Внимание!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Оригинальное название: Forever Us by Caylie Marcoe

Название на русском: Кайли Маркоу, «Навсегда мы»

Серия: Экстремальный холостяк #1,5

Переводчик: Юлия Цветкова

Редактор: Kseny

Вычитка: Kseny

Обложка: Екатерина Белобородова

Оформитель : Юлия Цветкова

Переведено специально для группы:

https://vk.com/book_in_style

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Глава 1

Петь песни на диване, глядя на рождественскую ёлку и украшения, стоящие на камине, странно. Все в этом Рождестве странно.

Никак не могу привыкнуть к мысли, что этот дом мой.

Ну, наш. Наверное, мне стоит начать вовлекать Трэвиса во всё это. Для нас всё это непривычно. Мы с Трэвисом купили его три месяца назад. Я должна была бы уже привыкнуть к мысли, что мы будем жить вместе, но это трудно. Возможно, то, что мы проводим в поездках девять из двенадцати месяцев не очень-то и помогает. Даже то, что теперь мы снимаем один номер на двоих, не помогает тому, что мы живём вместе.

Думаю, проблема в том, что мы с Трэвисом достаточно долго жили одни. Когда мы съехали из родительских домов, то переехали в квартиры. Одни.

Каждый из нас девять лет жил в одиночку. Ну, насколько это возможно при путешествиях в полгода. Когда вы переезжаете к кому-то, кто так долго жил один, сожительство становится напряжённым. Например, когда Трэвис настаивает на том, чтобы положить зубную пасту в ящик, а я хочу, чтобы она оставалась на раковине. Нет, серьёзно, ты используешь её минимум два раза в день, почему она не может оставаться снаружи ящиков?

Не поймите меня неправильно, я люблю этого человека. Я люблю просыпаться с ним каждое утро. Наслаждаюсь нашими совместными ужинами. Обниматься на диване — это, наверное, моё самое любимое занятие в мире.

Ну ладно, секс — самое моё любимое занятие в мире, но вы не захотите слушать, как я говорю о сексе с Трэвисом.

На самом деле это всего лишь мелочи, над которыми мы работаем. Надеюсь, скоро я привыкну к мысли, что мы теперь живём вместе. Я имею в виду, что мне, вероятно, следует привыкнуть к этой мысли, так как в эти выходные я стану его женой.

Да. Жена.

Как раз тогда, когда я уже привыкла к тому, что он представляет меня как свою невесту, мы переходим к следующему этапу. Что, опять же, не должно быть странным, поскольку мы помолвлены уже больше года.

Я просто странная. Вся эта история с «хренью про лучшего друга» заняла у меня слишком много времени, чтобы прийти в себя. Может, это из-за того, как мы все начали?

На этом дурацком шоу. Если бы у нас было нормальное начало, я, вероятно, приняла бы более спокойно все эти жизненные перемены.

Наверное, нет, но мне нравится так думать.

— Ты опять об этом думаешь. — Трэвис стоит в дверях, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди.

— О чем? — прикидываюсь дурочкой я. Этот парень знает меня лучше, чем я сама.

— Ты жевала губу последние две минуты. — Он делает три больших шага и оказывается рядом с диваном. — Перестань думать о том, что мы живём вместе. — Он садится рядом со мной, прижавшись свои боком к моему. — Или о свадьбе. Или о том, что делаешь все эти вещи со своим лучшим другом.

— Ненавижу, насколько хорошо ты меня знаешь, — раздражённо говорю я.

— Нет. На самом деле ты любишь это. — Его рука медленно обвивает мою талию, притягивая меня ещё ближе. Я уже почти сижу у него на коленях.

— В данный момент я, возможно, готова отменить свадьбу.

— Ты этого не сделаешь, — говорит он. — А если и так, я бы отвёл тебя в нашу комнату и доказал, почему ты хочешь остаться здесь, со мной.

— Пять минут должны изменить моё мнение? — Я хихикаю, когда его хватка сжимается вокруг моей талии, и издаю слабый вздох, когда он переворачивает меня так, что теперь я сежу на нем верхом.

Черт. Я не ожидала, что окажусь в таком положении.

— Куколка, ты же знаешь, что это займёт больше пяти минут. — Он наклоняется и целует меня прямо в шею под ухом.

В этом месте. Месте, поцелуй в которое заставляет меня невольно задыхаться каждый раз. Месте, куда он всегда целует, когда хочет победить.

Парень грязно играет.

И мне это нравится.

Я выгибаю шею, чтобы дать ему больше доступа. Огонь пробегает по моему животу, моя голова уже затуманена похотью.

Какая нелепость, как быстро Трэвис может меня завести. От нуля до шестидесяти за четыре секунды. Я виню в этом всю накопившуюся сексуальную энергию между нами с шестнадцати лет.

Он медленно проводит рукой по моему боку, упираясь в грудную клетку. Его большой палец касается нижней части моей груди.

Я вздрагиваю, прижимаясь к нему. Мои руки скользят вверх по твёрдым мышцам его рук, сжимая бицепсы. Они сокращаются под моими руками, и я не могу остановить тихий смешок, который срывается с моих губ. Трэвис заставляет меня замолчать, захватывая мой рот своим.

Поцелуй жёсткий и горячий. Его язык быстро скользит по моим губам, и прежде чем я успеваю это осознать, он уже у меня во рту. Мой язык переплетается с его языком, когда его рука движется дальше вверх, обхватывая мою грудь. Стон проходит между нашими губами. Я не уверена, его это или мой, но мне все равно. Мои бедра вжимаются в его по собственной воле.

Моё тело отключилось от мозга и делает все, что хочет.

Чертовски приятное чувство.

Я знаю, что не должна этого делать. Я не должна позволить ему победить таким образом. Тейлор будет здесь в любую секунду, чтобы помочь с последними декорациями для свадьбы.

Да, действительно не стоит думать о Тейлор, пока Трэвис гладит мою грудь.

Я отстраняюсь от поцелуя, но губы Трэвиса остаются на моих.

— Трэв, — бормочу я в его губы. Мои руки перемещаются от его бицепсов к груди, пытаясь слегка оттолкнуть.

Он воспользовался моим положением и перевернул меня так, что моя спина оказалась на подушках дивана. Он навис надо мной на мгновение, прежде чем скользнуть коленом между ног. Трэв хватается за край рубашки и стягивает её через голову. Через секунду она уже на полу, а он тянется ко мне.

Стоп, Райли. Стоп!

Не хочу, чтобы вошла Тейлор, когда мы делаем это на диване.

Не раздумывая, я поднимаю руки и колени перед собой. К большому разочарованию Трэвиса, он натыкается на одну из моих ног, и моё колено непосредственно соприкасается с его промежностью.

— Черт! — шипит он и падает обратно на диван, сжимая свое достоинство.

— О, Трэв, — я морщусь, — мне жаль. — Я кусаю губы, чтобы не рассмеяться. Я знаю, что ему больно, но по какой-то причине мне очень смешно.

— Да, выглядишь виноватой, — обижается Трэвис, потирая штаны. — Если ты не хотела этого, могла просто сказать «нет».

— Ты бы и слушать не стал, — парирую я в ответ.

Трэвис одаривает меня своей фирменной ухмылкой и медленно возвращается ко мне.

— Нет, Трэвис. У тебя проблемы с кратковременной памятью? Слишком много сотрясений? Разве ты не помнишь, что только что произошло? — Я указываю на его промежность и спрыгиваю с дивана, когда он не прекращает сокращать расстояние между нами.

— Райлз, давай! Прошла целая неделя. — Его локти упираются в колени, а руки трут лицо.

— Скорее две ночи, — усмехаюсь я. Неужели он забыл?

— Райлз, я мужчина. Две ночи кажутся мне долбанным месяцем, — стонет он в свои руки.

Я закатываю глаза, прежде чем снова сфокусироваться на Трэвисе.

— Перестань быть ребёнком. У нас много дел.

Трэвис снова стонет, поднимая с пола рубашку и натягивая её, прежде чем откинуться на спинку дивана.

— Парень, все, что тебе нужно сделать, это собрать своих шаферов и примерить смокинги. Настолько трудная задача? — Я скрещиваю руки на груди, ожидая его ответа.

— Было бы проще, если бы мы переспали перед отъездом, — бормочет он.

— Серьёзно? Не думаю, что Тейлор понравится видеть, как твоя белая задница скачет на мне. — И тут же раздаётся лёгкий стук в дверь.

— Тук-тук. Где вы, тошнотворно милые голубки? — Голос Тейлор заполняет прихожую.

