Алломант Джек и ямы Эльтании
В этой истории содержатся небольшие спойлеры к роману «Сплав закона» из цикла «Двурожденные».
Это еженедельное письмо я начну с того, что проснулся с дикой головной болью.
Боль эта, дорогие читатели, была поистине невообразимой: в голове грохотало, будто палили разом из сотни винтовок. Вокруг стояла темень, лицо мое покоилось на холодном камне. Я застонал и перекатился на колени. В глазах зарябило, и мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.
Что со мной стряслось? Я припомнил схватку со звероподобным поединщиком-колоссом. Габаритами он не уступал парорельсовому двигателю, и силища была под стать. Я уложил его пулей в глаз, разве нет? Разве не добился я тем самым доверия всего клана?[а]
Я поднялся и осторожно ощупал затылок. Засохшая кровь. Не пугайтесь, рана была неопасной. Попадал я в переделки и похлеще. Чего стоит только случай, когда я тонул в океане: руки связаны, ноги тянет на дно металлический бюст Выжившего[б].
Судя по сухости воздуха и свисту ветра в трещинах скал, я по-прежнему находился в Дикоземье, что радовало. Эти земли, богатые на приключения и угрозы, — моя естественная среда обитания. Обожаю трудности, с которыми приходится здесь сталкиваться. Боюсь, я зачахну, если буду засиживаться в унылой безопасности изнеженного Эленделя.
Моя темница представляла собой естественную пещеру с неровными стенами и свисающими с потолка сталактитами. Впрочем, пещера была неглубокой и, как выяснилось, заканчивалась всего в нескольких футах позади того места, где я очнулся. Значит, с этой стороны не выбраться[в].
Опасаясь нарваться на выстрелы, я подобрался к выходу и выглянул наружу. Легкий холодок подтвердил мою догадку: меня держали довольно высоко в горах. Пещера располагалась в склоне небольшого отвесного каньона, далеко внизу поджидала россыпь округлых скал.
C противоположной стороны каньона за пещерой наблюдало несколько синих здоровяков. Это были старые колоссы: шкуры натянутые и потрескавшиеся, тела покрыты татуировками и обернуты лоскутами кожи убитых и съеденных людей[г].
— Зачем вы меня сюда засадили, зверюги? — прокричал я. Мой голос эхом разнесся по каньону. — И что вы сделали с прекрасной Элизандрой Драмали? Если с ее прелестной головки упал хоть один волос, вы познаете гнев разъяренного алломанта!
Ответа от дикарей не последовало. Они сидели вокруг тлеющего костерка и даже не повернулись в мою сторону.
Похоже, мое положение было не столь идеальным, как я решил поначалу. Склон снаружи пещеры оказался гладким, как стекло, и крутым, как цена за виски в забегаловке у Марли. Разумеется, попытку спуститься я бы не пережил, особенно когда так кружится голова из-за раны.
Но и просто сидеть сложа руки нельзя. Мисс Драмали, дражайшей Элизандре, наверняка грозила опасность. Будь проклята эта женщина и ее своеволие! Ей следовало остаться в лагере, как было велено. Я понятия не имел, что с ней приключилось, впрочем, как и с верным Хандервимом[д]. Колоссы не посмеют причинить ему вред, так как принесли клятву террисийцам,[е] но он наверняка переживает за мою жизнь.
Я не стал раздумывать над тем, как угодил в это ужасное место. Мне был нужен металл. В организме его не осталось: я сжег последние крохи, чтобы придать твердости рукам и взгляду, когда точным выстрелом уложил колосса-претендента на мой трон. К сожалению, похитители украли мой «глинт» — колоссы хоть и зверюги, но сообразили забрать оружие, особенно когда увидели, как я управляюсь со своим надежным револьвером. Флаконы с металлами они тоже забрали. Может, хотели проверить, нет ли в них виски. Некоторые алломанты из Дикоземья и правда употребляют подобные смеси, но я никогда этого не одобрял. Джентльмену-искателю приключений нужно всегда сохранять ясный разум[ж].
Мне бы очень пригодился мешочек с оловом, спрятанный в каблуке. К несчастью, потайное отделение открылось еще, наверное, во время первой стычки с колоссом-поединщиком. Мешочек потерян! Я мысленно отметил себе поговорить с Ранетт насчет ее хитроумных каблуков и о том, как они норовят открыться в самый неподходящий момент.
Беда! Алломант без металла! У меня осталось лишь одно оружие — мой ум. Хоть ума мне не занимать, его могло и не хватить. Кто знает, в какую передрягу угодила прекрасная Элизандра?
Преисполнившись решимости, я взялся исследовать пещеру. Шансов было мало, но эта местность как раз славилась залежами минералов. В тот день мне и правда благоволил Выживший: в дальней стене я заметил проблеск рудной жилы. Почти невидимый, я обнаружил его только на ощупь[з]. В полумраке пещеры я не смог точно определить, что это за металл, но выбора не было.
Во время нечастых наездов в Элендель я обнаружил, что пользуюсь репутацией едва ли не героя. Должен заверить вас, дорогие читатели, что я лишь скромный искатель приключений, не заслуживающий чрезмерного поклонения. И все-таки, пусть я никогда не желал славы,[и] я очень ценю свою репутацию. Поэтому, если бы мог, я бы стер из вашей памяти следующую часть рассказа.
