ИДЕН

ИДЕН

Город Бишоп намного симпатичнее, чем я ожидала. Магазины, бары и рестораны выглядят гораздо более винтажно, чем я привыкла. Здесь сплошь причудливые витрины и нет крупных сетевых магазинов, что является полной противоположностью Найт-Крик.

Единственная проблема с маленькими, причудливыми городками заключается в том, что все буквально друг друга знают, настолько, что то, как люди продолжают смотреть на меня, говорит мне, что они знают, что мы не из города. Я не могу избавиться от мурашек, пробегающих по затылку, когда сворачиваю в следующий проход с Лу-Лу и Хантером, наша тележка наполняется закусками и угощениями по ходу дела. Я наивно надеюсь, что кто-то из них двоих придумывает настоящие блюда, потому что это точно буду не я.

— Мороженое, нам нужно все мороженое, — кричит Лу-Лу, заставляя нас остановиться перед морозилкой, заполненной Ben & Jerry's, и складывает руки на груди, разглядывая ассортимент перед нами.

Магазин невелик, в нем, возможно, десять рядов товаров первой необходимости, и внутри он выглядит довольно современно по сравнению с остальной частью города, благодаря высококачественным системам наблюдения, на которые указал Хантер.

— Я никогда по-настоящему не пойму девушек и их потребность в мороженом, — говорит Хантер со вздохом, но когда я смотрю на него, он понимающе улыбается мне. Кажется, Хантеру нравится выводить меня из себя, особенно когда он знает, какой ответ получит от меня.

— Это потому, что ты не понимаешь важных вещей в жизни, мой друг, — замечает Лу-Лу, даже не оглядываясь через плечо. Я улыбаюсь, но горячий блеск в глазах Хантера, когда он смотрит на меня, заставляет мой рот мгновенно пересохнуть. Сегодня он тоже надел бейсболку задом наперед, серые шорты и простую белую футболку, и это возбуждает меня еще больше.

Я больше не знаю, кто эти гребаные парни. Я видела их холодными, расчетливыми и свирепыми, но то, что они обожают меня, ощущается как вне телесный опят. От одного его взгляда мне хочется наброситься на него, как паукообразной обезьяне. Я хочу сказать, что это все мои гормоны, но я знаю, что это, черт возьми, не так. То, что я чувствую к ним, росло с самого начала, даже вопреки моему здравому смыслу.

Лу-Лу прочищает горло, отрывая меня от напряженного взгляда Хантера, и от того, как она приподнимает бровь, бросая на меня острый взгляд, мои щеки почти горят. Мне нужно взять себя в руки. Мой клитор, требующий внимания, даже когда мы находимся в общественном месте где присутствуют люди, немного выходит из-под контроля.

Хантер хихикает, обнимая меня за плечи, в то же время другой рукой он лезет в морозилку. Холодный воздух никак не успокаивает мое тело, когда он достает упаковку мороженого с шоколадной помадкой брауни. Мой мужчина, блядь, знает.

Мы небрежно идем позади Лу-Лу, позволяя ей идти впереди и наполнять тележку. Она постоянно проверяет, не решила ли я случайно, что мне чего-то хочется, но даже когда я говорю "нет", она на всякий случай бросает в корзину еще шоколада и сладостей. Она добавила четырнадцать пакетиков шведских рыбьих хвостов, даже не посмотрев в мою сторону, помня о моей любви к ним, и это заставляет меня улыбнуться.

Когда мы подходим к кассе, молодая блондинка смотрит на нас сверху вниз, ее носик пуговкой морщится, а губы растягиваются в усмешке, когда мы начинаем все выгружать, и это мгновенно поднимает мою защиту. Я просто хотела ненадолго выйти из дома, я ненавижу чувствовать себя взаперти, но я бы предпочла не сталкиваться с ненужной враждебностью, пока я этим занимаюсь.

Что меня не устраивает, так это тот факт, что это просто похоже на отпуск, а не на то, что мы спасаемся бегством. Я имею в виду, что у нас нет никаких наших обычных гаджетов и технологий, мы не находимся в состоянии повышенной готовности и не дрожим от страха, как в Найт-Крик.

Вместо этого мы валяемся у озера, смотрим фильмы по вечерам и заскакиваем в местный городок перекусить. Часть меня чувствует, что мы теряем бдительность слишком быстро и слишком легко, но другие непреклонны в том, что с нами все в порядке. В полной безопасности и под надежной защитой.

Я надеюсь на это.

Мужчина в очереди перед нами берет свои сумки и покидает магазин, и когда мы подходим к кассе, девушка медленно разглядывает Хантера, не торопясь оглядывая его со своей милой ухмылкой с головы до ног, пока он загружает все на ленту конвейера.

Я стискиваю челюсть, разминая пальцы, наблюдая, как она это делает, даже когда его рука опускается на меня, но мне каким-то образом удается держать рот на замке. Ее взгляд встречается с моим, и жар, бурлящий под поверхностью, быстро угасает, когда она смотрит на меня.

Убирая волосы с лица, она выгибает спину, чтобы казаться выше, и в то же время делает ее ложбинку более заметной, и мне хочется шлепнуть эту сучку. Рука Хантера сжимается вокруг меня, но я не расслабляюсь и не отвожу от нее взгляда.

