Линн Ричардс Секс по номерам

Серия: вне серии, короткая новелла

Имена главных героев: Эмили и Эрик

Тропы\теги:

Быстрая любовь

Грязные разговоры

Героиня размера плюс

Очень одарённый главный герой

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование, кроме предварительного ознакомления, ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Выполнен каналом «Ninfómana de libros»; ссылка: https://t.me/Ninfomana_de_libros

Переводчик: Ягнёнок

Сверка: Ягнёнок

Редактор: Киара

Вычитка: Ягнёнок

Оформление: Ягнёнок

Просьба НЕ использовать русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как: Тик-ток, Инстаграм*, Твиттер, Фейсбук*, а также Пинтерест, Тамблер и им подобных сервисах и сайтах.

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу лицемерно!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

*принадлежат компании Meta, деятельность которой, запрещена в РФ.

Эта электронная книга является произведением художественной литературы.

В книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера.

Приятного чтения!

— Итак, я вижу небольшие числа - шесть, семь, восемь, девять, десять - и даже двенадцать, но что ...

— Итак, я вижу небольшие числа - шесть, семь, восемь, девять, десять - и даже двенадцать, но что же остальные? — Эмили Тортон указала на человека с двенадцатью на спине и шестнадцатью спереди, — почему два числа? Потому что, если вы увидите, что на вас надвигается шестнадцати дюймовый¹ пенис, я советую вам развернуться и бежать в противоположную сторону.

Группа женщин, сидевших вокруг неё, разразилась хохотом. Некоторые фыркали, некоторые гоготали.

Её лучшая подруга Дженнифер только вздохнула.

— Ты даже сказать не можешь, да?

— Что сказать? — она прекрасно понимала, что имела в виду её подруга, но не собиралась этого говорить.

— Член, член, отбойный молоток, — она вскинула руки вверх в разочаровании, — что угодно, и я имею в виду что угодно, только не пенис!

Последнее слово было почти выкрикнуто, вызвав странные взгляды группы. Действительно странные, учитывая тип клуба, в котором они находились.

Клуб «Мандинго».

Да, именно так сказала Дженнифер. Эмили тоже не очень поняла, о чём идёт речь, но спрашивать не стала, она и так казалась довольно неопытной. Какой она и была. Действительно неопытной. Но это была не её вина. Обстоятельства вынудили её вести очень замкнутый образ жизни. До колледжа она училась в католической школе для девочек, затем, несмотря на то, что её приняли в Гарвард, Йель и Стэнфорд, колледжи её мечты, расположенные за три тысячи миль от её родителей, - она поступила в Уэсли, колледж для девочек на восточном побережье, расположенный менее чем в ста милях от её родителей.

Специализация по психологии давалась ей с большим трудом, оставляя мало времени на общение. Хотя Уэсли не был крепостью со рвами и разводными мостами, охраняющими девственниц, встречаться было трудно. Но ещё важнее было то, что при ограничении времени и недоступности студенток колледжа трудно было завязать какие-либо длительные отношения с представителем противоположного пола. Она знала о женском населении всё, что только можно было пожелать знать, а о некоторых вещах и вовсе жалела, что узнала, но в отношении мужчин в её знаниях было очень много пробелов.

Бармен принес ещё одну порцию напитков. Она понятия не имела, кто заказал их на этот раз; она знала только, что все они будут платить за них позже - в прямом и переносном смысле.

Они договорились разделить счет в конце вечера - оплата за обслуживание, выпивку и еду. При этом было оговорено, что если кто-то из них заказывает выпивку, то она заказывает порцию на весь стол.

Перед Эмили выстроились три розовых рюмки, напомнившие ей одноногих фламинго, застрявших во дворе трейлерного парка. Поначалу симпатичные, но к концу дня блеклые и потрепанные.

Она догадывалась, что утром будет чувствовать себя точно так же.

Не желая тратить деньги впустую, она взяла рюмку и одним глотком выпила содержимое. На самом деле напиток был не так уж плох. Даже очень вкусным. Она облизала губы, это были калории, которые ей не нужны. А вот алкоголь был ей не страшен. Она говорила себе, что если хочет стать успешным психологом, ей нужно выходить из дома и познавать жизнь. Как она могла бы общаться с женщиной, которая по привычке напивается и каждую пятницу вечером цепляет разных мужчин, если она сама никогда не напивалась и не цепляла мужчин?

Оглядев красивых и не очень красивых, но вполне приемлемых мужчин, она поняла, что вероятность подцепить сегодня мужчину ничтожно мала. Её шансы же были равны нулю.

Ведь её окружали великолепные - действительно великолепные - женщины. На фоне такой конкуренции она быстро попала в категорию неприемлемых. Она не была уродиной. Она считала себя красивой. И, как любили говорить все её родные, она была бы красивой девушкой, если бы только немного похудела. И именно поэтому она была неприемлемой в этом море женщин - она была толстой. Никто не хотел её трахать.

Получи, Дженнифер! Этого достаточно для тебя? Она отпила ещё фламинго.

Погодите, это название напитка или она его просто выдумала? Если так, то название было чертовски удачным, даже если она сама это сказала. Комната начала кружиться, и она потянулась, чтобы устоять на ногах, чуть не столкнув Дженнифер с табурета.

— Так, дамы, больше никакой выпивки, по крайней мере, в течение тридцати минут, — Дженнифер выпрямилась на табурете, — наша «женщина часа» слегка подвыпила.

— А вот и нет, — Эмили потянулась за очередным стаканом, но Дженнифер убрала его из-под её руки, — зануда².

Другие женщины засмеялись. Было приятно побыть с подругами. У них редко было время собираться вместе, как раньше. Работа, школа, семьи - всегда что-то было на первом месте.

Она нахмурилась, её мысли расплывались. Почему они собрались сегодня вечером?

Должно быть, она задала этот вопрос вслух, потому что Деб ответила.

— Потому что ты наконец-то стала лицензированным, современным психологом. Теперь ты можешь официально рассказать нам всем, что мы делаем не так и почему мы это делаем.

— Вот, вот, — все женщины за столом подняли бокалы в знак одобрения.

Кроме неё. Дженнифер отобрала у неё всех фламинго.

— Итак, на чем мы остановились? — спросила Сью. Эмили не очень хорошо знала Сью, они не так много времени проводили вместе и не так хорошо узнали друг друга. Она была подругой подруги, — ах, да, Эмили задала вопрос, — девушка кокетливо улыбнулась, — и что же ты спросила, дорогая?

Если бы она не была так подвыпившей и не была на пути к тому, чтобы напиться до беспамятства, она, возможно, не попала бы в ловушку.

— Я хотела узнать, что означает второе число.

— Это то, на какой размер мужчина готов пойти, — ещё одна коварная ухмылка.

— Мужчина? Это что, гей-клуб? Если бы я была мужчиной, я бы в первую очередь бежала от шестнадцатидюймового члена. Смотри, вон мужчина с двадцатью шестью на лицевой стороне. Бросьте! Двадцати шести дюймовых³членов не бывает!

После того, как она выпила свой красивый розовый напиток, ей уже не составляло труда назвать лопату лопатой. Или член - членом.

На этот раз довольно громкие смешки и хихиканье не только привлекли внимание, но и вызвали минутную тишину. По крайней мере, в радиусе шести футов. Удивительно, как сильно доносится голос слегка опьяневшей женщины даже на фоне грохочущей музыки.

Дженнифер бросила на Сью язвительный взгляд. Всё-таки Дженнифер была её лучшей подругой.

— Эмили, это не совсем то. Цифра на спине обозначает размер мужского члена.

Эмили очень нравилось, как звучит это слово.

Член. Член. Член.

