САЙМОН Р. ГРИН - Рендеринг [It’s All in the Rendering]

САЙМОН Р. ГРИН - Рендеринг [It’s All in the Rendering]

Рассказ.

Издание: 2011 - Перевод 2024

Дом стоит на границе. Между здесь и там, между сном и явью, между реальностью и фантазией. Дом существует дольше, чем кто-либо помнит, потому что он необходим. Если войти в него через парадную дверь из обычного и повседневного мира, то всё, что вы увидите, покажется вам совершенно нормальным. Зайдите через заднюю дверь, из любого из двух миров, и перед вами предстанет совсем другой Дом. Дом стоит на границе, соединяя два мира и предоставляя Убежище тем, кто в нём нуждается. Убежище от всех и вся. Безопасное место от всех зол.

Само собой, есть и те, кому это не слишком по душе.

Как и в любой другой день…

ВСЁ НАЧАЛОСЬ на кухне. В солнечный яркий день. Золотистый солнечный свет лился в открытое окно, богато сверкая на старомодной мебели и модерновой фурнитуре. Питер и Джубили Кейн, в данный момент отвечающие за Дом, завтракали вместе. По крайней мере, Питер так считал; Джубили вообще не любила утро. Джубили с радостью придушила бы всех до единого участников рассветного хора в обмен на то, чтобы ещё полчаса покемарить. Питер был занят приготовлением себе полноценного английского завтрака: яичница с беконом, сосиски с фасолью и много поджаренного хлеба. Среднего роста и среднего веса, Питер был счастливым, хотя и себе на уме человеком, но мастером сковороды — на том основании, что если вы когда-нибудь найдете что-то, что не сможете приготовить на сковороде, вы всё равно сможете использовать её, чтобы забить животное до смерти. Питер радостно двигался взад-вперёд, спокойно и легко выполняя полдюжины сложных кулинарных дел, подпевая при этом радио, песню: “Lightning Tree” - группы Settlers.

Джубили, высокая, светловолосая и почти невозможно грациозная, обычно сидела, сгорбившись, за кухонным столом, вцепившись в большую кружку с чёрным кофе промышленной крепости, как потерпевший кораблекрушение моряк в спасательный круг.

На её кружке была надпись: “Я Богиня, поклоняйся мне, как положено, или у тебя будут неприятности”. Она мрачно смотрела на Питера поверх края своей кружки, как будто каждый его весёлый момент был преднамеренным нападением на её хрупкие утренние нервы.

- Это должно быть незаконно - быть таким весёлым и бодрым по утрам, - объявила она, обращаясь ни к кому конкретно. Это неестественно. И я не могу поверить, что ты всё ещё готовишь это: “Смерть от холестерина” каждое утро. Подобные вещи должны быть подробно прописаны в брачном свидетельстве. Я отсюда слышу, как сужаются твои артерии, просто от соседства с таким изобилием нездоровой пищи.

- Начни день с вызова, вот что я всегда говорю, - сказал Питер. Если я смогу пережить это, то смогу пережить всё. Кто-нибудь из наших нынешних Гостей присоединится к нам за завтраком?

- Сомневаюсь. Ли выходит только по ночам, а Джонни - подросток, а значит, он даже не знает, на что похоже это время суток. Слушай, а можно нам включить другую трансляцию? Что-нибудь менее… восторженное?

Музыка тут же оборвалась. - Я слышал-о это! - сказало радио. Сегодня день шестидесятых! Потому что это то, что мне нравится. В те времена была настоящая музыка - песни, от которых волосы вставали дыбом, мелодии, которые застревали у тебя в голове независимо от того, хотел ты этого или нет. И нет, я не играю Coldplay, так что перестаньте спрашивать. Хотите послушать попурри из Monkees?

- Помнишь, что случилось с тостером? - угрожающе спросила Джубили.

Наступила пауза. - Я принимаю заявки, - наконец произнес-ло радио.

- Включи что-нибудь успокаивающее, - сказал Питер. Для тех из нас, чьи тела уже на ногах, а разум ещё официально не присоединился.

- Радио заиграло: Grieg’s Peer Gynt, а Питер весело нагружал свою тарелку всякой вредной всячиной. Он аккуратно поставил её на стол и улыбнулся Джубили.

- Ты уверена, что я не могу соблазнить тебя хотя бы кусочком этого вкусненького жареного лакомства, Принцесса?

Джубили вздрогнула.

- Я бы предпочла вводить горячий жир прямо в вены. Принеси мне молока, милый.

Питер подошел к холодильнику.

- Сегодня у тебя обезжиренный или полуобезжиренный день?

- Дай мне настоящего. У меня такое чувство, что это будет один из тех дней.

Питер открыл дверцу холодильника, и оттуда высунулась длинная зелёная бородавчатая рука, протягивающая бутылку молока. Питер принял бутылку, стараясь не задеть ни один из бугристых шишковатых пальцев.

- Спасибо, Уолтер, - сказал он.

- Приветствую, - раздался глубокий голос зелёного и бородавчатого из глубин холодильника. Вы не могли бы убавить температуру ещё чуть-чуть, а?

- Ещё ниже, и с них будут свисать сосульки.., - сказал Питер.

Раздался смех бородавчатого. - Вот так, угу, угу, мне это нравится, ух, ух.

. * .

Никаких семидесятых! - завопил-о радио.

