Глава 1

Дверь была точно такой же, какой я запомнила её в детстве. Лакированное покрытие чуть сильнее износилось из-за погоды, на передних ступенях стало больше мха, но это был тот же знакомый тёмно-синий цвет с латунной ручкой и едва читаемой табличкой с именем.

Я сделала вдох и подняла руку, чтобы постучать. Я едва успела дотронуться до двери, как она распахнулась, и показалось морщинистое лицо моего дяди.

— Увидел тебя ещё с улицы, — хмыкнул он. — Заходи, что ли.

Не было тёплых объятий, беглого поцелуя в щёку или рукопожатия. Он просто развернулся и шаркающими шагами удалился в дом, позволяя мне последовать за ним. Я пожала плечами и зашла следом.

Он двигался медленнее, чем раньше, и его плечи сгорбились ещё сильнее, но его ледяное приветствие вызвало почти ностальгию. Понимание, что ничего не изменилось, по-своему успокаивало. Я неделями собиралась выбраться в эту поездку, но работа вечно откладывала мои планы. Когда у меня наконец-то выдалось свободное утро, я первым делом отправилась в путь, выехав пораньше, чтобы избежать худших утренних пробок. Я не позвонила, чтобы предупредить. Возможно, это было ошибкой.

Мой дядя устроился в том же потёртом кресле, что всегда стояло в углу гостиной рядом с книжным шкафом, битком набитым биографиями и трактатами по мировой политике. Всё было таким же, начиная с пыльного искусственного растения в углу и заканчивая маленьким перекидным календарем на маленьком столике у стены. Я посмотрела на дату, начертанную яркими красными буквами: вторник, 22 июня. Сложно было поверить, что уже наступило лето.

Мой дядя громко шмыгнул носом. Он не предложил мне чашку чая или стакан воды, но я и не ожидала.

— Получил от тебя открытку на день рождения, — сказал он.

Я кивнула.

— Не за что, — его признание открытки было способом сказать «спасибо».

Он снова шмыгнул и скрестил ноги.

— Как жизнь в полиции? — поинтересовался он. — Арестовывала каких-нибудь преступников в последнее время?

— Нескольких. И отвечая на твой первый вопрос, я получаю удовольствие от работы.

Выражение его лица не изменилось.

— Хорошо, — затем: — Я так понимаю, ты здесь, потому что у тебя какие-то проблемы. Залетела?

Мне тридцать лет, я едва ли подросток. Если бы я правда неожиданно забеременела, я не только смогла бы позаботиться обо всём сама, но и он был бы последним, к кому я обратилась бы за поддержкой. Мой дядя был не плохим мужчиной. Он взял меня к себе и проследил, чтобы я была одета, накормлена и имела безопасное жильё. Тот факт, что он никогда не приходил смотреть школьные пьесы и не читал мне сказки на ночь — не его вина. Он не просил, чтобы на него свалился ребёнок, и я определённо не затаила на него обиды. Я получала предостаточно тепла и ласки от родителей моих школьных друзей и от различных соседей.

Уилфред Беллами по-своему сделал всё возможное, а потом, когда мне исполнилось восемнадцать, отправил меня восвояси, довольный выполненным долгом. Я поддерживала с ним связь, но лишь посредством редких рождественских открыток и ещё более редких визитов. Мы не близки и никогда не сблизимся… но с этим я давно смирилась.

Я слабо улыбнулась.

— Нет, — сказала я. — Я не залетела.

— Хорошо, — повторил он, пригвоздив меня взглядом глаз-бусинок. — Тогда зачем ты здесь?

Мы находились в двух часах езды от Лондона, в маленькой деревеньке на окраине Брайтона. Я никак не могла проезжать мимо и просто заскочить поздороваться. Он это знал, я это знала. Это одна из черт, которые мне нравились в этом ворчливом старике — он не тратил время впустую на попытки соблюсти приличия. Ему нравилось, когда люди переходили прямо к делу, вместо того чтобы бить баклуши, тратить время на формальности и вежливости. К сожалению, в данном случае проще сказать, чем сделать. Существовали вещи, о которых я не желала говорить вслух, по крайней мере, моему дяде, но у меня всё равно было много вопросов, ответить на которые мог только он.

— Я здесь из-за моих родителей, — тихо сказала я.

— Они мертвы.

Я наградила его долгим раздражённым взглядом.

— Я хочу знать о них больше. Я мало что помню.

— Тебе было пять, когда они умерли. Ты должна что-то помнить.

Не такие вещи, которые способны помочь. Я помнила тёплую, залитую солнцем кухню и усыпанный мукой стол, когда мы с мамой вместе пекли. Я помню, как бегала по саду и играла в прятки с папой. Были и проблески других воспоминаний — семейные ужины, лепка снеговика, вечер вместе перед ревущим камином. Я знала, что меня любили. Чего я не помню, так это каких-либо упоминаний сверхъестественного или того факта, что я могла умирать снова и снова, а потом воскресать в огне. Я не помнила, чтобы кто-то говорил мне, что я принадлежу к роду фениксов. Нет, поправила я себя, не к роду фениксов. Я единственный феникс. «Инфернальные Чары», книга, на которую я наткнулась в ходе расследования, утверждала, что он всегда лишь один. И сейчас это я.

— Они имели какое-либо отношение к сверхам? — спросила я.

Мой дядя впервые выглядел удивлённым.

— Вампиры? — гаркнул он. — Оборотни? Такие… люди?

Я кивнула.

— Твои родители жили в Кенте. Мы говорим об английском захолустье с садами. А не о причудах центрального Лондона.

— Я знаю, — настаивала я. — Но…

— Я бы удивился, если кто-то из них когда-либо видел сверхъестественное существо своими глазами. Но я не был с ними близок, ты знаешь. Марк, твой отец, был на четырнадцать лет младше меня. Мы выросли не вместе. Я уехал из дома, когда ему было два года. Он был сопливым карапузом с пристрастием к пластиковым грузовикам. Я не проводил с ним много времени, даже когда он подрос. Что касается твоей матери, — он задумчиво поджал губы. — Ну, её я встречал всего два или три раза. Припоминаю, что ей нравилось рисовать. У неё были каштановые волосы, — он показал на меня пальцем. — Такого же цвета, как у тебя.

Обе эти детали не помогали делу, но все мои бабушки и дедушки умерли, а у моей матери не было братьев и сестёр. Единственным человеком в мире, кто мог рассказать мне о моих родителях, был дядя, сидящий передо мной. Я не собиралась сдаваться.

— У тебя осталось что-то, что принадлежало им? — спросила я. — Личные дневники? Записные книжки? Вообще какие угодно вещи?

Он нахмурил лоб.

— Почему ты поднимаешь эту тему сейчас? Они мертвы четверть века. Какое это имеет значение?

Я не ответила на его вопрос.

— У тебя осталось что-то от них? — повторила я.

Он вздохнул и воздел глаза к потолку.

— Может, есть одна коробка, — сказал он наконец. — На чердаке.

Я вскочила на ноги.

— Супер. Пойду поищу.

Мой дядя не пошевелился.

— Там много вещей. Я понятия не имею, где она, даже если она до сих пор там. Я определённо не хочу, чтобы ты рылась в моих вещах.

Он не упрощал мне задачу.

— Я буду осторожна.

Он покачал головой.

— Я поищу её и отправлю тебе всё, что удастся найти. Я приватный человек, Эмма. Мне не нравится, когда кто-то нарушает мою рутину или наводит беспорядок у меня дома.

Я это прекрасно знала. Я подумывала поспорить, но не хотела злить его настолько, чтобы он полностью отгородился.

— Ладно, — сказала я наконец. — Я ценю твои усилия.

Он переплёл свои пальцы и наградил меня мрачным взглядом.

— В чём на самом деле проблема? Он же не выходит, нет?

Я знала, о ком он говорит — Сэмюэл Бесвик, мужчина, который вломился в дом моей семьи, убил моих родителей и оставил меня одну с их трупами. Преступление было обнаружено лишь тогда, когда мои вопли встревожили соседей, хотя я блаженно ничего не помню о том событии. Менее 24-х часов спустя Бесвика арестовали за двойное убийство, и с тех пор он торчит в тюрьме. Он никогда не объяснял, почему совершил такой ужасный поступок, и никогда не признавал вину. Но он — причина, по которой я изначально захотела работать в полиции.

— Нет, — тихо сказала я. — Он не выходит.

В глазах моего дяди что-то блеснуло. Бывали случаи, когда мне казалось, что он презирал Бесвика намного сильнее, чем я сама.

— Рад это слышать, — он встал. — Я найду для тебя эту коробку.

У меня сложилось отчётливое впечатление, что меня отпускают.

— Спасибо, — я помедлила. — Как ты? — спросила я. — Нормально держишься?

— Кое-что побаливает. Ничего серьёзного, — он сморщился. — Худшее в старении — не моё здоровье, а то, как все со мной обращаются. Меня уже не воспринимают как настоящего человека. У меня больше нет индивидуального характера. Они воспринимают меня как старика, с которым нужно говорить очень громким снисходительным тоном, — он скривил губы. — Раньше я считался важным человеком. Раньше меня уважали. Теперь меня считают просто стариком, — он показал на дверь. — Я провожу.

Я открыла рот, желая сказать больше, но он уже направился ко мне и подгонял к выходу. Я знала, что ему меньше всего нужно моё сочувствие. Он воспринимал это как жалость, а этого мы оба не желали.

— Нет необходимости возвращаться, — сказал он мне. — Я отправлю все находки почтой.

Перевод: прекрати донимать меня и вторгаться в мою жизнь отшельника. Я вздохнула. Да. Некоторые вещи никогда не менялись.

Затем дядя удивил меня. Он протянул руку и крепко сжал мою ладонь. Я взглянула ему в глаза, но не могла прочесть это выражение.

— Ворошить прошлое — это не всегда хорошо, Эмма. Иногда лучше оставить всё как есть и двигаться дальше. То, что случилось с твоими родителями — это трагедия. То, что случилось с тобой — ещё хуже, и я знаю, что был для тебя не лучшим опекуном. Но ты не можешь изменить то, что уже случилось.

Я сглотнула.

— Я не пытаюсь это изменить, — тихо сказала я. — Лишь пытаюсь понять.

Он удерживал мой взгляд, затем кивнул.

— Хорошо, — он отпустил меня. — Они бы тобой гордились, знаешь.

Непрошеные слёзы навернулись на мои глаза, и я яростно заморгала.

— Спасибо.

Мой дядя пожал плечами.

— Я лишь говорю правду, — затем он тычками выдворил меня за порог и закрыл дверь.

***

Вместо того чтобы воспользоваться возможностью и размять свои метафорические ножки на вьющихся сельских дорогах, Таллула ворчала всю дорогу до дома моего дяди и всю дорогу обратно. Только когда мы добрались до окраин Лондона, её двигатель перестал дребезжать.

Аляповатая пурпурная Мини, которую я унаследовала от своего предшественника в Отряде Сверхов, Тони Брауна, имела внушительные преимущества, несмотря на её возраст и склонность извергать чёрный дым, когда ей вздумается. К сожалению, среди этих преимуществ не было пригодности к долгим поездкам. Я начинала думать, что она права: вся эта поездка на юг ощущалась как пустая трата времени.

Мы пересекали реку, когда моя полицейская рация затрещала. Это произошло так неожиданно, что я едва не врезалась капотом Таллулы в бампер чёрного такси передо мной. Меня мотнуло вперёд, край ремня безопасности впился в мою кожу. Такси громко засигналило. Я выдохнула. Еле-еле пронесло. С лондонскими таксистами шутить не стоит. Водитель высунул руку из окна и дерзко показал мне средний палец. Я помрачнела. Ну и ладно. Я же на деле не врезалась в его такси.

Я глянула на часы. Ровно полдень. Утро быстро просвистело мимо.

— Детектив Беллами, это диспетчер. Прошу, ответьте.

— Ээ… — я повозилась с оборудованием. — Это детектив Беллами, — я помедлила. — Отвечаю, — я содрогнулась от своей неловкой формулировки. Я не привыкла пользоваться многой терминологией. Будучи единственным детективом Отряда Сверхов, я мало времени проводила с другими офицерами полиции. Конечно, есть Фред, но он работал в Отряде Сверхов дольше, чем я. Я была единственным детективом; он был единственным констеблем. Лиза считалась офисной поддержкой и не работала вне здания. И пусть я передавала сведения по рации, когда было необходимо, сама я вызов не получала.

— Каково ваше текущее местоположение? Вы нужны у Лондонского Глаза.

Я глянула на дорогу.

— Я в десяти минутах оттуда. В чём проблема?

— Суицидальный вампир.

У меня отвисла челюсть. Ха.

— Уже в пути.

Я перестроилась в другую полосу, чтобы скорректировать свой курс. Вампир, желающий умереть — это последнее, чего я ожидала. Я никогда не слышала о таком и не сомневалась, что Лукас, также известный как Лорд Хорват и лидер лондонских вампиров, словит инфаркт от этой идеи. Он также явно будет на месте происшествия, чтобы помочь своему вампиру и контролировать огромное количество адских туристов.

Я неделями избегала Лукаса, но знала, что это лишь вопрос времени, когда наши дорожки вновь пересекутся. Я задавила бабочек в своём животе и сосредоточилась на вспоминании того, чему учили в академии. Иметь дело с потенциальными попытками суицида непросто. Когда такие попытки включали вампиров и одну из наиболее известных достопримечательностей города… чёрт, могло произойти что угодно.

Глава 2

Я припарковалась как можно ближе к Лондонскому Глазу, затем пробежала трусцой остаток пути. Участок уже отгородили полицейским кордоном, но это не мешало зевакам останавливаться и глазеть, а лишь поощряло. Если честно, я бы сделала то же самое, будь я просто прохожим.

Я никогда не видела, чтобы кто-то забирался на вершину огромного колеса обозрения. Упомянутый вампир находился не в одной из застеклённых кабинок, которые медленно вращались, предоставляя посетителям панорамный вид на город. Он отказался от них и вместо этого забрался на внешнюю металлическую конструкцию. Я не понимала, как он провернул такой фокус, для которого наверняка пришлось обходить местные меры безопасности. Это казалось невозможным даже для вампира.

Я прищурилась, разглядывая фигуру наверху. Он был одет в чёрное, капюшон толстовки скрывал лицо. Я сомневалась, что так сложилось случайно. Нахмурившись, я двинулась к Глазу.

Я показала удостоверение первому офицеру в униформе, который мне попался, и он приподнял кордон, жестом показав мне проходить. Я проигнорировала хор любопытных вопросов из толпы, касающихся моей личности, и быстро прошла к основанию колеса обозрения.

Мужчина с блестящей лысиной, одетый в пошитый на заказ костюм, свисавший вокруг небольшого брюшка, размахивал руками и орал. Не надо быть гением, чтобы понять — он был частью команды, управлявшей Лондонским Глазом; пот, капающий с его лба, и явно паникующее поведение всё выдавали.

— Вы должны снять этого идиота! — орал он. — Репортёры уже приехали. Нам сейчас вовсе не нужна такая публичность!

Лорд Лукас Хорват стоял менее чем в метре от него. Он не вздрогнул — насколько я могла сказать, он являлся воплощением холодного, спокойного и собранного вампира. Он выглядел расслабленным, лицо ничего не выражало, руки были спокойно опущены вдоль боков. Его уверенность была столь выразительной, что он вовсе не выглядел неуместным, хотя его одежда создавала впечатление, будто он сошёл со страниц викторианского романа. Я и раньше видела его в рубахах с рюшами, но никогда не видела его в такой — распахнутой почти до пупка и отделанной множеством кроваво-красных оборок, искусно пришитых в разных местах. Его чернильно-чёрные волосы были высушены феном и уложены от лица. На любом другом эта прическа выглядела бы нелепо, но Лукасу она идеально подходила. Не хватало только млеющей женщины в корсете, уцепившейся за его талию, и тогда картина была бы полной. «Фабио, сдохни от зависти».

Я глянула на свои джинсы и простую футболку. Если бы я знала, что это вечеринка с пафосным дресс-кодом, то приоделась бы. Честно говоря, если бы я знала, что увижусь с Лукасом, то постаралась бы выглядеть на все сто. Я не могла отрицать влечение к этому вампиру. И не могла позволить этому зайти дальше.

Приоритетом Лукаса всегда будут вампиры, и я знала, что вампирам нельзя доверять. Они желали крови, власти и секса, и необязательно в таком порядке. После того, что случилось с моим бойфрендом, убившим меня дважды, я не готова снова подвергать опасности своё хрупкое сердечко. Но это никак не мешало бабочкам, трепетавшим в моём животе при виде вампирского Лорда.

— Вы хотите сказать, мистер Ханниган, — поинтересовался Лукас, — что страницы завтрашних газет важнее чьей-то жизни? Возможно, нам стоит надеяться, что порыв ветра сбросит беднягу с его насеста? Тогда вы сможете убрать кровавое месиво из мозгов и внутренних органов, а туристы продолжат кататься на колесе ради селфи.

«Ой-ой». Обычно Лукас мог очаровать любого, с кем заговаривал. Враждебные нотки в его словах указывали на его искреннее беспокойство за того, кто цеплялся за колесо обозрения над нашими головами.

Я вклинилась прежде, чем завяжется ссора.

— Детектив-констебль Эмма Беллами, — сказала я вместо приветствия. — Я из Отряда Сверхов. Мне нужно знать, что происходит, а потом мы посмотрим, как лучше всего уговорить этого мужчину спуститься. Кто он и как туда забрался?

Лукас повернулся ко мне, его чёрные глаза изучали мое лицо. Что он искал, я понятия не имела.

— Здравствуй, Эмма, — он подвинулся чуточку ближе. — Как ты? — его язык показался наружу и увлажнил губы. — Ты избегала моих звонков.

Я показала на колесо, игнорируя его любезности. Мой дядя гордился бы мной.

— Кто это?

Если Лукас испытал раздражение, то не показал этого.

— Мы не сумели хорошо рассмотреть его лицо, так что не могу сказать.

— Но он определённо вампир?

— Да, — Ханниган указал на молодую женщину в футболке с изображением Лондонского Глаза, которая уставилась на Лукаса широко распахнутыми глазами. Учитывая его одежду, я её не винила. — Пейдж, — рявкнул он. — Скажи ей, что ты видела, — когда она продолжила пялиться на Лукаса, Ханниган её слегка толкнул. — Пейдж!

Женщина встряхнулась и сосредоточилась на меня. По моим прикидкам ей было около двадцати лет. Наверное, студентка, работающая в команде Глаза во время каникул. Несомненно, большую часть времени это была хорошая подработка. Она почесала голову и часто заморгала.

— Эм, я готовилась к открытию, когда он пробежал мимо меня. Половина команды охранников гналась за ним, но не могла настичь. Я тоже пыталась его остановить, но он был слишком быстрым. Он определённо вампир. Я сумела рассмотреть его и… — она открыла рот и постучала пальцем по своим зубам.

— Клыки? — спросила я.

Она кивнула.

— Большие.

— Откуда мы знаем, что это попытка суицида? — спросила я, не обращаясь ни к кому в особенности. — Откуда мы знаем, что это не какой-то трюк?

— Трюк? — резко рыкнул Лукас.

Я наградила его долгим взглядом; если он считал, что его вампиры безупречны, это не означало, что всё на самом деле так. Будучи их лидером, он имел власть и внушительное уважение, но по последним подсчётам под его контролем находилось почти две тысячи вампиров. Он не мог уследить за всеми ними.

— Если бы кто-то хотел совершить самоубийство, — спокойно сказала я, — зачем выбирать такое публичное место? Сгодится любой мост. А выбирать для этого туристическую достопримечательность кажется тщеславным.

Лицо Лукаса помрачнело, но он не ответил — наверное, потому что понимал, что я права.

— Мне без разницы, зачем он там, — сказал Ханниган. — Просто спустите этого гада!

Проще сказать, чем сделать.

— Расскажите мне про колесо обозрения. Что мне нужно знать?

— Мы отключили электроснабжение колеса, — сказала мне Пейдж. — Само собой, — она указала на неподвижные стеклянные кабинки. В некоторых из них до сих пор были люди; встревоженные лица смотрели то на нас, то на ненадёжно примостившегося вампира. — Его высота 135 метров. Это не самое высокое колесо обозрения в мире…

Лицо Ханнигана скисло ещё сильнее.

— …хотя когда-то было самым высоким, — продолжала Пейдж, — и один оборот занимает примерно тридцать минут.

Я почесала подбородок.

— Полагаю, вы уже рассматривали вариант включить его обратно и подождать, пока наш потенциальный прыгун окажется у земли.

— Мы не хотим нечаянно спровоцировать его на прыжок.

— Или, — добавил Лукас с непроницаемым выражением лица, — спровоцировать его случайное падение.

— Он уже оказался на полпути вверх прежде, чем мы сумели всё отключить, — сказала Пейдж. — Я не думаю, что он упадёт нечаянно. Он кажется весьма проворным, — она снова покосилась на Лукаса, широко распахнув глаза. — Это черта вампиров?

Он глянул на неё, затем медленно улыбнулся, не разрывая зрительного контакта.

— Да. Обычно мы более атлетичны и сильны, чем люди, — интенсивность его взгляда усилилась. Пейдж буквально плавилась.

Я нахмурилась. Чем он вообще занимается?

Щёки Ханнигана обретали сердито-красный оттенок. Очевидно, шарм Лукаса на нём явно не работал.

— Снимите этого фрика оттуда!

Лукас положил ладонь на его руку.

— Не беспокойтесь, — пробормотал он, и в его словах вибрировала сила. — Всё будет хорошо.

Менеджер Лондонского Глаза открыл рот, затем закрыл обратно, и его тело смягчилось.

— Всё будет хорошо, — повторил он как робот.

— Лукас, — предостерегла я.

Он приподнял бровь.

— Что? Не можешь же ты утверждать, что он не нуждался в успокоении.

Я цокнула языком.

— Это так круто, — выдохнула Пейдж.

«Да, да». Я вздохнула и снова посмотрела вверх. Всё, что поднялось, должно опуститься, решила я. Так или иначе.

— У вас есть страховочные ремни, чтобы вскарабкаться по конструкции? — спросила я.

— За ними пошли, — ответила Пейдж. — Скоро должны принести.

«Скоро» может быть слишком поздно. Я кивнула, затем отошла и осмотрела паутину стальных конструкций. Задача не выглядела слишком сложной, и к счастью, я хорошо переносила высоту. Я подняла одну ногу и проверила опору.

— Эмма, — позвал Лукас, — ты что творишь?

Я широко улыбнулась.

— Я уже говорила тебе, я предпочитаю, когда ты зовёшь меня Д'Артаньян, — затем я без дальнейших предисловий начала карабкаться. Наблюдающая толпа шумно ахнула — идеально синхронизированный звук волнения и ужаса.

Я едва преодолела два метра, как Лукас уже очутился рядом, карабкаясь бок о бок со мной.

— Я повторю вопрос ещё раз. Какого хера ты творишь?

— Я собираюсь поговорить с твоим вампиром и попробовать уговорить его спуститься добровольно, — я потянулась к следующей стальной секции и подтянулась на неё.

— Не будь идиоткой. Ты можешь упасть, — он не отставал от меня. Выше и выше и выше.

— Ты тоже, — заметила я.

— Я вампир. У меня есть сверхъестественные способности.

— Верно, — ответила я, не останавливаясь. — Но если упадешь, всё равно размажешься в лепёшку.

— Ты тоже.

— Через двенадцать часов я очнусь. А ты нет, — я помедлила. — И ещё, как оказалось, чем больше я умираю, тем сильнее я становлюсь. Так что для меня это не только проще, чем для тебя, но и в случае, если я оступлюсь и упаду, я ещё и стану сильнее завтра. А ты умрёшь, если оступишься и упадёшь.

— Он вампир. Он — моя ответственность.

— Я представляю Отряд Сверхов, — легко ответила я. — Ответственность ложится на меня. А ты отправляйся вниз к своей новой подружке. Я об этом позабочусь.

Последовала небольшая пауза. Лукас продолжал не отставать от меня ни на шаг. Я рискнула глянуть вниз и прикинула, что мы уже находились на высоте примерно сорока метров. Страховочные ремни так никто и не принёс. Это решение определённо было оправданным.

— Пейдж и правда кажется очаровательной девушкой, — сказал Лукас наконец.

— Ммм, — мимо пронёсся порыв ветра, растрепавший мои волосы и оборки на рубашке Лукаса.

— Интересно, есть ли у неё молодой человек.

Я не ответила.

— Ты выглядишь раздражённой, Д'Артаньян. Ревнуешь?

— Неа, — ответила я. Теперь уже сорок пять метров. — Но ты пытаешься вызвать у меня ревность.

Прошло ещё мгновение.

— Да, — сказал он. — Пытаюсь. Ты должна была прийти ко мне домой на ужин. Я был… разочарован, когда ты не появилась. Вместо этого меня вызвали на встречу к Фэйрфаксу. Это было очень скучно. Если бы ты сохранила в силе наше… свидание, я бы избежал его бессмысленных попыток завязать дружбу.

— Я же позвонила тебе по этому поводу. Мне пришлось отменить планы, потому что надо было разобраться с нападением в Лиссон Гроув. Какой-то тупица-человек пытался одурачить одного из волков Карра, и в итоге его укусили. Мне нужно было удостовериться, что всё оформлено документально, и перепроверить, что все процедуры соблюдены.

Один укус оборотня не превратит человека в пушистого зверя, но два укуса могут оказать подобный эффект, а три отдельных укуса определённо приведут к такому результату. Кланам оборотней разрешалось обращать лишь небольшое количество людей в год, поскольку их численность строго регулировалась Ограничивающим Актом 1901 года. Случайные укусы нужно было строго документировать и сообщать о них всем оборотням, чтобы избежать непреднамеренного повторения и незапланированного обращения. Этим процессом кланы занимались сами, но это первый раз, когда мне довелось лицезреть всё своими глазами. Я не могла отказаться от этого. И если честно, отговорка, позволяющая избежать ужина с Лукасом, стала манной небесной. Меня раздирали противоречия — и из-за моих чувств к нему, и из-за его практик как вампирского Лорда, так что избегание казалось лучшим вариантом. Если это делало меня трусихой, так тому и быть.

— Ты меня боишься.

— Нет, — ответила я. Шестьдесят метров. Почти половина пути. — Я боюсь не тебя, а твоей работы. Особенно в сочетании с моей работой.

— Быть Лордом — это больше, чем работа.

— Да, — печально сказала я. — Это-то меня и беспокоит.

— Эмма, — начал Лукас.

Что-то упало сверху, брякая и ударяясь о стальную конструкцию Глаза. Я остановилась и глянула вниз, следя за падением предмета.

Лукас нахмурился.

— Не знаю, — он задрал голову. — Чёрт. Он движется.

Я прищурилась от солнца и заметила вампа над нами. Похоже, он перебирался по верхней части колеса на другую сторону, прочь от нас.

— Ты видишь его лицо? — спросила я. Зрение Лукаса было в разы острее моего. — Уже можешь разобрать, кто это?

Голос его был мрачным.

— Нет. Он знает, что мы здесь, иначе не уходил бы. Но он ни разу не посмотрел в этом направлении. Похоже, он не хочет, чтобы его опознали.

В мои мысли закралось подозрение. Тут происходит нечто большее, я в этом не сомневалась.

— Что-то у меня дурное предчувствие, — пробормотала я.

— Ага, — Лукас стиснул челюсти. — У меня тоже. Тебе лучше вернуться на землю.

— И тебе тоже, — парировала я, взглянув на ближайшую кабинку. Внутри находилась большая группа людей, уставившихся на нас. Я подумывала поднять руку и помахать, но не хотела искушать судьбу. Мы сейчас находились довольно высоко, и несмотря на мои недавно улучшившиеся силу и выносливость, я начинала уставать. Карабкаться было сложнее, чем казалось на первый взгляд.

В передней части кабинки стоял маленький мальчик, лет семи-восьми. Его рот был перепачкан в шоколаде от рожка мороженого в его руке. Со всеми этими волнительными событиями он, похоже, забыл про лакомство. Однако вместо того чтобы смотреть на меня и Лукаса, его широко распахнутые глаза сосредоточились на фигуре над нами. Внезапно он ахнул. Я резко вскинула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как якобы суицидальный вампир перемахнул со стальной балки, на которой балансировал ранее, на крышу одной из кабинок.

— Не двигайся! — крикнула я, вложив в свой голос как можно больше силы. Ветер унёс мои слова прочь, и я сомневалась, что вампир меня услышал, даже с острым слухом, присущим его виду. Лукас рядом со мной выругался.

Затем вампир снова прыгнул, ухватившись руками за другую стальную балку и на мгновение повиснув в воздухе. Я была уверена, что он сорвётся с высоты около ста метров и разобьётся насмерть. Вместо этого он с поразительной скоростью опустился ниже.

Порывы ветра усиливались. Вамп, который до сих пор находился с противоположной стороны колеса обозрения, похоже, не обращал внимания. Он спустился на один уровень с нами, но ни разу не глянул в нашу сторону. Похоже, он решительно настроился спуститься. В теории это хорошо, поскольку никто не хотел, чтобы он прыгал, но я хотела поговорить с ним и выяснить, что это был за фокус. Если он убежит прежде, чем мы до него доберёмся, останется много вопросов без ответа.

Мне надо было последовать за ним — если он спускается, значит, и я тоже. Я начала опускаться, но в спешке оступилась и резко вскрикнула. Лукас в мгновение ока потянулся ко мне и помог снова удержаться.

Его рука обвила мою талию, крепко сжав, и он посмотрел мне в глаза.

— Я пытался тебя предупредить, Д'Артаньян, — пробормотал он. — Здесь опасно, и я не хочу, чтобы ты упала.

Я посмотрела на него, и моё сердце бешено колотилось в груди. Затем раздался лязг, и я глянула вниз, на спускающегося вампира.

— Он по-прежнему направляется вниз, — сказала я. — Мы должны его поймать.

Лукас кивнул.

— Будь осторожна, — предупредил он.

На сей раз я не отпускала шуточек.

— Хорошо, — я продолжила спускаться.

Мы с Лукасом двигались быстро, зеркально вторя действиям загадочного вампира, спускаясь шаг за шагом, пусть и с другой стороны колеса обозрения. Конструкция Глаза как будто постанывала. Я знала, что она выдерживает куда более крупный вес, чем мы трое, но чуть не сорвавшись, я растеряла всю уверенность.

Спускаться оказалось сложнее, чем карабкаться вверх, и вскоре вампир начал отрываться от нас. Внизу уже стояли наготове полицейские и сотрудники Лондонского Глаза. Кто-нибудь поймает его, когда он ступит на землю, и мы узнаем, что происходит, чёрт возьми.

Нам с Лукасом оставалось около двадцати пяти метров до земли, а вампиру — пятнадцать. Я старалась пошевеливаться, чтобы нагнать, но он внезапно остановился. Посмотрел вниз, повернув голову сначала в одну сторону, потом в другую. Что он вообще задумал? Застрял? Резко испытал головокружение?

Я очень сильно ошибалась.

Тут Лукас заорал маленькой толпе полиции и охранников Глаза.

— Влево! — взревел он. — Идите влево!

Но было уже слишком поздно. Мы смотрели, беспомощно держась за Глаз, как вампир на другой стороне прыгнул вбок от стальной конструкции. Вместо того чтобы упасть на землю и рухнуть, он спрыгнул на бетонную площадку и перекатился. Затем одним проворным движением вскочил на ноги и побежал. Охранники и полицейские рванули за ним, но он не обращал на них внимания, устремившись прямиком к забору в дальней стороне. Заграждение должно было не пропускать посторонних, но вамп легко забрался на него, перемахнул на ту сторону и скрылся. Ну ёбушки-воробушки!

Мы спустились до конца, сначала Лукас, потом я.

— Он скрылся, — сказал запыхавшийся полицейский, поспешивший к нам. — Мы пытались его догнать, но он как чёртов ниндзя. Я никогда ничего подобного не видел, — он бросил на Лукаса обвиняющий взгляд, будто это лично он виноват в таких акробатических навыках вампиров. Если Лукас и заметил, то не среагировал; его лицо казалось высеченным из гранита, но чёрные глаза полыхали яростью.

— Тебе никогда прежде не доводилось иметь дело с суицидальным вампиром, да? — тихо спросила я.

— Да, — огрызнулся Лукас. — Но я не думаю, что мы сейчас имеем дело с чем-то подобным.

Глава 3

Я пробыла на твёрдой земле всего несколько мгновений, и тут мой телефон зазвонил. Я проверила имя контакта, и моё сердце ухнуло в пятки.

Лукас наклонился и взглянул на экран.

— Проигнорируй, — посоветовал он.

Я покачала головой. Я не могла так поступить, поэтому нажала кнопку ответа.

— Это детектив Беллами, — произнесла я.

— Эмма, — гаркнула старший детектив-суперинтендант Люсинда Барнс. — Что, во имя всего святого, происходит? Почему я смотрю обеденные новости и вижу сообщения о чёртовом вампире, взбирающемся на Лондонский Глаз?

Я содрогнулась.

— Ну, больше не карабкается, — услужливо сообщила я.

— Он упал?

— Эмм, он слез и убежал.

Её голос повысился до пронзительного визга.

— Убежал? Что происходит? Где Лорд Хорват?

Я протянула телефон Лукасу, предлагая ему взять телефон и самому поговорить с моим боссом, но он попятился, выглядя мрачно развеселившимся. Он не обязан отвечать перед детективом Барнс. К сожалению, у меня такой роскоши не было.

— Он занят, — сказала я. — Но он здесь и пытался помочь спустить этого мужчину.

— Ну, он проделал не очень хорошую работу, так? — прошипела она себе под нос. — Он наверняка это спланировал. Наверняка хотел напомнить миру, какие вампиры сильные. Я удивлена, что он не поручил другой группе одновременно спуститься на веревках по Биг Бену.

— Вообще-то, — начала я, — я не думаю, что…

На линии раздались приглушённые голоса.

— Что? — переспросила Барнс у кого-то. — Что?

Я нахмурилась, и от напряжения мой затылок будто кололо иголками.

Моя начальница вернулась на линию.

— Поезжай к Тауэрскому мосту, — приказала она. — Как можно быстрее.

Моя кровь застыла в венах.

— Зачем?

Лукас наблюдал за мной, сощурившись.

— Три оборотня захватили автобус с открытым верхом.

У меня отвисла челюсть.

— Вы шутите.

— Ты себе не представляешь, как мне хочется, чтобы это была шутка. Поезжай. Немедленно.

Я не тратила времени впустую и уже бежала к Таллуле.

— Эмма! — крикнул мне вслед Лукас.

Я помахала рукой.

— Найди этого бл*дского вампира! — проорала я через плечо, а затем побежала ещё быстрее.

***

Я начала постоянно держать в Таллуле заряженный арбалет. Добравшись до Тауэрского моста и увидев шумиху впереди, я схватила его с заднего сиденья и поспешила на место. На сей раз мне не пришлось предъявлять удостоверение личности, чтобы получить доступ к месту происшествия; Таллула и арбалет возвестили о моём прибытии. Облегчение на лице полицейских ни с чем нельзя было спутать.

— Что случилось? — спросила я, не тратя ни время, ни силы на ненужные преамбулы.

— Впереди туристический автобус, — сказал долговязый офицер-мужчина. Его голос был спокойным, лицо — старательно нейтральным, но от меня не укрылась лёгкая дрожь его ладоней. Это можно понять; очень немногим офицерам доводилось лично иметь дело со сверхъестественными существами. Кроме меня, конечно же. — Это один из тех автобусов, в которые можно сесть здесь на любом углу. Он проезжает по достопримечательностям. Имеет своего экскурсовода. Ну, вы понимаете.

Автобус остановился посреди дороги и стоял под углом, поперёк двух полос. И спереди, и сзади образовалось скопление машин, брошенных своими водителями. Также по моим подсчётам тут имелось минимум восемь вооружённых офицеров, целившихся в автобус из пистолетов. Открытые места на втором этаже автобуса, похоже, пустовали. Что бы ни происходило, это было на нижнем этаже.

— У нас есть отчёты о том, что трое мужчин с большими рюкзаками сели на автобус возле Лондонского Тауэра. Через несколько минут они обратились в оборотней, захватили экскурсовода и угрожают остальным пассажирам. Похоже, они хотели, чтобы водитель вывез их из города, но он вместо этого спровоцировал аварию и сбежал. Некоторым туристам удалось спрыгнуть с верха автобуса, когда он остановился. Мы думаем, что внутри до сих пор остаётся семь человек, не считая оборотней.

Ладно. Это безумие. Но ладно.

— Есть информация о том, из какого клана волки?

Полицейский вылупился на меня.

— Откуда нам это знать?

Они, может, и не знали, но оборотни являлись верными существами. Они бы ни за что не затеяли такое, если бы альфа их клана не дал добро. И какими бы чокнутыми ни были четыре альфы, я не могла себе представить, почему им могло показаться, что парализовать движение в центре Лондона — это хорошая идея.

— Кто-нибудь связывался с альфами кланов? — спросила я.

— Мы подумали, что это сделаете вы.

— Ага, — я кивнула. — Нам известны ранги оборотней? Кто-нибудь заметил цветные метки на их руках до того, как они обратились?

Он медленно покачал головой. Толку от него как от одноногого калеки в соревновании по пинанию х*ев.

За установленным периметром внезапно зародилась какая-то возня. Я повернулась и заметила Фреда, который лихорадочно махал мне руками. Ну наконец-то, хоть кто-то, способный оказать мне настоящую помощь. Я кивнула в его сторону.

— Пропустите его, — приказала я.

Офицер поднял руку, и Фред поспешил к нам.

— Из какого клана эти идиоты? — торопливо спросил он.

— Мы не знаем.

— Кто-то говорил с альфами?

— Неа.

— Мы знаем их ранги?

Я слегка улыбнулась.

— Нет, — я передала ему телефон. — Немедленно свяжись со всеми альфами кланов. Выясни, кто эти идиоты, и какой ублюдок приказал им создать такой хаос, — я помедлила. — Начни с Леди Салливан.

Пусть на данный момент я нормально общалась с альфой клана Салливан, она была самой беспечной. Она однажды даже пыталась убить меня, чтобы самостоятельно изучить моё воскрешение. Я посчитала её наиболее вероятным кандидатом для такого шутовства. Если она дала добро на такое нападение, то её дни сочтены. Общественность терпела сверхъестественное сообщество, пока оно держалось в своём уголке Лондона и больше никого не беспокоило. Захват туристического автобуса в эти полномочия не входил.

— Что ты будешь делать? — спросил Фред.

Я обнажила зубы в коварной улыбке.

— Подойду ближе и попробую поговорить с этими дубинами, — сказала я. — Если у них достаточно низкий ранг, может, сумею внушить им отступить, — я скрестила пальцы. Было бы здорово закончить этот фарс без единого выстрела.

Я расслабленно держала арбалет опущенным вдоль бока, показывая, что не буду целиться или стрелять без необходимости, затем медленно двинулась к автобусу. Все взгляды были прикованы ко мне… и камеры наверняка тоже. Я не думала о них, сосредоточившись на автобусе. Я могла различить внутри несколько теней, и через каждые несколько секунд высовывалась голова, смотрящая на меня. Судя по длинным ушам, волки всё ещё были в животной форме.

Когда я добралась до первого вооружённого офицера, он показал на мегафон. Я на мгновение задумалась, затем подняла его.

— Это детектив-констебль Эмма Беллами, — мой голос разнёсся по мосту. — Вы знаете, кто я. Вы немедленно отступите, вернётесь в человеческое обличье и покинете автобус.

Каждое слово вибрировало силой, и я чувствовала внушение, внедрённое в приказ и отдающееся в моём теле. Я не могла сказать точно, но казалось, что мегафон усилил и мою силу, и громкость моего голоса. Я не всегда могла внушать сверхам; обычно мне нужно было знать их настоящее имя, чтобы увеличить свою силу и покорить их моей воле. Однако если сверхи достаточно слабы, я справлялась и без имени.

Я задержала дыхание и ждала, надеясь, что я сделала достаточно. Когда из автобуса не последовало немедленного ответа, я выругалась себе под нос. Ладно. Если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе.

Я опустила мегафон и пошла перёд. Я попаду в этот автобус.

— Детектив Беллами! — прошипел один из вооружённых офицеров. Я взглянула на него. — Протокол требует, чтобы никто не пытался приближаться к захваченному транспортному средству, пока не исчерпаны альтернативы.

— Это протокол для людей, — ответила я. — А не для оборотней. Тактика выжидания может сработать в других обстоятельствах, но волки положительно реагируют на демонстрацию силы, а не терпения, — я бросила на него взгляд. — Вы же не просто так меня вызвали. Я знаю, что делаю, поверьте мне, — затем я продолжила идти к автобусу.

Я едва преодолела три метра, как за грязными окнами зародилось какое-то движение. Я остановилась. Великолепно. Я выждала две секунды, затем дверь автобуса распахнулась. Но тот, кто вышел со страхом на лице, не был оборотнем.

— Не стреляйте! — прокричал он как будто с новозеландским акцентом. — Пожалуйста, не стреляйте! — он спешно скатился на дорогу, и дверь автобуса снова закрылась.

Я прищурилась.

— Руки за голову! — прокричал тот же офицер, что пытался меня остановить.

Мужчина подчинился и пошатнулся вперёд, его лицо сделалось белым как бумага. Я осмотрела его одежду: шорты хаки, сандалии и пухлая сумка-бананка. Определённо турист. Добравшись до первой полицейской машины примерно в пятидесяти метрах от автобуса, он ахнул. Один из офицеров в униформе вскочил, схватил его и затащил за машину.

Я без промедления присоединилась к ним, и мы втроем присели за автомобилем. Офицер снова занял позицию, и дуло его служебного оружия смотрело на автобус. Я занялась беженцем. Он дышал со свистом, глаза бешено метались туда-сюда от паники.

Я положила ладонь на его плечо.

— Дышите, — приказала я. — Вдох, — он втянул воздух — Выдох, — он шумно выдохнул. — Вдох. Выдох.

Он подчинился. Его тело тряслось под моей ладонью, но дрожь постепенно начинала стихать.

— Теперь вы в безопасности, — сказала я. Затем мой голос ожесточился. Мне нужно, чтобы он говорил. — Расскажите мне, что происходит в автобусе.

— Три, — сказал он. — Три оборотня.

— Вы видели, как они обратились? Вы видели, как они выглядели до обращения?

Он покачал головой.

— Я был наверху… все мы были наверху. Должно быть, они обратились перед тем, как подняться. Я их не видел, пока они не оказались в автобусе, — дрожащей рукой он залез в карман и достал листок бумаги. Там небрежным почерком было нацарапано сообщение.

Я прочла вслух:

— «У нас шесть заложников. Держитесь подальше, иначе мы их сожрём. Мы сообщим свои требования через час. Будьте наготове», — я нахмурилась и посмотрела на мужчину. — Один из волков это написал?

— Я… — мужчина беспомощно посмотрел на меня. — Думаю, да. Один из них дал мне это и вытолкнул за дверь.

Ни один оборотень не умел писать в животном обличье; их лапы не годились для такой мелкой моторики.

— Они до сих пор все волки?

— А?

— Они до сих пор покрыты шерстью?

Он выглядел непонимающим.

— Да.

Они могли приготовить записку до того, как сесть в автобус, но откуда им знать, сколько у них будет заложников? В такие автобусы можно сесть и сойти с них в любой момент, так что иногда они были абсолютно пустыми, а иногда занято каждое сиденье. Что-то тут не складывалось. И я никогда не слышала, чтобы оборотень желал съесть человека. Все оборотни, которых я знала, предпочитали бургеры, обычно с большим количеством кетчупа.

Я почесала затылок. Сначала тот вампир на Лондонском Глазу, а теперь это.

— Опишите мне их. Опишите волков.

Он уставился на меня так, будто не понимал вопроса.

— У них коричневая шерсть. И большие зубы. И от них пахнет плесенью.

Плесенью? Я нахмурилась.

— У одного из них голубые глаза, — услужливо сообщил мужчина.

Моё тело напряглось. Когда оборотни трансформировались, их глаза меняли цвет на жёлтый, изредка на зелёный. Но не на голубой.

— Кавалерия прибыла, — услышала я чьё-то бормотание.

Я обернулась и увидела Фреда в дальнем концу моста. Приехали четыре идентичные чёрные машины — альфы прибыли. Дверцы открылись, и из них показались знакомые силуэты Леди Салливан, Леди Карр, Лорда Макгигана и Лорда Фэйрфакса. Они находились слишком далеко, чтобы я могла расшифровать выражения их лиц, но все они держались напряжённо и смотрели на автобус.

Я оставила мужчину, встала и направилась к ним. Фред уже пытался поговорить с ними, но они мало обращали на него внимание. Они сосредоточились на автобусе.

— Это не могут быть мои волки, — сказала Леди Салливан, когда я приблизилась.

— Ну, они не из моего клана, — рявкнул Фэйрфакс.

Лорд Макгиган скрестил руки на груди.

— И не из моего.

Леди Карр взглянула на другую женщину-лидера.

— Ты единственная альфа, склонная к таким действиям. Все наши волки на своих местах.

— Вы знаете, что это означает, — прорычал Макгиган. — Клан Салливанов официально мёртв. Люди никогда такого не потерпят! Никакая дипломатия и мольба о компромиссах не помогут в этот раз соскочить с крючка, — он взглянул на меня. — Мы тут не повинны, детектив Беллами. Вы не можете ровнять всех под одну гребёнку. Это не наше преступление.

— Это не мои волки! — в голосе Леди Салливан звучала нетипичная натужность.

Я расправила плечи.

— Садитесь в свои машины и возвращайтесь в Лиссон Гроув. Немедленно, — приказала я.

— Что? — Лорд Фэйрфакс дёрнулся. — Вы не можете нас заставить. Если оборотни держат в заложниках кучу людей, мы имеем право здесь находиться. Вы, может, и сильны, детектив Беллами, но вы не волк.

— Люди в этом автобусе тоже не волки, — сказала я.

Все взгляды обратились ко мне.

— Что?

— Я, может, до сих пор относительно новичок в этом, — сказала я, — но я знаю, что ни одна группа оборотней не сделала бы этого, если бы действовала не по вашему приказу. Одному волку, может, и хватило бы дурости, но не трём разом. И глядя на вас, становится очевидно, что вы таких приказов не давали. Вы знаете, какими были бы последствия, и вы не настолько беспечны.

— Вот именно, чёрт возьми, — пробормотала миниатюрная Леди Карр.

— Менее часа назад, — продолжала я, — на вершину Лондонского Глаза забрался вампир. Теперь три оборотня захватили автобус. Лорд Хорват покинул Сохо, чтобы разобраться с вампом. Вы покинули Лиссон Гроув, чтобы разобраться с этим, — я покачала головой. — Это не настоящие инциденты, а диверсии. Кто-то пытается вас отвлечь. Думаю, что когда автобус возьмут штурмом, внутри окажутся не три оборотня, а три идиота в костюмах, притворяющиеся волками.

— Что? — Макгиган разинул рот. — Вы уверены?

Не совсем, но я надеялась, что права. Плесневелый запах? Нацарапанная записка? Голубые глаза? Туристы могли не знать, как выглядит настоящий оборотень, и страх может заставить человека поверить во что угодно… даже в то, что некто в костюме — это реальное сверхъестественное существо.

— Зачем кому-то выманивать нас из Лиссон Гроув? — спросила Леди Салливан. — Если это отвлечение, то от чего нас отвлекают?

— Я не…

Нас перебил голос из рации Фреда, пристёгнутой к его ремню.

— Я получаю сообщения об ограблении, происходящем прямо сейчас, — это была Лиза из офиса. — В банке Талисманик на Гросвенор-стрит.

Она ещё не договорила предложение, а Карр и Макгиган уже бежали к своим машинам.

Фред уставился на меня.

— Чёрт.

— Это мой банк, — прошептал Фэйрфакс и резко развернулся.

— Мы все пользуемся услугами этого банка, — Леди Салливан стиснула челюсти. — Вампиры им тоже пользуются, — она снова глянула на автобус, и выражение её лица исказилось. Глаза сузились до щёлочек, в радужках проступил опасный желтоватый блеск. Я опустила взгляд и заметила шерсть, выступившую на тыльных сторонах её ладоней, и острые когти. Затем она тоже повернулась и побежала к машине.

Фред потёр лоб.

— Всё дело в ограблении банка? Какого хера? Что нам делать?

— Мы едем в банк Талисманик, — сказала я. — Немедленно.

Глава 4

При нормальных обстоятельствах я могла бы доехать от Тауэрского Моста до банка меньше, чем за двадцать минут, но на главной дороге случилась авария. Машины скорой и полиции, а также несколько объездных маневров задержали меня, и я прибыла на место намного позже, кипя от раздражения.

Я проигнорировала парковочные ограничения и остановила Таллулу прямо возле банка, затем выскочила и направилась внутрь через грандиозные парадные двери.

Банк Талисманик был учрежден сотни лет назад. Он был в почёте по всему миру. Что нехарактерно, его не трогали катастрофы, обрушивавшиеся на другие банки; с точки зрения банка Талисманик новый финансовый кризис — это всего лишь очередной рабочий день. У него имелось всего шесть подразделений: Нью-Йорк, Пекин, Рио-де-Жанейро, Лагос, Сидней и, конечно же, Лондон. Антарктика была единственным континентом без его представительства.

Никто не мог зайти и с ходу открыть счёт. Клиентом мог стать только сверх: вампир, оборотень или Иной. Люди могли войти и осмотреться в известном здании, но им не разрешалось вести дела с банком Талисманик. Это результат внутренней политики банка, а не законодательный запрет.

Лондонское отделение банка располагалось прямо в центре города между Сохо, где обитали вампиры, и Лиссон Гроув, где жили оборотни. Если измерять по прямой, то от него до офиса Отряда Сверхов было всего полмили, хотя оживлённые лондонские улицы и одностороннее движение приводили к тому, что дорога от моего места работы занимала больше времени.

Банк представлял собой огромное здание из белого известняка. Оно имело массивные колонны, детальные скульптуры горгулий и гротески снаружи, а внутри ждали помещения с высокими потолками, обшитые сталью хранилища и драматичные интерьеры. На стенах висело так много картин, что тут периодически проводились экскурсии с гидами. Я до сего момента ни разу не ступала на порог этого банка. Осмотрев разрушение на первом этаже, я жалела, что мне пришлось сделать это теперь.

Все четыре альфы кланов и Лукас уже были тут. Разбитое стекло, рассыпанное по замысловатому мозаичному полу, хрустело под моими ногами. Несколько витражных окон разлетелись от выстрелов, стекло перед кабинками банковских специалистов тоже было разбито. Видимо, администраторы банка не подумали, что кто-то осмелится на них напасть, и потому не установили пуленепробиваемые стекла.

— Двое сотрудников банка погибли, — мрачно сказал мне Лукас. — И пять клиентов — четыре волка и пикси. Ещё два мёртвых человека. Одного убили на ступенях, второго внутри.

Я резко перевела на него взгляд.

— Что-нибудь указывает на то, что кто-то из жертв пришёл с грабителями?

— Пока что нет — большинство погибших являлось клиентами. Человек снаружи, похоже, был неудачливым зевакой, а человек внутри, кажется, зашёл поглазеть. Оказался не в то время, не в том месте, — его лицо омрачилось. — Как и все остальные.

Я осмотрелась по сторонам, испытывая тошноту в нутре. Судя по количеству крови, я ожидала худшего, но это всё равно отчаянно большое количество жертв. Отголоски этого сохранятся в сверхъестественном сообществе на годы.

— Они что-то унесли с собой? — спросила я. Само собой, охранные меры в таком месте будут запредельными? Невозможно поверить, что кто угодно может получить доступ к хранилищам и убежать с пачками налички.

Высокий мужчина с телом столь худым, что почти напоминало скелет, подошёл к нам. Я смерила его взглядом. Поскольку я наивно верила в худшие слухи о гулях, пока расследовала отвратительное исчезновение трупа из могилы, я улучшила свои познания об Иных. Численность сверхъестественных существ, не являвшихся волками или вампами, была ничтожной, но это не делало их менее важными.

Я без вопросов поняла, что мужчина был гоблином. Карикатуры, нарисованные людьми, обычно изображали их приземистыми, крепко сложенными существами с алчным нравом. В реальности они были тихими, задумчивыми натурами, опознать которых можно по зелёным глазам и золотистой коже. Большинство проживало в материковой Европе, но около сотни жило в Лондоне. Я уже знала, что данного гоблина зовут Мосбёрн Пралк, Мосс для друзей. Это не настоящее его имя; насколько я понимаю, даже его жена не знала его настоящего имени. Такую цену ты платишь, когда работаешь менеджером банка практически для всех сверхов Европы.

На его щеке под левым глазом виднелся небольшой порез, но в остальном он выглядел невредимым. Он сложил свои костлявые ладони вместе и серьёзно посмотрел на нас.

— Они ворвались внутрь и отключили электричество в щитке. От этого включилась наша запасная охранная система, и в результате половина дверей в здании автоматически заблокировалась. Я был наверху, в своём кабинете. К тому моменту, когда я сумел отключить систему и спуститься сюда, грабители уже уносили ноги.

— Вы рассмотрели кого-либо из них? Кто-то видел их лица?

Он покачал головой.

— Нет, на них были маски. Конечно, у нас есть записи камер, но я не уверен, будет ли от этого толк, — он сделал беспомощный жест. — Мы не знаем, сверхи они или люди.

Лукас подался вперёд, его чёрные глаза оставались нечитаемыми.

— Детектив Беллами спрашивала, что украдено.

Кожа Пралка приобрела пепельный оттенок.

— Вам лучше пройти со мной и взглянуть своими глазами.

Мы толпой прошли по разрушенному помещению, следуя за Мосбёрном Пралком. Я отметила несколько тел, ни одно из них не было прикрыто. Два мёртвых оборотня лежало в центре главного холла банка, третий возле выхода, будто он или пытался сбежать, или вошёл, когда началась стрельба.

Я отвернулась от тела одного из сотрудников с золотистой кожей, лежавшего в неестественной позе, затем моё внимание привлёк труп пикси. Она лежала на животе, её руки были вытянуты в сторону входной двери, будто она тянулась к ней.

У грабителей не было необходимости убивать столько людей. В мою голову закралась зловещая мысль, вдруг это было их планом с самого начала. Всё в сегодняшнем дне, казалось, было разработано с намерением выбить нас из колеи, и эти смерти лишь подтверждали данное чувство.

— Боюсь, они пришли не за деньгами, — сказал Пралк. — Во всяком случае, деньги не были их главной целью. Хранилища работают по таймеру, и наша страховка с лихвой покрыла бы любые потери. И как я сказал, отключение электричества заставило большинство остальных дверей запереться автоматически. Большинство, но не все, — он говорил натянуто, и я понимала, что он воспринял ограбление как нападение лично на него. Банк был его детищем; несомненно, он многим пожертвовал, чтобы подняться до своей нынешней должности. Останется ли он управляющим и завтра, это другой вопрос.

— Они нацелились на комнату с ячейками для хранения, — пробормотал Лукас как будто про себя. Лорд Макгиган напрягся и бросил на него мрачный взгляд, но больше никто не заговорил. Пралк тяжело вздохнул и не стал возражать.

Он повёл нас по широкому коридору, дизайн которого впечатлял не менее, чем главный холл. На стенах висели картины; я не была экспертом по искусству, но даже я узнала некоторые из них. Не оставалось сомнений в том, что это оригиналы, стоящие немалых денег, но грабители их проигнорировали. От этого по моей спине пробежала дрожь беспокойства. Если они не украли деньги, не украли бесценные картины, тогда что им понадобилось, чёрт возьми?

Мы свернули налево в комнату ожидания. На противоположной стороне имелась ещё одна дверь, за которой находилась комната с банковскими ячейками. Ряды стальных шкафчиков тянулись вдоль стен, на каждой дверце имелась цифра и маленькая замочная скважина. Чтобы получить содержимое, нужно было воспользоваться ключом. Насколько я понимала, большинство ячеек осталось нетронутыми… но не все.

Леди Салливан прошла вперёд, протолкнувшись мимо Пралка и пихнув его плечом, и ворвалась в комнату. Она точно знала, что ищет, развернулась на пятках и уставилась, раздувая ноздри. Это было единственное свидетельство того, что ограбление затронуло её лично. Размахивая руками, она промаршировала обратно в коридор, повернувшись к нам спиной. Очевидно, ей требовалась минутка, чтобы взять себя в руки.

Мы вошли в помещение. Лицо Лорда Фэйрфакса будто сделалось гранитным, тогда как Леди Карр побледнела как снег. Лорд Макгиган представлял собой полную противоположность; его щеки пошли пятнами и залились красновато-коричневым цветом. Лукас сжимал и разжимал кулаки. Пралк старательно не смотрел никому из них в глаза.

Я подметила все их реакции, затем медленно обвела взглядом комнату. По моим подсчетам, десять ячеек были украдены, и их блестящие металлические дверцы остались распахнутыми, демонстрируя пустоту внутри.

— Грабители угрожали применением насилия, чтобы заполучить ключи, — приглушённо сказал Пралк. — Как вы все знаете, наши ключи сами по себе не дадут доступа к самому содержимому ячейки. У нас есть ключи лишь от шкафчиков. Клиенты хранят ключи от ячеек внутри них. Эти ублюдки не тратили время на попытки самостоятельно взломать вторые замки, они просто достали ячейки и погрузили их в сумку.

Логично. Если грабители забрали с собой ячейки, то у них будет полно времени, чтобы вскрыть замки в спокойной обстановке.

— Чьи именно ячейки были украдены? — спросила я. У меня складывалось впечатление, что ответ мне уже известен, но я хотела знать наверняка.

Пралк показал на линию прилегающих друг к другу ячеек.

— Эти три принадлежат Лорду Хорвату.

Я украдкой бросила взгляд на Лукаса. Он даже не дёрнулся, но я чувствовала волны ярости, исходившие от его тела.

— Эти две принадлежат клану Салливан. Эта — Леди Карр. Две нижние — Фэйрфакс, а ячейку в углу занимает Лорд Макгиган.

