ГЛАВА 14
ЛЕВИ
Я был настолько увлечен этой девушкой, что это было даже не смешно.
Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не позволить слову из пяти букв сорваться с моих губ, когда я погрузился глубоко в ее тепло. Мою кожу покалывало в том месте, где ранее ее ногти впились в меня, забирая кровь и помечая меня, что я принадлежу ей. Я уже подумывал о том, чтобы навсегда вытатуировать их на своем теле, но, возможно, это было просто мое влюбленное сердце, притягивающее безумные мысли в мой мозг.
Конечно, мозг все еще был затуманен событиями, которые только что произошли. Я едва мог осознать, что только что лишил Даниэллу Вегу девственности.
Прерывисто дыша, я посмотрел на нее, усилием воли заставляя себя перестать дрожать. Мне едва удалось оторвать себя от нее после сокрушительного оргазма, охватившего меня. Она была тугой, влажной и горячей, но ощущения усиливались еще и тем, что я трахал ее без презерватива. Я никогда раньше не трахался без презерватива, так что, в некотором смысле, для меня это тоже было впервые. И, черт возьми, если бы ощущение моей спермы, выстреливающей глубоко в ее киску, не вызвало еще один оргазм.
— О Боже, Леви. — Она дышала, ее грудь вздымалась и опускалась так же, как и моя, ее голова была повернута ко мне, когда она лежала на импровизированной кровати, обнаженная и удовлетворенная. — Теперь я понимаю, почему люди нашего возраста думают только о сексе.
Я хихикнул, вскоре и она присоединилась в ответ. Я боялся, что атмосфера будет странной и тяжелой, но мне не стоило этого делать, потому что быть с Дани всегда было естественно, между нами никогда не было никакой неловкости.
— Мы можем сделать это снова? — спросила маленькая распутница, перевернувшись на живот и положив руки мне на грудь, лаская мою кожу.
Я почувствовал, как мой член упирается в бедро.
— Разве тебе не больно? — Я с ухмылкой откинул несколько прядей темных волос с ее лица. Моя прекрасная, ненасытная девочка.
— Да, но мне это нравится. Я хочу проснуться завтра и подумать, что чертов Леви действительно хорошенько отделал меня своим лошадиным членом.
Я разразился смехом, и она последовала моему примеру, выглядя так, будто сама не могла поверить, что эти слова вырвались у нее изо рта. У нее действительно не было фильтра. Еще одна вещь, которую я почему-то полюбил в ней.
Когда наш смех утих, она прикусила губу и посмотрела на меня улыбающимися глазами. Одна из моих рук добралась до ее талии, и я притянул ее к себе, желая почувствовать ее тепло. Она сделала еще одно движение ко мне и перекинула ногу через меня, устроившись на мне. Ее влажная и горячая киска прижалась к моему животу, а восхитительные маленькие сиськи уперлись в мою грудь. Она сцепила пальцы и нежно положила ладони на мою грудь, с обожанием глядя на меня.
Мои пальцы рисовали случайные узоры на ее спине, пока мы наслаждались присутствием друг друга. Я не знаю, что я сделал в своей относительно короткой жизни, чтобы заслужить то, что произошло сегодня ночью, но я всегда буду благодарен за это.
Это было воспоминание, которое я буду лелеять вечно.
— Ты такой красивый, Леви. — Маленькие пальчики нежно прошлись по моему лицу, обводя мои губы, глаза и нос, прежде чем она с такой любовью поцеловала мои веки. — Я... я так счастлива, что мы можем разделить этот момент друг с другом.
— Ты подарил мне такой бесценный подарок, что я потрачу всю свою жизнь, если придется, на то, чтобы сделать тебя таким же счастливым, каким ты сделала меня сегодня.
Я сглотнул после того, как слова покинули мой рот, подумав, что, возможно, я зашел слишком далеко, сказал слишком много. Мои чувства к Дани были более чем очевидны для меня в тот момент, но я должен был помнить, что я не был ее первым выбором. Я бы отдал все, чтобы она влюбилась в меня, но я знал, что не могу торопить ее.
Но каким-то образом, даже когда мой мозг осознал это, мой рот, казалось, не мог перестать говорить.
— У меня... у меня никогда не было много друзей. Настоящих, я имею в виду. Думаю, мой самый близкий друг - Кейн, да и то потому, что он был вынужден жить со мной в комнате на первом курсе. — Он был отличным другом, и я знал, что он прикрывает меня так же, как я прикрываю его. — Он хороший человек, но он мало говорит, понимаешь? Так что, да... вот почему твоя дружба так важна для меня. Ты единственный человек в моей жизни, с которым я действительно могу поговорить, не чувствуя, что тебе что-то от меня нужно.
Дани посмотрела на меня с чем-то сродни грусти в глазах, а затем легонько поцеловала меня в губы.
— Мне жаль, что люди не видят тебя таким, какой ты есть, Леви. Они многое упускают, потому что, ну, ты замечательный.
Комок в горле заставил меня промолвить то, что я боялся сказать ей с момента нашего знакомства:
— Мой отец - Томас Кэллахан.
Она моргнула - бедняжка, вероятно, была в шоке - и медленно кивнула.
— Хорошо. Моего отца зовут Энрико Вега. — Дани улыбнулась мне, а я нахмурился.
Что? Почему... почему она сказала мне это? Ее отец тоже был знаменит?
