Подарок Байкера Никки Лэндис

Перевод осуществлён TG каналом themeofbooks

Переводчик_Sinelnikova

Термины, используемые клубом:

Мтоклуб BMC Royal Bastards (Королевский клуб бастардов) — Основан в Тонопе, штат Невада, в 1985 году.

Жнец — демоническая сущность, разделяющая тело каждого члена Королевского клуба бастардов в ордене Тонопа. Собиратель душ во время смерти.

Devil’s Ride (поездка дьявола, адская поездка) — смертельно опасная поездка на мотоцикле в пустыню Невада и посвящение в клуб.

Слово президента клуба ЗАКОН.

Бар-клуб Перекресток, принадлежит отделению мотоклуба Королевские бастарды(ублюдки) в Тонопе, Северная Каролина.

Ol’ lady (Старушка) — женщина члена клуба, в статусе защищенной жены.

Кровавые Скорпионы — враждующий клуб.

Церковь(часовня) — место сходки Королевских бастардов(ублюдков)

Перспектива — потенциальный, будущий член клуба, если пройдет обряд посвящения.

Печеньки — клубные девушки шлюхи, добровольно выбравшие такую жизнь.

Глава 1 — Боди

Холодные завитки ветра впивались мне в затылок и кололи открытую кожу над банданой ледяными шариками моросящего дождя, смешанного со снегом. Воротник моей кожанки промок насквозь и несколько раз щелкнул, как хлыст, одержимый желанием разорвать мою плоть на ленты. Дрожа, я проигнорировал реакцию своего тела и сосредоточился на дороге впереди. Поездка была долгой и унылой с тех пор, как я покинул Карсон-Сити, и обещала быть такой же, пока я не доберусь до места назначения.

Пустыня была непостоянной хозяйкой. Погода может изменить ее расположение быстрее, чем шлюха может отсосать вялый член. В большинстве случаев обвиняли глобальное потепление, но правда заключалась в том, что в Неваде обычно не наблюдалось такого перепада температур даже в разгар зимы. Конечно, в горах часто выпадал снег, но эти минусовые температуры буквально отмораживали мне яйца. Если бы я потерял орех, кто-то заплатил бы, и Грим никогда не услышал бы конца этой истории.

Я ехал почти два с половиной часа подряд, когда заметил мерцающие огни впереди и знакомый дайв-бар всего в нескольких минутах от съезда с шоссе 95. В последний раз, когда я был здесь в «Асфальте», я был со своим президентом Гримом. Ему слишком понравилась маленькая блондинка-барменша, которая работала здесь, но, когда она попала под перекрестный огонь между нами и нашим конкурентом, он оборвал все связи. Грим был не из тех людей, которые позволяют чему-либо встать между ним и его клубом, и этот милый маленький кусочек задницы был отвлекающим фактором, которому он больше не мог позволить себе потакать. Это не закончилось хорошо.

Ситуация была чертовски запутанной. Напряженность в отношениях со Скорпионами все еще была высокой, особенно с их президентом Кислотой. У меня были свои причины презирать этого сукина сына аморальной жизни. Он был источником всех моих страданий. Когда-нибудь, уже совсем скоро, я отомщу. До тех пор Кислота жил в долг.

Грим знал, что грядет неизбежное. Будучи президентом, клуба Королевские бастарды, он был крутым ублюдком и никому не позволял об этом забывать. Все это дерьмо шесть месяцев назад превратило гребаный снежный ком в лавину. Возмездие надвигалось на Кислоту и его клуб. Даже если мне пришлось официально стать изгоем, чтобы сделать это.

Грим изо всех сил старался не допустить перерастания негативной реакции в полномасштабную войну, но никто не забыл, как все пошло наперекосяк. Мы оба потеряли женщин, которых любили. Я знал, что Грим оттолкнул свою старушку, чтобы защитить ее, но это дерьмо застряло с ним. По правде говоря, это зацепило нас обоих. Пролетевшие месяцы ни черта не изменили. С тех пор я не слышал, чтобы мой президент произнес хоть слово о своей старушке, но время для нас было бессмысленным. Мы любили, колесили на байке и вступали во все тяжкие. Это был просто путь королевских ублюдков — независимо от того, какой город вы называли домом.

Вот почему, когда он позвонил сегодня утром, я понял, что это серьезно. Грим пробудил меня от мертвого сна, и я был зол, застигнут врасплох и немного дезориентирован.

— Что? — Зарычал я в телефон, наполовину проснувшись и все еще лежа в постели, когда эта чертова штука сработала и не останавливалась.

— Привет, — ответил Грим со смешком. — Застал тебя в неподходящий момент?

Я знал, на что он намекал. К сожалению, я не был ни по самые яйца в киске, ни страдал от похмелья. И то, и другое было бы предпочтительнее в моей нынешней ситуации.

— Не-а, — проворчал я с усмешкой, узнав голос Грима. Прошло несколько недель с тех пор, как мы разговаривали, но я знал его хриплый тон так же хорошо, как свой собственный. — Какого хрена тебе нужно так рано утром, черт возьми?

— Уже почти полдень, ленивый ублюдок. — Его смех просочился сквозь линию, а затем он стал серьезным. — Нужна услуга.

Я откинулся на матрас, подавляя усталый стон. Я бы сделал что угодно для Грима, но меня не интересовала клубная драма. Не после прошлого раза. — Я слушаю, — наконец ответил я.

— Ты помнишь Тришу?

Покачав головой, я попытался прогнать остатки тумана и потратил несколько секунд, чтобы подумать о том, о какой паре сисек он говорил.

— Твоя новая старушка? Или та самая, которая была раньше?

Он тихо выругался, и я услышал возню, а затем громкий хлопок, как будто он бросил что-то в стену.

— Да, это та самая.

— Что насчет нее?

— Она пропала.

— Не хочешь рассказать мне, откуда ты это знаешь? — Неудивительно, что он следил за Триш, даже если больше не трахал ее. Черт возьми, я могу ошибаться конечно на этот счет, но может быть, он все еще встречается с ней тайно.

— Я знаю все, что происходит с Триш.

Достаточно громко и ясно. То, как он произнес эти слова, полные тоски и горького сожаления, дало мне понять, что отношения не были возобновлены.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Проверил ее в «Асфальте»?

— Да. Мне нужно знать, была ли Триш там в последнее время. Дай мне знать, что ты найдешь.

Я не спрашивал, почему он не отправил Мамонта, или Раэля, или любого другого брата. Было очевидно, что он хотел, чтобы я пошел, и я знал, что это потому, что из всех ребят в клубе мы были самыми близкими. Наше братство было тесным, и мы доверяли друг другу свои жизни, по крайней мере, то, что от них осталось, но Грим был самым замкнутым и безжалостным мудаком из всех королевских ублюдков. У нас обоих было много скрытого дерьма, с которым мы не хотели иметь дело, и когда дело доходило до секретов, Грим был королем. Я был близок ко второму после Раэля. Раэль был вдохновителем нашего ведущего и единственным братом, который работал усерднее, чем я или Грим. Он был страшным ублюдком, когда злился.

Заехав на стоянку, я припарковался у входа и заметил, что большое пространство было почти пустым. Только около полудюжины транспортных средств были разбросаны, и, вероятно, половина из них принадлежали сотрудниками. Мерцающие нити разноцветных рождественских гирлянд были натянуты поперек фасада здания и свисающего навеса над ним, очевидно, навешанные в спешке, поскольку они опасно болтались на ветру. Снежинки просачивались сквозь отверстия и гниющую древесину, в то время как на острых, опускающихся краях образовывались сосульки. Когда я приблизился, мои ботинки протопали по соли, которую кто-то предусмотрительно разбросал по мерзлой земле, я потоптал твердые кристаллы о коврик, прежде чем я войти. Никакие замки или охрана не преграждали мне путь.

Целеустремленно хрустнув шеей, я ударил ладонями по двери и зашагал внутрь, как будто это место принадлежало мне. Моя репутация члена королевских бастардов предшествовала мне. Неудивительно. Несколько посетителей в баре расступились, когда я направился к бармену, и отодвинулись подальше. Я был крупным мужчиной, ростом более шести футов. Принадлежность к самому известному мотоклубу в округе Най черт возьми, во всей чертовой стране и то, что я был покрыт татуировками, бородат и обладал жестким, неприступным поведением, отпугивало гражданских. На случай, если у кого-то возникали сомнения, моя нашивка доказывала мою преданность братству. Я никогда никуда не ходил без этого, независимо от того, какое дерьмо происходило шесть месяцев назад.

Грим знал, чем забита моя голова.

Я убрал бандану с изображением черепа с лица и нахмурился, заметив отсутствие виски в баре. Черт. Я действительно ненавидел это дерьмо. Грим тоже это знал. Он, наверное, хохотал до упаду там, в Перекрестке, так как знал, что у меня возникнет эта проблема.

— Что я могу тебе предложить, дорогой? — Маленькая рыжеволосая девушка с задницей в форме сердца была совершенно неаккуратна, и я уже был раздражен, не говоря ни слова, наблюдая, как она вытирает дерево грязно-белой тряпкой.

Новые бары были чертовски раздражающими. В Перекрестке мне не нужно было беспокоиться о том, чтобы сказать бармену или любой миленькой заднице, что я буду пить. Я просто входил, шел к бару, и мне наливали стакан, прежде чем я успею моргнуть.

Мне так больше нравилось. Мне не нравилось объясняться, что я буду пить, и как трахаться или драться. Я все делал по-своему. Точка.

Она послала мне понимающую ухмылку.

— Какого из четырех королей ты убьешь сегодня вечером? Джонни, Джеймсон, Джека или Хосе?

Что-то проворчав в ответ, я неохотно ответил:

— Джонни.

— Хороший выбор.

Я поднял рюмку, которую она поставила передо мной, и выпил радуясь, что она оставила чертову бутылку. Налив еще одну, я на мгновение закрыл глаза и почувствовал, как мои внутренности начинают таять от знакомого и желанного тепла. Сладкий и пряный вкус и крепкий дым с теплым послевкусием. Я почти всегда выбирал моего друга Джонни, предпочтительно Blue Label.

— Лучше разогрейся, дорогой. Это предупреждение о зимнем шторме превратилось в рекомендацию об опасных условиях путешествия. Ты застрянешь здесь на некоторое время.

Да, я это уже понял.

Мой взгляд переместился на окна, где я видел, как снегопад усиливается, жирные хлопья покрывают землю и прилипают к асфальту парковки под скудными фонарями, все еще работающими. Участок был намного темнее, что мне не нравилось, это только уменьшало видимость в случае чрезвычайной ситуации. Оглядев помещение и расслабившись, когда я вспомнил, где расположены все выходы, я опустился на барный стул с тихим вздохом. Крайняя правая сторона бара закрывала стену с моей стороны и позволяла видеть всю комнату, за исключением кухни и туалетов.

— Итак, — начал я небрежно, — я не видел тебя здесь раньше. Где постоянный бармен?

Рыжая пожала плечами, но я уловил, как она избегает встречаться со мной взглядом.

— Не знаю.

— Симпатичная блондинка. Разве ее звали не Триша?

— Э-э, да. Она все еще работает здесь время от времени. Хотя давно ее не видела. Могу ли я узнать твое имя, чтобы сказать ей, что ты спрашивал, когда увижу ее в следующий раз?

Умно.

— Просто передай ей, что королевские ублюдки передают привет.

На этом наша дискуссия закончилась, так как после этого она проигнорировала меня и позаботилась о том, чтобы уборка была самым важным занятием ее времени. Я понял, что это значит, но я не ожидал, что она прямо скажет, что знает Триш. Подруга хранила бы молчание, эти девушки обычно защищают друг друга. Рано или поздно я узнаю то, что мне нужно знать, ехать обратно было не так уж далеко, как только погода решит сотрудничать.

Меня одолевало беспокойство, и я не мог объяснить причину этого. Возможно, это мое шестое чувство, которое имели все мои братья и я. Когда твоя душа продана дьяволу, ты получаешь неестественное представление об окружающем тебя мире. Вещи, которые я могу делать… ну, они темные, смертоносные и абсолютно греховные.

Может быть, именно поэтому я любил клуб. Моя задница была на билете в один конец в ад, но у меня была большая компания. Ничто не сравнится с группой крутых ублюдков, с которыми можно провести всю вечность. Прибавьте к этому крутой байк, адскую поездку и все окружающее дерьмо, я был настолько чертовски доволен, насколько вообще это возможно. Может быть, когда-то, давным-давно, я хотел или нуждался в большем, но это было до того, как я принял этот образ жизни и свою роль в нем.

И это было задолго до Сураи.

Легкое покалывание пробежало по моему позвоночнику, и я осторожно поставил свой стакан, когда мой взгляд остановился на парадных дверях. Я чувствовал движение других мужчин и мог слышать стальное дуло их оружия, запах плотно упакованного пороха и смертельное желание причинить вред задолго до того, как они вошли. Закрывать лицо банданой с изображением черепа было для меня второй натурой. Пьяные посетители будут задаваться вопросом, было ли то, что они увидят позже, только плодом их воображения. Не было бы никаких доказательств моего превращения. Невооруженным глазом ничего не было видно за тонкой дымкой, отделяющей жизнь от смерти.

Только Жнецы обладали этим желанным навыком.

— Давай потанцуем, — прогрохотал я восторженным тоном, принимая широкую стойку. — Мне все равно было скучно.

Глава 2 — Саша

Население Хоторна, штат Невада, составляло 3269 человек. Маленький городок, в котором примерно на тысячу человек больше, чем в Тонопе, другом городе, который я время от времени называю домом. Я выбрала их оба не просто так. Вы могли бы подумать, что это из-за наблюдения за звездами, или частых туров с привидениями, или исторического горного парка, и вы были бы отчасти правы. Но больше всего мне нравилась неизвестность. Никто не знал, кем я была или мое прошлое, и я всегда могла спрятаться в толпе без беспокойства или стыда.

По крайней мере, ото всех, кроме Триш. Став жертвой одного и того же глупого выбора, мы обе жили в тщательно построенном доме лжи. Как говорится, страдание любит компанию. Так же, как и отчаяние. Она была моей единственной спасительной благодатью и моей единственной настоящей подругой. Без нее, без сомнения, я была бы мертва.

— Саша?

— Сюда, — позвала я, улыбаясь, когда Триш вышла через служебный вход и поежилась, плотнее запахивая свое тяжелое зимнее пальто вокруг своей стройной фигуры.

— Тебе не холодно? — Она скользнула рядом со мной на деревянную скамейку, оставленную для курильщиков, вместе с наполненной песком купальней для птиц, которая давно выцвела до неясного лососевого цвета под жестким солнцем Невады.

— Немного, — призналась я, — но снежинки прекрасны, а звезды сегодня такие яркие.

— Ты и эти звезды, — упрекнула она.

— Эй, не обижай моих близнецов.

Триш послала мне взгляд, который говорил "забей, детка".

— Это будет ужасный шторм. Я чувствую это своими костями, — пошутила она, вскакивая и протягивая руку в перчатке. Снежинки падали на ее протянутую ладонь и таяли, когда она пожимала плечами, поворачиваясь в мою сторону. — Я собираюсь убраться отсюда, пока дороги не превратились в дерьмо. Хочешь прокатиться?

Я испытывала искушение, но Шелли работала в баре сегодня вечером, и она была та, которая пока терпит мою задницу, поэтому я решила остаться, пока не закончится ее смена.

— Нет, я пойду с Шелли. Она закрывается.

— Ты знаешь, что могла бы остаться со мной. Я не возражаю.

— У тебя и так достаточно поводов для беспокойства, — возразила я, отказываясь в третий раз. Она спрашивала всю неделю. — Никакого ненужного внимания. Помнишь? Мы обе должны залечь на дно, и будет лучше, если мы сделаем это порознь, а не вместе.

Триш наклонилась и быстро обняла меня, сжимая на несколько секунд дольше, чем нужно. Испытывая искушение спросить, было ли что-то у нее на уме, я решила держать рот на замке. Это было намного проще, чем стоять на ледяном ветру и ворошить прошлое.

— Я беспокоюсь о тебе. Сурая попросила меня присмотреть за тобой.

— Да, да, — засмеялась я, отталкивая ее руками и игнорируя болезненный рывок в своем сердце. — Я не уверена, что ты не та, кто нуждается в большем присмотре.

— Это правда, — фыркнула она, качая головой. Ее улыбка была не такой широкой, как раньше, уже около шести месяцев. Мы обе знали, что причиной был некий президент-байкер, который разорвал все связи той роковой ночью, когда Сурая потеряла свою жизнь. В последующие месяцы нам приходилось ежедневно оглядываться назад и готовиться к худшему. Триш упаковала каждой из нас сумку для побега с наличными, дополнительной одеждой, закусками и фальшивыми удостоверениями личности, припрятанными на случай чрезвычайной ситуации.

Мы обе должны были покинуть этот город давным-давно. Проблема была в том, что мы застряли в прошлом и пытались избавиться от нашей взаимной потери, но это было гораздо легче сказать, чем сделать. Триш продолжала надеяться, что Грим вернется и примет ее с распростертыми объятиями. Я отказалась покидать этот район, пока кровожадный мудак, убивший Сураю, не предстанет перед правосудием.

Это была чертовски безнадежная ситуация. Я не представляла, чтобы что-то поменялось в ближайшем будущем.

Поднялся ветер и сбил с крыши холодную струю снега, когда Триш завизжала, а затем побежала к своей машине, заводя двигатель, пока я смеялась с заднего входа, не закрывая дверь, пока не удостоверилась, что ее машина завелась и никто не преследует ее. Уверенная в ее безопасности, я закрыла дверь со щелчком и задвинула замок на место.

Быстрый шаг по коридору и за угол привел в складское помещение, где хранились дополнительные припасы, а коробки с закусками возвышались рядом с полками, заполненными едой. В холодильнике хранились все замороженные продукты в надлежащем месте и при соответствующей температуре. Я организовала большую часть этого сама с тех пор, как меня наняли, работая в дополнительные смены, чтобы накопить достаточно денег на будущее. По крайней мере, таков был план.

Перед смертью Сураи.

Именно так сейчас я классифицировала дерьмо в своей голове. Жизнь до шести месяцев назад и настоящее.

Вздохнув, я направилась на кухню, подкрадываясь к Хэнку, пока он жарил картошку фри, попперс халапеньо и куриные палочки. Он напевал песню в стиле кантри и покачивал узкими бедрами, слегка притопывая парой ковбойских сапог из коричневой замши с бирюзовыми блестками. Я любила этого парня до чертиков. Он был единственным человеком, который мог заставить меня смеяться с тех пор, как… ну, вы понимаете. Наушники полностью отключили все шумы, поэтому он не слышал моего приближения.

Это была прекрасная возможность.

— Эй, — позвала я, схватив его за талию, когда он взвизгнул и с легким всплеском уронил порцию картошки фри обратно в масло.

— Саша, — ругался он, — девочка, ты заставила меня визжать, как маленького поросенка. Я собираюсь рассказать Роду.

Фыркая, я вела себя так, как будто собиралась шлепнуть его по заднице.

— Не начинай. Кроме того, твой мальчик-игрушка любит меня.

— Почти так же, как и я, — пошутил он, вытаскивая картофель фри, чтобы он остыл, пока с него капал жир в чан. — Триш ушла?

— Да. — Я схватила одну из куриных палочек, остывающих в ближайшей корзине. — Ты приготовил дополнительные только для меня?

— Ты это знаешь. Поторопись, третий столик отвратительнее мокрого пердежа воскресным утром в церкви.

— Фу, — ответила я со смешком, кладя куриную палочку обратно в корзину. — Ты отвратителен.

— Как и тот тупица, который продолжает просить еду каждые две минуты с тех пор, как я получил заказ. — Хэнк разложил жареные закуски в корзинки, застеленные красными бумажными салфетками, и добавил маленькие черные стаканчики с приправами.

Покачав головой, я взяла поднос, а он открыл вращающуюся дверь.

— Спасибо, детка.

Праздничная музыка все еще играла из музыкального автомата, когда я вошла, балансируя подносом, я вышла из-за стойки и направилась в столовую. За третьим столиком сидела кучка буйных местных жителей, мужчин среднего возраста, которым следовало бы быть дома со своими женами, а не тусоваться в захудалом спорт-баре с парой шестов для стриптиза, которые показывали сиськи и задницы, когда рядом была девушка, достаточно отчаянная, чтобы околачиваться здесь для быстрого заработка. Сегодня вечером, из-за суровой погоды, только "Голубое рождество" Элвиса Пресли составляло компанию этим придуркам.

Несколько плазменных телевизоров с большими экранами были выключены, те, что прокручивают постоянно новости, спорт или случайную комедию с субтитрами. Я ненавидела слушать это дерьмо и не беспокоилась о звуке, если кто-то не просил включить. Обычно никто этого не делал, особенно если было развлечение скудно одетого женского рода.

Только пройдя половину зала, я заметила, что третий столик пуст. Поворачиваясь к бару, потребовалась всего секунда, чтобы забеспокоиться. Шелли не смешивала напитки. Никто не сидел перед ней или за любым из ранее занятых столов. Кто бы там не был, он ушел.

Моя нога наткнулась на что-то на земле, и я споткнулась, когда держала поднос с едой и смотрела, как он катится к земле. В последний момент я наклонилась и не дала всему пролиться, пока мои глаза не наткнулись на окровавленные джинсы и черную кожаную жилетку мужчины на земле. Он не двигался, хотя я не видела никаких видимых ран. Пустые глаза уставились в потолок, и по моей спине пробежал холодок. Случилось что-то плохое, и я не задержусь здесь достаточно долго, чтобы выяснять, что именно.

Для меня нет повторения опыта, близкого к смерти. Черт возьми, нет!

Я, не колеблясь, поставила поднос на ближайший стол и, развернувшись на каблуках, со всех ног побежала на кухню, где, как я надеялась, у Хэнка хватило здравого смысла остаться. Больше никому не нужно было умирать сегодня вечером. Мне надоело находить тела на чертовой земле или бороться за свою жизнь. Почему я не ушла с Триш, когда она звала?

Когда я вошла, кухня была пуста, и я, не останавливаясь, побежала к складу и ящику, который блокировал старое вентиляционное отверстие, которое больше не используется. Я открыла металлическую решетку и полезла внутрь, смутно осознавая, что осталась только одна сумка. Задняя дверь была приоткрыта, когда я подошла к служебному выходу, но я не остановилась, чтобы подумать, кто мог ждать с другой стороны.

Прорываясь через открытое пространство, я была готова к тому, чтобы убежать. Как назло, я не продвинулась далеко. Врезавшись в твердое тело перед собой, я отскочила и ударилась о землю, когда крик вырвался из моего горла. Мускулистый мужчина-гора поднял меня, как тряпичную куклу, и зажал мне рот рукой в перчатке, когда многочисленные крики и звук бегущих ног приблизились к нашему местоположению.

Мужчина ругался, таща меня за собой несколько секунд, пока я не поднялась в воздух, и он не побежал вокруг здания.

— Не двигайся, — прорычал он, удерживая меня своим массивным телом.

Только одна вещь беспокоила меня больше, чем мысль о моей неминуемой смерти. То, о чем я не задумывалась до сих пор.

Аварийной сумки Триш не было рядом с моей, где она ее оставила. Рюкзак исчез.

