Катон кивнул и слабо улыбнулся, прежде чем повернуться к Клавдии. - Я не думаю, что разумно обсуждать некоторые вещи при Луции. Он хороший мальчик, но у детей есть привычка повторять то, что они услышат.
- Я знаю. Мне очень жаль. - Она сложила руки. - Но ты не хуже меня знаешь, что будущее провинции висит на волоске. Я слышала это от Нерона много раз, когда жила во дворце. Он ненавидит этот остров. Это постоянная трата казны, и он скорее потратит серебро на развлечения в Риме, чтобы толпа была счастлива, чем на покорение племен, так и не принявших римское правление, на обеспечение которого потребовалось гораздо больше времени и военных ресурсов, чем ожидалось. Каждый год легионы и вспомогательные войска нуждаются в новых рекрутах, чтобы восполнить понесенные потери. Она пожала плечами и покачала головой. - Право, я не знаю, сколько еще он будет это терпеть.
- Он был бы дураком, если бы бросил Британию, - прорычал Макрон. - Мы заплатили за эту провинцию своей кровью. По крайней мере, нашей, легионерской. Если Нерон отбросит все это в сторону, здесь найдется много людей, как в легионах, так и в колонии, которые подумают, что пришло время для нового императора. Кроме того, большая часть работы уже сделана. Низинные племена не представляют угрозы. Они были завоеваны или разоружены и подписали договоры с Римом. Бриганты10 на севере находятся под нашим контролем, а единственные оставшиеся враги находятся в горах на западе. Новый наместник дал понять, что он собирается позаботиться о них. Не так ли, Катон?
Более молодой собеседник кивнул. - Это новости от нашего друга Аполлония из Лондиниума. Светоний11 концентрирует людей в Деве, чтобы нанести удар в горах. Идти будет тяжело. Мы с Макроном участвовали в предыдущей попытке. Это плохо кончилось.
- Это потому, что кампания началась слишком поздно в том злополучном году, - перебил Макрон. - Если бы не погода, мы бы покончили с этими ублюдками из горных племен. Мы бы взяли Мону и покончили бы и с друидами12.
- Но мы этого не сделали, - сказал Катон. - И теперь, когда у них за плечами победа над Римом, их будет еще труднее подчинить. Если кто и может это сделать, так это Светоний. Имеет опыт боевых действий в горах. Несколько лет назад отлично поработал в Мавретании. Я полагаю, что он был специально выбран для этой работы.
- Или он протиснулся в начало очереди, - усмехнулся Макрон. - Последний шанс поставить печать на своей репутации. Вы знаете, что из себя представляют эти аристократы. Все, что угодно, лишь бы добавить блеска фамилии и превзойти деяния их предков и их политических соперников.
- Этому Светонию потребуется вызывать к себе резервы? - спросила Петронелла.
Макрон взял ее руку и нежно сжал ее.
- Скорее всего нет. Нас здесь слишком мало, чтобы что-то изменить, если нас призовут в строй. В любом случае, мы здесь нужны. Пропретор знает, как важно иметь небольшой отряд ветеранов в тылу, чтобы гарантировать, что ни у одного из местных племен не возникнет соблазна поиграть, пока кота нет дома.
Клавдия криво улыбнулась. - Я думала, ты уже ранее говорил, что племена равнин не представляют угрозы.
- Значит, так и есть, - твердо ответил Макрон. - Тринованты13 вокруг Камулодунума кроткие, как ягнята.
- Я не удивлена, - сказала она. - В колонии с ними жестоко обращались ветераны, как мне сказали. Их земли были захвачены, а некоторые из их мужчин рекрутированы и вынуждены служить во вспомогательных когортах, и я слышала, что многие женщины подверглись насилию.
- Поначалу всегда возникают небольшие проблемы, - возразил Макрон. - Ребята в колонии привыкли к военной службе. Проходит несколько лет, прежде чем они научатся быть гражданскими лицами.
- А тем временем местным жителям приходится с этим мириться?
- Вот как все обстоит, - сказал Макрон. - Мы завоевали это место, точно так же, как завоевали земли отсюда до восточных пустынь. Как только они примут свою судьбу, племена будут довольны тем, что являются частью Империи.
- Интересно, - Клавдия повернулась к Катону. - Что ты думаешь?
Катон задумался, чтобы собраться с мыслями. Он не был так уверен, как Макрон, в безопасности этой части новой провинции. Урожай в этом году был плохим, и это не учли, когда сборщики налогов предъявляли свои требования к местным жителям. Голод и нищета вызывали недовольство, и, хотя тринованты казались достаточно послушными, трудно было представить, что унижения и страдания, которые они пережили от рук недавно навязанных им римских хозяев, не вызывали горького негодования, даже если бы они старались не показывать его. Однако в случае, если бы наместник Светоний и его легионы вели кампанию на самом дальнем конце провинции, это могло бы соблазнить горячие головы среди местных племен воспользоваться ситуацией. Макрон и ветераны колонии были достаточно сильны и способны подавить любые мелкие вспышки, но организованное восстание представляло реальную опасность для римских жителей Камулодунума.