Питер решительно закрыл дверцу холодильника и вернулся к Джубили за кухонный стол. Он передал ей молоко и сел за стол, а потом стал есть, пока она наливала, а потом пила, а из радио доносились нежные нотки - Solveig’s Song. Всё было очень цивилизованно.

Питер оглянулся на холодильник. Как долго Уолтер живёт здесь, Принцесса?

- Он был здесь задолго до нашего прибытия, - сказала Джубили. Согласно записям Дома, Уолтер утверждает, что является беженцем от марсианского ледяного народа, сослан на Землю за религиозную ересь и публичные оскорбления. Он уже много лет не покидал холодильник. Предположительно потому, что боится глобального потепления; я же думаю, что он просто более чем обычно страдает агорафобией.

Два маленьких мохнатых существа влетели через внутреннюю дверь и на скорости носились по кухне, возбуждённо перекрикиваясь друг с другом на повышенных тонах, гоняясь за ярко раскрашенным прыгающим мячиком. Они пронеслись под кухонным столом с такой скоростью, что Питер и Джубили едва успели убрать ноги с их пути - просто два маленьких волосатых пятна-шек.

- Эй! - сказала Джубили, изо всех сил стараясь казаться раздражённой, но не в силах сдержать нежность в голосе. Никакой беготни в Доме! И никаких игр в мяч на кухне.

Два маленьких мохнатых существа резко остановились, оказалось, что они едва достигают трёх футов в высоту, причём большая часть их тел покрыта мехом. Два широко расставленных глаза виновато моргали из области головы, а мяч подпрыгивал между ними.

- Я не против, - сказал Мяч. Правда. Мне это очень нравится.

- Тогда отправляйся наслаждаться этим где-нибудь в другом месте, - сказал Питер. Мне нужно успеть позавтракать, и я не хочу, чтобы мне мешали сосредоточиться. Моё пищеварение - тонко сбалансированная штука, чудо природы.

- И не лезьте в кабинет, - сказала Джубили. Помните, если устроите там погром, за это заплатят ваши предки.

- Мы будем осторожны! - произнёс высокий писклявый голос откуда-то из-под меха.

Ярко раскрашенный мячик вылетел из кухни, сопровождаемый возбужденно голосящими волосатыми существами. На кухне царил благословенный покой: Питер и Джубили завтракали в привычной обстановке и наслаждались обществом друг друга. За открытым окном пели птицы, изредка доносился шум транспорта, и казалось, что всё в мире хорошо. В конце концов Питер решил, что завтрак ему уже приелся, и встал, чтобы соскрести последние остатки с тарелки в раковину.

Которая закричала: - Накорми меня! Накорми меня, Сеймур! Пока Питер не пригрозил засунуть в неё чайную ложку. Он с привычной тщательностью вымыл тарелки и столовые приборы, разложил их сушиться и неторопливо потянулся.

- Впереди длинный день, Принцесса, - наконец сказал Питер. Мне нужно починить систему горячего водоснабжения, прочистить водосточные трубы, заправить все кровати и разобраться с бельём. Я должен подправить защитные чары периметра, перезарядить чары в ночном саду, убрать за горгульями и обновить радугу. Я должен подстричь лужайки и сгрести листья.

- А Мне предстоит много всего.

Питер рассмеялся. - Хорошо, Принцесса. Ты выиграла. Хочешь поменяться?

- Каждому своё, милый. Будь добр, вымой мою кружку.

- От чего умер твой последний раб?

- От того, что не вымыл мою кружку как следует. Будь мил, а потом будут объятия.

- Ооо… Потные объятия?

- В такую погоду - почти наверняка.

И на этом всё должно было закончиться. Просто начался ещё один день в пограничном Доме. Но тут… раздался звонок - от входной двери. Громкий, зловещий звонок. Питер и Джубили посмотрели друг на друга.

- Я никого не жду, - сказала Джубили. А ты?

- Нет, - сказал Питер. И я не жду.

В дверь снова позвонили, очень настойчиво. Один из тех: “Я не собираюсь уходить, так что нет смысла прятаться за мебелью и притворяться, что меня нет”.

Питер пошёл открывать. Он открыл входную дверь и тут же вышел наружу, заставив посетителя отступить на несколько шагов. Питер плотно закрыл за собой дверь и быстро осмотрелся, чтобы убедиться, что всё в порядке.

В реальном мире дом представлял собой обычный отдельно стоящий дом, немного старомодный, расположенный на удобном удалении от главной дороги, с аккуратной гравийной дорожкой, проложенной между ухоженными лужайками. Цветы, то тут, то там. Дом был почти вызывающе обычным: двери и окна в нужных местах и в нужных пропорциях, черепица на крыше и водосточные трубы, которые то работали, то не работали. ( Смотреть не на что, идём дальше, уже забыли о тебе… )

Перед Питером стоял явно встревоженный человек средних лет в облегающем костюме, чьи в основном невыразительные черты лица выражали напряжение, явно призванное показать, что перед вами человек которому предстоит выполнить неприятную обязанность, которую он намерен выполнить и постараться получить от этого удовольствие.

- Это дом номер тринадцать по Демон-стрит? - спросил человек так, как говорят люди, уже имеющие ответ на свой вопрос, но надеющиеся, что вы окажетесь достаточно глупы, чтобы спорить об этом.

- Да, - твёрдо сказал Питер. При этом чувствуя себя достаточно уверенно.

