Элла Мейз Сильнейшее падение

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Переводчик: Светлана П.

Редактор: Лилия С.

Обложка: Татьяна С.

Вычитка и оформление: Екатерина Л.

Переведено для групп: https://vk.com/bookhours и https://vk.com/books_25

Эта книга для тех из нас, кто немного застенчив и слегка со странностями (в хорошем смысле). Я надеюсь, что в твоей жизни есть Дилан.

Глава 1

Дилан

Когда Зои Кларк впервые увидела меня, моя рука была обернута вокруг моего члена.

К сожалению, я не дрочил. Если бы это было так, то она, возможно, нашла бы это сексуальным — акцент на «возможно», поскольку это средство возбуждения не для каждой девушки, не говоря уже о том, что чертовски странно быть пойманным мастурбирующим в ванной комнате на вечеринке.

Хотел бы я рассказать вам что-то, что вы хотели бы услышать, что-то захватывающее, как будто это была любовь с первого взгляда, вместо неожиданного и странного наблюдения за моим членом на случайной вечеринке в колледже. Или, что это было романтично, например, мы врезались друг в друга, когда бежали на занятия в кампусе, ее книги вылетели из рук, я упал на одно колено, чтобы помочь их собрать, и, стукнувшись головами, мы посмотрели друг другу в глаза, а остальное было историей.

Думаю, вы понимаете, что я имею в виду какую-то замечательную киношную сцену вроде этой, но... черт возьми, все было не так. Я знаю, что эта история звучит мило, и расплавляла бы сердца каждый раз, когда бы мы рассказывали людям о нашей первой встрече, но опять же, наша — не такая. Напротив, как я сказал в начале, когда мой взгляд впервые упал на Зои Кларк, а ее — на мой член, я был в ванной, в процессе мочеиспускания, болтающий со своим другом.

— И почему ты здесь? Хочешь посмотреть, как я писаю? — спросил я Джей Пи, безуспешно пытаясь понять, почему у меня был зритель.

Уголки его губ лениво поднялись, а взгляд упал вниз, когда я расстегнул молнию.

— Я вижу этого барахла достаточно в раздевалке, чувак. Я рассказывал тебе об Айзеке, а ты не смог потерпеть, пока я закончу.

Я посмотрел на него боковым зрением, но парень проигнорировал меня и продолжил: — Чувак, ты должен был быть там. То, как тренер накинулся на него после твоего ухода — это было эпично. Не уверен, что он снова вернется на тренировку. Черт, даже я не уверен, хочу ли вернуться, а я ни хрена плохого не делал.

Джей Пи остановился на секунду или две.

— Хочешь поставить полтинник на это? Думаешь, он объявится?

Я взглянул на Джей Пи, который прислонился к стене, закрыл глаза, запрокинув лицо к потолку, выглядя при этом совершенно безобидным и расслабленным. Как правило, Джей Пи никогда не был безобидным — не на поле, и тем более не на вечеринке.

Если учитывать то, как тренер работал с нами на поле в последнее время, не думаю, что кто-то из ребят хочет быть там, по крайней мере, из тех, кто в здравом уме. Но если вы достаточно любите игру, то справитесь с теми трудностями, что встречаются на вашем пути, чтобы в один прекрасный день получить то, на что надеетесь больше всего. По большому счету, играй по-крупному или вали домой. Тренировки всегда в чудовищном режиме.

— Никаких ставок. Если он хочет этого достаточно, то будет там.

Как только я произнес эти слова, мы услышали, как кто-то открыл и хлопнул дверью. На короткое мгновение взрывная музыка и крики с вечеринки внизу заглушили все. Конечно, нет ничего особенного в том, что кто-то врывается в туалет, было бы глупо ожидать какой-то приватности на вечеринке в колледже. Но посмотрев через плечо, чтобы увидеть, кто был достаточно нетерпелив, чтобы подождать несколько минут, я увидел девушку, стоящую к нам спиной и глазам своим не поверил.

— Будь крутой. Будь крутой. Это ерунда. Проще простого. Я никогда больше не заведу новых друзей. Ты сможешь это сделать, просто открой глаза и повернись, черт возьми.

Брюнетка все еще стояла спиной к нам, прижавшись лбом к двери, пока бормотала себе под нос.

Замерев, мы с Джей Пи посмотрели друг на друга. Он пожал плечами, и я увидел, как его губы растягиваются в медленной, дерзкой улыбке. Парень выглядел так, будто ему только что вручили новую блестящую игрушку. Кивнув мне подбородком со своей отчетливой ухмылкой, он оттолкнулся от стены и направился к бедной девушке.

— Ты можешь делать все, что захочешь, детка, — сказал он, умудрившись ее хорошенько напугать.

Как только Джей Пи заговорил, незнакомка перестала бормотать, развернулась лицом к нам и сделала чертовски хорошую имитацию оленя, пойманного в свете фар.

— Я...

— Ты... — парировал Джей Пи, когда больше ничего не вышло из ее рта.

Когда я собирался засунуть член обратно в штаны, взгляд девушки несколько раз перепрыгнул между Джей Пи и мной, как будто она внезапно оказалась на Луне и точно не знала, как это произошло. Затем ее взгляд опустился на мою руку, которая все еще была вокруг моего члена. Взгляд полетел на мое лицо, а затем снова упал на мою руку.

Я бы сказал, что незнакомка борется с усмешкой, потому что ее губы дернулись.

— Черт! О... это... пенис, твой пенис. Дерьмо.

Ее голос был едва слышен сквозь приглушенную музыку, когда она повторила свою маленькую игру с подглядыванием еще несколько раз, и цвет постепенно сошел с ее и так уже бледного лица.

— Ты не против? — спросил я, удивленный тем, что ее глаза стали еще больше.

— Я не... — начала она, закрыла рот и встретила мой взгляд. — Твой пенис... я не хотела... твой пенис? Я только что видела твой пенис. Я все еще вижу твой пенис. Я смотрю прямо на него, и он прямо…

Я встретил позабавленный взгляд Джей Пи и снова посмотрел на девушку.

— Не говори мне, что ты впервые такое видишь.

Я отвернулся, чтобы застегнуть молнию и спасти незнакомку от полного разрушения.

Позади меня раздался громкий стон, а затем стук, который очень походил на то, как кто-то несколько раз ударился лбом о дверь. Это заставило меня улыбнуться.

— Я тебя раньше здесь не видел. Первокурсница? Ты очаровательная, маленькая первокурсница. Теперь настала моя очередь? — спросил Джей Пи в тишине. — Если член моего друга заставляет тебя так заикаться, хочу увидеть твою реакцию, когда ты проверишь мой. Надо сказать, что мой выглядит намного красивее, чем его, крупнее, и если ты захочешь его попробовать…

Стон стал еще громче и больше походил на рычание.

— Даже не заканчивай это предложение!

Я хихикнул.

Следует сказать, что Джей Пи не был самым заботливым парнем на планете, но, видимо, это не имело значения для девушек в колледже. Он был одним из тех парней, которые привлекают девушек независимо от того, что делают или говорят. По сравнению с ним я был противоположностью, стараясь не отвлекаться на девушек. Джей Пи говорил им всякую чушь, но они все равно цеплялись за каждое его слово. Говорил им прыгать, а они спрашивали: «В какую кровать?» А еще парень был чертовски хорошим полузащитником, что только увеличивало шансы на регулярный перепихон.

Не поймите меня неправильно, у меня была своя доля девушек, которые хотели бы привлечь мое внимание, но на раннем этапе — еще с детского сада — я узнал, что однолюб. Интересно, но, кажется, это еще одна причина, по которой девушки стаями стекаются ко мне. Поверьте, я не тщеславен и не претенциозен, просто, кажется, что так происходит, когда ты футболист, имеющий шансы стать профессионалом. Это не имеет ничего общего с тем, как я выгляжу. Честно говоря, Крис, наш стартовый защитник, красавчик в нашей команде, а не я.

Футболисты — практически магниты для девушек из колледжа.

Я включил кран, чтобы вымыть руки, и посмотрел на девушку, чтобы увидеть ее реакцию. Она все еще стояла спиной к нам, но, по крайней мере, больше не стучала головой. Если Джей Пи собирался презентовать свой член, то мне нужно было выбираться отсюда. Размахивание членом товарищами по команде перед девчонками было тем, где я нарисовал линию дружбы.

Быстро послав ухмылку и подмигнув мне, Джей Пи сложил руки за спиной и наклонился к ее уху.

— Бу-у!

Незнакомка вздрогнула, повернулась к нему лицом и сделала небольшое движение назад, когда поняла, что Джей Пи стоит намного ближе, чем был несколько секунд назад.

— Спасибо за предложение, но я не хочу видеть никаких членов, — заявила она, а затем начала отступать, когда мой друг начал преследовать свою новую добычу.

— О, но тебе бы очень понравился мой.

Не найдя ничего, чем высушить руки, я вытер их о джинсы, наблюдая за их неловким взаимодействием, пока девушка спиной не натолкнулась на мою грудь, издав писк.

— Похоже, это сигнал для меня, чтобы уйти.

Я посмотрел вниз и увидел, что ее голова откинута назад и вверх. Незнакомка пристально наблюдала за мной. Даже с такого близкого расстояния было трудно сказать, какого цвета были ее глаза, возможно, зеленые с ореховыми пятнами вокруг зрачков.

Осознав, что смотрю ей в глаза и вижу, как она паникует, я нахмурился, сделал шаг назад и взглянул на Джей Пи.

— Полегче с ней, приятель. Ладно, я пошел.

Прежде чем я успел отойти, девушка подошла ко мне, схватила меня за руку и крепко сжала.

— Нет, ты не можешь уйти, — выпалила она, удивляя и Джей Пи, и меня. — Я здесь для тебя.

Подняв брови, я в замешательстве посмотрел на Джей Пи. Он просто пожал плечами, и с заинтригованной улыбкой на лице открыто проверил ее задницу.

— Я имею в виду, что я здесь не для тебя, — объяснила девушка, и мой взгляд вернулся к ней. — Но я пришла сюда ради тебя.

Девушка немного прищурилась, сморщивая нос в процессе.

— Ты понимаешь, что я имею в виду? Скорее всего, нет. Я последовала за тобой сюда, потому что мне действительно нужно спросить тебя кое о чем. — Ее голос поднялся от паники, но она продолжила: — Когда говорю, что следовала за тобой, я не имею в виду, что преследую тебя или что-то подобное, потому что это было бы безумием. Я ведь тебя даже не знаю, правда?

Незнакомка издала нервный смех, неловко похлопала меня по руке, а затем, казалось, поняла, что на самом деле касается меня. Она отдернула руку и сцепила их за спиной, делая шаг назад.

— Я бы не преследовала тебя, если бы знала, но сейчас не в этом дело. Мне просто... действительно нужно спросить тебя кое о чем, прежде чем выставлю себя дурой, и я подумала, что лучший способ сделать это, когда ты один... и я подумала, что ты будешь здесь один, и...

Я ничего не понял из того, что она говорила, но прежде чем успел ответить, Джей Пи вмешался:

— Итак, ты отсылаешь меня прочь, да? А я-то думал, между нами что-то особенное.

Она посмотрела на него через плечо.

— Прости. Я не видела, чтобы ты следовал за ним сюда, и не знала, что это туалет. Если бы я тебя видела, то подождала снаружи. Я понятия не имела, что парни ходят в туалет вместе. Это мило, что вы так делаете.

Ее глаза встретились с моими на секунду, прежде чем девушка быстро отвернулась и снова обратилась к Джей Пи.

— На самом деле, это займет всего минуту, потом ты сможешь вернуться и он весь в твоем полном распоряжении.

Джей Пи нахмурил брови, но промолчал.

Девушка взглянула на меня, и все, что увидела на моем лице, заставило ее поморщиться.

— Извини, прозвучало плохо, да? Не то, чтобы быть геем плохо или что-то еще. Я не должна была предполагать. Мой друг гей, и я знаю, как трудно, когда люди говорят самые глупые вещи и насколько он…

Джей Пи засмеялся и покачал головой.

— Ты должна остановиться, пока не поздно, девочка. Мое предложение все еще в силе, если захочешь найти меня после того, как закончишь с моим мальчиком.

После этого он открыл дверь и оставил меня наедине с незнакомкой. Скрестив руки на груди, я расслабился у раковины.

Она повернулась ко мне, глубоко вздохнула и нервно улыбнулась.

— Это было плохо, да?

— Все это, или только последняя часть?

Я ничего не мог с собой поделать и улыбнулся ей в ответ. Некоторые девушки делали безумные вещи, чтобы привлечь мое внимание и залезть ко мне в постель, но я не думал, что это то, что здесь происходит.

С гримасой на лице она покачала головой, опустив глаза в пол.

— Я просто предположила, что это твоя комната, и ты будешь здесь один, а потом, когда вошла, у тебя в руках был твой... м-м-м... и еще он был здесь с тобой...

Она встретила мой взгляд, а затем быстро отвернулась.

— И твоя... штуковина исчезла, а потом все пошло в ад.

Да, она не из тех, кто гоняется за футболистами.

Еще один нервный смех, и девушка отпрянула от меня к двери.

— Итак, прошу прощения. И... спасибо.

Моя улыбка стала шире.

— За что?

Она потерла руки о джинсы, покачала головой и выглядела несчастной, смотря куда угодно, только не на меня.

— В данный момент? Если быть честной, то я действительно не знаю. Спасибо, что поговорил со мной? Не выгнал меня? За то, что позволил мне увидеть твой пенис?

Незнакомка закрыла глаза и покачала головой, сделала пару шагов назад и остановилась, когда ударилась спиной о дверь.

— Я не это имела в виду — я не пыталась увидеть твой пенис или что-то в этом роде. Я говорила тебе, что даже не знала, что это туалет. Я имею в виду, что предполагаю, что это был не самый лучший момент, так почему бы мне захотелось увидеть, — она рукой указала на область моей промежности, — твой... этот... ну это выглядело так, что у тебя внушительное достоинство, так что это должно быть... хорошо для тебя? Поздравляю? Не думаю, что ты бы хотел, чтобы незнакомка поздравила тебя с чем-то подобным, но ты футболист, так что, может быть, тебе нравятся комплименты?

Тишина затянулась между нами, и я не мог скрыть свою улыбку. Теперь, когда мой член не был выставлен на всеобщее обозрение, и Джей Пи не было с нами, чтобы заигрывать с ней, я хорошенько ее рассмотрел. У нее были прямые каштановые волосы, обрамляющие ее лицо, которые заканчивались чуть ниже плеч; бледная кожа; большие глаза оленя, что-то между светло-коричневыми и зелеными, — я еще не решил; немного пухлая нижняя губа; слегка покрасневшие щеки, я полагаю, от смущения. А еще были другие вещи, такие как ее пышная грудь, которая словно изо всех сил старалась разорвать обтягивающую футболку — у меня были глаза, в конце концов — ее фигура песочных часов и отличные гребаные ноги — не слишком тонкие, не слишком толстые, просто идеально подходящие для моего вкуса.

Я убедился, что смотрю в ее глаза и больше никуда, проводя рукой по своим коротким волосам. Учитывая, куда зашли мои мысли, не думаю, что было бы разумно провести больше времени с ней в ванной.

— Ты напоминаешь мне мою сестру, — выпалил я, совершенно из ниоткуда, шокировав нас обоих. — Ты немного застенчивая, не так ли?

Девушка действительно напомнила мне Амелию. Когда она нервничала, то говорила бесконечно много, и тоже несла несуразицу. Несмотря на то, что она знала, что ее речь не имеет большого смысла, она не могла остановить ее. Застенчивость, это единственный ответ, который имеет смысл.

Девушка засмеялась и, казалось, осела на дверь.

— То, что ты видишь во мне свою сестру, не сулит мне ничего хорошего, особенно если бы ты знал, о чем я пытаюсь спросить, не то, чтобы ты видел во мне кого-то, кого бы ты хотел или мог... просто забудь об этом. С чего ты взял, что я застенчивая? Стой. Подожди.

Она подняла свою руку.

— Можешь не отвечать.

Еще одно неловкое молчание украло наши слова, пока я смотрел на девушку, а она уставилась на мою грудь, пока кто-то не толкнул дверь и не заставил ее потерять равновесие.

Через частично открытую дверь показалась голова.

— О-о-о, прости, чувак! Не знал, что здесь занято. — Парень толкнул дверь еще на несколько дюймов, чтобы осмотреться внутри. — Мы зайдем, когда вы закончите.

После того как показал мне большой палец, он медленно исчез.

Как только дверь закрылась, моя брюнетка — зачеркните это, просто брюнетка глубоко вдохнула и сосредоточила свой взгляд на мне. Она казалась более спокойной, но, основываясь на том, как дергала футболку с надписью «Улыбнись мне», я бы не поставил на это деньги. Чертовски любопытный, я ждал, пока девушка продолжит.

— Знаешь что, я уже устроила здесь беспорядок, поэтому просьбы об этом не будет… нет, это не может ухудшить ситуацию.

Уже заинтригованный ею, я махнул рукой, чтобы она продолжила.

— Я весь внимание.

Пока я изо всех сил старался скрыть улыбку, девушка сделала еще один глубокий вдох.

— Мне нужно поцеловать тебя, — быстро выпалила она, закрыла глаза и застонала. — Это был не лучший способ сообщить об этом. Позволь мне попробовать еще раз.

Я поднял бровь.

— Тебе нужно поцеловать меня?

— Нужно, должна... я имею в виду, что это одно и то же, верно? — Быстро кивнув, она продолжила: — Я имею в виду, что не хочу целовать тебя, на самом деле. Я не выбирала именно тебя.

— Ты не выбирала меня?

— Нет, не выбирала. Дело не в том, что ты не симпатичный — ты определенно симпатичный, в суровом смысле, что должно сработать для меня. Я бы поцеловала тебя, если бы пришлось, но ты не был моим первым выбором.

— Ты творишь чудеса с моим эго. Продолжай.

— Хорошо, думаю, что это действительно не лучший способ сделать это. Позволь мне начать сначала и посмотреть, как пойдет. Моя соседка по комнате, Линдси, вроде как затащила-слеш-заставила меня прийти сюда сегодня вечером, на вечеринку, я имею в виду. Она думает, что я не проживаю «опыт колледжа» в полной мере. Мы приехали сюда, встретили ее друзей — это мой первый год, и я встречаюсь с новыми людьми, так что это хорошо, не так ли?

Не дожидаясь моего ответа, она глубоко вздохнула и продолжила:

— Нет, не очень хорошо. Ее друзья поняли, что я вообще не авантюрная, потому что не склонна много говорить, когда нахожусь в большой группе и предпочитаю просто держаться подальше. Сначала я люблю притормозить, понаблюдать, понимаешь? Не люблю, когда на мне слишком много глаз. В любом случае, тебя это не волнует, так что бла-бла-бла, больше разговоров, больше съеживания с моей стороны.

Девушка закрыла глаза и покачала головой. Я просто стоял, наблюдая за ней, слушая, ожидая, когда она закончит свою историю. Я не мог бы пошевелиться, даже если бы захотел; она была... это было слишком... увлекательно — это слово, которое я искал. Незнакомка была забавной, и все же по какой-то причине, была чертовски увлекательная, как свежий глоток воздуха.

— Тогда они поспорили — типа взяли меня на слабо, что я не смогу поцеловать случайного парня. Я просто так сказала, что смогу, чтобы они перестали говорить обо мне, потому что, что они могут сделать? Ожидать, что я доведу это до конца? Мы в детском саду? Пффф. И, ладно, ладно, я немного обиделась, но они были правы. Я не авантюрная и не спонтанная. Не люблю целоваться со случайными парнями. Я никогда не делала этого, но подумала, что это достаточно легко. Во всяком случае, они сказали, что у меня не хватит духу поцеловать парня, которого они хотели, потому что, по-видимому, это тоже пунктик в колледже — дерзость, ставки, поцелуи со случайными людьми...

— Вау, — сказал я, прежде чем она смогла продолжить, и девушка подняла взгляд на меня. Это была моя неудачная попытка убедиться, что она вдохнула воздух, прежде чем отключится. — Оказывается, есть много вещей в колледже, о которых я и не знал, а я уже не новичок. Я никогда раньше не целовал случайную девушку, даже не знал, что это требование.

На самом деле, это не совсем правда, но ей не нужно было этого знать. Меня иногда целовали случайные девушки, особенно после хорошей игры, когда у всех адреналин бил ключом, но у меня никогда не было желания поцеловать случайную девушку просто так. Может быть, я просто не видел правильную случайную девушку, потому что в данный момент эта мысль казалась привлекательной.

— Видишь! — воскликнула она, ее тело немного расслабилось. — Вот и я об этом говорю. В любом случае, мы подошли к болезненной части, так что я просто буду двигаться дальше. Моя соседка по комнате, Линдси, схватила какого-то беднягу, который проходил мимо со своими приятелями, и сказала мне поцеловать его, так что я просто быстро чмокнула — это ничего не значит, верно? Я даже не прикоснулась к парню, просто потянулась и прижалась губами к его губам. На самом деле это было довольно разочаровывающим, и поскольку я выпила немного пива... — она подняла три пальца, предположительно указывая количество пива, которое выпила, а затем заправила волосы за правое ухо. Я изучал ее губы — все эти разговоры о поцелуях зачаровали меня, а у нее были такие красивые блестящие розовые губы... — я даже ничего не почувствовала, — продолжила она. — Никаких бабочек. Ничего. Парень не выглядел расстроенным из-за этого, поскольку попытался снова поцеловать меня, теперь по-настоящему.

«Держу пари, что нет», — подумал я. — «Бьюсь об заклад, счастливый ублюдок не был расстроен из-за этого».

Незнакомка начала говорить еще быстрее, что делало почти невозможным следить за ее мыслями.

— Но тут подруга Линдси, Молли, случайно указала на тебя. Ты разговаривал с парнями через комнату, и она спровоцировала меня поцеловать тебя. Что в тебе такого особенного, я понятия не имею.

Я собирался открыть рот, но девушка подняла руку, останавливая меня, и продолжила без паузы:

— Итак, я должна была сказать, что смогу, потому что не очень хороша в смелости и пари. Не люблю соревноваться. С тех пор как мне сошло с рук то, что я только чмокнула последнего парня, они подтолкнули меня сделать это с тобой. Опять же, я не знаю, являешься ли ты какой-то шишкой или типа того, но думаю, что в тебе есть что-то, что делает тебя достаточно особенным, чтобы они настаивали на этом. Может, ты в их вкусе, я понятия не имею. Я попросила их дать мне несколько минут, и последовала за тобой сюда, чтобы спросить твоего разрешения, прежде чем напасть на тебя перед всеми или, по крайней мере, попытаться напасть на тебя перед всеми, чтобы, по сути, сосать твое лицо. Теперь, после того что я видела... просто чтобы убедиться... ты не гей, не так ли? Потому что, если они поэтому на этом так настаивали... это жестоко.

Когда она выжидающе посмотрела на меня, я выпрямился и потер затылок.

— Возможно, это прозвучит как ложь, но... — Как же мне это сказать? — Как бы мне ни хотелось помочь тебе с твоим вызовом, у меня есть девушка.

Мы были на свидании только один раз, но все же...

— Она опаздывает, но, вероятно, уже там сейчас, и думаю, что я должен…

— Ах. О. Ох, конечно. Хорошо.

Я наблюдал, как ее взгляд прыгал повсюду, остановившись на мне только один или два раза, и даже тогда, только на секунду. Затем девушка слепо потянулась к ручке, открыла дверь и вышла.

— Мне очень жаль, правда, — начала она, ее голос стал немного громче, пытаясь быть услышанной через шум, идущий снаружи.

Ее взгляд опустился на мои штаны, а затем вернулся к моим глазам.

— Насчет этого... и всего остального. Вся эта ночь была странной... странной и глупой. Я просто уйду, и... — еще один шаг в сторону. — Да. Извини, — повторила она, ее глаза сосредоточились на моем плече, а не на моих глазах, пока девушка продолжала отступать.

Тогда я и понял, что у нее слезятся глаза. Наличие сестры учит вас таким вещам, и я знал, что эта девушка в нескольких секундах от слез.

— Подожди. Эй, подожди! — закричал я, быстро идя за ней, прежде чем незнакомка могла исчезнуть.

Девушка оглянулась на меня через плечо, но не остановилась.

— Как тебя зовут? — прокричал я громче.

Она слегка улыбнулась, нечто среднее между грустью и ужасом промелькнуло в ее глазах, и тогда я увидел, как первая слезинка сползла вниз. Потом девушка исчезла, растворилась в толпе прежде, чем я смог до нее добраться.

Почему я хотел знать ее имя, почему искал ее взглядом время от времени всю ночь... тогда я не знал ответа.

Глава 2

Зои

Год спустя

Во второй раз, когда Дилан Рид увидел меня, я пыталась раствориться в воздухе. Если бы мы не встретились взглядами, если бы я его не увидела, он бы тоже меня не заметил, верно?

Ну... очевидно, это не так работает.

Год назад, когда выставила себя полной дурой, я даже не знала имени этого парня, и это должно было бы помочь мне забыть о том неловком моменте. Если бы он был просто безымянным парнем, с которым я случайно столкнулась на вечеринке в колледже — по общему признанию, очень сексуальным — все было бы хорошо, но нет, это было не так. Конечно, нет — все никогда не было так просто для меня. Парень, которого дрянные девчонки выбрали мне для поцелуя на первом году обучения, был одним из самых горячих парней футбольной команды. Звездным принимающим, который, по-видимому, был одним из немногих игроков, которые собирались попасть в НФЛ, и это делало его довольно популярным во всем кампусе. Конечно, это большой кампус, но не настолько большой, чтобы избегать его вечно.

После долгого дня, наполненного занятиями, я шла в квартиру, когда увидел его — ну, вернее сказать их. С ним было трое друзей, и я знала, что, по крайней мере, один из них был его товарищем по команде: защитник Кристофер Уилсон. Кто были остальные двое, я понятия не имела. Кристофер Уилсон... он был популярным человеком в кампусе, как и большинство защитников. Я знала об этом, и, возможно, немного больше именно о нем. Это было не так много, как хотелось бы, но знала несколько фактов. Тем не менее, в тот момент, образ Криса даже не зафиксировался в моем сознании. Человек, идущий рядом с ним, привлек мое внимание.

Дилан Рид, все его шесть футов три дюйма.

Смеясь над чем-то, что говорили его друзья, он был, может быть, в сорока, сорока пяти футах и приближался прямо ко мне.

Я остановилась, просто замерла на месте, уставившись на парня. Какая-то девушка наткнулась на меня, извинилась, а я даже не смогла ответить. Стояла парализованной посреди кампуса, мой желудок рухнул вниз, и я почувствовала, как кровь отливает от лица.

«Нет».

Я не хотела, чтобы Дилан увидел меня в этот момент. На мне не было макияжа, и я спала всего три часа. Мои очень, очень грязные волосы были собраны в косу, которая даже больше не считалась нормальной прической, потому что больше походила на то, что я сражалась с сердитой вороной и проиграла. Моя одежда... я даже не могла вспомнить, что, черт возьми, на мне надето и не могла пошевелиться, чтобы посмотреть вниз и увидеть. Скорее всего, на мне не было ничего эффектного. Черт, я, правда, не хотела, чтобы он снова видел меня, и точка.

«Тридцать футов».

Глядя на него, я потеряла драгоценные секунды, которые могла бы использовать, чтобы сбежать — я знала это, потому что мне удавалось успешно делать это раньше. Сегодня, однако, я была слишком ошарашена, чтобы сделать что-то, кроме как наблюдать, как парень приближается. Может, это из-за недостатка сна я застряла на месте, или из-за того, как он шел, как двигались его плечи и…

«Очнись!»

Рид все еще не видел меня, опустив лицо вниз, он слушал своих друзей.

«Двадцать пять футов».

Я подумала, что если просто останусь стоять там, где стою, закрою глаза и не сделаю резких движений, он обойдет меня, и все закончится через несколько секунд — еще одна из моих блестящих идей.

Или еще лучше, может он вообще меня не узнает. Честно говоря, это была довольно большая вероятность. Ведь кто знал, сколько девушек бросалось к его ногам ежедневно? Скорее всего, он забыл о той неловкой девушке из ванной на вечеринке — то есть обо мне — на следующий же день.

«Двадцать футов».

Он был одет в серую хенли¹ с длинными рукавами, которая показывала, насколько большие у него руки. Я имею в виду они реально большие. Это была одна из вещей, которые я запомнила той ночью, что, возможно, имело какое-то отношение к тому, что я была большим любителем хороших, сильных рук, но дело не в этом. Те же руки были связаны с еще большими плечами. У него были коричневые коротко подстриженные волосы, которые не всем шли, но на Дилане Риде... на нем это смотрелось чудесно. У него были сильные мужские черты. Я не могла видеть его глаза, но знала, что они голубые, точнее, темно-синие, как океан. Годом ранее я изучала их в течение нескольких долгих секунд. Его подбородок был острым, скулы сильными, губы такими полными, что вы не могли перестать задаваться вопросом, как они будут чувствоваться на ваших собственных.

«Пятнадцать футов».

Его нос, должно быть, был сломан, потому что я вспомнила, что подумала, что это его изюминка. Вы не смогли бы заметить издалека, но, как я уже сказала, раньше я стояла ближе к нему, смотрела ему в глаза всего секунду или две, а затем сосредотачивалась на чем угодно, кроме его глаз. Этот слегка кривоватый нос добавил еще больше характера к его и без того довольно идеальному внешнему виду.

Я думала, что было бы довольно легко сломать нос, будучи футболистом, может быть, даже больше, чем один раз. Парень не был симпатичным; я бы не использовала это слово специально. Вы можете даже не называть его традиционно красивым, но он, безусловно, поразителен. У него была харизма, уверенность. Он выглядел сильным и большим, и, может быть, немного грубым, но больше всего парень выглядел твердым. Да, это был один из способов описать Дилана Рида. Я даже не говорю о физическом смысле, хотя он тоже был тверд в этом отношении. Он был парнем, которого нелегко забыть.

Рид поднял голову и посмотрел мне в глаза. Широкая улыбка, которая была на его лице, начала медленно таять.

«Это конец».

Так, переполненная блестящими идеями в этот момент, я тихо ахнула, развернулась и вроде как начала быстро уходить, проклиная себя — не самый лучший момент, как вы можете себе представить. Мои глаза были приклеены к земле, и мой желудок рухнул во второй раз.

«Успокойся, королева драмы».

— Эй! Ты! Подожди секунду! Эй!

«Нет. Нет. Не делай этого».

Когда он кричал мне, а я была уверена, что именно мне, я, на всякий случай, закрыла глаза так сильно, как только могла, как будто это помогло бы сделать меня невидимой, и ускорила шаги, вот так я врезалась в... людей. Людей, во множественном числе. Конечно, я это сделала. Чего вы ожидали от моей удачи?

Я не упала на задницу, и это было моим единственным спасением. Когда группа, с которой я столкнулась, посмотрела на меня выпученными глазами, я проглотила свои поспешные извинения.

— Что ты натворила? — прошептал один из них, прежде чем посмотреть на землю.

Думая, что, возможно, они немного преувеличивали, что это не конец света, я последовала его взгляду и обнаружила, что не только мои книги разбросаны повсюду, но и архитектурная модель, лежащая на боку посреди беспорядка, который устроили мои вещи. Это была не какая-то простая картонная штуковина, о, нет. Казалось, что она сделана из дерева, и была настолько огромной... настолько, что ни один человек не мог нести его самостоятельно... отсюда и группа из четырех человек.

Полностью забыв, почему я с самого начала оказалась в этом беспорядке, я упала на колени, и потянулась к конструкции.

— Я прошу прощения. Правда, я могу сделать…

— Не прикасайтесь к ней! — закричал тот же парень, который говорил секунду назад, хлопнув меня по руке, на самом деле хлопнув по ней.

Удивленная, я прижала ее к груди. Парень не причинил мне вреда или что-то еще, но я даже не могла вспомнить, когда в последний раз мама шлепала меня за попытку украсть еду со стола.

Когда другие ребята присели, чтобы помочь своему другу, могу добавить, ворча, я быстро огляделась, чтобы увидеть, что у нас есть зрители. Отлично. Просто идеально, я всегда думала, что красный цвет творит чудеса с моим лицом. Луч надежды был в том, что Дилана Рида нигде не было видно, и я не могла не почувствовать холодное облегчение.

— Черт возьми! Ты сломала дверь.

— Мне очень жаль, — повторила я, на этот раз чуть тише, но ребята продолжали сердито смотреть на меня.

Из того, что я могла видеть, не было никакого реального ущерба, кроме упомянутой двери, конечно. Когда они решили проигнорировать меня, я попыталась сосредоточиться на своих разбросанных заметках и книгах на земле. К счастью, я оставила свою камеру в лаборатории в тот день, в противном случае, не была уверена, что ей бы так же повезло, как модели здания.

— Я действительно надеюсь, что он не...

Я заметила, как ребята поднялись с корточек, осторожно держа макет между собой. Я не закончила свое предложение, так как получила последний смертельный взгляд, прежде чем они обошли меня, и поспешили прочь.

Все еще стоя на коленях, я вздохнула. Какой замечательный конец моего и без того дерьмового дня.

— Вот, не забудь эту, — сказал кто-то справа от меня.

Я снова замерла, мое сердце быстро набирало скорость.

Мой взгляд медленно следовал за большой кистью, которая держала вверх ногами одну из моих книг по истории искусств, а затем продолжал следовать за длинной рукой до впечатляющих плеч, наконец, поднялся до позабавленного взгляда Дилана Рида.

Вся болтовня проходящих мимо студентов притупилась. Я в поражении закрыла глаза и опустила голову. Вот тебе и попытка сбежать.

— Привет, — сказал он так просто, легко, плавно.

В то время как мое сердце делало странную запинающуюся вещь в моей груди, я попыталась встать с земли, только чтобы потерять равновесие. Дилан схватил меня за локоть и поддержал до того, как я бы свалилась.

— Спасибо, — пробормотала я, отводя взгляд от его лица, когда он отпустил мою руку и сделал шаг назад.

Я прочистила горло, как будто это изменит ситуацию.

— Привет.

Боже, мне было так стыдно. Мало того, что я, как школьник, спросила его, могу ли я поцеловать его, когда у него была девушка, ожидающая снаружи, только потому, что я не могла отступиться от спора, я также видела его пенис... хотя увидеть пенис не было такой уж плохой вещью. Совсем наоборот, на самом деле. Мне нравится смотреть на хороший пенис. Какой девушке это не нравится? Но вдобавок ко всему, теперь он видел, как я тараню каких-то студентов с архитектурного.

Сколько раз я собираюсь выставить себя дурой перед этим парнем?

— Привет, — повторил он, снова протягивая мне книгу.

Я пробормотала свою благодарность, схватила книгу из его рук и, наконец, подняла голову, чтобы увидеть заразительную улыбку на губах. Она полностью изменила его лицо. Эти сильные, острые линии смягчились, и если раньше парень выглядел потрясающе, то когда вот так улыбался... это заставляло меня хотеть быть причиной того, что делало его еще более неотразимым. Мои собственные губы дернулись в ответ, и я почувствовала, как мои щеки согрелись под его пронзительным взглядом.

— Э, привет.

— Ты не назвала мне своего имени, — сказал он, все еще улыбаясь.

Я оторвала свой взгляд от его любопытного.

— О?

Медленно отворачиваясь, я решила, что лучше всего действовать так, как будто я не знаю, о чем он говорит, и просто снова начала идти.

— Ты ведь помнишь меня, да?

Я почувствовала, что сейчас наилучшее время начать энергичную прогулку, сжечь калории, убраться подальше от людей. Однако мой побег не мог быть таким простым — парень следовал за мной, шел спиной вперед, не отставая, изучая меня.

— В прошлом году? В конце первого семестра какая-то греческая вечеринка, не помню какая.

Я послала ему быстрый, панический взгляд, а затем отвернулась так же быстро, когда поняла, что парень внимательно изучает меня.

— Знаешь, я был в ванной, а потом ты вошла и спросила меня…

— А, теперь я вспомнила.

«Ты маленькая лгунья».

— Да. Да, конечно. Привет, — мой голос прозвучал хрипло. Я неловко рассмеялась. — Так много вечеринок было в том году, не смогла сразу вспомнить.

Мысленно я закатила глаза на саму себя. Я, возможно, побывала на трех вечеринках — и это было большое «возможно».

— Как твои дела?

— Хорошо, великолепно на самом деле, теперь, когда я, наконец, увидел тебя снова.

«Он издевается надо мной?»

Я ускорила темп, но парень продолжил идти рядом.

— Я Дилан, — сказал он, когда понял, что я больше ничего не собираюсь говорить. — Той ночью я пытался догнать тебя, но ты исчезла. Ты была прямо там, а потом исчезла.

Снова посмотрела на него. Я бы снова ускорила свой темп, но подумала, что было бы еще более неловко и просто странно, если бы я начала бежать, и, в любом случае, не похоже на то, что парень не смог бы догнать меня, даже не вспотев.

Я издала звук, что-то между смешком и удушьем.

— В этом вся я, — сказала я с напускным весельем. — Я там, а потом меня нет. Вроде существую, но на самом деле нет.

«Неловко. Неловко. Неловко».

— И, я знаю твое имя. Все знают твое имя. — Я перестала говорить, чтобы вдохнуть воздух. — Я была немного смущена, как ты можешь себе представить. Очень смущена, на самом деле.

Если меня не стошнит на него в ближайшие несколько минут, я знала, что буду в порядке.

— Если я не был смущен, что ты видела…

Я послала ему панический взгляд.

— То тебе тоже нечего смущаться той ночи, — быстро продолжил он и усмехнулся. — Я не смущен, на случай, если тебе интересно.

Его пенис... я имела честь видеть его пенис. Пенис, который я могла визуализировать, если бы закрыла глаза — не то чтобы я сидела и воображала пенисы в голове или что-то в этом роде... Если бы захотела увидеть, то могла бы попросить своего парня, вытащить его для меня, хотя я еще этого не делала.

Его тон заставил меня взглянуть на него. Ему обязательно было об этом говорить? Почему он вообще со мной разговаривал? Чтобы я чувствовала себя еще хуже? И где, черт возьми, его друзья? Крис?

Я изогнула губы, как я надеялась, в улыбке вместо гримасы, и промолчала.

— Так ты скажешь мне свое имя, Вспышка?

Я видела, как парень огляделся, а затем сосредоточил свой взгляд на мне.

— Я имею в виду, тут столько народу, и ты доказала, что быстрая, я признаю. Но я тоже довольно хорош, и на этот раз, теперь, когда знаю, что нужно искать, я поймаю тебя без проблем.

«Привет Дилан, встречай унижение во плоти».

— Вспышка? — смущенно переспросила я.

Он улыбнулся.

— В одну секунду ты здесь, в следующую — тебя уже нет.

Прочистив горло, я проигнорировала сальто своего сердца. У меня было прозвище. Он дал мне прозвище.

— Зои.

Опять появилась эта улыбка.

Парень с придыханием произнес мое имя. Очарованно, я смотрела, как он это делает.

— Зои. Хммм. Ладно, Зои.

Усмешка.

«Отлично».

— Я немного опаздываю... куда-то, так что...

Никто никогда не умирал ото лжи во спасение?

— Все еще немного смущаешься, да? — сказал он тихо, его улыбка теперь стала немного меньше, более интимная.

Я передвинула свое птичье гнездо из косы с левого плеча вправо, думая, что занавес между нами не будет худшей идеей в мире.

— Боюсь, что это постоянная вещь.

Как будто зная, что я пытаюсь спрятаться за волосами, парень усмехнулся.

— Тогда я отдам тебе этот раунд. Мне все равно нужно возвращаться на тренировку. Нельзя опаздывать, иначе тренер надерет мне задницу.

Я не могла отвести от него взгляд и просто забыла, какого черта я пыталась убежать. Я была немного разочарована, что он уходит? Так глупо с моей стороны.

«Отвернись, Зои. Не смотри в эти глаза».

Дилан поднял руку, чтобы потереть шею, и нарушил зрительный контакт.

— Да. Тогда ладно. Было приятно встретиться с тобой, Зои. Может, как-нибудь повторим?

Я немного улыбнулась ему, но держала язык за зубами. Мне не нравилось лгать никому, даже незнакомцу, если это было необязательно.

Все это, все наше общение было пыткой для меня, от начала до конца. Уверена, вы бы чувствовали то же самое, если бы видели, как это происходит.

Потом Дилан перестал идти рядом со мной, а я продолжала свой путь. Для нас это был конец пути. Здесь наши пути разошлись. Я закрыла глаза, и сделала долгий, очень необходимый вдох, чтобы очистить свой разум. Я проходила мимо маленького кафетерия, так что пахло пиццей и кофеином. Мое сердце все еще спотыкалось. Поговорим о стыде. Почему я была такой... болезненно застенчивой?

— Зои!

Я громко застонала, и группа студентов, идущих рядом со мной, странно посмотрели на меня. Я остановилась и обернулась, было немного любопытно услышать, что он собирается мне сказать.

Дилан был примерно в десяти футах, просто стоял посреди оживленной толпы. Жизнь в колледже — все пытались куда-то попасть. Почему он ни с кем не столкнулся, и все просто расходились, чтобы обойти его? Его улыбка медленно росла, когда он привлек мое внимание.

— Что насчет того поцелуя?

Нахмурившись, я спросила:

— А что насчет него?

— Как насчет того, чтобы поцеловаться сейчас?

Мои глаза немного выпучились, и челюсть отвисла, или, может быть, я просто ахнула; я не уверена в деталях. Но выглядела я не очень красиво, это уж точно можно сказать.

Я заметила взгляды на себе, услышала тихие перешептывания, и мое лицо снова начало вспыхивать. Прижимая книги ближе, как будто они могли защитить меня или остановить от похода к нему, я вроде как крикнула ему в ответ:

— Прости, у меня... у меня... есть парень.

— Думаешь, это было бы прекрасно?

Дилан сделал шаг навстречу мне.

«Наглый ублюдок».

— Я сказала, что у меня есть парень!

И это правда, у меня действительно был парень. Его звали Зак. Зои и Зак — он думал, что это судьба, а я — нет. Он не был любовью всей моей жизни, но да, у нас было несколько свиданий, и я была уверена, что ему не понравится, что я целуюсь с каким-то случайным парнем посреди кампуса.

Кто-то закричал:

— Рад за тебя!

Из толпы послышалось хихиканье, и я покраснела еще больше.

«Боже? Алло? Пожалуйста, сделай что-нибудь. Порази меня. Порази меня прямо сейчас».

— Ах... понятно, — прокричал Дилан громко. Затем засунул руки в карманы, покачиваясь на пятках, и мне пришлось заставить себя не опускать взгляд на то, что, как я уже знала, было большим хозяйством. — У нас не лучшее время в мире, да, Вспышка?

Что я могу сказать? Я кивнула и заставила себя улыбнуться. Это разочарование я увидела в его глазах? И это бабочки порхали у меня в животе?

Парень начал идти спиной назад, легко и неторопливо, все еще смотря на меня.

— Увидимся позже, Зои. Бог троицу любит, так что, возможно, в следующий раз мы сделаем это.

«Я не стала бы ставить на это»,— подумала я, но не сказала этого вслух.

Я просто подняла руку и помахала ему.

Дилан улыбнулся этой своей улыбкой: большой, небрежной, такой красивой. Потом быстро отдал мне честь, повернулся и убежал. Да, было умно с моей стороны не убегать от него, парень догнал бы меня в мгновение ока.

В первый раз, когда мы расстались с ним, я ушла со слезами, стекающими по моему лицу от унижения и стыда. На этот раз... на этот раз у меня была самая большая улыбка в мире.

Глава 3

Дилан

Год спустя

Сегодня пятница десять вечера, и я валился с ног, как и почти каждый день. Мне нравилось это, я жил ради этого.

Я проснулся в шесть утра, как и каждое утро, чтобы успеть на первую тренировку, быстро завтракал и встречался с командой. Сразу после собрания бежал на свое первое занятие. Около двенадцати тридцати у меня обычно был свободный час, чтобы пообедать и просто побыть нормальным студентом колледжа, а не спортсменом. После обеда, в зависимости от дня недели, у меня либо были другие занятия, либо я шел прямо на вторую тренировку в тренажерном зале. После этого было три часа практики, которые иногда перетекали в дополнительный час или около того. После тридцатиминутного перерыва, который включал смузи и сэндвич, я направился в библиотеку, пытаясь закончить задание, которое должен был сдать на следующий день. По дороге туда, когда загруженный день начинал терять свой темп, я написал своей девушке Виктории, чтобы узнать, какие планы у нас были на вечер. Не успел я опомниться, как прошло три часа, а ответа от нее так и не было.

Я жил в доме в нескольких минутах от кампуса, с четырьмя моими товарищами по команде: Кайлом, Максвеллом, Бенджи и Рипом. Если бы они не решили устроить вечеринку в последнюю минуту в честь дня рождения Максвелла, я мог бы провести вечер в тишине в своей комнате с Вики. Может, посмотреть «Нетфликс» и потрахаться. После долгого дня подготовки к сезону, как правило, у меня хватало энергии только на это. Но зная, что это было невозможно, я решил сначала проверить комнату Вики в общежитии, чтобы посмотреть, можем ли мы вообще избежать вечеринки и вместо этого расслабиться вдвоем. Хотя и знал, что это будет означать, что она будет злиться на меня.

В отличие от меня, у Вики всегда было много энергии и времени для вечеринок, но я все же знал, как убедить ее остаться. Как бы она ни любила выпивать и танцевать, она еще больше любила то, что я могу сделать с ее телом.

Мы встречались пять месяцев. Два месяца из которых провели порознь, нон-стоп общаясь по скайпу и с помощью текстовых сообщений на летних каникулах, и все, казалось, шло хорошо. Вики не возражала, что я должен был проводить большую часть своего времени на поле или в тренажерном зале, потому что ее собственное время было заполнено занятиями, собраниями женского сообщества и стажировкой. Она поддерживала, заботилась, и, по правде говоря, была совершенно ненавязчивой.

Мой первоначальный план всегда заключался в том, что я ни с кем не буду встречаться в свой последний год.

Сосредоточиться на игре.

Оттачивать свои навыки.

Быть лучшим на поле.

Найти время для учебы.

Это были лишь некоторые из вещей в списке моих приоритетов, и девушка не была одной из них. Моя тарелка была уже полна, на самом деле, она была более чем полна, скорее переполнена. Со всем, что у меня было — а у меня было много всего — у меня просто не было достаточно времени, чтобы справиться с такими обязательствами. В конце концов, несмотря на мой напряженный график, Вики сумела пробиться в мою жизнь, и, к моему полному удивлению, мне понравилось, что она была в ней. Увидеть ее после долгого, утомительного дня было приятно, и насколько я знаю, ей нравилось быть со мной еще больше.

В прошлом, когда я опаздывал на одно из наших свиданий, потому что практика длилась долго, или не мог пойти на вечеринку, потому что мне приходилось сидеть и учиться, Вики никогда не жаловалась. Она давала мне спокойствие (не всегда) и баланс (опять же, не всегда), и я пытался дать ей все, что у меня оставалось в конце дня. Честно говоря, это может звучать не так уж и много, но Вики всегда говорила мне, что ей более чем достаточно, что я делаю ее счастливой, и она не могла представить себя с кем-то другим. Я верил ей. Почему бы и нет? Она определенно не возражала против парня, который, как ожидалось, будет призван в первой двадцатке, и я бы солгал, если бы сказал, что мне не нравится видеть, как ее лицо загорается от волнения и радости, когда СМИ говорят обо мне. Я не планировал спрашивать ее, хочет ли она пойти со мной, если мне действительно удастся попасть на драфт в конце года, но Вики намекнула довольно прозрачно несколько раз, что она была бы ни против переезда туда, куда бы я ни отправился после окончания вуза. Так что я подумал, может, если бы все шло так, как идет, это не было бы худшей вещью в мире, чтобы спросить ее.

Поговорив с соседкой Вики и узнав, что она ушла на вечеринку — надеясь найти меня там, как я полагаю – я, наконец, покинул кампус, мысленно пытаясь подготовиться к хаосу, который ждал меня в доме.

Удивительно, но в доме было не так много народу, как я боялся. Вместо того чтобы пригласить всех подряд, они просто собрали всю команду в нашем трехэтажном доме. Здесь были члены команды, подруги тех игроков, у которых они были, и просто, чтобы сбалансировать все, несколько болельщиц. Таким образом, это все еще был сумасшедший дом, но в меньшем масштабе. Могу поспорить, что единственной причиной, по которой парни ограничили это относительно небольшим числом приглашенных, был страх, что об этом узнают тренера.

Я нашел Джей Пи, пытающегося подкатить к девушке на кухне.

— Ты не видел Вики? — спросил я, как только подошел достаточно близко.

— Еще нет. Уверен, что она где-то здесь. Где тебя носило, мужик? Ты пропустил турнир в «Мэдден».²

Прежде чем я успел убежать, он хлопнул меня по спине.

— Познакомься с Лейлой, прежде чем куда-нибудь исчезнешь. Она девушка моей мечты. Девушка моей мечты, познакомься с моим главным мужчиной.

Я покачал головой и наблюдал, как девушка хихикает в свой красный пластиковый стаканчик.

— Привет, Дилан.

Джей Пи прижал ее к себе спиной и обхватил рукой ключицу. Наклонился и провел носом по ее шее.

— Позволь мне попробовать. Затем можешь рассказать мне все о том, что планируешь сделать со мной. — Рассеянно вручая мне свой пластиковый стаканчик, парень с энтузиазмом атаковал ее губы.

Оставив их в покое, я проверил гостиную, пробираясь через пары, целующиеся в коридоре, затем спустился в подвал, где была движуха, и, наконец, направился на задний двор. Вики нигде не было видно, поэтому я отправил ей еще одно сообщение, пока направлялся к Крису и нескольким другим парням, прежде чем вернуться в дом.

— Крис? Ты не видел Вики? Она должна была быть здесь, но я не могу ее найти.

— Я пришел только несколько минут назад. Ты проверял внутри?

Я вздохнул.

— Да, ее там нет. Не видел тебя сегодня на тренировке. Все в порядке? — спросил я, когда другие парни начали спорить о грядущей игре.

— Да, я был в тренажерном зале, ушел до того, как вы закончили. — Он увидел мое лицо и продолжил: — Не спрашивай. Я расскажу позже.

Крис был одним из моих самых близких друзей.

— Тренер? — предположил я очевидный аргумент.

Крис был сыном Марка Уилсона, одного из величайших защитников всех времен и по совместительству нашего тренера. Они постоянно спорили. Можно было бы подумать, что с его отцом в качестве главного тренера, у парня все будет проще, но нет. Крис работал так же усердно, как и все мы, если не усерднее. Мы провели много дополнительных часов, тренируясь вместе, совершенствуя нашу игру.

Он испустил глубокий вдох.

— Да. Поговорим позже, хорошо? Это был долгий день, так что я закруглюсь и поеду домой. Не хочу, чтобы мне потом досталось. Найду тебя завтра.

Прежде чем я смог спросить что-нибудь еще, парень попрощался с нашей небольшой группой и ушел.

Я снова проверил свой телефон: ничего от Вики. Думая, может, она не получала сообщения, я пытался позвонить ей несколько раз, но она так и не ответила.

Начав волноваться, я извинился и медленно поднялся наверх. Моя комната была в самом конце коридора на втором этаже, и поскольку вечеринка была организована в последнюю минуту, я не запер ее до того, как ушел утром. Когда я прошел мимо первой двери рядом с лестницей, мои шаги замедлились. Второй и третий этаж всегда были под запретом, когда ребята устраивали вечеринки. Если бы я не знал Кайла — нашего лучшего нападающего — так долго, то я бы ворвался и выгнал всех. Но это был Кайл.

Если доверять звукам, идущим через его дверь, то более чем вероятно, что там происходила оргия, и парень определенно был звездой этого шоу. Что не предвещало ничего хорошего для моей комнаты. Вид нескольких обнаженных тел научат меня запирать дверь в следующий раз. Колеблясь перед дверью, я прислушался к подозрительным звукам. Когда ничего не услышал, я открыл ее и с облегчением обнаружил, что там еще никого не было.

Плохая новость была в том, что Вики там тоже не было. Я позвонил ей снова, но никто не ответил.

Попытался дозвониться ее соседке, и она ответила на втором гудке.

— Дилан?

— Джесси, Вики нет в моем доме. Она не вернулась?

— Нет. Она сказала, что вы встретитесь у тебя.

Я сел на край кровати и потер висок. Просто потому что парни не взрывали дом музыкой, не означало, что люди не были громкими, компенсируя это.

— Ее здесь нет. Она знала, что я планирую учиться в библиотеке после тренировки, так зачем ей вообще приходить сюда в поисках меня?

— Я не уверена, что ты хочешь, чтобы я сказала, Дилан. У нас было собрание женского общества в восемь, и после этого она переоделась и сказала, что направляется к тебе. Это все, что мне известно. Наверное, у нее телефон выключен. Попробуй набрать еще раз.

Я встал и начал ходить взад и вперед в пределах моей маленькой комнаты.

— Слушай, я уже десять раз пытался, а она не отвечает. Это не похоже на нее, игнорировать мои сообщения, или любое сообщение, если на то пошло. Ты лучше меня знаешь, что ее телефон всегда словно приклеен к ее руке. Я начинаю беспокоиться.

Длинный вздох Джесси достиг моих ушей. Я мог представить, как она закатывает глаза на другом конце линии, что было в принципе по ожидаемо, когда она взаимодействовала с людьми дольше минуты.

— Ты хочешь, чтобы я позвонила одной из девушек и спросила, не вернулась ли она туда вместо этого?

— Я был бы признателен, Джесси.

Ничего не сказав, она повесила трубку. Даже несмотря на то, что душ звал меня, я все еще волновался, и решил снова проверить дом и, возможно, спросить еще нескольких парней, видели ли они ее где-нибудь. Если Вики добралась до вечеринки, кто-то должен был ее увидеть, а если нет, то я был готов пойти и найти ее.

Проходя мимо комнаты Кайла, я заметил, что оргия утихает, стоны и ворчание становятся тише. Я толкнул дверь и она открылась.

Так как я понятия не имел, кто был там с ним, я не поднял глаз с пола, когда спросил:

— Эй, Кайл, ты видел Вики внизу сегодня вечером? Ее соседка сказала, что она пришла сюда.

Несмотря на то, что я слышал, как Кайл бормотал кому-то только за несколько секунд до того, как я открыл дверь, внезапная тишина, которая пришла с моим вопросом, заставила меня поднять взгляд.

Последнее, что я помню, это Вики... посреди кровати... между пары членов: Максвелла и Кайла. Если быть точным — на четвереньках. Уверен, что вы легко можете представить картину, на которую я смотрел.

Я помню, как Вики кричала, чтобы мы остановились. Также смутно помню, как Максвелл пытался что-то объяснить. Должно быть, я пропустил минуту между этим, потому что следующее, что я знал, что Джей Пи и Бенджи — наш правый защитник — оттаскивали меня от Кайла.

Дыша с трудом, я изо всех сил старался сбросить их, но они не давали мне сдвинуться с места.

— Все хорошо. Все в порядке и с этим покончено. Успокойся! — кричал Джей Пи мне в лицо, держа мою голову в руках и пытаясь поймать мой взгляд. Бенджи, человек-гора и еще один из моих близких друзей, держал мои руки за спиной, пытаясь вытащить нас из комнаты. Даже если бы я мог убрать Джей Пи с дороги, я бы не смог стряхнуть Бенджи. Джей Пи все еще давил на мои плечи, чтобы остановить меня от преследования Кайла. — Мы просто подышим свежим воздухом, хорошо, Дилан? Успокойся, мужик. Не стоит рисковать своим будущим. Остановись.

Прежде чем они вытащили меня, я оглянулся. Максвелл держался за свой окровавленный нос, но в остальном все было хорошо из того, что я мог увидеть. В какой-то момент он, должно быть, засунул свой член обратно в штаны после того как вытащил его изо рта Виктории, но ширинка была расстегнута, и он все еще был без рубашки. Кайл... Кайл был голый и извивался на полу, комната теперь была заполнена стонами другого рода.

Виктория, моя любящая девушка... она все еще стояла на коленях на кровати, с огромными испуганными глазами, с вздымающейся грудью. Она прижимала майку к телу, чтобы прикрыть себя. С номером двенадцать. Она держала мой номер... мою майку. Вики позволяла им трахать себя, пока носила мой номер.

Наши взгляды встретились, и я увидел, как ее губы образуют мое имя. Когда девушка сделала шаг, чтобы спуститься с кровати, я перестал пытаться добраться до Кайла и перестал бороться с моими друзьями, которые, наконец, позволили мне освободиться. Я вышел из комнаты и из дома, больше не взглянув ни на что вокруг.

— Тренер, я знаю, что вы собираетесь мне сказать, и в этом нет необходимости. У меня все в порядке.

— Входи и усаживай свою задницу.

Я сделал, как он просил.

— Хватит нести чушь. Судя по тому, что я вижу на поле, ты далеко не в порядке, не говоря о том, что ты сам на себя не похож. Я дал тебе неделю и ничего не изменилось. У тебя не осталось времени. Теперь ты сделаешь то, что я тебе скажу, и перестанешь вести себя так, будто ее киска была последней на земле. Посмотри вокруг ради Бога — есть много замен, ожидающих в стороне, если это то, что тебе нужно.

Мои руки сжались в кулаки, когда я вскочил со своего места.

— Вы думаете, это из-за нее? Думаете, поэтому мне трудно сосредоточиться? Она не влияет на мою игру. Меня это не волнует, но как вы можете ожидать, что я отдам все свои силы игре, когда не доверяю своим товарищам по команде? Они должны прикрывать меня, как на поле, так и вне его. Как вы…

Тренер встал со стула, заставив меня замолчать одним простым, но смертоносным взглядом, и встал передо мной.

— Хорошо, Дилан, давай сыграем по-твоему. Скажи мне, что ты от меня хочешь. Я уже поговорил со всей командой. Ты был там, и знаешь, что я этого не одобряю. Я говорю вам, парни, все время, что если вы хотите попасть в высшую лигу, то не можете позволить себе отвлекаться. Ты ввязался в драку с Кайлом прямо посреди тренажерного зала и ударил его по лицу снова, и я оставил это без последствий. Не хочу, чтобы мои парни дрались на всеобщее обозрение. Что еще ты хочешь, чтобы я сделал? Хочешь, чтобы я исключил их из команды только потому, что они спали с твоей девушкой?

Я пытался скрыть свой вздох, но это было бесполезно. Устав от всего, я откинулся на спинку стула и положил предплечья на колени. В конце концов, несмотря на то, что его слова ударили по больной точке, он был прав, я больше ничего не мог сделать. Ни Кайлу, ни Максвеллу, казалось, не было тяжело на поле. Да, они избегали меня, но не казалось, что это повлияло на их игру. Может, это я был недостаточно открытым. В любом случае, ни один из них, включая Викторию, не стоил того, чтобы отказаться от конечной игры. Я хотел услышать свое имя в день драфта. Мне казалось, что я работал над этой целью всю свою жизнь. Ночью, в постели, после долгого дня тренировок, практик и встреч на занятиях, когда я закрывал глаза, то видел это, чувствовал это своими костями. Я знал, что достаточно хорош, знал, что если попаду в высшую лигу, то буду работать еще усерднее. Я вкладывал время, пот, работу. Пришло время двигаться дальше. Я слышал, как тренер вздохнул и сосредоточился на нем.

— Ты агрессивен на поле, слишком много работаешь сам с собой, и вы не синхронизированы с Крисом как обычно. Ты даже не захочешь знать, сколько неполных проходов я насчитал сегодня. Ты полный беспорядок, Дилан. Ты знаешь это, я знаю это, вся команда знает это. Как думаешь, ты можешь позволить себе быть безрассудным в этом сезоне? Ты играешь со своим будущим, парень, и ради чего? Девушки, которую даже не вспомнишь через месяц, а тем более через год?

С каждым его словом, я чувствовал, как мои плечи напрягаются все больше и больше. Футбол был моей жизнью. Я был чертовски хорошим игроком, лучшим принимающим. Я упорно трудился, чтобы заслужить это.

— Ты думаешь, что это очень весело играть с НФЛ? Думаешь, им не насрать, что ты устраиваешь истерику по поводу своих товарищей по команде? НФЛ — это совершенно новый уровень. Если ты не сможешь уладить свои разногласия с несколькими своими товарищами по команде, забыть о своих проблемах и играть в команде на этом поле в колледже, то должен забыть о НФЛ. Ты хорош. Мы оба знаем, что ты доберешься туда, но не у всех есть то, что нужно, чтобы остаться на вершине. Не имеет значения, за кого ты играешь, если лишь сидишь на скамейке запасных, потому что по какой-то причине не можешь ладить со своими товарищами по команде. Если ты не на том поле, отдавая все, что у тебя есть…

— Сэр, со всем должным…

— Заткнись, Дилан. Заткнись и послушай меня. Все. Это твой последний год. Ты понимаешь, что это значит? Ты либо выживешь, либо нет. За тобой следят. Ты знаешь, что это не только СМИ. К тебе присматривались со второго курса, и не забывай, что это ты решил закончить колледж, прежде чем перейти в Лигу больших мальчиков. Сезон начинается на следующей неделе. У тебя есть шанс, но ты знаешь, что каждая игра важна. Не облажайся, не ради такой глупости, как эта.

— Сэр, я не собираюсь ничего испортить. Я работаю над этим. Обещаю, что в следующий раз, когда увидите меня на поле…

Он выпрямился и вернулся на свое место за столом.

— В следующий раз, когда увижу тебя на поле, тебе лучше взять себя в руки. Если ты этого не сделаешь, то полагаю, что тебе не терпится попасть на скамейку запасных.

Вытащив маленький ключ из заднего кармана джинсов, он отпер верхний ящик, достал еще один ключ и бросил его мне. Я поймал его, прежде чем тот смог попасть мне в лицо.

— Я знаю, что ты подрабатываешь неполный рабочий день то здесь, то там, пока можешь найти время, особенно в межсезонье. Предполагаю, что ты отправляешь все, что осталось, своей семье, и будешь делать то же самое и в этом году? — Я крепче сжал ключ в руке, почувствовав, как его края впиваются в мою кожу, и молча кивнул, прежде чем тренер продолжил: — Тогда ты не можешь позволить себе свое собственное жилье. Слишком поздно подавать заявку на общежитие в кампусе, и я не могу позволить одному из моих лучших игроков спать на полу в одном из домов его товарищей по команде. — Откинувшись на спинку стула, он долго смотрел на меня. — У меня есть квартира недалеко от кампуса. Сейчас она пуста. Ты останешься там. Мне нужно, чтобы ты вернулся в игру. Ты нужен нам в этом сезоне.

А мне нужен был футбол в моей жизни. Я бы не справился, если бы он решил, что отстранить меня было бы лучшей идеей.

— Я соберусь для игры.

— Это то, что я хотел услышать. Мы закончили. А теперь вставай и убирайся из моего кабинета. Я пришлю тебе адрес к концу дня.

Открыв ладонь, я посмотрел на ключ. Я не искал бесплатную подачку, черт возьми, и ненавидел тот факт, что даже рассматриваю ее, но у меня не было вариантов, так как все, кого я знал, получили свое жилье месяцы назад. Я все еще могу спать у друга или однокурсника, но я не уверен, что это не повлияет на мою игру или занятия. Мне нужен был свободный от вечеринок, свободный от девушек последний год в колледже, если я собирался воплотить в жизнь свои мечты и мечты моей семьи. Решение принято, и я встал, чтобы уйти.

— Спасибо, тренер, — пробормотал я достаточно громко, чтобы он меня услышал.

— Дилан.

Положив руку на дверную ручку, я остановился и посмотрел на него через плечо.

— Я не хочу, чтобы Крис знал об этой квартире или о моем участии в ее получении. Иногда, когда слишком поздно возвращаться, я остаюсь там, а его мама не знает о квартире. Я хочу, чтобы так и осталось. Ты понимаешь меня? Я буду оставаться там время от времени, поэтому убедись, что я не увижу никого из твоих товарищей по команде. Я уже насмотрелся на ваши рожи на всю жизнь.

Таким образом, в том, что в последний год обучения мой тренер будет моим соседом по комнате, нет ничего страшного. По правде говоря, чем дольше я думал об этом, когда выходил из здания, чтобы отправиться на занятия в два тридцать, тем больше мне нравилась эта идея. Это будет еще одна причина сосредоточиться на том, что важно, и держаться подальше от всего остального.

Глава 4

Зои

Так как я была достаточно глупа, чтобы оставить полотенце в своей комнате, мне нужно было выйти из ванной без ничего, кроме разряженного телефона, сжатого в моей руке, и именно тогда я услышала громкий скрип открывающейся двери апартаментов. Это застало меня врасплох, и я замерла на полпути. Я предположила, что это мог быть Марк, поэтому лелеяла эту идею примерно секунду или две, но опять же, этого не могло быть. Если только я волшебным образом не пропустила несколько дней, пока была в душе, напевая во все горло, то сегодня был понедельник, а это означало, что сегодня не четверг, обычная ночь, когда он приходил или звонил. Плюс, он понятия не имел, что я все еще живу здесь, а не в другой квартире с Кайлой. При этом насколько я знаю, только у нас с Марком были ключи от этой квартиры. Так что это не мог быть кто-то другой. Не то, чтобы он ходил и раздавал ключи от квартиры, которую снимал для меня. В конце концов, я была его грязной тайной.

Пока я стояла там, затаив дыхание, полностью обнаженная и совершенно неподвижная, по крайней мере, секунд пять, ожидая Бог знает чего, мое сердцебиение неуклонно становилось тяжелее. Во рту пересохло, и когда я закончила свой внутренний обратный отсчет от десяти, то начала паниковать на полную катушку. Если бы это был Марк, он бы уже позвал меня. Я думала о том, что бы самой окрикнуть пришедшего, но на ум пришли все фильмы ужасов, которые я заставляла себя смотреть, сидя вместе с отцом, и решила, что не хочу сегодня быть убитой чокнутым клоуном.

Сегодня не мое время, не мой день, и уж точно не мой первый выбор убийцы.

Особенно я не хотела быть убитой клоуном, когда была совершенно голой, с водой, капающей с моих мокрых волос и тела. Я услышала шаги и только потом поняла, что тот, кто вломился, не двигался первые несколько секунд. Когда он, наконец, начал идти, его шаги были медленными... Вы же знаете эти шаги, не так ли? Опять же, из фильмов ужасов, которые смотрела, я вынесла важный урок: если кто-то движется медленными и целенаправленными шагами, вы поворачиваетесь и бежите. Беги, друг мой, беги, как будто адские псы следуют за тобой по пятам, потому что знаете что? Эти медленно ходячие жуткие ублюдки всегда убивают визжащих девушек.

Это было очень плохо для меня, потому что мне некуда было бежать. Квартира с двумя спальнями была L-образной формы, и я стояла прямо за углом от моего будущего убийцы.

Я упоминала, что больше никогда не смотрю фильмы ужасов? Или какие-нибудь фильмы, которые не дают мне спать по ночам?

Молча начав отступать, я посмотрела на свой телефон, и прокляла себя за то, что слушала «Спотифай»³, и разрядила батарею. Потом поняла, как сильно дрожат мои руки, и начала еще больше паниковать. Схватившись за стену, как за какую-то столь необходимую поддержку, мне удалось тихо вернуться в ванную комнату, схватить большое полотенце для рук и обернуть его вокруг себя, чем лишь слегка прикрыла наготу. Половина моей задницы и другие части были просто... выставлены на показ, но это маленькое полотенце казалось дополнительным уровнем защиты.

Я услышала еще несколько шагов, доносящихся из открытой гостиной, затем громкий грохот, сопровождаемый шипящим проклятием. Имея проблемы с глотанием и в целом с функционированием, я обхватила обеими руками рот, чтобы сдержать вздох и просто присела за дверью. Если бы я могла сделать себя настолько маленькой, насколько это возможно, я была бы невидимой и в безопасности, и через несколько минут все было бы кончено, потому что зачем вору идти в ванную, где нечего было украсть? Если только он не пришел бы проверить, почему горит свет... тогда бы я все равно облажалась.

Раздался еще один грохот, и на этот раз я пискнула. Мое дыхание было нерегулярным и громче, чем мне бы хотелось. Так как мои колени собирались предать меня, я положила ладонь на стену и осторожно поднялась, только чтобы почувствовать, что ноги стали ватными.

Заметив скалку, прислоненную к стене под раковиной, даже не спрашивайте, что она делала в ванной, я схватила ее и закрыла глаза, на всякий случай, если вдруг понадобиться.

Я, вероятно, собиралась умереть в ванной в Лос-Анджелесе, на самом деле, не вероятно, а совершенно точно, потому что это случиться либо от сердечного приступа, либо от рук незнакомца, в зависимости от того, что произойдет раньше. К сожалению, ни один из вариантов не звучал для меня привлекательно.

Я понятия не имела, прошло ли несколько минут или час, но больше не слышала ни единого звука. Хотя я не была уверена, что в квартире никого нет. Я начала взвешивать свои варианты, не то, чтобы у меня их было много.

Несмотря на это, я либо собиралась смириться с этим и выйти из ванной, либо я собиралась остаться здесь на неопределенный срок. Затем вспомнила, что все мое видеооборудование было разложено в гостиной. Линзы, которые я одолжила у своего профессора, любимая камера Sony, которую папа подарил мне, мой ноутбук и еще более дорогое оборудование, которое я не смогла бы снова купить в ближайшее время. Все еще дрожа от страха, я решила выйти и, по крайней мере, выглянуть за угол. Конечно, если бы кто-то все еще был в доме, хотя я очень надеялась, что никого не было, я бы попыталась убежать от него, или просто упала замертво на месте, потому что у меня было такое чувство, что мое сердце не сможет продержаться намного дольше.

Я была так напугана, что забыла, как дышать. Заставляя свое тело двигаться вперед, я сглотнула и открыла дверь, чтобы потихоньку выглянуть из-за угла.

Кто-то определенно был в доме. Здесь не было черным черно благодаря уличным фонарям, мягко освещающим гостиную, но кроме этого, ни один из огней в апартаментах не был включен. В гостиной было не много предметов мебели, просто большой удобный диван, кресло, достаточно большое, чтобы удобно разместить двух человек и журнальный столик. Увидев этого ужасного незнакомца, стоящего на коленях прямо за диваном и рывшегося в большой сумке на полу, моя кровь превратилась в лед.

Он воровал мое оборудование.

Скалка все еще была крепко зажата в моих руках, я отпрянула назад от угла, затем прислонилась к стене. Дверь квартиры была закрыта. Я была в ловушке. Даже если буду бежать, он услышит меня и поймает до того, как я успею выбраться. Учитывая его размер, я не хотела, чтобы это случилось. Мой единственный шанс, мой единственный вариант на самом деле — ударить его по голове скалкой, пока он все еще был спиной ко мне. Затем схватить ключ, который, я была на восемьдесят процентов уверена, оставила на кухонной столешнице, и бежать отсюда, прихватив сумку, в которой было мое оборудование для камеры, конечно. Учитывая мое отсутствие одежды, добраться до мисс Хильды, которая жила в конце коридора, было моим лучшим шансом. Она всегда была дома, так что я не беспокоилась о том, чтобы никого не застать. Но возможно ли было вообще выбраться?

Когда я поняла, что по моим щекам текут холодные слезы от страха и беспокойства из-за всей этой ситуации, я сделала прерывистый, глубокий, но тихий вдох и сказала себе, что могу это сделать. Я повторяла это снова и снова в своей голове.

Прежде чем смогла отговорить себя от этого, я вышла на открытое место, со скалкой высоко поднятой в моей руке.

«Была, не была».

Я вдохнула глубже и начала идти на цыпочках на моих слабых, дрожащих ногах к темной фигуре, которая все еще стояла ко мне спиной.

Когда я была всего в нескольких шагах от него, меня начало трясти сильнее, поэтому я решила пробежать последние несколько шагов и подняла инструмент для выпечки еще выше, чтобы причинить максимальную боль. Я выпустила то, что звучало как боевой клич, но, скорее всего, пронзительный крик, когда ударила вора прямо по спине. Я целилась ему в голову, так что... вероятно, это не сработало так уж здорово. Вероятно, я не была воином викингов в одной из моих прошлых жизней.

— Какого черта... — проворчал мой будущий убийца.

За то время, которое мне потребовалось, чтобы снова поднять эту проклятую вещь, он уже развернулся и схватил мои запястья в плотной, болезненной хватке, которая заставила скалку выскользнуть из моих пальцев, и тогда я начала кричать.

У меня перехватило дыхание, и я заскулила, потому что не могла вдохнуть достаточно воздуха. Я не могла точно понять, что происходит, но боролась с его хваткой, как воин викингов, пока мои ноги не подкосились.

— Дерьмо, — рявкнул мужчина, сжимая пальцы вокруг моих запястий, когда я начала выскальзывать из его хватки и опускаться на колени.

Я изо всех сил пыталась вырваться из его рук.

Ничего не получалось.

Мое зрение затуманилось. Воздух закончился.

Он говорил, и я думала, что слышу его голос, но было так чертовски трудно услышать что-либо через давление в моей голове, не говоря уже о моем бедном, диком сердце, которое стучало в бешеном ритме.

— Эй! Дыши. Пожалуйста, дыши. Дыши, черт побери! — закричал мой разгневанный убийца, и я вздрогнула.

Теплые руки прижались к моим щекам, и он, по сути, учил меня снова дышать, пока я сидела на полу.

С закрытыми глазами.

С сердцебиением, вышедшем из-под контроля.

— У тебя отлично получается. Просто дыши. Да, именно так. Легко. Вдох. Выдох. Хорошо. Ты молодец.

— Кто ты такой? — прохрипела я, когда смогла, но потом вспомнила, что если он скажет мне, кто он, ему придется меня убить. Первое правило темного мира преступников: увидишь мое лицо — умрешь. — Нет, нет, не говори мне. Беру свои слова обратно. — Я действительно не думала, что вор просто бросит все, чтобы помочь мне дышать и успокоиться... но не хотела рисковать. — Ты можешь взять все, что хочешь, пожалуйста, не трогай меня.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Я спрошу тебя о том же: кто ты, черт возьми? — нетерпеливо спросил он. — Подожди.

Его руки покинули мое лицо, и я почувствовала, как парень отошел от меня. Я вытерла слезы с глаз как раз вовремя, чтобы увидеть, как включается свет.

Когда он снова встал передо мной, я чуть не потеряла контроль. Я была и напугана и шокирована, а также очень голый под моим крошечным полотенцем. Не уверена, возможно, у меня галлюцинации из-за нехватки воздуха, но я просто продолжала пялиться на него с моего места на полу.

— Ты... но... что за фигня, черт возьми?— заикалась я, может быть, чуть громче шепота.

Звезда футбольной команды, принимающий, сам Дилан Рид, смотрел на меня с глубоким хмурым взглядом на лице, и предложил мне свою правую руку.

Ошарашенная, я смотрела на нее в течение нескольких долгих секунд, прежде чем снова посмотрела на его лицо.

— Что за фигня, черт возьми? — повторила я в том же тоне, потому что не могла вспомнить никаких других слов, которые были бы полезны для ситуации. Это был единственный словарный запас, который я смогла собрать.

Используя одну руку, чтобы держать полотенце, а другой, чтобы оттолкнуться от пола, я попыталась вскарабкаться самостоятельно. Должно быть, парень сжалился над моей слабой попыткой, потому что схватил меня за руку и потащил вверх.

— Я знаю... — пробормотал он, когда я, наконец, встала на ноги, как нормальный человек, хотя и немного дрожала, но все же стояла на ногах.

Я видела, как пришло узнавание, и я не была уверена, хорошо это или очень плохо.

— Я знаю тебя, правильно? — спросил он.

Прежде чем я смогла придумать больше слов, его рот преобразился, и Дилан предложил мне большую улыбку, улыбку, которую я нашла очень привлекательной год назад.

— Вот ты где, — сказал он, наконец, нарушая неловкое молчание.

Не будучи уверенной, что это значит, я прочистила горло.

— Э-э, да?..

Двигаясь очень медленно, я пыталась выдернуть свою руку из его хватки и абсолютно ничего не добилась.

Его улыбка только стала еще больше, и вместо того, чтобы отпустить меня, его хватка слегка усилилась, а затем ослабла.

— Я думал, что увижу тебя снова, в конце концов. Думал, что получу еще один шанс.

«Что за шанс?»

Я пыталась шевелить губами и складывать слова, хотела спросить его, что он имел в виду, но именно тогда мое глупое крошечное полотенце решило просто распутаться и упасть на пол. Время остановилось, дыхание перехватило, и я замерла в четвертый раз за этот день. Если и существует подходящий момент, что бы земля разверзлась и проглотила меня, это был именно он. Я ничего не могла сделать, кроме как стоять рядом с ним, когда мы смотрели друг на друга в течение долгих мучительных секунд, и мы оба не определились, что делать дальше. Я пыталась умолять его глазами не смотреть вниз, но не была уверена, что парень понимает, о чем я прошу.

Дилан сделал свой выбор, и его взгляд начал опускаться вниз.

Думаю, он увидел мои сиськи. На самом деле, он определенно увидел мои сиськи, и все еще, будучи на очень сильном адреналине, я запаниковала.

Прежде чем его взгляд смог пройти весь путь, чтобы завершить полный осмотр, моя рука сжала его — «почему он все еще держится за мою руку?» — и я бросился на него своим телом, впечатав себя в него, заставляя сделать шаг назад, чтобы удержать равновесие. Это было жалкой попыткой решения, но скрыло меня от его открытого взгляда, а это было все, что мне нужно. Задняя часть его бедер ударилась о спинку кожаного дивана, и парень обнял меня за талию, пытаясь удержать нас в вертикальном положении.

— Не надо! — закричала я прямо ему в лицо. — Что ты делаешь?

Я уже чувствовала, как жар горел на моих щеках — и когда я говорю «жар», я не имею в виду милый «о, посмотри на меня, я вся такая естественно раскрасневшаяся», это больше похож на «я сейчас олицетворяю помидор».

Это был третий раз, когда я столкнулась лицом к лицу с этим парнем, и каждый раз, я смущала себя сверх того, что можно было бы назвать милым. Конечно, в последние несколько лет я стала менее застенчивой, переходя от мучительно застенчивого к просто застенчивому, поэтому мне было все равно, что произошло в первую ночь, когда мы встретились, но... он видел меня голой, что было просто вишенкой на вершине всего, и это было слишком много.

Дилан прочистил горло и посмотрел на меня.

— Привет.

Привет? Это был не тот ответ, который я искала.

— Это был не тот прием, которого я ожидал, тем более что я не ожидал никакого приветствия вообще.

Я тоже прочистила горло, потому что он это сделал, и мне нужно было что-то сделать. Я старалась не спускать с него глаз, хотя меня практически трясло от необходимости бежать.

— Ну, я тоже не ожидала никого поприветствовать, — удалось выдавить мне через некоторое время. Я сглотнула и понизила голос. — Пожалуйста, не смотри на меня.

Эта правая рука сжалась вокруг моей обнаженной талии, когда парень привел нас в вертикальное положение, поэтому я больше не лежала на нем. Не обольщайтесь, я все еще прилипла к его телу, и не думала отпускать его в ближайшее время. Мое бедное сердце гремело, наши взгляды встретились на очень короткую секунду.

Один уголок его рта вздернулся.

— Чтобы быть полностью честным с тобой, не уверен, смогу ли я это сделать.

Мне хотелось бы быть одной из тех девушек, которая предложила бы ему легкую ухмылку. Может быть, легкий шлепок по груди, а потом просто развернулась бы и ушла. Возможно, даже соблазнительно подмигнув ему через плечо, прежде чем провальсировать в свою комнату, пока он наблюдал бы за голой задницей, раскачивающейся для него, и действовать так, как если бы для меня было совершенно нормально раздеваться перед незнакомыми людьми. Излишне говорить, что я не была такой девушкой. Никогда не была. Вместо этого я нахмурилась на него.

— Ты издеваешься надо мной? — спросила я шепотом, когда не смогла придумать, что еще сказать. Мне нужна, по крайней мере, неделя, чтобы обдумать, что произошло за последние десять минут.

Дилан улыбнулся мне.

— Прости, я не хотел, чтобы это звучало так... я просто имел в виду, что не уверен, что могу отвести взгляд от твоего лица. Неважно, ты не поймешь. Я не буду смотреть вниз. — Я не могла смотреть ему в глаза, поэтому смотрела на его губы, как они двигались. — Обещаю.

Его ладонь, которая была распластана у меня на спине, медленно поднялась на несколько дюймов, и я непроизвольно выгнулась. Мурашки по коже поднимались по всему телу, и капли воды, падающие с моих мокрых волос на плечи и спину, не помогали. Он был теплым, а мне было холодно.

— Мне понадобится это полотенце, — сказала я, отводя взгляд, пытаясь игнорировать тот факт, что я начинаю чувствовать, как мои соски становятся твердыми. Это было не потому, что я чувствовала, как его пресс сокращается против меня или потому, что его рука вокруг меня тоже делала странные вещи со мной, а потому, что становилось холодно. Он тоже мог это почувствовать?

— Не мог бы ты наклониться со мной, чтобы я могла поднять его? Или ты можешь отвернуться…

Дилан убрал руку с моей спины, и внезапная потеря тепла его кожи, заставила небольшую дрожь пройти через мое тело. Он задрал голову к потолку и схватился за край кожаного дивана. Держа глаза на нем, на этих выпуклых руках, я медленно отпустила его рубашку, отстранилась от парня и должна была открыть и закрыть руки в кулаки несколько раз, чтобы избавиться от покалываний в пальцах. Все еще смотря на него, чтобы убедиться, что Дилан не смотрел, я быстро наклонилась и схватила полотенце с пола. Вместо того чтобы обернуть его вокруг себя снова, где оно практически ничего не будет прикрывать, я решила держать его вертикально, чтобы покрыть большую площадь. По крайней мере, таким образом, вместо того, чтобы рисковать и засвечивать ему мои интимные части, только моя задняя часть будет открыта, и я рассчитываю на то, что больше не будет неожиданных гостей.

Теперь, когда парень смотрел в потолок, а не на меня, я не торопясь разглядывала его.

«Боже правый, Дилан Рид стоит прямо передо мной».

Я заметила джинсы, влажную футболку, которая шла ему слишком идеально, широкие плечи. Его руки выглядели больше, чем я помню, и я застыла, глядя на эту часть его тела немного дольше. Они и раньше не были спичками, но сейчас... У него были твердые мышцы, ничего экстремального, только подтянутое, твердое совершенство. Даже его чертовы предплечья выглядели твердыми и идеальными, с легким напылением волос.

— У тебя рубашка мокрая, — выпалил я, не зная, что еще сказать.

Парень посмотрел на себя, провел рукой по передней части.

— Все в порядке.

Он сосредоточился на мне.

Я сделала шаг назад.

— Собираешься рассказать мне, что ты здесь делаешь? — спросила я, отступая назад, прокладывая какое-то столь необходимое расстояние между нами.

Его глаза нашли мои, и я случайно врезалась в стену.

— Ты снова собираешься сбежать?

Он что, пытается подавить улыбку? Я не могла найти ни одной вещи, которая была бы забавной в этой ситуации. Дилан пристально смотрел на меня, как будто сам пытался найти ответ на мой вопрос. Я опустила глаза на его горло и продолжала отступать... прямо в штатив, который установила ранее.

«Отлично, Зои. Ты не смогла бы быть больше похожа на идиотку, даже если бы попыталась».

Мне либо нужно схватить штатив и сохранить его, либо держаться за свое полотенце, как будто ничто не может разлучить нас. Я выбрала второе и просто позволила треноге упасть на пол, поморщившись, когда звук эхом отозвался в комнате. Слава Богу, моя камера не была прикреплена к нему.

Когда мои ноги запутались, и я на секунду потеряла равновесие, парень сделал шаг ко мне.

— Нет, — крикнула я, правда, чуть громче, чем нужно. — Нет, ой, не двигайся. Просто скажи мне, что ты здесь делаешь.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, вместо того чтобы дать мне ответ. Его взгляд упал на штатив на полу, а затем снова встретился с моим вопрошающим взглядом.

«Еще разок?» Его вопрос остановил мое перемещение назад.

— Не мог бы ты, может быть, ох, не знаю… придумать ответ вместо дополнительных вопросов? Я живу здесь. Ты тот, кто оказался не в том месте, а не я, приятель.

Еще одна легкая улыбка.

— Я так не думаю.

— Ты так не думаешь. Не думаешь, что именно?

— Я не думаю, что нахожусь в неправильной квартире.

— А я в этом уверена.

Он скрестил руки и просто стоял там... полностью одетый, в отличие от меня.

— Я так не думаю.

Парень засунул руку в карман и вытащил ключ, встряхивая его в воздухе.

У него был ключ.

«Черт возьми, Зои, используй свой мозг! Как еще он мог попасть сюда?»

— Послушай, э-э... — Я оглянулась через плечо. Я была всего в десяти-двенадцати шагах от угла, который вел в мою комнату. Если бы я могла просто надеть какую-нибудь одежду и прекратить неконтролируемую дрожь, то была уверена, что мой мозг снова начнет работать. — Просто дай мне минуту одеться и вернуться сюда, чтобы мы могли...

Парень кивнул головой.

— Я никуда не собираюсь уходить.

Вместо того чтобы сказать: «Да, приятель, как скажешь», я посмотрела на него раздраженным взглядом, едва удерживая себя от сопения, и исчезла в коридоре.

Не прошло и двух минут, как я вернулась в гостиную, на этот раз полностью одетый. У меня ушло ровно тридцать секунд, чтобы одеться, а остальные полторы минуты были потрачены на то, чтобы выглядеть... лучше. Мое сердце так странно прыгало при виде него. Адреналин... я была уверена, что это адреналин, все еще бегущий по моему телу, который заставлял мой живот сжиматься, а руки стать ледяными. Парень стоял на том же самом месте, где я его оставила, с той лишь разницей, что вместо того, чтобы смотреть мне прямо в глаза, он смотрел на свои ботинки и говорил по телефону.

— Да, я понимаю, тренер. Конечно. Хорошо, я сделаю. Да. Еще раз благодарю вас.

«Тренер... разумеется. О чем я вообще думала?»

Я бы с удовольствием позвонила ему и поговорила сама, но если он был со своей женой, я знала, что он не ответит на мой звонок, так зачем беспокоиться?

Я наклонилась и подняла упавший штатив. Убедившись, что он не сломан, поставила его ближе к стене, где я не смогла бы снова споткнуться об него, а затем подошла к дивану, который отдалял бы меня подальше от Дилана Рида. Прежде чем моя одетая задница ударилась о подушки, парень отключил телефон, и мы снова были одни.

— Итак... судя по всему, я думаю, что мы оба в правильном месте, — сказала я, обращаясь к его спине. Несмотря на то, что была удивлена, я уже могла догадаться, что происходит.

Дилан повернулся ко мне лицом, и его взгляд взмыл вверх и вниз.

— По всей видимости, так.

Я почувствовала, что вот-вот уменьшусь под его взглядом, поэтому схватила ближайшую подушку и прижала к животу. То, как он смотрел на меня... у меня было искушение посмотреть вниз и проверить, что он нашел таким интересным, но я уже знала, что на мне были обычные черные леггинсы и старая футболка, на которой мелким шрифтом по всей ее поверхности были слова «Пижамная вечеринка» — ничего интересного.

— Итак... — что, черт возьми, я должна была сказать? — Ты здесь, чтобы забрать кое-что для Марка? — Это вполне возможно.

Улыбка сошла с его губ.

— Нет.

Это было то, чего я боялась.

— Ты случайно заскочил просто так?

— Думаю, что я твой новый сосед, — объявил он, перейдя к делу.

И вот так я снова почувствовала себя больной. Я держалась за надежду, что все, что он здесь делал, было временным, но сосед не казался временным.

— Тренер не сказал, что я приеду? — спросил он, вытаскивая меня из моей маленькой истерики.

Я старалась изо всех сил вести себя так, будто все в порядке. В конце концов, это была не моя квартира. Это Марк платил аренду, а не я.

— Нет. Полагаю, он так же не упоминал, что я здесь.

— Нет.

Дилан вздохнул и провел рукой по волосам, привлекая мое внимание. Они все еще были коротким, почти такой же длины, как в последний раз, когда я его видела, так что, по крайней мере, это не изменилось. Мне он нравился с короткими волосами.

Подойдя к дивану, парень решил сесть прямо напротив меня и бросил свой телефон на дорогой мраморный журнальный столик.

Я вздрогнула от этого звука.

— Он сказал, что не знал, что ты будешь здесь, но это не будет проблемой, так как ты едва находишься в квартире. Не волнуйся, меня тоже не будет часто, с началом футбольного сезона и всего остального. Я не буду тебя беспокоить.

Я вздохнула и потерла висок.

— Прости, что разрушаю твои мечты, но я всегда здесь.

Он улыбнулся, не большой, легкой улыбкой, которая что-то сделала с моим сердцем.

