Оригинальное название: «Fast Forward» Juliet Madison

Название на русском: «Прыжок во времени» Джульетта Мэдисон

Серия: ВНЕ СЕРИИ

Переводчик: Юлия Цветкова

Сверщик: Алина Николаева

Редактор: Леруся Нефедьева

Вычитка: Марина Иванова

Обложка: Екатерина Белобородова

Оформитель : Юлия Цветкова

Переведено специально для группы:

https://vk.com/book_in_style

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Внимание!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Глава 1

Именинница

«Старость приходит внезапно, а не со временем, как все почему-то думают»

Эмили Дикинсон

Я не виновата в том, что я красотка. Вот — я сказала это.

Не хвастаюсь и не утверждаю, что я дар Божий, просто констатирую факт. В генетической лотерее мне достался счастливый билетик. Так что, естественно, я этим воспользовалась и построила карьеру. Почему я должна извиняться перед сестрой за то, что добилась успеха? То, что я подписала контракт с одним из самых престижных модельных агентств города, живу в квартире с видом на парк и встречаюсь с самым великолепным парнем на свете, не делает меня…

«…эгоистичной, тщеславной коровой!» — как она выразилась, пулей вылетев из бара «Лава» во время моего рассказа в день-перед-днем-моего-рождения о том, как же всё-таки удалась моя жизнь. А я ведь даже не закончила!

В подростковом возрасте Кейси только и мечтала о том, чтобы общаться с моими друзьями и быть частью нашей компании. Её не останавливало даже то, что сама она была на два года младше, и имела больше общего с семилетним мальчиком, который жил по соседству и коллекционировал жуков.

Глядя на нас, вы ни за что не догадались бы, что мы сестры. Я — высокая, стройная, с блестящими черными волосами и правильными чертами лица, в то время как она — моя полная противоположность: непослушные, сожженные неудачной химической завивкой волосы и… как бы это сказать, чтобы её не обидеть… пышная фигура. Я, конечно, люблю свою сестру, но иногда вспышки ее зависти просто сводят меня с ума!

Кейси вылетела за дверь, и я уже собиралась последовать за ней, но чья-то теплая ладонь легла на мое предплечье.

— Забудь, Келли, нет смысла идти за ней, вы только еще больше разругаетесь! — сказала Селена, модель из агентства Голдберг, лицо косметики «Мистик», и вот уже три года по совместительству моя лучшая подруга.

— Она права, просто оставь сестру в покое. — А это уже говорит один из самых востребованных фотографов и мой парень, Грант Миллс, заправляя прядь волос мне за ухо.

Я опустилась в кресло и покрутила в руках соломинку в пустом бокале.

— Ладно, поговорю с ней, когда она успокоится. Хотя, не удивлюсь, если завтра она проигнорирует мой день рождения.

— Шутишь?! — Селена, с широко распахнутыми от удивления глазами, с такой силой поставила на барную стойку свою недопитую маргариту, что пару капель коктейля попали мне на руку. — Сомневаюсь, что она упустит возможность побыть рядом с Максом Шелдоном. Она будет там, вот увидишь!

Скорее всего, Селена права. Кейси неделями выпытывала у меня, есть ли у Макса девушка, любит ли он дайвинг или экзотических птиц. Возможно, я ошибаюсь, но что-то подсказывает мне, что Макс, которого я знаю — один из самых популярных моделей, демонстрирующих нижнее белье в стране и не знающий скромности, скорее работает над собственным загаром в свободное время, чем опускается под воду с маской и трубкой или разглядывает птиц сквозь солнечные очки за две тысячи долларов.

Теплая рука Гранта сжала моё плечо.

— В любом случае, не позволяй ей испортить твой день рождения. Как насчет того, чтобы еще выпить? Всем шампанского! — Не дожидаясь от нас ответа, он пошел к бару.

Селена перегнулась через стол и жестом попросила меня наклониться к ней.

— Я так рада, что, наконец, могу поговорить с тобой наедине, — быстро проговорила она.

— О чём?

Я наклонилась ближе, и она прошептала мне на ухо:

— Вчера я видела, как Грант выходит из Ди Эс Джей.

— Ди Эс Джей? Серьезно? Это же самый дорогой ювелирный магазин в городе, они ещё специализируются на кольцах с бриллиантами.

— Угу! — кивнула Селена с озорным огоньком в глазах, — я не видела, что именно он там делал, но вышел он оттуда с маленьким золотистым пакетом.

Я ахнула и тут же накрыла рот рукой.

— Как думаешь, это значит, он…

— Собирается сделать тебе предложение? Да! — Селена подпрыгнула на месте. — Думаю, это случится на вечеринке в честь твоего дня рождения.

— Ух ты! Не могу поверить… В смысле, я конечно же скажу «да» и все такое…

Селена резко откинулась на спинку кресла. Вернулся Грант, с несколькими бокалами, наполненными искрящимся шампанским. Немного успокоившись, я постаралась вести себя как можно более естественно, и когда он передал мне бокал, вежливо улыбнулась.

— Спасибо, милый.

— Так что, ты решила идти на встречу выпускников в субботу? — спросила Селена.

— Нет, разве я тебе не говорила? Мы с Грантом хотим выбраться куда-нибудь отдохнуть в эти выходные в качестве моего подарка на день рождения. Да и вообще, я предпочла бы оставить свои школьные деньки в прошлом.

Грант приобнял меня за талию, и я наклонилась ближе к нему, наслаждаясь теплым запахом его тела. В нос ударила нотка цитруса в его лосьоне после бритья «Фаренгейт» от Диор, который я дарила ему на прошлое Рождество.

— Что ж, это звучит куда соблазнительнее, чем встреча выпускников, — подмигнула мне Селена, — тем более, у вас будет неплохая возможность отметить… — она запнулась, когда я кинула на нее предостерегающий взгляд, напоминая, что Грант не должен знать, что мы в курсе. — Твой двадцать пятый день рождения!

Она коротко кивнула и сделала ещё глоток шампанского. После третьего круга выпивки и еще целого часа бессмысленной болтовни и танцев, мы, наконец, решили расходиться. Не хотелось мучиться от ужасного похмелья на завтрашней вечеринке.

— Детка, ты чуть не забыла, — Грант протянул мне шелковый шарф, который я брала часом ранее, чтобы сделать свой танец более зрелищным.

— Спасибо, милый, — я обернула шарф вокруг его шеи и резко притянула к себе, оставляя на его губах страстный поцелуй.

Мы вышли из бара, вдыхая мягкий ночной воздух, подпорченный запахами городской жизнедеятельности: выхлопные газы автомобилей, дым от сигарет проходящих мимо людей.

Взгляд бездомной женщины встретился с моим, когда мы проходили мимо неё. Её хрупкое тело было закутано в изношенный и потертый мужской пиджак 70-х годов, сквозь тонкую ткань майки виднелись соски. Я быстро отвела глаза от её пристыженного взгляда, но потом оглянулась снова. Нащупав в кошельке пару монет, я подошла к ней и вложила их ей в ладонь. Словно не в силах сказать и слова, женщина кивнула в знак благодарности и крепко сжала мою руку.

— Зачем ты это сделала? — спросил Грант, когда я вернулась к нему. — Она, скорее всего, спустит деньги на выпивку или наркотики.

Я пожала плечами:

— Может, она голодна или ей нужны новые вещи.

А ещё её глаза напомнили мне мою мать. Я знала этот отчаянный взгляд слишком хорошо.

— Вот, — Грант достал что-то из своего бумажника, — невозможно знать наверняка, что ещё она трогала своими руками.

Он протянул мне антибактериальную салфетку.

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Почти уверена, что в том баре, откуда мы только что вышли, микробов было гораздо больше, — однако под настойчивым взглядом Гранта я всё-таки протерла руки салфеткой, прежде чем выбросить в мусорное ведро. Было приятно, что он пытается оградить меня от угрозы, пусть даже и несуществующей.

— Скорее! Вон там, через дорогу, люди выходят из такси. Давай поймаем его, — сказал Грант, потянув меня за руку и выбегая на проезжую часть.

Внезапно взревел двигатель; визг автомобильных покрышек резко ударил по ушам, когда чёрный Холден выскочил из-за угла.

— Грант, осторожно! — Я резко дернула его за руку, как только машина промчалась мимо. Не сохранив равновесие, Грант повалился на меня. Я лежала на тротуаре, хватая ртом воздух и прижимаясь к его телу.

— Ого… это было близко, — ошеломленный произошедшим Грант оставался неподвижным.

— О Боже! Этот идиот чуть не сбил тебя! — Когда мы вместе вставали на ноги, я крепче прижалась к Гранту, двигаясь как одно целое.

— Но он этого не сделал. Со мной всё в порядке, не волнуйся, — сказал Грант, продолжив идти, в то время как я так и осталась стоять на месте. — Кел, ты идёшь?

В голове промелькнул образ распластанного посреди дороги Гранта в луже темной липкой крови, сочащейся из большой раны. Я покачала головой, стараясь избавиться от тревожной картины и мысли о том, что только что могла потерять мужчину своей мечты.

— Детка, с тобой всё хорошо?

— Просто… ты мог умереть, — ответила я. — Я просто подумала… что буду делать… без тебя.

— Ну, если конечно Вселенная не задумала что-то против меня, ты, наверное, никогда не узнаешь.

Он улыбнулся, рукой обвил меня за талию и повёл к такси, которое подъехало близко к нам.

На следующее утро я едва могла разлепить глаза, а всё тело упрямо отказывалось слушаться, но желание воспользоваться ванной комнатой всё-таки победило. С полузакрытыми глазами я кое-как выбралась из постели и направилась в ванную, которая, казалось бы, находилась сейчас гораздо дальше, чем обычно. Моё тело, наполненное необычным для меня чувством тяжести, ныло, хотя я выпила всего три коктейля. Возможно, в двадцать пять тело человека неожиданно начинает хуже реагировать на алкоголь или что-то вроде этого. Душ. Вот, что мне нужно, чтобы прийти в себя.

Я стянула с себя ночную рубашку и направилась в сторону душа, чтобы включить воду, но душевой кабины не было на обычном месте. Вместо этого душ находился в другом углу. Странно. Моргнув несколько раз подряд и осмотревшись вокруг, я заметила, что абсолютно всё здесь было по-другому. Это не моя ванная! Неужели сегодня ночью я ночевала у кого-то другого? Нет. Я отчетливо помню, как забиралась в собственную постель ровно в одиннадцать сорок пять, сразу после того, как умылась и нанесла на лицо омолаживающую сыворотку. Так где же я, чёрт возьми?

Я мельком пробежалась по незнакомой обстановке, остановилась на странной штуке, висящей на стене, к которой примыкала душевая. Еще здесь было незнакомое мне устройство, отдаленно напоминающее сушилку для рук, только в несколько раз больше, размером примерно с человеческий рост. Затем я увидела зеркало и, заглянув в него, увидела, пожалуй, самое страшное, что когда-либо видела в своей жизни. Морщины… сотни морщин смотрели на меня из отражения.

Гусиные лапки, мелкие и крупные морщины избороздили мой лоб и… О мой Бог! Даже губы? Я прищурилась и наклонилась ближе к зеркалу, чтобы рассмотреть получше. Морщины, как оказалось, еще не самое худшее: я заметила несколько одиноких волосков, торчащих из моего подбородка и шеи, словно у какой-то индейки. Кроме того, мои волосы больше не ниспадали на плечи черным шелковистым каскадом, а скорее напоминали сожженную солому и выглядели жалкими дымчато-серыми прядями, торчащими из головы. Должно быть, я всё еще сплю и это просто страшный сон! Наверное, я вчера выпила слишком много и теперь за это расплачиваюсь.

Но всё вокруг было так реалистично! Наверное, в мой коктейль что-то подмешали. Не знаю как, но такую возможность нельзя было исключать. Бьюсь об заклад, что это сделал тот жутковатый чувак, который весь вечер сидел рядом с нами, уткнувшись в свой телефон. Наверное, снимал меня на видео. Могу поспорить, что он выложит его на Ютуб и, если видео завирусится, я появлюсь в завтрашней газете: АМБИЦИОЗНАЯ МОДЕЛЬ КЕЛЛИ КРОУФОРД — АЛКОГОЛИЧКА!

Я осторожно прикоснулась к лицу, которое мне не принадлежало. Сделала шаг назад, а затем ещё один, отступая подальше от кошмарного видения в зеркале, пока мои ноги не соприкоснулись с холодным краем ванны. Вздрогнув от неожиданности, я упала навзничь, опрокидывая пару пустых бутылок. Стеклянная ваза упала на пол, с пронзительным звуком разлетаясь на мелкие кусочки. Несколько осколков взметнулись в воздух, как маленькие ракеты и, приземлившись, впивались в мою левую руку, и на коже проступали темно-красные капли крови.

— Ой! — поморщилась я, сжимая руку.

Затем я увидела нечто ещё более страшное. В ужасе я подскочила, стараясь поскорее выбраться из ванной, барахтаясь голая, словно рыба, выброшенная на берег. Прежде чем уверенно встать на ноги и вернуться к зеркалу, я упала еще два раза. От удивления рот широко раскрылся. Я опустила руки, чтобы прикоснуться к животу, потрогать складки дряблой, обвисшей кожи, больше напоминающей упаковку желе.

Что, во имя Диор, случилось с моим плоским животиком?! К тому же, мало того, что теперь вместо живота у меня была непонятная желейная масса, так еще и груди мои висели так низко, что находились практически в Антарктике!

Нет никакого Бога.

Нет, это не ночной кошмар, и более чем уверена, что в мой коктейль ничего не подмешивали. Это реальность. Я чувствовала это, не говоря уже о том, что видела. Это была все еще я, только… старая.

— Что это был за шум? Мне показалось или что-то разбилось? — В ванную ворвался мужчина.

— А-А-А! — Я инстинктивно постаралась закрыть руками как можно больше голого тела, съежившись в углу возле туалета, пока глазами отчаянно оглядывалась вокруг в поисках полотенца. И почему в этой ванной нет ни одного?! О, слава Богу, моя ночная рубашка! Я подняла её с пола и обернула вокруг себя.

— Убирайтесь! — Я отгоняла его от себя, словно назойливое насекомое, но он упрямо продолжал двигаться в мою сторону.

— Что случилось, дорогая? — Он взглянул на остатки вазы, разбросанные по полу, а потом на кровь, сочащуюся из моей руки. — Ты в порядке?

Шатен смотрел на меня с неподдельным беспокойством. От его кожи исходил приятный аромат геля после бритья, который я не могла определить.

— Со мной всё в порядке, только выйдите! — Мужчина был искренне удивлен, заметив движения моих рук, которые так и говорили «Пошел вон!».

— Ладно-ладно. Я просто хотел убедиться, что с тобой все хорошо. И, конечно же, поздравить свою жену с днём рождения, — он наклонился, чтобы поцеловать меня, но я увернулась, меня переполнял ужас.

Он сказал «жена»? Я не была его женой, и совершенно точно этот старик не был моим мужем! Грант должен был быть моим мужем. Ну, после того, как он сделал бы мне предложение сегодня вечером. О Боже! Сегодня вечером мой день рождения! Моя вечеринка! Я не могу пойти туда в таком виде.

Пронзительный звон оборвал мои мысли, а мужчина, услышав его, сделал странное движение — ущипнув часы большим и указательным пальцам, он протянул невидимую нить к своему уху.

Что он делает?

— Уильям слушает, — сказал он и вышел. Наконец-то!

Уильям? Кто, черт возьми, это был, и почему он называет меня своей женой? Это было очень странно. У меня закружилась голова, и я оперлась о стену, чтобы не упасть. Я ломала себе голову в поисках ответов или каких-нибудь решений, силясь разобраться в сложившейся ситуации. Уильям… его глаза показались мне знакомыми и еще то, как он вышел из комнаты — эта бодрая походка. Я определенно видела его… раньше.

Точно! Я тихо щелкнула пальцами. Уильям Макнилли, парень из моей школы. Неужели это действительно он? Пухлый, не имеющий друзей, Уильям Макнилли, который, казалось, никогда не замечал приклеенные к его спине записки «Пни меня!»?

Ух ты, оказалось, сейчас он очень даже ничего. Конечно, он уже древний, но для своего возраста выглядит неплохо. Минуточку! Если я всё-таки замужем за Уильямом Макнелли, то должно быть теперь… О Боже! Нет! Келли Макнелли. Застрелите меня сейчас же. Я не стала МакДрими или МакСекси, я стала Макнелли или, если быть точной, МакСвелли (прим. переводчика: МакСвелли — игра слов, дословно — вонючка), как его дразнили в школе. Теперь это относится и ко мне.

Словно увядшее растение, моё тело размякло, рука скользнула вниз по стене, ночная рубашка снова упала на пол. Вместо того, чтобы осесть на пол, я резко приземлилась на холодное сиденье унитаза. Разговор Уильяма за дверью прерывал мой, достойный Оскара, эпизод и я быстро подняла рубашку и одела ее как раз в тот момент, когда Уильям попрощался со своим собеседником.

— Кел, что происходит? — Уильям снова вошел в ванную, которая уже начала напоминать мне тюрьму. Жестокую, полную разной сантехники тюрьму без полотенец, зато со странным зеркалом, в котором я выгляжу старухой.

Все, что могу сделать — отрицательно трясти головой, не желая верить, что это происходит на самом деле. У меня дрожали руки, дыхание сбилось.

— Где я? Почему выгляжу такой старой? — Уильям осторожно прикоснулся к моему плечу, и я вздрогнула, хотя его прикосновение показалось мне на удивление успокаивающим. — Я ничего не понимаю. Ещё вчера я была молода и счастлива, а сейчас превратилась в какое-то старое трясущееся недоразумение!

— Брось, милая, ты великолепно выглядишь для своего возраста. Тебе всего лишь пятьдесят, не будь к себе так строга, — сказал Уильям, поглаживая мое плечо.

— Пятьдесят?! — выпалила я, задыхаясь. — Мне не пятьдесят! Мне должно быть двадцать пять!

Я стряхнула его руку со своего плеча, — почему мне не двадцать пять?

— Милая, быть на взводе в такой день это совершенно естественно. То есть, ну кто не хотел бы вернуть свои двадцать пять, верно? — улыбнулся Уильям. — Но ты по-прежнему очень красива. Сегодняшний день пройдет отлично, вот увидишь. Особенно твоя вечеринка. К семи вечера дом заполнится важными для нас людьми. Ты, должно быть, ждешь его с нетерпением? — Он приподнял мой подбородок, и я неохотно встретилась с ним взглядом.

Жду с нетерпением? Я всё бы отдала, чтобы вернуться обратно к своей реальной жизни, в которой мне всего двадцать пять, а мой живот не напоминает пивное пузо моего отца. Совсем скоро они будут называть меня «Келли Джелли Белли МакСвелли» (прим. переводчика — игра слов, если переводить дословно: Келли вонючка с желейным животом). Ох, как вообще это могло случиться? Что, черт возьми, со мной происходит? Я больше так не могу.

— Где Грант? Мне срочно нужен Грант! — выпалила я, стряхивая его руку.

— Какой Грант? А…Ты, должно быть, имеешь в виду твоего бывшего?

— Да. Нет! Точнее… он не бывший.

— Милая, ты не общалась с ним с того момента, как начала встречаться со мной двадцать пять лет назад, — нахмурился Уильям, — или я ошибаюсь?

— Двадцать пять лет назад? Но Грант и я… мы должны были… он должен был сделать мне предложение на мой день рождения.

— Келли, ты сама его бросила, помнишь?

— Я его бросила? — Может, я постепенно схожу с ума?

Уильям кивнул.

— Но я сделал тебе предложение, и ты согласилась. И, как видишь, мы по-прежнему счастливы вместе, спустя почти четверть века в браке.

Ладно, Келли, только дыши. Вдох… и… выдох. Всему этому определенно должно быть какое-то объяснение. Думай! Может быть, я сильно ударилась головой, и теперь у меня амнезия? Это вполне возможно, не так ли? Я просто потеряла память и не помню последние двадцать пять лет своей жизни. Да, я могла упасть в ванной и получить серьезную травму головы. Помню падение, но ведь это было уже после того, как я заметила, что стала старой. Может, это произошло вчера, со мной сорокапятилетней, и я потеряла память еще тогда? Но у меня не болела голова, и я не чувствовала ничего такого…

Я подошла к ужасному зеркалу снова, но не увидела никаких подозрительных синяков и шишек. Должно быть, это случилось намного раньше. Может, я проснулась нормальной двадцатипятилетней девушкой в свой день рождения, а потом попала в какую-то страшную аварию. И, может, Уильям был тем фельдшером из скорой помощи или врачом, который лечил меня, а я влюбилась в него, пока он заботился обо мне. Но ведь после аварии Грант и сам позаботился обо мне, не так ли?

Раз уж я, наконец, взяла себя в руки, стоит задать несколько вопросов.

— Хм, Уильям?

— Да?

— Я когда-нибудь попадала в аварию? Возможно, у меня была черепно-мозговая травма? — вяло спросила я.

— Нет, — на его лице смешались растерянность и забота. — А что? Ты плохо себя чувствуешь? У тебя болит голова или что-то ещё?

— Нет, с моей головой всё в порядке, я просто… — Боже, я чувствовала себя героиней Дрю Берримор из фильма «Пятидесят первых поцелуев», а Уильям был Адамом Сэндлером, унижающим меня. — Я просто чувствую, что время унесло всю мою молодость и красоту. Жизнь, кажется, пролетела так быстро.

Может, если я начну поддерживать и вести себя так, как следовало бы, я каким-то образом вернусь к своей нормальной жизни, забыв про это ужасное утро?

Мне срочно нужно было в душ. Я закрыла бы глаза и сосредоточилась на теплой воде и, возможно, пятидесятилетнюю меня просто смыло бы, а, снова открыв глаза, я стала бы двадцатипятилетней собой. Хм, нужно попробовать.

В душе не было никаких кранов, и я не имела ни малейшего представления, как заставить эту штуку работать.

— Думаю, душ поможет мне прийти в себя. Уильям… эм, милый… не мог бы ты взглянуть на наш душ? Мне кажется, его нужно починить.

Стоило только попросить Уильяма, как он тут же засучил рукава и подошел к душевой кабине.

— Что ж, давай посмотрим, что у нас здесь…

Он аккуратно нажал на какие-то кнопки на встроенной в стену панели и провел рукой под ромбовидной формы душем. Вода тут же полилась из маленьких отверстий.

— Всё работает, — сказал он.

— Не мог бы ты ещё и выключить воду, ну… просто, чтобы проверить.

Он нажал на кнопку чуть выше, и вода резко остановилась.

— С этим тоже всё в порядке, — он улыбнулся и повернулся к двери, — увидимся за завтраком.

— Подожди! — Я кинулась ему вслед. — Может, ты снова его включишь? Ну, знаешь, чтобы тебе не пришлось возвращаться, если вдруг он снова забарахлит.

— Для именинницы всё, что угодно. — Уильям сделал то же самое, что и в прошлый раз. Теперь я пристально наблюдала за каждым его движением. Он нажал по одной кнопке на каждом из трёх рядов и еще одну, красную, в самом центре. Затем несколько раз махнул рукой под душем.

Так, поняла. Что ж, надеюсь, мне больше не придется пользоваться этим, по крайней мере, в ближайшее время. Когда Уильям закрыл за собой дверь ванной, я снова стянула с себя ночную рубашку и встала под душ. Легкое давление теплой воды на кожу немного успокоило меня, я даже почувствовала себя прежней, молодой собой. Я представила, что снова нахожусь в своей старой квартирке и с нетерпением жду свою вечеринку в честь двадцать пятого дня рождения в одном из самых шикарных ресторанов города и красивую речь Гранта, которая непременно должна закончиться его предложением руки и сердца. Я бы выглядела ужасно удивленной, принимая потрясающее кольцо с огромным бриллиантом, выкрикивая «ДА!».

Довольная своей попыткой, я открыла глаза, готовая прошептать «спасибо» Вселенной, увидев свою старую ванную комнату и молоденькое лицо в зеркале. Но вместо этого я лишь выдала несколько громких ругательств, увидев перед собой все ту же незнакомую ванную, которая уже успела стать для меня самым ненавистным местом в мире.

Разозлившись, я стукнула кулаком по кнопке, чтобы остановить поток воды, и вышла из душа. Плотно сжав губы, чтобы не закричать, я вернулась к зеркалу, прекрасно осознавая, что именно увижу в его отражении. Всё те же гусиные лапки вокруг глаз, напоминающие сломанный забор, который окружает старый ветхий дом. Чёрт! Всё те же глубокие морщины вокруг рта, появившиеся от частого смеха, или, что более вероятно, безутешных рыданий. Чёрт!

Всё те же морщинистые губы, обвисшая шея и изборожденный морщинами лоб. Вот дерьмо!

Ну и конечно же, дряблый и обвисший живот. Да, несмотря на мои попытки, я всё ещё шестидесятилетняя старуха.

Чёрт! Дерьмо! И всё это, вместе взятое, умноженное на десять!

Желая стереть свое отвратительное тело, я автоматически потянулась за несуществующим полотенцем. Запас ругательств закончился, так что я просто прошипела:

— Чудесно, просто замечательно!

Я стояла, опершись руками на бедра и, пробежавшись оценивающим взглядом по гигантской сушилке для рук, нахмурилась. Возможно, её можно использовать вместо полотенец, другого объяснения у меня просто не было. Я несколько раз потрогала сушилку, но ничего не произошло, поэтому, я медленно встала между двумя ее частями, надеясь, что это не какие-нибудь тиски, которые вот-вот сотрут меня в порошок. Хотя, если хорошо подумать…

— Как же она включается? — вслух спросила я себя, и в это же мгновение со всех сторон меня обдало теплым воздухом. Инстинктивно я закрыла рот и глаза. Спустя несколько секунд сушилка остановилась, моё тело стало абсолютно сухим. Что ж, возможно, эта ванная не так уж и плоха.

Стремясь найти хоть какую-то одежду, я неуверенно открыла дверь, проверяя, нет ли кого-нибудь на горизонте. На цыпочках я вернулась в незнакомую спальню, в которой сегодня проснулась и закрыла за собой раздвижную дверь. Хорошей новостью стало то, что куча одежды висела на стойке прямо передо мной, и я, наконец, могла покончить со столь смущающей меня наготой. Плохая новость заключалась в том, что большинство нарядов никуда не годились. Кто вообще стал бы носить такое? Судя по всему, я. Но мой вкус даже в пятьдесят лет, наверняка, не мог быть таким ужасным. Да Христа ради! Я же была моделью! Я всегда знала, в чём можно быть по-настоящему симпатичной, а в чём — нет.

Что ж, передо мной было три варианта:

1. Остаться голой.

2. Снова напялить ночную рубашку.

3. Забить на всё и примерить один из нарядов.

Мой живот урчал, настойчиво требуя еды, когда я почувствовала запах чего-то вкусненького, вероятно, доносящегося из кухни. Я втиснулась в накрахмаленную юбку кораллового цвета, доходящую примерно до икр и превратившуюся там в какую-то отвратительно изогнутую мерзость, отдаленно напоминающую броский детский нагрудник. Верхняя часть юбки тоже не отличалась изяществом, на талии она была слишком широка. Но, по крайней мере, благодаря этому мне было куда спрятать закуски. Или Валиум.

Отчаянно голодная и выглядящая, как пожилая жительница Умпа-Лумпы, я вышла из спальни, следуя на запах. Преодолев коридор, я увидела Уильяма, сидевшего на скамье и пробуя что-то из чашки. Но если он был там, то кто тогда готовил?

Я посмотрела в сторону источника восхитительных ароматов и увидела молодого человека в розовом фартуке. Он был высок, его кожа в нескольких местах была проколота и украшена разными металлическими аксессуарами. Волосы парня были черными, как смоль, не считая одной ярко-розовой полоски, выделяющейся на его ирокезе.

— С днём рождения, мам! — сказал он. Услышав эту фразу второй раз за день, я пошатнулась и рухнула на пол.

Глава 2

Завтрак у МакНелли

«Внутри каждого взрослого есть ребенок, который не может понять, что произошло»

— Дженнифер Ян

— Мама! Ты в порядке?

Теплые руки похлопали меня по щекам, когда я открыла глаза и увидела озабоченные лица двух мужчин, склонившихся надо мной, один из которых явно был моим мужем, а другой — моим… ни за что! У меня был сын?

— Нет, не в порядке! Вчера я была молодой, незамужней и… подтянутой, а теперь я старая, замужняя и… обвисшая, — сказала я дрожащими губами, когда мужчины подхватили меня под мышки и повели к стулу за обеденным столом.

— У твоей матери просто кризис среднего возраста, потому что ей стукнуло пятьдесят, Райан, — сказал Уильям своему сыну приглушенным голосом, а затем посмотрел на меня с обнадеживающей улыбкой. — Но ведь ты будешь в порядке, правда, дорогая? После того, как позавтракаешь, то почувствуешь себя лучше, затем можно начать организацию Дня Рождения твоей мечты!

День Рождения моей мечты? Только не в этом теле.

У меня заурчал живот, когда я закрыла лицо руками, а молодой человек, Райан — мой сын — поставил тарелку с едой рядом со мной на стол. Теплый маслянистый аромат ударил мне в ноздри, и я подняла голову. Райан быстро поставил передо мной тарелку.

— Ешь, мам.

Два вареных яйца, блестящие завитки копченого лосося, тосты и жареные помидоры. Желудок снова заурчал при виде этого зрелища, и я, не раздумывая, сунула в рот кусочек лосося. Ням. Может, у меня просто упал сахар. Не в первый раз, кстати. Однажды фотосессия в купальнике заняла на три часа больше, чем планировалось, из-за непредвиденных погодных условий и неисправного оборудования, и я рухнула на пляже, ничего не съев кроме тарелки черники на завтрак. Последнее, что бы вы хотели — позировать с раздутым животом после плотного завтрака.

Но может ли низкий уровень сахара в крови действительно быть достаточно серьезным, чтобы вызвать реалистичную галлюцинацию, подобную этой?

Если только я не потеряла сознание и не была в коме, в каком-то коматозном сне. Возможно, именно это и происходит сейчас. Скоро я начну слышать заботливые голоса персонала больницы вокруг меня, когда медленно проснусь, а рядом, держащий меня за руку, будет Грант.

— Бууурррррр!

Вилка в руках со звоном упала на стол, когда громкий и отвратительный звук вырвался изо рта Райана.

— Райан! — Выругался Уильям.

— Извини, из-за этих яиц я не могу сдержать отрыжку, — сказал он, садясь напротив меня и зачерпывая остатки вареного яйца в рот, заглатывая его целиком.

— Если бы ты откусывал меньше и жевал тщательнее, они могли бы не доставлять тебе никаких проблем, — предположил Уильям.

Райан пожал плечами, запрокинул голову и забросил в рот кусочек копченого лосося, прежде чем начать выступление на бис с еще большей интенсивностью.

— Прости, мам. Я действительно ничего не могу с этим поделать.

Странно, но меня это не беспокоило. Я была поглощена завтраком и не могла поверить, как сильно проголодалась. Взяла кусочек тоста, но потом заколебалась. Обычно я никогда не ем так много, может быть, мне не стоит сильно налегать на углеводы. Опять же, это было не совсем мое тело, и если бы это был просто сон, то я уверена, что калории не учитывались бы в снах, верно? Я оторвала зубами корочку и стал жевать хрустящий хлеб, пока он не растаял в горле. Затем я постучала по краю яйца и сняла скорлупу, прежде чем погрузить ложку в гладкую белую мякоть. Надеюсь, проблема с отрыжкой не была наследственной. Я воткнула ложку во второй раз и остановилась, сдвинув брови.

— В моем яйце нет желтка, — заметила я.

— Ну и что?

— Ну и что? В яйцах есть желтки. А почему здесь нет?

— Ты всегда предпочитаешь яйца без желтка, мама, — сказал Райан.

Яйца без желтка? Если бы не была так смущена и расстроена своим затруднительным положением, я бы подпрыгнула от радости при виде такого великолепия.

— О, эм, конечно. Просто подумала, это мой День Рождения и все такое…

— О, ты хотела угощения. Я должен был догадаться, извини, — сказал Райан.

Я вздрогнула при упоминании слова… Мама. Я не была мамой. Я никогда не была беременна и не рожала, и все же я завтракала в резиденции МаксНелли с молодым человеком, который, очевидно, был моим сыном.

Я проглотила остаток завтрака, надеясь, что каким-то образом повышающийся уровень сахара в крови достигнет волшебной точки и вернет меня в нормальное состояние. Я несколько раз зажмурилась и открыла глаза, надеясь на лучшее, но безуспешно. Тяжело сглотнув, чтобы утолить развивающуюся отрыжку (ага, наследственную!), я со скрежетом отодвинула стул и встала, оглядывая дом открытой планировки. Стены кофейного цвета сливались с ковром аналогичного оттенка, а на полу гостиной стояла полукруглая кушетка из приглушенного баклажана. В углу находилась лампа странной формы, а с потолка, словно звезды, свисало множество крошечных светильников. Комнату украшали разнообразные аксессуары, вазы и свечи, а на диване в основном, висело громоздкое разноцветное одеяло. Комната с одной стороны была стильной, а с другой раздражающе домашней. Я не могла решить, нравится мне это или нет, но в любом случае, это был не тот вид декора, который я бы выбрала.

— Папа, пока ты тут, ты не мог бы приготовить мне еще одно яйцо? — спросил Райан, когда Уильям взял свою кружку и поставил ее в какой-то желоб на кухонной скамье. Мгновение спустя он выскочил из другого желоба, и Уильям убрал его в шкаф.

— Ты, наверное, шутишь, да? — ответил он.

— Я все еще голоден. Ты ведь не станешь отказывать своему растущему двадцатиоднолетнему сыну в достаточном питании? — Он поднял брови.

Уильям вздохнул, положил яйцо в большую машину, нажал пару кнопок и приложил чашку с яйцом к отверстию, из которого теперь появилось вареное яйцо. Он положил его на стол перед Райаном, который начал снимать оболочку.

— Нам действительно нужно обновить кухонного помощника, — сказал Райан. — Этот уже древний. Новая версия не только варит яйца за пять секунд, но и очищает яичную скорлупу.

В этом не было никаких сомнений; я определенно попала в будущее. На двадцать пять лет вперед.

Генетически модифицированные яйца без желтка и кухонные помощники, которые варят их за пять секунд.

Возможно, там были и летающие машины. Сгорая от любопытства, я подошла к окну и выглянула наружу. На улице было тихо, за исключением собаки, которая, казалось, выгуливала своего хозяина, и маленькой девочки, которая шла… катилась по улице со своей матерью. У нее должны быть эти туфли со встроенными колесиками. Ничего нового, я видела их раньше. Никто не парил в воздухе и ни одна машина не летала, хотя пару машин, припаркованных поблизости, определенно выглядели по-другому. Более квадратной формы — и более высокие — и совсем не такие, какие я представляла себе автомобили будущего.

— На что ты смотришь, Кел? — Спросил Уильям, пока я всматривалась вверх и вниз, круг за кругом, пытаясь разглядеть что-нибудь снаружи, что выглядело бы иначе.

— Гм, ни на что, — сказала я, отступая назад и разглаживая руками одежду — жест, который я всегда делала, когда чувствовала себя неловко. Что случалось нечасто. До сегодняшнего дня.

— Теперь, когда ты поела, стало лучше? — спросил он, сунув руки в карманы пиджака и пожимая плечами.

Перевод: «признаешь ли ты, что тебе на самом деле пятьдесят, а не двадцать пять, и закончила ли ты истерить по поводу кризиса среднего возраста?»

Нет.

— Да, конечно. — Я успокоила его. Ему явно не терпелось куда-то отправиться. Какой муженек — выбегает за дверь в мой День Рождения и оставляет наедине с моим зависимым от яиц, рыгающим сыном-панком.

— Хорошо. — Он наклонился ко мне с поджатыми губами, и я отвернулась, его поцелуй приземлился мне на щеку. — Мне нужно идти, увидимся в офисе сегодня днем на совещании.

— А… совещание? — спросила я. — Но сегодня мой День Рождения. Думаю, мне лучше… отменить встречу.

Уильям рассмеялся.

— Я так не думаю, дорогая. Прождав больше года такой возможности, мы не будем ее упускать. Мистер Терроу сегодня вечером возвращается в Великобританию, помнишь? Сегодня единственный шанс и он станет еще выгоднее, если мы встретимся с ним лицом к лицу, а не через электронную площадку.

О чем он говорит? Какая возможность? Кто такой мистер Терроу? И что, во имя Диора, такое электронная площадка? И я не могла работать в офисе, это было просто невозможно. Что случилось с моей карьерой модели? Вопросы без ответа крутились в голове, подобно трапеции, подхватывая по пути другие и разбрасывая их повсюду.

— О, и я подарю тебе подарки позже, — добавил Уильям.

— Подарки? Их больше одного? — Ладно, может, он и не был таким уж плохим мужем.

— Да, целых два. Ты будешь в восторге, — сказал он с уверенной улыбкой, прежде чем снова наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Вообще-то, пусть будет три. Я отдам третий сегодня вечером, когда наши гости разойдутся по домам. — Его дерзкое подмигивание послало дрожь страха по венам.

Он имеет в виду то, что я думаю? О черт, как же мне выбраться отсюда?

Уильям исчез за дверью, и мгновение спустя двигатель взревел, нарастая до кульминации, прежде чем затих вдали. Я бросилась к окну, чтобы посмотреть, но машина не взлетела. Какое жалко. Если бы Вселенная собиралась держать меня в плену будущего, я бы подумала, что у нее хватило порядочности предоставить технологию, которая была бы более интересной для опыта, чем машина для варки яиц.

Появление высокого белого автомобиля с фальшивыми цветами, торчащими из его верхушки, заставила меня приклеиться к окну, когда мужчина шел по дорожке к нашей входной двери с букетом ярких цветов в руке.

Райан снял фартук и открыл дверь как раз в тот момент, когда раздался звонок, и взял цветы из рук мужчины, поблагодарив его.

— Специальная доставка от Ее Королевского Высочества, — сказал он изумительным голосом, протягивая мне цветы.

— Кого? — спросила я, переворачивая открытку, чтобы прочесть приветствие.

Желаю любви и роскоши в твой День Рождения ~ Селена xx

Селена! Мне нужно поговорить с ней. Она поможет разобраться в том, что происходит, она поверит мне, когда я расскажу ей, что случилось.

— Где мой телефон? — спросила я Райана, бросая цветы на кухонную скамью.

Он посмотрел на меня так, словно я спросила, где мои ноги.

— Твой телефон?

— Да, мне нужно позвонить Селене, прямо сейчас!

— Тогда тебе лучше достать свою электронную площадку из зарядного устройства, мам.

Опять эта электронная площадка. Я огляделась по сторонам, не зная, что именно должна искать. Райан подошел и положил руки мне на плечи.

— Все в порядке, мам. Я сейчас принесу. Просто сядь и расслабься, хорошо? — Он подвел меня к креслу, а затем исчез в спальне, прежде чем появился с чем-то похожим на наручные часы. Точно такими же, как те, которыми пользовался Уильям утром.

— Держи. — Он пристегнул их к моему запястью. Как только защелка застегнулась, раздался тонкий звуковой сигнал. Он сжал крошечный экран и щелкнул пальцами передо мной, и я подпрыгнула от шока, когда перед глазами появилось голографическое меню.

— Селена, Селена… — сказал он, прокручивая пальцем экран. — А вот и она, хотя… бьюсь об заклад, ты не сможешь связаться с ней, как обычно.

Почему, черт возьми, нет? Мы почти каждый день разговаривали с ней. Я нажала ее имя, и голографический экран исчез.

— Куда он делся?

Райан усмехнулся над моей технологической некомпетентностью и нажал на электронную площадку, проведя воображаемую линию к моему уху, как это делал Уильям, когда ему звонили.

— Когда ты звонишь кому-то, экран исчезает, помнишь? Просто зажми и щелкай, если хочешь, чтобы меню снова вернулось. Господи, мам, тебе же только пятьдесят, а не сто пятьдесят. — Я вернулась в свою спальню не только для того, чтобы поговорить с Селеной наедине, но, и чтобы уйти от Райана.

Это было уже слишком. Он ведь не может быть моим сыном, правда? Мы были совершенно не похожи, и любой мой сын, несомненно, имел бы более шикарную внешность и менее склонен к отрыжке.

Звонок на линии продолжался до тех пор, пока не раздался щелчок, за которым последовал незнакомый голос с американским акцентом.

«Вы позвонили Мисс Уэстли, личной помощнице Селены Йорк. В настоящее время я не могу ответить на Ваш звонок, пожалуйста, оставьте сообщение с Вашим именем, номером доступа и причиной звонка. Кроме того, пожалуйста, свяжитесь с агентом Мисс Йорк в агентстве Фултон в Западном Голливуде по телефону 555-6772».

Номер доступа? Причина моего звонка? Я просто хочу поговорить с моей подругой!

Бип!

— Вот дерьмо! — Ой, я не хотела говорить это вслух. — То есть, привет! Мне срочно нужно поговорить с Селеной, это Келли Кроуфорд, э-э… МаксНелли. Я, кажется, потеряла свой номер доступа, но она знает меня, мы лучшие друзья, так что, если бы Вы могли попросить ее перезвонить мне, было бы просто потрясающе, имею в виду, замечательно. — Я попыталась изменить свою речь, чтобы лучше отразить пятидесятилетнюю женщину. — Это касается довольно серьезной проблемы, связанной с тем, что случилось двадцать пять лет назад, и если бы я только могла поговорить с ней как можно скорее, это было бы…

Бип!

Блин, они не давали времени, чтобы оставить полное сообщение. И с каких пор мне нужен номер доступа, чтобы поговорить с подругой?

— Не повезло, да? — Спросил Райан, заглядывая в спальню.

Я покачала головой и рухнула на кровать.

— Что ж, очень мило, что Мисс двукратная обладательница «Оскара» прислала цветы; по крайней мере, Голливуд еще не полностью захватил ее.

Селена была обладательницей «Оскара»? Но она была моделью. Они не получают «Оскаров». А может я ошибаюсь, откуда мне знать?

— Напомни, за что ей были вручены «Оскары»? — спросила я.

— Правда, мам, твоя память сегодня не к черту. Она выиграла лучшую женскую роль второго плана в фильме «Выбор матери», а затем лучшую женскую роль в фильме «Взгляд», десять лет назад, не помнишь? Ты переборщила, сказав всем родителям в моей школе, что она была твоей подругой, даже родителям, которых ты никогда раньше не встречала, совершенно смутив меня этим.

— Я это сделала? Прости. — Обалдеть. Я не могла поверить, что моя лучшая подруга была актрисой, да еще и с «Оскарами». Даже не знала, что она хочет играть. Как она оказалась там, а я здесь? В этом не было никакого смысла. Это было несправедливо. Почему меня не перенесли в будущее, где я была замужем за Грантом, жила в Италии, украшала подиумы Милана и зарабатывала миллионы долларов?

Будущее, к которому я стремилась. Будущее, о котором мечтала. И что вообще могло вызвать этот… космический сдвиг? Все в моей жизни шло прекрасно, ну, кроме ссоры с сестрой, но это было в порядке вещей.

— В любом случае, мам, время идет, а я еще не подарил тебе подарок на День Рождения, — Райан поднял меня с кровати.

Я стояла неподвижно, не в силах понять, как пережить этот день, не в силах принять то, кем была и какой оказалась моя жизнь.

— Но твой подарок не здесь, я должен тебя отвезти.

Я его не слушала. Отчаянно нуждаясь в знакомом лице, я зажала электронную площадку и вызвала меню, прокручивая список контактов. Гранта в списке не было. Он не был частью этой жизни.

У Селены был личный помощник, стоявший на страже, как и ее собственная секретная служба, в то время как я была заперта за решеткой этого нежеланного будущего.

— Мам?

Я задрожала, как натянутая струна гитары; реальность моего положения сковало мышцы страхом, но вместо музыки из моего живота вырвался стон в легкие и вышел изо рта.

— Что со мной происходит? — воскликнула я. — Почему не могу вспомнить последние двадцать пять лет? — Я поднесла дрожащие руки к голове и запустила их в волосы, едва не вырвав несколько прядей.

— Хочешь сказать, что действительно не помнишь? — Райан держал меня за руки, его незнакомое прикосновение только усиливало во мне дрожь.

— Нет. — Я покачала головой.

Райан посмотрел на свои часы/электронную площадку, а затем на потолок, скривив губы в одну сторону.

— Думаю, мне следует отвести тебя к врачу, мам. Просто подстраховаться. Хочу, чтобы у тебя был веселый День Рождения, а не грустный.

Я молча кивнула.

— Да, доктор — хорошая идея. — Возможно, в этом была медицинская причина. Но в любом случае, мне нужно было найти ответ и, самое главное, способ вернуть свою жизнь.

Глава 3

Что случилось, Док?

«Здорово выглядеть на пятьдесят — если тебе шестьдесят».

— Джоан Риверс

— Мне нужно немедленно увидеть Доктора Форда! — Волосы секретарши взметнулись назад от внезапного порыва воздуха, когда я практически врезалась в ее стол, сбив на пол стопку брошюр.

— Доктора Форда?

— Да, я должна увидеть ее сейчас!

— Но Доктор Форд ушла на пенсию много лет назад.

— А? — О да. Сейчас ей, наверное, около семидесяти.

— Миссис МаксНелли, с Вами все в порядке?

Боже, мое имя вслух звучало еще хуже.

— Нет, не совсем. Мне действительно нужен врач. Мне должно быть двадцать пять, но сегодня утром я проснулась домохозяйкой средних лет и понятия не имею, как попала сюда! Я не знаю, то ли больна, то ли сошла с ума — или и то и другое одновременно! Мне нужны ответы! — Я стукнула кулаком по столу, мое дыхание стало отрывистым и резким.

— Хорошо, одну минуту, Миссис МаксНелли. — Секретарша надела наушники и заговорила в микрофон, а я нетерпеливо топнула ногой и оглядела приемную. Мужчина смотрел на меня с жалостью, но, когда я встретилась с ним взглядом, он быстро отвел глаза. Райан стоял за искусственным растением в горшке, теребя листья. Я опустила глаза в пол и, чувствуя себя немного виноватой, подняла брошюры и положила их на стол.

— Доктор Вишек примет Вас через несколько минут, — сказала секретарша, снимая наушники. — Присядьте… и постарайтесь сделать пару глубоких вдохов, хорошо?

Глубокий вдох, да, правильно. Как будто это поможет мне выбраться из этого кошмара.

— Хотите бумажный пакет? — спросила секретарша.

— А зачем? Ты что, хочешь надеть мне его на голову? Боже! Я знаю, что выгляжу не лучшим образом, но имей немного сострадания! — Я кипела от злости. О, какая наглость у этой женщины.

Ее глаза расширились, и она понизила голос:

— Подышите в него. Чтобы успокоиться.

Ой.

— О. Извините, нет, спасибо, я просто… — я неловко указала на ряд стульев.

Я села, и через мгновение Райан сел рядом со мной. Не в силах сдержать стук ног и дрожь в руках, я взяла с маленького столика что-то похожее на айпад и посмотрела на меню на экране. Я нажала на значок для журналов, а затем значок для домашнего удовольствия. Я бездумно листала статьи о благоустройстве и отделке дома, пока мое внимание не привлекла реклама компании товаров для дома. Интерьеры КС. Интересно… когда я была моложе, я играла с эскизами красивых ламп, зеркал, ваз и подсвечников, и шутила, что начну свой собственный бизнес под названием «Дизайны Келли».

Это было до того, как моя мать высмеяла мою артистическую страсть, и я потеряла всякую уверенность в себе, вместо этого обретая уверенность в своей внешности. Зачем растрачивать дар фотогеничного лица и идеально пропорциональной фигуры? Так говорила мне мама, когда таскала с одной фотосессии на другую. Сначала они были скучными, но вскоре я полюбила их — фотографы называли меня красивой, когда вокруг вспыхивали огни, визажисты хвалили мои миндалевидные глаза и высокие скулы, когда они наносили макияж на мое лицо. Не было ничего более полезного, чем увидеть готовый продукт — глянцевую профессиональную фотографию вашей покорной слуги.

— Миссис МаксНелли? — Из соседней комнаты вышел мужчина, предположительно доктор Вишек. — Пожалуйста, проходите.

Я положила айпад обратно на стол и бросилась в комнату, расхаживая взад-вперед, пока доктор не заставил меня сесть.

— Мы виделись всего месяц назад, Миссис МаксНелли, что случилось?

О, хорошо, возможно, он что-то знал. Возможно, я лечилась от опухоли головного мозга и испытывала один из симптомов или побочных эффектов.

— Мне пятьдесят! — Выпалила я.

Доктор Вишек посмотрел на файл на экране своего компьютера.

— А, вот что. Счастливого Дня Рождения!

— Счастливого? Я не счастлива. Я в ужасе! — Я снова встала. — Только вчера мне исполнилось двадцать пять. Этого не может быть! Как это возможно?

Доктор Вишек потянул меня за руки, чтобы я снова села. Что это было с сидением, как это должно было все исправить? Я была моделью и привыкла стоять, черт возьми!

— Я знаю, что Вы чувствуете, Миссис МаксНелли, кажется, только вчера я стал доктором, женился и у нас появился ребенок, а теперь практикую уже пятнадцать лет и у меня трое детей. Время летит незаметно, не так ли? — Доктор Вишек понимающе улыбнулся мне.

— Нет, Вы не понимаете! Вчера мне было всего двадцать пять… точнее, двадцать четыре. Сегодня мне должно исполниться двадцать пять, но я проснулась и… ну, посмотрите на меня! — Я снова встала и помахала руками вокруг своего дегенеративного тела, как будто демонстрировала новый кухонный прибор. Я надавила на живот, позволив ему покачнуться, на мгновение приподняла свои обвисшие груди над южным полушарием и указала на неровный ландшафт, который был моим лицом. — У меня даже морщины на губах! — Я приблизила свое лицо к его лицу, чтобы он мог видеть. — Очень скоро я буду энергично шагать по тропинке к деревне престарелых в розовом велюровом костюме для отдыха!

— Миссис МаксНелли, постарайтесь сохранять спокойствие, — сказал доктор, поднимая руки и поворачивая их ладонями ко мне, как будто я могла быть бомбой, готовой взорваться в любую секунду. — Хотите сказать, у Вас проблемы с памятью, или просто переживаете из-за того, что Вам стукнуло пятьдесят?

— Конечно, я переживаю из-за того, что мне стукнуло пятьдесят, но дело в том, что я не помню, чтобы мне было сорок девять вчера или сорок восемь в позапрошлом году. Последнее, что помню, это выпивку с моими друзьями прошлой ночью. Но вчера вечером мне было двадцать четыре. — На этот раз я села сама, внезапно почувствовав усталость и желание лечь. Лягу, закрою глаза и проснусь в своей постели.

Доктор Вишек наклонился вперед в своем кресле, глубокие морщины прочертили V на его лбу.

— Вы помните, как ударились головой, или упали, или почувствовали какую-то боль, покалывание или онемение?

Я покачала головой, и он посветил мне в глаза ярким светом.

— Принимали какие-нибудь лекарства, наркотики, марихуану?

— Конечно же, нет!

— Я должен спросить Вас, миссис МаксНелли, исключить все возможные варианты.

— Я не хочу ничего исключать, я хочу все контролировать! Я хочу выяснить, что это вызывает. — Меня уже тошнило от собственного плаксивого голоса, но что мне оставалось делать, как не жаловаться? Я должна была быть с друзьями, отмечать свой День Рождения, но здесь я делала совсем наоборот. И кто в здравом уме позволил бы себе дойти до такого полуразрушенного состояния без вмешательства? Я опустила голову, между колен, а затем резко выпрямилась, увидев фиолетовые, похожие на паучьи выпуклости варикозные вены вокруг лодыжек. — Агрх!

— У Вас не было головокружения и одышки?

— Ну, я дважды падала в обморок сегодня утром, но это было после того, как посмотрела в зеркало. И я думаю, что немного запыхалась, но у меня был ужасный шок.

Доктор Вишек надел манжету на мою руку, чтобы измерить давление, которое было нормальным, и взял мою руку, пока холодный тампон щекотал мне палец. Затем он вдавил маленькую палочку в кончик моего пальца.

— Ауч! — Появилась крошечная капелька крови, и она впитала ее на какой-то другой палочке, а затем вставила в карманное устройство.

— Что с Вашей рукой? — спросил он.

Порезы высохли, превратившись в выпуклые красные линии.

— Я опрокинула вазу в ванной, и она разбилась.

Доктор Вишек с любопытством посмотрел на меня.

— Нет, я ее не бросала, если Вас это интересует. Это был несчастный случай, — сказала я.

Портативное устройство запищало, и доктор Вишек посмотрел на экран. — Уровень сахара в крови в норме, — сказал он.

Ну, вот и гипотеза низкого уровня сахара в крови.

— Может, мне сдать другие анализы крови?

— Вы только что их сдали, — ответил он. — Давайте посмотрим, есть ли что-нибудь интересное. — Доктор Вишек прокрутил экран устройства.

— Хотите сказать, достаточно одной капли крови?

Он коротко кивнул и продолжил читать результаты, пока я всматривалась в экран, не понимая, что означают эти цифры.

— Все в пределах нормы для человека Вашего… возраста, Миссис МаксНелли, — объявил доктор Вишек. — Никаких признаков инфекции или воспаления, и Ваш уровень холестерина в норме.

— Должно быть, это те яйца без желтка, а? — предположила я, выдавив легкую улыбку.

Он провел еще несколько тестов, и все они были нормальными, за исключением того, что я провалила тот, где он спросил меня, кто в настоящее время управляет страной. — Вы действительно не знаете? — спросил он, качая головой с явным недоверием. Именно тогда он решил направить меня к неврологу и психиатру.

— Может, мне сначала сделать МРТ? — спросила я.

Буква V на лбу доктора Вишека углубилась.

— Миссис МаксНелли, МРТ больше не используются. Я могу сделать ПСТ сейчас, если хотите, но это будет дополнительная плата за Ваш счет.

— ПСТ?

— Портативное Сканирование Тела. Могу проверить, нет ли повреждений на головном или спинном мозге, просто для душевного спокойствия. Или Вы можете подождать, пока не обратитесь к неврологу, и стоимость будет как за консультацию.

— Меня не волнует цена, просто сделайте все возможное, чтобы выяснить, что происходит.

Следуя инструкциям, я легла на смотровой стол, а доктор Вишек надел мне на голову и тело похожее на тоннель устройство и подключил к нему другое портативное устройство. Он отступил назад и нажал на пульт дистанционного управления, и устройство начало двигаться из стороны в сторону на хитроумном приспособлении, от моей головы до талии, как скучные мини-американские горки без поворотов, повторов и петель. Со всеми новыми технологиями, доступными сейчас, если они не могли сказать мне причину моего очевидного сценария путешествия во времени/изменения возраста, то я понятия не имела, что или кто может.

Доктор Вишек убрал приспособление, когда процедура была закончена. Он зажал устройство и высунул голографический экран, как и в случае с электронной площадкой. Несмотря на его инструкции оставаться в лежачем положении, пока он смотрит на результаты сканирования, я медленно села.

— Ух ты, — прошептала я, любуясь трехмерностью изображения, которое плавает рядом с абсолютно белой стеной. Извилистая масса ткани, поддерживаемая длинным коническим стержнем, казалось, смотрела на доктора Вишека, пока он изучал ее, пощипывая участки за раз, чтобы увеличить и проанализировать. Заметив мое изумление, он указал на изображение.

— Это Ваш головной и спинной мозг, и до сих пор я не увидел ничего плохого. Сканирование не обнаружило никаких очаговых областей тепла или повышенного метаболизма, никаких сгустков или кровотечений, и никаких предупреждений не было.

Я не понимала, о чем он говорит, но можно было с уверенностью сказать, что у меня нет никаких опухолей, давящих на клетки мозга, отвечающие за чувство времени или восприятие возраста — если такие клетки вообще существуют.

