Глава 2
Уиллоу
Восьмью днями раньше…
Уиллоу следовало бы считать себя одной из самых счастливых девушек на свете. Ее окружали роскошь и экстравагантность, о которых она могла только мечтать. Но вместо восторга, как у ее тринадцатилетней сестры Зии, или восхищения, что испытывал ее младший брат Бенджи, она чувствовала лишь унылую пустоту.
Великолепие «Гранд Вояджера» казалось почти нереальным по сравнению со бедностью и лишениями, к которым она привыкла. Повсюду сверкал мрамор, искрились хрусталь и стекло. Стеклянные лифты парили в десятиэтажном атриуме. Изогнутая парадная лестница, полностью построенная из стекла, поднималась на второй и третий балконы. Лучи солнечного света проникали сквозь прозрачный куполообразный потолок, заставляя каждую поверхность переливаться, подобно бриллиантам.
Ее восьмилетний брат склонился над мраморным фонтаном с колоннами в центре атриума. Они с Зией подставляли пальцы под струи воды, вырывающиеся изо рта позолоченных русалок.
— Можно мы это попробуем? Пожалуйста? — Бенджи взволнованно указал на голографический экран над Центром экскурсий. Там рекламировались все возможные развлечения на борту: катание на воздушных лыжах, 4D-снорклинг и приключения на личной подводной лодке. Появилось изображение маленького мальчика, сидящего на гладкой спине модифицированной косатки. Если верить рекламе, косатки подверглись генетической модификации, чтобы быть тупыми и послушными, безопасными для развлечения всей семьи.
— Мне жаль, сынок. — Их мать была невысокого роста, как и Уиллоу, как впрочем большинство филиппинских титас, или тетушек в ее семье. Ее темные волосы были подстрижены в четкий, угловатый боб. Она улыбнулась, но улыбка не достигла ее усталых глаз. — В приз входит только сам корабль. В этот раз мы не сможем принять участие в платных развлечениях.
«В этот раз». Как будто когда-нибудь будет другой раз. Семья Уиллоу оказалась на этом шикарном лайнере только потому, что ее мать, по сути, выиграла в лотерею. Раз в год все кандидаты на звание «сотрудник месяца» бросали свои имена в шляпу. В этом году выиграла Марисоль Бахагари.
Мама Уиллоу работала в «Вояджер Энтерпрайзис» помощником директора по хозяйственным вопросам и отсылала домой все, что зарабатывала. Последние пять лет Уиллоу вместе с братом и сестрой жили со своей бабушкой Лолой в тесной двухкомнатной квартире в Ньюарке, штат Нью-Джерси, видя маму лишь несколько месяцев в году.
— Чем сначала займемся? — восторженный голос Зии ворвался в ее мысли. Зия была жизнерадостной во всем. Бирюзовая стрижка-пикси подчеркивала ее лицо в форме сердца, глаза казались огромными от волнения.
Зия уставилась на голограмму карты корабля, которую вызвала, дважды нажав на браслет.
— Криотерапия в снежной комнате? Тапас во вращающемся ресторане со стеклянным полом? Зона пониженной гравитации? Плавающие капсулы для сна в спа-салоне «Позолоченный коралл»?
— Мы сделаем столько, сколько сможем, я обещаю. — Мама сунула руку в карман и вытащила красный браслет персонала. — Я пойду проверю, все ли в порядке в Службе хозяйственного обслуживания.
Уиллоу закатила глаза.
— Разве ты не должна отдыхать?
— Это займет всего минуту, честно. — Мама помахала рукой, проходя через неприметную дверь «Только для экипажа и уполномоченного персонала». Зия и Бенджи повернулись к Уиллоу, их лица сияли от нетерпения.
Бенджи схватил ее за руку.
— Мы можем пойти поплавать? Пожалуйста, эйт? — Он использовал обращение к ней как к старшей сестре, только когда действительно чего-то хотел.
— Ох, хорошо. Давайте осуществим хотя бы одну из наших идей. — Она позволила своим брату и сестре провести ее через пещерный атриум и королевский променад, по нескольким лестницам, украшенным бесценными произведениями искусства, и по мраморным коридорам, уже запруженным красивыми, изысканными аристократами.
Свет лился через массивные окна от пола до потолка. Каждая поверхность сверкала. Полы до блеска отполированы, потолки украшены филигранной бронзовой отделкой и хрустальными люстрами.
Уиллоу увидела свое измученное отражение в стекле. Темные круги обрамляли ее глаза. Она выглядела такой же измученной, как и мама. Нужно расслабиться. Она должна веселиться. Не просто веселиться, а наслаждаться жизнью. Но она не могла.
Уиллоу последовала за Зией через стеклянные двойные двери, которые открывались и закрывались с тихим шипением. Она прикрыла глаза от резкого солнца. Палуба из тикового дерева, казалось, продолжалась вечно: ряды и ряды шезлонгов были расставлены вокруг массивного джакузи в форме лагуны и еще большего бассейна. На верхней палубе в кабинках с развевающимися на ветру тканевыми занавесками располагались боты для массажа с руками-щупальцами, похожими на осьминога.
Им навстречу, наклонив головы, шли двое мужчин. Они двигались так быстро, что Уиллоу пришлось схватить Бенджи за руку и оттащить его с дороги.