— Ты не разрушаешь мои мечты.

Не зная, что сказать, или, скорее, не зная, как это сказать, я суетилась с подушкой на коленях, вместо того, чтобы встретиться с его взглядом. Было что-то нервирующее в том, как он встречал мой взгляд.

— Он сказал тебе, кто я? — Марк бы не стал, конечно, не стал. Я знала это, но все равно...

— Он сказал, что ты дочь друга семьи. — Наступила пауза, поэтому я подняла взгляд. — Разве нет?

Мне захотелось посмеяться.

— Ага, так и есть. Друг семьи. Итак, что с тобой случилось?

Немного твердости просочилось в его глаза, и парень откинулся на спинку.

— Моя жизненная ситуация изменилась за последние несколько дней, и, видимо, мне нужно где-то остановиться. Тренер настаивал, что все будет хорошо. Если тебе будет некомфортно, что я рядом... если это не нормально, Зои...

С той скоростью, с которой я подняла глаза, я вполне могла сломать себе шею. Его глаза были устремлены на меня.

«Он помнит, как меня зовут?»

Конечно, он помнил, кто я такая. Как он мог забыть ту-странную-первокурсницу-которая-сделала-из-себя-дуру, но он запомнил мое имя? Прошел год с тех пор, как в последний раз мне не удалось спрятаться от него, и год был долгим сроком, чтобы помнить имя незнакомца.

— Ты помнишь, как меня зовут? — спросила я, искренне удивленная.

Улыбка снова появилась, и черты его лица заметно смягчились, теперь стали искренними, игривыми и привлекательными. Я даже забыла, о чем спросила.

— Как я сказал тогда, у меня было чувство, что я увижу тебя снова. Я знал, у нас будет еще один шанс. Не думал, что потребуется год, чтобы использовать этот шанс... но вот мы здесь.

Опять это слово.

Я опустила руки на подушку, подтянула ноги под себя и отвернулась. Где мой телефон, когда мне нужно было спрятаться? Вместо этого я села прямее и схватилась за подлокотник одной рукой.

— Что ты имеешь в виду под другим шансом?

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— На самом деле, я почти уверена, что нет.

— Поцелуй. — Парень наклонил голову, и одна из его бровей сделала эту выгибающуюся вещь, которая заставила его выглядеть действительно привлекательным. — В последний раз, когда мы виделись, мы сказали, что, возможно, сделаем это в следующий раз. Ничего не припоминаешь?

Припоминаю. Оказалось, я все-таки знала, о чем он говорит.

— Видишь ли, насколько я помню, то ты это сказал, и я почти уверена, что пыталась выбраться оттуда как можно быстрее.

— Почему? — спросил он, не пропуская удар.

Я отпустила мертвую хватку на подлокотнике и потерла руки о бедра. Мы должны говорить об этом снова?

— Что почему?

— Почему ты всегда стараешься уйти от меня как можно быстрее?

— Может быть, потому, что я тебя не знаю?

— Ты сказала мне, что хочешь поцеловать меня в первый раз, когда мы познакомились.

Я не сводила глаз с его лица.

— Во-первых, мы не знакомились,— я сделала в воздухе кавычки, — в первый раз. Я не называла своего имени, ты не называл своего. Итак, мы на самом деле не знакомились, и я сказала тебе тогда, что мои друзья... на самом деле, не совсем друзья, моя соседка по комнате и ее друзья подстрекали меня поцеловать тебя. Я сказала тебе это, и чтобы ты знал, они уже знали, что ты с кем-то встречаешься, видимо, довольно долго, поэтому и подстрекали меня поцеловать тебя перед всеми, чтобы я выставила себя дурой и столкнулась с твоим гневом. Они думали, что это будет весело, подумали, что я должна немного расслабиться. Им не нравилась твоя девушка, и они хотели увидеть выражение ее лица.

«Меньше слов, Зои. Меньше слов, пожалуйста».

Казалось, он обдумывал то, что я только что выпалила, и открыл рот, чтобы ответить, но прежде чем какие-либо слова могли выйти, я вскочила со своего места в надежде закончить этот разговор.

— Знаешь что, все это не имеет значения, прошло уже два года. Я забыла об этом, пока ты не напомнил. — Я перестала говорить. Он внимательно смотрел на меня, насквозь видя мою ложь. Закрыв глаза, я потерла переносицу. — Хорошо, я вру. Я не забыла об этом, но хотела бы забыть, так как это не был один из моих лучших моментов, если ты не против. Теперь, когда мы будем соседями, думаю, так будет лучше. Если ты останешься здесь, я покажу тебе твою комнату.

Не глядя на его лицо, я прошла мимо него к коридору, который вел в дополнительную комнату, в которой он остановился бы, прямо напротив моей комнаты. В двух шагах от моей комнаты, если вы хотите, чтобы я была абсолютно точной.

Мой новый сосед.

Когда жизнь из ниоткуда подбрасывает тебе звездного принимающего, что ты должен с ним делать? Постараться не смотреть на него слишком долго, может быть? Я думаю, это может стать хорошим правилом.

Я услышала его шаги, и поняла, что парень идет за мной. Я открыла дверь и ждала, когда он войдет, все время стараясь не смотреть ему в глаза. Как я уже сказала, мне все еще нужно побыть одной. Мне нужно было время, чтобы успокоиться и все обдумать.

В комнате было не много мебели. Так же, как у меня, в ней была довольно удобная односпальная кровать, маленький шкаф, тумбочка, окно, которое выходило на дорогу... и вот, пожалуй, и все, только самое необходимое, что все же было лучше, чем в большинстве студенческих апартаментов.

Парень прошел мимо меня и бросил сумку рядом с кроватью, ту же сумку, которую, как я думала, он использовал, чтобы украсть мое оборудование. Я смотрела, как он быстро все осматривает, а потом кивает.

— Никакого письменного стола, да?

— Стола?

— Ну, знаешь, чтобы учиться?

— Вы, ребята, правда учитесь? Я имею в виду спортсменов. Мне всегда было интересно. Я думала, другие студенты делают это за вас.

Глупая, глупая я.

Повернувшись ко мне, Дилан поднял брови, и на этот раз на его губах не было игривой улыбки.

— Я не считал тебя человеком стереотипирующим людей.

Его слова впитались, и я снова почувствовала румянец на щеках. Он был прав. Я действительно ненавидела, когда о людях думали стереотипами. Когда судили людей, прежде чем действительно узнавали. Я снова выставила себя идиоткой. Может, в нем было что-то, что будоражило меня? Что вызвало извержение слов? Легче было свалить вину на него, чем признать, что я вела себя как стерва.

Отпустив дверную ручку, я покачала головой и попятилась.

— Прости меня. Ты прав. Не знаю, почему я так сказала. Я тебя совсем не знаю. Я знаю несколько человек, которые играют, и только потому, что они скорее умрут, чем откроют книгу или сделают заметки, не значит, что ты тоже из их числа. Извини. — Я потянулась к своей двери и прервала наш короткий зрительный контакт, в основном сосредоточившись на его ухе и окне позади парня. Где угодно, кроме его глаз. — Это и есть моя комната. — Я указала через плечо. — Я позволю тебе устроиться и, возможно, увидимся позже.

Я открыла дверь и перед тем, как исчезнуть внутри, повернулась назад.

— О, и стол... в моей комнате его тоже нет, поэтому я купила его на «Крейгслист»⁴ в прошлом году. Он в гостиной. Не уверена, что ты заметил его со всей этой неразберихой, но на нем было мое оборудование для съемок. Он довольно маленький, но выполняет свою работу. Я редко использую его, в основном пользуюсь журнальным столиком. Я уберу с него свои вещи, так что можешь пользоваться им, когда захочешь.

Не дожидаясь ответа, я закрыла дверь.

Наконец-то, я одна.

Прислонив лоб к двери на несколько секунд, я тихо ударилась головой об нее и даже не волновалась о том, что Дилан мог меня услышать.

Глава 5

Дилан

Прошло два часа с тех пор, как я поселился в своей новой комнате, а Зои исчезла в своей. К этому моменту я уже подвергся нападению, ни больше не меньше, со скалкой. Я столкнулся с обнаженкой (случайно, а не добровольно) и был стереотипирован, все той же девушкой. Той же девушкой, которая так заинтриговала меня оба раза, что мы сталкивались друг с другом. Я все еще был заинтригован, может быть, сейчас даже больше, и знал, что не должен был. Я несколько раз перепутал нескольких девушек с ней, что означало, что мой взгляд везде искал ее с момента нашей последней встречи, и я даже не был полностью осведомлен об этом. Та же девушка была моей новой соседкой.

Иногда жизнь была хитрой сукой.

Слегка постучав в ее дверь три раза, я расслабился и стал ждать.

Зои приоткрыла дверь, только слегка, и ее голова выглянула в отверстие.

— Да?

— Я подумал, что нам надо поговорить.

— О чем?

— Насчет всего этого. Если мы собираемся жить вместе, то должны узнать друг друга. По крайней мере, я должен знать о тебе больше, чем просто твое имя. Возможно, твою фамилию для начала?

— Для чего тебе нужна моя фамилия? — Она оглянулась через плечо. — Уже одиннадцать тридцать, немного поздновато. Может быть, мы могли бы сделать это завтра?

Бьюсь об заклад, ей бы понравилось просто избегать меня. К несчастью для нее, я никуда не собирался.

— Ты собираешься ложиться спать?

Держась за дверь, она впилась зубами в нижнюю губу. Впервые после того как открыла дверь, Зои посмотрела на меня и неохотно ответила:

— Еще нет.

Вынув руки из карманов, я выпрямился.

— Пойдем. Я задам тебе несколько вопросов, ты задашь мне несколько, потом мы оба ляжем спать и немного отдохнем в нашей новой ситуации. — Уже уходя от нее, я добавил через плечо: — Не говоря уже о том, что я буду уверен, что ты не попытаешься напасть на меня со скалкой во сне.

Услышав, как она бормочет что-то себе под нос, я позволил девушке следовать за мной в ее собственном темпе. Когда оглянулся через плечо, Зои тянула за край рубашки и смотрела себе под ноги.

— Кларк, — пробормотала она, все еще не отводя взгляда от деревянного пола, когда стояла посреди гостиной. На этот раз она говорила достаточно громко, чтобы я услышал.

Я обернулся.

— Прости?

— Моя фамилия... Кларк.

— Видишь, это было не так уж сложно, да? — Я быстро улыбнулся ей, но она проигнорировала это. — А моя — Рид.

— Я знаю. Все тебя знают.

— О? Я помню, ты говорила мне это во второй раз, когда мы встретились. Ты футбольный фанат? Приходишь на наши игры?

Поскольку она и ее семья были близки к тренеру, по-видимому, достаточно близки, чтобы они делили квартиру, я подумал, что может быть, Зои посещает наши игры.

— Не совсем.

Ее взгляд ненадолго встретился с моим, затем бросился по комнате, пытаясь решить, куда двигаться.

Я должен был быть быстрым, прежде чем девушка обогнула диван и увидела объект моего первого официального вопроса «знакомство с моим соседом по комнате».

— Мой первый вопрос. — Я наклонился, чтобы схватить неожиданную находку и повернулся к Зои. — Должен ли я подготовиться, чтобы найти больше вещей, подобных этой штуковине, невинно лежащим вокруг? Или это единственная?

Ее челюсть медленно отвисла, и, хотя я старался изо всех сил казаться настолько серьезным, насколько мог, ужас на лице девушки был слишком очевидным. Я отпустил штуковину и рассмеялся.

— Ты бы видела свое лицо, Зои Кларк.

Ее взгляд был заперт на розовом, десятидюймовом вибраторе в моей руке, в котором, казалось, были все навороты и прибамбасы.

— Боже мой, — сказала она, затаив дыхание. — Чтоб меня⁵.

— Да, считаю, что это именно то, для чего он обычно используется. — У меня уже было больше удовольствия, чем я ожидал в свою первую ночь с ней. — Итак, я собираюсь выдвинуть дикое предположение и сказать, что ты забыла, что уронила его между подушками дивана, и это не твой обычный тайник?

— Это не мое, — прохрипела Зои, шагая ко мне быстрыми шагами. Знакомый розовый цвет снова поднялся по ее щекам.

Я протянул ей смущающий предмет, прежде чем она смогла начать играть в перетягивание каната, и наблюдал, как девушка осторожно вырывает его из моей руки двумя пальцами.

Моя улыбка стала больше.

— Здесь нечего стыдиться. Мастурбация — это полезно.

Румянец на ее щеках, казалось, распространялся больше с каждой секундой. Посмотрев на меня смертоносным взглядом, девушка ушла, опустив глаза в пол.

Я усмехнулся про себя. Я бы не исключал тот вариант, что она запрется в своей комнате и больше не выйдет. Сейчас это казалось правдоподобным, потому что это было чем-то вроде нашей фишки: она покраснела и быстро убежала. Не важно, что я ничего не знал, кроме ее имени. Когда Зои все же вышла из своей комнаты, чего я от нее не ожидал, вибратора не было видно, но этот розовый румянец все еще цеплялся за ее бледную кожу, заставляя ярко-зеленые глаза выделяться.

— Это не мое, — повторила она, садясь и спрятав руки под бедра. — Я специализируюсь на искусстве фотографии. Фотографирую, чтобы подзаработать. Это моя работа, и это был один из пяти вибраторов, которые мне пришлось сфотографировать для девушки, у которой есть свой блог. Понятия не имею, как мне удалось затерять этот у себя. — Я, должно быть, посмотрел на нее взглядом, который выразительно передал то, что я думал: «чушь собачья», потому что ее глаза сузились на меня. — Не смотри на меня так. Посмотри вокруг. Здесь нет штор, так что, если бы он был моим, мне пришлось бы... использовать его прямо там, где ты сидишь. Я не эксгибиционистка. И не собираюсь делать это прямо перед открытым окном. Не то чтобы это было твое дело, если или где я это вообще делаю... — Девушка вздохнула и потерла переносицу пальцами. — Я просто собираюсь заткнуться, чтобы ты мог спросить, что тебе интересно, а потом почувствовать себя в безопасности в своей постели сегодня вечером. А когда все закончится, я сбегу в свою комнату, чтобы покричать в подушку и притвориться, что сегодняшнего дня не было.

Перед окнами стоял большой коричневый диван, где я нашел вибратор, о котором идет речь, после того как он ткнул меня в бедро. Был еще один двухместный, который был темно-горчичного цвета справа, где сидела она, настороженная и почти готовая бежать. Я не торопился, присаживаясь на дальнем конце коричневого дивана.

— Я не хочу, чтобы ты это делала, — мягко сказал я. Когда она набралась смелости посмотреть вверх, я слегка улыбнулся. — Я имею в виду, что не хочу, чтобы ты возвращалась в свою комнату. Я был серьезен, когда сказал, что хочу узнать друг друга лучше.

Ее взгляд на секунду соединился с моим, затем Зои посмотрела на что-то за моей спиной. Она была такой застенчивой, но это только делало ее более привлекательной и интересной в моих глазах.

Я прочистил горло.

— Хорошо, это замечательно. Видишь ли, я уже начал кое-что о тебе узнавать. Тебя зовут Зои Кларк, и ты не эксгибиционист. Принято к сведению. Я буду спать спокойнее, зная, что я в безопасности от того, что ты делаешь здесь бог знает что. Ты студент-искусствовед, и ты занимаешься фотографией. Ты зарабатываешь свои собственные деньги, и это твой реквизит. Это не так уж сложно, не так ли?

— Возможно, для тебя и не сложно.

— Я проигнорирую это, потому что теперь твоя очередь. Спрашивай меня, что хочешь.

Зои сделала глубокий вдох и снова подложила руки под бедрами.

— У меня нет вопросов прямо сейчас.

— Ну, давай. Это может быть что-то простое, например, мой любимый фильм.

Девушка раздраженно посмотрела на меня, и выражение ее лица говорило все, что нужно. Хотя я не сдавался. Еще нет.

— Ну и какой твой любимый фильм?

Я откинулся на спинку дивана и устроился удобнее.

— О, я не могу ответить. У меня слишком много вариантов. Моя очередь.

Зои подняла брови и недоверчиво приоткрыла губы.

— Ты только что сказал мне спросить тебя…

Я прервал ее прежде, чем она успела закончить предложение:

— Нет, тебе придется подождать своей очереди. Играй по правилам. У тебя все еще есть парень?

Ее ответ прозвучал как писк:

— Что?

— Знаешь, парень, который помешал нам поцеловаться в прошлый раз. Еще встречаешься с ним?

Ее брови сошлись вместе, и девушка повернулась ко мне, наконец-то, вытащив руки из-под бедер в этом процессе. Это было именно то, что я хотел от нее — забыть о стеснительности и просто быть собой рядом со мной. Если мы собираемся жить вместе так долго, это бы облегчило нам обоим жизнь. Заставить ее посмотреть мне в глаза, когда мы разговаривали, тоже было бы приятным бонусом. Если ее злость была необходима для достижения моей цели, я справлюсь с этим.

— Не думаю, что это то, что тебе нужно знать, чтобы спать спокойно в своей постели.

— А я думаю, что это так, на самом деле. Я знаю, что мы решили, что ты не эксгибиционист, но я все еще могу прийти к тебе в комнату, чтобы попросить чашку сахара и в конечном итоге найду вас двоих, и это будет шрам для меня на всю оставшуюся жизнь. Если я буду знать, что он будет рядом, то постараюсь не стучаться за сахаром.

Ее губы дернулись, когда девушка дала мне ответ:

— Не волнуйся, ты никого не найдешь. Твои нежные чувства в безопасности. Марк не хочет, чтобы ко мне приходили друзья, так что ты вообще никого здесь не увидишь.

Это меня взбодрило, поэтому я передвинулся вперед и сосредоточил все свое внимание на ней.

— Марк?

Отвернувшись, Зои потянулась к разноцветной подушке и начала душить ее.

— Твой тренер... Марк. Он не мой тренер, поэтому я могу называть его по имени.

— Уверен, что можешь. Так ты не ответила на мой вопрос. У тебя есть парень или нет?

— Нет.

Я пытался решить, хорошо это или плохо для меня, и сильно склонялся к плохо, когда она хмыкнула и вздохнула.

— Хорошо, я солгала. Скажем так, у меня есть парень и это сложно.

— Ты солгала?

Она сейчас говорила правду? Не могу сказать наверняка, но если и так, то полагаю, она не умела хранить секреты, и я бы в любом случае все узнал о ее сложных отношениях.

— Это на самом деле хорошо, я думаю. Это все упростит. — Я снова откинулся на спинку. — На данный момент у меня нет девушки, но я могу вести себя хорошо.

Зои вопросительно посмотрела на меня, сузив глаза, слегка наклонив голову в сторону.

— Я поймала тебя. Я знаю, что это ложь. Может быть, ты был прав, и это знакомство друг с другом — неплохая идея.

— Так это я обманщик? — спросил я, указывая на себя, хмуря брови. — Я считаю, что ты та, кто признался во лжи. Уже дважды. Почему ты думаешь, что я тебе вру? И насчет чего?

Копируя мой ход, она развернулась на своем месте.

— Потому что я знаю, что у тебя на самом деле есть девушка, и прежде чем ты обвинишь меня в преследовании, я не... я этого не делал. Я видела твою привязку в Campus Stories. После того как я увидела, как ты целуешь ее, я бы сказала, что она определенно твоя девушка. Но я думаю, что с таким количеством девушек, бросающихся на тебя, ты можешь не утруждать себя вешать на кого-то ярлык своей девушки и связывать себя только с одним человеком. Зачем одна, когда можно попробовать так много, верно?

— Я не использую социальные сети.

— Тогда, видимо, это был ее аккаунт.

— Ага. — Она все еще выжидательно смотрела на меня, вполне уверенная, что загнала меня в угол. — Ты так относишься ко всем людям, или только я проявляю эту твою сторону? Сначала комментарий о столе, а теперь это... У тебя есть что-то против спортсменов?

Выражение ее лица дрогнуло.

— Что?

Я потер шею и вздохнул. Я был тем, кто настаивал на импровизированной сессии вопросов и ответов, но не думал, что она начнет со всех сложных вопросов.

— Это правда, у меня была девушка неделю назад, а может больше... я не следил, но это неважно. Я застукал ее, трахающуюся с двумя моими товарищами по команде, так что это было в значительной степени конец наших отношений, поэтому мне нужно было новое место для проживания. Кстати, не все спортсмены делают то, что они делают, только для того чтобы поиметь девочек. Это так не работает. Ты не можешь поместить всех под одну гребенку. Некоторые из нас предпочитают любой ценой держаться подальше от отвлекающих факторов, а некоторым нравится внимание. Ты не можешь решить, к какой категории я отношусь, пока не попытаешься узнать меня. Я не лгун, и мне очень трудно иметь с ними дело. То, что я спортсмен, не делает меня хуже парня, в которого ты влюбишься. – «Почему я должен был именно так выразиться? Твою мать... никто не собирается влюбляться». — Опять же, я немного разочарован. Я не думал, что ты осуждаешь. Моя вина.

Возможно, знакомство друг с другом не было одной из моих лучших идей. Может, мне стоило не высовываться и просто сосуществовать.

Я встал.

— Это была не очень хорошая идея. Спокойной ночи, Зои.

— Нет, — вскрикнула она, подпрыгнув. — Нет. Пожалуйста, не уходи. Мне очень жаль, Дилан. Ты прав. Я не такая. Я не хотела быть осуждающей стервой, и я не такая, поверь мне. Понятия не имею, что со мной сегодня не так. Думаю, что это после того, что случилось ранее, я думала, что меня убьет сумасшедший клоун, а затем шок от осознания, что нарушитель ты... В любом случае, причина не имеет значения. Иногда, когда я нервничаю, то слишком много говорю, и это просто плохой случай словесного недержания, — она указала на себя рукой. — Видишь, я все еще разговариваю. Я должна остановиться, знаю, что должна, но все еще слышу, как я говорю, но знаешь что? Ты прав. Если мы собираемся делить квартиру, то должны хотя бы знать кое-что друг о друге.

Девушка встала передо мной, поднялась на цыпочки, чтобы дотянуться до моих плеч, и толкнула меня обратно на диван.

Затем пошла к кухне, которая примыкала к гостиной.

— Я собираюсь сделать нам кофе, и мы будем говорить, пока ты не будешь уверен, что находишься в безопасном месте, а не живешь со стервозной сумасшедшей, которая может напасть на тебя во сне, — она посмотрела на меня через плечо. — Хотя я должна отметить, ты действительно напугал меня до чертиков, войдя без предупреждения, поэтому я просто констатирую, что эта штука со скалкой не должна быть на мне. Это все твоя вина.

Стоя за островом, отделявшим небольшую кухню от гостиной, она перестала говорить. Когда я просто продолжил смотреть на нее, вместо того чтобы ответить, девушка заправила волосы за ухо и с нетерпением ждала.

Я расслабился на своем месте и бросил руку на спинку дивана, чтобы спокойно смотреть, как она делает свое дело.

— Мне нельзя пить кофе так поздно, потому что у меня ранняя тренировка, но я буду молоко, если оно у тебя есть.

— Только молоко?

Я кивнул.

— Ладно, посмотрим, я даже не буду издеваться над тобой, пьющим молоко, хотя по твоему размеру, я вижу, что ты больше не растешь. Черт возьми, знаешь что? Я даже выпью немного с тобой.

Неожиданно она вызвала у меня смех, и я получил от нее ответную улыбку. Просто вот так, меня озарило, что она будет выделяться, где бы ни была, и я был глуп, когда принимал других людей за нее. Прошло несколько секунд, а мы все улыбались друг другу.

— Точно... молоко.

Зои подняла палец и проверила холодильник, ее голова полностью исчезла из вида. Она сдвинула несколько вещей и наклонилась дальше, пока все, что я мог видеть, была ее торчащая задница.

— Это нормально, если у тебя его нет. Мне не обязательно пить, чтобы поболтать с тобой.

— Есть! — закричала она, когда поднялась с коробкой молока в руках. — Просто дай мне проверить срок годности. И... у нас все в порядке.

Наполнив два бокала, она предложила мне один и вернулась на свое место. Поставив стакан на подлокотник, села со скрещенными ногами и сделала глоток молока, улыбаясь. Я просто смотрел.

— Извини, у меня нет ни одного из этих модных молочных продуктов: соевого молока, миндального молока, овсяного молока или любого другого нового вида молока, о котором я не знаю. Я зарабатываю дополнительные деньги, но это не так много. — Она кивнула на мой нетронутый бокал. — Это нормально, если ты не привык к обычному коровьему молоку. Тебе не обязательно его пить.

Я устроился удобнее и выпил половину.

— Что заставляет тебя так говорить? — спросил я настолько спокойно, насколько это возможно.

— Я просто предположила, что, поскольку ты футболист, ты пьешь более здоровые напитки, такие как зеленую жижу или другие причудливые вещи... — она глубоко вздохнула и с силой выдохнула, все время держа взгляд где-то за моим плечом. — Я делаю это снова, да?

Я ухмыльнулся ей и сделал еще глоток из стакана.

Зои застонала и закрыла лицо ладонью.

— Думаю, что какое-то время ты должен говорить. Я веду себя как полная задница. Так что, пожалуйста, спрашивай все, что хочешь... Пожалуйста.

Допив молоко, я поставил стакан на кофейный столик передо мной. Девушка держала свой стакан между ладонями и сделала маленький глоток. Я наблюдал, как она осторожно облизывала верхнюю губу, чтобы убедиться, что у нее нет молочных усов.

— Давай начнем с малого. Сколько у тебя братьев и сестер? — спросил я, решив не останавливаться на том, что она была первым человеком, который заставил меня улыбнуться с той ночи.

— Ах, братья и сестры, да? Никого. У тебя?

Моя улыбка стала больше, и я расслабился.

— У меня есть два монстра, которые оказались моими братом и сестрой. Амелия — средний ребенок. Ей этим летом только исполнилось пятнадцать, и она принцесса в семье, папина девочка, застенчивая и такая милая. — Я видел, как Зои пригнула голову и сделала еще несколько глотков молока. — И еще у нас есть Мейсен. Ему семь, и он главный монстр, самый любознательный ребенок, которого ты когда-либо встречала. Если ты думаешь, что говоришь слишком много, подожди, пока встретишься с ним.

Не то чтобы у нас представится случай, когда она встретится с моим братом, но... никогда не знаешь.

— Ему семь? Это большая разница в возрасте.

— Он — ребенок-сюрприз. Не могу представить, что его бы не было рядом. Это было странно, когда родители усадили меня и сказали, что у меня будет младший брат, и, честно говоря, для четырнадцатилетнего ребенка было немного стыдно знать, что его родители все еще делают это, но они хорошо с ним справились. Теперь я даже не знаю, как бы мы жили без этого ребенка. Он самый лучший.

Я усмехнулся и смотрел, как ее губы медленно поднимаются вверх, а взгляд сосредоточился на моих губах. Я не хотел испортить наш момент, особенно когда она вела себя так, будто не хотела свалиться в обморок, но мне нужно было знать, и это было лучшее время, чтобы спросить.

— В ту первую ночь…

Зои застонала и откинула голову на диван.

— Ты меня просто убиваешь.

Я хихикнул.

— Нет, послушай — только один вопрос. Мне нужно знать.

Я не мог определить выражение ее лица, но могу сказать, то это было последнее, что она хотела сделать. Я все равно продолжил:

— Ты плакала? Мне показалось, что я видел, как ты плакала, когда пыталась уйти, но не уверен.

Когда она не подняла голову, я продолжил:

— Знаешь, я вроде как искал тебя той ночью. В смысле, я тогда встречался с девушкой, и это было ново... но все же, после того как ты сбежала, я просто хотел убедиться, что ты в порядке. Поверь мне, дело было не в тебе. Любой другой парень принял бы твое предложение, но…

— О, пожалуйста, пожалуйста, давай просто забудем, что это произошло, хорошо? Да, я начала плакать в конце, потому что мне было стыдно, и я иногда так делаю, но дело было не в тебе. Я постоянно плачу, постоянно. Ладно, может я не плачу все время, но мне не нужно много, чтобы пролить пару слез. Покажи мне видео, где собака воссоединяется со своим хозяином, и мне крышка. Я буду реветь все время. К тому же, я плакала, не потому что ты не хотел, чтобы незнакомка целовала тебя посреди чертовой вечеринки. Мне просто было стыдно. Если ты не заметил, я ужасно застенчива. Это случается. Я плакала сегодня, когда ты напугал меня до смерти, и я думала, что умру, — она пожала плечами. — Честно говоря, это было не потому, что ты отверг меня. Я была зла на свою соседку за то, что поставила меня в такое положение, и злилась на себя за то, что поддалась. Я была в порядке... в основном.

Было весело наблюдать, как она бессвязно бормочет.

— Что значит «в основном»?

Она резко откинулась на сиденье.

— О боже. Ну... я, возможно, шла в другую сторону всякий раз, когда видела тебя в кампусе после этого... что было не часто. Всего несколько раз, но я все равно делала это. Опять же, как я уже сказала, это было только потому, что мне было стыдно. Так вот, ты прямо здесь, и мне некуда бежать, так что на этот раз я этого делать не буду.

Зои проглотила молоко и наклонилась вперед, чтобы поставить стакан на стол между нами, неосознанно давая мне краткий вид на ее шикарную грудь. Я отвернулся, потому что она была под запретом. Любая девушка была под запретом, но Зои Кларк больше всех. Я придерживался своего решения не отвлекаться в последний год.

Это было худшее время для встречи с ней.

— Позволь мне спасти тебя и вернуться к более простым вопросам, — мягко сказал я. Она выдохнула и беззвучно произнесла свою благодарность. — Любимый фильм?

— Я не собираюсь быть расплывчатой, как ты, но... есть действительно тонна фильмов, которые я люблю смотреть. «На крючке» с Шайа ЛаБаф — даже не могу сосчитать, сколько раз я смотрела этот фильм. «Скорость» — я люблю Киану Ривза, как на экране, так и в реальной жизни. Что еще... «Трансформеры», «Властелин Колец», «Дрянные девчонки», «2012», и «Отпуск по обмену», потому что Джуд Лоу, Камерон Диаз и Кейт Уинслет это что-то... Вот несколько, которые приходят на ум.

Я раздвинул губы, готовый перейти к следующему вопросу, но она дернула рукой, останавливая меня.

— О! Кроме того, я люблю практически все анимационные фильмы.

— Всего понемногу, да? Это хорошо. Мне тоже такое нравится. Не особо люблю романтические фильмы, но, если у тебя есть боевик, я не скажу «нет».

— Принято к сведению.

Почему-то у меня было такое чувство, что я не буду на вершине ее списка кино-друзей.

— Моя очередь. Чем занимаются твои родители? — спросила она, прерывая мои мысли. — Я думаю, твой отец был... профессиональным спортсменом? Да?

— Хм, — прогудел я, зажимая нижнюю губу двумя пальцами. — Насколько я знаю, мой отец никогда не играл в футбол, по крайней мере, пока был в средней школе, так что это исключает его как спортсмена, как ты себе представила. На самом деле он водопроводчик, а моя мама — воспитательница в детском саду.

— Вау, — сказала она, выдохнув после нескольких секунд неловкого молчания. — Вау, я действительно задница, да?

— Я бы так не сказал.

Она засмеялась, и мне пришлось крепче ухватиться за спинку дивана.

— А я бы сказала. Значит, ты не какой-то богатый ребенок? Не то чтобы быть богатым плохо или что-то еще, я просто предположила, потому что... Кто, черт возьми, сейчас знает почему? Очевидно, не я.

Этот нежно-розовый снова начал распространяться по ее щекам, и на этот раз я рассмеялся.

— Я не богатый, нет. Моя семья тоже не богата, но у нас все не так плохо. Как и ты, я стараюсь заработать дополнительные деньги, когда у меня есть время. Плюс, у меня спортивная стипендия, так что это помогает.

Зои спрятала волосы за ухо и посмотрела на колени.

— Чем занимаются твои родители? — продолжил я, чтобы мы могли вернуться к предыдущему разговору.

— Мой отец — журналист-расследователь. Он писал для «Нью-Йорк Таймс», но после того как женился на моей маме, они переехали в Феникс. Теперь он пишет для местной газеты. Моя мама... — она откашлялась и отвела глаза. — Моя мама умерла за несколько месяцев до того, как я поступила в колледж. Вдобавок к ее болезни у нас были и другие проблемы. Мы не были самыми близкими матерью и дочерью, но она все же была моей мамой. Так что, плач по поводу и без повода, когда я была первокурсницей, возможно, тоже имел к этому какое-то отношение. Новый город, новые люди, и, если добавить все остальное, это не самое лучшее сочетание для меня.

Это стерло улыбку с моего лица, и я выпрямился, переместившись на свое место.

— Сочувствую твоей утрате, Вспышка.

После короткого взгляда в мою сторону, она слегка улыбнулась и кивнула.

— У нее был рак молочной железы. Мы кинулись слишком поздно.

— В мой последний год в средней школе, мы потеряли моего дедушку, — начал я после короткого молчания. — У нас довольно дружная семья, иногда довольно шумная, и почти всегда поддерживающая друг друга. Он жил в квартале от нас, так что он всегда был в нашей жизни, в качестве няни. Я бегал к нему домой каждый вечер, чтобы поиграть с ним в мяч, пока он рассказывал мне истории о былых днях... Просто случайные, неважные вещи, — отвернувшись от Зои, я улыбнулся. — Клянусь тебе, я был там каждый день. Как только часы пробивали пять, я был у дедушки, и каждый раз, когда он открывал дверь, его первые слова были: "Ты снова, малыш? Что нужно сделать человеку, чтобы здесь было тихо и спокойно?", — просто представив его легкую улыбку, я усмехнулся. — А затем он переходил к футболу, прежде чем я смог бы даже открыть рот. Никому не говори, но думаю, что я был его любимчиком. Ему так нравилось, что я был рядом. Эффект его присутствия в моей жизни... — я покачал головой и поднял взгляд к Зои, которая слушала, восхищалась, ее глаза были грустными и понимающими одновременно. — Ты потеряла свою маму... я знаю, что это по-другому, сложнее, и знаю, что ничто, что я могу сказать, не облегчит боль, но я понимаю, как трудно справиться с потерей. Это звучит так чертовски глупо и эгоистично, так как они даже не могут... Я бы отдал все, чтобы он был рядом, чтобы мог увидеть, куда я направляюсь, или просто был рядом и разговаривал со мной. Понимаешь?

Я заставил себя взглянуть на Зои, и поймал то, как она быстро смахнула слезу, стекавшую по ее лицу.

— Да, я понимаю, — она наклонила голову. — Мы завязли довольно глубоко. Ты серьезно хочешь узнать друг друга настолько лучше?

Честно говоря... нет. Конечно, я хотел бы задать ей несколько вопросов, может быть, почувствовать, чего ожидать от нее, но я не планировал заходить так глубоко, так скоро или вообще, на самом деле. Разговор привел нас туда, где мы были. Чтобы облегчить тяжелое настроение, я попытался направить нас в другую сторону.

— Давай устроим блиц.

— О, я в этом полный отстой. Я не умею отвечать одним словом, но порази меня.

— Кошки или собаки?

— Собаки. Кошки... они немного пугают меня. Не те милые котята, но мне не нравится, как некоторые из них фокусируются на вас, как будто они замышляют способы вас убить. Ты понимаешь, о чем я говорю? Не все, но все же. Я собачник. Ты?

Я не мог сдержать улыбку. Девушка права, она была не лучшим человеком для коротких ответов, но я не жаловался.

— Я тоже скажу «собаки». Итак, искусство и фотография, да?

— Да. Твоя специальность?

— Политология. Твоя любимая закуска к фильму?

На ее губах заиграла улыбка, и девушка поиграла краем рубашки.

— Переходим к более сложным вопросам, да? M&M's, без сомнения, но я не покупаю их — это было бы опасно. То же самое с чипсами. Обычно у меня нет самоконтроля, когда дело доходит до еды. Твоя?

— Попкорн. Ты должен есть попкорн, когда смотришь фильм. И не покупать M&M’s... не знаю, что сказать об этом. Какая твоя самая большая слабость?

— Я думала, что сейчас моя очередь, но ладно, я отвечу, — она вздохнула и опустила взгляд, прежде чем ответить. — Пицца. Это пицца.

— Что случилось с лицом? — спросил я, смеясь.

— Это плохо, — ответила она, глядя на меня сквозь ресницы. — Действительно плохо. Я могу съесть большую в одиночку, хотя знаю, что буду чувствовать себя несчастной и иметь проблемы со сном из-за переедания, но я не могу сказать «нет». Я никогда не могу отказать пицце. И определенно не собираюсь говорить «нет» в ближайшее время. Если спросить меня, какой продукт питания я бы выбрала для остальной части моей жизни, или если бы я застряла на острове, и могла бы иметь только одну вещь и…

— Дай угадаю, ты бы сказала «пицца».

— Да. Это моя слабость. Углеводы в изобилии. Я знаю, это плохо для тебя и все такое, но это так вкусно. Вся такая сырная липкая, боже мой, и соус также важен. Как и тесто, и начинка... Боже, начинка. Каждый слой важен. Так много вариантов. Это волшебство, круг любви. Какая твоя любимая начинка?

Чем больше она говорила, тем больше росла моя улыбка.

— Пепперони или любое другое мясо.

Могу поклясться, я слышал ее стон, когда она облизывала губы.

— Какая твоя самая большая слабость? — спросила она.

— Не хочу звучать, как будто копирую тебя, но если мы говорим о еде, то это должны быть чизбургеры. Пицца будет на втором месте. Хорошо, следующий вопрос. Скажи мне, что твой самый большой раздражитель.

— Это не должно быть сюрпризом, но у меня их больше, чем несколько. Я очарована людьми, и это главная причина, почему я люблю портретную фотографию, но... я ненавижу фальшивых людей. Терпеть их не могу, не хочу быть рядом с ними. Люди, которые постоянно говорят о тебе, как будто твое мнение не имеет значения. Просто нет. Это заставляет мою кровь бурлить сильнее. Люди, которые ставят себя выше других. Не смытые туалеты. Отвисшие штаны на парнях. Люди, которые считают, что все вокруг дерьмо, а они хороши во всем — обычно это не так, и даже если так, то, я бы хотела прокомментировать это, а не услышать это от них. Я могу продолжать и продолжать, так что, пожалуйста, заткни меня.

— Не смытые туалеты и отвисшие штаны, понял.

В ней было что-то такое. Может быть, это было то, как открыто звучал ее голос, такой честный и реальный, или, может быть, то, как она говорила, как будто не могла подобрать слов достаточно быстро... Зои быстро отводила взгляд каждый раз, когда наши взгляды сталкивались, или то, что ее руки, казалось, были постоянно заняты чем-то: подушкой, оливково-зелеными часами на запястье, подолом ее футболки. Я не мог точно определить, что это было, но что-то заставило меня почувствовать себя расслабленным рядом с ней, как будто это был не первый раз, когда мы садились и наслаждались бессмысленным, простым разговором.

— Я не хочу, чтобы ты затыкалась. Мне это нравится, — признался я, не задумываясь. Зачем лгать, когда она мне так нравилась? — Мне придется согласиться с людьми, которые ставят себя выше других, но мой самый большой раздражитель — это люди, которые громко жуют, особенно когда жуют жвачку. Из-за этого я подрался с несколькими парнями в команде. Теперь они все жуют жвачку, когда хотят меня разозлить. Звук причмокивания... черт, нет. Надеюсь, ты не одна из них. Если это так, прекрати, или я не могу обещать, что это не кончится плохо.

— Да, сэр, — невозмутимо произнесла она с позабавленным выражением лица.

— Еще один — когда люди все время играют со своим телефоном, как будто он приклеен к их руке или типа того.

— Мой отец такой же. У нас есть правило насчет этого. Если мы ужинаем, он всегда настаивает на том, чтобы есть вместе, будь то перед телевизором или за столом, я не могу дотронуться до своего телефона. То же самое происходит, когда мы разговариваем. Он ненавидит, когда я смотрю на свой телефон, когда разговариваю с ним.

— Мне не нравятся люди, которые лгут, — сказал я.

— Мне тоже не нравятся лжецы.

— Люди, которые не любят животных.

— О, да. Я бы не стала доверять им. Это звучит так, будто мы не очень любим людей.

— Ну, у нас есть что-то общее, так что это хорошо.

Положив запястья на скрещенные ноги, она заерзала на своем месте.

— Думаю, моя очередь задавать вопрос.

— Вперед.

— Кем ты хочешь быть?

— Я буду профессиональным футболистом. Ты?

—Я буду профессиональным фотографом.

Мы улыбались друг другу. Мне нравилось, что мы оба были так уверены в своем будущем.

— Какое твое любимое место? — спросил я.

— В смысле, мое любимое место... куда пойти?

— Да, и не говори мне, что это библиотека или где-то рядом с кампусом.

Она подняла на меня бровь и слегка улыбнулась.

— Кто теперь осуждает? Это не библиотека. На самом деле это пляж. У меня нет длинного списка, но это, наверное, одна из немногих вещей, которые я люблю в Лос-Анджелесе, особенно когда он немного опустел. Несколько человек здесь и там, я ненавижу, когда слишком тесно. Санта-Моника уже перебор. Еще лучше, если ближе к закату. И да, хорошо, мне также нравится библиотека. У тебя?

— Футбольное поле.

Это заставило ее закатить глаза.

— Ты, наверное, на поле все время.

— И у меня не было бы другого пути. Значит, ты из Феникса?

— Да. А ты? Лос-Анджелес?

— Нет. Сан-Франциско.

— Знаешь, ни один из этих вопросов не имеет ничего общего с тем, что мы живем вместе. Если бы ты спросил меня о моем расписании, или громкий ли я сосед, или хожу ли во сне, или... Я не знаю, что-нибудь связанное с этой ситуацией, тогда понятно, но... — она указала пальцем куда-то через мое плечо, поэтому я оглянулся и увидел, что Зои указывает на большие часы, висящие на стене. — Уже за полночь, и кое-что еще, что ты, возможно, захочешь узнать обо мне, это то, что я редко не сплю так поздно, поэтому мне лучше... отчаливать. Это было... — она остановилась и, казалось, удивилась тому, что она собиралась сказать. — Это было весело, и, возможно, не так плохо, и, надеюсь, ты теперь не будешь бояться спать. Я не собираюсь причинять тебе боль своими секретными навыками ниндзя или чем-то подобным. У меня завтра ранний урок, так что... — Она поднялась на ноги.

Я тоже встал и подошел прямо к ней. Девушка потерла предплечья, как будто у нее зуд, потому что я стоял так близко к ней. Так близко, что почувствовал слабый запах ее духов, что-то свежее и сладкое, но не чрезмерно. Это ей подходило.

Я протянул руку, и она посмотрела на меня, как будто у меня отросла вторая голова.

— Для чего это? — спросила она, нахмурив брови.

— Мы пожмем друг другу руки.

— Зачем?

Я протянул руку, мягко схватил ее за запястье и положил руку в свою.

— Теперь потрясем.

С моей помощью она пожала мне руку.

— Никто этим больше не занимается, ты ведь знаешь?

— Я не знаю, что ты имеешь в виду, но мне нравится, что мы официально встретились после двух лет избегания друг друга.

— Теперь думаешь, что сможешь спать самостоятельно?

Она не поняла, что сказала, прежде чем я поднял бровь и ухмыльнулся.

— Дерьмо. Я не это имела в виду. В любом случае, ты будешь спать сам по себе, я не пыталась сказать, что хотела бы спать с тобой, если ты не можешь спать один, или что я бы хотела. Не спать, как спать в сексе, а просто спать рядом друг с другом... и почему бы тебе просто не пойти и не убить меня сейчас? Пожалуйста?

Она попыталась вырвать руку, но я удержал ее.

— Для тебя, Вспышка, я притворюсь, что ничего этого не слышал. Было приятно познакомиться, Зои Кларк. Это было хорошо. Надо как-нибудь повторить.

— Конечно, — согласилась она, но почему-то прозвучало наоборот. Я позволил ее руке высвободиться. — Это прозвище — Вспышка, это станет фишкой, не так ли?

Ухмыляясь, я кивнул головой.

Ей удалось отойти от меня всего на несколько шагов, когда я позвал ее.

— И последний вопрос, — она неохотно посмотрела на меня через плечо. — Год без секса или год без смартфона?

— И тебе тоже спокойной ночи.

— Ну, давай же. Это последний вопрос. Ты не можешь игнорировать его.

— Опять же, как это связано с тем, что мы соседи?

Я снова сел.

— Это расскажет мне несколько вещей о тебе. Давай же.

Она постояла молча несколько секунд, посмотрела на меня, затем отвернулась, вероятно, пытаясь понять меня. Я не могу винить ее за это.

— Я выберу год без смартфона, и не потому, что я умираю, как хочу заниматься сексом. Не похоже, что у меня его тонны... — ее глаза стали немного больше, как будто она просто выпалила что-то, что я не должен был знать. Я откинулся назад и смотрел, как девушка пытается спастись. — Я не это имела в виду. Я действительно не умираю от желания заняться сексом, и могу обойтись без него целый год, потому что это будет легко. Я просто думаю, что год без телефона был бы терапией. Он, как приклеенный к моей руке с момента, когда я просыпаюсь и до того, как возвращаюсь в постель, и думаю, что было бы неплохо использовать его только по прямому назначению, просто чтобы посмотреть, как пойдет. Может быть, больше общения положительно повлияет на мою жизнь, кто знает. Это определенно будет хорошо для моих глаз, это точно, — она издала еще один вздох. — Я опять что-то бормочу. Все, что хочу сказать, это то, что я бы не выбрала секс, потому что смогла бы прожить без него год.

Я снова встал и пошел к ней, наблюдая, как она прячет руки за спиной.

— Ты не должна объяснять мне свои аргументы, но это не значит, что я их не ценю. Твой ответ многое говорит о тебе. Спасибо, что смерилась со мной и отвечаешь на мои вопросы. Похоже, мы застрянем вместе на следующие несколько месяцев, если я не смогу найти другое место, и я должен сказать тебе, что чертовски удивлен, что ты мой новый сосед. Черт, Зои, я бы и за миллион лет не догадался.

Не сводя глаз с моей груди, она кивнула.

— Спокойной ночи, Дилан.

После того как быстро уложила волосы за ухо и слегка улыбнулась, она начала уходить.

Я позволил ей сделать еще несколько шагов к своей комнате, пока оставался на своем месте.

— Вспышка.

Она повернулась ко мне, но делала маленькие шаги назад.

— Да?

Я засунул руки в передние карманы.

— Это самая странная вещь, но я думаю, что ты будешь моим лучшим другом, Зои Кларк.

Когда девушка скрылась в своей комнате, и ее уже не было рядом, я сел и откинулся на спинку дивана. Теперь, когда был один, я посмотрел на потолок и усмехнулся. Она понятия не имела, в какие неприятности попала со мной.

Глава 6

Зои

— Кажется, в какой-то момент я сказала «отчаливаю». Кто так говорит? — Я вздохнула и уткнулась лицом в ладони, наверное, в сотый раз с того момента, как встретилась с Джаредом и Кайлой.

Я вынудила их встать с постели в столь ранний час для кофе и краткого изложения событий, произошедших накануне. Поскольку я никогда раньше не упоминала о первой встрече с Диланом два года назад, то потратила целых тридцать минут, рассказывая им об этом. Отстойный друг? Я так не думаю. Я всегда умела хранить секреты. Когда мне было девять, я хранила свой первый секрет от отца целую неделю, прежде чем проговорилась, что Натаниэль из моего класса поцеловал меня на перемене, а затем сказал мне держать это в секрете. Очевидно, со временем я стала лучше в этом.

После того как Джаред устроил мне сцену в течение пяти минут, в то время как Кайла продолжала качать головой, как будто была разочарована во мне, они, наконец, дали мне перерыв.

— Это просто мысли вслух, красотка, и не смотри на меня так, но думаю, что сказать «отчаливаю» — это последнее, о чем тебе стоит беспокоиться. Ты действительно напала на него со скалкой? Начнем с того, какого черта ты прятала скалку в ванной? Я все еще застрял на этом, и мне жаль, что ты не сфотографировала фактическое нападение или не сделала селфи, пока запрыгивала на него. Это могло бы быть чистое искусство. Я уже отчетливо представляю это, — для верности он закрыл глаза и тихо промурлыкал. — Я собираюсь нарисовать это для тебя. Не стоит благодарности, конечно.

Я слегка ударила его по плечу тыльной стороной ладони и покачала головой.

— Не вздумай этого сделать. Я не прятала ее в ванной, и это даже не худшая часть истории, так что давай сосредоточься.

Я встретила Джареда в конце первого курса, после того как мы продолжали сталкиваться друг с другом в одних и тех же классах, так как мы оба специализировались в искусстве. Он всегда говорил, что судьба свела нас вместе, и точка. Я не могла представить, что бы я делала, если бы он не сидел рядом со мной в том классе 201 по истории искусств, и всякий раз, когда мне больше всего нужна была его дружба, он всегда помогал.

Он сел рядом со мной, потирая плечо и слегка посмеиваясь. Его черные волосы, уложенные в стиле «только что с постели», всегда творили чудеса, когда он был в настроении для новых друзей. Я бы назвала их любовниками, но ему не нравилось давление этого слова. Поскольку он не был заинтересован в серьезных отношениях в колледже, «просто друзья» работали нормально. Он был чуть выше меня, наверное, футов пять. Темно-коричневый цвет его глаз и пухлые губы только дополняли его образ плохиша-рокера. Если бы у него был хоть какой-то интерес к девушкам, почти уверена, что я была бы рыдающим беспорядком вокруг него так же, как я, казалось, была вокруг Дилана. День, когда профессор выгнал нас из класса за слишком большое количество разговоров, был первым днем нашей дружбы.

— Я падала на него не ради забавы. Я думала, что он вор. Что мне было делать? Приветствовать его с распростертыми объятиями? Пока я была обнаженной? Я пыталась вывести его из строя, чтобы выбраться. В любом случае, я не помню и половины того, что сказала позже, но помню про «отчаливать». Спроси меня, сколько раз я использовала это слово в своей жизни — ноль. Я не знаю, понимаете ли вы, ребята, насколько все это было тяжело и болезненно?

— Думаю, мы поняли, — невозмутимо заметил Джаред, пристально глядя на Кайлу.

Я проигнорировала их взгляды и продолжила:

— Каждый раз, когда открывала рот, я выкапывала себе яму глубже. Отныне, я буду держать рот на замке, когда буду рядом с ним. Я буду использовать кивки и как можно меньше слов.

— Не думаю, что это возможно, но, думаю, вера — это половина битвы, — сказала Кайла не без иронии.

Я выдавила улыбку, как только смогла.

— Ха-ха. Ну, разве вы, ребята, сегодня не лучики солнышка? Я не могу насытиться вами двумя.

Джаред просто улыбался и продолжал отщипывать кусочки своего тоста, а затем совать их в рот.

— Тебе и следует. К тому же, ты знаешь, что я всегда капризничаю до двенадцати часов, так что не стесняйся игнорировать меня и сосредоточься на своем втором лучшем друге.

Я увидела, как кусочек кекса полетел в сторону Джареда, который он поймал ртом.

— Ты самый худший, — пробормотала Кайла, прежде чем пристально взглянуть на меня.

— И что? Что посоветуешь? Реальный совет. Добрые друзья дают друг другу советы? — спросила я Кайлу. — Что, черт возьми, мне делать? Как мне вернуться туда сегодня вечером?

Ее идеальные густые брови поднялись выше ко лбу, и она невинно взглянула на меня.

— Может, прогуляешь?

Я взглянула на нее своим самым скучающим взглядом.

— Хорошо, хорошо. Блин. Прибереги это лицо для кого-нибудь другого. Я думаю, что попытка оставаться более тихой, а не пускаться в бесконечную тираду, может быть лучшей идеей. Я поддерживаю тебя в этом.

В то время как Джаред был самым добродушным и уверенным из нас троих, Кайла, она же КайКай, как окрестил ее Джаред, была нашей мамой-медведицей. Она была человеком, которому ты хотел открыться, такой заботливой, милой, и тихой, какой я никогда не была рядом с парнями. Однако когда дело дошло до реальных отношений, ее выбор был немного искажен. Дело в том, что ее приходящий/уходящий придурок бойфренд Кит, выводил меня из себя, когда был рядом. Я просто хотела, хотя на самом деле, и Джаред, и я хотели бы, чтобы однажды, когда они расстались, это было бы действительно навсегда. Всегда была надежда на лучшее.

— Есть другие идеи? Мы будем жить в одной квартире, и я тихо схожу с ума из-за этого. Я не могу постоянно оставаться в своей комнате, и пытаться вести себя непринужденно, когда он рядом, тоже не могу, потому что мы все знаем, как я общаюсь с парнями, которых считаю привлекательными.

— Как насчет того, чтобы быть обычной и нормальной, вместо того чтобы играть?

— Я слишком нервничаю рядом с ним, Кайла. Если бы ты видела меня прошлым вечером, то морщилась бы каждый раз, когда я открывала рот. Он был таким милым, и я думаю, что хотела бы быть его другом. Думаю, я смогу с этим справиться.

— Ты определенно можешь это сделать. Просто думай, что он уже занят. Это должно облегчить задачу.

— Он только что расстался со своей девушкой.

— Черт возьми, ты не говорила, — присвистнул Джаред. — Может, мне стоит навестить тебя как-нибудь, просто чтобы все проверить.

Чувствуя, что у меня есть какой-то план игры, на котором я смогу сосредоточиться, когда вернусь в квартиру, я откинулась на спинку сиденья и испустила долгий вздох. Я была благодарна за то, что Кайла и Джаред были моими друзьями, больше, чем они могли себе представить. Они сделали приезд в Лос-Анджелес — самый большой риск в моей жизни — стоящим того. Бог знает, что больше ничего не шло так, как я надеялась.

Кайла откашлялась и поерзала на своем месте, прежде чем взглянуть на меня, а затем на Джареда, все время измельчая на мелкие кусочки свой пустой бумажный стаканчик.

— Итак, я думаю, что в свете этого нового события, я должна вам кое-что сказать. — Прежде чем любой из нас мог открыть рот, чтобы что-то сказать, она продолжила: — Я, возможно, ходила на несколько свиданий с Диланом.

— С каким Диланом? — спросил Джаред, все еще жуя тост, глядя на оставшееся пирожное Кайлы.

— Моим Дил... Ой, я имею в виду Диланом, который остановился в моей квартире? Футболистом? Диланом Ридом?

— Да. С ним.

Джаред перестал есть.

Что-то странное поселилось у меня в животе.

— Чего?

— Два свидания, Зои, — бросила она, подняв два пальца, чтобы подчеркнуть свои слова. — Это было всего два раза.

Какой-то парень ударил меня сзади по стулу, и я немного передвинулась вперед, сделав несколько глотков моего уже холодного кофе, все мое внимание сосредоточилось на столе. Все в порядке. Это был сюрприз, конечно, но все равно вполне нормально. Не то чтобы меня интересовал Дилан в этом смысле. Было бы также совершенно нормально, если бы они встречались более двух раз. Он был вне пределов в любом случае, не так ли? Не только потому, что он был моим соседом и не из моей лиги, но и потому, что он был одним из игроков Марка.

— Это было на первом курсе, прежде чем я встретила вас, ребята. Думаю, это было за несколько месяцев до этого. У меня был двухмесячный перерыв с Китом, — что означало, что он расстался с ней по какой-то глупой причине, — а моя соседка по комнате в общежитии встречалась с футболистом. Она вроде как заставила меня пойти с ними, потому что я была расстроена из-за Кита, а парень собирался привести друга, так что я должна была занять его, в то же время занимая себя. Ты знаешь, что в мой первый год у меня не было друзей, кроме Кита, так что я согласилась. — Она поморщилась и вернулась к измельчению стаканчика. — На самом деле он был очень мил, но ты знаешь, какая я. Я люблю Кита, и просто не знала кого-то другого. Я почти не разговаривала всю ночь, а во второй раз... моя соседка снова меня вытащила. В тот раз мне удалось поболтать с ним немного. Мы говорили о наших семьях, о том, что у нас обоих большие, громкие семьи и все такое, но никто из нас не вел себя так, будто это может превратиться в нечто большее. Это был просто дружеский вечер. Думаю, что моя соседка по комнате начала встречаться с другим парнем — у него было странное имя, Рэп или Рип или типа того, — поэтому ей больше не нужно было, чтобы я была рядом после того второго раза. Я больше почти не видела Дилана. Кроме того, это были только двойные свидания, никогда наедине. Плюс, через несколько недель после этого я все равно вернулась к Киту. Он всегда здоровается при тех редких встречах в кампусе, но не думаю, что видела его в течение последнего года.

Джаред хмыкнул, привлекая мой взгляд к себе.

— Это не считается свиданиями, КайКай, по крайней мере, не в моей книге.

— Я согласна, но в то время я могла описать это Киту, как если бы я ходила на настоящие свидания с футболистом, просто чтобы заставить его ревновать. Я просто хотела упомянуть об этом сейчас, на случай, если Дилан увидит меня с Зои, вспомнит и что-то скажет. Я не хотела, чтобы это был сюрприз.

— Жаль, что у меня не было своего собственного маленького взаимодействия с этим Диланом. Вы, девочки, так или иначе, встречались с ним, одна из вас, конечно, в гораздо более странной обстановке, — он широко раскрыл глаза на Кайлу и показал на меня подбородком.

За это он получил еще один удар по плечу, от которого едва смог увернуться.

— Ха-ха. Так смешно.

— И вот я, парень, который только смотрит... о, я не знаю, все его игры, и у меня никогда не было шанса встретиться с ним. Ты исправишь эту ужасную ошибку, Зои.

Комок бумаги, ударивший меня по лицу, вывел меня из молчания. Я бросила его прямо в Джареда и повернула голову, чтобы посмотреть на Кайлу.

— Между нами ничего не случится, Кай. Он далеко не из моей лиги. Поверь мне. Так что, даже если бы ты встречалась с ним по-настоящему, это было бы нормально.

— Потому что тебе нужно думать о Марке, верно? И, конечно же, ты уродина, не могу не упомянуть об этом, — подхватил Джаред, его тон стал более гладким, чем всего несколько секунд назад.

Да, всегда был Марк.

— Я вовсе не говорю, что я уродина. И иногда нахожу себя красивой, но он все еще не из моей лиги. Ты бы понял, что я имею в виду, если бы увидел его вблизи.

Джаред вздохнул и покачал головой.

— А Марк?

— Да, и он тоже, — пробормотала я, не глядя никому из них в глаза, попивая свой кофе.

— И когда ты собираешься избавиться от него, Зои? Я бы солгал, если бы сказал, что абсолютно точно понимаю, чего ты ожидаешь от этих отношений, но могу тебе сказать, что этого не произойдет. Я знаю это. Тебе также нужно выбраться из его квартиры. Он обращается с тобой, как с платной шлюхой, звонит тебе, когда хочет, и встречается с тобой в этой квартире или на другом конце города в случайном ресторане, а не в общественных местах.

— Эй, успокойся, ладно? — зарычала Кайла на Джареда, когда я глотнула кофе не в то горло. — Это было немного грубо, тебе не кажется?

— Господи, — закашляла я, когда снова смогла дышать, взяв наполовину полную бутылку воды и салфетки, которые предложила мне Кайла. — Спасибо за то, что это прозвучало ужасно. Он не так плох, как ты говоришь, и мы не можем гулять по кампусу вместе, по крайней мере, пока. Я хотела съехать, помнишь?

Я не обвиняла Кайлу в том, что она меня бросила, но обвиняла Кита в том, что он беспомощный ублюдок.

В то время как мой план на третий год состоял в том, чтобы съехать из квартиры Марка и переехать к Кайле, все пошло не так, как я хотела. Мы нашли квартиру и были в нескольких днях от подписания договора аренды, когда у Кита был припадок по поводу ее переезда ко мне.

Если она переезжала из общежития, то почему она не переезжает к нему? Зачем двум девушкам из колледжа жить вместе? Она встречалась с кем-то еще? Он пошел дальше, и дальше, и дальше, и дальше. Кайла никогда бы не отступилась от своего слова, но, когда я увидела, какие потери это для нее наносит, насколько резкими были слова Кита, я сказала ей, что это не будет проблемой, если она решит переехать к Киту вместо меня. Пока она была счастлива, я была бы в порядке, хотя после всего этого, я не была уверена, как кто-то может быть счастлив с Китом. Но я не произнесла это вслух, по крайней мере, не в тот момент.

Дом Джареда был близок к кампусу, всего в пятнадцати минутах ходьбы, поэтому ему не нужно было арендовать новое место поближе. Учитывая, что ему нужно было помогать своей матери-одиночке растить его пятилетнюю сводную сестру, он все равно не мог позволить себе переезд. Эти маленькие факты помешали мне переехать к одному из моих лучших друзей. В отличие от Кайлы, которая наслаждалась своим двухлетним пребыванием в общежитии, мне не нравилось там жить, поэтому я вернулась в квартиру Марка. Я думала, что, возможно, все изменится, думала, что мы станем ближе, и он сдержит свои обещания для разнообразия.

— Мне очень жаль, Зои, — сказала Кайла, врываясь в мои мысли. — Я думала…

Я протянула руку и положила ей руку на плечо.

— Не извиняйся, пожалуйста. Тебе все равно не за что извиняться. Я не хотела, чтобы это так прозвучало. Я копила деньги, да, но пока не могу позволить себе жить отдельно. Мне все еще нужно копить деньги для Нью-Йорка, как бы отстойно это не звучало, и ты знаешь, что я вернулась, потому что он продолжал обещать мне, что в этом году все будет по-другому. Если ничего не изменится, и я смогу собрать нужную мне сумму, я выберусь оттуда в апреле или мае. Также... ты знаешь, чего я хочу от него, Джаред. Не будь таким.

— Сколько время ты ему уже дала? Почти целый год? — Качая головой, Джаред протянул руку и накрыл мою руку своими длинными тонкими пальцами, с твердым выражением лица. — Послушай, я знаю, что тебе больно, но он никогда не расскажет им о тебе, Зои, ни своей жене, ни своему сыну. Он свинья. Ты заслуживаешь большего.

Но Марк обещал, и я не хотела ничего, кроме как верить ему.

Когда я не сказала то, что, как я знала, он ждал от меня, парень вздохнул и отвел руку назад.

— Если я смогу устроиться на неполный рабочий день в галерею в следующем году, я перееду к тебе. Ты уйдешь оттуда, верно?

Я молча кивнула ему головой.

— Это будет замечательно.

— Несмотря на то, что я не смогу оставить любовь всей моей жизни, чтобы жить с вами, ребята, я буду приезжать в гости так часто, что будет казаться, что я живу там.

Она бы пришла, только если бы Кит позволил ей, но подруга этого не сказала. Она была с Китом с шестнадцати лет и все еще любила его настолько, что верила, что он может измениться. Я могла видеть его вмешательство в нашем будущем.

Я чувствовала себя немного больной, как в животе, так и в сердце, как и каждый раз, когда Марк был предметом нашего разговора. Высказывания Джареда не были для меня новостью, но, к сожалению, это не помогло уменьшить боль. Мне удалось натянуть искреннюю улыбку на лицо.

— Спасибо, ребята.

— Тебе все еще нужен совет, что делать с красавчиком из твоей квартиры? — спросил Джаред после нескольких минут тяжелого молчания.

Я вдохнула и откинулась на спинку стула.

— Да. Удиви меня. Бог знает, я использую всю помощь, которую могу получить.

Его следующий вопрос заставил меня усомниться в этом.

— Он тебя привлекает?

— Ну... он привлекателен, конечно, и у меня есть глаза. Еще мне нравится его улыбка «я дам тебе все, что угодно». Но я не знаю его достаточно хорошо, чтобы сказать, влечет ли меня к нему. Я не влюблена в него... скажем так. Меня привлекает его внешность, но я не влюблена в него. Он кажется милым, поэтому нравится мне, как человек — это звучит еще лучше. Даже если бы он мне нравился и по какой-то глупой случайности тоже интересовался мной, хотя я сомневаюсь, что…

— Конечно, ты сомневаешься, потому что ты уродина, — повторил Джаред, медленно качая головой, чтобы подчеркнуть свое разочарование во мне.

— В любом случае, — вставила я, игнорируя Джареда. — Мы останемся в одной квартире, черт возьми, и нет никакого способа, чтобы Марк не узнал об этом.

— Итак, все снова сводится к Марку.

Нахмурившись, я понизила голос и наклонилась вперед.

— Нет, это не так, Джаред. Я сказала, что он сексуальный, и да, он, похоже, хороший человек, но это не означает, что я упаду к его ногам и признаюсь в своей любви или похоти, если на то пошло. Я веду себя с ним странно только из-за того, что случилось на первом курсе и потому что... ладно, да, я думаю, что он симпатичный, но это все. Ты знаешь, что это не очень хорошая комбинация для меня. Разве ты не помнишь, какой я была, когда ты впервые заговорил со мной на уроке истории искусств? Была ли я влюблена в тебя? Нет. Вот только я такая, какая есть, пока не освоюсь с людьми, и все еще смущаюсь рядом с ним. Сначала я спрашиваю его, могу ли я поцеловать его, как какой-то ребенок из детского сада, а потом, когда он видит меня в следующий раз, я опрокидываю макет здания тех парней, и на меня орут прямо перед ним и его друзьями, включая Криса, как будто все не могло стать еще хуже. Если всего этого недостаточно, проходит еще один год, и вот я сбрасываю полотенце и показываю свои голые сиськи и прилипаю к нему. Я не упоминаю ту часть, где напала на него со скалкой, потому что думала, что это единственный выход.

— Итак, быть его другом — это лучшая идея. Мы все согласны с этим, да? — Кайла посмотрела на Джареда, потом на меня. — Ты привыкнешь к нему. Если я знаю тебя так же хорошо, как думаю, то в будущем будет много нервного смеха и скрывания в своей комнате, если ты ничего не сделаешь. Так что постарайся быть его другом, раз уж ты так непреклонна в том, что не влюблена в него. Джаред хорошо выглядит, и ты больше не буйствуешь вокруг него, — предложила Кайла, указывая на нашего друга.

— Если бы я интересовался девушками, то она бы вела со мной точно также, поэтому не уверен, что я хороший пример в этой ситуации, КайКай, — подхватил Джаред.

Я фыркнула.

— Ага, конечно. Это все, что я тебе скажу: «Конечно». Кроме того: «думай, как хочешь»... И последнее, но не менее важное: «в твоих мечтах».

Так что вместо того чтобы вести себя как обычно, как любезно предложила Кайла, и прятаться в моей комнате, я собиралась подружиться с Диланом Ридом. Звучало достаточно просто.

Было около пяти вечера, когда мне удалось вернуться в квартиру, проведя несколько долгих часов в фотолаборатории. Прежде чем я повернула ключ и вошла внутрь, дверь в конце коридора открылась, и Мисс Хильда выглянула из-за потрескавшейся двери.

— Мисс Кларк, это ты?

Хотя женщине уже восемьдесят пять лет, ее глаза работали лучше моих. Она прекрасно знала, что это я.

— Да, мисс Хильда, это я, — крикнула я через плечо.

Я спешно повернула ключ и открыла дверь, надеясь, что она больше ничего у меня не спросит. Мне хотелось поваляться на диване в течение нескольких минут, а затем позже, возможно, заставлю себя встать и сделать какой-нибудь бутерброд на ужин, прежде чем Дил…

— Не могла бы ты быть душкой и…

О, нет. Только не «душка».

«Пожалуйста, не говори повесить занавески. Только не это. Пожалуйста».

— …повесить занавески обратно?

В отчаянии опустив голову, я закрыла дверь, проклиная себя за то, что забыла о ней и, поднимаясь по лестнице, шумела достаточно, чтобы разбудить мертвых. Я вернулась, встав перед ее теперь полностью открытой дверью.

— Вы снова постирали занавески, мисс Хильда?

Она хмыкнула и подняла на меня бровь, как бы говоря: «к чему ты клонишь?»

— Спрашиваю только потому, что вы уже стирали их пять раз в этом месяце.

Она просила меня вешать чистые занавески обратно, потому что сама просто не могла сделать это сама. Женщина в силу возраста действительно не могла этого сделать, а мне требовалось всего десять минут, чтобы повесить их обратно. Но я всегда задавалась вопросом, кого еще она загоняла в угол, чтобы снимать их все остальные дни.

— Мне нравится чистый дом, мисс Кларк.

Конечно, ей нравился чистый дом. Она заставляла меня пылесосить ее квартиру почти еженедельно, не говоря уже о бесконечном списке других небольших задач. Если не будешь вести себя достаточно тихо, и ее дверь откроется, то у женщины непременно будут дела, которые она хотела бы поручить мне. Если бы мисс Хильда была одной из тех милых старушек, которые за помощь угощали теплым шоколадным печеньем, или, может быть, иногда предлагали домашнюю еду, потому что студенты скучали по домашней пище, она была бы такой чертовски привлекательной. Но, нет. Мисс Хильда была... понятия не имею, как подобрать вежливые слова, но она была ведьмой. Как я уже сказала, если она ловила тебя, то всегда заставляла помогать ей с чем-то, и вдобавок ко всему в процессе умудрялась высасывать всю энергию. Вот почему я всегда ходила на цыпочках, когда доходила до нашего этажа.

— Я очень устала и с самого утра ничего не ела. Я приду после…

— Ты, молодая... не оставляй на завтра ту работу, которую можно сделать сегодня.

Дверь открылась полностью, и женщина отступила. Я бы согласилась с ней, если бы мне нужно было расправиться с собственной работой. И я даже не сказала, что повешу занавески завтра. Я всего лишь хотела присесть и съесть что-нибудь, прежде чем заняться ее занавесками. Сдерживая разочарованный крик и скрипя зубами, я слегка улыбнулась женщине и вошла внутрь.

Как только дверь закрылась, она накинулась на меня.

— Я сегодня утром видела молодого человека, выходящего из твоей квартиры, мисс Кларк. В мое время мы и близко не подходили к мальчикам. Эти вещи не одобрялись, но думаю, времена изменились. По крайней мере, этот ближе к твоему возрасту. Ты знаешь, что девушка из 5Б изменила своему парню? Я слышала, как они спорили днем…

Я понятия не имела, кто живет в квартире 5Б. Полностью отключившись, я сделала то, о чем она меня попросила, и как только закончила, почти побежала обратно, прежде чем женщина могла попросить меня вывести Билли на прогулку. Билли — это ее адский кот, который прятался каждый раз, когда кто-то еще, кроме мисс Хильды был в доме. И когда он попадал в чьи-то руки (т.е. мои), его план действий заключался в том, чтобы расцарапать к чертовой матери руки, которые смели прикоснуться к нему.

Когда практически подбежала к двери, ведущей в безопасность, я услышала быстрые шаги мисс Хильды, следующие за мной. Для восьмидесятипятилетней женщины она на удивление быстро передвигалась, когда хотела этого, и догнала меня, как только я открыла ее дверь.

— Приятного вечера, мисс Кларк, и я дам тебе знать, если узнаю больше о девушке из 5Б. Бьюсь об заклад, мы увидим ее нового…

Я сделала шаг и во время столкнулась с твердым телом. Дилан, по-видимому, только что поднялся на последнюю ступеньку лестницы, и хмыкнул от удивления, отступая вниз. Я ахнула. Схватив меня за локоть, парень стабилизировал нас обоих, прежде чем я могла упасть на него и, вполне возможно, сломать ему и себе шею по пути вниз по лестнице.

— Зои?

— Ой, прости, — быстро извинилась я, когда он отпустил мою руку.

Этот парень навсегда запомнит меня как «недотепу, с которой пришлось жить целый год, дважды увидев в кампусе до этого».

Прежде чем я смогла объяснить что-либо Дилану или предупредить его телепатически, мисс Хильда прочистила горло позади меня, и я едва сдержала стон. Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох. Если я не закончу это быстро, то она будет держать нас в заложниках, кто знает, как долго.

«Ну, начнем».

— Ах, Дилан, это ты! — воскликнула я чуть громче, чем нужно, чтобы мисс Хильда могла без проблем услышать, хотя, когда надо, женщина не страдала от старческой глухоты. Я натянула самую большую улыбку и попыталась придумать что-то в течение двух секунд, которые мне потребовалось, чтобы встретиться взглядом с моей любопытной соседкой. — Мы только что говорили о тебе, не так ли? Мисс Хильда?

Прежде чем бедный парень смог понять, что происходит, я схватила его за руку и притянула ближе к себе. Или, точнее, призвала его встать рядом со мной, потому что с тем, как эти мышцы чувствовались под моей рукой, я не могла себе представить, что человек моего размера может переместить такого парня даже на дюйм, если он не захочет двигаться.

Моим следующим гениальным шагом было похлопать Дилана по руке и осторожно сжать ее в качестве предупреждения, но затем я почувствовала, как его мышцы сжимаются под моим прикосновением, и забыла, что собиралась сказать.

Твою мать...

Я посмотрела на Дилана и наши взгляды встретились. Я понятия не имела, о чем он думает, но быстро отвела взгляд и убрала пальцы с его руки.

Если мы оба хотим сбежать от бесконечных разговоров мисс Хильды, то я должна сосредоточиться на чем-то одном. Я подумала, что маленькая невинная ложь никому не повредит, если это означает, что мы вернемся в квартиру и я наконец-то доберусь до своего ужина.

— Это тот самый молодой человек, кого вы, должно быть, видели сегодня утром, мисс Хильда. Его зовут Дилан Рид, и он мой новый сосед.

Мисс Хильда осматривала парня с головы до ног. Без зазрения совести, я сделала то же самое. На нем были черно-серые кроссовки «Найк», светло-серые спортивные штаны, которые сразили меня, потому что серые спортивные штаны на парне были моим пунктиком, особенно когда их носили по утрам, и белая футболка, которая растянулась на его впечатляющей груди, рукава которой, словно обнимали те руки, которых я касалась всего несколько секунд назад. Большая сумка висела низко на его бедре, ремень которой пересекал его грудь.

Мисс Хильда, должно быть, не была впечатлена, потому что еще раз фыркнула. За исключением нашей старой мисс Хильды, не найти никакой живой, дышащей женщины, которая не была бы впечатлена, смотря на Дилана Рида. Ради такого зрелища я была готова на неделю отказаться от пиццы, и это было самое большое обязательство с моей стороны.

— Приятно познакомиться, мисс... — Дилан замолчал.

— Хильда, — вставила я до того, как она ему подскажет. — Я забыла вас представить. Это мисс Хильда. Я помогала ей кое с чем, и она упомянула, что видела молодого человека, выходящего из квартиры, и была в замешательстве, кто ты такой.

— О, — выдохнул Дилан, поглядывая между мной и нашей соседкой.

— Я не была в замешательстве, мисс Кларк. Я поделилась своими мыслями о том, что думаю о другом парне в твоей квартире. Она, — женщина повернулась, чтобы посмотреть на Дилана, когда указала на меня пальцем, — должна была стать жонглером в цирке, а не возиться с той камерой, с которой не может расстаться.

— О, но, мисс Хильда, вы еще не слышали лучшую часть. — Я положила руку на плечо Дилана, встала немного ближе к нему, вплотную прилепившись к его боку. Мне пришлось силой подавить непроизвольную дрожь, вызванную тем, что я стояла слишком близко к нему. Я наклонилась к мисс Хильде, как будто собиралась открыть ей самый большой секрет в мире. Женщина тоже наклонилась вперед. Она жила ради сплетен. — Боюсь, ему не нравимся мы, девочки, — прошептала я достаточно громко, чтобы она могла услышать, что означало, что Дилан тоже мог слышать меня совершенно ясно.

Мисс Хильда нахмурила брови и уставилась на Дилана.

— Э-э, простите? — заговорил Дилан после нескольких секунд молчания.

Я наклонила свое тело к нему, и на этот раз погладила область груди парня, полностью игнорируя его нахмуренный лоб и вопросительный взгляд. Я понятия не имела, к чему все эти ласки, но не могла остановиться.

— Не за что извиняться, — ответила старушка, ошибочно приняв вопрос Дилана за извинение.

— Да, тебе не за что извиняться, Дилан, — повторила я.

Взгляд Дилана прыгал от меня к мисс Хильде.

— Но я не…

Прежде чем Дилан успел закончить свое предложение, я осторожно наступила ему на ногу и оказала максимальное давление. Очки в его пользу за то, что парень даже не пикнул. Он медленно повернул голову ко мне и поднял бровь. Я одарила его самой милой улыбкой, какую только могла выдавить, и убрала ногу.

— Мисс Хильда очень открытая женщина, — объяснила я, указывая на нее головой. — Ничего похожего на ее сверстников, верно, мисс Хильда?

Она выпрямилась.

— Да, да, именно так. Эти старые пердуны совсем на меня не похожи. Держи голову высоко, молодой человек. В любви нет ничего плохого. У тебя есть парень?

— Э...

— Ты можешь мне рассказать.

— Давай, Дилан, — призвала я, слегка сжимая ему руку. Чем скорее он согласится и успокоит ее любопытство, тем скорее мы смогли бы уйти. — Не стесняйся.

Парень снова повернул голову ко мне и так долго смотрел мне в глаза, что улыбка исчезла с моего лица не потому, что его выражение обещало жестокое возмездие, а наоборот. Он выглядел удивленным, немного смущенным, но все же позабавленным, что было странно и неожиданно. Я нахмурилась, и его губы дернулись.

— На самом деле, да, у меня есть парень, — наконец, сказал он, все еще не сводя с меня глаз.

— Он хороший мальчик?

С легкой улыбкой на губах, Дилан прервал наш зрительный контакт и повернулся к ней.

— Очень хороший. Мне с ним повезло.

Старушка слегка наклонила голову и посмотрела на него своим фирменным взглядом с прищуром, когда один ее глаз всегда сужался больше, чем другой, отчего женщина выглядела совсем не серьезно.

— Как давно вы вместе?

Дилан, казалось, проигнорировал забавное выражение ее лица; опять же, очко в его пользу. В первый раз, когда я увидела, как она это делает, то едва сдержала смех.

— Уже два года.

— Видишь, мисс Кларк? Может, тебе стоит чему-нибудь научиться у своего соседа?

Я сделала глубокий вдох через нос и смогла сохранить улыбку на лице.

— Обязательно попрошу у него совета. Даже…

— Мистер Рид, у твоей соседки худший вкус на мужчин. Пожалуйста, научи ее паре вещей, потому что, похоже, ничего из того, что я говорю, до нее не доходит.

«Ты не можешь закрыть дверь перед ее лицом, Зои. Ты абсолютно точно не можешь закрыть эту чертову дверь перед лицом старушки».

— Пожалуйста, зовите меня Дилан, и я обязательно постараюсь научить ее нескольким вещам. Полностью с вами согласен. Зои должна быть с кем-то лучше. Я заставлю ее проявить благоразумие, не волнуйтесь.

— Хорошо. — Она бросила на меня последний взгляд и начала закрывать дверь, но остановилась на полпути. — Знаешь, что Дилан? Ты мне нравишься. Жаль, что тебе нравятся мальчики, мисс Кларк не помешал бы такой хороший мальчик, как ты.

«Ау? Там наверху есть кто-нибудь? Боже? Теперь ты можешь убить меня».

Повернувшись ко мне, женщина продолжила:

— Он мне нравится. Будь с ним любезна.

Я стиснула зубы.

— Ну, ладно. — Вспомнив, что все еще держу Дилана за руку, я отпустила его, и мы, наконец, направились к нашей собственной квартире.

— Мистер Рид?

Вот блин, как раз тогда, когда мы были так близки к свободе.

Дилан остановился и повернулся назад, но я просто продолжила идти. Я уже знала, что она поручит ему какие-то обязанности, и не была заинтересована в том, чтобы позволить ей втянуть меня в это тоже.

Открыв дверь, я вошла внутрь. Убедившись, что она приоткрыта для Дилана, я вошла в гостиную и просто рухнула на диван. Сняв сумку, я швырнула ее куда-то через плечо. Дверь закрылась тихим щелчком, и я закрыла лицо руками.

Раздался громкий стук, затем шаги, и ничего. Я уже чувствовала, как парень стоит надо мной, так что мне не нужно было смотреть вверх, чтобы увидеть выражение его лица, но чтобы убедиться, я подсмотрела сквозь пальцы и... да, Дилан был прямо там, эти большие сильные руки скрещены на груди, бровь поднята... в ожидании. Нужно было пойти прямо в свою комнату.

— И тебе привет, Зои, — сказал он, когда понял, что у меня изо рта ничего не выходит.

Я застонала и снова спрятала лицо.

— Не хочешь рассказать, что только что произошло?

Я вроде как фыркнула, а потом больше не смогла сдерживаться. Сначала мои плечи задрожали, потом мой тихий смех стал громче, превращаясь в хохот. Когда мне удалось взять себя в руки, и хохот в значительной степени стих до хихиканья, я еще раз взглянула на него.

Слава Богу, у него была большая улыбка на лице; это помогло мне почувствовать себя менее глупой.

Я откинула голову и уставилась в потолок.

— Ты не сердишься на меня? Очень надеюсь, что улыбка на твоем лице означает, что ты смеешься с этой ситуации, а не просто психопат.

Почувствовав, как большие руки скручиваются вокруг моих лодыжек, я резко села прямо. Не тронутый моим маленьким прыжком, Дилан осторожно поставил мои ноги на пол и сел прямо рядом со мной, посередине дивана. Я отодвинулась на несколько дюймов дальше, пока моя спина не уперлась в подлокотник, и между нами было немного больше пространства.

— Не уверен в этом. Решу после того, как ты расскажешь, что там произошло.

— Я знаю, что прошлой ночью ты сказал, что ненавидишь лжецов, но это не считается, хорошо? Ты не должен ненавидеть свою соседку. — Прочистив горло, я выдала ему нечто среднее между улыбкой и гримасой. — Мисс Хильда — домовладелица и единственный человек в здании старше двадцати пяти лет. И чертовски любопытная. Клянусь, эта милая старушка знает все, что происходит вокруг. Она уже прожужжала мне все уши до того, как я столкнулась с тобой. На самом деле именно поэтому я и столкнулась с тобой. Я пыталась сбежать. И она думает, что я блудница, и в основном пытается спасти меня от себя самой. Не то чтобы мне было не все равно, но опять же, она чертовски любопытна, и как только активизируется, то это превращается в допрос. Что я должна была сделать? Она пожилая, так что я не могу на нее наброситься. Я должна была ей что-то сказать.

Дилан протянул руку через спинку дивана и наклонился немного вперед, заставив меня откинуться назад, на всякий случай.

— Поэтому лучшее, что ты смогла придумать, это сказать ей, что я гей?

Я снова фыркнула и покраснела.

— Нет ущерба, нет проблем, верно? В тот момент это казалось лучшей идеей. По крайней мере, так она не будет ночевать перед нашей дверью.

— Ты не могла сказать ей, что мы просто друзья?

«Точно, я же собиралась подружиться с ним».

— Ее разум так не работает. Мальчики и девочки не могут быть друзьями. Она думает, что мальчикам нужно только одно, а так как ты мальчик... она думает, что тебе нужно мое...

— Твое... — Он замолчал, ожидая, пока я заполню пробел, но я не собиралась этого делать.

— Думаю, ты и так догадался.

— Вроде как догадался. — Его губы приподнялись в улыбке. — Спасибо, Зои. Похоже, нам будет очень весело.

Его взгляд пригвоздил меня к месту, мы сидели там, как два идиота, улыбаясь друг другу.

— Почему ты так улыбаешься? — спросил он, приподняв подбородок.

Я перестала улыбаться и кончиками пальцев коснулась губ. Что не так с моей улыбкой?

— А почему ты улыбаешься? — выстрелила я в ответ.

Парень приподнял бровь, и одинокая приподнятая бровь в сочетании с этой проклятой улыбкой... этого было достаточно, чтобы заставить мое чертово сердце биться чаще.

— Вот как я улыбаюсь, — ответил Дилан.

— Ну... она... слишком большая.

«Зои. Ох, Зои. Бедное несчастное дитя».

Его темно-синие глаза сверкали весельем, а уголки губ поднялись еще выше. Одна секунда растянулась на две, а затем две секунды превратились в соревнование в гляделки. О чем, черт возьми, он думал? Я не знала его достаточно хорошо, чтобы предположить, и с каждой секундой мне становилось все труднее удерживать его взгляд. Я не умела проигрывать, так что не могла отвернуться первой.

Казалось, прошел целый час самого странного конкурса в гляделки (который я выиграла, спасибо большое), Дилан покачал головой и провел рукой по своим коротким волосам.

— Что? — спросила я тихо, искренне желая услышать, что он думает.

Парень вздохнул и встал.

— Ничего.

— Нет, скажи мне. Что?

Дилан заколебался.

— Помнишь, мы говорили о людях, который нам не нравятся? — подсказала я и парень кивнул. — Еще мне не нравятся люди, которые не заканчивают свои предложения.

— Я не начинал предложение.

— Начал, вот здесь. — Я постучала пальцем по виску.

Дилан тихонько рассмеялся.

— Ты продолжаешь делать то, чего я от тебя не жду. Это сбивает меня с толку, вот и все.

— Это плохо или хорошо?

— Еще не определился.

— Давай не будем тратить твое время и договоримся, что это хорошо.

Я заметила подергивание его губ, когда парень наклонился, чтобы схватить сумку и повесить через плечо.

— Ты так думаешь?

— О, да. Я буду держать тебя в тонусе. — Я поднялась с дивана, чтобы встать рядом с ним. — Значит, все в порядке? Друзья? Ты не против, что я ей сказала, что ты гей?

— Друзья?

Ну, если он хотел сосредоточиться на этом...

— Конечно, друзья. Или лучшие друзья, приятели, товарищи... я позволю тебе выбрать. — Я слегка шлепнула его по руке, а затем сразу возненавидела себя за это.

Я, Зои Кларк, официально была самой странной девушкой на свете.

Почему земля не разверзлась и не поглотила меня, когда я больше всего в этом нуждалась? Это выше моего понимания.

Глядя на то место, где я стукнула его по руке, а затем на меня, Дилан снова заразительно улыбнулся, и мое сердце снова дрогнуло.

— Значит, друзья.

Глава 7

Дилан

Прошло несколько дней, и я начал возвращаться в свою рутину, или лучше сказать в новую рутину. Через два дня у нас была домашняя игра, и я был более чем готов играть. Я делал свой третий подход отжиманий, когда поднял взгляд и увидел, как Зои потирая глаза, вошла прямо в стену, промазав мимо двери ванной на десять дюймов.

— Черт! — тихо прошипела она, потирая плечо.

Я опустил голову и попытался сдержать смех. Когда снова поднял глаза, то увидел, как девушка смотрит через плечо на мою комнату прямо перед тем, как поспешить в ванную и осторожно закрыть дверь.

«Двести двадцать три».

«Двести двадцать четыре».

«Двести двадцать пять».

Я услышал, как хлопнула дверь, затем последовали осторожные шаги. Когда раздался громкий вздох, я поднял голову и мой взгляд медленно заскользил вверх по ее длинным гладким ногам. Ее рука была прижата к груди, и девушка снова изображала оленя в свете фар. Я улыбнулся.

— Доброе утро, Зои.

Опустив руку, она потянула за край футболки и сделала несколько шагов в сторону кухни. Но ее глаза остались на моем теле.

— И тебе привет. Ты до смерти меня напугал.

Я наклонил голову и тихо усмехнулся.

— Я заметил.

— Эм, что здесь происходит? — спросила она хриплым ото сна голосом.

— Делаю отжимания.

Еще несколько шагов направо и девушка добралась до кухонного острова. Пристально смотря на меня, она держалась за край стойки, как будто это помогало ей оставаться в вертикальном положении, обогнула два барных стула и обошла вокруг, пока не встала у раковины.

— Не рановато ли для отжиманий?

«Двести тридцать шесть».

— Я всегда просыпаюсь в шесть и занимаюсь.

— Итак, это повседневное явление?

— Да.

Я опустил голову и проигнорировал легкий тремор в мышцах рук.

— В выходные тоже?

— Да.

— О, хорошо. Это... приятно слышать.

Не отрывая от меня взгляд, Зои потянулась к стакану, стоящему рядом с раковиной, открыла холодильник, достала бутылку с водой, открутила крышку и налила в стакан. После секунды колебаний, схватила его и сделала несколько глотков.

Я опустил голову, чтобы скрыть улыбку, и продолжил считать.

«Двести сорок пять».

«Двести сорок шесть».

«Двести сорок семь».

— И доброе утро... дружище.

— Прости? — Я хмыкнул и посмотрел вверх.

— Ты сказал «Доброе утро», а я не ответила. Я еще не проснулась... может быть, я все еще сплю, не совсем в этом уверена. На случай, если я не сплю, а ты там отжимаешься... то и тебе тоже доброе утро, дружище.

— Ты действительно втянулась в эту штуку с друзьями, да?

Девушка пожала плечом, из-за чего ее очень большая футболка скользнула вверх и показала мне гладкую кожу, так невинно скрывающуюся под тканью.

— Мне эта идея нравится все больше и больше.

