Пролог

Ещё один демон, куда больше предыдущих, отшвырнул от себя одну из костяных собак и кинулся к отвлекшейся сестре. Моментально созданный огненный щит принял на себя первый удар, Ами атаковала из-под него, но тварь даже не дёрнулась. Ромин кинул в него тленом, на ходу отбиваясь ещё от двоих. Рука демона начала гнить и распадаться на глазах, но он, будто не замечая этого, продолжал наносить удары по щиту сестры. Следующая партия нападавших, и Ромин вновь взмахнул косой, посылая на них зелёное могильное пламя, а двое псов по мановению его руки, с рыком бросились на помощь Амине, и через минуту огромный демон наконец пал.

— Нужно отступать, — хрипло выкрикнула Амина, оборачиваясь, — мы не закроем разлом своими силами.

Она была права — демоны продолжали напирать, и новые вываливались из разрыва между мирами. Силы магов ощутимо таяли. Их двоих было мало — им не удалось даже приблизиться к разлому, а ведь его ещё надо закрыть. По-хорошему: необходимо добраться до Таноры и позвать подмогу из Ларвии. Вот только уйти отсюда сейчас, значило бросить без защиты все близлежащие поселения, до которых твари ещё не добрались.

— Амина, иди, — бросил Ромин. — Я их задержу, а ты сообщи брату.

— И не подумаю! Оставить тебя здесь... Совсем спятил?

— Уходите оба, — вмешался Лино, возникая сбоку. — Все мы прекрасно знаем самый надёжный способ закрыть разлом.

И, не дожидаясь их реакции, юноша бросился вперёд с невероятной скоростью, буквально облетая тех демонов, что встречались на его пути. Ромин с ужасом понял, что тот задумал и, направив косу на Лино, попытался остановить, сковать его.

Нет... Нет! Амина обхватила запястье Ромина и сбила подготовленное заклятье, не давая ему возможности вмешаться, удержать... Он оттолкнул сестру и побежал вперёд, хоть в душе уже и понимал, что не успевает. Лино вошёл в разлом, всё его существо охватили синие всполохи, лицо исказилось от боли, и он обхватил себя руками.

— Остановись! — взвыл Ромин, продолжая бежать, на ходу отшвыривая от себя демонов. Позади кричала сестра. Волны её огненной магии летели вслед за ним, помогая расчищать путь.

Мужчина на секунду замер, взывая к магии смерти, ударил рукоятью косы о землю, и та дрогнула, подёрнувшись зелёными трещинами. Демоны замедлились и, отброшенные мощнейшей волной, кинусь врассыпную. Время для Ромина остановилось, он будто вяз в густом воздухе, рвался вперёд из последних сил... И не успевал!

Разлом стал меньше, а тот, кто находился в нём, практически растворился. Лино! Лино, пожалуйста... Мальчишка поднял на него взгляд и вымученно улыбнулся.

Сверкнула яркая синяя вспышка, ослепляя и заставляя остановиться. Глаза резануло болью, и Ромин прикрыл их рукой, а когда смог открыть, всё было кончено. На месте разлома остались лишь искрящиеся, угасающие всполохи, но и их скоро не станет. Он упал на колени, не желая верить, не желая осознавать...

— Нет, Лино! НЕТ! — кричал он, срывая голос.

Сердце прошила нестерпимая боль, и не только душевная, но и вполне физическая. Коса задрожала в руке, наливаясь мертвенным светом, который через секунду выплеснулся наружу неудержимым потоком, уничтожая всё живое на своём пути, обогнув алый щит огневика — сестра жива — скользнуло по краю сознания.

Грудь сдавило так, что не вдохнуть. Его больше нет... Не будет больше звонкого смеха, не будет искрящихся глаз, не будет тихих вечеров и непрекращающейся болтовни, не будет грустной улыбки на бесконечно милом лице. И осуждающих глаз тоже не будет. Лино больше нет.

Глава 1. Ромин

Добраться из Базарвии в Аскону задача не из быстрых. Ромин надеялся воспользоваться услугами пространственного мага, но в этот раз ему не повезло — тот укатил куда-то на несколько дней, оставив пост своей юной дочери и по совместительству ученице. Девчонка же оказалась не настолько сильна, чтобы открывать порталы. Хотя, пожалуй, не повезло ему несколькими днями ранее, когда в городишке, где он истреблял очередного демона, пришло послание от старшего брата с просьбой срочно вернуться в Ларвию.

Брат… Вот же заноза! Не будь Велис верховным магом, Ромин вообще бы проигнорировал эту просьбу, по крайней мере в ближайшие пару месяцев. Вообще-то брат частенько пытался заманить его в магический город: то жаловался, что они редко видятся; то говорил, что Ромину пора бы взять перерыв и отдохнуть; то завлекал новыми книгами и свитками с заклинаниями, а порой и просто нагло врал, что ему нужна помощь, так как сам он не справляется. И это учитывая, что у него в совете более двадцати магов, готовых оказать любую поддержку, а в придачу к ним целая магическая академия! Вот только в этот раз послание было тревожно-лаконичным: «Жду тебя в Ларвии. Приезжай как можно скорее». А это значило, что он действительно понадобился Велису.

Пришлось на ходу менять планы и выдвигаться в Ларвию – магический город или, как его ещё называли, — неприкасаемое королевство, расположенное на западе Асконы у самого моря. Именно там жили и обучались с раннего детства все маги. Когда в ребёнке пробуждался дар, его отправляли в Ларвию, и это было беспрекословным требованием для всех стран этого мира. За сокрытие магического ребёнка наказанием могла стать даже смерть. Магом мог оказаться любой: хоть отпрыск короля, хоть рыбака. Как только ребёнок попадал за стены Ларвии, кем были его родители, уже не имело значения — он переставал принадлежать своей семье, терял имя рода и больше не претендовал ни на наследство, ни на титул. Отныне он становился магом, и более никем. Единственным исключением являлись дети, рождённые в магических семьях: в отличие от других они не теряли связь со своими родными.

Казалось бы: как же так? Это ведь жестоко — отрывать ребёнка от семьи и матери! Но нет, прежде всего, – это необходимость. Во-первых: дитя, чей дар развивался без должного контроля и обучения, несло опасность как для окружающих, так и для себя. Во-вторых: только маги могут бороться с демонами и сущностями, которые то и дело прорывались из тёмного мира. А в-третьих: маги хоть и люди, но всё же слишком сильно отличались от простых смертных долгой продолжительностью жизни, ну и, конечно, силой и возможностями дара.

Очень давно – десятки тысяч лет назад, когда маги ещё не являлись отдельной, независимой силой, жили свой жизнью среди простых людей, следуя личным целям и желаниям, они едва не уничтожили южный континент. Втянутые в борьбу за власть, склоки меж королевствами и делёжку территорий, они устраивали магические битвы, их убийственная, неконтролируемая мощь несла за собой лишь гибель и разрушения. Наглядным примером тому и по сей день являются Гиблые Земли. Мёртвая, выжженная, бесплодная пустыня: мрак и отравленный воздух. И сколько бы маги прошлого и настоящего ни пытались очистить эти земли и вдохнуть в них жизнь, до сих пор всё было без толку.

Ушли годы – столетия, чтобы установить среди магов те законы и порядки, что действовали сейчас. Хоть порой они и казались небезупречными, но они работали! Уже более тринадцати тысяч лет в мире Амивор не было ни одной магической войны. Да и человеческие войны после этого быстро поутихли — без поддержки и силы магов-то. Вот так, по окончанию последней войны древности, образовалось восемь крупных королевств и несколько мелких островных. Конечно, иногда между властителями возникали местные ссоры и склоки, но они никогда не перерастали в глобальную угрозу. Каждая из стран подписала мирный договор, и вот уже тринадцать тысяч лет он не нарушался. И тут бы рассказать, как прекрасно живётся в мире, радости и счастье, но как бы не так.

Демоны! Эта напасть была извечной и, кажется, не собиралась никуда деваться, несмотря на все усилия магов. Демоны раз за разом умудрялись проникать во все уголки мира, были страшны в своём истинном обличии, жестоки и беспощадны, хитры и неумолимы, бесчувственны и бессердечны. Они обладали силами, ничуть не меньшими, чем амиварские маги. Людям же и вовсе было нечего противопоставить демоническим атакам. Это была всеобщая беда и угроза, и именно борьбой с ней занимались все маги.

Как и Ромин – колесил по странам и континентам, отыскивая и уничтожая демонов, когда получил послание от брата. Магический дар мага – его гордость, сила и проклятие. Дар Ромина наиболее редкий – некромантия: на данный момент в мире существовало всего четыре некроманта, и Ромин был младшим из них. Это в его-то сто девять лет! И за всю его жизнь на свет не родилось ни одного мага с тем же даром. Несмотря на свои годы, мужчина выглядел лет на тридцать – тридцать пять по человеческим меркам, и в ближайшее столетие это вряд ли изменится.

Хотя возраст магов вещь непредсказуемая. В истории известны случаи, когда одни доживали до полуторы тысяч лет, а другие угасали уже к четырёхстам. Впрочем, подавляющее большинство умирало не своей смертью, а в битвах с демонами. И случалось это в любом возрасте: хоть тридцать тебе, хоть триста. Одна оплошность, неосторожное действие, досадная ошибка, неудачное стечение обстоятельств, и Амивар терял очередного защитника.

Ромин спрыгнул с коня и, расседлав, оставил пастись возле озера. Мышцы уставшего тела ныли, хотелось смыть с себя дорожную пыль, да поспать нормально. Почти четыре недели беспрерывной скачки уже сказывались на его настроении: он заезжал по пути к трём пространственным магам, но ни один из них так и не смог связаться с братом, и это уже всерьёз тревожило. Так что некромант торопился – надежда ускорить путь порталом не оправдалась.

Хотя практически в каждом крупном городе жил пространственный маг, лишь особо одарённые могли создавать порталы, чтобы перенести собрата из одного города в другой – сил на это тратилось немеренно. Основная же их задача – обеспечивать стабильную связь, и уже одно это было огромным подспорьем. Собственно только поэтому пространственники и жили в городах среди обычных людей – именно к ним приезжали другие маги, чтобы установить связь и сообщить совету о своих успехах, дальнейших передвижениях или получить очередное задание.

У каждого мага имелось небольшое, круглое, уникальное зеркальце, настроенное на владельца: одна капля крови, немного волшебства, и персональное средство связи всегда с собой. Когда с магом желают связаться, ощущаются весьма болезненные покалывания в руке: пропустить или перепутать вызов с чем-то другим – невозможно. Для ответа достаточно прикосновения к стеклу, но в отражении маг видит не себя, как в обычных зеркалах, а того, кто вызывает. Чуднóе волшебство, и подвластно оно только пространственным магам – именно они поддерживают связь во время разговора.

Ромин уже трижды пытался связаться с братом, но тот не отвечал. И тут возникал вопрос: либо с зеркалом Велиса что-то случилось, и он не успел создать новое, либо что-то произошло с ним самим.

Некромант скинул длинный чёрный плащ и взглянул на своё отражение в озере. Дорожная пыль на уставшем лице не скрывала благородные, без единого изъяна, черты: прямой аккуратный нос, высокий лоб и уверенный взгляд невероятно-синих глаз. Ох, сколько девушек и юношей засматривалось на длинные пшеничные волосы, насмешливый изгиб бровей и соблазнительную улыбку, и сколько раз Ромин этим бессовестно пользовался, но всё это осталось в прошлом. Если бы только…

Мужчина тряхнул головой и, не раздеваясь, нырнул в воду. Воспоминания, что так часто и настойчиво преследовали его, сейчас были совершенно ни к чему. Сейчас ему стоило подумать о живых, а именно о том, что же, демоны раздери, происходит в магическом городе, и почему его брат не отвечает! Да, тот силён – верховный маг, но и он не бессмертен... Сердце сжимала тревога: брат и сестра – бесконечно дорогие для него люди.

Ромину повезло родится в семье потомственных магов, где все обладали даром: дед, отец, мать, брат, сестра и те их предки, которых пали, сражаясь с демонами. На данный момент существовало всего одиннадцать таких семей как у него. Ребёнок мага мог и вовсе не унаследовать дара родителя, и такое случалось куда чаще, чем обратное – большая часть магов рождалась у простых смертных. Как и почему рождались потомственные маги – загадка, которую и по сей день пытаются разгадать. Самое распространённое предположение – наследный дар проявлялся лишь в особых детях: сильных духом, способных контролировать себя и подчинять свои способности, готовых щедро отдавать свои силы при необходимости. Оттого они, наверное, и рождались так редко. По последним подсчётам, в мире проживало всего двести восемьдесят четыре мага, без учёта детей и подростков, которые ещё не закончили обучение в магической академии Ларвии и не получили официальный статус.

Хотя Ларвия и являлась одним из городов в королевстве Аскона, вот только на деле не подчинялась ни странам, ни королям. И эти самые короли с уважением и почтением обращались в оплот борьбы с демонами за помощью и защитой для своего народа. По сути Ларвия была отдельным маленьким государством со своими законами и порядками – маленьким, но при этом самым могущественным. При этом большую часть населения Ларвии составляли обычные люди: рабочие, земледельцы, торговцы и прочие ремесленники, без которых существование города было бы невозможно.

Самым же главным сокровищем этого города являлась магическая академия, где жили и обучались юные одарённые. Даже замок верховного мага и совета не был огорожен столькими защитными чарами, сколькими охранялось место обитания магических детей. Их по-настоящему берегли, хоть и воспитывали в строгости – каждый из них был драгоценен.

После нескольких недель беспрерывной дороги и изматывающего беспокойства о брате, Ромин наконец-то вздохнул с облегчением – впереди возвышались разноцветные башни Ларвии. Волнение улеглось, уступив место усталости и глухому раздражению: если это новая причуда Вела, чтобы в очередной раз заманить его в город, то он точно прибьёт брата. Взгляд задержался на башнях академии: красная, синяя, зелёная, белая и жёлтая. Либо солнце сегодня особенно ярко светило, либо их цвета и правда стали ещё насыщеннее. А может он просто успел позабыть, как красиво они возвышались над Ларвией, ведь последний раз он был здесь около пяти лет назад.

Ромин намеревался сразу же отправиться во дворец верховного мага – домой. Вот только, едва выехав на центральную улицу, он заметил магистра Бенета – директора магической академии и большого друга семьи. Магистр был одним из учителей Ромина на последних курсах, многое дал и многому научил тогда ещё глупого самоуверенного мальчишку, возомнившего себя особенным. Проехать мимо, даже не поздоровавшись, было бы просто оскорбительно, к тому же — магистр уже заметил его и помахал рукой.

— Ромин! Неужели и правда приехал? — спросил директор, как только некромант подъехал ближе и спешился.

— Добрый день, учитель. Верховный говорил, что я приеду? Он позвал меня, но я уже несколько недель не могу с ним связаться. Вы в курсе, что случилось?

— С твоим-то братом? — Бенет лукаво улыбнулся. — Да ничего. Ещё с утра был здоров и полон сил.

— Тогда, какого архидемона… — Ромин зло сузил глаза, а руки сами собой сжались в кулаки. — Он всё-таки надул меня!

— Погоди гневаться, — улыбка директора стала ещё шире, — причина действительно есть. У нас в этом году шесть выпускников, и я полагаю: одного из них заберёшь на дальнейшее обучение именно ты.

— Я?! Неужели некромант?! — брови Ромина удивлённо приподнялись. — Но никто из вас за столько лет ни разу не говорил, что родился новый маг смерти!

— Нет, — Бенет отрицательно покачал головой, — юноша не некромант, он маг огня.

— Тогда при чём здесь я? Пускай огневики занимаются им. Вон, Амине предложите. Сестра как раз недавно закончила возиться с очередным учеником, это она у нас любит детей. Только своих заводить наотрез отказывается.

— Ну если ты не захочешь его брать, предложу, конечно…

— Не захочу. Мне ещё только обузы за плечами не хватало. Был бы он некромантом, я бы ещё подумал, а так… — Ромин развёл руками. — Я надеюсь это не единственная причина, из-за которой Велис заставил меня тащиться сюда через полмира.

— Не будь таким упрямцем, Ромин. Ты всё равно уже здесь, хоть взгляни на него. Он весьма одарён, а после нескольких лет странствий с тобой в качестве учителя, и вовсе станет прекрасным магом. — Директор Бенет уже перехватил некроманта под локоть и уверенно вёл за собой.

— Да не хочу я: ну гляну и…

— Идём-идём.

Ромин горестно вздохнул: спорить с учителем — гиблое дело, во всяком случае у него никогда не выходило, будь он хоть адептом академии, хоть магистром с десятилетиями боевого опыта за спиной. Или только Ромин не умел твёрдо стоять на своём? Вон, к Велису учитель всегда прислушивался, даже когда тот был юн. Хотя к чему сравнения: Велис — маг разума. Это почти такой же редкий дар, как и его некромантия. К тому же, далеко не просто так его брата выбрали верховным магом, когда тому едва перевалило за шестьдесят.

Были люди и поумнее и поопытнее него, но Вел мастер лезть в чужие головы, управлять и контролировать, а уж в решении сложных задач Ромин ещё не встречал равных ему. Вот только брат порой вёл себя как настоящий ребёнок, особенно при нём и сестре. Верховному магистру уже сто двадцать четыре года, а всё в игры играет: то фокусы выкидывает, то плачется на всё подряд, то дурью мается, а пару лет назад и вовсе сбежал из магического города, никому ничего не сказав – ему, видите ли, захотелось съездить к Амине, которая, между прочем, была на тот момент аж в Нимуаре! Это ж надо было целых две страны пересечь! А совет в это время поставил всех магов на уши и отправил на поиски пропавшего главы — они уже себе понапридумывали, что того или демоны похитили, или проклятье настигло необратимое. В общем, с его братом точно никому скучно не жилось. Наверное оно и к лучшему, наверное именно такой верховный маг им всем и нужен. Когда необходимо, он серьёзен и непреклонен. А своими выходками он разбавляет их сложную и довольно мрачную жизнь. И раньше Ромин от души посмеялся бы над его проказами, а то и подыграл бы, вот только уже много лет его ничего не радует, а попытки растормошить и вернуть его прежнего лишь злят.

Ворота, ведущие в академию, приветливо распахнулись перед Ромином и магистром. Годы идут, а это место ничуть не изменилось. Всё так же, как и во времена его юности. Вон, слева — тренировочное поле, там проходили магические состязания и испытания для учеников, да и просто гоняли преподаватели за милую душу. Впереди возвышаются разноцветные крыши пяти башен с учебными корпусами под ними. Справа — большое трёхэтажное здание тёмно-синего цвета, украшенное яркими детскими рисунками. Именно там на протяжении двенадцати — семнадцати лет жили юные маги с момента, когда пробуждалась их сила и до выпуска. Всё зависело от личных способностей и возраста учеников: у кого-то дар просыпается к двум-трём годам, а у кого-то и в семь.

Раньше Ромин любил это место. Ох, сколько же весёлых лет прошло здесь. Некроманту было чуть больше трёх, когда его дар проявился, и счастливые родители передали его в академию. В том, что Ромин будет магом, никто и не сомневался, ведь он родился в одной из одиннадцати потомственных магических семей, но дара некроманта никто не ожидал. К тому же, его старший брат уже проявился как маг разума – невероятная ценность – целых два ребёнка с редчайшими дарами в одном поколении семьи. В общем: едва переступив порог академии, Ромин уже был известной личностью, и впоследствии совершенно справедливо считал себя уникальным.

В юношестве Ромин оказался в центре внимания: с ним хотели дружить и сверстники, и старшие, и даже малышня. Он быстро научился пользоваться своим положением. Хорошо учился, но при этом рос ужасным безобразником и нарушителем правил. В принципе этим грешат многие дети, но из-за своей популярности и уникальности он делал это в разы чаще других. Сейчас-то Ромин и сам понимал, что рос ужасно избалованным и эгоистичным мальчишкой, а учитывая положение своей семьи, ещё и незаслуженно пользовался привилегиями.

Однако, и десятки лет спустя, после окончания академии, он не сильно-то и изменился. Чего только стоили его любовные похождения, о которых постоянно бродили слухи, и даже слагались легенды. Большая половина из них была вполне достоверной. Наверное он и по сей день оставался бы таким же беспечным, если бы однажды не повстречал Его. Жизнь поставила Ромина на место. По-своему. Жестокая шутка судьбы — влюбиться без надежды...

— Ромин! — Некромант взглянул на учителя, отвлекаясь от своих мыслей. — Вон он, у пруда, — Бенет кивнул на двух юношей, сидевших к ним спиной чуть в отдалении.

Догадаться, кто из них маг огня, не составило труда: огневики всегда отличались рыжими или красными оттенками волос. Взять хотя бы сестру Ромина с её диким огненно-красным цветом и розовыми прядями. Этот же мальчишка был просто рыжим, как лесные лисицы, или осенние листья: ни жёлтые и ни красные, ровно посередине. Ну что ж, он посмотрел. Теперь-то учитель от него отстанет? Некромант уже собирался повернуть обратно, к выходу с территории, но Бенет перехватил его.

— Посмотри на него, — тихо сказал он.

— Да уже посмотрел, что ещё я должен увидеть? — Ромин раздражённо повернулся к пруду. Кому, интересно, в голову пришла эта дурацкая идея с учеником? Директору или брату? Ну, второму он сегодня ещё устроит….

Мальчишка немного повернул голову, и теперь стало отчётливо видно его лицо. Ромин так и застыл, сжимая в руке поводья. Нет… Это сон… Просто очередная иллюзия, ведь не может же он в самом деле выглядеть как…

— Лино, — выдохнул Ромин через несколько минут. — Он… он…

Сердце сжалось, грудь сдавило так, что не вздохнуть. Те же тонкие, бесконечно милые черты лица, только этот выглядит чуть младше, буквально на пару-тройку лет. Ромин медленно шагнул вперёд, заворожёно глядя на мальчишку у пруда.

— Кто он? — прошептал некромант.

— Илит.

— Сколько ему?

— Семнадцать лет.

Семнадцать… Именно столько прошло с того дня.

— Когда его привезли сюда?

— Ему было три.

— Три?! — Ромин резко перевёл взгляд на директора академии. — Почему же вы четырнадцать лет молчали? Почему никто не сказал мне о нём?!

— Об этом тебе нужно поговорить с братом.

— О, я поговорю! — Ромин вновь посмотрел на юношу у воды, который о чём-то весело болтал с другом. Порыв схватить его и унести как можно дальше, спрятать от всех и никогда не отпускать, сдерживало лишь одно сомнение: он просто похож или…

Бенет ничего не ответил. Но в эту секунду Ромин и не желал бы услышать ответ. Он просто смотрел. Жадно смотрел на тень своего прошлого, и в его душе всколыхнулись чувства, которые он похоронил в себе семнадцать лет назад. Кажется, он мог бы стоять здесь и смотреть на него вечно…

— Я заберу его. Не смей подбирать ему другого учителя, — тихо сказал Ромин, когда наконец-то смог отвести взгляд.

— Я и не сомневался.

Глава 2. Дай мне имя

Воспоминания Ромина (примерно 42 года назад)

Люди так часто завидуют магам, их способностям, силе, ну и, конечно, долголетию, вот только почему-то забывают, что жизнь эта далеко не сказка. Последнюю неделю Ромин занимался исключительно тем, что выслеживал демона-пожирателя. Эти твари питались человеческой жизнью, и неважно каким способом: пожирали куски плоти или же как нынешний паразит – выпивали людей досуха, оставляя после себя ссохшиеся старческие тела.

Запрос о помощи поступил из Сарваны. Там, в деревнях и поселениях близ Суны, стали пропадать люди, а вскоре нашли тело одной из потерявшихся. Молоденькая девушка шестнадцати лет выглядела как дряхлая, высушенная старуха, родные узнали её лишь по обручальному браслету, что недавно подарил ей жених. Что ж: не быть бедняжке женой и матерью.

По прибытию Ромин объездил все поселения, где пропадали люди, собирая крупицы информации в поисках хоть каких-то зацепок. Состояние тела погибшей девушки ни о чём конкретном ему не сказало, кроме того, что её жизнь поглотил демон. Он это мог бы сказать и не глядя на неё, а вот где искать пожирателя… Удача улыбнулась ему в следующей деревне: один из жителей проговорился, что видел незнакомую молодую девушку, по описаниям похожую на погибшую, вот только было это уже после того, как нашли её тело. Значит, эта демоническая тварь не просто пожирала жизни людей, а ещё и надевала на себя их личины.

Дальше дело пошло быстрее. В каждой последующей деревне люди видели пропавшего человека из предыдущей, и весь этот след вёл к ближайшему крупному городу – Суне. Демона Ромин настиг ещё до того, как тот подобрался к городу, а его убийство и вовсе не вызвало затруднений: огромный пёс, созданный магией из кости какой-то мёртвой псины, просто отгрыз твари голову. Больше всего в этой ситуации у некроманта вызвала затруднение неделя поисков и игра в догонялки, так что теперь он мечтал об одном – выспаться.

Сняв в Суне комнату в одном из лучших постоялых дворов, поев и смыв дорожную пыль, Ромин наконец-то забрался в чистую постель, надеясь воплотить свою мечту в жизнь. Тук-тук-тук.. Не очень громкий, но весьма раздражающий неприятный стук по крыше, заставил мужчину открыть глаза. На дождь не похоже: может кошка пробежала? Ромин перевернулся на другой бок, зевнул и … Тук-тук-тук… Тудуук… О-о-о, демон их иссуши! Дадут ему сегодня поспать, или нет!?

Мужчина поднялся с постели, распахнул окно и, ухватившись за карниз, подтянулся и забрался на крышу. Этого ему только не хватало… Полупрозрачное бесцветное создание увлечённо прыгало по черепице и пинало маленький камешек. Призрак.

— Эй, пацан, — позвал Ромин и тот обернулся.

Симпатичный, даже смазливый. Невысокий, стройный, лет девятнадцати на вид. Жаль: наверное при жизни был хорошеньким, а теперь и глаза и волосы однотонно-серые — цвета уже не разобрать.

— Ого! Ты меня видишь? Ты маг? — Лицо паренька просияло, и он подлетел ближе к Ромину с любопытством заглядывая в глаза.

Вот это призраки пошли: пацан что, совсем страх потерял? От некроманта эта братия разлеталась со скоростью ветра, едва завидев, этот же…

— Ты что, хочешь в мир духов? — Ромин сложил руки на груди и с насмешкой посмотрел в почти прозрачное лицо.

— Да нет, — призрак пожал плечами, — мне и тут неплохо.

— Тогда почему не бежишь прочь?

— А должен?

— Вообще-то, да — я же некромант, не чувствуешь?

— Эмм, — призрак задумчиво наклонил голову. — Я ничего не знаю о некромантах, да и вообще о магах. Просто слышал от других, что вы можете нас видеть. Ты первый человек, который заговорил со мной! — На призрачном лице появилась широкая искренняя улыбка, и сам он будто слегка засветился изнутри.

Похоже он совсем недавно умер. Жаль, придётся отправить в мир духов, но Ромин решил дать призраку ещё денёк и заняться изгнанием позже, сейчас он и так дико устал.

— Малец, иди прыгать в другом месте, я хочу спать, а твоя возня по крыше не способствует этому, — маг уже развернулся, собираясь пробраться в свою комнату тем же путём.

— Ой, прости, — паренёк подлетел ближе, — я не хотел мешать. Я же не знал, что меня кто-то увидит.

«Увидит… Вся проблема в том, что я тебя слышу!»

— А потом ты поговоришь со мной? Ну, пожалуйста! Я так давно ни с кем не разговаривал, — глаза призрака стали по-детски умоляющими, — Да? Да? Ну скажи: «Да».

— Ладно, — вздохнул Ромин, — а сейчас исчезни куда-нибудь.

— Угу, — призрак весело кивнул, а потом, выписывая круги в воздухе, переместился на соседнюю крышу. — Я буду ждать.

Ромин вернулся в постель и, накрывшись одеялом с головой, наконец-то уснул.

_

Вставать совсем не хотелось. Вроде бы и выспался, а вроде и ещё несколько часов бы проспал. Но подниматься всё же придётся: нужно поискать в этом городишке магический магазин и отправить послание в совет — сообщить, что заказ на демона выполнен, а может и ещё какое задание взять. Ромин нехотя открыл глаза, да так и подскочил на постели от неожиданности: прямо над ним, под потолком, висел давешний призрак.

— Ты что тут делаешь? — хрипло выдохнул мужчина.

— Жду, когда ты проснешься. Ты же обещал ещё поговорить со мной.

— Но это не значит, что нужно болтаться над моей постелью!

Ромин скинул одеяло и побрёл в ванную, попутно снимая с себя нательную рубаху и штаны. Мальчишка наверху ойкнул и прикрыл глаза руками. Некромант усмехнулся: он ещё и смущаться умеет – забавный. Вернувшись в комнату, Ромин обнаружил своего незваного гостя возле окна — пацан пытался коснуться пальцами стекла, но, конечно же, его рука проходила насквозь.

— Как тебя зовут-то? — спросил мужчина, одеваясь.

— Ну-у-у… никак. Да и звать некому.

— А раньше как звали, при жизни?

— Я не знаю: не помню ничего о своей жизни.

Ромин вновь взглянул на призрака. Простецкая, кое-где рваная одежда, широкие штаны, истёртые на коленях, рукава кофты так и вовсе свисают лохмотьями. В чём умер, в то и одет… Может бродяжкой был или убогим каким? А то, что не помнит ничего, значит не похоронили по-человечески. Возможно и некому было хоронить, коли из нищих. Обычно души, которые не пошли дальше в мир мёртвых, кто-то или что-то держит здесь, а этот бедолага даже не помнит, что именно не даёт ему уйти. Что ж, сегодня вечером Ромин отправит его туда, куда положено.

— Ты говорил: тут есть ещё призраки — те, от которых ты слышал про магов. Где они обычно бывают?

Некромант интересовался не из праздного любопытства, тех — других тоже необходимо отправить в мир духов, а возможно уже и развеять…

— Так они не здесь. Просто иногда кто-то пролетает мимо и заглядывает в город.

— Понятно. — Ромин подхватил с пола свою сумку и направился к выходу из комнаты. — А ты сам чего не уходишь отсюда?

— Я как-то не задумывался, да и куда идти?

— Мир большой. Давно ты умер?

— Точно не знаю. Сколько я себя помню всегда находился в Суне. Открыл глаза, а напротив меня храм Тесея, так и началась моя жизнь. Давно ли? — мальчишка призадумался. — Два праздника жатвы прошло точно, значит более двух лет.

— Наверное хорошо знаешь город. Есть тут магическая лавка?

— Нет, точно нету.

— Проклятье, ну и дыра. Придётся ехать в Каию, но сначала завтрак, — Ромин вышел и придержал за собой дверь, давая выйти пареньку, и лишь потом осознал, что тому дверь без надобности — он может пройти сквозь неё.

— А что обычно продаётся в магических лавках? — спросил призрак, слетая вниз по лестнице вслед за некромантом.

— Всякое, в основном барахло и безделушки для людей. А если предъявишь кулон мага, тогда уж тебе покажут настоящий товар — тот, который создавали специально для нас.

