Пролог

— 911. Что у вас случилось?

— Алло. . гм. . Я не уверен, кому стоит звонить вам или в полицию.

— Это чрезвычайная ситуация?

— Может быть. Я не уверен…

— Просто скажи мне, что происходит, сынок. Кто-то болен или ранен?» Когда мальчик не ответил сразу, оператор спросил: — Твои родители ссорятся и тебя это пугает? Они становятся агрессивными?

— Нет! Нет. Это наш сосед. Ну, не совсем наш сосед, а его двоюродный брат, который в гостях. Он… э… он болен… Я думаю.

— Ты думаешь?

— Нет. Это он. Он болен. И я думаю, что он может быть опасен. Боюсь, он навредит мистеру Парди.

— Мистер. Парди?

— Мой сосед.

— Верно. И ты думаешь, что этот кузен, который гостит у него, болен и опасен? — спросил оператор с явным сомнением в голосе. — Если так, то почему вместо тебя не звонит этот мистер Парди?

— Я беспокоюсь, может, его кузен запрещает ему.

Наступила долгая пауза, а потом оператор вздохнул и спросил: — Что за болезнь, сынок?

— Он… э… Я думаю, что он может страдать от синдрома Ренфилда.

— От чего?

— Синдром Ренфилда, — неохотно повторил молодой голос.

— Что это такое?

— Его… э… — Мальчик сделал паузу, а когда продолжил, в его голосе послышалась гримаса. «Это что-то вроде вампирского расстройства личности…

— Вампир! — завопил оператор 911. — Думаешь, твой сосед — вампир?

— Нет! Нет, я думаю, что его приехавший кузен думает, что он вампир. Вот что такое синдром Ренфилда и…

— Боже малыш, вампиров не существует, — сказал оператор 911, прерывая объяснение мальчика.

— Но он…

— Здесь нет никаких но, малыш. Тебе нужно прекратить говорить всякую чушь и повесить трубку. У тебя могут быть большие проблемы из-за того, что в 911 звонят с розыгрышем/ложным вызовом. Есть настоящие люди, которым нужна помощь, и такие липовые звонки могут помешать, им дозвониться. Кто-то может умереть, пока ты тратишь наше время на это развод/ шутку.

— Это не розыгрыш, — серьезно сказал мальчик. — Я действительно думаю, что он думает, что он вампир. У него клыки и…

— А я думаю, что тебе нужно перестать смотреть фильмы ужасов и лечь спать. Я записал твой номер, мальчик, и если ты еще раз позвонишь, к тебе домой пришлют полицию и они могут тебя за это арестовать. Больше не звони.

Раздался резкий щелчок. За ним последовал гудок.

Глава 1

— Ты выстрелила в меня!

«Угуууу». Пэт, поморщилась, от протяжности слова. — Извини, детка. Это произошло случайно. Я стреляла в мутантов, а твоя большая задница встала у меня на пути.

«Да? Ну, тогда это тоже случайность, — огрызнулся Паркер, направив пистолет на ее героиню.

— Ой, брось! Пэт закричала, быстро переместив своего персонажа в укрытие нескольких деревьев, чтобы избежать залпа пуль. «Это была случайность, — запротестовала она. «Боже. Я думала, что мы на одной стороне».

«Ты выстрелила в меня первая», — заметил Паркер, заставив своего персонажа броситься за ней.

«Это было по-дружески. Без меня ты никогда не перейдешь на следующий уровень, Паркер. Просто… Вопль снизу донесся до ее слуха, и Пэт опустила игровой контроллер и посмотрела на дверь спальни.

— Оксана, что смотрит телевизор?.. — начала она, но остановилась, когда вопль прекратился, и экономка начала кричать: «Вторжение в дом! Вторжение в дом!»

«Дерьмо!» Бросив геймпад, Пэт вскочила с пола и бросилась к двери. Оказавшись там, она поколебалась, а затем приоткрыла ее, чтобы послушать. Она нахмурилась, когда услышала глубокий рокот незнакомого мужского голоса снизу, а затем тишину.

Потянувшись за мобильным телефоном, Пэт огляделась в поисках Паркера и нахмурилась, увидев, что ее племянник даже не пошевелился. Восьмилетний мальчишка усердно перемешал своего персонажа по игре, не реагируя.

«Паркер!» — с тревогой прошептала она, набирая 911 на своем телефоне. «Прекрати! У нас тут ситуация. Разве ты не слышал, как Оксана кричала о проникновении в дом?»

«Она всегда вопит о проникновении в дом», — сказал Паркер, пожимая плечами. «Оксана забывает закрыть входную дверь после проверки почты, сбора газет или подметания крыльца. Все, от соседей до курьеров, заходят в дом в страхе, что что-то случилось, потому что дверь открыта. Когда они это делают, она каждый раз кричит о вторжении в дом. Она даже кричала о проникновении в дом, когда вчера пришел кот мистера Парди. Это ее фишка».

— О, — выдохнула Пэт, немного расслабившись. Она не нажала кнопку вызова на своем телефоне, но и не стерла цифры, которые ввела на клавиатуре. Оксана так и не подала голос. Пэт размышляла, следует ли ей окликнуть и спросить, все ли в порядке, или сохранить свое присутствие в доме в секрете и на цыпочках пробраться в конец зала, чтобы посмотреть, кто находится в прихожей, когда она услышала тихий шепот и затем раздался низкий мужской голос: «Ау? Соседи!»

— Это не наши соседи.

Пэт подпрыгнула на добрый фут (30 см), когда Паркер произнес это рядом с ней. Схватившись за грудь, она ненадолго закрыла глаза, прежде чем медленно выдохнуть и спросить: «Откуда ты знаешь?»

— Потому что ни у кого в округе нет такого акцента. По крайней мере, я не слышал, — добавил он, нахмурившись.

Пэт не заметила акцента. Ради всего святого, это было всего два слова. Как он уловил акцент в двух словах? Она слегка покачала головой. Малыш был просто. . другой. Супер умный и другой. Опустив руку от груди, она сказала: «Ну, может быть, это новый сосед?»

— Возможно, — с сомнением согласился Паркер.

«Но, — добавила Пэт, обдумывая этот вопрос вслух, — трудно представить, чтобы Оксана приняла соседа за кого-то, кто пробрался в дом».

Паркер изогнул брови. «Ты слышала ту часть о коте мистера Парди, верно?»

Пэт нахмурилась и переступила с ноги на ногу, с тревогой прислушиваясь к словам Оксаны. Когда воцарилась тишина, она взглянула на свой телефон и помедлила. Она не хотела звонить в полицию только для того, чтобы узнать, что это действительно был новый сосед, который просто решил поприветствовать их. Вздохнув, она спросила: «У тебя есть телефон?»

«Ага. Я получил мобильный телефон на Рождество».

«Мобильный телефон?» — закричала она. «Тебе всего восемь. Кто, черт возьми, покупает восьмилетнему сотовый телефон?»

— Мама и папа, — сказал он с улыбкой.

«Точно», — сказала она с отвращением, а затем добавила: «Хорошо. Тогда хватай свой мобильник и оставайся здесь. Я собираюсь спуститься вниз и посмотреть, что происходит. Но если я скажу «Паучок, спускайся», запри дверь, спрячься и позвони в 911. Хорошо?

— Паучок? — спросил он, слегка поморщившись. «Серьезно?»

Пэт закатила глаза на жалобу. «Если они узнают, что тебя зовут Паркер Питерс, они просто подумают, что это прозвище. Смотри? Паркер Питерс? Питер Паркер? Человек-паук?»

— Я понял, пояснений не надо, — сказал он с насмешкой. — Но это так по-детски и отстойно.

«Ты назвал меня отстойной? Час назад я была твоей любимой тетушкой, а теперь я отстойная? — спросила она с изумлением, а потом, поняв, что сейчас не время для такого разговора, пробормотала: — Проехали. Послушай, милый, это серьезно. Просто позвони 911, если я прокричу Питер, хорошо? Она подождала, пока он кивнет, а затем повернулась и приоткрыла дверь, задержавшись только для того, чтобы прошипеть: «Оставайся здесь», прежде чем выйти из комнаты.

В коридоре было на удивление темно для семи часов в начале июня, когда солнце светило до девяти или около того, но было достаточно светло, чтобы все можно было разглядеть. Пэт прокралась примерно полпути к лестнице в противоположном конце зала, когда голос позвал: «Ау?»

Голос на этот раз был женский. . но не Оксаны. Пэт остановилась, чтобы схватить хрустальную вазу с бокового столика, спрятала ее за спину и подошла к перилам, открывающим вид на входную дверь.

Ее глаза слегка расширились, когда она увидела группу людей, толпящихся у входа. Четверо мужчин и женщина окружили Оксану, и каждый из них казался великаном на фоне экономки, которая была на несколько дюймов выше пяти футов двух дюймов (165 см) Пэт. Они также все смотрели на нее снизу вверх, отметила она, а затем ее взгляд остановился на паре рядом с Оксаной.

Пэт почувствовала, как ее плечи расслабились, когда она узнала эту пару; Маргарита(Маргарет) и Джулиус Нотте. Они были на крыльце, разговаривая с сестрой Пэт, Куинн, когда она приехала, и задержались, чтобы познакомиться, прежде чем отправиться обратно к Капрелли, где они остановились на пару недель. Они арендовали их дом, пока пожилая пара навещала свою дочь в Техасе.

Теперь взгляд Пэт скользнул к трем другим мужчинам, и ее брови слегка приподнялись. Все они были большими, но в то время как двое были просто высокими и мускулистыми, третий был здоровяком/амбалом размером с огромного бегемота, занимая вдвое больше места, чем кто-либо другой в коридоре. Он был самым большим мужчиной, которого когда-либо видела Пэт, и это о чем-то говорило. Она имела дело со многими качками на своей работе, но ни один из них не мог сравниться с этим парнем. Какой размах плеч! О Боже! Она слышала, что черный цвет должен стройнить, но черная футболка, которая была на нем, казалось, только подчеркивала ширину и объем, мускулы, которые она облегала. С другой стороны, из-за его черных джинсов его бедра казались крошечными, или, может быть, они просто были крошечными по сравнению с его плечами. Она проследила линию джинсов до черных Doc Martens(марка обуви), которые он носил, а затем снова перевела взгляд на его бритую голову и тот факт, что он носил кольца на каждом пальце. Их можно было принять за кастет, если бы они не были серебряными. В общем, парень определенно не выглядел безобидным, стоит держаться от него по-дальше.

«Здравствуй, Петронелла. Как приятно снова тебя видеть».

Пэт снова перевела взгляд на Маргариту и чуть не вздохнула вслух от зависти. Честно говоря, эта женщина олицетворяла тот идеал, которым мечтала стать Пэт — высокая, фигуристая и красивая, с длинными волнистыми каштановыми волосами и идеальной бледной кожей. На Маргарите было красивое летнее платье и босоножки, которые только подчеркивали ее женственность и заставляли Пэт чувствовать себя неряхой/замарашкой в футболке и шортах.

Поняв, что все ждут ее ответа, Пэт выдавила из себя улыбку и пробормотала: «Привет еще раз».

«Мы просто пришли познакомить вас с нашими племянниками и их другом. Мальчики заехали к нам на обратном пути с Восточного побережья и решили ненадолго остаться. Мы не хотели, чтобы вы волновались, если увидите, как они приходят и уходят, — объяснила она, а затем криво улыбнулась и добавила: — Но когда мы пришли, обнаружили, что входная дверь широко открыта. Когда мы никого не увидели, мы подумали, что лучше убедиться, что все в порядке. Боюсь, мы напугали бедную экономку вашей сестры.

— О, — выдохнула Пэт, оглядываясь на Оксану. Она нахмурилась, когда заметила, что женщина просто стоит там, глядя прямо перед собой в пустоту. Хотя, предположила Пэт, она могла смотреть в боковое окно, ожидая своего мужа. Муж Оксаны должен был забрать ее в семь. Пэт снова переключила внимание на Маргариту, слегка замерев, когда заметила ее глаза. Маргарита и Джулиус оба были в темных очках, когда она встретилась с ними днем. Однако теперь они были без них, и она могла видеть, что глаза Маргариты были голубыми, а глаза Джулиуса — черными, но у них обоих были серебряные пятнышки. Как будто кто-то дунул в них светящиеся серебряные блестки…

— Ты знаешь этих людей?

Пэт с удивлением обернулась, увидев рядом с собой Паркера. Мальчик хмуро смотрел на людей в прихожей рядом с Оксаной. Взяв племянника за руку, она толкнула его, пытаясь отправить обратно тем же путем, которым он пришел. — Ты должен был ждать в своей комнате.

Игнорируя ее, Паркер остался на месте и сказал: «Они не живут на этой улице».

— Твоя мама познакомила меня с ними, когда я приехала. Они присматривают за домом Кэбелли, — объяснила она, все еще пытаясь подтолкнуть его обратно в свою комнату.

— Капрелли, — поправил он, как и Маргарита.

— Не хочу сглазить, — легко сказала женщина, ее улыбка стала шире. «Приятно познакомиться с тобой, Паркер. Твоя мама и тётя хвалили тебя сегодня днём. У тебя уши не горели?

Паркер покачал головой, а затем спросил: «Кто вы?»

«Маргарет Аржено Нотте», — объявила она, а затем начала представлять остальных. — А это мой племянник, Заниполо Нотте… — Она указала на мужчину справа от нее, высокого, стройного, мускулистого и с длинными черными волосами, собранными в хвост. Указав на человека, прошедшего мимо Заниполо, она продолжила: «Друг семьи, Джастин Брикер».

Пэт отметила его короткие темно-каштановые волосы, красивое лицо и смеющиеся зеленые глаза. . снова с серебряными крапинками.

— И еще один наш племянник Санто Нотте, — добавила Маргарита, улыбаясь лысому бегемоту.

Пэт скользнула взглядом по глазам самого высокого мужчины. Они были такими же черными, как у Джулиуса Нотте, но в его глазах было гораздо больше серебра, и, казалось, становилось все больше, мрачно заметила она.

— И, конечно же, мой муж Джулиус. Маргарита повернулась и положила руку на руку мужчины слева от нее. Он был единственным мужчиной, не одетым в черное. Остальные трое были в черных джинсах, черных футболках и черных Doc Martens. Как будто это была какая-то униформа. Джулиус, однако, был одет в обычные синие джинсы и белую футболку, в которых он был, когда Пэт видела его ранее.

Каждый из мужчин был выше шести футов(183 см) ростом, но Джастин Брикер и Заниполо были ближе к шести футам, а Санто и Джулиус были, шесть футов и шесть дюймов(198 см) или выше. Двум более низким мужчинам также не хватало мускулов, которые были у Санто. Они все еще были мускулистыми, но скорее худощавыми, чем массивными. Джулиус был где-то посередине.

— Где Капрелли? — неожиданно спросил Паркер, звуча подозрительно.

«В Техасе». Ответом был рокот бегемота, которого Маргарет представила как Санто. Пэт всегда тяготела к более низким голосам, а его, казалось, вибрировал прямо сквозь нее.

— Они хотели навестить свою дочь, — добавила теперь Маргарита, отводя взгляд Пэт от здоровяка. «Я так понимаю, она переехала туда в прошлом году, и они соскучились по ней и своим внукам, поэтому они выставили свой дом на обмен домами. Мы увидели объявление и подали заявку.»

Паркер тут же расслабился и начал ухмыляться. «Это Я зарегистрировал их на сайте обмена домами», — радостно объявил он и вдруг с энтузиазмом помчался вниз по лестнице.

Выругавшись себе под нос, Пэт немедленно бросилась в погоню. Она догнала Паркера, когда он достиг людей у входа, и начала тянуться к нему, только чтобы понять, что она все еще держит вазу. Виновато покраснев, она быстро поставила ее на стол в холле, а затем схватила Паркера за плечи и потащила назад, пока его спина не уперлась ей в грудь.

Едва заметив защитный маневр, ее племянник воскликнул: «Однако я не думал, что это сработает так быстро. Так вы, ребята, из Техаса?

— Италия, — сказал Санто, и Пэт снова не смогла удержаться от взгляда на него. Он действительно был красив, с высокими точеными скулами и полными чувственными губами.

Она избегала смотреть ему в глаза и взглянула на своего племянника, когда он спросил: «Италия?» Она заметила, что подозрение вернулось на его лицо, и бессознательно сжала руки на его плечах, сильнее притягивая его к себе.

«В Техасе была пара, которая хотела увидеть Италию», — объяснила Маргарет, пожав плечами. «А мы хотели приехать в Нью-Йорк, поэтому поменялись втроем. Капрелли уехали в Техас, пара из Техаса поехала к нам домой в Италию, а мы приехали сюда».

— О, — выдохнул Паркер, широко раскрыв глаза. «Я не знал, что можно сделать трехсторонний обмены, но это круто».

— Да, — согласилась она. «Но я понимаю и ценю вашу заботу о Капрелли. Они задержались, чтобы отдать нам ключи от дома, когда мы приехали, и они кажутся очень милой парой».

— Да, они такие, — согласился он.

— Все ли соседи такие же милые? — спросила Маргарита.

Паркер кивнул. «Конечно. Но «Капрелли» и «Мистер Парди» — лучшие».

«Мистер. Парди? — с интересом спросила Маргарита. «Где он живет?»

— Он наш сосед с другой стороны, — объяснил Паркер, но теперь его голос был тихим, почти раздраженным, как с беспокойством отметила Пэт. Она мгновение смотрела на него, а затем перевела взгляд на Маргариту, выражение лица которой было странно сосредоточенным, когда она смотрела на Паркера. У мужчин тоже, поняла Пэт, и ей пришлось бороться с внезапным желанием утащить племянника наверх подальше от этих людей.

— Ах, — вдруг сказала Оксана. «Мой муж. Пора уходить.»

Пэт моргнула при этом заявлении экономки и повернулась, чтобы увидеть, как она забирает свою сумочку со стола в холле.

«Наверное, нам тоже пора идти, раз уж мы представили мальчиков», — объявила Маргарита, когда Санто открыл дверь, чтобы экономка вышла. «Как я уже сказала, мы просто хотели, чтобы вы знали, кто эти мальчики, если вы увидите, как они приходят и уходят».

Пэт перевела взгляд со старого грузовика «Форд», въехавшего на подъездную дорожку, на остальных, которые вышли вслед за Оксаной из дома.

«Убедись, что двери заперты», — предложила Маргарита, выходя вслед за мужчинами. «Это хороший район, но оставлять дверь открытой настежь рискованно».

«Хорошо. Спокойной ночи, — сказала Пэт, наблюдая, как они уходят, но сомневалась, что они ее вообще услышали. В словах не было особой силы. Она смотрела, как Оксана запрыгивает в грузовик, но когда он отъехал, ее глаза переместились на Маргариту и мужчин. Ее взгляд проводил их, пока они не исчезли за живой изгородью, окаймлявшей подъездную дорожку между домом ее сестры и домом Капрелли.

— Пошли, — сказал Паркер, возвращаясь наверх, когда она закрыла и заперла дверь. «Я оставил игру включенной, и мы оба, вероятно, уже мертвы. Нам придется начать с последнего сохранения».

— Ты уверен, что хочешь играть со мной? Я имею в виду, если я такая отстойная. ". Пэт сухо протянула, все еще страдая от предыдущего комментария.

«Ну, здесь не с кем еще играть», — сказал он, останавливаясь на ступеньках, чтобы улыбнуться ей в ответ.

— Ты обнял меня, когда я приехала, и сказал, что я твоя любимая тетя, — раздраженно напомнила она ему. «Теперь я отстойная? Так кто я?»

— И то, и другое, — сказал он с ухмылкой, а затем указал: — Ты моя единственная тетя. Это делает тебя моей любимицей, отстойная ты или нет.

Взгляд Пэт сузился. — Когда ты успел стать таким умненьким, как… Алек? — закончила она, спохватившись прежде, чем закончила ругаться.

Но недостаточно быстро. Она поняла это по многозначительному взгляду Паркера, прежде чем он пожал плечами и сказал: «Я не знаю».

Глядя на него, она начала подниматься по лестнице.

— Но папа винит в этом тебя, — добавил он.

Пэт остановилась, ее голова вскинулась от шока. «Что?»

Паркер кивнул. «Он считает, что я провожу слишком много времени под твоим «тлетворным влиянием», и это привело к тому, что я плохо отношусь к нему. Это его слова», — добавил он.

Пэт раздраженно заскрипела зубами. Ее сестра была замужем за высокомерным придурком. Пэт никогда не любила его и понятия не имела, почему Куинн вышла за него замуж.

С другой стороны, если бы она этого не сделала, не было бы и Паркера, а Пэт очень любила маленького умника, так что…. Подтолкнув его, чтобы он снова начал подниматься по лестнице, она прорычала: «Я собираюсь выстрелить тебе в зад. На этот раз специально.

— Можешь попробовать, — усмехнулся Паркер, нетерпеливо взбегая по лестнице.

Пэт последовала за ним медленнее, ее улыбка исчезла, а взгляд скользнул обратно к входной двери, когда ее беспокойные мысли вернулись к временным новым соседям сестры. . и их светящимся глазам.

Глава 2

— Так это тот мальчик, который звонил в 911.

Санто взглянул на Брикера, когда тот сказал это, когда они гуськом вошли на кухню Капрелли, оформленную в стиле кантри. Заметив хмурый взгляд Брикера, он спросил: «Проблема?»

«Нет.» Брикер уселся на один из стульев за столом. «Я прочитал его, когда Маргарита спросила о соседях, и он определенно беспокоится об этом мистере Парди».

«

Si

». Санто прислонился к светлой кухонной стойке и скрестил руки на груди. Улыбаясь своей тете, он добавил: «Ты очень умно спросила об этом».

— Да, — подтвердил Брикер, когда Зани уселся на стул рядом с ним. «Это заставило Паркера задуматься о том, как он беспокоится за старика. Его звонок определенно не был розыгрышем».

— А мы говорили тебе, — напомнила им Маргарита, ставя чайник на огонь.

— Да, но ты еще не разговаривала с ним, — заметил Брикер. — И с Парди ты тоже не разговаривала, так что не могла знать наверняка.

— Я же говорила, что мальчик был в школе, когда мы приехали, — сказала Маргарита, раздраженная намеком на критику. Она подошла к столу и села напротив Брикера и Зани, прежде чем продолжить. «Мы бы навестили его после того, как он вернулся домой, но ждали вас, мальчики. Мы не хотели, чтобы вы приехали в пустой дом.

— И мы заглянули в дом Парди, — добавил Джулиус, подойдя к Маргарите сзади, чтобы успокаивающе погладить ее по плечу. «Мы надеялись решить вопрос, но, когда мы постучали, ответа не последовало. К сожалению, мы не могли вломиться, чтобы увидеть этого кузена своими глазами. Этот район удивительно многолюден днем. На самом деле Капрелли в это время работали в своем палисаднике и могли бы нас увидеть. Это одна из причин, по которой мы пришли сюда, чтобы поговорить с ними».

— И мы узнали от Капрелли достаточно, чтобы продолжить дальнейшее расследование, — твердо добавила Маргарет.

«Что это было?» — спросил Санто. У него, Брикера и Зани не было возможности спросить об этом, когда они прибыли. Их попросил Гаррет Мортимер, глава бессмертных силовиков, остановиться в Олбани на обратном пути в Торонто с задания в Нью-Брансуике. Оказавшись здесь, Маргарита и Джулиус уладили все со звонком в 911, а затем потащили их к соседям, чтобы встретиться с Паркером. И его тетей, подумал Санто, и образ миниатюрной женщины всплыл в его сознании и заставил его улыбнуться.

«Капрелли — приятная пара пенсионеров, которым нравится присматривать за районом, — объяснила Маргарет. «Нам сказали, что Питерсы оба врачи, а Паркер — их единственный ребенок. Он посещает специальную школу для одаренных детей, очень любезный и вежливый, не склонный к розыгрышам. Мы также узнали, что Капрелли тоже заметили некоторые странности, когда дело касалось мистера Парди.

— Что за странности? — спросил Зани, подавшись вперед на своем стуле.

«Во-первых, они не видели джентльмена почти неделю, хотя обычно видят его в саду каждое утро и в течении дня», — сказала Маргарет. «Капрелли также заметили, что другие люди входят в дом в неурочные часы, в основном поздно ночью, что, по-видимому, тоже необычно. Супруги были обеспокоены этим, и мистер Капрелли собирался сегодня пойти проведать этого человека. Наше прибытие помешало этому».

«Возможно, это хорошо», — пророкотал Санто, думая, что если гость мистера Парди на самом деле бессмертный изгой, он может представлять опасность для любого, кто столкнется с ним. Ну, в любом случае, любому смертному, который противостоял ему.

— Мы тоже так подумали, — тихо признал Джулиус. «Мы решили, что опасения Капрелли за мистера Парди и странный звонок Паркера, этого достаточно, чтобы, по крайней мере, изучить ситуацию. Мы позвонили Мортимеру, и он согласился.

«Итак, вы отправили Капрелли в Техас и переехали сюда», — с забавой предположил Брикер.

«Да.» Маргарита удовлетворенно улыбнулась. «Совет купил им билеты на самолет и снял номер в хорошем отеле рядом с их дочерью».

Брикер кивнул, но затем поднял бровь и спросил: «Но зачем нам база? Почему бы просто не обыскать дом и быстро не разобраться во всем?»

Санто заметил, как Маргарита взглянула на него и отвела взгляд, и почувствовал, как подозрительно сузился его взгляд.

На этот вопрос ответил его дядя. — Потому что Мортимер поднял информацию по Максу Парди. Он был уверен, что имя было ему знакомо. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, откуда. Парди приходится доктору Дресслеру троюродным братом.

Санто напрягся, его тело бросило в жар, а затем похолодело, когда внезапно зашумело в ушах. Пока он боролся с захлестнувшей его какофонией эмоций, дядя продолжил.

— Мортимер хочет двигаться здесь очень осторожно. Дресслер является первоочередной целью. Он не хочет никаких ошибок, которые могли бы позволить этому человеку снова сбежать от нас. Он собирает столько людей, сколько может, чтобы отправить к нам. А пока он хочет, чтобы мы круглосуточно наблюдали за домом и попытались определить, Дресслер этот кузен или нет.

Наступил момент молчания, во время которого Санто знал, что все смотрят в его сторону. Он знал, что они ждут его реакции. Он чувствовал их напряжение и знал, что они готовятся остановить его, если он вдруг выбежит из комнаты. Несомненно, они ожидали, что он попытается ворваться в дом Парди и убедиться, что это Дресслер. Санто сам почти ожидал такой реакции и был совершенно уверен, что именно так он поступил бы перед поездкой в Пунта-Кану, на которую согласился после решения Совета. Но теперь, когда первый шок и эмоциональный прилив пошли на убыль, он обнаружил, что стал странно спокоен.

Поняв, что им нужен какой-то ответ, прежде чем они расслабятся, он резко кивнул и пробормотал: «Имеет смысл».

Он почти улыбнулся, когда все выдохнули с явным облегчением, но желание быстро угасло, когда он понял, что показала их реакция. Его семья явно беспокоилась о нем. Он не любил беспокоить других.

«Ну, — сказал Брикер, а затем откашлялся, прежде чем спросить, — не проще ли было наблюдать за домом Парди из дома ребенка? Оттуда у нас был бы беспрепятственный вид на дом Парди.

— Верно, — согласилась Маргарита. — Но это означало бы постоянный контроль Питерсов, а также Пэт и экономки, и хотя оба доктора сейчас в отъезде, мать вернется на этих выходных, и мы понятия не имеем, когда вернется отец. Это может быть завтра. Между тем, это расследование может занять недели. Мы решили, что это слишком трудно и рискованно».

Брикер перевел взгляд с Санто на Зани, а затем снова на пару, чтобы указать: «Вы могли бы отослать их, как сделали…»

— Это врачи, Брикер, — резко напомнила ему Маргарита. «Мистер. Питерс — онколог, а миссис Питерс — хирург. У них есть пациенты, расписания и… — Она покачала головой. «Одно дело отправить прекрасную пару пенсионеров в отпуск, в который они все равно хотели отправиться, и совсем другое — нарушить жизнь двух врачей, занимающих важные посты, благодаря которым смертные остаются здоровыми и даже живыми».

Санто хмыкнул в знак согласия, затем оторвался от стойки и выскользнул из кухни. Он прошел по коридору к передней части дома, а затем нырнул в последнюю дверь слева. Она вела в небольшую гостиную. Санто подошел к боковому окну и отдернул шторы, чтобы выглянуть наружу. Этот дом стоял дальше по улице, чем дом мальчика. Из их дома был беспрепятственный вид на фасад дома, принадлежащего мистеру Парди. Он мельком взглянул на двухэтажное здание, обшитое вагонкой, отметив, что все шторы закрыты, а двор пуст. Затем он отвернулся и резко остановился, когда увидел, что все последовали за ним.

Кривая улыбка тронула уголки его рта, он кивнул, а затем прошел мимо них, чтобы вернуться по коридору в заднюю часть дома. Он снова зашел в последнюю дверь, но теперь она была справа от него, прямо напротив кухни. Это была столовая, и Санто подошел к последнему боковому окну, чтобы снова выглянуть наружу. Из окна был виден участок с травой, а соседний гараж закрывал все остальное.

«Здесь есть дом на дереве», — сказала Маргарита, подходя к нему.

Санто оглянулся на это мягкое объявление, а затем проследил за ее указующим пальцем. Позади дома стоял большой дуб, и он мог видеть деревянную постройку, примостившуюся на его ветвях.

— Он немного староват, — продолжила Маргарита. «Но Джулиус проверил его и сказал, что он все еще крепкий и из него очень хороший вид на заднюю часть дома Парди».

— Дом на дереве? — с тревогой спросил Брикер, присоединяясь к ним у окна и хмурясь. — Я так понимаю, там нет кондиционера?

— Конечно, там нет ни электричества, ни мебели, — с раздражением сказал Джулиус, входя в комнату с Заниполо, следовавшим за ним по пятам. — Это детский домик на дереве, Джастин, а не четырехзвездочный отель.

«Я буду наблюдать из домика на дереве», — сказал Санто, когда Брикер открыл рот, что, без сомнения, было бы очередной жалобой.

— Ты читал «Петронеллу», Санто? — спросила вдруг Маргарита.

— Тетя? — спросил он с удивлением, его рот скривился при этом имени. Он не слышал его по крайней мере сто лет. Его больше не использовали. Он мог понять почему.

— Да, я тетя, — сухо сказала Маргарита. «Она сестра-близнец матери Паркера. Ты ее читал?

— Нет, — признался он и сам удивился, что этого не сделал. Он должен был. Обычно он бы так и сделал, но Санто обнаружил, что отвлекся, просто глядя на женщину. Она была миленькой куколкой. На дюйм или два выше пяти футов, тонкая, как ива, с длинными черными волосами. Имя Петронелла на самом деле не указывало на азиатское происхождение. Как и Паркер Питерс, если уж на то пошло.

Мысли о мальчике заставили его вспомнить, как его защищала Пэт. Санто заметил, как она схватила его за плечи, удерживая рядом. У него сложилось отчетливое впечатление, что она хотела спрятать его за себя, как будто чувствовала необходимость встать между ним и миром. Или Паркером и остальными, подумал Санто, которому не понравилась эта идея. Он беспокоился, что это он напугал ее. Он знал, что большинство людей находили его устрашающим из-за его размера, и ему не нравилась мысль, что она может бояться его.

Вздох Маргариты привлек его внимание, и он вопросительно поднял брови.

«Попробуй прочесть ее при следующей встрече», — только и сказала его тетя.

— Она знает что-то, что мне необходимо знать?

Маргарита помедлила, а затем просто сказала: «Я не увидела ничего полезного для дела, но ты мог бы проверить вдруг я, что-то упустила. Я думаю, тебе следует попытаться прочитать ее.

Санто кивнул и решил не забыть прочитать «Петронеллу» в следующий раз, когда они встретятся. Если вообще будет следующий раз.

Паркер был на кухне, засунув голову в холодильник, когда туда наконец добралась Пэт.

«Что ты делаешь?» — спросила она, проверяя заднюю дверь, чтобы убедиться, что она заперта. По крайней мере, она не была широко открыта, подумала она, покачав головой. Она не могла поверить, что Оксана оставила входную дверь широко открытой, но, судя по словам Паркера, это было обычным явлением. Ей придется следить за этим, когда женщина будет здесь.

— Я ищу что-нибудь поесть. Паркер высунул голову, чтобы оглядеться. «Что ты делаешь?»

— Просто проверяю, все ли заперто, — пробормотала она, проверяя окно над раковиной.

«Снова?» — недоверчиво спросил Паркер. — Ты сделала это после того, как Оксана и соседи ушли.

Пэт проигнорировала комментарий и вместо этого спросил: «Почему ты ищешь что-нибудь поесть? Ты не можешь снова быть голодным. Ты съел половину пиццы за ужином.

— Это было несколько часов назад, — сказал он со стоном.

«Это было только. ". Пэт оборвала себя, когда взглянула на часы над окном и поняла, что уже почти девять часов. Она забрала его после уроков игры на фортепиано, которые он брал после школы в пять часов, а потом пригласила на ужин. Она предоставила ему на выбор ресторан, и он, конечно же, пошел за пиццей. Они поужинали и вернулись домой к половине пятого.

— Мы ужинали три с половиной часа назад, — заметил Паркер. «Я голоден».

Вспомнив об этом, Пэт предложила: «Тогда возьми банан или что-нибудь в этом роде и съешь его, пока будешь готовиться ко сну».

«Спать?» — спросил он с тревогой.

— Через пять минут будет девять часов, Паркер, — твердо сказала она. — Твоя мать сказала…

— Да, да, я иду, — проворчал он, хватая банан из миски на прилавке и топая, вышел из комнаты.

Пэт слабо улыбнулась его поведению, когда проверяла окно у кухонного стола, но остановилась, выглянув наружу и заметив движение на заднем дворе Капрелли. Это был племянник Маргариты, тот большой, идущий к заднему забору.

Санто. Она проверила имя в своей голове. Мужчина был огромен и великолепен, а его голос был настолько низким, что у нее даже мурашки побежали по коже, но Пэт отвлеклась от своих мыслей, когда Санто остановился у большого дуба в самом конце двора и начал взбираться по лестнице наверх, в старый домик на дереве. Ее сестра, Куинн, как-то упомянула, что Капрелли построили его для своей дочери несколько десятилетий назад, и Пэт слегка нахмурилась, задаваясь вопросом, безопасно ли такому большому парню, как он, залезать туда и почему он это делает. Она смотрела, как он исчезает в деревянной конструкции, и ждала, когда он вернется. Прошло несколько минут, когда Паркер закричал сверху.

Пэт отвернулась от окна и вышла в холл, по пути выключив свет на кухне. Ее племянник был на лестничной площадке наверху, перегнувшись через перила, ища ее. Она выключила свет в холле, когда достигла подножия лестницы, а затем стала подниматься по лестнице, спрашивая: «Что?»

«Можно мне выпить стакан молока, прежде чем я почищу зубы?» — спросил он, встречая ее наверху лестницы.

«Ага. Выпей его на кухне, а потом поставь стакан в посудомоечную машину, — сказала она, проходя мимо него, чтобы начать проверять окна наверху. Мальчик кивнул и пролетел как выстрел, бросившись вниз по лестнице и прямо по коридору на кухню.

Пэт хотела было сказать ему, чтобы он не бегал по дому, но не стала. Он был молод, полон энергии, и не мешало бы израсходовать часть этой энергии перед сном. Она проверяла окна в спальне его родителей, когда он нашел ее несколько мгновений спустя.

— Я пришел поцеловать тебя на ночь, — объявил он, подбегая к ней.

Пэт с удовольствием посмотрела на его синюю пижаму в тонкую полоску. Он выглядел как маленький взрослый, но его лицо было розовым от умывания, а в уголке рта было пятно зубной пасты. Наклонившись, чтобы обнять и поцеловать его, она спросила: «Разве ты не хочешь, чтобы я укрыла тебя?»

— Я уже взрослый для этого, — твердо сообщил ей Паркер, сжимая и чмокая ее в щеку. Отстранившись, он бросился к двери, крича: «Спокойной ночи».

«Спокойной.» Пэт смотрела, как он уходит, думая, что он так быстро растет. Время вообще быстро пролетало. Казалось, что чем старше она становилась, тем быстрее бежало время. Покачав на это головой, Пэт снова подошла к окну. Оно было заперто. Каждая дверь и окно в доме были. Теперь она взглянула в сторону дома на дереве. Было еще светло. Солнце скрылось за тучами, пока оно клонилось к горизонту. Но даже в этом случае она без труда увидела дерево и домик на нем. К сожалению, она не могла сказать, был ли Санто все еще внутри или нет, и что он там делал, если был все еще там.

Отказавшись гадать так ли это, Пэт направилась в ванную, чтобы почистить зубы и умыться. Переодевшись в пижаму, она спустилась вниз, чтобы взять стакан воды. Пэт отнесла его в свою комнату, достала из сумки свой iPad, свернулась калачиком в постели, выключила свет и открыла в приложении iBook роман, который читала.

Санто краем глаза уловил движение и оторвал взгляд от дома Парди, чтобы посмотреть, что двигается по заднему двору Капрелли. Узнав худощавую фигуру Зани, направляющуюся к дереву, Санто повернулся к соседним домам, его взгляд скользнул сначала по дому, где были Паркер и Пэт, отметив, что свет на первом этаже выключен. Свет на втором тоже гас один за другим. Петронелла, должно быть, ложится спать, подумал он, и в его голове всплыли картины, как она идет по дому, выключая на ходу свет, а затем направляется в спальню, которую использовала, и медленно стягивает с себя одежду, медленно обнажаясь.

— Привет,

Cugino

. Я подумал, что тебе, возможно, нужно немного подкрепиться.

Санто обернулся на это приветствие, когда Зани пролез через маленькую дверь и сел рядом с ним на пол домика на дереве, прежде чем предложить ему два пакета холодной крови.

—

Grazie

, — проворчал он. То, как его клыки опустились при одном виде крови, говорило ему, что он в ней нуждается. Приняв пакеты, он позволил одному плюхнуться к себе на колени, а другой шлепнул на клыки, когда оглянулся в окно маленького домика на дереве. В доме Парди было темно, и так было всю ночь, но в доме, где жили Пэт и Паркер, все еще горел свет в одном окне. А потом свет в спальне тоже погас.

— Что-нибудь происходит/Есть какое-нибудь движение? — спросил Зани, с любопытством выглядывая в окно.

Санто покачал головой.

«Вот и у Брикера глухо. Ни света, ни движения, ничего».

Вытащив теперь пустой первый пакет изо рта, Санто приподнял бровь. — Он наблюдает спереди?

«Ага. Утром его сменят Маргарита и Джулиус, а я — тебя, — объявил Зани.

— Тогда тебе нужно поспать, — сказал Санто, прежде чем приложить к клыкам второй пакет с кровью.

—

Si

, нужно, — согласился Зани. — Но я слишком возбужден, чтобы заснуть прямо сейчас.

Санто просто кивнул, сосредоточившись на двух домах в поле зрения.

Пэт захлопнула крышку своего айпада и огляделась, глядя на темные тени, отбрасываемые в комнату ночником. Она собиралась почитать минут пятнадцать или около того, а затем лечь спать. Вместо этого она закончила книгу. На это ушло три стакана воды и столько же часов, но книга была прочитана. Это было не очень интересное чтение. Но не поэтому она продолжала читать. Это ее собственные нервы удерживали ее. Она сидела там, пролистывая страницы и нервно оглядываясь при каждом скрипе в доме. Что было просто смешно. Она никогда раньше так не нервничала ни в доме своей сестры, ни в своем собственном, если уж на то пошло. Пэт по натуре не была нервным человеком. Она знала, что сможет позаботиться о себе. Но она продолжала мысленно видеть глаза Санто и…

Пэт оборвала эти мысли и нетерпеливо отбросила в сторону одеяло и простыни, чтобы встать с постели. Три стакана воды сделали свое дело, так что теперь ей нужно было пописать. Бормоча себе под нос, она направилась к двери в тусклом свете ночника. Когда она открыла дверь, ее встретила полоса ночных огней. Они, казалось, исходили из каждой розетки, по три крошечных лампочки через каждые шесть футов, освещая пол коридора, который простирался по обе стороны от ее двери.

На самом деле это было довольно удобно, решила Пэт, выскользнув из своей комнаты и направившись в ванную. В последний раз, когда она останавливалась здесь, ей приходилось включать свет в холле, чтобы передвигаться ночью. Теперь установленные ночные светильники облегчили поиск туалета. В ванной был ночник по ярче, так что она не стала включать свет и там, а быстро справила нужду, вымыла руки, а затем еще раз быстро провела зубной щеткой по зубам для ровного счета.

Сделав это, Пэт выскользнула обратно в холл. Она все еще была взвинчена и знала, что заснуть будет трудно, но сейчас было за полночь, а на следующий день у нее были дела. Ей также нужно было отвезти Паркера в школу. Это будет раннее утро, мрачно подумала Пэт, возвращаясь в коридор.

Пэт проходила мимо комнаты Паркера, когда услышала что-то похожее на рычание. Резко остановившись, она замерла, навострив уши. Она нахмурилась, когда это повторилось. Это определенно было рычание, на этот раз закончившееся шипением. И это исходило из спальни Паркера. В тот момент, когда она это поняла, Пэт расслабилась. «Маленький засранец, должно быть, играет в видеоигры, а не спит», — подумала она и шагнула к двери.

Она бесшумно нажала на ручку, и Пэт приоткрыла дверь на несколько дюймов, прежде чем резко остановиться. В комнате было не совсем темно. Ночник рядом с кроватью добавлял немного света, но лунный свет также проникал в окна, отбрасывая тусклое свечение на кровать, подчеркивая спящего племянника.

Она смотрела на него с минуту, а затем еще одно шипение привлекло ее взгляд к фигуре в изножье его кровати. Пэт потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это кошка, сгорбленная и свирепо смотрящая, рычащая и шипящая в сторону окна. Как только она это заметила, лунный свет, проникающий сквозь открытые шторы, слегка сместился. Пэт взглянула в окно и замерла, увидев темную фигуру снаружи. С лунным светом позади него она не могла разглядеть ничего, кроме того, что это, скорее всего, был мужчина, и он пытался открыть окно.

— Как ты думаешь, сколько времени потребуется Мортимеру, чтобы собрать людей и отправить сюда?

Санто поджал губы, обдумывая вопрос. Каждый Охотник, работавший под началом Гаррета Мортимера, сейчас был бы на задании, выслеживая бессмертных, нарушивших их законы. Он знал это, потому что после Венесуэлы все всегда были при деле. По крайней мере, половина Силовиков Мортимера была отправлена в Южную Америку, чтобы выследить доктора Дресслера, ученого, который обнаружил существование бессмертных и начал похищать их для экспериментов. Мортимер все еще не вернул всех своих силовиков. Несколько человек остались на маленьком острове у побережья Венесуэлы, чтобы помочь. Из-за этого ему не хватало рук, когда он пытался справиться с всплеском активности изгоев, вспыхнувшей в тот момент, когда половина Охотников была отправлена прочь. Старая поговорка о том, что «Кот из дома, мыши в пляс», оказалась верной, когда дело касалось изгоев и охотников. Казалось, что отсутствие Охотников было воспринято как разрешение для любого, даже для тех, кто только подумывал о том, чтобы стать изгоем, сделать это и создать проблемы. Они все еще разгребали беспорядок. Это означало, что Мортимеру может понадобиться некоторое время, чтобы собрать людей и отправить сюда.

Санто снова перевел взгляд в окно и открыл рот, чтобы ответить, но остановился, уловив движение у соседнего дома. Темная фигура стояла на балконе второго этажа, проходившем вдоль задней части дома Питерсов. Фигура стояла у окна в дальнем конце. Похоже, он пытался открыть его.

— Это ведь не тетя мальчугана, не так ли? — мрачно сказал Заниполо, и Санто глянул в сторону и увидел, что кузен проследил за его взглядом.

— Нет, — сказал он уверенно.

— Я позову Брикера. Зани исчез за крошечной дверью домика на дереве.

Санто потребовалось больше времени, чтобы последовать за ним, чем ему хотелось бы. Дом на дереве был маленьким, а он — нет. Ему пришлось ползти к входу, из которого только что исчез Зани, а затем слегка повернуться, чтобы пройти в крошечное отверстие. Однако, как только он это сделал, Санто просто спрыгнул с ветки дерева на землю. Когда он приземлился и выпрямился, взгляд показал ему, что Зани уже был у задней двери дома Капрелли. Пока он бежал через двор, Санто заметил, как Зани дернул дверь, и услышал, как тот кричит, что кто-то пытается проникнуть к соседям.

Глава 3

Пэт замерла в дверях, уставившись на фигуру за окном Паркера, пока ее племянник внезапно не вскрикнул и не сел в постели. Когда он схватил кошку и, защищаясь, прижал ее к своей груди, она стряхнула шок и начала двигаться. Широко распахнув дверь, Пэт подбежала к кровати и подхватила Паркера, одеяла, кошку и все такое, а затем повернулась, чтобы выбежать из комнаты.

Ее телефон был подключен к зарядному устройству в ванной, которая также была единственной комнатой с замком. Пэт бегом привела туда Паркера, резко опустила его и схватила телефон со стойки раковины.

«Звони в 911», — твердо приказала она, протягивая телефон и пятясь к двери. «Я собираюсь-"

«Нет!» — взвизгнул Паркер. Прижав кота покрепче, он отступил от телефона, как от дьявола, и отчаянно замотал головой. «Ты не можешь оставить меня! Ты должна присматривать за мной».

Пэт нахмурилась, глядя на его паническое выражение, а затем посмотрела в сторону коридора. Она хотела пойти посмотреть, не открыл ли злоумышленник окно и не проник ли в дом, но она не могла оставить Паркера в таком состоянии. Вздохнув, она захлопнула дверь ванной.

«Хорошо, милый. Я никуда не уйду, — заверила она его, запирая дверь. — Видишь, я остаюсь.

Когда он просто замер и смотрел на нее, как будто все еще опасаясь, что она может исчезнуть, она схватила его за руку и притянула к себе, затем прижала его к себе и подняла телефон в другой руке, чтобы набрать 911.

— За моим окном кто-то был, — дрожащим голосом сказал Паркер, явно потрясенный происходящим.

— Да, дорогой, я видела, — пробормотала Пэт, поднося телефон к уху, прежде чем взглянуть на него. Она почувствовала, как ее сердце сжалось в груди, когда она увидела его бледное и испуганное лицо.

— А если он войдет? — обеспокоенно спросил он, рассеянно поглаживая, успокаивая все еще расстроенного кота.

Животному определенно не нравился тот, кто был снаружи, подумала Пэт, а потом задумалась, откуда взялся кот. — Паркер, чей это кот?..

Вопрос застрял у нее в горле, когда звонок прекратился, и спокойный голос сказал: «911. Что у вас случилось?

Пэт быстро объяснила, что снаружи кто-то пытался проникнуть в дом через окно. По крайней мере, она надеялась, что он все еще снаружи.

Затем последовало несколько вопросов, включая адрес. Пэт ответила автоматически, когда Паркер сказал: «Это твой домашний адрес, тетя Пэт».

Она коротко моргнула, понимая свою ошибку. Решив, что она, должно быть, взволнована больше, чем думала, Пэт вместо этого быстро дала адрес своей сестры.

«Я отправил полицию. Вы слышали звук разбитого стекла или что-нибудь еще, что могло бы указать на то, что он проник в дом?

Пэт покачала головой, а затем поморщилась, когда поняла, что оператор этого не видит, и сказала: «Нет. Ничего.»

— Где вы находитесь в доме?

— Ванная наверху, — ответила она. — Это единственная комната с замком.

— Ваш племянник с вами?

«Да.»

— Вы там, в безопасности, пока не приедет полиция?

Пэт повернулась, чтобы посмотреть на дверь. Это была дверь. Дерево, возможно, не из цельного дерева, а замок был обычным замком для ванной — воткните узкий кусок проволоки или что-то подобное в отверстие снаружи, и замок откроется.

Выругавшись, она оглядела маленькую ванную, а затем опустилась на пол и уперлась спиной в унитаз, а ногами в дверь. Ей пришлось сдвинуть свой зад примерно на дюйм вперед, чтобы справиться с этим, но она надеялась, что это поможет держать дверь закрытой, если замок будет взломан.

«Мэм? Вы там в безопасности? — повторил он.

— Я… — Пэт замолчала и повернулась, чтобы посмотреть через плечо на окно над ванной, когда снаружи раздались крики. Вскоре где-то в доме послышался грохот. Шум заглушала дверь. Тем не менее, это не казалось близким. Это звучало как-

«Я думаю, что кто-то стучит во входную дверь. Может, это полиция? — с надеждой спросила она.

«Минуточку. . Нет. Еще четыре минуты.

— О, — слабо сказала Пэт.

— Это полиция? — с тревогой спросил Паркер, придвигаясь ближе к ней, пока не прислонился к ее плечу.

— Нет, милый, — сказала она, выдавив из себя улыбку. — Но они будут через четыре минуты.

Он не выглядел успокоенным, услышав эту новость, и Пэт уговорила Паркера сесть рядом с ней на пол. Он тут же упал, по-прежнему почти отчаянно сжимая кошку, а она обвила свободной рукой его маленькие плечи и постаралась не думать о том, как быстро один человек может убить другого. Если предполагаемый нарушитель был вооружен, на нажатие курка уходило меньше секунды. Желая, чтобы у нее был пистолет, Пэт начала жевать внутреннюю часть щеки, когда снова раздался стук, а затем последовал грохот.

«Что это было?» — обеспокоенно спросил мужчина в телефоне. Она не удивилась, что он услышал шум, это был чертовски громкий треск. Словно дерево раскололось и упало на пол.

«Я думаю, что у нас проникновение», — мрачно сказала она, используя его ранее произнесенное слово, а затем ненадолго закрыла глаза, услышав, как оно вылетает из ее рта. Проникновение? Просто это прозвучало неправильно.

«Полиция почти приехала», — успокаивающе сказал оператор 911. «Просто сохраняйте спокойствие».

Пэт чуть не фыркнула на совет. Мужчина был далеко, в безопасности, в какой-то кабинке, с гарнитурой или телефоном у уха. Ему было легко сказать: «Сохраняй спокойствие». На руках у нее был испуганный восьмилетний ребенок, кот, который внезапно попытался забраться на голову ребенка, и смехотворно тонкая дверь в ванную между ними и каким-то сумасшедшим, который заглядывал в окна и ломал двери. Ей хотелось бы посмотреть, как он отреагирует и «сохранит спокойствие», если они поменяются местами — подумала Пэт, схватив кота за шкирку и бросив обратно на колени Паркеру. Ее племянник тут же завернул животное в одеяло, зажав его ноги, чтобы оно снова не выбралось наружу.

«Петронелла? Паркер? Вы в порядке?»

Пэт напряглась от этого оклика снизу. Это был женский и знакомый голос, но до тех пор, пока она не услышала низкий рокочущий мужской голос с итальянским акцентом: «Наверху. Спальни», она поняла, что женщина, должно быть, была Маргаритой, потому что она была совершенно уверена, что низкий рычащий голос, который последовал, был Санто.

— Я надеюсь, что с ними все в порядке. Ты говорил, что слышал два крика? Голос Маргариты приближался. Пэт предположила, что это означало, что они поднимались по лестнице.

«Si».

«Это звучит не очень хорошо. Петронелла? Паркер?

«Здесь!» — крикнул Паркер и вскочил на ноги, чтобы поспешить к двери.

— Это кто-то из ваших знакомых? — спросил оператор 911, очевидно, услышав голоса.

— Соседи, — ответила Пэт, тоже вскакивая на ноги. — Я думаю… Паркер, подожди! — рявкнула она, когда он отпер и начал открывать дверь. Она прыгнула к нему, но было слишком поздно, и остановилась позади него, когда он вышел в холл, и внезапно зажегся свет.

Моргая от слепящего света, она подняла взгляд на пару перед Паркером. Маргарита и Санто — она в длинной белой шелковой ночной рубашке, а он все еще в черных джинсах и футболке, как раньше.

«Фух» Маргарита улыбнулась с явным облегчением. «Мы так волновались, когда ты не ответила на стук. Мальчики увидели человека, крадущегося вокруг вашего дома, и услышали два крика, и мы испугались, что преступник проник внутрь и причинил вам вред, прежде чем мы смогли добраться до дома.

— У нас все хорошо, — сказала Пэт. Ее рот сжался, но она никак не прокомментировала тот факт, что они смогли услышать крик Паркера, когда все окна в доме были закрыты.

— Я только раз закричал, — внезапно сказал Паркер. «Когда впервые увидел его. Я был удивлен, — добавил он, как бы оправдывая крик.

Пэт положила руки ему на плечи и инстинктивно притянула его ближе, напоминая ему: «Ты также кричал «нет», когда я собиралась оставить тебя в ванной, чтобы посмотреть, не забрался ли он в дом».

«Ой.» Он слегка покраснел и кивнул. «Да. Может быть, было».

Пэт оглянулась на Маргариту. «Спасибо за заботу. я. ". Ее голос замер в горле, когда она заметила глаза женщины. Теперь они были скорее серебристыми, чем синими, как будто волнение как-то их изменило. Пэт смотрела в инопланетные глаза женщины, и на минуту они, казалось, лишили ее дыхания и способности думать.

— С нами ты в безопасности, дорогая, — тихо сказала Маргарита, нежно касаясь запястья. Пэт прочувствовала эти слова до глубины души. Теперь, когда там были Маргарита и Санто, она была в безопасности. Она знала это и расслабилась.

«Я думаю, оператор на телефоне беспокоится о вас. Возможно, тебе следует заверить его, что с вами все в порядке, — мягко сказала Маргарита.

Пэт с удивлением посмотрела на телефон в руке. Она совсем забыла об операторе службы экстренной помощи. Поднеся трубку к уху, она услышала его тревожные крики: «Алло? Привет! Ответьте? Все в порядке?»

«Да. Извините, — сказала Пэт, как только телефон оказался у уха. «Всё хорошо. Я-"

— Маргарита?

Пэт остановилась и посмотрела на лестницу, услышав обеспокоенный крик снизу.

— Здесь, наверху, дорогой, — ответила Маргарита, повернув голову к лестнице.

— Ваши соседи сейчас там? — спросил оператор 911.

— Угу, — пробормотала Пэт, когда на лестничной площадке появился муж Маргариты. Обеспокоенность, которую она услышала в его голосе, была столь же очевидна и в выражении лица Джулиуса, когда он появился в поле зрения. Это не успокоилось, пока его взгляд не скользнул по четверым из них в коридоре, заметила она, когда он поспешил к ним, а затем ее внимание вернулось к телефону, когда оператор 911 снова заговорил.

«Я предупрежу офицеров, чтобы они не приняли ваших соседей за злоумышленников», — заверил он ее, а затем добавил: «Они сейчас приедут, так что я отключаюсь, чтобы ты могла поговорить с ними».

— Спасибо, — пробормотала Пэт, едва расслышав его слова, когда увидела, как Джулиус Нотте подошел к жене и обнял ее за талию.

— Значит, все в порядке? — спросил он, притягивая к себе Маргариту и целуя ее в лоб. Он был с обнаженной грудью, и лишь пара свободных пижамных штанов низко свисала с его бедер. Пару явно вытащили из постели.

— Полиция приехала.

Пэт снова переключила свое внимание на лестницу, когда появились Джастин Брикер и Заниполо. Как и Санто, они все еще были одеты в черное.

— Полиция хочет поговорить с домовладельцем, — объявил Джастин, взглянув на Джулиуса. «Нужно ли мне-?» Он остановился и с удивлением посмотрел вниз, когда Паркер внезапно бросился вперед к лестнице.

«Паркер!» Пэт поспешила за ним. Мальчик все еще держал кошку и одеяло, последнее было длинным, и она была уверена, что он споткнется об него. Но он добрался до подножия лестницы целым и невредимым и не остановился перед полицейским, только что вошедшим через сломанную входную дверь.

Пэт замедлила ход и остановилась у подножия лестницы, когда увидела ущерб, нанесенный Санто. Господи, он разнес дверь на щепки. Теперь она усеяла пол короткими сломанными планками, оставив зияющую дыру на месте двери.

«Это мой дом.»

Услышав это объявление, Пэт взглянула на Паркера и выдавила из себя страдальческую улыбку, когда полицейский моргнул, глядя на ее племянника, а затем поднял на нее взгляд и вопросительно изогнул бровь. Он был красивым мужчиной. Высокий и крепкий, с темно русыми волосами и ясными голубыми глазами. На его бейджике было написано «Кросс».

— Спасибо, что пришли, офицер Кросс, — пробормотала она, подходя к Паркеру. «Меня зовут Петронелла Стоун, а это мой племянник Паркер Питерс. Его родители владеют этим домом, но я присматриваю за ним, пока они оба в отъезде.

Офицер Кросс кивнул, а затем его взгляд прошелся по ней, когда он доставал свой блокнот. Когда его движения прекратились, а глаза внезапно расширились, она взглянула на себя и чуть не застонала вслух. Она забыла, что все еще в пижаме. Пэт ложилась спать в укороченной футболке и боксерах. Боксеры были в вещах, которые оставил бывший бойфренд и никогда не просил вернуть. Они были удобными и достаточно большими, чтобы свисать с ее бедер, а не с талии. Ее футболка не доставала несколько дюймов до боксеров, обнажая много кожи. А также цеплялась за те выпуклости, которые покрывала. И призывала:

Ты.

Я.

Кровать.

Сейчас.

Суровое выражение лица офицера расплылось в улыбке, которая заставила ее предположить, что он одобряет ее наряд, а затем низкое рычание заставило Пэт оглянуться через плечо и увидеть, что Маргарита и все четверо мужчин спускаются по лестнице. Она не могла сказать, откуда исходил звук, но заметила, как Маргарита потянулась, чтобы схватить Санто за руку, словно пыталась его успокоить.

Санто почувствовал прикосновение Маргариты к своей руке, но не отвел взгляда от миниатюрной женщины в прихожей и от высокого полицейского, который похотливо разглядывал ее. По крайней мере, мужчина делал это, пока Санто не зарычал. Теперь у офицера снова было лицо полицейского, и он пристально смотрел на Санто и остальных, когда открыл свой блокнот и достал ручку.

Заставив себя расслабиться, Санто слегка нахмурился из-за своей собственнической реакции на очевидный интерес офицера к Пэт. Это застало его врасплох, начавшись довольно резко и бурно. Он хотел врезать мужчине, а затем вырвать ему глаза за то, что он осмелился так на нее посмотреть.

Но потом, как признал Санто, у него, была странная реакция и на Пэт. Например, он отчаянно пытался добраться до нее, когда заметил мужчину, крадущегося вокруг дома. И крик, который он услышал, напугал его до чертиков. Второй крик лишь усилил его беспокойство. Пока его двоюродный брат, дядя и Брикер гнались за темной фигурой, он подошел к двери и уже собирался вломиться в нее, когда Маргарет догнала его и настояла, чтобы он сначала постучал. Он неохотно сделал это, а затем едва выждал один вдох, прежде чем снова постучать. Но это было все, что ему удалось сделать, прежде чем он ударил кулаком в дверь, схватился за оба края проделанной им дыры и буквально разорвал дерево на части.

Облегчение от того, что он увидел Пэт в безопасности в комнате наверху, чуть подкосило его и сперло дыхание, заставляя задыхаться. Женщина представляла собой сексуальную куколку в трусах-боксерах и укороченной футболке. Топ любовно облегал ее кожу и был чертовски тонким, сквозь него он мог видеть цвет и форму ее сосков. И надпись не помогала. Ты. Я. Кровать. Сейчас. О Боже! Ему было трудно думать о чем-то еще после этого, и он стоял там, как пускающий слюни идиот, пока все говорили.

Санто отвлекся от своих мыслей, когда позади Кросса появился второй офицер и похлопал его по плечу. Они обменялись несколькими словами, и, поскольку он их не слышал, Санто скользнул в разум Кросса, чтобы прочитать, о чем они говорили. Похоже, Зани и Брикер коротко поговорили с мужчинами, прежде чем войти внутрь, и пока Кросс пошел к двери, второй офицер обошел дом сзади, поднялся по внешней лестнице на балкон и проверил все окна. Обнаружив на одном из них следы, как будто кто-то пытался взломать его, он использовал свой фонарик и немного прошелся снаружи, осматривая местность. Не было никаких признаков потенциального злоумышленника.

— Верно, — внезапно сказал Кросс и снова повернулся к Пэт, чтобы улыбнуться ей. — Петронелла, ты сказала? Можешь написать это для меня?»

Санто заметил, что у мужчины все еще было лицо полицейского, но его взгляд продолжал скользить по телу Пэт, пока он ждал с ручкой наготове, пока она произнесет свое имя по буквам. Ответил Паркер.

«П. . Э. . Т. . Р. . О. . Н. . Э. . Л. . Л. . А, — расшифровал Паркер, а затем добавил: — С. . Т. . О. . У. . Н.»

— Спасибо, малыш, — с ухмылкой сказал офицер. «Я полагал, что Стоун пишется именно так, но надо было удостовериться, а Петронелла — необычное имя». Его взгляд снова скользнул к Пэт, когда он добавил это, его улыбка стала шире.

— Это необычно, но не редко, — торжественно заверил его Паркер. «Например, в 1924 году родилось шесть младенцев женского пола по имени Петронелла. В том году родилось 1 161 210 детей, то есть только один из 193 535 детей, получил это имя. Но в Европе оно более популярно. Были исследовательницы, пловчихи, художницы, поэтессы, британские журналистки и множество других женщин с таким именем. Был даже персонаж в «Доктор Кто» по имени Петронелла Осгуд».

«Мой племянник; ходячая энциклопедия, — сказала Пэт. Тон ее голоса был натянутым, и Санто заметил, что она взяла Паркера за руку, чтобы привлечь его к себе и положить руки ему на плечи. Это также помогло скрыть ее скудный наряд. По крайней мере, так было спереди. Но он все еще беспрепятственно видел ее сзади и обнаружил, что его взгляд задержался на ее прекрасных ногах.

— Никто больше не пользуется энциклопедиями, тетя Пэт, — сказал Паркер, вытягивая шею, чтобы посмотреть на свою тетю. «Они гуглят. . я однажды погуглил твое имя, потому что, его больше ни у кого не было».

— Кто бы сомневался, что ты это сделал, — ласково сказала она.

— Итак, — сказал теперь офицер, пытаясь вернуть разговор в нужное русло. «Вы звонили в 911 по поводу того, что кто-то пытался проникнуть в дом?»

Санто заметил, как взгляд мужчины скользнул мимо Пэт к нему, когда он сошел с лестницы, чтобы встать позади нее. Он знал, что остальные последовали за ним, и видел, как глаза офицера следят за ними, когда Пэт сказала: «Да. Мы с Паркером лежали в своих кроватях. Я встала, чтобы пойти в ванную, и услышала шипение и рычание кота, открыла дверь, а за окном Паркера был мужчина, пытающийся открыть его».

— Вы можете описать этого человека? — сразу же спросил Кросс.

— Нет, — сказала она устало и извиняющимся тоном. «Он был просто темной фигурой в лунном свете».

Санто видел, как его собственное разочарование отразилось на лицах обоих офицеров при этой новости, но Кросс сделал пометку в своем блокноте, а затем спросил: «Что произошло дальше?»

«Я схватила Паркера с кровати, отвела его в ванную, заперла дверь и позвонила в 911».

«Она хотела оставить меня в ванной и пойти посмотреть, не проникли ли в дом, но я не позволил ей», — объявил Паркер, расстроенный тем, что она хотела оставить его.

— Ты молодец, сынок, — торжественно сказал офицер. — Вам обоим было безопаснее ждать нас в ванной.

«Да, но мы вышли, когда Маргарет и Санто ворвались и искали нас», — заметил Паркер.

Оба офицера немедленно перевели взгляды на Санто и его родственников. Пэт тоже оглянулась, ее глаза расширились, когда она увидела, что все они рассредоточились позади нее и Паркера в прихожей.

— Боюсь, Паркер прав, офицер, мы выломали дверь, — спокойно сказала Маргарет. — Видите ли, мы остановились по соседству, и пока Санто и Зани разговаривали на заднем дворе, они заметили кого-то на балконе второго этажа, а затем услышали крик. Ну, мы все бросились, чтобы попытаться помочь. Брикер, мой муж Джулиус и мой племянник Зани побежали за незваным гостем, а мы с Санто пришли проведать Пэт и Паркера. Когда они не открыли дверь, Санто сломал ее». Она взглянула на куски дерева, разбросанные по всему полу, и затем заверила их: «Мы, конечно, завтра позвоним и пригласим кого-нибудь, чтобы починить ее. А Пэт и Паркер могут сегодня переночевать у нас.

— О нет, это не… — начала Пэт, нахмурившись, но офицер Кросс прервал ее, сказав: — Это разумно. Вы не можете оставаться здесь без двери. Скорее всего, это был просто Подглядывающий, и ваши соседи его отпугнули. Но если он вернется. ".

— Он прав, дорогая, — серьезно сказала Маргарита. «Вы не можете остаться здесь без двери. Кроме того, у нас есть комната. А Зани и Брикер могут остаться здесь и охранять дом, пока завтра не придет ремонтник, — заверила ее Маргарита.

Пэт открыла рот, и Санто был совершенно уверен, что она собиралась отказаться от предложения, но затем ее взгляд скользнул к Паркеру, и она остановилась. Беспокойство на его юном лице заставило ее нахмуриться, и она спросила: «А чего хотел бы ты, Паркер?»

Мальчик несчастно посмотрел на зияющую дыру, которая раньше была дверью, и покачал головой. — Не думаю, что нам следует оставаться здесь, тетя Пэт.

— Верно, — выдохнула она.

— Значит, все решено, — весело сказала Маргарет, проходя мимо Санто и подталкивая Пэт и Паркера к двери. Когда она вдруг остановилась и нахмурилась, глядя на кота и длинное одеяло, тянущееся за Паркером, а затем взглянула на него, Санто разжал руки и обошел Пэт, чтобы подхватить мальчика. Он вынес Паркер за дверь прежде, чем Пэт успела запротестовать, но знал, что она последует за ним. Она очень оберегала своего племянника. Тем не менее она, должно быть, колебалась, разрываясь между тем, чтобы пойти за ним и остаться, чтобы разобраться с полицейскими, потому что он услышал, как Кросс сказал: «Нам еще нужно осмотреть комнату мальчика и допросить мужчин. Вы нам для этого не нужны».

Он слышал, что Пэт уже спешила за ним, когда она сказала офицеру: «Спальня Паркера — последняя дверь в конце коридора слева. Комната, которую я использую, последняя справа, сразу за ней.

Санто удовлетворенно улыбнулся, а затем быстро спрятал это выражение, когда она подошла к нему и попыталась взглянуть на своего племянника.

С лицом, полным беспокойства, она сказала: «Если Паркер тяжелый, я могла бы…»

— Он пушинка, — прервал он. — А ты босиком. Тебе нужно смотреть, куда наступаешь. А мальчик на руках усложнит задачу.

«Наверно.» Пэт была разочарована. У Санто сложилось отчетливое впечатление, что она хочет вырвать Паркера из его рук. Он стал двигаться быстрее, чтобы убедиться, что она не сможет.

Глава 4

«Думаю, нам нужно немного горячего шоколада и печенья перед сном», — объявила Маргарита, открывая дверь в дом Капрелли. Она повернулась, чтобы улыбнуться Паркеру в объятиях Санто, и добавила: «Что ты думаешь, дорогой?»

— Да, пожалуйста, — чопорно сказал Паркер.

Пэт сумела улыбнуться женщине, хотя на самом деле ей хотелось схватить Паркера и бежать обратно в дом ее сестры. Ей не нравилась мысль остаться в доме Капрелли с этими людьми. Она скорее засунет Паркера в свою машину и отвезет его на ночь в отель. К сожалению, она не успела сказать это до того, как Санто подхватил мальчика и унес его. Она полагала, что все решили, что ее слова «Правильно» в ответ на то, что Паркер не хочет оставаться в доме, были согласием остаться у Капрелли. Теперь она не знала, как выбраться отсюда с Паркером, не оскорбив их хозяев и не вызвав у них подозрений.

Вздохнув, она последовала за Санто в дом, зная, что за ней стоит Маргарита.

Большой мужчина был очень нежен с ее племянником, призналась Пэт, наблюдая, как он осторожно усадил мальчика на стул за столом. Но когда Санто отступил, назад она, увидела, что Паркер все еще держит кота, Пэт слегка нахмурилась.

— Паркер, чей это кот? — резко спросила она, зная, что это не его. Ее зять Патрик ненавидел кошек и утверждал, что единственное, для чего они годятся, — это кухонные прихватки. У него также была жуткая аллергия на кошачьих. Он бы даже не пустил кошку в дом и пришел бы в ярость, если бы узнал, что она там была. Даже если это спасло его сына от злоумышленника.

— Это миссис Вигглз, — сказал Паркер, поглаживая животное по голове. Он больше не заворачивал ее в одеяло, чтобы она не двигалась. Она оставалась у него на коленях, поверх одеяла.

«Миссис. Вигглз? — с интересом спросила Маргарита.

Паркер кивнул и объяснил: Кошка Парди.

— Кошка, которая проникла в дом? — спросила Пэт, вспоминая предыдущую историю.

«Да.» Он улыбнулся, видимо, довольный тем, что она вспомнила.

— Хорошо, — медленно сказала Пэт. — Но почему она была в твоей комнате? И как она туда попала? Ее не было в твоей комнате, когда мы играли в видеоигры вечером. Я бы заметила. И нигде в доме я ее не видела. Ты запустил ее через окно после того, как лег спать? Сама мысль пугала ее. Если бы он делал это, когда мужчина подошел к окну….

— Нет, — быстро ответил Паркер, видимо, заметив ее растущую тревогу. «Она была в подвале весь день, пока я не пошел спать». Выглядя виноватым, он признался: «На самом деле я пошел не за стаканом молока, я…»

— Пошел за кошкой, — закончила она, собирая все воедино.

Паркер кивнул. — Я не хотел, чтобы ты знала, что она там.

Пэт наклонила голову и в замешательстве посмотрела на него. «Почему?»

— Потому что ты могла заставить меня выставить ее на улицу или сама захотела бы отнести ее к мистеру Парди, — тихо признался он.

Пэт недолго его рассматривал, а затем вздохнула и сказала: «И ты прав. Я бы.» Когда его глаза расширились от тревоги, она важно добавила: — Это не твоя кошка, Паркс. Ты не можешь просто забрать ее. Мистер Парди, вероятно, скучает по ней, — твердо добавила она.

«Да, но-"

— А у твоего отца аллергия на кошек. Он не будет рад узнать, что ты принес ее в дом.

— Он уже знает, — быстро возразил Паркер.

«Что?» — спросила она с недоверием. Зная Патрика Питерса так, как она его знала, Пэт была уверена, что это не может быть правдой. Ее шурин закатил бы истерику.

— Он знает, — настаивал Паркер. «Он видел ее в моей комнате вчера вечером, когда пришел домой. Он был расстроен, но когда я рассказал ему, что произошло, и что я позвонил в 911 и…

— Ты звонил в 911? Пэт перебила его.

«Да, но они подумали, что я разыгрываю их и ничего не сделали. Когда я сказал об этом отцу, он сказал, что миссис Вигглз может остаться на ночь, но утром он отнесет ее обратно мистеру Парди и проверит его. Нахмурившись, он добавил: «Но он этого не сделал. Вместо этого он улетел по делам, и я даже рад, что он этого не сделал, потому что я беспокоился за него. Но он не проверил мистера Парди, и полиция ничего не хотела делать, и я не знаю, что теперь делать, но я не могу вернуть миссис Вигглз и позволить его кузену сломать ей шею.

— Ого, — сказала Пэт, подойдя к нему сбоку и успокаивающе погладив спину. — Помедленнее, Паркер. Все в порядке. Никто не сломает миссис Вигглз шею.

«Кузен Мистера Парди сделает, если она вернется в дом. Он так сказал!

Удивленная, Пэт уставилась на своего племянника и уже собиралась заверить его, что этого не произойдет, когда заговорила Маргарита.

— Возможно, тебе лучше объяснить, почему ты так думаешь, Паркер, — тихо предложила женщина. «Мистер. Парди — это сосед с другой стороны, не так ли?

Паркер кивнул. «Да. Он наш сосед. . и очень хороший старичок. Прошлым летом я помогал ему с садом в рамках школьного проекта, и мы подружились. Обычно я останавливаюсь там по пути домой из школы, и мы играем в шахматы, пьем чай и все такое, но….».

«Но?» — подсказал Санто, когда тот заколебался, и Пэт не удержалась от взгляда на мужчину. Его голос по-прежнему был глубоким рычанием, но в то же время он был мягче, чем то, что Пэт слышала от него раньше. Почти нежно, подумала она, а затем посмотрела на своего племянника, когда он ответил.