«Продолжай считать, Дилан. Считай».

«Двести шестьдесят один».

«Двести шестьдесят два».

«Двести шестьдесят три».

Дойдя до трехсот, я захрипел и вскочил. Схватив полотенце, которое оставил на диване, я вытер лицо.

— Ты почему так рано встала? Никогда не видел тебя по утрам. Только по вечерам.

Не то чтобы Зои часто была рядом. Когда я приходил, девушка куда-то исчезала.

Она все еще стояла у раковины, держа стакан в обеих руках и делая маленькие глотки, продолжая смотреть на меня.

— Наверное, потому что я нормальный человек? Кто вообще встает ни свет ни заря? Сегодня я встречаюсь с девушкой, которая платит мне за несколько снимков для ее модного блога. Она хотела, чтобы улицы были пусты, и, по ее словам, ее кожа выглядит лучше с ранним восходом солнца. Ни один здравомыслящий человек не встал бы в такую рань, но... работа.

— Да? Фотосессия? Звучит весело.

— Как я теперь вижу, ты явно не в своем уме, так что... твое представление о веселье может быть немного искажено.

Бросив полотенце обратно на диван, я опустил задницу к полу и начал приседать.

— Так, и что сейчас происходит?

— Приседания.

Я услышал тихий стон, но вместо того чтобы посмотреть на нее, смотрел вперед и продолжал упражнение. Краем глаза я мог видеть, как Зои двигается, и даже если бы не видел, то звуки открывающихся и закрывающихся шкафов и грохота столовых приборов достигали меня просто отлично.

«Сорок один».

«Сорок два».

«Сорок три».

«Сорок четыре».

Когда наступило долгое затишье, я заговорил, не отвлекаясь от приседаний.

— Что такое, дружище?

— А что такое?

Я чувствовал, как ее взгляд скользит по моей коже, словно нежное прикосновение перышка. Мой член зашевелился в спортивных штанах.

— Ты пялишься.

— Откуда ты знаешь, что я пялюсь? Ты даже не смотришь на меня.

— Я чувствую, как ты пялишься на меня, — буркнул я.

— Ты можешь чувствовать мой взгляд? Конечно, можешь. Ну, я смотрю, не потому что есть на что посмотреть, а потому что... в данный момент ты закрываешь мне обзор, и я не знаю, куда еще посмотреть.

Мне стало любопытно, и я повернулся посмотреть, что она делает. Я пытался поддерживать темп и одновременно считать в голове, но она все усложняла. Девушка стояла на том же месте, с той лишь разницей, что в этот раз в одной руке у нее была синяя миска, а в другой ложка. Миска была наполнена хлопьями, которые направлялись прямо к ее розовым губам. Я попытался встретиться с ней взглядом, но взгляд Зои, казалось, был прикован к другому месту, а именно к моему туловищу. Так что я был развлечением на завтрак. По какой-то причине я не мог четко сформулировать свои мысли, и не возражал против ее взгляда на мне, и поверьте мне, если бы это был кто-то, кроме нее, я бы точно возражал. Обычно если на меня таращились, это нарушало мою концентрацию, тем самым вызывая во мне раздражение. Но на мне никогда не было взгляда, движущегося по моему телу, словно чертово перышко. Мое тело нагревалось, и я был уверен, что это не из-за тренировки.

—Ты завтракаешь и все еще пялишься, — проворчал я. Пот уже начал стекать с моего лба, так как при каждом повторе делать упражнение становилось тяжелее, да еще и член стал твердым.

Ее рука с ложкой остановилась в воздухе, а затем девушка снова продолжила жевать.

— Думаю, да. Да. — Послышался громкий звон, когда ее ложка ударилась о миску, и она вздрогнула, но через две секунды продолжила жевать. — Все говорят, что завтрак — это самая важная еда дня, и думаю, что начинаю в это верить.

«Сто».

Закончив первый комплекс упражнений, я лег на пол и встряхнул руками, чтобы расслабить мышцы, пока медленно восстанавливал дыхание.

— Так ты всегда делаешь это... полуголым?

Я улыбнулся в потолок.

— Если тебя это беспокоит, то с этого момента я могу заниматься в своей комнате. Я пришел сюда только потому, что не думал, что ты проснешься.

— Нет, все в порядке. Просто интересуюсь.

Последовала двухсекундная пауза, прежде чем Зои снова заговорила.

— Всегда в одно и то же время?

— Ты будешь выходить каждое утро и составлять мне компанию?

Сделав глубокий вдох, я приступил ко второй серии.

«Сто один».

«Сто два».

«Сто три».

— Неа.

— Уверена? Ты вроде как задумалась об этом на секунду.

— Да. Нет.

«Сто десять».

«Сто одиннадцать».

Чувствуя привычный ожог от взгляда на своем теле, я в кратчайшие сроки проделал свой второй комплекс.

Услышав громкий кашель, я посмотрел на нее.

— Еще? — спросила Зои писклявым голосом, когда я пошел на следующую сотню приседаний.

— Да, — выдохнул я.

Чудесным образом я смог закончить свой последний комплекс всего с несколькими взглядами, брошенными в сторону моего любопытного наблюдателя. По крайней мере, мой член вел себя хорошо. Несколько раз, когда я смотрел, девушка быстро отводила взгляд и сосредотачивалась на миске с хлопьями или на раковине. Встав, я вытер лоб, грудь и живот. Перекинув небольшое полотенце через плечо, я двинулся к своей любопытной соседке. Ее взгляд неотрывно следил за каждым моим шагом.

Остановившись, когда нас разделяло всего два шага, я прислонился к мраморной стойке.

— Эй. Как прошло твое утро?

Зои издала несколько неразборчивых звуков, а затем прочистила горло, проглотив полный рот хлопьев.

— Как и в любое другое утро, правда. Ничего особенного не произошло. А твое?

Было трудно сдерживать улыбку, поэтому я решил не делать этого.

— Я действительно наслаждался этим утром. Спасибо за компанию.

Похоже, у нее все еще были проблемы с удержанием моего взгляда, когда мы стояли близко друг к другу. О, она пыталась, нужно отдать ей должное, но это длилось всего пару секунд, прежде чем Зои переключила свое внимание на мое ухо. Я заметил, что выбранное ею место также может быть моим ртом, если я улыбаюсь или говорю.

— Хочешь хлопья?

Она взболтала ложкой то, что к этому моменту стало очень размокшей кашей, а затем отхлебнула немного молока.

— Нет.

— Кофе?

— Нет.

— Хлопья?

Я засмеялся.

—Я перекушу что-нибудь с ребятами.

— Значит, вода?

— Я бы не отказался.

Девушка повернулась и потянулась на цыпочках, чтобы взять новый стакан из одного из шкафов слева от меня, и мне пришлось с силой сжать край стойки, когда мой взгляд опустился ниже.

«Глаза вверх, Дилан. Не смотри на ее задницу».

Я видел только светло-голубую вспышку на ее бледной коже, прежде чем девушка опустилась на пятки и наполнила стакан водой, прежде чем передать его мне.

— Спасибо, Зои.

Снова румянец появился на ее щеках.

Я посмотрел вниз и сосредоточился на ее босых ногах. Она покрасила ногти на ногах светло-фиолетовым, и на ней это выглядело очаровательно. Затем девушка скрутила пальцы ног и спрятала правую ногу за левую. Это заставило меня улыбнуться.

Я встречал застенчивых девушек и раньше, но ни одна из них не производила на меня такого эффекта, как Зои. А еще я встречал девушек, которые притворялись застенчивыми — не слишком часто, может быть, раз в несколько лет, но это происходило. Некоторые охотницы за джерси могут быть немного более продвинутыми, чем можно от них ожидать, а вы уже ожидаете, что они будут работать на перспективу, отсюда и их прозвище. Я узнал, это в свой первый год, когда еще пытался найти свой путь в новом учебном заведении и новом коллективе.

Не считая первого курса, я не спал со всеми подряд. После первого года я понял, что это не мое. По сравнению с некоторыми из моих товарищей по команде, я был ангелом, но встречался с девушками время от времени. Найти эту неуловимую связь было еще труднее, чем вы ожидаете.

Эта странная вещь, происходящая между Зои и мной, была для меня в новинку. У меня были девушки, с которыми я только дружил, и были, с которыми было только здоровое сексуальное влечение. Тем не менее, я стоял здесь, на кухне, глядя на ноги девушки и находя чрезвычайно очаровательным то, как застенчиво она пыталась скрыть их от моего взгляда. Я не был точно уверен, что происходит между нами или происходит ли что-то вообще, но у меня было чувство, что потребуется некоторое время, чтобы найти нашу опору.

Зои застенчива и это факт, но потом вдруг девушка ошарашивала меня, говоря что-то неожиданное, например, признавала тот факт, что пялилась на меня, и это сбивает с толку. Парень должен предвидеть следующий шаг в игре, и соответствующим образом приспособиться, чтобы бежать за победой. Я был чертовски хорош в просчете следующего хода игрока, но с тем, как играла Зои, мне было трудно догадаться, откуда ко мне придет мяч.

Похоже, у нее была совершенно другая сторона, скрывающаяся под первым слоем. Может, это и привлекало меня в ней. Я не тупица и знаю, что она меня привлекает. Мой член был более чем счастлив видеть Зои несколько раз на этой неделе, но не только красота двигала меня в этом направлении. Я был серьезен, когда сказал, что у меня есть чувство, что она станет моим лучшим другом.

— Где ты хочешь жить после выпуска? Останешься здесь? — спросил я ни с того, ни с сего, удивляя даже себя.

Зои задержала мой взгляд еще на две секунды, которые, казалось, были ее максимумом, если только девушка не ввязывалась в гляделки, а затем посмотрела в свою миску и продолжала размешивать хлопья в молоке. Куда угодно, только не мне в глаза.

Что у нее за проблемы с моими глазами, когда мы стояли близко? Ведь у нее совершенно не было проблем с разглядыванием моего пресса, рук и плеч всего за несколько минут до этого?

— Нью-Йорк. А ты?

— Узнаю, когда закончится драфт.

— Понятно. — Девушка кивнула и застенчиво улыбнулась мне. — Восхищаюсь твоей уверенностью, что тебя выберут. Есть идеи, где ты окажешься?

Я пожал плечами.

— Если я не верю в себя, зачем это делать кому-то еще? Может, я и не окажусь в первом раунде, но это нормально. Я просто буду работать усерднее, чтобы показать всем, какую ошибку они совершили, упустив меня. — Ее улыбка стала больше, и я хмуро посмотрел на ее губы. — Просто, чтобы ты знала, я не выпендриваюсь. Я просто знаю, на что способен на поле. К тому же, я могу повредить колено в следующей игре, или, черт возьми, даже на тренировке, и никогда больше не смогу играть. Попасть в профессионалы — это план и мечта, но еще слишком рано говорить, где именно окажусь или о чем-то еще.

Она подняла руку с ложкой в знак капитуляции.

— Здоровая доза уверенности в себе всегда хороша. Мне бы не помешало немного. — Она замолчала на мгновение. — И я знаю, что ты не выпендриваешься, Дилан. Да, ты говоришь, что хорош на поле, но не кичишься этим. Даже сказал, что будешь работать усерднее, чтобы показать им, какую ошибку они совершили, не выбрав тебя. Ты не усмехнулся и не сказал, что им повезет, если ты будешь играть в их команде. Вот это было бы неприятно. — Она сузила глаза в неуверенности: — Понимаешь, что я имею в виду?

Вместо того чтобы улыбнуться ей в ответ или сделать шаг вперед, который приблизит меня к ней, или поблагодарить, я задал простой вопрос. На этот раз это не было неожиданностью. Я был полностью осведомлен о том, что собирался спросить.

— Хочешь поспорить, Зои?

Ее улыбка немного уменьшилась, и девушка, наконец, положила ложку в миску, чтобы попытаться понять, куда я клоню с моим вопросом. Спустя несколько секунд созерцая, Зои переместила свой вес и прижала бедро к стойке.

— С чего это? О каком споре идет речь?

Солнце послало первые застенчивые лучи света через окно на лицо Зои, когда я поставил воду и посмотрел на нее. Я наблюдал, как девушка занервничала, когда моя новая позиция немного приблизила меня к ней. Я мог видеть, как сильно Зои хотела отступить, как она переминалась с ноги на ногу. Если бы я сделал один большой шаг, мы бы дышали одним воздухом. Вспышка сияния, которую я увидел в ее глазах, говорила мне, что она не испугается так легко.

— Давай сделаем ставки на поцелуй, — сказал я, решив положить конец ее страданиям. — Я думаю, что однажды мы закончим поцелуем, и уверен, что ты будешь первой, кто попросит об этом.

Девушка замерла. Миска все еще висела в воздухе в ее руке, поэтому я протянул руку и осторожно взял ее. Когда она не отпустила ложку, я выхватил ее из пальцев девушки и поставил ее завтрак на стол — медовые ореховые хлопья, судя по всему. Не самый плохой выбор.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты сказал, что я буду умолять тебя?

— Да, именно так.

— Признаю свою ошибку — ты слишком высокого мнения о себе, — заключила она.

— Не веришь? Отлично, значит ты победишь. Давай заключим пари.

— Ты забыл ту часть, где я сказала, что у меня есть парень?

Мне это не нравилось, но я все еще не был уверен насчет ее отношений. Черт, если быть честным, я даже не был уверен, говорит ли она правду. Зои сказала, что все сложно, а «сложно» для отношений никогда не предвещало ничего хорошего. Парень, наверное, все равно был придурком.

— Ты сказала, что между вами все сложно. Все меняется. Худшее, что может случиться, это то, что ты выиграешь пари. Что ты теряешь?

— Иногда вещи не меняются.

— У меня есть предчувствие.

— О, да? — Девушка скрестила руки на груди, заставив свою огромную футболку подняться еще на несколько дюймов по этим гладким ногам. Если посмотрю достаточно долго, достаточно пристально, смогу ли снова увидеть этот намек на нежный синий цвет? — Не хочешь поделиться этим чувством со всеми нами?

Снова подняв взгляд, я пожал плечами.

— Боишься проиграть? Если ты так уверена в себе, почему бы просто не принять пари?

— Я не собираюсь падать к твоим ногам, — Зои дико взмахнула рукой в мою сторону, — только потому, что увидела тебя полуголым. Многие парни тренируются. И я видела, многих ребят во время тренировок.

Я слегка улыбнулась.

— Если думаешь, что наличие мышц делает меня особенным, то ты определенно удивишься. Да ладно, что ты теряешь? Обещаю, что не буду пытаться соблазнить тебя. На самом деле, я даже больше не буду упоминать об этом пари. Просто невинная игра между друзьями. Мы все еще будем друзьями, как ты и сказала.

Зои обдумывала мои слова, теребя пальцами нижнюю губу.

— Тогда зачем делать ставки? Я не говорю, что хочу, чтобы ты меня соблазнял или что-то еще. Я совершенно не подвержена полуобнаженным телам, — ее руки двигались в воздухе, чтобы указать на мое полуобнаженное тело, прежде чем вернуться к ее розовым губам, — и, очевидно, я бы не хотела, чтобы ты…

— Очевидно, — повторил я сразу после нее.

— Так, почему? — спросила она, игнорируя мой позабавленный выпад.

— А почему нет?

Она вздохнула.

— Это не ответ.

Я оттолкнулся от стойки, и девушка сделала шаг назад.

— Все хорошо. Я пойму, если ты не доверяешь себе рядом со мной.

Зои подняла подбородок чуть выше и посмотрела на меня.

— Мило. Что я получу, если выиграю?

— А что ты хочешь?

— Ты даешь мне слишком много контроля. Что если я попрошу... ладно, забудь об этом, я не собираюсь это говорить. Мне нужно подумать об этом немного.

Я кивнул головой. Это было справедливо.

— Каковы правила игры? — спросила она, наконец, оставив губы в покое. — Сроки?

— Никаких правил. Ничего не меняется. Это просто безобидное пари между двумя друзьями, ничего больше, обещаю. Что касается сроков... скажем, до моего выпуска. Не думаю, что это займет много времени, но на всякий случай.

Сладкая улыбка растянулась на ее губах, неожиданно вытягивая искреннюю улыбку из меня. Я почти ожидал, что, улыбаясь, она покажет мне средний палец, но затем девушка сжала губы вместе. Выражение ее лица стало серьезным.

— Что ты получишь от этого?

Несмотря на то, что я не думал так далеко вперед, так как поцеловать ее уже будет победой, я понял, что мне даже не нужно думать об этом.

— Если я выиграю, то получу второй поцелуй... и третий. Ведь три, кажется, магическое число для нас.

Вместо того чтобы потянуться к ее губам, она пальцами потянула и скрутила крошечный шарм, висящий на конце серебряного ожерелья, чуть выше ее груди. Если судить по цвету бретелек ее бюстгальтера, то на девушке было соответствующее нижнее белье, что всегда очень возбуждает меня. Сексуальный комплект соответствующего нижнего белья, поднял все на ступеньку выше для меня.

Девушка расправила плечи, и я заставил себя вырваться из образов того, какое нижнее белье у нее было под этой выцветшей футболкой, прежде чем мой член мог поприветствовать ее.

— Я очень хороша в ставках, просто чтобы ты знал, — сказала она, в конце концов. — И я никогда в жизни никого не умоляла поцеловать меня, Дилан.

— Так же хороша, как и с гляделками? — Я пожал плечами и попытался свести улыбку к минимуму. — Неважно. Мне нравится идея быть твоим первым, Зои.

Одна сторона ее губы дернулась.

— Развлекайся сколько хочешь. Лучше будь осторожен — это все, что я хочу сказать.

— Видишь, тогда тебе не о чем беспокоиться. Ты будешь в безопасности от моих губ.

Опять же, мы стояли там, глядя друг на друга в течение нескольких секунд, оба слегка улыбаясь. На этот раз Зои первой отвела глаза, и я был достаточно мил, чтобы не указывать на это.

Я схватил полотенце, висящее на моем плече.

— Мне нужно подготовиться к выходу. Не хочу опоздать на тренировку.

— Ты же знаешь, что если будешь умолять меня о поцелуе, то тоже проиграешь?

Я ничего не делал, только улыбался. Я мог бы поцеловать ее прямо здесь и сейчас, но если она не лгала, и у нее действительно был парень, то это бы не прошло хорошо, а я не был таким парнем. Я бы никогда не сделал того, что сделали со мной. Я мог бы поспорить на деньги, что не было реального парня, но с другой стороны был футбол, и он был очень реален. Я проживал самый важный год в своей жизни, и у меня уже был жестокий график.

Зои кивнула, как будто все было решено. Затем внезапно ее кулак оказался между нашими телами. Я посмотрел на него сверху вниз.

— И что это такое?

— Стукни его.

Я нахмурил брови.

— Стукнуть?

— Да. Давай, не заставляй меня ждать. Друзья иногда стукаются кулаками.

Когда я не был достаточно быстрым, потому что был занят тем, что пытался понять, как она из ниоткуда появилась в моей жизни и как я собираюсь пережить ее, Зои встряхнула свой маленький кулак и наклонила голову, указывая на него глазами, призывая меня... стукнуть его.

Итак, я, смеясь, стукнулся кулаками со своим новым другом.

Что еще я мог сделать?

После того как я вышел из квартиры и встретился с ребятами, мы перенесли трехчасовую тренировку. Не все в команде были рады, что им надирают задницы каждый день, но я не был одним из них. По крайней мере, осенний лагерь закончился; это было... безжалостно, мягко говоря.

Больше, чем несколько раз, я столкнулся лицом к лицу с Кайлом и Максвеллом и сумел проигнорировать их. На поле я должен был быть их товарищем по команде, но как только мы сходили с того зеленого газона, я их не знал. Я стал лучше разделять сферы своей жизни.

Когда вторая тренировка закончилась, и мы шли в душ, с потом, буквально капающим с наших тел, Джей Пи буквально накинулся на меня. Это продолжалось в течение десяти минут, даже во время душа, и к тому времени как мы добрались до раздевалки, он все еще не унимался.

— Не ври мне, приятель. Где ты остановился?

— В сотый раз говорю, я нашел нового соседа. Я в порядке, расслабься.

— Где ты его нашел?

Я посмотрел на потолок и выдохнул.

— В интернете.

Нет смысла говорить ему, что он, ну... она, а не он.

— Ты просто зашел в интернет и переехал к какому-то случайному чуваку? Почему? Ты слишком хорош для моего надувного матраса?

— Я действительно не могу сказать, серьезно ты или нет, но просто, чтобы ты знал... ты храпишь, чувак. Это нормально, когда мы останавливаемся в отеле на выездных играх — я могу справиться на одну или две ночи, но в течение года...

Джей Пи скрестил руки на груди и дал мне один из совершенных «пошел ты» взглядов, обычно зарезервированных для судей. Он продолжал смотреть на меня, стараясь изо всех сил уловить что-то в моем выражении лица. Его рот вновь открылся, но я покачал головой.

— Если ты спросишь меня еще раз, я заставлю тебя пожалеть об этом.

— Что происходит? — спросил Крис, выйдя из душа и подходя к нам.

Я натянул спортивные штаны и сел на скамейку.

Джей Пи обратил все свое внимание на нашего стартового квотербека.

— Ты знаешь? Потому что если знаешь и не скажешь мне, то клянусь Богом, Крис…

Очевидно, получить по заднице на поле, было недостаточно для него. Он просил добавки.

Хмурясь, Крис посмотрел на меня, а затем на Джей Пи.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Я только что пришел.

— У нашего парня появился таинственный новый сосед по комнате, и он странно себя ведет, — объявил Джей Пи.

Даже не потрудившись поднять голову, я потянулся за рубашкой.

— Если кто и ведет себя странно, так это ты. Поверь мне.

— Он разве не у тебя остановился? — вмешался Крис, игнорируя мои слова. — Я думал, что у тебя. Где ты остановился, чувак?

Застонав, я встал и натянул рубашку на живот.

— Вы издеваетесь? Клянусь Богом, если кто-то из вас спросит меня, где я живу, или все ли хорошо, я надеру вам задницы.

— Видишь, как он начинает защищаться? — спросил Джей Пи Криса. — Он все еще...

Отключившись от них, я потянулся к своему телефону, когда тот начал вибрировать в кармане. Крис подошел к своему шкафчику, через два справа от меня, и начал надевать свою одежду, все время споря с Джей Пи о моей «ситуации».

Открыв сообщение, я увидел, что оно от Виктории и проигнорировал его так же, как и все остальные ее сообщения «Я хочу поговорить с тобой». Сунув телефон в карман, я перекинул сумку через плечо и отошел от парней.

— Я ухожу. Если когда-нибудь найдете свои яйца, то можете найти меня в закусочной. Я пропустил завтрак, поэтому умираю с голоду. — Я обернулся и продолжал идти спиной назад, бросая смертельный взгляд на Джей Пи. — Даже не подходи ко мне, если планируешь задавать вопросы.

— Ты пойдешь в «Ин-эид-Аут Бургер»⁶? — закричал Крис, прежде чем я успел выйти за дверь.

Для меня всегда было трудно отказаться от чизбургеров, но сегодня я не хотел опоздать на занятия, поэтому на этот раз выбор был легким. Также был тот факт, что мне приходилось экономить деньги, если я хотел продолжать посылать их домой. Хотя отсутствие необходимости платить арендную плату поможет в этом.

— Не могу сегодня. У меня занятия в два, потом в пять. Вы двое развлекайтесь без меня.

— Увидимся вечером у Джека дома? — закричал Джей Пи, когда я толкнул дверь. Джек был нашим нападающим.

— Я напишу тебе, если у меня получится.

Когда захлопнул дверь и завернул за угол, я все еще слышал, как Джей Пи кричал мне вслед.

Я сделал всего несколько шагов, когда услышал громкий стук, эхом разлетевшийся в тихом здании.

Брюнетка привлекла мое внимание, когда вышла из одного конференц-зала в другом конце коридора. Я понял, кто это, только когда девушка откинула волосы назад, держа дверь открытой для кого-то. Тренер вышел следующим, прямо вслед за Зои. Они оба выглядели напряженно и особенно счастливыми, когда отошли так далеко друг от друга, как только могли. Тренер повернулся к ней, и я увидел, как шевелятся его губы. Хотя я шел за ними, но не смог их догнать, чтобы услышать, о чем идет речь, прежде чем они добрались до холла и пошли по направлению к выходу. Я не заметил, как Зои отвечала тренеру, но заметил, что ее спина еще больше напряглась. Он развернулся и исчез в командной комнате. Зои прибавила шагу, прошла мимо трофеев, не отрывая взгляда от пола, и вышла... не подозревая, что я перестал двигаться и стоял совершенно неподвижно, полный вопросов.

Глава 8

Зои

Выходные после того, как Дилан и я заключили пари, прошли в мгновение ока. Его команда выиграла вторую игру, о чем я слышала от Джареда, и весь кампус гудел сладким привкусом победы. Я? Не особо.

Я посмотрела первую половину игры, прежде чем отправиться на встречу с Джаредом. И хотя я мало знала о футболе — мне было трудно следить за ходом игры — даже я видела, что Дилан на поле был совершенно другим человеком. По крайней мере, с моими ограниченными футбольными знаниями, я так думала. Его движения были более резкими. Он казался суперсосредоточенным, суперпривлекательным, суперагрессивным — сексуальным способом, а не как Халк. Я уже говорила о суперпривлекательности? Он был суперсильным, супербыстрым — парень умел бегать — и еще раз, на случай, если вы не следили, суперпривлекательным. Я была очень благодарна за это, как зритель. Наверное, из-за униформы и этих проклятых подплечников он выглядел сексуальным зверем. Даже черная краска под глазами, которая должна была заставить его выглядеть нелепо, сделала прямо противоположное. Дилан выглядел, как воин на поле.

Очевидно... было бы ложью, если бы я сказала, что не было чертовски горячо смотреть, как он играет. Когда парень забил свой первый тачдаун — сорок пять ярдов, по словам дикторов, — я была вся в волнении и даже подпрыгнула на своем месте с самой большой улыбкой на лице. Затем рассмеялась, когда все его товарищи по команде бросились к нему и парень немного подвигал бедрами, и они ударились грудями и кулаками.

«Видите! Друзья постоянно бьются кулаками».

Потом я увидела, как к нему подбежал пятый номер — Крис. Он обхватил рукой его шею, когда они толкали друг друга, и мое сердце согрелось от этого вида. Когда камера приблизилась к лицу тренера, пока он шел по боковой линии, я выключила телевизор.

Я определенно могу понять весь ажиотаж вокруг игры... О, и униформа... И да, хорошо, особенно эти плечевые накладки... И, возможно, эти обтягивающие штаны повлияли на каждую девушку в кампусе. Я предполагала, что будет в сто раз хуже, если окажешься прямо на стадионе. Я не собиралась полностью сдаваться и становиться одной из его вопящих поклонниц, но не видела проблем с тем, чтобы просто смотреть его игры время от времени... Ну, знаете, потому что мы с ним были на пути к тому, чтобы стать лучшими друзьями, а лучшие друзья поддерживают друг друга. На самом деле, однажды, когда парень торопился уйти, он даже попросил мой номер телефона, а потом я получила:«Привет, соседушка». В моей книге это означало, что мы действительно становимся друзьями.

Именно этого я и хотела.

Точно.

Говоря о друзьях, когда часы приблизились к восьми вечера, я взяла телефон и позвонила Кайле.

Она ответила на пятом гудке.

— Привет, Зои.

— И тебе привет. Умираю с голоду. Когда мы встречаемся?

Я планировала умолять ее пойти на пиццу, но я не была уверена, что подруга не была в одной из своих фаз диеты благодаря Киту, делающему случайные комментарии о ее якобы лишнем весе. Если это так, то я знала, что она не пойдет, но, когда я слушала ее вздох на другом конце линии, все мысли о еде довольно быстро исчезли из моего разума.

— Что происходит? — осторожно спросила я, хотя уже могла предположить.

— Я не смогу прийти сегодня. Мне очень жаль, Зои. Я с нетерпением ждала этого, и не видела вас несколько дней, но кажется, Кит подхватил что-то, так что мне придется отправиться домой и проверить его.

Слова вертелись на кончике моего языка, но Кайла опередила меня.

— И прежде чем ты что-то скажешь, Кит действительно хотел, чтобы я встретилась с вами, но его голос звучал так плохо, когда он звонил мне, поэтому, даже если присоединюсь к вам, буду все время думать о нем.

Я села на диван и сбросила туфли. Буквально за несколько минут до этого я была взволнована перед встречей с ней.

— Я не собиралась ничего говорить, — проворчала я. — Я все понимаю. Ты должна позаботиться о нем. Я бы сделала то же самое. Не беспокойся за нас. Я могу встретиться с тобой завтра. Хорошо? Думаю, что Джаред свободен от обязанностей няни, так что, возможно, он тоже сможет присоединиться. Может даже так будет лучше. Пообедаем? У меня занятия только в четыре.

Я слышала ее быстрые шаги, пока ждала ответа.

— У меня завтра два занятия, одно утром, другое около двух. Если Киту станет лучше, мы сходим на кофе. Нормально?

— Все что угодно. Ты только скажи, когда и где, и мы будем там. Я просто хочу увидеть твое милое личико, КайКай.

Я почти чувствовала ее теплую улыбку по телефону. По крайней мере, ее тон стал теплее, когда она ответила.

— Боже, я тоже скучаю по вам, ребята. Я даже не спрашиваю о Дилане, потому что мне нужно знать подробности каждого дня, и мы не можем сделать это по телефону. И не рассказывай Джареду все без меня. Я чувствую себя за бортом из-за этого, и он вечно важничает передо мной.

— Хорошо. Мои губы запечатаны, пока я не увижу тебя во плоти, но не волнуйся, ты немного пропустила, хотя в субботу после его прихода…

— Нет. Нет. Ты расскажешь мне все завтра, помнишь? Это не телефонный разговор. Нам нужен кофе и углеводы в виде булочек.

— На самом деле все не так…

— О, Зои, прости, Кит звонит. Надо идти. Я напишу тебе завтра, хорошо? Люблю тебя.

— Хорошо! Тоже тебя люблю…

Линия оборвалась. Я застонала и упала на диван. Конечно, Кит звонит. Если бы она проигнорировала его и продолжила разговор со мной, он продолжал бы названивать ей, пока не заставил ее почувствовать себя некомфортно и виноватой достаточно, чтобы она ответила. Я лишь надеялась, что он действительно болен и ему очень больно.

Я вздохнула и быстро написала Джареду.

Я: Кайла не может встретиться. Кажется, Кит что-то подхватил.

Джаред: Мудак!

Джаред: Кит, а не КайКай.

Джаред: Ты можешь прийти сюда и позволить Бекки сделать тебе макияж, если хочешь.

Я: У твоей мамы опять ночная смена?

Джаред: Да. Ты в деле? Я обещаю, что на этот раз не буду публиковать результаты преобразования в соцсетях.

Я:Нет, спасибо. Получить макияж от пятилетки, было единичным случаем. Вычеркиваю из моего списка желаний. Я никогда больше не совершу такую ошибку и не засну в комнате с ней.

Джаред:Но мы так старались сделать тебя красивой.

Я: Я видела результат, спасибо.

Джаред: Так ты идешь?

Я: Конечно, уходи от темы. Нет. Останусь дома и немного позанимаюсь. Кофе завтра?

Джаред: Да. Поцелуй Дилана на ночь от меня.

Я ухмыльнулась. Вот уж маленький засранец!

Я высоко подняла телефон и сделала селфи со средним пальцем и с милой улыбкой на лице. Через несколько секунд пришло ответное фото: он и его младшая сестра, он нахмурился в объектив и закрыл ей глаза рукой.

Бекки вила из него веревки. Мало того, что она была гиперактивным ребенком и искренне не понимала, что другим людям нужен сон, чтобы функционировать. Она также была маленькой дьяволицей с лицом ангела. По крайней мере, сегодня Джаред будет страдать, и знание этого дало мне немного удовлетворения.

Поцелуй Дилана на ночь... Ну, нет. Я была сделана из более жесткого материала.

Я знала, что у Дилана был командный ужин и учебная группа, потому что подслушала его разговор с другом по телефону. Не был уверена, был ли это Крис или кто-то другой, и я не могла спросить его, но зная, что парня не будет дома в ближайшее время, я устроилась в гостиной и принесла свой ноутбук, чтобы сделать несколько заданий. Если бы я нашла время для ретуши с последней съемки, которую я сделала для модного блога Лии, прежде чем лечь спать, было бы еще лучше. В последнее время дела с фотосъемками шли очень хорошо, у меня было чувство, что я собираюсь съехать из этой квартиры в конце года. Это не будет такой уж большой проблемой, как я ожидала.

Повернувшись лицом к окнам, я села на пол, разложила все на кофейном столике и приступила к работе. Единственный перерыв, который сделала, чтобы съесть банан и кусок слегка сгоревшего тоста с завтрака. Это было большое разочарование после мечты о вкусной сырной пицце, но что поделать?

Было около девяти часов, когда мои глаза начали тяжелеть от заданий, поэтому я надела наушники и переключилась на фотошоп, чтобы поработать над редактированием модных снимков. Громкая музыка, которую я врубила, разбудила меня довольно быстро, и я смогла отключиться от всего, кроме фотографий Лии на экране.

Я любила этим заниматься. Конечно, иногда я проводила больше часов перед своим ноутбуком, чем за объективом, но так это и работало. Если все пойдет по плану, я надеялась, что фотография станет моим будущим. Это не обязательно должны быть модные фотографии, но пока я использую камеру, захватывая разные лица, эмоции, воспоминания, моменты... я знала, что все будет в порядке.

В какой-то момент начала играть песня Gorilla G-Mix в исполнении Фаррелл, и в мгновение ока я начала подпевать, потому что это была одна из моих любимых сексуальных песен. Такие есть у всех, верно? У меня никогда не было секса под эту песню — это было бы, по крайней мере, странно — но всякий раз, когда я слышала ее, определенно могла представить, как это происходит.

По крайней мере, она всегда вытягивала мою внутреннюю стриптизершу. Песня была странно сексуальной, или, может быть, была сексуальной только для меня, потому что я была странной? Возможно, последнее, но мне было все равно. Только Джаред и Кайла знали о моей странной одержимости сексуальным хип-хопом. Продолжая петь, все еще сидя на полу, я откинула голову на подушки дивана, развела руки и закрыла глаза.

Мои бедра двигались в такт, я пела все это, даже издавала звуки гориллы, как будто слов было недостаточно. Вы можете догадаться, к чему я веду, верно? Потому что речь идет обо мне.

Когда я лениво открыла глаза, Дилан Рид смотрел на меня сверху вниз. Я закрыла глаза, открыла снова... попробовала еще раз для полной уверенности... но парень никуда не исчез. Когда я в первый раз увидела, что он смотрит на меня сверху вниз, то подумала и понадеялась, что просто вызвала его образ в своей голове, потому что чувствовала себя... определенным образом. В конце концов, образ того, как Дилан Рид отжимается и приседает, было нелегко стереть из памяти. Наблюдая, как его мышцы пульсируют под этой гладкой кожей, которая словно умоляет прикасаться, лизать и посасывать... делать все то, что нельзя делать с другом...

Я испустила глубокий вдох и устремила взгляд в потолок. Парень все еще не произнес ни слова. Потянувшись за наушниками, я медленно сняла их, и следующая песня, которая начала играть, медленно отдалилась, забрав с собой голос Дрейка. В квартире было совершенно тихо. Вы могли бы бросить булавку в моей спальне, и я услышала бы ее с того места, где сидела.

Рев в моих ушах начинал нарастать, пока не заглушил почти все. Мне казалось, что мое сердце колотилось в голове, как интенсивная басовая партия. Почувствовав легкое головокружение от смущения, я села, и мир вернулся на круги своя. Кусая нижнюю губу, я сжала крышку ноутбука липкими пальцами, щелкнула ее вниз, а затем осторожно положила на нее наушники. Мое лицо, должно быть, уже раскрасилось во все цвета радуги.

— Можешь сказать это, — выдавила я очень тихим голосом.

В конце концов, Дилан появился в поле моего зрения и встал прямо рядом с гигантским кожаным диваном. Я продолжала смотреть вперед, на окна, но периферийным зрением видела, как его губы подергиваются.

Парень откашлялся, и я сильнее прикусила нижнюю губу.

Я никогда не смогу выиграть с этим парнем.

Он сел на широкий подлокотник дивана, и я сдвинулась и потянула ноги под себя, чувствуя уязвимость.

— Я слышал тебя, когда поднимался по лестнице, — признался он.

Я кивнула, все еще не смотря него. Я, как правило, забывала о своей громкости; все здание, вероятно, слышало.

— Я вошел и окрикнул тебя, но ты, похоже, была слишком занята. Не хотел тебя напугать, поэтому... подождал.

— Ты... эм, ты долго стоял здесь?

Была долгая пауза, затем его голос прозвучал тихо и глубоко.

— Кажется, в какой-то момент я слышал... «киска рычит»? Это застряло у меня в мозгу. Будем считать, что я пришел немного раньше.

«Да. Тогда ладно. И он видел, как я извиваюсь всем телом на своем месте».

Все еще избегая его глаз, я кивнула и встала. Мне так хотелось плакать. Дилан встал вместе со мной.

— Сейчас я просто пойду и спрыгну с крыши, — пробормотала я, пригибая голову и пытаясь проскользнуть мимо него.

Я знала, что это будет не так просто, но не ожидала, что электрический разряд пройдет через мое тело, когда парень схватит меня за запястье, пытаясь остановить меня. Мурашки покалывали по коже там, где он прикасался ко мне, и поднимались вверх по руке. Я напряглась, но он получил то, что хотел. Остановившись, я ждала, когда парень начнет издеваться или смеяться надо мной. Где-то в глубине души я знала, что он не такой и что не хотел бы смущать меня, но я все равно подумала о том, как Дилан расскажет своим друзьям о своей странной соседке по комнате. Меня смутило не то, что он поймал меня поющей, а то, что я пела именно эту песню.

— Посмотри на меня, Зои.

Мой взгляд скользнул к его лбу, и я наблюдала, как парень медленно нахмурил брови.

Я моргнула, и в следующую секунду Дилан потянул меня к кухонной раковине. Отпустив мое запястье, он сорвал бумажное полотенце и намочил его под краном. Когда двинулся ко мне, я прогнула спину и убедилась, что моя голова была вне его досягаемости. Нахмурившись еще сильнее, Дилан протянул руку и сжал ее вокруг моей шеи, чтобы удержать меня на месте. Видимо, я все еще была на расстоянии касания.

— Стой смирно, — приказал он, его тон практически граничил с гневом.

Что такого я сделала, кроме того, что снова выставила себя идиоткой? Когда его глаза на мгновение приблизились к моим, я пожалела, что парень не может быть, по крайней мере, чуточку непривлекательным. Это помогло бы мне вести себя нормально рядом с ним. Хотя даже его слегка кривоватый нос добавлял Дилану очарования.

— У тебя губы кровоточат, — пробормотал он практически сам себе.

Ах, так вот, что это был за горьковатый привкус у меня во рту, а я-то подумала, что это горький вкус моего унижения.

— Просто иногда они пересыхают.

Когда влажная салфетка коснулась моей нижней губы, я вздрогнула и рефлекторно обхватила его запястье рукой, чтобы остановить. Вернее, это больше походило на полуобхват, так как моя рука была крошечной рядом с его. Не думала, что это сработает, но его рука остановилась. Я была настолько глупа, что даже его предплечье казалось мне сексуальным, с этими выступающими венами. А еще были эти волосы на руках, которые я все еще могла чувствовать на своей коже, когда закрыла глаза и думала о том дне, когда напала на парня в квартире. Большая рука с большими, сильными пальцами нежно коснулась моей губы, выведя меня из моих мечтаний.

Мой взгляд встретился с его.

— Прости, — пробормотал он низким голосом, таким низким, что мое сердце припустило от нуля до шестидесяти за две секунды.

«Не смотри ему в глаза, Зои. Не делай этого».

— Прости, — робко пробормотала я и опустила руку.

Дилан повернул запястье, как будто я его поранила. Что сомнительно. Откашлялся и снова промокнул мне губы. Я позволила ему, открыто наслаждаясь вниманием, которое получала. Ладно, может быть, не так уж и открыто, но, по крайней мере, я пока не сделала ничего глупого. Закончив, Дилан собрал бумагу и выбросил в мусор. Я следила за его лицом, и если глаза меня не подводили, то на нем появился намек на розовый. Так и что же это за внезапное желание оказать первую помощь?

— Почему ты всегда видишь меня в худшем свете? — спросила я, надеясь, что у Дилана будет ответ для меня, потому что я не понимала. Я изо всех сил пыталась найти место, куда положить руки. На грудь? На столешницу? За спину? На него? — Не лучшее чувство — быть пойманной за пением, потому что это интимный момент, к тому же я еще и пританцовывала. Могу представить эту сцену. Странные танцы. В довершение ко всему еще и эта песня. Почему ты не вошел, когда я пела Эда Ширана? Я не так уж плоха, когда пою одну из его песен. Почему я попалась во время этой песни? — С каждым предложением мой голос звучал как писк. — Ладно, неважно. — Я медленно обошла его и направилась в коридор. — Есть шанс, что ты не будешь смеяться надо мной?

— Зои... — начал он, когда мне удалось дойти почти до входа в коридор, но прежде чем парень успел закончить то, что собирался сказать, электричество в квартире отключилось, окутав нас тьмой.

— Какого черта?

Действительно, какого черта. Наступила долгая восьмисекундная пауза, когда мы замерли, ожидая, пока включится электричество.

— Э-э... — застонала я, уже переходя в режим паники. — Я хочу кое-что сказать, но ты не должен смеяться.

— Что? — спросил он рассеянно.

Дилан уже отошел от кухонной раковины и направился к окнам, по крайней мере, оттуда доносился его голос.

Я откашлялась и обняла руками живот.

— Может быть, это вор? Или воры? Больше одного? Больше трех? Я жила здесь и в прошлом семестре, и по соседству была серия ограблений. Они могли отключить электричество, чтобы было легче проникнуть внутрь. Кажется, нас грабят. Однажды я видела фильм с отцом, где... — Я умолкла.

Было похоже, что несколько зданий вокруг нас тоже остались без электричества, и серебряный лунный свет, пролившийся в квартиру, позволил мне увидеть, как силуэт Дилана поворачивается ко мне.

Вместо того чтобы ответить, парень открыл окно, чтобы проверить ситуацию на улице.

— Да, весь квартал обесточен. Все в порядке, Зои. Я…

— На самом деле, я не самый большой поклонник…

— Думаю, тебе стоит снимать фильмы.

— Что? — Это веселье я услышала в его голосе? — Ты улыбаешься прямо сейчас? — недоверчиво спросила я.

Я услышала низкий смешок, но прежде чем смогла ответить на него, Вселенная решила обернуть все большим красным бантом. Комната начала кружиться, и я в замешательстве посмотрела на свои ноги. Я не боялась темноты. У меня закружилась голова? Затем здание начало трястись, и мой испуганный взгляд полетел к тени моего соседа по комнате.

— Дилан, — в панике выдохнула я с сильный тремором в голосе.

Две секунды.

— Все хорошо. Это пройдет.

Три секунды.

Я повернулась и сосредоточила взгляд на двери.

«Бежать или остаться? Бежать или остаться?»

Четыре секунды.

— Дилан, — снова выдохнула я, на этот раз громче и настойчивее, покачиваясь вперед. Мои ноги словно чесались от желания бежать к двери, или к Дилану, или куда угодно, и укрыться. Но в то же время я не могла пошевелиться ни на дюйм, лишь крепче обхватила себя дрожащими руками.

Это пройдет.

Я услышала шаги.

«Клянусь Богом, если он убежит и оставит меня, то обещаю…»

Пять секунд.

Шесть секунд.

Землетрясение остановилось как раз в тот момент, когда я почувствовала, что Дилан стоит у меня за спиной, а его рука обвилась вокруг моего плеча.

— Это было странно, но все кончено, — небрежно сказал Дилан, держа руку на мне.

Мое сердце начало делать эту странную вещь, которую никогда не делало раньше — большие, мощные удары в замедленном темпе. Я даже не понимала, что задерживаю дыхание, пока, наконец, не выдохнула. Мое тело начало дрожать, когда я судорожно начала втягивать воздух.

Тогда Дилан положил другую руку мне на левую руку и начал потирать ее вверх и вниз.

— Ты замерзла, — пробормотал он.

«Да, мертвые обычно холодные», — подумала я, но держала это при себе.

Я даже не могла дать ответ, пока изо всех сил пыталась контролировать свое дыхание. За полчаса до этого, когда пела, я бы сказала, что мне было очень жарко. Даже футболка с короткими рукавами, в которой я была, в какой-то момент показалась мне слишком теплой, и это Лос-Анджелес. Теперь, когда руки Дилана двигались на моих обнаженных руках, я не чувствовала ничего, кроме холода, просачивающегося в мою кожу. Его большие пальцы скользили под моей футболкой каждый раз, когда он двигал их вверх.

— Нам нужно выбираться отсюда. Нужно уходить прямо сейчас.

Я побежала прямо к двери, но его руки остановили меня прежде, чем я успела сделать несколько шагов.

— Подожди, подожди секунду.

Он схватил меня за локти и повернул лицом к себе.

— Нам нужно выбираться, — повторила я, тяжело дыша.

Даже стоя так близко к нему, я не видела деталей его лица, но по тому, как его голова была наклонена, я знала, что его взгляд был на мне.

— Все в порядке, Зои. Оно не большое.

— Кто сказал, что не будет следующего?

Парень снова начал двигать руками, от моих запястий по всей длине вверх, на этот раз медленнее.

— С нами все хорошо.

В самом деле. Все хорошо, разве нет? Я так не думала, не с тем, как мурашки бежали по коже там, где его руки двигались вверх и вниз.

Я несколько секунд смотрела на темный силуэт его головы, а затем опустила голову и вздохнула. В его руках была магия, и постепенно их тепло начало меня согревать. Они не были мягкими, не такими, как у моего последнего парня. Он использовал больше крема для рук, чем я, что было прекрасно, но руки Дилана ощущались на моей коже наилучшим образом. Я знала, что запомню их ощущения. Они были такими незабываемыми.

— Я очень боюсь землетрясений, — прошептала я на всякий случай, если он еще не заметил.

— Теперь все кончено. Все хорошо.

— Я действительно боюсь их, Дилан. Почему электричество все еще не включилось? Оно погасло из-за землетрясения? — продолжала шептать я. Не в силах остановить себя, я сделала шаг к нему. Я была, наверное, в полушаге от того, чтобы наступить ему на ноги, мое лицо было всего в нескольких дюймах от его груди. Мое приближение к нему не было намеком на объятия, но, когда его руки упали с моих рук, и холод занял их место, я почувствовала себя полной идиоткой. Полной идиоткой, которая знала, что она идиотка, но все еще не могла найти в себе силы, чтобы отступить от безопасности большого парня в комнате. Все знают, что во время землетрясений нужно укрыться рядом с сильными, крепкими вещами, верно? Дилан Рид был достаточно сильным и крепким.

Затем я почувствовала большую ладонь у основания позвоночника, которая вырвала тихий вздох откуда-то глубоко из меня и заставила очень мелкую дрожь пробиться сквозь мое тело. Парень медленно начал скользить рукой вверх по моей спине, как будто он не был уверен в том, что обнять меня нормально.

Этого было достаточно для ответа на вопрос, который я даже не думала задавать. Я не стала ждать голосового подтверждения, просто уткнулась щекой в его твердую как камень грудь и затаила дыхание. Дилан обнял меня другой рукой и, почувствовав безопасность, я закрыла глаза. У него все под контролем.

— Это, наверное, просто совпадение и не имеет ничего общего с землетрясением.

Мои руки все еще были обернуты вокруг моего живота, поэтому, когда Дилан осторожно потянул меня еще ближе к своему телу, закрыв эту маленькую щель между нами, я подняла одну руку, чтобы расположить на его груди, прямо рядом с моим лицом, а другой схватила его рубашку на талии.

Это было немного неуверенно, немного неловко. Ладно, может, это было не лучшим объятием за последнее время. Давайте назовем это лучшим половинчатым объятием, потому что парень не сжимал меня. Вот это было бы идеально. Объятие было довольно свободными, но это все равно было объятие, и оно все еще ценилось.

И Боже милостивый, его прикосновение было теплым и сильным. Запах его одеколона был головокружительным, что-то теплое и пряное, может быть, намек на кедр. Говоря простым языком, Дилан пах волшебно. Как он может так хорошо пахнуть в такое позднее время? Может, он был на свидании?

Вдруг я слишком поторопилась с дружескими объятиями? Если уж быть честной, называя его моим приятелем или другом, я немного приукрашала правду. Но собиралась ли я сейчас остановиться или отступить? Нет, ни в коем случае. Если здание рухнет от сильнейших толчков в Калифорнии, то я была бы в объятиях этого парня.

С нашей близостью я могла слышать его сильное сердцебиение. Старалась сосредоточиться на этом ритме и соответствовать ему, быть сильной и стойкой.

Когда я, наконец, взяла себя в руки, то сделала еще один глубокий вдох.

— Ты, наверное, думаешь, что я сумасшедшая, — пробормотала я ему в грудь.

В конце моих слов произошел четырехсекундный повторный толчок. Он был меньше, чем раньше, но все равно заметен. Я уткнулась лбом в грудь Дилана и застонала.

— Ш-ш-ш, все в порядке. Ты в порядке. Всего лишь маленький толчок.

Я проглотила комок в горле и на этот раз зажмурилась крепче, сжимая руку в кулак. Его руки больше не двигались, но парень не отпускал меня.

— И я не думаю, что ты сумасшедшая. Моя мама тоже не любит землетрясения.

— Да? Она бы тоже прыгнула в объятия незнакомца?

Его грудь задвигалась в беззвучном смехе.

— А я-то думал, что мы друзья. Когда я превратился из лучшего друга в незнакомца? И чтобы ответить на твой вопрос, она не прыгнет в объятия незнакомца, потому что мой отец всегда рядом с ней, готовый поймать ее, если мама решит упасть в обморок или что-то еще. Она всегда держится за его руку изо всех сил.

Его хриплый голос помог мне расслабиться.

— Она падает в обморок?

— К счастью, этого еще не происходило, но я бы не исключал. Она всегда угрожает нам этим.

Я подождала минуту, прежде чем снова заговорить.

— Ученые ожидают, что в Калифорнии произойдет мега-землетрясение. Электричество все еще отключено, и я чувствую, что произойдет что-то плохое. Что если так и будет?

Парень хмыкнул, и я почувствовала вибрации через его тело.

— У тебя есть какие-то сожаления? Может быть, есть кто-то, кого бы ты хотела попросить поцеловать тебя перед безвременной кончиной?

Он удивил меня настолько, что я запрокинула голову, чтобы посмотреть на него. Благодаря новому ракурсу, было легче разглядеть его черты в темноте, и я определенно могла видеть игривую усмешку на его лице.

— Ага, хорошая попытка, но я так не думаю. Я же говорила тебе, что мастер, когда дело доходит до ставок. Я не отступлю так легко, хотя, если здание действительно начнет рушиться, все ставки прекратятся, и я, вероятно, попытаюсь залезть прямо на тебя.

На этот раз был слышен его смех.

— Хорошо, буду готов к этому.

Думая, что он, должно быть, начал чувствовать себя странно или неудобно, держа меня, я опустила руку с его груди и сделала полшага назад. Как только его руки освободили меня, температура моего тела начала снижаться.

— Почему ты такой спокойный? Ты никогда не смотрел «2012» или «Разлом Сан-Андреас»? Я пересматривала их на прошлой неделе, поэтому думаю, что это не очень помогает в данный момент.

Это жалко, что я чувствовала, где именно его руки держались за мое тело? Это заставило меня осознать тот факт, что они больше не были вокруг меня.

— Поэтому ты так боишься землетрясений? Из-за фильмов?

— Кто не боится землетрясений? Как я могу не волноваться, что окажусь под руинами здания?

Внезапно моя рука оказалась в руке Дилана, и он смотрел на них, как будто не был уверен, как это произошло. Парень сжал мою руку раз, два, и мое сердце забилось сильнее.

Дерьмо. Медленно, как будто моя рука имела собственный разум, я вытянула пальцы и переплела их с его. Казалось, что именно этого он и ждал, потому что, прежде чем я смогла даже прочувствовать бабочек в моем животе, Дилан потянул меня к дивану.

— Что ты делаешь?

— Я с ног валюсь, Зои. У меня был долгий день, а потом еще учебная сессия затянулась дольше, чем я ожидал, и мне пришлось сходить в тренажерный зал, прежде чем идти сюда. Я чертовски устал, так что нам нужно присесть.

О.

— Прости, — пробормотала я, когда он тяжело вздохнул и опустился на диван, прижимая меня к себе.

— Я должна встать и поискать свечу или что-то еще, — пробормотала я и потянула руку.

Вместо того чтобы отпустить меня, как я ожидала, Дилан повернул мою руку в своей, а затем провел пальцами по моей ладони. Сидя под странным углом, я смотрела на наши руки, не понимая, что происходит. Он поднял их и положил мою руку на свое бедро. Я напряглась. Опустив голову на спинку дивана, он сдвинулся немного ниже.

— Останься. Давай расслабимся на минутку. Составь мне компанию. Электричество вернется с минуты на минуту.

Составить ему компанию с моей рукой в его руке? Конечно, почему бы и нет? Для чего нужны друзья, если не для этого? Я уже упоминала, что была идиоткой, верно? Я была рада, что он не решил вернуться в свою комнату, чтобы лечь спать, поэтому сместилась на своем месте, откинулась назад и устроилась рядом с ним.

— О, и Зои, никаких больше этих фильмов на некоторое время, хорошо? Может быть, будешь придерживаться тех, что не будут тебя пугать. Ты сказала, что любишь анимационные фильмы, это то, что нужно.

— Обычно от них я плачу, — пробормотала я себе под нос, когда перевела на него взгляд. — Я думаю...

Когда я остановилась, Дилан повернул голову ко мне. Наши глаза встретились в лунном свете, и я снова подняла свой взгляд в потолок.

— Я думаю... это как-то связано с тобой. Я не веду себя так странно рядом с другими людьми. Конечно, я могу подойти близко, но не вплотную, не так, как сейчас.

— Так ты говоришь, что я особенный друг, да?

Взглянув на него краем глаза, я увидела, что парень все еще смотрит на меня. Я пристально смотрела на его висок и молчала, и Дилан, наконец, отвернул голову.

— Мне это нравится, — тихо пробормотал он, и я подумала, что можно снова посмотреть на него.

Его глаза были закрыты, так что мой взгляд мог спокойно бродить по каждому дюйму лица парня сколько душе угодно.

Дилан застонал и выгнул спину, устраиваясь удобнее. Я могла сделать то же самое, но не двигалась с места. Альтернатива была совсем не привлекательной.

Я почувствовала, как что-то коснулось моей ноги, и когда посмотрела вниз, увидела, что бедро Дилана, которое было далеко от меня всего за несколько секунд до этого, слегка соприкасалось с моим.

— У тебя был хороший день? — спросила я, нарушая тишину.

— Да. Длинный, но хороший. А у тебя?

— Тоже. Я работала до того, как ты пришел, так что, может, мне стоит вернуться к этому, пока не включится электричество, и дать тебе поспать. Хотя мне придется разбудить тебя, если случится еще одно землетрясение.

— Да? – усмехнулся он.

Хрипотца в его голосе лишила меня дара речи. Я закрыла глаза и сдержала стон.

— Просто честно предупреждаю, вот и все.

— Не стесняйся будить меня, когда захочешь. Я не буду возражать.

Я не собиралась комментировать это.

— Эй, Зои? — спросил он хрипло-сонным голосом.

— Да? — прохрипела я, не так сексуально, как он. Я все еще пыталась оправиться от того, что его голос делает со мной.

— Где сейчас твой парень?

Ох.

Я напряглась и попыталась вырвать руку из его хватки, но не смогла.

— Почему спрашиваешь?

— Он бы знал, что ты боишься землетрясений, верно? Если он твой парень, то должен это знать. Я просто подумал, что он позвонит, чтобы узнать, как ты. Если бы моя девушка боялась землетрясений, я был бы рядом с ней.

— Я говорила тебе, что все сложно.

«Ты такая маленькая дрянь, Зои».

— Ладно. Если ты так говоришь. Я просто спросил.

Глава 9

Дилан

— Зои? Могу я попросить тебя о большой услуге?

Она сидела на маленьком коврике перед журнальным столиком, казалось, это было ее любимым местом для работы на своем ноутбуке. Если смотрела фильм, то ее предпочтения были другими: развалиться на большом кожаном диване.

— Насколько большой? — спросила она, ее взгляд все еще был сосредоточен на экране и фотографии, над которой работала.

При ее словах мои губы расплылись в широкой улыбке.

Когда я не ответил достаточно быстро, Зои встретилась со мной взглядом. Затем, должно быть, поняла причину моей усмешки, потому что ее щеки стали розового цвета, и она вдохнула.

— Сколько тебе лет? — пробормотала она.

Я усмехнулся и открыл холодильник, чтобы взять апельсиновый сок.

— Большой, но не настолько большой, чтобы ты не смогла справиться.

Она снова посмотрела в свой ноутбук.

— Я уже видела, помнишь? Он не настолько большой. Конечно, выглядит впечатляюще, и если правильно помню, то я уже поздравила тебя с этим. Не думаю, что он стал еще больше, что возвращает меня к... не настолько большой.

Я наблюдал за ней в шокированном молчании с коробкой апельсинового сока, все еще зажатой в моей руке. Обычно девушка всегда так действовала на меня, так что это не было ново, но все равно каждый раз это захватывало меня все сильнее.

— Не то чтобы я хорошо помнила, — пробормотала она, подумав. — Что? — огрызнулась она, когда увидела мое лицо.

— Зои, я говорил об услуге, которую хотел попросить, это большая услуга, но ничего, с чем бы ты ни смогла справиться.

Ее губы приоткрылись.

— Ох. — Девушка прочистила горло. — Ты проигнорируешь мой бред? Ты ничего такого не слышал, ладно?

— Конечно. Для чего еще нужны друзья? — Я улыбнулся и налил себе немного сока. — Хочешь сока?

— Нет, спасибо. Так что это за услуга?

В дни, последовавшие за небольшим землетрясением, мы стали немного ближе, немного больше похожи на настоящих друзей. Не приятелей, а друзей. У Зои все еще были проблемы с тем, чтобы смотреть мне в глаза, но количество времени, которое она проводила, глядя на мой подбородок или ухо, разговаривая со мной, уменьшилось. Плюс, хоть мы и виделись мимоходом, а иногда и не более десяти минут, чем больше времени прошло, тем больше я о ней узнавал.

Это было здорово. Мне нравилось, что она открывалась понемногу каждый день, кроме того факта, что я все еще не был уверен в ее ситуации с парнем. У меня были проблемы с чтением ее. У нее были тайные телефонные звонки, шепот, чтобы я ничего не слышал, даже когда я не был в одной комнате с ней, но это мог быть один из ее друзей. Тем не менее, у меня были лишь подозрения, и я надеялся, что некоторые из них скоро развеются.

Пока не буду знать наверняка, то не смогу украсть поцелуй, который она мне должна, и, видя, насколько серьезно Зои принимает наше пари, я не думал, что она сдастся в ближайшее время.

— Я сегодня завален делами. Мне нужно встретиться с одним из моих тренеров, чтобы обсудить, сможет ли он помочь мне подготовиться к скаутскому смотру. Если дело пойдет, нам нужно составить расписание. После этого у нас собрание команды, а потом у меня урок и еще одна учебная группа. Мне нужно купить пару вещей на неделю, например, макароны, курицу и еще несколько вещей, так что если у тебя есть время, сможешь мне помочь с этим? Я буду перед тобой в долгу.

— Хочешь, чтобы я купила тебе продукты?

— Если у тебя есть на это время. У меня практически не осталось вариантов, и эта неделя будет сумасшедшей, поэтому не думаю, что у меня будет шанс сделать это самостоятельно. Я дам тебе свою дебетовую карту, если ты согласишься.

Она повернулась, чтобы посмотреть на меня.

— У меня фотолаборатория в два тридцать, но я свободна между четырьмя и восемью. Я планировала написать Джареду и Кайле, чтобы узнать, могут ли они потусоваться, но смогу купить то, что тебе нужно после занятий.

— Уверена? Если у тебя свои планы, то я могу спросить одного из…

— Все нормально. Я люблю ходить по магазинам. Заодно смогу сделать свои еженедельные покупки немного раньше — два зайца одним выстрелом. Мне очень нравятся списки покупок. У тебя есть список?

— Конечно. — Я улыбнулся ей и полез в карман, чтобы вытащить свою дебетовую карту и короткий список, который составил раньше. Затем положил их на мраморную столешницу прямо перед собой. — Пин-код: семь пять три два.

Ее лицо озарила игривая улыбка.

— Не боишься, что я украду все твои деньги и сбегу?

— Я практически банкрот, и даже если бы ты украла сто или около того долларов, боюсь, что с такой суммой далеко не убежишь.

Это напомнило мне, что нужно выкроить нескольких часов для работы в баре «Джимми» в своем загруженном графике. Мало того, что мои сбережения сокращались, мне также нужно было отправить немного домой, просто чтобы немного помочь.

Ее взгляд смягчился.

— Я не буду красть твои деньги.

Я улыбнулся ей и не подумал, прежде чем сказать:

— Знаю, что не будешь, детка.

Мне удалось задержать ее взгляд на несколько секунд дольше, чем обычно, прежде чем девушка прочистила горло и вернулась к работе.

Может быть, «детка» не лучший выбор, но я не мог взять его обратно.

— Ты сказала, что свободна между четырьмя и восемью, верно? У тебя учебная группа в восемь? — Возможно, я смогу отблагодарить ее небольшим сюрпризом.

Я видел, как ее плечи напряглись.

— Не совсем. А что?

— Я вернусь около девяти, подумал, может быть, мы могли бы посмотреть фильм вместе или что-то еще. Мы не часто виделись на этой неделе.

Положив ладони на столешницу, я стал ждать ее ответа. Это заняло некоторое время.

— Я не уверена, когда вернусь. У меня... у меня сегодня свидание.

«Ну, ладно».

— У тебя свидание?

Наши взгляды встретились на секунду, когда она посмотрела на меня через плечо, но Зои быстро отвернулась.

— Да. Не думаю, что приду поздно, но ты ложишься спать довольно рано по будням, так что не уверена, что ты все еще не будешь спать, когда я вернусь. — Ее взгляд то поднимался, то опускался. — Может в другой раз? В эти выходные?

— Меня не будет в эти выходные. У нас игра на выезде.

— О. Хорошо.

«Хорошо?»

— Тогда, наверное, увидимся позже. Повеселись на своем свидании.

«Или нет», — подумал я, но не стал озвучивать.

— Спасибо, что выручишь меня сегодня. Буду перед тобой в долгу.

Девушка кивнула, сжав губы.

— Через десять минут у меня встреча с тренером, так что мне нужно бежать.

Проглотив апельсиновый сок, я начал искать в ящиках последний протеиновый батончик. Не найдя, вздохнул.

— Зои, ты не видела мой протеиновый батончик? Я оставил его на стойке сегодня утром.

— Да, я положила его в шкаф с мисками, рядом с холодильником.

Прошло несколько недель с тех пор, как переехал, но я все еще не знал, где что находилось на кухне. Я знал, где кастрюли и сковородки, кружки и стаканы, ложки и вилки, но на этом мои знания заканчивались, хотя я уже готовил ужин пару раз. Я обычно ел с командой, так как у нас были свои повара, но если приходил домой пораньше, то не возвращался, чтобы поужинать со всеми остальными.

Еще одна вещь, которую я узнал о Зои, это то, что она ненавидела, когда что-то валяется. Я бы точно не назвал ее организованной, потому что видел состояние некоторых ящиков, но казалось, что, пока столешница была пустая и чистая, девушка была в порядке, а это означало, что, если я что-то оставлял, она прятала это, как только у нее доходили руки.

Я открыл шкаф и просто впал в ступор.

— Эм... Зои?

— Да? Он прямо там, на первой полке. Нашел?

Я протянул руку и схватил свой протеиновый батончик. Как она и сказала, он был прямо там... среди всего остального.

— Я отчетливо помню, как ты говорила, что не покупаешь M&M’s, потому что боишься съесть их все сразу.

Я слышал, как девушка со вздохом поднялась с пола. Через несколько секунд она стояла рядом со мной и смотрела на то, на что уставился я.

— Ты нашел их.

— Эм, да. Они прямо здесь. Если ты пыталась спрятать их, ты изрядно накосячила.

— Я точно не пыталась их спрятать, но я даже не вижу их, если не стою на цыпочках. Ведь это не моя вина, что ты ужасно высокий.

— Я не ужасно высокий, Вспышка, — пробормотал я и посмотрел на нее, а затем снова на бесчисленные красновато-оранжевые мешки конфет на полке. — Есть что-то, что ты хочешь мне сказать?

— Сюрприз? — выпалила она, как будто это был вопрос, обратив мой взгляд обратно к ней. — Я принесла их тебе... в качестве подарка... несколько подарков.

Я приподнял одну бровь.

— Да брось, Зои. Там должно быть, как минимум двадцать пять, тридцать пачек M&M’s.

Она застонала.

— Отлично, я солгала. Я купила их все для себя, и, если быть точной, их всего двадцать три, но я не могу их съесть.

— Ладно, двадцать три. И почему ты не можешь их съесть?

— Я говорила, что не могу остановиться.

— Тогда какого черта ты их купила?

Она снова вздохнула и закрыла шкаф, как будто больше не могла на них смотреть.

— Потому что я не могу остановить себя от их покупки. Мне просто нравится, когда они рядом. Если я знаю, что они там, мне легче держаться подальше. Как, если бы у меня возникло страстное желание, то я могла бы протянуть руку и взять их, и все было бы хорошо. Но если у меня в доме их нет, и слишком поздно выходить и покупать, то, что я должна делать? Или что, если бы M&M’s закончился, тогда что? Понимаешь, о чем я?

Я только покачал головой.

— Не совсем.

— Дело вот в чем: лучше знать, что они у меня, чем их нет, и если они у меня есть, то я не буду их есть, потому что тогда они все исчезнут. Мне нравится, что они есть. Ох, давай посмотрим на это с другой стороны.

— Давай.

— Бьюсь об заклад, ты ешь свою любимую еду на тарелке в последнюю очередь, не так ли? Допустим, у тебя есть фрикадельки, брокколи и... розмарин и чесночный жареный картофель. Что бы ты оставил напоследок?

Я просто тупо уставился на нее.

— Жареную картошку. Я хотел бы насладиться ею, поэтому оставил бы ее напоследок.

— Теперь понял?

— Пожалуйста, скажи мне, что у тебя нет где-то спрятанного пакета с жареной картошкой, а также, ради бога, не говори мне, что тебе иногда нравится брать эти M&M’s, выстраивать их на столешнице и просто смотреть на них.

— Конечно нет! Я не извращенка, у меня просто есть... причуды. Это мило иметь причуды.

— Ну, извини, что спросил. Если ты это сделаешь, то я начну беспокоиться о тебе.

— Разве у тебя нет одного, или, хорошо, несколько продуктов, которые ты боишься съесть слишком быстро, потому что тогда это будет конец, и у тебя больше их не будет? Я тоже люблю картошку. Я никогда не делюсь картошкой фри, и всегда беру дополнительную порцию, даже если все не съем. Я просто хочу иметь возможность, больше съесть. Понимаешь? Если ты все еще не понял, то уверена, что проблема в тебе, приятель, а не во мне.

Когда Зои посмотрела на меня полными надежды глазами, я ничего не мог сделать, кроме как просто молча смотреть на нее.

Девушка прикусила губу, начала смеяться, и через две секунды у нее вырвалось небольшое хрюканье. Она хлопнула себя ладонью по губам, но было слишком поздно.

Улыбка, появившаяся на моих губах, была немного грязной, немного ленивой.

— Ты так чертовски очаровательна, Зои Кларк.

Что я получил за комплимент? Шлепок по руке и впечатляющее рычание.

Было около десяти, когда я услышал, как ключ повернулся в замке, и дверь квартиры распахнулась, ударившись о стену прямо за ней.

Я откинулся на спинку кресла и наблюдал, как Зои пытается снять сумку с плеча.

— Мне нужно в туалет! Мне нужно в туалет! Мне нужно в туалет!

Каждый раз, когда она повторяла это, ее голос звучал все выше и выше.

Мои взгляд опустился на платье, которое было не ней: черное и обтягивающее в верхней части, не оставляющее ничего воображению о размере ее груди, и свободное на бедрах, не сильно, но все же. Оно заканчивалось на несколько сантиметров выше колен. Свидание, точно. Она вернулась со свидания.

— Мисс Кларк! — раздался еще один голос. — Мисс Кларк, мне нужно, чтобы вы…

Держась за дверь и извиваясь на месте, Зои ответила:

— Извините, Мисс Хильда, мне нужно в туалет. Я не могу. Действительно не могу. Мне нужно в туалет.

При этом она захлопнула дверь, наконец-то смогла распутать лямку своей сумки с волос, перекинув ее через голову, и побежала прямо в ванную.

Как я уже говорил, я нахожу ее очаровательной.

Через несколько минут девушка вышла из ванной, и, как только я подумал, что она направляется в свою комнату, Зои остановилась. Могу поклясться, я видел, как она подняла нос вверху и понюхала запах в воздухе.

— Я чувствую запах пиццы. Это пицца? Ты ел пиццу?

На этот раз она бежала ко мне, или больше похоже к коробке с пиццей прямо передо мной, и выражение ее лица было бесценно. Когда она, наконец, добралась до меня, то, не теряя ни секунды, распахнула коробку... только я уже съел почти всю, и остался только один кусочек.

Опять же, ее лицо, когда она поняла, что почти ничего не осталось — бесценно и чертовски мило. Оказалось, что девушка может сделать недовольное лицо лучше, чем я ожидал.

— Ты все съел? Это все, что ты мне оставил? — спросила она медленно, большими глазами уставившись на пустую коробку.

Я приподнял одну бровь.

— Я действительно был голоден. Разве ты не поела на свидании?

Я вообще не хотел упоминать ее свидание, но, видимо, я все еще зациклился на этом.

Зои сморщила нос, и недовольное выражение ее лица исчезло, оставив грустные, печальные глаза.

— Он не смог прийти.

Мои брови сошлись вместе, я проверил часы, просто чтобы убедиться.

— Уже чуть больше десяти, Зои, только не говори мне, что ты ждала его два часа.

Она надула щеки и упала на диван позади себя.

— Он сказал, что может опоздать, но постарается.

Девушка пожала плечами, как будто хотела сказать, что все в порядке, но выражение ее лица было так легко прочитать. Любой мог видеть, что ничего не в порядке.

«Никчемный сукин сын».

— Ты ничего не ела, в ожидании его?

Она потерла свой висок.

— Ресторан далеко от кампуса. Шикарный. Мне не хотелось ничего есть из их меню, не хотелось тратить более пятидесяти долларов за несколько ложек пасты. Кроме того, я не очень хороша в еде в одиночку в ресторанах или где-нибудь еще. Такое чувство, что все смотрят на меня и коллективно думают: «о, бедная девочка». Итак, короткий ответ на твой вопрос: нет, я ничего не ела.

Было несколько вещей, за которыми я мог бы последовать в ее речи, но я решил сосредоточиться на одной вещи и только по ней закинуть крючок.

— Твой парень — студент колледжа, и может позволить себе шикарные рестораны, да? Теперь думаю, я понимаю, почему тебе трудно покончить с этим.

Вот так просто, я облажался. Я не знал, что именно толкнуло меня сказать именно это, но как только слова вылетели из моего рта, я знал, что облажался по-крупному.

Ее брови взлетели до линии волос, и девушка встретила мой взгляд — редкое явление, — затем наклонила голову.

— Вау.

Положив обе ладони на диван, она поднялась. Пицца забыта, она продолжала смотреть в мои глаза.

— Вау, Дилан. Я не жду, что ты узнаешь меня через месяц, или сколько бы недель ты здесь ни жил, черт возьми, мы почти не видимся по несколько дней, но... на самом деле, знаешь что? Может и так. Может, я и думала, что ты выяснишь хотя бы это. Я последний человек, который встречается с кем-то из-за суммы на его банковском счете.

Не сводя с нее глаз, я вздрогнул от ее слов. Когда Зои двинулась мимо меня, я схватил ее за запястье и встал.

Она остановилась, но не смотрела на меня. Даже не сказала мне отпустить ее.

Ее сложная ситуация официально начала трахать мне мозги. Если бы я только знал наверняка, что это...

— Мне очень жаль, Зои. Ты права, а я просто придурок. Конечно, я знаю, что ты не такая. — Я ослабил хватку на ее запястье и переплел наши пальцы. — Прости меня. Если тебе станет от этого легче, то можешь оскорбить меня.

Девушка колебалась, прежде чем бросить на меня быстрый взгляд.

— Ты действительно съел все?

Из всего, что могла сказать, она произнесла именно это.

— Ты не собираешься надавать мне по шарам?

Она вытащила руку из моей хватки и потерла ладонь о платье.

— Чем мне оскорбить тебя? Твое тело такое уродливое, что ты портишь мне вид каждое чертово утро? Насколько жалко это звучит? У меня нет ничего на тебя. По крайней мере, пока. Но уверена, что запомню это и скажу что-нибудь, когда придет время, когда ты, конечно, не будешь этого ждать.

Я улыбнулся ей. Она любила смотреть, как я тренируюсь по утрам. Я уже знал это с тех пор, как девушка впервые вышла утром и смотрела, как я делаю свои приседания и отжимания, но ее слова подтвердили то, о чем я уже догадывался. Моя улыбка медленно превратилась в самую большую усмешку.

— Что теперь? — огрызнулась она.

— Надеюсь, ты не разобьешь мне сердце слишком сильно, Зои Кларк.

— Только лишь насколько ты разбил мое, думая, что я буду заинтересована в ком-то из-за денег.

Это стерло улыбку с моего лица.

— Я придурок и заслужил это, — выдохнул я хриплым голосом.

Девушка прикусила нижнюю губу. Неспособный что-либо сделать, я просто наблюдал.

Отводя взгляд, Зои отошла от меня на шаг. Когда снова подняла глаза, то ее взгляд коснулся только моих губ.

— Послушай, я капризничаю, немного устала, и, может быть, просто немного голодная. Я собираюсь лечь спать. В любом случае, у меня завтра рано занятия.

— Разве не хочешь пиццу? По крайней мере, мы можем исправить часть с голодом.

Только потому, что этот больной ублюдок бросил ее и не накормил, не означало, что я позволю ей лечь спать несчастной.

— Пицца? — Она вздохнула и оглянулась на почти пустую коробку. — Это не считается пиццей, Дилан. Это всего лишь кусочек пиццы. Поэтому я пас. Это только разожжет аппетит. Увидимся завтра утром.

Еще один шаг от меня.

— Думаю, это означает, что ты также не готова посмотреть фильм со мной.

Девушка посмотрела в мою сторону и улыбнулась.

— Может быть, в другой раз. Спокойной ночи.

— Тебе стоит проверить духовку перед уходом.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— Это должно было стать благодарностью за помощь с продуктами, но думаю, что должен еще и извиниться перед тобой. — Наконец ее глаза встретились с моими, и я кивнул подбородком в сторону кухни. — Просто посмотри. Если не захочешь, ты можешь ложиться спать.

Небольшая улыбка сформировалась на ее губах.

— Там пицца? Пожалуйста, скажи, что пицца. Я так хочу, чтобы это была пицца. Пожалуйста, скажи, что пицца.

Я рассмеялся.

— Не знаю, посмотри сама.

Двигаясь к кухне, она бросила через плечо:

— Если это не пицца, я буду вдвойне злиться на тебя, просто чтобы ты знал.

Она открыла духовку и наклонилась, чтобы проверить внутри.

Затем раздался небольшой вздох, и в ее руке появилась коробка с пиццей, а на лице расцвела самая большая улыбка.

— Дилан, это целая пицца... только для меня?

Я хихикнул.

— Да, тебе не обязательно делиться.

— Это из того Неаполитанского ресторанчика, и она все еще теплая.

— Я пришел минут за десять до тебя. Хотел подождать тебя, но не знал, во сколько ты вернешься, и соблазнился на запах.

Я старался не думать, где она была или кого ждала.

Снова улыбнувшись мне одной из ее сладких улыбок, девушка установила коробку на острове и открыла ее. Придерживая обеими руками свои волнистые темно-каштановые волосы, наклонилась, пока ее нос почти не коснулся пиццы, и вдохнула.

Громкий стон, который последовал за этим, заставил мой член напрячься в штанах.

— Боже, какой запах. Это, знаешь ли, нечестно с твоей стороны, — тихо сказала она, ее лицо все еще было практически в пицце. — Я немного злюсь на тебя, а ты подарил мне мою самую любимую вещь.

Я бы не сказал ей, что потратил последние деньги, чтобы угостить нас этим удовольствием. Все, что осталось на моей дебетовой карте после покупки продуктов, было всеми деньгами, которые у меня остались, пока я не смогу взять несколько смен в баре, что, вероятно, составляло долларов тридцать или меньше.

— Я же говорил, что я идиот.

— Не думала, что ты такой на самом деле, но да, видимо так и есть. — Закрыв коробку, она подняла ее и вернулась ко мне. — Тем не менее, спасибо тебе. Я пыталась сохранять спокойствие, но была очень зла на тебя за то, что ты съел целую пиццу в одиночку.

Я засмеялся.

— Боюсь, у тебя не очень хорошо получилось, Зои.

— Неважно, — пробормотала она себе под нос, залезая на диван. Сидя со скрещенными ногами, она осторожно положила коробку на колени и открыла ее. Глубоко вдохнув, взяла кусочек и пристально посмотрела на меня. — Я не делюсь.

«А я бы никогда не догадался».

— Все в порядке, — сказал я, посмеиваясь. — Я уже съел больше, чем должен был.

Я уселся обратно, прямо напротив нее.

Одну руку она собственнически обвила вокруг коробки, откусила первый кусочек и издала еще один стон, этот более длинный и более эротичный, чем предыдущий.

— Как же хорошо. Так вкусно, — пробормотала она между жеваниями.

Я не мог отвести от нее глаз. Сглотнув, Зои откусила еще один кусочек, закрыла глаза и жевала как можно медленнее, ее губы сморщивались в процессе. Было неправильно смотреть на то, как она ест. Если бы я знал, что ее лицо загорается только из-за пиццы, я бы купил еще десять. Мой взгляд поплыл к ее горлу, где я мог увидеть точный момент, когда девушка глотала. Затем мой взгляд опустился ниже, и я наблюдал, как вздымается ее грудь, поднимаясь и падая с каждым вздохом. Похоже, у меня были большие неприятности.

— Ты в порядке?

Когда я поднял взгляд, Зои смотрела на меня. Я кивнул и откашлялся.

— Да.

— Так мы будем что-нибудь смотреть или нет?

Я посмотрел на часы: было почти одиннадцать.

— Прости, — пробормотала Зои, положив свой кусок. — Я знаю, что ты рано встаешь. Тебе не нужно сидеть и смотреть, как я ем.

— Я могу посмотреть с тобой фильм, — сказал я. Как я мог ее оставить? — Никаких фильмов о судном дне. Все, кроме этого.

Ее улыбка вернулась на место, девушка взяла свой кусок и еще раз укусила.

— Я хотела посмотреть «Геошторм», но не хотела делать это в одиночку.

— Нет, ни за что. Выбери что-нибудь другое.

— Я все еще могу выбирать?

— Конечно, почему бы и нет? Я идиот, помнишь? Ты можешь выбрать фильм.

«И я узнаю тебя лучше», — подумал я про себя.

— Как насчет старого фильма, например, «Пятый элемент» или... «Скорость»? Или как насчет «Властелин Колец»? И Кайла, и Джаред отказываются устраивать марафон просмотров со мной, а это фильм, который я бы предпочла посмотреть с другом. Определенно один из моих любимых. — Еще один укус, и она заставила меня облизать губы. Прежде чем я успел ответить, она уже сглотнула и начала снова. — Я знаю, что мы не можем посмотреть их все сегодня вечером, но, может быть, в другой раз? Единственный человек, который любит его так же сильно, как и я, находится в Фениксе, и прошло так много времени с тех пор, как я пересматривала его.

Я прочистил горло.

— Я был уверен, что ты заставишь смотреть «Титаник» или «Дневник памяти» в качестве наказания.

Облизывая пальцы, она покачала головой.

— Я люблю романтические фильмы, но иногда они слишком сладкие. Я должна быть в настроении для этого.

Отлично. Я был ее приятелем, ее другом — в этом нет ничего романтичного.

— Может, давай остановимся на «Пятом элементе». Прошло много времени с тех пор, как я смотрел фильм с Брюсом Уиллисом. Как мы собираемся это сделать? Твой ноутбук или мой?

— Мой. Думаю, что у меня уже есть он на моем аккаунте.

Зои вскочила с дивана, едва удерживая равновесие, когда сунула коробку с пиццей в мои руки.

— Не воруй, — предупредила она с серьезным выражением лица.

Сдерживая улыбку, я кивнул ей.

Как только она пустилась в бег, в дверь позвонили и остановили ее движение вперед.

Она медленно повернулась ко мне и прошептала:

— Мисс Хильда? Я не хочу открывать. Если она хочет, чтобы я что-то сделала, к тому времени как вернусь, пицца будет холодной.

Также тихо я прошептал в ответ:

— Я уже помогал ей с тяжелыми коробками сегодня. Давай проигнорируем. Я проверю ее завтра.

Я бы не назвал старушку милой, но она определенно относилась ко мне лучше, чем к Зои; я был свидетелем этого больше, чем несколько раз.

Девушка закусила губу и взглянула на дверь.

Прежде чем я смог встать и подтолкнуть ее к ее комнате, кто-то постучал достаточно громко, чтобы разбудить весь этот чертов дом.

Этот шум заставил Зои подпрыгнуть, и она в замешательстве посмотрела на меня. Нахмурившись, я встал со своего места.

Глава 10

Дилан

— Я знаю, что ты там, засранец! Открой эту чертову дверь.

«Вот черт».

— Кто это? — шепотом спросила Зои.

Я вздохнул и положил ее пиццу на свою. Потирая шею, пошел, чтобы открыть дверь, прежде чем кто-то позвонит в полицию с жалобой на шум, или хуже, мисс Хильда решит выйти, если она еще этого не сделала.

Я знал, что это бесполезно, но все равно заблокировал ему вход.

— Какого черта ты здесь делаешь, Джей Пи?

— И тебе привет, ублюдок.

«Отлично».

Я взглянул на Зои через плечо, и она скорчила гримасу, по которой явно читалось: «вот дерьмо».

Конечно, дерьмо.

Я повернулся к своему нетерпеливому, обозленному другу.

— Чего ты хочешь?

Он покачал головой, как будто не мог поверить, что я задаю такой вопрос, а потом, оттолкнув меня, пронесся прямо в квартиру и столкнулся лицом к лицу с Зои.

— О, что это у нас здесь происходит?

Я глубоко выдохнул и закрыл дверь. По крайней мере, придурок пришел один.

Когда Зои поздоровалась, я обернулся, чтобы найти Джей Пи, кружащего вокруг нее как акула, наблюдающая за своей добычей, прежде чем принять решение о плане атаки. Так же, как и пару лет назад, хотя я сомневался, что парень помнит ее с той ночи, в отличие от меня.

— Даже не думай об этом, — предупредил я его. — Что ты здесь делаешь, чувак?

Он прекратил расхаживать и сосредоточился на мне.

— Что я здесь делаю? Хороший вопрос. Подожди, думаю, что у меня есть еще лучше — какого черта ты здесь делаешь?

— Я здесь живу.

— Это я уже понял. Ты приходишь сюда сразу после того, как мы расстались в последние два дня.

— Ты спятил? Ты следил за мной?

— Извини меня за то, что беспокоюсь о тебе.

— Может, мне просто пойти в свою комнату, чтобы вы, ребята, могли…

Мой взгляд остановился на Зои, когда она начала отступать.

— Ты останешься, — приказал я ей.

Джей Пи посмотрел между мной и Зои.

— Так вот почему ты скрываешь, где ты остановился? Потому что живешь с какой-то девушкой и играешь в дом?

— Хочешь, чтобы я надрал тебе задницу?

Парень приподнял одну бровь.

— Хотел бы я увидеть, как ты пытаешься, ублюдок.

— Хорошо. Как бы ни было весело на это смотреть, я просто возьму свою пиццу и…

— Садись, Зои, и ешь свою пиццу. Джей Пи уже уходит.

Ее глаза расширились, губы дернулись.

— Слушаюсь, командир.

Когда она вернулась на диван, я потер рукой лицо и вздохнул. Джей Пи, по-видимому, все еще ждал ответа, потому что все еще стоял на том же месте, скрестив руки на груди.

— Я говорил тебе, что нашел соседа по комнате. Какого черта ты беспокоишься?

Он расслабился и вздохнул.

— Да ладно, чувак. Проблема не в соседе. Ты почти не разговариваешь с парнями, пока мы не на поле или на встрече. Думаешь, они не замечают, как ты отдалился? Ты бросаешь нас ради учебных групп, и у тебя всегда словно язык отнимается, когда мы спрашиваем, где ты живешь. Мне звонит Вики и спрашивает, где ты, а я даже не знаю, разговариваешь ли ты с ней снова или просто эта чокнутая плетет интриги. Дело не только в том, что ты пытаешься сохранить секрет о том, где остановился, по какой-то чертовой причине. Это наш последний год — ты не можешь впаривать нам это дерьмо сейчас. Какого черта с тобой происходит?

Краем глаза я заметил, как Зои поджала ноги под себя, обняла коробку с пиццей, и поднесла кусочек к губам. По крайней мере, один из нас наслаждался моментом. Я обратил свое внимание на Джей Пи. Я действительно не хотел попасть в неприятности с тренером из-за присутствия Джей Пи в квартире, но так как он уже стоял в середине гостиной, я не мог понять, как можно этого избежать.

— Со мной ничего не происходит, Джей Пи. Что ты хочешь, чтобы я делал с командой? Я играю в мяч, этого должно быть достаточно. Не думаю, что ты бы поступил иначе, если бы был на моем месте. Ты, правда, веришь, что никто из них не видел, что происходило с теми тремя на вечеринке?

— Я был на той вечеринке, Дилан, помнишь? Крис тоже там присутствовал. Думаешь, мы знали, что происходит? — спросил он с недоверием в голосе.

— Нет, не вы. Но не говори, что ты поверил им, когда они сказали, что это случилось только один раз. Да пошло оно все. Теперь мне все равно, но не ожидай, что я буду доверять им в ближайшее время. На поле мы всегда команда, и я буду прикрывать их спины, но вне поля? — Я покачал головой и прислонился спиной к двери. — Нет, чувак. У меня нет проблем со всеми парнями, но кто сказал, что я должен любить тех немногих, кто, я уверен, знал, что происходит, только потому, что мы играем за одну и ту же команду. И, конечно, я надрываю задницу в учебе. Ты сам сказал, что это наш последний год. Скауты следят за каждой игрой. Это конец. Мы либо выживем, либо нет. Я должен выложиться по полной. Вместо того чтобы запугивать и следить за мной, ты тоже должен учиться, иначе тренер оторвет тебе голову, если твой средний балл упадает.

— И на этом все? Это все?

— Что еще ты хочешь от меня услышать?

Мой друг холодно смотрел на меня.

— Как насчет извинений за то, что заставил меня беспокоиться о твоей тупой заднице, как курица-наседка?

— Ты сейчас серьезно?

— Да. Давай, я слушаю. У меня были дела важнее, чем следить за тобой, чтобы узнать, какого черта ты задумал. Не говоря уже о том, что я не знал, в какой квартире ты исчез, и мне пришлось постучать в кучу дверей, прежде чем найти тебя.

Я засмеялся.

— Хорошо. Я сожалею. Так хорошо?

— Да. Сгодится.

Я оттолкнулся от стены, и мы обнялись, стуча друг другу по спине.

— Ой, вы ребята так любите друг друга. Либо у меня слезятся глаза от милоты, либо там, где я сижу, начинается пыльная буря. Я бы никогда не догадалась, что футболисты такие эмоциональные, — сказала Зои, засовывая последний кусочек в рот, и сразу же потянулась за следующим.

Изумленный, я покачал головой и вздохнул.

— Джей Пи, это Зои, моя соседка по комнате и мой новый приятель. Зои, это Джей Пи, мой удивительно эмоциональный товарищ по команде.

— Отвали.

После того как ударил меня локтем в живот, Джей Пи, улыбаясь, направился к ней. Зои ему помахала.

— Привет.

— Я тебя знаю?

Взгляд Зои скользнул ко мне, потом обратно к Джей Пи.

— Даже не представляю, как такое возможно.

Я обошел диван, чтобы присесть. Мой план посмотреть фильм с моим так называемым приятелем и провести тихую ночь не венчался успехом.

— У нас есть занятия вместе или что-то типа того?

— Нет.