- Я мистер Катберт. Я представляю местный Совет. Он сделал паузу, чтобы произвести на Питера должное впечатление.

- Чёрт побери, - сказал Питер. Должно быть, поле избегания… “Двигайтесь, как слепец но не натыкайтесь…”

- Что?

- Ничего! - сказал Питер. Продолжайте. Местный Совет, да? Как интересно. Интересная работа? Почему вы здесь, мистер Катберт? Я прилично себя вёл. В основном.

- До нас дошло, - чуть более настойчиво произнёс мистер Катберт, - что вы не поддерживаете надлежащий уровень благоустройства этой резиденции, в соответствии с требуемыми стандартами.

- Но… это наш дом, - сказал Питер. А не Совета.

- Но есть же ещё стандарты! Стандарты должны соблюдаться! Все элементы каждого дома в округе должны соответствовать требуемым критериям. Правила распространяются на всех, это вопрос здоровья и безопасности. И, выложив этот неоспоримый козырь, мистер Катберт позволил себе слегка улыбнуться. - Мне придётся провести… проверку.

- Что? - спросил Питер. Сейчас?

- Да, сейчас! У меня с собой все необходимые бумаги…

- Я был уверен, что вы это сделаете, мистер Катберт, - сказал Питер. Вы выглядите соответствующе. Что ж, вам лучше зайти и осмотреться. Впрочем, вам придётся принимать нас такими, какими вы нас найдёте.

В то время как Питер контактировал с крайне заносчивым членом местного Совета, в заднюю дверь раздался сильный, тяжёлый и даже аристократический стук. Джубили пошла открывать, задумчиво хмурясь. Посетители Дома были достаточно редки, причем из любого мира. А уж два сразу - это вообще неслыханно.

Задняя дверь Дома представляла собой массивную плиту-слаб из древнего дуба, испещренную длинными цепочками рун и сигилов. Джубили щёлкнула пальцами, приближаясь к двери, и массивная дверь плавно распахнулась перед ней. Она решительно шагнула в прохладный лунный свет позднего вечера, и её посетитель был вынужден невольно отступить на несколько шагов.

Дверь за ней плотно захлопнулась. Несколько мгновений Джубили демонстративно не обращала внимания на гостя, быстро оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что на ночной стороне Дома всё на своих местах.

Здесь Дом представлял собой огромный готический особняк с гротескной резьбой по камню и дереву, решетчатыми окнами, куполами, мансардами, злобными горгульями, выглядывающими с крыши, и многочисленными дымоходами. Перед домом через тёмные и мутные воды рва перекинут изящный плетёный мостик, ведущий к небольшому зоо…парку с фигурами животных из зелени и тёмно-фиолетовыми лужайками. Древние деревья с длинными шишковатыми ветвями, похожими на цепкие пальцы, стояли на страже парка, цветы которого, как известно, были столь же яростными, сколь и ошеломляющими. Ночное небо было усеяно звёздами, вращающимися, как огненные Колёса Екатерины, а полная луна имела многообещающий голубой оттенок.

Наконец Джубили соизволила обратить внимание на стоящего перед ней. Ему не нужно было объявлять, что он эльфийский Принц Двора… Невидимых. Он и не мог быть никем другим.

Высокий и сверхъестественно стройный, в изящном доспехе с серебряной отделкой, он обладал бледной кожей, глазами с кошачьими зрачками и остроконечными ушами. Нечеловечески красивый, невыносимо грациозный и почти невыносимо высокомерный. Не потому, что он был Принцем, как вы понимаете, а потому, что он был эльфом. Он поклонился Джубили.

- Не надо, немедленно сказала Джубили. Просто… не надо. Что вам здесь нужно, Принц Айргедлам?

- Я прибыл Moonfleet.., быстрее зимних ветров и летних приливов, шёл тайными путями, чтобы донести до вас слова великой важности и срочности…

- И это вы тоже можете отбросить; у меня не хватит терпения, - сказала Джубили. - Чего вы хотите?

- Нам стало известно, - жестко произнёс эльфийский Принц, - что многие древние заклинания, пакты и соглашения, заложенные, когда этот Дом был впервые согласован, не поддерживаются должным образом, согласно требованиям для этого места. Я должен провести инспекцию.

- Сейчас?

- Да. У меня есть соответствующие полномочия.

- Задница, - произнесла Джубили с более чем обычной выразительностью. Ладно, вам лучше войти. И как следует вытрите эти бронированные ботинки. Пол очень портится, если по нему размазывать грязь.

ПИТЕР ПОВЁЛ МИСТЕРА Катберта по дому. Поскольку человек из местного Совета пришёл в Дом из обыденного мира, именно этот аспект Дома он должен был увидеть. Так было всегда, и так должно быть всегда, в Доме, соединяющем миры, хотя бы потому, что большинство людей не могут справиться более чем с одним миром одновременно.

Мистер Катберт не спеша осмотрел кухню, громко принюхиваясь, чтобы продемонстрировать своё неодобрение абсолютно всего, а затем позволил Питеру вывести себя в главный зал.

- Сколько комнат в этой резиденции, мистер Кейн? - спросил мистер Катберт, подозрительно оглядываясь по сторонам.

Питер не стал говорить, что это завит от ситуации. Поэтому просто прикинул. - Девять?

- О боже, - самодовольно произнёс мистер Катберт, радостно качая головой. О боже, о боже, мистер Кейн… Это совершенно не согласуется с нашей информацией! Я должен сделать пометку.