— И что? Что там?

— Зелья, обереги, защитные письмена, заклятья всякие и прочее. У всех магов свои способности, порой приходится пользоваться тем, что создали другие — иногда это значительно упрощает жизнь. Мне, например, нужен заряд энергии пространственника, чтобы отправить послание в Ларвию.

Ромин вздохнул: зачем он вообще всё это рассказывает призраку? Хочет исполнить последнее желание мальчишки пообщаться? Но раньше некромант за собой не замечал склонности к альтруизму. Он подошёл к стойке, за которой стояла немолодая женщина, сделал заказ и сел за дальний столик у окна.

— А маги ведь за демонами охотятся? — призрак завис напротив, пропуская свои прозрачные руки через край деревянного стола.

Ромин неохотно кивнул. Разговаривать с самим собой посреди обеденного зала не хотелось. Многие люди и так считают магов не от мира сего, не стоит подтверждать их мнение в очередной раз, призрака-то они не видят.

— Тут есть один в городе.

Мужчина удивлённо глянул на серьёзную прозрачную мордашку, а потом едва слышно прошептал:

— Рассказывай.

— Он живёт у лекаря, работает его помощником. Я точно знаю, что он видит меня, но всякий раз делает вид, что это не так. Я даже пытался с ним заговорить, но он игнорировал, лишь однажды зло взглянул. А демоны все злые? Я ни разу не замечал, чтобы он причинял вред людям, хотя когда он пил кровь свиньи и других животных, выглядело мерзко.

Похоже Ромину перепала ещё одна неожиданная работёнка. От демона придётся избавиться, как и от мальчишки.

_

— Ну и? Где он? — спросил Ромин, выглядывая из-за угла.

Позиция для наблюдения тут была отличной, но вот способ… Идея переодеться в побирушку и сесть на ближайшей к дому лекаря улице, принадлежала мальчишке. Приходилось признать – она была весьма неплоха, сам Ромин бы о таком не додумался. Прикидываться нищим попрошайкой – дожил! Длинные светлые волосы пришлось спрятать под потёртой старой шляпой с широкими краями, а лицо перепачкать грязной водой из лужи! Зато, как и предположил призрак, результат превзошёл все ожидания: за четыре часа наблюдения на Ромина никто не обратил внимания, разве что парочка прохожих бросили мелкую монету в жестяную кружку.

Домик, за которым он следил, был самым обычным: деревянный, одноэтажный, с аккуратными голубенькими ставнями и яркой табличкой над дверью, которая гласила, что здесь живёт лекарь. Слева, в пристройке, расположилась небольшая лавка с травами, отварами, настойками и мазями, необходимыми и знахарю и простым горожанам – не всем помощь лекаря по карману. Торговала там женщина средних лет. Ну как торговала – выглядывала, если приходили покупатели, а так в основном пребывала где-то в доме. Призрак сказал, что это дочь лекаря и здесь не живет, а приходит помогать пару раз в неделю. Сам же целитель за время наблюдения вышел на улицу лишь один раз – это оказался уже пожилой мужчина с практически седыми волосами, в которых с трудом угадывался когда-то насыщенный каштановый цвет.

Ромин за весь день насчитал двенадцать посетителей, но помощник, о котором говорил призрак, так и не появился. Мужчина уже начал подумывать, что бесплотный мальчишка решил подшутить над ним таким образом, с этих призраков станется… Вот только парнишка все эти часы сидел рядышком притихший, и с серьёзным видом внимательно наблюдал за домом, так что не похоже было, что он забавляется.

— Вот! Вон он, — прозрачный палец указал на молодого парня, подходившего к лавке.

Тот был красив, вполне во вкусе Ромина: тёмные, чуть вьющиеся волосы до плеч, стройный, загорелый, тонкое лицо, наверняка и под одеждой хорош. Некромант усмехнулся: вот о чём он вообще думает?! Ромин приложил ладонь к прямоугольному кулону на шее и, направив в демона немного магии, прикрыл глаза. Ничего… Амулет ничего не почувствовал. Либо этот демон настолько силён, что умеет скрываться под личиной человека так, что даже кулон не распознает его, либо вселился в несчастного парня и человеческая сущность скрывает демоническую. Либо это самый обычный юноша, весьма привлекательный. Между тем помощник лекаря вошёл в лавку.

— Ты замечал, чтобы он вёл себя странно? — Ромин посмотрел на своего полупрозрачного нового знакомого.

— Странно это как?

— К примеру: замирал и начинал смотреть по сторонам, будто не понимая где находится, или забывал что-то? Это самые распространённые признаки одержимости. Демон не может контролировать тело постоянно, и порой человек приходит в себя, но при этом не понимает, что с ним творится и где он находится. Это может длиться всего пару минут, а то и меньше, и…

— Нет, — перебил его призрак. — Он не одержим. Он демон сам по себе.

— С чего такой вывод? — Парнишка пожал плечами. — На основании твоих предположений я не могу вломиться в дом этих людей и напасть на так называемого демона. — Ромин ненадолго замолчал. — Давно он появился здесь?

— Сколько я себя помню, так что наверное был тут ещё до меня.

— Значит больше двух лет. Если он правда демон и так силён, то хоть что-то в округе должно было происходить: странности, аномалии, пропажи, убийства?

— Животные, — прошептал призрак, — я видел только, как он пил кровь животных.

— Должно быть что-то ещё, и именно на поиски этого «ещё» я и отправляюсь, — Ромин поднялся и, уже отойдя подальше, обернувшись спросил: — Чего ты там застыл? Идёшь?

Первым делом мальчишка показал некроманту место, где он видел, как демон иссушал зверей. Это оказалась заброшенная часть города с обвалившейся северной стеной. Почему-то жители не стали её восстанавливать, а отстроили новую чуть дальше, эта же часть теперь оказалась за пределами Суны. Сам по себе осмотр места ничего не дал, но вот амулет Ромина откликнулся слабым отзвуком: тут определённо бывал демон. Что ж, видимо, дух оказался прав. На этом некромант решил закончить поиски улик — смысла в этом он больше не видел. Всё, что необходимо, это отловить и уничтожить демона. Большинство из них предпочитает питаться ночью, так что и этот рано или поздно выползет, тогда-то Ромин и приступит к действию. Конечно, можно было бы разделаться с ним и в доме лекаря, или на улицах города, вот только тварь из тёмного мира будет отбиваться, и могут пострадать люди. Да даже если всё и обойдется, не хотелось бы стать причиной новых слухов о магах, которые крушат и разносят дома мирных горожан.

Приглядывать за демоном вызвался призрак, и Ромин не возражал — ему, в отличие от этого бестелесного, необходимы пища и сон. Долго ждать не пришлось: уже на следующую ночь дух прилетел в комнату на постоялом дворе и разбудил мага криком, что помощник лекаря покинул дом и вновь отправился в старую северную часть города. Ромин вскочил с постели, накинул плащ и поспешил вслед за призраком.

Прозрачная фигура летела впереди, без опаски оглядывая пространство, маг же тихо пробирался следом по пустым улицам, заваленным обломками стены и начавших рушиться заброшенных домов. Подозреваемый обнаружился у старого покосившегося сарая. Сомнений, что это демон, больше не осталось. Его лицо изменилось: теперь вместо миловидного парня Ромин увидел нечто с жилистой тёмно-бордовой кожей и светящимися в ночи красными глазами. Конечно, здесь не было ни единого зажжённого фонаря, но и света луны хватило, чтобы рассмотреть тварь. Демон держал в руках серую тушку то ли зайца, то ли кошки, и, облизав губы неестественно длинным языком, вновь жадно впился в зверюшку.

Ромин поднял правую руку и провёл пальцами по воздуху, призывая своё оружие — боевую косу. Длинная, покрытая магическими узорами, рукоять появилась прямо в его ладони. Изогнутое лезвие блеснуло синими и зелёными всполохами, и вот тогда-то демон и заметил его, скорее даже почувствовал. Тварь отбросила свою добычу в сторону, злобно оскалилась и зашипела на некроманта:

— ШШШа… проклятые маги и сюда добралис-сь, — демон сделал шаг назад и стал меняться на глазах, принимая свой истинный облик.

Человеческая одежда на нём стала трещать и рваться, не выдерживая мощи и габаритов нового тела. Кожа покрылась тёмными жилами, рот скривился в страшном оскале, показывая третий ряд острых зубов. Призрак рядом тихо ойкнул и пропищал что-то про ещё страшнее, чем прежде, а потом и вовсе отлетел за спину Ромину.

Маг тем временем провёл остриём косы по земле. Вообще-то он не ожидал какого-либо толкового результата, уж точно не на территории города, но, к его удивлению, магия смерти обнаружила рядом мёртвые тела, и ни каких-то там мелких животных, на которых он рассчитывал, а людей. Справа — там, где обрушилась стена, под обломками, покоилось не менее десятка человек. Видимо, жители города не стали разгребать завалы и решили оставить тела под грудами камней. В любое другое время Ромин бы возмутился, но сейчас это было ему лишь на руку. Расходный материал не помешает.

Некромант направил косу, поднимая своей силой мертвецов, а заодно и мелкое зверьё, которого здесь оказалось в избытке. Собаки, кошки, птицы и другие скелеты и высушенные тушки животных бросились на демона первыми. А что: до этого он их поедал, теперь их очередь. После двадцатого пробежавшего мимо скелетика, Ромин сбился со счету, так как в этом странном шествии мертвяков все перемешались. Демон утробно зарычал и стал отбиваться от первых козявок, уже облепивших его ноги. От топота, кряхтения и шипения скоро проснётся ближайшая половина города. Устраивать представление с танцами из оживших трупов для перепуганных со сна людей не хотелось, так что стоит закончить побыстрее.

Ромин сделал шаг вперёд и рассёк косой воздух, посылая в сторону демона мощный заряд магии. Темнокожий пошатнулся, но удар явно не причинил ему вреда. Тварь оказалась сильной — выходит он не только зверьем питался, но и людей попивал. Раз не было ни жалоб, ни странных происшествий, ни таинственных трупов горожан, значит демон оказался куда умнее и хитрее своих сородичей.

— Полагаю, ты пользовался травками лекаря, одурманивая своих жертв, а уж потом незаметно насыщался их кровью, при этом не убивая? — спросил Ромин, но, конечно, ответа не ожидал. — Наверное удобно притворяться помощником целителя: не нужно даже искать еду, сама идет в руки – пациенты.

Демон что-то рыкнул и, схватив скелет очередного зверька, размазал его о стену ближайшего дома, с хрустом кроша кости, а потом шагнул к магу. Другие ожившие продолжали яростно атаковать своего убийцу. В это время из-под завала выбралось три человеческих тела, которые тоже устремились к демону. Вот тут уже началась настоящая битва. Трупы кусали и царапали тварь из тёмного мира, местами даже вырывая из него куски. Демон взвыл, отбиваясь, а затем попытался прижаться к стене, чтобы мертвяки не нападали со спины. Ромин крепче перехватил своё оружие и в несколько прыжков оказался рядом со сражающимися, а потом занёс косу и полоснул ею демона, рассекая грудь неестественно-зелёным свечением. Тварь упала на землю и забилась, истошно вереща. Мертвецы же облепили его, продолжая рвать на части.

Ромин отвернулся — теперь они добьют его и сами, через пару минут всё будет кончено. Маг поднял глаза и встретился с перепуганным полупрозрачным взглядом.

— Я… я даже не знаю, кто из вас страшнее, — прошептал он. — Все маги такие?

— Нет, всего четверо. — Ромин направил косу на мальчишку. — Теперь твоя очередь, неупокоенный. Пришло время отправиться в мир духов.

— Что… — призрак в ужасе отлетел в сторону, но через секунду был притянут магом обратно. Магия смерти крепко держала его, не давая больше пошевелиться. — Пусти, — глаза мальчишки расширились от страха. — Зачем… Зачем ты это делаешь? Ты и меня хочешь убить? Я ведь никому не вредил, люди меня даже не видят.

— Ты уже мёртв и должен был уйти в другой мир, как и положено всем душам. Даже самые невинные и чистые со временем пропитываются злобой, болью, одиночеством и отчаянием. Это придает им сил, и тогда призраки становятся опасны. Ты ещё не такой, но станешь — у тебя уже хватает сил пинать камешки. Можно сказать: тебе повезло, что ты встретил меня именно сейчас — если бы ты успел осквернить свою душу, тебя бы пришлось уничтожить, а так я просто переправлю тебя.

— Я не хочу, — простонал мальчишка. — Мне здесь нравится. Пусть люди меня и не видят, но даже так за ними интересно наблюдать. Смотреть, как они работают, слушать о чём разговаривают. Мне нравится, как по утрам встаёт солнце, нравится, когда поют птицы… Пожалуйста! Умоляю не… не делай со мной ничего. Я прошу тебя!

Наверное если бы он мог, он бы заплакал. Подобное Ромин не любил больше всего – переправлять вот таких, как этот — слишком юных, не успевших толком пожить, умоляющих его. И видеть их искренние жалобные глаза… Ромин отвернулся.

— Прощай, — прошептал он.

— Стой! Стой, пожалуйста! Если это только из-за того, что я могу когда-то навредить людям, тогда просто следи за мной. Я пойду с тобой, обещаю не сбегать и быть всегда на виду. И если я начну пропитываться злом, как ты сказал, то ты сделаешь со мной, что пожелаешь.

— Мне некогда возиться с тобой, пацан, как и приглядывать за тобой. И мне уж точно не нужно, чтобы за мной по пятам таскался призрак, — маг чуть шевельнул косой, и в сторону мальчишки побежали синие всполохи.

— Я могу быть полезен! — выкрикнул в отчаянии призрак. — Как сегодня, могу помогать. Я вижу истинную суть демонов. Ну, пожалуйста!

Ромин вздрогнул и дёрнул оружие в строну – синие искры осыпались на землю. Видеть истинную суть демонов?! Призраки могут такое? Ни в одной летописи он не встречал упоминаний об этом. Или этот мальчишка особенный? А может он просто лжёт?

— Ну-ка повтори, что ты там можешь видеть?

— Д-демонов, — промямлил призрак, — этого вот видел. У него сквозь человеческое лицо проступали очертания демона.

— Всегда?

— Да.

Ромин задумался. Такое приобретение и в самом деле было бы полезно. Вот только таскаться всюду с призраком… Хотя если не будет мешаться под ногами, можно и попробовать, наверное.

— Что ж, у меня есть условия, — сказал через несколько минут Ромин. — Во-первых: ты меня слушаешься беспрекословно; не лезешь, куда не просят; помалкиваешь, когда я хочу побыть в тишине; не пытаешься удрать, и если не хочешь исчезнуть – никогда не притрагиваешься к моей косе. И ещё: если я прошу свалить куда-то на ночь — сваливаешь, но чтобы к утру был на месте. Согласен?

— Да, — выдохнул дух, немного расслабляясь. — Вот только как мне звать тебя?

— Ромин. А ты? Не могу же я вечно кликать тебя пацаном, может есть имя, которое тебе нравится?

— Мммм, — призрак задумался, а потом отрицательно покачал головой, — Нет. Дай мне имя сам.

— Лино.

— Почему? Ты даже не подумал. Почему Лино?

— Так звали собаку, которая жила у нас в детстве.

— Как грубо! — Мальчишка обиженно надул губы, а маг усмехнулся.

Вообще-то это было неправдой, у них и собаки-то никогда не было. Просто это имя первое пришло ему в голову, да и парнишке подходит. Ромин взглянул на оживших мертвецов, которые замерли за его спиной возле растерзанного демона, в ожидании новых приказов. Он повернул косу в их строну и прочертил в воздухе витиеватый знак. Магия, что подняла эти несчастные тела, потоком вернулась в смертоносное оружие. Все восставшие попадали на землю, вновь становясь пустыми, безжизненными телами.

— Спасибо за помощь, и простите, что потревожил ваш покой, — тихо сказал Ромин.

Утром первым делом придётся зайти к главе города: пускай наконец-то достойно похоронят несчастных. Неплохо бы и тех, что остались под обрушенной стеной, достать и предать земле, но единственное, что он может, это лишь вежливо попросить об этом. Вот только что-то подсказывало ему, что если их ранее не потрудились откопать, то теперь не станут и подавно. По большому счёту это не его забота. Ромин неспешно направился в сторону своего постоялого двора, но потом обернулся. Мальчишка призрак неподвижно висел там же, где и раньше.

— Эй, пошли, — позвал маг. — Лино! — паренёк будто вздрогнул, а затем посмотрел на него. — Идём отсюда.

— Ага.

Глава 3. Ученик

Злость, негодование, обида, надежда: обуреваемый всеми этими чувствами Ромин ворвался в кабинет верховного мага. Где именно искать брата он не раздумывал ни секунды — Велис любил работать в своём большом светлом кабинете, заполненном книгами и свитками. Он даже есть предпочитал тут, нежели в столовой.

Велис сидел, уткнувшись в какие-то бумаги, и сосредоточенно хмурил брови, пока Ромин не захлопнул за собой дверь. Только тогда брат поднял голову и тепло улыбнулся:

— С возвращением.

Хоть они и были родными, единственное сходство во внешности наблюдалось в глазах — и у того, и у другого они были невероятного ярко-синего цвета. В отличие от сильного и мускулистого Ромина, Велис был худ, можно даже сказать хрупок, ещё и на голову ниже брата. Лукавое, совсем мальчишеское лицо и вьющиеся на концах тёмно-русые волосы, что во влажную погоду закручивались в тугие спиральки, — на вид верховному магу никто не дал бы больше двадцати лет, не то что сто двадцать четыре.

— Ты засранец! — Ромин подошёл вплотную к столу и ударил по нему кулаком. — Я несколько недель пытался с тобой связаться, сложно было ответить?!

— И тогда ты бы так и не приехал. Уже видел?

— Ты! Четырнадцать лет… Четырнадцать лет ты знал о нём и молчал! За что ты так со мной? Почему не рассказал?

— Потому что догадывался, что бы ты сделал: забрал трёхлетнего ребенка, не так ли? И душил бы своей заботой. Он должен был жить и обучаться вместе со сверстниками, Ромин, но ты бы не позволил.

— Это он? Это Лино?! Ответь, Вел: это он? Или просто похож?

— Ты и сам уже знаешь ответ – он. Вернее: это та же душа, но этого юношу зовут Илит, и он помнит лишь свою нынешнюю жизнь. Он не знает тебя, Мин, и о Лино знает не более того, что рассказывали о твоём призраке на уроках.

— Значит, он действительно перерождённый. И правда — мой Лино, — Ромин упал в ближайшее кресло и с облегчением прикрыл глаза. С той самой секунды, когда он увидел рыжего паренька у пруда, он боялся поверить, боялся, что просто не вынесет разочарования, если это окажется не Лино. — Ты обязан был рассказать мне о нём раньше, — прошептал некромант. — Ты ведь знаешь, что он значит для меня. Почему, Вел? Я прожил семнадцать лет, полных отчаяния и тоски, думая, что навсегда потерял его, а он переродился и был здесь, рядом с тобой.

— Когда его только привезли, никто и не заметил сходства. Только к десяти годам проявились схожие черты. Я тогда не поверил — перерождённые встречаются ещё реже, чем маги разума и некроманты. Мне понадобилось пару лет, чтобы убедиться. Я бы просто не посмел показать его тебе, не будучи уверенным. Не причинил бы тебе новой боли.

— Но ты не сказал мне и когда убедился! Почему?

— Я уже сказал – ты бы забрал его.

— И? Какое твоё дело: забрал бы или нет? Он мой!

— Ошибаешься. Твоим был Лино, а этот мальчишка — Илит. И то, что ты помнишь о нём, для него никогда не существовало. Сам того не желая, ты мог бы просто сломать его. Теперь он больше не ребёнок, и его обучили всему, что должен знать юный маг, покидающий академию. Ты можешь взять его учеником. Только, брат, — Велис встал из-за стола и, пройдя к одному из стеллажей, достал несколько старых свитков, — это всё, что я нашёл о перерождённых. Прочти. Тебе понадобятся эти знания.

— Вел, ты ведь приглядывал за ним? — Ромин поднял умоляющий взгляд на верховного мага. — Расскажи. Расскажи всё, что знаешь. Каждую мелочь: как он жил здесь, какой он, что любит? Велис, пожалуйста, я хочу знать о нём всё.

— Я, конечно, присматривал, но могу рассказать лишь общие наблюдения. Это займёт время, — брат хитро улыбнулся. — Готов сидеть тут и слушать меня или побежишь к нему?

***

Илит никогда не считал себя каким-то уникальным или невероятно одарённым, но всё же полагал, что он весьма неплохой маг. Ах, нет, ещё даже не маг — пока только адепт академии. Он усердно учился, не отлынивал от тренировок и дополнительных занятий, был старателен и послушен, преподаватели часто его хвалили. Так почему?! Почему остальных выпускников уже разобрали опытные наставники, а он, как неприкаянный, слоняется по академии?! Илит так долго с надеждой и предвкушением ждал выпускных экзаменов. Это вовсе не значило, что ему здесь не нравилось, наоборот — он обожал это место и этот чудесный город, но всё же — впереди его ждал целый мир, наполненный приключениями, новыми впечатлениями и свершениями. Конечно же, он понимал, что, покинув родные стены академии, придётся столкнуться с настоящей опасностью, и его жизнь будет посвящена ежедневной борьбе с демонами, но даже это не умаляло его желания поскорее стать учеником мага, а позже и самому получить звание защитника Амивара.

В этом году обучение в Ларвии закончили две девушки и четыре юноши, и он оказался среди этих счастливчиков. Последний экзамен был сдан несколько недель назад, и с тех пор все шестеро увлечённо готовились к отъезду. Илит досконально изучил карты мира во всех их вариациях, хоть адепты и проходили всё это на занятиях, закрепить знания не помешало бы — это ведь первое, что ему понадобиться за стенами города. Так же вчерашние выпускники ежедневно тренировались в защитных и атакующих чарах, отрабатывая друг на друге простейшие нападения. Все они хотели предстать перед своими будущими наставниками в лучшем свете — помощниками, напарниками, а не бесполезной обузой, годной лишь для сбора хвороста, да приготовления похлёбки. И Илит не был исключением.

Первой забрали Ори — обладательницу одного из уникальнейших даров – заклинательства. Как и все адепты, после обучения в академии, девушка обязана пройти практику и провести несколько лет в разъездах по миру с наставником, даже несмотря на то, что заклинатели вовсе не боевые маги. Конечно, отпор могут дать и они, но ценность заклинателей — как и призвание Ори, в другом — зачаровывать предметы: оружие, зелья, амулеты, кулоны и обереги для других магов. Это очень полезный и нужный дар, но воином девушка не станет никогда. Обучать её на практике взялась маг воздуха Катани.

Следующими, кто уехал, стали два водника: Слим и Ури. Эта дружная парочка — баламуты и заводилы, вместе влипали в истории, вместе получали наказания, но отлично учились. Ребята сдружились ещё на первом курсе, а потом и не только сдружились. Об их отношениях в академии не знали разве что совсем малые дети. Да, боевые пары не редкость — тяготы бесконечных скитаний по странам и континентам, боевое единение, способствовали сближению, но такое случалось спустя годы странствий и сражений с демонами. А этих двоих взялись обучать как пару уже сейчас. За ними прибыл немолодой маг воды и, едва взглянув на парней, сказал, что заберёт обоих. Это стало спасением для них, готовившихся распрощаться на долгие годы. Уж сколько слёз пришлось утереть Ури, который ни в какую не хотел разлучаться со своим любимым.

После отъезда водников на курсе стало необычайно тихо, даже скучно. А потом приехали за Римой — магом огня. Илит с ней практически не общался: девушка всегда казалась ему слишком дерзкой и заносчивой, хотя не признавать её способности мог только дурак. Рима играючи создавала огненные круги, вихри и стены лучше всех в академии. Даже ректор Бенет хвалил её и говорил, что у юной леди большое будущее.

Последним, кого забрали, стал Плат. Пожалуй, из всех, кого знал Илит, этот парнишка был самым тихим и нелюдимым, и при этом обладал сильным даром целительства. Обычно магические лекари были дружелюбными и весёлыми, но не Плат. Никто не пытался делать из него изгоя, отнюдь — с ним хотели подружиться или хотя бы просто общаться, но за все годы обучения в академии паренёк так ни с кем и не сблизился. Но даже для него нашёлся наставник!

Илит глянул в окно на пока ещё зелёные деревья. Жаль, скоро листья с них опадут. Он не любил осень: не любил смотреть, как вянут цветы, жухнет трава, не любил постоянные дожди… С отъезда последнего выпускника прошло уже почти две недели, но за ним так никто и не приехал. Неужели не нашлось наставника — огневика? Но ведь это одна из самых распространённых боевых способностей! Декан факультета говорил, что на данный момент в мире сорок семь огненных магов, если Илит не перепутал. Запоминать цифры ему всегда было сложно: они просто вылетали из головы, едва попав туда. Его часто отчитывали за то, что он не помнит важных исторических дат. Он правда старался запоминать, даже записывал, но это не помогало. Хорошо, что он не маг земли: у тех большинство заклятий — чистая арифметика.

— Ил, — юноша вздрогнул и поднял грустный взгляд. Из-за стеллажа с книгами выглядывала Нития — девушка, что училась на курс младше. Вообще-то он не ожидал встретить в библиотеке кого-то посреди учебного дня. — Тебя ректор звал, пришлось побегать, пока тебя нашла.

— Ректор? — Илит быстро поднялся из кресла, — Уже иду.

Он вернул книгу, которую машинально вертел в руке, на полку, и понесся к кабинету директора Бенета. Неужели… Неужели за ним наконец-то приехали?! Каким он будет, его наставник? То, что кто-то из опытных огневиков — несомненно, но вот кто именно? От предвкушения сердце забилось сильнее. Каким будет его первое задание? Куда они отправятся? Илит влетел в кабинет ректора, даже забыв предварительно постучать.

— Вы… Вы звали меня? — запыхавшись, выдохнул он.

Глава академии сидел на небольшом диванчике возле окна и неспешно попивал горячий чай, а свежеиспеченная булочка застыла перед его лицом, так и не попав в рот.

— Звал, но зачем же было так бежать? — он тепло улыбнулся.

— Я… Мне собирать вещи?

— Вещи? — маг немного удивился, а потом вздохнул и отложил выпечку в сторону. — Ты о наставнике… Нет, адепт Илит, я позвал тебя не за этим. — Парнишка разочарованно выдохнул. — Я хотел попросить об одолжении: мастер Дитен уехал на несколько дней, не хочешь провести за него уроки у третьего и четвертого курса? Тебе же всё равно особо нечем заняться.

— Практические занятия?

— Да. Если нет, я, конечно, сам проведу…

— Хочу, — тут же выпалил Илит.

— Вот и славно. Не присоединишься ко мне? У мисс Татил сегодня вышли просто замечательные яблочные слойки, — ректор лукаво подмигнул и указал на блюдо с ароматной выпечкой.

— Да, конечно, — смущённо пробормотал юноша и несмело присел на соседний диван. Вообще-то вот так запросто пить чай с главой академии ему ещё не доводилось. — Ректор Бенет, а… — он на секунду замолчал и смущённо опустил глаза. — Вы не знаете: когда приедет мой наставник?

— Думаю, уже скоро, — маг вновь потянулся к отложенной сдобе.

— А кто он? — выдохнул Илит с любопытством.

— Ты же знаешь, что раньше времени…

— Знать о своем наставнике не положено, — закончил за него юноша. — Но разве это делается не для того, чтобы ученики не хвастались друг перед другом? Мне и хвастаться-то уже не перед кем: все с моего курса разъехались.

— Ну вообще-то не только для этого. Вот узнал ты имя своего наставника, что в первую очередь сделаешь?

— Постараюсь побольше узнать о нём.

— Вот именно. О его достижениях, о характере, привычках. И для чего? Чтобы произвести на него впечатление, а это именно то, что вашим будущим учителям не нужно. Чтобы решить как именно проводить дальнейшее обучение, они должны увидеть вас настоящими, не только магический потенциал, но и личные качества, а не то, что студенты хотят из себя изобразить.

— Так они всё равно увидят, нам же предстоит несколько лет провести вместе и сражаться бок о бок, — возразил Ил.

— Увидят, но лучше, если это произойдет раньше, а не в самый неожиданный момент.

— Допустим, но я же могу изучить всех предполагаемых учителей?

— Что, всех сорок с лишним магов огня? Ну, удачи, — ректор усмехнулся. — К тому же есть ещё причина, почему вам не говорят имён. Прежде, чем решить взять кого-то на обучение, маг приходит посмотреть на студента. И порой бывает так, что те, кого я подобрал для вас, не согласны с этим выбором.

— Значит, он отказался? — Илит поражённо уставился на главу академии. — Тот, кого вы выбрали, посмотрел на меня и отказался брать в ученики? Я не подошёл ему, поэтому всё ещё здесь? — Незаслуженная обида душила его, пришлось несколько раз моргнуть, чтобы сбить подступившие слёзы.

— Вовсе нет. Он согласился. — ректор Бенет мягко улыбнулся. — У него есть ещё несколько незаконченных неотложных дел, но, полагаю, он придёт за тобой со дня на день. — Илит с облегчением выдохнул, а маг протянул ему вторую чашку и подтолкнул блюдо с выпечкой, — Ешь, а то сейчас малышня-то тебя быстро умотает.

Илиту нравилось возиться с младшими курсами, он вообще любил детей. Преподаватели, заметив, что у него неплохо получается ладить с ними, стали просить приглядеть за самыми маленькими. И несколько раз он даже проводил занятия, как сегодня. На третьем курсе в этом году обучалось всего четверо малышей семи и восьми лет. Илит давно заметил, что одарённых год от года привозят всё меньше. Неужели они стали реже рождаться, или маги просто не всех находят? И тот, и другой вариант печалил. Думая обо всём этом, юноша вошёл в кабинет, где его уже ждала детвора.

— Ил! Илит, — радостно загалдели со всех сторон.

— Привет всем, — лицо Илита просияло.

— Сегодня ты ведёшь урок, правда? — с надеждой заглядывая в его лицо спросила Телси — бойкая малышка с таким же даром и ещё более яркими волосами.

— Да, я, — Ил заговорчески подмигнул ребятам и прошептал: — Ну что: повеселимся? Только, чур, слушаться и не шуметь!

Малышня закивала. Юноша подошёл к одной из тумб, достал учебные кулоны и раздал их детям. Посмотрев с сожалением на ещё один, надел себе на шею. У него уже был свой личный магический кулон, созданный заклинателем с добавлением его крови, он даже видел его – красивый! Маленький, идеально-круглый шарик в серебряной оправе, с переливающимися огненными всполохами в центре. Жаль, получит он его только в день, когда покинет академию. Юноша повернулся к четырём ребятам, которые с любопытством ждали его указаний.

— Все же помнят, как направлять силу в кулон? — спросил он и дети утвердительно закивали. — Отлично. Я спрятал в южной части сада три вещи, принадлежавшие демонам. Ваша задача: найти их — почувствовать с помощью магии и кулона. И если вы быстро справитесь, то у нас останется время искупаться в пруду. Ну что, вперёд?