— Но у него в гостях двоюродный брат и… — Паркер сделал паузу и на мгновение нахмурился, но затем выпалил: — Он настоящий чудик, и я беспокоюсь за мистера Парди.

Пэт слабо улыбнулась с облегчением. Чудик звучит не так уж и плохо. Похлопав Паркера по спине, она сказала: «Я понимаю это, милый, но я уверена, что с твоим мистером Парди все в порядке. У каждого в семье есть чудаки. Я уверена, что этот мистер Парди не позволил бы этому кузену остаться с ним, если бы он был опасен.

«Но я не думаю, что он хочет, чтобы кузен был там», — раздраженно сказал Паркер, а затем объяснил: «Как я уже сказал, я обычно захожу к мистеру Парди по дороге домой и играю с ним в шахматы. Но потом, в конце прошлой недели, я постучал к нему, и он открыл дверь, но не пригласил меня войти, как обычно. Вместо этого он выглядел очень странно и сказал, что у него гости. Неожиданно приехал его двоюродный брат, и было бы лучше, если бы мы отложили наши ежедневные посиделки до его отъезда. Паркер ненадолго замолчал, слегка нахмурив уголки рта. «Я ничего не заподозрил не нормального. Я имею в виду, я понял. Обычно я пропускаю наши встречи, когда знаю, что тетя Пэт приедет.

Пэт улыбнулась и ободряюще кивнула, когда Паркер взглянула в ее сторону. «Продолжай.»

— Я понял его, — повторил он для выразительности. — Но мистер Парди вел себя странно.

«Как странно?» — спросил Санто.

«Ну, он был немного нервный», — объяснил Паркер. «Как будто он боялся своего кузена или что-то в этом роде. Я имею в виду. . он говорил одно, но его глаза как бы вращались и двигались из стороны в сторону, как будто они пытались вырваться из его головы. Это было действительно странно».

Пэт заметила обмен взглядами между Санто и его тетей и напряглась, чтобы услышать, что сказала Маргарита, когда она наклонилась ближе к мужчине и что-то пробормотала. Все, что она уловила, было что-то о новообращенных, когда они по неопытности еще не могли контролировать выражение, глаза или и то, и другое, контролируя мысли. Она ломала голову над этим, когда Паркер снова заговорил, отвлекая ее.

«В любом случае, я был немного напуган и обеспокоен, поэтому я следил за домом мистера Парди и заметил, что происходит что-то странное».

«Насколько?» — спросил Санто.

«Ну, я несколько раз видел, как его двоюродный брат приходил и уходил, и он был намного моложе, чем я ожидал. Я имею в виду, что он не был ребенком. Он был таким же старым, как и вы, ребята, но мистер Парди пожилой человек, ему около семидесяти или около того, так что маловероятно, что у него будет двоюродный брат сильно моложе.

Пэт поморщилась, услышав фразу «старые, как вы, ребята». И Санто, и его тетя выглядели лет на двадцать пять. На пять-десять лет моложе ее тридцати шести лет. Что, как она предполагала, означало, что ее племянник также считал ее древней. Она мягко сказала: — Это необычно, но не невозможно, Паркер. Моей лучшей подругой в старшей школе была девочка, у которой тетя была нашего возраста. У нее даже были некоторые занятия, что и у нас. И посмотри на Маргариту и ее племянников, они все выглядят примерно одного возраста.

Паркер только пожал плечами и продолжил: «И я не видел мистера Парди с того дня, как он открыл дверь. Его кузен часто приходит и уходит, и он приводит с собой женщин, которых я никогда не видел, но мистер Парди вообще больше не выходит, даже полить свой сад, а он обычно всегда поливает свой сад летом. " Покачав головой, он с недоумением добавил: «Его растения умирают, а он просто позволяет им».

Пэт была немного обеспокоена этим комментарием. Теперь, когда Паркер упомянул об этом, это показалось довольно странным. У соседа ее сестры всегда был прекрасный сад. Это была одна из вещей, которую она заметила во время своих визитов. Сад по соседству был пышным, красивым и ухоженным. Она даже видела, как пожилой джентльмен несколько раз говорил о работе в своем саду, когда она приходила и уходила. Но не в этот раз. Когда она приехала, она заметила, что обычно великолепный сад начал увядать и выглядел немного заброшенным.

— И соседским собакам, и кошкам не нравится кузен мистера Парди, — серьезно продолжил Паркер. «Они сходят с ума, когда видят его. Черт, им даже не обязательно его видеть. Маленький шнауцер миссис Матерсон, как правило, самый милый песик, но каждый раз, когда она проходит мимо его дома, он превращается в Куджо. Он просто внезапно начинает рычать, лаять и дергать за поводок, когда делает выпад, пытаясь утащить ее. Он делает это вне зависимости от того, есть кто снаружи или нет, но он начал это делать только после того, как появился кузен мистера Парди.

— Просто есть люди, которых животные не любят, — успокаивающе сказала Пэт, не желая усиливать свои страхи. Но она думала, что у животных обычно хорошие инстинкты, когда дело доходит до людей, и если домашним животным не нравится кузен мистера Парди, он не тот, с кем нужно знакомиться.

— Да, но вчера после школы Оксана забыла закрыть входную дверь после получения почты, и миссис Вигглз ворвалась внутрь. Я же говорил тебе об этом, — напомнил он Пэт. «О том, как Оксана начала кричать «вторжение в дом», пока я не поймал миссис Вигглз и не вывел ее обратно на улицу. Я собирался отвести ее обратно к мистеру Парди, но….». Он отвернулся и, казалось, немного сжался, его плечи сгорбились, и Пэт потянулась, чтобы сжать его плечо. Он явно боялся постучать в дверь и стыдился в этом признаться.

«Ты не хотел беспокоить мистера Парди, пока у него была компания», — предположила она, давая ему возможность сохранить лицо.

Паркер кивнул, затем немного выпрямился и прочистил горло. «Поэтому, чтобы не беспокоить мистера Парди, я решил оставить миссис Вигглз на заднем дворе, чтобы она могла поцарапать экран, чтобы ее впустили. Она всегда так делает, когда заканчивает свои прогулки и готова вернуться в дом, на ночь, — пояснил он. «Она царапает экран, и мистер Парди открывает его для нее. Но она не хотела подходить к двери. Я перенес ее и поставил на крыльцо, а она последовала за мной обратно к воротам. Я проделал это три раза, а затем, наконец, поцарапал за нее экран, поставил ее и поспешил обратно к воротам. Я оглянулся, когда услышал, как открылась дверь, и это был кузен мистера Парди. Он увидел миссис Вигглз и….». Паркер недоуменно покачал головой. «Он издал низкое горловое рычание, а затем открыл рот, и эти клыки выскользнули наружу, и он на самом деле зашипел на нее, как будто тоже был котом».

Пэт напряглась при этой новости, но Паркер ничего не заметил и продолжил: Вигглз выгнула спину и зашипела в ответ, а затем бросилась ко мне в объятия. Паркер сделал паузу, выражение его лица напряглось от воспоминаний о страхе. «Именно тогда он заметил меня и сказал: «Принесешь сюда еще раз эту чертову кошку, мальчишка, я сверну ей шею!», а затем захлопнул дверь».

Паркер сделал паузу и выдохнул, содрогнувшись от воспоминаний. — Он был очень зол, тетя Пэт. Настоящий подлец, и у него был акцент. Британский, я думаю. Не совсем, — добавил он с замешательством. «Как будто он жил в Британии, а потом жил где-то еще, что немного изменило акцент, если вы понимаете, о чем я?»

—

Si

, — сказал Санто, когда Пэт не ответила. Она не могла. Комментарий Паркера о клыках заставил страх пробежать по ее спине. Ей вдруг захотелось увести его подальше от этого района. Заставив себя сохранять спокойствие, она блокировала эти мысли и просто слушала, но ее глаза скользили по комнате, проверяя выходы и все, что можно было бы использовать в качестве оружия.

«В любом случае, — продолжил Паркер, — я был очень расстроен. Я имею в виду, что мистер Парди любит миссис Вигглз, но этот кузен не пускает ее, и это казалось неправильным, поэтому я привел ее домой. Папы еще не было, а мама была наверху, готовилась к работе — последнюю неделю она работает по ночам в отделении неотложной помощи, потому что один из хирургов скорой помощи заболел, — объяснил он и, когда все кивнули, продолжил: — В любом случае, я знал, что папа не обрадуется, если найдет в доме миссис Вигглз, но я не мог поверить, что мистер Парди будет доволен всем этим, так что….».

«Что?» — подсказала она, глядя на него с беспокойством.

«Я позвонил в 911», — признался он со вздохом. «Я подумал, может быть, если туда приедет полиция, они смогут….». Он беспомощно покачал головой, а затем его плечи поникли в поражении. «Но они подумали, что это я их разыгрываю». Паркер недовольно нахмурился, а затем пробормотал: «Мне не следовало упоминать синдром Ренфилда. Может быть, если бы я этого не сделал, они бы не подумали, что я разыгрываю, и проверили бы мистера Парди.

— Я не понимаю, — медленно сказала Пэт. «Почему они решили, что ты прикалываешься? Что такое синдром Ренфилда?»

«Ну.» Он пожал плечами, выглядя немного смущенным. «Это просто. . это психическое расстройство, при котором пациент считает… — Он резко замолчал и признался: — На самом деле, оно никогда официально не признавалось и не публиковалось в DSM или где-то еще, так что я не уверен, можно ли считать это настоящей болезнью. Но психолог по имени Ричард Нолл придумал этот термин и опубликовал его в 1992 году как…

— Паркер, — терпеливо перебила Пэт, зная, что он расскажет абсолютно все, что знает о диагнозе, если она позволит ему. Проклятый ребенок был слишком умен для его же блага. Когда он остановился и вопросительно посмотрел на нее, она сказала: «Просто скажи мне, что такое синдром Ренфилда, пожалуйста».

Паркер глубоко вздохнул, а затем выпалил: «Это когда человек считает себя вампиром».

Пэт напряглась, но избегала смотреть на Маргариту и Санто и, заставив себя сохранять спокойствие, спросила: — Думаешь, двоюродный брат мистера Парди думает, что он вампир?

«Да.»

Пэт кивнула, но ее мысли метались. Ее племянник был чертовым маленьким гением, умным не по годам. Его родители быстро поняли это и забрали его из государственной школы сразу после детского сада, чтобы отдать в школу для одаренных детей, где они формировали образование под ребенка. Там Паркер быстро освоил стандартную школьную программу, а в возрасте восьми лет изучил/освоил половину программы средней школы. Это было то, с чем Пэт была не согласна. Паренек, конечно, был умным, но у него не было друзей, и он вряд ли смог бы стать социализированным.

Она хотела, чтобы он не был таким умным по другим причинам. По ее мнению, его блестящий маленький мозг заставлял его танцевать слишком близко к огню, чтобы чувствовать себя комфортно.

— И это нормально, — сказал Паркер. «Я имею в виду, меня не волнует, хочет ли он бегать с накладными клыками и пугать собак и кошек по соседству, но я беспокоюсь о мистере Парди. Что, если кузен решит его укусить или что-то в этом роде?

— Значит, у этого заезжего кузена накладные клыки? — серьезно спросила Маргарита.

Паркер кивнул. «Конечно. Клыки как настоящие, но они должны быть поддельными, — заверил он их, а затем неуверенно добавил: —Наверно?

— Ты прав, — быстро ответила Пэт, но заметила, как Маргарита и Санто обменялись взглядами.

— Угу, — согласился Паркер, выглядя разочарованным. Но в следующий момент он оживился и сказал: «Хотел бы я знать, где он их взял. Я был бы Дракулой на Хэллоуин, потому что эти клыки были очень крутыми. Они действительно, казалось, выскальзывали с его верхних десен».

«Что они делали?» — слабым голосом спросила Пэт, а потом решила, что пора заканчивать этот разговор. «Итак, что произошло после того, как ты позвонил в 911, и тебе не поверили?»

«Ну, я забрал миссис Вигглз к себе в комнату. Я имею в виду, что не мог просто оставить ее снаружи. Она домашняя кошка. Мистер Парди выпускает ее днем позагорать в саду, но она всегда спит дома, — заметил он, и Пэт пробормотала согласие, когда тот, казалось, ждал его. Как только она это сделала, он продолжил: «Все было хорошо, пока папа не вернулся домой. Он задержался, а я уже была в постели. Миссис Вигглз спала со мной, и папа, должно быть, заглянул ко мне, потому что он взбесился и разбудил меня!»

Паркер поморщился, а затем объяснил Маргарите и Санто: «У папы супераллергия на кошек, поэтому он не был слишком рад найти одну в доме. Но я рассказал ему, что случилось, и как я беспокоюсь о мистере Парди, и что его двоюродный брат сказал, что он сделает, если снова увидит миссис Вигглз, и папа сказал, что она может остаться на одну ночь, но он вернет ее обратно, утром и проверит, все ли в порядке с мистером Парди.

— Это должно было быть сегодня утром? — спросила Пэт, просто пытаясь убедиться, что она правильно понимает временную шкалу. Когда Паркер кивнул, она спросила: — А с мистером Парди все в порядке?

Мальчик нахмурился, злость омрачила его лицо. «Папа уехал. Когда я встал сегодня утром, миссис Вигглз все еще была в моей комнате, а мама материлась и ругалась по телефону с тобой о том, что папа уехал, даже не сказав ей об этом, и она не могла поверить, что он сделал это, когда знал, что у нее был этот большой съезд/конференция, и она была основным докладчиком и все такое».

Пэт торжественно кивнула. Телефонный звонок, о котором говорил Паркер, был причиной того, почему она присматривала за ним. Ее сестра Куинн была в ужасном состоянии, когда позвонила и спросила, может ли Пэт присмотреть за Паркером неделю. Ей нужно было попасть на конференцию, и ее муж Патрик должен был присматривать за Паркером, пока ее не было. Но вместо этого Куинн получила смс по пути домой из больницы, в котором сообщалось, что Паркер все еще спит, и хотя Патрик ждал ее возвращения домой так долго, как только мог, но ему нужно уйти, иначе он опоздает. У него самолёт. Он уехал из города по делам и позвонит, когда сможет.

К счастью, в тот момент Куинн была всего в нескольких минутах от дома, но она была в ярости. «Смс! Можешь представить? Он бросил Паркера одного, и у него даже не хватило духу позвонить мне, — кричала она. «Наверное, потому что он знал, что я так отреагирую. Конференция была забронирована еще год назад. Патрик знал, как это важно для меня. Он знал, что я рассчитывала на него, что он присмотрит за Паркером, а потом он просто уехал «по делам» за несколько часов до моего вылета? Оставил сына одного дома! Какое к черту дело? Он онколог, а не стюардесса.

«По-моему, теперь их называют стюардами», — машинально ответила Пэт. Последовавшая тишина подсказала ей, что это был неверный ответ, и Пэт быстро предложила присмотреть за Паркером, пока Куинн будет на конференции. Затем она потратила несколько минут, пытаясь успокоить сестру, прежде чем ей удалось повесить трубку.

За этим последовала безумная спешка, чтобы собрать все, что бы ей могло понадобиться, пока она гостит в доме своей сестры и присматривает за племянником. Затем Пэт направилась на работу, зная, что в конце дня она придет сюда, а не к себе домой. К счастью, в УОлбани ((UAlbany) Университет Олбани) сейчас был летний график, и у нее было всего пара лекций в день, так что она закончит как раз, когда у Паркера завершаться занятия. Еще пара недель была до каникул в частной школе, которую он посещал.

«Итак, — продолжил Паркер, — я накормил миссис Вигглз и попытался придумать, что делать. Я хотел рассказать маме о мистере Парди, его кузене и миссис Вигглз, а также о том, что папа не отвел ее домой и не проведал мистера Парди, как обещал, но она уже и так на него разозлилась, что я подумал, может быть, мне лучше промолчать. А потом она стала такой сварливой, что я решил, что лучше просто отправить миссис Вигглз в подвал на день, а потом придумать, что делать».

Вздохнув, он покачал головой и сказал: «Только я был так взволнован, увидев тебя, когда ты пришла забрать меня после школы. . а потом мы пошли ужинать и вернулись и играли в видеоигры и… . Я забыл о ней пока не пошел спать, — признался он, пристыженный.

— Почему ты мне тогда о ней не рассказал? — тихо спросил Пит. — Я бы забрала ее и проверила мистера Парди.

— Я так и хотел, — признался Паркер. — Но потом я испугался, что кузен может причинить тебе боль или что-то в этом роде, и решил, что лучше не стоит.

Обычно Пэт рассердилась бы на предположение, что она не может защитить себя, но на этот раз она этого не сделала и просто кивнула в понимании.

— Шоколад готов, — сказала Маргарита в воцарившейся в комнате тишине. Пэт огляделась и увидела, что женщина отошла, чтобы достать четыре чашки для горячего шоколада, пока она отвлеклась, слушая Паркера.

«Санто, почему бы тебе не отнести шоколад на стол, пока я разложу печенье?» — предложила Маргарита, и это замечание заставило Пэт удивленно моргнуть. Она не слышала, чтобы кто-нибудь говорил о сервировке еды со времен учебы в университете, когда она подрабатывала официанткой в ресторане, чтобы подзаработать. У Маргариты, очевидно, был подобный опыт. Это или она была поваром. Эта мысль заставила Пэт нахмуриться, когда она поняла, что ничего не знает об этих людях. При нормальном ходе событий она бы задала вопросы. В данной ситуации это не было возможно. . и не будет.

Пэт оттолкнула эту мысль, как только она у нее возникла, и заставила себя улыбнуться. «Чем я могу помочь?»

«Ничем дорогая. Просто присядь. Я сейчас, — заверила ее Маргарита. Пэт могла видеть, что это было правдой. Женщина уже достала тарелку и перекладывала на нее печенье из контейнера Tupperware. Пэт заставила себя убрать руку, которую она держала на плече Паркера почти с момента их прибытия, и устроилась на стуле рядом с ним. Однако она не могла удержаться, чтобы не придвинуть свой стул поближе к его, и тут Санто внезапно наклонился над ней, чтобы поставить чашку горячего шоколада на стол перед ней.

Пэт замерла, ее тело автоматически пришло в состояние повышенной боевой готовности, готовясь к бою или бегству. Он даже не коснулся ее, но она прекрасно почувствовала тепло его тела. Его запах, пьянящий мускус, на мгновение окутал ее, и она поймала себя на том, что закрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы наполнить легкие его опьяняющим ароматом.

«Готово.» Голос Маргариты звучал весело и приближался.

Пэт виновато покраснела и моргнула, когда Санто выпрямился и поставил шоколад для Паркера. Она молча наблюдала, как женщина поставила на стол тарелку с шоколадным печеньем. Затем Маргарет села в кресло напротив Паркера, оставив место для Санто рядом с Пэт.

«Горячий шоколад и печенье — мое утешение/моя отрада», — весело сказала Маргарет, взяв печенье и пододвигая тарелку ближе к Паркеру и Пэт. «Они всегда помогают мне взглянуть на вещи в перспективе».

Пэт сумела вежливо улыбнуться, но не потянулась за печеньем. Однако Паркер немедленно взял одну и принялся есть и пить шоколад с энтузиазмом, которому она завидовала.

— А ты не собираешься выпить, Петронелла? — мягко спросила Маргарита.

Пэт сразу же покачала головой. «Мой желудок все еще бурлит. Думаю, слишком много волнения».

Маргарита что-то сочувственно пробормотала, и Пэт отвернулась, ее взгляд остановился на Санто. Она напряглась, когда заметила сосредоточенное выражение его лица, когда он смотрел на нее. Неловко поерзав, она повернулась к племяннику. «Поторопись, Паркер. Тебе еще нужно поспать. Завтра в школу».

Кивнув, малыш откусил еще кусочек печенья и потянулся за какао. Пэт напряженно наблюдала за ним, когда где-то в доме залаяла собака. Подняв голову, она взглянула на Маргариту почти с надеждой. «У тебя есть собака?»

«Да, дорогая. Неаполитанский мастиф, — сказала она, явно чем-то забавляясь.

Пэт чуть не вздрогнула от облегчения, но попыталась изобразить сожаление, когда сказала: «Ну, тогда нам, наверное, стоит отправиться в отель. Я имею в виду, я бы не хотела, чтобы миссис Вигглз стала проблемой.

— Ерунда, Джей любит кошек, — тут же сказала Маргарет.

Пэт нахмурилась, увидев, что ее шансы на побег ускользают, а затем собралась и сказала: «Да, но я не знаю, как отреагирует на него миссис Вигглз. Она может ударить его своими когтями. Я бы не хотела…

— Давай проверим, а?

Прежде чем Пэт успела запротестовать, Маргарет вскочила на ноги и вышла из комнаты. Мгновение спустя мягкий стук когтей по твердой древесине возвестил о ее возвращении, когда она привела на кухню огромную черную собаку на поводке. Глаза Пэт расширились, когда она посмотрела на зверя. Он был чуть меньше трех футов (91 см) ростом и стоял на четвереньках, но она подозревала, что он был бы выше ее, если бы встал на задние лапы. Она была так же уверена, что он весил на добрых пятьдесят фунтов (23 кг) больше, чем она, и все это, по-видимому, были мускулы.

— Джей, это Пэт, — объявила Маргарита, останавливаясь рядом с ней.

Пэт безучастно смотрела на собаку, а затем моргнула, когда животное шагнуло вперед и положило голову ей на колени в знак приветствия.

«Все в порядке. Он не укусит, — мягко сказала Маргарита.

— Но он пускает слюни, — весело сказал Санто.

Пэт слабо улыбнулась и погладила большую голову зверя, удивившись мягкости его меха. Она изумленно рассмеялась, когда пес высунул язык и стал лизать ее руку, пока она гладила его.

— Хороший мальчик, — сказала Маргарита, а затем легонько надавила на его цепь. Большой пес отступил от Пэт и повернулся к своей хозяйке, которая указала на Паркера и сказала: «Джей, это Паркер и его кошка, миссис Вигглз».

Собака посмотрела на мальчика и кошку, а затем наклонила голову и медленно двинула ее вперед, пока она не остановилась на краю бедра Паркера рядом с кошкой. Миссис Вигглз сидела неподвижно, ее глаза сузились, когда Паркер протянул руку, чтобы погладить собаку по голове, но затем сдвинулась достаточно, чтобы наклониться вперед и лизнуть морду собаки один раз, прежде чем снова расслабиться на Паркере.

«Я думаю, что он ей нравится», — сказал Паркер с ухмылкой, продолжая гладить собаку.

— Я тоже так думаю, — согласилась Маргарита, отвечая на его ухмылку, и Пэт внутренне вздохнула. Зря она рассчитывала на кошку. Она хотела, чтобы она подняло шум и попыталось прихлопнуть большую собаку, чтобы у нее был предлог забрать Паркера и кошку. По закону подлости, конечно же, кошке понравилась проклятая собака.

— Ешь печенье, Паркер. Тебе нужно ложиться спать, — тихо сказала она через мгновение, и ее племянник вел себя великолепно, кивнув и похлопав Джея в последний раз, прежде чем снова переключиться на печенье и шоколад.

Когда Маргарита вернулась в свое кресло и села, большая собака последовала за ней и легла у ее ног. В тот момент, когда он это сделал, женщина наклонилась, чтобы снять поводок.

«Кажется, он хорошо выдрессирован», — прокомментировала Пэт, когда Маргарита положила поводок на стол. «Сколько ему лет?»

«Чуть больше года». Маргарита наклонилась, чтобы погладить большого зверя. «Джулиус принес его мне примерно через три месяца после того, как мы потеряли его предшественника из-за рака».

— О, мне очень жаль, — пробормотала Пэт, зная, насколько болезненной может быть такая потеря. В детстве у них всегда были собаки.

«Спасибо за горячий шоколад и печенье».

Вежливые слова Паркера привлекли внимание Пэт к тому факту, что он покончил со своей закуской. . а это означало, что пора спать, и ей не удалось придумать предлог, чтобы уйти.

— Я покажу вам ваши комнаты, — весело сказала Маргарита, вставая на ноги.

— Комнату, — быстро сказала Пэт, тоже вставая. «Я могу поспать с Паркером и миссис Вигглз. Меньше хлопот».

— Как хочешь, — легко сказала Маргарита, направляясь к двери.

— Спокойной ночи, — пробормотал Санто.

Пэт оглянулась на тихий рокот большого человека и увидела, что собака села рядом с ним, а не последовала за своей хозяйкой. Она пробормотала: «Спокойной ночи», выходя из кухни вслед за племянником и Маргаритой, но, по правде говоря, Пэт не ожидала, что она вообще заснет. Как только в доме станет тихо и она будет уверена, что все спят, она может попытаться увести Паркера и миссис Вигглз и оставить записку с тем или иным оправданием. . если бы она могла придумать хоть одно. Она сосредоточилась на этой задаче, следуя за Паркером наверх, но ничего не придумала, когда Маргарет остановилась и открыла дверь в середине коридора.

— Это гостевая ванная, — с улыбкой объявила она.

«О, хорошо! Я воспользуюсь, — с облегчением сказал Паркер, а затем помедлил, прежде чем повернуться к Пэт, чтобы передать ей кошку и одеяло.

Пэт взяла сверток одеяла и меха и торжественно смотрела, как он закрывает дверь.

«Пока он там, почему бы мне не показать тебе комнату, в которой ты будешь ночевать?» — предложила Маргарита.

Пэт поколебалась, но затем кивнула и последовала за Маргаритой в следующую комнату по коридору.

«Вот.» Маргарита открыла дверь и зашла внутрь. «Мы с Джулиусом будем через холл, а Санто в соседней комнате, так что ты знаешь, куда идти, если возникнут проблемы или тебе понадобятся дополнительные одеяла или подушки».

— Спасибо, — тихо сказала Пэт, укладывая миссис Вигглз на большую кровать. Кошка ненадолго вцепилась в одеяла, а затем несколько раз покружилась, прежде чем успокоиться, и как королева, разлеглась.

— Петронелла, — мягко сказала Маргарита, отводя взгляд от кошки. «Мы не имеем никакого отношения к «Медному Кругу» в Китае. На самом деле, мы работаем с Силовиками, которые выследят членов этой группы, если они когда-либо попытаются перенести свою деятельность в Северную Америку. С нами ты действительно в безопасности».

Глаза Пэт недоверчиво расширились. Она изо всех сил старалась не думать о том бугимене из детства, которого называли «Медным Кругом», с тех пор, как она заметила серебряные блестки в их глазах и поняла, что они были результатом действия нано, сделавших их бессмертными. Очевидно, она потерпела неудачу. У нее промелькнуло достаточно мыслей, чтобы Маргарита смогла их прочесть, и она пыталась ее успокоить. «Я-"

«Эй! Ты ушла без меня!

Пэт захлопнула рот и повернулась к двери, когда Паркер ворвался внутрь. С трудом улыбнувшись, она объяснила: «Маргарет просто показывала мне, где мы будем спать».

— Круто, — сказал он, направляясь прямо к кошке. Проворковав успокаивающие слова, он ласково погладил животное, а затем забрался в постель.

— Что ж, мне пора идти и дать вам двоим поспать. Спокойной ночи, — торжественно сказала Маргарита.

— Спокойной ночи, Маргарита, — чирикнул Паркер.

Пэт тоже пробормотала: «Спокойной ночи» и смотрела, как женщина закрыла дверь.

Глава 5

Санто знал, что Маргарита придет задолго до того, как она появилась на кухне. Он услышал шорох ее платья и стук ее сердца еще до того, как она спустилась по лестнице. Джей поднял голову и мгновение спустя посмотрел на дверь, когда тоже услышал ее приближение.

«Как ты узнала?» — спросил Санто, как только его тетя вошла в комнату.

Маргарита сделала паузу и посмотрела на него с улыбкой, которая только начинала расцветать на ее губах, когда она спросила: «Значит, ты не можешь ее прочитать?»

Санто покачал головой. — Но ты этого ожидала.

— Да, — выдохнула она, и ее улыбка наконец расплылась. «В ту минуту, когда она подъехала на своей машине и подошла, чтобы присоединиться к нам на крыльце со своей сестрой, я просто поняла, что она твоя».

«Как?» — спросил он с любопытством. Сначала он ее не признал. О, конечно, он нашел ее привлекательной. Но это влечение настолько отвлекало, что, несмотря на предложение Маргариты прочитать ее, он и не подумал попробовать, пока они не сели за кухонный стол. Он сделал это тогда только потому, что Пэт казалась скованной и напряженной. Она сохраняла спокойное выражение лица, но он чувствовал, что она готова вскочить, схватить своего племянника и бежать при первой же провокации. Это пробудило его любопытство, чтобы, наконец, вспомнить, что он должен прочитать ее. У него был шок, когда он обнаружил, что не может…. Санто снова почувствовал этот шок и ненадолго закрыл глаза. Его спутница жизни. Боже мой, он едва мог в это поверить. Он так долго ждал ее.

— Это трудно объяснить, — наконец сказала Маргарита. «Это своего рода энергия, исходящая от вас обоих. Это. . не совсем то же самое, но. ". Она беспомощно покачала головой.

Санто кивнул, позволяя ей сорваться с крючка. Он уже собирался спросить, почему Пэт боится и, что еще важнее, не его ли она боится, когда они услышали, как открылась и закрылась входная дверь. Джей тут же вскочил на ноги и выбежал из комнаты с тихим лаем приветствия.

«Ciao amico», — услышали они из холла, и Санто откинулся на спинку кресла и расслабился, узнав голос Джулиуса. Его дядя вошел на кухню мгновением позже, поглаживая собаку на ходу, но выпрямился, как только дошел до Маргариты. Крепко поцеловав ее в знак приветствия, он обвил руками ее талию и улыбнулся ей, спросив: «Как поживает моя богиня?»

— Рада тебя видеть, — сказала она с улыбкой, обвивая руками его шею. — В доме все в порядке?

«М-м-м.» Джулиус кивнул и снова поцеловал ее, прежде чем сказать: «Мы разобрались с полицией, а затем позаботились о зияющей дыре на месте входной двери, и теперь мальчики наблюдают оттуда за домом Парди». Затем, повернувшись к Санто, Джулиус изогнул бровь. «Не мог бы ты просто выбить дверь, не разрушив ее полностью? Древесины не хватило даже на то, чтобы заколотить дыру гвоздями. Нам пришлось разбить журнальный столик и изголовье кровати и использовать их. Теперь мы должны заменить и их».

— Я оплачу, — заверил его Санто.

— Нет, — твердо сказал Джулиус. «Совет заплатит. Мы здесь от их имени».

Он не позволил Санто возразить, а стал подталкивать Маргариту к двери, сказав: «Сейчас я отведу свою жену обратно в постель. Что и тебе советую сделать. Завтра утром мы с тобой сменим Зани и Брикера в доме Питерсов. Спокойной ночи, племянник.

— Спокойной ночи, — пробормотал Санто, глядя, как они уходят. Впервые он не почувствовал укол зависти, который обычно овладевал им, когда он видел парочки вместе. Нечему было завидовать. Он встретил свою спутницу жизни. . Теперь ему просто нужно было придумать, как ухаживать за ней и претендовать на нее.

Санто моргнул, когда эта мысль пронеслась у него в голове. Добрый Христос! Он должен был добиться и убедить ее позволить ему требовать ее. Как, черт возьми, он должен был это сделать? К сожалению, у Санто не было готового ответа. Прошло чертовски много времени с тех пор, как он ни за кем-то ухаживал. Точнее более двух тысяч лет. Ему нужно было серьезно подумать.

Пэт резко проснулась и подняла голову, едва сдерживая стон, когда мускулы ее шеи запротестовали. Она сидела у изголовья кровати рядом с Паркером и задремала, наклонив голову вперед, так что ее подбородок уперся в грудь.

Поморщившись, Пэт обеими руками потерла беспокойные мышцы шеи и оглядела комнату. Она оставила лампу на своей стороне кровати включенной, чтобы не заснуть. Сна не было в повестке дня. Хотя заверения Маргариты в том, что они не связаны с «Духовным Кругом», поначалу ее успокоили. . ну, слова ничего не значили. Она не знала этих людей. Маргарита могла солгать, поэтому Пэт решила, что она будет настороже, пока не сможет снова поговорить с женщиной и узнать больше.

Часть ее мозга утверждала, что Маргарите незачем лгать. Будучи бессмертной, или тем, кого большинство людей ошибочно называли вампиром, Маргарита могла просто взять ее под свой контроль и заставить делать все, что она хочет. В таком случае, зачем женщине тратить свою энергию на ложь? Но более осторожная сторона Пэт, а, к ее большому удивлению, была и более осторожная сторона, утверждала, что лучше перебдеть, чем недобдеть.

Пэт устало откинула голову на спинку кровати и признала, что для нее было облегчением хотя бы думать об этом сейчас. Зная, что бессмертные могут читать мысли смертных, она боялась даже подумать о том, что узнала по их глазам, кем были эти люди. Она боялась, что они сделают, если поймут, что она знает. По ее опыту, бессмертные могут быть прекрасными или ужасно опасными. Пэт еще не была уверена, с каким видом она имеет дело.

Вздохнув, она начала вытягивать ноги, но остановилась из-за шипения миссис Вигглз. Кошка была причиной того, что она сидела, подогнув ноги под собой. Паркер оставил этот проклятый пушистый комок на одной стороне кровати и забрался под одеяла с другой стороны, чтобы уснуть. Это оставило Пэт верхнюю половину ее стороны кровати, на которой она могла сидеть. Поскольку она не собиралась спать, она не считала это проблемой раньше, но она никак не могла оставаться в этом положении всю ночь. Ее ноги уже начали сводить судороги.

Бормоча себе под нос о кошках, которые думают, что владеют миром, Пэт спустила ноги с кровати, стараясь не потревожить во время процесса ее высочество миссис Вигглз. Она осторожно встала и отошла от кровати, причмокивая. Из-за того, что она спала вертикально, ее рот, по-видимому, был открыт и теперь был сухим.

Закусив губу, она взглянула на дверь, а затем снова на кровать, беспокоясь о том, безопасно ли оставить Паркера одного, пока она принесет стакан воды. Она слышала, что Маргарита и ее муж ушли спать раньше, и подумала, что Санто, вероятно, тоже лег спать.

Пэт нетерпеливо притопывала ногой, обсуждая этот вопрос, но знала, что вода не только избавит ее от сухости во рту, но и поможет ей не заснуть. Приняв решение, она подошла к двери, немного прислушалась, а затем осторожно открыла ее.

Свет в коридоре был выключен, но кто-то, вероятно, Маргарита, оставила свет в ванной включенным, а дверь открытой, чтобы свет освещал холл. Пэт выскользнула из спальни, бесшумно закрыла дверь и на цыпочках прокралась к лестнице в конце коридора.

Когда она спустилась в низ, из кухни шел свет, но он был приглушенным, а не основным. Не оставила ли Маргарита и там небольшой фонарик на случай, если она спустится в поисках воды? Или кто-то еще не спал? Неуверенная, она подошла к комнате так же тихо, как и до сих пор, и вместо того, чтобы войти внутрь, остановилась, чтобы выглянуть из-за дверного косяка. Пэт замерла, увидев Санто у кухонной раковины спиной к ней. Только сейчас она услышала журчание крана. Он . .

Пэт моргнула. Огромный мужчина-медведь мыл посуду в нелепом вычурном фартуке, поняла она, когда он слегка повернулся, чтобы поставить одну из чашек на сушилку. Она наблюдала, как он поставил ее, а затем взглянула на его лицо, мельком увидев пакет с кровью у его рта, прежде чем он повернулся к раковине.

Ничто не могло остановить ее испуганный вздох, когда она увидела это, или ее второй вздох, когда Санто уловил звук и дернулся, чтобы уставиться на нее с наполовину полным мешком крови, прилипшим к его лицу. Именно выражение его лица и, вероятно, то, как нелепо он выглядел в фартуке с оборками, заставили ее преодолеть первый шок и ужас и прийти к осознанию того, что он пил кровь из пакета. Он не был одним из плохих бессмертных, которые кусали людей и пили прямо из вены своих несчастных жертв. Он не был одним из опасных, заверил ее мозг, но в этом не было необходимости. Честно говоря, мужчина в этом наряде выглядел совсем не опасным, а выражение его лица было бесценным. Глаза мужчины были широко раскрыты от вины и ужаса.

Как только она преодолела свое смятение, Санто внезапно протянул руку и выхватил пакет изо рта. «Большая ошибка», — решила Пэт, поморщившись, когда мешок порвался, и повсюду разлилась кровь.

Выругавшись, Санто повернулся и швырнул все еще кровоточащий пакет в раковину, а затем так же быстро снова повернулся к ней лицом, выражение его лица теперь было измученным, несчастным и почти безнадежным.

Пэт не могла решить, на кого он больше похож — на серийного убийцу или на жертву серийного убийцы с кровью, покрывающей его лицо и рубашку. Он тоже замер, заметила она и покачала головой, видя беспорядок, который он устроил.

«Я. ".

Пэт снова подняла глаза к его лицу, вежливо ожидая, что он скажет. Но он только уставился на нее с таким испугом, что ей стало его жалко. Он вел себя так, будто не знал, что она знает о его народе. Конечно же, он читал ее мысли, как и Маргарита, и знал, что она знает о бессмертных? А может быть, и нет, решила Пэт, продолжая смотреть на него, его рот слегка шевелился, но не было произнесено ни слова.

Решив, что они будут стоять так до рассвета, если будет ждать его слов, Пэт наконец вошла в комнату и подошла к рулону бумажных полотенец, стоявшему на держателе возле кофеварки. Сорвав несколько штук, она протянула пару Санто, чтобы он вытерся, а затем встала перед ним на колени, чтобы оставшимися салфетками быстро вытереть остатки крови на полу и дверцах шкафов.

Когда она закончила и выпрямилась, он все еще смотрел на нее с тревогой. Бумажное полотенце, которое она ему дала, было смято в его руке, а его лицо и грудь все еще были залиты кровью. Казалось, что мужчина совершенно не в себе.

Вздохнув, Пэт бросила использованные бумажные полотенца в раковину и схватила те, которые она ему дала, намереваясь вытереть его. К сожалению, он был смехотворно высок и не мог масштабировать свое тело, как альпинист, поэтому она не могла добраться до его лица.

— Нагнись, — приказала она.

Санто уставился на нее так, словно она говорила по-китайски.

Пэт нахмурилась, а затем вздохнула и подошла, чтобы взять стул у кухонного стола. Она вытащила его перед собой, а затем взобралась на него. К счастью, ее лицо оказалось на одном уровне с его, и она смогла вытереть кровь с его щек. Но она знала, как его глаза прожигали ее, пока она работала.

«Ты. ".

Пэт остановилась и вопросительно посмотрела на него. Когда он не продолжил, она вернулась к вытиранию крови, двигаясь от его правой щеки к подбородку.

«Я просто….».

Она снова остановилась, чтобы встретиться с ним взглядом, но, видимо, он не смог придумать правдоподобную ложь. Или он не мог заставить себя признать, что она поймала его за этим. Решив отпустить его, она сказала: «Ты просто перекусывал поздно ночью».

Когда Санто напрягся, она добавила: — Некоторые называют тебя вампиром, но на самом деле ты бессмертный. Вам нужна кровь, чтобы выжить, и вы получаете эту кровь из банков крови и бла-бла-бла, — закончила она бормотанием, возвращаясь к своим усилиям по его очистке.

«Ты знаешь?» — выдохнул он с изумлением.

Она встретила его взгляд и торжественно сказала: «Да. Я знаю.»

Это помогло прогнать ужас с его лица, но теперь он выглядел озадаченным, и она обратила внимание на кровь, стекающую по его шее, чтобы дать ему время переварить то, что она сказала. Но когда она начала искать следы под воротником его рубашки, он поймал ее руку своей.

Пэт замерла. Он не причинял ей боли, просто держал ее руку на своей ключице, но он двигался так быстро. . Она забыла, как быстро они могут передвигаться, и теперь ей казалось, что она неосторожно забрела в клетку к тигру. Сглотнув, она подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Какое-то время они смотрели друг на друга, а затем он наконец спросил: — Маргарита?

«Нет, она мне не говорила, — сказала она, немного расправив верхнюю часть тела, а затем призналась: — Я поняла, кто вы все такие, как только увидела ваши глаза». Теперь ее взгляд переместился на его глаза, и она на мгновение заглянула в них. Они были прекрасны, глубоки и темны, как космос, с крошечными мерцающими серебряными звездочками, добавляющими света.

— Ты уже знала о бессмертных? Он задал вопрос медленно, словно пытаясь нащупать путь к ответам, которые искал.

Заметив, что его голос был ниже обычного и хриплым, Пэт заставила себя отодвинуться от него подальше и кивнула. «Я знала о бессмертных с тех пор, как мне было три или четыре года».

Удивление снова мелькнуло на его лице, и тут же он нахмурился. — И все же ты боялась? Я тебя напугал? Мой размер?.. Он резко остановился, когда она фыркнула в ответ на это предположение.

«У меня на занятиях постоянно крутятся большие парни, — весело сказала ему Пэт, а затем призналась: — Правда, обычно они не такие большие, как ты. Тем не менее, твой размер меня не пугает.

Минуту Санто выглядел неуверенно, а затем спросил: «Тогда почему?»

Пэт пожала плечами. «Я не знаю вас, бессмертные, как и люди бывают хорошими и не очень».

Она действительно чувствовала, как напряжение в его теле ослабевает под тем местом, где ее ладонь была прижата к его верхней части груди. Но все, что он сказал, было: «Теперь ты не боишься».

«Ты пьешь кровь из пакетов. Ты один из хороших, — просто сказала она и потянула на себя руку. На этот раз он отпустил ее. Пэт тут же отстранилась и слезла со стула. Подняв его, чтобы отнести обратно к столу, она сказала: «Тебе придется смыть остатки. Кровь начала засыхать».

Пэт услышала шум воды, когда он снова открыл кран, и только тогда поняла, что он выключил его, услышав ее вздох. Она задвинула стул под стол и повернулась, чтобы увидеть, что он смачивает бумажное полотенце, которое она использовала. Предоставив ему это, она подошла к буфету, из которого Маргарита доставала чашки, и открыла его. Как она и ожидала, там также были стаканы, она взяла один и подошла к раковине, когда Санто выключил кран. Она подождала, пока он отойдет в сторону, а затем включила холодную воду, налила себе стакан и с жадностью выпила его.

«Лучше?» — спросил Санто, когда она поставила пустой стакан в раковину.

Пэт повернулась, чтобы посмотреть на него, и не смогла сдержать веселую улыбку, когда увидела, какой беспорядок он сделал со своим лицом. Он не смыл всю кровь; кое-где еще были пятнышки. Вдобавок ко всему, теперь у него на лице были кусочки бумажного полотенца, застрявшие в щетине на щеках и подбородке.

— Черт, — пробормотал Санто, видимо, приняв ее веселье за то, что нет, лучше не стало. Вернувшись к раковине, он включил воду. На этот раз он просто сунул голову под кран, а затем потер лицо руками.

Тихо посмеиваясь, Пэт взяла кухонное полотенце и подошла к нему. Когда он выключил воду и остался согнутым, позволяя воде стечь с лица, она вложила полотенце в его руку, а затем отступила назад, пока он выпрямлялся и вытирал лицо и руки. Опустив полотенце, он повернулся и вопросительно поднял бровь. «Теперь лучше?»

— В основном, но ты пропустил кое-что на шее, — сказала она и протянула руку за полотенцем.

Он тут же сдался, и Пэт шагнула вперед, а затем нахмурилась. Была та же проблема, что и раньше. Мужчина был смехотворно высоким, и хотя ей обычно нравились высокие мужчины, это могло быть довольно неудобно для таких задач, как эта. Она могла бы дотянуться до его шеи, но для этого пришлось бы стоять с ним лицом к лицу. Выгнув одну бровь, она сказала: «Либо тебе придется наклониться, либо мне снова придется взять стул».

Санто усмехнулся ее раздраженным словам, а затем просто поднял ее и посадил на прилавок рядом с раковиной. Затем он сделал шаг вперед, пока его живот не коснулся ее коленей.

Пэт смотрела на него широко раскрытыми глазами в течение минуты, а затем сделала легкий вздох и потянулась, чтобы вытереть пятна засохшей крови на его шее. Это был простой поступок, в нем не было ничего сексуального, и все же его близость, то, как его тепло и аромат обволакивали ее, и то, как его глаза блуждали по ней, пока она работала, создавали интимное ощущение. Пытаясь облегчить собственное беспокойство, она спросила: «Я предполагаю, что у двоюродного брата мистера Парди нет синдрома Ренфилда?»

— Нет, — согласился Санто, кадык шевельнулся у него в горле.

Пэт кивнула, не удивившись ответу. — Он бессмертный?

«

Si

».

Когда он больше ничего не сказал, она перестала вытирать и откинулась назад, чтобы встретиться с ним взглядом. — Кто-то, кого ты знаешь?

Он поколебался, а затем признался: «Мы подозреваем, что он самый разыскиваемый изгой».

— Самый разыскиваемый изгой? — нахмурившись, спросила Пэт.

— Да, мы уже сталкивались, — объяснил он.

— Хорошо, — медленно сказала она. — Но что такое изгой?

«Бессмертный, нарушивший наши законы».

— Значит, он плохой бессмертный, — осторожно сказала она.

«

Si

».

Пэт прикусила губу, ее сердце и разум внезапно забились быстрее. Она и раньше сталкивалась с плохими бессмертными. . когда была ребенком. . и они разрушили ее жизнь и жизнь ее сестры. Теперь еще один появился прямо по соседству с домом ее сестры.

Санто схватил ее за подбородок и поднял лицо, чтобы видеть выражение ее лица. Она попыталась придать своему лицу беззаботный вид, но, видимо, недостаточно быстро, потому что он нахмурился и пророкотал: — Не бойся. Я смогу защитить тебя».

Обычно такой комментарий вызвал бы раздражение у Пэт, и она бы сказала ему, что не нуждается в его защите. Это был ее стандартный ответ мужчинам, которые хотели поиграть в защитника, а такими были почти все мужчины, которых она встречала. По какой-то причине люди приравнивали ее маленький рост к тому, что она была эквивалентом ребенка, которого нужно баловать, нянчить и оберегать, но не воспринимать всерьез. Это может чертовски раздражать. Но Пэт знала, на что способны бессмертные и насколько опасным может быть кузен Парди, и боялась. Это именно тот раз, когда она знала, что не может защитить себя должным образом. Хуже того, она не могла защитить Паркера от плохого бессмертного, если бы он решил причинить ему вред.

«Пэт?»

Пока она думала, ее взгляд скользнул вниз к его груди. Пэт подняла глаза, чтобы встретиться с ним глазами, и моргнула, когда заметила серебро, растущее в черноте его радужной оболочки. Вместо звезд на темном небе росло и собиралось серебро, заслоняющее черноту, как расширяется ртуть в термометре при повышении температуры. «Это было совершенно прекрасно/завораживающе», — подумала она, а затем поняла, что его глаза приближаются.

Его голова медленно опускалась, поняла Пэт. Как будто он собирался поцеловать ее. Она понимала это, и у нее было достаточно времени, чтобы дать ему отпор, но она этого не сделала. Ей было любопытно, поэтому она подняла к нему голову и позволила своим глазам закрыться, а затем его губы оказались на ее губах.

Ничто не могло подготовить ее к этому поцелую. Или, по крайней мере, реакции ее тела на это. В тот момент, когда их губы соприкоснулись, покалывание, которое она испытала раньше, когда он прижимал ее руку к своей груди, взорвалось между ними, как фейерверк на Четвертое июля. Это началось там, где его губы встретились с ее губами, но охватило все уголки ее тела быстрее, чем мог бы двигаться электрический ток.

В то время как ее разум был на короткое время ошеломлен перегруженными синапсами, ее тело реагировало как губка, впитывая удовольствие и расширяясь вместе с ней. По ее коже побежали мурашки, ее соски затвердели и вытянулись, как бутоны роз, ищущие солнца, и ее руки сами собой двинулись, чтобы обнять его, когда он встал между ее коленями, чтобы приблизиться.

Дрожь удовольствия пробежала по Пэт, когда она почувствовала, как его руки обхватили ее за талию, а затем его язык раздвинул ее губы, и она открылась ему. Когда ее собственный язык приветствовал и сражался с его языком, ее спина выгнулась, прижав свои полные желания груди к его огромной груди, и ее руки вцепились в его спину, притягивая его ближе.

Затем рука Санто начала скользить вверх по ее бокам, поднимая ее укороченный топ вверх, пока его большие пальцы не уперлись в основание ее грудей. Когда они остановились там, она выдохнула, не осознавая, что сдерживала стон, пойманный его ртом, а затем ахнула, когда он, наконец, позволил своим большим пальцам скользнуть вверх и слегка провести по ее ноющим соскам. Ее тело дернулось в его объятиях, как скаковая лошадь, прыгнувшая вперед при звуке стартового пистолета, а ее ноги обвились вокруг него, пытаясь приблизить его. Однако он уже был плотно прижат к прилавку, и вместо того, чтобы сдвинуть его, ее усилия подтянули ее ягодицы вперед по поверхности прилавка, пока они не были плотно прижаты друг к другу.

Санто прервал их поцелуй и со стоном откинул голову назад, а затем так же быстро снова опустил голову. Но вместо того, чтобы поцеловать ее, он уткнулся носом в ее ухо, а затем целуя и покусывая ее горло, убеждал ее откинуться назад, пока он спускался к груди. Его рот нашел ее сосок через тонкую ткань ее топа, и он коснулся его языком, а затем коротко пососал его через материал.

Задыхаясь и бормоча от удовольствия, Пэт переложила руки на его голову и погладила череп, подгоняя его. Она не была уверена, делал ли он это ртом или руками, но вдруг ткань ее рубашки исчезла, и его язык прошелся по ее чувствительной коже, барьер исчез. Ласка почти убила Пэт. Вскрикнув, она вонзила ногти ему в голову, ее бедра двигались, а ноги сжимались так, что она скользила по твердости, прижимающейся к ее ядру. Как раз в тот момент, когда Пэт подумала, что собирается опозориться, испытав оргазм от сухого секса, Санто внезапно исчез.

Замешательство заставило ее открыть глаза как раз вовремя, чтобы увидеть напряженное выражение лица Санто. В следующий момент он натянул ее рубашку на место, снял ее со стойки, чтобы она встала на пол, а затем подошел к раковине и включил воду.

Схватившись за стойку, чтобы устоять на дрожащих ногах, Пэт непонимающе посмотрела на него, а затем удивленно взглянула на дверной проем, когда вошел человек по имени Заниполо. Тогда ее осенило. Санто, должно быть, услышал, как его кузен вошел в дом. Вот почему он остановился. Это знание заставило ее почувствовать себя немного лучше, а затем она слегка нахмурилась. Санто был незнакомцем и бессмертным. Она никогда не должна была позволять ему целовать себя, и она определенно не должна была отвечать так, как ответила.

«Привет.» Шаги Заниполо замедлились, когда он заметил ее присутствие. «Я не думал, что кто-то еще не спит».

— Я просто спустилась выпить стакан воды, — пробормотала Пэт, заметив, как его заинтересованный взгляд скользит между ней и его кузеном. Санто даже не ответил на комментарий своего кузена и все еще стоял спиной к комнате. Пэт задавалась вопросом почему, пока не заметила, как глаза Зани опустились к ее груди и слегка расширились.

Взглянув вниз, она увидела, что ее соски все еще напряжены и торчат натягивая мягкий материал укороченного топа. Она вдруг поняла, почему Санто стоит спиной к комнате. Она почувствовала, как он напрягся, когда они прижались друг к другу, и знала, что он, без сомнения, все еще демонстрировал доказательство того, что они делали, в виде эрекции, от которой передняя часть его джинсов вздулась. Подозревая, что теперь она ярко-розовая, Пэт пробормотала: «Спокойной ночи» и вышла из комнаты так быстро, как только позволяли ее трясущиеся ноги.

К тому времени, как она добралась до лестницы, она стала немного устойчивее и чувствовала себя почти нормально, когда добралась до спальни, которую делила с Паркером. Она также чувствовала бы себя счастливой. Если бы их не прервал Заниполо….

Пэт судорожно вздохнула и подошла к окну, чтобы выглянуть наружу. Ее ответ на поцелуй и ласки Санто был…. неестественный. Это было единственное слово, которое она могла придумать, чтобы описать это. Все, что он сделал, это поцеловал ее, ласкал и сосал ее грудь, а она….

Пэт покачала головой. Она была совершенно уверена, что если бы Заниполо не появился, она, вероятно, сейчас трахалась бы на кухонном столе. Это просто была не она. И ее ответ был слишком быстрым и слишком отчаянным. Она все еще хотела его. А она ли? Пэт знала, что бессмертные могут управлять смертными. Неужели Санто контролировал ее? Заставил ее думать, что она хочет его, заставил ее почувствовать эту болезненную потребность?

Она не была уверена. Раньше на кухне, когда Маргарет и Паркер были там, она подумала, что запах мужчины опьяняет. Неужели он контролировал ее тогда? Но когда она пыталась смыть кровь, а он прижал ее руку к своей ключице, ее пальцы и ладонь почувствовали покалывание там, где они соприкасались с его кожей. Это покалывание не прекращалось в ее руке. Оно пробежало по ее телу, вызывая тревогу, как пинбол, ударяющий по амортизаторам. Он контролировал ее и заставлял ее чувствовать эти вещи? — снова спросила она себя. Пэт не знала, а поскольку она не знала, казалось, лучше просто избегать его.

Как только наступит утро, она отведет Паркера домой и соберёт его одежду, пока он будет собираться в школу. После школы она отвезет его к себе домой. Они останутся там, пока не вернется ее сестра, а может быть, и после этого.

Дело было не только в ее неестественном влечении к Санто. Теперь, когда она знала, что двоюродный брат мистера Парди был одним из плохих бессмертных, она не рискнет остаться здесь. Она планировала увести его как можно дальше от всех. . что было удобно, потому что она думала, что чем дальше она будет держаться от Санто и его мурашек, тем лучше для ее душевного спокойствия.

«Я просто пришел за парой мешков крови для нас с Брикером», — объявил Зани, слова заглушали звук удаляющихся шагов Пэт, когда она выходила из комнаты.

Санто хмыкнул и поднял стакан, которым пользовалась Пэт. Схватив тряпку, он сунул стакан под воду и начал его мыть. Эта активность дала ему повод держаться спиной к двоюродному брату. В то время как его тело начало успокаиваться теперь, когда Пэт покинула окрестности, у него все еще была одна огромная и довольно болезненная эрекция. Потребуется время, чтобы этот монстр ушел.

«Ты хочешь один?» — спросил Зани, открывая дверцу холодильника.

Санто потребовалась секунда, чтобы понять, о чем Зани спрашивает. Не хочет ли он пакет с кровью. Кивнув, он прорычал: «Пожалуйста».

Зани сразу же оказался рядом с ним, протягивая пакет.

— Спасибо, — пробормотал Санто, выключив воду одной рукой и взяв пакет другой. Однако он остался стоять лицом к раковине и тут же шлепнул пакет к зубам, предотвратив дальнейший разговор. По крайней мере, с его стороны. Однако это не помешало Зани говорить.

«Пэт — привлекательная штучка, не так ли?» — прокомментировал Зани, доставая из холодильника еще пару пакетов. — И она знает о нас. Это хорошо. По крайней мере, нам не придется постоянно ее контролировать или лгать ей. Может быть, мы даже сможем убедить ее разрешить нам наблюдать за домом Парди из дома ее сестры. Это облегчило бы задачу, — заметил Зани, отворачиваясь от холодильника с четырьмя пакетами крови в руках. Не ожидая ответа, он кивнул Санто, а затем вышел из комнаты с легким «увидимся позже».

Санто хмыкнул, что могло быть воспринято как ответ, но его мысли обдумывали слова Зани. Пэт знала о бессмертных. Зани думал, что это облегчит их работу, но Санто внезапно понял, что это облегчит и ему жизнь. На самом деле, это был чертовски приятный бонус. Это означало, что ему не нужно было все объяснять, как большинству бессмертных при встрече с их спутниками жизни, которые не подозревали о существовании их народа. Ему не нужно было пытаться найти самый деликатный способ объяснить, что, хотя большинство людей назвало бы их вампирами, они не были вампирами. Они не были мертвы и бездушны. Они были просто смертными, жизнь которых продлилась благодаря научному прорыву в Атлантиде перед ее падением.

Чрезвычайно продлилась, с усмешкой подумал он, учитывая свой возраст, а затем покачал головой. Он не думал, что это означает, что все его заботы закончились. Хотя она жадно отвечала на его поцелуи и ласки, она также выбежала из комнаты в ту же минуту, когда появился Зани, вместо того, чтобы подождать, пока он уйдет. Если бы она не сбежала. . Его разум наполнился образами того, как он поворачивается, поднимает ее и целует в ту минуту, когда Зани выходит из комнаты, а затем несет ее к столу, кладет на него и…

Тут Санто резко оборвал свои мысли. Его тело откликалось на образы в его голове, его эрекция вернулась к полной мощности и болела от потребности погрузиться в ее влажный жар. К сожалению, Пэт не задержалась, чтобы он разыграл этот сценарий, что заставило его подозревать, что она не упадет в его объятия, как спелая слива с дерева. Она была смертной и, вероятно, была немного сбита с толку и, может быть, даже подавлена желанием, вспыхнувшим между ними. Он должен быть терпелив с ней. Ему также, вероятно, придется ухаживать за ней, и…

Резко выпрямившись, он вырвал теперь уже пустой мешок из своих клыков и пробормотал: «Общие сны». Это было именно то, как звучало — сны, разделенные между двумя спутниками жизни. Очевидно, они помогали завоевать спутника жизни. Они разжигали желание и поощряли близость до того, как пара была готова сделать это в реальности. Они также должны были быть чертовски приятными. Что вызывало вопрос, какого черта он делал, стоя здесь и беспокоясь, когда мог бы быть в постели, наслаждаясь совместными сексуальными снами, которые снились его спутнице жизни?

Санто швырнул пустой мешок в мусор и вышел из кухни. Он ляжет спать, уснет и просто подождет, когда она присоединится к нему в стране грез. Черт, общие сны должны были быть горячими. Он едва мог дождаться.

Санто разбудил звук закрывающейся двери. Зная, что это вряд ли будут Маргарита и Джулиус, которые поздно встают, он вскочил с кровати и поспешил к двери, открыв ее как раз вовремя, чтобы увидеть, как Паркер исчезает в ванной. Подумав, что Пэт тоже не спит, Санто выскользнул из своей комнаты и направился вниз, чтобы приготовить кофе. Он был совершенно уверен, что он ей понадобится, потому что она совсем не спала прошлой ночью. В противном случае они наслаждались бы некоторыми из тех общих снов, о которых он так много слышал.

Санто нахмурился из-за упущенной возможности, но подозревал, что Пэт не спала всю ночь, либо беспокоясь о потенциальном злоумышленнике, которого они спугнули, либо беспокоясь о том, что у нее нет будильника и она может проспать, и не отвезти племянника в школу этим утром. Это, или она не была его спутницей жизни в конце концов.

Санто сразу отбросил эту возможность. То, как они вспыхнули прошлой ночью после одного поцелуя, в значительной степени опровергало это. Тем не менее, одной этой идеи было достаточно, чтобы заставить его сердиться, когда он читал инструкцию на кофейной банке и пытался приготовить кофе. Он никогда не делал это раньше. Санто не пил ничего, кроме крови. . ну, он не мог вспомнить, когда в последний раз пил настоящий напиток, который не был кровью. Еще до рождения Христа, конечно, подумал он, забросив поиски инструкции и просто насыпал половину банки молотого кофе в машину, добавив воды и включив ее. Выполнив задание, он остановился, гадая, что Пэт захочет на завтрак.

«Доброе утро!»

Санто обернулся на это приветствие и увидел Паркера, выглядевшего свежо и отвратительно бодро, когда он вошел на кухню.

— Доброе утро, — прорычал он и повернулся, чтобы достать из буфета стакан. Отнеся его к холодильнику, он спросил: «Апельсиновый сок?»

— Да, пожалуйста, — весело сказал Паркер.

Санто хмыкнул, достал коробку апельсинового сока и налил мальчику полный стакан. Вернув коробку в холодильник, он отнес напиток к столу. Паркер немедленно подошел к тому же стулу, на котором сидел прошлой ночью, и сел.

«Что еще?» — спросил Санто, ставя стакан, а затем, подумав о том, что обычно ели на завтрак Зани и Брикер, предложил: — Хлопья? Тост?»

— Тост, пожалуйста, — быстро сказал мальчик. — Но я могу сделать это сам, если хочешь.

«Нет.» Санто повернулся, чтобы бегло осмотреть кухню. За последний месяц он видел, как Брикер и его кузен готовили тосты не менее двадцати раз. Это было несложно. Если ты знал, где хранится хлеб. . и тостер. Поморщившись, он начал открывать дверцы шкафов, пока не нашел одно, потом другое. Санто поставил тостер на прилавок, включил его, положил в него два кусочка хлеба и удовлетворенно хмыкнул. Очень просто. Он мог бы сделать это, подумал он, а затем повернулся к Паркеру. — Что ты еще хочешь?

— Арахисовое масло и желе, пожалуйста, — ответил Паркер, а затем добавил: — И масло, конечно. Или маргарин, я думаю, если нет масла.

«Верно.» Санто отвернулся, чтобы начать поиски. Он нашел арахисовое масло в буфете, масло на прилавке в маленьком белом блюдечке и виноградное желе в холодильнике. Затем он взял тарелку и нож. Как только он поставил все рядом с тостером, он взял еще один стакан и налил еще сока, на этот раз для Пэт, когда она спустится. Затем он вернулся к тостеру и стал ждать. . и ждать.

«Сколько времени это занимает?» — наконец спросил он.

«Они выскочат в любую минуту, когда будут готовы», — заверил его Паркер. — Ты уверен, что не хочешь, чтобы я это сделал?

— Нет, — повторил Санто и снова повернулся к тостеру, когда хлеб вдруг, казалось, попытался выпрыгнуть из него. Крякнув, Санто схватил оба золотисто-коричневых ломтика и положил их на тарелку. Он намазал один простым маслом и один арахисовым маслом, а потом задумался о желе. Наконец, он просто намазал немного на оба куска тоста, соединил их, разрезал приготовленный бутерброд пополам и отнес тарелку к столу.

— Спасибо, — вежливо сказал Паркер, но Санто заметил, как мальчик неуверенно посмотрел на тост, прежде чем взять половину и начать есть. Это заставило его заподозрить, что он сделал что-то не так, но мальчик не жаловался, поэтому решил позже спросить у Маргариты, что он мог сделать не так.

Вернувшись к тостеру, он положил туда еще два ломтика хлеба, но не стал их прижимать. Он не стал бы этого делать, пока не услышал бы, как Пэт спускается по лестнице. Тогда он принесет ей и кофе, подумал он, взглянув на плюющийся кофейник. Так он не остынет.

Кивнув самому себе, Санто повернулся, прислонился к стойке и скрестил руки на груди, глядя, как Паркер ест. Мальчик не торопился, откусывая маленькие кусочки и пережевывая каждый примерно тысячу раз, прежде чем проглотить и откусить еще один. По крайней мере, так казалось Санто, когда он смотрел.

Он оставил банки с арахисовым маслом и вареньем открытыми, и пока он ждал, их запахи доносились до него, заставляя его нос дёргаться. Это был запах, который он ощущал каждое утро, когда Брикер и Зани жарили тосты, и обычно это был запах, который он мог либо принять, либо оставить, либо просто не замечал. Сегодня утром действительно пахло. . хорошо, понял он, повернув голову и взглянув на контейнер с арахисовым маслом. Минуту он молча смотрел на него, затем поднял и погрузил в него палец, чтобы поймать небольшое количество на кончике. Вытащив его, он засунул палец в рот и слизнул.

Санто закрыл глаза от неожиданного удовольствия. Вкус был сливочным, густым, насыщенным и… . Вкус был не похож ни на что из того, что он помнил, когда еще ел. Хотя тогда у них не было арахисового масла, по крайней мере, там, где он родился. Санто открыл глаза и снова погрузил в палец в банку.

«Не позволяй тете Пэт увидеть, как ты засовываешь пальцы в еду. Это ее бесит, — предупредил Паркер.

Услышав эту новость, Санто виновато взглянул на кухонную дверь, но не перестал есть арахисовое масло. Вместо этого он выхватил из ящика стола ложку. Когда арахисовое масло закончилось, он с любопытством повернулся к желе и принялся за него. Это был совершенно другой вкус, сладкий и легкий на языке.

Он ел намного быстрее, чем Паркер, признал Санто, когда закончил и увидел, что мальчик съел только три четверти своего бутерброда. Паркер также напевал и болтал ногами, пока ел. Странный мальчик, решил он и отнес пустые банки в раковину, чтобы вымыть.

Как только это задание было выполнено, Санто нетерпеливо огляделся, задаваясь вопросом, почему Пэт так долго. Ей не нужно было одеваться, делать прическу и макияж. Вчера вечером они даже не подумали захватить ее зубную щетку, не говоря уже о чем-то еще. Она уже должна быть на кухне, подумал он и повернулся к Паркеру. — Что-то твоя тетя не торопится.

Паркер перестал жевать и тупо посмотрел на него, а затем сказал: «Я не думаю, что она проснулась. Она заснула только тогда, когда я проснулся».

«Что?» — удивленно спросил Санто.

Паркер кивнул. «Я просыпался несколько раз ночью, и каждый раз она ходила взад-вперед. Но около часа назад она упала на кровать рядом со мной. Это разбудило меня. Я попытался снова заснуть, но не смог, поэтому встал», — объяснил он. «Она храпела, когда я вышел из комнаты».

Санто с минуту смотрел на него с тревогой, затем закрыл глаза и прикусил язык, чтобы сдержать проклятие, которое хотело сорваться с его губ. Если бы он знал это, он бы сразу же вернулся в постель, увидев мальчика. У них все еще могли быть общие сексуальные сны. И он все еще мог бы, вдруг подумал он, моргая и открывая глаза.

— Кровать, — объявил он, открывая глаза и отходя от прилавка. «Школы сегодня не будет.»

«Что? Нет!» — воскликнул Паркер, встревоженный самой мыслью. «Я должен идти в школу.»

Остановившись на пути к двери, Санто хмуро посмотрел на мальчика. «Почему?»

Он ожидал, что тот скажет, что сегодня у него экзамен или что-то еще, что он не мог пропустить. Но ответ мальчика был простым: «Учиться. Мне нравится школа.»

— Чудно, — пробормотал Санто, думая, что это просто его удача. Пятьдесят миллионов детей в Америке ненавидят школу и будут использовать любой предлог, чтобы избежать ее, но Паркеру школа нравилась, и он хотел туда попасть. Идеальный ребенок.

— Кроме того, до начала летних каникул осталась всего пара недель.

Санто хмыкнул, услышав эту новость, но подумал, что жаль, что еще не каникулы. Ему очень хотелось вернуться в постель, и он уже собирался контролировать ребенка, когда мальчик спросил: «Ты думаешь, кто-нибудь сможет отвезти меня в школу сегодня утром?»

Он заметил тревогу на лице мальчика, но прежде чем Санто успел что-то сказать, Паркер добавил: «Я не думаю, что тетя Пэт сможет отвезти меня, если она не поспит. По данным Национальной администрации безопасности дорожного движения, ежегодно происходит не менее шести тысяч аварий со смертельным исходом из-за того, что водители засыпают за рулем. И это не считая семидесяти двух тысяч аварий, вызванных только сонными водителями, которые с трудом обращают внимание на окружающие предметы, медленно реагируют и принимают неверные решения из-за своей сонливости».

Санто недоверчиво посмотрел на мальчика. — Ты только что выдумал это?

«Нет. Я прочитал это на веб-сайте ЦКЗ, — объяснил Паркер, прежде чем откусить еще один кусочек тоста.

«Центр по контролю и профилактике заболеваний?» — спросил Санто, узнав инициалы. Когда Паркер кивнул, он посмотрел на него с недоумением. «Какого черта им нужна статистика по водителям в сонном состоянии?»

Когда Паркер только пожал плечами и продолжил, есть, Санто покачал головой и сказал: «Хорошо. Я отвезу тебя в школу».

Паркер перестал есть и подозрительно посмотрел на него. — Ты спал прошлой ночью?

— О, да, — сухо сказал Санто. «У меня было несколько часов непрерывного сна. Совсем никаких снов. . Даже кошмаров, — добавил он с удивлением, поняв, что это правда. Это был не первый раз, когда ему удавалось избавиться от ночного кошмара. После его поездки в Пунта-Кану их стало меньше, и теперь они приходили всего пару раз в неделю. Но прошло уже четыре ночи с момента его последнего кошмара, и обычно проходило не так много времени между сеансами воспоминаний о годах, проведенных в плену и пытках, посещающих его во сне, однако прошлой ночью у него не было ни одного воспоминания.

Санто размышлял над этим, когда Паркер встал, чтобы отнести свою тарелку к раковине и начал ее споласкивать. «Мне нужно зайти домой, чтобы одеться и взять учебники», — объявил он.

— И почистить зубы и расчесать волосы, — рассеянно пробормотал Санто, его мысли все еще в были связаны с этим новым признаком того, что он избавился от прошлого, которое преследовало его веками.

«Хорошо.» Паркер закончил со своей посудой и поспешил из комнаты. «Я вернусь.»

Санто помедлил, но потом вздохнул и пошел за мальчиком в соседний дом. Пэт никогда не простит ему, если что-нибудь случится с маленьким мальчуганом. Черт, да он и себя не простил бы. Мальчик ему вроде как нравился, признался он.

Брикер увидел их и открыл французские двери в гостиной, чтобы они могли войти.

«Что?» — хмуро спросил Санто, заметив, как приподнялись брови Брикера. «Я отвожу ребенка в школу».

«Тогда, может быть, ты захочешь одеться, приятель», — весело сказал Брикер. «Если ты поведешь его в школу в таком виде, его учителя, скорее всего, подумают, что ты какой-то извращенец. Если ты вообще доберешься, с ним до школы и по дороге тебя не остановят, копы.

Санто взглянул на себя и ненадолго закрыл глаза, когда увидел, что скачет по окрестностям в одних боксерах. Боже, он был в таком виде на кухне, ожидая встречи с Пэт. Разве это не было бы хреновым приветствием?

«Проклятье. Что-то перекосило твои боксеры, — со смехом сказал Брикер, наблюдая за выражением лица Санто. — Как будто ты встретил свою спутницу жизни или что-то в этом роде.

Санто пристально посмотрел на него. — Маргарита сказала тебе.

Брикер покачал головой. — Джулиус сказал нам прошлой ночью, что Маргарита подозревает, что Пэт — твоя спутница жизни. Я полагаю, она оказалась права?

— Она когда-нибудь ошибалась? — сухо спросил Санто.

Брикер с интересом посмотрел на него. — Ты не выглядишь счастливым.

— Я счастлив, — прорычал он и развернулся, чтобы вернуться в дом Капрелли, чтобы одеться. Он проигнорировал человека в халате через улицу, который вышел на крыльцо, чтобы взять газету, и остановился, когда уставился на него. Но когда он заметил женщину средних лет дальше по дороге, которая также таращилась на него, Санто вздохнул про себя и начал замедляться. Если он не позаботится о них, о нем будут говорить в округе.

— Ступай, Санто. Я займусь ими, — со смехом сказал Брикер позади него.

Прорычав «Спасибо», Санто направился к дому, вошел и начал подниматься по лестнице, чуть не сбив Маргариту.

— Доброе утро, Санто, — сказала она со смехом, когда он в последний момент спохватился и остановился перед ней.

— Доброе утро, — пробормотал он, отступая в сторону, а затем снова остановился, поскольку ему пришло в голову, что Маргарита и Джулиус обычно спят по утрам допоздна. Переведя на нее растерянный взгляд, он спросил: «Почему ты не спишь?»

— Я как раз собиралась приготовить завтрак для Джулиуса, прежде чем вы отправитесь сменить Зани и Брикера. Для тебя приготовить? Ты снова ешь?

Санто просто смотрел на нее. Боже мой, он не мог вернуться в постель и наслаждаться общими снами, которые переживали спутники жизни, даже после того, как отвезет Паркера и вернется. Его смена наблюдать за домом Парди. Этого знания было достаточно, чтобы Санто расплакался. Вместо этого он ворчливо прорычал «нет» на вопрос Маргариты и продолжил подниматься по лестнице.

Не успел он сделать и пары шагов, как Маргарита вдруг спросила: — Как ты думаешь, во сколько ремонтники начинают работать?

Снова помолчав, он в замешательстве оглянулся. «Что?»

«Мне нужно позвонить и попросить кого-нибудь починить дверь», — напомнила она ему. — Я просто подумала, в какое время мне начать звонить.

«Ой.» Он пожал плечами. «Девять?»

«Верно. Смертные часы. Что ж, думаю, я сделаю это позже». Улыбаясь ему, она добавила: «Думаю, я приготовлю на завтрак яичницу с беконом».