И он достал блокнот и ручку и не спеша стал что-то записывать. Питер попытался наклониться, чтобы посмотреть, что он пишет, но мистер Катберт тут же отвернулся, и он не смог этого сделать.

- Я здесь не так давно, - сказал Питер. Мы с женой переехали всего три года назад.

- За три года вы так и не смогли сосчитать количество комнат в вашем доме, мистер Кейн?

- У меня было много дел, - ответил Питер.

- Значит, на самом деле вы не являетесь владельцем этой желанной резиденции? - спросил мистер Катберт.

- Мы держим её в доверительном управлении, - сказал Питер. Это как Национальный фонд. Только в большей степени. Вы увидите, что все надлежащие документы уже давно поданы в Совет…

Мистер Катберт громко фыркнул, давая понять, что ни на секунду не верит в это, но пока оставит без внимания. Он был так занят этим маленьким представлением, что не заметил, как все лица на портретах, висевших на стенах, повернулись и посмотрели на него. С неодобрением. Мистер Катберт не должен был замечать ничего подобного, но, учитывая, что заклинания предотвращения не работают, одному Богу известно, что ещё может пойти не так в Доме…

Два маленьких мохнатых существа бежали по коридору за своим мячиком, а затем резко остановились и уставились на мистера Катберта.

- Мои племянница и племянник, - быстро сказал Питер. Они у нас в гостях.

- Какие очаровательные юноша и девушка, - несколько неопределённо произнес мистер Катберт. И для него они, вероятно, были такими. Хотя, учитывая выражение его лица, “очаровательные” - это ещё мягко сказано. Он протянул руку, чтобы погладить их по голове, но инстинкт самосохранения в последний момент заставил его понять, что это не самая лучшая идея, и он снова отдёрнул руку.

Питер провёл его мимо волосатиков и показал нижние комнаты. Мистер Катберт не впечатался, но сделал несколько дополнительных пометок в своей книжечке. Наконец они поднялись наверх.

- Сейчас у нас проживают два Гостя, - осторожно сказал Питер.

Были и другие, но ни один из них не принадлежал к тому типу, с которым можно было бы с пользой познакомить мистера Катберта.

- В первой комнате у нас проживает молодая леди по имени Ли, приехавшая с острова Мэн. В соседней комнате - Джонни, молодой человек, приехавший на время из Лондона. Неужели нам нужно беспокоить их в такую рань?

- Рань? - переспросил мистер Катберт. Я сам уже несколько часов на ногах. Я не из тех, кто позволяет дню пролететь незаметно, когда предстоит важная работа. О нет; я должен увидеть всё, пока я здесь. И всех. Этого требует моя работа. Он внезапно остановился и огляделся. Что это, чёрт возьми, было?

- Бойлер с горячей водой на чердаке, - быстро сказал Питер. Он нестабилен. Но вам придётся принести свою лестницу, если вы захотите его осмотреть. Мы туда не поднимаемся.

- Бойлер можно осмотреть в следующий раз, - согласился мистер Катберт. Должно быть, с ним что-то серьёзно не так, если он может издавать такие звуки. Звучало очень похоже на рычание.

- О, вы такой шутник, мистер Катберт, - сказал Питер. Такое чувство юмора.

Мистер Катберт направился в гостевые комнаты. Питер бросил взгляд на чердак.

- Держите себя в руках, дедушка Грендель! У нас посетитель!

Он поспешил за мистером Катбертом, который остановился перед дверью первой гостевой. Питер быстро прошёл вперёд и очень вежливо постучал в дверь.

- Ли? Это Питер. К нам посетитель из местного Совета. У вас всё в рамках приличий?

- Дорогуша, приличней некуда, - раздался изнутри комнаты знойный голос. Заходите, мальчики. Чем больше, тем веселее, так я всегда говорю.

Питер тяжело сглотнул, бессмысленно улыбнулся мистеру Катберту и полностью доверился особой природе Дома. К счастью, когда они с мистером Катбертом вошли в комнату, все казалось совершенно нормальным, хотя и немного мрачноватым.

Стройная и очень бледная девушка-подросток-гот полулежала на неубранной кровати, одетая в тёмные джинсы и чёрную футболку с надписью: “Я ношу это только до тех пор, пока не придумают более тёмный цвет”. На запястьях и горле у неё были чёрные кожаные браслеты со стальными шипами. Её нездорово бледное лицо могло похвастаться более тёмным макияжем глаз, чем у панды, и кроваво красными губами.

Стены спальни были увешаны постерами с изображением: The Cure, The Mission и Fields Of the Nephilim. Девушка неторопливо поднялась на ноги, каждое её движение было плавным, элегантным и чуть тревожным, а затем она медленно улыбнулась мистеру Катберту. Питер инстинктивно переместился, чтобы встать между Ли и человеком из Совета.

- Просто представляю мистера Катберта гостям, Ли, - быстро сказал он. Он не может остаться надолго. Он должен вернуться. Ведь люди могут заметить, если он пропадёт.

Ли надулась. - Не понимаю, почему ты всё время об этом говоришь. Это было всего лишь раз.

- Вам… комфортно здесь? - спросил мистер Катберт, видимо, потому что чувствовал, что должен что-то сказать.

- О да, - сказала Ли. Очень комфортно. Она широко улыбнулась мистеру Катберту, и за тёмными губами мелькнули очень острые зубы.