— А последняя ячейка? — спросила я, кивнув на последний пустующий шкафчик, который Пралк не упомянул.

— Эта ячейка, — аккуратно ответил Пралк, — используется данным банком.

А? Я окинула его долгим взглядом, пытаясь расшифровать его мысли. Он мало что выдавал, помимо тревожного отчаяния. Несколько секунд я обдумывала факты, затем сказала:

— Грабители знали, на какие ячейки нацелиться. Как это возможно?

Все взгляды обратились к Пралку, и он сглотнул.

— У нас очень строгие протоколы безопасности. Я не понимаю, как кто-то мог узнать владельцев отдельных ячеек.

— Если только они не работают в этом банке, — рявкнула Леди Карр. — Это работа кого-то из своих. Непременно.

Пралк непреклонно покачал головой.

— Это невозможно. Мой персонал безупречен. Два моих сотрудника погибли, ради всего святого! Если вы намекаете, что кто-то из здешних работников так мало заботится о своих коллегах, что готов рискнуть их жизнями, то вы не понимаете, как мы работаем.

Я вздохнула. Я понимала, что Пралк не желал верить в худшее насчёт своего персонала, но прямо сейчас не существовало иного объяснения случившемуся.

— Вам придётся дать мне список всех сотрудников и их контактные данные, — сказала я.

— Вот именно, чёрт возьми, — прорычал Макгиган. Его кожа покрывалась клочками шерсти. Сначала Леди Салливан, а теперь он. Для альфы оборотней нетипично так открыто терять контроль, но обстоятельства были чрезвычайными.

Пралк выглядел поверженным.

— Ладно, — прошептал он. — Я дам вам список.

— Мне также нужно знать содержимое каждой депозитной ячейки, — сказала я, обращаясь ко всем остальным.

Никто не ответил сразу же, затем Леди Салливан повернулась к нам лицом. Она, казалось, решительно настроилась больше не входить в помещение, будто не могла во второй раз столкнуться с фактом ограбления. Вместо этого она держалась на пороге и пригвоздила меня стальным взглядом.

— Я не думаю, что это необходимо, — сказала она. — Содержимое не играет роли.

Я заметила проблеск облегчения на лицах Пралка и Макгигана.

— Согласен, — сказал Фэйрфакс. — Вам не нужно знать, что было в ячейках, чтобы их вернуть.

— Это абсурд, — я уставилась на них. — Как только грабители заполучат содержимое, они от него избавятся. Я не смогу наблюдать за чёрным рынком и отследить украденное обратно до воров, если я не знаю, что ищу!

— Я не могу говорить за остальных, — натянуто сказал Лукас, — но содержимое моих ячеек не окажется на рынке, каким бы чёрным этот рынок ни был. Это будет передано через приватные продажи весьма конкретным индивидам или… — он умолк, не договорив.

— Или что? — подтолкнула я.

— Или будет использовано против нас в той или иной манере, — он поднял взгляд и посмотрел мне в глаза.

Я нахмурилась. Мне не было особого дела до содержимого ячеек, если не считать возможность использовать это знание для выслеживания грабителей. Но теперь мне стало по-настоящему интересно.

— Что касается нас, шантаж определённо возможен, — сказала Леди Карр.

— Да, — пробормотал Лорд Макгиган, опустив плечи.

Фэйрфакс кивнул в знак согласия.

Я глянула на Пралка.

— Что насчёт вас? Что было в вашей ячейке?

— Будет лучше, — твёрдо заявил он, — если содержимое не будет афишироваться в любой манере или форме. Оно может оказаться… постыдным для банка.

Все сверхъестественные лидеры в прошлом были замешаны в мутных сделках. У меня не было доказательств чего-либо нелегального, но я знала, что все они (включая Лукаса) время от времени ходили по лезвию морали. Судя по их поведению, это не просто сомнительное имущество, способное выставить их в плохом свете. Они все не хотели, чтобы кто-то узнал, что они припрятали. Неудивительно, что кто-то отчаянно желал украсть их вещи; что бы там ни стырили, это явно очень ценное.

Я ожесточила выражение своего лица.

— Я не должна напоминать вам, что за этими дверями лежит девять трупов. Некоторые из этих трупов относятся к вашей расе. Тот, кто ответственен за эти смерти, совершил убийства из-за содержания этих чёртовых ячеек. Вы скажете мне, что в них было.

— Вы не можете заставить нас говорить, — кротко сказала Леди Салливан. — Даже некто, обладающий вашими способностями, не может внушить таким, как нам.

Я перевела на неё холодный взгляд.

— Вы хотите, чтобы этих убийц нашли? Вы хотите, чтобы ваше имущество вернули?

— Конечно, но…

— Никаких но, — я сверлила её гневным взглядом. — Вы скажете мне, что было украдено. Безо всяких исключений.

Лукас скрестил руки на груди.

— Мы скажем тебе в приватной обстановке. Никто другой не должен знать.

— Мы не можем ей сказать! — рявкнула Леди Карр. — Она из полиции, бл*дь. Именно этого она и хочет. Это даст человеческим властям рычаг давления на нас, и мы уже не сумеем это изменить. Передача такой информации окажет негативный эффект на последующие поколения!

Чёрт возьми. Да что такое было в этих проклятых ячейках? Я сделала глубокий вдох.

— Я не скажу никому, кроме двух членов моей команды, что было украдено. Они будут держать рты на замке. И ни один из нас не будет использовать эту информацию против вас, при условии, что эти предметы не представляют риска для общественности сейчас или в будущем. Я даю вам своё слово.

— Даже с самыми лучшими намерениями в мире, — сказал Пралк, — вы не можете обещать этого, детектив Беллами. Вы детектив-констебль на низшей позиции в полицейской иерархии. Если вышестоящие лица потребуют сообщить, что было украдено, вы им скажете.

— Нет, — сказал Лукас, не сводя с меня чёрных глаз. — Она не скажет. Детектив Беллами безукоризненно держит слово. Если она дала обещание, она его не нарушит.

Леди Салливан ворчливо фыркнула.

— Вынуждена согласиться насчёт чести детектива Беллами, — сказала она. — Неохотно. И я хочу, чтобы этих мудаков приструнили. Им нельзя спускать такое с рук. Что, если они обнародуют украденное?

Лорд Макгиган побелел.

— Если она их не найдёт… — начала Леди Карр.

— Найдёт, — сказал Лукас.

Я кивнула.

— Найду.

Это было громкое обещание, но я не знала, что ещё предложить. Вне зависимости от депозитных ячеек, за этими дверями лежало девять трупов. Учитывая случившееся на Тауэрском Мосту и на Лондонском Глазе, а также моё убеждение, что те события были отвлекающими факторами, это ограбление планировалось на протяжении длительного времени. Но это моя территория. И преступникам не сойдёт такое с рук.

Глава 5

Пралк выделил мне небольшую комнатку на втором этаже. Пока оборотни от всех четырёх кланов изучали её в поисках подслушивающих устройств, я нашла Фреда, который брал показания у потрясённых сотрудников банка, которым удалось остаться невредимыми.

— Грабителей было три, — сказал он мне. — Все вооружены и, похоже, в бронежилетах. Они уехали в фургоне флориста, который был припаркован снаружи. Я поручил патрульным искать его через АСРНЗ и по камерам.

Я подозревала, что эти ублюдки достаточно организованные, чтобы не попасться на камерах или на Автоматической Системе Распознавания Номерных Знаков, но надо же откуда-то начинать.

— Спасибо, — сказала я. — Хорошая работа. Есть успехи со свидетелями?

Он поморщился.

— Пока что нет. Банда вошла в здание в 13:34. Они пробыли внутри менее девяти минут и от начала до конца оставались в масках. Лучшая догадка на данный момент — что это два мужчины и одна женщина. Говорила только женщина, у неё был акцент кокни. Это подметили все, — он поморщился. — Это пока что всё, что у нас есть из опознавательных признаков. Отпечатков мы не получим — они все были в перчатках.

Так и думала.

— А записи камер внутри?

— Я взял копии и отправил Лизе. Она просматривает их в офисе, — он помедлил и бросил на меня взгляд искоса.

— Что такое?

— Старший детектив Барнс уже вышла на связь. Команда из ДУР на пути сюда, — он потеребил пуговицы пиджака. — Думаю, они планируют забрать контроль над расследованием.

Я поморщилась. Несомненно, нам понадобится помощь с поимкой грабителей, но мне ненавистна мысль о том, что после автономии последних месяцев придётся перед кем-то отвечать.

— Ладно, — сказала я. — Разберёмся со всем по ходу дела. Сегодня многие останутся очень недовольными. Очевидно, что нацелились именно на сверхов, но отвлечения, которые грабители создали, чтобы держать Лукаса и альф подальше отсюда, повлияли и на другие районы города. К волкам или вампам не будет особого сочувствия — люди считают их слишком богатыми, так что мало кто посочувствует, что у них что-то украли. Однако будет много гнева из-за того, что захватили туристический автобус и закрыли достопримечательность.

— Ммм, — он достал телефон. — Кстати, у меня для тебя кое-что есть, — он поднял телефон и показал мне фото. — Это было найдено у основания Глаза.

Я прищурилась, затем вспомнила предмет, упавший мимо меня и Лукаса, пока мы пытались взобраться наверх.

— Фальшивые клыки, — сказала я.

— Ага, — Фред вздохнул. — Такое можно купить в любом магазине костюмов или киоске.

Значит, мнимый прыгун всё же не был вампиром. Интересно. Он определённо казался достаточно проворным и сильным, чтобы сойти за вампа.

— Ты также оказалась права насчёт оборотней в автобусе. Их всех арестовали, заложников освободили невредимыми. «Волки», — он изобразил пальцами кавычки, — были студентами театрального колледжа. Они думали, что их наняла команда продюсеров для съёмки некого розыгрыша, транслируемого по телевидению. Они явно не самые сообразительные ребята.

— Мы знаем, кто их нанял? — резко спросила я.

Фред покачал головой.

— Они утверждают, что всё делалось онлайн.

— Супер, — я вздохнула и отвела волосы от лица. — Продолжай с показаниями свидетелей. Может всплыть что-то полезное.

— Что украли? — спросил Фред. — На что нацелились грабители?

— Пока не знаю, — ответила я. — Но скоро узнаю.

— Что бы там ни было, готов поспорить, это ценное.

— Что бы там ни было, — парировала я, — это тайна. Я договорилась с лидерами сверхов, что мы никому не раскроем содержимое ячеек. Ты не можешь рассказать об украденном ни единой живой душе.

У Фреда отвисла челюсть.

— Что? Как найти украденное, если мы не можем говорить об этом?

Я поморщилась.

— Ага. Я знаю.

Он бы продолжил горько жаловаться, если бы в поле зрения не показалась фигура Скарлетт. Её шпильки процокали по полу в считанных десяти метрах от нас, и Фред вскинул голову. Он следил за каждым её движением, и его щёки пылали. Он до сих пор не забыл её, пусть их отношения для неё были всего лишь игрой.

Скарлетт даже не взглянула на Фреда, но одарила беглой мрачной улыбкой группу волков, которые на неё косились. Её улыбка была не такой ослепительной, как раньше, хотя бёдрами она покачивала не менее выраженно. Она потеряла клык, пытаясь напасть на Теда Нэппи, расхитителя могил, который пару месяцев назад учинил так много проблем. Скарлетт решила не заменять зуб, и что странно, этот изъян делал её лишь более манящей. И она это знала.

Мой взгляд скользнул к Лукасу, который хмуро смотрел на случайную дырку от пули в стене банка. Вампиры любят играть, напомнила я себе и встряхнулась.

— Я поговорю с тобой попозже, — пообещала я.

Фред отрешённо кивнул.

***

Офис Пралка оказался именно таким, как я представляла себе офис менеджера банка: тёмно-зелёные кожаные кресла, панели из красного дерева, сертификаты в рамках и дорогой аромат. Что меня удивило, так что стена с фотографиями сотрудников и небольшими плашками под каждым снимком. «Работником года 2009» была улыбающаяся женщина-гоблин, выглядящая так, будто она в любой момент готова захихикать. «Работником года 2010» был очкастый мужчина-гоблин с серьёзным лицом и идеально лежащим галстуком-шарфом. Он получал тот же титул ещё трижды, самое последнее — в 2019 году. Каждая фотография была уникальной, но на всех у него было одно и то же выражение, разве что морщинок прибавилось.

Я посмотрела на стену. Тут имелись фотографии за последние двадцать лет. Тот факт, что Мосбёрн Пралк разместил их в своём кабинете, указывал на то, что он гордится своим персоналом. Я провела рукой по глазам. К сожалению, я узнала лицо из 2017 года. Считанные часы назад она получила пулю в череп. Я вздохнула.

Первым лидером сверхов, зашедшим в комнату, оказался Лорд Макгиган. В отличие от других альф кланов, он родился человеком, и его обратили в оборотня в 22 года. Теперь ему было почти шестьдесят, и его морщинистое лицо со шрамами несло на себе следы этих 38 волчьих лет. Он был достаточно тщеславен, чтобы красить волосы в прежний красновато-каштановый оттенок, но они были подстрижены коротко, практически вровень с черепом. Из всех альф о нём я знала меньше всего. Он не раскрывал карты и редко когда сообщал что-либо о себе. Я искренне надеялась, что сегодняшний день станет исключением.

Я покачала на пустое кресло перед собой.

— Присаживайтесь.

— Я постою, — хмыкнул он. — Это не займёт много времени, — он сердито посмотрел на меня, будто всё это моя вина. — Мы не так богаты, как другие кланы. Это не секрет. Но если вы скажете кому-то из них или хоть намекнёте кому-то другому о том, что у меня украли, тогда…

Я подняла ладони.

— Я уже сказала, я ничего не буду разглашать, если только не возникнет беспокойства из-за опасности этих предметов.

Он фыркнул; он до сих пор не верил, что я буду держать рот на замке, но у него не оставалось выбора. Ему придётся сказать мне, что было в ячейке.

— Тогда продолжайте, — сказала я, когда стало очевидно, что он не сообщит информацию без дополнительных побуждений. — Что было внутри вашей депозитной ячейки?

Он скрестил руки на груди и вызывающе посмотрел на меня.

— Ничего.

«Ну твою ж мать».

— Лорд Макгиган, мы это уже обсуждали. Мне нужно знать…

— Я говорю правду, — сказал он. — Там ничего не было. Раньше там хранилась коллекция бриллиантов и немного налички, но в последнее время у нас возникли проблемы с некоторыми инвестициями, так что я избавился от ряда активов, чтобы свести с концы с концами. В том числе и продал содержимое ячейки.

Я уставилась на него.

— Если в ячейке ничего не было, зачем так старательно скрывать это?

— Больше всего протестовали другие. Не я. Кроме того, вы думаете, я хочу, чтобы они знали о том, что я ничего не хранил в ячейке? — раздражённо потребовал он. — Они все хранят ценные секреты, а у меня ничего нет. Они и так смотрят на меня свысока, потому что я не был рождён волком. Я не могу допустить, чтобы они узнали, что я ещё и беден как церковная мышь. Я в курсе, что гордыня — это мой грех, детектив, но у меня есть весомые основания для этой гордыни. Мне нужно сохранить лицо. Моему клану нужно сохранить лицо.

Я облизнула губы.

— Вы испытываете финансовые сложности?

Он держался напряжённо.

— Мы оправились после многих убытков. Я продлевал аренду ячейки, потому что в какой-то момент планировал вновь наполнить её, создав «финансовую подушку» на будущее. Повезло, что я не успел этого сделать, — он поджал губы. — Но трое из убитых волков были моими. Все молодые. Все зеты с перспективным будущим. Они были хорошими детишками, которые никому не навредили. Мне сказали, что в банке была бета Фэйрфакса, и она решила дать отпор грабителям. Мои волки последовали её примеру. Это не их вина. Она превосходила их по рангу, и несмотря на разногласия между кланами, иерархия волков подразумевает, что они посчитали необходимым последовать за ней, — он смотрел в никуда. — Но они заслуживали лучшего, чем гибель от рук жадных идиотов. Если вы их не найдёте, я… — он умолк.

— Вы что?

— Я не буду говорить это вслух, — он отстранился. — Просто найдите их, бл*дь, — он повернулся и вышел из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Несколько секунд я оставалась на месте и смотрела на закрытую дверь. Меня удивило, что его закрома опустели; клан Макгиган обладал аурой почтенности и определённо владел немалыми удачными объектами недвижимости. Не говоря уж о том, что состоятельные люди, которые были укушены и обращены, часто отдавали свои деньги кланам. Я подозревала, что мне надо получше приглядывать за кланом Макгиган, если он говорил правду насчёт восстановления утерянного богатства. Сверхам было очень важно, какой имидж они имеют в глазах общественности. Лорд Макгиган пойдёт на многое, чтобы не казаться беднее своих коллег.

Дверь снова отворилась, и вошла Леди Салливан. Она скользнула в комнату и тряхнула своей широкой юбкой, после чего уселась на кресло передо мной.

— Что вы сказали Макгигану? — поинтересовалась она. — Он вылетел с таким лицом, будто вы пригрозили укоротить его мужское достоинство.

Я откинулась на спинку кресла. Из всех альф оборотней Леди Салливан явно являлась наиболее опасной. Она меня не пугала, но обладала безжалостностью, которой мне нужно остерегаться.

— Весь смысл бесед в таком формате, — сказала я, взмахом руки обведя небольшую комнату, — сводился к приватности разговоров. Я не скажу вам, о чём говорила с Лордом Макгиганом, как и Лорду Макгигану не скажу, о чём говорю с вами.

Леди Салливан приподняла бровь, забавляясь.

— Я не прошу сказать мне, что было в его депозитной ячейке. Я уже знаю. Там ничего нет. Весь его клан на грани банкротства, и в прошлом месяце он пришёл сюда и забрал всё, что можно было продать.

Я сохраняла максимально нейтральное лицо и ничего не сказала. Я не позволю своему выражению подтвердить то, что Леди Салливан уже знала. Она несколько долгих секунд наблюдала за мной, затем элегантно пожала плечами.

— Хорошо, — пробормотала она. — Вы желаете знать содержимое моих ячеек.

— Да.

Она приторно сладко улыбнулась.

— В первой содержится ряд ценностей. Бриллианты и всё такое.

Я вздохнула.

— Мне нужно, чтобы вы описали их более подробно.

— Да, я так и подумала, хотя не вижу причины. Вам всего лишь нужно следить, если кто-то захочет продать большое количество драгоценных камней. Любой вор, знающий своё дело, уже будет ломать оправы, чтобы избавиться от камней по отдельности.

И снова я воздержалась от ответа. Нет смысла спорить с Леди Салливан, потому что в итоге она скажет всё, что мне нужно знать. Мы обе это знали. Однако сначала ей нужно устроить демонстрацию власти. Я была совсем не в настроении подыгрывать и клевать на её наживку.

Её вежливое выражение даже не дрогнуло.

— Вы самое несносное существо, детектив Беллами, — она подалась вперёд. — И когда я говорю «существо», я имею в виду «существо». Вы не человек. Анализ ДНК это подтвердил.

На сей раз я вынуждена была ответить. Некоторое время назад я позволила ей взять образец моей слюны для анализа ДНК. Интересно, как долго она придерживала у себя результаты.

— Вы обещали дать мне копии этих результатов, — натянуто сказала я. — Такова была сделка.

— Я отправлю их с курьером в ваш офис.

— Супер, — отозвалась я, не меняя тона голоса. — Ожидаю получить их в течение недели, — я скрестила руки на груди. — Теперь перескажите мне как можно более детально, что хранилось в ваших ячейках.

— Как я и сказала, в первой содержались различные ценности, — она стала загибать пальцы. — Два изысканных яйца Фаберже. Украшения, которые императрица Александра носила в момент её казни, включая несколько массивных колец и весьма изумительное ожерелье, — она передала фотографии изделий, и я тщательно их изучила.

— Могу я оставить себе фото?

Она склонила голову.

— Можете, — она помедлила, и я поняла, что сейчас мы перейдём к важным вещам. — Во второй ячейке содержится коробка с обрезками волос, ногтей и кожи.

Проклятье. Так и знала, что будет нечто мутное. Мой желудок совершил кульбит, когда я вспомнила Теда Нэппи, сумасшедшего человека, который тоже имел нездоровое увлечение частями тела. Его мотивы сводились к зелью, которое он нашёл в старой книге под названием «Инфернальные Чары». Вот уж действительно, инфернальные. Я искренне надеялась, что Леди Салливан не планировала ничего подобного.

— Продолжайте, — мрачно сказала я. — Скажите, зачем вы их хранили.

— Вам не нужно знать, зачем.

Я посмотрела ей в глаза.

— Скажите.

Леди Салливан цокнула языком.

— Если вы настаиваете, — она побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. Я была убеждена, что это делалось исключительно с целью вызвать у меня раздражение. — Все образцы принадлежат оборотню по имени Бредфорд Карр. Прежде чем вы встревожитесь из-за того, что я храню ДНК представителя другого клана — расслабьтесь. Он давно мёртв. Умер в 1950-х, задолго до того, как кто-то получил представление о том, что такое ДНК.

Я прикусила язык. Я была не таким зелёным и неопытным копом, которым она меня считала. ДНК впервые выделили в XIX веке, а модель двойной спирали завершили в 1953-м. Может, до последнего времени у нас и не было возможности изучать и отслеживать ДНК, но эта информация известна общественности намного дольше, чем она заявляла.

— Откуда вы взяли образцы?

Она рассмеялась — будто звон хрустальных колокольчиком эхом отдался в небольшой комнате.

— С его трупа, естественно. Откуда ещё?

Я сердито смотрела и ждала, пока утихнет её веселье.

— Эмма, ты должна обзавестись чувством юмора, — пожурила она.

— Для вас детектив Беллами.

Леди Салливан махнула рукой.

— Как скажете. Что касается вашего вопроса, один из моих предшественников взял образцы после смерти Бредфорда Карра. Никто другой не подумал этого сделать, даже клан Карр. И никто не знает, что у нас есть эти образцы.

— Зачем? — спросила я. — Зачем они вам?

— Вот тут, — мягко произнесла она, — мы подходим к сути вопроса. Я не должна ими обладать. Лорды Фэйрфакс и Макгиган будут не в восторге, если узнают, а Леди Карр хватит удар, — она снова начала барабанить ногтями по подлокотникам. — Более того, вполне возможно, что она объявит нам войну.

Я скрестила руки на груди.

— Это объясняет, почему вы не хотите раскрывать данный секрет. Это до сих пор не объясняет, зачем вам в принципе нужны такие вещи.

— Если бы я сейчас бросилась на вас и впилась зубами в вашу плоть, то вы обратились бы в оборотня лишь в случае крайнего невезения. Может, один человек из миллиона обращается из-за одного укуса. Такого почти никогда не бывает. Получите два укуса, и ваши шансы существенно возрастут, особенно если эти укусы исходят от разных волков. Три укуса, и ваша судьба предрешена, — она помедлила. — Если только вы не Бредфорд Карр.

Я подождала. Она снова барабанила.

— Как и Лорд Макгиган, он изначально был человеком. Его укусили четырежды перед обращением. Как известно многим, ни укус, ни обращение нельзя назвать приятным процессом, — она изящно передёрнулась. — Бредфорда в общей сложности укусили четыре раза; дважды — волки Карр, один раз — член клана Салливан, и один раз — дельта Фэйрфакс. Он был самым сильным оборотнем из известных нам. До его смерти Карры правили балом. Даже вампиры не могли соперничать с его властью. Остальные из нас кланялись перед ним.

Я приподняла бровь.

— И вы тоже? — спросила я, не сумев сдержаться.

Леди Салливан впервые нахмурилась.

— Мне сколько лет, по-вашему? — рявкнула она. — Я родилась через несколько лет после его кончины, — тут она осознала, что я нарочно её поддела, и на её лице проскользнуло раздражение, теперь уже на саму себя. Она выдала больше своего тщеславия, чем планировала.

Её глаза сверкнули, после чего она вернулась к истории.

— Подвиги и власть Бредфорда Карра хорошо задокументированы. Он не секрет ни для кого даже за пределами сверхъестественного сообщества. Погуглите, если пожелаете, — процедила она.

— Поэтому вы сохранили образцы с его тела? — спросила я. — Потому что он был каким-то суперволком?

— Мы считаем, что он был… суперволком, как вы его примитивно окрестили, потому что его укусили четыре раза. Никто не сумел это воссоздать — все волки во всех кланах обращались с третьего укуса. Мы сохранили его ДНК в надежде, что однажды наука сумеет объяснить, как будущие оборотни Салливаны также смогут получить четыре укуса перед обращением. Выражаясь вашими терминами, мы надеемся, что сумеем создать суперклан. На данный момент нам это не удаётся, но однажды мы справимся.

Неудивительно, что она не хотела сообщать остальным о том, чем владеет. Амбиции Леди Салливан, касавшиеся её семьи и друзей, были поистине сильны и потенциально очень опасны. Я понятия не имела, легально ли хранить историческую ДНК и использовать её для экспериментов, и я не знала, насколько большую угрозу представляли её планы. И я также не знала, что я могу тут поделать.

— Чрезвычайно важно найти ДНК Бредфорда Карра и вернуть нам, — сказала Леди Салливан. — Я буду разочарована, если всё пойдёт не по плану, или если эти воры не будут найдены, — тон её голоса указывал, что её разочарование подразумевает расчленение моего тела и погребение его кусков в четырёх разных уголках света, чтобы я больше никогда не воскресла.

Я проигнорировала невысказанную угрозу. Я не стану раскрывать то, что она мне сообщила, но если воров найдут, и содержимое всех ячеек будет возвращено, я не была уверена, что смогу вернуть ей образцы ДНК. Это вопрос морали, который мне позднее нужно будет изучить подробнее.

— Спасибо за вашу честность и потраченное время, Леди Салливан, — сказала я.

— Пожалуйста, — она поднялась на ноги. — Прежде чем я уйду, и раз уж мы затронули тему укусов оборотней, прошлой ночью произошёл инцидент, о котором вам стоит узнать.

Я провела рукой по лицу. Ну естественно.

— Укус? — уточнила я.

— Да. Всего один. Весьма лёгкий, и нет ни единого шанса, что укушенный обзаведётся волчьими характеристиками.

Она чего-то недоговаривала.

— Но? — подтолкнула я.

— Но, — невозмутимо продолжила она, — укушенный — это Деверо Вебб.

Я уставилась на неё.

— Что?

— Прошлой ночью один из моих волков укусил Деверо Вебба.

— Деверо Вебба? Пастуха? Того парня, который возглавляет группировку мелких преступников и отчаянно хотел обратить в оборотня свою племянницу?

— Его самого, — бодро ответила она, затем присела в притворном реверансе. — Хорошего вам дня, детектив.

Глава 6

Перед приходом Лорда Фэйрфакса я сверилась с часами. Почти пять вечера. Неудивительно, что мой желудок начинал урчать — я ничего не ела после спешного завтрака по дороге к дому дяди, и я сомневалась, что пирожок с яблоками и пакетик чипсов с солью и уксусом считались за нормальный приём пищи. Я вздохнула. Слишком много всего происходило, чтобы я взяла паузу и нормально поела.

Я проигнорировала уколы голода в желудке и кивнула Фэйрфаксу, когда он открыл дверь и заглянул с мрачным, вопросительным выражением.

— Заходите, — позвала я. — Присаживайтесь.

Он подчинился, хотя язык его тела указывал, что он делает это не по своей воле. Я окинула его взглядом, подметив засохшую кровь на рубашке. Он помогал убирать тела с первого этажа.

— Застреленные оборотни, — тихо сказала я. — Одна из них была из клана Фэйрфакс?

Он кивнул, и это дёрганое движение напоминало деревянную марионетку. Его ладони крепко стиснули подлокотники кресла, и я увидела, что его обычно идеальный маникюр сменился когтями. Как и остальные, Лорд Фэйрфакс с трудом себя контролировал. При таких обстоятельствах я не могла его винить.

— Тоффи. Похоже, её застрелили первой. Наверное, она попыталась остановить грабителей, — сказал он. — Такой поступок в её духе. Она всегда действовала без раздумий. Другие оборотни последовали бы за ней, даже если они были из клана Макгиган, — он тяжело вздохнул.

— Тоффи?

— Она одна из моих бет, — его плечи чуть сгорбились. — Была одной из моих бет. На протяжении многих лет. Я не знал, что она сегодня пойдёт в банк, — его голос понизился до шёпота. — Я не знал. Она не должна была тут находиться, — он отвёл взгляд, уставившись в точку на стене, пока не взял себя в руки.

Я подождала, когда его взгляд вернётся ко мне.

— Мне жаль.

— Не сожалейте, детектив Беллами. Злитесь, — на его подбородке дёрнулся мускул. Фэйрфакс хорошо контролировал эмоции. но я подозревала, что события ограбления задели его сильнее, чем других. Несомненно, это из-за гибели Тоффи.

Я серьёзно кивнула.

— У вас было две ячейки. Что в них хранилось?

— Первая — лично моя и не имеет отношения к клану Фэйрфакс.

Интересно.

— Продолжайте.

Он наградил меня вызывающим взглядом.

— Там хранилось около десяти тысяч наличными. И три паспорта.

Я выпрямилась.

— Чьих паспорта?

— Моих, — Фэйрфакс скрестил руки на груди.

— Это действующие паспорта?

— Да.

Насколько я знала, Фэйрфакс не имел двойного или тройного гражданства. Получать от него полные ответы — это всё равно что допрашивать пытками.

— На ваше имя?

— Это мои паспорта.

Я резко втянула воздух.

— При всём уважении, Лорд Фэйрфакс, я не это спросила.

Его лицо сделалось каменным.

— Это абсолютно необходимо?

— Да. Как я уже говорила, если содержимое депозитных ячеек не представляет опасности для других, я не стану его разглашать. Как и не буду предъявлять обвинения, если это нечто нелегальное.

На его щеке задёргался мускул.

— Там был швейцарский паспорт на имя Йоханнес Мюллер, американский на имя Майкл Хатт, и южноафриканский на имя Арнольд Стенкамп.

Значит, определённо нелегальные паспорта. Сюрприз, сюрприз.

— Я так понимаю, вы не имеете легального гражданства под другими именами.

Фэйрфакс шмыгнул носом.

— Ваше понимание верно. Я добыл эти документы в разное время и по различным причинам, — он скрестил руки на груди. — Не потому, что я какой-то международный злодей, а потому что иногда мне нравится путешествовать, не разглашая того факта, что я оборотень.

Логично. Нелегко съездить в отпуск за границу, когда ты сверхъестественное существо. Немногие люди будут рады делить замкнутое пространство самолёта с тем, кто потенциально мог обратиться и напасть на них, даже если такая вероятность ничтожно мала. Но дело не только в этом; я готова поспорить на деньги, что Лорд Фэйрфакс держал паспорта как личную меру подстраховки на случай, если придётся бежать из страны, потому что его оборотни решили обратиться против него. Или по какой-то более подлой причине. О каждом альфе я узнавала больше, чем им хотелось бы.

— Хорошо, — сказала я. — Что насчёт второй ячейки?

— Она содержит единственную сохранившуюся копию пьесы Уильяма Шекспира, «Вознаграждённые усилия любви».

Я моргнула. Насколько мне было известно, данная пьеса утеряна в анналах истории.

— Почему вы держите её в тайне?

— Главный герой — оборотень. Эта пьеса — гадкая пропаганда против нашего вида, которая никогда не должна была увидеть свет дня. Она скрывалась столетиями. Если внезапно обнародовать её сейчас, как кролика из шляпы, она создаст огромное количество проблем, с которыми мы не справимся.

Я по-прежнему пребывала в шоке.

— Но…

Фэйрфакс сердито смотрел на меня.

— Вы лишь хотели знать, что в ячейках, детектив Беллами. Я здесь не для того, чтобы вести экзистенциальные беседы о содержимом. Я просто информирую вас о нём.

Тоже верно.

— Хорошо. Благодарю за потраченное время, — я помедлила. — И я искренне соболезную по поводу потери Тоффи.

Он хмыкнул и ушёл.

Последним вошедшим оборотнем стала Леди Карр. Садясь, миниатюрная альфа громко рыгнула. Я сильно подозревала, что она специально приберегала отрыжку до тех пор, пока не окажется передо мной, но я воздержалась от комментариев; оно того не стоило.

— Я дам вам пять миллионов фунтов прямо здесь и сейчас, если вы скажете мне, что в других ячейках, — заявила она без преамбул. — В конце концов, мы в банке. Мне потребуется менее десяти минут, чтобы организовать перевод, и вы будете обеспечены до конца своих дней.

«Вау».

— Нет, Леди Карр. Я не стану этого делать, — я наградила её долгим взглядом. Она ответила тем же, не желая отступать, пока не убедилась, что меня не подкупить. — Скажите, что было в вашей ячейке.

Она фыркнула.

— Откуда мне знать, что вы не разболтаете Лорду Хорвату? Вы двое предаётесь амурным совокуплениям, разве нет?

Я почувствовала, как к щекам приливает тепло. Испытывая раздражение на саму себя, я рявкнула:

— Во-первых, это не ваше дело. Во-вторых, думаю, я только что доказала, что заслуживаю доверия.

Она устроилась в своём кресле.

— А, понятно, — протянула она. — Вы ещё не почпокались с клыкастым фриком, — она усмехнулась. — Это лишь вопрос времени, знаете ли. Как только почпокаетесь, сразу будете плясать под его дудку. Посмотрите на своего мальчишку… Фред, так ведь? Если эта Скарлетт поманит его пальчиком, он сделает всё, что она захочет, и также расскажет ей всё, что она пожелает знать.

Мой гнев начинал вскипать.

— Уверяю вас, Леди Карр, что между нашей личной жизнью и работой пролегает чёткая граница. До сих пор все держали обещания. Я вынуждена настоять, чтобы вы сделали то же самое.

— Ладно, ладно. Не стоит так психовать из-за маленького поддразнивания, — она поцокала языком. — Но знаете, он заставит вас кричать. Он проведёт пальцами вниз по вашему телу, накроет ладонями ваши груди, примется лизать вашу…

— Леди Карр!

Она улыбнулась.

Я сделала глубокий вдох.

— Просто скажите мне, что было в вашей депозитной ячейке, а потом убирайтесь отсюда.

Она пожала плечами.

— Если вы настаиваете. В моей ячейке содержался оригинальный Алмаз Хоупа. Тот, что используется в драгоценностях короны — подделка. Хорошая подделка, — добавила она, — но подделка. И там также лежала единственная сохранившаяся копия пьесы Уильяма Шекспира, «Вознаграждённые усилия любви». Главный герой — вампир. Весьма пикантное произведение, если говорить честно.

— Вампир, — медленно повторила я.

— Да, — она подалась вперёд. — Может, однажды я отдам её Лорду Хорвату в обмен на что-то, что я захочу. Или нет. Она бесценна, знаете ли. Больше никто не знает об её существовании.

— Ладно, — тихо произнесла я. — Спасибо.

Она снова улыбнулась и ушла.

Я провела рукой по волосам. С каждой секундой всё становилось безумнее и безумнее.

Пралк вошёл в комнату и окинул меня несчастным взглядом. Его кожа вместо типичного для его вида золотистого лоска сделалась серой, и он, казалось, валился с ног.

— Вы в порядке? — встревоженно спросила я.

Он ответил дрожащим тоном:

— Я в норме. Только что завершил телефонный разговор с советом директоров. Это была не самая приятная беседа, — он слабо улыбнулся. — Всё будет хорошо.

Непохоже, что всё будет хорошо. Похоже, что он на грани нервного срыва.

— Совет состоит не из самых милосердных личностей, — продолжал он. — Когда вы найдёте виновников, это может обернуться не лучшим для них образом, кем бы ни оказались преступники, и к какой бы расе они ни принадлежали.

Мне нравилось, что Пралк верил в мою способность найти грабителей, но вот открытая угроза мне совсем не понравилась.

— Я сделаю всё возможное, чтобы свершилось правосудие, — аккуратно сказала я, подчёркивая последнее слово. Мне меньше всего нужно, чтобы банк сам вершил свою месть.

Пралк кивнул, затем передал коричневый конверт.

— Вот. Внутри имена и адреса всех нынешних сотрудников банка, включая меня. Я всё равно не могу поверить, что замешан кто-то из работающих здесь. Я целиком и полностью доверяю моему персоналу, они все проработали здесь более десяти лет.

Ничто в его тоне или выражении лица не указывало на ложь. Я поблагодарила его и взяла конверт.

— Как вы получили порез на щеке? — спросила я. — Вы сказали, что в момент ограбления были в своём кабинете и всё пропустили.

— Так и есть. Когда я побежал по этажу, чтобы попытаться помочь подстреленным людям, я наступил на разбитое стекло. Не знаю, что случилось; наверное, я поскользнулся, и осколок отскочил от пола и оцарапал моё лицо, — он удручающе покачал головой. — Два моих сотрудника погибли, остальные испытали невероятное потрясение. А самое худшее, что получил я — это чёртов порез, и то нечаянно.

— Всё это не ваша вина, знаете же.

На щеке Пралка дёрнулся мускул.

— Скажите это семьям погибших, — ответил он, отведя взгляд. Я сочувствовала ему и жертвам. — Я не буду тратить ваше время впустую, детектив, — продолжил он. — Внутри украденной ячейки были сведения почти по всем сверхъестественным существам страны. Имена, адреса, даты рождения, всё такое.

Я выдохнула. Это звучало не так ужасно; все британские сверхи, проживавшие в Лондое, а также их имена и личности являлись сведениями, открытыми для общественности.

— Не сомневаюсь, вы знаете, — сказал он, — что не все сверхи живут в Лондоне, несмотря на требования закона.

Я удивленно моргнула.

— И многие из них скрываются от мира в целом, — продолжал Пралк, не замечая моей реакции. — Но им нужны банковские услуги, и все они обслуживаются у нас, — он взглянул на меня. — За исключением редких сверхов вроде вас, конечно же. Из каждого правила существуют исключения. Также есть сверхи, которые не знают, что они сверхи, если вы понимаете, о чём я, — он потеребил свои запонки. — Так что почти каждый сверх является клиентом банка Талисманик. Мы предпринимаем меры предосторожности — к примеру, мы не регистрируем их настоящие имена в компьютерах на случай взлома или необходимости разгласить данные по постановлению суда. Если правительство узнает, что есть сверхи, скрывающие своё существование от властей, это приведёт к плачевным последствиям для них.

Я усиленно старалась не выглядеть шокированной.

— Эм… — я облизнула губы. — О каком количестве скрывающихся сверхов мы говорим?

Он нахмурился.

— Около тысячи, плюс-минус.

Я сглотнула. Боже милостивый.

— Я понимаю, почему возникнут проблемы, если этот список попадёт не в те руки.

— Действительно, — от этой мысли он выглядел ещё более поверженным. — Как вы думаете, вы сумеете найти виновников?

— Сделаю всё возможное, — пообещала я, всё ещё приходя в себя от таких открытий.

Пралк повесил голову.

— Очень вас прошу, — прошептал он и ушёл.

Я прижала основания ладоней к вискам. Если раньше я не чувствовала себя некомпетентной, то теперь такое ощущение определённо появилось. Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Затем, когда до моих ноздрей дошёл аромат приготовленной еды, я вновь подняла веки. Передо мной оказался большой бургер с картошкой.

— Вегетарианский, — сказал Лукас с кривой улыбкой. — Я подумал, что ты наверняка проголодалась.

— Мне не стоит сейчас есть, — ответила я ему. — В конце концов, на первом этаже лежат тела жертв.

— Тела уже увезли. Мир не перестанет вращаться, а твои физические потребности никуда не денутся даже в свете трагедии. Тебе дозволяется поесть, Эмма, — он помедлил. — Прошу прощения. Д'Артаньян.

Я слабо улыбнулась.

— Спасибо.

— За бургер? — поинтересовался он. — Или за использование твоего прозвища?

— И то, и другое.

Вокруг его чёрных глаз образовались морщинки от улыбки.

— Ешь, пока не остыло.

Я не нуждалась в дальнейшем поощрении. Я открыла коробочку и выудила бургер. Выглядело ужасно аппетитно. Я откусила большой кусок и довольно замычала. Лукас улыбнулся и устроился в кресле. Однако я заметила, что на сей раз улыбка не коснулась его глаз.

— Мне не нужно говорить тебе, насколько всё серьёзно, — сказал он. — Это ограбление банка равносильно личному нападению на каждого сверха в Лондоне.

Не только в Лондоне. Я кивнула.

— Ты должна найти ублюдков, которые это сделали. Я не потерплю этих смертей или ограбления, — его голос ожесточился. — Я всего этого не потерплю.

Я проглотила то, что было во рту.

— Ты же знаешь, я сделаю всё возможное, чтобы их найти.

— Знаю, — он удерживал мой взгляд. — А ты знаешь, что я помогу тебе любым возможным способом. С чего ты начнёшь?

— Ключ ко всему этому кроется в депозитных ячейках. Завладение ими являлось конечным мотивом грабителей, и нам надо знать, почему. Если банда охотилась просто за деньгами, они забрали бы наличку банка и сбежали. Это было бы проще, чем заморачиваться с продажей содержимого ваших ячеек. Люди, которые это делали, хотят посеять хаос, — я поморщилась. — И для этого они готовы пойти на значительные риски.

— Согласен, — Лукас подался вперёд, и его чернильно-тёмные волосы искусно спали на лоб. На нём до сих пор была та абсурдная рубашка с оборками, и она по-прежнему абсурдно хорошо на нём смотрелась. Я не сводила глаз с его лица и не косилась на его обнажившуюся грудь. Ай да я. Самоконтроль в избытке.

— Что было в твоих ячейках, Лукас? — спросила я.

— Первая содержала документы по активам, которыми мы владеем по всему миру. Их много, в том числе есть и те, которые мы бы не хотели афишировать.

— Например?

Он пожал плечами.

— Скажем так, в нашей собственности находятся некоторые известные достопримечательности.

Заметив мой взгляд, Лукас слегка улыбнулся.

— Мы живём бок о бок с людьми уже долгое время, и наша продолжительность жизни вдвое дольше, чем у обычного человека. Это открывает неплохие возможности для накопления богатства и земель.

И не только. Лукас, как и все вампиры, не меньше оборотней осторожничал в плане имиджа, презентуемого миру. Они вели себя как гедонисты и тусовщики. А это конкретное доказательство, что этим образом дело не ограничивалось.

— Вторая ячейка, — продолжал Лукас, — содержала разнообразие бесценных драгоценностей. А именно бриллиант Флорентиец, который пропал примерно сто лет назад, и которым мы завладели, чтобы не дать изначальным ворам разрезать его на более мелкие камни. Также диадема Ллавелинов — корона, принадлежавшая валлийскому правителю и якобы уничтоженная Томасом Кромвелем в XVII веке, и небольшой кинжал под названием Карнвеннан, принадлежавший Королю Артуру.

У меня отвисла челюсть.

— Настоящему Королю Артуру?

— О да.

«Ладненько». Я сглотнула.

— А третья ячейка? — я потянулась к бургеру и приготовилась откусить ещё один большой кусок.

— Я открыл её недавно. Она содержит все сведения о существовании некого мифического феникса, которые мне удалось добыть на настоящий момент.

Я застыла, затем медленно положила бургер обратно в коробочку.

— Зачем? — спросила я.

— Ты знаешь, зачем.

— Вообще-то нет, — возразила я. — Не знаю. Единственный, для кого важна данная информация — это я. Ты ищешь мои слабости? Планируешь шантажировать меня тем, что узнал? Контролировать меня?

Глаза Лукаса сверкнули.

— Нет на всё вышеперечисленное, Д'Артаньян. Ты знаешь, что я не пошёл бы на такое.

Я не была в этом уверена. Я скрестила руки на груди.

— Если бы ты не избегала меня так долго, такого вопроса вообще не возникло бы, — пробормотал Лукас. Он запустил руку в карман и достал связку ключей, затем выделил маленький позолоченный и показал мне. На нём была выгравирована цифра, совпадавшая с одной из похищенных депозитных ячеек.

— Ты указана как второй держатель ячейки, — продолжал он. — Теперь ключ уже бесполезен, но я планировал отдать его тебе, чтобы ты могла следить за всем, что мне удалось найти, и сама имела к этому доступ. Если не веришь мне, можешь уточнить у Пралка. Всё есть в документах. Подписано и датировано, — он долго изучал меня взглядом. — Я не твой враг. На деле всё далеко не так, — что-то вспыхнуло в его глазах. — Это я тебе обещаю.

Я отвела взгляд.

— Что ты нашёл на данный момент?

— Нет ограничений в том, сколько раз феникс может умирать и перерождаться. Лишь старость и смерть через огонь способны остановить цикл, если верить старым историям. С каждой смертью феникс становится сильнее и могущественнее. И всегда есть лишь один. Ты уникальна, Эмма, — он улыбнулся. — Но я это и так знал.

— Ты не нашёл ничего, что объясняло бы, как кто-то может стать фениксом? Это наследственное? Это происходит нечаянно или по чьему-то умыслу? — я посмотрела ему в глаза. — Иными словами, почему я?

— Не знаю. На эту тему информации нет.

Кто бы мог подумать. Я вздохнула. Был соблазн забыть обо всём и сосредоточиться на мне, но я не за этим здесь. Произошло серьёзное ограбление с несколькими жестокими убийствами. С Лукасом и его расследованиями касаемо моей расовой принадлежности я разберусь позже.

— Соболезную насчёт твоих родителей, — вновь заговорил он.

Я уставилась на него.

— Я знал, что они умерли, — сказал он. — Ты сама мне сказала. Но я не знал, как это произошло, и что ты была такой маленькой, когда это случилось.

— Значит, ты расследовал не только факты о фениксе, — бесстрастно произнесла я. — Ты расследовал факты обо мне.

— Не по тем причинам, о которых ты думаешь, — он потянулся ко мне, но я отстранилась.

— По каким причинам?

Лукас открыл рот, чтобы ответить, но тут в дверь постучали. Та отворилась, и появился Фред. Выражение его лица было мрачным и не предвещало ничего хорошего.

— Вам лучше закругляться побыстрее, — сказал он. — ДУР уже здесь. И они чинят проблемы.

Я воздела глаза к потолку. Только этого и не хватало для полного счастья.

Глава 7

Тут оказалось больше офицеров ДУР, чем я ожидала — должно быть, их минимум тринадцать. Я прошлась взглядом по первому этажу и множеству офицеров полиции, занявших свои позиции, и почувствовала, как моё нутро сжимается. Это должно быть моим делом; складывалось ощущение, будто они вторгаются, куда их не просили. Затем я заметила Молли, мою давнюю подругу по Академии. Она ослепительно улыбнулась, и я слегка расслабилась. Ну, хоть одно дружелюбное лицо.

Один из детективов, мускулистый тип с лысиной в блестящем костюме, загнал в угол Мосбёрна Пралка. Я несколько мгновений наблюдала, как менеджер банка заламывал руки и качал головой в знак непреклонного отрицания того, что сказал детектив. Когда детектив показал на двоих других, которые по сигналу немедленно промаршировали к нему и начали уводить Пралка, я вмешалась.

— Я детектив-констебль Беллами, — отрывисто сказала я. — Вы можете сказать мне, кто вы и что делаете?

Мускулистый тип взглянул на меня. Я отметила его тяжело посаженные брови и излишне загорелую кожу, не говоря уж о сильном запахе лосьона после бритья, который он наносил слишком щедро. Он в свою очередь наградил меня схожим пренебрежительным взглядом. Я знала, что моё миниатюрное телосложение и не самая опрятная одежда не совсем утверждали авторитет, но с первым ничего не поделаешь, а второе стало результатом того, что я носилась по Лондону и взбиралась на колесо обозрения.

— Детектив-инспектор Кольер, — буркнул он наконец с сильным лондонским акцентом. — Насколько я понимаю, старший детектив Барнс уже связалась с вами и вашей… командой и сказала, что я беру контроль над этим местом преступления. Мы снимем отпечатки пальцев, допросим свидетелей и найдём преступников, которые решили, что могут остановить жизнь в моём городе.

Я приподняла бровь. В его городе?

— Воры были в перчатках, — сказала я. Да, важно всё равно проверить отпечатки, но на данном этапе это не было приоритетом. — И мы уже взяли свидетельские показания.

— Моя команда обладает навыками и экспертными знаниями, которыми кто-то вроде вас ещё не обзавёлся, детектив Беллами. Это не критика, я просто хочу удостовериться, что всё сделано подобающим образом. Время не ждёт, и чрезвычайно важно, чтобы мы действовали быстро и нашли этих гавриков. У нас больше шансов отыскать и арестовать их в первые 24 часа после преступления.

Я это прекрасно понимала; однако я не назвала бы «гавриками» банду, которая хладнокровно убила восемь человек.

— Куда вы забираете Пралка?

Он нахмурил бровь.

— Кого?

Я показала за себя. Его выводили из здания, и он вовсе не выглядел довольным.

— Мосбёрна Пралка, — сказала я. — Менеджера банка.

— Вы имеете в виду гоблина со странной кожей?

— Я имею в виду менеджера банка.

Кольер окинул меня долгим взглядом.

— Вы ставите под сомнение мой авторитет, детектив?

«Что?»

— Нет. Я спрашиваю, куда вы ведёте сверхъестественную персону. Уверена, вы в курсе, что в соответствии с законодательством законы сверхов отдельны от человеческих законов. Ваши обычные тактики тут не применяются.

Он холодно смерил меня взглядом.

— Сегодня у нас произошло два террористических инцидента — три, если считать ограбление банка. Эти инциденты включали в себя людей, а значит, я волен направить это расследование в такое русло, в какое посчитаю нужным. Я не собираюсь сюсюкаться с чёртовым гоблином. Совершенно очевидно, что это была работа кого-то из своих. И в конце концов, он же гоблин.

Я не шевельнула ни единым мускулом. Неважно, прав Кольер насчёт теории про работу кого-то из своих или нет, его методы абсолютно ошибочны.

— Вы составляете расовый портрет жертвы преступления, детектив Кольер?

— Не несите несуразицу, — он отвернулся, игнорируя меня.

— Два упомянутых вами инцидента не связаны с террористами. Это были диверсии, призванные отвлечь лидеров сверхов от этого места, чтобы ограбление прошло без их вмешательства.

— Это мне судить, — прорычал Кольер, оглянувшись на меня через плечо. — Я проработал детективом двадцать лет. А вы от силы двадцать дней.

Скорее уж три месяца. Не то чтобы для Кольера это сыграло роль. Насчёт стажа он прав, но я куда лучше знала сверхов и их законы. Я ни дня не сидела без дела с тех пор, как пришла в Отряд Сверхов.

— Я поручаю вам опросить персонал соседних заведений, — продолжал Кольер. — Нам нужно знать, что они видели. Поскольку вы член Отряда Сверхов, с вами они поговорят охотнее. Я ожидаю, что вы охватите всю улицу.

Он ушёл, оставив меня таращиться ему вслед. У меня даже не было шанса возразить, что моим навыкам можно найти лучшее применение. Я видела, что Лукас наблюдал за мной с другого конца комнаты, прищурившись, затем сунул руки в карманы и направился к двери.

Два офицера в униформе остановили его на полпути.

— Нам нужно, чтобы вы остались здесь, сэр.

— У вас нет оснований задерживать меня, — сказал он.

— Нам нужно, чтобы вы остались для допроса.

— Допроса? — лицо Лукаса потемнело. — Я теперь подозреваемый? Я уже побеседовал с детективом Беллами. Я не был здесь в момент совершения ограбления. Я прибыл позже.

Я увидела, как оба офицера побледнели, но стояли на своём. Наверное, они думали, что детектив Кольер страшнее Лукаса. Им многое предстояло узнать.

— Мы понимаем, что вы вампир, — сказал один из них, — но это не означает, что вы превыше закона.

— Вообще-то означает, — рявкнул Лукас. — Человеческие законы не применяются к моему виду.

— Здесь применяются.

У меня начинало складываться ощущение, что это закончится не лучшим образом. Детектив Кольер определённо не подходящий следователь для данного дела, и ситуация может очень быстро принять плачевный оборот. Лукас и так презирал полицию и человеческие власти, и в данный момент я не могла его винить, но это не означало, что я могу просто стоять в стороне.

Я подошла к ним.

— Лорд Хорват, — я склонила голову с куда большим уважением, чем я обычно выказывала в его адрес. Два полицейских сделали шаг назад. Я притворилась, будто не заметила. — Большое спасибо за ваше сотрудничество ранее. Могу я предложить, чтобы вы прислушались к просьбе этих офицеров и задержались, пока они не завершат свою работу? Мы были бы очень благодарны.

Чёрные глаза Лукаса сверкнули. Он не дурак и понимал, что я вмешалась, чтобы удостовериться, что все полицейские знают его личность. Он знал, что я пыталась избежать усугубления ситуации… но это не означало, что он от этого в восторге.

— Один час, — выдавил он. — Не дольше.

Я выдохнула. Это больше, чем я надеялась.

— Спасибо.

Ближайший полицейский выглядел так, будто собирался поспорить, но его коллега с силой пихнул его под рёбра.

— Я не осознавал, что вы Лорд Хорват, — сказал он гораздо уважительнее, чем раньше.

— Мало кто осознаёт, — пробормотал Лукас и сердито глянул на меня, будто всё это — моя вина. Я попыталась ободряюще улыбнуться и направилась к двери.

Судя по повышенным голосам позади меня, детектив Кольер выцепил Леди Салливан и требовал, чтобы она села. Лучшее, что я могла сделать — это уйти, пока она не обратилась и не откусила ему руку. Я почти надеялась, что она это сделает.

Я кивнула женщине-полицейской у двери и предъявила свое удостоверение, затем достала телефон и поманила Фреда за собой на другую сторону улицы. Очевидно, его сюда отправили с теми же указаниями, что и меня. Пока он заканчивал опрашивать девушку-парикмахера, с которой он говорил возле её салона, я набрала нужный номер.

Детектив Барнс ответила немедленно.

— Я ждала этого, — сухо произнесла она.

— Я понимаю, что вы хотите привлечь ДУР, — сказала я. — Это расследование слишком масштабное, чтобы я справилась в одиночку. Но тип, которого вы послали — кретин. От него будет больше проблем, чем проку. И вдобавок он преступает границы закона сверхов.

— Детектив-инспектор Кольер — офицер полиции, удостоенный множества наград, имеющий внушительный опыт, — Люсинда Барнс помедлила. — Но да. Он также кретин. Не я назначила его на это расследование. Решение исходило свыше. Это политическое. Верхушка хочет быть прозрачной и доказать всем, что кровавое преступление таких масштабов воспринято всерьёз.

— Тут случатся кровавые преступления ещё больших масштабов, если он не перестанет обращаться с каждым встретившимся ему сверхом так, будто это Джек Потрошитель.

Барнс тяжело вздохнула.

— Я свяжусь с ним и поговорю. Вы уже к чему-то пришли? Нашли что-нибудь, что поможет поймать ублюдков, ответственных за это?

— Ещё нет, но подвижки есть, — я улыбнулась Фреду, когда он присоединился ко мне. — Я добьюсь лучших результатов, если Отряд Сверхов получит свободу вести свою линию расследования, а не будет выполнять чёрную работу по велению Кольера.

— Это я могу устроить. На самом деле, вполне логично, чтобы Отряд Сверхов вёл расследование в тандеме. Это не даст ДУРу наседать на сверхов и создаст меньше проблем в обозримом будущем.

Хвала небесам. Хоть детективу Барнс хватает мозгов увидеть, как люди вроде Кольера могут капитально испортить будущие отношения между людьми и сверхами.

— Я это ценю.

— Это создаст больше давления на тебя, — предупредила она.

Это меньшая из моих тревог.

— Не проблема.

Барнс на мгновение умолкла.

— На что они нацелились? — спросила она наконец. — Что преступники украли в действительности?

— О нет! — внезапно выпалила я. — Мне пора! На другой стороне улицы завязывается ссора, — я сбросила вызов.

Фред выглядел слегка развеселившимся.

— Ты не сможешь долго проворачивать такой фокус.

— Тем больше причин раскрыть это преступление поскорее, чтобы вообще не пришлось отвечать, — сказала я.

— Так что было украдено?

— Я скажу тебе по дороге в морг, — ответила я. — Но ты не можешь никому рассказывать. Под страхом смерти.

— Мой рот на замке, — он глянул на меня. — Значит, мы проигнорируем указания Кольера?

— Мы Отряд Сверхов. У нас есть дела поважнее.

Он поднял руку для жеста «дай пять». Я пожала плечами и шлёпнула по его ладони.

— Один за всех.

— И все за одного, — Фред широко улыбнулся.

***

Я заранее позвонила, чтобы доктор Лаура Хоуз, патологоанатом в больницу Фитцуильям Мэнор, уже ждала нас у входа в морг. Она счастливо просияла при виде нас.

— Детектив-констебль Беллами! Должно быть, это первый раз, когда я вижу, что вы вошли сюда на своих двоих, а не были привезены на каталке!

— И правда, непривычно быть здесь из-за смерти кого-то другого, — сухо сказала я.

Её улыбка сменилась гримасой.

— Да. Сегодня у сверхов выдался не лучший день. Тебя завалили работой ещё до этого ужасного ограбления.

— И не только. Я знаю, ещё рано, и у тебя было мало времени, чтобы осмотреть тела, но я надеялась, что уже есть первые сведения, которые могли бы продвинуть расследование.

Лаура деловито кивнула.

— Я не знаю, насколько полезными будут мои сведения, но идёмте со мной, и я покажу, что есть на данный момент.

Супер. Я знала, что могу на неё рассчитывать. Я взглянула на Фреда. Тот уже выглядел позеленевшим от перспективы зайти внутрь.

— Ты можешь остаться здесь, где связь ловит лучше, и позвонить Лизе? — спросила я, сжалившись над ним. — Ей придётся поделиться с детективом Кольером и его командой тем, что она нашла на записях камер. Она будет благодарна, если ты предупредишь её заранее, и неплохо бы узнать, нашла ли она что-то полезное.

Облегчение Фреда было осязаемым.

— Да. Я займусь этим.

