— Посмотри, что ты натворила! Посмотри!
Я уставилась на него с разинутым ртом. «А?» Часто заморгав, я встряхнулась. Я сидела в Таллуле. На мосту. Снова треск. Моя рация. Я хмуро покосилась на неё. Игнорируя свирепо жестикулирующего таксиста, я медленно взяла рацию.
— Детектив Беллами, это диспетчер. Прошу, ответьте.
Я почесала голову, в центре груди не унималась тупая ноющая боль. «Лукас. О, Лукас».
Таксист громко колотил в моё окно, требуя, чтобы я опустила стекло, а рация продолжала требовать моего внимания. Я повозилась, наконец-то нажав кнопку сбоку для ответа.
— Это… детектив Беллами, — ответила я.
— Каково ваше текущее местоположение? Вы нужны у Лондонского Глаза.
Я прижала ладонь к глазам.
— Я не понимаю, — прошептала я.
— На Лондонском Глазу суицидальный вампир, — сказал диспетчер с нотками нетерпения. — Как быстро вы сможете добраться туда?
— Ээ… — Что? Во рту до боли пересохло. Я облизнула губы. — Десять минут?
— Хорошо. Я оповещу офицеров на месте, — рация отключилась.
Я уставилась на неё, бросила на сиденье. Затем вышла из машины.
— В чём, бл*дь, твоя проблема, дамочка? — проревел таксист мне в лицо.
— Извините.
— Ты за это заплатишь! Это твоя вина!
Я слегка кивнула и будто в замедленном режиме потянулась к бумажнику. Достала визитку, передала ему. Он посмотрел на неё.
— Ты из полиции? В меня врезалась ментовская сука? — он шумно выдохнул сквозь поджатые губы. — Ну о*уеть теперь!
— Мне надо ехать, — сказала я. Я чувствовала холодный ветерок на коже, мурашки, выступавшие на руках. Это ощущалось реальным. Всё это ощущалось реальным.
Я прочистила горло и посмотрела в глаза сердитого таксиста.
— Со мной можно связаться по этому номеру. Я оплачу урон. И компенсацию. Я полностью признаю вину.
— Естественно, чёрт возьми! Это была твоя вина! И ты никуда не поедешь, пока я не получу письменное подтверждение.
— Позвоните в мой офис, — сказала я. — Там разберутся, — я села в Таллулу. — Я правда сожалею.
— Погоди! Куда это ты намылилась?
Я снова одними губами произнесла «извините», завела двигатель Таллулы, затем объехала его такси, вынудив водителя отпрыгнуть в сторону. Мгновение спустя я направилась к Лондонскому Глазу.
— Что происходит, Таллула? — пробормотала я. — Я не понимаю, что происходит.
Я отключилась… или страдала от потери памяти. Или ещё что. Мой мозг ощущался нехарактерно мутным, притуплённым, в черепе пульсировала боль.
Я на автомате доехала до Лондонского Глаза, неудачно припарковалась и пошла к колесу обозрения будто во сне. Скопление людей собралось вокруг, полицейский кордон сдерживал зевак. Я хмуро глянула на офицера в униформе, стоявшего впереди. Он выглядел знакомым; он выглядел очень знакомым.
— Вам нужно отойти, мэм, — приказал он. — Тут небезопасно.
Я продолжала смотреть на него, стискивая челюсти. Затем нашарила своё удостоверение и предъявила.
Он присмотрелся.
— Прошу прощения, детектив Беллами. Вас ждут у основания колеса.
Я умудрилась лишь кивнуть. Я нагнулась, нырнув под полицейскую ленту, и пошла к основанию Глаза. Ханниган, одетый в тот же пошитый на заказ костюм, размахивал руками и орал:
— Вы должны снять этого идиота! Репортёры уже приехали. Нам сейчас вовсе не нужна такая публичность!
Я остановилась и уставилась на него, затем потёрла глаза и посмотрела ещё раз. Мой взгляд скользнул к мужчине рядом, и моё сердце ухнуло в пятки. «Нет. Не может быть». Я снова двинулась вперёд. Не сводя с него глаз, я шла медленными, размеренными шагами. Я сплю; это должен быть сон.
Я остановилась лишь тогда, когда оказалась достаточно близко, чтобы протянуть руку и одним пальцем ткнуть в грудь Лукаса. Я проигнорировала пафосные оборки на его рубашке и изумление Ханнигана и Пейдж, стоявших с разинутыми ртами.
Вместо того чтобы казаться удивлённым, Лукас выглядел лишь любопытствующим. Он тоже поднял руку и ткнул меня в ответ так легонько, что я почти не почувствовала.
— Д'Артаньян, — мягко сказал он. — Выглядишь бледной. Всё в порядке?
Я не ответила. Вместо этого я подняла руки и дрожащими пальцами провела по его абсолютно чёрным волосам, которые оказались намного мягче, чем я представляла. Ни раны. Ни крови. Казалось, он был в полном порядке.
— Эмма? — теперь Лукас казался более обеспокоенным. — Что не так?
Я чуточку отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— Ты живой, — выдохнула я.
— Он вампир, — буркнул Ханниган. — Он немёртвый. А не живой.
— Это абсурдное заблуждение, — сказала я, не сводя глаз с Лукаса.
— А почему ты думала, что меня нет в живых? — спросил Лукас, проигнорировав Ханнигана.
Я покачала головой. Слова покинули меня… не осталось ничего. Я сделала единственное, что могла, единственное, что казалось правильным; я привстала на цыпочки, обвила руками шею Лукаса и поцеловала его.
Поначалу он не отвечал, но потом его ладони легли на мою талию и привлекли меня к его жёсткому телу. Его язык проник в мой рот, такой горячий и настойчивый. Я застонала, не сумев сдержаться. «Он дышит. Он живой». Мне было нужно, чтобы этот момент длился вечно.
Раздался громкий кашель.
— Что именно тут происходит? — заорал Ханниган, и его слова вибрировали от злости. — Вы что творите?
Лукас оборвал поцелуй и сделал шаг назад. Он выглядел на удивление раскрасневшимся, взгляд его чёрных глаз блуждал по моему лицу.
— Эмма, — пробормотал он. — Я собирался спросить, почему ты игнорировала мои звонки, но мне как-то уже всё равно.
— Что насчёт вампира наверху моего колеса обозрения? — прокричал Ханниган. — Что вы с ним будете делать?
— Какой сегодня день? — спросила я у Лукаса, игнорируя жалобы раздражённого менеджера.
— Вторник.
— Дата какая?
— 22 июня, — он поколебался. — Эмма…
— Бл*дский вампир! — взорвался Ханниган.
Я встряхнулась и посмотрела на него. Пейдж стояла возле Ханнигана и смотрела на меня со смесью зависти и восторга. Я сумела одарить её беглой улыбкой.
— Это не вампир, — сказала я, затем застыла и глянула на наручные часы. — Банк, — прошептала я. — Мне надо в банк.
— Что происходит, Эмма? — спросил Лукас.
— Ничего! — я уже отходила. — Оставайся здесь. Ты можешь сам разобраться с этим.
— Куда ты? — он провёл рукой по своим волосам. — Я не понимаю.
Да я тоже ничего не понимала.
— Увидимся позже, — я отвернулась. — Мне пора.
— Эмма!
Я не ответила. Я уже бежала к Таллуле.