— Ваш скан абсолютно здоровый. И наряду с другими результатами, я не вижу никакой физической причины для Ваших симптомов.

— Вы уверены?

Он кивнул, помогая мне встать со стола и вернуться на стул.

— Физически Вы здоровы. Но я дам Вам направление к неврологу на всякий случай, и, если Вы все еще будете чувствовать себя так через неделю, приходите на консультацию. — Доктор Вишек переплел пальцы и положил локти на стол. — Но мне бы хотелось, чтобы Вы сходили к психиатру. Это может быть связано со стрессом или подавленной травмой память… я знаю, что это было очень давно, но то, что случилось с Вашей матерью, может повлиять на подсознание. Было бы неплохо получить мнение специалиста.

Упоминание о моей матери вызвало у меня болезненный укол в сердце. Конечно, ее безвременная смерть не могла каким-то образом спровоцировать это? Я разобралась с этим… инцидентом… много лет назад. Я ведь уже покончила с этим, не так ли?

— Вы знаете о моей матери?

— Конечно, я был Вашим врачом много лет. Это моя работа — знать историю болезни Вашей семьи.

— Как скоро я смогу попасть к психиатру?

— Возможно, придется немного подождать, но я отмечу направление как срочное. — Он набрал направление на виртуальной клавиатуре на экране своего компьютера. — А пока постарайтесь хорошо провести время. Сделайте основное — повеселитесь, попробуйте что-то новое! Вы никогда не знаете, может к тому времени, когда день закончится, все обретет смысл.

— Надеюсь на это.

— Вот, — продолжил он, взяв меня за запястье. — Я загружу эти рекомендации в Вашу электронную площадку. — Доктор Вишек достал из компьютера USB-накопитель и подсоединил его к моей электронной площадке, прежде чем увидеть мое замешательство. — Вы помните, как она работает?

Я отрицательно покачала головой.

— Я даже не слышала о них до сегодняшнего утра, но мой… Райан показал, как звонить.

Доктор Вишек показал мне все основные функции, в том числе, как получить направление, доступ к моим виртуальным водительским правам, кредитным картам и другим важным картам, которые обычно заполняют мой кошелек, а также показал, как сканировать электронную площадку при совершении покупок. По-видимому, я теперь жила в безналичном обществе, это было круто.

Я встала и пожала доктору руку.

— Большое спасибо, доктор Вишек, за то, что Вы сразу же приняли меня и дали совет.

— Не за что. Мне жаль, что у меня нет всех ответов, но думаю, что все будет хорошо. Я не удивлюсь, если следующие двадцать четыре часа будут иметь огромное значение, а если нет, то специалист постарается дать Вам дальнейшие советы.

Я кивнула и повернулась, чтобы уйти, прежде чем снова повернуться.

— Доктор Вишек?

Его брови поползли вверх.

— Что означает e-pad?

— Электронный персональный ассистент, — ответил он с улыбкой.

Хм, интересно, есть ли у него функция перемещения во времени…

Я вернулась к стойке администратора и умело просмотрела свою электронную площадку, как показал мне доктор Вишек, и администратор заверила меня, что моя скидка была применена непосредственно к моему банковскому счету. Она даже заметила, что, поскольку я теперь «в возрасте», моя оплата за консультацию была меньше, чем обычно. Наверное, приятно иметь хоть какую-то компенсацию за все то дерьмо, которое мне сегодня подарило пятьдесят.

— Значит, все в порядке? — спросил Райан, когда мы возвращались к машине.

— Думаю, да, — ответила я.

— И он сказал, что ты в добром здравии, нет причин для беспокойства?

— Он думает, что это просто стресс. Но физически я в порядке. Он сказал, я должна наслаждаться своим днем.

— О, хорошо, тогда нам лучше поторопиться. — Райан ускорил шаг, шагая рядом со мной. — У меня есть для тебя сюрприз!

Глава 4

Сюрприз!

«Жизнь начинается за пределами вашей зоны комфорта».

— Нил Дональд Уолш

— Ты, должно быть, шутишь? — Разинув рот, я стояла как вкопанная, пока Райан безуспешно пытался подтолкнуть меня к знаку «Тарзанка Бена». Что он ожидал услышать от меня, «О да, это именно то, чего я всегда хотела»?

— Я записал нас обоих на прыжок. Это будет потрясающе!

— Ты же не серьезно, да? Я ни за что не позволю кому-то привязать веревку к моим ногам и сбросить с этой штуки! — Я пригвоздила его решительным взглядом.

— Мам, помнишь, в прошлом году на ужине в честь твоего Дня Рождения ты сказала, что хочешь сделать что-то авантюрное на свой следующий праздник? — поинтересовался Райан. — Что-то другое, чтобы снова почувствовать себя живой.

Я отрицательно покачала головой.

— Ах да… внезапная потеря памяти и все такое. — Он опустил голову и через мгновение снова посмотрел вверх. — Ну, ты это сказала, а я слушал, и планировал это целую вечность, и я не могу ничего отменить, поэтому ты не можешь отказаться. Мама, потом ты поблагодаришь меня за такой подарок, и никогда этого не забудешь. — Он сложил руки вместе, словно в молитве.

— Никогда не забуду? Как раз это я и хочу забыть! Я не могу этого сделать. Кроме того, мне… пятьдесят, — пробормотала я, все еще находясь в шоке от своего положения. — Но они же не позволят старухе вроде меня прыгать с парашютом?

Я демонстративно уперла руки в бока и выпятила челюсть.

— Еще как позволят. Это совершенно безопасно, и ты получила справку от доктора, так что нет никаких причин, по которым не сможешь это сделать. У них даже люди в инвалидных колясках прыгают.

Да. Вероятно, адреналиновые наркоманы, которые оказались в инвалидных колясках из-за прыжков с тарзанки. Я бы выбрала третий подарок Уильяма, чем пройти через это.

— А если веревка порвется? Они могут забыть завязать ее как следует и понять это только тогда, когда я упаду насмерть! — Хм, если подумать… по крайней мере, тогда не пришлось бы больше мириться с этим ужасным днем.

Нет, я не могу так думать. Возьми себя в руки, Келли!

— Они не забудут. Я знаю Бена, он профессионал, — заверил меня Райан.

Профессионал чего? Профессиональный Идиот?

Я посмотрела на огромное специально построенное сооружение, совершенно неуместное в пышном естественном тропическом лесу, и представила, как спрыгиваю с края и ненадежно повисаю над водой. Я вздрогнула, представив себе, как все мои обвисшие части свисают вниз, как кожа на шее сползает на лицо, закрывая рот и нос и перекрывая доступ к воздуху. Это может привести к фатальному исходу во многих отношениях.

— Я не могу этого сделать… я не одета для такого случая! — Я посмотрела на свои изогнутые подолы, которые, если меня повесить вниз головой, будут изгибаться по всей длине головы. — Послушай, я не могу прыгнуть в таком наряде.

Райан просто улыбнулся, расстегнул молнию на рюкзаке и вытащил пару брюк и майку.

— Ты принес для меня сменную одежду?

Он кивнул.

— Схватил ее перед поездкой к врачу. Я не хотел ничего говорить о том, во что ты была одета, на случай если ты что-то заподозришь. — Райан подошел ближе и посмотрел мне в глаза. — Я уже четыре раза прыгал с тарзанки, это так волнующе! Ты сможешь это сделать, мама. Это возможно именно то, что тебе нужно.

Может, он прав? Может быть, это какой-то вызов, который я должна пройти, чтобы вернуться к себе двадцатипятилетней? Может, это вернет меня в мою настоящую жизнь. Если бы я этого не сделала, то застряла бы в этой ужасной жизни навсегда. Но если я все-таки решусь, есть шанс, что это создаст еще один космический сдвиг и перенесет меня туда, где я должна быть.

Я переступила с ноги на ногу, а Райан продолжал подбадривать меня своим решительным взглядом. Что там доктор говорил? Постарайтесь насладиться своим днем. Сделайте основное — повеселиться, попробовать что-то новое! Ага! Он мог быть замешан во всей этой шараде, как бы тонко намекая мне, как это исправить, не говоря: «Миссис МаксНелли, я хотел бы прописать Вам лечение прыжком с тарзанки. Спрыгните с выступа и позвоните мне утром».

— Ладно, — пробормотала я, всматривась в землю, едва веря в то, на что я только что согласилась.

Райан положил руки мне на плечи.

— Так ты сделаешь это? — Его глаза расширились, дыхание участилось.

— Скорее, пока я не передумала. — Я подошла к возвышающемуся монстру, и Райан последовал за мной, как щенок, предвкушающий игру в мяч.

— Да! Я знал, что ты согласишься. Ты не пожалеешь об этом, мама.

Мои ноги ослабли, я была уверена, что сердце в груди стучало как барабан. Но я заставила себя забыть о своей юной «я», лежащей в постели в собственной квартире. Скоро, если повезет, это будет уже не сон, а реальность.

Глава 5

Прыжок веры

«Ты должен рисковать. Мы полностью поймем чудо жизни только тогда, когда позволим случиться неожиданному».

— Пауло Коэльо

После встречи с легендарным Беном и прохождения необходимой подготовки, а также подписания голографической юридической формы (почти подписав мою фамилию как Кроуфорд вместо МаксНелли), Райан завершил свой прыжок первым. Я не знала, станет ли мне лучше или хуже, когда буду смотреть на него, поэтому смотрела сквозь пальцы, закрывающие мое лицо. После этого он подошел ко мне весь такой энергичный и бодрый, словно выпил десять чашек кофе за один раз, и заверил меня, что все будет хорошо.

К тому времени, как они привязали меня к веревке через мягкий ремень безопасности на лодыжке, я уже думала, что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Ну, вторую. Первая была, когда я позволила своему телу достичь этого явно постаревшего состояния. Я с тоской посмотрела в ту сторону, откуда пришла, отчаянно желая спуститься вниз и свернуться калачиком под одеялом в машине. Но Райан был рядом, подгоняя меня.

— Ты можешь это сделать, мама! Просто подумай, как здорово ты будешь себя чувствовать потом.

Правильно. Да. Потом. Скоро все это закончится. Дыши, Келли.

— А теперь, Келли, просто сделай маленький кроличий прыжок к краю, как мы практиковались, — сказал Бен, положив руку мне на поясницу.

Легче сказать, чем сделать. У меня не было сил прыгать, казалось, что кости и мышцы ног исчезли. Приложив все усилия, которые могла собрать, я вместо этого прошаркала, и большое расстояние между мной и водой внизу стало еще больше пугающе.

Двадцать пять. Двадцать пять. Теперь уже недолго осталось, и я вернусь домой. Да, вернусь домой. Я сосредоточилась на желаемом результате, а не на концерте хэви-метала, звучащем в грудной клетке. Мои пальцы коснулись края, пора.

— Сделай глубокий вдох, Келли, — посоветовал Бен. — А потом позволь себе просто упасть вперед.

Я не знала, плакать мне или блевать, или и то и другое вместе. Я представила себе, как мои полупереваренные яйца без желтка совершают свой собственный неуклюжий прыжок, только без шнура, приземляясь в воду внизу с большим всплеском.

От этого меня еще больше затошнило. Я оглянулась на Райана в последний раз, и его восторженное выражение лица в сочетании с нелепой прической только усилило тот факт, что я не принадлежу этому месту.

Он не принадлежал к семье МаксНелли. Мне нужно было вернуться к своей молодой, беззаботной, бездетной жизни с Грантом. Я не могла дождаться, когда он снова обхватит меня руками и опустится на одно колено, чтобы поцеловать…

— Ой!

Я потеряла равновесие еще до того, как была готова, и мои руки отчаянно замахали в попытке удержаться на выступе. Но безрезультатно. Мой крик преследовал меня до того, как внезапно воздух в моих легких со свистом вырвался наружу, как будто кто-то засунул мне в рот насадку пылесоса.

Я не могла дышать. Не могла кричать. Я была уверена, что вот-вот умру. Что-то дернуло меня за лодыжки, и мое тело взметнулось вверх. О, слава Богу, все закончилось…

— Ой!

И вот опять. Все, что осталось от дыхания, было снова высосано вместе с тем, что ощущалось как внутренности. Кто-то дернул меня снова за лодыжки и подняли вверх. Затем снова опустились вниз. Я чувствовала, как вибрируют мои барабанные перепонки! Вверх… и снова вниз. О Боже, это никогда не кончится! Вверх, вниз, вверх, вниз. Подпрыгивала, снова и снова. Яйца в желудке уже наверняка взбились.

Темная вода внизу расплылась, когда подпрыгивание прекратилось, и я повисла в воздухе, отчаянно пытаясь за что-нибудь ухватиться. И что теперь? Неужели они просто позволят мне так висеть? Помогите! И тут мое внимание привлекло самое лучшее, что видела за весь день. Лодка, ура! Я думала, что умерла и попала на небеса, но вонь от тела мужчины уверяла, что это не так.

— Ну вот и все, милая. Не так уж и плохо, правда? — Сказал вонючка, затаскивая меня в лодку.

Я не могла говорить. Я просто лежала там, пока дрожали мои конечности. Подождите. Он назвал меня милой. Обычно так обращаются к молодым девушка, да? Должно быть, я снова превратилась в… я резко выпрямилась и огляделась свое тело.

— Ой!

Мой крик длился дольше, чем дурацкий прыжок. Ничего не изменилось. Я все еще 50-летняя Келли Джелли Белли МаксНелли. Или МаксМелли, благодаря моему спасителю-дезодорантофобу, чей первобытный запах впитался в мою одежду.

И все это зря? Разговоры о срывании пластыря! Когда я выбралась из лодки и встала на восхитительно ровную землю, Бен и Райан помахали мне рукой. Райан показал мне большой палец и спустился по ступенькам.

— Ты сделала это, мама, у тебя получилось! Это было чертовски круто! — Райан подбежал ко мне и обнял мое дрожащее тело. Я вдруг забыла о своем разочаровании и возрасте, и поняла, что только что совершила.

— Я прыгнула, ты можешь в это поверить? Я прыгнула на тарзанке! Я спрыгнула с выступа и упала на несколько миль… и повисла вниз головой, и подпрыгивала, подпрыгивала, подпрыгивала… и весь воздух вышел из меня… и я чувствовала, что почти умерла, но в то же время ощущала себя такой живой и… О Боже, не могу поверить, что сделала это!

— Эй, притормози! Сейчас в твоем теле слишком много адреналина, сделай вдох. — Райан рассмеялся. — Но да, ты это сделала!

Мои зубы стучали в пересохшем рту, пока я продолжала смотреть вверх на огромное сооружение и на воду, туда и обратно, оценивая пройденный путь.

— Я прыгнула на тарзанке, просто прыгнула на тарзанке, — это было все, что я могла сказать, пока мое тело вибрировало, как у танцора. Неудивительно, что Райан выглядел так, будто выпил десять чашек кофе. Я чувствовала, словно выпила пятнадцать банок «Ред Булла», съела десять чайных ложек сахара и целый грузовик красного пищевого красителя.

Не зная, что делать, говорить или думать, Райан отдал мне мой коралловый наряд, чтобы я снова переоделась, а потом повел обратно к машине.

— Так тебе понравилось и когда-нибудь ты захочешь повторить это?

— Я… э-э… не знаю. Ну, может быть, даже не знаю, понравилось ли мне это. Я имею в виду, что сначала это было ужасно, а потом словно облегчение… а теперь я чувствую себя странно и нервно, и все равно есть куча сил. — Эти слова сами собой выскочили у меня изо рта, прежде чем успела осознать, что говорю.

— А как насчет того, чтобы в следующем году прыгнуть с парашютом? — спросил Райан с блеском предвкушения в глазах.

— В следующем году? Давай сначала переживем этот день! — сказала ему я.

Пассажирская дверца машины поднялась и переехала через крышу, и я скользнула внутрь, пока моя кожа все еще гудела от пережитого. Ну и ну. Я действительно не замечала деталей машины раньше, так как очень хотела попасть к доктору, а потом Райан завязал мне глаза по дороге к Бену, чтобы не испортить сюрприз. Мало того, что двери откатились вверх, как будто открылось веко, но еще и дверь открылась, плюс ремень безопасности удерживал меня сзади, вытянул вперед руки, похожие на рукава, через которые я должна была просунуть руки, в то время как две застежки сцепились впереди груди и бедрах. Райан включил свою электронную площадку, и машина заговорила громким женским голосом.

— Куда бы ты хотел поехать, Райан?

Святое дерьмо. Почему же я раньше этого не замечала? Мой разум, должно быть, был настолько переполнен страхом и смятением, что я заблокировала все остальное вокруг.

— Торговый Центр «Сити-Пойнт», — сказал Райан машине.

— Маршрут установлен. Расчетное время в пути — двадцать четыре минуты, — снова заговорила машина. — Расчет оптимального места для парковки… следите за маршрутами, когда Ваш пункт назначения начнет приближаться…

Мои глаза метались по всему автомобилю. Голографическая GPS-карта прямо под ветровым стеклом, маленькое рулевое колесо, напоминающее контроллер Xbox, и… что это? Я потянула за что-то похожее на соломинку, и маленькая штуковина выстрелила в середину.

— О да, хорошая идея. Я бы с удовольствием выпил кофе, — сказал Райан, потягивая соломинку со стороны водителя. — Не то, чтобы я нуждался в дополнительной стимуляции, но какая разница!

В машине была встроенная кофеварка? Чистый восторг! Я сделала большой глоток, наслаждаясь кофеиновым хитом. Несмотря на то, что я чувствовала себя так, будто уже выпила пятнадцать штук, мне хотелось пить. А еще есть. Что это у меня с аппетитом? Можно было подумать, что после обильного завтрака, который съела, я буду готова к этому дню. Или, может быть, меня действительно вырвало во время прыжка, и я даже не поняла этого.

— Полегче с кофе, мам. Оставь немного места для утреннего чая с Диорой.

— Поверните направо, — велела Мисс машина, и Райан подчинился.

— Утренний чай?

С кем же?

— Да, я высажу тебя, чтобы ты могла встретиться с Диорой. — Он быстро взглянул на меня. — Ты ведь помнишь свою первенку, не так ли?

Я подавила крик, который угрожал вырваться из моих легких, решив, что вела себя достаточно глупо для одного дня. У меня была дочь? Сколько же детей я принесла в этот мир? Неудивительно, что мой живот был чертовски дряблым. Два ребенка. Это все меняет. Но все равно, можно было бы после родов сделать липосакцию или хотя бы подтянуть животик.

Подождите. Диора. Так звали мою любимую куклу, которая была у меня в детстве. Я представляла себе, как однажды назову свою собственную дочь Диорой, пока не пришла в себя и не решила, что, возможно, вообще не захочу иметь детей.

— Конечно, просто забыла, что встречаюсь с ней, вот и все, — сказала я Райану. Надеюсь, он купился на это. Я не хотела слишком сильно напугать его за один день, сказав: «вообще-то я ее совсем не помню, да и тебя тоже. Ты, сын мой, являешься для меня совершенно незнакомым человеком, и я этим очень обеспокоена.»

— Кажется, она запланировала для тебя более пассивное занятие, это даст тебе шанс успокоить нервы после прыжка с трамплина.

— О, хорошо. — Хотя, чтобы успокоить мои нервы прямо сейчас, нужно что-то мощнее.

— Гм, а где мы с ней встречаемся?

— Не знаю, она просто сказала мне высадить тебя у торгового центра. Но это есть в твоем списке дел. Просто проверь.

Эм… как?

Мое смущенное молчание заставило его взглянуть на меня этим взглядом. Не смотри так опять.

— В календаре, на твоей электронной площадке, — со вздохом пояснил он.

Я сделала щипок и вызвала экран. Календарь, календарь… Ага! И вот оно. «С Днем Рождения!» — гласила надпись на экране, за которой следовал список мероприятий и соответствующих им временных интервалов. Одиннадцать утра — встреча с Диорой в Южном фуд-корте торгового центра «Сити Поинт».

Ресторанный дворик? Что за дочь поведет в сомнительный ресторанный дворик на мой День Рождения? Должно быть, она вообще меня не знает. А Торговый Центр «Сити Поинт»? Должно быть, это что-то новенькое, я никогда о таком не слышала.

Ого!

— Что ты там делаешь? — закричала я, хватаясь за борт машины.

Райан откинулся на спинку водительского сиденья, заложив руки за голову.

— Мы едем по автостраде, так что я переключился на автопривод.

Мои глаза лихорадочно метались по машине, белые костяшки пальцев вырывались из стиснутых рук.

Я ожидала, что в любой момент разобьюсь и сгорю, но машина оставалась на прежнем курсе, а другие машины на своих полосах движения.

— Значит, она просто ездит сама по себе?

— Неужели ты никогда не пользовалась автомобилем… О, конечно, точно. — Он откашлялся, как бы подавляя раздражение от моей постоянной наивности. — Музыку, пожалуйста, — сказал он потом.

Послышалось легкое мерцание. «Альбом: Первобытное Пророчество».

И тут раздался странный звук, который постепенно становился все громче. Звук был очень жестким и металлическим, он раздражал уши. А потом внезапный взрыв повторяющихся барабанов и пронзительный певучий голос заставил подпрыгнуть и стукнуться головой о крышу машины. Вот тебе и все эти штуковины с ремнями безопасности.

— Боже! Что это за ужасный шум? Убавь звук. Или выключи, будет гораздо лучше. — Я заткнула уши.

— Уменьши громкость на пять пунктов, — приказал Райан. Шум уменьшился. — Прости, мам. Это было немного громко. Но что ты имела в виду под ужасным шумом? Разве так можно реагировать на музыку собственного сына?

Я попыталась проглотить большой комок во рту, но он застрял в горле.

— Это твоя музыка? — слабо спросила я.

Он молча кивнул.

— Это мой демо-альбом.

Ох.

— Конечно, извини. Просто она была такой громкой, что я не узнала.

— Выключи музыку, — сказал Райан. — Думаю, пока не стоит слушать. Тебе, наверное, нужно немного тишины и покоя, пока Диора все уши тебе не прожужжала.

Болтливая дочь, да? Держу пари, она была бы больше похожа на меня, чем Райан.

— Итак, твой демо-альбом… Есть успехи с подписанием контракта? — Я уже знала ответ, но мне нужно было начать какой-то нормальный разговор, который не включал бы в себя крики или нытье с моей стороны.

— Нет, но это только вопрос времени. И люди просто обожают наши концерты, так что слух о нас распространяется с неимоверной скоростью.

— О, тогда это круто. — Я внимательно посмотрела на Райана, этого молодого человека, который, по-видимому, был моим сыном, с его черными и розовыми волосами, украшениями на теле и… о, на его руке есть татуировка милого маленького инопланетянина. Может, это то, что нравится девушкам в наши дни? Бен — бугристый гуру выглядел точно так же, хотя его волосы были коротко подстрижены в светло-русый цвет с длинной тонкой челкой.

— Значит, в твоей жизни есть кто-то особенный… сын?

Тьфу. Слишком странно.

— А ты сегодня не слишком любопытная? — Райан улыбнулся и снова переключился на нормальный режим движения, когда мы выехали с автострады и поехали обратно в город.

— Возможно, я просто еще не уверен, что это чувство взаимно.

— Ну, а ты рассказал этому особенному человеку о своих чувствах?

— Не совсем.

— Тогда, может быть, тебе стоит это сделать. Пригласи ее куда-нибудь. Кто знает, может, она испытывает тоже самое.

Райан на мгновение оторвал взгляд от дороги и пристально посмотрел на меня.

— Она?

— Ну, девушка, которая тебе нравится.

Он издал пронзительный смешок.

— Это не она, а он.

— А?

— Я все такой же гей, как и всегда, мама. — Он снова рассмеялся.

Мой сын гей? Ну ладно. Это нормально. Это легко… не знаю. Я просто не ожидала этого, вот и все.

— Правильно, гм… да. Ну, может быть, тебе стоит… поговорить с ним. Посмотреть, чувствует ли он то же самое?

— Я думаю, что да, но не хочется рисковать и разрушать «Первобытное пророчество», если ничего не получится.

— Он в твоей группе?

Райан кивнул:

— И прежде, чем ты спросишь, нет, это не Даво, гитарист. Он на сто процентов натурал.

Понятия не имею, кто это, но все равно.

— Так кто же это? Ты можешь сказать мне, я же твоя мама. — Опять «иу». Неужели я только что это сказала? Неужели я воспользовалась своим материнским авторитетом, чтобы взять верх над всеми сплетнями? Да.

Райан колебался, покусывая губу.

— Это Бен.

— Бен? Ты имеешь в виду… Прыгающего Бена?

— Единственный и неповторимый. Эксперт по прыжкам, обалденный барабанщик и горячий, как чили.

Это было немного слишком много информации, но я думаю, что Бен был довольно симпатичным, с впечатляющим телосложением. Что должна была сказать мать в такой ситуации: «Давай, сынок. Он неплохой вариант!»?

— Думаю, если вам суждено быть вместе, то вы будете. — Ну вот, этого вполне достаточно для моей ежедневной материнской мудрости.

— Это правда, мама. Правда. — Он некоторое время ехал молча, и когда мисс машина указала нам на лучшее свободное место для парковки (четырехчасовое место прямо у входа), Райан повернул машину боком к другим машинам и сказал:

— Паркуйся слева.

Снизу донесся хлюпающий звук, и машина двинулась боком прямо на стоянку. Райану не нужно было маневрировать машиной, она буквально двигалась боком, как будто колеса поворачивались. Круто!

— Опоздал всего на пять минут, — сказал Райан, вылезая из машины и пожимая плечами. — Ну что ж, оставлю ее здесь, и тогда ты сама сможешь поехать на собрание днем.

Я совсем забыла о собрании. Понятия не имею, что бы это значило, но, если повезет, к тому времени я уже смогу найти способ вернуться в прошлое.

— А ты куда? — спросила я Райана.

— Домой. Кто-то должен быть там, чтобы подготовиться к большой вечеринке в честь твоего Дня Рождения. — Он поцеловал меня в щеку. — Твой прыжок был потрясающим, мам. Не могу дождаться, чтобы рассказать папе о твоем лице! До скорого! — Он нажал что-то на своих ботинках и покатился с парковки.

Внезапно я осталась одна. У меня перехватило дыхание, когда кое-что поняла. Я должна была встретиться с Диорой, своей дочерью, прямо сейчас в фуд-корте этого торгового центра, но как мне найти ее, если совершенно не представляю, как она выглядит?

Глава 6

Дорогая дочь Диора

— Из всех навязчивых моментов материнства мало что может сравниться с тем, чтобы услышать собственные слова из уст своей дочери.

— Виктория Секунда

Я проталкивалась сквозь толпу по указателям к Южному фуд-корту. Пока я пробиралась между людьми, у меня на запястье завибрировала электронная площадка, а потом до меня дошел мелодичный писк.

На маленьком экране вспыхнуло новое сообщение.

Где ты? Я жду и умираю с голоду! Я ем за двоих, не забывай. Диора.

О, хорошо, я могу сузить свой поиск только до беременных женщин двадцати с чем-то лет.

Надеюсь, там не было никакого всплеска беременных женщин или чего-то подобного. Но что, если она была беременна только пару месяцев и живот особо не выделялся? Погодите, если она беременна, то это значит, что я буду… бабушкой. Ни за что!

Этого просто не могло быть. Настоящие бабушки вяжут и ходят с короткими вьющимися фиолетовыми волосами и запасными салфетками в рукавах, не так ли? Я слишком молода для этого. Двое детей и будущий внук — все за один день? Мне нужен валиум. Желательно внутривенно. Черт возьми! Мне следовало попросить у врача рецепт.

Я поплелась дальше и оказалась в густонаселенном фуд-корте, где непослушные дети ели жирные горячие чипсы и пили колу, а их матери кричали им, чтобы они сидели тихо и ели спокойно.

Я на что-то наступила. Я посмотрела вниз и обнаружила искореженную стружку, прилипшую к моей туфле благодаря любезности румяного парня, мимо которого я только что прошла, чьи горячие чипсы высыпались из контейнера на стол и пол. Стряхнув ее, я продолжила свой путь, мимо столика подростков, делящих пиццу, один из которых рыгал еще громче, чем Райан утром. Очаровательно.

За другим столиком сидела женщина с обнаженным беременным животом, выпирающим из-под ее скудной майки. Она достала сигарету и закурила. Охранник приказал ей потушить ее. Она плюнула ему в лицо, и он быстро вывел ее. Надеюсь, это была не Диора.

Уборщица отчаянно поскребла один из столов какой-то электрической щеткой для чистки, явно не в состоянии убирать сразу все, поскольку посетители вставали и уходили, не унося свои объедки в мусорное ведро. Отвратительно. Я привыкла питаться в модных ресторанах и роскошных тапас-барах, но теперь была вынуждена терпеть то, что можно описать только как… убожество.

Я оглядела толпу, разглядывая животы молодых женщин, как какая-то чудачка. Была еще одна беременная женщина, но ее кожа была слишком темной, чтобы быть моей дочерью. Несколько других женщин сидели отдельно, но я не могла видеть их животы под столами.

Диора, Диора, где ты? Идея! Я ей позвоню! Она должна быть в списке моих контактов. Как профессионал, я открыла экран контактов и нашла ее имя — Диора Беллоус. Должно быть, она замужем или, по крайней мере, у нее хватило здравого смысла менять свою неумолимую фамилию. Диора МакНелли была бы как хорошее вино, поданное с печеными бобами. Я нажала кнопку вызова и стала ждать.

«Абонент разговаривает по другой линии. Пожалуйста, перезвоните позже».

О, почему именно сейчас? Кто ты, Диора? Мои глаза продолжали искать ее. А потом я услышала интересный разговор…

— Нет, я специально заказала детскую коляску класса люкс, а не бюджетную. Что я за мать по Вашему? Как будто я могу доверить безопасность своего нерожденного ребенка бюджетной коляске, Вы сумасшедший? — Голос раздался откуда-то справа от меня. — К тому же они выглядят ужасно. Почему, во имя Диора, кто-то хочет купить оливково-зеленую детскую коляску — это выше моего понимания. Или дизайнеры думали, что это будет хорошо сочетаться с детскими какашками? В любом случае, я жду, что Ваш водитель немедленно вернется ко мне домой, чтобы забрать ошибочный товар и доставить правильную коляску. Дома будет мой муж, я передам ему, чтобы он ждал Вас. До свидания.

Я повернула голову к источнику уверенного голоса — красивой молодой женщине с блестящими черными волосами, собранными в гладкий хвост. Серьги-кольца болтались на ее щеках, и она покачала головой, предполагая несправедливость инцидента с бюджетной коляской. По понятным причинам. Бюджет означал дерьмовое качество. Все это знали.

Подойдя ближе, я увидела впереди нее большой живот. Она покрутила свою электронную площадку и снова заговорила:

— Дорогой, я только что звонила им. Все улажено. Они доставят правильную коляску в течение следующего часа, так что никуда не уходи, хорошо? А? Нет, она еще не пришла. Я чертовски голодна… ладно, я тоже тебя люблю. Пока.

Да. Должно быть, это Диора. Либо она, либо мой давно потерянный однояйцевый близнец. За вычетом большого живота, конечно. Вообще-то, мой был не так уж далек от истины.

— Мама, наконец-то ты здесь! — Она попыталась встать, но не смогла. — Подойди сюда, пожалуйста. — Она что-то жестикулировала.

Я наклонилась к ней, и она поцеловала меня в щеку. Все это было странно и чудно покалывало, и на мгновение мои ноги превратились в желе.

— С Днем Рождения! Я слышала, у тебя сегодня утром было небольшое приключение?

— Я думаю, что после моего нервного срыва и похода к врачу, и…

— Погоди, ты ходила к врачу? С тобой все в порядке? Опять несварение желудка? Или гормоны?

А, так она имела в виду прыжок с тарзанки. Я думала, что она использовала слово приключение как более приятную альтернативу кризису среднего возраста.

— Я в порядке, просто немного волнуюсь.

— Так как же это было… прыжок с тарзанки? — Диора не стала дожидаться ответа. — Не могу поверить, что ты действительно это сделала! Моя мама, бесстрашно прыгать с тарзанки! Ты такая храбрая. Я бы точно струсила. Но они все равно не позволили бы это сделать женщине на восьмом с половиной месяце беременности. Не хотелось бы, чтобы ребенок вышел не с того конца!

Судя по звукам, ей не нужно было прыгать, слова вылетали из ее рта, как будто она делала три прыжка подряд. Теперь я поняла, что имел в виду Райан, когда сказал, что от нее у меня заболят уши.

— Я до сих пор немного нервничаю, но выжила, так что это главное, — сказала я.

Она кивнула и потерла живот.

— Ну, если я в ближайшее время не поем, то начну ворчать и ругать людей за то, что они неправильно расчесывают волосы или у них отросли брови. Давай поедим, хорошо?

Определенно. Моя мини-копия.

— Оставайся здесь. Я сама принесу нам что-нибудь. Что ты хочешь? — спросила я.

— Горячий шоколад и кусок шоколадного торта с шоколадной глазурью. С шоколадным мороженым сбоку. И шоколадной посыпкой.

Ладно, на этом сходство заканчивается. Я бы ни за что не съела столько шоколада за один месяц, не говоря уже о дне. Хотя при упоминании слова «шоколад» мой желудок заурчал, а во рту пересохло и потекли слюнки. Шоколадный торт был бы очень кстати, только на этот раз. Это был мой День Рождения, и технически это было не мое настоящее тело. В любом случае это уже не поможет, так что можно и побаловать себя.

Через пять минут после того, как нам принесли на стол поднос с шоколадным десертом, Диора проглотила свой торт и мороженое и принялась за горячий шоколад. Все это время она допрашивала меня о подробностях утренних приключений.

— Ну, на этом приключения не заканчиваются. День только начался, а у тебя впереди еще много дел, — сказала она. — Я не могу дождаться вечера. Это будет так весело!

На сегодня с меня уже было достаточно, а ведь еще не наступил полдень, но что я могла поделать? Я просто должна была выглядеть нормальной и понять, как вернуться назад.

— Хотя, — продолжила Диора, — если я собираюсь справиться с твоей вечеринкой, мне придется немного поспать. — Она потерла живот. — Эта малышка так меня утомила, что я почти каждую ночь засыпаю в восемь тридцать, а через два часа меня будит удар карате и тройное сальто. — Она допила остатки своего горячего шоколада, а я только наполовину выпила свой.

Разговор оказался легче, чем предполагала, так как большую часть разговора вела она. Я в основном кивала и давала односложные ответы. Диора посмотрела на свою электронную площадку.

— Ух ты, неужели пора? Нам лучше поторопится, — сказала она, с шумом отодвигая свой стул и используя руки, чтобы поднять свое тело со стула. — Ого! Быстрее, мама. Потрогай. — Она схватила мою руку и положила себе на живот.

Меня встретила волна ряби, затем они двинулись дальше в сторону, и я почувствовала их. По ее животу катились маленькие бугорки, как будто крошечное существо попало в ловушку и пыталось выбраться наружу. Ну, думаю, что это было отчасти правдой, хотя это был всего лишь крошечный человек.

Но не просто человек. Мой внук. И я надеялась, он не выйдет прямо сейчас. То есть, конечно, рано или поздно это произойдет, но, пожалуйста, не сегодня. Я еще не готова стать матерью, не говоря уже о бабушке.

— Тебе не больно? — Я отпустила свою руку.

Диора пожала плечами.

— Нет, но в последнее время все больше одолевают схватки Брэкстона-Хикса, и это определенно заставляет меня остановиться и обратить на это внимание.

Схватки Брекстона-Хикса? О ком это она говорит? Может, он какой-нибудь поп-певец? И какое отношение он имеет к беременности?

— Мам, а сколько времени у тебя был Брэкстон-Хикс, прежде чем ты начала рожать меня? — спросила Диора.

Дерьмо. Откуда мне, черт возьми, знать?

— Ммм, не могу вспомнить.

— Ну же, конечно же, ты что-то помнишь. Была ли твоя беременность со мной настолько запоминающейся? — Диора преувеличенно надула губы.

Если бы только она знала хотя бы половину этого. Я не могла точно сказать: «На самом деле, Диора, я вообще не помню этого, и не помню, как родила тебя, и конечно, не помню твоего (сглатывание) зачатия. Я содрогнулась, представив себя с Уильямом. А потом вспомнила, что он сказал о моем другом подарке на День Рождения, который будет позже вечером. О Боже, я должна была найти способ вернуться домой до этого!

— Гм, может быть, неделю? — Я надеялась, что это был правдоподобный ответ и что она не ожидала, что скажу «пять месяцев» или что-то в этом роде.

— Через неделю? — воскликнула она, держась за живот в поиске поддержки. — Они у меня уже около десяти дней. Я могу родить в любую минуту!

Пожалуйста, не надо. Пожалуйста.

— Ну что ж, до моего следующего визита к врачу осталось всего три дня, так что я спрошу его об этом. Если подумать… — Диора открыла свою электронную площадку и что-то напечатала.

— Что ты там делаешь?

— Фуглю.

— Что? — Я посмотрела на экран.

— Фуглинг. Чтобы узнать, что интернет может рассказать мне о Брэкстоне-Хиксе.

Крик удивления вырвался из моего рта, когда я увидела веб-страницу поисковой системы. Она выглядела точно так же, как логотип Гугл, только на ней было написано Фугл.

— О, послушай, триста сорок семь человек на Фейсбук обсуждали Брэкстона-Хикса за последний час. — Диора указала на экран.

Этот Брэкстон, должно быть, очень популярен среди молодежи в наши дни. Интересно, похожа ли его музыка на музыку Райана?

— Ложные схватки обычно длятся от нескольких дней до нескольких недель до начала родов, — прочитала Диора с какого-то сайта, который она нашла.

Схватки? Разве схватки не означают роды? Что-то подсказывало мне, что она говорит вовсе не о поп-певице.

— И смотри, этот блог рассказывает историю одной женщины, у которой вообще не было ложных схваток. Однажды у нее просто отошли воды и бац! Из нее вышел малыш.

— Ах, Диора, может быть, тебе стоит просто дождаться встречи с доктором, а не полагаться на интернет?

Ну, что скажите. Мой первый серьезный материнский совет!

— Да, ты права. И нам лучше пойти пешком, — ответила она, отодвигая экран обратно и дергая меня за руку, чтобы вести в нужном направлении и уравновесить свой вес.

— Диора? — спросила я. — А почему они называют его Фуглом? Я совсем забыла.

— Серьезно? А я-то думала, что беременность выжгла мне память, — сказала она. — Фейсбук купил Гугл, помнишь? Так что теперь это Фугл.

— О, конечно. Блин, эти прыжки с тарзанки, должно быть, хорошенько встряхнули меня. — Я попыталась беззаботно рассмеяться.

Мы шли, вернее, я, а Диора ковыляла, двигаясь черепашьим шагом. Конечно, немного веса вокруг живота не может сделать человека таким медлительным? Теряя терпение, я заставила себя идти медленнее, хотя внутри все еще бегала кругами после своего неудачного прыжка, не говоря уже о настоятельном желании найти выход из этого тела.

Пока я ждала, когда меня догонит Диора, мой взгляд упал на большой плакат, выставленный в витрине салона красоты: «Верните себе десять лет с нашей магией молодости лица!». Там была фотография женщины лет сорока, но на следующей фотографии она выглядела лет на тридцать. Клинически доказано, что работает*— это было сказано под заголовком, и внизу был какой-то мелкий шрифт, но я не беспокоилась об этом. Я толкнула дверь и вошла в салон.

— Мама, что ты делаешь? — спросила Диора, слегка задыхаясь.

— Мне нужно сделать одну из этих масок для лица! — Может быть, это оно и есть. Я закрывала глаза, пока косметолог творила свое волшебство, а когда открою, мне будет двадцать пять — и это гораздо приятнее, чем прыжки с тарзанки.

— Мама. — Диора снова потянула меня за руку и увела от стойки, к большому разочарованию нетерпеливого косметолога. — Я уже записала тебя на сеанс магии молодости, помнишь? Но не в этом сомнительном салоне, а в — «Королеве красоты», — прошептала она.

— И себя?

— Угу. Всех троих, помнишь?

Меня тошнило от того, что люди говорили «помнишь», но мое нетерпение к волшебному лицу пересилило раздражение.

Подождите.

— Троих?

Я надеялась, что она не имела в виду, что у нерожденного ребенка было какое-то дородовое, трансабдоминальное лицо плода. Но это было будущее, и после того, как я увидела яйца без желтка, электронные площадки, желе-хреновины, чудо-сканеры мозга и говорящие самоуправляемые автомобили — все было возможно.

— Ты, я и Элейн, — деловито ответила Диора. — Только у меня будет лицевая маска «Беременная принцесса». — Она улыбнулась и с гордостью подняла свою пышную грудь.

— Ну да, конечно. — Я понятия не имела, кто такая Элейн.

— И также они сделают тебе прическу и макияж. Так что ты будешь готова к большой встрече сегодня днем.

Единственную встречу, на которую я планировала пойти — мой день рождения. С моими двадцатилетними друзьями и ни с кем даже близко к пятидесяти годам. Я прибавила шагу.

— Мам, ты не могла бы помедленнее? Разве ты не помнишь, каково это было, когда была беременна?

Нет, черт возьми, я не была беременна! Я просто хотела поскорее сделать эту маску! Хотя я понятия не имела, куда мне нужно идти.

— Да, конечно, прости, милая. — Я уже начала хорошо разбираться в этих материнских разговорах.

Через десять мучительных минут мы прибыли в «Королеву красоты», и я едва успела открыть дверь, как женщина с вьющейся копной светлых волос обняла меня.

— О, Кел. С днем рождения! Это будет так весело!

Я дернулась назад и напряглась от такого вторжения.

— Мама немного нервничает после своего неудачного прыжка, Элейн, — объяснила Диора.

— Да, правда. Я не могу дождаться, чтобы посмотреть видео! — Сказала Элейн, прежде чем снова обнять Диору и положить руку ей на живот. — Как поживаешь, милая?

О Боже, я совсем забыла, что они сняли видео прыжка. Просто на всякий случай, сказали они, для визуального доказательства, если что-то пойдет не так. Впрочем, такого никогда не было, заверил меня прыгающий Бен.

— С днем рождения, Келли, — раздался бархатный голос откуда-то из-за кудрявой копны волос Элейн. Элейн отодвинулась в сторону, и крупная женщина с волосами, аккуратно собранными в пучок на макушке, шагнула вперед и взяла меня за руки. — Добро пожаловать на утро озорства.

Это, должно быть, сама Королева красоты. Гирлянда из крошечных золотых бусин была нанизана на основание ее пучка волос и выглядела как корона. Она была одета в черно-золотую униформу, ниспадающую на ее изгибы жидкой ткани.

— Спасибо, — ответила я, оглядывая зал ожидания, похожий на дворец.

Стулья для гостей были мини-тронами! Воздух наполнен едва уловимой музыкой и теплым древесным ароматом, а в углу мирно журчал трехъярусный фонтан. Я уверена, что я не из тех матерей, которые любят одного ребенка больше, чем другого, но Диора сорвала джекпот с этим подарком.

Я встретила свое отражение в искусно украшенном зеркале с позолоченным краем на левой стене и слегка вздрогнула, но затем была привлечена прекрасным дизайном рамы. Ее изгибы и завитки придавали классическую элегантность, но с оттенком современной искры. Под зеркалом на маленьком столике стояла лампа, причудливый узор зеркала повторялся в золоте ее основания.

— Они прекрасны, не правда ли? — сказала я, обводя взглядом комнату и крутя пальцем вокруг.

— Ну конечно, ты же сама их придумала, — усмехнулась Элейн.

Мой палец застыл, и я посмотрела на Элейн, женщину, которую я никогда раньше не видела.

— А?

Королева снова шагнула вперед.

— Они тоже выдержали испытание временем, эти классические произведения никогда не выходят из моды. И хотя я обожаю твой новый дизайн сезона, я не спешу менять декор. Мы получаем так много комплиментов от клиентов по поводу внешнего вида нашего салона, и я всегда говорю им, что это благодаря Интерьерам КС.

Интерьеры КС… Интерьеры КС. Объявление, которое я видела в виртуальном журнале у доктора! Действительно ли я работаю в этой компании, проектируя предметы домашнего обихода? А может быть, я даже владею этой компанией?

— У моей лучшей подруги определенно есть талант, согласна? — спросила Элейн у Королевы, и та кивнула. — В любом случае, мы собираемся попробовать магию молодости на лицах или как? — Она потерла руки. — Думаю, мне уже ничем не поможешь, но попробовать стоит, — сказала она, со смехом откидывая голову назад.

— Никогда не бывает слишком поздно, Элейн. Каждая может быть Королевой красоты. — Королева подошла к длинному красному ковру в коридоре и жестом пригласила нас следовать за ней. Когда я догнала ее, она на мгновение остановилась и положила руку мне на плечо. — Ты почувствуешь себя новой женщиной, когда выйдешь отсюда, Келли. Обещаю.

На моем лице появилась обнадеживающая улыбка.

— Очень на это надеюсь.

Глава 7

Маски, дружба и сказки

«Молодость — это болезнь, которая быстро проходит».

— Дороти Фулдхайм

Переодевшись в черно-золотые халаты, мы втроем расположились за своими столами в общей процедурной комнате. Очевидно, несколько недель назад Диора спросила меня, не хочу ли я уединиться, но я предложила провести групповой сеанс, чтобы мы могли поболтать и наверстать упущенное. Или, что более вероятно, чтобы Диора могла потрещать, а мы с Элейн спокойно полежать. Хотя было такое чувство, что Элейн могла бы составить Диоре конкуренцию.

Поскольку я была именинницей, меня лечила сама Королева, которая, как я выяснила, носила довольно странное имя Барб и, по-видимому, делала мне восковую эпиляцию в течение последних десяти лет.

Терапевтом Элейн была дочь Барб, Джилли, а Диоре должна была делать «беременную принцессу» Карина — красивая азиатская женщина с приклеенными волосами, которая заверила нас с Элейн, что мы тоже будем чувствовать себя принцессами после наших юных магических процедур по уходу за лицом. Я надеюсь, так как единственной принцессой, какой себя ощущала, была принцесса Фиона из Шрека. Версия людоед.

Элейн вздохнула, когда Джилли намылила ей лицо очищающим средством, и Барб сделала то же самое с моим.

— Это так приятно, — простонала Элейн.

— Наше очищающее средство «Омолаживающая магия» имеет собственный расслабляющий кожу ингредиент, который раскрывает поры для глубокого проникновения очищающих наночастиц, — объясняла Джилли.

Сливочное, но текстурированное хлюпанье вокруг моего лица, конечно, было отличным, но я надеялась, что они закроют мои поры к тому времени, когда я выйду из салона. Расширенные поры были неумолимы в определенных условиях освещения, хотя они и удерживали фотографических аэрографистов в бизнесе.

Джилли продолжила свой хорошо отрепетированный сценарий о силе египетского измельченного микропесчаного песка, затем ее тон смягчился.

— Знаешь, один из моих постоянных клиентов говорит, что это лучше, чем секс на лице.

— Джилли! — Выругалась Барб, и я сдержала смех, боясь утонуть в микроскопическом египетском песке, если открою рот.

Элейн не испытывала такого страха.

— Дорогая, я была бы счастлива, если бы у меня была хоть половина лица. С тех пор как развелась три года назад, я практически живу как монахиня. — Ну, за вычетом всех этих молитв. Если не считать святое дерьмо, проклятый ад и милостивый Боже, то почему я?

Ладно, теперь я уже не могла сдержать смех. Он вырвался из меня, брызги моющего средства разлетелись по всей комнате. А потом фыркнула, вдыхая комок очищающего средства и вынужденная быстро сесть, чтобы откашляться.

— Извини, Барб, но, может быть, нам все-таки стоило заказать отдельные комнаты, — сказала Диора.

— Не волнуйся, дорогая, — ответила она, вытирая моющее средство со стола, противоположной стены и моего платья.

— Нельзя смеяться во время сеанса, — вмешалась Карина. — Кожа должна расслабиться. Лучше не смеяться.

— Извините, — пробормотали мы с Элейн в унисон, и я откинулась назад, чувствуя себя непослушной школьницей.

Пока Барб отшелушивала внутренние стенки моих пор, я гадала, кто же эта женщина — очевидно, моя лучшая подруга, лежащая на соседнем столе. Что случилось с Селеной? То есть я знаю что, но кто такая Элейн? Как мы стали друзьями? Она не могла быть моделью.

Без обид, но у нее не было для этого подходящей формы. Еще и разведенка… бедная женщина.

Элейн снова застонала, и Джилли сказала:

— Видишь, моя клиентка была права, не так ли?

Барб снова шикнула на дочь.

— Не помню, когда в последний раз чувствовала себя так хорошо, — пробормотала Элейн. — На самом деле, думаю, что это было, когда мой младший наконец начал спать по ночам. После трех детей я решила, что с младенцами покончено, и в то благословенное утро, проснувшись через восемь часов, подумала, что умерла и попала в рай.

— Значит, в твоем случае это можно назвать выражением лица «лучше, чем сон», — предположила Джилли.

— После этого, моя дорогая, к тебе побегут толпы невыспавшихся мамаш.

— Кстати, о недосыпании, — сказала Барб. — Похоже, кто-то в последнее время не спит после обеда.

С одной из кроватей донесся грубый храп. Диора крепко спала! Вот тебе и ночная дискотека на лицо.

— А ребенок еще даже не родился, — заметила Элейн. — Она ведь не узнает, что ее отрубило, правда, Кел? Помнишь, как это было, когда дети были маленькими?

Меня лишали сна только по собственному выбору. Поздние ночные вечеринки и ранние утренние фотосессии — это было не так уж плохо. Ты просто наверстаешь это позже. Ничего страшного.

— Это было так давно, что толком и не помню, — сказала я.

— Лишение сна, должно быть, подпортило тебе память! Тебе было очень плохо с Райаном. Ты сказала, что именно по этой причине у тебя больше не было детей после него. Он вызвал у тебя отвращение.

Хм, его гиперактивный адреналин, должно быть, начался с детства. Вероятно, он даже из моей матки с тарзанки выпрыгнул.

— Наверное, я просто закрылась от всех этих травм. — Я притворно шмыгнула носом. — Как бы то ни было, уверена, что Диора прекрасно справится, она сильная женщина.

Я едва знала Диору, но каким-то образом была уверена, что это правда, и не только потому, что подслушала ее разговор с продавцом детского магазина, но и потому, что чувствовала это. Она излучала уверенность, внушала уважение и, скорее всего, довольно часто добивалась своего. Я улыбнулась про себя, когда появилось незнакомое чувство гордости.

Из разинутого рта Диоры послышался еще один храп, хотя Карина продолжала процедуру. Должно быть, это было заразительно, потому что я широко зевнула, и мой рот, казалось, не вернулся туда, где должен был быть. Моя упругость кожи, или отсутствие таковой, действительно отстой.

Бип!

— О, Келли, тебе следует отключить свою электронную площадку, пока ты здесь, — пожурила ее Элейн.

— Да, да, извините. Секунду. — Не то, чтобы я знала, как это сделать. Я подняла руку, чтобы посмотреть на свою электронную площадку. Это было послание от Уильяма:

Райан сказал, что прыжок с тарзанки прошел успешно. Я так горжусь тобой!

Я быстро поблагодарила его и притворилась, что отключила электронную площадку.

Бип!

Дерьмо.

Кстати, о прыжках, это дало мне пару творческих идей для спальни *Подмигивание* Забегая вперед, намекаю, что хочу попробовать их сегодня вечером;) ~ У

Двойное дерьмо. Ошеломленная, испуганная и пойманная в ловушку нескольких других неловких эмоций, я отбросила свою руку назад, игнорируя сообщение.

Бип!

— Келли!

— Извините! — Я покосилась на электронную площадку:

Ты получила мое сообщение? Я сказал, что сегодня вечером, после того как гости уйдут, я с нетерпением жду возможности опробовать свои идеи, вдохновленные тарзанкой. xx

ААА! Ему не нужно было повторять это снова! Мой палец дрожал, когда печатала ответ:

Да, получила громко и ясно. Извини, не могу общаться, на лице маска. ~ K

Бип!

Конечно, прости, сладкая. Поговорим позже. Целую! ~ У

Боже, он даже пытался поцеловать меня через смс-ку.

Я снова опустила руку, надеясь, что больше никто ничего не скажет. Тогда я задумалась, почему мой отец до сих пор не прислал поздравительное сообщение с Днем Рождения. Ну да ладно, было еще рано.

Тепло разлилось по лицу.

— Пришло время для специальной регенерирующей маски «Магия молодости», — сказала Барб. — Она проникнет глубже, что позволит избавиться от морщин и поработать с собственной заживляющей системой кожи для того, чтобы ободрить образование коллагена. Другими словами, уменьшение тонких линий и добавление упругости и сияния.

— Как думаешь, ты могла бы надеть это на все мое тело? — спросила я.

Барб рассмеялась.

— У нас есть обертывание магии молодости для тела, но мы сделаем это в другой день, — сказала она.

Это не имело значения, клянусь, я чувствовала, что становлюсь моложе с каждым взмахом ее рук, словно она стерла старую и открыла молодую меня. Теплая кровь циркулировала по моей коже, как будто я лежала на карибском острове под солнцем. То, что было в этой маске, должно быть, делало свое дело. На самом деле, она, казалось, распространялась по всему моему телу. Мое платье вдруг показалось слишком большим и мне стало жарко, как если бы я слишком долго лежала на солнце. Может быть, именно так действовала эта маска, давала коже прилив тепла, чтобы устранить признаки возраста. Только теперь мне показалось, что я лежу на солнце, и кто-то натер мне лицо перцем чили, а потом сунул меня в духовку.

Сердце бешено заколотилось, и я заерзала на кровати.

— А что в этой штуке? Я вся горю!

— Келли, ты в порядке? — Барб убрала руки с моего лица, и я выпрямилась, обмахивая лицо ладонями, но они тоже были горячими.

— Что со мной происходит? — Мое дыхание участилось, и Элейн тоже села. Диора слегка пошевелилась, потом снова захрапела. — Ой! Мне нужна вода, или вентилятор, или лед — что-нибудь холодное, быстро! — Я встала и поворачивалась туда-сюда, а Барб уговаривала меня сесть и сделать глубокий вдох.

Я не стала слушать, а подошла к раковине и плеснула себе в лицо водой, чтобы избавиться от рук Барб. Я продолжала, пока вся маска не была смыта, мое лицо было мокрым месивом, но все еще горело.

— Кел, успокойся. У тебя, наверное, просто горячий прилив, — сухо сказала Элейн сквозь маску, стараясь не шевелить губами.

— Что? — Я продолжала обмахивать лицо веером, и Барб протянула мне стакан воды, который я тут же выпила.

— Приливы. Они у тебя уже давно, с тех пор как началась менопауза.

О нет, этого не может быть. Мне пятьдесят, я была матерью, будущей бабушкой и с менопаузой. Должно быть в прошлой жизни я была террористом, чтобы заслужить такой «подарок». Ну почему, почему это происходит?

— Дыши, Келли, вдох-выдох, — велела Барб, массируя мне виски и запястья чем-то прохладным.

— Не волнуйся, — сказала Элейн. — Они будут постепенно уменьшаться в частоте и степени тяжести. Моя продержалась всего пару лет, а потом ушла, примерно в то же время, когда Питер оставил меня. Забавно.

Вот и все. Если бы могла желать чего-то прямо сейчас, я бы хотела быть мужчиной. У них это так легко получается, что даже не понимают, насколько хорошо они это умеют. Ублюдки. Я замедлила дыхание и выпила еще один стакан воды, и постепенно жар рассеялся, облегчение наполнило мое тело.

— Тебе лучше? — спросила Барб.

— Гораздо. — ответила я. — Уверена, что это не один из ингредиентов маски?

Барб покачала головой.