— Да! — хором ответили дети и бросились на улицу, обгоняя друг дуга.

Возня с поисками предметов продлилась больше часа, так что ни о каком купании уже речи ни шло. Но малышня и не жаловалась: они бестолково суетились, бегали, играя и дурачась, но при этом усердно пытаясь найти свой силой отголоски демонической энергии. За время поисков они даже успели найти старую проржавевшую ложку и остатки какой-то девичьей заколки. Конечно, к демону и использованию сил эти вещи не имели никакого отношения, но всё равно, малышам было весело.

Ближе к концу урока Илит заметил, что в саду появился незнакомец. То, что это был маг, не вызывало сомнений — от него исходила мощнейшая аура. Наверняка пришёл к ректору, сюда вообще часто захаживали разные маги, ведь все они когда-то жили и учились здесь. Может и этот бывал здесь раньше, просто Илит не видел.

А он красивый, даже слишком. Наткнувшись на внимательный взгляд синих глаз, юноша поспешно отвернулся, понимая, что пялился на незнакомца непозволительно долго. Ил уже давно понял, что широкие плечи и крепкие руки милее его сердцу, чем девичьи прелести. Ему нравилось украдкой смотреть на старшекурсников, но в прошлом году эту его привычку заметил Квин.

Илит мечтательно улыбнулся. Квин… Тот учился на курс старше его, а по возрасту обогнал на два, выпустился прошлым летом и сейчас разъезжает где-то по миру со своим наставником. Быть может боги смилостивятся и они наконец-то вновь увидятся. Все студенты, обучаясь в академии, знали друг друга, ведь их было не так уж и много. Вот и они с Квином общались и раньше, но в прошлом году… Илит прикрыл глаза, вспоминая, как парень впервые обнял его. Сердце заполошно застучало: ох, похоже он соскучился по Квину куда сильнее, чем думал.

— Ребята! — крикнул юноша, привлекая внимание детей. — Пора возвращаться.

Дети нехотя стали подходить к нему. Жаль было прервать их веселье, но время урока подходило к концу, а следующим у них, кажется, была письменность.

— А ты неплохо с ними справляешься.

Илит вздрогнул, услышав глубокий мужской голос, и обернулся — позади стоял тот самый незнакомец, что наблюдал за ними.

— Спасибо, — пробормотал Ил и, смущённый нежданной похвалой, опустил глаза. — Нам пора идти.

— Они и сами доберутся, правда? Вы ведь уже не какие-то там малыши? — маг с лукавой усмешкой посмотрел на детей.

— Нет, конечно! Мне уже восемь лет! — с вызовом ответил один из мальчишек и, взяв за руку Телси, повернулся к учебному корпусу.

— Спасибо, Ил, было весело, — радостно поблагодарил другой.

— Вам чем-то помочь? — спросил Илит, поворачиваясь к незнакомцу, когда дети отошли подальше. — Может проводить к ректору?

— Я уже был у него.

— Тогда я могу идти? У меня урок с ещё одним курсом.

— Бенет сам проведёт его. Иди, собирай вещи. Мы уедем сегодня до темноты, — и незнакомец протянул юноше его круглый магический кулон.

Илит машинально протянул руку, тёплый камень лёг в ладонь. И только через минуту пришло осознание, что происходит: ему наконец-то выдали созданный специально для него кулон! И они уезжают вечером! Глаза юноши изумлённо распахнулись.

— Вы… Вы мой наставник?! — выдохнул он.

— Ага. Ромин.

— Я Илит. Ой, вы ведь и так знаете, — Илит густо покраснел, так, что веснушки растворились на заалевшем лице, смущённо улыбнулся, а потом застыл от потрясения. — Ромин? Магистр Ромин? Некромант?! Но… Но я думал, что меня будет обучать маг огня!

— Да, я тоже как-то не планировал брать ученика, когда ехал сюда. Но я передумал.

— Но как же…

Некромант? НЕКРОМАНТ?! Но у их магии вообще ничего схожего! Нет, он конечно был безумно горд, что его согласился взять на обучение один из сильнейших магов мира, но… Но как это вообще понимать? Серьёзно? Некромант — маг смерти и он — маг огня... Да у них даже способ колдовать разный!

— А вы… Вы уверенны, что вам нужен именно я?

— Абсолютно. Помочь собрать вещи? — мужчина усмехнулся.

— У меня почти всё собрано. Я… я быстро. Где мне вас потом найти, учитель?

— Ромин.

— Ч-что?

— Ещё раз обратишься ко мне на вы или назовёшь учителем и будешь нарезать круги вокруг академии. — Некромант насмешливо улыбался, но в синих глазах сквозил холод зимней ночи.

— Вы серьёзно? — потрясённо выдохнул Илит.

— Один круг.

— Но я… Я что, правда, должен обращаться к вам просто по имени?

— Второй круг.

— Да за что?!

— Третий. И ещё: я буду звать тебя Лит.

— Но обычно меня зовут Ил, — возмутился юноша.

— Четвёртый круг.

— Эм-м, знаете, я вообще-то не уверен, что должен поехать именно с вами. Я, пожалуй, уточню у ректора Бенета. — Илит попятился к учебному корпусу.

— Пятый. Мне кажется, мы уже начинаем ладить, — Ромин ослепительно улыбнулся. — Так что: ты собираешь вещи? Или сначала на пробежку?

Глава 4. Первый демон

Ларвию они покинули порталом, созданным пространственным магом прямиком в Понуар – городок у моря в королевстве Гангора. Для Лита это было первое перемещение подобным образом, и мальчишка воспринимал всё с интересом и восхищением, а Ромин не спускал с него глаз. Следил за каждым его движением, за каждым поворотом головы, за мимолётными улыбками и блеском карих глаз, даже за взмахом ресниц. Видеть его таким было непривычно. Ромин всё ещё с неверием осознавал, что тот жив. Живой! Настоящий! Осязаемый! Некромант уже несколько раз одергивал себя от желания коснуться, убедиться… А сердце каждый раз замирало, когда он видел, как Лит дотрагивается до предметов. Больше не призрак – и вправду переродился!

Помимо всеобьемлющей радости, что испытывал Ромин с того момента, как узнал о Лино-Лите, было и то, что печалило – прочитанное в старых свитках, отданных ему братом. Информации о перерождённых было не так уж и много, и, судя по записям, последний такой родился более девятиста лет назад, а тот, кто был до него, жил ещё семистами годами ранее, а ещё один – более двух тысяч лет назад. Про тех же, кто жил ещё раньше, записей практически не сохранилось. Перерождённые – настоящая редкость этого мира. Почему эти души рождались заново, оставалось загадкой. Боги давали им второй шанс прожить жизнь? Судя по Лино, который погиб совсем юным, а потом скитался призраком, это предположение могло бы быть верным, вот только у других перерождённых магов первые жизни были куда длиннее, а значит этот вариант отпадал. Подобный дар судьбы был милостью за особые заслуги? Но тогда большинство магов должны были перерождаться, ведь почти все они героически гибли в боях.

Всё это, конечно, крайне любопытно, и понять причину было бы совсем нелишним, но Ромин никогда не считал себя исследователем и даже великим умом, пускай ответы ищет его брат и Совет, хотя вряд ли они найдут что-то новое, раз уж сотни магов не справились с этим за десятки тысячелетий. А вот то, что действительно волновало некроманта, и даже пугало – это нестабильность перерождённых. Одна треть из них сходила с ума и погибала не дожив до тридцати – маг с расстройством разума просто не в состоянии контролировать свои силы. Причиной же безумия становились собственные открывшиеся воспоминания о прошлой прожитой жизни. Это происходило по-разному: в один миг или отдельными вспышками, но последствия были одинаковы – разум перерождённого не справлялся с памятью о прошлой жизни. Вторая треть этих уникальных людей и вовсе никогда не вспоминала ничего о своём прошлом – такие маги просто проживали свою новую жизнь. И лишь оставшаяся – третья часть – вспоминала всё, становясь единым целым с самим собой, сохранив рассудок с полноценной памятью.

В случае с Лино-Илитом всё обстояло ещё сложнее – у души парнишки было целых три жизни! Первая и недолгая, о которой он не помнил ничего, уже будучи призраком во время второй жизни, и последняя – нынешняя. И главным правилом, которое должен соблюдать Ромин, был запрет на упоминания при парнишке о его прошлом. Некромант ничем не должен тревожить память Илита, в противном случае – это верная дорога к безумию. И это стало настоящей проблемой для Ромина – держать язык за зубами, молчать о том, как многое они пережили вместе, о том, что их связывает, что они значили друг для друга. Он даже не мог назвать его Лино! И это оказалось труднее, чем он думал, ведь он звал так призрака более двадцати лет. Имя Илит или же Ил звучало совершенно непривычно, и Ромин решил называть его Лит – это было хотя бы созвучно с Лино.

Практически неделю после того, как директор Бенет показал ему ученика, Ромин ежедневно ходил в академию и наблюдал за ним издали. Просто, чтобы привыкнуть, чтобы до конца осознать, что Лит не совсем тот, кого он любил. Он и не он – одновременно… Это было слишком сложно для истосковавшегося сердца. Но даже так, просто глядя на него, Ромин понимал, что его чувства ничуть не изменились, что Лит – самое дорогое, что было и есть в его жизни, что он пойдёт на всё ради него. Что он во что бы то ни стало вернёт его себе. Или завоюет вновь. Даже если Лино-Лит никогда не вспомнит их прошлого, теперь у них есть настоящее и будущее. И уже одно это куда больше, чем Ромин когда-либо мог мечтать. А прошлое…. Что ж, прошлое он бережно сохранит внутри себя.

Ромин повернулся в сторону парнишки, который усердно расспрашивал кожевника о теле, что тот нашёл. Сам некромант стоял чуть в стороне и только наблюдал, решив не мешать юноше – для Лита это былое первое в жизни задание, и он отчаянно хотел быть полезным, хотел попробовать сделать всё сам: найти улики и выйти на демона. Если тут, конечно, вообще замешан демон. Ромин взял именно это задание, так как посчитал его достаточно простым. Для себя бы он такое никогда не выбрал – он очень сомневался что дело тут в демоне, – но для новичка самое то. И опасность минимальная. Честно говоря: Ромин вообще не был уверен, что сможет подвергнуть Лита хоть какой-то опасности. Может быть много позже, когда он будет уверен, что парнишка справится. Когда Ромин будет точно знать, что они смогут без промедления прикрыть спину друг другу, когда будут работать как единое целое. Единое целое… О, он бы хотел этого, и не только в работе! Он вообще много чего хотел, но всему своё время.

— Учи… — Глаза мага сузились, и он недовольно посмотрел на подошедшего Лита. Парнишка запнулся. — Ромин, — несмело продолжил он, — я обо всём расспросил этого господина. Он нашёл тело в переулке неподалеку. Это было ранним утром восемь дней назад. Тело забрала стража, но они не посчитали смерть необычной: молодой мужчина, одетый в старую заношенную одежду, к тому же от него сильно пахло алкоголем, и смерть посчитали результатом чрезмерных возлияний. Вот только господин Мет знал погибшего – тот работал слугой в доме графа Феуса, и кожевник никогда не видел его ни выпивающим, ни тем более пьяным. К тому же он заметил на коже погибшего тёмно-серые пятна, всё это показалось ему странным, и он подал запрос магам. Полагаю, теперь мы должны осмотреть место, где было найдено тело?

— Да, идём, — Ромин кивнул и последовал за юношей.

Ничем не примечательный узкий проулок между домами. Если уж по-честному, то выпивохи частенько спят в таких, а ещё трахаются с дешёвыми уличными шлюхами. Хотя тут неплохой квартал, жители в основном мастеровые или ремесленники, но если бы рядом были трактиры, Ромин уже принял бы сторону стражников и согласился с их мнением. Городские блюстители порядка были твёрдо уверены, что погибший возвращался домой после попойки, не дошёл и уснул в подворотне, да так и не проснулся. Может сердечко не выдержало, а может пил такую дрянь, что попросту траванулся. Тех часовых, что забрали тело, Ромин опросил ещё утром. На убийство они даже не думали, так как на теле не было ни ранений, ни повреждений, ни странностей в одежде. А то что трупные пятна серые, так они разные бывают, уж каких только ни видывали у покойничков.

Войдя в переулок, Лит прикрыл глаза и коснулся пальцами своего кулона. Огненные всполохи в нём стали ярче и закружились в быстром танце.

— Ну что? — спросил Ромин, пристально глядя на него.

— Ничего. Не чувствую ничего демонического.

— А видишь что?

Парнишка внимательно осмотрелся.

— Ммм… тоже ничего. Я что-то упускаю?

— Не думаю. Здесь и правда ничего нет: ни следов, ни остаточной энергии. Если мужчину и убили, то явно не здесь.

— Тогда его тело просто подкинули?

— Это всего лишь одна из догадок.

— И каковы наши дальнейшие действия?

— Опросить слуг графа, с которыми работал наш покойник, уж они-то побольше знают об этом человеке.

Юноша сосредоточенно кивнул. Он вообще оказался не особо болтлив, что несколько отличало его от Лино. Призрак мог болтать без умолку, первое время Ромина это даже напрягало, потом он просто привык, а позже уже с трудом представлял свою жизнь без этого вездесущего болтливого создания. Сейчас же видеть перед собой то же лицо, но не слышать неумолкающего звонкого голоса было странно. Может парнишка просто ещё не привык к нему, и со временем станет куда общительнее? Если же нет, то Ромину придётся принять и эти его изменения.

Дом графа Феуса долго искать не пришлось. Первый же горожанин, которого Лит спросил о нём, указал им дорогу. Особняк находился у самого моря, на берегу, среди пары десятков похожих, но только у этого была голубая крыша. Солидный домик: три этажа, большие окна и балконы, колонны, лепнина, даже позолота кое-где имелась. Поговорить со слугами Ромин решил сам, так как сомневался, что кто-то из жильцов дома станет откровенничать при юном помощнике. Оставив Лита за воротами, некромант вошёл на территорию особняка, предъявив свой магический кулон. Эта штуковина вообще открывала перед защитниками Амивара любые двери – даже короли не могли отказать, если маги просили их об аудиенции. Да по большому счёту короли и правители об этих аудиенциях чаще всего просили сами, а вот простые люди наоборот – порой сторонились магов.

Разговоры со слугами графа особой пользы не принесли – все они говорили примерно одно и то же. Тотин – так звали погибшего парня – ушёл ещё днём, во всяком случае, после обеда его уже никто не видел. Куда – ни один толком так и не ответил: тот не сообщал, а они не спрашивали. На ужине не появился, и только к следующему вечеру явилась стража и сообщила, что Тотин мёртв. Особой тяги к алкоголю за парнем не замечали: ну мог выпить по праздникам вместе со всеми, но и только, а нетрезвым его и вовсе не видели. Родственников в городе у него не было, единственная же сестра жила где-то на севере Гангоры. Все слуги в доме выглядели весьма прилично – ухоженные и в добротной одежде. На вопрос же, почему Тотина нашли едва ли не в обносках, лишь пожимали плечами. Поговорить с самим графом не удалось: управляющий извинился и сказал, что хозяина нет дома, и если господин маг желает, то может зайти завтра ближе к вечеру. Вот только Ромин сомневался, что услышит от графа что-то новое, скорее даже наоборот, ведь господ редко волнует жизнь их слуг, если это не касается работы.

— Пойдём, — сказал Ромин, как только ворота за ним закрылись.

— Куда дальше? — спросил Лит, отрываясь от стены высокого забора, в тени которого он ждал наставника.

— Пока на постоялый двор. Поедим и отдохнём немного, а ближе к ночи пойдём осматривать город, без лишних глаз и ушей. К тому же: большинство демонов предпочитает ночь.

— Знаете… — Лит вновь поймал недовольный взгляд некроманта и тут же исправился: — Знаешь, пока ты был внутри, в дом вошла молодая девушка с корзиной фруктов. Полагаю: ещё одна служанка. Мне показалось, что она выглядела испуганной.

— Я проверил дом и каждого из тех, кто там находился – кулон не отозвался. При каких обстоятельствах наши кулоны не могут обнаружить демона? — спросил Ромин, начиная отдаляться от особняка.

— Если тот очень силён и умеет скрывать себя. А ещё, если это демон-паразит, и он вселился в человека. Но паразиты практически не питаются людьми.

— А у нашего трупа ничего и не съедено.

— Зачем тогда убивать?

— Всегда по-разному, а вообще: жестокость у них в природе. Чему вас только в академии учили?

Губы парнишки обиженно надулись, и он отвернулся, пытаясь скрыть это. Вот этот жест Ромин хорошо знал! До боли хорошо. Ему всегда хотелось коснуться этих губ, провести по ним большим пальцем и увидеть, как обиженное выражение лица изменится на нечто совсем другое. Заглянуть в глаза Лино в этот момент, почувствовать, как его губы приоткроются, требуя большего… Но он не мог до него дотронуться. Сейчас может, и руки прямо-таки чесались сделать это, вот только вряд ли Лит поймёт его. Ещё хуже, если оттолкнёт или отшатнётся в испуге. Ромин глубоко вздохнул.

«Время… Время! Потерпи, Мин, он будет твоим, нужно лишь подождать. Научить его доверию, стать ему другом, пробудить чувства».

— Они меня не видели, — задумчиво проговорил юноша, и Ромин оторвался от своих мыслей.

— Что? Кто не видел?

— Обитатели этого дома. Если умер слуга, наверняка требуется новый. Я мог бы притвориться слугой и попытаться устроиться туда, тогда…

— Ещё более глупые идеи есть в голове? — резко перебил его некромант.

— Но… почему глупые? — тихо и робко спросил юноша. Кончики его аккуратных ушек покраснели, и сам он обиженно запыхтел.

О, тёмные боги! Ромин вовсе не хотел быть грубым! И уж точно не собирался принижать его.

— А если там и правда демон? — уже спокойнее продолжил Ромин. — Думаешь, я могу тебе позволить так рисковать?

— Но разве не вся наша жизнь – риск?

— Это не значит, что нужно действовать необдуманно и неосторожно. Ты демонов ещё даже не видел. Та мелочёвка, которую держат в подвале академии, не в счёт – их отлавливают специально для детей, по сути они даже не могут навредить людям. Мы на таких не охотимся, но прибьём, конечно, если попадётся. Ты больше не в академии, здесь демоны совсем другие, и то, что ты читал обо всём этом, не значит, что готов встретиться с этим один на один. Я не могу подвергать тебя опасности и отпустить одного.

— Я всё это понимаю, но я же не собираюсь биться, только обнаружить, — попытался возразить Лит.

— Нет. Вопрос закрыт.

Парнишка больше не заикался об этом, он вообще остаток дня практически молчал. Вернувшись под утро с ночной вылазки в город, так ничего и не обнаружив, Ромин сразу же завалился спать, к тому моменту уже совсем позабыв о глупой идее Лита, а зря! Проснувшись днём, он не обнаружил мальчишку в их комнате, а на его вопрос хозяин постоялого двора ответил, что паренёк ушёл ещё спозаранку. Ромин бросился к особняку графа, даже не раздумывая, где искать этого упрямца, потому что именно так поступил бы его Лино! Вот только Лино был призраком, и развеять его душу практически никому не под силу, потому для него мало что представляло угрозу, а Лит – человек! Живой человек, и навредить ему может любой!

***

Илит понимал, что поступает весьма опрометчиво. Более того – он нарушил прямой запрет наставника. Тут речь шла уже не о каком-то наказании – магистр Ромин мог просто вернуть его в академию и отказаться обучать. Вот только в юноше взыграла обида, гордость и, наверное, даже немного тщеславия. Он совсем не считал свою идею глупой и необдуманной, наоборот – видел в ней лишь плюсы. Ну кто заподозрит молодого недотёпу в каких-то скрытых мотивах? Дождавшись, когда магистр уснёт, он тихонько покинул комнату и отправился к дому графа Феуса. Честно говоря, он до последнего сомневался и испытывал смешанные чувства. С одной стороны: он хотел быть хорошим и послушным учеником, а с другой – проявить себя способным и самостоятельным. Не хотелось подвергать слова и поступки магистра сомнению, но при этом убеждение, что поступает правильно, никуда не ушло. Да и возьмут ли вообще в такой дом слугу с улицы, тоже вопрос весьма спорный, но он решил попробовать.

Повстречав по дороге крестьянского паренька, Ил предложил тому махнуться одеждой. Конечно же тот согласился! Ещё бы: поменять свои простецкие, местами заношенные вещи на новенькие и весьма добротные. Натянув серую свободную рубаху и мешковатые, кое-где подштопанные штаны, Илит стал куда больше походить на простого паренька, нуждающегося в работе. Сделать бы ещё что-нибудь со смазливым румяным личиком, но, к сожалению, это не в его власти, ну хоть яркие волосы завязал в тугой узел на макушке и теперь они не так выделялись. Взглянув ещё раз на своё отражение в морской глади, Ил вздохнул, подошёл к воротам графского дома и смело постучал.

В глубине души он, конечно, надеялся на удачу, но всё же не рассчитывал на многое, однако его взяли! Управляющий пустил его в дом и отправил помогать на кухню, сказав, что примет решение, когда посмотрит на его работу. Илит весь день усердно трудился на кухне: таскал воду, занимался печью, мыл посуду, носил продукты из подвала и обратно и выполнял другие поручения кухарки. Женщина оказалась весёлой и говорливой. Ей было чуть больше сорока, но при этом выглядела достаточно молодо и привлекательно, да и телосложением была стройная, что редкость для кухарок-то. А ещё она всё время что-то тихонько напевала.

К вечеру Илит вымотался так, как никогда не уставал на тренировках в академии. Подобная работёнка точно не для него, он вообще никогда не отличался физической силой, рос мелким и худеньким. Ещё в десять лет, после нескольких уроков по боевым искусствам, преподаватели сказали, что ему это не подходит, и стали обучать исключительно магическому ведению боя. А вот его учитель – магистр Ромин – наверняка хорошо владеет оружием, высокий и в меру мускулистый. Ил слышал, что его оружие – коса, как у многих некромантов древности, и такой штуковиной махать уж точно нужны силёнки. Насколько он помнил, ещё двое из ныне живущих некромантов пользуются железным посохом и мечом, и лишь самая старая – Карима, как и Ромин – косой. Интересно: как выглядит это оружие смерти? Наверняка он скоро увидит. Ах, точно! Теперь уже вряд ли – учитель, скорее всего, откажется от него.

— Парень, тебя как звать-то? — в кухню вошёл управляющий.

— Ил. — Юноша отставил большую кастрюлю, которую пытался отмыть от копоти, и вежливо поклонился.

— Гвиса говорит, что ты хорошо ей помогал и отлично справлялся весь день. Можешь остаться. Деньги я выплачиваю раз в неделю, комнату займёшь слева от кухни. Я положил туда одежду. Надевай её – в этом доме нужно выглядеть достойно. Пока останешься при Гвисе, а там поглядим. Графа о тебе я предупредил, но вы вряд ли часто будите пересекаться. Если нужен выходной, говори заранее. Всё понятно?

— Да, господин, спасибо, — Ил благодарно улыбнулся.

Мужчина кивнул и ушёл, Илит вернулся к кастрюле. Что ж, у него получилось пробраться в дом, теперь надо бы здесь осмотреться. Лучше всего попытать удачу ночью, когда все спят, но не сегодня, точно. Если он на кого-то нарвётся только-только попав сюда, это станет концом его плана, да и устал он дико, ещё и вчера не спал, исследуя город с наставником. Закончив с кастрюлей, Ил отправился в отведённую ему маленькую комнатушку. На постели и правда обнаружилась простая, но добротная одежда. Быстро ополоснувшись водой из медного кувшина, обнаруженного на столе, юноша упал на постель и моментально уснул.

За три дня, проведённых в доме графа, Илит успел познакомиться со всеми слугами, и, используя свое добродушие и дружелюбие, с некоторыми даже неплохо поладил. Вот только та, из-за кого он всё это затеял, оставалась молчаливой и отстранённой. Та самая молодая служанка, которую он видел заходящей в дом, та, которая показалась ему испуганной. Девушку звали Нэра, она прислуживала в особняке: убиралась в господских комнатах и накрывала на стол. После парочки неудачных попыток поговорить с ней Ил обратился с вопросом к Гвисе, и кухарка с радостью ответила. Женщина вообще оказалась весьма болтливой – просто неисчерпаемый источник сплетен.

— Что с Нэрой? — переспросила она, подхватывая большую ложку и помешивая ею кипящий суп. — Даже и не знаю, всегда была улыбчивой такой, а последнее время сама не своя. Может на нее так подействовала смерть Тотина? Ах, да – ты же не знаешь. Работал тут у нас один, хороший был парень, жаль умер как-то глупо. Стража говорит – перепил. Он с тяжёлой работой помогал, часто на конюшне, ну и мне тоже. Где-то с полгодика у нас прожил. Всем, конечно, было жаль, когда мы узнали, но я не замечала, чтобы он с кем-то, кроме конюха, общался. И чего б тогда Нэри так переживать? Может другая причина какая.

То, что женщина говорила дальше, Ил уже толком не слушал. Значит, его интуиция не подвела, и девушка действительно изменилась после смерти несчастного Тотина. Ил просто обязан с ней поговорить.

_

Дом погрузился в ночную тишину, а Илит сидел на табурете у маленького окна и смотрел на яркие звезды, выжидая. Сегодня он решился осмотреть особняк. Когда время уже перевалило за полночь, он тихонько покинул свою комнату и прошмыгнул в сторону большой господской гостиной – именно там находилась лестница, ведущая наверх. Немного не дойдя, он заметил за окном женский силуэт, медленно бредущий по садовой дорожке. Кто-то ещё не спит? Ил развернулся и поспешил к боковой двери для слуг, что вела на улицу. Дом может и подождать.

Обогнув особняк, Ил вышел в сад, вот только здесь уже никого не было. Он быстрым шагом пошёл по дорожке, внимательно оглядываясь по сторонам. Все фонари уже давно погасили на ночь, так что приходилось довольствоваться светом луны. Пройдясь по саду дважды и так никого и не найдя, юноша уже собирался вернуться внутрь, и наконец-то на самом подходе к дому заметил её. Девушка сидела в неприметной маленькой беседке, отгороженной кустами сирени, и отстранённо смотрела куда-то вдаль. Ил подошёл ближе. Да это же Нэра! Неужели ему улыбнулась удача?

— Вам не спится? — тихо спросил он, приближаясь.

Девушка вздрогнула и обернулась.

— Вы… Вы новенький?

— Да.

— Простите, я не помню вашего имени. Кажется у нас не было случая познакомиться.

«Да нет, случаи-то были, просто ты проходила мимо».

— Я – Ил, а вы – Нэра?

— Да. Вы тоже не можете уснуть?

— Решил немного прогуляться. А вы?

— Я… Я вообще последнее время плохо сплю.

— Что-то случилось? — Илит осторожно присел рядом. Девушка молчала очень долго, и он уже решил, что ответа не последует, но она всё же заговорила.

— Человек, который был мне дорог, недавно умер. А… — она вновь вздрогнула. — Почему? Почему это произошло? Они говорят, что он выпивал, но это не правда. Я ходила к стражникам несколько раз и просила провести расследование, но все говорят одно и тоже: перепил, отравился, случайность. Не верю! Он не пил, уж я-то знаю. Он даже не говорил, что собирается куда-то пойти, я до самого вечера была уверена, что он в доме. А потом он не пришел сюда, ко мне. Мы встречались тут, в беседке, когда остальные уже расходились спать. Никто не знал, мы решили пока не говорить, а теперь… — девушка всхлипнула. Илит протянул руку и ободряюще сжал её ледяную ладонь. — Простите, — выдохнула она. — Простите, что вывалила всё это на вас. Вам, должно быть, неинтересно.

— Наоборот, — проговорил юноша. — Можете продолжать, я выслушаю вас. Наверное, вам сейчас очень тяжело.

— Да, особенно находиться здесь. Я подумываю взять расчёт. Доработаю до конца месяца и уйду отсюда.

— Только из-за воспоминаний, связанных с этим домом? Или вам не нравится это место?

— Больше из-за воспоминаний. А место… Дом, как дом, и хозяин неплохой. Да я его толком и не вижу: он либо уходит по делам, либо сидит у себя в кабинете, либо занимается сыном.

— Сыном? — удивился Ил. — Я не слышал, что в доме есть ребёнок.

— Есть, ему двенадцать лет, но он чем-то болен, поэтому всегда находится в своих комнатах. И ходит к нему только граф – сам им занимается, не подпускает слуг. Я его даже никогда не видела.

Больной ребёнок? Понятно, почему отец хочет заботиться о больном сыне сам, но вот почему мальчика не выводят на прогулки в сад? Даже не вполне здоровым детям нужно гулять, дышать свежим воздухом, греться на солнышке. Это странно. Может, это именно то, что он ищет? Илит взглянул на тёмные окна второго этажа. Он просто обязан увидеть этого ребёнка.

— Я, наверное, пойду. Попробую уснуть, — Нэра встала.

— Хорошо, — кивнул юноша. — Если что, вы всегда можете поговорить со мной.

— Спасибо. Я запомню это. И за то, что выслушали – спасибо.

Девушка ушла, а Ил ещё некоторое время посидел в беседке. Завтра, после обеда, нужно будет попробовать посмотреть на ребёнка. В это время в доме наступает некоторое затишье, и даже слуги не снуют туда-сюда. Юноша поднялся и побрёл к задней двери. Уже дойдя до своей комнаты, он передумал ложиться и решил всё же осмотреть дом сегодня. Гостиная, библиотека, столовая, коридоры второго этажа, гостевые комнаты на третьем: нигде его кулон не обнаружил остатков демонической энергии.

Может, он ошибся? Может, в этом доме нет ничего странного, и смерть того человека и правда была естественной? Не может же демон жить здесь и не оставлять совсем никаких следов?! Но девушка была уверена, что с её возлюбленным что-то случилось, и Ил прямо-таки чувствовал, что здесь что-то не так, а теперь ещё этот запертый в доме ребёнок. Юноша глянул в окно, с третьего этажа открывался прекрасный вид на сад внизу и море, находящееся за забором, а на берегу…

Илит замер. Конечно, человек, сидящий на песке, находился достаточно далеко, но и отсюда он мог узнать этот чёрный плащ и длинные светлые волосы. Магистр Ромин! Он пришёл наблюдать за домом? Потому что Илит здесь? То есть он присматривает за ним? Учитель ведь говорил, что не может отпустить его одного и теперь наверняка волнуется. Вот только как давно он там сидит? Приходит по ночам? Ну не мог же он находиться там всё это время? Все пять дней, что Ил провёл в этом доме. Юношу захлестнуло чувство вины. Нет, это невозможно – он упрямо тряхнул головой – наверняка утром учитель уйдёт. Илит быстро спустился к себе и забрался под одеяло. Он всё делает правильно! Разве нет?