Лаура бросила на него забавляющийся взгляд, затем повела меня по моргу. Дин, молодой парень, который сидел за стойкой регистрации, поднял взгляд от экрана компьютера и дружелюбно помахал мне.

— Возвращение сюда, — заметила я, улыбнувшись ему, — начинает ощущаться как возвращение домой.

— Ты продвинулась в расследовании своих… проблем? — спросила Лаура.

Я пожевала свою нижнюю губу.

— Да не особенно. Когда мы с тобой говорили в последний раз, я рассказала о книге, которая утверждала, что я феникс. Сегодня утром я съездила к своему дяде и спросила, не оставили ли мои родители после себя что-нибудь, что могло бы пролить свет на эту тайну. И Лукас тоже искал информацию по фениксу.

Лаура сразу же выглядела заинтересованной.

— Что ты об этом думаешь? Он Лорд всех вампиров. У него должен иметься корыстный мотив, побуждающий его помогать тебе.

Я на мгновение задумалась, затем ответила честно.

— Я не знаю, что я об этом думаю. С одной стороны, здорово иметь кого-то на своей стороне. С другой стороны, я понятия не имею, можно ли ему доверять. У меня складывается впечатление, будто я один из его проектов на досуге, и он играет со мной ради собственной выгоды. Конфликт между его статусом и моей работой никуда не денется.

— Ты уже приезжала к нему домой на ужин? — спросила Лаура, толкая дверь в первую смотровую комнату.

— Нет. Я до сих пор этого избегаю, — я взглянула ей в глаза. — Я боюсь того, что может случиться, если я это сделаю.

— Поживи в своё удовольствие, — посоветовала она. — Это всего лишь ужин. И если ужин приведёт к чему-то большему, прими это. Я бы не отказалась от его проявления внимания. Ты можешь отделять профессиональное от личного. Ты знаешь, что способна на это, — она сжала мою руку. — Но мы обе понимаем, что ты опасаешься не его статуса вампирского Лорда; ты боишься потерять своё сердце. Это можно понять, учитывая, что сделал с тобой твой бойфренд. Но если ты вечно будешь прятаться из-за его действий, то он победит. Лорд Хорват — не Джереми.

Нет, он определённо не Джереми. Я слабо улыбнулась.

— Что, если Лукас заинтересован во мне лишь потому, что думает, будто я играю в недотрогу?

Она пожала плечами.

— Тогда позабавься с ним и двигайся дальше. В чём проблема?

Пожалуй, Лаура права. Я слишком зацикливалась. Я вздохнула и посмотрела на ближайшую каталку. Первое тело было накрыто белой простынёй.

— Это кто? — спросила я.

— Маргарет Уик. Пятьдесят два года. Человек, конечно же. Тела убитых сверхов уже перевезены в их учреждения, так что у нас лишь два мёртвых человека, — Лаура сверилась со своими заметками. — Её убили снаружи банка. Насколько я могу сказать по углу попадания пули, ей не повезло, и пуля попала в неё случайно, — она приподняла простынь и показала на отверстие между рёбрами сбоку. — Выходного отверстия нет, так что я ещё не достала пулю, но… — её голос омрачился. — Взгляни на это, — она указала на кольцо вокруг дырки от пули.

Я присмотрелась поближе.

— Это след ожога? — с сомнением спросила я.

— Своего рода да. Мне нужно провести тесты, чтобы убедиться наверняка, но обычно такое наблюдается вокруг отверстий от пуль с использованием одного конкретного металла.

— Дай угадаю, — мрачно сказала я. — Серебро.

Лаура кивнула.

— Серебряные пули отлить непросто. Я редко с ними сталкиваюсь, даже в те нечастые разы, когда сюда случайно привозят сверхов. Они также создаются с таким умыслом, чтобы они оставались внутри тела. Чем дольше серебряная пуля остаётся в организме волка, тем выше вероятность фатального исхода.

Я скрестила руки на груди и уставилась на тёмное кольцо. Грабители пришли подготовленными… и не только грабить. Они с самого начала приготовились убивать.

— Что насчёт другого тела? — спросила я. — Кажется, другого человека убили внутри банка.

Лаура перешла ко второй каталке.

— При нём не было бумажника, денег или удостоверения личности. По моим прикидкам, ему двадцать с небольшим. И вот ещё, — она приподняла простыню, показывая грубовато сделанную татуировку на руке. Я прищурилась. Слово «Адам» было выведено рядом со словом «Джейн», и их окружало сердце из колючей проволоки. «Ну привет, Адам».

— Ему выстрелили прямо в лицо, — сказала Лаура без тени эмоций.

Я отшатнулась.

— В лицо?

— Это не кажется случайностью. Его нос и большая часть правой скулы полностью раздроблены. Он умер мгновенно.

Она подняла простынь и показала остальное тело. Я задержала дыхание, быстро взглянула, затем поспешно отвернулась.

— Предварительные находки указывают, что он стопроцентно человек.

— Серебряная пуля?

— Урон, нанесённый его лицу, слишком обширен, чтобы я могла сказать в данный момент, но к утру, наверное, смогу подтвердить. Как только узнаю, свяжусь с тобой.

— Ладно, — чем больше информации мы получим по огнестрельному оружию, тем лучше. Серебряные пули настолько редкие, что возможно, нам удастся отследить их до изготовителя. Если повезёт.

Я сделала глубокий вдох.

— Спасибо, Лаура.

— Всегда пожалуйста, — она опустила простыню на размозжённое лицо Адама. — У нас нечасто случаются убийства таких масштабов. Ещё реже в них замешаны сверхи. Надеюсь, ты поймаешь этих придурков.

— Ага, — сказала я. — Я тоже.

Глава 8

Я присоединилась к Фреду в комнате ожидания. К сожалению для нас обоих, я услышала обрывок его разговора с Дином.

— Просто мне кажется, что она до сих пор хочет меня, но поскольку я полицейский, она не может быть со мной.

— Это современные Ромео и Джульетта, дружище, — согласился Дин.

«Давайте будем надеяться, что это не так». Я настороженно покосилась на Фреда и гадала, стоит ли поднимать тему Скарлетт. Я подозревала, что этот разговор пройдёт не лучшим образом, если только я не предложу ему расположиться под её балконом и очаровать её серенадами и красными розами. Честно говоря, едва ли я подходящий кандидат, чтобы раздавать советы о личной жизни. Лучше не затрагивать эту тему.

— Привет, — сказала я, перебив их обоих.

Фред выпрямился и сразу же сделался виноватым.

Дин одарил меня ленивой улыбкой.

— Привет.

— Ты связался с Лизой? — спросила я.

Фред кивнул.

— Она готовит отчёт, опираясь на записи камер. Первого парня, человека, похоже, намеренно застрелили выстрелом в лицо, но остальных убили лишь тогда, когда одна из волков попыталась вмешаться. А потом уже воцарился произвол.

«Хмм».

— Есть успехи с поиском их транспортного средства?

— Нет. Они знали, что делают. Спланировали маршрут и сбежали по тем улицам, на которых нет камер видеонаблюдения. Мы знаем лишь то, что уезжая, они свернули налево. После этого, — он беспомощно пожал плечами, — как в воду канули.

Не лучшие новости. Я поморщилась.

— Куда теперь, босс? — спросил Фред.

Мы не могли определить местоположение грабителей, а детектив Кольер командовал на месте происшествия. Я чувствовала уверенность, что ключевая задача — сосредоточиться на украденных предметах. Проблема в том, что я понятия не имела, где банда планировала быть добычу. Кто, чёрт возьми, захочет купить две разные, существенно отличающиеся копии утерянной пьесы Шекспира? Или несколько яиц Фаберже? И пряди волос оборотня?

— В офис, — сказала я наконец. — Возможно, если мы составим список ломбардов, куда могли сбыть краденое, то удастся куда-то продвинуться, — такое чувство, будто мы хватались за соломинки, но мне надо было попытаться.

— Ладно.

Мы попрощались с Дином и пошли к больничной парковке, где ждала Таллула. Мы ушли не очень далеко; менее чем в двадцати метрах от входных дверей красная машина с тонированными стёклами остановилась и преградила нам дорогу. Поначалу я не придала этому значения… пока окно с пассажирской стороны не опустилось, и оттуда высунулась поманившая меня рука.

— Детектив. Можно вас на пару слов?

Я не узнавала машину, но определённо узнала голос. Я напряглась и глянула на Фреда.

— Иди к Таллуле, — тихо сказала я. — Я подойду позже.

— Ты уверена?

Я кивнула и пошла к красной машине. Дверца отворилась, и я села внутрь.

Сказать, что Деверо Вебб не казался здоровым и процветающим — это ещё мягко сказано. Он выглядел бледным, вспотел, и в его теле присутствовала закостенелость, которая не сулила ничего хорошего. Я слегка отстранилась и окинула его взглядом. Само собой, это не результат укуса оборотня?

— Мистер Вебб, — сказала я вместо приветствия. — Я слышала, вы раззадориваете волков?

На мгновение он выглядел удивлённым, затем слегка улыбнулся и расслабился.

— Недопонимание, только и всего.

— Недопонимание? — мой тон был полон одновременно неверия и обвинения.

Вебб не среагировал.

— Едва ли вы можете меня винить, детектив Беллами. Оборотни могли помочь моей племяннице, но выбрали не делать этого. Любая враждебность с моей стороны объяснима. Однако не беспокойтесь, я впредь буду избегать укусов, — он вновь улыбнулся.

Племянница Вебба была ураганчиком с косичками по имени Элис. Он обратился к кланам оборотней и предложил знатную взятку за обращение её в волка, чтобы у неё был шанс победить лейкемию. Все четыре альфы неохотно отказали ему, поскольку запрещено обращать любого, кто не достиг возраста в 18 лет. Они по сути приговорили её к смерти. Я передала ему остатки гадкого зелья, которое Эдвард Нэппи сварил из волчьих костей и вампирской крови. Шанс, что это сработает, был невелик, но видимо, желанный результат был достигнут.

— Волки не виноваты, что они не смогли помочь Элис, — мягко напомнила я Веббу. — Их руки связаны.

— Я это ценю, но мы не всегда ведём себя рационально, когда дело касается заботы о семье. Я не могу не ненавидеть их за то, что они не помогли ей, пусть я и знаю, что у них не было выбора. У всех у нас есть свои недостатки, — он самоуничижительно пожал плечами. — В любом случае, я не поэтому хотел поговорить с вами. Я здесь по другому вопросу.

Часть меня надеялась, что сейчас он сознается в стрельбе и ограблении, чтобы я могла арестовать его и пойти домой.

— Вы отыскали меня здесь, — сказала я. — Это должно быть чем-то серьёзным.

Вебб склонил голову набок.

— Можно и так сказать, — его глаза казались лихорадящими и расфокусированными, но стиснутые челюсти выдавали решительность. — Я бы хотел поблагодарить вас за то, что вы сделали для Элис. Пару недель назад мы получили подтверждение, что её рак полностью в ремиссии. Врачи не понимают, как и почему, — его голос оставался тихим, — но я-то знаю.

Я сглотнула.

— Я рада, что ей лучше, — честно ответила я. — Но если вы ищете добавки… лекарства, я вам уже сказала. Его невозможно повторить.

Вебб пренебрежительно махнул рукой.

— Я здесь не ради этого. Я понимаю правила, как понимаю и то, каким большим поступком с вашей стороны было отдать мне то средство, — он помедлил. — Я нашёл книгу.

Я опешила. Вебб слегка улыбнулся.

— Вы бегло упомянули название. Я отыскал копию в Библиотеке Карлайла.

Чёрт. Я сказала библиотеке поместить копии «Инфернальных чар» и держать подальше от любопытных глаз. Деверо Вебб не должен был заполучить книгу. Этот мужчина доказал, что опасен во многих отношениях.

— Вы не можете винить меня, детектив, — сказал он. — Я должен был знать, что даю Элис.

— Чего вы хотите, мистер Вебб?

— Сказать спасибо, — просто ответил он. — И выразить признательность. У меня складывается впечатление, что в будущем мне пригодится дружба с вами.

Деверо Вебб был преступником, и я искренне сомневалась, что мы когда-нибудь будем друзьями, хотя часть меня невольно симпатизировала этому мужчине. Я не могла отделаться от подозрения, что он что-то задумал… и что бы это ни было, мне это не понравится.

— В таком случае, — сказала я ему, — не стоит благодарности.

Но когда я потянулась, чтобы открыть дверцу машины, его ладонь резко схватила меня за руку. Может, он и болен, но по-прежнему на удивление силён.

— Подождите, — он запустил руку в сумку у своих ног и достал маленькую бутылочку. — Я хочу дать вам это.

Я уставилась на сосуд. Внутри плескалась жидкость; выглядела она как вода, но почему-то я знала, что это очень далеко от правды.

— Я следил за новостями, — сказал он. — Сегодня события развиваются не лучшим для вас образом. Думаю, это поможет.

Я медленно подняла взгляд и посмотрела ему в глаза.

— Что это?

— Кое-что, что поможет вам в борьбе с преступностью. Вам это не навредит. Это я обещаю. Но это может открыть целый мир чудес.

Ни за что я не буду пить загадочную жидкость, данную мне Деверо Веббом.

— Спасибо, — начала я. — Но…

— Рецепт из той книги. Я сам его принял, и это абсолютно безопасно.

— Вы выглядите полумёртвым, — прямо сказала я. — Если вы последовали рецепту из какой-то проклятой книги и теперь умираете, вам некого винить, кроме себя. Я не собираюсь следовать вашему примеру, что бы вы ни сказали.

Он усмехнулся.

— Я не умираю. Симптомы моего нынешнего… недуга не имеют к этому отношения. Формально. Завтра всё для меня будет совершенно иначе. И для вас тоже, если вы это выпьете. Это изменит всё, — затем он загадочно добавил: — И вместе с тем ничего.

— Мистер Вебб…

— Выпейте, — он вложил бутылочку в мои руки. — Это мой способ отблагодарить вас за то, что вы сделали для Элис. Вы спасли ей жизнь. Теперь мой черёд отплатить услугой.

Я посмотрела на бутылочку. Она выглядела достаточно нейтрально, но я не стану это пить. Однако иногда лучше прибегнуть к пути наименьшего сопротивления. Я убрала её в карман.

— Спасибо, — произнесла я.

Деверо Вебб улыбнулся.

— Увидимся, детектив.

***

— Что это было? — спросил Фред, когда я вместе с ним села в Таллулу, и мы поехали к офису Отряда Сверхов.

— Понятия не имею, — ответила я. — Думаю, это какая-то странная демонстрация силы, — сказав это, я сразу же поняла, что ошибаюсь. Вебб был серьёзен, и его благодарность за помощь его племяннице казалась искренней. Я не считала, что он пытался меня отравить… но всё равно понятия не имела, что он на самом деле задумал.

— Чертовски странный день, — пробормотал Фред.

Я вздохнула.

— Ага.

Как раз в этот момент зазвонил мой телефон. Я глянула на экран и нахмурилась.

— Привет, Молли.

— Эмс, — её голос был тёплым. — Извини, что у меня не получилось нормально поздороваться ранее. Кольер руководит сурово. Он бы разозлился, если бы я подошла поболтать.

— Ммм. Я достаточно пообщалась с ним, чтобы составить о нём представление, — произнесла я. — У тебя всё хорошо? Работать на него едва ли просто. Он кажется весьма… зацикленным на своих методах.

— Он старомодный тип и не любит признавать свои ошибки. Есть люди похуже детектива Кольера, но есть и получше. Он высокого мнения о себе, и ему всё сходит с рук, потому что в прошлом году он арестовал мужчину, который застрелил того финансиста, Тимоти Барратта. Это было во всех газетах.

Я фыркнула в ответ. Я помнила тот инцидент. Стрелку почти удалось унести ноги, но неотступное усердие детектива Кольера позволило быстро привлечь его к ответственности. Несомненно, Кольер ещё много лет будет пожинать плоды этого успеха.

Я почти слышала, как Молли пожала плечами.

— Что есть, то есть. Кольер за главного. Мы не можем все работать независимо, как ты.

Я вынуждена была признать, что наслаждалась свободой работы в Отряде Сверхов, даже если иногда казалось, что я пробираюсь по магическому минному полю.

— В любом случае, — сказала Молли. — Я перейду к сути. Я звоню, потому что знаю, что Кольер не позвонит, и я посчитала, что ты захочешь знать. Я бы предпочла, чтобы он не узнал, что ты услышала это от меня.

Я насторожилась.

— Продолжай.

— Кажется, мы нашли их автомобиль. Сожжённый фургон флориста нашли в старом туннеле к востоку от Лиссон Гроув, — она дала мне координаты.

Я выдохнула.

— Я это ценю, Молли, — сказала я.

— Я так и думала. Взамен ожидаю несколько коктейлей когда-нибудь в будущем.

— Будет сделано, — я повесила трубку и глянула на Фреда. — Планы меняются.

Глава 9

Туннель, который оказался старой, построенной ещё в викторианскую эпоху электрораспределительной конструкцией, не использовавшейся уже десятки лет, располагался на окраине Илинга в западном Лондоне.

Мы припарковались как можно ближе, не так далеко от мигалок множества полицейских машин и скопления криминалистов в белых комбинезонах. Я выскочила из Таллулы и зашагала вперед вместе с Фредом. Я уже видела детектива Кольера, расхаживавшего вокруг и гаркавшего приказы. Я надеялась, что он не станет поднимать шумиху из-за моего присутствия.

Полицейский, контролировавший кордон, узнал меня и пропустил нас внутрь без лишней суеты. Начало казалось позитивным. Я осмотрелась по сторонам, изучая место. По меркам подходящих мест посреди города, где можно бросить машину, это было в числе лучших вариантов — практически скрыто из виду с ближайшей дороги. Любой, кто проезжает на машине, скорее всего, ничего не заметит, если только не вытянет шею, не остановится на обочине и не выйдет. И учитывая оживлённое дорожное движение, здесь едва ли было много пеших прохожих. Поблизости также не виднелось камер.

Я глянула на старое граффити, украшавшее бок туннеля. Оно выцвело, несколько букв покрылись расползающимся мхом. Тут даже мусора практически не было. Это место редко посещалось людьми. Я осмотрела землю, где несколько криминалистов делали фото. Два набор шин; на фургоне приехали сюда, подожгли, а потом уехали на другой машине. Где бы ни были сейчас грабители, они уже давно скрылись.

Я подошла к корпусу фургона, стоявшему прямо у входа в открытый туннель. Несколько завитков дыма до сих пор поднимались от покорёженного металлического каркаса. Кольер наградил меня мрачным взглядом, стоя по другую сторону выгоревшего транспортного средства.

— Как вы сюда попали? — спросил он.

— На машине приехала.

— Я не это имел в виду, — рявкнул он.

Я вздохнула.

— Мы на одной стороне.

— Будь это правдой, вы бы не действовали за моей спиной и не ябедничали Барнс. Вы можете считать себя особенной, раз вампиры и оборотни прислушиваются к каждому вашему слову, но уверяю в вас, что в реальном мире только результаты заслуживают похвалы.

— В таком случае, — парировала я, — скажите мне, что у вас есть, и давайте поработаем над достижением этих самых результатов, — я пристально посмотрела на него. Он смотрел в ответ, затем его губы скривились, и он смирился с неизбежным.

— Должно быть, они приехали сюда сразу после ограбления, — сказал он, с неохотой произнося каждое слово. — О пожаре сообщил пассажир второго этажа двухэтажного автобуса, заметивший дым. Пожарным потребовался почти час, чтобы приехать сюда. Вызов не был приоритетным из-за местоположения и явного отсутствия пострадавших. К моменту их прибытия худший урон уже был нанесён.

— Что насчёт оружия? — спросил Фред. — В банке у них при себе имелся целый арсенал. Бросить их в фургон и оставить гореть вместе с остальными уликами было бы хитрым решением. Есть признаки того, что они оставили тут оружие?

Это был умный вопрос. К сожалению, Кольер покачал головой.

— Нет никаких следов оружия. Они или выбросили всё в другом месте, или забрали с собой, когда уехали.

Я поджала губы. Весьма часто самый простой способ отследить преступников — это отследить их оружие. Большинство обитателей подпольного мира это понимало и избавлялось от оружия, или бросая его в Темзу, где речной прибой и ил быстро стирали их существование, или же закапывая в землю. Пожар вроде того, что уничтожил фургон, не менее эффективно справился бы с задачей. Возможно, банда не подумала оставить тут оружие или побоялась, что пламя разгорится недостаточно жарко, чтобы уничтожить улики.

Есть и другая вероятность: грабители ещё не завершили свои планы и, возможно, готовились совершить новые ожесточённые преступления. Эта тревожная мысль не давала покоя моему мозгу, но я не собиралась её озвучивать, пока не буду более уверена в Кольере.

— Что насчёт фургона? — спросила я. — Кто-нибудь выяснил, откуда он взялся?

— Вчера сообщили об его угоне, — услужливо подсказала женщина-офицер. Кольер бросил на неё недовольный взгляд. Он всё равно не желал выдавать слишком много информации.

— Откуда? — спросила я.

На сей раз женщина-офицер держала язык за зубами.

— Ист-Энд, — отрывисто сказал Кольер.

— Где именно на Ист-Энде?

— Это не относится к делу. Мы проверили, и там никак нельзя узнать, кто его угнал. Это тупик.

Я бы хотела сама это проверить, но это не приоритетно. Мне нужно довериться старшему детективу хотя бы в этом. Если он ворчливый ублюдок, ненавидящий моё участие в расследовании, это не означало, что он некомпетентен.

— В моём понимании нет сомнений, — объявил Кольер, — что это работа кого-то из своих. Кто-то из сотрудников или клиентов банка ответственен за этот бардак. С таким же успехом волки и кровососы могут работать вместе.

Я скрестила руки на груди.

— И каков же их мотив? Давайте не будем забывать, что на месте были мёртвые сверхи.

Он скривил губы.

— Насколько я слышал, они всегда не чтили жизнь, даже когда дело касается их собственного вида. Но, наверное, вампиры работали в одиночку. Этот тип Хорват чинил препятствия, когда мои офицеры говорили с ним ранее, и отказался задерживаться до тех пор, пока я поговорю с ним лично. Не может быть совпадением тот факт, что в банке не было мёртвых кровососов. И давайте не забывать, что ранее сегодня днём вампир забирался на Лондонский Глаз.

— Нет, это был не вампир, — терпеливо сказала я. — У основания колеса обозрения была найдена пара фальшивых клыков. Скорее всего, очередной студент, которого обманом заставили сделать это, как и тех идиотов, которые вырядились оборотнями в автобусе.

— Только вампир мог взобраться на эту штуку, — пренебрежительно сказал Кольер. — Этот гоблин — Пралк, так? — он похоже ничего не знает. Мы отпустили Хорвата, но надо снова забрать его на допрос. Я поговорил со своим руководством, и они согласились, что мы можем задержать его на сорок восемь часов для допроса, прежде чем выдвинуть обвинения, — в ответ на мой взгляд он холодно рассмеялся. — Вы можете сколько угодно заявлять об его невиновности и цитировать законы сверхов, но в этом ограблении были убиты люди. Значит, я могу его арестовать. Я заставлю этого клыкастого ублюдка говорить.

— Если вы будете действовать поспешно и затащите вампирского Лорда на допрос, — сказала я, — будут последствия. Сверхам не нравится вмешательство полиции, и наши с ними отношения деликатны. Отряд Сверхов усиленно трудился, чтобы улучшить ситуацию. Один неверный ход может отбросить эти отношения на годы назад.

— Мне похер на ваши отношения со сверхами. Наша работа заключается не в том, чтобы брататься с преступниками.

Я усиленно старалась сдержать свой нрав.

— Сверхи — не преступники. Они такие же люди, как и мы с вами.

— Мы все знаем, что это не так, — он сердито уставился на меня. Его настоящая натура проступала на поверхность. Детектив-инстпектор Кольер был худшим из худших. В глубине души он верил, что сверхи не заслуживают права на существование, и что всех их надо посадить за решётку. Я думала, что такие мнения остались в Средневековье, но к сожалению, я регулярно сталкивалась с людьми, которые так считали. Это абсолютно иррационально и откровенно опасно.

— Откуда грабители узнали, на какие ячейки нацелиться? — вопрошал Кольер.

— Я не знаю.

— Мне сообщили, что использовались серебряные пули. Уверен, вы можете подтвердить, что такие боеприпасы в особенности летальны для оборотней. Лорд Хорват стремится разжечь войну с кланами?

— Я в этом сильно сомневаюсь. Он такая же жертва преступления, как и волки, даже если среди убитых не было вампиров.

— Тогда почему он и другие предположительные жертвы преступления отказываются сказать мне, что было украдено? Почему вы отказываетесь сказать мне?

Я содрогнулась.

— Я заключила с ними сделку…

Кольер закатил глаза.

— Как скажете. Разве не удобно, что у Хорвата и всех лидеров сверхов есть алиби на время убийства? Что их вызвали разбираться с другими вопросами как раз перед тем, как началась стрельба?

— Это очевидная диверсия, чтобы избежать их вмешательства.

— Ничего тут не очевидно, — рявкнул он. — Вы явно слепы в их отношении, детектив Беллами.

И снова неправда.

— Слушайте, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие и контроль над ситуацией. — Я не отговариваю вас от повторных бесед с Лордом Хорватом и другими лидерами сверхов. Я просто говорю, что к этому можно подойти более разумно и не обращаться с ними как с преступниками. Я детектив Отряда Сверхов. Позвольте мне связаться с Хорватом и остальными. Я попрошу, чтобы они прибыли в офис Отряда Сверхов и…

— Нет. Мы же не хотим их предупредить. У нас будет лучший шанс получить настоящие ответы, если они не знают, что мы придём за ними. Мы застанем ублюдков врасплох.

Я видела, как вампирское сообщество ведёт себя в отношении Лукаса. С их точки зрения он был сродни богу. Если Кольер ворвётся туда с пушками наперевес и будет обращаться с ним как с преступником, то на улицах Сохо поднимутся бунты. Даже если этого не случится, вампиры отгородятся от нас. И как бы Лукас ни хотел поужинать со мной (и бог знает, что ещё), его первостепенным приоритетом всегда будут вампиры.

Я беспомощно посмотрела на Кольера, гадая, что можно сказать, чтобы заставить его немного отступить. Затем внезапно осознала, почему он действует в такой манере напролом. Это всё моя вина.

— Детектив Кольер, — осторожно сказала я, обходя сгоревший фургон, чтобы отвести его в сторону. Будет лучше, если другие офицеры на месте не услышат то, что я собиралась сказать. — Я понимаю, что вы взбешены из-за того, что старший детектив Барнс сказала вам не обращаться со сверхами как с террористами, и вам кажется, что ваш авторитет подорван. Я знаю, что вы пытаетесь сохранить порядок и авторитет, но вам стоит временно отложить свои чувства в сторону и подумать рационально. Ваш вопрос насчёт депозитных ячеек был очень хорошим. Нам стоит сосредоточиться на том, кто мог знать, какие ячейки принадлежали сверхам и банку, и кто мог завладеть такой информацией. Я не думаю, что это работа кого-то из своих. Отбросьте свои предубеждения. Давайте работать вместе.

Он с неверием уставился на меня.

— Ты пытаешься приструнить меня? Меня? — он потрясённо покачал головой. — У тебя мания величия, девчонка, — он ткнул в меня пальцем. — Если предупредишь Лорда Фрика, что мы идём за ним, я арестую тебя за препятствие правосудию, — он ушёл, выкрикивая приказы всем вокруг.

Фред подошёл ко мне.

— Не к добру это, — пробормотал он.

Я потёрла шею сзади.

— Ага, — сказала я. — Я подошла к делу в корне неверно.

— Это не твоя вина, — сказал Фред. — Он боится сверхов и того, что они собой представляют, и его страх проявляется таким образом, — он взмахом руки показал на удаляющегося Кольера. — Он знал Тони, — сказал он, имея в виду моего теперь уже покойного предшественника — Я пытался вспомнить его, и внезапно всё встало на свои места. Детектив Кольер — причина, по которой Тони оказался в Отряде Сверхов. Тони врезал ему, когда тот трепался языком насчёт чего-то. Кольеру ничего не сделали, потому что он держал руки при себе, а Тони в наказание отправили в Отряд Сверхов. Это было много лет назад, задолго до моего устройства на работу, но Лиза мне рассказывала.

— Значит, у детектива Кольера есть ещё больше причин ненавидеть Отряд Сверхов, — я провела рукой по волосам. Я не могла расследовать ограбление и одновременно разбираться с этим идиотом.

— Что будем делать? — спросил Фред.

— Мне прямым текстом сказано не предупреждать Лукаса заранее, — задумчиво сказала я. — Против него нет никаких действительных улик. Кольер просто устраивает шоу, демонстрируя свою власть, — я взглянула на Фреда. — Верно?

Он кивнул.

— Верно. Он наверняка не станет сам допрашивать Лорда Хорвата. Он оставит его мурыжиться в камере, пока сам занимается расследованием, — он вздохнул. — И всё вампирское население будет презирать нас до скончания веков. Поступки Кольера вообще легальны с точки зрения законов сверхов?

— Всё неоднозначно, если есть человеческие жертвы, — я расправила плечи и направилась к выходу из туннеля. Фред припустил трусцой следом за мной. — Мы не можем предупредить Лукаса. Если опять поговорить с Барнс и попросить её вмешаться, это ещё сильнее разозлит Кольера. Если же мы попросим Лукаса помочь с другими деталями расследования, то это может сойти нам с рук. Пока он недоступен для Кольера и будет держаться с Отрядом Сверхов, никто не будет жаловаться.

— Кольер будет жаловаться.

— Тогда давай доберёмся до Лукаса наперёд Кольера, пока Кольер не сообразил, что мы делаем.

Фред выпучил глаза.

— У нас могут быть большие проблемы.

— Ты волен не лезть в это. Тебе необязательно подставляться.

— Шутишь? Я с тобой до конца, босс, — он потёр ладони. — Будет весело, — он поддел меня. — И мне нравится, что ты бежишь на помощь большому и грозному Лорду Хорвату, будто он барышня в беде.

— Я никакой не рыцарь в сияющих доспехах.

Фред подмигнул.

— Лорду Хорвату так не покажется.

Глава 10

Мы прибыли к грандиозному дому Лукаса вскоре после 22 часов вечера. Поскольку стояло лето, темнело поздно. Я часто не замечала ход времени, пока небо не превращалось в полотно цвета индиго, прерываемое лишь редким следом самолёта. Какое-то время я боялась темноты после того, как мой бойфренд перерезал мне горло на кладбище у церкви Святого Эрбина. Я шарахалась от каждой тени, моё нутро скручивало узлами всякий раз, когда солнце начинало садиться. Однако теперь это приносило успокоение. Я проделала долгий путь.

Я выскочила из Таллулы и посмотрела на серое гранитное здание. Я ещё не переступала его порог, несмотря на попытки Лукаса пригласить меня на ужин. Я невольно гадала, каковы его пристрастия в дизайне интерьера. Я подумала о рубашке с рюшами, которую он носил. Наверняка роскошь. И куча оборок.

Фред держался поодаль, дожидаясь, пока я постучу. Я втянула долгий вдох и оглянулась по сторонам. Кольера ещё не было видно. Время ещё есть. Я поднялась к безупречно лакированной двери, выкрашенной в глянцевый кроваво-красный цвет, и постучала.

Ответил не Лукас. Вместо этого я оказалась лицом к лицу с молодым незнакомым вампиром. Увидев меня, он побелел.

— Лорда Хорвата нет дома, — сказал он. Его глазки нервно бегали влево-вправо.

— Мне нужно немедленно его найти. Где он?

Молодой вамп почесал затылок.

— Эм… я точно не знаю.

— Он отправился в «Сердце»? — спросила я, подразумевая ночной клуб, которым управлял Лукас.

— Может быть, — с колебанием произнес вампир.

Значит, нет. Я нахмурилась, испытывая лёгкое раздражение… затем по моему телу пробежал холодок. Внезапно я с уверенностью поняла, почему Лукаса нет дома. Ублюдки. Мне стоило прислушаться к своим инстинктам ранее.

— Грабители банка вышли на связь, так? Он отправился на встречу с ними.

На его лице отразилась тревога.

— Что? Нет!

Я заскрежетала зубами. Проклятье. Я снова взглянула на вампира. Это могло сработать. Я облизнула губы, затем приподняла подбородок, призывая всю силу, что была во мне. Я добивалась схожих результатов со слабыми оборотнями, но никогда не пробовала провернуть такое с вампиром.

— Скажи мне, — ровным тоном произнесла я, и вибрация внушения звенела в каждом слове, — куда отправился Лорд Хорват.

На лице вампира отразилась натуга. Он зажал рукой рот и с паникой уставился на меня, делая шаг назад, будто хотел скрыться. Он лихорадочно помотал головой, изо всех сил стараясь не заговорить.

— Скажи мне, — повторила я.

— Вестминстерский мост, — выпалил он. В его глазах отразилось облегчение от подчинения моей команде, затем сразу же чувство вины. — Чёрт, — пробормотал он.

Я не обратила на него внимания. Я уже бежала к Таллуле.

— Что? — спросил Фред. — Что такое?

Мы прыгнули в машину. Я уже завела двигатель и рванула с места ещё до того, как пристегнула ремень.

— Зачем кому-то грабить банк? — спросила я, выполняя незаконный U-образный поворот посреди дороги.

— Ради денег, — сказал Фред. — Само собой.

— Вот только, — я перестроилась в другую полосу и переключила передачу, — эти грабители не взяли деньги. Они не тратили время на попытки получить доступ в хранилища банка Талисманик и не забрали те небольшие суммы, что были в кассах. Они нацелились на больших шишек. Они получили кучу предметов, которые бесценны для оборотней и вампиров, но их сложно сбыть кому-либо другому. Какой лучший способ заработать на полученном?

Фред зашипел сквозь зубы.

— Продать обратно тому, у кого украли.

— Именно. Готова поспорить на что угодно, что именно это сейчас происходит на Вестминстерском мосту, — я бросила телефон на колени Фреда. — Позвони Лорду Хорвату. Скажи ему подождать, пока мы не приедем.

Он сделал, как сказано.

— Он не берёт трубку. Думаю, у него отключён телефон.

Мои руки крепче стиснули руль. Бл*дь.

— Лорд Хорват не кажется мне таким мужчиной, который с радостью передаст кучу денег в обмен за свою собственность, а потом благополучно удалится, — рассуждал Фред.

— Нет, — мрачно сказала я. — Он не такой. Грабители, должно быть, подготовились. Они должны были спланировать некую ловушку, которая убережёт их, пока они получают желаемые деньги, — я бросила на Фреда мрачный взгляд. — Но мы должны быть готовы к кровопролитию, которое может происходить прямо в центре Лондона.

Фред поправил свой ремень безопасности.

— Прибавь газу, босс.

***

Лондон, как и Нью-Йорк, Токио, Берлин и куча других метрополисов по всему миру, должен быть городом, который никогда не спит. Однако в такой час машин на улицах было мало, и Вестминстерский мост практически пустовал. Пустовал, не считая двух машин в центре, которые стояли на холостом ходу. Они стояли «лицом» в разные стороны, на разных полосах дороги. Первый автомобиль я узнала, он принадлежал Лукасу. Вторым оказался побитый Вольво. По моей спине пробежала дрожь дурного предчувствия.

Я погнала Таллулу вперёд, решив подъехать прямиком к разгару действия. Но прежде чем мне это удалось, из ниоткуда появились два вампира, пролетевших по воздуху и приземлившихся прямо перед моей машиной. Я ударила по тормозам и опустила стекло окна.

— Уйдите с дороги!

— Мост перекрыт, — сказал ближайший вампир. — Найдите объездной путь.

— Вы знаете, кто я, — бесстрастно произнесла я. — И я приказываю вам отойти в сторону.

— Мы не можем так поступить, мэм.

— Ой-ой, — пробормотал Фред себе под нос. — Он назвал тебя мэм. Теперь у нас серьёзные проблемы.

Я бросила на него раздражённый взгляд и вышла из машины. Посмотрела на одного вампира, потом на другого. Ни один не двинулся ни на дюйм. Медленными, размеренными движениями я потянулась в салон Таллулы и достала арбалет. Оба вампира остались на прежних местах, но я определённо заметила, как тот, что помоложе, вздрогнул.

— Отойдите, — и снова я позволила своему голосу переполниться повелевающей властью.

Лицо первого вампира исказилось от ярости, но его ноги уже двигались. Я была в ударе; стресс, должно быть, усиливал мои способности к внушению. Я глянула на арбалет, затем на машины. Водительская дверца автомобиля Лукаса открылась, и на моих глазах оттуда вышел сам Лукас. Затем передняя пассажирская дверца Вольво тоже открылась, и показалась фигура в маске. Я заскрежетала зубами. Проклятье.

Я прыгнула в Таллулу.

— Фред, выходи и оставайся здесь, — приказала я. — Не пропускай больше никого.

Он кивнул и быстро выбрался из машины. Я переключила передачи и медленно поехала вперёд, держа одну руку на руле, а вторую на арбалете. Если грабители — люди, то мне не разрешалось стрелять в них из арбалета — закон это запрещал. Но это не означало, что я не выпущу болт, если окажусь вынуждена. Мне нужно быть готовой ко всему.

Когда я приблизилась, из Вольво вышла другая фигура. Эта держала пистолет. С небрежным безразличием он (или она, сказать было сложно) поднял дуло в мою сторону.

Я продолжила ехать и остановилась лишь тогда, когда капот Таллулы оказался всего в метре от багажника чёрного автомобиля Лукаса. Он наблюдал за мной из-под полуопущенных век, пока я гасила двигатель и выбиралась из машины. Оба незнакомца в маске — и тот, что напротив Лукаса, и тот, что с пистолетом — не отреагировали. Я заглянула в машину. На водительском месте Вольво сидел третий. Все члены банды здесь.

— Привет, ребят! — пропела я. — Как делишки?

— Д'Артаньян, — проскрежетал Лукас, несомненно, используя моё прозвище, чтобы скрыть мою личность полицейского от грабителей банка. — Сейчас не лучшее время.

Из-за маски незнакомца с пистолетом донёсся искажённый, лишённый акцента мужской голос:

— Слушай, что говорит кровосос. Садись в машину и уезжай.

— Не думаю, что я так поступлю, — я приподняла подбородок и уставилась на маски. Они были сделаны из литого пластика и полностью покрывали лица обоих грабителей. Даже их глаза были скрыты; ни у одного не было видно ни дюйма кожи. Чернокожий, европеец, азиат, молодой, старый — я вообще ничего не могла сказать. Эти ублюдки не шли на риск, когда дело касалось их личностей. — Вы арестованы.

Лукас сердито уставился на меня.

Другая фигура в маске, чья фигура указывала на то, что это женщина, рассмеялась.

— Ты полицейский? Да не смеши меня, — у неё был сильный акцент кокни; должно быть, это та женщина, что говорила во время ограбления. Она покачала головой, рассмеялась и махнула своему напарнику. — Если она подойдёт ближе, застрели её.

— Это между мной и ними, Д'Артаньян, — тихо сказал Лукас. — Тебе лучше не вмешиваться.

— Они люди, и они преступники, — сказала я, не сводя глаз с пары в масках. — Значит, мне с ними и разбираться. Не говоря уж о том, что я уже замешана.

— Если она ещё раз вмешается, — сказала женщина Лукасу, — мы уезжаем. Ты нас больше никогда не увидишь и не услышишь… и не получишь обратно свои вещички. Гони деньги, и тогда мы сообщим местонахождение ячеек. Вот так всё просто.

Раздался тихий писк. Я напряглась, а потом сообразила, что это часы или какой-то таймер. Ублюдки были организованными и не собирались задерживаться надолго.

Её следующие слова это подтвердили.

— Шестьдесят секунд, — сказала она. — Затем мы уходим, — она повернула голову ко мне. — И если мы не унесём ноги, он никогда не получит свои вещички. И оборотни тоже. У нас есть меры предосторожности.

Я быстро взвесила варианты. Пусть Фред находился в конце моста, я по сути была сама по себе. Я могла справиться с одним из них, но не со всеми тремя. Особенно учитывая то, что Лукас, похоже, намеревался завершить обмен.

Моё полицейское обучение не затрагивало такой сценарий. Не то чтобы я боялась получить пулю — даже если они убьют меня, я очнусь через двенадцать часов. Но за этот промежуток потеряю много времени. Лучшее, что я могла сделать — отступить и изо всех сил постараться установить личности этих ублюдков. Я могла отследить Вольво или подождать, когда они провернут то же самое с оборотнями, и подготовиться получше. Прямо сейчас все карты у грабителей. Но если я собиралась проиграть одну битву, это не означало, что война завершилась. Всё далеко не так.

Лукас плавно достал из машины чемодан.

— Хорошо, — пробормотал он, бросив в мою сторону предостерегающий взгляд чёрных глаз.

Я заскрежетала зубами, но не сдвинулась с места. Несмотря на моё решение не вмешиваться, меня чрезвычайно раздражало бездействие в момент совершения преступления. Я должна пресекать такие вещи, а не тупо стоять рядом и смотреть как чёртов лемминг.

Чемоданчик выглядел достаточно невинно. Он был алюминиевым, с простыми застежками в верхней части. Лукас передал его женщине, а та нахмурилась, протестировала его вес, затем положила на капот машины и открыла. Не сумев сдержаться, я подалась вперед.

Там ничего не было. Чемодан оказался пустым.

— Какого хера тут происходит? — рыкнула женщина. Я уставилась на неё. Внезапно её акцент кокни пропал. Это было русское произношение, у меня не осталось сомнений.

Лукас улыбнулся, обнажив клыки.

— Вы правда думали, что я позволю вам шантажировать меня в такой манере? — тихо спросил он. — Вы правда думали, что я передам более пяти миллионов фунтов наличными и уйду? Я Лорд Хорват, самый могущественный вампир в этой стране, — его чёрные глаза сверкнули. — И я не веду переговоров с типами вроде вас.

На протяжении одной долгой секунды ни одна из фигур в масках не реагировала, затем женщина подняла голову.

— Ты никогда больше не увидишь те депозитные ячейки.

Лукас пожал плечами.

— Так тому и быть, — он щёлкнул пальцами… и тут воцарился настоящий ад.

С другой стороны моста, где они, должно быть, прятались вне поле зрения, хлынули вампиры. Мужчина-грабитель навёл пистолет на Лукаса и приготовился выстрелить. Я подняла арбалет. Выстрелю в его проклятую ногу, если придётся. Однако мне не пришлось переживать об этом; Лукас молниеносно метнулся вперёд и развернулся всем телом так, чтобы оказаться позади мужчины. Он рванул маску вверх ровно настолько, чтобы обнажить полосу белого горла, затем впился туда зубами.

Женщина не произнесла ни звука и просто побежала к машине. Я бросила арбалет в сторону и рванула за ней. Я была быстрой… но вампиры оказались быстрее. Они сшибли её с ног за считанные секунды.

Лукас поднял окровавленный рот от шеи мужчины.

— Не вредите ей, — приказал он. — Нам сначала надо будет поболтать.

Вампы кивнули и рывком подняли женщину на ноги. Скарлетт прошла вперёд, содрала с женщины маску, и я уставилась на её разъярённое лицо. Блондинка, моложе чем я думала, лет двадцати пяти. На щеке у неё виднелся длинный шрам, черты лица казались угловатыми. Она выглядела как тот человек, с которым лучше не встречаться ночью в тёмном переулке.

Лукас вытер рот тыльной стороной ладони и взглянул на меня.

— Извини, Эмма. Я не хотел, чтобы ты это видела.

— Я знаю, что ты пьёшь кровь, Лукас, — сказала я, хоть и отвела глаза. — Это едва ли новости для меня.

— Да, — он кивнул. — Но реальность этого факта может быть… неприятной, — он всё ещё держал мужчину, тот стонал.

Лукас снял с мужчины маску и посмотрел ему в лицо. Грабитель был смуглым, с подкрученными усами, которые слишком напоминали пантомимного злодея и оттого не казались реальными. Его глаза расфокусировались, но ему удалось отхаркнуть немного слизи, которую он собирался плюнуть в сторону Лукаса. Особого успеха он не добился; Лукас с силой ударил его по затылку, и тот обмяк как мешок картошки. Лукас фыркнул с мрачным удовлетворением.

— Разве это хорошее решение? — спросила я.

— Всё лучше, чем терпеть требования выкупа от этих мудаков.

— Ты об этом пожалеешь! — прошипела женщина. — Не стоило тебе так поступать. Более того, ты скоро узнаешь, что…

Мы так и не услышали конец её предложения. Безо всякого предупреждения раздался громкий хруст, и её голова взорвалась. Кровь, кость и мозговое вещество разлетелись во все стороны. Затем раздался ещё один треск, и тело упавшего мужчины с усами резко дёрнулось.

Вампиры кинулись врассыпную, ища укрытие. Я плашмя бросилась на землю. Чёрт. Чёрт. Третий треск и звук бьющегося стекла. Тело в маске вывалилось из машины грабителей на противоположной стороне дороги. Четвёртый хлопок. Откуда исходят выстрелы? Кто это делает?

Моё сердце бешено стучало, адреналин разливался по венам. Страх вызывал мурашки на коже. Я подняла голову, чтобы осмотреться… и тогда увидела Лукаса. Он лежал на спине, голова свесилась под неестественным углом.

Я подползла к нему, не обращая внимания на осколки стекла.

— Лукас! — я схватила его за руку и тряхнула. — Лукас!

Его голова безвольно перекатилась в мою сторону. В его глазах не осталось света… а в центре лба зияла кровавая рана. Моё дыхание застыло в лёгких, воздух вокруг как будто замер. Я потянулась к его шее, отчаянно желая ощутить биение пульса, хотя я уже знала правду, и мои усилия оказались тщетными.

Лукас Хорват был мёртв.

Глава 11

Долгое время никто не двигался. Я слышала вдалеке приближающиеся сирены, но даже когда прибудет вооружённая полиция, они будут действовать с большой осторожностью. Нельзя недооценивать активного, но при этом невидимого снайпера.

Всё моё тело онемело. Я продолжала ждать, когда Лукас сядет и улыбнётся мне. Он этого не сделал. Я потянулась к нему и взяла за руку, сама не зная, зачем. Возможно, для утешения. Возможно, потому что я знала, что вскоре его кожа сделается холодной, и я хотела в последний раз ощутить жар его прикосновения. Странно, но на мои глаза не наворачивались слёзы. Я практически ничего не чувствовала.

Спустя несколько долгих секунд я аккуратно убрала пальцы от ладони Лукаса и встала. Я ждала выстрела, прилива внезапной боли и знакомой черноты смерти. Ничего не последовало.

Я повернулась и осмотрелась.

— Откуда исходили выстрелы? — спросила я. Звучало всё так, будто мой голос доносился издалека.

Скарлетт встала, её лицо было таким же ошеломлённым, каким, должно быть, выглядело моё.

— Я… я не знаю, — произнесла она, качая головой. Её светлые волосы спутались, красная помада смазалась на щёку подобно кровавой ране.

Я услышала крик и увидела, что Фред со всех ног бежит к нам с другой стороны моста. Его беспечность выдернула меня из ступора, и я сердито замахала руками, показывая, что ему надо держаться в стороне. Он превратил себя в идеальную мишень. Но дальнейших выстрелов не последовало; снайпер сделал свою работу и, наверное, уже скрылся.

Когда Скарлетт издала крик и рухнула на колени рядом с трупом Лукаса, мои глаза сузились. Мы в шаге от здания парламента. Надо быть сумасшедшим, чтобы стрелять в таком месте, даже в столь позднее время.

— Кто выбрал это место? — потребовала я, и в каждом моём слове звучала спешка. В ответ Скарлетт лишь стонала.

Другие вампиры поднимались на ноги, и их лица искажались от муки, пока они смотрели на своего мёртвого Лорда. Один запрокинул голову и начал выть. Через долю секунды присоединились остальные. Пронзительный звук разносился по воздуху, и в нём звучало куда больше силы и эмоций, чем я когда-либо слышала от оборотней, даже в полнолуние.

Я задрожала, затем повторила вопрос.

— Кто выбрал это место? Вы или грабители?

На сей раз Скарлетт меня услышала.

— Они, — прошептала она, гладя Лукаса по лицу. — Они выбрали место. Они сказали нам, когда и где.

Я натянуто кивнула. Значит, они всё контролировали. Снайпер, должно быть, занял позицию ещё до приезда Лукаса. Я гадала, был ли стрелок частью банды, или же это кто-то совершенно другой, а потом решила, что это неважно.

Грабители с самого начала приготовились к тому, что всё пойдёт псу под хвост. Русская женщина и её поддельный акцент кокни, смуглый мужчина с ней — они были разменными монетами. Может, их целью с самого начала было убийство Лукаса? Я нахмурилась, затем отбросила эту идею. Снайпер мог застрелить его в любой момент любого дня. Всё то безумие, что подводило к нынешнему моменту, начиная с идиотизма на Лондонском Глазу, на Тауэрском мосту и заканчивая самим ограблением — в этом не было бы необходимости. Снайпер был всего лишь подстраховкой на случай, если Лукас решит не подчиниться правилам грабителей.

Вот ублюдки. Бл*дские, ублюдочные убийцы. Внезапная чистая ярость пронеслась по мне, но я постаралась подавить эту эмоцию. Сейчас она мне не поможет.

Фред тяжело пыхтел, когда наконец добрался до нас.

— Позади нас, — прохрипел он. — Выстрелы доносились откуда-то позади нас, — он махнул рукой в нужном направлении.

Я нахмурилась. Там было мало мест, где мог бы спрятаться снайпер… но там был отель. Я прищурилась. Там, на одном из верхних этажей, было открыто окно. Шторка колыхалась на лёгком ветерке.

Я уставилась туда. Затем бросилась бежать.

К тому моменту, когда я добралась до конца моста и резко свернула вправо к входу в отель, прибыло шесть полицейских машин. Из одной из них вышел Кольер.

— Отель, — выплюнула я. — В отеле был снайпер.

Кольер пару долгих секунд смотрел на меня с непроницаемым выражением. Я закатила глаза; сейчас не время для его тупых выходок. Я развернулась и рванула дальше вперед. Мы не могли допустить, чтобы этот снайпер сбежал. К счастью, Кольер, похоже, пришёл к тому же выводу. Я услышала, как он гаркает приказы и посылает за мной несколько офицеров.

Я вломилась в стеклянные парадные двери. Ночной администратор в приёмной — девушка, читавшая книгу — удивленно дёрнулась и подняла взгляд.

— Могу я вам помочь?

— Полиция! Никому не входить и не выходить!

У неё отвисла челюсть. Я проигнорировала её шок и побежала к лифту, ворвалась внутрь и нажала кнопку верхнего этажа.

— Подождите! — крикнула администраторша.

Двери закрылись, заглушив её голос.

Я прислонилась к зеркальной стене и закрыла глаза. «Лукас… О Боже. Лукас». Затем лифт слегка дёрнулся, и двери вновь открылись.

Я открыла глаза и вышла.

Отель не был огромным. На всём этаже было двадцать с чем-то номеров, и я сразу отбросила половину из них, поскольку окна смотрели не в ту сторону. Номер с открытым окном находился примерно посередине здания.

Я добралась до двери, за которой, как мне казалось, мог быть номер снайпера. 824. Я дотронулась до цифр указательным пальцем, затем сделала шаг назад и со всей силы пнула дверь. Чем чаще я это делала, тем легче становилось; ещё одна-две смерти, и сила, которую я обрету в результате, будет означать, что никакая дверь меня не остановит. Потому что умирая, я возвращалась. Умирая, я становилась сильнее.

Но когда Лукас умирал, он просто умирал, вампир он или нет.

Я подавила эти мысли и вошла в номер. Я по глупости оставила арбалет на мосту, но это не имело значения. Я голыми руками убью любого, кто тут окажется.

Номер пустовал. Ветер продолжал раздувать белую штору, отчего та вылетала на ночной воздух за пределами окна. Я проверила ванную, затем прошла вперёд, осматривая пол. Возле окна лежала одна гильза, но в остальном ни следа снайпера.

Я шагнула вперёд и посмотрела на драматичную сцену внизу. Несколько машин скорой помощи присоединились к полицейским автомобилям, над крышами гудел вертолёт. Медики, полицейские, приехала даже команда пожарных.

— Я знал, что в Отряд Сверхов посылают лишь тех, кто лажает, — презрительно процедил голос позади меня. — Но до сего момента я не осознавал, насколько ты бездарна.

Я медленно повернулась и посмотрела на детектива-инспектора Кольера.

— И всё же, — продолжал он, — полагаю, ты оказала мне услугу. Мои руки чисты во всём, что касается этого безобразия. Ты не информировала меня о происходящем и сделала всё официальным, когда поговорила с Барнс за моей спиной. Более того, — добавил он с лукавой улыбкой, — ты погубила Лорда Хорвата. Он мёртв из-за тебя. Ты стояла там и допустила, чтобы Лорда всех вампиров застрелили. Одним вампиром меньше в этом мире — это лишь к лучшему. Хорошая работа, детектив. Если бы вам не грозило увольнение, я бы рекомендовал приставить вас к награде.

Я не думала, просто потянулась к маленькой вазе на столике рядом и швырнула её в Кольера. Та ударила его в голову сбоку. Он взвыл от боли, и с его виска потекла струйка крови.

— Ты сука, — его голос звучал низко и контролируемо. — Сумасшедшая психованная сука.

— Убирайся, — сказала я. — Убирайся отсюда, — я потянулась к очередному предмету. Лицо Кольера исказилось от рычания, и он попятился.

Я смотрела ему вслед, пока не убедилась, что он не вернётся, затем повернулась к окну и взглядом нашла неподвижное тело Лукаса. Один из вампиров отталкивал медика. Несколько других поднимали Лукаса, готовясь отвезти его домой.

Я понаблюдала пару секунд, и вся моя душа будто тяготилась невидимым бременем. Глаза переполнились слезами, и я сдержала рыдание. Он не должен был умереть. Должно быть больше времени. У нас должно было быть больше времени. Он был прав в том, что я избегала его звонков и находила предлоги не приходить на ужин. Я не была уверена, что смогу увязать его пост Лорда всех лондонских вампиров со своей работой единственного детектива Отряда Сверхов. Я не была уверена, что могу ему доверять, и после того, что Джереми сделал со мной, я до сих пор нервничала при мысли о начале отношений. Я тянула время, потому что боялась… а теперь никогда не узнаю, что могло бы сложиться, ибо я была трусихой. Лукас потерян для меня навсегда.

Я сунула руки в карманы, ища салфетку. Вместо этого мои пальцы обхватили небольшую стеклянную бутылочку. Я достала её и нахмурилась. Поначалу я никак не могла вспомнить, что это такое, но потом сообразила, что её дал мне Деверо Вебб. Что он там сказал? Что это поможет мне в борьбе с преступностью? Он также заявил, что это творит чудеса. Да как же.

Я встряхнула бутылочку, наблюдая, как прозрачное содержимое расплёскивается по стенкам, затем пожала плечами и вытащила пробку. Я принюхалась; что бы там ни было, запах был землистым и чистым.

Без единой рациональной мысли в голове я поднесла бутылочку ко рту и залпом выпила содержимое. Когда я опускала сосуд, мой взгляд зацепился за дисплей электронных часов у кровати. 23:59. Как время пролетело так быстро?

Я потёрла глаза и собиралась направиться к двери, но тут заметила дым. Поначалу это был всего лишь один завиток, появившийся будто из ниоткуда и поднимавшийся от пола прямо передо мной. Я нахмурилась. Снайпер перед уходом нашёл время на то, чтобы ещё и учинить пожар? Я моргнула, присмотрелась ещё раз. Больше дыма. Теперь он не просто поднимался из-под меня — он уже клубился облаком и окружал моё тело густыми серыми завитками.

Я начинала задыхаться. Замахала руками, чтобы развеять дым, но он окутывал меня. Он был везде. Что происходит? Какого чёрта тут творится? Что…?

***

Раздался громкий треск и яркий свет. Моё тело резко дёрнулось вперёд, и я услышала звук сминающегося металла. Ничего не понимая, я моргнула и как раз вовремя увидела, как распахнулась дверца такси передо мной, и оттуда вышел дородный мужчина. Он промаршировал в мою сторону, глянул сначала на зад своего автомобиля, затем сердито уставился на меня.

— Посмотри, что ты натворила! Посмотри!

Я уставилась на него с разинутым ртом. «А?» Часто заморгав, я встряхнулась. Я сидела в Таллуле. На мосту. Снова треск. Моя рация. Я хмуро покосилась на неё. Игнорируя свирепо жестикулирующего таксиста, я медленно взяла рацию.

— Детектив Беллами, это диспетчер. Прошу, ответьте.

Я почесала голову, в центре груди не унималась тупая ноющая боль. «Лукас. О, Лукас».

Таксист громко колотил в моё окно, требуя, чтобы я опустила стекло, а рация продолжала требовать моего внимания. Я повозилась, наконец-то нажав кнопку сбоку для ответа.

— Это… детектив Беллами, — ответила я.

— Каково ваше текущее местоположение? Вы нужны у Лондонского Глаза.

Я прижала ладонь к глазам.

— Я не понимаю, — прошептала я.

— На Лондонском Глазу суицидальный вампир, — сказал диспетчер с нотками нетерпения. — Как быстро вы сможете добраться туда?

— Ээ… — Что? Во рту до боли пересохло. Я облизнула губы. — Десять минут?

— Хорошо. Я оповещу офицеров на месте, — рация отключилась.

Я уставилась на неё, бросила на сиденье. Затем вышла из машины.

— В чём, бл*дь, твоя проблема, дамочка? — проревел таксист мне в лицо.

— Извините.

— Ты за это заплатишь! Это твоя вина!

Я слегка кивнула и будто в замедленном режиме потянулась к бумажнику. Достала визитку, передала ему. Он посмотрел на неё.

— Ты из полиции? В меня врезалась ментовская сука? — он шумно выдохнул сквозь поджатые губы. — Ну о*уеть теперь!

— Мне надо ехать, — сказала я. Я чувствовала холодный ветерок на коже, мурашки, выступавшие на руках. Это ощущалось реальным. Всё это ощущалось реальным.