Глава 3 — Боди

— Не двигайся, — прорычал я, прижимаясь всем телом к соблазнительной брюнетке. Прошла целая вечность с тех пор, как я ощущал мягкую женскую плоть на своей собственной. Ее щедрые изгибы облегали мою высокую фигуру и, казалось, вписывались во все пробелы с легкостью, которая приводила в замешательство. Что-то в ней было почти знакомое то, как она вписалась в мои объятия, тихий вздох, который она издала в темную и морозную ночь, женский голос, который прошептал, что я практически раздавил ее на грани удушья.

— Полегче, — попыталась прорычать она.

Посмеиваясь, я не ответил.

Девушка боролась с моей хваткой, и я опустил голову, шипя ей на ухо.

— Перестань бороться со мной, милая штучка. Я слишком наслаждаюсь этим, а мне не нужно отвлекаться прямо сейчас.

Ее тело напряглось, когда она подчинилась. Тончайший аромат пряной корицы разлился в воздухе, когда ветер подхватил и подразнил несколько распущенных завитков ее волос. Моя реакция была яростной и насыщенной, когда я втянул воздух, вдыхая больше ее восхитительного аромата. Вся кровь в моей голове устремилась на юг, и я был болезненно твердым, натягивая грубый материал своих джинсов. Это был первый раз, когда я так сильно отреагировал на какую-либо женщину за шесть гребаных месяцев. Я хотел исследовать свою реакцию на это сексуальное создание, но не тогда, когда ее жизнь была в опасности. Эта женщина понятия не имела, насколько опасны Скорпионы и как жестоко они расправятся с ней, если ее поймают.

Она не протестовала, когда я схватил ее за плечо и направился вокруг здания к передней части бара, к входу, который все еще мерцал веселыми праздничными цветами с фальшивой демонстрацией приветствия. Заглянув за угол, я обнаружил, что парковка пуста. Машин не осталось. Скорпионы припарковали свои байки рядом с моим собственным и были единственным кто остался. Глупая и дорогостоящая ошибка. Подняв палец, я поместил один поверх банданы близко к губам, чтобы обеспечить молчание женщины. Она кивнула, прижимаясь к стене, когда я незаметно двинулся вперед.

Я сделал глубокий вдох и ненадолго закрыл глаза, пытаясь ощутить присутствие своего Жнеца.

Под моей кожей, похороненный в глубинах моей души, демон, который владел и командовал моей преданностью, снова взял меня под контроль. Я почувствовал, как во мне произошла перемена, когда моя верхняя губа изогнулась в оскале. Мое зрение обострилось, когда я прислушался к Скорпионам и медленно приблизился к пяти мотоциклам, выстроенным в ряд. Моим первым побуждением было уничтожить байки, но мне нужно было защитить женщину, которая была в опасности и находилась вне поля зрения.

Как оказалось, моему жнецу было отказано в праве на убийство.

На меня набросились другие байкеры, и мне пришлось прибегнуть к использованию своего пистолета. Никогда не было предпочтительного способа покончить с врагом. Это было так быстро и окончательно. Совсем не весело. Плюс, с телами могла возникнут проблема. Прямо сейчас были другие проблемы.

Вздохнув, я побежал обратно к байкам и обнаружил, что один из Скорпионов уже уезжает, в спешке скользя по дороге. Мне придется рассказать о нем Гриму и разобраться с этим позже. Когда я вернулся туда, где оставил женщину, от нее не осталось и следа. Только легкий привкус корицы, который задержался в воздухе.

Она убежала.

Черт. Она замерзнет до смерти, если я не найду ее в ближайшее время. Оставаться здесь, на дороге, было небезопасно. Скоро появится больше Скорпионов, которые будут готовы к бою.

Я поймал ее, когда вернулся в бар, она пряталась на складе. Она не казалась очень умной, но, черт возьми, она, вероятно, была в панике. Я обхватил ее за плечо и повел обратно к своему байку, игнорируя то, как она сопротивлялась мне все это время.

— Шторм будет только усиливаться. Нам нужно укрытие и теплое место, чтобы переждать худшее из этого.

Она не ответила, вероятно, разозлилась, что я заставил ее присоединиться ко мне. Я усадил ее на свой мотоцикл, надел шлем на голову, и мили уже позади, прежде чем я даже подумал, что это, вероятно, похищение.

Мы ехали полчаса, прежде чем я смог найти место для остановки. Парень за стойкой дешевого отеля едва взглянул в мою сторону, когда я бросил наличные на стойку и взял ключ от номера. Я завел девушку в комнату, она дрожала от холода. Я бросил свои сумки на ближайший стол. По крайней мере, здесь было тепло.

Нам будет здесь комфортно, пока не придется уходить.

Я стряхнул с себя промокшую кожанку, когда заметил, что она снимает свою промокшую одежду. Свет танцевал по привлекательным изгибам ее тела и блестел на ее слегка влажной коже. Каждый слой, который она снимала, все больше обнажал ее кремовую кожу и сочное, чувственное тело. Когда ее глаза встретились с моими, весь воздух вырвался из моих легких.

Девушка была чертовски потрясающей.

Я отшатнулся назад, упав задницей на край кровати королевских размеров, сильно сжав челюсти от внезапного удивления и неверия.

Иссиня-черный шелк ее длинных густых волос поблескивал в тусклом освещении дешевого отеля. Ее шея тянулась как изящная колонна, которая привлекла мой взгляд прямо к сочной выпуклости ее пышных грудей. Эти сиськи станут моей погибелью. Я не мог удержаться, чтобы не окинуть взглядом щедрый изгиб ее бедер или длинные-предлинные ноги, обтянутые облегающей джинсовой тканью. Когда мне удалось поднять глаза обратно на ее лицо, я поймал взгляд ярко-зеленых кошачьих глаз, которые подозрительно сузились.

Это была не самая шокирующая часть.

Нет, это было что-то совершенно другое. Приятное маленькое путешествие назад в мое испорченное прошлое, с которым, как я думал, я имел дело до этого момента. Моя грудь сжалась, и я вспылил. Я встал, бросился вперед и прижал ее спиной к стене.

Этого не могло быть. Не сейчас. Не так.

Месяцы пролетели незаметно с моей жаждой мести, и агония от того, что я потерял, все еще не уменьшилась. Я считал, что никогда не уменьшится. Нет, пока я не заберу то, что эта ублюдок Кислота забрала у меня. Он заплатит за свой выбор. Я позабочусь об этом. Месть была моей единственной любовницей, моей единственной потребностью, помимо ненависти, которая гноилась глубоко внутри. Мне не нужно было, чтобы меня трахали тем способом, который причиняет наибольшую боль.

Женщина, смотревшая мне в лицо, была точной копией моей старушки Сураи.

С этим была только одна проблема.

Сурая была мертва.

Глава 4 — Саша

Он собирался убить меня. Большой, плохой байкер собирался вытащить нож и перерезать мне горло в любую секунду. Я не знала, что я сделала, чтобы разозлить его, но этот человек был свернут крепче гремучей змеи и в два раза злее. Он, казалось, был на грани срыва, что вообще не имело никакого смысла. Единственное, что я могла, это попытаться успокоить его и умолять о моем освобождении.

— Пожалуйста, не убивай меня, — умоляла я, осторожно кладя руки на твердые плоскости его точеной груди. — Я не знаю, что я сделал, но…

— Кто ты, черт возьми, такая?

Моргая, я не понимала, о чем он спрашивал или почему он был так враждебно настроен.

— А?

— Кто. Ты. Блядь. Такая. — Низко прорычал он, как зверь, готовый разорвать свою добычу.

Дрожа от страха, я думала только о своей собственной глупости. Я должна была уехать из Невады, когда у меня был шанс. После смерти Скорпиона и Сураи мне не следовало тянуть время. Это было не более чем неизбежным результатом длинной череды глупых и эгоистичных решений.

— Твое имя.

Осмелившись взглянуть в холодные, ледяные голубые глаза человека перед собой, я ответила ему правдиво.

— Пратт. Саша Пратт.

Он побледнел, слегка покачав головой.

— Это невозможно.

Нахмурившись, я склонила голову набок.

— Ты слышал обо мне?

— Ты уверена, в том, что говоришь? Это действительно твоя фамилия?

Что за хуйня происходит?

— Да, — ответила я грубо.

Как только я заговорила, он ударил руками по стенам, стуча по гипсокартону с такой свирепостью и яростью, что мне удалось вывернуться из его объятий и побежать к двери.

Я не продвинулась далеко.

Поваленная на землю, я оказалась с задранной задницей и прижатой правой щекой к грязному, испачканному ковру, в то время как он заломил мне руки за спину.

— Дай мне подняться! — Закричала я, правая щека прижата, и мне стало жарко от своего собственного гнева.

Кем, черт возьми, был этот парень? Кем он себя возомнил? Еще один байкер, который вел себя так, как будто все и вся были его личной собственностью?

Большой парень оседлал мои бедра, и его хватка усиливалась с каждой секундой, пока я боролась. Тяжело дыша, я наконец остановилась и разочарованно выдохнула.

— Так лучше.

— Пошел ты нахуй!

— Не сейчас, маленький адский огонь. Тебе бы не понравилось, и это так грубо.

Мои губы скривились в усмешке, когда я выпустила еще несколько проклятий.

— Отпусти меня!

— Послушай, ты перестаешь сопротивляться, и я позволю тебе подняться, но борись со мной, и я буду держать тебя там, где ты есть, столько, сколько потребуется.

Черт.

— Хорошо, — Смягчилась я.

Несколько секунд спустя он меня поднял и заставил сесть на край кровати, возвращая ощущение в мои нежные запястья. У этого человека была нешуточная хватка. Он был невероятно сильным. Я ничего не сказала, но смотрела, как он стоял передо мной, хмурый взгляд омрачал его красивые и грубые черты, в то время как интенсивный, но обманчиво привлекательный цвет его глаз наблюдал за мной с чем-то близким к злобе. Он скрестил свои татуированные накачанные руки, и несколько минут молча размышлял.

— Мы здесь не останемся.

Серьезно?

— Я думала, ты сказал, что нам нужно переждать этот шторм и оставаться вне сети.

— Я так и сказал. Но это было до того, как я узнал, кто ты.

— Ты мне поверил? — Спросила я, немного слишком надеясь. Возможно, он вел себя так, потому что знал мою сестру. Он, безусловно, вел себя соответственно. Самодовольный, высокомерный байкер был одет в кожаную куртку клуба Королевских бастардов. Он должно быть знаком с Сураей. Она знала весь клуб. По крайней мере, это было то, что она рассказала мне однажды, за несколько месяцев до своей смерти.

— Я этого не говорил.

— Я не понимаю, что это значит, — призналась я.

— Точно?

Мудак.

— Хорошо, я подыграю. Куда мы отправимся?

Он не ответил, собирая те немногие вещи, которые были разбросаны по комнате, и схватил меня за левую руку, когда мы подошли к двери. Я с тоской посмотрела на ванную, уже сожалея об отсутствии горячего душа в ближайшем будущем.

Байкер сделал паузу, бросив все, вытащил из своей сумки большую рубашку с длинными рукавами из плотной джинсовой ткани. Я сразу же была одета как гребаная Барби, когда он засунул мои руки внутрь и застегнул ее, надев сверху мою тяжелую зимнюю куртку, пока я не стала похожа на ребенка из рождественского фильма, ну того, где ребенок получает пневматический пистолет, а младший брат одет как клещ, который вот-вот лопнет. Да, это была я. Я почувствовала, как пот начинает собираться у меня на пояснице. На случай, если кто-нибудь спросит, Паффи из фильма не был симпатичным.

— Ты не будешь чувствовать себя так отвратительно, когда ледяные ветры Невады начнут хлестать вокруг нас на моем байке.

Я не спорила. Вероятно, он был прав.

— Заплети волосы. Сейчас.

— Командир, — пробормотала я, быстро взяв тяжелые пряди и заплетая их, зная, что у меня не было ничего, чтобы закрепить конец, когда я подняла глаза и поймала резиновую ленту, испачканную в моторном масле, которую он держал в своем мясистом кулаке. — Окей. — Я быстро закрепила конец в несколько петель и перекинула косу через плечо. — Теперь доволен, мистер диктатор?

Да, я была дерзкой. И мне было все равно.

— Следи за этим милым маленьким ротиком, или я найду ему лучшее применение. — Его улыбка не была хитрой или даже сильно приправленной похотью. Я бы сказала, что он выглядел угрожающим и определенно хищным. Как будто он надеялся, что я дам ему оправдание.

Во что, черт возьми, я вляпалась на этот раз? Триш никогда бы не позволила мне дослушать это до конца.

Моя улыбка исчезла, когда я отвернулась и сжала челюсти, закрывая свои эмоции. Я не знала этого человека. Он не знал меня. Все, что я могла делать, это надеяться, что он отвезет меня к своему президенту, и я смогу договориться о телефонном звонке и дне или двух отдыха, прежде чем я встречусь с Триш. Она бы не оставила меня позади. Должно было быть какое-то объяснение тому, что она забрала свою сумку.

Возможно, она почувствовала опасность и планировала прийти ко мне позже вечером.

Только меня не окажется дома.

— Давай выдвигаться.

Ледяной ветер дул мне в лицо, когда мы приближались к его байку. Он бормотал себе под нос, мягкие ругательства слетали с его губ, когда он продолжал поглядывать в мою сторону. Бандана с изображением черепа была поднята над его носом и ртом, поэтому я не могла четко разглядеть его черты. Байкер вытащил еще одну из своего заднего кармана и обвязал ее вокруг моей шеи, заполнив зазор между воротником моего пальто и шлемом, который он надел мне на голову. Он жестом указал на мотоцикл, а затем запрыгнул на него, подзадоривая меня отказаться садиться за ним.

Это был не первый мой раз на мотоцикле, и я подняла подбородок, когда сидела на байке, и свободно обхватила руками его талию. С недовольным ворчанием, которое, должно быть, было громким, потому что я ясно слышала его, он крепче сжал мои руки, и я поняла, что он имел ввиду. Мне пришлось держаться гораздо крепче в такую погоду.

Поездка, казалось, тянулась вечно. Моя одежда, промокшая насквозь от снега и грязи, была жесткой и неуютной, натирала кожу и натирала ее в нескольких местах. Боль была вторичной по отношению к холоду, который пробирал до костей и прогонял любые воспоминания о тепле. Я была за гранью дрожи. Я давно перестала реагировать на холод, и это меня беспокоило. Мое тело было зафиксировано в этой позе, жесткой и неудобной.

Я чувствовала, что мои руки теперь часто соскальзывают. Каждые несколько минут они начинали скользить по его торсу, и мои глаза закрывались, усталость накатывала, когда я боролась с желанием спать. Любое тепло тела, которое он изначально обеспечивал, исчезло. Я услышала несколько ворчаний и громких проклятий, когда он взял мои руки и вернул их на место. Скоро это не будет иметь значения. Я упаду, и любая надежда на окончание этой поездки из ада больше не имела бы значения.

Несколько минут спустя мы съехали с шоссе, когда в поле зрения появились знакомые уличные фонари и дороги Тонопа. Мы сделали это. Я смогу продержаться. Еще несколько минут.

Байкер не сказал ни слова, когда въехал на парковку и остановился, заглушив двигатель. Одно мускулистое бедро качнулось, когда он встал, быстро поворачиваясь в мою сторону. У меня не было сил спорить, когда он потянул меня вверх, и я упала ему на грудь. Мои ноги чувствовались как желе.

Шлем был снят, его пронзительный взгляд блуждал по моему лицу.

— Ты в порядке? Ты можешь ходить?

Кивнув, я оттолкнулась от его груди, встав во весь рост, покачиваясь.

— Я, я так думаю.

Он не казался убежденным.

— Я могу понести тебя.

Ага, сейчас. Как будто это должно было случиться. Сжав челюсти, я покачала головой.

— Нет. Я в порядке.

На этот раз он медленно улыбнулся, окинув меня пристальным взглядом, прежде чем взять меня за руку и быстро пройти внутрь. Громкая рок-музыка и многочисленные разговоры прекратились, когда мы вошли. Его рука на мгновение сжала мою. Я почти поддалась искушению отстраниться, но его сила была единственным, что удерживало меня на ногах, когда я морщилась от боли. Если я не избавлюсь от этой одежды в ближайшее время, я буду мокрой с головы до ног.

Я почувствовала, как каждая пара глаз в комнате остановилась на большом мужчине рядом со мной. Он снял бандану и ухмыльнулся, кивнув головой в сторону нескольких байкеров, собравшихся вокруг бара. В комнате было слышно несколько криков и шуток. Должно быть, его не было долгое время, потому что люди подходили, многие из них хлопали его по спине и рассказывали ему всякую дерьмовую информацию.

Байкер отпустил мою руку, принимая рюмку ликера, и я оглядела комнату, заметив бар, несколько бильярдных столов, кожаные диваны и телевизоры с большим экраном, прикрепленные к стене по периметру комнаты. Это было теплое и комфортное помещение, удивительное, учитывая простой внешний вид здания.

— Кто ты?

Я повернулась, столкнувшись лицом к лицу с монстром. Мой рот открылся в беззвучном крике, когда приблизился неуклюжий мужчина с макияжем в виде черепа, его глаза провалились в темные дыры, а рот искривился в злобной ухмылке. Испуганная, замерзшая, уставшая и неспособная ясно мыслить, я отступила и врезалась в байкера, который привел меня сюда. Рука обвилась вокруг моей талии, когда я услышала его рычание, рокотавшее в его широкой груди.

— Оставь ее в покое.

— Я думаю, тебе лучше объяснить, брат.

Двое мужчин столкнулись, когда я дрожала от страха, мои ноги угрожали подогнуться, и мое тело неуклюже упало на пол.

— Она со мной. Конец обсуждения.

Байкер схватил меня за руку и быстро вывел из комнаты, не потрудившись вовлечь кого-либо еще в разговор. Я не уловила, о чем он ворчал из-за громкой музыки, но услышала его явное недовольство.

Мы прошли по длинному коридору, который разветвлялся в нескольких направлениях и держал ряд дверей. Он остановился на одной и вытащил ключ из кармана, отпирая дверь, прежде чем мы вошли. Зажегся свет, и он повернулся, уставившись на меня в течение долгой минуты, прежде чем заговорить.

— Вылезай из этой мокрой одежды. Я скоро вернусь. Не выходи ни по какой причине. Я серьезно.

Этот человек когда-нибудь делал что-нибудь, кроме как приказывал другим? У меня не было возможности ответить, когда он вышел из комнаты и захлопнул ее, повернув ключ, запирая ее снаружи. Даже при том, что я знала, что это было для безопасности больше, чем что-либо еще, я все еще была расстроена.

Проклятый байкер.

Глава 5 — Боди

— Что, черт возьми, это было? — Зарычал я, толкнув Раэля в грудь, как только вернулся в бар. То, что он был силовиком клуба, не означало, что он должен был совать свой нос в мои дела. Он напугал Сашу. Мне не понравился страх, который был очевиден в ее глазах.

Грохочущий рев эхом отозвался в его груди, и мы вдвоем врезались в бар, когда он налетел, опрокинув стаканы с выпивкой, наши братья разбежались и отошли с дороги.

— Ты бросаешь мне вызов?

— Черт возьми, да, — ответил я, более чем готовый сжечь часть своего гнева.

— Прекратите это, вы, ублюдки. — Грим стоял со своей обычной смесью юмора и раздражения. — В церковь. Сейчас. Пришло время.

В комнате послышалось несколько ворчаний и несколько смешков. Лаки отвел меня в сторону, кивнув головой в сторону Раэля, когда он неохотно отошел.

— Как дела, брат? Ты, кажется, напряжен.

Повезло моему кузену Даниэлю. Он присоединился несколько лет назад. Лаки был одним из немногих, кому я рассказывал о Сурае и всем этом дерьме, которое произошло шесть месяцев назад. Когда Скорпионы напали на «Асфальт» и Триш из-за Грима чуть не убили, развязавшаяся бойня привела меня в ярость, снедаемую жаждой крови, после того как я нашел мертвое тело Сураи на земле у ног Кислоты. Он убил ее, чтобы доказать мне свою точку зрения. Это было личное.

Вытянув шею, я глубоко вдохнул, чтобы избежать изменения, мой Жнец готов подняться на поверхность и взять верх. Я не позволил ему руководить прямо сейчас, но однажды я это сделаю. Кислота познает боль и страдания, о которых он никогда не слышал до этого момента. Я позабочусь о том, чтобы он запомнил мое имя и жестокий способ, которым я разделаю его задолго до того, как у него хватит совести умереть.

— Я в порядке, — наконец ответил я, отходя от бара.

Мы последовали за Гримом в часовню, со щелчком закрыв за собой дверь. Когда мы все заняли отведенные нам места, мой взгляд скользнул по моим братьям и их жестким, деловым выражениям лиц. Грим взял молоток и стукнул им достаточно громко, чтобы убедиться, что мы все обратили внимание.

— Заседание в церкви открыто.

Посмотрев через стол, я обнаружил, что Раэль наблюдает за мной. Честно говоря, я не знал, что, черт возьми, мы с Раэлем имели друг против друга. Это был не один инцидент, который выделялся среди остальных, или несколько слов, которые укрепили наше взаимное раздражение. Возможно, это был факт того, что должность силовика принадлежала моему старику до меня. Или, может быть, это было из-за того, что у Раэля не было такой же истории с клубом, как у меня. Но названия были всего лишь названиями. По крайней мере, для меня.

Я знал свое место в этом клубе, и оно было рядом с Гримом. Всегда. Я любил и доверял своим братьям, даже Раэлю и моя преданность была конкретной, независимо от того, сколько мы препирались лично. Конечно, он меня разозлил. Дерзкий, непредсказуемый и просто чертовски сумасшедший. В последнее время он был еще хуже.

Если честно, я знал, что я тоже изменился, что только ухудшило ситуацию. После всего этого дерьма шесть месяцев назад я стал изгоем. Я был шаблоном. Это не понравилось парню, отвечающему за безопасность клуба, и я должен был отдать ему должное за то, что он убедился, что я это понял.

Наши глаза встретились, и он слизнул кровь со своей нижней губы, прежде чем злобно ухмыльнуться.

Сумасшедший ублюдок.

Я ухмыльнулся, кивнув ему. Да, мы были оба хороши.

Грим тяжело вздохнул, и мы с нетерпением ждали, когда он продолжит.

— Боди вернулся по моей просьбе. — Наши братья кивнули, многим из них было любопытно, но никто не сказал ни слова. — Это были долгие шесть месяцев, и этому клубу нужно уладить кое-какое дерьмо. Давай послушаем, что ты нашел, Боди.

Не было деликатного способа сообщить новости.

— У нас проблема, — начал я, указывая головой на своего презента.

— Что за проблема? — Грим почти никогда не реагировал на плохие новости. Он усваивал все, что было как хорошим, так и плохим. Дерьмо съело его намного сильнее, чем остальных из нас, и те, кому он доверял, были небольшой группой избранных.

Президент нес тяжелый груз ответственности и сожалений. Я знал это не понаслышке.

— У нас крыса, — с отвращением выплюнул я. Это был единственный разумный вывод, о котором я думал большую часть пути обратно в Перекресток из Хоторна.

За столом слышались звуки протеста и отвращения.

— Объясни. — Голос Грима был спокойным, хладнокровным, но не менее властным, чем обычно.