— Если уж на то пошло, маска должна иметь легкий охлаждающий эффект. Я бы сказала, это определенно был горячий прилив, у меня тоже были такие, я бы узнала их где угодно. Почему бы тебе не прилечь, и мы начнем все сначала?

— Ну, если ты уверена, что продукт не вызовет такого эффекта снова, тогда ладно. — Я не собиралась терять свой шанс снова стать настоящей собой.

Я сменила позу, чтобы снова лечь, и Диора проснулась.

— Неужели я заснула?

Все дружно закивали.

— Что я пропустила?

— О, ничего особенного. Просто еще один день в офисе, — сказала Джилли с усмешкой.

Диора снова уселась и закрыла глаза, а мы все молчали, пока продолжалась процедура ухода за лицом.

Меня накрыла сонливость, и на мгновение даже показалось, что я заснула, но не была уверена. Мой разум дрейфовал, мысли и воспоминания были где-то далеко, и я в первый раз за сегодня смогла расслабиться. Когда Барб негромко объявила, что пора вставать, и что она встретится со мной в соседней комнате для прически и макияжа, мне захотелось сказать ей, чтобы она отстала. Я могла бы лежать здесь вечно. И тут я вспомнила.

Возвращает на десять лет. Это сработает. Я открыла глаза и встала. Элейн, Диоры и терапевтов нигде не было. Я поспешно подошла к зеркалу над раковиной и приготовилась снова увидеть свое молодое сияющее лицо. Улыбка сменилась хмурым выражением лица, когда все та же старая Келли МаксНелли уставилась на меня в ответ. Кожа вокруг глаз была немного мягче, на лице появился влажный блеск, но возраст невозможно было отрицать. И ничего из этого не сработало.

Мой хмурый взгляд на мгновение оживился, когда я поняла, что мне все еще нужно сделать прическу и макияж, и, возможно, это будет последним спусковым крючком, который вернет меня назад во времени. Да, не стоит отчаиваться. Лицо было грунтовкой, а макияж сделает все остальное. Это было необходимо. Это было чертовски необходимо, иначе я бы подумала о том, чтобы еще раз спрыгнуть с тарзанки, но уже без веревки.

Я сняла халат, обнажив свой коралловый наряд, затем подняла подбородок, толкнула дверь в соседнюю комнату и увидела Элейн, показывающую Джилли фотографии причесок на своей электронной площадке, а также Диору, которая погружала ноги в ванночку для ног.

— Мы думали, ты никогда не выйдешь, — сказала Барб. — Да ладно, пора бы уже и твоим волосам хорошо выглядеть.

Я села в кресло, и Барб взъерошила мне волосы пальцами.

— Я так понимаю, ты уже мыла их сегодня, так что я просто сделаю прическу. Слышала, у тебя скоро деловая встреча. Я сделаю ее профессиональной, но женственной, стильной и сексуальной.

— Что ты сегодня наденешь, Кел? — спросила Элейн.

Я чуть было не сказала: «красное мерцающее платье, которое я купила на прошлой неделе», но потом поняла, что это было двадцать пять лет назад, и я купила это платье, чтобы надеть на свой двадцать пятый день рождения. Сегодня мне исполнялось пятьдесят, и, если повезет, мне не придется решать, что надеть.

— Это сюрприз, — сказала я. — А ты? — Я успешно подыгрывала ей.

— О, ты не поверишь, что я нашла. Не могу дождаться, когда ты это увидишь, — ответила она.

Бедной женщине придется подождать, потому что я этого все равно не увижу.

— А сколько будет гостей? — спросила Джилли.

О, она уставилась на меня.

— Э-э…

Диора, помоги.

— Думаю, приедет около сорока человек, — сказала Диора.

Спасибо, Диора. Поговорим о чтении мыслей матери и дочери. И сорок человек, да? Так вот сколько у меня было друзей в этой жизни. Неплохо. Мне стало интересно, кто бы это мог быть и узнаю ли я их.

Но мне не придется удивляться, потому что сегодня вечером я встречусь со своими самыми близкими друзьями на шикарном ужине, а затем последует предложение Гранта. Я должна была запомнить это. Он стоял на одном колене (он привык к этому, будучи фотографом, и ему приходилось вставать в странные позы, чтобы сделать правильный снимок), открывал бархатный футляр и ослеплял меня блестящим кольцом, которое было видно с Луны.

— О чем думаешь? — cпросила Элейн. — Ты улыбаешься так, будто только что…

— А? — Я выдернула себя из грез. — О, просто думала о любимом человеке.

— Ой, как мило. Уиллу так повезло, что у него такая заботливая жена.

— Почему ты думаешь, что я говорю об Уильяме? — огрызнулась я.

— Мама! — Диора бросила на меня свирепый вопросительный взгляд.

Ой. Уильям был ее отцом, и я не могла расстроить беременную женщину.

— Да я шучу! — Нет. — Конечно, я думаю о твоем отце. Он такой… милый, — только и смогла вымолвить.

— Он лучше, чем просто милый. По-моему, этот человек — самый лучший муж, — сказала Элейн. — Жаль, что я вышла замуж за Питера, а не за него. Прости, Диора. — Она рассмеялась.

Полагаю, она могла бы заполучить его. Единственного мужчину, которого я хотела, был Грант. Барб втерла мне в волосы какой-то липкий продукт.

— Ну что ж, обратного пути нет, — задумчиво произнесла Элейн. — Питер подарил мне троих прекрасных детей, и в основном у нас был хороший брак. Мы просто… не нашли общий язык, наверное. — Джилли провела утюжком по волосам Элейн, укладывая ее локоны. — Если бы я не отказалась от своих мечтаний ради него, чтобы он мог сделать карьеру, может быть, все было бы по-другому, кто знает?

— Еще не поздно последовать за своими мечтами, Элейн, — сказала Барб.

— Мне пятьдесят три, дорогая. Моя лодка уплыла много лет назад.

— Мне пятьдесят шесть. И я думаю, что ты всегда сможешь поймать другую лодку, — сказала Барб, наклоняя мою голову вперед и прикрепляя заколку к верхней части моих серо-черных волос.

— Слушай, слушай, — согласилась Диора. — Большинство женщин сейчас доживают до ста, а мужчины — до девяноста двух, так что у тебя еще много лет впереди, — успокоила она Элейн, пока Карина что-то втирала Диоре в ноги. Она выбрала педикюр вместо прически, поскольку последние два месяца явно не могла дотянуться до своих ног, а они слишком долго были без лака.

Я чуть было не рассказала им о своих планах относительно международной карьеры модели, но прикусила язык. Эта лодка отплыла двадцать пять лет назад, но как только я смогу вернуться, я буду на ней, направлю эту лодку в желанное будущее и ни за что на свете не позволю айсбергам встать на моем пути.

— Ну, что ты думаешь? — Спросила Барб, когда закончила расчесывать меня.

Мои безжизненные локоны превратились в пышную массу развевающихся на ветру волос, зачесанных назад, словно передо мной стоял постоянный высокоскоростной вентилятор. Так было гораздо лучше и, очевидно, по последней моде, поскольку я уже видела других женщин с такой же прической, но не то, что я бы выбрала для себя. В любом случае, мне нужно накраситься.

Я попросила Барб отодвинуть мой стул от зеркала, чтобы в конце я смогла удивиться. Если это сработает, я буду смотреть на себя настоящую в зеркале, а Диоры и Элейн либо не будет, либо просто станут незнакомцами, которые придут в салон для того, чтобы сделать макияж, как я.

Я закрыла глаза, когда Барб провела по моим векам мягкой кисточкой для макияжа с тенями, затем умело провела карандашом для глаз по стыку между веками и ресницами. Она нанесла какой-то гель на мои щеки, и они начали покалывать. Я не могла видеть, что она делает, но клянусь, чувствовала, как мои щеки поднимаются, а гусиные лапки вокруг глаз постепенно исчезают.

— Тебе ведь это нравится, правда? — спросила Барб.

— Конечно, — ответила я. Я была в своей стихии. Мне было не привыкать к тому, что чужие люди творят искусство с моим лицом, и я удовлетворенно вздохнула.

Остудив мои губы слоем влажной помады, Барб заставила закрыть глаза и обрызгала мое лицо прохладным освежающим лосьоном. Это должно было быть именно так. Это уже происходило. Я это чувствовала. Капельки тумана покалывали мое лицо, как снежинки, и я представляла, что эти крошечные феи, порхающие над моей кожей, пытаются привести меня в прежнюю форму.

Наконец Барб развернула кресло лицом к зеркалу. Мое юное отражение улыбнулось в ответ, но потом я поняла, что мои глаза все еще закрыты. Когда открыла их, я не поверила в увиденное. Боже мой. Водоворот беспомощности закрутился изнутри, и из горла вырвался хриплый стон. Потом еще один… и еще, пока не разрыдалась вовсе.

— Келли, Келли, что случилось? Тебе не понравилось? — Барб схватила меня за плечи.

Элейн подошла и положила руку мне на спину. Даже Диора с трудом поднялась со стула и торопливо заковыляла ко мне.

— Я… это… почему?

Слова застряли у меня в горле, и очень хотелось сказать им, закричать во всю глотку, что на самом деле мне двадцать пять и мне здесь не место. Но не могу, они наверняка отправят меня в лечебницу. Это было бы еще хуже, потому что они заставили бы носить ужасный больничный халат с открытой спиной, или пару оранжевых комбинезонов, или что-то еще отвратительное, и, если бы я продолжала настаивать, что я — Келли Кроуфорд, которая перенеслась на четверть века в будущее, они могли бы даже вызвать экзорциста.

Нет. Что бы ни делала, я застряла в этой извращенной сказке, и никакой прекрасный принц не спасет меня. Придется притворяться. Я должна была придумать что-то, какую-то причину для своей вспышки гнева.

Кроме того, это был подарок Диоры на мой День Рождения, и я не могла позволить себе расстраивать ее. Если бы это сделала, у нее могли бы начаться больше этих Брэкстонских штучек, и могла бы родить ребенка в ванне для ног!

Я набрала воздуха в легкие и постаралась успокоиться, сопротивляясь непроизвольной пульсации, которая охватила меня мгновение назад.

— Мама?

— Кел?

— Келли?

Все они смотрели на меня с неподдельным беспокойством на лицах.

— Мне очень жаль. Просто в последнее время чувствую, что жизнь проходит мимо. Все произошло слишком быстро, и не могу поверить, что мне на самом деле пятьдесят. — Ну, это отчасти правда.

— Но я думала, что ты будешь чувствовать себя прекрасно после того, как сделаешь прическу и макияж, — спросила Элейн.

Я посмотрела на себя в зеркало; мои искусно уложенные волосы обнажали накрашенное лицо, с коралловыми щеками в тон моему наряду и такой же подводкой для глаз под… бровями? С каких это пор визажисты рисуют яркие цветные линии под бровями? Мало того, губы тоже были коралловыми — с резким золотым контуром. Какого черта? Я покачала головой и чуть не рассмеялась над результатом.

Женщины вокруг меня все еще выглядели обеспокоенными, и мне пришлось их успокоить.

— Когда обернулась и увидела свое лицо, я заплакала, потому что… ну, потому что ты так хорошо поработала, Барб, и… хотелось бы все время так выглядеть. — Ой. Это было трудно произнести вслух.

Барб заметно смягчилась и с явным облегчением прижала руку к груди. Элейн отступила назад и улыбнулась. Диора погладила меня по спине.

— Ой, мам. Ты всегда выглядишь великолепно, а сегодня будешь особенной.

Действительно, очень особенной. Если бы Селена увидела меня сейчас, она бы смеялась до тех пор, пока у нее не кончился бы воздух, а что касается Гранта, то он… ну, надеюсь, он бы поддержал меня и сказал, что не имеет значения, как я выгляжу. Хотя что-то внутри подсказывало, что для него это действительно важно.

— Сегодня на вечеринке ты всех покоришь, мама. Ты даже не выглядишь на пятьдесят! Я бы не удивилась, если бы кто-то из гостей по ошибке купил открытки к сороковому Дню Рождения.

Должно быть, я научила свою дочь хорошо лгать.

— Это будет отличная ночь, только подожди, пока не увидишь праздничный торт, который папа приготовил для тебя. Он идеальный! Придется немного потерпеть, чтобы загадать желание и задуть свечи, — сказала она.

Желание, праздничный торт… вот и все! Как глупо было с моей стороны думать, что прыжок с тарзанки или макияж могут повернуть время вспять. Теперь эта мысль казалась нелепой. Но загадывать желание на праздничном торте?

Вот что бывает в кино — загадывают желание, и происходит что-то волшебное. И в моем случае, я точно знала, чего хочу.

Вся эта беспомощность по спирали уходила обратно в небытие, и я знала, что торт должен быть именно таким. Я просто должна была пережить этот день как можно лучше и ждать неизбежного «С днем рождения», танцующего пламени свечей с ключом к моим мечтам.

Я встала.

— Ты совершенно права. Это будет замечательный вечер. А сейчас проходит грандиозный день. Не могу дождаться, когда увижу свой праздничный торт!

— Вот это рвение! — воскликнула Диора. — Ну, мам, не трать понапрасну этот день. Когда ты встречаешься с Кейси за ланчем?

Я совсем забыла о своей сестре! Селена может быть далеко, а Гранта нигде не видно, но Кейси должна быть где-то здесь… и ей должно быть сорок семь!

— Гм, не могу вспомнить.

— Опять эта чертова менопауза, — сказала Элейн. — Ты не только переживаешь четыре прилива за один день, но и удивляешься, когда обнаруживаешь случайные волоски, растущие из разных мест. Это стирает и твою память. — Х-м-м… это не может быть просто тяжелым случаем менопаузальной потери памяти, не так ли? — Я отрицательно покачала головой. Конечно, это невозможно, и доктор Вишек сказал бы что-нибудь, если бы это было даже отдаленно возможно, правда?

— Навсегда, — продолжила Элейн. — Возможно, горячие приливы и ушли из моей жизни, но дрянные воспоминания остались. Единственное, что помню — номер моей кредитной карты.

Из уст Барб вырвался понимающий смешок.

— Ну что ж, используй ее или выбрось — так они говорят.

Элейн тоже рассмеялась.

— И, боже мой, как же я им пользуюсь! — Она подняла свою электронную площадку. — Говоря о нем. — Она положила электронную площадку рядом с платежным сканером Барб, и Диора тоже подошла со своей электронной площадкой. — Подели на пополам. Сегодня мы с Диорой угощаем.

— Спасибо, девочки, — сказала я.

— Нам только в радость. — Затем Элейн указала на мою электронную площадку. — Посмотри в календаре, Кел, когда у тебя встреча с Кейси.

Конечно. Казалось, что без этих электронных площадок теперь жизнь не возможна. В них хранилась каждая мелочь и с помощью эти штуковины делали все сами. Я зажала экран и нажала кнопку календаря в меню.

— Через двадцать минут, в кафе «Сити Джанкшн».

— О, обожаю это место, — сказала Элейн. — Мы с Питером часто туда ходили, пока… пока не расстались. — Она выглядела печальной, а потом встряхнулась и улыбнулась. — В любом случае, наслаждайся! И закажи самую дорогую еду, а Кейси заплатит.

Я надеялась, что она не сердится на меня. Я повернулась к двери. А потом поняла, что наша ссора должна была состояться двадцать пять лет назад, и, если повезет, в последние дни мы были в хороших отношениях. Как и в последнее время в будущем. Прошлом будущем. О, я совсем запуталась! В любом случае, если бы она меня ненавидела, то не стала бы встречаться со мной за ланчем. Ох, как же мне не терпелось ее увидеть!

Бип!

Новое сообщение от Уильяма:

Надеюсь, ты хорошо провела время. Эй, а ты не знаешь, в хозяйственном магазине продают какую-нибудь прочную, эластичную веревку? ~ У

Прочная эластичная веревка? С чего бы мне знать что-нибудь об этом или о хозяйственных магазинах? Он же хозяин дома, разве не он должен знать о таких вещах? О, погодите… он не совсем практичный, любящий гулять на свежем воздухе, мастер на скорую руку делать шедевры с молотком, гвоздями и деревом.

Я ответила «без понятия» и сглотнула. Он же не мог всерьез относиться к этой дурацкой затее в спальне, не так ли?

Бип!

Не волнуйся, я сам посмотрю. Как раз собирался идти на обеденный перерыв. Если не найду, то одна из тех эластичных полосок для упражнений у нас дома, поможет сделать этот трюк.

Боже мой, он на полном серьезе. Я сглотнула и повернулась к Диоре.

— Ты сможешь сама дойти до своей машины?

Она махнула мне рукой.

— Конечно, мама, ребенок хоть и замедляет, но это не мешает мне добраться туда, куда нужно. Мне просто нужно вдвое больше времени. А может, и втрое. Иди и наслаждайся своим днем, а вечером увидимся. — Она быстро обняла меня, затем и Элейн.

Я вышла за дверь и повернула налево.

Элейн высунула голову из двери салона.

— Кел, куда ты собралась? Тебе в другую сторону. — Она указала направо.

— О, упс! — Я помахала ей рукой и развернулась. Нужно найти карту или что-то похожее.

На самом верху того, что казалось чем-то средним между эскалатором и лифтом, висел большой электронный экран с планом торгового центра. Я ввела поиск кафе «Сити Джанкшн», и появился красный флаг, затем зеленый, показывающий, где я в данный момент нахожусь, и маршрут, который мне нужно пройти до места назначения. Запомнив маршрут, я двинулась дальше.

Как раз перед поворотом за угол, который должен был привести в кафе, мое внимание привлек магазин. Это был один из тех магазинов нового века, где в воздухе витал запах благовоний, а ярко раскрашенные галстуки красовались на вешалке у входа, рядом с вывеской, гласящей: «Экстрасенсорная Выставка: Сегодня ТОЛЬКО Пт-Вс». Я видела только четырех экстрасенсов, сидящих в самодельных картонных кабинках, каждый со своим именем, написанным выше, и табличкой с надписью «15 минутные экстрасенсорные чтения — 300 долларов».

Триста баксов? Они, наверное, шутят! Похоже, в будущем я была не единственным надутым существом. Триста долларов были, вероятно, эквивалентны пятидесяти долларам в мое время. В мое время? Я начинала говорить как какая-то бабка.

Я взглянула на часы на своей электронной площадке. Ровно через пятнадцать минут я должна была встретиться с Кейси и двумя из четырех экстрасенсов, которые в данный момент были свободны. Обычно я бы не подумала о встрече с экстрасенсом — скорее всего, это были шарлатаны — но то, что сейчас переживала, было не совсем нормальным, так что, возможно, в этом что-то было. Может, они расскажут, что со мной происходит и почему я перескочила в будущее.

Может быть, это пустая трата времени, а может это поможет мне разобраться во всем.

В любом случае, попробовать стоит.

Глава 8

Прошлое, настоящее и будущее

«Чтобы узнать дорогу вперед надо спросить вернувшихся»

— Китайская пословица

Я вошла в магазин и, скривив губы, оценивающе посмотрела на двух экстрасенсов — Лилиана или Рози? Рози бросила на меня взгляд, говорящий: «Пожалуйста, выбери меня», и я сочувственно кивнула.

Как только через мою электронную площадку прошла оплата, Рози сделала чрезмерно глубокий вдох сквозь зубы, почти свистя, а затем выпустила его с такой силой, что я подумала, ее зубы вылетят изо рта. На самом деле, думаю, моя развевающаяся на ветру прическа теперь больше походила на ураган.

— Вы сейчас переживаете переходный период, да? — спросила она.

Я молча кивнула. Если бы только она знала, насколько сильный этот период. Ну, немного.

— Чувствую, что Вы… как бы это сказать…испытывайте… — она несколько раз обвела рукой комнату, — …неоднозначность ситуации в данный момент. Вы не уверены, в каком направлении идти, да?

— Гм, не совсем. Я знаю, в каком направлении хочу идти, но, кажется, не могу туда попасть.

— Да, конечно, именно это я и имела в виду. Вы разрываетесь между тем, где находитесь, и тем, где хотите быть.

Нет, она определенно сказала, что я не знаю, в каком направлении идти. У этого экстрасенса уже первый косяк. Она сделала еще один глубокий вдох, и я, держась за край стола, откинулась назад, готовясь к нападению. Свист! Ну вот и все.

— У вас ведь есть дети, да?

— Да.

— Прекрасные дети, я вижу. — Она улыбнулась. Я пожала плечами и склонила голову набок. — О, подождите, я чувствую что-то… да, так и есть… Вы хотите иметь еще одного ребенка и чувствуете, что упустили его, да?

Была ли она настоящей? Я никогда не планировала никаких детей и, конечно же, не планировала еще одного.

— Вообще-то нет, не хочу, чтобы у меня был еще один ребенок. — Второй косяк. Еще один — и ухожу.

Я поерзала на стуле, и Рози сделала то же самое, а затем снова вдохнула, выкачивая кислород из нашего непосредственного окружения. Я вцепилась в стол и подумала, не упадут ли с потолка кислородные маски и не вспыхнет ли знак пристегнуть ремни, готовясь к надвигающейся турбулентности. Свист!

О, боже мой! И вот за это я заплатила триста баксов?

— Чувствую, что в глубине души Вы хотели бы иметь еще одного ребенка, но скрываете это в своем подсознании. Иногда мы не готовы принять наши самые глубокие желания.

Я очень хорошо знала, каковы мои самые сокровенные желания, и плачущий, грязный, полностью зависимый маленький человек не был одним из них!

— Ладно, теперь я чувствую что-то еще…

Что я не была особенно довольна этим видением?

— Ваша мать.

Я выпрямилась и навострила уши. Возможно, она просто разминалась и теперь действительно что-то почувствовала.

— Я чувствую, что Вы давно с ней не разговаривали.

Что ж, это правда.

— У меня такое чувство, что Вам нужно позвонить ей, скорее всего, пригласить на обед. Нужно наладить отношения матери и дочери.

Третий косяк. С меня хватит. Я отодвинула стул и встала, качая головой. Рози была никчемной женщиной, и, по правде говоря, даже я справилась бы лучше.

— Подождите, что случилось? — спросила Рози, вставая.

— И как же мне сводить свою покойную мать на обед, а?

Лицо Рози залилось румянцем, и она снова села, чувствуя себя побежденной. Я повернулась, чтобы уйти, но чья-то рука остановила меня. Длинные фиолетовые ногти впились в запястье, и мой взгляд проследовал вдоль вытянутой руки, пока не встретился с лицом другого экстрасенса. Лилиана.

— Подождите. Я могу помочь.

Я попыталась оттолкнуть ее руку, но она не поддавалась.

— Нет, нет! Вы, женщины, мошенницы!

— Сегодня у Вас День Рождения. — Это был не вопрос, а уверенное утверждение.

Я прищурилась, глядя на Лилиану.

— Откуда Вы знаете?

Она улыбнулась.

— Нет, кто-нибудь мог сказать Вам, или Вы могли следить за мной. Но я ухожу. — Я снова попыталась пошевелиться, но эта женщина удержала меня, даже сильнее, чем дыхание Мисс Харрикейн, которая теперь промокала уголок глаза салфеткой.

— Этот День Рождения оказался совсем не таким, как Вы ожидали, не так ли? — спросила Лилиана.

Я покачала головой и потупила взгляд.

— Нет, это правда.

— Странно, но когда я читаю Вашу энергию, то вместо того, чтобы получать непрерывный поток, чувствую внезапное прерывание. Как будто выпал большой кусок жизни — это странно.

Заинтригованная, я посмотрела в ее ярко-голубые глаза.

— Продолжайте.

— Проходите. — Она указала на свою кабинку. — Присаживайтесь, и я посмотрю, что Вам нужно. Как Вас зовут, дорогая?

— Келли. — Как загипнотизированная, я подчинилась, опустив свой зад на стул. А к моему большому разочарованию Рози убежала из своей будки в комнату в задней части магазина.

Лилиана сделала вдох, как нормальный человек, и продолжила:

— Вы как будто живете двумя разными жизнями. Я понимаю, каким человеком Вы были в прошлом, когда были моложе — очень волевым и решительным, с четким планом на жизнь. А теперь человек, которым Вы являетесь сейчас, более… гибок. Более творческий. Более спонтанный. И все же, похоже, словно эта струна пытается втянуть Вас в прошлое, а другая вытащить вперед. Вы застряли. Застряли посередине и больше всего на свете желаете вернуться назад и жить той жизнью, которой жили раньше. Есть ли в этом какой-то смысл для Вас? — Лилиана пристально посмотрела мне в глаза.

На моих руках появились мурашки, волоски на затылке встали дыбом.

— Да, это вполне логично. — Наконец-то хоть кто-то понимает.

— У Вас есть какие-нибудь конкретные вопросы, которые хотели бы мне задать?

Есть ли какие-нибудь вопросы? Боже, неужели у меня были вопросы? С чего бы начать? Как можно было проснуться через двадцать пять лет, почему из всех парней я выбрала Уильяма, почему у меня дети, когда я даже не могла справиться с домашним животным, и почему я не самая известная в мире супермодель?

Я понизила голос до шепота.

— Лилиана, Вы верите в… — Я украдкой огляделась, чтобы убедиться, что там нет мужчин в белых комбинезонах, готовых отвезти меня в клинику для менопаузальных психопатов среднего возраста. — …путешествия во времени?

Лилиана не ахнула, не поднесла руки ко рту, не вызвала охрану — она даже не вздрогнула от этого вопроса, как будто задавала его каждый день.

— Я не совсем уверена, что это возможно… в том смысле, что человек может путешествовать в будущее или прошлое, если уж на то пошло, и оставаться в том же возрасте, как вы видите в кино.

Черт. И я надеялась, она мне поверит.

— Но, — она наклонилась поближе ко мне через стол, ее глаза метались вправо и влево, словно проверяя, нет ли подслушивающих зевак, — я слышала о феномене, известном как быстрая перемотка вперед, когда человек переносится в будущее — в свое будущее, но его возраст приспосабливается к тому, что было бы на самом деле в это конкретное время.

Громкий звонок прозвучал в моей голове, как будто я только что сорвала джекпот, и моя челюсть отвисла еще больше, чем во время утреннего прыжка с тарзанки.

— Серьезно? Есть такая штука, и у нее есть название?

Лилиана кивнула.

— Но я знаю только о нескольких случаях через своих духовных коллег. Все это очень секретно, так как пара людей, которые, как сообщается, пережили быстрое продвижение вперед и были достаточно смелы, чтобы поделиться своей историей, в итоге публично высмеяны. Так называемые эксперты классифицировали их как людей не в себе. Их прогнали родственники и друзья, и им оставалось только гадать, действительно ли они сошли с ума.

— Святая корова. — Кровь тяжело стучала в венах, и синие линии покрывали руки, когда я сжимала стол.

— Погодите… Хотите сказать, что испытали нечто подобное? — Глаза Лилианы, подобно иглам, пронзают мою душу.

Я прочистила горло и сделала вдох почти такой же эпический, как у Рози.

— Мне кажется, я испытываю это прямо сейчас.

Картонная будка закачалась, когда Лилиана внезапно откинулась назад, ее стул ударился о заднюю стенку.

— Прямо сейчас? То есть… Вы сейчас находитесь в своем будущем?

Я прикусила нижнюю губу и кивнула.

— Ну, будь я проклята! — сказала она. — Никогда не думала, что доживу до этого дня. Так, расскажите мне еще… — она снова наклонилась вперед. — У меня такое чувство, что Вы были молодой женщиной, когда это случилось, скажем, лет двадцать?

— Двадцать четыре. Сегодня должен был быть мой двадцать пятый День Рождения, но… посмотрите на меня. Я уже не девочка! Сегодня мне исполняется пятьдесят.

— И Вы ничего не помните о последней четверти века? Вы легли спать в двадцать четыре, а проснулись в пятьдесят?

— Угу.

Лилиана продолжала качать головой.

— И это будущее — Ваша жизнь — такая, какой Вы ее себе представляли?

— Вообще нет. Она совсем другая! — Я рассказала ей о своей обычной жизни и о том, как она сложилась сейчас. Лилиан рассмеялась, когда я сказала ей, что так отчаянно хочу вернуться, что даже прыгнула с тарзанки. — Но почему я, Лилиан? Почему это случилось именно со мной?

— Только Вы можете это знать, дорогая. Но во всех рассказанных случаях было что-то общее. По их словам, их жизнь шла прекрасно, или так казалось, когда быстрое движение вперед толкало их в будущее и жизнь, которую они не узнавали. Кроме того, каждый из них преждевременно потерял родителя. — Она положила свою руку с фиолетовыми ногтями на мою. — Ваша мать была больна, не так ли? Я чувствую боль в своем теле и глубокую депрессию в сердце.

— Да.

— Но ее убила не болезнь, а что-то другое.

— Да. — Я опустила голову, моя хватка на столе смягчилась, руки теперь дрожали. — У нее был ревматоидный артрит. Достаточно суровый, чтобы она не смогла исполнить свою мечту и стать профессиональной танцовщицей.

— Она была не так уж стара, когда умерла. Она родила Вас совсем молодой, не так ли? — поинтересовалась Лилиан.

Я молча кивнула.

— У нее все еще были надежды и мечты, которые она хотела осуществить. Симптомы несколько ослабли во время ее второй беременности, по-видимому, но после того, как она родила мою младшую сестру, она… — я попыталась найти нужные слова.

— Стала другим человеком?

— Да, именно. Бывали моменты, когда она впадала в своего рода ремиссию и лихорадочно бегала по магазинам, водила меня за покупками и на фотосессии, но потом ее состояние резко ухудшалось, и снова начались перепады настроения. — Я заерзала на стуле от этих неприятных воспоминаний. — Она сердилась, кричала, а потом плакала, иногда часами. Я никогда по-настоящему не знала, было ли это от стресса, вызванного болезнью или бесчисленных лекарств, которые мама принимала.

Лилиан похлопала меня по руке.

— Она начала полагаться на определенные вещи, чтобы заглушить боль… физически и эмоционально.

— Алкоголь, в основном, и снотворное. Я нашла ее на диване. Казалось, она спит, но, когда я подошла к ней, она была бледной, очень бледной. Ее грудь не двигалась. На кофейном столике стояли пустая бутылка из-под вина и банки от лекарств. Несколько таблеток упали на пол, и я поняла, что она ушла. Единственное, чего я не знала — и до сих пор не знаю, был ли это несчастный случай или все-таки нет…

Голос надломился, и я не смогла заставить себя произнести слово на букву «с». Я мысленно оттолкнулась от вздувшегося пузыря печали, поднимающегося в моей груди.

— В любом случае, это было очень давно. Я уже долго не вспоминала о том дне. Наверное, будет лучше, если я вовсе забуду о нем.

— Дорогая, Ваша мать хочет, чтобы Вы знали, что это действительно был несчастный случай. Она не понимала, что делает, и только хотела, чтобы боль прошла, — тихо проговорила Лилиан. — Она также хочет сказать, что ей очень жаль, и она показывает мне разорванный клочок бумаги. Это что-то говорит Вам?

Я потерла уши, услышав болезненный звук рвущейся бумаги, как будто мое сердце разрывалось пополам, но прежде, чем успела ответить Лилиане, из моей электронной площадки раздался звуковой сигнал. Это было сообщение от Кейси:

Ты уже близко? Я в кафе. Надеюсь, скоро увидимся. Кейси.

О нет, я совершенно потеряла счет времени! Чтение Лилианы продолжалось уже пятнадцать минут, усугублялась некомпетентностью Рози, и мне хотелось поговорить с ней еще о многом. Я оглянулась назад, где несколько человек стояли в очереди к экстрасенсам.

— Мне нужно идти, но спасибо Вам большое. — Я схватил Лилиану за руки и встала. — Можно зайти попозже, когда Вы закончите?

— Я пробуду здесь до пяти, а потом отправлюсь на вечеринку по случаю помолвки моей дочери. — Лилиан улыбнулась. — Я буду здесь на выходных. — Затем она наклонилась ко мне поближе. — Не бойтесь, дорогая, уверена, Вы вернетесь к своей обычной жизни, но Вас послали сюда не просто так. Когда Вы поймете причину, то вернитесь в свою жизнь с новым знанием того, как сделать жизнь лучше, чем она уже есть.

Я сжала губы и кивнула, прежде чем повернуться и выйти за дверь. Подальше от единственного человека, который верил мне и знал, что я не сумасшедшая. Я сделала еще один из тех вдохов, которые все говорят делать, и посмотрела на время. Я твердо решила, что к тому времени, когда передо мной поставят праздничный торт, я буду готова отправиться домой. Я бы поняла, почему меня послали сюда, и все было бы кончено.

Я могу это сделать. Могла бы пережить остаток этого дня. Это было бы проще простого, простите за каламбур.

Всего пять часов до того, как гости придут на мою вечеринку, а потом споют «С Днем Рождения», и я загадаю заветное желание. Всего пять часов. Что может произойти за это время?

Глава 9

Последние пять часов

«Если бы мы могли быть дважды молоды и дважды стары, то могли бы исправить все свои ошибки».

— Еврипид

Мужчина в костюме кивнул мне, когда я вошла в кафе «Сити Джанкшн!».

— Добрый день, мадам, у вас забронирован столик?

— Я встречаюсь со своей сестрой Кейси, может Кроуфорд?

Мужчина убрал одну руку из-за спины, чтобы нажать на экран рядом с дверью.

— На Кроуфорд ничего нет, возможно, она бронировала на другое имя?

Она ведь не могла заказать на МаксНелли, верно? Я была слишком смущена, чтобы спросить. На самом деле, судя по роскошному интерьеру со столами красного дерева и хрустальными люстрами, сомневаюсь, что они впустили бы кого-то по имени МаксНелли.

Женщина за одним из столиков у окна посмотрела в мою сторону, ее округлые щеки отражали свет снаружи. Она определенно была моей младшей сестрой. Только на двадцать пять лет старше. Она помахала мне рукой, и я ответила ей тем же, ошеломленная ее виду. Ее когда-то растрепанная копна волос превратилась в гладкий боб, и она накрасила губы помадой!

— Не волнуйтесь, я ее вижу, — сказала я мужчине.

Он взглянул на Кейси и взмахом руки пропустил меня вперед, прежде чем вернуться на свое место. Все родственное соперничество исчезло, когда я приблизилась к столу, мои напряженные мышцы расслабились при виде знакомого лица, хотя и немного отличающегося.

— Кейси, Кейси, я так рада тебя видеть! — Я обняла ее, и она рассмеялась.

— Мы виделись вчера, почему ты так счастлива? Ах, у тебя ведь была одна из тех косметических процедур, которые лучше секса, не так ли?

— Да. — Я села на замшевый стул.

— С Днем Рождения! Я слышала, ты неплохо повеселилась утром, это так?

— Ну, если не считать моего утреннего визита к доктору, а это никогда не бывает весело.

— К доктору? Что случилось?

— О, ничего, кажется, что просто простудилась, но сейчас почти все в норме. — Для пущего эффекта мне удалось слегка поддельно фыркнуть.

— Обычная простуда? Молодец, сестренка! — Кейси изобразила искренний смех. — Знаешь, сколько раз я слышала эту шутку?

— Шутку? Что ты имеешь в виду?

Она снова рассмеялась.

— О да, скажи человеку, который нашел лекарство от обычной простуды, что у тебя обычная простуда. Серьезно, Келли, шутка уже очень старая, но я буду ублажать тебя, потому что сегодня твой день рождения. — Она подмигнула мне.

Я притворно хихикнула, в то время как внутри ломала голову, переваривая сказанное. Скажи человеку, который нашел лекарство от обычной простуды, что у вас обычная простуда. Неужели она это серьезно? Неужели действительно имела в виду, что…

— Эй, док, как странно видеть тебя здесь! — сказал седовласый мужчина, проходя мимо нашего столика.

— Да, представь себе, — ответила Кейси с преувеличенным сарказмом. Мужчина продолжил свой путь к столику, за которым сидели похожие на него мужчины в скучных брюках, рубашках и ужасных галстуках.

Док? Я с любопытством посмотрела на Кейси.

Она ткнула пальцем через плечо в ту сторону, где только что прошел мужчина.

— Он все время так говорит. Это уже старо. Большинство сотрудников «Лаборатории Будущих Технологий» едят здесь по меньшей мере три раза в неделю.

— Старо… как в анекдоте про обычную простуду, да? — Я пыталась, надеясь вытянуть из нее побольше информации.

— Да, и тому, где люди говорят, что у них есть какой-нибудь жучок. Я имею в виду, что прошло уже больше пяти лет с момента моего открытия. — Кейси сделала большой глоток воды из своего стакана.

Вау. Она была серьезна.

— Ну… я очень горжусь тем, чего достигла ты.

— Благодарю. Кто бы мог подумать, что обычный бытовой жук может держать ключ к уничтожению вируса простуды, а? Я до сих пор недоверчиво отношусь к подобному, когда думаю об этом.

Святое дерьмо… моя сестра нашла лекарство от обычной простуды! Неудивительно, что она выглядела так ослепительно, и мы встретились в таком месте, как это. Она, должно быть, получила целое состояние! Ладно, если я когда-нибудь вернусь в прошлое, то больше никогда не буду дразнить ее из-за ее привычки собирать жуков.

Бип! Сообщение на моей электронной площадке.

Привет, дорогая, боюсь, что в хозяйственном магазине не было ни одной эластичной веревки. Но я взял пояс для хранения инструментов с несколькими карманами, который могу надеть. Я наполню его всем необходимым: банкой взбитых сливок, банкой шоколадного сиропа, пером и одним из этих массажных роликов. Пошел покупать их! Целую!

Пожалуйста, земля, поглоти меня прямо сейчас.

Бип! П. С. Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя на встрече. Люблю тебя. — У.

Я открыла календарь. Встреча — 15:30 ладно, похоже, мне придется присутствовать на этой встрече, так как магия молодости для лица не была такой уж омолаживающей. Я понятия не имела, о чем будет идти речь на встрече… и как зовут того британца? Мистер Талсон… Мистер Турель… Мистер Буксир? Черт, понятия не имела.

Не торопись, Келли. Прямо сейчас у меня была чрезвычайно долгожданная встреча с моей сестрой.

До встречи оставалось еще уйма времени.

— Итак, что будешь пить? — спросила Кейси, указывая на встроенное электронное меню на столе красного дерева. — Выбирай все, что хочешь — я угощаю.

Бутылка вина была бы очень кстати. Но я, вероятно, сначала должна нормально поесть. Вообще-то, лучше всего было бы избегать алкоголя до сегодняшнего вечера. Я хотела сохранить свое здравомыслие, и нужно было вести машину… если только моя говорящая и в основном самодвижущаяся машина не имела возможности взять полный контроль из-за вызванного днем рождения опьянения. Нет, лучше не рисковать.

— Давай посмотрим… — я посмотрела на электронное меню, но слова слегка расплылись под пристальным взглядом. Я наклонилась ближе, но они расплылись еще сильнее, поэтому я прижала подбородок к груди и откинулась назад. Это помогло, но я едва могла разобрать слова.

— Что ты там делаешь? — Кейси хихикнула.

Должно быть, я выглядела как настоящая идиотка.

— Кажется, я не могу прочитать меню. У тебя тоже все расплывается?

— Надень очки, — ответила она.

Очки? В очках меня никто не увидит даже мертвой, и, кроме того, они мне никогда не были нужны.

— Честно говоря, Кел, я знаю, что ты ненавидишь их носить, но старческая дальнозоркость — нормальное состояние для людей твоего возраста. Тебе нужны очки, чтобы видеть предметы вблизи.

Господи, только не еще один телесный дефект. Стоит добавить это к списку тридцати семи других несчастий для людей среднего возраста, да?

Я зажала свою электронную площадку и снова открыла сообщение Уильяма. У меня не было проблем с чтением, но текст был в три раза больше электронного меню, так что неудивительно.

— Я забыла взять их с собой.

— Тогда увеличь экран.

— О. — Я осторожно зажала экран на столе и понадеялась, что он работает так же, как электронная площадка. Это сработало, и в центре внимания оказался список доступных вариантов питания. — Подожди, — я посмотрела на Кейси. — Ты ведь ненамного моложе меня, почему так легко читаешь меню?

— Мне сделали операцию, помнишь? Операция, которую ты испугалась сделать, поэтому выбрала очки, которые стесняешься носить?

— Ах да. Ну а если все можно увеличить, то зачем вообще утруждать себя хирургией или очками?

— Не все в этом мире написано голографическими чернилами, Келли. Технология еще не зашла так далеко.

Я подавила смешок. Может, Кейси и выросла вместе с этой технологией, но, когда тебя бросает в будущее, ты вдруг понимаешь, как далеко оно зашло. Я оценила варианты меню и подавила желание выразить шок от цен. Не говоря уже о некоторых странных сочетаниях пищи. Судя по всему, генетическая модификация действительно взлетела, несмотря на все протесты. Туркен, клюква и камамбер расплавленные на брокколато. Что это было, черт возьми? Туркен… ага! Индейка по-турецки. Брокколато… Ага, значит, кто-то нашел способ генетически совместить картофель с брокколи, а? Гениально для всех ненавистников овощей/любителей картофеля.

— Что желаете, мадам? — спросил официант, подходя ко мне.

Мадам — или, другими словами… старуха. Я привыкла к тому, что меня называют мисс, любимая и милая.

— Спасибо, я возьму туркена. — Я проглотила смешок.

— А я пареного лосося с жареным овощным салатом, — сказала Кейси.

Вау. Она питается лучше, чем мне помнилось. Она всегда заказывала что-нибудь вроде рыбы с жареной картошкой, пиццы или гамбургеров. Лосось и овощи? Я поражена.

Официант исчез на кухне, и во второй раз за этот день у меня заурчало в животе.

Господи, да что же со мной такое? Раньше я могла целый день обходиться без еды, а теперь не выдерживала и пары часов.

— Итак, как идут дела? Я слышала, вы встречаетесь с мистером Терроу сегодня днем, — спросила Кейси.

Мистер Терроу… так звали этого парня! Я все еще не знала, кто он такой и для чего эта встреча, но, по крайней мере, теперь не буду называть его мистером Буксиром.

— Да, именно. Ну, я думаю, все идет хорошо. — Насколько знаю, бизнес может пойти по нисходящей спирали, и мистер Терроу может стать кем-то вроде сборщика долгов.

Так… бизнес… если она имела в виду мой бизнес, то я действительно должна владеть «Интерьерами КС»!

— Кто бы мог подумать, что он окажется таким успешным, а? — добавила Кейси. — Должно быть, это самое фантастическое название, которое мы придумали. — Она подмигнула мне.

Мы сами это придумали? Но это явно означало Келли Кроуфорд, мою девичью фамилию.

— Я рада, что ты в конце концов отказалась от идеи «Дизайна Келли» и согласилась с моей. Я имею в виду, «Интерьеры КС» — это так оригинально, что мы объединили наши имена. Бедный старина Уилл, у него нет никаких прав на имя, но он владеет большей частью компании, чем я, и держит лодку на плаву. Мы бы не справились без него. — Кейси наклонилась вперед. — Хотя он не смог этого сделать без нас. Твой талант, мои деньги и его деловые навыки… идеальны!

Так много информации кружилось в голове, пытаясь быть обработанной, постоянно появлялись новые откровения — это добавилось к пресловутой карусели в моей голове. Итак, моя сестра была совладелицей моего бизнеса… а мы с Уильямом были не только мужем и женой, но и деловыми партнерами. Что случилось с тем, чтобы не смешивать приятное с полезным? А имя, КС… ага! Кей-Си… Интерьеры Кейси! Мы использовали наши инициалы, которые просто совпали с именем Кейси. Это было великолепно.

Несмотря на мгновенную гордость за свой успех и облегчение от того, что я не просто домохозяйка, я все еще не понимала, почему не стала успешной моделью. Маме бы это понравилось… она бы гордилась мной. Я вспомнила слова экстрасенса о том, что она сожалеет, и внутри у меня все перепуталось, поэтому сделала усилие, чтобы выбросить это воспоминание из головы.

Когда официант принес еду, мне не терпелось посмотреть на туркена и брокколато. Я тут же отрезала нежный кусочек и вонзила вилку в мякоть вместе с кусочком хрустящего ростка.

— Срань господня! — воскликнула я после глубокого стона. — Это чертовски вкусно.

Вилка Кейси замерла возле ее открытого рта, и глаза девушки расширились. Серьезная женщина с губами, похожими на туго натянутую резинку, сердито посмотрела на меня из-за соседнего столика.

— Что?

Когда я задала этот вопрос, то поняла, что говорила как двадцатипятилетка, а не зрелая женщина. О, и черт возьми, вероятно, это не было словом момента в будущем… хотя я слышала, как Райан говорил это раньше? Я ничего не могла вспомнить. Ничего нового.

Поэтому начала использовать более подходящие слова, такие как божественный, аппетитный и небесный, в то время как Кейси просто сказала, что ее еда была великолепна, как обычно. Когда мы покончили с обедом и десертом из устричного мороженого на медовых вафлях, я сделала глоток богатого, теплого аффогато без ликера, которое решила попробовать несмотря на то, что выпила более чем достаточно кофеина и адреналина на сегодня. Не говоря уже о молочных продуктах. Был ли это плавленый сыр на индейке, устричное мороженое или аффогато, я не знала, но мой желудок раздувался, как воздушный шар. Ну, учитывая тот факт, что уже проснулась с раздутым желудком, он заполнялся, как большой наполненный гелием воздушный шар.

Если повезет, он продолжит раздуваться и унесет мое неуклюжее тело обратно в прошлое. Будем надеяться, что он не сдуется резко с пронзительным визгом.

— Ты что, забыла принять свои ферментные таблетки? — спросила Кейси, указывая на мой живот, когда я слегка потерла его. — Ты, наверное, переборщила с лактозой.

— Черт. — Я кивнула. Я не знала, где найти таблетки, так как с собой даже не было сумочки. Никто, казалось, не носил сумок. Бедняжка Прада, должно быть, уже не существует. Только я и моя электронная площадка.

Разве что в ней тоже хранились таблетки, а также очки для моего слабого зрения? Это похоже на электронную площадку Мэри Поппинс.

— Уверена, это пройдет, — сказала Кейси, тоже попивая аффогато, и впервые с тех пор, как села напротив нее за стол, я заметила бриллиант, поблескивающий на ее левой руке. На пальце… как на обручальном-свадебном-брачном пальце. Единственный камень, окруженный золотой спиралью, идеально сливался с простым золотым ободком.

Моя сестра была замужем! Я не могла в это поверить. Кейси… жена? Я никогда не думала, что доживу до этого дня. Ну, я предполагала, что это всегда возможно, но никогда не видела ее замужней. Однажды, когда ей было около семнадцати, я даже подумала, что она лесбиянка, потому что, казалось, сестренка оживлялась всякий раз, когда приходила моя подруга Рейчел. Но оказалось, что она просто хотела быть одной из нас, хотя никогда ею не была. Она была и всегда будет в моих глазах, Кейси — одержимым насекомыми сорванцом… которой, как оказалось, это сработало на пользу.

— Как муженек? — Я не удержалась и спросила. Мне нужна была сплетня.

— Великолепно. Занят своей новой кампанией по борьбе с раком кожи. Я так горжусь всей той работой, что он проделал.

Двадцать пять лет спустя рак кожи, судя по всему, так и остался проблемой. Возможно, из-за глобального потепления. Муж Кейси, вероятно, тоже был медиком, возможно, каким-нибудь доктором или исследователем? Держу пари, они с Кейси были как близнецы. Два маленьких (ну, не таких уж маленьких) ученых обсуждают жучков… голографические чернила за завтраком.

— Похоже, он очень занятой, — добавила я, надеясь услышать больше подробностей.

— Да, но не достаточно, чтобы прийти сегодня вечером на вечеринку. Мы оба с нетерпением ждем этого момента.

О да, я бы познакомилась с ее мужем. Как мило! Я улыбнулась своей младшей сестре, внезапно почувствовав себя защитницей, старшей сестрой и виноватой за то, что много раз высмеивала ее в детстве.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросила Кейси, приподняв одну бровь.

— Просто… ну, ты помнишь ночь перед моим двадцатипятилетием (точнее, вчерашний вечер, но что я могла сказать?), когда ты расстроилась в баре и убежала во время моей речи?

Брови Кейси сошлись на переносице, и она постучала себя по подбородку.

— О да, ты говорила о своей фантастической жизни, а я думала о том, как дерьмово сложилась моя.

— Ну, я не помню, извинялась ли я когда-нибудь за то, что расстроила тебя, и за то, что заставляла тебя чувствовать себя обделенной. Так что теперь я приношу свои извинения. Прости.

Кейси махнула рукой в мою сторону.

— О, не говори глупостей, все это в прошлом. И кроме того, в тот вечер я действительно была расстроена только из-за папы.

— Папы?

— Да. Ты бы тоже расстроилась, если бы узнала, что отец, которого ты считала своей плотью и кровью, вовсе не был твоим биологическим отцом.

— Ого, что?

С моих губ сорвалась капля кофе, и я быстро вытерла ее рукой.

— Не хотела портить твой День Рождения, сказав, что я всего лишь твоя сводная сестра, вот почему я ждала следующего дня, чтобы сказать об этом.

Мне хотелось заорать во всю глотку: «У мамы был роман? И у нас разные отцы?» но мне потребовалось все усилие, чтобы сохранить самообладание. Кроме того, если позволю себе расслабиться, то мой желудок, вероятно, тоже.

Кейси обеспокоенно посмотрела на мое бормотание, поэтому я солгала и сказала, что кофе пошел не в ту сторону.

— Так что я совсем не расстроилась из-за тебя в тот вечер, я просто чувствовала себя… отвергнутой, наверное. Но, по крайней мере, после этого все стало ясно. Я имею в виду, ты и я, мы всегда были разными. А поскольку папа был строителем, практичным человеком, который даже не закончил среднюю школу, а у мамы не было научной жилки, было странно, что я не похожа на них. Хотя у меня были мамины гены, я, очевидно, унаследовала научный, пытливый ум маминого физиотерапевта.

О боже, я просто не могла в это поверить! У мамы был роман с ее физиотерапевтом, и результатом этого — Кейси.

Папа, наверное, считал ее своим ребенком.

— Так, когда же папа снова узнал об этом романе, что-то этого не вспомню?

— Незадолго до смерти мамы, она во всем призналась. Сказала, что не любила другого мужчину, а просто влюбилась в обезболивающее, которое он иногда давал ей.

— Не могу поверить, что он так долго ждал, чтобы рассказать нам.

— Да, но думаю, он просто присматривал за мной по-своему. Он не хотел говорить мне об этом, пока я не закончу школу и не получу диплом. Но потом я сказала ему, что продолжу учиться на магистра, затем получу докторскую степень, и бедняга, вероятно, подумал, что никогда не найдет подходящего времени, чтобы сказать мне правду! — Кейси быстро отпила кофе, который уже растопил мороженое в аффогато.

— Итак, — осторожно начала я, — не знаешь, он придет сегодня? — Я действительно хотела поговорить с папой и понять все, что случилось много лет назад.

Кейси посмотрела на меня с болезненным отвращением.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что он придет сегодня?

— Я имею в виду, не уверена, кто там в списке гостей, так что просто интересно…

— Перестань шутить, сестренка. Иногда мне тоже хочется увидеть его, но на глубине шести футов сомневаюсь, что это произойдет в ближайшее время.

Мне казалось, мое сердце находится в лифте, который только что пронесся сверху вниз по тридцати этажному зданию.

— Папа… мертв?

Глава 10

Четыре часа до начала

«Человек, который смотрит на мир в пятьдесят лет так же, как в двадцать, растратил впустую тридцать лет своей жизни».

— Мухаммед Али

— Кел, ты в порядке? — Кейси наклонилась вперед и положила руку мне на плечо. — Уилл писал мне утром, что ты чувствуешь себя… уязвимой.

— Я… я не понимаю, как папа мог… умереть. — Мой голос дрожал.

— Кел, рак поджелудочной забрал его пару лет назад. Знаю, мы мало говорили об этом, но я тоже очень жалею, что не пришла попрощаться.

— Но почему? Почему это должно было случиться?

— Наверное, это жизнь. Если бы он не расширил свою строительную компанию за границей, чтобы работать над коммерческими разработками, возможно, мы бы выявили это раньше. Но сейчас нет смысла чувствовать себя виноватой. — Кейси легонько сжала мою руку.

Я стряхнула ее руку со своей, вложив больше силы, чем требовалось.

— Болезнь пришла так быстро, что мы ничем не могли ему помочь. Он бы не хотел, чтобы мы видели его страдания. Понятно, почему он не связывался с нами до самого конца. — Кейси медленно покачала головой из стороны в сторону. — Как жаль, что он умер к тому времени, когда мы приехали в больницу, я часто думаю… если бы мы уехали на день раньше.

Пустота давила на грудь и на легкие, как кирпич, лишая возможности дышать.

Оба моих родителя. Умерли. Я никогда не чувствовала себя такой одинокой за всю жизнь.

— Прости, Кел. Мне не следовало ворошить прошлое в твой день рождения, — сказала Кейси с озабоченным выражением лица.

— Нет, все в порядке, — ответила я. — Мне нужно поговорить об этом. Не хочу, чтобы папа был забыт. — Я сделала паузу, на мгновение умолкая. — Когда я видела его в последний раз? — спросила я, чувствуя, что слезы вот-вот хлынут из глаз. — Мне нужно вспомнить, когда видела его в последний раз.

— Думаю, это было примерно за год до его смерти, перед твоим путешествием? Я, конечно, не поехала… была слишком занята работой.

— О. Точно. — Как же я могла пропустить целый год, не увидев его? Должно быть, Кейси отсутствовала гораздо дольше. — А ты когда-нибудь была у него за границей? — спросила я с любопытством, как будто это просто вылетело у меня из головы.

Моя сестра покачала головой.

— В последний раз видела его перед отъездом. К тому времени он уже болел. Мы постепенно отдалились друг от друга с тех пор, как он открыл правду о мамином романе. — Кейси опустила подбородок на грудь. — Я думаю, ему было больно видеть меня. Я напоминала о маминой неверности. Думаю, что он больше не испытывал ко мне отцовских чувств.

Мой стул заскрипел, когда я встала и прогнала слезы.

— Мне очень жаль, но я должна идти, — сказала я. Как могла наша семья превратиться в такой бардак?

— Подожди, Келли, поговори со мной. Почему ты так расстроена после всех этих лет? — Кейси тоже встала.

— Мой отец умер! Я ведь даже не попрощалась! Жаль, что не могу его увидеть, я скучаю по нему. Это не может быть правдой, не может! Я просто хочу домой! — Слезы покрыли мое лицо. Охваченная отчаянным желанием сбежать, я бросила взгляд на выход.

Кейси схватила меня за руку.

— Я знаю, что это эмоциональный день для тебя, и это нормально, когда тебе напоминают о том, что папы здесь нет. Не говоря уже о маме, — начала она. — Но ты должна быть благодарна за то, что ты здесь, что ты здорова и чем занимаешься большую часть своей жизни. Папа не хотел бы, чтобы ты расстраивалась.

Со слезами, горящими в глазах, я посмотрела на свою сестру, теперь элегантную, но расплывчатую кляксу перед собой…. и увидела мамины глаза. Может быть, мы и сводные сестры, но вышли из одной утробы.

— Прости, не знаю, почему я так расстроена. — Я попыталась вытереть слезы руками, но гладкая жидкость только еще больше растеклась по лицу. Кейси протянула мне салфетку, и я вытерла их, без сомнения испортив работу Барб. — Ты права, сегодня я просто эмоциональна и… — я поняла, что все кафе уставилось на нас, и мне стало жаль Кейси, которую, вероятно, знали большинство людей. — …и я собираюсь радоваться большую часть своего дня. Мне просто нужно немного побыть одной, прочистить голову и прийти в норму. — Что бы это ни было. — Мне пора, но все равно спасибо. Спасибо за… прекрасный обед. — Я коротко обняла ее, но мое тело отчаянно хотело двигаться, вырваться и выпустить пар.