Я прочистила горло и посмотрела в глаза сердитого таксиста.

— Со мной можно связаться по этому номеру. Я оплачу урон. И компенсацию. Я полностью признаю вину.

— Естественно, чёрт возьми! Это была твоя вина! И ты никуда не поедешь, пока я не получу письменное подтверждение.

— Позвоните в мой офис, — сказала я. — Там разберутся, — я села в Таллулу. — Я правда сожалею.

— Погоди! Куда это ты намылилась?

Я снова одними губами произнесла «извините», завела двигатель Таллулы, затем объехала его такси, вынудив водителя отпрыгнуть в сторону. Мгновение спустя я направилась к Лондонскому Глазу.

— Что происходит, Таллула? — пробормотала я. — Я не понимаю, что происходит.

Я отключилась… или страдала от потери памяти. Или ещё что. Мой мозг ощущался нехарактерно мутным, притуплённым, в черепе пульсировала боль.

Я на автомате доехала до Лондонского Глаза, неудачно припарковалась и пошла к колесу обозрения будто во сне. Скопление людей собралось вокруг, полицейский кордон сдерживал зевак. Я хмуро глянула на офицера в униформе, стоявшего впереди. Он выглядел знакомым; он выглядел очень знакомым.

— Вам нужно отойти, мэм, — приказал он. — Тут небезопасно.

Я продолжала смотреть на него, стискивая челюсти. Затем нашарила своё удостоверение и предъявила.

Он присмотрелся.

— Прошу прощения, детектив Беллами. Вас ждут у основания колеса.

Я умудрилась лишь кивнуть. Я нагнулась, нырнув под полицейскую ленту, и пошла к основанию Глаза. Ханниган, одетый в тот же пошитый на заказ костюм, размахивал руками и орал:

— Вы должны снять этого идиота! Репортёры уже приехали. Нам сейчас вовсе не нужна такая публичность!

Я остановилась и уставилась на него, затем потёрла глаза и посмотрела ещё раз. Мой взгляд скользнул к мужчине рядом, и моё сердце ухнуло в пятки. «Нет. Не может быть». Я снова двинулась вперёд. Не сводя с него глаз, я шла медленными, размеренными шагами. Я сплю; это должен быть сон.

Я остановилась лишь тогда, когда оказалась достаточно близко, чтобы протянуть руку и одним пальцем ткнуть в грудь Лукаса. Я проигнорировала пафосные оборки на его рубашке и изумление Ханнигана и Пейдж, стоявших с разинутыми ртами.

Вместо того чтобы казаться удивлённым, Лукас выглядел лишь любопытствующим. Он тоже поднял руку и ткнул меня в ответ так легонько, что я почти не почувствовала.

— Д'Артаньян, — мягко сказал он. — Выглядишь бледной. Всё в порядке?

Я не ответила. Вместо этого я подняла руки и дрожащими пальцами провела по его абсолютно чёрным волосам, которые оказались намного мягче, чем я представляла. Ни раны. Ни крови. Казалось, он был в полном порядке.

— Эмма? — теперь Лукас казался более обеспокоенным. — Что не так?

Я чуточку отстранилась и посмотрела ему в глаза.

— Ты живой, — выдохнула я.

— Он вампир, — буркнул Ханниган. — Он немёртвый. А не живой.

— Это абсурдное заблуждение, — сказала я, не сводя глаз с Лукаса.

— А почему ты думала, что меня нет в живых? — спросил Лукас, проигнорировав Ханнигана.

Я покачала головой. Слова покинули меня… не осталось ничего. Я сделала единственное, что могла, единственное, что казалось правильным; я привстала на цыпочки, обвила руками шею Лукаса и поцеловала его.

Поначалу он не отвечал, но потом его ладони легли на мою талию и привлекли меня к его жёсткому телу. Его язык проник в мой рот, такой горячий и настойчивый. Я застонала, не сумев сдержаться. «Он дышит. Он живой». Мне было нужно, чтобы этот момент длился вечно.

Раздался громкий кашель.

— Что именно тут происходит? — заорал Ханниган, и его слова вибрировали от злости. — Вы что творите?

Лукас оборвал поцелуй и сделал шаг назад. Он выглядел на удивление раскрасневшимся, взгляд его чёрных глаз блуждал по моему лицу.

— Эмма, — пробормотал он. — Я собирался спросить, почему ты игнорировала мои звонки, но мне как-то уже всё равно.

— Что насчёт вампира наверху моего колеса обозрения? — прокричал Ханниган. — Что вы с ним будете делать?

— Какой сегодня день? — спросила я у Лукаса, игнорируя жалобы раздражённого менеджера.

— Вторник.

— Дата какая?

— 22 июня, — он поколебался. — Эмма…

— Бл*дский вампир! — взорвался Ханниган.

Я встряхнулась и посмотрела на него. Пейдж стояла возле Ханнигана и смотрела на меня со смесью зависти и восторга. Я сумела одарить её беглой улыбкой.

— Это не вампир, — сказала я, затем застыла и глянула на наручные часы. — Банк, — прошептала я. — Мне надо в банк.

— Что происходит, Эмма? — спросил Лукас.

— Ничего! — я уже отходила. — Оставайся здесь. Ты можешь сам разобраться с этим.

— Куда ты? — он провёл рукой по своим волосам. — Я не понимаю.

Да я тоже ничего не понимала.

— Увидимся позже, — я отвернулась. — Мне пора.

— Эмма!

Я не ответила. Я уже бежала к Таллуле.

Глава 12

Двигатель Таллулы не завёлся немедленно; столкновение с такси нанесло ей больше урона, чем осознавал мой помутнённый мозг. Её капот смялся, обе фары отвалились. Об этом я побеспокоюсь потом.

Я скрестила пальцы и снова попробовала завести.

— Пожалуйста, малышка, — молила я вслух. — Не подведи меня.

Она затарахтела и задребезжала, но её двигатель всё же ожил. Секунду спустя я неслась по оживлённым улицам города. По моим подсчетам у меня оставалось 58 минут до начала ограбления, и мне надо добраться туда прежде, чем грабители начнут стрелять. Банк Талисманик располагался не так далеко, и я могла добраться туда намного раньше, но не хотела рисковать, когда на кону стоят жизни.

Держа одну руку на руле, я выудила телефон и отдала команду голосовому помощнику, чтобы найти номер банка. К тому моменту, когда я доехала до первого светофора, в моём телефоне уже шли гудки.

— Добрый день, — пропел бодрый голосок. — Вы связались с банком Талисманик. Чем мы можем вам помочь?

Я прочистила горло.

— Это детектив-констебль Беллами из Сверхъестественного Отряда. Мне нужно немедленно поговорить с Мосбёрном Пралком.

Последовала краткая пауза. Теперь голос на другом конце линии уже не звучал так уверенно.

— Мистер Пралк в настоящий момент занят. Я могу попросить его перезвонить вам через один-два часа.

— Это срочное дело. Мне нужно немедленно поговорить с ним.

— Я понимаю, детектив, но…

Я перебила.

— Слушайте, — мой голос звучал резко и хрипло. — Есть опасность для жизней. Если вы не соедините меня с Пралком в следующие десять секунд, я выдвину обвинение в воспрепятствовании следствию, — провернуть такое будет сложно, ибо я не знала, с кем разговаривала, но мне нужно было что-то сказать, чтобы добраться до Пралка.

Ответ был натянутым, но многообещающим.

— Я посмотрю, что можно сделать.

Двигатель Таллулы зловеще зарокотал, когда я переключила передачу. Обеденное движение было ужасным, и к сожалению, машина не была оборудована портативной полицейской сиреной, так что я никак не могла заставить автомобили впереди дать мне дорогу. Я стиснула руль и принялась просчитывать самый быстрый маршрут. Если впереди сверну налево, то удастся избежать неминуемых задержек на следующих перекрёстках. Я включила поворотник как раз в тот момент, когда услышала низкий голос Пралка.

— Детектив Беллами, — он говорил холодно. — Почему вы угрожаете моему персоналу?

— Потому что мне нужно было связаться с вами, — коротко ответила я. — Менее чем через час вооружённая банда ворвется в ваш банк. Они готовы стрелять по всем, кто встанет на их пути. Их цель — депозитные ячейки. Вам нужно немедленно закрыть здание и вывести всех в безопасное место.

Воцарилась натянутая пауза, затем он заговорил вновь.

— Откуда вам всё это известно?

Хороший вопрос.

— Я получила наводку, — сказала я. — У меня есть все основания полагать, что это правда. Вам нужно действовать немедленно. Я еду к вам, но прибуду минимум через пятнадцать минут. Закройте банк.

К счастью, гоблин-менеджер банка был слеплен из сурового теста.

— Понял. Сейчас вешаю трубку и сделаю как сказано.

Я выдохнула.

— Спасибо, — я свернула налево и бросила телефон на пассажирское сиденье. Я едва успела повернуть, когда двигатель Таллулы начал глохнуть. Тёмная спираль дыма повалила из-под её смятого капота. Секунду спустя она полностью остановилась, заглохнув посреди дороги.

Чёрт. Я шарахнула ладонью по рулю. Чёрт. Чёрт. Я попыталась заново завести мотор, но ответом стала лишь ещё одна струя дыма. Я выскочила из машины, не ставя на ручник, и кое-как толчками сдвинула её на обочину. Экспертной парковкой это не назвать, но хотя бы так она не мешала движению автомобилей.

Я схватила телефон, затем арбалет с заднего сиденья и бросилась бежать.

***

Мои новые усовершенствованные навыки феникса означали, что я могла быстро бегать, но при это я знала, что не смогу быть достаточно быстрой. Я петляла между пешеходами и машинами, игнорируя гудки автомобилей и хмурые взгляды людей. Я чуть не врезалась в семью с кучей гелиевых шариков, неожиданно вышедшую из-за угла, а потом меня чуть не сбил велосипедист в лайкровом костюме, который определённо выбрал не то место, чтобы гонять на такой скорости.

Я не сдавалась, пусть и чудом избежала столкновений. Я активно работала ногами и продолжала бежать, пока ветер трепал мои волосы. Клочок изодранной надежды теплился в моём сердце. Лукас вернулся из мёртвых; ограбление ещё не случилось; надежда всегда есть.

Затем мой телефон вновь зазвонил.

Я подумывала проигнорировать, но в итоге ответила, пусть и не перестала бежать. Я не могла позволить себе потерять ещё больше времени.

— Эмма, — это была старший детектив-суперинтендант Люсинда Барнс. — Что, во имя всего святого, происходит? Почему я смотрю обеденные новости и вижу сообщения о чёртовом вампире, взбирающемся на Лондонский Глаз?

— Это не вампир, — сказала я. Моё сердцебиение учащалось. Я вильнула в сторону, огибая очередную группу неспешных пешеходов, и продолжила бежать.

— Что? Откуда ты знаешь? Мне кажется, выглядит как вампир, — она помедлила. — Лорд Хорват там? Этот мужчина наверняка всё планировал. Хотел напомнить миру, насколько могущественны вампиры. Я удивлена, что он не организовал вторую группу, параллельно забирающуюся на Биг Бен.

— Детектив Барнс, — начала я, — сейчас не лучшее время. Я уже не у Глаза. Мне надо добраться до банка Талисманик. На самом деле, если бы вы прислали подкрепление туда…

Словно в худшем сценарии дежавю, я услышала голоса, тараторившие возле Барнс. Я не могла различить слова, но знала, что они говорят.

— Что? — рявкнула она. — Что?

— Детектив Барнс, — повторила я. — В банке Талисманик вот-вот произойдёт инцидент. Вам нужно послать туда как можно больше офицеров.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь. Кроме того, этот банк — проблема сверхов. А мне надо, чтобы ты разобралась с проблемой в другом месте. Тебе надо немедленно ехать на Тауэрский Мост.

Она меня не слышала. Я осознала, насколько умны грабители банка. Они выбрали для своих диверсий такие места, которые создадут максимальный резонанс. Никто не хотел видеть якобы сверхъестественные преступления, происходящие в самых оживлённых и известных местах Лондона. К сожалению, что бы я ни возразила, Барнс не станет исключением. Её главным приоритетом будет защита города и его репутации.

— Три оборотня захватили автобус с открытым верхом, — продолжала Барнс. — Я пошлю кого-нибудь в банк Талисманик, когда представится возможность. А тем временем тебе нужно поехать на Тауэрский Мост. Немедленно.

Она повесила трубку прежде, чем я успела сказать что-либо ещё. Я громко выругалась. Нет смысла ехать на Тауэрский Мост; теперь моей целью был банк. Я потом объясню всё Барнс, если будет шанс.

Я свернула направо, на главную дорогу, которая вела к банку. Я уже слегка задыхалась, но скорее от адреналина, нежели от долгого бега. Хотя бы отсюда до Гросвенор-стрит и банка пролегал прямой маршрут… и существовала вероятность, что я мельком увижу банду по дороге на ограбление или с него.

Я на всякий случай высматривала фургон флориста, и именно поэтому обратила внимание на маленького мальчика в джинсовом комбинезоне и женщину возле него, которая отрешённо смотрела в телефон. Когда мячик, который он обнимал обеими ручками, выскользнул и покатился на дорогу, я закричала в панике. Но опоздала. Он побежал вперёд в тот самый момент, когда появилась машина.

Авария; эта самая дорога была перекрыта из-за аварии. Вот почему в первый раз мне потребовалось столько времени, чтобы добраться до банка Талисманик. Теперь я видела её своими глазами.

Я беспомощно смотрела издалека, как машина врезается в тело мальчика. Водитель ни за что не успел бы остановиться вовремя. Ребёнка подкинуло в воздух и завертело, а его мать издала душераздирающий крик, осознав происходящее.

Я заставляла себя бежать быстрее, но уже была на пределе своих возможностей. Когда я добралась до них, машина уже с визгом остановилась, а мальчик лежал посреди дороги лицом вниз. Он не шевелился.

Я резко остановилась, выхватила телефон, набрала 999 и вызвала помощь, задыхаясь. Мать всё ещё кричала, стоя на коленях возле сына и хватаясь за его тело. Люди со всех сторон бежали к ним, чтобы попытаться помочь. Но шея мальчика вывернулась под неестественным углом, и его тело выглядело безжизненным. Я с ужасом поняла, что любые попытки реанимации окажутся бесполезными.

Я онемела с головы до пят. Ближе к концу дороги, у сточной канавы, до сих пор катился мяч. Я знала, что ничего не могу поделать, и что на расстоянии менее километра отсюда может происходить ещё больше ужаса, который я смогу остановить. С тяжёлым сердцем, полным нежелания, я заставила себя оторваться от этого зрелища. Мальчик погиб. О Боже. Этот бедный мальчик погиб. Я сморгнула слёзы и снова побежала.

***

К тому времени, когда я, задыхаясь, добралась до внушительного фасада банка Талисманик, толпа, собравшаяся на тротуаре, сообщила мне, что я опоздала. Опять. Это превращалось в повторяющийся мотив моей жизни. Мне не нужно было слышать от кого-то, что грабители банка прибыли и уже унесли ноги.

Единственным плюсом было то, что Пралк воспринял мои слова всерьёз. Перед дверьми банка опустились стальные ставни, и грабители не сумели попасть внутрь. А значит, семь, может, даже восемь погибших пока что живы и здоровы.

Я протолкнулась через толпу потрясённых зевак. Прямо на ступенях перед дверьми банка на спине лежал один труп. Это был мужчина в чёрной толстовке и чёрном спортивном трико. Ему выстрелили в голову, уничтожив большую часть его лица. Кровь растекалась по плиткам под его телом.

Я уставилась на него, на мгновение пожелав оказаться где угодно, только не здесь, затем собралась с духом и надела одноразовые перчатки, которые всегда носила при себе. Я опустилась на колени и повозилась с его толстовкой. Мне потребовалось приложить усилия, но я сумела закатать рукав и обнажить татуировку на руке: сердечко из колючей проволоки, Адам, Джейн. Ха. Это тот же человек, который внутри банка получил пулю в лицо, только вчера. Или сегодня. Или когда там это было.

Я осмотрелась по сторонам, вглядываясь в лица свидетелей.

— Кто-нибудь видел, что произошло?

Несколько мгновений никто ничего не говорил, затем пожилая женщина шаркающими шагами двинулась вперёд. Должно быть, ей было за восемьдесят. На ней было ярко-розовое платье, стискивавшее её приземистое тело. Её глаза были такого поразительного васильково-синего цвета, что я сразу узнала в ней пикси. Я гадала, не была ли она родственницей той пикси, что оказалась убита при первом ограблении банка.

— Тут был фургон, — она говорила с лондонским акцентом. — Маленький белый фургон. Он ехал по дороге в ту сторону, — она показала за себя, — а потом вдруг прибавил скорость. Я была уверена, что он собьёт какого-нибудь несчастного пешехода. Затем этот молодой человек выбежал с той же стороны — он как будто направлялся в банк. Фургон резко остановился, окно опустилось, и кто-то застрелил его. Я не видела, что случилось дальше. Я пряталась. Все мы прятались, — она печально опустила голову. — Но этот бедный мальчик не выжил. В одно мгновение он бежал, а потом…

— Спасибо, — тихо сказала я. — Мне нужно, чтобы вы позднее дали показания.

— Это я могу. Меня зовут Эсмеральда Стром, и я живу вон там, — она показала на чёрную дверь по другой стороне улицы, не так далеко отсюда. Она прищёлкнула языком. — Это из-за банка, да? Это замечательный институт, который многое делает для нашего сообщества. Куда же катится мир, если в людей стреляют посреди бела дня?

Действительно, куда?

Я встала, и мой телефон зазвонил. Я отрешённо приняла вызов, всё ещё сосредоточившись в основном на невезучем Адаме. Это опять была детектив Барнс. Она не утруждалась любезностями.

— Вы бы не хотели объяснить, что вообще происходит, детектив Беллами? — рявкнула она. — Мне сообщили, что вы покинули место инцидента у Лондонского Глаза, даже пальцем не пошевелив, чтобы помочь, и вы проигнорировали мой приказ ехать на Тауэрский Мост. Там констебль Хакерт. Он не может один разобраться с таким инцидентом. И теперь я слышу об убийстве перед банком Талисманик? Вы сказали мне о банке, но упомянули его, когда там ещё ничего не случилось. Вам нужно объясниться, Беллами! Где вы?

— Я сейчас перед банком, — я жестом попросила зевак отойти. — Случившееся на Тауэрском Мосту — это «утка».

— Что? — гаркнула она. — Откуда это известно?

— Я сейчас не могу объяснить, — я посмотрела в обе стороны улицы. Я не знала, где сейчас банда, но знала, куда они направляются. Я зашипела сквозь стиснутые зубы. Мне нужна машина.

— Вы сами по себе, — сказала Барнс. — Полагаю, вполне ожидаемо, что вы не справляетесь.

— Я справляюсь, — соврала я.

— Хоть даже это так, другие полицейские едут к вам. Повезло, что ранее я всерьёз восприняла ваши слова и организовала, чтобы ДУР послал отряд в банк.

— В этом уже нет необходимости. Я всё контролирую. Пожалуйста, не…

— Это уже не подконтрольно мне. ДУР уже едет.

— Дайте угадаю, — выдавила я сквозь стиснутые зубы. — Команду возглавляет детектив-инспектор Кольер.

— Откуда вы знаете?

Я раздражённо покачала головой.

— Да пофиг, — сказала я. — Я ухожу с места преступления. Думаю, я знаю, куда направляется банда, организовавшая это.

— Что? Детектив Беллами, мне нужно, чтобы вы…

Я сбросила вызов. Это несправедливо по отношению к Барнс, и я знала, что потом мне устроят адскую взбучку, но я была не в том положении, чтобы дать ей ответы. И мне надо добраться до того неиспользуемого туннеля.

— Мне нужна машина, — крикнула я толпе. — У кого из вас есть что-то, что я могла бы позаимствовать?

Пожилая пикси покачала головой, среди других наблюдателей раздалось недовольное бормотание. Сердитый оборотень с жёлтой меткой зеты на руке протолкнулся вперёд.

— Вы уедете? Тут труп лежит посреди улицы, а вы собираетесь угнать одну из наших машин и уехать, будто ничего не случилось?

И почему мне вечно везёт на нахальных оборотней?

— ДУР уже в пути, — спокойно сказала я. — Думаю, мне известно, куда направились злоумышленники. Мне надо попасть туда наперёд них, чтобы иметь шанс задержать их.

— Что? Откуда вы можете знать?

Я не потрудилась отвечать. Я просто перестала спорить и вышла на дорогу. Маленькая красная машина подъехала, остановилась, и беловолосая леди за рулём моргнула, уставившись на меня. Я предъявила удостоверение. Её широко распахнутые и напуганные глаза покосились на мой арбалет, который я до сих пор держала в правой руке, затем она опустила окно.

— Что происходит? Это труп? Что там случилось?

— Я из Отряда Сверхов, мэм, — вежливо сказала я. — Я забираю этот автомобиль.

У неё отвисла челюсть.

— Что? Вы не можете так поступить!

— Определенно могу. Posse comitatus. Власть графства. Я легально уполномочена использовать любую помощь или необходимое оборудование.

Она продолжила таращиться на меня.

— Выходите из машины, — приказала я.

Она подчинилась, дрожа. Я заняла её место и проверила бензин. Полный бак. Идеально.

— Ваш автомобиль вернут вам позднее, — сказала я. — Спасибо за вашу службу на благо страны.

Пока женщина и вся толпа ошеломлённо таращились на меня, я уехала.

***

Добравшись до старого электрического туннеля, я высматривала любые признаки дыма. Педаль газа была вдавлена в пол, но эта маленькая машинка не могла тягаться с Феррари (и даже с Таллулой), но всё лучше, чем ничего.

Я с большими сложностями объехала медленно едущую фуру и подумала, что буду делать, если застану банду до того, как они пересядут в другую машину и сбегут. Они вооружены до зубов, и у меня даже со сверхъестественными способностями не было против них ни единого шанса. И я уже знала, насколько решительно они настроились избежать ареста. Лучшее, что я могла сделать сейчас — это последовать за ними до места назначения и вызвать кавалерию. На сей раз у них не будет времени заранее расставить снайперов.

Я мрачно улыбнулась. Я до сих пор не знала, как случилось это странное повторение, но я собиралась извлечь максимум выгоды. Я предотвратила ограбление; теперь пора привлечь преступников к ответственности.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я увидела съезд к туннелю. Там не было ни единого следа горящего фургона, и я позволила себе немного ликования; я добралась вовремя. Надо всего лишь найти место и остановиться где-нибудь, откуда мне всё будет видно, а потом я засеку, в какой автомобиль пересела банда, и заполучу их.

Заметив место для засады, я спешно включила поворотник и съехала туда. Я вышла и повернулась, прикрывая глаза от солнца. Идеально: отсюда я могла видеть всё подо мной с расстояния менее тридцати метров. Вот туннель, и вот фургон флориста. А ещё тут виднелся потрёпанный семейный седан… и группа сердитых людей стояла между автомобилями и орала друг на друга. Их было трое: светловолосая женщина, темноволосый крепко сложенный мужчина и ещё один тип в очках с волосами песочного цвета. Попались.

Я услышала громкий сигнал. Мгновение спустя позади меня остановилась машина, и вышел мужчина примерно моего возраста.

— Приветики! — он поднял руку в дружелюбном жесте приветствия. — Проблемы с машиной? Давайте помогу.

«Отъе*ись». Я выдавила из себя улыбку.

— Нет у меня никаких проблем, всё в полном порядке. Вы можете ехать по своим делам.

Он широко улыбнулся.

— Феминизм в XXI веке, — заявил он, драматично прищёлкнув языком. — Просить о помощи вовсе не стыдно, знаете ли. Невозможно сделать всё самостоятельно. Будьте благодарны, что я остановился. Не каждый день на помощь приходит рыцарь в сверкающих доспехах. Что такое? Шину пробило? — он встал передо мной, заслоняя мне вид на банду.

— Уйдите с дороги, — прошипела я, пытаясь сдвинуться в сторону, чтобы продолжить наблюдать, но он опять встал передо мной.

— Ну, — фыркнул он, — если не хотите моей помощи…

— Не хочу.

Он всплеснул руками, явно раздражаясь из-за женских превратностей, и пошёл к своей машине. Слава небесам.

— Ну и иди нафиг! — крикнул он через плечо. — Я просто пытался помочь!

Я помахала ему, затем посмотрела обратно на банду. Женщина держала телефон у уха и жестикулировала резкими, лихорадочными движениями. С кем она говорила, чёрт возьми? Я взглянула вправо. О нет. Двое других перестали спорить, открыли задние дверцы фургона флориста и вытаскивали сопротивляющуюся женщину. Я сосредоточилась на её лице, и моё сердце ухнуло в пятки. В последний раз я видела её на каталке в морге Лауры. Это была Маргарет Уик, невезучая женщина, в которую попала шальная пуля возле банка. Везения у неё явно не прибавилось; на сей раз её взяли в заложники.

Это, несомненно, было решение, принятое не по плану, а из-за паники, когда фургон остановился посреди улицы. Убив Адама и поняв, что банк закрылся от нападения, минимум один участник их команды запаниковал и посчитал, что кто-то дал наводку полиции. Они схватили Маргарет Уик как меру подстраховки от того, что может случиться дальше. Пожилая пикси, которая стала свидетелем стрельбы, определённо не упоминала такого.

Я наблюдала за этой сценой, и паника растекалась по моим венам. Мой план держаться в стороне и проследить за бандой до их логова вылетел в форточку. Сейчас им меньше всего нужен заложник, так что жить ей остались считанные секунды. Я не могла стоять и смотреть, как они застрелят Маргарет Уик.

Я двигалась молниеносно. Когда мнимый добрый самаритянин наконец-то завёл двигатель и уехал, сердито зыркнув на меня, я метнулась к своей машине и схватила арбалет.

Затем развернулась, проверила предохранитель и прицелилась. Благодаря урокам Кеннеди, я обращалась с ним намного проворнее, чем несколько месяцев назад, но это не делало меня экспертным стрелком. Мне надо действовать осторожно. Я не могла использовать арбалет против того, кто не являлся сверхъестественным существом (закон это запрещал), а члены банды казались людьми. Но жизни женщины грозила реальная опасность, так что я должна была что-то сделать. Я сосредоточилась на дыхании. «Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох». Затем я нажала на курок.

Болт с серебристым наконечником выстрелил и просвистел по воздуху. Я выдохнула, когда он попал в намеченную мишень и впился в бетонную внешнюю стену туннеля, прямо в центре выцветшего граффити.

Банда кинулась врассыпную, бросив Маргарет. Двое побежали к семейному седану и нырнули внутрь. Я уже слышала звуки заводившегося двигателя. Оставшаяся фигура метнулась за фургон флориста. Я перевела взгляд на несчастную Маргарет Уик, которая оказалась не совсем безмозглой — она спешила подняться, оставшись всего в одной туфле. Она побежала к входу в туннель и ни разу не обернулась. Хорошее решение, подумала я. Она безопасно скрылась. Это означало…

Что-то врезалось в моё плечо. Меня отбросило назад, на машину, когда прогремел выстрел, и острая боль пронзила моё тело. Я совершила ошибку, отведя взгляд от банды, чтобы проверить Маргарет. Всего на секунду, но этого оказалось достаточно.

Я поднялась, пошатнувшись, и снова посмотрела туда, но слёзы агонии застилали мне глаза. Я мельком увидела, что из-за фургона показалась фигура, зашагавшая к седану. Покачивание бёдер выдавало в ней женщину. Она глянула в мою сторону, и я знала, что под маской она улыбается. Ей потребовались считанные секунды, чтобы сообразить, что я одна. Она села на переднее пассажирское место, и двигатель взревел.

Мимо меня пронеслась громко сигналящая фура. Я потеряла равновесие и снова отшатнулась. С огромными усилиями я забралась на водительское место и плюхнулась на сиденье. Вытерев глаза, я выпрямилась. Седан уже выезжал на дорогу передо мной. Я сглотнула и завела двигатель. Я была не в состоянии вести машину, но и здесь оставаться не могла. Я должна попытаться проследить за ними.

Я взревела маленькой машинкой, насколько смогла, и двинулась с места. Седан уже оторвался от меня на пятьдесят метров. Я пыталась перестраиваться, едва не врезалась в другую машину и выругалась. Моя левая рука сделалась практически бесполезной; переключать скорости и рулить одновременно было невозможно. Я стиснула зубы и подавляла боль. «Давай же, Эмма. Давай, чёрт возьми».

Даже при лучших обстоятельствах я бы не справилась. Я выжимала максимум из двигателя маленькой машины, но он просто не способен был гнать так, как мне надо. Меньше чем за минуту седан скрылся из виду. Я не смогла увидеть номерной знак и никак не сумела бы их нагнать.

Банда скрылась. А я опять потерпела провал.

Глава 13

Я позвонила Фреду с обочины дороги, пока из раны в моём плече продолжала сочиться кровь. Я перевязала её как смогла, каким-то образом стянув футболку и обернув ею пулевое ранение, но это практически не замедлило кровотечение. Мой лифчик уже сделался красным и намок. Любой нормальный человек поступил бы здраво, вызвал скорую и отправился в ближайшую больницу. К сожалению, я нормальной не была.

— Босс! — спешно выпалил Фред. — Я пытался с тобой связаться. И Лиза тоже. Я на Тауэрском мосту, но я слышал, что в банке Талисманик что-то произошло. Где ты? Что происходит?

Мне потребовалось приложить большие усилия, чтобы выдавить слова.

— Тебе надо дать ориентировку, — сказала я. — Семейный седан. Вольво. Внутри трое, вооружены и опасны.

Он резко втянул вдох.

— Номерной знак?

— Не знаю. В последний раз машина была замечена направляющейся по Вествей в сторону Вормвуд Скрабс. Тёмно-синяя. А ещё в старом туннеле прячется женщина, — я просипела подробности насчёт Маргарет Уик.

— Я сейчас пошлю кого-нибудь, — он помедлил. — Ты говоришь как-то странно. Ты в порядке?

Меня атаковала очередная волна боли.

— Я буду в порядке, — пробормотала я. Так или иначе. — Обо мне не беспокойся.

— Что за безумие сегодня происходит, чёрт возьми? Я никогда такого дерьма не видел.

«Как с языка снял».

— Ага, — произнесла я. — Осторожнее там, Фред. Этим людям плевать, кого придётся убить, — я повесила трубку. Надо ехать, пока ещё удавалось оставаться в сознании. Давно пора получить ответы.

***

Я остановилась перед многоквартирным домом Деверо Вебба и повалилась на руль. Большая часть поездки прошла будто в тумане. Я старалась по возможности избегать любых кочек или ямок, которые могли нанести ещё больше урона моей кровоточащей ране, а также пыталась не приближаться к другим водителям, чтобы не подвергнуть их опасности. Водительское сиденье теперь уже сделалось липким от крови. Недобрый знак. Мне надо поговорить с Веббом прежде, чем отключусь полностью. Я кое-как выбралась из машины и нетвёрдыми шагами побрела к главному входу.

Впервые как будто за много дней мне повезло. Когда я прижала окровавленный палец к кнопке вызова лифта, он приехал, и передо мной оказалось знакомое лицо. Газ. Один из людей Деверо Вебба.

— Иисусе, — воскликнул он. — Какого хера с вами случилось?

Я слабо помахала ему.

— Вебб, — прокаркала я. — Мне надо с ним поговорить.

— Босс болен, — начал он, затем ещё раз взглянул на меня. — Но думаю, вы больнее, — он сделал шаг вперёд, обхватил меня рукой за плечи, затем неуклюже заволок в лифт. — Идёмте, детектив, — он нажал кнопку четырнадцатого этажа. — Мне полагается медаль или типа того за помощь офицеру полиции?

Я наградила его долгим, усталым взглядом. Газ был таким же преступником, как его босс, но, наверное, я должна быть благодарна, что он не подвесил меня за окном за то, что осмелилась вернуться.

Лифту потребовалась как будто целая вечность, чтобы подняться на нужный этаж. Я сосредоточилась на дыхании. Дыхание — это хорошо. Кислород — мой друг. Что меня беспокоило, так это то, что мне не было сильно больно — левая половина моего тела онемела.

Когда двери лифта наконец-то открылись, Газу пришлось буквально выволочь меня в коридор. Я оставляла за собой кровавый след.

— Вы же знаете, что мы выставим вам счёт за это, — бодро заявил он.

Он громко постучал в дверь квартиры 1412. Деверо Вебб владел практически всем зданием и перемещался между отдельными квартирами, как ему вздумается. Хорошо, что Газ меня нашёл, а то сама я бы никогда не отыскала Вебба.

Дверь открылась, и выглянуло веснушчатое лицо молодой девочки. Когда я видела её в последний раз, она была бледной и тощей, потому что лейкемия сокрушала её тело. Теперь её пухлые щёчки сияли здоровьем, улыбка была ослепительной. Пока она не увидела меня.

— Зачем ты притащил эту мусорню сюда? — спросила Элис, нахмурившись. Затем просияла. — У неё кровь идёт. Это ты её так?

— Не говори глупостей, — ответил Газ.

Девочка пожала плечами, но от меня не укрылся её встревоженный взгляд. Моё благополучие волновало её сильнее, чем она показывала. Этого оказалось достаточно, чтобы согреть сердце усталого и раненого детектива полиции.

— Босс, — позвал Газ. — У нас тут экстренная ситуация!

Элис отошла в сторону, и Газ заволок меня внутрь. Я осмотрелась по сторонам, осоловело моргая, после чего мой взгляд остановился на Деверо Веббе, обмякшем на диване. Он выглядел ненамного здоровее того, как я себя чувствовала.

Газ водрузил меня на кресло, а Вебб выпрямился. Он был без рубашки, и я насчитала на его теле три раны. Они выглядели как следы укусов, и по моему телу пробежали мурашки.

— Детектив Беллами, — Вебб приподнял бровь. — Вы заливаете кровью мою мебель.

— Мне сбегать за доком? — спросил Газ.

Деверо Вебб окинул меня взглядом.

— Думаю, это хорошая идея, — он повернулся к Элис. — Сейчас самое время тебе пойти домой к маме.

Она запрыгнула на диван рядом с ним и уставилась на меня с нескрываемым любопытством.

— Я хочу остаться.

— Элис, — его тон не допускал возражений. — Иди.

Элис сморщила носик и громко фыркнула, но подчинилась.

— Яра придёт и позаботится о вас, — сказал мне Вебб, когда она ушла. — Мы зовём её доком, хотя по закону в этой стране ей не разрешается проводить серьёзные медицинские процедуры. Она была хирургом в Сирии. А в этой стране может быть лишь уборщицей, — его губы скривились от отвращения. — Мы предложили альтернативу, лучше соответствующую её навыкам, и она с удовольствием согласилась. Позор, что наше правительство не готово пойти на такое, но, — он слегка улыбнулся, — их потери — наша выгода.

Сейчас не время вдаваться в политические дискуссии. Я попыталась сесть прямо.

— Что вы мне дали?

— Прошу прощения?

— Что вы мне дали? Что я выпила?

Вебб непонимающе нахмурился, а затем запрокинул голову и расхохотался.

— Я дал вам зелье? И вы его выпили? — он сдавленно загоготал.

Я не видела, что тут такого смешного.

— Вебб…

Он продолжал лыбиться.

— Предположительно, я не сказал вам, на что оно способно.

— Нет.

— И предположительно, у вас был очень плохой день. Я смотрел новости. Ваш день до сих пор идёт не лучшим образом, — он выключил звук на телевизоре, но я видела мелькающие изображения Лондонского Глаза, Тауэрского Моста и банка Талисманик. Я заметила детектива Кольера на месте перед банком, гаркающего приказы какому-то бедному подчинённому. Надеюсь, это не Молли. Я отвела взгляд.

— Я подумывал поехать и найти вас, — сказал он, всё ещё широко улыбаясь. — Но похоже, я уже это сделал.

Внезапная волна головокружения взяла надо мной верх. Проклятье. Я не могла позволить себе упасть в обморок… мне надо получить ответы.

— Что это было? Что было в той бутылочке?

Деверо Вебб откинулся обратно на подушки.

— Простите, если что-либо вы уже слышали, потому что я не знаю, что я вам уже сказал. Или почему вы решили выпить то, что я вам дал, — он сцепил руки за головой, разминая мышцы груди. Он пребывал в удивительно хорошей форме. — После того, что вы сделали для Элис, я отправился на поиски книги, которую вы упомянули.

Я кивнула.

— «Инфернальные чары». Эту часть вы мне сказали.

— Что ж, — продолжал он, — заполучив копию из Библиотеки Карлайла, я просмотрел её, — он покачал головой. — В этой книге содержится весьма странное дерьмо, и опасное тоже имеется. Вам надо быть осторожнее, детектив. Кто угодно может заполучить такую книгу и творить с ней плохие вещи.

Я заскрежетала зубами, и Вебб усмехнулся при виде выражения моего лица.

— Обычно я не связываю себя обязательствами перед другими, — сказал он мне. — При нормальных обстоятельствах я бы не пошёл к оборотням за помощью для Элис. Мне было больно просить их содействия. Мне было ещё больнее, когда они отказали. Это ощущение мне вовсе не понравилось, поэтому я решил взять дело в свои руки. Когда я нашёл рецепт Carpe Diem, я знал, что именно это мне и нужно.

— Carpe Diem?

— Это означает «лови день».

— Я знаю, что это означает, — огрызнулась я. — Что в нём? Что оно делает?

Он пожал плечами.

— По большей части травы. Определённо не такая гадость, как то, что вы дали мне для помощи Элис.

— И? — я сверлила его сердитым взглядом.

— И после его употребления хронология человека… изменяется. Он получает повторение одного и того же 12-часового периода. После этого вы вольны делать со своей жизнью что угодно.

— Я не понимаю.

— Да я тоже, — он подался вперёд. — Сколько раз?

— А?

— Сколько раз у вас было повторение?

— Один раз, — я пристально уставилась на него. Это означало, что будет и ещё?

— Тогда, — легко продолжил Вебб, — у вас ещё два повтора. Те же двенадцать часов повторятся ещё два раза. Это ещё два шанса раскрыть это, — он показал на моё окровавленное тело, — к чему бы это ни сводилось. Вы будете помнить каждый эпизод. И у вас по-прежнему будет пулевое ранение. Ваш день начнётся заново, но ваше тело не вернётся к исходному состоянию.

Если бы я ещё не испытала это, я бы не поверила, что такое возможно.

— Что насчет остальных? — спросила я, силясь понять, что говорил мне Вебб, и стараясь думать вопреки нарастающей боли в плече. — Что они испытывают?

Он поджал губы.

— Я старательно опросил всех. Они помнят лишь последние двенадцать часов, что вы пережили, ничего больше. Может, есть параллельные вселенные, где их отдельные версии продолжаются в своих хронологиях. Я понятия не имею, — он обезоруживающе улыбнулся. — Я не квантовый физик. Я не знаю, как это работает; знаю лишь то, что это работает.

Во рту у меня пересохло, пульсирующая боль в черепе усиливалась.

— Значит, это День Сурка. Вы дали мне чёртов День Сурка.

— По сути да, — Вебб выглядел довольным собой.

— И вы сделали это? Вы выпили… зелье Carpe Diem и подстроили, чтобы случилось одно и то же.

Он кивнул.

— Да. Я выжил. И добился того, чего хотел.

Я посмотрела на следы на его теле. Я не могла вдобавок ко всему разбираться с манёврами Деверо Вебба.

— Что вы сделали с книгой? — прошептала я. — Где она сейчас?

Его ответ как будто доносился издалека.

— Я сжёг её. И не сделал копий. То, что вы переживаете сейчас — это сила, которую не стоит доверять кому бы то ни было. После этого повторений не будет.

— Тогда зачем вообще это делать? И зачем давать его мне?

— Я был перед вами в долгу, детектив Беллами. Считайте мой долг выплаченным.

— Но…

Дверь в квартиру распахнулась, и появился Газ в сопровождении миниатюрной женщины.

— Док здесь, — объявил он.

Я поморщилась. Я не хотела доктора. Я повернула голову к Веббу. Перед моими глазами будто сгущались чёрные тучи. Я нахмурилась и попыталась их прогнать.

— Но… — я попыталась вновь. — Но…

Без толку. Тьма завладевала мной. Прежде чем я отключилась, в моей голове снова и снова пролетал один образ — маленький мальчик в джинсовом комбинезоне, неподвижно лежащий посреди лондонской улицы.

Глава 14

На сей раз солнце, палившее через окна Таллулы, почти ослепляло. Затрещала рация. Я мгновенно с силой надавила на педаль тормоза. Капот Таллулы дёрнулся вперёд, нежно чмокнув зад такси передо мной.

Пока дородный таксист распахивал дверцу и вылетал наружу, чтобы осмотреть урон, я потянулась пальцами к плечу, чтобы ощупать место, где вошла пуля. Моя футболка была чистой и невредимой, хотя пулевое ранение определённо никуда не делось. Место было болезненно чувствительным и ныло, хотя всё не казалось таким серьёзным, как вчера.

Деверо Вебб был прав: не всё обнулялось, когда день начинался заново. Это также объясняло его коллекцию ран… и намекало, что доктор Яра потрудилась надо мной в квартире Вебба, пока я была без сознания. Я определённо не умерла и, должно быть, получила переливание крови.

Таксист резко затарабанил по окну.

— Тебе надо быть осторожнее! — проорал он. — Ты могла нанести настоящий урон!

Да, да. Я подняла руку в знак извинения, и рация затрещала снова. Я сверилась с часами. Оставалось немного. Я скрестила пальцы и помолилась, чтобы Деверо Вебб сказал всю правду, и у меня всё равно был ещё один повтор после этого. Через мгновение я выехала в сторону, чуть не сбив возмущённого таксиста, и погнала к Лондонскому Глазу.

На сей раз я уделила больше внимания парковке. Вместо того чтобы просто поставить Таллулу на первое свободное место ближе всего к Глазу, я выполнила U-образный поворот и нашла место на противоположной стороне дороги. Это потребовало больше времени, чем мне хотелось бы, но оно того стоило. Покидая это место, я хотела быть уверенной, что попаду в банк Талисманик наперёд банды. Даже приезжать к Лондонскому Глазу было рискованно, но учитывая то малое количество информации, что у меня имелось, стоило рискнуть.

Я подождала просвета в автомобильном движении, затем перешла дорогу к полицейскому кордону. Я уже видела фигуру в чёрном, карабкающуюся на Лондонский Глаз. Я надеялась, что окажусь права.

Достав своё удостоверение, я помахала им перед носом офицера. Того же самого офицера. Он кивнул и жестом показал мне проходить. Я трусцой подбежала к основанию колеса обозрения, где спорили Пейдж, мистер Ханниган и Лукас.

— Вы должны снять этого идиота! — орал Ханниган. — Репортёры уже приехали. Нам сейчас вовсе не нужна такая публичность!

— Вы хотите сказать, мистер Ханниган, — поинтересовался Лукас, — что страницы завтрашних газет важнее чьей-то жизни? Возможно, нам стоит надеяться, что порыв ветра сбросит беднягу с его насеста? Тогда вы сможете убрать кровавое месиво из мозгов и внутренних органов, а туристы продолжат кататься на колесе ради селфи.

— Я детектив-констебль Эмма Беллами, — я встала между ними. — Я из Отряда Сверхов. Я беру полный контроль над данной ситуацией. Никому не нужно беспокоиться, скоро всё разрешится.

Лукаса, похоже, удивила моя спокойная уверенность.

— Думаю, есть все поводы беспокоиться, если только «разрешение ситуации» не подразумевает, что вампира благополучно спустят вниз.

— Согласен, — рыкнул Ханниган.

Пейдж теребила свои рукава и нервно поглядывала на Лукаса, когда думала, что он не смотрит. Я лишь безмятежно улыбнулась. Чем больше я видела Лукаса в этой абсурдной рубашке, тем больше я наслаждалась зрелищем. Особенно когда он продолжал дышать.

— Как ты, Эмма? — он осторожно наблюдал за мной. — Ты избегала моих звонков.

— Мы обсудим это позже. И про поцелуй я тоже объясню.

Его чернильно-чёрные брови взлетели на лоб.

— Поцелуй? Какой поцелуй?

«Упс». Я на минутку забылась. Я ощутила, как к щекам приливает румянец, и откашлялась. Теперь я вела себя как Пейдж.

— Эм, неважно, — пробормотала я, сделав шаг назад, и взглянула вверх. — Я собираюсь вскарабкаться и убедить… вампира спуститься.

— Чего ты собираешься сделать? — рявкнул Лукас.

Ханниган, похоже, испытал облегчение.

— Хорошо, — сказал он. — Что угодно, лишь бы спустить этого фрика.

Я кивнула, прошагала к стальной конструкции и поставила на неё одну ногу. Моё плечо болело уже сильнее. Я надеялась, что мне не придётся взбираться сильно высоко, ибо я сомневалась, что достигну той же высоты, что и прежде.

— Эмма, — позвал Лукас. — Какого хера ты творишь?

— Я уже говорила тебе, я предпочитаю, когда ты зовёшь меня Д'Артаньян, — я взглянула на него. — Я поболтаю с твоим вампом и постараюсь убедить его спуститься на землю.

— Не будь идиоткой. Ты можешь упасть.

Я помедлила.

— Хмм, — протянула я. — Ладно. А ты хорошо переносишь высоту? Как думаешь, сможешь взобраться?

Он подозрительно посмотрел на меня. Обычно я не пасовала перед сложностями так быстро, и Лукас это знал.

— Что происходит, Эмма?

— Ты взберёшься на известную лондонскую достопримечательность, чтобы снять вампира, которому, похоже, жить надоело, — я улыбнулась. — А я подожду здесь. Чисто на всякий случай.

— На какой всякий случай? Ты собираешься поймать его, если он спрыгнет?

Я неестественно хихикнула. Лукас пару секунд изучал меня взглядом, прекрасно понимая, что происходит нечто странное. Но ему ни за что не удастся угадать, что именно.

— Хорошо, — пробормотал он и потянулся вверх. Я поражалась тому, как легко этот процесс выглядел в его исполнении, не говоря уж о том, как напрягались его мышцы, а оборки нелепой рубашки трепало ветром. Ему самое место прогуливаться где-то на болоте в готическом романе. Я с нежностью любовалась им, затем осознала, что делаю. Видимо, лицезрение смерти Лукаса стёрло всё моё желание держать дистанцию от вампирского Лорда.

— Он изумителен, — выдохнула Пейдж. — Я раньше никогда не видела вампира так близко. Он такой красивый. И сильный.

Ммм-хмм. Я не могла винить её за такую реакцию, когда сама испытывала то же самое. Я натянуто улыбнулась.

— Сколько это займёт? — гаркнул Ханниган. Он не пялился на атлетичное телосложение Лукаса или его крепкие мышцы; его заботила только прибыль и репутация.

Я глянула на часы.

— Приблизительно тринадцать минут, — сказала я. — Плюс-минус, — я развернулась на пятках и направилась к кордону. Пойду длинным путём.

Я проигнорировала странные взгляды от других полицейских. Если ничто не собьёт его с курса, то я точно знала, куда планировал отправиться фальшивый вампир. Когда Лукас окажется достаточно высоко, «вамп» слезет, перепрыгнет через забор и побежит. Но я это пресеку.

Я пошла по тропинке за забор, пока не оказалась ровно в том месте, куда в прошлый раз сбежал тип в чёрном с фальшивыми клыками. Солнечные лучи отражались от Темзы, прогулочные лодки и туристические судна проплывали мимо. Я задрала голову вверх. Лукас добрался до стеклянной кабинки с вытаращившейся семьей внутри. Я крепко скрестила пальцы и достала телефон. Надо сделать кое-что ещё.

— Фред, — произнесла я сразу же, как только он ответил. — Мне нужно, чтобы ты очень внимательно послушал. Примерно через пятнадцать минут тебя вызовут на инцидент на Тауэрском Мосту. Три оборотня собираются захватить туристический автобус.

— Что?

— Они не оборотни, — сказала я, — и тебе нужно проигнорировать звонок.

— Что?

— Вместо этого, — продолжала я, не отвечая на его шокированное неверие, — ты должен отправиться в банк Талисманик. Трио грабителей планирует ворваться туда, перестрелять кучу людей и украсть содержимое нескольких депозитных ячеек.

— Чтооооо?

Я продолжала смотреть вверх. Вот оно. Я выдохнула. Несостоявшийся прыгун спускался. Я должна быть наготове.

— Выведи всех из банка, — приказала я.

— Я поговорю с менеджером. Организую, чтобы банк закрыли и…

— Нет, — сказала я. — Это не сработает. Я хочу поймать грабителей во время ограбления. Просто уведи всех в безопасное место и освободи улицу. Запроси подкрепление от Барнс, если получится.

— Ты же знаешь, что я тебе доверяю, босс. Но менеджер банка Талисманик никогда не закроет всё здание по моему слову.

Я кивнула, продолжая взглядом следить за фигурой в чёрном. Лукас неплохо поспевал за ним, сменив направление и тоже спускаясь… но я знала, что этого окажется недостаточно.

— Скажи менеджеру, Мосбёрну Пралку, что опасность грозит содержимому депозитной ячейки самого банка, и он же не хочет, чтобы весь мир узнал имена всех сверхов, которые держат счета у них.

— Я не понимаю.

— Тебе и необязательно, — отрывисто сказала я. — Просто скажи ему, и он послушается. Затем убирайся оттуда. Грабители вооружены и очень опасны.

— Босс…

У меня не осталось времени на обсуждения. Мнимый вампир остановился примерно в пятнадцати метрах над землей и собрался прыгать. Я сбросила вызов и приготовилась.

— Влево! — неразборчиво закричал Лукас сверху. — Идите влево!

Болтающаяся фигура оттолкнулась от колеса обозрения и прыгнула. Забор между нами заслонил мне место, куда он приземлился, но мне не нужно было видеть, чтобы знать — он справился.

Я услышала крики и топот ног, затем надо мной появились пальцы, обхватившие верх забора. Одним плавным движением тип в капюшоне перемахнул через заграждение. Он заметил меня слишком поздно. Я уже вытянула ладонь и схватила его руку. Затем заломила ему за спину и повалила лицом на землю.

— Попался, — с удовлетворением сказала я, доставая из кармана пластиковые наручники-стяжки, затем надела их на его запястья, рывком подняла его на ноги и развернула лицом к себе.

Я смерила его взглядом, затем задрала рукав, насколько получилось. Я не увидела всю татуировку, но разглядела достаточно. Я точно знала, кто это. Живой и с целым лицом он выглядел более молодо, чем я ожидала. На его коже до сих пор виднелись следы подростковых акне.

— Может, сейчас тебе так не кажется, но сегодня твой счастливый день, Адам, — сказала я.

Его лицо, выражавшее чистую ненависть, сменилось от тупого изумления.

— Откуда ты знаешь моё имя?

Я ответила улыбкой, затем повела его прямиком к Таллуле. Мы ушли не очень далеко, ибо к нам подбежала группа офицеров.

— Вы его поймали!

Я кивнула.

— Забираю его на допрос. Разберитесь со здешним бардаком и запустите колесо обратно, чтобы люди в кабинках могли вернуться на землю, — я продолжила идти, крепко держа Адама за руку. Времени было не так много, и я не могла тратить драгоценные секунды на ненужные беседы.

Мгновение спустя появился Лукас. Он взглянул на Адама, и его чёрные глаза сощурились.

— Ты не вампир, — гневно заявил он. Его руки сжались в кулаки.

— Ага, — бодро отозвалась я, продолжая тащить Адама за собой. — Не вампир.

— Эмма, — голос Лукаса звучал сжато и резко. — Можешь ты остановиться на минуту, пожалуйста?

— Нет времени. Нам надо ехать.

— Ехать куда?

Я не ответила. Лукас протянул руку, чтобы остановить меня. Когда он дотронулся до моего плеча, я невольно дёрнулась, и он застыл. Он поднял пальцы и понюхал их.

— Я чую кровь, — мрачно произнёс он. — Твою кровь.

Я отмахнулась от него, дошла до тротуара и быстро посмотрела в обе стороны, после чего перешла дорогу к Таллуле.

— Проклятье, Эмма! — взорвался Лукас. — Что за спешка? Что происходит?

Я открыла водительскую дверцу, откинула сиденье вперёд, и затолкала Адама на заднее сиденье.

— Тут нет места! — протестовал он. — И это что, бл*дский арбалет? Что это за дерьмо? Это нарушает мои человеческие права!

— Он дело говорит, — сказал Лукас. — Старый Мини-Купер едва ли подходит для перевозки заключённых. Тут полно полицейских машин. Используй одну из них или давай я подгоню свой автомобиль.

— Нет времени, — я забралась внутрь и пристегнулась, затем взглянула на Лукаса. — Ну ты идёшь или нет?

Он наградил меня сердитым взглядом чёрных глаз, затем обошёл машину и сел на пассажирское сиденье. Не успел он даже захлопнуть дверцу, а Таллула уже рванула с места.

— Эмма…!

Я прибавила газу, сверилась с часами и высчитала примерное время прибытия. Банда должна войти в банк в 13:34. Оставалось недолго. Я вдавила педаль газа в пол. При этом мой телефон зазвонил.

— Отвечать собираешься? — поинтересовался Лукас сквозь стиснутые зубы.

— Это всего лишь Барнс, — сказала я, вильнув влево, затем вправо. Я не сводила глаз с дороги, но всё равно чувствовала его гневный взгляд.

— Что за херня тут происходит? — процедил он голосом, так и сочившимся злобой.

— Пристегнись, — посоветовала я. — И я тебе расскажу.

Глава 15

Я выдала ему сжатую версию. Когда я закончила, Лукас скрестил руки и сердито уставился на меня.

— У тебя пулевое ранение в плече, а ты гоняешь по улицам Лондона? Тебе надо в больницу.

Адам вклинился с заднего сиденья.

— Вот что ты вынес из этой истории? Что её подстрелили в плечо? Как насчёт того факта, что она говорит, будто пережила один и тот же день три раза? Или того, что я якобы в сговоре с бандой грабителей банка? Я никогда не слышал ничего столь абсурдного, бл*дь.

— Тебе бы лучше помалкивать, — сказала я. — Причина, по которой я знаю твоё имя — это татуировка на твоей руке. Которую я видела оба раза после того, как тебя застрелили в лицо. Что случилось с Джейн? Она знает, что ты всё это делаешь?

— Ты лживая сука? Ты прослушивала магазин? В этом всё дело?

Лукас открыл рот, но я покачала головой в знак предостережения. Я ждала, надеясь, что Адам выдаст больше. Когда этого не случилось, я пожала плечами и взглянула на Лукаса.

— У тебя есть депозитная ячейка с информацией обо мне. В какой-то момент нам нужно будет поговорить об этом.

Лукас помолчал несколько секунд.

— Что насчёт поцелуя? — спросил он наконец, и его голос сделался напряжённым.

— Прошу прощения?

— Ранее ты говорила что-то о поцелуе.

Я усиленно сосредоточилась на дороге перед нами.

— Это было вчера, когда я проходила это во второй раз. После того как ты умер, я была так рада видеть тебя. Вот и всё, — я украдкой глянула в его сторону. Он не улыбался, но я была уверена, что заметила удовлетворённый блеск в его глазах.

— Это хрень собачья, — заявил Адам.

Мы пронеслись мимо людей, несущих кучу ярких разноцветных гелиевых шаров и оживлённо болтавших друг с другом. Я свернула на главную дорогу, затем ударила по тормозам.

— Ждите здесь, — пробормотала я.

Я отстегнула свой ремень безопасности, выпрыгнула и побежала по улице. Мать, чьи вчерашние крики до сих пор эхом отдавались в моей голове, раздражённо проводила рукой по волосам.

— Слушай, — сказала она в телефон. — Я тут с Альфи, и мы идём в парк. Я не могу стоять тут весь день и говорить с тобой. Мне нужны те деньги обратно. Мне надо оплачивать счета.

Я бросила на неё сочувственный взгляд, опускаясь на колени, чтобы оказаться лицом к лицу с Альфи. Он моргнул на меня своими голубыми глазами, в точности совпадавшими с цветом его джинсового комбинезона. Его мама настороженно покосилась на меня, а я улыбнулась ей. Мгновение спустя я выхватила мяч из рук Альфи и ушла с ним. Он начал рыдать, а его мама заорала мне вслед:

— Ты что творишь? Это мяч моего сына! Ты украла мяч моего сына!

Я проигнорировала её и села в Таллулу, бросив мяч на заднее сиденье, где он приземлился рядом с Адамом. Люди на всей улице пялились на нас.

— И вы ещё меня называете преступником, — пробормотал Адам. — Эта чокнутая только что украла игрушку у ребёнка.

Я не упомянула маленького мальчика в своём беглом объяснении ранее. Я пожала плечами и снова тронула Таллулу с места. Лукас бросил на меня любопытствующий хмурый взгляд, но промолчал. Я знала, отсутствие порицания с его стороны означало, что он поверил каждому моему слову. И просто удивительно, какое удовольствие я от этого испытала.

Имея в запасе восемь минут, мы свернули на улицу, на которой находился банк Талисманик. Я увидела Фреда, прогонявшего нескольких людей; они выглядели не очень довольными, но хотя бы делали, как сказано. Когда он заметил нас, его лицо исказилось от облегчения.

Я припарковалась рядом с ним, выпрыгнула и схватила арбалет. Он мне понадобится.

— Хорошая работа, — сказала я и показала на заднее сиденье. — Это Адам. Не знаю его фамилию, но он арестован. Забери его в Отряд Сверхов.

— У нас нет надлежащих помещений для содержания задержанных, — запротестовал Фред.

Я покачала головой.

— Это сейчас не важно.

— За что его арестовали?

Я пожала плечами.

— Выдавал себя за вампира.

Фред моргнул.

— Это незаконно?

«Вовсе нет». Я бросила ему ключи от машины и решила не отвечать.

— Банк пустует?

— Да… но мистер Пралк очень недоволен.

— Переживёт.

Я побежала к возвышающемуся зданию. Лукас побежал со мной.

— Я могу вызвать сюда моих людей, — начал он.

— Нет.