— Я пробыл в «Асфальте» не более нескольких минут, когда место было наводнено скорпионами.

Мамонт покачал головой.

— Может быть, они просто изучали это место.

— В такую погоду? — Рейт хлопнул ладонью по столу, и стол затрясся. — Ни за что.

Раэль кивнул.

— Согласен. — Он всегда быстро верил, что Скорпионы готовы начать дерьмо, и обычно он был прав. — Это не может быть совпадением.

— Эти ублюдки продолжают настаивать, — добавил Ксенон, явно взволнованный.

— Где ты был, когда звонил мне? Кто мог слышать? — Спросил я, нахмурившись, задаваясь вопросом, отвлекся ли он на киску или что-то еще.

Лаки заговорил.

— Я слышал его по мобильному. Мамонт был здесь. Раэль. Я думаю, что это все, кроме перспектив. Они приносили припасы.

— Никаких сладеньких печенек? Никого нового? — Печеньками называли клубных шлюх, которые постоянно находились рядом по первому зову членов клуба. Они обеспечивали сексуальное удовольствие и освобождение любым способом, который хотели братья, но это был их выбор. Ни одну женщину не заставляли быть печенькой.

— Ни хрена, — выплюнул Раэль, — не при мне, брат.

Мамонт хрустнул костяшками пальцев.

— Хочешь, чтобы мы с Раэлем опросили потенциальных клиентов?

Потенциальные клиенты или по-другому перспективы не посещали церковь. Пока не станут полноценными участниками, они не посвящены в секреты клуба или его структуру, финансовые или деловые предприятия или любую другую информацию.

— Подожди. — Я поднял руку. — Ты сказал, что у нас есть поставки. Какого рода?

Патриот затянулся сигарой, встретившись со мной взглядом через стол.

— Бухло, курево, гребаная туалетная бумага. Стандартное дерьмо.

— А братья Денали?

Ксенон сузил глаза.

— Они были здесь недолго. Возникли проблемы с отправкой. Какой-то сбой.

— Что за чертов сбой? — Грим выглядел взбешенным. — Почему я только сейчас слышу об этом дерьме?

— Я позаботился об этом, — объяснил Рейт. — Не видел причин поднимать это до сих пор.

— Черт, — выругался Грим.

— Жаба и Тень были единственными потенциальными кандидатами, —добавил Ганнибал, несколько раз открывая и закрывая металлическую зажигалку в руке с раздражающим щелчком. — Я внимательно наблюдал за этими парнями. Это точно не они.

Сопротивляясь желанию яростно дрожать, я кивнул Ганнибалу. Брат не дрогнул, когда наши взгляды встретились, и я не задержался на многочисленных шрамах на его лице или капле крови, вытатуированной у его правого глаза в нескольких дюймах от жнеца, который обвивал правую сторону его черепа. Тщательно выбритый, он был одним из самых страшных на вид в нашем братстве, но он заслужил свое уважение с каждым тяжелым годом, проведенным в этом клубе. Будучи казначеем, он держался в тени, но никто ничего не делал в Перекрестке без ведома Ганнибала.

— Тогда наша крыса была одним из водителей доставки. Это единственный вывод, который имеет смысл.

Грим поджал губы.

— Возможно. Ни перед кем не говорить дерьма. Чертов ад, — выругался он.

— Но Перспективы открывали дверь, чтобы вносить коробки, — отметил Мамонт. — Кто-то что-то слышал.

— Я согласен. Что означает, что у этого мудака было более одного шанса подслушать твой разговор, президент, — усмехнулся Раэль. — И, очевидно, они слышали, что ты отправляешь брата в «Асфальт».

Грим выругался, вскочил на ноги и закурил.

— Кислота.

За столом раздался одобрительный гул. Это было наиболее вероятное объяснение.

— У него, вероятно, есть парень здесь уже в течение нескольких месяцев, ожидающий правильной информации.

— Черт возьми, Боди. Это последнее, что нам нужно.

— Я знаю.

— И с братьями Денали это тоже не совпадение. — Ксенон зажег косяк и затянулся, обращаясь к Гриму. — Я просмотрю видео безопасности. Если есть что-то подозрительное, я найду это.

Ксенон был нашим айтишником. Он был чертовски гениален, когда дело касалось компьютеров и технологий.

— Мамонт, Раэль, я хочу, чтобы вы занялись этим. Просмотрите все электронные таблицы и счета. Попросите Перспектив помочь, но не говорите дерьма о том, что вы делаете или почему. Ксенон, проверь камеры и дай мне знать, если что-нибудь найдешь. Остальные, будьте начеку. Если вы столкнетесь с чем-нибудь подозрительным, я хочу знать об этом немедленно.

— Скорпионы продолжают быть проблемой, — объявил Ганнибал, когда все встретили его каменно-холодный взгляд. — Я хочу разобраться в их дерьме. С твоего разрешения, президент, отправь со мной Лаки и Патриота, чтобы провести небольшую разведку.

Грим кивнул.

— Заметано. Другие клубные дела есть?

Раэль сел, специально глядя в мою сторону.

— Что случилось с двойником Сураи? — Спросил он, откинувшись на спинку стула, когда наши глаза встретились. — Без обид, брат, но твоя старушка ушла, а этот маленький кусок задницы не был призраком.

Черт. Я знал это, но не хотел об этом говорить.

— Я не знаю, — признался я. — Но я думаю, что она близнец Сураи.

Несколько парней казались удивленными, но они ничего не сказали.

— Идентичный близнец? — Раэль казался удивленным. — На самом деле, это имеет смысл.

Я не просил его уточнять перед всеми. Это была дискуссия, которую я хотел провести как можно короче, особенно с учетом моего собственного отсутствия ответов.

— Черт, Боди, — наконец ответил Грим. — Где ты ее нашел? Асфальт?

— Да, — протянул я, проводя рукой по волосам. — Что мне не нравится, так это то, что Саша в опасности. Скорпионы увидели ее в баре. По крайней мере, один участник ушел, прежде чем я смог его остановить.

— И если они думают, что она Сурая, — заключил Мамонт, — они будут жаждать крови.

— Точно. Саше нужна защита клуба, Грим. Иначе я бы не попросил.

— Я почувствовал, как его рука опустилась на мое плечо и сжала.

— У тебя есть это брат. Проблем не будет.

Мои братья кивнули в знак согласия.

— Что с другим человеком, которого я просил тебя найти?

Триш.

— Никаких зацепок.

Челюсть Грима сжалась, и что-то свирепое вспыхнуло в его темных глазах, прежде чем он сел и снова ударил молотком.

— Заседание окончено. У вас есть свои задания. Давайте найдем эту гребаную крысу.

Несколько парней ушли, но половина из нас все еще сидела за деревянным столом, на котором был вырезан логотип Королевских бастардов Тонопа, штат Невада, выгравированный на промасленной поверхности. Позади нас в большой рамке был "Кодекс королевских ублюдков". Каждое из наших имен и подписей были подписаны под ним… нашей кровью. Мне не нужно было смотреть на пергамент, чтобы повторить каждую строку кода. Они были посвящены памяти, а также правилам главы о Тонопе, штат Невада.

— Убирайтесь нахуй отсюда, — прорычал Грим, потерявшийся в собственном дерьме и отсутствии новостей о Триш. Это было ясно написано на его лице. — Мне нужно несколько минут.

Мы вышли из комнаты, направляясь к бару.

Раэль наблюдал за мной с тем холодным, расчетливым выражением, которое никогда не сходило с его лица и добавляло причудливой атмосферы, которая возникла из-за макияжа в виде черепа, который он всегда носил. Из-за черных кругов его карие глаза казались глубоко запавшими, нос был почерневшим, а губы напоминали жуткие зубы, готовые щелкнуть при первой возможности. Сумасшедший и более чем немного извращенный, он выглядел как Жнец, даже не принимая свою смертоносную форму.

Раэль предпочитал и видел себя именно так.

— Что, если она шпионка?

Каждый мускул в моем теле напрягся от его слов.

— Она не такая. — Хотя эта идея уже приходила мне в голову, я бы не стал потакать Раэлю своими подозрениями.

— Тебе лучше убедиться.

— Не угрожай мне, Раэль. Я не играю в твои долбаные игры. — Раэлю лучше не приближаться к Саше. Если он сделает это, у нас будут разногласия, и это не будет гражданской дискуссией.

— Остынь, — приказал Грим, глядя на нас обоих из дверей часовни. — Хватит дерьма, Раэль. Боди, выясни, что сможешь, и доложи мне.

Мы с Раэлем расстались, но не раньше, чем я заметил ухмылку на его лице. Если бы он не стер ее, я собирался навсегда исправить это его дерьмо. Внезапный всплеск заботы, который я почувствовал к Саше, не понравился мне. Как и мысль о том, что я буду драться с другим братом за нее, если понадобится. Чертовски раздраженный, я направился обратно в свою комнату к маленькой брюнетке, которая полностью перевернула мой мир с ног на голову.

Глава 6 — Саша

Он оставил меня здесь. Этот мудак байкер бросил меня в этой комнате и оставил меня здесь более чем на полтора часа и до сих пор не вернулся. Взбешенная, я уже перерыла его комнату и нашла пару чистых полотенец, я направилась в его ванную для долгого горячего душа всего через несколько минут после того, как он запер дверь. По крайней мере, он был здесь не для того, чтобы беспокоить меня и задавать очередные глупые вопросы.

Честно говоря, я не знала, в чем была его проблема. Он, казалось, был в отвратительном настроении с того момента, как мы встретились, но по-настоящему его вывело из себя мое имя. В чем заключалась сделка? Знал ли он мою сестру? Сурая встречалась с одним из братьев Королевских ублюдков, но я никогда его не встречала. Она не хотела, чтобы я связывалась с их клубом, и сказала, что это слишком опасно, чтобы вовлекать меня. Это не помешало ей околачиваться в этом клубе, который они называли "Перекресток", или спать с байкером.

Что за двойные стандарты?

Я должна была сделать больше, чтобы вмешаться. Задавать еще больше вопросов. Но Сурая была моей единственной настоящей слабостью. Мы не только были идентичными близнецами, но и она была моей второй половинкой. Мы были верны каждому клише, когда-либо сказанному о близнецах, мы заканчивали мысли и предложения друг друга, менялись местами, чтобы помогать друг другу во многих случаях в школе и на тестах, встречались с одними и теми же парнями. Мы даже одевались одинаково, когда были девочками. Мы с Сураей делились всем… пока она не начала встречаться с королевским ублюдком.

После этого все изменилось. Сурая никогда не была рядом, а когда она была, особо нечего было сказать. Секреты, ложь и дистанция внезапно возникли между нами, в первый раз в жизни.

Злая и обиженная, я была одинока и восприимчива к мужскому вниманию. Я флиртовала, тусовалась в «Асфальте» после того, как они наняли меня, и я начала встречаться с байкерами, которые собирались по вечерам, чтобы выпить и хорошо провести время. В это время я подружилась с Триш. Она знала Сураю дольше, но наша дружба достигла более глубокого уровня и быстро сблизилась в отсутствие моей сестры. Поскольку Сурая когда-то работала в «Асфальте» с Триш, я ошибочно думала, что это безопасно.

Время доказало, насколько неправильным был этот выбор.

Именно Триш познакомила меня со Скорпионами и их президентом Кислотой, а также с его вице-президентом Чуваком. Они не были похожи на другие клубы, которые посещали бар. В этом клубе было что-то грязное и совершенно зловещее. Они были безжалостными, холодными и без колебаний затевали драки почти каждую ночь. Триш часто просила меня помочь за барной стойкой, и мы вдвоем разносили напитки и пытались поддерживать мир. Ни разу за все это время моя сестра не вернулась в «Асфальт». Возможно, это могло бы изменить ужасное будущее, если бы нас увидели вместе. Я не могла не верить, что это спасло бы ее жизнь. Мало кто знал, что у меня был идентичный близнец. В то время я не видела проблемы.

Эти одинокие месяцы пролетели как в тумане, пока я не встретила Зука. Он был высоким, красивым и имел развязность, которая привлекала мое внимание всякий раз, когда он входил в бар. Я влюбилась сильно и быстро в этого байкера Скорпионов. Он был горячим и сексуальным, и он знал, как меня завести. Так могло бы продолжаться гораздо дольше, чем несколько месяцев, если бы не вмешался Кислота. Одна простая ночь. Единственный выбор. И вся моя жизнь изменилась.

Правда была длинной, жалкой и душераздирающей историей…

Взглянув в зеркало, я уставилась на свое отражение и грустную улыбку, которая застыла на моих губах. Слезы наполнили мои глаза, но не пролились. За последние шесть месяцев я выплакала так много слез, что их больше не осталось. Боль в сердце все еще оставалась в моей груди, и я чувствовала ужасную потерю своего близнеца с каждым вдохом, который я делала. Смерть моей сестры оставила рваную рану в моем сердце. Отсутствие ее присутствия ощущалось каждое мгновение каждого дня. Я сомневалась, что когда-нибудь по-настоящему переживу потерю.

Воспоминания о сестре вернули мои мысли к лучшей подруге. Я взяла свой мобильный и набрала номер Триш, с нетерпением ожидая, когда она возьмет трубку. Примерно после шести гудков он перешел на голосовую почту. Я перезванивала еще три раза и, наконец, оставил загадочное сообщение. Она знала, что нужно позвонить мне, когда услышит мой голос, но на случай, если кто-нибудь слушает, я спросила ее о ее пропавшей собаке и попросила немедленно перезвонить мне, поскольку у меня есть информация. Это был наш универсальный код. Если мы оставили это сообщение, значит, один из нас попал в беду и нуждался в помощи. Она должна вскоре мне перезвонить.

Прошло еще полчаса, прежде чем я начала тревожно расхаживать. Где, черт возьми, был этот байкер? Почему он так долго?

Плюхнувшись обратно на кровать, я уставилась в потолок и нетерпеливо выдохнула. Если он не появится в ближайшее время, я покину эту комнату, и мне наплевать на последствия. Он может поцеловать меня в задницу. Я не заключенная. Они ничего не знают обо мне, кроме того факта, что я сестра Сураи. Не было причин думать, что мне грозит какая-либо опасность. И я не собираюсь ждать всю ночь без еды.

После того, как я пробыла в комнате почти три часа, я встала, подняла подбородок и потопала к двери. Моя рука была на ручке, когда она внезапно повернулась, и сердитый байкер вернулся. Он ворвался в комнату, чуть не сбив меня с ног в процессе.

— Куда, черт возьми, ты собралась?

— Никуда, — ответил я с вызовом. — Разве это не очевидно?

Он нахмурился, захлопнул дверь, прежде чем прислониться к ней, его руки вздулись мускулами, когда он скрестил их на груди. Мои глаза блуждали по черным чернилам, мне нравились жнец, черепа и другие татуировки, которые покрывали почти каждый дюйм пространства.

— Я сказал тебе оставаться на месте.

— Я так и сделала.

— Ты собиралась выйти, когда я открыл дверь, — грубо указал он.

— И? Очевидно, это потому, что я не собираюсь оставаться здесь навсегда. Я голодная. Ты ушел почти три часа назад.

— Когда я отдаю приказ, я ожидаю, что он будет выполнен.

Его голос был глубоким рычанием, как будто он привык отдавать приказы и ожидал, что им будут подчиняться без вопросов. В нем были гордое высокомерие и уверенность, которые мне не нравились, но которые я не могла игнорировать. Несмотря на то, что он был раздражающим, я нашла рычащий звук сексуальным, когда он грохотал в его груди.

— Я не выполняю твои приказы. И в любом случае, я не останусь здесь надолго.

Особой реакции на мои слова не последовало, за исключением того, что он сжал челюсти и напряженность, которая, казалось, легла на его плечи. Он оттолкнулся от двери и медленно шагнул вперед. Движение было намеренно пугающим, но я не двигалась. Твердо стоя на своем, я посмотрела в его ледяные голубые глаза, бросая ему вызов заставить меня сделать чертову вещь.

— Нам нужно поговорить, — наконец ответил он. — И ты никуда не уйдешь, пока я не разрешу.

Сопротивляясь желанию закатить глаза, я выдохнула и села на край кровати.

— Ну, продолжай. — Я тоже могу выяснить, чего он хотел. Этот разговор был не более чем соревнованием, и он обязательно победит. Я могла бы также побаловать его раздутое эго достаточно долго, чтобы выяснить, что происходит.

— Где Триш? — Он казался довольным тем фактом, что я не пыталась спорить, но его вопрос застал меня врасплох.

— А?

— Триша. Блондинка-бармен, которая работает в «Асфальте». Где она?

— Может Дома? — Я пожала плечами. — Откуда, черт возьми, я должна знать?

— Нет, — медленно ответил он. — Там ее нет.

Черт. Что она сделала? И почему, черт возьми, Королевские ублюдки заинтересовались Триш? Ее отношения с президентом Гримом не закончились хорошо. Насколько я знала, с тех пор не было никаких контактов.

— Послушай, я не ее нянька, ладно?

— Когда ты в последний раз разговаривала с ней?

— За пределами бара, около девяти вечера. Она сказала, что идет домой.

Байкер нахмурился.

— Ты уверена, что видела ее именно в это время?

— Да, — раздраженно ответила я. — Это был мой перерыв.

Этот парень был бы чертовски горяч, если бы не был таким требовательным. Его пронзительные глаза были потрясающе красивы, не говоря уже о точеной линии его челюсти и бороде, которая была достаточно длинной, чтобы щекотать внутреннюю сторону моих бедер. Его темные волосы спадали на правый глаз, густые и прямые, но не слишком длинные, ровно настолько, чтобы придать ему чувственный и опасный оттенок.

— Как долго ты работаешь в «Асфальте»?

— Уже почти год. — Я не понимала, почему это было важно для него. — Это имеет какое-то значение? — Я встала, вытирая руки о свои черные штаны для йоги. — Могу я поговорить с твоим президентом? Он знал мою сестру.

Рычание вырвалось из губ байкера, когда он рванулся вперед, прижимая нас обоих к стене своей спальни.

— Почему тебе нужно поговорить с моим президентом?

Черт возьми. Этот парень был психом. И у него был дибильный характер.

— Послушай, — я сглотнула, осознав, что все еще не знаю его имени. — Я просто хочу спросить, могу ли я потусоваться здесь, пока не смогу связаться со своей подругой, чтобы она забрала меня. Мне нужна еда и место, чтобы залечь на дно на несколько дней. Я не могу вернуться в «Асфальт» после того, что случилось.

Помнишь мертвых гребаных байкеров, мудак?

Он моргнул, продолжая крепко сжимать мои запястья, когда они прижимались к холодной стене.

— Почему? — Спросил он, его голос был низким и напряженным. — Почему сейчас?

Я не поняла, что он имеет в виду.

— Мне страшно, — призналась я. Скорпионы уже убили мою сестру и угрожали Триш. Если бы они знали, что я жива, они бы тоже убили меня. Я ни за что не собираюсь возвращаться в «Асфальт». Мне нужно было найти Тришу и уехать как можно дальше от Тонопа, штат Невада.

— Ты не должна быть здесь, — пробормотал он, опустив голову, пока наши взгляды не встретились. — Ты выглядишь точно так же, как она, пахнешь точно так же, как она. Черт возьми, ты ее чертов призрак.

Моя сестра?

— Я не…

Мое предложение так и не было закончено. Теплые губы отрезали мои слова, когда они обрушились на меня, доминируя и владея моей капитуляцией, когда он злобно украл мое сопротивление. Тепло разлилось по моему сердцу в тот же момент, когда яркие вспышки света, казалось, взорвались перед моими глазами. Это было чертовски банально, но этот мужчина мог поцелуем заставить меня подчиниться, даже не пытаясь. За всю мою жизнь я никогда не была так основательно опустошена, когда наши языки переплелись, и низкий стон вырвался из моего горла.

Я забыла, что не знала этого человека. Он был незнакомцем, и его мотивы были неизвестны. По глупости, я полностью растаяла в его объятиях, вцепившись в выпуклые мышцы его предплечий, пока не раздался короткий стук, и он прервал поцелуй приглушенным проклятием.

— Мистер Уитмен? Боди?

Широко раскрыв глаза, я оттолкнула мужчину, который смотрел на меня со смесью удивления и раскаяния, гнева и разочарования. Прежде всего, было чувство вины, которое я не понимала до этого самого момента.

— Тебя зовут Боди?

Он кивнул, подтверждая худшее, что он мог бы признать. Грех настолько глубокий, что я не могла скрыть опустошение, которое посеяло хаос в моем мозгу.

Боди Уитмен. Человек, который украл моего близнеца. Байкер, в которого влюбилась Сурая. Причина, по которой моя сестра была мертва.

Глава 7 — Боди

Черт! Я понятия не имел, что заставило меня поцеловать Сашу.

Это был не более чем глупый порыв. Чертова ошибка.

Когда я вошел в свою спальню после церкви, я был одержим желанием узнать все, что мог, от Саши Пратт о Трише, Асфальте, Скорпионах и нападении на бар после того, как я приехал. Все мои благие намерения вылетели за чертову дверь в тот момент, когда я уловил дуновение ее запаха, того же шампуня, которым пользовалась Сурая, который все еще хранился в моей ванной, и намека на корицу, который задержался в воздухе.

Хуже того, все, что я видел, была женщина, которую я любил и потерял, ее соблазнительное, сексуальное тело в тех же черных леггинсах и футболках, которые любила носить моя Сурая. Потребность провести руками по каждому квадратному дюйму ее кожи доминировала в моем мозгу наряду с интуитивным и сильным желанием, которое смешивалось с забытой похотью. Мой мозг не видел Сашу. Все, что я знал, была моя собственная реакция. Мой член затвердел почти до состояния стали и прижался к моим джинсам, пульсируя от потребности освободиться. Я должен был попробовать эту женщину, должен был держать ее в своих объятиях, должен был чувствовать ее теплое тело и мягкие изгибы, поскольку воспоминания превзошли любую способность остановиться или пересмотреть мою импульсивность.

Этот поцелуй…

Я не был любителем роз и солнечного света. И точно не был романтиком. Черт, я жестко трахался и кончал, когда хотел, и мне было насрать, в какую дырку я трахал женщину, пока я не встретил Сураю Пратт. Ошеломленный ее красотой и сообразительностью, я так быстро влюбился в эту сексуальную богиню, что у меня чуть не случился удар хлыстом. Ее смерть потрясла мой гребаный мир. С тех пор я не был прежним, и теперь я столкнулась с идентичной сестрой близнецом, о которой я никогда не знал, которая разрывала меня на части, просто будучи живой и дыша.

Я не должен был этого делать. Это была чертова ошибка, привести Сашу в Перекресток. Все мое тело было напряжено, когда я боролся с желанием снова прижать ее к себе.

— Ты Боди Уитмен?

Сжав челюсти в смирении, я встретил ее обвиняющий взгляд, зная, что я еще не раскрыл, кем я был нарочно. Часть меня хотела избежать опустошения, которое было так очевидно на ее лице, когда мы смотрели друг на друга, и я знал, что это неизбежно.

— Да.

— Ты встречался с моей сестрой, — прошептала она. — Ты был ее парнем. Она сказала мне твое имя.

Ну, по крайней мере, один из нас знал о другом.

— Верно.

Короткая вспышка гнева и отвращения пересекла ее красивое лицо.