Он повернулся ко мне.

— Я ее откуда-то знаю?

— Нет, не знаешь, — повторила Зои, отвечая за меня.

Я не планировал смущать ее перед Джей Пи, особенно если он не помнит, что встречался с ней два года назад, поэтому я не поправил ее.

— Еще раз, где ты ее нашел?

Зои сузила зеленые глаза на Джей Пи.

— Я говорил тебе, что нашел ее в интернете. Она искала соседа по комнате. Будь милым.

Брови Джей Пи поднялись к линии роста волос, но кроме того, что пожал мне плечами, он ничего не сказал. Я узнаю об этом позже, парень выскажет все, что у него на уме, когда мы будем одни.

— Видимо, придется быть милым, — сказал он, наклонившись, чтобы поднять верхнюю часть картонной коробки, которая все еще была на коленях Зои. — И это работает в обоих направлениях. Я буду милым с тобой, ты будешь милой со мной.

Зои посмотрела на Джей Пи, затем на оставшиеся четыре куска пиццы. Как, черт возьми, она съела половину так быстро?

Прежде чем мой друг смог поднять один из оставшихся кусочков, девушка закрыла коробку и убрала ее подальше от него.

— Какого хрена?

Зои наклонилась влево, чтобы посмотреть за Джей Пи и встретила мой взгляд — еще один из тех редких случаев, когда она забыла, что слишком застенчива и избегает моих глаз.

— Прости, Дилан, я знаю, что он твой друг и все такое, но я действительно не хочу делиться. Я вообще не делюсь.

Я засмеялся.

— Все в порядке, она вся твоя. Он может купить себе собственную пиццу, если голоден.

Зои отклонила голову назад, чтобы посмотреть на Джей Пи, который был почти таким же высоким, как я.

— Слушай, я ничего не ела с полудня, и у меня была дерьмовая ночь. Я готова дать тебе кусочек, но судя по тому, сколько ест Дилан, могу догадаться, что ты ничем не отличаешься от него. Одного куска тебе будет недостаточно, а я не хочу давать тебе остальное... хотя, честно говоря, если бы у меня был только один кусочек, он, вероятно, ничего бы не решил даже для меня. Итак, зачем беспокоиться о кусочке, если толку от этого не будет? Если у меня не будет лишнего куска, то я лягу спать голодной, что будет означать, что два человека ложатся спать голодными. Но если я получу все эти кусочки, по крайней мере, один из нас будет сыт.

— Ты пойдешь спать голодной, — повторил Джей Пи, не как вопрос, а скорее как заявление. Зои прижала коробку с пиццей поближе. — Что с ней не так? — спросил он, глядя на меня в замешательстве.

Я улыбнулся, расслабившись в кресле, впервые с тех пор, как Джей Пи постучал в дверь.

— Ничего. Она просто любит пиццу, может, немного больше, чем мы с тобой.

— Можешь взять его кусочек, — добавила Зои, когда Джей Пи продолжал стоять над ней. Не думаю, что хоть одна девушка когда-либо отказывала Джей Пи в еде.

Он открыл мою почти пустую коробку для пиццы, которая все еще была на кофейном столике, и нахмурился.

— Здесь только один кусочек.

— Вот видишь! — сказала Зои ему. — Я сказала ему то же самое, когда увидела, и так же, как сказала тебе, один кусочек ничего не значит.

Снова Джей Пи встретился с моим взглядом, ожидая объяснений.

— Что с ней не так?

— С ней все в порядке.

Мне было трудно оторвать взгляд от Зои, и Джей Пи, очевидно, что-то заподозрил, потому что его следующий вопрос заставил меня хотеть причинить ему серьезную травму, даже рискуя своим местом в следующей игре.

— Вы определенно играете здесь в семью. Поэтому Вики так взбесилась? Она знает о ней?

— Если ты еще раз упомянешь Вики, я тебя вышвырну.

Присев на подлокотник дивана, он начал осматриваться.

— Ты его богатая мамочка или типа того? — спросил он Зои, когда закончил озираться по сторонам. — Я не осуждаю. Каждому свое. Но как ты смог позволить себе это место, Ди? Даже половина арендной платы должна стоить кучу денег.

Взгляд Зои прыгнул от Джей Пи ко мне. До того, как мне пришлось придумать дерьмовый ответ, раздался еще один стук в дверь.

Джей Пи вскочил.

—Детки, оставайтесь на месте. Я открою.

Я вскочил вслед за ним.

— Джей Пи, нет.

Если у двери тренер, то мне конец.

Краем глаза я заметил, что Зои делает то же самое, наконец, положив коробку с пиццей. Она думала о том же, что и я?

Джей Пи открыл дверь, и, слава Богу, что вошел всего лишь Крис.

— Давай, входи. Посмотри, кого я здесь нашел. — Джей Пи махнул рукой в мою сторону.

Я застонал и опустился на спинку дивана, на этот раз заняв место ближе к Зои, вместо того чтобы вернуться на другой конец.

— Ради твоего же блага, чувак, надеюсь, он единственный, кому ты рассказал.

Я попытался встретиться взглядом с Зои, чтобы заверить ее, что парни скоро уйдут, если нет, я бы выгнал их, но ее глаза были прикованы к нашему защитнику.

Нахмурив брови, я посмотрел через плечо.

— Что здесь происходит? — спросил Крис, глядя между Зои и мной.

Джей Пи закинул руку на плечо Криса и устроил шоу из представления Зои.

— Эта молодая особа была здесь…

Я перебил его, поднявшись на ноги.

— Просто закончи это предложение, чувак. Пожалуйста, сделай это.

Зои прочистила горло, и все взгляды в комнате повернулись к ней. Ее щеки покраснели, глаза сверкали. По какой-то причине, ее вид мне не понравился. Она так волновалась из-за Криса? Она определенно так не реагировала на Джей Пи. Также было похоже, что у нее не было никаких проблем смотреть Крису в глаза.

Нахмурившись, я увидел, как она вытирает руки о платье.

— Привет. Я... Меня зовут Зои. О, Зои Кларк. — Она бросила быстрый взгляд на меня, но не думаю, что она действительно видела меня. — Я соседка Дилана.

И вот так меня понизили с «друга» к просто «соседу».

— Приятно познакомиться, — сказал Крис, звуча немного неуверенно.

После долгого молчания, когда никто ничего не сказал, я вздохнул и жестом указал на диван.

— Поскольку вы двое похоже не планируете уходить в ближайшее время, то можете присесть.

Крис прошел мимо меня, чтобы принять мое предложение, но Джей Пи направился к кухне.

— Есть что-нибудь поесть в этом доме. Ну, кроме драгоценной пиццы твоей девушки. Я умираю с голоду.

Зои выбрала этот момент, чтобы взять коробку с пиццей и предложить ее Крису.

— Хочешь кусочек пиццы?

Джей Пи сказал именно то, что было у меня на уме:

— Ты, блядь, издеваешься?

Глава 11

Зои

Постучав в дверь, я вошла, как только услышала приглушенное: «входи». Подняв глаза, он увидел, кто вошел в его кабинет, и тяжело вздохнул.

— Сейчас не лучшее время, Зои. Я перезвоню тебе позже.

Не обращая внимания на его слова, я глубоко вздохнула, щелкнула дверью и расправила плечи.

— Я хочу ему рассказать.

Я была в личном кабинете Марка, стояла как можно дальше от него. Любой мог бы сказать мне, что мужчина не хочет, чтобы я была здесь, только взглянув на язык его тела, и я тоже не хотела быть здесь, но смирилась с этим и направилась к зданию спортивной администрации, как только покинула квартиру этим утром. Ему просто придется выслушать меня.

— Нет.

Марк смотрел на меня твердым, непреклонным взглядом. Он когда-нибудь вообще собирается ему рассказать? В этот момент было не похоже, но у нас был план, и мужчина собирался сказать ему. Обещал. Я просто не могла больше ждать.

— Мне нужно сказать ему, — повторила я, в этот раз мой голос звучал сильнее, по крайней мере, для моих ушей.

Марк откинулся на спинку стула и тот слегка заскрипел. Мне едва удалось сдержаться и не вздрогнуть.

— Это потому что я не смог прийти прошлым вечером? Я заглажу свою вину в другой раз. Ты знаешь, как много дел бывает в сезон.

Он хотел поговорить об этом? Конечно, почему бы и нет?

— Ты сам пригласил меня. Не нужно было заставлять меня ждать два часа в ресторане на другом конце города, если ты не собирался приходить, но это не из-за вчерашнего. Это было не в первый раз, и предполагаю, что не в последний. Я понимаю, что ты занят. В любом случае, все нормально.

— Ты должна помнить, с кем ты разговариваешь.

Мне нужно было помнить? Я хотела забыть.

Марк постучал концом желтого карандаша, который был у него в руке, по одной из бумаг, разбросанных по столу, и посмотрел вниз на них, намекая на то, что разговор окончен.

— Я сдаюсь. Не хочу больше этого делать, — призналась я, и его взгляд вернулся ко мне. Это облегчение я увидела в его глазах? Я глубоко вздохнула и проглотила свое разочарование. — Если ты не хочешь меня видеть, не хочешь узнать меня, то все в порядке. Ты не обязан этого делать. Но ты должен знать, Крис был в квартире вчера вечером. Вот почему…

Как только слова покинули мой рот, Марк спокойно встал на ноги, легко бросил карандаш на стол, просто взмахнув запястьем, что было совсем не то, что говорил язык его тела. Вместо того чтобы встретиться с ним взглядом, я наблюдала, как карандаш скатился и ударился о пол с небольшим стуком. Когда он перестал двигаться, я, наконец, нашла в себе мужество посмотреть мужчине в лицо. Я расправила плечи и старалась изо всех сил выглядеть так, будто не боялась его или гнева, исходящего от него волнами. Хотя, должна сказать, это был самый сильный гнев, который я видела за последние три года. Его лицо покраснело, и Марк наклонился вперед, положив кулаки на стол, все время смотря на меня.

— Что ты сказала?

— Крис... он был в квартире вчера, с одним из друзей Дилана, Джей Пи. Думаю, они беспокоились о нем.

— Что ты ему сказала, Зои?

Когда я только вошла, Марк не пригласил меня сесть, так что я все еще стояла на том же месте, сжимая рукой лямку сумки, и край кожи впился мне в ладонь. Казалось, что сумка была моей единственной защитой от него, хотя на самом деле это абсолютно ничего не значило. Я не думала, что мужчина причинит мне боль, но он никогда не смотрел на меня так, будто хотел прикончить меня прямо здесь и сейчас.

Разве папа не предупреждал меня несколько раз быть осторожной с ним?

— Какого хрена ты ему сказала?! — проревел Марк, когда я не ответила достаточно быстро, и на этот раз я заметно вздрогнула.

Я ненавидела тот факт, что он мог причинить мне боль. У него не должно быть такой власти, я знала это. И тот факт, что мой голос был тихим, когда я ответила ему, беспокоил меня еще больше.

— Ничего, — выдавила я. — Они задержались ненадолго.

— Сядь и расскажи мне все.

Возможно, я совершила ошибку, сказав ему об этом.

— Я пришла не…

Его ладонь резко ударилась о стол.

— Я сказал, сядь и расскажи мне все!

Мое сердце забилось быстрее. На негнущихся ногах я заставила себя пройти и сесть на край стула подальше от него. В результате гнева, который я испытывала по отношению к нему, мои ногти все время впивались в мои ладони. Когда я закончила рассказ о прошлом вечере, убедившись, что все детали обо мне и Дилане остались в тайне, Марк стал расхаживать туда-сюда — сердитые шаги, сердитые глаза, резкие, сердитые слова.

— Он ничего не знает о твоей матери. Сколько раз…

— Ты имеешь в виду нашу мать, — пробормотала я.

Мужчина сузил на меня глаза.

— Даниэль никогда не была его матерью. Мы усыновили его. Его мама Эмили.

Слова вертелись прямо на кончике моего языка, но я решила промолчать. Когда дело доходило до Марка, я знала, что лучше не лезть на рожон. Я хотела его переубедить. Технически он был моим отцом, и я хотела бы, чтобы мне удалось однажды назвать его этим титулом, но каждый раз, когда думала об этом, мне хотелось заткнуться. Это был один из тех случаев.

— Мама позвонила тебе перед смертью и рассказала обо мне. Не я тебе звонила. Ты сам сказал, что хочешь встретиться со мной. Ты сказал, что хочешь узнать меня. Ты пригласил меня сюда, и вот я здесь. Я здесь, потому что хотела узнать тебя и Криса. В мой первый год, ты сказал, что у нас с тобой должно быть время, чтобы узнать друг друга лучше, и я согласилась, потому что уже переживала о том, как и почему…

— К чему ты клонишь Зои? У меня нет времени углубляться в последние три года.

— Не перекладывай все это на мою маму. Она была подругой твоей жены, и вы оба изменяли за ее спиной. Она не смогла бы забеременеть в одиночку, причем дважды. Я понятия не имею, как ты уговорил свою жену усыновить Криса, возможно, она действительно отчаянно хотела иметь ребенка и простила тебя за измену ей, но я знаю ложь, которую ты сказал моей маме, чтобы убедить ее отказаться от него.

Марк уставился на меня, гнев горел в его глазах. Я встала со своего места, и заставила руки расслабиться по бокам.

— Сначала я думала, что нравлюсь тебе, — сказала я сдержанным голосом. — Мое появление, возможно, было для тебя сюрпризом, спустя восемнадцать, девятнадцать лет, но ты действовал так, будто тебе было не безразлично, и что ты хотел узнать больше обо мне. Я думала, мы становимся ближе. Никогда не думала, что буду для тебя как дочь, но надеялась, что у нас будут какие-то отношения. — Я крепче схватилась за сумку. Почему я думала, что он прервет меня, сказав что-то, что облегчит мою боль? Безусловно, он мог видеть ее в моих глазах, но он ничего не сказал. — Неважно. У меня уже есть отец, верно? Лучшего я и просить не могла. Я не обязана тебе нравиться, мне уже все равно, но я хочу узнать Криса лучше. Это то, что я говорила с самого начала. Кроме моего отца, у меня нет семьи. Никого. Он мой родной брат, а не сводный. У нас одна кровь, и я хочу получить шанс узнать его лучше.

Должно быть, мне удалось пробиться к нему, потому что его глаза смягчились, сердитые линии на лбу медленно уменьшались, по крайней мере, я так думала.

— Мы не можем рассказать ему о твоей матери. — Он вздохнул. — И Эмили ничего о тебе не знает. Она не справится, если Крис узнает, что она не его родная мать.

Моя мама спала с Марком за спиной его жены и забеременела Крисом. Всего за два месяца до своей смерти, мама усадила меня и рассказала все об их токсичных отношениях. Она не считала их токсичными, но это было именно так. Изначально Марк хотел, чтобы мама сделала аборт, но, когда она отказалась, Марк придумал идею лучше. Так как его жена не могла иметь ребенка из-за проблем со здоровьем, почему бы не усыновить того, что Даниэль собиралась родить, и убить сразу двух зайцев одним выстрелом? Моя мама не знала, что он сказал своей жене, но ей он обещал оставить жену, когда придет время. Единственная проблема была в том, что время так и не пришло. Скандал мог повлиять на его футбольную карьеру. Его тренером в то время был отец его жены, и, конечно, тот сделал бы все возможное, чтобы уволить Марка, если бы узнал, что он изменяет его дочери. Если бы мама не позволила им усыновить ребенка, он бы никогда не признал его, и никогда не увиделся бы с ней снова. А если бы позволила, то они бы продолжали видеть друг друга за спиной его жены. А когда Марк бы оставил ее, они бы растили Криса вместе. Не уверена, была ли моя мама такой наивной из-за молодого возраста или из-за своей любви, но она согласилась с его планом.

— Что значит, мы не можем рассказать ему о его матери?

— Я соглашусь сказать ему только то, что ты его сводная сестра, и ты будешь ждать, пока я сам расскажу ему, Зои. Ты не скажешь ему ни слова без моего ведома. Это лучшее, что можно сделать.

Иисус. Он действительно вел со мной переговоры об этом?

— Это его последний сезон, и я собираюсь подождать, пока он закончится. Я не могу позволить ему потерять концентрацию и испортить свое будущее из-за этого. Если Крис тебе не безразличен, то ты подождешь до конца сезона.

Я хотела задать так много вопросов, но просто кивнула. Я ждала три года, чтобы встретиться с ним, в конце концов, еще несколько месяцев ничего не изменят.

Когда Марк не отвел от меня глаз, я напряженно кивнула ему и повернулась, чтобы уйти. Воздух в комнате становился удушающим.

— И еще одно, Зои.

Я остановилась, положив пальцы на ручку двери.

— Я не хочу, чтобы ты дружила с Диланом Ридом.

Нахмурившись, я в замешательстве взглянула на него.

— Что? Почему?

— Когда я сказал ему, что он может остаться в квартире, то думал, что ты уже переехала жить к своей подруге... как там ее зовут... Келли.

— Кайла.

Он вздохнул.

— Да, к ней. Дилан достаточно занят, поэтому я знаю, что он не будет часто крутиться рядом с тобой, но я все еще хочу, чтобы ты держала дистанцию, так как он один из друзей Криса. Полагаю, ты все равно скоро переедешь. Я собираюсь поговорить с Диланом об этом, но, если Крис или кто-то из моих игроков снова зайдет в квартиру, я хочу, чтобы ты держалась подальше. Выйди при необходимости.

Я моргнула.

«Да пошел ты».

Я бы подождала, пока футбольный сезон закончится, прежде чем рассказать Крису, потому что это был не только мой секрет, и я не хотела бы испортить его игру. Марк никогда не стал бы мне отцом или кем-то близким, но он близок Крису. Кроме того, он прав, Крису было бы плохо, если бы я все выпалила прямо посреди футбольного сезона. Я была уверена, что это не добавит мне очков в отношениях с ним.

Учитывая вышесказанное... Марк Уилсон был последним человеком на земле, который мог выбирать, с кем мне дружить.

— Пап? — прошептала я в свой телефон.

— Кто этот незнакомец, называющий меня папой?

Я хотела бы поговорить, но не могла выговорить ни слова.

— Зои? Так ты помнишь, что у тебя есть отец, да?

Я могла говорить только шепотом.

— Да, пап.

Его тон изменился с игривого на взволнованный за секунду.

— Зои? Ты там?

Бормоча что-то неразборчивое, я хмыкнула и подтянула ноги к груди. Положив лоб на колени, я вытерла слезу со щеки, прежде чем кто-либо вокруг мог увидеть, что я плачу.

Папа вздохнул в трубку, и я крепче закрыла глаза. О, как бы я хотела, чтобы он был рядом со мной, и я могла просто исчезнуть в его объятиях и никогда не покидать его.

— Скажи мне, что он сделал? — приказал он с легким раздражением в голосе.

— Откуда ты знаешь, что это он?

— Кто еще мог заставить тебя плакать? Даже когда была ребенком, ты не плакала так много, как в последние несколько лет. Скажи мне, что он сделал на этот раз.

Голос отца, даже когда он сам находился за четыреста миль, сломал мой небольшой самоконтроль.

— Я больше не знаю, что мне делать, папа.

По моим щекам текли горячие слезы и падали на джинсы.

— Ты должна рассказать мне, что происходит, моя милая девочка. Я не выношу, когда ты звонишь с рыданиями.

— Прости меня, — пробормотала я. — Я прервала твою работу?

— Зои... — Еще один многострадальный вздох. — Ты никогда не мешаешь, и ты почти не звонишь мне. Скажи мне, что происходит, чтобы я мог помочь. Это все, что я хочу сделать, обещаю.

— Я знаю, пап.

Я ненавидела то, как он всегда чувствовал, что ему нужно быть осторожным, когда мы говорим об этой конкретной теме. Я хотела бы, чтобы нам вообще не пришлось об этом говорить.

— Хорошо, — буркнул он. — Так скажи мне, что происходит, и мы разберемся с этим вместе, как мы всегда делаем, хорошо?

Бац. Как будто нажали кнопку, и полилось еще больше слез.

— Я была в его офисе всего несколько минут назад. Он кричал на меня, но это не важно, это не в первый раз, но то, что он говорил... он даже не понимает, как сильно причиняет мне боль. Он заставляет меня почувствовать себя грязной тайной. Я чувствую себя... неправильно.

— Подожди секунду, он кричал на тебя? Почему я впервые слышу об этом, Зои? Ты обещала мне все рассказывать. Мы так договаривались перед твоим отъездом.

Я прикусила губу, чтобы не говорить ничего. Я представляла, как папа снимает очки и потирает переносицу, как всегда делал, когда чувствовал себя обеспокоенным.

— Мне не нравится, что он кричит на тебя, давай сначала проясним это. Он не должен этого делать, ты меня слышишь?

— Да.

— И я больше никогда не хочу слышать слова «грязный секрет» в твой адрес. Если услышу, у нас будут проблемы. Да что это с тобой? Ты моя девочка, не его, во всех смыслах. Ты все, что я когда-либо хотел иметь от дочери. Я очень горжусь тем, что я твой отец.

— Папа, — простонала я. — Ты делаешь только хуже.

Его слова были успокаивающим бальзамом для свежих ран, оставленных Марком, и они так же расстроили меня, просто по-другому. Наконец я подняла голову и вытерла нос тыльной стороной ладони.

— Ничто из того, что он делает или говорит, не может изменить этого. Ты никогда не была для меня ничем, кроме радости. Мне плевать, что он твой биологический отец, для меня это ничего не значит. Я тебя воспитал, так почему ты позволяешь ему тебя обижать?

Я не могла говорить через комок в горле, поэтому мой папа, мой герой во всем, продолжил за меня.

— Ты пыталась. Я знаю, ты изо всех сил старалась узнать его лучше, но, если это не работает... может быть, пришло время закругляться. Ты поверила ему на слово и ждала, пока он сам расскажет Крису о вас. Ты сделала все, что он хотел, и все еще делаешь, так что, может быть, пришло время сделать то, что хочешь ты сама, а?

— Я не могу сказать ему, — прохрипела я. — Я пообещала Марку сегодня, что ничего не скажу Крису до того, как закончится его последний сезон. И я ненавижу то, что он манипулирует мной в течение многих лет, но в этот раз Марк прав.

— Ты понимаешь, что это было его оправданием последние три года? И как сильно он пытается узнать тебя лучше? Потому что я знаю, сколько раз он обещал быть где-то и не появился.

— Он был в квартире, вчера вечером, папа.

— Кто? Марк?

— Нет... вообще-то, прежде чем я расскажу тебе об этом... пожалуйста, не сердись. Я не сказала тебе, потому что не была уверена, как ты отреагируешь на то, что я живу с незнакомцем, но…

— Живешь с незнакомцем? О чем ты вообще говоришь?

— Ну... видимо, у одного из игроков Марка были проблемы с соседями по комнате, и ему нужно было где-то остановиться. Я не сказала Марку, что не переехала к Кайле, так что... думая, что меня не будет в квартире... ну, он предложил там пожить Дилану.

С другого конца линии не было слышно ни звука. Я знала, что он разозлится, и это было одной из причин, почему я не звонила ему так часто, как обычно. Я ненавидела врать ему.

— Я жила с ним, с Диланом, я имею в виду, месяц, или, может быть, немного дольше, — поспешила добавить я.

Полная тишина.

А затем:

— Месяц, или, может быть, немного дольше.

Поморщившись, я несколько раз постучала лбом о колени.

— Да, но он действительно хороший парень, пап.

Я могла бы рассказать ему о тех временах, когда встретила его, прежде чем парень переехал, но не думала, что это хорошая идея. О, и было время, когда он держал меня за руку и давал мне уснуть на его плече, когда электричество погасло, но опять же, это не вариант.

— Зои... ты хочешь, чтобы у меня был сердечный приступ?

— Я серьезно, папа. Я не ожидала, что он будет таким... — Ах, как описать Дилана моему отцу, который даже не знал, что у меня есть сосед по комнате, не говоря уже о соседе по комнате, который был футболистом. — ... Он совершенно другой, но не плохой. — Небольшая улыбка подняла уголки моих губ. — Я имею в виду, что он другой, но в хорошем смысле. Вообще-то, я думаю, он бы тебе очень понравился.

— Я хочу, чтобы ты съехала, Зои. Я приеду завтра, и мы найдем тебе другую квартиру.

Казалось, что все, что я только что сказала, осталось без внимания. Я испустила тяжелый вздох.

— Нет. Я не могу съехать, по крайней мере, не в этом году. Я подкопила деньги, но не столько, чтобы переехать.

— Не упрямься и позволь мне помочь тебе. Я заплачу за твою квартиру.

— Нет, пап. Я не могу просить тебя об этом. Ты все еще оплачиваешь мамины больничные счета, и я не собираюсь добавлять тебе проблем.

— Ты убиваешь меня. Ты хоть понимаешь, как беспомощно я себя чувствую? Ты не даешь мне ничего сделать с этим Марком. Ты ожидаешь, что я буду сидеть сложа руки и не переживать, пока слушаю, как ты плачешь о вещах, которые скрываешь от меня, и ты не даешь мне помочь с твоей жизненной ситуацией. Какого черта я тогда стою?

От шока мои глаза стали огромными. Папа никогда не ругался. Я бы не назвала «черт» ругательством, но судя по тому, что он всегда сдержан, это уже слишком.

— Папа... Я...

Послышался долгий выдох.

— Как ты могла не сказать мне, что живешь с мальчиком, Зои?

Мысли о Дилане, как о мальчике, заставили мои губы дернуться. Он был определенно больше, чем просто мальчик, и, вероятно, очень долгое время.

— Если бы это был Джаред или один из твоих друзей, то это было бы что-то другое, но футболист? У него хотя бы есть девушка, или парень? Напомни, сколько ему лет?

— Он старшекурсник, и извини, что разрушила твои мечты, но я верю, что он натурал. — Да, я даже не сомневалась в этом. — На самом деле, он друг Криса. Вот что я хотела…

— Он причина, по которой ты мне не звонишь? Я думал, ты завалена своими занятиями, но ты и этот парень…

— Нет, тебе даже не нужно заканчивать это предложение. Дилан слишком занят, чтобы иметь подружку, потому что упорно работает, чтобы стать профессионалом. И не то, что мне было бы интересно, если бы он не был занят, или что он был бы заинтересован во мне, но…

— Ты бормочешь. Тебе нравится этот мальчик, не так ли?

— Нет, — ответила я слишком быстро. — Нет, это не так. — Так почему же мой голос вышел таким высоким? — Мы действительно становимся друзьями. Может, ты встретишься с ним, если приедешь в гости. И да, мои занятия набирают обороты. Задания и небольшие съемки, которые я делаю для других студентов, занимают все мое время. Я также делаю фотографии для онлайн продаж, знаешь, стильные маленькие изображения и продаю их по отдельности. Мой профессор фотографии даст мне знать, если кому-то из ее друзей-фотографов понадобится помощник для любой съемки, например, свадьбы или что-то в этом роде, так как я больше всего интересуюсь портретами. Так что, да, было очень неспокойно, и это единственная причина, по которой у меня не было времени позвонить тебе. Я не хочу, чтобы ты беспокоился обо мне. Я могу справиться с этим. Я справлюсь. И серьезно говорю, что собираюсь съехать из его квартиры в следующем году. Я всегда думала, что меньшее, что он может сделать, это позволить мне остаться там. Но да, я не хочу никаких связей между нами, больше нет. Я чувствую, что должна ему что-то, и мне это не нравится.

Я слишком поздно поняла, что мое последнее предложение снова его разозлит.

— Ты ничего ему не должна. Ни единой вещи, Зои.

— Я знаю это и не хочу никаких связей. Если он не скажет Крису до января или февраля... в любом случае, я не хочу больше говорить о Марке. С другой стороны, я не хочу, чтобы ты волновался о Дилане. Да, он мой сосед по комнате, но мы почти не видимся. Поверь мне, он еще больше занят, чем я, — очень жаль, — так что тебе не о чем беспокоиться. Знаешь, я бы сказала тебе, если бы он доставлял мне неудобства или если бы мы встречались. Я всегда говорю тебе такие вещи, ты же знаешь.

— Правда? Потому что я услышал больше, чем несколько вещей, которые ты скрывала от меня в этом телефонном разговоре.

Туше.

«Смени тему разговора, Зои».

— Э-э... то, что я пыталась сказать тебе ранее... вчера вечером двое из товарищей по команде Дилана пришли в квартиру. Одним из них был Крис, и я была там... и я не знала, что делать. Я даже не знала, куда положить руки. Это было так неловко.

— Ты могла бы ему рассказать.

— Папа, я не могу просто взять и неожиданно сказать ему. Ты забыл, как я отреагировала? Он бы подумал, что я сумасшедшая. И что я должна была сказать? О, привет, Я твоя давно потерянная сестра, о которой ты и не подозревал. Ну, как ты себя чувствуешь? А еще женщина, которую ты знаешь как свою маму, на самом деле не твоя мама. Хочешь узнать о своей настоящей матери? Кроме того, я, возможно, смотрела на него вчера слишком много, так что Крис уже может подумать, что я не в себе.

— Если бы только твоя мама могла связаться с ним до того, как... тогда тебе не пришлось бы проходить через все это. Она так хотела его увидеть.

Я никогда не смогу сказать ему, что моя мама на самом деле была более взволнована встречей с Марком. Она даже была полна надежд.

Никогда не забуду тот день, когда она сказала мне, что Рональд Кларк не мой настоящий отец. Она разбила мне сердце в тот день, и если бы мой отец — потому что, что бы она ни сказала, он всегда будет моим отцом, потому что кровь не делает тебя семьей — был бы в комнате с нами, она бы разбила его сердце тоже. Может быть, мама думала, что я буду счастлива услышать, что Марк был любовью всей ее жизни, и как бы хорошо Рональд не относился к ней, никто не смог бы занять место Марка. Возможно, она так думала.

После знакомства с мужчиной, я не могла бы с ней согласиться.

Было много вещей, за которые я злилась на маму, но папе было бы больно, если бы я озвучила хоть что-то из них. Он любил ее больше, чем она любила каждого из нас.

Я ненавидела лгать ему, но не могла говорить о ней.

— Папа, мне нужно идти. У меня занятие в десять, и мне нужно найти Джареда до этого, так что...

— Ладно. Теперь, когда я знаю все твои секреты, обещай, что позвонишь еще. И, Зои, больше никаких секретов, хорошо?

— Конечно. Я так сильно тебя люблю, пап.

— Я тоже тебя люблю, детка, — ответил он низким голосом.

Глава 12

Дилан

Бар был заполнен студентами, которые праздновали окончание промежуточных экзаменов. Некоторые из них были моими товарищами по команде, с размахом отмечающие недельный перерыв в играх. Несколько из них окружили бильярдные столы, ожидая своей очереди, а некоторые были довольны просмотром горячей игры в пиво-понг между несколькими девушками. Другие были перед телевизорами, наблюдая повтор игр предыдущей недели. Такое чувство, что вся команда была здесь. Громкие возгласы возникали где-нибудь в баре, и прежде чем вы могли понять, из какого угла это прибыло, звук поглощался громкой толпой, и музыка взрывалась в каждом уголке бара «Джимми».

Потянув за рычаг, я налил пинту пива и протянул ее Чаку, одному из официантов.

— Спасибо, мужик, — закричал он, прежде чем отправиться обратно.

Я пытался взять столько часов, сколько возможно в баре «Джимми», не испортив график обучения в процессе, потому что работа бармена помогала мне заплатить за все, что не охватывала футбольная стипендия. Иногда по ночам я зарабатывал достаточно, чтобы позволить себе отправить часть денег домой, конечно же, без ведома моего отца. Меньше всего он хотел бы, чтобы я беспокоился о проблемах с деньгами.

Ополаскивая шейкер и несколько стаканов, которые накопились в раковине, я смотрел, как Джей Пи пробирается ко мне.

— Когда у тебя перерыв? — спросил он, прыгнув на барный стул и глядя на Линди, еще одну барменшу, которая была со мной в эту ночь.

— Соскучился по мне?

Прежде чем он успел ответить, я направился к двум девушкам, которые ждали, когда я подойду, чтобы озвучить заказ.

— Что я могу вам предложить, дамы?

Блондинка, в красном платье с низким декольте, наклонилась над баром с кокетливой улыбкой, передавая мне двадцатку, вложенную между двумя пальцами.

— Текила, дважды и вдогонку я возьму твой номер.

Я усмехнулся и выстроил стопки после проверки их удостоверений.

— Может быть, в следующий раз.

Я проигнорировал то, как рыжая пристально смотрела на меня, когда лизнула соль на тыльной стороне ладони, и делала большое шоу из сосания одного из кусочков лайма, который я предложил. Как только они закончили свой первый раунд, я заполнил рюмки во второй раз и оставил их.

— Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится.

Джей Пи все еще ждал меня, когда я вернулся.

— Ты самый глупый сукин сын, которого я знаю, знаешь об этом?

— Ты мне это все время говоришь.

— Что, черт возьми, с ней не так?

Он наклонил голову в сторону, и я взглянул на девушек, поймав, как блондинка подмигнула мне.

— С ней все в порядке, но ты с первого курса знаешь, что я не фанат случайных связей. Почему сейчас тебя это удивляет? Кроме того, снимать какую-то случайную девушку – это последнее, о чем мне сейчас нужно думать. Ты же был там, когда мы почти проиграли последнюю игру в Колорадо.

— Ключевое слово — почти. Мы же выиграли, не так ли? — Он наклонился над стойкой и схватил горсть арахиса. — И, похоже, ты больше никем не интересуешься. Когда ты последний раз трахался?

— Если тебя это интересно…

Мой взгляд зацепился за что-то за плечом Джей Пи, и я умолк. Мягкое свечение желтых и красных огней, светящих с потолка, придавало бару расслабленную атмосферу, и это позволило мне узнать Зои, идущую под руку с парнем. Это поразило меня, как долбанный удар в живот.

Джей Пи проследил за моим взглядом и увидел, что привлекло мое внимание.

— О, это Зои, да? Итак, тебя не интересует случайная девушка, но интересует она, да? Клянусь Богом, я видел ее раньше, но не могу вспомнить, где.

— Нет, это не так, — рассеянно пробормотал я, сдвинув брови. — Мы просто друзья. Никто из нас не заинтересован в другом.

Зои больше не держала парня за руку, но я видел, как она схватилась за его плечи, чтобы встать на цыпочки и оглянуться вокруг толпы. Когда нашла то, что искала, большая улыбка вспыхнула на ее лице, и Зои закричала что-то парню прямо перед тем, как начала тащить его за собой к задней части бара. Она, должно быть, искала свою подругу, потому что девушка выскользнула из кабинки ближе к торцевой стене, где были установлены все телевизоры, и встретила их на полпути. Были приглушенные визги, объятия и поцелуи. Это тот парень, с которым она встречается? Я следовал за ней взглядом до самой кабинки и наблюдал, как Зои уселась рядом с этим придурком.

— Из того, что я вижу, похоже, что она определенно заинтересована кем-то другим. Чувак, эй! Ты слышал, что я сказал? Земля вызывает Дилана.

Я сжал тряпку в своей руке до такой степени, что почувствовал, как ногти впиваются в ладонь через материал. Я заставил себя отвлечься и сосредоточился на Джей Пи, поскольку каждая мышца в моем теле напряглась.

— Чего тебе здесь нужно? — Это вышло жестче, чем предполагал, поэтому я расправил плечи, чтобы попытаться расслабиться.

Джей Пи медленно поднял брови, и откинулся на спинку стула. Удивительно, но парень решил не давить на меня дальше.

— Я просто жду парней, — он остановился, затем слегка сузил глаза. — Мы знаем, кто этот чувак?

— Вероятно, ее парень. Понятия не имею.

— Должны ли мы убить его? Или просто сломать ноги в качестве предупреждения?

Я рассмеялся, но смех вышел неестественно.

— Ни то, ни другое. Поверь мне, он лучший вариант, чем то, чего я боялся.

— Что ты имеешь в виду?

Пожав плечами, я пошел обслужить нескольких из вновь прибывших клиентов.

Повышая голос, Джей Пи продолжил кричать мне:

— Значит, она в отношениях, да? И действительно не заинтересована в тебе. Интересно. Ты знал об этом или это сюрприз?

Я оперся о стойку одной рукой, а другой стукнул Джей Пи, когда увидел, что он снова тянется к миске с арахисом.

— Что в этом особенного? Ну, встречается она, и что? Все встречаются.

Он пожал плечами.

— О, ничего. Ты знал об этом?

— Да, она сказала, что у нее есть парень, и что все сложно. — Я стиснул зубы и уставился на своего друга. — Наверное, все стало проще. Тебе разве нечем заняться? Я пытаюсь здесь работать.

— Я не держу тебя. Я платный клиент, как и все остальные здесь.

Он оглянулся через плечо, и я не смог остановить себя от взгляда в ее сторону. Зои поднялась и наклонилась над столом, чтобы вытащить свою подругу. Все трое направились к небольшой площадке перед телевизорами, которую большинство клиентов считали импровизированным танцполом. Там уже танцевали несколько человек. Despacito от Фонси запустилась в тысячный раз за эту ночь, но почему-то она никогда не звучала так хорошо, как сейчас.

— За кем наблюдаем?

Я даже не заметил, что Крис и Бенджи присоединились к нам и уже смотрели в сторону танцпола, пока Бенджи не заговорил. Я знал, что парни не дадут мне спуску, но ничего не мог поделать, чтобы отвести взгляд от трио, за которым наблюдал.

— Это... твоя соседка по комнате? — спросил Крис, прежде чем Джей Пи или я смогли ответить.

— Воплоти, — ответил за меня Джей Пи.

— Отличная задница, чувак, — добавил Бенджи, наш стартовый полузащитник.

Я бросил в него раздраженный взгляд, но его голова все еще была отвернута. Все трое наблюдали за развитием событий, и я ничего не мог сделать, чтобы остановить их, не выглядя при этом полным мудаком.

Зои медленно покачивала бедрами из стороны в сторону, а губы произносили слова песни вместе с Джастином Бибером. Ее подруга не выглядела столь же восторженно, находясь на танцполе, поэтому Зои схватила ее за руки и заставила двигаться вместе с ней. Она засмеялась, закрутилась под поднятой рукой подруги и успела оттащить ее подальше от столов. Когда девушка, наконец, начала погружаться в это, смеясь вместе с ней, удовлетворенная Зои кивнула и отпустила руки. Следующее, что я помню, чувак — ее возможный парень — встал позади нее, и они начали двигаться вместе, все время подпевая и улыбаясь. Возможно, мне все-таки не нравились Фонси и Джастин Бибер.

Затем обе девушки начали танцевать вокруг парня, скользя руками по его груди, все трое пели и смеялись. Зои остановилась, прижавшись спиной к его груди, другая девушка сделала то же самое за его спиной, а затем, как по команде, они покачивали бедрами в такт небольшими, едва заметными движениями, завораживая всех наблюдавших за ними. Мои похотливые друзья были не единственными, кто смотрел. Девушки начали опускаться вниз, скользя своими телами по нему. Зои подняла руки вверх, и та простая белая футболка с надписью «Оторвемся по полной» спереди поехала вверх, показывая несколько дюймов кремовой кожи ее живота, не только мне, но и всем, кто наблюдал за ними.

Я сжал челюсть.

Когда Бенджи издал стон, я ударил ладонью по стойке бара, достаточно сильно, чтобы привлечь внимание моих товарищей по команде и некоторых других клиентов.

Удивленные, они повернулись ко мне.

— Могу я вам что-нибудь принести, ребята, или вы здесь просто для шоу? — Мой вопрос вышел как рычание, но я не мог контролировать свой тон. — Если вы здесь не для выпивки, то перейдите к одному из столов, или, может быть, просто свалите, сегодня здесь и так полно народу.

Джей Пи открыл рот, но я пошевелил пальцем в его сторону.

— Даже не думай.

Он поднял руки, сдаваясь, но не успел стереть улыбку с лица.

— Эта песня охренительно зажигательная, это все, что я хотел сказать.

Крис смотрел на Джей Пи с интересом, но мудро не делал никаких комментариев, прежде чем обратить свой взгляд на меня.

— Когда у тебя следующий перерыв? Нам нужно обсудить расписание тренировок на этой неделе.

Бенджи пихнул Криса, заставив того пошатнуться на стуле.

— Чувак, ты серьезно? Сегодня первый день свободной недели. Возьми выходной, черт возьми.

Я должен был заставить свой взгляд остаться на Крисе и не искать Зои, поскольку проклятая песня закончилась, и запустилась старая песня Шакиры. Я был слишком труслив, чтобы смотреть в ее сторону. Вздохнув, я провел рукой по волосам.

— Завтра я отсыпаюсь, чувак. Я буду в тренажерном зале в девять утра, но ни секундой раньше.

— Значит, будешь спать на час дольше? Это не «отсыпаюсь», дружище. Вы, ребята, сумасшедшие. Я беру выходной и сплю целый день. Думаю, я заслужил хорошенько выспаться.

Джей Пи громко рассмеялся.

— Как будто у тебя есть яйца. Тренер надерет тебе задницу, если опоздаешь на встречу.

Бенджи сказал Джей Пи заткнуться и снова повернулся ко мне.

— По крайней мере, скажи, что придешь на вечеринку, которую устраивают в доме братства.

— Когда? Завтра вечером? — спросил я.

— Не могу поверить, что дружу с вами тремя. Как ты можешь не знать о сегодняшней вечеринке, чувак?

— Дилан, три пинты, немедленно! — крикнул заказ Чак, а затем исчез в толпе.

Я поднял свои руки вверх.

— Как видите, я никуда не иду. Я буду здесь каждую ночь на этой неделе. Мне нужно взять больше часов.

Бенджи встал с огромным вздохом.

— Хорошо, с меня хватит. Ты убиваешь мой кайф, как никто другой. Я ухожу. — Он посмотрел на Криса и Джей Пи. — Вы идете или будете тусоваться с этим неудачником?

Крис первым последовал его примеру и встал.

— Я бы предпочел несвежее пиво в братстве, чем идти домой сегодня вечером. Я собираюсь переночевать у Мэнди. — Он постучал костяшками пальцев по барной стойке. — Встретимся утром?

Я закончил заполнять пинты и поставил их на поднос, подготавливая для передачи в зал.

— Ты снова связался с Мэнди? Когда, черт возьми, это случилось?

— Мы точно не вместе.

— А как ты называешь ночевку у нее дома? Только не говори, что будешь спать на диване.

Он пожал плечами, изогнув губы в удовлетворенной ухмылке.

— Просто прощупываю почву, чтобы увидеть, пришло ли время снова сходиться. Завтра увидимся.

Отношения Криса с отцом, нашим тренером, были в лучшем случае напряженными, и всякий раз, когда он чувствовал, что ему нужно пространство, то всегда нуждался в месте, где можно переночевать.

Крис был самым тихим в нашей группе. Капитан команды, лидер на поле, но когда дело доходило до общения с людьми, то Крис предпочитал держаться подальше. Всегда была толпа девушек, следующих за ним по пятам, как потерянные щенки, желающих привлечь внимание защитника, но на этом фронте парень был больше похож на меня, чем на Джей Пи. Однако, в отличие от меня, он не возражал против случайных связей, но только в межсезонье. Не тогда, когда наше будущее зависело от того, что мы делали в этом сезоне, со всеми глазами, направленными на нас. Не говоря уже о том, что скаутский смотр был не за горами.

— Да, увидимся.

Крис последовал за Бенджи, который болтал с некоторыми из наших товарищей по команде по пути, оставив меня наедине с Джей Пи.

— Что? — спросил я.

— Только один вопрос.

Я вздохнул.

— Какой?

— Тебе нравится эта девушка? — Он указал большим пальцем через плечо.

— Мы просто друзья, Джей Пи. Не знаю, сколько раз мне нужно тебе это повторять.

— Да, конечно. Я понимаю, и друзья — это хорошо, но... — он заколебался. — Поверь мне... я не пытаюсь быть сентиментальным, но ты заслуживаешь повеселиться, чувак. Если не сейчас, то когда? Знаешь, как говорят: славно поработал, хорошо отдохни. Если ты хочешь ее... — он благоразумно остановился. — Просто подумай об этом, это все, что я говорю.

— Наверное, ты упустил ту часть, где я сказал, что у нее есть парень.

Я не стал говорить, что на самом деле очень заинтересован в Зои Кларк и только и ждал подходящего времени, чтобы сделать свой ход, хотя, возможно, уже слишком поздно.

— Как я уже сказал, мы всегда можем избавиться от него или сломать ему ноги. Любой из вариантов…

— Дилан, мне бы не помешала помощь здесь! — прокричала Линди, положив руку на мое плечо и подмигнув моему ухмыляющемуся другу.

— Не беспокойся об этом, хорошо? — сказал я Джей Пи. — Увидимся завтра утром. Не заставляй меня вытаскивать твою задницу из той кровати, в которую ты планируешь попасть сегодня.

— Я все продолжаю говорить тебе, что я должен быть твоим образцом для подражания. — Он вздохнул. — Ага-ага. Хорошо. Увидимся позже. Я собираюсь найти себе Мэнди на ночь.

— Не делай ничего, чего бы ни сделал я.

— Чувак, этот корабль отплыл давным-давно.

Выкинув Зои из головы, я рассмеялся и пошел к Линди, помогать ей с заказами.

— Ты должна взять перерыв, как только здесь немного замедлится, — сказал я достаточно громко, чтобы она могла услышать меня, когда мы работали бок о бок. — Поговори со своим маленьким негодником, пока он не уснул.

Линди была матерью-одиночкой, которая оставляла своего трехлетнего ребенка дома со своим отцом, когда приходилось работать. Она звонила сыну почти на каждом перерыве вместо того чтобы покурить или поболтать с официантками.

— Который сейчас час? — спросила она, ее руки заняты встряхиванием коктейля.

Большинство клиентов приходили в бар на дешевое пиво, так как подавляющее большинство были студентами колледжа, но было несколько причудливых клиентов, которые время от времени приходили на коктейли.

— Начало десятого.

Она перестала трясти, налила розовый напиток в бокал для мартини и украсила его засахаренной вишенкой.

— Да, он, наверное, в постели, ждет моего звонка. Спасибо, Дилан.

Я кивнул и, пока принимал другой заказ, мой взгляд снова скользнул к Зои, все еще танцующей. По крайней мере, я больше не мог разглядеть лицо придурка, но как долго она собиралась танцевать? Разве она еще не устала? И разве она не застенчивая? Как она могла танцевать перед всеми этими людьми, когда не могла смотреть мне в глаза больше нескольких секунд?

Внезапно я заметил, как чья-то рука обвилась вокруг ее талии. Рычание вырвалось из моих губ, и несколько парней, сидевших у бара, странно посмотрели на меня. Я поднял подбородок.

— В чем дело?

Они просто покачали головами и вернулись к громкому разговору.

Я снова взглянул мимо них. Какого черта я ожидал от своего друга? Конечно, он был там. И конечно, разговаривал с Зои. Она улыбнулась чему-то, что сказал Джей Пи, и осторожно отступила, без особых усилий убрав его руку. Джей Пи наклонился, чтобы что-то сказать ей на ухо, а когда закончил, дважды погладил ее по голове. Затем, сказав что-то ее подруге, отошел от них. Как только собирался выйти из бара, он повернулся и, открывая дверь спиной, показал мне большие пальцы с дерьмовой ухмылкой на губах, прямо перед тем как исчезнуть.

Дело сделано. Он фактически дал мне разрешение надрать ему задницу в следующий раз, когда мы выйдем на поле. Джей Пи, должно быть, знал, что мне не понравятся его руки на моей подруге... вокруг ее талии, трогающие ее, чувствующие ее тело.

— Чувак! — крикнула Линди с другого конца бара, и я заставил себя посмотреть на нее. Сделав большие глаза на меня, она показала на кружку в моей руке, которая в настоящее время была переполнена пивом.

— Черт!

Я отдернул руку и протер кружку тряпкой, прежде чем передать ее клиенту.

— Да что с тобой сегодня? — спросила Линди, подкрадываясь ко мне.

— Все нормально.

Стараясь не реагировать на глаза, которые чувствовал на себе, я закончил заказ и начал другой. Затем мое любопытство снова взяло верх, и я взглянул в сторону Зои. Все трое наблюдали за мной. Парень, на которого я смотрел с тех пор, как они вошли, наклонился к Зои и привлек ее внимание. Либо они не могли слышать друг друга с нескольких дюймов, и придурку нужно было наклониться еще ближе к ее уху, что думаю, полный бред, или ему не нравилось внимание Зои ко мне.

Проклиная себя за то, что напрягся, когда заметил, что придурок отступил назад и заправил прядь волос Зои за ухо, я вернулся к своей работе.

Не прошло и нескольких минут, как парень, которому я только что подал пиво, встал со стула, и вдруг я уставился на улыбающееся лицо Зои.

— Эй, незнакомец, что ты здесь делаешь? — Она огляделась по сторонам. — Ты пытаешься кого-то впечатлить?

Наши взгляды встретились, но спустя несколько секунд Зои отвела свой взгляд и занялась тем, чтобы расположиться удобнее у бара.

Девушка удивилась, увидев меня здесь? Она раздражена? Довольна? Румянец на ее скулах из-за меня, или от того, что придурок шептал ей на ухо? Или, может быть, она раскраснелась из-за танцев. В конце концов, она все еще была немного запыхавшейся.

На моих губах не было и следа улыбки, когда мне удалось выдавить:

— А на что это похоже?

Зои растерянно посмотрела на меня из-за моего тона. Ее улыбка дрогнула, уголки медленно опустились, когда она моргнула.

— Все в порядке?

Я проглотил свое раздражение и размял шею, чтобы расслабиться, прежде чем сделать глубокий вдох. Все, что я мог чувствовать, это алкоголь, а под ним запах гребаных ягод.

«Сохраняй спокойствие, приятель. Она ничего плохого не сделала».

Я выдохнул, прежде чем снова заговорил.

— Прости. Долгий рабочий день. Что значит «пытаешься кого-то впечатлить»?

— Ты за стойкой бара.

Я посмотрел вокруг себя.

— Да, я здесь работаю. Вот так работает бармен. Остается за баром и подает напитки.

— Нет, — ответила она.

— Да, это такая работа.

— Нет, я имею в виду, бармен? — Она оглянулась вокруг. — Ты, правда, сейчас работаешь?

— Да. А что, по-твоему, я делаю?

Зои слегка прикусила нижнюю губу. Я наблюдал, как ее рот двигался, когда девушка что-то говорила, но был слишком занят, любуясь ее губами, и полностью пропустил, что именно она сказала.

— Что?

Девушка наклонилась на дюйм или два и закричала немного громче:

— Я сказала, что думала, что ты пытаешься произвести на кого-то впечатление! Ну, знаешь, как привлекательны плохие парни для девушек, а ты еще и футболист. Двойное попадание. — Ее глаза расширились. — А бармены, как правило, такие... Не то чтобы я специально намекаю, что ты секси, но я подумала, что ты там…

Посмотрев поверх ее плеча, я встретил взгляд придурка. И он, и другая девушка наблюдали за мной и Зои. Он сам идиот, раз позволил ей прийти ко мне, так почему я должен держаться подальше? Она моя соседка, мой друг, в конце концов. Да пошел он.

Я наклонился к бару, приближаясь к ней, и положил руки рядом с ее руками. Лишь дюймы разделяли нас. Если бы Зои пошевелилась, моя кожа прижалась бы к ее. Она перестала бессвязно говорить и изменила положение своих рук. Затем, сознательно или неосознанно, переместилась на своем месте, перемещая свою восхитительную маленькую задницу, справа налево.

— Зои, — сказал я, мой голос понизился, так как мы стали ближе. — Ты опять бормочешь. Это очень мило и совершенно нормально, если ты думаешь, что твой друг секси. Я думаю, ты тоже горячая штучка.

Моя рука коснулась ее, когда Линди подошла ко мне сзади, и я был вынужден придвинуться еще на дюйм. Зои полностью проигнорировала тот факт, что я назвал ее горячей, или, может быть, подумала, что я просто шучу, и наклонилась вперед, как будто она не могла ничего с собой поделать. Движение было едва заметным, и я бы поспорил, что она сама это заметила.

— Я не говорила, что ты секси.

— О, почти уверен, что ты только что это сделала.

— Нет, — медленно сказала она. — Я просто имела в виду, что они, как правило, нанимают симпатичных парней, чтобы... — Она выдохнула и сменила тему. — Я не знала, что ты работаешь плюсом ко всему, что делаешь. У тебя и так сумасшедший график. Я просто удивлена, вот и все.

Я приподнял одну бровь.

— Я точно помню, как говорил тебе, что не купаюсь в деньгах.

— Да, но я не думала, что ты... я просто не подумала, видимо. Ты же знаешь меня и мою склонность к стереотипированию футболистов. Большинство людей обычно думают, что им все преподносится на блюдечке, и, видимо, я одна из тех людей, но... мне нравится, что ты работаешь. — Она вздохнула. — Ты действительно... — Она сморщила нос и покачала головой. — Неважно.

Я наклонился ближе, и мое предплечье снова задело ее. Мы остались один на один. Девушка не могла отвести глаз. Я бы хотел, чтобы она закончила свое предложение, но было еще кое-что, что хотел знать больше.

Я слегка повернул голову, приблизив губы к ее щеке. Щеке, к которой несколько минут назад прикасались пальцы ее парня.

— Так это и есть твой парень, да? Не думаю, что ему нравится, что ты разговариваешь со мной.

Этот ублюдок все еще смотрел, и это начинало действовать мне на нервы.

Зои вскинула голову и сдвинула брови.

— Что? Где?

Я отступил назад.

— Твой парень, — повторил я, указывая на парня подбородком. В этот момент его рука была небрежно закинута на спинку дивана, и он болтал с девушкой, сидящей напротив него, вместо того чтобы смотреть на нас. — Тот, с которым ты танцевала, с тех пор как вошла. — Я обратил свой взор на Зои. — И, кстати, Зои, я думал, что ты стеснительная. Казалось, что ты не можешь даже смотреть мне в глаза больше нескольких секунд, но та девушка на танцполе не выглядела застенчивой.

Она медленно повернулась ко мне. Мои мышцы снова напряглись. Почему я так волновался из-за ее танцев с ее гребаным парнем? Я ведь знал, что у нее кто-то есть, и должен был радоваться, что это просто студент. Я отошел от Зои, решив на самом деле сделать работу, за которую мне платили, и помочь Линди с клиентами.

После того как обслужил нескольких человек, я проверил, не ушла ли Зои, но она все еще сидела там, ожидая меня, ее взгляд отслеживал мои движения.

Я снова оказался перед ней. Я неумышленно вел себя с ней как мудак.

— Могу я принести тебе и... твоим друзьям что-нибудь? — спросил я немного громче, чтобы мне не пришлось снова наклоняться.

Ее хмурость стала глубже, и девушка продвинулась вперед на своем месте. Губы ее приоткрылись, но ничего из них не вышло. Затем она просто кивнула головой.

— Да, мне пинту на разлив и «Корону», пожалуйста.

Я коротко кивнул и обслужил мою соседку по комнате. Водрузив перед ней пинту, я потянулся за бутылкой «Короны». Левой рукой она обхватила ручку, а другой рукой потянулась к бутылке.

— Сможешь донести их сама или я могу…

То, что она сказала, было совсем не тем, что я ожидал услышать.

— Это не мой парень, Дилан. Это мой друг, Джаред, и знаешь, быть застенчивой не значит, что я не могу функционировать или танцевать с друзьями или просто быть рядом с людьми. Я стесняюсь и неловко себя чувствую рядом с некоторыми людьми, а ты один из них, вот и все.

Я понятия не имел, решила ли она выпалить мне все это на одном дыхании тихим голосом, чтобы я не смог услышать половину этого, или думала, что она исчезнет, прежде чем я смогу собрать части воедино, но спасибо, черт возьми, что до меня дошло с первого раза.

Так как ее руки были заняты, ей не удалось убежать так быстро, как она надеялась. Прежде чем Зои успела соскочить со стула, я положил ей руку на запястье и остановил движение.

Застряв в боковом положении, девушка остановилась и посмотрела на меня.

Моя рука все еще была вокруг ее запястья, и на этот раз я без колебаний наклонился ближе и в то же время потянул ее к себе. Я остановился, когда мои губы почти касались раковины ее уха.

— Скажи это еще раз, — попросил я низким, глубоким голосом.

И в первый раз я расслышал ее прекрасно, но все равно чувствовал необходимость услышать это еще раз.

Зои достаточно наклонила голову, чтобы я мог ее услышать. Я оставался там, где был, вдыхая ее запах.

— Я стесняюсь... — начала она сдержанно.

— Не эту часть. До этого.

— О, это Джаред. Он не мой парень, просто мой друг, — повторила Зои.

Я с облегчением закрыл глаза. Когда открыл их снова, то заметил, что Зои держит бутылку «Короны» побелевшими пальцами. Из-за положения, в котором мы были, у нее не было выбора, кроме как говорить прямо мне в ухо, где я мог чувствовать ее теплое дыхание на своей коже.

— Он мой друг, а также гей, но это не имеет значения.

То напряжение, которое внезапно возникло в моем животе, как будто меня ударили, когда я смотрел, как она касается лица придурка, ослабло от ее слов. Я не должен был рад это услышать; это не должно было иметь никакого значения для меня, но почему-то имело. Я не был готов видеть ее рядом с другим парнем. Знать и видеть собственными глазами — это явно не одно и то же. В любое другое время, может быть, мне было бы все равно, но сегодня мне это не понравилось.

Я сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Ее ягодный аромат собирался убить меня с такого близкого расстояния. В ту первую ночь, когда ее полотенце сделало мне одолжение и размоталось, Зои тоже пахла ягодами, и так как я ее сосед по комнате, у меня была привилегия, или, возможно, бремя знать, что так пахнет ее гель для душа, а не шампунь. Запах всегда задерживался, после того как девушка принимала душ, добираясь до моей комнаты и отвлекая меня без конца.

Я с самого начала знал, что Зои не может быть просто моим другом, даже если я позволил ей думать иначе, и моя реакция на нее с другим парнем только укрепила мою веру.

Девушка прочистила горло и выбралась из нашего маленького частного пузыря. Только тогда я заметил румянец на ее щеках. Когда она заговорила, ее голос дрожал. Мое присутствие рядом оказывало на нее определенное воздействие. Я точно знал это... блеск в ее глазах, цвет на щеках, то, как девушка пыталась задержать дыхание, выдавали ее. Если нет, если я ошибаюсь, то тогда я облажался.

— Сегодня ты прекрасно выглядишь, — честно сказал я. — Ты всегда выглядишь прекрасно, но сегодня выглядишь счастливее. Мне нравится твоя улыбка. Мне всегда нравится, когда ты улыбаешься, Вспышка, — искренне сказал я.

При моих словах девушка посмотрела на меня. В ее глазах читалось удивление, неуверенность. Ее губы дернулись, наконец, Зои застенчиво, но красиво улыбнулась.

— Мне тоже нравится твоя улыбка... очень.

Отодвинувшись подальше, я отпустил ее руку и посмотрел ей в лицо. Конечно, она снова смотрела куда угодно, только не в мои глаза.

— Тогда передавай привет своим друзьям. Может, представишь нас перед уходом? Скоро здесь будет затишье.

Зои сглотнула и прикусила нижнюю губу.

— Ты в порядке, Дилан? Я не видела тебя в последнее время. Все нормально, да?

Я понятия не имел, как вести себя рядом с ней, но все остальное было нормально.

— Так всегда во время футбольного сезона: подготовка к тестам, тренировки, занятия, плюс промежуточные экзамены. У меня был завал, но все должно успокоиться хотя бы на эту неделю. Я работаю здесь по ночам, но мы увидимся, обещаю.

— Хорошо. — Она улыбнулась и кивнула. Незадолго до того как попыталась спуститься со стула, она посмотрела через плечо на своих друзей в течение нескольких секунд, а затем снова столкнулась со мной взглядом. — Может, позже посмотрим фильм? Расслабимся под «Нетфликс», как делают хорошие друзья?

Мои брови почти достигли линии волос.

— Расслабимся под «Нетфликс»?⁷

Когда она поняла, что сказала, то выглядела испуганной.

— Нет! Я не это имела в виду. В буквальном смысле. Мы могли бы выбрать фильм и расслабиться, а не выбирать фильм и заниматься сексом, пока идет фильм, расслабиться в этом смысле, а не «Нетфликс» и... — Она рыкнула. — Забудь о «Нетфликсе». К черту «Нетфликс». В последний раз, когда мы попытались, пришли твои друзья, и мы не смогли, так что, может, когда ты придешь домой сегодня вечером, мы сможем посмотреть фильм?

Я слегка улыбнулся, думая, что, возможно, это было неправильно с моей стороны так сильно наслаждаться, дразня ее.

— Мне очень жаль, Зои. Моя смена заканчивается очень поздно. Может, сделаем это в другой раз?

Улыбка исчезла с ее лица.

— Да, конечно. Конечно. Ты, наверное, встречаешься со своими друзьями после.

Я снова коснулся ее руки, прежде чем девушка успела ускользнуть, потому что, видимо, не мог удержаться.

— Сегодня «Ночь Пива», и боюсь, что никуда не уйду до закрытия, в два часа ночи.

— Ох. Да, уже будет довольно поздно. Значит, в другой раз. Тогда увидимся в квартире?

— Увидимся дома. — Мне больше нравилось называть квартиру «домом», как она несколько секунд раньше. — Я бы хотел познакомиться с твоими друзьями, — повторил я, прежде чем Зои смогла уйти.

Ее улыбка вернулась.

— Конечно. Вообще-то, я думаю, ты уже знаешь Кайлу. Вы, ребята, вроде как ходили на свидание, а Джаред футбольный фанат, так что ему бы это тоже понравилось. Мы приедем, — она огляделась, — когда будет не так многолюдно. Я и так отняла у тебя слишком много времени, прости.

«Какого хрена?»

— Погодите-ка, что ты сказала? Я встречался с твоей подругой?

— Она сказала, что вы...

Я нахмурился и оглянулся на кабинку. Парень, Джаред, открыто смотрел на нас, а девушка напротив него улыбнулась и смущенно помахала мне. Я сузил глаза, посмотрел на нее немного пристальней, и... да, возможно, она показалась мне знакомой, но я был уверен, что не встречался с ней.

— Я почти уверен, что не ходил на свидание с твоей подругой, Зои. — Я еще раз быстро взглянул на ее подругу. — Как, ты сказала, ее зовут?

— Кайла.

— Ты точно ошибаешься.

— Она сказала, что вы, ребята, познакомились на первом курсе. Ну, она была первокурсницей, поэтому ты был на втором.

Я прищурился и посмотрел внимательнее, пытаясь вспомнить, почему девушка выглядела знакомой.

— Она случайно не была рыжей?

— Да. Ее парень не любит рыжих, поэтому сейчас она красится в коричневый.

Улыбка распространилась по моему лицу.

— Ладно, я ее вспомнил. — Я поднял руку и помахал в ответ ее подруге. Сосредоточившись на Зои, я сказал: — Хотя, чтобы было ясно, мы никогда не ходили на свидание, просто встречались с друзьями пару раз, вот и все. Я бы не назвал это свиданием.

— И Кайла тоже так сказала. В любом случае, было бы нормально, если бы вы встречались.

Я медленно кивнул.

— Было бы нормально, но мы не встречались.

Зои спрятала волосы за ухо и посмотрела на бутылку пива в руке. Я видел, как ее большой палец медленно вытирал конденсат.

Туда и обратно.

Туда и обратно.

Я наклонился, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Зайди, пока вы не ушли, хорошо? Поболтаем. Составь мне компанию. Дай мне повидаться с другом еще немного.

— Хорошо.

Я почувствовал облегчение.

Помахав, Зои спрыгнула со стула и понесла напитки своим друзьям. По пути туда она повернулась, подняв напитки вверх со сверкающими глазами, и улыбнулась мне самой большой улыбкой, заставляя мои собственные губы дернуться вверх. Затем она повернулась назад и продолжила идти. Кайла взяла «Корону», а друг, который определенно не был бойфрендом, взял у нее из рук пиво до того, как она смогла присесть, и разлил его по кружкам.

Громкое улюлюканье донеслось от группы за столом для пиво-понга, и я вспомнил, что у меня есть работа.

Заказы замедлились, поэтому я крикнул Линди.

— Я справлюсь. Возьми перерыв.

Она застонала и потянулась ко мне, чтобы чмокнуть в щеку, проходя мимо меня по пути к двери, ведущей на кухню.

Я провел несколько минут, разговаривая с парнями, сидящими у бара, о том, как складывался сезон, пока не вернулась Линди.

Когда я посмотрел направо, где была кабинка Зои, она первая поняла, что их поймали за разглядыванием меня, и быстро отвернулась.

Глава 13

Дилан

Бар находился всего в нескольких минутах ходьбы от квартиры, так что я вернулся около двух тридцати утра. Последнее, что я ожидал или хотел увидеть, когда начал подниматься по лестнице, это мисс Хильду.

— О, Дилан, я думала, что это кто-то другой.

— Все в порядке, мисс Хильда? Уже довольно поздно.

Она отмахнулась от меня.

— У меня всегда проблемы со сном по ночам. Услышав шаги, я захотела посмотреть, кто ходит в такое время. Знаешь, у мисс Кларк сегодня посетитель.

Моя челюсть сжалась, и я остановился.

— Посетитель?

Она нахмурилась и посмотрела на дверь нашей квартиры.

— Да, ее друг. Некоторым нравятся мальчики постарше. Видишь, как поздно, а он все еще там. Как будто она может обмануть меня, пройдя на цыпочках мимо моей двери.

Может быть, ее друзья пришли с ней? Улыбнувшись и быстро кивнув, я вынул ключ из кармана, чтобы войти и увидеть все своими глазами.

— Дилан? Ты говорил, что твой отец водопроводчик?

Пожилая женщина остановила меня прежде, чем я успел добраться до двери.

— Да, все верно.

Я переместился с ноги на ногу.

— У меня небольшая проблема на кухне. Как думаешь, ты можешь взглянуть?

— Мисс Хильда, я бы с удовольствием помог, но только что вернулся с работы, и я выдохся. Я загляну к вам завтра.

Она нахмурилась и убрала полумилое выражение на лице.

— Ловлю тебя на слове, молодой человек.

Когда повернул ключ и вошел внутрь, то я ожидал увидеть худшее. Однако обнаружил спящую Зои на диване. Кроме одинокой ароматической свечи, горящей на кухонном острове, свет в квартире был выключен. Заперев дверь, я уронил сумку и направился к ней.

Девушка спала с руками под щекой, ноги прижаты к животу. Ее волосы свисали через плечо в беспорядочной косе, прикрывая половину лица.

На секунду я поверил тому, что сказала эта любопытная старуха. На секунду я испугался того, что найду, когда войду в дверь.

Прошло несколько секунд, пока я смотрел, как Зои спит, пытаясь решить, что делать. Потирая глаза, я опустился на колени рядом с ней. Она была одета в тот же наряд, что и раньше, с той лишь разницей, что переоделась из своих узких черных джинсов в леггинсы.

Колеблясь лишь на мгновение, я поднял руку и опустил на ее плечо, нежно погладив вниз по ее руке и снова подняв вверх.

— Зои, проснись. — Она даже не пошевелилась. — Зои?

Я отпустил ее плечо и, как можно мягче, откинул ее волосы назад через плечо, чтобы увидеть ее лицо полностью. Девушка выглядела такой умиротворенной.

Ее телефон, лежавший лицом вниз на кофейном столике, зазвонил новым входящим сообщением. Это был не мой лучший момент, но я перевернул его и проверил, от кого оно. Я не мог видеть содержимое сообщения, но увидел имя отправителя на экране: Марк Уилсон.

Мои руки сами скрутились в кулаки. Это могло быть что угодно. В конце концов, он был другом семьи. Его здесь не было. Мисс Хильда ошиблась. Зои просто жила в его квартире. Ничего особенного.

Повернув телефон лицом вниз, я снова потянулся к Зои.

— Зои, просыпайся.

Ее глаза затрепетали, но не полностью открылись. Она выпустила небольшой стон и пошевелила бедрами, чтобы устроиться глубже в подушках. Я убрал короткие пряди волос с ее лба, задерживая кончики пальцев. Что помогло, и ее глаза медленно открылись.

Девушка слегка нахмурилась и, казалось, смутилась, найдя меня рядом.

— Детка, ты должна идти спать, — прошептал я.

— Дилан? — Ее голос все еще дрожал ото сна. Она потерла глаза и оглядела темную квартиру. — Который сейчас час?

Девушка прикрыла большой зевок тыльной стороной ладони.

— Около трех часов.

— Ох.

— Хочешь, я помогу тебе добраться до твоей комнаты?

Беглый взгляд, туда и назад.

— О, нет. Я в порядке, но спасибо.

Я встал, и она поднялась в сидячее положение. Девушка все еще казалась смущенной.

— Ты в порядке? — спросил я, засунув руки в карманы.

Прикрывая очередной зевок, она посмотрела на меня.

— Да, должно быть, заснула после того, как вернулась из бара.

Я кивнул.

— Хорошо, я собираюсь пойти в свою комнату.

Я был в самом начале коридора, когда Зои позвала меня.

— Дилан?

Когда я обернулся, она была на ногах, ее ноутбук теперь был закрыт и прижат к груди.

— Ты собираешься ложиться спать?

— Да, я совершенно вымотался.

— Ох. Ладно. Тогда спокойной ночи.

— Все в порядке?

— Да, конечно.

— Зои, что случилось?

Я видел, как ее пальцы сжимали ноутбук, крепко удерживая его.

— Ничего. Ничего не случилось. Все в порядке. Я просто... если бы ты не хотел спать, я подумала, может, мы могли бы посмотреть что-нибудь вместе? Но ты вымотан, так что все в порядке. Ты сказал, что будешь поздно, так что я не должна была ждать, но на случай, если ты проголодаешься, я принесла тебе чизбургер из «Инэнаут боргоз». Мы с Джаредом зашли туда после бара, так что я подумала, что должна принести тебе кое-что, раз ты сказал, что любишь бургеры. Ты принес мне пиццу в прошлый раз, так что я подумала, что…

— Зои, остановись.

Я вернулся к ней и остановился, когда диван был единственным, что стоит между нами.

— Ты ждала меня и уснула?

— Я... — Она пожала плечами. — Я подумала, что, может быть, ты не сможешь спать, когда вернешься, и мы могли бы провести некоторое время вместе, может быть... То есть, если бы ты захотел... Ну, знаешь, потому что мы не часто видели друг друга за эти последние несколько дней с экзаменами и вашими играми, и Джаред подумал, что я, может быть…

— Так, это не ты хотела купить мне бургер, а Джаред? Напомни мне поблагодарить его, когда увижу его в следующий раз.

Это был не вопрос, но она восприняла иначе и покачала головой.

— Отлично, я солгала. Я подумала, может быть, ты проголодаешься, когда вернешься. Я пыталась быть хорошим другом.

Я наклонил голову.

— Ты смотрела фильм, пока ждала меня?

Она отвернулась, слишком быстро.

— Нет.

Это было большое жирное «да», которое я когда-нибудь слышал.

Я принял это. Хотя бы только потому, что она солгала, потому что хотела провести время со мной. Как я мог сказать нет? Мы не проводили много времени вместе, и она принесла мне бургер, было бы глупо не съесть его.

— Что будем смотреть?

Уголки ее рта медленно поднялись. Ее улыбка стала настолько большой, что ей пришлось прикусить губу, чтобы сдержать ее.

— Тебе не хочется спать? Ты не устал?

— Устал, но продержусь еще часок или около того.

— Что хочешь посмотреть?

Она нагнулась и поставила ноутбук на журнальный столик.

Я оторвал взгляд от ее задницы, пока девушка возилась с этой штукой.

— Я позволю тебе выбрать.

— Как насчет «Скорость»? Или «На крючке»?

— «Скорость»? Напомни, о чем он?

— О, это старый фильм с Киану Ривзом и Сандрой Буллок. А «На крючке» — это Шайа ЛаБаф и Мишель Монахэн.

— Тебе нравятся старые фильмы, да?

— Староватые фильмы. Они не настолько старые. Итак, что ты хочешь посмотреть?

— Возможно, я не смогу досмотреть до конца, но давай начнем со «Скорости». Посмотрим «На крючке» в следующий раз?

Опять эта улыбка.

— Звучит неплохо. Хорошо, присаживайся. — Она подошла ко мне и толкнула меня на диван. — Пойду и принесу твой бургер и картошку фри.

— Что я сделал, чтобы заслужить жареную картошку к бургеру?

Зои направилась к кухне, но, говоря, оглянулась через плечо.

— Кто покупает бургер без картошки фри? Одно не обходится без другого. Надеюсь, ты не против поделиться, потому что я не смогу держаться подальше от картошки. Я обязательно украду парочку, но бургер с содовой твои.

Вернувшись с подносом, она передала его мне, затем наклонилась к ноутбуку, чтобы включить фильм.

Посмотрев на меня, девушка вздохнула.

— Ты не обязан этого делать, ты же знаешь, правда? Не хочу тебя задерживать. Я вижу, что ты устал, Дилан.

— Я в порядке, Вспышка. Расслабься. Если я засну, то засну. Все нормально, пока ты не нарисуешь пенис на моем лице.

Она засмеялась.

— Обещаю. Так делали твои товарищи по команде?

Я погладил сиденье рядом со мной, и девушка села без колебаний.

— Не мне конкретно, но я видел, как они это делают.

Зои запустила фильм и откинулась на диване. Я схватил бургер, откусил большой кусок и застонал.

— Я даже не понимал, что умираю с голоду, спасибо.

Когда она не потянулась за фри, я сам ей предложил.

Она взяла ее у меня кончиками пальцев.

— Спасибо.

— Ты еще можешь взять колу. Я не пью газировку.

Зои откусила кусочек и сморщила нос.

— Я тоже. Это единственный здоровый выбор, который я делаю в своей жизни. И мне все равно не нравится ее вкус.

Через несколько минут после начала фильма моя еда была съедена, а Зои украла только несколько моих картошек. Каждый раз, когда она это делала, то застенчиво улыбалась и быстро сосредотачивалась на фильме, играющем перед нами.

Через пятнадцать минут я уже начал засыпать. Когда взглянул на Зои, то понял, что между нами оказалось пустое место. С тем же успехом могло быть целое футбольное поле. Она свернулась калачиком, обе ноги положила на диван, подбородком опиралась в колени, руки обнимали ноги.

Губы мои дернулись.

— Какой фильм ты смотрела раньше?

Краем глаза я мог видеть, как она обдумывает, давать ли мне ответ или нет, покусывая зубами нижнюю губу.

— Давай, скажи мне.

В конце концов, она решила не делать этого.

— Я предпочитаю не говорить.

На этот раз я рассмеялся, и она присоединилась ко мне. Мне было хорошо, просто... быть с ней.

К тому моменту, когда фильм закончился, мы оба крепко спали на противоположных сторонах дивана. Когда я проснулся рано утром, Зои лежала наполовину на мне, и мои руки были обернуты вокруг нее, держа девушку как можно ближе. Мы оба переместились во сне и, по-видимому, встретились посередине.

Никогда в жизни я не держал кого-то в объятиях всю ночь. Обнимался, да, но это длилось недолго. Я закрыл глаза и опустил голову, вдыхая ее запах и просто чувствуя, как ее грудь поднимается и опускается напротив меня. Изо всех сил стараясь не потревожить ее сон, я схватил легкое одеяло со спинки дивана и потянул на нас. Зои двинулась, и я застыл. Затем девушка прижалась еще ближе ко мне и потерлась лицом о мою шею, губы коснувшись моей кожи.

Осознание затопило мое тело. Внезапно я проснулся, как и все остальные части моего тела.

Я лежал на этом диване еще минут тридцать, просто обнимая Зои, запоминая, как она чувствовалась в моих руках. Когда мне пришлось встать и уйти, я осторожно выскользнул из-под нее и надежно укрыл ее одеялом, надеясь, что оно будет сохранять тепло, хотя и не так надежно, как мог бы я.

Глава 14

Зои

Мы только что закончили занятия фотографией в лаборатории, и я собирала свои линзы, когда наш профессор, Джин Эй, привлекла мое внимание.

— Зои и Мириам, мне нужно, чтобы вы двое остались, пожалуйста.

Когда закончила собирать вещи, профессор все еще отвечала на вопросы других студентов.

Мириам посмотрела на меня.

— Знаешь, в чем дело?

Я покачала головой.

— Без понятия.

— Может, какое-нибудь задание?

Я собрала все свое оборудование и перенесла его к месту Мириам.

— Наверное.

После того, как все вышли из комнаты, Джин Эй подошла к нам.

— Хорошо, девочки, вы свободны для поездки в выходные?

Мы с Мириам нахмурились и посмотрели друг на друга.

— Эм, я, скорее всего, да, — ответила Мириам, все еще не уверенная.

Джин Эй посмотрела на меня.

— А ты, Зои?

— Извините, на эти выходные у меня запланирована работа, и не думаю, что смогу ее отменить.

Нет, если не хотела потерять работу и деньги, которые придут с ней.

— Не на этих выходных. Вы свободны в следующие выходные?

Я задумалась на секунду.

— Да, я думаю, что свободна. Вы хотите, чтобы мы сделали какую-то работу?

— Нет, точно не работа. Университетской газете нужны два студента, чтобы следить за футбольной командой на их выездной игре в следующие выходные. Их обычные парни не могут поехать, поэтому мистер Тейлор спросил меня, могу ли я кого-нибудь порекомендовать.

Футбольная команда? Следить за ними? Я не думала, что это хорошая идея, и могла бы поспорить, что Марк тоже будет не в восторге.

— Это отличная возможность, спасибо! — воскликнула Мириам.

Я точно не могла разделить ее радость, хотя она была права — это была отличная возможность.

— Что конкретно нам нужно делать? — спросила я. — Честно говоря, я не уверена, что буду хороша в спортивной фотографии. Никогда не пробовала. Слишком много движения, не говоря уже о том, что я практически ничего не знаю о футболе.

Даже если бы я хотела поехать, то не думала, что Марк оценит, что я буду рядом с ним или с кем-то из его игроков, Крисом в частности.

— Это будет отличная возможность для вас обеих, — продолжила Джин Эй. — Если у вас нет других возражений, кроме как отсутствие знаний о спорте, Зои, я хотела бы, чтобы вы рискнули и приняли это задание. Университетская газета планирует написать статью, я не знаю всех деталей, но знаю, что им нужны фотографии игроков и тренерского штаба, и не только когда они на поле. Вам нужно будет быть рядом с ними в течение всего времени: в отеле, в самолете, на практике, и думаю, даже на встречах.

Может быть, было бы хорошо сначала спросить об этом Марка, но я избегала всех его звонков и сообщений с момента нашего последнего разговора в его офисе, поэтому спрашивать его о чем-то я не хотела.

Мириам первой заговорила после того, как дважды хлопнула в ладоши и слегка подпрыгнула в предвкушении.

— Отлично. Мне нравится бросать вызов. Я не разочарую вас.

Боже. Глядя на улыбку, которая сияла на ее лице, можно подумать, что нас пригласили фотографировать королевскую свадьбу. Не то чтобы фотографировать нескольких футболистов было плохо, особенно если бы я могла сделать несколько (или сто) снимков Дилана, пока он занимался, и безнаказанно отвертеться, сказав: «О, будет ужасно смотреть на твое полуголое тело, но... это для газеты, так что я могу сделать? Мне придется мучиться».

Джин Эй кивнула Мириам, а затем обратила свой выжидательный взгляд на меня.

— Конечно. Я тоже буду присутствовать. Спасибо вам.

— Хорошо. — Повернувшись на каблуках, она вернулась к своему столу, чтобы схватить телефон. — Я сказала мистеру Тейлору, что дам ему знать после занятий, и напишу ему ваши контакты, чтобы он мог связаться с вами и скоординировать все. Он захочет поговорить с вами на этой неделе, поэтому будьте на связи, чтобы он мог сообщить, чем вы будете заниматься, пока будете с командой.

— Только мы вдвоем или кто-то еще поедет? — спросила я.

— Я думаю, что еще один студент присоединится к проведению интервью. Вам придется обсудить детали с мистером Тейлором, когда будете с ним разговаривать.

— Хорошо, еще один вопрос: мы знаем, куда они направляются? Я имею в виду, где будет игра?

Джин Эй убрала телефон и села перед ноутбуком.

— Кажется, он упоминал местоположение в электронном письме, позвольте мне проверить.

— Хороший вопрос, — прошептала Мириам, пока мы ждали в дверях.

— Аризона. Здесь сказано, что игра будет в Тусоне, Аризона.

— Ты счастливая сучка. Если бы я знал, что такое может случиться, я бы тоже занялся фотографией. Можешь узнать, нужен ли им кто-то, чтобы нарисовать игроков? Натереть маслом? Я могу сделать и то, и другое, если нужно.

— Почти уверена, что нет никаких натираний маслом, но для тебя... я спрошу. Однако на твоем месте я не стала бы надеяться.

— Сучка, — пробормотал Джаред.

Выйдя из класса, я первым делом позвонила папе, чтобы он знал, что мы увидимся через восемь или девять дней. Закончив разговор, мой следующий звонок был Кайле, потому что мы втроем должны были встретиться за обедом. В тот момент, когда подруга ответила, я уже знала, что она не придет, что уже не удивительно. Значит, остались только мы с Джаредом.

Я воткнула вилку в салат и долго смотрела на него.

— Не думаю, что это будет так захватывающе, как ты думаешь. Я делаю все возможное, чтобы держаться подальше от Марка.

— И что? Просто не говори ему, что едешь с ними. Кризис предотвращен.

— Да? И как именно ты предлагаешь мне сесть в самолет незамеченной? Или, скажем, каким-то образом мне это удалось, как я должна убедиться, что он не увидит меня в отеле или на поле, когда я пытаюсь сфотографировать его игроков?

Он откусил кусок бутерброда и кивнул головой.

— Это аргумент.

— Да. Хотя это была не моя идея, так что все должно пройти хорошо, и в любом случае, я обещала ничего не говорить Крису. Если нам нужно будет сделать снимки один на один, то я прослежу, чтобы Мириам прикрыла Криса, так Марк не впадет в ярость больше, чем он, вероятно, уже будет.

— Если он что-то скажет, пожалуйста, не сиди просто так и не терпи.

Я опустила вилку и потерла лоб.

— Если бы он был кем-то другим, да, я бы давно покончила с этим дерьмом, но он мой...

— Твой отец. Да, я знаю.

— Я бы не стала его так называть.

— Не знаю, о чем думала твоя мама, когда позвонила, чтобы сообщить ему, что у него есть дочь. Разве она не знал, что он за человек?

Да. Я стала сюрпризом, которого Марк никогда не хотел.

— Она любила его, что действительно странно. Ее последние несколько недель были очень плохими. Я думаю, она просто хотела, чтобы Марк навестил ее, а я была оправданием. Она моя мама, и я любила ее, но в то же время я так зла на нее. — Я покачала головой, все еще не веря всему, что она мне сказала. — Я все еще не могу поверить, что она отказалась от своего сына.

Джаред глотнул воды из бутылки, с задумчивым взглядом.

— Бьюсь об заклад, это Марк уговорил ее на это. Мы точно знаем, что он отец, верно? Я имею в виду твой отец.

— Да, к сожалению. Он хотел сделать анализ ДНК после звонка от моей мамы.

— Ну, все равно... это не значит, что этот козел может морочить тебе голову.

Подняв вилку обратно, я съела еще несколько кусочков, прежде чем ответить ему.

— Знаю, и он больше не доберется до меня. Я думала, что у нас могут быть какие-то отношения, но теперь все кончено. Изначально я приехала сюда только из-за Криса. Никогда не думала, что это займет у него три года или что все так закончится. Каждый раз, когда он меня обманывал, и я решала, что должна остановить Криса по дороге на один из его уроков, но боялась. И Марк все настаивал на «Я хочу узнать тебя, Зои. Хочу, чтобы мы были ближе». — Я тяжело вздохнула и фыркнула. — Я такая глупая. Сейчас время истекло. Крис заканчивает учебу в этом году. И я собираюсь подождать, пока сезон закончится, не потому что Марк так сказал, а потому что думаю, что так будет лучше для Криса... и, возможно, для скаутов, но не думаю, что смогу ждать дольше этого. Но с Марком однозначно покончено. Я не отвечаю на его звонки, нам не о чем говорить.

— Пошел он. В любом случае, он ублюдок. Кто спит с подругой жены, делает ее беременной, а потом убеждает жену, что это хорошо, потому что у них наконец-то может быть ребенок? Так будет лучше для тебя.

— Согласна.

Аппетит пропал, я отхлебнула апельсиновый сок и откашлялась.

— Давай забудем о Марке. Что мы будем делать с Кайлой?

На этот раз настала очередь Джареда тяжело вздохнуть и перестать есть.

— Я звонил ей вчера вечером, просто случайный звонок, чтобы сказать, что скучаю по ней, и ответил ее дерьмовый парень, сказал, что она занята, и я не должен беспокоить ее так поздно. Было всего девять часов, ради всего святого. Бьюсь об заклад, она была прямо там, и ублюдок даже не позволил ей взять свой телефон.

— Как думаешь, она скоро с ним расстанется? В этот раз прошло больше времени, чем обычно.

— Чертовски на это надеюсь, но...

— Но она, вероятно, примет его обратно, когда он снова приползет... да.

— Может, тогда поговорим с ней? Время вмешаться? — спросил Джаред.

— Мы уже делали это в прошлом году, и посмотри, что из этого вышло. Они сошлись через месяц, и теперь кретин знает, что мы не хотим, чтобы Кайла была с ним, поэтому убеждается, что она видится с нами как можно реже. — Я покачала головой и оттолкнула свой недоеденный салат. — Она думает, что мы ничего не понимаем. Она любила его с шестнадцати лет. Кайла думает, что может изменить его, и всякий раз, когда я пытаюсь намекнуть на обратное, она грустит и говорит, что я не понимаю. Конечно, не помогает и то, что кретину удается быть милым с ней время от времени.

— Итак, ты клонишь к тому, что мы ничего не можем сделать?

— Я подумала, что, может быть, у тебя есть блестящая идея.

Балансируя на двух ножках стула, Джаред качался взад и вперед в течение нескольких секунд.

— Хочешь, чтобы я соблазнил его или что? Потому что, если ты к этому клонишь...

— Ч-что? — прохрипела я. Не знаю, серьезен он или нет, я взглянула на него с ужасом. — Ты собираешься это сделать?

Он засмеялся над выражением моего лица.

— Ох, пожалуйста, у меня есть стандарты. Я не соблазняю придурков, но что более важно, я не преследую мужчин друзей. Если бы я это делал, то я бы, прежде всего, пошел за Диланом.

— Дилан мой друг, а не мой мужчина.

— Ну, конечно. Он только твой друг. И это мой призрак был в баре в прошлые выходные, когда он словно ястреб наблюдал за каждым твоим шагом. Я думал, он перепрыгнет через бар и изобьет меня до полусмерти, когда я коснулся твоего лица и уложил волосы за ухо. Парень выглядит сексуальнее, когда зол, я бы посоветовал тебе почаще его злить.

— Ты сделал это нарочно?

— Нет, но если бы знал, что он так отреагирует, я бы, вероятно, придумал еще что-нибудь. Бьюсь об заклад, он бесился, когда мы танцевали. Жаль, что мы понятия не имели, что он там.

— Ох, заткнись.

— Ты заткнись. А что насчет тебя? Мисс «он просто мой друг». После того как ты подошла, каждый раз, когда он касался твоей руки, ты горела как Рождественская елка.

Поднявшись, я толкнула его в плечо, в результате чего он потерял равновесие и приземлился на четыре ножки с громким стуком.

— Эй!

— Ты не хочешь, чтобы я злилась, Джаред. Я сделаю тебе больно.

— О, ну давай. Хотел бы я увидеть, как ты попробуешь. Это, вероятно, будет больше похоже на щекотку, но попробуй. Я даю тебе разрешение.

Рыча, я бросилась к нему, прежде чем он успел убежать.

Когда я вернулась домой, было почти девять часов. Я только что заработала сто долларов, сделав пятнадцать фотографий для Instagram одной студентки, у которой более трехсот тысяч подписчиков. Она услышала обо мне и моих услугах от одного из своих друзей-блогеров, которых я фотографировала в начале семестра. Любые деньги, которые добавлены на мой сберегательный счет, были хороши, поэтому я старалась никогда никому не отказывать, но после пятой смены наряда, я подумала, что нужно было увеличить оплату. Учитывая, что нам потребовалось более двух часов, чтобы сделать все снимки, которые она хотела, я подумала, что повышение моей ставки было бы отличной идеей.

Несмотря на то, что я была готова почти ползти обратно в квартиру после более чем тринадцати часов на ногах, я постаралась быть тихой, как мышка, когда проходила на цыпочках мимо двери мисс Хильды.

Войдя в квартиру и включив свет, мне понадобились все силы, чтобы не заорать, когда я увидела большую фигуру, сидящую на полу в гостиной, прямо под окнами.

