— Ты не исчезла, не так ли? Ты вернулась сюда. Это единственное, что имеет смысл.
Мэгги кивнула, ее глаза наполнились слезами, она не могла говорить.
Джонни выглядел так, словно готов был расплакаться вместе с ней, и его челюсть снова сжалась, сдерживая эмоции, которые, как она могла видеть, отражались в его голубых глазах.
— Это единственное, что имеет смысл, но в то же время не имеет вовсе, — прошептал он.
Мэгги протянула руки и обхватила его запястья, в то время как он все еще держал ее лицо в своих ладонях. Он был прав. Все это не имело смысла, но от этого не становилось менее правдивым.
— Помнил ли я тебя в…Чистилище? — спросил он, не сводя с нее глаз, его голос все еще был полон чувств.
— Нет, — прошептала Мэгги. — Ты сказал, я кажусь для тебя знакомой, словно ты знаешь меня. Но я подумала, это потому, что я похожа на Ирен.
— Как такое может быть? Чистилище появилось после того, как я встретил тебя. Ты сказала, что я знал, кто я такой, свою семью, историю, так? Так почему же я не вспомнил тебя? Я бы никогда не забыл тебя, Мэгги. После той ночи я думал только о тебе. Я был просто одержим тобой. — Джонни недоверчиво покачал головой.
Мэгги улыбнулась, почувствовав на щеках нотку удовольствия от его чистосердечного признания, но ее улыбка быстро угасла, когда она попыталась подавить его недоверие.
— Мы с тобой встретились в Чистилище, Джонни. Это все, что я знаю. Чистилище — первое место, где мы встретились… 1958 год наступил после. Не могу этого объяснить. Но, возможно, есть тот, кто сможет.