Глава 20

Перед уходом я проверяю пещеру. Когда убеждаюсь, что кинжал всё ещё в безопасности, то возвращаюсь домой и проскальзываю в свою комнату, чтобы закончить сборы.

Джейс пишет мне, пока я складываю одежду и запихиваю всё в чемодан.

Джейс: Привет, извини, что приходится это делать вот так, но я не смогу встретиться с тобой утром. У меня есть кое-какие дела, а потом я должен быть на собрании Стражников.

Я: Тогда, может, сегодня вечером? Я могу подождать.

Джейс: Извини, я сейчас не дома.

Я разочарованно вздыхаю.

Я: Ты уверен, что просто не оттягиваешь время? Иногда с тобой такое случается.

Джейс: Клянусь, я правда не могу. И чтобы доказать это, я готов поехать в Вирджинию, чтобы мы могли провести там несколько дней и спокойно поговорить.

Я: Когда?

Джейс: Скоро. Обещаю.

Я: Хорошо. Если тебе нужно о чём-то поговорить, я всегда рядом.

Джейс: Я знаю. Ты хороший друг. Хотел бы я быть таким же отличным другом для тебя.

Я: Ты и так хороший друг. И всегда им был.

Джейс: Надеюсь, ты не передумаешь после того, как я тебе всё расскажу.

Я собираюсь написать ему в ответ, что, конечно же, напишу, когда приходит новое сообщение.

Джейс: Мне нужно идти. Я напишу тебе, когда точно буду уверен, что приеду.

Я: Хорошо. ПП (TTYL — talk to you later: поговорим позже).

Убираю телефон и сосредотачиваюсь на том, чтобы закончить сборы.

Бедняга Джейс. Что бы с ним ни происходило, он волнуется, что я каким-то образом осужу его. Я бы никогда так с ним не поступила. Но мне интересно, знает ли об этом кто-нибудь из Стражников. Я сомневаюсь в этом, иначе он не отправился бы на задание. На самом деле, его могут исключить из общества или, что ещё хуже, причинить вред.

— Мне так жаль, что ты не можешь остаться подольше. — Моя бабушка входит в комнату, когда я застёгиваю молнию на своём чемодане. — Но думаю, что это к лучшему. Я знаю, твой дедушка не хотел бы, чтобы ты ввязывалась в эту историю.

— Все так говорят. — Я прислоняю чемодан к изножью кровати. — Бабушка, когда ты сказала, что дедушка перед смертью общался с плохими людьми, кого ты имела ввиду?

— О, милая, я не хочу, чтобы ты думала об этом. — Она убирает волосы с моих глаз, как делала, когда я была ребенком. — Не хочу, чтобы проблемы твоего дедушки становились для тебя обузой.

— Я помогаю с его делом, — говорю я ей. — И всё, что ты можешь рассказать, непременно пригодится.

Она недовольно поджимает губы.

— Уверена, что хочешь этого? Может быть, лучше поручить это кому-нибудь другому.

Я качаю головой.

— Я должна это сделать. Это важно.

Она вздыхает, опуская руку.

— Думаю, что отчасти понимаю, но пообещай, что будешь осторожна. Люди, с которыми он общался… Думаю, они были опасны.

Я плюхаюсь на край кровати и вытягиваю ноги.

— Так ты знаешь, кто они?

Она садится рядом со мной и смотрит на тыльную сторону своих ладоней.

— Я встречалась с ними всего однажды, они никогда не называли имён. Выглядели как обычные люди, но на них была странная метка, похожая на змею, свернувшуюся сзади кольцом.

— Никогда раньше не видела такой, — говорю я. — Но могу поспорить, что в записях Стражников что-то подобное было.

— Я уже проверяла и ничего не нашла. Я случайно подслушала телефонный разговор между этими людьми и твоим дедушкой. Не уверена, о чём именно шла речь, но я чётко слышала, как он упоминал что-то о войне.

Моё сердце бешено колотится в груди.

— Я тоже слышала, как дедушка упоминал о войне. Довольно часто в моих снах.

Её внимание переключается на меня.

— Он приходил к тебе во сне?

— Не уверена, но думаю, да. То есть… Мне казалось, что это происходит наяву. — Я подумываю о том, чтобы сказать ей, что мне показалось, будто я видела его в лесу, но тогда пришлось бы объяснять, что я там делала.