Днём, после обеда и капитальной уборки в кухне, Ил вновь пробрался на второй этаж. Первым делом он заглянул в спальню графа, самого хозяина там не было и быть не могло, ведь юноша видел, как тот покидал дом. Эта комната оказалась чиста – никаких следов демонической энергии, как и во всех остальных, что он проверил ночью. Следующим делом он проверил соседние комнаты – ничего и никого. Одна из спален оказалась заперта. Он так и не нашёл ребенка, вот если только… Ну не могут же мальчика держать под замком? Ил приложил ухо к двери. По ту сторону стояла абсолютная тишина: ни движения, ни шорохов. Юноша пошёл обратно в крыло для слуг, а по дороге взглянул в окно, выходящее на море. Чтоб его! Учитель сидел всё там же: кажется, даже поза не изменилась.

Чувство вины безжалостно мучило его весь день. Он ещё дважды потихоньку бегал к окну и проверял: ушёл ли магистр? Но тот по-прежнему находился на берегу, и один раз ему даже показалось, что их взгляды встретились. Вот уж точно чушь – на таком-то расстоянии рассмотреть глаза? Нереально! Вот только совесть продолжала грызть – он же из-за него там сидит! Ил постарался затолкать противное чувство куда подальше и занялся делом. Наличие ребёнка в доме вызывало сомнение, и когда он в очередной раз помогал на кухне Гвисе, как бы невзначай упомянул о нём.

— Сын графа? Мы о нём стараемся не говорить. Хозяин этого не любит. Раньше мальчик был чудесным, весёлым и общительным ребёнком, но около пяти лет назад стал часто болеть, и всё реже покидать свои комнаты. Последние полгода, видать, стало совсем худо, мальчик больше не выходит оттуда, а граф никого к нему не пускает. Милый был мальчуган, может он ещё сумеет побороть болезнь. Ил, ты только смотри, не болтай лишнего, управляющий велел нам помалкивать.

Юноша кивнул и молча продолжил работу.

_

Похоже, сегодня он не выспится, как и вчера. Илит вообще начинал чувствовать себя каким-то грабителем, шатающимся ночами по чужому дому, а не магом и защитником Амивара. Прихватив с кухни пару куриных ножек и затолкав их в лепёшку, Ил покинул дом. В дальней части сада, у пристроек, он видел на днях лестницу садовника, вот за ней-то он и пошёл. И слава богам: она всё ещё была там. Вот и из-за кого ему такие ночные приключения? Теперь ещё через забор лезть!

«Но это твоя вина, разве нет? — противно напомнила совесть. — Ради кого он по-твоему там сидит?»

Да, да, он и без неё это прекрасно осознавал. Илит прислонил лестницу к высокому каменному забору и выдохнул. Тяжёлая, зараза. Чуть постояв, он полез наверх, а потом, кряхтя, вытянул лестницу и, с трудом перекинув ее, установил с другой стороны забора. Спуск вниз, пара десятков метров, песчаный берег и всё та же неизменная поза. А он-то считал упрямым себя.

— Учитель…

— Я прибью тебя, — тихо сказал Ромин, не поворачивая к нему головы.

— Вы… вы ведь…

— И сколько раз я должен повторять, чтобы ты звал меня по имени?

— Ты ведь не сидел тут все эти дни? — с робкой надеждой спросил Ил.

— Где же мне по-твоему сидеть, если ты ослушался и полез в одиночку туда, где, возможно, обитает сильный демон? — в голосе некроманта зазвенела сталь, и он наконец повернулся к юноше.

Ох, вот теперь совесть просто сожрёт его! Под глазами у мужчины залегли глубокие тени, а красивое лицо осунулось. Ил виновато присел рядом и протянул лепёшку наставнику. Тот молча взял и стал есть, быстро обнаружив ещё и куриные ножки. Кажется, юноша даже услышал тихий стон наслаждения.

— Прости, — пролепетал он. — Но я должен был проверить. Вы… ты теперь отправишь меня обратно в академию?

— Не дождёшься, — бросил некромант, не отрываясь от еды.

Илит удивлённо взглянул на него. То есть от него не откажутся? Серьёзно?! После такого-то? Неужели этот человек настолько милостив? Но то, что Ил слышал о нём, говорило совсем об обратном.

— Что узнал? — спросил Ромин, прикончив половину лепёшки.

— В доме есть ребёнок — сын графа, и, кажется, его держат взаперти, ссылаясь на болезнь. Я его ещё не видел.

— Если это и правда сын графа, то скорее всего…

— Демон-паразит, да?

— Да. И похоже весьма слабый, раз отец считает это болезнью, а не одержимостью. Возможно отец просто испугался изменений в сыне и решил запереть его, в надежде, что это пройдёт.

— Кухарка сказала, что болезнь начала проявляться лет пять назад.

— Пять? Невозможно. Даже самый слабый демон за такой срок уже взял бы полный контроль над телом, и никакой граф или замки не удержали бы его.

— Я постараюсь пробраться к нему как можно скорее и…

— Ты не вернёшься туда.

— Но…

— Никаких но.

— Как же по-другому убедится? — возмутился Ил. — Меня считают простым слугой, ещё пару дней максимум, и я посмотрю на ребёнка, проверю. Я буду очень осторожен, клянусь.

— Ты просто моё наказание! — Ромин в гневе отвернулся, а через пару минут стал рыться в своей поясной сумке.

Илит заметил там среди баночек с зельями, мазями, травами и прочей магической мелочевки, пару зачерствелых кусков хлеба, наспех завернутых в бумагу, и ему вновь стало стыдно. Мужчина наконец нашёл, что искал, и протянул ему две склянки с зелёной и тёмно-бордовой жидкостями.

— Это, — сказал он, указывая на зелёную, — проявит демона. Просто капни немного на кожу ребенка. Если он начнёт дергаться в судорогах, шипеть, кричать или его лицо исказится – это демон. В этом случае незамедлительно пользуйся второй, она усыпит его на пару часов. Просто разбей склянку, и зелье начнёт испаряться, на тебя оно не подействует, только на демона. А потом сразу же беги ко мне, не медля ни секунды. Даже не пытайся изгнать его сам, ты можешь пострадать сам или случайно убить ребёнка. Понял?

— Да. Я не стану ничего делать и позову тебя, обещаю.

— Вот, ещё... — Ромин поймал руку Илита и надел на запястье узкий браслет с витиеватым узором. — Защитные чары на нём уберегут от неожиданной атаки, но только один раз. Я глаз не спущу с дома, но будь осторожен — прошу.

— Конечно, буду, — кивнул юноша. — Ты спал?

— Интересно, когда бы?

— Тогда поспи сейчас. Не волнуйся, я не уйду туда, пока ты не проснёшься.

Некромант задумчиво посмотрел на него, а потом на его лице отразилось некое подобие улыбки.

— Одолжи колени.

— Что? — не сразу понял его Ил.

Ромин же лёг на песок, а голову и в самом деле устроил на коленях Илита. Спустя мгновенье он уснул. Это что, такой оригинальный способ не дать ему сбежать? Но ведь Илит сказал, что не уйдёт. Юноша так и просидел до самого рассвета, стараясь не шелохнуться, чтобы случайно не потревожить сон магистра. Но, из-за опасений, что не успеет вернуться до пробуждения первых слуг в доме, Илу всё же пришлось с сожалением разбудить некроманта и поспешить вернуться, пока его не хватились.

_

Вновь пробраться незамеченным на второй этаж вышло только через день. Граф уехал из дома на карете — Ил сам видел это, пока набирал воду. Единственная дверь, что была заперта в прошлый раз, оставалась такой и сейчас. Илит прижал ладонь к замочной скважине и пустил туда немного своей магии. Металл расплавился и стал стекать по деревянному полотну. Там, за этой дверью, его первый демон… Это оказалось куда волнительнее и страшнее, чем он предполагал. Юноша глубоко вдохнул и вошёл внутрь, плотно прикрывая за собой дверь.

В углу комнаты, на полу, прижимая колени к груди, сидел мальчик и смотрел на зарешеченное окно. Шторы плотно прилегали к стеклу, а железные прутья, прибитые к стене, шли поверх них, так что с улицы решётку невозможно было увидеть. Бедный ребенок… Нет! Ил тряхнул головой. Если это демон, то к нему сейчас не должно быть никакого сочувствия. Мальчик посмотрел на него, и Илит застыл. Бледная, сероватая кожа, затравленный взгляд мутных светлых глаз, и тощее тельце, будто его морили голодом.

— Ты кто? — спросил мальчуган слабым голосом.

— Ил, новый слуга. А ты?

— Плет. Тебя пустил папа? А где Тотин? Папа сказал, что он больше не придёт. Почему? Он больше не хочет играть со мной?

Значит погибший слуга и правда приходил сюда, играл с ребёнком? Но его возлюбленная не сказала об этом ни слова. Может, она и не знала? Илит сделал шаг вперёд. Значит, он всё-таки демон, и это он убил Тотина? Сердце заколотилось быстрее.

— А во что вы обычно играли?

— Когда как. Мне нравятся солдатики, хотя игра с цветными камешками тоже неплоха. О, а ещё бумажные фигурки на доске.

— Может быть я смогу заменить его? — спросил юноша, сжимая в кармане флакончик с зелёным зельем.

— Правда?! — глаза мальчишки на секунду вспыхнули восторгом.

— Да. — Ил подошёл совсем близко и присел на корточки.

«Открыть флакон и капнуть зелья… Открыть флакон и капнуть зелья…» — стучало у него в голове.

— А ты необычный, — вдруг сказал ребёнок. — Не такой, как все, будто светишься. Так красиво.

Мальчик протянул к нему руку, и Илит отшатнулся, выставляя огненный щит. Сила ребёнка коснулась пламени и растворилась в нём. Он не демон! Мальчишка — маг! Юный маг, которого никто не научил контролировать дар! Илит убрал щит, а ребёнок с восторгом смотрел на него.

— Ого! Здорово… Что это было? Покажешь ещё раз?

— Плет, — юноша вновь приблизился и обхватил хрупкую ладонь мальчугана. — Прямо сейчас я должен уйти, но скоро вернусь. Я быстро.

— Уже? Так скоро? Мы не будем играть?

— Попозже, хорошо? Обещаю, мы поиграем чуть позже. Просто подожди меня.

Илит выбежал из комнаты, а потом, сообразив, что дверь больше не заперта, взял стул из соседней комнаты и подпёр её — не хотелось, чтобы за время его отсутствия, мальчик вышел и случайно навредил кому-то из слуг. Юноша поспешил вниз, вылетел из дома, даже не обратив внимания на удивлённые взгляды проходившей мимо служанки. Неважно… Теперь уже всё неважно. Он узнал всё, что должен был, скрываться больше не имело смысла. Ил добежал до ворот и, распахнув их, замер, глядя на учителя, сидевшего на берегу. Ромин тут же встал и направился к нему.

— Я так полагаю, демон? — спросил он, подходя.

— Нет. Маг!

— Что?!

— Двенадцатилетний маг, который совершенно не умеет контролировать силу.

— Какой дар?

— Я не смог распознать.

Ромин отстранил Илита и прошёл во двор. Из дома уже выбежал управляющий и несколько слуг.

— Что здесь… — мужчина запнулся, увидев некроманта. — Господин маг, что привело вас вновь?

— Кто из вас знал, что ребёнок, находящийся в доме, обладает даром? — громко спросил Ромин всех присутствующих таким грозным голосом, что даже Ил позади него вздрогнул.

Нэра и ещё одна служанка удивлённо охнули и прижались к стене дома. Кухарка, что только собиралась выйти к ним, так и застыла потрясённо на пороге. И лишь управляющий не дрогнул. Каждый человек в этом мире знал, что нельзя скрывать магических детей, и знал, что за подобное наказанием может стать даже смерть.

— Так значит вы, — Ромин посмотрел на управляющего. — Вы прятали маленького мага вместе с графом.

— Это его единственный сын, и других никогда не будет, поймите…

— Вы нарушили закон, которому подчиняются все страны мира! Магические дети принадлежат Ларвии. Вы обязаны были доложить о нём, как только дар проснулся, но вы скрыли его. Скрыли и довели до того, что неуправляемая сила убила человека – одного из ваших же слуг!

Нэра побледнела и прижала руки ко рту. Илит думал подойти к ней и… И что? Чем он ей поможет? Пожалеет? Юноша отвернулся и вновь посмотрел на управляющего, а Ромин тем временем продолжал говорить:

— Полагаю, и от тела избавились вы? Не граф же уносил его отсюда. Сколько ещё было жертв?

— Это… Это случайность, — запинаясь, пробормотал мужчина.

— Конечно, случайность, произошедшая по вашей вине и вашего хозяина, которого вы покрывали. Когда вернётся граф?

— Через пару часов.

— Я дождусь его, — бросил некромант и, обогнув слуг, вошёл в дом. Илит поспешил за ним. — Где он?

— На втором этаже, — ответил юноша.

Как бы не был зол Ромин, дверь в комнату мальчика он открыл осторожно и вошёл тихо, чтобы не напугать ребенка. Он поменялся на глазах: от строгого и грозного мага не осталось и следа, он стал мягким и ласковым, тепло разговаривал с ребенком и даже с лёгкой улыбкой потрепал того по волосам. Минут через десять он коснулся лица ребенка, и тот уснул. Ромин бережно перенёс его на кровать, а потом кивнул Илиту, указывая на выход.

— Мы заберём его? — спросил юноша, как только они оказались в коридоре.

— Нет.

— Сообщим Совету и его заберут они?

— Сообщим, вот только они тоже не станут его забирать.

— Не понимаю.

— Слишком поздно, ему осталось не больше пары месяцев.

— Но… Почему?! — воскликнул Илит.

— Он некромант. Его дар стал развиваться неправильно, и в итоге медленно убивал мальчика. Ты знаешь, почему некроманты никогда не колдуют напрямую, только через оружие или магический проводник? Наш дар — сама смерть, даже для нас. Только в исключительных случаях его можно пропускать через себя, как это делаешь ты. Мальчик же делал это на протяжении нескольких лет. Смерть уже практически пожрала его. Будь у него какой угодно другой дар, всё было бы иначе. Даже если бы его уже не смогли нормально обучить, он бы просто жил в Ларвии под присмотром других магов. Не взаперти, как сейчас, а нормальной жизнью. Воином бы скорее всего не стал, но он бы жил. А некромант… Наша сила очень велика, но она беспощадна. — Ромин отвернулся и пошёл вниз.

— Он… Он скоро проснётся? Я обещал поиграть с ним, — Илит побрёл следом.

— Придёшь завтра и играй сколько хочешь. Нам всё равно придётся дожидаться в этом городе кого-то из Совета. Да и за мальцом нужно приглядывать — не хочу, чтобы оставшиеся дни своей жизни он провёл взаперти, а кроме нас с ним никто не справится.

— Ты позволишь мне самому присматривать за ним?

— Почему нет. Ты же уже занимался с детьми. Ты сильнее, обучен, и сможешь сдерживать его неконтролируемые выбросы.

_

Ромин сидел в большом кресле посреди гостиной и, прикрыв глаза, дремал. Илит же тихонько свернулся клубочком на соседнем диване и бездумно смотрел на пустую тарелку из под блинов и такой же пустой чайник. Они ждали графа Феуса уже более трёх часов. Потрясённая Гвис без вопросов накормила некроманта. Другие слуги притихли и не высовывались, управляющий апатично засел в библиотеке. Нэра ушла в свою комнату и оплакивала там свое горе, осознавая правду о смерти своего возлюбленного. Илит ходил к ней и даже пытался её ободрить, хоть и понимал, что его слова вряд ли её утешат: «Ребенок не хотел его убивать, это была случайность». Разве от этого ей стало легче? Но когда он уходил, девушка прошептала ему в спину: «Спасибо». За что спасибо? За то, что докопался до правды? Вот только эта правда уже никого не спасёт. Ни её парня, ни графа, ни управляющего, ни маленького мага, который сейчас мирно спал в своей комнате.

Илит прикрыл глаза. Он и раньше знал, что его жизнь не будет лёгкой, что ему придётся постоянно бороться с демонами, но он совсем не подумал о том, что всё время будет сталкиваться с горем людей, потерявших близких. Это было его первое задание, и он справился. Так почему же чувствует себя проигравшим? Лучше бы это оказался демон…

Ил услышал шаги и, открыв глаза, сел. Перед ним стоял граф Феус. Ещё довольно молодой, едва старше тридцати, а вот глаза уставшие, будто он прожил все семьдесят. Ромин тоже проснулся и посмотрел на мужчину.

— Вы пришли за моим сыном? — тихо спросил граф.

— Уже нет, — ответил некромант.

— Вы не увезёте его? — удивился мужчина.

— Вы слепой? — со злостью бросил Ромин. — Не видите, что ваш сын умирает? Неестественный цвет кожи, истощённое тело. Он едва на ногах стоит. Наверняка его организм уже пару месяцев, как отторгает еду. Когда это началось? Когда ему впервые стало плохо? Несколько лет назад? А дар проснулся ещё раньше. Но даже видя, что ваш сын теряет силы и здоровье, вы не доложили о нём, как должны были. Вы решили оставить его себе. Вы думаете, что мы жестокие — забираем детей? Но в Ларвии он был бы здоров и силён, учился бы управлять своей магией, а теперь ему уже не сможет помочь ни один, даже самый сильный целитель. У вас не заберут мальчика, граф, ему позволят прожить оставшееся ему время рядом с отцом, вот только времени этого почти не осталось – он скоро умрёт. И это вы убили его, граф. Пряча его от магов, своим поступком, вы убили собственного сына, — Ромин встал и направился к выходу из дома, но потом обернулся. — Совет магов и ваш правитель вскоре решат каким будет ваше наказание. Вот только мне думается, что никто не сможет вынести приговор страшнее того, который вы сами себе подписали. Каково это: знать, что в смерти мальчика виноваты только вы сами?

Некромант вышел, а мужчина упал на колени и, прикрыв лицо руками, зарыдал. Илит с грустью смотрел на него.

— Я… Я приду завтра, граф, — тихо сказал он. — Плет хотел поиграть, а ещё я бы погулял с ним. Рядом со мной это будет безопасно.

Слышал ли его мужчина или нет? Он никак не отреагировал. Илит вздохнул и поспешил за наставником. Ромин ждал у ворот.

— Жаль их, — пробормотал юноша, подходя. — Всех жаль.

— Тебе не стоит так проникаться ко всем, иначе никаких нервов не хватит.

— Но этот мальчик тронул и тебя. Я видел.

— Только он. Он один из нас. Если бы он вовремя попал к нам, через несколько лет в мире бы было пять некромантов. Я только сейчас задумался, скольких мы потеряли вот так, даже не узнав об их существовании. Скольких сгубил собственный дар? А ещё удивляются, почему таких, как я, так мало.

— Верховный маг — твой брат – маг разума, это ведь тоже редкий дар и…

— И такой же опасный. Почитай-ка чужие мысли с пяти лет и попробуй не свихнуться. Хотя их сейчас восемь – в два раза больше, чем некромантов, — Ромин печально усмехнулся.

Какое-то время они шли в тишине, а потом маг заговорил вновь.

— Лит, я не хочу приказывать тебе, давить или держать на привязи, но я гораздо старше и опытнее тебя. Если я что-то говорю, ты должен прислушиваться. Если не согласен – спорь, доказывай, убеждай, но не смей больше убегать и действовать самовольно. Если у тебя есть идея или предложение, мы сядем и обсудим его, и придём к общему решению. В этот раз всё обошлось, но ты не должен рисковать своей жизнью и поступать необдуманно. Каждый маг бесценен. И я не могу тебя потерять.

— Хорошо, — Илит виновато опустил глаза.

— Рад, что ты понял. А теперь я собираюсь спать. И я буду делать это очень долго, за все те дни, что ты заставил меня наблюдать за этим домом. И если ты хоть чем-то разбудишь меня – прибью, честно!

— Вообще-то я бы тоже поспал, — Илит отвернулся, пряча улыбку.

— Вот и чудно.

Странно, но после сегодняшнего юноша мог спокойно называть Ромина по имени, хотя раньше это давалось ему с трудом. Может, это оттого, что он увидел не великого и надменного мага, а обычного человека с самыми обычными эмоциями. А, может, потому, что хоть Ромин и выглядел грозно, лично для себя Илит не чувствовал совершенно никакой угрозы, наоборот — рядом с ним было спокойно. В любом случае они, видимо, и правда смогут поладить.

Глава 5. Сын некромантки

Воспоминания Ромина (примерно 42 года назад)

Ромин уже который час сидел над картами городской канализации, взятыми у наместника Ийены. Здесь за пару недель пропало уже три девушки, и у всех один типаж: молодые, симпатичные, темноволосые. Демон-гурман? Ийена была крупным городом, если быть точным — третьим по величине в Исвинте, и именно в таких городах Ромин не любил работать больше всего. Слишком много места и людей, слишком легко упустить демона. А вот для иномирных тварей, наоборот — такие города были лакомым местечком. Только за два дня Ромин убил уже пятерых мелких демонов, вот только среди них точно не было того, кого он искал. От чего-то он был уверен, что тварь внизу — под городом, — утаскивает своих жертв в туннели.

— Роми-и-и-ин! — прямо из стены, на огромной скорости в комнату ворвался Лино и завис над магом.

— Чего орёшь и носишься, будто за тобой стадо демонов гонится?

— Вообще-то гонятся, только не демон, а маг.

— Ты достал ещё кого-то, кроме меня? — усмехнулся Ромин, не отрываясь от карт.

— Ха-ха. Не смешно! — бросил парнишка. — Там женщина-некромант, она увидела меня и побежала следом.

— Некромант?! — Вот теперь Ромин заинтересовано поднял голову. — Неужто Карима здесь?

Лино вздрогнул и посмотрел на дверь, а через пару секунд в неё требовательно постучали. Мальчишка испуганно подлетел к потолку, а потом и вовсе просочился сквозь него, скрываясь где-то на крыше.

— Трусишка, — пробормотал маг и пошёл открывать дверь.

— Ромин?! — на него удивлённо взирала высокая широкоплечая женщина лет сорока. Ну - как сорока? - на деле-то ей было почти четыреста.

— Наставница, — Ромин приветливо улыбнулся, — вот уж не ожидал тебя встретить.

— Да, я тоже. Последнее, что слышала о тебе, это как ты разнёс храм Аивы где-то на юге Гангоры, — женщина лукаво усмехнулась, а Ромин поморщился.

— Не так уж сильно пострадал тот храм, — бросил он и открыл дверь пошире. — Зайдёшь?

— Попозже. Я вообще-то гналась за мелким призраком. Не видел такого в городе?

— Он мой.

— Что? — Карима с непониманием посмотрела на него.

— Тот призрак – он со мной.

— В каком смысле?

— Может, всё-таки зайдёшь?

Женщина кивнула и переступила порог съёмной комнаты. Ромин закрыл дверь и указал на диванчик в углу, где недавно сидел сам. Карима прошлась по комнате, окинула взглядом бумаги, раскиданные на маленьком столике.

— Канализация? — спросила она. — Кого ищешь?

— Пока и сам не знаю. Здесь пропало три девушки.

— Так что с призраком? — Женщина посмотрела на него, присаживаясь.

— Призрак как призрак, мальчишка совсем. Пока путешествует со мной.

— С какой такой радости? — бровь наставницы вопросительно приподнялась.

— Он чистый, не волнуйся. Ещё нет скверны, и я не допущу, чтобы появилась.

— Вопрос был не об этом. Почему ты не отправишь его в мир духов? Вот уж не поверю, что в тебе проснулась жалость.

— Ну… — Ромин замолчал, обдумывая, стоит ли говорить, что пацан необычный. Хотя это ведь Карима — та, кто обучала его на протяжении десяти лет, та, кто знает его не хуже родных, а то и лучше. Кому как ни ей он может доверить странность мальчишки? — Он видит истинную суть демонов, даже через человеческое обличие.

— Впервые о таком слышу. Как это?

— Лино, — позвал Ромин, но мальчишка не появился. — Лино, иди сюда, неужели ты думаешь, что рядом со мной тебе кто-то навредит?

Из потолка появилась призрачная голова.

— А вдруг она тебя уболтает, и ты сам мне навредишь? — даже неизвестно чего в этом голосе было больше: настоящего переживания или ехидства.

— Тащи сюда свою прозрачную тушку.

— Грубиян! — парнишка опять скрылся где-то над потолком, но через минуту всё-таки спустился и завис за плечом некроманта. — Я Лино, — лучезарно улыбнулся он женщине на диване.

— Милый, но дерзкий, — оглядев пацана, сказала она. — И много демонов ты видел? В людях, я имею ввиду.

— До встречи с Ромином одного: он жил в том же городе, что и я. А с тех пор как мы путешествуем вместе… — мальчишка призадумался, — может около пятнадцати?

— И как долго вы вместе? — взгляд Каримы вернулся к бывшему ученику.

— Месяца три где-то.

— Ого! — лицо женщины стало удивлённым. — Да ты же больше недели никого подле себя не терпишь!

— Тебя же терпел, — пробормотал Ромин.

— Да у тебя выбора не было. А если серьёзно: как это происходит? Как ты видишь их, малец?

— Ну-у-у... Просто, у них два лица: человеческое и демоническое. Оно как… как тень что ли проступает.

Ромин взял с тумбы чистый стакан, порылся в своей сумке и выудил оттуда бутылку хорошего вина, купленную пару дней назад. Наполнив стакан, он протянул его наставнице, та молча взяла и медленно отпила. Кому как не ему знать о её вкусах и привычках?

— А тебя-то что привело в этот город? Если задание, то почему его не передали мне, брат ведь знал, что я еду сюда.

— Нет, это личное. — Женщина отвернулась, но потом посмотрела на Лино. — Вообще-то твой призрак мог бы мне помочь. Я, собственно, и погналась за ним по этой причине.

— И в чём же дело? — Ромин присел на край кровати и тоже налил себе вина, а Карима тяжело вздохнула.

— Ты… Ты помнишь моего сына? — маг кивнул. — Он умер несколько лет назад.

— Ммм... — протянул Ромин, — он был человеком и не унаследовал дар, но мне казалось: он ещё относительно молод. Ему ведь было не больше сорока? Что случилось?

— Тридцать шесть, ему было тридцать шесть. Каст заболел – лихорадка. Всё произошло очень быстро: когда я приехала в Витанию, он был уже мёртв. Я была ему не лучшей матерью, да и какая мать из мага? Вечные разъезды. Дай боги, видела его пару раз в год. Учителя, да няньки — вот кто растил его, но я всё равно его любила, и когда до меня дошло известие, это сильно ударило по мне. Я приехала попрощаться, побывать на могиле, посетить дом, в котором он жил последние годы и… когда я пришла, он был там. — Карима нахмурилась и замолчала.

— Призрак? — решил уточнить Ромин. Она кивнула. — И? Ты не переправила его?

— Я не смогла.

— А теперь он?..

— Его пропитала скверна.

Они оба очень долго молчали. Ромин понимал, как ей сейчас, должно быть, тяжело. С самого начала она могла попрощаться с сыном и отправить его душу в мир, который должен был стать ему домом, а теперь его можно лишь развеять. Уничтожить душу собственного сына…

— Он в этом городе? — тихо спросил маг.

— Я преследовала его последние несколько месяцев, но он всегда умудрялся скрыться. След привёл сюда. Он чувствует меня и успевает уйти, но ты… — она посмотрела на Лино, — ты тоже призрак. Он не воспримет тебя как угрозу. К тому же, заподозрить, что призрак в сговоре с некромантами… Ты сможешь найти его и приблизиться.

— Даже если найду, что я ему сделаю?

— Заманишь в ловушку.

— Это низко, — недовольно прошипел Лино.

— А никто и не говорит, что маги сражаются благородно, мальчик. Мы сталкиваемся с хитростью и мерзостью демонов каждый день, и порой победить их можно лишь их же методами.

— Но ваш сын не демон.

— Он убил семь человек, так что уже мало отличается от них. — Карима грозно посмотрела на призрака. — Будешь помогать или нет?

— Вам? Нет, — Лино развернулся и полетел к окну.

— Помоги, — тихо сказал Ромин, и мальчишка замер, оборачиваясь. — Пожалуйста, помоги найти его, Лино.

— Только потому, что ты об этом просишь, — ответил призрак через пару минут. — Что я должен сделать, если вообще найду его?

— То, что умеешь, — улыбнулся некромант. — Прилипни к нему: надоедай, болтай, следуй куда бы ни отправился — вотрись в доверие.

— И как это поможет поймать его?

Ромин вытянул руку, призвал свою косу и направил её на Лино. Мальчишка отлетел в сторону и сердито зашипел:

— Ты зачем достал эту штуковину?!

— Дай разрешение, — сказал маг.

— Какое ещё разрешение?

— Видеть твоими глазами.

— Как это?

— Я буду видеть и слышать то же, что и ты. Буду смотреть на всё твоими глазами. Тебе даже заманивать его никуда не придётся: я и так буду знать обо всём, что происходит, и сам поймаю его.

— И ты такое со всеми можешь проделать? — удивлённо и в тоже время с любопытством спросил Лино.

— Нет. Только с теми, кого создал или оживил. А ещё с душами, если они будут согласны. Ты может и мёртв, но у тебя есть чувства, разум и желания, и без твоего разрешения эти чары не получится наложить.

— Я буду что-то чувствовать? Ощущать твоё присутствие? — Лино подлетел чуть ближе.

— Нет.

— Эти чары останутся на мне навсегда?

— Я сниму их потом.

— Обещаешь?

— А тебе есть что скрывать? — хитро улыбнулся Ромин.

— При чём здесь это? И что бы мне скрывать – я же призрак. Просто неприятно осознавать, что за мной всё время будут наблюдать.

— Я сниму, обещаю. Так что: дашь согласие?

— А потом мы поедем к морю? Я так и не увидел его в прошлый раз, потому что нас переправили на другой материк порталом. Хочу посмотреть на море!

— Да, да! Поедем. Соглашайся уже!

— А чего это ты на меня кричишь?

— Чтоб тебя, Лино!

— Да согласен я, согласен!

Ромин начертил в воздухе знак, напоминающий глаз, вспыхнувший зелёным всполохом, и направил его прямиком в мальчишку. Очертания заклинания растворились в призрачном теле. Лино на секунду зажмурился, потом придирчиво осмотрел свои прозрачные руки, повертелся, поглядел по сторонам…

— Я ничего не ощущаю. Вообще ничего не изменилось.

— А что ты хотел ощутить? Ты же призрак.

— Ну я думал, может, хоть что-то, — Лино разочарованно поджал губы.

— Ой, лети уже, — вздохнул Ромин.

— Что, даже скучать не будешь?

— Когда бы мне скучать, если мысленно я всё время буду с тобой?

— А, ну да, — призрак приблизился к окну, а потом остановился и посмотрел на женщину, которая всё это время наблюдала с молчаливым интересом. — Как хоть выглядит ваш сын?

— Высокий, на нём белая рубашка с кружевным жабо и тёмные брюки. Длинные тёмные волосы, перевязанные в низкий хвост лентой, лицо худое, осунувшееся после болезни. А ещё у него периодически проявляется тёмная аура.

Призрак кивнул и, пролетев сквозь стекло, исчез. Карима ещё несколько минут смотрела ему в след, а потом повернулась к Ромину.

— Почему ты потакаешь ему? — спросила она.

— Он с характером, если ты не заметила.

— Это не причина. Ты и не таких укрощал.

Мужчина пожал плечами.