— Дилан? Ты меня до смерти напугал. Почему ты сидишь в темноте?

Я поставила сумку с оборудованием рядом с дверью и нерешительно пошла к нему. Когда добралась до дивана, он все еще молчал.

Парень локтями опирался на колени, руки болтались между бедер, и он опустил голову, даже не встретился со мной взглядом.

— Дилан? Что случилось?

Я сделала непроизвольный шаг вперед, но не позволила себе продвинуться дальше.

Медленно парень поднял голову, и его глаза встретились с моими. Обычно я не могла удерживать его взгляд больше нескольких секунд, когда он смотрел прямо мне в глаза, словно пытаясь заглянуть вглубь меня. Но то, как он смотрел на меня прямо сейчас... я не могла отвести взгляд. Просто не могла.

С другой стороны, у него не было проблем с нарушением зрительного контакта.

— Ничего, Зои, — тихо сказал он и откинул голову на стену позади себя. Через несколько секунд парень вздохнул и закрыл глаза.

— Очевидно, что это не так, — мягко заявила я, думая, что, должно быть, произошло что-то ужасное.

Дилан даже не открыл глаза, не говоря уже о том, чтобы дать мне ответ.

Где был парень, который улыбался мне налево и направо и заставлял меня чувствовать головокружение, даже не зная об этом?

Начав волноваться, я села слева от него, не на расстоянии касания, но и не слишком далеко. Мы провели несколько минут, сидя бок о бок в абсолютной неподвижности. Единственный звук, который можно было услышать над тяжелой тишиной, шел от телевизора соседа, скорее всего, в квартире под нами.

— Ты можешь сказать мне, что происходит, Дилан. Я не плохой слушатель, и я…

Он открыл глаза и, наконец, заговорил:

— Если ты скажешь, что ты мой друг, Зои, то ей богу...

Мои колени были подняты точно так же, как у него, но я решила сесть со скрещенными ногами, что позволило мне приблизиться к нему.

— Я ничего не скажу, хорошо? Просто скажи мне, что происходит.

Он повернул голову ко мне и, наконец, позволил мне посмотреть ему в глаза.

Медленно, я выпустила воздух, хотя даже не осознавала, что задерживала дыхание. Дилан выглядел опустошенным.

— Что случилось? — прошептала я, повернувшись к нему всем телом, чтобы положить свою руку на его. Его взгляд следовал за движением, и я почувствовал, как его мышцы напряглись под моим прикосновением. Думая, что, возможно, это была плохая идея, что парень не хотел, чтобы я прикасалась к нему, когда он выглядел готовым разрушить здание, я попыталась убрать руку. Но как только я подняла ее, Дилан потянулся и, не торопясь, переплел наши пальцы.

— Это нормально? — спросил он, приковав взгляд к нашим переплетенным рукам. — Я могу сделать это?

Я сглотнула. Что я должна была сказать, когда он выглядел таким опустошенным? «Нет, вообще-то, это не нормально, Дилан, потому что мой мозг, кажется, коротит каждый раз, когда ты приближаешься ко мне». Конечно, нет.

— Так делают друзья, Зои? — продолжил он, его голос звучал тяжелее.

«Он сердится на меня?»

«Что, черт возьми, я сделала?»

Я нахмурилась, но не пыталась вырвать руку (как я уже сказала, короткое замыкание в мозгу). И в прошлый раз это помогло, в ночь, когда я заснула на его плече. Может быть, он был человеком, «держащимся за руки», может быть, это было ему нужно.

Дилан изучил мое лицо, затем издал какой-то звук, и наши руки упали на деревянный пол. Я старалась не вздрагивать.

— Дил…

— Не отвечай.

Когда его голова снова ударилась о стену позади него, я не могла не вздрогнуть.

— Это Джей Пи, — сказал он в потолок.

— Что с ним?

— Он получил травму.

Разве футбол в колледже не происходил только по выходным? Сегодня был четверг.

— Когда? Я не знала, что у тебя сегодня была игра.

— Никакой игры, просто тренировка. У него были небольшие проблемы с ногой в прошлой игре, но он сказал, что все в порядке. Сегодня один из парней задел его, и теперь у него чертов перелом сустава Лисфранка.

— Лис… Что? Это плохо?

Закрыв глаза, парень выпустил грустный смешок.

— Плохо? Да, это очень плохо. Он закончил сезон. Мы пока не знаем, нужна ли ему операция. Даже если нет, то ему все равно потребуется от пяти до шести недель, чтобы восстановиться, и это я, блядь, оптимист. — В качестве запоздалой мысли он добавил: — Это травма ноги.

Когда он грубо потер свое лицо свободной рукой, я легонько сжала другую, которой парень все еще держал меня. Это был неверный шаг, потому что Дилан снова обратил внимание на наши руки.

— А если понадобится операция... сколько времени займет восстановление?

Парень посмотрел мне в глаза, и я затаила дыхание. О, боже... Джаред был прав. Мне нравилась улыбка Дилана. Я одновременно ненавидела и любила то, что я не могла удержаться от улыбки в ответ на его улыбку, но выражение его лица, когда парень был зол... Это заставило меня пожалеть, что со мной нет моей камеры, чтобы сделать его снимок именно так и заморозить для нас время. Я с большим удовольствием могла бы носить его в кармане, чтобы никогда не расставаться.

— Пять-шесть месяцев, — ответил Дилан, не обращая внимания на мои мысли. — И даже после этого никто не может знать наверняка, вернется ли он к своему состоянию до травмы или нет. В любом случае, это уже не имеет значения, потому что он не доберется до скаутского смотра.

В третий раз с тех пор как мы встретились, я не могла отвести взгляд от его глаз. И не потому что мы соревновались в гляделках. Это не имело к этому никакого отношения, я просто не хотела смотреть куда-то еще. Не знаю, было ли это из-за уязвимости, которую я могла видеть в его глазах, или это была очевидная боль и беспокойство, но я не могла этого сделать.

— Где он сейчас?

Дилан нахмурился на меня, но все же ответил на мой вопрос.

— Тренер отправил его домой.

— И когда они узнают, нужна ли ему операция?

— Им нужно провести несколько тестов. Узнаем на следующей неделе.

— Разве ты не хочешь быть с ним? — спросила я осторожно.

Его хмурый взгляд углубился.

— Он не хочет никого видеть. Мы должны были пройти этот год вместе. Теперь, с травмой, вся его карьера может закончиться. Весь этот проклятый год…

Его телефон, должно быть, лежал рядом с ним, потому что следующее, что я поняла, он летел по воздуху, направляясь к стене прямо перед нами, пока, к счастью, не остановился сразу после того как врезался в мою сумку с оборудованием. Если бы моя сумка не стояла на пути, с той силой, с которой парень его бросил, телефон бы разлетелся на миллион кусочков.

— Мне очень жаль, Дилан.

Я еще раз сжала его руку, и на этот раз парень сжал мою в ответ. Единственная проблема была в том, что он не ослабил свою хватку. Не поймите меня неправильно, Дилан не причинил мне вреда или боли, но это дополнительное сжатие заставило мой уже довольно быстрый сердечный ритм подняться еще на одну ступень.

Зная, что ничто из того, что я могла бы сказать, не изменит и не облегчит его бремя, я держала рот на замке.

Дилан прищурился, глядя на меня.

— Ты не отводишь взгляд.

Дрожь пробежала через мое тело.

— Должна?

— Не должна, но в прошлом всегда избегала смотреть мне прямо в глаза.

Пора сменить тему разговора.

— Как долго ты здесь сидишь?

— Не знаю... с тех пор как вернулся, наверное.

Нет смысла спрашивать, во сколько это было.

— Голоден?

— Нет.

— Уверен? Я делаю паршивый жареный сыр, но не делаю его для кого попало.

Я легонько толкнула его плечом.

— И что делает меня особенным?

«Молодец, Зои. Сама напросилась».

— Я... э-э... ну... знаешь... ты голоден.

«Отстой. Отстой. Отстой».

Чем дольше он смотрел на меня, тем легче было заметить подергивание мускул на его челюсти.

— Это не ответ на мой вопрос. Как насчет другого вопроса? Может быть, на него у тебя найдется лучший, как ты думаешь?

Я была уверена, что мне не понравится вопрос, но...

— Какой вопрос?

— Ты все еще встречаешься с ним?

Откуда это все взялось?

— Тебе нравится давить на меня? — спросила я, вместо того чтобы бормотать что-то бессмысленное, что было бы только ложью.

Я попыталась вырвать свою руку, но его хватка сжалась до такой степени, что пальцы покалывали и мурашки поднимались по руке. Затем так же быстро она ослабела.

— Нет, не уходи, — грубо сказал он. — Останься.

Потребовалось только одно слово, и я осталась, пока он не был готов отпустить.

Я попыталась устроиться удобнее, сидя я ним бок о бок, рука об руку. Когда парень увидел, что я никуда не ухожу, то закрыл глаза и откинул голову назад к стене, все еще плотно сжав челюсть.

Не знаю почему, но у меня было чувство, что Дилану было нелегко попросить меня остаться.

Глава 15

Зои

Я это делала. Действительно это делала.

Я собиралась сесть на самолет с Марком, Крисом, Диланом и всей их чертовой командой.

Мы должны были ехать в аэропорт на том же автобусе, что и команда, но Мириам и парень, который ехал с нами для интервью, Кэш, опаздывали. Вместо того чтобы набраться смелости и сесть в автобус самостоятельно, я решила взять такси в аэропорт вместе с ними.

Когда Кэш и Мириам болтали во время поездки, я беспокоилась о том, как закончится мое внезапное появление. Ни Марк, ни Дилан не знали, что я присоединяюсь к ним. Я могла и должна была сказать Дилану, но после недели, которую он провел с мыслями, что случилось с его другом, я едва видела его после ночи, когда нашла его в темноте. Даже когда видела, парень обычно шел в свою комнату, чтобы сразу завалиться на кровать.

Тот вечер был второй раз, когда мы держались за руки, казалось, часами, и даже не признавали этого позже. Я не была уверена, что он воспринимает это как нормальное явление, но, если вы спросите мое сердце и бабочек, которые, казалось, поселились в моем животе, это было очень далеко от нормального явления. Не помогло и то, что я все еще чувствовала его руку вокруг своей. Если бы я сжала кулак, то могла бы имитировать почти то же давление, которое чувствовалось, когда его рука сжимала мою.

Сумка Мириам ударила меня по голени, когда она катила ее к эскалатору.

— Черт.

— Ох, прости меня, Зои. — Она остановилась рядом со мной и глубоко вздохнула. — Сейчас обеденное время, а я еще даже не позавтракала. Думаешь, они будут раздавать закуски?

— Это не коммерческий рейс, поэтому сомневаюсь.

— Наверное, ты права. Но надеюсь, что есть еда…

— Чего вы стоите? Нас ждут. Поторопитесь, — закричал Кэш, быстро проходя мимо нас. На нем короткое пальто, хотя на улице довольно тепло. В одной руке у него был завернутый буррито, в то время как ею же он прижимал ноутбук к груди, а в другой — сумка с вещами. Он был в полном беспорядке.

— Чур мой, — тихо сказала Мириам, наклоняясь ко мне.

— Что?

— Кэш. Я его застолбила, — повторила она, прежде чем следовать за парнем по лестнице.

Она может забрать его без проблем.

Я явно тянула время, поднимаясь по ступенькам, поэтому неудивительно, что была последним человеком, который сел в самолет. Я ненавидела тот факт, что ожидание реакции Марка влияло на меня до такой степени, что я была на грани того, чтобы еле передвигать ноги, как шестилетний ребенок.

Салон самолета был наполнен болтовней и парнями... так много парней. Некоторые из них стояли, толкая свои сумки в верхний багажный отсек, некоторые смеялись, некоторые пели.

Когда я увидела, что Кэш и Мириам все еще задерживаются там, где начинаются ряды сидений, то решила спрятаться за ними на какое-то время. Если опустить голову, была большая вероятность, что Марк меня не увидит, но потом Мириам и Кэш продвинулись. Как бы мне ни хотелось пробежать последние несколько шагов, которые разделяли нас, я этого не сделала и была обречена идти по проходу с высоко поднятой головой. В любом случае, он увидит меня в отеле, и, пытаясь спрятаться, я чувствовала себя глупо.

Готовая встать перед расстрельной командой, я расправила плечи и начала следовать за своими товарищами.

Я заметила Марка еще до того, как он заметил меня. Он сидел у окна и разговаривал с другим мужчиной, который, как я догадалась, был одним из тренеров. Я проходила мимо них, когда Мириам резко остановилась передо мной. Спеша сбежать, я врезалась ей в спину, и она с любопытством глянула на меня через плечо. Извинившись, я убедилась, что нахожусь спиной к Марку.

Мой взгляд скользнул к пожилому мужчине, который встал со своего места у прохода и положил руку на плечо Кэша.

— Мальчики! — закричал он. Когда болтовня в салоне не затихла, он попытался снова. — Эй!

Все взоры обратились к нам. Все замолчали, но в моих ушах определенно был грохот. Я не знала, сколько игроков путешествовало с командой, но для меня это выглядело и чувствовалось, как будто на нас были сотни глаз. Я проглотила огромный комок в горле.

Краем глаза я посмотрела на Марка и увидела, что он все еще глубоко поглощен разговором со своим соседом по креслу.

— Я хочу познакомить вас с Кэшем. Он из университетской газеты и будет брать интервью у некоторых из вас.

Он перестал кричать, повернулся к Мириам и, понизив голос, спросил ее имя. После нее настала моя очередь. Я практически наклонилась над Мириам, чтобы назвать ему свое имя, чтобы Марк не услышал меня, что было глупо, так как его собирались прокричать через считанные секунды.

— А это Мириам и Зои. Они будут вас фотографировать. Будьте добры к ним, и когда я говорю добры, то имею в виду уважительны. Я не хочу слышать ни одной жалобы.

У меня пересохло во рту не только потому, что я чувствовала, как глаза Марка застыли на моей голове, когда он понял, что я в самолете, но и потому, что это был мой худший кошмар. Прогуливаться по проходу вдоль рядов сидений, где каждый взгляд направлен на тебя? Да, я уже чувствовала жар на своих щеках.

Когда мы, наконец, начали идти, снова поднялась болтовня в самолете. По дороге на наши места, которые находились в самом конце самолета, мы получили несколько тихих свистков, несколько случайных приветствий и несколько тихих бормотаний о позировании обнаженными; в качестве реакции на последнее я наступила на пятки Мириам, дважды.

Мы, должно быть, были только на полпути к своим местам, когда я услышала его голос, и что-то растаяло во мне.

— Зои?

Я впервые подняла глаза и встретила растерянный взгляд Дилана. Он сидел на среднем сиденье, когда назвал мое имя, и я смотрела, как парень медленно снимает свои черные наушники и встает. Каким-то образом, его взгляд сосредоточился на чем-то внутри меня. Неожиданное тепло распространилось по моему телу, и я смогла выпустить длинный вдох.

— Привет, — пробормотала я, слегка помахав рукой, и когда поняла, что Мириам и Кэш отдаляются от меня, то потянула свою ручную кладь позади меня и начала быстро идти, чтобы догнать их.

Оглядываясь через плечо, еще раз помахала Дилану. Я чувствовала себя маленьким утенком, которого оставили в глуши, так что мне было важно догнать своих товарищей.

Когда мы, наконец, достигли своих мест, я была готова воскликнуть «Аллилуйя». После того как Кэш помог нам с сумками, он занял место у окна. Мириам бросила на меня быстрый взгляд и последовала за ним. Я заняла место у прохода.

— Что с тобой? Ты ведешь себя странно, — прошептала она мне на ухо.

Я прижала сумку к животу и пожала плечами. Когда подняла свой взгляд над сиденьем передо мной, то поняла, что Дилан все еще стоит спиной ко мне. Я смотрела, как он наклоняется и что-то говорит своему другу. Это Крис сидел рядом с ним? Я даже не заметила его. В моем паническом состоянии Дилан был всем, кого я видела.

Мгновение спустя парень ступил в проход и начал двигаться к задней части самолета... ко мне. Ему потребовалось некоторое время, чтобы добраться до нас, потому что время от времени он останавливался, чтобы поговорить со своими друзьями.

В конце концов, Дилан остановился рядом с моим сиденьем, и я улыбнулась ему.

— Эй.

— Привет.

— Что происходит?

Моя улыбка сменилась с маленькой на большую.

— Ничего.

Он засмеялся и покачал головой. Держась за мой подлокотник, он присел на корточки.

— Ты едешь с командой? Фотографировать нас?

Забыв о Мириам и Кэше, я повернулась лицом к нему. Казалось, он притягивал меня как магнит. Я хотела положить свои руки рядом с его, но они мешали, так что я отказалась от этой мысли

— Да. Для университетской газеты. Мой профессор фотографии спросила, можем ли мы поехать, и вот мы здесь.

Его глаза излучали теплоту.

— Ты здесь. Почему ты мне ничего не сказала? Подожди. — Он встал и снял наушники с головы парня, сидящего в кресле через проход от меня. — Дрю, займи мое место.

Вот так просто, парень вскочил, и Дилан занял его место.

Позади нас появилась стюардесса.

— Пристегните ремни, пожалуйста. Мы взлетаем через несколько минут, — сказала она с улыбкой на лице.

Кивнув, я пристегнула ремень безопасности, и Дилан сделал то же самое.

Когда наши глаза встретились снова, я улыбнулась.

— Привет.

Мое сердце забилось при виде его легкой улыбки, всегда такой открытой и теплой.

— И тебе привет.

— Дилан.

Неожиданный голос поразил нас обоих.

— Возвращайся на свое место. Мне нужно поговорить с тобой и Крисом о нескольких изменениях, которые мы собираемся внести, — сказал Марк. Я заметила парня, с которым Дилан поменялся местами, который ждал прямо за ним. Он выглядел так же неуютно, как и мы.

Намеренно, я не сводила глаз с лица Дилана и наблюдала, как его брови сходятся в замешательстве.

— Тренер, у нас же есть встреча сразу после того как…

— Возвращайся на свое место, сынок.

Сынок.

Это был его способ сказать мне, что Дилан тоже был вне моих пределов? Я не могла дружить с парнем, которого он сам же послал жить со мной? Конечно, когда он дал ему ключи от квартиры, то не ожидал, что я буду там, но все же, я жила с этим парнем.

Дилан сделал то, что его просили, расстегнул ремень, чтобы встать, но, когда его глаза нашли мои, он все еще хмурился. Я перевела взгляд на Марка и многозначительно отвернулась, прежде чем он успел что-то сказать.

Я увидела Дилана и Криса, когда мы вошли в отель, в котором остановились на выходные. Он прервал разговор со своими друзьями, когда заметил, что я стою отдельно от Мириам и Кэша, и пошел в мою сторону. Он был одет в свои черные спортивные штаны, и могу поклясться, что у него была дюжина или больше таких, в разных оттенках серого и черного, чтобы заставить девушку сойти с ума. Моим личным фаворитом были светло-серые. Плотная черная футболка прикрывала его торс и привлекала все внимание к бицепсам и груди.

— В какой комнате ты остановилась? — спросил он, наклонив голову к конверту в моей руке.

— Э-э, дай проверить. — Я оторвала взгляд от его тела и открыла конверт, который взяла со стола, где сотрудники отеля разложили десятки таких же. — Номер 412. Я делю его с Мириам.

Дилан кивнул.

— Мы на одном этаже. Я в номере с Крисом.

Один из его товарищей по команде привлек его внимание, хлопнув по плечу, поэтому Дилан отвернулся. Я огляделась вокруг себя. Марка нигде не было видно, но другие тренеры были заняты, пытаясь угомонить парней. Некоторые из них раздавали листы бумаги, в то время как другие просто столпились вместе и разговаривали. Мой взгляд нашел Криса, и когда я увидела, что он смотрит в мою сторону, то заставила себя улыбнуться, не зная, как должна была реагировать. Вместо того чтобы улыбнуться в ответ, как я надеялась, парень покачал головой и повернулся, чтобы поговорить с одним из своих друзей. Чувствуя себя все более и более одинокой, я вытащила свой телефон из заднего кармана джинсов и отправила групповое сообщение Джареду и Кайле.

Я: Итак, мы приземлились и добрались до отеля. Здесь так много людей, и я не знаю никого, кроме Дилана. О, и Марк злится на меня. Когда я говорю «злится», то имею в виду ЗЛИТСЯ! Но я игнорировала его в самолете, так что гордитесь мной. Я пишу вам только потому, что понятия не имею, что мне сейчас делать, и вместо того чтобы стоять посреди вестибюля и оглядываться, как рыба, вытащенная из воды, мне нужно что-то делать руками. Напишите ответ, чтобы я могла перестать говорить сама с собой, как чудик, и вместо этого иметь содержательный разговор с вами, ребята. Быстрее. Быстрее.

— Вот.

Подняв голову, я увидела, что Мириам вручает мне одну из бумаг, которые раздавали тренеры.

Я потянулась за ней.

— Спасибо.

Это был подробный график того, что команда должна была делать и где они должны были быть в любой момент.

— Кэш хочет, чтобы мы сфотографировали их ужин, как они взаимодействуют. Думаю, может быть, сделать несколько снимков всех парней, пока они едят. После этого мы свободны на сегодня. Завтра следуем за ним и сделаем все, что он попросит. Он сказал, что в основном это будут встречи, разминки, а потом игра. У нас будет собственная встреча за завтраком, и он расскажет нам подробности.

Я кивнула и подняла взгляд от подробного графика.

— Звучит неплохо. Думаю, я пропущу закуски и пойду в нашу комнату. Ты идешь?

Она оглянулась через плечо туда, где Кэш разговаривал с одним из игроков.

— Думаю, что останусь здесь.

— Хорошо, — пробормотала я про себя, когда она ушла, помахав мне.

Прикусив губу зубами, я снова огляделась. Половина игроков уже ушла. Я видела несколько, стоящих рядом с лифтами и нескольких, прогуливающихся в задней части отеля, где я предположила, ждали закуски, если знак с эмблемой команды и «Столовая», написанная на нем, о чем-то говорили. Я оглянулась, чтобы посмотреть, смогу ли найти Дилана, но вестибюль все еще был так забит, что я потеряла его. Потянув ручную кладь за собой, я направилась к лифтам.

Телефон прозвенел с входящим сообщением.

Я испустила огромный вздох и вошла в лифт с тремя другими игроками. Несмотря на то, что они говорили между собой об игре на следующий день, я все еще чувствовала их любопытные взгляды на мне. Наклонив голову, я сосредоточилась на телефоне.

Я надеялась, что это сообщение было от Кайлы или Джареда, и еще больше занервничала, когда увидела, что оно от Марка.

Марк: в какой комнате?

Мои пальцы зависли над экраном. Мне нужно либо продолжать игнорировать его и пытаться держаться как можно дальше, либо преодолеть это и сосредоточиться на том, что собираюсь сделать. Я подождала, пока буду в своем номере, прежде чем ответила ему. Мой телефон снова зазвонил, но на этот раз это был ответ Джареда. Почувствовав неизбежное беспокойство, я решила ничего не писать своему другу, пока Марк не нашел дорогу в мою комнату, не сказал, что ему нужно сказать, и не ушел.

Прошло всего десять минут, когда я услышала настойчивый стук в дверь. Первое, что я сделала, когда он вошел, это сказала ему, что поездка была организована одним из моих профессоров. Казалось, что Марк вообще не слушал, что я говорю, потому что он начал кричать на меня еще до того, как слова покинули мой рот. Энергия, которую он испускал, пугала меня, но я старалась изо всех сил держать свое лицо нейтральным. После долгой проповеди о тех вещах, с которыми я уже слишком хорошо знакома, Марк предупредил меня «следить за собой» рядом с его парнями и вышел.

Как только за ним захлопнулась дверь, я глубоко вздохнула и отпустила все это. Я больше не позволю ему добраться до меня.

После отправки быстрого сообщения папе, сообщая ему, когда он сможет забрать меня, я поработала над некоторыми снимками, которые собиралась выставить в качестве обзорных фотографий на нескольких веб-сайтах, одновременно разговаривая по телефону с Джаредом. Мириам подошла немного позже и, в конце концов, объявила, что она готова отправиться в комнату для приема пищи команды, поэтому я схватила свою сумку и камеру, а затем последовала за ней.

— Когда ты вернешься? — спросила она, как только мы были в лифте, направляясь вниз.

— Не уверена. А что?

— Ну, комендантский час для команды в одиннадцать. Думаешь, вернешься до этого времени?

— Не думаю, что комендантский час и для нас тоже. Мне обязательно возвращаться до этого?

Если так, то у меня будет только несколько часов с папой, что не так много, учитывая, что он ехал из Феникса, чтобы увидеть меня.

— Не думаю. Ну, мы можем спросить Кэша, чтобы убедиться, но я сомневаюсь. Я спрашиваю, потому что... ну, мне было интересно, не могла бы ты отправить мне сообщение, прежде чем придешь в номер, когда вернешься.

Я быстро взглянул на нее, когда двери лифта распахнулись.

— Зачем?

— Кэш и я... ну, ты знаешь.

— О. Да, конечно. Я буду сидеть в вестибюле, пока берег не будет чист.

Мириам облегченно вздохнула и связала свою руку с моей, как будто мы были лучшими друзьями в течение многих лет.

— Правда? О, спасибо тебе, Зои. Моя соседка — настоящий кайфолом. Если бы она была здесь, то просто вошла бы и прервала нас посреди…

— Я не против, — прервала я ее. — Я имею в виду, пока это не в течение нескольких часов подряд, это нормально. Я захвачу свой ноутбук перед отъездом, чтобы поработать, пока буду ждать.

Она сжала мою руку немного крепче.

— О, ты самая лучшая. Спасибо тебе. Завтра будет очень весело. Не могу дождаться.

Мы вошли в огромный зал, где сотрудники отеля бегали, расставляя столы и стулья для игроков. Ребята появятся только через двадцать минут, и Кэш хотел, чтобы мы были готовы снимать их, когда они будут накладывать еду на свои тарелки. Если им понравятся фотографиями, которые мы сделаем в эти выходные, очевидно, команда собирается рассмотреть возможность их использования в своих брошюрах на следующий год.

Под пристальным взглядом Кэша нам потребовалось пятнадцать минут, чтобы сделать фотографии, и настала наша очередь выбрать из того, что осталось на открытом шведском столе. Я взяла картофельное пюре, брокколи и курицу.

Когда я заколебалась, следуя за Мириам, она коснулась моей руки.

— Ты идешь?

Мои глаза были прикованы к Дилану, который сидел в одиночестве за одним из столов. Марк уже поел и ушел, и я не видела Криса поблизости, после того как сделала быстрый снимок того, как он построил гору стейков на своей тарелке. Если был выбор между Диланом и кем-то еще, я бы всегда выбрала своего соседа.

— Нет, ты иди. Увидимся позже, хорошо?

Одной рукой держа ремешок фотоаппарата, другой удерживая тарелку, я ногой вытащила стул и села напротив Дилана.

— Привет, — мягко сказала я, устраиваясь и предлагая ему улыбку.

Он перестал есть и изучал меня сердитым взглядом.

Когда парень ничего не ответил, моя улыбка начала угасать. Быстро кивнув мне, он снова сосредоточилась на еде. Дилан был одним из последних, кто пришел, так что, пока я снимала футболистов и тренеров, которые ели, Дилана нигде не было.

Взяв вилку, я наколола брокколи.

— Ты в порядке? — спросила я тихим голосом, когда тишина стала неудобной, чего никогда не было между нами раньше.

Парень с грохотом уронил вилку и потянулся к бутылке с водой.

Я что-то натворила? Я заставила себя проглотить кусочек брокколи и ждала, пока он что-нибудь скажет.

Прошли секунды, но ничего не произошло. Как только Дилан очистил свою тарелку, он начал оглядываться по сторонам. Было очевидно, что он не хотел, чтобы я сидела с ним, и я понятия не имела, почему. Почувствовав небольшой укол боли и, по правде говоря, смущения, я прочистила горло и схватила тарелку, чтобы уйти.

— Прости, не думала, что побеспокою…

Я была на полпути, когда парень перестал смотреть по сторонам и встретился с моим взглядом.

— Я видел, как тренер входил в твою комнату.

Я откинулась на спинку стула, хлопнув тарелкой о стол, привлекая любопытные взгляды его товарищей по команде.

— Что?

— Ты слышала меня. Я шел к тебе в комнату, узнать, не хочешь ли ты потусоваться, но тренер пришел раньше меня, так что я ушел.

Я тяжело сглотнула. Как из этого выбраться?

— И что?

Это была неудачная попытка сыграть под дурочку, но у меня больше не было вариантов.

— И что? — Его ноздри раздулись, он толкнул свою тарелку и наклонился над столом. — Я не знал, что вы настолько близки, чтобы приглашать его в свою комнату. — Что-то, что он увидел на моем лице, заставило его задуматься, но, к сожалению, это не остановило его. — Я не видел никого из вас в течение часа.

Я открыла и закрыла рот, сжимая руки в кулаки под столом. Скользнула вперед на своем месте, имитируя его позу.

— Час? Что ты хочешь этим сказать, Дилан?

Его брови подскочили до линии волос.

— Думаю, ты понимаешь, о чем я хочу сказать.

Я откинулась назад. Я понимала, о чем он говорит, и не понимала, почему была так этому удивлена? Я ожидала, что Дилан подумает именно о том, о чем он подумал, но не ожидала, что будет больно услышать подтверждение.

— Он был в моей комнате всего пять минут, Дилан, максимум шесть. Мой отец едет из Феникса повидаться со мной, и Марк хотел узнать, сможет ли он прийти завтра на игру.

Мое сердце упало, и я возненавидела себя немного больше за ту ложь, которую Марк, по сути, заставил меня сказать.

— Твой отец едет сюда? — переспросил он.

— Да. — Я отодвинула тарелку, схватила фотоаппарат и встала. — Он должен быть здесь в любую секунду, поэтому я лучше пойду... — Я ждала, пока он что-то скажет, но это было бессмысленно; Дилан просто изучал меня своими голубыми глазами, словно пытаясь расшифровать все, что я не могла сказать вслух. — Да, я ухожу.

И с этим умным заключительным замечанием я отвела глаза от выжидательного взгляда Дилана и ушла.

Вместо того чтобы ждать в вестибюле, я села снаружи на лестнице и старалась не думать слишком много о Дилане и о том, как мои чувства к нему эволюционировали из простого влечения в нечто большее. Около часа прошло, когда я увидела синий грузовик, едущий ко мне. Я быстро встала и побежала к нему навстречу. Как только ноги моего отца ступили на землю, я бросилась к нему в объятия и закрыла глаза.

— Папа.

Он обнял меня так же крепко, как и я, если не крепче.

— Моя маленькая девочка.

Мой нос уже покалывало.

— Я так скучала по тебе, — пробормотала я ему в грудь. — Так сильно скучала.

Он рукой пригладил мои волосы, и отклонился назад, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Зои? Что случилось?

Он держал мое лицо в своих ладонях, большими пальцами вытирая мои слезы.

— Ничего, — пробормотала я, шмыгнув носом, снова опустив голову ему в грудь, зная, что он защитит меня.

Я понятия не имела, откуда взялись слезы. Ну ладно, я знала, но не планировала потерять самообладание так скоро и беспокоить его. Он вздохнул и притянул поближе, мое тело трясло от неожиданных рыданий, когда я поняла, как сильно скучала по нему.

Мы услышали гудок позади нас, но я не хотела отпускать его, и, к счастью, папа не проявлял никаких признаков спешки. Он поцеловал меня в лоб, снова смахнул мои слезы и кивнул, когда был уверен, что я успокоилась.

— Мы со всем разберемся вместе, — пробормотал он. Проводив меня к пассажирской стороне соей машины, он помог мне забраться внутрь. Затем закрыл дверь и обежал вокруг машины. Подняв руку в извинении водителю машины позади нас, он запрыгнул внутрь.

Вытерев лицо тыльной стороной ладони, мой взгляд остановился на ком-то возле двери отеля. Дилан прислонился к одной из колонн, скрестив руки на груди, лицо издалека было нечитабельно.

Около одиннадцати тридцати, папа высадил меня у отеля, и у нас было еще одно слезное прощание. Он проводил ночь в другом отеле, так как не хотел встречаться лицом к лицу с Марком. Мы могли бы провести еще несколько часов вместе на следующий день, но я не хотела, чтобы он сидел и ждал меня, когда я даже не знала, будет ли у меня свободное время, чтобы улизнуть.

Мои мысли были где угодно, кроме Мириам и Кэша, поэтому я поднялась на лифте, прошла к своему номеру, и обнаружила на дверной ручке табличку «Не беспокоить». После странного обмена мнениями с Диланом, я совершенно забыла вернуться в свою комнату за ноутбуком перед встречей с отцом. Вместо того чтобы постучать в дверь, я вернулась в вестибюль.

Все вокруг выглядело пустынным. Кроме нескольких человек у стойки регистрации и случайного гостя отеля, входящего в дверь, я была одна, сидя перед входными дверями.

После отправки быстрого сообщения Мириам, чтобы сообщить ей, что я внизу, я смотрела видео щенков в Instagram, чтобы скоротать время.

Как только я написала сообщение Кайле, на моем экране появилось еще одно сообщение.

Дилан: мне очень жаль.

Я уставилась на экран, не зная, отвечать мне или нет. Ответ означал бы, что мне придется продолжать лгать ему, но опять же, я не могла избегать его вечно и вообще не хотела избегать его.

Дилан: Я полный засранец.

Дилан: Откроешь дверь, если я постучу?

Мои губы растянулись в улыбке. Нет, я действительно не хотела его избегать.

Я: разве комендантский час у вас не в одиннадцать?

Дилан: И?

Я: разве ты не должен быть в постели после одиннадцати?

Дилан: То, что у нас комендантский час, не значит, что мы должны ложиться спать в одиннадцать.

Я: Но это значит, что ты не должен выходить из комнаты, верно?

Дилан: Ничего страшного, если ты не хочешь видеть меня, Зои. Ты можешь сказать мне.

Мои пальцы зависли над экраном. Я ударила себя в лоб задней частью телефона несколько раз, прежде чем нашла в себе мужество напечатать то, что хотела сказать дальше.

Я: Я бы очень хотела увидеть тебя, Дилан. Мне всегда нравится видеть тебя.

Отстой. Отстой. Отстой.

Дилан: :)

Дилан: Тогда открой свою дверь.

Я написала ему, что находилась в вестибюле, потому что Мириам заняла комнату и не рискует ли он попасть в неприятности с Марком, если решит спуститься?

Я: Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, и Мириам там, так что...

Дилан: Да. Хорошо, ты совершенно права.

Дилан: Просто, наверное, странно знать, что ты здесь и не видеть тебя. Кажется, я скучаю по своей соседке.

Я огляделась, не смотрит ли кто-нибудь на меня. К счастью, вокруг никого не было. Прижимая пальцы к щеке, я старалась держать улыбку под контролем. Прежде чем успела написать, что тоже по нему скучаю, пришло еще одно сообщение.

Дилан:Я видел твоего отца. Ты плакала.

Я: Я скучаю по нему.

Я: Я не должна была говорить то, что сказала за ужином.

Я наблюдала, как точки появляются и исчезают несколько раз.

Я: все в порядке. Только не делай этого снова.

Когда ничего не вернулось в течение нескольких секунд, я написала снова.

Я: кажется, я тоже скучаю по своему соседу по комнате.

Дилан: Да?

Я: Да.

Я: Ты в постели? Что ты делаешь?

Дилан: Да. Крис взял с собой свой Xbox, поэтому мы играли в «Маддэн» с обеда, но теперь он болтает по телефону.

Дилан:А я разговариваю с тобой.

Боже. Мы флиртуем? Я действительно надеялась, что мы флиртуем. Мое сердце скакало из стороны в сторону, я положила телефон на колени и прижала руки к щекам, чтобы поглотить часть тепла, и чтобы перестать улыбаться, словно сумасшедшая посреди лобби, хотя я была уверена, что было слишком поздно для этого.

Должно быть, я потратила слишком много времени, чтобы придумать что-то умное в ответ, потому что, прежде чем смогла ответить, я увидела, что точки снова прыгают.

Дилан: Ты уже легла в постель?

Да. Мы флиртовали.

Прекрати. Прекрати.

Я: Да.

«Так умно, Зои».

Дилан: Это хорошо.

Мое сердце подскочило к горлу только от текстовых сообщений с ним, я откинула голову назад и смотрела на красочные высокие потолки.

Как раз тогда, когда я собиралась написать, «Да, здесь удобно» — еще один ужасно умный ответ — Мириам спасла меня.

Мириам: Берег чист. Можешь подниматься!

Думая, что точно придумаю что-то лучше, как только буду в своем номере, я направилась к лифтам.

Дилан: Кажется, ты заснула. Сладких снов, Зои. Увидимся завтра утром.

Простонав, я решила не отвечать, чтобы он мог немного поспать, и просто направилась в свой номер.

Глава 16

Зои

Весь день был вихрем из завтрака, встреч, дневного отдыха, встреч, обеда, а затем игрового времени. Прежде чем я смогла осмотреть стадион или привыкнуть к уровню шума вокруг, Кэш проводил меня в сторону, чтобы я могла сделать несколько снимков игроков, разминающихся перед игрой.

— Мириам будет прикрывать тренеров. Ты прикрываешь парней.

Меня это устраивало. Более чем устраивало, на самом деле. Я сделала разворот на месте и сглотнула, когда осмотрелась вокруг.

«Дорогой Боженька».

Так много глаз.

От моего внимания не ускользнуло то, что я повторяла много раз одно и то же со вчерашнего дня, но там было так много людей... отсюда так много глаз.

— Зои! За работу! — прокричал Кэш, возвращаясь к Мириам.

Я снова сглотнула и кивнула.

Я стояла немного левее туннеля для игроков, с камерой в руке, пытаясь найти идеальную обстановку, когда выбежали Дилан, Крис и множество других парней.

Я чувствовала все взгляды на мне, не потому что они не могли отвести от меня глаз или что-то в этом роде, а скорее потому, что я выглядела потерянной, как рыба, выброшенная из воды. Только одна пара глаз послала покалывание мне в позвоночник, и она принадлежала Дилану Риду.

С какой уверенностью он вышел на поле, как его взгляд остановился на мне прямо перед тем, как он присоединился к своим друзьям, чтобы размяться и сделать упражнения... я пропала. Видеть его в этой униформе, не помогло делу.

С камерой в руках я наблюдала, как он исчезает в толпе своих товарищей. Через несколько секунд я снова заметила его, благодаря большому номеру двенадцать на задней стороне его майки. Я продолжала наблюдать, как его бицепсы выпирали под огромными наплечниками, когда парень опустился на землю, где остальная команда начала свою предварительную разминку с растяжками. Его задница всегда была такой упругой или он что-то сделал с ней в раздевалке? Я попыталась взять себя в руки и не разевать рот; вот, пожалуй, и все.

Я была достаточно поражена, чтобы подпрыгнуть на месте, когда услышала, как Кэш снова кричит мое имя.

Точно.

Фотографии.

Я должна фотографировать.

Так много тренеров и важных людей слоняются вокруг, разговаривают, спорят в толпе. Как маленькая змея я обошла их и сделала кучу фотографий парней, делающих упражнения на поле, а затем подошла к Мириам и Кэшу, стоящих вдали от всех. Если они подумают, что там слишком много фотографий Дилана Рида, это не моя вина.

— Ты закончила? — спросила Мириам, сделав шаг в сторону от Кэша.

— Да. Думаю, получились хорошие снимки, но это мой первый раз, так что не уверена, что они действительно хороши. Хотя мне нравятся.

Она прикусила нижнюю губу и огляделась.

— Это немного подавляющее, да?

Преуменьшение века.

— Вокруг так много людей с камерами, я понятия не имею, зачем мы им были нужны.

Мириам пожала плечами и слегка толкнула меня в плечо.

— Какая разница. Это было весело, и не думай, что я не заметила, как ты заигрывала с Диланом Ридом вчера в столовой.

Слова вертелись прямо на кончике моего языка, чтобы сказать ей, что я ни с кем не заигрывала, и что он просто мой сосед по комнате, но мне удалось промолчать, а вместо этого я просто улыбнулась ей.

Кивнув на Кэша своим подбородком, я прошептала:

— Похоже, между вами все хорошо.

— О, да. Извини, я уснула до того, как ты добрался до комнаты. Он просто измотал меня.

Я наклонилась немного вперед, чтобы еще раз взглянуть на Кэша. Я могла бы признать, что он не был ужасен или что-то в этом роде. Ростом пять футов девять дюймов, Мириам же – пять и пять. У него было обычное телосложение, хотя по сравнению с Диланом и всеми другими игроками на поле он был, можно сказать, тощим. У него длинные пальцы, если лучше вглядеться. А еще длинные волнистые волосы, которые скручивались вокруг его ушей, карие глаза, которые беспокойно двигались, и тонкие губы, сжатые в прямую линию. Я полагаю, каждому свое. В его внешности не было ничего плохого, но то, как он вел себя, как будто работал над историей для Times, начало бы действовать мне на нервы, если бы мне пришлось провести еще один день рядом с ним.

Как только я собиралась сказать что-то еще, я почувствовала руки на талии, и через секунду взлетела в воздух, визжа от неожиданности.

— Посмотрите-ка, кого я нашел, — пропел кто-то позади меня, когда я изо всех сил пыталась схватиться за руки, которые были зажаты вокруг моей талии. Слава Богу, ремешок камеры был обернут вокруг моего запястья, спасая ее от полета через поле.

Узнав голос, я посмотрел через плечо вниз.

— Тревор?

— Это я, — ответил он с ухмылкой на лице.

— Тревор, какого черта ты…

Мои слова превратились в еще один крик, когда он сманеврировал — или, скорее, резко перевернул меня, пока я не стала держаться за его шею, как ребенок на его руках.

— Как дела, Лютик? — спросил он, его самодовольная усмешка была все еще на месте. Я была уверена, что парень родился с этой улыбкой, или что он работал над ней перед зеркалом в течение многих лет, пока не усовершенствовал.

— Я наблюдал за тобой последние десять минут. Не мог поверить своим глазам.

— Опусти меня, идиот, — ругалась я, запыхавшись.

— Я сделаю это, как только уберу тебя от вражеской разметки.

Я зарычала на своего друга детства, но это, казалось, не произвело на него желаемого эффекта; этого никогда не срабатывало. Сжимая его плечи изо всех сил, когда парень бежал, я посмотрела через его плечо, и мои глаза нацелились на одного человека.

Дилан.

Все его товарищи по команде просачивались в туннель, чтобы вернуться в раздевалки, но он стоял неподвижно, одной рукой держа шлем кончиками пальцев, с другой на талии. Я хотела ему помахать или улыбнуться, но он смотрел на меня в объятиях Тревора с лицом, словно высеченным из камня, с зажатой челюстью, с полностью закрытым выражением лица.

Что-то сжалось в моей груди, сжимая мое сердце.

Я дважды ударила Тревора по плечу.

— Тревор, остановись. Тревор, стой!

Должно быть, он услышал настойчивость в моем голосе, потому что мы, наконец, остановились. Осторожно парень поставил меня на ноги, и я все время смотрела на Дилана. Я видела, как он сделал шаг навстречу нам, потом еще один и еще. Мое сердце колотилось только от того, что я видела решимость на его лице, и не могла отвести от него глаз. Что-то должно было произойти или уже происходило, и мое сердце сходило с ума. Тревор сказал что-то, чтобы привлечь мое внимание и коснулся моего плеча.

Нахмурив брови, и я невольно пробормотала:

— Что?

Дилан приревновал?

Когда он начал бежать к нам, я почувствовала, как волосы на руках встают дыбом. Я быстро взглянула на Тревора.

— Можешь дать мне минутку?

Он оглянулся на то, на что я смотрела, а я уже шла, чтобы встретить Дилана на полпути. Необходимость идти к нему возникла из ниоткуда. Может, это из-за того, как он смотрел на меня, побуждая меня не отводить от него глаз, или из-за того, как двигалось его тело. Боже, он так хорошо выглядел в своей униформе, почти так же хорошо, как выглядел, когда полуголым делал упражнения на нашей кухне... почти. Он выглядел больше, чем жизнь, больше и лучше, чем кто-либо другой, разогреваясь на поле.

Прежде чем я сделала четыре шага, Крис заблокировал Дилана около тридцатиярдовой линии. Он прислонил лоб к Дилану, сжал его шею и направил в сторону туннеля. Дилан нахмурился на него и один раз покачал головой, словно выходя из транса. Затем он кивнул и побежал рядом со своим товарищем по команде.

Когда парень исчез в тоннеле, я обернулась к Тревору с робкой улыбкой.

Он поднял бровь, которая только добавила штрих к его дерзкому взгляду.

— Я наступил кому-то на пальцы?

— Что? Нет. Что ты вообще здесь делаешь? Я думала, ты в Бостоне.

— Да, был, но перевелся сюда в этом году. Ты встречаешься с двенадцатым? С Ридом? — спросил он с легким движением головы в сторону, где исчез Дилан.

— Нет. Он всего лишь мой друг.

После долгого и тщательного осмотра он снова заговорил.

— Как скажешь. — Его широкая улыбка вернулась на место, Тревор игриво толкнул меня. — Посмотри на себя, Лютик. Я не видел тебя два года, и вот где я тебя нашел? Я скучал по тебе.

— Не называй меня так, — проворчала я и оттолкнула его назад.

— Все еще такая милая. Какого черта ты здесь делаешь? Пришла посмотреть, как твой парень получает по заднице от меня?

— Я же сказала, он не мой парень. — Я подняла камеру, как будто это ответ на его вопрос. — Я на задании, снимаю команду. — И поскольку мне не понравилось, что он так говорит о Дилане, то добавила: — И не будь таким уверенным, еще неизвестно, чью задницу надерут. Они потрясающие.

Вообще-то, я понятия не имела, были ли они потрясающими. Я знала только, что Дилан потрясающий.

Его брови взлетели вверх.

— Думаешь? И ты стала футбольным экспертом из-за кого-то определенного?

Мы услышали, как кто-то выкрикнул его имя, и Тревор глянул через плечо.

— Черт. Ладно, мне нужно возвращаться. — Схватив тяжелую камеру из моей руки, он поднял ее в воздух, как будто хотел сделать селфи. — Давай, я хочу сфотографировать нас вместе. У меня лицо красивее, и тебе нужно что-то лучше, чем те бабуины.

— Она выключена, идиот, — засмеялась я, когда он не смог понять, как это работает.

Я включила камеру и позволила ему потянуть меня к своему боку, чтобы сфотографировать нас вместе. Когда мы снова услышали его имя, Тревор вернул мне камеру.

— Вот, возьми. Отправь мне на почту и фото и твой номер. У меня нет твоего номера, так что лучше отправь его мне. — Идя спиной вперед, он продолжал говорить: — Не забудь, Зои. А еще лучше, я пришлю тебе свой номер, и ты сможешь написать мне.

— Хорошо! — закричала я в ответ, улыбаясь.

Когда он был достаточно близко к своим тренерам, один из них дал ему подзатыльник, и его улыбка стала шире.

— Хорошо! — закричал он в последний раз, а потом скрылся из виду.

Наша команда побеждала, вернее, команда Дилана. Я не знала точно, когда в моем сознании она стала нашей командой, но я была захвачена динамикой игры и магией нахождения на стадионе. Конечно, возможно, я не понимала, что происходило большую часть времени, но была рядом, когда все приветствовали, кричали или ругались. Даже близость с Марком не смогла убить мое волнение.

И Дилан... он был зверем. То, как он бежал с мячом, его скорость, как он пригибался, уворачивался, подкатывал, выкручивался и все остальное, что он делал — я была заворожена, просто наблюдая за ним.

Странно говорить это вслух, но было ощущение, что он мой. Я знала, как он выглядел по утрам, знала почти каждую мышцу в верхней части его тела. Я не прикасалась к ним и все такое, но они выжжены у меня в мозгу. Я знала, что он любит есть в пицце, что было очень важно. Дополнительный сыр, пепперони и черные оливки были его визитной карточкой, и он не смотрел на меня, как на инопланетянина, потому что мне нравились ананасы в моей пицце.

Я знала его улыбки. У него их было несколько, каждая из которых была смертоноснее, чем любая другая улыбка, которую можно себе представить. Я знала, что когда Дилан проводил ладонью по своим коротким волосам, то он был напряжен, взволнован. Знала, что он любит держать меня за руку; не знала, почему, но знала, что ему это нравится. Если он крутил шею, и эта мышца в его челюсти тикала, значит, парень злился и не мог держать себя под контролем. Я знала, что он забавлялся, когда заставлял меня краснеть только от того, как он смотрел на меня, и это обычно вызывало его забавную улыбку, которая всегда заставляла мое сердце биться сильнее. Я знала, что он был самым трудолюбивым парнем, которого я когда-либо видела. Знала, что он единственный в своем роде, и с каждым днем осознавала, что хочу, чтобы он был моим, не моим другом, а моим, просто моим. Зная все это о нем, я до смерти перепугалась.

Когда третья четверть игры подходила к концу, и табло показало 31-42, кто-то еще вышел из туннеля и присоединился к своим товарищам по команде в стороне.

Джей Пи Эдвардс.

Мой взгляд остановился на костылях под его руками, и улыбка, которая застыла на моем лице, внезапно почувствовалась неуместно.

Рефери дунул в свисток, чтобы закончить четверть, и команда столпилась возле своих тренеров. После ударов шлемами, похлопываний по спине, и того, что я приняла за ободряющие слова, они пошли в сторону Джей Пи. Я наблюдала за Диланом все это время.

Запыхавшись, он остановился перед другом и снял шлем, плечи напряжены, черная краска под глазами размазалась. Балансируя на одной ноге, Джей Пи потер затылок и покачал головой. Моя камера уже была в моих руках, поэтому, не задумываясь, я подняла ее и сделала быстрый снимок, не зная, на что я смотрела, но желая запечатлеть этот момент. Я видела, как шевелятся их губы, но понятия не имела, о чем они говорят. Дилан положил руку на плечо Джей Пи, и тот снова покачал головой. Рука Дилана обвилась вокруг его шеи, и он упал лбом на шею своего друга.

Щелк.

Я увеличила масштаб и сделала еще один снимок, понимая, что у обоих глаза закрыты.

Рука Джей Пи потянулась к шее Дилана.

Щелк.

Крис присоединился к их маленькому сборищу и опустил шлем на землю рядом с ними.

Щелк.

Щелк.

Я опустила камеру и отвернулась. Я уже вторглась в их момент больше, чем должна была, но делала эти снимки не для задания. Они были моими. Если честно, с самого начала игры я сделала много снимков, которые были только для меня.

— Я собираюсь взять что-нибудь выпить. Девочки, вам что-нибудь нужно? — спросил нас Кэш. Мириам была занята, переписываясь по телефону, но она подняла глаза и покачала головой.

— Воду было бы отлично, — сказал я, и он двинулся к команде, поговорив с несколькими игроками, прежде чем отправиться дальше.

Когда он вернулся, я не могла удержаться от вопроса:

— Знаешь, что там происходит? — Взяв бутылку с водой у Кэша, я дернула подбородком к Джей Пи, где, по крайней мере, десять или пятнадцать его товарищей по команде окружали его в полукруге.

— Да. Плохие новости для Джей Пи и команды. Видимо, он закончил сезон. Ему понадобится операция из-за травмы ноги, и его карьера, вероятно, закончится, если он не сможет полностью восстановиться. Очень плохо. Он был чертовски хорошим игроком.

— Так просто? — спросила я. — Одна травма и он выбывает?

— Да. Вот так это происходит в спорте. Никогда не знаешь, когда будешь вынужден уйти.

— Я не видела его ни в отеле, ни в самолете, — успела сказать я сквозь комок, застрявший у меня в горле. Я вспомнила тоску и гнев на лице Дилана в тот день, когда увидела, что он сидит один в темноте. Парень был опустошен.

— Он хотел сам сказать своим товарищам по команде и присоединится к ним в последней игре перед всем этим, поэтому прилетел сегодня.

Ребята побежали к пятидесятиярдовой линии, и началась последняя четверть игры. В мгновение ока игра стала жестче. Я видела защитников соперника, но после последней четверти, после новостей от его друга... если раньше Дилан был зверем, то теперь он быстро превратился в Халка. Я вздрогнула, и у меня перехватило дыхание от всего происходящего, особенно когда кто-то схватил Дилана сразу после того, как тот практически взлетел в воздух и поймал мяч. Конечно, это было жестоко, но Дилан всегда возвращался с мячом в руках, и я справилась с этим довольно быстро. Тревор не ступал на поле в первой половине игры, но он был там во второй. И когда Дилан повалил Тревора на землю в начале последней четверти, после того как Крис бросил мяч, а Тревор поймал его — по крайней мере, так сказала мне Мириам — я волновалась, что он сломает моего друга детства пополам. Тревор, в конце концов, поднялся, но это заняло некоторое время.

Остальная часть игры пошла по тому же сценарию: блокировка, передача, свисток, радость, снова блокировка. Игра даже не закончилась, а у меня уже было растяжение мышц спины от всего напряжения.

Когда остались считанные секунды, Крис сделал несколько шагов назад, а затем бросил мяч в идеальной арке прямо к Дилану к сорокапятиярдовой линии, и я встала на ноги прямо рядом с Мириам и Кэш. Казалось, что каждый игрок на поле бежит к этому проклятому мячу. Втягивая воздух и задержав дыхание, я схватилась руками за голову, наблюдая, как Дилан плечом ударяет другого игрока и в высоком прыжке выхватывает мяч прямо из воздуха кончиками пальцев. Прежде чем я смогла обработать идеальный улов, Дилан сунул мяч под руку и побежал к линии ворот, как дорожный бегун из мультфильма⁸.

Игрок догнал его сзади и бросился к спине Дилана, но, как будто у парня были глаза на затылке, Дилан свернул вправо и увернулся на дюймы. Я прыгала вверх-вниз, как легкомысленная школьница.

— Да! Да! Да!

Сейчас весь стадион превратился в ревущую толпу, я чуть не вылезла из кожи, когда кто-то выскочил из ниоткуда и попытался заблокировать Дилана. Он отпрыгнул в сторону до того, как парень смог что-то сделать, и пробежал последние пять ярдов без другого игрока, охотящегося за ним. Они все были слишком медленными для него. Мои щеки болели от улыбки так чертовски сильно, я вскочила вверх, когда увидела, как мой друг забивает свой третий тачдаун за вечер.

Он был великолепен.

Мои руки немного тряслись, я поднял свою камеру, чтобы фотографировать радость на его совершенном точеном лице, если он снимет шлем. Но вместо того чтобы позволить своим товарищам по команде сбить его с ног, как раньше, он увернулся от каждого из них, как будто они не существуют для него, и побежал прямиком к пятидесяти ярдам, игнорируя каждого, кто устремился на поле. Я последовала за ним взглядом, чтобы увидеть, куда он бежит, и наблюдала, как Дилан остановился и опустился на одно колено перед Джей Пи, у которого, похоже, были небольшие проблемы стоять прямо с костылями. Из ниоткуда рядом с Диланом появился Крис и тоже упал на колено.

Затаив дыхание, я подняла свою камеру немного выше, мои пальцы зудели, чтобы захватить секунду их момента. Затем, один за другим, все игроки на поле встали на колено перед своим товарищем по команде, несколько позади Дилана и Криса, несколько справа.

Прежде чем началось скандирование, я побежала к началу туннеля, быстро остановилась и встала слева от Джей Пи, чтобы запечатлеть Дилана прямо посреди моего снимка. Я сосредоточилась на жестком, непреклонном, потном лице Дилана и сделала снимок, который станет одним из моих самых заветных.

Когда все это прекратилось, я все еще стояла там, застыв на месте.

Дилан встал и пошел к своему другу. Прошептав что-то ему на ухо, он осторожно потянул Джей Пи к себе, и они дали друг другу одно из этих мужественных объятий. Мне было очень тяжело сдерживать слезы. Пока остальная часть его команды столпилась вокруг их травмированного товарища, темно-синие глаза Дилана встретились с моими, пронзив меня взглядом.

Когда парень отделился от толпы, я медленно опустила камеру и наблюдала, как он идет ко мне, наши глаза ни на секунду не теряли контакта. Он быстро преодолел расстояние между нами. Когда встал прямо передо мной, я смотрела на него, такая же запыхавшаяся, как и он, если не больше. Кроме того, я чувствовала, что мои руки слегка дрожат, пока я пыталась не потерять улыбку, которая растянулась на моем лице.

«Успокой свои сиськи, Зои. Это не что иное, как прилив адреналина. Он по-прежнему твой друг».

— Кто он такой? — были первые слова из его уст.

Моя улыбка дрогнула.

— Кто?

— Четвертый номер. — Я, должно быть, выглядела так же непонимающе, как себя чувствовала, потому что парень не ждал ответа от меня, прежде чем продолжить. — Тревор Пакстон, ты была в его объятиях.

Фыркая, я расслабилась, и улыбка снова подняла уголки моих губ. Я была права — он ревновал. Просто осознание этого облегчило что-то в моей груди.

— Это мой друг из Феникса. Мы выросли в одном районе, учились в одной школе и все. Мы просто друзья.

После моих слов его плечи слегка опустились.

— Это хорошо.

Я быстро кивнула и старалась не улыбаться. Да, это хорошо.

Его глаза впились в мои, и его челюсти сжались.

— Ты не отводишь взгляд. Почему?

Я проигнорировала его слова и проиграла битву с губами. Я широко улыбнулась, обнажая зубы и все такое.

— Ты был великолепен, Дилан, действительно чертовски великолепен.

Стоя передо мной во всем этом обмундировании, он выглядел таким пугающим, таким большим.

Его хмурость полностью сгладилась, и он по-мальчишески улыбнулся мне.

— Да?

Мой взгляд на несколько секунд опустился к его губам, посмотреть на эту прекрасную, удивленную улыбку — еще одну, чтобы добавить к списку.

«Хотела бы я, чтобы он был моим», — подумала я, подняв глаза.

Я улыбнулась еще шире, если это было возможно.

— Да.

Один из тренеров пробежал мимо нас, потревожив наше маленькое уединение. Дилан схватил меня за руку и сделал несколько шагов назад, пока я не оказалась почти у стены, сближая нас.

— Теперь я понимаю всю шумиху, — продолжила я, прежде чем он мог сказать что-нибудь еще. — У меня кружится голова, я как будто пьяная от игры. Вы, ребята, были великолепны.

Еще одна победоносная улыбка для меня.

— Признаюсь, я практически ничего не знаю о футболе, и смотрю его по телевизору минут двадцать, пока не становится слишком скучно, но здесь все было по-другому. Не уверена, что можно назвать это забавой, так как тебя преследуют и иногда сбивают, но мне это понравилось. Мне, конечно, не нравилось, что тебя так хватали, но… ты понимаешь, о чем я. Это было почти лучше, чем смотреть, как ты тренируешься на кухне. Почти. — Я остановилась перевести дух. Я была потрясена, и не возражала, чтобы он увидел это на моем лице. — Я хочу делать это снова и снова. Ты был великолепен, Дилан.

Темно-синий в его глазах искрился эмоцией, которую я не могла назвать.

— Ты это уже говорила, Вспышка, — пробормотал он глубоким голосом, посылая трепет по моему телу.

Я сглотнула и кивнула, потому что было трудно придумать больше слов, и да, я это уже говорила — несколько раз на самом деле. Мой мозг говорил мне, что пора уходить, прежде чем я начну бессвязно болтать. Снова.

Когда Дилан посмотрел через плечо в сторону поля, я тоже посмотрела туда. Несколько его товарищей по команде уже начали направляться в раздевалки.

— Я должна позволить тебе…

Я замолчала, когда Дилан схватил меня за подбородок рукой в перчатке — его огромной рукой в перчатке — и осторожно поднял лицо вверх. Мир вокруг меня замедлился. Клянусь, я видела, как его глаза медленно блуждали по моему лицу.

— Мне нравится, что ты смотришь на меня, Зои.

Мне удалось нервно улыбнуться. Его палец двигался по моей щеке, делая меня... практически беспомощной.

Забыв себя, забыв, где мы находимся, я прошептала:

— Мне нравится смотреть на тебя.

Его язык выглянул и коснулся нижней губы.

— Я знаю.

«Ох, Дилан, зачем ты это сделал?»

— Я имела в виду, что мне нравится смотреть, как ты играешь сегодня вечером. Я не хотела, чтобы прозвучало так, будто мне нравится смотреть на тебя, когда ты не играешь. Я бы точно не наблюдала за тобой, если бы ты просто стоял там, или я не знаю... я бы не наблюдала за тобой, когда ты тренируешься, и никогда бы не наблюдала за тобой, если бы ты…

— Знаешь, почему мне нравится смотреть на тебя?

Вопрос заткнул меня довольно быстро, что, вероятно, было к лучшему; кто знал, что еще я могла извергнуть.

— Потому что я не могу отвести от тебя глаз. Все остальное... все исчезает, и...

«И?.. И?..»

— И что?

Я старалась изо всех сил не жаждать его ответа, или, скажем так, не слишком жаждать, потому что Дилан не должен был догадаться, что я очень заинтересована и очень жду то, что он собирался сказать.

Парень тяжело вздохнул и решил не заканчивать это предложение. Я видела это в его глазах, небольшое изменение, появилось и исчезло.

«Черт возьми!»

— Я не знаю, что мне с тобой делать, Зои. Ты сводишь меня с ума, черт возьми. Сначала Джаред, а теперь этот Тревор.

«Повтори-ка еще разок?»

Его грудь все еще быстро поднималась и опускалась, он выглядел так, будто хотел сказать больше, но просто смотрел мне в глаза.

Когда для меня это стало слишком много, я имею в виду, что я всего лишь слабый человек, в конце концов, я попыталась очистить горло в качестве прелюдии к тому, чтобы уйти, но что-то, скорее всего, воздух, застряло у меня в горле и вызвало небольшой приступ кашля, заставив его руку опуститься.

— Прости, — прохрипела я, когда снова смогла дышать.

Все больше и больше игроков направлялись в раздевалку. Некоторые из них ударяли Дилана сзади с комментариями типа «хороший улов, чувак» и «ты молодец, братан». Некоторые только хихикали.

Отступив, он немного увеличил дистанцию между нами, но его глаза задержались на моих губах.

— Ты ведь знаешь, что это скоро произойдет. Интересно, готова ли ты к этому, потому что мы почти у цели. Я вижу это в твоих глазах, и ты проиграешь, Зои, как я и предполагал.

— Что? Какой цели? Проиграю? Ты о чем?

— Спор, — спокойно объяснил он. — Ты поцелуешь меня и проиграешь пари. Ты не сможешь ничего с собой поделать.

Его губы приподнялись, он игриво улыбнулся мне.

— О, не смогу, правда? Так ты еще и скромный.

— Да. — Он пожал плечами. — Поэтому ты должна сдаться и избавить нас от ненужных мучений. Если есть... что-то еще, о чем я не знаю, и ты не можешь сделать этого по какой-то дерьмовой причине, скажи мне. Я сделаю все проще для тебя. Мне нравится предвкушать тебя, Вспышка, не буду лгать, но…

— Эй, Дилан! Ты идешь или как?

Моя голова двинулась к звуку, и я увидела, что Крис и Джей Пи ждут моего скромного соседа по комнате.

— Вы идите, я сейчас приду, — крикнул он в ответ.

Я видела, как его друзья качают головами и уходят. Когда я снова посмотрела на Дилана, он внимательно меня изучал. На мгновение я подумала, видел ли Марк, что мы стоим вот так, но мне было все равно, по крайней мере, не в этот момент. Если даже будут последствия в виде его крика на меня без веской причины, то и фиг с ним.

— Нам нужно поговорить, Зои. Скоро нам нужно будет поговорить и все выяснить.

— Э-э, выяснить что? — спросила я, отвлекшись на его шевелящиеся губы.

— Обо всем, что нужно упростить.

Я снова посмотрела ему в глаза, там назревала буря.

— Это сводит меня с ума, — продолжил он.

Как идиотка, которой я и являюсь, я просто уставилась на него. Что, черт возьми, я могла сказать?

Кто-то хлопнул его в спину, в результате чего Дилан потерял равновесие и прижал ладонь к стене позади меня. Он пробормотал что-то себе под нос и посмотрел через плечо, прежде чем посмотреть на меня.

— Это должно произойти.

Он убежал прежде, чем я успела кивнуть или открыть рот.

— Поверь мне, в любую минуту, — закричал он в последний раз, прежде чем исчезнуть с моих глаз.

Несколько секунд спустя Марк и его окружение прошли мимо меня, даже не заметив, что я стояла там. Если бы это случилось в Лос-Анджелесе — на самом деле, это случалось в кампусе больше, чем несколько раз, и в каждом из этих случаев я чувствовала, что была ничем иным, как неприятностью, когда он смотрел прямо через меня, но на этот раз меня это не беспокоило, — Марк был наименьшей из моих забот.

Глава 17

Дилан

Следующие недели проходили как в тумане. Мне становилось все труднее и труднее держать руки и глаза подальше от Зои. Со всем, что происходит с Джей Пи и его выздоровлением, кроме Криса, она была единственным человеком, с которым мне было интересно проводить время. Хоть и быть друзьями с ней для меня звучало как шутка, в тот первый день, когда девушка прыгнула на меня абсолютно голая, когда ее подвело полотенце, она каким-то образом оказалась именно им.

Моим другом.

Моим самым близким другом... которого я чертовски сильно хотел бы трахнуть.

Каждый раз, когда ее рука случайно касалась моей, когда мы проходили мимо друг друга в коридоре или на кухне. Каждый раз, когда Зои смотрела на меня и улыбалась, все те ночи, когда мы сидели на противоположных концах дивана и смотрели фильм на ее ноутбуке... Каждый раз, когда она выходила из своей комнаты с сонными глазами, гладкими ногами, и этой чертовой безупречной задницей. Я всегда получал прекрасный вид, когда она тянулась вверх, чтобы схватить тарелку из одного из шкафов и сделать вид, что не смотрит на меня, когда я делал мои обычные утренние тренировки прямо перед ней, пока она завтракала... Каждый раз, когда мы сталкивались друг с другом, направляясь в ванную, чтобы почистить зубы, эти сонные глаза, хриплый голос... Каждый раз, когда девушка открывала шкафчик, где держала свои драгоценные М&MS и тратила несколько секунд, уставившись на них, Бог знает почему... Каждый раз, когда я видел ее пробирающуюся на цыпочках в квартиру, чтобы мисс Хильда не поймала ее... Каждый раз, когда Зои удерживала мой взгляд дольше нескольких секунд... Вы понимаете, к чему я клоню?

Казалось, что каждый раз, когда она вдыхала, мне становилось все тяжелее просто смотреть, как поднимается и опускается ее грудь. Мои руки чесались, желая коснуться ее кожи, губ, шеи, подбородка, ее рук, ног, ее восхитительной задницы. День за днем Зои медленно убивала меня, и, зная ее, не удивлюсь, что она понятия не имела, что делает.

Каждый раз, когда видел ее, мне все труднее было вспомнить, почему я не мог быть с ней. Пока я сходил по ней с ума, день за днем, она все еще встречалась с ним. Я говорил себе, что это невозможно, что я раздуваю из мухи слона, но все маленькие подсказки были на поверхности. Просто потому, что я надеялся, что ошибаюсь, надеялся, что это закончится в любой день, это не изменяло ни результата, ни фактов. У нее что-то было с тренером, и это чертовски взрывало мне мозг, как ничто другое за всю мою жизнь. Я не верил, что их семьи были друзьями. Я не знал, во что верить, но точно ни в это. Я не мог представить Зои с ним, она не была такой девушкой, и все же...

Вдобавок ко всему, у меня едва было время что-либо сделать. Я был либо на занятиях, либо в тренажерном зале, где мне надирали задницу тренеры. Не помогало то, что я хранил секрет от Криса, может быть, даже несколько. О, он знал, что его отец снова с кем-то встречается, и сказал мне это всего неделю назад. Они всегда знали, когда у его отца был роман. Но он не знал, что квартира, в которой я остановился, на самом деле принадлежала его отцу, и он не знал, что Зои тоже жила в квартире его отца. Крис понятия не имел, что все это значит.

Прошли недели с тех пор, как Зои фотографировала нашу игру на выезде, когда я видел ее с другим парнем, и чуть было не потерял контроль перед всеми. Мы все еще не сели и не поговорили. Иногда мне казалось, что девушка нарочно избегает меня, иногда у нас просто не было времени, а иногда мне ничего не хотелось делать, кроме как сесть рядом с ней на пол перед диваном и просто поужинать, не говоря ни о чем конкретном. Прошел Хэллоуин, мы проигрывали и выигрывали много выездных и домашних игр, и эта сумасшедшая вещь, которую я начинал чувствовать к ней, никуда не уходила, несмотря на обстоятельства.

Мне уже было наплевать на то, как неправильно было бы связываться с чужой девушкой. Я не мог согласиться с тем фактом, что она или действительно была чужая девушка — если так, то я был самым большим в мире идиотом, начиная влюбляться в моего друга. Или Зои была в реально хреновой, странной ситуации с моим тренером — если это было так, то я готов был это исправить.

Единственный плюс чувства полного разочарования, когда живешь с девушкой, которая, как я думаю, должна быть со мной, а не с каким-то другим ублюдком, в том, что я работал больше, чем когда-либо в моей жизни. Все мои тренеры были впечатлены. Крис и я были совершенно синхронны на поле, и я отдавал все, что мог. Мечта всей моей жизни собиралась стать реальностью. Я хотел, чтобы моя семья мной гордилась.

После тяжелой тренировки с одним из тренеров, который помогал мне подготовиться к смотру в конце февраля, я отправился домой, надеясь увидеть Зои. Я знал ее расписание наизусть, и если она не взяла работу фотографом в последнюю минуту, то я знал, что она вернется домой немного позже меня. После игры на выезде она старалась не оставаться со мной наедине слишком долго, если могла, но мы жили в одной чертовой квартире. Девушка спала буквально в нескольких шагах от меня, поэтому так часто спасалась бегством — не то, чтобы я на самом деле верил, что она старается изо всех сил.

Я думал купить пиццу в ее любимой пиццерии, но передумал и решил подождать, пока она вернется домой, а затем убедить ее сходить на пиццу. На мой взгляд, это звучало как лучший план.

Только это было не так.

Я понял это, как только добрался до нашего этажа и обнаружил, что Вики ждет меня перед дверью нашей квартиры.

Застыв на вершине лестницы, я подумал, что убью Джей Пи, если он сказал ей, где меня найти. Взгляд Вики оторвался от телефона, когда она услышала мои шаги, и девушка оттолкнулась от стены.

— Дилан, я…

— Какого черта ты здесь делаешь?

Она сунула телефон в задний карман, сделала шаг навстречу мне и остановилась.

— Я хочу поговорить с тобой, только один раз. Пожалуйста, Дилан.

Я сдвинулся с места и прошел мимо нее, чтобы открыть дверь.

— Нам не о чем разговаривать. Тебе не следовало приходить сюда, Виктория.

Я посмотрел через плечо и поймал ее легкое вздрагивание при использовании ее полного имени.

Она подняла руки и опустила их по бокам.

— Ну, тем хуже. Ты не отвечаешь на мои сообщения и звонки, так что я не сдвинусь ни на дюйм, пока ты не поговоришь со мной.

Когда ее голос начал неуклонно повышаться, мой взгляд полетел в сторону двери мисс Хильды. Обычно, ворчливая женщина непременно вышла бы из этой двери в ту же секунду, как только услышала кого-то, поднимающегося по лестнице, но в данный момент не было никаких признаков ее присутствия, и я подумал, не смотрит ли она на нас через глазок.

Игнорируя Викторию, я открыл дверь и бросил свою сумку внутрь, прежде чем снова столкнуться с ней.

— У меня нет причин отвечать на твои звонки, Виктория. Прошло уже несколько месяцев. Мне нечего сказать.

Сказав все, что хотел бы сказать по этому вопросу, я подошел, чтобы закрыть дверь перед ее лицом, но девушка была быстрее и ударила ладонью по поверхности, чтобы остановить меня. Звук отозвался эхом от стен, и, если бы мисс Хильда по какой-то неизвестной причине не знала, что происходит прямо перед ее порогом, она определенно услышала бы этот шум и вскоре вышла бы, чтобы проверить.

— Зато мне есть что сказать, — сказала она, приподняв подбородок и встретив мой взгляд.

— Виктория... уходи, — выдавил я сквозь стиснутые зубы, и она была достаточно умна, чтобы заметить, как близок я был к потери контроля.

Она сделала шаг назад, возвращаясь к изображению невинности.

— Я сейчас уйду. Обещаю. Просто хочу поговорить, Дилан, только один раз, и если сам не захочешь, то никогда меня больше не увидишь. Я лишь хочу извиниться.

Щелкнул дверной замок, сигнализируя, что было слишком поздно избавляться от Виктории без инцидента, который займет еще больше времени. Мисс Хильда выйдет, как только откроет дверь, требуя знать, что происходит, а у меня не было времени на эту женщину.

Выхода не было, я дернул головой.

— Входи.

Виктория вошла. Как только я захлопнул за собой дверь, дверь мисс Хильды заскрипела и открылась.

Проходя мимо своей бывшей девушки, я направился прямо к кухонной зоне.

— До тех пор пока соседка не закроет дверь. — Прижимая ладони к столешнице, я почувствовал необходимость повторить: — Мне не нужны твои извинения. Я выслушаю только потому, что ты заставила, но мне нечего тебе сказать. Я думал, что уже ясно дал это понять, когда поймал трахающей моих товарищей по команде.

— Ты все еще злишься. Разве ты не понимаешь, что это значит? — спросила она, подходя ко мне ближе.

— Что, черт возьми, это значит по-твоему? — выстрелил я в ответ.

— Если ты злишься, значит, что тебе не все равно. Я знаю, что причинила тебе боль, Дилан. Поверь мне, ты нашел меня той ночью, увидев меня такой... это ранило меня больше, чем тебя и…

— Ты, блядь, сейчас издеваешься надо мной?

— Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть. Ты не представляешь, насколько мне жаль, но это было всего один раз. Я даже не знаю, как это произошло. В одну минуту я ждала тебя наверху, а в следующую…

Когда она повернула за угол, чтобы подойти ко мне, я выпрямился и отошел.

— Все кончено.

— Подожди, Дилан. — Она догнала меня и схватила за руку. — Я просто хотела увидеть тебя, чтобы извиниться, хорошо? Ты даже не позволил мне сделать это.

Я взглянул на ее руку, которая все еще была прикована к моей руке, и многозначительно посмотрел на нее. Девушка отпустила меня и сделала шаг назад.

— Ты был так занят. Сначала были летние занятия, потом... мы не занимались сексом две недели, а ты...

— У меня был осенний лагерь, Виктория. Я еле-еле тащил себя домой в конце дня.

Ее рука снова приземлилась на мое предплечье, и девушка подошла ближе.

— Я знаю. И я должна была быть более понимающей. Я знаю это сейчас, но я не планировала…

Мы услышали ключ в замке, и Виктория наклонилась вправо от меня, чтобы посмотреть, кто пришел.

— Знаешь ли ты, что морской конек — самец, кстати, если ты не знал — рождает до двух тысяч крошечных морских коньков? Можешь себе представить? Две тысячи. Я смотрела видео в Instagram, и это…

Я оглянулся через плечо и увидел Зои, застывшую прямо в открытой двери.

Ее взгляд прыгал между Викторией и мной, и Зои прочистила горло.

— Привет. Простите, надеюсь, я вам не помешала.

Как и всегда, как только она входила в комнату, мои глаза впитывали ее образ. Ее волосы выглядели растрепанными, и я знал, что она только что распустила их из пучка на затылке; Зои хотела, чтобы они не мешали ей, когда она фотографировала. На ней были те сексуальные коричневые сапоги, из-за которых мой член дергался по какой-то проклятой причине, обтягивающие черные джинсы, которые делали для моего члена больше, чем просто заставляли его дергаться всякий раз, когда я смотрел на ее задницу, и, как всегда, простая белая футболка, с какой-то надписью спереди под винного цвета кардиганом, с которым девушка не могла расстаться с последнее время.

Зои повернулась к нам спиной, чтобы вытащить ключ из замка, и мои глаза опустились на изгиб ее задницы. Прежде чем я успел отвести от этого взгляд, они обе заговорили.

— Хочешь, чтобы я ушла, Дилан? Может быть, мы поговорим позже, — прошептала Виктория рядом со мной.

— Не знала, что у тебя гости. Может, мне стоит уйти и... — сказала Зои поверх Виктории.

— Да, уходи, — бросил я безразличным голосом.

Нахмурившись, я наблюдал, как глаза Зои расширились, а лицо сморщилось.

— Я просто оставлю это здесь, — пробормотала она тихим голосом, и к тому времени, когда я полностью обернулся, чтобы увидеть, о чем она говорит, девушка уже уронила сумку с камерой рядом с дверью и закрывала ее. Только... она была не с той стороны двери.

— Думаю, она не поняла, что ты разговариваешь со мной.

Игнорируя присутствие Виктории, я бросился к двери, но Зои не было видно, когда я ее открыл, был слышен только звук ее бегущих шагов.

Я закрыл дверь, едва сдерживая гнев, и повернулся к Виктории.

— Убирайся.

— Я не знала, что ты с кем-то встречаешься, Дилан. Прости, я не хотела…

Я впился в нее взглядом.

— Виктория, убирайся отсюда. Пожалуйста.

— Я спросила мальчиков, и они сказали, что ты ни с кем не встречаешься. Извини. Знаю, ты мне не поверишь, но я пришла сюда не для того, чтобы доставлять неприятности. Я просто хотела…

— Какого черта тебе нужно, Виктория? Ты сказала, что пришла извиниться, и ты это сделала. Теперь, ты можешь уйти. Мне не нужно слышать, о чем ты разговаривала со своими мальчиками.

Виктория покачала головой и подняла руки вверх.

— О, нет, я не это имела в виду. Я имела в виду твоих товарищей по команде, а не Макса и Кайла. Я говорила с твоими... другими товарищами по команде.

Как будто она не слышала ни слова из того, что я говорил, а мне нужно было, чтобы она убралась отсюда к черту.

— Я могу поговорить с твоей девушкой, объяснить.

— Она не...

«...моя», — подумал я. Она еще не была моей, но это должно было измениться. Я больше не мог ждать.

— Она моя подруга, и ты не скажешь ей ни слова.

Видимо она, наконец, увидела, как я зол и напряжен, или услышала это в моем голосе, потому что сделала несколько шагов назад и посмотрела на меня грустными глазами.

— Ты так рассержен.

— Виктория, — прорычал я, практически сотрясая дверную ручку от ярости. Мне нужно было идти за Зои, а не стоять здесь и потакать своей бывшей.

— Думаю, мне следует уйти.

— Неужели? — спросил я с недоверием.

Закрыв глаза, я попытался расслабить плечи. Не помогло.

Открыв дверь, я подождал, пока она выйдет. Вместо того чтобы сразу уйти, она вышла и посмотрела на меня.

— Я просто хочу, чтобы ты знал, что мне очень жаль, и... я скучаю по тебе, Дилан. Это колледж, и я совершила ошибку.

— Теперь я знаю, — перебил я и закрыл перед ней дверь.

Нагнувшись, я взял телефон из сумки и набрал номер Зои.

Гудки шли, но ответа не было. Я был уверен, что ее телефон при ней. Отправив короткое сообщение, решил не ждать, когда Зои ответит. Был хороший шанс, что она неправильно истолковала присутствие Виктории и игнорировала любые звонки и сообщения, исходящие от меня.

Я пнул свою сумку, и она продвинулась в гостиную.

— Черт возьми!

Потирая голову, я набрал номер бара «Джимми».

Он ответил на втором гудке.

— Джимми. Слушаю.

— Джимми, это Дилан, я знаю, что моя смена начинается через два часа, но я не смогу прийти сегодня. Это... футбольная фигня.

— Ты понимаешь, что сегодня суббота, да? Ты нужен мне здесь, приятель.

— Я знаю, и мне жаль, но все случилось в последнюю минуту. Я не могу это пропустить. Обещаю, что заглажу свою вину. Завтра у меня нет смены, но я приду на помощь. И еще приду в середине недели.

Он издал длинный вздох, который смешался с музыкой на заднем плане.

— Ладно, хорошо. Но ты не можешь кинуть меня завтра.

— Обещаю. Я приду. Спасибо, Джимми.

Мой следующий звонок был Крису.

— В чем дело?

— У тебя есть номер телефона защитника, который играл с нами в первый и второй год? Того, которого перевели?

— Ты имеешь в виду Тони?

— Да, его. Он у тебя есть?

— Сейчас проверю. Что происходит?

— Мне нужно спросить у него кое-что.

— О, спасибо, это многое объясняет. Подожди... ладно, он у меня есть.

— Отлично. Напиши мне.

— Ты собираешься рассказать мне, что происходит?

— Позже. Напиши мне.

Я ушел до того, как Крис успел прислать мне номер. Если бы я сам взял номер подруги Зои два года назад, было бы легче узнать, куда она ушла, но я этого не сделал. Даже если было мало шансов, что Тони мог сохранить номер девушки, с которой встречался почти год, прежде чем перевелся, и я не был уверен, что у той девушки будет номер Кайлы. Но это был мой единственный шанс. Конечно, я мог бы подождать, пока Зои вернется в квартиру, но это может занять несколько часов, и она будет тратить эти часы, думая о том, о чем я не хочу, чтобы она думала. Поэтому я не раздумывал ни секунды.

Мой телефон прозвенел входящим сообщением в то же время, когда я вышел из дома.

Это был мой счастливый день. После разговора с Тони, я получил номер телефона девушки, которую звали Эрика. Потом я позвонила Эрике и попросила номер Кайлы.

Голос на другом конце линии робко ответил:

— Алло?

— Кайла? — спросил я, не уверенный, был ли это правильный номер или нет.

— Эм, да? Это кто?

— Это Дилан, Зои... — Кем, черт возьми, я для нее был? — Друг Зои, ее сосед по комнате. Прости, что беспокою тебя, но я пытаюсь найти Зои, а она не отвечает на мои звонки. Ты имеешь представление, где она может быть?

— Дай мне секунду, — прошептала она.

Послышался шорох, дверь открывалась и закрывалась, и затем она снова была на линии, ее голос был громче, чем раньше.

— Она написала мне несколько минут назад. Почему ты хочешь знать, где она? Что-то случилось?

— Нет. Мне просто нужно увидеть ее.

Я замолчал и ждал.

— Хорошо. Я не знаю, что происходит, но надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть об этом.

— Пожалуйста, — выдавил я.

— Я иду на вечеринку в дом братства моего парня. Она написала мне, чтобы спросить, можем ли мы встретиться, поэтому я сказал ей, что встречусь с ней там через час. Я не в курсе, куда она пошла, если ее нет дома.

— Где будет вечеринка?

Глава 18

Дилан

Когда я вошел в открытую дверь дома братства около десяти вечера, красные пластиковые стаканы уже валялись вокруг, и воздух вонял потом, пивом и худшим сочетанием духов — как всегда на вечеринках в колледже. Всего несколько шагов и я уже мог видеть тесно прижавшиеся тела на танцполе. Я протолкнулся мимо нескольких человек, стоявших у двери, небрежно болтающих и кричащих друг другу поверх музыки, и начал оглядываться. Пропуская танцпол, я обыскал каждый дюйм дома, включая комнаты наверху. Зои нигде не было, как и ее подруги Кайлы.

Надеясь, что, возможно, они просто еще не добрались сюда, я еще раз проверил первый этаж, а затем направился в подвал. К счастью, музыка была недостаточно громкой, чтобы заставить мои уши кровоточить, но я знал, что на следующее утро у меня будет болеть голова.

Студенческие вечеринки никогда не бывают хорошей идеей, если ты трезв и устал от всего этого.

Заметив несколько товарищей по команде на моем пути, я остановился, чтобы обменяться несколькими фразами. Когда я увидел Зои, сидящей на уродливом зеленом диване в углу около играющих в пиво-понг людей, я смог вздохнуть спокойнее и снова думать. Она сидела рядом с Кайлой, которая была спиной ко мне, и они тихо разговаривали, так тихо, как могли, учитывая шум, когда все приветствовали чемпионов по пиво-понгу.

Когда я был на полпути к ним, Зои, наконец, заметила меня и наши глаза встретились через всю комнату. Кто-то дотронулся до моего плеча и пытался помешать мне добраться до нее. Я повернулся к парню с хмурым выражением лица, и он отступил.

— Прости, чувак. Просто хотел поздравить с охрененной вчерашней игрой.

— Спасибо, — пробормотал я и, уходя, кивнул подбородком.

Отталкивая немногих людей, стоящих на моем пути, я, наконец, добрался до Зои.

Не останавливаясь и не разрывая один из наших редких зрительных контактов, я наклонился и схватил ее руку в свою, легко подтягивая девушку вверх.

— Зои! — вскрикнула Кайла, схватив ее за левую руку.

— Мне нужно поговорить с ней, — объяснил я, прежде чем мы начали играть в перетягивание каната, и Зои могла бы вмешаться. Я не хотел давать ей возможность сбежать.

После того как Зои осторожно кивнула подруге, Кайла неохотно отпустила ее. Я взял полупустой красный стаканчик из ее свободной руки и поставил в середину стола для пиво-понга. Игнорируя стонущие протесты, повел ее к лестнице, за которой была небольшая уединенная ниша.

Я наступил на что-то липкое, что заставило меня остановиться, но когда увидел, что это не блевотина, то проигнорировал это, продолжая идти. Притянув Зои рядом со стеной, где музыка была слегка приглушенной, я изучал ее лицо. С ее большими, уязвимыми глазами, она выглядела такой неуверенной. Осторожно девушка вытащила свою руку из моей.

— Ты ушла, — начал я и услышал, как грубо прозвучал мой голос.

Она оглянулась назад, но все же ответила.

— Да, потому что ты сказал мне уйти.

— Нет. Я сказал ей уйти.

— Ты смотрел мне прямо в глаза, когда говорил. Все в порядке, Дилан. Тебе разрешено приводить друзей. Я не должна была... надеюсь, я не прервала…

Я возвышался над ней, и Зои откинула голову назад.

— Ты сейчас серьезно?

Ее глаза стали еще больше.

— Что?

— Твое «надеюсь, я не помешала»?

Девушка в замешательстве нахмурились.

— Да?

— Ты играешь со мной, Зои? Потому что я не могу поверить, что ты можешь быть такой невежественной.

— Я ничего такого не сделала. Ты злишься на меня по какой-то причине, и думаю, что мне просто нужно вернуться к Кай…

Когда девушка отвернулась от меня, я схватил ее запястье сзади и прижал ее тело к своей груди. Ахнув, она успокоилась. Благодаря тем сапогам, которые я так любил, ее голова почти доходила до моего подбородка.

Наклонив голову, я глубоко вдохнул ее сладкий запах и попытался держать себя в руках. Ее плечи напряглись.

— Ты не можешь быть такой невежественной, — повторил я шепотом ей на ухо, улавливая легкое дрожание в ее теле.

Зои слегка повернула голову. Я взглянул вниз, чтобы увидеть, как ее рука сжимает край ее кардигана, поэтому потянулся к ее пальцам и переплел их со своими, игнорируя, как напряженно она держала себя.

— Дилан, я…

— Я просто хочу, чтобы ты меня послушала, хоть раз. Вот так, Зои. Сейчас.

Я обернул руки вокруг ее живота, Зои левой рукой сжала мою в плотной хватке, но не вырвалась из моего объятия.

Я сократил последние несколько дюймов, разделяющих нас, притянув ее тело вплотную к моей груди.

— Дилан, здесь люди…

— Здесь темно, и никто не видит, — тихо пробормотал я.

Ее предупреждение помогло мне точно вспомнить, почему я не мог и не должен был держать ее так, даже в темном углу на вечеринке, где никто не заботился ни о чем, кроме выпивки, и о том, кого они могли бы взять в постель или на любую другую пустую поверхность, которую смогли бы найти.

— Не проси меня отпустить, пожалуйста. Я не могу.

Девушка успокоилась, поэтому я сжал ее талию в качестве благодарности и выпустил длинный вдох. Положив лоб ей на плечо, я глубоко вдохнул. Медленно, как будто боясь напугать меня, она прислонила висок к моей голове, и что-то внутри меня разрушилось, кровь закипела.

Я больше не мог этого делать. Больше не мог оставаться в стороне.

Я сжал свои пальцы вокруг ее до такой степени, что понял, что, должно быть, причинял ей боль, но мы все еще стояли так несколько секунд.

Подняв голову, убедившись, что наши виски остаются в контакте, я начал объяснять, что было до того, как она убежала.

— Я пришел домой буквально за несколько минут до тебя, а она ждала у двери. Я сказал ей уйти, но она продолжала настаивать, что хочет поговорить со мной.

Тело Зои напряглось против моего. Не имея понятия, что мне было позволено делать, насколько я мог пересечь невидимую линию, которая существовала между нами, я сильнее прислонился к стене, чтобы сдержать себя от чего-то глупого и ограничился поглаживанием чуть выше той небольшой впадинки, где встречались ее большой и указательный пальцы.