Санто лишь хмыкнул и продолжил подниматься по лестнице. Он не был голоден. Он должен был одеться, отвезти Паркера в школу, а затем сменить Брикера. Про общие сны можно забыть.

Глава 6

Пэт повернулась в постели и глубже закуталась в одеяла с легким вздохом, который превратился в вой боли, когда что-то вонзилось ей в грудь. Вскочив с кровати, она уставилась затуманенными глазами на шипящий на нее клубок меха с поднятыми когтями. Верно, это было не что-то, что пронзило ее, а несколько маленьких когтей, со стоном поняла она, а затем плюхнулась на спину подальше от животного, которое чуть не раздавила.

Миссис Вигглз. Проклятая кошка, подумала она с отвращением, а затем подняла голову, чтобы осмотреть свою грудь. Ее губы скривились в гримасе, когда она увидела пятно крови, растущее на футболке над левой грудью. Кошка приложила ее хорошо.

— Отлично, — пробормотала она, села и спустила ноги с кровати. Она провела большую часть ночи, расхаживая и беспокоясь о Санто, о том, контролировал ли он ее, и о том, насколько опасным может быть «кузен» мистера Парди. Затем она переключилась на обдумывание своих планов отвести Паркера к себе домой сегодня после школы и составила мысленный список всего, что ей, вероятно, следует взять с собой. Кроме одежды и прочего, она знала, что ребенок, вероятно, никуда не пойдет без своей игровой установки. А это означало, что ей придется взять и телевизор из его комнаты, поскольку она считала его высасывающим мозг прибором, поэтому телевизора у нее не было.

А еще была миссис Вигглз. Это может быть проблемой. Она не могла отнести ее обратно в дом мистера Парди и не могла оставила бедняжку бродить по окрестностям. Не то чтобы Паркер позволил бы это. Но в ее квартире не было домашних животных. . ей придется втихаря протащить кошку в свою квартиру.

«Кошка, миски, кошачий лоток и кошачий корм», — поправила себя Пэт, подумав, что это может быть сложно. Управдом в ее доме был скучающим назойливым параноиком, который считал своим правом и обязанностью знать всех и все, что происходит в доме. С этой целью у него повсюду были камеры, и он смотрел на них, как наркоман реалити-шоу. Они должны были быть очень находчивыми и удачливыми, чтобы протащить кошку незамеченной.

Пэт ходила по комнате и беспокоилась об этом до восхода солнца, а затем, спотыкаясь, села на кровать, продолжая обдумывать этот вопрос. Это было последнее, что она помнила. Видимо, она заснула во время своих размышлений.

Вздохнув, она провела руками по лицу, а затем взглянула на прикроватные часы. Пэт на мгновение напряглась, увидев на цифровом дисплее 11:14, а затем выругалась и повернулась, уже пытаясь разбудить племянника, прежде чем поняла, что Паркера здесь нет.

Пэт уставилась на пустое место по другую сторону от миссис Вигглз, а затем резко встала и побежала к двери. В зале было тихо и сумрачно, когда она вошла в него. Дверь спальни напротив той, из которой она вышла, была широко открыта, открывая пустую комнату за ней. Маргарита и Джулиус уже встали, подумала она и повернулась, чтобы идти к лестнице, едва не споткнувшись о миссис Вигглз, когда кошка вылезла из двери, которую она оставила открытой.

Выругавшись, она обошла животное и наклонилась, чтобы поднять ее. Кошка протестующе мяукала, но Пэт проигнорировала это и понесла ее с собой, когда она поспешила к лестнице и спустилась по ней. Она знала, что миссис Вигглз, вероятно, нужно справить нужду, и Пэт не рискнет, оставить ее в доме Капрелли. Она не отпускала кошку, пока не подошла и не открыла входную дверь. Затем она поставила ее на крыльцо и подождала достаточно долго, чтобы посмотреть, как она убегает в сад, прежде чем закрыть дверь. Затем она пошла по коридору, уверяя себя, что найдет Паркера на кухне, вероятно, сидящего за столом и шушукающегося с Маргаритой, пока он пил сок и ел ее печенье.

Эти надежды умерли в тот момент, когда она вошла в комнату и увидела, что она пуста. . как и любая другая комната на первом этаже, обнаружила Пэт, когда она развернулась и помчалась обратно по коридору, заглядывая в каждый дверной проем, мимо которого проходила.

Пэт почти вернулась наверх, чтобы обыскать каждую спальню, но знала, что если бы он был там, то был бы в комнате с ней и миссис Вигглз. Его не было в доме. Эта мысль вызвала такую панику в Пэт, что она едва могла дышать, и ее следующей мыслью был дом. Он должно быть вернулся домой по какой-то причине. Эта надежда заставила ее выскочить из дома Капрелли и помчаться по подъездной дорожке и вокруг изгороди, отчаянно пытаясь найти Паркера и облегчить нарастающую панику.

Санто наблюдал за домом Парди, его взгляд скользил от передней части дома по двору, дороге и снова к дому, когда его внимание привлекло какое-то движение на краю зрения.

Дама со шнауцером вернулась, и он мог видеть, как она изо всех сил держится за поводок, пока ее маленькая собачка выдавала «Куджо», как назвал это Паркер. «Подходящее описание», — подумал Санто, наблюдая, как собака рычит, лает и бешено мечется, словно разрываясь между тем, чтобы броситься к дому, чтобы напасть на то, что его так огорчает, и тем, чтобы как можно быстрее утащить свою хозяйку в безопасное место. Женщина на другом конце поводка явно была огорчена его поведением. Она обернула конец поводка вокруг запястья, чтобы не потерять его, и пошла быстрее, но затем внезапно оглянулась через плечо и остановилась как вкопанная, ее глаза расширились, а челюсть отвисла.

Заинтересовавшись, Санто встал и подошел к окну, чтобы посмотреть во двор. Его собственные глаза расширились, когда он увидел, как Пэт бешено мчится к нему по лужайке. Волосы у нее были черной копной вокруг головы, она была босиком и все еще была одета в диковинную пижаму, в которой была прошлой ночью. Маргарита упомянула, что даст ей что-нибудь из одежды, когда она проснется, но если и дала, то на Пэт этого не было. Кроме того, на ней явно не было лифчика. Он заметил это прошлой ночью, но снова заметил это сейчас, наблюдая, как ее груди двигаются вверх и вниз при каждом шаге. Рубашка тоже двигалась, поднимаясь вверх, обнажая нижнюю часть ее грудей, а затем опускаясь, снова закрывая их.

«Ты будешь стоять там, уставившись на нее, или откроешь дверь, чтобы впустить ее?»

Санто огляделся, услышав этот сухой вопрос. Джулиус присоединился к нему и смотрел в окно по другую сторону французских дверей. Санто предположил бы, что его дядя увидел даму со шнауцером, заметил ее шок и тоже пришел разобраться. Он знал, что был прав, когда Джулиус снова заговорил.

«Я позабочусь о собачнице, а ты займись Пэт». Когда Санто просто посмотрел на него, Джулиус поднял брови. «Ты меня понимаешь? Впусти ее, племянник. Она понятия не имеет, куда идти. Входная дверь — это просто доски, прибитые к косяку».

Когда Санто оглянулся и увидел, что Пэт поднялась на крыльцо и теперь с тревогой смотрит на то место, где раньше была входная дверь, он быстро подошел к французским дверям и открыл их для нее.

— О, слава богу! Пэт бросилась вперед. Она действительно попыталась пробежать мимо него, но Санто схватил ее за плечи, чтобы остановить, и нахмурился, заметив ее бледное и огорченное лицо. Он не заметил этого, так как смотрел, как ее сиськи подпрыгивают на лужайке перед домом.

«Что такое? Что случилось?» — спросил Санто и не мог представить, каким может быть ответ. Она мирно спала, когда он проверил ее, прежде чем отправиться сюда, и Маргарита была там, чтобы наблюдать за ней, что заставило его спросить: «Где Маргарита?»

— Не знаю, — выдохнул Пэт, хватаясь за руки. «И Паркер исчез! Они оба!

Санто тут же почувствовал, что расслабился. Он понятия не имел, где его тетя, вероятно, на заднем дворе с Джеем, но он знал, где Паркер. Пытаясь звучать успокаивающе, он прорычал: «С Паркером все в порядке. Он в школе.

«Что?» Казалось, она была потрясена такой возможностью. «Как?»

— Я его отвез, — сказала Санто, и ее глаза расширились от этой новости, как будто она с трудом могла это представить.

— О, — наконец выдохнула она и слегка обмякла в его объятиях. «Когда я проснулась, а его там не было. ".

— Прости, — сухо сказал он, думая, что должен был оставить ей записку. Но он ожидал, что Маргарита скажет ей, где Паркер, когда она проснется. Он и представить себе не мог, что Пэт будет паниковать из-за отсутствия мальчика.

«Нет. Не стоит. Я просто не знала. ". Покачав головой, Пэт слабо улыбнулась и продолжила: «Спасибо. Очень любезно с твоей стороны отвезти его в школу, и я ценю это».

— С удовольствием, — пробормотал он. Чувствуя себя неловко из-за ее благодарности, он переключил ее внимание в другое русло, сказав: «Маргарет также позвонила на твою работу».

Глаза Пэт недоверчиво расширились. «О Боже, я так запаниковала из-за Паркера, что совсем забыла о работе».

— Да, Маргарита позвонила, — повторил он, думая, что этого должно быть достаточно, чтобы снова ее успокоить.

Джулиус добавил: «Она поговорила с главой кафедры и рассказала о злоумышленнике, разрушенной двери и о том, что ты не спала всю ночь. Они были очень понимающими и сказали твой. . ТА? — спросил он, и когда она кивнула, он закончил: «Твой ТА (помощник/заместитель) заменит тебя на занятиях. Ты можешь отсутствовать столько времени, сколько тебе нужно. Просто предупреди их сколько, чтобы они знали».

«Ой.» Пэт снова расслабилась.

«Моя жена также позвонила домработнице Оксане и дала ей выходной», — добавил Джулиус. «Кажется, сегодня в ней не нуждаются, и мы подозреваем, что состояние двери ее просто расстроит».

Это заставило губы Пэт скривиться, и она кивнула. «Без сомнения.»

Санто расслабился теперь, когда она больше не была огорчена, а затем, поняв, что он все еще держит ее за плечи, убрал руки и сделал шаг назад, прежде чем ее запах мог соблазнить его сделать что-нибудь глупое, например, притянуть ее в свои объятия и снова поцеловать. прямо перед своим дядей. Неловко поерзав, он попытался придумать, что сказать, а затем слегка выпрямился и спросил: — Хочешь кофе?

Пэт оживилась при этом слове. — А он есть?

— Нет, — признался он и, когда она снова начала падать духом от разочарования, быстро добавил: — Я сделаю.

— О Боже, нет, — резко сказал Джулиус. «Ты не будешь готовить кофе. Только не после той грязи, которую ты сделал этим утром. Я сварю кофе САМ».

Санто смотрел, как его дядя ушел на кухню, а затем взглянул на Пэт и увидел, что она смотрит ему вслед с подергивающимися губами. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на Санто, подергивание превратилось в улыбку, высосавшую из комнаты весь воздух. По крайней мере, так это чувствовалось. Санто внезапно перестал дышать. Она была чертовски красива. Часть его мозга могла признать, что хоть она и хороша собой, но не Елена Троянская. Но это был только уголок его разума. Для остального его разума она сияла, как пряденое золото, сверкала, как бриллианты, и была умопомрачительно, душераздирающе совершенной.

«Ой.»

Когда она вдруг взглянула вниз, Санто проследил за ее взглядом и увидел, что кошка последовала за ней через все еще открытые стеклянные двери и обвилась вокруг ее ног, потираясь боками о голени Пэт, пытаясь привлечь внимание. Санто повернулся, чтобы закрыть дверь, а она наклонилась, чтобы поднять кошку.

— Паркер покормил миссис Вигглз перед уходом в школу? — спросила она, выпрямляясь с пушистым комком на руках.

Санто покачал головой. Паркер позавтракал и поспешил сюда, чтобы собраться в школу. Вероятно, он даже не подумал о кошке.

«Тогда мне лучше пойти посмотреть, нет ли у Куинн тунца или чего-нибудь еще, чтобы накормить ее», — сказала она, отвернувшись и направившись на кухню.

Санто автоматически начал следовать за ней, но затем остановился, вспомнив о задании, ради которого он здесь. Тем не менее, он стоял, прислушиваясь к мягкому топоту ее шагов, пока он не стих. Только тогда он снова начал дышать. Покачав головой, Санто повернулся и вернулся к окну. Но в то время как его взгляд перемещался по сцене снаружи, его мысли были полны Пэт.

— Кофе будет готов через минуту, — объявил Джулиус, вставив кофейник в машину и включив ее, когда Пэт вошла на кухню.

«Спасибо.» Она улыбнулась, но прошла мимо него и начала открывать дверцы шкафов в поисках консервов для миссис Вигглз.

— Ах, да, кошачий корм.

Пэт осторожно огляделась, когда Джулиус пробормотал это, задаваясь вопросом, прочитал ли он тревогу в ее голове или просто догадался, в чем проблема. Это было невозможно сказать по его задумчивому выражению. Отбросив этот вопрос в сторону, она повернулась к шкафу где только что заметила банку с лососем, когда Джулиус снова заговорил.

— Как думаешь, собачий корм подойдет? — спросил он, а затем объяснил: — Маргарита ужасно балует Джея и не кормит его ничем, кроме лучших консервов. Я мог бы пойти взять банку.

Пэт ненадолго обдумала предложение, но затем покачала головой, доставая из буфета лосося. «Это мило, но я не уверена, что то, что хорошо для собак, хорошо для кошек. Я имею в виду, что мы едим шоколад, но это убивает собак. Может быть, в собачьем корме есть что-то, что не подходит кошкам, — заметила она и усадила миссис Вигглз, чтобы найти консервный нож и миску. «Она может съесть лосося, пока я одеваюсь, а потом я сбегаю за кошачьей едой. . и лоток и. ". Она беспомощно пожала плечами, не зная, что ей еще нужно. Мысленный список, который она составила прошлой ночью, очевидно, вылетел из ее головы, вытесненный паникой, которую она испытала, обнаружив пропажу Паркера. Ей придется составить список от руки и, возможно, дополнить его, когда она доберется до магазина и увидит, что есть в наличии. У Пэт никогда не было кота. Собаки, да. Кошки, нет. Патрик был не единственным, у кого аллергия на кошачьих; у ее приемного отца, Рэндалла, тоже.

Ей, вероятно, следует купить два лотка, предположила Пит, когда она открыла банку, а затем переложила лосося в миску. Один для миссис Вигглз, чтобы использовать его здесь, пока они не уйдут, и один для ее квартиры. Было бы лучше принести в ее дом чистый, неиспользованный лоток и контейнер с наполнителем, чем лоток, полный использованного наполнителя.

«Покупки.»

Пэт с любопытством взглянула на Джулиуса, когда тот пробормотал это слово. Ее взгляд осторожно сузился, когда она заметила, как он смотрит на нее. «Что?»

«Ничего. Я просто подумал, — сказал он, а затем криво улыбнулся и прокомментировал: — Я уверен, что ты видела входную дверь?

Пэт слегка фыркнула на этот вопрос, взяла миску с лососем и поставила ее на пол для миссис Вигглз. «Было бы трудно не заметить. Где вы, ребята, взяли доски, которые прибили к косяку?

«Мы использовали журнальный столик и изголовье кровати наверху».

При этих новостях Пэт резко выпрямилась, ее глаза расширились от тревоги. «Что?»

Джулиус кивнул, но в то же время пожал плечами. «Это было все, о чем мы могли думать в то время. Вот почему, когда ты упомянула о покупке товаров для кошки, я подумал… . Нам нужно заменить журнальный столик и изголовье кровати».

— Придется, — согласилась Пэт сухим, как пыль, тоном. Она могла только представить себе реакцию Куинн, если бы она вернулась домой и обнаружила, что они пропали. Она до конца времен будет ей об этом напоминать.

«Конечно, мы заплатим, и я собирался отправить одного из мальчиков сегодня за покупками, но мне пришло в голову, что они могут не найти точно такой же стол и изголовье».

Пэт слегка нахмурилась, размышляя над такой возможностью. Боже мой, по правде говоря, мода менялась так быстро, что маловероятно, что в магазинах был бы в наличии точно такой же журнальный столик или, возможно, даже точно такое же изголовье кровати.

«Возможно, было бы неплохо, если бы Санто пошел с тобой по магазинам, сначала за вещами для кошки, а затем вы вдвоем могли бы остановиться в мебельном магазине, чтобы выбрать новый журнальный столик и изголовье кровати, которые, будут если не совсем такими же, то хотя бы приемлемыми для твоей сестры».

Пэт напряглась от предложения, что Санто пойдет с ней за покупками, но к тому времени, когда Джулиус закончил говорить, она увидела смысл в его словах. Им нужно было заменить предметы, которые были разбиты, для блокировки двери, и она действительно предпочла бы иметь право голоса в том, на что они были заменены. Она была той, на кого накинется Куинн, когда вернется домой и заметит заменённые предметы, если они не смогут найти точную копию.

— Звучит разумно, — со вздохом согласилась она и, взглянув вниз, увидела, что миссис Вигглз с энтузиазмом пожирает лосося. Взяв еще одну миску, она подошла к раковине и начала наливать воду в тарелку, добавив: «Но сначала мне нужно принять душ и одеться».

— Конечно, — серьезно сказал Джулиус. — Я поговорю с Санто, пока ты это делаешь.

Пэт только кивнула и поставила миску с водой рядом с почти пустой миской для лосося, а затем вышла из комнаты. Она знала, что Джулиус последовал за ней, пока они не достигли лестницы, но пока она поднималась по ступенькам, он продолжил свой путь в гостиную. Мягкий гул мужского разговора начался, когда она дошла до ванной, но Пэт не остановилась, чтобы попытаться прислушаться. День в самом разгаре, а у нее оставалось совсем немного времени, прежде чем ей нужно было забрать Паркера. Быстрый душ, кофе, чтобы проснуться, и по-машинам, если они хотят успеть все за отведенное время.

С этой мыслью Пэт довольно быстро приняла душ. Она взяла два полотенца из шкафа под раковиной, обернула одно вокруг своих длинных волос, а другим быстро вытерла тело. Однако, как только это было сделано, она остановилась и тупо огляделась, поняв, что не подумала зайти в свою комнату, чтобы захватить чистую одежду, чтобы надеть ее позже. Пэт признала, что это действительно глупая оплошность, и объяснить ее она не могла, за исключением того, что она еще не пила кофе и у нее все еще была довольно спутанные мысли.

Раздраженно выдохнув, она обернула вокруг себя влажное полотенце, схватила пижаму и направилась к двери. К ее большому облегчению, коридор был пуст, когда она открыла дверь. Она смогла выскользнуть и пройти в комнату для гостей, которой всегда пользовалась в доме своей сестры. Быстро просмотрев одежду, которую она привезла с собой, Пэт остановилась на паре белых капри, красной рубашке поло и красивом розовом бюстгальтере и трусиках. Она быстро оделась, провела щеткой по влажным волосам, собрала их в хвост, а затем не стала возиться с косметикой и отправилась за обещанным кофе. Ей очень нужно было что-то, что помогло бы разбудить ее бедный мозг, затуманенный сном.

Пэт никого не встретила по дороге на кухню и не слышала бормотание голосов из гостиной, поэтому предположила, что мужчины закончили свой разговор и вернулись на свои места, чтобы наблюдать за соседним домом. Кофейник как раз выплевывал остатки жидкости, когда она вошла на кухню. Пэт взяла чашку, сахарницу и сливки и поставила их рядом с кофейником. Затем она замялась и посмотрела на дверь.

Было бы вежливо спросить у мужчин, может быть, они тоже хотят выпить чашечку, подумала она, и, немного поразмыслив, раздраженно цокнула языком из-за собственного нежелания иметь с ними дело. Она нашла Джулиуса на посту, выглядывающего из окна, как кошка, наблюдающая за происходящим, но когда она спросила, он улыбнулся и поблагодарил ее, но сказал «нет». Утром он уже выпил достаточно кофе.

Кивнув, Пэт вышла из комнаты и направилась по коридору в гостиную. Как и Джулиус, Санто стоял у окна, его взгляд был прикован к соседнему дому. Но он повернулся к ней, как только она остановилась в дверях.

«Я собиралась приготовить себе кофе и подумала, не хочешь ли ты, чтобы я приготовила и тебе», — объяснила она, скользнув по нему взглядом. Господи, он был чем-то. У Пэт было много разнообразных интересов в ее списке желаний. Но в нем не было альпинизма, но этот мужчина — гора заставил ее задуматься. Она была совершенно уверена, что сможет часами исследовать его пики и глубины/ вершины и низины.

Поняв, куда забрели ее мысли, Пэт тут же наступила на них. Прошлой ночью она решила, что подобные мысли для нее запретная зона. Независимо от того, контролировал ли ее Санто и заставил ли ее испытать страсть, которую она испытала, или они были естественным результатом ее влечения к нему, связываться с этим мужчиной не казалось хорошей идеей. Ее предыдущий опыт общения с бессмертными убедил ее, что находиться рядом с ними небезопасно.

«Спасибо.»

Мягкий рокот снова привлек ее взгляд к его лицу, и глаза Пэт слегка расширились, когда она заметила удивление и удовольствие на его лице. Было очевидно, что он не ожидал такого предложения. Это заставило ее задуматься, не была ли она в своем беспокойстве и страхе немного грубой, когда впервые попала сюда. Наклонив голову, она спросила: «Это да, верно?»

Он кивнул, улыбка тронула его губы, и Пэт на мгновение замерла. Мужчина был хорош собой с самого начала, но когда он так улыбался, то был совершенно великолепен, решила она, еле сдерживая себя, чтобы не помахать рукой перед лицом.

Проклятие. На нем должен быть предупредительный знак, слабо подумала Пэт, отвернувшись и поспешила обратно на кухню. Чем скорее она все сделает и сможет отправиться в свою квартиру, тем лучше, решила она.

Пэт налила кофе, прежде чем она поняла, что не подумала спросить у Санто, какой ему нравится. В таком случае она собрала поднос с двумя чашками кофе, сахаром, сливками и ложками, чтобы отнести все в гостиную. Она решила, что они вместе выпьют кофе, прежде чем отправятся за покупками. Ей нужно было задать несколько вопросов.

Санто ждал ее возвращения и быстро подошел, чтобы забрать у нее поднос, как только она вошла в гостиную. Пэт вежливо пробормотала «спасибо», а затем села на стул рядом со столиком, на который он поставил поднос, и быстро подал ей кофе. Она смотрела, как Санто готовит себе кофе, отмечая, что он пил его регулярно, как и она.

Пэт позволила себе несколько глотков кофе, а затем ее взгляд скользнул к заколоченной дыре, которая раньше была входной дверью. Она поморщилась, когда увидела стол и спинку кровати или то, что от них осталось.

— Их заменят, — заверил ее Санто.

Пэт быстро взглянула на него и увидела, что он проследил за ее взглядом до двери. Она кивнула и посмотрела на него, удивляясь тому факту, что мужчина редко собирал в предложение больше трех-четырех слов, когда говорил. Очевидно, он был одним из тех немногословных парней. Тем не менее, ей нужна была информация. — Ты не знаешь, звонила ли Маргарита по поводу ремонта двери? Или я должна это сделать?»

«Она сделала это.»

Пэт подождала и, не вдаваясь в подробности, спросила: «Мастер придет?»

«Si».

Когда он больше ничего не сказал, она выдавила из себя улыбку и спросила: «Когда?»

«В. ". он остановился, чтобы взглянуть на свои наручные часы». . около половины первого.»

Пэт огляделась в поисках часов и увидела, что сейчас почти полдень. Ей это не сильно помогло. Она понятия не имела, сколько времени потребуется, чтобы заменить дверь. Надеясь, что это будет сделано до того, как ей придется идти за Паркером. Или, по крайней мере, все будет готово, когда она вернется с ним. Она не хотела, чтобы он сегодня оставался здесь дольше, чем необходимо. На самом деле, она бы упаковала для него кое-какую одежду и вообще не возвращалась бы сюда, но не была уверена, что ему понадобится или что он захочет взять с собой.

Она перевела взгляд на окно на дом Парди, и она посмотрела на окна, отметив плотно закрытые шторы, закрывающие каждое из них, прежде чем ее внимание переключилось на газеты, сложенные стопкой у входной двери. Их должно было быть с полдюжины, доставленные, но так и не собранные. Из-за этого, а также из-за плачевного состояния сада и того факта, что двор нужно было косить, дом выглядел почти заброшенным.

Нахмурившись, Пэт откашлялась и сказала: — Я знаю, что кузен мистера Парди — плохой бессмертный, изгой, так ты, кажется, говорил прошлой ночью?

— Si, — согласился Санто. «Изгой».

Пэт кивнула. «Значит, изгой, но насколько он плох?»

Санто не колебался. «Самый худший».

«В каком смысле?» она спросила.

«Во всех смыслах».

Пэт мельком взглянул на него, а затем раздраженно вздохнул и спросил: «Ты не мог бы немного уточнить это? Например, скажи мне, почему он самый худший?»

Санто не выглядел так, будто хотел говорить ей что-то еще, но наконец сказал: — Он опасен.

— Опасен? — эхом повторила Пэт, ее голос был несколько придушен из-за растущего в ней разочарования. «И все? Это все, что ты можешь сказать? Он опасен?

Когда Санто кивнул, она резко поставила чашку с кофе и встала. «Мы должны идти. Уже полдень, и мне нужно забрать Паркера в три часа.

Пэт не стала ждать, пока он согласится, а подошла к стеклянным дверям. Она только потянулась к ручке двери справа, когда дверь слева начала открываться. Сделав паузу, она сделала удивленный шаг назад, а затем расслабилась, когда заметила на крыльце Маргариту с большой собакой рядом с ней.

— Вот ты где, — сказала Маргарита с явным облегчением, заметив ее. «Когда я пошла проведать тебя и обнаружила, что тебя нет, я не знала, что и думать. Я начала беспокоиться, что вчерашний злоумышленник вернулся и похитил тебя.

«О.» Глаза Пэт расширились, но она быстро сказала: «Прости. Я осмотрела дом, когда проснулась, но никого нигде не увидела и пошла узнать, куда делся Паркер. Я сама была в легкой панике».

«Должно быть, это случилось, когда я вывела Джея на задний двор», — сказала Маргарет с гримасой. «Прошу прощения за путаницу. Я собиралась быть там, когда ты проснешься, чтобы сказать тебе, куда ушел Паркер.

— Сейчас все хорошо, — сказала Пэт с кривой улыбкой, отмахиваясь от извинений.

«Да.» Маргарита перевела взгляд с нее на Санто. — Ты куда-то собрался?

— За покупками, — прорычал Санто.

Пэт закатила глаза на это и объяснила: — Я упомянула Джулиусу, что мне нужно купить кое-что для миссис Вигглз, и он решил, что было бы неплохо, если бы Санто сопровождал меня. Таким образом, я могу помочь выбрать кофейный столик и изголовье кровати взамен тех, которые они сломали прошлой ночью».

«О, да. Хорошая идея.» Маргарита улыбнулась и прошла внутрь и отошла в сторону, чтобы они смогли выйти. — Я пойду посмотрю, не нужна ли Джулиусу вторая пара глаз, чтобы присматривать за домом Парди, пока тебя не будет. Приятно провести время».

Пэт сумела улыбнуться и пробормотала: «И вам», когда она вывела Санто из дома и направилась к своей машине. Она почти дошла до нее, когда Санто взял ее за локоть и продолжил движение по подъездной дорожке мимо ее машины.

«Что-?» она начала.

«Внедорожник больше», — объявил Санто.

Пэт оглянулась через плечо на свою хорошенькую красную «Тойоту-86» и вздохнула, поняв, что они не смогут вместить в нее кофейный столик и изголовье кровати. Внедорожник действительно будет лучше. Тем не менее, было бы неплохо, если бы он сказал больше, чем внедорожник больше. Покачав головой, она снова повернулась вперед и позволила ему провести ее вокруг живой изгороди к черному внедорожнику, припаркованному на подъездной дорожке у дома Капрелли. Ее взгляд переместился с него на огромный фургон рядом с ним, и Пэт прокомментировала: «Когда я вчера встретила Маргариту и Джулиуса, они упомянули, что приехали сюда на фургоне».

— Si, — сказал Санто, открывая перед ней дверь.

Пэт забралась внутрь и повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как дверь закрылась. Вздохнув, она смотрела, как Санто подошел к водительской стороне и проскользнул внутрь, но когда он просто пристегнул ремень безопасности и завел машину, она спросила: «Почему они приехали в фургоне? Почему бы не взять внедорожник, как у вас, ребята?»

Это были единственные машины на подъездной дорожке, и фургон был там, когда она впервые приехала и встретила Маргариту и Джулиуса, так что можно было поспорить, что мужчины приехали на внедорожнике, думала она, ожидая его ответ. Она просто не понимала, для чего нужен фургон. Это было прикрытие. Фургон был необходим, если бы вам нужно было место для сна, но они все спали в доме.

«Они приехали в фургоне», — сказал он, а затем добавил: «Пристегни ремень безопасности».

Пэт потянулась к ремню и нетерпеливо потянула его через себя, чтобы защелкнуть в держателе, но спросила: «Почему они приехали в фургоне? Они были в отпуске или что-то в этом роде?

«Si».

И все. Просто Si. Он говорил Si отпуску или чему? — мрачно пробормотала она и покачала головой. Это было похоже на то, что этот человек не понимал, как должны проходить разговоры. Эта мысль возвращалась к ней несколько раз в течение следующих двух часов, пока они посещали сначала зоомагазин, а затем любимый мебельный магазин ее сестры. Пэт от природы была болтливым и веселым человеком, но не имело значения, о чем она спрашивала Санто, его ответы были либо Si, либо нет, с редкими почти-предложениями из трех или четырех слов, которые раскрывали немного больше, чем Si или нет. Откровенно говоря, общение с мужчиной было тяжелым и утомительным. Вскоре она устала от этих усилий и дальше ехала в тишине. Она также торопилась, желая покончить с поездкой.

В итоге вся поездка по магазинам заняла не больше часа. А по ощущениям, как будто сто, и к тому времени, как он въехал на подъездную дорожку позади ее Тойоты, Пэт была так зла, что не могла находиться рядом с ним ни минуты больше. Она решила, что он определенно контролировал ее, раз она захотела его прошлой ночью, потому что сейчас в нем не было абсолютно ничего привлекательного для нее.

В ту минуту, когда внедорожник остановился, Пэт отстегнула ремень безопасности и выскочила из автомобиля. У нее было почти два часа до того, как она должна была забрать Паркера, и она думала, что должна загрузить все, что можно, в машину сейчас, чтобы сэкономить время.

«Еда?»

Когда Санто сказал это, Пэт шла через передний двор к крыльцу. Остановившись на ступеньках крыльца, она повернулась и вопросительно изогнула брови. «Не понимаю. Что означает «еда»? Хочешь немного? Или ты спрашиваешь, есть ли она у меня? Что?»

Глаза Санто расширились от ее язвительного тона, но он сказал: — Я спросил, голодна ли ты.

— Ну, тогда почему бы так и не спросить об этом? — раздраженно сказала она и развернулась, чтобы взбежать по ступенькам.

Санто какое-то время смотрел вслед Пэт, пытаясь понять, что произошло, что расстроило ее. Насколько он мог судить, все шло довольно хорошо. Они сделали все, что нужно было сделать, и справились со всем довольно быстро. Удачная поездка по его скромному мнению. Однако, очевидно, все прошло не так хорошо, как он думал. Это, или он сделал что-то, что разозлило ее. Или, возможно, это была входная дверь, которую установили, пока их не было, подумал он, наблюдая, как она открывает новую дверь и входит в дом. Она была похожа на старую дверь, но не совсем такая же. Возможно, это ее огорчило. Кивнув при этой мысли, он последовал за ней внутрь.

Пэт был у подножия лестницы, собираясь подняться, когда он вошел в дом. Санто опередил ее, заметив: «Кажется, ты злишься».

Пэт фыркнула и начала подниматься по ступенькам.

— Это дверь? — спросил он серьезно.

«Что?» Резко остановившись, она обернулась назад с выражением недоверия, а затем повернулась, чтобы посмотреть на дверь, и моргнула. Ее лицо сразу же смягчилось, гневное напряжение покинуло ее, когда она спустилась вниз по лестнице и подошла, чтобы провести рукой по дубовой двери. «Вау, они проделали хорошую работу, починив ее. Не могу поверить, что я даже не заметила. Выглядит хорошо, не так ли?»

Санто хмыкнул, соглашаясь, но тогда, что могло ее расстроить. Это явно была не дверь. Похоже, она одобряет ее, подумал он.

— Скажи мне, — вдруг сказал Пэт, — Твое хрюканье, означает да или нет?

Санто удивленно взглянул на нее, при этом вопросе.

Прежде чем он успел что-либо сказать, в холле позади Пэт появилась Маргарита и, улыбаясь, вышла вперед. «Вы вернулись. Как мило. Как все прошло, все купили?

— Все прошло хорошо, — заверил он ее, и Пэт повернулась к нему с потрясенным выражением лица.

— Ты так думаешь? — спросила она с недоверием.

— Si, — сказал он, удивленный ее реакцией.

«Так все прошло хорошо?»

Брови Санто слегка приподнялись от вопроса, но он сказал: «Мы все купили, что хотели».

Когда она прищурила на это глаза, он добавил: «Стол хороший».

— Тебе понравилось? — спросила Пэт, явно удивленная.

«Si».

— А изголовье? — спросила она.

«Идеально. Почти в точности как оригинал».

— Тебе оно тоже понравилось? она спросила.

— Si, — сказал Санто, начиная хмуриться. С каждой минутой она становилась все более расстроенной, и он не понимал, почему. Она, конечно, объяснит ему, почему.

— Интересно, — сказала теперь Пэт. — Потому что, когда я спросила твое мнение в магазине, ты только хмыкнул. На самом деле, все, что ты делал с тех пор, как я сегодня встала, это бормотал, Si или нет в ответ или очень коротко отвечали на мои прямые вопросы. Честно говоря, получить от тебя информацию — все равно, что вырывать зубы. Я не могу понять, то ли ты слишком глуп, чтобы связать больше трех-четырех слов в предложение, то ли это твой способ дать мне понять, что ты считаешь, прошлую ночь ошибкой и сожалеешь об этом. Но на самом деле мне уже все равно. Потому что я определенно покончила с тем сумасшествием, которое заставило меня отвечать на твои поцелуи. Я задолбалась. Дверь починили. Вы заменили то, что сломали. Не стесняйся, возвращайся к Капрелли и забудь, что я вообще существую, потому что я намерена полностью забыть о тебе.

На этой ноте она развернулась и затопала наверх, а за ней сердито покачивался взад и вперед ее хвостик.

Санто смотрел ей вслед, ошеломленный ее нападением. По крайней мере, это было похоже на нападение. Но затем большинство людей находили его размер настолько пугающим, что редко кто даже повышал на него голос, а она не просто кричала, она назвала его глупым. Это заставило его нахмуриться и задаться вопросом, действительно ли она была его спутницей жизни, в конце концов. Разве они не должны были стать дополнением друг друга? Тем, без кого ты не мог бы жить? Потому что он определенно мог бы жить без зна…

«Санто».

Он огляделся, удивленный, что Маргарита все еще стоит там. Он совершенно забыл о ней, но ее присутствие только усугубляло ситуацию. Она слышала, как Пэт назвала его тупицей.

— На пару слов, пожалуйста, — мягко попросила Маргарита.

— Давай, — прорычал он.

Но вместо того, чтобы начать говорить, она взглянула в сторону. Он проследил за ее взглядом и увидел, что Брикер сидит в гостиной и с интересом наблюдает за ними. Похоже, он тоже был свидетелем тирады Пэт.

«Кухня?» она предложила.

Кивнув, он жестом велел ей идти вперед.

Глава 7

Пэт вошла в свою комнату, схватила свой чемодан и начала возвращать туда те несколько вещей, которые успела уже извлечь из него. Их было не многого. Она действительно не распаковывалась. Тем не менее, к тому времени, когда она закончила и застегнула замки, ее гнев почти иссяк, и она чувствовала себя глупо из-за того, что сорвалась. Она знала, что гнев — это вторичная эмоция, вызванная страхом, будь то страх оказаться беспомощным или застрявшим в ситуации, страх за свое физическое, эмоциональное или психическое благополучие или страх быть отвергнутым. . что было основой ее гнева, конечно. Однако она поняла это только тогда, когда набросилась на Санто с обвинениями в том, что он либо глуп, либо пытается дать ей понять, что больше не интересуется ею. Это было причиной ее растущего разочарования во время их прогулки. Страх быть отвергнутой.

Боже мой, прошлой ночью она решила, что лучше избегать Санто. Но когда обстоятельства свели их вместе для похода по магазинам, а он был таким неразговорчивым и кротким, она испугалась, что он отвергает ее, и взбесилась.

— Смешно, — пробормотала Пэт, но знала, что правда в том, что она могла сказать себе, что избегать его — это к лучшему, все, чего она хотела, но это не означало, что она вдруг перестанет испытывать к нему влечение. И хотя она сказала, что покончила с ним, Пэт подозревала, что если он поцелует ее снова, она ответит так же охотно. Ей хотелось бы думать иначе, но одно лишь воспоминание о тех нескольких моментах на кухне заставило ее тело отреагировать. Однако сидеть рядом с ним во внедорожнике было еще хуже. Находясь всего в нескольких дюймах от него, окруженная его запахом, способная чувствовать тепло, исходящее от его тела. . Она так сильно хотела прикоснуться к нему, но он, казалось, даже не хотел с ней разговаривать.

— Ты выглядишь жалко, — пробормотала она себе под нос и схватила чемодан. Она отнесет его в машину. Возможно, она не сможет упаковать вещи Паркера, но она может загрузить другие вещи, начиная с ее чемодана.

— Она твоя спутница жизни.

Санто остановился, когда Маргарет замерла в центре кухни и повернулась, чтобы сделать это объявление. Он нахмурился при этих словах, а затем покачал головой. «Но она-"

— Хочет, чтобы ты говорил, — мягко прервала его Маргарита. — Я знаю, что это трудно для тебя. Ты провел более двух тысяч лет, избегая людей и не разговаривал. Только последние пару десятилетий или около того ты позволил себе выйти к людям и начал взаимодействовать с другими, но даже сейчас ты в основном слушаешь, а не говоришь. Но она твоя спутница жизни, Санто. И она смертна. Да она знает о нашем существовании, но Пэт понятия не имеет, что она возможная спутница жизни для тебя, или что это значит. Тебе придется объяснить ей это, и даже тогда она не согласится автоматически. За ней нужно будет ухаживать, и ей нужно будет узнать тебя. Она не может читать твои мысли, как я, и увидеть, какой ты хороший и прекрасный человек.

— Ты можешь меня прочитать, — сказал он тяжело. Это был не столько вопрос, сколько безропотное признание. Бессмертных в его возрасте можно было читать только тогда, когда они позволяли это, или в течение первых года или двух после встречи со спутником жизни. Это был еще один признак того, что они встретили его, они ненадолго теряли контроль над своей способностью защищать свои мысли от других. Если Маргарита, которая была намного моложе его, могла читать его, то Пэт определенно была его спутницей жизни. Эта мысль заставила его нахмуриться, и он пожаловался: «Я ей не нравлюсь».

Маргарита улыбнулась и покачала головой. — Ты ей не не нравишься, Санто. Она просто расстроена тем, что ты не говоришь с ней должным образом, и воспринимает это как отсутствие интереса с твоей стороны».

Рот Санто сжался. Какое отсутствие интереса. Он провел последний час, борясь с желанием обнять ее, но все, что он сказал, было: «Я не люблю говорить».

«Ну, тебе лучше полюбить, потому что без этого ты не завоюешь Пэт. Времена, когда пещерные люди били женщин по голове и утаскивали в свои пещеры, прошли».

— Жаль, — раздраженно прорычал он.

Маргарита на это закатила глаза и сказала: «Современная женщина вольна приходить и уходить, когда ей заблагорассудится, так что тебе лучше дать ей причину, чтобы она захотела остаться».

Санто поморщился, но затем замолчал и слегка поднял голову, когда его осенила идея.

Очевидно, все еще читая его мысли, Маргарита раздраженно цокнула и сказала: «И не стоит рассчитывать на секс со спутницей жизни, чтобы попытаться привязать ее к себе».

«Почему нет?» — спросил Санто, почти смущенный тем, как раздражительно он звучал. — Это свяжет нас.

— Как и веревка, — нетерпеливо отрезала она.

Санто задумчиво кивнул, почти желая, чтобы его совесть позволила ему сделать это. Связать ее на время, пока он не покажет ей, какими могут быть общие сны, которые, приведут к сексу, и…

— Санто, — сказала Маргарита, потрясенная и убедившая его, что она все еще в его голове.

— Это была просто мысль, — пробормотал он, избегая ее взгляда.

Маргарита мельком взглянула на него, но затем спросила: «Ты хочешь быть для нее настоящим партнером или вибратором с ногами?»

«Что?» Санто уставился на нее. Он думал, что понимает, о чем она говорит, но, в конце концов, английский не был его родным языком, поэтому он спросил: «Что такое вибратор?»

— Именно то, что ты думаешь, — мрачно сказала она, а затем вздохнула».

Санто подозревал, что это должно было повлиять на него, но что плохого в том, чтобы быть вибратором с ногами? Она могла использовать его, играть с ним, получать от него удовольствие. У него не было проблем с тем, чтобы его использовали и играли с ним, тем более что ее удовольствие было бы его удовольствием, и ему не пришлось бы с ней разговаривать…

— Санто, — прошипела Маргарита, все еще думая и явно стремясь набраться терпения. «Пэт не может любить того, кого не знает».

«Она узнает некоторые части меня», — утверждал он, все еще не убежденный, что это будет плохой подход.

— Она узнает твой пенис, — прямо сказала Маргарита. «А женщина не может любить пенис, каким бы талантливым он ни был. Она будет использовать его и наслаждаться им, но не любить его, и поэтому у нее не будет причин оставить его и не найти другой столь же талантливый пенис, который действительно мог бы говорить с ней».

«Это был бы очень талантливый пенис», — весело заметил Санто. Когда Маргарита даже не улыбнулась, он вздохнул, а затем пожал плечами и высокомерно сказал: «Мы спутники жизни. Никакой другой пенис не сможет доставить ей такого удовольствия, как мой».

Маргарита изогнула брови. «Ни один другой пенис не сможет доставить ей такого удовольствия, как «твой»? Ты понимаешь, что только что назвал себя придурком, и именно так ты сейчас себя и ведешь. Когда он покраснел, она добавила: «И это не всегда правда, что никто не сможет доставить ей такого удовольствия, как ты. Хотя смертный редко бывает возможным спутником жизни для двух бессмертных, это все же случается. Как, ты, наверное, помнишь, — тяжело добавила она.

Санто нахмурился. Он знал. Это случилось с его двоюродным братом Раффаэле всего несколько недель назад, когда они были в Пунта-Кане. Женщина по имени Джессика была возможной парой Раффаэле и еще одного бессмертного. Санто немного побеспокоился о возможности повторения подобного, но потом покачал головой. — Вероятность того, что это произойдет…

— Не равна нулю, — перебила Маргарет. «Но даже если в конечном итоге это не так для Пэт, ты действительно согласишься, что бы она ушла, пусть даже временно, чтобы переспать с бесчисленным количеством мужчин, чтобы узнать для себя, что никто не сможет доставить ей удовольствие так, как ты?»

Санто напрягся от самого предложения. Нет, это его не устроит. Она была его.

— Я Тарзан, ты Джейн, — пробормотала Маргарита.

«Что?» — спросил он с замешательством.

— Ничего, — коротко ответила она и покачала головой. «Я просто немного встревожена, я не подозревала, что за твоим молчанием все это время скрывался неандерталец».

Санто сжал руки от оскорбления. «Я не неандерталец».

«Тогда перестань вести себя как он и признай, что, чтобы заявить права на Пэт, тебе нужно завоевать ее доверие и любовь», — мрачно предложила Маргарита.

Санто сердито посмотрел на нее, но через мгновение сдался и кивнул. «Отлично. Как?»

Маргарита немного расслабилась и тихо сказала: — Я же говорила тебе. Тебе нужно поговорить с ней, чтобы она увидела, какой ты».

«Что я должен сказать?» — спросил он, и когда она недоверчиво уставилась на него, сухо сказал: — Я не пытаюсь быть трудным. Я не люблю говорить о чувствах и подобных женских вещах».

— Тебе не обязательно говорить о своих чувствах, — успокаивающе сказала Маргарита, а затем ее губы дернулись, и она добавила: — На самом деле, поскольку большинство твоих «чувств» к Пэт сейчас сосредоточено ниже пояса, я бы не советовала говорить об этом».

Прежде чем Санто успел решить, оскорбляет она его или высмеивает, Маргарет взглянула на свои наручные часы и пробормотала: «До того, как она заберет Паркера, есть еще пара часов, и я не думаю, что она сегодня ела что-нибудь, если только вы где-то не остановились?

Санто покачал головой.

— Хорошо, — вздохнула Маргарита. «Тогда я предлагаю пригласить ее на поздний обед, а там и поговорить с ней. Просто будь собой, но высказывай свои мысли вслух, — предложила она, как будто это было проще простого. Обойдя его, она подошла к двери, а затем остановилась, повернулась и добавила: — Но твои менее похотливые мысли, Санто. Оставь любые разговоры о сексе на потом. Понятно?»

Она не стала ждать ответа, а отвернулась, пробормотав: «Мне нужно поговорить с Джулиусом. Может быть, у него будут идеи, как тебе помочь.

Санто несколько минут смотрел на пустой дверной проем после того, как Маргарита ушла, чувствуя, как тяжесть оседает на его плечах. Он солгал, когда сказал, что не любит говорить. Дело было не в том, что ему это не нравилось, а в том, что он отвык от практики и чувствовал себя некомфортно. Это было одной из причин, по которой он отказался от консультаций после случившегося в Венесуэле, где его похитили и пытали. . Он не знал, как об этом говорить. И он не знал, как разговаривать с Пэт.

Санто поморщился от того, как глупо это прозвучало, а затем покачал головой и вышел из кухни, чтобы отправиться на поиски Пэт. Он ушел недалеко, заметил ее, как только вышел в холл. Она стояла у входной двери, ее руки были заняты кучей вещей, которые она пыталась передвинуть, чтобы открыть входную дверь.

«Что ты делаешь?» — спросил он, нахмурившись, автоматически двигаясь вперед, чтобы взять у нее некоторые предметы. Его взгляд скользнул по тому, что, как он понял, было динамиком и игровой приставкой, когда он взял их.

«Спасибо.» Ее голос был тихим и вежливым, когда она жонглировала другим динамиком и игровыми контроллерами, все еще находящимися в ее руках, чтобы она могла открыть дверь, прежде чем ответить на его вопрос. «Несу на улицу».

Санто нахмурился, но последовал за ней, когда она вышла на крыльцо. «Почему?»

«Чтобы положить в машину», — ответила Пэт, спускаясь по ступенькам и направляясь к подъездной дорожке.

«Почему?» — нетерпеливо повторил Санто, следуя за ней к красной «тойоте-86». Это была чертовски симпатичная машина, как он уже не в первый раз заметил, и он подумал, что она будет в ней хорошо смотреться.

— Так как это мне понадобится позже.

Санто непонимающе взглянул на нее, медленно соображая, что она отвечает на его вопрос о том, зачем она кладет вещи в машину. Он остановился рядом с ней, когда она остановилась у багажника и открыла его, а затем с несчастным видом наблюдал, как она переложила контроллеры и динамик внутрь. Затем она повернулась, чтобы взять у него игровую приставку и другой динамик, а также провода.

Когда она закрыла багажник и пошла обратно тем же путем, которым они пришли, он снова последовал за ней, спрашивая: «Разве это вещи не Паркера?»

«Да.»

«А он знает?» — спросил он, когда они поднимались по лестнице на крыльцо.

— Что я взяла их из его комнаты? она спросила.

«Да.»

«Еще нет.»

Санто подождал, пока она объяснит, а затем хмуро посмотрел ей в спину, когда она этого не сделала, чертовски раздраженный тем, что она была такой сдержанной.

«Куда ты собираешься?» — спросил он, когда они вошли в дом, и она начала подниматься по лестнице.

— Наверх, — объявила она, поднявшись по лестнице.

Санто смотрел, как она исчезает в коридоре, а затем что-то пробормотал себе под нос и направился в гостиную.

«Проблемы?» — весело спросил Брикер.

— Нет, — прорычал он, задаваясь вопросом, как он мог пригласить ее на обед, когда она была такой колючей. Серьезно, он знал, что претендовать на спутницу жизни может быть сложно, но это было не то, чего он ожидал. Разве его спутница жизни не должна быть кем-то, кто понимает его молчание и разделяет его?

Фырканье Брикера напомнило ему, что он не один и его легко прочитать в данный момент. Он бросил злобный взгляд на молодого бессмертного, но, похоже, это его не испугало.

— Приятель, — с ухмылкой сказал Брикер, — меньше всего тебе нужно больше тишины. Черт, последние пару недель я потратил половину своего времени на то, чтобы проверить, дышишь ли ты еще. Когда Санто сердито посмотрел на него, он пожал плечами. — Я просто говорю. . Я имею в виду, по крайней мере, Чубакка время от времени пищит, понимаешь?

— Какой, черт возьми, Чубакка? — нетерпеливо спросил Санто.

«Точно.» Брикер кивнул, как будто его вопрос что-то значил. — Ты совершенно оторван от общества, мой друг. И, так же плох, как Люциан, в отношениях между мальчиками и девочками. Тебе нужна помощь, и я как раз тот парень, который тебе поможет».

Санто изогнул брови и просто сказал: «Выигрышный билет в «Брикер лото»?»

Брикер усмехнулся, явно не смущенный тем, что Санто слышал его объяснения своей подруге о том, что они спутники жизни. «Да, это не самый лучший мой момент, может быть. Но у меня есть моя девушка, и это несмотря на все те палки, которые Андерс и Декер вставляли мне в колеса, так что…. Кто смеется сейчас?»

Санто хмыкнул на это, а затем оглянулся на звук закрывающейся входной двери.

— Это была Пэт, — сказал ему Брикер.

Нахмурившись, Санто вышел из гостиной и поспешил открыть входную дверь. Он выглянул наружу, а затем ахнул, увидев, что на этот раз у Пэт был телевизор.

Ругаясь себе под нос, он бросился за ней, догнав ее как раз в тот момент, когда она добралась до багажника машины.

«Что ты сейчас делаешь?» — спросил он с раздражением.

«Кладу это в машину», — сказала она.

— Я это вижу, — прорычал он. «Почему?»

— Отвезти в другое место, — просто сказала она, захлопнула багажник и повернулась, чтобы снова вернуться к дому.

«Почему?» — нетерпеливо повторил он, начиная чувствовать себя попугаем.

«Чтобы Паркер мог играть в свои игры».

— Ну, он не сможет играть, если их не будет здесь, — с раздражением заметил он, следуя за ней по лестнице на крыльцо и обнаружив, что его внимание ненадолго привлек изгиб ее ягодиц.

— Он сможет, — заверила она его. «Где-то еще».

Это отвлекло его внимание от ее ягодиц, и он с тревогой перевел взгляд на ее затылок. — Почему бы ему не делать это здесь?

— Потому что он будет в другом месте, — мрачно сказала она и проскользнула обратно в дом.

Санто ненадолго остановился, ее слова поразили его, как удар, когда он понял, что она забирает Паркера и его вещи и уходит. По крайней мере, он так подумал. Она была так чертовски сдержанна, что он не был уверен. Честно говоря, получить от нее ответы было все равно, что вырывать зубы, раздраженно подумал он, а затем чуть не ахнул вслух, поняв, что это были именно ее слова.

«Черт, она отплатила ему той же монетой/ дублировала его поведение», — понял Санто. И ему это не понравилось. Неудивительно, что она злилась на него. Если она чувствовала себя так же расстроено отсутствием связи, как он в настоящее время… .

Бормоча себе под нос, Санто поспешил за ней. Ворвавшись в дом, он взглянул на лестницу, ожидая увидеть ее уже на полпути. Однако ее там не было. Вместо этого он услышал ее голос из гостиной. Он встал в дверях как раз в тот момент, когда Брикер сказал: — Маргарита упомянула, что ты толком не позавтракала и пропустила обед, возможно, ты голодна. Она права?

Санто заметил удивление, мелькнувшее на лице Пэт, а затем она улыбнулась и кивнула. — Да, я думаю, что это так. Я даже не задумывалась о еде».

«Хорошо. Потому что я тоже голоден, — сказал Брикер, а затем добавил: — Я подумал, что хороший сочный стейк был бы хорош, может быть, запеченый картофель. ".

— Звучит неплохо, — признала Пэт.

Брикер кивнул, а затем посмотрел мимо нее на Санто и сказал: «Отведи ее в тот стейк-хаус, в котором мы останавливались по пути сюда».

Пэт обернулась, ее рот встревоженно сложился в букву О, когда она заметила его и поняла, что Брикер ее подставил. Она начала возражать: «О, но…»

— У них там выдержанный стейк, — сказал Брикер, заговорив прямо над ней и взял ее за руку, чтобы подвести ее к Санто. «Все будет хорошо. А теперь идите».

Санто взял ее за локоть, когда Брикер подтолкнул Пэт, а затем повернулся, чтобы проводить ее из дома. Он подозревал, что Брикер взял ее под свой контроль, чтобы предотвратить дальнейшие протесты. Тот факт, что он последовал за ними на крыльцо и смотрел, как они идут к внедорожнику, только убедил его, что это так. Санто не знал, что он чувствовал по этому поводу. Часть его понимала, что Брикер контролировал ее, но другая часть подозревала, что иначе она не пойдет с ним, и он был благодарен.

Вздохнув, он увидел ее сидящей на пассажирском сиденье, а затем начал обходить внедорожник.

«Подожди!»

Санто огляделся и увидел, что Джулиус проходит мимо Брикера и жестом указывает молодому бессмертному следовать за ним, направляясь к внедорожнику.

«У тебя кофейный столик и спинка кровати сзади?» — спросил его дядя, подходя.

—

Si

, — пробормотал Санто, поняв, что забыл выгрузить вещи, которые они купили. «Но они в коробках и их нужно собирать».

Джулиус кивнул, не выглядя удивленным. — Тогда мы их заберем. Мы соберем их, пока тебя нет.

Санто обошел и открыл багажник. Джулиус тут же наклонился и вытащил длинную тонкую коробку, в которой находилась столешница и ножки журнального столика. Передав ее Брикеру, он наклонился, чтобы взять более длинную коробку, которая содержала спинку кровати. Но он не повернулся и не направился обратно к дому, а остановился и серьезно взглянул на Санто.

«Мне было тяжело разговаривать с Маргаритой, когда я встретил ее снова», — резко объявил он.

Санто изогнул бровь при этой новости и стал ждать.

«Но смертный по имени Джи Джи дал мне хороший совет, — продолжил он. «То, что женщины любят поговорить».

Другая бровь Санто приподнялась. — Маргарита сказала, что мне следует больше говорить.

— Она женщина, — сказал он, пожав плечами. — И тебе придется немного поговорить. Просто постарайся ответить на ее вопросы. Твой инстинкт будет требовать отвечать как можно экономнее, по привычке. Но. Дай ей как можно больше информации, а затем попытайся выяснить, что ей нравится и чем она интересуется, и задай ей пару вопросов. Как только она начнет говорить, ты сможешь говорить меньше».

Кивнув, Джулиус повернулся и понес коробку с изголовьем к дому.

Санто закрыл багажник и поспешил к водительской двери. Пэт сидела молча и неподвижно на переднем сиденье. Определенно под контролем, мрачно подумал он и взглянул на крыльцо, чтобы увидеть Брикера, стоявщего там с коробкой в руках, все еще наблюдающего.

Задаваясь вопросом, как долго продлится ее подчинение, когда они исчезнут из поля зрения Брикера, Санто пристегнул ремень безопасности и завел двигатель. Выезжая с подъездной дорожки, он повторил все данные ему советы. Брикер, похоже, согласен с Маргаритой в том, что ему нужно поговорить с Пэт. И даже Джулиус, казалось, думал, что должен, дать ему совет, как изменить ситуацию и сделать так, чтобы потом ему пришлось меньше говорить.

Но именно его разочарование в ее маркированных ответах заставило его осознать, насколько неприятным он должен казаться ей из-за отсутствия навыков общения, а он этого не хотел. Он хотел поговорить с ней. Ему просто нужно было понять, что сказать, или что она хотела, чтобы он сказал.

«Приехали.»

Пэт с удивлением огляделась по поводу объявления Санто, пораженная как тем фактом, что он удосужился сделать объявление, так и тем фактом, что они уже приехали. Во время поездки она немного отвлеклась. На самом деле, сначала ее контролировали. Она понимала это, чувствовала это и знала, что Брикер управляет ею. Он не пытался скрыть это. На самом деле, она слышала его голос в своей голове, говорящий, что это было для ее же блага, поскольку он отправил ее из дома в машину.

Он потерял контроль, как только они скрылись из виду, и Пэт была в полной ярости. Если бы Брикер был с ними во внедорожнике, она, вероятно, сломала бы ему нос. Но вместо того, чтобы направить свою ярость на Санто, она заставила себя успокоиться и найти источник гнева. Это был страх. Она была беспомощна, заперта в теле, контролируемом другим. Да. Страх.

Как только Пэт признала это, большая часть ее гнева ушла. Не потому, что она не боялась, что это может повториться. Это повториться. Но страх и гнев не остановили бы это. Что могло бы помочь остановить это, так это уйти от этих людей, и она сделает это сегодня вечером. А пока Пэт собиралась съесть самый дорогой проклятый стейк в меню с печеной картошкой и фасолью. О, да, и, может быть, комбинированное блюдо закусок, или жареные соленые огурцы, или, черт возьми, и то, и другое. Она планировала съесть все, и Санто платил за нее. Придется, потому что Брикеру не пришло в голову заставить ее взять ее чертову сумочку.

Пэт отстегнула ремень безопасности и потянулась к двери, но остановилась, когда поняла, что Санто не двигается. Повернув голову, она вопросительно посмотрела на него.

С минуту он молча смотрел в ответ, а затем откашлялся и сказал: — Я знаю, что Брикер контролировал тебя, чтобы заставить пойти со мной, и я сожалею об этом. Я должен был остановить его, как только понял это, но ты действительно должна поесть, и я хотел сопровождать тебя, чтобы наверстать упущенное. . ранее. Я хотел бы разделить с тобой пищу и. . поговорить.»

Человек чуть не подавился словом «поговорить», и Пэт чуть не хихикнула, но сумела сдержаться. Отчасти потому, что она все еще была раздражена.

«Я постараюсь ответить на любые твои вопросы», — добавил Санто, когда она промолчала. «Неважно, о чем пойдет речь, о кузене Парди, обо мне или….». Он пожал плечами, как бы намекая, что будет говорить обо всем, что она пожелает.

Пэт с любопытством посмотрела на него. Он звучал жестко, к концу его голос стал хриплым или даже надрывным, как будто он не привык выплевывать так много слов за раз. Она подозревала, что это не так. Но он пытался, признала она, и не была уверена, как к этому относится. Часть ее оценила это, но другая часть вдруг ужасно испугалась. Она решила, что лучше избегать его. Если он сейчас приложит усилия, он может ей понравиться. Добавить к этому ее влечение к нему, и избегать его, вероятно, станет сложнее.

— Все в порядке? — спросил Санто. «Ты можешь пообедать со мной? Или мне отвезти нас обратно в дом?

Пэт почти согласилась на вариант «отвезти нас обратно в дом», но это говорил ее страх, и она знала это. Кроме того, она была голодна, и у нее все еще были вопросы, на которые она хотела бы получить ответы. Она открыла рот, чтобы сказать, что пообедает с ним, но остановилась, когда ее желудок ответил за нее урчанием, которое прозвучало громко во внезапно затихшей машине.

Это показалось Пэт забавным, и она почувствовала, что расслабилась. Улыбка даже изогнула ее губы, когда длинная жалоба закончилась, и она сказала: «Мой желудок говорит да, он хотел бы поесть».

Санто расслабился и улыбнулся в ответ, и она снова была поражена тем, насколько красивым был этот мужчина, а затем он вышел из машины.

— Что ты делаешь, женщина? Пэт пробормотала себе под нос, когда его дверь закрылась. Покачав головой, она открыла свою дверь и последовала за ним.

Глава 8

«Думаю, мне следовало спросить, хочешь ли ты пойти в этот ресторан», — торжественно сказал Санто, встретив ее перед внедорожником. — Я знаю, что это предложил Брикер, но ты могла бы предпочесть что-то другое.

«На самом деле, это одно из моих любимых мест», — заверила его Пэт. Это была сеть стейк-хаусов, которые выдерживали мясо, и, к большому разочарованию ее сестры-вегетарианки, Пэт была большой поклонницей стейков.

«Хорошо.» Санто расслабился и предложил ей руку.

Пэт моргнула, глядя на это действие, но затем приняла предложенную руку. На этот раз ее не удивило покалывание там, где ее кожа соприкасалась с его кожей. Стиснув зубы, она изо всех сил старалась не обращать на это внимания. Но трудно было не заметить, насколько большой и упругий мускул его предплечья ощущался под ее рукой, и Пэт нежно сжала его, пока они шли к двери, проверяя твердость. Санто, похоже, ничего не заметил, а если и заметил, то был слишком вежлив, чтобы упомянуть об этом.

— Могу я предложить вам столик?

Пэт оглянулась на этот восторженный голос, когда Санто завел ее в ресторан. Она с удовольствием наблюдала, как к ним мчалась соломеная блондинка средних лет, ее внимание и широко раскрытые глаза были прикованы исключительно к Санто. Женщина практически дрожала от возбуждения, когда остановилась перед ним.

— Столик на двоих, — сказал Санто своим глубоким рокотом, и хозяйка издала долгое «о-о-о» от удивления. Пэт могла только предположить, что это было из-за того, насколько сексуальным был его голос. Она не думала, что ее может удивить то, что он попросил столик на двоих. В конце концов, их там стояло двое. Впрочем, возможно, женщина этого и не заметила, предположила Пэт. Хозяйка буквально поедала Санто глазами.

Покачав головой, Пэт отпустила руку Санто и последовала за ней, когда женщина схватила два меню и начала пробираться между столами. Она чувствовала Санто за своей спиной и заметила, как другие обедающие смотрят в их сторону. Пэт была уверена, что его размер и тот факт, что он был великолепен, привлекали к ним внимание, и она испытала облегчение, когда хозяйка остановилась у столика и радостно объявила: «Вот, пожалуйста».

«Спасибо.» Пэт быстро скользнул к ближайшему месту, оставив Санто занять место напротив.

Хозяйка дала каждому меню и сказала, что их официантом будет Дилан, прежде чем неохотно оставить их в покое.

Только после того, как их официант принял их заказы, а затем забрал их меню, Пэт осмелилась снова взглянуть на Санто. Она увидела, что он оглядывается, его взгляд был напряженным, и быстро отвела взгляд, задаваясь вопросом, не пытается ли он прочитать ее мысли. Она взглянула на других гостей в ресторане, отметив, что в данный момент он был заполнен лишь наполовину. Но сейчас было уже полвторого, обеденный ажиотаж миновал.

— Итак, — пробормотал Санто, возвращая к себе ее неохотное внимание. «Что ты хочешь узнать? Какие вопросы у тебя есть относительно. . э. . ситуации на улице твоей сестры? — объяснил он, несколько понизив голос и оглядывая столы вокруг них.

Пэт снова огляделась, на этот раз отметив, что на самом деле не было никого достаточно близко, чтобы услышать их. Затем она повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как он расправляет плечи, словно готовясь к битве.

— Я постараюсь ответить на них развернутее, чем раньше, — заверил он ее, когда она заколебалась.

Пэт почувствовала, как ее рот дернулся от удовольствия. Действительно, мужчина выглядел так, будто был готов согласиться на пломбирование каналов без новокаина, вместо того, чтобы просто отвечать на какие-то вопросы. Это заставило ее задуматься о его раздражающем отсутствии общения. Возможно, это не было преднамеренным раздражением или отказом.

Вздохнув, Пэт откинулась на спинку кресла и задумалась, что ей следует спросить. Ее первой заботой был Паркер. Не только его физическая безопасность, о которой она намеревалась позаботиться, отведя его в свою квартиру и удерживая там, но и его эмоциональное благополучие, которое, по-видимому, было связано с заботой о его друге и соседе мистере Парди. — Ты сказал, что кузен Парди опасен. Когда он кивнул, Пэт спросила: «Как ты думаешь, мистер Парди в безопасности?»

— Не знаю, — признался Санто, но, когда на ее лице мелькнуло раздражение, добавил: — Как ты знаешь, мы наблюдали за домом, но признаков жизни не видели. Возможно, мы уже опоздали».

Она заметила, что он не выглядел более довольным этим признанием, чем она его услышала. «Тогда почему вы просто не ворветесь в дом или что-то в этом роде?»

Санто заколебался, на его лице появилось несколько выражений, а затем он вздохнул и сказал: — Нам приказано наблюдать и ждать подкрепления.

— Потому что этот кузен опасен? Пэт догадалась и, пока он не успел ответить, спросила: «Почему? Чем он опасен? Что он сделал?

Санто, казалось, долго обдумывал ее вопросы, прежде чем, наконец, сказать: — Если он тот, кем мы его считаем…

— Так вы не уверены, кто он? Пэт прервала сразу.

— Дресслер, — просто ответил Санто, а затем, увидев ее раздражение своими короткими ответами, пояснил. «Доктор Дресслер был смертным ученым, занимающийся. ". Он поколебался, а затем спросил: «Что ты хочешь знать о Дресслере? Его прошлое или…?

— Все, — тут же перебила его Пэт.

«Ладно.» Санто поморщился, затем глубоко вздохнул и сказал: — Насколько нам известно, он начал проводить генетические эксперименты над другими смертными более тридцати лет назад. Но-"

— Какие генетические эксперименты? — снова прервала она. На этот раз он не замедлительно ответил.

«Сращивание ДНК человека с ДНК различных животных для создания гибридов».

— Гибриды? Пэт откинулась назад, нахмурив губы. «Ты имеешь в виду людей-змей или людей-кошек или что-то в этом роде?»

— Я не видел ни того, ни другого, — серьезно сказал Санто. «Но были крылатые смертные, смертные с изменяющейся кожей, похожей на хамелеона, существа, которые выглядели как нормальные смертные, но имели и легкие, и жабры, и могли дышать как под водой, так и на суше, и у мальчика в клетке рядом со мной было тело лошади, а верхняя часть тела была человеческой».

«Что?» Пэт едва выдохнула это слово, казалось, от ужаса у нее перехватило горло. — Ты имеешь в виду мифического кентавра?

Санто кивнул с мрачным выражением лица. «

Si

. Как кентавр.

— Черт, — выдохнула Пэт, с трудом веря в это, а потом задумалась: — О чем думал этот Дресслер? Какая жизнь будет у бедного мальчика?»

— У него не было жизни, — грустно сказал Санто и, когда Пэт выглядела сбитой с толку, объяснил: — Мальчик умер. Его легкие не могли принять достаточное количество кислорода, чтобы поддерживать то, что, по сути, представляло собой почти все тело лошади и половину человеческого тела».

Пэт грустно вздохнула при этой новости, а затем замерла, когда то, что он сказал ранее, снова пронеслось в ее голове. Ужас нарастал в ней, она спросила: «Ты сказал, что он был в клетке рядом с твоей?»

Санто напрягся, выражение его лица закрылось. Казалось очевидным, что он не хотел упоминать об этом, и, хотя она умирала от любопытства, чтобы он объяснил это, она сжалилась над ним, отпустила это и вместо этого побудила его продолжить свои объяснения, спросив: «Итак, Дресслер экспериментировал со сплайсингом генов на смертных?

— Sì, — выдохнул Санто, напряжение немного покинуло его. Он хотел было открыть рот, чтобы продолжить, но затем остановился и откинулся на спинку кресла, когда их официант Дилан принес их напитки.

— Спасибо, — пробормотала Пэт, когда молодой человек поставил перед ней стакан «Спрайта», а другой — перед Санто. Она наклонилась вперед, как только мужчина ушел, и отхлебнула немного холодного сладкого напитка через торчащую из него соломинку, заметив, что Санто подражает ее действиям, не поднимая свой стакан, а наклоняясь, чтобы отхлебнуть из соломинки. Она как раз думала, что это не может быть удобно для такого крупного парня, когда он резко выпрямился и моргнул, глядя на нее. Не понимая, почему он так отреагировал, она спросила: «Что-то не так?»

— Он пузырится, — сказал он с удивлением.

Пэт слабо улыбнулась. — Ты никогда не пробовал пузырьки?

— Нет, — признал Санто, глядя на свой напиток, словно не зная, что с ним делать.

— Тогда зачем ты его заказал? — весело спросила она. «Почему бы не купить то, что тебе нравится?»

«Потому что я не знал, чего хочу», — признался он. «У меня никогда не было напитков, перечисленных в меню, кроме кофе, и я не хотел его, поэтому просто заказал то, что и ты, и надеялся на лучшее».

«Подожди. Что?» Пэт удивленно посмотрела на него. — Ты никогда не пил напитки, которые здесь подают?

«Бессмертные часто устают от еды и других вещей спустя столетие или два, — тихо объяснил он. «Поэтому, хотя я иногда ем мясо и сырые яйца, чтобы поддерживать мышцы без необходимости потреблять слишком много крови, я обычно не заморачиваюсь с напитками».

— Хм, — пробормотала Пэт, ее взгляд скользнул по рассматриваемым мышцам. Он сказал, что через столетие или два, но у Санто было такое тело. Такими она себе представляла средневековых воинов или викингов, которые управлялись со своими огромными мечами. Она предположила, что он был старше на столетие или два. Заставив ее внимание оторваться от его тела и вернуться к его лицу, пока она не начала пускать слюни, Пэт спросила: — Так тебе понравился вкус или ты хочешь что-нибудь еще выпить?

Санто помедлил, а затем наклонился, чтобы снова попробовать напиток. На этот раз он на самом деле втянул в рот изрядную порцию, выпрямился, немного поболтал, словно пробуя хорошее вино, а затем проглотил.

«Хорошо?» — спросила она с ухмылкой.

«Сойдет», — решил он.

Пэт покачала головой и сделала еще глоток, прежде чем подтолкнуть его: «Итак, ты сказал, что этот парень Дресслер экспериментировал со сплайсингом ДНК со смертными?»

«

Si

». Он немного выпрямился в своем кресле, выражение его лица снова стало мрачным. «По-видимому, он делал это десятилетиями».

— Разве это законно? — спросила она, совершенно уверенная, что этого не может быть.

— Не знаю, — признался Санто, пожав плечами, а затем добавил: — Хотя я так не думаю, и тот факт, что он перенес свои операции на частный остров в Венесуэле, говорит об обратном. Конечно, это незаконно похищать местных жителей на материке, накачивать их наркотиками, собирать их яйцеклетки и сперму и заставлять женщин вынашивать полученные зародыши».

— Он делал это? — спросила она с тревогой.

Санто кивнул. «Он даже собрал яйцеклетки своей жены».

— И она позволила ему? — удивленно спросила Пэт.

Санто покачал головой. «Очевидно, она ничего не знала, пока ее сын не родился с крыльями».

«Ой. . мой. . Бог, — выдохнула Пэт. «Вот же тварь».

«

Si

», согласился Санто, а затем сделал еще один глоток, прежде чем продолжить: «К сожалению, несколько лет назад он столкнулся с бессмертным и узнал о нашем существовании. Его интересы изменились, и он посвятил себя тому, чтобы узнать о нас все, что мог».

Пэт откинулась на спинку сиденья, у нее в животе образовался комок, когда она поняла, к чему это ведет.

Санто больше не смотрел на нее. Вместо этого он не сводил глаз со своего напитка, и она подозревала, что это было сделано для того, чтобы скрыть некоторые довольно тяжелые эмоции. Откашлявшись, он сказал: «Конечно, нас труднее похитить и контролировать, чем смертных, но Дресслер разработал наркотик, который вырубает нас. Затем он нанял небольшую армию наемников и щедро заплатил им за выслеживание и похищение бессмертных для экспериментов.

— И ему это сошло с рук? — удивленно спросила Пэт.

«Сначала никто не понял, что происходит. Мы. ". Он поколебался, а затем вздохнул и сказал: — Большинство бессмертных живут в основном по одиночке, пока не встретят своего спутника жизни. Они избегают других бессмертных, чтобы не охранять каждую свою мысль».