— Ты причина, по которой она мертва. — Слова были произнесены шепотом с таким угрожающим спокойствием, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы уловить ее смысл.

— Какого хрена? Я не убивал Сураю.

— Нет, но с таким же успехом ты мог бы сам всадить в нее пулю. Ее связь с Королевскими ублюдками положила конец ее жизни.

Сразу разозлившись, я оттолкнул Сашу, прежде чем я сделал что-нибудь глупое, когда в мою дверь постучали еще раз.

— Что надо? — Зарычал я, приоткрыв дверь на несколько дюймов. Я посмотрел на одного из Перспектив. Парень был высоким и долговязым, с копной каштановых волос на голове и слегка прихрамывал на правую ногу. Обычно он держался особняком, если мы не давали ему приказ, за что он получил прозвище Тень.

Перспектива слегка подпрыгнул и тяжело сглотнул.

— Мистер Лэнфорд сказал, что я должен сказать вам, что он ждет в часовне, и он становится нетерпеливым.

Фыркнув, я подавил желание выдавить улыбку. Мистер Лэнфорд. Грим оторвал бы Тени задницу, если бы услышал, как тот говорит это вслух. Нашему президенту не нравилось, когда к нему обращались по фамилии. Мне тоже.

— Скажи Гриму, что я буду там через пять минут. — Не дожидаясь ответа, я закрыл дверь и развернулся, сразу вспомнив о своем нынешнем затруднительном положении.

— Возьми меня с собой.

Подняв бровь, я чуть не рассмеялся. Привести ее в часовню? Ни хрена себе.

— Этого не случится, милая.

— Я хочу поговорить с Гримом.

Скривив губы в усмешке, я не мог остановить свою реакцию.

— Это не так, как это работает. Ты не выйдешь из этой комнаты, пока я не поговорю со своим президентом. Привыкай к этой мысли, потому что я чертовски серьезен.

— Ты мудак, Боди Уитмен.

Черт возьми, меня называли намного хуже.

— Это лучшее, что ты можешь сказать, дорогая?

— И убийца.

— Следи за своими обвинениями, — пророкотал я, сопротивляясь импульсу обхватить рукой ее длинные волосы и крепко прижать, прямо перед тем, как толкнуть ее на колени. Она была бы намного менее болтливой, если бы мой член был засунут в ее красивое, нежное горло.

— Я называю это так, как я это вижу, — самодовольно ответила она.

Сделав угрожающий шаг вперед, я был впечатлен, когда она стояла на своем и не двигалась.

— Тебе лучше следить за этим милым маленьким ротиком. Я знаю все виды неприятных вещей, которые можно вставить туда, если ты продолжишь меня бесить.

Это был не первый раз, когда я угрожал ей, и, вероятно, не будет последним. Видения того, как она задыхается и пускает слюни по всему моему члену, пронеслись в моем порочном мозгу. Вкратце, я задавался вопросом, она из тех девушек, которые выплевывают или глотают.

Черт. Теперь я буду ходить со стояком всю ночь.

Она вызывающе вздернула подбородок, но не сказала больше ни слова, мудро понимая, что слишком давить на меня не пойдет ей на пользу. Длинный сексуальный изгиб ее горла привлек мой взгляд, и я тяжело сглотнул при мысли о том, чтобы прижаться губами к ее шее и пососать ее кремовую кожу, оставив свой след на ее теле. Как ни странно, эта мысль не имела никакого отношения к Сурае. Саша была дикой, дерзкой малышкой, и я хотел приручить ее, поставить эту маленькую лисичку на колени и погрузить свой член глубоко в нее, чтобы она выкрикивала мое имя в знак покорности.

Я никогда в жизни так сильно не хотел трахать и бить женщину одновременно. Саша испытывала все мои возможности, и если она не будет осторожна, она обнаружит, что мой член глубоко погружен в ее киску, и мне будет все равно, если она все время будет сопротивляться. Что-то в том, как ее ноздри слегка расширились, а колени плотно сжались, сказало мне, что она была так же возбуждена, как и я. Не говоря уже о том, что я чувствовал запах ее маленькой жадной киски и ее желание быть заполненной.

Мой Жнец был невероятно одаренным. Он мало что пропустил, и его чувства были гипер опекающими. По умолчанию мне нравилось обладать теми же способностями. Не было такого дерьма, которое Саша могла бы скрыть от меня. Ее ускоренное сердцебиение доказывало, что она не говорила мне всей правды, и мысль о том, чтобы заставить слова сорваться с ее губ, заставила мой член так затвердеть, что я прорычал свои следующие слова, сжимая руки в кулаки.

— Оставайся в этой комнате, — предупредил я, направляясь к двери. — Не испытывай меня больше.

Когда я уходил и закрывал за собой дверь, я почти хотел, чтобы она попыталась, и тогда я смог бы найти изобретательный способ наказать ее, предпочтительно, когда мой член намокнет в процессе. Да, я был хладнокровным ублюдком, но, когда я чего-то хотел, меня было не остановить. Жнец, который скрывался под моими похотливыми и темными мыслями, пульсировал под моей кожей с потребностью, которая соответствовала моей собственной по свирепости.

Конечно, меня изначально привлекала Саша так, как она похожа на Сураи, но чем дольше я находился в ее присутствии, тем больше становилось ясно, что меня тянет к самой Саше. Вероятно, это пиздец. Я действительно искренне оплакивал Сураю, и ее смерть сильно ударила по мне. Я все еще пытался осмыслить все, что произошло, и присутствие Саши ничуть не облегчало ситуацию.

До того, как я украл этот поцелуй, все, о чем я думал и чего хотел, была Сурая. После этого все, на чем я мог сосредоточиться, была эта дерзкая брюнетка и то, насколько она отличалась от Сураи. Хотя их внешность была одинаковой, две женщины были противоположны по характеру. Заинтригованный, я хотел продолжать провоцировать Сашу, пока она не потеряет свою тщательно выстроенную стену самообладания. Возможно, часть меня хочет увидеть, так ли сильно сексуальное влечение, как кажется. Может быть, я хочу повод, чтобы снова сблизиться с ней. Возможно, мой член просто командует мной. Кто знает?

Войдя в часовню, я кивнул в сторону Грима, который нахмурился, когда я сел.

— Ну?

— Она определенно идентичный близнец Сураи. Саша говорит, что она не знает, где Триш, но я не знаю, говорит ли она правду. Мои инстинкты говорят, что она что-то скрывает, я в этом уверен.

— Ничто из этого не имеет смысла. Триш не выходила на связь с тех пор, как все это дерьмо произошло шесть месяцев назад. Почему сейчас?

— Я знаю, — согласился я, — но есть кое-что еще. Саша сказала, что разговаривала с Триш и видела, как она покидала «Асфальт» около девяти вечера, как это, блядь, возможно, если след Триш пропал?

Грим откинулся на спинку стула.

— Она, должно быть, прячется от меня. — Он стукнул кулаком по столу. — Она знает, что я присматриваю за ней. Я не держал это в секрете. Так что нет никакого гребаного смысла в том, что она исчезла.

— Может быть, она просто играет с тобой в игру, брат.

Грим встал так быстро, что его стул опрокинулся.

— Я так не думаю. Ничто из этого не является совпадением, включая Скорпионов, которые появились в «Асфальте» вскоре после твоего приезда. Кто-то что-то знает, и я держу пари, что у этого милого маленького кусочка задницы в твоей комнате есть множество собственных секретов.

Я не возражал.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Проницательный взгляд Грима остановился на моем собственном.

— Ты действительно думаешь, что Саша не договаривает что-то?

— Да, она знает больше, чем говорит. Триша и Саша работают вместе. Не может быть, чтобы она никогда не встречалась с Кислотой и его клубом. Не с тем дерьмом, которое произошло шесть месяцев назад. Даже если Саша не знает Кислоту, мы знаем, что Триш знает.

Напоминание не обрадовало моего президента.

— Прекрасно. — Глаза Грима сверкнули диким блеском. Я знал этот взгляд, и он означал неприятности. — Значит мы отправим ее в путешествие дьявола.

— Когда? — Спросил я, мое тело загудело от внезапного предвкушения. Это, безусловно, изменит ситуацию. Саша собирается выяснить, как именно глава Королевских ублюдков в Тонопе, штат Невада, получила свое прозвище.

— Сегодня вечером.

Глава 8 — Саша

— Следуй за мной.

Я лениво протопала за Боди в коридор, когда он сам двигался со всей скрытностью и грацией смертельно опасного хищника. Его развязность отвлекала, когда я зевнула и моргнула, прогоняя сон со своих глаз. Я сразу же почувствовала себя виноватой, так как не могла оторвать глаз от того, как его задница была идеально вылеплена в джинсах. Я проспала около восьми часов и поела, прежде чем он вернулся, настаивая на том, что мне нужно кое-что увидеть. Честно говоря, я была более чем немного насторожена.

Наш последний разговор был не окончен, и я была убеждена, что он был чем-то зол, но я не могла понять, что его беспокоило.

— Куда мы идем?

Он не ответил.

— Я полагаю, ты не собираешься говорить, почему оставил меня одну в своей комнате на весь день. — Он фыркнул, но ответа не последовало. — Мне было скучно. Знаешь, — язвительно заметила я. — У тебя в комоде припрятана куча интересных журналов. — Он сузил глаза, когда я пожала плечами. — Не волнуйся. Я не проверяла, были ли страницы липкими. — Вздрогнув, я без колебаний встретила его прямой взгляд, когда он внезапно остановился, глядя вниз своим ледяным голубым взглядом. — Забавно, я не думала, что тебе нравятся обнаженные подростки, но, эй, может быть, это круче, чем порно.

Низкое рычание вибрировало в его груди.

— Я собрала твой мусор. Там было по крайней мере полдюжины использованных презервативов, и они были вонючими. — Я не уточнила тот факт, что один из его братьев по клубу, Патриот, зашел в комнату и извинился за то, что оставил свое дерьмо, когда забрал мусор. По-видимому, Боди не был там или не пользовался комнатой месяцами. Кроме Грима, запасной ключ был только у Патриота и Лаки. Мне было противно от того, что я нашла, но поскольку я знала, что ни одна из этих вещей не принадлежала Боди, я должна была подколоть его. Дерьмо. Мужчина был сварливее, чем Скрудж, и это было почти Рождество.

— Я не читаю журналы, — наконец выплюнул он сквозь стиснутые зубы.

Прикусив губу, чтобы удержаться от смеха, я невинно моргнула, глядя на него.

— Я и не думала и тем более не говорила о том, что ты их читаешь. — Усмехнулась я.

— Чертов ад, — выругался он, разворачиваясь на каблуках и топая к черному ходу Перекрестка, куда мы вошли прошлой ночью.

Поскольку я знала путь, я не торопилась, останавливаясь, чтобы подмигнуть Патриоту на выходе. Он кивнул головой в мою сторону, посмеиваясь, когда понял, что я сделала. Боди просунул голову в дверь и уловил наш немой разговор, рыча на Патриота, прежде чем схватить меня за руку и практически потащить к своему байку.

— Хватит игр, Саша Пратт.

Подняв подбородок, я проигнорировала его, когда он осторожно надел шлем мне на голову и оседлал мотоцикл, немного прибавив газу, прежде чем я забралась за ним. Прошло несколько минут, прежде чем я поняла, что мы не одни. Каждый член Королевских бастардов, должно быть, присутствовал. Десятки мотоциклов прогрохотали рядом с нашими, прежде чем мы начали покидать стоянку. Сегодня вечером ветер был не таким резким и шокирующе холодным, и отсутствие осадков помогало.

Не в силах сопротивляться, я крепче обняла Боди за талию, прислонилась головой к его спине, прижимаясь к его теплу. Мужчина, казалось, излучал тепло большую часть времени. Я не могла удержаться от улыбки, которая появилась на моем лице, когда я подумала о его реакции несколько минут назад. Это было бесценно. Поделом ему за то, что игнорировал меня весь день.

Поездка длилась дольше, чем я думала. Мы недолго оставались на шоссе, углубляясь в пустыню, когда байки образовали длинные ряды железных зверей, скачущих среди кактусов, перекати-поля и ночных существ. Луна была высоко над головой и ослепляла глаз своим слегка янтарным цветом, сочетающимся со сверкающей белизной звезд. Я счастливо вздохнула, временно забыв о своих собственных проблемах, когда они рассеялись среди забытых и редких облаков.

Некоторые вещи были настолько прекрасны, что стирали уродство мира на несколько мгновений украденного спокойствия. Всплыли воспоминания о моем детстве, и образ моей сестры, довольной и умиротворенной, заполнил мои мысли. Глядя на это идеальное черное небо, я пообещала себе, что всегда буду ловить момент. Я бы никогда не стала жить с сожалениями. Сурая так часто говорила, но я не слушала. Пока она не ушла и больше не могла напоминать мне об этом.

Сейчас я ничего не принимала как должное. Осталась только одна цель. Я должна была убедиться, что ее убийца пострадал, и пока я не нашла способ, мое пребывание в Неваде было незавершенным. Закрыв глаза, я загадала желание на падающую звезду, когда она пронеслась по хрустальному небу пустыни. Когда я открыла их, я обнаружила, что Боди наблюдает за мной с любопытством и неожиданной нежностью. Я не осознавала, что мы остановились.

— Есть кое-что, что я хочу тебе показать, — прошептал он, взяв меня за руку и поднимая с байка. — Вот, возьми мою кожу. Прямо сейчас мне это не понадобится. — Он накинул куртку мне на плечи, когда я плотнее обернула ее вокруг своего тела, вдыхая аромат, который представлял собой смесь лосьона после бритья, моторного масла и его уникального мужского запаха.

Сначала я не понимала, что делают байкеры. Они мчались на мотоциклах, в темноте ничего не имело смысла, пока что-то не пискнуло внутри куртки Боди, и я вытащила часы. Когда я посмотрела на них, время было ровно полночь. Я убрала их, наблюдая с интересом, но понятия не имея, чего ожидать. Гиканье и вопли наполнили воздух, когда мужчины на байках начали заводить двигатели и вращаться быстрее, их фары были единственным освещением, кроме застенчивой и далекой луны. В одну минуту фигуры мужчин и байки были совершенно нормальными, а в следующую…

Шины мотоциклов загорелись, взорвавшись малиновым и мандариновым пламенем, которое лизнуло бока мотоциклов и коснулось ног гонщиков. Открыв рот, я ахнула. Смех наполнил воздух маниакальным подтекстом, когда лица мужчин начали меняться и превращаться во что-то зловещее. В какой-то момент я смотрела на кучу обычных байкеров. Всего лишь мгновение спустя я была поражена, обнаружив лица демонических монстров верхом на их стальных зверях. Черепа с небольшим количеством плоти смотрели в ответ, глаза горели дикой потребностью, которую я не могла идентифицировать.

Отступив на несколько шагов, я с трудом сглотнула и попыталась замедлить судорожные вздохи, вырывающиеся из моей груди. Что, черт возьми, это было!? Знала ли моя сестра? Это причина, по которой она умерла? Были ли секреты, которые она узнала, слишком большими, чтобы она могла хранить?

В панике я споткнулась и упала назад, сильно приземлившись на задницу, когда Боди подъехал ко мне, беспокойство запечатлелось на этом костлявом лице.

— Ты в порядке? — Он протянул руку, и я заколебалась, не уверенная, доверяю ли я руке, которая была приложена к такому ужасному кошмару. — Саша? Это все еще я.

Глубокий голос Боди вызвал прилив успокаивающего спокойствия в моих рассеянных мыслях. Я нерешительно вложила свою руку в его, поднялась на ноги без особых усилий вообще. Опустив его руку, я немного испугалась, но и немного взволновалась.

— Ты такой… другой.

Он рассмеялся, звук, несомненно, жуткий, но также и тревожно сексуальный.

— Да. Это один из способов выразить это. — Склонив голову набок, он, казалось, о чем-то размышлял. — Ты боишься?

Желая быть храброй, я покачала головой, но все же выдавила писклявое “да”.

Я бы никогда не подумала, что скелет может ухмыляться, но Боди это удалось. Его высокие скулы были идеальным фоном для этих поразительных ледяных голубых глаз, которые навсегда запечатлелись в моей памяти, навсегда запечатлелись в моем мозгу, как будто я смогу когда-нибудь забыть, как они оба ласкали и владели мной одним взглядом.

Боди Уитмен был опасен, и дело было не только в том, что он когда-то принадлежал моей сестре или что он был намного больше, чем простой человек. Уверенный и сексуальный байкер был угрозой моему разбитому и беспомощному сердцу. Он достиг той части меня, которая, как я думала, была потеряна навсегда. Прикусив нижнюю губу, я отвернулась от его испытующего взгляда и наблюдала за другими байкерами, очарованная огнем, который струился по их колесам и мерцал в черной ночи. Начали падать снежинки шипя, ударяясь о мотоциклы, от гонщиков и их машин поднимался пар.

Контраст был прекрасен.

— Это поездка дьявола.

Боди стоял рядом со мной, его пристальный взгляд был сосредоточен на моем лице, читая каждое выражение с тщательностью, которой я не ожидала. Он больше не был тем пугающим монстром, которого я видела несколько минут назад.

— Теперь, когда ты увидела нас, мы никогда не позволим тебе уйти.

Широко раскрыв глаза, я начала протестовать.

— Что? Ты не можешь…

— Я шучу, — засмеялся он. — Даже если бы ты попыталась рассказать всему миру, кто мы такие, никто бы тебе не поверил. Мы можем контролировать тех, кто видит нашу истинную природу. Это довольно удобный трюк.

— Э-э, понятно.

— Ты ничего не собираешься спрашивать? Не любопытно?

Я громко сглотнула.

— Не прямо сейчас.

Он казался удивленным.

— Давай. Мы собираемся вернуться.

Я сняла с себя кожаную куртку и вернула ее, прежде чем он надел ее и застегнул молнию. Подойдя к мотоциклу, я была потрясена, не обнаружив никаких признаков пламени, охватившего нижнюю половину мотоцикла. Ни дыма. Никакой расплавленной резины. Никаких намеков на то, что это вообще было.

Может быть, у меня были галлюцинации всю ночь.

— Это было по-настоящему, — тихо произнес он, наклоняясь ближе. — Не сомневайся в этом ни на минуту.

Обратная дорога была тихой, поскольку я оставалась погруженной в свои мысли, ночные откровения и секреты, которые все еще оставались между мной и Боди. Хватит ли у меня смелости рассказать ему все, что он должен знать? Была ли я достаточно сильной, чтобы поделиться своим темным прошлым? Боди раскрыл мне свой самый большой секрет, что было для меня неожиданностью. Зачем беспокоиться? Мы только что встретились. У Королевских ублюдков была какая-то повестка дня?

Запах сигарет и травы встретил нас, когда мы зашли в Перекресток. Музыка пульсировала в моей груди, все больше байкеров заполнили комнату. Остальные возвращались, мы пересекли бар и вошли в тот же зал, что и раньше. Я пыталась игнорировать женщин, пристававших к членам клуба, многие из которых были практически без одежды, чтобы прикрывать свои тела.

Боди пробормотал что-то себе под нос и повел меня в свою комнату, ненадолго остановившись, чтобы открыть дверь, прежде чем он развернулся, его взгляд был таким пристальным, что я знала, что мне никогда не избежать того, что он планировал.

Как ни странно, мой желудок затрепетал от волнения, когда я заметила тик в его челюсти. Он закрыл дверь с громким щелчком, на его лбу появилась решительная складка.

Я больше не могу скрывать правду.

Глава 9 — Боди

Дверь захлопнулась за нами, я зашел с волнением.

— В чем дело, Боди?

Услышав, как мое имя слетает с этих милых, пухлых губ, мое внезапно испортившееся настроение не улучшилось.

— Хватит лжи и полуправды, Саша. Мне нужно знать все. Сейчас.

Она расправила плечи, услышав мой резкий тон, который не сделал ничего, кроме того, что выставил ее сочные сиськи на всеобщее обозрение, привлекая мой взгляд к сладкой расщелине между ними, и я не мог удержаться от того, чтобы представить, как мой член скользит между их дерзкими, мягкими, как подушка, вершинами. Вкратце, я подумал, как бы она выглядела с жемчужным ожерельем, сияющим вокруг этой красивой, нежной шеи.

Черт.

Моя голова была не в том месте прямо сейчас.

Саша посмотрела на меня, ее замешательство было очевидным. Черт возьми, она была чертовски красива. Раскрасневшиеся щеки и приоткрытые губы обнажили ее идеальные маленькие зубы. Ее темные густые волосы были в диком беспорядке после поездки, и мои пальцы подергивались от желания запутаться в тяжелых прядях. Я быстро отвернулся, пока не сделал что-нибудь глупое, например, раздавил ее маленький упрямый рот своим собственным. Мне нужно было держаться на расстоянии от этой женщины. От нее были одни неприятности.

— Я теряю терпение, Саша.

Я продолжал произносить ее имя специально, чтобы напомнить себе, что это была не та женщина, которую я знал или о которой заботился. У меня не было прошлого с ней. Я ее не трахал. Я не любил ее. Черт возьми, я ничего не знал об этой дерзкой маленькой лисичке, кроме того, что она была чертовски горячей и упрямой, сочетание, которое заставляло мой член так часто подергиваться в штанах, что у меня позже появлялась дорожная сыпь от грубого материала моих джинсов.

Подавив стон, я проигнорировал то, как ее глаза следили за моими движениями, отслеживая меня с подозрением и беспокойством.

— Ты же не хочешь меня разозлить.

— Больше, чем ты уже есть сейчас? — Ее губы слегка скривились, как будто вся ситуация была забавной, что не имело смысла, учитывая, что она только что увидела, как весь наш клуб может превратиться в смертоносных монстров. Как ни странно, моему жнецу понравилась ее реакция. Саша была бесстрашной.

Это был гребаный афродизиак.

— Ты сумасшедшая? — Я начал задаваться вопросом, была ли она такой.

— Почему? Потому что я не волнуюсь о том, кто ты? — Она пожала плечами. — Я видела много монстров в своей жизни, Боди. Им не нужно менять внешность, чтобы быть такими, какие они есть.

Черт. Я не хотел думать о том, что кто-то беспокоит или расстраивает Сашу. Она не произносила этих слов, но молодые девушки не называют других мужчин монстрами, если они не были ими сильно ранены.

— Некоторые монстры не носят масок.

Теперь она была у меня, даже если мне не нравилось то, что она признавала. Саша, должно быть, говорила о Скорпионах. У меня не было никаких сомнений в том, что у нее было какое-то взаимодействие с ними. Может быть, именно поэтому она осталась и работала в «Асфальте». Это имело смысл. Как и тот факт, что Сурая когда-то работала в этом проклятом баре с Триш. Черт возьми, именно так мы с Гримом познакомились с ними обоими в прошлом году.

— Расскажи мне об этих монстрах, — попросил я. — Потому что мы оба знаем, что Скорпионы единственная реальная угроза для тебя прямо сейчас.

Она вздрогнула, язык ее тела подтвердил, когда она поджала губы.

— Откуда я знаю, что могу доверять тебе? Моя сестра умерла, и ты должен был защитить ее, — обвинила она. — Я не могу рисковать, иначе буду следующей.

Это был обоснованный вопрос, даже если я ненавидел его.