— Видишь? — Я указываю на дверь как раз в тот момент, когда появляется Тейлор.

Теперь очередь Трэвиса закатить глаза, когда он вскакивает со своего места и шагает ко мне. Он наклоняется, запечатлевает поцелуй на моих губах, а затем приближается губами к моему уху.

— Не переусердствуй сегодня, потому что вечером я планирую измотать тебя. — Его губы прижимаются к этому проклятому месту, и мои колени почти подгибаются. Он отступает, и я замечаю, как он мне подмигивает, прежде чем попрощаться с Тейлор и направиться к двери.

— Что это было? — спрашивает Тейлор, пристраивая свою сумочку на кофейный столик.

Этот парень играет так грязно.

— Трэвис такой Трэвис, — говорю я, обмахиваясь рукой, как веером.

Тейлор ухмыляется, точно зная, что только что произошло. В конце концов, она же встречается с одним из братьев Грейсонов.

Глава 2

Зимняя свадьба — это не моя идея, но Трэвис всегда берет отпуск на три недели в конце декабря. Никаких мероприятий, интервью, путешествий, ничего. Так что это было действительно единственное логичное время для свадьбы.

Плюс большая часть семьи приезжает домой на праздники. Мы все стремились к тому, чтобы нам было как можно удобнее.

Честно говоря, я никогда не была той девушкой, которая мечтала о своей свадьбе в детстве. И теперь, когда мне пришлось её планировать, я понятия не имела, чего хочу и что делать.

Слава богу, Тейлор помогла.

Единственное, чего я точно хотела, так это чтобы это была маленькая, приватная свадьба. Трэвис знает много людей. И хотя он называет их знакомыми, я называю их незнакомцами. Я не хочу, чтобы там был кто-то, кроме членов семьи или очень близких друзей. Мысль о том, что кто-то тайно запишет свадьбу и продаст видео или фото какому-нибудь журналу, не выходит у меня из головы.

Думаю, мне не нужно упоминать, как сильно я не люблю СМИ. Наши отношения начались на шоу, но будь я проклята, если наша свадьба будет доступна для всеобщего обозрения.

— Итак, с чего начнём? — спрашивает Тейлор, вырывая меня из мыслей.

— Не знаю. Я думаю, сегодня нам нужно заняться украшениями в центре. Цветы будут в пятницу, так что на самом деле мы мало что можем сделать. Но серьёзно, в пятницу все, чем я хочу заниматься — это цветы. — Я иду впереди неё по коридору и спускаюсь по лестнице в подвал, который был обставлен как штаб-квартира для свадьбы.

— Это, наверное, единственное, что ты сможешь сделать в пятницу. В конце концов завтра твой девичник, — со смехом напоминает мне Тейлор.

— Я же говорила тебе, что всё должно пройти в узком кругу! — Я оборачиваюсь и вижу огромную ухмылку на её лице. — О, боже, что ты наделала?

— Ничего! — Тейлор поднимает руки перед собой, пытаясь успокоить меня. – Ничего особенного. Но ты ничего не говорила о количестве выпитого алкоголя.

Я стону.

— Чейз оставил на тебе след самым худшим из возможных способов.

Тейлор разражается громким смехом, хватаясь за живот и хватая ртом воздух. Я жду мгновение, пока она возьмёт себя в руки. Наконец она встаёт и вытирает слезы с глаз.

— Ты сформулировала это ужасно, — хихикает она.

Я не буду ухмыляться. Я не буду ухмыляться. Я не буду... Чёрт.

Уголки моих губ приподнимаются, и я чувствую, как смех подкатывает к горлу. Я проглатываю его и поджимаю губы. Я не признаю сделанный мной комментарий смешным.

— Знаешь, у тебя это ужасно получается. Ты сейчас с трудом сохраняешь невозмутимое выражение лица. Я должна это сфотографировать, этот взгляд позабавил бы всех на Фейсбуке. — Она лезет в карман за телефоном, но я хлопаю её по руке, прежде чем она успевает схватить смартфон.

— Вообще не смешно. — Я упоминала о своей проблеме со СМИ? Я указываю на сотни баночек в коробках, расставленных по полу. — За это я заставлю тебя делать грязную работу.

Мы подходим к единственному образцу центрального элемента, который Тейлор сделала ранее на этой неделе. Не то что бы я поручала ей грязную работу, скорее я давала ей работу, которую она умеет делать без ошибок, в то время как я бы всё просто испортила.

Вы можете спросить, насколько сложно просто приклеить ткань, ленту и верёвку вокруг банки. Ну, если вы хотите, чтобы клей вытекал по краям и все было криво, тогда вам нужна я. Но хотя я и не рукодельница, я довольно требовательна к вещам. И тут на помощь пришла Тейлор.

Она суперхитрый человек.

Вчера мы обе допоздна не спали, вырезая все по размеру, так что сегодня ей осталось только приклеить все горячим клеем, пока я буду укладывать речные камни или песок на дно. Кое-куда мы добавим свечи, а остальные банки наполним водой и цветами в пятницу.

Глядя на сотни баночек, я задаюсь вопросом, почему решила сделать все своими руками. Количество работы, которую мы с Тейлор вложили в эту свадьбу, просто смехотворно. Я с ужасом жду того дня, когда Тейлор обручится, и мне придётся отплатить за услугу.

Я ставлю одну банку на стол и сажусь рядом с Тейлор. Она берет первую банку и принимается за работу, запуская свою собственную линию сборки. Я с благоговением наблюдаю, как она клеит, прикрепляет ткань, снова клеит и прикрепляет ленту или верёвку. При этом её пальцы действуют механически, и к тому времени, как я отвожу глаза, она заканчивает четвертую.

Я беру пульт, лежащий на столе, и включаю музыку. Затем беру готовую банку и начинаю наполнять её речными камнями.

Работа монотонная, и часы пролетают незаметно. Мы делаем половину, прежде чем заказать китайскую еду на обед. После перерыва, во время которого мы наслаждаемся лососем и курицей с карри, мы работаем ещё несколько часов, доделывая остальные банки.

Когда я заканчиваю насыпать песок в последнюю, то слышу смех наверху.

— Похоже, Трэв вернулся, — говорю я, вытягивая руки над головой и наклоняясь из стороны в сторону.

— Чейз тоже здесь, у нас планы на ужин. — Тейлор встаёт и скрепляет руки в замок, вытягивая их перед собой.

Мы с трудом поднимаемся по лестнице. Парни на кухне, пьют пиво, прислонившись к стойке, и смеются над чем-то, что сказал один из них.

— Я бы не отказалась от одного. — Я беру бутылку Трэвиса, которая была на полпути к его губам, и делаю глоток.

— Что? Ты даже не любишь пиво. — Трэвис хмурится, когда я возвращаю ему пустую бутылку.

— Она только что потратила часы, работая над свадебными украшениями. Я удивлена, что у неё ещё не взорвалась голова, — говорит Тейлор, пока Чейз помогает ей надеть пальто.

— Теперь ты можешь идти, — говорю я сквозь зубы. Тейлор просто смеётся и подходит ко мне, кладёт руку на плечо и притягивает к себе.

— Не унывай, детка. Мы закончили с декором до пятницы. Завтра будем веселиться всю ночь напролёт. Это один из последних вечеров, когда ты будешь незамужней девушкой.

Это вызывает у меня дрожь, и я бегу к холодильнику за ещё одним пивом.

— Идея выйти за меня замуж тебя так сильно отталкивает? — Трэвис смотрит на пиво, которое я пью большими глотками, и его бровь приподнимается.

Алкоголь ударяет мне прямо в голову. Я ставлю пиво на стол и медленно подхожу ближе, пока не оказываюсь грудь к груди с Трэвисом.

Моя рука покоится на твёрдых мышцах его живота, и я смотрю на него снизу вверх, прикрыв глаза.

— Ты знаешь, что ничто в тебе меня не отталкивает.

Трэвис высовывает язык и облизывает нижнюю губу, прежде чем зажать её между зубами. Да, нам нужно быть в постели наверху прямо сейчас.

— Э-э, похоже, мы задержались с визитом, Тэй. — Я слышу, как Чейз говорит, но мои глаза сосредоточены только на мужчине передо мной.

— Да, давай убираться отсюда, пока он не уложил её на стойку, — говорит Тейлор, пока они быстро шаркают по коридору.

Стойка, почему я об этом не подумала?

Трэвис действует быстро, как только за ними закрывается дверь. Через несколько секунд я сижу на стойке, Трэвис у меня между ног. Его рот пожирает мой, пока он быстро снимает наши рубашки. В следующее мгновение его брюки спущены, и он принимается расстёгивать мои. Я приподнимаю свою задницу, чтобы помочь ему снять их, и вот мы оба здесь, на нашей кухне, в одном нижнем белье.