Спутник жизни. Пэт серьезно обдумала это слово. Она помнила это слово из своего детства и думала, что это другое слово для обозначения супруга или партнера. Оставив это на время, она подумала о том, что Санто сказал о бессмертных, живущих в одиночестве. Пэт покачала головой и указала: «Но ты не такой. Ты здесь со своим двоюродным братом, тетей, дядей и этим другом Брикером.

—

Si

, — согласился он. «Но я стал проводить больше времени с семьей только в последнее десятилетие или около того. До этого. ". Санто пожал плечами. «Я жил очень уединенной жизнью и, вероятно, стал очень скучен и пропустил очень много всего за это время.

Пэт мельком взглянула на него, задаваясь вопросом, не в этом ли причина его обычно коротких ответов. Он отвык от общения с людьми, живя в одиночестве, и все еще изо всех сил пытался заново научиться тому, как на самом деле разговаривать с людьми. Теперь у него это получалось гораздо лучше, чем раньше, но его речь по-прежнему была очень медленной, осторожной и жесткой, как будто он тщательно подбирал каждое слово. Она подозревала, что для него это было усилием, и чувствовала, что смягчилась по отношению к нему в знак благодарности за то, что он прилагает усилия.

Заставив себя вернуться к разговору, Пэт спросила: «Что за эксперименты он проводил над бессмертными? Не сплайсинг ДНК, — предположила она.

«Нет. Не сращивание ДНК, — мрачно согласился он, а затем сделал короткую паузу, прежде чем сказать: — Его тесты на бессмертных должны были выяснить, какой урон мы можем выдержать и выжить, сколько времени требуется для исцеления и т. д.

— Это что, резать, сжигать, стрелять? — предположила она. «А затем наблюдал, сколько времени требуется, чтобы травмы закрылись и зажили?»

«

Si

».

Санто избегал смотреть на нее, и она могла сказать, что он не хочет говорить об этом. Она также подозревала, что он расскажет об этом, если она будет настаивать. Но какой бы любопытной ни была Пэт, она не упустила из виду, насколько он побледнел или как его руки сжались на столешнице. Через что бы он ни прошел в клетке рядом с мальчиком-кентавром, это не было приятным, и она не хотела, чтобы ему снова пришлось пройти через это, в ресторане.

Решив продолжить тему, она догадалась: «Но он также узнал как стать бессмертным?»

«

Si

». Санто немного расслабился. «В конце концов, это и было его целью. Его эксперименты были просто для того, чтобы выяснить, что ему ожидать, чтобы выжить и тому подобное, когда он станет бессмертным».

— И этот Дресслер — двоюродный брат мистера Парди? — спросила она, находя эту мысль тревожной. Этот человек звучал так, будто он был живым кошмаром, будучи смертным. А став бессмертным. . Она вздрогнула от этой мысли.

— Мы так думаем, — осторожно сказал Санто.

Брови Пэт поднялись. «Думаете? Вы не уверены? Я имею в виду, если он похитил вас, вы его должны были видеть?

— Я видел его смертным, стариком, — объяснил Санто. «Я понятия не имею, как он будет выглядеть молодым, на пике здоровья. Однако, — добавил он, когда она снова открыла рот, чтобы заговорить, — человек в памяти Паркера определенно бессмертен. Он такой же высокий и худощавый, как Дресслер, а мистер Парди приходится доктору Дресслеру троюродным братом, так что шансы очень высоки.

— Отлично, — недовольно сказала Пэт, а затем откинулась на спинку кресла, увидев, что официант вернулся, на этот раз с едой. Ее глаза расширились, а рот начал выделять слюну, когда тарелка с жареными солеными огурцами и комбо-тарелка с разнообразными закусками были поставлены посреди стола. Желудок подгонял ее, и она едва дождалась, пока их официант весело скажет: «Наслаждайтесь» и ушел, прежде чем потянуться за жареными соленьями.

— Профессор Стоун?

Пэт замерла и опустила огурец, который собиралась откусить, и повернула голову, чтобы моргнуть, глядя на симпатичную молодую брюнетку, стоящую в конце стола. Выдавив приятную улыбку, она спросила: «Да?»

«Извините, что беспокою вас. Я работаю здесь, — объяснила она, подняв свой маленький блокнот, как будто доказывая правомерность своего заявления, а затем добавила: — Но я также учусь в Университете Олбани.

— Понятно, — пробормотала Пэт. Добавив это, девушка повернулась к Санто, ее хвостик развевался, губы растянулись в широкой улыбке, а глаза скользнули по его широким плечам и мускулистым рукам. Пэт подождала, пока девушка, с именем «Бриттани» на бейджике продолжит, но когда девушка просто уставилась на Санто, Пэт оставила ее наедине с разглядыванием и воспользовалась возможностью откусить свой жареный огурец. Если бы она не была на публике, она бы простонала, когда вкус взорвался у нее во рту. Пэт всегда любила жареные соленые огурцы, но, несмотря на то, что она была голодна, сегодня они казались особенно вкусными, поэтому ей не понравилось, что ее прервали, когда Бриттани внезапно спросила: «Вы преподаете «Роль Женщин в Историю/ Женщины в Истории», не так ли?»

Пэт перестала жевать и взглянула на вопрошающую, но расслабилась и продолжила жевать, когда увидела, что девочка даже не делает вид, что смотрит на нее. Она все еще смотрела на Санто голодными глазами. Пэт перевела взгляд на большого бессмертного, чтобы увидеть, как он принимает внимание, и весело улыбнулась, увидев, что он этого даже не заметил. Его внимание было полностью сосредоточено на курином крылышке, которое он выбрал из комбо-тарелки и которое теперь уничтожал.

Проглотив кусочек огурца, Пэт откашлялась и сказала: «Да, делаю».

«Хм?» Девушка повернула голову, чтобы посмотреть на нее пустым взглядом. «Что?»

— Я преподаю «Женщины в Истории», — мягко сказала Пэт.

«О, да конечно.» Бриттани кивнула, а затем снова повернулась к Санто, который, бросил обглоданные кости и потянулся за другим куриным крылышком.

О, хорошо? — с раздражением подумала Пэт. Девушку явно не интересовало то, чему она учила. Она просто использовала ее как предлог, чтобы сблизиться с Санто. Или, может быть, она была немилосердна, и девушка действительно хотела что-то спросить, но отвлеклась на внушительное телосложение Санто. Подумала она и решила помочь девочке, подталкивая ее вопросами. «Ты заинтересована в том, чтобы посещать мои лекции осенью?»

«Что?» Бриттани огляделась, выглядя довольно раздраженной тем, что ее оторвали от разглядывания Санто.

Пэт сузила глаза, но затем холодно улыбнулась и сказала: «Полагаю, именно поэтому ты подошла и прервала мою трапезу? Чтобы ты могла задать вопросы о курсе «Женщины в истории»? Она не стала добавлять, а не только для того, чтобы поглазеть на моего солидного партнера, как ей хотелось, а просто сказала: «Однако у меня есть рабочие часы, и я буду вынуждена настоять, чтобы ты использовала их и оставили нас наедине друг с другом и едой.»

Щеки покраснели то ли от смущения, то ли от гнева, Бриттани открыла рот, закрыла его, а затем повернулась и ушла. Пэт догадывалась, что не увидит ее на уроках «Женщины в истории».

Поморщившись, она повернулась к Санто как раз в тот момент, когда он начал открывать рот, чтобы что-то спросить. Чтобы предупредить его, она быстро спросила: «Итак, эти наноштуки делают тебя более привлекательным для женщин или что-то в этом роде?»

Санто закрыл рот, обдумал вопрос и кивнул. «Вполне возможно.»

Глаза Пэт расширились. Она произнесла это в шутку. Парень был большим, красивым и в любом случае привлекал бы женское внимание. Он, конечно, сразу привлек ее внимание. Но он как бы намекал. .

«Действительно?» — наконец спросила она.

— Никто никогда не изучал этого, насколько я знаю, — сказал он медленно. «Но большинство преимуществ, которые дают нам нано, такие как скорость, сила, лучший слух и так далее….». Он пожал плечами. «Все они делают нас лучшими охотниками, чтобы получить дополнительную кровь, в которой мы нуждаемся. Сделать нас более привлекательными для противоположного пола тоже помогло бы в этом, так что вполне вероятно, что нано заставляют нас выделять какой-то феромон, который будет делать это».

Пэт села и попыталась смотреть на него объективно, без того, чтобы ее гормоны брали главенство в этом. Санто был действительно очень красивым мужчиной. Он был большим, мускулистым, с красивыми глазами и сексуальными пухлыми губами. Он заставит любую женщину взглянуть еще раз на него. Но если он еще и выделял сексуальные феромоны. . что ж, неудивительно, что женщины рядом с ним вели себя как идиотки. Включая меня. Эта мысль на самом деле заставила Пэт почувствовать себя лучше в своей реакции на него.

— Ты профессор истории в Университете Олбани? — внезапно спросил Санто.

Он казался удивленным, и она спросила: «Ты этого не знал?»

Санто покачал головой. — Я знал, что ты работаешь в университете. Маргарита упомянула сегодня утром, что ей придется позвонить туда и объяснить твое отсутствие. Но я не знал, что ты профессор. Ты не похожа на профессора истории.

Это заставило ее улыбнуться. «Как выглядит профессор истории?»

— Старый и дряхлый, в очках и вельветовом пиджаке с заплатками на локтях, — сказал он без раздумий.

— А мужчина? — весело предложила она.

Санто пожал плечами и взял еще одно куриное крылышко.

— Так что, по-твоему, я делала в университете? — с интересом спросила Пэт, беря очередной жареный огурец.

Санто мельком взглянул на нее. «Что-то связанное с искусством. Может быть, музыка или танцы».

Ее брови слегка приподнялись. «Почему?»

— Не знаю, — признался он с кривой улыбкой. «Я просто думаю о музыке, когда смотрю на тебя. Прекрасные симфонии и… — Санто резко остановился, смущение отразилось на его лице, прежде чем он повторил: — Я не знаю.

«На самом деле музыка была основной моей специальностью, а история — второстепенной в первый год», — призналась она. «Но я поменяла их на второй год».

«Почему?» — сразу спросил он.

Пэт криво усмехнулась. «Мои родители. Мысль о том, что я буду заниматься чем-то таким эфемерным/воздушным/бесполезным, как музыка, чуть не убила их».

«Музыка не воздушна», — прорычал он.

Санто звучал так возмущенно, что ей стало любопытно, но она просто сказала: «Ты должен понять, все в моей семье — врачи. Оба моих родителя — врачи с семейной практикой, и моя сестра тоже изучала медицину. Ожидалось, что и я присоединюсь к семейному делу. Одного того, что я этого не сделала, было достаточно, чтобы сделать меня паршивой овцой в семье. Но музыкальная специальность чуть не убила их».

— Значит, ты переключилась на историю, чтобы угодить им, — торжественно сказал Санто.

«С второстепенной музыкой/музыка перешла на второй план», — напомнила она ему. «Я до сих пор занимаюсь музыкой. Я даже играла в группе».

«Клавиши?» он догадался.

Пэт ухмыльнулась и покачала головой. «Электрогитара. Это была рок-группа».

Его брови при этом поднялись. «Я играю на барабанах в рок-группе».

«Действительно?» — спросила она с интересом и даже смогла представить его за барабанной установкой.

«

Si

. Наше название NC, в честь Notte Cuginos».

— Кузены Нотте? — спросила она, узнав слово «куджино», и, когда он кивнул, Пэт спросила: «А вы все родственики в группе?»

«

Si

. Но мы давно не играли».

«Почему?» — сразу спросила она.

«Джиа, наша певица, Кристиан, наш скрипач, и Раффаэле, наш клавишник, нашли спутников жизни, и все они родом из Северной Америки. У жены Кристиана, Каро, есть дела в Торонто, которые она до сих пор решает, поэтому они проводят там много времени, муж Джиа из Калифорнии, а жена Раффаэле, Джесс, из Монтаны, так что….».

«Значит, группа распалась», — предположила Пэт, не договорив.

— Пока, — согласился он, а затем добавил: — Но все в порядке. Джулиус решил открыть офис здесь, а Заниполо и я разделим наше время между проектами в Италии и здесь, как только Мортимер больше не будет нуждаться в нашей помощи.

Брови Пэт сдвинулись в замешательстве. Она понятия не имела, кто такой Мортимер. «Извини, я не понимаю. О каких офисах ты говоришь? Я думала, что вы, ребята, силовики, которые охотятся на плохих бессмертных?

«Брикер — единственный среди нас, кто на самом деле работает на постоянной основе. Остальные в настоящее время работают силовиками, чтобы помочь им. Мортимер называет это волонтеры. Как только все уляжется и Мортимер вернет всех своих людей. ". Он еще раз пожал плечами. «Мы вернемся к нашей обычной жизни и работе с полной занятостью».

«Я понимаю.» Пэт ненадолго подумала об этом, а затем спросила: «Так значит, фургон — это какое-то прикрытие или мобильный командный центр или что-то в этом роде?» В ее представлении фургоны не совсем уживались с бессмертными силовиками.

«Нет, это просто фургон», — весело сказал Санто. «Маргарет и Джулиус на самом деле не работают силовиками. Они были в отпуске, в турне на автофургоне с Джеем. Но когда Мортимер получил запись звонка Паркера в службу экстренной помощи и понял, что он исходит из Олбани, через который проезжали Маргарет и Джулиус, он позвонил и попросил их остановиться и разобраться. Как только они поговорили с Капрелли и решили, что это должно быть расследовано, они позвонили ему, а он позвонил нам и велел нам остановиться здесь. В то время мы были в Ньюберипорте, штат Массачусетс».

Пэт моргнула при этом. — Что вы делали в Ньюберипорте?

«Возвращались в Торонто из Нью-Брансуика по территории Америки, — сказал он и, прежде чем она успела спросить, объяснил:

«Мы расследовали покупку пары десятков гробов в Нью-Брансуике, чтобы

убедиться, что один козел не создал собственную маленькую армию бессмертных».

— Бессмертные не спят в гробах, — уверенно сказала Пэт.

— Нет, — с улыбкой согласился Санто. «Но некоторые бессмертные изгои используют миф о вампирах, чтобы контролировать своих миньонов. Они заставляют их спать в гробах с небольшим количеством грязи на дне, говоря им, что они должны спать там, иначе они умрут или что-то в этом роде. Это гарантирует, что они не убегут. Им всегда приходится возвращаться к гробу и своему создателю.

— Умно, — прокомментировала Пэт, а затем спросила: — Значит, гробы купил изгой?

На лице Санто отразилось отвращение. «Нет. Кто-то, называющий себя художником».

«Художник?» — повторила она с недоверием. «Зачем художнику два десятка гробов?»

— Чтобы сделать художественную инсталляцию, — сухо сказал он. «Он расставлял гробы рядами в галерее, наряжал чучела всех размеров и видов, а потом отрывал конечности или головы, или вспарывал внутренности так, что набивка торчала, а потом укладывал по одному в каждый гроб и называл это искусством».

Слабый смешок вырвался у Пэт, и она покачала головой. «Ты ведь шутишь, правда?»

— Хотел бы, — пробормотал он. «Галерист считал это высоким искусством».

«Ты уверен, что вы не ошиблись, и что он не был под кайфом, когда согласился показать это так называемое «искусство»?» — весело спросила она.

— Я бы не удивился, — с ухмылкой сказал Санто. «Я думаю, что и художник, и владелец галереи были под кайфом, когда мы брали у них интервью. На самом деле они сидели и болтали о том, как художник изобразил смерть невинности. Так называлось арт-шоу «Смерть невинности».

Пэт засмеялась над этим, а затем, когда ее смех стих, она наклонила голову и на мгновение посмотрела на него, прежде чем спросить: «Итак, ваша временная база находится в Торонто?»

«

Si

».

— Но в конце концов ты вернешься домой, в Италию?

Санто поколебался, а затем сказал: «Как я уже говорил, Джулиус открывает офисы в Северной Америке, возможно, и в Торонто, и в Нью-Йорке, поэтому я, скорее всего, буду проводить больше времени здесь, в Северной Америке».

— О, — пробормотала Пэт и удивилась, почему это сделало ее счастливой. Она уже решила, что с ним не стоит связываться. Прочистив горло, она спросила: — Какие именно офисы открывает Джулиус?

«Notte Construction /Нотте Констракшн».

— Ты работаешь в строительной компании? — спросила Пэт, не зная, чему она была удивлена. Мужчина был огромен. Она могла себе представить, как он управляется с отбойным молотком и тому подобное. Но она не думала, что он это делает (что он рабочий), и все же считала эту идею маловероятной.

— Я инженер-строитель, — объявил он, как будто догадываясь, что она воображала его в бейсболке и джинсах, размахивающим кувалдой.

«Ой.» Пэт моргнула и улыбнулась. Это больше подходило его стилю. Он был умен и властен, и она могла представить, как он расхаживает по стройке в каске с планшетом в руке и командует людьми.

«Вот!»

Пэт и Санто остановились и посмотрели на это. Их официант вернулся с основным блюдом.

Отклонившись от стола, чтобы не мешать молодому человеку ставить тарелки, Пэт взглянула на оставшиеся закуски. Осталось немного. Они оба ели, пока говорили. Санто съел все куриные крылышки до последнего, и они вдвоем съели все жареные соленые огурцы и большую часть картофеля. Осталась всего пара халапеньо и сырных шариков и одна картофелина. На самом деле, Пэт уже была сыта и смотрела на стейк, который Дилан поставил перед ней с небольшим сожалением. Она знала, что большую часть этого она заберет домой. Но лучше всего было свежее, приготовленное на гриле, и теперь она сожалела, что съела так много закусок.

«Наслаждайтесь!» — весело сказал Дилан, прежде чем уйти.

«Спасибо.» Пэт взяла нож и вилку и принялась за еду, решив произвести хорошее впечатление.

Они ели в тишине в течение нескольких минут, когда Санто вдруг сказал: «Ты собираешься забрать Паркера сегодня после школы, и вы не планируете возвращаться в дом».

Пэт оторвалась от своей тарелки и молча посмотрела на него. Его голос был мрачным.

— Это твой план, не так ли? — тихо спросил он, когда она продолжала смотреть на него. — Именно поэтому ты забрала его игровую приставку и телевизор?

— Да, — наконец сказала Пэт, отложила нож и вилку и потянулась за напитком. Она подняла его, но затем просто держала, объясняя: «Паркер остался на моем попечении. Я обязана защищать его, а клыкастый посетитель по соседству не выглядит безопасным в данный момент.

— Нет, — тихо согласился он, но, к ее большому удивлению, он выглядел крайне разочарованным этой новостью.

Пэт задумалась об этом, наблюдая, как он тянется за своим напитком. Был ли он разочарован? Если бы он не контролировал ее прошлой ночью, когда целовал ее… ну, правда, даже если бы он контролировал ее, никто не контролировал его, и нельзя было спутать твердую выпуклость на его джинсах прошлой ночью с чем-то еще. Определенный интерес был. Так что, возможно, он был разочарован мыслью о ее уходе.

Конечно, утверждала более осторожная сторона ее разума, мужчины просверлят дырку в стене, если им что-нибудь обломится, и она была единственной женщиной поблизости. По крайней мере, единственная, кто знала о них и была легкодоступна, так как жила в том же доме. Эта мысль заставила Пэт скривиться, когда она увидела, как Санто пьет.

Миновав соломинку, он сделал большой глоток прозрачной пенящейся жидкости, а затем осторожно поставил ее обратно на стол, прежде чем спросить: «Куда ты его отведешь?»

— К себе, — призналась она и сделала глоток своего напитка. Кривая улыбка тронула ее губы, когда она поставила его обратно на стол, и добавила: «Что должно быть интересно».

Когда он вопросительно поднял одну бровь, Пэт объяснила: «Я живу в многоквартирном доме, а это значит, что вокруг больше безопасности и людей, и это все хорошо, но….».

«Но?» — спросил Санто, когда она остановилась.

«Но в моем здании нельзя держать домашних животных», — призналась она. — Однако Паркер вряд ли согласится оставить миссис Вигглз.

— Значит, ты планируешь прокрасться с кошкой? он догадался.

Пэт кивнула. «Да, но протащить миссис Вигглз и все это снаряжение, которое я только что купила, в свою квартиру так, чтобы управляющий не заметил и не поднял шума, должно быть интересно».

Санто молчал, кладя в рот последний кусок бифштекса. Только после того, как он прожевал и проглотил, он предложил: «Возможно, я могу помочь».

— Таскать вещи? — весело спросила она. — Или отвлекать управляющего квартирой своим великолепным, но устрашающим телосложением, пока мы с Паркером протаскиваем миссис Вигглз и все ее снаряжение?

Санто внезапно улыбнулась и подумала, феромоны или нет, но парень был достаточно великолепен, чтобы остановить движение. Затем он спросил: «Ты думаешь, у меня великолепное телосложение?»

Пэт покраснела, но фыркнула на вопрос. — Как будто ты этого не знал.

— Я не знал, — заверил он ее.

Она не купится на это ни на минуту. Выражение ее лица стало серьезным, она сказала: «Я знаю, что ты можешь читать мои мысли, Санто, и поэтому точно знаешь, каким чертовски горячим и сексуальным я нахожу тебя. Не отрицай этого, — сказала Пэт, когда он начал качать головой. «Я знала о том, что бессмертные могут читать и контролировать мысли, еще до того, как встретила вас, ребята. Но даже если бы я этого не знала, — твердо добавила она, останавливая его, когда он открыл рот, как бы протестуя, — Маргарита выдала вас, заверив меня, что никто из вас не связан с «Медным Кругом», когда я этого не говорила ни кому».

Санто выглядел сбитым с толку. «Кто такой «Медный Круг?»

Пэт неуверенно посмотрела на него. Он действительно выглядел сбитым с толку этим названием.

— Это группа? — наконец спросил он, когда она промолчала.

Ее глаза расширились от вопроса. Боже мой, он действительно понятия не имел, кто такой «Медный Круг». Не то чтобы она не поверила Маргарите, когда та сказала, что они не связаны с организацией, но поскольку «Медный Круг», был самым главным в ее мыслях с тех пор, как она заметила серебристые искорки в их глазах…. Конечно, она пыталась блокировать эти мысли, как только они возникали у нее в голове, напомнила себе Пэт. Тем не менее, Маргарита все равно уловила их.

— Пэт, — тихо сказал он, скользя рукой по столу, чтобы нежно коснуться ее.

Покалывание, пронзившее ее от невинного прикосновения, заставило ее напрячься и уставиться на их руки.

«Я не могу читать или контролировать тебя».

Она резко взглянула вверх. «Что?»

— Я не могу читать или контролировать тебя, — торжественно повторил Санто.

Пэт с минуту безучастно смотрела на него, а затем спросила: «Почему? Маргарита может.

Он убрал руку и выпрямился на своем месте, но вместо того, чтобы ответить на ее вопрос, спросил: «Как много ты знаешь о бессмертных? А откуда ты знаешь о нас?

Пэт посмотрела вниз и взяла вилку, чтобы начать перебирать картошку на тарелке. «Я знаю, что бессмертные зародились в Атлантиде и существовали еще до ее падения. Что их начало пришло от науки, а не от какого-то проклятия».

— Нано, — торжественно кивнул Санто. «Биоинженерные нанотехнологии, которые были разработаны с целью создания чего-то, что могло бы лечить людей без хирургического вмешательства и тому подобного».

Пэт этого не знала, а просто кивнула и добавила: — Я также знаю, что, хотя вы похожи на вампиров тем, что вам нужна дополнительная кровь, вы сильнее, лучше видите и слышите лучше, чем простые смертные, вы не мертвые и бездушные, какими и должны быть мифические вампиры.

«Что еще?» — спросил Санто, когда она замолчала.

— Вы можете читать мысли смертных и контролировать их, — тихо сказала она.

— Да, обычно можем. Однако я не могу с тобой, — заверил он ее.

Пэт на мгновение замолчала, а затем откашлялась и спросила: «Итак, прошлой ночью, когда мы… когда ты поцеловал меня….». Она встретила его взгляд. — Ты не контролировал меня?

Санто выглядел настолько удивленным и даже напуганный вопросом, что она знала ответ до того, как он сказал: «Нет, конечно, нет. Даже если бы я мог контролировать тебя, я бы не сделал этого в такое время. Это было бы изнасилованием».

— Но Маргарита может меня читать, — смущенно повторила она. «И я почти уверена, что она также контролировала меня пару раз, и я знаю, что Брикер сделал это, чтобы затащить меня во внедорожник».

«Да.» Он кивнул. «Но я не могу.»

«Почему?»

Санто так долго молчал, что она была уверена, что он не ответит, но потом он вздохнул, пожал плечами и сказал: «Иногда такое случается».

Глаза Пэт сузились. Теперь он избегал ее взгляда, и она подозревала, что дело не только в этом, но он не оставил ей возможности надавить на него по этому поводу. Оглядевшись, он заметил их официанта и махнул ему рукой.

«Нам нужно двигаться, иначе мы опоздаем за Паркером», — сказал он, вытаскивая бумажник.

Санто, конечно, был прав, это заметила Пэт, когда взглянула на часы и отметила время. Они засиделись гораздо дольше, чем она думала. Им действительно пора. Но это не остановило вопросы, которые теперь крутились в ее голове. Неужели он не читал ее? Или он лгал? А если он врал, то почему?

Глава 9

«Это не сработает».

Пэт закатила глаза, услышав предсказание Паркера, когда он вытаскивал из школьного рюкзака последние книги. Это был по крайней мере шестой раз, когда он сказал это, и это был шестой раз, когда она ответила: «Да, это так».

«Кошка переживет это». Санто добавил уверенности, собирая сумки, которые Паркер наполнил вещами, без которых он «просто не мог жить» во время своего пребывания у нее дома.

Паркер раздраженно вздохнул и перевернул свою сумку вверх дном, встряхнув ее, чтобы удалить все, что еще осталось внутри. Когда ничего не выпало, Пэт подняла миссис Вигглз с кровати, где она дремала, пока они упаковывали одежду Паркера в его маленький чемодан. «Давай. Открывай, и мы ее посадим.

«Она там задохнется», — запротестовал Паркер, широко открывая сумку, чтобы положить кошку внутрь.

«Нет», — заверила его Пэт, отпуская кошку и убирая руки. Когда Паркер начал застегивать сумку, она сказала: «Тебе не нужно закрывать сумку, пока мы не доберемся до моего дома, а затем ты можешь оставить ее немного открытой, чтобы она могла дышать, но не настолько, чтобы она могла высунуть голову. Хорошо?»

«Хорошо.» Он немного расслабился и полез в сумку, чтобы погладить животное.

— Почему бы тебе не спуститься вниз? она предложила. — Я положу твои учебники в сумку и принесу вниз.

Кивнув, мальчик направился к двери, склонив голову, он смотрел в рюкзак на миссис Вигглз, а не под ноги.

— Он сейчас упадет с лестницы и сломает себе шею, — пробормотала Пэт, покачав головой.

— Я за ним присмотрю, — сказал Санто и вышел из комнаты вслед за мальчиком, с несколькими сумками, свисающими с его плеч и рук.

Пэт криво улыбнулась, глядя, как он уходит, а затем огляделась, отметив, что без него комната кажется намного больше. Она также казалась более прохладной и имела больше воздуха. Ни то, ни другое не могло быть правдой, так что она предположила, что это означало, что это была иллюзия, когда мужчина был рядом. Ей стало жарко и беспокойно.

«Готова?»

Пэт взглянула на дверь и улыбнулась, наблюдая, как вплывает Маргарита, еще одно прелестное легкое летнее платье обнимало ее длинные ноги. «Мне просто нужно собрать школьные принадлежности Паркера, и мы будем готовы идти».

— Я помогу, — вызвалась Маргарита, подходя к ней у кровати.

«Тебе не обязательно», — возразила Пэт.

«Я хочу.» Маргарита взяла пенал и блокнот и положила их в большую тканевую сумку, которую Пэт достала из кладовой сестры. «Я также хотела еще раз поблагодарить тебя за то, что ты позволила нам использовать дом твоей сестры, чтобы наблюдать за домом мистера Парди. Это сделает вещи намного проще. Окно в кабинете дает вид как на переднюю, так и на заднюю часть дома, а это означает, что только один человек должен будет наблюдать, что позволяет брать более короткие смены по шесть часов каждая, а не двое, наблюдающие по двенадцать. Они начнут в полдень».

Пэт слабо улыбнулась, но пожала плечами, пока они работали. «Вряд ли это было альтруистическим решением. Здесь небезопасно, пока о приезжем кузене Парди не позаботятся, а вы, ребята, позаботитесь об этом. Кроме того, таким образом, мне не нужно беспокоиться о том, что какой-то подонок, который пытался проникнуть сюда прошлой ночью, вернется и проникнет, чтобы украсть что-то или разрушить это место, пока нас не будет. Вы, ребята, справитесь с ним.

— Верно, — ответила Маргарита с удивлением.

Они обе на мгновение замолчали и сосредоточились на сборе всего, что Паркер вынул из своего рюкзака. Огромное количество вещей заставило ее покачать головой. Она понятия не имела, как он поместил все это в свой рюкзак. Там было как минимум шесть толстых учебников, несколько тетрадей, два пенала, блокнот для рисования, iPad, его ноутбук, различные шнуры питания, линейка и даже краски, кисти и уголь.

— Спроси меня, о чем ты хотела спросить после того, как вернулась с обеда с Санто, — вдруг сказала Маргарита.

Пэт замерла и подняла голову, а затем наклонила ее, рассматривая другую женщину. — Ты снова читаешь мои мысли.

Это был не вопрос, но Маргарет кивнула. «Я прошу прощения. Это привычка, от которой трудно избавиться. Тем не менее, это то, о чем ты все равно хочешь меня спросить. Говорил ли тебе Санто правду, когда сказал, что не может читать или контролировать тебя.

— Он говорил правду? — сразу спросила она.

«Да. Он не может читать или контролировать тебя, — серьезно сказала Маргарита, а затем усмехнулась и добавила: — Боюсь, что вся та страсть, которую ты испытала к нему, пришла сама собой, без какого-либо контроля.

Пэт покраснела от смущения, но проигнорировала последнюю часть того, что она сказала, и указала: «Но ты можешь читать и контролировать меня. Почему он не может?» Пэт не стала ждать ответа, а быстро спросила: «Могут ли другие мужчины прочитать меня? Я знаю, что Брикер контролировал меня, значит, он также должен меня читать. А как же Джулиус и Заниполо?

«Да. Все в этом доме могут читать и контролировать тебя, кроме Санто. Ну, и Паркера, конечно, — добавила Маргарита с легкой улыбкой, а затем, выражение ее лица стало торжественным, она сказала: — Но, боюсь, я не могу сказать, почему.

«Потому что ты не знаешь? Или-"

— Потому что это не мой рассказ, — перебила ее Маргарита. — Санто придется тебе это объяснить. Когда ты будешь готова.»

Пэт нахмурилась из-за этого довольно загадочного комментария, когда Маргарет выпрямилась с легким довольным вздохом. «Это все, я думаю. Ну, все мы можем идти. Паркер и Санто ждут. Повернувшись, она вышла из комнаты, оставив ее следовать за ней.

Пэт какое-то время смотрела ей вслед, прежде чем взять тканевый мешок, полный школьных принадлежностей Паркера, и последовать за ней.

«Быстрее, быстрее, быстрее».

Пэт закатила глаза на возгласы Паркера, открыла дверь своей квартиры и раздраженно сказала: «Я тороплюсь, Паркер. Просто… вот, — сказала она с облегчением, когда щелкнул замок, и она смогла толкнуть дверь.

Паркер сразу же помчался вперед и скрылся за углом слева.

— Отведи ее в свою комнату, — крикнула Пэт вслед племяннику, ведя Санто в прихожую. Оба они были нагружены сумками, но у Санто их было больше всего, а Паркер нес только свой рюкзак с миссис Вигглз. Вот почему он так отчаянно хотел проникнуть внутрь как можно быстрее. Кошка не шевелилась с тех пор, как он застегнул сумку, и он был уверен, что она умирает, или напугана, или и то, и другое. Пэт думала, что миссис Вигглз просто ленивая старушка. Она почти не двигалась, когда он таскал ее в первую ночь, за исключением тех случаев, когда она пыталась взобраться на его голову, и это было исключительно из-за страха.

«У тебя очень красивая квартира».

Пэт оглянулась, услышав комментарий Санто, когда они вышли из десятифутовой(3 м) прихожей и достигли основной части квартиры. Отсюда они могли видеть высокие светлые стены и открытую планировку. Кухня была прямо перед ними, а за ней обеденная зона. Оба были открыты для гостиной справа, которая была отделена только островом с раковиной и грилем, который тянулся по всей длине кухни. Ее кабинет находился рядом с ними, вдоль входа, но с того места, где они стояли, они могли видеть часть большой открытой гостиной. Слева от них уходил коридор, ведущий в спальни.

Пэт пыталась смотреть на все это, его глазами, и больше всего бросались в глаза большие окна во всех направлениях. Внешние стены в значительной степени были сделаны из них, и это то, что ей понравилось в этом месте, когда она впервые увидела его, и то, что она до сих пор ценит.

— Спасибо, — пробормотала Пэт, направляясь на кухню, чтобы расставить принесенные продукты. Они остановились у магазина после того, как забрали Паркера. Она положила скоропортящиеся продукты в одну из сумок-холодильников своей сестры, как только они вернулись домой, так что пока не стала их убирать. Еще несколько минут они будут в порядке, поэтому она направилась обратно к Санто, намереваясь взять у него пару сумок.

У мужчины был ее чемодан, чемодан Паркера, сумка, в которой лежали школьные принадлежности мальчика из рюкзака, и еще несколько сумок Паркера. Он также нес сумки из зоомагазина. Однако Санто не позволил ей взять их. Подняв их так, чтобы она не могла до них дотянуться, он сказал: «Веди вперед, и я отнесу их туда, куда нужно».

Когда она открыла рот, чтобы возразить, он добавил: «Это значит, что я получу тур по квартире».

Посмеиваясь, Пэт сдалась и повела его по коридору. Остановившись у первой двери справа от них, она легонько постучала, а затем открыла ее и увидела бледно-голубую спальню. «Это комната Паркера, когда он здесь».

Она отступила, чтобы Санто вошел, а затем последовала за ним и закрыла дверь, чтобы миссис Вигглз не сбежала. Пока он ставил сумки Паркера и те, что были из зоомагазина, Пэт подошла к кровати, где Паркер нависал над миссис Вигглз и гладил ее, извиняясь за то, что положил ее в этот «мерзкий старый рюкзак».

— Она в порядке, Паркс, — весело сказала Пэт. «Посмотри на нее. Она мурлычет.

«Теперь, когда она на свободе, она в порядке, но неужели тебе бы понравилось оказаться застегнутой в этой противной старой сумке?»

Пэт закатила глаза и подошла, чтобы установить лоток. Затем она перебрала пакеты и отделила еду и тарелки от игрушек и кошачьей мяты. Санто помог ей с этим, а затем взял сумку, в которую она положила тарелки и консервы, и последовал за ней из комнаты.

— Это гостевая ванная, — объявила она, остановившись у открытой двери в компактную, но полностью оборудованную ванную комнату бледно-земляных тонов. Когда Санто с любопытством заглянул внутрь, она сказала: «Слева от входа есть также полуванна».

Когда он кивнул, Пэт повернулась и пошла дальше по коридору к следующей двери справа. «Еще одна гостевая спальня».

Это была выполнена в земляных тонах, как гостевая ванная комната.

«Хорошая.» Санто одобрительно кивнул.

«Спасибо.» Пэт ухмыльнулась и пошла в конец зала, где дверь была слева, как раз перед тем, как зал поворачивал направо. Она открыла дверь и сказала: «Прачечная, кладовая».

Санто вошел в длинную узкую комнату, которая почти равнялась длине двух спален на противоположной стороне. Стиральная машина и сушилка стояли в конце справа от двери, занимая всю ширину узкой комнаты, а длинные полки по обеим сторонам уходили от двери налево, идя по всей длине комнаты.

«Я никогда не видел такой просторной квартиры», — с удивлением сказал Санто, глядя на полки со всем, от еды до сезонных товаров.

— Я хотела простора, — торжественно сказала Пэт. «У меня возникает клаустрофобия в маленьких помещениях. Я хотела бы дом, если бы не. ".

«Если бы не?» — спросил он с любопытством.

«Я не люблю косить газон, — призналась она с гримасой. «Или чистить тротуары или пропалывать сады. . Кроме того, в многоквартирном доме безопаснее. По крайней мере, с безопасным входом и людьми рядом безопаснее».

Глаза Санто сузились, когда она сказала это в последний раз, и Пэт подозревала, что ему интересно, почему безопасность была для нее такой проблемой. Поскольку она не собиралась это обсуждать, она быстро вышла из комнаты и пошла за угол к двум дверям в конце этого короткого коридора. Сначала она открыла дверь справа.

«Я предполагала, что это будет главная ванна, хотя на самом деле она не примыкает к спальне», — указала Пэт, когда она отошла в сторону, чтобы он вошел в большую комнату с большим душем, спа-ванной и длинной стойкой с двойными раковинами. Отвернувшись, как только он огляделся, она открыла дверь в свою спальню, а затем просто пожала плечами и снова отступила, оставив его одного.

В тот момент, когда Санто вошел в ее комнату, она почувствовала себя до смешного незащищенной. Называя себя трусихой, Пэт заставила себя присоединиться к нему внутри, когда он подошел к ее кровати и поставил ее чемодан. Но когда она начала задаваться вопросом, будет ли кровать размера «queen-size» достаточно большой, чтобы вместить его, она покачала головой и указала на дверь слева.

«Это гардеробная. Она не большая или что-то в этом роде, но это лучше, чем стандартный двухдверный шкаф».

Санто подошел, чтобы открыть дверь и заглянул внутрь, и Пэт надеялась, что там нет беспорядка. Она так спешила собрать вещи и убраться отсюда после звонка сестры, наверное, так оно и было, но сейчас она ничего не могла с этим поделать. Он закрыл дверь, а затем подошел к задернутым занавескам и отдернул одну достаточно, чтобы посмотреть на вид.

— Балкон проходит через всю вашу квартиру? — спросил Санто, позволяя ткани вернуться на место.

— Да, — пробормотала Пэт, борясь с желанием повернуться и поторопиться уйти подальше от него, когда он пошел обратно к ней.

— Тетя Пэт-ти!

Криво улыбнувшись на зов Паркера, Пэт выпустила воздух, который, как она сама не осознавала, задерживала, и отвернулась от Санто, чтобы выйти из комнаты.

«Что?» — отозвалась она, оставив Санто следовать за ней.

«Миссис. Вигглз проголодалась, — объявил Паркер, как только она вышла из-за угла.

— Тогда хорошо, что мы принесли ей еду, а? — легкомысленно сказала Пэт, а затем оглянулась и увидела Санто, идущего позади нее с сумкой кошачьего корма и тарелками. Повернувшись к племяннику, она пообещала: «Я открою банку и принесу тебе, а потом придумаю что-нибудь на ужин. Хорошо?»

— Хорошо, — согласился он.

Кивнув, Пэт взяла у Санто сумку и пошла на кухню. Она поставила сумку на остров и быстро начала вынимать из нее предметы, пока Санто ходил вдоль острова, пока не остановился напротив нее. Затем он скрестил руки на груди и прислонился к стойке, чтобы посмотреть.

Пэт прекрасно осознавала, что он смотрит на нее, пока она работала, и ее взгляд то и дело то скользил по нему, то отдалялся. На самом деле она была немного удивлена, что он все еще был в ее квартире. Она приехала сюда на своем 86-м, а он последовал за ней на внедорожнике с Паркером в качестве пассажира. Мальчик настоял на том, чтобы ехать с Санто, утверждая, что темный внедорожник выглядит безопаснее, чем ее маленькая спортивная Toyota. Но Пэт знала, что правда в том, что ему не нравилось, как она водит машину. По его мнению, Пэт слишком гоняла на своей машинке и лихо заходила в повороты.

Стараясь не обижаться, Пэт только пожала плечами. Санто все равно планировал поехать, чтобы разобраться с управляющим квартирой, если он каким-то образом выяснит, что с ними кошка, и поднимет шум. Но этого не произошло. По крайней мере, он не выскочил вдруг в холл перед ними, как он всегда делал. Так что, возможно, присутствие Санто все-таки помогло. Возможно, его размер был достаточно пугающим, чтобы мужчина оставался в безопасности в своей собственной квартире, вместо того чтобы пытаться напугать ее для разнообразия. Она знала, что все это была тактика запугивания. Управляющий настаивал на том, что ему нравилось управлять «кораблем» и «держать руку на пульсе», но она заметила, что, хотя в купленных квартирах проживали мужчины, остальные он сдавал только женщинам, так что она подозревала, что ему просто нравилось держать их под своим контролем. Пэт была совершенно уверена, что он будет разочарован, узнав, что она считала его не столько пугающим, сколько просто жалким.

Покачав головой, она достала из ящика рядом с собой консервный нож и быстро начала открывать банку с чем-то совершенно отвратительно пахнущим. Наморщив нос, она снова взглянула на Санто и обнаружила, что спрашивает: «Хочешь остаться на ужин?»

Пэт понятия не имела, откуда взялся этот вопрос. Если бы Маргарита не заверила ее, что Санто не может читать или контролировать ее, она бы заподозрила, что он заставил ее сказать это.

— Нет, если это то, что мы едим.

Пэт быстро подняла глаза, чтобы увидеть выражение отвращения на его лице, и весело ухмыльнулась. «Нет. Я хотела приготовить салат Цезарь с курицей. А это для кошки».

— И ей это нравится? — спросил он с недоверием.

Пэт усмехнулась и пожала плечами. «Домашние животные имеют другой вкус, чем мы. Черт, наша собака ела какашки. Это лучше, чем то. Возможно, — добавила она с гримасой, когда остальная еда шлепнулась в тарелку, выглядя как нечто среднее между поносом и рвотой. Боже, она бы не стала есть эту дрянь, даже если бы ей заплатили. Оглянувшись на Санто, она подняла бровь. — Ты не спрашиваешь меня, что такое какашка.

Санто уставился на кошачью еду с каким-то зачарованным ужасом, но потом, казалось, опомнился и выпрямился. Встретившись с ней взглядом, он сказал: «Моя мать всегда держала собак. У некоторых из них была, прискорбная привычка, есть чужие замороженные отходы. Я полагаю, это то, что ты называешь какашками?

— Да, — призналась она со смешком, открывая кран, чтобы ополоснуть вторую кошачью тарелку. Санто действительно пытался говорить после их похода по магазинам, и она ценила это. И когда он улыбался ей, как улыбался сейчас, ей так и хотелось проползти по острову, взобраться на него, покусать его за ушко и умолять о безумном, страстном сексе с ней.

«Да.»

Пэт резко подняла взгляд на его слова, ее глаза расширились. Неужели она снова высказала свои мысли вслух? У нее была плохая привычка. Она уже сделала это однажды. И на что он согласился? Он говорил «да» безумному страстному сексу с ней? И почему эта мысль порадовала ее, когда она решила, что ей не следует связываться с бессмертным? Прочистив горло, она неуверенно спросила: «Да?»

«

Si

. Да, я останусь на ужин, — объяснил он.

— Ты меня убиваешь.

— Ты не хотела, чтобы я сказал «да»? — осторожно спросил Санто, приподняв одну бровь.

«Что?» — удивленно спросила Пэт, а потом поняла, что пробормотала вслух свое разочарование, чего делать не собиралась. «О, нет. Я имею в виду да, конечно, я хотела, чтобы ты сказал да. Я как раз думала о том, чтобы спросить тебя кое о чем, когда ты вдруг сказал да, и моей первой мыслью было, что это был ответ на мой не высказанный вопрос, поэтому я была разочарована, когда поняла, что это не так, что глупо, потому что на самом деле я не спросила это вслух или что-то в этом роде».

Поняв, что она бормочет от смущения, Пэт оборвала себя, а затем решила отойти от предмета своих мыслей и сказала: «Но, конечно, я хотела, чтобы ты остался на ужин, иначе я бы не спросила». Поморщившись, она призналась: «Хотя я не очень хорошо готовлю, так что это будет просто салат «Цезарь» с курицей и немного остывшего чесночного хлеба. Что ж, надеюсь, чесночный хлеб еще не замерзнет, когда я его подам. Но никаких обещаний, — нервно усмехнувшись, добавила Пэт, решив, что кошачья миска уже достаточно вымыта, и поправила ее, чтобы налить воду. Она не сводила глаз с тарелки, прекрасно понимая, что Санто смотрит на нее, и надеясь, что он забудет о первоначальной теме. Конечно же, нет.

— Что ты хотела у меня спросить?

«Ой!» Она подняла на него панический взгляд, но тут же снова опустила его и попыталась придумать что-нибудь, что она могла бы сказать, а не правду. Когда ее взгляд остановился на переполненной миске с водой, она тут же вытащила ее из-под струи воды и протянула ему. — Поможешь мне отнести кошачьи вещи Паркеру?

Санто долго смотрел на нее, прежде чем взять миску с водой. Затем он перегнулся через остров, чтобы положить руку на тарелку с кошачьей едой. Он не сразу поднял ее. Вместо этого он молча посмотрел на нее, его лицо было всего в нескольких дюймах от нее, и сказал: «Я подозреваю, что это не совсем то, о чем ты хотела меня спросить».

«Ой?» — пискнула она, широко раскрыв глаза.

«

Si

. И я думаю, ты должна знать, — продолжил Санто, мягко бормоча, а затем наклонился вперед ровно настолько, чтобы его слова превратились в мягкое рычание на ее губах, когда он сказал ей: — Ответ всегда будет «да». А потом он ушел. Пэт чувствовала, что прежде чем она открыла глаза, она не осознавала, что закрыла их.

Сглотнув, она посмотрела на пустое место по другую сторону острова, где он стоял, а затем вниз, туда, где раньше стояла тарелка с вонючей кошачьей едой, а затем обхватила руками талию и наклонилась и пробормотала «О, мой Бог».

Покачав головой, Пэт выпрямилась, но ее разум все еще визжал. Мужчина был чертовски великолепен. И он не контролировал ее прошлой ночью. И сегодня он не отказывал ей. И ей нечего было интересоваться бессмертным. От них не было ничего, кроме неприятностей. Но он был чертовски сексуален! И он заставил ее пульс участиться, а тело пылать от желания. И он сказал, что ответ всегда будет «да», и ей так хотелось задать этот вопрос.

Что она собиралась делать? Как ей не растаять в лужу у его ног и не броситься на него? И он был в ее спальне! И почему она решила, что вообще не должна задавать этот вопрос? Ей было трудно вспомнить сейчас, когда ее губы все еще покалывали от ощущения его рта, касающегося ее рта, когда он говорил. И-

«Что?» Потрясенный вопрос Паркера прозвучал из холла, прервав безумные метания ее мыслей. За этим последовало испуганное «Неееет!»

Нахмурившись, Пэт направилась к коридору как раз в тот момент, когда Паркер вылетел на нее.

— Когда ты сказала, что позаботишься об ужине, я не думал, что ты на самом деле имела в виду его приготовление. Пожалуйста, скажи мне, что ты не будешь, готовишь! Пожалуйста, — жалобно воскликнул он, рухнув на нее, прижавшись лицом к ее животу и обхватив руками ее бедра. «Пожалуйста, тетя Пэт, я буду хорошим, обещаю. Не наказывай нас так».

Пэт хмуро посмотрела на маленького охламона, когда Санто тоже вышел из холла. Выражение его лица было потрясенным и встревоженным, пока она не зарычала: «Ха-ха, очень смешно, Паркс».

— Я не шучу, — серьезно возразил он, отстраняясь, чтобы посмотреть на нее. «Ты не умеешь готовить, тетя Пэт. Ты убьешь нас всех».

— О, ради бога, — пробормотала Пэт, начиная краснеть от смущения. «Я просто сделаю салат «Цезарь», Паркер. Все будет хорошо».

«Сколько лет заправке для салата?» — сразу же спросил Паркер.

«Что? Я не знаю, — призналась она, раздраженно цокнув языком, когда он отстранился и направился к ее холодильнику в поисках соуса. Вздохнув, Пэт повернулась к Санто и напомнила ему: «Я уже упоминала, что не очень хорошо готовлю».

Засунув голову в холодильник, Паркер насмешливо фыркнул. «В последний раз, когда она готовила для меня, я два дня болел. Пищевое отравление».

— Это было не пищевое отравление, — отрезала она. — У тебя было только вздутие живота.

— Пищевое отравление, — твердо настаивал Паркер. — А до этого она испекла печенье с шоколадной крошкой и беконом.

— Не правда, — быстро ответила она, зная, что ее щеки сейчас, вероятно, покраснели, как яблоки. — В них не было бекона.

— Нет, не было, — согласился Паркер. — Но ты выпекла их на жире от бекона. Они были отвратительны».

— Это был единственный жир, который у меня был, — защищаясь, сказала Пэт, но почувствовала, что краснеет еще больше. Если бы сейчас ее лицо не было вишнево-красным, она бы удивилась.

Когда Паркер повернул голову и приподнял над ней одну из своих маленьких надменных бровок, она скривилась и взглянула на Санто, когда объяснила: «Моя сестра, Куинн, всегда сидит на той или иной диете. Все, что у нее есть в доме, это зелень. Я хотела побаловать Паркера и испечь печенье, но масла естественно не было. Не было даже маргарина или растительного масла. Единственным жиром в доме был бекон, который я принесла с собой на воскресный завтрак, так что….». Она оставила предложение незаконченным и беспомощно пожала плечами.

— Значит, ты поджарила бекон, а из остатков жира сделала печенье? Санто догадался.

«В то время это казалось хорошей идеей, — защищаясь, сказала Пэт, а затем сморщила нос и добавила: — Заметь, это было субботним вечером после двух или трех бокалов вина».

«Это была плохая идея, — заверил ее Паркер.

«Правда», — согласилась она, а затем взглянула на Санто и признала: «Они действительно были отвратительны. Но в мою защиту скажу, что примерно в то же время они начали кампанию, утверждая, что с беконом все лучше, поэтому я подумала, что стоит попробовать».

«Все не включает шоколадное печенье», — сухо сказал Паркер, отходя от холодильника с заправкой для салата «Цезарь» в руке.

— Ага, теперь в пончики кладут бекон, — заметила Пэт, а затем закусила губу и попыталась вспомнить, когда она купила заправку, которую он сейчас просматривал в поисках срока годности. Неужели это было так давно? — подумала она, но с покорностью вздохнула, когда он обратил на нее свой ага-взгляд. «Какой срок годности?»

«Июнь.»

— Вот, — начала она с облегчением. «Это июнь. Это год…

— В прошлом году, — сухо перебил он.

«Верно.» Пэт вздохнула, а затем подошла к телефону. «Так. . пицца? Снова?»

«Да, пожалуйста.» Паркер выбросил заправку для салата в мусор под раковиной и выскочил из кухни в свою комнату к миссис Вигглз.

Пэт нахмурилась, глядя на его исчезающую спину, а затем взглянула на Санто, когда из его горла вырвался низкий смешок. Он улыбался с тех пор, как Паркер начал болтать о печенье с шоколадной крошкой и беконом. Она была уверена, что ее племянник никогда не позволит ей забыть эту ошибку. Тем не менее, ее унижение почти стоило того, чтобы услышать этот глубокий насыщенный звук, решила Пэт, когда что-то внутри нее завибрировало в ответ. Встряхнувшись, когда на ее звонок ответили, она подняла брови. «Так? Какую пиццу тебе заказать?»

— Ту, которую вы обычно заказываете, — легко сказал он.

Пэт кивнула и начала говорить с ожидающим работником по телефону, удвоив свой обычный заказ, а затем утроив его, когда ее взгляд скользнул по огромному мужчине. Только когда она повесила трубку, Пэт вспомнила, как он говорил, что обычно ничего не ест, кроме сырых яиц и мяса. Нахмурившись, она начала убирать свои продукты, обдумывая то, что у нее было. Она купила стейки и могла приготовить их, чтобы накормить его, как она предполагала.

— Ты выглядишь встревоженной, — заметил Санто, подходя к ней, чтобы помочь убрать продукты. «О чем думаешь?»

— Я только что вспомнила, что ты ничего не ешь, кроме мяса и сырых яиц, — призналась Пэт, потягиваясь на цыпочках, чтобы поставить банку с супом на верхнюю полку. — Я могу поджарить стейк, если хочешь, или… Предложение замерло у нее в горле, когда его рука сомкнулась на ее пальцах, а затем он взял у нее банку и поставил ее на полку, прежде чем потянуть ее к себе.

Пэт смотрела в середину его груди, пока он не обхватил ее лицо и не поднял его так, чтобы она встретилась с его взглядом.

— Очень мило с твоей стороны предложить приготовить мне еду, — пробормотал Санто, слегка проводя большим пальцем по ее нижней губе.

Легкая ласка снова вызвала покалывание, и губы Пэт слегка приоткрылись в легком вздохе. В тот момент, когда они это сделали, он скользнул большим пальцем вперед, чтобы провести между обеими губами, один раз, а затем второй.

«Но я бы предпочел не страдать от пищевого отравления».

Слова были настолько неожиданными, что Пэт потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить их, а затем ее глаза встретились с ним, и она уловила злую дразнящую ухмылку на его лице. Она даже не подумала, просто прикусила кончик его большого пальца. Это должно было наказать его за то, что он дразнил ее, но вместо этого действие заставило его расхохотаться. Он также убрал большой палец, но затем притянул ее к себе, прижав ее лицо к своей груди, и усмехнулся.

Пэт нахмурилась от его веселья и набрала воздуха, чтобы отругать его за плохое поведение, но затем остановилась, когда его запах ударил по ее чувствам. Черт, от него хорошо пахло. Она не думала, что это одеколон или гель для душа. Просто пахло. . органически. Это было единственное слово, которое она могла придумать, чтобы описать это. В нем не было ничего химического, никаких цветочных оттенков. Он пах чистотой и мужественностью, прохладно и пряно одновременно, как прогулка в лесу или стояние на вершине горы под палящим солнцем и прохладным бризом, касающимся кожи одновременно. Пэт глубоко вдохнула, бессознательно скользя руками по его талии и прижимаясь ближе.

Пэт была так увлечена ее попыткой наполнить себя его запахом, что не заметила, как смех Санто стих и он замер. Однако она ахнула от удивления, когда он внезапно схватил ее за талию и поднял с пола. В то же время он повернулся, чтобы посадить ее на кухонный остров рядом с раковиной.

Щеки порозовели, Пэт начала открывать глаза, но остановилась с полуоткрытыми, когда его рот накрыл ее рот. Затем она позволила им снова закрыться. Ее губы слегка приоткрылись от нежной ласки. Она обвила руками его шею, а затем застонала, ее спина выгнулась, когда его язык проскользнул в рот, чтобы исследовать то, что она предложила.

Пэт не забыла сокрушительной страсти, которую она испытала во время их первого поцелуя на кухне Капрелли, и все же была потрясена, когда она снова вспыхнула между ними так быстро. Ошеломленная этой силой, она сжала руки вокруг его шеи и, по сути, держалась изо всех сил, пока его рот пожирал ее, его губы и язык упивались страстью, которую они пробуждали к жизни.

Когда его рука внезапно сомкнулась на одной груди, массируя ее через лифчик и рубашку, Пэт застонала и выгнулась в ласке, ее попка слегка приподнялась над стойкой. Санто тут же просунул другую руку ей под зад и толкнул ее еще дальше по столешнице, пока их нижняя часть тела с силой не соприкоснулась.

Застонав от наслаждения, которое теперь подпрыгивало в ней, Пэт обвила ногами его бедра, притягивая его еще крепче, а затем начала дергать его за футболку, пытаясь вытащить ее из джинсов и потянуть вверх, чтобы она могла дотянуться до кожи под ней и коснуться его красивой груди. Но Санто схватил ее за руки и остановил.

Когда она прервала их поцелуй в знак протеста, Санто прорычал: «Паркер».

— О, — выдохнула Пэт, понимая, что ей удалось протолкнуться в ее пропитанный страстью мозг. Паркер. Конечно. Только поцелуи, без снятия одежды или прикосновений. Паркер может выйти. Едва она успела обдумать это, как рот Санто снова накинулся на ее. На этот раз, однако, его поцелуй был нежным прикосновением его губ к ее губам, как будто он пытался охладить их обоих. Но когда дыхание Пэт вырвалось в ответ на вздох, его рот слегка приоткрылся, как будто чтобы поймать его, а затем снова накрыл ее, оказывая большее давление, прежде чем его язык выскользнул, чтобы слегка коснуться того места, где ее собственные губы едва соприкасались. Пэт сразу же открылась, приглашая вернуться к страстному поцелую, который он впервые дал ей, и Санто со стоном подчинился просьбе. Его язык наполнил ее, сметая любой здравый смысл, за который Пэт сумела ухватиться.

Со стоном она приподнялась вверх и вперед, край стойки упирался в верхнюю часть ее бедер, а ее ягодицы слегка приподнялись, чтобы она могла приблизиться к нему. Санто снова застонал, когда ее грудь потерлась о его грудь, звук завибрировал через ее рот, а затем и через ее тело, так что ее реакция стала почти безумной от потребности, которую он резонировал в ней. Она едва заметила, как Санто завел ее руки за спину и поймал их одной рукой. Она заметила, когда его свободная рука снова накрыла ее грудь и сжала, прежде чем он нашел сосок сквозь ткань, покрывающую его, и начал тереть его большим пальцем вперед и назад.

Пэт прервала их поцелуй и, задыхаясь, откинула голову назад от огненных зарядов, прошедших через нее, а Санто немедленно начала лизать, целовать и сосать место под ее ухом, прежде чем пройти по дорожке к основанию ее горла, призывая ее откинуться назад. Он ненадолго остановился, когда добрался до открытого воротника ее рубашки поло, а затем перестал играть с ее соском и потянулся вниз, чтобы поднять край ее рубашки. Однако, как только красный материал оказался над ее грудью, он отстранился от ее горла, чтобы посмотреть на то, что он обнажил.

Глаза Санто горели, серебро в его глазах росло, и Пэт сглотнула, внезапно почувствовав себя неловко. Она уже собиралась напомнить ему, что Паркер может выйти, когда он внезапно опустил одну чашечку и опустил голову, чтобы схватиться за обнажившийся сосок.

«О Боже!» Пэт ахнула, впиваясь ногтями в руку, державшую обе ее, по очереди посасывая и лаская чувствительный кончик. Она чувствовала, как его твердая эрекция прижимается к ее ядру, ее жар прожигал ткань его джинсов и ее капри, и она не могла сопротивляться тому, чтобы сжать ноги и сдвинуть бедра, чтобы потереться о него. Возбуждение, вызванное этим действием, заставило их обоих задыхаться и напрягаться друг против друга, а затем Санто позволил ее соску выскользнуть изо рта и поднял голову, чтобы снова прикоснуться к ее губам, его язык теперь почти яростно высовывался, требуя ответа, отдачи.

Когда Санто внезапно выпустил ее руки, чтобы вслепую возиться с застежкой ее капри, Пэт быстро расстегнула ее для него. Она даже приоткрыла молнию, прежде чем он отвел ее руку в сторону, чтобы он мог скользнуть пальцами внутрь за кружевной розовый материал ее трусиков и прикоснуться к ней. Пэт ахнул в рот при первом прикосновении, а затем вскрикнула, когда один палец скользнул между ее влажными складками, чтобы исследовать то, что они скрывают.

«Тетя Пэт! Сколько времени до пиццы? А теперь я могу выпустить миссис Вигглз?

Глава 10

Все, о чем могла думать Пэт, это то, что чертовски хорошо, что бессмертные быстры, потому что, хотя они и услышали Паркера еще до того, как он добрался до кухни, у них была всего пара секунд, чтобы разойтись и поправить одежду. Санто сделал все. В мгновение ока он убрал руку с ее трусиков, застегнул кнопку ее капри, но не застегнул молнию, и стянул топ вниз, чтобы прикрыть обнаженную грудь. Он даже придвинулся к ней сбоку, чтобы открыть кран, оставив ее ноги, чтобы помочь скрыть бушующую эрекцию, пытаясь опровергнуть общеизвестный факт, что настоящая джинсовая ткань на самом деле не растягивается.

Тем не менее, это была хорошая попытка, заметила Пэт, зачарованно глядя вниз и в сторону на огромную выпуклость спереди джинсов. Боже мой, он должен быть там таким же огромным, как и везде, слабо подумала она. И он собирался заиметь отпечаток застежки-молнии на его…

«Хорошо?»

Моргнув, Пэт обернулась и увидела, что ее племянник добрался до кухни. Она смотрела на него с выражением, в котором не было ничего, кроме члена Санто с молнией. «Что?»

Паркер обиженно вздохнул. «Я спросил, когда придет пицца», — раздраженно сказал он. — А теперь я могу выпустить миссис Вигглз?

Пэт уставилась на него, пытаясь собрать остатки рассеянного здравого смысла, а затем нахмурилась. «Во-первых, мы не кричим в квартире. Мы выходим и спрашиваем вежливым тоном, чтобы соседям не мешать, — начала она и тут же услышала какой-то явно более мудрый голос в голове: «Да ладно Петронелла». Ты же не получишь никакого предупреждения в следующий раз, а Паркер увидит, как вы с Санто играете в поцелуи и ощупывание на кухне, и получит травму на всю жизнь.

Не обращая внимания на этот мудрый голос, Пэт продолжила: «Во-вторых, пицца должна быть здесь через…» Она взглянула на часы на плите, быстро подсчитала и сказала: «Пятнадцать минут».

— А-а-а, — простонал Паркер. «Я голоден.»

— И, — твердо продолжила она, — нет, ты не можешь выпустить миссис Вигглз до тех пор, пока не будет доставлена пицца. Я не хочу, чтобы она выскользнула за дверь, когда придет разносчик».

— Ладно, — фыркнул Паркер, возвращаясь в холл. — Тогда позови меня, когда пицца будет здесь.

— Ладно, — фыркнула Пэт, наблюдая, пока он не скрылся из виду, и она не услышала, как закрылась дверь его спальни.

Она уже собиралась повернуться к Санто, как вдруг он оказался перед ней и снова задрал ее рубашку. Расширив глаза, она посмотрела вниз, но он просто натянул чашечку ее лифчика, чтобы прикрыть ее грудь, а затем снова одернул подол. Однако он не выпустил его, заметила она. Неуверенно взглянув вверх, она заметила борьбу, происходящую на его лице.

— Я хочу посмотреть на тебя, — признался Санто.

Пэт моргнула от признания, а затем слегка выпрямилась, откашлялась и просто прошептала: «Хорошо».

Напряжение немного спало с него, и Санто медленно приподнял подол, который все еще держал, обнажая ее живот, а затем ее груди, обтянутые розовым кружевом.

— Красиво, — выдохнул он, протягивая другую руку, чтобы легко провести пальцами по вершинам кружевных чашечек.

Пэт вздрогнула и прикусила губу, когда от его пальцев побежали мурашки, а затем он внезапно схватился за рубашку обеими руками и начал ее дергать. Но Пэт схватила его за руки, чтобы остановить.

«Паркер», — это все, что она сказала, но этого было достаточно.

Санто остановился, но тоже нахмурился, а затем огляделся, пока его взгляд не остановился на двери ее домашнего офиса. — Мы можем пройти в твой кабинет?

Пэт колебалась, несколько разрываясь. Она все еще была мокрой и ее тело болело, и ей хотелось, чтобы он снова поцеловал и прикоснулся к ней, но, захлопнув эту дверь, она соскользнула с прилавка, взяла его за руку и повела в свой кабинет, ее торчащие соски указывали путь.

Санто отпустил ее руку, как только они вошли в кабинет, и включил свет. Затем он закрыл дверь офиса и повернулся, чтобы прислониться к ней, а не приближаться к ней.

Пэт неуверенно посмотрела на него. — Я думала, ты хочешь. ". Она пожала плечами.

— Боюсь, если я прикоснусь к тебе, я начну то, что мы не успеем закончить, — признался он, слегка криво улыбнувшись.

«Ой.» Она неуверенно переступила с ноги на ногу, а затем спросила: «Тогда ты хочешь вернуться на кухню?»

«Нет. Я хочу посмотреть на тебя, — заверил ее Санто, а затем своим низким голосом, понизив еще одну октаву, сказал: — Сними для меня свой топ.

Пэт закусила губу и снова пошевелилась. Одно дело, когда он стягивает с нее одежду в разгар страсти, или даже когда она помогает ему раздеться в разгар страсти. Но совсем другое дело, когда она устраивала ему стриптиз.

«Хотя в лифчике видно не больше, чем в купальнике, — заметил этот голос, казавшийся таким мудрым всего несколько мгновений назад. Так в чем же проблема?

— Верно, — пробормотала вслух Пэт, а затем закатила глаза, когда поняла. Разве разговор с самим собой не был первым признаком безумия?

Покачав головой, Пэт решила справиться с этим, как со снятием повязки, и вместо медленного стриптиза, просто схватила низ ее рубашки, потянула вверх, через голову и сняла.

«Та-да». Это должно было быть шуткой, но ни один из них не смеялся. Санто точно нет. Его глаза наполнились серебром, как будто жидкая ртуть разливалась, чтобы покрыть черноту. Это сбивало с толку, но не так сбивало с толку, как когда он внезапно двинулся к ней, используя свою бессмертную скорость. В одну минуту он лениво прислонялся к двери, а в следующую оказался всего в нескольких дюймах от нее, и она была вынуждена запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Пэт нравился его рост, но если серьезно, иногда это могло причинять боль, как сейчас, когда она была уверена, что у нее сломается шея, если ей придется продолжать смотреть на него вот так, подумала она, а затем посмотрела вниз. когда он взял рубашку из ее безвольной руки.

Она смотрела, как он наклонился мимо нее, чтобы положить рубашку на стол, а затем повернулся к ней лицом, А потом внезапно упал перед ней на колени. На самом деле так даже лучше, решила Пэт, немного расслабившись. По крайней мере, у нее не сломается шея, о которой она так беспокоилась, подумала она и смотрела, как он осматривает ее, его глаза путешествовали по каждому дюйму обнаженной плоти. Она почти чувствовала его взгляд, как физическое прикосновение, когда он скользил по ее коже, и ее тело реагировало так, как если бы он это делал. Ее соски еще больше затвердели, мышцы живота напряглись, а по спине побежали мурашки. Пэт терпела это до тех пор, пока она просто не могла больше терпеть, а затем она потянулась к нему.

Санто тут же схватил ее за руки, не давая ей прикоснуться к себе. Он слегка, но крепко сжал ее руки, облизал губы, а затем прорычал: «Сними лифчик».

Пэт могла бы возмутиться, если бы его голос не звучал так измученно, но он звучал так же взволнованно, как и ее. Поэтому, когда он отпустил ее руки, она завела их за спину и расстегнула лифчик. Затем она немного помедлила, поймав концы лифчика, чтобы удержать его на месте, но, наконец, заставила себя отпустить их и позволила тонкой ткани соскользнуть с ее рук на пол между ними. Затем Пэт молча стояла перед ним. Ожидая.

Санто ненадолго закрыл глаза, как будто ее вид обжег его роговицу. Когда он снова открыл их, они сверкали блестящим серебром, и в них не осталось ни капли черного. Его голос был грубым рычанием, когда он сказал: «Я хочу попробовать тебя на вкус».

Пэт с облегчением потянулась к нему, но он снова схватил ее за руки, чтобы остановить. Разведя их в стороны, он наклонился вперед и поймал губами один сосок. Она смотрела, как он исчезает в его рту, а затем закрыла глаза и застонала, когда он начал посасывать его. Когда он издал ответный стон, мягкий гул на ее чувствительном соске заставил ее колени подогнуться, и она упала бы, если бы Санто не выпустил ее руки, чтобы быстро схватить ее за бедра. Тогда Пэт обхватила его голову и позволила своей собственной голове упасть вперед, ее длинные черные волосы упали вниз, чтобы защитить их обоих, когда он поднял ее и продолжал пожирать одну грудь, прежде чем отпустить ее, чтобы повернуться к другой. Он уже собирался сомкнуть губы над кончиком возбужденного соска, когда на столе позади нее зазвонил телефон.

Они оба замерли, а затем Пэт вздохнула и прошептала: «Это пицца».

«Вовремя» Голос Санто был хриплым от волнения, а затем он прочистил горло и встал, схватил ее лифчик и протянул ей. Оставив ее надевать его, он обошел стол, чтобы ответить на звонок.

Быстро надев лифчик, Пэт слушала, как он здоровается со звонившим. Закончив, она схватила свою рубашку и повернулась, чтобы посмотреть на него в последовавшей тишине, и увидела, когда он с замешательством смотрел на телефон. Зная, что он пытается понять, как впустить курьера, Пэт сказала: «Нажми на цифру под кнопкой с цифрой девять».

Она подождала, пока он нажмет нужную кнопку, а затем переключила внимание на свою рубашку. Она была наизнанку, и когда она начала выворачивать ее, Санто положил трубку и взглянул на нее. Улыбка с оттенком сожаления тронула его губы, а затем он сказал: — Я открою дверь, пока ты одеваешься.

— Моя сумочка на острове, — сказала она. — Просто возьми немного денег из моего кошелька.

— Я заплачу, — твердо сказал он, прежде чем открыть дверь кабинета и выскользнуть из комнаты.

Пэт смотрела, как закрывается дверь, а затем со вздохом снова обратила внимание на свою рубашку. Она полагала, что должна быть расстроена из-за того, что связалась с кем-то, кого не очень хорошо знала, и кто был, бессмертным вдобавок, но в основном она просто чувствовала разочарование из-за того, что им пришлось остановиться. Этот человек был как наркотик. . и она хотела большего. Она хотела его всего. Она хотела, чтобы он двигался внутри нее, его руки обнимали ее, и его дыхание смешивалось с ее дыханием, когда они целовались, и мир вокруг них таял.

Вместо этого она собиралась поесть пиццу и, возможно, посмотреть диснеевский фильм на своем компьютере, если только они не настроят телевизор Паркера и не подсоединят к нему ее компьютер, чтобы посмотреть его на большом экране. У нее был аккаунт в iTunes. Покупка фильма не должна занять больше минуты.

Черт, внезапно осознала Пэт. Телевизор и игровое оборудование Паркера все еще лежали в багажнике ее машины. Хм. Как она могла забыть обо всем этом? Так же, как она забыла, что на прилавке в кухне все еще лежат продукты, ожидающие, когда их уберут, с усмешкой подумала Пэт, выходя из офиса и увидев доказательства всего, что она еще не сделала. Боже, брось в ее жизнь одного здоровенного мужика, и она станет бесполезным существом, с отвращением к себе подумала Пэт.

Что ж, пора это изменить, твердо сказала она себе и подошла к своей сумочке, чтобы порыться в ней в поисках ключей от машины.

«Ух ты! Действительно? Спасибо чувак. Это отличные чаевые».

Санто хмыкнул в ответ на благодарность курьера и, держа в одной руке три коробки с пиццей, другой рукой начал закрывать дверь, но остановился и с удивлением посмотрел вниз, когда Пэт вдруг нырнула под его руку и выбежала в коридор.

«Я забыла в машине телевизор и игровое оборудование», — крикнула она, устремляясь к лифту.

— Подожди, я… черт, — пробормотала Санто, когда дверь лифта открылась, и она исчезла внутри.

— Женщины, да? — сказал посыльный, качая головой. «Ты не можешь жить без них, и ты не можешь связать их, чтобы держать их там, где вы хотите».

— Так говорит Маргарита, — проворчал Санто, а затем закрыл дверь и быстро понес пиццу на остров. «Паркер!»

— Пицца прибыла? — взвизгнул мальчик, выскочив из своей комнаты и побежав на кухню.

«

Si

. Приготовь тарелки и салфетки и реши, что хочешь выпить. Твоя тетя спустилась вниз, чтобы забрать твой телевизор и игровую приставку, и я собираюсь ей помочь. Не начинай без нас и не выпускайте кошку, пока мы не вернемся, — твердо прибавил он, а потом развернулся и поспешил вон из квартиры.

Курьер ждал у лифта, когда Санто вышел в холл. Когда подросток улыбнулся и помахал рукой, он кивнул, но повернулся к лестнице, не дожидаясь лифта. Санто не стал сдерживать скорость. Он не видел камер на лестничной клетке, поэтому с бессмертной скоростью мчался вниз по тринадцати пролетам к уровню подземной парковки.

Ранее он и Паркер помогали забирать продукты из ее машины, он знал, что место для парковки Пэт было на самом деле по другую сторону лифтов, поэтому вместо того, чтобы открыть дверь в гараж с этой стороны, он выбрал дверь, которая вела к лифту. Он нахмурился, когда заметил сгорбленную фигуру, ожидающую в конце этого короткого коридора, выглядывающую из-за угла. Они оба были в коротком холле, который поворачивал налево в более длинный холл, который шел перед лифтами во второй короткий холл, который поворачивал обратно за лифтами к другой лестнице на другой стороне и еще одной двери, ведущей на парковку. Фигура была стариком, который сейчас принял позу озорного мальчишки, готовящегося проказничать.