— Эмма…

— Эти люди приготовились убивать. Для создания должной защиты не хватит времени. Я думала об этом снова и снова, Лукас. Я могла бы вызвать вооружённое подкрепление, но результатом станет кровавая бойня, даже если они приедут вовремя. Кроме того, — добавила я более жёстко, — если Деверо Вебб прав, у меня есть ещё один шанс пережить этот день.

— А что случится, если ты умрёшь? — спросил Лукас, когда мы добрались до ступеней банка. — Ты всё равно воскреснешь? День всё равно начнётся заново?

— Не знаю, — ответила я, мрачно глянув на него. — Но я не планирую умирать.

— Лучше бы не надо, — прорычал он.

Я помедлила, посмотрев ему в глаза.

— Тебе грозит большая опасность, чем мне, — тихо сказала я.

— Если это означает, что я получу поцелуй, то я готов пойти на этот риск.

Я нахмурилась… и тут мы вошли в банк, где ждал Мосбёрн Пралк.

В отличие от нашей первой встречи, худой гоблин с золотистой кожей выглядел сердитым, а не расстроенным.

— Это совершенно неортодоксально, — прошипел он. — Отряд Сверхов или нет, но я не понимаю, как полиция может требовать, чтобы мы избавились от всех наших клиентов! И откуда, чёрт возьми, вы знаете, что внутри депозитной ячейки нашего банка? — его голос повышался с каждым словом. На виске билась венка; сложно было не пялиться на неё.

— Меньше чем через пять минут, — спокойно сказала я, — три вооружённых грабителя войдут в это здание. Они готовы убить любого, кто встанет на их пути, будь то внутри или снаружи банка. Их цель — комната с депозитными ячейками. Они планируют украсть ячейку, принадлежащую банку, три ячейки, используемые Лордом Хорватом, — я кивнула на Лукаса, — две ячейки, принадлежащие Леди Салливан, две ячейки, принадлежащие лорду Фэйрфаксу, единственную ячейку Лорда Макгигана, а также ячейку Леди Карр.

Моя осведомлённость о количестве депозитных ячеек, принадлежавших каждому лидеру сверхов, заставила Пралка поколебаться, но ненадолго.

— Откуда вы всё это знаете? — спросил он с тем лёгким презрением, которое способны изобразить лишь гоблины. Этот мужчина кардинально отличался от того, с которым я встретилась в первый раз. Он оборонялся и был весьма сильно раздражён, но это лучше, чем ужаснувшаяся, скорбящая и потрясенная горем версия его.

— Скажем так, я получила наводку, — намекать на что-то другое приведёт к таким вопросам, на которые я не могу ответить.

— Вы можете доверять детективу Беллами, — вмешался Лукас. — Даю вам своё слово, что она говорит правду. Это очень серьёзное дело.

Зелёные глаза Пралка сосредоточились на нём.

— У меня и в мыслях не было спорить с Лордом Хорватом, — пробормотал он. — Хорошо. Как вы планируете подойти к ситуации?

— В здании не осталось клиентов? — спросила я.

— Ни одного.

— А ваши сотрудники?

— Их я тоже всех отослал. Мы назначили точку сбора в парке дальше по дороге. Они ждут там.

Я кивнула.

— Проследите, чтобы они остались там и не возвращались, — я осмотрелась по сторонам. — Как вы управляете внешними защитными ставнями?

— За креслом первого кассира есть кнопка.

— Ладно. Сколько времени им нужно, чтобы закрыться?

Лукас резко перевёл на меня взгляд.

— Ты планируешь заманить грабителей внутрь и заточить их в ловушке?

— Ага.

— Мудрое ли это решение, если они вооружены пистолетами?

— Мудрое, если ты изо всех сил постараешься, чтобы тебя не подстрелили снова.

Лукас показал пальцем на моё плечо.

— За себя говори, ладно?

Пралк опешил. Я опустила взгляд и увидела тёмное пятно на моей футболке. Я не теряла много крови, но её было достаточно, чтобы я понимала — эту футболку я больше не надену.

Я отмахнулась от беспокойства Лукаса.

— Я наложу повязку попозже, — я приподняла брови, глядя на Пралка. — Так что? Сколько времени требуется ставням, чтобы закрыться?

Он сглотнул. Похоже, он наконец-то воспринимал ситуацию всерьёз.

— Они рассчитаны на использование в чрезвычайной ситуации. От момента нажатия кнопки до полного закрытия ставней проходит менее четырёх секунд.

С этим я могла работать.

— Спасибо, — я сверилась с часами. Оставалось три минуты. Я кивнула на двери. — Идите к своему персоналу в парке. Мы с Лордом Хорватом справимся сами.

Мосбёрн Пралк расправил плечи, и в его глазах сверкнула сталь. Он не просто так поднялся до престижной позиции управляющего банком Талисманик.

— Я совершенно точно этого не сделаю, — натянуто сказал он. — Это мой банк, и я не уйду.

— Вы можете нам доверять. В ваших же интересах уйти.

Он сердито посмотрел на меня, и я вздохнула. Времени на споры не оставалось.

— Хорошо, — я оглянулась по сторонам, оценивая планировку. — Я пойду за ту колонну. Лукас, ты можешь занять позицию на противоположной стороне. Мистер Пралк, если вы сядете в кресло первого кассира за стеклом, то сможете контролировать ставни. Стекло не пуленепробиваемое, так что вам придётся быть осторожным.

Он уставился на меня.

— Откуда вы знаете, что стекло не пуленепробиваемое?

Я не тратила время на ответ.

— Обязательно подождите, пока все три грабителя не окажутся внутри, и только потом закрывайте ставни. Мы не хотим, чтобы они сбежали на улицу. Мой коллега эвакуировал большую часть прохожих, но сейчас он ушёл. Нам меньше всего нужно, чтобы ни в чём не повинные прохожие попали под пули. Или, — добавила я, подумав о Маргарет Уик, — оказались в заложниках.

Лукас мрачно посмотрел на меня.

— Эти парни настроены серьёзно.

— Ага, — я поджала губы. — Именно так.

Глава 16

Я прижалась спиной к холодной мраморной колонне и перепроверила арбалет. Он был заряжен и готов, хотя если повезёт, мне не придётся им пользоваться. Банда быстро поймёт, что мы поймали их в ловушку. Согласно тому, что Лиза видела на камерах с первого ограбления, они начали стрелять только тогда, когда Тоффи, бета Фэйрфакса, ждавшая в очереди, решила поиграть в героя и напасть. Если мы избежим чего-то подобного, они могут сдаться. Могут. Маловероятно, но я всё равно сохраняла оптимизм.

Больше всего меня беспокоил Лукас. Его один раз уже убили из-за этих ублюдков. Я не уверена, что смогу во второй раз стать свидетелем его смерти.

Я почувствовала на себе его взгляд и выглянула. Он улыбнулся мне, затем послал воздушный поцелуй. Я моргнула и спряталась обратно, чувствуя, как краснею. «Не будь такой глупой, Эмма, — сказала я себе. — Carpe diem». Я втянула вдох, посмотрела на него в ответ и тоже послала воздушный поцелуй. Его улыбка сделалась шире. Мосбёрн Пралк в кресле кассира нахмурился.

Я глянула на часы. 13:33. По моим подсчётам, банда сейчас находилась в считанных секундах отсюда. Моё сердце гулко стучало в груди, адреналин зашкаливал. Я перенесла вес на пятки. В любую секунду. В любую… секунду…

— Эй? Есть тут кто?

Я развернулась и выскочила из-за колонны с поднятым арбалетом.

— Полиция! — заорала я. Затем я узнала этого мужчину: он был одним из волков Макгигана. Когда я видела его в последний раз, он лежал на этом самом полу у выхода и был очень даже мёртвым. Бл*дь.

— Убирайся, — прошипела я.

Волк уставился на меня.

— А?

— Убирайся. Отсюда. Нафиг, — я пыталась использовать свою врождённую силу внушения, чтобы заставить его уйти, но я была слишком напряжена. Мои слова пустым эхом отдались в зале, и он не сдвинулся ни на дюйм.

— Мне надо внести депозит, — сказал он, слегка надувшись. — Вы не можете заставить меня уйти. У меня есть полное право…

Лукас вышел из-за своей колонны.

— Уйди. Развернись и немедленно выйди на улицу, — на сей раз волк побледнел и подчинился. — Видишь? — Лукас лукаво улыбнулся. — Иногда и от меня бывает польза.

Я натянуто улыбнулась и взмахами руки показала ему возвращаться в укрытие. Банда появится в любой момент. В следующие десять минут или около того весь ад вырвется на свободу. Я ждала, заняв позицию наготове.

Ничего не происходило.

Пралк выразительно смотрел на меня из-за стеклянного экрана, будто требуя знать, что происходит. Я избегала его взгляда и посмотрела на время: 13:34. Пора — так где же они?

Я выждала. Прошло несколько секунд, и теперь часы показывали уже 13:35. Какого чёрта происходит? Я покачала головой. Что изменилось?

Мгновение спустя у меня зародилась леденящая мысль. Наезд, приведший к гибели маленького Альфи, создал пробку. Любой, кто направлялся в этот район, задержался бы. Но я предотвратила аварию… и это означало не только то, что Альфи выжил, но и то, что дороги свободны. Грабители прибыли бы ещё до 13:34… вот только их нигде не было видно. И не потому, что они опаздывали, а потому, что они не придут.

— Я не понимаю, — прошептала я. — Я не понимаю, почему они не пришли.

Лукас выглядел обеспокоенным. Пралк просто сверлил суровым взглядом.

— Их здесь нет, детектив.

Я заскрежетала зубами.

— Знаю.

— Мой персонал и клиенты оказались вышвырнуты, вы озвучили суровые предупреждения о смертях и кражах, и всё же никого нет. Ничего не случилось, — он сверкнул своими зелёными глазами, взглянув на Лукаса. — Лорд Хорват, вы сказали, что я могу доверять этой женщине. Мне начинает казаться, что это всего лишь чрезвычайно извращённая шутка. Ваша мнимая наводка…

Я оттолкнулась от колонны.

— Наводка, — выдохнула я. Проклятье. Либо кто-то снаружи стоял на стрёме, либо это реально работа кого-то из своих, и один из сотрудников банка связался с грабителями. Кто-то видел, как Фред очистил улицы и говорил с Пралком. Может, даже то, как мы с Лукасом вошли в парадные двери банка. Это единственное, что имело смысл. Мой язык прошёлся по пересохшим губам. Я всё похерила. Бл*дь.

— Эмма? — позвал Лукас.

Я прочистила горло и стала рассуждать вслух.

— В первый раз они пришли в банк в 13:34. Все, включая Адама, были убиты внутри этого здания. Единственным исключением была Маргарет Уик, которую зацепила шальная пуля.

Пралк уставился на меня. Лукас ждал.

— Во второй раз, — продолжала я, — фургон на высокой скорости пронёсся по этой улице, — я помедлила. — На чертовски высокой скорости, — я провела ладонью по глазам. — Они уже знали, что банк закрыт, и не планировали останавливаться. Но увидев подбежавшего Адама, они сделали паузу, чтобы пристрелить его. Должно быть, именно тогда они схватили Маргарет Уик. Три грабителя здесь, три на Вестминстерском мосту… но был же ещё чёртов снайпер. Где был снайпер, когда ограбление происходило в первый раз?

— О чём, во имя всего святого, вы говорите? — спросил Пралк.

Я не ответила, просто развернулась на пятках и побежала к двери.

Улица снаружи купалась в солнечном свете. Лучи отражались от соседних окон, а редкие деревья, высаженные вдоль тротуара, отбрасывали пятнистые тени на асфальт. Поблизости никого не было. Я прищурилась, отчаянно высматривая любые детали или людей, которые выбивались бы из общей картины. Я заметила идущую ко мне женщину с отрешённым выражением на лице. Маргарет Уик, живая и невредимая. Я шумно выдохнула и подвинулась, чтобы она могла пройти. Она слегка улыбнулась в знак благодарности и двинулась дальше по своим делам.

— Думаешь, кто-то наблюдает за нами прямо сейчас?

Голос Лукаса заставил меня подпрыгнуть. Я кивнула и продолжила осматривать окрестности, сжимая руки в кулаки. Я не видела ничего подозрительного. Все они могли давно унести ноги. Я никак не могла узнать наверняка.

— Я это не выдумываю, Лукас. Ограбление произошло. Тебя убили.

Его голос звучал тихо.

— Я тебе верю.

Я прижала ладони к своим вискам. Я могла бы запрыгнуть в Таллулу и направиться обратно к старому неиспользуемому туннелю, чтобы попытаться поймать банду там, но в первый раз это не сработало. В любом случае, я подозревала, что если они и сейчас сменили машину, то было уже слишком поздно. Их предупредили.

Существовала лишь одна деталь — точнее, один мужчина — которая имелась у меня сейчас, но не было прежде.

— Мне надо добраться в Отряд Сверхов и поговорить с Адамом, — сказала я.

— С фальшивым вампиром, — в голосе Лукаса слышалось отвращение.

— С ним самым.

— Тогда поехали, — он улыбнулся мне. — День ещё не закончился. И если Деверо Вебб говорит правду, у тебя будет ещё один шанс.

Я поджала губы в тонкую линию. Он прав. Детектив-констебль Эмма Беллами, для некоторых друзей Д'Артаньян, ещё не повержена. Вовсе нет.

***

Макс, швейцар в ливрее при отеле возле здания Отряда Сверхов, чьи обязанности обычно включали приветствие гостей, провожание их внутрь, а также решение вопросов с транспортом и багажом, дружелюбно помахал мне.

— У вас там сегодня оживлённо.

— Можно и так сказать. У вас всё хорошо?

— Непременно, — он дотронулся до своей фуражки. — Охраняйте покой на улицах, детектив.

Я улыбнулась. Макс взглянул на Лукаса, явно узнал его и почтительно склонил голову. Он был куда приятнее, чем его ночной сменщик. Лукас обменялся с ним несколькими любезностями, пока я открывала дверь Отряда Сверхов, и знакомый запах вербены и аконита защекотал мне ноздри.

Мы едва успели продвинуться по коридору, как Фред уже показался из офиса, и его тревожное выражение расслабилось от облегчения при виде нас.

— Вот и вы, — сказал он, внезапно улыбнувшись. — Какого чёрта происходит? Что-то случилось в банке Талисманик?

Я поморщилась.

— Не совсем. Долгая история.

Позади Фреда появилась Лиза. И в отличие от него, она не улыбалась.

— Телефон просто взрывается! Сначала этот идиот на Лондонском Глазу, потом куча идиотов, вырядившихся в оборотней на Тауэрском мосту. Старший детектив Барнс орёт на меня, чтобы я нашла тебя. Она говорит, что ты не отвечаешь на звонки, — она положила руки на бёдра и сердито уставилась на нас. — И что тут делает Лорд Хорват?

Лукас улыбнулся ей.

— Рад снова увидеться, Лиза.

Она величаво фыркнула.

— Полагаю, вы оба захотите кофе. Сразу скажу, что у меня нет печенья. Или торта. Торта определённо нет.

— Было бы здорово выпить кофе, — сказала я. — Спасибо.

Она снова фыркнула и унеслась прочь. Фред дружелюбно пожал плечами.

— Я поместил этого Адама в Допросную Комнату № 1, — он показал на закрытую дверь. — Он не очень доволен. Постоянно твердил, что напишет официальную жалобу на полицейский беспредел и несправедливый арест. Я проверил, знаешь ли. Выдавать себя за вампира не запрещено законом.

— Не запрещено, — согласилась я. — Но он проник на частную территорию и забрался на Лондонский Глаз, пока притворялся вампиром. Нам нужно сосредоточиться на упоминании вампира, пока ДУР, или Барнс, или ещё кто-нибудь не начал задавать вопросы и не забрал его у нас, — мой голос ожесточился. — Мне надо поговорить с ним, пока этого не случилось.

Мы вошли в офис. Лиза уже поставила чайник. Она поспешно выпрямилась возле холодильника и повернулась лицом к нам. Кажется, она заталкивала в холодильник шоколадный торт. Я подавила улыбку.

— Ладно, — сказала я. — Я понимаю, что у вас много вопросов. Лорду Хорвату я уже объяснила, что случилось, — я сглотнула. — У меня нет времени вдаваться в детали, но если вкратце, я приняла от Деверо Вебба странное зелье и выпила его. Это уже третий раз, когда я переживаю этот двенадцатичасовой период. Сегодня в полночь мой день начнётся заново, и я опять переживу всё это в последний раз.

Я выдержала паузу, позволяя Фреду и Лизе переварить мои слова, затем продолжила.

— Банда грабителей организовала инциденты на Лондонском Глазу и Тауэрском Мосту, чтобы провернуть ограбление банка Талисманик. По какой-то причине в ходе нынешнего эпизода они не напали. Кто-то, должно быть, сообщил им, что мы внутри и поджидаем их. Мне нужно найти членов этой банды, чтобы не дать им попытаться вновь. Поняли?

Лиза и Фред вытаращились на меня. Чайник засвистел, и Лукас неспешно пошёл к нему, потянувшись за Лизу, чтобы выключить.

— Я приготовлю кофе, ладно? — сказал он, не обращаясь ни к кому в особенности.

Фред откашлялся.

— Ты снова и снова переживаешь один и тот же день, — произнес он.

— Ага.

— Как… — он умолк, силясь подобрать слова.

— Как День Сурка, — услужливо подсказала я.

Он сглотнул.

— И это случилось из-за какого-то зелья, которое ты получила от Деверо Вебба?

— Ага.

— А мне можно такое выпить?

Я моргнула.

— Прошу прощения?

Выражение его лица внезапно сделалось оживлённым.

— Да вы только представьте себе возможности! Если бы я смог заново прожить один и тот же день, я мог бы подкатить к Скарлетт. Я мог бы опробовать разные способы уговорить её вновь пойти со мной на свидание.

Я покосилась на Лукаса. Надо отдать ему должное, он выглядел так, будто не слушал. Это хорошо, учитывая тот факт, что я была практически уверена — это он приказал Скарлетт прекратить играть с Фредом и держаться от него подальше.

— Этот поезд ушёл. Забудь её, — сказала Лиза, затем взглянула на меня. — А мне такое зелье можно?

— Ээ…

— Мне нужно, чтобы сработало всего один раз. Выбрать нужный день, узнать выигрышные цифры национальной лотереи и, — она взмахнула руками, — мне больше никогда не придётся работать тут с вами.

На сей раз все мы трое посмотрели на нее. Она заметила наши взгляды и пожала плечами.

— Эй, — протянула она. — Не воспринимайте на свой счёт. Кроме того, обещаю взять вас всех в долю.

Я покачала головой, забавляясь. То, что они не усомнились в достоверности моих слов — это свидетельство того, какой была жизнь в Отряде Сверхов. Они даже не попросили доказательств. С другой стороны, они уже знали, что я могу умереть и воскреснуть обратно. Наверное, заново переживать один и тот же день — это нечто обыденное в сравнении с возможностью обдурить смерть.

— Я не знаю, что было в зелье, — сказала я. — Вебб сказал, что он уничтожил ту копию «Инфернальных чар», из которой он взял рецепт. Как только всё это закончится, я прослежу, чтобы больше никто не заполучил в свои руки эту чёртову книгу. Она слишком опасна, — я порадовалась, что получила столько шансов остановить грабителей и спасти жизнь Лукасу, но прекрасно понимала, что возможность заново проигрывать события для личного удовлетворения может привести к хаосу. Сейчас я пожинала преимущества, но я собиралась уничтожить все копии чёртовой книги и устранить искушение снова воссоздать этот абсурдный сценарий.

— Нам надо сосредоточиться на выслеживании грабителей, — сказала я, возвращаясь к насущной проблеме, — чтобы я могла остановить их и арестовать, когда день начнётся заново, — я повернулась к Лизе. — Они используют фургон флориста, чтобы приезжать в банк и уезжать из него, затем пересаживаются в старый синий Вольво. У меня нет номерных знаков, но я знаю, что фургон флориста угнали с Ист-Энда, так что…

Лиза тут же перебила.

— Я поищу недавние сообщения об угоне фургонов в том районе, а потом проверю уличные камеры, чтобы посмотреть, не было ли рядом Вольво. Нам может повезти.

— Спасибо. Фред, мы с тобой допросим нашего гимнаста с Лондонского Глаза.

— Какова его причастность?

— Я пока что не уверена, но его уже дважды застрелили в лицо. Это не может быть совпадением. Волки в костюмах на Тауэрском Мосту были студентами театрального колледжа. Я подозреваю, что Адам — другой случай, — я оскалилась; я могла сыграть хищника, когда возникала необходимость. — Мы скоро узнаем.

— А я что делаю? — Лукас приподнял бровь.

— А ты делаешь кофе, — я невинно взглянула на него.

Фред и Лиза вздрогнули от ужаса, но Лукас лишь рассмеялся.

— Это верно.

Я улыбнулась.

— Можете отправляться домой, Лорд Хорват. Мы разберёмся.

— А если я выберу остаться?

— Ваше право, — я посмотрела ему в глаза.

— Тогда я, пожалуй, задержусь, — он выудил телефон из кармана. — Использую это время, чтобы поговорить с некоторыми контактами. Кто-то может знать, кто эти ублюдки.

Моя улыбка смягчилась, сменяясь иным выражением. Он посмотрел на меня в ответ, и в уголках его глаз образовались крохотные морщинки. Мне пришлось подавить искушение подойти к нему и дотронуться до них невесомым поцелуем.

— Хотелось бы мне знать, о чём ты думаешь, — пробормотал Лукас.

Я облизнула губы.

— Я…

Лиза громко кашлянула.

— Потом будете пускать друг на друга слюни, ладно?

Фред сдержал смешок.

Расправив плечи, я притворилась, будто ни капельки не смутилась.

— Никто не пускает слюни. Пошли, Фред. Давай узнаем, что скажет наш фальшивый вампир.

Глава 17

Мы с Фредом сели напротив Адама. Он сгорбился на стуле и сидел с таким выражением, которое колебалось между кипучей злостью и безграничной скукой.

— Вы продержали меня тут несколько часов! — возмущённо заявил он.

Едва ли.

— И продержим в тюрьме ещё несколько лет, если всё будет по-моему, — прорычала я.

Фред бросил на меня обеспокоенный взгляд, затем обратился к нашему задержанному.

— Вы хотели бы попить? У вас есть вода, но я могу принести чай или кофе, если предпочитаете.

Взгляд Адама слегка сместился.

— Вода подойдёт.

— Со льдом? — спросила я. — С маленьким зонтиком сбоку? Может, ещё дольку лимона добавить?

— Босс… — пробормотал Фред.

Я его проигнорировала. Адам гневно смотрел на меня.

— Я знаю, что констебль Хакерт взял у вас отпечатки пальцев, когда привёз сюда, — сказала я. — Мы ищем совпадение по базам данных… достаточно скоро мы узнаем, кто вы на самом деле. Так что почему бы вам не назвать своё полное имя прямо сейчас?

Адам не ответил. Он довёл до совершенства мрачную надутую гримасу, и это заставляло его выглядеть моложе, чем он был на самом деле — как страдающий подросток, а не как взрослый мужчина.

Фред подался вперёд.

— Вам потом будет проще, если вы сейчас начнёте сотрудничать с нами, — мягко сказал он.

Прошло несколько секунд.

— Джонс, — пробормотал он наконец. — Адам Джонс.

— Объясните нам, мистер Джонс, — сказала я, — что вы сегодня делали на Лондонском Глазу.

— Я на него взбирался, — с вызовом заявил он.

— Зачем?

Его ноздри раздувались. Он начинал ненавидеть меня. Вот и хорошо.

— Ну он просто есть, — сказал он, подначивая меня.

Я подалась вперёд, оказавшись нос к носу с ним.

— Заканчивайте с уловками. Мы знаем, что вы не планировали спрыгнуть с Глаза и убить себя, и мы знаем, что вы выдавали себя за вампира. Вы хотите быть сверхом, Адам? Вот в чём дело? Вы правда думаете, что вампы захотят принять в свои ряды кого-то вроде вас?

— Я не хочу быть бл*дским кровососом, — выплюнул он.

— Тогда зачем притворяться таковым?

Он отвернулся.

— Я ничего не скажу.

Я фыркнула и встала на ноги.

— Это пустая трата времени. Пойду посмотрю, готов ли кофе, — я отодвинула свой стул и вышла из комнаты. Дверь за мной закрылась. Когда Лукас передал мне кружку с горячим напитком, я прижала ухо к двери, чтобы подслушивать. Было бы проще, если бы у нас была прилегающая комната наблюдения с двусторонним зеркалом, но вместо этого придётся подслушивать по старинке.

— Роль плохого копа тебе не идёт, — пробормотал Лукас.

Я скорчила гримасу. Я не особенно наслаждалась этим, но Фреду такая роль подходила ещё меньше. Я прижала палец к губам и напрягла слух.

— Извините за это, — сказал Фред. — На неё сейчас много давления.

— Она сука.

Фред не стал возражать.

— То, что вы сделали, впечатляет. Меня не было у Глаза, но я видел всё по телевидению позднее. Вы взобрались очень высоко, причём без страховочной сетки. Вы гимнаст?

— Паркурщик, — ответил Адам Джонс.

Фред тихо присвистнул.

— Впечатляет. Поэтому банда вас задействовала? Из-за ваших навыков паркура?

— Это одна из причин.

Фред ждал, затягивая молчание, чтобы Джонс его заполнил. Это сработало.

— Они не уважали то, на что я способен. Они думали, что это легко, но это дерьмо намного сложнее, чем кажется со стороны.

— Готов поспорить, так и есть.

Я одобрительно кивнула. Фред вложил в свой голос нужные нотки восхищения.

— С такими навыками, — продолжал он, — вы должны быть для них очень ценным активом, и неважно, понимают они это или нет.

— Они этого не понимают. Пытались держать меня в стороне. Я не должен был знать, что они делают, но подслушал, когда они это обсуждали. Они пытались меня отрезать, но я на такое не пошёл. Я не дурак.

— Нет, — сказал Фред. — Я и не считал вас дураком, — последовала пауза. — Я не должен говорить вам это, — осторожно произнёс он, — но детектив Беллами сказала, что есть риск, что вам предъявят обвинение в терроризме.

— Что? — голос Адама Джонса сделался ещё громче. — Это несправедливо! Я никому не угрожал! Я никому не вредил!

— Мы уже какое-то время прослушивали магазин, — сказал Фред, используя то немногое, что Джонс уже выдал нам, и сплетая умелую ложь. — Так мы и узнали ваше имя. На самом деле, мы знаем больше, чем вы думаете… и это вовсе не хорошие новости. Мы знаем, что они планировали вас убить, Адам.

Последовало несколько секунд молчания, затем Адам заговорил снова:

— В машине она сказала, что её подстрелили. Она сказала, что приняла какое-то волшебное зелье и заново переживает один и тот же день.

— Она сказала это лишь потому, что считала вас достаточно наивным, чтобы поверить в это. Детектив Беллами пыталась вас разговорить. Она не осознавала, насколько вы умны.

— Я так и знал! — взорвался он. — Я знал, что всё это ложь!

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Я не хочу, чтобы вы стали сопутствующим уроном, Адам. Это всё не ваша вина. Всё, что вы делали — это карабкались.

— Вот именно! Я не террорист! Я не плохой человек! Я просто хотел заработать немного деньжат, бл*дь.

— Я не могу винить вас в этом, — успокаивал Фред. — Но Лондонский Глаз — это большая туристическая достопримечательность. Учитывая вас и студентов, которые притворились оборотнями на Тауэрском Мосту, половина Лондона встала. Люди сейчас дёрганые. Я думаю, эти обвинения могут оказаться оправданными.

— Ни за что, приятель. Ни за что. Я хочу адвоката. Приведите мне юриста немедленно. Я больше ничего не скажу.

— Если вы этого хотите, — спокойно сказал Фред, — то это определённо можно организовать. В любом случае, если вы расскажете всю правду о том, что случилось на самом деле, мы сможем сделать так, чтобы эти обвинения исчезли. Готов поспорить, если бы вы рассказали детективу Беллами всё, что знаете, она бы вас отпустила.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Приоритет тут не вы, Адам. Ублюдки, которые подговорили вас на это и которые не уважают то, на что вы способны — вот кто настоящие преступники.

— Вы правы. Это они должны сидеть под арестом, — очередная пауза. — Ладно. Сходите за ней. Я ей всё расскажу.

— Уверены? Потому что я могу сначала привести вам адвоката. У меня есть хорошие юристы, с которыми я мог бы связаться.

— Нет, — предложение выбора помогло ему решиться. — Приведите эту суку. Я всё расскажу.

— Хорошо.

Я услышала, как ножки стула Фреда царапнули по полу, и отошла от двери. Мгновение спустя он вышел, и мы прошли дальше по коридору, чтобы быть вне пределов слышимости.

— Ты была права, — сказал он. — Сработало. Я не думал, что всё будет так просто.

— В глубине души Адам Джонс лишь напуганный мальчик, который знает, что вляпался в нечто, с чем не может справиться сам. Думаю, часть его всегда подозревала, что банда собирается его убить. Он хочет говорить.

Лукас наблюдал за мной.

— Если он тебе всё расскажет, ты его отпустишь?

Я пожала плечами.

— Не вижу причин, почему нет. Скоро он снова проделает всё то же самое и, — добавила я без капли симпатии, — он показал, что им легко манипулировать. Эта банда использовала его и потом застрелила. Он заслужил передышку, — я ещё немного поразмышляла. — Давайте сначала посмотрим, что он нам скажет.

Я допила свой кофе, отдала кружку Лукасу и пошла в допросную комнату.

— Итак, мистер Джонс, — сказала я более дружелюбным тоном. — Я слышала, вы хотите заключить сделку.

Он скрестил руки на груди и сверлил меня гневным взглядом.

— Я не террорист.

— Ну, это ещё предстоит выяснить.

— Если я скажу вам, что мне известно, вы меня отпустите?

Я сохраняла спокойствие.

— Опять-таки, это зависит от того, что вы скажете, — его глаза прищурились, и я понимала, что он готовится снова замкнуться. — Однако, — уступила я, — если я убежусь, что вы не намеревались никому вредить…

— Не намеревался!

— …тогда, — продолжила я, будто он не перебивал, — я прослежу, чтобы вам не выдвинули обвинений в серьёзных преступлениях, а ваше имя не фигурировало в любых расследованиях касаемо банды, с которой вы как-то связались.

Он понаблюдал за мной пару секунд.

— Ладно, — смирился он наконец.

Мне хотелось сказать ему, что надо было настоять на адвокате. Я также хотела сказать ему, что если соглашение не зафиксировано письменно, оно не стоит ни гроша. Однако в данный момент всё будет бессмысленно. День начнётся заново, и скоро все эти события перестанут существовать.

Я села.

— Тогда приступайте.

— Они связались со мной, — сказал Адам. — Это всё их идея. Поначалу они сказали, что хотят, чтобы я забрался на Лондонский Глаз и привлёк как можно больше внимания. Я должен был надеть фальшивые вампирские клыки и заставить всех думать, что я вампир. Они сказали, что это трюк с целью доказать, что люди такие же сильные и способные, как вампиры. Вот и всё. Они должны были заплатить мне две тысячи — одну авансом, одну после всего.

— Ладно, — я кивнула. — А они — это кто? Как их зовут?

— Я не знаю.

— Адам, — вздохнула я.

— Я не вру! — он всплеснул руками. — Они не называли свои имена. Сказали, что так безопаснее. Их было четверо…

— Четверо? — резко переспросила я.

— Ага, — он кивнул. — Две мужчины, две женщины.

— Как они выглядели?

— Если вы следили за магазином, вы всё это уже должны знать, — он фыркнул.

— Это моя работа — расставлять все точки над Ё, — сказала я. — Я хочу услышать всё из ваших уст. Как они выглядят?

Он воздел глаза к потолку.

— У одного мужчины тёмные волосы и большие усы, типа как у Тома Селлека, знаете? Другой парень поменьше, со светло-каштановыми волосами. Он довольно тощий и носит очки. Я думаю о нём как о профессоре. Похоже, он много чего знает, — он описывал мужчину, которого застрелили в машине на Тауэрском мосту.

— А женщины? — спросила я.

— Какая-то цыпочка блондинка. Ей самое место в очередной серии «Жителей Ист-Энда».

Видимо, это русская с фальшивым акцентом кокни.

— И ещё старая цыпочка, — сказал Адам.

— Старая цыпочка? — я выпрямилась.

— Ага, — он шмыгнул носом. — Пожилая женщина.

— Как она выглядит?

— Не знаю. Старой. Морщинистой.

Я снова вздохнула.

— Вы не даете мне полезной информации.

— Я стараюсь изо всех сил, — заныл он, беспомощно приподняв плечи. — Кажется, у неё синие глаза?

— Это вопрос, или вы говорите мне, что у неё синие глаза?

Он уронил голову.

— Уф, не знаю. Я не уверен.

Я заскрежетала зубами.

— Расскажите мне про магазин.

— Я не должен был о нём знать, — его черты внезапно сделались лукавыми. — Но я проследил за ними так, чтобы они не заметили. Мне надо было догадаться, что они задумали, когда я увидел, что они устроились в замочной мастерской.

Я задержала дыхание.

— Ага. И эта замочная мастерская на…

— Чейз-роуд, — ответил он с нотками нетерпения. — Недалеко от кладбища Актон.

И вовсе не далеко от Вормвуд Скрабс; на самом деле, менее мили до неиспользуемого электрического туннеля, где банда пересела в другую машину. Внезапно всё начало вставать на свои места. Я изо всех сил постаралась не выдать удовлетворения на лице.

— Продолжайте.

Адам шумно вздохнул.

— Они не хотели, чтобы я знал, что они на самом деле задумал, потому что тогда бы я попросил больше денег. Я прокрался в замочную мастерскую с чёрного хода и все слышал. Они планировали обобрать вампов и волков.

— Значит, вы вызвали их на разговор по этому поводу?

— Нет, чёрт возьми. Я ж не дурак. Они могли бы найти кого-то другого на моё место. Видите ли, всё дело во времени.

Адама Джонса понесло. Он абсурдно гордился придуманным планом, и вместо того чтобы молчать, хотел поведать нам, какой он умный.

— Я слегка изменил их расписание, чтобы успеть на самое интересное, — продолжил он. — Они хотели, чтобы я начал карабкаться на Глаз в час дня, но я вместо этого начал в двенадцать, — он довольно улыбнулся. — Я знал, что потом у меня останется достаточно времени, чтобы добраться до банка Талисманик. У меня поблизости был приготовлен велосипед. Если я бы я сумел попасть туда в то время, пока они грабят банк, им пришлось бы взять меня в долю, чтобы я молчал. Это сработало бы, — добавил он, — если бы вы меня не схватили.

Сработало, да не так, как он планировал. Его появление во время ограбления привело к тому, что банда его застрелила, чтобы не беспокоиться о последствиях. Адам рискнул и проиграл. Три раза.

— Давайте сдадим назад, — отрывисто сказала я. — Где и когда банда связалась с вами в первый раз?

Торжествующее выражение Адама сменилось хмурой гримасой. Возможно, он расстроился, что я не восхищалась его гениальностью.

— На прошлой неделе, — начал он. — Я был…

Его перебил шум громко распахнувшейся входной двери здания, а потом громкие крики в коридоре. Я нахмурилась.

— Погодите минутку, — пробормотала я ему, затем пошла смотреть, что за шум.

Детектив Барнс в безупречном сером костюме и с суровым лицом, которое идеально к нему подходило, стояла возле допросной комнаты. Она была не одна; с ней присутствовало несколько офицеров в униформе и, как я без восторга заметила, знакомое жёсткое лицо детектива Кольера. На сей раз моей подруги, Молли, нигде не было видно. Это, пожалуй, к лучшему, ибо следующие несколько минут едва ли будут лицеприятными.

— Детектив-констебль Беллами, — холодно сказала Барнс. — Я уже какое-то время пыталась с вами связаться.

— Я была занята, — я оборонительно скрестила руки на груди. — Я планировала позвонить вам сразу же, как закончу допрашивать подозреваемого, — я врала, конечно же, но старшему детективу Барнс об этом знать необязательно.

Она притопывала ногой.

— Не сомневаюсь. К сожалению, сегодняшние события оказались достаточно серьёзными, чтобы ответственность за расследование легла на ДУР. Мы не считаем совпадением тот факт, что инцидент на Лондонском Глазу случился незадолго до противостояния на Тауэрском Мосту, — она сурово посмотрела на меня. — От вас требовалось присутствие на мосту, но вы не выходили на связь.

— Насколько я понимаю, — аккуратно ответила я, — захват на Тауэрском Мосту не являлся сверхъестественной проблемой, хотя поначалу казалось иначе.

Её брови сдвинулись на переносице.

— Откуда вам это известно? Мы сами узнали буквально пятнадцать минут назад.

«Ээ…» На это у меня не было такого ответа, в который она поверила бы. Я неловко переступила с ноги на ногу, до боли остро осознавая подозрительный взгляд Кольера. С его точки зрения, мы ещё не встречались, а он, похоже, уже мне не доверял.

— Детектив-суперинтендант Барнс! — окликнул Лукас, как раз вовремя появившись из офиса. Фред и Лиза семенили за ним. — Как очаровательно вновь увидеться с вами.

Детектив Барнс глянула на него, затем на меня.

— Что Лорд Хорват делает тут?

— Он помогал с подозреваемым по инциденту на Лондонском Глазу, — сказала я, внезапно ощутив более твёрдую почву под ногами.

— И подозреваемый вампир?

— Нет, — ответила я. — Подозреваемого зовут Адам Джонс и…

— Если мистер Джонс не вампир, тогда он — не забота Отряда Сверхов, детектив Беллами, — перебил Кольер.

Я опустила руки.

— Ладно. Я понимаю, почему вы так решили, но на самом деле Адам Джонс имеет отношение к другому активному расследованию Отряда Сверхов.

— И что это за расследование?

На сей раз у меня не было причин врать ему.

— Предположительное планируемое ограбление банка Талисманик.

Даже Кольер был шокирован таким.

— Ограбление банка? Ещё больше причин, чтобы этого приятеля Джонса передали на наше попечение. Отряд Сверхов не имеет ресурсов, чтобы разбираться с преступлением таких масштабов.

Когда старший детектив Барнс взглянула на меня, на её лице что-то промелькнуло.

— Банк Талисманик — это сверхъестественный институт, — кротко сказала она. — Любое преступление в его отношении — это дело Сверхъестественного Отряда. Это входит в обязанности детектива Беллами.

Я выдохнула. Возможно, я взбесила её, игнорируя её звонки, но она всё равно на моей стороне — по крайней мере, публично.

— Да, — я выдавила улыбку. — Я ценю ваше предложение помощи, детектив Кольер, но мы справимся. Мистер Джонс и я уже пришли к взаимовыгодному соглашению. Он даёт показания. Это всё, что вам нужно знать в данный момент.

Кольер на меня не смотрел. Его внимание было целиком и полностью сосредоточено на Барнс.

— Мужчина вон там — действительно Лорд Хорват? — поинтересовался он.

— Да, — сказал Лукас.

— Да, — ответила я.

Кольер проигнорировал их обоих. Барнс медленно кивнула, что, похоже, удовлетворило ворчливого ублюдка.

— Тогда само собой, детектив Барнс, — произнес Кольер, — вы понимаете, что ваш детектив компрометирует любые будущие судебные разбирательства против подозреваемого, допустив одного из вампирских Лордов в здание во время официального допроса.

— Он не один из вампирских Лордов, — рявкнула я. — Он и есть Лорд вампиров.

— Именно, — ответил Кольер, поднимая бровь. — Я предлагаю передать мистера Джонса на попечение нам, чтобы избежать конфликта интересов. Мы поделимся любыми деталями, которые он сообщит о предполагаемом ограблении банка, но он человек и совершил человеческое преступление. Он не должен здесь находиться. Он определённо не должен находиться здесь одновременно с Лордом Хорватом!

Барнс превосходила Кольера по рангу, так что могла отклонить его запрос. К сожалению, она верила, что он прав. Я видела это по её лицу. Даже я знала, что Отряд Сверхов опирался на шаткое основание в плане законов.

— Хорошо, — пробормотала она, и я раскрыла рот, чтобы возразить. — Но детектив Беллами будет вас сопровождать и участвовать во всех дальнейших допросах.

— В этом нет необходимости, — сказал Кольер.

Барнс сердито посмотрела на него.

— Это необходимо, потому что я сказала, что это необходимо, — она повернулась ко мне. — Если на банк Талисманик планируется нападение, вам потребуется подкрепление. Вы не можете справиться с таким самостоятельно.

— Уверяю вас, — холодно сказал Лукас, — что детектив Беллами может рассчитывать на полную и безоговорочную поддержку вампиров.

— Это неважно. Не вам решать, — прорычал Кольер.

Я заскрежетала зубами. Я могла стоять тут и спорить до посинения, но сомневалась, что от этого будет прок. И если я недолюбливала Кольера, потому что он предвзятый ублюдок, это не означало, что он плох в своём деле. Возможно, он может помочь мне с выслеживанием банды.

— Мне уже не терпится поучиться у детектива Кольера, — сказала я и распахнула дверь допросной. — Мистер Джонс здесь.

Кольер кивнул двум офицерам в униформе. Они вошли в допросную комнату и приготовились надеть на Адама наручники.

— Эй! — запротестовал он. — Что происходит? — он взглянул на меня. — А как же наша сделка?

Офицеры его проигнорировали, заковали в наручники, рывком подняли на ноги и вывели.

— Хрень собачья, — пробормотал он.

— Не волнуйтесь, мистер Джонс, — сказала старший детектив Барнс. — Вас просто переводят в ДУР для дальнейших допросов. Мы организуем, чтобы ваш адвокат ждал вас на месте, если хотите.

Адама повели по коридору и за входную дверь на улицу. Внезапно он повернулся и посмотрел на меня.

— Подождите, — медленно произнёс он. — Откуда вы знали, где меня ждать? Когда я перелез через забор, чтобы сбежать с Лондонского Глаза, вы стояли точно в нужном месте, чтобы поймать меня. Иначе вы бы меня ни за что не схватили. В машине вы несли чушь про магическое зелье, это правда?

Мне не представилось шанса придумать ответ. Раздался громкий хлопок, из косяка сбоку внезапно вырвалось облачко пыли. Затем ещё хлопок, и лицо Адама исказилось идеальным «о» удивления. Спустя долю секунды он рухнул, и кровь потекла из раны в его черепе.

Я уставилась на него, на мгновение оказавшись парализованной. О чёрт. Снова понеслось.

Глава 18

Два офицера, державших Адама, бросились в коридор Отряда Сверхов, захлопнули дверь и оставили его тело лежать на тротуаре снаружи.

— Стрельба! — гаркнул Кольер в рацию. — Стрельба у здания Сверхъестественного Отряда. Пока что одна жертва. Срочно нужна вооружённая подмога по данному адресу, — он схватил меня за руку и отдёрнул от двери. Я отмахнулась от него и пошагала к выходу, пока сердце бешено колотилось в груди.

— Назад! Вернись назад! — крикнула Барнс.

Я проигнорировала выкрикнутые приказы и положила ладонь на дверную ручку. Даже не глядя, я знала, что Лукас следует прямо за мной.

— Думаю, мы можем предположить, — мрачно протянул он, — что тот, кто убил Адама Джонса несколько секунд назад — это тот же ублюдок, что убил меня. Наверное, это тот же парень, который предупредил банду не соваться в банк.

— На самом деле, — ответила я, — не думаю, что это парень.

— Детектив-констебль Беллами! — проревела Барнс. — Уйдите оттуда!

— Не волнуйтесь, — отозвалась я и приоткрыла дверь.

— Эмма! — снова заорала она. — Бл*дь, вернись сюда!

Я повернулась и посмотрела ей в глаза.

— Всё в порядке, — спокойно сказала я.

— Хоть ты воскресаешь, хоть нет, тебе надо отойти назад! Нам меньше всего нужно, чтобы ты двенадцать часов валялась на каталке в морге!

Кольер уставился на неё.

— О чём вы говорите? Воскрешение?

Я махнула рукой.

— Стрелок уже расправился со своей целью, — бесстрастно сказала я. — Адам Джонс мёртв. Он больше ни с кем не будет говорить.

— Ты не знаешь, за ним ли они пришли! — запротестовала Барнс.

Я почувствовала, как свинцовый груз опускается на мои плечи.

— Нет, знаю, — прошептала я, затем повысила плечи. — Если я хочу поймать того, кто сделал эти выстрелы, мне надо выйти прямо сейчас. Поверьте, — затем я глянула на Лукаса. — Останься здесь. Пожалуйста.

— Я не могу так поступить, Эмма. Ты сама сказала, они хотели убрать Адама, и они его убрали. Они уже сматываются отсюда.

Я наградила его выразительным взглядом.

— Ладно, — буркнула я. — Но если снова умрёшь, я сама тебя прибью нахрен.

Он внезапно опустил голову и удивил меня, легонько скользнув губами по моим губам.

— Принято к сведению, — ответил он и показал на дверь. — Идём.

Я рванула дверь. Я знала, что сообщение Кольера по рации молниеносно соберёт сюда половину полиции города… но я также знала, что они приедут недостаточно оперативно, чтобы поймать снайпера. Мне надо действовать быстро и хитро.

Выстрел заставил людей разбежаться с улицы. Не считая одного голубя, который порхал рядом в поисках чего-нибудь вкусненького, не было вообще никаких признаков движения. Я обошла тело Адама, избегая брызг крови. Кольер и Барнс всё ещё кричали мне что-то из здания, но я не обращала внимания. Я уже слышала вой сирен через несколько улиц отсюда.

Лукас опустился на колени рядом с Адамом.

— Насколько я могу сказать по ране, выстрел совершён откуда-то с высокой точки.

Логично; стрельба из машины или с тротуара была слишком рискованной. Я посмотрела на здания на другой стороне дороги. Ряд магазинов с террасами, жилые дома и небольшие отели простирались на сто с лишним метров. Я не видела ничего за дымоходами и покатыми крышами, но была уверена, что стрелок расположился где-то там.

— Крыши, — я поворачивала голову из стороны в сторону. Но слева? Или справа?

Стеклянная дверь отеля рядом с Отрядом Сверхов открылась, и высунулась голова. Макс выглядел бледным и дрожал. Моё сердце ухнуло в пятки.

— Вы в порядке? — спросила я. — Вас не задело?

Он покачал головой.

— Я в норме, — он показал вправо. — Но прежде чем этот бедняга упал, я видел что-то вон там. Кто-то был на той крыше, я точно знаю. Прямо над аптекой.

Мы с Лукасом бежали туда ещё до того, как он договорил предложение.

Синие мигалки уже сверкали с обоих концов улицы. Лукас побежал к первому зданию и вскарабкался по гладкому кирпичному фасаду как какой-то паук. Я не останавливалась, чтобы понаблюдать за ним, а побежала по тротуару, направляясь к строительным лесам, воздвигнутым у жилого здания в двадцати метрах отсюда. Без единой паузы я подпрыгнула и подтянулась, забыв о ране, которая только начинала заживать. Моё плечо пронзило агонией. Я утратила хватку и упала обратно на тротуар. Со второй попытки и только за счет чистой силы воли мне удалось удержаться и начать карабкаться. «Шевелись, Эмма, — приказала я себе. — Пошевеливайся, чёрт возьми».

На первый этаж, затем на второй и на третий. Спустя пять секунд я оказалась на крыше. Лукас пронёсся мимо меня, и черепица разлеталась под его ногами. Я осмотрелась и увидела проблеск чего-то — точнее, кого-то, скрывшегося за уступом в дальнем конце. Проклятье. Снайпер уже спускался.

Я выругалась и поспешила спуститься обратно по строительным лесам. Ну, хотя бы спускаться было не так больно. Я твёрдо приземлилась на ноги и шумно выдохнула. Затем снова побежала.

— Туда! — заорала я первым вооружённым полицейским, которые уже выбирались из машин. Я показала в ту сторону, где как мне показалось, скрылся снайпер. Но не ждала, среагируют они на мой крик или нет, а просто пронеслась мимо них.

Мир вокруг превратился в размытое пятно, пока я бежала как никогда быстро, но мои усилия оказались тщетными. Когда я наконец-то свернула за угол, там не было видно никого, кроме Лукаса, который уже прекратил бесполезную беготню по крышам.

Я выругалась и присоединилась к нему.

— Хрень полная! — мои слова были едва слышными даже для моих ушей. Я повысила голос. — Хрень! — крик бесполезным эхом отразился от стен зданий рядом.

Дальше по дороге кто-то высунул голову в окно и проорал в ответ:

— Заткнись!

Я открыла рот, чтобы снова закричать, затем вспомнила, кто я и чем должна заниматься. Я смирилась, и моё тело обмякло в ответ на собственную бесполезность.

Лукас повернулся ко мне, взгляд его чёрных глаз прошёлся по моему телу.

— Тебе нужно отдохнуть, Д'Артаньян.

— Адама Джонса только что застрелили на ступенях здания Отряда Сверхов. Я не могу отдыхать.

Он дотронулся до моего подбородка и мягко приподнял мою голову.

— Ты уже третий раз переживаешь этот день. Ты устала и вымоталась, не говоря уже о кровотечении из этой чёртовой раны.

Я посмотрела ему в глаза.

— Пока этот день не закончится — и я имею в виду, по-настоящему закончится — я не могу отдыхать, — я стиснула зубы.

— Ты слишком упряма.

Я пожала плечами, затем тут же пожалела, когда это движение принесло ещё больше боли в плече.

— Давай вернёмся в Отряд Сверхов и наложим тебе нормальную повязку, — сказал Лукас. — Кто бы ни убил твоего Адама Джонса, он уже унёс ноги, — улица теперь превратилась в море сверкающих мигалок. — Ты не одна, Эмма.

Я вздохнула. А затем позволила ему отвести меня на место последней смерти Адама Джонса.

***

Никто из нас не привык, чтобы в Отряде Сверхов торчало столько людей. Лиза заняла позицию в углу офиса, скрестив руки на груди, и с непроницаемым лицом безо всяких комментариев следила за приходящими и уходящими. Фред смотрел на всех как рвущийся в дело щеночек; он до сих пор был достаточно молод, чтобы любое движение казалось ему волнительным, а не угнетающим. Что же касается меня, я держалась в стороне и позволила Лукасу обработать рану на моём плече с помощью аптечки из Отряда Сверхов.

— Тебе стоит поехать в больницу, — пробормотал он. — Но я уже говорил тебе это и знаю, что ты не поедешь.

— Можешь лизнуть меня, — предложила я. Вампирская слюна обладала особенными исцеляющими свойствами. Это позволяло им прокалывать человеческую кожу клыками и пить кровь без страха, что их жертва, хоть добровольная, хоть нет, истечёт кровью.

— Я бы с удовольствием вылизал тебя, — сказал он так, чтобы слышала только я. — Очень медленно, — его пальцы прикоснулись к моим губам. — Отсюда и прямо досюда, — его ладони легли на мои бёдра. — Но, пожалуй, я оставлю это на потом.

Я втянула вдох и уставилась на него.

— Это потому что я умер? — внезапно спросил он. — Поэтому ты как будто передумала на мой счёт? До сегодняшнего дня ты, казалось, была решительно настроена избегать меня любой ценой, — его лицо оставалось непроницаемым. — Я не хочу траха из жалости, Эмма. Я хочу от тебя гораздо большего.

— Я…

— Эмма! — на пороге появилась Молли, которая тут же побежала ко мне с протянутыми для крепкого объятия руками. — Ты в порядке? Я не могла поверить глазам, когда увидела новости. Как кто-то посмел напасть на полицейский участок посреди бела дня?

Лукас уже отодвигался. Она бросила на него беглый взгляд, затем ещё раз присмотрелась.

— Погодите, — медленно произнесла она. — Это…

— Это мой… друг, — сказала я ей. — Лукас. Он вампир.

У неё отвисла челюсть.

— Я знаю, кто вы, — выдохнула она. — Вы Лорд Хорват.

Он одарил её ленивой улыбкой.

— Прошу, — сказал он, — зови меня Лукас. Любой друг Эммы — мой друг.

На моих глазах Молли буквально растеклась лужицей.

— Я Молли, — она моргнула. — Очень приятно познакомиться.

— К вам там пришли, Лорд Хорват, — перебил другой полицейский. — Скарлетт как-то там?

Фред выпрямился, бросив взгляд к окну. Лукас кивнул и взглянул на меня.

— Я скоро вернусь.

Я сглотнула и выдавила улыбку, затем схватила футболку и спешно натянула через голову. Я была не особенно скромной, но не собиралась бродить по офису в лифчике, когда тут столько людей.

— О Господи, Эмс, — Молли уставилась на меня. — Я не осознавала, что он такой… притягательный. У вас с ним что-то происходит? Когда я вошла, он был абсолютно увлечён тобой.

Я кашлянула. Я не собиралась затевать этот разговор сейчас.

— А ты, — добавила она с широкой улыбкой, — была абсолютно увлечена им. У него есть холостые друзья?

Мне не пришлось отвечать, потому что детектив Кольер вошёл в комнату и громко откашлялся. Я впервые была рада видеть его; обычно он имел склонность высасывать жизнь из всех вокруг него.

— Слушайте все, — произнёс он. — Детектив Барнс ушла, чтобы ввести премьер-министра в курс сегодняшних событий. В её отсутствие я беру все полномочия на себя, и любые вопросы должны адресоваться мне. Никто не говорит ни слова прессе. Позднее сегодня сделаем заявление — любым журналистам, которые будут жаловаться, можно сказать подождать до тех пор. Пока что все распоряжения проходят через меня. Уверен, мне нет необходимости подчёркивать, что это чрезвычайно серьёзная ситуация. У нас на свободе активный стрелок. Изначальные следы указывают, что он прятался на крышах напротив этого здания, пока не получил возможность выстрелить в цель. Оружие — похоже, крупнокалиберная винтовка с глушителем.

Среди собравшихся офицеров раздались шепотки. Я не раз услышала слово «казнь». Я сглотнула. Они правы; именно так это и называется.

Кольер поднял руку, призывая к тишине.

— Мы не можем знать точно, то ли он целился в нас, то ли в задержанного подозреваемого, которого переводили в центральный офис. Однако мы должны предполагать, что стрелок по-прежнему представляет весьма реальную угрозу для общественности, и что он или она каким-то образом связаны с инцидентами этого утра на Тауэрском Мосту и Лондонском Глазе. Знаю, вы согласитесь, что терроризму не место в нашем городе.

Моя рука взметнулась в воздух. Кольер её проигнорировал.

— Все ключевые железнодорожные станции и терминалы автобусов, направляющихся в Лондон и из него, находятся под наблюдением. Полицейское присутствие в аэропортах Гэтвик, Хитроу и Лондон Сити усилено.

Я несколько раз помахала рукой и попрыгала на случай, если у него близорукость.

— Учитывая природу всех трёх сегодняшних инцидентов, — продолжал он, не моргая, как чёртова ящерица, — мы вынуждены полагать, что замешаны сверхъестественные существа. Стрелок достаточно хорошо знал местность, чтобы понимать, куда отвезут Адама Джонса. Он или она также сумели найти удачное место для выстрела. Это означает, что стрелок — наверняка сверхъестественное существо.

Я заметила, что несколько офицеров напряглись.

— При нормальных обстоятельствах, — продолжал Кольер, — закон утверждает, что мы не можем арестовывать сверхов, и их правосудие берёт верх, — уголки его губ опустились, прекрасно демонстрируя, что он думает об этом условии. — Однако учитывая реальную угрозу человеческой жизни, все ограничения снимаются. У нас есть полное право обращаться с любым сверхъестественным существом так же, как с любым другим преступником, будь то вампир, оборотень или сам Франкенштейн.

Я поняла, что он имел в виду и почему сказал это, но его выбор слов ясно дал понять — он считал любого сверха преступником просто из-за силы, которая текла в их крови. Я прекратила попытки быть вежливой и перебила его. Это мой офис, а не его.

— Франкенштейн был человеком, — сказала я. — Он создал монстра, который, стоит заметить, обладал большим умом и человечностью, чем его создатель-человек. Но это к делу не относится. Это не может служить поводом открывать охоту на сверхов. Во-первых, преступники нацелились именно на сверхъестественное сообщество. Во-вторых, у меня есть весомые причины полагать, что мы ищем людей. И наконец, дело не в терроризме. Всё делается из-за денег.

Кольер уставился на меня, затем прочистил горло.

— Если кто не знал, — сказал он, — это детектив-констебль Беллами. Она работает в Отряде Сверхов с тех пор, как всего три месяца назад получила квалификацию детектива, — он гаденько улыбнулся. — И думаю, мы все знаем, что означает назначение в Отряд Сверхов.

Несколько человек в комнате резко втянули воздух. Некоторые полицейские закивали, другие выглядели смущёнными из-за его презрительного тона. Молли предостерегающе дотронулась ладонью до моей руки.

— Не знаю, о чём вы говорите, — громко заявила я, следя, чтобы каждая пара ушей в комнате меня услышала. Я не позволю Кольеру намекать, будто я худший детектив, раз я в Отряде Сверхов, или что Отряд Сверхов только для неудачников. Или что мой небогатый опыт намекал, что я ничего не смыслю. Я не собиралась притворяться, будто знаю все ответы… но я знала больше многих в этой комнате. — Если не считать того, что я знаю сверхов намного лучше всех, кто собрался в этой комнате.

Лиза кашлянула.

— Не считая двоих моих коллег в Отряде Сверхов, конечно же, — добавила я, кивнув в сторону её и Фреда.

Кольер изо всех сил постарался испепелить меня взглядом. Когда это не сработало, он прибег к другой тактике.

— Превосходно. Если у кого-то есть вопросы насчёт сверхов или их конкретных способностей, можете обращаться к детективу Беллами. А тем временем мы прочешем все окрестности улица за улицей. Я хочу, чтобы вы стучали в двери, прочёсывали все тротуары, обыскивали каждый чёртов сарай и пристройку. Периметр уже установили. Сохо и Лиссон Гроув оцеплены. Ни один сверх не покинет эту зону, не будучи обысканным, проверенным и опознанным, — он выждал паузу. — Неважно, в наручниках он был или нет, Адам Джонс был молодым человеком в самом расцвете сил. Он жертва. И мы должны найти его убийцу.

