр Лимы, в Перу. Карта охватывала территорию от Национального стадиона до моря и, должно быть, занимала площадь не менее пяти квадратных миль.

“Дальше этого дело не пойдет”, - сказал Джонни. “Если вы хотите точно знать, откуда пришло электронное письмо, вы должны искать что-то, что вы узнаете”.

“Как насчет Хермозы?” - Спросила Сабина.

“Мы можем попробовать”. Джонни вызвал поисковую систему и набрал слово из семи букв, на этот раз добавив название города. Дополнительная информация помогла. Его направили на определенную улицу. “Эрмоса - это название магазина в центре Лимы”, - сказал он. “Здесь продаются изделия из шерсти альпаки”.

Алекс был разочарован. На мгновение он подумал, что это к чему-то ведет. Но даже если бы он был готов поверить, что Джек Старбрайт все еще жив, он не мог видеть ее в магазине в Лиме, торгующей роскошными трикотажными изделиями и шарфами.

“Тебе еще что-нибудь нужно?” С надеждой спросил Джонни.

“Нет, Джонни”, - сказала Сабина. “Спасибо за вашу помощь”.

“Это круто, Сабина”. Джонни поднялся на ноги. “Увидимся, ребята!”

Сабина подождала, пока он уйдет. Затем она повернулась к Алексу. “Ну?”

Три слова вернулись на экран. ALEXX. Я АЛ. Когда он впервые увидел их, он почувствовал прилив надежды. Но теперь они стали спасательным кругом, который быстро разваливался в его руках. “Я не знаю”, - просто сказал он.

“Шерсть альпаки”, - сказала Сабина. “Может быть, это и означает ‘ал’.”

“Полагаю, да”. Он протянул руку и закрыл ноутбук. “Мне жаль, Сабина”, - сказал он. “Я не хотел подбегать к тебе вот так. Но когда я увидел это...”

“Все в порядке, Алекс”. Она положила свою руку на его, и всего на мгновение они снова были вместе, как когда-то в Англии. “Я знаю, как тяжело это было для тебя. Я просто хочу, чтобы ты снова была счастлива ”.

“Я счастлив”, - сказал Алекс. Он задавался вопросом, убедил ли он Сабину. Он, конечно, не убедил себя.

Они вместе пошли домой, затем разошлись по своим разным комнатам, чтобы выполнить домашние задания. Ни один из них больше не упоминал электронное письмо.

Неделя прошла, один день перетекал в другой с тем же теплым солнечным светом и безоблачным небом, так что их почти не было видно. Наконец наступили выходные, и Лиз Плезьюз собрала чемоданы и начала собирать машину для поездки в Лос-Анджелес. Рокки, лабрадор, тоже собирался уходить и, казалось, был не слишком рад этому, скулил и суетился вокруг Алекса, как будто знал, что что-то не так.

Лиз Плезью тоже это почувствовала. Во-первых, она не хотела оставлять Алекса ”одного дома" и согласилась только потому, что это будет такая короткая поездка. Несмотря на это, она поговорила с их соседом, учителем на пенсии, который пообещал навещать его дважды в день, и она приготовила достаточно еды, чтобы он мог продержаться неделю. Она также взяла с Алекс обещание позвонить ей, если что-то пойдет не так. Несмотря на свои опасения, она должна была признать, что Алекс совершенно неожиданно стал более расслабленным и жизнерадостным. Разница была весьма заметной. Возможно, немного времени наедине с самим собой было тем, что ему все-таки было нужно.

Алекс был у двери, когда они уезжали на семейном Ford Mustang. Лиз сняла крышу, а Рокки свернулся калачиком на заднем сиденье. Сабина сидела впереди, уже подключенная к своему iPhone.

“Алекс, помни, если тебе что-нибудь понадобится...” Начала Лиз.

“Я позвоню тебе”, - сказал Алекс.

“И если ты передумаешь, ты можешь прыгнуть в самолет и спуститься в любое время. Мы остановились в "Ставнях". Я оставил имя и адрес на столе ”.

“Хороших выходных”, - сказал Алекс.

Машина уехала. Алекс с минуту постоял в дверях. Дом казался очень странным и пустым. Он чувствовал себя так, как будто он только что приехал, как будто он на самом деле никогда здесь не жил. Он пересек коридор и поднялся по главной лестнице, затем спустился по маленькой лестнице, которая вела в его комнату, деревянные доски скрипели под его ногами.

Он уже написал письмо. Он прочитал это еще раз.

Дорогие Лиз и Эдвард (и Сэб),

Вы все были невероятно добры ко мне с тех пор, как я приехал в Америку. Я не знаю, как отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделал. Ты подобрал меня после всего, что случилось, и принял в свою семью, и я не знаю, как бы я смогла жить дальше, если бы не ты.

Я знаю, тебе было нелегко. Я знаю, что мне не удалось вписаться так, как хотелось бы ... дома и в школе. Я действительно пытался. Но я не могу забыть Египет. Я не могу выбросить это из головы. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Я сожалею об этом. И я также сожалею о том, что я делаю сейчас.

Что-то случилось. Сабина объяснит. Я получил электронное письмо, и это заставило меня подумать, что, возможно, Разиму удалось солгать мне и что Джек, возможно, все-таки жив. Может быть, я зря трачу свое время и причиняю тебе столько беспокойства, но я знаю, что не смогу уснуть, пока не узнаю правду. Так что к тому времени, как ты прочитаешь это, меня уже не будет. Пожалуйста, пожалуйста, не посылай за мной полицию, и что бы ты ни делал, не говори миссис Джонс или кому-либо в МИ-6. Пожалуйста, не пытайся следовать за мной. Я знаю, что я делаю. Мне сейчас пятнадцать, и в любом случае, если ты подумаешь обо всем, что случилось со мной в прошлом году, я надеюсь, ты согласишься, что я могу позаботиться о себе.

Я не думаю, что продержусь больше пары недель. Ты можешь сказать им в школе, что я болен? И извинись перед миссис Стивенс за то, что мое эссе о сознательной жизни было таким вздором? Я обещаю тебе, что я напишу и отправлю электронное письмо, чтобы ты знал, что со мной все в порядке.

Спасибо тебе еще раз. Мне жаль.

С любовью,

Алекс

Он положил письмо на кухонный стол. Он уже собрал свой рюкзак, взяв лишь немного одежды и ноутбук, прежде чем Сабина и ее мать ушли. У него был паспорт и пятьсот долларов, которые он взял из своих сбережений, денег, которые перешли к нему после смерти его дяди, Иэна Райдера. У Алекса также была дебетовая карта, привязанная к счету, контролируемому Эдвардом Плезусом. Это были его собственные деньги, которые он будет использовать, и если Эдвард не заблокирует счет, он сможет содержать себя, пока его не будет. Он уже использовал карту, чтобы купить билет онлайн.

Такси прибыло через десять минут. Алекс вышел из дома, заперев за собой входную дверь и отправив ключи по почте. Он бросил свой рюкзак на заднее сиденье и собирался сесть, когда заметил что-то на другой стороне улицы. Три мальчика. Один из них темный и коренастый. Другой выше и мускулистее. Колин Магуайр и Клейтон Миллер. Третий мальчик был очень маленьким, лет десяти. Он держал мороженое. Он выглядел испуганным.

Алекс подошел к водителю. “Ты не против подождать минутку?” - спросил он.

“Конечно”. Водитель был молодым американцем китайского происхождения. “Продержись столько, сколько захочешь. Счетчик работает!”

Алекс выпрямился, затем перешел дорогу. Не было ничего удивительного в том, что Колин и Клейтон оказались здесь. Они жили совсем рядом, и Алекс часто видел их по соседству. Он всегда старался избегать их.

Но не сегодня.

Они вдвоем возвышались над мальчиком, и когда Алекс приблизился, он увидел, как Клейтон почти лениво щелкнул пальцами. Он ударил по краю рожка с мороженым и выбил его из руки мальчика, упав на землю. “О, мне очень жаль!” Клейтон взвизгнул фальцетом. “Я опрокинул твое мороженое? Ты собираешься купить еще один?”

“Почему бы тебе и нам не купить такой же?” Колин напевал.

Алекс добрался до них прежде, чем они увидели его. “Почему бы тебе не оставить его в покое?” он сказал.

Колин поднял глаза, поколебался, затем улыбнулся. Клейтон хотел убедиться, что опасности нет, но теперь он сделал то же самое, его собственная улыбка тронула его ленивый глаз. Это было именно то, чего они оба хотели. Алекс был сам по себе и вне защиты школы. Кроме такси, припаркованного напротив, на улице никого не было: никаких свидетелей.

“Ну-ну”, - усмехнулся Колин. “Что ты здесь делаешь, Англия? У тебя проблемы?”

“Да, у меня есть”, - сказал Алекс. “Меня тошнит от вас двоих”. Он взглянул на мальчика поменьше, который смотрел на него широко раскрытыми глазами. “Иди!” - сказал он.

Мальчику не нужно было повторять дважды. Он повернулся и побежал. Его мороженое лежало в канаве, тая на солнце.

“Я хочу, чтобы вы двое развернулись и исчезли”, - сказал Алекс. “И я хочу, чтобы ты знал, что если я когда-нибудь услышу, что ты причинил вред кому-то еще в школе, клянусь, я вернусь и разберусь с тобой”.

“О, да?” Еще до того, как он начал говорить, Алекс знал, что Колин его не послушает. Он все еще хотел дать ему последний шанс. Но Колин просчитал шансы. Их было двое и только один Алекс. Один только Клейтон должен весить по крайней мере на четыре с половиной килограмма больше, чем Алекс. И было кое-что еще, чего Алекс не знал. Клейтон махнул рукой, и Колин полез в задний карман и достал складной нож, который он всегда носил, когда не ходил в школу. Он нажал кнопку большим пальцем. Короткое серебряное лезвие выскочило, направляясь к лицу Алекса. Оба хулигана захихикали.

Даже переходя дорогу, Алекс пообещал себе, что не причинит им двоим физического вреда. Он бы защитил себя, если бы пришлось, но он не был таким, как они. Он не собирался специально затевать драку. Вид ножа ничего не изменил. Колин поднял ставки, но Алекс все равно собирался играть по своим правилам.

“Ты совершаешь ошибку”, - сказал он.

“А ты неудачник!” Ответил Колин. “Почему бы тебе не убежать, пока можешь?”

“Я никуда не уйду”, - сказал Алекс.

Всего на мгновение Колин заколебался. Клейтон тоже выглядел обеспокоенным. Как и большинство хулиганов, они не привыкли, чтобы люди противостояли им. Но они все еще не могли видеть, что была какая-то проблема. Алекс был безоружен. Он был легковесом. В любом случае, отступать было слишком поздно. Они приняли свое решение.

Это было неправильное решение.

Все произошло очень быстро. Колин взмахнул ножом, целясь Алексу в грудь. Двум мальчикам казалось, что Алекс сделал очень мало, но тогда они не знали, что он использовал базовые движения из айкидо, японского боевого искусства, которому он научился, когда его дядя был еще жив. Айкидо - это необычная форма самообороны, поскольку она полностью неагрессивна. Его цель - взять любого нападающего под контроль “без необходимости нанесения увечий”, и, помимо силы, он требует полного расслабления как тела, так и разума.

Первый ход назывался гоке. Он был разработан специально, чтобы отразить нападение с ножом. Когда Колин качнулся вперед, Алекс слегка взял его за запястье одной рукой и за локоть другой. В то же время он, казалось, качнулся вбок, когда он развернулся, чтобы уйти с дороги. Рука Колина с ножом промелькнула мимо него. К сожалению, Алекс не должен был знать, что Клейтон выбрал именно этот момент, чтобы подкрасться к нему сзади, надеясь использовать свой размер и силу, чтобы прижать его. Нож полоснул по руке Клейтона. Клейтон закричал. Его рука взметнулась, выбивая нож из руки Колина. Он схватился за рану и стоял там, ошеломленный.

Колин уставился, его рот открылся от шока. Алекс ждал, когда он сделает свой ход. Это произошло секундой позже. Он потерял нож, поэтому теперь он ударил кулаком, что было именно тем, чего ожидал Алекс. Его второй ход – тай сабаки – также был уклончивым. Шагнув вперед, он развернулся на бедрах так, что кулак пронесся мимо него в нескольких дюймах от его лица. Алекс стоял рядом с фонарным столбом. Кулак Колина врезался в металл. Алекс действительно слышал, как ломаются его пальцы. Колин упал на колени, прижимая к себе раненую руку и воя. Позади него Клейтон все еще зажимал свою рану. Между его пальцами сочилась кровь

Оставалось сделать только одно. Алекс достал свой мобильный и набрал 911. “На Лайон-стрит произошел несчастный случай”, - сказал он. “Два молодых парня, кажется, повредили друг другу. Ты можешь вызвать скорую помощь?” Он повесил трубку.

Он не думал, что Клейтон был слишком тяжело ранен, и он был тихо доволен тем, как все прошло. На самом деле он не причинил вреда ни одному из мальчиков. Их травмы были полностью нанесены самим себе ... и когда станет известно о случившемся, они станут посмешищем и в этот момент потеряют всю силу, которой когда-либо обладали.

Он вернулся к такси.

“Что все это значило?” - спросил водитель.

“Просто прощаюсь с парой друзей”, - ответил Алекс.

Такси отвезло Алекса прямо в международный аэропорт Сан-Франциско. Через два часа после этого он устраивался в своем кресле эконом-класса на рейсе UAL 8900. Он направлялся не в Лиму, даже если именно оттуда пришло электронное письмо Джека. Джонни Фельдман сказал, что это разошлось по всему миру, и Алекс знал, что ему нужно вернуться туда, где он видел ее в последний раз. Это был Египет. Через восемнадцать часов он приземлится в Каире.

И что бы он сделал, когда добрался туда? Алекс об этом не подумал. Он откинулся назад и закрыл глаза, когда двигатели взревели, и самолет рванулся вперед. Джек был жив. Он был уверен в этом. Он собирался найти ее.

OceanofPDF.com

НАЗАД В СИВУ

CАэропорт Айро был хуже, чем помнил Алекс.

В последний раз, когда он приезжал сюда – менее двух месяцев назад – он был с Джеком, и их встретил приятный, элегантно одетый мужчина из британского посольства, который провел их через паспортный контроль и усадил в машину с кондиционером. На этот раз это был совершенно другой опыт, когда он стоял один в конце длинной очереди, которая тянулась к киоскам, где каждый турист должен был купить свою въездную визу. Полчаса спустя, став на двадцать пять долларов беднее, Алекс, наконец, появился на паспортном контроле.

Это был момент, которого он так боялся. Он задавался вопросом, разрешат ли ему вообще въехать в страну. Дело было не только в том, что он был пятнадцатилетним мальчиком, путешествующим в одиночку, хотя это само по себе было необычно. Он также был хорошо известен египетским властям. Передавая свой паспорт молодому, хмурому чиновнику за стеклянным окошком, Алекс представил, как на экране его компьютера появляется слово "ШПИОН". И что потом? Политическая ситуация в Египте была, мягко говоря, хрупкой. Власти постоянно были в поисках неприятностей. Были все шансы, что его утащат в тюрьму.

Сотрудник паспортного контроля нажал несколько кнопок на своей клавиатуре. Алекс наблюдал. Он чувствовал, как пот стекает по его лицу, и надеялся, что не выглядит таким нервным, каким себя чувствовал. Но все потели. Система кондиционирования воздуха в аэропорту вышла из строя. Или, возможно, это просто было не для того, чтобы охлаждать так много людей.

“Какова цель твоего визита?” Сотрудник паспортного контроля говорил на хорошем английском. Он удерживал Алекса взглядом.

“Я в отпуске”, - сказал Алекс.

“Ты пришел сюда один?”

“Моя тетя ждет меня снаружи. Она живет на улице Шобра ”. Это было имя, которое Алекс выбрал наугад из Интернета.

“Как ее зовут?”

“Сьюзен”.

Алекс не ожидал вопроса, и это было первое имя, которое пришло ему в голову. К счастью, офицера это не заинтересовало. Его кулак опустился, ставя печать на паспорт. С Алексом было покончено.

Затем последовал шок от самого города. Выйдя из аэропорта, Алекс был поражен палящим солнцем, спертыми порывами воздуха и вонью бензиновых паров. Он сел в первое попавшееся такси, и только после того, как он закрыл дверь и назвал водителю название своего отеля, он понял, что в нем нет счетчика, и в конечном итоге ему придется заплатить в два или три раза больше правильной цены за поездку. Это не имело значения. Он был просто рад оказаться подальше. Он откинулся назад, пружины заскрипели под ним, когда его снова понесло в шум и неразбериху Каира; движение в постоянном застое, разрушающиеся офисы и жилые дома с их размытыми рекламными щитами, щебнем и пылью. На тротуарах толпились тысячи людей, некоторые из них несли огромные свертки, некоторые спорили у рыночных прилавков, многие просто стояли неподвижно, словно пригвожденные солнцем.

После спокойствия Сан-Франциско он чувствовал себя совершенно потерянным, и только сейчас он начал думать о том, что он сделал. Он сбежал, покинул свой дом и пересек весь мир – и все из-за электронного письма, которое могло быть отправлено из Перу! Он действительно думал, что это послал Джек? ДА. Он должен был поверить в это. Было слишком поздно возвращаться.

Такси отвезло его в отель, который он также выбрал онлайн. Он хотел найти место не слишком дорогое, недалеко от центра города. Где-нибудь, где не задавали бы слишком много вопросов. Отель Neheb был рекомендован TripAdvisor в качестве надежного места для студентов-путешественников. Это звучало примерно так. Это стоило всего четыреста египетских фунтов – около тридцати британских фунтов – за ночь. Это оказалось небольшое побеленное здание, наполовину покрытое строительными лесами, недалеко от площади Тахрир. Алекс забронировал номер всего на один день и одну ночь. Он надеялся, что ему не придется оставаться здесь даже так долго.

Стойка регистрации была маленькой и обшарпанной, с холодильником, в котором продавались напитки, и медленно вращающимся вентилятором. Пара туристов сидела на низком диване, курила сигареты и пила кока-колу. Там была деревянная стойка, а за ней сидел администратор – молодой и небритый, с несколькими старомодными ключами– висящими на крючках позади него. Он проверил паспорт Алекса, а затем скопировал его, используя аппарат, который хрипел, сканируя страницу ослепительным зеленым светом. Он снял отпечаток с банковской карты Алекса, затем направил его к узкой лестнице. Лифта не было.

Комната Алекса находилась в дальнем конце мрачного коридора на третьем этаже. Все лампочки были разбиты, и кто-то оставил корзину с грязным бельем прямо за дверью. Сама комната была квадратной, простой и примерно такой же удобной, как тюремная камера. Там была односпальная кровать с темным покрывалом с рисунком, устаревший телевизор и закрытое окно с видом на бетонную эстакаду. Древний кондиционер, прикрепленный к стене. Не было занавесок. Когда Алекс вошел, большой таракан пробежал по половицам и исчез под кроватью, но Алексу было слишком жарко и он устал, чтобы обращать на это внимание. Он разделся и пошел в ванную, в которой были раковина, туалет и душ, три из них были так близко, что можно было бы использовать их все одновременно. Из душа брызнула струйка чуть теплой воды, но Алекс сделал все возможное, вытираясь самым тонким и грубым полотенцем.

Наконец, он включил кондиционер – который скулил и дребезжал, но не оказал немедленного влияния на температуру в комнате – и бросился на кровать. Он заснул почти сразу под звуки автомобильных гудков, полицейских свистков, криков людей и, поверх всего этого, спокойного призыва к молитве.

Тем временем, всего в одной миле от нас, мужчина сидел за столом в огромной комнате, изучая папку, которую только что положили перед ним. Мужчина был невысокого роста, но с мощной осанкой, широкими плечами и проницательными темными глазами. Его шея, казалось, плавилась в воротнике, а его черные волосы блестели от жира, который он использовал, чтобы держать их на месте. На нем был костюм, сшитый специально для него в Париже, вместе с белой рубашкой и без галстука. Этот человек любил золото. На его шее была массивная золотая цепь и три огромных золотых кольца, отягощавших его пальцы.

Последовало долгое молчание. Мужчина был зол. Он выглядел так, словно вот-вот взорвется.

“Алекс Райдер”, - пробормотал он наконец.

“Да, сэр. Он прибыл два часа назад. ”

“Почему мне не сообщили сразу?”

Разговор был на арабском. Мужчина, стоявший напротив него, был моложе, также одетый в костюм. Но он был дешевле и плохо подходил ему. На нем четко были видны очертания пистолета, который он носил в кобуре рядом с левой рукой. “Это была не наша вина, сэр”, - объяснил он. “В аэропорту произошел сбой в работе компьютера. Сотрудник паспортного контроля не получал правильную информацию, пока не стало слишком поздно предпринимать действия ”.

Человек с золотыми кольцами выругался, используя особенно грязный набор слов. “Неужели в этом городе больше ничего не работает?” - потребовал он. “Вся эта страна летит к чертям собачьим!” Он глубоко вздохнул. “Так где он сейчас?”

“Мы не знаем, сэр”. Молодой человек моргнул и быстро продолжил. “Но мы найдем его очень скоро. Отели должны сообщать имена своих гостей ”.

“Я знаю это!”

“Некоторые списки приходят позже других, но мы просматриваем их сейчас, и как только мы его найдем—”

“Ты заберешь его лично, Ибрагим. И возьми кого-нибудь с собой. Алекс Райдер - очень хитрый, очень опасный клиент. Я хочу, чтобы ты нашел его. Будь с ним груб, если он доставит тебе неприятности. Ничего не ломай ”. Мужчина стукнул кулаком по столу. “Просто убедись, что ты привел его ко мне!”

Была половина седьмого, когда Алекс проснулся, снова весь в поту. Он принял еще один душ и надел свежую футболку. Он решил покинуть отель. Согласно Интернету, автобус в Сиву отправлялся каждую ночь в одиннадцать часов, и это его вполне устраивало. Лучше было продолжать двигаться. Он мог бы поспать еще несколько часов по дороге.

Сива.

Расположение крепости Разима в пустыне. Место, где умер Джек. Даже мысль об этом вызывала у него тошноту.

До автобусной станции Cairo Gateway было недалеко, и Алекс решил пройтись пешком. С наступлением вечера в городе стало тише и прохладнее, и он мог перекусить на улице по дороге. Он выглянул в окно и уже собирался уходить, когда визг шин на дороге подсказал ему, что только что подъехала машина и что она спешит. Он посмотрел вниз и увидел черный внедорожник возле отеля. Пока он смотрел, двое мужчин выбрались из машины и исчезли за входной дверью. Он сразу понял, что они пришли за ним. Дело было не только в том, что они были в костюмах в отеле, где дресс-кодом определенно были рваные джинсы и футболки. Было что-то слишком определенное, слишком серьезное в том, как они двигались. Полиция? Военная разведка? Или что-нибудь похуже? Это не имело значения. У него было меньше минуты, чтобы что-то придумать. Администратор бы уже сказал им, что он был здесь. Через несколько секунд они были бы на пути наверх.

Лифта не было. Там была только одна лестница. Алекс мог подняться, а мог и опуститься. Он мог бы попытаться найти место, чтобы спрятаться в отеле – но где? Все двери вдоль коридора были закрыты. В комнате негде было спрятаться. Он проверил окно. Она не открылась. Он не мог выбраться, но уже слышал шаги в конце коридора, поднимающиеся по лестнице. Так или иначе, он должен был немедленно исчезнуть.

Тридцать секунд спустя двое мужчин достигли третьего этажа и начали двигаться по коридору. Они протолкались мимо пожилой арабской женщины, закутанной в традиционный плащ – абайю, с огромной корзиной белья на голове, и продолжили путь к двери. Она была заперта. Ибрагим постучал кулаком в дверь и подождал, пока она откроется.

Тем временем Алекс Райдер завернул за угол и поспешил вниз по лестнице. Маскировка сработала бы только в темноте коридора. Плащ был его покрывалом, корзина, взятая из-за пределов комнаты. В тени его лицо было невидимо для двух мужчин. Теперь он сбежал с трех этажей и вышел через приемную, все еще неся корзину. Снаружи садилось солнце, но было еще светло, и он знал, что трюк больше не сработает. Конечно же, он увидел черную машину, припаркованную перед отелем. Внутри был третий человек, водитель, который поднялся со своего места и полез под куртку за пистолетом. Алекс не колебался. Мужчина наполовину выбрался из машины, когда Алекс швырнул в него покрывалом и корзиной для белья, грязная одежда упала ему на лицо. Алекс вышел, хлопнув дверью. Мужчина закричал и упал назад, и в то же время Алекс соскользнул с капота и побежал через дорогу, лавируя между машинами.

Он не остановился, когда достиг другой стороны. За ним гнались трое мужчин, и он лишь ненадолго задержал их. Он нырнул в переулок между кафе и ларьком, торгующим блинами. Запыхавшийся и уже вспотевший – душ был пустой тратой времени – он вышел на другую главную дорогу и остановил первое попавшееся такси. И снова в машине не было счетчика. Водитель был улыбающимся бородатым мужчиной, у которого не хватало одного из передних зубов. Деревянные бусы и несколько освежителей воздуха висели на зеркале рядом с его головой.

“Да, сэр. Да, сэр. Хочешь увидеть пирамиды? Хочешь прокатиться на фелуке по Нилу?”

Алекс повернулся и выглянул в окно. За ним не следили. “Отвези меня на автобусную станцию Gateway”, - приказал он.

“Автобусная станция?” Лицо водителя вытянулось. Это было всего в нескольких улицах отсюда, и он надеялся на лучшую цену.

“Просто иди!” Алекс достал свой бумажник. “Я заплачу тебе десять долларов”.

Это были большие деньги. Водитель ухмыльнулся и включил передачу, направляя машину в поток машин.

Автобусная станция Cairo Gateway была огромной и на удивление современной. В нем также находились магазины, офисы и рестораны. Алекс не ел восемь часов и был голоден. Он заплатил водителю и вошел внутрь, пройдя через контрольно-пропускной пункт, где его сумку обыскали. Он заметил на улице много солдат и полицейских и предположил, что люди, должно быть, привыкли всю свою жизнь жить в состоянии боевой готовности. По обе стороны от входа располагался ряд кабинетов – на самом деле это были немногим больше кабинок, – и он быстро нашел тот, в котором сидел Сива. Название рекламировалось на английском и арабском языках. Он был закрыт. Он взглянул на часы. Было семь часов. Автобус должен был отправляться через четыре часа. Возможно, офис откроется позже.

“Нет автобуса!” Мужчина в соседней кабинке наблюдал за ним. Он подозвал Алекса. “Сегодня автобуса нет. Завтра автобуса не будет. Может быть, послезавтра.”

“Почему?” Алекс чувствовал себя измотанным. Он не знал, что еще сказать.

Мужчина пожал плечами. “Ты придешь в другой раз”.

Но Алекс понял, что другого раза у него может не быть. Он не мог вернуться в отель "Нехеб". В этом я был уверен. Кто-то искал его, и хотя в Каире было семь миллионов человек, он знал, что одинокий английский подросток будет выделяться, как больной палец. Он должен был быть в пути. Не мог бы он, возможно, сесть на автобус или поезд до Александрии и оттуда продолжить свой путь? Или как насчет такси ...?

Человек, который привел его сюда, все еще ждал снаружи, надеясь на нового пассажира. Алекс осмотрел пыльную черно-белую кабину с помятыми боковыми панелями и треснувшим зеркалом заднего вида. Ему должно быть не менее тридцати лет. Сможет ли он вообще преодолеть путешествие в четыреста пятьдесят миль? Он подошел к водителю.

“Я хочу поехать в Сиву”.

“Сива далеко, далеко!” Водитель закатил глаза и ухмыльнулся, показывая свой отсутствующий зуб. “Я беру тебя, но ты платишь пятьсот долларов”.

“Забудь об этом”. Алекс знал, что этот человек был смешон. Автобус стоил бы меньше десяти долларов.

“Хорошо, англичанин. Сколько ты платишь?”

“Пятьдесят долларов”. У Алекса начала болеть голова. Он просто хотел быть в дороге.

“Двести пятьдесят”.

“Сто. Если тебе это не нравится, я найду кого-нибудь другого ”.

“Сто долларов - это хорошо! Мне это нравится!”

“Отлично”.

Алекс сел в машину. Водитель радостно потер руки и завел двигатель. Через несколько секунд они ушли.

Они ехали всю ночь, направляясь по пустынной дороге Александрии на запад от города. Им потребовалось полтора часа, чтобы оставить уличные фонари и здания позади, и внезапно они оказались в пустыне, где по обе стороны от них не было ничего, кроме темноты. Было очень мало движения. Иногда мимо проносилась машина или грузовик. Казалось, что каждый автомобиль на дороге ехал быстрее, чем они. Откинувшись на заднее сиденье, его руки и ноги прилипли к пластику, Алекс пожалел, что не нашел времени перекусить , прежде чем они уехали. Однажды они остановились в гараже на окраине Каира, и он смог купить сэндвич и две бутылки воды, но в животе все еще было пусто. Он уставился в окно, прижавшись лицом к стеклу. Не было никакого представления вообще.

Прошел еще час. Водитель представился как Юсуф, и они немного поговорили, пока с трудом выбирались из Каира. Но любой разговор иссяк, как земля, которая их окружала, и Алекс отдался монотонности путешествия, деревянные шарики и освежители воздуха гипнотически раскачивались, и вся машина дребезжала каждый раз, когда они подъезжали к выбоине или ухабу на дороге.

Каким-то образом Алексу удалось заснуть, потому что следующее, что он помнил, взошло солнце и на дороге появились другие машины. Он посмотрел в окно на голубое небо и бесконечно тянущийся песок. Он увидел группу зданий впереди них.

Юсуф заметил, что он двигается. “Сива!” - воскликнул он.

Алекс моргнул. Сива был маленьким пыльным городком у черта на куличках, окруженным пальмами, за которыми простирались горы. Все было построено из кирпичей песочного цвета, окрашенных солнцем пустыни в различные оттенки серого и желтого. Юсуф подъехал и припарковался на перекрестке с кафе и магазинами, вывалившимися на тротуар, бочками из-под масла, ящиками и коробками, огромными мешками, наполненными специями, а над головой - путаница телефонных проводов, которые, казалось, скрепляли все воедино. Алекс заметил, что над Сивой на склоне холма возвышается второй, более древний город . Он был заброшен и, как ни странно, выглядел так, как будто каким-то образом растаял. Он прочитал об этом на своем ноутбуке и знал, что он сделал именно это. Город назывался Шали Гади и был построен из соли и глиняных кирпичей. Три дня сильного дождя – в 1926 году – почти уничтожили его.

Юсуф выключил двигатель. “Закончи!” - сказал он.

Алекс покачал головой. Это было не то место, где он хотел быть. “В пустыне есть место”, - объяснил он. “Крепость. Это в десяти милях отсюда. ”

“Я не вожу форт. Я вожу Каир в Сиву. Это Сива!”

Алекс достал еще одну двадцатидолларовую купюру и протянул ему. “Мы можем спросить”, - сказал он. “Кто-то должен знать, как туда добраться”.

Юсуф неохотно взял деньги, сунул их в карман рубашки, затем перешел через дорогу в кафе-бар, где сидела группа мужчин, курили сигареты и разговаривали. Алекс зашел в магазин и купил себе банку кока-колы. Владелец магазина достал его из холодильника, но оно было скорее прохладным, чем холодным, и на вкус давно просроченным. Он заметил, что Юсуф деловито разговаривал с двумя мужчинами за пределами кафе-бара, но что-то было не так. Мужчины не смотрели на Юсуфа. Они смотрели мимо него, их глаза были прикованы к Алексу. И они не выглядели довольными.

Оба мужчины были берберами, скорее североафриканцами, чем арабами, чисто подстриженными, слегка европейски выглядящими. Большинство людей в Сиве носили традиционную арабскую одежду, но эти мужчины были одеты в современном стиле – джинсы и рубашки свободного покроя, – хотя у одного из них была тюбетейка, а у другого на шее висел богато украшенный серебряный крест. Пока Алекс наблюдал, третий мужчина поднялся на ноги и шагнул вперед. Он был бородатый, хмурый, с толстыми руками и брюшком. Он недавно был ранен. Вокруг его шеи были обмотаны грязные бинты. Он что-то пробормотал, и Юсуф медленно кивнул.

Алекс допил свою колу. Юсуф вернулся. “Что все это значило?” - Спросил Алекс.

“Я спрашиваю дорогу”, - объяснил Юсуф, но в его глазах было что-то такое, что заставило Алекса задуматься, говорит ли он всю правду. “Говорят, форт плохое место”, - добавил он.

“Это плохое место”, - согласился Алекс. “Ты знаешь, как туда добраться?”

“Да”.

“Тогда пойдем”.

Они вернулись в такси, и, бросив последний взгляд в сторону кафе-бара, Юсуф завел двигатель. Дорога, которая была немногим больше грунтовой дороги, вела из города в огромную пустоту окружающей пустыни. Алекс никогда раньше на нем не ездил. В обоих случаях, когда его доставляли в форт, он прилетал на вертолете. Они оставили пальмы и горы позади, и какое-то время во всех направлениях простирался только песок. Тепловая дымка мерцала перед ними, скрывая вид.

И затем, совершенно неожиданно, Алекс увидел, как вдали поднимаются внешние стены форта. Он знал, что первое наблюдение будет трудным, но это было хуже, чем это. Это было похоже на удар по голове. Его сердце, казалось, билось с удвоенной скоростью.

Возможно, Юсуф понимал что-то из того, через что проходил Алекс. Он бормотал что-то похожее на молитву на арабском, направляя такси к большим арочным воротам, которые были главным входом. Деревянные ворота были открыты, но он не въехал. Он остановился снаружи и подождал, пока Алекс выйдет.

“Я буду примерно через час”, - сказал Алекс. На самом деле, он думал, что задержится дольше, но он дал Юсуфу двадцать долларов ... более чем достаточно за его время. Ему также пришло в голову, что таксист, возможно, надеется отвезти его обратно в Каир, заработав на вторую поездку.

Юсуф ничего не сказал. Алекс направился к воротам.

Его ноги отяжелели. Это было так, как будто песок тащил его вниз. Он увидел выгоревшие на солнце стены, маячившие перед ним, все еще испещренные пулями из пулемета с той ночи, когда подразделение 777, египетское контртеррористическое подразделение, начало атаку. Не желая, но зная, что должен, Алекс повернул голову и посмотрел на сгоревший "Лендровер", за рулем которого был Джек за несколько мгновений до ее смерти. Этого там не было. Кто-то убрал это.

Он достиг ворот и пытался найти в себе силы пройти через них, когда услышал звук заводящегося двигателя автомобиля. Он снова обернулся, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Юсуф отъезжает от форта задним ходом, колеса его такси вязнут в песке. Машина развернулась, затем рванула с места. Алекс открыл рот, чтобы крикнуть, затем понял, что в этом нет смысла. Такси исчезло очень быстро, поглощенное пустыней.

Что все это значило? Это не имело значения. У Алекса были все его вещи в рюкзаке. Он знал дорогу обратно в Сиву. Он отправится в обратный путь позже тем же вечером, как только солнце начнет садиться.

Он сделал вдох, готовясь к тому, что ждало его впереди. Затем он вошел.

OceanofPDF.com

СТРАНА КОШМАРОВ

Яэто было худшее место в мире.

Алекс никогда не мог представить, что приедет сюда снова. Он сделал все, что мог, чтобы выбросить форт из головы. Он боялся засыпать, опасаясь, что увидит это во сне, и даже днем чувствовал, как его тень тянется к нему. Его консультант сказал ему, что было бы лучше разобраться с тем, что произошло в Siwa – но что она могла знать, сидя в своем удобном кабинете в современной школе Сан-Франциско?

Что ж, теперь он столкнулся с этим лицом к лицу. Вот это было, прямо перед ним – и внезапно он снова все увидел. Провода, прикрепленные к его груди. Безумные глаза Разима и тлеющий кончик его сигареты. Ножи и скальпели в ярко освещенной комнате и телевизионный экран, который должен был сделать все намного хуже.

Ты готов, Алекс? Я хочу, чтобы ты кое-что увидел…

Они убили Джека Старбрайта и заставили его смотреть. Стоя здесь, с колотящимся в груди сердцем и раскалывающейся головой, Алекс понимал, как сильно они причинили ему боль. Он никогда полностью не выздоровеет.

Если только Джек не был жив.

Это была надежда, которая привела его сюда, и теперь это подстегивало его. Он должен был сделать это – ради нее. Сжав кулаки, он заставил себя продолжать идти вперед, оставляя разрушенные ворота позади. Его ноги не издавали ни звука, когда они касались песка. Он почувствовал, как солнце припекает его шею.

Он снова был окружен четырьмя стенами крепости, и хотя ворота были открыты и никого не было видно, он все еще чувствовал себя в ловушке. На каждом углу возвышались сторожевые вышки, и он мог представить, как люди Разима с пулеметами следят за каждым его шагом. Какое-то движение привлекло его внимание, и он замер. Но это был всего лишь клочок бумаги, развевающийся на ветру.

Он посмотрел в сторону часовни, которая стояла в дальнем конце комплекса: круглая, с белым куполом. Он выглядел маленьким, даже живописным. Но он знал, что это было единственное здание, в которое он не смог бы войти, что бы ни случилось.

Экран.

Взрывающаяся машина.

Джулиус Гриф смеется. Разве это не было здорово! Разве это не было круто!

Тяжело сглотнув, Алекс отвернул голову.

С чего начать? Вся крепость была неестественно тихой. Его не просто бросили. Это было полностью забыто и теперь стояло здесь, как исчезающее воспоминание о себе. Алексу нужно было укрыться от солнца, и он целенаправленно направился к ближайшей открытой двери. Она вела в старую пекарню, которая была центром управления всей сложной техникой, которую Разим использовал для своей защиты. Дымоход, который когда-то поднимался из печи, теперь был сломан пополам, кирпичная кладка разбита. Алекс бросил гранату, которая нанесла ущерб, вырубив свет и источник питания и сделав возможным вторжение египетского спецназа. Он снова услышал пулеметную очередь и взрывы вокруг себя, когда он вошел в мрачное помещение. Здесь ничего не было, но в тени было прохладнее. Алекс на мгновение замер. Его пульс все еще был учащенным. Он сделал несколько вдохов, заставляя себя успокоиться.

Было очевидно, что вся крепость была обнажена. Алекс догадался, что египетские власти были в. Они бы забрали телекамеры, компьютеры, сигнальные огни, огромный арсенал оружия, который включал пулеметы, ракетные установки и огнеметы. А как насчет остального? Местные жители не сильно бы отстали. Алекс мог представить себе всеобщую свободу после того, как уехала последняя правительственная машина. Телевизоры, мебель, холодильники, кофеварки, даже каменный стол, который когда-то стоял у дома Разима … все бы исчезло, вероятно, оказавшись на многочисленных уличных базарах в Александрии или Каире.

Он вышел на солнечный свет. Его рюкзак давил на плечи, но он был рад, что не оставил его в такси. Он поднял воротник, чтобы защитить шею. Было даже жарче, чем он помнил. Что теперь? Он огляделся вокруг. Здание, в котором жил Разим, находилось справа, но фонтан, который когда-то создавал иллюзию прохлады, был разбит и неподвижен. Карликовые пальмы перед домом были мертвы, но там был кактусовый сад, который выжил. Бельевая веревка висела между двумя деревьями. Не было никаких признаков какой-либо одежды.

Зачем он на самом деле пришел сюда? Что он ожидал найти? Алекс убедил себя, что Джек жив, но он знал, что ему понадобятся доказательства, если он собирается убедить кого–то еще - и это было единственное место, где он мог их найти. Если взрыв автомобиля был каким-то образом инсценирован, он наверняка наткнулся бы на подсказку или что-то еще, что подсказало бы ему, как это было сделано. Даже сейчас он мог видеть маршрут, по которому проехал "Лендровер", через двор и за ворота. Джек был умен. Если бы она каким-то образом выжила, она бы хотела, чтобы он знал, и он был уверен, что она оставила бы какое-то сообщение.

Это было то, о чем он думал. Но теперь, когда он был здесь, стоя один в пустой крепости, он не был так уверен. Одинокая птица, что-то вроде стервятника, пронеслась над головой, вырисовываясь силуэтом на фоне солнца. Казалось, это насмехалось над ним. Здесь ничего не было. Его даже не подвезли обратно в Сиву.

Алекс пересек двор, прошел мимо колодца, направляясь ко входу в длинное, узкое здание с зарешеченными окнами и наклонной крышей, сделанной из листов серого пластика. Это был тюремный блок. Именно там держали его и Джека, и это было очевидное место для начала. Это было также место, где он видел ее в последний раз. Я приду за тобой. Я обещаю. Он вспомнил последние слова, которые она сказала ему, и в то же время его поразило, что на самом деле все было наоборот. Он пришел за ней. Он ускорил шаг, избавляясь от чувства беспомощности, которое испытывал всего несколько мгновений назад. Он должен был совершить это путешествие. Он был в долгу перед ней.

Дверь тюремного блока была открыта, свисая с петель, и он вышел в коридор, следуя по нему мимо пустых камер. Скорпион перед ним на мгновение замер, а затем юркнул в тень. Там было восемь ячеек, все одинаковые, но он узнал свою по расположению, две справа внизу. Он не вошел. Комната с четырьмя глухими стенами, зарешеченным окном и деревянной койкой хранила только плохие воспоминания. Джека держали немного дальше, на противоположной стороне. Ее телефон было достаточно легко найти. Это был тот, у которого в окне отсутствовала решетка. Джек вырвал ее, думая, что она убегает, когда все, что она делала, это шла в ловушку Разима. Борясь со своими эмоциями, делая все возможное, чтобы оставаться спокойным, Алекс вошел внутрь. Его взгляд скользнул по ... пустоте. Если не считать окна, камера ничем не отличалась от его собственной, пустая коробка. Даже матрас с койки убрали.

Тем не менее, он вошел. Он подтянулся к окну и выглянул наружу. До земли было четыре или пять метров, и внезапно – потрясающая вспышка памяти – он увидел, как Джек падает после того, как она выбралась наружу. Он закрыл глаза, затем принялся обыскивать комнату. Он быстро осмотрел стены. Он ничего не нашел. Койкой была голая деревянная доска. Он опустился на колени и заглянул под нее.

И тогда он увидел это. На стене были царапины, прямо в углу, близко к земле. Он попытался сдвинуть койку, но она была привинчена к месту. Он мог разобрать буквы. Там было "Г", за которым следовало "Р" и, может быть, "Н". Он полез в рюкзак, достал бутылку воды, плеснул немного на руки и заполз под койку. Когда он был достаточно близко, он провел рукой по стене, удаляя пыль с поверхности. Теперь он мог прочитать, что было написано. Это была не буква "Н". Это была буква "М" в имени.

ГРИМАЛЬДИ

Буквы были высотой около одного сантиметра и, возможно, были вырезаны расшатанным гвоздем. Все еще стоя на коленях, Алекс размышлял, что бы это могло значить. Первый – самый очевидный вопрос – было ли это сообщение от Джека, на которое он надеялся, или это было просто имя кого-то, кого держали в камере до нее? В конце концов, это было то, что заключенные часто делали. Они вырезали бы свое имя на стене, чтобы показать, что они когда-то были там.

С другой стороны, почему они выбрали стену под койкой, где это не было бы видно? Это наводило на мысль, что кто-то пытается передать секрет. Было невозможно определить, был ли это почерк Джека, и даже если она была ответственна, что она пыталась ему сказать? Гримальди может быть человеком или местом. Это звучало по-итальянски. Что именно это означало бы ... посреди Египта? У Алекса был с собой ноутбук, но ему нужно было вернуться в город, чтобы получить сигнал – тогда, возможно, Интернет мог бы дать ответ.

Он услышал что-то снаружи. Малейший звук разносился по пустыне, и это было очень отчетливо. Это была приближающаяся машина. Ну, в любом случае, это было что-то. Казалось, что Юсуф передумал и вернулся, чтобы забрать его. Алекс воспользовался своим мобильным телефоном, чтобы сфотографировать имя, затем поднялся на ноги, отряхиваясь. Прежде чем уйти, он в последний раз быстро оглядел камеру. Больше ничего не было. Он убрал телефон, взвалил рюкзак на плечи и пошел по коридору обратно к главной двери.

Когда он вышел, моргая, на солнечный свет, он увидел, что был неправ. Это был не Юсуф. Старый самосвал со спущенными шинами и ржавеющим кузовом въехал прямо в форт и прямо на глазах у Алекса остановился у колодца. Четверо мужчин сидели на корточках сзади и еще двое спереди. Водитель вышел, и Алекс узнал его. Это был человек, которого он видел в городе, бербер с грязными бинтами на шее.

У него была винтовка.

На самом деле, все шестеро мужчин были вооружены. У двоих из них были ножи. Остальные были вооружены разного рода дубинками, включая, как ни странно, ярко раскрашенную американскую бейсбольную биту. Мужчина с серебряным крестом и мужчина в тюбетейке были частью группы. Алекс мгновенно понял, что его подставили, что они пришли за ним. Юсуф согласился привезти его сюда, а затем бросить; он, вероятно, был уже на обратном пути по дороге в Каир. Люди, с которыми он разговаривал, собрали нескольких друзей и вместе поехали в форт. Почему? Они когда-то работали на Разима? Если так, то, возможно, они узнали его, когда он вернулся в Сиву – но даже в этом случае он не мог видеть, чего они надеялись добиться. Избиение его или убийство ничего бы не изменили. Разим был мертв. Игра окончена.

Не было смысла обсуждать это с ними. Шансы были шесть против одного, и мужчины явно пришли сюда не для того, чтобы спокойно поболтать. Каким-то образом Алексу нужно было вернуться в относительную безопасность города. Что бы они ни планировали, они не смогли бы довести это до конца, если бы были свидетели. Он бросил один взгляд на них, когда они рассредоточились, и начал поиск, давая каждому из них имя.

ПЕРЕВЯЗАТЬ. Он нес винтовку и, казалось

чтобы быть главным.

ТЮБЕТЕЙКА. С ножом в руке.

СЕРЕБРЯНЫЙ КРЕСТ. Еще один нож.

БЕЙСБОЛЬНАЯ БИТА. Назван в честь его оружия.

МУРАВЕЙ.

ДЕКАБРЬ.

Алекс не знал, почему он назвал последних двух в честь популярных телеведущих, за исключением того, что они оба были невысокими и темноволосыми и немного походили друг на друга. У них было что–то похожее на рукояти топоров - к счастью, без металлических лезвий.

Итак, это был враг. По крайней мере, он зафиксировал их в своем сознании. Алекс отступил в дверной проем, позволяя тюремному блоку скрыть его. Он уже обдумывал свои варианты. Он был один и безоружен. Кроме Юсуфа, никто не знал, что он был здесь. Он мог бы попытаться спрятаться, но люди рано или поздно нашли бы его. Было бы лучше убежать. Что тогда? Даже если он выберется из форта, он окажется в пустыне, в окружении плоского песка, где негде спрятаться, в десяти милях от города. Мужчины мгновенно заметили бы его, а затем запрыгнули бы в грузовик и задавили его.

Не издав ни звука, он вернулся по коридору в камеру Джека. Он в последний раз взглянул на койку, думая об имени, которое он нашел под ней. Он был рад, что запечатлел это на своем телефоне ... единственный фрагмент доказательства, который у него действительно был. Но сейчас не было времени думать об этом. Ему нужно было выбраться из здания, быстро, и благодаря Джеку он знал, как это сделать.

Он снова подтянулся к окну, на котором не было решетки, и, толкая рюкзак перед собой, протиснулся в щель. Земля была далеко внизу, и он упал с мягким стуком. Он схватил рюкзак, жалея, что не захватил с собой оружие. Где был Смитерс, когда он в нем нуждался? Пара взрывающихся монет, миниатюрная дымовая шашка, мобильный телефон с анестезирующим дротиком ... Он был бы благодарен за что угодно. Он услышал голос, доносящийся с другой стороны здания, кто-то отдавал приказы на арабском. Он догадался, что это бинт. Он был самым опасным из них. У него был пистолет.

Алекс знал, что, что бы ни случилось, он должен оставаться вне поля зрения. Это было его единственным преимуществом. Это должна была быть игра в кошки-мышки, и, к счастью, там было много дырок, в которые мышь могла спрятаться. Даже если так, он не мог просто позволить им выследить его. Время было на их стороне. Они могли бы оставаться здесь всю ночь, если бы захотели, в то время как у него не было еды и мало воды. Каким-то образом он должен был уменьшить шансы. Они расстались, и это была их первая ошибка. Это дало ему шанс подкрасться к ним по одному за раз. И что тогда...? Он подошел к одной из соляных куч – люди Разима когда-то собирали соль в пустыне – и зачерпнул горсть белых кристаллов. На мгновение он подумал о том, чтобы спрятаться в куче, но знал, что об этом не может быть и речи. Химикаты в соли были слишком токсичными. Он вспомнил, что они сделали с Разимом.

Он дошел до угла и выглянул как раз в тот момент, когда появилась Тюбетейка. Он выглядел огромным, идя с солнечным светом позади него, темная тень нависала над Алексом, когда он направлялся к нему.

Тюбетейка был еще более удивлен, увидев Алекса, чем Алекс, увидев его. Они оба отреагировали одновременно, но Алекс был быстрее. Тюбетейка поднял свой нож, семидюймовое лезвие сверкнуло на солнце. Но прежде чем он смог использовать это, Алекс выбросил руку вперед, растопырив пальцы, как будто он произносил заклинание. Тюбетейка ахнул и упал на спину. Это не было волшебством. Алекс держал соль, которую он взял из кучи и бросил в глаза мужчине, ослепив его. Он быстро довел дело до конца, развернувшись и прижав правое колено к груди, затем нанес удар пяткой, вложив в удар весь вес своего тела.

Тюбетейка смялась, не издав больше ни звука. Пятеро против одного. И у Алекса теперь был нож. Он схватил это.

Алекс не терял ни секунды. Всегда был шанс, что кто-то из остальных мог услышать короткое противостояние, и ему нужно было быстро уйти. Пролет каменных ступеней вел к парапету, широкому выступу, который тянулся высоко вдоль внутренней стены, по всему внутреннему двору. Алекс преодолевал три ступеньки за раз, затем, достигнув вершины, распластался на животе, а за его спиной поднимались зубчатые стены. Никто его не видел. Переводя дыхание, он огляделся. На небольшом расстоянии от нас стояла древняя пушка, обращенная в пустыню. Форт был построен во время французского вторжения в Египет, и оружие, должно быть, было оставлено армиями Наполеона. Теперь это было бесполезно, потрескавшееся, ржавое и слишком тяжелое, чтобы двигаться. Даже музей, вероятно, сказал бы, что это не имеет ценности. Он также заметил пару старых пушечных ядер, черных и пятнистых, размером с кокосовый орех. Он осторожно вытянул ногу и проверил ближайший. Он был тяжелым, но двигался.

Алекс повернулся на бок и осмотрел двор. Лежа на парапете, он знал, что будет скрыт от людей, которые искали его ... даже если они случайно посмотрят вверх. Он увидел, как один из них вышел из часовни примерно в пятнадцати метрах от него. Это была бейсбольная бита. Казалось, он стал более спокойно относиться к поискам. Пока Алекс наблюдал, мужчина порылся в карманах, достал сигарету и закурил. Алекс измерил расстояние между ними. У него была идея. Так быстро, как только мог, он снял свои наручные часы и бросил их на песок. Это была Омега, подаренная ему Иэном Райдером, и он не хотел ее терять, но если все пойдет хорошо, он вернет ее позже. Если бы дела пошли плохо, ему бы это все равно не понадобилось. Бейсбольная бита не видела, как упали часы, но он услышал, как что-то упало на землю, и это привлекло его внимание. Он опустил сигарету и почти сразу увидел блеск металлической ленты, отражающей солнце. Он улыбнулся про себя и начал двигаться вперед.

Алекс свернулся калачиком за пушечным ядром, прислонившись спиной к стене. Сидеть было опаснее. Верхняя половина его тела была открыта, и если бы кто-нибудь посмотрел вверх, его бы увидели. Но это должно было занять всего мгновение. Алекс наблюдал, как бейсбольная бита приближается, направляясь к стене. Он остановился прямо под ним и потянулся за часами. Алекс нанес удар обеими ногами, направив твердый железный шар к краю. В то же время он дернулся вперед, чтобы увидеть, что произошло.

Мужчина наклонился, протянул руку, чтобы поднять часы, когда пушечное ядро ударило его по голове сбоку. В некотором смысле, ему повезло. Еще дюйм вправо, и это могло бы сломать ему шею. Вместо этого он получил скользящий удар, но этого все равно было достаточно, чтобы мгновенно вырубить его. Он упал и лежал неподвижно, лужа крови растекалась по песку.

Четверо против одного.

И снова Алекс был в движении. Пригнувшись и держась как можно ближе к зубчатым стенам, он метался, как краб … весь путь вокруг парапета, мимо часовни и к дому, где жил Разим. Затем он услышал крик с другой стороны. Тюбетейка только что был обнаружен, лежащим без сознания за пределами тюрьмы. Это все изменило. Они знали, что теперь он опасен. Они были бы более осторожны. И у Бинта все еще был его пистолет.

Алекс нашел лестничный пролет, ведущий за дом, и бросился вниз по нему, радуясь, что скрывается из виду. Было ли слишком надеяться, что после того, как двое их коллег получили ранения – один из них тяжело, – остальные могут сдаться? К сожалению, они, казалось, делали прямо противоположное. Алекс увидел, как Бинт проверяет свой пистолет. Это была старая боевая самозарядная винтовка Ли-Энфилда, такая использовалась британской армией во Второй мировой войне. Алекс предположил, что в коробчатом магазине должно быть двадцать пуль – если он полностью заряжен. Это явно изменило правила игры здесь. Тот, у кого был пистолет, контролировал весь двор и ворота. В тот момент это был не он. Было ли что-нибудь, что он мог сделать?

Четверо выживших собрались на другой стороне колодца. Сидя на корточках за кактусовым садом Разима, Алекс мог ясно видеть их. Бинт выкрикивал приказы на арабском. Очевидно, он решил, что необходим какой-то план, прежде чем будут новые жертвы. Конечно же, один из мужчин – Дек - взобрался на парапет, сделав те же шаги, что и Алекс. Оттуда у него был бы вид на весь двор и он мог бы предупредить остальных, если бы Алекс сделал ход. Двое других направились к пекарне. Они, очевидно, думали, что вдвоем им будет безопаснее. Бинт расположился в самом центре, рядом с колодцем. У него был хороший вид на главные ворота и большинство зданий. Где бы ни появился Алекс, он был бы на линии огня.

Алекс должен был что–то сделать - и как можно скорее. Дек медленно двигался вокруг парапета, и это был всего лишь вопрос нескольких секунд, прежде чем он достиг угла, откуда у него не было бы проблем с тем, чтобы заметить его. Бинт стоял к нему спиной. Алекс подумала о том, чтобы пробежать через двор, пытаясь удивить его. Но это не сработало бы. Он был слишком далеко. Мог ли он бросить нож? Он осмотрел оружие в своей руке. Он был острым, но в то же время тяжелым и мог лететь не прямо. В любом случае, в нем было что-то такое, что вызывало отвращение при мысли о том, чтобы вонзить нож человеку в спину.

Был ли другой способ?

ДА. Алекс быстро огляделся вокруг и принялся за работу.