— С тобой все будет в порядке? — cпросила она.

Я выпятила грудь.

— Со мной все будет хорошо, не волнуйся. Увидимся вечером. — Я заставила себя улыбнуться и еще раз поблагодарила ее за ланч в честь моего Дня Рождения, прежде чем выскочить за дверь вместе с толпой озабоченных зевак. Бедняжка Кейси, я снова бросила ее в беде. Оставила ее одну, чтобы она сама о себе заботилась.

Но я должна была, я не могла сделать ничего другого прямо сейчас, кроме как оплакивать отца, и для этого мне нужно было побыть одной… что было чрезвычайно трудно в оживленном городе в пятницу днем. Я побежала к выходу, который вел к эстакаде — закрытой дорожке, соединяющей торговые центры с другим зданием.

Стены и крыша были прозрачными, а внизу гудела городская толпа и шумело уличное движение. Я остановилась посреди эстакады, чтобы перевести дух, и прислонилась к стене.

— О, папа, — прошептала про себя, и слезы снова покатились по лицу.

Незнакомец остановился рядом со мной, чтобы спросить, все ли в порядке, протягивая мне салфетку, и я кивнула. Я вспомнила неудержимую печаль, которая захлестнула меня, когда умерла моя мать, и это было не иначе. Кроме того, что я видела свою мать. Я попрощалась с ней. А с отцом нет.

Во мне появилась крошечная надежда, что, возможно, я здесь ненадолго. Если бы могла вернуться, я бы позвонила отцу, пошла к нему, обняла его и сказала, чтобы он никогда не отходил от нас. Сказала бы ему, чтобы он разобрался с Кейси до того, как они разойдутся.

Может быть, они и не были родственниками, но все равно любили друг друга. Папа растил ее как свою собственную, она была такой же дочерью, как и я.

Что, если его рак каким-то образом был вызван подавленными эмоциями? Если бы мне удалось наладить отношения между ними, когда я вернусь, это могло бы, возможно, спасти ему жизнь. Разве это невозможно? Эти двое почти никогда не разговаривали по-настоящему, и теперь я знала почему. Если подумать, мама тоже относилась к Кейси по-другому. Родители говорят, что у них нет любимчиков, но я определенно была любимицей мамы. Думаю, Кейси была не только напоминанием о маминой неверности папе, но и напоминанием маме о ее предательстве.

Моя скорбь по поводу смерти отца слилась с облегчением от осознания того, что в моей реальной жизни он все еще был жив, и мое желание поскорее вернуться домой усилилось. Но для этого мне нужно было держать себя в руках. Если я буду продолжать вести себя в таком духе, кто-то обязательно вмешается. Я должна продолжать загонять эмоции глубоко внутрь и не показывать их. Я резко втянула воздух и промокнула глаза салфеткой незнакомца. Мне нужно было провести день по плану, и следить за призом: праздничным тортом… своим желанием.

Я решительно выпрямилась, и затуманенное зрение прояснилось. Я повернулась, чтобы идти обратно в торговый центр, когда заметила кого-то внизу на улице. Мужчина в стильном сером костюме, с лысеющими седыми волосами и очками в черной оправе сидел в уличном кафе с хорошенькой женщиной вдвое моложе его. Он сидел нога на ногу, слегка нервничая. Словно не мог усидеть на месте. Совсем как тот, кого я знала…

— Грант! — закричала я, теряя всякое самообладание, и яростно постучала по стеклянной стене эстакады. — Детка, это я! Я нашла тебя!

Люди, проходившие по эстакаде, бросали на меня странные взгляды, но мне было все равно, я нашла своего человека! Я окинула взглядом окрестности, в которых стояла, а затем улицу внизу, будто была полицейским на посту наблюдения и должна была спланировать наилучший доступный маршрут, чтобы поймать преступника.

Я посмотрела вниз, на улицу. Выход был прямо под эстакадой, недалеко от кафе, где находился Грант. Прикинув в уме его местоположение, я побежала обратно в торговый центр и к лифту, извинившись перед медлительной группой людей, чтобы попасть в ближайший. Он повел меня вниз плавным, почти мгновенным движением, и когда двери открылись, я почувствовала, что силы уже на исходе. Я пыталась выбраться быстрее.

— Простите… простите… простите, — повторяла я. Я поспешила к выходу слева, едва не столкнувшись с каким-то автоматическим инвалидным креслом, которым управлял пожилой мужчина.

— Грант! — крикнула я, выбегая на улицу и поворачиваясь к кафе. Он исчез. Грант исчез! Глаза практически вылезли из орбит, когда я искала его в толпе. На дрожащих ногах я быстро подбежала к столику кафе, за которым он сидел. Резко повернулась в одну сторону, потом в другую. Прохожие натыкались на меня со всех сторон, и мне ничего не оставалось, как двигаться вместе с толпой.

А потом я увидела его… переходящим дорогу.

— Грант! — Я позвала его, но он не услышал. — Грант! — Я закричала еще громче.

Посмотрела налево, потом направо и выбежала на дорогу. Одна машина едва не проскочила мимо меня. Водитель резко нажал на тормоза и просигналил. Помахав рукой в знак извинения, я ступила на тротуар по другую сторону дороги и бросилась за своим парнем.

— Грант!

Он обернулся, и его обрамленные ресницами глаза встретились с моими. Только в его взгляде не было узнавания; на мгновение его охватила неуверенность.

— Да?

— Это же я! Так рада, что нашла тебя! — Я обхватила его запястья руками и наклонилась поближе.

Он выглядел еще бледнее, и в уголках его глаз залегли тонкие морщинки, но он все еще был моим Грантом.

Он отстранился, отпустив мои руки, и женщина рядом с ним впилась в меня взглядом.

— Кто… — начал он, но как только слова слетели с его губ, в его глазах появилось понимание. — Келли?

Я лихорадочно закивала и натянула на лицо широкую улыбку.

— Да, это я!

— Это было так давно. Как твои дела? — спросил он деловым тоном.

Я все еще пыталась обнять его, но с каждым шагом вперед он отступал на шаг назад.

— Я так счастлива, что нашла тебя, — ответила я. При его любопытном взгляде я поняла, что после всех этих слез выгляжу ужасно. Я указала на свое лицо. — О, я только что пообедала с сестрой и… ого! — Я сделала обмахивающее движение руками, — не поверишь, сколько чили они положили в еду.

— Так чем же ты занималась в последнее время? — спросил Грант, быстро заглянув в свою электронную площадку, и я вздрогнула, когда женщина рядом с ним вложила свою руку в его.

Я посмотрела на небо, которое скрывало многочисленные высотки.

— Ого, с чего же мне начать?

Я подняла руки и позволила им упасть со шлепком обратно на бедра. Хотелось рассказать ему все и заверить, чтобы он не волновался, что скоро вернусь в прошлое и мы снова будем вместе.

Что же будет происходить в прошлом, прямо сейчас? Будет ли мой День Рождения проходить без меня?

Возможно, Грант подал заявление о пропаже человека. Или, может, какая-то другая версия меня была там, проживая день, как и планировалось, но без осознания. Но я не могла сказать ему правду. Мне приходилось тщательно подбирать слова, хотя все они уже выстроились в очередь у губ, готовые ворваться наружу, как покупатели у ринга на распродаже.

— Я проснулась сегодня утром, потрясенная тем, что мне уже пятьдесят лет и не знаю, что делать…

— О, сегодня твой день рождения?

Мне захотелось сказать: «Ну конечно же, прекрасный идиот! Ты был со мной вчера вечером», — но тут же прикусила язык.

— Да.

— С днем рождения, — сказал Грант, кивнув головой. Его спутница переступила с ноги на ногу и с тоской посмотрела в ту сторону, куда они шли до моего вторжения.

— Спасибо! Как бы то ни было, мой сын подарил мне на День Рождения прыжок с тарзанки, представляешь? Так что я действительно сделала это, а потом впервые встретила свою дочь, э-э… спустя неделю, после этого мне сделали маску на лицо, которая была лучше, чем секс… Ой, имею в виду, не лучше, чем ты, конечно, но, ну, это просто трюк, понимаешь… — Черт. Сказала слишком много, и теперь эта женщина вырезала мне глаза из орбит своим взглядом-лазером.

Ее взгляд метнулся к Гранту.

— Ты… спал с этой женщиной?

Щеки Гранта порозовели, и я увидела, как на его шее запульсировали вены.

— Нет, конечно же, нет! Я имею в виду, не так давно…

— Как это? — Женщина уперла руки в бока и топнула ногой на высоком каблуке по тротуару, возможно, вызвав катастрофическое землетрясение или цунами где-нибудь в мире.

— Я хочу сказать, дорогая, мы с Келли были вместе очень давно, когда она была еще совсем молодой.

Когда мы оба были молоды. Почему женщины считались молодыми или старыми, а мужчины — просто… мужчинами?

Руки женщины немного расслабились.

— Значит, до того, как мы были вместе? Перед твоими… другими женами?

Грант схватил ее за плечи.

— Да, как я уже сказал, очень-очень давно. Это ничего не значило, тебе не о чем беспокоиться.

Она кивнула и подняла подбородок, когда ее рука скользнула по его спине.

Ничего? Другие жены? Пропасть между Грантом и мной расширилась, и я пожалела, что рядом нет ничего, за что можно было бы ухватиться, когда мои ноги превратились в желе. Ну, по крайней мере теперь они соответствовали моему животу.

Как он мог сказать, что наши отношения — ничего? Он собирался… собирается… сделать мне предложение!

Но в этой жизни — в этом странном, извращенном, нелепом существовании, которое было жизнью Келли МаксНелли, — Грант другой. Судя по звукам и внешнему виду, он стал миллионером-фотографом с историей браков и разводов, который мог бы соперничать с Россом Геллером. Только готова поспорить, он не женился на лесбиянке, и уверена, не произнес неправильное имя на своей свадьбе, или не женился на своей подруге в пьяном угаре в Вегасе.

Грант был не таким. Такого просто не может быть. Он был моим щедрым, любящим, заботливым будущим женихом, и мы были родственными душами. Теперь я хотела вернуться домой больше, чем когда-либо, чтобы не только увидеть своего отца, но и выйти замуж за Гранта и не дать ему стать таким… таким идиотом, который искал меня в каждой встречной женщине и никогда не находил настоящего счастья, потому что женщина, которую он любил, была замужем за Уильямом МаксНелли. Как Вселенная могла так ошибиться?

— Извини, Келли, я должен был тебя познакомить. Это Чарли, моя невеста.

Чарли Шмарли. Она была всего лишь возможностью в этом будущем, голограммой, спроецированной на это существование некой гигантской электронной площадкой, управляющей Вселенной. Они все неправильно поняли. Когда вернусь, то смогу изменить будущее, и Чарли не будет играть в нем никакой роли. Даже ее имя было похоже на мое. Я бы не удивилась, если бы его другими женами были Кили, Карли и Карали. В реальном будущем я стану Келли Миллс, его единственной женой.

Мы осторожно пожали друг другу руки, и я с самодовольной улыбкой повернулась к Гранту.

— Я знаю, что мы с тобой снова будем вместе, Грант. Подожди и увидишь. Знаю, что ты все еще любишь меня, но не волнуйся, когда вернусь в прошлое, я все исправлю. Через двадцать пять лет мы с тобой будем стоять здесь рука об руку.

С губ Чарли сорвался пронзительный смех, и, если бы она не держала Гранта, я была уверена, он упал бы в обморок от смущения, когда она посмотрела на него и сказала:

— Ты действительно был с этой психичкой?

— Келли, думаю, ты должна пойти домой и прилечь, хорошо? — Он протянул две руки ладонями вниз, как будто пытался успокоить дикое животное и не дать ему подойти ближе.

Я просто улыбнулась и сказала:

— Скоро увидимся… милый. — Потом я подмигнула ему и отвернулась. Было даже забавно немного подразнить его и напугать до смерти Чарли, но я знала, что Грант не вспомнит об этом, когда я действительно увижу его снова. Потому что это будет из будущего, которое никогда не случится.

Лилиана! Я вдруг вспомнила, что собиралась вернуться и повидаться с ней. Она могла бы пролить больше света на мои отношения с Грантом и, возможно, даже передать сообщение от папы. Когда я переходила дорогу, возвращаясь к торговому центру, моя электронная площадка зазвонила, я зажала и потянула виртуальный шнур к уху.

— Алло?

— Келли! Где тебя черти носят? — шепотом спросил молодой женский голос. — Сейчас 15:35! Уилл делает все возможное, чтобы развлечь мистера Терроу, ты нужна нам прямо сейчас!

Боже. Встреча! Я опаздываю, я опаздываю, я…

— Ой!

По жестокой иронии судьбы я споткнулась о ножку стула у стола, за которым сидели Грант и Чарли.

Когда упала на крупного мужчину средних лет с расстегнутой рубашкой, на меня обрушилась неприглядная выпуклость жира и дюймовая трещина в нижней части лица. Потеряв равновесие из-за своей неудачной инерции, он упал вперед, зажав подростка между собой и тротуаром.

— Отвали от меня, гомик! — сказал мальчик.

Я изо всех сил пыталась снова встать на ноги и надеялась, что коралловый подол моей юбки не задрался так сильно, как мне казалось.

— Мне очень жаль, очень жаль! — сказала я мужчине и невинному прохожему, который вертелся под этой массой плоти.

Я протянула руку, и мне потребовались все усилия, чтобы помочь тучному мужчине подняться. В конце концов ему это удалось, его рубашка теперь была еще более расстегнута, но, к счастью, скрывала отвратительную нижнюю часть. Парень убежал, как будто это была атака живых мертвецов, и я обратила свое внимание на голос в трубке.

— Келли, ты в порядке? Что происходит?

— Я просто споткнулась на улице, вот и все.

— На улице? Ты еще даже не в машине? — Ее голос повысился, но остался громким шепотом, очевидно, пытаясь помешать людям поблизости услышать ее. — Хорошо, я скажу мистеру Терроу, что с тобой случился инцидент, который вышел из-под контроля, и ты будешь здесь примерно через десять минут, хорошо?

— Окей. Приду, как только смогу!

Я помчалась обратно так быстро, как только позволяли мои старые ноги, к машине. Машинально потянувшись к несуществующим ключам в моей несуществующей сумочке, руки взлетели к щекам.

Как разблокировать автомобиль? И не только это, но где, во имя Диор, эта чертова встреча?

Глава 11

Три часа и двадцать минут до начала

«Секрет молодости в том, чтобы жить честно, есть медленно и лгать о своем возрасте».

— Люсиль Болл

Думай, Келли, думай! Как Райан открывал машину? Ладно, ладно. Я кружила вокруг нее, в то время как воспоминания об этом утре крутились в голове… электронная площадка, он что-то делал с ней. Я протянула свою электронную площадку и просмотрела вдоль борта машины, надеясь на сканирующее устройство или чудо.

Ничего.

Может быть, она просто открывается обычным путем? Я огляделась, чтобы посмотреть, не наблюдает ли кто-нибудь за мной, а затем, надеясь, что не включу сигнализацию, подняла ручку входной двери. Дверь оставалась закрытой, но послышался легкий гудок. Я наклонилась, чтобы получше рассмотреть дверную ручку. Из-под нее торчал тонкий красный лазер, и я поднесла к нему свою электронную площадку.

Щелк! Я открыла переднюю дверь и с облегчением скользнула на водительское сиденье. Проблема номер один решена. Теперь, нужно правильно управлять этой штукой и найти место встречи. Я наклонила голову и посмотрела туда, где обычно было зажигание, и, конечно же, на его месте было маленькое круглое сканирующее устройство. Я поднесла к нему свою электронную площадку, и двигатель замурлыкал. Боже, что помешает кому-то украсть мою электронную площадку и… мою машину?

Что-то вспыхнуло на приборной панели: «Пожалуйста, активируйте распознавание отпечатков пальцев одобренного водителя».

А? Я огляделась в поисках места, где можно было бы прокатать отпечаток большого пальца, но ничего подходящего не нашлось. Я положила руки на маленький руль, и слова исчезли с экрана, сменившись словами: «Добро пожаловать, Келли МаксНелли». О, почему бы и нет.

Через пару мгновений, когда мысленно оглядела все рычаги управления и убедилась, что знаю, где находятся тормоза, машина заговорила со мной:

— Куда бы Вы хотели поехать, Келли?

В прошлое? Мне очень хотелось сказать это.

— Интерьеры КС.

На экране появилась карта и маленькие символы флага.

— Есть пять совпадений. Вы можете быть более конкретной?

— Гм… Интерьеры КС… — я попыталась придумать что-нибудь более конкретное. Это все, что я знала о месте встречи. Подождите, пять совпадений. Должно быть, магазины Интерьеров КС. Ха! Наверное, у меня есть франшизы, разбросанные по всему городу или что-то в этом роде. Должно быть, бизнес хорошо шел.

— Есть пять совпадений Интерьеров КС. Не могли бы Вы уточнить, — повторила машина.

Ну конечно, да! Я хлопнула себя по лбу.

— Главный офис Интерьеров КС, — сказала я.

— Вычисляю маршрут… — я постучала ногтями по рулю. — Предполагаемая продолжительность дороги: девять минут сорок семь секунд.

Примерно на полчаса позже. Черт! Я уже собиралась нажать на педаль газа и вырулить с парковки, когда поняла, что машина плотно припаркована. Когда Райан въехал на это место, машина двинулась вбок. Я повернула руль как можно правее и легонько нажала на педаль, но она начала двигаться по диагонали. Не настолько, чтобы выйти из этого места.

Вот черт! Я снова забарабанила ногтями, мои глаза изучали салон автомобиля в поисках решения.

На приборной доске была кнопка со стрелкой, указывающей вправо, и еще одна — влево. Я нажала правую стрелку, и машина сама собой выехала с парковки. Потрясающе!

Но, похоже, все остальное зависело от меня. Я последовала за стрелками на другую сторону стоянки, стараясь не перегнуть руль, так как он, казалось, обладал сверхчувствительностью. Я подъехала к выходу и, ожидая, пока ворота поднимутся, наклонилась и обхватила губами соломинку, которой пользовалась раньше и по горлу потек теплый кофе.

— Поверните налево, — сказала машина.

Ладно, это было не так уж и плохо. Я повернула налево. Я вела машину будущего. Молодой Грант будет завидовать! Я продолжала следовать указаниям машины, предпочитая управлять самостоятельно и ехать прямо, чтобы держать все под контролем.

Через девять минут сорок семь секунд я подъехала к другой автостоянке, на этот раз под высоким зданием. Машина въехала на стоянку, и я вышла, автоматически поворачивая ключ и ожидая характерного пронзительного гудка замка. О, эта электронная площадка. Я держала ее под дверной ручкой, и она дважды пискнула, что, надеюсь, означало, она заперта. Впрочем, это не имело значения. Оказалось, что для того, чтобы управлять автомобилем, вам нужно было предварительно пройти проверку отпечатков пальцев.

Я осмотрела стоянку, и вывеска впереди указывала на вход. Я хотела толкнуть дверь, но она почувствовала меня, и сама открылась в узкий вестибюль. Я заметила информационный стол у задней стены комнаты.

Я не могла спросить молодого человека за столом, где находится главный офис Интерьеров КС. Он мог бы узнать меня и удивиться, почему я не знаю, где находится мой собственный офис.

Он должен был быть где-то наверху, поэтому буду подниматься по лестнице, пока не увижу вывеску Интерьеры КС. Надеюсь, мы были не из тех шикарных компаний, которые идентифицируют себя с помощью какого-то бессловесного символа.

Я поставила ногу на первую ступеньку рядом с информационным столом, но молодой парень посмотрел на меня, нахмурившись.

— Вы же не собираетесь всерьез подниматься по тридцати лестничным пролетам, миссис МаксНелли?

Я убрала ногу.

— О, нет, конечно, нет. Хотя могла бы, если бы захотела… — я выпятила грудь и напрягла несуществующие мышцы рук, защищаясь. — Знаете, я сегодня прыгнула с тарзанки. Я не так стара, как выгляжу. — Я говорила как гордый ребенок, который только что выучил азбуку.

— Ах да, С Днем Рождения! — сказал он.

— Благодарю. Даже на сорок себя не ощущаю.

Он посмотрел на меня так, словно знал, что мне далеко за сорок, но я, по крайней мере, не лгала. Это было правдой. Мне не было и сорока. Черт возьми, я даже не чувствовала себя на пятьдесят, скорее шестьдесят два или шестьдесят три, но, вероятно только потому, что был резкий скачок в возрасте со вчерашнего дня на сегодняшний.

— Ну, я просто поеду на лифте, — сказала я, размахивая руками в предвкушении, а также чтобы отвлечь внимание от того факта, что не знала, где он находится. Все стены были из нержавеющей стали, как будто я заблудилась в лабиринте размытых зеркал. Пока… Динь! Изогнутая часть стены открылась, и из нее вышла женщина в красном костюме.

— Придержите лифт! — Я подняла руку и бросилась внутрь круглой капсулы.

— Привет, дорогая, С Днем Рождения! Я с нетерпением жду сегодняшнего вечера. Увидимся там! — Женщина подмигнула мне и плавно вывела свой объемистый зад в фойе, где обняла другую женщину, входящую в здание.

Интересно, работает ли она на меня? Нет, она бы не назвала меня дорогая, если бы это было так.

Если только я не была просто лучшим в мире боссом, что, конечно, вполне возможно.

— На какой этаж?

Я подпрыгнула от неожиданного голоса, когда дверь закрылась. Лифты разговаривают. Ничего нового, думаю, они иногда говорили «вверх» или «женская одежда», или, по крайней мере, это то, что я запомнила больше всего.

Мужчина спросил, не стану ли подниматься на тридцать лестничных пролетов вверх, значит, это должен быть тридцатый этаж. Я прикоснулась к цифре на экране. Через пару мгновений дверь снова открылась. Поездка была такой гладкой и быстрой. Динь! Я вышла из лифта и увидела: Интерьеры КС — каждый заслуживает того, чтобы быть окруженным красотой. Ха! Держу пари, этот слоган придуман мной. Едва я успела войти через стеклянную дверь, как она распахнулась, когда молодая женщина бросилась на меня.

— Где ты пропадала? — сказала она тем шепотом, который я запомнила по телефону. — Тебе понадобилось вдвое больше времени, чтобы добраться сюда! Мистер Терроу допивает третью чашку кофе и уже начинает нервничать!

— Извини, у меня… проблемы с машиной, — сказала я.

— Вот презентация, — сказала она и всучила мне в руку какой-то пульт. — Ты должна ослепить его, чтобы компенсировать свое опоздание, а теперь вперед!

Она втолкнула меня в комнату для совещаний.

Уильям уже был там, и его лицо из белого стало розовым от облегчения, когда я вошла.

— Рад, что ты наконец здесь, — сказал он, быстро обнимая меня. — Люси сказала, что на Мэйн-Стрит в пробке был какой-то чудак. Кто-нибудь пострадал?

Я подавила смешок. Это был дорожный инцидент, который она собиралась упомянуть как причину моего опоздания? Немного неправдоподобно, но, по крайней мере, они купились, и теперь у меня было оправдание, если буду волноваться во время встречи.

— Нет, всего лишь пару аварий и всеобщий хаос, но полиция, в конце концов, увела его. — Я изобразила веселый смешок и повернулась к невысокому лысому мужчине рядом с Уильямом, который поднимался и опускался на цыпочки. — Вы, должно быть, мистер Терроу, — сказала я, беря его за руку и изо всех сил стараясь казаться очаровательной.

— В самом деле, очень приятно познакомиться с вами, миссис МаксНелли. — Он зажал мою руку между своими и потряс ее так, что подумала, она вот-вот отвалиться. — Ну что ж, давайте начнем. Что Вы хотите мне показать? — Он сел и сложил руки на столе в центре комнаты, и Уильям последовал его примеру.

Скажите мне, и тогда мы оба узнаем… я посмотрела на устройство в своей руке. — Ваша презентация, — сказала Люси. Ладно, это презентация в PowerPoint или что-то в этом роде. Это не должно быть слишком сложно, я просто прочитаю все, что на экране.

— Хорошо… ну, во-первых, хотела бы поприветствовать Вас в Интерьерах КС и какое это удовольствие видеть Вас в нашем офисе, мистер Терроу. — Я надеялась, эти любезности помогут выиграть время, пока буду думать, как использовать это устройство. Я помахала им в воздухе и похвалила его за красивый галстук (ужасного мандаринового цвета) и рубашку, которая подчеркивала зеленый оттенок его глаз. Он выглядел польщенным, но вскоре выражение его лица снова стало деловым.

— Ну, спасибо, — сказал он. — Но я с нетерпением жду Вашей презентации. — Он указал на глухую стену перед столом.

Здесь не было ни проекционного экрана, ни проектора, или ноутбука. Только это устройство в моей руке. Я нажала круглую кнопку и направила ее на стену, и появился квадратный синий экран. Фу! Ладно, это было похоже на пульт от телевизора. Я нажала кнопку со стрелкой, и по комнате поплыла успокаивающая музыка, сопровождаемая логотипом KC.

Хорошо. Не так уж сложно. Вот только я до сих пор не знала, кто такой мистер Терроу и чего я добиваюсь этой презентацией. Я снова нажала кнопку со стрелкой, и появился заголовок Интерьеры КС, сопровождаемый слоганом и каким-то текстом, который, похоже, был историей компании.

Я откашлялась и встала боком, скрестив ноги и положив одну руку на бедро, как нас учили на уроке моделирования. Если бы я не имела понятия, что представляю, я могла бы, по крайней мере, выглядеть уверенной.

Уильям бросил на меня любопытный взгляд.

Ну вот.

— Интерьеры КС — семейный бизнес, который работает уже семнадцать лет. Дольше, чем многие наши конкуренты, — начала я. На экране были только ключевые слова, но я смогла связать их вместе. Все дело было в том, чтобы устроить шоу. Я могу это сделать. — Мы сочетаем креативный дизайн с оптимальными бизнес-практиками, выходя за рамки отраслевых стандартов.

Пока все идет хорошо.

Мистер Терроу поднес кружку с кофе к губам. Он со стуком поставил кружку и снова сложил руки на столе.

— А теперь скажите, миссис МаксНелли, почему лондонский «Харродс» предпочел импортировать Вашу продукцию, а не конкурентов? Что делает Вашу компанию уникальной?

Ого, он, должно быть, покупатель из культового универмага. Сидит передо мной, слушает мою презентацию! Я начала нервничать, когда осознала последствия этой встречи.

Если бы «Харродс» стали покупателями продукции Интерьеры КС, бизнес стал бы очень состоятельным.

Что сделало нас уникальными? Я надеялась, что следующий слайд расскажет мне и ему об этом. Я нажала кнопку со стрелкой.

Началась анимация, показывающая старомодное зеркало, немного похожее на то, что было в «Королеве красоты», сливающееся с современным сейфом и образующее декоративный элемент хранилища для ценных вещей. Резные завитки обрамляли раму, и каждый золотой росчерк был откидной крышкой, которая открывалась и показывала отделение для безделушек и драгоценностей. На экране не было никаких слов, поэтому я импровизировала.

— Интерьеры КС сочетают в себе современные технологии и дизайн с классическим стилем.

Ура, молодец, Келли.

— И я уверена, что «Ваши дорогие клиенты из Харродс» оценят нашу… верность истории и традициям, которые сливаются с современной жизнью.

Блин, я была хороша. Как тебе такое Шекспир?

Мистер Терроу кивнул.

— Понятно, понятно. А теперь скажите, какой Ваш самый продаваемый продукт.

Дерьмо. Я нажала на пульт, но следующий слайд продолжал показывать только превращения старых продуктов в новые.

Я постучала пальцем по подбородку, словно пытаясь представить себе цифры продаж за последний год.

О котором, естественно, ничего не знала.

— Дайте подумать… ох, это вылетело у меня из головы, — пробормотала я. — Видите ли, все наши продукты продаются так хорошо, что трудно вспомнить, какой из них лучше.

Уильям пытался что-то сказать мне глазами и все время мотал головой вперед, как бы напоминая, что сказать, или пытаясь переправить информацию из своего мозга в мой. Наконец Уильям встал, и в этот момент в животе послышалось странное бурчание. Я, конечно, старалась втягивать его, пытаясь выглядеть стройной, но теперь он снова вываливался, как и раньше в кафе.

— Келли права, все наши продукты успешны. Но, умные лампы определенно самый продаваемый товар.

Слава Богу, Уильям был здесь.

— Их инновационный дизайн и интеллектуальная компьютерная программа обеспечивают нужное количество освещения для любой конкретной ситуации, — продолжил Уильям, в то время как мой желудок продолжал бурлить, я не могла удержаться, чтобы не потереть его рукой. О Боже, мне действительно надо было сходить в туалет заранее.

— Кроме того, энергосберегающий инфракрасный источник света работает годами, поэтому они одновременно стильные и экологически чистые.

Бурчание… Бурчание… черт возьми. Я должна выбраться отсюда!

— Гм, я сейчас вернусь! — Я ободряюще подняла палец и повернулась к двери. — Сейчас, — повторила с вымученной улыбкой, в то время как Уильям уставился на меня с выражением «какого черта ты делаешь?»

Люси тоже с любопытством посмотрела на меня, когда я пронеслась мимо ее стола к туалету. Оказавшись ванной комнаты, я вздохнула с облегчением и бросилась в кабинку. Чертова лактоза. Раньше меня это никогда не беспокоило, почему теперь?

Я вымыла руки (после того, как выяснила, что краны работают точно так же, как душ без крана дома) и вышла. Как объясню свой внезапный уход с собрания? Бедный Уильям, наверное, уже устал от моей некомпетентности и сумасшедших нападок. Мне нужна была причина, чтобы уйти, которая не связана с телесными функциями. Я оглядела приемную, и мой глаз уловил блеск света на спиралевидном предмете на кофейном столике в приемной. Не раздумывая, я схватила его и бросилась обратно в комнату для совещаний.

— Извините, что так убежала, просто должна была показать Вам это…

— Это… особое произведение, которое, как Вы можете видеть, кует традиционный класс с современными инновациями. Прекрасный пример наших изысканных продуктов, которые похожи на… прошлое, настоящее и будущее в одном лице.

Очень мило.

Уильям подавил смешок.

— Да, наши автоматические, декоративные, раздающие ткани машины, безусловно, уникальны, но умные лампы станут настоящим хитом в Англии, я уверен. Тем более, наша роскошная умная лампа также выполняет функцию нагревательного устройства.

И действительно, когда надавила на верхний край спирали, оттуда выскочила салфетка, я вытащила ее и приложила к вискам, демонстрируя пост-напряжение. Я действительно была хороша в этом. Я знала, что должна была принять предложение стать моделью в «Цене удачи» (прим. переводчика — ток-шоу), когда у меня был шанс. Слегка взмахнула рукой вокруг распределителя салфеток, прежде чем положить его на стол. Как будто я каким-то образом предвидела необходимость промокнуть виски салфеткой, волна жара прокатилась от пальцев ног к голове, мои клетки подпрыгнули в шоке, когда горячая волна цунами затопила мое тело и оставила после себя море резни.

— Келли, с тобой все в порядке? — спросил Уильям.

— Да, да, я в порядке, — ответила я, промокая лицо салфеткой. — Видите ли, получить салфетку, когда это необходимо, никогда не было так просто с нашей раздаточной машиной. — Я оглядела комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обмахнуться.

Почему в этом кабинете нет ни одной чертовой бумаги? Это было хуже, чем в ванной без полотенец.

Я бочком подобралась к искусственному растению в углу комнаты и украдкой погладила большие пластиковые листья, слегка наклонившись вперед и хлопая листьями вокруг своего лица, в то время как Уильям и мистер Терроу озадаченно смотрели на меня.

— Я… э-э… я просто подумала… что мы могли бы создать завод со встроенной функцией вентилятора! — Я хлопнула листьями чуть сильнее, обдувая лицо благословенно прохладным воздухом. — Да, листья могут… — хлоп, хлоп, хлоп, — вращаться или вибрировать и создавать прохладную обстановку для дома или офиса!

Уильям и мистер Терроу выпятили нижние губы, опустили уголки губ и кивнули.

— Это неплохая идея! — сказал мистер Терроу.

Уильям пробормотал что-то в знак согласия, склонив голову к экрану. Выражение его лица говорило само за себя: «а теперь возвращайся к своей чертовой презентации и прекрати делать странные вещи»!

Я с достоинством выпила стакан воды и подавила сильное желание опрокинуть его себе на голову. Я пролистала еще несколько слайдов, рекламируя их на ходу и сыпля различными комплиментами в адрес эго мистера Терроу.

Моя электронная площадка запищала, и я посмотрела на свое запястье, чтобы увидеть звонок от Селены.

Селена! Я уже собиралась ответить, когда поняла, что не могу. Будущее международного расширения Интерьеров КС зависело от этой встречи, и я не могла подвести Уильяма. Я видела, что ему не терпится угодить мистеру Терроу — он, вероятно, думал, что я этого не замечаю, но продолжал заламывать руки под столом. Мой бедный муж, вероятно, нервничал больше, чем я. Черт возьми! Я хотела поговорить с ним.

Я нажала кнопку «Отклонить» и вернулась к слайдам.

— Интерьеры КС отличает тот факт, что мы регулярно жертвуем на благотворительность. Десять процентов от нашей чистой прибыли, если быть точнее. — Ну, вот и все.

— А, ну да. Замечательно. Какие благотворительные организации?

Я нажала кнопку со стрелкой, и, к счастью, я или кто-то другой, кто разработал эту презентацию, опередил ответ на этот вопрос.

— Мы поддерживаем обездоленную молодежь, предоставляя возможности для творческого самовыражения и развития навыков. — Я снова нажала на стрелку. — В прошлом году наше финансирование позволило учителям поехать в Африку, чтобы преподавать проектирование и строительство полезной бытовой техники, а также мастер-классы по творческому самовыражению, которые обеспечивают удовольствие и товарищество среди молодежи.

Я была в ударе.

— Вы можете выключить презентацию, — сказал мистер Терроу.

А? Я думала, что все идет хорошо.

— Хватит о компании, я хочу побольше узнать о Вас.

— Обо мне? — Уильям, очевидно, думал о том же, неловко ерзая на стуле.

— Я понимаю, что это дело было рождено Вашим желанием, скажите мне, что привело к рождению Интерьеров КС. Зачем Вы это затеяли?

Черт. Все, что я знала, это то, что Кейси давала деньги и прочее, я разрабатывала вещи, а Уильям управлял ими. Что еще я могла сказать?

Мне очень хотелось, чтобы Люси ворвалась с каким-нибудь срочным телефонным звонком, который я просто обязана была принять, или объявлением, как будто здание было в огне, или… сумасшедший голый парень с Мэйн-Стрит сбежал из-под стражи полиции и последовал за мной сюда, держа беднягу из справочной в заложниках, пока он не увидит меня. Ладно, может и не так, но у меня быстро кончались слова, и я не могла думать о том, что же это такое единственное, что можно сказать.

Уильям встал.

— Знаете, мистер Терроу, когда Келли впервые показала мне эскизы, которые она придумала, — сначала просто в качестве хобби, пока наши дети были маленькими, — я увидел не только удивительный талант, выраженный на бумаге, но и невероятный блеск в лице моей жены. Рисование, создание… это делает ее глаза живыми. Я знал, она напала на след чего-то хорошего. Знал, что ее идеи уникальны и что было бы ошибкой не создать из этого бизнес.

Вау. Теперь я была еще более безмолвна, чем прежде. Слышать, как Уильям говорит обо мне так, будто я действительно была там, когда Диора и Райан были молоды, было странно. Его глаза, казалось, вернулись в прошлое, видя происходящие события. Как будто это было реально. Только для меня это было нереально. Я не помню того времени, но помню, каково это — создавать что-то из ничего. Взять чистый лист бумаги и создать дизайн, которого раньше не существовало. Я не рисовала уже много лет, с тех пор как мне исполнилось тринадцать, но чистое блаженство, когда я была погружена в работу? Ничего подобного не было. И я начала рассказывать мистеру Терроу об этом.

— И я поняла, что хочу заниматься этим всю оставшуюся жизнь. Это создание красоты было частью меня, выражением моей души и страсти, которую невозможно было подавить. — Так оно и было. Вскоре после моего тринадцатого Дня Рождения, когда я закончила создавать дизайн, я была особенно довольна и…

Хлоп. Хлоп. Мистер Терроу хлопнул в ладоши, прерывая поток моих мыслей.

— Миссис МаксНелли, какая вдохновляющая история. Я безмерно благодарен Вам за то, что Вы разделяете Вашу глубокую страсть к творческому процессу. — Он встал и снова схватил меня за руки, пожимая их с еще большим энтузиазмом, чем прежде. — Однако это, конечно, будет решение, основанное на бизнесе, поэтому я рассмотрю Ваше и других компаний предложения, с которыми я встречался сегодня и сообщу Вам о своем решении, когда сойду с самолета в Хитроу.

Я молча кивнула.

— Конечно.

— Спасибо вам обоим, что уделили мне время. — Он пожал руку Уильяму, который проводил его на улицу, дал ему свой личный номер и объяснил, что офис будет закрыт завтра, но он может связаться с Уильямом напрямую, чтобы можно было обсудить планы.

После того как он ушел, Уильям провел меня в другую комнату, где была небольшая кухня, стол и стулья, и, судя по всему, одна из тех умных ламп, которые освещали нас, когда мы входили. Он закрыл за собой дверь и нажал что-то похожее на кнопку замка.

— Кажется, ты его покорила, — сказал Уильям, подходя ко мне с распростертыми объятиями.

— Мы покорили его, — поправила я.

— Да, это была командная работа, не так ли? И хотя ты не рассказала ему и половины того, что планировали, думаю, в целом все прошло хорошо.

Он обнял меня за спину и прижался головой к моей шее, уткнувшись в нее носом.

Я попыталась мягко оттолкнуть его.

— Что ты делаешь?

Он приблизил свое лицо к моему.

— У нас есть немного свободного времени, почему бы нам не насладиться одним из твоих подарков на День Рождения прямо сейчас? — Он снова уткнулся носом мне в шею.

Боже.

— Но разве это не должно быть сегодня вечером? И… Люси там. — Я указала на дверь.

— Люси будет занята, заканчивая недельную административную работу, и не станет нас беспокоить. Кроме того, дверь заперта.

Он попытался прижаться своими губами к моим, но я отвернулась, и они попали мне на щеку. Вместо этого он поцеловал ее, потом мое ухо, потом часть шеи чуть ниже уха, его губы издавали хлюпающие звуки.

Это было неправильно.

— Уильям, думаю, тебе следует остановиться.

— Но почему? — Он продолжал целоваться. — И почему ты называешь меня «Уильям»? Ты не называла меня так уже много лет.

— Да. Уилл, дорогой, я думаю, будет лучше… сберечь себя на сегодняшний вечер. Знаешь, сделать его более особенным?

— Что может быть более особенным, чем отпраздновать успешную деловую встречу, в твой День Рождения, в частной комнате для персонала, под влиянием момента? — Он провел рукой по моей щеке, потом по губам, потом вниз по шее, обводя пальцем вырез моего топа.

— Как бы сильно я… — глоток, — не хотела тебя прямо сейчас, я действительно думаю, что сегодня вечером будет лучше, когда все разойдутся по домам и мы сможем лечь в своей удобной кровати.

Черт, почему Селена не выбрала для звонка именно этот момент?

— Мне правда нужно перезвонить Селене. Она звонила раньше, на встрече. — Я с тоской посмотрела на свою электронную площадку и заметила время. Было уже половину шестого. Лилиана! Я быстро оттолкнула Уильяма… Уилла, к его большому разочарованию. — Я только что вспомнила, что должна кое с кем встретиться, прямо сейчас!

Я поправила левый рукав своего топа, который он наполовину спустил с плеча.

— Прости, дорогой, но мне действительно пора. Увидимся дома, хорошо?

— С кем ты должна встретиться?

— Просто старая подруга, с которой я столкнулась сегодня в торговом центре. У меня нет времени объяснять, увидимся дома, как раз к вечеринке.

Я бы ни за что на нее не опоздала. Так что я оставила Уилла и его надутую щенячью мордочку в комнате и убежала прочь.

— Пока, Люси, извини, что тебе пришлось выдумать историю, чтобы прикрыть меня, — сказала я, не дожидаясь ответа и скрылась в лифте.

Я могла бы вернуться к 17:15, и, если повезет, Лилиана все еще будет там. Она сказала, что пробудет там до пяти, но, конечно же, она не уйдет сразу же, не увидев меня снова, не так ли?

Глава 12

Два часа до начала

«Ты можешь пройти только половину пути до самого темного леса; тогда выйдешь с другой стороны».

— Китайская пословица

Я бежала от автостоянки в «Нью Эйдж» (ха!) (прим. переводчика — магазин «Новый возраст») магазин, где видела Лилиану раньше, и резко остановилась у входа. Там была очередь из двух человек, и только один экстрасенс сидел в кабинках.

Рози. Черт! Я согнулась пополам, чтобы перевести дыхание, и подняла глаза, когда ко мне подошла женщина в белом марлевом халате.

— С Вами все в порядке, мадам?

Я разочарованно вздохнула и поджала губы.

— Я надеялась увидеть Лилиану. Она вышла во двор?

Женщина покачала головой.

— Мне очень жаль. Лилиана уехала на целый день.

— У Вас есть ее номер, чтобы я могла ей позвонить?

— Простите, мэм, но мы не вправе разглашать личные номера телефонов наших экстрасенсов. — Женщина хотела уйти, но остановилась. — О, Вы случайно не Келли?

— Да, это я. А что?

Женщина поспешила к прилавку и вернулась с маленькой карточкой в руке.

— Вот, Лилиана просила передать, если Вы вернетесь.

Мои глаза метнулись к карточке, которую я выхватила из ее руки. Мы знаем Правду, www.FastForwardExperiences.com, я перевернула карточку и вместе со штрих-кодом увидела написанное от руки сообщение: «Удачи!», Лилиана, Хо

Крошечная улыбка появилась на губах, и я не могла дождаться, чтобы проверить веб-сайт. Может быть, я смогу узнать больше о том, что со мной происходит.

— Благодарю! — Я обняла женщину, которая застыла от удивления. — Пожалуйста, поблагодарите от меня Лилиану.

— Хорошо. — Она улыбнулась. — У нас тут есть еще один экстрасенс, если нужно? — Она указала на Рози, клиентка которой качала головой, как бы говоря: «Нет, у меня не было собаки по кличке Неряха».

— Спасибо, но пас. — Я пошла прочь, не отрывая глаз от карточки, едва избежав столкновения с дверью сбоку. Почему на карточке был штрих-код? Я из любопытства поднесла его к своей электронной площадке, и она запищала, а экран вспыхнул. Я сжала и щелкнула, чтобы появился голографический экран.

Вы хотите сохранить документ? Да. Нет.

Я нажала «Да», и высветился список папок. Затем нажала на визитные карточки, что привело к подтверждающему сообщению.

Документ сохранен в папке «визитные карточки».

Отлично. Больше не нужно размещать огромную коллекцию визитных карточек. Я пролистала другие папки из интереса: кредитные карты, дебетовые, наградные карты, членские карточки… Это устройство было виртуальным кошельком. Моя электронная площадка быстро становилась лучшим другом. Хотя, уверена, что буду скучать по моим сумочкам Prada, если только… не будет электронных площадок от Prada?

Громкий лязг двери соседнего магазина на мгновение прервал мое увлечение техникой. Все закрывали свои двери на весь день, кроме магазина «Нью Эйдж», где Рози, вероятно, работала сверхурочно за некомпетентность. Я пошла в сторону автостоянки (слишком уставшая, чтобы снова бежать), когда свет потускнел и вокруг меня закрылись двери. Вернувшись к своей машине, я снова открыла экран, выбрав значок Фугл.

В адресной строке набрала: fastforwardexperiences.com, которая открыла страницу с изображением закрученного тоннеля вместе со словами: «Если хотите узнать правду, нажмите здесь, чтобы войти». Я прижала палец к экрану, и появилась следующая страница.

Добро пожаловать! Это сайт для тех, кто заинтересован в изучении прыжка в будущее и тех, кто был выбран, чтобы испытать его.

Я нажала на кнопку «о прыжках в будущее», и она в значительной степени подтвердила то, что сказала мне Лилиана. Затем нажала на кнопку «опыт», которая вывела шесть списков. Большинство под псевдонимами, но некоторые использовали имя. Я нажала на «Джессика», и мои глаза пробежались по словам так быстро, как только могли. Ей было двадцать девять, когда она перенеслась в будущее и как раз собиралась отправиться в туристическую поездку по Европе.

Утром в день отъезда она проснулась и обнаружила, что ей сорок один, не замужем, бездетна, живет на улице, пристрастилась к наркотикам и алкоголю. Ее опыт длился три дня и звучал ужасно, переходя от абсолютно трезвого и чистого к отчаянному желанию принять дозу.

Когда она вернулась в прошлое, девушка все еще уезжала в свою заграничную поездку, но сделала одну вещь по-другому. Она избегала встречи с человеком, который приучил ее к наркотикам и подталкивал к алкоголю.

Ее скачок в будущее показал ей, кто этот человек, и, несмотря на его очарование во второй раз, она сопротивлялась, слишком хорошо зная результат, если она этого не сделает. Обновление, опубликованное в нижней части ее записи на веб-сайте, гласило, что Джессике сейчас тридцать девять и она работает консультантом по реабилитации наркоманов, замужем за замечательным мужчиной и ждет первенца.

История Роба тоже была интересной. Начинающий гитарист в группе с друзьями, только что получил бизнес-степень в двадцать лет, когда умер его отец. Вскоре после этого он ушел из группы, решив сосредоточиться над тем, чем бы «отец мог гордиться», следуя по его стопам в деловом мире.

Через год после начала новой работы его скачок в будущее показал ему успешную жизнь, но без свободы и счастья, которых он желал. На антидепрессантах он набрал кучу лишнего веса и с трудом вставал по утрам. Он продержался неделю в будущем, борясь с требованиями к работе, которую едва понимал, заставив босса вызвать его в свой кабинет для последнего предупреждения, чтобы доказать свою компетентность. Мало того, его старые товарищи по группе наняли нового гитариста и теперь возглавляли чарты, выпустив уже четыре альбома.

Когда он снова проснулся двадцатилетним, то понял, что отец не хотел бы, чтобы он был так несчастен, и он получил диплом только потому, что считал, что от него этого ждут. Поэтому он взял годичный отпуск, чтобы сосредоточиться на своей музыке, поощряя своих товарищей по группе записать демо-альбом, который впоследствии был подписан крупным лейблом звукозаписи. Робу был уже тридцать один год, и, хотя я не знала названия его группы — «Сыновья серебра», — очевидно, все остальные в наше время знали!

Мое сердце бешено колотилось при чтении следующего опыта. Некто, называющая себя Полли, не только прыгнула на десять лет в будущее, но и все еще находилась в нем. Она не сказала, в каком году это было, так что я не знала, была ли она в моем будущем здесь и сейчас, или еще дальше в будущем, просто, когда ей исполнилось сорок, она проснулась пятидесятилетней. Аллилуйя! Кто-то, кроме меня, кто знал, какой это был шок, не то, что она должна была зайти так далеко, как я.

Она была многообещающим политиком, только чтобы вырваться из своего неминуемого успеха в будущее, где она больше не была политиком, а политическим журналистом. И после четырех лет в ее будущем — да, четыре! Она все еще была там, не понимая почему, и смирившись с тем, что, возможно, никогда не вернется к своей прежней жизни. Что, если я застряну здесь на месяцы или годы, как Полли?

Я перечитала все остальные опыты, зачарованная тем, насколько интересными и разнообразными они были, хотя ни один из них не прыгнул так далеко в будущее, как я. Я нажала на кнопку «Отправить опыт», открыв дополнительную форму. Он должен был включать мое имя и контактные данные, чтобы быть рассмотренными для публикации на сайте, без сомнения, для предотвращения мошенников от выдумывания всякого бреда, не то, чтобы это полностью их отпугивало. Меня так и подмывало написать что-нибудь, рассказать о своем опыте, но он еще не закончился. Я поклялась запомнить название сайта, если — нет, когда — вернусь домой. Я поняла, что сайт, возможно, не существовал двадцать пять лет назад, но в любом случае стоит проверить, когда придет время.

Но что, если я никогда не вернусь? Страх и сомнение поселились в сознании, вытеснив часть надежды, которая сидела раньше. Нет. Нет, я не могла позволить негативным мыслям взять верх. Большинство из этих людей должны вернуться домой и улучшить свою жизнь. Это должно было случиться и со мной. Только я не могла придумать, как сделать свою жизнь лучше. Это было уже то, чего хотелось мне, хотя, конечно, с этого момента буду поддерживать последовательные упражнения и режим красоты в течение всей жизни.

Я оглядела парковку, которая быстро пустела по мере того, как уходили клиенты, и прежде, чем поняла это, мой палец нажал на номер телефона Селены в списке контактов. Я все еще не разговаривала со своей лучшей подругой и очень хотела поговорить с ней.

Он снова перешел на голосовую почту ее ассистентки. Ассистентка даже не ответила на чертов телефон! Расстроенная, я резко втянула воздух и откинула голову на спинку сиденья. Волна грусти накатила на меня, когда я вспомнила, что Кейси говорила мне о папе. Если бы только мы чаще общались, если бы только он не уехал за границу, если бы только не заболел, если бы только…

Меня осенила мысль. Если он мертв, то его могут похоронить на том же кладбище, что и маму. Я завела машину и сказала ей, что хотела бы поехать на кладбище Голдвуд. Машина попросила меня уточнить, на какое — Голдвудское кладбище на Севере или Голдвудское кладбище на Западе. Я не знала наверняка, но Север казался более вероятным. Узнаю его, когда увижу, если только они не переделали его до неузнаваемости, а это значит… не часто такое случается с кладбищами, не так ли? Ну, должно быть, у них не хватило места для всех тел, потому что на похоронах мамы была куча земли, а теперь там было два кладбища. Я даже вообразила, что однажды буду похоронена там, рядом с мамой — а теперь и с папой, — но, похоже, мне придется довольствоваться западным расположением.

Я последовала указаниям и прибыла чуть меньше, чем через десять минут. Взглянула на приборную панель. У меня еще оставалось время, чтобы вернуться домой и подготовиться к вечеринке, если я только не задержусь здесь надолго.

Голдвудское кладбище выглядело совсем не так, как я его помнила, хотя все еще давало некоторое представление о нем. Мои внутренности скрутило, когда я въехала на территорию, и была права насчет того, что оно полностью заполнено. Вывеска у входа сообщала, что кладбище заполнено, и показывала карту его западного аналога, как будто он мигал неоновой вывеской «свободных мест нет», как на Мотеле.

Простите, кто лежит на смертном одре, но у нас нет свободных комнат. Почему бы вам не попробовать спуститься вниз по дороге в другое место, слышал, что за этот вид можно умереть.

Я стряхнула с себя нелепые мысли, вышла из машины и побрела по главной дорожке, инстинктивно вспоминая приблизительное местонахождение постоянного жилища мамы.

Большое дерево в центре кладбища все еще стояло. Я повернула налево сразу за ним, миновала семь могил, пока не остановилась у подножия могилы матери.

Диана Кроуфорд — ушла с миром.

Взглянув на пустую вазу, я выругалась, что не подумала остановиться и купить цветы. Здесь должны быть автоматы по продаже цветов — в конце концов, это будущее. Глядя на мамину могилу, я почти забыла, зачем здесь, пока не перевела взгляд на могилу справа.

Малькольм Кроуфорд — вечный покой.

От шока, который испытала, впервые увидев его, у меня подкосились ноги, и я рухнула на колени, вцепившись руками в край могилы.

— Папа, — прошептала я, голос дрожал от осознания этого. — Это несправедливо, — воскликнула я, наклоняясь вперед и прижимаясь щекой к холодному камню. — Почему тебе пришлось уйти так скоро?

Теплая слеза скатилась по лицу и упала на могилу, где она остыла и на моей щеке осталась мокрая дорожка. Я знала, в моей прежней жизни он все еще жив, но сейчас я была здесь, в будущем, в мире, частью которого мой отец больше не являлся, и боль была такой же реальной, как и после смерти мамы.

Я поднялась с могилы и вытерла лицо тыльной стороной ладони, скрестив ноги.

— Я вернусь за тобой, папа. Я позабочусь о том, чтобы ты никогда не покидал нас.

Я мельком увидела розовый закат на горизонте, прежде чем закрыть глаза, и мои мысли перенеслись назад во времени — в прошлое — в то время, когда я была ребенком, болтающимся с моим отцом на строительной площадке. Тогда они не были так строги к каскам и безопасности, и папа часто брал меня с собой, чтобы проверить свои текущие проекты по выходным. Мы гуляли по лесному массиву дома — скелет, как объяснил папа, каркас был похож на него, который будет держать все остальное. Это была самая важная часть дома, но когда он будет закончен, то станет невидимым, как и наш собственный скелет.

— Иногда важнее всего то, чего ты не замечаешь, — говорил он.

Мы приносили с собой пакет с бутербродами для пикника и ели их прямо на полу в столовой, а я рассказывала ему, куда следует поставить мебель. Однажды он поднял меня на второй этаж дома, так как там еще не было лестницы, и поймал, когда спрыгнула вниз. Мой отец был сильным. Его плечи могли бы нести гору, если бы пришлось. Думая о том, что сказала мне Кейси, они, вероятно, в некотором смысле так и сделали. Он оставался с мамой на протяжении всей ее болезни, зависимости и последующего осознания ее предательства. Несмотря на все это, он никогда не уходил. Он сохранил наш дом нетронутым, никогда не осмеливаясь раскачивать фундамент.

— Какого цвета должна быть эта комната, Келли? — спрашивал он меня, когда мы шли по пустым комнатам.

Цветовое колесо, о котором я узнала в школе, крутилось в голове, а затем останавливалось прямо на идеальном цвете для каждой комнаты. Я просто знала, что будет выглядеть и чувствовать себя правильно. Представляла себе занавески, лампы, столы со свечами и фоторамками, пушистые ковры на полу и красивые картины в рамках на стенах. В то время как папа сосредоточился на скелете дома, я видела, как кожа, тело дома оживали у меня на глазах. Те времена с папой были моими самыми счастливыми воспоминаниями о нем.

После одного такого дня я не могла дождаться, когда вернусь домой и добавлю новые рисунки в альбом, который делала. На лицевой стороне я написала розовыми и фиолетовыми красивыми буквами «Дизайн Келли», а внутри были рисунки всех вещей, которые делают дом красивым. Я была так довольна собой, что пошла показать папе альбом с вырезками, но он говорил по телефону, и я заглянула в гостиную, где мама лежала на диване перед телевизором.

— Что у тебя там? — спросила она.

Довольная, что она проявила интерес, я села рядом с ней и протянула свой альбом, когда запах алкоголя ударил мне в нос от ее дыхания. Я не возражала, просто радовалась, что она обращает на меня внимание. Пока мама не взяла у меня альбом и не перевернула каждую страницу.

— Что все это значит? — спросила она, на что я ответила:

— Я проектирую предметы домашнего обихода, и, возможно, когда-нибудь действительно смогу их сделать. Это моя мечта. — Я накручивала прядь своих прямых волос на палец, пока она не выскользнула из моей руки, когда мама посмотрела на меня с неким гневом.

— Зачем ты тратишь на это время? Хватит жить в мечтах, Келли. Жизнь не такая, как нам бы хотелось. — Мое сердце бешено колотилось, и я встала, защищаясь. — Посмотри на себя! — продолжила она. — Ты не должна тратить свою внешность, прячась в своей комнате с бумагой и карандашами. Ты создана для того, чтобы быть в центре внимания, Келли. Только не для этого… детского хобби!

В момент гнева — или, возможно, даже ревности — она вырвала страницу из книги и разорвала ее пополам с резким звуком, который заставил вздрогнуть. Он до сих пор заставляет меня вздрагивать каждый раз, когда вторгается в память. В тот момент вся уверенность в моих способностях и чувстве успеха была разорвана пополам.