Он показал на чопорного офицера, который стоял у двери с папкой-планшетом в руках.

— Детектив Смит распределит между вами улицы для обыска. Вы должны постоянно держаться группами не менее трёх человек. Давайте найдём этого ублюдка и не дадим убить других ни в чём не повинных людей, — Кольер развернулся и вышел из комнаты.

Фред подошёл ко мне.

— Почему он за главного? Он тебя вообще не выслушал. Почему мы не можем работать с Барнс? Она намного превосходит его по рангу.

— Она больше не занимается оперативной работой, — мрачно сказала Лиза. — И когда было упомянуто слово на букву Т, все последующие решения уже не подконтрольны ей.

Молли взглянула на нас.

— Я знаю, что он придурок, — тихо сказала она. — Но всё и правда похоже на то, что мы ищем сверха. Все улики указывают на это.

Я открыла рот, чтобы заговорить, но тут моё внимание привлекло движение у окна. «Бл*дь». Лукаса и Скарлетт загнали в угол два полицейских с каменными лицами. Один из них потянулся к Скарлетт, и та в ответ обнажила клыки.

Моё сердце ухнуло в пятки, и я выбежала из комнаты, проталкиваясь через офицеров в униформе и детективов и игнорируя Констебля Папку. Через считанные секунды я оказалась на улице, чуть ли не влетев между офицерами, которые уже тянулись к шокерам, и двумя вампирами.

— Довольно! — взревела я с такой мощью, что сама себя удивила. — Эти двое не причастны!

— Нам нужно сначала проверить их, — сказал ближайший полицейский.

— Я их уже проверила.

— Детектив Кольер сказал…

Я заскрежетала зубами.

— Я сказала, я их уже проверила, — я сердито смотрела на них, взглядом бросая им вызов — пусть только попробуют перечить. К счастью для всех нас, они решили отступить.

— Это нелепо, — фыркнула Скарлетт. — С нами обращаются как с преступниками, — она мотнула головой в сторону двери Отряда Сверхов. — Едва ли вампиры виноваты в том, что полиции не хватает охранных мер. Даже у оборотней система лучше. У них хотя бы есть охрана перед зданием, и теперь, когда Фэйрфакс установил у себя металлодетекторы, остальные последуют его примеру, — она с отвращением скривила губы. — Тут любого можно пристрелить посреди бела дня. Вот вам и навыки и безопасность Отряда Сверхов, — она закатила глаза.

Я знала, что её злость нацелена не на меня, но всё равно прочувствовала это на себе. Неспособность защитить Адама Джонса от очередной пули — моя вина.

— Скарлетт, — пробормотал Лукас. — Иди в машину, пожалуйста.

Она выпятила нижнюю губу, но потом потопала прочь, и её шпильки отбивали яростное стаккато по тротуару.

— И ты ещё удивляешься, почему я испытываю такое недоверие к властям, Д'Артаньян, — выражение Лукаса было спокойным, но я чувствовала ярость, тлеющую под его чертами. — Хорошо, что у тебя есть ещё один шанс на этот день. Если человеческая полиция продолжит в такой же манере, скоро прольётся немало крови. Мои контакты в правительстве отказываются отвечать на мои звонки, — его чёрные глаза встретились с моими. — Добром это не кончится.

Я надеялась, что он ошибается.

— Тебе нужно вернуться в Сохо, — сказала я. — Верни своих людей внутрь и проследи, чтобы они не делали ничего, что ещё сильнее усугубит ситуацию. Свяжись с кланами и скажи им сделать то же самое.

— Не мы тут преступники.

— Я знаю, — тихо сказала я. — Но при условии, что я получу ещё один шанс, мне понадобится каждая свободная минута, чтобы разузнать про банду, устроившую этот бардак. Это единственный способ, которым мы избежим повторения всего этого завтра. Я не хочу тратить время впустую, улаживая конфликты между тобой и полицией, — я потянулась к его ладони и сжала. — Мне нужно, чтобы ты доверился мне в том, что я разберусь. Мне нужно, чтобы ты верил меня.

— Будь на твоём месте кто-то другой… — начал Лукас, затем провёл рукой по волосам и вздохнул. — Ладно. Куда ты отправишься?

— Есть две очевидные линии расследования — банк и замочная мастерская, где Адам Джонс нашел банду, — я сверилась с часами. — У меня осталось меньше семи часов, чтобы охватить оба места. Банк скоро закроется, так что сначала поеду туда.

— Ладно. Встретимся позже, — его большой палец нежно погладил мою ладонь. — Больше не попадай под пули.

Я задрожала от жара его прикосновения.

— И ты тоже.

Глава 19

Язык тела Мосбёрна Пралка был напряжённым и непокорным.

— Насколько я понимаю, — сказал он, — вам стоит ломиться в двери и искать кого-то с оружием, а не снова донимать меня. Несмотря на ваши заявления, настоящие проблемы сегодня пришли на ваш порог, детектив. А не на мой.

Мне было нужно, чтобы Пралк встал на мою сторону.

— Это всё связано. Прошу, поверьте, мистер Пралк, вашему банку грозит реальная опасность. Я пытаюсь предотвратить катастрофу, и если вы пойдёте навстречу, то будет намного проще спасти жизни, в том числе и жизни вашего персонала.

Меж его бровей пролегла складка, омрачившая золотистый цвет его кожи.

— Что вам нужно?

Вот тут всё принимало непростой оборот. Гоблин, управляющий банком, уже дал мне список персонала, но сделал это после того, как банк ограбили, и этаж был усеян трупами. Естественно, у меня больше не было списка на руках. Мне нужно уговорить Пралка дать мне ещё одну копию и позволить допросить всех. Что бы он ни думал, кто-то знал, на какие депозитные ячейки нацелиться, и кто-то предупредил грабителей. Единственный логичный ответ — этот кто-то работал в банке.

Я взглянула на Фреда.

— Можешь оставить нас на минутку? — он дружелюбно улыбнулся и отошёл. Понизив голос, я обратилась к Пралку. — Я не хотела упоминать это ранее, поскольку поклялась, что оставлю эту информацию при себе.

Складка на его лбу сделалась более выраженной.

— Продолжайте.

— Банк использует одну из своих депозитных ячеек, чтобы хранить конфиденциальные бумаги. Вы должны перестать делать это, кстати, — добавила я к слову. — Бумаги включают имена всех сверхов в стране, не только тех, которые легально живут в Лондоне, но и тех, что инкогнито выживают за пределами города. Мы говорим примерно о тысяче таких индивидов.

Единственный признак того, что Пралк опешил от этой информации — это крохотное трепетание пульса у основания его горла.

— Откуда вы все это знаете? — ровно спросил он. — И пожалуйста, детектив, окажите мне честь и скажите правду. Мне не нужны очередные россказни или увиливание.

«Ну ладно».

— Ваш банк был ограблен, мистер Пралк. Восемь человек было убито, и преступники украли несколько депозитных ячеек, включая вашу. Позднее состоялась перестрелка на Вестминстерском Мосту, когда грабители попытались продать Лорду Хорвату содержимое его же ячейки. В процессе его также убили. Вскоре после этого я выпила зелье, которое заставляет меня снова и снова переживать один и тот же двенадцатичасовой период. Это мой третий раз. Человек, который дал мне зелье, сказал, что у меня осталось всего одно повторение. Ещё один шанс остановить ограбление и найти ответственных лиц.

Я ожидала, что прагматик Пралк рассмеётся мне в лицо. Однако вместо этого он скрестил руки на груди и пробормотал два слова:

— Carpe diem.

— Вы о нём слышали? — я опешила.

— У нас есть копия «Инфернальных Чар».

Я резко втянула воздух.

— Вы…

Он поднял ладонь.

— Прежде чем вы скажете мне, что это опасная книга, и её надо держать под замком — я уже в курсе. И нет, я не пытался делать рецепты из неё.

— Кто-то ещё имеет доступ к книге?

Он покачал головой.

— Только я. Она содержится в нашем хранилище, — он приподнял свои тонкие брови. — Эти грабители пытаются получить доступ к хранилищу?

— Нет. Но мистер Пралк, эта книга…

— Вам не нужно об этом беспокоиться, детектив. Она лишь для моих глаз — и глаз того, кто станет моим преемником, — его взгляд оставался твёрдым. — Я прочёл её один раз. Я больше не желаю это повторять.

Эта проклятая книга. Если Пралк её прочёл, он видел раздел про феникса и его способности. К этому моменту все сверхи города знали, что я имею возможность воскресать из мёртвых. Пралк был умным мужчиной; он наверняка сложил два плюс два. С другой стороны, он был осторожным и заслуживающим доверия — отсутствие комментариев на данную тему лишь подтверждало это. Моё мнение о нём ещё немножко улучшилось.

— Мне не удалось поговорить с вашим персоналом, — сказала я. — Но кто-то сообщил грабителям, на какие депозитные ячейки нацелиться.

— И вы думаете, что это был кто-то из банка, — его голос звучал ровно.

— Думаю, — сказала я. — Там сотни ячеек. Я не представляю, как ещё кто-то мог узнать, которые из них принадлежат альфам кланов, Лорду Хорвату и вам, если только они не обладали инсайдерской информацией.

— Способ всегда найдётся, — ответил он. — Я безоговорочно верю своему персоналу, детектив Беллами. Что бы вы ни думали, гоблины — это не только золотистая кожа, зелёные глаза и умение хорошо разбираться в финансах. Мы также безупречно надёжны и заслуживаем доверия.

Я молчала. Я не могла не согласиться с ним… но мне было нужно поговорить с его персоналом.

Он вздохнул.

— Хорошо. Я принесу вам список и скажу всем, что им придётся задержаться для допроса. Даёте своё одобрение?

— Спасибо. Я ценю вашу помощь.

Он не отводил взгляд.

— А я ценю вашу. Зелье Carpe Diem дало вам невероятный дар. Не тратьте его впустую.

Я могла лишь кивнуть в ответ.

***

Тут присутствовало девятнадцать сотрудников банка, не считая Пралка: три уборщика, пять кассиров, один кадровик, три административных ассистента, три операциониста, один ассистент управляющего, один привратник, один системный администратор, и один специалист по безопасности. У меня было мало времени, чтобы побеседовать с ними или вдаваться в подробности того, что они знали и не знали. Но благодаря Пралку я получила их истинные имена. И это давало мне внушительную силу.

— Рекста Стиммс, — сказала я. — Как давно вы здесь работаете?

— Тринадцать лет.

— Что включает в себя ваша работа?

— Я убираюсь, — она пожала плечами, нервно сцепив пальцы на коленях. — Вот и всё. Вот что я делаю.

— Вы убираетесь во всех частях этого банка?

— Da[1], — она кивнула.

— Это означает, что вы имеете доступ к большому количеству приватной информации.

Её золотистая кожа побледнела, и она съежилась на стуле.

— Da.

— Вы знаете, кто владеет депозитными ячейками в этом банке?

Она сглотнула.

— Некоторыми. Я вижу, как люди приходят. Иногда вижу, как люди уходят.

— Рекста, — мой голос вибрировал силой. — Вы знаете, какой ячейкой владеет Леди Карр?

Её голова бешено замоталась из стороны в сторону.

— Nyet!

— Как насчет Лорда Хорвата?

— Nyet! Нет!

— Ладно. Можете быть свободны.

— Ты уверена? — спросил Фред, делая пометку в списке.

— Уверена. Заводи следующего.

Я подалась вперед.

— Давид Финти. Как долго вы здесь работаете?

— Т-три года.

— Что именно подразумевает ваша работа?

— Я управляю компьютерными системами и решаю проблемы, если таковые возникают.

— Вы знаете, кто владеет депозитными ячейками в этом банке?

— Д-да. У меня есть полный доступ к информационным системам банка.

— Давид, вы знаете, какая ячейка принадлежит Лорду Макгигану?

— Z523.

Я скрестила руки на груди.

— Вы можете назвать такую информацию по памяти?

— У м-меня хорошая память на цифры. Я многое помню. Не намеренно. Так просто получается, — его руки тряслись. Мистер Финта на полном серьёзе ожидал, что его вот-вот арестуют.

— Вы когда-нибудь называли кому-то это число? Давид Финта, вы разглашали кому-либо, какая депозитная ячейка принадлежит Лорду Макгигану?

— Нет!

— Вы работаете с другими, чтобы украсть эту ячейку?

— Вы с ума сошли!

— Отвечайте на вопрос, Давид.

— Нет, — он обмяк.

— Можете быть свободны.

Одни лица сменялись другими. Некоторые были сердитыми и мрачными, некоторые — напуганными, некоторые — готовыми сотрудничать. Все они ответили на вопросы, и никто не вызывал опасений. Мы закончили через два часа с небольшим. Я выругалась, сгорбив плечи. Ничего. Абсолютно нихрена.

— Я думал, потребуется больше времени, чтобы пройтись по всем, — сказал Фред. — Было бы весьма удобно, если бы такое внушение работало на людях.

— Ага, — я вздохнула. — Это работает не на каждом сверхе. Даже с их настоящими именами это не гарантировано. Один из них или несколько всё равно могут врать. И нельзя внушить кому-то сказать или сделать что-то, что противоречит желанию их сердца. Например, я не могу внушить тебе ограбить банк, если только часть тебя уже не хочет это сделать.

— Думаешь, кто-то из них врёт? — спросил Фред.

— А ты? — парировала я.

— Нет, — он поджал губы.

Я убрала волосы с лица. Утомление как будто глодало саму мою душу.

— Я тоже. Мы в тупике. Но банда откуда-то же узнала номера ячеек.

— Что теперь?

— Теперь мы ещё раз поговорим с Пралком.

***

Мы нашли его в главном зале, говорящим со специалистом по безопасности, которого до недавнего времени здесь не было.

— Что бы вы сделали, — вопрошал Пралк, — если бы кто-то сейчас вошёл в двери с пистолетом и потребовал открыть хранилище?

— Хранилище работает по таймеру, — сказал специалист по имени Билло Тритт. — Его нельзя открыть, что бы ни случилось. Застрелите меня. Угрожайте моей семье. Говорите что хотите. Я не могу открыть хранилище.

— А если этот стрелок потребует отвести его к депозитным ячейкам? — вопрошал Пралк. — Что вы сделаете тогда?

Я кашлянула. Он повернулся и жестом показал Билло Тритту уйти, затем посмотрел на меня.

— Это не его вина, что всё это случилось, знаете ли. Он не ответственен за недостатки в нашей системе безопасности, — его худое тело сгорбилось. — Мы слишком сильно полагались на защиту более могущественных сверхов и на нашу репутацию абсолютной нетерпимости. Совет считал, что дальнейшие инвестиции в безопасность не имеют смысла. Я не спорил. Если кого и надо винить, то меня.

Требовалась немалая сила, чтобы взять полную ответственность за ограбление, которое по всем меркам ещё не произошло.

— Вы же знаете, что можете сколько угодно говорить с Триттом и остальными, всячески готовиться, — сказала я. — Но когда это повторится, ни вы, ни они ничего не вспомните.

Пралк слабо улыбнулся.

— Это лучше, чем чувствовать себя беспомощным. В конце концов, это мой банк. Моё детище.

Я улыбнулась в ответ.

— Я понимаю, — я сделала паузу. — Вы не спросили, узнала ли я что-то от вашего персонала.

— Мне и не нужно, детектив Беллами, — просто сказал он. — Я вам уже сказал, я безоговорочно всем им доверяю.

— Вы хороший начальник.

Его челюсти сжались.

— Недостаточно хороший, если люди погибают в моём заведении.

— Это не ваша вина.

— Все решения на мне, детектив. Так всё устроено, — он несколько долгих секунд смотрел вдаль, затем снова взглянул на меня. — Теперь вы закончили здесь?

— Ещё один момент.

— Продолжайте.

Я осмотрелась.

— У вас есть чёрный ход в это место?

— Есть дверь сзади, да.

— Можете мне показать?

На его щеке дёрнулся мускул. Он знал, зачем я спрашивала.

— Хорошо.

Пралк повёл меня из главного зала по коридору. Мы миновали комнату с депозитными ячейками и дорогие картины. Что-то не давало мне покоя — некая призрачная мысль, которая казалась важной, но не всплывала на поверхность.

Я нахмурилась и пошла за ним по зданию. По дороге я заглядывала в другие комнаты — маленькая серверная с мигающими огоньками и проводами, комната персонала с кофемашиной и просевшими диванами. В итоге мы дошли до стальной двери. Пралк побарабанил по ней ногтями, и этот металлический звук показался зловещим.

— Несмотря на порочащие свидетельства, указывающие на обратное, — сказал он мне, — мы серьёзно относимся к безопасности. Дверь укреплённая, запирается автоматически. Её можно открыть только с кодом, который генерируется случайно и меняется каждые три дня, — он потянулся к небольшой клавиатуре и нажал несколько кнопок. Последовал щелчок, и дверь распахнулась.

Я выглянула, увидев несколько стульев во дворике, обнесённом высокими стенами, и практичную пепельницу. Так гоблины тоже подвержены зависимости от никотина. Я продолжила осматриваться. Стальная дверь казалась единственным входом и выходом. Всё казалось сложнее, чем я думала.

— В забор сверху встроены невидимые сенсоры, — сказал мне Пралк. — Всё, что тяжелее голубя, их спровоцирует. Когда это происходит, они немедленно активируют сигнал тревоги в банке, и мы автоматически оказываемся изолированы.

Я закусила щёку изнутри.

— Такое случалось?

— Всего однажды. Какие-то дети, игравшие в футбол, пнули мяч, и он улетел сюда, — он слабо улыбнулся. — Могу лишь предположить, что с их стороны это было любопытством. Они перелезли через забор, сработала сигнализация, и воцарился настоящий ад.

Я вышла в центр двора и медленно повернулась по кругу.

— Это что? — спросила я, показывая на крышу за стеной, чуть правее самого банка.

— Медицинская клиника. Прыгать оттуда сюда — дальше, чем вы думаете. Волк справился бы, и вампир тоже, полагаю, если с толчком, — он окинул меня оценивающим взглядом. Я притворилась, будто не заметила. — Человек бы не справился, — он выжидающе приподнял брови и ждал, когда я скажу, что я не человек. Я не утруждалась; мы оба это знали.

— Ладно, — я повернулась к двери. Снаружи имелась идентичная клавиатура. — Когда код должен смениться?

— Послезавтра.

— Ну и?

— Пять-ноль-два-три-семь-четыре, — сказал он мне.

Я повторила себе под нос несколько раз, затем попробовала. Раздался удовлетворительный щелчок.

— Что случится, если кто-то получит неверный код и введёт не те цифры?

Пралк покрутил пальцем над головой.

— Сирены. Локдаун. Воцаряется ад.

«Понятненько».

— Спасибо, — сказала я.

Пралк наблюдал за мной.

— Вы сможете это сделать? — спросил он. — Сможете предотвратить ограбление, не дать никому умереть и вместе с тем найти виновников?

— Я должна это сделать, — просто сказала я. — Но если в следующие несколько часов на меня не снизойдёт чудесное озарение, то это можно сделать лишь через эту заднюю дверь.

Глава 20

Лиза уже звонила — в первый раз, чтобы пожаловаться о безбожном количестве кружек чая, которое ей приказывают готовить, об утрате её драгоценного шоколадного торта и о бардаке, который команда Кольера устраивает в нашем офисе, а во второй раз, чтобы сообщить, что вопреки всем приложенным усилиям ей не удалось узнать, кто может владеть замочной мастерской, которую упомянул Адам Джонс. Лучшее, что ей удалось отыскать — это некий джентльмен по имени Джозеф Блоггс, адрес которого представлял собой анонимный абонентский ящик. Отсутствие фантазии вгоняло в депрессию, особенно когда выяснилось, что маленький бизнес умудрился не сдать ни одной налоговой отчётности за шесть лет своей работы. Королевская налогово-таможенная служба определённо кое-что пропустила.

Я вздохнула и сказала ей идти домой. Кольер справится и без её чая. Фреда я тоже отправила домой. Ещё одна пара глаз пригодилась бы, но я опасалась того, что могло ждать в замочной мастерской. В итоге мне не нужно было беспокоиться о компании. К тому моменту, как я припарковала Таллулу перед тёмным зданием, Лукас уже был там. Когда я выбралась из машины, он вышел из тени. Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы знать — его выражение было мрачным.

— Как дела в Сохо и Лиссон Гроув? — спросила я. — Все ведут себя прилично?

Лукас ответил после небольшой паузы.

— Были некоторые… дискуссии между различными сверхами и различными сотрудниками полиции.

Я сглотнула.

— Громкие дискуссии?

— О да.

— С рукоприкладством?

— Нет, — он убрал руки в карманы. — Даже волки ведут себя хорошо.

Я чувствовала, что ему хотелось сказать что-то ещё, но в то же время он не желал этого говорить.

— Ты в порядке?

Поначалу я не думала, что Лукас ответит. Его веки слегка опустились, язык тела указывал на дискомфорт. Однако в итоге он облизнул губы и мельком сверкнул белыми клыками.

— Мне это даётся очень сложно, Эмма, — он вздохнул. — В таких ситуациях мои люди равняются на меня. Но в реальности я вампирский Лорд, который ничего не решает. Я абсолютно бессилен и во власти того, что решат человеческие власти. Они используют намёк на терроризм как лазейку, чтобы творить всё, что они захотят. Мы проделали немалую работу, чтобы создать фасад, изображающий вампиров как фривольных созданий, не представляющих опасности. Мы соблюдаем законы, даже если нам это не нравится. И всё равно, — тяжело добавил он, — хватило всего пары часов и нескольких неприятных инцидентов, чтобы всё это оказалось разрушено.

Он взглянул на меня.

— Не помогает и то, что я знаю — это всего лишь тестовый прогон, и всё, что случится сегодня, отменится завтра. И единственная персона, у которой есть хоть какие-то шансы это контролировать — это ты, — он подошёл ближе, и наши тела почти соприкоснулись. — У тебя столько власти. Ты даже не осознаёшь, как много.

Судя по выражению в его глазах, Лукас говорил уже не об ограблении банка и не о полиции. Он взял мою правую руку и нежно погладил мизинчик.

— Ты имеешь власть над всеми. Особенно надо мной.

Я запрокинула голову, глядя ему в лицо.

— Это ужасает меня, — прошептала я, и правда вибрировала в каждом слове.

— Знаю, — его ответ был тихим, но наполненным скрытым смыслом.

Мимо проехала машина, и её фары осветили тёмную дорогу. Это разрушило транс, и мы с Лукасом синхронно отстранились друг от друга. Я встряхнулась и повернулась к замочной мастерской. Выглядело не особо впечатляюще.

— Ты уверена, что это то самое место? — вопрошал Лукас.

— Если верить Адаму Джонсу, то да, — сказала я. — Он сказал мне, что проследил за бандой досюда, прокрался внутрь и подслушал, как они планируют ограбление.

Помещение было не особо просторным; внутреннее пространство, похоже, не больше крохотного магазинчика на углу. Фасад когда-то был покрашен кирпично-красной краской, чтобы несомненно выделяться, но её давно не обновляли. Долгие годы добавили слои сажи и грязи, цвет поблёк, краска облезала. Дверь и окна защищались уродливыми стальными решётками, отпугивающими непрошеных гостей; мне показалось чрезвычайно ироничной мысль, что кто-то попытается взломать замочную мастерскую. Название тоже не особо вдохновляло: «ААА Замки»[2]. Возможно, это давало им ведущие позиции в старых справочниках, но не более.

— Давно ты здесь?

— Примерно двадцать минут, — ответил Лукас. — Я подумывал войти и осмотреться самому, но решил, что тебе это не понравится, — его чёрные глаза сверкнули. — Я хотел быть хорошим мальчиком.

Я бросила на него взгляд искоса.

— Ты был очень хорошим мальчиком, — пробормотала я. — Возможно, попозже мне стоит тебя вознаградить, — и тут мои щёки покраснели. Я кашлянула, чтобы скрыть свои мысли. Обычно я не смущалась вот так запросто.

Лукас подмигнул, но к счастью, не стал развивать тему и усиливать моё смущение.

— Внутри никаких признаков жизни, — сообщил он мне. — Ни теней, ни света, ни звуков. Я практически уверен, что здание пустует.

Моё нутро сжалось. Может, я ошиблась, отдав приоритет банку, а не замочной мастерской. Может, стоило прийти сначала сюда. Может, тогда у меня был бы шанс застать банду?

— Это хорошо, что их тут нет, — сказал Лукас, прочитав мои мысли. — Арестовывать их сейчас бесполезно. Это твой шанс узнать о них как можно больше, чтобы твой последний повтор не только остановил их, но и привлёк к ответственности прежде, чем кто-нибудь погибнет.

— Ага, — проблема в том, что очень многое зависело от этого последнего повторения. Если я не сделаю всё верно, то винить останется лишь себя саму. — Тогда пошли, — сказала я. — Давай посмотрим, насколько на самом деле хороши их замки.

Лукас бегло улыбнулся, и мы перешли дорогу. Я прищурилась, глядя через зарешеченное окно и пытаясь различить тени. Лукас сделал то же самое, затем громко и фальшиво ахнул:

— О божечки! Детектив, кажется, там кто-то лежит без сознания! Нам лучше взломать дверь и убедиться, что этот кто-то в порядке!

Я наградила его долгим взглядом.

— Через несколько часов эти события перестанут существовать… они будут стёрты из истории. Единственный, кто их запомнит — это я. У меня нет ни малейших угрызений совести по поводу нелегального проникновения в эту мастерскую.

Лукас вскинул бровь.

— Хочешь сказать, что цель оправдывает средства?

Нахер всё.

— Ага, — печально сказала я, осознавая, что переступаю черту, после которой может не быть возврата, и неважно, запомнят это все остальные или нет. — Наверное, это я и хочу сказать.

— В таком случае, — пробормотал он, — позволь мне оказать эту честь, — он боком подошёл к двери, запустил пальцы в решётку и сдёрнул её одним быстрым рывком. Затем локтем разбил стекло и запустил руку внутрь, отпирая замок. Мгновение спустя дверь распахнулась. Я едва успела перевести дыхание.

— Вуаля, — Лукас улыбнулся. — Хотя не думаю, что в ближайшем будущем стану нанимать этих ребят.

Я не улыбнулась в ответ.

— Всё выглядит слишком просто.

— Иногда всё просто потому, что всё просто, Д'Артаньян.

— Это должно быть каким-то глубоким философским заявлением?

Он пожал плечами и пренебрежительно махнул рукой.

— Тут нет сигнализации. Внутри тоже никого, — он окинул взглядом пустынную улицу. — Никто не бежит к нам с пистолетом.

— Может, всё просто, потому что внутри ничего не найдёшь.

Лукас переступил порог.

— Тогда давай выясним.

Я поколебалась секунду, затем последовала за ним внутрь. Часть меня ожидала, что нас возьмёт на мушку или повалит на пол русская блондинка с фальшивым акцентом кокни, но ничего не случилось. Всё действительно так просто.

Стена справа была увешана заготовками ключей, разными навесными замками и охранными сигнализациями в полиэтиленовых упаковках. Один-единственный потрёпанный постер, прикреплённый к стене за кассовым аппаратом, вопрошал: «Насколько безопасен ваш дом? Позвольте "ААА Замки" провести оценку, чтобы ВЫ могли спокойно спать по ночам». Банальное изображение мультяшного грабителя в полосатом джемпере с мешком за плечом указывало, что этот постер создали много лет назад. Судя по всему, «ААА Замки» нельзя было назвать процветающим бизнесом.

Лукас перемахнул через кассовую стойку и пошарил под ней.

— Комки пыли, старые чеки и, — он помедлил, извлекая пакетик, — мятные конфетки.

Я поморщилась.

— Тебе не нравятся мятные конфетки?

— Они в зубах застревают, — я показала на хлипкую деревянную дверь, которая вела за пределы помещения мастерской. — Идём?

Лукас поклонился. Я повернула ручку и открыла дверь. Ржавые шарниры скрипнули, но больше никакого звука не последовало. Пошарив рукой, я нашла выключатель и включила свет. Несколько флуоресцентных ламп с гулом ожили и осветили некую универсальную комнату. Горы картонных коробок указывали, что помещение служило складом, но в то же время с одной стороны имелся стол с пыльным компьютером и грязной кружкой, в которой на дне оставалось немого холодного кофе. Я нажала кнопку включения компьютера, надеясь, что в его цифровой истории найдётся что-то полезное. Лукас, последовавший за мной, взял мусорную корзину и принялся шариться в ней.

Компьютер загружался целую вечность. Я тем временем листала различные книги и папки, стоявшие на полке. Три руководства по охране здоровья и труда, гайд по вскрыванию замков, инструкция по использованию ручной дрели и «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга с загнутыми уголками страниц. Я вздохнула.

— Есть что? — спросила я Лукаса.

Он покачал головой.

— Я ничего особенного не вижу. Сплошь ерунда, — он скомкал листовку местной доставки пиццы и бросил обратно в корзину. Затем встал, посмотрел на бежевую стену и показал на маленькие полоски чёрной изоленты. — Тут что-то было наклеено, — он развёл руки, чтобы оценить ширину. — Нечто пошире постера или календаря. Может, карта.

Я сморщилась.

— Или, может быть, чертежи с планами кое-какого банка.

Мы переглянулись. Компьютер наконец-то пискнул, и его экран засветился. Я переключила внимание туда и нажала пару клавиш. В моей груди вспыхнула надежда, когда я увидела, что там нет защиты паролем, но это чувство не продлилось долго. Тут не было файлов или документов, хоть на рабочем столе, хоть в глубинах жёсткого диска. Я проверила корзину на предмет удалённых документов. Она тоже пустовала.

— Они все очистили, — пробормотала я. Затем открыла браузер и проверила историю. Пусто. Криминалисты-айтишники со специфическими знаниями, может, что-то и нашли бы, но я не могла на такое рассчитывать. — Они знали, что если провернут ограбление, то это место в конечном счёте найдут. Они все очистили и не планировали возвращаться. Это тупик.

— Определённо похоже на то, — согласился Лукас.

Я помассировала свою шею сзади.

— Сегодня ограбление не произошло, так что они, должно быть, отправились в другое место — либо сбежали и спрятались, либо строят планы на новую попытку, — я подняла голову и посмотрела Лукасу в глаза. — Это третий раз, когда я переживаю данные события — третий раз, бл*дь — и я ничуть не ближе к разгадке, чем в тот момент, когда тебя застрелили на Вестминстерском мосту. Я не знаю, что делать, Лукас. Я могу остановить ограбление, я могу не допустить твоей смерти, но я всё равно не могу найти этих мудаков. Я даже не знаю их имена.

Лукас подошёл ко мне.

— Ничего ещё не кончено. Время ещё есть.

Я выдавила легкую улыбку.

— О, я не сдаюсь. Детектив Кольер считает, что я бесполезная, раз я из Отряда Сверхов, и у меня лишь несколько месяцев опыта. Я не допущу, чтобы он оказался прав. И я определённо не позволю этим ублюдкам сбежать.

— На их месте я бы очень боялся, — он широко улыбнулся.

Может, если я продолжу повторять это себе, это действительно окажется правдой. Я взяла с полки «Кладбище домашних животных» и приподняла.

— Ты это читал?

Лукас покачал головой.

— Не доводилось.

— Это ужасы про место, где хоронят мёртвые тела. Сначала семейных питомцев — герои истории хоронят там своего кота. Кот возвращается, восстаёт из мёртвых, но он уже не такой, каким был. Он изменился. Он злобный. Затем умирает маленький мальчик, и он похоронен в том же месте, и…

Лукас поднял руку, останавливая меня.

— Это всего лишь история. И ты не злобная.

— Каждый раз, когда я возвращаюсь, я немного меняюсь, — сказала я. — Я сильнее. Я чувствую себя могущественнее.

— Это всего лишь книга.

— Ага, — я пожала плечами. — Наверное, — я повернулась, чтобы поставить её обратно на полку. При этом листок бумаги вылетел из её страниц и упал на пол. Я нахмурилась, подняла его и развернула. Если я не ошибалась, это была распечатка с компьютера — скриншот анонимного форума в даркнете.

— Они всё тут уничтожили, но забыли это, — я передала листок Лукасу. Моё сердцебиение учащалось.

— Требуется, — зачитал он вслух. — Маленькая группа, умеющая испытывать границы и идти на риск. Нужны люди, имеющие опыт с печеньками и не боящиеся синявок. Подходящим кандидатам — достойная компенсация, — он поднял взгляд.

— В некоторых кругах, — произнесла я, — «печенька» — это сленговое название пистолета.

— А синявка?

Я поджала губы в линию.

— Полиция, — я уставилась на листок бумаги. — Эта банда не сама придумала идею ограбления банка Талисманик… их наняли, — я скрестила руки на груди, чувствуя, как учащается мой пульс. — И это меняет всё.

Глава 21

К тому моменту, когда мы покинули «ААА Замки», оставалось всего два часа до наступления полуночи и повторного начала моего дня. У меня закончились идеи, и я устала ходить по кругу. Я сделала всё, что могла на данный момент. Я понятия не имела, кто нанял банду. Оставалось лишь ждать, когда день начнётся заново в последний раз, и скрестить пальцы в надежде на то, что мне удастся контролировать события.

Я многое узнала за эти повторы, но лишь время покажет, хватит ли мне этих знаний. Если мне удастся избежать чьих-либо смертей, будь то Лукас, сотрудники банка Талисманик, Маргарет Уик или Адам Джонс, или вообще любой невинный человек, то я буду считать результат успешным. Если я при этом сумею арестовать банду и найти их загадочного работодателя, то закачу чёртову вечеринку. С шампанским. И этими глупыми трубочками-дуделками. И с пафосными канапе, которые сама сделаю, если придётся.

— Как твоё плечо? — спросил Лукас.

Я уже часами о нём не задумывалась. Рана продолжала ныть, но больше не кровоточила. Если честно, это наименьшая из моих проблем.

— Нормально, думаю.

— У нас в «Сердце» есть неплохое медицинское оборудование, — сказал он, подразумевая свой ночной клуб. — Если направимся туда, я могу поручить профессионалу осмотреть рану и сделать всё возможное для ускорения исцеления. С применением вампирской слюны или без неё. Ты же не хочешь, чтобы рана беспокоила тебя, когда день начнётся заново.

Я обдумала его слова.

— Я не хочу ехать в «Сердце», — сказала я наконец. Мысль о потной толпе и грохочущей музыке казалась невыносимой.

Лицо Лукаса сделалось замкнутым.

— Хорошо. Я могу проводить тебя до Отряда Сверхов, чтобы убедиться, что ты благополучно добралась. Или до твоей квартиры, если ты предпочтёшь такой вариант.

Я облизнула губы.

— Я не хочу ехать в Отряд Сверхов. И домой тоже не хочу.

Его глаза встретились с моими.

— У тебя есть аптечка дома? — спросила я.

— Есть.

— Возможно, — протянула я, — мы могли бы отправиться туда.

— Это мы можем, — осторожно пробормотал Лукас.

Я не сводила с него взгляда.

— Затем ты можешь осмотреть моё плечо.

— Ага.

— Можешь использовать свою слюну, чтобы помочь ране исцелиться.

— Мммм.

Остальные слова вырвались торопливой чередой.

— И потом всё равно останется время, чтобы я содрала с тебя одежду, и чтобы мы занялись диким, страстным сексом.

От меня не укрылась внезапная вспышка интенсивного триумфа в чёрных глазах Лукаса, хотя он быстро всё подавил.

— Ты делаешь это, — медленно спросил он, — потому что я этого не вспомню? Потому что через несколько часов я не буду знать, что это случилось?

— Нет, — просто ответила я. — Я делаю это потому, что хочу ощутить твоё тело рядом. Я хочу ощутить тебя в себе, — я сглотнула, внезапно забеспокоившись, что неправильно оценила ситуацию. — Но я пойму, если для тебя это перебор, или тебе покажется, что я пользуюсь ситуацией, и тебе нужно отказаться.

— Поверь мне, — пробормотал Лукас. Я чувствовала жар, исходивший от него, хотя наши тела не соприкасались. — Я бы никогда не отказал. Только не тебе.

***

Мы поехали на Таллуле. Каждая молекула моего тела остро осознавала близость Лукаса. Было почти больно дышать. Я очень чутко чувствовала его; каждый раз, когда он слегка менял позу или шевелился, даже очень неуловимо, я это замечала.

Предвкушение витало в воздухе, и я знала, что мурашки на моей коже никак не связаны с холодом. Я никогда не понимала, что люди имеют в виду, говоря о наэлектризованности между партнёрами. Но теперь поняла. Такое чувство, будто даже кислород между нами трещал и струился по своему усмотрению. Мою грудь будто сдавило, а в руках появилась странная дрожь, которая не поддавалась контролю. Я смотрела на дорогу, не в силах взглянуть на Лукаса. Мы оба не произносили ни слова.

Я остановилась перед его грандиозным домом, игнорируя двойные сплошные полосы. Я выбралась из машины и встретилась с Лукасом на тротуаре, как раз когда он выпрямился. Мы повернулись друг к другу, и носки нашей обуви соприкоснулись. Его кадык опустился при глотке, затем Лукас протянул руку. Я потянулась, чтобы взять её. Наши пальцы дотронулись друг до друга, и я ощутила знакомую вспышку жара, искрящего между нами…

И тут с другой стороны дороги нас окрикнул резкий голос.

Я повернула голову. Кольер. Он сидел в неприметной машине, опустив окно, и его лицо выражало презрение.

— Я догадывался, — он открыл дверцу и вышел. — Я догадывался, что вы двое трахаетесь. Это многое объясняет.

Лукас зарычал. Я покачала головой.

— Я разберусь, — пробормотала я, выходя на середину дороги, чтобы обратиться к Кольеру в лицо. — Что именно это объясняет? — потребовала я.

— Ты не можешь оставаться в Отряде Сверхов и быть беспристрастной. Не тогда, когда ты трахаешь сверха, — презрительные нотки в его голосе вторили гадкому блеску в его глазах. — Особенно этого сверха.

Я использовала то же оправдание, когда твердила себе, что у меня есть весомые причины избегать Лукаса. Потому я и знала, что это чушь собачья.

— Да что вы? Значит, хотите сказать, что все офицеры полиции не могут вступать в отношения? Если ваш департамент имеет дело с людьми и арестовывает людей, но в то же время вы спите с людьми, тогда вы никак не можете быть справедливыми и беспристрастными. Нам всем нужно дать клятву целибата.

— Ты искажаешь мои слова, — выплюнул он.

— Разве? Вы женаты, детектив Кольер? Когда вы спите со своей женой, это означает, что вы спите с врагом?

— Это совершенно другое! И ты это знаешь.

Я держала руки вдоль боков, заставляя себя расслабиться. Я не собиралась оправдываться. Мне не за что оправдываться в том, что касалось Лукаса. Уже нет.

— Нет, — сказала я. — Не другое. Мои личные отношения никак не влияют на мою профессиональную жизнь, — я понимала, что повторяю те же слова, что сказал мне Лукас не так давно. — Я более чем способна разделять два этих понятия. И вы, полагаю, тоже.

— Он пьёт твою кровь? — губы Кольера скривились. — Он выпивает тебя досуха? Он использует елейные словечки и дурную силу, чтобы подчинять тебя своей воле? Потому что по этому городу бегает как минимум один террорист, а ты, похоже, заинтересована лишь в перепихе.

— Нет никакого террориста. Есть преступники, которых я поймаю. Я позабочусь, чтобы их посадили надолго. Но нет никакого террористического замысла, и в глубине души вы знаете это не хуже меня. Вы пропихиваете свою историю, размахиваете членом, но ничего не добиваетесь. Я видела достаточно, чтобы знать — вы можете хорошо делать свою работу, но вы позволяете предубеждениям встать на вашем пути, детектив Кольер. За деревьями леса не видите. И знаете, что я думаю?

Он оскалился, зарычав, и этот рык получился куда убедительнее, чем я когда-либо видела у вампира.

— Я думаю, — прошептала я, — что на деле вы намного лучше этого, и вы это знаете, — я подняла на него взгляд, чтобы он видел правдивость моих слов. А потом, безо всякого предупреждения, я сжала пальцы в кулак и ударила его по носу.

— Аааааааа! — он отшатнулся, схватившись ладонями за лицо. Я наблюдала. Я не вложила в удар весь свой вес. Это было бы несправедливо даже по отношению к Кольеру.

— Поезжайте домой, детектив Кольер, — сказала я. — И будьте завтра лучше, чем сегодня, — я развернулась и снова присоединилась к Лукасу, взяв его за руку и одарив улыбкой. — Ладно, — тихо призналась я. — Я сделала это, потому что знаю — он это не вспомнит, и это ощущалось чертовски приятно.

Лукас опустил губы к моему уху.

— Обычно насилие пробуждает во мне холод, — сказал он. — Пусть я и вампир, вид крови меня не заводит. Однако должен сказать, сейчас я возбуждён ещё сильнее, чем раньше.

Я сжала его ладонь, затем потащила по ступеням к двери его дома.

***

Когда мы добрались до кухни, я уже стянула с себя футболку. Лукас открыл один шкафчик и достал большую аптечку, пока я запрыгивала на кухонный остров с мраморной столешницей и аккуратно отдирала импровизированные повязки с моего плеча. Плоть ощущалась чувствительной, дырка от пули имела рваные края, но рана выглядела чистой, безо всяких следов инфекции. Доктор Яра проделала хорошую работу.

Лукас смочил ткань и аккуратно стёр засохшую кровь. Затем взглянул на меня с вопросом в глазах.

— Ты не обязан, — сказала я. — Я знаю, что моя кровь неприятна на вкус.

— Я хочу это сделать, — ответил он. — Просто я хочу убедиться, что ты тоже этого хочешь.

— Хочу, иначе меня бы здесь не было.

На лице Лукаса что-то промелькнуло, после чего он сосредоточил внимание на моём плече, и его язык осторожно показался наружу, чтобы лизнуть мою кожу. Мои пальцы стиснули край прохладного мрамора, и я закрыла глаза. Рану покалывало, и тупая приглушённая боль, не унимавшаяся весь день, мгновенно отступила. Вампиры были поистине впечатляющими существами.

Лукас наложил на моё плечо новую повязку, и его прикосновение было таким нежным, что я едва чувствовала его пальцы. Он аккуратно закрепил повязку пластырем и оставил один невесомый поцелуй на моей ключице. Я задрожала. Он оставил ещё один лёгкий поцелуй, затем ещё, и его губы будто прокладывали дорожку от одного моего плеча к другому. Каждое прикосновение его губ напоминало агонию. Я застонала.

— Я хочу подарить тебе удовольствие, — пробормотал Лукас. — Скажи мне, что тебе нравится.

Я открыла глаза и взглянула вниз.

— Мне нравишься ты, — а затем, чтобы доказать это, я потянулась к его ремню и расстегнула, пальцами вскользь задевая его кожу.

Лукас прерывисто втянул вдох. И тут без предупреждения язык его тела изменился. Он аккуратно убрал мои руки со своей талии, сделал шаг назад и покачал головой.

— Подожди.

Подождать? Я сглотнула. Если Лукасу нужно время, я дам ему это.

— В чём дело? — спросила я.

Он помедлил несколько секунд. Было очевидно, что он старательно выбирает слова.

— Не так давно твой бывший сделал с тобой то, что он сделал. Я знаю, что ты до сих пор травмирована обоими убийствами. Полагаю, умереть от рук человека, которому ты доверяешь больше всего в этом мире — это поистине ужасно. Если бы я мог стереть случившееся, я бы это сделал. Поверь мне, Эмма, — произнёс Лукас с тихой настойчивостью, — я бы правда это сделал. Я понимаю, что открыться кому-то другому, должно быть, кажется невозможной задачей.

Выражение его лица было серьёзным.

— Поэтому я держался на расстоянии и не слишком на тебя давил. Поэтому я не настаивал, когда ты продолжала меня избегать. И я знаю, что тебя беспокоят мои практики Лорда. Ты знаешь моё отношение к полиции. Но для меня это не может сводиться лишь к сексу. Я хочу этого, но если это лишь секс, то я этого не допущу. Я не Скарлетт, а ты не Фред.

Он тяжело вздохнул, и я увидела обеспокоенный блеск в тёмных глубинах его глаз.

— Не делай этого сейчас, если это из-за чувства вины, вызванного моей смертью. Я знаю, что не вспомню этого, но ты-то будешь помнить. Мне меньше всего нужно ещё больше барьеров между нами в будущем, особенно если я даже не смогу понять, в чём дело.

Прошло несколько мгновений, прежде чем я сумела ответить.

— Я не знала, — прошептала я. — Я не знала, что ты думал обо всём этом.

В его взгляде жила нежность.

— Как я мог не думать об этом? Ты хорошо поддерживаешь образ крутого детектива, но любому, у кого есть глаза, очевидно, что в тебе есть нечто большее. Множество слоёв Эммы. И каждый раз, когда я думаю, что снял один такой слой, я обнаруживаю новый.

Мой язык увлажнил мои губы.

— Мне это давалось тяжело, — призналась я. — Я не знаю, могу ли я тебе доверять — и я не знаю, во мне дело или в тебе. И твоя смерть определённо связана с тем фактом, что я сейчас здесь. Не потому, что мне тебя жалко, а потому, что это заставило меня осознать, как глупо было отрицать собственные чувства. Я не знаю, что принесёт нам будущее — я даже не знаю, что принесёт завтрашний день, хотя переживала его уже три раза. Но я знаю, что сейчас хочу этого, потому что хочу тебя. Не секса, — я слегка улыбнулась, — хотя и это было бы здорово, а тебя. Лорда Лукаса Хорвата.

Он посмотрел на меня, а затем накрыл мои губы своими.

Все внятные мысли испарились, когда ноющее ощущение в паху усилилось. Руки Лукаса скользнули на мою талию, сжимая всё крепче, и поцелуй углубился. Я прильнула к нему всем телом, а потом, когда этого оказалось недостаточно, обвила ногами его талию.

Лукас поднял меня с мраморной столешницы, прижимая к себе. Я слегка отстранилась и взглянула ему в глаза. Они блестели интенсивностью, которой я никогда прежде не видела. Его грудь часто вздымалась и опадала, учащённое дыхание вторило моему.

— Наверх, — прорычал он.

Я не могла говорить; мне удалось лишь кивнуть. Я обвила руками его шею, и Лукас быстро понёс меня на второй этаж. Казалось, это всё равно заняло целую вечность. Когда мы наконец-то добрались до его спальни, и он нежно уложил меня на постель, я вспомнила про необходимость дышать.

Я окинула взглядом роскошную комнату. Кровать была массивной, из красного дерева с четырьмя столбиками, застеленная тёмным сатиновым постельным бельём. Обои были из роскошной красной парчи, а мельком увидев своё отражение в зеркале на потолке, я издала смешок, вновь обретя дар речи.

— Такое чувство, будто я вошла в викторианский бордель.

На щеках Лукаса проступил румянец.

— Я давненько не делал ремонт. Но поменяю на такой стиль, какой ты захочешь.

Я улыбнулась ему.

— Мне нравится. В твоём стиле, — я положила ладонь на матрас подо мной и помяла. — И матрас не водный.

— Даже у меня есть свои пределы.

Моя улыбка превратилась в дерзкую ухмылку. Я показала на стул напротив.

— Сядь, — приказала я.

Лукас подчинился. Я приподнялась на колени. Медленными движениями пальцев (скорее потому, что я дрожала, а не из-за попыток быть сексуальной) я расстегнула пуговицу на джинсах и начала стягивать их ниже по бёдрам. Я глянула вниз, запоздало сообразив, что трусики были сереющими, а не красивым кружевным бельём. Теперь пришёл уже мой черёд смущаться, но судя по тому, как у Лукаса перехватило дыхание, его это не волновало.

Я стянула джинсы до конца и отбросила в сторону, после чего повернулась спиной к Лукасу. Я взялась за застёжку лифчика и расстегнула её, сбросив лямочки с плеч, затем оглянулась через плечо.

Лукас застонал. Он вскочил со стула и в мгновение ока добрался до меня, подняв и снова развернул меня лицом к себе.

— Я думала, — пробормотала я, — я сказала тебе сидеть.

Я ощутила его горячее дыхание на своей коже.

— Я закончил быть хорошим мальчиком, — он снова поцеловал меня.

На сей раз наши движения были более торопливыми. Я цеплялась за штаны Лукаса, расстёгивая ширинку и стягивая их вниз, пока он снимал мой лифчик. Его ладони накрыли мои груди, большие пальцы помассировали напряжённые соски. Его голова опустилась, язык проложил дорожку от моего рта вниз. Я застонала, не в силах сдержаться. Мои руки теребили его одежду, добираясь до горячего, твёрдого члена. Пальцы на мгновение обхватили его, затем погладили вниз, по направлению к головке.

— Ведьма, — пробормотал он, большими пальцами подцепив мои трусики и сдернув их. Я выпустила его. Мгновение спустя он уже оказался во мне, войдя до упора. Я ахнула и выгнулась. Лукас взглянул на меня, и в его глазах читался восторг, триумф и глубинное удовлетворение. А затем, дюйм за дюймом, он медленно вышел. Его контроль был абсолютным.

Прерывисто вздохнув, я снова потянулась к его телу, пытаясь привлечь его обратно. Но Лукас не спешил. Он ждал, и лишь головка его члена по-прежнему находилась во мне.

— Скажи мне, Эмма, — он облизнул губы. — Скажи, что хочешь меня.

Мой ответ напоминал карканье.

— Я хочу тебя.

— Только меня.

Я кивнула.

— Лукас…

— Скажи это.

Я сглотнула.

— Только тебя.

Он улыбнулся, затем снова совершил толчок. Наши скользкие от пота тела встретились друг с другом. Я запрокинула голову, мельком увидев в зеркальном потолке отражение его мускулистого тела на моём, а после отдалась ощущениям, бесконтрольно задрожав.

***

Я лежала на боку, положив одну руку на грудь Лукаса и переплетаясь с ним ногами. Его пальцы играли с моими волосами, но глаза не отрывались от часов на прикроватной тумбочке.

— Осталось всего несколько минут. Ты будешь помнить всё это, — он помедлил. — А я нет. Ты скажешь мне, что случилось?

— А ты поверишь, если я скажу?

Его глаза опустились к моим.

— Всегда.

— Тогда да, — прошептала я. — Я тебе скажу.

Уголки его рта слегка приподнялись, и я почувствовала, как Лукас расслабился.

— Хорошо, — его большой палец поглаживал мою щёку. — Что бы ни случилось, когда твой день начнётся заново, — сказал он, — и каким бы ни был исход, ты сделала всё, что могла. Даже если всё не сложится так, как должно, я знаю тебя достаточно хорошо и ценю, что как только ты приняла решение, ты вложишь в это всё своё сердце, — его ладонь легла на центр моей груди. — И Эмма, твоё сердце столь прекрасно. Я не хочу, чтобы ты боялась меня или того, во что это может вылиться. Я бы никогда не причинил тебе боль.

— Я знаю.

И я правда знала. Лукас — не Джереми. И неважно, вампир он или нет, доверяла я ему по-настоящему или нет, он ощущался как часть меня.

Я улыбнулась ему, позволяя глазам закрыться. Я могла бы вечно лежать здесь. Я не хотела думать о том, что случится дальше, и смогу ли я наконец-то арестовать грабителей банка. С ними оставалось слишком много нерешённых вопросов. Кто их нанял? Кто был снайпером? Откуда они знали, на какие депозитные ячейки нацелиться? Я вздохнула и потеснее прильнула к крепкому телу Лукаса, сомневаясь, что когда-нибудь найду ответы.

Мгновение спустя мои глаза распахнулись, и я резко села.

— Что? — спросил Лукас. — Что такое?

— Офис Пралка.

Проклятье. Я готова была хлопнуть себя по лбу за то, что не догадалась ранее. Я выругалась вслух. Краем глаза я видела красное свечение дразнивших меня электронных часов. 23:59. Время почти вышло.

— Что насчёт него?

— У него были фото на стенах. Работники года. Там было несколько фото одного гоблина постарше, в очках. Я видела их в первом эпизоде, когда говорила с тобой насчёт содержимого твоих депозитных ячеек, — я посмотрела на свои ноги. Завитки дыма уже начинали подниматься.

— И?

— Сегодня я опросила сотрудников банка. Всех. Но парня в очках там не было.

Дымка начинала виться вокруг моих ног и устремляться к потолку. Я знала, что Лукас её не видит. И я знала, что оставались считанные секунды.

— Может, он в отпуске. Может, он там больше не работает.

— Может быть, — я повернулась и посмотрела на него. — Но моё нутро подсказывает, что это не так. Я не могу это объяснить. Лукас…

Завиток дыма появился из ниоткуда, создав между нами барьер. Я схватила его руку и крепко сжала. Чёрт.

— Лукас, — снова прошептала я.

— Не уходи, Эмма.

— Я…

Мне не представилось возможности закончить предложение.

Глава 22

Рация трещала, солнце палило. Как только меня накрыло холодной волной осознания, я ударила по тормозам. Меня швырнуло вперёд, но я остановилась в дюйме от заднего бампера такси перед Таллулой. Рука таксиста высунулась из окна и показала мне средний палец. Я уставилась на неё. Я всё ещё чувствовала вкус Лукаса. Затем развернула Таллулу и обогнала такси, одной рукой хватая рацию.

— Детектив Беллами, это диспетчер. Прошу, ответьте.

— Это детектив Беллами.

— Каково ваше текущее местоположение? Вы нужны у Лондонского Глаза.

Я давила на педаль газа и уже съезжала с моста, направляясь к гигантскому колесу обозрения.

— Мне ехать меньше десяти минут. Я разберусь с суицидальным вампиром.

— Откуда вы…

Я отключила рацию. Мне не нужны излишние разговоры. Каждая секунда на счету, и я не желала тратить их впустую. Мои планы на сегодняшний день и без того включали невероятное количество риска и весьма реальную опасность. Мне надо сохранять сосредоточенность, иначе может случиться катастрофа.

Держа одной рукой руль, я выудила телефон и нашла первый нужный номер. К счастью, Фред ответил после второго гудка.

— Что такое, босс?

— Ты должен поехать на Тауэрский Мост, — сказала я ему. — Я получила наводку, что там вот-вот произойдёт инцидент.

По его голосу я поняла, что он мгновенно встревожился.

— Что за инцидент?

— Какие-то студенты-театралы притворятся оборотнями и захватят туристический автобус. Мне надо, чтобы ты приехал на место и сделал всё возможное, чтобы держать ситуацию под контролем. В какой-то момент прибудут альфы кланов. Держи их там как можно дольше. Студенты безвредны — с их точки зрения это лишь тупой розыгрыш. Но мне нужно, чтобы альфы как можно дольше не мешались под ногами. Это для их же блага.

— Я не понимаю.

— И не надо. Я потом объясню.

— Эм, ладно, — он казался неуверенным, но он сделает как сказано.

Мне казалось странным поддерживать диверсии грабителей банка, чтобы держать оборотней в стороне, но я не могла рисковать. Это мой последний шанс сделать всё правильно.

— Спасибо. После обеда увидимся в Отряде Сверхов, — я сбросила вызов и позвонила Лизе.

— Ты же взяла выходной, чтобы навестить семью, — ответила она с явным подозрением.

Я едва не фыркнула. Мой визит к дяде произошёл как будто в прошлой жизни.

— Это заняло меньше времени, чем я ожидала, — сказала я, стараясь говорить бодро и весело, дабы выбить её из колеи и проще заручиться её согласием на следующую мою просьбу. Неудивительно, но это не сработало.

— Что случилось? Это из-за того, что происходит на Лондонском Глазу? Я уже получила около пяти звонков на этот счёт. Хорват на месте происшествия, так что всё наверняка будет в порядке. Кто знает, зачем какому-то вампиру привлекать к себе такое внимание. В голове не укладывается.

— Ммм, — я добралась до перекрёстка и остановила Таллулу, барабаня пальцами по рулю и всматриваясь вперёд. Отсюда мне открывался хороший вид на Лондонский Глаз, и я видела чёрный силуэт карабкающегося Адама Джонса. — То, что происходит на Глазу, неважно, — соврала я. — У меня для тебя есть работа. И для этого придётся покинуть офис.

— Я должна оставаться здесь и обеспечивать коммуникацию.

— Я в курсе. Но сегодня прекрасная погодка, и тебе понравится это задание.

— Сильно в этом сомневаюсь.

Я слабо улыбнулась. Светофор переключился на зелёный, и я снова поехала вперёд.

— Очень важно, чтобы ты сделала это в нужное время, — сказала я. — Так что слушай внимательно. Сколько денег в банке с мелкими деньгами?

— Несколько сотен.

— Супер. Опустоши её. Я потом всё возмещу, — я описала то, чего я от неё хотела. — Справишься?

— Конечно, справлюсь. Только не понимаю, зачем.

— У меня нет времени объяснять, но это очень важно.

— Если это так важно, почему сама не сделаешь?

Я припарковала Таллулу и выскочила на тротуар.

— Мне нужно быть в другом месте. Пообещай, что сделаешь это, Лиза. И что не опоздаешь.

Её ответ прозвучал ворчливо.

— Сделаю, — она помедлила. — Но ты будешь мне должна.

Я улыбнулась и начала переходить дорогу.

— Буду. Спасибо.

Она пробормотала себе под нос что-то про идиотизм детективов вроде меня. Я улыбнулась ещё шире, затем сделала последний звонок. Этот я предвкушала меньше всего.

— Вы связались с Департаментом Уголовных Расследований, — произнёс скучающий оператор.

Свободной рукой я взяла свое удостоверение и помахала им перед знакомым лицом молодого офицера, контролировавшего кордон. Он кивнул мне. Игнорируя глазеющую толпу, я просеменила мимо него и направилась к основанию Лондонского Глаза, где ждали Ханниган, Пейдж… и Лукас.

— Мне нужно поговорить с детективом Кольером по вопросу чрезвычайной важности, — сказала я. — Меня зовут Эмма Беллами.

— Минутку, пожалуйста.

Я крепко стиснула телефон.