— Прежде чем смог заставить ее уйти, я услышал, как мисс Хильда открывает свою дверь, поэтому мне пришлось позволить ей войти. Когда ты пришла, она была там всего несколько минут.

— Кто она? — прошептала она. Голова наклонена в сторону, глаза наполовину закрыты, дыхание неровное.

Я фыркнул и уткнулся носом ее в висок.

— Виктория, моя бывшая. Мне нечего было ей сказать, клянусь, и когда ты вошла, она, одновременно с тобой, спросила, хочу ли я, чтобы она ушла. Я даже не подумал, просто сказал «Да». Я не думал, что ты можешь неправильно понять. Не думал, что ты уйдешь.

В течение долгих секунд реакции не было, но Зои не отстранилась.

— Я собирался пригласить тебя на пиццу перед сменой у Джимми, — пробормотал я ей в ухо, когда крики, доносящиеся из комнаты, увеличились и смешались с музыкой.

Девушка наклонила голову дальше, предлагая мне еще больше, поскольку ее затылок упал на мое плечо.

Черт возьми.

Она что-то пробормотала, но я не расслышал, поэтому наклонился, пока ее рот не оказался рядом с моим ухом.

— Я люблю пиццу, — повторила она, и мне пришлось закрыть глаза, потому что ее губы коснулись моей кожи, почти сделав меня недееспособным.

— Знаю, что любишь, ты говоришь это каждый день.

Я облегченно улыбнулся и поцеловал ее в щеку, что удивило нас обоих.

Зои медленно подняла голову с моего плеча. Неохотно я отпустил ее руки, и они упали по бокам. Я понятия не имел, какого черта делаю, и боялся, что зайду слишком далеко, когда дело касалось Зои.

Прочистив горло, я продолжил, и на этот раз попытался говорить громче, чтобы мне не пришлось говорить прямо ей в ухо. Чем ближе мы стояли, тем опаснее было.

— Я побежал за тобой, но тебя уже не было, и я не хотел оставлять Викторию в квартире. Я отослал ее менее чем через минуту, а потом пошел за тобой.

Повернувшись ко мне лицом, Зои посмотрела мне прямо в глаза.

— Как ты узнал, что я буду здесь?

— Я позвонил Крису и получил номер телефона парня, который встречался с подругой Кайлы, когда мы с ней познакомились. Потом еще пара звонков, и я получил номер Кайлы. Она тебе ничего не сказала?

Зои прикусила нижнюю губу и покачала головой. Не в силах остановить себя, я поднял руку и обхватил ее щеку, спасая ее губу, потянул за нее большим пальцем.

— Я не знал, где ты, поэтому мне пришлось подождать час, прежде чем прийти сюда.

— Я ходила за пиццей, — сказала она с нерешительной улыбкой на губах.

Отпустив ее щеку, я откинул голову на стену и рассмеялся, немного расслабившись.

—Конечно же, — сказал я, когда снова смог на нее посмотреть.

Девушка пожала плечами.

— Еда делает меня счастливой, особенно пицца.

Когда никто из нас не произнес ни слова, просто смотря друг другу в глаза, моя улыбка медленно исчезла, и я выпрямился, отстраняясь от стены.

В то же самое время музыка прекратилась, и остались только крики и шиканье.

— Зои...

Она быстро отстранилась и отвернулась от меня.

— Не думаю, что Кайла в порядке. Что-то не так, и я должна вернуться…

Я схватил ее за руку сзади, не давая ей уйти.

Я не мог ее отпустить, не сейчас. Этот маленький островок пространства был нашим, предоставляя нам убежище, для того, чего я жаждал неделями, и я не был готов и не хотел отпускать ее так быстро или так легко.

— Десять минут, — сказал я. — Дай мне еще десять минут.

Когда я легонько потянул ее за руку, девушка не стала ни спорить, ни отдаляться. Сделав два шага, она вернулась в мои объятия, и я крепко прижал ее к груди. Она, кажется, не возражала, и я не планировал отпускать, по крайней мере, еще десять минут.

Судя по тому, как мое сердце колотилось в груди, не думаю, что когда-либо был так взволнован. Это было такое же волнение, как быть на поле.

— Дилан, — пробормотала Зои, когда я провел тыльной стороной ладони по нижней части ее груди, и ее голова снова уперлась мне в плечо.

Я крепче обнял ее.

— Выбери меня, Зои.

Слова вырвались из меня, прежде чем я смог остановить себя.

Ее хватка рефлекторно сжалась вокруг моих рук, когда ее веки медленно закрылись.

— Оставь его, — продолжил я. — Я прямо здесь, и хочу тебя, так чертовски сильно. Не уверен, сколько еще смогу выдержать. Каждый раз, когда я вижу тебя с парнем... то просто хочу оторвать ему голову за то, что он прикасается к тебе, смотрит на тебя, находится рядом с тобой, когда я не могу. Парень с игры в Тусоне? Я никогда раньше не играл так агрессивно. Все, что я хотел сделать, это уничтожить его. Ты сводишь меня с ума, и я никогда в жизни так никому не завидовал. — Я остановился. — Мне нужно, чтобы ты отпустила его, Зои. Что бы между вами не происходило, я не хочу знать. Просто... мне нужно, чтобы ты сейчас выбрала меня. Я тот, кто должен быть с тобой, а не кто-то другой.

Ее спина все еще прижата к моей на груди, и она достаточно сдвинулась в моих руках, чтобы посмотреть на меня.

— Дилан, — прошептала она, и я наблюдал, как ее губы раздвигаются и язык смачивает нижнюю губу. — Ты не понимаешь…

Я убрал ее волосы от шеи, прижал губы к ее коже и почувствовал вибрацию ее стона против моих губ.

Мое тело накалилось от нашей близости и от того, что не мог решить, что хотел бы сделать с ней в первую очередь, если бы мы были одни, действительно одни, а не в доме братства, окруженные пьяными идиотами. Просто мысль заставила мой член сильнее надавить на ширинку штанов.

Еще семь минут. Это было мое. Наше.

Когда песня группы Н.Е.Р.Д. She Wants To Move начала играть на заднем плане, даже не понимая, что делаю, я открыл рот, задел ее кожу зубами и осторожно пососал ее шею, недостаточно сильно, чтобы оставить след, но достаточно, чтобы заставить девушку немного потерять контроль и позволить мне снова услышать ее стон.

Вместо того чтобы делать то, что отчаянно хотел, я остановился и попытался очистить свой разум.

«Какого хрена ты делаешь, чувак?»

Я отпустил ее, и ее тело напряглось.

— Я должен извиниться за это... это было больше, чем просто дружеский поцелуй... но я не мог остановиться.

— У меня нет парня, — выпалила она, повернув голову ко мне. Взгляд сосредоточен на моем подбородке, обнимая себя руками, как будто собиралась развалиться и едва удерживала себя вместе.

— Что ты только что сказала?

— У меня нет парня, — медленно повторила она, встречая мой взгляд.

— Ты порвала с ним? Все кончено? Это конец? — спросил я с недоверием, поскольку что-то неописуемое пронеслось по моим венам.

— Я... — Она отвела взгляд и кивнула. — Да.

Потянувшись, я повернул ее лицом ко мне, все вокруг нас превратилось в размытое пятно. Я взял в ладони ее лицо и прислонился лбом к ее, едва дыша.

— Когда? — Она открыла рот, чтобы ответить, но я остановил ее: — Неважно. Меня это не волнует.

Потерев ее нос своим, я поцеловал уголок ее рта, и девушка выпустила резкий вздох.

— Нам нужно поговорить, Дилан. Мне нужно рассказать тебе, что происходит. Я не хочу, чтобы ты думал…

— Мы придумаем, что делать, — прошептал я и поцеловал ее в щеку.

— Что ты…

— Ты выпила?

— Что? Нет. Послушай…

— Тогда поцелуй меня, Зои.

Она откинулась назад, изучая мое лицо, ее глаза медленно сузились.

— И проиграть пари? — Ее взгляд скользнул к моим губам, а затем вернулся. — Сначала ты меня поцелуешь, — сказала она, затаив дыхание. Ее щеки покраснели.

Она проиграет пари.

Я обнял ее за талию, заключив ее в клетку моих рук, и улыбнулся, почувствовав облегчение, освобождение, радость.

— Ты боишься?

— Что? Боюсь тебя? — Она фыркнула, а затем покраснела.

Моя улыбка стала больше, и я уткнул лицо в ее шею.

— Ты такая чертовски милая, и ты вся дрожишь, — прошептал я ей на ухо. — Ты боишься поцеловать меня? — Я сделал паузу, чтобы иметь возможность оставить еще один затяжной поцелуй на ее шее. — Или боишься, что я тебя поцелую? — Подняв голову, я встретил ее большие глаза. — Мне наплевать на пари, мне просто нужно…

Кто-то врезался в нас, и Зои громко вскрикнула, отскочив к стене справа. Она потерла плечо, и я потянул ее за себя.

— Чувак! — крикнул ублюдок с прилизанными волосами, глядя на нас полузакрытыми глазами. Девушка, висевшая на его плече, хихикнула позади него.

— Пошел нахрен отсюда, — прорычал я, и его налитые кровью глаза расширились.

— Успокойся, приятель. В каждой комнате полно народу. Не знал, что кто-то уже занял это место. Мы найдем другой угол.

— Убирайся.

Когда они ушли, я обернулся, и нашел Зои, прислонившуюся лбом к стене с закрытыми глазами.

Шагнув за ней, я потер ее руку, которой она стукнулась.

— Ты в порядке?

Прочистив горло, она кивнула, но глаза не открыла.

Вместо того чтобы заставить ее посмотреть мне в глаза, я обнял ее и убрал руки от стены. Я не был готов к тому, чтобы она пряталась от меня. Мне нужно больше.

Больше ее глаз на мне.

Больше той застенчивой, дрожащей улыбки, которую я так любил.

Больше ее прикосновений.

Больше губ.

Больше кожи.

— Зои, — позвал я.

Все еще прижимаясь лбом к стене, она смотрела на наши руки. Мои ладони были открыты, ее руки лежали сверху. На этот раз она была той, кто обхватил мои пальцы и крепко сжал.

Затерявшись в нашем маленьком пузыре, я перевернул руки и прижал ее спиной к вершине своих бедер. Без колебаний я потянул ее задницу на мою быстро растущую эрекцию.

Я так пристально наблюдал за ней, за каждым ее вздохом, за каждым медленным морганием. Было легко поймать момент, когда она перестала дышать, и время остановилось.

Затем она застонала, низкий, сексуальный звук только для моих ушей, и это сломало весь мой самоконтроль. Я не понимал, что на заднем плане больше нет музыки, до тех пор, пока этот звук не прорвался сквозь меня. Держа Зои в объятиях, мне потребовались все мои силы, чтобы не потереться о ее задницу, или еще лучше, просто не взять ее у стены.

Девушка толкнула свою задницу назад, и я опустил голову ей на плечо с рычанием.

— Дилан, — простонала она, вызвав еще один толчок моих бедер. Ее кожа горела под моими губами, когда я поцеловал маленькое местечко прямо под ухом и почувствовал, как она дрожит.

Убрав свои руки от моих, она схватила меня за предплечье одной и положила другую на стену. Я держал руки на ее бедрах и толкнул оба больших пальца прямо под край ее джинсов и нижнего белья, чтобы притянуть ее сильнее, чтобы мы могли слиться вместе и стать одним пучком необходимости. Зои отодвинула бедра назад и уперлась в меня.

— Черт, Зои. Не делай этого.

Я поднял одну руку и схватил ее за подбородок, медленно поворачивая ее к своим губам. Мы оба тяжело дышали, когда мой рот коснулся края ее рта. Девушка издала небольшой стон и с очередным движением бедер, мой член захотел оказаться в ней.

Как только я собирался взять ее губы и потерять себя в том, что, вероятно, будет лучшим гребаным поцелуем в моей жизни, кто-то позвал меня, и мы оба замерли.

Зои сглотнула.

К сожалению, мы снова услышали все тот же голос и вынуждены были неохотно отойти друг от друга.

Вместо того чтобы развернуться, как сделала Зои сразу после второго оклика, я посмотрел на стену и поправил свой член, прежде чем посмотреть через плечо, где Зои разговаривала с Кайлой. Я глубоко вздохнул, желая, чтобы мое сердце замедлилось, и повернулся, небрежно откинувшись на стену. Когда Зои вернулась, я увидел ее раскрасневшиеся щеки и приоткрытые губы — все из-за меня, все для меня.

— Что случилось? — спросил я, мой голос дрожал, и я понял, что прилагаю много усилий, чтобы держать руки при себе.

— Кое-что... я не уверена, — ответила она, и ее глаза впервые поднялись к моим. — Она хочет уйти, но Кит не слушает. С ним что-то не так. Мне нужно идти.

Я оттолкнулся от стены.

— Я пойду с тобой.

Качая головой, она коснулась моей руки, а затем быстро одернула ее.

— Она не захочет говорить со мной, если ты там будешь. Она вызвала такси, и я собираюсь пойти с ней.

— Ты не вернешься домой?

— Я... Я не знаю. Я напишу тебе, если смогу.

Черт возьми.

— Нам нужно поговорить, Дилан, — тихо сказала она, озвучивая именно то, что происходило в моей голове. Да, нам нужно было поговорить, но сначала нужно было сделать другие вещи — утолить жажду, которую я испытывал к ней, и это стоит первым пунктом в моем списке.

— Завтра. Мы со всем разберемся завтра. Если захочешь вернуться, позвони мне, и я приеду за тобой.

— Ты не обязан этого делать. Я вызову такси или просто прогуляюсь. Это не так далеко от нашей квартиры.

Я преодолел расстояние между нами и заправил ее волосы за ухо, чтобы я мог поцеловать ее в висок.

— Позвони мне. Я не хочу, чтобы ты шла одна так поздно.

Она быстро кивнула, глядя мне в глаза, а затем ушла от меня.

Глава 19

Зои

— Эй, — сказала я, отвечая на телефонный звонок.

Если я звучала немного запыхавшейся, но это не имело ничего общего с тем, что я быстро шла, а иногда прыгала через лужи, в библиотеку, чтобы встретить Кайлу и Джареда, это было связано с тем, кто был на другом конце линии.

— Зои.

Мне пришлось закрыть глаза не из-за дождя, а из-за того, что его голос делал со мной. Было ли что-нибудь лучше, чем услышать утренний голос Дилана, произносящий мое имя по телефону? Я так не думаю — или, может быть, нет; услышать то, как он произносит мое имя прямо напротив моего уха, тоже делало со мной странные вещи. На самом деле, так даже лучше.

— Ты пришла домой и не разбудила меня, — продолжал он, когда я пыталась оправиться от того, что он делал со мной. Предыдущая ночь была еще свежа в моем сознании, и я все еще чувствовала, как его тело прижимается к моему, и то, как я жаждала его.

«Возьми себя в руки».

— Было уже поздно. Ты выглядел уставшим, поэтому я не хотела тебя будить.

Я пробралась в квартиру и на цыпочках пошла в свою комнату, найдя его спящим на диване, но я накрыла его одеялом... так что это что-то значило.

Зная, что произойдет, что мы в конечном итоге сделаем, если разбужу его, я не смогла продолжить то, на чем мы остановились.

Можете называть меня трусихой, я же называю себя умной.

Я не хотела лгать ему, или, в зависимости от того, что вы думаете, я не хотела иметь секретов от него. У меня не было парня, это то, что я ему сказала, и это была правда. Конечно, я слегка лукавила, так как у меня с самого начала не было парня, но все же, у меня не было парня, и я бы сказала ему все остальное. Действительно сказала. Как я уже догадалась, он думает, что у меня что-то происходит с Марком, и кто может обвинить его в том, что он пришел к такому выводу? Все это было на моей совести, и я это знала.

Итак, через несколько часов или около того, в зависимости от того, о чем Кайла хотела поговорить, я позвоню Марку, или еще лучше, напишу ему, не с целью спросить разрешения, но чтобы он не был полностью ошарашен, если Дилан что-то скажет ему об этом. Я отдала ему Криса, позволила выбрать лучшее время, чтобы сказать ему, но Дилан был моим. Он не получит этого. Я не позволю ему решать, когда и как рассказать Дилану.

Был также тот факт, что Крис был лучшим другом Дилана, и мысли об этом не давали мне спать всю ночь. Если Дилан скажет Крису, кто я? Он был его лучшим другом — как я могла просить его держать это в секрете? Было ли у меня вообще право его просить об этом?

Излишне говорить, что у меня не было ответов.

Но у меня был Дилан.

И был призрак его прикосновения к моей шее, к моей коже, постоянно сводящий меня с ума, и я хотела большего. Я хотела от него практически всего.

— Зои? Ты меня слышишь?

— Прости. Можешь повторить? Я просто отключилась.

— Ты просто... — Послышался долгий вздох. — Где ты? Ты же не убегаешь от того, что случилось прошлой ночью?

— Нет. На самом деле, я оскорблена, что ты так думаешь. — Я вдохнула полной грудью. — Я встречаюсь с Кайлой в библиотеке, и после этого... ну, я понятия не имею, сколько времени это займет. Она отправила сообщение сегодня утром, и я не уверена, что происходит, но с ней все было не очень хорошо прошлой ночью. Я не хотела оставлять ее, но ее парень вернулся довольно пьяным с двумя своими друзьями, поэтому она отослала меня. Что-то определенно происходит, и я думаю, что она может расстаться с Китом, хотя это случалось и раньше, и ему всегда удавалось вернуть ее, поэтому я не уверена, будет ли на этот раз по-другому, но опять же…

— Детка. — Этот хриплый смешок убил меня. — Остановись. Ты сказала «после этого»...

Детка. Детка. Детка.

Я остановилась и закрыла глаза. Дважды он называл меня так, и каждый раз в моем животе порхали бабочки.

Я откашлялась и снова начала идти.

— Что я хотела сказать?

Еще один низкий смешок достиг моих ушей, и мое сердце согрелось от этого звука.

— Ты сказала, что встречаешься с Кайлой в библиотеке, и после этого ты сбилась.

Точно.

— После этого я хочу поговорить с тобой.

Я услышала глубокий вздох, а затем звук закрывающейся двери.

— Да, разговор. Нам нужно поговорить.

— Где ты?

— В нескольких минутах позади тебя, полагаю. Ты добралась до библиотеки? Идет дождь, так что будь осторожна.

Я сделала разворот на 360 градусов и огляделась. Люди бегали вокруг, пытаясь спастись от дождя, но на этом все. В конце концов, было воскресенье.

— Я не растаю, если это то, что ты подразумеваешь под осторожностью, но что ты имел в виду, что ты на несколько минут позади меня?

— Я встречаюсь с Крисом для тренировки. Если ты не закончишь с Кайлой к тому времени, как мы закончим в тренажерном зале, я найду тебя в библиотеке.

«Чем раньше, тем лучше», — подумала я.

Быть на публике, а не в приватном, ограниченном пространстве, таком как квартира, где были кровати и диваны, а также столы и другие плоские поверхности, помогло бы.

— Ладно, звучит как план. Я на месте, поэтому должна... отпустить тебя. Передашь Крису привет от меня? Или нет. Тебе не нужно этого говорить. Не знаю, зачем я это сказала, не передавай привет Крису.

Тишина затянулась, и я уткнулась лицом в ладонь.

— Я передам ему привет и скоро увидимся. Не пропадай. — Короткая пауза. — Надеюсь, что ты готова проиграть пари сегодня.

На этом он повесил трубку.

Я не буду тем, кто проиграет пари; он просто не знал, насколько я упрямая.

Я стряхнула зонтик и написала Марку, когда вошла в библиотеку.

Я: я должна рассказать Дилану. Собираюсь рассказать сегодня. Мне все равно, что ты скажешь.

Как только я услышала свистящий звук, который указал, что сообщение было отправлено, я выключила телефон. Я знала, что он позвонит при первой возможности, и не хотела спорить с ним или позволить ему запугать меня.

Несмотря на то, что я знала, что Марк выйдет из себя, мне все равно еле удалось сдержать улыбку, пока я не нашла свою подругу в самом конце библиотеки, в кабинке, отделенной от основной зоны.

Как только я увидела, в каком состоянии была Кайла, я побежала к ней и уселась на стул рядом с ней.

— Что случилось? — Когда она молча продолжала смотреть на свои руки на столе, я покрыла их своими. — Ты должна рассказать мне, что происходит, Кайла. Посмотри на меня.

Она подняла голову, и я увидела красные, опухшие глаза моей подруги, и как свежие слезы текли по ее щекам.

— Кайла?

— Спасибо, что пришла так быстро.

— Конечно, но... что случилось, КайКай?

— Кажется, мне нужна помощь, Зои.

Я убрала ее дрожащие руки со стола и крепко сжала.

— Что случилось?

«Наконец-то она что-нибудь скажет? Расскажет нам, что происходит?»

— Хочешь подождать Джареда?

Она отрицательно покачала головой.

— Я ему не звонила. Не уверена, что смогу сказать ему это.

— Хорошо, ты официально пугаешь меня. Скажи, что происходит?

— Посмотри на меня, — сердито прошипела она, выдернув руки из моей хватки и вытирая щеки. — Я даже не могу тебе этого сказать. Как я должна сказать это другим людям?

Ее гнев исчез в одно мгновение, взгляд остановился на столе, а слезы набрали скорость. Теперь уже пустой правой рукой я смахнула новые слезы и огляделась.

Так как сегодня было воскресенье, библиотека не была заполнена студентами, как это было бы в любой другой день, не говоря уже о том, что сейчас еще рано, и она только что открылась. Было только две ранние пташки, как мы, и они сидели в главной комнате. Мы были спрятаны в самом углу, закрыты книжными полками и еще четырьмя столами. Нас можно было заметить, только стоя от двери под прямым углом.

— Как долго ты здесь сидишь? — спросила я, когда она не продолжила. — Давай выйдем и подышим свежим воздухом.

Ее рука сжалась в моей, и подруга посмотрела на меня полными страха глазами.

— Нет. Нет. Мы должны остаться здесь. Я не хочу с ним встречаться.

— С Китом? — спросила я, нахмурившись. Я знала, что он мог быть причиной ее состояния, но... выражение ее лица, то, как она держалась — все в ней кричало, что бы ни было не так между этими двумя, на самом деле было намного хуже, чем я могла себе представить.

— Да. Извини, я знаю, что несу полную чушь, но это нелегко сказать. Это не так просто... прости, Зои. Я не должна была звонить тебе. Ты ничего не можешь сделать.

— Кайла, — прошептала я, и ее затуманенные глаза попытались сосредоточиться на мне. — Я хочу помочь. Пожалуйста... я скучаю по своей подруге. Джаред тоже по тебе скучает. Мы почти не видели тебя последние несколько недель. Я могу помочь. Пожалуйста, позволь мне помочь, чтобы я могла вернуть свою подругу. Расскажи, что случилось, и мы будем отталкиваться от этого.

— Не думаю, что смогу вернуться, — тихо сказала она. — Все, что у меня есть, осталось в квартире, но не думаю, что смогу вернуться, чтобы упаковать свои вещи.

— Все в порядке. Я могу сделать это для тебя. Я пойду с Джаредом и соберу твои вещи. Ты можешь подождать нас в моей квартире, и мы обо всем позаботимся, но сейчас это не важно. Можешь сказать мне, что случилось, почему ты плачешь? Он расстался с тобой? Изменил тебе? Поэтому ты не хочешь возвращаться? Что-то случилось после моего ухода?

Прежде чем Кайла смогла ответить мне, в нашей кабинке внезапно появился кто-то еще.

— Вот ты где! Ради всего святого, Кайла, я искал тебя повсюду. Ты что, блядь, оглохла? Я звонил тебе тридцать раз.

Обернувшись, я увидела, как Кит шагнул к нам с его обычной вкрадчивой улыбкой на лице. Я взглянула на Кайлу с беспокойством, только чтобы увидеть, как она закрывается в себе.

Когда он обогнул стол и подошел к ней, я заговорила, прежде чем он мог еще что-нибудь сказать.

— Кит, не думаю, что сейчас подходящее время. Что-то явно происходит между вами двумя, но это не то место, чтобы это обсуждать. Просто дай мне поговорить с ней.

Он посмотрел на меня с пустым выражением в течение полных двадцати секунд или около того, с чертовски расширенными зрачками. С ним явно что-то было не так.

Он что-то принимал? Он под кайфом?

— Заткнись, Зои, а еще лучше, убирайся к черту. Это тебя не касается.

Я смотрела на него с открытым ртом. Конечно, он мудак, всегда им был, но я никогда не видела его под кайфом и не слышала ничего от Кайлы о том, что он употребляет наркотики. Это то, что она скрывала от нас?

Он присел рядом с ней, положил одну руку на стул, другую на стол, окружая ее. Кайла напряглась еще сильнее и наклонилась ко мне всей верхней частью тела, чтобы не прикасаться к Киту.

Я встала, когда он открыл рот, чтобы заговорить. Я понятия не имела, что собиралась сделать, но была уверена, что больше не хочу, чтобы он был рядом с моей подругой.

— Кит, я не знаю, под чем ты, но иди и протрезвей. Ты не можешь делать это здесь.

— Прости, детка, — простонал он, игнорируя мое присутствие. — Я думал, что тебе это нравится, клянусь Богом. Я не слышал, как ты отказалась. Почему ты не сказала «нет», если не хотела?

Холодок пробежал по моему телу, замораживая кровь в моих венах. Мне пришлось держаться за стул, чтобы оставаться в вертикальном положении.

— Что ты сделал? — спросила я сломанным голосом. — Что ты сделал, Кит?

Кайла начала рыдать, ее тело дрожало и дрожало. Кит все время бормотал ей что-то. Я не могла услышать ничего из того, что он говорил через рев в моих ушах. Это не может быть правдой... не должно быть.

В ярости я мысленно встряхнула себя, чтобы подумать или, по крайней мере, попытаться подумать о том, что делать дальше. Лучшее, что я могла придумать, это оттолкнуть Кита от моей лучшей подруги, чтобы он перестал прикасаться к ней.

Я попыталась закричать, чтобы он убрался к черту от нее, но мой голос не работал, и все, что я могла сделать, было резким хрипом.

— Не трогай ее, сукин ты сын. Не прикасайся к ней.

Я толкнула его плечо со всей силой, которую смогла собрать. Он явно не ожидал, что я прикоснусь к нему, потому что упал прямо на задницу на черно-красный клетчатый пол. До того как я смогла вытащить Кайлу из ее кресла, подальше от Кита, он был рядом, отталкивая меня от моей подруги. Потом он толкал меня снова и снова, пока я не врезалась в кресло.

— Кем ты себя возомнила, маленькая сучка, — гаркнул он прямо мне в лицо.

Потрясенная и разъяренная, я пыталась подняться, готовая пойти за ним, но он еще раз толкнул меня и сумел выбить из меня дыхание, прежде чем я смогла что-либо сделать.

Потом его пальцы обвились вокруг моего горла, и у меня не было выбора, кроме как успокоиться. Когда он был так близко к моему лицу, я почувствовала запах алкоголя в его дыхании.

Кайла, наконец, очнулась, вскочила и изо всех сил попыталась оторвать его от меня, царапая его руки, но безрезультатно.

— Нет, Кит! Остановись. Отпусти ее. Пожалуйста!

Начав паниковать по-настоящему, я огляделась вокруг и поняла, что несколько человек в библиотеке не могли нас услышать, и никто не мог видеть, что происходит. Никто из других студентов не имел прямой видимости нашего местонахождения.

Его рука на моей шее была недостаточно сжата, чтобы полностью отрезать мне воздух, но он стремился к этому, не торопясь, наслаждаясь шоком в моих глазах. Когда он надавил сильнее, мне стало нечем дышать, и я хватала воздух, мои глаза начали вылезать из орбит. Я схватилась за его запястья, чтобы оттащить, пыталась пнуть его, чтобы он отпустил, ослабил хватку, но его глаза выглядели пустыми, мертвыми.

Кит сунул свое лицо в мое, пока мы не стали нос к носу, и прошипел:

— Никогда не прикасайся ко мне снова.

Закончив играть в свою игру, он оттолкнул меня, и я врезалась затылком в стену с громким стуком. Я сползла на четвереньки и закашлялась, пока снова не смогла дышать.

Когда я подняла взгляд, Кайла закрывала рот рукой и безутешно, беззвучно плакала. Кит ворковал с ней, трогал ее волосы, ласкал ее лицо. Чем ближе он стоял к Кайле, тем сильнее ее слезы скатывались по щекам. Он схватил ее за руку и дернул к себе, что-то нашептывая ей на ухо.

Потянувшись к сумочке, на столе возле того места, где она сидела, он попытался заставить ее двигаться вместе с ним. Я кое-как поднялась и схватила другую руку Кайлы. Последнее, чего я хотела, это играть в перетягивание каната, но я не могла позволить ему забрать ее куда-нибудь.

— Кит, остановись, — прохрипела я, горло все еще болело, горело.

— Отпусти ее, — потребовал он сквозь зубы.

— Я не могу. Ты пугаешь ее до смерти. Тебе нужно уйти отсюда.

Потом Кайла разбила мне сердце, произнеся эти ужасающие слова:

— Кит... ты изнасиловал меня. Ты изнасиловал меня.

— Заткнись! — прошипел Кит рядом с ней. — Заткнись, чтобы я мог думать! Посмотри, что ты натворила. Я пришел сюда извиниться и посмотри, что ты заставила меня сделать!

Кит толкнул Кайлу, и она остановила падение, врезавшись в стул и схватившись за стол. Он начал расхаживать по кабинке, преграждая нам выход. Я обняла Кайлу и держала ее, пока она дрожала у меня на руках. Она была не единственной, кто теперь плакал.

— Мне очень жаль, Зои. Мне очень жаль, — продолжала она шептать.

В моих ушах звенела уродливая правда, и я едва слышала, что она говорила, едва могла понять, что произошло.

— Ш-ш-ш, все в порядке. Все будет хорошо. Все нормально. Нам просто нужно убраться отсюда. Он ничего не сделает.

Так ли это? Кит выглядел возбужденным, свихнувшимся. У меня не было никакого опыта с наркотиками, и мне не нравилось быть рядом с людьми, которые были не в своем уме, но даже я могла заметить, что он был далеко. Он впервые принимал наркотики? Что, черт возьми, он там делал, что превратило его в совершенно незнакомого и бушующего психопата? Если он не успокоится в ближайшее время, то я боялась, что он сделает что-то похуже, чтобы навредить нам с Кайлой.

Внезапно парень перестал ходить. Стояла полная тишина, и мы не успели уйти.

— Ты, убирайся, — приказал он мне. — Мне нужно поговорить с Кайлой наедине. Она не оставит меня из-за недоразумения.

Я смотрела ему в глаза и не могла никого там увидеть, уж точно не того, в кого была влюблена моя подруга. Когда с ним что-то пошло не так? Как Кайла могла не сказать нам?

Я изо всех сил попыталась проглотить свой страх, но мой голос все еще дрожал.

— Я не могу оставить ее здесь, Кит, — сказала я, паника раздувалась в моей груди. — Она очень напугана. Ты пугаешь нас обоих. Разве ты не видишь? Тебе нужно успокоиться и отпустить нас.

Быстрым движением Кит был возле Кайлы, оттягивая ее от меня, зажимая ее щеки между руками, чтобы заставить посмотреть на него. Он был в нескольких дюймах от ее лица. Правая рука Кайлы сжимала мою руку, и она завыла, когда Кит дернул ее подбородок вверх. Не в силах ничего сделать, я вздрогнула, чувствуя, как бешено бьется мое сердце.

— Скажи ей, что она не знает, о чем говорит. Ты бы никогда меня не испугалась.

Я не была уверена, дрожу ли я, потому что Кайла дрожит или это просто реакция моего тела, но дрожь только усилилось, когда Кит выстрелил в меня взглядом, наполненным чистой ненавистью.

— Вот почему мне не нравится, что ты и тот другой тусуетесь с ней. Ты слишком много морочишь ей голову.

Потянув Кайлу на себя, он сломал хватку, которой моя подруга держалась за меня, и начал теснить меня, толкая в плечо, пока я снова не прилипла спиной к стене.

Он продолжал проклинать меня, слюна вылетала изо рта, голос уродливый, злой и яростный.

— Ты сделала это. Ты забираешь ее у меня. Убирайся к черту, пока я не причинил тебе боль, Зои.

На грани панического приступа я задержала дыхание, когда он прижал меня к стене ладонью на груди.

Кайла пыталась прийти ко мне на помощь, но он сдерживал ее.

— Не испытывай меня, Зои. Я не собираюсь повторять. Убирайся.

Когда он опустил руку и двинулся в сторону Кайлы, я осталась прилипшей к стене. Я не могла пошевелиться. Я застряла. Даже если бы у меня была возможность двигать конечностями, как я могла оставить свою подругу наедине с этим монстром? Смогла бы я жить с собой, если бы он что-то сделал с ней?

«Он уже что-то с ней сделал, идиотка», — подумала я. — «Он уже что-то с ней сделал, и тебя там не было».

— Я не могу пошевелиться, — тихо призналась я.

Кит сделал шаг вперед, но прежде чем успел напасть на меня, Кайла шагнула перед ним, не давая ему продвинуться дальше. Она все еще дрожала, но ее слезы высохли.

— Кит! Кит, посмотри на меня. Ты был прав, я была неправа. Ты никогда не причинишь мне боль. Ты не хотел обидеть меня перед своими друзьями. Теперь я это понимаю. Извини. Пожалуйста, тебе нужно уйти отсюда. Ты причинил ей боль. У тебя будут неприятности. Пожалуйста. Пожалуйста, уходи.

В мгновение ока он был рядом с ней, обнимал ее, страстно целовал в губы.

— А вот и ты. А вот и моя малышка. Ты психанула, потому что тебе понравилось, не так ли? Я бы никогда не причинил тебе боль, детка. Я просто хотел повеселиться с друзьями. Я твой парень, и ты меня любишь — это не изнасилование.

Чувствуя тошноту в животе, я закрыла рот рукой, чтобы сдержать все в себе.

— Нам нужно выбраться отсюда вместе, — бросил он. — Я чувствую себя так хорошо прямо сейчас. Ты понятия не имеешь, детка. Если бы ты слушала меня и принимала вместе со мной, ты бы сейчас не дрожала как лист. Я чувствую себя на вершине мира, детка! В следующий раз будем только мы вдвоем, не волнуйся. — Поцеловав ее в лоб, он оттолкнул Кайлу и присел на корточки, чтобы поднять с пола ее сумку.

Она посмотрела на меня и покачала головой.

Я не могу... не позволю ему уйти с Кайлой. Не позволю ему прикоснуться к ней снова. Прежде чем они смогли пройти мимо меня, я заблокировала выход.

— Ты никуда с ним не пойдешь, Кайла. Ты что, совсем с ума сошла?

Вот так, руки Кита снова были на мне, и на этот раз он не сдерживал себя. Моя спина снова ударилась о стену, и на этот раз я увидела звезды, когда затылок ударился о стену, звук эхом отдавался в комнате.

Я пыталась дышать, но не могла. Я царапала его руки, но это было бесполезно. Я ничего не могла сделать, чтобы он не задушил меня.

Глава 20

Дилан

Несмотря на то, что я знал, что не должен, я направился к библиотеке, чтобы увидеть Зои до того как Крис и я начали нашу ежедневную тренировку. Я должен был дать ей пространство. Это не было похоже на то, что она убегала от меня, но я все еще хотел увидеть ее, все еще хотел убедиться, что все в порядке после предыдущей ночи, убедиться, что нет никаких шансов, что она снова от меня отступит.

Я был глубоко в моих мыслях, пытаясь придумать решение для нас с Зои. Безо всякой причины я ускорил свои шаги, и вскоре уже полностью перешел на бег. Просто что-то изводило меня, и я почувствовал необходимость увидеть ее.

Чувствуя себя странно, я проигнорировал дождь и вытащил свой телефон, снова попробовав дозвониться до Зои.

Ее телефон переключился на голосовую почту.

Она все еще была в библиотеке? Она действительно встречалась с друзьями или солгала мне?

Потребность найти ее сжала что-то в моей груди, и я летел к библиотеке, как летучая мышь из ада.

Когда, наконец, добрался туда, я замедлил шаги. Войдя внутрь, обнаружил, что вокруг почти нет студентов.

Я слышал, как люди бормотали в главной комнате, поэтому следовал за голосами. Студентов было всего двое, и они оба были в наушниках, потерявшись в работе. Голоса прекратились. Проходя дальше, я проверил кабинку справа, и направился в противоположную сторону. Когда толкнул несколько стульев, чтобы пройти мимо, я заметил подругу Зои через дверной проем в восточном крыле. Затем мой разум зарегистрировал Зои, которую держал у стены какой-то парень. Ее лицо покраснело, глаза большие, и она молча хватала ртом воздух, руками безуспешно пытаясь оттолкнуть парня.

Я побежал к ним, не обращая внимания, что сносил столы и стулья на своем пути.

Ее имя слетело с моих губ, но я не думал, что девушка меня слышит. Никто из них не слышал.

Промчавшись мимо книжных полок, я был на парне через несколько секунд, хотя казалось, что прошло несколько минут. Я схватил его за рубашку и оттащил от Зои. От неожиданности он потерял равновесие и оступился. Прежде чем я успел поймать ее, Зои упала на четвереньки, кашляя и плача.

Я был на одном колене, прежде чем ее подруга смогла добраться до нее.

— Кто ты такой, черт возьми? — взревел парень, идя на нас, но я проигнорировал его и отодвинул волосы Зои от ее лица.

— Ты в порядке? Детка, поговори со мной, ты в порядке?

Она схватила меня за руку и подняла голову, свободной рукой прикрыв горло.

— Да, — выдохнула она, ее голос был хриплым и едва слышным. Она откашлялась и попыталась снова. — Да, со мной все в порядке. Я в порядке.

Я помог ей подняться, и ее подруга взяла ее на себя.

Парень все еще извергал дерьмо, кричал и ругался, но я не слышал ни единого слова. Мои чувства притупились, и все, на чем я мог сосредоточиться, был этот чертов ублюдок, который осмелился обидеть Зои.

Подойдя к нему, я заметил его налитые кровью глаза, дрожащие руки и заметное беспокойство.

В три шага я был рядом, и ничто из этого не имело значения. Я ударил его прямо в нос и услышал приятный треск. Краем глаза увидел, как девушки выбежали из маленькой комнаты, но мое внимание было сосредоточено только на ублюдке, держащемся за свой окровавленный нос.

Толкая его в плечи, пока не прижал ублюдка к стене под высокими окнами, я потянулся к его горлу. Один раз ему удалось пнуть меня по ногам, его пальцы сжали мою рубашку.

— Каково это, сукин ты сын, — прошептал я, медленно сжимая свою хватку. — Чувствуешь себя хорошо?

Он сделал жалкую попытку надавить мне на лицо, но он был намного меньше меня, и я без проблем отшвырнул его окровавленную руку.

Я так сосредоточился на парне, что не заметил, как Зои стукнула меня по руке, умоляя и крича, чтобы я отпустил его.

— Дилан, Дилан, пожалуйста. У тебя будут неприятности, пожалуйста, прекрати. Дилан, отпусти его.

Я с отвращением оттолкнул парня, и он застонал, кашляя и хрипя, его лицо стало темно-красным.

— У меня голова раскалывается. Я не могу думать, я не могу думать, — застонал он, кашляя между словами. Он держал голову в ладонях и бормотал что-то вниз.

С большим неудовольствием я позволил Зои оттащить меня.

Кайла вернулась, и у нас было больше, чем несколько зрителей, в основном студенты, которые просочились в библиотеку. Дежурная леди была у двери, с телефоном в руке, и она спешно говорила с кем-то. Полиция кампуса прибудет с минуты на минуту. Стиснув зубы, я повернулся к Зои и обхватил ее лицо руками, стараясь изо всех сил контролировать свое дыхание. Она выглядела такой напуганной, ее глаза наполнились слезами, а на лице уже были высохшие слезы. Как сильно я опоздал? Что еще он успел сделать?

Черт возьми.

У меня дрожали руки.

— Ты в порядке? — спросил я, мой голос прозвучал жестче, чем я предполагал. — Он сделал что-нибудь еще?

Зои покачала головой и моргнула, в результате чего слезы, наконец, выскользнули. Глядя на нее сверху вниз, я хотел все вернуть и проснуться пораньше, прежде чем она успеет сделать шаг за дверь квартиры.

Когда я оглянулся назад, парень лежал на полу, упершись ладонью о стену.

Он продолжал бормотать одно и то же снова и снова:

— Кайла, что ты сделала? Что ты сделала?

Кайла села в одно из кресел и начала неудержимо рыдать.

Глаза Зои вспыхнули гневом.

— Он изнасиловал ее, Дилан, — прошептала она, возвращая внимание к ней. — Мы должны что-то сделать. Он ее изнасиловал.

Глава 21

Дилан

Потребовались часы, чтобы копы нас отпустили. Они отвезли Кайлу в больницу, и Зои умоляла меня отвезти ее к подруге. Как я мог отказать ей?

Было семь вечера, когда мы, наконец, вошли в дверь квартиры. Кайлу отвезли в больницу, где мама Джареда работала медсестрой, и как только мы добрались туда, Зои позвонила Джареду. Как бы он ни был шокирован, он был рядом с нами в мгновение ока. Когда пришло время уходить из больницы, я не смог убедить Зои позволить Кайле уйти с Джаредом и его мамой; для этого потребовался частный разговор с мамой Джареда.

Как два незнакомца, мы не сказали друг другу ни слова по дороге домой. С тех пор как мы выбрались из библиотеки, Зои держалась на очень тонкой нитке, которая, я был уверен, в любую секунду лопнет.

— Зои... — начал я, когда закрыл дверь и прислонился к ней. Мы наконец-то остались одни, а она уже отошла от меня.

Девушка остановилась, и ее взгляд скользнул ко мне.

— Я собираюсь принять душ.

Я вздохнул и увидел, как она идет в ванную. Дверь открылась и закрылась, а через несколько секунд я услышал шум воды.

Чувствуя усталость, я бросил ключи в гостиную, не заботясь о том, где они приземлились. Я дал ей целую минуту, не потому что думал, что она когда-нибудь позовет меня, а потому что мне нужно было убедиться, что она в порядке, и минута была до тех пор, пока я мог заставить себя ждать.

Пропуская стук, я открыл дверь и беззвучно закрыл ее. Зеркало уже запотело от пара, но не это привлекло мое внимание. Я услышал рыдания Зои в ту же секунду, как открыл дверь. Открыв занавеску в душе, я уставился на ее свернувшееся тело, сидящее под струей воды. Она была охвачена рыданиями так сильно, что на секунду я подумал о том, чтобы отвезти ее обратно в больницу, чтобы они могли дать ей что-то успокоительное, но это означало бы держаться подальше от нее и позволять другим людям прикасаться к ней, а я не думал, что смогу это сделать. Не сегодня.

Потянувшись над головой, я стащил с себя футболку, решил не снимать спортивные штаны и шагнул к ней. Присев на корточки, я положил руки ей под руки и поднял ее. Думая, что будет трудно заставить ее принять мою помощь, я был готов поспорить с ней, но видимо Зои хотела, чтобы я был там.

Ее одежда была все еще на ней, прилипшая к ее дрожащему телу. Когда я изучал ее лицо, то не мог отличить слезы от воды, стекающей по ней. Несмотря на печаль и гнев, написанные на ее лице, она выглядела так чертовски красиво. Руки сжимали локти, она стояла неподвижно передо мной в течение нескольких секунд, когда я пытался примириться с тем, что я чувствовал, когда смотрел на нее.

Со стучащими зубами, она, наконец, заговорила:

— Х-хлод-дно.

Это было не так, вода была горячей, но я принял ее тонко завуалированное приглашение и шагнул к ней, нежно обняв. Без колебаний девушка прислонила свой висок к моей груди, и я почувствовал, как ее руки обвили меня, обнимая. Потом рыдания вернулись с удвоенной силой, и она разбивала мне сердце. Сначала я держал ее как можно мягче, мои руки были у нее под плечами, я боялся, что причиню ей боль, но потом все изменилось. Чем сильнее она рыдала, тем ближе я хотел к ней подобраться. Мои руки опустились ниже, я наклонился и крепче обхватил ее талию. Когда она встала на цыпочки и держалась за меня так же сильно, как я держал ее, я ослабил свою хватку и позволил своей руке подняться по ее мокрой футболке, чтобы держать ее шею.

— Все в порядке, детка. Плачь, сколько хочешь, — прошептал я, вода капала с моего лица. — Я прямо здесь, Зои. Просто держись за меня. Я буду здесь. Я всегда буду рядом с тобой.

Я немного выпрямился, моя левая рука держала ее шею, а правая рука плотно обвилась вокруг талии. Она придвинулась ближе, все еще на цыпочках, почти наступая мне на ноги. Едва прошла минута, как она цеплялась за мою обнаженную грудь, еще сильнее прижимаясь ко мне. Обе ее руки прошлись по моим и обняли меня за шею. Невозможно было бы сказать, кто из нас крепче держит другого под струящейся водой. Я согнул колени и прижал ее еще ближе, упав головой ей на плечо.

Я услышал, как она шепчет мое имя, и сорвался. Внезапно, я не мог получить воздух достаточно быстро. Я не мог притянуть ее достаточно близко, не мог замедлить сердцебиение.

— Зои, — застонал я, когда был на грани того, чтобы раздавить ее. — Зои.

Мы оставались под водой, вот так, крепко держась друг за друга, Бог знает сколько времени. Я мог бы оставаться запертым с ней до конца своей жизни, но знал, что должен заставить себя отпустить ее. Я хотел верить, что она также не хотела покидать мои объятия.

— Давай вытащим тебя отсюда, — пробормотал я, наконец.

Часть за частью, я помог снять с нее одежду, пока не осталось ничего, кроме нижнего белья. Она позволила мне стащить с нее джинсы, держась за мои плечи. Мы оба были в беспорядке, но она была прекрасна. Даже со всеми ее волосами, облепившими щеки, мокрыми, красными глазами, Зои была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел.

Когда ее пальцы неуверенно потянулись к моим тренировочным штанам, быстро взглянув, я позволил ей стащить их и сам вышел из них. К счастью, она не потянулась к моим боксерам, но я знал, что она заметила выпуклость. Закусив губу, она застенчиво посмотрела на меня. Ее волосы прилипли к щекам, поэтому я протянул руку и убрал их, пока все, что я мог чувствовать, была ее теплая кожа под моими ладонями.

— Ты напугала меня до чертиков, Зои, — выскочило у меня, прежде чем нежно поцеловать ее щеки, пока горячая вода полилась на нас. — Никогда больше так со мной не поступай. Никогда не подвергай себя такой опасности.

Из-за того, как я держался за нее, она едва смогла кивнуть. Тяжело дыша, я прижался лбом к ее лбу, закрыл глаза и прислушался к ее дыханию. Мне просто нужна еще одна минута, чтобы обнять ее, вдохнуть ее и успокоиться, и тогда я смог бы быть тем, кем она хочет, чтобы я был. Ее соседом по комнате? Ее другом? Ее всем?

К тому времени я уже знал, что я не просто ее сосед по комнате, не просто ее друг, не просто приятель.

Откинувшись назад, я посмотрел на ее горло, на синяки, уже образующие уродливые формы. Я вдохнул через нос и выпустил воздух через рот. Если бы я мог добраться до ублюдка прямо тогда, я бы нанес больше вреда. Я бы сломал ему шею, но этого все равно было бы недостаточно. Нежно, как можно мягче, я проследил ее синяки кончиками пальцев. Я знал, что глаза Зои были на мне, изучают, смотрят, видят, но я не мог смотреть на нее, пока. Я проследил каждый синяк, и затем каждый дюйм ее шеи, который не был испорчен его прикосновением. Я не торопился, а она позволила. Время от времени я слышал, как из ее рта вырывался легкий вздох, и я встречался с ней глазами, чтобы убедиться, что она в порядке. А затем начинал с того, на чем остановился. Прежде чем я закончил, Зои схватила меня за руку и остановила. Согнув мои пальцы, она наклонилась и поцеловала мои покрасневшие суставы. Мое дыхание стало затрудненным, я ничего не мог сделать, кроме как обнять ее.

В конце концов, вода начала остывать, поэтому я ослабил руки вокруг нее и отпустил ее. Мои мышцы горели.

— Нам нужно вытащить тебя отсюда, или ты заболеешь, — пробормотал я, выключая воду. Девушка до сих пор не сказала мне ни единого слова.

Я вышел первым, схватил полотенце и обернул его вокруг талии. Я знал, что мне придется позаботиться о своих боксерах, прежде чем я выйду из ванной, но именно сейчас забота о Зои была всем, что имело значение. Потянувшись за другим полотенцем, я держал его открытым, и девушка вышла из ванны в мои руки.

Я обернул его вокруг нее и положил подбородок ей на голову, пытаясь согреть ее через полотенце.

Повернув голову, она прислонилась щекой к моей обнаженной груди.

— Спасибо, Дилан, — прошептала она, ее голос сжал мое сердце.

— Всегда, детка.

Глава 22

Зои

Мне казалось, что я только что очнулась от комы, не зная, где я, сколько времени, какой сегодня день. Я потерла глаза и застонала, когда, наконец, посмотрела на время на своем телефоне. Я спала не несколько дней, а всего шесть часов.

«По крайней мере, я вообще спала», — подумала я.

Хотела бы я сказать, что ничего не помню из того, что произошло накануне, что это был просто кошмар, но я помнила. Помнила, и от этого меня снова затошнило. Я проглотила желчь, поднимающуюся в горле, и спустила ноги с края кровати. Мои глаза, наконец, приспособились к темноте, и благодаря свету, все еще сходящему с моего телефона, я поняла, что под моей дверью света не было. Точно так же, как я помню, что все произошло накануне, я также помню, как Дилан нес меня в мою кровать, после того как помог мне выйти из душа и держал меня, когда я плакала.

Я снова проверила свой телефон и увидела новое текстовое сообщение, которое пришло в девять вечера.

Дилан: Мне пришлось уехать на работу. Прости, Зои. После того как вчера кинул Джимми, я не мог пропустить сегодняшнюю смену, и мне нужны часы. Дай мне знать, когда проснешься, позвони или напиши мне.

Кинул Джимми? Он пропустил работу накануне из-за меня? Он сказал, что ему нужны часы, а значит, ему нужны деньги. Боже, ему нужны деньги, а потому что я сбежала, увидев его с другой девушкой, он не пошел на работу. Я чувствовала себя ужасно, маленькой тупицей, которая ревновала из-за ерунды, когда он... Закрыв глаза, я глубоко вздохнула. Было уже немного больше часа ночи, неужели он еще не вернулся?

Я оттолкнулась от кровати и почувствовала головокружение, так что мне пришлось постоять несколько секунд, прежде чем я почувствовала себя достаточно устойчиво, чтобы двигаться. В квартире было темно. Будучи настолько тихой, насколько это возможно, я решила проверить комнату Дилана, когда убедилась, что парня нет в гостиной, и молилась, найти его там.

Лунного света, проникающего в маленькую комнату, было достаточно, чтобы я разглядела его неподвижную форму, лежащую на небольшой кровати.

Что-то расслабилось внутри меня. Дилан был дома. Слезы навернулись на глаза, и горло сжалось. Даже не принимая во внимание тот факт, что он, вероятно, нуждался в отдыхе после сумасшедшего дня, который у нас был, я заползла в его кровать. Места не хватало, но я подумала, что его достаточно для нас.

Парень вздрогнул, просыпаясь, и его пальцы сомкнулись вокруг моих предплечий, прежде чем я смогла лечь.

— Зои? — спросил он хриплым ото сна голосом, а затем его хватка ослабла. — Ты в порядке?

Я знала, что буду в порядке, когда почувствую его сердцебиение и удостоверюсь, что он настоящий, пойму, что он был... всем, кем он был.

— Я не могу спать, — прошептала я, мой собственный голос звучал колючим из-за рыданий. — И голова немного болит.

Очевидно, это была ложь. Не в том, что мне было больно, а в том, что я не могла заснуть. В любом случае, я не чувствовала ни капли вины за то, что была трусихой и не сказала, почему мне нужно быть рядом с ним. Мне просто нужно было, чтобы он держал меня в темноте, где ничего не могло встать между нами — ни секретов, ни лжи. Мне нужно было, чтобы он заставил меня почувствовать себя живой, и, прежде всего, я хотела быть с ним, рядом с ним, возле него... просто с ним, всеми возможными способами. Все просто.

Я приняла тот факт, что никто никогда не обнимет меня так, как он обнимал меня в душе, и я была в порядке с этим; мне просто нужно было держаться за него сильнее. Никто никогда не заставит меня почувствовать то, что он так легко заставлял меня почувствовать, только одной из его дразнящих улыбок. Так зачем мне нужен кто-то еще? Мне было все равно, если половина меня будет свисать с этой узкой кровати, потому что парень был таким большим; я буду на ней, и все. Прежде чем я села рядом с ним, Дилан повернулся на бок и поднял покрывало.

Приглашение без слов.

Предложение.

Я не произнесла ни слова. Отвернувшись, потому что в противном случае я должна была бы быть прямо перед его лицом, я легла рядом с ним и с облегчением закрыла глаза. Одна из его рук проскользнула под моей шеей, другая медленно натянула на нас покрывало, и пока кровать стонала под нашим весом, я сместилась, пока мой зад не прижался к низу его живота. Я успокоилась, потому что даже очень маленькое, действительно крошечное движение вниз привело бы меня в контакт с частью его тела, расположенной между его ногами, а я не хотела, чтобы он думал, что я была здесь из-за этого. Я отстранилась, пока треть моего туловища и колени не свисали с кровати.

Дилан вздохнул, тяжелый звук во всей этой громкой тишине согрел мою кожу там, где моя шея соединялась с плечом, и мои глаза затуманились. Затем рука под моей головой двинулась, и парень потянул меня назад, сгибая локоть, когда он потянулся к моему плечу рукой, сжимая меня в своих объятиях. Его правое предплечье двигалось по моему животу, пальцы мягко ныряли под футболку, которую я надела после душа, посылая мурашки по всему телу. Он остановился, когда половина его руки покоилась над поясом моей пижамы, его кожа согревала меня изнутри.

— Ты сейчас упадешь, — прошептал он.

Я официально была в коконе Дилана, и я не могла бы почувствовать себя уютнее. Никогда не чувствовала себя уютнее или счастливее.

Я повернула голову на несколько дюймов, и он уткнулся носом мне в шею.

— Ты в порядке? — спросил он, все еще хриплым голосом.

Со мной все было хорошо, очень хорошо.

Вместо словесного ответа я наклонила голову, подняла ее вверх и вниз и почувствовала, как его улыбающиеся губы касаются моей кожи. Если бы я попыталась заговорить, то я боялась, что выпалила бы больше, чем готова сказать.

Никто из нас не говорил несколько минут. Я понятия не имела, о чем он думает, но мой ум работал безостановочно.

Кайла, Марк, Крис — все и ничего шло ко мне сразу, и было два слова, которые я неоднократно слышала поверх всего остального.

Скажи ему. Скажи ему. Скажи ему.

— Ш-ш-ш, — пробормотал Дилан, прижимая свои губы к моей шее и задерживаясь там. — Я почти слышу, как ты думаешь. Просто засыпай, детка. Я буду присматривать за тобой до утра.

«И он это сделает, так ведь?» — подумала я.

Он помог мне дышать, после того как меня напугали до смерти. Спас меня от землетрясения, держал за руку после просмотра страшного фильма. Покупал мне пиццу, потому что знал, что это сделает меня счастливой. Защищал меня от всего, поставив себя перед опасностью. Он точно присмотрит за мной до утра.

Когда придет рассвет, он все еще будет здесь. После того как узнает все мои секреты, он все еще будет здесь, держать меня за руку — по крайней мере, я надеялась на это.

— Он изнасиловал ее перед своими друзьями, — сказала я в темноту. — Как восстановиться после этого?

— У нее есть друзья. Ты вернешь ее обратно.

— Не думаю, что могла бы быть такой же сильной, как она, если бы это случилось со мной. Она любила его с шестнадцати лет, а он...

Его руки сжались вокруг меня, и я протянула руку, чтобы обхватить его предплечье, держась за него.

— Тебе не нужно думать об этом. Не сегодня. Тебе нужно поспать, чтобы завтра быть рядом с ней.

Несколько минут прошло в тишине, и я подумала, что парень заснул.

— Дилан...

— Ш-ш-ш.

— Мне нравится твой голос, — тихо выпалила я.

Его голос был таким низким, когда он прошептал возле моего уха:

— М-м-м, нравится, да?

— Да, — пробормотала я в ответ, закрыв глаза, чтобы переварить этот шум. — Как прошла работа?

Короткий смешок, когда его грудь дрожала позади меня, затем теплое фырканье на моей коже, заставило больше мурашек танцевать на моих руках.

— Как всегда.

Это не дало мне возможности услышать его голос так много, как хотелось бы.

— Ты, должно быть, очень устал.

Он хмыкнул, но хотя и знала, что веду себя эгоистично, я не была готова отпустить его. Думаю, это не было большой ложью, когда я сказала, что не могу спать.

— Когда тебе завтра вставать?

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Я не уйду, пока ты снова не проснешься.

— Дело не в этом... — бессознательно, я начала двигать большим пальцем вверх и вниз по волоскам на его руке. — Ты собираешься заниматься в гостиной? Или встречаешься с Крисом? Ничего, если мы пропустим занятия и потусуемся здесь, после того как я проведу немного времени с Кайлой? Но сегодня понедельник, так что у тебя тренировка. Я просто…

— Зои, — застонал он и переместил бедра вверх, довольно эффективно успокаивая меня одним движением. Мой палец замер на его руке. Как вы можете себе представить, я почувствовала толстую, круглую головку его члена против моей задницы. — У меня уже и так тяжелые времена, Вспышка. Если ты продолжишь так двигать пальцем и говорить хриплым голосом, я не смогу... Просто позволь мне обнять тебя и поспать.

Я сглотнула и кивнула, но через несколько секунд ничего не смогла с собой поделать. Я покачала задницей, а затем успокоилась, когда он застонал, и его зубы задели мою шею.

Переместившись на маленькой кровати, его рука опустилась ниже на мой живот, заставив меня задержать дыхание. Он двигал все ниже и ниже, пока его ладонь не лежала над моим нижним бельем, всего на несколько дюймов выше, чем центр моего тела. Через секунду он прижал ко мне ладонь и одновременно сместился повыше в постели, благополучно прижавшись не только головкой, но и всей длиной своей эрекции прямо ко мне.

— Дилан, — застонала я, чувствуя легкое головокружение и, может быть, немного пьянея, беспокойно пыталась пошевелить бедрами. Я уткнулась лицом ему в руку и, все еще держа его предплечье левой рукой, положила правую на нижнюю часть его живота.

Перевернув руку, он соединил наши пальцы и лежал неподвижно.

Я не была готова лежать спокойно. Я была готова ко всему, но не лежать неподвижно.

Его рот мягко сосал мою шею, пока бедра двигались позади меня, один... два... три раза, просто медленный поворот его бедер, едва заметное движение, которое я, возможно, не смогла бы почувствовать, если бы все мое тело не кричало о нем. Я хныкала, вся электризуясь от его прикосновения, до самой души. Никогда в жизни я не чувствовала ничего подобного.

— Я так устал, детка. — Поцелуй в шею, а потом все прекратилось. — И ты только что прошла через ад. Тебе нужно поспать. Я ничего не буду делать.

— Но... — пробормотала я, заслужив еще один нежный поцелуй, от которого по всему телу пробежали мурашки.

— Спи, детка.

«Ты издеваешься надо мной?»

Он просто поиграл в «Тетрис» с нашими телами и что потом? Я должна была просто заснуть?

Я так не думала, но к моему полному шоку, сделала именно это. С его ровным и успокаивающим дыханием на моей коже, я заснула.

Глава 23

Дилан

Прежде чем я даже открыл глаза, прежде чем полностью проснулся, я почувствовал ее рядом со мной. Не потому что я где угодно узнал бы ее запах, или потому что мы все еще были обернуты вокруг друг друга в том же положении, в котором заснули, а потому что Зои была у меня в руках.

Не зная, который сейчас час, я открыл глаза в темноте. Нахмурившись, двинулся всего на дюйм или два и попытался дотянуться до подушки, чтобы достать свой телефон, не разбудив Зои.

— Дилан?

Голос у нее был хрипловатый, все еще сонный.

— Ш-ш-ш, я здесь. Возвращайся ко сну, — прошептал я ей в шею, а затем, наконец, сумел схватить свой телефон из-под ее головы.

Свет от телефона освещал нас, и мне пришлось моргнуть, чтобы увидеть время на экране.

— Который сейчас час? — спросила Зои, прикрывая свои полузакрытые глаза тыльной стороной ладони.

Я выключил телефон и засунул его обратно под подушку.

Зои повернулась и посмотрела на меня. Я едва мог разглядеть ее черты в темноте, но видел, что ее глаза были открыты и смотрели на меня.

Я провел пальцами по ее щеке.

— Сейчас только четыре тридцать.

— Так что, мы проспали чуть больше двух часов?

— Что-то вроде того.

Я позволил моим пальцам скользнуть к ее шее и, попытавшись быть нежным, легонько прошелся по ней.

— Я думала, дольше, — прошептала она тихим голосом.

— Здесь все еще болит? — прошептал я в ответ, гнев пронизывал мой голос.

Она сглотнула, и я почувствовал движение под моим прикосновением.

— Все хорошо.

Я мог бы убить этого больного ублюдка за то, что он притронулся к ней. Если бы она не остановила меня, не зарылась бы в мои объятия, не уверен, что остановился бы. Ощущение беспомощности, тот глубокий ожог в моей груди, тот самый, который я почувствовал в библиотеке, когда впервые увидел, как он прижал Зои к книжным полкам, снова начал поглощать меня, этот интенсивный первоначальный шок, внезапный гнев.

— Дилан? Что случилось?

После трех маневров она находилась со мной лицом к лицу. Сначала она, казалось, не знала, что делать со своими руками, но потом положила правую руку мне на грудь.

— Эй, ты о чем задумался?

Я прикрыл ее руку своей и прислонил лоб к ее лбу.

— Не думаю, что смогу вернуться ко сну. Раз я уже проснулся, то пойду, потренируюсь. Ты продолжай спать. Тебе нужно еще несколько часов.

Я сдвинулся, чтобы уйти, но пришлось остановиться на полпути, когда девушка заговорила.

— Я тоже не могу спать.

— Зои…

— Я могу вернуться в свою кровать, если ты не можешь уснуть из-за меня.

Нахмурившись, я снова вернулся в кровать.

— С чего ты это взяла?

— Тогда, почему ты уходишь?

— Я не смогу снова заснуть, Зои. Я по-прежнему в гневе. Ты продолжай…

— Спать. Я тебя уже слышала. Ты злишься на меня?

— С чего бы мне злиться на тебя?

— Если нет, то почему наказываешь меня?

Я расслабился и хихикнул.

— Ты так сильно хочешь меня здесь видеть?

— Да.

Я не думал, что она ответит, поэтому слегка растерялся от неожиданности.

— Я... хорошо. Ладно, тогда я остаюсь.

— Хорошо. Если собираемся страдать, то можем сделать это вместе.

— Это единственная причина?

Она вытащила руку из-под одеяла и слегка шлепнула меня по плечу, а затем еще раз. Молча я ждал ответа.

— Нет, — со вздохом ответила она. — Дилан, я...

Я протянул руку между нами и переплел наши пальцы. Подняв подбородок, она взглянула на меня.

— У меня есть... кое-что для тебя, — тихо сказала она, выдохнув с облегчением, произнеся это вслух. Она думала, что скрывала это от меня все это время? Думала, что я не знаю, не чувствую то же самое?

Положив руки ей на бедро, я наклонился, чтобы говорить ей на ухо.

— У меня тоже есть кое-что для тебя, Вспышка.

Она застонала и попыталась вытащить свою руку, но я держал ее крепче.

— Я не шучу, Дилан. Мне серьезно нужно тебе кое-что сказать.

— Насколько все серьезно? — спросил я, с трудом удерживая улыбку в голосе. Был еще один рывок из моей руки, так что на этот раз я отпустил ее.

— Я пытаюсь сказать тебе, что…

Моя рука освободилась, я поймал ее подбородок между большим и указательным пальцами и наклонил голову, чтобы девушка могла смотреть мне в глаза. Ей не хватало света, чтобы разглядеть мое выражение лица, но я надеялся, что это поможет услышать это в моем голосе.

— Это было после того как я увидел тебя во второй раз, когда ты попыталась убежать от меня и врезалась в то здание. Помнишь?

— Я не пыталась убежать и, кстати, это была всего лишь модель здания. Не то чтобы я столкнулась с настоящим зда…

— Я искал тебя, — прошептал я поверх ее слов. — Честно говоря, я не расспрашивал людей, чтобы попытаться найти тебя, даже не знал, с чего начать, но надеялся увидеть тебя снова. Так что, думаю, даже не осознавая, что делал, я искал тебя. Я помню как-то раз, девушка повернула за угол, прижимая книги к груди, как делала ты, когда увидела меня во второй раз. Она смеялась со своими друзьями, а я просто застыл на месте. Ее лицо было повернуто так, что я не мог видеть ее достаточно, чтобы узнать, ты ли это, но у нее был тот же цвет волос, — я заправил волосы Зои за ухо, — та же бледная кожа. Я застыл на месте, Зои, потому что подумал: «Это она. Это снова она». Потом девушка обернулась, и это была не ты. Помню, я был так разочарован. Это случалось несколько раз, не до такой степени, но мне казалось, что я видел тебя, но тебя там не было.

Зои сделала глубокий вдох и ждала продолжения.

— Теперь... теперь я не могу тебя не узнать. Теперь ты везде, всегда у меня в голове. Я закрываю глаза и вижу тебя, прямо здесь. — Мой фокус опустился, когда я коснулся ее нижней губы большим пальцем, и ее губы раздвинулись. — Теперь я никогда не смогу принять тебя за кого-то другого. Твоя скромная или счастливая улыбка, форма твоих глаз... ты все, о чем я думаю, Зои. Когда просыпаюсь, я не могу дождаться, чтобы позаниматься, потому что знаю, что ты проснешься через несколько минут после меня. Я услышу твои шаги, ты войдешь на кухню еще полусонная и такая красивая, а потом будешь невинно пялиться на меня, ведя себя так, будто завтракаешь.

Она застонала, и я засмеялся.

— Ты издеваешься? — пробормотала она серьезным голосом, но тихий смех, который последовал за этим, выдал ее. — И я не пялилась на тебя. Я просто...

— Мне все равно, как ты это называешь. Мне это нравится. Нравится, когда ты смотришь на меня. Еще больше я люблю, когда ты смотришь в мои глаза и улыбаешься мне самой большой улыбкой. Каждый раз, когда я вижу, как ты улыбаешься мне, как после игры в Тусоне, мне кажется, что ты передаешь мне свой мир. Даже в темноте я чувствую, как ты…

Прежде чем я успел закончить предложение, ее голова взлетела вверх, а губы нашли мои. Не подготовившись к этому, я не смог смягчить поцелуй, и наши зубы столкнулись. Девушка тут же откинула голову назад. Я знал, что она покраснела, мне не нужен был свет, чтобы это знать. Зои закрыла рот рукой.

— Ой, прости меня. Я просто…

На этот раз я не стал ждать, чтобы услышать остальное. Что касается меня, несмотря на то, что это длилось всего одну секунду, этот короткий поцелуй был лучшим поцелуем в моей жизни.

Убрав ее руку, я взял Зои за затылок и пошел за добавкой. Я не хотел упустить еще одну секунду с этой девушкой. К черту все. К черту всех. Ничто из этого не имело значения. Она прижалась губами к моим без малейшего колебания. Мое тело приблизилось, и ее сделало то же самое, пока мы не были вровень друг с другом. Я наклонил голову и погрузился глубже, мой язык дегустировал каждый ее дюйм. Девушка застонала, а я почувствовал, как ее кулак сминает мою рубашку. Наши рты двигались в идеальном тандеме.

Когда нам пришлось отстраниться, чтобы дышать, Зои простонала мое имя:

— Дилан.

Одно только это слово, исходящее из ее губ, подлило масла в огонь, и я отпустил ее затылок, чтобы скользнуть рукой вниз к ее талии. Я хотел притянуть девушку еще ближе, хотя между нами не было даже дюйма пустого пространства. Она не протестовала, только нагнулась ко мне и снова поцеловала. Затем захныкала у моих губ, обняв меня за шею.

— Это слишком много? — прошептал я у ее губ, с трудом оторвавшись от поцелуя.

— Нет, — выдохнула она затаив дыхание. — Этого недостаточно.

Со стоном, доносящимся из глубины моей груди, я прикусил ее нижнюю губу и просунул язык обратно внутрь. Я засунул свою левую руку под нее и потянул девушку на себя, перевернувшись на спину на крошечной кровати. Она взвизгнула мне в рот, но не переставала меня целовать. Затем Зои положила руки по обе стороны моего лица и закинула ногу мне на бедро. Я убрал ее волосы в сторону и переместил руки с ее плеч вниз, а затем на талию. Я достаточно приподнял ее рубашку, чтобы почувствовать ее кожу под своими руками. Она вздрогнула, когда я обхватил ее за талию так крепко, как только мог, не причинив ей вреда.

Наше дыхание все еще выходило из-под контроля, я открыл глаза, когда она прошептала мое имя и коснулась моего лица рукой.

— Да, — прохрипел я, а затем наклонился достаточно, чтобы взять ее губы в поцелуе. Одной-двух секунд было достаточно для дыхания.

Зои поцеловала меня в ответ, ее язык скользил с моим так же сильно, так же ненасытно.

— Погоди, — пробормотала она, прислонившись губами к моим, когда нам пришлось отстраниться, чтобы вдохнуть воздух. — Одну секундочку, пожалуйста.

Я застонал, но остановился, как она просила. Вместо ее губ я сосредоточился на шее.

Одна из ее ног оказалась между моими, когда я потянул девушку на себя, но она немного выпрямилась, убрав свою мягкую кожу от моих губ, и оседлала меня, восседая прямо на моем члене.

— Черт, — простонал я, потянувшись к ее бедрам. — Возможно, это не очень хорошая идея, Вспышка.

Одна из ее рук лежала на моем животе для равновесия, когда она отодвинула волосы от лица другой.

— Что?

Я потянул ее бедра немного вперед, чтобы она не была прямо поверх моего уже чертовски жесткого члена, и хмыкнул, когда грубое скольжение, заставило меня почувствовать себя лучше, чем когда-либо.

— Это, — повторил я хрипло, надеясь, что она поймет, о чем я. Теперь обе ее руки были на моем животе, и она все еще была запыхавшейся, как и я.

Она отодвинула бедра на прежнее место и прикусила губу.

— Забавно, для меня это было самой удивительной идеей в мире.

— Да?

— Да.

Я сел и поймал ее одной рукой, прежде чем Зои смогла упасть. Перетащив наши тела вверх в постели, я оперся спиной о низкое изголовье. Откинул голову назад на стену, когда она извивалась на моих коленях, устраиваясь удобнее.

Скользнув рукой под ее рубашку сзади, я схватил ее за шею как можно мягче и потянул к своему рту. Девушка с нетерпением прильнула ко мне и застонала еще громче, когда я поцеловал ее, и она беспокойно задвигала своей маленькой попкой по моему члену. Я даже не мог вспомнить последний раз, когда у меня был сеанс петтинга, не говоря уже о том, что мне это так чертовски нравилось.

Расстегнув ее бюстгальтер, я переместил обе руки на спину, позволяя материалу просто болтаться. Затем скользнул руками к ее плечам и обратно, нежно поглаживая ее спину.

После особенно жесткого трения я застонал и ударился головой о стену с тяжелым стуком, отрывая губы от ее.

— Блядь, Зои...

Мои глаза медленно открылись, когда я почувствовал ее дыхание на моих губах. Я сглотнул и облизнул губы, ожидая, что она сделает дальше. Хуже всего было то, что она больше не двигалась на мне.

— Дилан, — прошептала она, прежде чем дважды поцеловать меня в губы. Я позволил ей задавать темп, и ни один из них не длился больше нескольких секунд. — Мое сердце бьется по-другому из-за тебя. И чувствуется как-то по-другому. Знаю, это, вероятно, не имеет смысла, но... оно бьется громче, неистовее, когда я вижу тебя. — Я провел руками по ее талии и крепко сжал ее. Она прислонилась щекой к моему виску и завертела бедрами. — И я не знаю... Как можно не чувствовать этого? Как можно привыкнуть видеть эту улыбку на твоих губах? Это разрушает мой мозг. Ты иногда превращаешь мой мозг в полное месиво. Даже в тот первый раз в ванной... хотя это были просто нервы и ужас, так что, возможно, нельзя считать тот раз... но во второй раз, когда я увидела, что ты идешь ко мне навстречу, я просто застряла. Как кто-то может отвести взгляд…

Я не позволил ей закончить свои слова, просто не мог. В считанные секунды я перевернул ее на спину, и склонился над ней. Неважно, насколько было темно; я мог представить выражение ее лица. Оно было выжжено в моем сознании. Эти большие глаза, румянец на щеках — я все это видел в своей голове.

Не желая терять ни секунды, я снова поцеловал ее, остановившись только, когда почувствовал, как ее руки тянут мою рубашку вверх. С одной рукой рядом с ее головой я использовал другую, чтобы откинуться назад, стянуть рубашку через голову и отшвырнуть в сторону. Когда посмотрел вниз, Зои боролась со своей рубашкой.

— Позволь мне, — пробормотал я, затем помог ей снять ее, бюстгальтер и все остальное.

Я не мог ясно ее видеть, и это разочаровывало, но не думал, что смогу отстраниться от Зои достаточно надолго, чтобы включить свет. Я опустил бедра между ее широко раскрытыми ногами, прижимая губы к ее уже припухшим губам. Затем положил ладонь ей на живот и скользнул ею вверх, пока не смог обхватить ее грудь. Она была больше моих ладоней, и мне натерпелось попробовать ее на вкус.

Я начал двигаться, словно трахая ее с остатками нашей одеждой, и каждый стон, каждое ее дыхание подталкивали меня к такому уровню, ведь знал, что ни один из нас не будет удовлетворен тем, что мы делаем. Я тихо застонал от ее маленьких стонов. Было так здорово наконец-то прикоснуться к ней вот так, почувствовать вот так. Зои ахнула и схватила меня за голову, когда я начал грубо перекатывать ее сосок между пальцами, пока с силой засосал другой.

Я сильнее прижал свою длину к ней, двигаясь поступательными движениями вперед. Каждое соприкосновение наших бедер толкало девушку немного выше на кровати.

— Так хорошо, — выдохнула она, пока я целовал ее шею, снова направляясь к ее груди. Одна из ее ног была на кровати, и Зои подталкивала себя вверх одновременно с моими толчками вперед, выгибая спину.

— Да? Ты заставишь меня кончить в штаны, — застонал я, чувствуя себя пьяным. — Не помню, когда последний раз я это делал.

На мне все еще были трусы и штаны, так как я заснул, как только рухнул на кровать, а все, что было на ней, это тонкие пижамные штаны. Она чувствовала, как каждый дюйм меня тянется к ее киске. Просто на случай, если ей нужно больше, я отпустил ее грудь впервые за то время, как заполучил девушку полуголой и подтолкнул руку под ее задницу, внутрь ее пижамы и трусиков, сильнее потянув Зои к себе и моему члену.

— Господи Боже, — простонала она, обвивая одну из своих ног вокруг меня.

Ее голова откинулась назад, и я, затаив дыхание, смотрел, как в ней зарождается оргазм прямо перед моими глазами. Я набрал необходимую скорость.

— Дилан, — закричала она. — Дилан, я так близко.

Мое имя на ее губах притянуло меня к краю пропасти.

— Давай, детка, — прошептал я ей в горло, оставляя маленькие поцелуи на ее горячей коже.

Ее ноги широко раскрылись подо мной, и я сильнее сжал ее ягодицы.

— Скажи мне, что тебе нужно, Зои.

— Только ты. Я хочу тебя.

— Я знаю, Вспышка. Знаю. Скажи мне, что тебе нужно, чтобы я мог заставить тебя кончить.

Вдыхая ее сладкий фруктовый аромат, я оставлял влажный след на ее шее над синяками и пососал ее кожу, убедившись, что это не причинит ей вреда. Девушка застонала, звук такой низкий и резкий.

— Нет. Нет. Стоп, — внезапно сказала она, удивляя меня до чертиков.

— Что? — Ошеломленный, я выпрямился, проложив несколько дюймов между нашими телами. Я перестал двигаться напротив нее, но у меня не было достаточно сил, чтобы разделить нас полностью. — Что случилось? Что не так?

Следующее, что я понял, ее руки были на поясе ее пижамных штанов, и она пыталась выкрутиться из них.

Немного отступив назад, я спросил:

— Что ты делаешь?

— Я хочу кончить, когда ты будешь внутри меня, Дилан, и думаю, что я могу умереть, если ты не будешь во мне в ближайшие минуты. И нет, я совсем не драматизирую, так что давай снимай штаны. Раздевайся.

Последнее, чего я ожидал в этот момент, это то, что я рассмеюсь, но я сделал именно это.

Зои удалось наполовину избавиться из пижамы, но ей было трудно распутать ноги, потому что я все еще нависал над ней. Я помог ей стянуть их и должен был успокоиться на секунду-другую. Я провел рукой до ее бедер, потом до лодыжки. Мне нравились ее ножки. Я провел недели, наблюдая за этими гладкими ногами и представляя, как они обернулись вокруг меня, пока я трахал ее, и она умоляла меня о большем.

— Не думаю, что ты можешь делать то, что я хочу, чтобы ты сделал, с этими штанами на тебе, Дилан, — прошептала она, когда я просто стоял на коленях, как идиот, и скользил руками по ней.

Я потянулся к руке, которой она сжимала простыни.

— Одну минуту, — пробормотал я, затем обмотал ее ноги вокруг талии и устроился между ее голыми ногами, мой ствол прижимался и надавливал прямо на ее клитор. Я просто хотел почувствовать ее тепло. — Раздень меня.

— Черт, — пробормотала она, скользя руками по моей груди и вокруг моих плеч. Я наклонился к ней, целуя и посасывая ее раздвинутые губы. Ее ноги упали с моей талии.

Я приподнял свои бедра достаточно, чтобы девушка могла без проблем спустить мои штаны. Затем посмотрел вниз между нами, чтобы взглянуть на появившуюся там головку моего члена. Если бы Зои прикоснулась ко мне, она бы почувствовала, что уже просачивается смазка. Она немного приподнялась и спустила мои штаны еще на несколько дюймов, освободив всю мою длину. Моя эрекция качалась между нами, кончик касался ее живота.

— Теперь, когда вытащила его, что ты планируешь делать? — спросил я хриплым голосом. Я положил предплечья по обе стороны ее лица и посмотрел ей в глаза. Я мог видеть, как она прикусывает губу и выглядит неуверенной.

Вместо того чтобы услышать слова, я почувствовал, как ее пальцы обвились вокруг моей твердой, опухшей длины, не было ничего неуверенного в ее прикосновении. Я дернулся в ее руке и почувствовал, как ее палец размазывает влагу вниз и по кругу. Мое сердце бешено стучало в груди, я опустил руку вниз, скользил ладонью по каждому ее дюйму, пока не почувствовал ее влажность на моих пальцах, и это было последней каплей для меня. Я пропал.

— Защита, — сказал я, мой разум работал ровно настолько, чтобы помнить, что нам нужны презервативы. Много. — Презервативы. У меня нет презервативов, Зои.

Ее рука перестала двигаться, но девушка не убрала ее.

— Что?

Я хлопнул рукой по кровати и упал лицом у ее шеи. Лизнул и укусил мочку ее уха, прежде чем заговорил, потому что не мог остановить себя.

— У меня нет презервативов.

— У меня есть! — наполовину закричала она, а затем ее рука больше не гладила мой член. — У меня есть. Один. У меня есть один.

Она отпустила мой член, выскользнула из-под меня, заколебавшись на минутку, схватила подушку и прижала ее к своему идеальному обнаженному телу, прежде чем подпрыгнуть и выбежать из моей комнаты. Через несколько секунд девушка вернулась. Я сел на краю кровати, мои пальцы чесались от желания прикоснуться к ней, притянуть ее, держать ее.

— Что это? — удалось спросить мне, жестом указывая на подушку, мой член болезненно твердый и еще более мучительно готовый.

Я протянул к ней руку, и Зои без колебаний взяла ее. Другой рукой я схватил подушку и бросил ее обратно на кровать.

— Дилан...

— Здесь и так слишком темно. Не прячься от меня, Зои, больше нет.

Я нежно потянул ее, и она забралась ко мне на колени.

— Вот, — сказала она, протягивая мне презерватив, сидя на моих бедрах. — У меня есть только один. — Она сделала паузу. — Джаред дал мне его, на всякий случай.

— На какой всякий случай?

Она пожала плечами.

— На всякий случай, если мы с тобой... в шутку.

— Трахнемся. Ты слишком застенчива, чтобы сказать «трахаться»?

— На случай, если у нас с тобой будет секс.

— Трахаться звучит лучше для меня.

— Прекрасно, тогда давай трахнемся.

Я хихикнул и поцеловал ее. Ее руки медленно обернулись вокруг моей шеи, и девушка растаяла против меня.

— Я хочу посмотреть, как ты его наденешь, — сказала она у моих губ.

— Что бы ты ни захотела, просто скажи, и ты это получишь.

Она закусила нижнюю губу между зубами и наклонила голову вниз, чтобы посмотреть, как я работаю над своей длиной, так быстро, насколько это было вообще возможно.

Я потерял терпение где-то по пути, поэтому поднял девушку со своих колен и бросил ее на кровать прямо перед тем как нависнуть над ней.

— Ты мне так нужна, Зои. Не могу больше смотреть на тебя и не знать, каково это — погрузиться в тебя.

Она притянула мою голову и поцеловала меня. Удерживая наши груди на расстоянии, я потянулся рукой между нами и почувствовал влагу между ее ног.

— Черт, Зои, — прошипел я, прислонив лоб к ее лбу. — Ты такая мокрая для меня.

— Я пыталась сказать…

Я просунул в нее два пальца, и девушка затихла подо мной, ее ноги напряглись, пальцы впились в кожу моих рук. Она была чертовски влажная. После нескольких неглубоких толчков я вытащил пальцы и прошелся ее влажностью по клитору, поглаживая и кружа. Ее бедра были беспокойными, требовательными. Руками она скользила на моей коже, обжигая своими прикосновениями.

Я наклонился и прошептал ей на ухо.

— Ты мне так нужна, Зои.

— Пожалуйста... Дилан, пожалуйста.

Я прислушался к ее мольбам и, обхватив рукой основание члена, медленно скользнул внутрь, пока она не вобрала меня всего. Потребовалось несколько секунд и несколько сексуальных ворчаний и вздохов от нее, когда она выгнулась подо мной, и я полностью погрузился в нее, и ничто никогда не чувствовалось так плотно, так правильно, так совершенно... Моя.

Я хотел трахать ее до утреннего света, чтобы запомнить каждый изгиб ее кожи. Почувствовав небольшое головокружение, я отступил, пока в ней не осталась только широкая головка моего члена, а затем толкнулся обратно. Я упал вперед, опираясь на предплечья и, наконец, начал трахать ее в медленном ритме.

Небольшой стон соскользнул с ее губ, и я наклонился, чтобы захватить ее губы в поцелуе. Я хотел, чтобы Зои стонала, вздыхала и задыхалась. Я хотел всего этого от нее.

— Я собираюсь забрать у тебя все, — прошептал я ей в кожу. Было справедливо дать ей знать об этом.

— Хорошо, — ответила она. Ее руки сжимали мое лицо, и я чувствовал, как она смотрит мне прямо в глаза, когда я двигался внутри нее жесткими, короткими толчками. — Даже отлично. — Еще один вздох после особенно сильного толчка. — До тех пор пока ты отдаешь мне всего себя.

— Я уже у тебя есть, детка.

После этого все было потеряно в наслаждении. Я просто потерялся в ней. Схватив одну из ее ног, я обернул ее высоко вокруг своей талии, чтобы иметь возможность войти еще глубже. Когда мои движения набирали скорость, девушка издавала тихие стоны. Она хваталась за мои бицепсы, сжимала, тянула и издавала проклятия, когда я входил особенно глубоко и быстро. Затем выгнулась, выставляя свою идеальную грудь, так любезно предлагая мне продегустировать, и я попробовал ее на вкус.

Стоны.

Сбившиеся дыхания.

Толчки.

— Ты сводишь меня с ума, — выдохнул я, сердце бешено колотилось в груди, не поспевая за нами. Звук нашей кожи, хлопающей с каждым толчком, был лучшим звуком, который я когда-либо слышал в своей жизни.

— Ты чувствуешься таким большим внутри меня, — воскликнула Зои, привлекая мое внимание от ее груди к ее опухшим губам.

Я замедлил толчки и медленно поцеловал ее, посасывая язык. Вытащил член из нее как можно медленнее, а затем толкнулся обратно.

— Слишком сильно?

Закусив губу, она покачала головой.

— Тебе хорошо?

— Я хочу кончить, — ответила она, крепче сжимая пальцы вокруг моих рук. — Я хочу кончить, когда ты внутри меня, — повторила она хрипло с придыханием.

Я поцеловал краешек ее губ.

— Скажи мне. Произнесите это вслух. Я хочу услышать. Тебе хорошо?

Зои положила ладонь мне на щеку, прежде чем дать ответ.

— Это потрясающе. Такое чувство, что я сейчас взорвусь. — Вздох. Стон. — Ты чувствуешься потрясающе, я в восторге, но хочу кончить. Это... случается не каждый раз, но сейчас я так близко, что чувствую это. Я хочу, чтобы ты заставил меня кончить. Пожалуйста, заставь меня кончить.

С таким вызовом, как этот, какие у меня варианты?

Я встал на колени, подтащил ее ноги по моим бедрам и притянул девушку еще ближе, положив руки на бедра, а затем начал трахать ее, как будто завтрашнего дня не существовало. Девушка толкалась навстречу мне, упершись руками в изголовье кровати, и я почувствовал, как она начала медленно сжиматься вокруг меня, сжимая ноги вокруг моей талии, ее хныканье стало громче.

— Зои, — прошипела я. — Зои, ты так охуенно чувствуешься вокруг моего члена, сжимая меня вот так. Посмотри на себя, отпусти все и кончи для меня.

Затем ее оргазм взял верх, она попыталась сжать свои ноги, сцепленные вокруг меня, но я держал их открытыми и продолжал вколачиваться в нее, пока она не взлетела вверх и застонала, почти беззвучно, а затем она кончила с открытым ртом, ее тело выгнулось, дыхание потерялось.

Наблюдая за ее лицом, за тем, как ее грудь колыхается от силы моих толчков, я знал, что больше не могу сдерживаться. Я был так чертовски глубоко в ней, и она была такой невероятно тесной, что я не знал, смогу ли когда-нибудь остановиться.

Моя кровь гудела в венах, и позвоночник покалывало.

Зои перестала кончать и перевела дыхание, когда мое имя снова вырвалось с ее губ. Она потянулась и провела руками по моей груди и животу, заставляя меня дрожать. Я не знал, как долго смогу двигаться внутри нее, но я был близок к тому, чтобы потерять рассудок.

— Я не могу, — выдавил я. Она сжигала меня изнутри, и я понятия не имел, почему так старался продолжать двигаться, вместо того чтобы отпустить.

— Не сдерживайся, — прошептала она, прижимаясь к моей коже.

Мы оба были покрыты потом, и, чувствуя, что ее сиськи прижаты ко мне, ее сильное сердцебиение, ее запах, ее прерывистое дыхание... ничто из этого не помогало.

Изголовье кровати ударялось о стену с каждым толчком, и мы с Зои стонали каждую секунду. Я почувствовал, как она снова обвилась вокруг меня, и закричала, снова кончая, ее бедра двигались, руки были вокруг меня, держались за меня. Она спрятала свое лицо мне в шею и стала невероятно плотной и влажной вокруг меня.

— Посмотри на меня, — простонал я настойчиво. — Зои, смотри на меня.

Затаив дыхание, она опустила голову на подушку, и наши глаза встретились в темноте. Со стоном я опустился к ее губам, снова и снова погружаясь в нее до самого конца. Я целовал ее так глубоко, как мог, наши головы двигались и наклонялись в унисон, и, наконец, я взорвался внутри нее. Никогда не чувствовал себя так раньше. Все чувствовалось иначе, как будто оргазм вырвали из глубины меня, как будто то, что мы сделали на этой проклятой крошечной кровати, было чем-то большим, чем просто секс, больше похоже на обряд экзорцизма.