Взглянув на могилу мамы, я крепко сжала губы, подняла горсть земли и бросила его на надгробие, где превратился в пыль. В тот ужасный день я в слезах выбежала из комнаты к отцу, который тут же успокоил, а затем вышел в гостиную и закрыть дверь. Сквозь стены доносились приглушенные крики, а потом мамины рыдания. Должно быть, она выпила немного таблеток, потому что остаток дня проспала. Папа снова склеил мои страницы, но это было уже не то.

Ничто не могло исправить того, что произошло. Я могла бы снова нарисовать картину, но повторить этот момент уже было невозможно.

Мои губы дрожали от печали, а ноздри раздувались от гнева, когда я смотрела на пыльное надгробие.

Через несколько секунд я стряхнула пыль пальцами и сдула ее с остатками воздуха в легких. Слова Лилианы эхом отдавались в ушах… она хочет сказать, что сожалеет. Я знала, что мама была не в себе в тот день. Знала, что она была в плохом настроении, и была разочарована, что не успела последовать своим мечтам. Знала, что она, вероятно, завидует мне, поэтому я и согласилась работать моделью. Это делало ее счастливой, по крайней мере на какое-то время. Она все время говорила, как гордится мной, и мне хотелось этого услышать.

Она хочет сказать тебе, что ей очень жаль.

— Я знаю это, мама. Знаю, — сказала я вслух, водя пальцем по рамке вокруг ее фотографии. Я обхватила руками надгробие, позволила нескольким оставшимся слезам скатиться по моему лицу. — Я прощаю тебя. — Легкий ветерок кружил вокруг моего тела, будто обнимал, и на мгновение я поверила, что мама будет гордиться мной, и «Интерьерами КС».

Несмотря на то, что до недавнего времени ничего не знала о компании, в этой жизни я, очевидно, упорно работала, чтобы создать ее и поднять так высоко. Мои мышцы расслабились, и меня охватило легкое чувство достижения цели. Достижение, которое я ощутила после работы над своим альбомом. Он был похоронен, но теперь поднимался из могилы.

Слезы высохли, и я стояла, глядя на небо, которое из конфетно-розового превратилось в пыльно-лососевое. Я посмотрела на время. Мне нужно было только переодеться во что-то красивое для вечеринки, учитывая, что мои волосы и макияж уже были готовы. Хотя после всех этих слез мне нужно будет немного подправить его, но это не займет слишком много времени. Прежде чем вернуться к машине, я открыла Фугл и поискала «Интерьеры КС». Появилось множество страниц с результатами, и я нажала на главный сайт. Он повторял то, что я сказала мистеру Терроу на встрече, но также имел галерею фотографий всех наших продуктов и информацию о предстоящих проектах, которые в настоящее время находятся в производстве. Там был список всех наших магазинов, а также склады некоторых из наших самых популярных продуктов. Наш последний раздел новостей показал, что, начиная со следующего года мы будем внедрять консультационную службу по украшению дома, и была форма для людей, которые могли предложить свои идеи.

Там же была фотография нашего главного офиса — улыбающаяся команда из четырнадцати человек, включая Вашего покорного слугу. Диора тоже была на фотографии, и, прокрутив вниз анкеты сотрудников, я обнаружила, что она была главой маркетинговой команды — удивительно, но это имело смысл, учитывая ее личность — и в настоящее время находилась в декретном отпуске. Не удивлена. Райана на фотографии не было, так что он, очевидно, проводил все свое время в прыжках с трамплина и создании — гм — музыки.

Возможно, я смогу вернуться к проектированию, когда вернусь домой в прошлое. Совместно с работой моделью. Мне все еще хотелось украшать подиумы и наслаждаться знакомством с фотографами. Женщина может делать и то, и другое, не так ли? Особенно теперь, когда знала, что способна на это.

Может, Грант вложит деньги в этот бизнес вместе со мной? Он мог взять все фотографии продуктов и выявить в них лучшее, как он сделал это со мной. Но будет ли бизнес иметь такой же успех, если Грант станет его частью? Захочет ли он вообще участвовать в этом? Я мысленно вернулась к Уиллу на встрече и тому, как он нервничал, но в то же время был нетерпелив. Как же он был счастлив после того, как покорил мистера Терроу! «Интерьеры КС» были его жизнью и страстью.

Я закрыла сайт и дверь в свои мысли, и попыталась дозвонится Селене. Наткнувшись еще раз на голосовую почту, я ввела ее имя в Фугл и щелкнула по изображениям.

Святая корова! Я была удивлена, увидев, как она теперь выглядит. Все еще красивая, но… ну, можно было сказать, она очень хорошо поработала над собой. Ее губы, казалось, ужалила пчела, а брови были в постоянном состоянии удивления. Я нажала на одну из фотографий, которая вела к статье под названием:«Я должна была остановиться после трех операций», где Селена открыто призналась, что сожалеет о четвертой процедуре, говоря, что зашла слишком далеко. Также нашла видео, где Селена принимает Оскар, и почувствовала укол гордости за ее достижение. На видео ее брови были примерно на полдюйма ниже, чем послеоперационные брови, и я согласилась, что ей стоило оставить все как есть.

На экране запищало и вспыхнуло текстовое сообщение, за которым тут же последовало еще одно. Первое было от Райана.

«Когда ты вернешься? Надеюсь, у тебя достаточно времени, чтобы подготовиться. Р.»

Я отправила ему ответное:

«Уже еду.»

Второе сообщение было от CareLab:

Подтверждения записи на маммографию в 9 утра во вторник.

О, какое счастье! Значит, в будущем появится необычное устройство для сканирования мозга, но ничего более продвинутого для сисек. Замечательно.

Я стряхнула с одежды пылинки грязи и пошла к машине, но прежде оглянулась на могилы, укрытые от заходящего солнца высоким деревом слева. Его ветви отбрасывали скелетообразные узоры на камни, точно так же, как деревья в домах, которые строил папа.

— До скорого, папочка.

Глава 13

Сорок пять минут до начала

«Жизнь — это одно проклятие за другим».

— Американская пословица

К счастью, машина вспомнила, где я живу, и благополучно помогла добраться до дома. Если бы я отправилась в прошлое, а не в будущее, у меня не было бы никакой надежды, если бы не было экипажей, управляемых лошадьми с фотографической памятью.

Несмотря на то, что я жила довольно близко к городу, мой дом был расположен в пригороде рая. Я въехала на Беллберд-драйв, встреченная рядами круглых серебристых огней, образующих пунктирные линии вдоль каждой стороны дороги. Я нахмурилась, заметив, что здесь нет линий электропередач. Совсем. Возможно, все было на солнечных батареях, или кто-то, возможно моя сестра — открыла неограниченный источник питания, где возобновляемая энергия и электричество подавались с щелчка. Я усмехнулась при этой мысли.

Я въехала на подъездную дорожку дома номер девять. Женщина средних лет в леггинсах и топе, слишком узком для ее фигуры, перестала подстригать кусты роз и помахала мне. Гараж был закрыт, и я не знала, как его открыть, поэтому припарковалась на подъездной дорожке и вышла из машины.

— Привет, Келли, — сказала она.

— Привет… — странная женщина, которую я никогда не встречала.

— Хороший вечер, а?

Я молча кивнула.

— Конечно.

— У тебя сегодня вечеринка или что-то в этом роде? — спросила она, нахмурившись и указывая на дом своими садовыми ножницами.

Из дома доносился низкий гул музыки, а рядом был припаркован фургон с надписью «Крупнейшие ночные поставщики». Думаю, моя соседка была немного раздражена тем, что ее не пригласили.

— А, просто небольшое семейное собрание, — ответила я, отстраняясь от боковой изгороди на случай, если она собиралась использовать свой садовый инструмент в качестве оружия. — Ну, лучше пойду в дом. Доброй ночи!

Я прошла вперед, прежде чем она успела ответить, и толкнула незапертую дверь. Кухня и гостиная превратились из обычного семейного дома во что-то похожее на киносъемочную площадку.

Анимированный фильм. Что на самом деле не имело смысла, потому что у них не было декораций для анимационных фильмов, не так ли? Все это делается на экране компьютера, но в любом случае, это выглядело карикатурно. Яркие бумажные цветы свисали с потолка глянцевыми воздушными шарами, длинные ленты от стены до стены и причудливое разноцветное освещение. Восхитительные пикантные запахи пронеслись мимо моего носа, когда я посмотрела в сторону кухни, где четыре человека в белых поварских костюмах суетились, как эльфы, занятые приготовлением пищи.

— Мама, ты здесь! Тебе лучше пойти и подготовиться, но сначала позволь провести небольшую экскурсию по моему творению. — Райан, одетый в какой-то нелепый наряд, махнул рукой в сторону гостиной. Когда он повернулся, я чуть не споткнулась о хвост, прикрепленный к его спине и волочащийся по полу.

Неужели в наши дни молодежь носит такую одежду? Как странно!

— Здесь у нас сад блаженства, где гости могут сесть на один из стульев и насладиться напитком и расслабляющей беседой, — объяснил Райан, указывая на дальний угол, где вокруг стульев лежали гигантские оригами — цветы лотоса, похожие на барные стулья, но более низкие и имеющие форму цилиндров с маленькой круглой подушкой сверху. С крыши свисали оригами бабочки и крошечные лотосы плавали в купальне для птиц.

Райан вывел меня наружу, в летнем ночном воздухе повеяло прохладой.

— Здесь, во внутреннем дворике, находится галактика, пространство вне этого мира для свежего воздуха и теплой пищи. — Большую часть пространства занимала серая мягкая уличная декорация, над которой висели крошечные волшебные огоньки, похожие на звезды. Меняющая цвет и излучающая тепло лампа занимала центральное место, отбрасывая жилистую радугу на кафельный пол, и голографические модели планет парили в воздухе, питаясь от небольшого устройства, прикрепленного к стене.

— А главное место, где будут собираться гости, — сказал он, ведя меня обратно внутрь, — это центр вечеринки, отсюда все эти серпантины, воздушные шары и яркие вещи повсюду.

— Ого, ты проделал действительно отличную работу! — Так и было. Селене и Гранту понравилось бы!

— Ну, мне нужно как можно больше практиковаться, прежде чем запущу в следующем году «Декорации КС для дома», — ответил он. — Кроме того, фотографии, которые я сделал здесь, будут потрясающими для моего университетского портфолио последнего года.

Ах, значит, он действительно работал на мою компанию, или, по крайней мере, будет, когда закончит учебу. Действительно, семейный бизнес. Я посмотрела на часы на своей электронной площадке.

— Ну, мне лучше пойти и подготовиться, да?

Райан покачал головой, словно очнувшись ото сна.

— О да, извини, что-то я увлекся своим новым миром. — Он коснулся моей поясницы и повел в коридор рядом с кухней.

— Не могу дождаться, чтобы увидеть твой наряд! — сказал он с улыбкой.

Вау. Не многие двадцатилетние сыновья интересуются нарядами матерей на День Рождения.

Я прошла мимо официантов, которые двигались, как маленькие роботы, и вошла в святая святых моей спальни. Наша с Уиллом спальня. Образ нас, скользящих вместе под одеялом, вспыхнул в голове. Почти так же быстро я от него избавилась.

Ладно, теперь… что надеть?

Я открыла шкаф, но не питала особых надежд на приличный наряд. Не после того, как утренний обыск привел к зверству кораллового цвета. Я просмотрела одежду, висящую на тонких металлических вешалках, молча ругая себя за то, что позволила моей коллекции моды висеть на таких хрупких конструкциях, вместо изогнутых деревянных вешалок, которые сохраняли форму одежды и предотвращали этот красноречивый заостренный край плеча. Разве «Интерьеры КС» не делает вешалки для одежды?

В отчаянии я вздохнула и прислонилась к раме шкафа, как вдруг одежда начала двигаться сама по себе. Она скользнула боком по стойке, прежде чем развернуться и исчезнуть в стене. Новая одежда постепенно появлялась с другой стороны, выходя из стены и изгибаясь вперед. Вращающийся шкаф! В конце концов, это прекратилось, и у меня появился новый выбор одежды. Эта была намного приятнее, хотя и немного зрелая на мой вкус одежда, и я пролистала варианты. Мои губы надулись, когда я вспомнила красное платье, которое купила и планировала надеть на свой двадцать пятый День Рождения, но теперь не могла. Я даже купила подходящее нижнее белье; милый лифчик-балконет с блестками и кружевные трусики-бикини. Ну, надеюсь, я все еще смогу их надеть.

Я продолжала оценивать свои возможности, вытаскивая несколько из стойки и прижимая их к своему телу перед зеркалом, на мгновение содрогаясь от своего размазанного макияжа и искусственно растрепанных волос. Поджав губы, я положила одежду обратно на полку и снова просмотрела список. На вешалке висела защитная накладка, и я приподняла ее нижнюю часть, чтобы показать, что она защищает.

Мое красное платье! Я хранила его все эти годы! Я сняла накидку и платье с вешалки и вытянула его перед собой. Блестки, прилипшие к мягкой обтягивающей фигуру ткани, мерцали в свете лампы в спальне, и я улыбнулась, довольная, что у меня есть что-то из прошлого. Что-то, напоминающее мне, что моя прежняя жизнь была не просто сном, быстро исчезающим из сознания.

Я прижала платье к телу и посмотрела в зеркало. Моя улыбка сползла вниз, когда я посмотрела на свое платье — а затем на тело.

Я положила платье на кровать и пощупала его руками. Оно было эластичным, могло подойти. Я могла бы втиснуться в него, если бы подо мной было какое-нибудь подходящее по фигуре нижнее белье. Или даже портативный аппарат для липосакции.

Я выдвинула ящики комода и порылась в каждом, быстро закрыв первый, когда наткнулась на нижнее белье Уилла. В третьей лежали различные чулки, колготки… и вуаля! Это выглядело многообещающе! Я вытащила нераспечатанный картонный пакет с фотографией стройной женщины в защитном костюме цвета кожи.

Волшебный стройный костюм — уменьшите размер платья и покажите свою тонкую внутреннюю богиню!

Должно быть, это связано с магией молодости лица, подумала я, снимая пластик и вытаскивая бежевый костюм, который выглядел более тесным, чем красное платье. Мне может понадобится нижнее белье для поддержки, чтобы быть в состоянии вписаться в костюм. Я буду самой настоящей русской барби.

Я перевернула пакет, чтобы посмотреть, есть ли инструкции для костюма, но все, что там было сказано, — поднять его над головой и скатать вниз по телу. На диаграмме была изображена женщина, которая явно не нуждалась в костюме, с удовольствием надевая его. Там также сказано, что под костюм нужно надеть тонкие трусы. Я перевернула пакет вверх дном и вытряхнула спрятанное белье. Трусики выглядели так, словно были сделаны для семилетнего ребенка.

Ладно, поехали. Я собиралась влезть в это платье, даже если оно убьет меня.

Я скинула туфли и сняла свой наряд с изогнутым подолом, решив оставить лифчик, хотя он не был точно сотрудником месяца для поддержки груди. Надела трусы, ткань которых растянулась в три раза больше, и подтянула их к бедрам, где они резко застряли, как автомобиль в потоке машин на шоссе, или, в данном случае, «автомагистрали».

— Фух, — буркнула с усилием, подтягивая трусы вверх. Они сдвинулись лишь чуть-чуть, так что я хмыкнула и потянула еще. Прыжок с тарзанки мог бы пригодиться прямо сейчас. — Фух, — продолжила я, подпрыгивая на месте в надежде натянуть трусы на бедра, вероятно, заставляя закуски на кухне подпрыгивать на своих тарелках, в то время как роботы-официанты в замешательстве наблюдали за ними.

— Ну же! — Я потянула сильнее, и трусы взлетели вверх по моим бедрам и придавили мой желеобразный живот. Ну, кроме верхней части живота, где складки вздымались, как гигантский гриб.

Волшебный костюм это исправит.

— Готово. — Я вздохнула с облегчением, пока страх не охватил меня, когда поняла, что каждый поход в ванную будет олимпийским подвигом. Мне просто нужно было не торопиться с выпивкой, и в любом случае, нужно дожить до торта.

Теперь о костюме. Я держала крошечную вещицу перед собой и растягивала ее. Он довольно хорош. Я подняла его над головой, просунула в него руки, и он сел горизонтальным комком поперек моих ключиц.

Правильно, шаг первый — проверка! А теперь натянуть на себя. Я глубоко вдохнула и выдохнула, быстро натягивая костюм, но он был только наполовину на моей груди. Я снова глубоко вздохнула и, выпустив из легких как можно больше воздуха, потянула его дальше вниз по груди, расплющивая грудь по пути. Я могла бы отменить маммографию, так как волшебный стройный костюм, очевидно, имел свою собственную встроенную функцию.

— Ох, — произнесла я, костюм теперь плотно прилегал к моей грудной клетке.

Шаг второй — проверка! Последним действием было сжать его вниз по животу и, надеюсь, это уберет мои складки на животе. Я не должна была смотреть в зеркало в тот момент, но посмотрела, шокированная тем, что я была похожа на Рождественский крекер: плотно сжатая сверху и снизу, но толстая внутри середина.

— Ладно, давай сделаем это. — Я схватила костюм обеими руками и потянула его вниз по талии, сжимая в середине, как тюбик зубной пасты, и в конце концов он скользнул по моим бедрам, где заканчивался чуть выше колен.

— Миссия выполнена. — Я удовлетворенно кивнула. Вот только… почему так трудно дышать?

Скафандр сдавливал грудную клетку, и я не могла сделать вдохнуть. Это осознание только ухудшило ситуацию, и я запаниковала. О нет, о нет, лучше снять эту штуку!

Я изменила свои предыдущие шаги и потянула костюм вверх, направляя его вдоль по бедрам и животу с одним гигантским ворчанием, вверх по груди, и руками я случайно ударила себя по лицу от усилия.

Я несколько раз вздохнула с облегчением, когда костюм на мгновение оказался у меня под мышками. Скрестила руки на груди, приложив ладони к подмышкам, и начала натягивать костюм на плечи и голову. Только он застрял на полпути к моим локтям, мое лицо было скрыто бежевым одеялом, а руки подняты вверх, пойманные в ловушку рядом с головой внутри костюма, который, черт возьми, не был волшебным.

— Уф! — Эта штука была похожа на чертову смирительную рубашку! Я бы хотела посмотреть, как Гудини выберется из этой передряги. Я извивалась, но костюм не поддавался, и теперь он почти перекрывал мне доступ воздуха, как и во время прыжка с тарзанки. — Уф!

Я запаниковала, костюм приглушил мой голос. Я крутилась и вертелась, туда-сюда, все время пытаясь снять костюм через голову, но он оставался на месте. В своих яростных попытках я наткнулась на край кровати и упала на пол. Мои ноги болтались, когда я пыталась встать без рук, которые беспомощно болтались над головой с моими локтевыми суставами, зафиксированными на месте «чудодейственной непроницаемой тройной тканью» магического костюма.

Волшебный костюм для моей задницы. Больше похоже на костюм смерти — эта штука убивала меня!

Я снова ухватилась за край ткани, потянула так сильно, как только могла, но смогла только сжать лицо, мой вздернутый нос теперь практически касался лба. Должно быть, я была похожа на одного из тех преступников с чулками на лице. Я могла бы ограбить банк в этой штуке, мне нужен только был сообщник — или собака-поводырь, — чтобы показать, куда, черт возьми, идти и, возможно, кислородный баллон, который будет питать меня через соломинку.

О Боже мой! Что же теперь делать? Мой разум закружился в хаотическом тумане, паника росла внутри, и шансы выбраться из этого затруднительного положения живой казались все меньше с каждой минутой. В отличие от моего живота.

В голове пронеслись безумные образы Уилла, обнаружившего меня без сознания на полу спальни; волшебный костюм все еще закрывал голову, руки торчали в воздухе… парамедики увозили меня в больницу… Уилл бы с тревогой ждал за дверью операционной, а доктор появился бы с выражением поражения, стягивая маску с лица в смирении.

Простите, Мистер МаксНелли. Мы сделали все, что могли. Кое-что нам удалось убрать, но, боюсь, не все. Ситуация зашла слишком далеко, и она больше не смогла бороться.

Мне очень жаль.

Уилл начинает горевать, а доктор возвращается в операционную и подписывает мое свидетельство о смерти. Причина смерти: удушение волшебным стройным костюмом. Судебный процесс — ха! насколько это уместно — последует, и, если костюмы не будут сняты с рынка, они, по крайней мере, будут с предупреждением на пачке, как сигареты: используйте волшебный костюм на свой страх и риск. Может привести к смерти, деформации или посттравматическому стрессовому расстройству. У них была бы нелепая фотография какой-нибудь бедной женщины — возможно, меня — запертой в скафандре. На других были бы видны гангренозные руки, лишенные кровообращения, и лица, навсегда обезображенные давлением, оказываемым костюмом во время попытки снятия. Тогда я поняла, что у меня будет закрытый гроб, чтобы избавить мою семью от травмы видеть меня такой. Говоря о гробах, мне, вероятно, понадобится очень длинный, чтобы вместить руки, постоянно вытянутые над головой не только из-за застрявшего магического костюма, но и из-за трупного окоченения.

Прежде чем мой разум увлекся еще больше нелепыми видениями из-за нехватки кислорода, я поняла, что мне нужна помощь.

— Помогите! — закричала я приглушенным голосом, слепо следуя туда, где, как я помнила, была дверь спальни. — Райан, помоги! — закричала я через дверь и, не в силах открыть ее, ударила по ней кулаками, добавив для пущей убедительности пинок ногой. Дверь распахнулась и ударила меня по голове, только усилив головокружение и дезориентацию.

— Мама! О Боже мой! — послышался голос Райана, когда он дернул за верхнюю часть костюма.

— Сними его с меня! — воскликнула я.

— Я пытаюсь, пытаюсь! — Он продолжал дергать.

Бедный мальчик, я, наверное, искалечила его на всю жизнь. Слава Богу, у меня хватило здравого смысла не снимать лифчик, иначе ситуация была бы намного хуже, если бы показалась грудь.

— Фух! — Райан хмыкнул и заговорил приглушенным голосом.

— Что ты сказал? Я плохо слышу! — Мои руки были прижаты к ушам, так что я не только едва могла дышать, говорить или двигаться, но и была наполовину глухой.

— Я сказал: тебе придется опустить его обратно, хорошо? — закричал он.

— Нет! Я должна снять его, прямо сейчас!

— Знаю, но я пытался, и не могу. Давай спустим его вниз, чтобы мы могли решить, что делать!

Вот только я не могла опустить его обратно, потому что руки застряли, и вся кровь, скорее всего, вытекла из них. Райан потянул костюм, и он медленно покатился вниз по моим рукам, через голову и плечи, пока мое лицо не освободилось, и я быстро втянула чудесные, восхитительные глотки воздуха.

— Ну вот, по крайней мере, ты можешь дышать, — сказал Райан.

— Я… я… пыталась его… снять, спасибо. — Я отвернулась от сына и натянула костюм обратно на грудь, а потом по животу и бедрам. Неглубокие вдохи, которые я делала, были приятным контрастом с удушьем, которое испытала.

— Может, воспользоваться ножницами? — спросил Райан, указывая на дверь, за которой в ужасе наблюдали двое официантов.

— Нет, просто оставлю его так. Все в порядке, я могу дышать. Немного тесновато, но не так уж и плохо. Как только ночь закончится, я наброшусь на него с ножницами. — Что мне, вероятно, и не нужно было делать, потому что, как только появится торт, я тут же уберусь отсюда! По крайней мере, на это надеялась. Больше я не могу терпеть.

Это была последняя капля. Если случится худшее и я все еще буду здесь после вечеринки, то, по крайней мере, волшебный костюм будет сдерживать ухаживания Уильяма, и, вероятно, он сдастся и уснет.

— Ты уверена? — спросил Райан, и я кивнула.

— Хотя можешь помочь мне надеть платье, на всякий случай? — Я одарила его извиняющейся улыбкой, когда влезла в платье, мое тело еще больше сжалось, когда он застегивал молнию на спине. В какой-то момент показалось, что она не застегнется до конца, но нет. Все получилось.

После самого травмирующего момента в моей жизни, за исключением прыжка с тарзанки, я была одета и готова к вечеринке. Если не считать волос, которые казались накрахмаленными, и губной помады, которая теперь была на моем носу, и подводки для глаз, размазанная на морщинистом лбу.

— Зачем ты вообще надела это платье, мам? — спросил Райан, и на его лице появились морщинки замешательства.

— А что? Не нравится? — Неужели красные обтягивающие платья с бретельками вышли из моды?

— Конечно, нравится, но это немного старомодно, и вообще, это не совсем костюм.

— Что?

— Маскарадный костюм. Твой День Рождения — это костюмированная вечеринка, помнишь?

Вот черт. Черт. Черт. Черт.

Я так старалась, а могла бы просто надеть большую белую простыню, легко прикрыть все свои части и назвать себя призраком. Глаза Райана ждали ответа, поэтому я ломала голову в поисках оправдания.

— Я… я… одета как двадцатипятилетняя.

Блестяще, Келли!

Рот Райана сложился в букву «О».

— Правда. Ладно, я думаю, это другое, но отличная идея, мам.

Фух. Драма предотвращена.

— Так ты тогда любила туфли? — Он посмотрел на мои босые ноги.

— Ах, туфли, да, мне нужны туфли!

Пальцами цепляюсь за ручку нижней дверцы шкафа и тяну на себя. К счастью, было приличное количество обуви на выбор, а мои ноги не набрали вес и не нуждались в утяжке. Красных туфель, подходящих к платью, не было, поэтому я вытащила пару простых босоножек на каблуке и обулась.

Пока это делала, Райан натянул на лицо какую-то маску, и я откинула голову назад, осознав, что его хвост был частью маскарадного костюма, а не последней модой, как я изначально думала.

— Так и какой у тебя костюм? — спросила я.

— Серьезно? — сказал он. — А ты не догадалась?

Я пожала плечами и подняла ладони вверх, как будто ответ мог упасть мне в руки.

— Ящерица, — сказал он в шутливой манере.

— Какая именно?

— Ну, знаешь… ящерицу из серии книг и фильмов?

Я тупо уставилась на него.

— Мутантный ящер-крокодил, который победил Повелителя Заркана, чтобы освободить жителей острова Дрокон? Единственная книжная и кинофраншиза, которая превзошла по продажам Гарри Поттера?

— Ах, эта ящерица, конечно!

Как, черт возьми, мутантная ящерица-крокодил может превзойти Гарри Поттера?

— А Бен оденется фриком, моим сообщником. — Я снова тупо уставилась на Райана, пока он говорил. — Ящерица. Змея. Фрик?

— Да, точно. Я просто давно его не смотрела. — Боже, надеюсь, что он не был выпущен только на прошлой неделе или совсем недавно. Мне действительно нужно научиться думать, прежде чем говорить. — Значит, Бен приедет, да? Ты не думал о том, чтобы рассказать ему о своих чувствах?

Райан опустил голову и сел на кровать.

— Я думал сказать ему сегодня вечером, но все еще не уверен. А что, если он не чувствует того же, а потом уйдет, и наша группа распадется, и он никогда больше не заговорит со мной, и я больше не смогу получать скидки на прыжки с тарзанки?

Я села рядом с Райаном на кровать, тронутая тем, что он может говорить со своей матерью об этих вещах. Должно быть, я очень крутая.

— Ты никогда не узнаешь, если не попытаешься, — сказала я.

— Знаю. Я просто… боюсь. — Он поднял свой хвост и стал возиться с торчащими из него шипами.

Осознание того, насколько это важно для него была как пощечина. Весь день я была занята только собой, но каким-то образом это будущее было реальным, даже если оно не больше не повторится, как только я вернусь домой. Райан нуждался в моей помощи, в моих словах мудрости, если я могла их вымолвить из себя.

Я резко втянула в себя воздух, все еще чувствуя нехватку кислорода после недавней травмы, и ответила:

— Если действительно любишь кого-то и хочешь быть с ним, ты не можешь тратить время на размышления. Ты должен пойти на риск, воспользоваться возможностью, когда она появляется, и сказать о своих чувствах. Потому что однажды ты можешь проснуться, а его нет. Не позволяй шансу быть счастливым ускользнуть от тебя.

Широко раскрытые глаза Райана смотрели на меня из-под крокодиловой маски, и он улыбнулся.

— Ты абсолютно права, мама. Я все ему расскажу. Сегодня вечером.

Я всерьез надеялась, что дала ему правильный совет, а не просто вырыла пресловутую могилу для его эго.

Я сказала то, что считала правильным, а остальное зависело от него. Он был взрослым человеком, э-э… ящерицей.

— Мы что, устраиваем вечеринку здесь? — Уилл толкнул дверь спальни и вошел, сняв галстук через голову, скинув туфли и поставив сумку с покупками — без сомнения, содержавшую наши сексуальные принадлежности — в углу комнаты.

— Мы с мамой просто поболтали, но мне лучше спуститься до прихода гостей, — сказал Райан. — Тебе надо поторопиться со своим костюмом, папа.

— Да, я знаю. Это не займет много времени, это цельный костюм, — сказал он, и мы с Райаном расхохотались. Если бы он только знал, через что мне пришлось пройти с моим цельным костюмом.

Уилл посмотрел на нас с любопытной улыбкой, и я махнула ему рукой. — Это наша, «для своих», шутка, не волнуйся.

— Вполне справедливо. — Он расстегнул рубашку, затем остановился, чтобы взглянуть на свою электронную площадку. — Черт, у меня не будет времени принять душ. — Он достал из прикроватной тумбочки флакон дезодоранта, быстро опрыскал подмышки, и комнату наполнил теплый пряный аромат. — Эй, почему ты не надела свой костюм?

— Она в образе двадцатипятилетней, — объяснил Райан, улыбаясь и выходя из спальни, оставляя после себя аромат фруктового лосьона после бритья, который боролся с противоположным запахом дезодоранта Уилла.

— Правда? — Уилл бочком подобрался ко мне. — В том возрасте, когда мы впервые встретились, да?

— Да, я подумала, что это хорошая идея.

— И ты даже надела то же платье, что и в тот вечер. — Он провел рукой по моей руке и окинул взглядом все тело. — Хорошо выглядишь, милая. — Он снял рубашку и засунул ее в желоб, похожий на тот, что был на кухне, обнажив легкий слой волос на груди и неплохой рельефный пресс. Не идеальный, но он явно занимался собой. Как для старикашки.

— Спасибо, — сказала я, когда он расстегнул ремень, и, понимая, что увижу намного больше Уилла, чем привыкла, если не начну действовать в ближайшее время, я потащила свое плотно закрытое тело в ванную комнату и открыла дверь. — Я… я только поправлю прическу и макияж. — Я закрыла за собой дверь как раз в тот момент, когда брюки соскользнули с его ног.

Я поправила макияж и нашла в шкафчике щетку, резинку для волос и заколки, чтобы уложить волосы. Побрызгала себя какими-то духами, о которых никогда не слышала, но пахло божественно, и приоткрыла дверь, чтобы убедиться, что Уилл был в приличном виде. У меня отвисла челюсть, когда я открыла дверь и увидела Уилла в костюме Супермена, стоящего с кулаками, твердо упертыми в бедра, и подчеркнутыми мускулами костюма, которые выглядели больше, чем на самом деле.

— Я пришел, чтобы спасти тебя, — сказал он, подхватывая меня на руки и со смехом падая на кровать рядом со мной. — Ладно, мои сверхспособности могут проявиться чуть позже. Сначала мне нужно согреться. — Он улыбнулся, и я тоже не смогла удержаться от улыбки. Он был таким придурком. Но, тем не менее, симпатичным придурком.

Динь-дон!

— Похоже, первые гости прибыли, — сказал Уилл.

— Можешь помочь мне встать? Мое платье немного тесновато сбоку.

Он толкнул меня на спину, чтобы поднять мое окоченевшее тело с кровати, и я сделала подготовительный вдох.

— Ну что, пойдем? — Он протянул мне согнутый локоть, и я, взяв его под руку, направилась туда, где должна была начаться вечеринка.

Глава 14

Время вечеринки!

«Только потеряв, мы начинаем понимать самих себя».

— Генри Дэвид Торо

— Это птица, это самолет, это…

— Это твой отец, а теперь иди сюда и обними меня. — Уилл обнял Диору.

— Как малышка?

— Брыкается как сумасшедшая. Уверена, она уже устроила свою вечеринку. — Диора вразвалку вошла в гостиную, мягкая сетка ее розового костюма феи развивалась из стороны в сторону. Причудливые крылья, прикрепленные к ее спине, не обеспечивали никакой легкости, когда она тащилась, пытаясь присесть.

— Ну что, парень, готов к отцовству? — спросил Уилл человека в костюме волшебника, предположительно Дамблдора, поскольку на нем были тонкие очки, длинная белая борода, стянутая в конский хвост спереди, и причудливая одежда, волочащаяся по полу.

— Готов как никогда, — ответил он.

Подошел невысокий официант с подносом напитков, похожих на пробирки.

— Шампанское, сэр? — спросил он Уилла, который взял пробирку и сделал глоток.

— Спасибо.

— А Вы, сэр? — спросила официантка у мужа Диоры.

— Нет, спасибо. У меня дежурство по вызову. — Он указал на Диору и ее выпирающий живот. — Со дня на день.

Официант кивнул.

— Может, газированной минеральной воды, безалкогольного напитка или сока?

— Минеральную воду с лаймом, пожалуйста, — сказал он, и официант исчез на кухне, вернулся с двумя тюбиками зеленоватой жидкости и протянул один Диоре.

— А что бы хотела выпить именинница? — Официант повернулся ко мне.

— Шампанского, пожалуйста. — Я пожалела о своем решении, как только он протянул мне пробирку, и я выпила половину за один раз. Как я должна была пойти на вечеринку, не приняв ванну и не имея свиту помощников, чтобы они помогли с моим нижним бельем — понятия не имела.

Муж Диоры поцеловал меня в щеку и вручил небольшой подарок. Уилл взял его у меня и отнес на специальный столик для подарков, на котором стояла ваза с цветами от Селены и к нему конверт. Интересно, я сама придумала эту вазу? Она была уникальной, по форме напоминала спиральный всплеск воды, обвивающейся вокруг стеблей. Красиво.

— Спасибо, — сказала я с улыбкой и подошла к Диоре в саду блаженства, чтобы по-матерински обнять ее, и мы немного поговорили о трех стадиях родов и типах ароматерапевтических масел, которые она планировала использовать, наряду с соответствующей музыкой, чтобы максимизировать эффективность сокращений матки. Я ожидала, она достанет дистанционное устройство, подобное тому, которое я использовала на встрече, и проведет презентацию, полную графиков, анимации и звуковых эффектов, но была спасена.

— С Днем Рождения наша любимая невестка!

Женщина в зеленом платье с большой голубой прической в виде улья и такими же фальшивыми глазами вошла в парадную дверь вместе с крупным мужчиной глазами в форме пятирублевой монеты, одетым в белую футболку, которая, очевидно, была набита дополнительной прокладкой вокруг живота.

— Ой, я совсем забыл про подарок! — Мужчина нырнул наружу и через несколько секунд вернулся с завернутой коробкой.

Так, так, так… похоже, родители моего мужа были Мардж и Гомер Симпсоны. Получается, Симпсоны все еще были популярны двадцать пять лет спустя! Они обняли меня и спросили, почему я не в маскарадном костюме, на что я ответила им, что я — двадцатипятилетняя Келли, и они тоже, как и Райан, решили, что это гениальная идея.

Мардж прошла через гостиную, охая и ахая, глядя на украшения, и ее улей запутался в нитке цветов оригами, свисающих с потолка.

— О боже, за что я зацепилась? — Она потянула за шнурок, и вместо того, чтобы вылезти из улья, она свалилась с потолка.

— О, мне ужасно жаль, — сказала она, взглянув на Райана, потом на мужа. — Хотела же прийти в костюме Мадонны. — Она продолжала дергать цветы, прилипшие к ее улью, но они не сдвинулись с места.

— Оставь их, думаю, они неплохо смотрятся, — сказал Райан, делая снимок Мардж. — А вы двое, сюда. — Райан жестом пригласил Уилла и меня встать рядом с Садом Блаженств. Он фотографировал на свою площадку и сделал то же самое с Диорой и Дамблдором, а также с родителями, которых я буду называть Мардж и Гомер, пока не узнаю их настоящие имена. Или всегда могу называть их мамой и папой. Невестки часто так делают, правда?

Интересно, какими были родители Гранта? Я знала, что они разведены, но, очевидно, все еще владели инвестиционной компанией и жили на одной улице. Я должна была встретиться с ними завтра днем по пути в роскошный коттедж, который мы забронировали на выходные. Как раз вовремя, учитывая, что нам с Грантом нужно сделать объявление.

— Могу я предложить Вам выпить, сэр? — В истинно гомеровской манере мой временный тесть принял пиво от официанта и отправился в Галактику. Мардж последовала за ним, застряв по пути на другом цветке.

Я допила остатки шампанского, когда в дверь снова позвонили. Вошла Кейси, обнажив немного больше кожи, чем было уместно для кого-то ее размера. На ней было коричневое платье — или, точнее, кусок ткани — обернутый вокруг ее тела, как диагональный пояс, и ее волосы были в полном беспорядке. — Я, пещерная женщина, — хрипло сказала она.

— А я — пещерный человек. — Вслед за ней в дверь вошел мужчина, на котором не было ничего, кроме коричневого кушака, прикрывающего пах, и неряшливой фальшивой бороды, прикрепленной к подбородку. Если он был ученым, то выглядел так, словно проводил больше времени на свежем воздухе, чем внутри помещения, и больше времени в спортзале, чем в лаборатории. Он был подтянут, бодр и горяч, он был…

Макс Шелдон! Модель нижнего белья, в которого Кейси была влюблена с незапамятных времен, и который должен был присоединиться ко мне на вечеринке в честь моего двадцатипятилетия.

Кейси вышла замуж за Макса Шелдона? Как ей удалось заполучить такого, как он? У него были женщины, которые были без ума от него; у него могла быть любая женщина в целом мире, но он выбрал… мою сестру?

Я взяла себя в руки и приветствовала их в доме поцелуем в щеку и долгим объятием для Макса, потому что хотела почувствовать, были ли его мышцы такими же твердыми, какими казались.

Так и было.

— Рада тебя видеть, Макс, ты выглядишь… очень естественно.

Он хмыкнул, как пещерный человек, а потом рассмеялся.

— Это была идея Кейси, и к тому же довольно хорошей. Особенно учитывая сегодняшнюю теплую погоду.

Кейси бочком подошла к мужу.

— Сегодня будет еще теплее, — прошептала она, но не настолько тихо, чтобы я не услышала, и Макс нахально улыбнулся и обнял ее, притягивая к себе для поцелуя.

Бах! Пробка от шампанского вылетела, осколки стекла разлетелись по комнате.

— Черт! Извините, — сказала я ближайшему официанту, который ловко сгреб разбитое стекло и протянул какую-то мини-всасывающую машину, которая убрала все мелкие осколки.

Кейси подошла и наклонилась к моему уху.

— Ты в порядке? Ты была очень расстроена за обедом, сейчас получше?

— Да, конечно. Извини, у меня был тяжелый день, вот и все. — Я натянула уверенную улыбку. — Но сегодняшний вечер обещает быть великолепным, не так ли? Ты с Максом, ух ты, не могу поверить…

Ой.

— Чему именно?

— Не могу поверить, как… прекрасно вы оба выглядите. Возраст благосклонен к Максу, да?

— Не то слово. — Она подмигнула, прежде чем осторожно положить подарок на стол.

Я еще раз объяснила почему на мне нормальная, хотя и несколько старомодная одежда, и взяла шампанское с подноса. Райан прибавил громкость музыки, которая явно не была его творением, так как звучала очень гармонично. Приятная, атмосферная, но не слишком, чтобы уснуть. Я покачала головой и постучала пальцем по ноге, чтобы выглядеть довольной собой, и была благодарна за то, что если не знаю чьего-то имени, то можно было называть его по костюму. Главное, чтобы больше не было сюрпризов а-ля Ящерица.

Возле двери послышался шум голосов, когда вошли двое мужчин в костюмах полицейских — ладно, на мгновение я подумала, что это действительно полицейские, — и вздрогнула, увидев фигуру женщины в замысловатом костюме призрака. Многослойный белая тюль покрывала все ее тело, кроме лица, выкрашенного в белый цвет, с серыми тенями под глазами.

— Уже оправилась от своего горячего прилива? — спросил призрак.

— Элейн?

— Мой костюм настолько хорош, а? Ты даже не узнала свою лучшую подругу? — Она подмигнула.

— Это фантастика, действительно жутко. — Я кивнула, посмеиваясь про себя, что она, вероятно, оделась как призрак, чтобы не надевать обтягивающий костюм, как я. Догадливая.

Полицейские дружески похлопали Уилла по спине, а затем подошли ко мне и обняли, на что я ответила довольно трогательно, так как не могла вытянуть руки выше плеч из-за ограничения своего наряда. В дом вошла женщина и обняла за плечи одного из мужчин, затем появилась знакомая мне женщина и подошла к Райану. Она громко и смачно поцеловала его в обе щеки, что, судя по выражению его лица, ему это не понравилось. На ней было легкое белое платье на бретельках, светлый парик и кроваво-красная помада, теперь отпечатавшаяся на небольшой части щек Райана, видневшейся сквозь маску.

Очевидно, это была Мэрилин Монро, и я узнала в ней женщину из лифта, которая разговаривала со мной по дороге на встречу в «Интерьерах КС».

— Регина, давно не виделись? — В голосе Уилла послышался сарказм.

— И все же я по тебе скучала. — Она повторила свой фест поцелуев на щеках Уилла, прежде чем подойти к двум мужчинам, которые вошли ранее. — А это у нас кто? — обратилась она к ним, протягивая руку. Судя по выражению их лиц, они не знали, ждет ли она, что они поцелуют ее руку или пожмут, но, схватив за руку, Регина притянула к себе одного из мужчин и поцеловала его в щеки; на его раскрасневшемся лице остался след от ее красной помады.

— Келли, дорогая. — Регина тоже чмокнула меня. — Извини, что не зашла поболтать сегодня, но я знала, что у тебя важная встреча. Как все прошло?

— Это было… интересно, — ответила я. — Думаю, неплохо.

— И разве ты не выглядишь восхитительно сегодня вечером? Твое платье, шикарное и винтажное. — Она положила пальцы на лямку платья.

Винтаж? Это был новый сезон Веры Вонг.

— А кто этот великолепный парень, которого мне удалось смутить? — Она указала на одного из фальшивых полицейских. — Я знаю только его имя… Стивен. Но кто он?

— Гм… ну, э-э…

Откуда мне знать, черт возьми?

Уилл подошел и обнял каждого из нас за плечи.

— Я слышал, ты флиртовала с моим младшим братом, Регина?

— Стивен — его брат. — Я кивнула, как будто знала это с самого начала. Фух! Спасибо, Уилл.

— А тот, второй?

— Это мой старший брат Джон, — ответил Уилл. — И, — подчеркнул он, — женщина рядом с ним — его жена.

— Понятно, тогда не стану с ним флиртовать, если только… вы не скажете, что их брак крепок? Или не особо? — Она соединила большой и указательный пальцы в воздухе.

— Даже не думай об этом. — Уилл погрозил Регине пальцем, и когда официант поставил перед ней поднос, она быстро взяла пробирку и запрокинула голову.

В дом заходили все больше людей, одетых в самые разные костюмы — от ковбоев до клоунов. Никто не думал о том, чтобы прийти сюда в более молодежном, и я была очень горда тем, что выделяюсь среди толпы людей, выглядящих как идиоты.

— Келли, С Днем Рождения! — сказала женщина лет тридцати или около того, закутанная в одеяние Клеопатры с длинными черными волосами, которые выглядели очень натурально. — Ты обдумала предложение Мориса, которое он озвучил в понедельник? Я имею в виду, что ты на самом деле думаешь?

А?

Морис. Предложение. Ладно, я сделаю это.

— Ну, я думала, что это… мило.

— Мило?

— Да. Разве нет? Предложения всегда приятны.

Она нахмурилась и склонила голову набок.

— Я никогда не думала о них в таком ключе, но думаю, они могут показаться милыми. Учитывая, что они пытаются завоевать тебя.

— Конечно.

— Так ты согласишься? — спросила она.

Я снова чуть не выронила свою пробирку с шампанским.

— Что? — Я?

— Ну, решение, конечно, остается за тобой. Ты — креативный директор.

О-о-о-о, да. Деловое предложение. Не предложение руки и сердца. Прикинь, Келли! Я прочистила горло.

— Мне придется обсудить это с Уиллом и хорошенько подумать.

— Хорошо, с нетерпением жду твоего решения. — Она улыбнулась и отвернулась, приветствуя мужчину в костюме сэндвича. Сэндвич, серьезно?

Уилл, э-э… Супермен шагнул ко мне, вытянув одну руку и сжав пальцы в кулак, как будто летел. Я не удержалась и хихикнула.

— Вечеринка проходит отлично, да? Костюмы просто фантастические, — сказал он.

Я кивнула, но со всеми этими странными людьми вокруг, я чувствовала себя подавленной и неуместной.

— Эй, как насчет того, чтобы съесть праздничный торт и, наконец, забыть про него? Что скажешь? — Я мечтала о мерцании свечей в честь Дня Рождения и запахе тающего воска, предвещавшем исполнение моего желания и, надеюсь, возвращение домой. Это было довольно круто — испытать технологию будущего, но у меня гудели ноги, болел мозг, сиськи болезненно сжаты до предела, и я устала притворяться. Я была готова вернуться домой.

— Даже не думай об этом, торт будет главным событием вечера, поэтому, естественно, мы оставим его до конца вечеринки. Тебе придется подождать. — Уилл постучал по кончику моего носа, как ребенку, который хочет открыть подарки в канун Рождества.

— Но…

— Никаких «но», просто наслаждайся следующими несколькими часами, и не успеешь оглянуться, как торт уже будет перед тобой, тогда сможешь официально попрощаться с сорок девятым годом.

Попрощаться? Сорок девять? Да я особо никогда не радовалась этой цифре. А несколько часов? О боже, теперь нужно снова отсчитывать время. Я надулась и вздохнула, но Уилл не заметил, потому что появился еще один гость и похитил его внимание.

Ладно, я справлюсь с этим. Я бывала на многих вечеринках и раньше, просто нужно было запомнить три золотых правила, и все будет хорошо:

1. Улыбайся и постоянно кивай во время разговора, даже если понятия не имеешь, о чем говорит собеседник.

2. Всегда держи в руке стакан (или в данном случае пробирку).

3. И НИКОГДА не стой прямо под люминесцентными лампами.

Что ж, проще простого. Белая Вуаль подплыла ко мне.

— Дом выглядит великолепно, да? — сказала Элейн-призрак. — Райан очень талантливый. Я хочу попросить его приукрасить мою квартиру, когда он закончит университет. Если, разумеется смогу себе это позволить. — Она с надеждой посмотрела на меня.

— О, конечно, мы сделаем тебе скидку, Элейн.

— О, спасибо. — Она положила руку на свое тюлевое сердце и вздохнула. — Ты везунчик.

— Что ты имеешь в виду? — Моя пробирка с шампанским задрожала возле рта, пока я ждала ответа.

— Я наблюдала за вами двумя. Он любит тебя так же, как раньше. Тебе очень повезло. — Мы обе посмотрели на Уилла, который сравнивал фальшивые мышцы с кем-то, одетым как Халк, хотя Макс Шелдон превзошел их обоих своими естественными мышцами.

— Гм, спасибо.

Я не знала, что еще сказать.

— Знаешь, что, Кел? Я часто думаю… если бы я могла вернуться в прошлое и принять другие решения, были бы мы с Питером все еще вместе? Если бы последовала своим мечтам, а не отбрасывала их в надежде стать идеальной женой и матерью, может быть, я не обижалась бы на него и на себя, и все было бы по-другому. Хотелось бы мне узнать.

Элейн больше заслуживала скачка в будущее, чем я, или, в ее случае, скачка назад или чего-то подобного, чтобы она могла жить так, как хотела, и, возможно, спасти свой брак.

Почему это явление случилось со мной?

— О чем ты мечтала, Элейн?

— Ну, знаешь, стать шеф-поваром и открыть ресторан, или даже маленькую кондитерскую с мастер-классами украшения тортов по выходным, делать красивые свадебные торты, торты на Дни Рождения. Но работа Питера в полицейском управлении и его непредсказуемый график сделали бы все это невозможным, плюс дети, а мы не могли позволить себе няню. — Она сделала глоток шампанского. — Мне было проще применить свои кулинарные навыки дома. Хотя иногда задаюсь вопросом, знала ли моя семья, насколько хорошо я ими владела. Пригодились ли они мне.

Ничего себе, эта женщина буквально отодвинула свои мечты в сторону ради семьи. Она была практически святой, но ее запавшая улыбка и усталые глаза говорили мне, что это не то, к чему женщины должны стремиться. Какая от нее польза другим, если она не вполне довольна своей жизнью? Женщины должны стремиться к тому, чего сами хотят, и, конечно же, есть способы совмещать семью и мечту. У меня же это получилось, не так ли? Будущей «я», имею в виду.

— Еще не поздно, ты же знаешь. Что мешает тебе открыть ресторан или кондитерскую сейчас, когда дети уже подросли?

Она махнула рукой в мою сторону и усмехнулась.

— О, только не снова. Я слишком устала, чтобы начинать что-то новое.

— Но если ты чем-то увлечена, то эта страсть подпитывает твою энергию, разве нет?

— Возможно… ах, не знаю. Наверное, мне следует оставить все как есть. У меня хорошая жизнь, здоровая семья. Я не должна жаловаться. Как бы то ни было, сегодняшний вечер только твой, так, когда же ты откроешь свои подарки?

На лице Элейн появилось немного натянутое выражение возбуждения, и мне стало ее жаль. Я почти хотела подарить ей свой праздничный торт и сказать, чтобы она загадала желание, которое отправит ее назад во времени.

— Я не уверена, но думаю, что Уилл или Райан скажут мне, когда придет время. Кажется, у них все под контролем. — Я попыталась сделать глубокий вдох.

— Ты в порядке? — спросила Элейн.

Я слегка поежилась.

— Да, просто я надела… — я наклонилась к ее уху, — утягивающее нижнее белье, и оно немного теснит. К тому же мне нужно в дамскую комнату.

Элейн понимающе улыбнулась мне.

— Как ты думаешь, почему я сегодня надела костюм призрака? — Она рассмеялась, и я попыталась присоединиться к ней, но это только усилило давление на мой мочевой пузырь. — Ну, мне лучше уйти сейчас, пока гости заняты друг другом. — Я бросила на нее обеспокоенный взгляд, и ее глаза расширились.

— Тебе нужна моя… помощь?

— О Боже, нет. — Она это серьезно? Имею в виду, я привыкла переодеваться в разные наряды с небольшой аудиторией вокруг, но это было тогда, когда я могла с легкостью натягивать на свое тело любые вещи. Теперь это будет похоже на борьбу сумо с самим собой — не то, для чего мне нужны посторонние взгляды. — Я имею в виду, думаю, что потерплю. Если я не выйду через пятнадцать минут, ты зайдешь проверить меня?

— Договорились. — Элейн подмигнула мне, и я побрела в спальню, где была единственная ванная комната, которую знала в доме. Когда я проходила мимо кухни, официантка разрезала ножницами пучок свежего зеленого лука, посыпав зелеными крапинками мини-блины со сливочным сыром. Я подошла ближе.

— Извините, я могу одолжить их на несколько минут?

— Зеленый лук?

— Ножницы.

— О, ну, конечно. Секундочку. — Она разрезала оставшийся лук, затем промыла ножницы и протянула их мне с любопытством на лице.

Я указала на свою спальню.

— Вспомнила, что забыла кое-что сделать. Придется, гм… кое-что подрезать. — Я поспешила уйти, прежде чем мои слова прозвучали еще более нелепо, и тот факт, что раньше она видела меня полуголой и задушенной обтягивающей тканью, означал, что она точно знала, для чего нужны ножницы.

Теперь я действительно была на взводе, поэтому быстро закрыла дверь ванной — но не заперла ее на случай, если понадобится срочная помощь, — и подтянула платье к бедрам. Не нужно было полностью поднимать, просто достаточно, чтобы я могла добраться до поддерживающего костюма ножницами, чтобы разрезать полоску с каждой стороны и смогла снять трусики. Одеть их обратно… ну, короче говоря, разберусь в процессе. В случае крайней необходимости я могла бы подождать подкрепления через пятнадцать минут.

Я ухватилась за ткань и расположила ножницы по бокам, прежде чем разрезать костюм. Только он никак не поддавался. Я попробовала еще раз, но ножницы только отскочили в сторону, будто бы затупились что было невозможно, потому что я отчетливо слышала резкий щелкающий звук, когда официантка использовала их.

Черт, чтоб тебя!

Я попыталась проткнуть часть ткани острым концом ножниц, но это только растянуло костюм, даже не распутав ни единой нитки тройного-тканого-непроницаемого-куска-дерьма-оружия-массового-уничтожения. Если когда-нибудь сниму этот костюм, его можно будет свернуть вдвое, как эластичную веревку, которую Уильям хотел купить.

Я все пыталась прорваться сквозь ткань, но материал, очевидно, тоже был непроницаем, по крайней мере, с точки зрения обычных кухонных ножниц. Возможно, нужен хирургический скальпель. Я даже подумывала крикнуть из окна спальни своей соседке, чтобы она одолжила мне садовые ножницы, но мне нужно было в туалет. Немедленно. Я вложила каждую унцию силы, чтобы поднять поддерживающий костюм на минимально необходимую высоту и после долгих и мучительных попыток все получилось. Глубоко вздохнув, я просунула руки под ткань и начала стягивать поддерживающие трусики, и, если бы не сильное желание, я бы сдалась. В конце концов мне удалось сходить в туалет, чему я была безумно рада.

Я выдохнула спустя минуту, пока не пришлось во второй раз за сегодняшний вечер повторить сей трюк, но, по крайней мере, теперь я была подготовлена. Чтобы развлечь себя, я снова попробовала ножницы, что было пустой тратой времени, хотя это не имело особого значения, потому что это означало, что я буду немного ближе к неуловимому праздничному торту/радостному пению «С днем рождения» загадывай желание скорее».

Несмотря на то, что, вероятно, мне требовалась перевязка — или, возможно, пересадка кожи — на ссадины от ногтей на моих бедрах, я вышла относительно невредимой из ванной, вернув ножницы на кухню. Прежде чем вернуться в гостиную, более известному, как место вечеринки, мое внимание привлек большой белый картонный ящик, стоящий на кухонной скамье. Официанты были заняты и стояли спиной ко мне, поэтому я прокралась за ними и осторожно приподняла крышку коробки. Совсем чуть-чуть.

Это был мой праздничный торт!

Я не могла разобрать всего, но он был в форме фонтана с блестящими украшениями, свисающими сверху, как брызги воды. Одна большая свеча торчала сверху, и у меня загорелись глаза, как свечи на торте. Если бы я могла просто зажечь его, загадать желание, и эта вечеринка, сама жизнь, была бы просто сном. Через пару минут я бы проснулась в своих чистых простынях из органического хлопка, размяла руки и неторопливо побрела в ванную, чтобы улыбнуться своему двадцатипятилетнему лицу в зеркале…

— Миссис МаксНелли! — Официантка, у которой я брала ножницы, захлопнула крышку. Я моргнула от неожиданности и отскочила назад. — Возвращайтесь и наслаждайтесь вечеринкой. Вам нельзя быть на кухне. Больше не подглядывайте, ладно?

Я опустила голову от стыда, как школьница, застигнутая на прогулке, и с помощью ее нежного, но твердого жеста на моей пояснице, поспешила обратно на вечеринку, где увидела встревоженную Элейн.