— Смерть Сураи не была моей виной. Меня там не было, потому что я был на пробежке. Она ушла из этого клуба, чтобы встретиться с подругой. Я не мог контролировать события, которые произошли в тот день. — Проглотив комок в горле, я перестал ходить и посмотрела на Сашу. — Ты можешь обвинять меня сколько угодно, но правда в том, что Кислота и Скорпионы ответственны за то, что случилось с твоей сестрой. Мне посчастливилось прийти и найти ее мертвое тело на земле у ног Кислоты. — Мой гнев усилился вместе с воспоминаниями, и я стоял в футе от нее, глядя вниз с яростью и болью, которые я едва мог контролировать. Мой Жнец был взволнован. Мне приходилось бороться, чтобы держать себя под контролем. — Мне пришлось увидеть женщину, которую я люблю, лежащей на земле в луже ее собственной крови.

Слезы наполнили глаза Саши и потекли по ее щекам, но я был слишком далеко, чтобы подвергать цензуре свои слова.

— С того момента я поклялся отомстить, и я найду Кислоту. Я буду мучить его до самого последнего вздоха, а затем я украду его душу, чтобы она была навсегда потеряна. У него никогда не будет мира. Ни одной гребаной секунды, как только я смогу добиться справедливости. Кислота заплатит, — пообещал я с рычанием, потрясенный, когда Саша рванулась вперед и обвила руками мою талию.

— Боди, — она икнула, — я не знала. Клянусь, я не знала.

Мои руки ненадолго обняли ее, но я не позволил этому контакту продолжаться долго.

— Это не имеет значения. — В моем голосе звучала горечь, и я не мог скрыть тот факт, что моя жажда мести разгорелась еще сильнее, чем раньше. — Все, что сейчас имеет значение, это то, что я найду Кислоту и закончу то, что он начал.

Саша вздохнула, ее дыхание стало прерывистым.

— Это не только Кислота. Чувак и Зук тоже проблема.

— Расскажи об этом.

— Я думаю, они убили мою сестру, потому что думали, что она это я. — Ее голос был таким тихим, что я почти пропустил ее слова.

— Почему они думают, что ты Сурая?

— Никто из Скорпионов никогда не видел мою сестру и меня вместе. Она не часто приходила в «Асфальт», когда меня наняли, и я только намного позже узнала, что она знала Триш так же хорошо, как и я.

— Это не ответ.

— Послушай, я недолго встречался с Зуком. Я не горжусь этим фактом, но сначала я не знала, кто такие Скорпионы. Я просто думала, что он какой-то горячий парень-байкер. Триш не предупредила меня, пока не стало слишком поздно.

Сопротивляясь желанию зарычать от откровения, я расправил плечи.

— Что, черт возьми, это значит?

— Кислота и Чувак ждали Зука, когда мы пришли в их клуб однажды ночью. Это был первый раз, когда Зук привел меня. Я не знала этого, но меня подставили. Зук планировал разделить меня с Кислотой и Чуваком. Они, — она сглотнула, ее щеки вспыхнули, — искали…

— Захотели свежей киски, — закончил я, мои руки сжались в кулаки по бокам. Было нетрудно понять, что она имела в виду. — Они пытались тебя изнасиловать?

Она кивнула, проведя ладонями по джинсам.

— Я думала, что они собирались убить меня.

— Они прикасались к тебе? — Слова сорвались с моих губ, едва ли больше, чем рычание. Не было оправдания такому обращению с женщиной. Конечно, я трахался без чувств или привязанности в прошлом, но это было взаимно. Я бы никогда не стал принуждать женщину. Это было отвратительно.

Еще одна причина ненавидеть этот кусок дерьма и его клуб.

— Почти. Меня затолкали в комнату с запертой дверью и кроватью. Они втроем загнали меня в угол. Я не могу объяснить, откуда взялись силы, чтобы дать отпор. Может быть, — она запнулась, — может быть, я знала, что умру. Я не знаю. — Дрожащие пальцы поднялись, чтобы заправить выбившуюся прядь волос за ухо. — Триш подарила мне маленький перочинный нож. Зук не обыскал меня, иначе он бы нашел его.

Я терпеливо ждал, пока она закончит, но мне потребовалась каждая унция силы воли, которой я обладал, чтобы не выпустить своего Жнеца и не искать Кислоту прямо в эту минуту.

— Мне удалось достать нож и использовать его против них троих. Это как в тумане, — призналась она, когда я опустился рядом с ней на матрас. — Я сражалась как черт, Боди. — Она подняла свой взгляд на меня, и печаль и страх были такими яркими, что я потянулся к ее руке и сжал ее. — Я сражалась как одержимая женщина. Я не знаю, как… но мне удалось ударить Зука в плечо, и я порезала руку Чуваку. — Она тяжело сглотнула, ее голос слегка дрогнул, когда она продолжила. — Я нанесла наибольший ущерб Кислоте. Нож скользнул по левой стороне его лица и глубоко врезался. Было так много крови. Кажется, я также порезала ему левый глаз. Я не могу вспомнить.

Притянув ее в свои объятия, я почувствовал, как на меня нахлынуло чувство спокойствия. Кислота, Чувак и Зук были ходячими мертвецами. Это был только вопрос времени. Обратный отсчет начался, и я хотел убедиться, что Грим все узнает, как только я покину эту комнату.

— Саша, мне так жаль, что это случилось с тобой.

Она начала плакать, ее плечи затряслись, когда я усилил хватку, не зная, что делать. В итоге я неловко погладил ее по спине, но она, похоже, этого не заметила.

— Как ты сбежала?

— Я продолжала использовать этот нож, пока не оказалась рядом с дверью, а затем я убежала. Я слышала выстрелы, которые они произвели, но ни одна из пуль так и не достигла цели. Это безумие. — Прошептала она. — Я не должна была выжить.

— Но ты выжила, — указал я, откидываясь назад, чтобы посмотреть ей в глаза. — Ты была очень храброй.

Саша покачала головой.

— Это не имеет значения, — грустно ответила она. — Потому что Сурая пришла в «Асфальт» в мой выходной всего несколько дней спустя. Она зашла навестить Триш и проведать меня. Триш была там. Она рассказала мне, как Скорпионы ворвались в бар, нацелили свои пистолеты и как все трое хладнокровно застрелили мою сестру. Они убили ее, потому что думали, что она это я. — Ее голос сорвался, и она закрыла лицо руками. — Я ненавижу, что это была не я, это моя вина. — Ее голова поднялась, черные линии побежали по ее лицу, когда макияж, который она носила, размазался. — Я также обвиняла и ненавидела тебя, — призналась она. — Ты должен был оберегать ее. Это была твоя работа, чтобы удержать ее рядом с Королевскими ублюдками. Она не должна была приходить в «Асфальт». Я думала, что она была далека от Кислоты и Скорпионов. Мне никогда не приходило в голову, что она появится в баре снова.

Я знал, что она чувствовала вину, потому что я тоже это чувствовал.

— Я не осуждаю тебя за то, что ты так себя чувствуешь. Я чувствую ответственность за смерть Сураи каждый божий день в течение последних шести месяцев. Я был всего в пятнадцати минутах езды, когда мне позвонили. Слишком поздно что-либо делать, кроме как увидеть широкую ухмылку Кислоты, когда он увидел, что я прибыл.

Саша нахмурилась.

— Это не имеет смысла, Боди.

— Что ты имеешь в виду?

— Кислота знал, что я встречаюсь с Зуком. Он не знал о тебе и Сурае. По крайней мере, я так не думаю.

— Ты когда-нибудь говорила Зуку, что у тебя есть сестра-близнец?

— Нет, — твердо ответила она. — Это никогда не всплывало.

— Тогда ты права. Это не сходится. — Я поднялся на ноги, снова в волнении расхаживая. — Кислота убил Сураю, потому что он верил, что это ты. Но если он вдруг знал о тебе и твоем близнеце, тогда имеет смысл, что Кислота ждал моего приезда. Он бы знал, как смерть Сураи причинит мне боль.

— С какой целью?

— Чтобы начать войну, — прорычал я, хрустнув шеей и отведя плечи назад. — Его действия причинили боль нескольким людям в тот день, и я уверен, что именно это и было задумано Кислотой.

Я не упомянул тот факт, что Кислота, очевидно, мешал нашим поставкам и братьям Денали. Скорпионы, вероятно, собирались вскоре напакостить с нашей партией метамфетамина, и это вызвало бы серьезные проблемы с картелем Герреро.

Саша вздохнула.

— Я все еще этого не понимаю.

— Может быть, Кислота вообще никогда не знал о тебе, — размышлял я вслух, — может быть, он знал, что я встречаюсь с Сураей, и, может быть, он думал, что она изменяет мне на стороне с Зуком. Не так уж и неправдоподобно если подумать, поэтому они планировали изнасиловать и убить Сураю в тот день, когда напали на тебя. Они не ожидали, что ты будешь сопротивляться, и они не учли тот факт, что вы на самом деле близнецы. Все это взорвалось в лицо Кислоты, но он все равно использовал это в своих интересах.

— Но я всегда называла себя Сашей.

— И твоя сестра прошла мимо скажем, и он просто не придал значение имени. Возможно, он не соединил точки, что вы были двумя разными людьми.

— Я не знаю, но я не видела Скорпионов в «Асфальте» с того дня, как умерла Сурая, — призналась она. — Не до той ночи, когда ты появился. Я ошибочно думала, что они не вернутся на место преступления.

— Придурки, — выругался я. — Это не совпадение. Бьюсь об заклад, Кислота планировал убить меня и разозлить Грима, что привело к эскалации войны между нами и Скорпионами.

— Зачем так долго ждать? Прошло шесть месяцев.

— Я не знаю. Может быть, он вербовал, планировал. Кто знает?

Саша поднялась на ноги.

— Я беспокоюсь о Триш.

— Почему? — Я знал, что она рано или поздно упомянет Тришу.

— Она ушла той ночью с сумкой для побега. С тех пор я ничего от нее не слышала и не могу дозвониться до нее по мобильному. Она мне не перезвонила. Я не знаю, в опасности она или нет.

Черт. Гриму это не понравится.

— Ты знаешь, я должен рассказать обо всем этом своему президенту.

— Я знаю. — Саша вытерла под глазами и вздохнула. — Я расскажу ему все, что знаю.

Кивнув, я подошел к двери и открыл ее.

— Пошли. Грим захочет услышать все это от тебя.

Большая часть нашего разговора была только предположением, но было ясно, что Кислота и Скорпионы планировали сильно ударить по Королевским бастардам. Это было неприемлемо. Никто не трахается с нашим клубом.

Глава 10 — Боди

— Начинаем заседание. Грим опустил молоток и выпрямился, кивнув головой в мою сторону. — Давай, Боди.

— Кажется, Кислота со Скорпионами не бездействовали с тех пор, как, то дерьмо произошло в «Асфальте» шесть месяцев назад. — Я привлек пристальное внимание братьев в тот момент, как заговорил. — Я подозревал, что он послал проверить нашего ведущего по пути наркотиков, но теперь у меня есть доказательства. Кислота, Чувак и Зук похитили Сашу и планировали изнасиловать и убить ее, оставив ее тело для меня, чтобы я мог найти ее. Я уверен, что они собирались появиться здесь, в Перекрестке, но Саша отбилась от них и сбежала. Они думали, что Сурая и Саша одна и та же девушка. Я не думаю, что Кислота знал, что они идентичные близнецы, по крайней мере, не сразу.

На лицах моих братьев за столом появились ошеломленные выражения.

— Это блядь личное, — продолжил я. — Кислота уже давно доставал меня. Я считаю, что он планировал это в течение нескольких месяцев, чтобы начать войну между нами и Скорпионами. Он, должно быть, видел меня с Сураей. Может быть, он хотел ее, может быть, он просто хотел трахнуть мне мозг. Я не знаю, и сейчас это не имеет значения.

— Это чертовски важно, брат

Я встретил жесткий взгляд Патриота.

— Это всегда имеет значение. Такое неуважение не остается безнаказанным.

Я кивнул, благодарный за то, что мои братья всегда прикрывают мою спину. Верность была частью нашего кодекса, и каждый из нас следовал ему без сожаления или колебаний. Клуб был нашей жизнью. Все мы семья.

Ничто не могло встать между клубом и его членами, никогда.

— Кислота наносил удар по нашим поставкам, время от времени нападая в течение последних нескольких недель. Мы с Раэлем нашли кучу фальшивых счетов. Отправка этого гребаного груза с наркотой была последней каплей. — Мамонт выглядел готовым плеваться гвоздями, от того, как он был зол. — Это должно закончиться. Нам нужно ответить. Сейчас.

— Согласен. — Раэль кивнул в сторону Грима. — Мы не позволим спустить это с рук, президент.

Грим кивнул.

— Королевские ублюдки не примут никакого дерьма от Скорпионов. Мне позвонили несколько наших братьев из других глав. Кислота не единственная причина неприятностей.

— Он хочет войны, — низко прорычал Ганнибал, — тогда он ее получит.

Рейт затянулся сигарой, выпустив кольцо дыма.

— Грузоперевозки Денали… похоже там, не хватает некоторых наших товаров. Из измененных счетов-фактур я могу ясно видеть, где они снимали прибыль. — Его губы скривились в усмешке. — Я хочу взять Раэля и навестить братьев Денали. Узнайть, в чем заключается их преданность.

— Дерзай, — ответил Грим. — Заставь их говорить.

Медленная, широкая улыбка обнажила золотые колпачки на зубах Рейта, пара других, клыки, были заострены.

— Уже планирую это.

— Саша была в клубе Скорпионов. Она немного ориентируется там. — Сообщил я. — Я собираюсь получить настолько точное описание, насколько смогу. Это может оказаться полезным позже.

Грим нахмурился.

— Ты не можешь оставаться изгоем, Боди.

— Даже не мечтал об этом, — сразу ответил я. Я бы подумал о том, чтобы взять кого-нибудь с собой, но Гриму не нужно было знать это прямо сейчас. — Саша никогда не будет в безопасности, пока Кислота, Чувак и Зук остаются безнаказанными. И я должен отомстить за то, что они сделали с моей старушкой. Эти засранцы не имеют права нападать на наших женщин и наш клуб. Я этого не потерплю.

За столом раздалось несколько кивков.

— Я понимаю тебя, Боди. — Грим откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Но ты не единственный, у кого есть топор за пазухой, чтобы бороться с Кислотой и Скорпионами.

Да, у Грима тоже были свои причины. В основном они вращались вокруг некой блондинки по имени Триша.

— Я знаю.

— Мы сделаем свой ход, когда будем готовы, Боди, — добавил Раэль, — и знай, что я прикрою тебя, как только начнется дерьмо.

— Мы все это сделаем, — добавил Ганнибал. — Мне нужно трахнуться и выпить, прежде чем все это пойдет насмарку. Ты готов отпустить нас, президент?

Грим усмехнулся.

— Заседание окончено. Намочи свой член или что еще, блядь, тебе нужно сделать. Завтра мы нанесем серьезный удар по братьям Денали и убедимся, что другие наши связи безопасны.

Большинство парней покинули комнату, а я остался сидеть. Мамонт и Раэль тоже не двигались.

— Как это влияет на южный трубопровод? — Раэль казался взволнованным. — Нам не нужно больше дерьма с картелем Герреро. Салазар ясно дал понять, что ожидает, что все пройдет гладко. Им не нужен дополнительный нагрев.

Южный трубопровод проходил до нашего национального отделения в Новом Орлеане. Мы переместили много продуктов таким образом. Сложности стоят денег. Нам не нужны были такого рода проблемы.

— Я хорошо осведомлен, — ответил Грим, закуривая. — Салазар поддерживал связь. У нас все хорошо. Даже учитывая недавние события, мы выполнили свою часть сделки с поставками и запусками. Салазар знает, что мы хороши для этого.

— А если наша транспортировка окажется под угрозой?

Грим успокоил Раэля с жесткой, холодной улыбкой.

— Потом мы с этим разберемся.

Мамонт фыркнул.

— Успокой свои сиськи, Раэль. Не нужно волноваться, пока не будет о чем волноваться.

Раэль выругался, качая головой.

— Это моя работа, черт возьми, беспокоиться.

Грим положил руку на плечо Раэля.

— Ты силовик, поэтому я и могу рассчитывать на тебя, брат. Я не отвергаю твои опасения, но пока все в порядке. Расслабься. Иди найди укромную норку, чтобы зарыться в нее на ночь.

— Черт. — Раэль провел рукой по своей гладко выбритой голове. — Я думаю, ты прав.

Мы смотрели, как он уходит, когда Мамонт слегка рассмеялся.

— Этот парень сплошные стальные яйца. Ему нужно время от времени расслабляться.

— Будь начеку, — приказал Грим, — мне нужно, чтобы мой силовик был на высоте.

— Всегда, — ответил Мамонт. — Вот почему я отношусь к своей позиции так же серьезно. — С небольшим приветствием Вице-президент оставил меня наедине с Гримом.

— Я беспокоюсь о Триш. Пытался позвонить и написать ей с одноразового мобильного. Ничего. Ты уверен, что Саша от нее ничего не слышала?

— Да, она тоже волнуется. Сказала мне то же самое. Как только я что-то узнаю, ты узнаешь первым, — пообещал я.

Грим докурил сигарету и раздавил окурок в ладони.

— Я собираюсь прокатиться. Мне нужно очистить голову.

— Хочешь, я с тобой?

— Нет, я возьму Патриота. В последнее время он был немного на взводе.

— Хорошо.

Выйдя из часовни, я направился к бару, желая выпить чего-нибудь покрепче. Одна из маленьких клубных печенюшек подтолкнула ко мне стакан Джонни, и я кивнул в ее сторону с благодарностью, счастливый, что я дома. Я едва закончил, когда звук мягкого женского смеха привлек мое внимание. Отведя взгляд от бара, я обнаружил Сашу в окружении Раэля, Ксенона и Рейта. Что-то, что она говорила, заставляло их всех улыбаться, каждый из них открыто восхищался ею с голодными, хищными выражениями, чем выводили меня из себя.

Оттолкнувшись от бара, я протопал к Саше, она посмотрела в мою сторону. Ее глаза расширились, а затем вспыхнули изумрудным огнем, блуждая по моему телу с головы до ног в очевидной оценке. Я специально протолкнулся через своих братьев, притянув ее к себе на колени, когда сел на кожаный диван.

— Скучаешь по мне, дорогая?

Рейт ухмыльнулся. Раэль покачал головой. Ксенон просто так чертовски широко улыбнулся, что я собирался позже вернуть его в детство. Все они точно знали, что я делаю. Я не осознавал, что это было моим намерением до этого момента, но я делал ставку на Сашу Пратт, и мои братья знали это.

— Как думаешь, чего мне не хватало? — Подразнила она, облизывая нижнюю губу, когда наши глаза встретились.

Моя рука скользнула вверх по обнаженной коже ее руки, коснулась ее лопатки, а затем медленно вверх по шее, прежде чем я схватил ее за затылок, крепко удерживая ее на месте, когда я наклонился вперед.

— Моих губ, — хрипло прошептал я, прямо перед тем, как наклонился и захватить ее рот в обжигающем поцелуе. На вкус она была сладкая и пряная, и я провел языком по ее рту, желая большего. Этот привкус корицы заплясал на моих вкусовых рецепторах, когда моя тяга к большему усилилась.

Низкий стон вырвался из ее губ, когда я слегка отстранился, моя пустая рука наполнилась сочной плотью ее задницы.

— Боди. — Мое имя слетело с этих пухлых губ, распухших от моих поцелуев, как будто она стонала его тысячу раз. Так идеально. Она так полна похоти, желания и потребности.

Мгновенно возбудившись, я натянул ширинку своих джинсов, вращая бедрами, вдавливая свою эрекцию в ее бедро.

— Я нужен тебе, маленькая лисичка? — Моя рука скользнула по ее талии, где я сжал ее достаточно сильно, чтобы показать свой интерес, и притянул ее ближе, пока эти мягкие, сочные сиськи не прижались к моей груди. Ее горячее ядро покоилось на моей промежности, и я снова двинул бедрами, потираясь о нее и не оставляя ничего для ее воображения. После нашей поездки она переоделась в штаны для йоги, и мой член постоянно двигался по материалу, вдавливаясь в ее клитор через тонкий слой.

У меня вырвался тихий стон удовольствия, когда она качнула бедрами синхронно с моими.

Блядь.

Я бы проделал дыру в этих штанах и трахнул ее прямо здесь, прямо сейчас, на глазах у всех своих братьев, и мне было бы насрать, кто смотрел. Мой член пульсировал от желания, и я знал, что не буду удовлетворен, пока мой член не погрузится полностью до основания, трахая ее жестко и быстро.

— О, Боди.

— Я приму это как да, — ответил я с рычанием, поднимая ее, когда она оседлала мои бедра, и я встал, пока ее ноги обвивались вокруг моей талии, неся ее так быстро, что я едва слышал свист и непристойные комментарии, брошенные в нашу сторону.

Моя дверь захлопнулась за нами, а затем я уложил ее на кровать, распластав на спине, я потянулся за этими штанами для йоги и разорвал их в центре ее промежности, пока все, что я мог видеть, это ее сексуальную гребаную киску, обнаженную только для моих глаз. На ней не было трусиков, и я застонал от желания, опускаясь на живот, опираясь на матрас.

Мои пальцы раздвинули ее шелковистые губы, я смотрел на нее с откровенным голодом, наклоняясь, чтобы вдохнуть этот восхитительный, опьяняющий аромат, в котором было все женское, секс и мед. Мой язык скользнул по ее сердцевине, сначала нежно облизывая ее, а затем более тщательно, возбужденный легкими вздохами и стонами, которые продолжали покидать ее чувственный маленький рот. Мои зубы слегка прикусили ее клитор, а затем потянули за маленький бугорок, пока она не заерзала, когда два моих пальца скользнули в ее гладкую, узкую дырочку и стали входить и выходить, двигаясь в ритме, который она задала, когда ее бедра дернулись, и она кончила, выкрикивая мое имя.

Это не заняло много времени. Эта женщина была полна потребностей, и я собирался убедиться, что я заполню ее всю, пока она не сможет больше терпеть.

— Мне нужно раздеться, — проворчал я, стягивая джинсы, когда скидывал их, мой член подался вперед в нетерпеливом ожидании.

— Черт. — Ее глаза расширились. — Ты такой толстый и большой, — пробормотала она с вожделением, ее глаза остекленели. — Я принимаю таблетки, — выпалила она.

Мне нравилось, когда женщина восхищалась моим членом. Черт возьми, она могла поклоняться моему члену сколько угодно.

— Я чист, — пообещал я, — и я хочу чувствовать тебя без гребаной резины.

— Боди, — простонала она в ответ.

— Попроси меня трахнуть тебя, Саша, — приказал я.

— Трахни меня, Боди. Сейчас!

Я приподнял ее колени и раздвинул ноги, давая достаточно места своим бедрам, чтобы встать на место. Без колебаний я вонзил в нее свой член и погрузился так глубоко, что почувствовал, как мои яйца ударились о ее задницу. Как одержимый мужчина, я жестко и быстро трахал Сашу со всей сдерживаемой потребностью, желанием и разочарованием, которые накопились с момента нашей встречи. Мои большие пальцы коснулись ее розовых сосков, они затвердели от моего прикосновения, а мой рот последовал за сосанием и лизанием ее сисек, когда я продолжал неустанно вдалбливаться в нее.