Да, мы точно сделаем это на стойке.

Глава 3

Я смотрю вниз на ужасную ленту, перекинутую через мою грудь. На ней крупными буквами написано «Невеста». Как будто кому-то нужно знать, что я невеста. Тейлор настояла, чтобы я надела платье. Но не любое платье. Нет, платье, в котором я бы выделялась.

Как будто я этого хотела!

Простое платье белого цвета, но очень короткое, слишком обтягивающее и без бретелек. Оно отделано белым кружевом и с рукавами в три четверти.

Оно действительно милое, но я не скажу об этом Тейлор. Я просто рада, что у него есть рукава, так что мне не придётся его поправлять весь вечер. Хотя у меня такое чувство, что я буду тянуть подол вниз всю ночь. Тейлор подобрала к нему десятисантиметровые вишнёво-красные туфли на каблуках.

Я убьюсь на них, уверена в этом.

По крайней мере меня не украшали ожерелья и кольца с пенисами, как обещали несколько моих подружек невесты. Тейлор помешана на классных девичниках.

Я почувствовала себя виноватой, потому что когда состоится её девичник, то это будет самая низкопробная вечеринка в истории.

Много соломинок в виде пенисов!

Тейлор и остальные подружки невесты, Сара, Лив и Ханна, одеты в тёмно-зелёные платья, усыпанные блёстками. У их платьев рукава тоже три четверти, что очень мило. Сегодня не придётся мёрзнуть. Я хотела бы разозлиться из-за того, что их одежда сшита из намного большего количества ткани, но они такие очаровательные, что я не могу по-настоящему расстраиваться.

Я до сих пор понятия не имею, куда мы собрались, но Тейлор уверяет меня, что это скромное место. Трэвис заставил нас взять напрокат машину, и это прекрасно, потому что я хочу, чтобы все мои девочки наслаждались вечером и не беспокоились о том, кто отвезёт нас домой.

Через тридцать минут после того, как я села в машину, она остановилась перед новым высококлассным клубом «Audace». Он открылся всего несколько месяцев назад, но я там никогда не была.

Честно говоря, мы с Трэвисом не любители ходить по клубам.

— Скромно, да? — спрашиваю я Тейлор, когда мы выходим из машины.

Она кивает и берёт меня за руку.

— Да, Чейз водил меня сюда на открытие. А ты знаешь, насколько я увлечена клубной жизнью. — Она тянет меня по тротуару к вышибале.

— Тейлор, вечеринка для пяти человек, — говорит она. И я смеюсь. Ничего не могу с собой поделать, но «вечеринка для пяти человек» испортила всё. Вышибала подозрительно смотрит на меня, но затем замечает моё платье и ленту и ухмыляется.

— Дамы, удостоверения личности, пожалуйста. — Он смотрит все наши документы, а затем пропускает через ограждение в виду красных бархатных верёвок. Мы проходим в гардероб и отдаём нашу верхнюю одежду девушке за стойкой. Как только наши номерки оказываются у нас в руках, мы проходим через французские двери.

Снаружи помещения находятся небольшие уголки с диванами, столиками и прозрачными кремовыми драпировками, создающими ощущение уединения. В центре помещения находится большая круглая барная стойка. Небольшие столики в разброс стоят в остальной части помещения, но по большей части помещение — это просто открытый танцпол.

Музыка пульсирует через тонкую линию динамиков, расположенных под потолком. Несколько человек танцуют на импровизированной танцплощадке в глубине зала, но большинство людей стоит вокруг, общаясь.

Тейлор разговаривает с вышибалой, стоящим у двери, и тот жестом приглашает нас следовать за ним. Он ведёт нас через помещение к одной из небольших приватных зон отдыха и отодвигает для нас пятерых занавеску.

— Я позову официантку, чтобы она приняла ваш заказ на напитки, — говорит он, прежде чем исчезнуть.

— Да, я могу к этому привыкнуть. — Я опускаюсь на бархатный диван, сопротивляясь желанию закинуть ноги на стол.

В платье, Райлс.

Официантка, оказавшаяся миниатюрной блондинкой, легко проскальзывает сквозь шторы и выдаёт улыбку мощностью в сто ватт.

— Добро пожаловать в «Audac», дамы. Я вижу, сегодня вечером вы празднуете девичник, — говорит она, разглядывая мою ленту. Мои губы едва растягиваются в слабой улыбке. Это то, чего я не хотела. Чтобы люди весь вечер узнавали или поздравляли меня. Это привлекает внимание, а поскольку это небольшой город, то шансы быть узнанной как «та девушка из «Холостяка», которая влюбилась в своего лучшего друга и разбила ему сердце» относительно высоки.

— Что ж, поздравляю. Первая порция выпивки за счёт заведения. Итак, чего бы вы хотели?

Я благодарю её и выпаливаю свой заказ, остальные следуют моему примеру. Официантка снова улыбается, прежде чем уйти.

— Здесь мило, — говорит Тейлор, покачивая головой взад-вперед в такт музыке.

Мне неприятно это признавать, но она права. Здесь тише, чем я ожидала, и на танцполе не происходит никакой суеты. Мне понравилась идея просто пообщаться со своими девочками и провести спокойный вечер.

Прежде чем кто-либо успевает ответить, официантка возвращается к нам с подносом, полным напитков.

— Вот, девушки, — говорит она, ставя напитки на стол. — Меня зовут Мэриэнн, если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, нажмите кнопку на стене позади вас. — Говоря это, она указывает на меня.

Я поворачиваю голову и вижу маленькую кнопку в рамочке вперемешку с картинами на стене.

— Она подсветит лепнину над вами. Я смогу увидеть это из любой точки комнаты, так что мне не потребуется много времени, чтобы добраться до вас. — Она отступает и задёргивает ткань. — Ещё раз поздравляю и желаю повеселиться сегодня вечером. — И официантка уходит.

Мы все вытягиваем шеи вверх, чтобы увидеть верхнюю часть закрытой части. Штора висит между двумя кусками лепнины, образуя квадрат вокруг зоны нашего отдыха. Если посмотреть на пространство рядом с нами, то на внешней части есть небольшой выступ, на котором находится верёвочный светильник.

— Круто, — выдыхает Ханна.

— По крайней мере нам не придётся её искать, — говорю я и хватаю свой крепкий сидр.

— Итак, что теперь? — спрашивает Лив.

Мы смотрим друг на друга. Тейлор пожимает плечами, давая понять, что не думает о чём-то большем, чем просто быть здесь. Хотя я была не против просто поболтать со своими друзьями.

— Правда или действие! — кричит Сара.

— Нет! — кричим одновременно Тейлор и я. Мы смотрим друг на друга и разражаемся смехом. Три другие девушки просто пялятся на нас, как будто мы сошли с ума. Последний раз, когда кто-то из нас играл в эту игру, был в шоу. И я действительно не хотела воскрешать ни одно из этих воспоминаний.

— Ладно, как насчёт «Я никогда не...»? — Сара морально готовится к тому, что мы снова накричим на неё, но ничего не происходит.

Все девочки смотрят на меня, и я пожимаю плечами.

— Конечно, давай.

— О, позволь мне начать первой! — восклицает Тейлор. Я поворачиваюсь к ней и хочу сбежать из этого клуба, увидев улыбку на её лице.

Эта ночь будет долгой.

— Я никогда не занималась сексом на кухонном столе. — Она изо всех сил старается подавить усмешку, но я все равно вижу, как уголки её губ приподнимаются.

Дурочка!

Я подношу сидр к губам и делаю большой глоток. Если бы мы играли в эту игру два дня назад, я бы сейчас не пила. Чёрт бы побрал её за то, что она владеет секретной информацией.

Тейлор разражается смехом, а другие девушки просто смотрят на меня широко раскрытыми глазами.

— Что? — Я пожимаю плечами. — Мы потом всё убрали!

Это вызывает у девочек ещё больше смеха. Ага. Долгая ночь.

— Хорошо, моя очередь, — говорю я. — Я никогда в жизни не била человека по лицу.

Все девушки устремляют на меня скептические взгляды. Брови каждой из них приподняты.

— Что? Возможно, я часто это говорю, но никогда не делала!

Но я знала, что Ханна сделала это ещё в наши школьные годы, поэтому я выжидающе смотрю на неё. Она неохотно делает глоток.

— Это было давно, — бормочет она поверх края своего бокала.

— Но было. — Я ухмыляюсь и уворачиваюсь от руки, которая тянется, чтобы ударить меня. — Смотрите! Насилие!