— Я как раз собиралась идти за тобой!

— Все в порядке, я выжила, но эта чертова штука не поддавалась воздействию ножниц!

— Ты пыталась разрезать его?

Призрачные глаза Элейн округлились, и она выглядела довольно жутко.

Я кивнула, и она со смешком покачала головой.

— Ох, Кел, бедняжка! Как думаешь, ты переживешь эту ночь?

— Надеюсь. Просто не буду сильно налегать на напитки и еду. Не смогу делать это каждый час. — Я вытерла со лба остатки пота.

— Вообще думаю, что у меня может возникнуть похожая проблема, только на мне слишком много материала. — Она оглядела свой костюм и приподняла слой ткани. — Как же мне все это поднять? Я даже не знаю, смогу ли влезть в ванную.

Я посмотрела на озабоченное лицо подруги, а она — на мое вспотевшее лицо, и мы расхохотались.

— Мы с тобой самая смешная парочка, — сказала она, обнимая меня за плечи, когда мы шли к гостям, которые изображали испуг при виде костюма Элейн.

Час спустя я мысленно отругала себя за то, что у меня не хватило силы воли сопротивляться вкусной еде и напиткам, которые мне предлагали. Можно было подумать, что я научилась этому после своего последнего посещения туалета, но каким-то образом подсознание — или желудок — казалось, контролировали меня, заставляя есть все, что предлагалось.

Элейн спросила, уверена ли я, что у меня достаточно места в желудке, на что я ответила: «я найду местечко», отправляя в рот еще один мини-блинчик со сливочным сыром. Большие ночные поставщики провизии проделали отличную работу, и если я вспомню, когда вернусь домой, то вложу деньги в их компанию. Не то чтобы я знала, как нужно вкладывать деньги, но я могла бы это выяснить.

Я окинула взглядом своих гостей, которые смеялись, разговаривали и ели, и заметила Райана, приближающегося к Бену в его костюме лягушки/змеи снаружи Галактики. Он открыл рот, чтобы заговорить, но к ним подошел еще один молодой человек и присоединился к разговору, и тело Райана напряглось от третьего лишнего. Я уже собиралась пойти туда в надежде выманить молодого человека по какой-то причине, которую еще не придумала, когда голос Уилла зазвучал в комнате:

— Пожалуйста, минуту внимания, — попросил он в тонкую серебряную подставку, которая, очевидно, служила микрофоном.

— Я взял на себя смелость создать небольшую викторину в честь этой вехи в жизни Келли, так что потерпите, пока я передам вам штрих-код для сканирования в ваши электронные площадки. Затем можете открыть лист ответов на вопросы викторины на своем экране. — Уилл прошелся по комнате с маленькой карточкой, и последовало несколько гудков, когда люди сканировали карточку в свою электронную площадку. Даже у мистера и миссис Пещерные люди были электронные площадки, хотя их цвет устройства соответствовал ободку.

Подождите… можно изменить цвет электронной площадки? Я быстро открыла меню и нажала на «настройки», прокручивая вниз, пока не нашла «внешний вид». Конечно, выбор цветов был огромен. Я нажала на «красный», и тотчас же мой электронный ремешок плавно перешел на блестящий красный, чтобы соответствовать моему платью. Красиво!

Я протянула свою электронную площадку, когда Уилл приблизился, но парень пропустил меня.

— Тебе не обязательно проходить викторину, милая, можешь просто слушать и наслаждаться.

— Вполне справедливо, — сказала я.

Уилл снова занял свое место у микрофона и откашлялся.

— Ладно, пора выяснить, кто знает Келли лучше всех! Тот, кто наберет сто очков, получит особое лакомство из «Барабана везения», — сказал он, указывая на одного из официантов, который держал круглый сосуд и периодически встряхивал его. — Значит, вот какие будут правила. Я буду читать каждый вопрос вслух, и у вас будет немного времени для выбора ответа. Я озвучу правильные, когда двинемся дальше. Я запрограммировал ваши листы ответов, чтобы автоматически подсчитать баллы в конце викторины, так что никакого мошенничества. — Уилл посмотрел на Райана.

— Эй, почему ты на меня смотришь? — защищался Райан. — Ты хочешь сказать, я недостаточно знаю свою собственную мать? — сказал он с сарказмом в голосе.

Честно говоря, он, вероятно, знал обо мне больше, чем я сама.

— Давайте начнем, — сказал Уилл своим лучшим голосом из игрового шоу. — Вопрос первый: второе имя Келли?

Ха! Я взяла назад свои слова о том, что Райан знает обо мне больше, чем я сама. Я выиграю эту викторину!

Регина, она же Мэрилин Монро, бочком подошла ко мне.

— Так что там с именем, милая? — прошептала она.

— Эй, без обмана, Регина, — упрекнул Уилл с решительным взглядом.

— Да ладно, это то, что я делаю лучше всего, — ответила она, и я не знала, говорила ли она серьезно или намеками.

Я демонстративно закрыла рот, чтобы отпугнуть потенциальных мошенников, а Уилл продолжил:

— Ладно, время вышло. Ответ — …Диана. Келли Диана Кроуфорд, но теперь уже Келли Диана МаксНелли.

Я вздрогнула, но не была уверена, было ли это из-за того, что все еще не привыкла к своей отвратительной фамилии или из-за того, что имя моей матери было постоянной частью моего собственного.

— Черт возьми, я поставил Диану (оригинал — Diane) вместо Дианы (оригинал — Diana), я так и знал, что не должен был слушать тебя, милая, — сказал мой тесть Гомер Симпсон, игриво толкая жену локтем в бок.

— Вопрос второй: Чем занималась Келли до начала «Интерьеров КС»?

Ха! Еще один легкий вопрос. Жаль, что я была вне игры, я действительно хотела сюрприз из «Барабана сюрпризов».

— И ответ, конечно же… она была моделью.

Я уперла руки в бока и надула губы, хотя внутри все сжалось при словах «была моделью».

Я и сейчас модель!

— Вопрос третий: где я сделал предложение Келли?

Ладно, беру свои слова обратно о том, что Райан знает обо мне больше, чем я сама. Бьюсь об заклад, он знал ответ. Уилл, вероятно, миллион раз говорил нашим детям, потому что это важно, знать все ответы в легендарной викторине «Все о Келли».

Гости перешептывались, многие хмурили брови. Комната выглядела странно с голографическими экранами, плавающими перед всеми, и я задавалась вопросом, как и где Уилл на самом деле сделал предложение. Спорю, это было традиционное предложение, где он опустился на одно колено в моем любимом ресторане.

— Теперь те, кто был на нашей свадьбе, должны вспомнить, как я упоминал об этом в своей речи. Я сделал предложение Келли на деловой конференции, на которой выступал, когда мне было всего двадцать шесть. Она сопровождала меня только для того, чтобы ходить по магазинам, пока я участвовал в семинарах, но согласилась присутствовать на моем выступлении, чтобы посмотреть на меня в действии. Думаю, она уже засыпала, когда я щелкнул по последнему слайду презентации, на которой была наша фотография и слова: Келли, ты выйдешь за меня замуж? Очевидно, кто-то должен был похлопать ее по плечу и сказать, чтобы она посмотрела на экран, но потом Келли вышла на сцену перед тремя сотнями делегатов и сказала «да». Это был лучший момент в моей жизни, ну, не считая нашей свадьбы и рождения наших детей. — Уилл улыбнулся и подмигнул мне, и я почувствовала себя немного влажной между бедер и виноватой, так как знала, что Грант сделает мне предложение, когда я вернусь обратно.

— Ладно, говоря о наших детях, вопрос четвертый: что сказала Келли после рождения Диоры? а) у меня были запоры и похуже, б) если бы вы могли разлить эту боль по бутылкам, это было бы плохим контрацептивом, или в) мне нужен мартини?

Смех наполнил комнату, и, хотя не помнила, чтобы говорила что-то подобное, мое лицо пылало и я была уверена, что теперь оно соответствовало моему платью и обновленной электронной площадке. Я опустила голову и решила, что это был ответ мартини, в основном потому, что могла выпить его прямо сейчас.

Этот вопрос заставил всех перешептываться, а некоторые женщины обсуждали то, что они сами сказали бы после родов. Элейн заметила, что именно после родов она поняла, почему у ее матери был только один ребенок.

— Ладно, успокойтесь. Готовы услышать ответ?

— Нет, я еще не закончила, — сказала Мардж Симпсон. — Дай мне секунду.

— Ладно… один. — Он подмигнул матери и пожал плечами, когда она бросила на него взгляд «не дерзи мне, юноша».

— Ответ: Б) если бы вы могли разлить эту боль по бутылкам, это было бы плохим контрацептивом. — Уилл усмехнулся.

Ты что, шутишь? Кто бы мог подумать, что я придумаю что-нибудь остроумное, а? Наверное, было очень больно, слава Богу, что я не играю.

— Типичная Келли, — сказал один из братьев Уилла. Я не могла вспомнить его имени.

— Правильно, вопрос пятый: какую роль сыграла Келли в постановке «Белоснежки и семи гномов» вместе с остальными родителями в школе?

О. Еще один, которого я не знала. Но я держу пари, что ответ был Белоснежка, нет, Злая Королева — да, точно.

— Знаю! — Спросила Элейн, вводя свой ответ на экран. — Мы были закадычными друзьями.

— Это я тоже знаю, — сказала Диора.

Уилл улыбнулся и подождал, пока каждый внесет свой ответ.

— Ответ… Ворчун! Келли играла Ворчуна, одного из семи гномов.

Ни за что! Как такое могло случиться? Так нечестно! И я была далеко не коротышкой.

— Я играла злую королеву, — сказала Диора, выглядя полной противоположностью в розовом костюме феи.

Да, разумеется. В этом она была бы совершенна. Не то чтобы она была злой, но определенно могла взять под контроль любую ситуацию.

— Я была Соней, — сказала Элейн. — Я превосходно сыграла эту роль, потому что в то время мне действительно хотелось спать. — Она рассмеялась.

— Вопрос шестой, также с выбором ответов: какое несчастье постигло Келли после нашей семейной лыжной поездки в прошлом году? а) сломанные ребра, б) гастроэнтерит или в) сломанный ноготь?

Катание на лыжах? Я никогда не каталась на лыжах до сих пор. Наверное, сломанный ноготь. Это так раздражает, когда он ломается, особенно когда вы отращивайте их все до одной длины, а потом приходится обрезать все под корень, чтобы соответствовать сломанному. Или сделать акриловое покрытие и мириться с тем, что мастер по маникюру беспрерывно разглагольствует о несправедливости медицинских страховых компаний, не покрывающих расходы на маникюр, что отчасти имело смысл, если задуматься. В конце концов, ногти — часть человеческого тела, почему же к ним нужно относиться иначе, чем к ногам, глазам или даже волосам, если уж на то пошло. Да, оплата услуг парикмахера также должна покрываться медицинской страховкой.

— Даже слушать это невыносимо, — сказала Регина, скручивая пальцы, чтобы рассмотреть собственные ногти.

— Время истекло. Ответ: а) сломанные ребра. Бедняжка Келли откусила чуть больше, чем смогла прожевать, когда приняла участие в лыжном конкурсе «Сорвиголова». Следующие несколько недель она выздоравливала, и я пытался удержать ее от смеха, чихания или кашля, и учитывая, ее простуду, которую она подцепила неделю спустя, усугубляло ситуацию!

— Да, это было трудное время, — сказала я, кивая и впитывая сочувственные взгляды моих гостей.

— Теперь правила меняются… вопрос седьмой: что Келли купила мне на мой сороковой День Рождения?

— Да ладно, даже никаких вариантов ответов не будет? — кто-то окликнул меня.

— Нет, мы подошли к самой трудному вопросу викторины.

— Это я тоже знаю! — Элейн деловито печатала ответ.

Что бы я купила своему мужу на день рождения? Часы? Подписку на ежемесячный журнал «Бизнес»?

— Мужской спа с пакетом услуг, включая массаж и уход за лицом! — сказал Уилл.

Да, точно.

— Держу пари, тебе понравилось, да? — сказал один из его братьев-полицейских.

— Как еще я могу выглядеть так прекрасно? Уилл погладил подбородок большим и указательным пальцами и рассмеялся. — Если хочешь знать, это был довольно приятный день. — Он улыбнулся мне, и я улыбнулась в ответ.

— Это было лучше, чем секс? — крикнула Элейн и тут же поднесла руку ко рту. — Ой, не могу поверить, что я только что сказала это, прости! Должно быть, во мне говорит шампанское. — Ее призрачная бледность стала ярче, когда некоторые из гостей рассмеялись.

— И, наконец, вопрос восьмой: какой любимый фильм Келли?

Я спасена. «Секс в большом городе» — это точно. Первый, а не продолжение.

— И ответ, конечно же, оскароносный фильм, «Обреченные».

Что?

— Мы посмотрели его в нашу первую годовщину, и когда пошли титры, Келли повернулась ко мне и сказала:«Это лучший фильм, который я когда-либо видела». Я спросил ее на прошлой неделе, и она до сих того же мнения.

Никогда даже не слышала об этом.

— У-у-у, я ответила на все правильно! — Элейн встала и, как и Диора, подняла кулак в воздух.

Ну, Диора растрясла воздух, но не встала, она сидела в саду блаженства. Три человека, которых я не узнала, тоже завизжали, и официант подошел к ним с бочонком «Барабана везения». Каждый из них сунул руку внутрь и вытащил таинственный подарок, но, судя по виду, все они были шоколадными, каждый с уникальным посланием.

— У меня «Шоколадная страсть», — сказала Элейн, поднимая свой завернутый в целлофановую обертку шоколадный трюфель. — Я приму любую страсть, какую только смогу заполучить. — Она сняла обертку и отправила шоколад в рот.

— «Шоколадная мечта» для меня, — сказала Диора, в то время как остальным трем победителям досталось «шоколадный скандал», «шоколадный секрет» и «любовь в шоколаде».

— А мне не полагается подарок? Я ответил на семь из восьми, — сказал Райан.

— Я тоже, — заявила Кейси. — Сойдет?

— Нет, правила есть правила. Поздравляем наших пятерых победителей и не волнуйтесь, позже у нас будет шоколад и кофе, а также вкусный торт.

Торт. Я наклонилась вперед и с тоской посмотрела в сторону кухни, ключ от моего дома лежал в этой картонной коробке. Два из восьми — это все, на что я смогла ответить на тест о самой себе. Печально… гм… ну, как по мне, ничтожный результат. Я была уверена, что моя электронная площадка имеет встроенный калькулятор, но какой в этом смысл? Я с треском провалилась в викторине, который был исключительно обо мне. Элейн, женщина, о которой я ничего не знала, знала обо мне все. Кем была эта женщина, которой я стала?

Глава 15

Нет времени лучше, чем настоящее

«Когда меняется музыка, меняется и танец».

— Нигерийская пословица

— Ой, смотрите! Келли танцует танец робота, — сказал один из братьев Уилла, когда он приблизился к импровизированному танцполу в центре вечеринки в гостиной.

— Нет, я не танцую, — вмешалась я, но, посмотрев вниз на свой окоченевший торс и руки, поняла, что танцую более роботично, чем намеревалась. Не то чтобы я планировала танцевать даже отдаленно как робот.

Это был Уилл — или Стивен, брат Уилла? — подвинулся ко мне боком и подстроился под мои движения, держа локти под углом девяносто градусов и двигая ими вверх-вниз. Уилл тоже присоединился к нам, исполнив довольно блестящее роботизированное представление, и я согласилась, что на самом деле исполняю танец робота.

Еще больше гостей участвовало в конкурсе на импровизированную премию «робот — танцор ночи», которую Уилл вручил Клеопатре, женщине, которая спросила меня о каком-то деловом предложении. Оказалось, что она раньше была учительницей танцев, так что неудивительно, что она выиграла, хотя если бы участвовали поставщики провизии, думаю, что у них были бы хорошие шансы.

После еще пятнадцати минут в ванной, препираясь со своим костюмом, на этот раз вооружившись пластырем, чтобы перевязать раны от ногтей, и лосьоном для тела, чтобы ткань легче скользила, я вышла и обнаружила Диору у микрофона.

— Слушайте все, пришло время для лучшей части вечера.

— Торт? — спросила я с явным энтузиазмом.

— Нет, мама, подарки!

Вот же блин. С другой стороны, я действительно люблю подарки.

— Так что, мам, если хочешь, присядь вот здесь. — Диора указала на табурет, стоявший рядом с нынешним столом. — Можешь начинать открывать подарки. Папа, готов фотографировать?

Я села на табурет, а Уилл встал рядом, держа наготове электронную площадку с маленькой квадратной голограммой, парящей над ней. Когда я взяла первый подарок, маленькую коробочку с золотой оберткой и красным бантом, Уилл сфотографировал меня.

Серьезно, что бы человек в наши дни делал без своего гаджета?

— Это от меня, мам. — Диора просияла.

Я посмотрела на дочь.

— Но ты мне уже подарила сегодня массаж и макияж. Тебе не нужно было дарить что-то еще. — С другой стороны, кто я такая, чтобы отказываться? — Спасибо, милая. — Я потянула за красную ленту.

— Подожди, не забудь прочитать открытку, — сказала она.

Открытку? Я взглянула на сверкающий подарок, и на обратной стороне был маленький штрих-код, приклеенный к бумаге. А, точно! Чертовски надеясь, что это не штрих-код с оберточной бумаги, я незаметно поднесла его к электронной площадке, и с облегчением раздался звуковой сигнал.

Вы хотите открыть или сохранить документ? — спросил экран.

Я нажала «открыть», и перед моими глазами ожила красивая поздравительная открытка. На ней была изображена женщина, идущая по волшебному лесу и глядящая на мерцающие звезды в небе. Она указала на одну из них, и та вспыхнула, прежде чем взорваться тысячами крошечных мерцающих угольков света, после которых вспыхнули слова: «Пусть все желания сбудутся в твой День Рождения — твоя дочь, Диора».

Я радостно улыбнулась и снова посмотрела на дочь, на ее уставшее, но счастливое лицо. Я очень на это надеюсь.

— Спасибо, дорогая. — Я сорвала ленту и вытащила подарок из упаковки. Когда открыла шкатулку, мне подмигнул блестящий кулон, его гладкая овальная форма обрамляла красный драгоценный камень в центре.

— А я даже не знала, что ты сегодня в красном, как это уместно! — сказала Диора.

— Оно прекрасно. — Я вынула ожерелье из футляра и показала его толпе зрителей. Пока он крутился на цепочке из стороны в сторону, мое внимание привлекла надпись на обороте. Я прищурилась и подняла его на вытянутых руках, чтобы прочитать.

Если я — этот драгоценный камень, то ты — драгоценный металл, потому что без твоей силы и поддержки я не смогла бы пролить свой свет на мир. — Диора.

О боже мой. Неужели я плачу? Нежное тепло исходило изнутри и ласкало мое тело. Мои веки моргнули над скользкими глазами.

— Диора, это прекрасно. У меня нет слов. — Я встала и подошла к ней, мои руки обхватили ее так же, как ожерелье, хотя и не полностью, потому что была проблема ограниченного движения рук, который затруднял большой живот Диоры.

— С Днем Рождения, мама, — прошептала она.

Взяв себя в руки, я снова уселась на табурет и взяла следующий подарок.

— Это от меня, — сказала Элейн.

— И следующий тоже от тебя? Ничего себе, я совершенно избалована. — Я улыбнулась.

Внутри прямоугольной коробки лежала пластиковая подарочная карта с надписью санаторий для женщин «Лесной пожар» на лицевой стороне. Я снова покосилась на надпись на обороте, которая говорила мне, что я имею право остаться на две ночи.

— У меня тоже такая есть, так что можем провести уик-энд вместе! — Элейн улыбнулась. — Я думаю, что где-нибудь в следующем месяце, не в рабочие дни.

— Спасибо, Элейн. — Для кого-то, кто был вынужден экономить, сегодняшний массаж лица, должно быть, было расточительством. Странное и незнакомое ощущение поползло по всему моему телу, заглядывая в укромные уголки и щели, и поверьте, у меня их было немало. Мое сердце смягчилось, как вата. — Я покорена твоим великодушием.

Ее призрачная фигура подплыла ко мне и обняла.

— Как ты справляешь в этом костюме? — спросила она прежде, чем уйти.

Родители Уилла встали в первых рядах толпы, когда я взяла их подарок. Я оторвала викторианскую цветочную бумагу и уставилась на пакет. Бытовой Помощник — Мгновенный Вакуум.

Для пылесоса эта коробка была недостаточно большой.

— О, спасибо. Я давно хотела такую штуку! — Я заставила себя широко раскрыть глаза, чтобы выразить волнение от такого подарка.

— Я так и думала, особенно после прошлого Рождества, когда ты пожаловалась на больную спину из-за пылесоса, — сказала Мардж Симпсон. — Это значительно облегчит тебе задачу. — Она перевернула коробку и указала на иллюстрированные инструкции. — Ты просто устанавливаешь приборы в углу каждой комнаты, проверяешь, что на полу нет ничего мелкого и ценного, нажимаешь красную кнопку и вуаля! Вся пыль с расстояния до семи метров всасывается в устройство.

Теперь это, похоже, моя работа по дому.

— Но как же вся пыль помещается в таком маленьком устройстве? — спросила Элейн, наморщив лоб и рассматривая коробку.

Гомер Симпсон переваливался на своем большом животе в сторону очарованных домохозяек, собравшихся вокруг помощника по хозяйству.

— Пыль сжимается до половины своего размера, а затем превращается в наночастицы, которые устройство сжимает снова, вызывая эффект соединения, который уменьшает молекулярный размер.

Мой тесть должен был прийти в костюме Эйнштейна.

— Другими словами, дорогая, пыли становится меньше, так что тебе не придется часто чистить устройство, — добавил Уилл.

— Я должна его достать, — заявила Элейн.

— Я купила его несколько месяцев назад, — сказала Регина, взмахнув своим светлым париком Мэрилин. — Это награда мне за то, что мой бизнес выходит за рамки своих целевых показателей по доходам.

— Ах, значит, индустрия сватовства до сих пор процветает? — спросил Уилл у Регины.

— В совершенстве. Думаю, что успех «Присоединяйся» связан с тем, что у нас есть демонстрационный зал, с которым не могут конкурировать только сайты знакомств в интернете.

Это объясняло интерес Регины ко всему романтическому. Она профессиональная сваха! Но демонстрационный зал для потенциальных романтических партнеров? Как это работает? Я представила, как войду в такой демонстрационный зал и спрошу, «У вас есть на складе высокие, смуглые, красивые врачи?» — на что продавец может сказать: «Извините, всех раскупили на прошлой неделе, когда они были по низким ценам. Поставить на Вас резерв и уведомить, когда они появятся?»

Я подавила смешок и поблагодарила Мардж и Гомера за подарок, затем взяла плоский прямоугольный пакет, завернутый в роскошный шелковый шарф.

— Шарф — это настоящий подарок, Келли, — объясняла Регина. — То, что внутри, больше похоже на… как бы это сказать?… подарок новизны. Ведь нельзя дожить до пятидесяти без маленькой хитрости в честь преклонного возраста, не так ли? — Она подмигнула, и мой живот резко скрутило.

О боже, что это могло быть? Это ведь не прокладки от недержания мочи, правда? Или какой-нибудь подгузник для взрослых? Я неохотно потянула за пакет. Тяжело. Ощущение дежа вю нахлынуло на меня, когда увидела картонную упаковку, дополненный изображением стройной женщины с широкой улыбкой в бежевом нижнем белье.

Утягивающий костюм версии 2.0, новый и улучшенный, писали на этикетке. Теперь с расширяемым выпускным клапаном для удобства использования! Другими словами — Теперь с расширяемым выпускным клапаном для входа и выхода из проклятой штуки, не требуя госпитализации и экстренной операции.

Я сымитировала смех.

— Ха-ха, спасибо, Регина. Именно то, чего я всегда хотела!

Элейн посмотрела в мою сторону с выражением: «Как она посмела дать тебе что-то подобное на глазах у всех», и Райан, казалось, вот-вот взорвется от смеха. Несмотря на неловкость ситуации, я пожалела, что Регина не дала мне это раньше, чтобы я могла избежать проблем с версией 1.0.

— Во всяком случае, не то чтобы тебе он нужен, Келли, но они действительно очень хороши. Создает красивый и четкий изгиб под облегающим платьем. Сейчас на мне скромная версия без бретелек, видишь? — Регина повернулась, и ее платье Мэрилин Монро поднялось и закружилось вместе с ней, и нет, я не видела. — Извини, я просто обязана была это сделать! Войти в образ, понимаешь? — Она снова подмигнула, и это могло быть простым совпадением, но Уилла это не касалось, а его брат отступил немного в сторону, подальше от Регины.

Я открыла еще парочку подарков, в том числе теплочувствительное автоматическое терморегулирующее одеяло от Кейси и Макса, а также пожертвование от моего имени в Исследовательский фонд, изучающий чувства муравьев, и читала еще более удивительные живые поздравительные открытки, пока на столе не осталась только одна вещь. Белый конверт.

Казалось странным, что среди всей этой технологии все еще существовала бумага. Я просунула палец под печать и вытащила пластиковую карточку размером с книгу… если книги все еще существовали, я определенно не видела их в доме.

— О, упс, этот подарок должен был быть позже, — сказал Уилл. — Ну ладно, открывай.

Его лицо слегка порозовело.

— В чем дело, Кел? — Элейн спрашивает с любопытством.

— Это… — начала я, и мои щеки запылали.

Райан подошел и выхватил карточку из моих рук.

— Ну же, неизвестность убивает нас! — Он прочел карточку и ухмыльнулся. — Это интимная фотосессия для пары в студии «Желанный Портрет».

— У-у! — протянула Регина, и несколько приветственных криков и свистков сорвались с губ моих гостей, когда Уилл протянул руки.

— А теперь успокойтесь все, это просто макияж и фотосессия для семейных пар, ничего непристойного.

— Да, конечно, — воскликнул Райан. — Ты видел протфолио на подарочной карте? Смотри. — Он нажал кнопку на своей площадке, и заиграло слайд-шоу, демонстрирующее различные пары, одетые в минималистичную одежду, обнимающиеся в необычных позах, похожих на спагетти, нанизанные на вилку.

Макияж и фотосессия, на которые я могла бы согласиться, но Уилл? Пойдет на… это? Мой желудок сжался, когда я попыталась украсть карточку у Райана, который держал ее в воздухе, чтобы все видели, подальше от меня.

— Отдай мне, сынок, хватит дразнить, — сказала я по-матерински, и, что интересно, это сработало.

— Прости, мам. Это просто смешно, вот и все. — Он протянул мне карточку, и я сунула ее обратно в конверт, когда Уилл одними губами произнес весь раскрасневшееся «Извини». Я махнула рукой, как будто это было пустяком, а затем снова открыла подарок Диоры, пытаясь отвлечься — и всех остальных в том числе — попросив ближайшего человека помочь мне застегнуть ожерелье на шее.

— Есть еще один подарок, мама, — сказал Райан более серьезным тоном.

— А? Но ты уже водил меня на прыжок с тарзанки.

— Ты прыгала с тарзанки? — Мардж Симпсон вскочила со своего места, ее парик-улей чуть не упал.

— А ты разве не знала? — спросил Гомер. — Я же говорил тебе вчера, помнишь, когда ты пекла суфле?

— Дорогой, ты давно уже должен понять, что не надо разговаривать со мной во время выпечки, особенно суфле, я ничего не запомню из-за концентрации, которая требуется.

— Да, конечно, — сказал Бен. — Оно было потрясающим! — Райан с тоской посмотрел на Бена и улыбнулся, прежде чем снова повернуться ко мне.

— Это нечто невероятное, я давно это планировал, — сказал Райан.

О боже мой. Только не прыжок с парашютом или дельтапланеризм, или поездка в один конец на Эверест.

Умоляю!

Но Райан просто подошел к микрофону вместе с Беном, который сидел за маленькой ударной установкой — как же я раньше не заметила барабаны в своей гостиной? Другой молодой парень взял две гитары и протянул одну Райану, который держал микрофон на ножке и смотрел в мою сторону.

— Мама, это для тебя.

Он бренчал на гитаре, и ритмичная мелодия наполнила воздух, сопровождаемая медленными и равномерными ударами Бена по барабанам и звоном гитары другого парня. Вокруг собрались гости, некоторые покачивались в такт музыке со своим любимым, а я стояла в центре, мои глаза были прикованы к зрелищу передо мной, а уши впитывали неожиданную красоту музыки, которую создавал мой сын.

Затем он запел, его медленный певучий тон был совершенен, сливаясь с музыкой.

Та, чьими дарами она делилась,

Та, кто всегда заботилась обо мне,

Мама… единственная моя.

Это были просто слова, но то, как он пел их с таким чувством и убежденностью, было похоже на то, словно они были камешками, падающими в бассейн радости; их воздействие распространялось наружу в любовной ряби.

Она никогда не отходила от меня,

Она научила меня выражаться, а не прятаться,

Мама… единственная моя.

Гости включали свет на своих электронных площадках и держали их в воздухе, размахивая ими и раскачивая в такт музыке, как будто это были свечи, и я сделала то же самое, улыбка играла на моих губах.

Когда наступали тяжелые времена, я думал, что умру,

Она обнимала меня, пока мои слезы не высохнут,

Мама… она единственная…

И когда я буду готов покинуть гнездо,

Я хочу, чтобы ты знала, что ты была лучшей,

Мама… единственная моя…

Да, мама… это ты.

На последней ноте его голос взлетел до потолка, возвышая водоворот эмоций к небу и мягко понижая, наполнив комнату, когда он произносил слова на одном медленном, последнем вдохе.

Он склонил голову и замер на мгновение, когда аплодисменты заполнили пространство. Мое сердце бешено застучало в груди. наполняясь гордостью. Я подошла к Райану — своему сыну — и крепко обняла его, когда одинокая слеза скатилась по моему лицу.

Глава 16

Будьте осторожны с желаниями

«Почему торт ко Дню Рождения — это единственная еда, на которую можно дуть и плевать, а потом все бросаются за куском?»

— Бобби Келтон

Мы прервали объятия, когда в воздухе раздался пронзительный стук. Уилл подошел к микрофону, постукивая ложкой по стакану, а Райан отошел в сторону, чтобы дать отцу возможность занять место в центре.

— Внимание, пожалуйста. Пришло время сказать несколько слов о моей любимой жене Келли. Я взял на себя смелость создать для вас небольшое шоу, так что поднимите пробирки и наслаждайтесь. — Он поставил стакан, взял пульт, похожий на тот, которым я пользовалась на собрании, и направил его на пустой участок стены позади себя. Экран ожил, показав мою фотографию и заголовок: «Пятьдесят лет Келли МаксНелли — какая радость».

Заиграла незнакомая песня и, к моему большому смущению, я увидела себя в образе розовощекого младенца. Картинка сменилась другой — я была четырехлетней девочкой, стоящей на крыше дома на дереве, который построил папа. Кейси тоже была на фотографии, застряв на нижней ступеньке лестницы, так как в этом возрасте она слишком боялась высоты. Были и школьные фотографии, начиная с младших лет до раннего подросткового возраста, и фотографии меня с моими друзьями на Дне Рождении; мой пятнадцатый, если точно помню. Съежившись, я задалась вопросом, я правда думала, что цветочные платья — это круто?

Это была моя жизнь, созданная на слайдах под музыку. Словно осознавая, как быстро меняется жизнь с двадцати пяти лет, темп песни усилился, и картинки, которые я не помнила, то появлялись, то исчезали на экране. Уилл и я на нашей помолвке и свадьбе, мы держимся за руки и пьем вино. Мое сердце бешено колотилось, когда я открывала для себя эту свою жизнь, одну картину за другой, промежуток между тем, когда легла спать прошлой ночью, и тем, как она прошла этот самый момент постепенно заполняется. Я постукивала ногой в такт музыке, а также потому, что мне не терпелось увидеть следующую картину.

О боже мой. Это был мой живот? На фотографии я стояла боком, положив одну руку на свой раздутый живот, готовый лопнуть в любой момент. На следующем снимке я была изображена в больнице с маленьким человечком на руках и улыбалась так, словно получила лучший подарок в своей жизни. Я посмотрела на Диору, сидящую в саду блаженства, ее блестящие глаза были устремлены на экран, она гладила живот, и я почувствовала теплую боль от чувства, которое никогда не испытывала раньше.

Фотографии продолжались… Маленькая Диора в тиаре, командующая комнатой с игрушечным микрофоном и еще одной больничной фотографией, на этот раз с малышом Райаном, чьи волосы, должно быть, не хотели совершенно расти, потому что он был совершенно лысым. Стараясь не моргать, чтобы не упустить ни одного мгновения, я не отрывалась от стены, пока мои фотографии с Уиллом и детьми мелькали на экране.

В первый день Диоры в школе у меня были красные пятна под глазами и салфетка в одной руке, другая рука крепко держала Диору. Мы были вчетвером на каникулах в аквапарке, мои руки были протянуты, чтобы поймать Райана на дне водной горки. Я рассмеялась вместе со всеми моими гостями над фотографией меня и Диоры на фестивале с мордочками кошек, и мы с Уиллом рухнули на пол во время игры в Твистер.

Там было несколько фотографий меня, Элейн и Диоры, одетых в костюмы для постановки «Белоснежки и семи гномов». Мое лицо было грозным, чтобы соответствовать своему ворчливому характеру. Не очень-то приятно, но тем не менее забавно, и, вероятно, это послужило спусковым крючком для начала моих гусиных лапок и морщин на лбу — особенно, морщин на губах.

Появились еще пару фотографий, включая меня, работающей за большим столом, рисующей рисунки на бумаге и смотрящей в камеру с умиротворенным видом. На другом снимке я была одета в костюм и стояла перед выставочным столом, полным домашних вещей от «Интерьеров КС», и еще один прямо в момент открытия бутылки вина, мое лицо отвернулось от жидкости, разбрызгиваемой повсюду. Следующей была моя фотография с группой из десяти человек, сидящих на пляже ночью, уплетающих рыбу и чипсы, с заголовком «49-й День Рождения Келли». Надпись над моим изображением гласила: «Это самый незабываемый День Рождения в моей жизни», а надпись над Райаном: «Подожди до следующего года, мама.

— Парень был прав, а?

И, наконец, фотография нашей семьи на лыжной прогулке, где я сломала ребра, а затем видео моего прыжка сегодня утром, к счастью, без крупного плана моих криков о жизни.

Странно было видеть прыжок со стороны, когда моя память так сильно отличалась от того, как он выглядел на экране. В конце видео музыка закончилась моей фотографией с сегодняшним образом, улыбающейся и завернутой в шерстяной джемпер. Все зааплодировали, подняв вверх свои хлопающие руки, некоторые подняли свои пробирки с шампанским. Я кивнула всем в знак благодарности, и Уилл снова постучал по микрофону.

— Разве это не здорово? Я так горжусь Келли, — сказал Уилл, когда толпа затихла, прислушиваясь к словам хозяина дома. — Когда мы впервые встретились, Келли была двенадцатилетней красавицей, а я — пухленьким прыщавым ребенком. Каким-то образом Вселенная сговорилась снова свести нас вместе много лет спустя, и прежде, чем я успел ущипнуть себя, Келли приняла мое предложение и стала моей женой.

— Это мой брат! — Один из братьев Уилла радостно закричал и обнял меня, его дыхание после пива ударило мне в нос. — Ах, ты сделала моего брата очень счастливым, Кел.

— Он… сделал меня очень счастливой, — ответила я.

Уилл послал мне воздушный поцелуй, прежде чем продолжить:

— Должен признаться, когда я был моложе, то был ошеломлен ее потрясающей красотой, но по мере того, как узнавал ее, я все больше поражался ее удивительным творческим талантам, не говоря уже о ее внутренней энергии и страсти. По отдельности мы совершенно разные, но вместе — идеальная пара. Как две противоположные части головоломки, или замок и ключ, мы прекрасно подходим друг другу. — Уилл глубоко вздохнул, и его грудь Супермена выпятилась наружу. — Келли, дорогая, ты — причина, по которой я встаю каждый день, ты — причина, по которой улыбаюсь перед сном каждую ночь, и ты — мое вдохновение, чтобы продолжать быть лучше с каждым днем. Ты — любовь всей моей жизни.

Его голос дрогнул на последних словах, и легкая дрожь пробежала по моей нижней губе, когда я положила руку на сердце. Он подошел ко мне, и я встретила его на полпути, позволив себе расслабиться в его объятиях. Несмотря на костюм Уилла, я чувствовала, как его сердце бьется в унисон с моим. Мы стояли так несколько мгновений, пока он не отстранился.

— Я забыл, у меня есть еще один подарок для тебя! — Уилл бросился к угловому столику и поднял лампу, под которой прятался еще один конверт. Он снова встал перед микрофоном. — В честь той жизни, которую мы прожили вместе, и этого знаменательного события, я хотел сделать Келли и себе особый подарок на День Рождения. Открой его, милая. — Он сунул мне в руку конверт, и я разорвала его. Мне было все равно, будет ли это еще одна интимная фотосессия или ваучер на занятия тантрической йогой для супружеской пары. Я просто гудела от возбуждения и радости от того, что нахожусь в этом моменте.

Все молча стояли рядом, ожидая моей реакции. Я ахнула, вынимая бумагу из конверта, затем наклонилась к микрофону.

— Ух ты, это потрясающе. — Я посмотрела на лица, устремленные на меня. — Это четырехнедельный праздник в Европе! О, Уилл, я никогда не была за границей, и всегда хотела поехать! — Я обняла его.

— Я знаю, ты отказалась от своих планов стать моделью на международном уровне, когда мы создали семью, а потом и бизнес, поэтому я подумал, что нам пора покинуть нашу собственную безопасную страну и посмотреть мир!

Я подпрыгивала, возбуждение бурлило в венах. Гости снова зааплодировали, Элейн закричала:

— Возьмите меня с собой!

Диора продолжила:

— Возвращайтесь в целости и сохранности, мне нужно, чтобы вы посидели с ребенком, — когда один из официантов подошел, неся трехслойную модель фонтана, который был моим праздничным тортом.

Раньше я не замечала его чистого блеска; белой, почти серебристой глазури, покрывающей каждый слой, и свисающих брызг съедобных серебряных побрякушек, действующих как струящаяся из фонтана вода. У меня перехватило дыхание. Это был настоящий шедевр. Элейн двинулась к нему с разинутым ртом, схватившись за грудь.

У нее чуть не случился сердечный приступ от одного взгляда на него.

Официант поставил торт на маленький столик и жестом пригласил меня сесть перед ним. Одинокая свеча неуверенно мерцала, словно не зная, в каком направлении двигаться… и тут мое сердце остановилось.

Мой торт. Пора. Момент, которого я ждала, настал и ждал с распростертыми объятиями и открытым приглашением в прежнюю жизнь. И все же я была этим пламенем, раскачивающимся взад и вперед между двумя мирами.

— С днем рождения тебя!

С днем рождения тебя!

С днем рождения дорогая Келли!

С днем рождения тебя!

Сорок или около того голосов заполнили комнату, но все, что могла слышать, было тиканье часов в голове.

Тик-так, тик-так, прошлое, будущее, прошлое, будущее…

— Разве ты не хочешь загадать желание и задуть свечу? — спросил Райан.

Я сидела, застыв, несмотря на то что пламя искушало меня своим манящим сиянием. Оглядела людей, своих друзей и семью, которая подбадривая меня, их любовь и поддержка распространялись по всем фибрам моего существа. Уилл… слова из его речи эхом отдавались внутри, и мысли о том, что я могла бы чувствовать то же самое по отношению к нему, смешались в замешательстве. В тот момент я была собой и была полностью счастлива.

Неужели старый добрый Уильям МаксНелли пробудил во мне все самое лучшее? Спас мое сердце от змеиной оболочки Прада и освободил его? А как же Диора и Райан? Если вернусь и выйду замуж за Гранта, они никогда не появятся на свет. Я не встречусь с ними снова. Малыш Диоры никогда не родится.

Весь день я четко знала, чего хочу, но теперь, когда представилась такая возможность, терялась в сомнениях. Жизнь, которую я планировала, или жизнь, которую прожила сегодня?

В последний раз оглядев всех вокруг, мои друзья и семья ритмично хлопали в ладоши и скандировали: «Кел-ли, Кел-ли, Кел-ли…» — и глубоко вдохнув, воздух наполнил и расширил мои легкие. Пламя расплылось перед глазами, и я изо всех сил задула свечу. Запах дыма и расплавленного воска повис в воздухе, когда я закрыла глаза.

Глава 17

Возрождение

«Твоя работа в том, чтобы открыть свой мир, а затем всем сердцем отдаться ему».

— Будда

Я держала глаза закрытыми, когда вокруг раздавались голоса, считая и хлопая в ладоши… по одному хлопку на каждый День Рождения. Если они остановятся на двадцати пяти, значит я вернулась. Я крепко зажмурилась, когда счет перевалил за восемнадцать. Так ли это, подумала я, когда они достигли двадцати пяти. Неужели я вернулась? Подсчет продолжался. Когда я задула свечи, мне не хотелось ни возвращаться, ни оставаться. Я бы пожелала наилучшей жизни для себя, чтобы прожить ее как следует. Сделав еще один вдох, я медленно открыла глаза и увидела вокруг себя расплывчатые улыбающиеся лица. Пятьдесят!

— С Днем Рождения, Келли! — Хлопки прекратились и все превратилось в беспорядочную какофонию. Мой взгляд метнулся к Уиллу, щелкающему фотографиями, к Райану, стучащему хвостом ящерицы по полу в ритмичном энтузиазме, также Диоре, сидящей в саду блаженства неподалеку, ее улыбка была самой яркой в комнате. Я была дома. Не дома, каким я его знала, а дома, где было мое сердце.

— Речь, речь, речь, речь… — хором произнесла толпа, и Райан поднял меня на ноги к микрофону, в то время как я изо всех сил пыталась придумать, что сказать.

Я постучала по микрофону для проверки на звук.

— Спасибо вам всем, большое спасибо. Ого, с чего бы начать? Это был удивительный день, я…

— Э-э-эх, — протянула Диора. Райан подскочил к ней, задыхаясь, и его руки взлетели к лицу, когда гигантский лотос оригами под лужей Диоры размяк от сырости. — У меня отошли воды! — Извиняющаяся улыбка промелькнула на лице Диоры.

— Мой лотос погиб! — Райан опустился на колени рядом с умирающим цветком, потом снова вскочил. — У тебя отошли воды? Мама, папа, у нее отошли воды! А где Джейсон?

Дамблдор подлетел к жене.

— Ты в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь?

Она кивнула, но потерла живот.

— Ну, я весь день страдаю от этих приступов. Может, это все-таки не Брекстон Хикс? (Схватки Брэкстона-Хикса, в отличие от истинных родовых схваток, редки и нерегулярны. Сокращения длятся до минуты, могут повторяться через 4–5 часов)

У моей дочери были роды! Говоря о времени, мои речи по случаю Дня Рождения, казалось, всегда прерывались.

Застывший шок Уилла быстро растаял, и он начал действовать.

— Хорошо, Джейсон — мы с тобой поможем Диоре сесть в машину. Келли, возьми полотенце и немного воды на всякий случай. Ох, и ножницы!

— Зачем ножницы? — спросила я, хотя то же самое можно было спросить и раньше.

— Пуповина.

— Я не думаю, что все будет развиваться так быстро, на предродовых занятиях сказали, что это займет около двенадцати часов, прежде чем ребенок выйдет, — сказал Джейсон.

— Ой, — Диора простонала. — Кажется, у меня схватки. — Джейсон погладил ее по спине и подождал, пока это пройдет, в то время я собирала припасы. Однако мне потребовалось некоторое время, чтобы найти полотенце, так как в ванной его не было. Я не могла взять с собой всю эту штуку с сушилкой для тела. В конце концов я нашла одно в бельевом шкафу в коридоре и вернулась к дочери. Гости вечеринки суетились вокруг, пытаясь казаться полезными.

— Мама, я хочу, чтобы ты поехала со мной. Ты уже прошла через это, ты нужна мне, — глаза Диоры умоляли.

— Я тоже, — сказал Уилл. — Я буду сидеть впереди, пока Джейсон ведет машину, и успокаивать его. Милая, ты можешь присмотреть за Диорой сзади. Ладно?

— О'кей. — Наверное. Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то рожал. Видела только в фильмах ужасов, которые нас заставляли смотреть в школе — те, после которых никогда не хочется заводить детей.

— Вы, ребята, идите, а я займусь все остальным здесь, — сказал Райан, срывая свою маску ящерицы и указывая на ошеломленных поставщиков провизии. — Не могли бы мы принести кофе и чай всем, пожалуйста, и убедиться, что каждый получит кусок торта. Мама, быстрее, тебе просто нужно сделать первый разрез на торте! Это плохая примета, когда этим занимается кто-то другой.

Я посмотрела на торт, потом снова на Диору и снова на торт.

— Ладно. — Я помчалась к торту, и официант протянул мне большой нож. Проталкивая его сквозь твердый, но податливый корж, я загадала еще одно желание. Чтоб рождение ребенка Диоры прошло гладко, и чтоб она и ребенок были здоровыми. Удовлетворенная своим намерением, я повернулась к Райану. — Оставь мне кусочек, хорошо?

— Я оставлю тебе самый большой кусок, мама. — Он улыбнулся, и я коротко обняла его, прежде чем быстро поблагодарить всех гостей и вернуться к Джейсону и Уиллу, помогающие Диоре дойти до входной двери. Моя дочь нуждалась во мне, и я не собиралась оставлять ее одну.

— Ты хочешь, чтобы мы тоже поехали? — крикнула нам вслед Мардж, когда мы спускались по ступенькам.

— Спасибо, Берил, но думаю, что справимся втроем. Мы позвоним с любыми новостями, — сказал Джейсон.

Берил, так вот как зовут мою свекровь. Берил МаксНелли. Бедная женщина.

— Я думаю, будет мальчик! — крикнул Гомер, живот которого занимал куда больше места, чем Диоры.

— Нет, Редж, это будет девочка, говорю тебе, — ответила Берил, прежде чем закрыть дверь.

Редж МаксНелли.

Диора остановилась рядом с машиной.

— О-о-о, желудок стянуло. Боже, это так странно. О-о-о… — Она наклонилась вперед к машине, и я погладила ее по спине, пока Джейсон заводил двигатель. Уилл открыл дверцу со стороны пассажира и положил полотенце, ножницы в карман за водительским сиденьем, а бутылку с водой — в держатель для напитков. Джейсон сделал глоток кофе через соломинку встроенной кофеварки, прежде чем он повернул голову.

— Ну, как дела?

— Не могу… говорить, — тяжело дыша, проговорила Диора.

— Когда тебя чуть отпустит, мы поедем, — сказала я, когда лицо Диоры снова расслабилось. — Ладно, садимся.

Я помогла ей устроиться на пассажирском сиденье и предложила воду, которую она тут же оттолкнула.

— Я ничего не хочу, — сказала она, и по ее лицу потекли слезы. — Мне страшно, мама. Что, если так и не смогу справиться с болью?

— О, милая, — начал Джейсон. — Ты хочешь, чтобы я пересел к тебе?

— Нет! Просто отвези меня в больницу. Мне нужна моя мама, — выпалила она, и еще одна слеза покатилась по ее щеке.

— Извини, дорогой, я просто немного ошеломлена.

Джейсон протянул руку за спинку сиденья и потер ее колено, прежде чем вернуть руку на руль и выехать на дорогу.

— Все будет хорошо, — сказала я, положив ее руку в свою, что было ошибкой.

— Уф! — Диора сжала мою руку сильнее, чем подтягивающий костюм сжимал мой торс. — Ты, ау, охх! — Серия первобытных стонов затопила машину и через пару минут стихла. — О боже, становится все хуже.

— Все в порядке, милая, это естественно, твое тело знает, что делать. — Очень может быть, что мои слова хоть как-то утешает ее. Из всего, что я знала — а знала я очень мало — о родах, это было чертовски больно. Хуже, чем двадцать сломанных костей сразу, судя по тому, что я читала. Забудьте о том, сможет ли она справиться с этим, я не знала, смогу ли я наблюдать за всем процессом.

— Может, мне попросить эпидуральную анестезию?

— Определенно, — сказал Уилл.

— А она нужна? — спросила я.

— Дорогая, разве ты не помнишь, насколько легче тебе было во второй раз, когда ты делала эпидуральную анестезию с Райаном?

— Хм, верно, — ответила я и посмотрела на Диору. — Но ты должна делать то, что считаешь нужным. Спросим медсестер, что они думают.

Диора кивнула и откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза, словно собираясь с силами.

— О, какого черта? — воскликнул Джейсон, и машина остановилась.

— Что? Что? — Диора вскинула голову.

— Просто небольшая пробка. Не волнуйся, сосредоточься на себе, а я сосредоточусь на том, чтобы доставить нас в больницу. — Диора не видела, как Джейсон беззвучно произнес ругательство.

Машина остановилась, засигналили клаксоны и послышались голоса, «Да ладно!» и «Поторопитесь, неудачники!» Пальцы Джейсона нетерпеливо забарабанили по рулю, и машина заговорила:

— Авария не входила в планы. Пересчет маршрута… — и через несколько минут, — На данном этапе нет подходящего альтернативного маршрута, езжайте прямо. Предположительное время на текущей скорости… три часа тридцать семь минут.

— Нет! — завопила Диора, прежде чем ее желудок сжался в тугой комок, а на лбу выступили капельки пота.

Джейсон стукнул кулаком по рулю.

— Этого не может быть. Ни за что!

— Подожди пару минут, возможно, тогда все утихнет. Скорее всего, грузовик не выдержал своего груза, — предположил Уилл.

— Если мы не доберемся до больницы, моя жена расплескает свой груз здесь! — ответил он.

— Сделай глубокий вдох, приятель. Мы доберемся туда, не волнуйся. Мы всегда можем вызвать скорую, если понадобится, но я сомневаюсь, что она нам пригодится.

— Ладно, ладно, все будет хорошо. Да, все хорошо, — сказал Джейсон, в основном самому себе. — В любом случае, вероятно, это займет не один час.

— Не говори так! — воскликнула Диора.

— О, я не имел в виду целый день, дорогая, просто у нас будет достаточно времени, чтобы добраться до больницы.

— Меня сейчас вырвет. — Диора наклонилась вперед, ее щеки надулись, а рука взлетела ко рту.

— Нет, нет, нет! Черт, надо было взять ведро! — Джейсон повернулся к нам на заднем сиденье, его взгляд метался в разные стороны. — Постарайся удержать это в себе. Что у нас есть в качестве ведра?

Однако у Диоры была своя идея, и она просто открыла дверцу машины и выпустила содержимое своего желудка на дорогу. Слава Богу, что машина стояла на холостом ходу, иначе машинам сзади понадобились бы высокоскоростные мощные дворники. Ребенок лет шести в соседней машине увидел сие представление, и его лицо сморщилось. Мальчик по старше, лет девяти, сидевший рядом с ним, открыл окно и сказал:

— Рядом с нами блюет фея!

Диора закрыла дверь, вытерла рот полотенцем и открыла окно.

— Мне нужен свежий воздух.

Ее рука потянулась к животу, и она крепко обхватила его, когда снова начались схватки.

— Оу! Аргх, аргх, — Диора перебрала все гласные, чтобы немного разнообразить звучание.

— Черт возьми. — Джейсон завел мотор, как будто только это могло заставить машины впереди двигаться, но это только раздражало водителя впереди, который высунул руку из окна, показывая средний палец.

— Эй! Моя жена рожает, идиот!

Должно быть, он ничего не слышал, потому что снова резко вытянул палец в воздух.

— Я посмотрю, что происходит. — Уилл открыл дверцу и вышел из машины.

— Уилл, что ты делаешь? — Я опустила окно со своей стороны.

— Просто хочу взглянуть. — Он встал на цыпочки и посмотрел вперед, но этого было недостаточно, потому что Уилл взобрался на переднюю часть машины и встал, скульптурные икры его красных ботинок Супермена поверх синих ног были видны через ветровое стекло.

— Эй, мам, а вот и Супермен! — Парень в соседней машине высунул голову из окна и показал на Уилла.

— На нем костюм, он не настоящий Супермен, — сказал мальчик постарше брату.

— Откуда ты знаешь? — ответил он. — Думаю, он здесь, чтобы спасти всех от дорожной пробки.

— Ага, точно! — Старший мальчик скрестил руки на груди.

Джейсон выглянул в окно со стороны водителя.

— Ты что-нибудь видишь?

— Ну, да? Я был прав! Грузовик высыпал кучу коробок, и содержимое вывалилось наружу.

— Почему именно сейчас? Почему? — Лоб Джейсона блестел от пота, и он снял свою волшебную шляпу.

— Я уверен, что скоро все прояснится, — сказала я.

Уилл спрыгнул с машины и подошел к водительскому месту.

— Сейчас приду. Хочу проверить, смогу ли помочь чем-то, чтобы ускорить события.

— Подожди, Уилл, разве это не опасно? Мы на оживленной дороге! — Я склонилась над Диорой, и она снова застонала.

— Мы не на средней полосе, так что я просто пойду по обочине, и, кроме того, моего костюма достаточно, чтобы остановить движение. — Он подмигнул и побежал на большой скорости.

Джейсон откинул голову на спинку сиденья и произнес еще одно ругательство. Глубоко вздохнув, он повернулся к Диоре.

— Как поживает моя прекрасная фея?

— Не называй меня так, — ответила она. — У меня живот размером с подушку безопасности и… Смотри, на платье осталась полоса рвоты, и словно этого недостаточно, мы застряли в этом… тьфу! Только не это! Он приближается так… близко к… выходу. — Диора вцепилась в край сиденья одной рукой, а я — другой.

Давай, Уилл, поторопись!

— Все хорошо, просто дыши, — сказал Джейсон.

— Я не могу! Ау, ах…

— Дыши, милая, дыши. Помнишь, ты говорила мне, если забудешь ты, чтобы я напомнила тебе про дыхание? Так вот, напоминаю.

Диора перестала сжимать мою руку, когда схватка прекратилась.

— Да, но я же не знала, что будет так больно, правда? Дыхание ни черта не поможет справится с этой болью! — Как будто разговор утомил ее, она откинулась на спинку сиденья и снова закрыла глаза.

После новых схваток и половины бутылки воды, использованной Джейсоном для регидратации после его нескончаемого пота, мускулистая фигура Уилла появилась из путаницы металлических автомобилей перед нами, его руки были подняты в знаке больших пальцев.

Парень рядом с нами сделал снимок, и когда Уилл вернулся в машину, он помахал руками себе на лицо.

— Фух, спасать мир — тяжело, особенно в этом костюме. Ему нужны вентиляционные отверстия.

Да, давай обсудим это.

Когда поток машин начал двигаться вперед, малыш завопил:

— Смотри, я знал, что Супермен рассосет пробку! — Его широкая улыбка становилась все меньше по мере того, как наша машина двигалась дальше, и я не могла видеть выражение его лица.

— И что ты сделал? — спросила я.

— Я расшевелил их задницы. По-видимому, они ждали какой-то официальной команды по уборке из соображений гигиены труда и безопасности, сидя вокруг и притворяясь занятыми. Я сказал, что это смешно, и вместе мы могли бы расчистить дорогу за считанные минуты.

— Что там разлилось из грузовика, что они не смогли убрать сами, радиоактивные ракеты или что? — Диора спросила, прежде чем очередная схватка захватила ее.

— Баллончики с лаком для волос, представляешь? Грузовик с мистическим спреем сверхсильной мощности. Ребята сказали, что их страховка не покроет травмы, вызванные взрывом банок. Судя по всему, в этих банках достаточно давления, чтобы нанести приличный урон, когда они проколоты, а в некоторых бутылках были вмятины. Я должен был помочь. На мне был костюм, который мог отразить удар.