Дженнифер шлепнула её по руке, чтобы привлечь её внимание.

— Цифра спереди указывает на размер женщины, которую они хотят, — она изложила эту информацию так же сухо и непринужденно, как если бы рассказывала закон спроса и предложения студентам первого курса экономического факультета.

К счастью, шум разговора возобновился, и никто, казалось, не заметил, как эта информация ошеломила Эмили.

— Но это же значит. Нет, этого не может быть.

Она оглянулась и увидела великолепного блондина с цифрой семь⁴ на спине и двенадцатью спереди⁵. Всё выглядело логично, поскольку шесть дюймов⁶ для мужчины (как бы он ни протестовал) считались средним размером, а двенадцать - чуть больше среднего размера женской одежды.

Она снова огляделась по сторонам, внезапно осознав, что она не единственная женщина с большим размером тела в клубе. На самом деле женщин её размера было почти большинство. Если другие женщины её размера были такими же стеснительными, как она, или, лучше сказать, такими же недостойными, как она сама, то почему они думали, что могут привлечь мужчину, особенно с большим членом?

Девушка наблюдала за тем, как мужчина с номером двадцать шесть на лицевой стороне подошел к женщине в облегающем красном платье. Это была очень полная женщина. Не двадцать шестой, подумала Эмили, но больше, чем её собственный восемнадцатый размер. Ну, иногда и двадцатый, в зависимости от марки.

Женщина была великолепна. И ей не нужно было худеть, чтобы выглядеть соответственно. Подруга женщины была, похоже, десятого или двенадцатого размера. Женщина, которую Эмили считала худой, но на которую общество всё ещё навешивало ярлык полноватой. Когда мужчина подошел, женщина поменьше улыбнулась своей подруге и вышла из-за стола. Она не стала далеко уходить, а просто обернулась, чтобы оказаться лицом к лицу с подругой, но спиной к мужчине.

Эмили увидела, как та рассмеялась и показала подруге большой палец вверх, после чего полностью отошла. Она поняла, почему, когда мужчина слегка повернулся, и стала видна цифра на его спине. Двенадцать⁷.

Вау.

Дженнифер и Деб обсуждали обесцвеченных блондинов и цвет их лобковых волос, а она воспользовалась случаем, дабы опрокинуть ещё одного фламинго.

— Ну и что, если они врут?

Это привлекло их внимание. Дженнифер прочистила горло, прежде чем заговорить.

— Я полагаю, они не пишут об этом, Эмили. Но я уверена, что они не стали бы лгать о чем-то настолько важном.

Все сидящие за столом женщины фыркнули и подняли свои салфетки, чтобы бросить их в голову Дженнифер.

— Что? Зачем им врать? Эту ложь можно обнаружить.

— Нет, не это.

— Ну, женщины тоже не могут врать, — заявила Сара. В её тоне прозвучал оттенок отвращения, который Эмили слышала почти всю свою жизнь. И обычно от таких тощих стерв, как Сара.

Да, ей действительно нравились эти розовые фламинго.

— Женщины не обязаны указывать размер своей одежды, Сара. Этот клуб для женщин, а не для мужчин.

— Но что, если они соврут? — вновь задала она вопрос.

Дженнифер посмотрела на неё с беспокойством.

— Я не понимаю, дорогая, кто и о чем лжет?

— Мужчины, что если они лгут о том, какого размера они хотят женщину? Всё это может быть большим розыгрышем. Заставить толстушку остаться одну, а потом поиздеваться над ней.

— Хорошо, тебе то, точно хватит.

Эмили хотела отказаться от этих слов, как только они покинули её рот, но не смогла. Она увидела злобный блеск, появившийся в глазах Сары, и застонала. Она только что нечаянно выдала один из самых постыдных случаев в своей жизни. Эта выходка чуть не случилась с ней на выпускном вечере. Мальчик пригласил её на свидание, и она была вся в предвкушении, изучала выкройки платьев, пятнадцать лет назад не было платьев больших размеров, если только не платить за полметра блёсток и атласа, и ждала того волшебного вечера. К счастью, мальчик не был звездным квотербеком⁸, и вечер не превратился в диснеевский фильм с поучениями. Но было больно, когда он поцеловал её и попытался пощупать её грудь. А когда она запротестовала, он сказал ей, что ей повезло, что он вообще пригласил её на это свидание, ведь она такая телка и т.д.

Конечно, это сильно подкосило её самооценку.

Не успели ей ответить, как к Саре подошел мужчина и пригласил её на танец. Он был очень красив, а спереди на нем было написано «ноль». Эмили была уверена, что это просто для того, чтобы польстить женщинам, которых он пытался подцепить, ведь Сара точно не была нулевого размера. Заметив, как закатились глаза других женщин, она поняла, что была права. На его спине было написано десять, и она надеялась, что он соврал и про этот номер.

Сара не заслуживала десятки⁹.

Эрик не знал, какого черта он позволил брату потащить себя в клуб. Обычно поход по клубам был не в его стиле. В прошлый раз он подцепил горячую штучку, но это был всего лишь секс на одну ночь. Настоящий «бам-бам-бам», так как они оба были на волоске от смерти. Не самый лучший момент.

Но прошло уже больше года с тех пор, как он с кем-то встречался. Последнее расставание заставило его переосмыслить свою жизнь. Женщина была профессионалом, умной, красивой и тонкой, с грудью размером с грейпфрут. Проснувшись однажды, он понял, что встречается с профессиональной Барби. Совсем не то, чего он хотел.

Когда они вошли в зал, глазам потребовалось мгновение, чтобы адаптироваться. Глубокие басы музыки звучали как биение гигантского сердца, пульсирующего жизнью. Возможно, это то, что ему было нужно.

Красивая брюнетка. Или блондинка. Или рыжая.

— Чёрт.

Он выругался, когда хозяйка вручила ему две белые карточки и черный маркер. Он забыл о «теме» клуба. Это был клуб «Мандинго». Место, куда женщины приходили в поисках мужчин с длинными достоинствами.

Другими словами, большие члены.

Несмотря на то, что приглашались всё желающие, основное волнение женщин вызывало то, что большинство мужчин были очень и очень одарены.

Он не жаловался, ему нравилась эта идея, он даже ценил её. Он рано понял, что, несмотря на то, что большинство женщин фантазируют о том, чтобы заняться любовью с мужчиной с большим и толстым членом, когда дело доходит до дела, иногда размер надвигающегося на них одноглазого змея¹⁰пугает их до смерти. В подростковом возрасте он довел одну девушку до слез, когда вынул её на заднем сиденье папиной машины. С тех пор он научился не раскрываться слишком рано и делать так, чтобы опыт был приятен и ему, и партнерше, но для этого требовалось доверие, а значит, и отношения.

Он вздохнул. Это была не самая лучшая идея.

— Что случилось, брат? Думаешь о Синди?

— Нет. Да. Я не знаю, — они сели за барную стойку. Брат поднял руку и сложил указательный и средний пальцы правой руки, показывая, что хочет две порции виски, сразу.

— Я забыл, — он указал на белые карточки.

— Как ты мог забыть? Это самое лучшеё место. Когда-либо.

Эрик улыбнулся энтузиазму брата. Он был всего на два года старше, но казался гораздо более беззаботным, чем Эрик.

Принесли виски, оба мужчины подняли стаканы, стукнулись ими и выпили янтарную жидкость. Эрик постучал по столешнице, и бармен наполнил стаканы, после чего перешел к другому клиенту.

— Не волнуйся, я не позволю тебе сегодня упиться до потери сознания. Может быть, на этот раз тебе удастся запомнить этот опыт. Ничто не сравнится с женщиной, которая ценит размер. Ведь, должен тебе сказать, размер имеет значение.