Ханна только качает головой и продолжает:

— Я никогда не участвовала в реалити-шоу знакомств.

— Это слишком просто! — Тейлор стонет и делает глоток своего напитка.

Я тоже делаю ещё один глоток.

— Да, это было довольно неубедительно. — Мне снова приходится уворачиваться от её руки. — Серьёзно, тебя выгонят с моей свадьбы!

— Ты не сможешь найти мне замену, — самодовольно говорит она. Конечно, она была права. Но я и не хотела искать никого другого. Она была моей подругой слишком долго, мы были привязаны друг к другу. И я знала её порочные привычки.

— Моя очередь, — говорит Сара. — Я никогда не целовалась со своим лучшим другом.

Все взгляды снова устремлены на меня, на их лицах глупые ухмылки. Они сговорились против меня, я это знала.

Я делаю ещё один глоток из своего бокала и замечаю, что Лив наклоняется, чтобы нажать кнопку и заказать ещё напитков. Да, вечер обещал быть долгим.

Мэриэнн появляется секунд через пять и принимает новый заказ. Я решаю заказать ещё два сидра, поскольку знаю, в какую игру играют эти девушки. Я мгновенно опьянею.

— Я никогда, — начинает Лив, — не планировала собственную свадьбу.

— Это нечестно! Вы, девочки, ещё даже не помолвлены! — ворчу я, допивая остатки своего сидра. Эти девчонки ведут нечестную игру.

Мэриэнн возвращается с напитками и уносит бокалы, прежде чем снова исчезнуть.

— Моя очередь, — говорю я, прежде чем кто-либо ещё успевает заговорить. — Я никогда не дружила с девушкой по имени Райли.

Они все стонут и жалуются на то, какая Райли отстойная, но я рада видеть, как они все пьют. Если они собираются играть так, чтобы заставить меня пить после каждого вопроса, то я собираюсь придумывать самые глупые, чтобы заставить выпивать их.

Я тоже могу играть грязно.

Каким-то образом мы проводим следующие два часа, играя в «Я никогда не...». В итоге я выпиваю шесть крепких сидров. Я определённо была крайне возбуждена и от всей души получала удовольствие. Девочки тоже были в восторге благодаря тому, что после каждого их вопроса я вставляла свой.

На самом деле это, возможно, мой самый любимый девичник.

Ну, он будет моим единственным, но я была на нескольких раньше, и они были слишком дикими на мой вкус.

— Думаю, мне нужно поесть, — стонет Лив и потирает живот.

Я смотрю на пустые стаканы и бутылки, расставленные вдоль стола, и киваю головой в знак согласия.

— Я думаю, нам всем не помешало бы перекусить, — говорю я, потягивая воду.

— Хотите взять что-нибудь здесь? Или пойти куда-нибудь? Я не совсем уверена, что у них есть в меню… — Тейлор наклоняется вперёд и хватает меню, лежащее посередине стола.

— Я хочу что-нибудь жирное, — говорит Сара.

— О, тако! — восклицаю я и с трудом поднимаюсь. — Нам нужны тако. Нам нужно найти тот самый грузовик с тако. Как он называется? — Я пытаюсь вспомнить название, но Ханна уже ищет его в своём телефоне.

— «В погоне за тако», находится на пересечении Нью-Йорк авеню и десятой улицы.

— Да! Тако! — Я поднимаю кулак в воздух и направляюсь к выходу из нашей зоны в сторону гардероба.

— Жируешь перед свадьбой? Я уверена, Трэвис с удовольствием женится на толстухе.

Я застываю, как вкопанная. Я знаю этот голос. Я не слышала его вечность, и теперь от него у меня закипает кровь. Медленно поворачиваюсь на каблуках и смотрю в лицо девушке, из-за которой прошла через ад два года назад.

— Какого черта ты здесь делаешь, Ники? — огрызаюсь я. Из того, что я знала, она все ещё живёт в Чикаго, так что то, почему она оказалась в Северном Висконсине, выше моего понимания.

— Меня пригласили на свадьбу. — Она закатывает глаза, открывает свой клатч, достаёт листок бумаги и протягивает его мне.

— Не слушай её, Райлз, — говорит Тейлор, дёргая меня за руку.

Я ничего не могу с собой поделать, опускаю взгляд на бумагу. Конечно же, это приглашение, которое мы кропотливо составили вместе с Трэвисом.

— Где, черт возьми, ты это взяла? — Я собираюсь предъявить ей обвинение. Не могу сейчас иметь дело с этой сумасшедшей сукой.

— А ты как думаешь? Ты действительно полагаешь, что Трэвис остепенился сейчас, когда ты у него в постели? — Ники, похоже, наскучил этот разговор, поскольку она рассматривает свои ногти.

— Ники, заткнись, чёрт возьми, — огрызается Тейлор и начинает тянуть меня за руку назад.

Я отстраняюсь от неё и делаю шаг к Ники. Она переводит взгляд на меня и растягивает губы в ехидной ухмылке.

— Я спрошу тебя ещё раз. Где, чёрт возьми, ты это взяла? — Я указываю на приглашение.

Ники закатывает свои чрезмерно накрашенные глаза.

— Милая, у меня есть связи. Было очень легко найти одного из приятелей Трэвиса по велоспорту, который пригласил бы меня с собой. — Она засовывает приглашение обратно в клатч и защёлкивает его. Ники оглядывается на меня и улыбается. — Не выгляди такой шокированной, Райли, ты же не думаешь, что я пропущу это, не так ли? Трэвису нужно увидеть, от чего он отказывается. Я не могу позволить тебе так легко победить.

Я знаю, она просто играет со мной. Просто подстрекает меня устроить сцену. Я не сомневаюсь, что она нашла какого-нибудь бедолагу, который пригласил бы её на свадьбу. Но команда охраны, которую нанял Трэвис, на высшем уровне, и она и близко не подойдёт к месту проведения свадьбы. С приглашением или без.

Но все то дерьмо, через которое она заставила меня пройти на шоу, и то, что она просто настоящая стерва, выводит меня из себя сегодня вечером. Вероятно, и то, что я выпила так много алкоголя, тоже не помогает. Прежде чем Ники или мои друзья успевают отреагировать, я отвожу руку назад и выбрасываю её вперёд, надеясь, что в моем пьяном состоянии мой кулак всё-таки соприкоснётся с чем-то на её лице. Я чувствую, как костяшки моих пальцев врезаются в её нос, и почти как в замедленной съёмке наблюдаю, как её голова откидывается назад, а она опускает руку, чтобы прикрыть нос.

Чёрт возьми, это больно.

Я прижимаю к себе руку и начинаю её трясти. Не думала, что приложила к удару много силы, но судя по крови, которая вот-вот хлынет между пальцами Ники, я ударила её сильнее, чем думала.

Все мои подруги застыли, вероятно, так же шокированные тем, что я на самом деле ударила её, как и я.

По лицу.

Следующие несколько секунд проходят как в тумане. Ники начинает плакать и сыпать оскорблениями в мою сторону, прежде чем поспешить в ванную комнату. К нам подходит очень крупный охранник и говорит, что нам нужно немедленно покинуть помещение.

Хорошо, что мы уже уходили, когда столкнулись с этой ведьмой. Я продолжаю трясти рукой, когда мы забираем наши пальто и выходим в холодную ночь.

— Чёрт, не могу поверить, что ты это сделала! — Тейлор выбегает за дверь позади нас, держа в руках пакет со льдом. Я даже не поняла, что её не было с нами.

— Бить людей по лицу не так приятно, как кажется. — Я вздрагиваю, когда Тейлор прикладывает лёд к моей руке.

— Но это было потрясающе! — восклицает Лив сквозь смех. Сара и Ханна обе хватаются за животы, смеясь так сильно, что не могут произнести ни звука.

— Возможно, это было неприятно для твоей руки, но я знаю, что тебе это чертовски понравилось. — Тейлор берет меня под руку и ведёт к ожидающей нас машине.

Я не уверена, когда Тейлор вызвала машину, но рада, что нам не придётся долго ждать на холоде.

— Боже, я всегда хотела это сделать, — говорю я, когда мы все садимся в машину. Я кладу свою больную руку на колени, прикрыв её пакетом со льдом.

— Никогда не била девушку по лицу, — говорит Сара. Когда я смотрю на своих подруг, Ханна протягивает мне бутылку шампанского.

Я смеюсь вместе с остальными и беру бутылку.

— Я с радостью признаю это и выпью за это. — Я делаю большой глоток шампанского, а затем передаю бутылку по кругу.