— Он полезен. Благодаря его странным способностям я за последние пару месяцев убил лишний десяток демонов. Так почему бы не уступить нескольким его причудам, если в итоге я останусь в плюсе. Я собираюсь поспать несколько часов, полагаю: раньше он твоего сына всё равно не найдёт. Ты останешься тут?

Женщина рассеянно кивнула, взяла стакан с вином и вновь отвернулась к окну, а потом тихо сказала:

— Когда твой призрак найдёт его, говори, что видишь. Я хочу знать.

***

(Глазами Лино)

Найди то, найди сё, слетай туда, осмотри город, проверь вон тот дом… Такое чувство, что после встречи с Ромином он стал не призраком, а собачонкой. Парнишка вздохнул. Нет, он, конечно, иногда жаловался и ворчал, а порой и вовсе капризничал, но, если начистоту: с тех пор, как он отправился в дорогу с этим магом, жизнь стала куда интересней. А главное — ему больше не было одиноко и всегда можно поговорить, зная, что его слышат и слушают, хоть Ромин иногда и просил его помолчать. Ну... как просил? «Заткнись, хоть на десять минут!» — не очень-то похоже на просьбу, но Лино не обижался. Наверное, он и правда слишком много болтал. У него даже имя появилось — Лино — и оно ему нравилось. Красиво так, мягко звучит.

Мальчишка поднялся повыше над городом и вновь стал облетать улицы. Вон, несколько мелких ребят играют в догонялки и весело смеются. Вон, девушка идёт с корзиной продуктов — наверное, возвращается с рынка. Вон, двое мужчин о чём-то увлечённо спорят, а вон там — немолодая женщина плачет у окна. Лино всегда любил наблюдать за людьми. Подлетишь вот так к кому-то и слушаешь, смотришь, тихонько следуя за ним, а тебя и не видят. Интересно: каково это — быть живым? Он не помнил. Совершенно. Наверное, и он мог когда-то чувствовать тепло, холод, ветер, прикасаться к предметам, ощущать их пальцами. Каково это — ощущать? Сейчас он мог лишь почувствовать отголоски магии или энергии, в основном это воспринималось как некое лёгкое покалывание.

С людьми-то всё понятно: вон они — ходят туда-сюда, а где искать призрака? Лино никогда не делал этого специально: все, кого он встречал раньше, попадались ему случайно. Да и городок, где он жил прежде, был куда меньше этого — не заметить кого-то нового было сложно, учитывая, что он знал его вдоль и поперёк. Лино задумался: если бы он был один, если бы не повстречал Ромина и самостоятельно решил бы отправиться в новый город, куда бы он подался? Хм, глупый вопрос – изучил бы здесь всё, конечно, а потом наблюдал за людьми, и, в основном, с крыш — он вообще любил забраться повыше. А если представить, что он осквернённый? Что вообще значит: осквернённый? Как это происходит? И как призрак может убить человека? Нет, если — ну о-о-о-очень — постараться, то он, наверное, смог бы. Но это он, а вот другой вряд ли сможет именно так. А главное: зачем?

Вот интересно: Ромин только видит его глазами или и мысли его читает тоже? Как-то это… Лучше не думать. Ему, конечно, и правда нечего скрывать, но всё равно — неприятно. Призрак, призрак… Нужно сосредоточиться и найти его, а ещё демона, что похитил девушек — или уже убил, — тоже не мешало бы.

Лино облетал город уже по второму кругу, но пока не заметил никого. Наверное, стоит спуститься ниже и осмотреть всё тщательнее, заглядывая во все закоулочки и дома, только это — ну о-о-очень до-о-олго! Поди-ка, сунь свою прозрачную голову в каждый дом, да ещё не забудь в каких был, а в каких нет. Парнишка полетел вниз.

— Эй, ты давно в городе? — послышалось откуда-то сбоку, но Лино как обычно не обратил внимания. Мало ли о чём там люди между собой говорят. — Ау, пацан призрачный, я к тебе обращаюсь.

Лино резко остановился и оглянулся. Вот так случайность: тот, кого он искал, нашёл его сам. Мужчина тридцати с небольшим лет, смотрел прямо на него из тёмного окна какой-то пристройки. Такой же прозрачный и бесцветный, как и он сам. А главное — полностью подходящий под описания той женщины. Что там говорил Ромин: просто вести себя как обычно? Это он может, это легко.

— Я-то? Нет, пару дней назад залетел сюда, вот: осматриваюсь. А ты? — Мальчишка невинно захлопал ресницами. — Ты отсюда? Как зовут? Я — Лино. — Он подлетел поближе и с любопытством заглянул в окно. Обычная кладовка: мешки с крупой, да закупоренные кувшины. — А чего ты тут делаешь?

— Ты мага случайно не видел? — игнорируя вопросы парнишки спросил призрак, не двинувшись с места.

— Ого! В городе есть маг?!

— Значит, не видел.

«Ага, как же, — подумал Лино. — Их тут целых два. И, честно говоря: будь у меня такая же мать, как у тебя, я бы тоже от неё прятался».

— Ладно, малец, лети дальше, — проговорил сын некромантки и уже почти отвернулся, но потом вновь взглянул на паренька. — А лучше проваливай из города. Та женщина — маг-некромант. Попадёшься ей на глаза, и всё – закончатся твои деньки.

Лино вздрогнул, пытаясь сделать вид, что слова незнакомца его напугали, даже глаза постарался выпучить поудивлённее. Демоны её забери! Вот что он делает!? Притворяется и лжёт! Он терпеть не мог подобного, но ведь его попросил Ромин… Этот призрак правда опасен? Он правда убивал людей? Глядя на него, было сложно в это поверить — совершенно обычный, да ещё и предупредил об опасности. Может, сказать ему? Может… Ромин наверняка на него разозлится. Ну и пусть!

— А полетели вместе? — выпалил Лино. Может, если сын некромантки быстро унесёт отсюда своё призрачное тело, то всё обойдётся? Пусть эта женщина сама за ним бегает, если так хочет, а они с Ромином пойдут дальше.

— Я пока не могу.

— Почему? Ты же сам сказал, что тут опасно.

— Меня она не найдёт. Сейчас не найдёт, — тихо проговорил мужчина, а потом улыбнулся, и улыбка эта совсем не понравилась Лино. Нехорошая она была, недобрая.

В тёмном углу кладовки кто-то всхлипнул. Лино не раздумывая залетел внутрь. Там, в самой тени, за большим кувшином, сидела девчушка лет восьми и, обхватив себя руками, со страхом смотрела на противоположную стену. Юноша тоже взглянул туда, да так и застыл. К стене была прибита мёртвая кошка, а ещё свежая кровь стекала по камням из растерзанной тушки. Мерзость какая….

— Что это? — поражённо выдохнул Лино.

— Это-то? — мужчина усмехнулся, а потом с интересом посмотрел на юношу. — А ты, похоже, ещё совсем чистенький. Никогда не накапливал силу? Это самый лёгкий способ – пропитаться человеческим страхом.

Он поднял руку, сжал кулак, и нож, который Лино раньше не заметил, и взлетел в воздух. Девочка в углу взвизгнула. Конечно, должно быть, страшно смотреть на такое, их-то — призраков — она не видела. Лезвие тем временем вновь пронзило тушку несчастной кошки. Глаза ребёнка ещё больше расширились от ужаса, и она попыталась забиться поглубже в угол, хотя глубже было уже некуда. Лино хмуро посмотрел на призрака и впервые увидел то, о чём раньше только слышал от Ромина. Вокруг призрачной руки сгустилась тёмная энергия, она будто пропитывала его бесплотное тело, делая его более осязаемым. Это и есть скверна? Но зачем? Осквернённый вновь пошевелил пальцами и девочка истошно закричала.

— Перестань, — бросил Лино. — Зачем ты делаешь это? Зачем пугаешь её?

Призрак подлетел вплотную к нему.

— А ты закрой глаза, — приглушённо прошептал он. — Почувствуй её страх — им пропитана вся комната. Пропусти его через себя. Стань сильне-е-е. Дава-а-ай, это весело. Разве тебя не злит, что они не видят тебя? Не слышат? Не надоело скитаться без цели и просто смотреть, как живут другие? Раньше я всё гадал: почему мы — призраки — вообще существуем? Зачем такая жизнь? А потом понял, что мы куда сильнее людей, что теперь, умерев, можем куда больше, чем при жизни. И единственные, кто могут нас остановить — это четыре несчастных мага, разбросанные по миру. Всего-то четыре – ничтожно мало. Говоришь: тебя зовут Лино? Тебе, наверное, ужасно скучно блуждать одному? Пойдём со мной. Я научу тебя копить силу, научу пользоваться ей. Мы станем выше, лучше этих никчёмных людишек. Давай же, Ли-и-ино, закрой глаза, почувствуй…

И это к нему в доверие он должен втереться?

«Ох, Ромин, надеюсь: ты видишь это. Мне нужна помощь. Ты должен поймать его». Лино прикрыл глаза. Что ж, он и правда ощущал нечто, скопившееся в этой комнате. Это — страх девочки? Неприятное чувство: воздух будто загустел и потемнел. «И, чтобы стать сильнее, нужно пропустить это через себя? Не хочу…» Ребёнок вновь взвизгнул, и Лино подсознательно ощутил, как это вязкое нечто сильнее облепило сына некромантки, а потом он услышал крик, от которого всё его существо похолодело. Лино распахнул глаза. Нож уже вонзался в тело девочки.

«Нет… Нет! Не надо! Остановись!»

Он хотел закричать, вот только тёмная энергия буквально сковала, опутывая и его. Мужчина — напротив — глубоко вдохнул, вот только призраки не дышат. Чтобы тот сейчас ни сделал, от этого мрачное нечто закружилось быстрее, пропитывая всё его прозрачное тело. Лино бросил взгляд на ребёнка — кровь уже тонкой струйкой стекала по её худенькой руке. Да он же сейчас её просто убьёт! Лино больше не раздумывал — он погрузил руку в тёмное марево и позволил войти в своё тело, а потом сосредоточился и направил всю эту дрянь в нож. Тот отлетел к стене, а девчушка потеряла сознание.

— Зачем ты это сделал? — угрюмо спросил мужчина, глянув на ребёнка.

— Она… Она же совсем маленькая, мне стало жаль…

— Жаль?! Чего их жалеть? Страх детей куда лучше любого другого: слаще, сильнее.

— Может быть, но… я… Я знаю, как добыть куда более сильную энергию, — сказал Лино, выдумывая на ходу.

— Как же? — заинтересованно спросил призрак.

— Демоны. От них исходит невероятно мощная тёмная энергия. Нам её хватит с лихвой, даже если просто собирать издалека.

— И как же ты предлагаешь искать демонов?

— Тут есть один, я видел, как он пробирался в канализацию.

— Любопытно, — тихо сказал мужчина, задумавшись. — Пойдём. Хочу попробовать.

— Ага, — кивнул Лино и поспешил вылететь из кладовки, призрак последовал за ним.

«Ромин! Ромин, пожалуйста, помоги девочке! Ты же слышишь? А потом…. Потом приди за нами, ведь теперь я тоже испачкался…»

Глава 6. Отпусти

Воспоминания Ромина (примерно 42 года назад)

Первым делом Ромин поспешил к пострадавшей девчушке. Найти нужное место не составило труда — он хорошо помнил путь, которым летел Лино. Ребёнок был жив и относительно невредим: небольшая, хоть и глубокая, царапина и сильный испуг. Придя в себя, она даже не плакала, лишь со страхом озиралась вокруг. Зато слёз с лихвой пролила её мать, которой оказалась служанка из ближайшего соседского дома. Оказывается, девочка потерялась ещё несколько часов назад, и когда Ромин вынес её из пристройки, заплаканная женщина и ещё две другие служанки бросились к нему с благодарностями. Вот только его не за что было благодарить — он при любом раскладе не успел бы остановить осквернённого призрака — девочку спас Лино.

Лино… От мыслей о нём на сердце стало муторно — парнишка впустил в себя тёмную энергию, позволив осквернить свою чистую душу, хоть и немного, но это уже начало. И даже несмотря на то, что сделал он это ради спасения ребёнка, теперь его придётся переправить. Пока ещё не поздно. И это — благодарность за бескорыстный поступок?! Несправедливо… Ромин вздохнул: когда вообще жизнь была справедливой?

Карима уже должна была запечатать подземные туннели: теперь ни призраки, ни демон, если он скрывался там, не смогут их покинуть. А Лино заманил-таки осквернённого говнюка в ловушку! Некромант поторопился к ближайшему зарешеченному стоку в канализацию.

Вонища, грязь, мусор и вездесущие крысы… Давненько ему не приходилось забираться в такие места! И ещё бы столько же их не видеть. Потом несколько часов придётся отмокать в воде, избавляясь от мерзкого запаха. Прямо сейчас он даже немного позавидовал призраку — вот кому подобные трудности были неведомы. Почувствовав, как неподалёку проявились ещё одни загородительные чары, Ромин поспешил к ним. Наставница прочерчивала косой последний узор на стене прохода и, едва заслышав его, обернулась.

— Что с ребёнком? — спросила она.

— Жива. Всё будет в порядке. Ты уже нашла их?

— Нет, но наткнулась на след демона, полагаю, его заметят и призраки.

— Тогда идём туда.

Одинаковые стены туннелей, ничем не отличимые друг от друга ответвления, сырость, убойный запах гниения и человеческих испражнений, противно хлюпающая жижа, медленно текущая в углублении стоков, а иногда и прямо под сапогами. А ещё — разгневанная женщина рядом. Романтика… Минут через пятнадцать этого увлекательного путешествия, кулон Ромина уловил то, о чём говорила наставница – слабый, пока ещё едва различимый след демона, который с каждым пройденным метром постепенно усиливался.

— Похоже, он давненько здесь обосновался, — сказала Карима, оглядываясь по сторонам.

— Ну да, места получше-то не нашлось… — проворчал в ответ Ромин.

— Почему твой призрак потащил Каста именно сюда, к демону?

— Это первое, что пришло ему в голову.

— Ты будто сожалеешь, что…

— Сожалею, — оборвал её маг. — Не нужно было просить его искать твоего сына.

— А разве не для этого ты держишь его подле себя?

Ромин ничего не ответил. Для этого… Именно для этого, ведь таков был их уговор с самого начала: Лино помогает, Ромин не отправляет его в мир духов. Вот только назойливое чувство вины от этого не становилось меньше. Мальчишка замарался из-за него…

Ещё через несколько минут, Карима заметила небольшое ответвление, из которого демонической энергией несло сильнее всего, и свернула туда. Ромин первым увидел их и, схватив женщину за руку, потянул за собой, ныряя за угол. Два призрака зависли под потолком туннеля: сын Каримы жадно поглощал тёмные испарения, а Лино просто смотрел на него, стараясь держаться в отдалении. Самого демона поблизости не наблюдалось, зато похищенные девушки были тут — все три, и на удивление живые. Одна сидела, глядя в стену пустым взглядом, вторая спала на её коленях, а третья свернулась, поджав под себя ноги, и тихонько плакала. Серьёзных повреждений Ромин на них не заметил, только синяки, да ссадины, а ещё — их руки и ноги были связаны. Демон удерживал их про запас? Пища на будущее? Нелогично. Первая девушка пропала около месяца назад, но до сих пор цела?

Лино заметил их, бросил короткий взгляд, но тут же отвернулся — видимо, не хотел выдавать. А вот второй призрак был настолько поглощён своим занятием, что даже не почуял присутствия матери. Ромин посмотрел наставнице в глаза и кивком указал на девушек, она поняла его без слов. Некроманты могли выйти из укрытия прямо сейчас, схватить Каста и развеять его душу, а потом спасти девушек. Вот только демона они в этом случае упустят. Вот если бы дождаться его… Хотя бы попытаться.

На всякий случай Карима начертила в воздухе три знака и отправила их по разные стороны от сына, создавая ловушку для душ, границы которой они не смогут пересечь. Каст не заметил и этого. Лино же оглянулся, и от этого обречённого взгляда Ромину стало совсем не по себе. Мальчишка знал, что его ждёт, но не то что не пытался уйти, а просто покорно принимал происходящее. Некроманты затаились и стали ждать.

— Ты был прав, — Где-то через полчаса сказал Каст, поворачиваясь к Лино. — Эта сила куда мощнее. Чего сам не собираешь?

— А зачем мне? — пожал плечами парнишка.

— Пригодится, собирай, — ответил призрак голосом, не терпящим возражений.

— Я… я не буду, — пробормотал Лино.

— Ты ведь уже сделал это однажды. Попробовав раз, попробуешь снова. Если не сейчас, то позже — от такого уже не отказаться. Смотри, не пожалей потом! Я закончил, мы можем уходить.

— Как? — встрепенулся Лино. — Тут ведь ещё много.

— Никто не может поглощать энергию бесконечно, малец. В меня просто больше не влезет, не сегодня, — призрак повернулся к выходу из тоннеля.

— А зачем ты собираешь её?

Ромин понимал, что Лино пытается сделать – тянет время, стараясь задержать его. Вот только вряд ли эти несколько минут что-то изменят. Похоже, не судьба им дождаться демона. Осознавала это и Карима — некромантка сделала шаг вперёд, выходя из-за угла и попутно вызывая свою косу.

— Т-ы-ы… — зашипел Каст, наконец-то заметив мать.

Он, не раздумывая, запустил в неё сгустком тёмной энергии, но для некромантки подобная атака была не более, чем жалкой попыткой, которую она отбила даже не поднимая оружия. Призрак кинулся в сторону и наткнулся на невидимую стену ловушки.

— Ты не посмеешь, — повернулся он к матери, — не сможешь так поступить со мной – не уничтожишь мою душу.

— Ошибаешься, посмею. Ты сам уничтожил себя, милый. Я должна была отпустить тебя раньше. Прости меня и прощай.

Женщина направила на сына оружие, окутанное синими всполохами. Ромин тоже вышел из своего укрытия и взглянул в глаза Лино. Светлое прозрачное лицо не отражало ничего. Ни просьб, ни жалоб, ни упрёков, лишь покорность и осознание своей судьбы. Магия смерти зацепит и его — он с Кастом в одной ловушке. Разница лишь в том, что его душа не развеется, а переправиться в другой мир. Лино лишь слегка коснулся тьмы, и душа его ещё не осквернена, но процесс уже запущен. И не обратим. Глупый, добрый мальчишка. Ромин отвернулся — он не хотел смотреть на это.

— Мама! Мама, это же я, пожалуйста!

Никчёмная попытка. Карима не смогла однажды, но она не повторяет своих ошибок, уж Ромин-то это знал. Наверное, там, куда отправится Лино, ему будет лучше, чем здесь. Он ведь останется таким же? Шумным, болтливым, неугомонным, милым? Он так хотел увидеть море… Ромин неосознанно сделал шаг вперёд, ещё один, а потом бросился к наставнице и, перехватив её руку за запястье, дёрнул косу в сторону.

— Отпусти, — сказал он.

— Что?!

— Отпусти Лино.

— Ты в своём уме? Мальчишку коснулась скверна! Она поглотит его через пару месяцев, и он станет таким же, как мой… — Слово сын она выговорить не смогла.

— Это моё дело, — ответил Ромин.

Что он вообще делает? Она ведь права, во всём права. Для Лино лучше уйти сейчас, пока он ещё может. Но почему же так тошно смотреть ему в глаза?!

— Ты привязался к нему, — прошептала женщина так тихо, что услышать её мог только он. — Ты - эгоист, которому плевать практически на всех, пожалел призрака? Как же так вышло?

— Не говори ерунды. Он просто полезен. Когда придёт время, я сам избавлюсь от него.

— Оно пришло.

— Открой ловушку, Карима, и отпусти его, иначе я сам разрушу твои чары, и ты вновь будешь гоняться за своим сыном.

— Что б тебя… — женщина отдёрнула руку, взмахнула косой и выкрикнула: — Малец, к стене, живо!

Лино рванул к границе ловушки. Каст, поняв, что происходит, сконцентрировал тьму и ухватился за плечо Лино, стараясь проскочить через барьер за ним. И у него бы вышло, но в следующую секунду произошло то, чего Ромин точно не ожидал. Ладони Лино вспыхнули огненными искрами и он, упершись руками в грудь сына некромантки, с силой толкнул его обратно, прямиком под луч синей магии, направленный Каримой. Каст истошно закричал — всё его существо охватило могильное пламя, и призрачное тело стало распадаться на глазах, обращаясь лёгким невесомым пеплом, который таял, едва коснувшись дна туннеля. Призрак взвыл в последний раз и полностью развеялся. Лино опустился ниже, да так и завис у стены, глядя ничего не выражающим взглядом на место, где только что находился другой дух. Ромин подошёл к нему. Теперь для некроманта было очевидно, кем являлся мальчишка при жизни, вот только вопросов стало ещё больше. Маг… Маг огня? Но как же так? Маги не становятся призраками, практически никогда.

— Ты знал, что обладаешь даром? — спросил Ромин, заглядывая в бесцветные глаза.

— Да, — тихо и как-то слабо ответил тот. — Только я потом пошевелиться не могу, тяжело…

— Ты был магом.

— Я догадывался.

— Почему не рассказал?

— Это важно? — голос Лино стал ещё тише.

— Да. — Ромин внимательно осмотрел призрачное тело мальчишки, и его удивление стало ещё больше. Скверны не было! Совсем! Но всего пару минут назад Ромин явно видел её присутствие. — Ты выжег скверну? — выдохнул он.

— А? Я? Я… не знаю.

— Ромин! — Маг обернулся. Карима уже находилась возле перепуганных девушек, и он подошёл к наставнице.

— Выведешь их? — спросил он.

— Незачем, — тихо ответила она. — Они беременны.

Проклятье! Ромин сжал кулак и с силой ударил по стене. Демон плодил отродье! Вот почему они все ещё были живы — чтобы выносить плод. Вот только демоническая тварь разорвёт свою носительницу изнутри, когда будет появляться на свет. И никакими средствами плод во чреве не убить, так что девицам уже вынесен неизбежный приговор.

— Ты сам? — спросила Карима.

Ромин взглянул на Лино и отрицательно покачал головой.

— Отведи их подальше, — прошептал он, и она кивнула в ответ.

— Мин, его нужно показать Совету. Призрак мага? Так не должно было случиться. Мы не становимся призраками просто так. И… — она замолчала, не договорив.

— Что ещё?

— Нет, ничего.

— Скажи.

— Может, в другой раз.

Карима подошла к девушкам и помогла двум из них подняться, третья встала сама. Вчетвером они медленно побрели по туннелю. Ромин вернулся к Лино и устало сел рядом.

— Демон не придёт?

— Очень сомневаюсь. Мы здесь так нашумели и наследили, что он и носа сюда не сунет. Наверняка уже уносит ноги куда подальше.

— Но вы спасли девушек.

— Угу, — Ромин кивнул и прикрыл глаза.

«Не спасли, Лино, не спасли…» Он видел глазами Лино и заглянул в его душу. Такой чистый, светлый, искренний и ранимый, готовый рискнуть собой, защищая других. Так что сегодня — хотя бы сегодня! — ему лучше остаться в неведении.

Ромин знал, что сделает Карима, знал до мельчайших подробностей. Будто наяву видел, как она достаёт тонкую кожаную перчатку-проводник, с наложенными на неё чарами. Как надевает её на руку и касается обнажённого участка кожи девушки. Как магия смерти безболезненно проникает в девичье тело. Как навсегда закрываются широко распахнутые в немом удивлении глаза, как останавливается сердце, а сила идёт дальше — к отродью в чреве, чтобы умертвить и его. Он видел, как умеет убивать Карима. Да о чём он? Он сотни раз убивал сам, может, порой, не так чисто, как это делает она — всё-таки ему ещё не четыреста лет.

Великий дар – некромантия. Многие маги считают именно так, кто-то даже завидует. Если кто-то считает смерть даром, то он безнадёжный глупец. Ромин уж точно не считал свои силы даром, скорее проклятьем.

— Ромин… Почему ты остановил её? Ещё до того, как я использовал искры. Ты… ты же не знал, что я выжгу скверну! Я и сам не знал.

— Почему? Хороший вопрос, но я не уверен в ответе. Может, потому, что чувствовал себя виноватым? А может потому, что привык к твоей болтовне, и теперь мне будет скучно без неё?

На лице Лино отразилось подобие улыбки. Могут ли призраки спать? Ромин знал, что нет, но прямо сейчас мальчишка будто засыпал.

— Иди, — заговорил Лино вновь через пару минут. — Я прилечу на постоялый двор, когда смогу двигаться.

— Я посижу с тобой.

— Но здесь грязно.

— А ещё жутко воняет, хотя, кажется, я уже привык к запаху.

— Ромин...

— Помолчи уже и отдыхай. Чем быстрее наберёшься сил, тем быстрее мы уйдём отсюда. А потом… Потом поедем к морю, как ты и хотел.

_

(настоящее время)

Ромин открыл глаза и посмотрел на соседнюю кровать. Лит мирно спал. Воспоминания… Его опять захлестнули воспоминания. Да, только ими он и жил последние семнадцать лет, раз за разом пытаясь хотя бы так вновь увидеть Лино. Лино, с ослепительной улыбкой, стоявшего в лучах солнца, что проходили сквозь него. Лино, грустно смотревшего вдаль. Лино, который кричал на него, выплёскивая свою обиду или недовольство – единственного, кто смел кричать на него. Лино, спасающего его ценой своей призрачной, но всё же жизни.

У этого мальчишки, что — на роду написано жертвовать собой? Один раз, второй, третий… «Ну нет, милый, не в этой жизни. Ты больше никогда не принесёшь себя в жертву. Нет, пока я жив».

Ромин поднялся и неслышно подошёл к постели Илита. Присев рядом, он осторожно коснулся его щеки. Тёплый, осязаемый и с такой нежной кожей… Невероятное ощущение – касаться его! Мужчина провёл кончиком пальца чуть ниже, задевая мягкие губы. Какая же это пытка – иметь возможность, но не иметь на это права. Если бы он мог обнять, просто обнять и прижать к себе, уткнувшись носом в лохматую огненную макушку. Ромин убрал руку и застыл рядом, с нежностью глядя на спящего парнишку. Крепко же тот спит — он сам уже проснулся бы, ещё от первого прикосновения, но Лит даже не шелохнулся.

Что он видит в своих снах? Академию? Друзей? Ребятню с младших курсов, с которой любил возиться? Или, быть может, в них проскальзывают кусочки прошлого, спящие глубоко в его разуме? О чём он думает? Что любит? Чего желает? Ромин так мало знал об этом новом Лино, но хотел знать всё, потому что уже любил его.

Лино, Лит, Илит, Ил, Нитан – не важно. Сколько бы Ромин ни сравнивал, сколько бы отличий или сходств ни находил – это всё ещё он — чистая призрачная душа. Он тот же! За сотню лет Ромин видел многое: смерти, горе, боль, отчаяние, страхи тысяч людей. Что-то он испытывал и сам, но никогда в его сердце не было страха. Он мог стоять один на один против самого ужасного демона, но не боялся и тогда, потому что никогда не страшился смерти. Но сейчас…. Теперь Ромин знал, что значит страх. Знал, как он проникает во всё твоё существо. После стольких прожитых лет, единственный, кто заставил его испытывать страх — этот мальчишка. Больше всего на свете Ромин боялся потерять его вновь. Нет! Этого никогда не случится. Он скорее сам умрёт, чем снова увидит, как погибает Лино.

Парнишка заворочался, а потом нехотя открыл сонные глаза и посмотрел на него.

— Нам… нам пора собираться? — чуть осипшим ото сна голосом прошептал он.

— Нет, — покачал головой Ромин, — поспи ещё немного.

Лит кивнул, перевернулся на другой бок и моментально уснул вновь.

Ещё немного… Ещё немного посмотреть на него, вот так. На такого милого и родного, чтобы завтра утром опять притворяться циничным и отстранённым, чтобы пережить ещё один день, делая вид, что тот просто ученик, а не самый дорогой на свете человек… «Поспи ещё, Лит. Дай мне это время».

Глава 7. Ну теперь-то точно демон?

— Ну, ты идёшь? — Ромин заглянул в соседнюю комнату и так и застыл на месте, глядя на Лита. — Это что за штаны?

— А? Что не так-то? — Удивлённо глянул тот на свои ноги.

Да он издевается! Какого они так обтягивают задницу?! Такую аппетитную и наверняка упругую задницу, а ещё стройные ножки… Сейчас бы подойти и погладить их, а потом сжать эту манящую попку. Ромин отвернулся и от досады прикусил щёку.

— Не слишком ли они… узкие? Бегать удобно будет? — бросил он Литу, переводя сбившееся дыхание.

— Нормальные они, мне удобно, — парнишка обошёл его и направился к выходу из дома. — Сначала у нас осмотр тела, правильно?

— Ага, — отстранённо ответил Ромин, а сам вновь уставился на аппетитные тылы Лита. О, боги, кажется сегодня ему понадобиться ещё больше терпения.

Очередное задание привело их в Барест – небольшой городок на севере Гангоры. Запрос о помощи подал лично глава города, собственно в его доме маги и остановились. Господин Вуно – так звали наместника – встретил их у самых ворот города, а когда Ромин открыл было рот, заикнувшись о ванне и отдыхе на постоялом дворе, тут же пригласил их в свой дом, заверяя, что уважаемым магам там будет удобнее. Собственно, отказываться некромант и не собирался, да и к чему тратить лишние деньги на съёмную комнату, когда тебе предлагают личные покои, слуг и великолепное трёхразовое питание. А про большую купальню с горячей водой и говорить не стоило. Может, дельце затянется... хотя бы недельки на две? А лучше на три. Расставаться с купальней уже не хотелось.

Ромин усмехнулся. Он успел позабыть, каково это – просто радоваться жизни и обычным приятным вещам. Думал, что давно стал безразличным ко всему, но, стоило провести рядом с Литом три недели, и всё вернулось. Желания, эмоции, переживания – всё, как и раньше. Кажется, он даже улыбаться стал чаще, как в прежние времена.

— Ну и кто копается? — Лит выглянул из-за угла и недовольно посмотрел на него.

Ах, да! Труп. Они же идут осматривать труп.

Если во всём мире осень ещё только вступала в свои права, то здесь – практически на самом севере – уже чувствовалась поступь зимы. Хоть снег ещё толком и не выпал, но ветер с гор уже пробирал до костей. Ромин посильнее укутался в плащ и даже накинул капюшон, но это не сильно помогало. А вот Лит спокойно шагал рядом в одной легкой курточке. Он же больше не призрак, неужели не чувствует холода? И за те две недели, что они добирались сюда, Лит ни разу не пожаловался. Ромин внимательно посмотрел на него и только теперь понял почему. Парень ведь маг огня! Это Лино мог использовать только те небольшие силы, что остались у него после смерти, а у Лита полноценный дар. Он просто создал вокруг себя тепловой купол! Интересно, Ромин скоро привыкнет к этому? И долго ли ещё он будет их сравнивать?

— Не хочешь поделиться? — спросил некромант, продолжая рассматривать паренька.

— Чем? — не понял его Лит.

— Куполом. Здесь, как бы, совсем не жарко.