Он взял в руки маркер и большими жирными цифрами написал длину своего члена. Десять. Он не стал округлять.

Эрик знал, что член его брата почти одиннадцать дюймов¹¹, но хвастаться было не в их характере. Они происходили из длинного рода мужчин, у которых были чертовски хорошие... э-э-э... гены. На самом деле Джош был, пожалуй, самым маленьким из их поколения. Да, когда кузены были младше, они сравнивали, измеряли, а потом рассказывали истории о членах своих отцов в духе «у моего папы больше, чем у твоего». Имея в виду, конечно, размеры своих членов.

Когда пришло время заниматься сексом, оказалось, что есть старшие, к которым можно обратиться с вопросами и проблемами. И его отец. Отец был спокоен за него, объясняя ему простыми и понятными словами, что нужно делать, чтобы секс доставлял удовольствие и ему, и его партнерше. Пятнадцатилетний Эрик делал вид, что не слушает, но впитывал каждое слово, как это делает любой пятнадцатилетний ребенок, узнавший что-то новое о самой «запретной» теме.

Семнадцатилетнему Эрику стало страшно, когда он сложил два и два и понял, что всё то, о чем ему рассказывал отец, мужчина делал с его матерью.

Он потянулся за своим напитком. Не тот образ, который был нужен ему сегодня, когда он пытается подцепить женщину.

Джош схватил одну из карточек Эрика и написал на ней двенадцать ещё более крупными цифрами, чем его гордая десятка.

— Джош, — прорычал Эрик, — это неправильно.

— Да ладно, большой брат. Мы оба знаем, что это всего лишь вопрос сантиметров.

— Тогда поменяй и ты.

— Мальчики, мальчики, мальчики. Давайте не будем спорить, — хозяйка стояла позади них, несомненно, надеясь, что ей придется судить соревнование по измерению. Эрик задался вопросом, делают ли они это, так сказать, проверяют истину?

Она встала на цыпочки, чтобы заглянуть им через плечи и прочитать карточки.

— Ну, теперь, я думаю, вам, мальчики, не стоит ни о чем беспокоиться. Я уверена, что вы будете очень популярны, — она облизала верхнюю губу, глядя на Джоша, как лев на детеныша газели, — но, если вы не увидите ничего, что вам понравится, просто дайте мне знать. Любой из вас.

Она пошла прочь, её упругая попка покачивалась под обтягивающей черной кожаной юбкой.

Эрик рассмеялся:

— Ну, думаю, сегодня ты точно не прогадаешь.

Несмотря на то, что у него был больший член, он должен был признать, что Джош всегда пользовался большим успехом у дам.

— Тогда сделай другую, — его брат написал десятку на оставшейся карте.

Эрик нахмурился:

— А куда идет эта?

Он знал, что они носят одну на спине. Менеджеры были умны, они не хотели, чтобы размер имел слишком большое значение. Если вы видели, что к вам идет человек, который вам нравится, вы скорее остановитесь, поболтаете и, возможно, завяжете разговор. Вот почему большинство мужчин, независимо от размера их пениса, могли увести домой женщину практически в любой вечер, если они были очаровательны и искренни.

— Спереди, — Джош очистил клейкую основу и приложил карточку к левой груди.

Когда Эрик написал двенадцать на другой карточке, его брат нахмурился:

— Что это?

— Ты хотел, чтобы я округлил. Не могу же я иметь два разных числа? — он прикрепил карточку с двенадцатью на грудь и переместил карточку с десяткой Джоша к себе на спину.

Джош протянул руку, чтобы взять чистую карту из стопки на стойке.

— Эта не для тебя. Это для неё.

Эрик начал вставать.

— Ты говоришь совершенно бессмысленно. Пошли. У меня не вся ночь.

Внезапно ему захотелось трахаться. И побыстрее. Брат схватил его за руку.

— Они добавили кое-что ещё. Ты должен указать размер женщины спереди.

— Ты пил перед тем, как забрать меня? Потому что ты несешь полную чушь. Разве номер не для того, чтобы женщины знали, какой у нас размер? Что мы должны делать, угадывать, какой размер они хотят? Что совершенно бессмысленно, потому что зачем тебе указывать что-то, кроме размера своего члена?

На последних словах его голос повысился, привлекая внимание хозяйки, бармена и группы мужчин и женщин, вошедших в парадную дверь.

— Сядьте обратно. По-моему, это вам нужно ещё выпить, — янтарная жидкость снова наполнила их бокалы.

— Другая карточка - это размер женщины, которую ты хочешь, — когда Эрик всё ещё выглядел озадаченным, Джош вздохнул, — размер одежды. Ты ставишь размер одежды, который бы ты хотел, чтобы носила твоя женщина.

— Размер одежды?

— Да, видимо, они провели исследование рынка и выяснили, что это не так эффективно, если вы указываете вес женщины, которую предпочитаете.

— О, — Эрик сел обратно. Он схватил свой стакан и тоже выпил его. Вот тебе и повод не идти сегодня домой пьяным. Ну, он не был пьян, просто у него был очень, очень хороший кайф. Он был слишком большим мужчиной, чтобы напиться от трех маленьких рюмок виски.

Он посмеялся над своим каламбуром, потом нахмурился. Черт, может быть, он и был пьян.

Но он также был заинтригован. Он поднял брошенный маркер и снял крышку.

— Значит, я пишу размер одежды женщины, которую хочу?

— Да.

Он взглянул на карточку Джоша и усмехнулся:

— Значит, ты указал размер одежды кузины Мари. Ты хочешь мне что-то сказать? Стоит ли мне беспокоиться, если я услышу саундтрек к фильму «Избавление»¹² на следующей семейной встрече?

— Фу, — лицо Джоша отразило гримасу отвращения.

— Ну, она отнюдь не уродлива, и я думаю, что у нас обоих было несколько мальчишеских фантазий, связанных с её длинными светлыми волосами.

— Она троюродная сестра по материнской линии. Она даже не кровная родственница.

— Тогда почему ты сказал «фу» - как девчонка, надо заметить?

— Потому что сейчас это отвратительно.

Эрик согласился.

— Значит, десятка - это твое магическое число?

— Да. Не слишком маленькая - мне кажется, что я раздавлю некоторых из них, или трахну веточку. И не кто-то больше меня. Я не хочу быть раздавленным. Десятка - в самый раз.

Эрик поморщился, надеясь, что никто не нагрубит его брату. Он знал, что Джош никогда бы не стал намеренно задевать чувства женщины, но он также знал, что это замечание могло прозвучать не очень хорошо. Эрик верил, что для каждой женщины найдется свой мужчина. И женщина для каждого мужчины. И он вдруг понадеялся, что сегодня вечером рядом с ним будет именно такая.

Глядя на пустую карточку, он на мгновение сделал вид, что задумался. Он уже знает свой идеальный номер, только Эрик не представлял, что о нем подумают. В прошлом он встречался с самыми разными женщинами. Низкорослые, высокие, стройные, атлетические, не очень стройные, худые, черные, белые. Именно не очень худые вызывали у него наибольшее возбуждение.

Он написал свой номер.

Восемнадцать.¹³

Он может и выше, лишние изгибы его ничуть не беспокоят. Когда трахаешь женщину сзади, нет ничего лучше, чем держать её за большую, упругую задницу. Её округлые груди, свисающие вниз, мягкие и приятные на ощупь, в отличие от женщин с грудными имплантами, чьи груди в таком положении действительно выглядели ненастоящими.

Черт, теперь у него был стояк в придачу к кайфу¹⁴.

Джош взглянул на номер и кивнул. Он быстро поменял карточки местами: двенадцать на спине Эрика и восемнадцать спереди.

— Пойдем, большой брат. Вначале я сыграю за тебя.