Бинт тоже закурил сигарету. Это была самая глупая вещь, которую он мог сделать - и не только потому, что курение убило бы его. Достать пачку из кармана, сдвинуть сигарету, найти спичку ... Все это потребовало его внимания, и когда человек на парапете выкрикнул предупреждение, было уже слишком поздно. Он медленно повернулся и увидел, что появился мальчик, который бежал к нему, размахивая чем-то над головой. Двое мужчин вышли из пекарни и они тоже это увидели. Сначала они подумали, что это какой-то шарик с шипами на цепочке, такие штуки использовали средневековые рыцари, и они были озадачены. Где он мог найти такое оружие?

Алекс использовал нож, чтобы отрезать кусок от бельевой веревки, которую он видел. Затем он обмотал его вокруг бочкообразного кактуса, растущего в саду Разима, и туго затянул. Кактус был примерно такой же формы и размера, как пушечное ядро. Он был покрыт злобными желтыми шипами – десятками – и Алекс был осторожен, чтобы не прикасаться к нему. Он знал, как это будет больно. Теперь Алекс взмахнул им над головой раз, другой, пока Бинт бросал сигарету и возился с пистолетом. Он опоздал. Алекс отпустил веревку. Кактус вырвался на свободу.

Зеленый мяч пролетел через двор и идеально нашел свою цель, попав Бинту прямо в лицо. Он не отскочил и не упал на землю. Вместо этого он висел там, по крайней мере, с дюжиной шипов, пронзающих его губы, щеки, нос сбоку и один глаз, каждый из них впрыскивал свой яд в его нервную систему. Бинт что-то крикнул. Запаниковав и на мгновение ослепнув, он выстрелил из винтовки, но она была направлена в воздух, и пули не прошли рядом с Алексом. С парапета донесся крик, и человек , которого послали туда, упал на колени, схватившись за живот, и кровь просачивалась сквозь его руки. Он принял на себя всю силу взрыва. Алекс не мог поверить в свою удачу, но он не остановился, чтобы поздравить себя. Он уже бежал через двор. У него было всего несколько секунд, чтобы дотянуться до Бинта, прежде чем он оправился достаточно, чтобы выстрелить снова. Краем глаза он увидел двух других мужчин, бегущих к нему.

Бинт рыдал. Он выглядел так, как будто у него была чужеродная опухоль на лице, и он прокалывал пальцы, причиняя себе еще большую боль, когда пытался оторвать ее. По правде говоря, он забыл об Алексе. Он выронил пистолет. Алекс добрался до него и, отклонившись назад, чтобы не подходить слишком близко, одним ударом с разворота положил конец его страданиям. Человек и кактус упали. Алекс поднял винтовку с земли и развернулся как раз вовремя, чтобы прицелиться в двух мужчин, которые были всего в нескольких метрах от него.

Они, спотыкаясь, остановились. Серебряный крест и муравей. Они неуверенно посмотрели друг на друга. Алекс крепче сжал пистолет. Он хотел, чтобы они поверили, что он был готов использовать это.

“Кто ты?” - Потребовал Алекс. “Зачем ты пришел сюда?”

Ответа не было. Алекс навел пистолет на Сильвера Кросса и прицелился. “Я работаю на Разима”, - просто сказал мужчина.

“Разим мертв”.

“Да. Из-за тебя. Теперь у нас нет работы. Мы теряем все наши деньги. Ты забираешь у нас все ”.

Итак, Алекс был прав. Они пришли сюда, чтобы причинить ему боль или даже убить его - исключительно из мести. Он с трудом мог в это поверить. Неужели эти люди никогда не сдавались? В то же время он не был уверен, что делать. У него не было к ним настоящего интереса. Он, конечно, не собирался стрелять в них. Возможно, он мог бы использовать пистолет, чтобы убедить их подбросить его обратно в Сиву.

Его предупредил младший из двоих. Серебряный Крест никак не отреагировал, но Ант внезапно улыбнулся. Почему? Алекс понял, что они оба смотрят мимо него, и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, что Бинт восстановился и мчится к нему с отвратительным выражением лица, с ножом в руке. Ему удалось избавиться от бочкообразного кактуса, хотя его плоть ужасно распухла. Между его носом и глазом была огромная выпуклость, а губы были в два раза больше, чем должны быть, с несколькими иглами, все еще торчащими, как племенные украшения. Алекс недостаточно сильно пнул его.

Алекс вскинул пистолет, направив его на землю прямо перед собой, и нажал на спусковой крючок. Он намеревался сделать предупредительный выстрел, чтобы остановить его. Но ничего не произошло. Либо там был какой-то предохранитель, либо старый "Ли-Энфилд" заклинило. Он мог только наблюдать, как Бинт сделал еще три шага, а затем полоснул ножом, целясь ему в горло.

Был один выстрел. Бинт закричал, когда его рука стала красной, а нож отлетел в сторону. Второй выстрел, и его отбросило на спину. Алекс сразу понял, что больше не встанет. Он обернулся и увидел, как Сильвер Кросс и его друг падают на колени, заложив руки за голову, сдаваясь.

Еще четверо мужчин ворвались через главные ворота. Они выглядели как солдаты, одетые в хаки цвета пустыни и вооруженные автоматическими пистолетами и автоматами. На какой-то ужасный момент Алекс подумал, что пришла новая беда, что они пришли и за ним тоже. Но этого не могло быть. Они убили Бинта. Они на самом деле спасли его.

И затем появился пятый человек. Он был невысоким и смуглым, его черные волосы были зачесаны назад с большим количеством масла. Он также был одет в пустынный хаки, хотя это почему-то не совсем шло ему, и, как заметил Алекс, у него не было никакого оружия. Довольно странно, что на его пальцах было несколько золотых колец с печатками. Они, конечно, не сочетались с военной формой. Он протопал во двор с хмурым выражением лица, взглянул на двух коленопреклоненных мужчин, затем подошел к Бинту, ткнул его ногой и принюхался. Наконец, он, казалось, заметил Алекса, который все еще держал Ли–Энфилд. Он протянул руку. Алекс протянул ему пистолет.

Человек взял это. Он медленно кивнул, затем помахал пальцем рядом с лицом Алекса.

“Алекс Райдер”, - сказал он с почти преувеличенным арабским акцентом. “Ты очень непослушный мальчик”.

OceanofPDF.com

СТОП-КАДР

Aлекс точно знал, кем был этот человек. Эти двое встретились после попытки убийства американского госсекретаря всего два месяца назад. Этим человеком был полковник Али Манзур, и он был главой Джихаз Амн аль-Даула, египетской государственной службы безопасности. Он взял на себя ответственность за ситуацию тогда и, по-видимому, пришел сюда, чтобы сделать то же самое сейчас. Алекс задавался вопросом, как Манзур узнал, что он здесь. Могло ли быть так, что Эдвард Плезьюз все-таки связался с МИ-6, а они, в свою очередь, проинформировали египтян?

Алекс почти не разговаривал с Манзуром, когда они вдвоем были в Каире. Он был так потрясен случившимся – смертью Джека, – что пребывал в каком-то оцепенении. Но теперь, во второй раз, он почувствовал симпатию к начальнику разведки, который уже вытаскивал сигару из верхнего кармана, откусывал кончик и зажигал ее. Несмотря на боевую форму и золотые украшения, он выглядел как перегруженный работой учитель и на самом деле отчитывал Алекса, как будто он был таковым.

“Если ты собирался приехать в Египет, ты должен был сначала сказать мне”, - говорил он. “Мы не можем допустить, чтобы английские школьники бегали по городу и убивали людей, даже таких подонков, как эти. Это противозаконно, и это очень раздражает ”.

“Я никого не убивал”, - сказал Алекс. Не успел он договорить, как мимо на носилках пронесли одного из напавших на него мужчин. Это был тот, в кого он попал пушечным ядром.

“Возможно, ты и не убивал этого”, - согласился Манзур. “Но я подозреваю, что пройдет много времени, прежде чем он сможет завязать шнурки на ботинках или даже вспомнить свое собственное имя”.

“Как ты нашел меня?” - Спросил Алекс.

Манзур выпустил дым и сердито взмахнул сигарой. “Ты думаешь, я настолько глуп, что не знаю, кто приезжает в мою страну и покидает ее?" Я был предупрежден офицером, который совершил очень серьезную ошибку, поставив штамп в ваш паспорт в первую очередь ”. Так что это было интересно. В конце концов, МИ-6 не была вовлечена. “За этот глупый поступок он будет отправлен на шестимесячную переподготовку!” Манзур продолжил. “Я надеюсь, тебе было удобно в отеле "Нехеб". Да! Это блошиная яма в Каире, где ты останавливался. Мы искали тебя там, и когда мы не нашли тебя, я предположил, что ты, должно быть, вернулся сюда. Я последовал за тобой на вертолете ... Должен добавить, за большие деньги. И тебе повезло! Если бы я приехал на минуту позже, ты был бы шашлыком!”

Это было не совсем так. Даже если бы "Ли-Энфилд" заклинило, он все равно мог бы использовать его как дубинку для самозащиты. Но Алекс не стал спорить. “Спасибо”, - сказал он.

“Не за что”. Манзур не улыбнулся.

“Люди, которые напали на меня ... они работали на Разима”. Алекс наблюдал, как Бинта вытащили ногами вперед, его голова и плечи волочились по песку.

“Они были никем иным, как собаками сточной канавы”, - отрезал Манзур. “С их стороны было глупо преследовать тебя. Теперь один из них мертв, а несколько других серьезно искалечены. Но забудь о них! Я надеюсь, ты доволен собой, Алекс. Я уверен, что ты причинил большое огорчение людям, которые заботились о тебе в Америке, и ты ничего не добился. Что именно ты надеялся найти?”

“Я не знаю, правда”, - сказал Алекс. “Но я кое-что нашел. Я покажу тебе ”.

Алекс прошел обратно через крепость, по пути прихватив свои часы. Странно было то, что он чувствовал себя намного лучше, чем за долгое время. Это было так, как будто краткий всплеск действия встряхнул что-то внутри него и разбудил его после долгого сна. Он снова взял себя в руки. Манзур последовал за ним в тюремный блок и в камеру Джека. Алекс присел на корточки и указал на слово, которое он нашел, нацарапанное на стене под койкой.

“Гримальди”. Манзур сидел на корточках рядом с ним. По тому, как он произнес это имя, Алекс был уверен, что оно что-то значит для него. “Ты думаешь, это написал твой друг?”

“Возможно, она умерла”.

“Много бедных, несчастных душ побывало в этой тюремной камере. Любой из них мог быть ответственен ”.

“Это выглядит недавно”.

“В пустыне все выглядит старым и все выглядит новым. Трудно сказать, что есть что ”. Манзур выпрямился. “В любом случае, это вообще ничего не доказывает. Мне жаль. Тебе следует вернуться в Америку ”.

“Я никуда не уйду, пока не найду Джека”, - сказал Алекс.

Манзур все еще держал свою сигару. Он пососал его, кончик светился красным. “Ты со мной споришь, Алекс? Люди не спорят со мной. Это вредно для моего здоровья и очень плохо для их ”. Он сделал паузу, и внезапно его голос стал менее угрожающим. “Мисс Старбрайт мертва. Ты обманываешь себя, если думаешь иначе, и это не принесет тебе никакой пользы. Однако сейчас неподходящее время для обсуждения этого. Я так понимаю, ты не хочешь оставаться в Сиве? Нет. Я не думаю, что ты нашел бы город очень гостеприимным после того, как ты уничтожил полдюжины его лучших граждан. Ты можешь вернуться с нами в Каир, и мы обсудим это завтра, после того, как я проведу дальнейшие расследования. Ты можешь полететь с нами на вертолете, и я организую для тебя проживание в отеле ”.

“Это очень любезно с твоей стороны”, - сказал Алекс.

“Это удивительно глупо с моей стороны. На самом деле, мне следовало бы арестовать тебя и депортировать ”. Манзур по-прежнему не улыбался, но в его глазах появился определенный огонек. “Я рад видеть тебя снова, Алекс Райдер. В последний раз, когда мы встретились, это было не при приятных обстоятельствах, но теперь мне кажется, что ты другой. Я бы сказал, это хорошо. Пойдем. Это долгое путешествие, даже по воздуху, и здесь больше нечего делать ”.

Они вдвоем вышли из тюремного блока и стояли вместе на солнце. Манзур отдал приказ, и через несколько мгновений джип пронесся через главные ворота и остановился рядом с ними. Солдат выскочил и придержал для них дверь. Алекс забрался на заднее сиденье.

“Гримальди”, - сказал Алекс. “Ты знаешь это имя. Не смей!”

Манзур ничего не сказал. Он забрался на переднее сиденье и нетерпеливо постучал по приборной панели. Водитель понял. Они втроем умчались прочь.

На следующее утро Алекс проснулся в огромной кровати на верхнем этаже роскошного отеля Four Seasons в Каире. Это было далеко от отеля "Нехеб", где он начинал. Хотя полковник Манзур ворчал по поводу цены, он забронировал Алексу номер в пентхаусе. Целую стену занимало огромное панорамное окно с отдельным балконом с другой стороны. Даже простыни казались дорогими. Сидя в постели, Алекс мог видеть Нил с линией небоскребов на другом берегу, а за ними - Великие пирамиды, возвышающиеся в пустыне, какие-то таинственные и волшебные даже на таком расстоянии. Долгое время он лежал там, где был, наблюдая за рекой с ее фелюгами – традиционными деревянными парусными лодками – и туристическими катерами, проносящимися мимо. Затем он встал, принял душ – на этот раз под струей горячей воды, – оделся и спустился вниз позавтракать.

Полковник заказал столик рядом с бассейном, окруженным белыми зонтиками и пальмами. Он был одет в светлый костюм и светло-голубую рубашку, воротник которой был расстегнут, открывая золотую цепочку на шее. Он выглядел как успешный бизнесмен, и наряд, безусловно, подходил ему больше, чем боевая форма. Когда Алекс сел, официант принес круассаны и булочки, фрукты и чай.

“Хочешь яичницу с беконом?” - Спросил Манзур.

“Нет. Меня это устраивает ”, - сказал Алекс.

“Я думал, все английские мальчики едят бекон, яйца, сосиски и жареную картошку”, - сказал Манзур, добавив без необходимости: “Конечно, это говяжий бекон. Чай с мятой. Это нормально?”

“Спасибо”.

Они вдвоем начали есть. Алекс не осознавал, насколько он был голоден. Прошлой ночью он рухнул в постель, и только сейчас до него дошло, что он ничего не ел после сэндвича по дороге в Сиву.

“Итак, нам нужно поговорить”, - сказал Манзур, внезапно посерьезнев. Он намеренно выбрал столик в углу, подальше от всех остальных. Он наклонился вперед, говоря мягко. “Я боюсь, что то, что я сказал тебе вчера, было правильным. Ты зря потратил свое время, Алекс. Я снова просмотрел доказательства, и просто нет никаких шансов, что твой друг жив. Я хотел бы сказать иначе, потому что я вижу, что она очень много для тебя значила. Но я видел то, что я видел...” Он остановился и взял круассан, который разломил пополам, как будто это было виновато в плохих новостях. “Однако, - продолжал он, - я признаю, что есть одна вещь, представляющая большой интерес, на которую вы обратили мое внимание. Я не уверен, что это уместно, но я признаю, по крайней мере, что ты был прав. Имя в тюремной камере … мне это известно ”.

“Гримальди”.

“Это итальянское имя, и оно не такое уж редкое. В любом другом месте я, возможно, был бы склонен игнорировать это. Но это был форт в Сиве ”. Он сделал паузу, посмотрел на два куска круассана, затем откусил. “Вы, конечно, знаете, что Абдул-Азиз аль-Разим работал на грязную преступную организацию, известную как Scorpia. После своей последней неудачной операции Scorpia распались. С ними покончено. Я должен сказать, что это во многом благодаря тебе. Казалось бы, большинство ее членов в тот или иной момент убили друг друга, а остальные были арестованы, но к сожалению, двое из них все еще на свободе. Они братья-близнецы. Их отец был крупным преступником, работавшим на мафию, но они взяли на себя его операцию после того, как, как говорят, они убили его. Их зовут Джованни и Эдуардо Гримальди ”.

“Они были там ... в форте!”

“Ты этого не знаешь. Ты не знаешь, кто написал имя на стене и когда. Ты даже не знаешь, тот ли это Гримальди. Это может быть просто совпадением ”.

“Но если это написал Джек—”

“Подожди!” Манзур доел свой круассан, отхлебнул чаю, затем достал носовой платок и вытер губы. “Алекс, ты замечательный мальчик”, - сказал он. “Джо Бирн из ЦРУ много рассказывал мне о вас, когда вы были здесь, в Каире, но, конечно, я уже слышал многое из этого сам. Ты не часто ошибаешься, но на этот раз ты должен прислушаться к тому, что я говорю. Я посмотрел на доказательства ... не один, а несколько раз. У нас есть телевизионные изображения, которые были показаны вам, когда вы были пленником Разима. Я исследовал их только прошлой ночью. Тебя нужно убеждать? Тебе действительно нужно увидеть их снова?”

Алекс на мгновение задумался. Он сидел в тени, и это было почти так, как если бы холодный ветерок коснулся его затылка. Мог ли он действительно заставить себя посмотреть последние мгновения жизни Джека? Он все еще помнил боль, которая пронзила его. Даже если Джек каким-то образом окажется жив, даже если она подойдет к нему прямо сейчас, он никогда этого не забудет. Фильм почти уничтожил его. Но он должен был увидеть это сам. Полковника Манзура там не было. Он не был по-настоящему заинтересован в поисках Джека. Все еще оставался шанс, что он мог что-то упустить.

“Хорошо”, - сказал Алекс. “Покажи мне”.

У отеля их ждал черный Jaguar XJ40. Это была модель восьмидесятых, сделанная в Британии, и когда Алекс открыл заднюю дверь, чтобы войти, он был удивлен, насколько она была тяжелой. Он предположил, что все это должно быть покрыто броней. Водитель был огромным мужчиной, лысым в темных очках. Алекс подозревал, что он вооружен.

Полковник Манзур сел впереди, и мгновение спустя они отправились вдоль реки на юг к мосту Каср-эль-Нил. Алекс устроился на плюшевом кожаном сиденье. Салон автомобиля был мягким и комфортным, а кондиционер отфильтровывал большую часть шума, но, несмотря на это, казалось, что путешествие будет мучительно медленным. Они влились в длинную вереницу машин, которая, как обычно, казалось, никуда не вела, но затем они пересекли Нил и свернули на кольцевую развязку, и почти сразу оказались в районе, который сильно отличался от остальной части Каира. Гудки, выхлопные газы, яркий солнечный свет, даже городская жара исчезли позади, когда они ехали по лабиринту узких, извилистых улочек, обсаженных деревьями, которые окрашивали свет в нежно-зеленый цвет. Здесь не было ни современных офисов, ни уродливых магазинов с неоновым освещением. Вместо этого они проехали мимо красивых вилл и безукоризненных лужаек, спрятанных за декоративными металлическими заборами. С их серыми кирпичными стенами и классическими колоннами они выглядели скорее по-европейски, чем по-арабски. Алекс видел подобную архитектуру на шикарных улицах Парижа и Рима.

Манзур повернулся на своем сиденье. “Это называется Город-сад”, - объяснил он. “Это самый дорогой район Каира. Британское и американское посольства здесь. Кроме того, некоторые из наших самых богатых граждан. Моей организации повезло приобрести дом в этом районе. Нам даже не пришлось угрожать владельцу. Ну, не настолько.”

Алекс не знал, шутит он или нет. Он знал, что египетская разведывательная служба была безжалостной. Он видел их за работой. Ему не хотелось думать, как далеко они зайдут, чтобы получить то, что хотели.

Машина подъехала к тому, что выглядело как заброшенное здание. Это было четырехэтажное здание, почти невидимое за ширмой деревьев и кустарников, которые были тщательно посажены, чтобы сохранить его в тайне. Своими балконами, арочными окнами и балюстрадами он напомнил Алексу музей или даже церковь. Манзур вышел, и Алекс последовал за ним. Водитель остался на месте. Алекс был удивлен, увидев, что входная дверь была открыта, и никто, казалось, не заметил их двоих, когда они шли через сад, который был оставлен на произвол судьбы. Статуя мужчины в феске стояла на постаменте, рука была поднята, как будто в приветствии. Алекс взглянул на него, затем посмотрел во второй раз. Не было слышно ни звука, но он был уверен, что голова слегка повернулась, позволяя глазам наблюдать за ними, пока они продолжали двигаться вперед. Это было смешно. Должно быть, ему это померещилось.

Они вошли в темный, обшитый деревянными панелями коридор с тремя дверями, ведущими дальше в дом, все они были закрыты. Зал был почти пуст. Все было ободрано, кроме сломанного стола и стула, а на дальней стене висело зеркало, такое старое и пыльное, что в нем вообще не было отражения. Это было всего лишь крошечное мигание красного огонька за стеклом, которое еще раз предупредило Алекса, что все может быть не совсем так, как кажется. Там было спрятано какое-то оборудование, сканер или камера наблюдения. Он вспомнил дом, который Смитерс когда-то занимал в Каире. Это тоже выглядело обычным ... до того момента, когда на него напали.

Манзур прошел по коридору и отодвинул часть деревянной панели, открывая сложную систему входа: сенсорную панель и стеклянный сканер отпечатков пальцев. Он ввел код, затем приложил руку к стеклу, и мгновение спустя раздалось тихое шипение, и целая секция стены бесшумно поднялась к потолку. Заглянув внутрь, Алекс увидел яркие огни, помещение открытой планировки с мужчинами и женщинами – большинство из них молодые – сидящими за столами, десятки компьютеров, принтеров, мониторов и других машин, которые он не мог узнать. Никто не поднял глаз, когда они проходили. Стена за их спинами опустилась.

“Добро пожаловать в Джихаз Амн аль-Даула”, - сказал Манзур. “Я сам спроектировал вход и убедил американцев заплатить за него. Они сделают все, чтобы показать, что мы все на одной стороне. Пожалуйста, иди сюда ”.

Алекс последовал за ним через первую комнату и поднялся по современной металлической лестнице на следующий этаж. Он уже заметил, что, хотя в здании было много окон, когда он видел его снаружи, теперь, когда он был внутри, на самом деле их вообще не было. Это было так, как если бы они построили дом внутри дома – с кондиционером и искусственным освещением. Они миновали ряд отделанных стеклянными панелями кабинетов и подошли к столу, за которым сидела привлекательная, серьезного вида женщина в костюме и платке на голове. Она сказала Мансуру несколько слов по-арабски, и он ответил. За столом была дверь. Они прошли.

Это был офис Манзура. Это место почему-то подходило ему с его огромной антикварной мебелью, удобными креслами, камином и персидским ковром. На стене висели портреты разных президентов Египта, включая Анвара Садата. С одной стороны был установлен стол с компьютером и двумя стульями. Он махнул рукой, и с тяжелым чувством в животе Алекс сел перед экраном.

Он уставился на серое стекло, зная, что сейчас произойдет. Он не был готов к этому. Внезапно он вернулся в Сиву с другим экраном перед ним. Он мог чувствовать веревки, прикрепленные к его запястьям, провода, идущие вниз от его груди.

Ты боишься, Алекс? Это говорил Разим – призрак Разима.

Алекс резко обернулся, когда чья-то рука легла ему на плечо. Но это был не Разим. Это был Манзур. “Ты уверен в этом?” - спросил он. “Я не хочу причинять тебе боль больше, чем тебе уже причинили, и я очень боюсь, что все это будет напрасно”.

Алекс кивнул. Он не доверял себе, чтобы говорить.

Манзур наклонился вперед и щелкнул мышью. Экран компьютера засветился, и Алекс увидела Джека Старбрайта, когда она сбежала. Манзур не показывал ему всю последовательность. Это были последние минуты того, что произошло. Камера и пустынный свет высосали большую часть цвета изображения, но все равно было так, как будто она была там, с ним, в комнате, и у него почти возникло желание окликнуть ее, предупредить, чтобы она не делала того, что она собиралась сделать. Сердце Алекса бешено колотилось. Он чувствовал, как кровь пульсирует в его венах. Он не хотел смотреть это, но он должен был. На этот раз он мучил себя.

И снова Джек вырубила охранника, используя железный прут, который она взяла из своей собственной камеры. Она снова поспешила через внутренний двор форта Сива и забралась в ожидавший ее "лендровер". Он смотрел, как она завела машину и выехала за ворота. Теперь сцена снималась второй камерой за пределами форта, следовавшей за ней, когда она ехала через пустыню. Алекс знал, что должно произойти, и собрался с духом. Машина отъехала примерно на тридцать метров от ворот. Это набирало скорость.

Это взорвалось.

Манзур оставил фильм включенным. "Лендровер" был полностью уничтожен. Не было абсолютно никакого способа, которым кто-либо мог пережить взрыв. Экран заполнили ярко-оранжевые языки пламени. Наконец, он наклонился вперед и закрыл файл.

“Мне жаль”, - сказал он. “На самом деле, я умираю”.

“Я хочу увидеть это снова”.

“Алекс...”

“Пожалуйста, полковник!”

Манзур не двигался, поэтому Алекс протянул руку и сам воспользовался мышью. Он перетащил пленку обратно в ту же точку и нажал стрелку для воспроизведения. Но на этот раз он наблюдал за этим более клинически. Каким-то образом ему удалось отодвинуть свои эмоции в сторону. Джек отправил ему электронное письмо. Она оставила ему сообщение, нацарапанное на стене ее камеры. Алекс проделал весь путь до Египта, веря, что она жива, и он не собирался сдаваться сейчас. Что сказал ему Разим, когда они были вместе в форте? Ты еще не научился? Я мастер манипуляции. Теперь он вспомнил слова. Каким-то образом его обманули. Он собирался выяснить, как.

Охранник падает.

Джек бежит.

Заводится машина.

Он проехал через ворота. Это было в пустыне.

Взрыв.

Манзур больше не смотрел в компьютер. Он смотрел на Алекса, и его лицо было полно беспокойства. Алекс игнорировала его, едва осознавая, что он все еще был в комнате. Он наклонился вперед, одной рукой сжимая мышь – все его тело было напряжено, как будто он собирался проецировать себя через экран в сам фильм.

И он что-то увидел!

Это было так крошечно, так незначительно, что, конечно, было легко не заметить. Алекс оттащил панель назад и нажал "ВОСПРОИЗВЕСТИ". Ему это померещилось? Пытался ли он убедить себя в чем-то, чего не было? Он прокрутил пленку в третий раз, затем ткнул пальцем вниз, замораживая изображение за полсекунды до того, как машина взорвалась.

“Вот!” - сказал он.

“Я не понимаю...” - начал Манзур.

Алекс протянул руку и коснулся экрана. Манзур увидел нечто, похожее на клочок бумаги, парящий в воздухе. Затем он присмотрелся повнимательнее и увидел, что это была птица, летящая высоко над машиной. Алекс использовал мышь, чтобы продвинуться вперед еще на две секунды. Это был фактический момент взрыва. "Лендровер" был не в фокусе, когда его разорвало на части. Дым и пламя были захвачены в странный оранжево-серый пузырь. Алекс торжествующе откинулся на спинку стула. Несмотря на прохладу в комнате, он был весь в поту.

Птицы там больше не было.

“Я знаю, о чем ты думаешь”, - сказал Манзур. “Но ты ошибаешься. Все, что произошло, это то, что птица испугалась взрыва и улетела ”.

“Нет”. Алекс был абсолютно уверен. “Все это было подделано. Джек вырубил охранника. Она украла машину – и за ней все время наблюдали. Но они вырезали целую секцию. Часть последовательности отсутствует! Они остановили машину и вытащили ее. Потом они взорвали его ... когда он был пуст. Разим и Джулиус Гриф просто притворились, что нажимают кнопку, чтобы заставить меня думать, что все происходит в реальном времени, когда на самом деле фильм, который они мне показывали, был записан. Птица отдает это. Это было там, когда они начали снимать, но этого не было в конце – и вот почему это исчезает ”.

“Но почему, Алекс? Какой в этом был бы смысл?”

Алекс вздохнул. “Я не знаю, полковник. Разим интересовался измерением боли. Он хотел причинить мне боль самым ужасным способом, на который был способен. И он преуспел. Честно говоря, то, что он сделал в тот день, чуть не убило меня. Но для него не имело значения, жив Джек или умер. В любом случае, он не заботился о ней.”

“Тогда ее легче убить”.

“Может быть, он нашел ей другое применение”.

“Чем она может быть ему полезна?”

“Я не знаю”.

“Где она сейчас?”

“Этого я тоже не знаю. Но где бы она ни была, ей удалось связаться со мной. Она прислала мне электронное письмо. Она пыталась сказать мне, что она жива ”.

Полковник Манзур на минуту задумался. Затем он подошел к столу, снял трубку и рявкнул несколько распоряжений на арабском. Он снова положил его и повернулся к Алексу. “Хорошо”, - сказал он. “Тогда давай попробуем найти ее”.

OceanofPDF.com

ЛУКОВЫЙ ПУТЬ

Tэй спустился на лифте в подвал. Именно здесь действовал технический отдел Джихаза Амн аль-Даула. Когда двери открылись, Алекс оказался в коридоре, который тянулся вдаль, с дверными проемами и окнами из зеркального стекла, выходящими на ряд лабораторий и мастерских. Территория простиралась далеко за пределы дома. Следуя за полковником Манзуром, Алекс догадался, что они, должно быть, прогуливаются под садом. Он мельком увидел ученых и техников в белых халатах, склонившихся над экранами компьютеров и разговаривающих тихими голосами. Мимо них прошел вооруженный солдат, направляясь в другую сторону, за ним следовали двое мужчин , которых он узнал. Это были агенты, которых послали в отель "Нехеб" и которые пропустили Алекса, когда он проходил мимо них, переодетый, в коридоре. Теперь они на мгновение встретились взглядами, но ничего не сказали.

Полковник прибыл в офис и вошел без стука. Молодая женщина сидела за столом и разговаривала по телефону, но она повесила трубку, как только увидела его. Ей было за двадцать, стройная и темноволосая, в синем шелковом костюме и платке на голове. У нее были очень мягкие, нежные черты лица, и Алексу сразу бросилось в глаза, что она была немного не к месту, работая здесь. Она одна в комплексе действительно выглядела дружелюбной.

“Это Шадия”, – сказал Манзур, и странным было то, что ему вдруг стало немного не по себе. “Она глава нашего технического отдела. Отдай ей свой компьютер ”.

Алексу не хотелось отдавать свой ноутбук, но он сделал, как ему сказали. Забирая у него это, она встретилась с ним взглядом и улыбнулась. “Итак, ты знаменитый Алекс Райдер. Я видел твое прибытие на камерах в саду ”. Алекс вспомнил статую с вращающейся головой. “Как тебе нравится в Каире?”

“До сих пор это было интересно”, - сказал Алекс.

“И чем скорее он уберется из Каира, тем счастливее я буду”, - вмешался Манзур. “Он получил электронное письмо, которое, похоже, пришло из Перу. Я подозреваю, что это было перенаправлено ...” Он добавил несколько слов по-арабски, и Шадия открыла ноутбук.

“Тебе нужен мой пароль?” - Спросил Алекс.

Манзур разразился лающим смехом. “Шадия взломала компьютеры почти каждого мирового лидера”, - сказал он. “Белый дом, Кремль, Даунинг-стрит, Елисейский дворец… Если бы она спросила твой пароль, я бы уволил ее на месте!”

Алекс наблюдал, как пальцы Шадии легко пробежались по клавиатуре. У него была заставка – вид на реку Темзу, – но она почти сразу исчезла, сменившись массой текста. Она работала около пятнадцати секунд, затем посмотрела с озорством в глазах. Алекс увидел, что она открыла страницу его электронной почты. “Тебе следует сменить пароль”, - сказала она. “Это слишком просто”.

Она открыла электронное письмо, которое он получил из Лимы, и прошла ту же процедуру, что и подруга Сабины в Сан-Франциско. Это было всего несколько дней назад, но Алексу казалось, что прошло гораздо больше времени. Он задумался, сколько сейчас времени в Калифорнии. Он не разговаривал с Сабиной или ее родителями с тех пор, как уехал, и внезапно ему стало плохо из-за этого. Он свяжется с ними, как только у него будет возможность. “Тот, кто отправил это, использовал партизанскую почту”, - сказала Шадия. “И вы правы, полковник. Сообщение было перенаправлено через сеть TOR ”.

TOR означает луковый маршрутизатор. Алекс смутно понимал, как это работает. Джонни Фельдман уже сказал ему, что сообщение разошлось по всему миру. На самом деле, это было бы отправлено через сеть прокси–серверов - компьютеров, которые могли даже не знать, что их использовали. Бизнес по производству альпаки в Лиме был бы одним из них. Чтобы усложнить ситуацию, сообщение было бы зашифровано на каждом этапе пути. Это была худшая новость, которую он мог услышать. Насколько он мог видеть, было бы невозможно выяснить, с чего началось электронное письмо.

Шадия, должно быть, видела выражение его лица. “Не волнуйся”, - сказала она. “Сеть TOR очень трудно взломать. Это похоже на огромный лабиринт, в котором посланник меняет свою личность на каждом повороте. Это почти полностью безопасно, но у него есть два слабых места: точка, в которую ты входишь, и точка, из которой ты выходишь. Чтобы отправить сообщение в первую очередь, им нужно было получить доступ к беспроводной сети. Я могу запустить специальную программу – она называется программой корреляции – и она будет просматривать весь интернет-трафик, отправляемый именно в это время. Таким образом, я смогу выяснить, с чего все началось ”.

Алекс понял, что она имела в виду. В средней школе Элмера Э. Робинсона была беспроводная сеть. Каждый раз, когда он входил в систему, это было так, как если бы он использовал свой личный ключ, чтобы открыть общественную дверь, и он не мог войти, не оставив определенных подсказок. Вот где я работаю. Вот где меня можно найти. Конечно, существовали некоторые сети – школы, библиотеки, – которыми могло пользоваться лишь небольшое количество людей. Были и другие, которые были открыты для всех. “Что, если это где-то в общественном месте?” - Спросил Алекс. “Старбакс или Макдональдс или что-то в этом роде?”

“Это немного усложнит задачу”, - признала Шадия. “Но в ресторанах быстрого питания и кофейнях с бесплатным Wi-Fi почти всегда есть видеонаблюдение. Если кто-то отправил это из Starbucks, мы можем посмотреть на пленку и получить временной код, и мы могли бы идентифицировать их ”.

“Сколько времени это займет?” - Потребовал Манзур.

“До тех пор, пока это необходимо!” Шадия огрызнулась в ответ, и Алекс был удивлен, что ей все равно, как она разговаривает со своим боссом. “Несколько часов”, - добавила она.

“Тогда нет смысла ждать здесь”. Манзур повернулся к Алексу. “Мы оставим Шадию, чтобы покончить с этим. Я попрошу своего водителя отвезти тебя обратно в отель. У меня есть другие дела, помимо присмотра за английским школьником. Ты хочешь заняться туризмом? Возможно, Великая пирамида? Я могу устроить, чтобы они закрылись для тебя, если хочешь ”.

Алекс испытывал искушение, но покачал головой. “Нет, спасибо, полковник”.

“Очень хорошо. Жди нас в отеле. Мы придем к тебе, как только у нас появятся какие-либо новости ”.

Алекс провел остаток дня у бассейна. Он нашел старый роман Стивена Кинга в библиотеке отеля и прочитал около пятидесяти страниц. Он проплыл двадцать длин. В час дня официант принес ему обед. Он предположил, что Манзур организовал это. Надеюсь, он тоже заплатил за это. День тянулся, а от Шадии или ее босса не было никаких признаков, и он забеспокоился. Он подумал о братьях Гримальди и их связи со Скорпией. Может быть, они были в Сиве и по какой-то причине взяли Джека с собой? Приведет ли его к ним электронное письмо? Алекс чувствовал себя виноватым, просто сидя там на солнышке. По крайней мере, он должен быть в школе. В Америке, в Англии ... где-нибудь!

Это напомнило ему об обещании, которое он дал самому себе. День подходил к концу, и с девятичасовой разницей во времени он знал, что в Сан-Франциско будет раннее утро. Он надел рубашку и вошел в бизнес-центр отеля. Внутри было холодно, кондиционер работал на полную мощность, и он был благодарен за длинные рукава. На выбор было полдюжины компьютеров, и, опять же, платить было не за что. Алекс сел и отправил видеообращение Эдварду Плезусу. Сигнал вызова прозвучал дважды, прежде чем на него ответили , и журналист появился на экране. Посмотрев на задний план экрана, Алекс увидел, что Эдвард вернулся домой.

“Алекс! Где ты? Ты в Лиме?”

“Нет. Я в Каире ”.

“Египет!”

“Да. Я в Four Seasons ”.

“С тобой все в порядке?”

“Я в порядке”.

Журналист выглядел успокоенным, и Алекс мог видеть напряжение в его глазах и знал, что он несет ответственность. “Тебе не следовало так срываться. Тебе следовало сначала поговорить с нами ”.

“Я знаю. Мне жаль. Но я уверен, что Джек жив. Я вернулся в Сиву. И я кое-что нашел ”.

Алекс быстро рассказал Эдварду Плезусу об имени, нацарапанном на стене камеры, о прибытии полковника Манзура, о поддельном фильме. Он ничего не сказал о драке. Он не хотел причинять еще больше беспокойства. “Они пытаются выяснить, где она”, - заключил он. “Они думают, что могут отследить электронное письмо до того места, куда оно было отправлено”.

“Я просто рад, что кто-то присматривает за тобой”. Эдвард сделал паузу. “Я думаю, мы подвели тебя”.

“Ты этого не сделал. Ты всегда был рядом со мной. Ты был великолепен. И ты прав. Я должен был поговорить с тобой перед отъездом ”.

В этот момент в комнату вошла Сабина. Она увидела Алекса на экране, и ее лицо осветилось. Она склонилась над отцом и махнула на экран. “Привет, Алекс!”

“Привет, Сабина!”

“Ты в порядке?” Она не стала дожидаться ответа. “Все говорят о тебе в школе. Клейтон Миллер в больнице, а Колин Магуайр арестован. Был свидетель – какой-то таксист, – который видел, что произошло. А потом ты исчез. Все спрашивали меня о тебе, но, конечно, я ничего не сказал ”.

Они проговорили около десяти минут, и именно тогда Алекс почувствовал, что все осталось так, как было, когда они впервые встретились. Что бы ни случилось, она всегда будет его другом.

“Как ты думаешь, когда ты вернешься в Сан-Франциско?” - Спросила Сабина.

“Я не знаю”, - честно ответил Алекс. “Я должен идти туда, куда это меня приведет”.

“Дверь всегда открыта для тебя, Алекс”, - сказал Эдвард Плезьюар. “Дай нам знать, если тебе что-нибудь понадобится или мы сможем что-нибудь сделать”.

“Я скучаю по тебе, Алекс”. Сабина улыбнулась ему с другого конца света. “Возвращайся скорее!”

Экран погас.

Шадия прибыла полчаса спустя, неся мотоциклетный шлем, с ноутбуком Алекса в рюкзаке. Солнце только что село, и небо было ярко-красным, когда дневная жара наконец начала спадать. Алекс был в гостиной. “У тебя был хороший день?” - спросила она.

“Да, спасибо. Я немного отдохнул ”.

“Полковник будет здесь через несколько минут”, - сказала она. “Мы ушли одновременно, но я опередил его. Мотоцикл - единственный способ передвигаться по Каиру ”. Она села напротив него. “Ты ему действительно нравишься”.

“А он?” Алекс был удивлен. “Откуда ты знаешь?”

“Разве он тебе не сказал?” Она сделала паузу. “Он мой отец”.

Алекс посмотрел на нее во второй раз, увидев ее в совершенно новом свете. Так что это объясняло немного странные отношения между ними! Не было никакого фамильного сходства вообще.

Шадия знала, о чем он думал. “Он никогда никому не говорит, если может помочь. Я думаю, его смущает, что его дочь работает на него. У меня три сестры и ни одного брата, и он все время жалуется на это. Если хочешь знать правду, я думаю, что он смотрит на тебя немного как на сына, которого у него никогда не было. Только не говори ему, что я это сказал. Он бы убил меня ”.

Через несколько минут, топая, подошел Манзур. Он заказал фруктовые соки для всех троих, и официант принес их на подносе. “Ты сказала ему?” - спросил он Шадию.

Она покачала головой. “Я ждала тебя”. Она повернулась к Алексу. “Это хорошие новости и плохие новости”, - сказала она. “Мне удалось найти отправную точку сообщения, которое ты получил - это хорошая новость. Это была общедоступная сеть, как я и думал. Но это было очень странно...”

“Это было отправлено с юга Франции”, - сказал Манзур.

“Это верно. Они воспользовались услугой Wi-Fi в туристическом бюро в Сен-Тропе ”.

“Сен-Тропе? Ты уверен?” Это было последнее, что Алекс ожидал услышать. Сен-Тропе был очень элегантным, модным городом на Лазурном берегу. Однажды он прошел через это со своим дядей. Йен Райдер не был впечатлен. “Переполненный и с завышенной ценой”. Вот как он подытожил это. Что Джек мог там делать? Для Алекса это место было почти таким же странным, как магазин шерсти альпаки в Лиме.

“В этом нет сомнений”, - сказала Шадия. “Кстати, я проверил. Это было отправлено рано утром в прошлый понедельник. И это плохая новость. Любой мог зайти в туристический офис. На набережной Жан-Жорес, где она расположена, нет камер слежения. Будет очень трудно доказать, что это был твой друг, Джек Старбрайт. Это мог быть кто угодно ”.

“И почему именно там из всех мест?” Добавил Манзур. “Она уехала в отпуск, не сказав тебе?” По крайней мере, он смирился с тем, что она, возможно, все еще жива. Алекс сделал пометку, но ничего не сказал.

“Я хотела бы быть более полезной, Алекс”, - сказала Шадия. Она достала его ноутбук и вернула ему. “Но это лучшее, что я могу сделать”.

Алекс на мгновение задумался. “Я еду в Сен-Тропе”, - сказал он.

“О, действительно!” - воскликнул Манзур. Он взял свой сок, выпил его одним глотком, затем поставил стакан. “Это то, что ты думаешь? Ты можешь просто отправиться в погоню на юг Франции и разобраться с этим самостоятельно?” Он покачал головой. “Мы можем разобраться с этим для тебя. Я могу связаться с DGSE – французской разведывательной службой. Я могу поговорить с миссис Джонс в Лондоне. Это работа для профессионалов ”. Он ткнул пальцем в сторону Алекса. “Ты должен быть в школе”.

“Нет, полковник”. Алекс уже принял решение. “Джек написал мне. Она хотела, чтобы я нашел ее. Я не собираюсь возвращаться в Сан-Франциско. Не раньше, чем я узнаю, что произошло ”.

“Ты очень трудный мальчик!” Манзур с сожалением посмотрел на свой пустой стакан, затем наклонился вперед. “Хорошо! Хорошо! Так получилось, что у меня есть друг в египетских ВВС. На самом деле, он командир, если ты действительно хочешь знать. Он отвечает за все это. Он упомянул мне, что у него учения – пара самолетов Альфа направляется во Францию. Я посмотрю, сможет ли он достать тебе место на одном из них. Они могут высадить тебя в аэропорту Ниццы. Если ты будешь хорошо себя вести, они могут даже приземлиться первыми. Это приемлемо для тебя?”

“Спасибо, полковник”. Алекс не мог сдержать улыбки.

“Я ни с кем не говорил об этом. Даже твои собственные люди не знают, куда ты идешь. Я так понимаю, ты предпочитаешь, чтобы так было ”.

“Да. Я свяжусь с ними, если понадобится ”.

“Очень хорошо”. Внезапно Манзур снова стал серьезным. Он был человеком, который мог мгновенно сменить настроение. “Но есть еще кое-что, что я должен тебе сказать. Ты помнишь имя, Гримальди, которое ты нашел в камере?”

“Джованни и Эдуардо Гримальди. ДА. Ты сказал мне...”

“Они работали на Скорпию. Со скорпионами покончено, но это не делает их менее опасными. Я навел справки, и хотя никто не уверен, ходят сильные слухи, что они сами находятся на юге Франции, возможно, даже в Сен-Тропе ”.

“Может быть, они забрали Джека с собой!”

“Зачем им это делать? Какая возможная причина у них может быть?” Манзур остановил себя. “Возможно, ты не захочешь знать ответ на этот конкретный вопрос. Неважно! Я все устроил для тебя, Алекс, но я говорю тебе, что ты должен быть осторожен ... подумай о том, во что ты ввязываешься ”. Он встал. “Мой водитель приедет за тобой завтра в шесть часов утра. Я надеюсь, что снова увижу тебя в Каире ”.

“Я дам тебе знать”, - сказал Алекс.

“Я все равно узнаю”.

Шадия тоже поднялась на ноги. “Я добавила пару вещей на твой компьютер”, - сказала она. “Я надеюсь, ты не возражаешь, но я подумал, что они могут пригодиться. Это стандартное снаряжение для наших собственных агентов. Нажми "КОНТРОЛЬ" три раза, а затем "С", и я смогу видеть тебя через камеру. Я услышу все, что ты скажешь. Таким образом, ты сможешь связаться со мной, если тебе понадобится какая-либо помощь. Нажмите CONTROL – снова, три раза – и M, и вы подадите сигнал бедствия, который будет подхвачен ближайшей разведывательной службой. И если ты в настоящей беде, нажми CONTROL три раза, затем X.”

“Что это дает?”

“Это дает тебе пятнадцать секунд, чтобы залезть под стол или выйти из комнаты. После этого ваш компьютер взорвется ”.

“Только не делай этого случайно”. Манзур повернулся к своей дочери. “Ты помнишь Халеда из отдела коммуникаций? Он отправил электронное письмо своей матери и подписал его поцелуем. Он оторвал себе три пальца!”

Манзур расхохотался, а затем заключил Алекса в мощные медвежьи объятия. “Береги себя!” - воскликнул он.

Они вдвоем ушли.

OceanofPDF.com

МЯТНЫЙ ЧАЙ

Eпятнадцать часов спустя Алекс сидел в кафе на набережной в Сен-Тропе. Это была первая неделя сентября, но это был город, в котором лето, казалось, никогда не закончится, а улицы и кафе все еще были переполнены. Он выбрал столик в углу, откуда открывался беспрепятственный вид на окрестности. Это была старая гавань. Набережная охватывала огромное водное пространство с примерно сотней лодок, качающихся вверх и вниз на своих причалах: все, от маленьких шлюпок, яхт и рыбацких лодок до единственного многомиллионного крейсера, который возвышался над всем остальным. Длинная морская стена протянулась, как защитная рука. Средиземное море было на другой стороне, с Александрией и северным побережьем Египта более чем в двух тысячах миль.

Кафе было одним из нескольких. Там была длинная очередь ресторанов, забитых друг другом, с их разноцветными навесами, протянувшимися над тротуаром. С того места, где он сидел, Алекс мог видеть, как официанты двигаются, как цирковые артисты, балансируя огромными стопками тарелок и бокалов, когда они умело изгибались и петляли между столами. Позади них выросли розовые и белые жилые дома с балконами, обеспечивающими места в первом ряду над набережной. Был час дня, и все решили пообедать в одно и то же время. На улице было полно машин и мотоциклов, продавцов мороженого, киосков с открытками, уличных артистов, туристов и путешественниц.

Был ли Джек здесь?

Это было невозможно сказать.

Алекс сидел тихо. Он все еще не полностью оправился от перелета, который привел его сюда. Пристегнутый ремнями в задней кабине Alpha Jet MSI, он чувствовал, как каждая косточка в его теле сжимается от перегрузок, когда самолет пронесся по взлетно-посадочной полосе и поднялся в воздух со скоростью одиннадцать тысяч футов в минуту. "Альфа" не был самым современным реактивным самолетом в эксплуатации, но он все еще был невероятно мощным, с комфортом развивая скорость шестьсот миль в час. Алексу выдали комбинезон и наушники, чтобы защитить его от оглушительного воя турбовентиляторов, и он сидел в каком-то коконе на протяжении всего полета. Египетский пилот с ним не разговаривал. Он явно был не слишком рад обнаружить, что перевозит гражданского пассажира, которому при этом было всего пятнадцать лет. Но он слишком нервничал, чтобы спорить с главой Джихаза Амн аль Даула, и даже сумел коротко улыбнуться и кивнуть, как только они приземлились в аэропорту Ниццы.

Алекса отвели в боковую комнату, где он переоделся. Затем озадаченный французский чиновник провел его с рюкзаком, остальной одеждой и ноутбуком через паспортный контроль. Никто не задавал никаких вопросов. Второй чиновник бросил быстрый взгляд на его паспорт, кивнул, и Алекс внезапно обнаружил, что вернулся в Европу и снова сам по себе. Ему всегда нравился Юг Франции с его пальмами, длинными пляжами и непрерывным солнечным светом. Он сел на местный автобус до Сен-Тропе, прибыв незадолго до одиннадцати часов. Сначала была скучная процедура заселения в отель, на этот раз в привлекательное пыльно-розовое здание за главной площадью. Был базарный день, и Алекс прогуливался между различными прилавками, выбирая свежие круассаны, фрукты и сыр ... одни из лучших блюд, которые он когда-либо ел. Он проглотил это на ходу. Он не хотел терять время.

После этого он отправился прямо в туристическое бюро на набережной Жан Жорес. Он и сейчас не спускал с нее глаз. Это было на углу, немного в стороне от гавани; большая простая комната с двумя арочными окнами и усталым на вид агентом, сидящим за компьютером. На стенах висели плакаты, различные стенды с брошюрами, рекламирующими местные достопримечательности – пляжи, морские прогулки, Музей бабочек, – но никакой другой мебели; никакого очевидного места, где можно было бы присесть. Алекс провел там всего пять минут, прежде чем выйти и найти кафе, где он заказал стакан гренадина, ярко-красного напитка, приготовленного из гранатов, который был его любимым напитком, когда он был во Франции. Ему нужно было время подумать.

Действительно ли Джек был в Сен-Тропе? Могла ли она войти в туристический офис с ноутбуком? Почему она не воспользовалась своим телефоном? Чем больше Алекс думал об этом, тем более невероятным это казалось. Алекс уже проверил, что сигнал может быть принят в любом месте гавани. Она могла быть где угодно поблизости. Она начала отправлять сообщение – и что потом? Кто-то увидел ее и остановил, прежде чем она смогла написать больше, чем несколько слов?

И где она была сейчас? Проблема была в том – Алексу пришлось признать это – Шадия была права. Поблизости не было камер видеонаблюдения. Джек могла прийти с любой из множества сторон, и ни у кого не было бы причин замечать ее. Он подумывал обратиться в местную полицию – но что он мог у них спросить? “Вы видели жизнерадостную рыжеволосую англичанку двадцати девяти лет с ноутбуком в руках? Она была здесь около недели назад и, возможно, была похищена...” Они бы посмеялись над ним.

Он услышал шорох одежды, легкого пальто, когда женщина села рядом с ним. Она не попросила разделить с ней столик, и он раздраженно посмотрел на нее. Затем он узнал, кто это был, и покачал головой, принимая неизбежное. Он должен был этого ожидать.

“Как ты нашел меня?” Он вздохнул.

“Пожалуйста, Алекс! Тебе действительно нужно спрашивать?”

Прошло много времени с тех пор, как он видел миссис Джонс. Когда они в последний раз встречались, это было в его доме в Челси. Она приехала навестить его после снайперской атаки в его школе, и она – вместе с Аланом Блантом – убедила его уехать в Каир. Его сразу поразило, что она изменилась. Она всегда была мрачно-серьезной женщиной, настолько погруженной в свой тайный мир, что казалась недосягаемой, непознаваемой. Но прямо сейчас, сидя на солнце, она выглядела странно расслабленной. Он мог сказать, что она была рада его видеть.

“Ты не можешь прилететь в страну незамеченным”, - сказала она. “Не в эти дни. И уж точно не в египетском военном самолете. На самом деле я очень зол на полковника Манзура за то, что он не связался со мной, как только ты появился в Каире. Ты не возражаешь, если я присоединюсь к тебе, не так ли?” Она заказала чашку мятного чая. Она сделала паузу, когда официант принес на стол пакетик чая и чашку с кипятком, затем продолжила. “Так получилось, что я был на побережье в Марселе. Довольно скучная конференция по международному пограничному контролю. Как только я услышала, что ты приземлился, я позвонила Манзуру, и он сказал мне, где я могу тебя найти.” Она разорвала обертку и окунула пакет в воду. Алекс вспомнила, что она всегда любила мяту. “Как ты?” - спросила она.

“Джек Старбрайт жив”, - сказал Алекс.

“Это не то, о чем я спрашивал”.

“Я в порядке”. Алекс посмотрел ей в глаза. “Джек жив”.

“Это крайне маловероятно. Но если так, ты должен позволить нам найти ее ”.

“Нет. Она мой друг. Я несу за нее ответственность ”.

“Так вот почему ты уехал из Америки? Мне было очень жаль это слышать, Алекс. Там ты был в безопасности. Почему ты хочешь подвергнуть себя опасности?”

“Это никогда не беспокоило тебя в прошлом”, - сказал Алекс.

Миссис Джонс подняла бровь. “На самом деле, это неправда. Как бы то ни было, я был против идеи использовать тебя с самого начала. О да, я сразу понял, что ты особенный. Твой дядя, Йен Райдер, часто рассказывал о тебе и обо всем, чему он тебя учил. Он превратил тебя в шпиона, а ты даже не знал об этом! И тогда, в тот первый день, когда ты пришел на Ливерпуль-стрит, я увидел это своими глазами. Я на самом деле наблюдал, как ты вылезал из окна на пятнадцатом этаже, просто чтобы получить то, что ты хотел. Кстати, это была идея Алана, тот маленький тест. Ты прошел с честью.

“Алан знал, что нашел идеальное оружие, когда послал тебя за Хэродом Сэйлом, и, конечно, ты доказал его правоту, не только в тот раз, но и снова и снова. Но я всегда был обеспокоен. Ты был ребенком! Помимо всего прочего, необходимо было учитывать последствия для безопасности. Для нас было бы довольно сложно, если бы кто-нибудь заметил, что мы нанимаем несовершеннолетнего!” Она сделала паузу, и Алекс подумал, не сказала ли она больше, чем намеревалась. “Конечно, это было нечто большее”, - поспешно продолжила она. “Я беспокоился о том, что мы делали с тобой. Ты пропускал школу. Ты лгал своим друзьям. Ты видел то, чего не должен видеть ни один молодой человек. И ты был сильно ранен. Ты был почти убит, когда в тебя стреляли возле нашего офиса! Может быть, это была мать во мне, Алекс. У меня самого когда-то были дети. Но я знал, что то, что мы делали, было неправильно, и это причина, по которой я разыскал тебя сегодня. Я не позволю этому продолжаться ”.

Алекс навострил уши, когда миссис Джонс упомянула своих детей. Он видел их фотографию в ее квартире и часто задавался вопросом, что с ними случилось. Но он не собирался спрашивать ее об этом сейчас. Вместо этого он сказал: “Я не понимаю, как ты можешь остановить меня”.

“Я могу остановить тебя очень легко”, - ответила миссис Джонс. “Я мог бы щелкнуть пальцами, и через пять секунд тебя бы запихнули в машину и отправили в Сан-Франциско. Я надеюсь, до этого не дойдет”. Она вздохнула. “В Специальных операциях все изменилось, Алекс. Алан Блант подал в отставку. Теперь я главный, и мы делаем все по-моему. Смитерс, кстати, тоже ушел. Я подумал, что тебе, возможно, будет интересно узнать, поскольку я в курсе, что он был твоим другом ”.

“Что ты хочешь, чтобы я сделал?” - Спросил Алекс.