С любопытством Санто проскользнул в разум человека, когда тот приблизился, его интерес уступил место гневу, когда он прочитал мысли в голове старого извращенца. Это был управляющий, и он наблюдал за изображениями камер в своей квартире, так что видел, как Пэт бросилась к лифту. Подозревая, что она спускается к своей машине, он поспешил из своей квартиры на первом этаже и спустился сюда в надежде напугать «черт возьми эту высокомерную маленькую китаянку, которая думала, что она намного лучше его. Он покажет ей. Может быть, на этот раз он так напугает ее, что она расплачется, и ему придется ее утешать. И, может быть, он сможет ощупать ее хорошенькие сиськи так же, как и тот чувак.»

Остановившись позади старого дегенерата, Санто ткнул его в спину и сердито посмотрел на человека, когда тот вскрикнул и обернулся, чтобы уставиться на него широко открытыми глазами.

«Иди домой, выключи свои камеры и даже не думай больше шпионить или беспокоить своих жильцов, иначе я узнаю и нанесу тебе визит».

Санто на самом деле не собирался контролировать его, но он был недоволен. Когда лицо мужчины стало пустым, и он пошел к двери на лестничную клетку, из которой только что вышел Санто. Санто наблюдал за ним, пока не услышал звонок, возвещающий о прибытии лифта. Затем он повернулся и подошел, чтобы встать перед ними, чтобы он был первым, кого увидит Пэт, когда дверь откроется.

— О, ого, — с удивлением сказала она, выходя. «Как ты… о, да, бессмертная скорость, верно?»

Пэт не стала ждать ответа, только улыбнулась и покачала головой, направляясь за угол к двери на парковку.

«Я подумала, может быть, мы могли бы посмотреть фильм с Паркером, пока мы едим нашу пиццу», — объяснила Пэт, открывая дверь с надписью «Парковка» и ведя его в большой темный бетонный гараж, полный машин, выстроенных в очередь на отведенных им местах. «Но потом я поняла, что оставила его телевизор и игровое оборудование здесь, в машине, поэтому решила сбегать и забрать их. Надеюсь, установка не займет много времени. Я бы не хотела, чтобы пицца остыла, но я помню вечера с пиццей, когда была ребенком, и это всегда была пицца и кино, так что….». Она отмахнулась от остального, обошла свою машину и подошла к багажнику.

«Тебе не нужно было приходить мне на помощь», — продолжила Пэт, отпирая багажник. — Хотя это очень мило с твоей стороны. Ты вроде милый парень под всем этим ворчанием и прочим, да? По крайней мере, я знаю это.

Санто слегка нахмурился от этих ироничных слов. Это заставило его понять, что, несмотря на то, что он, наконец, заговорил, она все еще мало что знала о нем, кроме того, что он был инженером-строителем, который делил свое время между Канадой и Италией, и что он играл на барабанах. Это, конечно, потому, что до сих пор они говорили только о Дресслере и мистере Парди. Однако он должен исправить это, решил Санто, и как можно быстрее, поскольку Маргарита настояла, чтобы он позволил Пэт познакомиться с ним, прежде чем он начнет какой-либо бессмертный секс со спутницей жизни. Он не думал, что сможет прожить долго, не сделав ее своей физически. У женщины было чертовски много страсти в ее маленьком теле, и его тело рвалось исследовать его.

Если бы не Паркер и доставка пиццы, они, вероятно, уже валялись бы без сознания на острове прямо сейчас. И хотя он сказал себе, что не будет прикасаться к ней в офисе, это тоже пошло не совсем по плану. Он довольно быстро отказался от запрета на прикосновение к ней, чтобы вцепиться в ее сосок, как только он был выставлен напоказ, и был уверен, что если бы у них была еще пара минут, он бы полностью отказался от этого и оставил бы ее голой. на полу под ним. . и, вероятно, задушил бы ее, когда они оба потеряли сознание, как это обычно бывает с настоящими спутниками жизни при первом сексе.

Об этом следует помнить, когда они, наконец, займутся сексом, мрачно подумал Санто. Она должна быть сверху.

«Я должна была захватить сумку, чтобы положить в нее элементы управления и динамики».

Санто заставил себя обратить внимание на Пэт, когда она хмуро посмотрела на вещи в своем багажнике. Он коротко подумал, затем отодвинул ее в сторону и взял телевизор. Он перевернул его лицевой стороной(экраном) вниз, затем прижал край к груди и сказал: «Положи коробку с игрой и динамики сверху. Тогда ты сможешь справиться с контроллерами и дверями.

«Ой. Разве ты не гений, — похвалила Пэт с ухмылкой. Она подняла коробку с игрой, чтобы положить ее вместе со шнуром на заднюю панель телевизора, как он и предлагал. Затем последовали динамики, а затем она собрала контроллеры и закрыла багажник.

— Паркер знает, куда мы пошли? — спросила она, возвращаясь к двери.

«

Si

. Он принесет тарелки, салфетки и напитки. По крайней мере, его напиток, — добавил он, повернувшись боком, чтобы проскользнуть через вход со своей ношей, когда она открыла дверь гаража и придержала ее для него.

«Ты, должно быть, дал курьеру большие чаевые», — прокомментировала Пэт, когда она суетилась вокруг него в холле, чтобы опередить его и нажать кнопку лифта. — Я слышала, как он горячо благодарил тебя, когда подошла к вам сзади.

Санто неопределенно хмыкнул. Он всегда давал большие чаевые. Он ценил хорошее обслуживание и без проблем платил за него, к тому же парень был быстрым, дружелюбным и вежливым. В противном случае он бы не стал беспокоиться, подумал Санто, когда дверь открылась, и он повернулся боком, чтобы войти в лифт.

Он заметил, что Пэт посмотрела в обе стороны по коридору, прежде чем последовать за ним и нажать кнопку ее этажа.

«Что ты искала?» — спросил Санто, подозревая, что уже знает.

«О, управляющий обычно любит выскакивать и пытаться напугать меня, когда я прихожу или ухожу. Но я не видела его, когда мы приехали. Это заставляет меня задуматься, все ли с ним в порядке».

«Он?» — спросил Санто, а когда она взглянула на него, добавил: «Тебя напугал?»

Пэт фыркнула на это предложение. «Этот старый мудак? Я могу уложить его одной левой или даже с обеими руками, связанными за спиной. Хотя, — добавила она с кривой усмешкой, — ему удалось напугать меня в первые пару раз после того, как я переехала. Она пожала плечами. — Впрочем, теперь я к этому привыкла. Пэт нахмурилась, прежде чем добавить: «Однако я беспокоюсь о других дамах. Я подозреваю, что есть пара старых приятельниц, которые боятся его, и я подумала, может быть, мне следует написать письмо владельцам здания и сообщить им, что он вытворяет. Клянусь, он шпионит за всеми, кто приходит и уходит, что не так уж и плохо. Я имею в виду, что вряд ли кто-то войдет без его ведома, но я думаю, что ему нужно выдворить всех жильцов. Если бы он это сделал, он был бы идеальным менеджером».

Пэт начала болтать о других жильцах в здании. Санто подозревал, что она просто немного болтлива, потому что после того, что между ними произошло, ей было немного неловко с ним. Он слушал ее вполуха, но большая часть его разума теперь обдумывала ее слова, и он задавался вопросом, должен ли он был внушать приказ управляющему идти домой, выключить камеры и больше не беспокоить своих жильцов. Это действительно проделало большую брешь в системе безопасности, установленной в этом месте.

Санто решил, что сегодня вечером он остановится у двери этого человека и поговорит с ним на выходе. Пусть он снова включит свои камеры и смотрит на них, как обычно.

«Вот.»

Санто переключил свое внимание на двери, когда они начали открываться, но позволил Пэт выйти первой, прежде чем повернуться боком и следовать за ней.

Глава 11

«Классно же?»

Пэт слегка улыбнулась нетерпеливому требованию Паркера в ту минуту, когда пошли титры, но признала: «Это было интересно. Мне на самом деле понравилось.»

«Я говорил вам, что это хорошо», — напевал Паркер, спрыгивая с мягкого стула, в котором он сидел, и возбужденно танцевал по комнате. «Стражи Галактики потрясающие! Я смотрел его раз тридцать, и каждый раз он по-прежнему хорош».

«Что?» — завопила она, схватив диванную подушку рядом с собой и бросив ее взволнованному племяннику. Она разминулась с ним на милю, но он остановился и усмехнулся ей. Покачав головой, она спросила: «Зачем ты хотел, чтобы я купила его, если ты его уже видел? И тридцать раз?

«Потому что это потрясающий фильм», — сказал ее племянник тоном, который предполагал, что это должно быть очевидно. «Вторая тоже очень крутая. Не так хороша, как первая, конечно, но все же хороша. Можем ли мы посмотреть ее сейчас? Пожалуйста?»

Пэт взглянула на настенные часы над газовым камином и покачала головой. «Извини, приятель, завтра в школу. Кровать ждет тебя.

— А-а-а, — заскулил он. — Значит, завтра?

— Может быть, завтра, — с легкой улыбкой согласилась Пэт. Ей действительно понравился фильм.

«Потрясающе!» Паркер взвизгнул, а затем поспешил обратно к креслу, на котором сидел, и схватил миссис Вигглз с огромной мягкой скамьи для ног, на которой она отдыхала перед ним. Бедная кошка спала. Она тут же проснулась и явно была недовольна тем, что ее встряхнули, но Паркер успокаивающе погладил ее и вышел из комнаты, воркуя: «Пошли, миссис Вигглз. Мы должны готовиться ко сну. Завтра учебный день».

Пэт смотрела, как он уходит, ласковая улыбка изогнула ее губы.

— Ты действительно любишь его.

Пэт взглянула на Санто на этот комментарий. Он сгорбился на противоположном конце дивана, скрестив лодыжки, положив ноги на журнальный столик и сцепив руки на груди. Он был так неподвижен на протяжении большей части фильма, что она была уверена, что он спит. Но каждый раз, когда она смотрела на него, его глаза были открыты, и она была совершенно уверена, что слышала, как он пару раз хихикал.

— Конечно, я люблю его, — сказала она наконец. «Он мой маленький мальчик. И, вероятно, он единственный мой шанс понянчиться и воспитать ребенка».

Санто резко взглянул на нее, приподняв брови. «Почему?»

Пэт пожала плечами и села, чтобы начать собирать стаканы и тарелки с кофейного столика от их пиццы, когда она сообщила ему: «В следующем месяце мне исполнится тридцать семь, и я осталась без серьезного партнера или даже каких-либо реальных перспектив в поле зрения. И я не из тех, кто заинтересован ребёнком из пробирки и воспитанием ребёнка одной. Хотя я думала об этом в начале этого года, — призналась она, вставая с собранными предметами и направляясь на кухню.

Санто и Паркер установили телевизор и ее ноутбук на каминную полку в гостиной и все подключили, пока она перекладывала тарелки и салфетки, которые Паркер собрал, на кофейный столик и приносила напитки. Затем она также принесла пиццу, прежде чем использовать свой ноутбук для покупки «Стражей Галактики» в iTunes по настоянию Паркера. Было семь, когда они сели за пиццу и кино. «Стражи Галактики» длились два часа. Конечно, они поели задолго до окончания фильма. Но все было хорошо. Хороший семейный вечер, который, по ее мнению, им всем понравился.

— Ты думала о том, чтобы завести ребенка? — спросил Санто, следуя за ней с остатками обеда.

«Ну, конечно», — сказала Пэт, выбрасывая корочки от пиццы и салфетки в мусор, а тарелки и стаканы — в посудомоечную машину. Выпрямившись, она добавила: «Я имею в виду, я реалистка. Уже поздно рассчитывать на появление подходящего человека. И часики тикают».

«Часики?» — неуверенно спросил Санто.

«Ну, парень не сделает предложение сразу, так что, нужно про встречаться год, а потом еще как минимум год помолвка. Кроме того, немногие мужчины хотят иметь ребенка сразу после свадьбы. Пары должны приспособиться друг к другу, прежде чем они заведут ребенка, поэтому пройдет, по крайней мере, еще год, прежде чем мы начнем пытаться. . А потом девять месяцев беременности. Даже если завтра я встречу мистера Правильного и все пройдет идеально, мне, наверное, будет не меньше сорока одного, а может, даже сорок два, прежде чем я разрожусь.

Она пожала плечами. «Но это сомнительно. После сорока фертильность снижается, так что с первой попытки я вряд ли забеременею. А еще есть повышенные риски, как для ребенка, так и для матери в этом возрасте. Возрастает риск гипертонии, гестационного диабета и преэклампсии. Как и возможности выкидышей и хромосомных аномалий». Она вздохнула при мысли об этом, а затем сказала: «Но даже если мне повезет и у меня родится здоровый ребенок с первой попытки….». Пэт скривилась и спросила: «Рожать в сорок один или два года? Это означает, что мне будет за пятьдесят, когда они станут энергичными восьмилетками, и мне будет за шестьдесят, когда они окончат среднюю школу. И если они протянут до сорока, чтобы завести ребенка, пятьдесят на пятьдесят относительно того, буду ли я вообще рядом, чтобы увидеть своих внуков. Но если я все же доживу, я уже буду не в той форме, чтобы помогать с такими вещами, как присмотр за детьми и прочее».

Скрестив руки на груди, Пэт призналась: «Итак, я подумала о том, чтобы сделать ЭКО и сделать его прямо сейчас».

— Но ты отказалась от этой идеи, — тихо сказал Санто.

Пэт поколебалась, а затем сказала: «Наверное, я старомодна. Я считаю, что у ребенка должно быть два родителя. Я также считаю, что супругов должны быть родители или, по крайней мере, кто-то, кто поддержит их в воспитании ребенка, и хотя у меня есть сестра и родители, они все врачи, и всегда заняты. У них нет времени быть моей поддержкой. Так. ". Она пожала плечами. «Если не произойдет чудо или несчастный случай, у меня, вероятно, не будет детей».

Пэт замолчала и ждала его ответа, но почувствовала себя неловко, когда заметила выражение лица Санто. Мужчина выглядел так, словно его только что сбил грузовик Mack Truck. Подняв брови, она спросила: «Что?»

Санто покачал головой. «Я вижу, откуда Паркер этого набрался».

«Что?» — спросила она полу смеясь, сбитая с толку комментарием.

— Его склонность так много думать и выплевывать факты и данные, — сказал он рокочущим голосом.

Прежде чем Пэт успела ответить, Паркер бросился на кухню. Он был в пижаме, с вымытым лицом и почищенными зубами, готовый к объятиям на ночь. Пэт улыбнулась мальчику и наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку и обнять. Выпрямляясь, она напомнила ему: «Не забудь поставить будильник на мобильнике».

— Не забуду, — пообещал он, а затем удивил ее, обойдя вокруг нее, чтобы также обнять Санто на прощание.

Если она и была удивлена, то не меньше, чем Санто. Его глаза недоверчиво расширились, но он обнял мальчика в ответ и даже ласково взъерошил ему волосы, прежде чем с несколько ошеломленной улыбкой наблюдать, как Паркер снова выбегает из комнаты.

— Дети? — сказала она с улыбкой, а затем повернулась к кофе машине и начала варить кофе.

— Да, — пробормотал Санто, а затем объявил: — Я хотел бы иметь еще одного ребенка. На самом деле я хотел бы иметь гораздо больше».

Пэт напряглась, а затем повернулась, чтобы посмотреть на него. «У тебя есть ребенок? Ты женат?»

— Нет, я не женат, — твердо заверил ее Санто, а затем добавил: — Но у меня были дети от бессмертной женщины, которая не была моей спутницей жизни. Точнее пять. Мальчики-близнецы, девочки-близнецы, и еще один мальчик». Его подбородок ненадолго сжался, и она увидела, как боль промелькнула в его глазах, а затем он добавил: «Они все мертвы, как и их мать».

Пэт медленно выдохнула, а затем сглотнула, прежде чем вернуться к кофе машине и пробормотать: «Извини. Что с ними случилось?»

Санто так долго молчал, что она была уверена, что он не ответит. Пэт не давила на него и не комментировала, она просто продолжала заниматься приготовлением кофе, а затем отошла за чашками, сахаром и сливками. Она только что закончила собирать предметы и вернулась, чтобы посмотреть, как начинает капать кофе, когда Санто глубоко вздохнул, а затем сказал: «Пожар».

Пэт быстро взглянула на него, но увидела замкнутое выражение на его лице и только пробормотала еще раз: «Извини» и снова повернулась к кофейнику. Но через мгновение она больше не могла выносить тишины и прошла мимо него, чтобы войти в холл, бормоча: «Мне нужно в ванную».

Пэт обошла ванную в холле и зашла за угол в свою. Включив свет и вентилятор одной рукой, она закрыла дверь другой и остановилась, увидев себя в зеркале. По фотографиям своей биологической матери, которые она видела, она знала, что похожа на нее, за что была ей благодарна. Пэт всегда считала свою мать красивой и любила думать, что она тоже. Теперь она осмотрела себя критически.

Волосы у нее были длинные, прямые и угольно-черные. У нее был маленький нос, широкие скулы и маленький, но пухлый, почти надутый рот. Ее глаза были скучного темно-карего цвета, но большие и круглые, с параллельной складкой. В целом, она была довольна своим лицом. Это было ее тело, которым она никогда не была довольна. Короткое, тонкое, и мало чем можно похвастаться в грудном отделе. Будучи подростком, Пэт мечтала быть высокой и фигуристой, как Маргарита, и молилась о том, чтобы когда она вырастет, повзрослеет у нее появятся длинные сексуальные ноги и некоторые изгибы. Такого всплеска роста не произошло. В свои тридцать шесть она все еще была небольшого роста, пять футов два фута(158 см), и у нее все еще не было тех изгибов, которые ей бы нравились.

В то время как Пэт научилась жить с тем, что ей дали, теперь она несчастно смотрела на себя и задавалась вопросом, как выглядела мать детей Санто. В ее воображении она представляла кого-то высокого, как амазонка, с длинными ногами и большой грудью, и чувствовала себя совершенно неадекватной по сравнению с ней.

— Идиотка, — нетерпеливо пробормотала Пэт и отвернулась от зеркала.

Позаботившись о нужде, она сказала себе, что неважно, как выглядела женщина, теперь она мертва. Кроме того, Санто, похоже, находил Пэт достаточно привлекательной. Не то чтобы это имело значение, поскольку она все равно не собиралась связываться с ним.

Но как насчет романа? Та часть ее мозга, которая раньше казалась такой мудрой, теперь предлагала и указывала. Не нужно узнавать друг друга лучше, чтобы иметь хороший обезьяний секс. Черт возьми, он даже не собирается быть рядом достаточно долго. Еще день или два, и та подмога, которую они ждут, должна появиться, чтобы они могли разобраться с ситуацией с Парди. Они могут приехать даже завтра. Он может уйти завтра днем или ночью.

Пэт нахмурилась при этой мысли. . Санто уйдет из ее жизни так же быстро, как и появился. По какой-то причине это не понравилось ей, так как в ту ночь, когда Маргарет появилась с мужчинами, она заметила их глаза и поняла, что они бессмертны. Это было только прошлой ночью, внезапно осознала она и была потрясена этим знанием. Неужели он действительно пробыл в ее жизни всего двадцать четыре часа?

На это она покачала головой, а затем подумала. По правде говоря, это даже не будет романом. Ну, нет, если бессмертные прояснят ситуацию и покинут Олбани на следующий день, что было возможно. Так что, если она пойдет туда и прыгнет на его кости прямо сейчас, это может быть удовольствие на одну ночь. Секс на одну ночь, поняла Пэт, и хотя она обычно не увлекалась подобными вещами, Санто был довольно заманчивым угощением.

«Заманчиво», — заверил ее мудрый голос. Это будет не просто секс на одну ночь, это будет лучшая ночь в твоей жизни. Пэт кивнула, почти уверенная, что это правда. Та химия, которую она испытала с Санто, была редкостью, как и страсть, которую она испытала с ним. То, что она испытала с ним, было тем, с чем она вряд ли столкнется снова в своей жизни, призналась Пэт себе, спуская воду в унитазе и подойдя к раковине, чтобы вымыть руки. Короткая интрижка с ним даст ей, о чем вспомнить в старости. Что в этом плохого?

«Ничего», — сказала Пэт своему отражению, выключая воду и вытирая руки. «Ты большая девочка. Ты можешь справиться с горячим сексом без обязательств с большим парнем, не вовлекаясь эмоционально. Просто сконцентрируйся на сексе и избегай разговоров, чтобы не узнать его лучше, и все должно быть хорошо».

Им нужно поговорить, мрачно признал Санто, когда кофе машина выплюнула остатки своего напитка. Он знал, что это правда, когда смотрел, как Пэт уходит по коридору с застывшим выражением лица. На минуту, когда она обошла ближайшую ванную и скрылась за углом своей комнаты, он испугался, что она узнала, что он солгал, когда рассказал ей, как умерли его дети. Он боялся, что после того, как он был так открыт и честен в отношении ее желания иметь ребенка, но ее вера в то, что она не успеет их завести, в купе с его ложью, расстроила ее так сильно, что она могла закрыться в своей спальне и не вернуться. Эта мысль заставила его грудь сжаться от паники, а затем он услышал, как включился вентилятор в ванной, а затем звук закрывающейся двери, и к нему вернулся здравый смысл. Она не бросила его. Она пошла в ванную.

Но это заставило Санто задуматься. Она была его спутницей жизни, его шансом на покой, счастье и на менее одинокую жизнь. С ней у него могла быть невероятная страсть, семья, его вторая половинка. Зная это, он никогда не сможет просто уйти от нее. Но Пэт сможет. Она была смертной и ничего этого не знала. Она и представить себе не могла, какой прекрасной может быть для них жизнь. Для нее он был просто парнем, которого она признавала привлекательным и с которым испытала вкус страсти. И эта страсть может быть не больше, чем она испытывала со смертными мужчинами. Они еще не испытали полномасштабной страсти, которую могли бы испытать вместе. Пэт не прикасалась к нему, разве что обняла его за шею в тот первый раз на кухне Капрелли, и он не позволял ей прикасаться к себе сегодня вечером. Зная, что Паркер был поблизости и что доставщик пиццы скоро появится, Санто намеренно не давал ей прикасаться к нему, чтобы они оба не потеряли над собой контроль. В таком случае он не сомневался, что Пэт могла просто уйти от него в любой момент.

Ему нужно было это изменить. Ему нужно было дать ей возможность узнать его. И ему нужно было рассказать ей правду о том, как погибли его дети. Пожар — это лишь часть, все было намного хуже, чем просто пожар. На самом деле настолько плохо, что Санто так и не смог заставить себя рассказать об этом кому-либо. Даже его мать не знала всей полноты того, что произошло в тот день, а она знала больше, чем большинство. Но он мог слышать голос Маргариты в своей голове, говорящий ему, что ему нужно поговорить с Пэт и позволить ей узнать его, и он знал, что, вероятно, должен рассказать ей об этом, поскольку это во многом сделало его тем, кем он был.

Поморщившись, Санто подошел к кофе машине, когда она наконец закончила. Да, им определенно нужно поговорить, решил он, начав насыпать сахар в каждую чашку. Она должна была узнать его. Он хотел, чтобы она это сделала, подумал он, наливая им обоим кофе и добавляя сливки. Он откроется ей и, надеюсь, заслужит часть ее сердца.

А потом он покажет ей страсть, которую делят спутники жизни и попросит ее стать его спутницей жизни.

Удовлетворенный этим планом, Санто размешал обе чашки кофе, затем взял их и отнес в гостиную. Однако, оказавшись там, он сделал паузу. Хотя Паркер и сидел в кресле, а раньше они делили диван, сейчас он не думал, что это хорошая идея. Если он хотел поговорить, то, вероятно, было бы лучше, если бы он сел в кресло, а она села на кушетку. Было меньше шансов на случайное прикосновение или касание рук или ног, что могло бы привести к поцелую, а затем….

— Определенно лучше, — пробормотал Санто, ставя ее чашку на кофейный столик перед диваном, а затем относя свою к столику рядом с креслом. Он только поставил его, когда услышал слабый звук открывающейся двери ванной и шорох ее возвращения по коридору. Довольный тем, что он все устроил так, чтобы они могли поговорить так, как им было нужно, Санто устроился в кресле и попытался расслабиться.

Ноги Пэт замедлили шаг, когда она вышла из холла и огляделась, чтобы увидеть, что кухня пуста. Она уже начала беспокоиться, что все ее волнения были напрасными, и Санто ушел, пока она была в ванной, когда он окликнул ее из гостиной.

— Я приготовил нам обоим кофе и принес сюда, чтобы мы могли поговорить, — объявил он, Пэт повернула голову и увидела его сидящим в кресле, который ранее занимал Паркер.

Брови Пэт поднялись, а затем слегка опустились. Он звучал очень серьезно, что заставило ее нервничать, поскольку она задавалась вопросом, о чем он хочет поговорить. На самом деле, его намерение поговорить не совсем соответствовало только что принятому ею решению о коротком романе, включающем только секс. Она больше думала о том, чтобы помолчать и заполнить их время безумно горячим сексом, чтобы в конце концов разойтись, как после отличной дикой прогулки в парке развлечений. Возможно, это когда-нибудь повторится, а может и нет.

— Проходи, пока не остыло, — сказал Санто, когда она просто стояла и смотрела на него.

Вздохнув, Пэт неохотно вошла в гостиную, чтобы присоединиться к нему, но остановилась у дивана и нахмурилась, глядя на него в кресле. Будет трудно спровоцировать какую-либо ерунду с ним, если он так далеко.

— Не лучше ли тебе сесть здесь рядом со мной? она спросила.

Санто покачал головой и взял кофе. «Мне и здесь хорошо».

— О, — пробормотала она и несчастно уселась на кушетку. Все вышло не так, как она надеялась, мрачно подумала Пэт, взяв кофе и отпив глоток.

«Я родился в 965 году до нашей эры».

Кофе, который Пэт только что набрала в рот, хлынул обратно, как вода из пережатого садового шланга, когда она задохнулась от шока, а затем поперхнулась и выплюнула его от этого объявления.

Санто тут же вскочил со своего места и оказался рядом с ней, его лицо выражало беспокойство, когда он хлопнул ее по спине. «С тобой все в порядке?»

— Д-да, — выдохнула она, поднимая руку, чтобы он перестал ее бить. Боже мой, этот человек не знал своей силы, решила она, облегчение нахлынуло на нее, когда он перестал стучать. В следующее мгновение он исчез, и Пэт растерянно огляделась, только чтобы увидеть, что он уже на полпути от того, чтобы мчаться на кухню с бессмертной скоростью, чтобы схватить несколько бумажных полотенец. Он двигался так быстро, что она даже не заметила этого, когда Санто уже стоял перед ней на коленях, вытирая кофе, который она выплюнула на кремовый ковер.

— Я сама, — смущенно пробормотала Пэт, наклоняясь вперед, чтобы попытаться взять у него бумажное полотенце.

— Готово, — сказал он, выпрямился и направился обратно к стулу прежде, чем она успела даже приблизиться к тому, чтобы коснуться бумажных полотенец или его руки.

Тогда Пэт взглянула на ковер, удивленная тем, что он был прав и дело сделано. Ковер был обработан скотчгардом, чтобы защитить его от пятен. Теперь он выглядел как новый.

Вздохнув, Пэт потянулась за кофе, но решила оставить его на месте и откинулась на спинку сиденья, чтобы посмотреть на Санто. Через мгновение она изогнула одну бровь и спросила: «Ты сказал, что родился в 965 году?»

Санто осторожно кивнул, а затем добавил: «до н. э.»

— До н. э., — эхом отозвалась Пэт и закрыла глаза, пытаясь переварить это. Он родился в десятом веке до нашей эры. До Рождества Христова. Боже мой, он был старше, чем был бы Христос, если бы до жил, с тревогой подумала она, а затем заставила себя перестать думать и перевести дыхание на минуту.

«Ты в порядке?» — внезапно спросил Санто.

— Я в порядке, — быстро сказала Пэт, но даже она могла слышать, насколько высоким и напряженным был ее голос. Прочистив горло, она сказала более нормальным голосом: «Дай мне минутку».

Санто хмыкнул.

Пэт проигнорировала его и попыталась думать. Она была профессором истории. Тем не менее, ее обучение обычно не простиралось так далеко. Все, что она знала об этом периоде, это то, что он последовал за крахом позднего бронзового века в том, что теперь называют Ближним Востоком, и что он родился в столетие, когда там начался ранний железный век или, по крайней мере, действительно закрепился.

Что на самом деле не имело значения, подумала Пэт, потому что он был не из Западной Азии, а из Италии. Вот только Италии тогда не было. Что ж, земля была, конечно, но страны Италии не существовало. Боже мой, он был старше Италии. Этот человек был просто…

«Пэт?»

Открыв глаза, она серьезно посмотрела на него и сказала: «Ты действительно стар».

—

Si

, — торжественно согласился Санто.

— Я имею в виду, я думала, что ты стар, как человек из четырнадцатого или пятнадцатого века. Но ты очень, очень старый, даже древний.

На этот раз Санто просто хмыкнул.

«Неудивительно, что у тебя есть склонность все время хрюкать. Ты как древний пещерный человек. Его глаза расширились от этого, когда Пэт нахмурилась и сказала: «Ладно, не пещерные люди, они вымерли где-то сорок тысяч лет назад, а тебе на десять или двадцать тысяч лет меньше, но — о, Боже мой, тебе не хватает десятка-двух лет до трех тысяч лет, — с ужасом выдохнула она.

— Возможно, мне не стоило начинать с моего возраста, — сухо сказал Санто.

Пэт моргнула и спросила: «Что начать?»

— Говорить, — сказал он рокочущим голосом, а затем добавил: — Я рассказываю тебе о себе, чтобы ты могла узнать меня получше.

— О, — она слабо вздохнула, думая, не ей ли просто повезло? Все, что она хотела от него, это секс, а он хотел, чтобы они лучше узнали друг друга. Это было последнее, чего она хотела. Сейчас он ей нравился. Но разговоры могли вызвать больше симпатии и, возможно, любовь, а это было последнее, что Пэт хотела чувствовать к бессмертному, который скоро уйдет из ее жизни. Однако она действительно рассчитывала на горячий обезьяний секс.

«Пэт?»

Отбросив свои мысли в сторону, она вопросительно посмотрела на него, но когда Санто открыл было рот, чтобы заговорить, она резко встала и пробормотала: «Мне нужно вино».

Глава 12

Пэт целеустремленно зашагала на кухню. В квартире был небольшой винный холодильник на острове. Она пошла туда и открыла его, чтобы рассмотреть варианты. Она не очень-то любила выпить, разве что со своей сестрой. Они вдвоем иногда расслаблялись. Впрочем, кроме этого, она действительно не пила эту дрянь. Это был позор, так как вино было подарком, который ее коллеги и друзья обычно покупали на любой праздник. День рождения? Вино. Рождественский тайный Санта? Вино. Получить повышение? Много вина. Ее винный холодильник был забит бутылками, которые она получала и никогда не пила. Теперь Пэт рассматривала их, гадая, какое из них подойдет, а затем просто схватила среднюю в верхнем ряду.

Только когда она поставила ее на прилавок, она заметила, что это розовое вино с завинчивающейся крышкой, а не с пробкой. Она чуть не поставила его обратно, уверенная, что это плохой знак, но потом подумала, какого черта, она все равно пила его не для вкуса, а этикетка была красивой. Пэт достала из буфета бокал для вина, затем взяла второй на случай, если Санто захочет присоединиться к ней.

Пэт открыла крышку и начала наливать, ее глаза благодарно расширились, когда она увидела, что это игристое вино. Санто присоединился к ней у стойки, когда она закончила наполнять первый бокал и принялась за второй. Пэт взглянула на него, а затем вернулась к тому, что она делала, наполняя второй бокал, пока он тоже не наполнился.

«Нет.

Grazie

, — пробормотал Санто, когда она взяла оба бокала и протянула ему один.

Пожав плечами, Пэт поставила один обратно на стол, а другой поднесла ко рту. Вино было на самом деле довольно хорошим. Оно было легким и фруктовым, но не слишком сладким. Освежающим. Это заставило ее подумать о пикниках и вечеринках у бассейна.

Заинтересовавшись, она повернула бутылку, чтобы прочитать этикетку, и сделала еще глоток. «ЛОЛА» было написано большими буквами, а под ним — «Остров Пели» мелким шрифтом, и теперь она вспомнила, откуда она его взяла. Джилл Брэндон была профессором из отдела социального обеспечения и хорошим другом. У них с мужем был коттедж где-то в Онтарио, где они проводили лето, и Джилл привезла его прошлой осенью, утверждая, что ей оно понравится, и Пэт должна была его попробовать. С тех пор оно стояло в ее винном холодильнике. Но Джилл была права, ей понравилось.

«Хорошо?» — спросил Санто, она сделала еще один глоток.

— Очень хорошо, — пробормотала Пэт. — Уверен, что не хочешь?

Когда он покачал головой, она взяла свой бокал и направилась обратно в гостиную. Она вернулась на свое место на краю дивана, но когда Санто снова направилась к стулу, нахмурилась и спросила: «Ты уверен, что не хочешь сесть со мной на диван?»

«Возможно, будет лучше, если я посижу здесь, в кресле», — сказал он своим сексуальным урчанием.

Пэт сделала еще один глоток, глядя на него поверх бокала, пока она пыталась придумать, как заманить его в свою спальню. Убедить, что ей нужно было заменить лампочку, до которой она не могла дотянуться, привести его туда и «споткнуться» о него, случайно уронив их обоих на кровать? Нет, она была слишком маленькой, а он слишком большим. Даже если бы она схватила его, как полузащитник, она, вероятно, не смогла бы сбить его с ног.

— Мою мать зовут Каландра Нотте, — торжественно сказал Санто.

— Красивое имя, — пробормотала Пэт. Возможно, она могла бы заявить, что ей нужно пойти проверить Паркера, а затем схватить миссис Вигглз, отвести ее в комнату и сказать, что туда забежала кошка, и ей нужна помощь, чтобы загнать кошку в угол, и — и что? Если бы кошка была на кровати, он просто схватил бы ее и вернул в комнату Паркера, а если Пэт засунет ее под кровать, он сделает то же самое. На самом деле ни что из этого не затащит его на кровать, где она могла бы стратегически споткнуться о него и, все закончиться в приятном страстном…

«Моим отцом был Гаспаро Карбоне Нотте, — продолжил Санто. «Моей матери было двести тридцать лет, когда она встретила моего отца. Ему было пятьдесят один.

Может быть, она могла бы… Мысли Пэт внезапно оборвались, и она уставилась на Санто. — Погоди, твоя мать была почти на сто восемьдесят лет старше твоего отца?

«

Si

». Он кивнул. — Почему ты так этому удивлена?

«Ну, знаешь, я имею в виду, что парни постарше все время встречаются с женщинами помоложе. И некоторые женщины сейчас встречаются с более молодыми парнями, но это все еще не так часто, и я имею в виду, да ладно, она была почти на сто восемьдесят лет старше его. Это супер разрыв».

— Но на вид ей было около двадцати пяти, — мягко заметил он. — И до сих пор она так выглядит.

«Ой. Верно, — пробормотала Пэт. «Так же, как ты выглядишь так, будто тебе где-то между двадцатью пятью или тридцатью, но на самом деле тебе почти три тысячи лет».

— Точно, — сказал он легко.

«Ага.» Пэт кивнула, а затем покачала головой. Боже мой, с какими болезнями он, должно быть, столкнулся за эти тысячелетия. Чума, оспа, проказа, туберкулез, сифилис. . Могут ли бессмертные заболеть герпесом? Может быть, ей следует переосмыслить это. В прикроватном ящике у нее все еще лежали презервативы, оставшиеся от ее последнего бойфренда, но она не была уверена, что они подойдут Санто. Если он был таким же большим там, как и везде. . Что ж, это может быть проблемой. Она не знала, производят ли они презервативы размера Super XXX. Может, они и изготовляли такие большие, но явно по спецзаказу. Это могла быть серьезная проблема, и ей нужно было немедленно разобраться с этим.

«Я родился через четыре года после их знакомства и стал…»

— У тебя есть презервативы? Прервала Пэт.

Санто несколько раз моргнул, а затем слабо спросил: «Что?»

— Презервативы, — четко сказала она. «Для предотвращения беременности и распространения болезней».

«Я. ". С минуту он смотрел потеряно. Она подозревала, что это плохой знак. А потом откашлялся, потер рукой череп и сказал: «Мне не нужны презервативы».

Пэт сузила глаза. — Так ты просто ходил

неоседланный

 все эти тысячелетия?

«Что?» — спросил он с недоумением.

— Без презерватива, — повторила она, немного взволнованная мыслью, что она возилась с ним и что он может быть пронизан болезнями. «Это означает без презерватива. Неужели ты прожил последние почти три тысячи лет, трахая женщин без защиты? Боже мой! — с ужасом прервала она себя, когда пришла в голову еще одна мысль. — Со сколькими женщинами у тебя был секс?

«Что?» — недоверчиво спросил Санто.

— Я имею в виду, тебе почти три тысячи лет, Санто, — указала она, как будто он этого не знал. «Даже если ты занимался сексом только один раз в год, это почти три тысячи женщин. Если два раза в год, то почти шесть тысяч. Я даже не хочу думать, что это за цифры, если это было раз в месяц. Это было бы больше людей, чем проживает во всем городе Лонг-Бич, и почти треть населения Олбани. И все без защиты. О, Боже! Ты можешь быть ходячим герпесом, сифилисом и… и гонореей. И я поцеловала тебя! Я не могу в это поверить!» — пробормотала она и, схватив свой еще почти полный бокал, встала и выпила его залпом по дороге на кухню.

— Пэт, — нахмурившись, сказал Санто, следуя за ней. — Я не знаю, как ты — почему ты — я не спал с таким количеством женщин, больше чем население Лонг-Бич, — наконец сказал он с досадой, а затем добавил: — У меня не было шесть тысяч женщин, и, даже трех тысяч женщин не было».

«Как это нет?» Пэт ахнула, повернувшись к нему, когда она подошла к раковине.

Санто нахмурился и беспомощно пожал плечами. «Я не знаю число. Я никогда не считал, а если, будучи глупым и гордым юношей, я и вел счет, то это было давно, и теперь я, наверное, даже не смогу вспомнить».

«Сколько?» — сразу спросила она.

«Я не занимался сексом с 775 года до нашей эры», — торжественно сказал он.

У Пэт от этой новости отвисла челюсть, а затем Санто добавил: «Кроме тех случаев, чтобы зачать моих детей. Но для этого потребовалось всего две попытки летом 1108 года, чтобы родились Катальдо и Ромазо, одна в 1212 году для Дарди и три весной 1316 года для Клариции и Фениции».

«Две в 1108 году и одна в. ". Второй год она не смогла вспомнить, поэтому просто замолчала и с изумлением уставилась на него.

«

Si

». Санто немного надулся. «Я очень мужественный».

— И, вероятно, больной, — отрезала Пэт. «Я совершенно уверена, что у них не было презервативов, когда ты был сексуально активен, но я также уверена, что в те времена у них все еще были ЗППП».

— Я не болен, — сказал он несколько резко, а затем добавил более спокойно: — Не могу. Нано не допустили бы этого.

— Не допустят? — спросила она с удивлением.

— Нет, не допустят, — твердо сказал Санто. «Нано запрограммированы на то, чтобы поддерживать нашу максимальную физическую форму. Это не просто означает сделать нас молодыми и сильными и исправить любую травму, которую мы можем получить. Это означает уничтожение и избавление организма от любого чужеродного захватчика, будь то вирус, бактерия, раковая клетка. ". Он сделал паузу, а затем внезапно нахмурился и сказал: «Разве ты этого не знала?»

— Нет, — со вздохом признала Пэт и подумала, что это хорошая новость. Но потом она вспомнила всю эту мужественность и снова нахмурилась. Опустив взгляд на его джинсы, она пробормотала: «Презерватив большого размера, наверное, тебе не подойдет, а?»

К ее большому изумлению, перед его джинсов начал выпирать наружу, когда она посмотрела на него, а затем Санто выругался и повернулся боком, чтобы прислониться к прилавку.

— Почему ты вообще спрашиваешь меня о чем-то подобном? — прорычал он, и она подняла взгляд и увидела, что он снова потирает голову, словно проверяя наличие перхоти. . или как будто он был в стрессе.

— Потому что ты мужественный, — сухо сказала Пэт. «И мне бы очень хотелось заняться с тобой сексом, я не хочу забеременеть, поэтому нужен презерватив, а у меня только большие размеры. Я подозреваю, что тебе нужен как минимум 3Х или что-то в этом роде. . если они вообще делают презервативы достаточно большие, чтобы вместить тебя, — добавила она, нахмурившись.

«О, Боже.» Санто наклонился вперед и начал биться лбом о вершину острова.

Пэт потянулась к его руке, чтобы остановить его, но как только она коснулась его, он дернулся вверх и прочь, пока между ними не стало добрых три фута(91 см). Тогда он просто нахмурился на нее. Вздохнув, она взяла бокал, который налила ему, и сделала глоток. Только один, прежде чем прокомментировать: «Я не знаю, почему ты расстроен, я просто пытаюсь быть ответственной. Я говорила тебе, что не хочу воспитывать ребенка одна».

После продолжительного молчания Санто вздохнул и сказал: «Ты не будешь одна. Но презерватив не нужен. Как правило, бессмертные не могут оплодотворить смертных.

«Как правило?» — спросила она, изогнув одну бровь.

«Это случалось дважды за мою жизнь, насколько мне известно», — торжественно сказал он.

Дважды за почти три тысячи лет, множество бессмертных спали, вероятно, с бесчисленным количеством смертных, подумала она. На самом деле это были неплохие шансы. Шансы лучше, чем у таблетки, которая должна была быть эффективной на 99 процентов. Все еще. . «Значит, большой подойдет? Или одному из нас нужно пойти в аптеку?

— Пожалуйста, перестань говорить о презервативах, — умолял Санто, снова проводя рукой по голове.

«Почему? Мы оба взрослые, Санто. И нам нужно подумать об этом…

«Потому что я хочу быть говорящим пенисом, а не просто вибратором с ногами», — прорычал он. «Но обсуждение презервативов и того, когда я в последний раз занимался сексом, вызывает у меня желание сорвать с тебя одежду и затрахать тебя».

Пет непонимающе смотрела на него. Она понятия не имела, о чем он говорил, произнося говорящий пенис и вибратор с ногами, но та часть, где он снимал с нее одежду и трахал ее, звучала многообещающе. Только казалось, что он вряд ли сделает это, пока они не «поговорят» и не «узнают друг друга лучше».

Это была проблема, решила Пэт и взглянула вниз, но остановилась, увидев, что кофе испачкал ее топ. Судя по всему, не все пошло наперекосяк. Она нахмурилась, глядя на пятна, думая, что это, вероятно, не помогает ей. Ее наряд был не совсем сексуальным с самого начала, но то, что он был покрыт кофейными пятнами, вероятно, просто делало ее жалкой, а не кем-то, на кого он хотел бы прыгнуть. . что натолкнуло ее на мысль.

«О, черт», она поставила бокал на стойку, подняв другую руку, чтобы дотронуться до верха, где были самые ужасные пятна. «Я лучше пойду переоденусь и положу это в раковину, чтобы замочить до того, как кофе испортит мою рубашку».

Пэт не стала ждать, пока он ответит, просто обошла его и направилась в свою комнату.

Санто глубоко вздохнул, когда Пэт исчезла в коридоре, затем покачал головой и вернулся в гостиную. Этот разговорный бизнес оказался труднее, чем он себе представлял, и, поскольку он с самого начала не любил говорить, он боялся, что это будет чертовски сложно, но — Господи, ее реакция на его возраст была пугающей! И эта история о том, сколько у него было любовниц. .

Правда заключалась в том, что Санто родился и вырос в Греции, где люди были совсем не ханжами в сексе. У него было много любовниц за те почти два столетия, что он был сексуально активен, прежде чем ему это наскучило. Но он никогда не вел счет и даже не мог угадать число.

Вздохнув, он расслабился в мягком кресле и уставился в высокий потолок, размышляя о том, о чем ему следует поговорить с Пэт. Очевидно, просто выболтать обо всем, начиная с его рождения и до сегодняшнего дня, было неправильным решением. Ему нужно было быть более осмотрительным, и с этой целью он начал просматривать свою историю, решая, какие вещи ему, вероятно, следует опустить.

Санто сомневался, что ей будет приятно узнать о многих веках, которые он провел в качестве воина, сначала в Греции, а затем в Европе. Хотя он обязательно расскажет ей о них когда-нибудь, сейчас может быть не время, поскольку, если судить по тому, как прошел разговор о сексе, Пэт может спросить, убил ли он кого-нибудь и сколько. Он не хотел расстраивать ее знанием того, сколько мужчин он убил в бою за последние три тысячи лет. Не то чтобы он вел учет и этого, но….

Выбросив эту мысль из головы, Санто решил, что просто расскажет ей о своей повседневной жизни вне боя. Как профессор истории, она, несомненно, была бы очарована тем, что он мог бы рассказать ей о жизни в Древней Греции.

Но, решил Санто, ему следует держаться подальше от более сексуальных аспектов, таких как празднование Дионисия, когда люди шествовали по улицам с гигантскими фаллосами. Наверное, ему не следует слишком много говорить о симпозиумах, которые он посещал, по крайней мере о тех, которые превращались в тотальные оргии, когда для развлечения нанимали высококлассных проституток. Увести разговор от секса вообще казалось хорошей идеей…

Мысли Санто замерли, когда до его слуха донесся шорох. Подняв голову, он повернулся и увидел, что Пэт приближается к гостиной, и сел. Но когда он заметил, во что она была одета, он напрягся, открыв рот от шока.

Когда Пэт сказала, что она собирается переодеться и замочить рубашку, он ожидал, что она переоденется в другой топ или… . что-нибудь. Не в сексуальную, темно-фиолетовую ночную рубашку, которая была на ней. Пэт также надела такой же халатик, но поскольку он был таким же коротким, как платье, и она оставила его не завязанным и распахнутым, единственное, что он скрывал, были ее руки. Все остальное. .

Его взгляд жадно скользнул по темному кружевному корсажу, который не прикрывал большую часть грудей, которые они так любовно обнимали, а затем скользнул вниз по пурпурному шелку, скрывавшему кожу под ним, пока не остановился на бедрах. Ночнушка и халатик были такими короткими, что он был уверен, что если она повернется и наклонится, ему откроется прекрасный вид на ее трусики. Если она их одела.

Боже мой, на ней не было трусиков, с тревогой осознал Санто, когда Пэт качнулась к дивану, и платье качнулось вместе с ней, расклинившись и приподнявшись достаточно, чтобы он мог заглянуть на ее голый зад, прежде чем оно снова упало.

— Надеюсь, ты не возражаешь, — пробормотала Пэт. — Но мне показалось глупым надевать очередную рубашку так поздно, и не похоже, чтобы ты раньше не видел меня в пижаме.

Санто моргнул и снова перевел взгляд на ее лицо, когда Пэт уселась на диван. Ее щеки раскраснелись, как будто она была немного смущена или чувствовала себя неловко, и она немного нервно заламывала руки. Он предположил, что попытка поглотить ее своими глазами сделала это, и быстро отвел взгляд, издав лишь хрюканье в ответ на ее слова. Но она была права, конечно. Он провел с ней много времени прошлой ночью и сегодня утром, пока она была в пижаме. Но в то время как боксеры и укороченная футболка, которые она носила тогда, были миленькими, это было…. .

Его взгляд скользнул вниз, к кружеву, так мало скрывавшему ее грудь, и он тяжело сглотнул.

«Давай. . ты хотел поговорить?

— Говорить, — прорычал Санто, отчаянно цепляясь за это напоминание. Да. Говорить. О чем он хотел поговорить? Он лихорадочно копался в своих мыслях, пытаясь вспомнить, о чем он думал, пока ждал ее, и выплюнул первое слово, пришедшее ему на ум. «Секс».

Ее брови деликатно поднялись, и она замерла. — Ты хотел поговорить о сексе?

— Нет, — быстро заверил он ее. Это была тема, от которой он должен был держаться подальше, вспомнил Санто, но потом понял, что кивает головой, даже произнося «нет». Заставив себя перестать кивать, он выкрикнул следующее слово, которое выскочило из его прежних мыслей. «Оргии».

Глаза Пэт расширились. — Оргии?

— Фаллос, — добавил Санто, а затем прикрыл рот рукой, пытаясь остановить слова, которые то и дело срывались с его предательских губ. Затем он закрыл глаза со стоном в смятении и откинул голову на спинку стула. Господи, когда же он сошел с ума? И как он мог говорить с ней о себе и своем прошлом, когда она сидела и выглядела такой проклято…

«С тобой все в порядке?»

Его внимание привлекли не столько слова, насколько близко они звучали. Открыв глаза, Санто поднял голову и снова замер, увидев, что она пересекла комнату и встала между его коленей. Теперь она наклонилась вперед, словно желая прикоснуться к нему.

Пэт замерла, когда Санто поднял голову и посмотрел на нее. Она собиралась коснуться его руки и, возможно, притвориться, что потеряла равновесие, а затем чинно рухнуть ему на колени в рамках своей процедуры соблазнения. Ночная рубашка была первой частью ее плана. На самом деле, это был весь план, который она придумала, когда пошла в свою комнату, переодеться. Надеть сексуальную ночную рубашку и надеяться, что он будет настолько охвачен похотью, что забудет о разговорах, и они могли бы перейти к удовольствию.

Пэт всегда была импульсивной по натуре, но даже она немного занервничала, когда переоделась в ночнушку. Однако она отбросила эти нервы и направилась к выходу, остановившись только для того, чтобы заглянуть и убедиться, что Паркер крепко спит, и не позволяя себе долго думать о том, что она делает, опасаясь, что потеряет самообладание. Реакция Санто была приятной. По крайней мере, сначала. Однако она не была уверена, что делать со словами, которые он начал произносить. Секс? Оргии? Фаллос?

Тем не менее, когда он выглядел таким страдающим, закрыл рот и запрокинул голову, она увидела возможность приблизиться к нему под видом беспокойства. Мысль о том, чтобы упасть к нему на колени, пришла ей в голову только тогда, когда она пересекла комнату, чтобы добраться до него. Но вид его серебристых глаз заставил ее остановиться и перевести дух. Они были такими красивыми. . и такими голодными.

Пэт все еще завороженно смотрела в эти глаза, когда Санто внезапно рванулся вперед. Схватил ее, и потащил за собой, когда снова упал на стул. Пэт оказалась у него на коленях в коконе, состоящем из его груди и рук, но ее улыбка умерла, когда его рот накрыл ее.

Не было ни легкого, ни мягкого ищущего поцелуя. Как будто она выпустила на волю зверя, намеревающегося поглотить ее, когда его рот завладел ее, а его язык ворвался, чтобы победить. Пэт ненадолго замерла под натиском, но только очень ненадолго, а затем ее собственная страсть поднялась, чтобы встретить его, и она отдалась изо всех сил. Сражаясь с ним губами и языком, ей удалось освободить руки между ними. Одна сразу же скользнула к его плечу, а другая обвилась вокруг его шеи, а затем поднялась так, что она могла царапать ногтями его бритую голову.

Санто что-то пробормотал ей в рот, а затем прервал их поцелуй и прорычал: — Нам нужно поговорить, — когда он пересадил ее прямо к себе на колени и начал стягивать халат с ее плеч.

— Да, — выдохнула Пэт, опуская руки, чтобы снять шелковую ткань.

Санто хмыкнул на это, а затем поймал ее за талию и переместил так, чтобы она оседлала его так, чтобы он мог сомкнуть рот вокруг одного соска через кружевное покрытие ее ночнушки. Пэт ахнула, а затем прикусила губу и застонала от удовольствия, когда он провел языком через тонкий материал по чувствительному кончику.

Она была так отвлечена тем, что он делал, что Пэт едва осознавала, как он подталкивает ее руки вниз к ее бокам, и ненадолго оторвал рот от ее груди. Затем она взглянула вниз и увидела, что он снял бретельки ее ночнушки с ее плеч и спустил их вниз по ее рукам. Она тут же пошевелила руками, так что бретельки соскользнули вниз. Ее ночнушка собралась вокруг талии, оставляя ее обнаженной. Санто немедленно воспользовался этим и опустил голову, чтобы вернуться к соску, который дразнил через кружево.

Пэт ахнула и вздрогнула, когда он начал рисовать на чувствительном выступе, ее руки сомкнулись вокруг его головы. Но когда его зубы задели болезненный бутон, она поймала его уши и попыталась убедить его вернуться к поцелую, чтобы остановить почти болезненное удовольствие. К ее большому облегчению, Санто тут же отпустил возбужденный сосок, но только для того, чтобы отодвинуться в сторону и заняться другим.

Со стоном: «О, Боже», Пэт положила руки ему на плечи и вонзила ногти, нижняя часть ее тела терлась о твердость, которую она чувствовала под собой.

Санто застонал в ответ, звук завибрировал в ее груди, а затем он стал сосать сильнее, почти болезненно, когда его руки скользнули под ее попку, сжимая и жадно массируя.

Пэт пробормотала что-то несуразное себе под нос и откинула голову назад, когда ее тело отвечало на ласки, а затем ахнула, когда его руки переместились ниже, так что его пальцы касались места, где она была наиболее чувствительна.

— Санто, умоляю, — выдохнула она, извиваясь от его прикосновений.

Он сразу отреагировал, позволив одной руке скользнуть по более чувствительной области. Расставив ноги, как и Пэт, эта часть ее была полностью открыта для него, и она вздрогнула и застонала, когда его пальцы задели ее влажное ядро.

— Да, — выдохнула Пэт, когда стон закончился, ее бедра двинулись в ласке, только чтобы снова застонать, когда его пальцы оставили ее. Но он просто двигал рукой вперед, чтобы было легче ласкать ее, поняла она, когда его рука снова скользнула между ее ног.

Она поднялась на колени, когда он побудил ее подняться. Это подняло ее грудь так, что он не мог до нее дотянуться, но Пэт было все равно, когда его рука начала ласкать ее, его талантливые пальцы скользили по ее гладкой плоти быстрыми движениями, а затем более медленными дразнящими. Он был очень искусным, и у Пэт возникла безумная мысль, что ей хотелось бы отблагодарить этих трех тысяч женщин за их помощь в том, чтобы сделать его таким искусным.

Она ахнула от удивления, когда он укусил ее живот, а затем прижался ртом к этому месту и нежно пососал, а затем его рука отдернулась, и он схватил ее за верхнюю часть бедер и поднял перед собой, его язык и губы скользнули вниз. Глаза Пэт расширились, и она схватила его за голову, а затем ей даже не за что было держаться, когда она вдруг обнаружила, что стоит, поставив ноги по обе стороны от его бедер, когда он уткнулся ртом между ее бедрами и хлестнул ее своим языком.

Пэт тихо вскрикнула, ее дрожащие ноги подкосились, но он просто толкнул ее колени вперед, чтобы прижаться к спинке стула, продолжая пожирать ее. Но когда она свернулась калачиком над его головой, он внезапно подался вперед.

Открыв глаза, Пэт ахнула, обнаружив, что падает назад, но его руки переместились, держа ее за зад и за спину, когда он уложил ее на скамеечку для ног перед креслом. Она была такой же широкой, как стул, примерно три фута на два фута, и он положил ее так, чтобы ее голова покоилась как раз на краю. Она открыла глаза, когда почувствовала прохладную ткань на своей спине, а затем он поднялся, чтобы поцеловать ее.

Теперь он стоял на коленях у края скамейки для ног, ее колени были разведены по обе стороны от его бедер, его тело склонилось над ней, и одна рука удерживала его вес, а другая скользнула между ее ног, чтобы ласкать ее там, где его рот был недавно и доставлял ей удовольствие.

Пэт застонала и обвила руками его шею, чтобы настойчиво поцеловать его в ответ. Ее ноги уперлись в пол, подняв бедра от его ласк, а затем он прервал поцелуй, и его рот переместился к месту ниже ее уха, прежде чем скользнуть вниз по ее горлу. Он лизал и покусывал свой путь вниз к одной груди, а затем к другой, его пальцы не останавливались, но замедлялись и нежно как раз тогда, когда она была уверена, что вот-вот упадет ожидавшее ее освобождение, только чтобы начать движение. Более быстро и твердо снова, как только она успокаивалась. Он просто продолжал подталкивать ее к краю, а затем тянуть назад, пока она не подумала, что могла бы причинить ему боль, если бы он не прекратил, а затем его рот скользнул вниз по ее животу.

Мышцы на животе у Пэт затряслись под натиском, и она поджала колени. Поставив ноги по обе стороны от его плеч, она вжалась, толкая свое тело вверх по скамеечке для ног, пока ее голова не свисала с конца, а ее центр не оказался в более удобном месте для его рта.

Видимо, поняв, чего она хочет, Санто усмехнулся ей в живот, но торопиться не стал. Он просто переместился, чтобы продолжить покусывать и лизать ее живот, рука между ее ног сводила ее с ума, пока его рот беспорядочно спускался вниз, чтобы погладить складку, где ее нога соприкасалась с его телом.

Пэт задыхалась и хныкала, ее тело дрожало и сотрясалось, когда его чудесный рот следовал за этой чувствительной складкой вниз. Но затем он, наконец, убрал пальцы между ее ног, обеими руками раздвинул ее ноги настолько широко, насколько это было возможно, а затем нырнул головой между ее бедер.

Первое прикосновение его языка к ее чувствительной коже заставило ее прикрыть рот рукой, чтобы не закричать одновременно от удовольствия и протеста, а затем он устроился и пировал на ней. Это было единственное описание того, что делал Санто: он покусывал, а затем посасывал складки, прикрывавшие ее сердцевину, а затем разжимал их и облизывал каждый дюйм обнаженной плоти, прежде чем остановиться на растущей почке ее возбуждения и пососать ее.

Сердце Пэт стучало, как барабан, ее голова отчаянно крутилась, она отчаянно цеплялась за края скамейки для ног и бормотала бессмысленную чепуху, когда ее тело угрожало взорваться, а затем он скользнул в нее большим пальцем, сильно всосал ее клитор и мир взорвался вокруг нее. Пэт смутно осознавала, что кричит, и быстро потянулась, чтобы прикрыть рот, но вместо этого она прикусила его, когда волна за волной наслаждения обрушивались на нее, пока, наконец, она не потеряла сознание.

Пэт очнулась на руках Санто. Открыв глаза, она в замешательстве посмотрела на него, а затем огляделась, поняв, что они движутся. Он нес ее по короткому коридору в ее спальню.

«Что случилось?» — пробормотала она, встряхнув головой, пытаясь как следует проснуться. — Я потеряла сознание?

«

Si

». Его голос был мягким рокотом, когда он внес ее через открытую дверь спальни.

«Мне жаль. Должно быть, я выпила больше, чем думала, — смущенно пробормотала она и покраснела еще больше, когда взглянула вниз и увидела, что ее сексуальная ночная рубашка превратилась в не более чем комок ткани вокруг ее талии размером с ремень. Едва она это заметила, как он отпустил ее ноги и поставил рядом с кроватью. Пояс из ночной рубашки тут же сполз у ее ног.

Пэт безучастно посмотрела на него, а затем перевела взгляд на мужчину, который только что доставил ей самое большое удовольствие в ее жизни.

Санто потянулся к своей рубашке, помедлил, а затем спросил: «Ты хочешь, чтобы я ушел?»

«О, Боже, нет». Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их остановить, но Пэт не сильно сожалела о своем признании. Они были правдой. Она не хотела, чтобы он уходил. Теперь, когда она проснулась и вспоминала, что произошло перед тем, как она потеряла сознание, это было последнее, чего она хотела.

Санто улыбнулся, а затем вытащил полы рубашки из джинсов и потянул рубашку, чтобы снять ее.

Пэт ахнула. Мужчина был совершенно великолепен. Изысканный. Его мускулы, его кожа, волосы на груди. . все было идеально. Он был мраморным Адонисом, ожившим, и она бросилась на него, как слюнявая собака, ее руки скользнули по его прекрасной коже еще до того, как он снял рубашку через голову.

Она почувствовала, как его руки легли ей на бедра, как только он закончил со своей рубашкой, но проигнорировала их, проведя пальцами по его животу с шестью кубиками, а затем позволив им скользнуть вверх, чтобы исследовать его грудь. У этого человека было тело, способное соперничать с телом Дуэйна Джонсона, когда он играл Геракла, сплошь мускулы и сила, и, боже мой, он был прекрасен.

— Спасибо, — вдруг прошептала Пэт и запечатлела поцелуй в самый центр его груди.

«За что?» Вопрос был хриплым рычанием, от которого она вздрогнула и сжала бедра.

— За удовольствие, которое ты мне доставил, — ответила она. Повернув голову вправо, Пэт быстро лизнула ареол вокруг соска и добавила: «Теперь твоя очередь», прежде чем сомкнуть губы на его соске.

Санто удивленно хмыкнул, а затем вздохнул со стоном, когда она уделила маленькому твердому кончику то же внимание, что и он ранее. Она почувствовала, как его руки скользнули в ее волосы и обхватили ее череп, но ее отвлекло удовольствие, скользящее по ее собственному телу, когда она тянула его сосок. Было похоже, что их роли каким-то образом поменялись местами, и он снова лизал, покусывал и сосал ее тело. Или будто она испытывала его удовольствие, подумала Пэт, что невозможно. Она не могла читать мысли.

Когда одна из ее пытливых рук переместилась, чтобы пощипать и поиграть с другим его соском, в то время как она продолжала заниматься первым, ее удовольствие возросло, и Санто застонал, его руки опустились ей на спину и притянули ее к себе сильнее. Твердость, прижимавшаяся к ее животу, привлекла ее внимание, и она отпустила его сосок и посмотрела вниз, потянувшись к застежке на его джинсах.

Санто тут же потянулся, чтобы помочь, и сам расстегнул молнию на штанах. Ее глаза недоверчиво расширились, когда его эрекция тут же выпорхнула из узких джинсов. О да, он был идеален. . и презервативы большого размера, которые у нее были, определенно не подойдут.

Нет проблем, сказала себе Пэт. Он доставил ей удовольствие, теперь она доставит удовольствие ему, а завтра она купит самые большие презервативы, какие только сможет найти, и снова пригласит его на ужин. Если он все еще будет в городе. Эта мысль заставила ее нахмуриться, но затем она отбросила ее, чтобы сосредоточиться на том, что делала, когда ее рука сомкнулась вокруг него.

Ее прикосновение заставило Санто зашипеть сквозь зубы от шока, но Пэт была слишком увлечена всплеском удовольствия, пронизавшим ее, чтобы это заметить. Очарованная реакцией своего тела на прикосновение к нему, она опустилась на колени и тут же взяла его в рот. Руки Санто запутались в ее волосах, и он громко застонал, когда ее губы сомкнулись на нем. Пэт застонала в ответ, когда ее собственное тело охватило наслаждение, и на мгновение она замерла, но затем улетела вместе с ним. Она начала исследовать, двигая ртом медленно, затем быстро, обхватывая рукой основание и сжимая, затем экспериментально ослабляя хватку, когда ее рука следовала за движением ее рта, и, наконец, хлестнула его своим языком, когда она нашла тот ритм, который доставлял ей наибольшее удовольствие.

Санто то стонал, то бормотал ей слова по-итальянски, которые могли быть нежностью, похвалой или рецептом все, что она знала, что они звучали прекрасно для ее ушей, когда она доставляла им обоим удовольствие. В отличие от Санто, у нее не хватило выносливости, чтобы продлить эту интерлюдию. Она снова хотела освобождения, поэтому, когда Санто потянул ее за волосы, пытаясь заставить ее остановиться, как раз в тот момент, когда она достигла вершины возбуждения перед падением в экстаз, Пэт сопротивлялась ему. В конце концов, он позволил ей довести их обоих до крайности. Она услышала, как он выкрикнул что-то по-итальянски, и она была совершенно уверена, что это ругательство, но, пойманная в свой собственный, ошеломляющий оргазм, Пэт едва хватило присутствия духа, чтобы оторвать рот, чтобы не укусить его, когда она начала биться в конвульсиях, до потери сознания.

Глава 13

— Вот сюда, прошу. Сэр. Мисс.»

Пэт сумела улыбнуться мужчине, села на выдвинутый для нее стул и пробормотала: «Спасибо». Но как только он отошел, она окинула взглядом комнату, куда он их привел, с чем-то приближающимся к тревоге. Санто привел ее в один из лучших ресторанов Олбани, где обычно нужно бронировать столик заранее. Она понятия не имела, как ему удалось протащить их внутрь, особенно в эту отдельную комнату, но знала, что это должно ему влететь в копеечку. Это была комната с большой кухонной зоной, отделенной от столовой островом. Там также был индивидуальный повар, который готовил специально для вас, и где можно было наблюдать за происходящим. Этот зал предназначался для небольших вечеринок, для проведения частных торжеств. От десяти до восемнадцати человек, а не для двух.

Покачав головой, Пэт беспомощно повернулась к Санто, чувствуя, что на максимальной скорости направляется к обрыву и не сможет спастись от падения. Но она чувствовала себя так с тех пор, как прошлой ночью проснулась во второй раз. Она проснулась в объятиях Санто в постели, а не на полу своей спальни, что стало приятным сюрпризом. Но за этим удивлением вскоре последовало беспокойство, когда она признала, что снова потеряла сознание. Однако этот вопрос вскоре был отброшен воспоминанием о том, как ее поцелуи и прикосновения к нему доставляли ей такое удовольствие.

Пэт только, что решила, что это должно быть что-то бессмертное, и подняла голову, чтобы спросить его об этом, но в тот момент, когда она подняла к нему свое лицо, Санто поцеловал ее. Однако это все, что он сделал. Он подарил ей жадный, крепкий поцелуй, который привел ее в возбуждение, а затем соскользнул с кровати и начал одеваться.

«Куда ты идешь?» — спросила она с тревогой.

«Мне нужно вернуться, моя смена, присматривать за домом Парди», — извиняющимся тоном сказал Санто.

Пэт была ужасно разочарована, но встала с кровати, чтобы проводить его, думая о том, увидит ли она его снова. Только когда они подошли к двери, он сказал, что вернется сегодня, если она не возражает. Когда она кивнула в немом согласии, он впервые после пробуждения улыбнулся и сказал, чтобы она не беспокоилась об ужине. Он позаботится об этом.

Только когда она забралась обратно в постель и обнаружила, что ее мысли возвращаются к ночи, она поняла, что была одержима, как влюбленный подросток. Пэт уверяла себя, что это всего лишь секс. Это всегда делало ее более чувствительной и заставляло хотеть большего, успокаивала она себя. После следующей ночи она успокоится.

Сегодня Пэт провела весь день на работе, взволнованно и с нетерпением ожидая встречи с Санто и возможности испытать больше удовольствия, которое она нашла в его объятиях. Она даже зашла в аптеку после своей последней за день лекции и купила самые большие презервативы, которые смогла найти. Сегодня вечером она планировала, наконец заполучить его в себя, и она не думала ни о чем другом, кроме этого, когда ехала в школу Паркера, чтобы забрать его. Они вернуться домой, придет Санто, они поужинают и посмотрят еще один фильм с Паркером, потом ее племянник ляжет спать, а они с Санто пошалят.

Когда они с Паркером вернулись домой, ее план начал рушиться. По прибытии они увидели ждущих их Санто, Джулиуса и Маргариту. Присутствие другой пары было достаточно тревожным, но Санто в дорогом и прекрасно сшитом темно-синем костюме с бледно-голубой рубашкой и кроваво-красным галстуком чуть не заставил ее задохнуться, когда она задумалась о том, что происходит.

Похоже у них свидание. Это была Маргарита, которая сообщила об этом, сказав, что Санто упомянул, что хотел бы сразить ее, и поэтому она и Джулиус вызвались составить Паркеру компанию, пока он это делает. Столик был забронирован, он был одет, и Маргарита собиралась помочь ей подготовиться, чтобы они успели вовремя.

Женщина поддерживала беседу, пока делала прическу и макияж Пэт, а затем выбрала ей платье. Маргарита выбрала любимое платье Пэт. То, которое она купила в конце прошлого года, но так и не надела. Это было коктейльное платье с открытыми плечами из кроваво-красного атласа. Оно было прекрасно и идеально подходило к галстуку Санто.

«Что-то не так?» — тихо спросил Санто, глядя на выражение ее лица.

Пэт опустила взгляд и начала рассеянно перебирать столовое серебро рядом с тарелкой. «Ничего. Все прекрасно.»

«Но?» — подсказал он.

Она поколебалась, но потом встретилась с ним взглядом и сказала: «Но это дорого, и тебе не нужно было этого делать. Меня бы устроил фаст-фуд и фильм с Паркером».

Санто торжественно кивнул. — Но тогда я бы не увидел тебя в этом платье.

Когда глаза Пэт расширились от удивления от комплимента, он спросил: «Разве ты не понимаешь, что сегодня ты самая красивая женщина?»

Пэт моргнула, а затем усмехнулась и указала: «Сегодня здесь только я женщина».

Санто оглядел комнату и нахмурился, поняв, что его комплимент испорчен. Вздохнув, он сказал: «

Si

. Но ты действительно прекрасна, Пэт. Для меня ты самая красивая женщина в мире. Единственная женщина в мире».

— О, — выдохнула Пэт, а затем, нахмурившись, посмотрела на свою тарелку, пытаясь восстановить равновесие, которое пошатнули его слова. Ей нужно было сохранять спокойствие. Он был бессмертен, она — смертна. Он не задержится здесь надолго, напомнила она себе, а затем взглянула на их официанта, когда он подошел к столу. Он поставил перед каждым из них меню, а затем налил им в стаканы воды и спросил, что они хотели бы выпить. Санто сказал, что воды достаточно. Пэт попросила белого вина, а затем обратилась к своему меню.

«Что такое паштет?» — спросил Санто через мгновение.

Пэт подняла глаза и улыбнулась его растерянному выражению. «Это. . Закажи, я думаю, тебе понравится, — сказала она в конце, решив, что описание, вероятно, прозвучит не так аппетитно, как на самом деле.

«Он тебе нравится?» он спросил.

— Один из моих любимых, — заверила она его. «На самом деле, теперь, когда ты упомянул об этом, я разрываюсь. Я думала заказать луковый суп.

«Берем и луковый суп и паштет», — решил он. «Как ты думаешь, что подойдет для основного блюда?»

Они вместе просмотрели меню и остановились на приготовленных вручную равиоли и гребешках из говядины с жареным картофелем и сезонными овощами. Официант подошел с вином, как только они отставили меню. Он смахнул их меню, принимая заказ. Он не стал записывать, просто улыбнулся и подошел к островку, отделяющему открытую зону приготовления пищи от основной части помещения, и предположительно отдал приказ устно. По крайней мере, таково было ее предположение. Она не слышала, что он сказал. Дальний конец стола находился близко к острову, и там было достаточно места, чтобы кто-то мог пройти мимо стульев в конце, даже если они были заняты. Но она и Санто сидели на противоположном конце длинного стола, за которым могло поместиться до восемнадцати человек. Она не слышала, как разговаривают мужчины, и сомневалась, что повар или официант, которые теперь отошли за остров, чтобы приступить к работе, смогли бы услышать хоть слово, если бы они говорили потише.

— Это она, говорю тебе, Рэндалл. Я видела, как она вошла сюда и — туда! Видишь, я же говорила тебе, что это она. Петронелла?

Пэт узнала этот мягкий голос и напряглась при первых словах, когда дверь открылась, но смиренно вздохнула, когда ее назвали по имени. Поморщившись Санто, она пробормотала: «Извини, никуда не уходи. Я сейчас вернусь», а затем, встав, она повернулась, чтобы неохотно улыбнуться паре у двери.

— Дорогая, я знала, что это ты! Ее высокая, все еще белокурая и фигуристая мать бросилась вперед и ненадолго обняла ее, прежде чем отстраниться и нахмуриться. «Что, черт возьми, происходит? Я позвонила Куинн, и она сказала, что уехала из города на конференцию, а ты следишь за Паркером, потому что Патрик уехал. Но я звонила домой несколько раз прошлой ночью и сегодня и не получила ответа. Мы начали так волноваться, что собирались заехать к вам по дороге домой после ужина».

«Ты должна была позвонить на мой сотовый, мама», — спокойно сказала Пэт, думая, что Маргарита и мужчины явно не будут отвечать на телефонные звонки в доме ее сестры. Но тогда это, наверное, было хорошо. Если Куинн позвонит, а ответит незнакомый мужчина, это будет нехорошо. С другой стороны, ее родители, вероятно, были бы в восторге, если бы подумали, что мужчина был там с Пэт. Они бы начали планировать свадебные приглашения. Закатив глаза при этой мысли, она объяснила: «Я отвела Паркера к себе домой. Мы пока живет там».

«С какой стати ты выгнала мальчика из дома, когда все его игрушки и вещи там? И где он? — добавила она, бегая глазами по комнате, словно ожидая, что он выскочит из-под стола.