У этой ночи, казалось, был идеальный финал. Теперь все, что нам было нужно — это тако.

 Глава 4

— Доброе утро, боксёр, — шепчет Трэвис и нежно целует меня в плечо.

Я стону и переворачиваюсь на живот. Я понимаю, что не стоило этого делать, когда моя рука начинает пульсировать подо мной.

— Ой. Чёрт, как больно. — Я переворачиваюсь на спину и смотрю на свою руку. Костяшки пальцев покраснели, но хотя бы не распухли.

Трэвис нежно берет мою руку в свои и покрывает её ещё более нежными поцелуями. Я не могу сказать, что от этого на самом деле стало легче, но поцелуи Трэвиса, по крайней мере, отвлекают мой мозг от боли.

— Жаль, что меня там не было. — Он переворачивается на спину и увлекает меня за собой, так что я сворачиваюсь калачиком рядом с ним, а моя голова покоится на его обнажённой груди.

— Я даже не знаю, почему она вообще была там. Зачем ей вообще ставить себя в такое положение? — Я никогда не пойму эту женщину.

— Ей нравится быть в центре внимания. И ей всё ещё горько из-за того, что я отказал ей в шоу. — Я чувствую смех Трэвиса, зарождающийся в его груди прежде, чем слышу его.

— Я просто хочу, чтобы она уже повзрослела. И оставила нас в покое.

— Не думаю, что она вернётся в ближайшее время. — Трэвис крепче прижимает меня к себе и запечатлевает поцелуй в моих волосах.

— Надеюсь, что нет, я действительно не хочу снова бить её по лицу. Моей руке это не понравилось.

— Но остальным понравилось. — Его тело сотрясается от смеха, и я не могу сдержать ухмылку на своём лице.

— Я не могу этого отрицать, — говорю я. — Но я официально прекратила бить людей.

— Хорошо, насилие ничего не решает. К тому же ты бьёшь как девчонка.

Я хлопаю Трэвиса рукой по груди. Это автоматическая реакция.

— Эй! Я думал, что ты больше не бьёшь людей! — ноет Трэвис, потирая место удара.

— Это был не удар, а любовное прикосновение. — Я улыбаюсь ему.

— Я покажу тебе любовное прикосновение, — говорит Трэвис и переворачивает нас, так что я оказываюсь на спине, а он нависает надо мной.

— Трэв, нам нужно... — Губы Трэвиса прижались к моим, прерывая меня. Все мысли о том, что нужно сделать сегодня, вылетают у меня из головы, когда его рука начинает блуждать по моему телу.

— Не говори мне, что мы должны сегодня делать, Куколка. Просто дай мне насладиться своей невестой в последний раз, поскольку нам не разрешат быть вместе сегодня вечером после репетиции. — Он покрывает поцелуями мой подбородок и спускается по шее.

Верно. Я забыла, что наши мамы заставили нас спать в разных коттеджах сегодня ночью. Для меня это действительно не имело никакого смысла, но мы с Трэвисом пришли к пониманию, что должны разумно подходить к нашим спорам с ними.

И то, что мы будем спать порознь всего одну ночь, нас не убьёт. Я надеюсь.

Трэвис одним плавным движением снимает мою майку через голову и прокладывает дорожку поцелуев вдоль моей ключицы к основанию горла, а затем продолжает путешествие вниз. Наконец, он достигает изгиба моей груди, и я закрываю глаза, мои руки запутываются в его густых волосах.

До сих пор абсолютно нелепо, как эти небольшие прикосновения и поцелуи так влияют на меня. Я никогда не пойму, какую власть имеет надо мной Трэвис.

Он перемещается к моему животу, покрывая его мелкими нежными поцелуями. Трэв опускается надо мной на колени и хватает резинку моих шортов, одним плавным движением сбрасывает их вместе с нижним бельём на пол, туда же отправляется и моя майка. Он встаёт и быстро снимает свои шорты, бросая их в растущую кучу одежды на полу.

Трэвис отодвигается, позволяя мне насладиться всем его обнажённым великолепием. Мои руки обхватывают его плечи, когда он устраивается надо мной. Мои ногти пробегают вверх и вниз по его спине, оставляя маленькие красные дорожки.

Он прижимается ко мне, медленно входя. Я выдыхаю стон. Я определённо могла привыкнуть к этому.

Его рот захватывает мой, наши языки переплетаются, когда его бедра начинают двигаться быстрее. Огонь, пылающий в моем животе, разрастается, захватывая каждый сантиметр моего тела. Трэвис покрывает обжигающими поцелуями мою шею, и мои пальцы впиваются в его руки.

Наши бедра двигаются синхронно. За два года, что мы вместе, мы довели всё до совершенства. Трэвис точно знает, к каким точкам прикоснуться, чтобы довести меня до предела.

И я была почти там. Моё тело начинает напрягаться. Трэв понимает это, двигаясь сильнее и быстрее.

Динь-дон.

Трэвис замирает на середине толчка, пот стекает по его лбу. Он пристально смотрит на меня, пока мы ждём, когда тот, кто только что звонил в дверь, уйдёт. Чем дольше мы ждём, тем больше волнуемся.

Я была так близко. Но теперь напряжение, наполнявшее мой желудок, исчезало. Руки Трэвиса начинают дрожать, он всё ещё возвышается надо мной. Его бедра слегка подёргиваются, и это посылает волны через моё тело.

Ладно, думаю, я все ещё близко.

Мы больше не слышим звонка в дверь, но слышим кое-что другое. Кое-что похуже.

— Райли? Трэвис? Я надеюсь, вы проснулись. У нас много дел на сегодня, — голос Кэти наполняет дом.

Голова Трэвиса со стоном опускается мне на грудь.

— Почему твоя мама пришла так рано? — спрашиваю я, пытаясь взглянуть на часы.

— Я забыл, что она собиралась прийти, чтобы помочь перенести украшения. — Он выскальзывает из меня, и я чувствую потерю глубоко внутри.

— Но почему так рано? — спрашиваю я снова.

— Не так уж и рано, куколка. Ты была такой милой, пока спала, отходя от девичника, что я не смог тебя разбудить. Уже почти одиннадцать.

— Одиннадцать! Дерьмо. Тейлор будет здесь с минуты на минуту, чтобы помочь с цветами! — Я вскакиваю с кровати и натягиваю одежду, а затем халат.

— Райли? Трэвис? — Кэти снова звонит.

— Я разберусь с твоей мамой. Не думаю, что она хочет это видеть. — Я указываю на его обнажённое и всё ещё готовое к сексу тело. — Лучше прими холодный душ.

— Моя мама в этом году не получит подарок на Рождество, — ворчит Трэвис по пути в ванную.

Полуфырканье-полусмех срывается с моих губ, когда я выхожу из комнаты. Я попрошу его маму перевезти вещи, а сама отправлюсь в душ.

— Привет, Кэти, — говорю я, находя её на кухне, готовящей кофе.

— Извини, если разбудила вас, я знаю, что прошлой ночью вы засиделись допоздна. — Она нажимает «Пуск» на кофеварке и поворачивается ко мне. — О-о, — протягивает она, — не разбудила. — Она одаривает меня понимающей ухмылкой, и все моё лицо вспыхивает.

— Я, эм, мы, эм, разговаривали. — Я запинаюсь на каждом слове, и её ухмылка становится только шире.

— Милая, я не слепая. Всё же я замужем, тоже была в таком положении.

— О, боже! Мы говорим не о тебе и Ките! — Я стону и поднимаю руки, чтобы потереть лицо. Ещё слишком рано, чтобы слышать всё это.

Нет, зачеркните. Я никогда не хочу этого слышать.

— Райли, что случилось с твоей рукой? — спрашивает Кэти, убирая мою руку от лица.

— Все не так плохо, — говорю я. На самом деле всё так есть. Костяшки пальцев покраснели, но не было ни царапин, ни синяков, ни отёков, так что я бы назвала это победой.

— Что ты сделала? — снова спрашивает она.

Она не собиралась мириться с драками, но я знала, что она не перестанет изводить меня, пока не узнает правду. И если я ей не скажу, уверена, что об этом скажет Трэвис или кто-нибудь из девочек.

— Возможно, я ударила кое-кого прошлой ночью, — бормочу я.

— Что? Райли Логан, кого ты ударила?

Я хочу поумничать и сказать, что это последний раз, когда она могла называть меня Райли Логан, но знала, что это не так.

— Ники. — Мой голос был тихим, но она услышала.

— Где ты её видела?