“Я хочу, чтобы ты вернулся в Америку”. Она полезла в сумочку и достала конверт, который положила на стол. “Вот один билет. Приятно лететь в Сан-Франциско с Air France. Рейс вылетает завтра утром в семь часов. ”

“А как насчет Джека?” Голос Алекса был тяжелым.

“Я попросил моего начальника штаба Джона Кроули разобраться с этим, и он уже сейчас собирает команду. Я буду честен с тобой, Алекс. Я не думаю, что тебе следует возлагать слишком большие надежды. Даже если Разим не убивал ее, маловероятно, что она все еще жива. Ты должен спросить себя – где она? Почему она не попыталась связаться с тобой во второй раз?” Она посмотрела на свой чай, как будто забыла, что он там был. “У тебя есть с собой мобильный телефон?”

“Да”. Вопрос застал Алекса врасплох.

“Убедитесь, что он включен, и держите его при себе все время. Если у нас будут какие-нибудь новости, мы сразу же дадим тебе знать ”.

Миссис Джонс встала. Она ничего не выпила, даже глотка. “Мне всегда нравилось знать тебя - и не думай, что я не благодарен за все, что ты сделал. Хотя ты, возможно, и не видишь это так, я делаю тебе одолжение. Проблема с опасностью в том, что это наркотик. Ты становишься зависимым и продолжаешь хотеть большего, пока, наконец, это не убивает тебя, как твоего дядю. Я всегда думал, что Америка была хорошей идеей для тебя. Новый старт. Оставайся там. Держись от нас подальше ”.

Она развернулась и пошла обратно по набережной.

Алекс открыл конверт. Конечно же, внутри был билет Air France прямо в Сан-Франциско. Он заметил, что его зарегистрировали как несовершеннолетнего без сопровождения. После всего, через что он прошел, после миссий, которые подвергали его опасности по всему миру, кто-то в МИ-6 организовал встречу члена экипажа в аэропорту и проводил его до места! Медленно, обдуманно Алекс разорвал билет примерно на пятьдесят кусочков и бросил их в пепельницу. После этого он почувствовал себя лучше.

Было что-то, что сказала миссис Джонс, что-то, что разрешило головоломку, над которой он размышлял, когда она села рядом с ним. Алекс взглянул на чашку с пакетиком, все еще плавающим в воде. Что это было? Он должен был подумать. Было что-то, чего ему не хватало, и он был уверен, что она дала ему ответ.

Он вернулся к своим мыслям. Предположим, Джек был бы здесь. Она должна была бы быть заключенной – иначе она бы просто подошла к телефону и позвонила ему. Он представил ее, запертую в комнате. Каким-то образом, всего на несколько секунд, она получила доступ к компьютеру и вошла в систему, используя ближайший сигнал, Управление туризма. Конечно, ей не нужно было заходить в здание. Она могла просто быть где-то рядом. Но где? Алекс пробежался взглядом по многоквартирным домам с их высокими окнами и балконами. Это мог быть любой из них. Но это не имело никакого смысла. Почему они хотели запереть ее здесь?

И затем, внезапно, у него это получилось. Это было то, что сказала миссис Джонс! Ты не можешь прилететь в страну незамеченным. Алекс был незаконно ввезен египетскими ВВС, но даже так, его заметили. Из-за сильного страха перед терроризмом каждый аэродром находился под пристальным наблюдением, проверялся каждый рейс и каждый пассажир. Но предположим, что она приплыла на лодке! Это был очевидный ответ! Из Египта это было бы путешествие продолжительностью около семи дней, сначала через Средиземное море на Мальту, затем мимо Сардинии и, наконец, вдоль французского побережья от Монако до Ниццы и обратно до Сен-Тропе. Ответ был прямо ему в лицо. Джек был заперт в каюте, а не в комнате. На самом деле она никогда не ступала на набережную.

Алекс подозвал официанта и достал банкноту в двадцать евро. “Мадам регле", ” сказал ему официант. Ну, в любом случае, это было что-то. Миссис Джонс заплатила за выпивку.

Он знал, что должен был сделать. Закинув рюкзак на плечо, он поспешил к офису порта, который он уже заметил, когда осматривал местность. Он был размещен в привлекательной круглой башне на близлежащей набережной Эпи. Алексу повезло, что он превосходно говорил по–французски - это была всего лишь одна из тех вещей, которым его научил Йен Райдер, когда он рос. Он смог убедить пожилую женщину за столом, что работает над школьным проектом и ему нужно знать названия всех больших яхт, которые были пришвартованы в гавани Сен-Тропе в определенный понедельник.

“Яхты какого размера?” - спросила женщина. Она смотрела на него сквозь очки, прикрепленные к шнурку, закрепленному у нее на шее.

Очевидно, это сузило бы поиск. Алекс подумал о долгом путешествии из Египта, возможно, Джек незаметно проскользнул из одной каюты в другую. “По крайней мере, шестьдесят метров”, - сказал он. “Может быть, больше”.

Женщина нажала несколько клавиш и уставилась на экран своего компьютера. “В тот день, о котором вы спрашиваете, была только одна лодка такого размера”, - сказала она. “Сейчас сентябрь, и, как правило, в это время года мы здесь менее заняты”. Она нажала кнопку, затем подошла к принтеру, который выплюнул лист бумаги. “Вот ты где”. Она передала его Алексу.

Лодка называлась Ртуть. Он был огромным – около восьмидесяти метров в длину, с четырьмя палубами, салонами, каютами, тренажерным залом, джакузи и бассейном. Алекс несколько секунд смотрел на изображение, затем вышел на улицу. Он нашел скамейку, сел и достал свой ноутбук. Положив его на колени, он загрузил его, затем трижды нажал CONTROL и нажал S. Ничего не произошло. “Шадия?” - сказал он. “Ты меня слышишь?”

Экран замерцал, и мгновение спустя появилась Шадия. Она сидела в своем кабинете. “Привет, Алекс. Как тебе Сен-Тропе?”

“Это горячо”.

“Возможно, становится жарче. Я собирался предупредить тебя. МИ-6 позвонила нам. Я думаю, они ищут тебя ”.

“Все в порядке, Шадия. Они нашли меня ”. Алекс сразу перешел к делу. “Что ты можешь рассказать мне о лодке под названием Ртуть?”

Шадия наклонилась вперед, и Алекс мог представить, как она вводит информацию в свой компьютер. Он мог бы погуглить это сам, но у нее наверняка было больше информации в ее системе. Мгновение спустя она подняла глаза. “Изготовлено Benetti в Ливорно, Италия. Семьдесят девять метров. Максимальная скорость – шестнадцать узлов. Дальность – четыре тысячи морских миль. Пять лет назад оно было продано компании по производству оливкового масла под названием Draco d'Olivo, базирующейся в Неаполе. Они заплатили сто девяносто миллионов евро”. Она нахмурилась. “Это интересно. Подожди минутку...” Последовала еще одна пауза, пока она просматривала свою базу данных. Затем она снова подняла взгляд . “Да. Я думал, что знаю это имя. Помнишь, мой отец рассказывал тебе о братьях Гримальди?”

“Да”.

“Они владеют огромным количеством компаний. Они используют их как прикрытие, прячась за ними. Мы не уверены, но есть подозрения, что Драко д'Оливо - один из них.” Она сделала паузу. “Почему ты спрашиваешь, Алекс? Тебе нужна помощь?”

“Нет. Я в порядке. Спасибо, Шадия.” Алекс отключился и закрыл свой ноутбук.

Он сидел там, где был, все еще держа листок бумаги, который дала ему женщина в офисе порта. Он посмотрел на нее в последний раз, затем скомкал в руке. Ему не нужна была фотография. Он узнал лодку в тот момент, когда увидел ее. Теперь он мог видеть это. Настоящая суперяхта была прямо перед ним, пришвартованная у набережной Жан Жорес, где он сидел всего несколько минут назад.

Он нашел это. Возможно, он даже нашел Джека.

Теперь все, что ему нужно было сделать, это попасть на борт.

OceanofPDF.com

РТУТЬ

Яэто была красивая лодка, массивная по размеру и в то же время какая-то изящная и изящная, сидящая на воде так, как будто она вообще ничего не весила. Не считая тонированных окон, все было ослепительно белым, с серебряными перилами, отполированными до блеска. На главной палубе были места для отдыха на открытом воздухе, шезлонги и затененная зона с дверями, ведущими в главный салон. На верхней палубе находились мостик и каюта капитана, а также ряд антенн и спутниковых тарелок, установленных на крыше. Ближе всего к морю были по крайней мере две нижние палубы с самыми маленькими иллюминаторами – каюты экипажа.

Ветер стих, и итальянский флаг – зеленый, белый и красный – безвольно повис сзади. Сходни спускались к краю гавани. Это был единственный способ войти и выйти. Два охранника, оба в джинсах и футболках, с солнцезащитными очками, стояли на кормовой палубе, охраняя ее. Один был совершенно лысым, с головой, которая напомнила Алексу проколотый футбольный мяч. Ему было под сорок. Другой был моложе – лет двадцати пяти или шести, тощий и бесконечно суетливый. Они стояли там часами.

Алекс расположился в другом кафе, немного дальше от того, где он встретил миссис Джонс, прямо напротив причала, где был пришвартован "Ртуть". После того, как он покинул офис порта, он вернулся в отель и переоделся в более темную одежду, которая помогла бы ему в том, что ждало его впереди. Ближе к вечеру может быть холодно, поэтому он надел мятую куртку и рубашку с длинными рукавами. В комнате не было сейфа, поэтому он взял с собой паспорт и бумажник. Они были у него во внутреннем кармане. У него также были его телефон и ноутбук в рюкзаке. У него было неприятное чувство, что они ему понадобятся.

Небо сменило цвет с красного на лиловый и стало темно-синим. Внезапно наступила ночь. Алекс долгое время сидел там, где был, наблюдая за лодкой, пытаясь разглядеть, кто был на борту. Кроме охранников, не было ничего; вообще никакого движения. Но, наблюдая за ними обоими, он знал, что они не были обычными охранниками. Они были там не для того, чтобы просто вежливо кивать публике и заставлять ее двигаться дальше. Алекс сразу понял это по тому, как они стояли, по их пустым выражениям лиц, по их пустым глазам. Молодой человек был бледен от вида пустой, голодный взгляд, который напомнил ему Колина Магуайра, хулигана, с которым он расправился в Сан-Франциско. Какая-то кожная сыпь разъела уголки его рта и глаз, и если бы он лежал неподвижно, было бы довольно легко принять его за кого-то, кто недавно умер. Другой мужчина был главным. Он выглядел свирепым. Помимо того, что он был абсолютно лысым, у него были очень темные, злые глаза и нос, который, казалось, был вдавлен обратно в лицо. Его футболка была натянута на груди культуриста, а на тыльной стороне правой руки была татуировка – ярко–красное пламя.

Все эти гангстеры были одинаковы. Алекс встречался с ними на заводе по производству компьютеров Хэрода Сэйла в Порт-Таллоне, затем снова в убежище Сарова в Skeleton Key и на заливе Фламинго, карибском острове, где Николай Древин планировал запустить свою ракету в космос. Некоторые вещи никогда не менялись. Богатые, влиятельные люди окружили себя людьми, которые защитили бы их любой ценой. Заплати охранникам достаточно денег и укажи им правильное направление, и они убьют любого, не задумываясь.

Эта яхта принадлежала братьям Гримальди – Джованни и Эдуардо. Алекс вспомнил, что говорил ему о них полковник Манзур. Они были бывшими мафиози и бывшими Скорпионами. Возможно, они убили своего собственного отца. Алекс мрачно улыбнулся: к длинному ряду людей, с которыми он столкнулся, добавились еще двое чаровников. Что ж, если они забрали Джека, они совершили большую ошибку. Он не собирался позволить им встать у него на пути.

Двое охранников все еще не ушли, даже чтобы сходить в туалет. Алекс знал, что скоро ему придется сделать свой ход. Помимо всего прочего, официанты становились немного раздраженными. Он умудрился проглотить два стакана гренадина и заказал чизбургер с жареной картошкой, которые ел так медленно, как только мог, но, несмотря на это, им было интересно, как долго он еще собирается сидеть за столом. Проблема была в том, что не было очевидного способа, которым он собирался попасть на борт Quicksilver. Братья Гримальди не устраивали вечеринку, чтобы он мог затеряться в толпе. Не было никаких поставок, не было шанса притвориться, что он вез припасы. Можно было бы доплыть до носа, но он не был уверен, что сможет взобраться наверх. Главная палуба была слишком высоко, и в любом случае, его почти наверняка услышали бы.

Яхта выглядела пустой. За тонированными стеклами не зажегся свет, по крайней мере, насколько он мог видеть. Никто не вышел на палубу. Но Алекс был уверен, что там кто-то должен быть. Иначе зачем была бы вообще нужна охрана? Это должен был быть Джек Старбрайт. Именно здесь ее держали. Если бы он встал и выкрикнул ее имя, она могла бы даже услышать его. К сожалению, так поступили бы и охранники.

Пока он сидел там с пустым стаканом перед собой, всевозможные воспоминания проносились в его голове. Джек вытаскивает его из постели, готовит к школе. Джек готовил ему завтрак, нарезал тост солдатиками, хотя она знала, что он слишком стар для этого. Джек, накладывающий эластопласт на колено после той первой драки на площадке для демонтажа машин Страйкера. Джек всегда беспокоился о нем, ждал его, когда он возвращался домой с каждой миссии. У Алекса не было родителей, и МИ-6 более или менее разорвала его жизнь на части. В конце концов, она была единственной постоянной, единственным человеком, на которого он мог положиться. Он думал, что она мертва. Теперь, возможно, она была всего в нескольких метрах от меня. Ей удалось отправить ему сообщение, возможно, рискуя своей жизнью. Он собирался вытащить ее.

Алексу это не очень нравилось, но он разработал план и знал, что ему нужно делать. Он заплатил по счету, затем встал и пошел вдоль гавани в дальний конец, где ступеньки вели вниз к полоске гальки с мелководьем и небольшими волнами, разбивающимися о берег. Он подумал, что ему, возможно, понадобится фонарик, но взошла луна, и было достаточно света, чтобы видеть вокруг. Он что-то искал и вскоре нашел это: часть старого деревянного ящика, выброшенного, возможно, рыбаком и прибитого сюда. Он подтащил его к себе и осмотрел. Это был точно правильный размер. Это было бы идеально.

Он подождал еще час, надеясь, что луна скроется за облаком и накроет его тьмой, но ночь была ясной и тихой, и в конце концов он понял, что этого не произойдет. Алекс начал уставать. Он все еще страдал от смены часовых поясов после перелета из Сан-Франциско в Каир и знал, что ему нужно сделать свой ход. Он достал ноутбук из рюкзака и положил его плашмя на деревянную крышку ящика. Ему было бы жаль потерять это. Это был не просто вопрос стоимости. Дело было даже не в данных, которые он содержал. Он уже загрузил все, что было важным, и отправил это обратно себе по электронной почте. Это была сама машина. Он вспомнил, как копил на это. Это было у него два года, и это стало частью его. Что ж, другого выхода не было. Это просто должно было уйти.

Он вошел в воду, дрожа, когда она поднялась до бедер. Температура уже начала падать, приближалась осень. Еще три шага, и он поплыл, тихонько дрыгая ногами и в то же время подталкивая маленький плот своим компьютером перед собой. Ртуть была слева от него, возвышаясь над ним.

Он не слишком беспокоился о том, что его увидят двое мужчин. Они были высоко, и их глаза были устремлены на набережную. Как только он подойдет ближе, он будет хорошо скрыт массой самой яхты. Алекс больше боялся быть замеченным кем-нибудь в одном из ресторанов или, возможно, на одной из других лодок поменьше, пришвартованных дальше. Если бы они увидели сумасшедшего ребенка, отправляющегося в полночь купаться, и решили поднять тревогу, прибыла бы полиция, и тогда игра определенно была бы окончена.

Шесть ... семь ... восемь... Он старался, чтобы его движения были как можно более ритмичными, считая удары. Его руки все еще были вытянуты, направляя плот. Он чувствовал, как одежда натягивает его, когда он плыл. Возможно, было бы разумнее раздеться до того, как он вошел, но сейчас было слишком поздно думать об этом.

Он плыл, пока не достиг наклонной белой стены из ртути, затем направился обратно к причалу, пока не оказался под сходнями. Это был решающий момент. Осторожно, стараясь не издавать ни звука, он пододвинул ноутбук к себе, затем частично открыл его, скрывая свечение экрана. Ему пришло в голову, что он никогда не просил Шадию превратить компьютер в оружие, и хотя он был благодарен ей, часть его тоже возмущалась этим. Что это она сказала? Нажатие кнопки CONTROL три раза и X превратило бы ноутбук в бомбу с пятнадцатисекундным взрывателем. С трудом выбиваясь из сил, чтобы удержаться на плаву, Алекс сделал именно это, затем осторожно подтолкнул плот так, чтобы он поплыл к передней части корабля, прихватив с собой компьютер. Затем он проплыл под сходнями и выбрался с другой стороны, стараясь держаться как можно дальше от того, что должно было произойти. Он мог представить двух мужчин, стоящих прямо над ним, не подозревающих, что что-то не так. Это должно было измениться.

Алекс сосчитал до пятнадцати. Ничего. Неужели Шадия ошиблась? Могла ли она пошутить? Алекс тихо выругался. Затем, секунду спустя, компьютер взорвался, оранжевый огненный шар расцвел на поверхности моря. Это больше походило на гигантский фейерверк, чем на настоящую бомбу. Это произвело мало шума, но пламя отражалось в воде и, казалось, распространилось по всей гавани. Компьютер отключился не сразу. Это было почти так, как если бы оно решило помочь Алексу в последний раз. То, что от него осталось, осталось там, где было, плавая на куске ящика, весело горя.

Алекс начал двигаться в тот момент, когда он взорвался. Он рванулся вверх и схватился за трап обеими руками, затем вытащил себя из воды. Двое мужчин исчезли. Все происходило именно так, как он надеялся. Они побежали на нос лодки, чтобы посмотреть, что происходит. Конечно! Им нужно было увидеть, что горит на поверхности воды. Они могут подвергнуться нападению. Его самым большим страхом было то, что один из них останется, но в пылу момента они не приняли этой элементарной меры предосторожности. Вход был свободен. Алекс вскочил на трап и взбежал на борт. С него капала вода, и он боялся, что лужи выдадут его, но, наконец, луна оказала ему услугу и нашла облако, за которым можно спрятаться. Во всех ресторанах горел свет, и огонь освещал море, но на самой яхте было темно.

Он проскользнул через двойные двери и на мгновение остановился, чтобы глаза привыкли к полумраку. Он был в салуне, окруженный дорогими белыми диванами и креслами. Даже в доме комната казалась бы огромной. На лодке в это было почти невозможно поверить. В углу стоял белый рояль. Целая стена была отведена под киноэкран с современным проектором, вмонтированным в потолок. Алекс заметил четыре полки с DVD-дисками, шкаф для напитков, журнальный столик с несколькими журналами. Все было совершенно новым, вычищенным и отполированным, пока не стало похоже на что-то из рекламы.

Он все еще был мокрым, с него капала вода на полированный деревянный пол, и он быстро ступил на толстый ковер, а затем покатался по нему, чтобы вытереться. Это было не идеально, но, по крайней мере, когда он встал, он был скорее влажным, чем промокшим. Он выглянул из окна. Двое охранников все еще были на носу, но огонь уже гас. Алекс мог видеть мерцающие языки пламени по другую сторону стекла. Пришло время двигаться дальше. Одежда прилипла к телу, а брюки уже натирали ноги, он прокрался ко второй двери и вышел в столовой с овальным столом, огромным пространством из блестящего красного дерева, окруженным четырнадцатью стульями – еще больше белой кожи. Не было ни тарелок, ни стаканов. У Алекса возникло ощущение, что здесь уже некоторое время никто не ел. Потолок был низким, со встроенными светильниками, все они были выключены. Если бы не свет, исходящий от ресторанов на набережной, он бы ничего не увидел. Он чуть не чихнул, сдержавшись в последний момент. Он был холоден. Он вспомнил лужу воды, которую оставил в первой комнате. Если бы охранники увидели это, это привело бы их прямо к нему.

Он хотел поторопиться, но в то же время знал, что должен быть осторожен. Это было то, чему он научился, когда тренировался с SAS в Брекон Биконс. Два простых правила. Никогда не заходи на вражескую территорию, если не предусмотрел выход, и никогда не оставляй свой путь отступления незащищенным. Если бы охранники пришли за ним, все было бы на их стороне. Алекс не знал, куда он идет. Он был безоружен. Он шел в самодельную ловушку, и прежде чем идти дальше, ему нужно было скорректировать шансы, чтобы склонить их в свою пользу.

Но как? Он огляделся вокруг. В столовой не было ничего, ни ножей, ни вилок, ничего, что он мог бы использовать в качестве оружия. Вторая дверь вела в кухню в стиле хай-тек: поверхности из нержавеющей стали, американский холодильник с морозильной камерой, духовка промышленного размера. Алекс быстро обыскал несколько ящиков. Было много ножей на выбор, но, подумав об этом, ему не понравилась идея поножовщины, не тогда, когда у охранников почти наверняка было оружие. Он нашел ящик со свечами, спичками, скотчем, бечевкой. Все, что когда-либо нужно каждой семье. В голову пришла идея. Ему потребовалось бы несколько минут, чтобы все подготовить. Стоило ли тратить на это время? Алекс вспомнил сержанта-инструктора SAS, кричащего ему в лицо. ДА. Это определенно было.

Три минуты спустя Алекс снова был в пути, спускаясь по лестнице, которую он нашел на другой стороне столовой. Ступени были покрыты ковром с толстым ворсом, и он был благодарен за то, что он приглушал любой звук. Сверкающие серебряные перила развернулись, приглашая его дальше в чрево зверя. Он прислушивался к любому звуку движения, но ничего не было, тишина, которая, казалось, усиливалась по мере того, как он падал. Он вышел в коридор, уходящий в темноту. Внизу, без окон с обеих сторон, он ничего не мог видеть. Алекс полез в свой рюкзак. Ему удалось уберечь большую часть этого от воды, пока он плавал. Он достал свой мобильный телефон, включив функцию фонарика. Острый белый луч высветил ряд дверей. Спальни – или каюты, он полагал, что должен называть их. У лодок был свой собственный язык, свой собственный образ жизни. Какое это имело значение? Джек может быть в одном из них. Он был уверен, что подобрался близко.

Он попробовал ближайшую дверь. Она открылась в другую просторную комнату с кроватью королевских размеров, туалетным столиком, шкафами, окнами от пола до потолка. И снова все выглядело нетронутым, как будто вся лодка была там, чтобы ее демонстрировали, а не использовали. Мог ли он ошибаться? Может ли кто-нибудь на самом деле здесь жить? Возможно, двум охранникам заплатили просто за то, чтобы они охраняли собственность, приборы и фурнитуру.

Следующая каюта была такой же. Алекс прошлепал по коридору, телефон выпал из его руки, излучая свет. Только когда он открыл третью дверь, он понял, что что-то изменилось. Для начала, кондиционер был включен. Он почувствовал, как она гладит его лицо и шею, даже когда он на цыпочках вошел. И эта комната была занята. Он увидел чемодан, прислоненный к стене. Шторы были задернуты. На столе лежало несколько книг в мягкой обложке.

В постели кто-то был. Алекс мог сказать это по форме под одеялом. Он увидел рыжие волосы, рассыпавшиеся по подушке. Он закрыл за собой дверь. Его сердце бешено колотилось.

“Джек?” - прошептал он.

Ничего.

“Джек!” Он попытался снова. Он хотел подойти к ней и встряхнуть ее.

Ему не нужно было. Она осознала его присутствие, и он увидел, как изменилось ее тело. Она перевернулась. Рука потянулась, чтобы включить лампу на прикроватном столике, и желтый свет залил комнату. Она повернулась и села.

Это был не Джек.

Алекс обнаружил, что смотрит на непривлекательную женщину со слегка мужеподобным лицом и серыми, безжизненными глазами. Она была намного старше Джека, на ней была розовая полупрозрачная ночнушка, которая неуклюже свисала с ее плеч. Она легла спать с помадой на губах. Он размазался по ее рту.

“Кто ты?” - Потребовала Драгана Новак.

“Я … Прости меня!” Алекс не знал, что сказать.

“Что ты здесь делаешь?” Она говорила с иностранным акцентом, который жевал слова. Она была из Восточной Европы. Она выглядела разъяренной из-за того, что ее разбудили.

“Я искал кое-кого”, - сказал Алекс. “Я зашел не в ту комнату. Я очень сожалею, что побеспокоил тебя ”.

Он повернулся к ней спиной, потянувшись к дверной ручке, но женщина окликнула его. “Штопп!”

В ее голосе было что-то такое, что заставило Алекса заколебаться. Он обернулся и увидел, что женщина схватила странного вида пистолет, который лежал на столе рядом с кроватью на случай, если он ей понадобится. Он был легким и, казалось, был сделан из какого-то белого пластика. Она подняла его, чтобы прицелиться в Алекса. В то же время она вскочила с кровати. Ее ноги, выглядывающие из-под розовой ночнушки, были толстыми и покрытыми пятнами, с тонким волосяным покровом.

“Я искал своего друга”. Алекс уже думал наперед, пытаясь найти выход из этой ситуации. Он был недоволен собой. Мысль о встрече с Джеком сделала его беспечным. Он не должен был просто так ввалиться в эту комнату. “Она сказала мне, что остановилась на яхте под названием Серебряная полоса. Должно быть, я ошибся! Возвращайся ко сну! Я покажу себя...”

“Нет!” Женщина все еще целилась в него из пистолета. В ее глазах было тупое возбуждение. Она облизнула губы. Алекс сразу понял, что она хотела выстрелить в него. Не потому, что он был опасен для нее, а потому, что ей бы это понравилось. “Тебе запрещено находиться на этой лодке. Ты прокрался. Ты шпион!” Она выплюнула это последнее слово с чувством триумфа.

“Нет”, - сказал Алекс. “Я всего лишь школьник. Я просто в отпуске ”.

“Ты лжешь”.

“Пожалуйста. Имей сердце!”

Ее глаза сузились. “Что ты имеешь в виду?”

“Я пришел сюда по ошибке. Клянусь моим сердцем!” Алекс постучал себя по груди. “Мне пятнадцать. Я никто...”

Все зависело от следующих нескольких секунд. Либо она собиралась застрелить его, либо позвать охрану. Алекс сделал свой ход. Не обращая внимания на женщину, он наполовину развернулся и схватился за ручку двери. Драгана Новак уволена. Крошечная игла длиной в два сантиметра со смертельным ядом тетродотоксином на конце бесшумно пролетела через комнату и проникла в его куртку. Алекс дернулся назад, его плечи врезались в дверь, телефон упал на пол.

Его глаза расширились. Он попытался заговорить. Он медленно сполз на пол и остался лежать неподвижно.

OceanofPDF.com

ОГОНЬ И ВОДА

Dрагана Новак с любопытством посмотрела на мальчика, лежащего на полу в углу. Теперь она жалела, что он не назвал ей свое имя, прежде чем она убила его. Не то чтобы это имело значение, на самом деле, но ей было любопытно. Конечно, он заслужил смерть. Дело было не только в том, что он был незваным гостем, пробравшимся в ее каюту посреди ночи. Он разбудил ее! Это было особенно раздражающе, так как она легла спать с головной болью и не хотела, чтобы ее беспокоили.

Она провела день за покупками в Сен-Тропе. После однообразной жизни в Сербии она почувствовала, что ожила на юге Франции: солнечный свет, яркие цвета, магазины, полные красивых вещей. Розовая ночнушка, которая была на ней, стоила двести евро, невероятную сумму денег – больше, чем месячная зарплата дома. После этого она пообедала в оживленном ресторане недалеко от набережной. К сожалению, она выпила слишком много вина. Третья бутылка определенно была ошибкой, и она чувствовала сильное головокружение, когда садилась в такси, которое доставило ее обратно в Ртуть. Она съела несколько шоколадных конфет, а затем с благодарностью рухнула в постель и почти сразу заснула.

Кто был этот мальчик? И как охранники позволили ему пройти мимо них? Драгана решила, что у него должно быть при себе какое-то удостоверение личности, и она проверит его, прежде чем позвать их вниз.

Алекс услышал, как скрипнули пружины кровати, когда женщина встала. Он лежал точно так, как упал, его руки и ноги были раскинуты, голова склонилась набок. Его глаза были закрыты, но он рискнул и открыл их ровно настолько, чтобы видеть, как она приближается к нему. Он должен был точно знать, где она была.

У нее были самые отвратительные ноги. Пальцы ее ног были короткими, с такими ногтями – толстыми и желтыми, – которые он ожидал бы увидеть у пожилого мужчины. Он мог разглядеть только подол ее ночной рубашки. Ее голени напомнили ему суставы в мясной лавке. Ее пятка была куском мертвой кожи.

Алекс был жив благодаря сочетанию удачи и обмана. Удачей были его бумажник и паспорт во внутреннем кармане пиджака. Они могли просто быть достаточно толстыми, чтобы обеспечить защиту для пули. Конечно, они защитили его от дротика, наконечник которого, как он догадался, должен быть с каким-то ядом. Но ему тоже пришлось обмануть женщину – и он сделал это, используя кое-что еще, чему он когда-то научился у своего дяди, Йена Райдера. Сила внушения, Алекс. Это то, что используют фокусники сцены. Они заставляют тебя думать, что у тебя есть свободный выбор, но на самом деле они тайно влияют на тебя. Это то, что Алекс вспомнил за мгновение до того, как женщина выстрелила. Он сказал ей иметь сердце. Мгновение спустя он повторил это: “Клянусь сердцем”. Когда он умолял ее, он намеренно постучал себя в грудь. На самом деле, он говорил ей, куда целиться, и, просто чтобы быть уверенным, он повернул свое тело так, чтобы цель была очевидна. И она подчинилась. Наконечник дротика даже близко не приблизился к его плоти. После этого это был просто случай притворства, предоставления ей того, что она ожидала увидеть.

Женщина стояла над ним. Алекс не двигался. Он пытался не дышать. Она все еще держала пистолет, и в нем могла быть вторая игла. Он действительно мог чувствовать ее вес, прижатый к полу, когда она переводила дыхание. Теперь он мог чувствовать ее запах. Она пропиталась дорогими духами, предположительно купленными в Сен-Тропе, и пахла, как цветочный магазин в жаркий день. Раздался шорох ткани, когда она наклонилась к нему, и тогда Алекс понял, что должен действовать. В одно мгновение все его тело ожило. Его плечи врезались в ее ногу, и в то же время он обхватил рукой ее лодыжку и потянул изо всех сил. Женщина вскрикнула, потеряв равновесие. Алекс поднялся, все еще держа ее за лодыжку. Женщина боролась, размахивая руками. На мгновение ее глаза впились в него. Ее рот был оскалом ярости. Затем она опрокинулась назад.

Он надеялся, что она упадет на пол, но на этот раз все пошло не так, как он хотел. Ее голова и плечи врезались в кровать – и матрас произвел эффект батута, снова подбросив ее вверх, обратно к нему. Это было последнее, чего Алекс ожидал. С победным криком она бросилась на него, ее руки потянулись к его горлу, и теперь они оба упали вместе. Алекс почувствовал, как дыхание вышибло из его легких, когда она приземлилась на него сверху. Он повернулся в сторону, чтобы игла не проткнула бумажник и паспорт, но сразу понял, что это наименьшая из его проблем.

Она душила его. Зрачки плясали в ее глазах, а губы растянулись в улыбке, когда она использовала свой вес, чтобы прижать его к себе, ее руки сжимали все крепче и крепче. Алекс мог видеть шоколад, размазанный по ее зубам. В отчаянии он протянул руку, схватил иглу и вытащил ее. Он мог бы использовать это против нее. Но Драгана ждала этого шага. Она отпустила его горло одной рукой и набросилась. Иглу отправили вращаться прочь. Драгана захихикала и снова начала его душить.

Алекс не мог дышать. По краям комнаты потемнело. Он протянул руки, ища на ковре что-нибудь, что он мог бы использовать в качестве оружия. Не было ничего. Он больше не мог видеть ее лица. Она то входила, то выходила из фокуса. У него, возможно, оставались секунды. А потом его пальцы за что-то ухватились. Прослушка. Его мозг отключался, и ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что это было. Провод был подключен к прикроватной лампе. Он потянул, и она рухнула. Каким-то образом его пальцы сомкнулись вокруг металлического основания. Из последних сил он ударил им женщину по голове сбоку. Он почувствовал, как металл соединился с костью. Раздался приятный щелчок и вспышка, когда лампочка разлетелась вдребезги. Драгана перевернулась и лежала неподвижно.

Это было очень близко. Алекс вырвал руки женщины из своих и попятился, задыхаясь. В горле у него было такое ощущение, будто его перерезали. Он нашел на столе пластиковую бутылку с водой, сорвал крышку и заставил себя выпить. Постепенно боль немного утихла. Он подождал, пока снова сможет нормально дышать. Наконец, он поднял свой мобильный с пола, проверил, что он все еще работает, и сунул его в карман. Только тогда он приступил к работе.

Алекс отчаянно пытался обыскать лодку. Были все шансы, что Джек был в другой каюте или в помещениях экипажа внизу. Но сначала он должен был разобраться с женщиной, которая только что пыталась его убить. Он быстро осмотрел ее. Она лежала в куче осколков стекла в волосах, тяжело дыша. Алекс подошел к кровати, сорвал верхнюю простыню и зубами разорвал ее на полоски. Он волновался, что придут охранники. Конечно, они должны были слышать борьбу, момент, когда лампа упала на пол. Они могут обнаружить бассейн с водой и спуститься в любом случае. Ему просто придется рискнуть. Используя полоски, он связал женщине руки и ноги. Она, казалось, не торопилась просыпаться. Хорошо. Это дало ему немного времени

Он нашел отравленный дротик и аккуратно положил его на прикроватный столик. Затем он обыскал комнату. Женщина ходила по магазинам. Повсюду была новая одежда и дорогие на вид сумки для покупок. На столике с другой стороны кровати лежала наполовину съеденная коробка шоколадных конфет, а на подушке были следы шоколада. Она читала модный журнал. Он лежал на кровати рядом с картой Великобритании. На нем были показаны города Оксфорд, Челтенхэм и Стратфорд-на-Эйвоне.

Алекс услышал низкий стон. Женщина проснулась. Он схватил дротик и подошел к ней как раз в тот момент, когда ее глаза открылись, уставившись на него с гневом и недоверием.

“Malo kopile! Ubit c’u te!” Она поняла, что не может пошевелить руками или ногами, и выругалась на нем на языке, который он не знал. Ее лицо было пепельно-серым, и там, где ее ударили лампой, образовался ужасный синяк. Ночнушка сбилась вокруг нее. В общем, она напомнила Алексу картофелину, завернутую в розовый носовой платок.

Он показал ей дротик. Присев на корточки, он поднес его близко к ее шее. “Как тебя зовут?” - спросил он.

Она не ответила. Она попыталась плюнуть в него. Алекс прижал наконечник дротика к ее горлу так, что он почти проколол ее кожу. “Скажи мне свое имя”, - тихо сказал он.

Она почувствовала кончик иглы, и ее глаза расширились. “Драгана Новак!” Она прошипела ему эти слова.

“Где Джек Старбрайт?” - Потребовал Алекс. Она, казалось, не поняла, поэтому он повторил вопрос. “Где?”

Драгана была близка к обмороку. В ее голове была ужасная пульсация. Она почувствовала иглу на своей коже и содрогнулась от страха. Могло ли это действительно случиться с ней? Это был всего лишь ребенок, но в нем была какая-то свирепость, которую она никогда раньше не видела. “Я не знаю этого человека”, - прохрипела она.

“Ты лжешь”. Алекс нажал на дротик немного сильнее. “У тебя на кровати карта Англии. Это там, где Джек? В одном из этих городов?”

“Нет! Нет! Я не знаю, о ком ты говоришь. Я его не видел ”.

Я не видел его. Алекс знал, что она говорит правду из-за этого последнего слова. Она не знала, что Джек на самом деле женщина, поэтому они двое не могли встретиться. Осознавая, что секунды уходят, что охрана все еще может появиться, Алекс попробовал другой подход. “Кому принадлежит эта лодка?” - требовательно спросил он. “Это братья Гримальди?" Где я могу их найти?”

“Я тебе не говорю. Я тебе ничего не говорю!” Она вызывающе посмотрела на него.

Алекс осмотрел наконечник дротика. “Во что это макают?” - спросил он. “Это цианид или что-то в этом роде? Почему бы нам не выяснить?”

“Они убьют тебя!” Драгана усмехнулась. “Ты никогда не сойдешь с этой лодки. Они найдут тебя и заставят заплатить, я обещаю тебе. Они сейчас придут!”

Это было правдой. Алекс услышал, как кто-то кричит сверху. Либо охранники обнаружили его следы, либо они слышали короткую драку. Один из них выкрикнул ее имя.

Драгана открыла рот, чтобы ответить, но Алекс был готов к ней. У него был еще один кусок простыни, и прежде чем она успела что-либо сказать, он засунул его ей между губ и за шею, связав концы, чтобы заткнуть ей рот. Серые глаза смотрели на него со всей ненавистью в мире. Алекс встал, в последний раз оглядывая каюту. Здесь не было ничего другого, ничего, что могло бы ему помочь. Он хотел пистолет, но не мог его видеть. Она несла его, когда вставала с кровати. Должно быть, он вылетел у нее из рук, когда она падала. Неважно. Возможно, он не был заряжен, и он все равно не был бы уверен, как им пользоваться. Он услышал еще один крик сверху. Времени не оставалось. Он должен был уйти.

Он выскользнул из каюты и пошел обратно по коридору, направляясь тем путем, которым пришел. Лестница была перед ним. Когда он двинулся вперед, вокруг него зажглись лампы, отбрасывая мягкий свет, который отражался от полированных стен. Знали ли охранники, что он был здесь? Они уже искали его?

Ответы на вопросы были получены почти сразу. Алекс поднялся по лестнице как раз в тот момент, когда двое мужчин вошли в столовую. Они сняли солнцезащитные очки, чтобы показать жесткие, узкие глаза обученных убийц. Лысый мужчина прикручивал глушитель к автоматическому пистолету. Алекс заметил татуировку красного пламени на тыльной стороне его руки. Другой достал пистолет и сделал то же самое. Они оба увидели Алекса в тот же момент, когда он увидел их. Как один, единым движением они подняли свое оружие. Алекс повернулся и бросился обратно вниз по лестнице, когда веер пуль беззвучно пронесся над его плечами, плюясь и щелкая в стенах.

Они сразу же бросились за ним, обогнув стол, но большая деревянная поверхность обеспечила Алексу укрытие. Ранее, когда он был в столовой, он выдвинул несколько белых кожаных стульев, и теперь они образовывали барьер, вынуждая двух мужчин продолжать обходить с другой стороны, ближе к кухне. Это было именно то, чего хотел Алекс. Это было то, что он планировал.

Ни один из двух мужчин не видел веревку длиной около шести дюймов над полом, которая тянулась от обеденного стола и исчезала через открытую дверь на камбузе. Ни один из них не мог знать, что конец веревки был привязан к большой кухонной спичке, которая, в свою очередь, была привязана к спичечному коробку, прикрепленному скотчем к одной ножке кухонного стола. Это была самая простая, неуклюжая из ловушек, но это было все, что Алекс смог соорудить за отпущенное ему время. Потянув за нитку, спичка протащилась по поверхности спичечного коробка, вызвав искру.

Это было еще не все. Прежде чем покинуть кухню, Алекс включил все выключатели на духовке. Он работал на легковоспламеняющемся бутановом газе, и кольца с шипением вылетали, когда он спускался вниз для встречи с Драганой. Это было по крайней мере десять минут назад. К этому времени кухня была полна газа.

Единственная искра воспламенила его. Второй взрыв за вечер сильно отличался от того, который двое мужчин видели снаружи. Это было так, как будто сам воздух загорелся. Громкого хлопка не было, только звук, который мог бы издать огромный бумажный пакет, когда его мнут. В то же время странный синий огненный шар вылетел из кухни, полностью поглотив их. Они оба закричали и отшатнулись назад, врезавшись друг в друга. Казалось, что вся голова лысого мужчины загорелась. Опустив пистолет, он снова и снова бил себя по лицу, татуировка красного пламени на его руке теперь боролась с настоящим. Другой мужчина бросился вниз. Он катался по ковру снова и снова, его одежда пылала. Лысый человек не пытался ему помочь. Мгновение он стоял там, где был. Из его глаз текли слезы, а на переносице виднелись красные подпалины. Издав нечто среднее между рычанием и рыданием, он схватил пистолет и бросился за Алексом.

Автоматическая спринклерная система была активирована, потушив огонь, и когда Алекс мчался вниз по лестнице и по коридору, он обнаружил, что пробивается сквозь пелену падающей воды. Он оглянулся через плечо. Это было трудно увидеть. Вода была как экран. Даже сейчас он задавался вопросом, есть ли у него время обыскать последнюю каюту. Нет. Об этом не могло быть и речи. Если кто-то из двух мужчин догонит его, они убьют его. Он должен был выбраться отсюда.

Он знал, что искал. Он мельком увидел это по пути вниз, и вот оно прямо перед ним: стеклянная дверь с лестницей с другой стороны, ведущей обратно на главную палубу. Алекс потянулся к ручке и нажал. Именно тогда он обнаружил, что она заперта. Это было последнее, чего он ожидал. Поскольку дверь была стеклянной, поскольку она вела только на лестничный пролет, он предположил, что она будет открыта. Что теперь? Он увидел огнетушитель на одной из стен. Он мог бы использовать это, чтобы разбить стекло. Он протянул руку, вода из разбрызгивателя брызнула ему на голову и потекла по шее и плечам.

“Arrête!”

Единственное слово донеслось из конца коридора. Алекс обернулся и увидел лысого мужчину, который достиг основания лестницы на другом конце. Его лицо было в красных прожилках. Обе его брови, казалось, отсутствовали, а глаза были злее, чем когда-либо. Вода стекала с его подбородка. У него был пистолет, и он тщательно прицеливался. Вдалеке Алекс услышал полицейские сирены. Это было неудивительно. Было два взрыва. Местная полиция, должно быть, подумала, что начинается война.

Они никак не могли добраться сюда вовремя. Лысый собирался застрелить его. Алекс видел это. Разъяренный, испытывающий боль, он собирался отплатить ему за то, что тот сделал, а затем избавиться от тела до приезда полиции. Алексу негде было спрятаться. Он был пойман в ловушку в узком коридоре с запертой стеклянной дверью позади него, другие каюты слева и справа от него, а лысый мужчина находился не более чем в десяти шагах. На таком расстоянии, даже с облаками воды, все еще низвергающимися каскадом, промахнуться было бы невозможно.

Три вещи произошли одновременно.

Алекс рванулся к огнетушителю. Он не собирался просто стоять там, легкая мишень. Он бы вышел сражаться.

Лысый мужчина выстрелил.

И одна из дверей кабины распахнулась. Драгане Новак удалось освободиться. Она взяла свой пистолет с ядом. Она пришла в поисках Алекса.

Крича, выпучив глаза, она выбежала в коридор как раз в тот момент, когда пуля пролетела небольшое расстояние до него. Она преграждала путь. Алекс видела, как пуля попала ей в плечо. Она резко развернулась, пистолет вылетел из ее руки. Снаружи подъехала первая полицейская машина. Алекс действительно услышал визг шин на набережной. Его руки обхватили огнетушитель. Он сорвал его со стены и ударил им в дверь, которая полностью разлетелась, куски упали, как занавес, разрезанный пополам. Драгана все еще была на ногах, между ним и лысым мужчиной, который не мог рисковать вторым выстрелом, если он снова попадет в нее.

Алекс уже был в пути, перепрыгивая через три ступеньки за раз. Еще две пули срикошетили рядом с его головой, и он понял, что это еще не конец. Он выскочил на палубу, которая теперь сверкала сине-белым светом в отраженном свете полицейской машины. Он видел это, припаркованное на набережной. Двое полицейских в форме поднимались по трапу. Вторая полицейская машина мчалась сквозь темноту к лодке.

Он не стал ждать, пока его увидят. Если бы он попал в руки французской полиции, для него все было бы кончено. Миссис Джонс узнает, что он не улетел, и он вылетит следующим рейсом ... возможно, в наручниках. Не сбавляя темпа, он нырнул через край, раскинув руки, чисто прорвался сквозь поверхность воды и исчез в черных, как ночь, глубинах внизу. На ходу он сделал глубокий вдох и проплыл так далеко, как только мог, – по крайней мере, десять гребков, – прежде чем вынырнул за воздухом. К счастью, его погружение было почти бесшумным. Никто не слышал и не видел его. Оглянувшись назад, он увидел, как по меньшей мере дюжина полицейских толпится на палубе суперяхты. Люди кричали. Толпы людей высыпали из ресторанов, чтобы посмотреть, что происходит.

Не было смысла оставаться здесь. Вода была холодной и покрыта тонким слоем масла. Алекс понял, что ему придется купить свежую одежду, как только магазины откроются утром. Он развернулся и поплыл прочь. Уходя, он подвел итоги вечера. На первый взгляд, он не мог сказать, что это был большой успех.

Он потерял свой компьютер и не нашел Джека. Он также оставил визитную карточку, которая предупредила бы врага, что он был рядом с ними. С этого момента они будут принимать дополнительные меры предосторожности. Он также не знал, где прячутся гримальди. Он даже не мог быть уверен, что они были в Сен-Тропе.

Но в каком-то смысле все это не имело значения.

Он знал, что собирается делать дальше.

OceanofPDF.com

ДВЕ КРАСНЫЕ РОЗЫ

TВилла Сицилиана находилась на холмах над Сен-Тропе, примерно в пяти милях от моря. Это было очень уединенное место, окруженное соснами и кедрами и окруженное высокой каменной стеной. Электронные ворота открывались на дорогу, которая проходила мимо караульного помещения с камерами видеонаблюдения, установленными с обеих сторон, чтобы никто не мог войти или выйти незамеченным. В течение дня территорию патрулировали вооруженные охранники. Ночью инфракрасные лучи прошлись по подлеску в поисках злоумышленников. Это была большая безопасность для того, что, в конце концов, было не чем-то большим, чем вторым домом - но тогда Юг Франции полон людей, которые требуют уединения любой ценой.

Сам дом был очень красивым; розово-белый, со старыми деревянными ставнями и плющом, растущим по стенам. Гостиная тянулась по всей длине первого этажа, но все окна были откинуты назад, так что интерьер действительно мог выходить в сад. Обеденный стол, рассчитанный по меньшей мере на двадцать персон, был установлен снаружи под каменным балконом, который обеспечивал тень от солнца. Ряд лужаек, плавно спускающихся по склону холма, с несколькими террасами, баром на открытом воздухе, теннисным кортом, вертолетной площадкой и, конечно, бассейном королевских размеров, окруженным шезлонгами. Повсюду были цветы – лаванда, подсолнухи и розы позднего лета, наполнявшие воздух своим ароматом.

Хозяева дома сидели за столом у бассейна и ели завтрак, который им принес слуга, официально одетый в черные брюки и белую рубашку. У них обоих было абсолютно одно и то же: яйцо всмятку, круассан, тарелка дыни и йогурта, чашка крепкого черного кофе. Они были одинаково одеты в белые льняные брюки и рубашки поло. Они стояли лицом друг к другу, и с первого взгляда было бы достаточно легко представить, что там был только один человек; что другой был его отражением. Один был левшой , а другой правшой, и они часто двигались одновременно, что только усиливало иллюзию.

Джованни и Эдуардо Гримальди были братьями-близнецами. Им было ровно пятьдесят лет. Они родились с разницей в пять секунд и часто говорили, что никогда больше не разлучались. Даже будучи младенцами, они были невероятно близки. Они катались в одной коляске. Иначе они кричали. Они ели в одно и то же время или не ели вообще. Они спали на одной койке и всегда засыпали и просыпались в один и тот же момент. Только однажды – когда им было по шесть лет – няня попыталась разнять их в наказание за то, что они слишком шумели. Никто не был уверен, что произошло, но в тот же день няня выпала из окна третьего этажа. Видели, как два маленьких мальчика проходили мимо ее тела, держась за руки. Они оба улыбались.

Неудивительно, что насильственная смерть была частью их детства. Их отцом был Карло Гримальди, один из самых известных боссов мафии в Северной Америке и основатель семьи, которая на короткое время контролировала все незаконные азартные игры, ростовщиков, наркотики и крышевание рэкета в Детройте. В течение десяти лет Карло был третьим в списке самых разыскиваемых ФБР. Его собственные родители были номерами один и два. Но на него работало так много судей, полицейских и политиков, что никто не мог его арестовать. Он был не просто выше закона. В Детройте он был законом.

Несмотря на их имена, близнецы на самом деле были американцами. Они родились в Детройте и выросли в огромном доме в Палмер Вудс, одном из самых богатых районов города. Дом был особняком, построенным в английском стиле с черными деревянными балками и не менее чем двенадцатью дымоходами. Каждый день их отвозил в школу вооруженный шофер, и они сидели рядом друг с другом на каждом уроке. Они никогда не выполняли никакой работы. Они понимали очень мало. Но их учителя слишком нервничали, чтобы поставить им плохую оценку. На самом деле, они были равными первыми по каждому предмету. Несмотря на это, они бросили школу, как только смогли, и не беспокоились о колледже.

Их гораздо больше интересовал бизнес их отца. Даже будучи подростками, им нравилась идея стать гангстерами, и они действительно иногда помогали своему отцу – например, перевозили наркотики в своих плюшевых мишках на международных рейсах.

Карло Гримальди распознал уникальные таланты своих сыновей, и когда им исполнилось шестнадцать, он повысил их обоих до капо – сокращение от caporegime, старшего командира в мафиозной семье. Прежде чем они стали достаточно взрослыми, чтобы пожениться, оба мальчика носили оружие – и использовали его. У каждого из них был серебристый 9-миллиметровый полуавтоматический пистолет с рукоятками из слоновой кости, изготовленный специально для них итальянской фирмой Beretta. Им нравилось выгравировать свои инициалы на пулях, которые они использовали. Они сказали, что это делает смерть более личной.

Они работали на своего отца девять лет, но, возможно, неизбежно, в тот же день они решили, что старик стоит у них на пути, и они могли бы добиться большего без него. Неделю спустя Карло был застрелен в джакузи собственным телохранителем, американцем итальянского происхождения по имени Фрэнки Сталлоне, известным как “Пламя” из-за татуировки на правой руке. С уходом Карло братья взяли на себя управление семьей, и следующие несколько лет были более кровавыми и жестокими, чем все предыдущие.

К сожалению, они также были менее прибыльными. Итальянская мафия, также известная как Коза Ностра, превратилась во всемирную преступную организацию, зарабатывающую до 4,9 миллиарда долларов в год, но она сделала это, соблюдая определенные правила. Например, есть закон омерты – знаменитый кодекс молчания. Семьи держатся вместе. Женщин уважают. Джованни и Эдуардо никогда даже не посещали дом своих предков на Сицилии и ничего из этого не понимали, и без своего отца, который контролировал бы их, они вскоре оказались ненавидимыми, изолированными и, наконец, почти убитыми. Они пережили обстрел из пулемета на своей яхте в Майами просто потому, что прибыли на десять минут позже. Они также – чудесным образом – вышли из отеля в Лас-Вегасе после того, как бомба обрушила все семь этажей на землю.

Однако они видели надпись на стене ... или то, что от нее осталось. Они знали, что должны уйти из своей семьи и из Америки. Это было, когда они присоединились к Scorpia. Новая организация безработных шпионов и убийц, которая была сформирована сразу после окончания холодной войны, уже процветала, специализируясь на саботаже, коррупции, разведке и убийствах – областях, которые два брата хорошо знали. Они установили контакт, сумели завербоваться и быстро продвинулись до исполнительного комитета. Они присутствовали на встрече, когда Абдул-Азизу аль-Разиму было поручено шантажировать британское правительство. Они слушали его, когда он объяснял свои планы, которые включали убийство американского госсекретаря и мальчика по имени Алекс Райдер.

И теперь, благодаря этому мальчику, со Скорпией было покончено. Разим был мертв. Половина их коллег была арестована. Джованни и Эдуардо удалось скрыться, на шаг опередив мировые службы безопасности, но их проблемы были далеки от завершения. Их главная проблема была очень простой: у них заканчивались деньги. Это правда, что у них была недвижимость по всему миру. Их роскошная яхта, Quicksilver, стоила миллионы. У них была дюжина превосходных автомобилей, в том числе два ярко-красных Альфа-Ромео и два серебристых роллс-ройса. Если один брат что-то купил, другой тоже должен был это получить. Чего у них не было, так это наличных в банке. Вот почему они планировали новую операцию, и решающая фаза должна была начаться всего через два дня.

Операция "Стальной коготь".

Поэтому новости, которые они только что получили, были еще более сокрушительными. Все было тщательно спланировано, и все прошло идеально. До прошлой ночи.

“Ты застрелил ее”, - сказал Джованни.

“Глупая женщина встала на пути”.

Фрэнки Сталлоне, лысый мужчина с татуировкой пламени, стоял перед двумя братьями, одетый в серый костюм и футболку. Он все еще испытывал боль и должен был быть в больнице. Его лицо было красно-белой сеткой ожогов. Его губы покрылись волдырями. На переносице у него был пластырь. И он потерял обе свои брови. Он выглядел отвратительно.

“Насколько это плохо?” - Спросил Эдуардо, с силой ударяя ложкой по вареному яйцу.

“Сможет ли она летать?” - Спросил Джованни, делая то же самое.

“Я говорил с врачами этим утром”, - ответил Фрэнки. У него был акцент нью-йоркского Бронкса. “Кость в ее плече полностью раздроблена”.

Последовало долгое молчание. Ни один из братьев не съел свои яйца. Фрэнки Сталлоне стоял там, ожидая их ответа. Он не боялся их. Он, конечно, совершил ошибку, но он много лет работал на гримальди – сначала на их отца, теперь на них. Они послали его на лодку присматривать за сербкой, которая была пьяна и ненадежна. Никто из них не ожидал незваного гостя – и уж точно не того, кто был подростком.

Джованни отложил ложку. “Это очень...”

“... раздражает”. Эдуардо закончил предложение. Это была одна из их привычек. Они часто делились тем, что нужно было сказать.

“И кто был этот мальчик?” - Спросил Джованни.

“Что он делал?”

Фрэнки пожал плечами. Движение причинило ему боль. Его плечо тоже было обожжено. “Понятия не имею. Возможно, он был вором. Он привел в действие устройство, которое отвлекло наше внимание, и именно так он проскользнул на борт ”.

Братья задумались. Они оба пришли к одному и тому же решению.

“Что ж, мы очень разочарованы”, - начал Джованни.

“Тебе следовало быть осторожнее”.

“Мы разберемся с ситуацией сейчас. Тебе лучше пойти и попросить кого-нибудь взглянуть на твое лицо ”.

“У тебя шелушится нос”.

“И твой подбородок!”

Фрэнки кивнул и ушел в сад, его кожа болезненно терлась о костюм, оставив двух братьев наедине.

Возможно, было неудачно, что они оба были идентичными близнецами, поскольку следовало сказать, что и Джованни, и Эдуардо были странно непривлекательны. Они были аккуратными и изящными, почти как школьники, с очень круглыми головами и черными волосами, которые можно было бы накрасить, спускающимися капюшонами на лоб. Их глаза тоже были темными и почему-то всегда подозрительными, даже когда они смотрели друг на друга. Они были чисто выбриты, но их щеки и подбородок были покрыты постоянной темной щетиной, похожей на наждачную бумагу. У них были очень маленькие рты. Если бы у дьявола была церковь, они бы пели в его хоре. Такое впечатление они производили.