— Я... он знаменит? — Даниэлла фыркнула от смеха.
— Да, он жарит лучшие стейки в округе. Мои родители устраивают это огромное барбекю раз в год, куда приглашают весь квартал, так что, думаю да, можно сказать, что он знаменит. — Она улыбнулась, и тут меня осенило... Дани понятия не имела, кто такой Томас Кэллахан.
Это знание заставило меня улыбнуться и приникнуть к ее губам в счастливом поцелуе.
— Это круто. Мой отец - известный хоккеист. Он довольно популярен, но он не смог бы за свою жизнь справиться с грилем. — Я ухмыльнулся, когда ее глаза расширились от удивления, и улыбка исчезла с ее лица.
— Надеюсь, ты не обиделся, что я понятия не имею, кто он такой.
Я рассмеялся:
— Вовсе нет, детка. Просто еще одна вещь, которую я люблю в тебе.
В тот момент я, наверное, мог бы себя пнуть. Смех прекратился, и мы с Дани встретились взглядами. Я напрягся, увидев недоумение в ее глазах. Ее пухлые губы слегка разошлись, и она выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но в последний момент передумала.
Вместо этого Даниэлла улыбнулась и нежно чмокнула меня в губы, а затем отстранилась.
— Я хочу запомнить этот вечер навсегда. Мы можем сделать несколько фотографий?
— Конечно, малыш. — Она засияла и взяла свой телефон, который лежал на полу рядом с матрасом. Выпрямившись так, чтобы полностью расположиться на моем животе, она направила его на меня и сделала несколько снимков.
— Это просто нереально, как хорошо ты выглядишь, когда ты буквально только что потрахался. Готова поспорить, что у меня по лицу стекает косметика, а волосы выглядят как птичье гнездо.
— Ты выглядишь великолепно. — Взяв телефон из ее рук, я повернул его к ней и поднял руку так, чтобы зажать одну из ее сисек, спрятав ее от камеры.
Ее длинные каштановые волосы свисали через плечо, скрывая вторую, так что мне не пришлось беспокоиться об этом. Это был немного рискованный снимок, но мы не были обнажены полностью. На экране она выглядела так же потрясающе, как и в реальной жизни. Затем я сел, Дани все еще лежала на мне и прижимала мою голову к своей груди, а ее пальцы запутались в моих волосах, притягивая меня к себе. Я сделал еще один снимок нас. В этой позе не было видно, что мы голые. Все, что было видно, это наши лица, смотрящие на телефон, а ночное небо над нами служило прекрасным фоном.
Я отправил снимок на свой телефон, зная, что он станет моими следующими обоями.
Повернув телефон, я показал Дани, насколько сексуально она выглядела в этот момент. Ее макияж все еще был на месте, а мой номер все еще был нарисован от руки на обеих ее щеках, что заставило территориальную часть меня ликовать.
Даниэлла взяла у меня телефон, уставившись на себя на экране.
— Эй, я действительно хорошо выгляжу! — Она положила телефон, послала мне довольную улыбку: — Может, когда-нибудь запишешь секс-видео? Держу пари, было бы здорово посмотреть, как мы трахаемся, пока мы... ну, трахаемся.
Дело в том, что я никогда не знал, когда она говорит серьезно, а когда нет. Поэтому я просто пожал плечами.
— Я согласен на все, детка. Записывать себя будет полезно, когда у меня начнутся выездные игры. — Я ухмыльнулся, мои руки массировали ее бедра. Она начала бессознательно тереться своей блестящей киской о мой пресс, и это делало мой член тверже, чем когда-либо. Идея снять секс-видео, казалось, возбуждала ее. — Это то, что ты хотела бы сделать, детка? Тебя возбуждает идея заснять, как мы трахаемся? — Я поцеловал ее в плечо, пока мои пальцы крутили ее маленькие тугие соски.
Сначала она напряглась, но потом застенчиво кивнула. Возбуждение пробежало по моему позвоночнику. Мой член уютно устроился между ее ягодицами.
— Что еще тебя возбуждает? Что бы ты хотела, чтобы мы сделали? — Я хотел воплотить в жизнь все ее желания. Я хотел быть достаточным для нее, дать ей все, что ей нужно.
Потому что мне нужна была только она.
Ее глаза сияли от нетерпения, когда она позволила своим рукам медленно блуждать по моему телу.
— Ну... я большая фанатка Ghostface…
(прим. Призрачное лицо)
ДАНИЭЛЛА
Через неделю после потери девственности мне пришлось смириться: Я становилась зависимой от секса.
Я не знала, из чего сделан член Леви, но это было все, о чем я могла думать. Оба занятия на прошлой неделе закончились тем, что я стояла на коленях на ковровом покрытии в отдельной комнате, а он входил в меня сзади, как сумасшедший. Но мы были ответственными и начали трахаться только после того, как он закончил пробный тест, который я заставила его пройти, потому что экзамен был на следующий день. Он кончил глубоко внутри меня, и я чувствовала, как он капает из меня в течение всего дня. Слава Богу, в тот день на мне было длинное платье и трусики.
Два дня назад я проснулась буквально мокрая после непристойного сна. Я пыталась использовать игрушку, которую он мне купил, чтобы снять с себя напряжение, но ничего не получалось. Было, наверное, около трех часов ночи, но он был рядом уже через десять минут после того, как я написала ему сообщение с объяснением, как сильно он мне нужен.