Эмили было скучно. Дженнифер была на танцполе, а с другими женщинами за другими столиками общались разные мужчины. И снова она была одна в море людей. Сейчас она отдала бы всё на свете, чтобы оказаться дома, одеться в ночную рубашку со «Скуби-Ду»¹⁵и смотреть телевизор, нежась в своей двуспальной кровати.

Может быть, она просто улизнет. Несмотря на то, что эта ночь должна была стать для неё праздничной, вряд ли кто-то будет по ней скучать. За исключением, может быть, Дженнифер. Она глубоко вздохнула, смирившись с тем, что ещё, по крайней мере, час будет наблюдать за тем, как все перепихиваются, прежде чем сможет привести веские аргументы в пользу того, чтобы уйти с вечеринки раньше времени. Она сказала матери, что, возможно, приедет в гости в субботу. Это был самый подходящий повод.

— Могу я вам что-нибудь предложить, мэм? — худенькая официантка в обтягивающей кожаной юбке и белой блузке на пуговицах, распахнутой ровно настолько, чтобы продемонстрировать свои щедрые, фальшивые, активы, стояла рядом со столиком, положив одну руку на костлявое бедро и с насмешливым выражением на исхудавшем лице.

Этой женщине нужен был хороший, большой... чизбургер и картофель фри. Эмили улыбнулась этой немилосердной мысли.

— Нет, спасибо.

— У нас есть меню, если вы хотите его посмотреть.

Что? Раз она толстая, то не может сидеть здесь без того, чтобы что-нибудь запихнуть в рот? Ей так хотелось стереть ухмылку с этого худого лица. Но это было бы не очень профессионально с её стороны. Медленно сосчитав до десяти, она обвела взглядом комнату, давая себе время успокоиться. Её взгляд привлекли двое мужчин за барной стойкой, которые о чем-то увлеченно беседовали. Они были похожи ростом и телосложением, но темноволосый мужчина был шире, с плечами, как у полузащитника. Она готова была поспорить, что у него есть что-то, чем она могла бы набить себе лицо.

О, Боже! Откуда взялась эта мысль? Слишком много алкоголя? Возможно. Она снова окинула мужчину взглядом, отметив облегающие поношенные джинсы и трикотажную футболку-поло, обтягивающую его мощный силуэт. От одного взгляда на него её фантазии, и гормоны, разгорелись с новой силой.

— Ну что?

Резкий односложный вопрос вернул её внимание к палкообразной официантке. Ей уже надоел этот язвительный тон, и в ней было достаточно алкоголя, чтобы постоять за себя.

— Я сказала «нет». Но вам действительно стоит сделать одолжение и съесть что-нибудь. Только собаки любят кости.

Официантка ушла, а Эмили усмехнулась. Очко в пользу толстушки.

* * * * *

Комната была заполнена множеством красавиц. Большие, пышногрудые красавицы.

Высокие женщины, невысокие и что-то среднее между ними. Рост был таким же разным, как и размеры. Худые женщины, откровенно тощие женщины и большие, красивые женщины. Большинство женщин в комнате были выше среднего роста - каким бы ни было это произвольное число, которое в наши дни общество наделяет красотой. Мужчины с большими членами обычно предпочитали женщин покрупнее, и он не был исключением. Да, большая красивая женщина была как раз в его вкусе.

Мужчина, который не встречался с женщиной большего размера, не знал, что он теряет. С подросткового возраста, когда он впервые познал наслаждение женским телом, Эрик также узнал, что некоторые женщины - высокомерные стервы, а некоторым наплевать на всё, кроме того, какая сумочка к каким туфлям подходит. Более того, он понял, что крупные женщины более искренни и честны, что позволяет им проявлять свое истинное «я».

Не поймите его превратно, он любил хорошо одетых и ухоженных женщин так же, как и все остальные. Но в воскресенье утром, когда ему хотелось понежиться в трусах-боксерках, он не хотел делать это с женщиной, которая выглядела так, словно собралась на теннисный матч в местный загородный клуб. Нет, ему нравились женщины, уверенные в себе и чувствующие себя комфортно в трикотажных шортах и облегающем топе. Или голая. Это было ещё лучше.

Чаще всего женщину с такими размерами приходилось долго уговаривать, чтобы она сняла одежду. Но убеждать их было делом, которое он любил.

— Видишь что-нибудь, что тебе нравится?

Он нахмурился, услышав вопрос брата. Его брату и сестре ещё предстояло повзрослеть.

— Это не чертова распродажа скота.

— Я знаю, — его слова были достаточно искренними, но Эрик всё ещё видел выражение глаз Джоша. Как у ребенка в магазине сладостей, который хочет наесться всего подряд, а о желудке беспокоится позже.

— Я не тороплюсь и советую тебе делать то же самое.

— Но все хорошие будут выбраны. Я не собираюсь сидеть здесь и ждать, пока это произойдет.

Даже когда последние слова слетали с его губ, Эрик видел, как Джош исчезает в толпе. Вздохнув из-за нетерпения своего молодого брата, он откинулся на спинку стула, опершись локтем на барную стойку позади себя. Зал был переполнен - несомненно, вечер удался.

Клуб был на высоте. Все, особенно женщины, приходили посмотреть, действительно ли мужчины пишут размер своих членов на рубашках. Он сделал это сам, просто потому, что не хотел идти домой с женщиной, накручивать себя, а потом, чтобы она сбежала. В буквальном смысле.

Он сделал так, как сказал, не спеша, осмотрел место. Повернувшись на барном стуле, он жестом попросил бармена снова наполнить его стакан. Сделав глоток виски, он обернулся, чтобы осмотреть толпу.

Его взгляд остановился на танцполе, где несколько пар занимались грязными танцами. Под грохочущую музыку те, кто уже успел подцепить потенциального спутника, танцевали в возбуждающей пародии на половой акт.

Заставив себя оторвать взгляд от завораживающего зрелища множества сплетенных тел, он перешел к столикам в другом конце зала. Это был настоящий шведский стол из женской плоти.

Наверняка где-то в этом море женщин была одна, предназначенная только для него.

Одна. Это всё, чего он хотел. Он не хотел признаваться в этом Джошу - да он и самому себе в этом почти не признавался, - но он устал от поверхностных отношений и интрижек на одну ночь. Он был готов к обязательствам. Готов найти «ту самую».

Как только эта мысль пришла ему в голову, его взгляд остановился на женщине, одиноко сидевшей за центральным столиком. Она на секунду задержала взгляд, а затем яростно покраснела и опустила голову, разрывая контакт.

Эрик не был разочарован. Он знал, что такое виноватый румянец, когда видел его. Очевидно, она смотрела на него довольно долго, и он поймал её взгляд. Эта мысль укрепила его уверенность в себе.

Он знал, что неплохо выглядит. У него были густые черные волосы, доставшиеся ему от матери, и мускулы, которые он набрал за долгие часы работы на стройке. Но сегодня ему предстояло выдержать жесткую конкуренцию. Внутренне скривившись от своего второго неудачного каламбура за вечер, он отставил бокал в сторону. Эрик определенно уже достаточно выпил.

Пока женщина продолжала с тревожным интересом изучать скатерть, мужчина изучал её. Её темные волосы были густыми и блестящими, слегка завиваясь вокруг гладкого лица, на котором доминировали широко расставленные зеленые глаза, в которые он успел лишь мельком заглянуть. Пухлые губы заставили его член возбудиться при мысли о том, что он мог бы с ними сделать.

— Черт, — он переместился на табурете, пытаясь сдержать напряжение, которое мозг нагнетал на его тело. Эрик ещё даже не был с ней знаком. Он даже не знал её имени, не знал, свободна ли она - или заинтересована.