— Смотри, куда идешь, — прошипел один из мужчин, глядя на нее. Его брови были нахмурены, челюсть сжата, глаза темные и яростные.
Инстинктивно Уиллоу отступила назад, почувствовав внезапное беспокойство.
— Простите?
Мужчина оскалился и продолжил идти. Его товарищ вообще не взглянул на нее. Тот первый посмотрел на нее почти… с ненавистью. Она задрожала, хотя стоял жаркий сентябрьский день.
— Смотри! — Бенджи указал на огромную прозрачную трубу, закручивающуюся спиралью над ними и перекидывающуюся через край корабля. Волны плескались в ней, когда кто-то проплывал мимо на водяной доске. Такая футуристическая конструкция сочетала в себе ленивую реку, волновой серфинг и эпическую горку. — Я собираюсь сразить эту штуку!
— Сначала спасательный жилет. — Уиллоу указала на корзину, наполненную гладкими надувными жилетами.
Бенджи фыркнул и потер нос.
— Ни за что. Никто из других детей их не носит.
Она понизила голос.
— Эти дети не такие, как ты. Они члены сельских клубов и вступают в команды по плаванию, когда им исполняется четыре года. Ты не умеешь плавать.
Бенджи посмотрел на них. Он ненавидел, когда его в чем-то обделяли. Это часто случалось из-за его астмы. И из-за денег. Все всегда сводилось к деньгам.
Уиллоу тоже не умела плавать. Но разве это может быть трудно? Она опустилась на колени перед братом и прижалась лбом к его лбу, как делала с тех пор, когда он был маленьким и боялся темноты.
— Я научу тебя, обещаю. Но пока, если ты хочешь победить это чудовище, — она указала на массивную трубу, кружившую над ними, — должен надеть жилет.
— Договорились! — Мгновенно успокоившись, Бенджи стянул с себя одежду и понесся по палубе. Он надел спасательный жилет и бросился в глубокую часть бассейна, обдав брызгами всех, кто находился в пределах досягаемости.
Обслуживающий робот-слуга подобрал выброшенную одежду Бенджи и аккуратно сложил ее на пустом шезлонге. Несколько других человекоподобных ботов расправили подушки и принесли свежие полотенца. Они проносились между рядами шезлонгов, разнося на подносах фруктовые напитки.
Зия разделась до ярко-бирюзового купальника. Она была такой же невысокой, как и Уиллоу, ее рост едва достигал пяти футов, но отличалась стройностью там, где Уиллоу имела плотное телосложение. Проклятье генов ее отца — «широкая кость», как любила повторять мама.
Зия распыляла крем от загара на свою смуглую кожу.
— Ты в порядке? Ты странно себя ведешь.
Уиллоу напряглась. Зия всегда чувствовала ее настроение, даже когда ей хотелось, чтобы сестра ничего не замечала.
— Все хорошо, — ответила она слишком резко. Как Уиллоу могла объяснить, что чувствует вину за то, что наслаждается этой роскошью, а затем стыдится, что вообще чувствует вину. Она должна отрываться по полной. Именно сейчас, прямо здесь, наступил лучший момент в ее жизни. А она все портила. — Я в порядке.
Зия изучала ее, морща нос.
— Уверена?
Даже если бы и хотела получить удовольствие, она все равно снова застряла в роли няньки. Уиллоу прогнала очередной укол вины.
— Я уверена. Почему бы тебе не насладиться этой сумасшедшей горкой вместе с Бенджи?
Зия нахмурилась, но подчинилась и рысью побежала к Бенджи. Уиллоу опустилась на шезлонг, гелевая подушка подстроилась под ее тело, и она надвинула на глаза свои дешевые солнцезащитные очки. Будь она сейчас дома, то работала бы ежедневно после уроков, чтобы оплатить счета. Она совмещала учебу со сменами в качестве садовника в компании, занимающейся ландшафтным дизайном. Невысокого роста и плотного телосложения, она обладала силой. Она подстригала живые изгороди, выдергивала сорняки, рубила ветки и таскала сорокафунтовые мешки с мульчей и удобрениями наравне с лучшими из работников.
Работу могли выполнять и роботы, но человеческий труд обходился дешевле, по крайней мере, в ландшафтном дизайне. Поскольку большинство рабочих мест в сфере обслуживания перешли к ботам, это оказалось самым подходящим вариантом, если только вы не были миллионером, который мог позволить себе колледж. Такова жизнь.
Уиллоу хотела продать их выигрышные билеты, но мама настаивала, что это вызовет недовольство ее работодателей. «Зато у нас могут остаться славные воспоминания, милая», — убеждала она.
Что по мнению Уиллоу полная чушь. Воспоминания не могли утолить отчаянную боль в животе, тревогу, которая никак не утихала.
Она посмотрела через бассейн на кафе «Тайдс Тапас», где гости заказывали еду по меню, вмонтированному в гладкую поверхность столов. Сервисные боты доставляли тарелки с гамбургерами, фаршированными грибами и миниатюрными стопками свежих фруктов.
Уиллоу вдыхала пикантные, аппетитные ароматы. Каждый кусочек был настоящим, а не тем готовым дерьмом, которое и выглядит и на вкус как картонная коробка. Если бы здесь оказалась ее лучшая подруга Рианна, она бы съела все, что представлено в меню. Когда в последний раз Уиллоу ела настоящий гамбургер? Она не могла вспомнить.