В глубине моего сознания была мысль, что я никогда не трахал Сураю так, как сейчас. Я никогда не терял себя так полностью и не нуждался в доминировании так жестоко. Возможно, именно личность Саши пробудила во мне эту сторону и выпустила зверя внутри. Какова бы ни была причина, я не мог насытиться.

Возможно, мне просто нужно было трахнуть ее и выбросить из головы. Это была не любовь. Это была даже не привязанность. Я трахал ее с вожделением, потребностью и глубоко осознанным желанием приручить эту дикую женщину всеми возможными способами. Я хотел доминировать и контролировать ее с порочной одержимостью, которая была почти пугающей по своей интенсивности.

Мои пальцы скользнули к ее клитору, и я потирал круговыми движениями, оказывая достаточное давление, чтобы она кончила. Тело Саши немедленно отреагировало на мои прикосновения, становясь скользким, когда я входил и выходил. Ее киска сжимала мой член, мешая сосредоточиться только на ее удовольствии. Мне нужно было, чтобы она кончила, прежде чем я потеряюсь в ее тепле и этом сладком, узком убежище между ее упругими и сексуальными бедрами. Мужчина может потерять себя и начать войну из-за киски, которая вызывает привыкание.

— Боди, я собираюсь…

Она так и не закончила. Мгновение спустя она выкрикивала мое имя, наполняя мой член своей сладкой, липкой эссенцией, когда я увеличил скорость, двигаясь все сильнее и быстрее, я почувствовал знакомое покалывание внизу позвоночника. Мои яйца, казалось, напряглись, а затем я расслабился, заполнив ее, я зарычал, прижимаясь ртом к ее рту, когда я, блядь, разрядился и кончил так сильно, что почти потерял сознание.

После этого ее руки обвились вокруг моей шеи, и она поцеловала меня в ответ, прижимаясь своими губами к моим снова и снова, прежде чем она улыбнулась.

— Это было невероятно, Боди.

Это было. Чертовски сногсшибательно. Но я этого не сказал.

— Ты была великолепна, детка, — небрежно ответил я, откатываясь в сторону, и потянулся за сигаретой, прикуривая, когда она нахмурилась. Это был холодный ответ, и мы оба это знали.

Моя голова выбрала именно этот момент, чтобы испортить все, и я не знал, как справиться с нахлынувшими эмоциями. Занимался ли я сексом по правильным причинам? Или нет? С каких это пор меня это волновало?

Внезапное чувство давления в моей груди не имело смысла.

— Ясно, — медленно ответила она, поворачиваясь на бок и отворачиваясь от меня. Мне не нужно было видеть ее лицо, чтобы понять, что ее задел мой ответ.

Вот почему я не заводил отношений. Именно поэтому я колебался с ее сестрой и почему я дистанцировался сейчас. Жизнь, которую я вел, была тяжелой, а мое прошлое было жестоким учителем. Я не хочу потерять ее, так, как потерял ее сестру. Никогда бы я не позволил ей оказаться в положении, когда Сашу можно использовать как рычаг давления на меня. Если она не будет моей старушкой, то она не подвергнется риску. Мои братья поняли бы. Саша была под запретом. Навсегда.

Я буду держаться на расстоянии и защищать ее.

Саше будет лучше в жизни без Боди Уитмена, испорченного королевского ублюдка.

Смерть была моим единственным верным спутником. Жнецу больше ничего не нужно.

Глава 11 — Саша

Боди Уитмен был мудаком. Бабником. Лжецом и ничтожеством.

Слезы наполнили мои глаза, когда я сморгнула их, отказываясь плакать перед ним. У нас только что был самый потрясающий секс в моей жизни, а потом он все испортил, сказав мне спасибо, как будто я была просто еще одной женщиной в длинном ряду мокрых кисок, которых ему нравилось трахать. Насколько я знала, это могло быть правдой.

Черт.

Я должна была все хорошенько обдумать. Что со мной случилось? Он был парнем моей сестры. Как я могла это сделать? Как я могла так легко переспать с ним?

Чувство вины душило меня, пока все, что я смогла сделать, это закрыть глаза на суровую реальность моего неправильного выбора.

Ты блядь идиотка, Саша Пратт.

Хуже того, я не доверила Боди всю правду. Он все еще не знал худшего о моем прошлом, и теперь мне не нужно было беспокоиться, что он узнает. Благодаря этому человеку мне стало в десять раз легче двигаться дальше, как только я найду Триш.

Тихий храп Боди эхом отдавался в комнате всего несколько минут спустя, когда я лежала там, благодарная за то, что он не выгнал меня из комнаты позже. Это было бы величайшим унижением. Не то, чтобы его холодный и отчужденный ответ после того, как он скатился с меня, был менее унизительным.

Я не была уверена, почему это меня так сильно беспокоило. Чего я ожидала? Признания в любви? Страстные чувства и обещания вечности? Боди был байкером. Член клуба Королевские ублюдки, и он, несомненно, оправдал свое название.

Никогда не было никаких ожиданий, кроме временного слияния наших тел и быстрого секса. Боди не нарушил своего слова и относился ко мне иначе, чем другие, казалось, относились к своим женщинам или к печенькам, которых они часто трахали. Меня действительно возмутила эта терминология, но не мое дело было что-либо говорить об этом. Женщины делали свой собственный выбор, и я должна была уважать этот образ жизни, даже если я никогда не могла быть счастлива, спя с таким количеством мужчин. Я была слишком ревнивая собственница, как только я привязывалась к кому-то.

Когда я проснулась на следующее утро, кровать была пуста, а сторона Боди была остывшей. Его не было довольно долго. Неуверенная я решила принять душ и одеться, действуя так, как будто я точно знала, что означала прошлая ночь, когда у меня не было ни малейшего понятия. Сохранив самоуважение, я вышла из комнаты в поисках кофе и еды и обнаружила, что несколько постоянных посетителей готовят и убирают бар и кухню.

— Ты Саша, верно? — Миниатюрная блондинка в короткой красной кожаной мини-юбке одарила меня ослепительной улыбкой, указывая на каждую из остальных. — Это Харли, Бекка, Лиэнн и Синди. Я Снуки. Никто из нас не старушки, кроме тебя и Синди. Она с Лаки.

Старушка? Я? Я хотела поправить ее, но не хватило духу.

— Приятно со всеми вами познакомиться.

— Ты очень похожа на нее, — заговорила Синди, прикусив нижнюю губу. — Я была подругой Сураи. Это немного странно, но я рада, что ты здесь. Боди был совершенно потерян в последние шесть месяцев.

— С тех пор я не видела, чтобы он улыбался, — добавила Харли. — Но он, конечно, много улыбается с тех пор, как ты появилась.

Хихикая, Бекка подмигнула в мою сторону.

— Этим утром он был весь в улыбке. Я чуть не пролила его кофе, от удивления.

— Он не часто появлялся. — Снуки пожала плечами. — Но я думаю, что он нашел то, что потерял.

— Ты его подарок, как раз к Рождеству, — засмеялась Синди. — Держу пари, этот человек переполнен… радостью.

Все они засмеялись, когда я покраснела.

— Он трахается как бог, не так ли? — Снуки мечтательно смотрела в сторону, когда Синди толкнула ее локтем в бок.

— Она не трахалась с ним. Она просто всегда хотела. — Синди посмотрела в ее сторону. — Ты не должна говорить такое дерьмо старушке, если не хочешь, чтобы тебе надрали задницу.

— Черт. Мне жаль! — Снуки вскинула руки в воздух. — Я ничего не могу с этим поделать. Он чертовски сексуален, но не волнуйся. Я знаю свое место, Саша. Кроме того, он смотрит только на тебя.

Остальные кивнули, когда мои щеки покраснели еще больше.

— Этот мужчина такой горячий и озабоченный, — добавила Синди. — Лаки устроил ему разнос этим утром, прежде чем они ушли.

Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала.

— Вот, возьми что-нибудь съесть. Я знаю, что у тебя разыгрался аппетит. — Синди накладывала еду на тарелку, пока Снуки ставила передо мной чашку кофе. — Наслаждайся, детка.

Я закатила глаза, но рассмеялась над их комментариями, я съела все что передо мной поставили, понимая, что умираю с голоду. В течение нескольких минут я наблюдала за сценой, улыбаясь, пока они занимались своими повседневными делами. Забавно, но я никогда не задумывалась о том, как каждый человек функционирует в таком месте, будто часть большего целого. Не было никакого намека на то, что прошлой ночью была вечеринка. В помещении было чисто, пахло лимоном и свеженаполированным деревом, а из кухни доносился отчетливый аромат выпечки.

Я тоже могла бы найти здесь свое место. Если бы у меня был шанс.

Задумавшись, я отбросила эту идею. Боди не искал старушку. Он уже потерял мою сестру и не спешил заменить ее. Эта мысль должна была сделать меня счастливой, но мне было от чего-то только грустно. У меня заныло сердце, но я быстро отогнала все неприятности. Я умела наслаждаться моментом, пока он у меня был. Что будет дальше, покажет только время. В любом случае, я никогда не планировала оставаться здесь надолго.

Моя лучшая подруга пропала и это мой приоритет.

Мой мобильный телефон завибрировал, и я вытащила его из кармана, потрясенная, обнаружив, что на экране появилось имя Триш. Быстро посмотрев, я вскочила со своего места и направилась по коридору в комнату Боди, ответив, затаив дыхание:

— Триш!

— Привет, милая, — ответила она низким голосом.

— Что, черт возьми, происходит? Где ты была? Я ужасно волновалась!

— Э-э, — она сделала паузу, и мне не понравилось, как она колебалась, — потерянная собака и все такое.

Черт.

— Ты нашла ее?

— Нет, она все еще потеряна.

Она не была в безопасности, и она была не одна. Дрожа, я боялась сказать больше.

— Тебе нужна помощь?

Это было, наверное, худшее, что можно было сказать, но я была напугана. Я понятия не имела, кто слушал.

— Саша, детка, мне нужно тебя увидеть. Это важно.

— Ладно, понятно. Где? Во сколько?

Послышался звук возни, а затем голос на другом конце линии изменился. Глубокий, угрожающий тон, который немедленно заставил мое сердце учащенно биться.

— Привет, Саша. Помнишь меня?

Кислота.

Тяжело сглотнув, я ответила так сдержанно, как только могла.

— Да.

— Хорошо. Ты помнишь нашу маленькую игру? Ту, в которую мы играли, когда встречались в последний раз?

Игра? Он имел в виду ночь, когда на меня напали и чуть не изнасиловали? О да, я не забыла.

— Да.

— Такая уступчивая. Ты мне всегда нравилась больше, чем твоя сестра-шлюха. Держу пари, ты сосешь член намного лучше. — Его оскорбления так разозлили меня, что я сильно прикусила губу и почувствовала вкус крови. — Как насчет того, чтобы продолжить с того места, на котором мы остановились?

Я не собираюсь снова быть в его власти. Кислота может отвалить.

— Я так не думаю.

— Досадно. — Я услышала крик Триш, и мне сразу стало стыдно за мой поспешный ответ.

— Чего ты хочешь, Кислота?

— Тебя. Ты, одна, в кафе, где ты встретила Зука на своем первом свидании. Ровно в три часа дня. Ты помнишь место?

— Помню.

— Хорошо. Не опаздывай. Если я замечу кого-нибудь с тобой, Триш пострадает. Ты понимаешь меня?

— Я понимаю, Кислота.

Линия затихла, и звонок закончился, когда я плюхнулась на кровать. Я поняла, что по-королевски облажалась. У меня не было транспорта, никто не собирается меня отпускать, и я была почти уверена, что, если я расскажу кому-нибудь правду, Триш в конечном итоге умрет. Слегка дрожа, я провела ладонями по коленям и попыталась придумать план.

Синди могла бы помочь. Если бы я сказала, что хочу купить несколько вещей для себя и Боди в магазине, может быть, я смогла бы уговорить ее одолжить мне машину. Это стоило того, чтобы попытаться.

Вскочив, я побежала к двери и открыла ее, чуть не врезавшись в Снуки в холле.

— Эй, куда ты так торопишься? — Она казалась веселой, что было хорошо. Я была на грани нервного срыва.

— Ты знаешь, где Синди? Мне нужно спросить ее кое о чем.

— Конечно, детка. Она собирается в магазин. Если ты поторопишься, ты сможешь ее поймать.

Идеально!

Я нашла Синди, когда она выезжала на своем черном внедорожнике с подъездной дорожки. Она помахала и улыбнулась, опустив окно, когда я приблизилась.

— Возьмешь за компанию? Я хочу купить несколько вещей для себя и Боди.

Она рассмеялась.

— Конечно. Запрыгивай.

Я старалась улыбаться и казаться спокойной, смеялась над ее шутками и присоединялась к болтовне, когда разговор затягивался. Я не думаю, что Синди заметила, как вспотели мои ладони или как я продолжала смотреть на дорогу вокруг нас и машины, когда они проезжали мимо. В любой из них могут быть люди Кислоты, наблюдающие и ждущие, когда я облажаюсь.

— Я собираюсь расстаться. Нужны кое-какие личные вещи, — пошутила я, как только мы припарковались и вошли в местный Wal-Mart.

— Я понимаю, — засмеялась она.

Мы с Синди разделились, и я быстро нашла несколько разных предметов, таких как смазка и презервативы, и подошла к прилавку, опережая мою новую подругу. Когда она подошла, я стояла у кассы с покупками.

— Могу я взять ключи и подождать тебя? У меня немного болит голова. — Ложь была горькой, но теперь этот грузовой поезд безумия было не остановить.

— Конечно. — Она бросила их в мою сторону, и я с легкостью поймала кольцо. — Нужно что-нибудь еще?

— Я не купила тайленол, — призналась я.

— Я возьму тебе несколько. Увидимся через несколько минут.

— Спасибо! — Поблагодарила я, выходя как можно быстрее из магазина, а затем побежала к внедорожнику. Оказавшись внутри, я завела двигатель и в спешке выехала со стоянки, надеясь, что она не заметила, что я оставила ее позади. По крайней мере, у нее было теплое место, где она могла подождать, пока кто-нибудь из клуба не сможет забрать ее.

Сердце бешено колотилось в моей груди, я до упора вдавила педаль газа, когда машина рванула вперед. У меня был час, чтобы добраться до кафе, и почти столько же времени потребуется, чтобы добраться до места назначения.

— Прости меня, — прошептала я вслух, чувствуя себя виноватой за то, что оставила Синди в затруднительном положении.

На пассажирском сиденье зазвонил телефон, и я поняла, что она оставила свой мобильный в машине.

Черт.

— Прости, Синди. В любом случае, это безопаснее для тебя.

Я проигнорировала телефон, и он перестал звонить, я решительно вырулила на шоссе.

— Пожалуйста, — умоляла я, ни к кому конкретно не обращаясь, — не дай мне опоздать.

Глава 12 — Боди

— Просто скажи нам то, что мы хотим знать, и все закончится, — уговаривал Раэль ровным тоном. — Я сделаю так, чтобы вся боль и агония прекратились.

Винс Денали был связан, как маленький поросенок, его массивное тело свисало с мясницкого крюка за руки, когда он висел, подвешенный к главной опорной балке в подвале. В соседней комнате и за закрытой дверью его брата ждала похожая участь. Это был пиздец, натравливать братьев друг на друга, но верность клубу была обязательной, и любое нарушение, каким бы незначительным оно ни было, каралось немедленным наказанием. Братья Денали знали это и все же, они все равно продали нас Скорпионам.

Раэль взял зубную дрель, и злая усмешка изогнула его губы. В патрон был вставлен изогнутый наконечник прямо перед тем, как он поднял руку. Креативный и невероятно эффективный, это был один из многих инструментов, которые он решил использовать во время допроса. Подойдя к Винсу медленными, размеренными шагами, он поднял его голову за волосы и дернул ее назад, глядя глубоко в его угольно-черные глаза.

— Как долго ты работаешь на Кислоту?

Винс попытался покачать головой, но не успел. У Раэля была крепкая хватка, и он без колебаний нажал на спусковой крючок дрели, заставив Винса вздрогнуть от испуга.

— Я этого не делал. Мы не работаем на Кислоту!

— Я тебе не верю, — прорычал Раэль, приблизив фрагмент к лицу Винса. — Я не терпеливый человек, Денали. Мы обсуждали это раньше.

Винс продолжал отрицать обвинения, когда Раэль ударил его искривленным куском в левую щеку. Дрель издала чавкающий звук, когда она разорвала плоть, и Винс начал кричать. Кровь брызнула во все стороны, его тело перевернулось в воздухе.

Испытывая отвращение, я вышел из комнаты и решил посмотреть, был ли Антонио более склонен делиться, чем его брат Винс.

— Что происходит? — Кричал Антонио, извиваясь на стуле, но его движения были ограничены, потому что мы привязали его там клейкой лентой, веревкой и всем остальным, что Раэль, блядь, смог найти полчаса назад.

— Там все выглядит не очень хорошо, — ответил я с притворным беспокойством. — Я не думаю, что Винс справится.

Антонио выругался, борясь со своими ограничениями, когда Мамонт бросил на меня удивленный взгляд.

— Тебе лучше начать говорить, Антонио.

— Прямо сейчас у него сверло в левой щеке, и я не уверен, что это милое личико будет выглядеть так же через несколько минут. — Я пожал плечами. — Если бы это был мой брат, я бы признался.

Можно было услышать больше криков, когда Рейт проскользнул в комнату и закрыл дверь.

— Там много крови повсюду.

Черт. Мы были порочными ублюдками.

— Подожди! — Прокричал Антонио, подняв голову в знак поражения. — Винс ни хрена не знает. Я никогда не говорил ему. Прекрати мучить моего брата, и я расскажу тебе все, что знаю.

Я кивнул головой в сторону Рейта, и он кивнул в ответ, выходя из комнаты. Пару минут спустя в дверь вошел Раэль, его футболка и джинсы были забрызганы кровью.

— Я сейчас не в настроении, Антонио. Спроси меня, почему я не в настроении.

Антонио вздрогнул при виде его.

— Я облажался. Мне жаль, но Винс ни черта не знает.

— Я буду судить об этом. — Раэль скрестил руки на груди, глядя на брата Денали с чем-то близким к ненависти и отвращению одновременно.

— Кислота доставляет нам неприятности. Останавливает наши грузовики. Крадет товары. Пытается перекрыть наши маршруты поставок. Я отчаялся.

— Почему ты не рассказал нам о своей маленькой проблеме? — Спросил я, разозленный тем, что мы не знали, насколько все плохо. — Мы могли бы предложить защиту.

— Вместо этого вы изменили счета и скрыли правду. — Раэль сделал угрожающий шаг вперед. — Я должен просто убить вас обоих сейчас.

— Нет, нет! Пожалуйста! Клянусь, мы собирались рассказать, но кислота заминировал наши грузовики и угрожал убить наши семьи. Мы не знали, что делать, чувак!

— Ты никогда, ничего не сможешь скрыть от королевских ублюдков, — тихо ответила Раэль. — Вот что. Ты выдаешь свои никчемные потроха и умоляешь нас о пощаде, потому что нам похуй, кто тебе угрожает. Это наш продукт. Ты, блядь, принадлежишь нам. Ты понял?

— Да! Клянусь! Да, — прорыдал он, чуть не описавшись от страха.

Черт возьми. Это было плохо. Грим собирается потерять свое дерьмо.

Покачав головой, я вышел из комнаты, пока Раэль и Мамонт разбирались с этим беспорядком. Я был в отвратительном настроении, и оно не улучшалось, когда я поднялся по ступенькам и вошел в бар. Мысли о Саше крутились в моей голове в двадцатый раз за день. Я никогда не думал о женщинах, пока работал. Даже Сурая не занимала мои мысли так, как ее сексуальная сестра. Мы не разговаривали весь день, и я знал, что мне нужно объяснить свои действия за прошлую ночью.

Мне не нравилась сама мысль о желании все исправить. Эта девушка уже владела моей задницей, хотя у нас был секс только один раз. Но, черт возьми, эта тугая, влажная киска стоила дополнительных усилий, и я должен был признать, что она мне понравилась. У цыпочки были яйца, и она была жесткой. Она прошла через ад и стала сильнее по другую его сторону. Она производила на меня такое же впечатление, как и раздражала.

Становясь все тяжелее, когда мысли о прошлой ночи стучали в моем черепе, я решил направиться в свою комнату. Было поздно, и Саша, вероятно, задавалась вопросом, где я пропадал весь день. Поправив свой пульсирующий член, я улыбнулся, представив ее реакцию, когда я войду в комнату и притяну ее к себе для глубокого и страстного поцелуя. Эти ее губы были идеальны для поцелуев и еще лучше для сосания моего члена. Она была создана для любви, ее изгибы сочные, а сиськи полные и круглые, высокие и задорные. Она была чертовски близка к совершенству.

Я мог бы трахать эту женщину каждый день до конца своей жизни и никогда не уставать слышать, как она стонет мое имя. В тот момент, когда мысль пришла мне в голову, я остановился, пораженный осознанием того, что я терял голову, когда дело доходила до Саши Пратт.

— Черт, — прошептал я вслух. Я, блядь, теряю свое сердце из-за этой девушки.

Как, черт возьми, это произошло? Хуже того, я не был так уж расстроен этим.

Движением запястья я широко распахнул дверь, на моем лице появилась широкая улыбка, которая быстро превратилась в хмурый взгляд. Комната была пуста. Застигнутый врасплох, я развернулся и направился обратно к бару и шумной, пьяной толпе. Даже после того, как я дважды просканировал все окрестности, я не увидел Сашу.

Мой желудок сделал крошечный переворот, когда я почувствовал, как напряжение поселилось в нижней части спины. Грим сидел с блондинкой на коленях, ее рука гладила его через джинсы. Должно быть, он почувствовал, что что-то не так, потому что оттолкнул ее и встал, целеустремленно направляясь в мою сторону.

— В чем дело?

— Я не могу найти Сашу.

Он осмотрел комнату, проницательно оглядывая всех девушек.

— Я также не вижу Синди.

Мы подошли к Лаки, который был пьян в стельку, смеясь с Рейтом над шуткой, которую мы пропустили.

— Ужинаете, братья мои? — Говорил он невнятно. — Вы видели мою девушку? Нигде не могу найти Синди.

Чертов ад. Это было нехорошо.

— Нет, — прорычал я, рывком поднимая своего кузена на ноги. — Напиши ей. Сейчас же.

Склонив голову набок, Лаки, должно быть, заметил настойчивость в моем голосе. Вместо этого он решил позвонить ей на мобильный, поднеся его к уху.

— Позвони мне, детка. Как только получишь это сообщение. Это чрезвычайная ситуация.

— Ты можешь отследить ее телефон?

Лаки медленно кивнул.

— Да. Черт. Ты думаешь, что-то случилось?

— Я не знаю, — честно ответил я, — но Саша пропала.

Лаки повернулся к одной из клубных шлюх и поманил ее к себе.

— Ты видела Синди и Сашу?

Снуки улыбнулась.

— Конечно. Они отправились в магазин несколько часов назад. Должно быть, увлеклись покупками. С тех пор я их не видела.

— А как насчет других печенек?

Снуки нахмурилась.

— Нет. Все в порядке?