Это было самое сложное. Набраться смелости и заявить о себе. Получать отказ было неинтересно, но он никогда не узнает, если хотя бы не попытается. Оставив пустой бокал на стойке бара, мужчина направился к её столику, не сводя глаз с наклоненной головы женщины, пробираясь сквозь массу тел, преграждающих ему путь.

— Привет, — спокойно сказал Эрик.

По крайней мере, это привлекло её внимание. Женские большие зеленые глаза расширились, когда она уставилась на него, и на её лице на мгновение промелькнуло выражение недоверия. От этого намека на уязвимость у Эрика защемило сердце, и его захлестнула защитная волна. Он задался вопросом, знает ли она, как легко её прочитать.

— Привет.

Её голос был мягким и мелодичным, и Эрик подумал, как хорошо он ей подходит. Вблизи девичья кожа оказалась безупречно совершенной, и он готов был поспорить, что прикоснуться к ней - это рай. Гладить.

— Вы не возражаете, если я присяду? — его рука легонько легла на спинку стула рядом с ней.

Смущенный румянец залил её щеки:

— О, да, пожалуйста, — она приложила руку к покрасневшей щеке, — я не знаю, где мои манеры.

Эрик отодвинул стул настолько, чтобы освободить место для своего крупного тела, и придвинул его достаточно близко к её коленям, чтобы они соприкасались, когда он садился. Он почувствовал удовлетворение, когда она не отодвинулась.

— Меня зовут Эрик Дэниелс. А тебя?

— Эмили. Эмили, м-м-м… Эмили.

— Слишком рано для фамилий?

— Может быть, — она протянула руку.

Когда его ладонь сомкнулась вокруг её руки, Эрик почувствовал электрический заряд, который прошелся прямо до его паха.

Что-то в этой женщине заставило всех остальных женщин в комнате померкнуть. От неё веяло невинностью и в то же время знойной нежностью. Это сочетание было чертовски эротичным, и Эрик поклялся защитить её от всех волков в комнате, одновременно желая повалить её на стол и трахнуть, как двухдолларовую шлюху.

— Могу я угостить тебя выпивкой, Эмили?

— Я бы хотела «Розовый фламинго», пожалуйста.

От её улыбки у него чуть не перехватило дыхание.

Официантка, принесшая напитки, отличалась от той, что была раньше, и Эмили была этому рада. Ей не нужно было, чтобы «мертвецки великолепный» занимался сравнительным анализом

— Ты когда-нибудь бывала на таких вечеринках?

Эмили потягивала свой напиток и старалась не смотреть на мужественного мужчину, сидящего так близко, что его колени, обтянутые синими джинсами, касались её коленей. Грубая джинсовая ткань, прилегающая к шелковым чулкам, заставила её киску сжаться. Будет ли его мозолистые руки так же приятны на её обнаженных бедрах, когда он будет держать их открытыми, прежде чем опуститься на неё?

Он был большим мужчиной. А ей нравились большие мужчины. К тому же он был мужчиной, которого она не хотела отпускать. Она не могла разглядеть всю цифру на его груди: его очень большая рука закрывала правую сторону. Она могла разглядеть только восьмерку. Но её охватило тепло. Он не был бы здесь, если бы она была не в его вкусе, не так ли?

Нет. Он был полностью сосредоточен на ней.

Пока что.

Если она хочет, чтобы он остался надолго, ей лучше найти общий язык.

О, что она могла бы сделать с ним своим языком.

— Это мой первый раз.

— Что? — он покачал головой, приложив руку к уху, указывая на то, что не может слышать музыку и толпу. Он наклонился ближе, и она тоже.

Дерьмо, от него хорошо пахло.

Эмили облизнула губы и почувствовала, как её внутренняя дива захлопала в ладоши, когда он проследил за этим движением горячим взглядом. — Мой первый.

— Тебе нужно посмотреть мои номера, Эмили? — он снял с груди белую карточку и положил её на стол между ними. На ней красовалась цифра восемнадцать, и впервые в жизни она была благодарна своему размеру. Возможно ли, чтобы этот мужчина хотел такую женщину, как она? Не сводя с неё взгляда, он потянулся за спину и нашел вторую карту.

На ней была цифра один, а затем два. Она не смогла сдержать вырвавшийся наружу вздох. И-и-и! Она сорвала джек-пот.

Его глаза вспыхнули ярче.

— Тебе интересно узнать, что происходит в этих подсобных помещениях, Эмили?

Черт возьми, Эрик не собирался так сразу переходить к делу. Обычно он был немного мягче. Но глубокий вырез её блузки открывал ему прекрасный вид на её прелести, и пульсация за молнией лишила его обычного обаяния.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, — между её бровями образовалась маленькая сексуальная хмурость, и он понял, что невинность, которую он почувствовал, исходящая от неё, была настоящей.

— Не стоит пока отвечать. Давай сначала узнаем друг друга получше, — молодой мужчина знал, что должен замедлиться, несмотря на то, что его член умирал от мысленного удушения, которое он на него наложил. Эрик положил теплую руку ей на колено, остановив её слова покачиванием головы. Он сжал мягкую плоть, — хорошо?

Он был всепоглощающим, мощным, греховным мужчиной. Его мужественность окружала Эмили, как туман, погружая её в чувственную дымку, которая не имела ничего общего с выпитым алкоголем. Внутренний голос громко кричал, чтобы она отбросила свои запреты, подавила страх и последовала за этим мужчиной, куда бы он ни вел.

Но что, если ты не сможешь удовлетворить его?

Она мысленно поборола свое разрушительное самоуничижение.

— Мне бы этого хотелось, — девушка соблазнительно улыбнулась, и её внутренняя дива снова зааплодировала.

В течение следующих нескольких минут они обменивались обычной личной информацией, и она узнала, что он владеет собственной строительной компанией, в настоящее время строит собственный дом в пригороде (о, Боже!), увлекается спортом (шок) и имеет брата по имени Джош. Наконец Эмили назвала свою фамилию, и Эрик наградил её ещё одним крепким сжатием ноги. Ей не показалось, что его рука оказалась на дюйм или два выше, чем раньше. Она хотела, чтобы руки Эрика были там - и везде.

— Я никогда не был женат, но я твердо верю в этот институт. Я из большой семьи. Мои родители долгое время были женаты.

Хммм.

— Твоя очередь, — он наклонился ближе, выражение его лица было полным ожидания.

Эмили отпила глоток напитка и отбросила сомнения в том, что она привлекает этого мужчину. Казалось, он был полностью заинтересован в ней. Если судить по взглядам, которые она ловила, когда мужчина заглядывал ей в блузку, его также интересовало её тело. Оставалось надеяться, что его цифры не обманули.

Её соски затвердели под ещё одним откровенно горячим взглядом. Женщина слегка выгнула спину, прижимая затвердевшие точки к шелковой ткани рубашки. Его глаза расширились, а из-под приоткрытых губ вырвалось негромкое рычание.

— Я не замужем, — Эмили рассмеялась, когда он пробормотал слово «ух», и игриво провела рукой по его сильному лбу, — я живу в квартире недалеко от делового района. Я единственный ребенок и родом из Массачусетса, где до сих пор живут мои родители. Я люблю смотреть телевизор, не вставая с кровати королевских размеров, и люблю готовить, — она говорила, как участница игрового шоу, но усмехнулась, когда его бровь приподнялась при упоминании размера её кровати.

Пусть он подумает над этим замечанием и над тем, что оно может означать. Её внутренняя дива была маленькой кокеткой, в которой было немного выпивки.

— Эй, брат, ты не собираешься меня представить?

Как бы Эрик ни любил своего брата, он хотел, чтобы тот просто держался подальше. Разве в зале не было достаточно женщин, чтобы привлечь его внимание?