— В клубе прошлой ночью. Мы увидели её, когда выходили. Она сказала несколько ехидных фраз, и весь гнев из прошлого и предыдущей ночи просто накопился. Не помогло и то, что я много выпила перед этим. — Я не могла представить себе лёгкую ухмылку, которая появилась на лице Кэти.

— Ну, не могу сказать, что рада, что ты кого-то ударила. Но если её, то я счастлива, что ты, наконец, поставила её на место.

Кофеварка подаёт звуковой сигнал прежде, чем я успеваю ответить, что меня вполне устраивает. Я бы с удовольствием оставила это в прошлом. Кэти поворачивается, достаёт из шкафчика три кружки и принимается за работу, наполняя чашки вкусным кофе. Она протягивает мне чашку, и я с благодарностью делаю глоток.

Слишком много всего произошло этим утром до кофе. Я удивлена, что всё ещё в состоянии функционировать.

Трэвис спускается несколько мгновений спустя, его волосы все ещё мокрые после душа. Он целует меня в лоб, прежде чем взять кружку, которую протянула ему мама.

— Итак, с чего начнём? — спрашивает Кэти, готовая начать этот день.

Трэвис ведёт её вниз, а я поднимаюсь в спальню и достаю джинсы и футболку из комода, прежде чем направиться в ванную, чтобы быстро принять душ.

Глава 5

Свадьба и приём проходили в нескольких километрах от города. Трэвис арендовал целый курорт. Ладно, это был очень маленький курорт, но всё же.

В летние месяцы здесь многолюдно, семьи приезжают провести выходные на большом озере, к которому примыкает курорт. И есть множество пешеходных троп.

В зимнее время курорт переключается на другие виды спорта и предлагает свои услуги любителям коньков, беговых лыж и снегоступов. Единственное, чего здесь нет, это горнолыжного склона. Но двадцать минут езды по дороге, и вы оказываетесь на крупнейшем горнолыжном курорте штата.

Нам повезло, что мы смогли арендовать это место на выходные. Полагаю, когда у вас есть деньги, вы можете делать всё, что угодно.

Здесь есть прекрасный главный домик с огромным каменным камином посередине. Именно там мы поженимся. Благодаря тому, что свадьба проходит прямо перед Рождеством, домик уже был прекрасно украшен: большие ёлки стоят по обе стороны от очага, а на деревянных балках висят гирлянды и лампочки.

У домика открытая планировка. За исключением стойки администратора, которая находится в углу, и большого камина, комната без перегородок. Стулья и диваны расположены небольшими кругами вокруг открытого пространства. Но с учётом окон от пола до потолка в задней части домика, которые выходят на замёрзшее озеро, это идеальное место для приёма гостей.

Нам не нужно много места, у нас, вероятно, будет всего около пятидесяти гостей. Так что это действительно подходящее для нас место.

На территории курорта расположено около двадцати коттеджей, так что нам не нужно беспокоиться о том, что кто-то напьётся и уедет домой. Один из работников курорта развезёт людей на гольф-карах.

Мы с Тейлор приехали на курорт чуть позже часа дня. Мы погрузили цветы в её машину и решили составить композиции уже на курорте. Это показалось нам самым простым способом.

Приёмная уже была украшена, когда мы туда пришли. Несколько круглых столов были расставлены по всей комнате, а один большой прямоугольный стол стоял перед стеной с окнами. Каждый столик украшен белыми скатертями и стеклянными банками, над которыми Тейлор недавно трудилась. Когда мы приехали, то поставили несколько цветов в вазы, а из остальных сделали букеты.

Репетиция началась в пять, и мы с Тейлор только закончили работу с цветами. У меня было около часа, чтобы помыться и подготовиться ко сну. Я решила прогуляться до коттеджа, в котором буду жить в эти выходные. Трэвис должен был присоединиться ко мне завтра после свадьбы, но сегодня всё это было моим.

Моя сумка стояла на кровати, когда я приехала. Свадебное платье висело в шкафу. На этом курорте отлично принимали гостей.

Я взяла своё сегодняшнее платье и направилась в ванную. Это было простое кремовое платье без рукавов, доходящее до колен. После быстрого душа я высушила феном свои русые волосы и завила несколько локонов, чтобы придать им объем. Я очень рада, что завтра здесь будет человек, который сделает мне свадебную причёску.

Обычно я просто собираю волосы в беспорядочный пучок, но учитывая, что это моя свадьба и все такое, думаю, что волосы, вероятно, должны выглядеть так же красиво, как и платье.

Я наношу немного теней на веки, а затем подвожу глаза подводкой и крашу тушью ресницы. Немного блеска для губ. И теперь я готова к выходу.

Захожу в спальню и вскрикиваю, прижимая руку к груди.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я Трэвиса, который развалился на кровати.

— Ты планировала пойти на репетицию одна? — Он одаривает меня своей фирменной ухмылкой и спрыгивает с кровати, сокращая расстояние между нами за считанные секунды.

— Трэв... — Он прерывает меня, целуя прямо под ухом, и у меня подгибаются колени.

— Давай, куколка, нам нужно закончить то, что мы начали этим утром. И ты убиваешь меня в этом платье, — шепчет он мне на ухо.

Я кладу руки ему на грудь, и он украдкой целует меня, прежде чем я использую всю свою силу, чтобы оттолкнуть его.

— У нас нет времени. И я и правда не хочу, чтобы твоя мама снова застукала нас.

Он усмехается.

— Она не зашла к нам. Она просто была в том же доме, что и мы.

— У нас нет столько личного пространства в этом коттедже с одной спальней, — указываю я.

Трэвис просто продолжает ухмыляться. Прежде чем он успевает двинуться дальше, я надеваю свои вишнёво-красные туфли на каблуках, которые были на мне прошлой ночью, и просовываю руки в красный кардиган. Затем беру Трэвиса под руку, и он выводит меня за дверь.

Коттедж находится дальше всего от домика, чтобы дать нам немного личного пространства. И хотя я наслаждалась прогулкой до коттеджа ранее, десятиминутная прогулка на каблуках сейчас — это не то, на что я была готова сегодня вечером, поэтому я в восторге, когда вижу гольф-кар, стоящий перед ступеньками.

Трэвис помогает мне забраться в него и садится рядом за руль.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, отъезжая от домика.

— Я бы хотела, чтобы все это быстрее закончилось, и мы могли просто побыть наедине в наш медовый месяц.

Гольф-кар кренится вперёд, когда Трэвис нажимает на тормоза. Я поворачиваюсь к нему, приподняв бровь.

— Не говори так. Не тогда, когда все, что я хочу сделать прямо сейчас, это отвезти тебя обратно в тот домик и забыть об этой репетиции.

Я качаю головой и смеюсь.

— Продолжай ехать, Казанова.

Мы подъезжаем к главному коттеджу пять минут спустя, и я беру Трэвиса за руку, когда он помогает мне выбраться из гольф-кара.

— Ты готова? — спрашивает он. Мы останавливаемся у подножия лестницы и оглядываем коттедж. — Мы ещё можем сбежать в Вегас и тайно пожениться.

— Я не хочу испытать на себе гнев наших мам, если мы так поступим. — Я крепче сжимаю его руку и тяну вверх по лестнице. — Тем более, что туда долго ехать. Мы все равно поженимся меньше чем через двадцать четыре часа.

— Это значит, что мы сможем заняться сексом меньше чем через двадцать четыре часа?

— Если ты воспользуешься ситуацией наилучшим образом. Никогда не знаешь, что произойдёт. — Я улыбаюсь, когда Трэвис останавливается как вкопанный, и наклоняюсь, чтобы поцеловать его в щеку. — Время шоу, — говорю я и открываю дверь. Я тащу Трэвиса за собой, когда вхожу в коттедж.

Глава 6

Дыши глубже, Райли. Тебе нужно всего лишь продержаться следующие пятнадцать минут, и ты будешь замужем. Не нужно нервничать.

Но это именно то, что я чувствую. Нервозность.

Мои глубокие вдохи сейчас совсем не успокаивают. Всё тело дрожит. Это странно. Я ждала этого дня целую вечность. Я рада начать новую часть своей жизни. И я просто хочу, чтобы это событие в будущем уже скорее наступило.

Я не чувствовала себя такой нервной рядом с Трэвисом с момента нашего первого поцелуя. Но тогда всё было так ново, и нас окружали телекамеры. Вполне логично, что я нервничала.

— Милая, тебе нужно успокоиться, ты так сильно дрожишь, что можешь вызвать землетрясение. — Ага, мой отец пытается поднять мне настроение.

Я делаю ещё один глубокий вдох через нос и медленно выпускаю воздух ртом. Моё тело, по крайней мере, перестаёт дрожать, но разум по-прежнему сходит с ума.