“Итак, что мы собираемся делать, Джио?”

“Я не знаю, Эдди”.

Это были их ласкательные прозвища друг для друга. Никто другой никогда ими не пользовался. Нет, если бы они хотели жить.

“Найти кого-то другого не должно быть слишком сложно, но это означает, что нам, возможно, придется отложить ”Стальной коготь", - сказал Джованни.

“Мы не можем. Все готово. Этот ужасный человек, Воспер, уже в пути. Он будет здесь...”

“...позже этим утром. ДА. Я знаю. Но мы должны найти кого-то, кто сможет справиться с Супер Жеребцом. И это не простой маневр, настоящий захват. ” Он отложил ложку. “Нам придется использовать все наши контакты ...”

“Мы найдем кого-нибудь”, - пробормотал Эдуардо. Он тоже отложил ложку.

Снова наступила тишина. Два брата сидели на солнышке, глядя на свой завтрак, ни один из них не ел.

Наконец Джованни пробормотал слова, о которых они оба думали. “Этот мальчик...”

“Этого не могло быть...”

“Алекс Райдер!” Джованни выругался на старом сицилийском. Этому они с Эдуардо научились у своей бабушки, пожилой женщины, которая была известна своим грязным языком. “Кто еще это мог быть?” он продолжал. “Эта маленькая змея уже причинила нам достаточно неприятностей. Должно быть, он последовал за нами сюда. И я думал, что с ним покончено после Египта ”.

“Очевидно, он вернулся в бизнес”.

“Разим потерпел полную неудачу. Говорю тебе, Эдди, нам лучше без Scorpia. После "Стального когтя" мы создадим новую организацию. У нас будут деньги в банке. У нас будет все, что нам нужно ”.

Это была приятная мысль. Два брата вернулись к своему завтраку. Позади них один из садовников подстригал газон, в то время как другой приступил к чистке бассейна. Мимо прошел охранник с автоматом. Вилла патрулировалась двадцать четыре часа в сутки ... Нужно было платить больше жалованья, нужно было найти больше денег.

“Что мы собираемся делать с сербкой?” - Спросил Джованни, прижимая салфетку к губам.

“Она в больнице в Сен-Тропе”, - ответил Эдуардо, откладывая салфетку.

“Мы должны были вылечить ее на лодке”.

“Это были французы. Они настаивали ”.

“Они говорили с ней?”

“Она им ничего не сказала. По крайней мере, пока ”. Джованни на мгновение задумался. “Я думаю, мы должны пойти и навестить ее”, - сказал он. “Так или иначе, нам действительно нужно позаботиться о ней”.

“Давай возьмем розы”, - предложил Эдуардо.

Джованни улыбнулся. “Да. Это прекрасная идея ”.

Больница Сен-Тропе находится в паре миль от города, рядом с деревней под названием Гассен. Это современное, низкое, белое здание, расположенное в стороне от главной дороги и окруженное цветами и кустарниками. Незадолго до полудня Эдуардо и Джованни Гримальди подъехали на своем джипе Wrangler с открытым верхом и на мгновение остановились, глядя на узкие окна и главный вход. Машина была недавно куплена, и, конечно же, у них обоих была такая. Два Jeep Wranglers обошлись им в шестьдесят тысяч евро, превысив лимит их кредитной карты. Но они не смогли устоять перед массивными внедорожниками с их полным приводом и пятиступенчатой автоматической коробкой передач. Они любили сворачивать крышу и мчаться по сельской местности с одеялом на коленях, если погода была холодной. Этот джип принадлежал Джованни. Он сиял, как гордый родитель, когда оставил его на парковке, сидя на солнце.

Два брата прошли через автостоянку и направились в больницу. Каждый из них нес по одной красной розе. Они спросили на стойке регистрации мадам Драгану Новак, и им показали комнату на втором этаже, где сербская летчица лежала в постели с серым лицом и рукой на перевязи.

Драгана была в плохом настроении. Во-первых, ей было больно. Врачи сделали операцию и извлекли пулю, а полиция была убеждена, что на нее напал вор, пытавшийся проникнуть в лодку. Но она была зла на себя. Она позволила мальчику – всего лишь ребенку – взять над ней верх. Она все еще не была уверена, почему отравленная игла не сработала, но она знала, что каким-то образом ее обманули, и эта мысль привела ее в ярость. А потом была операция "Стальной коготь". Она очень хорошо понимала, что не сможет управлять Супер-Жеребцом с рукой на перевязи. Вполне может быть, что ее работодателям придется вообще отменить операцию. Это ее не беспокоило, но проблема была в том, что она получила лишь небольшой процент от своего гонорара. С некоторых пор у нее были сомнения по поводу Эдуардо и Джованни. Они могли вести себя как миллионеры, но они очень медленно продвигались вперед с наличными.

И вот они вошли в комнату, каждый нес цветок, как будто это был флаг. Почему только один цветок? Это была именно ее точка зрения. Они могли бы, по крайней мере, принести кучу. Драгана выпрямилась на подушках, когда братья сели, по одному с каждой стороны кровати.

“Как вы себя чувствуете, мисс Новак?” Джованни спросил – по крайней мере, она предположила, что это был Джованни. Они были одеты одинаково, и она никак не могла отличить их друг от друга.

“Нам было так жаль слышать о том, что произошло”, - добавил Эдуардо.

“Это была полностью вина твоих охранников”. Драгана уже отрепетировала то, что собиралась сказать. “Ты не хотел, чтобы я оставался в твоем доме, и ты сказал, что я буду в безопасности на лодке. Вместо этого меня разбудили посреди ночи и напали. Меня могли убить ”.

“Ты можешь рассказать нам что-нибудь еще?” - Спросил Джованни.

“Мы понимаем, что это был молодой парень”.

“Чего именно он хотел?”

“Я ничего тебе не скажу, пока не получу остаток своих денег!” Драгана выплюнула эти слова. Она переводила взгляд с одного близнеца на другого. Было действительно странно видеть их по обе стороны от нее, все еще держащими свои дурацкие цветы. “Ты сказал, что собираешься заплатить мне двести тысяч фунтов, и до сих пор я почти ничего от тебя не добился”.

“Ты больше не способен выполнять эту работу”, - пробормотал Джованни.

“Точно”, - согласился Эдуардо.

“Это не моя вина”, - прорычала Драгана. “Тебе придется найти кого-нибудь другого”. Она сделала паузу на мгновение. Возможно, это была не очень хорошая идея - быть таким агрессивным. “Я уже поговорила со своим двоюродным братом Славко”, - продолжила она. “Он квалифицированный пилот вертолета. Он работает на авиационном заводе Мома Станойлович, и его высоко ценят ”. Она порылась в своем постельном белье и достала смятый лист бумаги. “Не волнуйся. Я позвонил ему сегодня утром, но я ничего не сказал ему о тебе. Он ждет твоего звонка. Это его номер ”.

“Спасибо”. Джованни взял бумагу и передал ее своему брату.

“Но ты все равно должен мне что-то заплатить”, - продолжила Драгана. “Я сделал то, что ты хотел на авиасалоне в Саффолке. Это была половина работы. Я убил двух американских пилотов! Без меня у тебя бы ничего не было!” Она уставилась на них.

Эдуардо улыбнулся. “Мы пришли сюда, потому что хотели позаботиться о тебе”, - сказал он.

“Мы чувствуем ответственность за тебя”, - согласился Джованни. “Мы купили тебе цветы”.

“Розы. Мы собрали их в нашем собственном саду. У них прекрасный запах ”. Эдуардо протянул руку, держа единственный цветок под носом Драганы. Почти вопреки себе, она наклонилась вперед, и именно тогда Эдуардо толкнул ее вверх. Чего Драгана не могла знать, так это того, что внутри цветка была спрятана очень тонкая, острая как бритва проволока. Близнецы делали это раньше. Это был один из их любимых трюков, и они выполняли его по очереди – один наблюдал, другой выполнял саму работу. Провод проходил прямо через ее нос и в продолговатый мозг, нервную массу, расположенную в нижней части ее мозга. Драгана была мертва до того, как поняла, что произошло. Из уголка ее ноздри сочилась тонкая струйка крови. Иначе было бы очень трудно сказать, что ее убило.

Два брата встали.

“Моя очередь в следующий раз!” - Сказал Джованни, глядя на листок бумаги, который дала им Драгана. Там был длинный номер, начинающийся с 381, международного телефонного кода Сербии.

“Мы собираемся позвонить ее кузине?”

“Я не понимаю, почему нет, Эдди. Она сказала, что он был...”

“... высоко ценится”. Эдуардо взглянул на часы. “Нам лучше вернуться в дом. Мистер Воспер скоро будет здесь ”.

Забрав розы с собой, братья ушли.

Им потребовалось полчаса, чтобы добраться до виллы Сицилиана на их Jeep Wrangler. Они обогнули окраину Сен-Тропе и свернули на дорогу, которая вилась все выше и выше в холмы. Эдуардо отвез их в больницу, поэтому Джованни отвез их обратно. Когда они подошли к воротам, на экране внутри караульного помещения появилось изображение автомобиля. Охранники сразу узнали водителя и человека, сидящего рядом с ним, и нажали кнопку, чтобы открыть ворота. Не останавливаясь, джип проехал мимо.

Никто не знал, что на борту был дополнительный пассажир.

Прошлой ночью Алекс Райдер, мокрый насквозь, выбрался из гавани и притаился в тени, пока полиция поднималась на борт Ртути. Он предполагал, что они будут обыскивать лодку. Он все еще думал, что есть шанс, что они смогут найти Джека. Конечно, по крайней мере, они арестовали бы Драгану и двух мужчин, которые только что пытались его убить?

Но, похоже, во Франции все было не так. Он увидел лысого мужчину, который стоял на палубе и что-то объяснял молодому жандарму. Эти двое, казалось, были в самых лучших отношениях. Несколько минут спустя Драгану унесли на носилках и погрузили в машину скорой помощи, которая также подоспела. Люди уже возвращались в рестораны. Веселье закончилось. Больше не на что было смотреть.

Возвращаясь в отель, Алекс чувствовал злость и разочарование. Он взял свой ключ у администратора и, проигнорировав ее озадаченный взгляд, поднялся по лестнице в свой номер, его ноги хлюпали по ковру. Он вынес свои брюки, рубашку и пиджак сушиться на балкон, принял душ и лег спать. Он уже знал, что будет делать на следующий день. Он планировал это еще тогда, когда нырнул в море.

Драгана была его единственной зацепкой. Она более или менее признала, что братья Гримальди владели ртутью, но больше ничего не сказала. Он не знал, были ли они в Сен-Тропе. Он не знал, где они жили. Но если он останется рядом с ней, все еще был шанс, что она может привести его к ним. У Алекса больше не было компьютера, но у него все еще был телефон – каким-то чудом он все еще работал – и он использовал его, чтобы найти в Google название и адрес главной больницы в Сен-Тропе.

На следующее утро он встал бодрым и ранним. Он купил новую одежду в первом же открывшемся магазине, а затем взял такси до больницы, приехав незадолго до десяти часов. С тех пор он был в приемной, прячась за французской газетой, которую он купил в киоске. Он хотел узнать, спрашивал ли кто-нибудь о Драгане Новак. Если бы у нее был посетитель, он бы последовал за ними. Они могут привести его к гримальди. И они, в свою очередь, приведут его к Джеку.

На самом деле он смотрел в окно с зеркальным стеклом, когда подъехал Jeep Wrangler, и он наблюдал, как двое мужчин вышли со своими одинокими розами. Он сразу понял, кто они такие. Полковник Манзур рассказал ему о братьях Гримальди и о том, сколько еще идентичных близнецов может быть в Сен-Тропе? Алекс не мог поверить в свою удачу. По какой-то причине они пришли сюда сами. Это были именно те люди, которых он хотел увидеть. Он ждал, пока они не вошли, неся свои нелепые цветы. Они прошли в нескольких метрах от него, но ни один из них не посмотрел в его сторону. Он слышал, как они просили Драгану.

Пока они были наверху, он поспешил наружу. И снова ему повезло. Они приехали на машине с открытым верхом одни. Убедившись, что никто не смотрит, он открыл дверь и проскользнул внутрь. Сзади лежало одеяло. Он втиснулся в нишу за двумя передними сиденьями, а затем натянул ее на себя. Прошло около тридцати минут, прежде чем братья вернулись.

И теперь он почувствовал, как джип замедлил ход и остановился.

“Воспер здесь”, - услышал он слова одного из братьев.

“Да. Давай покончим с этим ”, - ответил другой.

Алекс услышал, как закрылись двери джипа и хруст шагов, когда двое мужчин ушли. Между тем, где-то позади него раздалось жужжание, когда охранники активировали управление, и ворота плотно закрылись.

OceanofPDF.com

ЦЕМЕНТНЫЕ БОТИНКИ

Aлекс остался там, где был, под одеялом, прислушиваясь к любому звуку. Это была самая опасная часть. У него не было возможности узнать, смотрел ли кто–нибудь на машину - или даже где она была припаркована. Если бы он пошевелился и кто-нибудь увидел его, все было бы кончено. Он слышал, как два брата ушли – направляясь на встречу с кем-то по имени Воспер. Он услышал, как закрылись ворота, и понял, что фактически оказался в ловушке внутри какого-то комплекса. Он будет беспокоиться об этом позже. Что еще? Вдалеке кто-то завел газонокосилку. Над головой пролетел самолет. Он был далеко за пределами Сен-Тропе. Он знал это по продолжительности путешествия. Это должно быть где-то очень уединенное ... Вполне возможно, одна из вилл, которые были разбросаны по холмам.

Он не мог оставаться здесь вечно. Очень медленно, дюйм за дюймом, он откинул одеяло, благодарный за свежий воздух. Он сразу увидел, что находится в каком-то навесе для машины с плетеными ширмами с каждой стороны и ветвями с листьями и цветами, переплетающимися сверху, чтобы защитить машину от солнца. Это было хорошо. В конце концов, его нельзя было увидеть. Он осторожно нажал на ручку задней двери и открыл ее. Он выскользнул.

Присев на корточки рядом с машиной, он огляделся. Перед ним был большой дом, розово-белый, на другой стороне гравийной дорожки. Если бы это был дом голливудской кинозвезды, он бы не удивился. Сады, которые окружали его, могли бы сойти прямо с обложки глянцевого журнала. Он обернулся и посмотрел сквозь плетеную решетку. Ворота были позади него, на вершине склона. Он мог разглядеть диспетчерскую рядом с ним, но, насколько он мог видеть, он был вне поля зрения любых охранников, которые случайно оказались там. ВИДЕОНАБЛЮДЕНИЕ? Он мог видеть пару камер, но они были направлены на ворота и смотрели в другую сторону. Казалось, вокруг никого не было.

Он собирался выскользнуть, когда услышал хруст шагов по гравию, и он замер, когда мимо прошел человек, одетый в темную одежду, с автоматом. Алекс присвистнул себе под нос. Может быть, он совершил ошибку, придя сюда. Выбраться отсюда, безусловно, будет сложнее, чем войти. Он задавался вопросом, был ли Джек Старбрайт в доме. Если братья Гримальди привезли ее с собой во Францию, и ее не было на лодке, где еще она могла быть? Эта мысль подстегнула его.

Он убедился, что в поле зрения больше нет охранников, и поспешил через навес, его собственные ноги шаркали по гравию. Входная дверь дома была открыта, и у него возникло искушение исчезнуть через нее, но в последнюю минуту он свернул, направляясь к задней части дома. Он не собирался идти к главному входу – было гораздо безопаснее обойти его и найти более тихий путь внутрь.

Он побежал, пригнувшись, держась поближе к боковой стене, затем остановился примерно на полпути. Он был уверен, что его никто не видел. Рядом с его головой было окно, и он заглянул в коридор и лестничный пролет, ведущий в подвал. Изнутри не доносилось ни звука, и он тоже никого не мог видеть. Он перевел дыхание, затем продолжил свой путь.

Стена продолжалась на некоторое расстояние. Это действительно была огромная вилла. Алекс предположил, что здесь может быть девять или десять спален. Куда бы он ни посмотрел, везде были балконы и террасы, с каждой из которых открывался вид на сад. Он подошел к арке, которая вела во внутренний двор с фонтаном, играющим в центре. На аккуратных маленьких грядках росли разные травы. Алекс почувствовал запах розмарина и мяты в теплом полуденном воздухе. Он увидел закрытую дверь, которая могла бы позволить ему войти в дом, если бы она не была заперта, и собирался проверить ее, когда она внезапно открылась , и мужчина в официальной белой форме шеф-повара вышел, неся пару секаторов. Алекс отстранилась, наблюдая, как он срезает несколько веточек розмарина. Шеф-повар вернулся в дом, не закрыв дверь. Алекс подождал тридцать секунд, затем последовал за ним.

Что бы он сказал, если бы ему бросили вызов? Алекс мог бы притвориться мальчиком на побегушках или типа того, но он знал, что это не сработает. Он не был одет как посыльный, и в любом случае, его акцент выдал бы его. Он просто должен был убедиться, что его не поймают. Он оказался в длинном прохладном коридоре с брусчаткой и побеленными стенами. Шеф-повар прошел через дверь на хорошо оборудованную кухню. Алекс наблюдала, как он положил зелень и начал разделывать курицу, только что вынутую из духовки. За ним наблюдал кот, сидевший на подоконнике. В комнате по соседству зазвонил телефон. Шеф-повар прекратил то, что он делал, и пошел открывать. Алекс не мог и мечтать о лучшем времени.

Но, проходя мимо кухонной двери, он остановился. Запах курицы был ошеломляющим. Алекс ничего не ела с самого завтрака, и это был всего лишь быстро съеденный круассан по дороге в больницу. В животе у него заурчало, и хотя он знал, что идет на неоправданный риск, он не мог остановиться. Он прокрался внутрь и оторвал куриную ножку, а затем, спохватившись, бросил второй кусок в кошку. Когда шеф-повар увидит, что произошло, он возьмет вину на себя.

Мясо было горячим и жирным. Алекс проглотил ее так быстро, как только мог, затем бросил косточку в горшок с растением. Он подошел к другой полуоткрытой двери и услышал голоса с другой стороны. С набитым едой ртом он опустился на колени, пытаясь спрятаться в тени, и заглянул в щель.

Он добрался до гостиной с окнами от пола до потолка, которые выходили в сад за ее пределами. Она была вдвое длиннее любой комнаты, которую Алекс когда-либо видел, заполненной дорогой мебелью, которая напомнила ему о ртути. Эдуардо и Джованни Гримальди сидели рядом друг с другом на низком кожаном диване, каждый из них держал кофейные чашки; одна в правой руке, другая в левой.

Они были прямо перед ним, но пока он не двигался слишком много, было маловероятно, что они его увидят. Он сидел низко, в основном скрытый за дверью. В кресле сбоку, скрестив ноги, сидел третий мужчина – предположительно мистер Воспер. Алекс мог видеть серо-стальные волосы и стальные очки, четко очерченное лицо и щеки, покрасневшие на солнце. На нем была классическая одежда англичанина за границей: белый пиджак, брюки и мокасины. Он держал в руках панаму.

“Боюсь, о задержке не может быть и речи”, - говорил он. У него была очень отрывистая манера говорить. “У нас есть возможность, через два дня. Если мы не сделаем этого тогда, у нас может никогда не быть другого шанса ”. Алекс услышал слова и понял, что, что бы они ни планировали, у него почти не было времени, чтобы предотвратить это.

“Почему не на следующей неделе ... или через неделю?” - спросил один из братьев.

“Потому что я видел имена в списке. Мы говорим о чистом золоте, джентльмены. Это абсолютно идеально подходит для твоих требований ”. Он сделал паузу. “Как думаешь, можно мне еще кофе?”

Алекс вздрогнул. Если бы они позвонили на кухню, кто-нибудь прошел бы по тому самому коридору, где он прятался. Но этого не произошло. “Угощайся”, - сказал один из братьев.

Мужчина встал и подошел ближе к двери. Он налил себе кофе из кофеварки, и Алекс смог разглядеть его довольно отчетливо. Ему, должно быть, было около пятидесяти лет. Он был бывшим военным? Было что-то регламентированное в том, как он ходил, и он говорил как человек, привыкший отдавать приказы. В то же время он быстро толстел. Его брюки впивались в живот, пытаясь сдержать его. “У вас здесь очень милое местечко”, - сказал он.

“Спасибо”.

“Должно быть, это стоит тебе немалых денег, чтобы не отставать”.

“Мистер Воспер...” Братьям явно не понравилось, как развивался этот разговор.

“Зови меня Дерек”. Мужчина добавил два куска сахара в свою чашку. “В конце концов, мы теперь занимаемся бизнесом вместе. Знаешь, я начинаю думать, что нам следовало брать больше за наши услуги. Вы двое, очевидно, можете себе это позволить. ” Он коротко рассмеялся, как бы говоря, что на самом деле не имел этого в виду. “Но серьезно, джентльмены, давайте больше не будем говорить об отсрочке. Они увидятся с Генри в половине четвертого пополудни, а остальное зависит от тебя. ” Он вернулся к своему креслу и снова сел, чашка и блюдце задребезжали в его руке. “Хотел бы я быть там свидетелем. Это определенно будет драматичный день ”. Он издал еще один короткий смешок. “А теперь, боюсь, нам действительно придется немного поговорить о деньгах”, - продолжил он. “Это причина, по которой я проделал весь этот путь”.

“У нас есть соглашение, мистер Воспер”.

“Именно. Только ты еще не заплатил. Пятьсот штук! Это то, о чем мы договорились для Steel Claw. Странное название для того, что ты делаешь, я бы сказал.”

“Ты получил деньги”.

“Это правда. Но не за большие деньги. Вот почему я здесь. Я думаю о своей второй половине...”

Алекс так и не услышал, как он закончил предложение.

Он был так поглощен разговором, что не услышал шагов, подкрадывающихся к нему сзади. Первое, что он почувствовал, была рука, схватившая его за воротник. Он повернулся и посмотрел в мертвенно-бледные глаза и обожженную кожу лысого мужчины с лодки. Алекс уже искал защитную позицию против удара, который, как он знал, должен был последовать, но было далеко, слишком поздно. Лысый мужчина держал что-то в правой руке. Алекс даже не видел, что это было. Он взмахнул им в воздухе, обрушив его сбоку на голову Алекса.

А потом не было ничего. Это действительно было так просто.

“Вы очень хорошо справились, мистер Сталлоне ”.

“Да. Это компенсирует то, что произошло на Ртути...”

“...по крайней мере, частично”.

Алекс проснулся от того, что братья Гримальди разговаривали с третьим лицом. Он попытался пошевелиться. Он не мог. Он сидел на стуле со связанными за спиной руками, веревка была такой тугой, что врезалась в его плоть. Ничего нельзя было добиться, притворяясь, что он все еще без сознания. Он открыл глаза.

Он был в каком-то подвале, в прачечной. Было очень тепло, и он мог слышать гул механизмов где-то позади него. Пол был выложен плиткой. Вдоль одной из стен и над его головой тянулись голые трубы. Насколько он мог видеть, в комнате не было окон. Братья Гримальди сидели на двух корзинах для белья, разговаривая с лысым мужчиной, который его нокаутировал. Они заметили, что он проснулся.

“Он снова с нами!” - воскликнул один из них.

“Приготовь все”, - сказал другой, обращаясь к лысому мужчине. “Мы поговорим с ним. Тогда ты сможешь иметь с ним дело ”.

“Мне это понравится”. Лысый мужчина – мистер Сталлоне – потер руки. Он встал и вышел из комнаты.

Алекс мог только сидеть, когда два брата повернулись к нему. В голове у него стучало, а во рту был привкус крови. Но больше всего он был зол на самого себя. Он вел себя как законченный дилетант, пробравшись в этот дом без какого-либо прикрытия, не проверив систему безопасности – и подслушивая через полуоткрытую дверь. Это было то, что он мог бы сделать в школе! И он был настолько поглощен разговором, что не смотрел себе за спину. Миссис Джонс была права. Держись от нас подальше. Он вспомнил, как она предупреждала его возвращаться домой. Что ж, теперь для этого было слишком поздно.

Он заставил себя сосредоточиться. Его обыскали, когда он был без сознания. Его паспорт и телефон лежали на столе перед ним. Он мог видеть дыру в обложке паспорта, куда вошла отравленная игла. Мы поговорим с ним. Тогда ты сможешь разобраться с ним. Он вспомнил, что только что сказал один из братьев. Ему не понравилось, как это прозвучало.

“Алекс Райдер...”

“... мы очень рады наконец с вами познакомиться”.

Алекс впервые внимательно рассмотрел братьев. Он посмотрел на черные крашеные волосы, круглые головы, щетину. Они напомнили ему двух кукол чревовещателя. Они были не просто идентичны. Они могли бы быть массового производства. Но в них не было ничего даже отдаленно занимательного. Они оба смотрели на него с абсолютно одинаковым выражением: холодной и всепоглощающей ненавистью.

“Я Эдуардо”, - сказал один из них. “А это мой брат...”

“…Giovanni.”

“Ты был настоящей занозой в шее, Алекс. Я имею в виду, на самом деле, благодаря тебе у нас были серьезные проблемы ”.

Они едва могли дождаться, когда друг другу удастся закончить. Это было то, что они давно хотели сказать, и слова полились сами собой.

“Разим!”

“Джулия Ротман!”

“Скорпия... вся организация!”

“Я должен сказать, что, глядя на тебя, я откровенно удивлен”, - продолжил Эдуардо. “Ты просто ребенок...”

“... и к тому же глупый. Ты действительно думал, что можешь просто войти сюда? За кого ты нас принимаешь?”

“Но мы очень рады тебя видеть. На самом деле мы умираем”. Эдуардо лучезарно улыбнулся ему. “Нам нужно знать, на кого ты работаешь, как ты нашел нас и что ты здесь делаешь”.

Джованни кивнул. “Конечно, ты не скажешь нам с самого начала. Мы это понимаем. Я уверен, что ты очень храбрый. Поэтому нам придется тебя помучить ”.

Эдуардо повернулся к своему брату. В его глазах было что-то очень неприятное. “Могу я пойти первым?”

“Сначала моя очередь, Эдди. В прошлый раз ты ушел первым ”.

“Нет, я этого не делал”.

“Да, ты это сделал. И ты должен убить Драгану Новак этим утром. Определенно моя очередь ”.

Алекс записал эту часть информации. Итак, женщина на лодке была мертва. Это было интересно ... и это может быть полезно. “Тебе не нужно меня мучить”, - сказал он. “Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать”.

“Правда?” Братья выглядели разочарованными.

“Мне нечего скрывать. И я ни на кого не работаю. Все очень просто: я ищу Джека Старбрайта ”.

Джованни и Эдуардо обменялись взглядами. “Так вот почему ты был на Quicksilver?”

“Да. Ее там не было, поэтому я пришел сюда ”.

Когда Алекс говорил, он ждал, когда в голове прояснится. В то же время он проверял веревку на своих запястьях. Всегда был шанс, что представится какая-то возможность, и он должен был быть готов воспользоваться ею. Но тот, кто завязал веревку, проделал профессиональную работу. Это не сдвинулось бы с места. Он больше не чувствовал своих пальцев.

“Ты лжешь!” Эдуардо нахмурился. “Если ты ни на кого не работаешь, что заставило тебя подумать, что мисс Старбрайт может быть с нами? И как ты нашел дорогу сюда?”

Алекс знал, что должен быть осторожен с ответом. Двое мужчин, вероятно, не знали, что Джеку удалось отправить ему электронное письмо. Если бы они держали ее, и он сказал им правду, он мог бы вызвать у нее трудности. “Я вернулся в Сиву”, - сказал он. “Я нашел твое имя, нацарапанное на стене ее камеры”.

“Это все очень хорошо, но как насчет нашего адреса? Это тоже было нацарапано на стене?” На этот раз спросил Джованни.

“Мне помогла египетская секретная служба. Полковник Али Манзур. Он знал, что ты в Сен-Тропе, и он ищет тебя сейчас. Если со мной что-нибудь случится, он придет за тобой, я обещаю тебе ”. Алекс тщательно смешивал факты и вымысел. Это был лучший способ создать правдоподобную историю. “Он послал меня сюда, и когда я прибыл, я проверил все лодки в гавани. Я предположил, что ты, возможно, приплыл из Александрии, и я подумал, что один из них может привести меня к тебе. Quicksilver зарегистрирована на компанию под названием Draco d'Olivo. Это принадлежит тебе ”.

“Хорошо. Итак, ты нашел лодку...”

“... но как ты нашел этот дом?”

“Драгана сказала мне, где ты живешь. Я вломился в ее каюту, и она дала мне твой адрес. ” Это была полная ложь. Но Алекс знал, что они никак не смогут это проверить. Драгана Новак не собиралась им ничего говорить.

Два брата на мгновение задумались, задаваясь вопросом о том, что они только что услышали. Но они пришли к одному и тому же выводу в одно и то же время. История имела смысл. Как бы сильно они ни хотели причинить ему боль, они должны были в это поверить.

“Где Джек?” - Спросил Алекс.

Джованни взглянул на брата, словно спрашивая разрешения. Эдуардо кивнул, и Джованни наклонился вперед и ударил Алекса по голове. Это был несильный удар, но Алекс отшатнулся, и стул под ним закачался. “Вы не задаете нам вопросов”, - сказал он.

“Ты ничего не говоришь”, - согласился Эдуардо.

Они оба смотрели на него, и, несмотря ни на что, Алекс понимал, что они чувствовали. Он трижды побеждал Скорпию, прежде чем позволил себе попасть в их руки. Они были частью того, что считалось величайшей преступной организацией в мире, и он унижал их снова и снова. Он также последовал за ними из Египта во Францию. Он нашел их суперяхту и их дом, пройдя через все их системы безопасности. Еще больше унижения. Неудивительно, что они его ненавидели. Он с беспокойством ждал того, что должно было произойти.

“Мы собираемся покончить с этим”, - сказал Эдуардо. “Мы собираемся убить тебя. Скорпии следовало сделать это давным-давно. Но мы заставим тебя заплатить ”.

Алекс не ответил. Он пытался притвориться, что ему все равно.

“Мы могли бы просто пристрелить тебя”, - сказал Джованни.

“Мы могли бы сделать это сейчас”.

“Это было бы очень просто. Но мы не собираемся этого делать, не так ли, Эдди!”

Эдуардо улыбнулся. “Так получилось, что Джио и я выросли в настоящей мафиозной семье. Отче наш...”

“... наша бабушка...”

“...ей очень нравились старые методы. Бабушка всегда говорила нам уважать старые традиции ”.

“Цементные ботинки”, - сказал Джованни.

“Я не думаю, что это что–то значит для тебя, поэтому позволь нам объяснить”. Эдуардо взглянул на своего брата, словно ища одобрения, затем начал. “В старые времена у мафии был очень необычный способ избавляться от своих врагов. Они заставляли их сидеть, опустив ноги в большое ведро. Они наполняли ведро быстросохнущим цементом, а затем, когда он застывал, выбрасывали их в реку ”.

“Они утонули”, - добавил Джованни без необходимости.

“Весь смысл был в том, что все знали, что это было наказание мафии. В этом было что-то такое, что захватывало воображение. Это был такой ужасный способ умереть!”

“Мы собираемся сделать то же самое с тобой”, - сказал Джованни.

“Да. Жаль, что у нас нет времени на полное собрание сочинений, но, к счастью, есть вариации ”.

“Бетонные блоки!”

Эдуардо кивнул. “Та же идея. Тот же результат. Но немного проще – и, конечно, меньше беспорядка ”.

Как по сигналу, дверь подвала открылась, и лысый мужчина вернулся, неся длинную цепь. “Все готово”, – сказал он, и Алекс был удивлен, сколько яда ему удалось вложить в свой голос.

“Мы не сможем прийти”, - сказал Джованни. “Мы должны немедленно уехать”.

“Поэтому обязательно возьми свой телефон”, - проинструктировал Эдуардо. “Запиши все это. Мы посмотрим это несколько раз, а затем отправим в Службу государственной безопасности Египта. Я уверен, что они найдут все это очень интересным ”.

Два брата встали и повернулись к Алексу.

“Снаружи тебя ждет фургон”, - объяснил Джованни, его глаза сверкнули. “Это приведет вас к части побережья примерно в миле отсюда, называемой Пойнт д'Эгиль”.

“Это переводится как ‘Острие иглы”".

“Там никого нет. Никто не увидит, как ты прибудешь. Тебя вытащат из фургона, и мистер Сталлоне прикрепит твои ноги к двум бетонным блокам ...”

“... и тогда он сбросит тебя в Средиземное море”.

“Всплеск! Ты можешь представить, на что это будет похоже, когда тебя утащат ногами вперед на дно моря?”

“До свидания, Алекс”, - сказал Эдуардо

“Я думаю, что это слово - прощай”, - поправил его Джованни. “Это более постоянно”.

На мгновение Алекс обезумел, борясь со стулом, пытаясь сломать дерево. Но это было слишком густо. Он ничего не мог поделать, когда братья-близнецы вышли из комнаты. Лысый мужчина со смятой головой и безумными глазами подождал, пока они уйдут, затем подошел к нему, протягивая цепи.

“Цементные ботинки”, - пробормотал он. “Я думаю, у меня есть пара, которая подходит”.

OceanofPDF.com

ОСТРИЕ ИГЛЫ

Tбелый фургон ехал по второстепенной дороге, которая петляла мимо виноградников и оливковых рощ, поднимаясь все выше в гору. Он выехал на неровную дорогу и свернул, теперь разветвляясь обратно к морю. Фрэнки ”Пламя" Сталлоне был за рулем, его татуированная рука покоилась на руле, во рту тлела сигарета. Молодой человек, который был с ним на Ртути, сидел на пассажирском сиденье рядом с ним. Он был известен как Скунс – это было уличное название наркотика, который он курил с двенадцати лет. Это вызвало у него определенное повреждение мозга, а также очень плохую кожу вокруг глаз и рта. Его внешнему виду не способствовал тот факт, что его одежда загорелась при взрыве. Под своей мешковатой рубашкой и брюками-карго он выглядел так, как будто ему следовало находиться в реанимации. Один его глаз заплыл и был закрыт. Его губы были в таких волдырях, что он едва мог говорить.

“Арикс Райер”, - сказал он.

“А что насчет него?” Сталлоне уставился на него.

“Сделай это медленно. Я хочу, чтобы он страдал!”

Алекс Райдер был в задней части фургона, который фактически представлял собой металлическую коробку. Дверь была заперта, и в ней не было окон. Он чувствовал каждый удар и вибрацию в пути, но ничего не мог видеть. Гримальди точно описали, что они собирались с ним сделать, и ему пришлось использовать все свои умственные резервы, чтобы держать себя в руках, не поддаваться панике. Цепи, которые лысый мужчина принес в подвал, были перед Алексом, но бетонные блоки были рядом с ним. Каждый из них весил около десяти килограммов. Алекс уже испытал их, на случай, если он сможет использовать их как оружие. Но это было безнадежно. Он едва мог поднять их, и их было бы невозможно выбросить. Даже взгляд на них наполнял его ужасом. Мужчины собирались прикрепить их к его ногам и бросить его в море. Его мгновенно затянуло бы на дно, и он утонул бы. Так мафия избавилась от своих врагов.

Фургон подпрыгнул на особенно неровном участке земли, и Алекс услышал, как загремели цепи. Это было напоминанием – если оно ему было нужно – о том, что ждало его впереди, но он был полон решимости, что они не убьют его без боя. Когда они откроют двери, это будет время сделать свой ход. Если бы они были близко к морю, он бы нырнул. Они могут выстрелить в него, но, по крайней мере, пуля будет быстрой ... Лучше, чем альтернатива.

Они остановились. Двигатель был выключен. Алекс услышал, как двое мужчин вышли, и мгновение спустя задние двери открылись, позволяя свету проникнуть внутрь. Он схватился за одну из цепей, но сразу понял, что они не хотят рисковать. Лысый мужчина стоял далеко позади, держа пистолет. Молодой человек наклонился и сорвал цепи. Алекс отпустил их. Он мог только наблюдать, как сначала были сняты цепи, а затем бетонные блоки.

“Мы скоро вернемся”, - сказал лысый мужчина.

Двери снова закрылись и были заперты.

Алекс остался один в почти кромешной темноте. Только несколько щелей света смогли просочиться через боковые двери. При нем ничего не было. Все его имущество, включая паспорт и мобильный телефон, было изъято у него на вилле Сицилиана. Он уже обыскал заднюю часть фургона, но решил сделать это снова. Он должен был занять свой разум, перестать думать о том, что ждет его впереди. Он осторожно провел пальцами по полу, ощупывая поверхность вокруг себя. Раньше он ничего не находил. Он был уверен, что снова потерпит неудачу. Но на этот раз было что-то. Его прощупывающие пальцы обнаружили единственный оторвавшийся ноготь. Внутри был гребень, и он, должно быть, застрял там. Последний большой удар освободил его. Алекс покатал его на ладони. Гвоздь был длиной около пяти сантиметров. Он не был уверен, как он собирался использовать это, но просто имея это, он почувствовал себя лучше в этой ситуации. Эти люди были не так умны, как они думали. Они совершали ошибки.

Ручка повернулась, и дверь открылась во второй раз. Лысый мужчина, Фрэнки Сталлоне, стоял там, солнечный свет струился по его плечам. У него все еще был пистолет, и он был направлен прямо в голову Алекса. “Убирайся!” - сказал он.

“У меня есть идея”, - сказал Алекс. “Почему бы тебе просто не отвезти меня обратно в Сен-Тропе и притвориться, что этого никогда не было. Таким образом, британская секретная служба не будет тебя искать, и есть шанс, что ты не проведешь остаток своей жизни в тюрьме ”.

“Сначала им пришлось бы найти меня”, - усмехнулся лысый мужчина.

“Это будет нетрудно. У тебя нет бровей. Ты выглядишь отвратительно ”.

“Убирайся!” Лысый мужчина повторил слова. “Если мне придется сказать тебе это в третий раз, я прострелю тебе колено. Я бы хотел это сделать ”.

Алекс видел, что разозлил этого человека, и был рад этому. Это может сделать его беспечным. Но в данный момент у него не было выбора, кроме как подчиниться. Спрятав гвоздь в ладони, он спустился вниз.

Он оглядел свое окружение.

Они были в таком отдаленном, таком пустынном месте, что он сразу понял, что нет никаких шансов, что какой-нибудь фермер или турист случайно встретится. Трека не было. Они проехали через заросли дикой травы и чертополоха к полоске земли, которая образовывала узкий коридор между зарослями уродливого кустарника. Они были усеяны ярко-красными ягодами, которые висели гроздьями, вероятно ядовитыми, окруженными колючими листьями.

Море было прямо перед ним, длинный спуск вниз. Алекс тщетно искал проплывающую лодку, возможно, рыбака. Теперь он понял, как это место получило свое название. Там был длинный, узкий выступ, который тянулся над водой, как игла, сужающаяся к острию. Два блока ждали его, довольно близко к краю, с уже соединенными кусками цепи. Там также было два висячих замка. Алекс стоял бы одной ногой рядом с каждым блоком. Цепи были бы замкнуты вокруг его лодыжек. Его бы бросили туда. Его собственный вес потащил бы блоки за собой. И тогда все было бы кончено.

Молодой человек стоял в стороне. Он держал свой мобильный телефон, щурясь на солнце, и Алекс заметил, как он повернулся, чтобы запечатлеть его, когда он выходил из фургона, записывая каждое его движение. Он также носил пистолет в кобуре, которая висела у него на плече. Это были плохие новости. С одним вооруженным человеком Алекс мог бы справиться. Двое собирались быть трудными.

“Шевелись!” Сталлоне зарычал.

“Как насчет крупного плана?” - Спросил Алекс. Он повернулся к камере телефона и поднял один палец. Последнее послание близнецам Гримальди.

Лысый мужчина все еще был осторожен, чтобы сохранить достаточное расстояние между ними двумя. Алекс не мог инициировать атаку. Его единственный шанс появился, когда Сталлоне попытался привязать его к весам. Он знал, что что бы ни случилось, он должен был сделать свой ход до того, как щелкнут два замка. Как только его приковали к бетону, ему пришел бы конец.

Но он разработал план. Его рука болталась вдоль тела, а гвоздь торчал из ладони, как миниатюрный нож. Сначала он убрал бы лысого человека. Затем он нырял в море. Это был самый простой способ. Он мог проплыть десять гребков под водой, и к тому времени, когда он поднимался на поверхность, он был бы далеко за пределами досягаемости обоих из них. Двигаясь медленно, он шел вперед, тропинка сужалась с каждым его шагом. Лысый мужчина следовал на три или четыре шага позади. Его напарник остался на месте, держа телефон.

Алекс приготовился сделать свой ход, но внезапно все произошло очень быстро. Лысый мужчина побежал вперед, не издав ни звука. Прежде чем Алекс смог что-либо сделать, он почувствовал, как его схватили за плечи и потянули назад. Он закричал, но было слишком поздно. Он тяжело упал, рухнув на мягкую траву, и на краткий миг был ошеломлен. Это дало Сталлоне достаточно времени, чтобы надеть первую цепь на лодыжку, и, к своему ужасу, Алекс услышал, как защелкнулся висячий замок. Он лежал на спине в самом конце Острия Иглы, а море внизу по обе стороны от него. Сталлоне склонился над ним, улыбаясь, протягивая руку ко второй цепи. Алекс не собирался позволить этому случиться. Он рубанул вверх рукой, сжатой в кулак, с торчащим гвоздем. Он удовлетворенно улыбнулся, когда острие вошло в шею Сталлоне. Сталлоне взвыл и упал на спину, между его пальцами хлынула кровь.

Алекс вскочил на ноги. Он был пригвожден к месту, одна нога прикована цепью к десятикилограммовому бетонному блоку. Он не мог убежать. Конечно, он не мог нырнуть в воду. Но он еще не закончил. Гвоздь все еще был у него. Он был готов использовать это.

Но затем Сталлоне удивил его во второй раз. Алекс думал, что попытается закрыть второй висячий замок, но вместо этого он бросился вперед, все еще воя от боли. Он был похож на бегущего быка. Он врезался в Алекса, отбрасывая его назад, и в этот момент Алекс со смесью ужаса и отчаяния осознал, что под его ногами больше ничего нет. В конце его ударили дубинкой. Его руки взметнулись в воздух, когда он упал.

Весь мир вращался вокруг него. Он почувствовал, как его левая нога дернулась вверх, когда цепь, прикрепленная к его лодыжке, натянулась. Но затем, продолжая падать, он оттащил бетонную массу от края и краем глаза увидел, как она следует за ним вниз – огромная серая пуля, которой не нужно было попадать в него. Они оба рухнули в воду одновременно, превратившись в запутанное месиво из стали, бетона и плоти, которое сразу же исчезло под поверхностью.

Алексу просто хватило присутствия духа сделать глубокий вдох, прежде чем он ушел под воду, переходя от яркого солнечного света к темноте и ледяному холоду верной смерти. Блок был слишком далеко, чтобы он мог дотянуться, но он чувствовал, как цепь непреодолимо тянет его вниз. Вода кружилась мимо него, струясь по его плечам и волосам, когда его поглотило море.

На краю навеса, на острие иглы, Фрэнки “Пламя” Сталлоне убрал руку от шеи и выругался. У него было сильное кровотечение. Он все еще не совсем верил в то, что произошло. Он подошел к краю и посмотрел вниз. Мальчик исчез в Средиземном море. Все закончилось очень быстро. Несколько кругов показали, где он ударился о воду, но затем они сомкнулись и исчезли. На поверхность не поднялось ни одного пузырька.

Он повернулся к Скунсу, который стоял рядом с ним со своим телефоном. Другой мужчина не выглядел счастливым. “Ты понял это?” - спросил он.

“Нет!” Скунс покачал головой. Ему было трудно произносить слова обожженными губами. “Ты был внутренним путем”.

“Ты получил что-нибудь?”

“Я получил ’би’, когда он вонзил в тебя вибберный гвоздь”.

Сталлоне на мгновение задумался. Кровь все еще стекала по его шее. Он знал, что гвоздь лишь на долю секунды задел его сонную артерию. Он задавался вопросом, где мальчик нашел это. “Давай выбираться отсюда”, - сказал он.

Скунс снимал поверхность воды. Кроме разбивающихся волн, не было никакого движения. Алекс уже минуту был под воздействием. Он никак не мог подняться.

Они вдвоем отошли и забрались в фургон. Сталлоне сел на водительское сиденье, и мгновение спустя они тронулись в путь. Это был их последний день на юге Франции. В тот же день они улетели рейсом в Хитроу, Лондон.

Вот-вот должна была начаться последняя фаза операции "Стальной коготь".

Алекс никогда не забудет момент, когда его ноги коснулись поверхности, ужасный удар и поток ледяной воды, когда его потащило вниз, его тело наклонилось в сторону. Его ноги были слегка расставлены, бетонная плита была далеко под ним. Его глаза были закрыты. Он чувствовал, как вода струится по его волосам. Он все еще задерживал дыхание, размахивая руками, как будто мог каким-то образом замедлить себя. Море было ледяным. Он был удивлен, что его сердце еще не остановилось.

И затем он почувствовал, как тяжесть коснулась дна и осела на песок. Он остался парить над этим, его левая нога была немного ниже правой. Он был глубоко внутри. Он мог сказать это по давлению в ушах.

Гвоздь.

Он все еще держал его. Он мог бы использовать это, чтобы взломать замок. Это была его единственная надежда. Алекс предположил, что у него было, самое большее, две минуты, прежде чем он утонет. Он наклонился и нащупал цепь, затем использовал ее, чтобы подтянуться к висячему замку, который защелкнулся рядом с его лодыжкой. Он все еще не мог видеть. Каким-то образом его пальцы – почти онемевшие – нашли замочную скважину. Ему потребовалось три попытки, прежде чем он смог протолкнуть гвоздь внутрь, загнав его в замок. Наконец, когда он был уверен, что она на месте, он повернул ее.

Ничего не произошло.

Он попробовал еще раз, и на этот раз у него ничего не вышло. Прежде чем он понял, что произошло, он выпустил гвоздь и понял, что у него не будет шансов найти его в темноте.

Легкие Алекса уже чувствовали напряжение. В отчаянии он схватился за цепь и потянул изо всех сил, пытаясь освободить ногу. Он почувствовал, как цепь впивается в его плоть. Это было слишком туго. Его нога не двигалась. Как долго он был под водой? Он знал, что больше не сможет выживать. Все было кончено. Он открыл рот, чтобы закричать.

Что-то прижалось к его губам.

Рука.

Он почувствовал, как вторая рука легла на его плечо, и осознал, что к нему прижимается тело. Шок от этого почти заставил его задохнуться. Там был мужчина – или, возможно, женщина – который держался за него, успокаивая его. Алекс открыл глаза. Первое, что он увидел, был потолок из света, поверхность примерно в двадцати метрах над ним. Он повернулся и сквозь пелену воды разглядел аквалангиста в маске и черном неопреновом гидрокостюме с кислородным баллоном за спиной и запасным, пристегнутым к поясу. Лицо за маской было нечетким. Это был мужчина. Это было все, что он мог сказать. И дайвер подавал ему сигналы. Расслабься. Оставайся на месте. Постарайся не паниковать.

Алекс был под водой уже две минуты. Он знал, что невозможно продолжать задерживать дыхание. Вся его система была в шоке. Мужчина наклонился, и Алекс почувствовал, как что-то прижимается к его губам. Пузыри поднялись перед его лицом. Это был запасной респиратор. Алекс взял его и прижал ко рту, нажимая кнопку очистки, чтобы удалить воду. Затем он сделал вдох. Воздух мог быть консервированным, но он никогда не пробовал ничего вкуснее.

В конце концов, он собирался жить. Ему потребовалась минута, чтобы принять это, все еще вися в воде, прикованный к весу. Все его тело тряслось. Ему пришлось заставить себя не хватать ртом воздух. Этот человек, должно быть, понимал, через что ему пришлось пройти. Он не двигался, а просто держался за него, пока тот немного не пришел в себя. Затем он подплыл и снова подал сигнал. Ты должен подождать здесь. Еще пара минут. Все будет хорошо. Он отсоединил свой запасной кислородный баллон и дал его Алексу подержать. Алекс зажал респиратор между зубами. Он слабо кивнул головой. Что еще он мог сделать?

Мужчина уплыл, и следующие пять минут Алекс был предоставлен самому себе. Это было хуже всего, что происходило до сих пор. Предположим, что все это было уловкой? Предположим, ему дали ложную надежду просто для того, чтобы сделать его смерть еще хуже? Предположим, что человек не смог найти его снова? Алекс понятия не имел, сколько кислорода ему дали и как долго ему придется ждать. Он смотрел в пустоту Средиземного моря, пока у него не заболели глаза. Он никогда не чувствовал себя более ужасно одиноким.

Наконец аквалангист появился снова, неся какое-то оборудование. Он проверил датчик на кислородном баллоне Алекса и описал круг, согнув указательный палец, чтобы коснуться большого пальца: универсальный знак того, что все в порядке. Он показал Алексу оборудование, которое он нес. Он состоял из сложного на вид цилиндра, длинной серебристой трубы и ряда изогнутых трубок. Снова, используя язык жестов, он предупредил Алекса, чтобы тот не смотрел. Он отвернулся и поплыл вниз, и мгновение спустя море осветилось ярким белым светом, который вырвался из конца трубы. Алекс понял. Мужчина зажег что-то вроде оксоацетиленовой горелки, предназначенной для горения под водой.

После этого все произошло очень быстро. Мужчина работал с цепью рядом с бетонными блоками, как можно дальше от ноги Алекса. Алекс прищурился и увидел отблески пламени, теряющиеся за облаком пузырьков. Мужчина мягко пинал ластами, сохраняя равновесие, пока разрезал цепь. Наконец-то это освободилось. Алексу немедленно захотелось выплыть на поверхность, но мужчина опередил его. Он почувствовал, как чья-то рука сжала его лодыжку. Конечно. Он рисковал получить декомпрессионную болезнь – “наклоны” - если поднимался слишком быстро. Он позволил мужчине определить скорость подъема для них обоих. Не торопясь, заключенные в объятия, они поднялись на поверхность.

Они прорвались вместе. Алекс увидел над собой острие иглы, теперь пустое. Он предположил, что Фрэнки Сталлоне и другой мужчина, должно быть, ушли. Он подумал, не собираются ли они доплыть до берега, но прежде чем он успел что-либо сказать, он услышал звук двигателя, и к ним подплыла небольшая шлюпка с другим человеком на корме. Это было серое надувное рейдерское судно, IRC, похожее на те, что используются военно-морским флотом; гладкое, быстрое и маловодное.

Человек, который спас его, снял маску, и Алекс сразу узнал его. Черное лицо. Внимательные глаза. Ему было под тридцать. Это был почти последний человек в мире, которого он ожидал увидеть. “Волк!” - воскликнул он.

“Это было немного круто, Волчонок”, - сказал Волк.

Волк и детеныш. Это были имена, под которыми они знали друг друга, когда Алекс тренировался в SAS. Настоящее имя этого человека было Бен Дэниелс. Алекс узнал об этом, когда они объединили свои силы в северной Австралии, взявшись за банду, известную как Змееголов.

“Какого черта ты здесь делаешь?” - Потребовал Алекс, разбрызгивая воду. “Как ты нашел меня?”

“Не сейчас, Алекс”. Бен все еще держался за него. “У нас есть корабль-носитель примерно в миле отсюда. Нам нужно, чтобы ты был на борту ”.

Они вдвоем топтались на месте. Алекс начал дрожать. Но все же он должен был знать. “Тебя послала миссис Джонс?”

Бен улыбнулся. “Конечно, она умерла. Она сказала тебе вернуться в Америку, но она знала, что ты не послушаешь ее ”. Он с сожалением посмотрел на Алекса, когда подъехал IRC. “Боюсь, ей это совсем не понравится”.

IRC отвел их к старому рыболовному траулеру, который стоял на якоре за углом, недалеко от побережья. Он был восемнадцати метров в длину, выкрашен в белый и синий цвета, потрепанный годами, проведенными в море. Там была грот-мачта с кажущимся невозможным переплетением такелажа, громоздкая рулевая рубка с трубой, полдюжины иллюминаторов и палуба, усеянная сетями и тросами. Только сложные радиомачты – их было три – и единственная спутниковая тарелка намекали на то, что это может быть больше, чем кажется. Алекс увидел ее название: Ливерпульская леди. Он должен был улыбнуться. У спецопераций МИ-6 были офисы на Ливерпуль-стрит, Лондон, и миссис Джонс была очень похожа на их леди.

Бен Дэниелс и другой мужчина почти не разговаривали во время короткой поездки, и Алекс был благодарен им. Его зубы стучали – отчасти из-за шока от того, через что он прошел, отчасти потому, что ему было холодно. Третий человек ждал их и отвел Алекса вниз. Камбуз был заполнен сложным оборудованием: компьютерами, радарными и солнечными системами мониторинга, спутниковой связью и прочим. "Ливерпульская леди" была шпионским кораблем – ни больше, ни меньше. Он задавался вопросом, что оно делало на юге Франции.

Его провели в каюту, где он смог принять горячий душ. Пара брюк и майка были оставлены для него. Они оба были слишком большими, но Алекс не жаловался. У него все еще было стальное кольцо и висячий замок, прикрепленный к лодыжке, но он с трудом натянул одежду. После того, как он оделся, раздался стук в дверь, и вошел один из мужчин. Он был молодым, светловолосым, очень загорелым. “Я Пит”, - сказал он. “Приятно познакомиться, Алекс. Могу я избавиться от этого для тебя? ” Он держал отмычку – настоящую, а не оторвавшийся гвоздь - и сразу же принялся за работу.

Десять минут спустя Алекс сидел на краю стола на камбузе с чашкой горячего шоколада. Бен Дэниелс был напротив него. Он сменил снаряжение для подводного плавания и надел рубашку поло и шорты. Все мужчины на лодке были неформально одеты. Бен улыбался ему, но Алекс видел, как он волновался. Все это было опасно близко. Еще несколько секунд, и он бы не выжил.

“Как дела, Бен?” - Спросил Алекс. “В тебя стреляли. Я слышал, ты был в больнице ”.

“Это верно”. Бен легонько постучал себя по животу. “У меня все еще есть сувениры с моей последней прогулки с тобой. К счастью, Уинстон Ю был отличным стрелком ”.

“Ты все еще в SAS?”

“Нет. Теперь я перешел в отдел специальных операций. ” Он сделал паузу, и в его глазах снова появилась озабоченность. “Я уверен, что у тебя есть тысяча вопросов, Алекс, и тебе нужно отдохнуть. Так что я мог бы также выложить все это, и если есть что-то еще, что ты хочешь знать, ты можешь спросить меня тогда. Хорошо?”

“Отлично”.

Алекс отпил горячего шоколада. Он был густым и сладким. Он не мог придумать ничего, что он предпочел бы выпить.

“Все в порядке. Миссис Джонс видела вас вчера в Сен-Тропе. Насколько я понимаю, она дала вам билет обратно в Сан-Франциско. Конечно, вы им не пользовались. Она догадывалась, что вы этого не сделаете, но на всякий случай проверила самолет. Она уже сказала мне спуститься сюда. Мы держим в Средиземном море несколько лодок, точно таких же, как эта. Вы никогда не знаете, когда они понадобятся.

“Я присматривал за тобой, как мог. Мы знаем, что вы были на Ртути. И я смог отследить тебя до больницы...”

“Ты прослушивал меня?” - Спросил Алекс.