— Эмили, это мой братишка, Джош. Тот самый, о котором я тебе рассказывал.

Эмили улыбнулась, глядя на более молодую версию Эрика. Джош был приятной внешности, но в нем не было той мужественности и сексуальности, что была в Эрике. По крайней мере, не для неё. Но широкая улыбка на его красивом лице сразу же понравилась ей.

— Приятно познакомиться, Джош.

— Очень приятно, Эмили.

Поцелуй, которым он одарил тыльную сторону её руки, был сладок и не вызвал того электрического тока, который вызвало рукопожатие Эрика.

— Она занята, брат.

Эти строгие слова одновременно шокировали и обрадовали Эмили. Никогда раньше мужчина не проявлял к ней ревности.

Джош принял это замечание близко к сердцу и с усмешкой посмотрел на брата.

— Не возражаешь, если я немного посижу? Я пытаюсь обрести второе дыхание, — не дожидаясь ответа, он придвинул стул к Эрику. Он непринужденно уселся, аккуратно расставив длинные ноги в стороны, подальше от проходящих мимо тел, — о чем вы, ребята, говорите?

Он, казалось, не замечал взглядов «отвали», которые бросал на него старший брат, но Эмили находила их восхитительными. Ей также было немного жаль Джоша. Было очевидно, что ему ещё предстоит повзрослеть.

— Эмили рассказывала мне о себе.

Невысказанные слова звучали так: — Уходи и оставь нас в покое.

Джош улыбнулся, то ли игнорируя, то ли не понимая, что брат хочет побыть наедине с Эмили.

— Да? Ну так продолжай, — он улыбнулся Эмили, и она увидела, как сузились глаза Эрика.

— Да, пожалуйста, продолжай, — Эрик снова обратил на неё свое внимание, полностью игнорируя Джоша.

Эмили переводила взгляд с одного на другого, и её снова привлекло выражение глаз Эрика. Он заставил её почувствовать, что они совершенно одни, только вдвоем. Она отгородилась от Джоша и сосредоточилась на лице, находившемся в нескольких дюймах от её собственного. Это было нетрудно сделать.

— Я училась в католической школе в Массачусетсе, а после окончания школы переехала сюда вместе со своей лучшей подругой Дженнифер, чтобы поступить в колледж. Сегодня я праздную получение степени по психологии, — молодая дама подняла свой полупустой бокал в шуточном приветствии самой себе и допила содержимое долгим глотком.

Эрик чуть не проглотил язык.

— Так, значит, ты была католической школьницей?

Боже мой, - простонал он от нахлынувших образов. Она в школьной форме. Хрустящая белая блузка, облегающий темно-синий свитер, короткая сине-зеленая плиссированная юбка, носки и мокасины. А её волосы собраны в хвост, который он мог распустить одним движением руки.

— Всю среднюю школу, — из всей её речи он услышал только это? Типичная мужская реакция. Может, она и не очень много знала о мужчинах, но даже ей была известна эта фантазия, — мне нравилась форма. Ты когда-нибудь видел такую?

По выражению его лица она поняла, что видел - и только что представил себе её в такой форме. Она могла бы привыкнуть к такому взгляду.

— Брат, она с тобой разговаривает, — Джош ударил его по плечу, нарушив его транс. Черт, он не мог сглотнуть, и теперь его бедный член не мог дышать, прижатый к молнии.

— Давай потанцуем, — ему нужно было прижать её к себе, хотя он предпочел бы отнести её прямо в королевскую кровать и затрахать до смерти. Потом он разденет её и будет заниматься с ней любовью всю оставшуюся ночь, до самого утра. Что-то в ней было такое, что его зацепило. Она не была откровенно сексуальной, как некоторые женщины в клубе. Те, кто одевался, чтобы убить - кожа, атлас, блестки. Не хочу никого из них обидеть, но комната напоминала высококлассный бордель со всеми выставленными напоказ девушками. Возможно, Джош был прав, это была распродажа.

Ведь несмотря на то, что это был клуб «Мандинго», где, по идее, женщины должны были выбирать, выбирали, к сожалению, мужчины. Он был чертовски рад, что выбрал Эмили до того, как очередной придурок попытался к ней подкатить.

На танцполе было много народу, и Эмили была этому рада, так как из-за ограниченного пространства её тело было приковано к телу Эрика. Он был большой, теплый и очень возбужденный, если судить по длине его члена, прижавшегося к её животу. Она очень хотела этого мужчину и не хотела упускать свой шанс получить его. Но она никогда не была искушенной и сказала первое, что пришло ей в голову.

— Итак, ты часто сюда приходишь? — Эмили вздрогнула, когда слова покинули её рот, — это прозвучало как отстойная фраза для пикапа, не так ли?

— Да, но это было мило, — его голубой взгляд устремился на неё, — прямо как ты.

Эмили покачала головой, отрицая его слова:

— Я не милая. Сносная, да, но не милая.

— Кто сказал?

— Почти все мужчины, которые были в моей жизни, — зачем она ему это сказала? Может быть, та последняя рюмка была ошибкой.

Эрик притянул её ближе, наслаждаясь ощущением её мягкого живота на своем возбужденном теле. Он намеренно вращал бедрами в такт её движениям, наслаждаясь тем, как приоткрываются её губы при интимном контакте.

— Ты имеешь в виду тех тупиц в твоем прошлом, которые никогда не заставляли тебя кончать?

Эмили задыхалась:

— Что?

Откуда он знал, что в те несколько раз, когда она с кем-то встречалась, секс был односторонним? Что ей приходилось кончать самой?

Как он и думал. Эрик улыбнулся ей, решив, что просто обязан взять её. Он боролся с собой с тех пор, как встретил её, потому что невинность Эмили сияла, как маяк. Но образ её в школьной форме вывел его из равновесия.

— Хорошая жесткая взбучка твоей киске сделает чудеса с твоей самооценкой, милая. И я как раз тот мужчина, который может это сделать.

Эмили почувствовала покалывание от этих грубых эротических слов. Однако чувство самосохранения не позволило ей получить желаемое без борьбы.

— Почему ты так говоришь? Ты не знаешь...

Эрик наклонил голову и прикусил зубами её нижнюю губу, прервав её тираду.

— Милая, если бы ты испытала оргазм от мужского члена, засунутого глубоко в твою пылающую от возбуждения пизду, ты бы не сомневалась в своей красоте.

У неё перехватило дыхание. Всё это было чуждо ей, и, столкнувшись с переполнявшими её чувствами, она сделала то, что делала всегда. Отступала. Или пыталась это сделать.

— Может быть, нам стоит вернуться за стол?

— Не бойся, Эмили, — Эрик слегка покачал её, заставляя посмотреть ему в глаза, — ты не просто так пришла сегодня в это место, — он ловко переместил её, когда другая пара танцевала слишком близко, — для чего ты пришла сюда, детка? Скажи мне, — его дыхание коснулось её губ, а язык погладил то место, которое он укусил. Он хотел, чтобы она произнесла эти слова. Мужчина не хотел говорить, что её будет трахать большой член, но это было конечной целью большинства женщин здесь.

Не то чтобы он жаловался. В конце концов, у него был большой член. И он, конечно, хотел трахнуть её.

Ещё раз.

И ещё раз.

И ещё раз.

Он не мог больше ждать. Она трепетала, как лист на ветру, и он знал, чего она хочет, даже если Эмили не могла этого сказать. Он вывел её с танцпола в дверной проем. С левой стороны клуба располагались небольшие ниши - размером примерно с гардеробную. В некоторых из них вход был задернут шторами, что свидетельствовало о том, что некоторые дамы решили осмотреть товар перед покупкой. Эрик подвел её к одной из них, которая была пуста, и завел внутрь. Опытным движением руки он задернул красную бархатную занавеску, закрыв их внутри.