Он еще немного подумал, прежде чем ответить на вопрос Клавдии.
- Пока в Британии есть легионы, я сомневаюсь, что в этом районе возникнут какие-то серьезные проблемы. Ицены почувствовали на себе, что значит бросить вызов Риму. Они не будут стремиться повторить этот печальный опыт. Что касается триновантов, кто знает? Большую тревогу вызывает то, что произойдет, если Нерон решит отозвать легионы. Здесь поселились десятки тысяч римлян и другие выходцы из Империи. Они станут легкой добычей для любых племен, которые решат напасть на них. Выбор будет между тем, чтобы остаться и попытаться защитить то, что они держат, или бросить свои дома, свою собственность и свое будущее здесь и бежать обратно через море в Галлию.
Клавдия повернулась к Макрону и Петронелле. - Если Нерон выведет легионы, что вы двое будете делать?
Макрон взглянул на жену, но она не смотрела ему в глаза. - Я не хотел бы отказываться от всего этого. Все, что у нас здесь есть, и половина доли в предприятии моей матери находятся в Британии... Я просто не знаю. Надеюсь, до этого никогда не дойдет.
- Я выпью за это, - сказал Катон, стремясь успокоить своего лучшего друга. - Трудно поверить, что Нерон покинет Британию. Отказаться от нее сейчас было бы опасным ударом по престижу Рима. Можете себе представить, как отреагировала бы на это толпа, не говоря уже о тех сенаторах, которые твердят им о непобедимости Рима.
- Видишь? - Макрон толкнул Петронеллу локтем. - Парень понимает, как все это устроено.
- Есть еще одна причина, по которой Нерон не захочет выводить легионы, - продолжил Катон. - Если он отведет их в Галлию, это даст наместнику значительное количество дополнительных сил. У тех, кто командует мощными армиями, может возникнуть соблазн использовать их в политических целях. Так что безопаснее держать эти легионы связанными здесь, в Британии.
Макрон фыркнул. - У тебя коварный ум, парень. Циничный ум.
- Я реалист, - пожал плечами Катон. - Мы оба достаточно давно здесь, чтобы знать, как устроена Империя. Ты знаешь, что я прав.
Макрон потянулся за чашой. - Все эти разговоры о политике вызвали у меня жажду. - Он поднял кувшин, но когда опустил горлышко, в чашу попала лишь тоненькая струйка. - Вот дерьмо... Мне нужно принести еще немного с кухни.
Когда он поднялся со стула, Петронелла навострила ухо на кухонный блок в дальнем конце перистиля. - В чем там дело?
Макрон нахмурился. Изнутри здания доносились оживленные голоса. - Я лучше об этом позабочусь.
Он побрел прочь с кувшином в руке и исчез внутри. Остальные продолжали слушать, в то время как голоса со стороны триклиния продолжили нарастать, пока центурион не прервал их, требуя тишины.
- Похоже, проблемы среди слуг, - прокомментировала Клавдия.
Петронелла покачала головой. - Они хорошо ладят. Там две девушки-иценки, а конюх – местный. Никогда не слышала обидного слова между ними. Мы скоро узнаем, что случилось, когда вернется Макрон. - Пока они ждали, она сменила тему. - Скоро будут Сатурналии14. Вы все еще будете жить в Камулодунуме? Мы будем рады приветствовать вас у нас.
- Мы еще побудем здесь, - ответил Катон. Он снял скромную виллу в колонии. Она выходил на реку и была обращена на юг, чтобы воспользоваться тем солнцем, которое дает провинция. Там, он и Клавдия спокойно жили, воспитывая Луция. Образование мальчику давал человек, называвший себя греческим ученым, который перебрался из Галлии, чтобы основать небольшую школу. У него был некоторый акцент, какой Катон никогда не слыхивал от греков, разбросанных по всей Империи, но он был компетентен, а Луций учился читать и писать и также основам работы с фигурами речами. Более изысканное образование ждало его в Риме, как только Катон счел бы безопасным вернуться в столицу.
Если какой-либо намек на то, что Клавдию все же отследили до Британии, достигнет Лондиниума, было решено, что Аполлоний пошлет им предупреждение. Греческий вольноотпущенник когда-то служил шпионом в интересах Рима, прежде чем столкнулся с Катоном, и оба они относились друг к другу с уважением, если не с дружбой. Макрон с самого начала невзлюбил его и относился к нему с подозрением, но Аполлоний завоевал доверие Катона и теперь нашел себе полезную должность во дворце наместника в Лондиниуме.
- Это мирная заводь, - продолжил Катон. - И это нас устраивает.
- Мы будем рады разделить с вами Сатурналии, - улыбнулась Клавдия. - Вы должны сказать мне, что мы можем сделать для этого случая.
Звук шагов по гравию прервал их разговор, и они повернулись к Макрону. У центуриона было озабоченное выражение лица, а в руках у него не было амфоры со свежим вином.
- Что случилось? - спросил Катон.
- Боюсь, плохие новости, - Макрон вернулся на свое место. - Моргата только что вернулась с рынка. Она встретила торговца мехом иценов, приехавшего из столицы племени. Прасутаг мертв.