Внезапно меня затошнило, я почувствовал, как комната немного закружилась. Этого не могло быть. Не снова. Сурая исчезла таким же образом. Призрак в ночи. Ушла, прежде чем у меня был шанс попрощаться. Судьба не могла снова подвергнуть меня этому аду. Ни хуя, ни в этот раз.

Грим заметил мою панику.

— Эй, остынь, брат мой. Мы их найдем. Я обещаю.

Я не мог ответить ему, не заскулив, как маленькая сучка, поэтому я промолчал. Все мое тело было скручено от напряжения, и я чувствовал, что резиновая лента натянута так туго, что вот-вот лопнет.

— Давай, позволь мне отследить ее телефон. — Большие пальцы Лаки летали над его устройством, пока я боролся с желанием что-нибудь ударить. Он был так пьян, что не добился никакого прогресса.

— Пойдем к Ксенону.

Грим шел впереди, входя в потайную комнату по главному коридору, которую Ксенон использовал как свою личную станцию для наблюдения. Компьютеры, мониторы и электрооборудование занимали большой стол и стену перед нами. Это было похоже на просмотр эпизода Морской полиции или какого-то подобного дерьма.

— В чем дело? — Спросил Ксенон, чувствуя, что что-то не так.

— Нужно, чтобы ты нашел телефон Синди и ее внедорожник.

— Дайте мне минуту.

Ему потребовалось всего около тридцати секунд, чтобы найти и то и то.

— Эй, это недалеко. Я знаю оба места.

— Телефон не с ней? — Спросил я глупо, сбитый с толку.

— Нет. Их разделяет около пятидесяти миль. — Он записал адреса. — Сотовый телефон запищал здесь, а внедорожник тут. Ни один из них не движется, и, насколько я могу судить, они не двигаются уже несколько часов.

Черт. Это не было хорошей новостью.

Выхватив листок бумаги из рук Ксенона, я поднял подбородок в знак благодарности.

— Давайте выдвигаться, — взревел я, направляясь бегом к входу в клуб и своему байку.

Резкий декабрьский ветер ударил мне прямо в лицо, как только я вышел на улицу, но я приветствовал жало холода. Боль была напоминанием о том, что жизнь непредсказуема, и нужно ловить моменты, которые имеют значение, за яйца. Кое-что, о чем я забыл до сих пор.

Ряды байков заполняли стоянку, а также десятки грузовиков и внедорожников возле автомастерской, которой мы владели по соседству. Снежные вихри кружились в воздухе, когда я садился на своего борова, поглядывая на мерцающие огни, которые болтались у входа в Перекресток. Здание клуба казалось таким безмятежным, как неуклюжий гигант-монстр, облитый причудливыми цветами и прядями сосулек, в то время как предварительно освещенный надувной Санта на мотоцикле запускал воображаемый двигатель с мешком пухлых подарков. Синди установила его на прошлой неделе для всех детей клуба.

Внезапный прилив воспоминаний всплыл, но это была не Сурая, занимающая мои мысли. Саша и ночь, когда мы встретились в снежную бурю за пределами клуба Асфальт, ощущение ее теплого тела в моих руках, стойкий аромат корицы и сладкий вкус ее возбуждения. Она была моей фантазией в сахарной глазури. Мой праздничный десерт, покрытый сливками со вкусом меда.

Подарок, которого я не заслуживал.

Подавляя рычание, я покинул парковку, как будто адские гончие наседали на мою задницу.

Саша должна быть в безопасности. Она должна быть… потому что я собираюсь убить Кислоту и всех этих гребаных Скорпионов, если с ней что-нибудь случится. И мне наплевать, если мне придется стать изгоем или что Грим скажет об этом.

Глава 13 — Саша

Час езды до кофейни показался вечностью. У меня было слишком много времени, чтобы подумать о событиях последних нескольких дней и о том, как они, казалось, врезались прямо в прошлое с желанием смерти. Мы с Триш никогда не были бы в безопасности, пока живы Кислота и Скорпионы, мы были наивными дурами, оставаясь в непредсказуемой пустыне Невада, надеясь на перемены. Если уж быть честной, в этой проблеме не было ничего нового. Я бежала из Калифорнии по аналогичным причинам, и я не сделала ничего, кроме повторения тех же глупых ошибок.

Мы с Сураей всегда были близки, но она всегда была более бунтаркой по своей природе. Я была более сдержанной, я та, хорошая девочка из сестер, но не многие могли отличить нас друг от друга. Это приводило к неприятностям, обычно для меня. Было нетрудно поддаться принуждению со стороны Сураи и ее следующего бедствия. Иногда я ходила на свидания и мягко успокаивала парней, которых она бросила, не сказав ни слова. Живя вечеринками, моя сестра редко замечала хаос, который она оставляла за собой. Она никогда полностью не понимала, скольким я пожертвовала, чтобы она была счастлива и в безопасности.

Один конкретный инцидент с наркоторговцем привел к тому, что ее жизнь оказалась под угрозой. Ей пришлось покинуть Палмдейл и она решила переехать в Хоторн, штат Невада. Почему, я никогда не понимала. Может быть, она, наконец, была готова отказаться от своего дикого образа жизни, но я достаточно скоро узнала, что это не так, самым болезненным образом.

Я приехала позже на восемь месяцев, Сурая уже нашла работу в Асфальте, подружилась с Триш и переехала к ней, познакомилась с Гримом и ведущим "Королевских ублюдков" и начала встречаться с Боди Уитменом. Это были долгие восемь месяцев. Сэкономив все свои деньги, мне удалось собрать достаточно, чтобы переехать в Неваду. Я предполагала, что мы будем жить вместе, но когда я приехала, я обнаружила, что моя сестра уже ушла. Она жила с байкером в Тонопе.

Триша была там, чтобы собрать осколки меня и предложила место для проживания. Я поселилась в Хоторне, надеясь найти работу, но ничего не открывалось, пока я не согласилась на работу, которую освободила моя сестра, когда она уволилась без предупреждения. Мы с Триш сблизились, и она призналась, что Сурая получала звонки и сообщения с угрозами и что ей пришлось сменить номер. Я не сильно волновалась, так как моя сестра в прошлом часто выводила парней из себя. Сурая сказала, что она счастлива, и все меняется к лучшему.

Я поверила ей.

Это было ошибкой.

Вздохнув, я заглушила внедорожник и огляделась, пытаясь узнать машины на стоянке. Ни одна из них не была знакома. Поблизости не было мотоциклов, но это не означало, что Кислота, Зук и Дауг не были поблизости. Ладони вспотели, я вытерла их о джинсы. Скорпионы были плохими новостями, и на этот раз я, вероятно, не сбегу, пока они не отомстят. Парни, подобные Кислоте и его клубу, никогда не забудут, как их унизила женщина. Я не была настолько глупа, чтобы думать, что они оставят меня в живых.

Возможно, мне следовало убежать и никогда не оглядываться назад. Я могла бы проехать на этом внедорожнике до самой границы, а затем оставить все позади. Новая жизнь для ожесточенной, сломленной девушки, которую я мельком увидела в зеркале. К сожалению, у меня не только была совесть, но я не была трусом. Я не могла оставить Триш позади, и я не была готова позволить Кислоте победить.

Он хладнокровно убил мою сестру. Кислота должен заплатить за свои преступления.

В кафе было немноголюдно. Я тихо вошла и огляделась, обнаружив Зука и Чувака, сидящих за столиком в задней части. Никаких признаков Триш. Тяжело сглотнув, я подняла подбородок и подошла к их столу с фальшивой бравадой.

— Привет, Саша, — ухмыльнулся Зук. — Рад, что ты смогла это сделать.

Взгляд парня скользнул по мне с похотливой усмешкой.

— Я с нетерпением жду продолжения того, на чем мы остановились.

Я не сказала ни слова в ответ, но бросила четкий взгляд “пошел ты” в его сторону.

— Кислота уже в пути. Он немного… задержался.

Держу пари.

— Где Триш?

Оба парня усмехнулись. Думаю, мне следовало ожидать такой реакции.

— Где ты припарковалась? — Чувак наклонился вперед. — Отдай мне ключи.

— Примерно в трех рядах назад.

Подняв бровь, я не стала спорить. Я бросила ключи через стол, когда он схватил их со злобной ухмылкой и оставил меня наедине с Зуком.

— На всякий случай, если тебе интересно, мы следили за тобой с тех пор, как ты покинула Перекресток.

Я пыталась скрыть свою реакцию, но паника наполнила мою грудь. Они видели Синди?

— Чувак хочет встретиться с той маленькой блондинкой, с которой ты была раньше. Как ее зовут?

Сжав дрожащие пальцы, я встретила его холодный взгляд, не моргнув.

— Это важно? Я сейчас здесь.

— Синди, верно? Она старушка, если я правильно помню.

Черт. Как много они знают о Королевских бастардах?

— Пожалуйста, не причиняй ей вреда, — умоляла я, сдерживая слезы. — Она не при чем.

— Никто, связанный с гребаными Королевскими ублюдками не может быть ни при чем, детка. Это касается и тебя.

Мое сердце билось так быстро, что я едва расслышала его следующие слова.

— Кислота здесь. Пора уходить, сладкая штучка.

Боди

Сначала мы поехали к месту, где находился мобильный телефон. Потребовалось несколько минут, чтобы найти устройство, поскольку оно было спрятано в одном из мусорных контейнеров за местным магазином Wal-Mart. Ужас наполнил мой желудок, когда Лаки, Грим, Патриот и Ганнибал припарковали своих боровов рядом с моим. Мое сердце бешено колотилось от мыслей о том, что Синди и Саше причиняют вред в этот самый момент. Страх скреб меня изнутри. Всплыли воспоминания о моем прошлом, и я изо всех сил старался не потерять самообладание.

Я был первым, кто сошел с байка, но я не был тем, кто услышал Синди. Измученный рев ужаса и ярости Лаки вырвался в холодную, горькую ночь, когда он бросился вперед, оттолкнув Патриота с дороги, когда он поднял холодное, дрожащее тело Синди. Ее одежда была порвана, кровь впиталась в ткань одежды и засохла на руках и ногах. Ее сильно порезали. Только холодная температура спасла ей жизнь. Иначе она бы истекла кровью.

Ярость клокотала под поверхностью моей кожи, пока я боролся с изменением. Мой Жнец был взбешен. Никакого намека на Сашу найти не удалось, пока я обыскивал окрестности, разбрасывая повсюду дерьмо и готовый облажаться с любым, кто встанет у меня на пути.

Грим сжал мое плечо, его голос стал низким.

— Ты нужен Лаки.

Я повернулся, направляясь к своему кузену, делая глубокие вдохи, успокаиваясь достаточно, чтобы сосредоточиться. Лаки снял свою куртку и обернул ее вокруг Синди, поднимая ее на руки.

— Ей нужно в больницу.

Рейт последовал за ним на своем грузовике и открыл пассажирскую дверь, безмолвно предлагая подвезти их, когда Тень выскользнул и подошел к байку Лаки. Он возвращался с Перекрестка сообщая нашим братьям о текущих событиях.

Кислота хотела войны. Он просто, блядь, ее получит.

— Увози ее, — прорычал я, когда Синди бессвязно застонала. — Напиши, как только что-нибудь узнаешь.

— Я так и сделаю, — пообещал Лаки, направляясь к грузовику. Как только Синди осторожно поместили внутрь, он ухватился за край рамы, переводя взгляд на нашего президента.

— Я, блядь, убью их. — Обещание было очевидно в его глазах. — Как только я найду, кто это сделал, я выпотрошу ублюдков.

Грим кивнул, указывая на Рейта.

— Держи глаза открытыми. Оставайся на связи.

— Буду, — ответил Рейт, его челюсть сжалась от гнева.

Никто из нас не одобряет насилие в отношении женщин, но поступать так со старушкой клуба? Это было гребаное самоубийство.

Я положил руку на плечо своего кузена, когда его глаза встретились с моими, полные агонии.

— Я не знаю, если … — он не смог закончить слова. — Там так много крови.

Не было никакого способа узнать, надругались ли они над Синди во время ее нападения. Пытка ярко вспыхнула в глазах Лаки.

— Оставайся сильным. Будь рядом со своей женщиной. — Я наклонился и обнял его напряженное тело, отстраняясь, когда я продолжил: — И ты, блядь, не волнуйся. Я найду и убью этих ублюдков. Правосудие восторжествует, брат мой. Я клянусь в этом.

Лаки кивнул, расправив плечи, прежде чем забраться в грузовик, и Рейт помог устроить Синди у него на руках. Мы смотрели, как они уезжают, напряжение возрастало с каждой секундой, которая проходила.

— Внедорожник, — прорычал я, оседлав свой байк взглянув на адрес. Пятьдесят гребаных миль. Слишком много времени, чтобы мое воображение разыгралось и вызвало в моей голове все возможные сценарии.

Поездка, казалось, тянулась бесконечно, хотя я прибыл всего за тридцать минут. Внедорожник был припаркован возле небольшого кафе, которое уже закрылось. Не было никаких признаков Саши. Грим был прямо за мной, когда я спрыгнул с байка и схватил конверт с переднего лобового стекла.

"Ублюдкам" было написано сверху всеми заглавными буквами, и я зарычал, разрывая чертову штуковину и просматривая записку, прежде чем передать ее Гриму.

«Встретимся по указанному ниже адресу. У нас есть незаконченное дело».

— Кислота схватил Сашу. — Слова были едва ли больше, чем рычание. — Я не буду сдерживаться, Грим. Не в этот раз.

Грим выругался себе под нос, прочитав записку, вытащил зажигалку и сжег ее на куски.

— Кислота действует неправильно. Каждый член Скорпионов наш враг. Стреляй на поражение. Мне похуй, — прошипел Грим, его глаза горели тем диким блеском, который доказывал, что он был близок к своему Жнецу. — Мы покончим с этим дерьмом сегодня вечером. — Быстро двигая пальцами, он набрал сообщение на своем телефоне. — Ксенон останется с перспективами. Раэль, Мамонт и Ланс встретят нас там. Экзорцист вернулся из своей поездки на юг. Он всего в тридцати минутах езды и, вероятно, опередит нас там.

Патриот и Ганнибал кивнули.

— Давайте повеселимся.

Грим шел впереди, а мы следовали за ним, каждый из нас был готов сделать то, что было необходимо для защиты клуба. Моя рука в перчатке крепче сжала педаль газа, когда я сдал назад и помчался по улицам города.

Сегодня вечером я хотел бы закончить, все так или иначе. Даже если это означает смерть.

Глава 14 — Саша

— Триш! — Закричала я, подбегая к своей подруге, когда она крепко обняла меня. — Ты в порядке?

Пять минут назад я прибыла на склад, огороженный участок, полный членов Скорпионов, которые были хорошо вооружены и готовы к конфронтации. Я слышала множество голосов и разговоров, а также щелчок заряжаемых патронов. Кислота бросил мою задницу в кузов черного фургона с тонированными стеклами и закрепил мои запястья стяжками. Он конфисковал мой телефон, поэтому я понятия не имела, который час и как долго мы были в пути. Что еще хуже, у меня были завязаны глаза до того момента, как меня втолкнули в эту комнату.

— Саша! — Голос Триш был озабоченным, когда мы неловко обнялись. — Я нормально. Как дела, милая?

— Не очень хорошо, — призналась я.

Кислота не снял застежки-молнии, но мешок был снят с моей головы, прежде чем он ушел и запер дверь, предупредив нас, чтобы мы молчали и не выводили его из себя. Я не узнала пустой офис, в котором мы были, но это не означало, что мы не были в их комплексе.

Осматривая ее, я заметила несколько синяков, разбитую губу, которая заживала, и нашла еще несколько царапин. Она вздрогнула, когда повернулась, и я уловила вспышку боли, которая на мгновение пересекла ее лицо.

— Что случилось? Кто причинил тебе боль?

— Чувак не любит слово нет, — выплюнула она, садясь спиной к дальней стене. В этой маленькой пустой комнате было только одно окно.

Я выглянула наружу и обнаружила значительный спуск к асфальтированной парковке, лишь несколько редких кустов росли вдоль края здания. Больше сорняков, чем чего-либо еще.

Опустившись рядом с моей подругой на твердый бетон, я потянулась к ее руке.

— Он тебя принуждал?

Она фыркнула.

— Мне удалось избежать изнасилования, но это не значит, что я не знаю вкуса его мерзкого члена.

Успокоенная тем, что он не принудил ее к сексу, я медленно выдохнула. Гнев все еще делал мои слова резкими.

— К черту это. Ты должна была откусить его.

— Ему больно, — заверила она меня.

Эта мысль заставила меня улыбнуться.

— Я хочу заставить их всех страдать.

— Мы обе, — заверила меня Триш. — Кислоту больше всего. Он никчемный кусок дерьма.

— Я знаю. — Вздохнув, я положила голову ей на плечо. — Ты пыталась сбежать?

— Мне некуда идти, даже если бы я не сломала лодыжку, пытаясь выпрыгнуть из окна.

— Слишком много скорпионов вокруг, — признала я. — Есть еще какие-нибудь идеи?

— Я видела черный ход. Если бы мы могли вырваться из этой комнаты, мы могли бы добраться до машины и сбежать. Конечно, нам нужны ключи, и я не знаю, где их взять.

Черт.

— Хорошо. Давай подумаем. Во-первых, как нам выбраться из этой комнаты?

— Дверь всегда заперта. Мы могли бы попытаться одолеть одного из них, если они придут поодиночке.

— Я не смогу сильно помочь. — Подняв руки, я напомнила ей о застежках-молниях. — Это заноза в заднице.

— В этой комнате нет ничего, кроме пустого стола в углу. Кислота заставил меня сидеть на холодном бетоне в течение нескольких дней. Моя задница навсегда отморожена.

Ее шутка заставила мои губы растянуться в легкой улыбке. Мы обе задрожали, когда температура, казалось, упала ниже некуда. Сквозняк позволял морозному воздуху проходить через многочисленные трещины в стенах и плохую изоляцию. Прежде чем я успела заговорить, дверь открылась. Кислота вошел в комнату с самодовольной улыбкой на деформированном лице. Длинный шрам шел по левой стороне и оттягивал его глаз ниже, чем обычно. Признав дело своих рук, я злобно улыбнулась.

Он отошел в сторону, когда вошли Чувак и Зук, сопровождаемый призраком из моего прошлого. Гектор Васкес. Торговец наркотиками, из-за которого моя сестра сбежала из города и так и не расплатилась, он утверждал, что она украла у него две тысячи. Сурая отрицала какую-либо причастность, но я думаю, что она либо прикарманила наркотики, потеряла их, либо продала, не отдав ему денег. Мне было неприятно думать, что она употребляла кокаин, который он продавал, но я действительно понятия не имела.

— Саша Пратт, какая встреча.

— Хотела бы я сказать то же самое, Гектор.

Он усмехнулся, широко разведя руки.

— Ты действительно думала, что сможешь убежать достаточно далеко, чтобы я тебя не нашел? Твоя сестра думала, что я не разыщу ее? Нет места, где вы можете спрятаться от меня.

Я никогда не убегала от тебя, Гектор. Я тебе ничего не должна.

Он улыбнулся шире, обнажив золотые колпачки на зубах.

— Ах, так ты видишь это так? Ты ошибаешься, девочка моя. Мне ничего не компенсировали. Твоя сестра мертва.

Боль от его слов пронзила мое сердце.

— Разве этой оплаты недостаточно? — Прошипела я сквозь стиснутые зубы.

Его глаза сузились, а выражение лица потемнело.

— Это не так работает. Ты должна заплатить ее долг, и если у тебя нет денег, — он сделал паузу и схватил свой член через штаны, — я заберу их твоим телом, пока не буду удовлетворен выплатой долга.

— Ты монстр! — Закричала я, когда он сделал угрожающий шаг вперед.

— Разве тебе не интересно, как я нашел тебя?

Мне было интересно, но я не ответила, когда Триш взяла меня за руку и сжала. Мы обе знали, что это ничем хорошим не закончится. Никто из нас не покинет эту комнату прежней. Что бы ни случилось, я не умру жертвой. Я пойду на бой и причиню этим придуркам столько боли, сколько смогу в процессе.

— Мой двоюродный брат член Кровавых Скорпионов. Ты никогда не сможешь убежать достаточно далеко от меня. У меня везде связи.

Гребанная жизнь.

Разве это не было моей удачей? Я никогда не смогу передохнуть.

Кислота выбрал этот самый момент, чтобы укрепить мою судьбу.

— Саша и Триш старушки ведущего "Королевских ублюдков", Гектор. Наше веселье только начинается.

Боди

Мой телефон завибрировал, когда мы припарковались в квартале от адреса, который Кислота оставил нам в записке. Я вытащил сотовый из кармана и прочитал текст, подавая сигнал Гриму.

— Братья Денали подтвердили, что адрес, который дал нам Кислота, принадлежит одному из их складов. Это не главный офис.

Грим кивнул, поглаживая подбородок.

— Тогда не должно быть особого сюрприза. Мы видели прежде один склад Скорпионов. Сомневаюсь, что они сильно изменили дерьмо.

— Разведданные о других местах, которые мы с Патриотом обследовали, подтверждают, что это правда. Они действительно не думают, что Королевские ублюдки представляют угрозу. — Ганнибал ухмыльнулся, когда наши глаза встретились. — Собираюсь насладиться их криками, брат. Заставь их считаться.

О, так и будет. Как только Саша окажется в безопасности.

— Я все сделаю.

Мамонт, Раэль и Экзорцист сидели на своих боровах, ожидая приказа Грима. В основном мы вели себя тихо, каждый из нас уходил в то глубокое, темное место внутри, которое позволяло нашим Жнецам брать все под свой контроль. Это будет настоящая кровавая баня. После этого Скорпионы больше не будут существовать в Неваде. Мы собираемся систематически уничтожать их, пока каждый из этих ублюдков не будет мертв.

— Приоритетом является поиск девушек. Нам нужно убедиться, что Триша и Саша не в опасности, прежде чем мы обрушим ад на Скорпионов. — Грим хрустнул костяшками пальцев, прежде чем обратиться к Экзорцисту. — Ты уверен, что хочешь участвовать в этом?

Экзорцист предложил доставить девочек в безопасное место, пока остальные из нас выслеживают нашу добычу.

— Да, босс. Вы можете рассчитывать на меня.

Экзорцист знал историю с Триш, и я рассказал ему о своих отношениях с Сашей. Я верил, что он сохранит их живыми и невредимыми. Экзорцист был особенным. Его дары были уникальными по сравнению с остальными членами клуба. Ему больше не разрешали допрашивать наших заключенных с Раэлем из-за нескольких инцидентов, которые чуть не привели нас всех в тюрьму.

Экзорцист оправдывал свое имя, если не было другой причины, кроме того, он мог отделить душу от тела и пытать обоих одновременно, оставляя свою жертву живой. Это было неслыханно для любого другого Жнеца. Даже Грим не смог бы этого сделать, а он был самым могущественным из всех нас.

Излишне говорить, что Экзорцист взялся за работу, когда у нас случилась серьезная неприятность. К счастью для него, мы с этим разобрались. Кроме того, я хотел быть тем, кто заберет жизнь Кислоты, когда придет время. И я бы позволил своим братьям разобраться с Чуваком и Зуком после того, как я получу свои хиты.