«В моей квартире, — сказала Пэт, а затем быстро добавила, — и не один, а два ответственных взрослых наблюдают за ним».

Глаза Мэри Стоун тут же сузились. «Почему ты не с ним? Ты та, кто должен присматривать за ним.

Пэт почувствовала, как скрежещут ее зубы. Что бы она ни делала, ее мать всегда заставляла ее чувствовать, что она была неправа. Подняв подбородок, она сказала: — Вообще-то, Патрик — это тот, кто должен был присматривать за ним, но он внезапно исчез в то утро, когда Куинн должна была вылететь на свою конференцию, и когда она попросила меня, я перекроила график, чтобы позаботиться о нем, вместо него, — твердо сказала она.

— Тогда почему ты здесь? Мэри тут же выстрелила в ответ.

— Потому что я на свидании, мама, — раздраженно сказала Пэт. «О Боже! Ты всегда пристаешь ко мне по поводу того, чтобы найти себе мужчину и остепениться. Но вот я на свидании, в очень дорогой и очень шикарной VIP комнате твоего любимого ресторана, а ты прерываешь меня и устраиваешь мне разнос, потому что я оставила Паркера с няньками на пару часов.

«Ой.» Мэри моргнула, ее мозг перегруппировался, а затем она изобразила улыбку на лице и повернулась к Санто. — Мне очень жаль, что я прервала ваше… о, Боже мой!

«Мэри?» — с беспокойством сказал отец Пэт, наконец, отойдя от двери, чтобы присоединиться к ним. Рэндалл Стоун всегда делал шаг назад и позволял своей жене справляться с дочерями в подобных ситуациях. Однако он напрягся и схватил ее мать за руку, чтобы оттащить ее на несколько шагов назад, когда хорошенько разглядел Санто.

— Дерьмо, — пробормотала Пэт, закрывая глаза. Она должна была догадаться, как они отреагируют, как только увидят глаза Санто. И она должна была увести мать прочь и вернуться к двери, где ждал ее отец, прежде чем Мэри смогла увидеть, что Санто был бессмертным. Ничего хорошего из этого не выйдет.

Она повернулась и увидела поднятые брови Санто, когда он смотрел на ее родителей. Он казался ошеломленным тем, что они тоже знали о бессмертных.

— Петронелла, иди сюда немедленно.

Пэт с удивлением обернулась, услышав страх в голосе матери, чего она никогда раньше не слышала. Требование, приказ, разочарование, гнев. . то, что она слышала. Но страх? Не у ее матери, львицы. Однако Мэри Стоун выглядела испуганной и почти отчаянно протягивала к ней руку, не сводя испуганного взгляда с Санто.

Вздохнув, Пэт подошла к своим родителям у двери и успокаивающе сказала: «Все в порядке. Он один из хороших бессмертных. Как Мэн Тиан».

— Мэн Тиан убил твою мать, — закричала Мэри, хватая ее за руку и пытаясь подтащить к двери.

Рот Пэт сжался от обвинений, и она уперлась. Отказываясь двигаться, она упрямо сказала: «Это не его вина».

— Она была бы сегодня жива, если бы не спуталась с ним, — мрачно возразила Мэри.

«Я знаю, но-"

«Нет никаких но. Это свидание закончилось, и я не хочу, чтобы ты видела этого. . мужика, снова, — твердо сказала мать, сильнее потянув ее за руку.

Пэт могла бы указать, что она взрослая женщина и может видеться, с кем хочет, и обычно она бы так и сделала, но шеф-повар и их официант пялились на них, ее мать была в панике, а ее отец не выглядел лучше, и она поняла, что резкий тон ее матери привлек внимание остальной части ресторана, потому что один из других официантов просунул голову в дверь, чтобы посмотреть, из-за чего возникла суета. В конце концов, Пэт просто нетерпеливо повернулась к Санто. «Ты не мог бы позаботиться об этом, пожалуйста? Я знаю, что ты можешь.»

Он торжественно кивнул, а затем перевел взгляд сначала на официанта у двери, который вдруг улыбнулся и попятился. Затем Санто перевел свой сосредоточенный взгляд на ее родителей. Оба тут же потеряли всякое выражение и повернулись, чтобы спокойно выйти из комнаты. Наконец, он переключил свое внимание на шеф-повара и их собственного официанта, которые расслабились и вернулись к работе.

Когда Санто повернулся к ней, Пэт вздохнула и пробормотала: «Спасибо», когда она вернулась на свое место. Сделав глоток вина, она спросила: «Что ты вложил в мысли моих родителей?»

— Что они встретили тебя здесь, были рады тебя видеть и оставили тебя на свидании, — тихо сказал он.

Пэт так же серьезно кивнула и сделала еще глоток вина, а затем замерла, когда Санто сказал: «Теперь ты расскажешь мне, откуда ты знаешь о бессмертных?»

— Ты разве не читал их мысли, пока контролировал их? — спросила она, изогнув одну бровь, потому что она была уверена, что он, даже был бы вынужден, находясь в их мыслях.

Санто кивнул в знак подтверждения, но добавил: «В этом мало смысла».

«Что ты увидел?» — сразу спросила она.

«Ужас, страх. . обгоревшее детское тело».

Пэт выдохнула и откинулась на спинку сиденья, когда его слова вызвали на передний план ее собственные неприятные воспоминания.

Через мгновение Санто спросил: «Может ты расскажешь мне сейчас?»

«Это имеет значение?» — устало спросила она. Он все равно скоро уедет. Зачем ему было открывать эту банку с червями? Ту самую банку с червями, от которой она хотела избавиться, когда поняла, что по соседству живут бессмертные.

— Маргарет, кажется, так думает, — мягко сказал он.

Пэт нахмурилась. Конечно, бессмертная женщина прочитала это в ее мыслях. Именно так Маргарита узнала о «Медном Круге». Пэт забыла, как трудно хранить секреты от бессмертных. Прошло много времени с тех пор, как она жила с одним из них.

«Все в тебе важно для меня».

Это заставило ее напрячься и избегать его взгляда, поскольку в ней закружилось замешательство.

— Она скажет мне, если я попрошу, — тихо добавил он. — Но я бы предпочел, чтобы ты мне рассказала.

Пэт почти велела ему расспросить Маргариту, но так же быстро передумала. Хотя она не могла сказать почему. Снова сев, она не сводила глаз с вилки, которую начала вращать, откашлялась и сказала: «Моя биологическая мать была замужем за бессмертным и сама стала такой же».

Санто откинулся назад, когда шок прокатился по нему. Он пытался придумать возможные объяснения ее знаниям, но это было последнее, на что он рассчитывал. Отец, который был бессмертным, и мать, которая не была? Это было возможно. Хотя бессмертный редко оплодотворял смертную женщину, это случалось время от времени, и если мать была смертной, ребенок или, в данном случае, близнецы, также были смертными. — Твой отец?..

— Мой отчим, — тихо поправила она. «Наш биологический отец умер вскоре после рождения Куинн и меня. Через два года мама познакомилась и вышла замуж за нашего отчима. Он был нам как отец».

— И он был бессмертным? — спросил Санто, желая убедиться, что он не ошибся.

Пэт кивнула. «У него были карие глаза с яркими серебряными крапинками. Его звали Мэн Тиан».

Санто это имя ни о чем не говорило, когда Пэт сказала Мэри Стоун, что он хороший бессмертный, как этот Мэн Тиан. Но это ничего не значило. Хотя он знал имена семей, переживших падение Атлантиды, за тысячелетия в этих семьях образовалось так много новых ветвей, что знать их все было невозможно.

— Я его не знаю, — наконец сказал Санто и заметил разочарование, промелькнувшее на ее лице в ответ. Почему-то она надеялась, что он знает бессмертного. Возможно, чтобы избавить ее от объяснений, подумал он.

— Что ж, Мэн Тиан был хорошим бессмертным, — наконец сказала Пэт. «Он и моя мама были очень счастливы. Они очень любили друг друга, но заботились и о том, чтобы мы тоже чувствовали себя любимыми. Мое детство в Китае было полно хороших воспоминаний, смеха и счастья. Я всегда чувствовала себя любимой».

Тот факт, что она повторяла, что ее биологическая мать и отчим всегда заставляли ее чувствовать себя любимой, в сочетании с ее реакцией на приемных родителей несколько минут назад, сказал ему о многом. Пэт сказала, что она была паршивой овцой в семье, потому что выбрала историю, а не медицину, как Куинн, но он подозревал, что это началось задолго до этого. Она явно не чувствовала себя любимой приемными родителями по какой-то причине, и это очень злило его. Ни один ребенок не должен чувствовать себя нелюбимым, но особенно его Пэт, которая идеальна во всех отношениях. . Кроме, пожалуй, готовки, если верить Паркеру, подумал он с легкой улыбкой.

«С самого детства я думала, что папа полицейский, — продолжила Пэт. «Но теперь я думаю, что он, должно быть, был Силовиком в Китае».

Взгляд Санто заострился на ней. Его голос был низким рычанием, когда он спросил: «Почему?»

«Потому что мама всегда говорила, что он был похож на полицейского, но он никогда не носил форму, которую я видела. Я действительно не знала, что есть что-то вроде бессмертной полиции, пока Маргарет не сказала, что вы все работаете силовиками. Она пожала плечами. «Теперь я думаю, что это, вероятно, то, кем он был. Силовик.

Санто кивнул на ее рассуждения и подозревал, что она права. Бессмертные обычно избегали смертных, когда могли. Было слишком тяжело смотреть, как они стареют и умирают. Быть офицером полиции в отряде смертных, работать с ними изо дня в день, любить их и заботиться о них, а затем смотреть, как они умирают раньше времени, было бы тяжело. Это также может быть опасно для бессмертного. На такой работе, если смертный друг и коллега был застрелен или серьезно ранен. . В запале у бессмертного может возникнуть соблазн попытаться спасти смертного, обратив его. Что было бы смертным приговором для бессмертного, если бы он или она уже использовали свой шанс.

— В любом случае, — выдохнула Пэт. «Когда нам с Куинн было шесть….». Она сделала паузу и, казалось, на мгновение погрузилась в свои воспоминания, а затем нахмурилась и продолжила: «Мэн Тиан обычно работал ночью, после того как мы ложились спать. Он всегда был дома по утрам и днем, пока мама занималась с нами домашним обучением. Нам пришлось вести себя тихо, чтобы не беспокоить его».

— Вы были на домашнем обучении? — спросил он с интересом, но потом понял, что они, вероятно, должны были быть, раз они знали о бессмертных. Ходить в школу, заводить друзей. . И то, и другое было бы рискованно. У Пэт и Куинн мог возникнуть соблазн рассказать о своих бессмертных матери и отце.

— Да, — сказала Пэт. «Мама развлекала нас, несмотря на необходимость молчать».

— Твоя мать не спала днем? — спросил Санто.

Пэт покачала головой. «Мы все ложились спать поздно, но она вставала, как только мы шевелились, кормила нас, ухаживала за нами и учила нас. Обычно днем она выводила нас во двор, чтобы мы могли играть и учиться, не мешая папе, но она всегда была укрыта, несмотря на то, что оставалась под защищенной половиной двора». Ее брови сошлись вместе. «По какой-то причине я не думаю, что покрытие двора было нормальным, так что, вероятно, это было что-то, что папа установил, чтобы обеспечить дополнительную защиту от солнца».

Санто торжественно кивнул. Большинство бессмертных избегали солнечного света, чтобы избежать вреда, который он наносил всем людям. Проблема заключалась в том, что в то время как тело смертного просто старело под воздействием солнечных лучей, тело бессмертного постоянно восстанавливало повреждения, используя для этого дополнительную кровь. Если бы ее мать отсутствовала в течение дня, чтобы ухаживать за Пэт и ее сестрой, укрытие над частью двора помогло бы удержать ее от повреждений, которые привели бы к потребности дополнительной крови. Установить его было бы разумно.

— Хотела бы я вспомнить, где мы жили, — вдруг сказала Пэт. «По крайней мере, район, если ничего больше». Она выглядела задумчивой и сказала: «Я знаю, что в Китае должны быть проблемы с населением, но я не помню, чтобы вокруг было много людей, поэтому подозреваю, что мы жили где-то в изолированном или, по крайней мере, менее населенном месте. Я помню, что наш дом был большим, а не маленький и тесный, и в нем были только мы. Я не помню, чтобы там, где мы жили, когда-нибудь шел снег, ивы всегда были зелеными, так что я подозреваю, что это было на юге Китая. Воды было много. ". Она покачала головой, разочарование отразилось на ее лице.

— А как насчет твоих приемных родителей? — спросил Санто. — Они наверняка знают и могут рассказать?

Ее рот на мгновение сжался: «Я уверена, что они могли бы, но они не будут. Они оба отказываются говорить о моих маме, папе и нашей сестре Эрике. Они думают, что будет лучше, если я просто забуду обо всем этом. Говорят, так безопаснее.

Санто слегка удивился при упоминании сестры по имени Эрика. Она впервые говорила о таком человеке, но его не удивило, что ее приемные родители могут чрезмерно опекать ее. Читая «Мэри Стоун», он обнаружил в женщине отчаянную потребность защитить Пэт и ее близнеца. Он не мог сказать, было ли это связано с обгоревшим телом или нет. Это было похоже на молитву, которая десятилетиями жила в голове женщины.

Какое-то время они оба молчали, а потом Пэт сказала: — В любом случае, однажды ночью, когда нам с Куинн было по шесть, а Эрике — десять, мама посреди ночи разбудила нас и вытащила из кроватей. Сначала я была в полусне и сбита с толку». Она нахмурилась. «Я помню, как, спотыкаясь, вышла в холл, и Эрика с папой были там. Мэн Тиан, — добавила она, чтобы уточнить, какой отец, прежде чем продолжить, — это было необычно. Как и тот факт, что папа был мрачным и тихим. Он всегда смеялся и был счастлив рядом с нами, поэтому я знала, что что-то не так.

Мама, ее звали Фэиян, Мэн Фэиян», — добавила она, а затем продолжила: «Она даже не разрешила нам одеться. Она вытолкала нас из нашей комнаты в ночных рубашках. Нам постоянно говорили, чтобы мы торопились, мы должны были уходить. Папа подхватил нас с Куинн, как только мы вышли из комнаты, и побежал с нами по коридору, а мама схватила Эрику и последовала за ним. . Раздался какой-то звук, похожий на бьющееся стекло или грохот. Не помню какой, но папа тут же повернулся, поставил нас и толкнул к маме, крича, чтобы бежали, он их задержит. Мама отпустила Эрику и велела ей бежать, а потом схватила нас. Думаю, в десять лет Эрика могла бы бежать быстрее нас, — пробормотала она и покачала головой. — Но Эрика побежала назад тем путем, которым мы пришли. Мама последовала за ней, крича ей, чтобы она шла на кухню».

Пэт помолчала, задумавшись. «Помню, в кухни была дверь в небольшой сад, за которым был лес. Я думаю, мама хотела, чтобы мы убежали и спрятались в лесу или что-то в этом роде, но Эрика была в панике и не слушала. Она убежала в свою комнату и залезла под кровать. Мама побежала за ней, но когда она остановилась в комнате, мы услышали топот ног в коридоре. Папа не мог их всех удержать. Мама поспешила к шкафу и усадила нас. Когда мы вместе присели в самом его конце, она сказала нам, что мы должны молчать, не издавать ни звука, несмотря ни на что. А потом она закрыла двери».

Пэт остановилась, и Санто увидел, как она потянулась за вином, затем оставила его и вместо этого взяла воду. Она сделала большой глоток. Поставив стакан обратно на стол, она откашлялась и сказала: — Двери с грохотом захлопнулись, но затем снова приоткрылись. Немного, ровно на столько, чтобы мы могли видеть, когда мама подбежала к окну напротив шкафа и перекинула ногу через подоконник, прежде чем остановиться, чтобы подождать. Я была так сбита с толку. Я боялась, что она уйдет, но на самом деле она не уходила. На самом деле, она снова начала двигаться только тогда, когда мужчины ворвались в комнату, и она кричала: «Бегите, бегите, прячьтесь!», как будто мы были снаружи. Но к тому времени было уже слишком поздно, и они схватили ее.

Вздохнув, Пэт пробормотала: «Только когда я стала немного старше, я поняла, что она надеялась обмануть мужчин, заставив их думать, что мы втроем выбрались через окно перед ней и убежали в лес. Я полагаю, она думала, что они вытащат ее из комнаты в коридор или что-то в этом роде. Но они этого не сделали. Они затащили ее в постель, привели отца и заставили его смотреть, как они по очереди насилуют ее».

Слова были сказаны так, как будто Пэт обсуждала погоду, но он подозревал, что это был единственный способ, которым она могла это сказать. В ее глазах было безошибочно пустое выражение. Она отделилась от того, что обсуждала, чтобы преодолеть травму. Руки Санто сжались в кулаки, он убрал их со стола и положил себе на колени. Он не мог себе представить, какой это ужас наблюдать за тем, как издеваются над твоим спутником жизни, и быть не в состоянии что-либо сделать. Насколько это должно быть хуже для ребенка? Но он не сказал ни слова. Он просто ждал, зная, что она еще не закончила.

Через мгновение Пэт судорожно вздохнула, затем откашлялась и сказала: «Папа был тяжело ранен. Его грудь была разорвана от плеча до противоположного бедра, и были и другие раны. Будь он смертным, он бы уже был бы мертв, но это вряд ли замедлило его. Он сошел с ума, пытаясь помешать им причинить боль матери. Ему это почти удалось, но их было слишком много, и они смогли его удержать. Они продолжали говорить такие вещи, как будто слышали, что он их ищет, поэтому они пришли к нему, и вот что вы получили за то, что осмелились охотиться на «Медный Круг».

Санто краем глаза заметил движение и, подняв глаза, увидел приближающегося официанта с едой. Его взгляд скользнул по еде, но он скользнул в разум человека и отправил его обратно, пока Пэт продолжала.

«Когда они закончили с мамой, они отрезали ей голову», — сказала она, ее голос стал дрожащим, а затем она закрыла глаза от боли, прежде чем добавить: «Куинн и я были в шкафу, прикрывая друг другу рты. Мы были такими тихими, как мама хотела, но потом мы обе закричали. Но папа кричал громче, и они нас не слышали. Его крик. . Я никогда не слышала такой дикой боли. Я думаю, что даже они были затронуты этим, потому что, когда это закончилось, было слышно сердцебиение в полной тишине. . а затем небольшой всхлип». Она открыла глаза и грустно посмотрела на него. «Эрике никто не закрывал рот».

Санто выругался и опустил взгляд, зная, что сейчас произойдет, прежде чем она сказала: — Папа даже не поднял глаз, когда они вытащили Эрику из-под кровати. Он как будто уже был мертв. Хотя, возможно, это была небольшая милость. Думаю, если бы он хоть раз поднял глаза, они бы изнасиловали или замучили бы и Эрику. Но он этого не сделал, и мужчины просто питались ею, по одному на ее шее, по одному на каждой руке и ноге. Они опустошили ее, пока она кричала в агонии и ужасе, а затем сломали ей шею. Как только это было сделано, папе отрубили голову».

Пэт прочистила горло, а затем ее голос снова стал ровным, она сказала: «После этого кто-то сказал: «А как насчет близнецов?» Старший начал отдавать приказы. Я много чего не понимала. Слишком испугана была, я думаю. Я знаю, что он послал одних людей обыскать лес, а других обыскать остальную часть дома. Должно быть, он послал кого-то за бензином или каким-то другим катализатором, но….». Она пожала плечами. «Когда он замолчал, он был единственным, кто остался в комнате. Он долго стоял там, а потом огляделся, как будто что-то искал. Я не думаю, что мы произвели шум или что-то в этом роде. Может быть, он просто начал думать об Эрике под кроватью, и, может быть, он заметил, что мама не двигалась слишком быстро, чтобы уйти, и понял, что она пожертвовала собой, пытаясь спасти всех нас, но затем он внезапно повернулся к шкафу.»

Пэт сглотнула, а затем тихо призналась: «Я обмочилась, когда он направился к нашему укрытию. Я знаю, что Куинн тоже. Я помню, как два ручейка жидкости бежали к дверям, а потом он их открыл и — я так усердно молилась», — призналась она. «Я знаю, что он читал меня. Я чувствовала его в своей голове, странное шуршание. В глазах у него были медные пятнышки вместо серебряных, как у мамы и папы. Он наклонился со злобной улыбкой и потянулся, чтобы схватить меня, но затем его взгляд переместился на Куинн, и когда его пальцы сомкнулись в моих волосах, его глаза расширились, и он как бы застыл, просто глядя на Куинн. Выражение его лица стало более сосредоточенным, а затем он выглядел потрясенным. Никто из нас не шевельнулся. Он просто долго смотрел на нее, и мы смотрели в ответ, дрожа, а затем человек, который пошел за катализатором, вернулся в комнату, и лидер быстро отпустил мои волосы, выпрямился и закрыл двери».

Пэт покачала головой с изумлением даже сейчас при воспоминании. «Я не могла в это поверить. Я была уверена, что он просто играет с нами и снова распахнет дверь и вытащит нас наружу. Но потом я услышала, как другой мужчина что-то спросил, и он сказал, что только что обыскал комнату. Другой человек сказал: «Ничего? Мужчины не нашли близнецов». Он сказал: «Нет, ничего». А потом, когда другой мужчина начал выливать что-то, что пахло бензином, на моих мать и отца, лидер сказал: «Вынеси их во двор». Я хочу костер при лунном свете». Они подтащили тела к окну и выбросили их, как мусор, а затем схватили головы мамы и папы и вылезли с ними в окно».

Пэт опустила голову, глядя на вилку, и сказала: — Вскоре после этого мы почувствовали запах огня. Слышали, как мужчины смеялись и разговаривали какое-то время, а затем наступила тишина. Но мы с Куинн слишком боялись, что они вернутся, чтобы выйти. Мы просто сидели там, все еще прикрывали друг другу рты, пока не взошло солнце, а затем мы заснули, прижавшись друг к другу, в этом маленьком шкафу».

Глава 14

«Пэт?»

Она с удивлением подняла взгляд, когда Санто мягко произнес ее имя. Она заблудилась в прошлом, цепляясь за сестру и дрожа в темном шкафу, наблюдая, как чудовищные фигуры танцуют на стенах спальни за дверями, отброшенные туда пламенем во дворе.

Вздохнув, Пэт выпрямилась на стуле. «Извини.»

«Не извиняйся.» Он нахмурился и спросил: «Ты хочешь остановиться?»

Пэт задумалась, но потом покачала головой. «Нет, давай продолжим», — подумала она и откашлялась. «В любом случае, как я уже сказала, мы заснули от полного истощения после того, как солнце наконец взошло. Но через некоторое время меня разбудил крик Куинн. Едва я открыла глаза, как кто-то поднял меня. Я начала кричать и пинаться. ".

Пэт пожала плечами. «Наверное, я потеряла сознание. После этого все стало каким-то размытым. Как будто мне не хватает кусочков». Она ненадолго сузила глаза, но затем продолжила: «Следующее, что я помню, это то, что я проснулась где-то в другом месте. Я думаю, это был гостиничный номер. Там были Мэри и Рэндалл, друзья моих родителей». Ее рот слегка скривился. «Они продолжали говорить успокаивающими голосами, пытаясь заверить нас, что все будет хорошо, и спрашивая, где мама и папа. Но мы с Куинн не разговаривали, мы просто прижимались друг к другу и смотрели на них. Наверное, мы были в шоке.

«Я не знаю, как долго мы пробыли в том гостиничном номере. Это мог быть день или неделя. Не знаю, я как-то отключилась. Я помню, как приходили и уходили другие люди, люди с серебряными искорками в глазах, как у папы. . и твои.» Она на мгновение встретила его взгляд, а затем отвела взгляд. «Я встречалась с некоторыми из них, они приезжали раньше, и я знала, что они члены семьи со стороны отца».

Она помолчала с минуту, а потом сказала: «Я помню, нас никогда не подпускали к окну и не выпускали из комнаты, а потом я помню, как ехала на машине, а потом самолет, но не обычный самолет, где много людей. Там были столы, стулья и кушетка, и там были только мы, Мэри и Рэндалл. А потом мы приземлились. Была еще одна машина, а потом мы были в доме, и нам сказали, что мы сейчас в Америке. Что мы теперь американцы, что они теперь наши родители, а наша фамилия теперь Стоун».

Ее рот напрягся при воспоминании. У нее отобрали все, даже имя. Подавив свое негодование, она выпила еще воды, а затем сделала глоток вина, прежде чем взглянуть на него и поднять брови. Ее голос вернулся к нормальному, когда она спросила: «Вопросы? Комментарии?»

Санто открыл рот, но, опасаясь, что он скажет что-нибудь сочувствующее, что вызовет слезы, Пэт предупредила: «Не жалей меня. Мне это не нужно. Я, по крайней мере, помню маму и папу. Куинн ничего не помнит.

— Куинн не помнит ту ночь? — спросил он с удивлением.

Пэт покачала головой. «Или что-нибудь еще. Даже Эрику и наших родителей. По крайней мере, она говорит, что нет. Но она также не позволяет мне говорить об этом с ней, так что, может быть, она просто говорит это, чтобы заткнуть меня. . или, может быть, она не хочет помнить. Она устало пожала плечами.

Санто на мгновение задумался, прежде чем спросить: «Эти люди были из «Медного Круга»?»

Пэт кивнула и нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что слышала о них. «Я помню, как слышала от мамы и папы — Мэн Фэиян и Мэн Тиан», — добавила она немного криво, чтобы он понял, о каких родителях она говорит. «Я помню, как пару раз до той ночи слышала, как они разговаривали. Помню, мама волновалась, а папа пытался ее успокоить, но я видела, что он тоже волновался. Но он сказал, что они должны были охотиться на них и. . Кое-что о. . они похищали смертных и делали их кровавыми рабами?» Она посмотрела на него неуверенно, в ее глазах был вопрос.

Глаза Санто расширились, он выругался себе под нос, а затем прорычал: «Я не слышал этого термина целую вечность».

— Что такое раб крови? — сразу же спросила Пэт.

На мгновение она подумала, что он не ответит, а затем прорычал: «Человеческий скот».

Пэт нахмурилась, услышав краткое объяснение. — Ты имеешь в виду, как на ферме или…. ?» Она покачала головой, не в силах придумать, что еще это может означать.

«Большое количество людей держат в клетках, кормят помоями, выводят только для кормления и держат на поводке, когда они едят». Его слова были холодными и жесткими, но довольно хорошо обрисовали картину. Вздохнув, он провел рукой по своей лысой голове, как бы успокаивая себя, а затем спросил: «Кто нашел тебя в шкафу? Бессмертные?

Пэт покачала головой. «Мэри и Рэндалл. Рэндалл был тем, кто подобрал меня».

— Они были там, в Китае? — удивленно спросил Санто.

Пэт кивнула. «Думаю, пока папа пытался успокоить маму, он настолько беспокоился о возмездии, что хотел отослать нас всех, пока ситуация не разрешится. Позже Мэри сказала, что кое-кто, с кем он работал, был найден мертвым незадолго до нападения на нас. Они боялись, что это убийство было возмездием, и были обеспокоены тем, что он будет следующим. Мэри рассказала мне, что они с мамой были соседками по комнате в школе-интернате, и они обе поступили в Принстон и там тоже были соседками по комнате. Она сказала, что они любили друг друга, как сестры. Нахмурившись, она добавила: «Я помню, как Мэри и Рэндалл приезжали к нам в Китай один или два раза до той ночи, но мать… Мэри, — уточнила она, — она сказала, что приезжала два раза в год до того, как вышла замуж за Рэндалла, а затем раз в год после этого. и что мама дважды приезжала к ней в Америку с нашим биологическим отцом, а затем и с Мэн Тианом».

Пэт покачала головой. «В любом случае, мать — Мэри, — пояснила она, — Мэри сказала, что хотя мама — Феиян — согласилась отослать Эрику, Куинн и меня на некоторое время, она отказалась уйти сама, пока папа, Мэн Тиан, не согласится пойти с нами. Мама договорилась, чтобы Мэри и Рэндалл приехали забрать нас, но без ее ведома папа отправил Мэри сообщение, в котором все объяснил и умолял помочь ему убедить маму уехать с нами, когда она доберется до Китая. Он подумал, что если кто и сможет, так это она. По крайней мере, так сказала Мэри.

Она пожала плечами. «Думаю, их самолет приземлился тем утром, всего через несколько часов после того, как все произошло. Они пришли прямо к нам домой. Они обнаружили, что дверь распахнута, и начали осматриваться. Сначала во дворе нашли обгоревшие останки ребенка, а кроме этого просто много пепла».

— Мы легко воспламеняемся и горим, — мрачно сказал он. «Пепел — это все, что осталось от Феиян и Мэн Тиана».

Пэт удалила эту информацию. «Они этого не знали, поэтому все еще надеялись, что мама, папа и двое из нас, детей, где-то живы. Они обыскали остальную часть дома, нашли спальню Эрики со всей кровью, а потом нашли нас спящими в шкафу. Рэндалл подобрал Куинн и передал ее Мэри, потом подобрал меня. Вот когда я проснулась, но я не знала, что это был он в то время. Его тело блокировало свет, и он был просто большой темной фигурой, поднимающей меня. Я думала, плохие люди вернулись.

Пэт отпустила вилку и откинулась на спинку сиденья, немного расслабившись теперь, когда худшее уже позади. «Думаю, Мэри связалась с папиной семьей, чтобы они помогли нам уехать из страны. Они договорились о самолете и дали ей паспорта для нас с нашими именами, теперь Петронелла и Куинн Стоун.

— Как вас звали до этого? — спросил Санто.

Пэт была немного удивлена, что он не мог этого понять. Она несколько раз упомянула Мэн Тиан, но ответила на вопрос. «Мэн Петронелла и Мэн Куинн. Мы взяли фамилию Мэн Тиана, когда он женился на нашей матери. Я предполагаю, что здесь это будет звучать Петронелла и Куинн Мэн, но там фамилия идет первой.

— Даже в Китае вас звали Петронелла и Куинн? — спросил он с недоверием.

Пэт почувствовала, как веселье пытается коснуться ее губ, когда она увидела выражение его лица. «Моя мама влюбилась в Америку, когда училась здесь в школе. Она любила все американское и надеялась когда-нибудь переехать сюда навсегда. Поэтому, когда мы родились, она дала нам американские имена со значениями, которые, как она надеялась, будут нам помогать».

— Что означают ваши имена? — с интересом спросил Санто.

«Петронелла означает сила/камень, а Куинн означает мудрая и умная или что-то в этом роде».

— Сильная и умная, — пробормотал он.

Она мягко улыбнулась и кивнула. «Нашу старшую сестру звали Эрика, что означает могущественный правитель. . или благородный правитель, может быть. Я больше не уверена, — призналась Пэт, недовольная собой из-за того, что забыла об этом. Казалось, она каким-то образом подвела Эрику. Вздохнув, она неохотно признала: «Эрика не была нашей сестрой по рождению. Она была нашей двоюродной сестрой. Ее мать была младшей сестрой моей матери. У нее не было мужа, и она умерла при родах. Наши родители, мама и наш биологический отец, недавно поженились, но забрали ее к себе, дали имя и вырастили. Она была на четыре года старше нас и была старшей сестрой во всех отношениях».

Санто кивнул, но спросил: «Ты сказала, что семья Мэн Тиана подготовила новые паспорта?»

Пэт быстро проследила за сменой темы и, подозревала, что он хотел узнать, сказала: «И номера социального страхования, и новые записи о рождении, так что мы вдруг стали американцами. Они также прочитали наши мысли, чтобы узнать, что случилось с мамой и папой». Ее рот сжался, прежде чем она добавила: «Они по глупости рассказали Мэри и Рэндаллу то, что видели в наших воспоминаниях, и Мэри взбесилась. Я помню это. Я также помню, как она пыталась убедить их очистить наш разум, чтобы избавить от воспоминаний, — мрачно добавила она. «Они отказались. Слава Богу.»

Он не стал комментировать, но Пэт видела, что он задумался, и задавалась вопросом, о чем.

Санто подумал, что он не удивлен, что бессмертные отказались. Если бы они просто удалили воспоминания о той ночи, они бы в конце концов вернулись, вытесненные обратно в разум Пэт и Куинн другими воспоминаниями об их жизни с Феияной, Мэн Тианом и Эрикой. Возможно, прошло бы не одно десятилетие, но в конце концов такие вещи возвращались. Поездка в Китай, собственный ребенок, спрятавшийся в шкафу во время игры в прятки, описавшийся ребенок, даже костер или картина могли бы открыть эту дверь и воспоминания хлынули бы. . Никто не мог знать, что вернет их и когда. Они могли испытать что-то несколько раз, а затем на третий или десятый раз внезапно всплыли бы воспоминания. И тогда травма усугубилась бы ее неожиданностью. По его опыту, детский разум был более адаптивным, чем взрослый. Они могли бы лучше справиться с травмой. Попытка скрыть что-то подобное, а затем через десять, двадцать или даже пятьдесят лет всплыть наружу, могла вызвать огромные психологические проблемы.

Единственный способ, которым семья Мэн Тиана могла гарантировать, что эти воспоминания никогда не вернутся, — это провести 3 на 1 с каждым ребенком, чтобы полностью стереть их разум. Опасная вещь, связанная с большим риском, в том числе оставление их обоих красивыми маленькими пускающими слюни идиотками.

«Каждый раз, когда я вспоминаю, как Мэри требовала стереть наши воспоминания, я просто хочу дать ей пощечину», — прорычала Пэт, снова потянувшись за вилкой. «Они были моими родителями, и она хотела их забрать».

— Не твоих родителей, — уверенно сказал Санто. «Боль и травмы».

Когда она взглянула на него с удивлением, он напомнил ей: «Я читал ее мысли».

«И?» — спросила Пэт, напрягшись.

«Она боится, что подвела Феиян с тобой».

— Потому что я не врач, как они и Куинн? — мрачно предположила она.

Санто покачал головой. — Потому что ты цепляешься за прошлое.

«Что?» — удивленно спросила Пэт.

«Ты зовешь Фэиян мамой», — указал он.

«Феиян была моей мамой», — обиженно сказала она.

— Но ты называешь Марию Матерью.

Санто знал, что ему не нужно было указывать, что «мама» — более нежное название, чем «мать». По выражению ее лица он мог сказать, что она это видела. Но он заметил: «Мэри была твоей матерью в течение тридцати лет, Пэт, но ты проявляешь больше привязанности к женщине, которая умерла так давно и заботилась о тебе всего шесть лет».

«Трудно любить того, кто хочет отобрать у тебя память о твоей матери. Воспоминания — это все, что у меня осталось».

Санто почти чувствовал боль в ее словах, но подозревал, что это лишь верхушка айсберга. Пэт и Куинн пережили ужасную травму, но Мэри и Рэндалл никогда бы не отвели их к смертному психологу, который помог бы им справиться с ней. Это либо раскрыло бы существование бессмертных и то, что они не были законными американцами, либо убедило бы психолога в том, что они бредят или страдают каким-то другим психическим заболеванием. Мэри и Рэндалл вынуждены были самостоятельно справляться со всеми травмами.

Что-то, к чему они были не совсем готовы. Они неизбежно совершали с ними ошибки, о которых даже не осознавали в то время. Как это дело о стирании воспоминаний. Мэри, вероятно, даже не поняла, что Пэт это слышала, или как она это восприняла. Так никогда и не исправив заблуждений Пэт.

Санто понял, что не он один нуждается в совете в этих отношениях, и ему от этого почти стало легче. Он только начал разговаривать с зятем Маргариты, Грегом, который раньше был смертным психологом, а теперь консультирует как смертных, так и тех бессмертных, которые желают обратиться за такой помощью. Возможно, он сможет убедить Пэт тоже навестить его.

Тем временем, однако, он мог бы помочь ей прояснить кое-что, подумал Санто и зарычал. «Что, если бы Куинн была изнасилована и убита?»

Пэт побледнела при этой мысли.

«Мэри и Феиян были как сестры», — отметил он. «Вот что она чувствовала».

Санто дал ей подумать об этом минуту, а затем спросил: — А если бы Паркер был свидетелем изнасилования и убийства его матери? Чего бы вы больше всего на свете хотели для него?»

— Я бы хотела… — Ее глаза расширились, а затем закрылись со вздохом, когда она закончила, — убрать воспоминания и спасти его от этой ужасной травмы в голове.

Санто хмыкнул и стал ждать. Через мгновение она открыла глаза с неуверенностью в выражении лица.

«Так. . Мэри не пыталась забрать мою мать и заменить ее собой?»

Хотя Пэт пришла к выводу, что хотела бы сделать для Паркера то же самое, что ее приемная мать пыталась сделать для нее, Санто не удивился, что у нее возникли сомнения. Она так давно верила в определенную сюжетную линию, что ей было трудно скорректировать свое видение событий. Однако Санто знал, что может помочь ей с этим, и кивнул, прежде чем сказать: — Я прочитал ее мысли. Она отчаянно хотела защитить и позаботиться о вас обоих. Она все еще живая, — добавил он, думая о реакции женщины, когда она поняла, что он бессмертен. Мэри Стоун, очевидно, винила всех бессмертных в смерти Феиян. Какой позор, так как это был один из немногих случаев, когда спутнице жизни не пришлось бы оставлять свою семью. Мэри и Рэндалл знали о бессмертных, поэтому не нужно было скрывать, что Пэт не стареет, когда он обратит ее. Что заставило его задуматься…

— Знали ли Мэри и Рэндалл о бессмертных до смерти твоей матери?

— Не знаю, — медленно призналась она. — Может да, а может быть, и нет.

— Но они определенно улетели обратно в Америку с этим знанием, — задумчиво пробормотал Санто.

Пэт с любопытством посмотрела на него. — Это необычно?

«

Si

». Санто кивнул. Это было очень необычно, и обычно этого бы не произошло. . если только не было беспокойства, что Пэт и Куинн все еще находятся в опасности из-за бессмертных изгоев, убивших остальную часть их семьи. Стоуны могли нуждаться в этих знаниях, чтобы обезопасить девочек.

В то время он полагал, что эта угроза была бы вполне вероятной, если бы кто-то из этого «Медного Круга» обнаружил, что близнецы еще живы и где они находятся. Хотя сам факт того, что у этих изгоев было такое название, как «Медный Круг», предполагал, что они были организованы там, где не было большого количества изгоев, здесь были и другие проблемы, которые делали это возможным. Лидер позволяет девочкам жить, но, например, не делает этого открыто. Это указывало на то, что либо он не был фактическим лидером, а просто руководил тем нападением с приказом убить всю семью, либо что он не был достаточно уверен в своем контроле над другими в организации, чтобы они подчинились его решению оставить их в живых. Боялся ли он, что другие члены группы могут настоять на убийстве Пэт и Куинн?

Санто ненадолго задумался, а затем отбросил эти мысли. Все это произошло тридцать лет назад. Скорее всего, теперь никто из «Медного Круга» не придет за Пэт и ее сестрой. Тем не менее, было бы неплохо получить всю возможную информацию о группе. Ему придется поспрашивать, решил Санто. Просто чтобы быть в безопасности.

«Сэр?»

Санто вырвался из своих мыслей и с удивлением взглянул на официанта. Он на самом деле забыл, где они были и что они были не одни.

«Ресторан закрывается в десять часов, и сейчас почти время. Боюсь, если вы хотите съесть то, что приготовил для вас шеф-повар, вам придется начать, — извиняющимся тоном сказал мужчина.

Санто уловил гримасу, промелькнувшую на лице Пэт, и понял, что ей, вероятно, не хочется есть после только что состоявшегося тяжелого разговора. К тому же, он тоже этого не хотел. Но он знал, что позже проголодается, поэтому сказал: «Заверните мы уходим».

«Да сэр.»

«И добавьте несколько десертов», — добавил он, когда мужчина ушел.

«Конечно, сэр.»

«Мне жаль.»

Мягкий голос Пэт заставил Санто удивленно оглядеться. «За что?»

— За то, что испортила наше свидание и ужин. Я знаю, что это, должно быть, стоило больших денег, и…

— Пэт, — прервал он. «Никогда не беспокойся о деньгах, которые я трачу на тебя. За свою жизнь я накопил немало».

«Действительно?» Она казалась удивленной.

Санто не был уверен, должно ли ее удивление оскорбить его или нет, но просто сказал: «Как ты заметила, мне почти три тысячи лет, и я почти все это время работал».

«Да, я тоже работаю, но большая часть моих денег уходит на квартиру, которой я владею. Остается не так много, чтобы вложиться и сколотить состояние».

— Ты владеешь квартирой? — спросил он с удивлением.

«Да. Большинство квартир сдаются, но те, что на моем этаже, были проданы, чтобы помочь финансировать строительство. Увидел, понравилось, купил». Пэт допила свой напиток. «Аренда кажется чем-то вроде…. Ну, ты в основном выбрасываешь свои деньги в окно. Ты платишь арендную плату, и эти деньги исчезают, и ты их больше никогда не увидишь. Но когда ты покупаешь дом или квартиру, даже если ты ежемесячно платишь по ипотеке. ". она снова пожала плечами». . ты получишь эти деньги обратно, если продашь позже. Если, конечно, рынок жилья снова не упадет на дно или что-то в этом роде».

Санто кивнул, но затем спросил: «Каков средний срок ипотеки?»

— От двадцати до тридцати лет, думаю, можно и покороче.

— И это львиная доля ежемесячных расходов у каждого,

Si

?

«

Si

, я имею в виду да. Большинство руководств по составлению бюджета предполагает, что расходы на жилье должно составлять тридцать пять процентов ваших ежемесячных расходов, — признала Пэт. «Хотя для меня это больше похоже на пятьдесят процентов. Но на долги тоже выделяют от пяти до пятнадцати процентов, а так как моя ипотека — мой единственный долг… ". Она позволила фразе оборваться.

«Итак, как только я приобрела дом, мои расходы значительно сократились», — как раньше Санто уже заметил, что Паркер определенно унаследовал привычку извергать факты и цифры от своей тети Пэт.

Она понимающе кивнула, а затем пробормотала: — Посмотрим, тебе две тысячи девятьсот восемьдесят четыре года. Раздели это на тридцать лет ипотеки. ". Она остановилась, ее глаза недоверчиво расширились. «Это эквивалентно сотне домов — 99,467, если быть точной».

Санто торжественно кивнул, а затем сказал: «У меня один дом. . и ты должна учитывать процент от всех тех домов, которые я не купил за эти годы.

— Боже мой, ты богат, как Крез, — воскликнула Пэт, выглядя скорее смущенной, чем довольная этой новостью.

«Крез, может быть, и был богат, но был показушником при этом», — уверял он ее, и ее глаза тут же сузились.

«Ты не мог знать Креза! Он был. . ах, черт, он жил где-то в пятисотом с чем-то году до нашей эры. Ты мог бы знать его, — поняла она, а затем с любопытством спросила. — Кого еще ты знал?

Санто даже рассмеялся, не веря этому вопросу. «Я давно живу, женщина. Я знал многих людей».

— Да, но… — Пэт сделала паузу, нахмурилась и сказала: — Ты только что назвал меня женщиной.

Улыбка тронула его губы, когда он уловил ее возмущение и поддразнил: — Ты предпочитаешь, mio amante?

«Что это значит?» — подозрительно спросила она.

Санто открыл рот, но затем остановился и минуту просто смотрел на нее. Она была такой милой. Ее брови были приподняты над большими темными глазами, рот был сжат, а длинные волосы падали на обнаженные плечи черными волнами, которые заканчивались прямо над облегающим ее красным платьем.

— Это значит, — начал он, но его взгляд упал на глубокий V-образный вырез платья между ее грудями, и, когда он закончил, его голос понизился до голодного рычания, — моя любимая.

За его заявлением последовала тишина, которая длилась так долго, что он, наконец, заставил свой взгляд подняться к ее лицу. Он сразу увидел, что это простое слово произвело на нее такое же впечатление, как и на него. Сексуальное желание, которое он внезапно ощутил, отразилось в ее глазах, а губы слегка приоткрылись, словно приглашая его поцеловать.

— Вот, пожалуйста, — весело сказал официант, возвращаясь. — Мы сложили все это в пакеты, чтобы было легче… о, с-спасибо.

Мужчина удивленно моргнул, обнаружив, что пакеты выпали из его рук, а на их месте — пачка денег. Санто встал, достал бумажник, вытащил деньги, схватил пакеты и с бессмертной скоростью вложил деньги в руки официанта, оставив человека несколько ошеломленным.

Поняв, что он натворил, Санто заставил себя замедлиться, двигаясь вокруг стола, чтобы помочь Пэт встать с ее места. Ему удалось сохранить этот спокойный размеренный темп, когда он провожал ее из ресторана в ночь. Ему даже удалось провести ее через уже почти пустую парковку туда, где он припарковался в дальнем углу. Именно у внедорожника он ее отпустил. Санто открыл перед ней пассажирскую дверь, а затем отступил назад, но недостаточно далеко. Когда тело Пэт коснулось его, когда она скользнула мимо него, он с шипением втянул воздух, закрыл глаза и внезапно поднял руку, чтобы обнять ее прямо под грудью.

Если бы она запротестовала или даже засмеялась, когда он прижал ее к себе, Санто, возможно, смог бы остановиться на этом, но она этого не сделала. Не его красивая, страстная Пэт. Вместо этого она растворилась в нем со вздохом, ее голова повернулась в сторону к его груди, и ее руки скользнули назад, чтобы сжать его зад и притянуть его к себе, так что его растущая твердость была прижата к верхней части ее задницы.

Со стоном Санто опустил голову и поцеловал ее в макушку, его собственные руки поднялись, чтобы накрыть ее грудь сквозь мягкий шелк платья. Пэт застонала в ответ, а затем ахнула и выгнула спину, прижимая ее попку к его эрекции, когда он сжимал и массировал маленькие холмики, на которые он претендовал.

Санто застонал и отпрянул, затем повернул Пэт и прижал ее спиной к внедорожнику, наклонившись, чтобы поцеловать ее. Она ответила жадно, сразу же открываясь для него, когда он высунул язык, и жадно посасывая его, прежде чем позволить своему языку сойтись с ее языком. Он держал ее за плечи, его тело было слегка согнуто, но он хотел ощутить ее тело на своем, поэтому переложил руки на ее талию и поднял ее, а затем прижал ее к внедорожнику нижней частью тела так, чтобы его руки могли найти ее груди снова.

Пэт ахнул ему в рот, когда он стянул верхнюю часть ее платья по открытым плечам вниз, чтобы освободить ее груди для прохладного ночного воздуха, затем она яростно всосала его язык, ее руки вцепились в его плечи, когда его руки накрыли ее плоть. Санто чувствовал, что ее возбуждение и удовольствие удваиваются, когда он ласкал и массировал ее обнаженные груди, а затем щипал ее соски.

Он прервал их поцелуй и начал наклонять голову, чтобы попробовать один из этих затвердевших сосков, когда услышал, как закрылась дверь и звуки голосов. Напрягшись, он поднял голову и увидел, что группа людей вышла из ресторана и разделилась на пары, направляясь к трем оставшимся машинам.

Напомнив о том, где они были, Санто быстро вернул платье Пэт на место, а затем прижался лбом к ее лбу.

— Домой, — шепотом потребовала она, проводя рукой по его спине. «Ты мне нужен.»

— Домой, — прорычал Санто, сразу двигаясь. Обхватив ее за талию, он отступил назад и открыл дверь, а затем усадил на пассажирское сиденье. Он остановился, чтобы подобрать пакеты с едой, которые он уронил, и быстро положил их на заднее сиденье, а затем направился вокруг, чтобы сесть за руль. Его единственной мыслью было вернуть ее в квартиру, сорвать это красивое платье с ее тела и погрузиться в нее.

Глава 15

«Не забудь, что твоя очередь присматривать за домом Парди в полночь».

— Sì, sì, — нетерпеливо сказал Санто в ответ на напоминание Джулиуса, пытаясь убедить мужчину и его жену Маргариту покинуть квартиру. Он прекрасно знал, в какое время должен был начать. Он также знал, что сейчас без четверти одиннадцать, а это означало, что у него есть всего час до того, как сработает будильник на телефоне, говорящий ему, что пора уходить. У него будет больше времени, если Маргарита и Джулиус уйдут, как и ожидалось, когда он и Пэт вернутся. Вместо этого пара внезапно стала очень разговорчивой, спрашивая о ресторане, их еде и т. д. Санто ответил ложью, что бы не заставлять Пэт снова переживать свои воспоминания. Затем они обсуждали то и это и почти ничего в течение получаса, прежде чем, наконец, заявить об уходе. Санто немедленно встал, чтобы проводить их, оставив Пэт одну в гостиной.

— Нам пришлось задержаться, — вдруг сказала Маргарита, прервав его раздраженные мысли выходя в холл. «Ты был немного взвинчен, когда вернулся, твои мысли кричали о твоих планах сорвать это красивое платье с Пэт. Не стоит так поступать с таким красивым платьем. Она бы никогда не простила тебя.

Санто моргнул при этих словах, а затем просто уставился на Маргариту, которая улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку.

«Страсть между спутниками жизни поначалу немного подавляет. Помни, какой ты сильный, и будь с ней осторожен, — предупредила она нежным шепотом, прежде чем отстраниться и позволить Джулиусу взять ее за руку, чтобы увести.

Пораженный предупреждением, Санто просто смотрел вслед парочке, пока они шли по коридору. Только когда они исчезли в лифте, он наконец закрыл дверь и вернулся в гостиную.

Он заметил Пэт, как только свернул за угол. Она оставила стул, на котором сидела, и теперь стояла спиной к комнате, обрамленная большим окном от пола до потолка, и смотрела на темную ночь и огни города за окном. Ее красное платье было ярким маяком на этом фоне, и его взгляд жадно скользнул по ней, когда он приблизился.

Чувствуя, как он сразу же затвердел, и его руки сжимаются от желания сорвать платье, чтобы он мог провести руками по бледной плоти, которую оно скрывало, он заставил себя остановиться и сделать пару глубоких вдохов. Боже мой, он был похож на быка, готового броситься на красный плащ матадора, понял он и покачал головой. Здесь он хотел сделать все медленно. Тяжелая задача для спутников жизни, но не невозможная. Он надеялся.

Пэт услышала тихий шорох, когда Санто приблизился к ней, но продолжила смотреть в окно на город внизу. Однако ее глаза закрылись, когда его большие руки легли ей на плечи, а его большие пальцы начали тереться взад и вперед по ее обнаженной коже.

Они стояли так с минуту, ни один из них не говорил, а затем Санто убрал волосы с ее шеи и наклонил голову, чтобы поцеловать чувствительную кожу.

Вздохнув, Пэт наклонила голову набок, давая ему лучший доступ, пока его рот двигался вдоль ее горла. Легкая ласка вызвала мурашки по ее телу, а соски напряглись от предвкушения. Она была настолько отвлечена, что только когда ее платье начало скользить по ее телу, она поняла, что он расстегнул молнию. Затем Санто переместил руки на ее талию и снял с нее платье, которое упало вокруг ее ног. Затем он отступил до мягкого кресла, в котором она сидела ранее.

Когда его руки покинули ее, Пэт почувствовала, что он отступил назад, чтобы посмотреть на то, что открыл. Она чувствовала, как его взгляд скользит по ее телу. Под платьем не было бюстгальтера, а в чулках было слишком тепло. Она стояла в одних красных трусиках и красных туфлях на высоких каблуках, которые носила с платьем, но терпеливо ждала, позволяя своему предвкушению нарастать.

«Повернись». Слова были низким рокотом, который вибрировал в ее теле.

Пэт медленно повернулась к нему лицом, ее предвкушение усилилось, когда она увидела, что его глаза стали серебряными. Она стояла неподвижно и гордая, когда эти глаза жадно обжигали ее тело, но ее собственные глаза тоже скользили по нему, изучая его широкие плечи в сшитом на заказ костюме и его плоский живот, прежде чем опуститься на растущую выпуклость, прижимающуюся к передней части его темных классических брюк.

— Sei bellissima, — наконец пробормотал Санто, а затем коснулся костяшками пальцев одного набухшего соска.

Пэт подумала, что это означает, что она прекрасна или красива, но не удосужилась спросить, опустив руку и подойдя ближе, он опустил голову, и она поцеловала, его. Это был сладкий, дразнящий поцелуй, его губы скользили по ее губам, а затем слегка покусывали.

Она потянулась к нему, желая обнять его за шею, притянуть к себе и углубить поцелуй, но он поймал ее руки, чтобы остановить. Держа их в плену, он продолжал дразнить, лизать и покусывать ее губы, пока она не застонала от разочарования. Только тогда Санто высунул язык и просунул его между ее приоткрытыми губами. Он скользнул вперед для короткой вылазки, на которую она с готовностью отреагировала, но затем снова удалился.

Пэт открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он садится в кресло. Взяв ее за руки, он потянул ее, чтобы она встала между его ног, а затем внезапно наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в нижнюю часть живота. Мышцы живота Пэт подпрыгнули в ответ, и она прикусила губу, когда язык Санто скользнул по полоске кожи над линией ее трусиков. Но затем он немного откинулся назад, схватил каждую сторону тонкой ткани и спустил красные кружевные трусики с ее ног.

Пэт вышла из них, ее теперь дрожащие ноги немного подрагивали на каблуках, а затем она смотрела, как он бросил клочок ткани ей на платье. Однако ее голова мотнулась назад, когда одна из его рук начала скользить по внутренней стороне ее ноги. Подняв голову, чтобы посмотреть на ее лицо, он позволил своим пальцам скользнуть вверх по ее бедру, пока не смог прижаться к ней ладонью. Пэт закрыла глаза, услышав стон, когда он прижался к ней, ее бедра инстинктивно подались вперед в ласке. А потом она ахнула и схватила его за плечи, когда он скользнул пальцем вверх по ее складкам, чтобы найти влажное тепло, уже ожидающее его.

— Я хочу тебя, — прорычал Санто, когда его палец скользнул по ее плоти, слегка пробегая по центру ее возбуждения.

— Да, — простонала Пэт и наклонилась, чтобы накрыть его руку, призывая его продолжать, чтобы она могла оседлать его на стуле. Но он не позволил этого и просто продолжал ласкать ее, его глаза были прикрыты от желания, когда он смотрел на ее лицо.

«Санто», — возмутилась она, задыхаясь, когда его другая рука скользнула к ее груди и начала щипать и играть с ее соском, усиливая нарастающее внутри нее удовольствие. «Пожалуйста.»

«Пока нет», — прорычал он, а затем впился ртом в другой ее сосок.

Задыхаясь, Пэт покачала головой, но затем вскрикнула и откинула голову назад, ее тело замерло, когда он скользнул в нее одним большим пальцем, медленно растягивая и заполняя ее.

«Санто. . пожалуйста, — закричала она в потолок, а затем его рука оторвалась от ее груди, запуталась в волосах на затылке и потянула ее лицо вниз, позволив ее соску выскользнуть из его губ, чтобы поцеловать ее. На этот раз не было поддразнивания. Его язык проникал в нее в такт с пальцем, когда тот выходил и снова погружался внутрь.

Пэт ответила на поцелуй почти отчаянно, ее пальцы вцепились в плечи его костюма, ее ноги дрожали, бедра толкались, когда она направляла его руку к ожидаемому освобождению. Но когда Пэт была уверена, что она вот-вот найдет это облегчение, его рука внезапно исчезла, и его рот оторвался от ее губ, чтобы прикоснуться успокаивающими поцелуями к ее щекам, а затем к шее.

Пэт начала открывать глаза со стоном разочарования, но вместо этого задохнулась, когда внезапно откинулась назад, когда он схватил ее за талию, чтобы потянуть вперед. В конце концов она оседлала его колени на стуле, ее ноги были согнуты и зажаты между его ногами и стулом с обеих сторон. Она чувствовала его эрекцию под собой, твердую, горячую и обнаженную, и поняла, что в какой-то момент он расстегнул молнию на своих брюках.

Она попыталась подняться, чтобы принять его в себя, но Санто схватил ее за бедра и удержал.

— Если ты сделаешь это сейчас, все будет кончено, — предостерегающе прорычал он.

Пэт заколебалась, размышляя о преимуществах продления этой мучительной прелюдии по сравнению с мгновенным удовлетворением от того, что он внутри нее, а затем прорычала в ответ: «Мне все равно».

Глаза Санто расширились, серебро в его радужках закружилось, а затем его хватка на ее бедрах усилилась, и он слегка приподнял ее, пока она не почувствовала, как его эрекция давит на ее отверстие. Но он не совсем перестал ее мучить. Положив руки ей на бедра, он удерживал ее от падения на него, как она хотела, и медленно опускал ее вниз, заполняя ее дюйм за дюймом.

— О, Боже, — простонала Пэт, пока ее тело боролось с тем, чтобы приспособиться к нему. «О, Санто. О, пожалуйста. Ой. . о, — выдохнула она, открывая глаза, которые, как она сама не осознавала, закрыла, и встречаясь с ним взглядом, как только они полностью слились. Тяжело дыша, она увидела его горящие глаза и сжатые челюсти, вдруг улыбнулась и сказала: «Так хорошо».

Тогда Санто отпустил ее бедро. Положив руку на ее шею, он притянул ее голову к себе для еще одного поцелуя. Тем не менее, на этот раз Пэт была инициатором, засунув свой язык ему в рот, когда она начала двигаться, приподнявшись наполовину отпустив его, а затем соскользнув обратно вниз. Они оба застонали, когда их тела снова встретились, звук вибрировал через их рты и тела, а затем она прервала поцелуй и села, чтобы посмотреть на его лицо, когда она начала скакать на нем.

Это была короткая, но очень приятная поездка. Пэт едва поднялась и опустилась полдюжины раз, прежде чем удовольствие от освобождения захлестнуло их, и она рухнула в темную пустоту, которая, казалось, всегда следовала за ней, когда она была с ним.

Пэт мимоходом выключила свет в холле и включила свет в своей спальне, когда вошла, только чтобы задержаться в дверном проеме. Кровать казалась большой и пустой в свете верхнего света. Она на мгновение нахмурилась, а затем отвернулась, снова нажав на выключатель. Вокруг нее мгновенно сгустилась тьма, но Пэт хорошо знала свой дом и без проблем добралась обратно через тихую квартиру в гостиную.

В то время как шторы в ее спальне были задернуты, а в прихожей не было окон, жалюзи в этом конце квартиры всегда были открыты. С лунным светом, скользящим по окнам, у нее не было проблем со зрением, и ее ноги понесли ее прямо к креслу, в котором она проснулась полчаса назад.

Санто спал, когда Пэт впервые проснулась, прижавшись к нему в кресле. Она воспользовалась моментом, чтобы вглядеться в его красивое расслабленное лицо. Но вскоре голод и воспоминание об их обеде в холодильнике заставили ее осторожно сдвинуться с его коленей. Конечно, ее движение сразу разбудило Санто, и он потянулся к ней, но она увернулась от его рук и встала на ноги. Обнаженная и смеющаяся над его сварливым бормотанием, Пэт выбежала из гостиной.

Побывав в ванной, она направилась в свою спальню, чтобы найти халат. Она надела его и завязала, возвращаясь на кухню. К ее большому удивлению, Пэт обнаружила там Санто, распаковывающего еду из ресторана. Его пиджак исчез, рукава рубашки были закатаны, но в остальном его одежда была в порядке.

Они работали вместе, чтобы разогреть еду, а затем сели за остров, чтобы поесть. Было приятно, но немного поспешно. Санто должен был вернуться в дом на свою смену, присматривать за домом Парди, и время, ему пора было уходить. Она проводила его, затем убрала беспорядок после еды и направилась в постель, но вместо этого вышла сюда.

Пэт подтянула ноги и свернулась калачиком в кресле, где Санто доставил ей такое удовольствие. Закрыв глаза, она притворилась, что опирается на его грудь, а не только на спинку мягкого кресла. Она хотела, чтобы он остался, но знала, что он должен уйти, и теперь скучала по нему.

Это признание заставило ее сглотнуть комок в горле. Это было именно то, чего Пэт хотела избежать, и она не знала, как это произошло, но она влюблялась в бессмертного-переростка.

Пэт нахмурилась и снова посмотрела в окно, гадая, где же все пошло не так. Она с самого начала была расстроена свиданием, зная, что у него слишком много шансов рассказать ей о себе и углубить ее симпатию к нему. Вот почему, когда он спросил ее, откуда она узнала о бессмертных, она рассказала ему свою историю. Пэт подумала, что если она будет продолжать говорить и не даст ему рассказать ей о себе, она сможет избежать привязанности. Но как-то это дало обратный эффект.

Санто внимательно слушал, задавая нужные вопросы в нужное время. Она видела игру эмоций на его лице — ярость, боль, сочувствие и понимание, — но ни разу не увидела на нем жалости. А еще он раскрыл глаза о ее матери, Мэри. Он помог ей посмотреть на вещи с другой точки зрения. Той, которая, как она надеялась, позволит ей отпустить вековой гнев и негодование и наладить отношения с женщиной, которая была ее матерью почти тридцать один год. И потом она заметила, когда официант подошел к столику с их едой, но вдруг остановился и отвернулся. Пэт знала, что Санто проник в его разум и прогнал его, и она оценила это. Особенно после того, как она увидела, как на его лице отразился голод, когда он впервые заметил приближающуюся еду.

А потом они ушли из ресторана. Прикосновения и поцелуи Санто на парковке успокоили ее измученную душу и быстро отвлекли ее мысли от прошлого. Пэт ни разу не подумала о своем детстве, когда они возвращались, вместо этого ее мысли были заняты тем, что произойдет, когда они доберутся сюда.

Конечно, все пошло не так, как ожидалось. Маргарита и Джулиус задержались. Пэт просто слушала, как Маргарита уже полчаса о чем-то болтала. Она смотрела на лица мужчин, на терпеливого Санто, на полных любви Джулиуса и Маргарет, и Пэт испытывала сильное желание стать частью этого. Частью их семьи.

Она влюблялась во всю их чертову компанию, но сегодня вечером ее сердце открылось для Санто, и Пэт не была уверена, что сможет закрыть его снова. Вздохнув, она встала и прошла на кухню, чтобы достать из буфета стакан. Хотя лунный свет был достаточно ярким, чтобы она могла видеть более темные очертания в темноте, до шкафа он не доставал, но Пэт сумела найти нужную дверь, а затем пошарила в поисках стакана. Повернувшись с ним, она налила в него немного воды.

Пэт должна была идти на работу на следующий день, и просиживая всю ночь, беспокоясь о чем-то, что она не могла изменить, она собиралась утром быть очень сварливой девочкой. Итак, вода и постель были планом.

«Надеюсь, если я пролежу там достаточно долго, то засну», — мрачно подумала Пэт, поднося стакан ко рту. Она стояла у острова, пока пила, стараясь не вспоминать поцелуи и ласки Санто здесь, когда он впервые пришел к ней в квартиру. Затем она поставила стакан в посудомоечную машину и повернулась, чтобы уйти, но остановилась, услышав приглушенный звон ключей за дверью.

«Наверное, это ее соседка через холл», — подумала Пэт и сделала еще шаг, но снова остановилась, услышав, как поворачивается ее замок. Потрясенная, она уставилась на темный вход, не в силах разобрать даже, где была дверь, пока она не начала открываться.

Яркий свет брызнул из холла, когда дверь приоткрылась наполовину, пропуская фигуру. С этим светом позади него, все, что Пэт могла видеть, был темный силуэт, который определенно был мужчиной, а также определенно не управляющий квартирой, мистер Лорье. Это был высокий стройный мужчина, а Лорье — пузатый старик. Но у кого еще может быть ключ от ее квартиры?

Это беспокойство рассеялось, когда дверь закрылась, отрезая свет и оставляя вход черной дырой, которая скрывала ее незваного гостя.

Пэт прищурилась, желая видеть лучше, а потом вдруг поняла, что, хотя она больше не могла видеть, кто вошел, теперь, когда он был скрыт в темноте входа, она стояла в залитой лунным светом кухне, и он, вероятно, мог ее видеть. Скривившись, она начала пятиться, ее взгляд скользнул по прилавку справа от нее, когда она пыталась определить, где находится ее колода для ножей, используя память и темные очертания, которые она могла разглядеть.

Она услышала, как незваный гость приближается к ней за секунды до того, как она добралась до ножей. Пэт едва успела прижать локти к телу и поднять перед собой левую руку так, что часть ее запястья оказалась выдвинута пальцами назад. Даже когда она автоматически сделала это, она отвела левую ногу назад, переместив свой вес и немного наклонившись так, чтобы то, что приближалось, не было лобовым столкновением. Пэт только что заставила себя расслабиться, когда он приблизился.

Какая-то часть ее разума осознала, что она наблюдает бессмертную скорость, когда фигура появилась из темноты в размытом виде, но Пэт сосредоточилась на простом движении. Ее протянутая рука метнулась влево, чтобы заблокировать его руку, когда его кулак ударил ее по голове. В то же время ее правая рука метнулась к его шее. Растопырив пальцы, она ткнула их в горло, а затем переместилась и выставила левую ногу вперед для фронтального удара, подняв ступню, а затем ударив его по колену.

Зная, что она сражается с бессмертным, Пэт вложила всю свою силу в оба удара и не удивилась, услышав, как нападавший издал шипящий булькающий звук, когда ее пальцы коснулись его горла, и треск, когда она ударила его по колену. Подумав, что она раздавила ему трахею и, возможно, сломала ему колено, и выиграла себе по крайней мере несколько секунд, она вернулась в исходное положение и заставила свое тело снова расслабиться, когда она посмотрела в сторону в поисках колодки для ножей.

Это была ошибка. Она могла нанести серьезный урон, но он был бессмертен и силен, и когда он споткнулся, он дико замахал левой рукой. Ее момент невнимательности стоил ей удара. Он ударил ее в живот, сильно приложив ее о холодильник. Голова Пэт отлетела назад, треснув о металлическую дверь, и перед ее глазами на мгновение заплясали огни. Но ее тело реагировало механически, ее руки и ноги двигались так, как ее учили, когда она боролась за свою жизнь, блокируя, когда это необходимо, но в то же время нанося ответный удар, тыча в точки вдоль его центральной линии и наступая на его ноги или пиная его, в колено, когда представилась возможность.

Пэт годами обучалась боевым искусствам, но даже в этом случае она знала, что сражается в проигрышной битве. Бессмертные были слишком сильны, могли выдержать слишком много урона и слишком быстро исцелялись, чтобы она могла победить без оружия. Лучше базуку или мачете, чтобы отрубить ему чертову голову, мрачно подумала она, прежде чем он поймал ее, развернул и швырнул на прилавок. Ее руки скользнули по столешнице, одна из них ударилась о твердую древесину, а голова отскочила от верхнего шкафа, ненадолго ослепив ее.

Тряхнув головой, чтобы очистить ее, Пэт начала отталкиваться от дерева, намереваясь повернуться и приготовиться к дальнейшей защите, но затем поняла, чего она касается, и замерла. Пэт почувствовала чью-то руку в своих волосах, которая тянула ее, и быстро переместила свою руку вверх по деревянному блоку к большим ножам, сумев схватить один как раз перед тем, как ее развернуло лицом к нападавшему.

Она увидела лунный свет, отражающийся в его глазах. Ее голову дернули в сторону, обнажая горло, и Пэт могла поклясться, что видела в темноте его клыки, когда он целился ей в шею. Но эти клыки так и не пронзили ее плоть. Крепко схватив нож, Пэт развернула его и изо всех сил вонзила ему в горло. Она не колебалась. Даже когда нападавший застыл от шока и боли, она потянула ручку на себя.

Ножи Пэт были не такими острыми, как должны были быть, и перерезать ему половину шеи оказалось труднее, чем она ожидала. Это было не то же самое, что резать масло или бутерброд. Это было похоже на попытку проткнуть лезвием ножа сырое жаркое без какого-либо пилящего действия. Не обращая внимания на кровь, которая, как она чувствовала, брызгала на ее лицо и грудь, Пэт стиснула зубы и приложила все свои силы. . и чуть было не вонзила лезвие себе в лицо, когда оно, наконец, прорезало остатки его плоти и внезапно вышло из тела.

Она инстинктивно отдернула голову назад, чтобы избежать лезвия, оттолкнувшись от нападавшего, и сумела избежать ранения. Пэт также отбросила своего незваного гостя назад. Она видела, как его руки поднялись, его руки потянулись к горлу, но он не опустился. Она не могла в это поверить, но он просто прислонился к острову, держась за горло и издавая влажные булькающие звуки.

У Пэт было ужасное чувство, что он, возможно, исцеляется, даже когда она стояла и смотрела на него. Она не знала, происходит ли это, и было ли это вообще возможно, но ее зрение расплывалось, ее мутило и тошнило. Боясь, что она потеряет сознание и окажется в его власти, Пэт не осталась, чтобы узнать.

Прижав нож к груди, она скользнула боком по прилавку, а затем повернулась и, спотыкаясь, пошла из кухни в коридор. Даже в темноте Пэт знала, что она плетется. Она несколько раз чуть не споткнулась о собственные ноги и продолжала натыкаться на стены, но добралась до комнаты Паркера.

Закрыв глаза от боли в голове, она нащупала дверную ручку, отчаянно прислушиваясь к любому звуку, который издает нападавший, но боялась, что никогда не услышит его из-за агонии, гремящей в ее мозгу. А потом дверь открылась, и она чуть не затоптала Паркера, когда, шатаясь, вошла в комнату, освещенную только ночником.

— Тетя Пэт?

Не обращая на него внимания, Пэт ухватилась за край двери, чтобы помочь себе удержаться в вертикальном положении, а затем переместилась и оперлась на нее своим весом, захлопнув ее.

«Бери. Стул у стола, — она слабо выдохнула, прислонившись к двери.

«Что происходит?» Голос Паркера был высоким и полным страха, но у Пэт не было сил ответить. Она изо всех сил старалась оставаться в сознании.

«Подставь это. . под. . дверную ручку, — выдохнула она, когда он вернулся, волоча за собой стул, а затем Пэт немного скользнула в сторону, чтобы освободить место, и опустилась вдоль двери на пол, все еще прижимая нож к груди.

«Тетя Пэт? Что случилось? Тетя Пэт? С тобой все в порядке? Тетя Пэт!»

Она почувствовала, как Паркер тряхнул ее за плечо, в его голосе звучала паника, когда он повторил ее имя, и открыла глаза, даже не догадываясь, что закрыла их. Пэт сразу же застонала, когда свет пронзил ее глаза прямо в мозг. Паркер включил свет. Она прищурилась от яркого света, чтобы посмотреть на племянника и попытаться понять, что происходит.

«Что мне делать?» — воскликнул он, и слезы потекли по его щекам.

Ей понадобилось время, чтобы вспомнить, как она сюда попала и почему ей было больно, а затем Пэт удалось: «Позвони домой. Санто там», как раз перед тем, как она потеряла сознание.

Глава 16

«Мортимер посылает кровь, наркотики и цепи с подкреплением, так что все будет готово к тому моменту, когда ты убедишь Пэт согласиться на инициацию/на оборот».

Санто хмыкнул на это заявление Брикера, когда Силовик вошел в кабинет в доме Питерсов, убрав свой телефон.

— Он сказал, удалось ли ему собрать достаточно людей, и когда они появятся? — спросил Джулиус, рассматривая карты в руке.

«Он ждет еще двоих. К завтрашнему дню они должны вернуться в дом Силовиков и потом прилетят прямо сюда. У Мортимера уже есть самолет, остались только люди, — сказал Брикер, затем потер живот и огляделся. — Кто-нибудь голоден?

— Я съел бы что-нибудь, — сказал Заниполо, опираясь на маленький карточный столик, за которым играли Маргарита и Джулиус. Завистливо скользя взглядом от мужа к жене и обратно, он пробормотал: «Хотел бы я сыграть в карты. Это выглядит весело».

— Так и есть, — улыбнулась Маргарита. «Но только потому, что мы с Джулиусом не можем читать друг друга, поэтому не можем прочитать, какие карты есть у другого. К сожалению, мы оба можем читать твои мысли, Заниполо, и тебе будет не так весело, — заметила она.

— Ага, — вздохнул младший бессмертный.

— Насколько ты голоден, Зани? — спросил Брикер, присоединившись к ним за столом. «Проголодался до содовой и чипсов? Голоден как сэндвич? Проголодался до бургеров на гриле? Он сделал короткую паузу, прежде чем указать: «У них есть газовое барбекю, и сейчас сезон барбекю».

«Бургер звучит неплохо», — согласился Зани.

— А ты, Санто? Чизбургер?

— Нет, — раздраженно прорычал Санто, задаваясь вопросом, почему они все здесь. Ему пришлось оставить Пэт, чтобы взять на себя его вахту, но если бы он знал, что они все будут здесь, он мог бы остаться с Пэт, чтобы снова заняться с ней любовью. Любой из них мог бы нести вахту в место него. Они все равно никуда не уходили. Зачем он здесь?