Питер быстро вывел мистера Катберта обратно в коридор. Человек из Совета был достаточно взволнован, чтобы позволить Питеру сделать это, хотя и не совсем понимал, почему.

- Она платит ренту? - спросил он неопределённо.

- Нет, - ответил Питер. Она - гостья.

- Надо будет записать, - сказал мистер Катберт. И он записал.

Следующая дверь открылась, когда они подошли к ней, и из неё вышел тихий, нервный молодой человек в чистой белой футболке и потёртых синих джинсах. Он был достаточно красив, но красота эта была с изъяном. Он засунул руки в карманы, потому что не знал, что ещё с ними делать, и скорбно посмотрел на мистера Катберта.

- Здравствуйте. Вы ведь не из таблоидов?

- Нет, Джонни, - быстро сказал Питер. Он из местного Совета.

- Я вас откуда-то знаю? - с сомнением произнёс мистер Катберт. Я почти уверен, что где-то видел вас раньше…

- Я участвовал в телевизионном шоу талантов, - неохотно ответил Джонни. Всё это стало чересчур, поэтому я приехал сюда, чтобы… отвлечься от всего этого на некоторое время.

- О, я никогда не смотрю эти шоу, - тут же отозвался мистер Катберт таким же голосом, каким можно было бы сказать, что я никогда не смотрю, как травят медведя. Он настоял на том, чтобы хорошенько осмотреть комнату Джонни, не нашёл ничего интересного, сделал об этом пометку и снова затрусил вниз по лестнице.

Питер поспешил за ним. Мистер Катберт прошёл через весь дом и кухню, а затем резко остановился у входной двери. Он окинул Питера суровым взглядом, который должен был сказать, что я человек, с которым нужно считаться, и не забывай об этом.

- Я вижу, что для приведения этого дома в надлежащее состояние, мистер Кейн, необходимо решить множество вопросов. Разумеется, я пришлю сюда всю следственную группу. Они поднимут половицы, исследуют всю проводку. Возможно, придётся вскрыть все стены и переделать проводку во всём доме. В таком большом гостевом доме, должно быть нормальное центральное отопление, а не просто какой-то шумный старый бойлер на чердаке. Его определенно придётся заменить. Я уверен, что видел поднимающуюся сырость, вся внешняя отделка нуждается в ремонте, а то, что я вижу на вашей крыше, - просто позор! Придётся поставить строительные леса по всему периметру дома. Он тонко улыбнулся, его глаза были полны тихого удовлетворения. - Боюсь, всё это обойдется вам довольно дорого, мистер Кейн; но правила есть правила, и стандарты должны соблюдаться. Всего вам доброго. Очень скоро вы снова получите от меня весточку.

Он покинул дом с той же важностью, что и пришёл, захлопнув за собой дверь. Наверху, на чердаке, дедушка Грендель издал очень грубый звук, и в доме ненадолго запахло гниющими петуниями.

ДЖУБИЛИ ПРОВЕЛА эльфийского Принца Айргедлама по дому, хотя, конечно, он увидел совсем другое заведение. Он высокомерно прогуливался по коридору, не желая торопиться и громко отмечая некачественную обстановку и отсутствие надлежащей защитной магии. Он заметил, что портреты на стенах смотрят на него с открытым презрением, и встретил их взгляды.

Он привык к всеобщему неодобрению. Ведь он был эльфом. Джубили позволила ему побродить по нижним комнатам, выслушала надменные, а иногда и откровенно грубые замечания в зависимости от настроения, прежде чем Джубили наконец смогла провести его наверх, в комнаты для гостей. Дедушка Грендель издал ещё несколько крайне грубых звуков.

- Успокойся, старое создание, - сказал эльфийский Принц, даже не взглянув на чердак. Не заставляй меня подниматься туда.

Он распахнул первую дверь и вошёл внутрь, не дав Джубили времени постучать или даже представить его. Внутри комнаты было темно, липко-влажно и неуловимо гнетуще. Эльфийский Принц невольно резко остановился, захлопнул дверь, и Джубили быстро вошла следом за ним.

В обычном мире Ли могла быть просто готом-подростком, но здесь её истинная сущность раскрылась. Линан-Сидхе была тёмной музой с острова Мэн, вдохновлявшей художников на макабрические и таинственные вещи; те, кто мечтал о ней, часто создавали мощные и великолепные произведения, но быстро сгорали и умирали молодыми. Линан-Сидхе была суровой хозяйкой и изнуряющей Музой, и все знали, чем она питается.

Эльфийский Принц чопорно поклонился ей, опять же почти невольно.

Комната Музы представляла собой тёмную пещеру, по грубым каменным стенам которой медленно стекала кровь. Линан-Сидхе непринуждённо возлежала на огромных мясистых лепестках алой розы, плавая в море слёз. От неё веяло мраком, она была скорее тенью, чем сущностью. Её пепельное лицо плыло во тьме, как злобная луна в тёмную ночь. У неё не было глаз, только глубокие тёмные глазницы, а рот был цвета засохшей крови. Она сладко улыбнулась Принцу Айргедламу, обнажив ряды острых зубов, как у акулы.

- Заходите, милый Принц, мой дорогой, и я покажу вам, из чего состоят мечты.