“В этом не было никакой необходимости”. Бен ухмыльнулся. “Мы просто взломали твой мобильный и использовали его против тебя. Я уверен, ты знаешь, Алекс, программное обеспечение не такое уж сложное. Мы можем превратить любой телефон в устройство слежения. Это точно подскажет нам, где они находятся. Мы можем включить камеру и наблюдать за вами. Мы можем слушать все, что ты говоришь, даже через всю комнату ”.

Алекс вспомнил, как миссис Джонс спрашивала его, есть ли у него мобильный телефон. В то время это показалось ему странным. Убедитесь, что он включен, и держите его при себе. Это было то, что она сказала. Теперь он понял, что было у нее на уме.

“Мы всегда были всего в нескольких шагах позади тебя”, - продолжал Бен. “Мы выследили тебя на вилле Сицилиана и смогли услышать все, что говорили эти два подонка, когда они тебя схватили. Повезло, что они рассказали тебе о своих планах. Как только мы услышали упоминание о "Игл Пойнт", мы выстрелили в ливерпульскую леди. Я надел свое снаряжение для подводного плавания и ждал тебя, когда они бросили тебя в воду ”.

“Я очень благодарен”, - сказал Алекс, но в то же время он задавался вопросом, почему они так долго ждали. Почему они просто не арестовали Фрэнки Сталлоне и человека с телефоном, пока они были на суше?

Бен знал, о чем он думал. “Я решил, что в целом будет лучше, если они подумают, что ты мертв”, - сказал он. “И это было безопаснее для тебя. Если бы мы начали перестрелку на вилле или в Нидл-Пойнт, тебя могли бы убить ”.

“А как насчет братьев Гримальди?”

“Они уже ушли”. Бен нахмурился. “Мы предупредили французскую полицию, но, боюсь, они были совершенно некомпетентны. Им потребовалась целая вечность, чтобы добраться до виллы, и к тому времени, когда они прибыли, птицы улетели. Это очень раздражает. Мы все еще не знаем точно, что они задумали ... эту их операцию. Но мы совершенно уверены, что это происходит на нашей собственной территории, в Англии. Вот почему миссис Джонс хочет, чтобы ты вернулся для отчета – немедленно ”.

“Ты сказал, что она была недовольна”.

“Ну, она рада, что ты все еще жив. Но она скорее надеялась, что ты останешься в стороне от всего этого и вернешься в Америку. Говоря лично, я рад, что мы снова вместе. Это было настоящее приключение, не так ли, эта нефтяная вышка в Тиморском море. Если повезет, миссис Джонс передумает и позволит нам отправиться за Джованни и Эдуардо вместе. Еще один кусочек скорпии превращается в пыль!”

“Есть одна вещь, о которой я должен спросить”, - сказал Алекс. “Ты слышал что-нибудь о Джеке Старбрайте?”

Бен Дэниелс покачал головой, улыбка исчезла с его лица. “Разве братья тебе ничего не сказали?”

“Нет. Они даже не сказали, жива она или мертва ”.

“Если она у них, мы найдем ее, Алекс. Они думают, что ты мертв. Они понятия не имеют, что мы у них на хвосте. Мы могли слышать только часть разговора на вилле Сицилиана. Тебе придется запомнить все остальное ”.

Послышался звук шагов, спускающихся по ступенькам с главной палубы, и появился человек по имени Пит, заглянувший в камбуз. “Куда, сэр?” - спросил он, обращаясь к Дэниелсу.

“Назад в аэропорт Ниццы”, - ответил Дэниелс. Он положил руку на плечо Алекса. “Мы направляемся домой”.

OceanofPDF.com

ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ

“Яэто красивый дом. Я уверен, ты будешь здесь очень счастлив ”.

Агент по недвижимости бросил ей через плечо, когда она спускалась по лестнице. Это была третья семья, которой она показывала дом в Челси, но на этот раз она сразу поняла, что они собираются его купить. Мистер и миссис Богдановы были из Москвы. Они сказали, что переезжают в Лондон по деловым причинам, хотя и были осторожны, чтобы не сказать ей, что это за бизнес. Они вообще почти не разговаривали. Мистер Богданов не был дружелюбным человеком. На самом деле он, казалось, изо всех сил старался быть активно недружелюбным, мрачным и неулыбчивым, оглядывая дом, как будто это были какие-то трущобы. Его жена была намного моложе его, слишком худая и слишком накрашенная. Она явно нервничала из-за своего мужа, бормоча высоким голосом, чтобы скрыть его молчание.

Но они были покупателями за наличные. Они ясно дали это понять с самого начала. Мистера Богданова не было в доме и пяти минут, как он кивнул и пробормотал единственное слово: “Да!” По-русски "да".

Это были отличные новости. Рынок недвижимости в Лондоне в данный момент был очень спокойным, и у агента по недвижимости были ежемесячные цели, которые она должна была выполнить. Этот дом был выставлен на продажу совершенно неожиданно, когда владелец переехал в Америку, после смерти в семье. Она слышала несколько очень странных историй о нем. По-видимому, он работал на какой-то секретный отдел правительства, и все должно было быть очень секретно. Никому не разрешалось упоминать его имя, тем более потенциальным покупателям. И даже ходили слухи, что команда специалистов из Скотленд-Ярда отключила телефонную систему и убрала из дома определенные устройства безопасности ... вещи, которые не были доступны широкой публике.

Конечно, агент по недвижимости ничего не говорила об этом своим клиентам. Дом находился на тихой улице, всего в нескольких минутах ходьбы от знаменитой Кингс-роуд. Это также было близко к футбольному клубу "Челси", если вам случилось быть болельщиком. Там было три просторные спальни и две ванные комнаты. На первом этаже были кухня открытой планировки и гостиная с двойными дверями, выходящими в красивый сад. Другая лестница вела вниз, в подвал, который был превращен в рабочую зону. Госпожа Богданова, которая работала дизайнером, сделала десятки фотографий на свой мобильный телефон. Она объяснила, что собирается обчистить это место догола. Ей нравились очень яркие цвета и люстры. Эту комнату собирались превратить в домашний кинотеатр с полноразмерным столом для игры в снукер вон там. Бар должен был находиться в том углу. Джакузи на крыше. “Да!” - согласился мистер Богданов, хотя и не выглядел довольным. Но тогда, конечно, он платил за все это.

“Как быстро мы получим наших строителей?” - Спросила миссис Богданова. У нее был сильный русский акцент. Ее английский был не очень хорош.

“Ну, это должно занять несколько недель”.

“Но мы платим наличными!”

“Даже если так...”

Она остановилась. Они дошли до вестибюля, и там стоял мальчик, глядя на них усталыми, настороженными глазами. Его одежда выглядела мятой, как будто он спал в ней, а на полу у его ног лежал рюкзак. Как он сюда попал? Агент по недвижимости был уверен, что она заперла входную дверь до того, как начала осмотр дома. “Извините меня...” - начала она.

“Кто ты?” - спросил мальчик.

“Я Корин Тернер из Флеминг Эстейтс”. Мальчик ничего не сказал, поэтому она продолжила. “Мы продаем дом”.

“Боюсь, это не продается”.

“Прости?” Агент по недвижимости был в замешательстве. “Это было на рынке уже довольно давно ...”

“Ты уходишь!” Мистер Богданов оттолкнул ее с дороги. Он ткнул коротким пальцем в сторону незваного гостя. “Это мой дом. Мы согласны на продажу ”.

“Это мой дом”, - ответил мальчик, и в его голосе было что-то опасное. “И я решил не продавать это. Ты не против уйти сейчас?” Он бросил извиняющийся взгляд на агента по недвижимости. “Я позвоню в твой офис сегодня днем. Прости, что потратил твое время ”.

“Вы Алекс?” - спросил агент по недвижимости. Она видела имя на документах.

“Это верно”.

“Мы уйдем немедленно”.

Странным было то, что, несмотря на то, о чем она думала минуту назад, Корин Тернер была очень рада, что мальчик вернулся. Он сразу же ей понравился. И хотя она только что проиграла продажу, ей также казалось, что он принадлежит этому месту, чего не было у мистера и миссис Богдановых – и никогда не будет. С улыбкой она подошла к входной двери и открыла ее. Двое русских нахмурились, но ничего не сказали. Мгновение спустя все трое исчезли.

Алекс остался там, где был. Он держал запасной ключ, который достал из тайника: поддельный кирпич, который поворачивался, если нажимать на него в нужном месте. Было так странно вернуться в дом, который, как он думал, он никогда больше не увидит. Он был просто рад, что это осталось нетронутым. Агенты по недвижимости подумали, что дом будет легче продать, если он будет выглядеть так, как будто там все еще кто-то живет, поэтому вся мебель по-прежнему на месте; кастрюли и сковородки сложены на кухне, кровати застелены. Даже его одежда все еще висела бы в шкафу. И все же он чувствовал, что дом не совсем приветствовал его возвращение. Было неестественно тихо, как будто он был раздражен тем, что его бросили. Алекс понял, что им обоим потребуется время, чтобы снова привыкнуть друг к другу.

Он поднялся наверх в свою старую комнату. Не хватало всего нескольких вещей: пары фотографий и футбольного мяча с автографом команды "Челси", который он взял с собой в Америку. Может быть, Эдвард Плезьюз однажды отправил бы их обратно ... если бы остался в Лондоне. Прямо сейчас все его будущее выглядело неопределенным. Отчасти это зависело от того, что имела в виду МИ-6. Но, в конце концов, он все еще не знал, жив Джек Старбрайт или нет – и это было то, что имело для него значение больше всего.

Он сбросил одежду, прошел в ванную и долго принимал душ. Горячая вода все еще была на автоматическом таймере, и было приятно стоять там, когда вода обрушивалась на него, смывая некоторые воспоминания о последних нескольких днях. Он вышел, вытерся, затем открыл ящик, чтобы показать все свои футболки, аккуратно выглаженные и сложенные. Джек сделал бы это для него, прежде чем она уехала в Египет.

Он оделся, а затем, повинуясь импульсу, зашел в комнату Джека, которая находилась в дальнем конце коридора и выходила окнами в сад. Обычно он никогда сюда не заходил. Это было ее личное пространство, и у них двоих было неписаное правило уважать частную жизнь друг друга. Комната была странно незнакомой для него. У Джека была двуспальная кровать с ярким пуховым одеялом и одноглазым плюшевым мишкой, безвольно раскинувшимся на подушке. Все было очень аккуратно. В комнате было много книг. Она всегда что-то читала. Каждая поверхность была покрыта фотографиями. Алекс посмотрел на все фотографии в различных рамках. Там была пожилая пара, ее родители, а рядом с ними женщина с тремя детьми. Это была ее сестра. Они двое выглядели похожими.

Алекс не разговаривала ни с кем из семьи Джека после того, как он потерял ее в Сиве. Эдвард Плезьюар сделал все это для него. Но, глядя на фотографии, ему стало стыдно. Он должен был связаться.

На многих фотографиях был он, начиная с семилетнего возраста и заканчивая всего лишь несколькими месяцами назад. Вот он был с Иэном Райдером на лыжных каникулах под дулом пистолета, штат Колорадо. Он хорошо это помнил. И вот он снова здесь, стоит с Джеком возле театра "Олд Вик" в Лондоне. Они пошли посмотреть рождественское шоу. Внезапно он почувствовал себя неуютно, находясь в ее комнате. Он вышел, закрыв за собой дверь.

Это было короткое путешествие с юга Франции, но он вообще не смог бы путешествовать без помощи МИ-6, поскольку он потерял свой паспорт вместе со всем остальным. Одежда, которая была на нем, и новый рюкзак, который он нес, были куплены для него в Ницце. Бен Дэниелс летел с ним коммерческим рейсом, но они расстались в аэропорту Хитроу, где их ждали две машины, чтобы развезти в разные стороны. Алекс испытывал смешанные эмоции, въезжая в западный Лондон по трассе М4, мимо огромных рекламных щитов и новых зданий вокруг Хаммерсмита. Он вернулся домой. Часть его была взволнована этим. Но, несмотря на все, что произошло, он все еще не нашел Джека.

Машина ждала снаружи. Ему дали всего тридцать минут на сборы, прежде чем его отвезли на экстренное совещание в МИ-6. Миссис Джонс была бы там. Она настаивала на полном разборе. Алекс был голоден, но он знал, что в доме не будет еды. Не было смысла слоняться без дела. Он взглянул на себя в зеркало, затем снова вышел. Он задавался вопросом, сможет ли он убедить водителя остановиться у Макдональдса по дороге.

Они встретились не в кабинете миссис Джонс, а в конференц-зале на двенадцатом этаже. Это была самая обычная комната – но тогда каждая комната в здании была спроектирована так, чтобы выглядеть обычной. Это соответствовало выполняемой секретной работе. На стенах не было картин, только семидесятидюймовый телевизионный экран, встроенный в стену. Большое окно выходило на Ливерпуль-стрит, где сотни людей входили и выходили со станции далеко внизу. Алекс знал, что стекло было обработано так, чтобы ни камера, ни подслушивающее устройство не могли проникнуть внутрь. Вероятно, он тоже был пуленепробиваемым.

Он сидел в конце длинного полированного стола. Его голос был хриплым от того, что он так много говорил. Он уже рассказал Бену Дэниэлсу все, что знал, когда они были вместе на "Ливерпульской леди", но миссис Джонс настояла на том, чтобы услышать это во второй раз, а затем и в третий, как будто она могла извлечь какую-то новую подсказку из того, что он говорил. Она сидела напротив него на другом конце стола с блокнотом перед ней и ручкой в руке. Дэниелс был рядом с ней. Джон Кроули был на другой стороне. Алекс довольно хорошо знал “Начальника отдела кадров”. Именно так он описал себя, когда впервые пришел в дом Алекса после смерти Йена Райдера. “Очень рад тебя видеть, Алекс”, - пробормотал он, когда вошел в конференц-зал. “Как прошла Франция?” Судя по тому, как он спросил, Алекс мог только что вернуться из короткого отпуска.

Там были еще двое мужчин, которых он раньше не встречал, оба в форме. Один из них был представлен как главный маршал сэр Норман Кларк. У него было столько титулов, сколько медалей на груди. Он был грубым и явно чувствовал себя неловко, обращаясь к пятнадцатилетнему подростку. Другого мужчину звали Чичестер. Он был из военно-морской разведки и казался более приятным из них двоих.

“Тогда позвольте мне подвести итог”, - говорила миссис Джонс, наконец, давая Алексу возможность успокоить свой голос. “Теперь мы знаем, что вертолет Super Stallion был украден Драганой Новак, действовавшей по указанию двух братьев, Джованни и Эдуардо Гримальди. Она также убила американских пилотов. Вы получили мой инструктаж по безопасности о мисс Новак. Ранее она была пилотом сербских ВВС, но предстала перед военным трибуналом после драки в баре. Теперь она мертва. Братья Гримальди хорошо известны нам благодаря их сотрудничеству с Scorpia. Очень жаль, что мы не смогли забрать их на юге Франции ”.

“Как это произошло?” - Потребовал сэр Норман. Судя по тону его голоса, в этом могла быть виновата миссис Джонс.

“Мы предупредили французскую полицию, как только получили информацию”, - сказал Бен Дэниелс. “Но они были слишком медленными. К тому времени, как они добрались до виллы Сицилиана, братьев уже не было ”.

“Благодаря Алексу мы теперь знаем, что они планируют операцию под названием ”Стальной коготь", - продолжила миссис Джонс. “Предположительно, это связано с вертолетом, но мы не можем знать, каким образом. Однако, похоже, что, как я и предположил вначале, терроризм не является их целью ”. Она обращалась, в частности, к маршалу авиации. “Им нужны деньги, просто и ясно. Они планируют какую-то кражу. Что-нибудь тяжелое. Им нужен вертолет, чтобы забрать это ”.

“Многие люди все еще могут погибнуть во время кражи, миссис Джонс. Эти люди уже продемонстрировали, что они совершенно безжалостны ”.

“Конечно, сэр Норман. Мы также знаем, что это событие, Стальной коготь, состоится завтра днем, возможно, в половине четвертого. Вопрос в том, что мы собираемся делать?”

Алекс слушал все это с чувством недоверия. Ему казалось невероятным, что одно электронное письмо, полученное всего несколько дней назад, снова втянуло его в очередное приключение с МИ-6. И что Джек делал, впутанный во все это? Никто в комнате еще не упоминал о ней, но, несомненно, она должна сыграть какую-то роль. Иначе гримальди не забрали бы ее.

Следующим заговорил Чичестер. “Мне кажется, что мы должны сосредоточиться на этом человеке, Воспере”.

“Да. У нас есть кое-какая информация о нем ”, - сказал Кроули. Перед ним был ноутбук, и он нажал несколько клавиш. У него было беспроводное подключение к экрану на стене. Вспыхнуло лицо. “Узнаешь его?”

Алекс посмотрел на фотографию седовласого мужчины с тонкими губами, в очках. Он почувствовал волнение. “Это он!” - сказал он. “Он был на вилле...”

“Дерек Воспер”, - продолжил Кроули. “Прижать его было не так уж сложно. Мы проверили каждый рейс в аэропорт Ниццы за последние три дня. На самом деле, был только один человек по имени Воспер – это довольно необычное имя – и мы сразу увидели, что он соответствует описанию, которое дал нам Алекс ”.

“Кто он?” - Потребовал сэр Норман.

“Дереку Восперу сорок шесть лет, и он живет в Оксфорде...” — начал Кроули.

“У Драганы в каюте была карта с изображением Оксфорда”, - перебил Алекс. Он уже рассказал им о том, что обнаружил, но подумал, что стоит напомнить им.

“Он женат. У него нет детей. Его жена Джейн Воспер. Она водитель автобуса и работает в частной школе. На самом деле, она была проверена полицией несколько лет назад. Это была обычная проверка безопасности. У нее нет судимости. Ни один из них этого не делает ”.

“А как насчет мужа?” - Спросила миссис Джонс.

“Ну, вот тут-то все и становится довольно интересным”. Кроули щелкнул мышкой, меняя изображение на экране. На этот раз на нем было изображено классическое здание с высокими белыми колоннами. “Дерек Воспер - помощник куратора музея Эшмола в Оксфорде. Он помогает организовывать выставки. И это то, что у них есть на данный момент ”.

Еще один щелчок, и изображение сменилось на золотую статую полностью обнаженного мужчины, сидящего на корточках со скрещенными ногами. Это была обложка брошюры, и на ней ярко-красными буквами была подпись: "ЗОЛОТО ЮЖНОЙ АМЕРИКИ".

“Я читал об этом...” - пробормотал Бен Дэниелс.

“Это верно. Это было во всех газетах. Золото инков, ацтеков и майя. Говорят, подобной выставки никогда не было – столько сокровищ в одном месте. Я понимаю, что коллекция застрахована на сорок миллионов фунтов. ”

“Тогда это все!” Сэр Норман с грохотом опустил руку на стол. “Это то, что они планируют украсть!”

Миссис Джонс повернулась к Алексу. “Когда ты был на вилле Сицилиана, Воспер сказал что-то о чистом золоте”.

Алекс вспомнил, пытаясь вспомнить точные слова, которые он слышал. “Это верно”, - сказал он. “Но это было не совсем так. Он сказал, что видел имена в списке и что они из чистого золота ”.

“Он, должно быть, говорил о выставленных статуях!” Сказал Кроули.

“Он точно использовал эти слова?” Миссис Джонс хотела быть уверенной.

“Да. Определенно ”. Но даже когда он говорил, Алекс знал, что что-то не так. Действительно ли Эдуардо и Джованни украли многомиллионный вертолет, чтобы напасть на музей в Оксфорде? Конечно, это не могло быть так просто.

“Есть кое-что еще!” Кроули был доволен собой. “Алекс сказал, что слышал, как упоминалось имя Генри. ‘Они увидятся с Генри в половине четвертого пополудни’. Это правда, Алекс?”

Алекс кивнул.

Кроули вывел на экран другое изображение; на этот раз женщина средних лет, сурового вида, стоящая перед Палатой общин. Алексу показалось, что он узнал ее.

“Это Сьюзен Хендрикс, министр культуры”, - объяснил Кроули. “Так получилось, что она посещает музей завтра днем. Ты видишь? Вы слушали разговор с другой стороны двери и поняли его не совсем правильно. Ты слышал не Генри. Это был Хендрикс ”.

“Нет”. Алекс покачал головой. “Это определенно был Генри, мистер Кроули. Я отчетливо это слышал ”.

“Какой Генри?”

“Они не сказали. Но это был не Хендрикс. Я уверен в этом. ” Алекс остановился. Никто в комнате не выглядел убежденным. Они уже приняли решение.

“Министр должна отменить свой визит”, - сказал Чичестер. “Мы не можем подвергать ее какой-либо опасности”.

“Опасности нет!” Вмешался сэр Норман. “Теперь мы знаем, что означает операция "Стальной коготь", и мы можем предотвратить ее продолжение. Все, что нам нужно сделать, это арестовать этого персонажа Дерека Воспера. Он приведет нас к своим нанимателям, и мы сможем вернуть вертолет ”. Он поднялся на ноги. Насколько он был обеспокоен, встреча была окончена. “Очень хорошая работа, миссис Джонс”. Он кивнул Алексу. “И поздравляю тебя, молодой человек. Тебе следовало слушать внимательнее, но в остальном ты тоже справился очень хорошо ”.

Он вышел из комнаты. Человек по имени Чичестер пробормотал несколько слов благодарности и последовал за ним. Алекс остался наедине с тремя людьми, которых он знал.

“Воспер сейчас будет в музее”, - сказал Кроули. “Ты хочешь, чтобы я его подобрал?”

“Я так не думаю”, - сказала миссис Джонс. “Несмотря на то, что сказал сэр Норман, я не уверен, что это такая уж хорошая идея”. Она сделала паузу, собираясь с мыслями. “Мы хотим вертолет, но, более того, мы хотим братьев Гримальди”, - продолжила она. “Если мы арестуем Воспера, они поймут, что мы вышли на них. Они просто исчезнут. Но мы можем воспользоваться этой ситуацией. Мы можем использовать музей как ловушку!”

Это был первый раз, когда Алекс увидел миссис Джонс в действии, работая в качестве нового главы специальных операций. Ему казалось, что чем больше она говорила, тем больше убеждалась в своей правоте. “Я хочу, чтобы музей был окружен”, - сказала она. “Офицеры вооруженного реагирования! Нашей первоочередной задачей должно быть обеспечение общественной безопасности. Дэниелс – ты будешь следовать за Воспером. Я хочу, чтобы ты не выпускал его из виду с того момента, как он проснется, и до того момента, как он ляжет спать. Ты можешь выбрать команду для подкрепления. Любой, кто тебе нравится ”.

“Кто-нибудь?”

“Да”.

“В таком случае, я бы очень хотел, чтобы Алекс присоединился”.

“Почему?” Миссис Джонс посмотрела на него с искоркой раздражения в глазах.

“Потому что без Алекса мы бы никогда не узнали о существовании Дерека Воспера. И все еще возможно, что мы совершаем ошибку ”. Он вздохнул. “Простите меня, мэм. Я знаю, что это кажется разумным. Золото. Хендрикс. Но если ты спросишь меня, все это кажется немного мелким для операции Scorpia ”.

“Гримальди больше не со Скорпией”.

“Я знаю. Но сорок миллионов фунтов? Они могли бы заработать тридцать миллионов только на продаже Супер-жеребца. Это, должно быть, стоило вдвое больше. И я готов поспорить, что они потратили немало миллионов на то, чтобы все это устроить. Они убили по меньшей мере трех человек. Ты действительно мог бы подумать, что они будут немного более амбициозными ”.

“А Алекс?”

“Он может что-то увидеть или услышать. Он может что-то вспомнить. Я не знаю. Я просто хотел бы, чтобы он был со мной ”.

Миссис Джонс не произнесла ни слова. Рядом с ней Джон Кроули выглядел неуютно. Наконец она взглянула на Алекса. “Когда мы встретились в Сен-Тропе, я сказала тебе возвращаться в Америку”, - сказала она. “Я даже оплатил твой перелет. Ты ослушался меня, и в результате тебя чуть не убили. Если ты собираешься работать на меня, тебе придется научиться подчиняться приказам ”.

“Ты не хочешь, чтобы я на тебя работал”, - сказал Алекс.

“Я знаю. Это то, что я сказал. Я до сих пор помню, что случилось с Иэном Райдером. Я не хочу быть тем, кто сидит здесь и слышит, что с тобой случилось то же самое. ” Она на мгновение замолчала. “Ты хочешь сделать это, Алекс?”

“Я хочу найти Джека”, - просто сказал Алекс.

“Хорошо”. Она кивнула Дэниелсу. “Возьми его с собой. Но если с ним что-нибудь случится, я обещаю тебе, ты уволен!”

OceanofPDF.com

ПОД НАБЛЮДЕНИЕМ

Tбудильник зазвонил ровно в семь часов.

Дерек Воспер проснулся рядом со своей женой в маленьком домике с террасой, который они занимали в Хедингтоне, деревне примерно в трех милях от Оксфорда. Он вскочил с кровати и немного посидел в своей полосатой пижаме. Он потянулся за очками, надел их, затем направился в ванную. Тем временем Джейн Воспер спустилась вниз, чтобы приготовить завтрак. Она была полной, с темно-каштановыми волосами, которые после ночного сна вяло свисали и которые выглядели бы ничуть не лучше, если бы она их расчесала. Ее лицо было пустым. Она поставила чайник , нарезала хлеб для тостов и достала из холодильника яйца.

Ни один из них не знал, что за ними наблюдают, что по всему их дому было установлено не менее двадцати восьми камер, фиксирующих каждое их движение. Команда из отдела специальных операций МИ-6 прибыла всего через несколько часов после окончания встречи на Ливерпуль-стрит. Оба Воспера были на работе, и если бы поблизости были какие-нибудь соседи, они бы не обратили внимания ни на фургон "Уэйтроуз", который остановился у входной двери, ни на троих мужчин, которые, казалось, совершали совершенно обычную доставку, пронося пакеты из супермаркета через парадную дверь.

Когда они уходили, час спустя, в плинтусе и в отверстиях, специально просверленных в кирпичной кладке, были камеры. Другие камеры были спрятаны за зеркалами, на краю абажура и за экраном телевизора. У каждого была линза размером всего 3,7 миллиметра, но которая давала поле зрения 86 градусов. Это означало, что не было ни одного квадратного миллиметра дома, который не был бы в поле зрения. Если бы Восперы решили выйти в сад, они могли бы заметить пчелу, парящую над лужайкой. На самом деле это был миниатюрный беспилотный летательный аппарат с дистанционным управлением, который наблюдал за ними через окна.

Также по всему дому были разбросаны подслушивающие устройства. Они были настолько чувствительны, что уловили звук, с которым Дерек Воспер откручивал тюбик с зубной пастой. Белый фургон без опознавательных знаков был припаркован недалеко от дороги. Двое мужчин сидели сзади, оба в наушниках, глядя на ряд телевизионных мониторов. Они находились на позиции в течение трех часов, заменив команду, которая оставалась там всю ночь.

“Какую яичницу ты хочешь, дорогая?”

“Не думаю, что мне сегодня понравится яйцо”.

“Как насчет йогурта?”

“Спасибо...”

Каждое слово, сказанное Восперами, было записано, расшифровано и отправлено по защищенной линии на седьмой этаж – в отдел связи – МИ-6. Но когда они оделись, застелили постель, а затем сели за кухонный стол завтракать, муж и жена не сказали ничего интересного. Не было никакого упоминания о Гримальди, ничего о Стальном когте. Возможно, их предупредили, или, возможно, они просто слишком нервничали, чтобы говорить о предстоящем дне. Было легче притвориться, что они обычная пара, отправляющаяся на свою разную работу.

“Ну, тогда мне лучше отправиться в путь”.

“У тебя есть чай?”

“Да. Это здесь ”.

Они поцеловали друг друга на прощание, и семьдесят одну секунду спустя Джейн вышла из парадной двери с сумочкой в одной руке и большим серебристым термосом в другой. На ней был легкий плащ поверх оливково-зеленого свитера и платья. Пчела ненадолго зависла над ней, когда она шла по дорожке и садилась в подержанную Mazda, которая была припаркована на главной дороге. Это снимало ее, когда она уезжала. Дерек Воспер остался позади. Он, казалось, не торопился уходить.

На самом деле было двадцать минут десятого, когда он наконец появился, одетый в дешевый костюм и с портфелем. Когда он проходил небольшое расстояние до своей машины, его обогнал фургон с мороженым, и, хотя он совершенно не осознавал этого, он ненадолго окунулся в рентгеновские лучи, которые не только показали его обнаженным, но и показали содержимое его карманов и портфеля. У него был телефон, iPad, книга, несколько бумаг и ручек, пачка жевательной резинки. Не было абсолютно ничего, что указывало бы на то, что он мог быть причастен к краже золота на сорок миллионов фунтов. У Дерека Воспера была машина чуть получше, чем у его жены: Фольксваген Гольф. Он открыл двери с помощью пульта дистанционного управления и сел внутрь.

В тридцати метрах от нас Алекс Райдер сидел на переднем сиденье Vauxhall Astra Sports Tourer, той самой машины, которая используется многими службами экстренной помощи по всей Великобритании. Этот, однако, был анонимным, без идентификационного номера или сирены. Он был устрично-серого цвета с люком на крыше. Бен Дэниелс был рядом с ним, за рулем. Они были снаружи дома с половины седьмого.

Алекс наблюдал, как Дерек Воспер завтракает. В машине был экран спутниковой навигации, установленный на передней приборной панели, но, конечно, это было гораздо больше, чем это. Бен Дэниелс прикоснулся к переключателю автомобильной музыкальной системы, которая бесшумно повернулась, открывая ультрасовременную панель управления с дюжиной различных циферблатов и кнопок. В Воксхолле была сложная система связи, которая позволяла ему настраиваться на поток данных, поступающий из дома, передавая те же изображения, что и МИ-6. Если бы Восперы отправили или получили текстовое сообщение или электронное письмо, он был бы в состоянии прочитать содержимое. Если бы они набрали номер на своем мобильном телефоне, у него были бы имя, адрес и история жизни человека, которому они звонили, еще до того, как они были соединены. Алексу стало интересно, какие еще секреты были скрыты в машине.

Бен завел двигатель. “Похоже, мы в пути”, - сказал он.

“Как раз вовремя”. Алекс был благодарен, когда Бен попросил его присоединиться к команде, но он устал после раннего старта и даже немного заскучал. Наблюдение за самой обычной парой, завтракающей, не помогло бы ему найти Джека. И он все еще не был уверен в целом плане. Не зная, что это было, он был уверен, что что-то не так, и он беспокоился, что это была его вина. Что именно он пропустил?

Фольксваген Дерека Воспера обогнал их, и они отправились за ним, держась на приличном расстоянии позади.

“Он направляется в Оксфорд”, - пробормотал Бен.

“В музей?”

“Я полагаю, что да”.

“Есть кое-что, чего я не понимаю”, - сказал Алекс, когда они продолжали двигаться вперед со скоростью тридцать миль в час. “Внутри здания находятся золотые статуэтки на сорок миллионов фунтов. Ты думаешь, что он собирается украсть это, используя вертолет. Но сначала он должен вытащить все это наружу. И как это будет работать?”

“Ты сказал, что он работал не один”.

Это было правдой. Когда Алекс был на вилле Сицилиана, он слышал, как Воспер говорил о деньгах. “Мы должны были брать больше ...” Это определенно были “мы”. Были ли у него другие люди, работавшие с ним внутри музея? “Где приземлится вертолет?” - спросил он. “Это середина Оксфорда”.

Бен Дэниелс пожал плечами. “На крыше?”

Они въехали на Лондонскую дорогу. Теперь они пересекли реку Черуэлл с большой башней колледжа Магдалины справа. Дорога здесь была очень широкой, с деревьями по обе стороны. Дерек Воспер был на три машины впереди них, направляясь к перекрестку со светофором. Он проехал на зеленый, но прежде чем Бен смог добраться до них, свет внезапно сменился на красный. Алекс почувствовал приступ раздражения. Они еще даже не вошли в город, а уже могли потерять свою цель. Однако, сидя рядом с ним, Бен не казался обеспокоенным. Он протянул руку и щелкнул другим переключателем на панели управления. Сразу же, как по волшебству, огни снова стали зелеными. Остальная часть движения была сбита с толку. Машины, которые начали двигаться вперед, резко остановились. Другие водители просто сидели там, не в силах понять, что произошло. Кто-то ухнул. Бен обогнул их и направился к пролому. В конце маневра он был всего на одну машину позади Воспера.

“Я послал электромагнитный импульс”, - сказал он, прежде чем Алекс успел спросить, что произошло. “Это повлияло на блок управления внутри светофора. Очень полезно для передвижения по городам ”.

Типичный Смитерс! Алексу было жаль, что мастер гаджетов покинул MI6. Он хотел бы увидеть его снова.

Они направлялись вниз по Главной улице с более старыми и привлекательными зданиями по обе стороны. Они прошли мимо церкви, где на скамейке в окружении пакетов с покупками сидела бездомная – очень крупная чернокожая женщина. Никто из них не видел, как женщина наклонилась вперед и заговорила в микрофон, спрятанный у нее в рукаве.

“Цель и машина преследования только что проехали мимо, направляясь к следующему перекрестку. Автомобиль 7К в тесном преследовании ”.

Они были вынуждены перейти на одностороннее движение и следовали за VW мимо колледжей, парков и очень аккуратных домов пастельных тонов. Несколько студентов проехали мимо на велосипедах, и Алекс подумал, каково это - учиться здесь, в этом знаменитом городе. Его образование прерывалось так часто, что он иногда задавался вопросом, получит ли он вообще свои пятерки, не говоря уже о месте в университете. Он принял мысленное решение. Когда все это закончится, когда он найдет Джека, он найдет себе репетитора и будет работать день и ночь, чтобы наверстать упущенное. Может быть, однажды это был бы он на одном из этих велосипедов, готовя себя к реальной жизни.

“Объект свернул на Уолтон-стрит, направляясь на юг”.

Говоривший был дворником в желтой флуоресцентной куртке, он стоял за пластиковым мусорным ведром и говорил в микрофон, спрятанный в его метле. Бен и Алекс прошли мимо него несколько мгновений спустя, затем повернули налево, следуя за Воспером за угол и мимо театра "Оксфорд Плейхаус". Алекс увидел, как он затормозил перед ними, и инстинктивно поискал, где бы припарковаться. Дорога была переполнена. Казалось, им негде было остановиться и подождать, кроме узкого промежутка между припаркованной машиной и строительным контейнером. Бен замедлил ход и остановился так, чтобы свободное место было прямо рядом с ним. Он был всего на пять сантиметров длиннее автомобиля, что делало невозможным его размещение. Алекс видел, как он поднял верхнюю часть ручки переключения передач. Внутри был крошечный джойстик. Бен выглянул в окно, затем большим пальцем сдвинул джойстик вправо. К удивлению Алекса, машина, вместо того, чтобы двигаться вперед или назад, внезапно заскользила вбок, аккуратно вписываясь в образовавшийся зазор.

“Всенаправленные колеса”, - объяснил Бен. “Смитерс был очень доволен ими. На самом деле они очень похожи на то, что вы найдете на тележке в супермаркете. Иногда очень полезно ”.

Алекс выглянул в окно. Музей Ашмола был прямо через дорогу, очень красивое классическое здание, построенное в греческом стиле, с двумя крыльями и массивным портиком спереди, который мог бы быть входом в храм. Это напомнило Алексу Британский музей в Лондоне, за исключением того, что он был меньше и почему-то более гостеприимным. Длинная балюстрада отделяла его от улицы, а ступени вели во внутренний двор. Два знамени развевались на ветру. На каждой была изображена фигурка из чистого золота с надписью: "ЗОЛОТО ЮЖНОЙ АМЕРИКИ". Посетителей еще не было. Музей открылся в десять.

“Что нам теперь делать?” - Спросил Алекс.

“Мы ждем”.

Бен наклонился вперед и провел пальцем по экрану спутниковой навигации. Он был чувствителен к прикосновениям. Карта Оксфорда скользнула по экрану, чтобы ее заменил движущийся фильм: безошибочно узнаваемая фигура помощника куратора, идущего по коридору внутри. Алекс понял, что техники МИ-6 тоже были в музее. Камера была спрятана где-то над ним, наблюдая сзади. Девушка вышла из дверного проема.

“О, мистер Воспер! Я не знал, что ты был сегодня ”.

“Просто приходи, чтобы провести кое-какие исследования”.

“Правильно”.

Изображение изменилось, когда Воспер вошел в свой кабинет и сел за свой стол. Вторая камера взяла верх. Алекс наблюдал, как он открыл ноутбук, загрузил его и через несколько минут начал читать документ на экране.

“Давай посмотрим”, - пробормотал Бен.

Алекс совсем не был удивлен, что у МИ-6 был доступ к компьютеру Воспера. В конце концов, им было достаточно легко взломать его собственный мобильный телефон – как он обнаружил в Сен-Тропе. Вкратце, он задумался о том, в каком обществе он жил, где за каждым – невинным или виновным – можно было наблюдать. Бен пару раз постучал по экрану, и появилась первая страница отчета. Она называлась "КЕЛЬТСКИЕ АРТЕФАКТЫ: КОЛЛЕКЦИЯ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ". Это было то, что Воспер читал…

...и продолжал читать в течение следующих полутора часов. Изображение на экране теперь было полностью беззвучным. Там были просто слова, тысячи слов, о кельтских украшениях и монетах.

Тем временем музей был открыт, и дневные посетители начали прибывать. Выставка продолжалась уже некоторое время, поэтому было не так оживленно, как в начале лета. Тем не менее, к одиннадцати часам двести человек купили билеты, не подозревая, что все они были сфотографированы и отсканированы программой распознавания лиц и что МИ-6 знала о них все еще до того, как они прошли через главный вход. Они также не могли знать, что все обычные сотрудники службы безопасности музея были отправлены домой на день. Их заменили вооруженные полевые агенты. Все сумки были тщательно проверены. Другие агенты, поддерживавшие радиосвязь друг с другом, присоединились к очереди, притворяясь посетителями и слушая каждое сказанное слово. Миссис Джонс окружила музей огромной сетью безопасности. Каждую улицу, ведущую к зданию и из него, охраняли еще десятки мужчин и женщин. Если бы был отдан приказ, музей – да и вся территория – могли бы быть оцеплены и изолированы в любой момент.

Алекс уставился на экран, когда появилась еще одна страница с текстом. Воспер добрался до раздела, озаглавленного "ЗАХОРОНЕНИЯ ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА". Он читал в тишине. Никто не заходил в его кабинет. Телефон не зазвонил. Он сказал своему помощнику, что приехал, чтобы закончить кое-какие исследования, и, похоже, именно этим он и занимался. Алекс был в машине уже несколько часов. Он был зажат и расстроен. Хуже того, он все больше убеждался, что это была ошибка. Они все что-то упустили из виду. Что это было?

Он позволил своим мыслям вернуться на виллу Сицилиана и прокрутил разговор – хотя он уже делал это много раз прежде. Он увидел себя сидящим на корточках у двери, наблюдающим за Дереком Воспером с двумя братьями.

Я видел имена в списке.

Это определенно будет драматичный день.

Я думаю о своей второй половинке…

Они увидятся с Генри в половине четвертого.

Это определенно был Генри, а не Хендрикс. Но Генри кто? Алекс убедил Бена просмотреть список сотрудников музея. Было трое мужчин по имени Генри, но двое из них работали в ремонте, а одному, гардеробщику, было восемьдесят пять. Имя Генри, казалось, не имело никакого отношения к Южной Америке или золоту. И было кое-что еще, что озадачило его. Кто именно были ”они", люди, которые встречались с Генри? Почему время было значительным?

Он обсудил то, что услышал, с Беном Дэниелсом и миссис Джонс. У Алекса была хорошая память, и вся работа, которую он проделал для МИ-6, помогла ему тренироваться: он не упускал деталей. Но на этот раз было что-то. Могло ли это быть чем-то, что он видел на лодке? Он вспомнил карту, которую нашел в хижине Драганы Новак. Это не показали в музее Эшмола. Масштаб был слишком велик. На самом деле, там был показан Оксфорд и два других города.

Нет. Алекс попытался вспомнить, что сказал Джон Кроули во время допроса. По какой-то причине он был уверен, что сказал что-то, что было ключом. Он собирался спросить об этом Кроули в то время, но все так быстро ушли, что у него не было возможности. А теперь он забыл! Единственная информация, которая придаст смысл всему остальному.

“Поехали!” Пробормотал Бен. “Он снова движется”.

Алекс был за много миль отсюда. Он взглянул на экран, чтобы увидеть, что, наконец, Дерек Воспер закрыл документ и поднялся на ноги. Его засняли скрытые камеры, когда он выходил из своего офиса.

“Как ты думаешь, куда он направляется?” - Спросил Алекс.

Бен посмотрел на часы. “Уже больше часа дня”, - сказал он. “Он, наверное, идет на обед”.

Две минуты спустя Воспер появился в реальной жизни, выходя из музея. Бен завел двигатель. “Еще раз в брешь...” - пробормотал он.

“Что ты сказал?” - Спросил Алекс.

“Еще раз...”

“...в брешь. ДА. Это значит, что давайте двигаться! Это из пьесы!”

И внезапно Алекс понял. Пьеса была "Генрих V" Уильяма Шекспира. Он изучал это в школе – когда сам был в школе. Это говорил Генрих как раз перед битвой при Азенкуре.

Еще раз к разрыву, дорогие друзья, еще раз;

Или закрой стену нашими английскими мертвецами.

Осколки были перед ним все время. Только сейчас, без особой причины, все они собрались вместе, чтобы обрести смысл. Ключом была карта. Оксфорд. Cheltenham.

И Стратфорд-на-Эйвоне.

Алекс повернулся к Бену. “Быстро”, - сказал он. “Я хочу знать, что идет в театре”.

“Алекс, я не думаю, что у нас есть время...”

“Сегодня. В Стратфорде есть театр. Королевский театр Шекспира ”. Алекс вспомнил, как однажды был там. Это было целую жизнь назад.

Бен мог слышать серьезность в голосе Алекса. Впереди него Воспер спускался по главной лестнице, направляясь к своей машине. Он ткнул пальцем в экран приборной панели, ища информацию. “Генрих V”, сказал он. “Это начинается в половине четвертого”.

Это было то, чего Алекс ожидал. Это имело полный смысл. “Это Генри, которого они увидят! Только не Хендрикс. Я был прав насчет того, что слышал. Но это не человек. Это игра! И карта, которую я видел в хижине Драганы ... на ней был показан не только Оксфорд. На нем был изображен Стратфорд-на-Эйвоне. Вот куда они направляются ”.

“Вот куда кто идет? О чем ты говоришь?”

“Я не знаю...”

У них на глазах Дерек Воспер добрался до своей машины и как раз садился в нее. Они смотрели, как он заводит двигатель.

“Мы должны добраться до него”, - сказал Бен. Он потянулся к маленькому джойстику, чтобы вывести их из этого пространства.

“Нет”. Алекс остановил его. “Это ошибка, которую мы совершаем. Воспер был там, на вилле во Франции, но это не имеет к нему никакого отношения. Это его жена!”

“Джейн Воспер?”

“Да!” Алекс знал, что он был прав. “Я действительно слышал, как он говорил о ней. Он сказал, что должен подумать о своей второй половине – и я подумал, что он имел в виду вторую половину денег, которые ему причитались. Но он говорил о своей жене!”

“Но почему? Она просто водитель автобуса ”. Бен вспомнил, что Кроули сказал о ней. “Она работает в школе”.

“Да”, - согласился Алекс. “Но он также сказал, что полиция проверила ее безопасность. Все в комнате просто приняли это, потому что это ничего не показывало – у нее не было судимости. Но это было то, что я хотел спросить! Почему им вообще понадобилось проверять ее? Должно быть, это потому, что она работает в каком-то важном месте с большой безопасностью. Может быть, это настоящая цель. Что-то должно произойти между этим моментом и половиной четвертого, и она в этом замешана!”

Бен заколебался, но только на мгновение. Он ткнул в панель управления и быстро заговорил в микрофон где-то на приборной панели. “Это Дэниелс – звонит из транспортного средства 7К. Мне нужна немедленная информация о Джейн Воспер. Повтори, Джейн Воспер. Нам нужно немедленно найти ее!”

Несколькими метрами дальше по дороге Дерек Воспер собирался тронуться с места, когда услышал визг шин и посмотрел в зеркало как раз вовремя, чтобы увидеть серебристую Vauxhall Astra, которая появилась из ниоткуда и обгоняла его на высокой скорости. Он нажал ногой на тормоз и остановился. Ему казалось, что он избежал столкновения всего на несколько дюймов ... И это было то, чего он не хотел бы сегодня из всех дней. Он немного посидел, наблюдая за удаляющейся машиной. Светофор, который был красным , мгновенно переключился на зеленый, когда он приблизился. А потом это исчезло.

OceanofPDF.com

СТАЛЬНОЙ КОГОТЬ

Oпримерно за час до этого, примерно в сорока милях к востоку от Оксфорда, школьный автобус готовился к отправлению. Это был не обычный школьный автобус, но и Линтон Холл определенно не был обычной школой.

Начнем с того, что это была самая дорогая подготовительная школа в стране. Плата за пансион начиналась с 12 550 фунтов стерлингов за семестр ... но она может легко возрасти до 15 000 фунтов стерлингов, как только родители оплатят все дополнительные услуги, которые могут включать уроки игры на фортепиано, дзюдо, верховой езды, альпинизма, полетов на воздушном шаре, настоящего тенниса, классического балета и гольфа. Это было, конечно, чрезвычайно эксклюзивно. Там было всего триста мальчиков и девочек в возрасте 8-13 лет, и каждому из них пришлось пройти три дня интенсивных собеседований и экзаменов, прежде чем их приняли. Рекорд Линтона Холла говорил сам за себя. Восемьдесят пять процентов учащихся пошли в одну из лучших частных средних школ страны, с Итоном, Вестминстером и Бененденом в верхней части списка. Все они изучали бы латынь и древнегреческий и владели бы по крайней мере тремя современными языками, включая китайский. Они играли на музыкальном инструменте. Они могли бы процитировать сотни стихотворных строк наизусть.

Основной частью школы была усадьба елизаветинской эпохи, великолепное здание высотой в четыре этажа, с дымовыми трубами и наклонными крышами. Когда-то это был дом сэра Кристофера Линтона, близкого друга короля Генриха VIII и, на короткое время, мастера охоты. Это было почти пятьсот лет назад. Теперь в доме было несколько классных комнат, очень хорошо укомплектованная библиотека и столовая, освещаемая по ночам свечами. Он был окружен низкой балюстрадой и рядом живых изгородей, идеально подстриженных в форме животных. Настоящие павлины бродили по лужайкам.

На территории была дюжина других, более современных зданий. Сюда входили ультрасовременный спортивный зал, комплекс искусств и досуга, научный корпус и пять пансионов, названных в честь британских поэтов. На территории также есть бассейн с подогревом, корты для игры в сквош и спортивная дорожка олимпийского стандарта. Менее заметное, расположенное на краю основной территории школы и низко над землей, было круглое здание из кирпича с затемненными окнами. Он был известен как Центр, и это был школьный центр безопасности, обслуживаемый двадцать четыре часа в сутки, круглый год ... даже во время каникул.

Линтон Холл было нелегко найти. Он был похоронен в Чилтернах, в конце длинной дороги, которая проходила через сельхозугодья и через горбатый мост. Не было никакого указателя. У школы не было веб-сайта, и ввод имени в систему спутниковой навигации не дал бы никакого результата вообще. Ближайшая деревня называлась Грейт Кимбл и, несмотря на свое название, на самом деле была очень маленькой. Никто из жителей деревни никогда не говорил о школе. Если кто-нибудь спрашивал дорогу, его предупреждали, чтобы он позвонил в полицию.

Мы хотим, чтобы у наших студентов было счастливое, нормальное, беззаботное время, пока они с нами.

Эти слова были написаны на первой странице школьной брошюры (хотя брошюра была разослана лишь небольшому числу людей, и каждый экземпляр приходилось возвращать, как только он был прочитан). В этом был весь смысл Линтон Холла. Дети, которые пошли туда, были сыновьями и дочерьми некоторых из самых богатых и влиятельных людей на планете. В прошлом они, возможно, смогли бы вписаться в обычные школы. Но современный терроризм и угроза международной преступности сделали это слишком рискованным, и в начале двадцать первого века у швейцарской бизнес-группы возникла блестящая идея создать единое место, где все они могли бы собраться вместе и получить первоклассное образование в условиях полной безопасности.

Два премьер-министра – и многие высокопоставленные политики – отправили своих детей в Линтон-холл. Там были несколько членов королевской семьи, и ходили слухи, что будущий король Англии начнет, как только станет достаточно взрослым. Но большинство родителей можно было бы просто описать как “сверхбогатых”. Они были предпринимателями, топ-менеджерами в таких компаниях, как Apple, Google, Amazon и Shell. Главная девушка была дочерью одного из самых продаваемых авторов в мире. Капитан первых одиннадцати был приемным сыном поп-певца, который продал более двух сотен миллионов пластинок по всему миру. Многие дети приехали из-за границы, их родители были российскими олигархами, китайскими бизнесменами, голливудскими звездами, шейхами Саудовской Аравии. В школе едва ли был хоть один родитель, который не упоминался в то или иное время в прессе.

Пока Дерек Воспер читал свой доклад о кельтских артефактах, а Алекс дрыгал каблуками в машине возле музея Эшмола, пятьдесят два ребенка пяти и шести лет собрались у особняка. В школе они носили отличительную форму – два оттенка синего с надписью Virtus и эмблемой с золотым ключом на верхнем кармане. Virtus в переводе с латыни означает “превосходство”, и это был односложный девиз школы. Однако школьной политикой было то, что они не должны носить ничего, что могло бы их опознать, когда они отправлялись на прогулки за пределы территории, поэтому они были в своей собственной одежде, элегантно, но небрежно одетые.

Их везли в Стратфорд-на-Эйвоне на дневное представление "Генриха V". В некоторых школах могло показаться, что дети в пять и шесть лет были слишком малы для Шекспира, но в Линтон-холле все было наоборот. Дети прочитали свою первую пьесу, когда им было девять лет, а в конце предыдущего семестра довольно многие из них появились в "Сне в летнюю ночь", который исполнялся на открытом воздухе под музыку школьного джаз-бэнда.

Автобус, который ждал их, был пятидесятипятиместным Mercedes-Benz Tourismo, выкрашенным в школьные цвета, но без других опознавательных знаков. Водитель стоял и ждал у входной двери.

Джейн Воспер когда-то водила автобусы в National Express, но четыре года назад присоединилась к Linton Hall. Как и все другие учителя и вспомогательный персонал, она несколько раз проходила собеседования и тщательную проверку полицией безопасности. Она не пользовалась особой популярностью у детей, так как почти не говорила и никогда не улыбалась. Но школа видела в ней надежную пару рук. С ее крепкими плечами и мускулистыми руками она выглядела совершенно комфортно за рулем автомобиля, длина которого составляла тринадцать метров, а вес - двадцать четыре тонны. Дети называли ее миссис Ти, потому что она никогда никуда не выходила без своей серебряной чайной фляжки. Она пила чай, когда они были в театре, музее, на экскурсии ... где угодно.

Конечно, они путешествовали не одни. Глава драматического театра в Линтон-Холле был худощавым, нервного вида мужчиной лет пятидесяти с небольшим. Джейсон Грин был успешным актером и писателем, пока его не привлекла щедрая зарплата и обещание длинных отпусков, которые позволили бы ему путешествовать и писать пьесы. Он проработал в Линтон-холле двадцать лет, за это время он видел, как многие из его мальчиков стали звездами. Он был ответственным за экспедицию.

Также в карете был хорошо сложенный, внимательный мужчина с непроницаемым лицом и короткой стрижкой. Его звали Тед Филби, американец, завербованный ФБР. Он был одет в костюм, белую рубашку и темные очки, а от его уха к микрофону рядом со ртом тянулся провод. В общем, он вряд ли мог бы сделать больше, чтобы рекламировать себя как наемного телохранителя ... которым он и был. За школой присматривала частная охранная фирма, которая состояла из семи штатных сотрудников: пяти мужчин и двух женщин. Большую часть времени они базировались в Хабе, но всякий раз, когда была школьная поездка, они тоже ходили. Очень необычно, что им разрешили носить оружие. Фирма лоббировала правительство, чтобы сделать это возможным, хотя, вероятно, помогло то, что один из студентов был сыном министра обороны.

Когда автобус уедет, Филби будет на борту, и он будет зажат между двумя одинаковыми "лендроверами" с еще четырьмя вооруженными оперативниками, путешествующими парами. Машины будут припаркованы за пределами театра на протяжении всего спектакля, а водители будут постоянно поддерживать связь с полицией. Если бы что-нибудь случилось, они могли бы позвать на помощь по специальному каналу, зарезервированному для них. Вооруженное подкрепление прибудет в течение трех минут.

Неудивительно, что в Линтон-холле все было сделано по плотному графику, и ровно в пять минут второго дети, выстроившиеся в стройную очередь, забрались в автобус и заняли свои места друг за другом, два ряда плюшевых сидений по обе стороны длинного коридора. Примерно посередине вагона был туалет, и на каждом сиденье был телевизионный экран. Обычно школа передавала классические фильмы или документальные фильмы во время длительных поездок, но Стратфорд-на-Эйвоне находился всего в часе езды, поэтому на этот раз они были пустыми. Джейн Воспер заняла свое место рядом с Филби. Когда дети успокоились и Джейсон Грин начал окончательный подсчет численности, она достала из сумочки пакет красных и желтых конфет.

“У меня сегодня день рождения”, - объявила она.

“Это так?” Охраннику было неинтересно. Он не очень заботился о школе, детях или тех, кто там работал. Он сделал эту работу за деньги. Ему хорошо платили.

“Да. Хочешь одну?” Она протянула пакет.

“Хорошо”. Это был самый быстрый способ избавиться от нее. Филби достал конфету и отправил ее в рот.

Джейн позаботилась о том, чтобы красные конфеты были в верхней части пакета. Он принял одну. Она смотрела, как он ест, затем выбрала желтую, как ее и инструктировали. Под пальто ее сердце быстро билось. Это началось.

Другие сотрудники службы безопасности забрались в свои машины, перед автобусом и позади него. Было десять минут второго. Они отправились в путь.

Джейсон Грин был в конце прохода, изучая текст пьесы, которую они собирались посмотреть. Тед Филби остался впереди, жуя конфету, которую ему дали, время от времени оглядываясь назад, чтобы посмотреть на пассажиров. Когда Филби начал там работать, он был удивлен тем, что, несмотря на их необычное происхождение, дети, которые ходили в Линтон-Холл, ничем не отличались от других детей, которых он когда-либо встречал. “Сопляки есть сопляки, независимо от того, сколько у них денег”. Это было то, что он сказал своей жене. Глядя на них сейчас, он видел, что им было скучно и возбужденно одновременно. Мобильные телефоны и компьютерные игры не разрешались на школьных экскурсиях, но один или двое из них взяли с собой книги и спокойно читали, в то время как другие шумно болтали со своими соседями и людьми вокруг них. Они были черными, белыми, азиатами – и они были одеты точно в такие же джинсы и кроссовки, как и другие дети их возраста. Девушкам не разрешалось носить украшения, а дорогие часы не поощрялись. Они могут сидеть в очень шикарном автобусе за двести тысяч фунтов, но если посмотреть на них, они могли прийти из любой общеобразовательной школы в любой точке Великобритании. Это было, конечно, то, что они хотели, чтобы все думали.