— Значит, вместо того чтобы поддерживать чьи-то волосы, они держат движение, да? — Джейсон быстро повернулся к Диоре, пытаясь пошутить, но ее внимание было сосредоточено на чем-то другом. — Итак, э-э… Как ты заставил их согласиться на уборку, Супермен?

— Сказал им, что Лекс Лютер будет охотиться за ними. Нет, я спросил их, покрывает ли их страховка осложнения от рождения ребенка без медицинской помощи на дороге, которую они создали.

— Отлично, — ответил Джейсон, положив руки на руль и снова уставившись на дорогу.

— Что? Я не собираюсь рожать этого ребенка на обочине дороги! — воскликнула Диора.

— Не волнуйся, милая, этого не случится. Мы едем в больницу, сейчас движение ускоряется, — ответил Джейсон.

— Ах, эти долбаные крылья! — Диора обернулась, чтобы посмотреть через плечо, и попыталась оторвать крылья от своего костюма, но ей удалось только вытащить блестящий уголок, который она выбросила в окно. — Так и знала, что надо было одеться арбузом.

— Дай мне посмотреть. — Я ухватилась за крылья там, где они крепились к платью, но они не поддавались, и я не хотела причинять вред своей дочери, дергая слишком сильно. — Когда мы приедем в больницу, ты сможешь переодеться в халат. Это не займет много времени.

Вскоре мы въехали — точнее, резко свернули — на стоянку у входа в приемный покой больницы. Джейсон и Уилл достали из багажника дизайнерский багаж Диоры — один большой чемодан и сумку для переноски родильного оборудования поменьше, — а я помогла ей выйти из машины. Однако она успела проделать лишь часть пути, когда снова начались схватки, которые заставили ее ослабнуть и сесть обратно в машину. Ее сильная хватка на моей руке заставила меня упасть вперед в машину, мое тело согнулось в талии, и задница торчала из двери.

Треск!

Это было мое платье? Я обернулась и увидела, что Уилл и Джейсон пялятся на мой зад.

— О боже, — сказал Уилл. — Надеюсь, у тебя есть булавка, или четыре, или пять.

— Черт возьми! Насколько большая дырка? — Я попыталась наклониться, чтобы посмотреть на трещину, но снова костюм смерти помешал этому — и почему он не порвался? Стоны Диоры напомнили нам, что ее положение было намного хуже, чем мое, и мы втроем помогли ей выбраться из машины, как только схватки закончились.

— Быстро, внутрь, пока не наступила еще одна! — настаивал Джейсон, обнимая жену одной рукой за шею, а другой за Уилла, в то время как я держалась за ее спину, пока мы бежали к выходу.

Мы вошли через автоматические двери, когда Диора внезапно остановилась от боли, сломанный угол ее крыла ткнул меня в глаз.

— Ой! — Я инстинктивно схватилась руками за глаз, но Диора потеряла равновесие, и я быстро положила руки ей на спину, щурясь от боли. — Черт возьми!

Когда Диора вновь обрела способность стоять, я наконец открыла глаза и увидела, что персонал больницы смотрит на нас со смесью шока и веселья. Можно подумать, они никогда раньше не видели рожениц. Потом я поняла, что не каждый день можно увидеть Супермена, Дамблдора, беременную фею в заляпанном рвотой платье со сломанным крылом и манекенщицу средних лет с порванным платьем и деформированным глазом, входящую в двери больницы.

— Держи, дорогая, — сказала усталая женщина, прикатывая инвалидное кресло к Диоре.

— Присаживайся, и давай отвезем тебя в комнату, а потом снимем этот костюм. Почему бы вам, — она посмотрела на нас троих, — не заполнить бланки приема и не подождать в коридоре, пока я осмотрю… как тебя зовут, дорогая?

— Диора.

— Диора. Я дам вам знать, когда вы сможете войти. Я так понимаю, один из вас — отец ребенка?

Длинная борода Дамблдора подпрыгнула вверх и вниз, когда он кивнул, и пошел к стойке регистрации, в то время как Уилл и я рухнули на ряд стульев неподалеку. На секунду я подумала, не признаться ли самой себе, что магический костюм можно было удалить хирургическим путем, но решила, что на сегодня с меня хватит смущения. Так или иначе, я выберусь из этого, но пока не хотелось думать об этом.

Пятнадцать минут спустя мы вошли в приемный покой, где Диора была подключена к монитору, висевшему у нее на поясе.

— Зачем ей это нужно? Тебе не будет больно? — спросила я.

— Это чтобы следить за схватками, — пояснила медсестра.

— Помнишь, у тебя был такой же, когда ты рожала? — сказал Уилл.

— О. Этот момент как-то размыт, — ответила я.

— А вот и еще одна… мне нужно за что-то держаться. Где моя волшебная палочка? — спросила Диора.

— По-моему, она осталась на вечеринке. Вот, возьми мою.

— Мне не нужна твоя, она выглядит как дурацкая ветка. У моей есть звезда. Я хочу ее, она заставляет меня чувствовать себя лучше, это… — Диора приняла палочку Дамблдора и быстро сломала ее пополам, к большому разочарованию своего мужа. Как только моя дочь закончила всасывать газ, Джейсон взял на себя смелость сделать пару глотков для себя.

— Почему бы мне не сбегать и не принести тебе кофе, Джейс? — спросил Уилл.

— Нет, но спасибо. Думаю, мы достаточно наелись на вечеринке, и мне не нужно больше нервничать.

— Вы… все останетесь на роды? — спросила медсестра, переводя взгляд с нас на Диору.

— Диора сказала, что нуждается во мне…

— Вообще-то, мам, я думаю, что справлюсь вместе с Джейсоном. Мне и раньше было страшно, но теперь я чувствую себя лучше в больнице, — сказала Диора.

— И она расширена всего на несколько сантиметров, так что ребенок, вероятно, не появится здесь до утра, — добавила медсестра.

— Она права, — сказала Диора. — Тебе надо пойти и немного поспать, у тебя был тяжелый день. Когда ты проснешься, у тебя уже будет внук. То есть, если он или она будет сотрудничать с нами и не решит побить мировой рекорд по самому долгому рождению. — Она выдавила слабую улыбку, и моя рука инстинктивно обхватила ее лицо.

Я взглянула на Уилла, и он кивнул.

— Ну хорошо, если ты уверена? — Диора кивнула, и Джейсон придвинул стул к кровати. — Хорошо, но позвони мне, если передумаешь или если тебе что-то понадобится все что угодно, хорошо? — Я смотрела на медсестру так же, как и на Джейсона. — Ну же, Супермен, пошли.

Уилл взял меня за руку, и мы направились по коридору к выходу из больницы.

— Там есть стоянка такси. — Я указала за угол, но Уилл смотрел в другую сторону. — На что ты смотришь? — Я проследила за его взглядом и увидела спектр городских огней, вспыхивающих и сливающихся в красочный водоворот, где медленно вращалось колесо обозрения.

— Сегодня на гавани ярмарка развлечений. Не хочешь сделать крюк, прежде чем отправится домой? Как в старые добрые времена? — Он криво улыбнулся и протянул мне руку.

— Почему бы и нет, черт возьми?

Я взяла его за руку, и мы пошли к огням.

Глава 18

Веселье и игры

«Если качели идут вперед, они пойдут и назад».

— Шри-ланкийская пословица

Уилл был прямо как дома на ярмарке веселья в своем костюме Супермена, уже шесть туристов попросили сфотографироваться с ним.

— Никогда в жизни мне не уделяли столько внимания, — сказал он.

Я усмехнулась, затем указала на движущиеся головы клоунов.

— Ой, смотри! Я не видела их уже много лет. — Я затянула узел на большом шарфе, который Уилл купил мне, чтобы обернуть вокруг талии и скрыть разорванное платье, что было очень мило с его стороны, поскольку я совершенно забыла о нем.

Что на меня нашло? Обычно я была бы в ужасе от того, что кто-то увидит такую неисправность гардероба, но каким-то образом вид Диоры, собирающейся принести в мир нового человека, расставил некий порядок.

Дежурный на клоунской игре заставил меня смахнуть мою электронную площадку, и я стояла с рукой наготове, ожидая идеального момента, чтобы бросить мяч через рот клоуна и приземлиться (надеюсь) в позиции номер один. Тогда я выиграю большого пушистого плюшевого мишку и смогу подарить его ребенку Диоры. Моя рука замерла в воздухе, когда я проследила за движениями клоуна, прежде чем протолкнуть мяч через его рот. Черт! Попала в номер четыре.

— Вот, мадам, — сказал дежурный, вручая мне мой приз — разноцветный блестящий парик из мишуры. Это было до смешного ярко и полностью привлекло бы к себе внимание, но было уже все равно. Я надела парик на голову, перепутала шиньон и покачала головой из стороны в сторону, чтобы пряди вокруг моего лица засияли сильнее.

— Ну как? — Я спросила Уилла.

— Тебе очень идет, — ответил он, взъерошив мои волосы пальцами.

— А вот и Ваш приз, сэр, — сказал дежурный после того, как мяч Уилла попал в номер три.

Уилл водрузил на лицо солнцезащитные очки со свисающими глазами, и налитые кровью глазные яблоки запрыгали вверх-вниз, точно так же, как это было с моими глазами во время утреннего прыжка. Смех вырвался из меня и Уилл установил свою электронную площадку на функцию камеры и повернул голографический экран лицом к нам, чтобы мы могли увидеть себя.

— Готова? Улыбнись!

Щелк! Воспоминание, запечатленное навсегда. Согласны?

— А теперь давай посмотрим, сможем ли мы выиграть одного из этих больших медведей для малыша Беллоуз. — Уилл потянул меня за руку, и мы пошли играть в жеребьевку.

— Подходите, выиграйте приз, пять ходов за каждую игру! — Девушка говорила традиционным интермедийным голосом, привлекая больше посетителей к игре. — Брось кольцо на лилию и выиграй!

Это выглядело довольно трудно, учитывая, что лилии плавали на дне воды. Было бы достаточно трудно заставить кольцо приземлиться на ту, которая была неподвижной, но, возможно, Уилл целился лучше, чем я. Скоро мы это узнаем.

Уилл протянул мне свои очки и закатал рукава Супермена, держась за кольцо и пригвоздив лилию взглядом-лазером.

— Ничего себе, такое у нас впервые. Супермен пытается бросить кольцо! Добьется ли он успеха или потерпит неудачу? Подходите и убедитесь в этом сами!

Поговорим о давлении! Собралась толпа зевак, в основном подростки и пожилые пары, так как для маленьких детей было уже слишком поздно.

— Ладно, поехали. — Уилл осторожно бросил кольцо в сторону кувшинки, но оно отскочило от края и с легким шлепком упало в воду. Уилл разочарованно щелкнул пальцами. — Черт возьми!

— Еще четыре броска, и все может прояснится, ребята. Посмотрим, сможет ли он соответствовать своему костюму и стать победителем, а?

Боже. Еще большее давление. Бедный Уилл. Еще один бросок. Очередная неудача. В третий раз повезло? Нет.

Шлеп!

— Давай, парень, ты справишься, — крикнул кто-то из толпы.

Да, возможно, если бы народ не толпился вокруг и не наблюдал за ним, как ястреб. Держу пари, Уилл тоже пожалел, что не оделся призраком. На этот раз кольцо коснулось маленькой палочки, торчащей из кувшинки, и, хотя оно приземлилось на подушечку, оно не захватило палочку согласно правилам.

— Один поворот налево, ребята. Сможет ли он это сделать?

— Сфокусируйся. Думай так, как будто твоя жизнь зависит от попадания в цель, — настаивала я. — Представь, что лилия — это то, чего ты действительно хочешь, и без нее твоя жизнь не имеет смысла. Ты можешь это сделать!

Ладно, это была просто игра, но немигающие глаза и молчание окаменевшей толпы создали напряженное ожидание, что могла бы соперничать с Хичкоком.

Уилл глубоко вздохнул, и я почти слышала, как бьется его сердце сквозь пластмассовую мускулистую грудь. Он дважды вытянул руку вперед и назад, выстраивая свою мишень, а затем бросил кольцо в сторону клумбы с ничего не подозревающими лилиями.

— У нас есть попадание! — Девушка подняла кулак в воздух, и толпа зааплодировала, когда кольцо несколько раз обошло палку, прежде чем остановиться.

Я подпрыгивала, как юная фанатка на концерте, хлопая с большим энтузиазмом, чем следовало.

— Ты сделал это! Отлично сработано. — Я сама удивилась, поцеловав Уилла в щеку, и его грудь, казалось, вздымалась от гордости.

Он отвесил легкий поклон в знак благодарности толпе и принял большого плюшевого медведя кофейно-коричневого цвета в симпатичный клетчатый пиджак и галстук-бабочку. Обычно я бы никогда не назвала клетку милой — теперь это была ткань, которая просто не должна была существовать вообще — но сегодня это было не совсем нормально, так что это было мило.

Уилл протянул мне плюшевого мишку, и я потерлась щекой его шелковистую мягкую шерсть, пока он фотографировал. Еще несколько человек попросили попозировать с Суперменом, затем мы прогулялись по ярмарке, Уилл в своих очках и я в своем блестящем парике, только через пару минут осознав, что наши руки переплетены. Это ощущалось так естественно.

— О, машина-гадалка. Посмотрим, что она нам скажет? — Уилл указал на что-то похожее на большую аркадную игру, с двумя большими гипнотическими глазами, нарисованными на передней панели, и экраном с крутящимися психоделическими цветами. Я хотела сказать ему, что сегодня у меня уже была встреча с экстрасенсом, но прикусила губу. — Конечно, я в деле, если ты играешь?

— Конечно, мне нечего бояться, будущее может быть светлым только с тобой. — Он сжал мои плечи. Несмотря на склонность к мелодраме, его привязанность ко мне была довольно милой.

Я с любопытством посмотрела на него.

— Уилл, о чем ты думал, когда попал в мишень на лилии?

— О тебе, конечно. Я вообразил, что ты на лилии, которую нужно спасти, и это сработало. То же самое и в жизни, думаю. У тебя есть цель, ты сосредотачиваешься на ней и уверенно делаешь шаг вперед, надеясь на хороший исход.

— Верно, — ответила я, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Ладно, ты первый, Супермен.

Уилл провел свою электронную площадку на аппарате, и тот заискрился, на экране завертелись все быстрее и быстрее странные очертания букв, пока не появились слова, сначала перемешанные, а затем образовавшие предложение: Ваша жизнь скоро перевернется. Оседлайте эту волну и продолжайте двигаться вперед.

Из автомата выпала карточка, и Уилл взглянул на написанное на ней предсказание. — Хм… Интересно, что это значит?

Я пожала плечами.

— Посмотрим, что там для меня написано.

И снова закрутился водоворот из слов, пока не появилось целое предложение: Завтра новый день, все возможно.

— Это не очень похоже на предсказание, — заметил Уилл. — Не очень конкретно.

Прежде чем я успела ответить, машина издала звенящий звук, и вихрь появился снова. Затем на экране всплыло еще кое-что: Поздравляю! Вы были выбраны, чтобы получить бонус Фортуны! Еще одно вращение, и: На все ваши вопросы ответит сердце.

— А как насчет этого? Должно быть, машина знала, что у тебя День Рождения, — сказал Уилл. — И все же мало деталей.

— Вообще-то, думаю, это вполне уместно. Он говорит мне, что мне под силу создать собственное будущее, если прислушаюсь к своему сердцу. — Я вытащила две карты из щели и прижала их к груди.

— Думаю, ты права. — Уилл кивнул. — Кто знает, завтра, если мистер Терроу примет наше предложение, это станет большим переворотом, и это будет означать, что все возможно для будущего нашего бизнеса.

— Возможно, — ответила я, хотя и восприняла эти предсказания как нечто более личное. — Ой, ой — хочу сумку! — Я потянула Уилла за руку, как взвинченного ребенка, и повела его к стойке с сумками, которая, похоже, уже закрывалась. — Мы можем купить пару сумок, прежде чем Вы закроетесь? — спросила я продавца, чьи глаза были полузакрыты, а нижняя губа свисала так низко, как натянутый гамак.

Он молча вытащил из-под стола два пакета, слишком уставший, чтобы говорить. Я просмотрела свою электронную площадку, выбрала кредитную оплату, и он передал товар. Мы с Уиллом побрели прочь, вытаскивая из сумок неожиданные сокровища. Я развернула леденец и позволила липкой сладости скользнуть по моему языку.

Уилл улыбнулся.

— Не скажешь, что тебе пятьдесят, — сказал он. — У тебя все еще есть это, Кел.

— Что?

— Ну, ты понимаешь, это.

— А, ты имеешь в виду сексуальную притягательность?

— Нет, внутреннего ребенка. — Он посмотрел на меня и рассмеялся. — Конечно, я имею в виду сексуальную притягательность! — Пока мы шли, он закинул мне на талию тяжелую сумку.

— Во всяком случае, я думаю, что с возрастом ты стал лучше, — сказала я ему.

— Неужели? — Его глаза расширились. — Погоди, это значит, что ты никогда не думала, что, когда я был пухлым школьником, я не был привлекательным? — Он подмигнул.

Что я могла сказать? Я никогда не считала его привлекательным — никогда. До сих пор.

— Важно то, что внутри, помнишь? — сказала я.

— Конечно, все эти кости, органы и длинные кишки действительно неотразимы. — Он потер живот круговыми движениями, и я дружески шлепнула его.

— Мне кажется, кто-то выпил слишком много шампанского, — сказала я, хорошо зная, что четыре или пять пробирок — никак не помогли мне.

— Я выпил только две! — Он защищался. — Но то, что я здесь, на ярмарке, с тобой, в этом костюме, пробуждает во мне моего внутреннего ребенка. Что насчет тебя? Ты чувствуешь себя двадцатипятилетней в этом платье?

Совершенно нет.

— Эм, скажем так, я чувствую себя сейчас больше… собой, чем когда-либо.

— Говорю тебе, мы выявляем друг в друге все самое лучшее. Что я сказал на вечеринке? Мы как замок и ключ, ты и я, — Уилл провел языком по своему леденцу.

— Так кто же я, замок или ключ?

Глаза Уилла блуждали по небу.

— Думаю, ты будешь ключом. Замок в основном не такой крепкий и надежный. Но вот ключ — другое дело. Ключ, который поворачивает замок и воплощает все возможности в реальность. Так же, как и ты.

— Я?

— Да. Без тебя я был бы замком, который не открыли, все еще ожидая нужного ключа.

Теплое покалывание, которое я чувствовала раньше, вернулось.

— Красиво говоришь, Уилл. Хотя, думаю, ты занижаешь себя. Конечно, ты был бы счастлив и успешен без меня.

— Может быть, успешен, но счастлив? Не знаю… наверное, просто доволен. — Он поцеловал меня в щеку, оставив после себя легкое липкое ощущение. — Но мне даже не нужно думать о другой возможности, потому что ты со мной, и я очень счастлив.

Я улыбнулась.

— Эй, не хочешь прокатиться на чертовом колесе? — Я указала на большой круг, вырисовывающийся на чистом ночном небе.

— Конечно, как в старые добрые времена. — Он улыбнулся.

— Прошу прощения, но я уже закрываюсь, — сказал мужчина, когда мы подошли.

— Ну один разочек, пожалуйста? — взмолилась я.

Мужчина посмотрел на свою электронную площадку и сморщил усталое лицо.

— У моей жены сегодня день рождения, — сказал Уилл. — Знаменательная дата!

— Да? Ну, с днем рождения. Моей жене исполнилось пятьдесят две недели назад. — Он снова посмотрел на свою электронную площадку, не то, чтобы время волшебным образом изменилось или что-то еще. — Ну ладно, заходите. Но только потому, что сегодня у Вас День Рождения. — Он усадил нас и задвинул защитный засов. — Но только один круг, хорошо? Туда и обратно, ясно?

— Да, спасибо, — сказала я.

Колесо начало свое медленное восхождение к небу, музыка тихо играла на заднем фоне, пока мы с Уиллом смотрели на городской вид.

— Так красиво, да?

— Да, трудно поверить, что мы всего лишь крошечные пятнышки в этой огромной вселенной. — Каким-то образом Вселенная выбрала меня, чтобы я оказалась в будущем. Поначалу потрясенная и травмированная, я ощутила прилив благодарности. — Уилл, прости, если я когда-нибудь дразнила тебя в школе.

Один уголок его рта приподнимается.

— Почему ты об этом заговорила?

— Не знаю. Просто не помню, извинялась ли я когда-нибудь, вот и все.

— Иди сюда. — Он притянул меня к своей массивной груди. — Ты просто соглашалась с тем, что делали твои друзья. Я знаю, что ты не хотела этого, и кроме того, женитьба на мне была лучшим извинением, которое когда-либо мог получить.

— Я рада, что ты не держишь на меня зла.

— Разве я женился бы на тебе, если было бы иначе?

— Думаю, нет.

— Ну вот, пожалуйста. — Он заправил мне за ухо несколько прядей разноцветной мишуры и провел пальцем по моей щеке, положив большой палец на нижнюю губу. — Я люблю тебя, Келли.

Он наклонил голову, приближаясь. Также, как и этим утром, я наклонилась к нему. Его дыхание согрело мое лицо, когда его губы приблизились к моим, и когда я приоткрыла свои губы, внезапный лязг встряхнул нас.

— Что происходит? — Я выглянула через край.

— Не знаю. — Уилл выглянул с другой стороны.

Застряли. На вершине чертова колеса, раскачивающегося в воздухе. Почему со мной всегда так происходит?

— Эй? — Я крикнула вниз мужчине, надеясь, что он не ушел домой и оставил нас здесь болтаться до утра.

Крошечная фигурка мужчины что-то держала в руках.

— Все в порядке, — сказал он через громкоговоритель. — Небольшой сбой. Не волнуйтесь.

— Небольшой сбой? Что, если мы не сможем спуститься? — спросила я Уилла, прижимая руки к щекам. — А что, если придется спускаться самим или вызвать аварийный вертолет, который доставит нас спустит. О Боже! — Я представила себе, как карабкаюсь по веревке к зависшему в воздухе вертолету, не в силах поднять руки над головой, а потом мой блестящий парик запутывается в пропеллерах и разлетается на мелкие кусочки.

— Не волнуйся, я уверен, что сейчас мы тронемся с места, — заверил Уилл. — Если нет, — он выпятил грудь, — я призову своего внутреннего человека из стали и опущу нас.

Я посмотрела на улыбающееся лицо мужа и откинулась на спинку сиденья. Я, вероятно, слишком остро реагировала, а Уилл всегда был способен разрешить ужасную ситуацию — в костюме или без.

— Давай пока подождем, — сказал он, и я подумала, что он собирается наклониться и продолжить с того места, где мы остановились, но вместо этого открыл сумку и стал рыться в ней в поисках других сокровищ. — О, круто, свисток. — Он подул на пластмассовую игрушку, и в небе раздался пронзительный свист.

— Ой, не знал, что будет так громко!

— По крайней мере, мы можем свистеть как сумасшедшие, если они забудут о нас. — Я хихикнула.

Уилл продолжал рыться в своей сумке.

— О, помнишь эти? — Он вытащил длинную палочку завернутых конфет. — «Суперэластичный Сюрприз». У тебя есть такой?

Внутренний ребенок Уилла взял верх над его настоящим мужчиной из стали, и это было очень мило.

— Да, черничный.

— А у тебя какой вкус? — сказала я, поднимая свой.

— Лимон. Хочешь поменяться?

Я кивнула, и мы поменялись сладкими палочками, разорвали их и откусили, только с суперэластичным сюрпризом один укус тянется и растягивается очень далеко. Я зажала конец палочки в зубах и ухитрилась вытянуть эластичную конфету на длину вытянутых рук, прежде чем она оторвалась и прыгнула обратно в мой рот в восхитительном завитке сахара.

— Мой протянулся дальше, — сказал Уилл.

— Да, конечно, но мой больше.

— Вовсе нет.

— Ага.

Мы покатились со смеху от странной ситуации в целом, когда колесо снова загремело и тронулось.

— Сейчас я вас спущу, — крикнул мужчина в громкоговоритель.

— Ох, — пожаловался Уилл. — Как раз тогда, когда я начал получать удовольствие.

Десять минут спустя мы скользнули на заднее сиденье такси, Уиллу пришлось предварительно просканировать свою электронную площадку, чтобы сесть в машину, и защитный экран отделил нас от водителя. Чтобы поговорить с ним, нам нужно нажать кнопку интеркома. Уилл дал ему наш адрес на Беллберд-драйв, и такси влилось в поток машин.

— Интересно, как дела у Диоры? Может, позвонить Джейсону? — спросила я.

— Уверен, у нее все хорошо. Они позвонят, если мы им понадобимся.

— Ты прав.

Откинув голову на спинку сиденья, я смотрела в окно на размытые силуэты зданий и огней, проносящихся мимо. Тепло коснулось моей руки, когда Уилл накрыл ее своей. По моей спине пробежала дрожь, когда он сцепил наши пальцы в замок, и я сжала свою руку в ответ. Я посмотрела на его сильную мужественную руку, странно загипнотизированную вздувшимися под кожей венами. Когда его большой палец погладил тыльную сторону моей руки, пульсация жара превратилась в приливную волну страсти, и, если бы не водитель такси на переднем сиденье, я думаю, что поцеловала бы его прямо там. Мое сердце забилось быстрее, и тонкое покалывание закипело внутри, когда я встретилась с ним взглядом, и улыбка «я знаю, о чем ты думаешь» заиграла на его губах.

Медленная мелодия саксофона, сопровождаемая бархатистым напевом, сочилась из передней части такси. Водитель нажимал на кнопку, которая увеличивала громкость выше, и ритм раскачивался взад-вперед в такт движению наших грудных клеток с каждым вдохом. Рука Уилла развернулась и мягко опустилась, его большой палец теперь поглаживал мое бедро, заставляя покалывающие пузырьки внутри меня лопаться, как фейерверк.

— Приехали, — сказал водитель, и его грубый голос пронзил ожидание на заднем сиденье. Он велел Уиллу снова просканировать свою электронную площадку, поэтому ему пришлось убрать свою руку с моего бедра, оставив после себя теплый след, который постепенно остывал.

Мы поблагодарили водителя, и мои каблуки цокали, когда мы шли по ступенькам к входной двери, которую Уилл отпер своей электронной площадкой. Кроме мягкого света на кухне, нас приветствовала темнота, но не настолько, чтобы не заметить две фигуры, растянувшиеся на диване в гостиной. Прыгающий Бен уютно устроился в углу подлокотника, где лежала одна рука, а другая покоилась на спинке кресла. Райан лежал на спине, голова его покоилась на плече Бена, грудь медленно поднималась и опускалась, а рот был слегка открыт.

— Я думаю, что эти двое наконец-то признались в своих чувствах, — прошептал Уилл, когда мы на цыпочках вошли в кухню, и он положил свои очки на стол, а я своего плюшевого мишку и блестящий парик на стул.

Гордо улыбаясь мужеству сына, я еще широко улыбнулась при виде двух завернутых в бумагу тарелок с кусочками торта, украшенными съедобными серебряными безделушками. Сверху лежала записка: Надеюсь, у тебя был незабываемый День Рождения, мама. Приятного аппетита! ~ Райан.

Уилл взял одну из двух маленьких вилок, оставшихся на столе, и снял с одной из тарелок липкую пленку.

— В тебя поместиться кусочек? — спросил он.

— Конечно, я могу освободить место для небольшого количества сахара. Но только один кусочек, а остальное приберегу до завтра. — Я не могла поверить, что до сих пор была голодна после той горы еды, которую поглотила сегодня, однако аппетит, не связанный с едой, был гораздо сильнее.

Уилл вонзил вилку в заостренный край треугольного ломтика, взял кусочек и поднес его к моему рту. Ванильная кремовая глазурь и бархатистая губка целовали мои вкусовые рецепторы; а вилка затем охлаждала мои губы.

— Ого, это божественно, — вздохнула я, а потом взяла другую вилку и отрезала кусочек для Уилла, поднося его к его нетерпеливому рту и позволяя его губам обернуться вокруг вилки.

— Кажется, я тебя понимаю, — сказал он. — Это очень вкусно.

— Возможно, я смогу съесть больше одного кусочка. — Я сжала большой и указательный пальцы вместе в воздухе и позволила уголку моего рта подняться вверх. — Я бы даже съела эту глазурь в одиночестве, она просто нереальная.

Вместо того чтобы воткнуть вилку обратно в торт, Уилл провел пальцем по верху торта, и глазурь прилипла к его коже. Мои губы приоткрылись, когда он поднес палец к моему рту, и я жадно обхватила его, снимая ванильный крем с кончика его пальца и оставляя блестящий след после себя. Облизнув губы, я снова последовала его примеру, смахнув глазурь с торта и поднеся ее к теплому, голодному рту Уилла. Пожирая крем, он схватил меня за руку и наклонил голову в сторону спальни.

Мой муж выключил свет на кухне, когда мы проходили мимо, и пинком закрыл за нами дверь спальни, притянув меня ближе к себе, и провел пальцем по моей щеке, как делал это на колесе. Наше дыхание участилось в такт друг другу, и парень наклонился к моему уху.

— Никуда не уходи, — прошептал он. — Я просто вылезу из этого костюма и приму самый быстрый душ в истории человечества. Сейчас вернусь. — Он дразнил меня выжидательной улыбкой, пока нехотя уходил в ванную комнату.

По коже пробежали мурашки, и я оглядела комнату, заметив большую красную свечу на комоде. Я подбежала и взяла лежавшую рядом зажигалку, направив пламя на фитиль.

От свечи исходило желтое свечение, и пламя мерцало, отбрасывая на стену розовато-красную дугу. Сбросив туфли и взбив подушки на кровати, я легла на нее и приняла самую сексуальную позу, которую могла, учитывая неудобство, вызванное нижним бельем на мне, которое, как я надеялась, Уилл снимет каким-то невероятным образом, иначе наша романтическая встреча превратится в бойцовский поединок.

Я согнула руку и одну ногу, потом закинула руку за голову так, чтобы она опустилась на другую, чтобы подчеркнуть песочные часы женской фигуры. Приглушенный звук бегущей воды из ванной успокоил меня, и я наслаждалась моментом. Предвкушая, возбуждаясь… осознавая.

Осознавая, что до идеального конца этого дня осталось всего несколько мгновений. Зная, что человек в соседней комнате любит меня больше, чем саму жизнь. Зная это… О Боже. Понимая, что.… я тоже любила его. Я люблю его. Резкая вспышка понимания пронзила меня, и волосы на затылке встали дыбом. Я люблю Уилла.

Истина разлилась по всему телу, наполняя его самым удивительным, невообразимым ощущением, которое я когда-либо испытывала, как будто это было нечто естественное. Я сразу же поняла, без колебаний, что Уилл — моя родственная душа, и это была та жизнь, которая мне по-настоящему была предназначена.

Мои мысли вернулись к Диоре, которая в этот момент испытывала невыносимую боль, чтобы принести новую жизнь в этот мир, и к Райану, который отважно пошел на риск в надежде обрести любовь и волю, волшебнику в нашем чарующем будущем, которое мне так повезло увидеть.

Улыбка сошла с моих губ при мысли о трех самых важных для меня людей в мире, и когда любовь наполнила мое сердце, меня охватил покой, а мышцы превратились в теплую успокаивающую жидкость, тающую в постели с каждым вдохом. Веки постепенно закрывались, по телу разлилось приятная радость, когда я целиком отдалась гостеприимной темноте в комнате.

Глава 19

День рождения

«Дни рождения хороши для вас. Статистика показывает, что люди, у которых их больше, живут дольше всех».

— Отец Ларри Лоренцони

Мои веки раскрылись, и я прищурилась на маленькую полоску света, пробивающееся сквозь край занавески. Должно быть, я задремала.

— Уилл? — позвала я, но в ответ была тишина.

Я потерла глаза и свесила ноги с кровати, поставив их на мягкий ковер. Приподнялась, чтобы встать, мое тело было охвачено сонным туманом. Я открыла дверь ванной и включила свет, все еще протирая глаза, когда направилась прямо к раковине. Прохладная вода взбодрила, когда я наклонилась над раковиной, затем выпрямилась и посмотрела на свое отражение в зеркале.

Я уже собиралась стереть остатки сна с левого глаза, когда шок быстро прошел от пальцев ног до головы, и я затаила дыхание, прижав руки ко рту. Морщины, которые я видела раньше, исчезли. Гусиных лапок, которые я так презирала, не было видно. Вместо морщин от смеха, морщин на лбу и страшных морщин на губах я видела гладкую, безупречную кожу. Я вернулась! Мне снова двадцать пять!

Я стояла и смотрела на свое лицо, изучая каждую черточку, чтобы убедится, что не осталось никаких следов 50-летней Келли. Я приподняла ночную рубашку и обхватила свой плоский живот, затем свои упругие груди, которые вернулись в свое правильное географическое положение над экватором, и закрутила свободными от варикозных вен лодыжками легкими, без скрипа, круговыми движениями.

Ха! Молодая «я» вернулась! Я подняла руку, чтобы проверить электронную площадку, но ее там не оказалось. Конечно, их еще не изобрели. Я бросилась обратно в спальню и вытащила телефон из зарядного устройства, чтобы проверить дату. Да — определенно мой День Рождения! Я со свистом раздвинула шторы, и в комнату ворвался дневной свет, и когда моргнула, чтобы привыкнуть к нему, я вспомнила.

Диора!

Она уже должна была родить ребенка, но как она могла, когда мое возвращение в прошлое означало возвращение к жизни, частью которой она еще не было? Я даже не успела познакомиться с внуком! Не узнала, мальчик это или девочка!

Райан!

Я хотела поблагодарить его за заботу о гостях после того, как мы покинули вечеринку из-за неожиданного инцидента с водами и спросить его, как Бен отреагировал на то, что он признался в своих чувствах к нему, хотя их уютное присутствие на моем диване подразумевало, что он ответил именно так, как Райан надеялся.

И Уилл!

Возможно, он вышел из душа, гадая, куда же, черт возьми, я исчезла.

Вот только… он бы этого не сделал, потому что если бы я вернулась в прошлое, то и он тоже. Вероятно, он встает с постели, как и в любое другое утро пятницы, бреется, надевает рубашку в тонкую полоску с простым галстуком, засовывает в карман рубашки ручку или две и готовится к работе.

Я уже скучала по ним. Как я могла так привязаться к ним всего за один за сутки? Мне очень хотелось увидеть их снова, однако я понимала, что это произойдет только одним способом. Я должна была все исправить. Должна была изменить ход своей жизни, прежде чем судьба проскользнет сквозь пальцы.

Я ущипнула экран своего телефона и покачала головой от нелепости. Голографических телефонов здесь пока нет. Я быстро позвонила в ресторан, где должна была состояться моя вечеринка, затем нажала на экран, чтобы появилась новая опция сообщения, добавив несколько номеров из моих контактов, прежде чем написать:

Привет, ребята, планы изменились. Отменили ресторан на сегодня, празднуем по-другому. Встречаемся в восемь вечера на Северном пляже за рыбой и чипсами ~ K

Селена ответила сразу: Хорошо, но почему? О, и С Днем Рождения, милая;)

Я ответила: Я уже написала причину. Проведем вечер иначе. И спасибо ХО.

Вскоре после этого Кейси тоже ответила: О да, меняешь планы в последнюю минуту, чтобы удовлетворить себя! Типичная Келли!

Черт возьми, Кейси все еще злилась на меня. Через несколько секунд пришло еще одно сообщение от нее: В любом случае, сегодня твой День Рождения, так что… Поздравляю.

В ответ я поблагодарила ее, извинилась и сказала, что не могу дождаться встречи с ней сегодня вечером. Казалось, другие мои друзья тоже ответят, но телефон молчал. Думаю, я увижу их всех сегодня вечером.

Я снова провела руками по своему плоскому животу. Ох, как я по тебе скучала! Затем вздохнула с облегчением от того, что мне не пришлось пытаться выбраться из нижнего белья. Я была спасена! Никогда не куплю такой в будущем — никогда, даже версию 2.0 с расширяемым выпускным клапаном, э-э…

Я открыла веб-браузер на телефоне и вызвала Фугл, то есть, Гугл и ввела в поиск название сайта. После того, как я нашла его сделала звонок.

— Здравствуйте, я бы хотела записаться к Вашему лучшему персональному тренеру, — сказала я в трубку. Через пять минут мне сказали, что я записана к Роксане в понедельник в девять утра.

Теперь, самое важное… я открыла свою страницу контактов и нажала «К» в списке фамилий. Когда уже собиралась выбрать Малкольма Кроуфорда, пришло сообщение: С Днем Рождения, милая. Подумал, что ты, возможно, спишь, поэтому не хотел звонить и будить тебя. Хорошего дня, позвоню позже, папа.

Внутри зародилось тепло, и я сморгнула слезы. Папа все еще был здесь, и я ни за что не переживу этот день, не увидев его, чтобы все уладить с ним и Кейси.

Спасибо, папа, и кстати, можешь встретиться со мной за ланчем в кафе «Парксайд» в 12 часов дня? Я знаю, что ты занят, но это очень важно.

Папа ответил:

Если это важно, то я обязательно приду.

Тогда до встречи.

Я переслала это же сообщение Кейси, не упоминая о том, что папа тоже там будет. Я знала, что она догадалась бы, что он не был ее настоящим отцом. Она ответила, что приедет, но, скорее всего, не раньше 12:15, что меня вполне устраивало, так как я хотела сначала поговорить с папой наедине.

Я снова просмотрела свои сообщения и заметила одно непрочитанное от Гранта:

С Днем Рождения, красавица, умираю от желания подарить тебе подарок, хочешь встретиться сегодня пораньше? Как насчет десяти утра в парке, на нашем обычном месте? ~ Г XOXO

Черт. Предложение. Он хочет сделать мне предложение через… я взглянула на часы на телефоне… один час и пятнадцать минут. Я напечатала ответ:

Вообще-то, да, потому что нам нужно поговорить.

Приняв душ и надев плавучий пурпурный топ с крылышками поверх узких черных брюк и босоножек на танкетке — сегодня у меня не было изогнутых коралловых краев, — я направилась в парк. Я остановилась на мгновение, заметив Гранта, сидящего на скамейке напротив фонтана; его нога постукивала вверх-вниз. Черные солнцезащитные очки закрывали его глаза, а волосы выглядели опрятно взъерошенными, и это зрелище снова вызвало легкую тоску по нему.

Проглотив ком в горле, я продолжила идти, напоминая себе о том, что делаю, и пытаясь удержать в голове образ пятидесятилетней давности.

— Привет, красавица, — сказал он, вставая, чтобы подарить мне поцелуй в губы, который я сразу приняла, но слегка отстранилась, прежде чем это все зашло слишком далеко и передумала, и обняла его, сказав, как сильно я скучаю по нему. — Долгожданные двадцать пять сегодня, а?

— Да, наверное, — ответила я, обнаружив, что мне крайне трудно поддерживать зрительный контакт.

— Послушай, Грант… Я…

— Вот. — Он протянул мне маленький завернутый подарок. — Это для тебя.

О, боже. Кольцо.

— Грант…

— Открой, — попросил он с улыбкой на лице.

Ну что ж, лучше покончить с этим, а потом сообщить плохие новости.

Я потянула за завитую ленту и просунула палец под сложенный уголок оберточной бумаги, вытаскивая бархатную коробочку. Мое сердце бешено заколотилось, когда я вспомнила, как сильно мечтала об этом дне, и теперь я здесь вся как на иголках. Потому что знала, что не скажу «да», и не хотела задеть его самолюбие.

Не то чтобы его пятидесятилетнее самолюбие было когда-либо задето.

Я взглянула на Гранта, который с нетерпением ждал, когда я открою коробку. Я сглотнула комок в горле, но он снова появился, подобно пробке в воде. Сделав легкий вдох через нос, я медленно подняла крышку, ловя проблеск чего-то блестящего, пока полная красота подарка Гранта не захватила мое внимание. Идеальный серебряный круг, завязанный, как нитка, в фальшивый узел, с одиноким бриллиантом на конце, сверкающим в лучах утреннего солнца.

Я подавила смех облегчения. Это был браслет! Очень красивый, оригинальный браслет DSJ, который стоил куча денег, особенно учитывая размер бриллианта.

— Тебе нравится? — спросил Грант, широко раскрыв глаза.

Это были не те слова, которые я ожидала услышать.

— Мне нравится, правда, но…

— Надень, — сказал он.

— Грант. — Я закрыла крышку коробки. — Я очень ценю твой подарок, но прежде, чем мы продолжим, нам нужно поговорить.

Он с любопытством сдвинул брови.

— Ладно, в чем дело?

— Что ты скажешь, если я захочу сменить профессию?

Его брови сошлись так близко, что едва не столкнулись.

— На какую? И почему?

— Ну, когда я была моложе, я много рисовала и проектировала, и думаю, что сейчас хочу заняться этим более серьезно. Знаешь, сделать несколько профессиональных дизайнов, портфолио красивых товаров для дома и посмотреть варианты их производства. У меня предчувствие, что из этого получится отличный бизнес.

Грант в замешательстве покачал головой.

— Подожди, давай начистоту, ты хочешь отказаться от прибыльной карьеры модели ради… домашнего уюта?

— Я все еще буду моделью, чтобы сводить концы с концами, но как только бизнес начнет приносить прибыль, я оставлю работу моделью. Я все равно не смогу заниматься этим вечно, — объяснила я.

— Я не понимаю, зачем заниматься незначительным хобби, когда можно заработать на… — он обвел руками мое тело, — этом? — Он покачал головой. — Это просто смешно.

Я встала, его слова встряхнули меня, как будто мама снова разорвала мой набросок.

— Потому что это то, что я люблю делать, это то, что мне по-настоящему нравится! — Я повысила голос, и несколько прохожих уставились в нашу сторону, но мне было все равно. — Мне нравится работать моделью, но, честно говоря, иногда это надоедает. Мне нужно использовать свой творческий потенциал, делать что-то своими руками и создавать вещи. — Я с энтузиазмом пошевелила руками.

— Ты что, не понимаешь? Ты — творец. Фотографы, как и я, показывают тебя в лучшем свете, а графические дизайнеры и художники оттачивают мастерство, чтобы создать произведение искусства. Большинство женщин могут умереть за твою внешность и работу! — Грант тоже встал, его шея покраснела. — Мы команда, ты и я, и, если ты уйдешь и будешь заниматься чем-то еще, это будет не то же самое, это будет неправильно.

— Мне так будет легче, — ответила я.

— А как же я?

— Почему мой выбор карьеры должен влиять на тебя?

— Моя работа пригодится везде, и я планирую регулярно ездить за границу, как и ты, если буду продолжать работать моделью. Но если ты всерьез собираешься открыть свое дело, тебе придется остаться на одном месте, а это нам не поможет.

— Тогда, может, нам стоит что-то предпринять, — тихо сказала я, садясь на скамейку. — Грант, я много думала о своей жизни и о том, чего, как мне казалось, я хочу. Конечно, какое-то время я буду работать моделью, но это не мое желание. Думаю, через пару лет мне бы хотелось завести семью.

Грант рухнул на скамью рядом со мной.

— Что? Ты это серьезно? Я думал, ты никогда не хотела детей!

— Ну, скажем так, меня переубедили, — сказала я, глядя ему в глаза. — Я не хотела становиться матерью, потому что боялась быть похожей на собственную мать, но теперь я больше не питаю к ней злобы. Я поняла, какая это честь — родить ребенка и иметь семью. Это то, чего я хочу.

— Откуда ты знаешь?

— Просто знаю.

Грант продолжал качать головой.

— Это ведь не просто гормональный всплеск? Какое-то временное помешательство? Я читал, что такое случается с некоторыми женщинами.

О Боже, он просто выводил меня из себя!

— Конечно нет, как ты смеешь даже думать об этом! — Я снова встала. — Это правда. Это я, это то, чего я хочу. Если ты не хочешь быть частью того, кто я есть, думаю, нам не стоит быть вместе. — Я запустила пальцы в волосы и посмотрела на небо.

— Если только нет никакой надежды вбить в тебя хоть каплю здравого смысла, тогда нет, я думаю, нам лучше расстаться.

— Поверь, сейчас у меня больше здравого смысла, чем когда-либо.

— Так вот оно что, ты расстаешься со мной в свой День Рождения? — спросил Грант, все еще сидя на скамье и глядя мне прямо в глаза.

— Именно это я и делаю, — ответила я ровным тоном. Я хотела уйти, но обернулась. — Мне очень жаль, Грант. Я не хотела, чтобы все так закончилось, но я должна сделать то, что правильно для себя.

Я вложила коробочку с браслетом ему в руки.

— Насколько он ни был прекрасен, думаю, тебе следует приберечь его для кого-то другого. Кого-то особенного, с кем ты будешь путешествовать по всему миру. — Я сомкнула его пальцы на коробке и в последний раз посмотрела ему в глаза. — Прощай, Грант.

Мои ботинки отбивали ритм по асфальту, когда я уходила, и ни разу так и не взглянула на него; мой взгляд твердо был сосредоточен на тропинке передо мной.

В пять минут первого я подняла глаза от своего столика в кафе «Парксайд» и увидела отца, идущего мне навстречу с большим подарком, завернутым в розовую бумагу, вид которого полностью разрушил странное воспоминание о том, что я только вчера видела его могилу. Я молча обняла его.

— Ого, можно подумать, мы не виделись много лет. Все в порядке? — Он отстранился и обнял меня за плечи.

— Все прекрасно. Просто рада тебя видеть. — Я моргнула подступившие слезы.

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал он, улыбаясь. — С Днем Рождения. — Он протянул мне подарок, и я села, чтобы развернуть его.

Я подняла вазу, вытащив ее из коробки.

— О, мне нравится. Спасибо, пап! — Она была похожа на всплеск воды, поднимающийся вверх по спирали, из прозрачного стекла, покрытого оттенком пурпура, который кружился снизу вверх. Ваза! Та самая, которую я видела на подарочном столе на вечеринке в честь своего пятидесятилетия! Я не создавала ее — мне ее подарил папа, что обрело еще большее значение. — Я буду хранить ее вечно.

— Я рад, что тебе понравилось.

Я улыбнулась и застыла, когда Кейси остановилась у входа, только что заметив папу, сидящего со мной за столом. Она развернулась обратно к выходу.

— Кейси, подожди! — Мой стул заскрипел, когда я вытолкнула его из-под стола и побежала к ней. — Я знаю о тебе и папе. Я знаю, что он сказал тебе правду.

— Он сказал тебе, серьезно?

Я проигнорировала вопрос.

— Послушай, я пригласила папу, чтобы мы все могли поговорить об этом. Вам двоим нужно открыто высказать все свои сомнения и страхи, иначе вы будете жалеть об этом. Доверься мне.

— Не уверена. Наверное, сейчас не самое подходящее время. Сегодня твой День Рождения. Мы не должны обсуждать что-то подобное сегодня. Кроме того, мне скоро надо возвращаться в университет. — Она с тоской посмотрела на выход.

Я схватила ее за руку.

— Давай пообедаем, поговорим с папой. Скажи ему, каким великим отцом он был для тебя.

Она глубоко вздохнула и кивнула.

— Ладно.

— Привет, Кейси. — Папа встал и жестом пригласил ее занять место. — Какой приятный сюрприз. — Его слова противоречили неуверенности в голосе. Я рискнула свести их обоих вместе, когда эмоции еще не остыли, но если они не найдут времени поговорить сейчас, то уже никогда не будет такой возможности снова.

— Давайте что-нибудь закажем, хорошо? — предложила я, подзывая официанта, прежде чем начать разговор. Мы немного поболтали и поели, и наконец папа сказал:

— Я думаю, Келли хочет, чтобы мы обсудили нашу ситуацию, верно, Кел?

Я молча кивнула.

— Мне невыносима мысль о том, что вы двое упускайте замечательные отношения отца и дочери, которые у вас были. Я подумала, что стоит это обсудить сейчас, пока не стало слишком поздно.

Кейси поежилась, а папа откашлялся.

— Ну, — папа повернулся к Кейси. — Как ты себя чувствуешь после того, как узнала правду?

— Как я себя чувствую? — она ответила. — А ты как думаешь? Мне только что сказали, что мой отец на самом деле не мой отец, а человек, хранивший эту тайну, умер, чтобы я не смогла с ней об этом поговорить. Я злюсь на маму, и злюсь на тебя за то, что ты не сказал мне раньше, и я злюсь на… О, не знаю, я просто злюсь на всю эту ситуацию. Это портит все, что я считала реальным в своей жизни, но все это было ложью! — Глаза Кейси наполнились слезами, лицо покраснело. Папа положил свою руку поверх руки Кейси, лежащей на столе, но она резко отдернула ее.

— Это не было ложью. Наши отношения, время, которое мы делили, Кейси, — все было реальным. Ничего не изменилось.

— Шутишь? Все изменилось! Моя мать умерла, а мой настоящий отец тоже, возможно, уже мертв, так как я даже не встречалась с ним.

— Послушай, мы можем поговорить о возможности найти его когда-нибудь, если ты этого хочешь, но сейчас нам нужно поговорить о нас. — Папа снова положил руку на стол. — Кейси, я тоже злился на твою мать, возможно, я до сих пор немного злюсь, но больше за то, что она причинила больше боли тебе, чем себе. Я все еще твой отец, которого ты всегда знала, несмотря на различия в наших ДНК.

— Это просто странно, понимаешь? Я чувствую себя странно, не то, чтобы это было ново для меня, но это подтверждает одну мою догадку. Я не Кроуфорд.

— Но не в моих глазах, — сказал папа, пока я мотала головой направо и налево, переводя взгляд с отца на сестру. Папа опустил взгляд. — То есть, если ты все еще хочешь, чтобы я был в твоей жизни? Судя по твоей реакции, я решил… наверное, ты больше не хочешь иметь со мной ничего общего.

— Что? Конечно, мне нужно время, чтобы все обдумать и… постой — ты думал, я не захочу иметь с тобой ничего общего?

Папа пожал плечами.

— Однако я думала совсем наоборот. Думала, ты не захочешь притворяться моим отцом, когда раскрылась правда. Думала, ты будешь рад не общаться с дочерью, которая всегда будет напоминать тебе о неверности твоей жены. — Кейси вытерла глаза тыльной стороной ладони.

— Кейси, нет. Может, я и не твой биологический отец, но я вырастил тебя. Несмотря на то, что у нас нет общих генов, я на сто процентов уверен, что в тебе осталась такая же склонность к тяжелой работе, к упорству во всем, пока не будешь удовлетворена результатом, как у меня. Ты такая же упорная. Когда я вижу тебя, единственное, о чем вспоминаю, — это удивительная молодая женщина, которой ты стала, и ничего больше. Что касается меня, то ты всегда будешь моей дочерью. — Голос отца дрогнул на последнем слове, и он откашлялся.

Нижняя губа Кейси задрожала.

— Я не хочу потерять тебя, папа. Я все еще хочу, чтобы ты был моим отцом. — Ее взгляд умолял, и у меня тоже задрожала нижняя губа, когда папа придвинул свой стул ближе к Кейси и заключил ее в объятия.

— Я всегда буду рядом. Всегда буду твоим отцом, — сказал он, поглаживая ее волосы, когда ее голова покоилась на его груди. — Давай сделаем это само собой разумеющимся, а? Уверен, мы еще что раз поссоримся, но как только это произойдет, мы разберемся с ними вместе, хорошо?

Кейси кивнула, по ее лицу снова потекли слезы, но в конце концов она снова села и вытерла глаза салфеткой, которую я ей протянула.

— Извини, Келли, это должен быть счастливый день для тебя, а мы тут плачем, — сказала Кейси.

— О, это по-настоящему счастливый день, сестренка, — ответила я, улыбаясь шире. — Это лучший подарок на День Рождения, который я могла бы получить. Ну, кроме вазы, папа. — Я подмигнула.

— О, я не забыла взять с собой подарок, но обязательно принесу его сегодня вечером. Ты действительно хочешь устроить вечеринку на пляже вместо ресторана? — спросила она.

— Да. О, ты сможешь принести немного дров и веток с нашего заднего двора, я хочу развести небольшой костер.

Глаза Кейси заблестели. Она практически жила на открытом воздухе, когда не отсиживалась в университетской лаборатории или лекционных залах.

— Считай, что дело сделано. Я принесу газеты для растопки и спички. Эй, тебя подбросить?

— Было бы здорово, спасибо.

— Ну, и что у тебя нового, милая? — спросил папа.

На самом деле, я только что вернулась из будущего, где была замужем со взрослыми детьми, управляла успешной компанией и больше не была похожа на модель.

— Что нового? О, не так уж много… за исключением того, что я собираюсь вернуться к своим творчеству. Снова начну рисовать и проектировать.

Папа выпрямился в кресле.

— Серьезно? Я так рад это слышать, у тебя всегда был талант ко всему художественному. Было довольно грустно не использовать свой талант по назначению после того, как…

— После того, как мама буквально убила мою уверенность в себе? — вмешалась я. — Все в порядке, я простила ее. Знаю, она не хотела причинить мне боль. Я действительно взволнована тем, что могу сделать своими навыками. На самом деле, я планирую открыть свой бизнес, как только поработаю над приличным портфолио и пройду курс или два.

Лицо отца просияло.

— Если тебе что-нибудь понадобится, я рядом. Больше всего на свете мне хотелось бы увидеть, как ты следуешь своим мечтам.

— Спасибо, папа.

— И эй, может быть, мы займемся этим бизнесом вместе, а? — Кейси рассмеялась. — Хотя мне придется быть молчаливым партнером, потому что, если не буду заниматься лабораторными исследованиями, то буду безнадежна. — Она подмигнула, еще не зная, что будет играть очень важную роль в осуществлении моей мечты.

— Кто знает? Никогда не знаешь, что может произойти завтра. — Я подмигнула в ответ и заметила, что папа уставился на свои руки. — Что случилось, пап?

Он взмахнул рукой в воздухе.

— А, ничего. Просто… жаль, что я не смог больше помогать твоей матери. Мне следовало бы больше уделять ей внимание. Если бы только она не загубила тебя вот так. Я никогда не забуду выражение твоего лица после того ужасного дня.

Я вытянула руки перед папой.

— Перестань, папа. Не надо. Ты сделал все, что мог, и это не твоя вина.

— Но, если бы я отвез ее к другому психиатру, получил второе заключение, возможно, у нее было бы больше шансов.

— Нет, пап, ты не можешь тратить время или силы на размышления о том, что могло бы быть, ты можешь только изменить то, что есть сейчас. Ты сделал все, что мог, а мама сама сделала свой выбор. Ты никогда не был в ответе за ее счастье. — Я схватила его за руку, а он поднял другую и похлопал меня по плечу.

— Ты совершенно права. — Он кивнул. — Важно то, что мы решим сейчас.

— Папа, дай слово, что мы никогда не позволим жизни встать между нами. Обещай, что ты никогда не уйдешь и всегда будешь рядом?

— Клянусь. Я никуда не уйду, — ответил он, не моргая и не сводя с меня глаз.

Только будущее подскажет мне, правда ли это, и, хотя он, так или иначе, покинет нас, конечно, в конце своей жизни, я надеялась и желала, чтобы этот день не наступил еще очень и очень долго.

Побродив вокруг, восхищаясь прелестями города, наслаждаясь тем, что мне не нужно никуда идти в данный момент, и просто следовать туда, куда несут ноги, я кое-что вспомнила. Я вернулась обратно в квартиру, открыла ноутбук и набрала сайт. FastForwardExperiences.com в веб-браузер Internet Explorer, однако он не мог загрузить веб-страницу. Черт. Его еще не существовало. О, мне хотелось поделиться своим опыт! Если только… я искала регистрацию доменного имени, а затем ввела веб-адрес в поле «Поиск домена». Этот домен доступен! Нажмите здесь, чтобы зарегистрировать этот домен.

Итак, человек, который сделал сайт в будущем, еще не зарегистрировал его. Я должна просто ждать и проверять его время от времени. Если только… что, если это должна быть я? Что, если я была той, кто, как предполагалось, создала сайт?