Когда мы прибыли, склад кишел скорпионами. У большинства из них было оружие, но это не имело значения, как только наши жнецы захватили контроль. В этом и заключалась суть продажи своей души дьяволу. Это был компромисс со смертью. В наших обычных человеческих формах мы были так же уязвимы, как и наш враг, но как только мы превращались в наших Жнецов, все менялось. Эти демоны были крутыми, и они были непобедимы.

Смерть была нашим покорным слугой, и мы охотно предоставили ей добычу. Никто из моих братьев не потрудился надеть банданы с черепом сегодня вечером. Никто не выживет после нашей атаки, так что это не имеет значения. Не было бы никаких свидетелей, а поскольку район был расположен не в центре города и в основном заброшен, быть услышанным тоже не было проблемой.

Мы наводнили склад группами по два человека и убрали невезучих ублюдков, которые стояли на страже, прежде чем кто-либо смог поднять тревогу. Ощущение силы душ моего врага, когда они покидали свои тела, было мгновенным толчком удовольствия, которое придало мне энергии и укрепило мою решимость. Мы вошли на склад со всех четырех сторон, незаметно проходя через двери, уничтожая цели одну за другой. Как ни странно, на первом этаже было не многолюдно. Мы очистили территорию всего за несколько минут. Освященные тела со впалой кожей усеивали землю, и мы собирали их все в здании позже и поджигали их, удаляя свидетельства действий наших Жнецов.

Громкие голоса сверху доказали, что Кислота, Чувак, Зук и другие Скорпионы были наверху. Несколько новых голосов смешались с теми, которые я уже слышал. Один из них, латиноамериканец, привел моего жнеца в готовность. Женские голоса просочились, а затем я услышал крик, сопровождаемый звоном разбитого стекла.

Все мысли о плане вылетели у меня из головы, когда я узнал голос Саши. Перепрыгивая через две ступеньки за раз, я проигнорировал своих братьев и бросился спасать свою женщину.

Глава 15 — Саша

— Эй, Кислота, — прогрохотал глубокий и знакомый голос, как раз в тот момент, когда Гектор жестоко дернул мое тело за волосы к своим ногам.

Гектор уже отвесил мне пощечину за мое неподчинение, но огонь в его глазах доказал, что это завело его. Я была уверена, что он планировал заставить меня страдать, и я видела это в его голодном и злобном взгляде.

Моя голова вскинулась при звуке голоса Боди, и тихий всхлип вырвался из моего горла, когда он вошел в дверь, сопровождаемый Гримом, Ганнибалом и новым парнем, которого я не узнала. Все они были несомненно Королевскими ублюдками. Нельзя было отрицать факта, что все они выглядели как ходячие мертвецы. Темные освященные глазницы, бледные лица, почерневшие носы и жуткие зубы, которые выглядели так, будто могли разрывать плоть без особых усилий. Глаза каждого мужчины горели диким и зловещим блеском.

Триш закричала, когда я втянула воздух, потрясенная тем, что Боди и другие остались такими же, как в ту ночь, когда они отправились в эту дьявольскую поездку. Поскольку я уже видела это однажды, я не была так шокирована. Но при свете дня это было определенно странно. Часть меня не могла избавиться от чувства страха, даже когда я знала, что Боди и другие не причинят мне вреда.

Гектор оттащил мое тело подальше от Боди, когда его верхняя губа скривилась в оскале.

— Тебе нравится эта женщина?

Я не осознавала, что мы были близко к окну, пока Гектор не подтолкнул меня к острым, зазубренным осколкам кулаком в перчатке. Я боролась с ним, но оказалась только ближе к тому, чтобы быть разрезанной, когда он направил мою шею на один из самых больших кусков. Сглотнув, я не смела пошевелиться.

— Ты совершаешь ужасную ошибку.

Я слышала, как Грим разговаривал с Кислотой, а затем услышала драку, но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме безумных глаз Боди. Только что он смотрел на Гектора со злобной ненавистью, от которой у меня скрутило живот, а в следующий момент он рванул вперед так быстро, что я моргнула и пропустила весь его подход. Я отползла от окна, когда Гектор отпустил меня, а Боди прижал Гектора к стене.

— Кто ты?

— Я Гектор.

Руки Боди сжались вокруг горла Гектора, когда я почувствовала, как чья-то рука сжала мою лодыжку. Закричав, я обернулась и обнаружила, что Зук тянет меня к себе с решительной усмешкой. Пиная его ногами, мне удалось освободиться, но я не смогла полностью отбиться от него. Он быстро оказался надо мной, его рука опустилась на мою щеку так сильно, что, когда она соприкоснулась, у меня зазвенело в ушах, кровь пульсировала в голове, заставляя мое тело ослабеть, а зрение затуманиться.

Сквозь мой дезориентированный взгляд я услышала крик Боди, а затем еще одну драку, прежде чем Гектор вскрикнул, и за окном послышался громкий стук, когда что-то тяжелое упало на землю. Драка вокруг меня становилась все более ожесточенной, и я услышала звуки, подтверждающие удары кулаков по телам и несколько выстрелов. Крики ужаса и ярости смешивались с воплями чистого ужаса. Одна закончилась забавным булькающим звуком за несколько секунд до того, как рядом со мной на землю упало тело. Безжизненные глаза Зука уставились в белый потрескавшийся потолок.

Оглядев внезапно притихшую комнату, я ахнула.

Ведущие "Королевские ублюдки" были единственными мужчинами, которые еще держались. Каждый из байкеров встал перед своим врагом, разжимая кулаки, когда в комнату ворвался вихревой ветер. Полная противоположность тому, что я ожидала, воздух был обжигающе горячим и наполненным затяжным пламенем, которое мерцало вверх и вниз по их рукам, совсем как поездка дьявола на мотоциклах в пустыне. Поднимаясь сквозь мертвые тела Кислоты, Зука, Чувака и нескольких других, появилась пленочная версия их духа или души.

Мой рот широко открылся, когда я наблюдала, как души этих скорпионов кричат от безмолвной боли. Их выражения агонии и пыток были почти невыносимы, для свидетелей. Моя голова пульсировала, когда я быстро моргала и смотрела с недоверием. Каждый из королевских ублюдков, казалось, держал косу или серп, которые мерцали на свету, не совсем реальные, но и не мираж. У меня было отчетливое ощущение, что при желании они могли бы уничтожить эти души, и души исчезли бы навсегда.

Это не то, что произошло.

Души были собраны в небольшую группу, когда Жнецы двинулись как один. Бросив свои косы на землю, каждый из них издал примитивный боевой клич и бросился вперед, разрывая паутинку духов со злобным и восхищенным рычанием. Души оказались сотнями кусочков, дрейфующих в воздухе, как будто кто-то разорвал пушистый ватный шарик и окунул его в светло-голубой блеск.

Земля под нашими ногами загрохотала, когда в центре комнаты открылась огромная трещина. Я прижалась спиной к стене, ища Триш, но она была без сознания, Грим стоял на страже перед ней, его глаза были сосредоточены на шипящих звуках и ревущем пламени, которые вырывались из-под земли. Я смутно осознала, что Боди двинулся в мою сторону, когда разорванные части душ Скорпионов были собраны порывом горячего воздуха и засосаны в трещину. Через несколько секунд ничего не осталось. Дыра начала медленно закрываться, когда я почувствовала, как Боди заключил мое слабое тело в свои объятия.

— Я держу тебя, Саша.

Теплые, мягкие губы прижались к моей поврежденной щеке, когда он прижал меня крепче.

— Я всегда буду защищать тебя.

Глаза дрожали от усталости и сочетания травм, я позволила им закрыться, когда темнота окутала меня нежными и успокаивающими объятиями.

— Не волнуйся, милая. Мы едем домой.

Боди

Саша почти ничего не говорила с тех пор, как мы вернулись в Перекресток. Прошло два дня, и за это время мы почти не разговаривали. Я уступил свою комнату ей и Триш в качестве предложения мира, а также для того, чтобы Грим не терял самообладания. Триш тоже с ним не разговаривала. Тишина убивала нас обоих.

Почти половина скорпионов была уничтожена во время нашей атаки, но значительная часть скрывалась в их клубном доме, а другие запускали производство на своих других складах. Я не был настолько глуп, чтобы думать, что мы нанесли большой ущерб, поскольку у Скорпионов были отделения по всей стране, как и у нас. Их было нелегко победить.

Но это была проблема для другого дня.

Только когда Саша и Триш вышли из комнаты позже, с багажом, я начал понимать, что происходит. Грим стоял рядом со мной, такой злой, что не произнес ни слова, когда такси остановилось перед Перекрестком.

Триш наконец подошла к Гриму со слезами на глазах, которые она изо всех сил старалась не пролить.

— Я должна идти, Грим.

Он кивнул, сжав кулаки по бокам.

— Я не могу остаться. Я не… — она запнулась, положив руку ему на плечо. — Эта жизнь не для меня.

Ему удалось прочистить горло достаточно, чтобы заговорить.

— Я понимаю, Триш. Я желаю тебе всего наилучшего.

— И я тебе.

Он не спросил, куда она собирается, и она не сказала, когда наклонилась и обняла его за талию, прежде чем взять свой чемодан и пойти к двери. Саша колебалась, когда наши глаза встретились.

Пожалуйста, не оставляй меня, подумал я.

Отчаянные, невысказанные слова болезненно застряли у меня в горле. Я без сомнения знал, что влюбился в сексуальную, самоуверенную брюнетку, смотрящую на меня с неуверенностью в ее глубоких зеленых глазах. Саша была единственной женщиной в этом мире, за которую стоило бороться. Она была личностью. Моей единственной. Другая половина моего целого. Весь мой мир перевернулся с того момента, как мы встретились. Я бы сделал все, чтобы удержать ее в своей жизни. Все, что угодно, лишь бы доказать, что она была моей.

Саша была моим светом во тьме.

Моим искушением.

Глухим ударом моего холодного, мертвого черного сердца.

Подарком, о котором я и не мечтал.

Причиной, по которой такой сварливый, испорченный байкер, как я, заслужил второй шанс на любовь.

Не в силах говорить, я поднял руку в ее направлении, и она не моргнула, не колебалась, не остановилась ни на секунду, когда вложила свою ладонь в мою. Мы стояли там, два человека, отчаявшихся и жаждущих связи, когда я притянул ее ближе, пока она не оказалась в моих объятиях.

Тихий вздох сорвался с ее губ, когда я обнял ее крепче.

— Не уходи, — наконец прошептал я, приподнимая ее подбородок. — Останься. Будь моим рождественским желанием.

Это было чертовски глупо, но я мог еще сказать.

— Твоим желанием? — Спросила она, ее пухлые губы изогнулись в сексуальной усмешке.

— Ну или праздничным подарком, — подразнил я. — Чтобы я мог медленно развернуть тебя и насладиться каждым дюймом твоей кожи, прежде чем показать тебе, как сильно ты мне нужна.

— Позволь мне сначала попрощаться с Триш.

Я неохотно отпустил ее, наблюдая, как она проходит через двери Перекрестка, и мое сердце чуть не пропустило удар.

— Я рад за тебя. — Грим хлопнул меня по спине, и я понял, что забыл о его присутствии. — Не принимай ни единого момента как должное, брат. Такая женщина редкая находка.

— Я знаю, — признал я. — Я не буду.

Моему президенту было больно. У меня не было слов, чтобы облегчить его боль.

— Прости, Грим.

— Не стоит, — ответил он с натянутой улыбкой. — Может быть, когда-нибудь я найду то, что у тебя есть, и тогда все это будет стоить того.

Он ушел, прежде чем я смог ответить.

— Я надеюсь на это, — прошептал я, наблюдая, как президент "Королевских ублюдков" с каждым днем взваливает на себя все большее бремя, и это начинает сказываться. — Я действительно надеюсь.

Глава 16 — Боди

Моя кожа вспотела под этим дурацким костюмом, когда я отодвинул ткань от груди и нахмурился.

— Прекрати это, — упрекнула Снуки, шлепнув меня по руке. — Ты хочешь удивить свою старушку или нет?

— Да, — проворчал я, ожидая, когда Саша войдет в бар. Это заняло целую вечность.

Вздохнув, я провел рукой по волосам. Это была самая глупая, идиотская и постыдная вещь, которую я когда-либо делал за всю свою жизнь. Все ради любви к своей женщине. Я, конечно, надеялся, что она оценит все усилия. Я был готов потерять самообладание, прежде чем у меня появился шанс удивить ее.

Мой взгляд переместился на Лаки и Синди, прижавшихся друг к другу, когда Лаки держал ее на коленях. Они были благодарны за второй шанс, и это сводило с ума, я не мог не улыбнуться. Я делал это по той же причине. Еще один шанс.

В комнате воцарилась тишина, когда заиграла музыка, и я приподнял верхнюю губу в фирменной ухмылке Элвиса Пресли в подражании. "Голубое Рождество" заиграло по сигналу, когда я кивнул Раэлю, который был более чем счастлив наблюдать за моим унижением, впадающим в немилость. Саша зашла за угол зала и остановилась, уронив челюсть от шока, когда я повернул бедра в грязно-белом боди, которое сверкало под освещением бара. Драгоценности сверкали разными цветами, которые соответствовали огромной рождественской елке в углу комнаты.

Повторяя текст, я начал петь

— У меня будет голубое, голубое, голубое, голубое Рождество.

Глаза Саши наполнились слезами, и я надеялся, что она помнит, что эта песня играла внутри Асфальта в ту ночь, когда мы встретились. Я поманил ее пальцем вперед, и она покачала головой, улыбаясь как сумасшедшая, когда подошла ко мне.

— У меня будет грустное Рождество без тебя, — пропел я, подмигивая своей женщине.

— Боди, — задыхаясь, прошептала она, — это все для меня?

Для кого, черт возьми, еще я стал бы это делать?

— Конечно, — ответил я, повернув бедро. — Не хочешь провести ночь с королем?

От ее хихиканья мой член затвердел, и я притянул ее к себе, чтобы весь чертов бар не смог потом меня подъебывать. На ней были узкая юбка и топ, которые демонстрировали все эти сексуальные изгибы.

— Означает ли это, что я могу соблазнить короля?

— Ты можешь попробовать, — флиртовал я, поднимая ее, когда ее ноги обвились вокруг моей талии, материал ее юбки задрался, обнажая бедра.

Маленькие, теплые руки скользнули в костюм по моей обнаженной груди, где материал зиял, и я застонал от желания от ее прикосновения.

— Забери меня в постель или потеряй меня навсегда.

— Это лучшее предложение.

— Это точно, — хрипло прошептала она. — Ты собираешься это сделать или нет?

Свист и улюлюканье сопровождали нас на выходе из бара, пока мы шли по коридору в мою комнату. Поправка, в нашу комнату. Отступив внутрь, я пинком захлопнул дверь, прижимая ее к ней, один раз толкнув бедрами, чтобы она почувствовала мое возбуждение.

— Ты делаешь меня слабым, женщина.

— Ты должен это признать? — Подразнила она, прикусив нижнюю губу, когда я застонал

— Я признаю все, что угодно, пока ты остаешься со мной, Саша. — Мои слова звучали намного серьезнее, чем я намеревался, но я не лгал. — Я и ты, мы принадлежим друг другу.

Она склонила голову набок, пристально глядя на меня из-под своих густых темных ресниц.

— Я тоже так думаю.

Я наклонился, когда мои глаза встретились с ее.

— Моя.

— Твоя, — согласилась она, скользнув рукой по моему плечу и к моей щеке, проводя пальцами по моей бороде.

Ее слова зажгли огонь в моих венах, и мне нужно было больше.

Губы Саши опустились к моей груди, и ее теплый язык скользнул по моей коже, прежде чем она поцеловала мою шею и вверх по моей челюсти. То, как ее маленький ротик чувственно двигался по моей плоти, прежде чем зависнуть над моими губами, заставило мой член напрячься под тканью этого боди. Я бы никогда не смог вернуть его, если бы мне понравилась эта чертова вещь, не говоря уже о том факте, что я, вероятно, сорвал бы его до этого.

Ее взгляд был настолько полон похоти и греха, что я снова толкнулся к ней, вдавливая свою эрекцию в ее горячее и нуждающееся ядро.

— Ты блядь самая сексуальная, женщина, которую я когда-либо видел, — признался я, когда ее губы приоткрылись, и она тяжело дышала, вращая бедрами в такт моим.

Не в силах сопротивляться, я завладел ее губами, одна рука скользнула по ее волосам, я обхватил ее затылок, пока я пожирал ее рот, покусывая и посасывая ее губы, прежде чем переплести ее язык со своим. Это было чертовски чувственно. Я никогда не хотел, чтобы этот момент заканчивался.

— Это мешает, — хрипло прошептал я, снимая ее рубашку через голову. Бюстгальтер последовал за ней, когда я скользнул взглядом по ее телу и восхитился тяжелой выпуклостью ее груди. Моя голова опустилась, когда я захватил розовый сосок в рот, облизывая тугой маленький бугорок, когда он затвердел. Перейдя к другой груди, я боготворил ее сексуальные сиськи.

Саша издавала сексуальные тихие звуки и мяукала, вскоре отправив меня за грань. Ее бедра прижались к моим, и трепет пробежал по моему телу при мысли о том, чтобы погрузить свой член глубоко в нее. Я трахал Сашу в последний раз, когда мы были вместе, использовал ее тело для взаимного удовольствия, но я не показал ей, каково это быть моей женщиной.

Сегодня вечером я займусь с ней любовью, потому что теперь все по-другому. Все изменилось.

Я обхватил ее затылок, когда захватил ее рот в другом поцелуе, мои губы задержались на ее губах, я медленно двигался к ней, мои руки сомкнулись вокруг ее запястий, когда я удерживал их на месте. В нетерпении я притянул ее ближе и отошел от стены, приближаясь к кровати. Она была такой мягкой, ее изгибы прижимались к моему телу, которое было твердым, как сталь, и наполненно потребностью.

Двигаясь задом наперед, я приземлился на кровать и перекатился так, что она оказалась придавленной подо мной. Обхватив руками ее талию и бедра, я потянулся к молнии ее юбки и потянул ее вниз, стягивая материал с ее длинных сексуальных ног и выше ступней. Мои глаза закрылись, когда я немедленно вдохнул и почувствовал сладкий аромат ее возбуждения. Низко зарычав, я опустился на живот и раздвинул ее бедра, зацепившись большими пальцами за ее кружевные стринги, прежде чем сорвать их.

Саша ахнула.

— Боди.

Костюм стеснял мои движения, и я недовольно зашипел, ненадолго встав, чтобы сорвать его со своего тела. Куски материала разлетелись по всей комнате. Саша тяжело дышала, ее глаза были широко раскрыты. Я специально пошел в коммандос. Легкий доступ.

— Это было чертовски сексуально, Боди.

Ухмыляясь, я возобновил позу, расположив свое тело между самыми сладкими, самыми упругими бедрами, между которыми я когда-либо имел удовольствие скользить. Я был прав раньше. Ее киска вызывала привыкание. Я хотел сразу же погрузиться в ее тепло, но сдержался. Она кончит хотя бы раз, прежде чем я погружусь в ее скользкую и ноющую дырочку. Я завладею этой киской и после сегодняшней ночи, она никогда этого не забудет.

Мои зубы прикусили чувствительную кожу верхней части ее бедра, прежде чем я облизал губы, глядя на ее идеальную маленькую сладенькую штучку. Нажимая пальцем на ее клитор, я наслаждался тем, как ее тело вздрагивало, когда она хваталась за простыни.

— Боди! Не дразни меня.

Посмеиваясь, я продолжал растирать маленькие круги, пока она стонала. Мой рот накрыл ее киску, и я щелкнул языком по ее клитору, возбужденный всеми звуками, которые она издавала. Прошло совсем немного времени, прежде чем я погрузил свои пальцы в нее и одновременно посасывал ее клитор, удерживая ее бедра на месте, когда она брыкалась и извивалась в моих руках. Мои пальцы впились в ее бедра, и я снова прикусил ее клитор, теперь она ступила через край. Ее освобождение затопило мой рот, и я лизал, сосал и лакал ее в течение долгих минут, полностью погруженный в свою женщину.

Я слегка отступил, обхватив пальцами свой набухший и ноющий член, медленно поглаживая его вверх и вниз по длине. Глаза Саши были как изумрудные озера, когда она подняла руки, и я встал на место, потирая кончик о ее влажные нижние губы.

— Боди.

Дразня ее еще больше, я несколько раз провел кончиком своего члена по ее клитору.

— Боди!

— Что детка?

— Ты нужен мне внутри меня.

— Это было то, что мне нужно было услышать, — прорычал я, прежде чем погрузиться глубоко одним сильным толчком.

Минуты тикали, пока я чередовал медленные, скользящие удары и более быстрые, глубокие толчки, которые заставляли наши тела вспотеть. Входя в нее снова и снова, я потянулся к ее руке и переплел наши пальцы, крепко сжимая. Выражение нежности появилось на ее лице, когда удовольствие между нами продолжало расти.

Когда оргазм Саши отправил ее за грань, я вскоре последовал за ней, жадно целуя ее, мое тело нашло свое собственное освобождение. Взгляды встретились друг с другом, никто из нас не двигался. Я наконец произнес слова, которые хотел сказать с той секунды, как понял, что Саша пропала.

— Я люблю тебя.

Моргая, она покраснела, а затем слезы наполнили ее глаза.

— Я тоже тебя люблю.

Перекатившись на бок, я притянул ее в свои объятия и прижал к себе, решив убедиться, что она понимает мою приверженность, мои чувства и мою верность. Саша единственная женщина для меня сейчас и навсегда.

— Боди?

— Да, детка?

— Почему ты решил стать Жнецом?

Тяжело сглотнув, я взял ее голову за подбородок и ответил правду, которую никто не знал, кроме моего президента Грима. Даже Лаки не знал всего.

— Я выбрал поездку дьявола ради мести, — признался я. — Для человека, который изнасиловал и убил мою младшую сестру.

Саша задрожала.

— Я могу это понять. Мне очень жаль.

— Ее звали Мисси, — тихо ответила я. — Это было очень давно.

— Ты сожалеешь об этом?

Я не был уверен, имела ли она в виду мой выбор или дерьмо, которое я сделал с тех пор, как сделал этот выбор.

— Я нет. Я тот, кто я есть. Я не могу этого изменить.

— Я не хочу, чтобы ты менялся. Ты совершенен таким, какой ты есть.

Фыркнув от легкого веселья, я поднял ее повыше на своей груди.

— Пока ты так думаешь, детка, у меня все хорошо.

Саша повернула голову и подняла конец нити мерцающих белых огней, которую она повесила над изголовьем нашей кровати.

— Боди?

— Да?

— Я хочу, чтобы ты меня связал.

Сев, я мгновенно снова возбудился.

— Гирляндой?

Я положил нить на кровать, прежде чем она смогла сказать еще хоть слово.

— Я не могу дождаться, когда увижу твое лицо, когда ты распадаешься в моих объятиях, и свет продемонстрирует это сексуальное сияние.

Смеясь, она толкнула меня на спину и оседлала мои бедра.

— Сначала я хочу немного прокатиться на тебе.

Черт. Эта женщина была совершенством.

Я получил лучший Рождественский подарок в этом году.

И я не собираюсь растратить это впустую.

Конец

Перевод осуществлён TG каналом themeofbooks

Переводчик_Sinelnikova