Филби выглянул в окно, когда они спускались по первой из нескольких узких проселочных дорог. Джейн Воспер умело управляла автобусом, с легкостью преодолевая некоторые крутые повороты. Рядом с ней стоял ее серебряный термос, большой и тяжелый, вмещавший, должно быть, несколько пинт чая. Она переключила передачу, когда они выехали на А41, главную дорогу, которая должна была вывести их на автостраду. Оттуда можно было прямиком добраться до Стратфорда-на-Эйвоне. Филби откинулся на спинку стула. Он был только на одной пьесе Шекспира и проспал всю ее до конца. Он задавался вопросом, почему кто-то беспокоился. Это были все старые вещи без оружия или автомобильных погонь. Он не мог понять и половины слов. Он провел рукой по лбу. Он вспотел. В карете было необычно тепло, и он начал уставать. Он наклонился к Джейн. “Ты можешь включить кондиционер?”

“Это на полную”, - ответила Джейн. “Что-то не так?”

“Я не знаю. Я... ” Голова Теда Филби упала вперед. Он больше ничего не сказал.

Джейн Воспер уставилась прямо в окно. Первый "Лендровер" был прямо перед ней, и она знала, не глядя, что второй будет прямо позади. Никто из людей из Хаба не общался друг с другом во время путешествия. У них никогда не было раньше. Чтобы они не знали, что что-то не так. И они были бы полностью расслаблены. В конце концов, они были вооружены. Они были в контакте с полицией. Они направлялись на спектакль. Они не ожидали никаких неприятностей.

И когда они свернули на автомагистраль М40 на перекрестке 9, недалеко от Бистера, никто из них даже не заметил огромный вертолет, который внезапно появился в небе примерно в миле позади, как какой-то странный, первобытный монстр. Они не видели, как почти сразу же он начал снижаться к ним, волоча за собой что-то, что выглядело, по крайней мере, на расстоянии, как огромная клешня…

Пристегнутый ремнями к своему сиденью в Vauxhall Astra, Алекс Райдер чувствовал себя игроком в безумной компьютерной игре, мир проносился мимо, дома почти сливались друг с другом по обе стороны. Бен Дэниелс сидел рядом с ним, наклонившись вперед, его руки сжимали руль, как будто это была машина, которая контролировала, и это было все, что он мог сделать, чтобы избежать препятствий, мчащихся к нему. Из-за поворота выехало такси, и он повернул направо, затем развернулся, чтобы избежать столкновения с грузовиком, который вырисовывался перед ними со сверкающими фарами. Стрелка на спидометре приближалась к девяноста … не с той стороны. Это был жилой район. Одна ошибка, один недостаток концентрации - и невинные люди умрут. Алекс почти наверняка был бы одним из них.

Они проскочили светофор, и Алекс с чувством облегчения увидел, что они наконец оставили город и его пригороды позади. Магазины и дома поредели, и внезапно они направились на север по двухполосной дороге с полями по обе стороны. Пока Бен вел машину, работа Алекса заключалась в том, чтобы считывать маршрут, который отправлялся им через экран спутниковой навигации. Их направляли к развязке 10 на автостраде – это казалось наиболее вероятным местом, где они могли перехватить школьный автобус. Никто точно не знал, где это было. Джейн Воспер еще не была найдена, а сотрудник службы безопасности, Тед Филби, не отвечал на звонки. Но маршрут был известен. Другие машины мчались в том же направлении, хотя казалось, что Алекс и Бен доберутся туда первыми.

“Прямо на следующем перекрестке!” - Крикнул Алекс. “Ты хочешь попасть на А34”.

Кольцевая развязка была впереди них. Справа был указатель M40. Но Алекс увидел, что два огромных грузовика прибыли одновременно, притормозили, чтобы повернуть, и они заблокировали обе полосы. Не было пути мимо. Бену пришлось бы остановиться, теряя драгоценные секунды. Алекс наблюдал за ним, пока он прикидывал углы и принимал решение. Он нажал ногой на акселератор и вывернул руль влево, выехав на тротуар и съехав на травянистую обочину, едва не врезавшись в фонарный столб. Теперь машина съехала с дороги, двигаясь параллельно другому потоку. Он развернулся и внезапно устремился к узкому промежутку между двумя машинами. Он прорвался с запасом в несколько дюймов и выехал на кольцевую развязку, теперь уже впереди двух грузовиков. Другие машины сигналили, когда нажимали на тормоза, чтобы объехать его. Машина пронеслась по кольцевой развязке и выехала с другой стороны. На протяжении всего маневра они ни разу не опускались ниже восьмидесяти.

Бен был зол на себя. “Мы должны были послушать тебя”, - пробормотал он, переключая передачу. Он не смотрел на Алекса. Его глаза все еще были устремлены на дорогу впереди. “Этот чертов музей! Мы убедили себя, что это то, чего они добивались, и мы не думали ”.

“Я должен был догадаться”, - сказал Алекс.

“Нет. Ты уже дал нам все подсказки. Нам вручили все это в подарочной упаковке и перевязали лентой ”.

“Но школьники...?” Все произошло слишком быстро. Алекс все еще не до конца разобрался, что планировали гримальди.

“Пятьдесят два безумно богатых школьника, Алекс”. МИ-6 уже отправила Бену полную информацию о Линтон-Холле. “Разве ты не видишь —?” Прежде чем он смог что-то еще объяснить, он выругался и вывернул руль, чтобы обогнать фургон, шины протестующе завизжали, когда они прорезали асфальт. После этого движение стало интенсивнее, и он замолчал, направляя машину в промежутки и выезжая из них.

“Следующий поворот налево”, - сказал Алекс.

Теперь они ехали по одноколейной дороге, почти пустой, которая пролегала прямо через сельскую местность Оксфордшира. В течение следующих пяти минут они ехали со скоростью сто миль в час, но как раз в тот момент, когда Алекс подумал, что они дома и сухие, Бен был вынужден притормозить. Впереди была большая пробка, и на этот раз не было никакого способа избежать ее. Бен нажал на тормоза, и мгновение спустя они были окружены машинами и грузовиками со всех сторон. Алекс понял, что они прибыли на перекресток с автострадой. Единственная проблема заключалась в том, что не было никакого способа добраться до него.

Спутниковый навигатор дал ему обзор. Они подъехали к первой из трех взаимосвязанных развязок с круговым движением, сложной системе, которая в конечном итоге позволит им выехать на скользкую дорогу на М40. Но им потребовалось бы не менее пятнадцати минут, чтобы добраться туда. Как будто весь Оксфордшир решил пойти тем же путем, прибыв в одно и то же время. Повсюду были машины, водители безучастно смотрели в передние окна, пассажиры скучали и молчали. Они поползли вперед и достигли широкого бетонного моста, пересекающего автостраду с четырьмя полосами движения, движущимися в двух направлениях. Он повернулся, чтобы что-то сказать Бену, и ахнул. Сам того не желая, он выглянул в окно – и вот оно, перед его глазами.

Это была одна из самых необычных вещей, которые он когда-либо видел.

Огромный автобус, выкрашенный в два оттенка синего, с грохотом приближался к ним по автостраде, один "Лендровер" впереди, а другой сзади. Это само по себе было необычно. Но за тремя машинами гнался самый большой вертолет, который Алекс когда-либо видел, огромная машина, которая выглядела еще более чудовищной и опасной, потому что была так близко к земле. Он тащил за собой гигантский металлический подъемник, цепи и тросы исчезали в его брюхе. Круглый диск с пятью металлическими полосами, вытянутыми, как пальцы. В этот момент Алекс понял значение слова "Стальной коготь". Диск был магнитным. Вертолет собирался сбросить автобус с автострады. Таков был план. Одним махом, в буквальном смысле, братья Гримальди собирались похитить пятьдесят два ребенка из самых богатых семей в мире.

Это было то, что Бен пытался сказать ему. Пятьдесят два выкупа. В сумме они составили бы золота на сумму, превышающую сорок миллионов фунтов. Сколько потребовали бы гримальди? Небо действительно было пределом.

И они ничего не могли с этим поделать! Они прибыли слишком поздно. Бен и Алекс оказались в ловушке на мосту над автострадой в пробке, которая полностью остановилась. Возможно, другие водители остановились, чтобы посмотреть, что происходит. Гигантский вертолет был потрясающим зрелищем. Что он делал, летя так низко?

Алекс снова увидел, как Бен принял решение. Он был в левой полосе. Рядом с ним были перила, которые тянулись вдоль моста, а с другой стороны - длинный спуск к автостраде внизу. Автобус промчался мимо, проехав под ними, и солнце ненадолго закрылось, когда вертолет последовал за ним, пролетая над их головами, все время снижаясь. Магнитный подъемник подошел так близко к машине, что Алекс почти почувствовал, как он пронесся мимо. Рука Бена метнулась вперед, и он схватился за джойстик, скрытый в рычаге переключения передач. Он повернул его, и Vauxhall Astra развернулась, как стрелка компаса, вращаясь на своих всенаправленных колесах так, что оказалась лицом к ограждению с протянувшейся внизу автострадой. Бен нажал кнопку на панели управления, и через секунду из передней части машины вырвался огромный язык пламени, в результате чего перила расплавились и отвалились.

“Огнемет за решеткой радиатора”, - пробормотал он. “Смитерс всегда говорил, что это пригодится”. Он крепче сжал руль. “Держись, Алекс”, - предупредил он. “Это может быть больно”. Возможно, на полсекунды Алекс задумался, что он собирается делать. Затем он получил ответ. Бен ускорил шаг. Двигатель взревел, и машина рванулась вперед, пробив сгоревшие перила, взлетев в воздух.

Казалось, они висели там невероятно долго. Алекс видел автостраду под ними, машины, мчащиеся к ним, весь мир, раскосый по диагонали на ветровом стекле. Затем поверхность дороги устремилась к ним. Алексу захотелось прикрыть глаза. Казалось почти несомненным, что они будут убиты.

Машина врезалась в землю. Раздался ужасный звук рвущегося металла и сноп сверкающих малиновых искр. Алекс почувствовал, как у него сжалось горло, когда он вжался в свое кресло. Они пролетели невероятное расстояние от моста до автострады внизу, и он был уверен, что Vauxhall Astra разорвало на части. Колеса завизжали. Весь капот смялся, и на ветровом стекле появилась огромная трещина, разделяющая его надвое. И все же каким-то образом машина выровнялась и продолжала ехать. Бен Дэниелс боролся за контроль, выворачивая руль, чтобы найти просвет в потоке машин. Невероятно, но ему удалось проложить свой путь между фургоном и автовозом. Мост ускользнул за их спинами. Они выжили.

Они были на автостраде, мчались вперед с ревущим двигателем. Машина была разбита. Все это содрогалось. Из выхлопной трубы валил густой дым.

И все это было напрасно.

Когда Алекс выпрямился на своем сиденье, его шея болела, сердце бешено колотилось, он увидел, что они отстали. Автобус "Линтон Холл" был примерно в четверти мили перед ними, и вертолет продвинулся вперед так, что оказался прямо над ним. Хуже того, магнитный подъемник нашел свою цель. Это был массивный круглый стальной блок, подвешенный на цепи с несколькими тросами, входящими в него. Пилот маневрировал подъемником точно так, что он остановился в самом центре крыши, прижавшись к металлической поверхности. Даже когда Алекс наблюдал, как вертолет начал подниматься в воздух, огромные лопасти опускались, пыль вздымалась повсюду. Карета недолго боролась, как будто у нее действительно был хоть какой-то шанс продолжить свое путешествие. Затем – это было то, что Алекс никогда не забудет – его колеса оторвались от асфальта. На несколько секунд он завис там, мчась вперед со скоростью семьдесят миль в час, как и все другие машины, за исключением того, что он больше не соприкасался с дорогой. Дюйм за дюймом его поднимали вверх. Два "Лендровера" все еще пытались защитить его, но они ничего не могли сделать. Внезапно они оказались сами по себе, по обе стороны пустого пространства. Тренер был над ними.

Сначала Алекс не мог в это поверить. Это было похоже на какой-то сложный магический трюк. Автобус с пятьюдесятью пятью пассажирами, должно быть, весил тонны, но он левитировал прямо у него на глазах. Он знал, что у Супер-Жеребца не будет проблем с весом, но магнитный подъемник...? Он должен был бы быть невероятно сильным, чтобы сохранять свою хватку. Но сейчас было не время беспокоиться о научной стороне происходящего. У них на глазах увозили тренера. Они должны были остановить это.

Бен Дэниелс еще раз нажал на акселератор, и Vauxhall Astra рванулся вперед, двигатель завыл, пол завибрировал, он был на грани полной поломки. Алекс вытянул шею, глядя через люк на крыше. Теперь они были почти под автобусом, который уже был в шести или семи метрах над ними и все время поднимался.

“Что ты можешь сделать?” - крикнул он. “Что еще Смитерс положил в эту машину?”

“Ничего!” Бен покачал головой.

“У него есть катапультное сиденье?”

“Да!”

Алекс мгновенно понял, что нужно сделать. “Бей!”

“Я не могу, Алекс!”

“Просто сделай это!”

Бен колебался. Карета уходила все дальше в небо. Алекс сорвал с себя ремень безопасности. “У нас нет времени на споры”.

“Ты этого не переживешь! И тогда миссис Джонс убьет меня!”

“Просто сделай это!”

Бен издал крик раздражения и ударил левой рукой вперед, найдя кнопку на панели управления. Люк на крыше отлетел, и в то же время Алекс закричал, когда все его сиденье взлетело вверх, ярко-красное пламя вырвалось у него из-под ног. Он почувствовал порыв ветра. На какой-то ужасный момент он подумал, что вертолет сбросил автобус и что он будет раздавлен. Казалось, что оно приближается к нему, заполняя его поле зрения. Но на самом деле все было наоборот. Он был тем, кто стремительно приближался к этому. Все остальное исчезло: автострада, Воксхолл, другие машины, небо. Это был момент истины. Он мчался к черной металлической стене ... Под брюхом кареты. Если бы он ехал слишком быстро, его бы размазало по нему, как насекомое по ветровому стеклу: слишком медленно, и он упал бы обратно на верную смерть внизу. Он потянулся, его руки шарили в поисках чего-нибудь, за что он мог уцепиться. Он был выпущен, как пуля. Собирался ли он достичь этого? В следующий момент он сделал! Он увидел металлический стержень, проходящий поперек шасси, прямо перед задними колесами. В баре было грязно, густо от масла. С воплем он схватился за нее руками. Сиденье выскользнуло из-под него, упав обратно на дорогу. Каким-то образом ему удалось продержаться. Он уже мог чувствовать тяжесть своего тела, давящую на руки.

Он болтался. Он посмотрел себе под ноги и за них, далеко-далеко, на автостраду. Машины уже были размером с игрушки.

Супер-жеребец поднимался все выше, описывая дугу в воздухе, направляясь на запад, унося троих взрослых, пятьдесят два ребенка и одного незваного пассажира в неизвестность.

OceanofPDF.com

В ТЕМНОТУ

Sсидя за штурвалом Sikorsky CH-53E, Славко Новак размышлял о своей удаче. Телефонный звонок раздался как гром среди ясного неба, от его двоюродной сестры Драганы. Они двое никогда по-настоящему не ладили, но теперь, похоже, она предлагала ему работу. Был ли он готов сразу же уехать в Англию? Он потребуется только на один день. Ему заплатили бы пятьдесят тысяч фунтов. Славко не нужно было думать дважды. Он был летчиком-испытателем на сербском авиационном заводе, высококвалифицированная работа, но у него не было повышения зарплаты в течение двенадцати лет. Его жена придиралась к нему. У него было четверо детей – Мильян, Мудрас, Милун и Милинка, которые были грубы с ним. Ему нужно было приключение. И кто может сказать, что он может сделать с деньгами? Он, конечно, не собирался рассказывать своей семье.

Восемь часов спустя он оказался в отеле в Лондоне, где его инструктировали его новые работодатели. Было довольно странно, что они были идентичными близнецами. Они показали ему маршрут, по которому он пойдет, и объяснили революционный магнитный подъемник, который он будет носить с собой. Он был разработан Национальной лабораторией высоких магнитных полей Университета штата Флорида и в нем использовалась проволока из наночастиц, смесь меди и серебра, в сердечнике из девяти отдельных катушек. Это создало бы магнитное поле в пять тесла ... примерно в пять тысяч раз больше силы магнита на холодильник. Он должен был бы расположить его очень осторожно, прямо в центре кареты. Все это было вопросом баланса.

Славко был застенчивым, неулыбчивым мужчиной с седыми волосами, серой кожей и носом, который выглядел сломанным, хотя он вырос таким естественным образом. Он никогда не отличался особым воображением. Он понятия не имел, почему близнецы хотели угнать движущийся автомобиль с английской автострады. Он также не хотел знать, кто будет путешествовать в автобусе. Это была вторая часть операции, которая занимала его мысли. Поднять карету было бы достаточно сложно, но определение местоположения цели и ее освобождение потребовали бы полной концентрации и идеального времени. В самый последний момент, прежде чем покинуть отель, он усомнился в сумме, которую ему платили. Пятидесяти тысяч фунтов действительно было недостаточно для операции такого масштаба и сложности. Он хотел в два раза больше.

Два брата кратко обсудили его требование между собой. Славко думал, что они могут стать противными, и был удивлен, когда они согласились. На самом деле, казалось, не было никаких обид вообще ... совсем наоборот. Они тут же выдали ему чек, выписанный из банка в Панама-Сити. Славко редко видел так много нулей в конце числа. На его личном банковском счете было двадцать тысяч сербских динаров, но он болезненно осознавал, что это эквивалентно примерно ста сорока фунтам. Чек был сложен пополам и лежал в его верхнем кармане, как талисман на удачу. Он обналичит их, как только все закончится.

Теперь Славко отметил свое положение и нажал правой ногой, регулируя рулевой винт. Вертолет отреагировал немедленно. Несмотря на свои огромные размеры, Sikorsky действительно был довольно хрупкой машиной. У него оставалось всего девять минут, чтобы добраться до места назначения. Ему сказали, что за ним будут следить, и он предположил, что королевские ВВС уже поднимут в воздух свои истребители на своих базах в Нортхолте, Брайз-Нортоне, Хай-Уиком и везде еще.

Девять минут. Затем ему пришлось исчезнуть.

Примерно в десяти метрах под ним Алекс Райдер попросту цеплялся за дорогую жизнь.

Когда они оторвались от земли, воздух стал холоднее, а течения намного сильнее, и если бы он попытался ухватиться за карету одними руками, его бы быстро оторвало и отправило вращаться навстречу смерти. Но подбрюшье Mercedes-Benz Tourismo представляло собой странный лабиринт извилистых труб и кронштейнов с толстыми цилиндрами, полками и выступами. Он определил область, которая обеспечивала что-то вроде пространства для ползания над главной осью, и, используя всю свою силу, ему удалось поднять ноги и сложить их так, чтобы он был спрятан внутри металлического ящика, защищенного от порывов ветра. Он все еще должен был держаться. Если бы он расслабился на мгновение, он бы отпал. Отсек был грязным, покрытым маслом и грязью, которые накапливались годами. Алекс чувствовал огромный вес тренера, который, казалось, давил на него, хотя прямо сейчас он был практически невесомым.

Он рискнул оглянуться через плечо и тут же пожалел, что сделал этого. Они были в тысячах футов над землей. Дороги были немногим больше, чем каракули, машины двигались точками. Поля превратились в разноцветное лоскутное одеяло, и они были очень, очень далеко. Он понятия не имел, куда направляется, но увидел город, окруженный полями, железнодорожную ветку, петляющую через него, аккуратные домики рядами, собор. Это была ванна? Глостер? Он закрыл глаза и вместо этого сосредоточился на дне кареты, удерживая хватку, не двигаясь, все его тело было приковано к месту. Шум вертолета был оглушительным. Он мог чувствовать вибрацию от лезвий. Он подумал о детях внутри автобуса. Они были бы в ужасе. Как долго будет длиться это путешествие? Они покидали страну? Нет. Конечно, это было невозможно. Королевские ВВС перехватили бы их. Их истребители, должно быть, уже в пути.

Они опускались все ниже. Алекс не осмеливался смотреть последние несколько минут, но он почувствовал изменение давления в ушах и, открыв глаза, увидел, что они спустились на несколько тысяч футов. Они летели над сельской местностью – полями и горами с несколькими разбросанными домами и фермами. По какой-то причине он думал, что они могут быть в Уэльсе. У него не было особого представления. Его голова была разбита о днище кареты, густая смазка забила его волосы, и ему пришлось повернуться, чтобы посмотреть через собственное плечо. Ветер бил ему в глаза, отчего было больно держать их открытыми. Его руки очень устали. Как долго он висел здесь? И где именно они собирались приземлиться?

Поправив хватку, Алекс еще раз взглянул и увидел, что они следуют по однопутной железнодорожной ветке. Она проходила прямо под ними, прорезая зеленые и древние поля с низкими кремневыми стенами и пасущимися овцами. В паре миль впереди них был поезд, и он понял, что они преследуют его. Алекс немного наклонился, чтобы лучше видеть. Это был паровоз. С такой высоты это выглядело точно как игрушка – что-то из давних времен. На самом деле, это могло быть прямо из музея. Он мог видеть водителя, высунувшегося из машины, и клубы дыма, вырывающиеся из его трубы. Позади главного локомотива был тендер, доверху набитый углем. И за этим был прицеплен единственный фургон. Это была низкорамная машина – не более чем длинная деревянная платформа с открытыми бортами. Когда они приблизились к нему, сердце Алекса забилось быстрее. Он точно понимал, что должно было произойти.

Они догнали локомотив. Вертолет находился всего в пятистах футах над землей, а автобус, в конце магнитного подъема, был намного ближе. Для Алекса ситуация внезапно стала намного хуже, когда ветер поднял дым вверх и в подбрюшье кареты, обжигая глаза и затрудняя дыхание. Он был ослеплен, тонул вниз головой в густом тумане, который вонял сажей. Он бесконтрольно кашлял, и те немногие силы, что у него оставались, быстро покидали его руки. Смутно он осознавал, что спящие проносятся мимо, каждый из них сливается с другим. Вертолет накренился вперед и начал снижаться, и, наконец, дым рассеялся. Теперь Алекс увидел деревянную платформу прямо под собой. Именно туда вертолет должен был доставить тренера! Это был блестящий план. Поезд-локомотив должен был доставить автобус на следующий этап своего путешествия, в то время как все продолжали следовать за вертолетом. Но к тому времени, когда они поймут это – если они когда–нибудь поймут - будет слишком поздно. Карета была бы за много миль отсюда, ее несло бы в совершенно другом направлении.

Они опустились ниже, и Алекса охватил новый ужас. Не могло быть достаточно места между днищем вагона, за которое он цеплялся, и платформой, которая двигалась под ним. С самого начала он чувствовал, что его раздавили, но теперь это действительно должно было произойти. Он задавался вопросом, может ли он упасть и каким-то образом откатиться в сторону, но он знал, что это был бы просто еще один способ совершить самоубийство. Все, что он мог сделать, это оставаться там, где он был, и надеяться на лучшее. Но вес над ним был почти за пределами понимания ... Тонны и тонны. Платформа была прочной, неумолимой. Он чувствовал себя насекомым, застрявшим между страницами медленно закрывающейся книги. Часть его задавалась вопросом, как он оказался во всем этом. Все, чего он когда-либо хотел, это найти Джека!

Было очень темно. Низкий погрузчик, шины, огромная масса автобуса – между ними они заслонили свет. Теперь он был так близко к платформе, что мог видеть сучки в дереве. Даже сквозь рев вертолета он мог слышать, как колеса поезда лязгают, когда они катятся по шпалам. Карета приземлилась. Алекс вскрикнул, когда деревянная поверхность коснулась его плеч. На этом все закончилось. Это была смерть. Огромные резиновые шины вздулись, принимая на себя вес. В конце концов, для него было достаточно места! Затем карета слегка приподнялась , и Алекс понял, что ее сняли с магнитного подъемника. Почти сразу звук вертолета стал тише, и его сменило пыхтение паровоза. Он перешел от одной технологии к другой с разницей в два столетия.

Он все еще был в ловушке. Алекс на мгновение понадеялся, что, как только карета будет поставлена, он просто дождется подходящего момента, а затем выскользнет из своего укрытия. На данный момент это было невозможно. Его все еще несло вперед, и он мог оставаться там, где был, только до тех пор, пока они не прибудут туда, куда они направлялись. По крайней мере, ему больше не нужно было цепляться. Он отпустил металлический прут и с благодарностью опустился на платформу внизу. Оглядываясь по сторонам, он мог видеть, как мимо проносятся трава и гравий. Они должны были быть где-то в сельской местности и изолированы. Тот факт, что железная дорога могла вместить паровоз, говорил сам за себя. Это не могло быть основной линией. Это принадлежало викторианской эпохе. Если бы это был Уэльс, возможно, он мог бы привести к старой шахте?

Звук поезда усилился, и за долю секунды все погрузилось во тьму. Алекс снова почувствовал, что задыхается от густого черного дыма, и на мгновение растерялся. Что случилось? Как день превратился в ночь? Тогда он понял. Они вошли в туннель, длинный туннель. Поезд замедлял ход. Теперь это прекратилось. Пока Алекс лежал там, борясь с ощущением, что его похоронили заживо, он задавался вопросом, что он найдет, когда они, наконец, выйдут с другой стороны.

Все прошло идеально.

Славко Новак хотел громко рассмеяться. Он снял движущийся автобус с автострады, проехал сто двадцать миль через всю страну и погрузил его на движущийся поезд. Это потребовало невероятного мастерства, и почти никто в мире не смог бы это осуществить. Это заставило его подумать о своей кузине Драгане. Он на мгновение задумался, что с ней случилось, а затем выбросил ее из головы. Ее потеря была его приобретением. И теперь он знал, что он собирался делать с деньгами. Он знал барменшу в маленьком заведении на Пазинской улице в Белграде. Она всегда нравилась ему. Возможно, он пригласил бы ее уехать с ним на выходные. Конечно, он не сказал бы своей жене.

Это было еще не совсем окончено. Ему было приказано лететь на север в сторону Шропшира, держась низко, чтобы избежать радара. На панели управления перед ним была красная кнопка. Гримальди проинструктировали его нажать на нее, как только он окажется в пяти милях от места назначения, передав сигнал машине, которая будет ждать его сразу за городом Монтгомери. Именно там он должен был посадить вертолет. К вечеру он возвращался домой.

Он проверил свои ориентиры. Семь миль ... шесть миль ... пять… Наконец-то он был в пределах досягаемости. Он наклонился вперед и нажал кнопку, хотя, даже когда он это сделал, ему пришло в голову, что это было довольно странно. Зачем ему понадобилось это дополнительное устройство? Конечно, машина все равно смогла бы его увидеть?

Это были последние мысли, которые у него когда-либо были.

Два реактивных истребителя "Торнадо" из ВВС Брайз Нортон догнали его и пикировали с высоты пятидесяти тысяч футов. Но ни один из них не был близко, когда взорвалась бомба, активируемая красной кнопкой. Пилоты видели, как пропавший Супер жеребец разорвался на части в гигантском шаре пламени. Несколько мгновений спустя разрозненные осколки начали падать с неба на поля внизу.

Но когда пилоты сообщили по радио о случившемся, они также смогли подтвердить отрицательное наблюдение – повторяю, отрицательное наблюдение – за тренером. Это казалось невозможным, но Mercedes-Benz Tourismo и пятьдесят два ребенка из Линтон-Холла просто исчезли во время полета.

“Как это возможно?” - Потребовала миссис Джонс.

Она вернулась в свой офис. С ней были только двое мужчин: Джон Кроули и Бен Дэниелс. Было трудно сказать, кто из них двоих выглядел более неуютно.

“Супер жеребца в последний раз видели над Глостером, а затем над Монмутом”, - ответил Кроули. “Кажется, он направлялся в Брекон-Биконс. К сожалению, после Абергавенни все пошло наперекосяк, и тогда мы его потеряли. На самом деле это было незаметно. Местность вокруг очень холмистая, и это помогло бы ”.

“А потом?”

“Это ненадолго появилось снова. У нас есть сообщения от двух пилотов о том, что автобус был отсоединен. Магнитный подъемник все еще был в поле зрения, но он был пуст. И мгновение спустя вертолет взорвался. Очень повезло, что под ним никого не было. Погиб только пилот ”.

“Мы знаем, кто был пилотом?”

“Пока нет”.

“Но вертолет, должно быть, где-то приземлился. Он направлялся к границам Уэльса, а под ним болтался ярко-синий Mercedes-Benz Tourismo! Так почему же никто этого не видел?”

Кроули вздохнул. “Мы все еще пытаемся разобраться с этим, миссис Джонс. Ты прав. Такой автобус выделялся бы, как больной палец в сельской местности Уэльса, и у нас было полдюжины самолетов, обыскивающих весь район. Но там ничего нет. Они, должно быть, залегли на дно ”.

“Что ж, я надеюсь, ты доволен собой, Кроули. У нас было более семидесяти сотрудников, которые следили за музеем Эшмола и за всем городом Оксфорд в карантине. Мы выставили себя полными дураками ”. Она повернулась к Дэниелсу. “И что ты можешь сказать в свое оправдание?”

“Алекс разобрался, но мы добрались до автострады слишком поздно”, - сказал он.

“Это не то, о чем я говорю. Я сказал тебе присматривать за ним. И под этим я не имел в виду, что вы должны выстрелить в него в воздух над переполненной автострадой и позволить оппозиции схватить его!”

Бен Дэниелс встретился с ней взглядом. “Вы хотите, чтобы я подал в отставку, миссис Джонс?” - спросил он.

“Нет”. Ее голос смягчился. “Я не хочу, чтобы кто-то из вас уходил в отставку. Это моя вина в той же степени, что и твоя. Это первая серьезная ситуация, с которой нам пришлось столкнуться с тех пор, как ушел Алан Блант, и до сих пор я полностью справлялся с ней ”.

“Что дальше?” - Спросил Кроули.

“Мы ищем тренера. Это нелегко, потому что, насколько я могу видеть, это может быть где угодно. Мы извлекаем черный ящик из обломков вертолета, и это может дать нам подсказку, но на это потребуется время, а у меня такое чувство, что времени у нас на самом деле нет ”.

Как по команде, зазвонил телефон. Миссис Джонс схватила трубку и слушала около минуты, затем медленно опустила ее. Ее лицо не выражало никаких эмоций вообще. “Мы получили известие от гримальди”, - сказала она.

“Чего они хотят?” - Спросил Бен.

“Они, конечно, не назвали себя. Полчаса назад школа получила видеофайл. Оно было отправлено через Интернет, и Специальное подразделение изучает его, но отследить его будет практически невозможно ”.

У Джона Кроули был с собой ноутбук. Он передал его миссис Джонс, которая ввела код доступа, который ей только что дали. Сразу же заиграл фильм. На снимке был показан Mercedes-Benz Tourismo, который болтался под Super Stallion, пролетая над английским пейзажем.

“Это послание родителям пятидесяти двух детей из подготовительной школы Линтон-Холл”, - объявил голос. Он был плоским, безэмоциональным и был искажен электроникой, чтобы замаскировать того, кто говорил. “Дети содержатся в безопасной обстановке”, - продолжил голос. “Им не причинили вреда. О них хорошо заботятся.

“Тем не менее, мы убьем каждого из этих детей в течение сорока восьми часов, если выкуп, который мы требуем, не будет выплачен. Мы просим сумму в двести шестьдесят миллионов фунтов. Это эквивалентно пяти миллионам фунтов на ребенка. Деньги должны быть переведены в банк в Панаме. Реквизиты банка появятся в конце этого короткого видео.

“Пожалуйста, имейте в виду, что мы относимся к детям как к единому целому и требуем разовой оплаты. Если кто-то из родителей отказывается или не в состоянии платить, то другие родители должны восполнить недостачу. И если точная сумма денег не будет получена к указанному сроку, все дети умрут. Исключений не будет.

“Не пытайтесь найти детей. Мы очень хорошо вооружены и будем сопротивляться, если на нас нападут. Ты можешь быть уверен, что при таком развитии событий никто из детей не выживет ”.

На экране вертолет и автобус исчезли вдали.

“Не пытайся вести с нами переговоры”, - закончил голос. “Не проси больше времени. Я повторяю. Сумма денег составляет двести шестьдесят миллионов фунтов. Теперь у вас есть сорок семь часов и пятьдесят восемь минут. Вот и все ”.

Экран потемнел, и появилось имя. Это был банк: Caja España в Панама-Сити. Под ним были написаны данные банковского счета, на который должны были быть выплачены деньги. Миссис Джонс не сомневалась, что это будет невозможно отследить.

Долгое время никто не произносил ни слова.

Молчание нарушил Бен. “Двести шестьдесят миллионов!” - сказал он. “Могут ли они себе это позволить?”

“Насколько я понимаю, в Линтон-холле есть родители, которые могли бы позволить себе всю сумму самостоятельно”, - ответила миссис Джонс. “У некоторых из них будет страховка именно на такой случай. Возможно, найдутся несколько человек, для которых пять миллионов - это предел ... Хотя любой, кто может позволить себе давать образование своим детям за тридцать тысяч фунтов в год, вероятно, не будет слишком стеснен в средствах. ” Она сделала паузу. “Гримальди были очень умны. Обращаясь с детьми как с единым целым – все или ничего – они абсолютно уверены, что родители соберут деньги. Они могут спорить между собой, но у них нет выбора ”.

“Сорок восемь часов”, - пробормотал Кроули. “Это не так много времени”.

“Нет”. Миссис Джонс щелчком открыла коробку мятных леденцов и достала одну. “Но они допустили одну ошибку”.

“Алекс Райдер”.

“Именно. Где бы они ни были, он с ними – и они этого не знают. ” Она положила мятную конфету в рот. “Кажется, он снова наша единственная надежда”.

OceanofPDF.com

ГОРОД ДЫМА

Aлекс понятия не имел, как долго он был в туннеле. На нем были часы, но его лицо и глаза были настолько почерневшими от сажи, что он едва мог открыть их, чтобы посмотреть на них. Он только дышал с трудом. Паровая машина, возможно, и не двигалась, но она все еще сжигала уголь, и дым окутал его, удушая. Они были примерно в сотне метров от входа, и единственный порыв холодного воздуха пробивался по всей длине шахты к нему. Алекс знал, что обязан этому своей жизнью. Вход также обеспечивал небольшое количество дневного света. Иначе он был бы полностью слеп.

Он услышал шаги. Двое мужчин шли по краю пути между поездом и стеной туннеля, разговаривая друг с другом тихими голосами. Алекс был зажат между днищем автобуса и низким погрузчиком, едва хватало места, чтобы повернуться. Глядя поверх сгиба своей руки, он мог разглядеть нижние части их ног, когда они остановились. На мгновение они были так близко, что он мог бы протянуть руку и коснуться их. Затем дверь кареты открылась с гидравлическим шипением, и они скрылись из виду.

“Хорошо! Слушайте все!” Было трудно разобрать мужской голос, но Алекс знал, что это не один из братьев Гримальди. Он разговаривал со школьниками, и, хотя Алекс мог слышать только половину того, что он говорил, общий смысл был ясен. “Тебе придется подождать здесь еще двадцать минут ... Не нужно бояться. Мы не причиним тебе вреда, если ты будешь хорошо себя вести ... Нужно прикрыть автобус. Скоро стемнеет. Двигайся скорее. Вы поживете у нас пару дней ... Возвращайтесь к своим семьям ... Поужинайте и лягте спать, когда приедете ”.

Мужчины снова спустились, и Алекс увидел, как они занялись длинным рулоном брезента, который, должно быть, лежал рядом с рельсами, ожидая этого самого момента. Когда он встретил гримальди, он не был впечатлен. Он думал, что в них было что-то почти детское, их школьная злоба, то, как они ловили каждое слово друг друга. Но он должен был признать, что их операция –Стальной коготь" была проработана до мельчайших деталей. Они украли невероятно мощный вертолет и использовали его, чтобы захватить автобус, полный детей, таким образом, что полностью высмеяли всю систему безопасности вокруг него. Теперь, догадался он, карету каким-то образом замаскировали, чтобы, когда она наконец выедет из туннеля, она была скрыта от пролетающих самолетов, от спутников, от любого, кто случайно наблюдал.

И что тогда? Где именно они были? Алекс был удивлен, что ему удалось выжить до сих пор, но он подозревал, что худшее еще впереди. Он прибыл в логово львов – и он не сомневался, что львы вот-вот покажут свои зубы.

Он лежал там, казалось, целую вечность. Мужчины закончили свою работу и ушли, и внезапно туннель наполнился свежим дымом, когда поезд двинулся вперед, потянув за собой вагон, который теперь был скрыт под гигантским брезентом. Им потребовалось много времени, чтобы добраться до конца туннеля, и к тому времени Алекс был почти на пределе своих сил, обливаясь потом и задыхаясь. Его нос и горло, казалось, были полностью забиты, и свежий воздух, когда он пришел, восхитительно омыл его, смывая все страхи и сомнения последнего часа. Возможно, все было не так плохо, как он думал. Гримальди понятия не имели, что он был здесь. На самом деле, они верили, что он мертв. Все, что ему нужно было сделать, это выяснить, где он, и связаться с МИ-6, и все это закончилось бы.

Выглядывая из узкой щели, которая была всем, что у него было под каретой и ее брезентовым покрытием, Алекс наблюдал за проносящейся мимо сельской местностью. Локомотив двигался довольно медленно. Железная дорога была ровной и прямой. Алекс не видел никаких зданий – только дикую траву, усеянную цветами. Пыхтение двигателя, постоянно перемещающиеся поршни и скрежет колес заглушили бы любой другой звук, но Алекс почувствовал, что они прибыли в ту часть страны, которая была столь же тихой, сколь и отдаленной. Наконец, они начали замедляться. Край станционной платформы заслонил Алексу обзор. Поезд остановился, из него вырвался пар, похожий на восклицательные знаки. Брезентовое покрытие было снято. Они прибыли.

У него был выбор. Он мог бы остаться там, где был, под каретой. По крайней мере, никто не мог видеть его там, и он знал, что он в безопасности. Или он мог бы сразу уйти, найти другое место, чтобы спрятаться, и посмотреть, что будет дальше. Он выбрал второй вариант. Помимо всего прочего, ему нужно было вырваться из узкого пространства, в котором он был пойман так долго, и он знал, что важно следить за детьми из Линтон-Холла, следить за тем, куда их забрали. Локомотив уже успокаивался, пар шипел, а различные металлические детали щелкали, начиная остывать. Алекс скользнул вбок, крадучись по деревянному полу низкого погрузчика, прочь от платформы станции. Он остановился за одной из шин автобуса и огляделся вокруг. Казалось, рядом никого не было. Он вывернулся, затем спрыгнул на землю, присев на корточки рядом с железнодорожным полотном с низкорамным погрузчиком над ним. Никто его не видел. Его легкие с благодарностью втянули чистый послеполуденный воздух.

Но где, черт возьми, он был? Что это было за место? Алекс огляделся вокруг, пытаясь осознать все это.

Это был промышленный комплекс, хотя и давно заброшенный. Он сразу понял это по тишине, по ржавеющим трубам, по пучкам дикой травы, прорастающей из разбитого бетона, и лужам застоявшейся воды. Посреди всего этого стояла массивная квадратная башня, серая, без окон, сделанная из бетона. Он поднялся примерно на пятьдесят метров в воздух. Конвейерная лента, окруженная стенами из гофрированного железа, спускалась сверху, доходя до самого конца платформы. Должно быть, он использовался для перевозки какого–то товара - либо в башню, либо из нее. Но что? Ответ был прямо перед ним. Нижний конец конвейерной ленты остановился в нескольких метрах от того, что выглядело как черная пирамида. Это был уголь. Первой мыслью Алекса было, что это старая валлийская шахта. Но вполне может быть, что уголь на самом деле здесь не добывали. Это могло быть привезено откуда-то еще, выгружено, а затем использовано в каком-то промышленном процессе.

Он осмотрел остальную часть комплекса, пытаясь сориентироваться. Кирпичный дымоход, такой же высоты, как и башня, стоял сбоку с полудюжиной стальных труб поменьше, поблескивающих на солнце. Повсюду были гигантские топливные баки, бочки с маслом, ржавеющие тракторы и фургоны. Все было соединено сетью извилистых труб и балок, кабелей, мостов и дорожек, как будто все это место было каким-то необычным механизмом, и все это можно было включить одним переключателем.

Любопытно, что одно или два здания выглядели новыми, как будто их недавно отреставрировали. В дальнем конце Алекс увидел два одноэтажных блока с коридором, соединяющим их вместе, так что они образовали букву H. Они сразу напомнили ему о тюремных помещениях, где он содержался в Сиве. Даже на таком расстоянии он мог видеть, что окна были зарешечены. Забор, окружавший комплекс, и прожекторы на алюминиевых столбах были совершенно новыми. Братья Гримальди, должно быть, захватили это место и добавили свою собственную охрану. Охранники с автоматами патрулировали периметр. Насколько он мог видеть, дороги, ведущей наружу, не было. Конечно, в поле зрения не было никаких машин. Он оглянулся и увидел, что локомотив пересек поворотный круг, прежде чем прибыл на платформу. Предположительно, он вернется к нему, а затем – при условии, что это действительно сработает – все это будет вращаться так, чтобы оно могло уйти тем же путем, каким пришло.

“Хорошо, дети. Давай вытащим тебя из кареты! А теперь быстро!”

Алекс обернулся. Он узнал этот голос. Это было не то, что он мог легко забыть. Фрэнки Сталлоне, гангстер, который пытался его убить, последовал за ним сюда с юга Франции. Казалось, что он отвечал за эту часть операции.

Алекс не слышал, как открылись двери, но теперь он наблюдал, как дети спускаются – или, по крайней мере, их ступни и низ ног, это было все, что он мог видеть под экипажем. Они собирались на платформе с другой стороны поезда. Один или двое из младших плакали. Наконец-то они все вышли. Алекс предположил, что, должно быть, это Сталлоне обратился к ним в туннеле. Теперь он снова заговорил с ними.

“Я хочу, чтобы вы построились парами”, - приказал Сталлоне. “Тебя отведут в жилой блок, который находится вон там. У нас есть спальни, в которых ты можешь оставаться, прямо как в школе. Здесь есть телевизионный зал и столовая – очень скоро вы все получите что-нибудь поесть. Как я уже говорил, вы пробудете с нами сорок восемь часов, и если вы все будете хорошо себя вести, никто не пострадает. У нас есть тот, кто позаботится о тебе, и если тебе что–нибудь понадобится – лекарства или что-то в этом роде - ты можешь попросить. Есть какие-нибудь вопросы?”

“У меня есть несколько вопросов”. Это говорил другой человек. Алексу хотелось бы перебраться на другую сторону поезда, чтобы действительно видеть, что происходит, но это было слишком опасно. “Что ты сделал с мистером Филби?”

“О ком ты говоришь?”

“Наш охранник. Он без сознания ”.

“Не беспокойся о нем. Он был нокаутирован. Он будет в порядке через час или два ”.

Мужчина еще не закончил. “Кто ты и чего ты хочешь?” - требовательно спросил он. Его голос был высоким, дрожащим. “Это возмутительно!”

“Кто ты?”

“Я Джейсон Грин. Я их учитель драмы ”.

“И ты станешь их мертвым учителем драмы, если не закроешь свой рот. Не имеет значения, кто я. Все, что имеет значение, это то, что ты делаешь, как тебе говорят ”.

“Ты похитил нас!”

“Правильно, Джейсон!” Алекс мог слышать насмешку в голосе Сталлоне. “Как умно с твоей стороны заметить. А теперь заткнись и становись в очередь. Давай уедем отсюда ”.

Послышалось шарканье ног, когда дети выстроились в шеренгу, и Алекс наблюдал, как они уходят. Они прошли мимо паровоза, который стоял там, тихо пыхтя после своих трудов, как огромный металлический зверь. Он видел, как они исчезли вдали, направляясь к тюремному блоку, который он уже определил. Пришло время двигаться самому. Рядом были припаркованы два фургона, больше не на трассе ... Топливные баки на колесах. Они были ржавыми, а краска выцвела, но Алекс смог разобрать слово, написанное красными буквами сбоку: БЕНЗОЛ. Где-то в глубине души он был уверен, что знает, что это значит. Он слышал, как это упоминалось на уроке химии. Какое-то топливо? Не в первый раз он пожалел, что не провел больше времени в школе.

Пригибаясь, он пробежал небольшое расстояние по земле, подальше от локомотива и к вагонам. Он скользнул под один из них и лежал там, тяжело дыша, снова скрывшись из виду.

Он уже перебирал варианты. Все, что ему нужно было сделать, это связаться с МИ-6, но как он собирался это сделать, когда у него больше не было мобильного телефона? Он потерял свой на юге Франции, вместе со всем остальным, и у него не было возможности заменить его. Он мог бы проникнуть в офис, но он не мог видеть никаких телефонных линий, идущих в здание или из него, что наводило на мысль, что там могло не быть никаких телефонов, и в любом случае, они, вероятно, не были бы подключены. Остались охранники. Он мог бы вырубить одного из них и украсть мобильный, но он сомневался, получит ли он вообще сигнал. Хуже того, как только они узнают, что он здесь, он потеряет единственное преимущество, которое у него было. Они бы быстро выследили его.

Он был сам по себе. Он был безоружен. Там было по меньшей мере с дюжину охранников с автоматами. Он понятия не имел, где он был ... Он знал только, что это была глушь. Он был огорожен, окружен крутыми холмами, и, если где-то не было дороги, которую он не мог видеть, все выглядело так, как будто длинный туннель был единственным путем обратно в реальный мир.

Нехорошо.

И что дальше? Даже задавая себе этот вопрос, Алекс знал, что ответ лежит в жилом блоке. Возможно, учителю драматического искусства или одному из детей удалось завладеть мобильным телефоном. Их было пятьдесят три. Было ли слишком надеяться, что у них двоих может быть какое-то оружие, которое он мог бы использовать, даже если это всего лишь перочинный нож? И еще был человек из службы безопасности, Филби, о котором упоминал учитель. Конечно, он смог бы помочь, как только пришел бы в себя. Чем больше Алекс думал об этом, тем больше он видел, что он должен был сделать. В количестве была безопасность. Здесь он был сам по себе.

Он еще не мог сделать свой ход. Вокруг было слишком много охранников и слишком много шансов быть замеченным. Алекс протянул руку и коснулся поверхности металлического топливного бака. Бензол. Он внезапно вспомнил. Это был побочный продукт, полученный из угля. Он использовался в автомобилях в смеси с бензином. Это было легко воспламеняющееся. Если бак был полон, это могло бы пригодиться.

Он посмотрел на часы, затем протер поверхность большим пальцем, чтобы удалить слой сажи. Было четыре часа. Солнце не сядет еще несколько часов.

Алекс приготовился ждать.

Комплекс назывался Dinas Mwg – валлийское название, которое примерно переводится как Город дыма.

Когда-то здесь работали тысячи мужчин и женщин, превращая уголь в промышленное топливо, известное как кокс; странно, что его название совпадает с безалкогольным напитком. Процесс был долгим и грязным и начался в цементной башне, которую заметил Алекс. Он был известен как ретортный дом. Уголь должен был пройти по конвейерной ленте, прежде чем нагреваться в огромных стальных трубах. Полученный продукт, кокс, был очень чистым и бездымным, его использовали в сталелитейной промышленности. Он также обладал замечательными теплозащитными свойствами. НАСА использовало его на многих своих космических аппаратах. Кроме того, образовался бы ряд побочных продуктов, включая газ, смолу, аммиак, серную кислоту и бензол. Все это было разделено, сохранено и, наконец, продано.

К сожалению, крах сталелитейной промышленности означал конец для Dinas Mwg. Заведение закрылось одиннадцать лет назад и фактически было оставлено гнить. Сельская местность была усеяна старыми шахтами и фабриками, которые были заброшены, поскольку двадцать первый век взял свое. Еще один не будет иметь никакого значения. И так могло бы и остаться – но потом появились гримальди. Они купили комплекс у властей Уэльса практически за бесценок, заявив, что собираются превратить его в музей и центр культурного наследия. Конечно, это была ложь. С самого начала они рассматривали это как идеальное место, чтобы спрятать пятьдесят два чрезвычайно богатых ребенка, пока полиция и службы безопасности рыскают по стране в их поисках.

Грязный, потерянный и забытый, Дымный город был спрятан в долине, окруженной горами. Когда-то туда вела узкая дорога, но оползень пять лет назад закрыл ее, и теперь единственным путем туда и обратно была единственная старомодная железнодорожная ветка. Туннель Блейна, где Алекс ждал в темноте, был длиной в полмили и соединялся непосредственно с главной линией. Гримальди были вынуждены купить поезд, который доставил их сюда. Он назывался "Полуночный летун" и был стандартным паровозом класса 5, построенным в Донкастере в 1950 году. Это был прекрасный механизм, навевающий воспоминания о том времени, когда он был сконструирован. Он не только был восстановлен до рабочего состояния, но и перекрашен и отполирован так, что выглядел как новенький, блестящий черный, с названием, выделенным золотыми буквами, и единственной ярко-красной контрольной полосой прямо над землей спереди. Восстановление двигателя было самой дорогостоящей частью операции. На самом деле, гримальди потратили чуть более пяти миллионов фунтов на организацию операции "Стальной коготь". Это оставило им ожидаемую прибыль в размере около двухсот пятидесяти пяти миллионов фунтов стерлингов, которую они оба считали вполне приемлемой.

Было необходимо внести определенные изменения в сам состав. То, что когда-то было административным центром с несколькими офисами, было превращено в здание тюрьмы, которое видел Алекс. Они повесили решетки на окна и внесли пятьдесят две кровати. Гримальди также построили жилой блок для себя. Он был простым, но удобным, с двумя спальнями, обе из них одинаковые, с соединяющей дверью. У них была одна большая гостиная и маленькая кухня, но не было ванных комнат. Водоснабжение было отключено, когда комплекс был закрыт. Это не имело значения. Они могли легко пару дней обходиться без ванны, а там были химические туалеты и бутылки с питьевой водой.

Через два часа после того, как дети сошли с поезда, и пока Алекс ждал наступления темноты, два брата сидели в гостиной на втором этаже и пили чай. Они были не одни. Джейн Воспер сидела напротив них, скрестив ноги, балансируя чашкой с блюдцем на коленях. Джованни и Эдуардо были одеты очень похоже на гангстеров, которыми они и были: в темные костюмы с белыми рубашками и узкими галстуками. Их обувь была начищена до блеска, черные волосы зачесаны назад с помощью геля. У Джованни было золотое кольцо на безымянном пальце правой руки, у Эдуардо - на том же пальце левой.

Чай был очень хорош. Там были бутерброды, нарезанные треугольниками, бисквитный торт, разнообразные шоколадные бисквиты. Они налили чай "Эрл Грей" для своего гостя. Они сами пили кофе.

Несмотря на это, Джейн Воспер была в плохом настроении. “Как долго мне придется оставаться здесь?” - требовательно спросила она.

“Я думаю, мы договорились, что ты останешься здесь до завершения операции”, - ответил Джованни.

“Два дня”, - добавил Эдуардо.

Женщина фыркнула. “Итак, что я должен делать в течение двух дней?”

Братья обменялись хитрыми взглядами, как будто они чего-то не договаривали ей. “Я уверен, ты что-нибудь придумаешь”, - сказал Джованни.

Миссис Воспер отвернулась и уставилась в окно на серебристые трубы, поднимающиеся в лучах послеполуденного солнца, длинные отрезки труб, пересекающих друг друга, извивающиеся в проходах. Вдалеке локомотив с тендером въехал задним ходом на поворотный круг. Он должен был вот-вот развернуться на сто восемьдесят градусов, готовый к обратному путешествию. Из трубы все еще валил дым. Тем временем карету сняли с низкой платформы и спрятали под деревянным навесом. Он стоял на бетонном пятачке, окруженный дикой травой и щебнем. “Когда я получу свои деньги?” - спросила она.

“Как только мы получим выкуп, тебе заплатят”.

Миссис Воспер допила чай, впервые заметив, какой он горький на вкус. Она отвернулась от окна. “Почему ты забрал мой мобильный?” - спросила она. “Я хочу позвонить своему мужу”.

“Боюсь, ты не можешь”, - сказал ей Джованни. “Мы должны думать о безопасности. Всегда возможно, что ваши звонки прослушиваются ”.

“Ты должен быть очень осторожен”, - согласился Эдуардо. “Боюсь, вполне вероятно, что полиция заподозрит тебя в причастности”.

“Я скажу им, что меня взяли в плен вместе с остальными детьми”, - парировала миссис Воспер. “Нет ничего, что заставило бы их думать иначе”.

“Конечно, дорогая леди. Вот как мы это планировали. Так что, очевидно, вы не можете совершать телефонные звонки. Это выдало бы всю игру!”

“Я полагаю, что это правда”. Миссис Воспер поставила чашку с блюдцем. Она была уверена, что воздух в Смоук-Сити вызывает у нее тошноту. Она немного запыхалась, и в горле у нее чувствовалось жжение. Она села в свое кресло.

“С тобой все в порядке?” - Спросил Джованни. “Ты выглядишь немного бледной”.

“Может быть, ты хочешь прилечь?” - Предложил Эдуардо.

Два брата уставились на нее с беспокойством. Миссис Воспер ничего не сказала. Она вдруг стала очень спокойной. На самом деле, она смотрела в потолок пустыми глазами. Ее язык высунулся из уголка рта. Ее лицо стало лиловым.

Братья с любопытством уставились на нее.

“Сколько цианида ты подсыпал ей в чай?” - Спросил Эдуардо.

“Половину бутылки”.

“Это заняло свое время”.

“Да. Но теперь все кончено.” Джованни положил себе еще один бутерброд. “Это сэкономит нам немного денег!”

Эдуардо выбрал шоколадную палочку. “Нам, конечно, придется убить и ее мужа тоже”.

“Да. Я отдам приказ, как только мы выберемся отсюда ”.

Наступило короткое молчание, пока они доедали то, что ели.

“Ты уверен, что родители заплатят?” - Спросил Эдуардо.

“Они заплатят, Эдди. Но, боюсь, у меня плохие новости. Они отправили нам электронное письмо через банк в Панаме. Я взял его как раз перед тем, как мы сели ”.

“И?”

“Они попросили нас уменьшить сумму выкупа. Они предложили заплатить сто миллионов фунтов вместо двухсот шестидесяти, которые мы просим. Меньше половины!” Джованни пожал плечами. “Не могу сказать, что я удивлен. Они попытаются получить лучшее предложение за что угодно ... даже за жизни своих детей ”.

“Они деловые люди, Джио. Вот как они себя ведут ”.

“Вот именно, Эдди”.

“Итак...?”

“Итак, завтра утром нам придется убить одного из детей. Это немного жестоко, но мы всегда знали, что это возможно. Мы попросим мистера Сталлоне снять это. Важно убедиться, что это один из бедных детей. Мы не хотим расстраивать никого из миллиардеров. Мы отправим в школу копию файла, и после этого, я уверен, больше не будет никаких споров. И тогда мы увеличим сумму выкупа до трехсот миллионов фунтов ”.

Эдуардо Гримальди подошел к окну. Локомотивный двигатель теперь был обращен назад по линии, в направлении туннеля. Его брат присоединился к нему. Джейн Воспер безжизненно сидела позади них. Они уже забыли, что она была там.

Наконец-то солнце село над городом Дыма.

Глаза Алекса открылись. Каким-то образом, сам того не желая, он умудрился заснуть. Что ж, это было хорошо. Ему нужна была вся энергия, которую он мог собрать. В животе у него было пусто. Он не ел с самого завтрака, и ему было этого мало. Его руки были черными. Он задавался вопросом, как он, должно быть, выглядит … вероятно, трубочист викторианской эпохи!