Однако моей целью всегда было преподнести вам искренний и полный отчет о моих путешествиях в Дикоземье. Честность — моя главная добродетель[й]. Итак, вот правдивое изложение того, что случилось дальше.
Я опустился на колени и начал лизать стену.
Мне никогда не хотелось выглядеть перед вами глупо, дорогие читатели[к]. Но чтобы выжить в Дикоземье, нужно хвататься за любую возможность. Так я и сделал. Языком.
Мои усилия были вознаграждены крошечной толикой олова, однако его хватило, чтобы на несколько мгновений усилить чувства[л]. Я внимательно прислушался в поисках подсказок, как найти выход из сложившейся ситуации.
Мой усиленный оловом слух уловил два звука. Первый — журчание воды. Выглянув из пещеры, я увидел среди скал внизу ручеек, не замеченный раньше. Вторым звуком было странное царапание, словно когтями по ветке.
Я с надеждой поднял голову и среди поросли сорняков в скале обнаружил ворону. Неужели?
— Молодец! — провозгласила ворона нечеловеческим голосом. — Ты отыскал металл даже в тюрьме, Джек. Выживший доволен твоей изобретательностью.
Это была она. Линдип, духовная наставница, которую Выживший посылал в самых трудных моих испытаниях[м]. Я давно подозревал, что она одна из Безликих Бессмертных[н]. Согласно легендам они способны менять форму и принимать облик животных.
— Линдип! — воскликнул я. — С мисс Драмали все хорошо? Колоссы не причинили ей вреда?
— Не причинили, смелый путешественник, — ответила Линдип. — Но они похитили ее и удерживают. Ты должен сбежать, и быстро, ибо ее ждет ужасная судьба.
— Но как мне сбежать?!
— Ничего не могу посоветовать. Я наставница, но не могу решать проблемы за героя. Это противоречит заповедям Выжившего, который полагает, что люди должны выбирать собственный путь[о].
— Ладно, но скажи, наставница, почему меня снова пленили? Разве я не заслужил доверие клана колоссов? Разве я не их король? Я победил соперника!
Конечно, мое разочарование было очевидным, но надеюсь, дорогие читатели, я не упаду в ваших глазах после столь резких слов, прозвучавших в адрес моей духовной наставницы. Однако я был не только обеспокоен безопасностью дражайшей Элизандры, но и огорчен тем, что утратил доверие племени колоссов. Пусть они дикари, но они почти раскрыли мне свои секреты — секреты, которые наверняка приведут к символу в виде наконечника копья, окровавленным следам и сокровищу Выжившего.
— Точно не знаю, — сказала Линдип, — но подозреваю, дело в том, что ты убил соперника из пистолета. Ранее, завоевывая доверие клана, ты не стрелял во врага, а отпугнул его, зарядив пулю. Многие кланы рассматривают убийство на расстоянии как признак слабости, а не силы.
Безжалостные зверюги и правда дикари[п]. Пистолет — самое элегантное оружие, оружие джентльмена.
— Я должен сбежать и спасти прекрасную Элизандру, — сказал я. — Наставница, ты видела, как я попал в эту пещеру-тюрьму? Колоссы воспользовались неким потайным ходом?
— Да, я видела, о бесстрашный, — ответила Линдип. — Но это не та правда, которую ты хотел бы услышать. Нет никакого потайного хода — колоссы зашвырнули тебя снизу[р].
— Ржа и Разрушитель! — воскликнул я. Несомненно, зверюги, напуганные моим могущественным оружием, предпочли уморить меня голодом, а не рисковать навлечь на себя гнев богов, убив собственноручно.
Нужно выбираться, и быстро. Я снова выглянул и заметил невдалеке грозовые облака. Это заставило меня задуматься. Мой взгляд вернулся к ручейку в каньоне. Как я упоминал, стенки каньона были почти гладкими. Словно… их обточила вода.
Да! Я разглядел характерные линии — уровень воды, когда река была стремительной и полноводной. Путь к спасению скоро откроется! И впрямь, вода от дождей, выпавших над равнинами выше по течению, скоро хлынула в каньон, а поскольку тот был очень узким, река начала вздуваться.
Я с возбуждением ждал подходящего момента, чтобы войти в реку, и, несмотря на тревогу, нашел время написать вам это письмо. Я спрятал его в особом водонепроницаемом кармане моих прочных штанов в надежде, что, если мне придет конец, оно как-нибудь доберется до вас, когда найдут мое тело.
Когда дождь ливанул и над каньоном, я больше не мог ждать и бросился в разбухшую реку[с].
Дорогие читатели, надеюсь, это послание застанет вас в добром здравии. Как вы помните, на прошлой неделе мое письмо завершилось тем, что я, презрев опасность, прыгнул в пучину. Я не сомневался — мне конец, и в некоторой степени рад сообщить, что выжил. Только «в некоторой степени», ибо вскоре вам кое-что откроется. Если вы хотите читать дальше, имейте в виду: содержание этого письма ужасно и может вызвать у самых чувствительных и юных из вас неприятные ощущения, даже тошноту.