— Вы, ребята, здесь новенькие, — комментирует она, медленно начиная просматривать наши товары, и Лу-Лу, к счастью, удается вежливо ответить, искоса поглядывая на меня. Видимо, моя ревность довольно заметна. Кто знал?

— Да. Мы просто остановились у семьи на несколько дней в соседнем городе, но были проездом и решили захватить кое-что из вещей, — небрежно говорит она, кивая Хантеру, чтобы тот помог ей упаковать вещи, пока кассирша продолжает разглядывать нас. Обыскивая ее униформу, я нахожу маленький черно-белый бейдж с именем, почти скрытый расстегнутым воротом ее рубашки - Кимми.

— Откуда вы? — Спрашивает Кимми, и я замираю, моя спина напрягается от ее вопроса.

— Уайт-Ривер, — отвечает Лу-Лу, не отрывая глаз от продуктов, и мне приходится заставить себя сделать глубокий вдох.

Мне не нравятся флюиды, которые излучает эта девушка, и я не имею в виду то, как она открыто трахает глазами одного из моих парней. Я не могу понять, в чем дело, но качаю головой. Я веду себя как параноик, я знаю это. Черт. Возьми себя в руки, Иден.

Оставить позади запутанную жизнь Найт-Крик, очевидно, сложнее, чем я думала.

— Как тебя зовут, красавчик? — Спрашивает Кимми, глядя на Хантера, и я на пределе возможностей с этой чертовой девчонкой. Я делаю шаг вперед, но Хантер вздыхает и качает головой, что останавливает мое приближение.

— Я собираюсь стать отцом. Хочешь посмотреть фотографии? — он отвечает, широко улыбаясь ей, и я чуть не захлебываюсь собственной гребаной слюной. Кашляю и отплевываюсь от того, как он, блядь, взволнованно это сказал. Лу-Лу подбегает ко мне, хлопает по спине и протягивает бутылку воды из ниоткуда.

Я не слышу ее ответа полностью, моя собственная реакция ошеломляет меня, но Кимми быстро возвращается к сортировке продуктов, когда Хантер бросает на меня понимающий взгляд. Ублюдок. Он даже не потрудился убедиться, что со мной все в порядке, видимо, слишком доволен своей линией женских репеллентов.

Мне требуется целая вечность, чтобы взять дыхание под контроль, а также выпить всю бутылку воды, и когда я наконец могу дышать без повторного кашля, все упаковано и оплачено.

Лу-Лу толкает тележку, в то время как Хантер переплетает свои пальцы с моими, ведя меня к выходу, по-прежнему широко улыбаясь, и мы почти выходим на улицу, прежде чем слышим крик Кимми: — Эй, подождите. Извините меня!

Мы все поворачиваемся к ней лицом, и она машет рукой, как будто мы действительно могли видеть, как она это делает, когда смотрели в противоположную сторону.

— Ты играешь в футбол? Ты кажешься знакомым, — спрашивает она, переводя взгляд на Хантера, и мое сердце почти останавливается в груди, когда я чувствую, что мои ладони вспотели от нервозности.

— О, милая, ему постоянно это говорят. Все дело в росте. Но на самом деле, мистер Баттерфингерс вон там не может даже бегать по прямой, не говоря уже о том, чтобы поймать мяч, — быстро отвечает Лу-Лу со смешком, и мне приходится заставить себя смеяться вместе с ней, хотя я почти уверена, что мой смех звучит как у придушенной кошки.

Не дожидаясь, успокоит ли Кимми ответ, Хантер крепче сжимает мои пальцы и тянет меня прямо к микроавтобусу, не оглядываясь.

— Что это, черт возьми, было? — бормочу я, по общему признанию, в панике, но Хантер не отвечает, пока не сажает меня на пассажирское сиденье, помогает Лу-Лу разгрузить тележку и забирается на водительское сиденье, прежде чем завести минивэн.

— Я не знаю, наверное, ничего, но я не хочу, чтобы мы ждали, пока это выяснится, — отвечает он, и я киваю, сама не чувствуя себя такой уж уверенной. Но прикосновение его руки к моей немного успокаивает меня, когда он сосредотачивается на дороге впереди.

— Я пишу Райану, — бормочет Лу-Лу с телефоном в руке, и я хмурюсь.

— Почему?

— Почему бы и нет? Все, что угодно, должно быть в поле его зрения. Нам не нужны сюрпризы, Иден, — бормочет она, сосредоточившись на телефоне, когда я смотрю на нее через плечо.

В этом есть полный смысл.

— Мы подвергли себя опасности? — Спрашиваю я, вспоминая транслируемую по телевидению мольбу Иланы о благополучном возвращении мальчиков, и Хантер прочищает горло.

— У нас все под контролем, Иден. Не волнуйся, — бормочет он, включая радио погромче и сильнее нажимая на газ, когда мы выезжаем из города. Я не запоминаю никаких подробностей о Бишопе, пока мы проезжаем мимо, беспокойство затуманивает мой разум.

Прикосновение Хантера успокаивает меня, когда он сжимает мое бедро, и я кладу свою руку поверх его, пока мы возвращаемся в хижину.

Каждый раз, когда вокруг меня воцаряется тишина, когда я с кем-то из парней, я ожидаю почувствовать себя в некотором роде неловко, мне нужен фоновой шум, чтобы заполнить пустоту, но сейчас мне так комфортно рядом со всеми ними, я, наверное, чувствую себя спокойнее, чем когда они все разговаривают.