Он наблюдал, как один за другим вспыхивали прожекторы. Гримальди не хотели рисковать. Никто не знал, что они были здесь, но у них все еще была охрана, они маршировали взад и вперед, следуя линии ограждения. Даже в этом случае было невозможно осветить весь комплекс. Это было именно то, на что надеялся Алекс. Там было так много разных форм – зданий, труб, старых деталей машин, – что лучи света создавали фантастическую сеть теней, которые сами по себе давали ему возможность спрятаться.

Он быстро огляделся вокруг, отметив, что паровоз был развернут и что вагон съехал с низкой платформы. Тренер представлял для него особый интерес. Он не мог водить, но человек из службы безопасности, Филби, определенно мог. Он начинал понимать, что это был его лучший вариант. Найди школьников, посади их в автобус, уезжай отсюда. Это звучало отчаянно, но, по крайней мере, это был план.

Пришло время уходить. Алекс размял сведенные судорогой мышцы, затем выскользнул из-под фургона с бензином. Единственная капля дурно пахнущего топлива упала ему на шею, и он увидел, что металлический корпус сильно проржавел – что он может прорваться в любой момент. Мог ли он помочь этому на его пути? Это была мысль, которую он отложил в какой-то уголок своего сознания. Если бы он мог разжечь огонь, это могло бы отвлечь внимание. Это может даже быть замечено кем-то, летящим над головой…

Тюремный блок был прямо перед ним, наполовину скрытый бетонной башней. Лента конвейера наклонялась высоко над его головой, возвращаясь к куче угля на платформе станции. На данный момент в поле зрения не было охранников, и Алекс поспешил вперед, держась в тени, избегая света. Он подошел к кирпичному сараю, какому-то складскому помещению. Когда-то он был надежно заперт стальной дверью, но кто-то взломал дверь, и она свисала с петель. Алекс нырнул внутрь, все еще надеясь найти что-нибудь, что он мог бы использовать в качестве оружия.

Не было ничего. Свет, проникавший через маленькое пыльное окошко, осветил полки, уставленные лабораторным оборудованием, которым не пользовались годами. Алекс увидел пару стеклянных банок с надписью H2ИТАК4. По крайней мере, это было единственное, что он помнил из школы: химическая формула серной кислоты. Он повернулся, чтобы уйти, и наступил на что-то, лежащее на полу. Это была старая стамеска. Он поднял его и засунул за пояс. Это было немного, но это было лучше, чем ничего.

Он достиг дверного проема и собирался пройти, когда звук приближающихся шагов заставил его остановиться и быстро отступить в темноту. Мимо прошел охранник, одетый в темные армейские брюки и куртку с капюшоном, с автоматом, висящим по диагонали на груди. Он говорил по рации.

“Седьмой сектор … все ясно. Конец.”

Алекс услышал гул помех, когда сообщение было передано в центр управления, где бы он ни находился. Он подождал, пока мужчина уйдет, затем пополз вперед, не желая больше терять время. В здании перед ним горел свет, и Алекс на мгновение задумался, откуда берется электричество. Если бы где-то был генератор, он мог бы саботировать его, хотя в комплексе использовалось так много энергии, что он был почти уверен, что он все еще должен быть подключен к сети.

Вход в жилую зону – единственный путь, насколько он мог видеть, – находился в середине прохода, который соединял два блока. Он был открыт, но его также охраняли. Алекс мог видеть стул и стол с другой стороны и мужчину, сидящего с ногами, читающего журнал. Когда его внимание отвлечено, было бы достаточно легко проникнуть внутрь и убрать его, используя один из любого количества приемов каратэ. Но это не сработало бы. Как только кто-нибудь заметит, что человек пропал, будет поднята тревога. Каким-то образом Алексу пришлось пройти незамеченным.

На этот раз удача была на его стороне. Рация мужчины затрещала, и он поднес ее к уху. Должно быть, он получил какие-то инструкции, потому что мгновение спустя он встал и ушел по коридору. Алекс воспользовался возможностью проскользнуть внутрь, направляясь в противоположную сторону. Коридор был широким и, с его кафельным полом и старомодными радиаторами, напомнил ему о заброшенной больнице. Недавно его покрасили в белый цвет и заменили осветительные приборы, но все равно чувствовалась пустота и запустение. Она вела во второй коридор, на этот раз уходящий влево и вправо с мягко светящимися лампочками, свисающими на проводах, и длинным рядом одинаковых дверей. Алекс осторожно подкрался вперед. Если бы кто-нибудь вышел, ему негде было бы спрятаться.

Он услышал звук, доносящийся из-за одной из дверей. Это было безошибочно: плачущий ребенок. Зная, что он не должен этого делать, но не в силах остановиться, Алекс потянулся к дверной ручке и повернул ее. Дверь не была заперта. Она открылась в маленькую комнату с решеткой, с двумя двухъярусными кроватями, столом с лампой, двумя стульями. Это было бы похоже на тюремную камеру, за исключением того, что одеяла на кроватях были украшены персонажами из Звездных войн, а обитателям было около десяти лет, мальчики в полосатых пижамах. Мальчик на нижней койке был в слезах, а другой мальчик, чуть постарше, спустился вниз, чтобы утешить его. Они оба остановились и уставились, увидев Алекса, стоящего в дверном проеме. Алекс быстро поднес палец к губам, предупреждая их, чтобы они не кричали.

“Кто ты?” - прошептал мальчик постарше.

“Я друг”, - сказал Алекс. “Я пришел, чтобы забрать тебя отсюда”.

“Они похитили нас из школы...”

“Я знаю. Я видел, как это произошло. Есть ли здесь кто-нибудь главный?”

Старший мальчик кивнул. “За нами присматривает медсестра. Мистер Грин был здесь с самого начала, но теперь он ушел. Он учит нас драме ”.

“А как насчет твоего охранника? Ты знаешь, где его держат?”

“Нет”. Это был младший мальчик, который ответил. “Они вырубили его, когда он был в автобусе. Мы его не видели ”.

“Спасибо”. Алекс сделал шаг назад. “Ты не должен никому говорить, что видел меня. Вы оба должны попытаться немного поспать. Если повезет, мы все очень скоро отсюда уедем ”.

“Как тебя зовут?” Младший мальчик посмотрел на него с тревогой.

Алекс улыбнулся. “Алекс Райдер. Я вернусь, как только смогу ”.

Он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Самым важным было выяснить, где содержался сотрудник службы безопасности – Филби. Он двинулся по коридору, но не прошел и половины, когда услышал, как в дальнем конце распахнулась пара дверей, и тень вытянулась, взбираясь по противоположной стене. Кто-то приближался!

Он стоял рядом со шкафом, между двумя камерами. Дверь была приоткрыта, и он быстро вошел внутрь, приоткрыв дверь с небольшой щелью, чтобы впустить свет. Он увидел, что находится в прачечной. Там были запасные простыни и одеяла, совершенно новые пижамы и футболки, все еще в упаковке. Снаружи приближались шаги. Алекс потянулся к стамеске на поясе и вытащил ее. Шаги прекратились. Охранник – или кто бы это ни был – остановился прямо снаружи. Алекс напрягся. Ему негде было спрятаться. Если бы его обнаружили, ему просто пришлось бы нанести удар первым.

Дверь открылась. Перед ним стояла фигура, силуэт на фоне света в коридоре.

Алекс набросился, направляя деревянную ручку долота вверх, нокаутирующим ударом в сторону головы. Только какой-то инстинкт заставил его остановиться и отступить в последнюю микросекунду. Его кулак замер в нескольких миллиметрах от цели.

Он смотрел на женщину, одетую в форму медсестры.

Женщиной была Джек Старбрайт.

OceanofPDF.com

НИКОГДА НЕ ГОВОРИ "УМРИ"

“Jкак?” Алекс уронил долото. Он с грохотом упал на пол.

“Алекс?” Джек уставился на него с недоверием.

Они вдвоем стояли там, казалось, целую вечность, а затем упали в объятия друг друга.

“Я в это не верю!” Глаза Джека наполнились слезами.

“Я получил твое сообщение, Джек. Я искал тебя по всему миру ”.

“И ты нашел меня! Ты в шкафу для белья! Как ты сюда попал?” Она отстранилась. “Ты ужасно выглядишь, Алекс! Когда ты в последний раз принимал ванну?”

“Джек!”

Она уставилась на него, затем снова обняла, и Алекс почувствовал необычайную легкость, когда все страхи и сомнения последних двух месяцев исчезли, сменившись знанием того, что он был прав все это время, что Джек не был убит и что он нашел ее. Если не считать странной формы, которая ей совсем не шла, она выглядела так же, как всегда, со своими спутанными рыжими волосами и широкой улыбкой. Возможно, она была немного худее, и с чувством неловкости Алекс заметил старый синяк, исчезающий возле одного ее глаза. Но это была она. Она была жива. Это было все, что имело значение.

“Я так сильно скучала по тебе, Джек”. Слова вырвались сами собой. “После того, что случилось, я думал, что ты—” Ему пришлось остановить себя. Он не мог продолжать.

“Я знаю. Но никогда не говори "умри". Теперь мы вместе!” Она сделала паузу. “И мы все еще в беде!”

Это было правдой. Они не могли оставаться там, где они были. Они оба поняли это в один и тот же момент. Пришло время двигаться.

“Мы должны отправиться в более безопасное место”, - сказал Джек. “Они все время патрулируют коридоры. Мы можем пойти в мою комнату ”.

“Что ты здесь делаешь, Джек?”

“Бог знает, Алекс. Все это кошмар – или было кошмаром, пока ты не появился.” Она высунула голову из двери и проверила, что коридор был пуст. “Следуй за мной! Я просто здесь, наверху ”.

Подав знак, она поспешила обратно тем же путем, которым пришла. Алекс последовал за ней, у него кружилась голова. Почему она была здесь? Почему она была одета как медсестра? Как она вообще попала сюда с юга Франции? У него была сотня вопросов, которые он хотел задать ей, но он знал, что ему придется подождать, пока они не скроются из виду. Вместе они прокрались мимо ряда дверей – старых офисов, которые были превращены в спальные помещения для всех пятидесяти двух детей. Алекс увидел обеденный зал в дальнем конце со столами на козлах и простыми деревянными сиденьями. Это напомнило ему, насколько он голоден. Но прежде чем они дошли до него, Джек открыл дверь и провел его в спальню, немного больше той, которую он посетил. Там была кровать взрослого размера, шкаф, туалетный столик с зеркалом. Это было то место, где она остановилась.

Она закрыла дверь, затем обняла его в третий раз, прижимая к себе и ничего не говоря. Когда они наконец расстались, он заметил, что оставил черные пятна на ее форме, и взглянул на себя в зеркало. Она была права. Он действительно выглядел ужасно: оборванный и тощий, с волосами, лицом, одеждой, покрытыми сажей из туннеля.

“С тобой все в порядке, Алекс?” - воскликнула она. “Я так беспокоился о тебе. С тех пор, как Сива...”

“Что случилось в Сиве?” - Спросил Алекс. “Я думал, тебя убили...”

“Я знаю”. Она собиралась объяснить, затем остановила себя. “Тебе нужно что-нибудь поесть или выпить?” - спросила она. “Ты очень худой. Кто заботился о тебе?”

“Я был с Сабиной и ее родителями”, - сказал Алекс. “И да. Я умираю с голоду. Можешь принести мне сэндвич или что-нибудь еще?”

“Подожди здесь”. Джек направился к двери. “Я хочу убедиться, что дети спят. Некоторые из них напуганы, бедняжки. Тогда я принесу тебе что-нибудь с кухни. Это займет у меня всего пару минут ”. Она указала на вторую дверь, ведущую из комнаты. “Там есть ванная. Здесь нет водопровода, но у меня есть бутылки с водой ...” Она подбежала к Алексу, обняла его в последний раз и ушла.

Алекс пошел в ванную. Там была раковина и запас воды в пятилитровых бутылках. У него не было сменной одежды, но, по крайней мере, он смог смыть сажу с волос и протереть глаза. Он тоже выпил пол-литра воды, затем вернулся в спальню и сел на кровать. Он не был уставшим. То, что он нашел Джека, придало ему энергии так, как он и не думал, что это возможно. Прямо сейчас тот факт, что он был заключенным в лагере, окруженном вооруженной охраной, ничего не значил. Он бы улетел отсюда, если бы пришлось. Ничто не могло остановить его.

Он все еще сидел там с улыбкой на лице, когда Джек вернулся, держа в руках сэндвичи, фруктовый сок и шоколадное печенье. “Это все, что у нас есть”, - объяснила она. “Здесь нет нормальной кухни”.

“Это прекрасно, спасибо”. Алекс схватил сэндвич, заметив, что он был с яичным майонезом. Она даже выбрала его любимую. Он проглотил это с жадностью. “Сколько у нас времени, Джек? Когда я вошел, у двери был охранник. Есть ли еще какие-нибудь другие?”

Джек покачала головой. “В это здание есть только один вход и выход. Там все это время сидел охранник. Гримальди привели меня сюда, чтобы я присматривала за детьми. Они не хотели, чтобы у них на руках был бунт. Но они мне не доверяют. Как только эта работа закончится, я не думаю, что выберусь отсюда живым ”.

“Я сейчас здесь”.

“Я знаю. Я знаю. Я все еще не могу в это поверить. Скажи мне, что ты не сам по себе. Скажи мне, что миссис Джонс и вся МИ-6 ждут тебя снаружи ”.

“Я сам по себе, а они даже не знают, где я”.

“Алекс!”

“Я что-нибудь придумаю, Джек. Я обещаю тебе. Но прежде всего, я должен знать, как ты сюда попал. Что произошло в Сиве? Я знаю, что они обманули меня с фильмом о том, как тебя убивают, но это все равно не объясняет, как ты оказалась в костюме медсестры в центре Уэльса ”.

“И я хочу знать, как ты нашел меня, Алекс. Я не могу поверить, что тебе удалось разобраться с моей электронной почтой. Я хотел сказать тебе, где я был, но у меня не было возможности...

Алекс поднял руку с недоеденным сэндвичем. “У нас не так много времени, Джек”, - сказал он. “Ты начинаешь с самого начала. Тогда я расскажу тебе свою версию этого. И тогда мы решим, что мы собираемся делать ”.

“Хорошо”. В комнате было два стула. Джек прислонил одну к двери, чтобы никто не вошел. “На всякий случай...” - сказала она. “Сюда еще никто не заходил. Но если они это сделают, ты можешь спрятаться в ванной ”.

Она села на другой стул. Алекс сидел на кровати и пил апельсиновый сок через соломинку. Наконец она начала.

“Мне все еще больно думать о Сиве”, - сказала она. “Я чувствовал себя ужасно, потому что думал, что это моя вина, что тебя схватили … Я имею в виду, ты пошел туда только для того, чтобы спасти меня, и я винил себя за то, что втянул тебя в неприятности. И я не мог поверить этим двум подонкам … какими ужасными они были. Разим и Джулиус Гриф ”.

“Они оба мертвы”, - сказал Алекс.

“Я слышал. Все, что я могу сказать, это улучшение ”. Она перевела дыхание. Точно так же, как Алекс обнаружил, когда был в Сан-Франциско, ему все еще было больно вспоминать о том, что произошло. “Я пыталась сбежать”, - продолжала она. “Я думал, что был таким умным. Мне удалось выбраться из окна, и я украл "Лендровер", и я ехал в пустыню за помощью, когда он просто остановился. Должно быть, что-то было в двигателе. Они щелкнули выключателем и остановили это с помощью дистанционного управления.

“Итак, я сидел там как идиот, пытаясь начать все сначала, когда появились эти люди и вытащили меня. Я пытался бороться, но они были слишком сильны для меня, и я ничего не мог поделать. Примерно через пять секунд вся машина взорвалась. Меня затошнило от осознания того, что я только что был внутри этого. Я имею в виду, я сидел на бомбе, ради всего святого! После этого они потащили меня обратно в камеру, но на этот раз за окном стоял мужчина, так что я не мог снова выбраться.

“Я не знаю, сколько прошло времени. У меня не было часов, и я был наполовину не в своем уме, беспокоясь о тебе. Но через некоторое время дверь открылась, и вошли двое мужчин. На самом деле, это мог быть один человек с зеркалом. Поговорим о горошинах в стручке! Они были близнецами, очевидно. Но они также были одинаково одеты в старомодные костюмы сафари. Они выглядели бы нелепо, если бы не тот факт, что они были явно настолько опасны. Я сразу это понял.

“Мисс Старбрайт...?’ - сказал один из них. Он мог бы представиться мне на коктейльной вечеринке.

“Мы - гримальди’. Это был другой, кто закончил предложение. Так они говорят ”.

“Я знаю”, - сказал Алекс. “Мы встретились”.

“В любом случае, они сказали, что у них есть для меня работа. Они не спросили меня, заинтересован ли я или что-то в этом роде. Они просто оглядели меня, кивнули друг другу и вышли. Я кричал им вслед, спрашивал о тебе, но дверь захлопнулась, и я остался один.

“Была только одна вещь, которую я мог сделать. Я должен был оставить тебе сообщение на случай, если ты придешь искать меня, а мне уже удалось вытащить один из шурупов из моей кровати. Я использовал острие, чтобы нацарапать их имя на стене ”.

“Я видел это!” - Сказал Алекс. “Я ходил в твою камеру. Я нашел это под кроватью ”.

“Я бы написал больше, но у меня не было времени. Дверь снова открылась, и вошли двое охранников. Они надели на меня наручники и выволокли на улицу. Во дворе был припаркован внедорожник. Они затолкали меня внутрь, и мы ушли.

“Так вот как я познакомился с братьями Гримм. Эдуардо был за рулем, а Джованни на переднем сиденье – или, может быть, все было наоборот. Я не знаю. Они вдвоем уехали, и, как оказалось, мы собирались быть вместе следующие семь часов, которые, могу вам сказать, показались мне действительно очень долгими. Мы проехали весь путь до Александрии ... через пустыню до места под названием Мерса Матрух, а затем вдоль побережья. В каком-то смысле они были такими же ужасными, как Разим и Джулиус. Если ты спросишь меня, они совершенно сумасшедшие. Они как один законченный псих в двух телах.

“По крайней мере, они не причинили мне вреда. На самом деле они были довольно вежливы. Они сказали мне, что Скорпия послала их проведать Разима и посмотреть, как идут дела. Кстати, он им не очень понравился. Они думали, что их должны были поставить во главе. Но в то же время они планировали собственную операцию, которую они называли...”

“Стальной коготь”, - сказал Алекс.

“Правильно. Они не сказали мне, что это было, пока мы были в машине, но они сказали, что Разим планировал убить меня – просто чтобы причинить тебе боль - и он бы осуществил это, если бы они двое не появились в нужное время. Видишь ли, им нужен был кто-то, чтобы контролировать кучу детей ... Медсестра или старшая сестра, я полагаю. Каким-то образом они узнали, что я когда-то была няней, и этого им было достаточно. Они сказали Разиму, что хотят забрать меня, и я не думаю, что он был слишком рад этому. Но они, должно быть, убедили его, потому что я ушел, и вот я здесь ”.

Она улыбнулась. “Я не могу передать тебе, как я счастлив снова тебя видеть, Алекс”.

“Я тоже”. Алекс разорвал упаковку печенья. Он съел четыре сэндвича. “Продолжай!”

“Они отвели меня на лодку, которая была пришвартована в Александрии. Это называлось Ртуть. Я должен признать, что на самом деле это было довольно красиво … ну, не в той части, где я был заперт. Это было в трюме. Там было двое мужчин, которые заботились обо мне. Одним из них был мистер Сталлоне, а другого звали Скунс. Они были не очень милыми ”.

“Я тоже с ними встречался”, - сказал Алекс.

“Где они?

“Один из них здесь. Я видел его в поезде. Я не знаю о другом.”

“Они оба были довольно подлыми”. Джек вздохнул. “Я поражен, сколько в мире по-настоящему злых людей. Как они стали такими?”

“Я часто задавался этим вопросом”, - сказал Алекс.

“Они держали меня в крошечной каюте, и следующие несколько дней мы вообще не двигались. Мы просто остались там, в Александрии. Потом близнецы снова пришли ко мне. Они сказали мне, что Разим был убит, а ты сбежал из Египта. В некотором смысле, их это очень позабавило. Я говорил тебе – он им не нравился. Я умолял их отправить тебе сообщение, сказать, что я все еще жив, но им было неинтересно. На следующий день мы уехали, и когда мы выскользнули в море, у меня было ужасное чувство, что я больше никогда тебя не увижу. Я думал, что оставляю всю свою жизнь позади.

“Я понятия не имел, куда мы направляемся, но через некоторое время я понял, что мы направляемся на север, потому что становилось прохладнее. Наконец, мы прибыли к побережью Франции, недалеко от Марселя, и оставались там целую вечность. Джованни и Эдуардо сошли на берег, и это был последний раз, когда я видел их, пока не прибыл сюда - но меня все еще держали пленником на лодке. Они сказали мне, что везут меня в Англию, и они также рассказали мне о Steel Claw. Они так гордились собой. Они собирались заработать миллионы ... даже если это означало терроризировать группу десятилетних детей.

“Примерно неделю спустя мы двинулись вдоль побережья в Сен-Тропе и пришвартовались в гавани. На борт поднялась женщина. Я думаю, что она была русской или сербкой, но я никогда ее не видел, потому что она была в роскошной каюте, пока я был внизу. Я все еще рвал на себе волосы, запертый в одиночестве. Но однажды вечером младший, Скунс, совершил ошибку. Меня не выпускали на палубу на случай, если я позову на помощь. Но они разрешили мне принимать душ два раза в неделю, и ему пришлось отвести меня туда. В любом случае, он отвлекся и каким-то образом ему удалось забыть обо мне на пару минут. Я не мог в это поверить, когда вышел из душевой и увидел, что меня никто не ждет. Моей первой мыслью было сойти с корабля, но это было не так просто, как кажется. Все главные двери были заперты, и на палубе всегда кто-то был.

“Я крался по коридору, и первое, что я увидел, была открытая дверь и кабина с ноутбуком на столе. Это было все, что мне было нужно. Если я получу для тебя сообщение, ты можешь связаться с миссис Джонс или с кем-то еще, и это положит конец всему этому ужасному делу. Поэтому я проскользнул внутрь и сел за ноутбук. Он был подключен к локальной беспроводной сети. Я начал печатать.

“Я успел написать всего три слова, когда дверь с грохотом распахнулась, и внезапно появился Скунс. Он захлопнул крышку ноутбука. Он чуть не сломал мне пальцы. Он был в ярости. Потом он ударил меня. ” Она указала на синяк на своем лице. “Это был страшный момент. Я действительно думал, что он собирался убить меня, и он мог бы это сделать, если бы я не был нужен братьям. Как бы то ни было, я не думаю, что он когда-либо рассказывал им, что произошло. Он слишком боялся их. Меня отвели обратно в мою каюту, и с тех пор я задавался вопросом, получил ли ты сообщение и что ты об этом думаешь ”.

“Я знал, что это от тебя”, - сказал Алекс. “Это привело меня к тебе”. Он пожал плечами. “Просто это заняло у меня немного больше времени, чем я думал ...”

“Я был так зол на себя. Если бы я мог сказать тебе название лодки, это сделало бы все намного проще. Но у меня никогда не было шанса. После этого я все время сидел взаперти, а потом однажды – на самом деле, это была середина ночи – они вытащили меня из Ртути и пересадили в огромный грузовик, перевозивший оливковое масло в Англию. Вот так они тайно ввезли меня в страну ... связанным и с кляпом во рту на заднем сиденье. Должно быть, они отвезли меня в один из портов Ла-Манша и перевезли на пароме.

“И это все, на самом деле”. Джек говорил какое-то время. Она выглядела усталой, но все еще улыбалась. “Ты хотел знать, что я здесь делаю. Дети из Линтон-Холла прибыли сегодня днем. Мне пришлось узнать все их имена и адреса’ а также имена и номера телефонов их родителей. Я должен был предоставить им комнаты. Потом я принес им что-нибудь поесть. Многие из младших очень расстроены, и я пытался присматривать за ними. Это то, для чего я был нужен гримальди ”.

Она остановилась.

“А теперь твоя очередь. А как насчет тебя? Я хочу знать, где ты был, и как ты сюда попал, и почему ты сам по себе...”

Алекс собирался ответить, когда услышал шаги, идущие по коридору, приближающиеся к комнате. Они остановились снаружи. Алекс и Джек обменялись быстрым взглядом, затем двинулись одновременно. Алекс проскользнул в ванную, пока Джек отодвигал стул от двери. Спохватившись, она тоже собрала обертки от бутерброда Алекс и печенья. Она только что бросила их под кровать, когда дверь открылась и вошел Фрэнки Сталлоне. Она не видела его с тех пор, как он держал ее пленницей на борту Ртути, и она вздрогнула при виде его лица с многочисленными ожогами.

“Мисс Старбрайт”, - пробормотал он.

“Чего ты хочешь?” Джек встал перед ним, целенаправленно преграждая ему путь.

Сталлоне подозрительно посмотрел мимо нее. “Я слышал, ты только что говорил?” - требовательно спросил он.

“Я читал свои молитвы перед сном”.

Комната казалась пустой. Сталлоне кивнул. “Нам нужно, чтобы ты поднял одного из детей завтра в семь часов утра”, - сказал он. Он протянул ей листок бумаги. “Этот”.

Джек взял листок бумаги. “Почему?”

“Похоже, что некоторые родители передумали платить за своих маленьких любимцев. Итак, мы собираемся застрелить одного из них, чтобы показать пример. И мы собираемся это снять. Это должно побудить их всех подумать еще раз ”.

“Ты болен!”

“Вы должны быть осторожны, когда разговариваете со мной, мисс Старбрайт”. Сталлоне уставился на нее. Красные пятна там, где его брови слегка подергивались. “Все, чего мы хотим, - это деньги. Если они собираются спорить об этом, это их забота. Вытащи ребенка из постели. Одень его. Выведи его наружу. И если ты будешь очень хорош, мы не заставим тебя смотреть ”.

Он ушел, закрыв за собой дверь.

Джек подождал, пока его шаги не затихли в коридоре. Когда она обернулась, Алекс вернулся в комнату. “Ты слышал?” - спросила она.

“Каждое слово”.

“В семь часов”. Она посмотрела на часы. “Это через двенадцать часов”.

Алекс кивнул, его мысли уже мчались вперед. “Я полагаю, здесь нигде нет телефонов?” он сказал.

“Всех детей обыскали. У них отобрали телефоны. В любом случае, здесь нет сигнала мобильной связи. Я думаю, у них есть интернет, но у меня нет кода доступа ”.

“С ними в автобусе ехал сотрудник службы безопасности. Ты знаешь, где он?”

“Да. На другой стороне есть еще один жилой блок. Я могу показать тебе. Это место, где тусуются гримальди. Парня из службы безопасности зовут Тед Филби, и он заперт в чем-то вроде сортира сразу за домом. Пятый сектор – так они это называют. С ним учитель, а также водитель автобуса. Но тебе нужно остерегаться ее, Алекс. Она часть этого ”.

“Я знаю”, - сказал Алекс. “Я встретил ее мужа”. Он на мгновение задумался, но он уже знал, что он должен был сделать. “Мы должны забрать детей отсюда. Может быть, мы сможем уехать поездом. Если нет, то есть тренер ”.

“Дороги нет”.

“Тогда мы поедем по рельсам”.

“В темноте?”

Алекс вспомнил, что он только что услышал. Сидя здесь с Джеком, он думал, что у него есть время разработать план, но в одно мгновение все изменилось. “У нас нет выбора, Джек”, - сказал он. “Мы уезжаем отсюда сегодня вечером”.

OceanofPDF.com

ПРОРЫВ

Aпочти сразу у них возникла проблема.

Охранник ушел, когда Алекс впервые прибыл в жилой блок, и он смог легко проскользнуть внутрь. Но теперь, когда он прокрался обратно к углу и заглянул в главную дверь, Алекс увидел, что удача отвернулась от него. Фрэнки Сталлоне занял его место. Он сидел там и читал журнал, который оставил другой мужчина. Его рука свободно обхватила обложку, и Алекс мог ясно видеть татуировку пламени, растянувшуюся на обратной стороне. У него был пистолет, лежащий в нескольких дюймах от меня.

Он курил сигарету, держа ее в левой руке. К его груди была прикреплена портативная рация. Не было никаких сомнений в том, что он был полностью бдителен. Даже от одного взгляда на него у Алекса мурашки побежали по коже, напомнив ему о том, что произошло на Острие иглы. На его шее была свежая повязка в том месте, куда Алекс вонзил в него гвоздь. Слышать его голос в комнате Джека было одно. Но увидеть его во плоти было совсем другим. Как Алекс мог пройти мимо?

Казалось, он никак не мог подойти к входной двери. Проход был широким и хорошо освещенным, и было бы невозможно пройти разделяющее их пространство незамеченным. В тот момент, когда Алекс повернет за угол, он будет у всех на виду, и мужчина застрелит его, прежде чем он сделает два шага. Каким-то образом он и Джек должны были отвлечь его, чтобы они могли подобраться достаточно близко, чтобы действовать. У них все еще было долото с тяжелой деревянной ручкой. Но им противостоял профессиональный гангстер, человек, который без колебаний убил бы.

Алекс подал знак, и они с Джеком пошли обратно, пока не оказались вне пределов слышимости. Несмотря на это, они все еще шептали друг другу. Алекс знал о линии закрытых дверей, которая тянулась вдоль коридора позади них, и о детях, запертых в своих камерах. Он задавался вопросом, кого из них гримальди выбрали для казни. Это был не тот вопрос, который он хотел рассмотреть. Он собирался спасти их – всех их. Компромисса быть не могло.

“Ты уверен, что из здания нет другого выхода?” - спросил он.

Джек покачала головой. “Я уже посмотрел. На всех окнах решетки, и других дверей нет. Это единственный способ ”. Она на мгновение задумалась. “Дай мне стамеску!”

“Почему?”

“Я могу убрать его. Я ударю его этим ”. Она на мгновение задумалась. “Или ударь его ножом”.

“Нет”. Алекс покачал головой. Джек мог быть быстрым, но он помнил, что произошло в "Острие иглы", и знал, что Сталлоне будет быстрее - и он не собирался подвергать ее опасности, не найдя ее наконец. “Я сделаю это”, - сказал он.

“Ты не можешь, Алекс. Проход слишком длинный. Если он увидит тебя, у тебя не будет шанса, и на этот раз он убьет тебя по-настоящему. Но я могу угостить его чашкой чая. Это позволит мне подобраться ближе. И я могу спрятать стамеску под подносом...”

Убью тебя по-настоящему. Конечно, Сталлоне думал, что Алекс мертв. Он действительно видел, как он тонул. Внезапно Алексу пришла в голову идея. Все, что ему нужно было сделать, это нейтрализовать Сталлоне на две или три секунды, и это дало бы Джеку время нанести удар. Он вспомнил ванную с пятилитровыми бутылками воды. Он посмотрел на коридор со свежевыбеленными стенами. Он улыбнулся про себя. Сработает ли это? ДА. Он был уверен в этом.

Десять минут спустя Фрэнки Сталлоне поднял глаза, когда женщина, мисс Старбрайт, подошла, держа поднос с чашкой чая и несколькими бисквитами. Она улыбалась, но он сразу заподозрил неладное. На самом деле, он всегда был подозрительным. Это соответствовало его роду деятельности, и на протяжении многих лет это помогало ему оставаться в живых. Женщина была пленницей. Его боссы уже сказали ему, что он должен был убить ее в тот момент, когда был выплачен выкуп. Они почти не разговаривали до сих пор, так почему она была мила с ним?

Она остановилась рядом со столом, все еще держа поднос в руках. “Я принес тебе чаю”.

“Я не хочу чая”, - сказал Сталлоне. Его рука с татуировкой была вытянута на столе так, что выглядела совершенно небрежно, но он знал, что может схватить пистолет, прицелиться и выстрелить меньше чем за секунду. “Я думал, ты сказал, что идешь спать”.

“Сначала я хочу тебя кое о чем спросить”, - сказал Джек.

“Что это?” - спросил я.

“У меня много денег на моем банковском счете. Больше двух тысяч фунтов. Если бы я заплатил вам, вы бы помогли мне? Я просто хочу уйти. Если ты отпустишь меня, я отдам тебе все, что у меня есть ”.

Так вот к чему все это было! Она была напугана. Теперь он мог это видеть. И она хотела подкупить его, чтобы он отпустил ее. Сталлоне насмехался над ней. Кем она его считала? Она сказала, что у нее много денег, но две тысячи фунтов для него - ничто! Это было жалко…

Он собирался сказать ей, чтобы она проваливала, когда увидел это. Движение в тени. Он посмотрел мимо нее и на мгновение забыл обо всем. Даже пистолет вылетел у него из головы. Это было невозможно. И все же это было там, стояло в конце коридора. Он должен был поверить в это. Это было перед его глазами.

Это был призрак мальчика, которого он убил.

Фрэнки Сталлоне не верил в призраков. Это правда, что иногда он видел лица людей, которых убил: в моменты безделья, во сне. Их было много. Некоторые из них умерли, умоляя его. Некоторые из них выглядели шокированными. Но он смог избавиться от них достаточно легко. Ему просто нужно было напомнить себе, что они были плодом его воображения, и они исчезнут.

Это было по-другому. Мальчик стоял совершенно неподвижно, полуголый и без обуви, в конце коридора. Фрэнки знал, что он мертв. Он видел, как он погрузился в Средиземное море, увлекаемый весом, прикрепленным к его ноге. Он никак не мог выжить. Но теперь мальчик смотрел на него пустыми глазами. Он был совершенно белым – цвета утопленника. И вода капала с его волос, по лицу, с плеч и рук. Фрэнки охватило то, чего он никогда раньше не чувствовал. Это был настоящий ужас. Это парализовало его.

Возможно, ему потребовалось три секунды, чтобы понять, как его обманули. Прежде всего, Алекс снял рубашку, ботинки и носки. Затем он потерся телом о недавно побеленные стены, перенося краску на собственную кожу. Наконец, когда Джек завернул за угол, неся поднос, он вылил воду себе на голову. Он подождал, пока она заговорит, а затем шагнул вперед, не издав ни звука. Это было странно. Он был целью. Его могли застрелить в одно мгновение. Но его лучшей защитой было не двигаться.

Это сработало. Джеку было нужно всего три секунды. Лысый мужчина сидел перед ней с широко раскрытыми глазами. Она увидела, что он забыл о ней, и, уронив поднос, изо всех сил ударила кулаком. Ее пальцы сжались вокруг стамески, и она нанесла удар. После того, что он сделал с Алекс, у нее было сильное искушение воспользоваться металлическим лезвием. Она была совершенно уверена, что мир был бы намного лучше без него. Но это была деревянная ручка, которая врезалась ему в череп, и он со стоном завалился набок. Джек подняла долото, все еще готовая ударить его , если понадобится. В этом не было необходимости. Он был без сознания.

Алекс побежал вперед, готовый помочь Джеку, если это необходимо. По ее улыбке он понял, что это сработало, как он и надеялся. Боковая часть головы гангстера начала опухать – еще одна травма наравне с другими. Джек залез в ее карманы и достал несколько полосок оторванной простыни. Они быстро связали ему руки и ноги, а также засунули кляп в рот. Алекс знал, что пройдет некоторое время, прежде чем он очнется. Он на мгновение вспомнил Острие иглы, поворот камеры. На самом деле ему было все равно, если Сталлоне вообще никогда не проснется.

Они собирались утащить тело, когда Алекс заметил пистолет на столе. Он подобрал его и сунул за пояс брюк.

“Ты уверен, что хочешь этого?” Прошептал Джек.

“Почему нет?”

“Я не думаю, что у тебя должен быть пистолет, Алекс. Это кажется неправильным ”.

“Я обещаю, что не буду использовать это, Джек”, - сказал Алекс, добавив себе под нос: “Пока не придется”.

Они потащили Сталлоне к кладовке, где они встретились. Они оба знали, что должны были сделать. Джек собирался разбудить детей и подготовить их к тому, что ждало впереди. У Алекса была более опасная задача. Ему пришлось освободить охранника и преподавателя драмы. Ему понадобится их помощь, если у него будет хоть какая-то надежда начать карьеру тренера. Джек и Алекс быстро дали друг другу пять.

“Удачи”.

“Ты тоже”.

Алекс снова надел свою одежду. Он взял пистолет и рацию, затем схватил стамеску. Наконец он выскользнул в ночь.

И снова комплекс был перечеркнут мощными лучами света, но Алекс легко проскользнул сквозь них. Он был полон уверенности с тех пор, как нашел Джека. Он также знал, что теперь пути назад нет. Довольно скоро кто-нибудь обнаружит, что Фрэнки Сталлоне исчез, и в этот момент элемент неожиданности исчезнет. Был теплый вечер со странной тишиной в воздухе, как будто вот-вот должна была разразиться буря. Но облаков не было. Подняв глаза, Алекс увидел множество звезд на чернильно-черном небе. Луна отражалась в стальных линиях железной дороги, которая тянулась вдаль, как какая-то волшебная тропа. Туннель был в нескольких милях отсюда и вне поля зрения, хотя Алекс мог различить очертания холмов, которые возвышались, окружая их. Безопасность была на другой стороне.

Он присел за бочку с маслом, когда двое охранников прошли мимо, направляясь к паровозу, который стоял рядом с платформой с тендером, полным угля, тихо пыхтя. В заброшенном коксовом заводе была одна хорошая вещь: не было недостатка в укромных местах. Мысли Алекса уже мчались вперед. Ему нужно было дать гримальди пищу для размышлений, пока они с Джеком уводили отсюда детей. Теперь у него был пистолет ... и – он проверил – шесть пуль. Как он мог их использовать? Вкратце, Алекс подумал о том, чтобы пробраться в здание, которое занимали два брата. Два выстрела, и все было бы кончено. Но, как и Джек, он знал, что не сможет этого сделать. Несмотря на все, что с ним случилось, он не был убийцей, и в любом случае, нужно было учитывать всех остальных охранников. Это может стать началом кровавой бани.

У него была другая идея. Он быстро взвесил это в уме, сопоставляя с любыми другими вариантами, а затем улыбнулся про себя. ДА. Это может сработать. Он подождал, пока двое охранников скроются из виду, затем подкрался к сараю, где нашел долото. Он знал, что время работает против него, но это займет всего несколько минут. Серная кислота. Вопрос был в том, сколько времени потребуется, чтобы прогрызть ржавый металл? Ну, это было определенно то, о чем никогда не говорили на уроках естествознания.

Десять минут спустя он приближался к кварталу, где остановились Джованни и Эдуардо. Найти его было достаточно просто: единственное совершенно новое здание во всем комплексе. За окнами не горел свет. Близнецы, должно быть, легли спать. И, похоже, в данный момент поблизости не было никакой охраны. По крайней мере, так думал Алекс. Он замер. В конце концов, кто-то был снаружи, лежал лицом вверх в тачке, руки безвольно свисали к земле. Пьян? Спишь? Ему потребовалось примерно полсекунды, чтобы понять, что ответ не был ни тем, ни другим.

С сухостью во рту и неприятным ощущением внизу живота Алекс подошел ближе. В лучах света было легко разглядеть тусклые каштановые волосы – безжизненные во всех смыслах – и тяжелые плечи, крепкие ноги. Это была женщина. Как ни странно, ее сумочка лежала у нее на коленях. Хотя он никогда не встречал ее, Алекс знал, что он смотрит на водителя автобуса, Джейн Воспер, еще одну жертву братьев и их извращенного плана.

Он не хотел подходить близко, но была одна вещь, которую он должен был сделать. Алекс подошел к тачке, изо всех сил стараясь не смотреть ей в лицо. Его заинтересовала ее сумочка. Он открыл ее щелчком и заглянул внутрь. И они были там, именно так, как он надеялся! Он сунул руку внутрь и достал связку ключей. Одним из них был ключ зажигания с четкой маркировкой логотипа Mercedes-Benz. Он сунул всю пачку в карман. Теперь все, что ему нужно было сделать, это найти охранника и учителя, и они могли бы увезти автобус отсюда.

Уборная, которую описал Джек, находилась недалеко от нового здания, рядом с забором по периметру. Алекс не удивился, увидев человека, стоящего на страже снаружи, с автоматом в руках. Он отступил. Он не мог рисковать, используя пистолет. Если бы был сделан один выстрел, весь комплекс был бы поднят по тревоге. Но у него была другая идея.

Он нажал кнопку на рации, которую забрал у Сталлоне, и поднес ее к губам. Он говорил тихим голосом. “Пятый сектор – вы слышите?”

Он увидел, как охранник перед ним потянулся к своей рации. “Это пятый сектор, прием”.

“У нас беспорядки в первом секторе. Запроси подкрепление ”.

“Направляюсь туда сейчас. Конец.”

Алекс понятия не имел, где находится сектор Один, но надеялся, что это далеко. Он рассчитывал, что у него будет несколько минут, прежде чем охранник обнаружит, что что-то не так, и, надеюсь, он не поймет, что его намеренно обманули. Он смотрел, как мужчина ушел, затем Алекс прокрался сквозь тени, пока не достиг двери. Пристройка была сделана из кирпича с деревянной дверью, которая была заперта на два скользящих засова, но без замка. Алекс захватил с собой стамеску на случай, если она понадобится ему для взлома, но это будет проще, чем он думал. Он отодвинул засовы, открыл дверь и вошел.

В комнате было совершенно пусто. На бетонном полу лежали двое мужчин, окруженные бутылками с водой и россыпью оберток от сэндвичей. Один был маленьким и помятым, с редеющими каштановыми волосами, одетый в костюм, который болтался на нем. Другой был моложе и крепче, с квадратными плечами и коротко подстриженными волосами бывшего солдата. Учитель драматического искусства и охранник. Было легко определить, кто есть кто. Они оба вскочили, когда Алекс вошел в комнату.

“Кто ты, черт возьми, такой?” - потребовал ответа охранник.

“Я Алекс Райдер”, - сказал Алекс. “Вы Тед Филби?”

“Это верно. Заместитель главы школьной безопасности.” Филби подозрительно осмотрел Алекса. “Откуда ты пришел? Тебя не было в автобусе.”

“Я не могу объяснить прямо сейчас. У нас нет времени. Я отвлек охранника, но он вернется в любой момент. ”

“Вау! Подожди минутку!” Филби не двигался. “Я никуда не уйду, пока ты не расскажешь мне, как ты сюда попал, и не покажешь мне свое удостоверение личности”.

Сердце Алекса упало. Он встречал таких людей раньше. Филби брал на себя ответственность. Он был полностью оплачиваемым членом команды школьной безопасности – заместителем директора не меньше – и если бы Алекс напомнил ему, что на самом деле школа вообще не была безопасной, это бы не помогло. “У меня нет удостоверения личности”, - сказал он.

“Тогда откуда мне знать, что это не трюк? Насколько я знаю, ты мог бы работать на них!”

Филби даже не знал, кто такие “они”. Алекс собирался отступить и хлопнуть дверью, когда учитель драмы пришел ему на помощь. “Я действительно думаю, что мы должны пойти с Алексом, мистер Уилби”, - сказал он.

“Это Филби”.

“Неважно”. Учитель кивнул Алексу. “Меня зовут Джейсон Грин. Ты видел детей? С ними все в порядке?”

“Они в порядке. Они готовятся уйти ”. Алекс повернулся к Филби. Он чувствовал тяжесть пистолета в заднем кармане и надеялся, что ему не придется использовать его, чтобы угрожать этому человеку. “Ты идешь или нет?”

“У тебя есть дети?”

“Да”.

“Тогда я иду. Они - моя ответственность. И с этого момента ты делаешь то, что я тебе говорю. Хорошо?”

“Конечно”.

Не было времени спорить. Они втроем вышли на улицу, и Алекс задвинул засовы на двери. Если повезет, охранник не заметит, что что-то не так, когда вернется. Он может даже забыть о полученном сообщении. Филби оглядывался вокруг, внезапно осознав, что понятия не имеет, где на самом деле находятся дети.

“Они вон там”. Алекс толкнул его локтем и указал.

“Хорошо. Следуй за мной ”.

Держась поближе друг к другу, они втроем отправились обратно.

Тем временем Джек был занят. Она подняла всех пятьдесят двух детей с кроватей и сказала им, чтобы они одевались как можно тише. Дети были напуганы, и у них было много вопросов, но они также привыкли делать то, что им говорили. К тому времени, когда Алекс и двое мужчин вернулись, они выстроились в коридоре, спокойно ожидая того, что должно было произойти дальше.

Тед Филби провел Алекса и преподавателя драматического искусства через главную дверь и по коридору, как будто это ему удалось вызволить их из тюрьмы, одновременно избавившись от охранников. Он бросил один взгляд на Джек Старбрайт, все еще в форме медсестры, и решил не обращать на нее внимания. Он поднял руку, обращаясь к ожидающим детям. “Привет, дети”, - сказал он. “Тебе не нужно беспокоиться. Я контролирую ситуацию, и я собираюсь вытащить тебя отсюда ”.

Джек взглянул на Алекса. Алекс тихо покачал головой.

“Ты просто должен делать все, что я тебе говорю. Ты знаешь, кто я. Ты, наверное, видел меня в Хабе. Меня к этому готовили ”.

Последовало долгое молчание. Дети были тихими и бледными в мягком свете коридора, стоя парами. Они не выглядели убежденными.

Джек шагнул вперед. “Так в чем именно заключается твой план?” - спросила она.

“Кто ты?”

“Я с ним”. Джек указал на Алекса.

“Правильно”. Филби погладил подбородок, обдумывая варианты. “Первоочередная задача - перевезти этих детей и найти для них убежище. Я предполагаю, что мы в Корнуолле или Девоне ”.

“Мы в Уэльсе”, - сказал ему Джек.

“Ну … это не имеет значения. Мы должны выбираться отсюда. У нас нет никакого транспорта, так что это означает, что мы пойдем пешком ”.

“У нас есть тренер”, - сказал Алекс.

“Да. Но тренеру нужны ключи ”.

“У меня это тоже есть”. Алекс показал ключи, которые забрал у мертвой женщины. На мгновение он увидел ее, лежащую на спине, вытянувшуюся в тачке.

“Это очень хорошо”, - пробормотал учитель драмы. Он повернулся к детям. “С нами все будет в порядке, мальчики и девочки. Мы в надежных руках ”.

“Спасибо”. Филби предположил, что учитель имел в виду его. “О тренере не может быть и речи”, - продолжил он. “Прежде всего, мы никогда не сможем добраться до него незамеченными. Во-вторых, это шумно. В тот момент, когда мы запустим двигатель, эти люди прибежат. Нет. Нам нужно выбраться туда, в горы. Нам нужно преодолеть как можно больше миль между собой и этим местом ”.

“Подожди минутку”, - сказал Джек. Она подошла к Филби и заговорила тихим голосом. “Это безумие. Некоторым детям всего девять лет. Они уже напуганы, и большинство из них истощены. Даже если предположить, что мы сможем прорваться через забор, как ты думаешь, как далеко они смогут зайти? Мы понятия не имеем, где мы находимся. Темно. Ты должен послушать Алекса —”

Филби прервал ее, прежде чем она смогла продолжить. “Леди, я не знаю, кто вы, но я профессионал. Он всего лишь ребенок. Хорошо?” Он повернулся к детям. “Мы уходим сейчас!”

Никто не двигался.

Затем один из детей поднял руку. Алекс узнал мальчика, с которым разговаривал, когда впервые приехал. “Я не хочу идти с тобой”, - сказал он. “Я хочу пойти с Алексом”.

В очереди послышался ропот согласия.

Филби нахмурился. “У тебя нет выбора в этом вопросе, сынок. Я принимаю решения ”.

И это было, когда завыли сирены, эхом разносясь по территории, завывая в небе. Возможно, охранник вернулся и обнаружил, что его заключенные ушли. Возможно, это был Фрэнки Сталлоне, который не явился. В любом случае, было слишком поздно для дальнейшего обсуждения. Была поднята тревога.

Алекс шагнул вперед.

“Я хочу, чтобы каждый взял подушку”, - сказал он. “Тогда следуй за мной”.

OceanofPDF.com

ВЕСЬ ПУТЬ ВНИЗ ПО СКЛОНУ

“Pболеет?”

Тед Филби стоял перед Алексом. Он был на несколько дюймов выше него и намного тяжелее. Он встал в боевую стойку, и Джек подумал, не собирается ли он начать физическую борьбу. Тем временем Алекс стоял на своем. Снаружи все еще выли сирены. Дети вернулись в свои комнаты. “Подушки не защитят детей от стрельбы”.

“Я не собираюсь с вами спорить, мистер Филби”, - сказал Алекс. “Мы уходим сейчас. Мне нужно, чтобы ты вел автобус. Я думаю, что это единственный способ выбраться отсюда. Если ты этого не сделаешь, это сделает Джек ”.

“Я умею водить”, - сказала Джек, хотя ей было интересно, сможет ли она управлять таким массивным транспортным средством, как школьный автобус. Она заметила, что Алекс не передал ключи охраннику.

“Автобус припаркован прямо рядом с поездом”, - сказал Филби. “Это на виду ... на открытой местности. Как ты предлагаешь приблизиться к этому? Ты собираешься спрятаться за подушками? Это твоя грандиозная идея?”

Алекс не ответил. Снова появились школьники, каждый из них держал в руках подушку из толстой пены, которую они взяли со своих кроватей. Джек был рад, что все они решили сплотиться вокруг Алекса. Они были молоды, и им было страшно, но они верили в него.

Алекс проигнорировал охранника. “Пойдем”, - сказал он.

Он направился к главной двери. По всему коксовому заводу кипела деятельность: люди бежали в разных направлениях, выкрикивая приказы друг другу, как будто они забыли портативные рации, которые у всех были с собой. В квартале, который занимали Эдуардо и Джованни Гримальди, зажегся свет. Алекс обвел взглядом переплетенные трубопроводы, огромную башню с наклонной конвейерной лентой, стальные трубы, локомотив и вагон. На данный момент казалось, что охранники сосредоточили свои усилия на пятом секторе, районе, где Филби и Джейсон Грин содержались в заключении. Охранник, должно быть, вернулся, чтобы обнаружить их пропажу, и именно поэтому он поднял тревогу. До сих пор близнецам или кому-либо еще не приходило в голову, что школьники могут пытаться сбежать. Это скоро изменится. У них было, может быть, две минуты, чтобы сделать свой ход, прежде чем их обнаружили.

Алекс оглянулся на детей, столпившихся в коридоре, все еще парами. “Я хочу, чтобы вы все держались вместе и заботились друг о друге”, - наставлял он их. “Может быть стрельба, но не бойся. Помни, что ты нужен этим людям живым. С тобой учитель. У тебя есть Джек. И у тебя есть заместитель начальника службы безопасности. Так что поехали ”.

Он вышел наружу и пробежал короткое расстояние до цилиндрического бензобака, который он заметил ранее и который обеспечит укрытие для всех них, прежде чем они отправятся в следующую часть путешествия. Хуже всего было то, что первые двадцать шагов они были полностью беззащитны, и Алекс сосчитал каждый из них, беспокоясь, что кто-нибудь услышит хруст стольких шагов по гравию. На самом деле, вой сирен заглушал все звуки, и Алексу пришло в голову, что гримальди совершили еще одну ошибку. Их собственная система безопасности работала против них. Несмотря на это, он едва осмеливался дышать, пока не появился последний из детей – две девочки с косичками, обе сжимали в руках подушки, а Джек замыкал шествие.

Тем временем Тед Филби осматривал свое окружение. Платформа станции с паровозным составом была прямо перед ними. Это было с другой стороны ретортного цеха, бетонной башни, которая возвышалась на пятьдесят метров над их головами, преграждая им путь. Вагон был припаркован прямо рядом с локомотивом, лицом в ту же сторону, как будто две технологии, старая и новая, конкурировали друг с другом. Если Алекс действительно был полон решимости добраться до тренера – а Филби все еще думал, что это самоубийство, - он должен идти прямо вперед. Вместо этого он свернул вправо, фактически уводя детей от относительной безопасности платформы.

Филби догнал Алекса и прошипел: “Ты идешь не в ту сторону! Карета вон там!”

“Мы не можем пойти этим путем”, - сказал Алекс. “Смотри!”

Он указал. Там были еще два охранника, оба вооруженные автоматами, расположенные высоко на стальном мосту, который проходил через территорию комплекса. Они одни оставались там, где были, когда поднялась тревога. У них был потрясающий вид на землю под ними - и это включало открытое пространство рядом с дилижансом. Если бы Алекс попытался увести детей таким образом, их бы скосили прежде, чем они смогли бы приблизиться.

“Хорошо”. Филби нахмурился. “Это именно то, что я тебе сказал. Мы не можем приблизиться к тренеру. Так что давайте сделаем это по-моему. Через забор...”

Но Алекс уже двигался. Он видел, как другие охранники двигались сквозь решетку света и тени, приближаясь к жилому блоку, который они только что покинули, и, наконец, пришли проверить своих самых ценных заключенных. Пришло время выбираться отсюда.

Он побежал вперед, направляясь не к платформе, а к основанию ретортной башни и двери, которая вела в нее. Алекс поставил все на следующие несколько мгновений. Если бы дверь была заперта, ему пришлось бы использовать долото – или, что еще хуже, пистолет, – чтобы взломать ее, и это не просто отняло бы драгоценные секунды, это могло бы предупредить охранников о том, где они находятся. Он добрался до нее раньше остальных и схватился за ручку. С чувством облегчения он почувствовал, как это повернулось. Дверь была жесткой, но она открылась. Он вошел внутрь.

Он оказался в огромном кирпичном помещении, свет проникал внутрь через окна, которые поднимались до самого потолка, по крайней мере, на восемь этажей выше его головы. Невозможно было сказать, как это здание когда-то функционировало. Все было черным. Пол и стены были покрыты сажей, к которой не прикасались годами. Сам воздух вонял этим. Там были огромные глыбы механизмов, цепляющиеся за кирпичную кладку, сидящие на кронштейнах. Трубы, достаточно большие, чтобы по ним мог проползти человек, проходили мимо стальных печей, подвешенных над тем, что, должно быть, было печью. Алекс догадался, что именно здесь происходил весь процесс. Уголь привозили паровозами. Это было перенесено по конвейерной ленте в башню. Его нагревали и превращали в кокс, при этом все газы и другие химические вещества отделялись, прежде чем их уносили в другие части состава. Он прибыл в то, что когда-то было пылающим сердцем Города Дыма. Но огни давно погасли, и все, что осталось, было почерневшим и мертвым.

Была только одна вещь, которую он надеялся увидеть, и вот она перед ним: винтовая лестница, ведущая к погрузочной платформе наверху. Он был сделан из стали, с низкой направляющей, изгибающейся круг за кругом. Это выглядело безопасно. Это должно было бы быть, чтобы выдержать вес пятидесяти шести человек.

Алекс подождал, пока все дети соберутся, а Джек закроет за ними дверь. Сирены все еще выли, но они звучали более отдаленно. Стены были толстыми, почти звуконепроницаемыми, и он мог говорить, не опасаясь, что его подслушают.

“Кто-нибудь боится высоты?” - спросил он.

Многие дети выглядели сомневающимися, но никто не поднял руку.

“Мы должны добраться до автобуса незамеченными”, - объяснил Алекс. “Это лучший вариант. Есть горка, которая ведет до самой платформы рядом с железной дорогой. Это то, что мы будем использовать. Мы собираемся сесть на подушки и соскользнуть вниз ... прямо как на аттракционе. Если ты нервничаешь, не смотри вниз. Я пойду первым, чтобы убедиться, что все в порядке ”.