Эмили прикусила губу, наблюдая за ним. Она была совершенно не в своей тарелке. К тому же девушка всё ещё была слегка пьяна. Что было очень приятно? Она нахмурилась. Наверное, ей следовало бы записывать эти ощущения. По словам её профессоров психологии, смысл любого нового опыта - а этот, безусловно, подходил под определение - заключался в том, чтобы извлечь из него уроки и использовать их для общения с будущими пациентами, у которых может наблюдаться такое же поведение.

— Почему ты хмуришься, красавица? — мужчина провел пальцем по её лбу, разглаживая морщины.

— Я не красавица.

— Нет, красавица, — он говорил тихо, но твердо, констатируя факт, — и я собираюсь доказать тебе это, детка.

Не сводя с неё глаз, он медленно расстегнул брюки, обнажив облегающие бордовые трусы-боксеры. Хлопковая ткань прижала его напрягшийся член к животу. По крайней мере, пыталась. Кончик его чудовищного пениса возвышался над эластичным краем, налитый кровью, так что головка была почти такой же темной, как ткань. Он стоял, прижав руки к бокам, и казался спокойным. Но Эмили видела, как дернулся мускул у его рта, когда он боролся за контроль над собой.

— Прикоснись ко мне, Эмили, — его голос был глубоким и хриплым, что усиливало ощущение того, что они одни, а не в двух шагах от других пар, которые, вероятно, занимаются гораздо большим, чем просто смотрят.

Внезапно она почувствовала себя ошеломленной.

Господи, что она здесь делает?

Выпусти свою диву поиграть, девочка. Внутренний голос успокоил её страх.

Несмотря на то, что Эмили была защищена в своем воспитании, она была смышленой девочкой. Когда ей хотелось что-то узнать, она брала быка за рога и бросалась вперед. И в раннем подростковом возрасте девушка захотела узнать о сексе. Всё о сексе.

К сожалению, ей не с кем было «окунуться» в эту тему.

А теперь такая возможность была буквально перед ней. Она не собиралась смотреть в рот дареному коню.

По мере того, как страх уходил, на смену ему приходили ощущения от пребывания наедине с частично обнаженным мужчиной, которого девица действительно хотела трахнуть. Никогда ещё она не чувствовала такой электрической связи с другим человеком. Эмили посмотрела на толстый член, гордо торчащий вверх, умоляющий о внимании. У неё буквально потекло изо рта. Мужчина, стоявший перед ней, был так красив. Его щеки раскраснелись, глаза потемнели от желания.

Его тело было твердым и принадлежало ей.

— Прикоснись ко мне, детка.

Не нуждаясь в дальнейших уговорах, она придвинулась ближе, её груди почти касались его груди. Её живот коснулся его члена.

— Ты этого хочешь? — она лукаво усмехнулась, слегка двигая бедрами из стороны в сторону, создавая небольшое трение.

— Ты знаешь, чего я хочу, — рот Эрика приоткрылся, и кровь в его жилах ускорилась, когда он понял, что она отбросила свои сомнения и увлечена этим так же, как и он, — но начнем мы с минета, — он увидел, как расширились её глаза, — ты когда-нибудь делала минет, дорогая?

— Нет, — Эмили посмотрела на его массивный член и облизала губы, — но я готова научиться.

Эрик застонал. Это будет так хорошо.

— Встань на колени.

Его рука коснулась её головы, когда она выполнила его требование. Он освободил свой член.

— Теперь вообрази меня в своей киске, милая. Сделай для меня ручками отверстие, крепко обхвати мой член и двигай ими вверх-вниз, вот так.

Он положил свои руки поверх её, показывая ей, как доставить ему удовольствие.

— Да, вот так, — мужские бедра подрагивали от прикосновения её мягких рук к его твердому члену, — теперь обхвати ртом кончик и пососи меня.

Когда эти пухлые губы коснулись его кончика, Эрик подумал, что он кончит ещё до того, как она начнет. Он фантазировал об этом с первого момента, как только увидел её. Когда она провела языком по его члену, он застонал. От ощущений, когда девушка попеременно сосала, лизала и сжимала его пульсирующий член, у него ослабли колени. И только когда мужчина подумал, что лучше уже быть не может, его спутница переместила руки на его бедра и глубоко заглотила его, захватив большую часть его длины. Его яйца ударились о её подбородок.

— Черт, дорогая, ты меня убиваешь, — он ещё несколько раз погрузился в её рот, — используй руки снова.

Она убрала руки с его бедер и обхватила ими член. Каждый раз, когда Эмили возвращалась ртом к кончику, она обеими руками ласкала твердый член. На ощупь он был как сталь поверх бархата. Очень большой кусок стали.

— Вот так, — его бедра яростно запульсировали, — черт, детка, какой у тебя сладкий ротик. Эти губы созданы для того, чтобы сосать член.

Эрик откинул голову назад и застонал. Она, конечно, быстро училась. По мере того как продолжала ласкать его, он чувствовал, как всё больше и больше его поглощают, что было немалым достижением, учитывая мужские размеры. Она заглатывала член всё глубже, чем раньше. Он смотрел вниз, наблюдая, как член исчезает в её рту.

— Где ты этому научилась?

Она позволила ему полностью выскользнуть из её рта, но продолжала двигать руками, вверх и вниз. Вверх и вниз. Она выкачивала из него сперму.

— Практика. Много-много практики.

— Я думал, ты сказала, что никогда не делала этого раньше, — Эрику хотелось оттолкнуть член от её рта и сказать: «Не делай этого больше никому». Её рот никогда больше не прикоснется к члену другого мужчины, если ему будет что сказать по этому поводу.

Она отняла рот от его члена, но продолжала двигать руками и подмигнула ему:

— Я ем много бананов.

Эрик хотел рассмеяться, но сейчас самым важным - черт возьми, единственным, что было у него на уме, - было кончить. Кончить ей в рот.

Её рот вернулся к его члену, заглатывая выпуклую головку как профессионал. От того, как блестели её идеальные губы, когда он входил и выходил из её рта, его яйца напряглись.

— Вот оно, детка. Вот так, — мужчина положил руку ей на затылок, побуждая её принять его целиком. Проглотить каждую каплю.

— Сладкий Иисус, — простонал он, обхватив её рукой и направляя, побуждая сосать сильнее. Член Эрика задрожал во рту, и его семя залило женское горло. Она глотала так быстро, как только могла, и удовлетворение, вызванное тем, что ей удалось проглотить всё до капли, отразилось на лице. Господи, как же он любил женщин, которые умеют глотать.

Когда он кончил, то рухнул на стену, и его член без звука вырвался из её рта. Она стояла перед ним на коленях, её волосы в диком беспорядке разметались по плечам. Лиф её блузки - черт возьми, это была не блузка, а проклятый корсет - задрался. Верхняя часть её грудей вывалилась наружу. Она облизнула свои сочные губы.

Дрожащими руками он подтянул брюки, застегнул молнию, но оставил пуговицу расстегнутой. Он ещё не закончил.

— Иди сюда, — Эрик поднял её на ноги и заключил в свои объятия, — это было прекрасно, дорогая. Как и ты, — он поцеловал Эмили, пробуя себя на вкус на её языке, — готова ли ты позволить мне показать тебе это?

Она вспомнила его слова, и её киска запульсировала:

— Но как ты можешь...? — девица бросила взгляд вниз и ахнула. Это было невозможно.

Он был тверд и готов.

— Да, пожалуйста, трахни меня, — умоляла она с идеальным выражением лица.