— Я не знаю, что сказать. Хождение по снам запрещено. Если Провидцы узнают… — её плечи опускаются, когда она вздыхает. — Ну, полагаю, это не имеет особого значения. У него и так уже достаточно неприятностей. — Она поворачивается ко мне лицом. — Сколько раз он это делал?

— Пару раз до своей смерти и один раз после. — Я чешу затылок. — Он продолжает предупреждать меня о войне и о чём-то, что называется «элект».

У неё на лбу появляется морщинка.

— Да, твоя мама спрашивала меня об этом. Хотела бы я знать, кто они такие.

— Я не уверена, «кто» это или «что». Он так и не сказал. Только то, что я в опасности, а потом отмахнулся. — Я откидываюсь на локти. — Я тщательно изучила это слово, но ничего не нашла. Почти уверена, что Джекс — мой вроде как наставник в Академии — знает, что это такое, но не говорит. Я найду способ вытащить это из него. Мне просто нужно найти его слабое место.

— Хм… Возможно, я знаю, как это сделать… — не закончив фразу, она встаёт и выбегает из комнаты.

Озадаченная, я встаю и следую за ней в комнату для гостей, где она провела последнюю неделю. Когда вхожу, она роется в верхнем ящике комода.

— Твои родители убили бы меня, если бы узнали, что я отдаю тебе это. — Она бросает на пол несколько рубашек и пар брюк, затем достаёт из ящика коробку размером с кольцо. — Но, учитывая, что ты можешь быть в опасности, — она поворачивается ко мне, сжимая коробку в руке, — я действительно думаю, что ты должна знать, с чем имеешь дело. — Она протягивает руку, призывая меня взять коробку.

— Что это? — я беру коробочку у неё из рук и поднимаю крышку. — Кольцо? Я протягиваю руку, чтобы забрать его, но она отталкивает её.

Затем постукивает по серебряному ободку кольца.

— Не забудь! Прикасаться только к серебряной части, пока не наденешь его на палец. Если прикоснуться к рубину, в конечном итоге раскроешь свои секреты любому, кто согласится выслушать.

— Погоди. — Я ошеломлённо моргаю, глядя на неё. — В нём сыворотка правды?

Она кивает.

— Достаточно провести рубином по коже Джекса, и ты сможешь вытянуть из него всю правду.

Мой желудок сжимается от чувства вины.

— Мне кажется неправильным манипулировать им подобным образом.

— Скажу так, пока ты получаешь от него только то, что тебе нужно, ты не виновата. — Когда я всё ещё не до конца верю ей, она настаивает: — Алана, я никогда не была сторонницей, чтобы лишать кого-либо свободы воли, но пока мы не выясним, что происходит, то никогда не сможем очистить имя твоего дедушки и раскрыть его сущность. К тому же, если он думает, что ты в опасности, нам нужно узнать об этом «электе» как можно больше.

Я понимаю, к чему она клонит, но всё равно чувствую себя немного виноватой, используя кольцо.

— Значит, ты всё равно будешь искать его сущность, даже после того, как королева предупредила тебя не делать этого?

— Разумеется. Твой дедушка был любовью всей моей жизни, я очень надеюсь, что однажды наши души воссоединятся, но этого не произойдёт, если его не похоронят должным образом.

Я захлопываю крышку коробки.

— Хорошо, я сделаю это.

Не понимаю, как сильно она хочет, чтобы я это сделала, пока на её лице не появляется облегчение.

— Ты скажешь мне, если что-то узнаешь? — спрашивает она.

— Я позвоню тебе, как только всё прояснится. — Я засовываю коробочку в задний карман своих полосатых пижамных штанов. — Кстати, откуда у тебя это кольцо? Разве сыворотка правды не редкая штука?

— Я нашла его на днях, спрятанным среди старых хрустальных шаров твоего дедушки. Я не уверена, как давно оно у него и откуда, но подумала, что должна сохранить его на всякий случай. — Она о чём-то размышляет. — Странно, что так быстро нашла ему применение. Словно он знал, что оно нам понадобится.

Я киваю, полностью соглашаясь с ней. И правда, очень странно.

Такое ощущение, что мой дедушка всё ещё где-то рядом, наблюдает за нами.