Я осторожно нажала на ссылку регистрации. Я никогда раньше не регистрировала домен на сайте, даже не знала, как это все работает, или как сделать сайт, но у многих людей они были, так что в этом нет ничего сложного, правда?

Но что, если кто-то другой должен был сделать сайт, и я, зарегистрировав его, каким-то образом все для них сразу сделала? Я вспомнила о том, что прочла на сайте, особенно о Полли, которая, казалось, навсегда застряла в своем прыжке вперед, и укол сочувствия пронзил меня. Так или иначе, этот сайт должен быть создан. Если бы кто-то связался со мной по пути и сказал, что они подумали о создании этого сайта, то я бы просто позволила им взять все на себя.

Да. Звучало как план. Ладно, поехали. Я ввела свои данные и выдала номер своей кредитной карты, к чему уже привыкла, потом веб-сайт пытался заставить меня купить и другие домены.

Хотите добавить к Вашему заказу?

fastforwardexperiences.net

myfastforwardexperiences.com

fastforwardexperiencesnetwork.com

Эм, нет, спасибо. Одного было достаточно, и я говорила не только о веб-сайтах. Каким бы ценным и изменяющим жизнь опытом это ни было, я не могла вынести еще одного потрясения.

Я просто хотела продолжать жить своей жизнью и создавать будущее, которое для меня было самым подходящим.

Через пару минут я стала счастливой обладательницей доменного имени. Что касается самого веб-сайта, разберусь с ним позже, по крайней мере, сейчас у меня все в порядке.

Вот черт! Когда я была в будущем, почему мне не пришло в голову проверить Фугл на предмет других важных событий, произошедших между моим двадцатипятилетием и пятидесятилетием? Например, выигрыши в лотерею, модные тенденции, лауреаты «Оскара» — кроме Селены — и был ли кто-нибудь еще на Луне.

Возможно, на Луне есть гостиница. Или тюрьма. О, не могу поверить, что не проверила это! Ну ладно, теперь уже поздно.

Я подошла, чтобы закрыть ноутбук, но заколебалась. Была еще одна вещь, которую я хотела сделать. Я открыла Фейсбук и поискала профиль. Как и ожидалось, там был только один Уильям МаксНелли. Я кликнула на его профиль и хихикнула при виде его фотографии. Я привыкла видеть его пятидесятилетним мужчиной, но вот он здесь, двадцатипятилетний, с мягкой, сексуальной улыбкой на лице, нежным взглядом, коротко подстриженными каштановыми волосами — гораздо лучше, чем волнистые волосы, которые он носил в школе, — и простой синей рубашкой. Просто, но, судя по тому, что я обнаружила, совершенно, превосходно и невероятно неотразимо.

Я навела курсор на «Добавить в друзья», но замерла, чтобы кликнуть. Не так надо было восстанавливать с ним связь. Я точно знала, как это сделаю, но сегодня был мой День Рождения, в кругу друзей и семьи. Уилл мог подождать. Лучше я оставлю его на десерт.

— Хорошо, у меня есть дрова, газета и спички для костра, что-нибудь еще нужно?

— И тебе привет, Кейси. — Я усмехнулась, открывая сестре дверь своей квартиры.

— Ой, прости. Привет, и с Днем Рождения… еще раз. А как насчет пледа для пикника?

— О да, подожди. — Я бросилась к бельевому шкафу и вытащила свой не клетчатый плед, который мне пришлось заказать через интернет. Знаете, как трудно было найти именно такой плед для пикника?

— Ладно, пошли, — сказала я.

— Подожди, хочу вручить тебе подарок. — Кейси улыбнулась и протянула мне большой тонкий сверток, который держала под мышкой.

— Хорошо, спасибо! Давай поменяемся. — Я протянула ей плед для пикника и приняла подарок. Положила пакет на обеденный стол и разорвала бумагу, понимая, как здорово, что я пережила два Дня Рождения. Жаль, что не могу вернуть подарки из будущего; придется ждать еще двадцать пять лет, чтобы заполучить тот волшебный пылесос!

— О, Кейси, — сказала я, разглядывая качественный альбом художника, карандаши для рисования, пустой портфель и подборку вдохновляющих домашних журналов. — Идеально. — Внутри меня вспыхнуло предвкушение и благодарность к сестре, которая знала, что для меня важно. — Большое спасибо, я не могу дождаться, чтобы начать рисовать!

— А я не могу дождаться, чтобы увидеть твои наброски.

— Спасибо, — повторила я, обнимая ее и целуя в щеку.

— Итак, давай начнем вечеринку!

Пятнадцать минут спустя мы расстилали плед для пикника у потрясающего костра Кейси на Северном пляже. Я подняла глаза, когда заметила приближающуюся Селену и обняла ее.

— Как я рада тебя видеть! — Я чуть было не извинилась за то, что пропустила ее звонок вчера во время встречи, но прикусила язык.

Она с любопытством улыбнулась.

— Мы виделись вчера, но я все равно рада. — Она поздоровалась с Кейси и вручила мне небольшой подарок.

Я развернула его и поднесла к ушам гранатовые серьги-слезинки.

— Они прекрасны, — воскликнула я. — Спасибо, Селена, я их надену прямо сейчас.

Я сняла серебряные обручи и заменила их новыми серьгами. Селена щелкнула телефоном, пока я демонстрировала свою лучшую позу модели.

Затем она приблизилась ко мне.

— Значит, когда приедет Грант, ты готова принять его предложение? — Она ткнула меня локтем в бок.

— Вообще-то, его не будет.

— Что? — Хором сказали селена и Кейси.

— Мы расстались.

— Что? — повторили они, разинув рты.

— Ты в порядке? Что случилось? — спросила Селена.

— Я в порядке, это было мое решение. Это долгая история, но так будет лучше, — ответила я.

— Но я думала, он собирается сделать предложение. Он сделал предложение? — тараторила Селена.

— Когда ты увидела его выходящим из DSJ, он купил мне браслет. Грант был прекрасен, но я вернула ему его подарок.

— О Боже, мне так жаль. Я была уверена, что он купил обручальное кольцо! — Селена прикрыла рот рукой.

— Это не имеет значения, я бы предположила то же самое.

— Как он отреагировал? — поинтересовалась Кейси.

— Ну, немного резковато, но, честно говоря, думаю, что он был больше расстроен моим решением изменить карьеру, чем новостью разорвать отношения.

— Что? Что случилось с твоим контрактом на работу моделью?

Я подумала, что скоро мне придется вызывать «скорую» для Селены, если она не перестанет задыхаться.

— Он до сих пор в силе, но я собираюсь начать работать в дизайнерском бизнесе. «Вещи для дома», которые приносят больше красоты в среду обитания людей.

— Серьезно? Я не знала, что в свободное время ты занимаешься искусством.

— Ну, когда-то, много лет назад, занималась, и теперь пора вернуться к этому, — сказала я.

— Ох, Кел, все так поменялось, ты уверена, что все в порядке? — задала вопрос Селена.

Я молча кивнула.

— Абсолютно.

— В таком случае обещай мне, что создашь какой-нибудь универсальный держатель для драгоценностей, который прикрепляется к стене, чтобы я могла освободить место в своей спальне?

— Какая замечательная идея! — Я достала свой телефон.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Добавляю в список идей. У меня уже есть идея автоматического дозатора декоративных тканей.

Кейси и Селена рассмеялись и согласились испытать прототип, как только он будет изготовлен.

Я подбросила в костер еще одну палку и заметила, как Кейси сглотнула, оглядываясь назад. Я обернулась и увидела идущего к нам Макса Шелдона, его свободная белая рубашка наполовину свисала с джинсов и была расстегнута, обнажая точеные грудные мышцы. Он был великолепен, но, как ни странно, между нами никогда не было искры. Я видела в нем друга или брата, и в будущем, без сомнения, он станет мужем моей сестры. Я сдержала понимающий смешок на реакцией Кейси. Если бы только она знала.

— Макс здесь, о Боже, — прошептала она, заламывая руки и откашливаясь.

— С Днем Рождения, красавица, — сказал он, целуя меня в обе щеки и вручая огромный букет экзотических цветов вместе с бутылкой Моэта.

— Спасибо, Макс, цветы великолепны, уверена, что мы сможем использовать это. — Я подняла бутылку и подмигнула.

Он улыбнулся, но его взгляд был грустным.

— Кажется, мы официально не знакомы. Ты сестра Келли? — Он протянул руку Кейси.

— Кейси. Приятно познакомиться, Макс, — ответила она, пожимая ему руку и одаривая своей лучшей улыбкой. Я практически слышала, как ее сердце колотится в груди, и боялась, что оно может выскочить и повалить Макса.

Макс поцеловал Кейси в обе щеки, затем сделал то же самое с Селеной, но его обычное очаровательное поведение казалось подавленным, поскольку он продолжал опускать взгляд на землю.

— Ты в порядке, Макс? — Селена тоже заметила это. Кейси нет, поскольку она все еще сияла от того, что ее лицо соприкоснулось с губами модели нижнего белья.

— Да, все прекрасно. Ничего страшного. — Он махнул рукой в нашу сторону.

— Должно быть что-то важное, — сказала я.

— Да, не волнуйся. Это твой День Рождения, нужно праздновать. — Он потер руки и огляделся.

Ладно, теперь я волновалась. Макс никогда не показывал никаких эмоций, кроме счастья и полной уверенности, но в его глазах не было обычного блеска, а тело казалось напряженным от страха.

— Макс, все в порядке, если тебя что-то беспокоит, ты можешь поделиться с нами.

Он подошел к костру и погрел руки, затем сел на плед для пикника, который, как убедилась Кейси, был достаточно близко к огню, но не слишком, чтобы начался пожар. Чувствуя, скоро я узнаю нечто важное, я, Селена и Кейси сели рядом с ним.

— В понедельник мне надо в больницу, — сказал он. — У меня обнаружили рак кожи. Меланома.

Святое дерьмо. Ошеломленные этой новостью мы уставились на Макса, когда он бросил в огонь палку.

— Макс, о, Господи. — Я накрыла рукой рот, потом сжала его предплечье.

— Хочешь, мы пойдем с тобой? — предложила Селена, и Кейси кивнула; ее сияние сменилось явным беспокойством.

— Спасибо, но со мной все будет хорошо. Сделают операцию, врачи проверят, не повреждены ли какие-нибудь из моих лимфатических узлов. Скорее всего, понадобится лучевая терапия или химиотерапия, или и то, и другое. — Он провел рукой по своим коротким волосам. — Ну что ж, по крайней мере, не придется терять много волос, а? — Он попытался рассмеяться, но настроение оставалось мрачным.

— Если не возражаешь, я спрошу, где находится меланома? — спросила Кейси, и я выстрелила в нее предупреждающий взгляд.

Макс снял левый ботинок и поднял ногу, обнажив маленькую черную шишку на нижней стороне, между пальцами.

— Ты можешь в это поверить? Слишком долго лежал на спине под полуденным солнцем. Кому придет в голову наносить солнцезащитный крем на ноги, а?

Боже. Я никогда этого не делала. Однако теперь стану, даже если от этого может образоваться такое.

— Она начала чесаться, и тогда я заметил. Мне показалось, у меня что-то прилипло к ноге, но она не уходила, и я пошел к врачу.

— Макс, мне очень жаль. Если я могу чем-то помочь…

— Спасибо, Кел. Я буду знать, но думаю, что все будет в порядке. — Он уставился на мерцающий огонь. — Должно быть.

— Так и будет. — Кейси накрыла его руку своей, и он нежно улыбнулся ей.

— В любом случае, — сказал Макс. — Хватит об этом, у меня будет достаточно времени подумать об этом позже, а сейчас просто хочу насладиться ночью. Итак, кто-нибудь еще придет на вечеринку?

Я взглянула на часы. Остальные друзья либо опаздывали, либо не придут вообще. Я почувствовала легкий укол разочарования, но тут же отогнала негативные мысли. Единственные друзья, которые действительно имели для меня значение, были здесь. Это будет небольшая вечеринка, ну и что? Вчерашнего приключения было достаточно, чтобы продержаться еще двадцать пять лет.

— Гм, кажется, будем только мы.

— Ладно, может возьмем рыбу с жареной картошкой, а? Возможно, это будет последний раз, когда я смогу побаловать себя, — сказал Макс, вставая. — Я перебегу через дорогу и возьму их. — воскликнул он.

— Я пойду с тобой, — сказала Кейси, и они побрели вверх по холму и через дорогу, а мы с Селеной обменялись обеспокоенными взглядами.

— Не могу в это поверить, — сказала Селена. — Макс всегда казался таким… таким… идеальным. Как будто был непобедим.

— Да, знаю.

Селена скрестила руки на груди и прикусила нижнюю губу.

— Келли, что, если он не выживет? А что, если лечение не поможет?

Я положила руку ей на плечо.

— Эй, волноваться еще рано. У меня сильное предчувствие, что он все это переживет.

Наконец-то до меня дошел смысл слов, когда Кейси упоминала в будущем о своем муже, который участвовал в кампании по борьбе с раком кожи. Он не был ученым, он был представителем болезни. — Кто знает, может быть, из этого выйдет что-то хорошее. Находясь на виду у публики, он мог бы побудить молодых людей лучше защищаться на солнце.

— Ты совершенно права. Ух ты, Келли, ты сегодня такая позитивная после всего, что случилось. Такое чувство, что…

— Что?

— Не знаю, будто ты повзрослела на несколько лет за одну ночь или что-то в этом роде.

Если бы она только знала.

— Хочешь сказать, раньше я была незрелой? — Я приправила свои слова сарказмом.

— Ха-ха, нет, — ответила она. — Вообще-то… — она поднесла к губам палец и прищурилась, словно в глубокой задумчивости, а потом рассмеялась.

— Эй! — Я дружески шлепнула ее по руке, а потом сделала отрыжку. — Для тебя это недостаточно зрело?

— Я могу сделать лучше. — Селена резко вдохнула и выпустила отрыжку эпических размеров, ее челка взлетела вверх, прежде чем опуститься обратно.

Я расхохоталась, слезы потекли по моему лицу.

— Знаешь, если действительно хочешь стать серьезной, соперничество с отрыжкой делает тебя еще более незрелой.

Селена попыталась вызвать отрыжку, но безуспешно.

— Если бы я была парнем, то смогла бы это сделать. Почему? Они могут вызвать отрыжку в любой момент!

— Знаю, это безумие. Думаю, они хранят их или придерживают в своем Адамовом яблоке до тех пор, пока она не потребуется.

— Ох, Кел, я сейчас лопну от смеха. — Селена рассмеялась еще сильнее.

Я притянула к себе подругу.

— Селена, обещай мне, что мы всегда будем вместе?

— Конечно.

— Я имею в виду, действительно поклянись. Когда ты отправишься в кругосветное путешествие, а я стоптанная и старая останусь позади, давай постараемся не терять связь друг с другом. На самом деле, давай заключим договор.

— Договор?

Я встала перед ней и обняла за плечи.

— Да. Давай договоримся, что куда бы нас ни занесла жизнь, мы не пропустим и года, чтобы не увидеть друг друга.

Селена кивнула.

— О’кей.

— Обещаешь?

— Да. — Она перекрестила пальцы и положила на сердце. — Хотя сейчас мы не можем прожить и дня, не видя друг друга, я обещаю видеться с тобой, по крайней мере, раз в год.

— Хорошо. — Я улыбнулась. — И, если у тебя когда-нибудь появится личная помощница, обязательно скажи ей, чтобы она всегда соединяла меня с тобой, не требуя никакого специального кода доступа или чего-то еще.

Селена склонила голову и приподняла бровь.

— Лааадно.

— О, и когда ты станешь знаменитой голливудской звездой, не поддавайся давлению косметической хирургии, хорошо?

— Операциям?

— Да, ты же знаешь, что на каком-то этапе у нас появятся морщины. Но обещай, что позволишь природе взять свое? Ты будешь гораздо счастливее от этого.

— Если это так важно для тебя, тогда хорошо. Но, да ладно, немного ботокса никогда никому не повредит, я бы подумала, по крайней мере, об этом.

Я выставила перед ней ладонь.

— Нет. Никаких операций, слышишь?

— Ладно, ладно, — сказала она. — И, постой, что заставляет тебя думать, будто я стану Голливудской звездой? — Она уперла руки в бока и нахмурилась.

Ой.

— Ну, не знаю, просто фантазии. Но из тебя вышла бы отличная актриса.

Селена рассмеялась.

— Забавно, что ты так говоришь, потому что я действительно подумываю о том, чтобы пойти на курсы актерского мастерства. Я собиралась спросить тебя сегодня вечером, что ты думаешь об этом, но потом Макс заговорил о раке, и это не казалось таким уж важным.

— Я думаю, это очень важно. Если тебе это нравится, то вперед, — говорю я.

— Знаешь, что? Думаю, я так и сделаю. — Она резко кивнула подбородком и улыбнулась. — Спасибо, Кел, я знала, что ты поддержишь меня. Похоже, мы обе преуспеем в своих сферах деятельности.

— Похоже на то.

— Кстати, о развитии, взгляни на Кейси. Ее уверенность в себе неожиданно возросла.

Я повернулась в сторону Макса и Кейси, вооруженных пакетами с едой, стоявших в обнимку на обочине дороги.

— Похоже, у нее появился новый друг, — сказала Селена. — Максу понадобятся все друзья, которых он сможет найти.

От Кейси он получит гораздо больше. Ого, она, должно быть, была там — я имею в виду, будет — для него, на протяжении всего его лечения. Молодец, Кейси.

— Кейси как раз рассказывала мне о своем новом новаторском исследовании, — сказал Макс, когда они вернулись.

— Увлекательная штука. Эта девушка далеко пойдет, я точно знаю.

Кейси горела так ярко, что почти светилась.

— О, это мы еще посмотрим. Исследование — медленный процесс. Я, вероятно, просто проложу путь для следующего поколения исследователей, чтобы продолжить работу.

— Я бы не был так уверен, что ты сможешь найти лекарство от простуды или что-то в этом роде, — предположил Макс.

Я прикрыла рот рукой, когда смех застрял в моем горле.

— Что? — спросила Кейси, свирепо глядя на меня. — Думаешь, я не смогу? Ну, позволь сообщить, что это вполне возможно. Просто подожди и увидишь. Один день, сестренка, один день.

— О, конечно. Как скажешь, — подразнила я.

Я бы позволила ей пережить этот победный момент в будущем, но сейчас было так весело дразнить ее. Ничего страшного; это заставит ее чувствовать себя более удовлетворенной, когда она действительно найдет лекарство, будучи в состоянии доказать, что я ошибалась.

— Итак, давайте, наконец, поедим, — сказал Макс, открывая пластиковый пакет и разрывая бумагу на пачке горячей картошки и отбитой рыбы.

Жирная пища в чистом виде. Я подумала, что калории, которые съела вчера, все еще считаются за сегодня, но рассудила, что, скорее всего, нет, поэтому с удовольствием съела огромный кусок рыбы и пригоршню картошки.

— Кто хочет стакан этого прекрасного Моэта (французский бренд игристого вина), поданного в самом элегантном пластиковом стаканчике? — спросила Селена, взяв на себя смелость открыть мой подарок на День Рождения и налить себе щедрую порцию.

— Я, — сказали мы все одновременно. Селена налила нам по стакану, э-э, чашке, и мы сидели, разговаривали и смеялись, пока чей-то плач у берега не привлек наше внимание.

Молодая женщина примерно моего возраста с вьющимися светлыми волосами спрятала лицо в ладонях, слезы капали в океан, а нежные волны омывали ее ноги.

— Эй, Вы в порядке? — окликнула я.

— Конечно, — крикнула она в ответ, снова заливаясь слезами.

Я встала, стряхивая песок с бедер, и подошла к ней.

— Не похоже. — Я бросила на нее обеспокоенный взгляд. Она посмотрела на меня, потом на нашу частную вечеринку.

— О, простите, я не хотела беспокоить Вас и Ваших друзей.

— Ничего страшного. Я чем-то могу вам помочь? — Не знаю, почему меня так беспокоит совершенно незнакомый человек, обычно я просто изучаю свои ногти и притворяюсь, что ничего не видела.

— Мой парень бросил меня! — Она опять заплакала, не в силах после этого произнести ни одного внятного слова.

— Эй, все будет хорошо. — Я потерла ее руку, и она, казалось, удивленная моим случайным проявлением доброты, заставила себя сдержать слезы.

— Это так несправедливо, я сделала все, чтобы угодить ему, изменила свою жизнь, чтобы удовлетворить его потребности, и вот чем он мне отплатил? — Ее глаза умоляли о понимании. — Почему мне не везет с отношениями?

— Я уверена, что это не имеет к Вам никакого отношения, скорее всего, дело в нем. Он не понимал, как хорошо у вас получалось со всем справляться. — Я надеялась, что мои слова хоть как-то утешат ее.

— Совершенно верно, он не понимал. — Она смахнула слезы и кивнула. — Но боюсь, что никогда в жизни не встречу достойного человека. Мне уже двадцать восемь, почти тридцать, ради всего святого. Я думала, что к этому времени буду замужем и с детьми. Что, если мне суждено остаться одной навсегда?

— О, я очень сомневаюсь в этом. У нас еще много времени, чтобы встретить нужного человека. Он, вероятно, появится, когда Вы меньше всего этого ожидаете.

— Просто я думала, что этот парень — тот самый, понимаете? Я действительно чувствовала, что мы созданы друг для друга, но, судя по его словам, это было не так. — Она подняла руку и хлопнула себя по бедру.

— Знаете, у меня был парень, которого я тоже считала подходящим, но иногда тот, кого ты считаешь подходящим для себя, на самом деле, не подходит тебе.

Я вспомнила Уилла; сначала на фотографии в Фейсбук, потом в деловом костюме, потом в костюме Супермена. Улыбка украсила мои губы при виде его кривой усмешки и нахального чувства юмора, и я не могла дождаться, чтобы увидеть его снова. Но мне придется подождать.

— Пожалуй, Вы правы. Говорят, время лечит, — ответила женщина.

Я посмотрела на сестру и друзей, копавшихся в горе еды.

— Эй, не хотите присоединиться к нам? Там еще много еды. — Я указала на костер, и женщина посмотрела на нашу небольшую компанию.

— Почему бы и нет? Спасибо. — Она выдавила слабую улыбку, и мы подошли к ребятам.

— Кстати, меня зовут Келли, — сказала я, протягивая руку.

— Приятно познакомиться, Келли, Я Элейн.

Я остановилась как вкопанная, надеясь, что моя челюсть не упала на песок.

— Ты в порядке? — спросила Элейн, и я вгляделась в ее глаза, проблески узнавания пронеслись в моем мозгу.

— Гм… да. Конечно. Просто когда-то знала человека по имени Элейн.

— Ну что ж, надеюсь, это имя не навевает у тебя дурных воспоминаний. Разве тебе нравится, когда встречаешь кого-то, у кого такое же имя, как у парня, который дергал тебя за волосы на уроке естествознания в школе, или хулигана, который опрокинул твою коробку с завтраком на детской площадке? Даже если они не имеют к нему никакого отношения, все равно чувствуешь себя неуютно.

— Тебе не о чем беспокоиться. Элейн, которую я знала, была очень милой. На самом деле, ты мне ее очень напоминаешь.

Хотя единственным источником света были костер, луна и уличный фонарь вдалеке, раскрасневшееся лицо Элейн было хорошо видно.

— О, боже. Ты меня почти не знаешь, но спасибо!

Я сверкнула улыбкой и повела ее к огню, представляя Кейси, Максу и Селене.

Она спросила Макса, почему он выглядит таким знакомым, и он просто пожал плечами и сказал, что они, вероятно, виделись на улице или еще где-то, хотя я очень хорошо знала, что это было потому, что она, скорее всего, мельком видела его великолепное телосложение на большом плакате задней части автобуса. Совсем скоро она все узнает.

Пока мы ели и разговаривали, я смотрела на небо, на то самое небо, на которое смотрела, сидя с Уиллом на чертовом колесе, и благодарила Вселенную за этот неожиданный поворот событий. Элейн появилась в моей жизни, и мы могли узнать друг друга как следует, с самого начала. Я буду чертовски уверена, что она последует своей мечте и откроет кондитерский бизнес или ресторан, и что она не пожертвует собой ради брака. Все, что я могла сделать, это попытаться, но остальное будет зависеть от нее самой.

Когда мы покончили с ужином, Селена поднялась на ноги.

— Ой, я и забыла. Я кое-что принесла для тебя. — Она поспешила к своей машине, припаркованной неподалеку, и вернулась с фонарем и свечой.

— С днем рождения тебя, С днем рождения тебя, давайте все вместе! С днем рождения, дорогая Келли, — подхватили остальные. — С днем рождения тебя! Гип-гип, ура! Гип-гип, ура!

Я дунула на свечу, точнее, дважды, потому что первый раз не получилось, так как нужно было занять правильный угол, чтобы подуть на свечу, и в конце концов пламя превратилось в развевающийся след дыма, который тянулся к небу.

— Спасибо, Селена.

— Не знала, что у тебя сегодня день рождения, поздравляю! — сказала Элейн.

— Эй, ты же не загадала желание, — запротестовал Макс.

— В этом не было необходимости, — ответила я с улыбкой.

— Ну, я бы хотела, чтобы вы все встали и встряхнулись, — провозгласила Селена, поднимая меня на ноги, затем включила свой айпод на полную громкость, и из крошечного устройства зазвучала танцевальная мелодия.

Мы покачивались в такт музыке, потом Макс, Кейси и Элейн присоединились к нам. Когда техно-трек взял верх, желание внутри меня усилилось, и я начала танцевать, как могла. Я начала изображать робота, двигаясь четко по определенному рисунку в голове.

— Ты танцуешь танец робота? — спросила Кейси, смеясь.

— Да. Я практиковалась. Как тебе? — Я вспомнила ощущение утягивающего костюма, застрявшего, как липкая обертка вокруг моего тела, и использовала это с пользой.

— В эту игру могут играть двое. — Макс вызвал своего внутреннего робота и составил мне конкуренцию, а остальные пытались превзойти нас, но Макс был явным победителем. Я надеялась, что он сохранит это воспоминание, которое поможет ему пережить трудные времена.

Беспокоясь, что у меня могут быть спазмы от долгого напряжения мышц, я расслабилась и вернулась к нормальному танцу. Селена придвинулась ко мне и прошептала на ухо:

— Значит, завтра вечером ты все-таки не поедешь с Грантом на выходные.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет. На самом деле, у меня есть более важные дела.

Глава 20

Воссоединение

«Конец разлуки — начало встречи».

— Турецкая пословица

Я надела свое красное мерцающее платье и просунула руки под лямки, улыбаясь благодарному жужжанию молнии, когда она легко скользнула вверх по спине. Я хотела надеть его на свой день рождения вчера вечером, но так как это стало обычным веселым праздником на пляже вместо яркого вечера в ресторане изысканной кухни, это было не совсем уместно. Тем не менее, оно идеально подходило на сегодняшний вечер, по случаю моего школьного воссоединения.

Я сунула ноги в красные туфли и надела серьги, которые подарила мне Селена. Последний штрих — заколка, которая закрепила мою прическу, и я сжала губы перед зеркалом, затем схватила свою сумку и направилась к машине.

Я добралась до места встречи и, цокая каблуками, поднялась по ступенькам, войдя через открытую дверь в фойе. Роскошная женщина, которую я не узнала, раздавала бейджи с именами.

— Я тебя знаю, ты ведь Келли Кроуфорд, верно?

Черт. Я понятия не имела, кто она. Я всего восемь лет как закончила среднюю школу, но ведь этого недостаточно, чтобы забыть лицо? Если только она не была кем-то, кого мой подростковый снобизм игнорировал. Я съежилась при воспоминании о том, кем я была раньше.

— Да, привет, как дела?

Должно быть, она почувствовала мое замешательство, потому что быстро сказала:

— Не волнуйся, тебе незачем меня узнавать, я не ходила в школу. Я вышла замуж за Коди Бакстера, помнишь его?

Да. Он был одним из заклятых врагов Уилла и зачинщиком всего этого безумия с запиской «Пни меня».

— Да, точно. Ну, я очень рада за вас обоих, — ответила я. Бедная женщина. — Откуда ты знаешь, кто я?

— Твоя фотография на обложке журнала «Красотка» в прошлом месяце.

— А, ну да. Спасибо, — сказала я, гадая, заметила ли она, что снимок на обложке был с ног до головы отфотошоплен. Линия моей челюсти была изрезана и выточена до такой степени, что, если бы я действительно так выглядела, у меня не осталось бы места во рту для зубов.

Я прижала липкий бейджик к правой стороне груди, достаточно высоко над плечом, чтобы предотвратить взгляды на грудь от парней с оправданием, что они просто пытаются прочитать мое имя на бейджике. Я чуть было не ударила себя по лбу, чтобы они посмотрели мне в глаза.

Я побрела в заполненный воздушными шарами зал, мои глаза искали только одного человека, находя всех, кроме него. А что, если он не пришел?

Я даже не подумала об этом. Это имело бы смысл, имею в виду, он не был самым популярным парнем в школе, даже близко, так почему же он обязан прийти? Но Уилл сказал, что я была в этом платье в тот вечер, когда мы снова встретились, так что либо это должно было быть сегодня, либо я должна носить это платье каждый вечер, пока не найду его.

Я пробиралась сквозь толпу, останавливаясь то тут, то там, чтобы поприветствовать знакомых, пока мой взгляд не переместился в дальний угол комнаты. Возле столика с напитками спиной ко мне стоял парень в светло-серой рубашке поверх черных брюк и с коротко подстриженными каштановыми волосами. Его голова откинулась назад, когда он осушил бокал, а затем обернулся.

Это был он. Мой Уилл. Ну, он еще не был моим, но это только формальность, лишь вопрос времени. Или нет. И вообще, кто сказал, главное не торопиться? Возможно, тот, кто до сих пор живет с матерью в ветхом деревянном доме за городом и проводит субботние вечера в видеомагазине. В пыльном отделе классики. Те, кто осмеливались бродить по отделу для взрослых.

Не сводя глаз с цели, я подошла и остановилась перед ним.

— Привет, Уилл. — Улыбка скользнула по моему лицу, и его брови поползли вверх.

— Келли? Привет, как дела? — Он засунул руки в карманы.

— Неплохо, а как у тебя?

— Великолепно.

— Замечательно.

— Ага, здорово.

Ну же, Келли! Два дня назад ты практически вырвала его из костюма Супермена, а теперь даже поговорить нормально не можешь? Я открыла рот, чтобы задать ему вопрос, но тут подошел парень и хлопнул Уилла по спине. Почему парни всегда бьют друг друга, чтобы показать свою привязанность? Никаких нежных объятий, они просто били друг друга, толкали локтями и глупо шлепали.

— Неужели это единственный и неповторимый МакСвелли! Не думал, что увижу тебя здесь сегодня.

— Коди, — коротко кивнув, ответил Уилл.

— Посмотрите, Келли Кроуфорд, все такая же потрясающая. Ты застряла за столиком с выпивкой вместе с МакСвелли? Не волнуйся, — он подмигнул, — просто притворись, что тебе позвонили, и беги. Он ничего не узнает. — Коди усмехнулся, схватил со стола стакан и залпом осушил его.

— Вообще-то я разговариваю с Уиллом, так что, если ты не возражаешь? — Я склонила голову набок, жестом приказывая ему убираться к черту от нас.

— Да. — Его глаза расширились, и он скрестил руки на груди. — Ну, я четко понимаю, когда меня не хотят видеть. Что, кстати, случается нечасто. — Он подмигнул и резко толкнул Уилла в бок. — Пожалуй, я пойду повидаюсь со своей очаровательной женой. То есть после того, как станцую со своей бывшей. — Он бросил взгляд на великолепную Люси Монтгомери и с важным видом направился к ней.

— Идиот, — сказала я.

— Да, некоторые люди никогда не взрослеют, — заметил Уилл.

— Уилл? — Я схватила его за плечо и развернула к себе.

— О, только не говори мне, что…

— Да, снова. — Я сорвала с его спины записку с надписью «Пни меня».

Уилл покачал головой и вздохнул. Затем взглянул на меня.

— Спасибо.

— Пустяки, — сказала я. — Итак, чем занимаешься?

— У меня бизнес, — ответил он, вынимая руки из карманов. — Вообще-то я служащий, но помогаю в сфере бизнеса. Консультирую различные корпорации по вопросам управленческих навыков, планирования стартапов и методов повышения эффективности и производительности. — Он с гордостью кивнул. — Я бы хотел со временем заняться собственным бизнесом, но пока что набираюсь опыта.

— По-моему, это очень важно для тебя. Возможно, когда-нибудь мне понадобятся твои услуги, — сказала я, слегка сверкнув глазами.

— Неужели? Я думал, ты модель.

— Да, но это не навсегда. Я подумываю о создании дизайнерской компании «Все для дома». — Я улыбнулась, и чем больше рассказывала об этом людям, тем больше возбуждения поднималось внутри. — Кроме того, я ничего не знаю о бизнесе, хороша только в плане творчества, поэтому мне понадобится совет по всем другим аспектам владения и ведения бизнеса.

— Тогда я весь твой, — сказал он, и его лицо вспыхнуло в тон моему платью, без сомнения понимая возможный двойной смысл его слов.

— Не сомневаюсь, — ответила я негромко. — У тебя есть визитка?

Глаза Уилла загорелись, рука нырнула в карман рубашки.

— Уверен, что где-то есть. Не думал, что сегодня они мне понадобятся, так что я рад, что все-таки принес их.

Он протянул мне свою карточку, на которой была та же фотография, что и на его профиле в Фейсбук, и в ней был указан адрес его офиса, номер телефона и адрес электронной почты.

— Спасибо, — сказала я, открываю сумочку и бросая карточку внутрь, затем закрывая сумку с хлопком.

— Желаю тебе успехов с твоим проектом, звучит очень круто. Я помню, ты всегда хорошо разбиралась в искусстве в школе.

— Ты помнишь?

Он правда это помнил?

— Да, помнишь ту фреску, в которую все студенты должны были внести свой вклад на кирпичной стене за пределами библиотеки? Ты нарисовала маленького червяка, читающего книгу, и у него были такие большие глаза на выкат. — Пальцы Уилла обхватили его собственные глаза, и я сдержала смешок при воспоминании о нашей ночи на ярмарке развлечений с его новыми очками.

— Ах да, книжный червь. — Я кивнула, затем, пораженная идеей, открыла сумку и достала телефон.

— Ты ведь не собираешься делать то, что предложил Коди:«Я должна ответить на звонок»?

— А? О нет, конечно же нет! Извини, я записываю идеи. С тех пор, как решила начать этот бизнес, у меня появляются идеи в самые неподходящие моменты, и если я не запишу их, то боюсь, забуду! — Я ткнула пальцем в клавиатуру телефона и нажала кнопку «Сохранить». — Готово.

— Все нормально, я понимаю. Так в чем же идея?

Ого, он действительно заинтересовался тем, что я должна была сказать, и даже не посмотрел на мою грудь. Его глаза смотрели прямо на меня. В отличие от Коди, чьи глаза все время останавливались на седьмом этаже вместо десятого, где были мои глаза

Я наклонилась вперед, когда меня охватило воодушевление.

— Ну, когда ты упомянул книжного червя, у меня в голове возник образ книжного шкафа, но в форме червя, длинного и извилистого. Ты прикрепляешь его к стене, и у него есть отдельные прорези для каждой книги, так что это похоже на эффект домино, с книгами, которые лежат каждый в своей форме. Понимаешь? — Почувствовав нехватку кислорода от словесного нескончаемого потока, я сделала глубокий вдох.

— Звучит фантастически! Можно было бы просто назвать его «книжным червем».

— Да. О, и он будет отлично смотреться на стене рядом с лестницей. Также он мог бы наклоняться вверх вместе с лестницей.

— Ну, такое бы я точно купил это, — сказал Уилл с улыбкой на лице.

Я улыбнулась в ответ и заправила за ухо несуществующую прядь волос.

— Так ты женат? У тебя есть дети?

— Нет. Нет, но хотелось бы.

— Да, аналогично.

— Ты тоже хотела бы? — Его брови поползли вверх. — Не думал о тебе в таком ключе. Наверное, я ошибался.

— Во мне много чего удивительного, Уилл.

— Да? Например? — спросил он, слегка склонив голову.

— Гм, — я посмотрела на смятую записку, которую держала в руке, и улыбнулась. — Есть ручка?

— Всегда, — ответил Уилл, снова пряча руку в карман рубашки. — Красная, синяя или черная?

— Удиви меня. — Я улыбнулась.

Он протянул мне красную.

— В тон твоему платью.

Я облокотилась на столик с напитками и зачеркнула буквы в конце слова «Пни», заменив их на «целуй» (Kick — пни, Kiss — целуй). Затем приклеила записку с надписью «Поцелуй меня» на левую сторону груди, чуть ниже бейджа, и терпеливо ждала реакции Уилла.

Его глаза практически вылезли из орбит, напоминая книжного червя, которого я нарисовала на школьной фреске.

— Ты это серьезно?

— Никогда в жизни я не была настолько серьезна.

Он застыл на месте на мгновение, затем рассмеялся.

— Ха-ха, хорошая попытка. Это какая-то шутка, да? Держу пари, что Коди подговорил тебя, и в любую минуту он выскочит из-за дерева с фотоаппаратом и закричит: «Ха! Попался!» и тогда он…

Я наклонилась вперед и настойчиво прижалась губами к его губам, мои руки обхватили его шею и спустились вниз по линии подбородка. Когда я, наконец, отстранилась, он застыл в другой позе: губы выпячены, глаза в блаженном шоке, тело готово упасть на пол, как кусок быстро тающего льда.

— Боже мой, — прошептал он.

Я хихикнула, затем притянула его к себе для нового поцелуя, понимая, что в своем приключении в будущем, мы с Уиллом не целовались. Ни разу. Он, конечно, пытался, но никогда не удавалось это сделать. Когда я, наконец, захотела поцеловать его, он ушел в душ и оставил меня лежать на кровати с покалывающим сильным желанием, пока меня не отбросило назад во времени. Но я была рада этому. Это должно было стать нашим первым поцелуем. Не в будущем, а здесь, в начале.

Мы улыбнулись друг другу, когда вышли на свежий воздух, и я указала на танцпол.

— Тебе, случайно, не нравятся танцы роботов?

Уилл схватил меня за плечи.

— Да! Я король этих танцев! — Он повел меня на танцпол. — И не только потому, что это единственный известный мне стиль танца. — Он подмигнул, и по его глазам я поняла, что так оно и есть.

Вокруг нас собралась толпа, хлопая и аплодируя, за исключением Коди, который стоял в стороне, качая головой в полном недоумении. Когда песня закончилась и зазвучала медленная музыка, Уилл притянул меня к себе.

— Ты очаровала меня, Келли Кроуфорд, — прошептал он.

— Тогда давай покажем немного магии, — ответила я, наклоняясь к нему и снова наслаждаясь мягким, теплым прикосновением его губ.

Пока мы покачивались в такт музыке, он приблизил губы к моему уху и прошептал:

— Никогда за миллион лет я бы не подумал, что Келли Кроуфорд будет танцевать со мной и поцелует меня.

— Это лишь в очередной раз доказывает, что никогда не знаешь, что ждет тебя в будущем, — ответила я, хотя и была посвящена в некоторые детали.

— Совершенно верно, — сказал он. — Тебе когда-нибудь хотелось сделать прыжок во времени и увидеть, каким будет твое будущее?

— Ну, может быть… интересно, но нет, я лучше останусь там, где я есть, и доверюсь судьбе.

— Да, я тоже. Жизнь дана для того, чтобы ею наслаждаться, так? Если ты слишком сосредоточен на будущем, то забываешь наслаждаться настоящем. — Уилл отстранился, закончив наш танец. — Кстати, о развлечениях, в городе целый месяц проходит ежегодная ярмарка развлечений. По вечерам субботы она открыта допоздна. — Его глаза блеснули. — Что скажешь, если мы пропустим эту встречу и пойдем веселится по-настоящему?

Улыбка растянулась на моих губах, я сжала свою руку в его руке и посмотрела на выход.

— Черт возьми, да!

Глава 21

25 лет спустя

«Мать и дочь сближаются больше, когда дочери становятся матерями».

— Неизвестный

— Проснись, Келли, проснись! — Я медленно открыла глаза и увидела, как Уилл меня трясет. — Знаешь что? Мы стали бабушкой и дедушкой! У Диоры девочка!

Я тут же вскочила.

— О Боже мой! Внучка? О, боже, я так счастлива! — Я спустила ноги с кровати и встала, уперевшись о прикроватный столик, чтобы восстановить равновесие. — Как малышка, с ней все в порядке? А Диора?

— С ними двумя все прекрасно, хотя, очевидно, волшебная палочка Джексона не выдержала натиска, — усмехнулся он.

— Как ее назвали? — спросила я, пока нетерпеливо рылась в своем гардеробе и вытаскивала наугад пару брюк и рубашку.

— Они не сказали. Только то, что хотят представить ее нам должным образом, — ответил Уилл.

— О, ладно. — Я вообразила, как малышка протягивает свою крошечную ручку и говорит: «Приятно официально познакомиться с тобой, бабушка», а затем стряхнула эту нелепость из головы. — Не могу дождаться, когда увижу ее!

— Я тоже, но тебе лучше сначала позавтракать, не хочу, чтобы ты свалилась с низким уровнем сахара в крови в больнице, — сказал Уилл. — Хотя, если бы такое случилось, это было бы самое удачное место.

Я игриво хлестнула его брюками, прежде чем влезть в них и застегнуть на бедрах. — Позволь мне переодеться. Увидимся на кухне.

Уилл вышел, сжимая свою электронную площадку и прижимая виртуальный провод к уху.

— Привет, мам, это я. У нее родилась девочка… я знаю! Да… хорошо, значит… — его голос затих.

Я включила свет в ванной и умылась холодной водой. Брызнув капелькой увлажняющего крема на руки, я втирала его в щеки, обводя морщинки от смеха, которые стали глубже после многих веселых вечеров, проведенных за просмотром комедийных фильмов с Уиллом. Затем нанесла лосьон на лоб, позволяя ему впитаться в морщины, которые образовались от многочасовой концентрации, когда я сидела сгорбившись над рабочим столом. Я обмакнула безымянный палец в баночку с кремом для глаз и разгладила морщинки; при рождении двух моих детей я пролила не мало слез, затем нанесла блеск на губы, которые много раз целовали больное колено после падения в парке, и без всяких слов выражали мою любовь к Уиллу ему в уста. Когда увлажняющий крем впитался в мою жаждущую кожу, я натерла лосьоном руки, которые укачивали младенцев, и обнимали мужа. Я подняла рубашку, чтобы пропитать свободную, но упругую кожу на животе, которая со временем растянулась в надежде на новую жизнь, и поправила бретельки лифчика, поддерживая груди, которые выкормили моих двух детей.

Мое тело было живым напоминанием о прекрасной жизни. Оно творило удивительные, невероятные вещи, и я ни за что на свете не хотела бы выглядеть двадцатилетней совершенной красавицей с телом, не тронутым жизнью. Конечно, я по-прежнему дорожила своей внешностью, но, намазывая лицо минеральной тональной пудрой, понимала, что, если я больше не буду ухаживать за собой, это ничего не изменит. Моя семья все еще была бы здесь, друзья все еще любили бы меня, а мой бизнес все еще был бы самым непревзойденным.

Я выключила свет, уверенно вышла из ванной и вошла в кухню, где Райан и Бен сидели за стойкой, набивая рты пирожными.

— Ты называешь это завтраком? — спросила я.

Райан пожал плечами с набитым ртом.

— В нем есть белки, углеводы и немного… ладно, много жира, но это все равно сбалансированная еда, верно? — Он обнадеживающе улыбнулся, и Бен кивнул.

— Точно. И это ооочень вкусно! — Бен поднес еще один кусок к приоткрытым губам.

— Да, Элейн превзошла саму себя, не так ли? — Я прижала палец к глазури на куске торта Райана и слизнула его с пальца.

— Эй! — Он хлопнул меня по запястью. — Но да, это лучшее, что она делала до этого. Я думал, что торт «Лотос», который она испекла для моего 21-летия, это фантастика, но теперь она подняла планку. — Он вытянул руку выше своей головы, чтобы показать уровень готовки Элейн.

— Они отлично вчера смотрелись с Питером, правда? — спросил Уилл, ставя передо мной тарелку с яйцами без желтка и паровым шпинатом.

— Точно. Очень милая, хотя и жутковатая парочка. — Я проглотила кусочек яйца, вспомнив плавучий костюм призрака Элейн и образ скелета ее мужа. По-видимому, ему пришлось надеть какую-то поддерживающую ленту, чтобы скрыть свой пивной живот, как сказала Элейн, и мы тихо посмеялись над этим, пока он вчера был занят болтовней с Уиллом в саду блаженства.

— Ну что, мам, чувствуешь себя на пятьдесят? Теперь, когда возбуждение от вечеринки прошло? — спросил Райан.

Не так сильно, как в первый раз. Было гораздо легче постепенно подниматься по возрастной лестнице, чем, когда меня насильно заставляли подниматься по ней, подобно картонке из универмага.

— Не знаю, просто чувствую себя… как обычно. — Я улыбнулась и проглотила остаток завтрака, прежде чем встать и отнести тарелку в посудомоечную машину. — О, я должна позвонить папе. Сказать, что он теперь прадедушка, — сказала я, поднимая палец, как лампочку в воздухе.

— Не нужно. Я уже сделал это. Он встретит нас там, — сказал мой всегда ловкий, организованный муж, и тут зазвонила его электронная площадка. — Уильям МакСнелли слушает, — сказал он. — Да, здравствуйте, мистер Терроу.

Ох! Мистер Терроу! Надеюсь, он…

— Да? Ну, это фантастика, мы очень рады видеть Вас в числе наших уважаемых клиентов. — Уилл одарил меня обаятельной улыбкой.

Да! Хорошо, что у меня было двадцать пять лет, чтобы усовершенствовать свою презентацию, он производил впечатление старого друга, когда вчера появился в главном офисе.

Уилл рассказал мистеру Терроу, какие будут следующие шаги, назначил видеоконференцию на понедельник, затем закончил разговор, и подхватил меня в воздух от волнения.

— «Интерьеры КС» выходят на международный уровень, детка!

— Ура! — воскликнула я, когда Райан и Бен захлопали в ладоши, поздравляя нас.

— Так, — сказал он, ставя меня на ноги. — Ты готова встретиться со своей внучкой?

— Готова? — повторила я — Я ждала этого дня всю свою жизнь.

Через пятнадцать минут мы уже были в пути.

— О, черт! Я забыла купить цветы для Диоры. Уилл, милый, ты не мог бы заехать в торговый центр, чтобы я могла купить хороший букет у Франко?

Я повернула голову к Уиллу, который сидел за рулем, между Райаном и Беном на заднем сиденье втиснулся большой плюшевый мишка в клетчатой рубашке.

— В больнице есть цветочный магазин, мы можем купить цветы там, — ответил он, не отрывая взгляда от дороги.

— Уилл, у нашей дочери только что родился первенец, а ты хочешь выразить нашу любовь к ней дрянным букетом гвоздик? — воскликнула я, уперев руку на бедро. — Франко создаст прекрасное произведение искусства для нашей дорогой дочери. Я не готова дарить в такой день какой-то простой букет.

Уилл рассмеялся в знак поражения и въехал на стоянку торгового центра, которая была забита битком.

— Там нет мест, мы покатаемся вокруг, пока ты пойдешь за цветами, хорошо?

— Ага, — сказала я, выходя из машины.

— Только не задерживайся, — крикнул он вслед.

Я махнула рукой в знак понимания и нырнула в освежающую прохладу центра. Я действительно хотела купить качественный букет цветов, это не было ложью, но было кое-что еще, что нужно было сделать — и нет, я не собиралась убегать и делать маску, которая была лучше, чем секс, если вы об этом подумали. Я направилась в магазин «Нью Эйдж» и вошла, заметив в кабинках Лилиану и Рози. Стоявшую в очереди женщину подвели к одному из экстрасенсов, и я заняла ее место, встав в очередь.

Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, пока Лилиана не взглянула на меня с любопытством. Она извинилась перед клиентом и вышла из-за стойки, направляясь ко мне.

— Мы знакомы, дорогая?

— Гм… возможно, — ответила я. — Я хотела дать Вам кое-что из этого. — Я протянула ей пачку визитных карточек. FastForwardExperiences.com и, прочитав их, она выпучила на меня глаза.

— Я видела этот сайт раньше, он завораживает! Это действительно Ваш сайт? — спросила она, и я просто кивнула.

— Ух ты, спасибо. Как замечательно то, что вы делаете, распространяя этот феномен. — Она крепко держала карты в руках. — Погодите, значит ли это, что Вы испытали… прыжок во времени? — Она наклонилась ближе ко мне, пытаясь сохранить наш разговор в тайне.

Я прикусила нижнюю губу.

— Я права, не правда ли? Я же вижу!

Да, никогда не следует пытаться что-то скрыть от экстрасенса. Я молча кивнула.

— Ваш опыт описан на сайте? — спросила она.

— Да, так и есть.

— Подождите, не говорите мне! Дайте минутку… — Она закрыла глаза, затем снова открыла, сверкнув дерзкой улыбкой. — У вас, случайно, не псевдоним «Ворчун»?

Я кивнула, и на моем лице появилась извиняющаяся улыбка.

— Ваша история удивительна! — воскликнула Лилиана, схватив меня за обе руки. — Но как Вы догадались отдать мне эти карточки? Мы встречались… в Вашем будущем?

Я игриво пожала плечами.

— Позвольте мне задать Вам вопрос, Лилиана, — смело сказала я. — Как прошла вчерашняя вечеринка по случаю помолвки Вашей дочери?

— А! — Лилиана еще крепче сжала мои руки. — Мы встречались!

Я снова кивнула.

— Это Вы рассказали мне о сайте, но когда я, наконец, вернулась в прошлое, его еще не существовало, поэтому я сделала его сама, — объяснила я. — Вы также передали очень важное сообщение от моей матери, так что спасибо.

Лилиана прижала руку к сердцу, потом поднесла ее ко лбу.

— Ух ты, это совершенно невероятно! Как странно, что мы встретились с Вами в другой жизни, и теперь снова в реальности, — сказала Лилиана. — Не хотите присесть и поболтать? — Она указала на кабинку, где ее клиент нетерпеливо вертел в руках листок бумаги.

— Я бы с удовольствием, но не могу, мой муж ждет в машине. Мы едем навестить нашего первенца-внука.

— О, как интересно. Ну, тогда не буду Вас задерживать. Но послушайте, вот моя визитка. — Она вытащила одну из своей барсетки, висевшей на боку, и протянула мне. — Я также занимаюсь индивидуальными раскладами так что, если я Вам когда-нибудь понадоблюсь, позвоните.

— Спасибо, Лилиана, я обязательно позвоню.

Я взяла карточку и положила ее в задний карман, затем помахала рукой, выходя за дверь, и помчалась к Франко, где он приготовил красочную, элегантную композицию и даже сделал мне 10-процентную скидку в качестве поздравительного подарка.

Возвращаясь к машине, я прошла мимо магазина нижнего белья и попятилась назад, когда что-то привлекло мое внимание. Я покачала головой и рассмеялась над тем, что потенциально могло превратить женскую расу в вымирающий вид — единственный и неповторимый утягивающий костюм SlimFX версии 2.0. Я мысленно смеялась, когда запищала электронная площадка на запястье.

У Вас новое сообщение с высоким приоритетом. Нажмите для просмотра.

О боже мой. Это была форма заявки с сайта Fast Forward Experiences. Я бегло пробежалась взглядом по тексту, и мои плечи с облегчением опустились. Это было от «Полли», политик, превратившийся в журналистку, которая бесконечно болталась в будущем.

В конце концов, она вернулась к 40-летнему возрасту, после того как ее многолетние исследования нашли доказательства, необходимые для раскрытия большого секрета — след коррупции в ее политическом круге, который после того, как она вернулась назад во времени, смогла предотвратить. Она не сказала, какие последствия были бы в противном случае, просто потому что они были бы чудовищных размеров.

Я закрыла сообщение и улыбнулась, радуясь, что эта женщина, наконец, нашла дорогу домой, как и я. Жизнь снова была такой, какой и должна быть, и, хотя мой брак был построен на правде, мой прыжок в будущее был чем-то, что не нужно было рассказывать Уиллу. Так будет лучше для всех. Это было и останется моей маленькой тайной.

Когда я села обратно в машину, то услышала крики:

— Почему ты так долго? — И потом:

— Блин, как раз вовремя! — Моя электронная площадка снова зазвонила, на этот раз с входящим звонком.

— Привет, Селена!

— Эй, милая, с прошедшим! Жаль, что нам не удалось созвониться, — сказала она. — Но я хочу, чтобы ты знала, я прилетаю на следующие выходные.

— О, отлично, с нетерпением жду встречи с тобой, — ответила я.

— Итак, есть идеи, что будем делать, чтобы использовать выходные по максимуму?

На моих губах появилась улыбка, и я сказала:

— Селена, ты когда-нибудь думала о прыжках с тарзанки?

Через десять минут мы вошли в больничные двери, на этот раз как нормальные люди, без запятнанной одежды и поврежденных частей тела. С помощью указателей добрались в родильное отделение, и я заглянула через дверь в палату номер пять.

— Мама! — воскликнула Диора с улыбкой величиной с комнату. — Ты здесь! Ты только что разминулась с Кейси и Максом, они ушли пару минут назад.

Я вошла и увидела родителей Уилла, Берил и Реджа, стоящих рядом с кроватью, и своего отца, протягивающего Диоре стакан воды. Джейсон сидел рядом с женой на краю кровати, и из-под плотно завернутого одеяла в руках Диоры торчал крошечный бугорок.

— О Боже, — прошептала я, подходя на цыпочках к дочери и целуя ее в лоб. Положив цветы на кровать, их красота бледнела по сравнению с ангельским лицом моей внучки. Ее крошечные ручки тянулись ко мне, и я вложила палец к одну из них. Прозрачные пальцы с тонкими, как бумага, ногтями вцепились в мой и держали его с удивительной силой, не для ее возраста.

— Мама, папа, — начала Диора. — Хочу познакомить вас с Авророй.

Свободной рукой я прижала руку к груди, и взглянула на Уилла, у которого по щеке скатилась слеза.

Даже у Райана, наполовину скрытого гигантским плюшевым мишкой в клетчатом одеянии, глаза были на мокром месте.

— Наша маленькая Аврора, — сказала я. — Она просто красавица!

— Малышка родилась на рассвете, — сказал Джейсон. — Вот что означает ее имя. Она наша маленькая богиня восходящего солнца. — Говоря это, он погладил свою дочь по щеке.

Диора посмотрела на меня взглядом, полный любви.

— А ее второе имя — Келли.

Определенно, это была последняя капля. Я не могла больше сдерживаться. Я нахмурилась и из уголков глаз потекли слезы.

— Хочешь подержать ее? — Диора встала и вручила Аврору мне на руки.

Я тихонько покачивала свою внучку из стороны в сторону, и крошечные веки Авроры открылись, показав темно-синие глаза, которые, казалось, были целой Вселенной. Я пристально вглядывалась в них и молча благодарила удивительную силу, которая была ответственна за то, что позволила мне увидеть правду моей жизни. Двадцать пять лет назад я удосужилась получить подарок судьбы, и он является самым лучшим и по сей день.

Проведя пальцем по ее едва заметным бровям, я поняла, что у нее мои глаза — широко открытые и полные желания, готовые впитать в себя новые знания, открытия и впечатления. Жизнь Авроры только начиналась, и, хотя мне было уже пятьдесят, мне казалось, что моя тоже. Что касается меня, то магия моей жизни только начинала раскрывать свою истинную красоту.

КОНЕЦ