— Ты здесь, потому что твоя очередь стоять на страже, — сказал Джулиус, отвечая на мысленный вопрос.

— И мы здесь, потому что хотим провести с тобой время, — мягко сказала Маргарита. «Мы вряд ли увидим тебя в следующем году или около того, если она согласится стать твоей спутницей жизни».

— Она согласится, — сказал Санто. Он становился все более уверенным, что она это сделает. Пару раз сегодня ночью она смотрела на него с мягкостью на лице и тоской в глазах, что заставляло его думать, что она начинает заботиться о нем, возможно, даже любить его.

— Да, — пробормотала Маргарита, обводя его взглядом. — Я прочитала это в ее мыслях сегодня вечером, после того, как вы вернулись из ресторана. Она открыла тебе свое сердце и жаждет стать частью этой семьи».

Санто начал улыбаться, когда она добавила: «Однако она думает, что это безнадежно».

«Что?» — спросил он с тревогой. «Почему?»

— Потому что ты бессмертен, а она смертна, — ответил за жену Джулиус, пожав плечами. — Она думает, что просто развлечение для тебя.

— И она считает, что ты скоро уедешь. Что ты просто уйдешь и забудешь ее, — добавила Маргарита, а затем торжественно взглянула на него. — Скоро тебе придется объяснить ей, что такое спутники жизни, и сказать, что она твоя.

«Правильно, он должен рассказать ей как можно скорее», — подумал Санто. Он расскажет ей, как только закончит смену. Он отправится туда, разбудит управляющего, возьмет его под контроль и заставит мужчину впустить его в здание и в квартиру Пэт. Затем он прокрадется в ее комнату, снимет одежду, заберется к ней в постель, поцелует и оближет ее тело, пока она не проснется, а потом…. ну, честно говоря, они, вероятно, закончат то, что он начал, и часть разговора — где он рассказывает ей о спутниках жизни и о том, что это она — придется отложить, пока они не очнутся от совокупительного обморока.

«Совокупительный обморок?» — спросил Брикер, морщась. — Кто так говорит?

— Он не разговаривает, — заметила Маргарет.

«Да, но он мог подумать что-то вроде, после того, как они проснутся после надувания живота или что-то в этом роде».

— Надувания живота?

— Гремящие кости? он посоветовал.

«Брикер».

— ВертЕл на шампуре?

— Если ты закончил перечислять самые грязные способы описания занятий любовью, — сухо сказала Маргарита.

— О, это не самые грязные, — заверил он ее.

— У тебя есть похуже? — с ухмылкой спросил Зани.

— О да, — похвастался Брикер.

— Давай послушаем, — весело сказал Зани.

— Боже мой, — пробормотала Маргарита, хмуро глядя на свои карты.

«Давай посмотрим.» Брикер ненадолго задумался, а затем начался словесный понос, как только зазвонил телефон. «Запуск мясной ракеты, буги-вуги с трубчатой змеёй, хлопанье бедер, немного похоти и тяги, расщепление бороды, впрыск горячего мяса, гребля по Кучи-Крик, погружение…»

— Санто?

Брикер резко остановился, и все с удивлением повернулись к двери. Телефон звонил несколько раз с тех пор, как они начали дежурить здесь, но они всегда игнорировали его, оставляя все автоответчику, чтобы он отвечал. В основном это были рекламные звонки, а также несколько звонков от членов семьи. Услышав этот тихий голос, выкрикивающий имя Санто из кухонного автоответчика, они все были потрясены. Однако последовавшие за этим всхлипы заставили Санто вскочить на ноги и поспешить из пункта наблюдения.

«Пожалуйста, будь там! Тетя Пэт сказала позвонить. Она сказала, что ты будешь там! Голос Паркера был полон паники, отчаяния и обвинения, когда он выкрикивал эти слова. Они заставили сердце Санто сжаться от ужаса, когда он пересек холл и поспешил на кухню в сопровождении всех.

«Пожалуйста! Мы нуждаемся в вас! Я не знаю, что делать. Я-"

— Паркер? — рявкнул Санто, схватив трубку.

Срывающиеся рыдания страха, беспокойства и облегчения были ему ответом, как в телефоне, так и на автоответчике, который продолжал записывать сообщение. Звук, казалось, окружил Санто, и он сжимал беспроводной приемник, пока не услышал треск, а затем расслабил руку и попытался звучать успокаивающе, когда сказал: «Все в порядке, Паркер. Я здесь. Что случилось, малыш?»

«Здесь кто то есть. Я слышу, как что-то ломается на кухне. Но-"

«Где Пэт?» Санто мрачно прервал его. — Где твоя тетя?

«Она здесь, но не просыпается, и я не знаю, что делать. Там так много крови. Она покрыта ей. Она сказала позвонить тебе, а потом. . Я не могу ее разбудить, и мне страшно!»

Санто застыл при этих словах, ужас скрутил его, но тут Маргарита коснулась его руки, и он прочистил горло. Все, что он мог сказать, было: «Я уже в пути».

Он протянул ей телефон, едва дождавшись, пока Маргарет возьмет трубку, прежде чем отпустить ее и побежать к двери.

«Зани, возьми трубку в гостиной», — услышал он команду Маргариты, выходя из холла. Ее голос, казалось, преследовал его, но он не понимал почему, пока она не сказала Паркеру: «Дорогой, все будет хорошо. Джулиус, Санто и я уже в пути. Зани будет разговаривать с тобой по телефону, пока мы не приедем, хорошо? Где ты сейчас?»

«В моей спальне. Тетя Пэт велела мне поставить стул под ручку двери, но что, если он войдет? Санто услышал, как мальчик спросил, подойдя к парадному входу. Сжав челюсти, он распахнул дверь и выскочил на крыльцо, но, обернувшись, увидел, что тетя и дядя следуют за ним по пятам.

«Тогда ты спрячешься под кроватью или в шкафу, пока мы не доберемся», — сказала Маргарита.

— А как же тетя Пэт? — обеспокоенно спросил Паркер, когда Санто пустился бежать на бессмертной скорости.

— С ней все будет в порядке, — заверила его Маргарита. — И мы скоро будем там. Сейчас другого телефона с тобой будет говорить Зани, а я отключаюсь. Но ты просто поговори с Зани. Он скажет тебе, что делать. Хорошо?»

На этот раз Санто не услышал ответа. Он обогнул изгородь, чтобы добраться до внедорожника, и был слишком далеко от дома, чтобы слышать автоответчик.

— Я за рулем, — прорычал Джулиус, подойдя к нему, когда он добрался до водительской двери. Когда Санто открыл было рот, чтобы возразить, он добавил: «Ты не в том состоянии, чтобы водить машину. Кроме того, ключи у меня. Ты отдал их мне, когда вернулся. Я поеду быстро, но довезу нас целыми и невредимыми.

После кратчайшего колебания Санто резко кивнул. Увидев, что Маргарита уже открывает переднюю пассажирскую дверь, все еще держа в руке ставший мертвым домашний телефон, он сел на заднее сиденье.

Поездка до многоквартирного дома Пэт была тихой и напряженной. Джулиус ехал быстро, намного превышая разрешенную скорость. Маргарите даже пришлось контролировать и отогнать трех разных полицейских на трех разных машинах. Тем не менее, это было недостаточно быстро для Санто. Он хотел быть там сейчас. Его разум ревел от беспокойства и страха, что Пэт мертва. Что он потерял ее до того, как смог претендовать на нее.

С тревогой, разрывающей его сердце, Санто выскочил из машины еще до того, как Джулиус припарковался. Он услышал, как закрылась, вторая дверь и раздался, крик Маргариты, но он не замедлил движения и не оглянулся, чтобы убедиться, что она тоже вышла до того, как Джулиус припарковался.

Пара подходила к двери, когда он подбежал к зданию. Санто контролировал их и заставил открыть дверь, чтобы он мог войти. Он только что пересек вестибюль и достиг холла, который вел налево и направо к квартирам на первом этаже, когда Маргарита схватила его за руку и указала: «Нам нужен менеджер, чтобы дать нам ключ, чтобы войти».

— Нет времени, — проворчал Санто, а затем движение привлекло его взгляд вверх по коридору влево, и он увидел, что управляющий подозрительно смотрит на них из-за своей двери. Санто сразу проскользнул в разум мужчины, убедился, что у него есть все ключи от всех квартир, и взял его под контроль, заставив его ждать, где он был, пока Санто обходил вокруг своей тети. Он заметил Джулиуса, спешащего через дверь, которую пара смертных все еще держала открытой, но проигнорировал его и рванул с бессмертной скоростью, чтобы добраться до старика.

Получив ключ, Санто продолжил свой путь вверх по коридору к двери на лестничную клетку, уверенный, что так он сможет добраться до этажа, где жила Пэт, быстрее, чем на лифте. Джулиус и Маргарита последовали за ним, все молчали, пока не ворвались через дверь в холл.

— Ты знаешь, какой ключ ее? — спросила Маргарита, с тревогой глядя на большую связку ключей, пока они спешили к двери Пэт.

— Я узнал из головы менеджера, — прорычал Санто, не удивившись ее удивленному выражению лица. Даже он был потрясен тем, что подумал об этом в том состоянии, в котором находился.

В квартире было тихо и темно, когда он открыл дверь. Входя, Санто щелкнул выключателем на стене, и верхний свет в прихожей вспыхнул, отгоняя тени почти до конца кухни. Однако открывшееся им зрелище заставило Санто остановиться. На полу валялась деревянная подставка для ножей с разбросанными повсюду ножами, два стула опрокинуты с обеденным столом, а жалюзи за столом качались на ночном ветру, проникающем через открытые балконные двери. Но кровь, забрызгавшая шкафы и дверцу холодильника, привлекла его внимание. Слова «артериальные брызги» пронеслись у него в голове. Это был признак того, что крупная артерия была перерезана. Без посторонней помощи смертному требовалось от двадцати секунд до пары минут, чтобы умереть от такой раны. Им потребовалось десять минут, чтобы добраться сюда.

Пэт, вероятно, была мертва еще до того, как им позвонил Паркер.

Санто смутно осознавал, что Маргарита проскользнула мимо него, в коридор, а затем Джулиус подошел к нему и положил руку ему на плечо.

— Прости, Санто, — тихо сказал он.

Санто закрыл глаза на это подтверждение своей правоты. Его Пэт была мертва, признал он, а затем снова открыл глаза и просто стоял, глядя на кухню и представляя себе последние мгновения жизни Пэт и насилие, которое, должно быть, предшествовало ее смерти.

«Паркер? Это Маргарита, дорогой. Можешь отодвинуть стул?» Слова донеслись до них.

— Маргарита? В голосе мальчика не было облегчения.

«Да, милый. Не мог бы ты передвинуть стул, чтобы я могла войти?

«Да. Но тетя Пэт лежит перед дверью и не хочет просыпаться, и она слишком тяжелая, я не могу ее сдвинуть».

«Все хорошо. Просто отодвинь стул, милый, и я проскользну и перетащу ее, — твердо сказала Маргарита.

Они услышали, как дверь открылась, а затем закрылась, а затем тишина наполнила квартиру, прежде чем Джулиус серьезно спросил: — Ты хочешь ее увидеть?

Санто закрыл глаза, его плечи ненадолго опустились, но затем он заставил их снова подняться, но они снова опустились в поражении.

— Мне… мне нужна минутка, — хрипло сказал он.

Джулиус похлопал его по спине, а затем проскользнул мимо него, следуя по пути, по которому пошла Маргарита.

Санто подождал, пока он не ушел, а затем молча двинулся вперед к концу острова, воспоминания о времени, проведенном здесь, разрывали его сердце. Помогать Пэт распаковывать продукты, дразнить ее, есть еду из ресторана. . Затем он повернулся направо, заглянув в гостиную на стул у окна. В его воображении он мог представить себе Пэт, стоящую там в красном платье и смотрящую на ночной город.

«Санто!»

Он обернулся на этот настойчивый призыв дяди. В холле уже горел свет, и Джулиус махал ему рукой.

— Она жива, — прошипел Джулиус.

Неверяще расширив глаза, Санто бросился бежать, промчавшись мимо него в комнату. Паркер стоял у изножья кровати, держа миссис Вигглз на руках, и на его лице отразились страх и тревога. Маргарита стояла у дальнего края кровати, склонившись над лежащей на ней Пэт. И Пэт. . Сердце Санто дрогнуло, когда он посмотрел на нее. Было так много крови. Она покрывала лицо и грудь. Трудно было поверить, что она все еще жива, и он остановился на полпути, чтобы неуверенно спросить: «Она не умерла?»

Маргарита выпрямилась, нахмурившись. «Нет. Но-"

«Нет?» Санто рявкнул, шок и надежда боролись внутри него, когда он подумал, что еще есть шанс, если он будет достаточно быстр. Он был у кровати в мгновение ока, его клыки уже торчали, а запястье поднималось ко рту.

— Она жива, — вздохнув, заверила его Маргарита. — Но она …. — Санто, нет! — воскликнула она от шока, когда подняла глаза и увидела, что он делает. Но было слишком поздно. Он уже оторвал шестидюймовый(15 см) участок кожи со своего запястья и переполз через кровать, чтобы прижать кровоточащую рану ко рту Пэт.

— Санто, она не… не думаю… кровь, кажется, не ее, — выдавила наконец Маргарита.

Санто в шоке поднял глаза. «Что?»

— Я не смогла найти на ней никаких ран, — быстро сказала она ему. «У нее есть пара шишек на голове, но я не думаю, что тебе нужно начинать оборот».

Расширив глаза, Санто отдернул запястье и уставился на Пэт с замешательством.

Какое-то время все молчали, а потом Джулиус подошел к кровати и посмотрел на неподвижное лицо Пэт. Медленно выдохнув, он с надеждой сказал: «Может быть, она не успела …».

Пэт разуверила их всех в этом, внезапно сев в постели с воплем. Ее глаза были широко открыты, обнажая серебряные точки, в ее темных глазах.

Санто уставился на нее, Джулиус выругался, а Маргарита ударила Пэт по лицу, нокаутировав ее.

— Отнеси Пэт к внедорожнику, Санто.

Когда он повернул потрясенное и сердитое лицо к Маргарите, она нетерпеливо кудахтала и указала: «Это многоквартирный дом, Санто. У нас будет полиция у дверей, если она проснется и снова начнет кричать, и я не думаю, что в следующий раз ее будет так легко усмирить. Так что двигайся!»

Она не стала ждать, выполнит ли он ее приказ, а поспешила к краю кровати, чтобы подобрать Паркера и его кошку. «Пойдем, дорогой. Все будет хорошо. Мы отвезем тебя и тетю Пэт обратно в дом Капрелли, где вы будете в безопасности, а мы сможем позаботиться о ней».

— Ты ударила тетю Пэт, — с тревогой заметил Паркер, широко раскрыв глаза.

— Да, дорогой, но это было для ее же блага, — заверила мальчика Маргарита, вынося его из комнаты.

Санто смотрел, как они уходят, покачал головой, а затем наклонился, чтобы подобрать Пэт.

— Что ж, — сказал Джулиус, следуя за ним к двери. «С другой стороны, тебе не нужно убеждать ее в необходимости инициации».

— Нет, я просто должен просить у нее прощения за то, что сделал это без ее разрешения, — мрачно сказал он. «Мне повезет, если я сохраню свою голову».

«Я уверен, что это не проблема. Ты думал, что спасаешь ей жизнь. Североамериканский совет поймет, — заверил его Джулиус.

— Меня беспокоит не Совет, — сухо сказал Санто.

— Ты имеешь в виду Пэт? — со смехом спросил его дядя, когда они двинулись по коридору.

Санто не смеялся вместе с ним. Вместо этого он сказал: «Ты ведь видел кровь повсюду и окровавленный мясницкий нож на полу в спальне, не так ли?»

«Ну, да, но….».

«Смертный не смог бы пережить такую потерю крови», — отметил он. — Но тела не было.

— Думаешь, Пэт отбилась от бессмертного? — удивленно спросил Джулиус, когда они вышли из зала.

Санто остановился в конце кухни и еще раз окинул взглядом беспорядок.

«Нет даже кровавого следа», — отметил он. «Только артериальные брызги на прилавках и холодильнике и небольшое количество крови на полу».

— И еще на Пэт, — пробормотал Джулиус, глядя на нее сверху вниз.

«И все же Маргарита говорит, что все, что у нее есть, — это шишка или две на голове», — прорычал Санто.

— Черт, — выдохнул Джулиус, осознавая. «Ты прав. Эта маленькая девочка отбивалась от бессмертного.

Санто хмыкнул и посмотрел на миниатюрную женщину в своих руках.

— И она похоже выбила дурь из этого ублюдка, — сказал Джулиус, голосом гордого папы.

Снова кряхтя, Санто повернулся и направился к входной двери.

Они молчали, когда вышли из квартиры и направились по коридору к лифтам, где их ждали Маргарет и Паркер, а затем Джулиус сказал: — Маленький совет, племянник.

«

Si

?» — спросил Санто.

«Не зли свою маленькую спутницу жизни, если можешь».

— Немного поздно для этого, дядя, — вздохнул Санто, остановившись в нескольких шагах от Маргариты и изучая спящее лицо Пэт. Он подозревал, что она совсем не обрадуется, когда проснется и узнает, что ее обратили без ее разрешения. Санто предвидел много унижений и примирений в своем будущем. Несмотря на это, он обнаружил, что улыбка медленно озаряет его лицо. Он не потерял ее. Пэт была жива.

Глава 17

Пэт проснулась в розовом саду. По крайней мере, так она думала, когда впервые открыла глаза. Она была окружена нежными цветами всех мыслимых цветов. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что цветы на самом деле стояли в вазах, которые занимали каждую поверхность комнаты для гостей, которую они с Паркером использовали в ту ночь, когда останавливались у соседей ее сестры, Капрелли. Тревога тут же охватила ее, и Пэт вскочила, чтобы сесть у изголовья кровати, ее глаза скользнули по огромной футболке, которая была на ней, когда простыня и одеяло, которые укрывали ее, сползли к талии.

«Ты очнулась.»

Ее голова повернулась на этот тихий грохот, но все, что увидела Пэт, был большой букет разноцветных роз, смешанных с гипсофилой и зеленью, а затем среди цветов появилось лицо Санто. Она растерянно моргала, пока он не встал, а потом поняла, что он сидел на стуле рядом с кроватью.

Она начала расслабляться, но затем нахмурилась и спросила: «Я умираю?»

— Нет, конечно, нет, — сказал он, выглядя потрясенным. «Почему ты так думаешь?»

Пэт указала на цветы в комнате. «В последний раз я видела такое количество цветов в больничной палате бабушки Стоун, когда она умирала от рака», — сказала она с иронией. «Что случилось?»

Санто выглядел настороженно. — Ты не помнишь прошлой ночи?

«Прошлую ночь?» — спросила она с недоумением.

— Что последнее ты помнишь?

Пэт ненадолго задумалась, а затем ее глаза расширились. «Бессмертный! Мы дрались на кухне, и я отрезала ему голову».

«Что ты сделала?» — удивленно спросил Санто.

«Ну не совсем. ., — медленно призналась она, по мере того как ее воспоминания становились яснее. «Я воткнула нож ему в шею. Кажется, я наполовину перерезала ему шею. Не то чтобы это сильно на него повлияло, — сухо добавила она. «Он даже не упал. Просто стоял, держась за шею. Полагаю, я должна была закончить работу, но у меня кружилась голова, меня тошнило, и я боялась, что потеряю сознание, поэтому я, спотыкаясь, побрела по коридору к Паркеру — где Паркер? — прервала она себя, чтобы с тревогой спросить. Ее взгляд метнулся к лицу Санто. «С ним все в порядке? Кажется, я сказала ему позвонить тебе, но…

«Паркер в порядке. Он в школе, — заверил ее Санто, прежде чем она успела слишком занервничать.

— О, хорошо, — выдохнула она. — Так я полагаю, он позвонил вам, ребята?

«

Si

. Он позвонил, и Маргарита, Джулиус и я направились прямо к вам. Я взял под свой контроль управляющего твоей квартирой, чтобы получить ключи от входа, а потом мы вернули вас обоих сюда.

«Ой.» Пэт вздохнула это слово.

— Ты узнала нападавшего? — спросил Санто через мгновение.

Пэт мысленно представила эту фигуру, но это было все, что она видела на самом деле — фигура, вырисовывающаяся на фоне ее двери, а затем темная фигура, с которой она сражалась.

— Нет, — сказала она наконец. «Это был мужчина. . высокий, стройный, короткие волосы, я думаю. . Вот и все.»

— Это соответствует описанию, которое Паркер дал по кузену Парди, — задумчиво пробормотал Санто.

— Думаешь, это был Дресслер?

Он поколебался, а затем покачал головой. «Мы не видели, что бы он выходил из дома, но изгой по соседству — единственный, про кого мы знаем в этом районе. Если это Дресслер, то. ".

— Ага, — пробормотала Пэт, а затем нахмурилась. — Но зачем ему я?

«Сложно сказать? Изгои обычно наполовину безумны, — вздохнул Санто.

«Да, ну, этот Дресслер с самого начала был совершенно безумен, будучи смертным, так что я сомневаюсь, что бессмертие сильно помогло».

«Нет.» Санто улыбнулся.

Они оба молчали, а потом она оглядела цветы. — Это все для меня?

«

Si

». Санто взглянул на цветы.

Пэт кивнула, но затем нахмурилась. — Ты уверен, что я не умираю?

— Нет, — твердо сказал он. — Ты определенно не умираешь, Пэт.

— Хорошо, — сказала она с ухмылкой. «Я имею в виду, что у меня не болит голова или что-то в этом роде, так что, думаю, я не так сильно ударилась, как думала. Я просто. ". Пэт снова оглядела комнату и пожала плечами. «Я просто не знала, что бессмертные так сходят с ума по цветам, когда человека немного ударили. Я имею в виду. . от кого они все?»

— От меня, — сказал он тихо, удивленно переводя ее взгляд на себя.

«Все они?»

«

Si

».

Минуту она смотрела на него широко раскрытыми глазами, а затем встала на колени и проползла несколько футов до края кровати к нему, чтобы обнять его за шею. Ее рот был всего в нескольких дюймах от его рта, и она сказала: «Спасибо. Они прекрасны, — прежде чем прижаться губами к его губам.

Сначала Санто был неподвижен и не реагировал, когда она провела своими губами по его губам, но когда она высунула язык, чтобы попробовать его губы, он застонал и открыл рот. Его руки двигались вокруг ее тела, чтобы схватить ее сзади, и он слегка приподнял ее к себе, когда ответил на поцелуй. Он ненадолго позволил ей разгореться, но затем так же быстро схватил ее за локти, прервав поцелуй.

«Нам надо поговорить.» Его голос превратился в хриплое рычание, от которого ее глаза тут же сузились.

«Ну, это не хорошее предисловие к любому разговору», — сухо сказала она, а затем отодвинулась, чтобы снова сесть на кровать. «Если ты собираешься мне сказать то, о чем я думаю, то просто напиши на стикере и приклей на видное место».

«Что?» — спросил он в шоке.

— Прости, это несправедливо, — вздохнула Пэт и провела рукой по волосам. «Послушай, все в порядке. Я знала, что ты не задержишься здесь надолго, так что, если ты нагрянул к Парди, пока я спала, закончил все дела и готов идти дальше, то нет нужды в длинных, затянутых речах с поцелуями.

«Мы не совершали налет на дом Парди. Я еще не закончил, и если бы я и ушел, я хотел бы взять тебя с собой, — твердо сказал он. — Я никогда не произнесу перед тобой прощальной речи, Пэт. Я хочу провести с тобой свою жизнь».

«Действительно?» — удивленно спросила Пэт.

«Действительно.»

— Но я смертная, а ты… подожди, — внезапно сказала она, когда ее здравый смысл включился. — Мы не можем… я имею в виду, ты мне нравишься и все такое. Сильно. Может быть, я даже немного влюбилась… — Она не смогла произнести ни слова и скривилась. — Но слишком рано говорить про вечность, тебе не кажется?

Санто помедлил, а затем заполз на кровать рядом с ней, сел спиной к изголовью и раскинул руки.

Пэт почти не колебалась, прежде чем забраться к нему на колени и прижаться к его груди.

Его руки сомкнулись вокруг нее, а затем Санто поцеловал ее в макушку и просто держал ее в течение минуты, прежде чем сказать: «Звонок Паркера напугал меня до чертиков. Он, конечно, испугался и сказал, что на кухне кто-то шумит, но еще сказал, что крови было много и ты была вся ею покрыта. Его голос был хриплым рычанием, когда он сказал ей это, но стал еще более хриплым, когда добавил: «Когда мы добрались туда, было ооочень много крови. Ты была покрыта ею, и на твоих кухонных шкафах были артериальные брызги. Я думал, ты умираешь».

— О, — вздохнула Пэт, а затем сказала: «Извини», хотя и не знала, почему.

— Тебе не за что извиняться, — заверил он ее. — На самом деле, это я должен перед тобой извиниться.

Она почувствовала, как ее брови приподнялись на лбу, и откинула голову назад, чтобы посмотреть на него. «Почему?»

— Потому что в своем отчаянии, спасти тебя, я кое-что сделал. ". Его голос умолк, а затем он нахмурился и уткнул ее лицо себе под подбородок. Он держал ее так минуту, а затем сказал: «Для бессмертных есть такая штука, как спутники жизни».

Пэт подождала, но когда он остановился на этом, она сказала: «Я слышала, что ты использовал этот термин раньше. Я думаю, ты сказал, что моя мама была спутницей жизни Мэн Тиана или что-то в этом роде. Я не уверена.»

— Может быть, я тоже не помню, но во всяком случае она должна была быть.

«Почему?» — спросила она, откидываясь назад, чтобы снова взглянуть на него. «Что такое спутник жизни? В то время я предположила, что это просто еще одно слово для обозначения жены, но я полагаю, что ошибалась?»

Вместо ответа Санто прижал ее лицо к своей груди и коротко погладил ее по спине. «Видишь ли, бессмертным трудно находиться рядом друг с другом».

— Ладно, — тихо сказала она, задаваясь вопросом, был ли тот факт, что этот разговор не имел для нее смысла, из-за ее раны на голове или из-за того, что он чертовски плохо справлялся с умением связно говорить. Казалось, он прыгает как заяц с мысли на мысль.

«Мы склонны избегать бессмертных, которые старше, потому что они могут прочитать нас, если мы не будем постоянно экранировать свои мысли».

— А есть бессмертные старше тебя? — спросила она сухо.

—

Si

, — раздраженно сказал Санто.

«Сколько?» — сразу спросила она.

— Достаточно, — сказал он, и она услышала раздражение в его голосе.

— Значит, вы, бессмертные, тоже можете читать друг друга, а не только смертных? — спросила она с интересом.

«

Si

. Хотя бессмертный может научиться защищать свои мысли. Но через некоторое время это немного утомляет, и, конечно же, мы можем читать мысли бессмертных, которые моложе нас, что может звучать нормально, но на самом деле….».

— Разве? — предложила она, когда он снова сделал паузу.

— Точно, — согласился он.

Пэт снова отстранилась и спросила: «Почему?»

Санто поморщился. — Потому что ты все это слышишь. Не только то, что они хотят, чтобы ты услышал, или то, что они считают вежливым. А абсолютно все. И иногда тяжело слышать, что другие люди думают о тебе. Их заботы о тебе. Их раздражение на тебя. Что они думают, что ты должен перестать брить голову и выглядеть как байкер. Или что кольца, которые ты носишь, делают тебя женоподобным.

— Кто так подумал? — рявкнула она, возмущенная от его имени.

Санто отмахнулся от ее вопроса и прижал ее к своей груди. «Дело в том, что трудно постоянно иметь доступ к мыслям каждого. Опять же, ты должен оградить себя от их мыслей, чтобы не слышать их».

«Почему они не защищают свои мысли?» — сразу спросила она. — Я имею в виду молодых бессмертных.

«Они делают. Но бывают моменты, когда щит падает и мысли вырываются наружу».

— О, — сказала она, а затем медленно добавила, — значит, бессмертные избегают других бессмертных, чтобы обрести душевное спокойствие.

«

Si

. Но мы также избегаем смертных, потому что большую часть времени тоже можем слышать их мысли».

— Значит, Маргарита не специально читает мои мысли? — неуверенно спросила она.

«Сложно сказать. . чем старше становишься, тем меньше усилий требуется, чтобы читать мысли. Я обнаружил, что должен защищать себя, иначе я слышу всех. Проще всего объяснить это как с радио. Когда ты впервые учишься читать мысли, тебе требуется некоторое время, чтобы настроиться на нужную станцию. Но через некоторое время уже автоматически настраиваешься на нужный лад. Что касается меня, я всегда настроен, если я намеренно не отключаюсь. Что касается Маргариты, ей, возможно, все еще приходиться настраиваться, или она может не осознавать, что всегда настроена».

— Значит, ты избегаешь смертных, чтобы не отключаться, — тихо рассуждала она.

«

Si

. . и потому что у них короткая продолжительность жизни», — добавил он.

Пэт закатила глаза. — Ну, мы мало что можем с этим поделать.

— Точно, — согласился он.

Откинувшись назад, она предложила: — То есть, по сути, ты хочешь сказать, что бессмертные — это кучка одиноких неудачников?

— Ну, я бы так не сказал, — возразил он с недовольным видом.

Когда она при этом изогнула брови, Санто прижал ее голову к своей груди и вздохнул. — Sì, хорошо, может быть, и так, — пробормотал он. «Но все это делает спутников жизни важными. Спутник жизни — это тот, кого бессмертный не может ни прочесть, ни контролировать. Они могут расслабиться с ними без постоянной необходимости защищать свои мысли или возводить барьеры против мыслей других. И они не могут их контролировать, поэтому могут иметь здоровые отношения».

Пэт потребовалось мгновение, чтобы обдумать это, а затем внезапно она напряглась и снова отпрянула от него. — Но ты не можешь читать или контролировать меня!

—

Si

, — торжественно согласился он.

Она смотрела на него с минуту, а затем спросила: «Ты же не хочешь сказать, что я твоя….».

— Спутница жизни,

Si

, — заверил он ее.

Пэт уставилась на него широко открытыми глазами, не зная, что и думать об этом утверждении, а затем медленно спросила, нуждаясь в дополнительной проверке: «Ты думаешь, что я твоя спутница жизни?»

— Я точно знаю, что это ты, tesoro mio.

— Но… ты уверен? Я имею в виду, что, если ты ошибаешься?»

«Я не ошибаюсь. Все симптомы присутствуют».

«Какие симптомы?» — сразу спросила она.

«Я не могу тебя читать. Я не могу контролировать тебя. Я снова ем еду, настоящую еду, а не только стейк и сырые яйца, которые я иногда ел в качестве добавки. И у меня появилось желание. Я не могу оторвать от тебя рук. Глубина моего желания к тебе очень красноречива. А еще есть совместное удовольствие и совокупительный обморок/ посткоитальный обморок. Такое случается только со спутниками жизни».

«Посткоитальный. . Ты имеешь в виду, что ты тоже падаешь в обморок, когда мы занимаемся сексом? — спросила она с удивлением.

Санто кивнул.

— Проклятье, ты мог бы мне это сказать раньше, — сказала она, шлепнув его в грудь. «Я начала думать, что со мной что-то не так, и мне следует записаться на прием к врачу».

«Нет ничего плохого. Это совместное удовольствие. Разум не приспособлен к такому волнению. Это похоже на внезапный всплеск энергии, и предохранители перегорают. Мозг должен перезагрузиться».

«Значит, каждый раз, когда мы это делаем, мы будем падать в обморок?» — с тревогой спросила Пэт и подумала, что это может быть немного неудобно, не говоря уже об ограничениях. Никаких шансов на быстрый секс, если вы собираетесь вздремнуть каждый раз. И никакого секса на улице, в туалет на вечеринке, нет. . проклятие. Отныне это будет секс только дома каждый раз.

«В течение следующего года или двух мы будем каждый раз падать в обморок», — успокаивающе сказал Санто. «После этого наш мозг приспособится к двойному/совместному удовольствию, и обмороки прекратятся».

«Двойное удовольствие», — задумчиво пробормотала она, а затем спросила: «Это то, что я чувствовала, когда я касалась тебя, но я чувствовала, что это происходит со мной?»

«

Si

. Ты испытала мое удовольствие наряду со своим собственным. Но оно продолжает нарастать, мое удовольствие становится твоим, а твое — моим, а потом оно скачет между нами туда-сюда, с каждым разом увеличиваясь, как снежный ком, катящийся вниз по склону, а потом….». Он пожал плечами.

«А потом он врезается в стену, взрывается и сносит вам мозг. Буквально, — сухо добавила она, думая о том, как он сравнил это со сгоревшим предохранителем. Нахмурившись, она спросила: «Это как-то связано с нано?»

«Я предполагаю. Судя по всему, это началось после того, как они были введены в тела выходцев из Атлантиды».

Пэт покачала головой. «Зачем нано это делать? Я имею в виду, подумай об этом, если бы мы с тобой занимались сексом, когда вошел незнакомец, мы бы потеряли сознание, и он мог бы убить нас обоих. На самом деле это не способствует выживанию».

— Это для общего выживания расы бессмертных, — торжественно сказал он. «Нам нужны спутники жизни, чтобы выдержать нашу долгую жизнь с надеждой не сойти с ума. Двойное удовольствие способствует очень хорошему сексу между спутниками жизни и гарантирует, что у них есть серьезная причина, даже необходимость, уладить дела, которые в противном случае могли бы их разлучить. В другом месте они не найдут этого удовольствия. Поэтому, если они не хотят жить одинокой, бесполой жизнью, они относятся друг к другу с уважением и работают над своими отношениями».

— Тем не менее, это кажется опасным, — пробормотала Пэт. «Мне не нравится идея быть бессознательной и уязвимой каждый раз, когда мы это делаем».

— Все в порядке, — заверил ее Санто, снова прижимая ее лицо к своей груди. «Мы просто должны быть осторожны в течение следующих года или двух, и заниматься любовью только в безопасном месте или дома».

«Я думала, что прошлой ночью я была в безопасности в своем доме, когда этот парень вошел и напал на меня», — мрачно заметила она. — А если пожар?

«Пэт, никто никогда не находится в безопасности на сто процентов. Посмотри на своих маму и папу. На них напали и убили дома. Но, — добавил он, удерживая ее голову на месте, когда она хотела снова поднять ее, чтобы снова взглянуть на него, — у меня есть укрепленный бункер под моим домом в Италии с потайным входом в спальню. Мы можем спать там в течение следующего года или двух, если тебе от этого станет лучше.

— Укрепленный бункер? — спросила она, неверяще откидываясь назад.

Санто пожал плечами. «Все строили их во время холодной войны. Большинство из них уже разрушены, но я сохранил свой, обновил его, и он хорошо укомплектован и пожаробезопасен, с собственным водоснабжением».

— Зачем тебе его сохранять? — удивленно спросила Пэт.

«Зачем уничтожать его, когда может начаться новая холодная война или что-то подобное?» — возразил он и указал: «Я прожил много лет. В конце концов, весь ад вырвется наружу, и когда это произойдет, я буду готов».

«Ух ты.» Она уставилась на него. «Ты тоже носишь шапочки из алюминиевой фольги?»

«Что?» — спросил он с замешательством.

— Ничего, — пробормотала Пэт и снова прижалась к нему, но через мгновение спросила: — Значит, ты действительно имел это в виду, когда сказал, что хочешь провести со мной свою жизнь?

«

Si

».

Она кивнула ему в грудь, но затем с тревогой спросила: — Значит ли это, что ты захочешь обратить меня?

Санто на мгновение напрягся, а затем спросил: «Тебя это беспокоит?»

Пэт поморщилась. — Ну, это зависит. Это больно?»

«Ты не почувствуешь никакой боли», — твердо заверил он ее.

«Ой.» Пэт вздохнула с облегчением. Она думала, что это будет ужасно мучительно. «Ну, я думаю, может быть, я могла бы…. Я имею в виду, ну знаешь ли, если вдруг так сложатся обстоятельства и все такое.

— Пэт, — сказал он серьезно.

«Да?»

— Я думал, ты умираешь, когда мы пришли к тебе прошлой ночью.

— Да, ты это уже говорил.

—

Si

, — выдохнул он, а затем глубоко вдохнул и признался, — но я не сказал тебе, что в своем отчаянии спасти тебя я обратил тебя.

Пэт медленно отстранилась, чтобы посмотреть на него. «Что?»

— Я обратил тебя, Cara. Когда мы приехали, было так много крови. Я думал, что у меня всего несколько мгновений, чтобы спасти тебя, и я…. начал оборот в комнате Паркера прежде, чем Маргарита успела сказать мне, что кровь не твоя.

Пэт моргнула. Подумала. Снова моргнула, а затем спрыгнула с кровати.

Санто немедленно последовал за ней, быстро бормоча что-то по-итальянски. Хотя каждое второе слово, казалось, было ее именем. Она была совершенно уверена, что он извиняется, или объясняет, или умоляет, она не была уверена, что именно, но она не останавливалась, пока не добралась до комода и зеркала над ним. Наклонившись вперед, Пэт уставилась на серебряные блики, плавающие в ее радужках.

— Черт, — выдохнула она.

«Пэт?»

Отступив назад, она скинула огромную футболку, а затем с надеждой посмотрела на себя в зеркало, только чтобы сдуться от разочарования.

«Что такое, tesoro mio?»

Пэт вздохнула и пожала плечами. «Я надеялась, что у меня вырастут сиськи, и, может быть, у меня будут более округлые бедра или что-то в этом роде».

— У тебя идеальные груди, — прорычал Санто, подходя к ней сзади. — И мне нравятся твои бедра.

«Да?» — спросила она, встречаясь с ним взглядом в зеркале и наблюдая, как его голодный взгляд скользит по ее телу. Серебро в его глазах росло, заметила она, а затем перевела взгляд на свои глаза и увидела, что они тоже серебрятся. Пэт с минуту зачарованно смотрела на него, прежде чем ухмыльнуться и сказать: «Это похоже на эрекцию на лице, не так ли? Я имею в виду, что все знают, о чем ты думаешь, когда твои глаза становятся серебряными.

Она увидела, как глаза Санто переместились, чтобы встретиться с ней в зеркале, и выражение его лица стало неуверенным.

— Ты не сердишься на меня за то, что я обратил тебя, не получив сначала твоего разрешения?

«Нет. Ты думал, что спасаешь меня, — мягко сказала она, а затем поморщилась и добавила: — В основном то, что я чувствую, — это возбуждение. Это плохо?»

Судя по тому, как быстро он прижался к ней сзади, его руки скользнули вокруг нее так, что он мог накрыть и погладить ее груди, Пэт догадалась, что он так не думает.

— О, Боже, tesoro mio, я так боялся, что ты расстроишься из-за этого, — пробормотал он, осыпая поцелуями ее макушку, пока его руки ласкали ее. «Я не заслуживаю такую прекрасную. ". он откинул ее волосы в сторону и нежно прикусил ее ухо». . красивую. ". его зубы царапали ее шею, а затем остановились, чтобы его губы могли нежно пососать нежную кожу». . прощающую. ". он схватил ее за подбородок и поднял ее лицо, чтобы страстно поцеловать ее, а затем взял ее на руки и отнес обратно к кровати, шепча:. спутницу жизни.»

Глава 18

Пэт проснулась, распластавшись на груди Санто, ее голова уткнулась ему в подбородок, ее рука была свернута перед ее ртом, а его рука лежала рядом с ней, а вторая на его груди. Она изучала эту руку, доставившую ей столько удовольствия, а затем кольца на его пальцах и с любопытством разглядывала их. Раньше она никогда не смотрела на них по-настоящему. Все они были из серебра или белого золота, она не была уверена, но они выглядели как старое серебро. То, что на мизинце, было меньше остальных. Посередине был рубин, а над ним и под ним были написаны слова, которые, по ее мнению, означали «Бруни и Нотте». Остальные три кольца были намного больше. На двух было одно и то же изображение, два человека на коне, а также Бруни и Нотте, а на третьем кольце было что-то вроде фамильного герба и какая-то латинская надпись.

Пэт с минуту молча смотрела на них, но потом напряглась, вспомнив, что теперь она бессмертна, у них только что был незащищенный секс, а он был очень плодовит.

«Что такое?» — спросил Санто, явно проснувшись и почувствовав ее внезапное напряжение.

«Мы не предохранялись», — сказала она, приподнимаясь и с тревогой глядя на него. «И я теперь бессмертна, а ты плодовит, и для Дарди потребовалась только одна попытка».

— Все в порядке, — заверил он ее, успокаивающе водя руками вверх и вниз по ее спине. «Сейчас ты вряд ли забеременеешь. Нано расходуют кровь, которую мы дали, чтобы закончить твой оборот. Они не позволят забеременеть или, по крайней мере, не остаться беременной. Они увидят в плоде угрозу, претендента на кровь, необходимую для тебя, и не позволят ему расти».

О, — пробормотала она, но подумала, что это прозвучало немного….

«Когда бессмертная хочет иметь ребенка, она должна пить дополнительную кровь, чтобы поддерживать ребенка, иначе она не сохранит его», — продолжил он. «Это единственная форма защиты, которая нам нужна, и единственный способ, которым нам удалось придерживаться правила «один ребенок каждые сто лет».

«Что?» Пэт задохнулась. — Один ребенок каждые сто лет?

«

Si

. Это делается для того, чтобы мы не переросли наш источник пищи», — пояснил он.

— Ты имеешь в виду людей, — сухо сказала она.

Санто пожал плечами, слегка толкнув ее в грудь. «Это факт жизни, нам нужна дополнительная кровь, чтобы выжить, tesoro mio. Но было бы рискованно допустить, чтобы наша численность сильно выросла. Помимо опережения нашего источника крови, существует повышенный риск о том, что узнают о нашем существовании».

— Верно, — вздохнула Пэт и снова опустила голову, а затем легко провела пальцем по кольцам. «Почему у тебя два одинаковых?»

«У меня их три одинаковых. Одно на другой руке». Он поднял другую руку перед ее лицом, чтобы она могла видеть третье кольцо. «Это кольца моих сыновей. Единственное, что осталось от них после их смерти».

— Те, что на твоих мизинцах, тоже похожи, — заметила она. «Они похожи на женские кольца».

«Кольца моих дочерей. Мне пришлось увеличить их, чтобы они подошли мне».

— А то, что на твоем безымянном пальце? она спросила.

«Мое фамильное кольцо, подаренное мне, когда я стал мужчиной», — объяснил он. «То, что на моей правой руке, — это кольцо моего отца. А последнее кольцо на моей правой руке принадлежало матери моих детей».

— Однако она не была спутницей жизни, — пробормотала Пэт. — И все они погибли в одном пожаре?

— Это был не обычный пожар, — признался он хриплым голосом.

Пэт знала, что он собирается объяснить, иначе не признал бы правду. Так что она просто ждала.

«В то время существовала вещь под названием vindicta. Позже в Италии это стало вендеттой, — сказал он тихим рокочущим голосом.

«Если член семьи был оскорблен, ранен или убит, семья жертвы будет мстить другой семье, которая затем будет мстить за эту новую боль и так далее», — сказала она, отодвигаясь от него, чтобы сесть, скрестив ноги на кровати лицом к нему. Когда его брови слегка приподнялись от ее слов, Пэт сказала: «Профессор истории, помнишь?»

— О,

Si

. Санто улыбнулся, а затем покачал головой. «Ну, Онората, мать моих детей, была из семьи Бруни, у которой была кровная месть с семьей Вилани. Все началось с малого, с какого-то оскорбления. Я даже не могу вспомнить, что это было, если мне когда-либо рассказывали. Но это было не важно, мелочь, когда Онората и я впервые решили завести ребенка».

— Как вы решили завести общего ребенка? — с любопытством спросила Пэт.

«Ее брат Ансельм и я были друзьями, и я гостил у него в 1035 году нашей эры, незадолго до моего двухтысячного дня рождения. Мы разговорились и. ". Сделав паузу, Санто провел рукой по голове. «Мне должно было исполниться две тысячи лет, и у меня все еще не было спутницы жизни и плохие мысли, в общем «Кризис Среднего Возраста». Он пожал плечами. «Бессмертные нередко становятся изгоями после столь долгого отсутствия спутника жизни. Были даже бессмертные, которые сломались и вышли из-под контроля всего через три или четыре столетия, так что… ".

«Значит, дожить до двух тысяч, не превратившись в изгоя, было неплохо», — торжественно предположила Пэт.

«

Si

». Он криво улыбнулся и кивнул. «Во всяком случае, я, без сомнения, был очень угрюм и, может быть, даже ныл о таких вещах. Онората услышала и заметила, что рождение ребенка может придать мне сил и сделать жизнь более сносной». Санто слабо улыбнулся при воспоминании, а затем признался: «Конечно, Ансельм и я посмеялись над этим предложением. Он сказал что-то о том, что дети — это женский ответ на все вопросы, и мы отправились на охоту. Но… — Он снова провел рукой по черепу, кольца на его пальцах отражали свет, и наконец признался: — Но эта идея запала мне в душу. Сначала меня это просто раздражало, потом заинтриговало, потом надоело, и, наконец, я не мог выкинуть это из головы. Ребенок, сын или дочь, которого, я буду любить и о котором, буду заботиться. Воспитывать и защищать». Он произнес эти слова с удивлением даже сейчас, но потом вздохнул. «Это неправильная причина для появления ребенка, но мне нужно было что-то, ради чего жить».

Пэт понимающе кивнула.

«Наконец-то я решил это сделать, — продолжил он. — Но я не знал, как это сделать.

— Ты не знал? — дразняще спросила она, ее взгляд опустился на его тело. — Кажется, ты знаешь, что делаешь со мной.

— Не в плане секса, Пэт, — сказал Санто с раздраженным весельем. «На самом деле меня даже не интересовала эта часть, кроме того, что мне нужно было ее выполнить, чтобы оплодотворить женщину. Меня больше заботило, как найти бессмертную женщину, которой это было бы интересно. Рождение ребенка от мужчины, который не является ее спутником жизни».

— А-а-а, — пробормотала она.

«Поразмыслив некоторое время, я вернулся к Онорате. В конце концов, это было ее предложение. Поэтому я подумал, что, может быть, она подскажет, где мне найти мать для моих детей».

— И она вызвалась добровольцем? Пэт угадала.

Санто кивнул. — Онорате самой было восемьсот лет, и она устала от жизни. Она хотела иметь ребенка. Кажется, именно поэтому она предложила мне это в первую очередь. Мы были друзьями, она доверяла мне и надеялась, что я заинтересуюсь. К счастью, пока я думал, решал, она не остановилась на другом мужчине».

— Как долго ты раскачивался? — спросила она с любопытством.

Санто нахмурился, видимо, подсчитывая, а затем сказал: «Семьдесят два, может быть, семьдесят три года».

«Что?» Пэт ахнула от изумления. «И она не смогла за это время найти мужчину, от которого забеременеть? Не может быть! О Боже. Она просто хотела, чтобы ты был папочкой. Может быть, она просто хотела тебя, и точка. Я имею в виду, ты большой сексуальный beau hunk (красавчик). Вероятно, она была безмерно влюблена в тебя и хотела затащить тебя в свою постель, и это был способ сделать это.

Санто терпеливо подождал, пока она закончит свою тираду, а затем выгнул бровь. «

B-o-h-u-n-k (

Деревенщина

)

? Это ли не оскорбление?»

— Нет, — торжественно заверила она его. «

B-o-h-u-n-k

— это оскорбление. А я назвала тебя

b-e-a-u h-u-n-k

( красавчик). Потому что ты мой красавчик, и ты красавчик. Это совсем другое».

«Хм.» Он не выглядел убежденным.

— В любом случае, — сказала она, возвращая его к теме. — Значит, она попрыгала на твоих костях, а через девять месяцев родился ребенок?

Санто вздрогнул от ее слов. «Она не прыгала на моих костях. Мы. . совершили половой акт».

— Ого, — выдохнула Пэт. «Оказывается, есть термин, который лишает секс сексуальности».

— Ты безнадежна, — сказал Санто, посмеиваясь, но поймал ее руку, прижал к своей груди и крепко обнял. Однако через мгновение он сказал: «И ребенок родился через десять месяцев. С первого раза не получилось, поэтому через месяц мы попробовали еще раз, а через девять месяцев у нас родились близнецы».

— А, — пробормотала Пэт. «Катальдо и Ромазо».

— Ты помнишь их имена, — сказал он с удивлением.

«Они твои сыновья. Это важно, — тихо сказала она, и он снова сжал ее. Пэт обняла его в ответ, а затем, когда они снова расслабились, спросила: «Итак, это помогло? И как это? Вы стали жить вместе?

«

Si

, они спасли нас. Они были замечательными мальчиками. Но нет, мы не стали жить вместе. Я часто приезжал в течение первых трех лет, а затем близнецы жили со мной некоторое время, а затем возвращались к ней на некоторое время и так далее».

— Совместная опека, — пробормотала Пэт, рассеянно проводя пальцем по его груди. «Как у разведенной пары».

«

Si

. Только без язвительного отношения. Мы по-прежнему были хорошими друзьями. Только без секса».

«Пока спустя столетие вы не решили завести еще одного», — заметила она. — Дарди?

«

Si

. Онората хотела попробовать зачать девочку, — серьезно сказал он.

«Ах, что объясняет появление девочек-близняшек после этого, Кларисии и…» Сделав паузу, она нахмурилась, пытаясь вспомнить имя.

— Фенисия, — сказал за нее Санто. «

Si

. Это были прекрасные маленькие дети. Такие милые.»

«Подожди.» Она подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Разве ты не говорил мне, что существует правило «один ребенок в сто лет» или что-то в этом роде?

«

Si

, но они не наказывают тебя за то, что у тебя близнецы».

— Итак, у вас было две прекрасные маленькие девочки.

«

Si

». Санто мягко улыбнулся. «Хотя Онората больше всех хотела девочек, в итоге они стали моими маленькими tesoro. Я очень любил их».

«Что такое tesoro? Ты меня так иногда называешь.

— Сокровище, — объяснил он мягким рокочущим голосом.

«Ой.» Она улыбнулась. — Ну, я думаю, ты тоже tesoro.

Пэт почувствовала, как он поцеловал ее в макушку, помолчал несколько минут, прежде чем продолжить.

«Мои маленькие девочки были моим сокровищем, но у них была очень короткая жизнь».

— Вендетта, — тихо сказала она. «Расскажи мне.»

Санто вздохнул, его грудь шевельнулась под ней. — Ну, как я уже сказал, началось все с пустяка, когда мы впервые решили завести детей. Ничего даже достойного внимания. Возможно, это было немного более хлопотно, когда мы пробовали зачать девочек и получили Дарди, но все же не так уж плохо. На самом деле никто не пострадал, это все еще был в основном угон, перебрасываемые туда-сюда и… — Нахмурившись, он спросил: — Шевеление? Reive? Я не уверен в английском слове».

— Кража животных? — спросила Пэт, просто чтобы убедиться, что она правильно поняла, и, когда он кивнул, сказала: «И то, и другое».

«Сначала они будут возвращаться туда, а потом обратно».

«Хорошо. Значит, не очень хорошие соседи.

— Нет, — сказал он со вздохом. — Но все же не так уж и плохо.

— Если ты так говоришь, — сказала она с сомнением.

— Это был другой мир, — серьезно заметил он.

Пэт только кивнула. — Так что же изменилось?

— Ваниттус Вилани, — сказал Санто с отвращением в голосе. «Он родился в том же году, что и Дарди».

— Вилани была семьей, с которой враждовали Бруни? — спросила она, просто пытаясь не ругаться.

«

Si

. Первоначальная вражда была с его отцом Винсенте Вилани. Винсенте встретил свою спутницу жизни примерно за пять лет до того, как у них родился Ваниттус. Он был их первым сыном. Как оказалось, и единственным.

«Почему?»

«Налетчики из семьи Бруни совершили набег, украли несколько овец и, уходя, подожгли то, что они приняли за старую заброшенную хижину».

«Но она не была заброшена», — догадалась Пэт.

Санто покачал головой. — Леди Вилани была внутри. Она должна была навестить друзей при дворе, но задержалось. Когда они достигли земель Вилани, взошло солнце, и она укрылась в хижине. Она оставила при себе служанку, всем не хватило места, и она не ожидала беды, поэтому послала вперед других слуг и стражу. Старший Вилани спал, когда они прибыли. Но когда стемнело и Винсенте встал, слуги объяснили отсутствие своей госпожи. Винсенте выехал ей навстречу, как только получил известие, но по прибытии увидел горящую хижину. Он побежал, чтобы попытаться спасти свою спутницу жизни, и оба погибли».

— Вы очень легко воспламеняемы, — пробормотала она, вспомнив, как он это сказал.

«

Si

. Винсенте бежал навстречу смерти, когда вошел в горящую хижину и знал это. Вот как важны для нас спутники жизни».

Пэт просто спросила: «Итак, сын…. ?»

— Он обвинил Ансельма, — торжественно сказал Санто.

— Он сделал это?

«Нет. Но это сделали его люди, и Ваниттус возложил на него ответственность. Думаю, Ансельм тоже чувствовал себя виноватым, иначе его бы точно не схватили так легко.

— Ваниттус убил Ансельма? — спросила она и, когда он кивнул, сказала: «Прости».

Санто грустно хмыкнул, а затем вздохнул и продолжил: «Онората хотела отомстить. Но месть вышла из-под контроля. Двое погибли с одной стороны, один с другой. Я пытался урезонить ее и убедить ее оставить все как есть». Его рот сжался. «Я думал, что отговорил ее от этого. Но я должен был знать ее лучше. В тот момент, когда я ушел, она начала планировать свою месть».

— Я предполагаю, что что-то пошло не так, — серьезно пробормотала Пэт.

«

Si

. Можно и так сказать, — сухо сказал он. «Ее люди напали на Ваниттуса и привели его к ней, чтобы она могла убить его лично, как того хотела Онората. Но как только они привели его в крепость Бруни, оказалось, что она не может ни читать, ни контролировать его. Он был для нее возможным спутником жизни».

— Ого, — в смятении выдохнула Пэт.

—

Si

, — мрачно сказал Санто.

«Что она сделала?»

— Она не смогла убить его, так что отпустила, — устало сказал Санто. «Это была самая большая ошибка в ее жизни, которая привела к гибели ее самой и наших детей».

Пэт молчала. Она действительно не знала, что сказать. К счастью, Санто, похоже, не ожидал, что она что-то скажет, и продолжил.

«Я ничего не знал об этом, пока это не произошло. В противном случае я мог бы предотвратить то, что произошло». Его рука поднялась к голове, и она знала, даже не поднимая головы, что Санто проводит ею по своей лысой голове. Его рука опустилась, и он продолжил: «Тем временем она пришла ко мне по поводу новой попытки завести девочек. Не зная, что произошло, и понимая ее желание, я согласился, и мы попытались. Из этой попытки ничего не вышло, и мы пытались еще дважды, прежде чем она забеременела. Беременность протекала легко, и девочки родились красивыми и совершенными. Все казалось прекрасным в течение следующих пяти лет».

— Но это не так, — вздохнула она.

«Нет. Ничего не было в порядке. Ваниттус был молод и…

«Что?» Пэт прервала его фырканьем. «Ему было больше ста лет, если он родился в том же году, что и Дарди».

— Молод для бессмертного, — поправился Санто. «Он. . своевольный и высокомерный. Он также считал, что предал своих родителей, страстно желая Онорату, и злился на нее. Он был в равной степени разгневан и тем, что она не хочет иметь с ним ничего общего».

«Так что, по сути, Ваниттус накрутил себя», — предположила она, а затем добавила: «Хотя, я немного удивлена, что она смогла устоять. Я нахожу тебя совершенно неотразимым. И я действительно пыталась бороться с этим, — призналась Пэт, хотя знала, что не очень старалась. Санто был как наркотик, без которого она не могла обойтись. Если бы Ваниттус был таким для Онораты….

«Если бы ты узнала, что я был членом «Медного Круга», который убил твоих родителей….». Он умолк, когда она нахмурилась.

— Это другое, — мрачно сказала Пэт. «Пожар был несчастным случаем. Они не знали, что внутри хижины кто-то есть. Моих родителей специально обезглавили и сожгли».

— И, возможно, именно поэтому Ваниттус желал, чтобы Онората стала его спутницей жизни. Смерть его родителей не была преднамеренным убийством. Но Ваниттус велел подвергнуть Ансельма пыткам, прежде чем сжечь его, — серьезно сказал он.

«Ой.» Пэт вздохнула.

— Но я думаю, что Онората все же попала под чары, — печально сказал Санто. «Я думаю, именно поэтому она так отчаянно нуждалась в еще одном ребенке. Она сказала, что это потому, что ей нужны девочки. Но потом я подумал, что это должно было отвлечь ее от желания Ваниттуса.

— Что заставило тебя так подумать? — спросила она с любопытством.

— Потому что позже Ваниттус сказал мне, что однажды ночью она переспала с ним. Что только ухудшило положение. Он был достаточно молод, чтобы все еще вести половую жизнь. Или был. Однако после секса со спутником жизни ни одна смертная или бессмертная женщина не смогла бы удовлетворить его».

«Должно быть, Онорате тоже пришлось нелегко», — заметила Пэт.

—

Si

, но Онорате было восемьсот лет. К тому времени она стала умнее, дисциплинированнее и уже шестьсот или семьсот лет не интересовалась сексом, привыкла обходиться без него».

С минуту они оба молчали, а потом Санто сказал: — Когда это случилось, девочкам было пять лет.

Пэт не спросила, что; она подозревала, что знала.

«Дарди больше не жил со своей матерью, но навещал ее и своих сестер. Однако его не было в внутри, когда Ваниттус и его армия атаковали. В получасе ходьбы от замка было маленькое озеро, и Дарди привел туда молодую служанку на свидание при луне и перекусить.

Пэт удивленно взглянула на него.

— Тогда не было банков крови, — мягко напомнил ей Санто.

— О, точно, — пробормотала она и снова опустила голову.

«Дарди увидел, что происходит, когда вернулся. Ворота были закрыты, и Ваниттус держал осаду, пробивал проход. Дарди искал меня. У него не было лошади, и ему пришлось идти пешком. Он бежал всю ночь и после рассвета, прибыв к середине утра». Санто сделал паузу, и его голос был мрачным, когда он все рассказал: «К сожалению, Ромазо и Катальдо были в гостях у меня».

Ей не нужно было спрашивать, почему он считает это неудачным. Если бы их там не было, несомненно, они были бы живы.

«Мы собрали людей и поехали».

— Ваши люди тоже были бессмертны?

«Нет. Смертные. Все слуги и солдаты были смертны».

— И никто никогда не видел. . кормления. Или им не показалось странным, что ты спал весь день и не спал всю ночь? — удивленно спросила Пэт.

«Мы всегда старались, чтобы нас не застукали за кормлением», — заверил ее Санто. «Часто мы выезжали, чтобы найти доноров в близлежащих деревнях, а не питаться теми, кто был дома. Что касается часов, дворяне и богатые всегда считались эксцентричными бездельниками, которые праздновали всю ночь и спали весь день. Хотя это было более верно в период Регентства, но даже в то время некоторые дворяне продолжали жить так.

Пэт покачала головой, но затем спросила: «Дарди не остался? Он бегал всю ночь и часть утра. Должно быть, он устал».

«Нет. Дополнительная кровь позаботилась об истощении. Это был один из немногих случаев, когда ему разрешили поесть в замке. И он был так же полон решимости, как и все мы, спасти девочек и Онорату.

— О, — сказала Пэт. Она поняла, что он имел в виду, когда сказал, что дополнительная кровь спасает от истощения. Тело восстанавливало себя, пока смертные спали, но нано постоянно чинило бессмертных. Дайте бессмертным достаточно крови, и они, вероятно, вообще не будут спать.

— Ваниттус и его люди пробили стены к тому времени, когда мы прибыли в Бруни. Наши люди атаковали сзади, а мы с мальчиками прорывались в центр, пробивая себе путь за стену. Чего я не знал, так это того, что один из его людей поймал служанку, которая была с Дарди, и узнал, что он вернется со мной. Ваниттус послал за остальными своими людьми и людьми ближайшего союзника. Он приказал им ждать в лесу по другую сторону крепости и атаковать наш фланг, как только мы прибудем.

— Я должен был этого ожидать, — устало сказал Санто через мгновение. — Если бы я задумался, а не собирал своих людей и в панике бежал, я мог бы рассмотреть возможность того, что он сделает что-то подобное, и заранее спланировать…

— Санто, — нахмурившись, возразила Пэт. «Нельзя предвидеть все. Допустим ты бы это предвидел и послал за своими союзниками, чтобы атаковать фланг их второй армии, когда они напали на вас? А Ваниттус мог предвидеть это и взял бы вторую резервную копию, чтобы атаковать вашу резервную копию. Всего не предусмотришь, и в этом нет твоей вины».

Он выглядел так, будто хотел возразить, но просто провел рукой по голове и сказал ровным голосом: «Я не знал, что к тому времени, когда мы прорубили себе путь, большинство моих людей были мертвы. Немногие оставшиеся вскоре последовали за ними. В центре двора горел костер. Несколько мужчин держали Онорату, еще несколько держали Кларицию и Феницию. Ваниттус требовал, чтобы Онората согласилась стать его спутницей жизни.

«Им нужно было несколько мужчин, чтобы удержать двух маленьких пятилетних девочек?» — удивленно спросила Пэт.

«Бессмертные дети сильны. Один человек не справился бы, — тихо сказал он.

— О, — сказала она с удивлением и подумала, насколько она теперь сильна.

«Я только остановился, чтобы оценить ситуацию во дворе, когда услышал крик одного из моих сыновей. Все трое прикрывали мою спину, но когда я повернулся….».

Пэт затаила дыхание и успокаивающе провела рукой по его груди. Она не подняла головы. Ей это было не нужно. Она услышала боль в его голосе еще до того, как тот надломился.

Санто откашлялся через минуту. «Мои мальчики были обезглавлены, и за их телами стояла стена из двадцати человек в глубину. Пока я стоял в шоке, несколько мужчин подобрали их останки, пронесли мимо меня и бросили в костер.

— Онората издала ужасный крик, — грустно сказал он. «Тогда мужчины приблизились ко мне. Я упорно сражался и убил, наверное, две дюжины, но их было слишком много, и в конце концов я был побежден. Я думал, что меня тоже обезглавят, и я присоединюсь к своим сыновьям, но вместо этого они потащили меня вперед и заставили встать на колени рядом с Оноратой. Она рухнула в грязь перед костром.

— Тогда Ваниттус предъявил ей ультиматум. Она соглашается быть его спутницей жизни, иначе ее дочери и любовник последуют за ее сыновьями на костер. Я думал, что она сделает это, чтобы спасти наших дочерей, — растерянно сказал Санто. «Они были нашими дочерьми. . И она всегда могла убить его позже, чтобы обрести свободу. Он покачал головой. «Но она встала, плюнула на Ваниттуса и прыгнула в костер».

Пэт сглотнула комок в горле и прошептала: «Может быть, она думала, что он пощадит вас, если она умрет».

— Она была неправа, — резко сказал он. «Ваниттус взревел от ярости, когда мы смотрели, как она горит. Она не издала ни звука. Наши дочери, однако, делали это, когда Ваниттус повернулся и приказал бросить их в костер живыми. Я изо всех сил пытался добраться до них, чтобы остановить то, что происходит, но меня удерживало слишком много мужчин. Я должен был смотреть, как их бросали в огонь, и они визжали и норовили выбраться. Одной из них удалось выползти из пламени, но солдаты длинными шестами затолкали ее обратно».

Пэт глубоко вздохнула и закрыла глаза, не в силах даже представить, что он испытал, увидев это.

«Я до сих пор слышу их крики во сне и борюсь, чтобы добраться до них», — прошептал он.

Пэт чувствовала, как слезы текут по ее лицу, но не двигалась, чтобы вытереть их. Она не хотела делать ничего, что могло бы отвлечь Санто. Она хотела, чтобы он закончил эту ужасную историю как можно быстрее и никогда больше не рассказывал и не переживал ее снова.

«Я ожидал, что следующим меня бросят в костер, но к тому времени я уже перестал сражаться. Мне было все равно. Я потерял волю к жизни». Из него вырвался долгий вздох, заставивший его грудь шевельнуться под ней, а затем он сказал: — Вместо этого меня сковали цепью, бросили на лошадь и потащили обратно в крепость Вилани. Меня приковали к стене в его темнице, и я оставался там следующие сто шестьдесят два года».

«Что?» Пэт задохнулась, резко садясь. «Но почему-?»

Она хотела спросить, почему никто не спас его. Почему он был оставлен там гнить так долго, но Санто, очевидно, подумал, что она спрашивает, почему Ваниттус удосужился заковать его в цепи, и сказал: «Чтобы он мог выместить свое разочарование и ярость из-за потери своей спутницы жизни на мне, и он делал это каждый день сначала. Он часами пытал меня, используя то или иное устройство, а затем оставлял меня страдать еще больше, пока нано начинали собирать кровь из органов, чтобы поддерживать мою жизнь. На следующий день он насильно кормил меня несколькими своими слугами, чтобы я выздоровел, а потом начинал снова».

— Это происходило каждый день? — спросила Пэт, ужаснувшись тому, как он, должно быть, страдал.

— Около пятидесяти лет или около того. Потом ему стало скучно, и мучения сократились, он приходил через день, а потом, через двадцать лет, только два раза в неделю и так далее».

«Никто не пришел спасти и освободить тебя?» — спросила она, задаваясь вопросом, где была его семья, пока это происходило.

«Вся моя семья думала, что я погиб в огне вместе с Оноратой и нашими детьми. В Бруни не осталось никого, кто мог бы сказать обратное. Ни слуг ни солдат. И мое кольцо нашли в пепле вместе с Оноратоным и детскими.

— Как оно туда попало?

«Я не уверен. Я предполагаю, что Ваниттус снял его с меня — либо перед тем, как мы покинули Бруни, либо во время первой пытки — и бросил его в огонь, чтобы гарантировать, что меня сочтут мертвым.

Пэт с минуту молча смотрела на него, а потом, наконец, вытерла глаза и спросила: «Как ты спасся? Он освободил тебя?

«Нет. Молодая служанка, которая работала в замке и которой меня пару раз насильно кормили, сбежала от Вилани. Без родителей, которые контролировали бы его, Ваниттус питался своими слугами и солдатами. Они все боялись его. У сбежавшей служанки была еще сестра в Вилани. Она подошла к моей матери и сказала ей, что я здесь в обмен на обещание, что она спасет сестру, когда пойдет спасать меня.

«Мать собрала армию, в четыре раза превышающую силы Вилани, и повела их в атаку. Она была в замке и отрезала ему голову до того, как Ваниттус понял, что на него напали, и не успел приказать убить меня. Потом она нашла и освободила меня».

— Твоя мать сильна, — серьезно сказала Пэт.

«Она — сила, с которой нужно считаться, когда она выходит из себя», — сказал Санто с нежной улыбкой. «И ее ярость возросла, ведь Я ее сын».

— Ее любимый сын? — предположила она с улыбкой.

— Ее старший сын, — сказал он после некоторого колебания.

Пэт весело покачала головой. Она знала, что он не признается в этом, даже если бы был любимцем своей матери, но пропустила это и спросила: «А сестра горничной? Твоя мать спасла ее?

«Она сделала еще лучше. Мать не только спасла сестру служанки, но и завещала им обоим большое состояние. Если сегодня есть живые их потомки, то они, без сомнения, по-прежнему богаты».

Они оба помолчали с минуту, а потом Пэт пробормотала:. а я подумала, что у меня тяжелое прошлое».

Санто моргнул от ее слов, а затем недоверчиво покачал головой. — Это все, что ты хочешь сказать?

Пэт изогнула одну бровь. — Ты надеялся на жалость?

— Нет, — торжественно заверил он ее. — Я понимаю это не лучше, чем у тебя.

Пэт улыбнулась. «Это то, о чем я думала.»

— Но я надеялся на какое-то утешение, — мягко добавил Санто, серебро в его глазах росло, когда его взгляд скользил по ней.

«Вот как?» — спросила она, вспомнив, как его поцелуи и ласки, казалось, восстанавливали ее душу на стоянке ресторана. Пошевелившись, Пэт слегка повернулась и опустила голову над его пахом, а ноги к изголовью кровати. Осторожно сжав рукой его твердеющий пенис, она поцеловала головку, а затем пробормотала: «Думаю, я буду сверху».

Пэт едва успела взять его в рот и замерла, когда поток удовольствия пронзил ее, когда его рука скользнула вверх по ее бедру и между ног, посылая еще один толчок удовольствия, присоединяясь к первому и удваивая его. Они оба застонали, а затем дверь открылась, и Пэт в шоке огляделась, когда в комнату ворвался незнакомец, крича что-то по-итальянски.

Визжа, Пэт выпустила Санто и нырнула под одеяло.

Глава 19

— Слава богу, я остановил тебя.

Санто закатил глаза при этих словах и затопал по коридору вслед за Кристианом Нотте. Он не мог поверить, что его двоюродный брат только что ворвался с криком: «Стой! Остановись! Ты не можешь сделать это!» по-итальянски, и он понятия не имел, зачем ему это, но намеревался выяснить. С этой целью он быстро натянул джинсы и выпроводил кузена из комнаты. Он надеялся быстро добраться до сути, и вернуться к Пэт и закончить то, что они начали.

«Я бы никогда не простил себе, если бы она умерла из-за того, что мы промолчали», — добавил Кристиан.

«Что?» Санто схватил двоюродного брата за руку и остановил его. — О чем молчали?

Вместо ответа Кристиан сказал: — Ты должен убедить Пэт пройти оборот, прежде чем ты сможешь переспать с ней, кузен. В противном случае ты можешь быть опасен для нее.

Санто напрягся от этого предложения. «Я бы никогда не причинил вреда Пэт».

— Не специально, — признался Кристиан. — Но можешь случайно.

«Нет.» Санто уверенно покачал головой. «Я скорее умру, чем причиню вред Пэт».

«Конечно, но ты не контролируешь себя, пока спишь», — настойчиво сказал Кристиан и, когда Санто продолжал решительно качать головой, спросил: «Ты когда-нибудь думал, что можешь причинить вред мне или нашим двоюродным братьям Раффаэле и Маркусу?»

— Нет, конечно, нет, — прорычал он. Идея была нелепой.

— Сожалею, — серьезно сказал ему Кристиан. — Ты причинил боль всем нам троим.

«Что?» — спросил он с тревогой.

Кристиан с сожалением кивнул. «Ты не просто кричишь во сне, когда тебе снятся кошмары, кузен. Ты крутишься и дерешься и даже душил каждого из нас в тех редких случаях, когда мы были вынуждены скрутить тебя или были настолько глупы, что пытались разбудить тебя от ночного кошмара.

Санто недоверчиво посмотрел на него. «Ты шутишь. Я бы знал, если бы…

— Это не шутка, — прошипел Кристиан. — Однажды ты сломал мне челюсть, когда я пытался тебя разбудить, в другой раз раздавил горло Раффаэле и сломал позвоночник Маркусу.

Санто с ужасом посмотрел на него. «Нет. Я не мог-"

— Ты это сделал, — настаивал он.

— Как я мог этого не знать? — с тревогой спросил Санто.

— Потому что мы скрывали это, — серьезно признал Кристиан. «Мы напивались крови и быстро исцелялись. По крайней мере, мы с Раффом. Маркусу потребовалось больше времени, чтобы вылечиться после того, что ты сделал, но он просто оставался в своей комнате и избегал тебя, пока не поправился.

Санто уставился на него. — И вы никогда мне не говорили?

— Ты не делал это намеренно, и мы знали, что ты будешь страдать от вины, если узнаешь, поэтому мы старались не думать об этом, чтобы ты не смог прочесть то, что произошло у нас в голове, — устало сказал Кристиан.

«О, Боже.» Санто провел рукой по голове, его мысли метались.

— Прости, — пробормотал Кристиан. — Но я рад, что добрался до тебя вовремя. Я не мог поверить в это, когда мы приехали, и мама сказала, что ты здесь со своей спутницей жизни. Я бросился к тебе, чтобы убедиться, что вы не….. Я понял тогда, что мы должны были сказать раньше. Я имею в виду, что Рафф, Маркус и я бессмертны и быстро исцеляемся, а Пэт — нет. Если ты раздавишь ей трохею или сломаешь спину, она может умереть. Он покачал головой. — Ты не можешь рисковать, занимаясь с ней сексом со спутницей жизни, потеряв сознание, а затем, возможно, убив ее во сне или навредив ей так сильно, что она умрет до того, как ты проснешься, Санто.

«Она перевоплотилась».

Оба обернулись и увидели Джулиуса Нотте, приближающегося к ним с лестницы. Остановившись перед ними, он сердито посмотрел на Кристиана. — Тебе не следовало скрывать это от него, сынок. Пэт могла умереть».

— Я знаю, — признался Кристиан. «Но она была обращена? Она в безопасности?

— Sì, — пробормотал Джулиус.