Когда я снова смог видеть и слышать, то обнаружил, что все еще медленно двигаюсь внутри нее, погружаясь так глубоко, как только мог. Я не отрывал губ от ее губ. Целовал ее до тех пор, пока еще оставались силы. Мои руки не переставали бродить по ее коже, изучая, запоминая. Я мог бы целовать ее так часами, днями, годами. Когда мне показалось, что я умру, если буду продолжать двигаться, то я наполовину упал на нее и попытался перевести дыхание.

— Блядь. Кажется, ты меня разрушила, — пробормотал я в подушку. — Давай сделаем это снова.

Зои засмеялась, и от этого мягкого звука мурашки побежали по моей коже.

Я вышел из нее и встал, чтобы избавиться от презерватива. Когда вернулся, она опять натягивала на себя простыни и пряталась.

Проскользнув под одеяло, я положил руку ей за талию и притянул девушку вплотную к груди, мой полутвердый член находился между нами.

— Не прячься от меня, — тихо сказал я. — Пожалуйста.

— Я не прячусь, — прошептала она в ответ.

Я убрал ее волосы с лица и уставился на нее.

— Зои, это было лучшее, что случалось со мной. — Я прижал поцелуй к ее опухшим губам, и когда она их раздвинула, я без колебаний углубил его. Когда мы разъединились, девушка вздохнула и прижалась лбом к моему плечу, прямо под моим подбородком. Я продолжил: — Такое чувство, что я ждал этого всю свою жизнь, ждал, когда ты появишься.

Я ласкал ее спину, вверх и вниз, вверх и вниз, пока она не посмотрела на меня.

— Было так интенсивно. Я никогда не делала этого раньше. Я имею в виду... дважды испытать оргазм. Кажется, я была слишком мокрой. Это вообще нормально?

— Думаю, это нормально. Было слишком грубо? — нахмурился я на нее. — Я сделал тебе больно или еще что? Как твоя шея?

Зои отрицательно покачала головой.

— Нет. Нет, дело не в этом. Я никогда себя так не чувствовала, как... сумасшедшая. Я просто хотела, чтобы ты был все глубже и глубже, даже несмотря на то, что казалось, что ты был там до конца... Понимаешь?

— Да, понимаю, что ты имеешь в виду. Я пытался двигаться медленнее, но не смог. — Я поцеловал ее в лоб и закрыл глаза. — Нам нужно немного поспать, Вспышка. Завтра будет еще один тяжелый день для тебя.

Она вздохнула и прижалась ближе.

— Я могу поспать с тобой?

— Только попытайся уйти от меня.

Казалось, она успокоилась после этого, и мы замолчали.

Я уже почти задремал с ней в руках, когда она тихо заговорила:

— Дилан.

Внезапно я совсем проснулся. Тем не менее, исходя из ее тональности, этот разговор был не тем, к чему я был готов в данный момент, не тогда, когда я все еще чувствовал, как ее киска сжимается и пульсирует вокруг моего члена.

— Не сейчас, — коротко сказал я.

— Я думаю, нам…

— Нет, не сегодня, не после того как только что был в тебе. Поговорим завтра или послезавтра. А потом съедем отсюда как можно быстрее.

— Съедем отсюда? О чем ты…

Я сжал ее, и она замолчала. Я посмотрел вниз и встретил ее непонимающий взгляд.

— Мы не можем оставаться здесь, в его квартире. Я не могу.

Ее хмурость только углубилась, пока понимание осенило ее, и она начала качать головой.

— Нет, Дилан. Ну, вернее, да, но…

Я поцеловал ее в губы, останавливая, потому что ничего не мог с собой поделать.

— Не сегодня. Пожалуйста.

— Ты должен знать. Есть вещи…

— Я все узнаю завтра или послезавтра. Просто дай мне еще один день, ладно? Только мы, ты и я, больше никого. И ничего больше.

Она смотрела мне в глаза еще несколько секунд, потом тяжело вздохнула и кивнула.

Прошло еще несколько секунд, но я не мог заснуть. Я прочистил горло.

— Кстати, ты меня поцеловала. Ты проиграла пари, а была уверена, что никогда не проиграешь.

Ее голова взлетела вверх, ударив меня под подбородок.

— Нет! Ты поцеловал меня!

— Мне так не кажется. Ты сделала это первой.

— Нет. Это не считается. Ты был первым.

У меня была самая большая улыбка на лице, когда я, наконец, заснул после спора с ней о том, кто выиграл спор. В конце концов, я получил ее, во всех смыслах этого слова. Только я понятия не имел, что ничто из этого не будет иметь значения на следующий день, не после того как она разобьет мое сердце.

Глава 24

Зои

Он играл с моими пальцами; думаю, это то, что изначально разбудило меня, и то, что его голос бормотал мое имя против моей кожи. Это был всего лишь шепот, который внезапно заставил мое сердце биться быстрее. Было чертовски рано так волноваться только потому, что услышала сексуальный сонный голос.

Я открыла глаза с глупой ухмылкой на лице. Один взгляд на эту кровать, и вы бы поспорили, что два человека, особенно если один из них размером с Дилана, поместились на ней, но мы это сделали. Мы идеально вписались. Конечно, его ноги и половина руки, которая была под моей головой, свисали с кровати, мои ноги были спутаны с его, и мои колени тоже висели сбоку, но кого это волновало? Как я уже сказала, мы идеально вписались.

— Доброе утро, — пробормотал он, и я оглянулась, чтобы встретиться с его темно-синими глазами. Он лениво улыбнулся мне, и я не могла не ответить тем же.

— Доброе утро.

— Хорошо спалось?

Все еще улыбаясь, я кивнула, и его улыбка стала еще шире. Я почувствовала, как жар приливает к моим щекам. Мой взгляд переместился к его губам, и я наблюдала, как его улыбка превращается в ту, которую я люблю больше всего, когда Дилан улыбался глазами так же, как губами. Теплая, искренняя, сексуальная. Звучит банально, я знаю, но следует признать, что она буквально захватывает вас… ладно, может быть, она и не захватывает вас... надеюсь, что нет... но у меня дыхание перехватило.

Уф.

Кажется, я пропала.

— Не двигайся, — быстро сказала я, затем откинула покрывало, взвизгнула и поспешила вернуть его обратно.

— Что происходит? — спросил Дилан, глядя на меня с весельем, танцующим в его глазах.

Я подняла одеяло выше.

— Я... просто... дай мне подушку.

Я даже не дала ему шанса запротестовать или помешать мне, прежде чем смогла добраться до нее. Вытащила ее прямо из-под него, и его голова подпрыгнула на матрасе. Бормоча быстрые извинения, я прижала ее к груди и осторожно выскользнула из кровати. Он схватил меня за руку до того, как я смогла выпрямиться.

— Куда ты?

— Сейчас вернусь. Я просто хочу кое-что взять.

Дилан отпустил меня, и я выскочила из комнаты, надеясь, что прикрыла все стратегические места.

Достав из сумки то, что мне было нужно, я поспешила к нему. Дилан все еще лежал, положив руку за голову в качестве подушки. Я залюбовалась его мышцами, руками, грудью, гладкой кожей, выпуклостью под одеялом — просто думая о его члене, я уже была возбуждена. Вы бы видели его; он выглядел таким расслабленным, таким сексуальным, таким... и еще другие слова, которые я не могла придумать из-за того, что он превратил мой мозг в кашу, но поверьте мне на слово, парень выглядел идеально.

Все еще прижимая подушку к туловищу одной рукой, и держа камеру другой, я вернулась в постель и, наконец, отпустила подушку, когда залезла обратно под одеяло.

— Ты не можешь больше стесняться, Зои, — сказал он, приподнявшись на локте и посмотрев мне в глаза, слегка нахмурившись. — Не после вчерашнего вечера.

— Это не проходит просто так. Войди в мое положение, сейчас светло. — Я вздохнула. — Забудь об этом. Я умираю, как хочу тебя сфотографировать и…

— Ты фотографировала меня на игре.

— Нет, не так. — Я положила руку ему на грудь. — Я хочу сохранить этот момент.

— Собирать воспоминания, эмоции, — пробормотал он, повторяя то, что я сказала ему в первую ночь, когда он пришел в квартиру. Улыбаясь, Дилан засунул прядь волос мне за ухо. — Нас обоих?

Взволнованная до невозможности, я закусила губу и нетерпеливо кивнула.

Он распахнул объятия, и я прильнула к нему, безумно счастливая быть в его руках.

— Твоя рука, наверное, уже затекла. Надо было убрать ее, после того как я уснула.

— Все в порядке, — рассеянно сказал он, притягивая меня ближе.

Отрегулировав настройки, я выдохнула и подняла свою камеру высоко над нами, чтобы мы оба могли попасть в кадр. Флип-экран не перевернулся, поэтому снимок будет пальцем в небо, но в тот момент мне было все равно.

Ухмыляясь как сумасшедшая, я посмотрела на Дилана, и он улыбнулся в ответ.

— Готов? — спросила я, не заботясь о том, что я похожа на маньяка.

Парень усмехнулся и поцеловал меня в щеку.

Это было бесценно. Я сделала снимок еще до того, как он успел отступить. Чувствуя легкое головокружение, я повернула камеру, чтобы проверить, что получилось. Идеально. Я выглядела немного сумасшедшей с этой улыбкой на лице, глаза закрыты, голова наклонена к его голове, но это было прекрасно. Его сторона фотографии была идеальной, и я была безумна счастлива. Если бы вы увидели фото, то подумали, что я полная неудачница, но я так не думала. Когда Дилан рассмеялся рядом со мной, я знала, что он тоже так не думает.

— Такая красивая, — сказал он, и восхитительная дрожь пробежала по моему телу.

Запечатлеть этот единственный момент было бы достаточно для меня. Я планировала опустить камеру, но Дилан остановил меня.

— Давай еще.

— Можно?

— Да. Делай столько, сколько хочешь, — сказал он, давая мне разрешение.

Я, вероятно, сделала дюжину одинаковых наших снимков, но мне было все равно. Все они состояли из того, как Дилан целовал меня, пока я лежала на его плече; затем пока его ладонь покрывала мою щеку; я смеялась, когда он наклонился и поцеловал мою шею; я смотрела на Дилана сверкающими глазами, когда он улыбался мне, а камера была напрочь забыта. Потом Дилан взял ее из моей руки, которую уже трясло от долгого удерживания, и немного замешкавшись, начал делать следующий набор одинаковых фотографий: он целовал уголок моих губ, и я, наконец, посмотрела прямо в камеру; он достиг моих губ и, наконец, поцеловал меня, как я повернула свое тело к нему; я с закрытыми глазами, когда он шептал слова мне на ухо. Затем был снимок его руки, скручивающейся вокруг моей шеи, и еще его торса и моей талии, когда он крутился в постели.

Потом была просто тишина, он и я.

Наклонившись надо мной, парень поставил камеру на ковровое покрытие и посмотрел на меня. Когда-то во время нашей импровизированной маленькой съемки покрывало обнажило верхнюю часть моего тела, и он мог видеть все, что не видел раньше.

Мое сердце екнуло, когда мы уставились друг на друга. Выражение Дилана смягчилось, пока он изучал меня.

— Привет, Вспышка.

Я улыбнулась.

— Привет, приятель.

Он наклонил голову и засмеялся.

— Да, мы друзья. Ты лучший приятель, который у меня когда-либо был.

— Взаимно.

Дилан начал скользить пальцами по моим синякам, его глаза следовали за рукой, и я сглотнула.

— Меня убивает то, что они здесь.

Я не могла ничего сказать.

Посмотрев на меня еще немного, одной из его рук погладил мою талию, а затем переместил ее вниз по бедру. Когда Дилан схватил мою ногу и поставил ее на кровать, мне потребовалось все самообладание, чтобы не задрожать всем телом. И просто вот так, я была влажной для него. Дилан опустился на меня, и я вспомнила, что он снова надел трусы, когда вставал, чтобы позаботиться о презервативе. Тем не менее, ткань, разделяющая нас, ничего не значила; я ощущала каждый дюйм его твердости, и через несколько секунд он сможет почувствовать, насколько влажной я была для него.

Я схватила его за руки, закрыла глаза и выпустила непроизвольный стон, когда он подался вперед, и головка его члена сильно надавила на мой клитор.

Затем я почувствовала, как его губы танцуют на моей щеке, над раковиной моего уха, на моей шее, облизывая, нежно посасывая, целуя.

Вслепую, я протянула руку между нами, спустила его трусы на несколько дюймов вниз, и дернулась, когда его тяжелый, горячий член лег на мой живот.

Чувствуя себя немного сумасшедшей, я застонала и повернула голову, чтобы поцеловать его. Парень застонал, когда я обвилась рукой вокруг его члена и сильно сжала. Я проглотила его ворчание и сжала сильнее. Капля предэякулята упала на мой живот, заставляя меня ахнуть и задрожать, мурашки побежали по всему телу. Потом еще одна капля, и еще одна. Я возобновила свое нападение на его рот, потянувшись свободной рукой, обвила его шею и притянула его ближе к себе. Дилан наклонил голову, проникая глубже в мой рот, поглаживая языком мой, принимая и давая, кусая и облизывая, успокаивая и целуя.

Потом я почувствовала его большой и указательный пальцы на подбородке, парень оттолкнулся, и наши губы громко причмокнули.

— Пожалуйста, скажи мне, что Джаред дал тебе еще один, — прорычал он, звук и тон еще больше распалили меня.

Мои глаза открылись только наполовину, и я тихо пробормотала:

— Что?

— Презервативы.

Я заставила свои глаза открыться еще немного и мое сердце упало.

— Ох, нет.

Парень застонал и перекатился на бок, его член в процессе выскользнул из моей руки.

— Извини, — пробормотала я, опираясь на локоть и глядя на него, пока он несколько раз потер рукой свое лицо.

— Тогда мне нужно выбираться из этой постели, и, черт возьми, вероятно, из квартиры.

Я улыбнулась.

— Почему?

Он бросил на меня разочарованный взгляд, выражение его лица было таким же мрачным и напряженным, как его глаза. Я довольно быстро потеряла улыбку и откашлялась. Не говоря больше ни слова, я встала на колени, затаив дыхание и немного неуверенно, устроилась рядом с его ногами и сглотнула. Я не собиралась спрашивать разрешения, и он меня не останавливал. Я чувствовала, как его взгляд обжигал мою кожу. Интересно, насколько это отстойно быть настолько очарованной членом? Потому что, очевидно, что я не могла отвести от него взгляд. Толстый стержень, темно-розовая головка... то, как она лежала на его рельефном животе, эта толстая вена на нижней стороне... ожидание того, насколько хорош он будет на вкус... все это сразу обрушилось на меня, и я не могла больше ждать.

Я взглянула на Дилана и увидела, как он сглотнул, как его горло двигается и какой жесткой была его челюсть.

Я потянулась, чтобы взять его член в руку, но он остановил меня раньше, чем я успела, и связал наши пальцы.

— Используй другую, — сказал он хриплым, нуждающимся голосом, заставляющим мурашки взрываться по всей моей коже.

В предвкушении я облизнула губы.

— Ладно.

Я хотела его во рту, вероятно, немного больше, чем даже хотел он. Я не была профессионалом в минетах, но думаю, что не была и полным отстоем. Качая головой, чтобы избавиться от всех глупых сомнений, я левой рукой схватила толстое основание его члена и опустила рот на пухлую головку, обводя языком вокруг ее.

Дилан дернулся бедрами вверх и сжал мою руку своей.

— Прости.

Медленно я скользила рукой вверх и вниз по его длине, проводя большим пальцем по щели в головке, используя его просачивающуюся влагу, чтобы облегчить процесс. Парень пытался лежать как можно спокойнее.

— Блядь, — прошипел он, уткнувшись головой в подушку, когда я снова накрыла его ртом. — Зои, не думаю, что когда-нибудь снова выпущу тебя из этой постели.

И не выпускал, пока не пришлось, когда его телефон начал звонить снова и снова. Один из его товарищей по команде, Бенджи, звонил, чтобы убедиться, что Дилан появится на практике.

Я понятия не имела, когда мы очнулись, но после того как я заставила его кончить на живот, парень ответил взаимностью, а потом я получила еще один бонус. Когда его друг позвонил и лопнул наш личный маленький пузырь, я почувствовала себя виноватой за то, что была так счастлива, когда моя подруга проходила через ад.

Через пятнадцать минут после телефонного звонка мы оба были после душа, одеты и готовы идти.

— Ты позвонишь мне, когда вернешься домой?

— Конечно.

— Ты пропускаешь занятия?

— Да, и Джаред тоже.

— Позвонишь, если что-нибудь понадобится?

— Конечно.

— Напиши мне, как она себя чувствует, когда доберешься туда.

Быстро кивнув, я отвела взгляд.

Дилан потянулся, чтобы схватить меня за подбородок.

— Что случилось?

Я слегка пожала плечами. Как мне объяснить ему насчет Марка и Криса? Как мне вообще начать такой разговор?

«Итак... вот в чем дело, я знаю, что ты ненавидишь лжецов, потому что сказал мне об этом, в первую же ночь когда пришел сюда, но я лгала тебе все это время. Эй, по крайней мере, это была ложь во благо, верно? У меня никогда не было парня, с тех пор как ты переехал, и твой лучший друг, оказывается, мой давно потерянный брат, но мы ничего ему не говорим, потому что так хочет Марк. Хорошо поговорили. Пока».

Это как сорвать пластырь.

К моему смущению, мои глаза горели слезами, и я отвернулась, чтобы добраться до двери, прежде чем парень их увидел.

— Ничего. Ты опоздаешь. Давай.

Я потянула его за руку, чтобы вытащить из квартиры и заперла дверь.

— Зои, подожди.

Он положил руку мне на руку, но я уже была в движении.

Дверь мисс Хильды открылась, до того как мы смогли сбежать. Могу поклясться, что женщина проводила полдня — возможно, даже больше — прижав ухо к двери, ожидая своих жертв.

— Где вы были? Я стучала в вашу дверь вчера. У вас там была вечеринка? Кажется, я говорила, что мне бы это не понравилось, когда вы только переехали сюда, мисс Кларк.

Если бы у меня был список дел на сегодня, иметь дело с мисс Хильдой было бы последним пунктом в этом списке. Хорошо осознавая присутствие Дилана, стоящего высоко и сильно позади меня, я наклонила голову и глубоко вздохнула.

— Вы слышали музыку или что-то такое, мисс Хильда?

— Нет, но могу поклясться, что слышала…

— У нас не было вечеринки, и мы не планируем устраивать ее в ближайшем будущем. Я бы с радостью помогла вам со всем, что вам нужно, но сейчас я опаздываю на занятия, а Дилану пора на тренировку, так что извините, но вам придется найти кого-то другого, чтобы повесить ваши шторы. Хорошего дня, мисс Хильда.

Пока она смотрела на меня с еще более глубоким хмурым взглядом и открытым ртом, я начала спускаться по лестнице. Секунду спустя Дилан последовал за мной.

Когда я вышла на улицу, откинула голову к ярко-синему небу и почувствовала себя немного лучше с ветром на лице.

— Что происходит? — спросил Дилан позади меня. Затем парень обвил руки вокруг моей талии, прижимая меня к своей груди, и оставил легкий поцелуй у меня на шее.

Это было даже лучше, чем ветер, и я расслабилась еще больше.

— Ничего, — ответила я и наклонила голову в сторону, бесстыдно прося о большем.

Дилан не заставил меня ждать. Схватив меня за подбородок, он подарил длинный влажный поцелуй, прогоняя каждую плохую мысль.

— Ничего, — повторила я, затаив дыхание. Посмотрев в его головокружительные глаза, я поверила, что все будет хорошо.

— Она уснула? — спросила я, когда Джаред вернулся в гостиную.

Он с раздражением сел на диван и сжал голову в руках.

— Да, наконец-то.

Я пыталась повернуться, чтобы посмотреть на него, но меня остановила маленькая рука, дергающая меня за волосы.

— Зои, нет, нет, нет. Ты все испортила. Ты не должна шевелиться, глупая. Теперь мне придется начать все сначала.

Позади меня послышался милый вздох, с наигранным раздражением.

— Мне очень жаль, мисс Блюберд⁹, — протянула я, используя новое прозвище, которое она умоляла меня использовать, как только я вошла в квартиру. Младшая сестра Джареда, Бекки, была самой милой маленькой девочкой, и самой умной, совсем как ее брат. — Теперь мне придется платить дополнительно, раз ты начнешь сначала?

Ее пальцы перестали шевелиться в моих волосах.

— Мне заплатят?

— Ну, ты же мой парикмахер, так что думаю, что должна заплатить, не так ли? Я имею в виду, как долго ты над этим работаешь? Полчаса?

— Да. Да, ты заплатишь мне, хорошо?

— Хорошо, я заплачу, но ты должна сделать меня красивой, хорошо?

— Я пытаюсь. Сколько ты заплатишь?

— Ох, — произнесла я в сторону Джареда, но он даже не обратил на нас внимания. — А сколько ты хочешь получить?

Она повернулась к Джареду.

— Джар, мне сегодня заплатят. Сколько денег я хочу?

Я ухмыльнулась и сумела сдержать свое хихиканье. Бекки всегда называла своего старшего брата Джар или Джер.

После долгого переговорного процесса мы остановились на трех долларах, потому что она представляла меня с тремя косами, как у ее игрушечной лошадки, и они будут красивыми, потому что она была лучшей в косичках — так сказал Джар — и собиралась купить конфеты за свои деньги.

Позволив Бекки продолжать играть с моими волосами, я взглянула на склоненную голову Джареда.

— Ее родители приезжают завтра. Это хорошо, — тихо сказала я.

Взволнованный он потер шею и вскочил на ноги. За три года, что я его знала, ни разу не видела его таким злым. Он не мог усидеть на одном месте дольше нескольких минут.

— Блядь! Я мог бы его просто убить! Мы должны были что-то сказать раньше, должны…

Внезапно пухлые ручонки обвились вокруг моей шеи, и Бекки прижалась лицом к моим волосам. Я потянулась, чтобы успокаивающе погладить ее руку.

— Джаред, сядь, — прошипела я ему. — О, все в порядке, Бекки. Он просто немного расстроился.

Услышав мой тон, взгляд моего друга метнулся ко мне, и, наконец, вспомнив, что его сестра была в комнате, он сел обратно.

— Прости, принцесса, — пробормотал он, целуя ее в щеку, уговаривая ее выйти из укрытия за моими волосами. — Ты же не собираешься припоминать мне, что я использовал плохое слово, да?

Еще несколько поцелуев спустя Бекки захихикала, и все снова было хорошо в ее мире.

Я положила руку ему на колено, пока оно не перестало подпрыгивать.

— Она знала, что он нам не нравится, Джаред, — начала я тихо. — Мы в этом не виноваты, и Кайла тоже не виновата. Она любила его. Только один человек ответственен за это, и он получит по заслугам.

— Думаешь, ее родители заставят поплатиться этого... — он бросил быстрый взгляд на свою сестру — У-Б-Л-Ю-Д-К-А?

— Это будет не так просто.

Парень встал и снова стал расхаживать по комнате.

— И он причинил боль тебе! Почему она мне не позвонила? Почему ты не позвонила, если на то пошло? Если бы я был с вами в библиотеке…

— Ладно, из-за тебя у меня будет хлыстовая травма шеи. Сядь, пожалуйста. — После того взгляда, которым он меня одарил, я передумала. — Или нет, ладно, как хочешь, но только помолчи, — проворчала я. — Кайла была как призрак весь день, и только, наконец, закрыла глаза более чем на десять минут, ты снова ее разбудишь.

— Поговори со мной о чем-нибудь еще. Я сойду с ума, если не смогу разбить его лицо в месиво.

— Халк, крушить! — закричала Бекки. — Что такое месиво?

— Мои волосы уложены, мисс Блюберд? Можно посмотреть?

— Я принесу зеркало, и посмотришь. Ты сиди здесь. Хорошо, Зои? Ты сиди и жди, ладно?

После того как помогла ей спуститься с дивана, я кивнула.

— Сидеть и ждать. Я поняла.

Прежде чем она успела убежать, Джаред остановил ее рукой.

— КайКай спит в моей комнате, и дверь открыта, так что веди себя тихо, когда будешь искать зеркало, хорошо?

— КайКай заболела?

— Нет, дорогая. У нее просто немного болит голова, поэтому ей нужно немного поспать. С ней все будет хорошо. После того как ты покажешь Зои ее новую прическу, ты сама ляжешь в кровать. Тебе давно пора спать.

— Хорошо, Джар. Сначала волосы, потом кровать.

Удовлетворенная она убежала в свою комнату.

— Мне тоже пора идти. Уже больше девяти. — Как только Бекки перестала нас слышать, я не могла больше сдерживаться и выпалила: — Кроме того, на всякий случай, если ты хочешь знать, я спала с Диланом, и даже если ты не хотел знать, теперь знаешь. В его постели, с ним, прошлой ночью. Ну, больше похоже на утро, но давай скажем, что прошлой ночью... а затем немного у…

— Погоди, погоди, погоди, — пробормотал он. Он поднял руку, уставившись на меня. — Что ты сделала?

— Спала с…

— Уточни, пожалуйста. Ты просто спала с ним в одной постели, или спала с ним, то есть затрахала его до бесчувствия? Как именно?

— Ну... — Я потянула ноги и прижала их к груди, губы уже изогнулись в улыбке. — Если мы говорим о траханье до бесчувствия то, это, вероятно, меня так вытрахали.

Все еще с этим потрясенным выражением на лице, Джаред упал на диван рядом со мной.

— Думаю, это значит, что я больше не могу пытаться его соблазнить.

Я рассмеялась, и мне пришлось прижать руку ко рту, чтобы замолчать. Потом я опомнилась и улыбка исчезла.

— Мне так жаль, что я чувствую себя такой счастливой, когда Кайла проходит через ад. Я не планировала...

— Зои, если бы это зависело от тебя, ты бы, наверное, подождала лет десять, прежде чем сделать шаг. Я уже знаю, что не было никакого планирования.

— Он был так добр ко мне вчера, Джаред. Как только вошла в квартиру, я просто развалилась на части, а он собрал мои кусочки. А потом... — Я любила Джареда, и он был одним из моих лучших друзей, но по какой-то причине я не хотела делиться каждой деталью того, что произошло, после того как мы вернулись домой. То, как Дилан держал меня, как обнимал меня в душе, как мы подходили друг другу так идеально. Все это казалось личным, как будто это было только наше, мое и Дилана.

— А потом это случилось, — закончил Джаред за меня.

— Что-то вроде этого.

— Теперь это имеет больше смысла.

— Что?

Прежде чем он успел ответить, вбежала Бекки с маленьким розовым зеркалом в руке и шепотом крикнула:

— Я нашла его! Зои, я нашла его!

— О, какое прекрасное зеркало, мисс Блюберд. Теперь посмотрим, что ты сделала с моими волосами.

После того как малышка потребовала, чтобы я уложила ее спать, я более тщательно проверила свои волосы в зеркале ванной и должна была провести несколько минут, приводя их в приемлемый вид.

Когда проходила мимо комнаты Джареда, Кайла позвала меня по имени.

— Все ли в порядке? Я думала, что ты спишь.

Я вошла и села на край кровати, когда она переместилась в сидячее положение.

— Слышала, как Бекки разговаривала с вами, ребята. Ты до сих пор здесь?

— Да, просто хотела задержаться подольше. — После долгого молчания я спросила: — Как у тебя дела?

Я так волновалась, что за весь день не придумала правильные вопросы.

— Все нормально. — Она вздохнула. — Мне уже лучше, можно так сказать. Ты можешь уходить, Зои. Уже поздно. Тебе не обязательно сидеть здесь.

— Не беспокойся обо мне. Я уйду в любое время.

Она вздохнула, но кивнула.

— Мама и папа приезжают завтра. — На этот раз была моя очередь кивнуть. — Не уверена, что вернусь сюда в январе, Зои. Даже не уверена, что справлюсь с экзаменами.

Я хотела протестовать, хотела сказать, что это была самая глупая идея, которую я когда-либо слышала, но это не так. Мне хотелось придушить Кита, но знала, что это не отменит боль, через которую проходит моя подруга.

Не сводя глаз с темно-серого постельного белья, я выдохнула:

— Я хочу умолять тебя вернуться, КайКай, но знаю, что не могу.

— Просто не думаю, что хочу... на самом деле, я не могу, это лучший ответ. Думаю, и мои родители...

— Я все понимаю, и хочу, чтобы ты делала все, чтобы исцелится и стать счастливой. Думаешь остаться в Техасе?

— Не уверена.

Я быстро взглянула на нее и вернула взгляд к своим пальцам, играющим с краем простыни.

— Семья Кита живет довольно близко к твоей, верно?

Подруга отрицательно покачала головой.

— Они переехали, когда мы поступила сюда. Они сейчас в Сиэтле, так что он не приедет в Техас.

Мы замолчали.

— Может, вы с Джаредом навестите меня во время летних каникул?

Я смахнула слезу, которая текла по моей щеке.

— Да, думаю, что это было бы здорово. Я никогда не была в Техасе. — Я закусила губу и колебалась в течение секунды. — Если будет судебное разбирательство, и Кита…

— Я не хочу говорить о нем, Зои.

— Хорошо. Извини. — Она сжала простынь в кулак, поэтому я положила руку на нее. — Прости меня.

Когда Кайла не заговорила, я подняла глаза и увидела, что она тоже плачет.

— Я просто не могу остановить это, понимаешь, — тихо сказала она, ее нижняя губа слегка дрожала, когда девушка вытерла слезы почти так же быстро, как они падали. — Это приходит и уходит. В одну секунду я в порядке, а в следующую чувствую боль в животе. — Она подняла взгляд ко мне, затем посмотрела на мою шею, где даже сквозь тональный крем были видны синяки. — И тебе тоже было больно из-за меня…

Я коснулась своей шеи кончиками пальцев.

— Что? Это? Мне совсем не больно, Кайла. Я просто злюсь, что у меня не было шанса причинить ему боль, так что даже не думай об этом.

До сих пор ее предпочтительным методом, для того чтобы справиться со всем, было избегать всех разговоров, связанных с Китом. Мы в любом случае не собирались совать нос, имея Бекки рядом в качестве буфера. Мы все смеялись над ее выходками, и это было почти как любой другой нормальный день для трех близких друзей.

— Я буду скучать по своей лучшей подруге, — сказала я. — Ты уже рассказала Джареду?

— Я поговорю с ним.

Именно тогда Джаред заглянул в открытую дверь.

— Кто-то произнес мое имя? Я думал, ты спишь, маленькая лгунья. — Он обошел вокруг кровати и сел напротив меня. — Зои, твой телефон сходит с ума в сумке. Может, тебе стоит ответить.

Нахмурившись, я встала. Я совсем забыла про свой телефон, после того как отправила Дилану сообщение о том, что с Кайлой все в порядке. Я видела пропущенные звонки и уведомления после прочтения сообщения Диланом, но проигнорировала все это. Первое, что сделала, после того как мы с Диланом расстались перед нашим зданием, это прошерстила все, что послал Марк. После того как я написала ему, что собираюсь все рассказать Дилану, он звонил бесчисленное количество раз, оставил восемь голосовых сообщений и отправил пару сообщений. Я удалила голосовые, даже не послушав ни слова. Почитала его сообщения и поняла, что ни одно из них не сказало ничего, что я хотела бы услышать, поэтому удалила их тоже. Мне надоело быть тряпкой для него, я и так уже слишком долго откладывала.

Я оставила Кайлу и Джареда одних и пошла искать телефон. Он звонил, и я надеялась, что это Дилан, но, к сожалению, это было не так. Неохотно, я все же ответила.

— Да.

После нескольких секунд молчания Марк заговорил:

— Где ты?

Никаких «я беспокоился за тебя», «я слышал, что случилось в библиотеке», «ты в порядке, Зои?», «могу я чем-нибудь помочь?»

Ничего подобного.

Но все это не имело значения, потому что я уже поговорила с папой. Он уже задавал все вопросы, которые должен был бы задать отец. Этот человек ничего для меня не значит, и я сама виновата, что думала, что все могло быть по-другому.

— Я со своими друзьями, — холодно сказала я.

— Ты рассказала ему? Дилану?

— Пока нет, но сделаю это.

Я хотела рассказать ему в ту ночь, как только решилась это сделать. В тот момент я поняла, что не боюсь рассказать ему о Марке и Крисе. Это были просто слова, и было бы достаточно просто поговорить с ним и объяснить все с самого начала. Я боялась его реакции. Будет ли он сердиться на меня за то, что я позволила ему думать, что между мной и моим биологическим отцом что-то происходит? Что бы ни происходило между нами, это закончится еще до начала? Это было то, чего я боялась — потерять Дилана. Бог знал, что я бы рассердилась на него за то, что он позволил мне думать о нем хуже.

— Где ты? — спросил Марк еще раз, и я могла сказать, что он скрипел зубами. — Я заеду за тобой. Нам нужно поговорить.

— Я сейчас очень занята.

— Зои, — прогремел он в трубку. — Ты скажешь мне, где ты, черт возьми, и мы поговорим.

Меня охватил гнев. Я была близка к тому, чтобы возненавидеть его, не то чтобы я действительно любила его раньше, но, по крайней мере, не ненавидела. Мне было любопытно, и я хотела получить шанс узнать его лучше. Когда мы встретились в первый раз, я сказала ему, как рада познакомиться с Крисом, что я всегда хотела брата или сестру. Марк мягко сказал мне, что еще слишком рано говорить Крису, что мы должны воспользоваться временем и узнать друг друга, прежде чем скажем ему, потому что он будет потрясен. Марк сказал, что пытается защитить свою семью, и я поняла. О, это было не лучшее чувство, знать, что он пытался защитить их от меня, но, по крайней мере, я понимала его. По прошествии следующих трех лет, я постепенно пришла к осознанию того, что Марк не был заинтересован в открытии правды Крису, по крайней мере, не всей правды, и осознание пришло на три года позже.

Пришло время высказать Марку все, что я так долго хранила внутри. Мы поговорим, но на этот раз говорить буду только я. Вероятно, это будет последний раз, когда я его увижу, и я была более чем рада этому. Я дала ему адрес Джареда, и он сказал, что будет через пятнадцать минут.

Посидев с Джаредом и Кайлой еще десять минут, я пообещала им, что вернусь на следующий день, чтобы встретиться с ее родителями, а затем отправилась ждать Марка, чтобы он забрал меня. Когда я сказала своим друзьям, что собираюсь поговорить с ним, Джаред встревожено посмотрел на меня, но я не думала об этом.

А должна была. Я должна была быть так же встревожена, как и он, потому что тогда я этого не знала, но в ту же секунду Дилан ждал меня через дорогу от дома, из которого я только что вышла.

Мой телефон просигналил новым сообщением, и я посмотрела вниз, чтобы прочитать его, пока шла к тротуару.

Дилан: Я скучаю по тебе.

Услышав звук машины, я подняла взгляд с экрана и увидела черный внедорожник Марка, приближающейся ко мне. Не ответив Дилану, я сунула телефон в задний карман и нервно ждала, когда машина остановится прямо передо мной.

Залезая на пассажирское сиденье, я не подозревала, что Дилан сделал несколько шагов вперед и в шоке уставился на машину. Я не знала, что он ждет через дорогу, чтобы мы могли вместе вернуться в квартиру. Не знала, что он хотел сделать мне сюрприз.

Глава 25

Зои

Марк отпер дверь и жестом пригласил меня войти первой. Я заколебалась.

— Входи, Зои, — сказал он сквозь зубы.

С тех пор как Дилан переехал, Марк ни разу не приходил в квартиру. Было несколько раз, когда он приглашал меня встретиться где-то далеко от кампуса, подальше от бдительных глаз, но чаще всего он меня кидал. За несколько месяцев я видела Марка в общей сложности три раза, или, может быть, четыре. В самых последних случаях он даже не смотрел мне в лицо. Мужчина, который вел себя так, будто хотел узнать меня поближе, исчез где-то между вторым и третьим курсом, а я была идиоткой.

Я вошла внутрь и на мгновение запаниковала, когда задавалась вопросом, где Дилан.

Марк, не теряя времени, прошел мимо меня в гостиную. Его поза была жесткой, руки сжаты в кулаки, костяшки пальцев побелели.

— Скажи мне, что происходит, — приказал он, когда я стояла достаточно близко.

— Что именно?

— Не заставляй меня повторять, Зои. С чего ты решила обо всем рассказать Дилану?

Он ведь не мог быть настолько слепым, не так ли?

— Он мне нравится, — медленно сказала я. — Мы больше чем просто друзья.

Просто сказав это вслух, мой желудок сжался наилучшим образом. Если бы я не смотрела на сердитое лицо Марка, то уверена, я бы ухмыльнулась.

— Ты не можешь быть настолько глупой.

Я проглотила горький привкус во рту и решила не отвечать.

— Он друг Криса, Зои. Он все ему расскажет.

— Не расскажет, а даже если и так, то почему это важно? Мы все равно скажем ему после последней игры.

Марк посмотрел на меня взглядом, наполненным ненавистью, и я попыталась сохранить свое выражение нейтральным.

— Мы ведь собираемся сказать ему, верно?

Резкими движениями он провел рукой по волосам и, глядя в окно, пробормотал что-то себе под нос.

Я сделала шаг назад, и мои икры стукнулись о диван, так что я села на задницу.

— Даже после последней игры ты не собирался позволять мне сказать ему, не так ли? Ты никогда не скажешь ему, что у него есть сестра.

В глубине души я всегда это знала. Если нет, то я была бы довольно глупа, а мне действительно не хотелось верить в это. В любой момент я могла подойти к Крису и завести разговор, но не сделала этого, потому что отчасти боялась, как парень отреагирует. Я не знала его, не хотела иметь дело с отказом, поэтому позволила Марку отложить это на потом. Кроме того, думаю, что втайне я хотела дать Марку презумпцию невиновности, хотела верить, что он хотел быть частью моей жизни. В конце концов, он был моим биологическим отцом, а любить то, что пришло от тебя, было инстинктивно, верно? Учитывая выражение лица Марка, я сомневалась, что с нами дело обстоит именно так.

— Зачем ты вообще позволил мне приехать сюда? В Лос-Анджелес? Ты не хочешь, чтобы я была рядом с Крисом. Не хочешь меня знать. Мой первый год, то, каким ты был со мной, это все было ложью? Ты просто притворялся и лгал, чтобы я молчала?

Марк повернулся ко мне лицом и потер пальцами щеки.

— Это не так просто. Есть вещи, которых ты не знаешь.

— Какие вещи? — спросила я. От досады я ударила подушку дивана ладонью. — Тогда расскажи мне. Я так устала от всего этого. Так мы ничего не добьемся. О каких вещах я не знаю? Мама сказала, что ты хочешь, чтобы я была здесь. Сказала, что ты хочешь узнать меня и что ты взволнован встречей. Ты знаешь, как я хотела встретиться с Крисом. Он единственная причина, по которой я вообще захотела приехать сюда. Ни ради тебя. Я могла бы позвонить Крису и покончить с этим, но ты сказал, что хочешь увидеть меня, встретиться со мной. Что я упустила?

— Твоя мать врала тебе, понятно? Вот что ты упускаешь. Она только и делала, что лгала всем в своей жизни. Даже в могиле, она все еще издевается надо мной.

Я в шоке уставилась на него. У него были густые темные волосы с проседью, без признаков облысения, и я вспомнила, что чувствовала себя так глупо, что заметила это, когда впервые встретила его. Когда Марк встретил мой ошеломленный взгляд, я уставилась на собственные глаза: зеленые вперемешку с карими. Какая жестокая ирония.

Прежде чем я смогла достаточно ясно подумать, чтобы придумать ответ, он продолжил:

— Она сказала тебе, что мы были влюблены?

Да, она так сказала. Но я решила не отвечать. Похоже, ему все равно не нужно было мое участие в разговоре. Впрочем, как всегда.

Марк покачал головой и продолжил разбивать мое сердце, с отвращением, написанным на лице.

— Мы просто трахались, ничего большего, — огрызнулся он, в раздражении раскрыв руки. — Мы трахались за спиной моей жены, ее лучшей подруги. Это то, что мы делали, Зои. Не было никакой влюбленности, просто бессмысленный, беспечный секс, потому что у меня были проблемы с женой, потому что мы не могли иметь детей, потому что... Это было не более чем ошибкой. После того как я убедил ее отказаться от Криса, она захотела вернуться к тому, что было между нами, а я нет. Вот и все. Я солгал ей, чтобы заполучить сына. На этом конец история. Ты была просто еще одной нашей ошибкой. Это случилось один или два раза после Криса, а потом она снова забеременела.

Я нахмурилась еще глубже и встала.

— Нет, ты ошибаешься. Ты ничего обо мне не знал. Она не сказала тебе, что беременна.

Марк долго смотрел на меня и покачал головой.

— Я знал о тебе. И заплатил ей, чтобы она сделала аборт. Она взяла деньги, сказала, что все сделано, а потом переехала в Нью-Йорк.

Мы стояли слишком близко, поэтому я сделала несколько шагов назад, так что диван оказался между нами. Если бы могла, я бы просто уехала из Лос-Анджелеса, даже не оглядываясь.

— Чего я не знал, так это того, что твоя мать солгала мне и сохранила беременность. Об этом я узнал, только когда она позвонила, чтобы рассказать о своих проблемах со здоровьем. Она умоляла меня навестить ее, а когда поняла, что я не собираюсь этого делать, то рассказала мне о тебе. Может быть, она думала, что это изменит мое мнение, или еще что-то. Понятия не имею, о чем она думала, обманывая меня.

Я чувствовала, как будто кто-то сидит у меня на груди и давит на нее. У нас с мамой было много проблем, и в конце было много гнева, из-за того что она скрывала от меня, но я со всем смирилась. Я приняла это. В конце концов, это была ее жизнь, и я не могла вернуться назад во времени и надеяться, что она не станет обманщицей во второй раз. Я не могла заставить ее пересмотреть решение отказаться от Криса. Не могла сказать ей, что Марк лжет, и было бы глупо верить хоть одному его слову. Даже в ту первую ночь, когда она усадила меня на край своей больничной койки, чтобы рассказать мне о моем «настоящем отце», я не чувствовала себя такой беспомощным, как сейчас, когда стояла перед Марком.

— Почему ты попросил меня приехать сюда?

— Это она хотела, чтобы ты была со мной.

— У меня уже есть папа, ее муж. Она не…

— Ты не понимаешь, не так ли? Твоя мать просто пыталась привлечь мое внимание, угрожала позвонить Эмили и Крису, и, в конце концов, все тебе рассказала. Ты бы пришла сюда, чтобы найти Криса, со мной или без меня. Так, по крайней мере, я смог защитить своего сына. Так, по крайней мере, он сможет сосредоточиться на своем будущем, а не на этой ерунде.

Вот так просто все закончилось. Каждый болезненный, вынужденный разговор, который у нас был, с тех пор как я появилась в Лос-Анджелесе, имел гораздо больше смысла. Мне было грустно? Да, но только потому, что я была достаточно глупа, чтобы поверить, что он заинтересован в том, чтобы узнать меня, когда на самом деле не хочет иметь со мной ничего общего.

Я поняла, что крепко обнимаю себя руками. Опустив руки в стороны, я выпрямила спину и кивнула.

— Теперь, когда я все знаю, хочу, чтобы ты ушел.

— Это моя квартира.

— И оставь ее себе. Я уйду утром.

— Ты возвращаешься в Феникс?

Он мог мечтать об этом каждый день, но я не собиралась делать ничего, чтобы облегчить ему жизнь.

Я издала вынужденный смех, но он больше походил на кашель.

— Уверена, тебе бы это понравилось, но нет. У меня еще полтора года учебы, и до тех пор я никуда не уеду. Не волнуйся, ты меня больше не увидишь. Никто из нас не хочет видеть другого, так что, по крайней мере, у нас есть что-то общее. Это должно быть облегчением для тебя.

— Все в порядке, — сказал он, глядя себе под ноги нахмуренным взглядом и кивая сам себе. — Ты можешь покинуть Лос-Анджелес после окончания университета.

— Я уеду отсюда, когда пожелаю. Мне больше не нужно твое разрешение, чтобы что-то делать.

— Хорошо, делай, что хочешь. Просто держись подальше от моей семьи.

Я ничего не чувствовала, абсолютно ничего к этому человеку, и осознание было ошеломляющим. Я больше не слушала его, и это определенно было приятно, как будто с моих плеч сняли груз. У него больше не было права голоса ни в чем, ни с кем мне встречаться, ни с кем разговаривать — ничего.

Я решила промолчать, но Марку это не понравилось. Он начал приближаться ко мне.

— Ты ничего не скажешь Дилану.

— Мне жаль, но так не пойдет. Дилан не твоя семья, — сказала я контролируемым голосом. Внутри я кипела от гнева, а мой пульс учащенно пульсировал.

— Я не шучу, Зои. Ты ничего не скажешь лучшему другу моего сына.

— Я больше не буду ему лгать. Мы не просто друзья.

— Кем ты себя возомнила? Всего несколько месяцев назад он дрался со своими товарищами по команде из-за другой девушки. Думаешь, ты что-то значишь? Он спортсмен с перспективным будущим — он найдет кого-то лучше меньше чем за неделю.

— Нет. Он думает, что я сплю с тобой, и из-за тебя я не смогла сказать ему правду. Если думаешь, что сможешь остановить меня…

Прежде чем слова могли покинуть мой рот, он был прямо передо мной, и в комнате раздался громкий хлопок, а затем интенсивное покалывание появилось на моем лице. Эхо отдавалось в ушах, и щека горела от боли, которую я никогда раньше не чувствовала. Я в шоке уставилась на ноги и касалась пальцами кожи, где пульсировала боль. Прежде чем успела подумать, прежде чем даже успела осознать, Марк пальцами схватил мой подбородок и заставил меня посмотреть на него. Я опустила руку, и, наконец, посмотрела в его такие знакомые глаза. Единственная разница была в том, что мои были наполнены слезами, а его переполнены гневом.

— Я привел тебя сюда не для того, чтобы ты трахала футбольную команду. Ты прямо как твоя мать, да? Просто шлюха, преследующая футболистов. — Он больше не кричал, но его лицо было красным, и я почувствовала его слюну на моем лице, пока он шипел на меня. — Как и твоя мать, перед тем как упала в мою кровать. Бог знает, сколько моих товарищей по команде веселились с ней, и яблоко от яблони недалеко падает, не так ли, Зои?

Мое сердце билось в горле, я молчала, но пыталась вырваться из его хватки. Его пальцы только еще сильнее сжались.

— Это касается моей семьи, поэтому я тот, кто решает, а не ты. Никогда не забывай об этом. Ты никому ничего не расскажешь. Мне плевать, что Дилан думает о наших отношениях. Мне плевать, если он думает, что я сплю с девушкой, которая, по его мнению, его интересует. Держи рот на замке и держись подальше. Если думаешь, что можешь действовать за моей спиной и все же рассказать Дилану, подумай еще раз. Скажешь ему хоть слово, и я сделаю все, что нужно, чтобы у него не было будущего в футболе, начиная с последней игры команды. Если увижу тебя где-нибудь рядом с ним, он вылетит из игры на этой неделе, а со всеми скаутами, наблюдающими за ними…

Прежде чем он успел закончить свою угрозу, дверь квартиры открылась, и я знала, что вошел Дилан. На мгновение я запаниковала и снова попыталась отодвинуть лицо от хватки Марка, но смысла не было. Я застряла, пока Марк не решил отпустить меня после нескольких секунд, которые, казалось, длились годы. Я повернула голову. Дилан выглядел таким спокойным, просто смотрел на меня голубыми глазами, как будто не удивлялся, как будто ему не было больно.

Я просто стояла там, глядя на него. Внезапно жжение на моей щеке исчезло, и боль, которую я чувствовал в груди, взяла верх.

— Думаю, пришло время тебе найти другое место для проживания, Дилан, — сказал Марк, и я дернулась назад, заметив, как близко мы стояли.

Холод пронзил меня, и я отошла от Марка, осторожно потирая место на подбородке, где он касался меня. Мой живот скрутило, я пристально смотрела Дилану в глаза, сколько могла. Понял ли он, что я нуждаюсь в нем? Что хочу, чтобы он взял меня за руку, переплел пальцы и забрал меня? Но он не понял.

В тот момент, когда я нарушила зрительный контакт, он заговорил:

— Это так, Зои? — спросил Дилан, и мой взгляд снова полетел к нему.

— Дилан... — начал Марк.

— Я хочу услышать это от нее, — сказал он Марку, повысив голос.

У меня перехватило дыхание, и я не могла сказать ни слова. Марк мог бы приставить пистолет к моей голове, но я все равно не смогла бы сказать: «Да, Дилан, думаю, ты должен уйти».

С Марком в комнате я также не могла дать ему давно ожидаемое объяснение, не тогда, когда знала, что одно неверное слово из моего рта может стоить Дилану его будущего, над которым парень работал всю свою жизнь. Я не знала, блефовал ли Марк со своей угрозой, но не могла рисковать, не чем-то настолько важным.

Я была так погружена в свои мысли, перебирая все варианты, пытаясь найти решение, ответ, и подняла глаза только, когда услышала, как мягко закрывается дверь квартиры.

Этот тихий щелчок сломал что-то во мне, и я не могла набрать достаточно воздуха в легкие. В мире не хватало воздуха, ни после его ухода, ни когда я стояла в одной комнате с Марком. Понимая, что нахожусь на грани панической атаки, я прижала руку к груди в надежде замедлить боль в сердце, и, пытаясь игнорировать тот факт, что у меня одновременно кружилась голова, мне было жарко и холодно.

Через несколько минут борьбы у меня было достаточно контроля, чтобы знать, что я могу двигаться. Я проглотила все, что хотела сказать Марку, и направилась к своей комнате в задней части квартиры.

— Куда ты собралась? — спросил Марк.

Я просто продолжила идти.

— Я с тобой разговариваю, Зои! — крикнул Марк, впервые повысив голос, заставив меня вздрогнуть, но я все равно ушла, не оглядываясь назад.

Моей первой остановкой была ванная, и тогда я мельком увидела себя в зеркале. Лицо покраснело, глаза большие, безжизненные. Левая сторона щеки более темного оттенка красного, чем правая, жжение вернулось с удвоенной силой. Интересно, остался бы Дилан, если бы увидел сильное покраснение моей кожи. Я откинула голову вверх и поняла, что моя шея тоже не выглядит красиво со всеми этими синяками.

Но это не имело значения. Ничто из того, что я видела, не болело хуже, чем боль в моем сердце.

Я глубоко вздохнула и заставила себя отвернуться. Схватив резинку для волос, собрала волосы в конский хвост и начала хватать все подряд. Затем пошла в свою спальню и аккуратно разложила по стопкам одежду на кровати. Вытащив чемоданы, упаковала все, что у меня было. Это заняло минут пятнадцать.

Таща свой багаж через коридор, я остановилась рядом с дверью и достала ключи из кармана куртки. Нашла два, которые не принадлежат мне, и сняла их с моего лилового брелока для ключей. Подняла взгляд и увидела, что Марк, схватившись за голову, сидит на диване, спиной ко мне, плечи склонились вперед.

Мой папа сидел вот так три с половиной года назад, когда я узнала, что он не мой настоящий отец. Он был расстроен, потому что думал, что я буду злиться на него за то, что он лгал все эти годы, но как я могла? Как я могла злиться на кого-то, кто любил меня каждый день моего существования, даже если я не была его кровью? Увидев, что Марк сидит так же... эта картина заинтересовала меня. Что он потерял?

Ничего.

Мне нужно было либо пройти дальше в апартаменты и положить ключи на кухонном столе или просто бросить их и уйти. Я решила выбрать последнее и просто позволила им упасть на деревянный пол. Даже резкий звук металлических предметов не заставил его вздрогнуть или поднять глаза.

Я вышла за дверь, не сказав ни слова, и Марк меня не остановил. Полагаю, он наконец-то освободился.

Все еще потрясенная, я стояла перед дверью квартиры, пытаясь привести мысли в порядок. Было довольно поздно, но я могла вызвать такси и добраться до дома Джареда, или я могла... Было глупо с моей стороны колебаться — куда еще я могла пойти?

Схватив ручку одного из чемоданов, я потянулась к другому, когда мисс Хильда открыла дверь. Она была последним человеком на земле, с которым я хотела бы разговаривать. Ну... скажем так, она была предпоследней, прямо перед Марком. Я полностью проигнорировала ее и начала двигаться. Сначала женщина молчала, но это длилось недолго. Это никогда не продолжалось, когда дело касалось ее.

— Куда направляешься, мисс Кларк?

— Мисс Хильда, это не…

— Я слышала абсолютно все.

— Рада за вас. Счастливо оставаться.

Я как раз собиралась пройти мимо нее, чтобы добраться до лестницы, но она шагнула передо мной. Прежде чем я успела увернуться, женщина неожиданно крепко ухватилась за мой подбородок и начала осматривать мою щеку.

Когда я отступила, она закричала и отпустила меня.

— Могла бы сказать мне, что ты не его любовница.

Я сжала губы и крепко сжала сумки.

— Если вы отойдете…

— Ох, остановись. Войди внутрь. Я не собираюсь терять сон из-за тебя, задаваясь вопросом, где ты находишься.

— Пожалуйста! — повысила я свой голос. — Уйдите с дороги.

Женщина сузила глаза и выпрямилась.

— Хочешь, чтобы он пришел сюда? Я так не думаю. Уже полночь. Куда ты собираешься отправиться?

— Мисс Хильда…

— Ради всего святого, зови меня просто Хильда.

Раздраженная и в значительной степени превысив свой предел того, сколько дерьма я могу принять за одну ночь, я попыталась снова.

— Я только что съехала, как вы видите. Я иду домой к своему другу. Если бы вы могли просто…

— Ты не сделаешь ничего подобного.

Несмотря на мои протесты, она выдернула один из моих чемоданов из моих рук и вошла прямо в свою квартиру.

— Мисс Хильда! Что вы делаете?

Она вернулась и забрала другой.

— Знаю, что я не самый простой сосед, но если думаешь, что я позволю тебе уйти в таком состоянии, то ошибаешься, мисс Кларк. Либо ты стоишь там и ждешь, пока этот монстр выйдет и увидит тебя, либо заходишь внутрь и возьмешь себя в руки.

Зажимая переносицу, я сделала глубокий вдох и выдохнула. Когда подняла взгляд, то увидела, что она стоит в дверях и ждет меня.

— Только на сегодня.

Она закатила глаза.

— Конечно, я не предлагаю тебе переехать ко мне.

Нехотя я вошла внутрь. Единственная причина, по которой приняла ее предложение, была в том, что я не хотела обременять Кайлу всей моей драмой, возвращаясь туда посреди ночи.

Мисс Хильда закрыла за мной дверь.

— Я сделаю чай и принесу тебе замороженного горошка, чтобы успокоить твою щеку. Затем мы сядем и поболтаем, и ты расскажешь мне, что планируешь делать теперь, когда осталась без жилья. Я не все слышала, так что тебе придется кое-что пояснить.

Взгляд на моем лице, должно быть, сказал о моем недоумении, потому что она отмахнулась от меня и направилась к своей кухне.

— О, не волнуйся, я слышала почти все, у меня просто есть несколько вопросов. Пока я на кухне, почему бы тебе не перестать стоять рядом с дверью, как неприкаянная, и не повесить шторы для меня?

Скорее бы наступил следующий день, потому что я уже поняла, что собираюсь делать.

Глава 26

Зои

Остаток вечера прошел как в тумане. Не думаю, что преувеличила бы, если бы сказала, что это худшее время в моей жизни. Мисс Хильда, как всегда была властным, любопытным человеком, но она открыла мне свой дом, и я была благодарна за это. Мое пребывание в ее квартире еще два дня могло быть как-то связано с тем, что я ждала Дилана, чтобы поймать его, когда он вернется забрать свои вещи, но у меня не было шанса, потому что парень так и не появился. По прошествии двух дней я перевезла свои вещи к Джареду. Когда Кайла переехала в отель с родителями, освободился надувной матрас, и он стал моим. Это было временно, до тех пор пока не найду новую квартиру и, возможно, соседей по комнате.

Кайла решила остаться на экзамены, и ее родители не выпускали ее из виду. Было тяжело прощаться с ней, и мне не стыдно признаться, что мы втроем долго плакали, но знание, что мы скоро увидимся, помогло уменьшить боль. Я решила не говорить Кайле, что случилось с Марком, но Джаред знал об этом все. Я была в полном беспорядке, а он был моей опорой. Но больнее всего было осознавать, что это моя вина. Если бы я рассказала Дилану все с самого начала, или хотя бы в тот момент, когда поняла, что хочу, чтобы он был моим, я бы смогла избежать всех страданий, через которые прошла.

Но, как говорится, все самое ценное жизни не дается легко, и Дилан Рид не собирался облегчать мне жизнь.

В последний день экзаменов я была пучком нервов, стоя рядом с черным «Челленджером». В последний раз, когда проверяла время на своем телефоне, было восемь вечера, и я отказывалась проверить его снова, так как знала, что с тех пор прошла лишь минута или две.

Я расхаживала вдоль машины, когда увидела, что он приближается. Закрыла глаза и сделала глубокий вдох, мое сердце колотилось как бешеное, и я была всего в нескольких секундах от рвоты — не лучшее первое впечатление, которое я хотела произвести. Я прочистила горло, подготавливаясь, и щелкнула суставами пальцев.

«Вот и все».

Это был момент, которого я ждала годами, и все, что я, казалось, могла чувствовать, был ужас.

Кристофер Уилсон замедлил шаг, когда заметил меня и остановился рядом со своей машиной, чтобы окинуть меня быстрым взглядом. Я не могла видеть его глаза из-за кепки, в которой он был, но была уверена, что парень не был доволен тем, что я явно ждала его.

Я просто молча смотрела на него, Крис покачал головой и открыл дверь машины, чтобы бросить рюкзак внутрь. Я застыла, ожидая, когда он скажет первые слова, чтобы я знала, как действовать дальше, но он промолчал. Крис сел в свою машину и собирался захлопнуть дверь, когда я очнулась, и схватила ее.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказала я, мое сердце все еще бешено колотилось в груди.

Крис посмотрел на меня, а потом я увидела его глаза — глаза моей матери.

— Не думаю, что я тот, с кем ты должна поговорить. — Он многозначительно посмотрел на мою руку, которая держала его дверь. — Теперь, если ты отойдешь, я хотел бы уехать.

Его машина была припаркована недалеко от кампуса. Я провела небольшое расследование, и мне потребовалось несколько дней, чтобы узнать, где он обычно парковался; я не могла пройти через все это снова. Сегодня я собираюсь ему все рассказать. Больше никаких задержек.

Я понятия не имела, что Дилан сказал Крису, но, похоже, он знал достаточно, чтобы расстроиться.

— Нет, — сказала я, находя свой голос.

— Что, прости?

— Это не имеет никакого отношения к Дилану. Я хочу поговорить с тобой.

— Клянусь Богом, если ты клеишься ко мне прямо сейчас…

— Нет, — вырвалось у меня. — Боже, нет. Всего десять минут. Мне нужно поговорить с тобой десять минут, вот и все. Я обещаю, что больше не буду тебя беспокоить, но я не уйду, пока ты не выслушаешь меня.

Это правда; я не планировала беспокоить его, после того как скажу ему все, что нужно. Если он не захочет иметь со мной ничего общего, то все нормально. Я не собиралась заставлять его встречаться со мной, но я устала ждать, пока правда станет известна.

После равнодушного приглашения я села на пассажирское сиденье и страдала от мучительно тихой поездки на машине в закусочную в нескольких минутах от кампуса. Я предположила, что Крис не хотел, чтобы нас видели вместе, и когда он сказал мне выкладывать все, что я хотела, я отказалась делать это в машине.

Я сидела в кабинке и ждала, пока парень устроится напротив меня.

Он снял кепку и положил ее на стол, поправляя прическу.

— Я слушаю.

Я облизнула губы и наклонилась вперед. Мои руки тряслись у меня на коленях под столом, но я думала, что выгляжу довольно спокойно снаружи, по крайней мере, надеялась на это.

— Это не будет звучать хорошо, но я попытаюсь…

— Привет, меня зовут Мойра. Что я могу вам предложить, ребята?

Я закрыла глаза, желая, чтобы мое сердце замедлилось и не испортило все.

— Я буду кофе, пожалуйста, — сказал Крис.

Улыбающееся лицо Мойры повернулось ко мне, и теплая улыбка сошла с ее лица.

— Ты хорошо себя чувствуешь, дорогая?

Я кивнула и должна была прочистить горло, прежде чем заговорить.

— Можно мне немного воды, пожалуйста?

— Конечно. Я сейчас вернусь. Дай знать, если что-то понадобится.

Когда Мойра ушла, я снова посмотрела на Криса. Он наблюдал за мной, сузив глаза.

После долгих лет ожидания я должна была быть готовой к разговору, но все еще была большая часть меня, которая боялась отказа, но остальная часть хотела, чтобы вся эта история поскорее закончилась.

Я полезла в сумку и достала конверт. Расправив плечи, положила его на стол и разгладила руками.

— Вот, держите. Кофе и вода. — Мойра поставила перед Крисом большую кружку кофе и огромный стакан ледяной воды передо мной. — Дай мне знать, и я принесу тебе чаю с медом, хорошо? И, может быть, кусочек пирога? Он творит чудеса, когда я чувствую себя не в своей тарелке.

Я искренне улыбнулась ей, и женщина оставила нас в покое.

— Я не могу помочь тебе с Диланом. Понятия не имею, что между вами произошло, но не собираюсь…

— Речь не о Дилане. Я уже говорила тебе об этом.

Я снова разгладил конверт, и его взгляд опустился, чтобы посмотреть, как я это делаю.

— Тогда я понятия не имею, о чем ты хочешь поговорить со мной, и не могу сказать, что мне удобно сидеть…

К черту все. Я решила просто сделать это.

— Ты не поверишь мне, поэтому я подумала, что это поможет.

Я пододвинула к нему конверт и, когда он потянулся за ним, сжала руки на столе.

— Что это?

— Открой его.

Я наблюдала, как он, затаив дыхание, читал единственный лист бумаги. С каждой секундой его хмурость становилась все глубже и глубже. Когда закончил, то отодвинул кружку с кофе, поставил локти на стол и наклонился ко мне, читая его снова и снова.

— Это какая-то дурацкая шутка?

Прежде чем я смогла ответить, он начал читать снова, только на этот раз вслух.

— Предполагаемый отец, Марк Уилсон, не исключен как биологический отец ребенка Зои Кларк. По результатам генетического тестирования вероятность отцовства составляет 99,9999%.

Крис взглянул на меня.

— Марк хотел убедиться, что я его, поэтому мы сделали тест три года назад.

Его брови взлетели к линии волос.

— Вы... сделали это три года назад?

Я сглотнула.

— Да.

Крис облизнул нижнюю губу и откинулся на спинку, все еще держа результат теста в руке. Он читал его снова и снова, а я терпеливо ждала. Я сделала глоток воды и поставила стакан обратно на стол, готовясь рассказать ему остальное. Больше всего меня удивило то, что я больше не чувствовала, что мир вот-вот остановится. Но и не чувствовала себя легкой и счастливой, или что-то близкое к этому. Конечно, мне очень нужно было пописать, но это всегда случалось, когда я сильно нервничала. Я была просто рада, что это случилось, и Крис, наконец, знал, по крайней мере, пятьдесят процентов. Остальное труднее услышать и принять, но я не боялась сказать ему.

Когда он, наконец, посмотрел на меня, я была готова объяснить остальное.

— Это... — Он встряхнул бумагу в своей руке. — Три года?

Я кивнула.

Он бросил бумагу на стол и встал на ноги.

— Крис, я... — начала я, удивленная, что он уходит.

Я тоже встала на ноги, но парень поднял руку, чтобы остановить меня.

— Дай мне немного времени. — Он медленно отступил от стола, от меня. — Не уходи. Я сейчас вернусь.

Я кивнула.

— Не уйду. Мне еще кое-что нужно тебе сказать.

Не говоря ни слова, Крис вышел из закусочной.

Пытаясь успокоиться, я терпеливо сложила и засунула документ обратно в конверт, а затем положил его обратно в сумку.

Мойра поймала мой взгляд и подмигнула. Бог знает, что она думала о происходящем.

Я проверила свой телефон. Затем откинулась на спинку стула и несколько минут слушала сидящую позади меня семью. Они говорили о том, какой фильм собираются смотреть в эти выходные, маленькая девочка пыталась убедить своего брата согласиться с ее выбором, а папа и мама сравнивали. Они казались счастливыми.

Прозвенел колокольчик над дверью закусочной, привлекая мое внимание. Секунду спустя Крис снова скользнул ко мне в кабинку. Его лицо слегка покраснело, а глаза были широко раскрыты от шока, хотя это могло быть из-за ветра. Я не спрашивала его, куда он ходил, но...

— Ты ведь не звонил Марку, верно?

Он склонил голову, пытаясь прочитать меня.

— Нет.

— Хорошо. Спасибо.

Я немного отодвинулась на своем месте и потянулась к стакану с водой.

— Ты сказала, что это еще не все. Рассказывай, — приказал он.

Я поставила стакан на стол и облизнула губы.

— Не уверена, с чего мне начать.

— Ты моя сводная сестра. Начни с этого.

— Вообще-то... — Я поморщилась. — На самом деле, это не совсем так.

В течение следующих нескольких минут я рассказала ему все. Все, что знала. Все, что произошло после моего приезда в Лос-Анджелес. Как только начала, я не смога остановиться. Он слушал, не задавая ни одного вопроса.

Крис потирал висок пальцами левой руки, в то время как другой схватился за край стола так, что побелели пальца. Как только закончила, я замолчала и стала наблюдать, как парень пытается обработать всю эту информацию. Крис потянулся за кружкой и выпил половину теплого кофе за один раз.

Прошло несколько минут полной тишины, когда он, наконец, заговорил:

— Почему ты говоришь мне это сейчас? С чего бы мне вообще тебе верить?

— С чего бы тебе мне верить? — Я пожала плечами и перестала играть с солонкой, в которую вцепилась в какой-то момент. — Я не так себе это представляла, поверь мне, и не я была тем, кто хотел подождать. Я приехала сюда три года назад и была готова рассказать тебе тогда. Твой отец…

— Ты имеешь в виду наш отец? — его голос был резким, и я надеялась, что его слова не имели цели обидеть.

Я покачала головой.

— Не совсем. Конечно, на бумаге так и есть, но на этом все. Он никогда не будет моим отцом. Он не хочет меня, и я согласна с этим. У меня уже есть отец, и его более чем достаточно.

— Что значит, он не хочет тебя?

— Он не хочет иметь со мной ничего общего. После всего, через что мы прошли, после всего, через что я прошла, спасибо, но нет. Мне не нужны с ним отношения. — Я остановилась и посмотрела вверх. — Он не был главной причиной, по которой я хотела приехать сюда, так что это не имеет значения.

— Но вы двое общались все это время. Он проводил время с тобой.

— Да, но не совсем…

— А мама знает? Она знает о тебе? Обо всем после усыновления? — Его голос поднялся, парень сел немного выше.

— Нет, обо мне не знает. Я не хочу сказать ничего плохого о твоей маме, но из того, что знаю, у них был роман прямо за ее спиной. Я понятия не имею, что происходило у нее в голове, но из того, что... из того, что сказала мне моя мама, они перестали общаться после того как твоя мама узнала о романе, но она была согласна с твоим усыновлением. Может быть, она уже знала об этом, и когда наступила беременность, ухватилась за эту идею, потому что не могла иметь детей? Я серьезно понятия не имею, но знаю, что Марк сказал моей маме, что они будут вместе, в конце концов, сказал, что он оставит свою жену, и они будут воспитывать тебя вместе.

Пожав плечами, я посмотрела на улицу через окно.

После короткой паузы я продолжила:

— Звучит так глупо, когда говоришь это вслух, не так ли? После усыновления, зачем ему возвращаться к ней? Я не понаслышке узнала, насколько убедительным Марк может быть. Так что могу получить степень в этом. Мама сказала, что он ей сказал, что скандал не пойдет на пользу его карьере, но не думаю, что она рассказала мне все. Я до сих пор не понимаю, как она могла так от тебя отказаться. — Я вздрогнула и отвернулась. — Извини, я бы не хотела вдаваться в подробности, потому что было не очень весело слышать это в первый раз. Мама сказала, что их брак был только для показухи, кажется, твоя мама дочь его старого тренера. — Я вздохнула и откинулась на спинку. — Она была так влюблена в него и так уверена, что Марк влюблен в нее, что думаю, она верила всему, что он ей говорил. Не пойми меня неправильно, я не собираюсь сваливать всю вину на него. Я ненавижу то, что они обманывали твою маму и то, как мы появились на свет.

— А ты? Как это случилось? Сколько тебе лет?

— Двадцать один. Ты всего на год старше, — ответила я с маленькой, жалкой улыбкой. — Знаешь, оказывается, я была ошибкой. По крайней мере, ошибкой для Марка. Он хотел, чтобы моя мама сделала аборт, дал ей денег на это, но думаю, именно тогда она поняла, что он никогда не оставит свою жену. Отказавшись от аборта, она переехала. — Я выпустила невеселый смешок и подняла руки. — Очевидно, раз уж я здесь. Она вышла замуж за моего отца, но думаю, всегда надеялась, что Марк вернется к ней. У нас были не самые лучшие отношения в мире, так что думаю, что я просто крупно облажалась с Марком, если это имеет значение.

Мы замолчали на несколько секунд.

— Я думала, что Марк не знал обо мне. Это то, что он сказал в начале, и это то, что сказала моя мама. Оказалось, что знал, и я только недавно узнала о не случившемся аборте. Он не знал, что она не избавилась от меня.

Когда тишина стала неуютной, и Крис продолжал смотреть на улицу с дергающейся мышцей на челюсти, я посмотрела на свои руки и сглотнула, прежде чем снова заговорить.

— Я чувствую себя такой эгоисткой. — Я посмотрела вверх, чтобы найти его взгляд на мне, поэтому отвернулась. — Как и сказала, я всегда хотела рассказать тебе.

— Какой был план?

— План? Не думаю, что когда-либо был план. В первый год, когда я приехала, Марк сказал, что хочет побыть со мной наедине, узнать меня до того, как познакомит нас. Он также беспокоился о том, как его жена, твоя мама, отреагирует... на меня, на то, что ты узнаешь обо всем этом. Я думала, что это хорошая идея, узнать больше о тебе и о нем раньше, чем... это произойдет. Но потом прошел год, и он хотел больше времени, потому что было важно, чтобы ты сосредоточился на своей футбольной карьере, и я согласилась, потому что не знала, как бы я сделала это без него. Потом этот год был твоим последним, и для тебя было еще важнее сосредоточиться на футболе, но на прошлой неделе все пошло к черту, и я просто захотела покончить с этим. — Я остановилась перевести дух. — Я полностью пойму, если ты не захочешь... на самом деле, я не пойму, если ты не захочешь иметь со мной ничего общего, но это не значит, что я буду умолять тебя общаться со мной. Мама умерла, и я была так зла на нее, потому что только узнала, что мой отец не был моим биологическим отцом. У меня есть только мой папа. Ни у него, ни у моей мамы не было другой близкой семьи, так что нас только двое. Я думала, что смогу получить больше. Думала, что хотела бы иметь брата.

Крис издал многострадальный вздох и пригладил волосы обеими руками. Его челюсть все еще тикала, а лицо выглядело напряженным, как будто он едва сдерживался. Сам разговор не был таким неловким, как я думала, но наша реакция друг на друга была. Всякий раз, когда наши глаза встречались, один из нас отводил взгляд. Я не знала, что еще сказать, или что он хотел услышать.

— Это так чертовски много.

— Прости, — сказала я, имея это в виду.

— Это не твоя вина, — возразил он, удивляя меня. Крис покачал головой, как будто пытаясь проснуться от кошмара. — Он должен был сказать мне, и уже давно. В самом начале, когда он узнал о тебе. Моя мама... она не справится с этим. Извини, но не думаю, что было бы хорошей идеей сказать ей, что я все знаю, и определенно не очень хорошей идеей давать ей знать, что папа продолжал спать с твоей... хм... твоей мамой. У нее свои проблемы, и это было бы слишком для нее.

— Это не мое решение, и на самом деле, я просто хотела встретиться с тобой. Просто хотела сказать, что существую. Я пришла сюда не для того, чтобы связываться с твоей семьей. — Я застенчиво улыбнулась ему и опустила руки на колени. — Просто хотела встретиться с тобой, вот и все.

Крис откашлялся и отвел взгляд. Живот скрутило. Может, он тоже не хотел бы иметь со мной ничего общего? Я знала, что это возможно, но после адской недели у меня не было времени все обдумать, подумать, что будет, если он больше никогда не захочет меня видеть.

— Квартира, в которую я приходил, принадлежит отцу, так ведь?

Облизывая губы, я кивнула.

Медленно он сдвинул брови.

— Дилан? Черт, Дилан знает обо всем этом? Он жил там... как он…

— Нет, он не знает. Твой отец дал Дилану ключи от квартиры только потому, что думал, что я переезжаю к другу, но этого не произошло, а он не знал. Потом пришел Дилан и... это не имеет значения. Он понятия не имел, и до сих пор не знает. Он думает, что я сплю с Марком, а Марк даже не позволил мне объяснить... я даже не могла... — Внезапно мой голос сломался, и я не могла продолжать.

«Дилан, — думала я. — Дилан, Дилан, Дилан...»

С тех пор как он вышел из той квартиры, что-то тяжелое осело в моей груди как изжога, но хуже, потому что никакое количество яблочного уксуса или лимонного сока или пищевой соды не исправит это. Мое сердце было разбито, и я была так зла, так чертовски зла на себя, на Марка, на мою маму... на всех и вся.

Итак, когда Крис попросил дополнительную информацию, я рассказала ему все, что произошло за последние несколько недель, как я спорила с Марком о том, чтобы рассказать Дилану, а потом все, что случилось в квартире той ночью, как Дилан ушел, думая, что он прав в своих предположениях.

Я не была удивлена, когда слезы начали бежать по моим щекам в процессе рассказа. Казалось, что все мое сердце было полно слез, и я чувствовала себя одинокой. Без него я чувствовала себя такой одинокой. Я не видела его по утрам. Не могла (не так) тайно наблюдать, как он тренируется. Не видела его по вечерам. Не могла наблюдать за ним, когда Дилан работал над заданиями, сосредоточив все свое внимание на этом. Парень много занимался и выглядел сексуально во время этого. Я не видела его улыбку, то, как он смотрел на меня, то, как улыбался мне, только для меня. Не видела его лица в тот первый момент, когда он вошел после долгого дня тренировок и увидел, что я сижу на полу, ретуширую фотографии, и не видела, как он рад, что нашел меня там. Я не чувствовала, как он обнимает меня, сжимает меня. Не слышала его голоса, не ела с ним пиццу, не смотрела кино и не засыпала на нем, вместе с ним.

Я вытерла слезы, мое лицо покраснело, когда официантка протянула мне еще салфеток, и спросила, может ли она чем-нибудь помочь. Крис поблагодарил ее за меня, затем попросил кофе для себя и чай для меня.

Успокоившись, я извинилась перед Крисом.

— Он ударил тебя? — спросил он нейтральным тоном.

Я держала теплую кружку в ладонях и действовала как можно более беспечно.

— Все нормально.

Я не сказала ему, что ни папа, ни мама никогда не били меня.

Прошло два часа, и я была опустошена. Опустошена словами и слезами, энергией и эмоциями.

— Я собираюсь быть честным с тобой, Зои... понятия не имею, как собираюсь справиться со всем этим.

— Могу я попросить только об одном?

— Конечно.

— У вас есть еще одна игра, 26 декабря, да?

— Да, Кактус-боул¹⁰.

—Ты можешь пока не говорить Марку? Можешь дать ему знать, что знаешь, после того как это произойдет? Я не хочу, чтобы он срывался на Дилане. Я хотела рассказать тебе, потому что больше не могла ждать. Не похоже, что он собирается что-то сделать, чтобы испортить твое будущее, даже если... когда он узнает об этом. Я даже не уверена, что он может что-то сделать, чтобы испортить будущее Дилана, но просто не хочу быть причиной…

— Я не могу обещать тебе этого.

Я встретила его взгляд и кивнула. Не думала, что он бросит своего друга под автобус.

Тишина после этого растянулась на минуты, и мы оба сидели там, не разговаривая друг с другом, просто попивая чай и кофе время от времени. Когда его телефон начал трезвонить в кармане, Крис вытащил его и быстро взглянул на меня, прежде чем ответить.

— Отец.

Я напряглась.

— Да. Я сейчас приеду.

Вот так, их разговор закончился.

— Мне нужно идти, — объяснил он.

— Хорошо. Спасибо, что выслушал меня. Надеюсь, ты не думаешь обо мне плохо. Я просто не могла больше ждать и, как только я смогу — то есть после игры — я хочу поговорить с Диланом и объяснить ему все. Он заблокировал меня, так что я не могу с ним связаться, но найду способ поговорить с ним. Я подумала, что тебе нужно узнать раньше него.

После этого мы официально достигли неловкости. Крис настоял на оплате счета, а затем предложил подвезти меня, куда мне было нужно. Я ответила, что в этом нет необходимости, и мы просто стояли перед его машиной. Никто из нас не знал, что делать дальше.

— Я могу дать тебе свой номер, — предложила я, немного нерешительно. — Тебе не обязательно звонить мне, если не хочешь, но если когда-нибудь захочешь снова поговорить... о других вещах... или что-нибудь еще...

— Да, конечно.

Его ответ не звучал многообещающе, но я была согласна и на это. В конце концов, я уже знала, что мы не будем лучшими друзьями вот так сразу, или, может быть, когда-нибудь.

После того как он сел в машину и уехал, я встала на углу и позвонила Джареду.

— Поговорила с ним? Как все прошло? — Это было первое, что он сказал, ответив на вызов.

— Да, и я не уверена. По крайней мере, он выслушал. Мы поговорили пару часов, и теперь все зависит от него.

— Как ты себя чувствуешь? Это наконец-то случилось, Зои. Не могу поверить, что ты поговорила со своим братом.

Я чувствовала, что чего-то не хватает, но не сказала об этом Джареду. Думаю, что буду так себя чувствовать еще какое-то время. Вместо этого я сказала ему, что чувствую себя бодрой и счастливой, независимо от того, что произойдет дальше, что в какой-то степени верно.

— Ты вернешься сюда? Мама приготовила спагетти, а я оставил немного для тебя. У нее снова ночная смена в больнице, а Бекки уже в постели, так что мы можем болтать всю ночь, если хочешь.

Глаза наполнились слезами, я шмыгнула носом в телефон.

— Спасибо, что позволил мне остаться на прошлой неделе, Джаред. Даже не знаю, как отблагодарить твою маму, и я просто…

— Ну же, милая, только не говори мне, что ты плачешь. Ты уже тысячу раз благодарила нас. Бекки любит тебя, а ты нянчишься с ней и играешь, так что поверь мне, это моя мама благодарна, что ты рядом. Твой большой плохой брат сломал моего лучшего друга? Если это так, то завтра я надеру ему задницу. Просто скажи слово. Хотя и не трону его лицо, потому что у вас отличные ДНК.

Мои губы растянулись в улыбке, и это было странно, как будто я не смеялась и не улыбалась в течение нескольких дней.

— Я не плачу, просто немного эмоциональна. Думаю, я прогуляюсь, чтобы собраться с мыслями, свежий воздух поможет. Чувствую себя немного странно, после того как, наконец, все ему рассказала, и думаю, что возьму немного пиццы по пути, если ты не против. Прости, но твоя мама готовит... эм…

Джаред засмеялся, и от этого звука мои губы еще больше приподнялись.

— Возьми две, — приказал он. — Я умираю с голоду.

— Заметано.

Я начала идти с приклеенным к уху телефоном.

— Думаю, нам нужно напиться и отпраздновать сегодня вечером. Как думаешь?

— Праздновать что?

— Мы пережили экзамены. Что еще нужно в качестве предлога, чтобы напиться? Кроме того, ты поговорила со своим братом, и я бы сказал, что это тоже хорошая причина. Напьемся и поговорим о мальчиках.

— Мое любимое занятие, — пробормотала я. — Можем поболтать о твоих мальчиках. Это должно быть весело.

— Мы поговорим о Дилане.

Я вздохнула и сунула свободную руку в карман куртки. Было не холодно, но каждый раз, когда я думала о Дилане, по моему телу пробивалась небольшая дрожь, и мое сердце давало дополнительный небольшой толчок.

— Мне нравится говорить о Дилане, — призналась я.

— Знаю. Мы поговорим о том, как он прекрасен и какие у него замечательные друзья, с которыми ты обязана меня познакомить, как только вы поцелуетесь и помиритесь, а затем...

Я понятия не имею, как долго длилась прогулка, но я сделала это с голосом моего лучшего друга в ухе, и я, наконец, дышала немного легче.

Это чувство длилось всего несколько часов, пока я не легла в свою импровизированную кровать в комнате Джареда и не увидела Дилана во сне.

Глава 27

Зои

1 января

Крис: Ты разговаривала с Диланом?

Зои: Нет, он заблокировал меня. Почему ты спрашиваешь? Он что-нибудь сказал? Ты что-нибудь рассказал?

Прошли чуть больше двух недель, с тех пор как я сказала Крису правду, и хотя не могу сказать, что он относится ко мне как к своей давно потерянной сестре, но и не игнорировал меня полностью.

Мы разговаривали только два раза после нашей беседы в кафе, но это все равно что-то. В первый раз, когда он позвонил мне, это было чтобы предупредить меня, что он поговорил с Марком, но не со своей матерью; не думаю, что он когда-либо собирался рассказать ей. Я оценила предупреждение. Я уже заблокировала Марка, пока жила у мисс Хильды, но было приятно узнать, что происходит. Это был трехминутный разговор, да, я засекала, не так долго, но это не мешало мне улыбаться как идиотке, в течение часа, после того как Крис повесил трубку.

Во второй раз я отправила ему короткое сообщение: «Счастливого нового года». Он ответил, спрашивая меня, что я делаю, и мы закончили тем, что переписывались несколько раз. Ничего серьезного, но я была счастлива. Крис, казалось, не очень разговорчив, по крайней мере, это было мое впечатление, когда он приходил в квартиру с Джей Пи, поэтому меня не удивило, когда он внезапно не превратился в болтуна. Я, в любом случае, болтала достаточно за нас обоих. Мне даже удалось получить от него смайлик, что было самым ярким моментом моего дня. Жалкое зрелище, правда?

Я винила во всем Дилана.

Ладно, ладно, не совсем, но я скучала по нему, как будто не видела много лет, хотя на самом деле прошло всего несколько недель, и было легче обвинить его во всем, так как он был тем, кто вышел из той квартиры, вместо того чтобы пытаться забрать меня с собой. План состоял в том, чтобы мой отец приехал провести Новый год в Лос-Анджелесе, но что-то случилось, и он не смог этого сделать; это тоже была вина Дилана. Потом было время, когда я не смогла получить пиццу из моей любимой пиццерии, потому что их печь сломалась. В какой пиццерии неисправна духовка? Все из-за Дилана. Думаю, вы можете увидеть здесь связующую закономерность. Все, что я знала о нем, это то, что сразу после Кактус-боул он отправился домой в Сан-Франциско, чтобы провести короткие каникулы со своей семьей.

Крис: хорошая ночь, чтобы выйти погулять. Может, ты захочешь выпить где-нибудь?

Я прочитала текст один раз. Потом во второй раз, помедленнее. Крис просил меня потусоваться вместе?

— Прочитай это. — Я передала свой телефон Джареду, который работал над эскизом на кофейном столике. — Он просит меня потусоваться, верно? Или я неправильно поняла?

Джаред удивленно посмотрел на меня и вернул телефон.

— Нет. Это приглашение, все верно. Напиши ему ответ.

— Ты пойдешь со мной?

Он вновь обратил внимание на свой набросок.

— Конечно. Если не против, что я флиртую с твоим братом, то считай, что я согласен.

Когда он обнадеживающе посмотрел на меня, я усмехнулась.

— Да, может быть, не в этот раз.

Джаред усмехнулся и швырнул в меня одной из своих ручек.

— Ты маленькая обломщица.

Немного взволнованная и очень нервная, я ответила.

Я: я бы с удовольствием. Где ты хочешь встретиться?

Крис: Эм... не со мной. Думаю, тебе стоит пойти одной.

Сначала я не понимала этого, и чувствовала себя дерьмово, но после прочтения несколько раз мое сердце забилось быстрее, и я вскочила с дивана, мой ноутбук почти встретил несвоевременный конец.

— Что происходит? Что случилось? — спросил Джаред, когда я подпрыгнула на месте как сумасшедшая, одна рука прижата ко рту, а другая прижала мой телефон к груди.

— Думаю, Дилан вернулся, — завопила я как можно тише, чтобы не разбудить Бекки. — Крис только что сказал мне, что я должна пойти выпить где-нибудь одна. Думаю, Дилан сейчас в баре. Он вернулся!

С трудом сдерживая подпрыгивание, я позволила Джареду направить меня в свою комнату.

— Разве ты не ходила в бар, чтобы найти его?

— Да, но, может быть, он вернулся сейчас?

— Я думал, ты на него злишься.

— Да. Я очень зла на него.

— Почему ты все еще прыгаешь?

— Потому что не могу дождаться, чтобы надрать ему задницу.

Джаред положил руки мне на плечи и успокоил. Помимо моего покрасневшего лица и широченной улыбки, я, должно быть, выглядела вполне нормально.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я глубоко вздохнула и выдохнула.

— Да. Что мне надеть?

— Уверена, что все в порядке? Ты все еще пытаешься прыгать. Остановись.

Джаред сильнее надавил мне на плечи.

— Я взволнована, позволь мне немного попрыгать, и теперь мне нужно пописать. Найди мне что-нибудь надеть, ладно? Мне нужно выйти как можно скорее, потому что я не уверена, работает ли он или просто там вместе с Крисом. Мне нужно добраться туда до того, как он уйдет. — Я остановилась в дверях и оглянулась. — Он вернулся, Джаред.

Лицо моего лучшего друга расслабилось, и он улыбнулся мне в ответ.

— Я знаю, дорогая. Иди и пописай, а потом можешь надрать ему задницу.

Я стояла через дорогу от бара «Джимми» и пыталась сдержать все свои чувства. Волнение, страх, паника, счастье, надежда, гнев — назовите что угодно, я это чувствовала. Обняв Джареда и пообещав, что буду держать его в курсе того, придется ли ему забрать мои кусочки, я ушла, и чем ближе мое такси добиралось до бара, тем сильнее и громче было мое сердцебиение.

Так что я решила постоять там как чудик, чтобы дать себе несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Когда шла через дорогу, из бара вышла пара, головы низко опущены, что-то шепчут друг другу, рука об руку. На долю секунды мой желудок упал, и я застыла посреди улицы, потому что могла бы поклясться, что видела Дилана с другой девушкой. Но затем девушка улыбнулась парню, и парень отступил достаточно, чтобы я могла видеть, что он на самом деле даже не похож на Дилана.

Машина просигналила мне, и я поспешила перейти улицу.

Прежде чем открыть тяжелую дверь, я закрыла глаза и вдохнула свежий воздух. С последним мысленным толчком я оказалась внутри.

Вы не поверите, как громко и ясно я слышала, как мое сердце колотилось в ушах, что я не могла услышать ничего, кроме моего собственного волнения. Бар был полон, как всегда; не имело значения, что был понедельник. Парень столкнулся со мной, когда выходил на улицу, тогда я заставила себя сделать несколько шагов и оглянуться, чтобы посмотреть, могу ли я найти Дилана или Криса.

На мне была одна из моих любимых белых футболок, черные джинсы, черные сапоги и тонкая куртка сверху, только потому, что Джаред заставил меня. Я вся горела от стресса.

Потом я увидела его, и вдруг не знала, как дышать, что делать с собой... я ничего не знала. Сглотнув, сделала шаг в сторону бара, где Дилан разговаривал с другим барменом. Голова наклонена вниз, губы натянуты в маленькую улыбку, он казался больше, чем жизнь для меня.

Клянусь, мое сердце екнуло — может быть, несколько раз — когда я приблизилась к нему. Понятия не имею, как мне удалось поставить одну ногу перед другой, но, возможно, я парила в воздухе. Все барные стулья были заняты, поэтому я ждала... и ждала, терпеливо, ни на минуту не отрывая от него взгляд. Если бы парень просто посмотрел вверх и немного влево, то нашел бы меня, стоящую прямо там, но он этого не сделал, и мне было легче подкрасться к нему, когда он наливал напитки.

Когда девушка спрыгнула с одного из стульев, немного подальше от Дилана, я поспешила к нему, прежде чем кто-то другой смог его занять. Села, положила руки на стойку бара, а затем убрала их. Я расправила плечи, села прямее и прижала руки к животу, чтобы успокоить бабочек, бунтующих там.

Вокруг меня все было расплывчато. Дилан был всем, на чем я могла сосредоточиться в этот момент. Даже если бы произошло мощное землетрясение, я бы все равно не смогла отвести от него глаз. Мое сердце билось так для него, только для него.

— Могу я тебе что-нибудь налить?