Эльфийский Принц заколебался, но устоял. - Не искушай меня, тёмная Муза…

- Но, дорогой, - сказала Линан-Сидхе, это то, что я делаю…

Она заливисто рассмеялась, и эльфийский Принц не смог быстро выйти из комнаты. Джубили мило улыбнулась Линан-Сидхе, та подмигнула ей, а затем они вышли обратно в коридор. Когда дверь снова надежно закрылась, Принц Айргедлам быстро пришёл в себя и настоял на том, чтобы перейти в следующую комнату. Джубили кивнула, и снова их ждал Джонни.

- Здравствуйте, - грустно сказал он. Я Джонни Джей, голос страдающих масс. Поп-принц шоу-мелодий. Саймон Кэллоу говорит, что я гений.

- Я вас не знаю, - сказал Принц Айргедлам.

Джонни Джей даже немного просветлел. - Правда? О, это замечательно! Такое облегчение - встретить человека, которому ничего от меня не нужно. Даже если это всего лишь автограф.

Принц Айргедлам посмотрел на Джубили, которая лаконично пожала плечами. - Дела смертных. Он поёт.

- Да, - сказал эльфийский Принц. Я вижу на нём клеймо. Отправьте его ко Двору Невидимых. Фейри всегда любили человеческих бардов.

- Думаю, у него сейчас и так хватает проблем, - сказала Джубили.

Но эльфийский Принц уже потерял интерес и отвернулся. Джонни хмуро кивнул и вернулся в свою комнату. Принц Айргедлам остановился на вершине лестницы и посмотрел на чердак, где, судя по громким звукам, что-то очень большое топтало подстилку.

- Что это? Я чувствую его возраст, но его истинная природа скрыта от меня.

- О, это просто дедушка Грендель, - сказала Джубили. Он живёт на чердаке уже несколько веков, если верить записям Дома. Мы с мужем унаследовали его, когда переехали. Пока мы время от времени бросаем ему немного сырого мяса и горсть сахарных мышек, он вполне счастлив. Время от времени он грозится сплести себе кокон и трансмогрифицироваться в совершенно новое божество, но пока этого не произошло. Я думаю, он просто блефует. Конечно, это может быть просто просьба о внимании.

- Гости должны быть сугубо временными, - сказал эльфийский Принц. В этом и заключается смысл гостя, не так ли?

- В правилах ничего такого нет, - беззаботно ответила Джубили. Кроме того, кто знает, что значит “временно”, если срок жизни такой, как у дедушки Гренделя?

Они спустились обратно по лестнице и только успели дойти до самого низа, как в коридор вбежали два маленьких волосатых существа, преследуемые прыгающим мячом. Они резко остановились и уставились на эльфийского Принца, а затем громко зарычали на него. В их шерсти показались огромные пасти, полные зазубренных зубов.

- Паразиты, - сказал Принц Айргедлам. Я должен сделать пометку.

- Мы никоим образом не паразиты! - огрызнулось одно из волосатых существ. Мы - падальщики! Мы защищаем Дом от вредителей. Мы должны есть только мелкие штучки…

- Но в вашем случае мы готовы сделать исключение! - закончил другой. Никто не будет издеваться над Джубили, пока мы рядом.

- Хотите, я сделаю что-нибудь ужасное с мразотным Принцем? - спросил мяч, угрожающе подпрыгивая на месте.

- Всё под контролем, спасибо, - сказала Джубили своим самым спокойным и успокаивающим голосом. А вы, мальчики, бегите.

Они сделали это с неохотой. Эльфийский Принц изо всех сил старался сделать вид, что ничего не произошло. Он холодно фыркнул и посмотрел на Джубили свысока.

- Я вижу, что здесь многое предстоит сделать, чтобы привести этот Дом в соответствие со всеми соответствующими соглашениями. Горгульи должны быть кастрированы, ров вычищен, а многим старым граничным магиям было позволено местами потускнеть. Все они должны быть обновлены с соответствующими кровавыми жертвоприношениями. Ваш сад - позор, и куда делись все грибы? Этот дом далеко не соответствует тому, каким он должен быть, и придётся проделать большую работу, чтобы всё исправить. Разумеется, придётся также произвести соответствующие выплаты.

Он быстро поклонился Джубили, прежде чем она успела его остановить, и, пройдя через Дом, вышел через заднюю дверь и по плетеному мостику направился в ночь. Джубили задумчиво закрыла за ним дверь и пошла обратно по коридору.

- Замечательно! На этом всё! Все присоединяйтесь ко мне на кухне, прямо сейчас! Домашнее собрание!

НА КУХНЕ, вскоре после этого, Питер и Джубили, Ли и Джонни сидели за столом и хмуро смотрели друг на друга. Радио молчал-о, напряжённо думал-о, пытаясь быть полезным. Дверца холодильника была оставлена открытой на случай, если Уолтеру захочется поделиться чем-нибудь полезным. На чердаке зловеще молчал дедушка Грендель.

- Мы не можем этого допустить, - наконец сказал Питер. Просто не можем! Строительные леса от Совета, кровавые жертвы для Неблагого Двора; всевозможные внутренние работы, чтобы удовлетворить обе стороны… обязательно произойдёт накладка! Они будут мешать друг другу и провоцировать всевозможные конфликты. Этот Дом должен соединять два мира, а не сталкивать их лбами.

- Это может означать конец Дома как убежища, - сказала Джубили. Если никто не будет чувствовать себя здесь в безопасности, если мы не сможем гарантировать анонимность… Убежища больше не будет ни для кого.