— Ой, — в карих глазах промелькнуло осознание и толика вины, — Прости, я не подумал.

Лит протянул к нему руку, коснувшись запястья, и от этого места тут же стало расползаться тепло, через несколько секунд окутавшее всё тело. Вот так гораздо лучше.

— Спасибо, — тихо поблагодарил Ромин.

— Почему тело находится в казармах? — спросил Лит через пару минут.

— А где ты предлагаешь его хранить? В доме родных? Они и так, должно быть, в печали, а если ещё будут вынуждены каждый день смотреть на труп, дожидаясь нашего приезда…

— Ты прав. — Мальчишка печально выдохнул. — Сколько людей гибнет от рук демонов?

— Много. Хоть мы и стараемся это изменить, всё ещё слишком много.

До самых казарм Лит больше не сказал ни слова. На улице их уже ждали: должно быть наместник сообщил, что маги отправились сюда.

— Господа, — высокий крупный мужчина поднялся со скамьи, как только они приблизились, — Я начальник стражи – Зелер, готов оказать любое содействие или помощь.

— Ромин, а это мой ученик – Лит, — ответил Некромант, протягивая руку для приветствия.

— Вообще-то Илит, — тихонько пробубнил тот себе под нос.

— Так что, господин Ромин, сразу осматривать тело? Его специально не хоронили, вас ждали, — мужчина толкнул массивную дверь, пропуская мага вперёд.

— Сколько дней прошло? — спросил некромант.

— Как нашли-то? Да уж семь поди.

— Где обнаружили?

— В яблоневом саду, за городом. Вот чтобы он мог там делать, урожай-то давно собран. У нас тут лето короткое.

— А нашёл кто, раз ходить туда больше незачем?

— Так садовые же. Они корни к зиме укрывать пошли, вот и нашли.

Следуя за Зелером, они спустились в подвал, где находилось несколько камер. Сейчас все были пусты.

— Заключённых держат прямо в казарме? — удивлённо спросил Лит, оглядываясь по сторонам.

— Так городок маленький, преступников почти и не бывает, не строить же отдельную тюрьму. Да и не держим мы никого долго: либо штраф, либо рудники.

Тело оказалось в одной из камер. Чтобы не марать и так захудалую койку, его положили на пол. Ромин вошёл и быстро оглядел труп: мужчина чуть старше пятидесяти, весьма крупный. Уже распух и, судя по запаху, начал разлагаться, но это всё естественные явления. А вот дыра на темечке, пробитая ровным маленьким кругом, — уже необычно. Ромин обошёл несчастного и заглянул в рану на голове. Мозг отсутствовал. Совсем. Будто кто-то вылакал его до последней капли. Хотя почему будто? Скорее всего, именно так и было.

От изучения Ромина отвлекли торопливые шаги рядом, а потом лязг металла. Он обернулся – Лит, опершись рукой о стену в углу камеры, склонился над железным ведром, через секунду его вырвало.

— Похоже совсем зелёный, — беззлобно хмыкнул стражник.

— Да. Только окончил академию. — Ромин поднялся и, подойдя к пареньку, протянул лоскут ткани, вытащенный из недр сумки. — Ты как?

— Нормально, — бросил Лит, рывком взял тряпку и отвернулся.

— Не стоит так переживать. Это твой первый покойник, совершенно нормальная реакция.

— Кто тут переживает? — огрызнулся тот, взглянул на изуродованную голову мертвеца, тихонько застонал и вновь склонился над ведром, отправляя туда то, что ещё оставалось от завтрака.

Ромин вернулся к стражнику.

— Что по поводу семьи погибшего, опрашивали?

— А надо было? Это ж не обычное убийство, мы и не подумали их о чём-то спрашивать, сразу сообщили магам и подали запрос. Или мы ошиблись и его это… кто-то из местных?

— Да нет, всё правильно вы сделали. А родные просто должны знать, где он бывал, с кем встречался. Нужно же с чего-то начинать поиски. Так кто у него, говорите?

— Две дочери. Одна взрослая, вторая мелкая совсем. Жена умерла два года назад. Его Кореном звали – фермер. Дом на восточной окраине города стоит, я скажу своим ребятам, они вас проводят. И вообще: если какая помощь нужна, вы только кликните.

Ромин кивнул и посмотрел на Лита. Парнишка, зажав рот и нос тряпкой, приблизился к телу и с явным отвращением осматривал его голову. Маг хотел было остановить его, но потом передумал. С одной стороны, некромант хотел бы огородить парнишку от подобных зрелищ, но с другой – Лит должен стать сильнее, чтобы Ромин мог чуть меньше боятся за него. Через пару минут тот отвернулся от покойника и прошмыгнул к выходу из камеры. Ромин пошёл за ним.

— Его мозг ведь съели, не так ли? Это демон? Теперь-то точно демон? — тихонько спросил Лит, стараясь не привлекать внимание стража, идущего впереди по коридору.

— Ага.

— Он довольно крупный. Я имею в виду погибшего. Но я не заметил следов борьбы. Всё, кроме головы цело. Значит, он не заметил, как на него напали? Демон был в человеческом обличии?

— Скорее всего.

— Мы осмотрим место смерти?

— Вряд ли мы найдём там что-то стоящее, кроме остаточной энергии демона, но если ты хочешь, почему бы и нет. Только сначала поговорим с дочерьми этого фермера.

Старшей дочери оказалось около двадцати. Хорошенькая: милое личико, большие зелёные глаза, длинные ресницы, чуть вздёрнутый носик и тело что надо – стройная, но не тощая и с приличным размером груди. Несмотря на то, что девушка была явно опечалена смертью отца, Ромин произвёл на неё впечатление, и уже через пятнадцать минут разговора она стала довольно умело строить ему глазки. Раньше он бы воспользовался случаем, не задумываясь, и нынешнюю ночь провёл бы в объятиях фермерской дочки, но это было раньше. Ромин вздохнул и глянул на Лита, который разговаривал неподалёку с младшей сестрой. Вот он – причина всего. Только из-за него, все эти жаркие и страстные ночи перестали приносить то удовольствие, что доставляли раньше.

— Так вы не знаете, почему ваш отец мог отправиться в яблоневый сад? — некромант вновь вернулся к разговору с девушкой.

— Даже не представляю. Он каждое утро уезжал развозить свежее молоко в квартал мастеровых и к обеду всегда возвращался. Но... сад? Мы ездили туда пару раз летом, а сейчас-то там что делать? Стражники вернули нам повозку пару дней назад — сказали, что нашли неподалёку, а вот коня так и не нашли. Он вообще-то умный был, сам бы вернулся. Но, я так полагаю, что тварь, добравшаяся до моего отца, убила и лошадь. Вы ведь найдёте его, господин? Вы найдете этого демона? — девушка протянула руку и как бы невзначай положила её на грудь Ромина. А глаза-то, глаза! Такими глазищами явно просят не о поиске убийцы.

— Обязательно найду, — некромант перехватил девичью руку и медленно отодвинул от себя, — если вы вдруг вспомните что-то ещё о том дне или что-то странное, что замечали недавно, сообщите.

— И где же мне вас найти?

— Можете рассказать начальнику стражи, он передаст. Лит, мы уходим. — позвал он ученика.

Парнишка обернулся, потом мило улыбнулся младшей девчушке и поспешил к нему.

— Что узнал? — спросили они одновременно, выходя за ворота фермы. Ромин кивнул Литу, давая понять, что хочет услышать его первым.

— Да она ничего толком не знает. Онни – так зовут девочку – как обычно с утра помогала сестре доить коров, а потом они вместе проводили отца. Она скучает, — Лит расстроено обернулся на отдаляющийся домик, — у неё глаза заплаканные. А у тебя как?

— То же самое, слово в слово.

— Зато я воочию увидел, как ты очаровываешь девушек, — Лит усмехнулся.

— Что, прости? — Ромин так и застыл посреди дороги.

— Да ладно тебе. Только малые дети в академии не слышали о твоих… м-м-м… как бы сказать? Любовных победах? Так и помню, как кто-то сказал однажды: «Магистр Ромин великий маг и мастер своего дела, да ещё и спит со всеми, кто хоть немного симпатичен».

Спит со всеми!? И кого убить за такие слова? Нет, может раньше они и были вполне правдивы, но уже более двадцати лет прошло с тех пор, как список его похождений сократился до практически одного пункта! Ромин сузил глаза и посмотрел на Лита.

— А себя ты симпатичным не считаешь?

— А? Так я же твой ученик.

— И?

— Ну не станешь же ты соблазнять ученика? — Лит наивно распахнул глаза.

— Кто такое сказал? Я же сплю со всеми, кто хоть немного симпатичен.

Ромин хитро ухмыльнулся и пошёл дальше, оставляя озадаченного паренька позади. «Со всеми, говоришь? Нет, милый, мне давно плевать на всех. Ты – моя цель!»

Яблоневый сад оказался весьма большим. Как и говорил начальник Зелер, почва вокруг деревьев была укрыта на зиму насыпями и тряпицами. С помощью своего кулона, Лит быстро обнаружил остаточную энергию демона и место убийства, а потом он нашёл ещё более старый след, и ещё один, а затем и вовсе едва различимый. Вот это Ромину совсем не понравилось – демон приходил сюда не единожды. Некромант призвал косу и коснулся ею земли, просто чтобы проверить, и магия смерти откликнулась.

— Что это? — восторженно и немного с опаской спросил Лит, разглядывая оружие некроманта, на рукояти которого проступила вязь символов.

— Оно нашло трупы. Там, — Ромин указал рукой направление, — шесть тел. Все зарыты.

— Но… Но почему же тогда нынешнее не спрятано вместе с остальными?

— Скорее всего потому, что демона спугнули. Он просто не успел его закопать, — Ромин взмахнул косой, и та исчезла так же быстро, как и появилась. — Я ошибся, когда брал задание. Это вовсе не слабый демон. Лит, не смей никуда ходить без меня. — Парнишка кивнул, а маг лишь пристальнее уставился на него. — Надеюсь, это был кивок полного согласия?

— Да понял я всё, понял. Обещаю — и шага без тебя не ступлю.

— Отлично. Идём к начальнику стражи. Узнаем, кто пропадал в городе последнее время.

— А те тела? Разве не нужно раскопать их или сообщить главе города? — неуверенно спросил Лит.

— Потом. Не стоит сейчас давать демону понять, что мы нашли его захоронения.

_

Ромин вытащил из своей походной сумки целую стопку тетрадей в чёрных кожаных обложках и протянул несколько Литу.

— И что это?

— Мои записи. Кажется, я встречал уже нечто подобное, вот только не могу припомнить детали.

— Ты не помнишь убитых демонов?! — удивлённо выдохнул парнишка.

— Шутишь? Их было уже больше тысячи, как я могу их всех помнить? Я давно уже делаю короткие записи, после каждой охоты.

Лит присел на край кресла и положил на стол перед собой первую из выданных Ромином тетрадей. Сам некромант взял другую и сел в соседнее.

Разговор с Зелером не особо пролил свет на происходящее. Когда Ромин спросил о пропавших людях, страж искренне удивился и сказал, что у них никто не пропадал – городок маленький, и если бы кто-то исчез, это не осталось бы не замеченным. Но трупы в саду говорили об обратном, и Ромин сделал вывод, что демон убивал приезжих. Хитрая и изворотливая тварь не хотела привлекать внимание. Тогда возникал вопрос, почему в этот раз жертвой стал местный, но маг нашёл ответ и на этот вопрос – заезжих торговцев не было с начала лета, а посыльный приезжал в город в последний раз в то же время, и стражник лично видел, как тот мужчина выехал за ворота города. Один. Значит, в тот раз твари не удалось поесть, и она изголодалась, вот и напала на фермера. Оставалось понять: с кем же они имели дело.

— Ромин… — тихо позвал парнишка, и маг по привычке протянул руку и перевернул ему страницу.

Только через несколько секунд он осознал, что сделал, и резко повернулся к Литу. Тот сидел как ни в чем не бывало, подперев подбородок рукой, и внимательно вчитывался в содержимое. Что это было?! Лит сделал это неосознанно? Подсознательно? Так делал Лино! Зависал над книгой и каждые пять минут дёргал Ромина, чтобы тот перевернул ему страницу. Вот только Лино не мог прикоснуться к книге, а Илит может. И что же тогда это было? Через минуту юноша нахмурился и повернулся к нему.

— Ты что, смотришь на меня? — Он и правда не понял, что сделал? Даже не заметил? — Эмм… Ромин?

— Да я тут думаю над твоими словами, — ответил некромант, приходя в себя.

— Какими?

— Ты и правда симпатичный.

Мальчишка тут же вспыхнул и отвёл взгляд.

— Ты ведь пошутил тогда, а сейчас просто дразнишь меня?

В дверь постучали, Ромин встал и пошёл открывать. «Да, да. Можешь пока думать именно так, милый». На пороге оказался один из слуг наместника.

— Простите, господин маг, там девушка пришла – дочь погибшего Корена. Просит вас. — Слуга поклонился и ушёл.

— Я и не знал, что у вас уже назначено свидание, — Лит на кресле тихонько хихикнул в кулак. — Неужто прямо здесь, в доме наместника? — а глаза-то ехидные.

— Точно. Пойду по-быстрому пересплю с ней, прямо за портьерой, — бросил Ромин, выходя из комнаты.

Девушка ждала в большой гостиной и, едва завидев мага, расплылась в улыбке.

— Не припомню, чтобы говорил вам, где остановился, — сказал Ромин, подходя ближе.

— Мне сказал начальник Зелер. Я тут вспомнила: один из друзей моего отца, с которым он иногда выпивал — господин Крет — живёт неподалёку от сада. Может, папа заезжал к нему?

— Я узнаю, спасибо. Это всё, что вы вспомнили?

— Ну, — девушка немного замялась и отвела взгляд, чересчур наигранно по мнению Ромина. — Я подумала: может вы хотите прогуляться, или поужинать? Я хорошо готовлю.

— Простите, но я приехал сюда исключительно ради демона.

— Да, конечно, — девица смутилась, — тогда я пойду.

— Хорошего вечера, — улыбнулся Ромин одними губами, провожая её взглядом, а потом обернулся. Лит стоял на лестнице и смотрел на него. Любопытство?

— Мы пойдём к этому господину Крету? — спросил парнишка, спускаясь.

— Завтра.

— А ночной осмотр города?

— Мы ничего не найдём. Демон живёт в чьём-то доме, и, полагаю, он проявляет свои силы только когда питается. Так что я собираюсь поужинать, а потом отдохнуть в купальне. Ты со мной?

— Куда? В купальню?

— Ну, если хочешь потереть мне спинку…

— Обойдёшься, — фыркнул Лит, алея щеками, и побежал в свою комнату.

_

Уже ночью Ромин нашёл-таки то, что искал в своих записях. Он и правда встречал подобного демона, высасывающего человеческий мозг. Это было пятьдесят восемь лет назад на севере Базарвии. Вот и сейчас они на севере, только страна другая. Похоже, тварь предпочитала места попрохладнее. А ещё она редко питалась, не чаще раза в полгода. Если здешний такой же, то живёт он тут уже года три-четыре. И проблема в том, что это может оказаться любой житель города, потому что, скорее всего, тварь приняла облик своей первой жертвы, а высосав мозг, кроме пищи, получила ещё и память этого человека. Лит уже давно уснул прямо в кресле, в обнимку с тетрадью Ромина. Мужчина подошёл и, осторожно забрав её, укрыл мальчишку.

Наутро, сразу после завтрака, они отправились на окраину города к другу погибшего.

— Как же ж, был! Заезжал прямо в тот день. Как молоко развёз, так и приехал, — запричитал полный мужчина лет шестидесяти, как только Ромин задал первый вопрос. — Если б я знал, что это важно, я б сразу сообщил страже. Господин маг, вы ведь найдёте это отродье, что сотворило такое с Кореном?

— Именно это я и пытаюсь сделать, — ответил Ромин. — Вы не видели, куда ваш друг поехал потом? Может, разговаривал с кем?

— Да мы договорились встретиться в трактире на следующий вечер, и я пошёл на свои проклятые грядки. Ах, если б знал… Если б знал, что вижу его в последний раз.

Ромин вздохнул, а мужчина всё продолжал причитать. Некромант взглянул в сторону — у соседнего дома девчушка лет десяти рисовала цветочки, водя палкой прямо по земле, а Лит с улыбкой уже о чём-то беседовал с ней. Любит же этот пацан детей, прямо светится рядом с ними. Девчушка подпрыгнула, весело смеясь над чем-то сказанным, и в этот момент Лит отступил от неё на шаг и побледнел, а потом тут же попытался вернуть на лицо улыбку. Малышка подбежала к нему, взяла за руку, покружилась, а затем ускакала в дом. Ромин поспешил к пареньку, не дослушав нытьё и сожаления толстяка.

— Что случилось? — спросил маг, подходя к Литу.

— Ты о чём?

— Ты побледнел.

— Правда? Наверное, не выспался. Полночи вчера читал твои записи, после таких страшилок вон даже мерещится всякое.

— В каком смысле: мерещится?

— Ну, мне на секунду показалось, что у девочки лицо странное. Говорю же — не выспался.

Странное лицо? Ромин взглянул на дом, в который убежала девчушка. Скажи подобное кто угодно другой, он бы не обратил внимание. Кто угодно, но только не Лит. Что, если его странный дар — видеть демонов под личиной людей, остался с ним и после перерождения, только теперь проявлялся не так открыто? Значит, она? Девочка? Ребёнок, который не вызовет подозрений – удобная маска. И заманить жертву проще простого. Кто откажется поговорить или поиграть с маленькой девочкой, особенно если сам родитель?

— Идём, — Ромин схватил Лита за руку и повёл за собой.

— Куда?

— В яблоневый сад.

— Мы же вчера там были, ты думаешь найти что-то ещё?

Ромин не стал отвечать, а лишь ускорился. Добравшись до места захоронения тел, маг призвал косу и, направив её в землю, пустил по ней магию смерти. Через пару минут из почвы на свет появилась первая рука мертвеца, а затем выползло и всё тело. Лит рядом охнул, зажал рот ладонью и прикрыл глаза.

— Ты… Ты не мог предупредить? — прошептал он и отступил на пару шагов назад.

— Я должен вытащить их, чтобы проверить кое-что, — бросил Ромин, наблюдая, как за первым телом стало выползать второе.

— А по-человечески откопать их нельзя?

— Слишком долго.

У каждого выбирающегося из-под земли мертвеца на темечке наблюдалась такая же ровная, круглая дыра, как и у нынешнего трупа. Первые два ещё были в полусгнивших одеждах, кое-где с костей свисали куски плоти. От остальных же остались практически одни скелеты. Самыми последними из земли выползли останки маленького ребёнка, судя по росту лет шести или около того.

— Вот она, — тихо сказал Ромин, — девочка, с которой ты недавно разговаривал.

— С чего… С чего ты взял? — пролепетал Лит, с ужасом глядя на тела, которые застыли перед некромантом молчаливым строем.

— Потому что ты увидел внутри неё демона. Тебе ничего не померещилось, Лит.

— Но разве маги могут такое? Если бы мы умели просто видеть демонов, зачем тогда все эти кулоны, обнаруживающие чары, и зелья?

— Не могут, но… Раньше я знал одного мага, который мог. То, что ты сказал недавно, было похоже на то, что видел он.

— И только? Ты решил, что та девочка демон, просто потому, что мне что-то привиделось? Не считаешь, что этого недостаточно?

— Этого тела тебе тоже недостаточно? — Ромин указал на маленький скелет.

— Это может быть любой ребёнок.

— Что ж, тогда ты увидишь, что я прав, когда мы придём за ней. — Ромин указал косой на город, и мертвецы тут же зашевелились. Со скрипом переставляя свои костяные ноги, они направились в указанном направлении.

— Что ты делаешь?! — встрепенулся Лит и, подлетев к учителю, ухватился за его запястье. — Ты ведь… Ты же не отправил их в город?!

— Просто смотри, — маг вновь взял его за руку и потащил за собой, только они пошли не той дорогой, которой отправились мертвецы.

— Мы же перепугаем жителей, — выдохнул недовольно Лит, но Ромин ничего не ответил, продолжая идти.

Когда они оказались неподалеку от домов девочки и господина Крета, некромант отпустил руку паренька и указал на жилище старика.

— Иди к нему и предупреди, чтобы никто не покидал дом.

Лит кивнул и тут же побежал выполнять поручение. Ромин же подошёл к дому, где скрывался демон, и постучал. Дверь открыла относительно молодая женщина.

— Чем могу помочь? — удивлённо спросила она, глядя на него.

— Я тут недавно видел девочку лет десяти, это ваша дочь?

— Да, — женщина удивилась ещё больше. — А что случилось-то?

— Сочувствую, — прошептал Ромин, а потом быстро вскинул руку и дотронулся до её шеи, посылая немного магии.

Глаза женщины тут же закрылись, и она стала падать прямо в руки мага. Ромин подхватил её и отнес к соседскому забору. Пока он осторожно клал её на землю, на крыльцо выбежал Лит.

— Присмотри за ней, — бросил Ромин и собрался было вернуться к её дому. Но этого не понадобилось.

Девочка стояла на пороге и смотрела на него злым взглядом неестественно белых глаз, её рот искривился, а губы стали вытягиваться в длинную узкую трубку. Лит позади тихо выругался. Вот как она питается – этими нечеловеческими губами пробивает череп и высасывает мозг. Позади дома послышалось кряхтение и шипение. Вот и мертвецы подоспели.

Девочка-демон ловко подпрыгнула, оказываясь на крыше, и тихо что-то сказав, отправила в первого ожившего покойника, выбежавшего из-за угла, сгусток магии. Скелет тут же превратился в ледяную статую. Стало понятно, почему эти демоны предпочитают север — их магия нуждалась в холоде. Ромин потянулся к поясной сумке, собираясь достать огненные зелья, чтобы ослабить силы твари, но потом вспомнил о Лите. Мальчишка ведь источник огня.

— Лит, — позвал Ромин, не оборачиваясь, — создай вокруг дома стену огня, или что-то похожее.

Парнишка не стал ничего спрашивать, а через пару секунд Ромин почувствовал, как резко потеплело вокруг. А ещё через секунду вокруг дома вспыхнули пять столпов огня. Демон на крыше противно взвизгнул. За это время она успела заморозить ещё три скелета, но теперь, как и предполагал Ромин, больше не могла использовать свою силу. Хитрая тварь бросилась вниз, прямиком к ледяным статуям. С силой ударив изменившейся — больше не человеческой — рукой, разбила в ледяную крошку одного из застывших мертвецов. Видимо, поняла, что они вскоре просто оттают, и решила добить тех, кого уже заколдовала. Некромант начертил острием в воздухе зеленоватый знак и отправил атаку в неё. Девочка отпрыгнула за одного из замороженных скелетов, и удар пришёлся по нему, кроша кости в пыль. Один из столпов огня уменьшился, а затем и вовсе потух.

— Прости, — пробормотал Лит, — я пока не могу удерживать их подолгу.

— Ничего, она умрёт раньше, чем погаснет последний.

Ромин перехватил оружие покрепче и направился к демону сам. Демоница ловко отбивалась от двух, всё ещё способных сражаться, мертвецов: одному она уже оторвала руки, второй бегал за ней без головы. Заметив приближение мага, она повернулась, и её губы сложились в подобие злобной усмешки.

А потом она оттолкнулась от земли и на огромной скорости понеслась к Литу. Кажется, сердце Ромина в этот момент перестало биться. Лино… Только не Лино! Он отправил ей вслед заклятье и бросился наперерез.

Парнишка тоже не сплоховал. Он немедленно погасил все столпы и сосредоточил силы на огненном щите, прикрывая себя и женщину, лежавшую рядом без сознания. Вторым посланным заклятьем Ромин достал-таки тварь, и та, не успев увернуться, припечаталась прямиком к щиту Лита. Демоница неистово завизжала, при столкновении с огнём её руки стали плавиться на глазах, будто она и сама была сделана из льда, которым атаковала. Несмотря на своё состояние, она вновь попыталась добраться до парнишки, щит которого ослаб после первого удара, но Ромин был уже рядом. Он перехватил Лита за талию, прижал к себе и одним мощным ударом косы разрубил тварь на двое. Она даже не успела издать предсмертного крика, лишь оплавленные руки дёрнулись перед тем, как она умерла.

Ромин так и продолжал стоять и смотреть на её тело, не разжимая рук. Она оказалась слишком опасной. Слишком близко подобралась к Лино! Сердце продолжало истошно биться. Он оказался не готов… Не готов так рисковать мальчишкой. Не готов увидеть, как на него несётся демон…

— Эм… — Лит шевельнулся в его руках. — Ты уже можешь меня отпустить.

Отпустить? Это вряд ли. Прямо сейчас он был просто не в силах разжать руки. Ещё немного. Просто постоять так ещё немного, просто слушать его дыхание.

— Ты убедился?

— Что?

— Девчонка оказалась демоном. Теперь веришь в то, что тебе не померещилось?

— Наверное, — парнишка задумчиво склонил голову.

— Впредь, если что-то заметил, не игнорируй это и сразу говори мне.

— Хорошо, а теперь ты…

— И по поводу того разговора, — Ромин склонился ниже и продолжил говорить прямо в розовеющее ухо Лита. — Я в самом деле считаю тебя весьма симпатичным. Нет, не так – ты красивый. А ещё: если ты снова наденешь эти облегающие штанишки, я за себя не отвечаю, — он легонько хлопнул парнишку по попе и наконец отпустил его.

Лит отскочил на несколько шагов и бросил на него убийственный взгляд.

— Да я сегодня же их сожгу!

— Жаль, они только начали мне нравиться.

Глава 8. Чистая энергия

(Воспоминания Ромина, примерно 41 год назад)

— Ого! Он потрясающий, да ещё и просто огромный! Ромин! — Лино взлетел повыше и оттуда с восторгом смотрел на город, виднеющийся вдали.

Да, Ларвия впечатляла, особенно тех, кто видел её впервые. Это был самый большой город в мире, и по мнению Ромина — самый красивый. Здесь не увидишь унылых, серых, неприглядных домиков, но и аляпистости и вульгарности, как в том же Камзане, тут не встретишь. Несмотря на то, что все постройки в Ларвии были цветными и яркими, это смотрелось гармонично, а расписанные или украшенные резьбой дома выглядели дорого и изысканно.

— Ромин! Ромин, я вижу корабли, — призрак вихрем спустился к нему и недовольно глянул на коня. — Эта кляча не может двигаться быстрее? Мы так до вечера будем тащиться.

— Ты же знаешь, это единственная лошадь, которую я смог купить в той деревеньке. И чего ты вообще меня ждёшь? Лети вперёд, — усмехнулся некромант.

— Ага, в город магов? Меня же увидят, и что тогда делать?

— Ни один маг, кроме некроманта, не сможет причинить тебе вреда, а их там точно нет. А если кто и заговорит с тобой, просто скажи, что ты со мной.

— Нет уж. Я лучше войду в город вместе с тобой. — Мальчишка бросил короткий взгляд в сторону Ларвии. — Ромин, а мне можно будет весь его осмотреть? — Маг кивнул. — И академию? — Снова кивок. — И замок верховного мага, и лаборатории, и даже хранилище?

— Да смотри, что хочешь, только не надоедай мне! — воскликнул Ромин.

— Ух, злючка, — Лино обиженно надул губы и снова полетел вверх.

Пожалуй, в академию первым делом они и заедут. Учителя и ректор Бенет должны точно знать, кем был Лино. Город, как обычно, встретил Ромина суетой и весёлым гомоном. В отличие от других городов, здесь маг не встречал хмурых, мрачных или несчастных людей. Быть может жизнь в непосредственной близости с магами делала их более радушными и беззаботными? А может они тут просто зажирели и изнежились, живя в безопасности и достатке, ведь большинство ларвийцев в глаза не видали той грязи и мерзости, что творится в остальном мире.

Ромин повернул коня прямиком к академии. Хоть он и устал с дороги, и ванна с кроватью сейчас выглядели особенно привлекательно, но желание узнать правду пересилило. Спрыгнув с лошади, Ромин подошёл к массивным воротам и приложил к ним ладонь, выпуская немного магии. Створки скрипнули, медленно открываясь перед ним.

— Здорово! А что ты сделал? — Лино тут же оказался рядом и с любопытством оглядел ворота.

Он вообще после въезда в город только и делал, что лез под руку, вертелся вокруг и с восторгом всё разглядывал, поминутно дёргая мага и задавая вопросы.

— На воротах магическая печать, так что внутрь могут пройти только маги, — ответил Ромин.

— Ммм… А заборчик-то простенький, его же легко можно перелезть, — задумчиво протянул Лино.

— Ну-ну, — улыбнулся некромант. — Сочувствую этим несчастным: на всю жизнь останутся инвалидами. Для людей есть целый город, но академия для них — запретная территория, сюда не пускают никого, кроме магов.

— Почему?

— Дети - наше главное сокровище. Пока они не подрастут и не станут достаточно сильными и самостоятельными, их оберегают особенно тщательно. Простым людям нечего делать рядом с маленькими одарёнными. Где-то лет с десяти преподаватели начинают водить учеников в город, а ещё через пару лет подростки уже выходят сами. Когда был мелким, я любил бегать в пекарню около казарм городской стражи, там всегда были самые вкусные пироги.

Ворота сами закрылись за некромантом, и он, оставив лошадь на привязи, неспешно пошёл по центральной аллее. Лино молча летел следом. Вот уж необычно – мальчишка замолчал! И что, больше не единого вопроса? Никакого любопытства? И даже удивлённых и восторженных возгласов не будет? Ромин обернулся. Призрак заворожённо смотрел на разноцветные башни академии, а если точнее — на красную – башню огневиков. Он что-то вспомнил о своей жизни? Хотя, такое ведь невозможно: призраки, что не были похоронены, не помнят своей человеческой жизни. Но Лино необычный, да ещё и маг… Ромин тряхнул головой. Нечего гадать. Лино особенный – это факт, поэтому: что будет, то будет.

Из дверей учебного корпуса с шумом выбежало пятеро мальчишек девяти-одиннадцати лет, да так и застыли, уставившись на Ромина. А нет. Вовсе не на Ромина. Ребята глазели на призрака за его плечом — не удивительно, они ведь впервые увидели душу. Лино тоже с интересом поглядывал на них.

— Неужто настоящий? — тихонько пропищал младший из ребят и шагнул ближе. — У вас за спиной настоящий призрак?

— Да, — с улыбкой ответил Ромин, глядя в удивлённые глаза. — У вас никак уроки закончились? — Ребята закивали. — И кто из вас хочет проводить меня к ректору?

Ответом ему были дружно поднятые руки. Ромин выбрал того, что первым проявил интерес — самого младшего, и дальше они отправились втроём. Раньше бы маг выбрал самого тихого и скромного мальчишку. И что это? Влияние вечно неумолкаемого Лино так сказывается? Бенет обнаружился в одном из лекционных залов с несколькими старшекурсниками, которых по всей видимости нещадно отчитывал. Едва завидев Ромина в дверях, он махнул рукой и отпустил нашкодивших адептов, те же с радостью поспешили убраться из кабинета. Просачиваясь мимо некроманта, один из подростков заметил Лино, зависшего в коридоре, остановился, а потом с ужасом прикрыл рот ладонью и прошептал:

— Нитан, о, Боги…

— А вот и имя, — пробормотал Ромин, подтолкнув пацана в спину. — Ступай. Нечего тебе здесь делать.