— Хорошо, хорошо, — сказал Кристиан, кивая. — Тогда все в порядке.

Санто чуть не вздрогнул от этого заявления. Ему казалось, что все не так.

— Думаю, нам следует спуститься вниз, — сказал теперь Кристиан. — Люциан хочет обсудить план набега на дом Парди.

— Люциан здесь? — спросил Санто, пораженно, узнав, что прибыл глава Североамериканского совета.

—

Si

, — сказал Кристиан. «Он хочет Дресслера так же сильно, как и все мы. С нами также пришли несколько силовиков. Декер, Николас и Джо, Мирабо и Тайни и Эш тоже пришли. Они тоже хотят кусок этого ублюдка.

Санто кивнул. Большинство упомянутых силовиков были членами семьи или друзьями Маргариты со стороны Аржено. Он не удивился их приходу, а просто повернулся к спальне, пробормотав: «Я должен предупредить Пэт».

Пэт подняла глаза, когда дверь открылась, и расслабилась, увидев, что это был Санто. Вопросительно подняв брови, она спросила: «Кто это был?»

— Мой двоюродный брат Кристиан, — сказал он тихо, оставаясь у двери. «Подкрепление здесь. У нас собрание, чтобы обсудить нашу стратегию, а затем мы идем в дом Парди.

— О, — разочарованно сказала Пэт. — Значит, пока без утешения?

Она увидела, как что-то мелькнуло в глазах Санто, а затем выражение его лица стало жестче. «Нет.» Он повернулся к двери, а затем сделал паузу и печально посмотрел на нее, добавив: «Мне очень жаль».

Пэт уставилась на дверь после того, как ушел. Что-то было не так с Санто. Что-то. . неправильное. Она не знала что, но у нее было плохое предчувствие. Его последние слова. . Казалось, он не планировал видеть ее снова.

«Есть?»

Санто отвернулся от осмотра чулана в ответ на лающий вопрос Люциана Аржено и проследил за взглядом высокого блондина на Николаса Аржено, когда Силовик вывел свою жену Джо и кузена Декера из подвала в конце коридора.

Николас покачал головой. — Дресслера там не нет.

— Но внизу дюжина или больше тел. Все высушены, — мрачно объявил Декер. «И мы нашли Парди запертого в холодном подвале. Он в плохом состоянии. Тайни заботится о нем.

«Ему потребуется медицинская помощь», — добавила Джо, смотря на то, человек почти такого же роста, как Санто, вынес из подвала сморщенного старика, одетого в грязную одежду.

— Удалось узнать что-нибудь о том, кто был здесь? — спросил Люциан, хмуро глядя на старика в руках Тайни.

— Это был Дресслер, — заверил его Николас. — Но он уехал четыре или пять дней назад после какого-то беспорядка. Перед тем, как Парди потерял сознание, он успел сказать нам, что кто-то приходил, вызвал суматоху, он думал, что это Пит какой-то. Он услышал потасовку, а потом, он не уверен, сколько позже, услышал, как его собственная машина завелась в гараже и уехала. С тех пор он ничего не слышал, но то приходил в себя, то терял сознание. Дресслер взял у него много крови, а затем оставил его там запертым на несколько дней. К сожалению, единственное, что Парди хранит в своем холодном подвале, — это вода в бутылках, соки и газировка».

— Что на самом деле хорошо, иначе он был бы мертв, — сухо заметила Джо. «Хотя немного еды тоже не повредило бы».

«Мы не смогли получить от него больше, чем это», — добавил Декер, когда Эш и Мирабо спустились вниз с Зани после обыска на втором этаже. «Он в плохом состоянии, его мысли дезорганизованы и их трудно читать после того, через что он прошел. Но он смог сказать нам, что Дресслер спросил еще о двух других родственниках, когда впервые попал сюда. Где они сейчас живут, каковы их обстоятельства и тому подобное. Он дал нам имена, так что, по крайней мере, теперь у нас есть направление, в котором нужно двигаться.

Люциан глубоко вздохнул и кивнул. — Мирабо, ты с Тайни отвезешь мистера Парди в больницу и останетесь с ним. Надеюсь, после небольшой заботы его мышление станет более ясным, и мы сможем узнать от него больше».

Санто смотрел, как высокая женщина с прядями цвета фуксии в волосах ведет Тайни к двери. Она открыла и держала ее, чтобы он вынес мужчину, а затем молча последовала за ним.

— Что-нибудь наверху, Эш? Зани? — спросил Люциан, у пары.

«Мобильный телефон.» Зани поднял черный телефон. «Но мне придется поработать над ним. Заблокировано. Кроме этого, я больше ничего не нашел».

— Я тоже, — сказала Эш, качая головой и заставляя кончики своих темных волос цвета пламени шевелиться так, что они казались горящими.

Рот Люциана сжался, но он просто сказал: — Декер, вернись в дом Капрелли и позвони Мортимеру. Назови ему имена и любую информацию, которую ты получил от Парди об этих родственниках. Нам понадобятся адреса.

Когда Декер кивнул и направился к двери, Люциан огляделся и мрачно продолжил: — Нам лучше начать убираться. Нам нужно убрать тела и доставить их в больничный морг, чтобы их семьи не задавались вопросом, что случилось с их близкими. А нам надо. ". Его рот сжался, когда он оглядел комнату. Санто проследил за его взглядом на заваленный мусором вход, а затем в гостиную, которая была в еще худшем состоянии.

Санто знал, что остальная часть первого этажа была в таком же состоянии. Он, Люциан и Брикер обыскали главный этаж, в то время как остальные разошлись, чтобы обыскать другие этажи.

«Давай просто сожжём это место. Бедный старик не должен возвращаться в этот дом. Когда все начали двигаться, Люциан повернул прищуренные глаза в сторону Санто и рявкнул: «Крыльцо. Сейчас.»

Подняв брови, Санто спокойно направился к двери, но затем остановился и жестом пригласил Люциана идти вперед. Он давно научился никогда не поворачиваться спиной к угрозе и подозревал, что Люциан собирается угрожать ему. Он не удивился, что, как только они оказались на крыльце, мужчина повернул свои льдисто-голубые глаза с серебристой бахромой в его сторону и пошел в атаку.

«Я не знаю, как это делается в Италии, но здесь, в Северной Америке, когда ты кого-то инициируешь, ты его тренируешь. Ты не бросишь свою спутницу жизни и не улетишь домой».

— Я не рискну причинить ей боль, если останусь, — ответил Санто, напрягшись. «И мое пребывание здесь было добровольным. Ты не мой босс и не можешь мной командовать.

— Но я глава Североамериканского совета, — ответил Люциан ровным, холодным тоном. «И поэтому все, что происходит в Северной Америке, находится в моей компетенции».

«Нет закона, согласно которому Я должен ее тренировать», — прорычал Санто. — Только то, что я должен убедиться, что она обучена. Я организую ее обучение».

Люциан открыл было рот, чтобы снова заговорить, но Санто опередил его, сказав: — Не утруждай себя угрозами надрать мне задницу. Ты всего на пятьсот семьдесят лет старше меня, Люциан. А это значит, что между нами очень небольшая разница в силе.

Глаза Люциана опасно сузились, и он предупредил: «Я все еще могу подвергнуть тебя 3 на 1, Санто. Между тобой, Джулиусом, и мной было заключено соглашение, что ты позволишь Грегу провести терапию. Если ты попытаешься улететь домой, ты нарушишь это соглашение».

Санто мрачно пошевелился, его взгляд скользнул по тихому району, а затем он обернулся. «Я поговорю с Грегом перед отъездом. Впрочем, это все, что я могу обещать. А пока я не подойду к Пэт. Я не рискну причинить ей боль.

«Еще один.»

Пэт поморщилась в ответ на приказ Маргариты, когда она вырвала изо рта пустой пакет с кровью и заменила его полным, который протягивала женщина. Подняв новый пакет, она быстро присоединила его, и немного расслабилась, когда он плавно скользнул на ее новые клыки и не лопнул, разбрызгивая повсюду кровь, как это случилось с двумя из шести пакетов.

После того, как Санто ушел, Пэт надела огромную футболку, в которой проснулась, и вышла из своей комнаты. Только чтобы встретить Маргариту в холле. Женщина развернула ее и повела в ванную принять душ, пообещав принести ей какую-нибудь одежду. Душ Пэт превратился в приятную расслабляющую ванну, поскольку в ванной, в которой она оказалась, не было душа. Она не слишком возражала. Она всегда любила пену для ванн, а у миссис Капрелли была чудесно пахнущая ванилью пена для ванны. Сознавая, что это не ее, она использовала экономно, но все же получила много пузырей.

Маргарита просунула голову, пока Пэт отмокала, положила майку, шорты и ремень на стойку раковины, а затем улыбнулась ей, прежде чем снова исчезнуть. К тому времени, как Пэт удалось вытащить себя из остывшей воды, она умирала от голода. Она оделась в предоставленную одежду, с облегчением обнаружив, что, хотя шорты были ей велики, ремень помог с этим, и майка по крайней мере подошла. Она была не совсем модной, но выглядела не так уж плохо.

Ее желудок болел от голода, когда она спустилась вниз. Только когда она нашла Маргариту и Джея на кухне с несколькими пакетами крови в руках, она поняла, чего на самом деле жаждала. Ну, Маргарита держала кровь. Ее большая собака лежала у стола с ленивым видом.

Когда Маргарита учила ее питаться кровью в пакетах, она объяснила, что все мужчины обсуждают нападение на дом Парди. Затем на кухне появился Джулиус с четырьмя сумками и объявил, что рейд начинается сейчас, и он должен остаться с ними на случай, если Дресслер ускользнет и пойдет сюда.

Теперь Пэт с нетерпением ждала, чем же закончится рейд.

«В ближайшее время тебе нужно будет пить много крови», — объявила Маргарет, выбрасывая пустой пакет в мусорное ведро. «Твое тело все еще меняется. На самом деле, ты довольно быстро прошла худший этап». Маргарита сказала это так, как будто Пэт сделала что-то умное, хотя она и не думала, что вообще имеет к этому какое-то отношение.

«Возможно, это потому, что она такая маленькая», — прокомментировал Джулиус, проходя мимо кухонной двери, без сомнения направляясь в столовую, к окну там. Он расхаживал взад-вперед, проверяя спереди, а затем сзади, после того как вернулся, чтобы сообщить им, что рейд начался.

— Возможно, — согласилась Маргарита. — Но я не припомню, чтобы у Ливи все произошло быстро.

Когда Пэт подняла на нее брови, Маргарет объяснила: «Ливи — это Оливия. Моя племянница, падчерица Жанны Луизы. Ее инициировали в четыре года».

— Пять, — поправил Джулиус, снова проходя мимо и направляясь вперед.

— Пять, — поправилась Маргарита с легкой улыбкой, а затем добавила: — Гораздо меньше чем тебе.

— Мирабо и Тайни только что вышли от Парди с кем-то на руках, — объявил Джулиус из передней части дома. «Похоже на старика. Я думаю, это может быть сам Парди.

— Он жив, дорогой? Маргарита спросила, т. к. это интересовало Пэт. Паркер был бы убит горем, если бы старик умер. Он был очень привязан к соседу.

— Думаю, да, — ответил Джулиус. «Тайни очень нежен с ним. Они сажают его в одну из арендованных машин, которые пригнали из аэропорта. Вероятно, отвезут его в больницу».

— Возможно, — согласилась Маргарита, вытаскивая теперь уже пустой пакет изо рта Пэт. Улыбаясь, она сказала: «На данный момент этого хватит. Но перед сном нужно будет еще.

Пэт пробормотала «спасибо», а затем взглянула на дверной проем, когда Джулиус крикнул: «Декер выходит и направляется сюда.

— Тогда мы скоро узнаем, что происходит, — удовлетворенно сказала Маргарита. «Это хорошо.»

Пэт не могла не согласиться.

— Ты еще не взломал чертов код этого телефона, Зани?

Пэт взглянула на нетерпеливого Люциана, а затем перевела взгляд на кузена Санто, который прорычал: «Ты знаешь, сколько существует вариаций шестизначного кода? Один миллион, — ответил он на свой вопрос. «И телефон блокируется, если слишком много раз вводится неверный код. Мы должны быть осторожны».

Пэт заметила раздраженное выражение лица Люциана, а затем вернулась к игре в шашки, в которую играла с Маргаритой. Сначала она предлагала карты, но Маргарита напомнила ей, что она умеет читать мысли и знает, какие карты у нее на руках, так что вместо этого они остановились на шашках. Пэт просто должна была быть уверена, что она не планирует свои действия заранее, чтобы все было честно.

«Что-то, Санто задерживается», — прокомментировала Пет, наблюдая, как Маргарита берет две свои игровые фишки. Санто вернулся в дом после того, как помог убраться в доме мистера Парди, взглянул на нее и повернулся, чтобы вернуться к двери, бормоча: «Я пойду за Паркером».

На первый взгляд, это казалось очень милым, и Пэт была ему благодарна, особенно с учетом того, что она совершенно забыла о необходимости забрать племянника из школы. Но у Пэт было мелкое беспокойство, что его инициатива, по уборке дома была для него удобным предлогом, чтобы избегать ее. Она сказала себе, что ведет себя глупо. Всего несколько часов назад Санто сказал ей, что она его спутница жизни, и что он хочет провести с ней всю свою жизнь. Он также сказал, что когда уйдет, он хочет забрать ее с собой. Но почему-то у Пэт возникло ощущение, что все вдруг изменилось в этом вопросе, и она не знала почему.

— Они скоро вернутся, я уверена, — сказала Маргарита успокаивающим голосом, а затем, подняв голову, сочувственно улыбнулась и добавила: — Все будет хорошо, Пэт. Не волнуйся.

Выражение лица и слова женщины только больше обеспокоили Пэт. Казалось, они признавали, что что-то не так, даже если женщина думала, что это сработает. Она немного помедлила, ее взгляд скользнул по фигурам на доске, но вместо того, чтобы сделать ход, она снова взглянула на Маргариту и спросила: «Что-то случилось, о чем мне следует знать?»

Маргарита сделала паузу, как будто обдумывая, что ей сказать, а затем вздохнула и открыла рот, чтобы ответить, но была перебита, когда Брикер внезапно шагнул в дверь и сказал: «Эй, Пэт? Такси только что подъехало к соседнему дому, и женщина, похожая на тебя, вышла с чемоданом. Я думаю, твоя сестра вернулась.

Паника, нахлынула на нее, как товарный поезд, Пэт вскочила из-за стола, схватив рукой шахматную доску и уронила ее. Она даже не заметила, что сделала, и не услышала грохот рассыпавшихся фишек, разлетающихся по всему полу, когда она взволнованно кружилась, ее мысли внезапно вращались в нескольких направлениях. Дом! Было ли там чисто или были доказательства того, что в последние несколько дней там были не только она и Паркер? Никого из силовиков сейчас там не было, не так ли? Она должна пойти туда. Заметит ли Куинн, что в ней что-то изменилось? Боже мой, она не могла пойти туда! Куинн ожидала, что она заберет Паркера. О, черт, она не может появиться там, пока не вернулись Паркер и Санто. Ее машина стояла у ее квартиры, по крайней мере, она так предполагала. Как она объяснит, что забрала Паркера без машины? Черт возьми! Что Куинн делала дома? Была только пятница. Она должна была вернуться завтра. Конференция-

«Спокойствие. Только. Спокойствие.»

Пэт повернулась к Маргарите, услышав, наконец, успокаивающие слова.

«В доме твоей сестры нет силовиков», — заверил ее Брикер, подходя к столу и с беспокойством глядя на нее.

«И мы убрали за собой и заперли дом. Все хорошо, — заверил ее Зани.

«Да.» Высокая смуглая красавица по имени Эш внезапно подошла к ней и сняла солнцезащитные очки, которые скрывали ее глаза с тех пор, как Пэт впервые увидела, как она входит в дом с другими Силовиками после того, как они убрали дом мистера Парди. Сняв их, женщина надела очки на лицо Пэт и отступила, чтобы кивнуть в знак одобрения. «Теперь она не сможет сказать, что в тебе что-то изменилось».

Пэт посмотрела в великолепные золотые и черные глаза женщины и прошептал: «Спасибо».

— А теперь просто сядь и расслабься, — тихо предложила Маргарет. — Ты не можешь туда идти, пока Санто не вернется с Паркером, а затем он отвезет вас обоих, чтобы ты забрала машину.

— Верно, — выдохнула Пэт и откинулась на спинку сиденья. Заметив тогда, что другие наклонились, чтобы поднять доску и фишки, которые она опрокинула, она начала подниматься, чтобы помочь, но Маргарита махнула ей вернуться обратно на свое место.

«Мы все сделаем. Сиди.»

— Ты и сестра — близнецы?

При этом тихом вопросе Пэт огляделась и криво улыбнулась говорившей женщине. Маргарита представила ее как Джо Аржено. Брюнетка была привлекательна, всего на пару дюймов выше нее, и ее каштановые волосы были собраны в хвост. Пэт знала, что она замужем за темноволосым силовиком по имени Николас, и думала, что они составляют прекрасную пару. Они оба прервали разговор о том, что они нашли в доме, и улыбнулись ей, когда вошли и были представлены.

— Да, — наконец вздохнула Пэт, поняв, что просто смотрит на женщину.

«У меня есть две старшие сестры, но раньше я хотела, чтобы у меня была близняшка», — сказала ей Джо с ухмылкой. «Так ли это круто, как это показывают в телешоу и фильмах? Вы двое менялись местами и все такое?

— Никогда, — с усмешкой признала Пэт, зная, что женщина просто пытается отвлечь ее, но ценя это. «Куинн и я, возможно, очень похожи, но по характеру мы полные противоположности. Кроме того, она всегда носила короткую стрижку, а я предпочитаю длинные волосы.

Звук машины заставил их всех повернуться к окну, и Брикер подошел, чтобы посмотреть, прежде чем объявить: «Санто вернулся с Паркером. Но он едет на твоей Тойоте, а не на внедорожнике, на котором уезжал, — добавил он с удивлением, прежде чем продолжить, — Он припарковал ее рядом с домом на колесах, а твоя машина ниже живой изгороди. Я не думаю, что твоя сестра увидит ее, если выглянет наружу.

— Верно, — сказала Маргарет, обвивая рукой Пэт и подталкивая ее к двери. «Итак, ты просто берешь ключи у Санто, отвезешь Паркера домой и ведешь себя так, как будто все в порядке. А потом возвращаешься сюда».

— Только не говори Паркеру, что его мама приехала, — предложила Эш, следуя за ними. «Таким образом, по крайней мере, один из вас будет удивлен, увидев ее».

Пэт кивала в ответ на этот совет, когда сетчатая дверь открылась, и Санто впустил Паркера. Ее взгляд жадно скользнул по мужчине, прежде чем он упал на Паркера, когда он внезапно бросился вперед, крича: «Тетя Пэт! Ты в порядке. Санто сказал, что да, но я так волновался. Ты кричала всю ночь, и я был уверен, что ты умираешь.

Пэт улыбнулась, когда ее племянник прижался к ней, его руки потянулись к ее бедрам, чтобы обнять ее. Она обвила руками мальчика и обняла его в ответ. — Я в порядке, милый.

— Но, Паркер, ты ведь понимаешь, что когда твои родители вернутся домой, ты не должен упоминать о том, что произошло, пока они отсутствовали, не так ли? — сказала теперь Маргарита, с беспокойством глядя на мальчика.

«Ага. Санто уже предупредил меня, что это секретный шпионский материал, и я не могу об этом говорить. Я не скажу, — серьезно заверил он ее, опустив руки и отступив от Пэт. Затем он добавил: «Но он сказал, что я могу рассказать ей о той ночи, когда приехала полиция, и о том, что мы жили здесь. Верно?»

— Да, все в порядке, — заверила его Маргарита.

Кивнув, Паркер снова повернулся к Пэт и сказал: «Мы забрали твою машину на обратном пути. Санто сказал, что тебе это нужно, и что он может забрать внедорожник позже.

— Понятно, — сказала Пэт и подозревала, что наличие ее машины означало, что ему не нужно было отвозить ее домой. Позже она уловила часть о том, что Санто заберет внедорожник. Он не сказал, что поедет с ними за ней, и ему даже не придется звонить ей или подниматься в квартиру, чтобы забрать внедорожник. Выдавив из себя улыбку, она сказала: «Ну что, пошли?»

— Хорошо, — легко сказал Паркер и повернулся к двери, за которой все еще стоял Санто. — Спасибо, что забрал меня, Санто. Увидимся позже, хорошо?»

Санто хмыкнул и улыбнулся мальчику, а затем открыл дверь, чтобы он вышел.

Пэт следовала за Паркером, ее глаза смотрели на Санто, но он просто придерживал дверь и смотрел вслед Паркеру, даже не глядя на нее, не говоря уже о поцелуе или ласковом слове.

Подавив гнев на очевидный отказ, она прошла мимо него и последовала за племянником к своей машине.

— Я очень рад, что тебе лучше, тетя Пэт. Я беспокоился о тебе, — торжественно сказал Паркер, застегивая ремень безопасности.

Пэт улыбнулась, часть напряжения покинула ее тело. — Что ж, спасибо за беспокойство, но я в порядке, — заверила она его, заводя двигатель.

— Мне нравится Санто, — внезапно заявил Паркер, пялясь на дорогу.

«Да?» — мрачно спросила Пэт и подумала, что раньше ей тоже нравился большой придурок.

«Может мы… Эй! Зачем мы едем сюда?» — нахмурившись, спросил Паркер, когда Пэт свернула на подъездную дорожку.

«Я просто хотела проверить и убедиться, что в доме все в порядке», — солгала Пэт, замедляя скорость до полной остановки. — Бери свою сумку, малыш на случай, если ты захочешь что-то привезти ко мне».

«Хорошо.» Он поднял свой школьный рюкзак с пола, где он его поставил, и перетащил на колени, прежде чем прокомментировать: «Я не могу дождаться, когда уже получу свои права».

«Не могу дождаться, когда твоя мама научит тебя водить», — парировала Пэт, стремясь к нормальности, выключая двигатель и отстегивая ремень безопасности.

«Папа, наверное, научит меня. Он говорит, что из женщин получаются ужасные водители, — объявил Паркер, открывая дверь.

«Кто бы сомневался?» — сухо сказала Пэт, выскальзывая из машины. «Ну, этот сексистский комментарий, ты никогда не должен повторять».

«Что такое сексизм?» — спросил Паркер, пока они шли к крыльцу.

«Гугл в помощь», — предложила Пэт.

«Хорошо. Я… Мама! Внезапно вскрикнул Паркер, бросившись вперед, и Пэт, оглянувшись, увидела, что ее сестра открыла входную дверь и улыбается в знак приветствия.

«Привет, детка!» Куинн крепко обняла сына и немного покачала его из стороны в сторону, бормоча: «Я скучала по тебе».

— Я тоже скучал по тебе, — сразу сказал он. «Здесь все было нормально, за исключением того, что в первую ночь кто-то пытался проникнуть в дом. Но соседи отпугнули его, приехала полиция, и нам пришлось остаться у Капрелли с Маргаритой и Джулиусом, потому что Санто так беспокоился о нас, что сломал дверь, а мы не могли остаться в доме без двери. А у Маргариты и Джулиуса есть большой черный пес по кличке Джей, и они с миссис Вигглз понравились друг другу, так что… о нет! Он с тревогой повернулся к Пэт. — Я забыл миссис Вигглз! Она все еще у Капрелли.

Бросив сумку с книгами, он сбежал по ступенькам крыльца и помчался через двор.

Глава 20

— Кто-то пытался проникнуть в дом?

Вздохнув, Пэт повернулась к сестре и пожала плечами. «Да. Полиция решила, что это какой-то извращенец. Он стоял за окном спальни Паркера, когда я пошла проверить его. Я схватила Паркера и отвела его в ванную, пока звонила в 911. Но, как он сказал, люди, живущие у Капрелли, спугнули его до того, как приехала полиция».

— Но они сломали дверь? — обеспокоенно спросила Куинн и повернулась, чтобы посмотреть на свою новую дверь. «Боже мой, я даже не заметила, что это не моя дверь», — сказала она с изумлением, а затем двинулась вперед, чтобы провести рукой по дереву. — Но выглядит неплохо.

«Ага. Маргарет расстроилась из-за того, что Санто сломал оригинал и заменила ее».

— Санто? Куинн с интересом оглянулась через плечо. «Кто он? Я думала, только Маргарита и Джулиус живут по соседству.

«Он их племянник. Он приехал в гости, — пробормотала Пэт, проходя мимо нее в дом в надежде закончить разговор.

«Да?» — спросила Куинн, следуя за ней. — Он так же красив, как Джулиус?

«Он. ".

Пэт боролась с тем, что сказать, когда ее сестра вдруг сказала: «Подожди минутку. Миссис Вигглз? Это не кошка мистера Парди? Зачем Паркеру кошка мистера Парди?

«Мистер. Парди в больнице, — спокойно сказала Пэт, радуясь, что смогла сказать это честно. — Паркер присматривал за ней, за миссис Вигглз.

— О, Патрику это не понравится, — сказал Куинн с гримасой.

— Патрику ничего не нравится, — весело сказала Пэт.

— И не говори, — со вздохом согласилась сестра, а потом нахмурилась и спросила: — Он вообще домой звонил?

— Я не слышала, — сказала Пэт, пожав плечами. «Но я полагаю, что могла пропустить это, если бы он позвонил, когда я забирала Паркера или что-то в этом роде».

Только когда Куинн подошла к телефону, Пэт начала беспокоиться о том, что она может услышать. Пэт знала, что Паркер звонил прошлой ночью после того, как она ворвалась в его комнату. Она также знала, что Маргарет и другие позволяли автоответчику принимать все звонки, пока они были здесь. Если бы звонок Паркера был записан….

«Удалить», — пробормотала Куинн и нажал кнопку, когда голос начал говорить о бесплатных каникулах, все, что вам нужно было сделать, это купить. .

Пэт стояла в напряжении, пока Куинн проверяла звонок за звонком, и расслабилась, только когда закончилось последнее сообщение. Было три звонка от их матери, один от друга, который предложил ей и Куинн вместе выпить, но остальные звонки были рекламой. Если безумный звонок Паркера, без сомнения, был записан, у кого-то хватило ума его стереть.

«Ублюдок», — прорычала Куинн, стирая последнее телефонное сообщение. «Я не могу поверить, что Патрик повел себя таким придурком. Он не отвечал на мои звонки, не звонил мне и даже не писал смс. Я понятия не имею, когда он вернется».

— Кстати говоря, — сказала теперь Пэт, — я не ждала тебя раньше завтрашнего дня. Что случилось?»

«Ой. Мне не хотелось оставаться на сегодняшний ужин. В любом случае, в последнюю ночь на этих съездах обычно бывает пьянка, так что я поменяла завтрашний рейс на дневной». Куинн подошла к холодильнику и открыла дверцу. — Я собиралась написать тебе, но потом подумала, что вместо этого сделаю тебе сюрприз.

— Круто, — пробормотала Пэт, но не могла не подумать, что хорошо, что Куинн не «удивила» их утром, иначе она попала бы в дом, полный бессмертных Силовиков, проводящих стратегическое совещание.

«Да ладно. Что ты сделала? Выкупила весь продуктовый магазин? Посмотри на всю эту еду, — пробормотала Куинн, наклоняясь, чтобы заглянуть на нижние полки. «И это здоровая пища. Боже, Пэт, что происходит? Ты не ешь здоровую пищу».

Дело в том, что не Пэт купила еду. Она могла думать только о том, что Маргарита заказала продукты в качестве благодарности за использование дома, но она понятия не имела, когда продукты были куплены и кем. Однако она предположила, что они выбрали здоровую пищу, потому что она упомянула, что Куинн была фанатом здоровья, когда объясняла Санто, что такое печенье с шоколадной крошкой и беконом. Должно быть, он передал это Маргарите. Однако она не могла ничего сказать, так что солгала. . снова.

«Я просто подумала, что ты устанешь после поездки и не захочешь возиться с покупками», — пробормотала она.

«Ух ты. Спасибо.» Куинн закрыла дверь и бросилась обнимать ее. «Иногда ты лучшая!»

«Ага.» Пэт расслабилась от смеха и обняла ее в ответ. — Местами ты тоже.

Улыбаясь друг другу, они разошлись, и Куинн подошла к своей сумочке и начала копаться в ней, спрашивая: «Итак. Хочешь остаться на ужин?

«Нет. Мне нужно проверить кое-какие сочинения, — солгала Пэт, используя предлог, который она всегда использовала в крайнем случае. Иногда быть профессором удобно, подумала она.

«Ты уверена?» — рассеянно спросила Куинн, хмуро роясь в темной глубине своей сумки размером с чемодан. — У тебя на это есть все выходные, и мы могли бы открыть бутылку вина или четыре.

«Если мы выпьем вина, я буду мучиться похмельем все выходные и не смогу прочитать сочинения, не говоря уже о том, чтобы оценить их. Кроме того, после всей этой суеты на конференции тебе, наверное, не помешает тихий вечер, — прокомментировала Пэт, задаваясь вопросом, что же ищет Куинн. Она получила ответ, когда Куинн вытащила небольшую связку ключей.

«Проклятие.» Она смотрела на них злобно. — Это ключи Патрика. В понедельник я ездила на его машине на работу, и мы поменялись ключами».

«Это проблема?» — спросила Пэт, подняв брови.

«Да. Я собиралась проверить почтовый ящик. Я забыла сделать это перед отъездом. Его не чистили с понедельника, а ты знаешь, насколько малы эти почтовые ящики. Он, наверное, битком набит нежелательной почтой и всякой ерундой, — вздохнула она.

«Разве у Патрика нет ключа от почтового ящика на связке ключей?» — весело спросила Пэт.

Куинн фыркнула на это предложение. — Ты же не думаешь, что Патрик стал бы заниматься чем-то столь же плебейским, как собирать почту, не так ли? Он онколог». Она широко открыла глаза и замахала руками, словно под фанфары пантомимы, когда назвала профессию своего мужа.

— А ты хирург, — сказала Пэт, подражая ее пантомиме.

— Ага, — вздохнула Куинн.

Пэт нахмурилась, глядя на ее выражение лица. — У вас с Патриком проблемы?

Куинн резко выпрямилась и покачала головой. «Нет, все хорошо. Я просто устала от конференции».

— Верно, — пробормотала Пэт и задумалась над тем, чтобы развить этот вопрос, но затем отпустила его и воспользовалась предлогом. — Тогда я пойду и дам тебе отдохнуть.

Куинн не возражала, но последовала за ней, когда Пэт повернулась, чтобы выйти из кухни. «Спасибо, что присмотрела за Паркером, Пэт».

— Нет проблем, — легко сказала она, подходя к входной двери и открывая ее. — Ты же знаешь, я люблю маленького хама.

«Ага.» Куинн усмехнулась и обняла ее, когда Пэт повернулась, затем внезапно ахнула и отступила назад. — Ты забыла свой чемодан.

«Ой.» Пэт нахмурилась. Ее чемодан был в квартире, когда отвозила туда Паркера в среду после школы. Однако она не могла этого сказать, так что солгала. — Он у меня в багажнике.

Куинн моргнула на это заявление. «Почему он у тебя в багажнике? Ты же не знала, что я приеду».

«Нет. Но я не взяла с собой достаточно одежды, поэтому забрала грязную одежду домой и сегодня в обеденный перерыв прихватила свежую одежду. К тому времени, когда я забрала Паркера после школы и приехала сюда, я, наверное, уже забыла об этом».

«Ой.» Куинн кивнула, казалось, купившись на ложь. «Удобно, в конце концов, я думаю. По крайней мере, ты не таскала ее только для того, чтобы унести обратно.

«Истину говоришь.» Пэт выдавила из себя улыбку и отвернулась, прежде чем что-то еще придумает ее сестра, о чем ей пришлось бы солгать.

— Еще раз спасибо, — позвала Куинн, наблюдая, как она сбегает по лестнице с крыльца и направляется к подъездной дорожке.

— В любое время, — заверила ее Пэт, а затем остановилась у дверцы ее машины, когда Паркер выбежал из-за живой изгороди с миссис Вигглз на руках.

«Ты уходишь?» — спросил он с явным разочарованием, увидев ее у машины.

— Твоя мама дома, — указала она, наклоняясь, чтобы обнять его и миссис Вигглз, когда он подошел к ней. Сжав его, она прошептала: — Никаких упоминаний о том, что ты оставался у меня или о чем-то еще, кроме парня у твоего окна. В основном мы играли в видеоигры и смотрели фильмы после школы всю неделю».

— Я помню, — прошептал он в ответ, но нахмурился и указал. «Мои вещи у тебя дома. Мой телевизор, PlayStation и…

— Хорошо, — выдохнула Пэт, перебивая его, а затем беспомощно покачала головой и сказала: — Я принесу их сюда сегодня вечером. Самое позднее завтра, — пообещала она, но задалась вопросом, как, черт возьми, она могла это сделать, чтобы ее сестра не увидела и не задавала вопросов.

Похоже, ей все-таки придется навестить соседей, прежде чем отправиться домой, мрачно подумала она. В то время как Маргарита сказала ей вернуться, после того как она уйдет от сестры, после поведения Санто, Пэт решила отправиться прямо домой. Но ей понадобится кто-то, кто будет контролировать Куинн, чтобы передать вещи Паркера.

«Беги. Увидимся позже, — со вздохом сказала Пэт и выпрямилась, чтобы посмотреть, как он идет к матери с миссис Вигглз на руках. Затем она села в свою машину. Включила двигатель, она подумала, она ужасная тетка, если поощряет мальчика вот так лгать. Но она знала, что это к лучшему. Все, что он скажет Куинн, приведет к вопросам, на которые она не сможет ответить. Не похоже, чтобы Куинн были нужны ответы. По крайней мере, если то, как она отказывалась признавать что-либо, связанное с бессмертными и тому подобным с их детства.

Выдавив из себя улыбку, она помахала из окна сестре и Паркеру, а затем выехала с подъездной дорожки. К ее большому облегчению, пара повернулась и вошла в дом, а она вдавила педаль газа. Тем не менее, Пэт немного проехала по кварталу на случай, если Куинн выглянет в окно после закрытия двери. Она припарковалась на дороге через несколько домов и быстро пошла обратно к Капрелли, уверенная, что фургон закроет Куинн обзор ее возвращения в дом соседей.

— Я боялась, что ты поедешь домой и не вернешься сюда, — тихо сказала Маргарита, открывая сетчатую дверь, пока Пэт поднималась по лестнице на крыльцо.

Пэт покачала головой. «У нас небольшая проблема. Все вещи Паркера у меня дома. Телевизор, игры, одежда. ". Поморщившись, она указала: «Мне понадобится помощь, чтобы вернуть его вещи в дом, чтобы моя сестра не заметила и не задавала вопросов. Я думаю, что потребуется немного контроля над разумом».

— Конечно, — согласилась Маргарита, проводя ее в дом.

— Куда все ушли? — с удивлением спросила Пэт, увидев, что единственными людьми, оставшимися в гостиной, были Эш и Зани. Пара зависла над телефоном, который они нашли в доме мистера Парди.

«Санто и Джулиус болтают на кухне. Люциан вышел на задний двор, чтобы позвонить своей жене Ли. Николас и Джо пошли погулять. Декер поднялся наверх, чтобы вздремнуть. Он пришел прямо с другого задания и не успел отдохнуть, — объяснила она, а затем закончила: — И Кристиан с Брикером пошли купить ужин для всех. Надеюсь, тебе нравится жареный цыпленок, потому что за него проголосовали все».

— Да, но я не голодна, — пробормотала Пэт, а затем заколебалась, не зная, куда идти и что делать. Она хотела поговорить с Санто, но если он говорил со своим дядей….

— Сядь и расслабься, Пэт, — предложила Маргарет. — Джулиус и Санто не задержатся надолго, а потом мы все решим, что делать с вещами Паркера.

Пэт кивнула и подошла к стулу рядом с диваном, где Эш и Зани что-то бормотали и набирали цифры в телефоне. Они оба подняли глаза и рассеянно улыбнулись ей, но потом вернулись к своему занятию. Пэт молча наблюдала за ними, но мысли ее кружились. Она чувствовала себя неуверенно и была сбита с толку поведением Санто, после того, как Кристиан ворвался к ним. Ей казалось очевидным, что он передумал и решил, что она все-таки не его спутница жизни. Она просто не знала, почему или что она сделала не так, чтобы он передумал.

К сожалению, Пэт плохо справлялась с такими эмоциями, как неуверенность и тревога, и они быстро перерастали в гнев. Вот почему она сердито посмотрела на Санто, когда он последовал за своим дядей в гостиную несколько минут спустя. То, как Джулиус грустно покачал головой, когда Маргарита подняла на него брови, ничуть не помогло. У нее сложилось отчетливое впечатление, что «разговор» Джулиуса с Санто был о ней, и все прошло не так, как надеялась пара.

Дверь открылась, и вошли Джо и Николас, держась за руки. Заметив любящие взгляды, которыми они обменялись, Пэт почувствовала, как в ней поднимается ревность. Санто так смотрел на нее тем утром, а теперь….

Сжав рот, она резко встала. — Мне пора идти.

Маргарита помедлила, но потом взглянула на мужа и сказала: — Все вещи Паркера остались в квартире, и Пэт беспокоится о том, как вернуть их. Если ее сестра увидит, у нее, несомненно, возникнут вопросы.

— О да, — нахмурившись, сказал Джулиус и повернулся к Санто. — Полагаю, тебе придется сопроводить ее домой, Санто, и помочь вернуть вещи, а затем контролировать ее сестру и…

«Это не обязательно. Я разберусь сама, — мрачно сказала Пэт, направляясь к двери. Она заметила, как напрягся Санто, услышав предложение сопровождать ее, и будь она проклята, если…

«Пэт.» Проходя мимо, Маргарет коснулась ее руки, и она остановилась. «Ты не сможешь сделать это самостоятельно. И тебе не нужно. Мы теперь твоя семья, и сохранность событий, произошедших здесь, и знания о бессмертных и о том, что ты сама теперь одна из нас, ложится на все наши плечи. Не так ли, Санто? — твердо добавила она, повернувшись к племяннику.

Челюсти Санто сжались, и на минуту Пэт подумала, что он не согласится, но потом вздохнул и кивнул. «Я пойду с тобой. Заодно верну внедорожник. И я полагаю, что мне нужно позаботиться и о твоей двери. Я должен был позаботиться об этом раньше».

Говоря это, Пэт взглянула на дверь, ее внимание привлекло то, что она открылась, чтобы позволить Кристиану и Брикеру войти. Оба мужчины несли в руках несколько сумок с чем-то божественно пахнущим, но комментарий Санто о ее двери удивил ее и сумел ненадолго вытеснить ее гнев.

Повернувшись к Санто, когда Люциан вошел из холла на кухню, она спросила: «Что не так с моей дверью?»

«Я подумал поставить на него засов, который было бы не так легко взломать. По крайней мере, я предполагаю, так будет тяжелей проникнуть внутрь, — добавил он, а затем выгнул бровь и спросил: — Или нападавший прошел через балкон? Твоя балконная дверь была открыта.

Пэт уставилась на него, вспоминая звенящий звук, сопровождаемый скрипом ключа в замке перед тем, как ее дверь открылась прошлой ночью. «Нет, — сказала она наконец, — нападавший использовал ключ, чтобы войти».

«Что?» — удивленно спросила Маргарита.

— Ключ, — повторила Пэт и нахмурилась, когда подумала об этом. Она забыла обо всем этом. Или, возможно, то, что это означало, просто не было зарегистрировано. Жизнь, казалось, текла быстро последние пару дней.

— У нападавшего был ключ? — медленно спросил Санто. — У кого есть ключи от твоей квартиры?

— У моей сестры и мистера Лорье. Но это были не они, — уверенно сказала она.

— Я думал, ты сказала, что плохо разглядела незваного гостя? — напомнил ей Санто, нахмурившись.

«Мне не удалось разглядеть его лицо, но я увидела его силуэт. Мистер Лорье — старик с сутулой спиной и пузом. Этот парень выглядел молодым и подтянутым, а не… ". Она сделала паузу, когда образ вспыхнул в ее голове, и она вспомнила кое-что, чего не заметила в то время. — На нем было пальто.

«Пальто?» — удивленно спросил Джулиус.

— Для пальто было довольно тепло, — заметила Маргарет.

— Да, — согласилась Пэт, а затем беспомощно пожала плечами. «Длинное пальто, не доходящее до колен. Как. ".

— Медицинский халат? — сказала Маргарита, явно прочитав ее мысли, когда остановилась.

— Патрик ходит на работу в лабораторном халате, — медленно сказала Пэт, ее мысли вертелись в голове. «Он надевает его дома перед уходом на работу, снимает и бросает в стирку, когда возвращается. Куинн говорит, что он обсессивно-компульсивно относится к этому. Я думаю, ему просто нравится, когда мир знает, что он врач. Он думает, что это придает ему престиж.

— У него есть ключи твоей сестры? — резко спросила Маргарита, явно вынув эту мысль из головы. — И ты думаешь, что в ту ночь это был он?

Это было именно то, о чем она думала. На самом деле, несколько вещей, о которых Пэт не особо задумывалась, начали рисовать в ее голове сценарий, который ей не нравился.

— Но зачем ему пытаться проникнуть в собственный дом? — спросил Санто, его глаза сузились. — У него же есть ключи.

«На входной и задней двери есть засовы. Я убедилась, чтобы обе были заперты перед сном в ту первую ночь. Даже если бы он отпер дверь, бочковые болты не позволили бы ему открыть дверь, — пробормотала Пэт, ее мысли были заняты другими вещами.

— Но он мог постучать, — сказал Зани, присоединяясь к разговору. — Ему не нужно было пытаться проникнуть внутрь.

«Подожди минуту.» Брикер поставил пакеты с едой на журнальный столик, прежде чем повернуться и посмотреть на нее. — Ты думаешь, это твой зять вломился в твою квартиру и напал на тебя?

Возможно ли это? — недоумевала Пэт. Или. . Закусив губу, она указала: «В первую ночь нападавший был у окна Паркера, а во время второго нападения Паркер был у меня дома».

Когда в комнате воцарилась тишина, она вздохнула и добавила: — И Патрик не отвечает на звонки Куинн. Пэт поколебалась, но затем повернулась к Николасу и сказала: «Ребята, вы разговаривали, когда возвращались после уборки дома мистера Парди, и мне показалось, что я слышала, как вы сказали, что он упомянул, что кто-то по имени Пит пришел в дом и произошла потасовка?»

Она спросила Николаса, но и он, и Джо кивнули.

— Ты уверен, что он не пытался сказать «Питерс»? она спросила. «Это фамилия моей сестры и ее мужа. Питерс.

Никто не говорил, и Пэт стояла молча и неподвижно, ее желудок бурлил. Если бы Патрик первым делом пошел с утра к Парди, как и обещал Паркеру…. Но почему он не взял кошку? И почему он сразу после этого не вернулся домой? Неужели Дресслер обратил его? Он скрывался?

— Зани, — внезапно рявкнул Люциан. «Покажи Пэт телефон, который ты нашел в доме Парди».

Младший бессмертный тут же встал и отнес телефон Пэт. Он протянул ей, но она молча смотрела на него.

— Может, быть этот телефон твоего зятя? — мрачно спросил Люциан.

Пэт беспомощно пожала плечами. «Я не знаю. Я никогда не замечала, какой телефон у Патрика. Открой».

— Он заблокирован, — напомнил ей Зани. «Мы пытались выяснить комбинацию».

— О, точно, — вздохнула она и уставилась на телефон. Над цифровым блоком на экране было шесть пустых кружков.

— Попробуй 052209, — тихо сказала Пэт, а затем объяснила: — У них годовщина свадьбы.

Зани набрал цифры, но покачал головой. «Нет.»

Она немного подумала, а затем предложила: «070611».

Пока он набирал цифры, она добавила: «День рождения Паркера».

«Бинго», — торжествующе сказал Зани, когда страница с номером ускользнула, открывая несколько значков.

Почувствовав слабость, Пэт наблюдала, как Зани открыл значок с фотографией и быстро пролистал фотографии. «Здесь много ваших фотографий с Паркером».

«Не моих. Куинн, — выдохнула Пэт, опускаясь на край дивана. «О Боже. Он не за городом».

— Нет, — тихо согласилась Маргарита.

— Дресслер обратил его, не так ли? — недовольно сказала Пэт.

Наступила тишина, а затем Маргарита призналась: «Это вероятно».

— Но почему он просто не пришел домой и не сказал нам? — с досадой спросила Пэт. Ей не очень нравился зять, но он был отцом Паркер и мужем ее сестры. Она бы сделала все, что могла, чтобы помочь ему.

— Он знает о твоем прошлом с бессмертными? — тихо спросила Маргарита.

— Наверное, нет, — со вздохом признала Пэт. «Куинн не хочет говорить об этом даже со мной, я сомневаюсь, что она сказала бы ему. Я, конечно, никогда не говорила. Он такой саркастичный придурок, он бы решил, что я сошла с ума, и насмехался бы надо мной каждый раз, когда мы виделись, или просто не подпускал бы меня к Паркеру и Куинну. А может быть вообще запер меня в психушке».

— Сомневаюсь, что Дресслер что-то ему объяснил, — внезапно пробормотал Николас. «Вероятно, этот ублюдок повернул его, а затем скрылся».

— Возможно, — согласилась Эш. «Но я хочу знать, почему Дресслер сбежал. Что его напугало? И как он ушел, а вы, ребята, его не видели?

«Если он наблюдал из дома в ту ночь, когда мы искали того, кто пытался вломиться, он мог видеть наши глаза», — заметил Зани.

Пэт взглянула на него. Ей не нужно было спрашивать, что он имел в виду. Бессмертные глаза отражали свет в темноте, как у кошки.

— А то, что Санто сломал дверь, выдало бы, что мы бессмертны, — торжественно заметил Брикер.

— Если так, то он мог ускользнуть, пока мы все были внутри и разговаривали с полицией, — мрачно сказал Джулиус. «На самом деле, это единственный раз, когда никто не присматривал за домом после того, как мы приехали».

Пэт оглядела людей в комнате. Все они выглядели суровыми и сердитыми. Она знала, что они расстроены из-за Дресслера, но ее беспокоила ее семья, и она спросила: «Что теперь будет делать Патрик?»

На мгновение воцарилась тишина, и Пэт заметила, что все взгляды обратились на Люциана. Высокий мужчина с ледяными глазами не выглядел счастливым, когда сказал: «Мы должны найти его, прежде чем уйдем».

В ответ на это прозвучало несколько проклятий, но Люциан проигнорировал это и сказал: — Мне нужна охрана дома двадцать четыре часа в сутки на случай, если он снова попытается вернуться. Нам нужно защитить сестру и племянника Пэт.

Она нахмурилась. — Ты же не думаешь, что он навредит Куинн и Паркеру, не так ли? — спросила она с беспокойством. «Я знаю, что он напал на меня, но, возможно, это было потому, что он пытался добраться до Паркера».

— Детка, — мягко сказала Маргарет, — если Дресслер его не обучал и ничего не объяснял, то он ….».

— Твой шурин проснулся с клыками, жаждой крови, и некому ему сказать, что он бессмертный, а не вампир, — закончил за нее Джулиус.

— Теперь он будет считать себя сыном Дракулы, — вздохнул Брикер.

— Эльви, — пробормотала Маргарита и, когда Пэт вопросительно посмотрела на нее, отмахнулась. «Невестка. Она была обращена случайно, у нее не было знаний, поэтому она просто исходила из того, что знала о вампирах. Гробы, ни крестов, ни зеркал и т. д. Скорее всего, твой шурин так же отреагировал».

— Однако у Эльви была невероятная система поддержки, — тихо сказал Джулиус. «У Патрика нет. По крайней мере, он не пытается приблизиться к тем, кто будет его системой поддержки. Он дважды приходил за своим сыном.

Пэт тут же вскочила на ноги. — О Боже, я должна предупредить Куинн.

— Я пойду с тобой, — сказала Маргарита, следуя за ней к двери. «Тебе может понадобиться помощь, если она плохо воспримет это».

«Она плохо это воспримет», — сказала Пэт, торопливо выбегая на улицу и спускаясь по подъездной дорожке. В ту минуту, когда она поспешила обогнуть изгородь, она увидела, что входная дверь дома ее сестры открыта. Вторжение в дом, она услышала в своей голове крик Оксаны и побежала.

— Подожди, — резко сказала Маргарита, хватая ее за руку, чтобы остановить, когда она подошла к двери и начала ее толкать. Но было слишком поздно, дверь распахнулась, и Куинн лежала на кафельном полу у подножия лестницы. Пэт заметила кровь на ее лице, и ничто не могло удержать ее.

Она услышала ругательства Маргариты позади себя и, обернувшись, увидела, что та машет рукой в сторону дома Капрелли. Сигнализируя о проблеме, предположила Пэт, опускаясь на колени рядом с Куинн и проверяя пульс.

— Она жива, — мрачно сказала Маргарита, подходя к ней. — Я слышу ее сердцебиение.

Пэт только кивнула. Теперь она тоже могла это слышать, но она также нашла пульс, сильный, но слишком быстрый. Нахмурившись, она начала проверять Куинн на предмет травмы, искать источник крови, но…. — Я не вижу ран.

Маргарита тут же наклонилась и подняла одно веко Куинн.

Пэт ахнула, увидев, как серебро засветилось в ее глазах. — Он обратил ее.

Проклятие привлекло ее взгляд, когда Люциан повел остальных в дом. Он явно слышал ее слова и теперь рявкнул: «Брикер, отведи Куинн обратно в дом Капрелли, закуй ее в цепи и накачай наркотиками, которые Мортимер послал для Пэт. Остальные начинают искать…

Пронзительный вопль ужаса с верхнего этажа прервал его слова.

«Паркер!» Пэт закричала, уже вскочив на ноги и побежав к лестнице.

Она услышала, как Люциан и Санто рявкнули на нее, чтобы они остановились, но проигнорировала их, и внезапно раздался топот ног, когда несколько из них, очевидно, последовали за ней.

Пэт выбежала по коридору, одна часть ее мозга была поражена тем, насколько она стала быстрее. Но потом она добралась до комнаты Паркера. Резко остановившись в дверях, Пэт одним взглядом окинула происходящее. Миссис Вигглз лежала на кровати, рыча и шипя на мужчину, держащего Паркера. Наушники ее племянника лежали на его кровати рядом с одним из школьных учебников. Он явно играл в какую-то игру и ничего не слышал, когда его отец напал на мать внизу, а затем пришел сюда за ним.

Пэт перевела взгляд на мужчину, пятившегося к окну, с Паркером, прижатым к его груди. Она не смотрела на своего племянника. Замешательство и ужас на его лице сломили бы ее, поэтому она сосредоточилась на зяте. Патрик Питерс вряд ли был похож на высокомерного придурка, которого она знала и пыталась полюбить ради сестры. Он был грязный, засаленный, его одежда была порвана и запачкана кровью, а глаза его были дикими и отчаянными.

— Отойдите, — закричал он в панике.

Заставив себя сохранять спокойствие, Пэт сказала: — Отпусти его, Патрик.

— Не подходи! Он подошел к окну и теперь просунул свободную руку за себя, чтобы нащупать оконную щеколду.

— Не уходи, — твердо сказала она, двигаясь вперед.

— Пэт, — прорычал Санто позади нее.

Она проигнорировала его. — Отпусти его, Патрик. Ты не хочешь этого делать».

— Заткнись, Петронелла, — прорычал Патрик. «Он мой сын».

— Да, — согласилась она. — Но тебе нужна помощь, Патрик, и эти люди могут тебе помочь.

Ее зять фыркнул на это. «Дресслер рассказал мне о том, какую помощь они оказывают. Я не позволю им убить меня».

— Ты говорил с Дресслером? Люциан залаял у нее за спиной. «Где он?»

— Ушел, — прорычал Патрик, а затем, кивнув Санто, сказал: — Он узнал здоровяка. Сказал, что охотники загнали его. Его рот сжался. «Он хотел, чтобы я пошел с ним, но я не мог. Не без Куинн и Паркера. Слова были почти нытьем, а затем Патрик нахмурился. — Где Куинн?

— В безопасности, — заверила его Пэт.

— Приведи ее ко мне, — потребовал он.

— Отпусти Паркера, и мы поговорим об этом, — мрачно сказал Санто.

Пэт услышала щелчок оконной защелки. Зная, что сейчас произойдет, она рванулась вперед и успела схватить Паркера за руку, когда Патрик распахнул окно и начал вылезать, увлекая за собой мальчика. Прижав племянника к груди, Пэт повернулась к людям, столпившимся у двери. Когда ее волосы внезапно схватили и дернули назад, Пэт подтолкнула Паркера к остальным, а затем повернула лицо к разъяренному лицу Патрика.

— Ты всегда была глупой сучкой, — прорычал он, оттягивая ее голову вбок и обнажая горло. Патрик бросился ей на шею, выпустив клыки, и Пэт закрыла глаза, уверенная, что ее убьют, а потом она почувствовала, как кто-то схватил ее сзади и вытащил на свободу. Она услышала свист лезвия, пронесшегося мимо, когда руки на ее талии развернули ее и прижали к твердой, широкой груди. Но Пэт услышала звук за спиной, помнила его с детства. Звук отрубленной головы, сопровождаемый шлепком, когда она падает на пол.

С ее губ сорвался стон, и ее пронзила дрожь. Потом ее подхватили и вынесли из комнаты. Пэт не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что это Санто несет ее. Она узнала его запах и свернулась калачиком у него на груди, стараясь не представлять, в каком состоянии сейчас находится ее зять.

«Пэт?»

«Да?» Голос Пэт был ровным, ее взгляд не отрывался от спящего лица племянника. Она не переставала смотреть на Паркера с тех пор, как Санто отнес ее сюда, в дом Капрелли, из дома ее сестры, а затем ушел. Пэт смотрела в лицо Паркеру, слушая, как Маргарита спрашивала Санто, как он мог это сделать, а затем умоляла его передумать, и когда она услышала его ответ, что это было для блага Пэт. Она смотрела на Паркера, слушая, как Джулиус кричал на Санто, что он ведет себя глупо и излишне жестоко, а Санто ответил, что он не рискнет сломать ей спину или раздавить гортань. И она смотрела на Паркера, пока слушала, как Кристиан пытался убедить Санто, по крайней мере, поговорить с ней и объяснить, что он попросил свою мать обучать ее, и рассказать про его кошмары, и, как мрачно ответил Санто, «Ты только что это сделал».

И он был прав, конечно. Кристиан, Джулиус и даже Маргарита дали ей то, что ей нужно было понять, и теперь она знала, почему планы Санто относительно них изменились. Как ни странно, боли от этого не стало меньше.

— Каландра Нотте здесь, — сказала Маргарита, а затем мягко спросила: — Ты хочешь, чтобы я осталась?

— Нет, — тихо сказала Пэт, но не встала и не повернулась к матери Санто даже после того, как услышала, как закрылась дверь спальни.

Прошло мгновение молчания, а затем Каландра Нотте спросила: «Тебе нечего мне сказать?»

— Твой сын — идиот, — ровным голосом сказал Пэт.

Прошло еще мгновение молчания, а затем Каландра Нотте рявкнула: «Повернись».

Вздохнув, Пэт встала и повернулась, мертвое выражение, которое было на ее лице в течение последних нескольких часов, испарилось, когда ее челюсть отвисла от шока. Каландра Нотте была не выше нее самой. И не больше. Услышав, как женщина спасла своего сына, Пэт представила ее амазонкой. Высокой, сильной и могучей. Не эта крошечная женщина с темно-каштановыми волосами и прекрасным лицом.

«Мой сын может вести себя как идиот, но он им не является», — торжественно объявила Каландра Нотте. «И хотя я маленькая, ну пули тоже крошечные, но мощные».

Когда Пэт удалось закрыть рот, мать Санто переместилась и посмотрела на Паркера. — Он все еще перевоплощается.

— Да, — согласилась Пэт. «Как и его мать. Она в соседней комнате.

Каландра кивнула. «Он пойдет с нами. Она нет.»

Пэт быстро взглянула на нее, но спросила: «По какой причине?»

— Умная девочка, — сказала Каландра с одобрительной улыбкой. — Ты подумай. Повернувшись к Паркеру, она кивнула. — Из всего, что мне сказали, и из того, что я прочитала в твоих и ее мыслях, Куинн вряд ли воспримет то, что с ней произошло, хорошо.

«Нет. Она не сможет, — согласилась Пэт.

«Паркеру придется иметь дело со многим. Стать чем-то, о существовании чего он не подозревал, нападение отца на него, смерть отца…

«Он видел?» — спросила она с тревогой.

«Это у него в голове. Он видел его через плечо Маргариты, когда она выносила его из комнаты. Она подняла взгляд на Пэт. «Последнее, что ему нужно, пока он приспосабливается к своей новой жизни, — это обезумевшая и неуравновешенная мать. Он нуждается в любви и поддержке, и рядом с ним должны быть только те, кто может это предложить. Ты можешь сделать это.»

Пэт кивнула, но спросила: «Однако после того, как они оба приспособятся….».

— Если Куинн сохранит рассудок, когда выйдет из оборота, мы воссоединим их после тренировки, — объявила Каландра, а затем повернулась лицом к ней. «Готова ли ты пройти обучение, чтобы ты могла втолковать Санто, насколько он глуп?»

Когда брови Пэт приподнялись, Каландра добавила: «Я прочитала тебя, Петронелла Стоун. Ты умная, смелая и ты боец. Ты идеально подходишь моему сыну. . и он очень нуждается в тебе.

— Я готова, — тихо сказала Пэт.

Кивнув, Каландра повернулась и направилась к двери. — Тогда бери своего племянника, и мы уходим. Мой самолет ждет в аэропорту».

Пэт наклонилась, чтобы поднять Паркера, а затем повернулась и увидела, как Каландра выходит из комнаты. Легкая улыбка начала тянуться на ее губах, когда она последовала за ней. К тому времени, как она добралась до зала, она распространилась по ее лицу.

Взглянув на бессознательное лицо Паркера, она прошептала: «Она мне нравится».

Глава 21

Санто не знал, что его разбудило. Возможно, это был холод или, возможно, боль, пронзившая его тело, но его глаза распахнулись, и он обнаружил, что смотрит на утрамбованную грязь, на которой стоял на коленях. Он находился в темной грязной комнате, освещенной лишь парой горящих факелов. Он был прикован к холодной сырой каменной стене, одетый только в грязные, рваные бриджи, которые обнажали его изуродованную грудь и открывали кровавое лоскутное одеяло из ожогов, порезов и царапин, которые еще не зажили. В теле Санто просто не было крови, необходимой для совершения исцеления. Но он знал, что в конце концов пытки возобновятся. Так было всегда. Ему могли быть оставлены часы, дни или даже месяцы или годы, чтобы страдать в страхе, но его похититель всегда возвращался, и боль начиналась заново.

Сначала он будет бороться с этим, страдая молча, вместо того, чтобы доставить удовольствие криком. Но, в конце концов, Санто не сможет так стоически это выносить и начнет кричать. Как только это произойдет, он не сможет остановиться, пока его горло не разорвется, и он не захлебнется собственной кровью.

Вздохнув, Санто устало закрыл глаза. С каждым циклом пыток его дух истощался все больше и больше, и он чувствовал, что потерял еще один кусок своей души. Раньше он искал пути к спасению, и тогда он молился о спасении, теперь он просто жаждал смерти, чтобы положить конец его страданиям.

Визг металлической двери камеры заставил Санто напрячься. Его ожидание закончилось. Ваниттус вернулся. Он устало думал, какие пытки постигнут его на этот раз. Насколько он мог судить, они применили к нему почти все известные приспособления для пыток. Помимо стандартного набора: порки, прижигания его раскаленной кочергой и нескольких ударов мечами, они использовали винт с накатанной головкой, чтобы сломать ему все пальцы на руках и ногах, вырвали ему язык, сломали его тело на колесе, ослепили и мучили его жидким свинцом, а однажды даже оставили в железной деве на месяцы.

Но хуже всего была крысиная пытка. Санто вздрогнул от воспоминаний. Его никогда особенно не беспокоили крысы, до той ночи, когда они приковали его цепью к столу, поставили на живот маленькую клетку без верха и дна, поместили внутрь несколько больших крыс, а затем зажгли сверху факел. Отчаявшись спастись от жары и пламени, крысы выбрали единственный оставшийся им путь и попытались спастись, прорыв в его теле выход. Санто снились кошмары о боли, когда они царапались и копались в его животе, их маленькие тела корчились внутри него.

— Санто?

Он вздрогнул от этого мягкого голоса и с изумлением уставился на женщину, двигавшуюся к нему через камеру.

«Пэт?» — сказал он с недоумением. На ней была короткая красная ночная рубашка, сделанная из прозрачного материала, который лишь прикрывал плоть. Его глаза остановились на ее груди, когда она приблизилась, и рот Санто тут же наполнился слюной, когда он представил, как смыкает губы вокруг ее нежных сосков и ласкает ее языком через тонкую ткань.

Когда она остановилась перед ним, голодный взгляд Санто поднялся к ее лицу, и он нахмурился, увидев, что ее глаза полны печали, когда она смотрела на него. Он чуть не вздрогнул, когда она подняла руку, но она просто обхватила его щеку и прошептала: «О, любовь моя. Что ты делаешь с собой?»

Санто удивленно моргнул. «Я этого не делал. Это был Ваниттус Вилани.

— Ваниттус мертв, — мягко сказала она. — Твоя мать убила его. Ты знаешь это. Ты видел это. Он этого не делает».

Санто в замешательстве нахмурился. «Но он-"

«Ты действительно хочешь остаться здесь в прошлом, а не присоединиться ко мне в будущем?»

Когда он просто уставился на нее с замешательством, Пэт наклонилась чуть-чуть, чтобы прижаться к его губам нежным поцелуем.

Санто вздохнул, ощутив ее рот на своем. Когда ее язык прошелся по стыку его губ, он позволил им разойтись и застонал, когда она углубила поцелуй. Она была такой чертовски вкусной, что у него на глаза навернулись слезы, и он, не задумываясь, обнял ее за талию. . Цепи были забыты. Когда ее руки сразу же обвились вокруг него, это было похоже на возвращение домой, и он притянул ее ближе, когда его рот опустошил ее, его язык толкался и сражался с ее.

— Займись со мной любовью, Санто, — простонала она у его уха. «Мне нужно, чтобы ты любил меня. Это было так давно.»

Зарычав, он прижал ее к себе, вскочил на ноги, а затем отнес к столу, где они проводили крысиную пытку. Усадив ее там, он встал между ее коленями и позволил своим рукам бродить по ее телу, впиваясь в ее рот со всей страстью, в которой он отказывал себе последние шесть недель, а затем удивленный смешок сорвался с его губ, когда она лизнула одну из его ступней.

Нахмурившись, Санто отстранился и в замешательстве посмотрел на Пэт. Она не могла лизать его ногу, она сидела перед ним.

«Что такое?» — спросила Пэт, скользя руками по его груди. Должно было быть больно, но он не чувствовал боли, и он посмотрел вниз, чтобы увидеть, что раны и ожоги исчезли. Его кожа была безупречной.

— Ничего, — пробормотал он, а затем наклонился, чтобы снова поцеловать ее, только чтобы усмехнуться ей в рот, когда она снова лизнула его ногу.

«Что за-?» — пробормотал Санто и окинул взглядом свое тело как раз вовремя, чтобы увидеть, как золотой лабрадор в третий раз лизнул ему ногу. Подземелье и Пэт были сном. Теперь он проснулся и лежал в постели у себя дома, как он понял, безучастно глядя на незнакомую собаку, которая села и тихонько залаяла.

— Хороший мальчик, Мишка/Медвежонок.

Услышав эти мягкие слова, Санто резко сел и посмотрел, как собака подошла к дивану у камина в противоположном конце его большой спальни. Его глаза округлились от изумления, когда сонная Пэт села на диван, чтобы погладить животное.

— Хороший мальчик, — повторила она, хватая золотого лабрадора за щеки и ласково поглаживая мех. «Добрый Мишка».

Дав собаке последнее поглаживание, Пэт встала и направилась к кровати. Собака немедленно последовала за ней. Когда она остановилась у изножья кровати, собака села рядом с ней, а затем посмотрела на Пэт. Однако, увидев, что она смотрит на Санто, он тоже повернулся и посмотрел на него.

— Это Мишка, — спокойно объявила Пэт, когда Санто увидел красную майку, черные кожаные штаны и черные сапоги до колен, которые были на ней. Каблуки должны были быть высотой четыре дюйма(10 см).

— Что ты здесь делаешь, Пэт? Санто зарычал, переводя взгляд на ее лицо и натягивая простыни и одеяла до подбородка.

— Мишка — служебная собака, — сказала Пэт, не обращая внимания на его вопрос. Взглянув вниз, она улыбнулась Лабрадору и погладила его по голове. «Однажды у меня был студент, который был армейским ветераном. Ну, у меня их было много. Но с этим человеком всегда была собака. Ее звали Джаз. Она была красивой и так хорошо себя вела. Выяснилось, что она была служебным животным».

— Пэт, — предостерегающе прорычал он. — Тебе нужно уйти сейчас же.

«Нет. Это тебе нужно выслушать, — невозмутимо сказала она и, продолжая гладить Мишку, продолжила: — У моего ученика посттравматический синдром. Тревога, депрессия и ночные кошмары. Джаз успокаивала его, когда он был в депрессии, успокаивала, когда он беспокоился, и будила его, когда ему снились кошмары. Без нее он никуда не ходил».

Оставив руку на голове Мишки, она повернулась к Санто. «Джаз была обучена будить его, прыгая ему на грудь и ложась, превращаясь в своего рода теплое пушистое одеяло. Но это не годится для тебя. Ты можешь убить беднягу.

Санто вздрогнул от этих слов, а затем, сообразив, что прижимает одеяло к подбородку, как викторианская мисс, он нахмурился и позволил ему немного опуститься, когда она сказала:

«Поэтому мы научили Мишку лизать тебе ноги, а если это не сработает, то лаять»

.

«Кто это мы?» — спросил Санто грубым рычанием.

— Твоя мать, Паркер и я.

Его брови взлетели на лоб. — Мама тренирует вас обоих?

«Да. Она решила тренировать Паркера, потому что считает, что ему опасно находиться рядом с Куинн, пока мы не убедимся, что она справляется, — объяснила она, а затем добавила: Ты мог бы делать это сам».

В ее тоне не было обвинения, это была констатация факта, но Санто все равно вздрогнул. Сжав рот от чувства вины, навалившегося на него, он спросил: — Как Паркер?

«Хорошо. Он очень хорошо приспособился и быстро всему научился. Ему нравится твоя мать, — добавила она, а затем добавила: — Мне тоже. Если тебе не все равно.

— Конечно, меня это волнует, — жалобно прорычал он. — Ты моя спутница жизни, Пэт. Я тебя люблю. Но я не могу спать с тобой, я боюсь причинить тебе боль.

— Мне и так больно, — тихо сказала она, а затем развернулась на каблуках и направилась к двери. «Знакомься/Налаживай отношения с Мишкой. Он хороший пес».

«Пэт, подожди!» Отбросив одеяла в сторону, он соскользнул с кровати и поспешил за ней. «Пэт!»

Догнав ее в холле, он схватил ее за руку, чтобы развернуть. Пэт повернулась, но Санто вдруг обнаружил, что из под него выбили ноги. Он рухнул на пол с ворчанием, а затем уставился на нее с изумлением.

«Это Вин Чун», — спокойно сказала Пэт, ее взгляд скользнул по его обнаженной груди и свободным штанам черной пижамы, которые он носил. «Это то, что я использовала с Патриком, когда он напал на меня в моей квартире. Я не смогла бы победить его лишь этим приемом, но он помог мне остаться в живых, чтобы схватить нож, который действительно спас меня».

Она отступила на шаг, когда Санто начал вставать, а затем добавила: «Мне нравится говорить людям, что я этим занималась, с подросткового возраста и проходила этап «Все по-китайски», но это неправда».

Санто криво улыбнулся. «Фаза «Все по-китайски»?»

— Когда я настояла на изучении всего китайского, — сухо сказала она. «Я изучала китайскую письменность, фэн-шуй, китайскую архитектуру, не ела ничего, кроме китайской еды, и изучала китайский зодиак».

Его брови удивленно поднялись. «Китайский зодиак?»

«Да, Ну ты знаешь, его происхождение, двенадцать животных и их черты. Было действительно интересно и очень познавательно. Например, я узнала, что я собака, а ты осел».

Санто моргнул. «В китайском гороскопе нет осла».

Пэт пожала плечами. — Ты все еще осёл.

По какой-то причине это заставило его улыбнуться, но затем Санто вздохнул и спросил: «По какой причине, на самом деле, ты занималась Вин Чун?»

«Я начала заниматься в шесть лет, когда прилетела в Америку испуганным ребенком, который видел, как убили ее родителей и сестру. Я хотела чувствовать себя в безопасности».

Санто кивнул. Это было то, чего он ожидал. Устало проведя рукой по черепу, он сказал: — Прости, Пэт. Воистину, я, тоже хочу обезопасить тебя. Я не могу рисковать заниматься с тобой любовью, упасть в обморок, а затем, возможно, причинить тебе вред во сне. Я могу это сделать».

— Ну, это ложь, — сухо сказала она.

«Что?» — спросил он с удивлением.

— Это ложь, — повторила она. — Ты лжец, да еще и эгоистичный.

«Как ты вообще могла сказать такое?» — потребовал Санто, и внезапно разъяренный, он взревел: «Я только и делал, что пытался защитить тебя с самого начала».

«Мне не нужно, чтобы ты защищал меня», — прорычала в ответ Пэт. «А ты лжец, потому что ты делаешь это не для меня, ты делаешь это для себя. И тебе не нужно будет чувствовать себя виноватым, если ты случайно причинишь мне боль».

Пока Санто стоял, моргая, глядя на нее, Пэт добавила: «И если бы ты действительно заботился о том, чтобы причинить мне боль, тебя бы беспокоило то, что ты причиняешь мне боль, отказываясь сделать меня своей спутницей жизни, и ты бы сделал что-то, чтобы это исправить. Потому что ты сделал это со мной. Ты ухаживал за мной и заставил влюбиться в тебя, а потом обратил меня и дал мне надежду, а потом ушел. И позволь мне сказать, что сломанная кость может болеть от нескольких минут до часа, пока ее не починят нано, но мое сердце болит каждую минуту каждого дня последних шести недель с тех пор, как ты ушел от меня.

Пэт повернулась к нему спиной и пошла прочь.

Санто стоял, глядя вслед Пэт, ее слова эхом отдавались в его ушах, а затем выпалил: «Как? Как я могу это исправить?»

Пэт остановилась и медленно повернулась. Какое-то мгновение она просто смотрела на него, а затем пошла назад, пока не оказалась в футе (30 см) от него. — Ты перестанешь меня отталкивать. Ты веришь, что я смогу помочь тебе выбраться из подземелья, разделив наши сны, и что Мишка разбудит тебя, если тебе приснится кошмар. Криво улыбнувшись, она добавила: «И как, видишь, если мы занимаемся любовью во сне».

Санто тоже криво улыбнулся, но спросил: «А что, если эти две вещи не сработают и я причиню тебе боль?»

«Тогда мы спим в разных комнатах, и я приковываю тебя к кровати, когда мы занимаемся любовью, чтобы ты не смог мне навредить, но мы не сдаемся. Мы никогда не сдаемся.»

Санто глубоко вздохнул, отказываясь не от нее, а от борьбы со своей потребностью в ней. Он не мог жить без Пэт. Последние шесть недель были адом. Он должен был попробовать. Санто слишком долго ждал, чтобы сдаться сейчас.

— Ты готов перестать быть идиотом? — спросила она торжественно.

Санто слабо улыбнулся. — Я был идиотом, не так ли?

«Да. Но ты мой идиот, — сказала она хриплым голосом. — Я люблю тебя, Санто.

— Я тоже люблю тебя, tesoro, — выдохнул он, сокращая небольшое пространство между ними и заключая ее в свои объятия. «Я постараюсь не быть идиотом в будущем».

Пэт пожала плечами в его объятиях. «Ты ничего не можешь с этим поделать. Ты осёл по китайскому гороскопу. Это в твоих звездах.

— В китайском гороскопе нет осла, — раздраженно сказал он, подхватил ее и повернулся, чтобы отнести обратно в спальню.

«Кто изучал гороскоп? Ты или я?» она спросила.

Санто закатил глаза. «Ты. Отлично. Есть осел, и это я».

«Да.» Улыбнувшись, она прижалась к его груди. — Но ты мой осел.

Посмеиваясь, он отнес ее в спальню, больше не боясь заниматься с ней любовью. У них были общие сны, Мишка, и если нужно, у него где-то в гараже были цепи. Были вещи и похуже, чем быть прикованным к кровати, пока твоя женщина занималась с тобой любовью, но Санто не думал, что это будет необходимо. Он был готов отпустить прошлое. . особенно если у него было будущее с Пэт.