— Это Кольер, — представился ворчливый голос.

— Детектив Кольер, вы меня не знаете. Я детектив-констебль Эмма Беллами. Работаю в Отряде Сверхов.

— Я о вас слышал, — судя по голосу, он уже меня ненавидел. — Чего вы хотите?

— Я сейчас у Лондонского Глаза. Тут происходит инцидент, включающий гражданина, притворяющегося вампиром. Я собираюсь его арестовать. Проблема в том… — я изобразила подобающие сомнения и поблагодарила свои счастливые звёзды за то, что прислушалась к словам Молли о Кольере.

— Да?

— Я могу ошибаться, но уверена, что слышала, как он выкрикнул что-то про Тимоти Барратта. Я припоминаю, что в прошлом году вы проделали отличную работу по расследованию убийства Барратта и привлечению его убийцы к ответственности. Возможно, это ерунда, но я всё же подумала…

— Я еду.

Я улыбнулась. Я только что убила двух зайцев одним выстрелом. Может, события всё же сложатся по-моему. Я убрала телефон в карман, когда Ханниган начал размахивать руками и орать.

— Вы должны снять этого идиота! — орал он. — Репортёры уже приехали. Нам сейчас вовсе не нужна такая публичность!

— Вы хотите сказать, мистер Ханниган, — поинтересовался Лукас, — что страницы завтрашних газет важнее чьей-то жизни? Возможно, нам стоит надеяться, что порыв ветра сбросит беднягу с его насеста? Тогда вы сможете убрать кровавое месиво из мозгов и внутренних органов, а туристы продолжат кататься на колесе ради селфи.

Я подошла к ним.

— Я детектив-констебль Эмма Беллами. Я из Отряда Сверхов, — я одарила Ханнигана и Пейдж беззаботной улыбкой. — Не волнуйтесь. Мы быстро разберёмся с этим.

Я взглянула на Лукаса, и мой взгляд невольно смягчился. Я окинула его взглядом, наслаждаясь возможностью снова увидеть его в этой нелепой рубашке с оборками. Затем я подумала, каково было ощущать его губы на своих, чувствовать его тело рядом.

Когда Лукас подметил моё выражение, на его лбу пролегла небольшая складка.

— Здравствуй, Эмма. Не знай я лучше, я бы сказал, что ты думаешь о чём-то очень интересном, — пробормотал он.

— Так и есть, — я облизнула губы.

— Как ты? Ты избегала моих звонков.

Я не отвела взгляд.

— Извини за это. Мне надо было поговорить с тобой, но я была очень сбита с толку и немного напугана. Ты заслуживал лучшего. Я больше не буду избегать тебя, обещаю.

Лукас склонил голову, и прядь чернильно-чёрных волос упала на его лоб.

— Что-то случилось, — сказал он. — Что-то изменилось.

— Да, — я кивнула. — Это так.

Его глаза прищурились. Затем его ноздри раздулись, и он взглянул на моё плечо, напрягшись.

— У тебя кровь идёт? Ты пострадала?

— Старая рана. Я в порядке.

— Ты выглядишь не просто в порядке, — пробормотал Лукас. — На самом деле, если отбросить запах крови, ты как будто вся светишься.

Я не смогла сдержать улыбку, в которой расплылось моё лицо.

— Знаешь, — мягко сказала я, — я чувствую себя так, будто свечусь.

— Какого чёрта тут происходит? — заверещал Ханниган, пока Пейдж таращилась на нас с разинутым ртом. — Сейчас не время для какой-то странной сессии флирта! Чёртов вампир наполовину забрался на моё колесо! Снимите этого фрика оттуда!

— Не волнуйтесь, сэр, — пробормотала я, не сводя взгляда с Лукаса. — Мы разберёмся, — я отстранилась и подошла к Глазу. Адам Джонс уже проделал половину пути наверх. Я запрокинула голову и смотрела, как он карабкается. Бедный паренёк считал себя бессмертным.

Секунду спустя Лукас присоединился ко мне.

— Кто он? — прорычал он.

Я резко отвлеклась от Адама.

— Прошу прощения?

— Кто этот парень? Кто заставил тебя светиться? Ты не можешь утверждать, что тут не замешан мужчина. У тебя на лице написано, — он выглядел разъярённым.

Я ошеломлённо дёрнулась. Должно быть, прочесть меня оказалось проще, чем я думала. Я тщательно перебрала варианты, после чего остановилась на простой правде.

— Ты, — сказала я. — Этот парень — ты.

— Что? — огрызнулся он.

— Мне потребовалось время, — сказала я, — но я наконец-то прозрела.

Его глаза сверкнули, всматриваясь в моё лицо.

— Ты меня дразнишь, Эмма?

— Нет, — я втянула вдох. — Но сейчас не время для этого разговора, — я кивнула вверх. — Ты можешь вскарабкаться и уговорить… вампира спуститься? У меня есть предчувствие, что он не хочет прыгать, и всё это какое-то шоу. Я боюсь, что он сбежит при первой же возможности. Если я займу такое положение, чтобы его перехватить, вероятно, мы сумеем узнать, что тут происходит.

— Поверь мне, — сказал Лукас. — Я хочу узнать в точности что именно тут происходит, — на его подбородке дёрнулся мускул.

Я испытала прилив тревоги — вдруг я неправильно разыграла карты, и он отложит подъём на колесо. Но мне не стоило беспокоиться; Лукас повернулся к Глазу и начал карабкаться на колесо обозрения, ни разу не обернувшись. Я выдохнула, затем побежала к тому месту за заборчиком, куда спрыгнет Адам Джонс.

Мне не пришлось ждать долго.

— Влево! — услышала я крик Лукаса. — Идите влево!

Я напряглась. Мгновение спустя фигура в чёрном перемахнула через забор, намереваясь сбежать. Он не заметил меня, пока я его не схватила. Одним проворным движением я надела на него пластиковые наручники и подняла на ноги.

— Адам Джонс, вы арестованы, — объявила я.

Он моргнул, затем его лицо исказилось от изумления.

— Откуда, бл*дь, вы знаете моё имя?

Я улыбнулась.

— Надеюсь, вы не планируете попозже помочь кому-либо ограбить банк, Адам.

Его шок быстро сменился паникой.

— Что? О чём вы говорите? Нет! Ни за что! Я бы так не поступил. Какой банк? Я бы не стал грабить банк! Я не такой!

Кому-то надо сказать ему, что чем сильнее ты что-то отрицаешь, тем более виноватым выглядишь. Я вздохнула и похлопала его по плечу, услышав новые сирены. Детектив Кольер. Как раз вовремя.

Я наполовину повела, наполовину потащила Адама Джонса обратно к Глазу. Толпа вытаращилась на него вместе с половиной собравшихся полицейских. Лукас, который уже спустился, тоже появился рядом. Он бросил один взгляд на Адама, и его лицо помрачнело.

— Вы не вампир.

— Он надел фальшивые клыки, — бодро объявила я. — Они упали, пока он поднимался на колесо.

— Зачем? — Лукас нахмурился. — Зачем это делать?

Детектив Кольер уже шагал к нам.

— Отойдите от подозреваемого!

Я цокнула языком.

— Тебе лучше подчиниться, Лукас. Этот парень — человек. Его нужно забрать в участок для дальнейшего допроса.

— Он притворялся вампиром, — выдавил Лукас сквозь стиснутые зубы. — Значит, я тоже замешан.

— По закону — нет, — я покачала головой.

Кольер бросил на меня одобрительный взгляд, который отнюдь не вызвал во мне симпатии.

— Вот, сэр, — сказала я. — Пожалуй, вам лучше отвезти его в штаб ДУР на Кёртис Грин и допросить его там. Я не уверена, что ему известно о Тимоти Барратте, но…

— Кто такой Тимоти Барратт, бл*дь? — взорвался Адам Джонс.

Лукас скрестил руки на груди. Я бросила на него быстрый взгляд, надеясь, что он поймет.

— Дальше я сам, — Кольер потянулся к Адаму.

— Хорошо, — отрывисто ответила я и сверилась с часами. Пора сваливать. Я развернулась и направилась к Таллуле. И Кольер, и Лукас окликнули меня. Я послала Лукасу безмолвное извинение, а о Кольере уже не задумывалась. Затем выключила телефон, чтобы избежать неминуемых звонков от Барнс. «Банк Талисманик, я иду к тебе».

Глава 23

Таллула вела себя наилучшим образом, пока я неслась по оживлённым улицам Лондона. Я притормозила, заметив счастливую семью с красочными шариками. Секунды спустя я свернула за угол на главную улицу и как раз увидела Лизу, подходящую к женщине на тротуаре. Маленький мальчик в комбинезоне вытаращился на неё, заворожённый красочным шоколадным тортом, который она несла. Я удовлетворённо кивнула, когда Лиза достала небольшую стопку купюр, передала её женщине, а затем опустилась на колени перед мальчиком и предложила ему торт. Затем я выбросила их всех из головы. Лёгкая часть сделана; теперь я ступала на менее распланированную территорию. Время по-прежнему на моей стороне… но лишь немного. И лишь в том случае, если я буду быстрой.

Вместо того чтобы повернуть на улицу, на которой располагался банк Талисманик, я развернула Таллулу на ту улицу, что шла параллельно ей. Я хотела подъехать к банку как можно ближе, но сзади. К счастью, удача мне не изменила, и я сумела встать на единственное свободное парковочное место возле клиники.

Я выскочила и побежала, легко забравшись на плоскую крышу. Затем покосилась на пустой двор банка. Пралк был прав: перемахнуть через забор с такого расстояния и не спровоцировать сенсоры казалось почти невыполнимым. С другой стороны, я феникс, но не имела крыльев. Но если действовать осторожно, возможно, я всё же сумею полететь.

У меня был лишь один шанс. Если я нечаянно спровоцирую сигнал тревоги, все мои планы провалятся. Фокус в том, чтобы наметиться на конкретное место во дворе и сосредоточиться на нём. Я не особо разбиралась в аэродинамике, но научилась паре трюков, наблюдая за тем, как Адам Джонс спрыгивал с Глаза.

Я отошла назад, давая себе несколько метров на разбег. Моё сердце гулко стучало в груди. «Беги, — сказала я себе. — Прыгни. Перекатись». Я повторяла эти слова как мантру. «Беги. Прыгни. Перекатись. Беги. Прыгни. Перекатись». Я убрала волосы с глаз. А затем бросилась действовать.

Гравий с крыши разлетался под моими ногами, когда я изо всех сил рванула к краю. Мне надо было набрать достаточно инерции, чтобы метнуться вперёд и перелететь через стену. Я, может, и не олимпийский прыгун в длину, но я должна была верить, что справлюсь.

Носки моей обуви оттолкнулись от края крыши, и я активно работала руками и ногами, будто бежала по воздуху. Вверх, вверх, поверх стены и… земля будто метнулась мне навстречу.

Я свернулась калачиком, согнула колени и приготовилась к удару. Приземление было неприятным, и я охнула от боли, когда грохнулась на жёсткий бетон двора. Несмотря на все свои усилия, я приземлилась не очень хорошо, и агония пронзила мою левую лодыжку. От силы приземления волны боли также расходились по моему плечу. Я поморщилась, сморгнула незваные слёзы, но не могла позволить себе роскошь жалеть себя.

Я рывком поднялась, глянула на стену и показала ей средний палец. Затем похромала к чёрному входу в банк. На часах было уже 13:21.

Я набрала цифры на клавиатуре, внезапно усомнившись в своей памяти и молясь, чтобы я не спровоцировала сигнал тревоги, набрав неверный код. Когда я услышала громкий щелчок, меня переполнило облегчение.

Я толкнула дверь и переступила порог. Пока что я справлялась. Я выпрямила спину и, игнорируя боль в плече и лодыжке, зашагала по коридору, мимо неряшливой комнаты для персонала, мимо серверной и зловеще знакомой комнаты с депозитными ячейками.

Я добралась до последней двери и толкнула её, выходя в главный зал банка Талисманик. Часть меня ожидала, что один из сотрудников банка заметит меня и потребует сказать, что я делала в недрах их здания, но моё появление скрыла одна из больших мраморных колонн. Ни один человек не глянул в мою сторону.

Я насчитала трёх операционистов и пять посетителей. Пикси сосредоточенно смотрела в телефон, пока ждала своей очереди. Два оборотня, чья кровь ранее растекалась по сверкающему полу, погрузились в разговор и посмеивались над какой-то шуткой. И человек, который забрёл с улицы полюбоваться архитектурой.

Пару секунд я просто наблюдала за ними. Они понятия не имели, что вот-вот случится, если я этого не остановлю. Невидимая рука будто обхватила мою грудь и сжала.

Я расправила плечи и промаршировала к бете Фэйрфакса. Она была следующей в очереди. Я взяла её под руку. Она напряглась и приготовилась отшвырнуть меня. Я была готова к этому и крепче стиснула свою хватку.

— Привет, Тоффи, — пробормотала я. — Мне нужно, чтобы ты пошла со мной. Лорд Фэйрфакс попросил меня найти тебя.

— Он не знает, что я здесь, — её глаза прищурились. — И я никуда с вами не пойду.

Это была самая рискованная часть операции, и я постаралась не дать страху отразиться на моём лице. Из краткого отчёта по записям камер, который предоставила мне Лиза, я знала, что трио грабителей не начинало стрелять, пока Тоффи не бросила им вызов. Все мои планы опирались на то, что её надо убрать отсюда до их прибытия. Я не знала её настоящее имя, так что не могла использовать его для внушения. Да даже если бы знала, едва ли получилось бы — она бета, а значит, она сильная. Мои способности против сверхов с высокими рангом работали через раз в лучшем случае.

— Ладно, — пробормотала я тихо. — Ты меня подловила. Я не говорила с Фэйрфаксом, но мне срочно нужно поговорить с тобой. Это часть расследования Отряда Сверхов, и это не терпит отлагательств, — я надеялась, что расплывчатые формулировки помогут вызвать у неё интерес. К сожалению, не сработало.

— Мне всё равно, чем вы занимаетесь. Я ничего не скажу, пока не поговорю со своим альфой, — её губы скривились, и я увидела вызов в её глазах. — Если хотите подождать, пока я закончу здесь, то потом можем пойти в Лиссон Гроув вместе и поговорить с ним, — она холодно рассмеялась. — Но вы же не захотите этого делать, так? Потому что вы расследуете самого Фэйрфакса, — я моргнула, и Тоффи снова рассмеялась. — Я не дура, детектив. Зачем ещё вам бы понадобилось говорить со мной?

— Я не могу сказать об этом здесь… это слишком публичное место. И твой лорд не в Лиссон Гроув. На Тауэрском мосту происходит инцидент. Он направится туда.

Вот это привлекло её внимание.

— Что за инцидент?

— Группа оборотней захватила автобус и удерживает в заложниках людей внутри.

Она уставилась на меня.

— Чушь собачья.

— Это правда.

— Если это правда, тогда почему вы здесь? — процедила она.

— Там на месте мой коллега, — сказала я. Тоффи отдёрнула руку, и я её отпустила, не желая вызывать у неё слишком сильную неприязнь и терять контроль над ситуацией. — Слушай, Тоффи, ты…

Мне не довелось закончить предложение. Она вытащила телефон, набрала номер, затем отошла в сторону. Косясь на меня как на какую-то бешеную собаку, она держала телефон у уха. Я не воспринимала её поведение на свой счёт; с собеседником по телефону она вела себя ничуть не вежливее.

— Ты где, бл*дь? — гаркнула она.

Я напрягла уши, стараясь расслышать ответ, но разобрала лишь несколько слов. Затем её глаза распахнулись шире, выражение лица изменилось.

— Что? В смысле на Тауэрском мосту произошёл захват? Ты почему мне не позвонил? — она уже отступала. — Проклятье! — Тоффи резко развернулась и со всех ног выбежала из банка.

Все в банке уставились ей вслед, за исключением пикси, которая глянула на меня с нескрываемым любопытством. Я пожала плечами. Всё пошло не так, как я планировала, но я достигла своей цели: Тоффи убрана с дороги, и если повезёт, её спешное бегство не насторожит того, кто шпионил за банком ради банды.

Вполне логично, что она услышала о Тауэрском мосте и рванула туда. Однако чисто на всякий случай я тоже вытащила телефон и притворилась, будто кому-то звоню.

— Что происходит на Тауэрском мосту? — громко потребовала я. — Зачем оборотням захватывать автобус?

У нескольких присутствующих отвисли челюсти. Пикси ахнула, два волка Макгигана нервно переглянулись.

И в этот самый момент вошли три грабителя в масках.

— Все на пол, немедленно!

Никто и пальцем не шевельнул. Женщина подняла дуло пистолета к потолку и выстрелила. Этого оказалось более чем достаточно; все до единого, включая меня, бухнулись вниз.

Пусть я и ожидала этого, ощущение холодного мраморного пола стало шоком для моей кожи. Я также не могла избавиться от ощущения тошноты в нутре. Я много надежд возлагала на отсутствие Тоффи. Оставалось лишь молиться, что я сделала верный выбор.

Я повернула голову, чтобы иметь возможность наблюдать за грабителями. Они уверенно прошли вперёд. Женщина направилась прямиком к банковским операционистам, тогда как мужчина рядом с ней свернул и вошёл в дверь рядом. Мгновение спустя я услышала скрежет металла, когда он проломил ящик из нержавеющей стали, где находился щиток электроснабжения банка. Потолочное ощущение мгновенно погасло. Теперь Мосбёрн Пралк и остальные сотрудники оказались в ловушке наверху, тогда как мы были заперты внизу.

Третий грабитель прохаживался перед нами, переводя дуло пистолета между склонёнными головами заложников. Я заметила, как один из оборотней дёрнулся, и на его правой руке начали появляться когти. Стресс провоцировал его обращение в волка… или же он сознательно планировал нападение. Что бы там ни было, мне нужно его остановить.

— Депозитные ячейки, — гаркнула женщина, держа под прицелом одну операционистку. Гоблинка средних лет, сидевшая за экраном, уставилась на неё в ужасе.

Я проползла несколько сантиметров по полу, надеясь, что грабитель не заметит.

— Я хочу депозитные ячейки. Дайте мне все ключи, — приказала женщина.

Я проползла ещё около десяти сантиметров.

Нога оборотня подёргивалась от судороги. Он пытался скрыть происходящее, но вскоре грабитель заметит и откроет огонь.

— Никто не пострадает, если вы будете сотрудничать, — сказала женщина.

Я увидела, что на скуле оборотня проступила шерсть. Мне нужно действовать. Я быстро взглянула в сторону входной двери в банк. «Ну давай же». Я задержала дыхание. Он уже должен быть здесь.

Операционистка с чем-то возилась, и я услышала, как женщина в маске раздражённо зашипела. Если так будет и дальше, она потеряет терпение. Затем я услышала шаги и выдохнула. Наконец-то.

— Эй? — бедный волк клана Макгиган, который именно сейчас решил зайти и пополнить депозит, помедлил. — Эээ…

Зародилась суматоха. Два грабителя резко развернулись, третий выпустил пулю, которая попала в одну из мраморных колонн. Я уже вскочила на ноги. Я бросилась не на грабителей, а встала на пути сбитого с толку оборотня клана Макгиган, подняв руки в жесте капитуляции.

— Не стреляйте в него! — заорала я. — Мы ведём себя послушно! Мы делаем всё, как вы сказали! — я лихорадочно замахала на новоприбывшего. Он запоздало сообразил, что происходит, и опустился на пол. Я сделала то же самое, прямо перед ним.

— Я детектив-констебль Эмма Беллами, — продолжала я. — Я из Отряд Сверхов. Я гарантирую, что никто здесь не сделает ничего, чтобы вас остановить, и я в том числе, — я вложила в свой тон как можно больше авторитета. — Я беру на себя полную ответственность за всех здесь. Если хотите кого-то застрелить, застрелите сначала меня. Но мы сделаем всё, как вы скажете. Мы не сдвигаемся с места.

Грабители стояли абсолютно неподвижно. Я видела, как чёрное дуло ближайшего пистолета дрогнуло, и моё нутро сжалось ещё сильнее. «Будьте разумными. Пожалуйста. Будьте разумными в этот раз».

Послышался громкий бряцающий звук, и раздался голос операционистки.

— Я достала ключи! Вот! Вот ключи от депозитных ячеек! — она подняла узкий ящичек и погремела им.

Ещё долю секунды никто не шевелил и пальцем. Затем женщина-грабитель развернулась.

— Передай их.

Операционистка подчинилась. Часть напряжения ушла из моего тела.

Женщина забрала ящичек и перепроверила содержимое, затем кивнула своим коллегам.

— Мне плевать, хоть она из полиции, хоть королева бл*дской Савы, — произнесла она со своим фальшивым акцентом кокни. — Её кровь будет такой же красной, как и ваша. Мы тут главные. Оставайтесь на своих местах ещё несколько минут и, возможно, доживёте до завтрашнего дня. Но попробуйте дёрнуться и погибнете.

Она и ближайший грабитель-мужчина (наверное, тот, которого Адам Джонс окрестил Профессором) прошагали к двери и коридору за ней, оставив своего вооружённого компаньона присматривать за нами.

Я глянула на оборотня, лежавшего буквально в трёх метрах от меня. Его тело распласталось по полу, и больше не виднелось признаков спазмов или шерсти. Даже когти исчезли, сменившись человеческой кожей и аккуратно подстриженными ногтями. Мой замысел сработал. Слава всем богам.

Когда банда в масках в первый раз вошла в банк, Тоффи посчитала себя самым могущественным существом с самым высоким рангом. Ответственность действовать лежала на ней. Я убрала её из уравнения. В её отсутствие эта эстафетная палочка передалась другим волкам, особенно тому, который начал обращаться. Заговорив, я выставила себя заложником с самым высоким рангом, чтобы ответственность за происходящее переложилась на меня. Бремя попытки напасть на грабителей было снято с оборотней, поскольку теперь на вершине иерархии оказалась я. И это означало, что жизни всех здесь, возможно, были спасены.

Всё заняло три минуты и двенадцать секунд. Каждая секунда как будто длилась вечность. Грабитель передо мной держал пистолет нацеленным мне в затылок, но я знала, что он следит и за всеми остальными в банке. Все вели себя послушно. Я видела маленькую пикси, которая крепко зажмурилась. Единственный присутствующий человек в ужасе бормотал себе под нос, и эта непрекращающаяся тирада была единственным звуком в зале. Ни один из оборотней не шевелился. Затем вышли два других грабителя, держа по небольшой стопке запертых депозитных ячеек.

Женщина кивнула третьему стрелку. Он перевёл прицел с меня на оборотней, затем на всё ещё съёжившихся операционистов, тем самым прикрывая отступление своих коллег. Их блестящие ботинки прошли мимо меня, пока они скрывались с максимальной эффективностью. Секунды спустя я услышала краткий рокот заводящегося двигателя снаружи. Последний грабитель повернулся и выбежал из банка на максимальной скорости. Массивная дверь банка захлопнулась за ним.

Они ушли.

Глава 24

Прошло несколько секунд, и только потом я пошевелилась. Когда я поднялась и медленно встала на ноги, в помещении будто дамбу прорвало.

Оборотни вскочили, их лица отражали ярость и тревогу.

— Вот вам и бл*дский Отряд Сверхов! — проорал один из них. Он напирал на меня, сжимая кулаки. Его уши уже покрывались шерстью, и он с трудом контролировал себя. — Разве вы не должны пресекать преступления? Вы просто позволили этим мудакам забрать всё, что они хотели! — он сплюнул на пол. — Посмешище!

Я не отреагировала. Его ярость порождалась страхом и адреналином. Кроме того, с его точки зрения он говорил весьма логично. Он-то не видел себя, лежащего на этом самом месте в луже собственной крови.

— Возможно, это укрылось от вашего внимания, — спокойно произнесла я, — но они были вооружены.

— И что? Я знаю, кто вы, и я знаю, но что вы способны. Вы бессмертная, так? Вы не можете умереть. Так почему вы боитесь, что вас застрелят?

— Потому что если бы они застрелили меня, они застрелили бы и вас, — ответила я. — И всех остальных здесь.

— Вы… — он дрогнул, и его лицо исказилось, пока он переваривал вероятность того, что мог не выйти из этого банка живым. — Вы не знаете этого наверняка.

К сожалению, я знала. Я натянуто улыбнулась и повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть Мосбёрна Пралка, ворвавшегося в двери.

— Кто-нибудь ранен? Кто-нибудь пострадал?

Операционистка, которая передала ящичек с ключами, появилась из своей кабинки. По проведённым ранее интервью я знала, что её звали Миста Тио. Она была замужем, имела троих детей, любила свою работу и гордилась ею. В конце каждого месяца она приносила торты собственного приготовления для коллег. Мысль о том, что банк могут ограбить, искренне не приходила ей в голову. А теперь она никогда не сумеет об этом забыть.

— Мы в порядке, — ответила она дрожащим тоном. Даже с золотистой кожей она выглядела очень бледной, а её зелёные глаза казались огромными. — Они выстрелили, но никого не задело.

— Слава Богу, — Пралк обмяк от облегчения. — Когда они отключили электричество, все двери автоматически заблокировались. На перезапуск системы потребовалось слишком много времени. Однако вы все в безопасности, и это самое главное. Деньги можно заменить. А вот вас заменить нельзя.

Операционистка сглотнула. Его волнения её не успокоили.

— Они не забрали деньги, — прошептала она. — Они пришли не за этим.

— Тогда что…? — Пралк нахмурился.

— Депозитные ячейки, — ответила я, прошагав вперёд и протянув руку. — Приятно познакомиться, мистер Пралк. Я детектив Беллами.

Он моргнул, взглянув на меня.

— Боже мой. Я слышал истории о вашем проворстве, детектив, но не осознавал, что вы настолько хороши. Вы добрались сюда быстрее меня… а ведь я был в здании.

— Я уже была здесь, — объяснила я.

— Что?

— Я уже была в здании, когда прибыли грабители.

Пралк сощурился.

— Подождите. Если вы были здесь, почему не остановили их?

Дёрганый оборотень фыркнул.

— Вот и я об этом.

— Потому что если бы я вмешалась, были бы потеряны невинные жизни, — я отказывалась извиняться за своё мнимое бездействие. Я точно знала, что делаю.

Нижняя губа Пралка скривилась, слегка выражая отвращение. Затем он подумал о другом и повернулся обратно к Мисте Тио.

— Депозитные ячейки? — спросил он.

Она кивнула, переплетая пальцы. Тело Пралка напряглось. Ой-ой. Видимо, вот теперь пришло настоящее понимание.

— Которые? Которые ячейки они забрали?

Её кожа сделалась ещё бледнее. Вместо того чтобы ждать, пока она соберётся и придумает ответ, Пралк развернулся и направился в ту же сторону, откуда пришёл. Он двигался на удивление быстро для персоны такого роста. Я последовала за ним; я уже знала, куда он идёт и что он там найдёт.

Комната с депозитными ячейками выглядела точно так же, как и когда я побывала здесь в первый раз. Целью стали те же ячейки. Я осмотрелась по сторонам, ничуть не удивившись. Однако Пралк испустил низкий стон. Ему явно не нужно было сверяться со списком, чтобы знать, кому принадлежали украденные ячейки. И конечно же, он увидел, что на ячейку его банка тоже нацелились.

Я дала ему несколько секунд, затем закрыла дверь, чтобы обеспечить нам некоторую приватность.

— Мистер Пралк, — произнесла я. — Вы этого не помните, но это не первая наша встреча.

Он меня почти не слышал. Он продолжал озираться в комнате, и его лицо омрачилось опустошённостью. Затем его взгляд резко метнулся ко мне.

— Что вы имеете в виду? Если бы наши пути пересекались, детектив Беллами, я бы определённо запомнил.

— Carpe Diem, — тихо сказала я.

— Прошу прощения?

— Я знаю, вы о нём слышали, ибо уже говорили мне об этом. Я выпила зелье Carpe Diem. И с моей точки зрения это уже четвёртый раз, когда ваш банк стал мишенью для ограбления.

Он смотрел на меня на протяжении одного очень долгого и очень тяжёлого мгновения, переваривая мои слова.

— Итак, — сказал он наконец. — Вы не только присутствовали при ограблении, но вы также знали, что это произойдёт, — он опустил руки вдоль боков и процедил: — В таком случае, мне хотелось бы знать, что вы бл*дь творите, детектив Беллами.

Я впервые услышала, чтобы Мосбёрн Пралк выругался. До сих пор я бы и не поверила, что матерное слово способно слететь с его губ. Я признала его злость кивком, но не опустила взгляд.

— Поверьте мне, я пыталась найти лучший способ справиться с ситуацией. Это мой последний шанс сделать всё правильно. В этот раз никто не умер, и я считаю это победой. Я знаю, где банда будет этим вечером, и я знаю, как остановить их на полпути. Чего я не знаю, так это того, кто они. Как минимум один из членов банды до сих пор ускользал от меня.

— В этот раз никто не умер? — он не шевелился. — То есть, в других случаях…

— Были жертвы, в том числе и среди ваших сотрудников.

— О, — он сглотнул.

Я показала на пустые ячейки.

— Лорд Хорват. Леди Карр. Леди Салливан. Лорд Макгиган. Лорд Фэйрфакс, — я помедлила. — И банк Талисманик. Грабители в точности знали, на какие ячейки нацелиться.

— Вы намекаете, что замешан кто-то из этого банка? — он рьяно покачал головой. — Нет. Хоть с зельем Carpe Diem, хоть без него, я не поверю, что кто-то из здешних сотрудников причастен.

Я позволила себе легкую улыбку.

— Именно так вы говорили каждый раз.

— Потому что это правда!

— Нет, — я облизнула губы. — Этого не может быть. Банда точно знала, что нужно забрать.

— Тут нет ни единого сотрудника, который передал бы такие сведения.

— А как насчёт сотрудников, которых здесь нет? — тихо спросила я.

— Что вы имеете в виду? — Пралк нахмурился.

— Мы можем подняться в ваш кабинет?

— Сейчас?

— Я бы хотела кое-что проверить.

Его недовольство углубилось.

— Мне нужно уведомить совет руководителей о случившемся. Мне надо убедиться, что мой персонал в порядке. Я должен…

— Прошу. Это не займёт много времени.

Он провёл ладонью по лбу и тяжело вздохнул.

— Что ж, хорошо.

Мы молча поднялись по лестнице. Отчаянная мрачность Пралка была осязаемой, и я ничего не могла поделать, чтобы унять его тревоги. Он думал обо всей потерянной информации и о последствиях, которые возникнут, если она попадёт в дурные руки. Я не могла гарантировать, что не допущу этого. Я делала всё возможное и была уверена, что обдумала все варианты, но план не был железобетонным. Ни один план не был безупречным.

Дверь кабинета Пралка была открыта. Я вошла, проигнорировав стол и стопку документов на нём. Вместо этого я сосредоточилась на дальней стене и коллекции улыбающихся фото. Нужный снимок я нашла за секунды.

— Вот этот, — я постучала ногтём по гоблину в очках и галстуке-шарфе. — Согласно фотографии, он был работником года в 2019 году, но когда я опрашивала ваших сотрудников, его здесь не было. Он сегодня присутствует?

Пралк уставился на снимок.

— Это Босвелл Стром.

— Где мистер Стром? Он сказался больным? В отпуске?

— Ни то, ни другое, — Пралк скрестил руки на груди и с вызовом уставился на меня.

— Он единственный ваш сотрудник, с которым я не поговорила. Всех остальных я исключила из списка подозреваемых, но Стром…

— Уверяю вас, что он не имел никакого отношения к ограблению и совершенно точно не передавал никому секретную информацию.

— Вы не можете быть уверены.

Управляющий банка фыркнул.

— Могу. Босвелл Стром мёртв. Он скончался после инсульта.

Моё сердце ухнуло в пятки.

— Когда?

— В ноябре. Почти семь месяцев назад, — голос Пралка оставался ровным. — Он не ваш преступник.

Я плюхнулась на стул. Проклятье. Когда я подумала о фотографии перед тем, как дым запустил мой день заново, я была так уверена, что этот мужчина причастен. Он был отсутствующим звеном, которое привело бы меня к последнему члену банды, не говоря уж об украденных депозитных ячейках. Но если Босвелл Стром уже мёртв, и это случилось несколько месяцев назад… я громко выругалась.

— Вы возлагали все свои надежды на него? — спросил Пралк. — Эта старая фотография была вашей единственной зацепкой?

Не единственной, но лучшей. Я поморщилась и снова ругнулась.

— Если честно, — продолжал Пралк, — идея о том, что Босвелл предал бы этот банк, практически смехотворна. Он посвятил банку всю свою жизнь. Работал тут десятилетиями. Он даже рисковал своим браком из-за своей работы здесь. Его жена была не в восторге — она хотела, чтобы он вышел на пенсию, и часто говорила мне об этом. Но она пикси, а не гоблин. Она не понимала, что это место значит для людей вроде нас, — в глазах Пралка зажёгся нежный огонёк. — Босвелл всегда говорил, что это место было его второй женой.

Я отрешённо кивнула. Затем резко вскинула голову.

— Его жена. Её звали Эсмеральда?

Пралк казался удивлённым.

— Да.

— Я её встречала, — медленно произнесла я. — Перед банком.

— Она живёт через дорогу. Я не знаю, почему она не переедет и не подарит себе покой. Возможно, она всё ещё затаила на нас обиду. Босвелл работал до того самого дня, когда упал замертво, и она отказывается переступать наш порог или разговаривать со здешними сотрудниками. Многие из нас пытались связаться с ней, но она не отвечает. Она считает нас виновными в его смерти, хотя Босвелл сам захотел оставаться здесь. Я несколько раз предлагал ему выйти на пенсию, но его это не интересовало. Его жена весьма отличается от него по характеру, но видимо, противоположности притягиваются, — он пожал плечами, будто причуды супружеской жизни представляли для него загадку.

— Когда я говорила с ней, — сказала я, — она заявила, что банк Талисманик — это замечательный институт.

Пралк фыркнул.

— Это сарказм. Она держит здесь счёт, но только потому, что у неё нет выбора. Она ненавидит нас и всегда посылает посредника, когда нужно решить какой-то вопрос. Я так и сказал Лорду Фэйрфаксу, когда несколько недель назад навещал его, и он спросил про мой персонал и их семьи. И вам скажу то же, что сказал ему. Если кто-то вроде жены Босвелла презирает нас, это ещё не значит, что большая часть сверхъестественного сообщества не чтит нас в высшей степени. Думать, будто кто-то вроде неё может провернуть ограбление таких масштабов — абсурд.

Может, и абсурд. Но я говорила с этой пикси; я смотрела ей в глаза и знала, что он сказала.

— Это был не сарказм, — пробормотала я. Однако она, возможно, врала относительно её мнения о банке, чтобы сбить меня со следа. Она не сказала мне, что Маргарет Уик взяли в заложники, хотя она должна была знать. И Адам Джонс упомянул, что четвёртым членом банды была пожилая женщина… с голубыми глазами. Мою кожу покалывало от этой мысли.

В дверь постучали. Появилась Миста Тио, выглядящая ещё более бледной и обеспокоенной.

— Мистер Пралк, — прошептала она.

— Что такое? — он улыбнулся ей.

— Альфы кланов здесь, — она нервно сглотнула. — И Лорд Хорват тоже.

Пралк на мгновение прикрыл глаза от беспокойства.

— Хорошо, — ответил он. — Спасибо, Миста. Я спущусь и поговорю с ними.

Она кивнула и удалилась. Пралк взглянул на меня.

— Скажите мне, детектив. Вы знаете, что будет дальше. Как лидеры сверхов воспримут новости о том, что их самые ценные активы были украдены?

Я сочувственно поморщилась.

— Вам не нужно слышать это от меня. Вы уже знаете.

Глава 25

После первого ограбления атмосфера была мрачной. Отсутствие мёртвых тел в данном случае позволило небольшой группе власть имущих сверхов выражать своё недовольство более громко.

— Как этот банк могли ограбить? — потребовала леди Карр. Её миниатюрное тело тряслось от ярости. — Это выходит за всякие рамки! Это учреждение должно быть безопасным. Оно должно защищаться!

— Согласен, — прорычал Фэйрфакс, пригвоздивший Пралка взглядом сощуренных жёлтых глаз. — Как вы могли допустить такое?

— Всё в порядке, — пренебрежительно сказала Леди Салливан. — У банка Талисманик есть страховка. Мы не понесём настоящих потерь. Верно?

— Эмм… — Пралк сглотнул.

Я украдкой взглянула на лорда Макгигана. Он был бледным и явно потрясённым, но хранил молчание. Мой взгляд скользнул к Лукасу в углу; он осторожно наблюдал за мной, выражение его лица было непроницаемым. Он знал, что происходит нечто большее, чем я признавала. Он несомненно был в курсе, что это связано с событиями и на Лондонском Глазу, и на Тауэрском мосту.

Лорд Макгиган откашлялся.

— Что украли эти грабители?

— Боюсь, они пришли не за деньгами, — сказал Пралк. — По крайней мере, не за ними в первую очередь. Хранилища открываются по таймеру, и вы правы, что наша страховка покрыла бы любые финансовые потери.

— Они нацелились на комнату с депозитными ячейками, — пробормотал Лукас. Он приподнял брови, глядя на меня и задавая безмолвный мрачный вопрос.

Я кивнула.

— Да, — сказала я. — Это и было их целью. Они намеренно организовали отвлекающие факторы, чтобы вы не сумели вмешаться.

— Вы были здесь, — леди Салливан говорила тихо, но её глаза пронизывали меня. — Вы могли бы вмешаться.

Фэйрфакс резко повернул голову в мою сторону.

— Я занимаюсь этим расследованием, — я жестом указала на Пралка. — Пожалуй, вы могли бы проводить всех в комнату с депозитными ячейками.

Эта перспектива его вовсе не радовала, но он знал, что это неизбежно.

— Вы можете проследовать за мной, — сказал он.

Я проигнорировала гневный взгляд леди Салливан вместе с пристальным взглядом Фэйрфакса и отвернулась. События в банке могли развиваться и без меня. Я вышла из здания, и Лукас следовал за мной по пятам.

Судя по толпе, собравшейся снаружи, было очевидно, что новости об ограблении банка разнеслись по сообществу сверхов как лесной пожар. Я просмотрела лица собравшихся, но не увидела Эсмеральду Стром. Мой взгляд ожесточился.

— Что происходит, Эмма? — спросил Лукас.

Я привстала на цыпочки и ладонью заслонила глаза от яркого солнца. Вдалеке виднелась группа женщин достаточно невысокого роста, чтобы быть пикси. Я прищурилась, затем сморщилась. Ни одна из них не была вдовой Босвелла Строма.

— Всё сложно, — ответила я, затем взглянула на него и ободряюще улыбнулась. — Но не волнуйся. Я контролирую происходящее.

— Тебя, кажется, не особо шокировало то, что случилось на Лондонском Глазу с этим нелепым фальшивым вампиром. И это ограбление, похоже, тоже не особо шокировало тебя.

— Ммм, — я повернула голову. Вот и входная дверь, которая, по словам Эсмеральды Стром, вела в её жилище. Интересно, дома ли она. Она должна быть где-то поблизости. Когда во время второго ограбления Адама Джонса убили на этом самом месте, она была здесь. Значит, она не может быть далеко.

— Эмма, — Лукас потянулся к моей руке. — Должно быть, ты приехала с Лондонского Глаза прямиком сюда. Откуда ты знала, что надо сделать так?

Я перестала искать пожилую пикси и посмотрела ему в глаза.

— Я не могу объяснить прямо сейчас. Но объясню, Лукас. Обещаю, — я поднесла ладонь к его щеке. Он удивленно дёрнулся от моего прикосновения. — Ранее я говорила абсолютно серьёзно. Ты мой человек, и я расскажу тебе всё сразу же, как только смогу. Но прямо сейчас время поджимает, и на кону стоят жизни, так что надо сделать всё нормально, — я приподнялась и легонько прильнула к его губам своими. Он стоял абсолютно неподвижно. — Я не играю ни в какую игру. Мне нужно, чтобы ты мне доверился.

Часть меня ожидала, что он будет спорить. Его ладонь взметнулась, и он дотронулся до своих губ. В его глазах затрепетало тёмное пламя. Затем он едва уловимо кивнул.

— Хорошо. Но я пойду с тобой, куда бы ты ни направилась, и ты не сможешь меня остановить.

— Ты не хочешь проверить, что украдено из банка?

— Думаю, я уже знаю, что было украдено. И ты тоже, — он склонил голову, по-прежнему наблюдая за мной.

— Да, знаю, — призналась я, слегка улыбнувшись. — Ну, хотя бы когда ты со мной, я смогу тебя защитить.

Я с удовлетворением подметила, что шокировала его.

— Защитить меня?

Я снова улыбнулась.

— Главное, держись подальше от мостов и требований о выкупе, — я показала на дверь Эсмеральды. — Сюда. Мне нужно найти одну конкретную пикси.

Мы перешли дорогу, обойдя до сих пор собиравшуюся толпу. Кружевные тюлевые занавески висели на окнах маленького домика Эсмеральды и не давали заглянуть внутрь в поисках жизни. Я громко постучала в дверь. «Не делай поспешных выводов, Эмма, — сказала я себе. — Сначала посмотри, что она скажет».

Я опустила руку и позволила себе костяшками пальцев задеть тыльную сторону ладони Лукаса. От опаляющего жара его кожи по мне пробежала наэлектризованная дрожь, и он взглянул в мою сторону. Затем дверь распахнулась.

На меня смотрело морщинистое лицо Эсмеральды Стром. Я была невысокой, но она была минимум на тридцать сантиметров ниже меня. На ней было то же платье, в которое она была одета, когда Адам Джонс получил пулю в лицо прямо здесь… но тогда она была на улице. Так почему в этот раз она осталась дома?

Я посмотрела ей в глаза и не улыбнулась.

— Миссис Стром?

— Да, — она моргнула, уставившись на меня.

— Я детектив-констебль Эмма Беллами. Это…

— Лорд Хорват, — сказала Эсмеральда Стром, взглянув на Лукаса. — Я знаю. Мы несколько раз встречались, хотя я сомневаюсь, что вы помните. Я видела, что у банка через дорогу зародилась ужасная суматоха. Вы здесь по поводу этого? — она подалась вперёд, и подол её платья трепал ветерок. Её глаза раскрылись шире, в голосе послышалось придыхание. — Ограбили, что ли?

— К сожалению, да, — я осторожно наблюдала за ней. — Вы видели что-нибудь, что поможет нам выследить грабителей? Есть шанс, что мы сумеем их нагнать.

— Боже милостивый, — она вскинула руку к горлу. — Кто-нибудь пострадал?

Она оттягивала свой ответ; я это костьми чуяла.

— Нет, но грабители были вооружены до зубов. Просто чудо, что никого не застрелили, — я не сводила с неё глаз. — Что вы видели? Вам тут должен открываться отличный вид на банк.

— Боюсь, я была в задней части дома, возилась на кухне, включив радио, — сказала она, и её голос слегка дрожал. — Я вообще ничего не видела. Я услышала крики и пошла посмотреть, что за шумиха. Но единственное, что я увидела — это небольшой фургон, быстро уезжавший по улице, — она показала пальцем. — В ту сторону.

Я проследила за её пальцем.

— В конце улицы фургон свернул направо?

— Полагаю, да, — Эсмеральда кивнула.

Вот только он не сворачивал направо; я это знала. Фургон флориста свернул налево… потому что левый поворот вёл к дороге на Вормвуд Скрабс и дальше. Левый поворот вёл к неиспользуемому туннелю, где банда пересела в другую машину.

— Это нам очень поможет, миссис Стром. Спасибо, — Лукас кивнул и вытащил телефон. — Я немедленно пошлю машины в том направлении. Грабители наверняка уже залегли на дно, но проверить стоит. Могут быть свидетели, которые их видели.

Я положила ладонь на его руку.

— Не утруждайся, — сказала я. — Это пустая трата времени.

Он хмуро взглянул на меня. Глаза Эсмеральды внезапно сделались пронизывающими.

— Что ж, — сказала она. — Полагаю, полиции лучше знать, — она начала закрывать дверь. — Извините, что не смогла помочь.

Я подставила ботинок, не дав ей захлопнуть дверь перед нашими носами.

— Вообще-то, — сказала я, — я думаю, вы ещё можете помочь. Более того, мне нужно, чтобы вы поехали со мной к зданию Отряда Сверхов и ответили на ряд вопросов, чтобы помочь с нашим расследованием.

Я почувствовала, как Лукас напрягся. Несомненно, он был озадачен тем, что я так зациклилась на одной пожилой леди, когда трио грабителей неслось по городу с украденным добром в своих жадных лапах.

— Само собой, — ответила Эсмеральда. — Я сделаю всё возможное. Только я ничего не видела, — она взглянула на изящные золотые часы на своём запястье. — Почему бы мне не подъехать к вам сегодня попозже? В какое время вас устроит?

— Вы можете поехать прямо сейчас, — я впервые улыбнулась. — Моя машина припаркована за углом. Я вас подброшу.

— Вам необязательно это делать, детектив.

Моя улыбка сделалась ещё шире.

— Мне только в радость.

***

Я посадила Эсмеральду Стром в ту же допросную комнату, которую в другой хронологии событий занимал Адам Джонс, затем пошла проведать Лизу. Я чувствовала, как всё это время Лукас сверлил меня своими чёрными глазами. Он приклеился ко мне как банный лист, будто боялся, что я резко развернусь и сбегу. Но ничего страшного. Пока он рядом, он точно не слушает требования о выкупе и не строит никаких опасных для жизни планов, о которых я не знала.

— Детектив Барнс беспрестанно названивает, — сказала Лиза. — Она требует поговорить с тобой. Сказала, что приедет сюда лично, если ты не выйдешь на связь в ближайшее время, — она помедлила. — Банк Талисманик реально ограбили?

— К сожалению, да, — я бодро улыбнулась. — Но у меня такое ощущение, что я раскрою это преступление прямо сегодня, и все соучастники будут призваны к ответственности.

Лиза казалась опешившей.

— Эм, ну хорошо.

— Ага, хорошо. Если Барнс снова позвонит, скажи, что я встречусь с ней и детективом Кольером сегодня попозже, на Кёртис Грин. Постарайся не дать им приехать сюда. Нам лучше обойтись без помех, — затем мой голос смягчился. — И спасибо за то, что ты сделала ранее. С деньгами и шоколадным тортом. Ты даже не догадываешься, какую роль это сыграло.

— Это всего лишь торт.

— Торт никогда не бывает «всего лишь тортом», Лиза.

Как и Лукас, Лиза не была тупой. Она окинула меня долгим взглядом, намекавшим, что мне нужно многое объяснить.

— Верно, — признала она наконец. — Этот был украшен шоколадными завитками, которые я сделала сама.

Дверь Отряда Сверхов распахнулась, и с топотом влетел Фред.

— Чёртовы студенты-театралы! — проорал он. — Это вообще были не оборотни. Это были студенты-театралы! Они думали, что играют какое-то представление. Я не могу поверить в людскую тупость!

Он промаршировал ко мне, размахивая руками.

— Но вот что я думаю. Я по рации слышал об ограблении банка Талисманик. Выслушай меня. Я думаю, что кто бы ни стоял за ограблением, он использовал студентов, чтобы создать отвлекающий фактор, — он глянул на Лукаса. — И то же самое случилось на Лондонском Глазу. Всё сводится к ограблению. Дело не в терроризме, не в суициде и ни в чём таком, всё дело в деньгах.

— В деньгах, — согласилась я. — И также замешано немало власти, — я повернулась к закрытой двери в допросную комнату. — Возможно, ещё немножко мести.

— А?

— Что тут происходит, Эмма? — спросил Лукас.

— Вы все вот-вот узнаете, — я надеялась на это. — Но можешь сначала сделать мне одолжение?

— Продолжай, — он скрестил руки на груди.

— Поручи своим вампам прочесать близлежащие улицы. И, возможно, крыши зданий напротив.

— Эмма…

— Пожалуйста?

Его глаза всматривались в моё лицо.

— Хорошо, — ответил он наконец. — Желание детектива для меня закон.

Я быстро чмокнула его в щёку. Это было чрезвычайно неподобающе — выражения лиц Лизы и Фреда это подтверждали. Однако Лукас обвил меня рукой за талию и крепко сжал.

— Мне не терпится узнать, что здесь происходит на самом деле, — пробормотал он мне на ухо.

— Поверь мне, — ответила я, чувствуя биение его сердца, пока его тело прижималось к моему, — это эпичная история.

Глава 26

Мы с Фредом заняли места в допросной комнате и проделали все приготовления. Эсмеральда Стром сидела напротив, её осанка была напряжённой и непокорной.

— Я не понимаю, зачем я здесь. Мне начинает казаться, что вы считаете меня какой-то преступницей, — сказала она и пронзительно прыснула, будто сама мысль об этом была возмутительной. Она ещё не нервничала. Но всё же беспокоилась.

— Это не займёт много времени, — сказала я. — У нас всего несколько вопросов. Вы важный свидетель того, что случилось в банке.

— Я вам уже сказала. Я ничего не видела.

— Угу, — я кивнула, наблюдая за ней. А потом я вспомнила, что говорил мой дядя, и как он жаловался на обращение с ним из-за его возраста. Я пристальнее присмотрелась к Эсмеральде. Она была не так стара, как казалось с первого взгляда, но снисходительный подход мог сработать.

Я повысила голос, будто она была слегка туговата на ухо, и постаралась выглядеть сочувствующей.

— Полагаю, в вашем возрасте зрение уже не то, — сказала я.

— У меня нет никаких проблем со зрением! — ощетинилась она.

— Это хорошо, — смягчилась я. Затем помедлила и спросила так, будто меня только что озарило: — Вам тут комфортно? Может, подушку на стул принести?

Она резко нахмурилась.

— Вы всем допрашиваемым предлагаете подушку?

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, миссис Стром, — сказала я. — Я просто стараюсь убедиться, что мы позаботились обо всех ваших потребностях.

Она не смогла скрыть раздражённую гримасу, промелькнувшую на её лице. Я испытала проблеск удовлетворения. Раз мне удалось вывести её на эмоции, она будет выбита из колеи. Возможно, мне даже удастся спровоцировать её рассказать всю правду.

— Итак, — я подалась вперед. — Я так понимаю, ваш муж работал в банке Талисманик вплоть до его смерти в ноябре прошлого года. Это верно?

Она резко кивнула.

— Говорите вслух, пожалуйста, — сказала я. — Для записи.

— Да.

— Мне очень жаль слышать об его кончине. Нормально ли, чтобы гоблин и пикси были в длительных отношениях?

— Это были не просто отношения, — рявкнула она. — Мы были женаты. И да, полагаю, это необычно, но лишь потому, что на свете не так много гоблинов и пикси, — она скривила губы. — Я думала, вы как член Сверхъестественного Отряда уже знаете эти базовые истины.

Я мягко улыбнулась, показывая, что одновременно терпелива и добра вопреки её ворчливой натуре, и я смотрела на неё как на новорождённого ребёнка. Или на щеночка. Это сработало, и она насупилась ещё сильнее.

— Меня недавно назначили на эту должность, — сказала я ей. — И я весьма молода. Мне многому ещё надо научиться.

Она скрестила руки на груди, и укороченные рукава её платья слегка задрались.

— Оно и видно. Почему вы спрашиваете о Босвелле? Я думала, это по поводу ограбления банка.

— Всему свое время, миссис Стром, — я глянула на её обнажившиеся руки, подметив красные следы на её локтях. — Вы недавно поранились?

— Что? Нет, — она посмотрела вниз, осознала, на что я смотрю, и тут же опустила руки, чтобы рукава снова покрыли её локти. — У меня экзема.

Я мало что знала об экземе, но едва ли она затрагивала только локти. Но вот если кто-то проводил много времени, опираясь локтями на землю или пол и глядя через прицел снайперской винтовки, то как раз остались бы такие следы.

— Миссис Стром, — продолжила я. — У вас есть опыт обращения с огнестрельным оружием?

От такого вопроса дёрнулся даже Фред. Эсмеральда уставилась на меня.

— Не задавайте глупых вопросов, — она фыркнула. — С чего мне интересоваться оружием?

Я сделала пометку на листе бумаги перед собой.

— Значит, если мы свяжемся с местными любительскими тирами, у них не будет записей о ваших визитах?

Она не ответила, но её кожа побледнела.

— Миссис Стром?

— Без комментариев.

— Понятно, — я сделала ещё одну пометку. — И если мы обыщем ваш дом, мы не найдём внутри следов оружия?

Она поджала губы.

— Никаких мощных винтовок с прицелами?

Она не шевелилась.

— Никаких боеприпасов, которыми пользовался бы умелый снайпер?

Её губы подёргивались, но она молчала.

Хорошо. Я попыталась зайти с другой стороны.

— Вам не нравится банк Талисманик, так?

На сей раз она заговорила, и каждое её слово окрашивалось напряжением.

— Я не понимаю, какое это имеет отношение к чему-либо. В данный момент вы мне тоже не особо нравитесь. Это не означает, что я собираюсь на вас напасть.

— Ммм, — я подняла взгляд от листа бумаги перед собой. — Почему вам не нравится этот банк?

— Потому что они загнали моего мужа в могилу. Он пахал там до самого дня своей смерти. Он давно должен был выйти на пенсию.

— Они же не мешали ему выйти на пенсию, так? Мосбёрн Пралк ведь побуждал вашего мужа уволиться, а тот отказывался?

Эсмеральда отвела взгляд.

— Миссис Стром, — упорствовала я. — Вы ревновали мужа к банку?

Она поводила языком во рту. Её губы сделались тонкими и поджатыми, и я чувствовала нараставшую в ней глубинную ярость.

— Я бы хотела воспользоваться своим правом на адвоката, — сказала она, очень чётко произнося каждое слово.

Я пожала плечами.

— Ладно, — я повернулась к Фреду, но следила за Эсмеральдой, чтобы оценить её реакцию. — Ты можешь всё организовать, пока я готовлюсь к допросу Адама Джонса?

Фред знал, что Джонс вообще не здесь. Однако он был достаточно умён, чтобы подыграть.

— Слушаюсь, мэм.

Эсмеральда промолчала, но я была уверена, что её тело напряглось при упоминании имени Адама.

Я постучала пальцем по губам.

— Пока мы ждём прибытия вашего адвоката, миссис Стром, не удастся ли мне убедить вас предстать среди прочих лиц для опознания?

Она ничего не сказала.

Я вздохнула и встала, подошла к двери и положила ладонь на ручку.

— Знаете, — сказала я вслух. — Если преступник сознается в содеянном, он может рассчитывать на более мягкое отношение. Всегда есть возможность заключить сделку.

Эсмеральда Стром так ничего и не сказала. Я мысленно выругалась и ушла.

***

Я потягивала свой чуть тёплый кофе, прекрасно осознавая, что все взгляды прикованы ко мне.

— Может, она пока не признаётся, — сказала я, — но я убеждена, что она четвёртый член банды. Наверняка она наняла остальных. И она определённо опаснее всех. Но мы её задержали. У нас есть Адам Джонс, который может её опознать.

— Вот только, — заметил Лукас, скрестив руки на своей широкой груди, — у нас нет трёх человек, которые провернули ограбление. И у нас нет украденных депозитных ячеек.

Я бегло взглянула на него, но затем мой взгляд скользнул прочь.

— Да. Этого у нас нет, — призналась я, ставя кружку на стол. Тут в дверь позвонили.

Лиза встала и пошла ответить.

Я пососала нижнюю губу.

— Тут происходит что-то ещё, — пробормотала я. — Что-то тут не так, — я нахмурилась, пытаясь соединить все точки. Та же смутная нервозность, что беспокоила меня в банке и привела к Эсмеральде, не давала мне покоя теперь.

Лиза вернулась, стуча каблуками.

— Пришел адвокат Эсмеральды Стром. Я проводила его в допросную, чтобы они могли поговорить.

Я нахмурилась.

— Быстро он.

Фред, который до сих пор молчал, выпучил глаза.

— Эмм… — он с неловким видом почесал затылок.

— Что такое?

Он покраснел.

— Я на самом деле ещё не позвонил адвокату. Если только миссис Стром не позвонила кому-то сама, тогда…

Моя кровь похолодела. Что, если это вообще не адвокат? Что, если…? Я вскочила и выбежала из комнаты по коридору, распахнув дверь допросной. Эсмеральда и миниатюрный мужчина, сидевший напротив неё, подняли взгляды.

— Это возмутительно!

Я уставилась на гремлина. Он двинулся в мою сторону и упёр руки в бока. Он едва доходил мне до пупка, но это не означало, что он не был устрашающим. Его пронизывающие серые глаза, разъярённый голос и агрессивная поза вполне компенсировали невысокий рост. Я окинула его взглядом, подмечая заострённые уши, складки кожи и аккуратно пошитый костюм. На столе позади него лежал открытый чемоданчик с бумагами. Единственное оружие, которое у него имелось — это старомодная перьевая ручка… но я не собиралась рисковать.

— Любые мои разговоры с клиентом конфиденциальны! — выплюнул он. — Вы не имеете права врываться сюда вот так.

Может, я и не права, но я не собиралась отступать. Пока что нет.

— Я хочу увидеть удостоверение личности.

Гремлин драматично закатил глаза.

— Филеас Кармайкл, эсквайр, — он запустил руку в карман, и я напряглась, но он лишь достал тонкий бумажник и извлёк удостоверение с его именем и указанием профессии.

— Кто вызвал вас сюда? — потребовала я.

— Я не обязан вам это сообщать, — он фыркнул. — Меня наняли от лица миссис Стром. Я имею законное право поговорить с ней наедине, — вызов в его штормовом взгляде был очевидным. — Вы нарушаете закон, детектив.

Я взглянула на Эсмеральду. Она выглядела слегка развеселившейся и вскинула бровь. Видимо, её жизни не грозила никакая непосредственная опасность. Я поморщилась и сделала шаг назад.

— Приношу свои извинения. Оставлю вас в покое, — бросила я.

— В следующий раз, — прошипел Кармайкл, — постучите и ждите!

Я ушла, не сказав больше ни слова.

Лукас стоял в коридоре, наблюдая за мной.