Тейлор появляется передо мной с шотом.

Мой герой.

Когда я тянусь за ним, папа снова похлопывает меня по руке.

— Не думаю, что это хорошая идея.

Мои губы кривятся в хмурой усмешке, когда я смотрю на своего отца.

— Это всего лишь один шот. Ты не можешь говорить, что тебе не нужно было успокоить нервы, прежде чем жениться на маме.

Папа смеётся и забирает шот у Тейлор.

— Туше, — говорит он и протягивает его мне.

Тейлор поднимает ещё один шот и чокается с моей.

— За лучший день в твоей жизни.

Мы обе запрокидываем головы и выпиваем. Текила. Следовало бы догадаться.

Жидкость обжигает, когда проходит сквозь меня, но теперь я могу дышать, не опасаясь приступа паники.

— Теперь ты готова? — шепчет папа.

— Готова, насколько это вообще возможно.

Папа кивает сотруднику курорта, который отвечает за музыку. Он нажимает на экран компьютера, и начинает играть «All of Me». Подружки невесты начинают идти. Последние двадцать минут мы толпимся в приёмной. Наши мамы были против того, чтобы Трэвис виделся со мной до свадьбы. Это была наша самая долгая разлука с тех двух месяцев после шоу.

О чем тебе не стоит думать прямо перед тем, как ты пойдёшь к алтарю, Райли.

Все, что я знаю, это то, что я очень рада выйти за дверь и увидеть его.

Тейлор взбивает мой короткий шлейф, прежде чем направиться к двери. У меня простое платье цвета слоновой кости без бретелек. На животе есть мелкие складки, скреплённые блестящей брошью. Шлейф достаточно короткий, чтобы его не нужно было распускать, если я этого не хочу, но достаточно длинный, чтобы за мной что-то тянулось.

Папа протягивает мне руку, и я просовываю в неё свою дрожащую ладонь. Мы подходим к двери и останавливаемся, пока Тейлор заканчивает идти по проходу. Все встают и оглядываются на дверь.

Папа ведёт меня за ряд стульев, расставленных для гостей. Мы доходим до начала прохода, и всё остальное теряется для меня, когда я встречаюсь взглядом с Трэвисом.

Он сменил свою фирменную улыбку на улыбку, захватывающую дух, она занимает половину его лица. Его глаза блестят. То ли от света, то ли от слез, я не уверена. Я делаю шаг вперёд и осматриваю Трэвиса. На нем простая рубашка цвета слоновой кости на пуговицах, тёмно-серый пиджак, тёмно-зелёный с серым галстук и тёмно-серые брюки. Обычно я не вижу его в костюме, поэтому он ещё более великолепен, если это вообще возможно.

Я чувствую, как улыбка расползается по моему лицу, когда мы приближаемся к нему. Мой папа останавливается и обнимает меня, затем притягивает к себе и Трэвиса. Мы знаем друг друга слишком давно, чтобы обмениваться простыми рукопожатиями.

Папа садится, и моя рука скользит в руку Трэвиса.

— Ты прекрасна. — Трэв наклоняется, чтобы прошептать мне это на ухо, прежде чем мы подходим к священнику. Мой будущий муж целует меня в лоб, и я слышу, как гости восхищаются нами.

— Мы ещё не совсем готовы к этой части, — говорит священник с ухмылкой.

Рука Трэвиса сжимает мою, и мне приходится приложить все силы, чтобы не прижаться к нему. Я просто хочу оказаться в его объятиях прямо сейчас.

Я в таком оцепенении, что пропускаю речь священника, только замечаю, что он выжидающе смотрит на меня.

— Эм, что? — спрашиваю я, мой голос едва громче шёпота. Гости снова смеются, и я краем глаза замечаю Трэвиса, который старается не ухмыляться.

— Я сказал, что пришло время для клятв, вы написали свои собственные, верно? Не хотели бы Вы прочитать свою первой?

— О, конечно, да. — Я поворачиваюсь к Трэвису, и он берет обе мои руки в свои. Вот и всё, мы почти на месте, наша финишная прямая.

Просто произнеси эти клятвы без слез, Райли.

— Трэвис, ты мой лучший друг. Ты был моим лучшим другом семнадцать лет. Ты знаешь обо мне всё, что только можно знать. Я думала, мне повезло, что я нашла тебя. Ты занял такое место в моей жизни. Мой лучший друг.

Но я был неправа. Потому что в тот первый раз, когда ты поцеловал меня, я поняла, что пути назад нет. Я знала, что в мире никогда не будет другого человека, который мог бы сравниться с тобой.

Я не думала, что такая любовь возможна. Я не знала, что она может существовать в этом мире, не говоря уже о моем мире. Я благодарна каждый день, когда просыпаюсь в твоих объятиях, и каждую ночь, когда засыпаю в них.

Твоя любовь настолько сильна, что я никогда в ней не усомнюсь.

Мы были созданы друг для друга. Без тебя я была бы потеряна. Так что я всегда буду благодарна этому маленькому самоуверенному одиннадцатилетнему мальчику, который почувствовал необходимость продемонстрировать свои трюки на велосипеде на бордюре перед моим домом.

Трэвис смеётся и поджимает губы. Его глаза блестят от непролитых слез. Я знаю, что ни за что не пройду через это, не пролив немного своих собственных.

— Это моя клятва тебе, Трэв. Я обещаю любить тебя безоговорочно. Я обещаю бороться честно. Обещаю быстро мириться. Я обещаю поддерживать тебя каждый день. Обещаю ухаживать за тобой, когда ты заболеешь. И говорить тебе, когда ты ведёшь себя как ребёнок. И обещаю продолжать быть твоим лучшим другом.

Я надеваю кольцо ему на палец. Трэвис смахивает слезинку со щеки и откашливается.

— Райлз, я помню тот день, когда влюбился в тебя. Тебе было десять, а мне одиннадцать. Ты только что вылила бутылку перекиси на мою открытую рану. И я подумал: «Черт возьми, эта девушка должна быть в моей жизни всегда». Если бы я был умнее, я бы пригласил тебя на свидание, когда, наконец, признался себе в этих чувствах, когда нам было по шестнадцать. Но я не хотел портить нашу дружбу.

Так шли годы, а я продолжал бояться. Когда у меня, наконец, хватило смелости что-то сделать, это определённо было неподходящее время. Но я ничего не мог с собой поделать. Мне нужно было, чтобы ты знала о моих чувствах.

Всё стало плохо, и я думал, что потерял тебя навсегда. Я был всего лишь оболочкой человека, потому что ты забрала моё сердце с собой. Моё сердце всегда принадлежало тебе.

С того дня, как ты приняла меня обратно, я знал, что больше никогда не совершу такой колоссальной ошибки. Я бы этого не пережил. И ты заслуживала того, чьи мысли всегда были только о тебе.

Ты любовь всей моей жизни, Куколка. Я обещаю тебе мир. Ты владеешь моим сердцем, и ради тебя оно готово на всё. Я не знаю, как мне так повезло, что я женился на своей лучшей подруге. Я буду любить тебя до самой смерти... И даже больше.

Он надевает мне на палец сверкающее кольцо с бриллиантом, закрепляя его прямо над моим помолвочным кольцом. Тейлор протягивает мне носовой платок, и я промокаю глаза, стараясь не размазать макияж.

Чёрт бы побрал Трэвиса и его восхитительную клятву.

Трэвис начинает наклоняться для поцелуя, когда священник прочищает горло.

— Подожди, сынок. Дай мне ещё две секунды.

Трэвис выпрямляется, в то время как наши гости снова посмеиваются над нами.

— Властью, данной мне, я объявляю вас мужем и женой, — говорит он. Трэвис выжидающе смотрит на него, слегка подпрыгивая на носках.

— Теперь можешь поцеловать невесту.

Трэвис хватает моё лицо обеими руками и прижимается своими губами к моим. Я слегка приоткрываю их, когда он проводит языком по моей нижней губе, но не позволяю ему войти полностью.

На нас сейчас смотрят пятьдесят человек и аплодируют.

Трэвис отстраняется, затем обхватывает меня руками и притягивает к своей груди. Мои руки ложатся ему на талию, а голова утыкается ему в грудь.

— Ты на вкус как текила, — шепчет он мне.

Я наклоняю голову.

— Ты на вкус как лайм, — отвечаю я. — По крайней мере, ты достал закуску. — Он улыбается и нежно целует меня в губы, прежде чем повернуть нас лицом к нашей семье и друзьям. Он переплетает свои пальцы с моими, и мы ждём, пока ведущий представит нас как мистера и миссис Трэвис Грейсон. Как только он это делает, из динамиков звучит «The Best Thing», и мы направляемся по проходу.