Эрик расстегнул молнию, спустив джинсы до колен. Он потянулся к ней, задирая её юбку до пояса. Когда он понял, что на ней нет трусиков, то застонал и толкнул ту к стене, приподняв так, что женские ноги плотно обхватили его талию. Одним быстрым движением он заполнил её. Наконец-то он оказался именно там, где хотел быть.

Внутри неё.

Ощущение влажного жара, обхватившего его ноющий член, было для него почти невыносимым удовольствием. Долго он не продержится, но ему хотелось доставить ей удовольствие, прежде чем самому получить разрядку. Придерживая её одной рукой, молодой мужчина потянул верхнюю часть корсета ниже, освобождая её обильные груди для своего голодного рта. Он сделал мысленную пометку. Очевидно, эта женщина не любила нижнее белье.

Его рот сомкнулся вокруг одной твердой вершины, затем другой, с силой посасывая. В этом приеме не было нежности. Он обещал её хорошенько оттрахать, и именно это он и собирался сделать. Эрик лизнул нижнюю часть каждой груди, затем зарылся лицом в ложбинку между огромными буграми. Она была мягкой, как атлас, и он вполне мог потеряться в ней.

Её руки запутались в его волосах, и он последовал её призыву. Взяв в рот набухший сосок, он снова пососал твердый бутон и провел языком по кончику. Её киска сжалась вокруг него, сдавливая его пульсирующий член. Такого удовольствия он не испытывал никогда в жизни. Он переместил одну руку на её бедро и, крепко держа, начал долбить её голодную киску, как и обещал. Девичье хныканье подгоняло его, заставляя наклонить тело выше, открывая её, чтобы она могла принять его на всю длину. Черт возьми, как же она хороша!

Когда тело Эмили напряглось, он успокаивающе провел рукой по её бедру и вниз по одной из ляжек.

— Отпусти, детка. Кончи для меня.

С лепечущим криком он почувствовал, как она разрывается на части в его руках. Киска спазмировала вокруг его ноющего члена, и он в последний раз накачал её, изливая свое семя в горячее влагалище.

Черт возьми, это был лучший секс в его жизни. И это было у чертовой стены. Он с легким весельем подумал, не убьет ли она его, когда он затащит её в постель.

Ему не терпелось это узнать.

* * * * *

— Итак, Мандинго - это что? Большой кусок фрукта, вроде банана? Я действительно не понимаю, о чем речь, — Эмили прижалась к груди Эрика на королевской кровати, которую они перевезли в его новый дом. Там они проводили большую часть времени с тех пор, как познакомились в клубе два месяца назад. Она вздохнула, прижавшись к его твердой, слегка волосатой груди. Груди, которая принадлежала только ей.

Сначала она подумала, что он её не услышал. Когда она подняла голову, то увидела, что он смотрит на неё с настороженным выражением лица.

— Что? — почему он так на неё смотрел?

Он разразился смехом. Раскатистый, глубокий смех, настолько сильный, что он сместил её с очень удобного места отдыха. Взяв себя в руки, он снова притянул её к себе.

— Ты действительно не знаешь, да?

— Нет, — она выпятила вперед свою полную нижнюю губу в той пухлой манере, которую он находил такой возбуждающей, — Дженнифер тоже мне не сказала.

— Слава Богу, — Эрик провел большим пальцем по её губам, проталкивая кончик внутрь, чтобы она пососала. Эмили мгновенно подчинилась его молчаливому приказу, — Мандинго, моя дорогая, это не фрукт. Это... он... ну, давай я тебе покажу.

Он поднялся с кровати, обнажив задницу - она никогда не устанет смотреть на него. Открыл ящик на своем развлекательном центре. Он достал DVD и вставил его в проигрыватель. Схватив пульт, мужчина прыгнул обратно в постель и снова притянул её к себе.

Эрик немного поколебался, прежде чем нажать кнопку «плей». Он был очень уверен в своей мужественности, очень уверен в своей способности доставить удовольствие этой женщине. И очень уверен в этих отношениях. Теплое, счастливое чувство удовлетворения разлилось по его телу. Он знал, что брат назовет его девчонкой, если он когда-нибудь поделится с ним этим моментом, а он не собирался этого делать, но это был исключительный момент. Он знал, что судьба вмешалась, когда он согласился пойти в этот клуб два месяца назад.

— Мы смотрим документальный фильм? — девушка нахмурилась, — если об этом сняли документальный фильм, значит, всё гораздо серьезнее, чем я думала.

Он снова захихикал, и она ущипнула его за сосок.

— Ауч.

— Перестань смеяться надо мной и покажи мне Мандинго.

— Да, мэм, — поцеловав её в макушку, он нажал «плей».

И показал своей женщине Мандинго¹⁶.

Который вдохновил её очень сексуальным образом.

Конец!

Об авторе:

Линн Ричардс — это псевдоним писательской команды, состоящей из двух лучших подруг. Мы любим романтику, которая начинается со случайной встречи и заканчивается счастливым концом с кучей специй между ними.

Мы являемся авторами бестселлеров по эротике. В наших историях фигурируют альфа-самцы и женщины (обычно фигуристые), которые ставят их на колени. Сюжетные линии — современные и паранормальные. Мы обожаем волчью любовь!

Благодарим за прочтение!

Будем рады вашим отзывам!

Целуем, команда Книжной нимфоманки

Notes

[

←1

]

16 дюймов = 40,64 сантиметров

[

←2

]

В оригинале — party pooper [pɑːtɪ'puːpə] — 1) Общая лексика: индивидуалист, некомпанейский 2) Разговорное выражение: некомпанейский человек, человек, не склонный соглашаться с общим мнением, кайфолом 3) Американизм: испортить весь кайф 4) Австралийский сленг: человек, который препятствует другим хорошо проводить время (на вечеринке, пирушке, в гостях и т.п.) 5) Сленг: гость, уходящий первым, зануда, отравляющий настроение другим 6) Студенческая речь: гость, который уходит первым с вечеринки 7) Американский английский: кайфоломщик

[

←3

]

26 дюймов = 66,04 сантиметров

[

←4

]

7 дюймов = 17,78 сантиметров

[

←5

]

12 размер одежды — 46 Российский или M — международный.

[

←6

]

6 дюймов = 15,24 сантиметров

[

←7

]

12 дюймов = 30,48 сантимеров

[

←8

]

Квотербек (англ. Quarterback) — позиция игрока нападения в американском и канадском футболе. В современном футболе он является лидером и ключевым игроком в атакующих построениях команды, задачей которого является продвижение мяча по полю.

[

←9

]

10 дюймов = 25,4 сантиметров

[

←10

]

Одноглазый змей — устойчивое выражение, являющееся сленговым обозначением — члена.

[

←11

]

11 дюймов = 27,94 сантиметров

[

←12

]

«Избавление» — американский художественный фильм, поставленный режиссёром Джоном Бурменом по одноимённому роману Джеймса Дикки. Фильм вышел на экраны в 1972 году.

[

←13

]

18 размер одежды — 52 Российский или — XL международный.

[

←14

]

В оригинале — buzz, у слова несколько значений, но здесь имеется в виду — 4) сл. кайф, хорошее настроение обычно состояние наркотического опьянения, но не только Some players get buzz from the computer games, one can say they become addicted. ≈ Некоторые любители компьютерных игр ловят с этого такой кайф, что можно прямо говорить о болезни, пагубном пристрастии.

[

←15

]

Скуби-Ду — вымышленная собака, главный герой одноимённой серии мультсериалов, ставшая героем 70-х. Впервые персонаж появился в мультсериале «Скуби-Ду, где ты!» в 1969 году.

[

←16

]

Сценический псевдоним американского порноактёра. Снимал видео для студии West Coast Productions.