Джек слушал все это в изумлении. Она втайне задавалась вопросом, зачем Алекс привел их всех сюда, и почти бросила ему вызов. Теперь она поняла. Конвейерную ленту нельзя было увидеть снаружи: она была закрыта двумя стенами и потолком, сделанными из листов гофрированного железа. Алекс мог бы использовать это, чтобы тайком вывезти детей, и охранники не знали бы, что происходит. Как только они достигнут платформы, они будут скрыты за паровым двигателем, и они смогут проскользнуть, чтобы добраться до вагона. Она посмотрела вверх, вытянув шею. До верха конвейерной ленты было очень далеко, по крайней мере, двести шагов, но она была уверена, что они смогут это сделать. На мгновение она встретилась взглядом с Алексом и кивнула ему. Она никогда раньше не видела его таким. Возможно, это было потому, что он становился старше, но он казался более уверенным, чем когда-либо.

На Теда Филби это не произвело впечатления. Он уже достиг металлической лестницы и смотрел вверх с хмурым выражением лица. “Я пойду первым, - сказал он, - если ты действительно хочешь пройти через это. Но если ты спросишь меня, ты собираешься убить всех нас ”.

Он начал подниматься. Следующей пошла Алекс, затем половина детей, затем учитель драматического искусства, остальные дети и, наконец, Джек, ее белая форма медсестры уже сильно потрепалась. Стальные ступени слегка содрогнулись, принимая на себя вес стольких людей, и вниз посыпалась сажа. Но лестница была надежно привинчена к стене. Это выдержало. Это было все еще намного дальше, чем думал Джек. Она насчитала сто девяносто ступенек, когда совершила ошибку, посмотрев вниз. Ее желудок сжался. Было бы слишком легко поскользнуться и перевалиться через перила, и, упав с такой высоты, она была бы разбита на куски этажом ниже.

Сирены прекратились. Снаружи башни раздался грохот пулеметной очереди. Дети замерли на винтовой лестнице, те, что были впереди, высоко над теми, кто был позади. Некоторые из них начали хныкать.

“Все в порядке”, - крикнул Алекс вниз. “Либо это ложная тревога, либо они стреляют друг в друга. Они не знают, что мы здесь. И мы почти на вершине ”.

Это было правдой. Они снова отправились в путь, и минуту спустя Алекс завернул за последний угол и достиг металлической платформы с квадратным люком перед ней. Тед Филби уже был там, глядя на длинный черный спуск, который вел к платформе. Когда-то машины заставляли ленту конвейера медленно двигаться вверх, доставляя уголь наверх, где его ждали бы люди, чтобы убрать его лопатой. Теперь было тихо и неподвижно. И крутой. Он исчез в черноте.

“Отличная работа, Алекс”, - усмехнулся Филби. “Только взгляни на это! Если ты выйдешь с другого конца слишком быстро, ты сломаешь себе обе ноги ”.

“Я думал, ты сказал, что уйдешь первым”, - пробормотал Алекс.

“Ни за что. Это твоя безумная идея. Ты попробуй это ”.

Филби посторонился, и Алекс протиснулся мимо. Он сел, и тут ему в голову пришла последняя мысль. “Мне нужно на что-нибудь сесть”, - сказал он.

Охранник выругался себе под нос, затем снял куртку и передал ее Алексу. “Используй это”.

“Спасибо”. Алекс сложил его под собой.

“Не благодари меня. Ты все равно позволишь себя убить ”.

Алекс уставился в темноту. “Я дам тебе сигнал, если он будет чистым. Тогда отправь остальных вниз ”.

Он подтолкнул себя вперед. Сразу же он начал скользить, очень быстро набирая скорость. Конвейерная лента была сделана из кожи или какого-то плотного полотна, и, за исключением нескольких разбросанных кусков угля, поверхность была абсолютно гладкой. Куртка защитила его от ожогов от трения. Вверху был какой-то свет, и он мог различить очень слабый квадрат в конце, но середина была совершенно темной, и когда он выстрелил вниз, у Алекса возникло ощущение, что его поглощают стены из гофрированного железа, проносящиеся мимо с обеих сторон и над его головой. Только когда было слишком поздно, он вспомнил, что сказал Тед Филби. Если бы он не замедлился, он мог бы нанести себе серьезный ущерб. В конце его не ждали мягкие подушки, ничего, кроме твердого цемента. Алекс полулежал на спине, затхлый ветерок обдувал его лицо. Он вытянул руки и уперся пятками. Это не имело значения. Он знал, что вышел из-под контроля. Он не мог видеть. Его лицо снова было покрыто сажей. Это отражалось в его глазах.

А потом его выплюнули на свежий воздух. На какой-то ужасный момент он почувствовал, что падает, а под ним ничего нет. Затем задняя часть его ног и плечи соприкоснулись с чем-то вроде ската, в котором он узнал, секундой позже, пирамиду из расколотого угля, которую он видел раньше. Он соскальзывал по нему, незакрепленные части замедляли его продвижение. К тому времени, когда он достиг платформы рядом с железной дорогой, он вообще едва двигался. Он поднялся на ноги, отряхиваясь. Он сделал это – и целым.

Полдюжины охранников прибыли в жилой блок, где содержались дети. Алекс мог слышать их довольно отчетливо. Но он был спрятан за кучей угля в дальнем конце платформы. Он снова взобрался наверх и помахал руками, надеясь, что Филби увидит его на верхнем конце конвейерной ленты. Примерно через тридцать секунд появился первый из детей Линтон-Холла, вылетевший из туннеля из рифленого железа и закончивший свое путешествие на угольной горке. Он был пухлым десятилетним мальчиком, чье лицо и светлые волосы теперь были покрыты черной копотью. Алекс подошел к нему, чтобы проверить, все ли с ним в порядке.

“Это было фантастически!” - прошептал мальчик. “Могу я сделать это снова?”

Потребовалось еще десять минут, чтобы все дети прибыли. Алекс подозревал, что многих из них, возможно, нужно было убедить, прежде чем они бросились во тьму. Джек и учитель драмы спустились один за другим, и, наконец, появился Филби в грязной белой рубашке и порванных брюках. Алекс вернул ему куртку. Это было полностью разрушено.

“И что дальше?” - спросил охранник, хмуро надевая его обратно. Казалось, его не впечатлило, что они зашли так далеко незамеченными.

Джек уже начал подсчитывать численность персонала. В отличие от Филби, ей нравилось видеть Алекса командующим. Она не могла поверить, что они снова вместе. “Они все здесь!” - объявила она.

“Правильно”. Алекс снова обратился ко всей группе. Он был благодарен, что сирены наконец замолчали. Единственным звуком в комплексе теперь было мягкое пыхтение поезда. Он понизил голос. “Никто не может видеть нас здесь. Мы отправляемся под паровозный поезд. Будь осторожен, ничего не трогай, иначе можешь обжечься. Автобус припаркован с другой стороны. Мистер Филби собирается выгнать нас отсюда ”. Он взглянул на Филби, который коротко кивнул. “Как только мы запустим двигатель, охрана нас услышит. Может быть стрельба. Я хочу, чтобы все легли на пол, под сиденьями. Что бы ни случилось, не вставай ”.

“И куда именно ты хочешь, чтобы я поехал?” - Потребовал Филби. “Возможно, ты не заметил, но отсюда нет дороги”.

“Нам придется ехать вдоль железнодорожного полотна. Мы довольно далеко от туннеля, но мы будем в безопасности, как только окажемся на другой стороне ”.

“Почему бы нам не сесть на поезд?” Это было прямо перед ними, все еще дымящееся. Готов идти.

“Ты знаешь, как им управлять?” - Спросил Алекс.

Филби на мгновение задумался, затем покачал головой.

“Тогда это должен быть тренер”.

Дети сбились в кучу, ожидая в тени. Ни один из прожекторов не мог достичь верхнего края платформы, и они были скрыты за огромной массой поезда, который стоял там, белый пар извивался между его колесами и сцепными штангами. Тендер был позади, доверху нагруженный углем, и Алекс мог представить себя стоящим в кабине, заправляющим топку и чувствующим необычайную силу, которая вела его сквозь ночь. Он действительно хотел, чтобы он мог взять это вместо тренера.

Алекс подал знак, и они начали двигаться. Был только один способ держаться подальше от света и, что более важно, от глаз двух охранников на мосту. Им пришлось низко нагнуться под кабиной машиниста, перелезть через рельсы, а затем через короткий промежуток к ожидающему автобусу. Поскольку их было так много, путешествие заняло гораздо больше времени, чем ему хотелось бы, и он снова услышал крики из жилого блока. Фрэнки Сталлоне был обнаружен. Дети ушли! Они должны были быть где-то в компаунде. Поиск уже начался.

Алекс помогал всем детям, когда они выбирались из-под поезда. Передняя дверь автобуса была открыта, и он считал номера, пока они поднимались, исчезая из виду. Пятьдесят, пятьдесят один, пятьдесят два ... После того, что казалось часом, они все были внутри. Учитель драмы последовал за ними, и внезапно Джек оказался рядом с ним. Филби еще не появился.

Алекс вынул ключи зажигания и передал их Джеку. “Где Филби?”

“Я не знаю”.

“Если он пропал, тебе придется сесть за руль”, - сказал он.

Джек взглянул на ключи. “Ты справился блестяще”, - сказала она. “Я не могу поверить, что мы выбираемся отсюда”.

“Мы еще не там”, - сказал Алекс.

Она улыбнулась ему и забралась в карету. Алекс остался стоять в узком коридоре между вагоном и поездом.

Он услышал звук и обернулся, ожидая увидеть Филби. Вместо этого перед ним, всего в десяти шагах, стоял охранник. Алекс узнал мертвые глаза, заплесневелую кожу. Это был Скунс, человек, которого послали снимать его смерть. Он вышел из-за кучи угля, и не могло быть никаких сомнений в том, что он собирался сделать. У Скунса был пулемет. Он видел Алекса. Медленно, улыбаясь, он прицелился.

Алекс стоял там, застыв, когда черное дуло автоматического оружия поднялось к нему. Он знал, что было слишком поздно, что у него не было надежды спастись. Несмотря на это, он потянулся за пистолетом, который все еще был заткнут за пояс его брюк. Все происходило как в замедленной съемке. Он был прикован к земле. Его мышцы, казалось, были сведены вместе.

И тут из ниоткуда появился Тед Филби, выскочил из-за паровоза и бросился на Скунса. Каким-то образом он завладел автоматом, двое мужчин танцевали вместе на краю железнодорожных путей, пар шипел вокруг них, когда они боролись за контроль. Филби стоял спиной к Алексу, но ему удалось повернуться и крикнуть через плечо: Одно слово. “Двигайся!”

Секунду спустя раздалась автоматная очередь, оглушительная на таком близком расстоянии. Алекс увидел, как на спине Филби появились брызги крови, образуя отвратительные красные пятна, которые расползлись по его рубашке. Алексу не нравился охранник. Он считал его раздражающим и бесполезным. Но, в конце концов, Филби пожертвовал собой, чтобы спасти его, и мысль об этом разрушила чары и подтолкнула его к ожидающему экипажу. Джек видел, что произошло. Именно в этот момент она завела двигатель. Mercedes-Benz Tourismo кашлянул в жизнь. Раздалось шипение гидравлики, и внутри зажегся свет. Фары прорезают темноту. Алекс достиг открытой двери как раз в тот момент, когда Скунс выстрелил во второй раз. Пули пронеслись над его головой и разбили боковое зеркало, отправив его вращаться в ночь.

“Иди!” Алекс кричал. “Мы должны идти!”

За рулем Джек включил первую передачу и нажал на акселератор. Автобус не был похож ни на что, что она когда-либо водила раньше, но, по крайней мере, органы управления были более или менее такими же, как у обычной машины: руль, сцепление, тормоза, ручка переключения передач. Раздался ужасный скрежещущий звук, и на мгновение ей показалось, что она остановится. Затем карета дернулась вперед. Алекс был у двери, пригнувшись, когда новые пули ударили в бок, разбив одно из окон.

“Куда я иду?” Джек закричал.

“Просто продолжай двигаться!” - Крикнул Алекс в ответ.

Где-то на территории комплекса прожектор развернулся, чтобы найти их, и внезапно салон кареты взорвался ослепительным белым светом. Дети лежали, растянувшись на полу, некоторые из них в ужасе прятали глаза. Сидя на водительском сиденье, крепко вцепившись в руль, Джек смотрела в переднее стекло, ослепленная, едва способная что-либо разглядеть. Затем Алекс оказался рядом с ней, щурясь через стекло.

“Вот так!” Он указал, и она увидела что-то похожее на два фургона.

“Это неправильный путь, Алекс!”

“Доверься мне, Джек!”

Он уводил ее от железной дороги, от единственного пути из коксохимического завода. Они направлялись обратно в опасность, к охранникам, к другим пулеметам.

“Обойди фургоны!” Алекс кричал. “Сделай круг!”

“Это безумие!” Джек раздраженно выкрикнул эти слова, но она сделала именно то, что он хотел. Он пересек весь мир, чтобы найти ее. Ему удалось вытащить их отсюда, по крайней мере, частично. Она ни на секунду не усомнилась в нем. Вывернув руль, она послала карету по спирали вокруг двух фургонов, колеса поднимали гравий и пыль. Движение застало охранников врасплох. На мгновение в них никто не выстрелил. Она заметила, что Алекс достал пистолет. Он целился в открытую дверь.

“Хорошо! Теперь нам нужно попасть на железную дорогу!” - крикнул он.

“Я направляюсь туда!”

Джек точно знал, что делать. Перед ней был поворотный стол, который использовался для вращения поезда, а за ним - точка пересечения, пандус, который когда-то позволял транспортным средствам съезжать с рельсов. Она направилась к нему, чувствуя огромный вес кареты позади себя, когда та неслась по гравию. В то же время Алекс выстрелил из-за двери. Казалось, он не стремился к чему-то конкретному, но когда тренер рванулся вперед, Джек увидел, что произошло невозможное. Массивный огненный шар взорвался позади них, распространяясь и превращаясь в стену пламени, которая поднялась к небу, отделяя их от остальной части комплекса. Она даже могла почувствовать жар на задней части шеи. Алекс каким-то образом создал печь, чтобы защитить их.

Стоя в дверях, Алекс улыбнулся про себя, довольный своей работой. Идея пришла ему в голову по дороге в сортир, где содержались двое мужчин. Он видел серную кислоту в контейнерах. Он также вспомнил о двух фургонах, которые заметил, когда впервые приехал. Это были не более чем огромные топливные баки на колесах, и они были заполнены легковоспламеняющейся жидкостью ... бензолом. Прежде чем отпустить Теда Филби и учителя драматического искусства, он вернулся в складское помещение и с помощью стамески проделал отверстие в одной из колб. Затем с большой осторожностью – он мог сильно обжечься, если бы какая–нибудь жидкость попала ему на руки - он отнес флягу к фургонам и вылил на них кислоту. С этого момента он прогрызал себе путь сквозь металл, надеюсь, выпуская бензол на пол ниже.

И только что, когда карета проезжала мимо, он выпустил все шесть пуль по фургонам. По крайней мере, одна из пуль попала в цель и вызвала искру. Результат был более впечатляющим, чем он мог надеяться. Несколько охранников были охвачены пламенем. Он слышал их крики. Остальные были по другую сторону баррикады из огня. На данный момент дети были в безопасности.

Алекса чуть не сбило с ног, когда передние колеса автобуса врезались в пандус, который видел Джек. Он протянул руку и ухитрился ухватиться за серебряные перила, когда она повернула направо. Карета накренилась, угрожая рухнуть на бок. Но секунду спустя она выровняла его так, что теперь он стоял на рельсах, два колеса по обе стороны от рельсов. До туннеля Блейна было еще далеко, но если она продолжит движение по прямой, в конце концов, она доберется до него.

Она ехала по деревянным шпалам. Алекс почувствовал вибрацию, пробивающуюся через ноги и в живот, когда колеса двигались по неровной поверхности. Перед ними был забор, металлические ворота.

“Не останавливайся!” Пробормотал Алекс.

“Я и не собирался!” Ответил Джек.

Все равно было слишком поздно. В ветровом стекле замаячил забор, когда карета с грохотом врезалась в него, сорвав с петель и отправив куски в ночь. Здесь было больше охранников, расставленных с обеих сторон. Им больше не было дела до того, кого они убивают, они подняли оружие и выпустили в карету сотни пуль. Дети закричали, когда остальные окна рассыпались, белые осколки стекла каскадом посыпались вниз. Некоторые пули пробили кузов, в металлических панелях внезапно появилась неровная линия отверстий. Свет и пыль хлынули внутрь. Было невероятно, что колеса не были сбиты. Или, может быть, резина была достаточно толстой, чтобы поглотить пули. Казалось, что карета переживает свои предсмертные муки, когда она с грохотом выезжала из комплекса.

Несколько секунд спустя они погрузились в безопасную темноту. В воздухе пахло пороховым дымом. Ветровое стекло было треснуто, и все стекла, кроме одного, вылетели. Роскошные сиденья были покрыты пылью. Двигатель выл, и весь автомобиль дребезжал, когда он ускорялся по шпалам. Все, что им нужно было делать, это продолжать идти прямо, и они достигли бы туннеля. Алексу пришло в голову, что у них все равно не было выбора. Они оказались в ловушке, оседлав железнодорожную линию. Они не могли повернуть налево или направо.

Но они были далеко. Это было главное. Алекс забрался обратно в основной корпус автобуса и быстро проверил, что никто из школьников не пострадал. Трудно было быть уверенным, когда на полу лежало так много тел и повсюду было разбитое стекло, но, похоже, крови не было. Учитель драматического искусства взял на себя ответственность и просигналил, что все в порядке, поэтому Алекс повернулся и вернулся к началу, используя любую ручку, которую он мог найти. Они замедлили ход, но пол все еще сильно дрожал под его ногами, когда они натыкались на каждого из спящих.

Он добрался до Джека. Она склонилась над рулем, вглядываясь в темноту. Но даже сейчас на ее лице была улыбка. “Ты справляешься блестяще”, - сказал он.

“Я не могу поверить, что мы сделали это”, - сказал Джек.

“Мы еще не сделали”. Алекс выглянул через разбитое переднее окно. Не было никаких признаков туннеля, но было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Он предположил, что это было все еще в паре миль отсюда. “Мы не можем ехать быстрее?” - спросил он.

“Я не смею, Алекс. Я собираюсь вырвать шины ”.

“Хорошо”.

Алекс оглянулся на путь, которым они пришли. Коксовый завод был в огне, малиновое зарево простиралось до горизонта и мерцало в ночном небе. Бензола, должно быть, было галлоны, и он распространился повсюду, скопившись вокруг других зданий, которые сами загорелись. Конвейерная лента, которая обеспечила их побег, горела, языки пламени поднимались по диагонали до верха бункера. В соединении хранились другие химикаты, и они тоже воспламенились. Пока Алекс смотрел, одна из надворных построек взорвалась ослепительной вспышкой желтого и красного. Клубы черного дыма, похожие на живые существа, стелились по земле. Если бы охранники уже не сбежали, они бы ни за что не выжили.

“Алекс...” - Начал Джек. Ее голос был чуть громче шепота.

Она видела это в зеркале. Он тоже это видел. Он должен был ожидать этого, подготовиться к этому. Возможно, это объясняло то, что пытался сделать Тед Филби перед тем, как его убили. Он знал, что это может быть использовано против них.

Полуночный летун вырвался из дыма и огня, сметая их в сторону, как занавес, устремляясь к ним, уже набирая скорость. Алекс увидел, как вспыхнули фары, колеса завертелись, из трубы вырвалось еще больше дыма. Когда он увидел это на платформе, оно напомнило ему спящего зверя, но теперь оно полностью проснулось и в ярости преследовало их. Они должны были двигаться быстрее. Иначе это поглотило бы их.

Джек позвал его во второй раз, и Алекс никогда не слышал такого отчаяния в ее голосе. Она все еще вела автобус по шпалам, пытаясь удержать его под контролем. Теперь, одной рукой, она указала на приборную панель. “У нас заканчивается бензин!” - крикнула она.

Алекс уставился на него. Как это было возможно? Он увидел указатель уровня топлива, стрелка которого зависла над красным. Двигатель кашлянул, и весь вагон содрогнулся.

И все же Полуночный летун приближался, приближаясь все ближе и ближе, сокращая расстояние между ними, оставляя пылающий ад коксовых заводов далеко позади.

OceanofPDF.com

ПОЛУНОЧНЫЙ ЛЕТУН

Gиованни и Эдуардо Гримальди стояли в кабине паровоза, который с грохотом мчался сквозь ночь, все ближе приближаясь к Mercedes-Benz Tourismo, не более чем в двух милях впереди них. Фрэнки ”Пламя" Сталлоне стоял, обливаясь потом, за пультом управления, пока Скунс подбрасывал уголь в топку, которая заливала весь интерьер интенсивным оранжевым светом. Близнецы поспешно оделись, но все же умудрились натянуть одинаковую одежду: джинсы, ковбойские сапоги и рубашки в красную клетку. У обоих в руках были мини-пистолеты-пулеметы "Узи", способные производить 950 выстрелов в минуту с дальностью сто пятьдесят метров. Они еще не были достаточно близки. Они были бы скоро.

Братья знали, что Алекс Райдер был жив. Когда их впервые разбудил сигнал тревоги, они предположили, что полиция или службы безопасности каким-то образом выследили их в Смоук Сити, и их первой мыслью было эвакуироваться. Только когда Фрэнки Сталлоне сбежал из жилого блока, они начали собирать воедино правду. Алекс Райдер был здесь. Вполне возможно, что он был один. Он и его друг Джек Старбрайт освободили детей и пытались сбежать с ними. Они забрали карету.

“Как это могло случиться?” - Крикнул Джованни своему брату, когда они стояли вместе в каюте. “Как он нашел нас?”

“Это не имеет значения!” - Крикнул Эдуардо в ответ. “Мы догоним его. Мы убьем его. Мы убьем их всех!”

“Но выкуп!”

“Это не имеет никакого значения, Джио. Они все равно заплатят деньги. Родители не узнают, что дети мертвы. К тому времени, когда они узнают правду, мы будем на другом конце света ”.

Близнецы никогда не спорили друг с другом, ни разу в жизни, и они не собирались начинать обвинять друг друга сейчас. Если были допущены ошибки, они были в равной степени ответственны. К счастью, Полуночный флайер был постоянно заряжен, готовый к движению в любой момент. Двое из них схватили оружие и запрыгнули на локомотив. Сталлоне был водителем, Скунс - пожарным. Они отходили от платформы, даже когда вокруг них взорвался коксовый завод.

Стоя за пультом управления, Фрэнки Сталлоне знал, что он должен был сделать. Он должен был добраться до автобуса до того, как тот въедет в туннель. Это было решающим моментом. Туннель Блейна соединил Dinas Mwg с реальным миром. По эту сторону не было закона. Они могли сделать что угодно. С другой стороны, железная дорога соединялась с магистралью, и там были бы другие поезда, здания, дороги ... свидетели. Близнецы использовали свои пулеметы, чтобы разнести карету на части, как только оказывались достаточно близко. Массивные буфера и направляющая планка в передней части локомотива врезались бы в него, сбивая его с пути. Таков был план, даже если никто не выжил.

Тренер был прямо перед ними. Они могли видеть его светящиеся задние фонари. Это было чудо, что он вообще двигался. Половина окон была выбита. Топливный бак был пробит, и бензин вытекал. Казалось, что он спотыкается о железнодорожные шпалы. Но Полуночный летун был в полном распоряжении; сотня тонн цельного железа двигалась вперед, скрежеща поршнями, вырываясь клубами белого дыма и рассыпая в ночи сверкающие искры. Скунс кормил его. Сталлоне подтолкнул его вперед. И близнецы наблюдали темными, блестящими глазами, как это приближало их все ближе к их добыче.

С замиранием сердца Алекс уставился на приборы, пытаясь понять, что произошло. Топливный бак, должно быть, был полон, когда он отправлялся в Стратфорд-на-Эйвоне – казалось, это было целую вечность назад, – но он был почти пуст. Как это могло быть возможно? Он вспомнил пулеметную очередь. Очевидно, в них попали. Вытянув руки, чтобы сохранить равновесие, он протиснулся мимо Джека и высунулся из разбитого окна позади нее. Ветер ударил ему в затылок, когда он выглянул наружу.

Свет из кареты показал ему именно то, что он ожидал увидеть. Извилистая линия пулевых отверстий тянулась вдоль всей боковой панели Mercedes-Benz Tourismo. Было чудом– что никто из детей не пострадал, но топливный бак был пробит. Жидкость, серебристая в отраженном свете, выплескивалась, увлекаемая их собственным движением вперед. Если бы автобус ехал еще дольше, они бы просто остановились. Он оглянулся и увидел серию ярких белых вспышек с одной стороны локомотива, как будто кто-то пытался его сфотографировать. Только через несколько секунд до него дошло, что в него стрелял пулемет. Если бы это было ближе, он был бы поражен, но, к счастью, это было все еще вне досягаемости.

Он нырнул обратно внутрь. Некоторые дети смотрели на него широко открытыми глазами, ожидая, что он скажет дальше. Но ему нечего было им сказать. Роскошный автобус был полной развалиной. Все тряслось и сотрясалось. Багажные отделения распахнулись, и на полпути вниз дверь туалета с грохотом открывалась и закрывалась. Алекс оглянулся и увидел, что поезд снова вдвое сократил расстояние между ними. Теперь он действительно мог слышать это, пыхтя и отдуваясь, когда оно приближалось.

Я буду пыхтеть, и я буду пыхтеть, и я снесу твой дом.

Странно, что он вдруг подумал о Джеке, читающем ему детские стишки, когда ему было семь лет. Он нашел ее. Они вдвоем сбежали из лагеря, прихватив с собой всех детей Линтон-Холла. Неужели все это было напрасно? Он отказался принять это.

Они грохотали в темноте, но не могли двигаться быстрее. Туннель все еще был в миле или больше от нас. Топливо было на исходе. Полуночный летун был почти над ними. Он ничего не мог поделать.

Алекс заставил себя думать.

Брось что-нибудь на дорожку. Пустить поезд под откос. Но что было внутри кареты, что он мог бы использовать? У него был пистолет без патронов. Мог ли он вырвать одно из сидений? Нет. Это заняло бы слишком много времени. Он в отчаянии огляделся вокруг. Рядом с дверью был огнетушитель. Он был крошечным. Он мог бы бросить его на рельсы, но Полуночный летун, вероятно, отбросил бы его с пути, и даже если бы поезд проехал прямо по нему, огромные колеса просто раздавили бы его. Он заметил большой термос рядом с передним сиденьем. Джейн Воспер, водитель автобуса, должно быть, положила его рядом с собой. Пытаясь сохранить равновесие, Алекс протянул руку и схватил его. Он отвинтил крышку и перевернул ее. Чай вылился на пол. Он все еще был теплым, хотя пролежал там, должно быть, часов двенадцать или больше.

Джек видел его. “Алекс!” - закричала она, сражаясь с рулем. “Сейчас не время для чашки чая!”

Но это было не то, о чем думал Алекс.

Термос.

Топливо.

Полуночный летун.

Он понял, что ответ у него в руках. Все, что ему нужно было сделать, это убедить Джека. Он подошел к ней, наклонившись так, чтобы он мог говорить прямо ей в ухо. “Как ты думаешь, сколько еще мы можем пройти?” он кричал.

“Я не знаю. Может быть, еще несколько минут. ”

“У меня есть идея”.

Он быстро рассказал ей, что было у него на уме. Он знал, что ей это не понравится, и он был прав. Она выглядела испуганной. “Алекс, это безумие. Это никогда не сработает ”.

“Это может сработать, Джек, и я не могу думать ни о чем другом. Вы просто должны позволить им догнать нас. Дай мне минуту, а затем начинай замедляться. Не слишком много. И будь осторожен, чтобы они нас не протаранили ”.

“Алекс– они застрелят тебя, как только увидят”.

“Если немного повезет, они меня не увидят”. Времени на дальнейшее обсуждение не было. Он похлопал ее по плечу, затем отошел от передней части вагона, перешагивая через детей в проходе. Он все еще держал термос с крышкой.

“Мне нужны четыре человека, чтобы помочь мне”, - крикнул он. “Мы должны действовать быстро!”

Сразу несколько детей поднялись на ноги. Алекс выбрал четырех самых больших и сильных. “Я собираюсь высунуться из окна. Мне нужно, чтобы ты держал меня за ноги и убедился, что я не упаду. И когда ты почувствуешь, что я брыкаюсь ногами, тебе придется затащить меня обратно. Ты можешь это сделать?”

Дети кивнули.

“Сюда!”

Он уже видел, какое окно ему нужно использовать. Это было примерно на две трети пути вниз, сразу за центральной дверью. Стекло было разбито пулеметной очередью, но он использовал термос, чтобы выбить последние осколки. Он забрался на сиденье. “Сейчас!” - крикнул он. Четверо детей схватили его за ноги. Он спустился наружу.

Ветер почти унес его прочь. Держа тяжелый термос, он не мог опереться на руки, чтобы не упасть, и чувствовал напряжение в шее, ребрах, тазу. Это было так, как будто его разрывали на куски. Кровь уже прилила к его голове, когда он висел вниз головой, и ему с трудом удалось набрать в рот немного воздуха и вздохнуть. Он рискнул быстро оглянуться и увидел, что поезд был намного ближе, чем он думал. Он почти наверняка был на расстоянии выстрела. Если его видели, он был мертв.

Что-то плюнуло ему в лицо, защипало глаза и вызвало рвотный позыв. Он сразу понял, что это было, по запаху – и вкусу. Дизельное топливо, густое и маслянистое, брызгало сверкающими струями. Это было то, за чем он пришел. Рядом с его головой было несколько пулевых отверстий, и они действовали как открытые краны, сливая воду из бака. Изо всех сил сжимая термос, борясь с тем, чтобы его не унес ветер, он поднес открытый конец к отверстию, позволяя топливу просачиваться внутрь. Это было почти невозможно. Он продолжал брызгаться сам. Он едва мог видеть. Кровь застучала у него за глазами, и он был в ужасе от того, что стал сидячей – или подвешенной – мишенью для пулеметов в поезде. Теперь они были менее чем в полумиле позади. Он чувствовал, как дети хватают его за ноги. Если они отпустят, он упадет.

Термос был почти полон. Алекс не знал, сколько топлива ему понадобится. Он даже не знал, сработает ли это. Возможно, Джек был прав. Инстинкт подсказывал ему, что чем больше у него будет, тем больше у него шансов. Но в то же время он знал, что с каждой собранной им каплей в темноту разбрызгиваются целые литры топлива, и если автобус остановится, им конец. Он изо всех сил пытался удержать горлышко термоса неподвижным. Его руки были мокрыми. Дизельное топливо содержит серу и азот, и оно воняло. Это было на его коже и в его волосах. Он чувствовал вкус этого во рту, и немного даже попало ему в нос. Земля проносилась мимо, размытым пятном под его головой. Сколько еще он сможет это терпеть? Наконец, он решил, что с него хватит. Он пнул одной из своих ног. Сразу же руки вокруг его ног начали тянуть, и он обнаружил, что его тащат обратно внутрь.

Он рухнул на одно из сидений, окруженный озадаченными детьми. Он знал, что выглядит ужасно, но он осмотрел фляжку и увидел, что она практически полна. Он завинтил крышку, затем позвал Джека.

“Я поднимаюсь сейчас, Джек...”

“Береги себя!” Она не могла оглянуться назад. Она смотрела на железную дорогу, протянувшуюся впереди.

“Всем лечь на землю!” Алекс предупредил. “Возможно, будет еще стрельба, но я обещаю тебе, что скоро все закончится”.

Он вылез из того же окна, на этот раз поставив ногу на выступ, а затем просунув остальную часть своего тела внутрь. Опять же, Термос сделал задачу вдвое сложнее, чем она должна была быть, потому что он не мог использовать обе руки. Вагон тряхнуло, когда одно из колес коснулось железнодорожного полотна, и он чуть не уронил его. На крыше не было перил. Это была плоская поверхность, за которую не за что было ухватиться, но, по крайней мере, это было не слишком далеко. Он вытолкнул себя из кареты, затем откинулся назад, держа термос над головой.

Секунду спустя он рухнул и сразу же перевернулся на живот. Он лежал там, прижавшись к крыше, и ветер хлестал его по плечам. Он почувствовал тошноту и головокружение. Вкус дизельного топлива все еще был у него во рту, пробираясь в горло. Его глаза горели.

Все зависело от Джека.

Она уже начала замедляться – не настолько, чтобы машинист поезда подумал, что что-то не так, но достаточно, чтобы Полуночный летун смог их догнать. Алекс лежал там, где был, восстанавливая силы, готовясь к тому, что должно было произойти. У него был бы один шанс. Если он промахнется, то все, что он делал до сих пор, будет напрасным.

У него в руках была бомба.

Алекс знал, что дизель обычно не взрывается. Если бы он попытался зажечь его спичкой, ничего бы не произошло. Но он наполнил герметичный контейнер – тяжелый стальной термос – жидкостью и запечатал его. Если бы он бросил термос во что-то горячее, он подумал, что это могло бы что-то изменить.

Полуночный летун выпускал пар с температурой около девяноста трех градусов по Цельсию. Весь двигатель приводился в действие пылающей печью на колесах. Каждая часть этого была бы раскалена добела. И у него была широкая труба, которая вела вниз, в его недра.

Таков был план.

Алекс еще не мог встать. Он должен был оставить это до последнего момента. Он подумал, были ли близнецы Гримальди в такси. Он знал, какое удовольствие им доставило бы разорвать его на куски из своих пулеметов. Все еще лежа, он наблюдал, как железный монстр приближается. Несколько секунд назад это было в четверти мили от нас. Теперь она была достаточно близко, чтобы он мог прочитать номер – 1007 – напечатанный на лицевой стороне. Он видел несущийся пар, яркий свет фар, железные буфера, трубы и сцепные устройства. Из кабины высунулись двое мужчин, по одному с каждой стороны. Он узнал Гримальди. Они выглядели как ковбои в своих ярких клетчатых рубашках.

Ковбои с автоматами. Они открыли огонь как один, и Алекс вздрогнул, его лицо прижалось к крыше, когда заднее стекло разбилось, а металлические панели автобуса разлетелись на куски прямо под ним. Но Джек держал ее за нервы. Она позволила Полуночному Летуну подойти так близко, что они почти касались друг друга. Секунду спустя буферы действительно соприкоснулись, врезавшись в заднюю часть автобуса и отбросив его вперед, чуть не сбросив Алекса в процессе.

Это был момент, которого он ждал. Каким-то образом он поднялся – сначала на одно колено, затем на ноги. Не было необходимости выбрасывать термос. Локомотив был прямо перед ним, дымовая труба почти в пределах досягаемости. В ужасе от того, что он потеряет равновесие или что водитель во второй раз остановит вагон, Алекс, пошатываясь, подошел к самому краю крыши и перегнулся через пространство между вагоном и поездом, под которым проносились рельсы. Он вытянулся. Теперь он одной ногой стоял в вагоне, а другой - в передней части поезда. Если пропасть между ними двумя увеличится, он погибнет ужасной смертью. Вокруг него клубился пар. Он почувствовал, как свирепый жар обжигает его шею, подбородок, кожу на лбу. Ему пришлось закрыть глаза. Если бы он держал их открытыми, они бы сгорели. Но он увидел свою цель. Он протянул руку так далеко, как только мог, пока термос не оказался над дымоходом. Затем он бросил его и бросился назад, тяжело приземлившись на крышу, одновременно колотя по ней кулаком.

Джек услышала звук и нажала ногой на акселератор. Вагон рванулся вперед, и внезапно разрыв между ним и локомотивом увеличился, поскольку машинист был застигнут врасплох. Она что-то увидела и ахнула. На склоне холма перед ней открылась черная пасть. Она достигла туннеля! В то же время ужасная мысль промелькнула у нее в голове. Алекс тоже это видел?

Алекс не сказал. Он полз обратно к окну, когда перед ним внезапно возник круглый вход в туннель. Это было похоже на конец света, черную дыру, которая поглотит его и всю жизнь вместе с ним. С воплем Алекс нырнул за борт кареты. Его скребущие руки нащупали край оконной рамы, и он наполовину взобрался, наполовину скатился вниз, пока не оказался на нижнем выступе. Он бросил последний взгляд через плечо. Огромная чернота холма неслась к нему. Он наклонился и бросился вперед в карету. Он действительно почувствовал, как одна из его ног коснулась стены туннеля, когда, размахивая руками, он упал на сиденье внизу. Чернота туннеля душила его. Он не знал, был ли он ранен или нет.

Полуночный летун отступил. Это было в тридцати метрах позади. Термос, наполненный дизельным топливом, был сброшен через дымовую трубу и остановился рядом с вентиляционной трубой, заблокировав коллектор пароперегревателя. Он был заперт в железном контейнере, который был безумно горячим. Дизель закипел. Пары расширились. Давление усилилось.

Все это взорвалось.

Гримальди не слышали взрыва. Они даже не знали, что это произошло. Они просто почувствовали толчок, как будто какой-то гигантский порыв ветра, пришедший из ниоткуда, ударил "Полуночный флайер" в бок. Впереди они увидели, как карета исчезла в туннеле. Но здесь была странная вещь. Они больше не следовали этому. Вместо этого они врезались в скалу на склоне холма.

Только водитель, Фрэнки Сталлоне, понял, что один из поршней сломался и что Полуночный флайер сошел с рельсов. Он ничего не мог сделать, чтобы предотвратить конец. Его лицо, и без того сильно обожженное, в последний раз исказилось от ужаса, когда паровоз врезался в сплошную каменную стену. Скунс закричал, когда котел был разорван, и кипящая вода и пар вырвались белым облаком, похожим на ядерную катастрофу. Джованни и Эдуардо родились с разницей в пять секунд, и, как оказалось, это был тот же интервал между их смертями. Джованни был убит мгновенно. У Эдуардо было пять секунд, чтобы понять, что все пошло не так, прежде чем он последовал за своим братом в небытие. Печь развалилась, разбросав горящие угли по всему входу в туннель. Казалось, сама земля была в огне. Наступила пауза, а затем то, что осталось от локомотива, накренилось и рухнуло, увлекая за собой тендер. Вода и огонь плескались вокруг него, один нападал на другого. Шипя и плюясь, Полуночный Летун лежал, умирая. Огромное облако нависло над ним, закрыв звезды.

В полумиле от нас, на другой стороне туннеля, Mercedes-Benz Tourismo наконец вырвался на открытый воздух, а затем продолжил движение в полной тишине, поскольку топливо наконец закончилось.

Наконец, он остановился и замер.

OceanofPDF.com

ПАСЛЕН

Явсе закончилось тем, что они вдвоем оказались в комнате на шестнадцатом этаже.

Алексу Райдеру было больнее, чем он думал, когда он бросил самодельную бомбу, которая уничтожила Полуночный флайер. Пар обжег его, и его лицо было испещрено красными пятнами. Он порезался о разбитое окно, когда влезал обратно в карету. Он сломал ребро, упав на подлокотник одного из кресел. Пройдет по меньшей мере неделя, прежде чем он сможет вернуться в школу.

Он задавался вопросом, как он, возможно, собирался объяснить, где он был последние пару месяцев и почему он снова появился с травмами, которые заставляли его выглядеть так, как будто он был вовлечен в многократную кучу. Но это было на будущее. Прямо сейчас ему приходилось иметь дело с женщиной, которая сидела перед ним и которая сыграла такую огромную роль в его жизни.

“Алекс, я не совсем знаю, что тебе сказать”, - начала миссис Джонс. “Я должен был послушать тебя ... и Бена Дэниелса, если уж на то пошло. Вы оба думали, что мы совершаем ошибку, гоняясь за золотом. Но все это казалось таким простым. Сорок миллионов фунтов - это большие деньги ”.

“Двести шестьдесят миллионов - это намного больше”.

“Да. Восперы, конечно, работали вместе. Она дала ему необходимую информацию, и он продал ее гримальди. Кстати, тебе, возможно, захочется узнать, что оба близнеца мертвы. Дерек Воспер был арестован ”.

“Ты скрыл это от газет”.

“Да. Мы подумали, что так будет лучше. Есть много очень богатых и влиятельных людей, связанных с Линтон Холлом, и они не любят публичности. Более того, мы не хотим никому внушать ту же идею. Мы не можем допустить, чтобы гангстеры нападали на наши школы! Что касается того, что произошло на автостраде, было очень много свидетелей, но нам удалось убедить их, что это были американские продюсеры, работающие над новым фильмом. Это звучит не очень правдоподобно, я знаю. Но тогда и правда вряд ли очень вероятна ”.

“Значит, обо мне никто не знает”, - сказал Алекс. Он был доволен этим.

“Широкая публика ничего о тебе не знает. Но на самом деле есть кое-что, что тебе нужно знать. Родители Линтон Холл объединились. Они знают, что ты был тем, кто спас их детей, и они хотят дать тебе пять миллионов фунтов – в качестве награды ”.

“Правда?” Алекс не мог сдержать улыбки. Казалось, что на его банковском счете было ужасно много денег. Он хотел купить что-нибудь хорошее для Сабины и ее родителей, и теперь он мог себе это позволить.

“Если хочешь знать мое мнение, вряд ли это очень щедро”, - фыркнула миссис Джонс. “Это меньше одной пятидесяти выкупа, который им пришлось бы заплатить, если бы не ты – и ты вернул всех их детей в целости и сохранности. Ну, у одного или двух из них незначительные травмы, и многим из них могут сниться кошмары о том последнем путешествии в автобусе. Я уверен, что их родители организуют для них дорогостоящую консультацию. Но что касается награды, мы должны были сказать, что ты не можешь ее принять. Оперативникам МИ-6 не разрешается получать наличные платежи ”.

“Я не оперативник МИ-6”, - сказал Алекс.

“Я не уверен, что это правда”. Миссис Джонс улыбнулась впервые с тех пор, как он вошел в комнату. “В любом случае, тебе будет приятно узнать, что мы нашли способ обойти правила. Джек Старбрайт была за рулем автобуса, и именно ей принадлежит заслуга в освобождении детей. Так что деньги могут быть выплачены ей ”.

“Джеку понравится иметь пять миллионов фунтов”.

“Я очень рад, что ты нашел ее, Алекс. Когда мы с тобой встретились в Сен-Тропе, я действительно не думал, что она все еще жива. Она собирается продолжать заботиться о тебе?”

“Я встречаюсь с ней позже”.

“Это хорошо”. Миссис Джонс сделала паузу. Алекс мог видеть, что она долго думала о том, что собиралась сказать дальше. “В Сен-Тропе я сказала тебе возвращаться в Америку”, - сказала она. “На самом деле я приказал тебе. Я надеюсь, ты понимаешь, что я имел в виду то, что сказал. Я не хотел подвергать тебя еще большей опасности. Я хотел, чтобы ты убрался от греха подальше ”.

“Ты знал, что я не уйду”, - сказал Алекс. “Ты уже прослушивал мой телефон”.

“Я хотел, чтобы у тебя был выбор. Тебе уже пятнадцать лет, Алекс. Все изменилось. Мы не можем продолжать обращаться с тобой как с ребенком ”.

“Ты имеешь в виду... манипулирование мной”.

“Это именно то, что я имею в виду. Я предупреждал тебя, что опасность может стать наркотиком, и мне кажется, что в твоем случае уже слишком поздно. Ты уже на крючке. Ты говоришь, что не работаешь на нас, но через год мы могли бы нанять тебя вполне легально ”.

“Я могу не получить никаких выпускных экзаменов”.

“При твоей работе тебе не нужны выпускные экзамены. Ну, это не совсем так. На самом деле, я был бы намного счастливее, если бы ты остепенился и сделал какую-нибудь школьную работу. Сдал экзамены. У меня была обычная жизнь ”.

“Так что вы хотите сказать, миссис Джонс?”

“Только это. Если ты нам когда-нибудь снова понадобишься, я бы предпочел попросить тебя как следует. То есть ты можешь сказать "да" или "нет". Я не хочу, чтобы ты думал о нас как о врагах. Ты был невероятно полезен нам во многих случаях, Алекс, и мы благодарны. Ты понимаешь меня? Если когда-нибудь будет следующий раз, это будет твое решение ”.

Алекс кивнул. Он поднялся на ноги. “Ты знаешь, где меня найти”, - сказал он.

Джек ждал его снаружи. Было здорово видеть ее снова в ее собственной одежде, сидящей на скамейке и читающей книгу в мягкой обложке. Это было так, как будто она никогда не уезжала. Увидев его, она закрыла книгу, и они вдвоем запрыгнули в такси.

“Куда мы идем?” - Спросил Алекс.

“Ковент-Гарден”. Она дала инструкции водителю. “Как все прошло?” - спросила она.

“Они платят тебе пять миллионов фунтов”.

“Я знаю. Бен Дэниелс сказал мне. Я не собирался упоминать об этом при тебе. Я не был уверен, что ты скажешь ”.

“Я действительно доволен”.

“Мы поделимся этим”.

“Ты собираешься остаться?”

Джек выглянул в окно. Они свернули к Барбакану, большому многоквартирному дому на окраине восточного Лондона. “Давным-давно, еще до того, как мы отправились в Египет, я подумывала о том, чтобы уехать”, - призналась она. “Я не хотел тебе говорить, но ты знаешь, что моему отцу нездоровится. Мне казалось, что я тебе больше так сильно не нужен. И ты должен признать, что довольно странно, что мы двое живем вместе так, как мы живем ”.

“Все в моей жизни странно”, - сказал Алекс.

“Это может показаться безумием, Алекс, но когда я был взят в плен Разимом, а затем, когда появились братья Гримальди, часть меня думала, что меня наказывают за то, что я хотел оставить тебя одного”. Она остановила его, прежде чем он смог прервать. “Это не имеет значения. Я уже решил. Лондон теперь мой дом, и ты часть моей жизни. Если мне не придется так сильно заботиться о тебе, может быть, я смогу снова начать изучать право. Это причина, по которой я пришел сюда в первую очередь – и я, безусловно, могу позволить себе плату за обучение. Так что, если ты не хочешь избавиться от меня, может быть, я останусь рядом ”.

Алексу захотелось снова ее обнять. Но это было не так просто на заднем сиденье такси, и в любом случае, с него было достаточно всего этого. Пришло время двигаться дальше. “Куда мы идем?” - спросил он.

“Я думал, мы начнем с Apple Store. Ты потерял свой ноутбук на юге Франции, так что я куплю тебе другой. Тебе тоже нужно много новой одежды. Я знаю, что это скучно, поэтому мы также собираемся пообедать, а затем сходим в кино, а после этого ты должен встретиться со своими друзьями ”.

“Ты говорил с Бруклендом?”

“Они знают, что ты вернешься. Они не могут дождаться, чтобы увидеть тебя. Плохая новость в том, что они прислали кучу домашних заданий. ” Джек остановила себя, и на мгновение улыбка исчезла с ее лица. “Миссис Джонс. Что она сказала о тебе и МИ-6?”

“Она сказала, что с этого момента это был мой выбор”.

“Хорошо. Я не буду сожалеть, если мы больше никогда ее не увидим ”.

Такси завернуло за угол и продолжило свой путь на запад.

Она солгала ему.

Если ты нам когда-нибудь снова понадобишься, я бы предпочел попросить тебя как следует.

Если когда-нибудь наступит следующий раз, это будет твое решение.

Но она не сказала ему, что следующий раз уже был и что, хотя в это было трудно поверить, она уже нуждалась в Алексе Райдере.

Она достала папку из верхнего ящика своего стола и положила ее перед собой. На обложке было одно-единственное слово.

ПАСЛЕН

Она открыла его и посмотрела на черно-белую фотографию мальчика примерно возраста Алекса. Он был худым, с длинной шеей и беспокойными глазами, его волосы были подстрижены очень коротко, как будто он был солдатом – которым, в некотором смысле, он и был. К фотографии было приложено тридцать страниц машинописного текста с грифом "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО" на каждой. И снова ее взгляд упал на страницу, которую она читала как раз перед тем, как Алекс вошел в комнату. Это было написано сухим, будничным языком любого официального отчета, даже несмотря на то, что события, которые в нем описывались, были экстраординарными.

То, что объект был арестован после успешного (и экстраординарного) убийства нашего агента в Рио-де-Жанейро, было лишь чистой случайностью. Убийца явно был обучен по самым высоким стандартам, будучи опытным в ниндзюцу, Крав-мага, Муай-тай и, по крайней мере, трех других смертельных боевых искусствах. Он носил при себе несколько единиц смертоносного оружия (см. Пункт 37) и был ответственен за смерть еще четырех агентов после того, как его взяли под стражу.

У убийцы не было документов. На его одежде и личных вещах не было этикеток или чего-либо, что могло бы указать на страну их происхождения. Его отпечатки пальцев были удалены кислотой. Во время допроса, даже когда ему угрожали крайними мерами, он хранил молчание. Только благодаря его ДНК стала возможной положительная идентификация.

Убийцу зовут Фредерик Грей. Он сын сэра Уильяма и Кэролайн Грей. Ему пятнадцать лет. Его сочли погибшим в результате несчастного случая на лодке десять лет назад, и с тех пор его никто не видел. Его родители, конечно, были шокированы тем, что его нашли и представили ему (встреча записана) в охраняемой камере. Они оба были уверены, что он действительно их сын. Он, однако, не выказал никакого узнавания и не заговорил с ними.

Субъект в настоящее время содержится в нашем специальном учреждении в Гибралтаре. Он до сих пор отказывался от любой формы общения и остается чрезвычайно опасным. Его наблюдала команда психиатров, и в настоящее время они готовят подробный отчет. Их первое впечатление таково, что он “уникален”, “машина для убийства”.

Учитывая его возраст, его отношение, его оружие и тот факт, что он пропал без вести, предположительно мертв, большую часть своей жизни, мы считаем, что Фредерик Грей был завербован и обучен группой наемников, известной как Паслен.

"Паслен" в настоящее время является самой опасной организацией в мире. У него нет политических пристрастий или личных амбиций. Его интересуют только деньги. Она предоставила высококвалифицированный персонал для террористических актов в Мюнхене, Вашингтоне, Сингапуре, Париже, Брюсселе и Мадриде.

“”Паслен" было последним словом, сказанным нашим агентом в Рио перед смертью.

Мы рекомендуем немедленно предпринять действия, если мы хотим воспользоваться этой ситуацией. Уровни угроз в настоящее время достигли критического уровня, поскольку Intel предполагает, что Nightshade оказывает поддержку глобальной операции (см. Отчеты 7710514AH, 780595J и 215006CNB). Серый - это ключ, который может открыть Паслен. Мы должны двигаться немедленно.

Миссис Джонс закрыла папку и положила руку на обложку. Пятнадцатилетний мальчик, совершивший жестокое и эффективное убийство. Мальчик, который был готов умереть, чтобы защитить людей, которые его наняли, который ничего не сказал, который пропал десять лет назад. Ей нужно было послать кого-нибудь в Гибралтар, чтобы подобраться к нему поближе. Каким-то образом он должен был привести их к Паслену, пока не стало слишком поздно.

Кто лучше, чем Алекс Райдер?

Она бы отпустила его домой. Она даст ему время оправиться от ран ... но не слишком много времени. И, как она и обещала, она позволит ему решить, готов ли он сделать это для нее или нет.

Но она также знала, что не позволит ему сказать "нет".

OceanofPDF.com

ПРОЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ КНИГИ

ЭНТОНИ ГОРОВИЦА…

OceanofPDF.com

OceanofPDF.com

Энтони Горовиц - автор бестселлеров номер один по Алексу Райдеру и серии "Сила пяти". Он пользуется огромным успехом как писатель как для детей, так и для взрослых. Он был приглашен наследством Яна Флеминга написать роман о Джеймсе Бонде "Вызвать смерть", а его последний роман "Убийства сороки" стал бестселлером Sunday Times". Он получил множество наград, в том числе награду Ассоциации книготорговцев / Nielsen "Автор года", премию "Детская книга года" на Британской книжной премии и премию Red House Children's Book Award. Энтони также создал и написал множество крупных телесериалов, в том числе "Столкновение", "Новая кровь" и "Война Фойла", получившая премию BAFTA.

Вы можете узнать больше об Энтони и его работе на:

www.alexrider.com

@AnthonyHorowitz

OceanofPDF.com

ПРИВЕТСТВУЮ АЛЕКСА РАЙДЕРА:

“Взрывной, захватывающий, насыщенный действием – встречай Алекса Райдера ”.

Страж

“Горовиц - это чистый класс, стильный, но насыщенный событиями ... Быть Джеймсом Бондом в миниатюре намного круче, чем быть волшебником ”.

Daily Mirror

“Горовиц захватит тебя напряжением, дерзостью и наглостью – и это только первая страница! … Готовься к экшн-сценам так же быстро, как к фильму ”.

Времена

“Энтони Горовиц - лев детской литературы ”.

Майкл Морпурго

“Быстро и яростно ”.

Телеграф

“Идеальный герой ... подлинный материал 21-го века ”.

Daily Telegraph

“Придает новое значение фразе ‘насыщенный событиями” ".

"Санди Таймс"

“Фантазия любого скучающего школьника, только в тысячу раз смешнее, изящнее и увлекательнее ... Гениально”.

Независимый в воскресенье

“Идеальный эскапизм для всех мальчиков-подростков ”.

Времена

“Захватывающие романы Пейси.”

Financial Times

“Приключения Алекса Райдера понравятся как взрослым, так и детям … Гарри Поттер с отношением ”.

Daily Express

OceanofPDF.com

Титры Энтони Горовица

Серия "Алекс Райдер":

Разрушитель бурь

Точка Блан

Отмычка

Удар орла

Скорпион

Ковчег Ангела

Змеиная Голова

Крокодиловы Слезы

Восходящая Скорпия

Русская Рулетка

Никогда не говори Умри

Сила пяти (книга первая): Врата Ворона

Сила пяти (Книга вторая): Злая звезда

Сила пяти (книга третья): Ночной рассвет

Сила пяти (книга четвертая): Некрополь

Сила пяти (Книга пятая): Забвение

Дьявол и Его Мальчик

Бабульки

Грушем Грейндж

Возвращение в Грушем-Грейндж

Выключатель

Еще один Кровавый Горовиц

Книги Братьев Даймонд:

Мальтезер Сокола

Враг общества номер два

С юга на юго-Восток

Французское кондитерское изделие

Грек, который украл Рождество

Размытый человек

Я знаю, что ты сделал в прошлую среду

OceanofPDF.com

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и происшествия являются либо продуктом воображения автора, либо, если они реальны, используются вымышленно. Все заявления, действия, трюки, описания, информация и материалы любого другого рода, содержащиеся в настоящем документе, включены исключительно в развлекательных целях и не должны использоваться для точности или тиражирования, поскольку они могут привести к травмам.

Впервые опубликовано в 2017 году издательством Walker Books Ltd

Воксхолл Уок, 87, Лондон, SE11 5HJ

Текст No 2017 Stormbreaker Productions Ltd

Иллюстрация на обложке No 2017 Walker Books Ltd

Торговые марки Alex Rider™; Мальчик с логотипом факела™

No 2017 Stormbreaker Productions Ltd

Право Энтони Горовица быть идентифицированным как автор этой работы было заявлено им в соответствии с Законом об авторском праве, конструкциях и патентах 1988 года

Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена, передана или сохранена в информационно-поисковой системе в любой форме или любыми средствами, графическими, электронными или механическими, включая фотокопирование, пленку и запись, без предварительного письменного разрешения издателя.

Каталогизация Британской библиотеки в данных публикации:

запись каталога для этой книги доступна в Британской библиотеке

ISBN 978-1-4063-7796-5 (ePub)

www.walker.co.uk

OceanofPDF.com