Два зайца — один камень.
— Если ты заглянешь ко мне на следующей неделе, я смогу дать тебе несколько прогнозируемых цифр. Я заберу деньги в Неоновой розе сегодня вечером. Уверен, ты хочешь быть дома с Эммой.
Данте бросает на меня благодарный взгляд.
— Я ценю это…
Я машу рукой.
— Все в порядке. Иди и будь с ней. В конце концов, прошло всего несколько дней.
После ухода Данте я опускаюсь в свое офисное кресло и потираю переносицу. Голова начала болеть, и часть меня жалеет о том, что я предложил сделать пробежку сегодня вечером, я бы предпочел быть дома с крепким напитком.
Или можно пойти в Бутон розы и пригласить Милу на танец.
Мой живот сжимается, и при этой мысли во мне вспыхивает желание. Меня должно было бы оттолкнуть ее дешевое белье, безвкусность клуба, в котором она танцует, но все, что я вижу, это ее стройное тело и молочно-бледную кожу, обтянутую розовым лифчиком и стрингами, стразы на которых сверкают надо мной в слабом свете. Мне никогда не нравилась искусственность, и даже видеть ее полуобнаженной мне было недостаточно. Я хотел снять бюстгальтер push-up и увидеть, как на самом деле выглядит ее грудь, узнать, полностью ли она гладкая и обнаженная между бедер, отвести ее куда-нибудь, где она могла бы перестать притворяться и снова стать собой.
Я напоминаю себе, что у меня не было бы этого, даже если бы я принял ее предложение. Даже здесь, в моем кабинете, стоя на коленях, она устраивала шоу. Притворялась тем, кто, по ее мнению, нужен мне, а не была собой.
Это все, что у нас когда-либо будет. И этот простой факт должен напоминать мне о том, что я сделал правильный выбор, а не заставлять меня жаждать встречи с ней еще больше. Она не должна заставлять меня хотеть узнать, смогу ли я преодолеть эти стены и узнать, кто она на самом деле.
Что в ней такого, что заставляет меня волноваться?
В одном Данте прав: в этом городе полно женщин, которые попытались бы заключить с одним из нас подобный договор. Но меня привлекает в ней не только искренность Милы. Это что-то еще, и я боюсь слишком глубоко вникать в то, что это может быть.
Сейчас, как никогда, между нами должна быть профессиональная дистанция. Это достаточно рискованно — поручить человеку, которого я едва знаю, работать на нас, перевозя товар. Смешивать этот бизнес с удовольствием еще опаснее.
Но все равно, мне кажется, что от нее невозможно отделаться. Ни до конца дня, пока я работаю над бессмысленными деловыми задачами, ни вечером, когда я заезжаю в Неоновую розу и забираю деньги. На мгновение я задумываюсь о том, чтобы задержаться и насладиться танцем одной из девушек — даже больше. Одна из них, Белла, проходит мимо меня, когда я иду к задней кассе, и улыбается мне. Я знаю, каковы на ощупь ее полные губы, обхватывающие меня, и знаю, что мог бы легко заплатить ей за то, чтобы снова почувствовать их.
Мне нужна только Мила. Желание, которое захлестывает меня при мысли о ней, пульсирует, как сердце, заставляя меня болеть, и я знаю, что мне суждено провести еще одну ночь в своей квартире, обхватив себя руками и лихорадочно пытаясь изгнать желание, которое я не имею права испытывать.
Желание, которое тревожит меня, потому что я чувствую его так яростно.