- Я не могу вернуться на остров Мэн, - твёрдо сказала Ли. Мне уже надоело быть Музой. Я делаю всю тяжёлую работу, а художники присваивают себе все заслуги! Я даже не получаю посвящений… А они все такие нуждающиеся! Такие навязчивые… Все эти поганые поэты слоняются вокруг, требуя вдохновения… У меня сто лет не было нормального отпуска! Я никогда не хотела быть мрачной и болезненной… Я должна была стать сильфидой, как хотела мама…

- Я понимаю, что ты имеешь в виду, - неуверенно сказал Джонни Джей. Я не вернусь в Лондон. Просто не вернусь. С тех пор как я выиграл этот проклятый конкурс талантов, телевизионщики и таблоиды превратили мою жизнь в мучение. Я никогда не хотел быть национальной иконой; я просто хотел петь и делать людей счастливыми. Таблоиды преследовали мою семью, друзей и всех, кто когда-либо общался со мной, в поисках интересных историй; а когда они ничего не находят, они просто выдумывают что-нибудь! Я даже никогда не был в “Мятном Носороге”!

- Я не уйду! - заявила Линан-Сидхе. Я заявила о своём праве на Убежище, и я знаю свои права! Я требую, чтобы вы защитили меня от этого непрошеного постороннего вмешательства!

Питер посмотрел на Джубили. - Правила Дома гласят, что мы должны предоставить Гостям Убежище. Никто не говорил, что они должны нам нравиться.

- Мы всё ещё можем дать им хорошую затрещину, - сказала Джубили.

- Можно я посмотрю? - спросил Джонни Джей, немного оживляясь.

- Мы должны что-то сделать, - сказал Питер. Если сама суть Дома окажется под угрозой, если два мира больше нельзя будет разделить… Может ли такое случиться, Принцесса?

- Не думаю, что этот вопрос когда-либо возникал раньше, - задумчиво нахмурилась Джубили. Дом существует в состоянии духовной благодати, идеального равновесия между двумя мирами бытия. Сдвинься этот баланс слишком далеко в любую сторону, и Дом может перестать функционировать. Новый Дом пришлось бы создавать где-то в другом месте, с новым руководством. Нас бы не рассматривали. Мы бы не выполнили свой долг. После стольких веков мы стали бы первыми, кто подвёл Дом…

- До этого ещё не дошло, Принцесса, - сказал Питер, успокаивающе накрывая её руку своей. Неужели Дому можно так легко угрожать? Я думал, что Дом был создан и защищён Высшими Силами.

- Мы должны сами решать свои проблемы, - сказала Джубили. В этом и заключается наша работа.

- Катберт может не знать, что делает, - сказала Ли, - но этот чёртов эльф наверняка знает. Он должен понимать последствия того, что говорит.

- Конечно, понимает! - сказала Джубили. Он точно знает, что делает. Наши обычные поля избегания не просто так дали сбой, открыв нас нормальному миру, именно в то время, когда Неблагой Двор решил проявить к нам интерес. Это было спланировано. Я думаю, кто-то выбрал нас в качестве мишени и затеял всё это не просто так.

- Чтобы уничтожить Дом? - спросила Ли.

- Кому это может быть нужно? - спросил Джонни Джей.

- Или… они делают это, чтобы добраться до кого-то, кто думал, что находится в безопасности в Доме? Ли нахмурилась, и что-то от её темной личности ненадолго проявилось на кухне вместе с ними. Все вздрогнули от неожиданности. Ли вежливо сделала вид, что ничего не заметила. Я думала, любой, кто претендует на Убежище здесь, имеет право на полное уединение и защиту? Если кто-то из этих требовательных маленьких поэтов последовал за мной сюда, чтобы доставить неприятности…

- Ваша безопасность во всём гарантирована, пока вы желаете оставаться здесь, - холодно сказала Джубили. Не всегда дело в вас, знаете ли. Я думаю… это всё из-за меня и Питера. Всё дело в нас.

- Твоя семья никогда не была в восторге от нашего брака, Принцесса, - осторожно сказал Питер.

- Не в их власти было возразить, - сказала Джубили. Такова традиция, что во главе Дома должна стоять супружеская пара, по одному от каждого мира. Я была счастлива выйти за тебя замуж и счастлива переехать сюда; они должны были быть счастливы за меня.

- Я никогда не был так счастлив, как в тот момент, когда ты соединила свою жизнь с моей, - сказал Питер. Ты - мой идеал. Дом был лишь прекрасным бонусом. Но… если наш брак угрожает Дому… Я здесь, потому что хотел стать частью чего-то большего, чего-то важного. Я не позволю, чтобы это было под угрозой из-за меня. Мы не можем позволить, чтобы Дом был разрушен из-за нас, Принцесса. Не тогда, когда в наших силах спасти его.

- Это моя семья, - мрачно сказала Джубили. Вероятно это она. Моя чёртова семья. Они готовы видеть этот Дом разрушенным, лишь бы я вернулась туда, где, по их мнению, моё место. Потому что им невыносима сама мысль о том, что они могут в чём-то ошибаться. Может быть… Если бы я вернулась, они могли бы отменить это… Но нет. Нет… Я могу покинуть этот Дом, чтобы защитить его, но я не могу оставить тебя, Питер. Мою любовь.

- И они никогда не примут меня, - сказал Питер. Ты же знаешь. Мне придётся согласиться оставить тебя, прежде чем они примут тебя обратно.