Подпрыгнув на своем месте, я старалась сосредоточиться на бармене, которая говорила со мной. Я вспомнила, что видела ее в последний раз, когда была здесь, но не смогла припомнить ее имя. Я вообще слышала, как ее зовут? Нахмурившись, я наклонилась вперед.

— Ах, да. Спасибо, — прошептала я. — Пиво. Любое, пожалуйста.

— Мне нужно взглянуть на документы.

Я полезла в задний карман и протянула ей. Посмотрела в сторону Дилана, я встретила его взгляд и перестала дышать.

Насколько необходим был воздух? Его очень переоценивают, если спросите меня.

Я видела, как его челюсть затвердела, губы сжались. Мы не могли отвести взгляд друг от друга. Он выглядел рассерженным, может быть, это и правильно, и я не знала, что он видел, когда смотрел на меня. Я думала, что готова ворваться и накричать на него, но на самом деле, я не была готова его увидеть.

Мои эмоции были в состоянии войны. Я так сильно по нему скучала, но ничего не могла с этим поделать... пока мы не поговорим, пока он не даст мне шанс поговорить, хотя я не собиралась оставлять это на него.

Потом Дилан подошел ко мне, и я уже задыхалась.

Когда добрался до места, где я сидела, он потянулся за пивом, которое бармен уже поставила прямо передо мной, рядом с моими документами. Я даже не заметила этого. Предугадывая, что он собирался сделать с его сердитыми шагами и тикающей челюстью, я потянулась за пивом, прежде чем добрался он, выплескивая его на барную стойку в процессе.

Я чувствовала, как дрожат мои ноги, когда Дилан положил ладони на стойку и наклонился вперед. У меня был момент колебаний о том, что делать — наклониться вперед, обернуть руки вокруг его шеи, и держаться за него изо всех сил как обезьянка, и надеяться, что он найдет это милым или избавиться от гнева, который я видела пылающим в его глазах? Я откинулась на спинку, прижимая кружку с пивом к груди.

— Уходи.

Одно слово. Он дал мне всего одно слово, и я почувствовала боль глубоко в груди. Я могла только покачать головой из стороны в сторону.

— Зои, уходи.

Я ненавидела, как резко звучало мое имя, слетающее с его губ, но все равно нашла свой голос:

— Нет.

Ничто не заставит меня покинуть бар, не поговорив с ним.

Дилан бросил на меня мрачный взгляд, и я затаила дыхание. Затем он откинулся назад и выпрямился, уходя без единого слова, как будто я не стоила и секунды его времени.

Я десять минут потягивала это пиво, десять минут, а он даже не дал мне возможности ничего сказать, оставаясь как можно дальше.

— Дилан! — закричала барменша, и я вздрогнула. Его взгляд двигался сквозь меня, как будто меня не существовало. — Мне нужно взять перерыв. Прикроешь меня?

Он резко кивнул, а затем поговорил с другим парнем, который занимался кранами бара. Через несколько секунд парень уже обслуживал клиентов там, где сидела я, потому что Дилан не хотел быть рядом со мной.

С каждой секундой начиная все больше злиться, я выпила остальную часть своего пива под звуки песни Дрейка и попросила еще одно у моего нового бармена.

Только вместо того чтобы налить мне новое пиво, он поставил передо мной стопку текилы, кусочек лайма и солонку.

— За счет заведения, — сказал он с улыбкой.

Глава 28

Дилан

Я наблюдал, как Брайан сделал шот для Зои и должен был физически держаться за что-то, чтобы остановить себя от того, чтобы пойти туда и сломать ему нос. Зои схватила рюмку и улыбнулась Брайану, прежде чем проглотить напиток залпом. Скривив лицо, она потянулась за лаймом и пососала его.

Я отвернулся от нее, потому что это был мой единственный приемлемый вариант, и наблюдал за реакцией Брайана. Ублюдок улыбался ей, наклонился, говорил, говорил и говорил.

Зои, казалось, не реагировала на него, но это не останавливало Брайана от флирта. На секунду я подумал о том, чтобы пойти туда и сказать Брайану, что ей нравятся мужчины постарше, но решил их игнорировать. Было больно, физически больно смотреть на нее, и это меня разозлило еще больше. Я был так зол в тот момент, когда услышал ее голос, просящий выпить, а затем еще злее, когда увидел выражение ее лица, когда ее взгляд встретился с моим.

Прошло несколько минут или, может быть, всего несколько секунд и мне пришлось снова взглянуть на них. На этот раз Брайан поставил перед ней еще одно пиво, игнорируя другого клиента, который ждал, чтобы сделать заказ.

Хлопнув двумя бутылками пива по подносу, который ждал, когда будут заполнены заказы, я направился к ним. Если бы она флиртовала с ним... если бы улыбнулась ему, посмеялась, поговорила с ним, посмотрела на него, сделала бы хоть что-нибудь, не думаю, что почувствовал бы столько злости, как во мне сейчас. Думаю, я бы почувствовал большое облегчение.

— Можешь вернуться к своим заказам, Брайан, — приказал я, мой тон граничил с убийственным, и вместо того чтобы ждать, чтобы увидеть, что он делает, я помог ожидающим клиентам.

Брайан замолчал, а глаза Зои следили за каждым моим шагом.

— Я могу прикрыть Линди, чувак, — настаивал Брайан, что не так мудро.

Брайан начинал как новый бармен всего две недели назад, так что он должен был слушать все, что я говорю. Если бы он этого не сделал, я бы его заставил.

— Возвращайся на свое место. Выполняй заказы.

Когда казалось, что он снова собирается протестовать, я сделал небольшой шаг навстречу ему, мой гнев вспыхнул с новой силой. Мы стояли прямо перед Зои, и я наклонился вперед, так что только он мог меня услышать.

— Сейчас недостаточно спокойно, чтобы ты мог пофлиртовать, Брайан, и держись от нее подальше. Возвращайся к работе или убирайся отсюда. — Я отступил назад. — Ты меня понял?

Его брови подскочили к линии волос, и парень поднял обе руки, словно сдаваясь и отступая назад.

Не обращая внимания на Зои, я налил виски одному клиенту и сделал два пива другому. Несмотря на то, что не хотел, я все еще мог видеть ее краем глаза. Мог видеть то, как быстро она глотает свое пиво.

Внезапно я не мог вынести, что она рядом. Не мог отделаться от запаха ее духов, от этого чертового сладкого ягодного аромата. Не мог отвести взгляд и не вспоминать, как хорошо было чувствовать ее мягкую кожу, когда Зои была подо мной, как она реагировала на мои прикосновения, как блестели ее глаза, когда я бежал к ней после игры в Тусоне, как было хорошо, когда она смотрела мне в глаза дольше, чем несколько секунд... ее голубые трусики, ее мокрые волосы, ее ранимые глаза... ее руки вокруг меня, обнимающие меня... как она была взволнована, когда ела пиццу, как называла эту хреновину кругом любви... ее чертову застенчивую улыбку, ее оргазмы...

Все это как чертов фильм прокручивалось в моей голове.

Гнев прожигал мои внутренности.

— Ты закончила, — сказал я, подходя, чтобы встать перед ней. — Я хочу, чтобы ты ушла.

Я посмотрел ей прямо в глаза, и Зои встретила мой взгляд, не дрогнув. Я не мог сказать, была ли она уже пьяна или нет. Не мог понять, в какую игру она играла.

— Я никуда не уйду, пока ты не поговоришь со мной.

— Что натолкнуло тебя на мысль, что нам есть о чем говорить? Если хочешь, чтобы я позвонил тренеру, чтобы он забрал тебя, дай мне знать.

Ее глаза вспыхнули с чувством, которое я не мог точно определить, и она села прямее на своем место.

— Если хочешь, чтобы я ушла, тебе придется силой вытащить меня отсюда.

Я положил руки на стойку бара и стал наблюдать за ней.

— Не испытывай меня. Мне нечего тебе сказать.

Сузив глаза, она наклонилась вперед.

— Тогда просто послушай меня.

Я нахмурил бровь.

— Мне неинтересно, приятель.

На этот раз ее глаза вспыхнули гневом, и по какой-то чертовой причине это взволновало меня. Мое сердцебиение участилось, и я схватился за деревянный край, чтобы не дотянуться до нее и не накрыть ее губы своими.

— Я не уйду, пока ты не дашь мне, по крайней мере, пять минут, приятель, — выплюнула она.

— Делай, как знаешь.

И я ушел.

Через минуту с перерыва вернулась Линди и заняла свое место.

Прошло десять минут.

Потом пятнадцать.

Затем еще тридцать.

С каждой секундой, что Зои сидела на этом чертовом барном стуле, я становился все ближе и ближе к тому, чтобы взорваться перед всеми. Когда дело дошло до того, что я больше не мог этого выносить, я бросил тряпку, которую держал в руке. Выйдя из-за барной стойки, я подошел к ней, а она уже стояла и ждала меня.

— Я никуда не уйду, Дилан.

— Да, знаю. Я выслушаю все, что тебе нужно сказать, чтобы ты больше не попадалась мне на глаза.

Схватив ее за руку чуть выше локтя, я потянул ее за барную стойку.

— Я беру десять минут, — крикнул я Линди, когда открыл дверь, которая привела нас в маленькую кухню, а затем вывела в тускло освещенный переулок.

Металлическая дверь захлопнулась за нами, и я отпустил Зои, как будто ее кожа обожгла мою, а затем отошел от нее, прокладывая расстояние между нами.

— Начинай, чтобы я уже мог покончить с тобой.

Девушка молчала, поэтому я посмотрел на нее. Казалось, ее глаза наполнились слезами. Я пытался игнорировать свои чувства и оставался на месте.

— Я так зла на тебя, — наконец тихо сказала она.

— Прости, что?

— Я чертовски зла на тебя! — громко повторила она, ее голос был четким и сильным.

— Да? — Я скрестил руки на груди. — С чего вдруг? Потому что я не играл в какую-то ебанутую игру, в которую играла ты? Потому что застукал тебя с ним и прервал вас? Как я посмел, да?

Ее глаза сузились, когда она наклонилась ко мне.

— Я злюсь на тебя, потому что ты меня заблокировал! Злюсь, потому что ты не позволял мне объясниться. — Затем она выпрямилась и больше не наклонялась вперед. — Я думала, что мы друзья, Дилан. Если ничего другого, то я думала, что я, по крайней мере, твой друг.

Я фыркнул и засмеялся.

— Мой друг? Ты думала о своем друге, когда села в его машину и уехала с ним? Или прямо перед тем, как я вас застукал?

— О чем ты вообще говоришь? — нахмурилась она. — Какая машина?

— Даже не пытайся лгать мне, Зои. Если ты здесь, чтобы сказать, что он пришел в квартиру один, а я все неправильно понял, то побереги дыхание. Я ждал тебя перед квартирой Джареда. Я был рядом, когда ты проигнорировала мое сообщение и залезла в его машину.

Девушка облизнула губы, уставилась на меня, а затем сказала:

— Ты почувствуешь себя полным идиотом, и даже не понимаешь этого.

— Сомневаюсь. Если ты закончила, мне нужно вернуться внутрь.

Зои покачала головой и прикусила нижнюю губу, притягивая мой взгляд ко рту. Она потянулась и достала что-то из заднего кармана. Развернув лист бумаги, она закрыла расстояние между нами.

Три шага — это все, что потребовалось.

— Вот.

Она ударила меня бумагой по груди, и я увидел, как та порхает к земле.

Когда я поднял взгляд, девушка выглядела неуверенно. Ее грудь быстро поднималась и опускалась. Кто-то захлопнул дверь в соседнем здании, и звук раздался в переулке, заставив ее подпрыгнуть.

— Подними его, — потребовала Зои, но я не пошевелился. Ее плечи резко опали, и боевой дух, казалось, вышел из нее. — Прочитай это, Дилан.

Прошло несколько секунд, я по-прежнему стоял спокойно, когда увидел, как ее глаза начали наполняться слезами.

— Ты идиот, Дилан Рид! — закричала она, и все, что я мог слышать — это заминка в ее дыхании. Все, что я видел, это убитое горем выражение ее лица.

Зои повернулась, чтобы уйти, и я присел, чтобы забрать бумагу, которая выглядела так, как будто видела лучшие дни. Я развернул ее в два раза и выпрямился. С каждым прочитанным словом у меня учащался пульс. Как только понял, на что смотрю, я застонал, позволяя бумаге снова упасть на землю, и пошел за Зои.

Я даже не заметил и не слышал, как задняя дверь открывалась и закрывалась, но оказался единственным, кто стоял в том переулке. Я дернул ручку, открывая дверь, и догнал девушку, когда она шла через кухню. Ее руки были прижаты к бокам, когда она достигла двери, которая уводила ее в бар и от меня. Я проигнорировал всех на кухне, в общей сложности три человека, схватил Зои за плечо и развернул к себе.

Я дышал так тяжело, как будто только что пробежал девяносто ярдов для тачдауна. Увидев ее слезы, я почти боялся говорить. Она выглядела такой обнадеженной, такой грустной и такой чертовски красивой.

— Зои, — прошептал я.

Потом ее слезы начали стекать быстрее, и я больше не мог не прикасаться к ней. Не мог не обнять ее. И сделал это. Когда ее руки обхватили мою шею, и девушка положила голову мне на плечо, ее рыдания стали громче. Я положил руки прямо под ее задницу, поднял ее и обернул ее ноги вокруг себя. Ее хватка на моей шее усилилась, и она толкнула свое лицо мне в шею, все еще плача.

Игнорируя взгляды, я отнес ее обратно в переулок и прислонил к обратной стороне двери, как только та закрылась.

Я не чувствовал своих рук из-за плотного захвата, который у меня был на ней, и понятия не имел, как мои ноги держали нас, но я не жаловался.

Когда Зои подняла свое лицо с моей шеи и взяла мое лицо в свои ладони, я просто смотрел на нее. Просто ошарашено пялился на нее.

— Это правда? — спросил я, мне нужно было услышать это из ее уст, а не просто увидеть на листе бумаги.

Зои кивнула.

— Хочу услышать это от тебя.

— Он мой биологический отец.

Она сглотнула, и я наблюдал, как двигалось ее горло, все еще с трудом веря, что девушка говорит правду.

— Все это время... ты позволяла мне думать...

Она наклонила голову и посмотрела мне в глаза. У нее все еще были слезы на лице.

— Я собиралась сказать тебе, Дилан, клянусь тебе. Вот почему он был там, почему забрал меня из дома Джареда, чтобы поговорить со мной. Я сказала ему, что расскажу тебе о нем, прямо перед тем, как зашла в библиотеку в тот день, а потом случилось все остальное, и я просто отодвинула это. Но я собиралась тебе рассказать. Клянусь тебе, так и было. Я могу показать тебе мои сообщения. Я хотела рассказать тебе все.

Я посмотрел на ее дрожащие губы и больше ничего не мог с собой поделать.

Тебе нужна вода, чтобы жить, без нее можно прожить только от трех до пяти дней, а прошло так много времени с тех пор, как я насыщался ею, с тех пор как пробовал ее. Я едва выжил.

Наши губы столкнулись, и Зои тихо хныкнула в ту же секунду, когда мой язык коснулся ее. Это был самый страстный поцелуй в моей жизни и, возможно, один из лучших. Наши зубы стучали, языки путались, и все равно, я не мог насытиться ею. Я отпустил ее ноги и более твердо прижался к ее телу, раздавив девушку между дверью и собой.

Мои руки освободились, я обхватил ее лицо и наклонил голову в сторону, чтобы получить больше, и она дала мне все, абсолютно все. Протянув руки между моими, Зои снова обхватила меня за шею и позволила вести.

Когда разъединились, мы оба тяжело дышали, как будто только что закончили бежать марафон, и я ничего не хотел бы менять. Эта девушка... у меня перехватило дыхание.

Прислонив лоб к ее, я облизнул губы. Мы стояли так близко, что я попробовал и ее губы тоже.

— Я так скучала по тебе, — прошептала она. — Так сильно скучала, ты даже не представляешь.

— Думаю, представляю, — сказал я также тихо. Весь мир исчез, и остались только мы. — Значит, ты только моя? — спросил я, чтобы было еще одно подтверждение.

Зои немного откинула голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Ты мой лучший друг — с кем еще я могу быть?

Я поцеловал ее снова, на этот раз медленнее, растягивая удовольствие вместо бешеной гонки. Тем не менее, не думал, что когда-нибудь смогу насытиться ею.

— Я так зла на тебя, — прошептала она между моими поцелуями. — Все еще чертовски зла.

— Почему? — Я потерся своим носом о ее. Зои наклонила голову, чтобы поцеловать меня, облизывая губы, после того как закончила. Я опустил одну руку и положил ей на задницу, притянув девушку немного ниже. Почувствовав, как сильно я хочу ее, Зои закрыла глаза, прикусила губу и застонала, пытаясь прижаться ко мне. Я поцеловал в шею, облизывая и посасывая, двигая к ней свои бедра.

— Как ты мог просто так уйти? — вздохнув, спросила она, когда смогла найти слова.

Я перестал двигаться против нее, и моя хватка снова усилилась. Мой взгляд остановился на ее раскрасневшемся лице и встретился с ее остекленевшими глазами.

— Как ты могла не прийти за мной? — прохрипел я.

— Я идиотка. Какое у тебя оправдание?

Я улыбнулся и опустился лбом ей на плечо.

— Ты называла меня идиотом несколько раз сегодня, поэтому полагаю, что я твоя вторая половина, такой же большой идиот, если не больше.

— Тогда мы идеально подходим друг другу, да?

— Мы ведь лучшие друзья, не так ли?

Ее улыбка застала меня врасплох, и я потерял себя в очередном поцелуе, пока дверь позади нас не открылась, и мне пришлось принять вес Зои на себя, чтобы защитить ее.

Линди высунула голову из щели, и она вздрогнула, увидев нас.

— Извини, что прерываю, Дилан, но ты бы мне очень пригодился. Брайан на самом деле не самый большой помощник на данный момент, так что если вы...

Я прочистил горло.

— Да. Дай мне еще минутку, хорошо? Я сейчас подойду. Пожалуйста.

Она кивнула и слегка улыбнулась.

— Да, конечно.

Когда снова остались только мы, я медленно позволил ногам Зои коснуться земли, и она попыталась поправить свою одежду. Когда подняла взгляд, я выдохнул и схватил ее лицо в ладони, чтобы прижать поцелуй к ее опухшим, темно-розовым губам. Она улыбнулась мне, и мне стало легче дышать.

— Нам все еще нужно поговорить, Зои. Мне нужно знать обо всем.

Она немного улыбнулась, но кивнула.

— Где ты сейчас живешь?

Она быстро пожала плечами.

— У Джареда. Мне нужно будет найти квартиру или соседа после начала семестра.

— Я живу у Бенджи. Он живет с еще одним парнем, а я сплю на их диване. Ты не вернешься сегодня к своему другу, — заявил я.

Все еще широко улыбаясь, Зои покачала головой.

— Не вернусь.

— И ты подождешь, пока я закончу. До тех пор ты будешь сидеть прямо передо мной.

— Да. Я не буду двигаться. Не буду даже отводить взгляд.

Глава 29

Зои

После того как разошлись все клиенты, весь кухонный персонал, официанты и бармены, остались только мы с Диланом. Помещение выглядело таким большим, когда все ушли, таким тихим, все столы были пусты, стулья подняты. Дилан уже выключил свет, весь, кроме маленьких декоративных огоньков, которые висели над зеркалом за алкоголем. Я подумала, что это очень романтично. Я все еще сидела на том самом месте, куда Дилан посадил меня, на том же самом стуле. Единственный раз, когда я отвернулась от него больше, чем на несколько секунд, это когда написала Джареду, чтобы он знал, что я не вернусь сегодня.

Я подняла взгляд, когда почувствовала, что Дилан спускается по лестнице, которая, как он сказал, ведет в офис его босса. Мое дыхание перехватило, а сердце замерло в груди. Он был самым красивым парнем в мире, по крайней мере, в моих глазах, и я уверена, что вы бы согласились со мной, если бы увидели его. Он не спускал с меня глаз, и я не отводила взгляд. Дилан был одет в черные брюки и простую темно-серую футболку с длинными рукавами, на правой стороне которой был логотип бара. Он выглядел потрясающе, таким аппетитным, что аж слюнки потекли. В принципе, Дилан выглядел и был на вкус лучше, чем пицца. А еще он был похож на мужчину, про которого я бы никогда не подумала, что может быть моим. Он был из тех парней, от которых можно забеременеть, просто глядя на него слишком долго.

Когда он добрался до меня, то поднял меня, как будто я ничего не весила, и усадил на стойку бара. Я сразу же положила ладони вниз, чтобы стабилизировать себя, затем парень развел мои ноги и сел между ними на мой пустой стул. Затем начал скользить руками вверх и вниз по моим бедрам, оставляя за собой мурашки.

Не останавливаясь, я наклонилась, положила руки ему на плечи и поцеловала его, просто маленький, нежный поцелуй, который легко превратился в нечто большее, оставив меня задыхающейся.

Когда Дилан отступил, я просто смотрела на него с самой большой улыбкой на лице. Это было похоже на то, будто я увидела его в первый раз и влюбилась в него снова и снова. Он был мечтой, той, которую ты всегда хотела найти, другой половиной твоей души, если вы верите в такие вещи. Я была готова поспорить, что Дилан Рид соответствует каждому пункту, который есть в списке желаний каждой женщины, и все же он стоял передо мной, улыбаясь мне кривой усмешкой.

— Что? На что ты так смотришь? — спросил он, его руки снова двигались, на этот раз более настойчиво.

Я засмеялась.

— Как так?

Он просто смотрел мне в глаза, и с каждой секундой я таяла все больше.

— Никто никогда раньше на меня так не смотрел, — призналась я, с трудом удерживая взгляд.

Дилан придвинулся ближе, одна рука на моих бедрах, другая вокруг талии, и мои глаза закрылись сами по себе.

— Как?

Я почувствовала, как он поцеловал край моих губ, а затем мою щеку.

— Вот так, — повторила я жалобным шепотом, прислонившись к его губам.

Он улыбнулся и нежно поцеловал меня в ухо.

— Ты можешь быть немного более конкретной?

— Нет.

Я чувствовала его смешок глубоко в моих костях больше, чем просто услышала его.

— Ладно.

Потом он поцеловал меня. Наши губы слились воедино, нежно, не более чем шепот в ночи, пока он не заговорил:

— Тогда ты должна держать меня при себе. Никто не сможет смотреть на тебя так, как я.

— Это не то, что я сказала, — запротестовала я с улыбкой на лице и открыла глаза, чтобы посмотреть, как он смотрит на меня. Мое сердце взлетело. — Такой самоуверенный, — прошептала я.

Его палец скользнул по моей губе, но он не отводил взгляд от моих глаз.

— Оставь меня себе, Вспышка. Я хороший улов.

Я усмехнулась, мое сердце екнуло.

— Знаешь, что? Думаю, что так и сделаю.

Его улыбка стала больше, и я почувствовала себя без ума от счастья.

Дилан встал, по-прежнему удерживая руки вокруг талии. Я взяла его лицо в свои ладони и прислонилась лбом к его.

— Я снова счастлива, — сказала я из ниоткуда.

— Ты была несчастна без меня?

Я думала, что с его стороны это был просто риторический вопрос, не думаю, что он ожидал от меня честного ответа, потому что снова потянулся к моему рту, но я отступила, прежде чем парень мог утопить меня в себе.

— Я была очень несчастна, Дилан. Не могла спать, не поговорив с тобой. А после твоей последней игры, я не смогла найти тебя. Ты меня заблокировал, — обвинила я его. — Не то чтобы я могла винить тебя, но думаю, что все равно буду. Я скучала по тебе. Скучала так сильно, как никогда в жизни. — Я положила ладонь на сердце и попыталась облегчить боль. — У меня эта боль, прямо здесь, и каждое утро эти последние две недели я просыпалась, и у меня был этот момент, в первую секунду после того, как открывала глаза, когда я думала: «вставай, Зои, вставай и встреться с Диланом. Вставай и иди к нему. Вставай и позавтракай с ним, он ждет тебя на кухне». А затем я вспоминала, что не могу ничего из этого сделать.

Дилан посмотрел на меня, принимая мои слова, или решая, как ответить. Я задалась вопросом, не раскрыла ли я слишком много своих чувств, хотя это меня не сильно волновало.

— Я скучал по тебе больше, чем имел право скучать, и это съедало меня, — сказал он, прежде чем тишина могла стать неловкой. — Я был так зол на себя, потому что не мог даже ненавидеть тебя. Ты хоть понимаешь, как мне было тяжело работать с ним, зная, что он получил тебя, а я нет? Насколько это все еще сложно? Ты думала обо мне, когда просыпалась, а я не думал ни о чем кроме тебя с тех самых пор. Я ненавидел, что ты так со мной поступила, что лгала мне. Когда увидел, как ты садишься в его машину, я не поверил своим глазам, понимаешь. Я был уверен, что ты объяснишь все это, но когда пришел домой и увидел вас двоих... так близко, и что он прикасался к тебе...

— Могу я рассказать тебе все сейчас?

— Да, и, пожалуйста, не скрывай ничего.

— Не буду, — пообещала я, и, зная, что все будет хорошо после, что он все еще будет стоять прямо передо мной, я рассказала ему все. Начала с самого начала, с того первого момента, когда мама рассказала мне о Марке и Крисе, и закончила тем, как я поговорила с Крисом через несколько дней после того, как он застал нас с Марком.

— Я хотела найти тебя на следующий день, и даже звонила тебе, но ты уже заблокировал меня. Чем больше думала об этом, тем больше боялась, что он сделает что-нибудь, чтобы навредить тебе на поле. Он угрожал, и я понятия не имею, смог бы он это сделать или нет. Я не отказывалась от тебя, но подумала, что бежать к тебе сразу после того, как ушла, было не лучшей идеей. Я дала себе срок до вашей последней игры, зная, что скажу тебе сразу после — в этом я была абсолютно уверена.

За то количество времени, которое мне потребовалось, чтобы рассказать ему все, мы сидели в одном и том же положении: он прямо между моих ног, касаясь меня, постоянно касаясь меня. Когда у меня были проблемы с озвучиванием чего-то, он сжимал мою талию, напоминая мне, что рядом, прямо там со мной. В какой-то момент он скользнул рукой под мою рубашку, и мы были кожа к коже. Дилан отвлекал меня бесчисленное количество раз, но побуждал продолжать рассказ, потому что впитывал каждое слово, которое я говорила.

Его лицо было наклонено вниз, когда Дилан слушал меня, сосредоточившись на руках, рисуя ленивые круги на моей коже под моей рубашкой, как будто ничего не мог с собой поделать.

— Вот почему я не хочу, чтобы ты пошел к нему или рассказал что-нибудь об этом, Дилан.

Он поднял на меня глаза.

— Ты не можешь просить меня сделать это, Зои.

— Я только что это сделала. Вот почему я пришла сюда. Я не могла не сказать тебе, но не хочу, чтобы все ожидания были напрасными.

— Я не собираюсь держаться от тебя подальше до драфта, Вспышка. Ты можешь выбросить это из головы прямо сейчас. Теперь, когда я все знаю, ничто из того, что ты скажешь, не удержит меня от тебя.

Улыбаясь, я наклонилась, прижала поцелуй к его губам и откинулась назад.

— Я не планировала делать что-то даже отдаленно близкое к этому, даже в случае, если бы ты больше не захотел меня.

Теперь уже он потянулся вперед и поцеловал меня, его язык делал такие вещи, которые вызывали во мне трепет. Когда отступил, его глаза были ясными.

— Чего же ты тогда хочешь?

— Я видела, как тяжело ты работал, чтобы добраться туда, где находишься. Просто жить с тобой в течение нескольких месяцев было достаточно для меня, чтобы увидеть это. Я не собираюсь быть причиной даже возможности того, чтобы…

— О чем ты меня просишь?

— Просто не делай очевидным, что ты все знаешь, вот и все.

Дилан схватил меня за талию руками, и я вздрогнула.

— Я не хочу спать в другом месте от тебя, Вспышка. Я не могу прожить и дня, не проснувшись, когда ты обвиваешься вокруг меня. Мы найдем маленькую квартиру и будем жить вместе. Знаю, что у меня есть только несколько месяцев до драфта, и после этого…

Даже не пытаясь сдержать улыбку, я, возможно, прокричала свой ответ немного громче, чем хотела.

— Да. Да. Да!

Судя по моему поведению, вы бы подумали, что он сделал мне предложение.

Сначала беспокойство на его лице сгладилось, как будто парень действительно думал, что я могу упустить шанс просыпаться вместе с ним так долго, сколько возможно, а затем он рассмеялся вместе со мной.

Я не могла перестать прикасаться к нему, не могла перестать смотреть ему в глаза.

— Ладно, ты только не волнуйся, но я так сильно запала на тебя, Дилан Рид — полное свободное падение. Я, вероятно, не скоро приземлюсь.

Он встал и игриво улыбнулся.

— Приземлишься куда?

Я толкнула его в плечо, когда парень начал смещать руки выше под моей рубашкой, заставляя меня осознать, как близко друг к другу мы стоим, насколько я затронута его прикосновением.

— Ты знаешь, что я имею в виду. — Впервые за долгое время я избегала его взгляда. — И я хочу, чтобы ты тоже влюбился в меня. Очень сильно хочу, Дилан. Я хочу быть кем-то важным для тебя, хочу быть тем же, что и ты для меня, тем, без кого ты не сможешь жить. И хорошо, возможно, я немного странная, и это большое «возможно», но я хочу, чтобы ты... принял тот факт, что я странная, и я тебе нужна…

— Это очень просто, Вспышка. Ты мой лучший друг, как я и говорил, и мне уже нравится твоя странность. Я никогда не забуду вид этих аккуратно сложенных M&M’s на кухне, и твоя любовь к пицце? Это совершенно другой уровень странности.

Я застонала и уткнулась лицом ему в шею.

— Все любят пиццу. Это не странно.

— Но не так сильно, как ты.

Дилан медленно потащил руки назад, и каждый дюйм кожи на моем теле гудел от осознания. Сжал мое лицо, и отодвинул меня от своей шеи, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Я поймаю тебя, когда ты приземлишься, Вспышка. Только не трать слишком много времени, потому что я уже там, с нетерпением жду тебя.

Я моргнула.

— Ты не можешь шутить о чем-то подобном, Дилан.

— Кто сказал, что я шучу? Это случилась в одно мгновение, Зои, у меня не было шансов.

Это значит то, о чем я думаю? Потом его губы оказались на моих, и я целовала его, как будто от этого зависела наша жизнь, и все мысли испарялись из моего разума. Его руки отпустили мое лицо, когда я обхватила парня за шею, чтобы прижаться ближе, и издала удивленный писк, когда Дилан потянул меня на колени.

— Дерьмо, — выругалась я, откинувшись назад, чтобы схватиться за край столешницы. — Дилан, я очень тяжелая. Ты не…

— Теперь я могу делать с тобой все, что захочу.

Он серьезно думает, что это угроза?

Его брови нахмурились.

— Подожди, а Крис? Он ничего мне не говорил.

Я поджала губы и покачала головой.

— Мы разговаривали только дважды с тех пор, как я сказала ему, но он написал мне, чтобы сообщить, что ты здесь, так что, возможно... — Я слегка пожала плечами. — Возможно, мы поговорим еще. Ему решать.

— Значит, я сплю с сестрой моего лучшего друга, а? Мне это нравится.

Он усмехнулся, и я улыбнулась в ответ.

— Я не чувствую никакого сна, но если ты так говоришь…

Слова умерли у меня во рту, когда мы снова поцеловались, и меня унесло... куда-то... далеко.

Когда дверь открылась и закрылась, и моя спина прижалась к стене, наши губы все еще были соединены, я открыла глаза, чтобы увидеть, где мы находимся. Мы могли бы ходить часами, а я бы и не заметила. По-видимому, Дилан поднял меня по лестнице, которую я видела раньше; мы были в офисе Джимми. Я заметила пустой стол из красного дерева, небольшой старомодный сейф, высокий шкаф для документов и диван. Он был недостаточно большим, но выглядел довольно удобным, и я была более чем счастлива, провести на нем ночь вместе с Диланом. Поскольку то, что он был таким маленьким, означало, что я бы прижалась к парню еще ближе.

Когда Дилан прикусил мою губу, я снова потеряла концентрацию, и остались только мы. Мы отдалились от стены, но парень не отнес меня на диван, как я ожидала. Нет, Дилан направился к столу и усадил мою задницу прямо на него.

Прежде чем я успела открыть рот или даже перевести дыхание, парень уже снимал с меня рубашку. На короткое мгновение мне захотелось спрятаться от него, но вместо этого я потянулась к краю его рубашки и помогла ее стянуть. Быстро посмотрев на мою грудь, которая пряталась в моем любимом светло-голубом лифчике, парень застонал и раздвинул мои ноги, становясь прямо между ними. Он положил ладони на стол по обе стороны от моих бедер, огораживая меня, и опустил лицо ко мне, чтобы поцеловать. Мне пришлось откинуться на спину и держаться за него, чтобы вернуть его неконтролируемый поцелуй. Дилан остановился, когда я коснулась спиной деревянной поверхности.

— У меня даже не было шанса узнать, что тебя возбуждает, — прошептал он прямо перед тем, как пососать и нежно укусить кожу на моей шее.

— Не думаю, что тебе нужно чему-то учиться, — бросила я с придыханием. — Ты и так практически убиваешь меня, поэтому я бы сказала, что это работает, мне кажется, ты можешь просто посмотреть на меня, и заставишь кончить, так что...

Он засмеялся, и звук завибрировал на моей коже.

— Так ты говоришь, что мокрая для меня?

Парень схватил меня за талию и одним быстрым движением скользнул руками вниз. Я ахнула и засмеялась, держась за его плечи. Затем почувствовала его толстый, твердый член через свои джинсы и полностью потерялась. Укусив его за шею, испустила самый распутный стон. Я пошевелилась и толкнула себя вниз так сильно, как я могла, и его пальцы сжали свою хватку на талии, чтобы держать меня неподвижно. Затем отпустила свою хватку на его плечах, потянулась между нами и попыталась расстегнуть его джинсы. Когда ничего не вышло, я отстранилась от поцелуя и сильно ударилась головой о стол.

— Черт. Черт. Черт.

Он имел наглость засмеяться.

— Полегче, детка, — прошептал он, запутываясь в моих волосах одной рукой и сглаживая боль. — Ты хочешь меня?

Больше всего на свете. Но в тот момент я действительно не думала, что смогу говорить, поэтому просто кивнула. Мы смотрели друг другу в глаза, не двигаясь, и что бы он ни увидел на моем лице, Дилан покачал головой и улыбнулся. Его щеки покраснели, губы распухли — из-за меня. Он глубоко вздохнул, пока я затаила дыхание. Его темно-синие глаза стали еще темнее, как ночное небо, и я не могла вспомнить, что когда-либо видела что-то более совершенное.

— Хотела бы я запечатлеть на фото этот момент, — прошептала я. — Ты... смотришь на меня так, как сейчас.

— У тебя будет все время на свете, чтобы сделать со мной все, что захочешь, Зои. Поверь мне.

Когда я облизнула губы, парень, наконец, опустил руки вниз, и начал снимать штаны. Я сделала то же самое, выгибаясь и пытаясь избавиться от них как можно быстрее. Я сбросила несколько бумаг со стола, но никого из нас, казалось, это не заботило.

— Позволь мне, — сказал Дилан, и снял мои штаны за секунду.

Я не могла больше ждать, поэтому села и снова потянулась к его губам. Парень потянулся ко мне на встречу. Думаю, он чувствовал себя так же, как я, как будто не может подобраться достаточно близко.

Протиснув руку между нашими телами, я обхватила рукой его член. Когда одной руки было недостаточно, я использовала и другую. Дилан оторвался от моих губ и зашипел мне в ухо, когда я покружила большим пальцем по его толстой головке.

— Хочу попробовать тебя на вкус, — стонала я низким голосом.

— Меня убивает, что я это говорю, но не сейчас.

Я почувствовала его пальцы между моих ног, раздвигающие их, и я даже не могла вспомнить, о чем мы говорили.

В какой-то момент Дилан, должно быть, расстегнул мой бюстгальтер, потому что, когда он побудил меня лечь на спину, не было ничего, кроме прохладной поверхности дерева против моей кожи. Я дрожала, смотря, как парень срывает с меня влажное нижнее белье. Когда его рот закрылся на одном соске, сначала облизывая, а затем, посасывая, я не знала, что делать со своими руками, поэтому просто подняла их над головой и держалась за край стола, выгибая спину и предлагая больше. Он сделал то же самое с другим моим соском, заставляя меня извиваться и тяжело дышать.

Затем Дилан выпрямился и, наконец, вошел в меня, и с благоговением, которое я не могла объяснить, смотрел туда, где мы соединяемся. В ушах звенело, кровь ревела по венам, я открыла рот, чтобы вдохнуть, но была так ошеломлена его размером и тем, что он снова был во мне, что ничего не вышло. Долю секунды спустя я застонала, чувствуя, что Дилан начал медленно двигаться во мне, растягивая меня.

— Ты понятия не имеешь, как сильно я скучал по тебе, Вспышка. Скучал по возможности быть внутри тебя. Ощущению, как ты плотно сжимаешь мой член. Трахать тебя.

Мое тело дрожало, и я улыбалась.

Потом он остановился, и мне пришлось открыть глаза.

— Ч-Что? Нет, не останавливайся.

Все еще находясь во мне, он уронил лоб прямо посреди моей груди, его теплое дыхание на моей прохладной коже заставило меня дрожать.

— Презерватив. Я забыл презерватив.

— Черт. Найди один, пожалуйста.

Одной из его рук парень двигал по моему бедру, лаская, все глубже втягивая меня в безумие.

— У меня его нет, Вспышка. Черт, у меня при себе ничего нет.

Его бедра двигались, как будто Дилан не мог удержаться, входя и выходя из меня, и мы оба застонали.

— Ты понимаешь, что облажался в этом колледже, верно? Какой студент не носит с собой презервативы?

— Всезнайка, — прошептал он с улыбкой в голосе, затем мы оба снова застонали.

На кончике моего языка вертелось «мне все равно, просто трахни меня», но Дилан заговорил первым.

— С тех пор как был с тобой, я больше ни с кем не был, — прошептал он, находя языком мой сосок и кружа вокруг него. — Я никогда не был ни с кем без презерватива, и клянусь, что я чист.

Облегчение накрыло меня, и я прижалась к его губам.

— Я на таблетках, — прошептала я у его раздвинутых губ прямо перед тем, как сделать глубокий вдох и поцеловать его. Он двинулся всего на дюйм, заставляя мое тело дрожать от удовольствия. — Пожалуйста, трахни меня, Дилан, — тяжело выдохнула я, ловя ртом воздух. — Пожалуйста.

Я была готова даже умолять.

Слава богу, это все, что потребовалось. Парень медленно втолкнул в меня последние несколько дюймов, заглатывая мои стоны ртом.

— Вот и все... еще чуть-чуть.

Когда я попыталась немного облегчить принятие его толщины, повернув бедра, парень выпрямился и держался за мою талию, наблюдая с интересом. Я раздвинула ноги шире, поставив пятки на край стола. Встретившись с моим взглядом, Дилан вышел из меня почти полностью, затем скользнул обратно, заставив меня выгнуть спину.

Он положил руку мне на живот и в исступлении ласкал мое тело, двигая рукой вверх, вплоть до горла, а затем снова вниз. Отклоняя голову назад, все, что я могла сделать, это почувствовать его полноту внутри меня и попытаться не выйти из-под контроля слишком рано.

Я была очень влажной, но потребовалось несколько минут, чтобы привыкнуть к нему. Когда посмотрела на него едва открытыми глазами, я видела, как парень наблюдал, как нежно входит и выходит из меня. Я решила понаблюдать за его брюшными мышцами, за тем, как они сокращаются и расслабляются. Я видела, как играли мышцы на его сильных плечах с каждым его толчком, как напрягались его руки, как Дилан был очарован, смотря вниз.

Подняв взгляд и увидев, что я наблюдаю за ним, парень ускорил темп. Дотянувшись до моей руки, он потянул меня вплотную к своей груди и сунул язык мне в рот. Я шире раздвинула ноги и обернула их вокруг его талии, желая и нуждаясь в большем.

— Я тоже чиста, — прошептала я, затаив дыхание, когда он на секунду позволил мне дышать. У меня в голове все перемешалось. Я не слишком поздно это сказала?

— Хорошо, — пробормотал он и его голос что-то сделал со мной.

Парень сунул руки под мою задницу и каким-то образом сумел раскрыть меня еще шире, манипулируя моим телом так, как я не была готова. Моя задница болела от его хватки, но я не возражала против боли; она только подпитывала то, что приближалось. Внезапно все исчезло, и все, что я могла слышать, был рев в моих ушах. Каждый нерв в моем теле кричал, и это было слишком подавляющим.

— Дилан, — застонала я, наполовину хныкая. — Дилан, прямо там, да, быстрее, да. Пожалуйста.

— Так? — спросил он, трахая меня сильнее. — Ты собираешься кончить на мой член? Хочешь сильнее?

Я была в нескольких секундах от сладкой смерти, и хотела большего. Мой ответ был вздохом и дугой моего позвоночника.

— Да, вот так, детка. Я буду трахать твою сладкую киску каждый день до последнего вздоха, Зои, — прошептал он, прежде чем укусить меня за шею и пососать мою кожу, и это все, что мне потребовалось, чтобы меня накрыл интенсивный оргазм.

Дилан продолжал трахать меня, не останавливаясь, его бедра ударяли мои широко открытые бедра с самым громким звуком, когда мой мир перевернулся в его руках.

Мое дыхание перехватило, когда он прижал два пальца прямо к моему клитору.

— Давай, Зои. Отдай мне все.

Мои пальцы на ногах свернулись, глаза закатились, и тело замерло. Каждая мышца моего тела напряглась, когда меня захлестнуло удовольствие. Не уверена, сколько секунд я продержалась без дыхания, но, когда все закончилось, я не могла дышать достаточно быстро. Я схватилась за его твердые, несгибаемые бицепсы и застонала так громко, как только могла, когда парень замедлил, но как-то образом углубил свои толчки.

— Черт, Зои, — пробормотал он, и прежде чем я была готова, он вышел из меня, толкнул меня рукой назад и обрушился на меня мощными брызгами.

Я была очарована тем, как его рука двигалась по его члену. Его хватка была сильнее, чем я бы осмелилась сжать, вытягивая каждую каплю. Я почувствовала, как капля спермы скользит по моей талии, щекоча меня.

Мое тело дернулось в ответ, и я откинула голову назад, закрыв глаза.

— Это было… у меня нет слов.

Я услышала усталый смешок, затем почувствовала, как руки двигаются по верхушкам моих бедер.

— Ты бы видела, как сейчас выглядишь.

Его слова прозвучали чуть больше, чем шепот, и каждое из них было лаской на моей обнаженной коже.

Я закрыла глаза и потянулась.

— Давай повторим, — сказала я с глупой улыбкой на лице. — У меня нет сил, чтобы открыть глаза, но я хочу сделать это снова.

На этот раз его смешок был громче, и я вся задрожала.

Дилан очистил меня, а потом целовал целую минуту. Я была на седьмом небе. Он помог мне одеться, а потом я смотрела, как он натягивает свою одежду. Нам удалось невозможное, мы легли на диван вместе. Он был хуже, чем его узкая кровать в квартире, но это не могло быть более совершенным в моих глазах.

— Не могу дождаться, чтобы трахнуть тебя на нормальной кровати.

Его голос был сексуальным и сонным, и мне не стыдно признаться, что я бы не отказалась от еще одного захода, но парень выглядел таким сонным, таким усталым.

Я легонько поцеловала его в губы, и Дилан открыл глаза, чтобы посмотреть меня.

— Я не хочу снова так по тебе скучать. Будешь смеяться надо мной за то, что я это говорю, но ты мой друг, мой самый лучший друг. Я не хочу отпускать тебя, несмотря ни на что.

— Я никуда не собираюсь, детка. С этого момента есть только мы.

— Только мы, — выдохнула я. Эти слова вдохнули в меня жизнь, а потом я замешкалась. Сейчас не время, но... — Но тебя не будет здесь в следующем году, и если…

— Даже не заканчивай это предложение, Зои. Мы со всем разберемся, когда придет время, но поверь мне, я не собираюсь тебя отпускать. Просто дай мне поспать с тобой в объятиях, а завтра мы во всем разберемся, хорошо?

Я прижалась ближе и закрыла глаза, вдыхая его запах.

Как только начала дрейфовать в сон, его голос вернул меня обратно.

— Я буду ненавидеть себя за то, что даже спрашиваю об этом, но, сколько у тебя было?

Я открыла глаза, нахмурив брови в замешательстве.

— Что? Сколько чего?

— Со сколькими парнями ты спала?

— Дилан... — простонала я. — Не думаю, что это…

— Скажи мне.

Я вздохнула.

— Три.

— Три, — повторил он, напрягаясь рядом со мной.

— Это не так уж и много, и я определенно не хочу слышать от тебя…

Его тело еще больше напряглось позади меня.

— Не так уж и много? — недоверчиво спросил он. Его пальцы сжались вокруг моего запястья. — Три — это слишком много. — Я почувствовала, как он прислонил свой лоб к моему затылку. — Жаль, что я не могу быть твоим первым. Знаю, что, наверное, звучу как пещерный человек, но кровь закипает в моих венах, даже от представления тебя рядом с другим мужчиной. Не могу представить тебя в чужой постели, лежащей вот так. — Он притянул меня ближе. — С этого момента только я. Я буду единственным, кто будет прикасаться к тебе, целовать, обнимать и трахать тебя.

— Ты не услышишь от меня никаких жалоб по этому поводу, — ответила я через несколько секунд, и его тело постепенно расслабилось.

Той ночью я спала лучше, чем за последние несколько недель, и была уверена, что и Дилан тоже.

Глава 30

Дилан

Несколько месяцев спустя...

Сегодня большой день — день драфта. Я проснулся до рассвета в гостиничном номере, где мы остановились в Арлингтоне, штат Техас, где будет проходить драфт. Мой отец, мама, Амелия, Мэйсон, мой агент — все были здесь, чтобы поддержать меня. Ну, все, кроме одного человека. Не хватало одного единственного человека, и она приземлилась пятнадцать минут назад. Поэтому я беспокойно и нетерпеливо ждал ее в аэропорту.

Зои все еще не вышла, я направился в магазин за бутылкой воды. Я не был уверен, было ли мое волнение из-за того, что я скоро увижу ее или из-за важности сегодняшнего дня, вероятно, смесь того и другого. Хотя это звучало смешно — скучать по ней так сильно, когда прошло всего несколько дней с тех пор, как мы расстались в Лос-Анджелесе в дерьмовой маленькой квартире, которую делили с другим студентом, но я уже согласился с тем, что с ней все по-другому.

В жизни я никогда не был ревнивым человеком, не до такой степени, как с Зои, и хотя иногда интенсивность моих чувств к ней пугала меня до усрачки, у меня не было другого пути. Если бы это значило, что я буду чувствовать себя неандертальцем, пытающимся держать ее подальше от каждого человека, у которого член между ног, я бы смирился с этим. Насколько я знаю, у нее тоже не было жалоб, что, возможно, было связано с тем, что я целовал ее до потери сознания каждый раз, когда Зои собиралась жаловаться, но мы никогда не узнаем наверняка.

Когда стоял в очереди, чтобы заплатить за воду, кто-то ткнул меня в плечо. Я обернулся, и вот она, улыбающаяся, светящаяся, подпрыгивающая на пальцах ног, прикрывая рот рукой.

Мои губы широко раскрылись в улыбке.

— Откуда ты взялась?

Вместо ответа Зои завизжала и обняла меня. Посмеиваясь, я ответил на ее объятия и крепче сжал. Спустя долгое время она посмотрела, отстранилась от меня и улыбнулась.

— Я скучала по тебе.

— Да?

— Ты даже не представляешь.

Видя, как она была счастлива, я почувствовал себя немного более сосредоточенным.

— Где же ты пропадала? Я сходил с ума без тебя, — признался я ей в ухо, затем поцеловал ее, пока мне не пришлось остановиться и заплатить, когда настала моя очередь.

Схватив ее ручную кладь, я переплел наши руки вместе, и мы вышли из аэропорта, разговаривая всю дорогу. Пока ждали такси, девушка откинулась на меня, и я завернул руки прямо под ее грудь, положив подбородок на ее макушку.

— Мне кажется, я начинаю волноваться и смотри… — она подняла ладони, — мои руки потеют.

— Почему волнуешься?

— Я встречусь с твоими родителями, Дилан, и твоим братом, и сестрой. Что если я им не понравлюсь? А если им не понравится то, что на мне надето? Вдруг они подумают, что я не имею права быть здесь? Я хочу быть там вместе с тобой, но, если им будет неловко, может, мне стоит подождать в отеле с твоими братом и сестрой? Но я не хочу этого делать…

Я сжал ее и вздохнул.

— Зои, ты не покинешь меня ни на минуту, и мои родители полюбят тебя. Они уже тебя любят по моим рассказам о тебе. Амелия еще более застенчива, чем ты, так что она, вероятно, будет молчать, но она очень милая. Она тебе обязательно понравится.

Девушка немного поворчала себе под нос, но после этого не протестовала.

Только потому, что я думал, что должен отвлечь ее, я подтолкнул свои бедра вперед, чтобы Зои могла почувствовать, каким твердым я был для нее, а затем прижал долгий поцелуй прямо под ухом.

Ее тело застыло, а руки крепче сжали мои предплечья.

— Это нечестно, — прошептала она, положив голову мне на плечо.

Я облизнул губы и снова поцеловал ее в шею.

— Что именно?

Она пошевелила задницей и застонала. Мы месяцами набрасывались друг на друга как кролики.

— Я скучал по тебе, — прошептал я.

— У нас вообще есть на это время? — прошептала она в ответ:

Я вздохнул и отступил назад.

— Не думаю, не сегодня вечером.

— Даже пяти минут?

Я нежно прикусил ее мочку уха и впитал то, как дрожало ее тело.

— Не думаю, что мы сможем успеть за пять минут.

Я получил мягкое поглаживание по щеке.

— Ты просто восхитителен.

Я рассмеялся, наконец-то почувствовав себя полноценным после нескольких дней без нее.

— Почему это звучит как оскорбление? Конечно, я восхитителен.

Появилось наше такси, и мы держались за руки всю поездку обратно в отель, где нас ждала моя семья. Мы стали одной из тех отвратительных пар, которых все ненавидели, которым было необходимо постоянно прикасаться друг к другу. Мне нравилось это.

— Ты боишься? — спросила Зои, когда мы были в нескольких минутах от отеля. — Насчет вечера.

— Боюсь? Нет, но я взволнован. Я хочу покончить с этим, чтобы, наконец, узнать, куда мы будем двигаться.

Я пытался вести себя непринужденно и начал играть ее пальцами. У нас еще не было этого разговора. Для меня в этом не было необходимости, я хотел, чтобы Зои была со мной, несмотря ни на что, но я не знал, как девушка к этому относилась. Я знал, что она хотела бы переехать в Нью-Йорк из-за своей фотографической работы, и одна из команд, которая хотела поговорить со мной и моим агентом, была «Нью-Йоркские Гиганты», как и несколько других команд, которые располагались далеко от северо-востока, но я не хотел ничего говорить ей, пока это не станет точно. К сожалению, все было очень неопределенно, когда дело касалось НФЛ. Вы могли бы быть довольным собой, уверенным, что вас выберут в первом раунде, может быть, даже в первой десятке, а затем неожиданно угодить в третьей раунд, если вас вообще заберут.

Я понятия не имел, где окажусь, и как долго мне придется ждать.

— Хм. Мы, да?

Я застыл на месте и перестал играть с ее рукой. Она продолжила с того места, где я остановился, связывая и рассоединяя наши руки.

— Вспышка? — подтолкнул я, когда больше ничего не слетело с ее губ.

— Хм?

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Прости, ты что-то спросил?

Внезапно автомобиль припарковался перед отелем, и нам пришлось выйти. Я положил ее сумку на землю и стал ждать. Девушка вышла и встала передо мной.

— Зои...

— Что?

Я наклонил голову и стал ждать.

— Что! Ты никогда не спрашивал меня. Мы были так заняты поиском жилья, а потом скаутским смотром. Откуда мне знать, хочешь ты меня видеть рядом или нет? Плюс, у меня еще один год обучения, и, возможно, ты…

Я отпустил ручку ее ручной клади и взял в ладони ее лицо. Девушка все еще пыталась говорить, когда я сунул свой язык ей в рот и начал безумно целовать прямо перед незнакомыми людьми, входящими и выходящими из отеля.

— Я всегда хочу, чтобы ты была со мной, разве ты не знаешь этого? Прошло уже несколько месяцев. — Я застонал у ее губ, мое дыхание уже было тяжелым, сердце забилось сильнее. — Я всегда хотел тебя, Зои Кларк.

— Я не была уверена.

Я прижался лбом к ее лбу, и она обняла меня.

— Я пойду за тобой, где бы ты ни был, в день моего выпуска, Дилан Рид. Ты лучший сосед в моей жизни, и я не отпущу тебя так просто.

Я выдохнул, и даже не понял, что задержал дыхание, и потянул ее тело к своему.

Кто-то рядом довольно громко прочистил горло, но никто из нас не заботился об этом настолько, чтобы разойтись.

Потом я услышал мамин голос:

— Дилан, я бы хотела увидеть твою девушку, пожалуйста. Перестань терзать ее лицо.

Прежде чем моя мама даже закончила предложение, Зои оттолкнула меня с неожиданной силой, и ее лицо уже превращалось в тот красивый оттенок розового, который я так любил. Она облизнула губы, и когда этого было недостаточно, провела по ним тыльной стороной руки несколько раз, ее лицо стало еще ярче.

— Миссис Рид, очень приятно с вами познакомиться.

Моя мама посмотрела на мое улыбающееся лицо и покачала головой. Потом оказалась перед Зои и обняла ее.

— Просто Лорен. Я умирала от желания познакомиться с тобой. И так рада, что ты смогла взять несколько выходных и встретиться с нами здесь.

Когда мама отпустила Зои, которая все еще была раскрасневшейся, но вместо того подавленного выражения на лице, она мягко улыбалась.

— И посмотри на себя, — пропела моя мама, удерживая в руках лицо Зои. — Боже, ты великолепна. Взгляни на ее глаза, Дилан. Они прекрасны.

Зои беспомощно посмотрела на меня, и я засмеялся, дотянувшись до ее руки.

— Я знаю, мам. Поэтому она моя, чтобы мне было, на что смотреть до конца жизни. Что ты здесь делаешь? Остальная банда все еще в ресторане?

Наконец мама отпустила Зои, повернулась ко мне и поцеловала меня в щеку.

— Я не могла сидеть и ждать, и, признаюсь, — она быстро подмигнула Зои, — я хотела увидеть Зои раньше всех остальных. Теперь она здесь, и все прекрасно. Я так горжусь тобой, Дилан. Мы все так взволнованы.

Я застонал.

— Лорен Рид, если ты снова начнешь плакать, помоги мне…

— Я не плачу, еще нет. О, хорошо. Может, немного и поплачу. — Она быстро смахнула слезы. — Давай, пошли, отведем Зои внутрь, чтобы она могла встретиться со всеми, прежде чем ты исчезнешь для этих интервью.

Одна моя рука страдала в смертельной хватке Зои, свободной рукой я схватил ручку багажа свободной рукой и проводил двух моих любимых женщин внутрь.

Огни стадиона, приглушенные разговоры, парни с камерами, ходящие вокруг столов — все люди вокруг нас начинали меня доставать. Я почувствовал руку Зои на моей ноге, не дающую ей подпрыгивать под столом.

Шоу должно было начаться менее чем через десять минут.

— Ты, в порядке? — спросила она, наклонившись ко мне, ее глаза светились беспокойством.

Я схватил ее за руку под столом и сжал.

— Все в порядке.

Она не выглядела так, будто поверила мне, но ее прикосновение достаточно успокоило меня.

Мои родители разговаривали с моим агентом, когда я почувствовал руку на плече.

— Как дела, мужик? — поприветствовал меня Крис с ухмылкой на лице, когда я повернулся на своем месте, чтобы оглянуться назад.

Я встал, и мы быстро обнялись.

— Я звонил тебе по дороге сюда, не был уверен, что ты придешь.

Он вздохнул и поиграл с галстуком.

— Немного опоздал, вот и все.

Когда Зои отодвинула свой стул и присоединилась к нам, Крис наклонился и поцеловал ее в щеку, от чего девушка просто засветилась.

— Привет, Зои.

— Привет. Я написала тебе, чтобы пожелать удачи, не была уверена, что смогу поговорить с тобой здесь.

— Я перезванивал, но, наверное, ты не услышала из-за всей шумихи вокруг.

Зои стояла рядом со мной, а ее взгляд, без сомнения, высматривал вокруг Марка.

— Его здесь нет, — прокомментировал Крис, прежде чем я мог что-либо сказать.

Зои нахмурилась.

— Это самый большой день в твоей жизни, как он мог…

Крис повернулся ко мне.

— Ты ей ничего не рассказал?

— Нет, не успел, — ответил я, избегая любопытного взгляда Зои, и рассеянно поглаживая ее по спине.

Их взаимодействие все еще было неловким, ничего общего с нормальными отношениями брата и сестры, но я знал, что Крис хотел этого... может быть, не так сильно, как Зои, по крайней мере, еще нет, но я знал, что у них все получится.

Парень с камерой начал снимать нас, проходя мимо, и Зои подошла ближе ко мне.

— Не рассказал мне что?

Когда Крис начал рассказывать ей, как он буквально вынудил Марка уйти из команды, Зои сжимала мое предплечье все крепче и крепче.

— Либо так, либо я собирался рассказать маме, что узнал об усыновлении. В своем странном, болезненном смысле, он заботится о ней... наверное. — Крис, должно быть, увидел выражение лица Зои, потому что покачал головой и выложил ей остальную часть истории. — Дело не только в тебе, Зои. Он путался со студентками... девушками. В конце концов, он бы попал в неприятности.

Мы не рассказывали ей всю историю. Крис пообещал мне не рассказывать ей, как я сломал нос его отцу, вскоре после того как он официально больше не был нашим тренером. Видите ли, Зои забыла рассказать мне подробности того, что случилось в квартире прямо перед тем, как я вошел той ночью. Я узнал об этом только потому, что Крис однажды прокомментировал это, думая, что она уже рассказала мне.

Я скользнул рукой по талии Зои и потянул ее в сторону, когда организаторы объявили, что мероприятие вот-вот начнется.

Пообещав встретиться после, нам пришлось попрощаться, чтобы Крис мог подойти к своему столу.

— Это будет долгая ночь, — прошептала Зои рядом со мной, скрестив руки на коленях.

— Как ты себя чувствуешь из-за всего этого? — спросил я ее прямо в ухо.

Она подняла на меня глаза.

— Из-за чего?

— Твой отец.

— Он не мой отец, — ответила она автоматически. — Я ничего не чувствую. — Зои пожала плечами. — Так или иначе, мне все равно, и он последний человек, о ком я хочу говорить сегодня вечером. — Она потянулась, чтобы коснуться моей щеки. — Сегодня только ты. — Ее улыбка стала шире. — У тебя получилось, Дилан. Все эти смены в баре, все изнурительные утренние тренировки — которые мне очень нравились, спасибо большое, — надрывание задницы, чтобы получить диплом... вся твоя тяжелая работа, и посмотри, где ты оказался. Я так горжусь тобой.

Повернув голову, я прижал поцелуй к ее ладони.

— Пока рано, Вспышка. Мы пока ничего не знаем. Понятия не имею, где мы окажемся.

— Ох, да ладно. Я читала некоторые предсказания. Кто-то обязательно схватит тебя в первом раунде. Твой скаутский смотр НФЛ был легендарным.

Я засмеялся.

— Да? Что ты об этом знаешь?

— Ничего, но я знаю, что какая бы команда тебя ни получила, с тобой у них будет чертовски хороший сезон в следующем году.

Я громче засмеялся, привлекая внимание моих родителей. Я обнял Зои за шею.

— Ты мне льстишь, Вспышка.

Она, шутя, оттолкнула меня.

— Просто продолжай смеяться надо мной, приятель. Я предсказываю, что ты попадешь в пятерку лучших.

Мои глаза расширились. Я заправил прядь волос ей за ухо, и моя улыбка смягчилась.

— Пятерка лучших, да?

На сцене появился председатель объединения спортсменов-профессионалов, и все сидящие вокруг игроки замолчали.

— Добро пожаловать на драфт НФЛ!

Вечер начался, когда стартовал отсчет времени для «Кливленд Браунс», и начались томительные минуты ожидания. За столом, который мы делили с другим игроком и его семьей, после этого стало намного тише, мой отец поменялся местами с моим агентом Скоттом, чтобы сидеть рядом со мной. Мама была рядом с Зои, и они тихо перешептывались.

Минуты тикали, и с первым выбором «Кливленд Браунс» выбрал защитника из Оклахомы.

— Ждем решение «Нью-Йоркских Гигантов».

Я закрыл глаза и провел обеими руками по голове. Я был готов узнать, что ждет меня в будущем.

Зои коснулась моей руки, и я посмотрел на нее.

— Все будет замечательно. У тебя получится, — прошептала она, склонив голову к моей.

Прошло восемь минут.

— У тебя есть идеи, какая команда выберет тебя? — спросил мой отец.

— Понятия не имею, пап. Если меня не выберут... если начну опускаться слишком сильно, мои шансы будут снижаться.

Он дважды похлопал меня по спине и покачал головой. Я видел, как папа нервничал и волновался, но старался не показывать этого. Мы смотрели, как председатель возвращается на сцену, и все разговоры утихли.

— Во втором выборе проекта НФЛ-2018 «Нью-йоркские гиганты» выбирают Дилана Рида, принимающего...

Мне потребовалась секунда или две, чтобы понять то, что я услышал и что видел на экране. Отец, мама и Зои встали, но я ничего не слышал из-за крови, ревущей в моих ушах.

Я прикрыл голову руками и медленно поднялся.

Мои родители плакали, но я все еще был в шоке. Отец был первым, кто обнял меня. Все хлопали вокруг нас, и я чувствовал, как грудь моего отца быстро поднимается и падает с его безмолвными слезами. Он отступил и посмотрел на меня, держа в ладонях мое лицо. Он мягко похлопал меня по щеке дважды, затем отпустил. Мама стояла рядом с ним, ее глаза, как всегда, были на мокром месте.

— Посмотри на себя, — сказала она тихим голосом, но все еще сильным и гордым. — Посмотри на моего прекрасного мальчика.

Когда она меня отпустила, я обернулся.

Зои стояла прямо там, ждала меня, и тогда я улыбнулся. Вот когда звук начал просачиваться сквозь меня. Девушка все еще просто стояла там, слезы текли по ее щекам. Я сделал шаг к ней, потому что не мог смотреть на нее и не трогать, не прикасаться. Наклонившись, я обнял ее за талию, и Зои встала на цыпочки, чтобы обнять меня. Я чувствовал ее неистовое сердцебиение в груди. Потом мы начали смеяться, мои глаза затуманились от слез.

Когда мне сказали, что мне нужно выйти на сцену, Зои отстранилась и улыбнулась.

— Иди.

Все, что происходило после, было словно в замедленном темпе, но я все еще не поспевал. Крис остановил меня по дороге и обнял. Я все еще был удивлен... окрылен, шокирован, польщен, благодарен. Потом я вышел на сцену и увидел себя на большом экране, когда зааплодировали болельщики. Я взял свой новый свитер с моим именем на нем и улыбнулся для фотографий.

Я сделал это.

Я, черт возьми, сделал это.

У меня было все, что я когда-либо хотел, и даже больше.

Как только я сошел со сцены, зазвонил телефон, и я услышал, как мой новый тренер приветствует меня в команде. Я не помню всего, что он мне говорил, но помню, как я много раз повторял одно и то же:

— Да, сэр. Я не разочарую вас, сэр. Я очень признателен, сэр.

Это было нереально, но это также была горькая радость. Как только я закончил разговор с моим новым тренером, позвонил Джей Пи. Он не восстановился после травмы, и тренеры думали, что у него нет будущего в спорте, но Джей Пи принял новости лучше, чем я, если бы был на его месте. Тем не менее, я планировал сделать все, что в моих силах, чтобы помочь ему. Мы всегда будем командой.

Когда вернулся к столу, я увидел Криса и Зои, стоящими вместе, улыбающимися и разговаривающими. Вернувшись, я прошел еще один круг объятий с мамой и папой и слушал их разговор, что они все еще не могут поверить, что я разговаривал с моим новым тренером. Я не мог дождаться, чтобы вернуться в отель и увидеть лица Мейсена и Амелии, когда они услышат, что я был вторым гребаным выбором. Мэйсон сойдет с ума.

Потом это были только я и Зои, прижимающие лбы друг к другу и просто дышащие, когда я держал ее лицо в своих руках. Я пытался вытереть ее слезы большими пальцами, но не поспевал за ними.

— Мы сделали это.

Она положила руки мне на грудь.

— Ты сделал это, Дилан. Это все ты, и ты потрясающий.

— Нет. Последние несколько месяцев... ты была потрясающей, и это Нью-Йорк, детка! Это место, где ты хотела жить.

— Я бы пошла за тобой куда угодно, Дилан. Я всегда буду с тобой.

— Пойдем со мной.

Схватив за руку, я потащил Зои за собой, уклоняясь от камер и еще большего количества людей. Затаив дыхание, она бежала за мной следом, чтобы не отставать. Если бы я мог держать руки при себе какое-то время, то мы бы услышали, что Криса выбрали «Чикагские Медведи».

Я остановился, когда мы добрались до туалета, и втащил девушку за собой, немедленно заперев дверь.

Я глубоко вздохнул, прежде чем повернулся, чтобы посмотреть на нее. Зои прислонилась спиной к раковине, с красивой, манящей улыбкой на лице.

— Теперь я смогу дать тебе все, что захочешь. Я не мог сделать много до сих пор, но Вспышка, поверь мне, ты будешь…

— Заткнись. Мне нужен только ты, Дилан. Все остальное неважно. Мы совсем разберемся вместе, верно? — Я сглотнул. — Хотя должна сказать, что не могу дождаться, чтобы увидеть, что с этого момента ты будешь носить больше строгих костюмов. Ты выглядишь великолепно.

— Тебе нравится? Я тебе нравлюсь такой, да, Зои?

Я подошел к ней, прежде чем девушка успела ответить, и схватил за талию, чтобы поднять. Она обняла меня за шею и спрятала лицо, притягивая меня ближе. Я прислонил голову к ее виску, просто дыша, только мы вдвоем, вдали от всех и всего шума.

— Я люблю тебя. Я люблю тебя так долго, что даже не знаю, когда это началось, — тихо сказала она с эмоциями в голосе.

Я отстранился и посмотрел в ее слезящиеся глаза.

— Не знаешь? Ты запала на мой член в ту секунду, когда увидела меня впервые.

Она фыркнула и застонала, чтобы скрыть это.

— Я не влюблялась в твой член, Дилан.

— Думаю, что так и было, но давай перейдем к твоей версии. В любом случае, я полный пакет.

Я начал тащить ее платье вверх по бедрам, и она позволила мне. Шевеля задницей, даже позволила мне снять трусики. Раскрыв ее берда, я дернул девушку к себе, пока мы не были полностью прижаты, и я почувствовал ее жар сквозь ткань брюк. Меня даже не волновало, что останется мокрое пятно. Зои прижалась ближе.

— Ты с трудом могла отвести взгляд, — пробормотал я у ее рта, ее дыхание уже смешалось с моим.

Зои прижала свои губы в горячий поцелуй, ее язык проталкивался между ними, требуя дать ей то, что ей нравилось. Я поцеловал ее и позволил медленно расстегнуть ширинку своими ловкими пальцами.

— Веришь ли ты в любовь с первого взгляда?

— Не совсем. — Зои тяжело дышала.

— Я тоже, но тогда почему мои глаза искали тебя в толпе, когда я даже не знал твоего имени? Почему мой пульс зашкаливал всякий раз, когда я видел кого-то, кого считал тобой?

Зои застонала, закрыв глаза и лаская рукой мой член. Я зашипел.

— Хочешь, чтобы я был внутри тебя?

Она кивнула.

— Всегда.

Взяв в руку член, раздвинул ее половые губы, прежде чем медленно толкнуться внутрь. Она была скользкой от возбуждения, тесной и готовой для меня. Как всегда. Я тяжело дышал, входя в ее киску до основания, и ее ноги задрожали вокруг меня.

— Это всегда будет чувствоваться так? — спросила она. Ее глаза уже расфокусированы, тело беспокойно двигается.

— Всегда.

— Я так сильно тебя люблю, — прошептала она. — Даже не знаю, что со всем этим делать.

— Я тоже тебя люблю, Вспышка. На поле и вне его, ты мое самое тяжелое падение. Никто и никогда не сравнится с тобой. Для меня всегда была только ты.

Эпилог

Шесть лет спустя

— Ох, — задохнулась Зои, ее тело напряглось на мгновение, а затем расслабилось у моей груди. Я обвил руками ее талию и притянул к себе, прежде чем она смогла отойти от меня. — Это ты. Я не слышала, как ты вошел.

— Ты ожидала кого-то другого?

Я посмотрел на нее, когда ее голова упала мне на грудь, и девушка посмотрела на меня.

— Нет.

— Хороший ответ.

Я наклонился и быстро поцеловал ее в лоб.

Когда наши взгляды встретились, она улыбнулась мне, и мои руки непроизвольно сжали ее. Прошли годы с тех пор, как Зои впервые сказала мне, что любит меня, и я все еще мог без слов понять, насколько сильно она любит меня, заглянув ей в глаза.

— Ты не можешь использовать эту улыбку на мне, — сказал я, мое сердце согрелось при виде этого сладкого выражения на ее лице.

— Что? Почему?

— Я до сих пор не забыл про Джона, Вспышка. Ты еще не компенсировала этого.

Она фыркнула, и улыбка стала шире. Я любил это, любил видеть ее лицо, видеть, как ее глаза сверкают, когда Зои смотрела на меня с такой открытой, бесконечной любовью.

— Он дал мне номер телефона своей жены. Ты был там, рядом со мной.

— Да, и, слава Богу, что был. Никогда не видел, чтобы ты так улыбалась кому-то, кроме меня или твоего отца.

— О, заткнись. — Она начала пробегать руками по моим предплечьям, ласкать, соблазнять, даже не замечая, что делает это. — Я просто пыталась быть милой.

— Ты не должна быть милой к моим товарищам по команде. Будь милой со своим мужем.

— Я всегда хорошо отношусь к своему мужу, и этот товарищ по команде просто дал мне номер своей жены, чтобы мы могли договориться о съемке, которую я сделаю для них, когда родится их ребенок.

«Муж». Каждый раз, когда это слово покидало ее рот, моя грудь раздувалась, и я не мог не чувствовать гордости. Она была моей, моя Вспышка, и я был самым счастливым ублюдком на этой земле.

Наклонившись, я провел носом по ее шее и вдохнул ее запах.

— Это все еще не меняет того факта, что ты улыбнулась ему вот так. Признай это. Я знаю, что ты проверила его задницу.

— Шутишь, что ли? Ты видел свою задницу в обтягивающих штанах? В смысле, конечно, да, но... ты понимаешь, о чем я? Просто трудно отвести взгляд, когда кто-то идет прямо перед тобой. Я не знала, куда еще смотреть.

Я замер и поднял голову с ее шеи.

— Это совсем не смешно, Зои.

Она засмеялась. Ее тело дрожало в моих руках, когда она повернулась и потянула мою голову вниз для быстрого поцелуя.

— Тогда не задавай мне смешных вопросов. Теперь уходи, чтобы я могла закончить готовить, и не открывай холодильник. Тебе нельзя видеть торты.

Она не могла так легко от меня избавиться. Вместо того чтобы вылезти из ее волос, я толкнул ее на кухонный остров и запер между своими руками.

— Мне нравится там, где я нахожусь.

Я попытался поцеловать ее еще раз, но Зои от меня отскочила.

— Все скоро будут здесь, и пока ничего не готово.

— Расслабься. Все уже готово. Я едва смог войти в гостиную со всеми этими воздушными шарами, — пробормотал я ей в шею.

— Как прошла твоя тренировка?

Сейчас было межсезонье, но это не значит, что я не тренировался. Я работал каждый день, чтобы оставаться на вершине и быть лучшим, насколько мог. После Нью-Йорка мы переехали один раз, но прошло уже три года с новой командой, и я был доволен переездом. Я буду счастлив, пока играю, и это правда. Мы были счастливы.

Я проигнорировал вопрос Зои и пососал кожу на ее шее, чтобы заставить ее сойти с ума.

— Дилан, — простонала она, ее тон был предельно ясен, относительно того, насколько она была близка поддаться мне, но опять же, она всегда поддавалась мне.

Я украл еще один поцелуй, более длинный и грязный, я попробовал каждый дюйм ее рта, и у нее перехватило дыхание. К тому времени, когда дал ей перерыв, Зои уже стояла на цыпочках и тянулась за добавкой.

Ее глаза все еще были закрыты, она тяжело сглотнула и облизнула губы. Я просунул руки под ее шелковую рубашку и ласкал ее спину, улыбаясь, когда почувствовал, как пробиваются мурашки по коже.

— Ты принес «Нутеллу»? — пробормотала она.

Я уткнулся лицом ей в шею и прикусил кожу зубами.

— Все четыре.

— И конфеты? И M&M’s?

Я позволил своим рукам пройти весь путь до ее спины и не мог сдержать улыбку, когда Зои задрожала и пыталась наложить нижнюю часть своего тела на мою. Я дал ей то, в чем мы оба отчаянно нуждались, как и всегда. Поднял ее на стойку, подтолкнул юбку выше на бедрах и потянул ноги вокруг меня, пока не почувствовал жар, исходящий от ее центра через мои брюки.

— Я все принес. У нас достаточно времени?

— Они…

Прежде чем моя прекрасная жена смогла дать мне ответ, мы услышали шаги, несущиеся к нам, затем из-за угла появилась моя великолепная маленькая девочка. Ее глаза стали больше, когда она увидела меня и ее маленькие ножки задвигались быстрее.

— Папочка! — вскрикнула она с распростертыми объятиями, готовясь, чтобы я поймал ее. — Обнимашки!

Зои убрала ноги с моей талии, и я сделал шаг назад от нее. Маленький монстр, целившийся в меня, был единственным, что могло отвлечь меня от жены.

Я присел на корточки и поймал свою малышку, Софию, на руки.

— Уф, — застонал я, когда она врезалась в меня и обняла за шею.

— Папочка, — прошептала она, положив лицо мне на плечо, и мое сердце просто растаяло.

Я выпрямился и увидел Зои, наблюдающую за нами с улыбкой на лице. Мне никогда не будет их достаточно, никогда, до конца моих дней. Наклонившись к ней, я поцеловал Зои в губы, когда она сдвинула ноги и сосредоточилась на нашей дочери.

— Я очень скучала по тебе, — прошептала она, когда закончила обнимать меня и посмотрела на мое лицо.

— Я тоже безумно скучал по тебе.

— Прошло всего несколько часов, — сказала Зои, спрыгивая со столешницы, прерывая наш обычный любовный марафон.

Мне придется подождать, пока все лягут спать, прежде чем я уделю своей жене все свое внимание.

Маленькие руки повернули мою голову, и я посмотрел в счастливое личико моей дочери, в ее ясные голубые глаза, такие же, как мои.

— Мамочка ревнует, — громко прошептала она, и Зои фыркнула.

— Знаю, она всегда нас ревнует.

София нетерпеливо кивнула, и улыбка коснулась ее лица.

— У тебя счастливое лицо, папочка. Потому что сегодня мой день рождения?

— Знаешь, у меня ведь тоже день рождения, — ответил я.

Наша дочь была мини-версией Зои со всеми ее причудами и внешностью, и она родилась в мой день рождения — лучший подарок, который Зои когда-либо могла мне подарить.

— С днем рождения, папочка. Но твое лицо счастливое, потому что это мой день рождения, верно?

Я засмеялся.

— Да, думаю, именно поэтому у меня счастливое лицо.

— Видишь, говорила тебе. Ты купил мне конфеты?

— Да, я купил.

— А «Нутеллу»?

— И ее тоже.

— Покажи мне.

Я очень люблю нашу маленькую командиршу.

— Давай посмотрим на них.

Я подмигнул Зои, стоящей босиком у плиты, и помешивающей мясной соус для лазаньи. Она покачала головой, но я знал, как ей нравилось видеть меня с Софией. Брак не убил нашу любовь или сексуальную жизнь. Вовсе нет. Мы по-прежнему не могли оторвать друг от друга рук, и я надеялся, что так будет до тех пор, пока мы не состаримся и не сморщимся.

Я отвел Софию к столешнице и показал ей все, что купил. Сказать, что у моей дочери и жены страсть к сладкому, было бы преуменьшением.

— Хорошо, ладно. Ты хорошо справился, папочка. Теперь положи их все в мой шкаф, чтобы я могла видеть их каждый день.

Я запрокинул голову и засмеялся. Она была самой смешной малышкой, повторяла все, что слышала от взрослых вокруг себя, и, как и ее мамочка, любила смотреть на свои ценные вещи.

— Где твой дедушка, Соф? — спросила Зои, и она обратила свое внимание на маму.

— Снаружи.

— Да? Что он там делает?

Она пожала плечами, касаясь ими ушей.

— Я не знаю.

— София?

— Мой любимый мяч пропал, и он помогает мне искать его.

Моя грудь дрожала от безмолвного смеха.

— Ты его спрятала, Соф?

Она повернула свои большие, невинные глаза ко мне и еще раз пожала плечами.

— Я не знаю.

Осторожно я поставил ее на пол и поправил ее нарядное белое платье.

— Иди, позови дедушку Рона. Все скоро будут здесь.

— На мой день рождения, да?

— Да, все придут повидаться с тобой. Теперь приведи его.

Довольная всем, что услышала, она выскочила из кухни, быстро обняв ногу Зои, с быстрым «люблю тебя, мамочка», всю дорогу крича своему дедушке:

— Дедушка, все идут сюда! Мы будем есть торт, и я получу подарки!

Я вернулся к Зои, и она завизжала, когда скользнул руками к ее груди. Она хлопнула меня по рукам и вытянула их из-под рубашки.

— Мой отец идет внутрь, что ты делаешь?

— Минуту назад ты не беспокоилась о своем отце.

— Да, потому что знала, что они были снаружи. Теперь София доставит его быстрее, чем ты меня поцелуешь.

Игнорируя ее протесты, я обнял ее и положил подбородок ей на голову.

— Мы могли бы заказать пиццу. Зачем ты готовишь так много еды?

— Не говори «пицца». Я очень сильно ее хочу. Все останутся на выходные, так что закажем завтра, а твой отец любит мою лазанью.

— А ты любишь его.

— Ну... да...

Я прижал поцелуй к ее щеке. Она любила мою семью, а они любили ее в ответ. Моя мама была на ее стороне множество раз, и я не мог не гордиться своими родителями, как они приняли ее в семью.

— Они приземлились? Звонили? Амелия написала мне перед посадкой, но с тех пор я не проверяла свой телефон.

— Да. Я говорил с ними, прежде чем войти. Они ждут Джей Пи и его жену, а потом направляются сюда все вместе. — Я протянул руку и украл кусок сыра, прежде чем Зои смогла остановить меня. — Джей Пи, вероятно, приземлится в любой момент.

— Он счастлив? — спросила Зои, прежде чем выключить плиту.

— Да, он доволен работой помощника тренера в своей старой средней школы, и у нас много идей. Все будет хорошо.

Мой лучший друг боролся с последствиями своей травмы, и никогда не сдавался, ни разу в своей жизни. Смена карьеры этого не изменит. Он сказал, что сейчас у него просто другой путь. Просто другие мечты.

— Когда приезжает Крис?

— Он должен быть здесь с минуты на минуту, а Кайла вскоре после него.

— Хорошо. — Я потерся носом о ее шею. — Ты счастлива жить всего в часе езды от своей подруги? Ей ведь лучше, правда?

Она наклонила голову, чтобы дать мне больше доступа, и уронила деревянную ложку на подставку на столешнице.

— Да, — прошептала она. — Она не встречается серьезно, кроме того парня Тайрона, но она, по крайней мере, встречается. Дилан, мой отец может зайти в любую минуту. Дилан! Не делай этого.

— Я слышу их, и Софи спрашивает его, какие подарки он ей принес, — усмехнулся я и осторожно укусил Зои за шею, пока она таяла рядом со мной. — На случай, если ты не знаешь, мы растим монстра. Не хочу, чтобы она росла. Этот размер идеален.

— Ты только сейчас это заметил? М-м-м, так приятно. Кстати, Джаред не сможет приехать. Он занят работой, но сказал, что позвонит тебе позже.

Я кивнул и продолжал оставлять небольшие поцелуи на ее коже.

В дверь позвонили, и мы оба замерли. Секунду спустя услышали крик Софии, когда она вбежала в дом, чтобы открыть дверь.

— Дядя Крисси приехал!

Зои усмехнулась.

— «Крисси». Он припомнит тебе это, ты ведь в курсе? — пробормотала она, когда мы неохотно отпустили друг друга.

Я вздохнул и закричал своей дочери:

— Тебе запрещено открывать дверь, Соф! Жди меня.

— Поторопись, папочка. Быстрее, быстрее, быстрее!

Я видел, как Рональд вошел на кухню с улыбкой на лице и оставил Зои с ним, чтобы пойти открыть дверь моему лучшему другу, дядюшке Софии — Крисси.

Отношения Зои и Криса определенно развивались. Они были намного ближе, чем шесть лет назад, после того как он узнал обо всем, но им потребовалось немало времени, чтобы добраться туда, где они были сейчас. Были еще моменты, когда они сдерживаются, но Зои была счастлива, что видела его так часто, как хотела, так как мы играли за одну и ту же команду и были почти неразлучны.

И София... Ну, Крис был ее любимым человеком в мире, и мы были уверены, что ее чувства были взаимны, вероятно, поэтому он приходил к нам на ужин три или четыре раза в неделю.

Пройдя по коридору, украшенному красивыми фотографиями моей талантливой жены, я добрался до входной двери, где София разговаривала со своим любимым дядей через дверь.

— Я скучала по тебе, дядя Крисси. Где ты был? Ты принес подарки? Сегодня мой день рождения.

Смеясь, я открыл дверь, и София бросилась на Криса, радостно крича, когда он поднял ее на руки.

— Кто эта красивая девочка? — спросил Крис, и моя дочь просияла на моего лучшего друга.

— Это же я, глупый.

Крис утопил ее в поцелуях, и ее смех эхом разнесся по всему нашему дому, и это продолжалось до конца дня.

Было одиннадцать вечера, и мои родители пошли спать, когда я нашел Зои, сидящей на нашей кровати.

— Куда это ты пропала? — спросил я, открыв дверь шире и войдя внутрь.

Она посмотрела на меня через плечо и улыбнулась.

— Я спущусь через минуту. Где София?

Я усмехнулся.

— Спит на коленях у Криса. — Я сел рядом с ней и схватил ее за руку. — Все в порядке? Крис что-то сказал о…

— Что? Нет-нет. Они не разговаривали годами, если ты об этом. Насколько я знаю, он разговаривает только со своей мамой, и они развелись, хотя я не хочу говорить о нем. Больше не спрашивай меня о нем.

— Хорошо, Вспышка, все, что захочешь. Значит, ты просто устала? Ты сегодня едва присела.

Она вздохнула и уперлась плечом в мое, опустив взгляд на наши руки.

— Это приятная усталость. Это был самый лучший день. — Она взглянула на меня, и наши глаза встретились, когда она прошептала: — С днем рождения, Дилан. Не думай, что я забыла о тебе. Я отдам тебе подарок, когда все уснут.

— Спасибо тебе, Вспышка. — Мои улыбающиеся губы коснулись ее, и мы отстранились слишком рано на мой вкус. — Что ты здесь делаешь?

— Пришла взять свой ноутбук. Я собиралась показать Кайле снимки, которые сделала для той пары, о которой упоминала за ужином. И две других, которые я решила отправить в галерею в Нью-Йорке. Я просто присела на минутку.

— Ты в порядке?

Она прикоснулась к моей щеке и улыбнулся.

— Да.

— Ты счастлива, Зои?

Она засмеялась.

— Это твой день рождения, я должна спросить тебя об этом.

Я просто продолжил допрос.

— Я делаю тебя счастливой? Наша жизнь делает тебя счастливой?

Моя жена нахмурила брови и забралась ко мне на колени, держа мое лицо в ладонях.

— С чего такие вопросы?

— Просто хочу убедиться.

Она скользнула руками к моим плечам, и более комфортно расположилась на мне, зарабатывая небольшое ворчание и стон от меня.

— Никогда не думала, что буду так счастлива, — прошептала она.

— Я даю тебе все, что ты хочешь?

— Да, идиот, намного больше. Мне было бы достаточно только тебя…

Я прервал ее.

— Правда?

— Да, я безумно счастлива. Посмотри на все, что ты мне дал. Я очень люблю нашу семью. И очень сильно люблю тебя, Дилан Рид. Я так рада, что тогда ворвалась к тебе в ванную и увидела твой восхитительный член.

— Восхитительный, да? Хороший выбор слова. — Мы вместе рассмеялись, пока я поглаживал ее по спине. — И твоя маленькая семья любит тебя, особенно я. Я люблю тебя, детка. Я твой самый большой поклонник. Тем не менее, ты пропустила наш завтрак сегодня утром, так что я беспокоюсь. Я едва мог отжиматься без твоих глаз на мне. Не делай это привычкой, моя маленькая извращенка.

Мой член уже твердел под ней, и с улыбкой, которую она мне подарила, я проиграл битву.

— Я занималась нашей дочерью.

— И это единственная причина, по которой я не пришел за тобой, чтобы ты могла смотреть на меня.

Держась за мою шею, она прислонилась лбом ко мне, наши губы почти соприкасались.

— Я слишком странная для тебя? Ты всегда смеешься над моими причудами.

— Причуды? Так вот как мы теперь это называем?

Я держал ее задницу в ладонях и потащил Зои немного вперед, а затем толкнул немного назад. Благодаря своей короткой юбке, она могла почувствовать мою эрекцию. Зои закрыла глаза и прикусила нижнюю губу.

— Я застрял с тобой, так что... полагаю, я справлюсь, — с улыбкой сказал я, а она усмехнулась.

С первого дня, как я ее встретил, Зои никогда не видела себя идеальной, но ничего страшного. Я не планировал никуда уходить, и буду рядом с ней, чтобы показывать ей это каждый день до конца наших жизней.

Трудно объяснить, что вас привлекает в человеке, что в нем такого особенного, что вы отдаете ему свое сердце. Я верю, что все дело в том, как вы взаимодействуете, какие вы вместе. То, что я чувствую к ней — простая и самая могущественная вещь в мире.

Мы выбрали друг друга, и продолжим выбирать еще долго после того, как сделаем последний вздох на этой земле.

Зои Кларк была моей навсегда, любовью всей моей жизни, а я был ее.

КОНЕЦ

Notes

[

←1

]

Свое название этот вид одежды получил от спортсменов. Майки с Y-образным вырезом на пуговицах и без воротника были униформой команды гребцов из английского городка Хенли-на-Темзе

[

←2

]

Компьютерная видеоигра Madden NFL от компании Electronic Arts. Madden NFL — симулятор американского футбола

[

←3

]

Интернет-сервис потокового аудио, позволяющий легально и бесплатно прослушивать музыкальные композиции. Является самым первым стриминговым сервисом, позволяющим слушать музыку онлайн, не скачивая ее на компьютер

[

←4

]

Сайт электронных объявлений, пользующийся большой популярностью у американских пользователей Интернета

[

←5

]

Дословный перевод с англ. (Fuck me) — трахни меня, но в данном случае используется ругательное выражение «Чтоб меня».

[

←6

]

In-N-Out Burger — региональная сеть ресторанов быстрого питания, распространенная на юго-западе США

[

←7

]

имеется в виду англ. сленг «Netflix and Chill» — это устоявшееся выражение, которое переводится примерно как «посмотреть фильм на сайте netflix.com и заняться интимными делами». Аналогично русскому «зайти на чашечку кофе/чая»

[

←8

]

имеется в виду мультсериал Road Runner and Wile E. Coyote. Русское название: Хитрый Койот и Дорожный Бегун. Главными героями мультсериала являются бегающая птичка и гоняющийся за ней кайот Вилли. Кайот Вилли все время хочет поймать птичку и для этого строит хитрые ловушки. Однако все его попытки ни к чему не приводят, а птичка с криками «Бип — бип» просто убегает дальше

[

←9

]

Персонаж мультсериала про трех свирепых синих птиц из Angry Bird

[

←10

]

the Cactus Bowl – футбольная игра всех звезд колледжа, которая играется каждый год зимой. Игра дает разведчикам из НФЛ возможность просмотреть талантливых игроков университетских команд.