Трэвис направляется в приёмную и захлопывает дверь ногой, когда мы оба оказываемся внутри.

— Воу, у нас сейчас ничего не будет. Все узнают! — говорю я, поднимая руки и отступая от Трэвиса.

— Я просто хочу две секунды побыть наедине со своей женой, — стонет Трэвис.

Жена. Мне нравится, как это звучит.

— Ну, муж, что мы собираемся делать эти две секунды?

Трэвис притягивает меня к себе и запечатлевает на удивление нежный поцелуй на моих губах. Прежде чем это может перерасти во что-то большее, наши две секунды истекают, и кто-то стучит в дверь.

— Ладно, ребята, вам нужно выйти к людям, прежде чем вы сможете уйти. Никакого секса! — кричит Чейз через дверь.

Трэвис вздыхает и прижимается своим лбом к моему.

— Почему мы снова выбрали какое-то мероприятие?

— Я задавала себе тот же вопрос. — Я тяну его за руку и иду к двери.

— Ты убиваешь меня! — стонет Трэвис, но следует за мной к двери, ведущей к ожидающей нас толпе.

***

Три часа спустя мы с Трэвисом стоим посреди танцпола в ожидании нашего первого танца.

После того, как мы закончили ужинать, Трэвис приставал к сотруднику курорта, который отвечал за музыку, с просьбой включить песню, чтобы мы могли потанцевать и уйти. Но Кэти уже сообщила этому сотруднику, что хочет, чтобы мы пробыли на свадьбе как минимум три часа, а до тех пор ему не разрешалось включать песню для первого танца.

Я предполагаю, что она также дала ему большие чаевые, чтобы он сделал всё именно так. Но сейчас будет наш первый танец. А потом мы уйдём.

Я люблю своих друзей и семью, но всё, что я хочу сделать прямо сейчас, это провести время со своим мужем. Не говоря уже о том, что мы встали ни свет ни заря, а время приближалось к девяти часам. Пытаться подавить зевоту становилось всё труднее и труднее.

Да, я старела.

Наконец, сотрудник нажал кнопку воспроизведения, и песня «The Luckiest» заполнила помещение. Трэвис притянул меня к своей груди, его руки обвились вокруг моей талии. Мои руки ложатся ему на плечи, и мы вместе раскачиваемся.

— У меня мало что получается с первого раза…

— Не буду врать, мне всё ещё кажется, что я сплю, — говорит Трэвис.

— Взаимно, муж.

Трэвис одаривает меня своей фирменной улыбкой, и я готова затащить его обратно в наш коттедж.

— Серьёзно, Райлз. Я не знаю, как тебя отблагодарить.

— За что? — спрашиваю я.

— За это. Всё это. За то, что вышла за меня замуж. За то, что любишь меня.

— Любить тебя — это самая лёгкая вещь в мире, Трэв.

— Ты говоришь так сейчас.

— Я буду говорить так всегда.

Я прерываю всё, что он собирается сказать дальше, целомудренным поцелуем. Он притягивает меня ближе, и мы больше ничего не говорим, пока не заканчиваем наш танец.

Глава 7

— Я так устала, — стону я и падаю на нашу кровать.

Мы думали, что уйдём сразу после нашего первого танца, но нас загнали в угол наши друзья, и в итоге мы провели на нашей свадьбе ещё три часа.

Единственное, чего я сейчас хочу, это заснуть. И судя по тому, что Трэвис выглядит так, будто вот-вот упадёт, ему тоже не помешало бы немного поспать.

— Сон, мне нужен сон. — Я сбрасываю туфли на каблуке и разминаю ступни. Мои бедные пальчики. Они будут болеть утром.

Трэвис что-то бормочет в ответ и начинает раздеваться. Он сваливает в кучу свои рубашку и брюки. Трэв стоит передо мной в одних боксёрах, и я знаю, что должна воспользоваться этим, но не могу. Сейчас я едва могу пошевелить и пальцем.

— Мне нужна помощь, — говорю я и протягиваю ему руку. Он стаскивает меня с кровати, и я поворачиваюсь к нему, чтобы он расстегнул мне платье. Когда он расстёгивает последнюю пуговицу, платье падает на пол. Я делаю из него шаг и поворачиваюсь лицом к Трэвису.

— Ты прекрасна, — выдыхает он, а затем издаёт стон и откидывает голову назад. — И я так устал.

— Трэв, все в порядке. Я тоже устала. Это не значит, что у нас не будет достаточно времени, чтобы заняться сексом позже.

— Мы должны были просто уйти, когда хотели, — жалуется Трэвис, заходя в ванную.

Я быстро переодеваюсь в пижаму и следую за ним в ванную, чтобы почистить зубы. Мгновение спустя мы оба удовлетворенно вздыхаем, забираясь под одеяло. Он притягивает меня к себе и целует в волосы. Моя голова покоится у него на груди, и я уже чувствую, что начинаю дремать.

— Что за черт? — кричит Трэвис, заставляя меня подпрыгнуть.

— Что? Что не так? — Я оглядываю комнату, пытаясь понять, с чем была связана его вспышка.

— Райлз, мы только что поженились. Я не собираюсь спать сегодня ночью, не побывав внутри тебя. — И вот так просто я просыпаюсь.

— Ладно, — успеваю сказать я, прежде чем он опрокидывает меня на спину.

Его рот захватывает мой, наши языки переплетаются. Едва прервав наш поцелуй, он снимает мою футболку через голову и перекидывает её через плечо. Его рот прокладывает дорожку поцелуев вниз по моей шее и по изгибу груди, прежде чем он обхватывает губами мой сосок.

Мои бедра прижимаются к его бёдрам. Я не знаю, накопилось ли всё за последние несколько дней или случилось что-то ещё, но я полностью готова для него.

И я уверена, что никто из нас не продержится долго.

Я приподнимаю бедра и стаскиваю шорты, дёргая их ногами, пока не сталкиваю их с края кровати. Хватаюсь за пояс боксёров Трэвиса и тоже снимаю их.

Мы обнажённые. Идеально.

Трэвису не нужно ничего говорить, он готов так же, как и я. Он поднимает голову, глядя мне в глаза, когда входит в меня.

Я не уверена, что это из-за того, что мы женаты, но все по-другому. Моё сердце готово разорваться, чем дольше он смотрит на меня. Он наклоняется и нежно прижимается своими губами к моим. Поцелуй говорит всё то же, что мы сказали друг другу ранее сегодня.

Огонь пробегает по моему телу, и оно начинает напрягаться под его телом.

— Пока нет, останься со мной, куколка, — шепчет Трэвис, не сводя с меня глаз.

Наши стоны наполняют комнату, и я остаюсь. Прямо там, с ним, и именно там я решила остаться навсегда.

Наши бедра двигаются синхронно. Он ускоряет темп, и я подстраиваюсь под него, мои пальцы на ногах начинают поджиматься, а пальцы на руках впиваются в его лопатки.

— Трэв, — стону я, и всё внутри меня взрывается. Искры пролетают между нами и сквозь моё тело от ступней к голове. Я чувствую, как Трэвис толкается ещё несколько раз, прежде чем произносит моё имя с ответным стоном и ложится на меня сверху.

Давление его тела на моё успокаивает меня. Мы не новички в сексе, но это был безусловно самый интенсивный опыт.

— Чёрт возьми, — стонет Трэвис и скатывается с меня.

— Да, — выдыхаю я. Моё тело не двигается. Мышцы явно протестуют против идеи встать.

— Душ? — спрашивает Трэвис, скатываясь с кровати.

— Не могу пошевелиться, — стону я.

Прежде чем я успеваю даже подумать о том, чтобы сесть, Трэвис подхватывает меня на руки и несёт в ванную.

— Я не уверена, что это тот порог, через который ты должен меня перенести, — хихикаю я.

— Ты хочешь привести себя в порядок или нет? — спрашивает он, включая душ.

— Да, да, я хочу. — Я вхожу следом за ним и закрываю стеклянную дверь.

***

Десять минут спустя мы снова в постели. Я свернулась калачиком на боку, грудь Трэвиса прижата к моей спине, а его рука обвивает мою талию, наши пальцы переплетены.

Я чувствую, что засыпаю, когда Трэвис целует меня в плечо.

— Спокойной ночи, Райлз.

— Спокойной ночи, Трэв. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

— Всегда?

— Всегда, куколка.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧИТАЙТЕ В ГРУППЕ BOOK IN STYLE