- Ты бы смог это сделать? - спросила Джубили.

- Дом важнее, чем каждый из нас, - сказал Питер. Мы всегда это знали, Принцесса. Я не смог бы любить тебя и вполовину так сильно…

- Любовь превыше всего, - сказала Джубили. Мы оба любим этот Дом: то, что он представляет, и свободы, которые он сохраняет.

- Вот почему мы получили эту работу, - сказал Питер. Потому что мы готовы на всё, чтобы защитить это место. А теперь это обернулось против нас.

- Я могла бы уйти, - резко сказала Ли. Если бы думала, что это поможет. Хотя бы потому, что вы двое явно служите Высшей Силе.

- Я тоже, - сказал Джонни Джей.

- Нет! - категорично заявил Питер. Либо Дом - Убежище для всех, либо - ни для кого. Вы не должны уходить, иначе всё, что мы можем сделать, окажется напрасным.

- И мы тоже не можем уйти! Джубили хлопнула ладонями по столешнице, и глаза её загорелись внезапным пониманием. Потому что именно этого они и хотят! Они рассчитывают, что наше чувство долга и ответственности пересилит нашу любовь друг к другу. Что мы будем готовы расстаться, чтобы сохранить Дом! Будь я проклята, если позволю своей высокомерной чёртовой семье победить! Должен быть способ…

- Не то чтобы мы были беззащитны, - сказала Ли, её кроваво-красный рот широко раскрылся, обнажив слишком много зубов для одного рта. Давайте заманим их сюда, и я научу их всем ужасам, которые таятся во тьме.

- Ты поёшь, о муза поэтов неврастеников? - спросил Джонни. Потому что я готов поспорить на хорошие деньги, что мы можем составить дуэт, который будет греметь костями и тревожить душу каждого, кто его услышит, из какого бы мира он ни пришёл.

- Мы будем гоняться за ними, мы будем гоняться за ними, мы будем есть их ложками! - скандировали маленькие пушистики в дверном проёме, пока мяч возбужденно подпрыгивал между ними.

- Я могу швыряться в людей, - неуверенно сказал Уолтер из холодильника. Если они подойдут достаточно близко.

С чердака донёсся низкий ровный гул - это зашевелился дедушка Грендель. Когда он заговорил, его слова загрохотали в воздухе, как сталкивающиеся грозовые тучи.

- Пусть все миры содрогнутся, если мне придётся появиться снова. Было много сил хуже эльфов, и в своё время я всех их истреблял и пировал ими.

- Нет! - резко сказала Джубили. Этот Дом был создан Великой Силой, чтобы положить конец конфликтам, дать надежду и утешение тем, кто хотел только мира. Если мы будем защищать Дом с помощью насилия, мы предаем всё, за что он стоит. Должен быть другой путь.

- Он есть. Питер наклонился вперёд через стол и взял обе руки Джубили в свои. Дом существует… потому что он необходим. Он был создан и находится под защитой Сил, гораздо более могущественных, чем ваша чёртова семья, Принцесса. Даже ваши представители не осмелились бы расстроить эти Силы — так что разоблачи их блеф! Скажите им, что если из-за них будет нарушена работа этого Дома, мы позаботимся о том, чтобы все знали, что это их вина. Скажи им, что всё дело в том, чтобы воздавать должное Кесарю. Пусть обе стороны делают в доме всё, что считают нужным… если они не мешают друг другу или управлению Домом! Иначе! Возможно, ваша семья возвела высокомерие в ранг искусства, но даже они не настолько глупы, чтобы разгневать Мировые Силы.

- Питер, любовь моя, ты великолепен! - воскликнула Джубили. Думаю, именно за это я люблю тебя больше всего. Потому что ты спасаешь меня от моей семьи.

- В любое время, Принцесса, - сказал Питер.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, ясным ранним утром, но не таким ранним, как накануне, раздался вежливый стук в парадную дверь Дома. Когда Питер пошёл открывать, там стоял мистер Катберт с очень мрачным видом. Он сдержанно кивнул Питеру — или, по крайней мере, в направлении Питера.

- Похоже… возможно, произошло недоразумение, - неохотно сказал он. Совет постановил, что эта резиденция освобождается от всех санитарно-гигиенических норм и обязательных работ по благоустройству. Потому что это здание входит в список охраняемых. Никакие изменения не могут быть произведены без специального разрешения свыше. Мистер Катберт бросил на Питера бесстрастный взгляд.

- Я должен был догадаться, что у таких, как вы, есть друзья в высших кругах!

- О да, - сказал Питер. Действительно. Вы даже не представляете.

И он вежливо, но очень решительно захлопнул дверь перед лицом мистера Катберта.

Тем временем у задней двери Джубили разговаривала с эльфийским Принцем Айргедламом - Неблагого Двора.

- Так это были вы, - сказала она.

- Да, - ответил эльфийский Принц. Всё было исправлено, никаких улучшений не потребуется. Дом Невидимых утратил свой интерес к этому месту. Дом будет существовать, как и прежде; каждый будет жить своей жизнью. Возвращайтесь к семье, - сказала Джубили. Скажите им, что я счастлива здесь. Несомненно. Но среди нас есть те, кто скучает по тебе при Дворе, - сказал эльфийский Принц. До свидания, Принцесса.

Перевод: RP55 RP55 ; январь 2024