Всё ещё со страхом и неверием, юноша кивнул и поспешил за другими, давно уже скрывшимися за углом, ребятами. Ромин вошёл в кабинет, подождал, когда туда же влетит растерянный Лино, а потом запер дверь на щеколду.

— Глазам своим не верю… Нитан, как же так вышло? — Озадаченный ректор уже подошёл к ним и во все глаза смотрел на призрака. — Более трёх лет прошло. Раз ты всё это время… — мужчина на секунду замолчал, не решаясь сказать вслух очевидное. — Милый, почему же ты не вернулся в Ларвию раньше?

— Я… — Лино нахмурился. — Простите, я вас не знаю. — Он повернулся к Ромину: — Я не хочу здесь больше находиться, пошли.

— Ты не хочешь узнать, кем был?

— Нет.

— Но, Лино…

— Я сказал, что не желаю ничего знать! — вспылил мальчишка и подлетел к окну. — Ты остаёшься? — Ромин кивнул. — Ну и пожалуйста! — и он ушёл через стекло.

— Он… он ничего не помнит? — тихо спросил Бенет, глядя вслед пареньку.

— Нет. Расскажи мне о нём, — Ромин прошёл дальше в аудиторию и сел на ближайшую скамью. — Можешь начать с самого начала.

— Но где же ты нашёл его, Ромин? И как ты понял, что он был магом, если он этого не помнит?

— Давай, всё-таки ты начнёшь, Бенет, а потом я поведаю всё, что известно мне.

— Он — маг огня. Адепт Нитан. Пять лет назад окончил академию и покинул её с Гелусом. Старик взял его на обучение.

— Наставник моей сестры? Я слышал, что он погиб, но…

Значит, Лино был с Гелусом. Этот огневик воспитал и обучил десятки юных магов, он был даже старше, чем Карима, прожил полтысячелетия. Вот только Ромин не мог припомнить, как именно погиб старый магистр.

— Это было в Сарване, — продолжил ректор. — Мы так и не получили точных данных. Там произошло землетрясение. Люди не смогли ответить, было ли оно вызвано демоном, или это оказалось нелепой случайностью. Глава того города — Суны, кажется, — прислал нам известие, в котором говорилось, что маг Гелус и его ученик погибли во время землетрясения, спасая горожан. А ещё в письме говорилось, что они похоронили мага со всеми почестями. Я был уверен, что и ученика тоже, но раз мальчик ничего не помнит…

— Кажется, я догадываюсь, где его тело, — вздохнул Ромин. — Я встретил мальчишку в Суне. Там есть обрушившаяся часть городской стены, и под ней магия смерти обнаружила более десятка тел. Даже если вытащить их и похоронить пацана сейчас, это вряд ли что-то изменит. Подобное ещё ни разу не помогало вернуть память о жизни.

— Ты в этом разбираешься куда лучше меня, Ромин. Я и призраков-то за свою жизнь видел лишь несколько раз, Нитан — шестой. Ты привёз его узнать: кто он? А теперь переправишь в мир духов?

— Нет. Я не собираюсь его переправлять.

— Но как же так?! — удивлённо воскликнул мужчина, — Его же всё равно когда-нибудь коснётся скверна.

— Пока это ему не грозит. У парнишки остались силы, совсем немного, но они есть. Это всего лишь предположение, но если он смог выжечь её один раз, то, возможно, сделает это снова. А ещё лучше, если он вовсе не будет её касаться. У него есть своя магия, зачем ему черпать осквернённую энергию?

— Призрак мага это и без того редкое явление, да ещё и дар остался? Совету и брату уже говорил?

— Ещё нет, ты — первый. Я конечно скажу, вот только… — Ромин глянул на окно, куда вылетел Лино. — Я не оставлю его им. Знаю я наших умников: сначала будут ковыряться в бумагах, а когда ничего не найдут, захотят изучить мальчишку. Лучше уж пусть таскается за мной, чем станет подопытным.

— Ну вообще-то было бы неплохо поизучать его и понять, почему именно он…

— Да мне плевать! От всех этих изучений и проверок ничего не изменится. Лино такой, какой есть. Мальчишка и пожить-то толком не успел, так теперь ещё над его душой будут эксперименты ставить? Нет уж! Он — призрак, а это значит — теперь над ним властны лишь некроманты. То есть я. Пацан останется со мной, к тому же у нас с ним уговор. У меня есть ещё вопрос, Бенет. При жизни он мог видеть демонов, скрывающихся в людях?

— Здесь, в Ларвии, это невозможно было бы определить, а когда он практиковался с наставником… — ректор развёл руками. — Без понятия, Ромин. Но я думаю, если бы о таких его способностях знал Гелус, он бы сообщил.

_

Ромин вздохнул и посмотрел на букет гортензий в своей руке. И кто только придумал такую глупость, как дарить женщинам цветы? Более бесполезного подарка просто не найти, ведь этот веник завянет через пару дней. Но почему-то они их любят, уж Финия точно. Некромант улыбнулся и громко постучал в дверь небольшого зелёного домика. Открыли ему практически в то же мгновение. В проём выглянула красивая миниатюрная девушка с бледно-голубыми волосами.

— Привет, — улыбка Ромина стала ещё шире. Он протянул вперед букетик цветов, — выбирал специально под цвет твоих волос.

— Очень мило, — девушка забрала подарок. — И к чему это?

— Ну, в прошлый раз ты ведь упрекнула меня, что я даже цветочков тебе не принёс.

— Ещё бы. В прошлый раз ты заявился посреди ночи только для того, чтобы потрахаться.

— Не припомню, чтобы ты осталась неудовлетворённой.

— Так что, пришёл повторить? — девушка усмехнулась и отступила на шаг назад, пропуская Ромина в дом.

— Заманчивое предложение, — промурлыкал маг, обхватывая её за талию, — но вообще-то сегодня я по делу. У меня есть просьба.

Финия рассмеялась, вывернувшись из его объятий, и лёгкой походкой направилась в кухню. Ромин пошёл за ней. Пока девушка ставила цветы в воду, заваривала чай и доставала печенье, он присел на низкий стул и наблюдал за ней. Финия была одним из лучших заклинателей, а её внешность смазливой двадцатилетней хрупкой малышки настолько же обманчива, как и милая улыбочка. Этой девчушке уже давно перевалило за семьдесят, а уж обвинение о том, что Ромин приходит к ней только для того, чтобы потрахаться, от неё звучало скорее как насмешка. Учитывая, что при первом знакомстве это она его соблазнила.

Ему было шестнадцать, когда он впервые повстречал Финию. Она пришла в академию заменить одного из учителей младших курсов на пару недель. Юная, красивая, талантливая, двадцатипятилетняя девушка, только получившая полноценный титул мага. Такая миниатюрная и хрупкая. Конечно же все пацаны со старших курсов тут же стали пускать на неё слюни, но только Ромин оказался в её постели. Некромант усмехнулся воспоминаниям.

— Так что за дело? — спросила Финия, присев напротив и ставя перед ним кружку.

— Фини, ты же у нас мастер на всякие выдумки. Изобрела пару десятков новых зелий и заклинаний, запихнула магию в стеклянные шарики и…

— Я в курсе своих достижений. Ближе к делу, Ромин.

— Изобрети ещё одно. — Девушка удивлённо выгнула бровь, но не произнесла ни слова, позволяя Ромину продолжить. — Мне нужно что-то, подобное зелью восстанавливающему силы, только чтобы его не нужно было пить.

— Подробнее.

— Ну… К примеру, если маг не может его выпить.

— Для этого есть испаряющиеся зелья. Когда маг без сознания или обездвижен, он просто вдыхает восстанавливающие пары.

— Да, но если он не может и вдыхать?

— Тогда он уже мёртв, Ромин.

— Скажем, не совсем жив.

— Может ты уже объяснишь нормально? — Финия наклонилась к нему и, ухватив пальцами за подбородок, заглянула в глаза. — Для чего тебе зелье, и какого результата ты хочешь достичь? Сомневаюсь, что твоим ожившим мертвецам нужна какая-то подпитка.

Ромин прикрыл глаза. Вот проклятье! Проницательная и дотошная баба. И если рассказать всё, как есть, она потребует провести эксперимент лично, а он совсем этого не хотел. Но если получится, оно того стоит.

— Для призрака. Я хочу, чтобы ты создала подобие зелья энергии. Но не той, что остаётся от демонов, и не той, что похожа на скверну, а нашей — магической энергии. Я не знаю, как вы, заклинатели, смешиваете магию и травы в своих пробирках, но зелье восстановления сил работает как надо. Сделай такое же, только сгустком энергии.

— Для призрака? Ты разве их не… Что ты там с ними делаешь после смерти? Развеиваешь? Переправляешь?

— Не этого.

На лице девушки появилась лукавая улыбка, не предвещавшая ничего хорошего. Она встала, обошла стол и, склонившись к уху Ромина, прошептала:

— Я чую что-то интересное. Если хочешь моей помощи – начинай рассказывать, причём в подробностях, и я лично всё проверю. А ещё, ты же не думаешь, что я не возьму с тебя плату?

— Полагаю, деньгами не откуплюсь? — усмехнулся Ромин и одним рывком усадил Финию себе на колени.

— Нет, милый, — тонкие пальчики пробежали по его щеке и коснулись губ, — с тебя только натурой.

Она соблазнительно улыбнулась, а потом сама обхватила его за шею и припала к губам в долгом глубоком поцелуе. А Ромин и не возражал — давненько у него не было по-настоящему хорошего секса.

_

— А мне-то зачем идти с тобой? — Лино недовольно поджал губы, глядя на некроманта.

— А у тебя есть другие планы? Я думал, за три недели ты уже облазил весь город.

— Может и нет, но я всё равно не пойму: зачем мне идти к твоей возлюбленной?

— Кому-кому?! — Ромин даже опешил от неожиданности, едва не уронив одну из тех книг, что разбирал в библиотеке брата.

— Ну, та девушка-заклинательница. Она красивая, кстати.

— И с чего ты взял, что она моя возлюбленная?

— Так ты же проводишь у неё ночи.

— Какой же ты ещё ребёнок, — вздохнул Ромин.

— И вовсе я не ребёнок! — обиженно взвился Лино, надул щёчки и губки, сузил глазки, от чего его лицо стало выглядеть ещё более детским и забавным. Ромин даже улыбнулся, глядя на него.

— Милый, вовсе не обязательно кого-то любить, чтобы заниматься с ним сексом. Мы с Финой просто хорошие знакомые, которые не прочь иногда потрахаться друг с другом.

— Да разве же так можно?!

— Ещё как можно.

— Извращенец, — пробубнил мальчишка и скривил моську. — Так зачем я тебе там?

— Нужно кое-что проверить. И, Лино… Знаешь, не болтай особо при Финии. А лучше, вообще помалкивай.

— Что проверить? — на лице паренька отобразилось любопытство.

— Вот пойдёшь и узнаешь, — усмехнулся Ромин, поставил на полку последнюю книгу и направился к выходу.

Что мальчишка полетит следом, он даже не сомневался. За те полгода, что они провели бок о бок, маг понял, что если Лино чем-то заинтересовался, то сам с радостью побежит узнавать подробности, даже уговаривать не придётся. Его любопытство вообще было безмерным, а порой и по-детски наивным.

Финия ждала их на заднем дворе своего дома и, увидев призрака, прямо просияла от восторга. Да уж, этой бестии только дай повод испробовать что-то новое, а тут и вовсе ранее не изученный материал – душа мага. Ромину всё же пришлось вкратце рассказать ей о Лино, несмотря на своё нежелание ставить на мальчишке опыты. Финия долго ломала голову, экспериментировала и колдовала, чтобы создать то, о чём просил Ромин, и с седьмой попытки у неё всё же вышло. Небольшая прозрачная склянка, которую девушка сейчас сжимала в руке, была наполнена серебристой магической энергией.

— Значит, ты и есть Лино? — заклинательница шагнула к призраку, и тот кивнул. Похоже, просьбу помалкивать он воспринял буквально. — Каково это: быть призраком? — продолжила Финия. — Что ты ощущаешь?

Лино бросил вопросительный взгляд на Ромина и, дождавшись одобрения, ответил:

— Ничего не ощущаю. Ни ветра, ни холода, ни тепла. Даже когда прохожу сквозь стены – ничего, будто их вовсе нет.

— Тебе нравится? Полная свобода. Ты же не зависишь от тела и человеческих потребностей.

— Не знаю, — мальчишка пожал плечами. — Иногда я бы хотел прикасаться к предметам.

— Ладно, давайте начнём, — прервал эти расспросы Ромин и шагнул к пареньку. — Лино, воспользуйся своей силой.

— Зачем это? Ты же знаешь, что я потом не могу двигаться.

— Именно это я и хочу проверить. Финия создала зелье, и если оно сработает на тебе, ты сможешь пользоваться магией без последствий.

— А если нет? Я не хочу снова висеть целый день обездвиженный, да ещё и совершенно бестолково потратив силы.

— Один раз. Давай, проверим всего один раз. Если не получится, мы больше не станем пробовать. Пожалуйста, Лино.

Мальчишка долго смотрел на него, а потом прикрыл глаза. По его прозрачной руке побежали едва заметные бледные искры. Чем ближе они подбирались к ладони, тем ярче становились, а, достигнув пальцев, вспыхнули рыжим всполохом, и Лино протянул руку вперёд, направляя силу на ближайший куст, который тут же загорелся.

— Эх, моя акация, — вздохнула Финия, хотя, судя по её заинтересованному лицу, она не очень-то и расстроилась.

Девушка наблюдала за действиями призрака, отслеживая каждый его жест и движение. Рука Лино опустилась, плечи поникли, и сам он будто застыл.

— Всё, — прошептал мальчишка, — не могу пошевелиться.

— А сейчас? Что ты чувствуешь сейчас? — Финия подошла почти вплотную к нему.

— Как будто во мне ничего не осталось. Ничего не хочу, и говорить тяжело.

Девушка кивнула каким-то своим мыслям, а затем бросила флакончик, который зажимала в ладони, прямиком под призрачное тело. Стекло разбилось и серебристая энергия, вырвавшись наружу, стала разрастаться, окутывая Лино и будто постепенно впитываясь в него. Через секунду мальчишка пошевелил пальцами, а потом и вовсе запустил руку в эту прозрачную завесу. Энергия закружилась, быстрее входя в тело паренька, пока не исчезла в нём совсем. Лино удивлённо посмотрел на девушку, подлетел повыше, покружился, рванул к Ромину и с сияющей улыбкой повис перед ним.

— Я могу! Смотри, я могу двигаться!

— Ага.

Некромант смотрел в эти сияющие бесцветные глаза и, кажется, его сердце тоже наполнялось радостью. А ещё он впервые подумал о том, что если бы мог, то сейчас бы обнял мальчишку. Ромин повернулся к Финии.

— У тебя получилось, спасибо. Сделаешь мне с собой штук тридцать таких, а когда запасы станут заканчиваться, я сообщу, куда отправить новые.

— Как скажешь. Но ты ведь понимаешь, что я должна буду отчитываться перед советом и твоим братом и записывать все созданные партии к остальным расходам?

— Записывай, с братом я разберусь сам.

_

— Ты не можешь вот так просто взять и забрать его! — в комнату влетел разгневанный Велис. Сам же некромант закидывал последний комплект одежды в походную сумку.

— Ещё как могу.

— Это тебе не обычный призрак, Ромин. Это душа мага! Мы обязаны изучить его, провести исследования, сделать соответствующие записи…

— Пускай твой совет записывает, что хочет, брат. Могу даже сообщать тебе, если случиться что-то особенное, но мальчишка отправляется со мной.

— Он должен остаться здесь.

— Нет. Он — призрак, и это не твоя компетенция. И не твоего совета.

— Ромин, ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь! Он тебе не подопытная мышь. Он — душа, со своими желаниями и чувствами.

— А сам-то что сделал? Провёл эксперимент над ним.

— Можешь называть это так. — Ромин шагнул к двери, но Велис загородил ему путь. — Вот только я пытался помочь мальчишке, и это сработало, а ваши исследования будут направлены лишь на получение знаний. К тому же, Лино сам согласился попробовать. Хочешь, чтобы он остался, пойди и спроси его. Если он предпочтёт ваше общество, что ж, возражать не стану.

— Конечно же он не согласится! И удержать его мы не в силах, только некроманты властны над духами. Ты бы мог запечатать его здесь, а потом…

— Создать магическую клетку? И не подумаю. Как я и сказал, мальчишка отправляется со мной.

— Почему ты так упёрся? — вздохнул брат. — Тебе же по большому счёту плевать на всех, кроме семьи. Я! Я лично прошу тебя оставить призрака нам. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты… — Велис на секунду замолчал, а потом удивлённо взглянул на Ромина. — Ты что, привязался к нему?!

Некромант пожал плечами, отодвинул брата и открыл дверь.

— Я отправляюсь в Нимаур, будут новости - сообщу. В Ларвию приеду к ежегодному сбору, как обычно. Береги себя, Вел. — Ромин уже шагнул в коридор, но потом вдруг обернулся к брату. — Может, ты и прав. Мальчишка больше не безразличен мне.

Глава 9. Парнишка с рудников

Илит проснулся от раздражённого шёпота. Взглянув направо, обнаружил его источник — Ромин, сидя на своей кровати, очень тихо разговаривал с кем-то через зеркальце. Неровное пламя свечи обрисовывало его напряжённое лицо, и юноша невольно прислушался.

— И что, туда нельзя послать кого-то другого? — спросил некромант.

— Боюсь что нет, брат. Все сильнейшие маги сейчас заняты, да и доберутся туда не раньше, чем через пару месяцев. А ты рядом.

— Ты случайно не забыл, что со мной семнадцатилетний мальчишка, и тащить его с собой в рудники, полные всякого сброда и преступников, не лучшая идея?

— Забудешь тут, — судя по голосу, собеседник в зеркале усмехнулся, если не посмеялся, — Уж в том, что ты не дашь его в обиду, я уверен. А по поводу демона… Просто держи своего мальчишку в стороне. Ну что, поедешь?

— Хорошо. Съезжу я к этим проклятым шахтам.

— Ромин, а что по поводу…

— Не сейчас, — оборвал собеседника маг. — Если что-то изменится, сообщу. До связи, Вел.

— Ага. Береги себя, ну и его конечно.

Ромин отложил в сторону магическое зеркальце и облокотился о спинку кровати. Илит затаил дыхание, обдумывая: притвориться ли спящим или всё же сказать, что он случайно услышал часть разговора. Любопытство пересилило.

— Это был верховный маг? — тихонько спросил юноша, поворачиваясь к Ромину.

— Да. Мы разбудили тебя? Прости.

— Ничего. Куда нас отправляют?

— В рудники. Здесь недалеко, дней пять пути. Туда со всей Гангоры ссылают воров, убийц, насильников и прочую мразь, которая по каким-то причинам избежала казни. Похоже, мы с тобой застряли в этой стране.

— Там точно демон?

— Да. В тех шахтах уже происходило подобное лет восемьдесят назад — когда пришёл запрос, Велис нашёл записи об этом. Он в то время ещё не был верховным магом, но слышал о той истории. Как и сейчас, тогда начали пропадать люди, а через несколько дней находили их обглоданные кости. В тот раз в рудники отправился маг земли, да так и не вернулся — погиб в одном из тоннелей, сражаясь с демоном. После этого исчезновения прекратились, поэтому совет решил, что демон погиб вместе с магом. А сейчас опять началось. Полагаю, в тот раз демон был ранен, ослаб и уснул на несколько десятилетий, а может землевик успел его запечатать перед смертью. Хоть там и содержат преступников, и никакой жалости я к ним не испытываю, но всё же быть сожранным даже им не пожелаю.

— Ромин, — юноша заворочался на постели, — ты не хотел брать задание из-за меня? Я обещаю быть послушным.

— Ага, я уже в курсе, какой ты послушный, — мужчина улыбнулся. — Спи, давай. Выезжаем на рассвете.

Как и говорил Ромин, к горам они приехали на пятый день. Местность здесь оказалась весьма удручающей: голые скалистые земли, груды серых камней, горы, ущелья и обрывы, и лишь изредка встречалась чахлая растительность. У подножья, где заканчивалась хорошая широкая дорога, их встретил мужчина лет сорока пяти, представившийся Гавиром. Он оказался главным смотрителем рудников и лично выехал сопроводить магов до места назначения.

— Спасибо, что так быстро откликнулись на запрос о помощи, — сказал мужчина, когда они тронулись в путь по ущелью.

— Повезло – мы просто оказались неподалёку. Не думал, что нас встретят.

— Если вы здесь впервые, то в этих скальных проходах проще заблудиться, чем найти дорогу, а я вовсе не хочу, чтобы господа маги потерялись в пути.

— Вы уже похоронили останки погибших? — спросил Ромин.

— Первых - да, а последнего оставили для вас. Вы ведь захотите осмотреть? — Маг кивнул. — Честно говоря, я не понимаю, как вы в этом разбираетесь. Там остались только кости, дочиста обглоданные кости.

— Как тогда вы определили, что это пропавшие сейчас, а не скелеты кого-то из ранее погибших в шахтах? Насколько я знаю, в глубине тоннелей их должно быть много за сотни-то лет. Быть может, ваши заключённые просто удрали?

— Три пропавших – три скелета. У нас тут условия суровые: преступников пересчитывают по несколько раз в день, ночью держат взаперти, а самые опасные работают в кандалах — побеги невозможны. Да и кости мы находили не где-то в дальних туннелях, а под самым носом, там, где бываем ежедневно. — Гавир глянул в сторону Илита, который за всё время ещё не проронил ни слова, а потом понизил голос. — Простите, господин маг, но ваш ученик… Юноше бы лучше не ходить особо по руднику. Больно он смазливый, а у нас… сами понимаете.

Ил ухмыльнулся в ворот куртки. Неужто этот мужик думает, что он его не слышит?

— Не переживайте по этому поводу, — ответил Ромин, — он маг, и его хорошенькая внешность никак на это не влияет. Парнишка может спалить любого, кто потянет к нему свои ручонки.

Сама территория рудников оказалась ещё более мрачной и неприветливой, чем местность вокруг. Вход в шахту опоясывали в три ряда домики, прилегающие вплотную друг к другу. Даже не домики – сараи, грубо сколоченные из неотёсанных досок, кое-где подпираемые камнями, а в крохотные зарешеченные окошки под самыми крышами едва ли можно было просунуть голову. Чуть в стороне стояло несколько домов побольше, построенных уже куда добротнее — видимо, в них жили надсмотрщики.

Ещё одна постройка возвышалась в центре этого горного ущелья. Она оказалась здесь самой большой и длинной, а сбоку Илит заметил ещё несколько пристроек. Из трубы валил дым, и юноша посчитал, что там, скорее всего, находится кухня. Всё здесь выглядело настолько серо и убого, что даже трущобы в городах, по сравнению с этим местом, казались раем, а лежавшие повсюду цепи и кандалы создавали ощущение ещё большего уныния. Даже обречённости. Смотритель остановился у тех домиков, что находились в стороне, и махнул рукой на самый крайний — тот, что располагался дальше всех от жилищ заключённых.

— К сожалению, ничего лучше предложить не могу, господин маг. Нас тут изобилием не балуют.

— Платят-то хоть хорошо?

— Не жалуемся. Три месяца в этом проклятом руднике, а потом на три месяца домой, к жене и детям. На семью хватает с избытком. Старшему сыну даже оплатил обучение в ратуше Бенура, может и в городской совет когда попадёт. Да что это я… Вы ж наверняка хотите передохнуть с дороги, помыться. Я распоряжусь, чтоб вам натаскали горячей воды.

— Давайте-ка сначала осмотрим останки, только вещи закину.

Ромин спрыгнул с коня, передал поводья Гавиру, кивнул Илиту и пошёл в сторону домика, что им выделили. Юноша тоже спешился и, подхватив седельные сумки, поспешил за ним. Внутри всё оказалось не настолько плачевно, как Ил успел себе напредставлять. Три кровати вдоль стен, весьма добротные и широкие, явно рассчитанные на крупных сильных мужчин. По тумбе возле каждой. Большое окно, которое не видно с той стороны, откуда они въехали в ущелье. За соседней дверью оказался нужник и большая лохань, сейчас пустая. Довольно неплохо…

— Ну и дыра, — озвучил Ромин, бросая свои вещи на одну из кроватей.

— Лучше, чем ночевать под открытым небом, укутавшись в одеяло, как мы делали всю последнюю неделю. Особенно, если учитывать, что тут уже зима.

— Не замечал, чтобы зима тебе мешала. Ты же не снимаешь тепловой купол.

— Поддерживать его постоянно довольно напряжно, тем более два.

— Это с непривычки. Дело в практике, через пару месяцев ты вовсе перестанешь замечать такие мелочи как купол. Ну что, глянем на кости?

Останки погибшего оказались прямо на улице, под скалой. Их просто прикрыли какими-то тряпками. Ил недовольно наморщил лоб — могли бы проявить хоть какое-то уважение: хоть и преступник, но он был человеком. Юноша взглянул на кости вместе с наставником и ничего особенного не заметил. А вот Ромин долго и пристально их изучал, некоторые даже брал в руки и тщательно осматривал.

— Здесь не весь скелет, — сказал он через пару минут, поднимая глаза на смотрителя.

— Всё, что нашли.

— И где обнаружили?

— Вон, в той шахте, — Гавир указал на один из входов в скалы. — Ещё двое были в других тоннелях.

— Пойдём, глянем. Лит, останешься тут, к шахтам не приближайся! — Ромин поднялся и ушёл вместе со смотрителем.

Ил решил снова глянуть на кости. Что именно некромант в них видит? Может он находит то, что не замечают другие, благодаря своей магии смерти? Юноша протянул руку и одним пальцем брезгливо перевернул берцовую кость. На ней обнаружилось несколько глубоких борозд шириной с его палец. Это следы от зубов? Какой же огромный рот должен быть у демона, если в него помещаются такие зубки!? Илит постоял в задумчивости ещё несколько минут, а потом решил осмотреть территорию. Ромин запретил ему приближаться к шахтам, но обо всём остальном ничего не говорил.

Немного побродив в округе, Ил отправился к самому большому строению — тому, которое посчитал кухней. Юноша не ошибся, ещё на крылечке он почуял аромат жареного лука, а войдя, оказался в небольшой столовой. Шесть длинных деревянных столов, грубые лавки, ни скатертей, ни занавесок на грязных окнах. Илит закрыл за собой скрипучую дверь, прошёл вперёд и присел на ближайшую скамью. Пожалуй, тут он Ромина и подождёт. К запаху лука добавилась морковь.

— Эй, пацан!?

Ил обернулся. Из открывшейся двери, ведущей в кухню, на него смотрел парень лет двадцати. Высокий, стройный, темноволосый и довольно симпатичный, хоть и коротко стриженный, а поношенная одежда была ему настолько велика, что висела мешком.

— Ты новенький что ль? На кухню отправили? Чего тогда расселся, иди помогать.

Илит хотел возразить, но, подумав, прикусил язык. Почему бы не подыграть немного. Может, приняв его за такого же заключённого, паренёк что-нибудь сболтнет? Юноша быстро спрятал свой кулон под одежду и, поднявшись, пошёл к парню. Тот пристально оглядел его, а потом кивнул на стол, где лежало семь кочанов капусты.

— Режь, да помельче, — сказал он, а сам отправился к огню и стал помешивать в огромной сковороде лук и морковь. — Как звать-то?

— Ил, а тебя?

— Тай. За что попал сюда?

— Ну-у-у, — юноша задумался. А за что вообще попадают на рудники? На убийцу он вряд ли похож. Воровство? Это, наверное, должна быть очень крупная кража.

— Не хочешь говорить? — Парнишка усмехнулся. — Это ты зря. Здесь всё равно все всё узнают, как ни скрывай. К тому же надсмотрщики знают о вине каждого. На сколько залетел?

— Три года, — быстро ответил Ил. — А ты?

— Четыре. Два уже отработал, ещё столько же впереди.

Илит принялся мелко шинковать капусту, периодически чувствуя на себе взгляды Тая. Через пару минут это начало напрягать, и юноша вопросительно глянул на него.

— Я надеюсь ты не девственник?

— И к чему это? — нахмурился Ил.

— Ты ведь понимаешь, что это за место? Надсмотрщики по нескольку месяцев не видят женщин, а про заключённых я вообще молчу. Такие хорошенькие симпатичные мальчики, как мы с тобой, становятся тут общедоступными подстилками.

— Что?! — удивлённо выдохнул Илит, откладывая нож.

— А ты чего хотел? Будешь работать в кухне или на каких других лёгких поручениях. В шахту не отправят, а то сдохнешь от изнеможения, но пару раз в день, будь добр, подставь задницу. Первые несколько месяцев это будут только надсмотрщики, потом отправят к заключённым, сами уже трахать не будут – побрезгуют. Хотя, лучше бы они. Они хоть не жестоки. Да не смотри ты на меня такими шокированными зенками. Не сопротивляйся, и всё будет нормально. А лучше вообще — подготовься сам, я могу дать масло. Ты красивый, думаю, уже сегодня вечером пойдёшь на первый заход.

— Ты… Тебя тоже? — тихо спросил Ил.

— Конечно. Тут таких, как я, пятеро, ты будешь шестым.

И это нормально? Даже учитывая, что это место ссылки для преступников, разве такое допустимо? А власти этой страны знают, что тут происходит? Бедный парень. И этот, и другие, и те, которые сюда только попадут. Какое бы преступление они ни совершили, это слишком жестокое наказание – стать шлюхой…

Дверь в кухню распахнулась, и на пороге застыл Ромин, за спиной которого маячил старший смотритель.

— Лит, ты что тут делаешь? — маг глянул на стол и на четверть порезанную капусту. — Заняться нечем?

— Я… Я дорежу и приду, — ответил юноша, приходя в себя и снова берясь за нож.

— Ну, как знаешь. Я мыться.

Ромин ушёл, а Илит спиной чувствовал, как удивлённо смотрит на него Тай. Юноша обернулся.

— Он маг, да? Надсмотрщики говорили, что скоро приедет маг. И у него кулон необычный, говорят: у всех магов особые кулоны. А ты с ним?

— Да. — Илит вынул из-за ворота свой кулон, и тот блеснул огненными всполохами, ложась поверх одежды. Парень зачарованно смотрел на него.

— Так ты тоже маг. А зачем обманул меня? Сказал бы прямо, а я тебе уже таких гадостей наговорил.

— Пока только ученик мага. Если бы ты знал, кто я, рассказал бы?

— Зачем? Тебе оно к чему? Тебя подобное не тронет.

— Мне не безразлично, — бросил Илит и вновь принялся резать капусту. Наверное, слова, что ему жаль, были бы лишними и лишь разозлили парня, поэтому он сказал другое: — Ты рассказал мне о том, что здесь происходит, и я собираюсь написать вашим властям. Полагаю, они должны принять меры.