— Филеас Кармайкл, — сказала я. — Гремлин. Ты его знаешь?

Он напрягся.

— Знаю. Он дорого берёт за свои услуги… и весьма талантлив. Представляет клиентов по частным вопросам сверхов, а также людей в человеческих судах. Своё дело знает. И он не из числа стервятников[3].

— Кто-то вызвал его сюда от лица Эсмеральды Стром, но он не говорит, кто именно, — то назойливое беспокойство, донимающее меня, начинало нарастать. Я втянула вдох, затем вошла в главный офис и взяла свой телефон. К этому моменту я уже запомнила номер наизусть.

— Вы связались с банком Талисманик. Я понимаю, что в свете сегодняшних событий вы можете быть обеспокоены, но…

Я перебила Мисту Тио.

— Я не сердитый держатель счета. Это детектив Беллами. Мне нужно немедленно поговорить с Мосбёрном Пралком.

Она не колебалась.

— Секундочку, детектив.

Лукас, Фред и Лиза наблюдали за мной. Фред открыл рот, собираясь что-то сказать, но я прижала палец к губам и призвала его молчать. На линии раздался голос Пралка.

— Что такое? Что вы нашли?

— Мне нужно кое-что знать, мистер Пралк.

— Продолжайте.

Я провела языком по зубам.

— Босвелл Стром, — сказала я.

— Что насчёт него?

— У него был доступ к данным по депозитным ячейкам?

Он не ответил.

— Мистер Пралк…

— Мне не нравится, на что вы намекаете. Кроме того, этот мужчина мёртв. Я не понимаю, как…

— Мы расследуем теорию, что Босвелл Стром мог сказать об ячейках своей жене, или же она получила информацию от него без его ведома.

Гоблин резко втянул вдох.

— Полагаю, это возможно.

— Босвелл мог видеть данные? Он мог знать, кому какая ячейка принадлежит?

— Да, — ответ Пралка был неохотным.

Я подумала кое о чём другом и повесила трубку, не прощаясь. Мой взгляд метнулся к Лукасу.

— Что? — тихо спросил он. — Что такое?

— У тебя было три ячейки в банке Талисманик. Должно быть, две из них ты держал уже какое-то время, но третья — новая. Должно быть, ты открыл её недавно, поскольку она содержит информацию обо мне. Ты планировал дать мне ключ.

Лукас не моргал.

— Откуда ты знаешь, Эмма? — он оттолкнулся от стола, к которому прислонялся, и подошёл ко мне. — Откуда тебе это вообще известно?

— Когда ты открыл третью депозитную ячейку, Лукас? — настаивала я.

Он уставился на меня.

— Три месяца назад. В начале марта, вскоре после встречи с тобой.

— Босвелл Стром умер в ноябре. Даже если он сказал Эсмеральде, кто какой ячейкой владел, он бы не знал про последнюю, — я подошла к окну и посмотрела на крыши зданий на другой стороне улицы. — Должно быть, Эсмеральда Стром застрелила Адама Джонса у банка Талисманик, — сказала я про себя.

— Адам Джонс под арестом в ДУР, — напомнил Лукас. — Живой и невредимый.

— Да, — кивнула я. — Так и есть. Должно быть, она же застрелила тебя, будучи в отеле.

— В вас стреляли, Лорд Хорват? — воскликнул Фред.

— Эмма, — нервно произнёс Лукас. — Возможно, тебе лучше прилечь ненадолго.

Я побарабанила по стеклу.

— Она не такая старая, как кажется, но ей скоро стукнет семьдесят, — пробормотала я. — Реально ли она могла забраться на крышу, чтобы убить Адама Джонса в третий раз? Первый выстрел оттуда был промахом — пуля попала в стену. Второй выстрел убил Адама. На Вестминстерском мосту она застрелила насмерть троих людей, действуя с ещё большего расстояния… но здесь промазала, расположившись намного ближе. Ей потребовалось два выстрела, чтобы убить одного человека. Единственное объяснение — это то, что в каком-то из двух случаев это была не она. Эсмеральда Стром в сговоре с грабителями банка, и она наверняка наняла их, но есть кто-то ещё… и этот кто-то нанял от её лица Филеаса Кармайкла. Он или она ужасно боятся, что она всё выложит.

Лукас приблизился ко мне.

— Эмма, ты несёшь какую-то чушь. В этом нет никакого смысла.

Я подняла голову, взглянув на него.

— У тебя есть родимое пятно, — сказала я ему и улыбнулась. — На внутренней стороне бедра. По форме похоже на сердечко.

У него отвисла челюсть.

Я направилась к двери.

— Мне нужно снова поговорить с Адамом Джонсом. Он может знать больше про пятого человека. Заодно могу получить у него подтверждение личности Эсмеральды.

— Босс… — Фред смотрел на меня так, будто боялся, что придётся звонить в больницу и принудительно госпитализировать меня. И Лиза выглядела такой же.

Я ободряюще помахала им рукой.

— Не волнуйтесь. Я разберусь. И я не сошла с ума!

Уходя, я услышала бормотание Лизы:

— Эмма, у тебя окончательно и бесповоротно поехала крыша.

Глава 27

Лукас втиснулся на пассажирское сиденье Таллулы, явно не желая отпускать меня куда-либо одну. Я не спорила; я предпочитала видеть его рядом. Я завела двигатель и тронула машину с места, тогда как Макс дотронулся до своей фуражки. Я помахала швейцару и отъехала от тротуара.

— Я понимаю, что у тебя много вопросов, — сказала я, смотря на дорогу, но чувствуя на себе прожигающий взгляд Лукаса.

— Д'Артаньян, — произнёс он. — Ты себе не представляешь.

— Ладно, — я сделала вдох. — Если вкратце, я заново переживала один и тот же 12-часовой период. Это четвёртый раз, когда я имею дело с ограблением банка, так что очевидно, что я знаю вещи, неизвестные всем остальным. После сегодняшнего дня мне не представится нового шанса раскрыть это преступление. Это последний раз.

Лукас ничего не говорил.

— День Сурка, — сказала я ему. — Я наобум и из отчаяния выпила странное зелье, и теперь переживаю День Сурка. В прошлый раз ты мне поверил, — добавила я.

— В прошлый раз, — он сделал глубокий вдох. — Ладно. Я не говорю, что не верю тебе. Я просто пытаюсь… уложить в голове эту идею, — он продолжал наблюдать за мной. — Поэтому ты как-то неловко держишь плечо? Ты явно его повредила.

— Во второй раз меня подстрелили. Ничего серьёзного, просто… немного ноет. В отличие от того, когда я умираю, раны не исчезают, когда день начинается заново.

Лукас на мгновение притих, затем взорвался.

— Проклятье! У тебя вообще никакого инстинкта самосохранения, Эмма!

— Пффф. Всё в порядке, — я глянула на него, затем тихо добавила: — С тобой случались вещи похуже.

Он сердито барабанил пальцами по бедру и, похоже, не переживал по поводу того, что могло случиться с ним.

— А моё родимое пятно? Откуда ты знаешь об этом?

Я облизнула губы.

— Ты уже знаешь ответ.

Последовала долгая пауза. Когда Лукас заговорил, его голос казался напряжённым.

— Мы занимались любовью, потому что ты знала, что я этого не вспомню?

— Нет. Мы занимались любовью, потому что оба этого хотели, — я неловко прочистила горло. — Ну, как минимум я хотела. Я практически уверена, что и ты тоже.

— Это я могу гарантировать, — пробормотал он.

На моём лице промелькнула лёгкая улыбка.

— Это было хорошо? — выдавил он.

Я знала, что он спрашивает не из мужской гордости; под этим вопросом скорее подразумевалось то, захочу ли я повторения.

— Да.

Снова небольшая пауза.

— Последнее, что я помню — ты избегала моих звонков. Теперь ты сожалеешь об этом избегании? — поинтересовался он шёлковым тоном.

— Я избегала твоих звонков, потому что в глубине души знала — это неизбежно, и я боялась, во что это может вылиться. Я не питаю иллюзий насчёт твоих приоритетов, Лукас. Я с уверенностью ожидаю, что рано или поздно ты разобьёшь мне сердце… но я решила, что мне уже всё равно. Мне надо перестать беспокоиться о том, что случится завтра, и наслаждаться сегодняшним днём.

— Я не разобью твоё сердце, — в каждом его слове слышалась вибрация напряжения.

Я не спорила; не было смысла. Но когда я наконец-то припарковалась перед зданием полиции на Кёртис Грин, где держали Адама Джонса, до меня дошло, что Лукас не задал ни единого вопроса об ограблении банка или о преступниках. Ему как будто абсолютно всё равно.

Лиза позвонила заранее и сообщила детективу Барнс, что мы приедем. Она уже стояла перед внушительным гранитным фасадом, и детектив Кольер находился с ней. Когда я подошла к ним вместе с Лукасом, Барнс наградила меня ледяным взглядом. Я знала, она в ярости из-за того, что я не выходила на связь. Она не отчитала меня перед Кольером (профессионализм ей не позволил бы), но выражение её лица не оставляло никаких сомнений насчёт её настроя. Я найду способ загладить вину. И объяснить ей всё.

— Добрый день, детектив Беллами, — сказала она и фыркнула в адрес Лукаса. — Лорд Хорват, — затем она показала на Кольера. — Это детектив-инспектор Алистер Кольер. Полагаю, вы уже общались по телефону.

Кольер скрестил руки на груди. Неудивительно, но он был отнюдь не в восторге, увидев вампира на священных ступенях его здания. Лукас любезно улыбнулся, но Кольер не смягчился.

— Лорд или нет, но он не может сюда войти, — прорычал он.

— Нет, может, — сказала Барнс, взмахом руки показывая, что дискуссия окончена, затем взглянула на меня. — Я так понимаю, вы здесь, чтобы ещё раз поговорить с Адамом Джонсом.

Я кивнула.

— У меня к нему пара срочных вопросов.

— Это связано с ограблением банка Талисманик? Все эти события взаимосвязаны?

— Да.

— Детектив Кольер вам…

— У меня всё под контролем, — перебила я её.

— Уверена, что так и есть, но вы не можете расследовать преступление таких масштабов в одиночку. Это не обсуждается. Детектив Кольер примет участие.

— Прошу прощения, если я ошибаюсь, — вмешался Лукас, — но какими бы ни были масштабы, преступление произошло в сверхъестественном институте. Детектив Беллами уже установила, что один из преступников — сверх.

Брови Барнс медленно поползли вверх.

— Пикси, — услужливо добавила я.

— Действительно, — Лукас улыбнулся. — Следовательно, расследование должно проводиться Отрядом Сверхов.

— Адам Джонс — не чёртов сверх, — прорычал Кольер. — Хотя он, похоже, ничего не знает о Тимоти Барратте, несмотря на ваши намёки, детектив Беллами.

— Должно быть, я неверно расслышала, — спокойно ответила я. — А что касается того, что он человек — именно поэтому я поместила его к вам. Мистер Джонс замешан на периферии данной драмы, но он может располагать информацией, которая поможет с моим расследованием ограбления банка. А ограбление банка — сверхъестественное преступление. Мне не требуется посторонняя помощь, — я взглянула на Кольера, затем на Барнс. — Я гарантирую, что если нам понадобится поддержка, я её запрошу.

— Нам? — процедил Кольер, сердито глянув на Лукаса. — Вам и этому… этому… этому… существу…

— Ох, да помолчите вы, — детектив Барнс цыкнула, затем ткнула пальцем в меня. — Хорошо, детектив Беллами. Вы каждые два часа будете сообщать мне о новых открытиях. Вы не будете отключать телефон. И прежде чем вы уедете отсюда, вы предоставите мне детальный отчёт.

Я выдохнула. Она наконец-то увидела суть происходящего.

— Спасибо.

— Не благодари меня, — рявкнула она. — Просто найди ублюдков, которые сделали это, пока по всему городу не поднялись бунты. Половина местных политиков уже дышит мне в шею. Мне не нужно ещё больше суматохи.

— Вам не нужно беспокоиться о сверхах, — невозмутимо перебил Лукас.

— Да, да. Идите за мной. Я отведу вас к Джонсу.

— Детектив Барнс… — Кольер кашлянул.

— Вы пока что можете отступить.

Щёки детектива Кольера пошли пурпурными пятнами. Я подавила соблазн показать ему язык; в конце концов, я взрослая женщина, а не ребёнок. Но соблазн был слишком велик. Вместо этого я опустила голову, чтобы скрыть выражение лица, и поспешила за детективом Барнс в здание.

Здание Отряда Сверхов было прекрасным, но весьма ветхим. В плане атмосферы и технологий оно на миллион миль отставало от монументальной конструкции на Кёртис Грин. Во-первых, наша система безопасности состояла из недовольных взглядов Лизы да крепкой смеси вербены и аконита, которую не заметит любой не-сверх. В реальности любой мог войти внутрь и осмотреться, если бы захотел. Кёртис Грин на контрасте обладало металлодетекторами, охранниками, камерами видеонаблюдения и стойким ощущением, будто за тобой постоянно наблюдают. Это всё равно что находиться в аэропорту, вот только я не упаковала лосьон для загара, и в ближайшем будущем меня не ждали фруктовые коктейли в баре на пляже.

Никто не освобождался от мер предосторожности, даже Барнс. Мы встали в очередь перед несколькими офицерами в униформе, сложив все свои металлические предметы на движущуюся ленту для досмотра рентгеном. Я пошарила по карманам и бросила свой телефон и ключи в один из маленьких серых подносов. Лукас сделал то же самое. Я глянула вниз, пока детектив Барнс без задержки проходила через металлодетектор. Я едва обратила внимание на бумажник Лукаса и массивную связку ключей рядом… но потом присмотрелась получше и застыла.

— Можете проходить вперёд, — сказал офицер охраны. Я его не слышала. Я всё ещё стояла на поднос. — Мэм…

— Детектив Беллами, — гаркнула Барнс. — Пошевеливайтесь.

Я протянула руку и забрала свои вещи.

— Детектив Беллами! — окликнула Барнс. — Что происходит?

Я приподняла подбородок.

— Извините, что потратили ваше время. Нам всё же не нужно говорить с Адамом Джонсом. Я поговорю с вами позднее и всё объясню, — я схватила ключи и бумажник Лукаса.

— Что такое, Эмма? — спросил он.

Барнс протопала мимо охраны и сердито уставилась на меня.

— Я хотела бы задать тот же самый вопрос. Что вообще происходит?

Я выделила три золотистых ключика в связке Лукаса и приподняла их.

— Иногда, — сказала я, — нужно сделать шаг назад, чтобы увидеть картину целиком. Это ключ к пониманию всего.

Детектив Барнс покачала головой.

— Я не понимаю.

— Поймёте, — я улыбнулась и развернулась к двери. — Я всё объясню попозже.

— Детектив Беллами!

Я помахала ей, но не задерживалась.

Глава 28

Судя по скоплению дорогих машин, стоявших возле здания Отряда Сверхов на холостом ходу, было очевидно, что все четыре альфы кланов решили нанести визит. Причину и угадывать не надо.

Я заметила Тоффи, прислонявшуюся к лимузину Фэйрфакса, и мотнула головой в её сторону.

— Тебе стоит присоединиться к нам, — сказала я.

На её лице промелькнуло удивление, глаза слегка расширились.

— Это не моё дело.

— Тебе решать, — я кивнула Максу, которого происходящее, похоже, завораживало, затем направилась внутрь вместе с Лукасом.

Я глянула на дверь допросной комнаты, где при нашей последней встрече сидела Эсмеральда Стром. Дверь была плотно закрыта. Я прошла мимо в основной офис. Похоже, альфы кланов лишь разогревались.

— Я требую поговорить с ней, — произнесла Леди Салливан стальным голосом. — Я найду, куда подевались мои бл*дские вещи ещё до того, как вы все моргнёте.

— Тут так не принято, — ответил Фред.

— Действительно, — я скрестила руки на груди и холодно осмотрелась по сторонам. Четыре альфы — Леди Салливан, Леди Карр, Лорд Фэйрфакс и Лорд Макгиган — рассредоточились по комнате. С ними был и Мосбёрн Пралк. Обе женщины-альфы стояли с такими лицами, которые намекали на назревающую угрозу применения силы. Лицо Пралка превратилось в маску, Фэйрфакс выглядел таким же непроницаемым. Ммм. Лорд Макгиган казался попросту поверженным.

— Вы где были, чёрт возьми? — рявкнула Леди Салливан. — Что эта бл*дская пикси может сказать в свою защиту? Я требую знать!

Позади меня кто-то прочистил горло, и я обернулась, удивленно дёрнувшись при виде Филеаса Кармайкла.

— Моя клиентка обдумала вопрос, — громко объявил он, — и хотела бы воспользоваться возможностью обратиться ко всем вам.

Все в комнате уставились на него, за исключением меня. Моё внимание было сосредоточено на другой персоне.

— Конечно, — сказала я. — Разве хуже будет?

Фред и Лиза хмуро глянули на меня, но я притворилась, будто не заметила.

— Приведите её, — сказала я Кармайклу.

— Это хорошая идея? — пробормотал Лукас, почти не шевеля губами.

— На самом деле, это может сработать нам на руку, — отозвалась я.

Мы подождали, пока Кармайкл ходил за Эсмеральдой. Её удовлетворение при виде небольшого, но чрезвычайно могущественного сборища было очевидным. Особенно восторженную и гадкую улыбку она приберегла для Мосбёрна Пралка. Он не побледнел, но выдержал её взгляд.

Леди Карр шагнула вперёд. Миниатюрная альфа оборотней выглядела готовой разорвать Эсмеральду на куски.

— Ну? Что ты скажешь в своё оправдание? — она нетерпеливо притопывала ногой. — И где, бл*дь, мои вещи?

Если суровый тон альфы должен был нагнать на Эсмеральду страх и смирение, то это не сработало. Она приподняла подбородок, её голубые глаза казались холодными и пронизывающими.

— Посмотрите на себя, — пробормотала она. — Посмотрите на всех вас. Столько власти, и тем не менее вы позволили маленькой старенькой пикси вроде меня перехитрить вас. Но не только мне. Три человека, у которых мозгов как у промокшей бумажки, превзошли вас. Ваш банк, — она презрительно посмотрела на Пралка, — оказался самым доступным для ограбления местом в мире. Ваши охранные меры — посмешище. Вы думали, что раз вы великий банк Талисманик, то с защитой всех этих придурков вам ничего не грозит, — она фыркнула. — Вы решительно ошибались. Я это доказала, — она попыталась указать на себя, несмотря на скованные запястья. — Я.

Я резко втянула вдох. Она призналась. Она призналась в своей причастности.

— Ты ждёшь аплодисментов? — ледяным тоном спросил Лорд Макгиган. — Ждёшь преклонения перед тобой за то, что ты обратилась против своих же сородичей?

Эсмеральда расхохоталась.

— Моих сородичей? Вы не мои сородичи. Мы чрезвычайно далеки друг от друга. Думаете, раз мы все сверхи, мы одинаковые? Ваша братия смотрит на нас свысока. Так всегда было. Раз у вас большая численность и острые зубы, вы мните себя лучше остальных. Я доказала, что это не так. Даже в моём возрасте я могу заткнуть вас за пояс.

Леди Салливан взглянула на меня.

— Или она начинает говорить, — рявкнула она. — Или я ухожу.

— Никуда ты не пойдёшь, — ответила Эсмеральда. — Вы все слишком цените свои ценности, чтобы уйти, — на её губах играла улыбка. Она наслаждалась властью над всеми нами. Я украдкой глянула на Филеаса Кармайкла. Если его тревожили заявления его новой клиентки, он этого не показывал.

Лорд Фэйрфакс скрестил руки на груди.

— Ты придумала всю эту операцию, так?

Я застыла, наблюдая за ним ястребиным взором. Эсмеральда повернула голову. Несколько долгих секунд она ничего не говорила. Затем улыбнулась, не сводя с него глаз, и ответила:

— Да. Я пикси на пенсии, и я едва не поставила всех вас на колени. Помните об этом, когда сегодня вечером юркнете в безопасное укрытие своего дома, — она усмехнулась.

— Где остальные три члена вашей жалкой банды? — спросила Карр. — И где наши вещи?

Фэйрфакс шагнул вперёд.

— Отдайте её мне, — прорычал он. — Я заставлю её говорить.

Ни за что. Не бывать этому.

— Ни в коем случае, — заявила я. — Миссис Стром, если хотите что-то сказать, лучше поспешите.

Я ждала, когда она перейдёт к правде, либо случайно, либо намеренно, но моё терпение не было бесконечным. Эсмеральда Стром испытывала судьбу.

— Босвелл любил наш банк, — сказал Пралк. — Зачем нападать на то место, которому ваш муж посвятил свою жизнь?

— Затем, что он должен был посвятить свою жизнь мне. Он должен был любить меня! — её лицо исказилось.

Пралк уставился на неё.

— Он любил вас.

— Не так сильно, как ваш бл*дский банк.

— То есть, ты сделала это из мести? — спросила Леди Карр. — Чтобы отплатить банку Талисманик и вонзить нож в спину своего мёртвого мужа? — она закатила глаза.

— И чтобы доказать, что вы не такие могущественные и неуязвимые, какими себя считаете, — сказала Эсмеральда. — Я почти победила.

— Но ты не победила, — напомнил Лукас. — Что ты планировала сделать с ячейками? Ты же не могла верить, что сможешь продать содержимое и не попасться.

— Они бы вернулись ко всем вам за выкуп. За хорошенькую сумму.

— Так где ячейки теперь? — спросил он. — И где остальная банда?

— Я вам скажу, — пробормотала Эсмеральда. — Если в обмен мне предложат достаточно заманчивую сделку.

— Это пустая трата времени! — взорвался Фэйрфакс. — Она явно ни хера нам не скажет! Она играет с нами.

Когда я повернулась к нему, выражение моего лица было холоднее льда.

— Лорд Фэйрфакс, вы…

К сожалению, мне не представилось возможности закончить предложение. Меня перебила Лиза. Её глаза выпучились, голос дрожал.

— Это что такое, чёрт возьми? — она с ужасом смотрела в окно. Все собравшиеся один за другим проследили за её взглядом, и их челюсти отвисли. Даже Лукас выглядел опешившим.

Неудивительно. За окном стоял самый крупный оборотень из всех, что я видела в своей жизни. Даже стоя на всех четырёх лапах, он был выше метра. Его шерсть с золотистыми кончиками ничуть не скрывала напряжённые мышцы. Волк мотнул головой в нашу сторону, и я мельком увидела сверкающие зелёные глаза и смертоносно острые зубы. Затем он поднял переднюю лапу и постучал когтями по стеклу.

— Кто это? — голос Лукаса звучал напряжённо. — Кто это, бл*дь?

На лице Леди Салливан отразился искренний страх.

— Понятия не имею.

Эсмеральда запрокинула голову и расхохоталась. Я выругалась себе под нос и взглянула на Фреда.

— Отведи её в безопасное место, — сказала я. — Ты, Лиза и миссис Стром ни при каких обстоятельствах не покидаете здание, — я сердито посмотрела на Эсмеральду. — Не выпускай её из поля зрения.

Фред сглотнул, и его кадык нервно дёрнулся.

— Что, если эта тварь попытается попасть сюда?

Я покачала головой.

— Он не попытается.

Я стремительно вышла из здания Отряда Сверхов на улицу. Все прохожие смылись и побежали в укрытие. Единственным живым существом, помимо меня и волка, была Тоффи. Ошмётки её одежды лоскутами валялись на земле, а сама Тоффи лежала на спине брюхом вверх, в позе абсолютного подчинения.

Подул прохладный ветерок, взъерошивший шерсть огромного волка. Гигантское создание повернулось ко мне, свесив язык. Он оскалился и зарычал.

Я закатила глаза.

— Что ж, — протянула я. — Вы определённо умеете организовать эффектное появление.

Лукас вырвался из-за двери и двинулся вперёд, приготовившись атаковать. Я вскинула руку, сдерживая его.

— Не надо.

Его глаза сверкнули, но он знал меня достаточно хорошо, чтобы подчиниться. Я сделала ещё один шаг вперёд. Я слышала, как выходят остальные альфы; судя по рычанию, минимум один из них обратился. Я проигнорировала их агрессивное рычание и сделала ещё один шаг в сторону оборотня. Он сделал ещё один шаг ко мне.

— Эмма, — Лукас явно беспокоился.

Я пренебрежительно махнула рукой. Ничего страшного. Всё было в порядке. Взгляд прищуренных зелёных глаз оборотня сфокусировался на мне с абсолютной концентрацией хищника. Затем он без предупреждения бросился вперёд. Я инстинктивно подняла ладони перед лицом… но волк ко мне не прикоснулся. Он остановился в паре сантиметров от меня. Я посмотрела ему в лицо, не дрогнув.

— Дерьмовое вы выбрали время, мистер Вебб.

Волк открыл пасть. А затем он лизнул меня.

— Ч-что? — Леди Салливан протолкнулась вперёд. Она ещё не обратилась в своё волчье обличье, но судя по клочкам шерсти, проступавшем на её лице, была уже на пути к этому. — Вебб? Деверо Вебб? — она покачала головой. — Но вы были укушены всего один раз. Я не понимаю.

— Его укусили больше одного раза, — сказала я. — Более того, три раза.

Вебб сел, выглядя очень довольным собой. О.

— Четыре раза? — уточнила я.

Я не думала, что оборотни способны улыбаться в этом обличье, но он определённо улыбался.

— Это невозможно, — выдохнула Леди Карр позади меня. — Существуют строгие протоколы. Его бы ни за что не укусили столько раз без нашего ведома. Четыре раза? Это невозможно.

Лукас оставался возле меня.

— Зелье. Ты сказала, что выпила зелье, Эмма. И это зелье… — он не договорил предложение.

Я кивнула.

— Его дал мне мистер Вебб. После того, как выпил его сам.

— Ты знала об этом? — потребовал он. — Ты знала, что он сделал?

— К тому моменту, когда я поняла, — мягко ответила я, — уже поздно было что-либо предпринимать. Обращение мистера Вебба было свершившимся фактом.

Раздался громкий хруст, затем тошнотворный звук ломающихся костей. Деверо Вебб слегка застонал. Его золотистая шерсть сменилась человеческой кожей, открывая гладкий загар, который нарушался лишь слабыми синяками и ранами от укусов оборотней. Он медленно поднялся на две ноги. Я проигнорировала его отсутствие одежды и сосредоточилась на его лице.

— Это очень странное ощущение, — пробормотал он. — Поистине очень странное, — он потёр шею сзади, затем поднял голову и посмотрел поверх моего плеча. — Приветствую, кузены, — сказал он, проведя языком по зубам. На его лбу пролегла небольшая складка. — А ещё один куда делся?

Я осмотрелась по сторонам. Леди Карр и Леди Салливан стояли бок о бок и смотрели на Деверо Вебба со смесью ужаса и ошеломления. Лорд Макгиган был в волчьем обличье, и его загривок вздыбился. Тоффи всё ещё лежала на земле. Но Фэйрфакс пропал.

Я стиснула зубы и взглянула на дорогие чёрные машины, припаркованные бок о бок поблизости. Прежде чем я успела двинуться в ту сторону, взревел двигатель, и ближайшая машина выехала с места и на максимальной скорости рванула прочь по улице.

Глава 29

Я взревела. Затем со всех ног бросилась к Таллуле, распахнула дверцу и бухнулась на водительское место. Мне надо было действовать раньше. Мне не стоило дозволять Деверо Веббу отвлечь меня от того, что происходило прямо у меня под носом.

Эсмеральда Стром не была боссом банды; она не организовывала ограбление банка. Это сделал Лорд Фэйрфакс. Я поняла это сразу же, как только посмотрела на ключи Лукаса, лежавшие на пластиковом подносе перед металлодетектором на Кёртис Грин.

Скарлетт сказала мне, что Фэйрфакс установил металлодетекторы на своей территории. Лукас говорил мне, что ему пришлось навестить Фэйрфакса вместо того, чтобы ужинать со мной. Другие наверняка сделали то же самое в последнее время — Мосбёрн Пралк определённо у него побывал. И если они доставали ключи, чтобы пройти через металлодетекторы Фэйрфакса, то понадобилось бы всего лишь записать цифры, выгравированные на металле, чтобы знать, на какие депозитные ячейки нацелиться.

Более того, Фэйрфакс знал, что Эсмеральда Стром затаила обиду на банк Талисманик, потому что Пралк сам ему рассказал. Даже Тоффи посчитала, что я расследую её альфу. Она сомневалась в нём… а она была одним из его верхних бета-волков.

Улики были косвенными, но этого достаточно, чтобы опорочить его. Я пыталась дать Фэйрфаксу возможность выдать себя и признаться в содеянном. Я позволила жадному до власти альфе с агрессивными наклонностями сбежать и носиться по улицам Лондона. Могло произойти всё что угодно.

Я слышала крик Лукаса, но не останавливалась. Ему безопаснее оставаться в стороне. Задержание одного из лидеров сверхов возлагалось на Отряд Сверхов, то есть, на меня. Я взревела двигателем Таллулы и пустилась в погоню, когда машина Фэйрфакса доехала до конца улица и свернула направо.

Таллула как будто понимала спешку и с удивительной лёгкостью позволила мне газовать. Я немного притормаживала на перекрестках, чтобы не столкнуться с другими машинами. Добравшись до конца дороги, я выкрутила руль вправо и напрягла глаза, высматривая фары машины Фэйрфакса. Уже опускались сумерки, и сложно было с уверенностью сказать, какие машины находились впереди. Я снова надавила на педаль газа, надеясь, что в ста метрах передо мной та самая машина.

— Давай, Таллула, — пробормотала я вслух, переключая передачи и сильнее давя ногой на педаль.

Прямо передо мной с боковой улочки выехал мотоцикл. Я выругалась и резко вильнула, едва избежав столкновения. Шины Таллулы жалобно завизжали; её двигатель не мог похвастаться такими лошадиными силами, как дорогая машина Фэйрфакса. Но на таких узких улочках она обладала лучшей манёвренностью. Надежда ещё оставалась.

Машина впереди доехала до развилки и повернула налево. Я задержала дыхание, пока магазины и здания вокруг меня превращались в размытые пятна. Три секунды спустя я добралась до той же развилки… вместе с фурой, осуществлявшей вечернюю доставку. Она выехала справа и загородила мне дорогу. У меня не оставалось выбора; я ударила по тормозам, и меня с такой силой швырнуло вперёд, что раненое плечо пронзило уколом боли. Двигатель Таллулы заглох. Я зашипела и спешно снова завела её. Мотор заработал, фура проехала, но толку не было; машина уже скрылась из виду. Она могла свернуть направо или налево на любую из множества улиц.

Я поехала по дороге, пытаясь заметить автомобиль, но его нигде не было видно. Я попыталась предположить, свернула направо и поехала к одной из основных магистралей города. Тут было больше машин, но среди них не оказалось той, что я искала.

Я искала ещё с минуту, но потом припарковалась. Фэйрфакс мог поехать в любую сторону. Попытки гнаться за ним вот так ни к чему не приведут; надо мыслить стратегически.

Я пососала нижнюю губу и подумала, а потом меня озарило. Я точно знала, куда направляется Лорд Фэйрфакс. Он явно понял, что происходит, так что не посмеет оставаться в городе. Меня он не боится, но он в ужасе от того, что с ним сделают другие альфы, Лукас и банк Талисманик. Именно их он ограбил и, возможно, планировал заодно убить.

Я представить себе не могла, о чём он думал. Я подумала о трупе Тоффи, которую убили при первом ограблении. Фэйрфакс не ожидал, что она будет в банке, и был искренне шокирован её смертью. Но если играешь с огнём, надо ожидать, что обожжёшься… и что в процессе другие будут принесены в жертву.

— Всё хорошо, Таллула, — мой голос эхом отдавался в салоне небольшой машины. — Я знаю, куда ехать.

***

Лондон обслуживался шестью аэропортами. В теории Хитроу как самый крупный из них был наиболее очевидным вариантом для бегства Фэйрфакса. Но альфа оборотней был в бегах, и его лучший шанс сбежать как можно быстрее — это поехать в ближайший аэропорт. Лондон Сити располагался не так далеко. Он обслуживал лишь перелёты на небольшие расстояния, но Лорду Фэйрфаксу этого хватит. Ему нужно было прыгнуть на самолёт до европейского города и исчезнуть, или же продолжить путь до более удалённого места.

Я скрестила пальцы, чтобы мои инстинкты оказались верны, и тронулась в путь. Одновременно с этим я схватила свою полицейскую рацию.

— Диспетчер, — произнесла я как можно отчётливее. — Это детектив Беллами из Сверхъестественного Отряда, запрашиваю срочную помощь.

Ответ последовал незамедлительно.

— Это диспетчер. Слушаю вас, детектив.

— У меня на свободе опасный подозреваемый. Я думаю, что он пытается улететь из страны. Мне нужно, чтобы проверили все рейсы из аэропорта Лондон Сити.

— Какое имя мы ищем?

Я провела языком по губам.

— Есть три варианта. У него есть фальшивые паспорта на имена Йоханнес Мюллер, Майкл Хатт и Арнольд Стенкамп.

Фэйрфакс совершил большую ошибку, когда рассказывал мне о содержимом своих депозитных ячеек. В то время он, наверное, думал, что честность ему поможет, но он рассказал мне о паспортах и именах, на которые они оформлены.

— Я передам ваш запрос соответствующей команде и доложу вам о результатах.

— Поспешите, пожалуйста.

— Принято.

Рация затрещала, и бесплотный голос умолк. Я сосредоточилась на дороге перед собой, сохраняя хорошую скорость. К тому моменту, когда я поворачивала на парковку возле аэропорта Лондон Сити и парковалась на первом попавшемся месте, я уже получила свой ответ. На сей раз голос был другим.

— Детектив Беллами, это контрольный центр.

— Слушаю.

— Южноамериканский гражданин по имени Арнольд Стенкамп только что зарегистрировался на рейс до Цюриха.

— Оповестите полицию аэропорта. Он не рискнёт принести оружие в аэропорт, но он очень опасен. Им нужно установить его местоположение, но не приближаться ни при каких обстоятельствах.

— Они прекрасно обучены и очень опытные. Они могут справиться с самыми разными людьми.

— Готова поспорить, они никогда прежде не имели дело с альфой-оборотнем в бегах, — сказала я.

Голос на другом конце рации поколебался.

— Оборотень?

— Альфа-оборотень.

Последовала очередная пауза.

— Я немедленно оповещу полицию аэропорта. Когда им ожидать вас?

Я вскинула взгляд, оценивая расстояние от парковки до главного терминала.

— Через три минуты.

— Хорошо, — рация отключилась. Я бросила её, выпрыгнула из Таллулы и захлопнула дверцу. А затем снова бросилась бежать.

Мои ноги топали по голому бетону. Семья, вытаскивавшая тяжёлые чемоданы из багажника машины, застыла и уставилась на меня. Я проигнорировала их вместе с парой, спорившей о том, чьей обязанностью было взять паспорта, и рванула к двери, перескакивая через три ступеньки за раз.

Внутри терминала я отказалась от идеи воспользоваться пассажирским конвейером, ибо он был слишком медленным, учитывая количество ковыляющих вдоль него путешественников, и побежала по коридору к гейту регистрации. Заметив двух охранников в флуоресцентных жилетах, я направилась прямиком к ним.

— Я детектив Беллами! — выкрикнула я. — Где..? — мне не нужно было заканчивать предложение. Они были наготове и знали, кто я.

— Удостоверение?

Я выудила своё удостоверение и предъявила. Ближайший охранник быстро взглянул на него, затем кивнул и показал на дверь.

— Туда. Мы можем обойти досмотр. Ваш волк прошёл таможню. Мы можем остановить его сами и…

— Нет, — я непреклонно стояла на своём, но не потому, что хотела все лавры себе, а потому что Фэйрфакс запросто мог обратиться и начать безумствовать. Автобус, захваченный фальшивыми оборотнями, Лондонский Глаз, остановившийся из-за фальшивого вампира — всё это создало хаос, но это ни что в сравнении с оборотнем, перекинувшимся посреди аэропорта. Я знала сверхов, и я знала Лорда Фэйрфакса. Это моя ответственность.

Мы втроём побежали к двери. Мы распахнули первую дверь, затем вторую и вырвались в оживлённую толпу усталых путешественников, покупателей в дьюти-фри и взволнованных уезжающих в отпуск.

— В которую сторону? — потребовала я. — Где он?

Охранник пониже ростом прижал палец к уху и послушал что-то в наушнике.

— Налево, — буркнул он. — Перед кафе у девятого гейта.

Я побежала, и охранники последовали за мной. Всюду кишели люди, и мне приходилось лавировать между ними. К счастью, аэропорт был небольшим, и увернувшись группу пьяных бизнесменов, возвращавшихся домой после долгой встречи в городе, я увидела Фэйрфакса. Он напряжённо стоял, выражение его лица было натянутым. И он был не один.

Я остановилась как вкопанная. Ко мне подошёл вооружённый охранник, держащий руку на пистолете и более чем готовый вмешаться. Я надеялась, что до этого не дойдёт.

— Нам стоит эвакуировать аэропорт? — спросил он.

Я покачала головой, надеясь, что принимаю верное решение.

— Нет. Он пойдёт тихо теперь, когда знает, что мы его засекли, — я показала на троих людей, стоявших возле него. — Остальные — люди. Их тоже надо арестовать.

Со всех сторон собирались охранники и полиция. Угрозы в аэропорту действительно воспринимались всерьёз.

— Держитесь на расстоянии, — приказала я. — Я позову вас, если будет необходимость.

Как и все оборотни, Фэйрфакс обладал сверхъестественными органами чувств. Пусть блондинка свирепо высказывала ему что-то, он поднял взгляд и осмотрелся по сторонам. Он заметил внезапно увеличившуюся численность персонала аэропорта. Затем его взгляд метнулся ко мне. Ну привет.

Лорд Фэйрфакс сделался белым как простыня. Он отошел от трио раздражённых людей, но Усач не собирался такое терпеть. Он протянул руку, чтобы схватить Фэйрфакса за воротник и дёрнуть обратно, но оборотень что-то пробормотал, и мужчина замер. Он резко повернул голову, но было уже слишком поздно. Я уже шла к ним.

— Детектив Беллами, — в радужках Фэйрфакса промелькнули жёлтые отблески. — Вы последовали за мной сюда.

— Не совсем, — я коварно улыбнулась. — Скажем так, у меня имелась инсайдерская информация о том, что вы задумали.

— Ублюдки, — прошипела женщина. — Она из полиции?

Мужчина в очках, которого Адам Джонс окрестил профессором, шаркающими шагами отошёл в сторону.

— Я не знаю этих людей, — громко заявил он.

Ну да, ну да.

— Осмотритесь по сторонам, — спокойно произнесла я. — Тут очень много ребят с пистолетами. Это аэропорт. Вы никак не унесёте ноги. Если вы попытаетесь что-то провернуть… если кто-либо из вас попытается что-то провернуть, вас мгновенно застрелят. Ваш единственный шанс — тихо пойти с нами.

— Зачем? — выплюнула блондинка. — Зачем мы должны с вами идти? Мы не делали ничего плохого!

— Вы ограбили банк Талисманик, — я говорила спокойно, но непреклонно. Никому из них не удастся скрыться, только не сейчас и не отсюда. Лучший сценарий — это если они позволят арестовать себя, не поднимая шумихи.

Я показала на их сумки.

— Предположу, что у вас там не просто какая-нибудь паршивая книжонка и зубная щетка.

— Ты… ты… ты…

Усач попытался сбежать, когда паника взяла верх. Он развернулся и рванул вправо, но у него не оставалось шансов скрыться. Буквально через пару метров три офицера в штатском бросились на него и повалили на пол. У него не было времени даже вскрикнуть.

В толпе вокруг нас раздалось несколько криков и воплей, но когда шок уступил место инстинкту самосохранения, остальные путешественники бросились врассыпную, приняв разумное решение убраться подальше.

Я не дрогнула и просто посмотрела на двоих других.

— Вы должны быть довольны, — тихо сказала я. — Это могло закончиться намного хуже для вас. Хотя бы так вы по-прежнему будете дышать, когда наступит завтрашний день. Бросьте сумки. Поднимите руки и лягте на пол.

Блондинка и профессор переглянулись, затем подчинились. Я кивнула охранникам, которые окружили нас и утащили пару, не оказывавшую сопротивления. Я до сих пор не знала их имён, но это не имело значения; они лишь марионетки в этой затее.

Я облизнула губы, затем повернулась к их господину.

— Вы правда думали, что вам сойдёт с рук преступление такого масштаба? — мягко поинтересовалась я.

Лорд Фэйрфакс оценивал меня, не моргая. Теперь, оправившись после изначального шока от моего появления и поняв неизбежность ареста, он немного взял себя в руки. Нарочито медленными движениями он бросил сумку и выдавил лёгкую улыбку.

— Естественно. Иначе зачем мне так утруждаться, по-вашему?

— Зачем? — настаивала я. — Зачем красть у своих же людей?

— Вам не понять.

— А вы попробуйте.

Фэйрфакс вздохнул.

— Дело не в деньгах… я не настолько примитивен. Правда в том, детектив, что мы годами теряли позиции. Волкам нужен кто-то вроде Лорда Хорвата. Кто-то, кто может вознестись над остальными и стать главным. Я знал, что если ослаблю остальные кланы, то в долгосрочной перспективе сделаю их сильнее. Это покажет остальным, что нам нужно сплочённее работать вместе. Катастрофа объединяет, а не разобщает. Всем кланам оборотней нужно объединиться, чтобы стать сильнее, но это не случится без причины. А подходящий лидер может предоставить такую причину.

Я в неверии уставилась на него.

— Значит, вы думали, что вы обворуете своих сородичей, воцарится хаос, и тогда вы возглавите все кланы?

— Вы выглядите скептично настроенной, но история полна таких примеров. ООН образовался после ужасов Второй Мировой Войны. Соединённые Штаты Америки образовались, когда тринадцать штатов взбунтовались против британцев.

— Едва ли вас можно назвать Джорджем Вашингтоном.

Фэйрфакс пожал плечами.

— Фыркайте сколько хотите. Это могло бы сработать, — на его лице промелькнула печаль, но я подозревала, что он жалел себя, а не то, чем могли бы стать оборотни. Он шмыгнул носом. — Это сработало бы. Я не понимаю, почему вы так недовольны. Никто же не умер.

Я едва не рассмеялась в голос.

— Но вы хотели, чтобы они умерли. Вы хотели убить нескольких людей, — я пристально посмотрела на них. — Ваш план сводился к тому, чтобы продать содержимое ячеек обратно их владельцам. Вы собирались начать с Лорда Хорвата. Вы бы организовали для него встречу с грабителями где-нибудь в тихом месте… возможно, посреди ночи на Вестминстерском Мосту.

Фэйрфакс дёрнулся.

— Вы бы не приехали сами. Нет… вы бы позволили другим сделать грязную работу за вас. Так вы могли бы отрицать причастность. Вы бы организовали, чтобы другие продали его же имущество обратно ему. Вот только, — я мрачно улыбнулась, — вы также знали, что он никогда не согласится на подобное. Он никогда бы не повёл переговоры в такой манере. Он бы скорее попытался сам разобраться с грабителями, но не передал выкуп. Так что вы непременно расположили бы Эсмеральду Стром где-нибудь на расстоянии, чтобы убить не только Хорвата, но и грабителей. Вина не легла бы на сверхов, поскольку грабители банка были людьми. И они были бы мертвы, поэтому не смогли бы отвечать на вопросы. Лорд Хорват погибает, вампиры погружаются в хаос. Депозитные ячейки якобы утрачены безвозвратно. Включая и ту ячейку, что принадлежала банку Талисманик и содержала имена незарегистрированных сверхов, — я приподняла брови. — Интересно, что вы сделали бы с этим списком? Возможно, снова шантаж и подкуп?

— Это полная чушь, — огрызнулся Фэйрфакс. — Мои руки не запятнаны кровью.

Я проигнорировала его жалкие попытки отрицания.

— И потом, когда вы были бы абсолютно уверены в собственном успехе, вы нашли бы Эсмеральду и убили её. После этого вы могли бы насладиться славой, ведь вы же раскрыли величайшее ограбление и самое громкое убийство, что видело сверхъестественное сообщество.

Его голос сочился ненавистью.

— Вы всё это не докажете.

Я не сводила с него глаз.

— Пожалуй, нет, но мне и не придётся. Вы уже дали мне все доказательства, попытавшись сбежать, — я носком ботинка поддела его сумку. — Что тут? Оригинальный Алмаз Хоупа? Парочка противоречивых экземпляров «Вознаграждённых усилий любви»?

Фэйрфакс уставился на меня.

— Вы очень хорошо осведомлены.

— Да, это так, — я чувствовала, что охранники и полиция вокруг меня начинают терять терпение. Пора довести это до конца. — У вас ещё есть небольшой шанс на искупление.

— Что вы имеете в виду?

— Сдайтесь. Мировая общественность в целом не узнает, что один из альф оборотней попытался быть криминальным гением, и репутация сверхов останется нетронутой. Или же, — продолжала я, — продолжайте противиться аресту и обречёте всех оборотней. Все кланы и все волки будут на десятилетия запятнаны вашими деяниями. Это ваш последний шанс быть тем альфой, которым вас считает ваш клан.

На подбородке Фэйрфакса подёргивался мускул, но в остальном он оставался непроницаемым. Я понятия не имела, о чём он думает.

— Остальные убьют меня за то, что я сделал. Вы это знаете.

Я подумала о мёртвом теле Лукаса на Вестминстерском мосту. Фэйрфакс тогда не нажимал на курок лично, но это его рук дело.

— Я не контролирую правосудие сверхов, — тихо сказала я. А потом, потому что я оставалась чёртовой идиоткой вопреки всему, добавила: — Однако я замолвлю за вас словечко. Как вы и сказали, никто не умер.

В этот раз.

Фэйрфакс сгорбил плечи, и в этот момент я поняла, что всё будет хорошо.

— Тогда ладно, — прошептал он. — Ладно.

***

В окружении офицеров полиции и сотрудников аэропорта я вывела Лорда Фэйрфакса из аэропорта. Я не могла затолкать его в Таллулу — это было бы в высшей степени неподобающе и опасно — так что через детектива Барнс я организовала подобающий транспорт. Фургон с отдельным отсеком для перевозки заключённых уже ждал нас в тихом углу подальше от публики. Двое мужчин с мрачными лицами открыли задние двери, и я передала им Фэйрфакса.

Мой телефон завибрировал. Я выудила его из кармана, ожидая увидеть множество пропущенных от Лукаса, Лизы и Фреда среди прочих. Пропущенные были, они перечислялись на светящемся экране, но там также имелось анонимное сообщение: «Банк Талисманик шлёт поклон».

Я уставилась на сообщение. Затем открыла рот, чтобы закричать… но было уже поздно. Раздался один громкий хлопок, пронёсшийся по воздуху подобно взрыву. У Фэйрфакса не было времени удивиться. Его тело обмякло и упало на пол фургона, после чего повалилось назад, извергнув фонтан крови и обломков кости.

Полиция вокруг меня бросилась действовать, ожидая новых выстрелов. Их не последовало.

Мне не нужно было осматривать то, что осталось от черепа Фэйрфакса, чтобы знать, что ему всадили одну-единственную серебряную пулю. Очевидно, правосудие сверхов свершилось.

Глава 30

— Что ж, — произнесла детектив Барнс. Её кожа под макияжем выглядела слегка зеленоватой. — Что ж.

— Мы вернули украденное имущество, — сказала я ей. — Фэйрфакс нёс всё в своей сумке. Он заплатил грабителям наличкой и держал все ценности при себе. Передача, должно быть состоялась за считанные секунды до того, как я прибыла в аэропорт Лондон Сити и приблизилась к ним. Они все планировали поехать в разных направлениях. Нам повезло, что мы настигли их до посадки на рейс.

— Действительно.

— Я думаю, — осторожно добавила я, — лучше всего будет вернуть всё украденное и не задавать слишком много вопросов.

Барнс бросила на меня резкий взгляд, но не возражала. Если расследовать происхождение возвращённых предметов, это откроет ящик Пандоры, и никто из нас этого не хотел.

— Вам следует знать, что Адаму Джонсу выдвинули обвинения в нарушении общественного спокойствия и незаконном проникновении на территорию, — сказала она. — Он заключил сделку. Он проведёт большую часть года в тюрьме, но вскоре выйдет на свободу.

— А грабители банка?

— Их сроки будут гораздо длиннее.

Я кивнула. Этого я и ожидала… и я ни капельки им не сочувствовала. Эти три человека застрелили многих в здании банка. И тот факт, что об этом помнила только я, ничего не менял.

Барнс переплела свои пальцы.

— Всё это приводит нас к Деверо Веббу. Мы годами пытались предъявить ему обвинения. Теперь он оборотень и вне нашей досягаемости. Похоже, вы ему нравитесь. Вы знаете, что он планирует делать теперь, став сверхом?

— Нет, — честно ответила я. — Не имею ни малейшего понятия.

— Тот факт, что он сумел обойти все законы и меры предосторожности и стать оборотнем, породит проблемы. Мы не можем афишировать содеянное им, ибо последствия будут колоссальными. Все преступники попытаются провернуть подобное, — она вздохнула. — Вам нужно пристально присматривать за ним.

— Постараюсь изо всех сил, — я никому не говорила, что Деверо Вебба укусили четыре раза перед обращением. Это означало, что он имел потенциал стать действительно могущественным. Сейчас я тоже не собиралась этого упоминать; его обращение и так создавало достаточно проблем. — Хотя я подозреваю, что все сверхи в городе тоже будут наблюдать за ним. К мистеру Веббу будет приковано немало бдительных взглядов.

Барнс фыркнула.

— Вот и хорошо. Мы уже знаем, что правосудие сверхов не оставляет пространства для манёвров.

Я сглотнула. Вот уж не поспоришь.

— Что насчёт остального клана Фэйрфакс? — спросила Барнс. — Есть очевидные кандидаты на должность нового альфы?

Я пожала плечами. Наверное, это Тоффи, но вот захочет ли она этот пост — другой вопрос.

— Наверное, нам придётся подождать до следующего полнолуния, когда волки Фэйрфакс с высокими рангами бросят вызов друг другу.

Барнс помассировала виски пальцами.

— Сплошная неразбериха, — пробормотала она то ли себе, то ли мне. Затем посмотрела мне в глаза. — Я под давлением вынуждена добавить больше детективов и офицеров в Отряд Сверхов. Тебе недолго осталось работать одной.

— Сверхам это не понравится.

— Им придётся с этим смириться. Если прошлый день что-то и доказал, так это то, что тебе нужно больше поддержки, — она подняла ладони прежде, чем я успела запротестовать. — Ты проделала хорошую работу, Эмма, я этого не отрицаю. Но впереди грядут перемены. Ты не можешь и дальше действовать одна.

Я притихла на мгновение, затем заговорила.

— Я могу озвучить одну просьбу?

— Продолжай.

— Не назначайте никого вроде детектива Кольера. Неподходящий человек принесёт лишь ещё больше проблем.

Барнс вскинула бровь.

— Ты хочешь рассказать что-то ещё, случившееся во время твоих… повторений?

Я посмотрела на костяшки своих пальцев. Там виднелся лёгкий синяк после того, как я ударила Кольера. И это до сих пор ощущалось весьма удовлетворительно.

— Я уже рассказала всё, что имело отношение к делу.

Она наблюдала за мной.

— Хорошо, — сказала она наконец, вставая. — Ожидаю получить полный письменный отчёт к концу недели. Окажи мне услугу и не упоминай никаких волшебных зелий.

Я послушно кивнула и проводила её до двери, после чего вернулась в главное офисное пространство, где ждали Фред и Лиза.

— Она злится? — спросил Фред.

— Скажем так, она… смирилась со случившимся, — я поджала губы. — Думаю, вскоре у нас в Отряде Сверхов появятся новые рекруты.

— Супер, — Лиза недовольно скрестила руки на груди. — Прям не могу дождаться.

Я включила чайник.

— Есть новости по Эсмеральде Стром?

— Её посадят. Банк Талисманик предложил позаботиться о ней, — Фред изобразил пальцами кавычки в воздухе, — но оборотни решили, что она относится к их сфере ответственности. Сомневаюсь, что мы вновь услышим о ней. Её направят в Губу.

Я хмыкнула. Губа, или жаргонное от «гаупвахта», являлась тюрьмой сверхов. Я никогда её не посещала и не хотела. Я положила пакетик чая в свою кружку и добавила горячей воды, отрешённо наблюдая, как жидкость окрашивается тёмным цветом.

— Чуть не забыла, — сказала Лиза, помахав конвертом. — Это принесли для тебя ранее. Один из волков Салливан.

Я напряглась, оставив свой чай ради конверта. На нём не было никаких пометок. Кончиком указательного пальца я поддела и вскрыла его, достав два листа бумаги. Первый оказался написанной от руки запиской, выведенной каллиграфическим почерком с завитками. Всего два слова. «Как обещалось».

Я нахмурилась и глянула на второй лист. Ааа. Результаты анализа моей ДНК. Я просмотрела и фыркнула, увидев напечатанное заключение.

Человек: результат отрицательный.

Сверхъестественное существо: результат неоднозначен.

Прямо-таки история моей жизни.

— Что там? — спросила Лиза.

Я пожала плечами.

— Просто Леди Салливан пытается притвориться моим другом и напомнить мне, что большинство оборотней — хорошие ребята, — я скомкала бумагу и бросила в ближайшую корзину, после чего вернула своё внимание к чаю. Я достала пакетик, затем добавила капельку молока и размешала. Однако не успела я сделать глоток, как зазвонил мой телефон. Увидев имя звонившего контакта, я опешила.

— Алло? — осторожно ответила я.

— Это вопрос? — гаркнул мой дядя. Мне не представилось шанса ответить. — Неважно. Сегодня утром я увидел твоё имя в новостях. Полагаю, я должен быть впечатлён. Ты за полдня раскрыла ограбление банка и уничтожила целый клан оборотней.

Я вздохнула.

— Ничего я не уничтожала. Убили одного альфу. С кланом всё будет в порядке.

Он фыркнул.

— Ну если ты так говоришь. Ты явно проделала хорошую работу. Твои родители тобой гордились бы.

Из уст моего дяди это была похвала высшей степени. Что-то тут неладно.

— Спасибо, — выдавила я.

— Я подумал, надо дать тебе знать, — отрывисто продолжал он. — Я сумел найти ту коробку вещей, принадлежавших твоему отцу и матери. Я всё упаковал. Она уже едет к тебе. Понятия не имею, будет ли что-то полезным, но я бы не хотел, чтобы ты послала ко мне орду вампиров и оборотней, если я не сдержу своё слово.

— Я бы не… — мой голос дрогнул, когда я осознала, что так мой дядя пытается пошутить. — Спасибо, — повторила я.

— Береги себя, Эмма, — буркнул он и отключился.

— Ты в порядке, босс? — спросил Фред.

Я кивнула. С таким же успехом в дядиной посылке может оказаться лишь несколько фотографий. Я не буду обнадёживаться. Пока что.

Лиза подняла голову и выглянула в окно, затем улыбнулась.

— Я так и думала, что вскоре он придёт вновь, — в её голосе слышались дразнящие нотки.

Я проследила за её взглядом и увидела Лукаса, выходившего из машины. Он несколько секунд постоял на тротуаре, будто погрузился в глубокие раздумья. Лёгкий ветерок играл с его волосами. Затем он поднял голову и убрал руки в карманы. Мгновение спустя прозвучал дверной звонок Отряда Сверхов.

— Я открою, — сказала я.

Лиза усмехнулась.

— Уверена? Я всегда могу отправить Лорда Хорвата восвояси и записать его сообщение для тебя. Ты не обязана говорить с ним лично, — она помедлила. — Ну разве что тебе очень хочется, — её усмешка сделалась ещё шире

Я сделала глубокий вдох.

— Мне очень хочется, — я подняла руку к волосам, будто собиралась их пригладить. Затем осознала, что делаю, и опустила её обратно. Затем пошла открывать дверь.

— Привет, Эмма, — Лукас посмотрел мне в лицо.

— Привет, — я испытывала глупую неловкость.

Его чёрные глаза изучали моё лицо.

— Как твоё плечо? — поинтересовался он наконец.

— До сих пор немножко ноет. Но заживает хорошо.

— Хорошо.

Мы продолжали смотреть друг на друга.

— Славная у нас погодка, — сказала я и сама содрогнулась. Мои навыки светской беседы определённо требовали оттачивания.

В уголках его губ зародилась крохотная улыбка.

— Да. Очень летняя.

Я прикусила губу.

— Ты тут по какому-то конкретному поводу?

— Да.

Я ждала.

Лукас протянул ладонь в мою сторону.

— Знаю, что уже поздновато, но я подумал, что ты можешь согласиться на ланч. Я приехал лично, чтобы ты не могла меня избежать. И чтобы тебе пришлось посмотреть мне в глаза, когда ты будешь выдумывать отговорку, почему ты слишком занята.

— Я не так уж сильно занята, — я склонила голову набок. — Могу выделить часик-другой.

Глаза Лукаса внезапно сверкнули.

— Ты голодна?

— Нет, — я подалась вперёд и взяла его за руку. — Поедем к тебе?

Он уставился на меня. Я сошла с крыльца Отряда Сверхов и двинулась к его машине. Мгновение спустя Лукас последовал за мной.

Продолжение следует…

1

Данный персонаж периодически использует не английские слова Yes/No, а русские Да/Нет. Здесь и далее это обозначено латиницей, чтобы не сливалось с остальным текстом.

2

Маркировка «ААА» в некоторых случаях означает нечто первоклассное, относящееся к высшей категории. Но также это первая буква алфавита, поэтому если список составляется по алфавиту, то эта компания попадает на первое место.

3

Стервятниками в данном случае называют адвокатов, которые мутными способами узнают о происшествиях (например, что человека арестовали) и потом едут в нужное место, чтобы человек в панике согласился воспользоваться их услугами, причём зачастую по завышенной цене. Та же история, что и с сотрудниками похоронных бюро, которые откуда-то узнают о смерти вскоре после того, как её констатировали, и приезжают, чтобы навязывать свои услуги.