— Думаешь, им есть дело до преступников? Думаешь, они не знают? Там же не идиоты сидят.

— Я всё равно напишу. И Ромина попрошу. Слово мага имеет значение.

_

Илит сидел на постели и лениво разглядывал карты шахт под светом огненных шариков, кружащихся под потолком. Ромин занимался тем же, сидя напротив, но изучал карты очень тщательно. Ну да, наставник, в отличие от Ила, будет исследовать пещеры, а вот ему придётся скучать здесь. Спорить юноша даже не собирался — в этот раз некромант выглядел непреклонным. Карт оказалось больше сотни — всё, что Гавир нашёл в архиве. С годами некоторые проходы затапливало или заваливало, зато прорубались новые, поэтому каждые пару лет рисовались новые карты.

В дверь настойчиво постучали. Наверное, ужин принесли — Ромин сказал смотрителю, что они будут есть у себя. Илит дёрнулся было ко входу, но Ромин опередил его и громко сказал: «Войдите». Дверь чуть приоткрылась и показался Тай. Он толкнул её боком, открывая пошире, и протиснулся внутрь, придерживая увесистый поднос с едой.

— Господа маги, ваш ужин.

— Поставь на стол, — бросил некромант, не отрываясь от карт. — Надеюсь, там есть мясо?

— Есть, господин. Для надсмотрщиков готовят отдельно.

— Хорошо. Закончишь со своей работой на кухне и вернёшься. Сегодня ночуешь здесь, впрочем, как и все последующие дни до нашего отъезда. Ваш главный в курсе.

— Простите? — парнишка удивлённо уставился на мага, а потом на секунду глянул на Илита и, взяв себя в руки, покорно кивнул. — Как скажете, господин.

— Не выдумывай себе ничего, — Ромин наконец-то поднял на него взгляд. — Спать будешь на свободной кровати, а днём, помимо работы, составлять компанию Литу.

— А… Да… Да! Хорошо! — Тай прямо-таки просиял, а затем, поклонившись, быстро покинул домик.

— И? — Илит недовольно посмотрел на мага. — Зачем мне нянька? Я ведь обещал не ходить в туннели.

— Знаешь, иногда ты ужасно недогадливый, — усмехнулся Ромин. — Ты же сам жаловался, что пацана насилуют. Пока ты рядом, никто к нему не притронется. Он, кстати, понял.

— Так вот зачем, — Ил улыбнулся. — Я не подумал. Спасибо, Ромин. Только когда мы уедем, всё будет по-старому. Ты ведь напишешь письмо в Санару? Ну, пожалуйста…

— Если хочешь. — Некромант поднялся и придирчиво изучил содержимое подноса. — Но вряд ли это что-то изменит. И, Лит, — мужчина строго глянул на него, — не доверяй ему. Тебе его жалко, но он не милый и безгрешный мальчик. Сюда просто так не попадают. Пойдём есть.

После ужина Илит немного почитал старые записи Ромина и, когда глаза уже начали слипаться, улёгся в постель. Сквозь дрёму он слышал, как некромант шуршит бумагами, как в дом вошёл Тай. Кажется, он сказал «спасибо», а Ромин ответил: «Не меня благодари». Ещё через какое-то время за окном поднялся сильный завывающий ветер, и Илит периодически выплывал из вязкой дрёмы, когда оконные стекла дрожали сильнее всего.

Парнишка прыгает по крыше и пинает камешек - это видение всё время повторялось, но резко обрывалось, и Илит никак не мог ухватиться за него, чтобы уснуть покрепче, а вновь вздрагивая от шума за окном, он и вовсе уже не помнил его — сон ускользал. И только под утро, когда погода стихла, наконец-то провалился в забытьё.

Разбудил его Ромин. Мужчина склонился к нему, пристально вглядываясь в лицо, едва касаясь его щеки кончиками пальцев. Собственно от этого прикосновения он и проснулся. Ил отшатнулся.

— Ты чего делаешь?! — возмущённо воскликнул юноша, садясь. Ромин отошёл на шаг.

— Ты как себя чувствуешь?

— Прямо сейчас?! Так, будто меня пытались облапать, пока я спал!

— Прости, я звал, но ты не просыпался. Жара вроде нет. Так как ты?

Илит прислушался к себе. Ничего не болит, слабости тоже нет, магия в порядке… Да что вообще за глупости?! Маги не болеют, если только болезнь не магическая или демоническая. Такое чувство, что его сейчас пытаются надуть! Ил гневно глянул в глаза Ромина, и уже собирался высказать своё недовольство, но маг и правда смотрел на него с тревогой. Вся злость и недовольство куда-то улетучились.

— Нормально, — тихо ответил юноша. — Чувствую себя как обычно. Наверное, я просто крепко спал, не о чем беспокоится.

— Ладно. Завтрак на столе, а я пошёл изучать тоннели.

— Мне точно нельзя с тобой? — Илит вскочил с постели и умоляюще посмотрел на некроманта. — Ну, пожалуйста! Я не буду мешаться. Буду тихонько идти позади и безоговорочно слушаться.

— Нет. В этих шахтах погиб опытный маг, и я не собираюсь рисковать тобой. Твой новый приятель сегодня убирается в домиках надсмотрщиков, если нужен найдёшь его там. И, Лит, если тебе будет нехорошо, немедленно пошли за мной.

— Со мной всё нормально. Иди уже, — юноша обошёл мага и сел за стол. Каша и хлеб с сыром, чай остыл, жаль. Ромин уже стоял у дверей, но всё ещё продолжал с подозрением поглядывать на Илита, — Может ещё ощупаешь меня, чтобы точно убедиться? — буркнул Ил, пододвигая к себе тарелку.

— Заманчивое предложение. Щупать можно везде?

— Проваливай в свои шахты, извращенец!

Ромин рассмеялся и наконец ушёл.

«Везде… Ага, конечно! Так я и дам себя щупать. Может и трахнуть заодно?! Придурок!»

Глава 10. Надсмотрщик

Последний огненный столб погас, и Илит устало осел прямо на снег, благо холода он не ощущал. Уже пятый день он по нескольку часов уделял тренировкам. С тех пор как он покинул академию, на это практически не было времени: либо они с Ромином находились в пути, либо в черте городов и поселений, а там вряд ли кто-то сказал бы ему спасибо, если бы он что-нибудь случайно спалил. Здесь же, на пустыре, среди гор, для его огненной магии было полное раздолье. Иногда Тай приходил посмотреть на тренировки, но паренёк не мог надолго оставаться, ведь его работу никто не отменял.

Порой подглядывали за ним и надсмотрщики: застывали на приличном расстоянии и с восторгом наблюдали за огненными трюками. Чаще всего приходил Мерн. Из всех здешних надзирателей он оказался самым молодым — парню только недавно исполнилось двадцать три. Почему он выбрал подобную работу, для Илита оставалось загадкой. С его-то данными он мог бы податься и куда получше – в городскую стражу, например, или в телохранители. Да его наверняка взяли бы и в королевские войска! Красивый, высокий, мускулистый, владеет мечом и боевым топором, а в физической силе он даже Ромина бы переплюнул. И мало того, что отличный боец, так ещё и образован. Так что такому человеку делать в богом забытых рудниках?

— Эй, юный маг, на сегодня всё?

Стоило только вспомнить… Илит лениво потянулся, поднялся со снега и глянул на идущего в его сторону Мерна.

— Да. Сегодня ты опоздал.

— Жаль, — вздохнул парень и улыбнулся, — это всегда завораживает, эти твои огненные штучки. А ещё горячо и опасно, но мне всё равно нравится на них смотреть. Твой наставник ещё не вернулся из шахт?

— Нет, — ответил Ил.

Вообще-то пора бы уже, начинает темнеть. Хотя в туннелях и так темно, и день от ночи там не отличим. В первый раз Ромин пошёл на осмотр с факелами, а вернувшись, проклинал пещеры на чём свет стоит. Во все последующие дни Илит создавал для него огненные шарики, которые летали возле некроманта до самого его возвращения. Юноша глянул на гору. Ромин ищет демона в туннелях уже который день, и всё без толку — некромант не смог уловить даже остаточной энергии, а что если подняться наверх? Что если демон приходил оттуда? Всё равно ведь нечем заняться.

— Мерн, а ты когда-нибудь ходил наверх, в горы?

— Зачем? Да и времени у меня столько нет, чтобы тратить на это часы отдыха.

— Понятно.

— Ты что, хочешь сходить? Сейчас?!

— Нет, конечно, завтра пойду, — Илит подхватил из сугроба свою набедренную сумку и побрёл в сторону временного дома.

— Эм… один? — надсмотрщик пошёл за ним.

— Ну вряд ли со мной отпустят Тая, так что да, один.

— Нет, не пустят, заключенным нельзя покидать территорию рудников. Но я могу пойти с тобой.

— Разве завтра не твоя смена?

— Поменяюсь с кем-нибудь, потом отработаю две, — отмахнулся парень.

— К чему так утруждаться? — весело спросил Илит, искоса глянув на надзирателя, хотя в ответе он не нуждался. То, что он понравился Мерну, было очевидно. Тот же смотрел на него чуть ли не с обожанием.

— Ну… — парень замялся, — я вовсе не против сходить… с тобой.

Почему, собственно, нет? Вдвоём всяко веселее, да и надёжнее — мало ли что. К тому же, Илит прежде не ходил в горы.

— Если хочешь, пойдём, — ответил юноша. — А сейчас я к Таю, обещал помочь ему с ужином.

— Хорошо, — Мерн счастливо улыбнулся, — тогда завтра утром у столовой?

— Ммм… Нет. Я сам зайду за тобой.

Илит помахал парню рукой и побежал к кухне. Едва переступив порог, он чуть не столкнулся с Таем, который тащил ведро к плите.

— Пришёл? Я уж думал ты обо мне забыл.

— С чего бы? Я же обещал помочь, — Илит сбросил куртку на ближайшую скамью и подошёл ближе, вопросительно глядя на паренька. Тот кивнул в сторону мешка с перловкой.

— Ну, не знаю, я видел в окно, как ты опять общался с этим надсмотрщиком – Мерном. Ты же понимаешь, что он от тебя хочет? Мне вот интересно: а твой учитель как на это смотрит?

— При чём здесь Ромин?

— Ну, он так к тебе относится… Я думал, что вы…

— Не правильно думал, — перебил его Илит, засучивая рукава и зачерпывая крупу железной кружкой. — Он просто мой наставник, не более того.

Тай посмотрел на него с сомнением, но больше ничего не сказал, и они вместе стали готовить ужин. На данный момент в рудниках находилось шестьдесят четыре заключённых, и одиннадцать из них отбывали пожизненный срок. Их Илит ещё ни разу не видел. Как рассказывал Тай, за особо опасными вёлся непрестанный надзор, и их приводили и уводили отдельно от других. Честно говоря, и остальных преступников он видел не часто, не считая тех четверых, помимо Тая, что помогали на кухне или отбывали срок на других общественных работах. Все, как и Тай, молодые и симпатичные. В один из вечеров Илит сам видел, как пожилой надсмотрщик разводил их по домикам других заключённых и запирал. От подобной несправедливости на душе становилось тошно. Тая тоже вот так приводили на пользование? Хуже того: когда Ил уедет, будут приводить и дальше. Он глянул на Тая, напевавшего что-то себе под нос, нарезая хлеб с едва заметной улыбкой.

Продукты на рудники привозили два раза в месяц из ближайшего города. Как раз пару дней назад был один из таких завозов, и Илит помогал ребятам разгружать повозку и складывать всё в глубокие погреба за столовой. Кажется за последние пять дней он работал больше, чем за все прошедшие месяцы. Не то чтобы он жаловался — никто не заставлял и даже не просил его о помощи, просто за неимением других занятий, сгодиться и это. Но он ведь маг! Разве он учился столько лет в академии для того, чтобы кашеварить на кухне, или стирать портки за шахтёрами?

Он понимал, что Ромин не хочет подвергать его лишней опасности, но разве, сидя в тепле, он научится сражаться с демонами? Да какой там сражаться, даже выискивать их! Он путешествовал с наставником уже два с лишним месяца и при этом еще ни разу не смог проявить себя, лишь с каждым днём всё больше ощущал себя бесполезным. Илит решил, что как только они прибудут в крупный город, он отправится к пространственному магу и свяжется с кем-нибудь из своих однокурсников. Может он просто накручивает себя? Может и другие ребята, как и он, до сих пор просто наблюдают за наставниками? Может должно пройти ещё какое-то время, прежде чем его допустят до настоящей практики? Слишком много «может», вот поговорит с кем-то и узнает наверняка.

Закончив с готовкой, Илит сам собрал поднос с едой для себя и Ромина, кивнул Таю и отправился к домику. Некромант, судя по звуку, принимал ванну. Странно. Никто не приходил в кухню за горячей водой, он там в холодной что ли полощется? Илит чуть приоткрыл дверь и заглянул в соседнюю комнату. Менее чем через секунду он вновь закрыл ее. Юноше стоило огромных усилий просто не захлопнуть её. Какого… Слов нет! Идиот! Кретин! Сидеть и дрочить там! Илит обхватил полыхающее от смущения и стыда лицо руками, выбежал из домика, присел у ближайшего сугроба, зачерпнул ладонями снег и уткнулся в него. Козлина, вот он кто! Извращенец недоделанный…

Хотя… Он же мужчина, и у него есть потребности, должен же он как-то удовлетворять их. Почему Илит вообще так разозлился, увидев это? Юноша убрал руки от лица и отряхнул их. Вспоминая всё, что он слышал о Ромине, удивительно, что маг вообще самоудовлетворяется в ванной, а не водит по ночам кого попало. Илит задумался. А ведь и правда: за два месяца не было никого, и наставник ни разу не оставлял его ночью одного, чтобы отлучиться. Он всегда был с ним. Может слухи не так уж и правдивы? Юноша вздохнул и поднялся.

А он красивый. Образ обнажённого Ромина невольно снова всплыл в его мозгу. Стройное мускулистое тело, плоский живот и рука, лежащая на… А-а-а-а-а! Кажется ему снова нужен снег!

Когда Илит вернулся в дом, Ромин уже сидел на постели и вытирал мокрые волосы, полностью одетый, кстати. Вот только это не отменяло того, что Ил увидел.

— Где бродишь? Еда на столе, а тебя нет.

— За угол ходил по нужде, ванну же ты занял.

— И что? Ведро в углу было абсолютно свободно.

Ил не стал ничего отвечать и просто сел за стол. Вот интересно, а если бы он и правда вошёл, Ромин хоть немного смутился бы?

— Чем сегодня занимался? — спросил некромант, тоже занимая место за столом.

— Тем же, чем и вчера, а ещё позавчера, и практически всю неделю до этого.

— Не жалуйся. Вот разберусь с этими рудниками, и выберем задание, в котором ты сможешь поучаствовать.

— Что, даже до боя допустишь? — скептически усмехнулся Ил.

— Посмотрим, как пойдёт, и что попадётся. Может и допущу.

Звучало вполне обнадеживающе. Илит взялся за ложку и, зачерпнув перловки, щедро сдобренной мясной подливой, отправил её в рот. Заключённым повезло — два раза в неделю и им полагалось мясо, и сегодня как раз такой день. Илит лично мелко кромсал свинину. Вот только её количество в кастрюле для надсмотрщиков и в той, что предназначалась преступникам, значительно отличалось.

— Как успехи в шахтах? — спросил Илит, проглотив первую ложку.

— Никак. Обошёл все западные туннели – ни следа, даже малейшего присутствия не нашёл. Завтра приступаю к восточным проходам.

— Это ещё как минимум неделя, да? — вздохнул расстроено юноша.

— Я надеюсь найти тварь раньше. Эта дыра уже напрягает. Лит, сделаешь завтра светящиеся шары побольше, а то света маленьких порой не хватает?

— Как скажешь.

_

Утром, как только Илит проводил Ромина, он заскочил на кухню, чтобы взять с собой немного лепешек и сыра, затем набрал из родника воды и отправился к домику, где обитал Мерн. Едва он постучал, дверь тут же открылась — надсмотрщик с явным нетерпением ждал его. Окинув его взглядом, Илит усмехнулся. Утеплённые толстые штаны, огромная шуба, варежки на меху и такая же шапка – в таком наряде особо не побегаешь.

— Ты в этом собираешься идти? — спросил Илит. — Сомневаюсь, что тебе будет удобно лазить по горам.

— А что поделать, там же холодина. Тебе тоже стоит утеплиться, ты просто окоченеешь в своей лёгкой курточке.

Илит коснулся ладони парня и создал вокруг него тепловой купол. Тот удивлённо распахнул глаза.

— Холод для меня не проблема. Переоденься.

Мерн быстро закивал и скрылся в глубине дома. Через минуту он вновь вышел в удобной осенней одежде.

— Здорово, — тихо проговорил Мерн. — И ты всегда так можешь? А я-то гадал, почему ты не мёрзнешь.

Они обогнули скалу и, найдя приемлемый подъём начали свой поход в горы. Уже минут через тридцать Илит стал ощущать, как медленно, пока ещё едва уловимо, но всё-таки теряет силы. Сразу три купола он поддерживал впервые, а если ещё учесть, что Ромин от него Бог знает на каком расстоянии, и с ним к тому же освящающие шары… Быстро просчитав свои возможности, юноша понял, что его магии хватит часов на семь, максимум восемь, а зелий на восстановление он как последний дурак с собой не взял. Что ж, значит у них часа четыре на подъём, а потом нужно идти обратно.

Мерн был приятным собеседником, и даже то, что он совершенно очевидно кидал на Илита заинтересованные взгляды, не напрягало.

— Ты ведь знаешь, за что Тай попал сюда? — решился спросить через какое-то время Илит.

— Конечно. За убийство.

— Серьёзно?! — он поражённо замер. — Но… Но он не похож на такого человека.

— Уж не знаю, как там дела на самом деле обстояли, мне известен только вердикт: он убил девушку. Это случилось во время какого-то ограбления. Она вроде как из знатных была. Повезло, что ему так мало дали.

— А ты? Почему ты в подобном месте? С твоими-то навыками, ты мог бы пойти работать куда угодно.

— Это долгая история.

— А мы куда-то торопимся?

— Ну… — парень отстранённо посмотрел на горы. Он молчал несколько минут, и Илит уже решил, что тот не хочет говорить об этом, но Мерн вздохнул и всё же начал рассказ. — Нас было в семье трое: я, брат и сестра. Я самый младший. Отец часто выпивал по вечерам и бил мать, да и нас тоже. И всё же он никогда не переходил черту, но однажды совсем слетел с катушек. В тот день он вновь набросился на мать, я уже не помню причины, да и была ли она вообще. Помню только, что он бил её снова и снова, помню, как хрустнула кость у неё в руке, как она кричала, как пошла кровь… В этот момент домой вернулся старший брат. Увидев происходящее, он не выдержал, схватил какой-то нож и кинулся на отца. Он вонзал в него нож столько раз, что я и сосчитать бы не смог, даже когда тот был уже мёртв… — Мерн замолчал, а Илит и не собирался его торопить. Кажется, он уже догадался о его причинах.

— Брата осудили, дали ему пятнадцать лет и отправили сюда. Всем было плевать, что он защищал мать. Ещё бы: отец состоял в городском совете, был внебрачным сыном графа, а мать — обычная женщина, дочь портного, на которой он соизволил жениться. Никто не стал слушать ни её, ни нас. Мне тогда только исполнилось двенадцать. С того самого дня я посвятил свою жизнь тренировкам и обучению, а к двадцати годам подал прошение о работе на рудниках. Как видишь, меня взяли. Молодые, сильные воины вообще-то не рвутся сюда, но моей целью было именно это. Так я могу быть рядом с братом, хоть чем-то помочь ему и облегчить наказание, а порой и защитить. Я здесь уже три года, ещё осталось чуть больше четырёх, и мы оба сможем навсегда убраться отсюда. Надеюсь… — последнее слово Мерн произнёс очень тихо, и как-то печально.

— Почему? — тоже шёпотом спросил Илит.

— Здоровье брата тут очень сильно пострадало, и с каждым днём я всё больше боюсь, что он не доживет до своего освобождения. Ему всего двадцать восемь, а выглядит как пятидесятилетний. Постоянный кашель и боли в груди. Я стараюсь делать всё возможное, постоянно привожу ему тёплые вещи и лекарства, отдаю половину своих порций, сверх его собственных, и когда езжу в город всегда покупаю для него питательные припасы, но… Не похоже, что ему становится лучше.

Что ж, с этим Илит мог помочь, хоть немного, но мог. Юноша осмотрелся по сторонам и, взявшись за кулон, в очередной раз проверил местность на демоническое присутствие. Похоже, вся эта вылазка была напрасной – они поднимались уже около трёх часов, но Ил так ничего и не уловил. Ну хоть прогулялся, и то разнообразие. Ещё через какое-то время ребята забрались на очередной скалистый выступ. Илит посмотрел наверх – до вершины не доберутся, уж точно не за один день. Да это и не нужно – демона нет в горах.

— Вот это да… — воодушевлённо проговорил Мерн, и юноша повернулся в его сторону.

Что именно впечатлило парня, он понял быстро. Отсюда открывался захватывающий вид на долину и ущелье. Илит подошёл ближе к краю и посмотрел вниз. Рудничные домики были едва различимы, а снег на крышах скрывал их ещё больше. Зато можно было хорошо рассмотреть узкие проходы вдоль гор, и если зарисовать их, точно не заблудишься и найдёшь выход к долине, покрытой пожухлой, но всё ещё зелёной травой. Смотрелось это очень контрастно: белые заснеженные горы и тёмно-жёлтые, рыжие поля, а посреди сверкало сине-серебристой гладью озеро. Пожалуй, ради такого вида стоило проделать весь этот путь.

— Илит, — Мерн подошёл ближе к юноше и робко посмотрел на него. — Можно тебя обнять?

— Не стоит, — тихо ответил он.

— Это потому, что ты маг, а я обычный человек?

— Нет. Это потому, что я верю в любовь, и у меня уже есть дорогой мне человек.

— Твой учитель?

— Почему все так считают? — усмехнулся Илит.

— Ну вы оба маги и такие красивые, необычные. И он смотрит на тебя таким взглядом… Только ты казался не заинтересованным в нём, вот я и подумал, что ты свободен. Эм… Глупо вышло. Прости и забудь, о чём я говорил.

— Договорились. Поедим и вниз? — юноша выудил из сумки лепёшки и сыр.

— Ого, ты даже об обеде позаботился.

— Да я вообще запасливый, налетай.

Перекусив, ребята отправились в обратный путь. Зря Илит думал, что спуск будет легче подъёма, всё оказалось с точностью до наоборот. Снег так и норовил сорваться вниз и прихватить с собой глупых людишек, что вздумали соваться в горы, поэтому приходилось постоянно искать выступы и держаться за скалы. Мало того, дневное солнце местами превратило снежные наросты в ледяные корки. Через час опасного и трудного спуска Илит уже ругал себя всеми известными ему словами. Мерн не жаловался, а иногда даже беззлобно подсмеивался. С его физической подготовкой путь давался парню значительно легче, а один раз он и вовсе поймал Илита, когда тот поскользнулся и, не успев ухватиться за скалу, уже готов был полететь вниз. Идея идти вдвоём была оправдана уже одним этим. Может Илит и не погиб бы, и скорее всего успел бы создать огненный кокон, направив себя в ближайший сугроб, но проверять эту теорию на практике совсем не хотелось.

Такими темпами путь к поселению займёт куда больше времени, чем дорога наверх, и расчеты Илита летели ко всем демонам. Юноша огляделся — склон, находившийся чуть в стороне, был относительно гладким и пологим. Что, если… В голову пришла безумная, но не лишённая смысла идея. И она казалась ему куда более привлекательной, чем исчерпать запас магии на обогрев и замерзнуть в горах.

— Мерн, нам нужно к тому склону.

— Что? Зачем? — удивился парень.

— Затем, что мы спускаемся очень долго. Если продолжим в том же духе, через полтора часа я не смогу поддерживать куполы, что согревают нас.

— И что предлагаешь?

— Мы съедем. Сядем на куртки и покатимся вниз. А путь я превращу в ледяную дорожку с помощью огня.

— А на это тебя хватит?

— Да. Это быстро и не так затратно.

— Ну, командуй, юный маг.

Добравшись до нужного склона, Илит создал большой огненный шар и запустил его вниз прямо по снегу. Пламя с невероятной скоростью покатилось вниз, плавя под собой снег и образуя длинное ровное углубление. Через пару минут шар достиг подножья горы и потух.

— Круто, — выдохнул Мерн, — знаешь, магия и правда поражает. Мы теперь просто съедем вниз?

— Сначала придётся подождать, пока растопленные края заледенеют. Думаю, при такой температуре минут через пятнадцать.

— Как скажешь. Ты раньше так уже делал?

— Нет. В Ларвии нет гор, да и снег не задерживается. Если зимой и выпадает, то на несколько часов. Сегодняшний опыт будет для меня первым.

Чтобы не ждать в тишине, Илит задал вопрос, который так и не спросил после рассказа парня: о его матери и сестре.

— Сестра давно вышла замуж и уехала в Камзан. А мама… Она ждёт нас с братом. Я навещаю её в нерабочие месяцы. Если всё получится, мы тоже уедем к сестре. Хочу посмотреть на Лазурный мост, соединяющий два континента. Я слышал, это самое большое и невероятное сооружение в мире.

— Так и есть.

— Ты его уже видел?

— Нет, но увижу. Я читал о нём. Его возвели пять магов. Огня, воды, воздуха и земли – все четыре стихии, а потом заклинатель накладывал на него чары.

— Познакомившись с тобой, я впервые пожалел, что не родился магом. Наверное, это здорово — путешествовать по всему миру, да ещё и силы немалый бонус.

— Не жалей, — Илит печально отвёл взгляд в сторону. — У тебя есть то, чего никогда не будет у меня – семья. — Юноша поднялся, подошёл к углублению, оставленному его магией, и потрогал пальцами края. — Заледенело. Ну что, готов?

Илит первым снял куртку, положил её на лёд и сел. Страшновато, если честно. Но с дугой стороны, ему уже не терпелось проверить, удастся ли эта безумная затея. Ил оттолкнулся ступнёй о лёд и, едва куртка сдвинулась с места, поджал под себя ноги. Дух захватывало… Сугробы и скальные выступы проносились мимо него. Волосы растрепались, и холодный ветер задувал прямо в лицо. На такой скорости даже купол не мог полностью прогревать пространство вблизи. Позади вскрикнул Мерн, и Илит попытался обернуться. Получилось не очень – он успел лишь заметить, что парень скользит за ним на некотором расстоянии. Ну, если Ил в порядке, наверное и он тоже? Во всяком случае надеялся на это.

Спуск к подножью занял не больше пяти минут. Зато какие это были минуты! Сердце замирало от восторга и страха одновременно, и чего было больше, даже не понять. Илит хотел было устало откинуться на спину, но вспомнил, что за ним едет ещё один участник этого безумного похода, и откатился в сторону. Вовремя. Мерн влетел в ближайший сугроб буквально через несколько секунд. Ну и вид у него был! Такой же растрёпанный, как и сам Илит, руки мёртвой хваткой вцепились в куртку, на которой он катился, ноги прижаты к груди, а глаза совершенно ошалелые. Илит не удержался и, повалившись в снег, громко рассмеялся.

— Ты чего? — пробормотал Мерн, но взглянув на него, засмеялся и сам. — Здорово… Ты совершенно чокнутый, но это было здорово, — сквозь смех сказал он.

До поселения они буквально добежали, всё ещё веселясь и посмеиваясь.

— Пойдём, я заварю чай, — с улыбкой указал Ил на свой домик.

— А как же твоя магия? Разве не нужен отдых?

— Вскипятить пару кружек сил хватит. И потом, не можешь же ты заявиться к остальным в таком виде.

Илит распахнул дверь и пропустил парня вперёд. Пока заваривался чай, он достал из тумбы расчёску и даже нашёл зеркальце. Мерн со своими волосами справился быстро, а вот Илит печально вздохнул: ему придётся повозиться со своей рыжей шевелюрой. На дне седельной сумки нашлись остатки сладостей, которые юноша покупал ещё в Санаре, и самое главное — он достал зелья, ради которых и позвал Мерна в дом.

— Держи, — Илит протянул ему три небольшие склянки со светло-зелёной жидкостью.

— Что это?

— Зелье. Оно сделано нашим лекарем и заклинателем. Настоящее, такое не продают в лавках, только для магов на заказ. Это поможет твоему брату. Он конечно не станет абсолютно здоров, как до рудников, но будет лучше. Из того, что ты сказал, я думаю у него болезнь лёгких. Здесь влажно и холодно, а ещё: в шахтах он постоянно дышит затхлым воздухом и пылью. Давай ему одну каплю в день. Добавляй в воду или еду. Только каплю, не больше.

— Ил, ты… — Мерн дрожащими руками забрал баночки и убрал во внутренний карман, а потом резко поднялся и обхватил юношу за плечи, прижимая к себе. — Спасибо… Спасибо, Илит! Ты правда лучший из тех, кого я когда-либо встречал.

— И что здесь происходит?

Раздражённый голос, раздавшийся от двери, прозвучал настолько грозно, что ребята буквально отскочили друг от друга. Ромин стоял, опираясь плечом о дверной косяк, и прямо-таки убийственно смотрел на Мерна.

— Эм… я… Я, пожалуй, пойду, — пробормотал надсмотрщик. — Спасибо, Ил, — ещё раз кивнул он юноше и, с опаской поглядывая на некроманта, просочился на улицу.

Ромин захлопнул за ним дверь, прошёл вглубь, бросил поясную сумку на кровать и только тогда посмотрел на Илита.

— Так ты тут решил развлечься, пока я лазаю по шахтам в поисках демона?

— Я предлагал взять меня с собой, и неоднократно, — пожал плечами юноша.

— Я не позволил, и поэтому ты надумал потрахаться от нечего делать?

— Ну даже если бы и так, тебя это вряд ли касается, — бросил Илит, начиная закипать.

Что это за заявления такие? Обвиняет его ни в чём не разобравшись. А главное – личная жизнь Илита вообще не его забота. Ромин зло сузил глаза, а потом быстро приблизился к юноше и прижал его к стене.

— Ещё как касается, милый. С того момента, как я забрал тебя из академии, и до того, как ты закончишь обучение и получишь титул мага, ты полностью под моей опекой. И всё, что ты вытворяешь, касается меня напрямую. Ещё раз увижу что-то подобное, выпорю.

— Отлично! Не увидишь! Если мне приспичит с кем-то пообжиматься, я найду укромное местечко! — вспылил Илит и оттолкнул мага.

Да какого?! Сердце колотилось, и даже непонятно от чего. То ли от злости, то ли… Странное чувство. Очень странное и совершенно непривычное. Будто в глубине души он не хотел ссориться с Ромином. Всеми фибрами не желал этого. Вот только мозг кричал об обратном. Да он же вообще не сделал ничего неправильного, с чего такое отношение?! Кроме злости появилась ещё и обида. Илит пошёл к двери, собираясь свалить куда подальше, чтобы остыть и подумать, но едва коснулся ручки, как у него закружилась голова, а перед глазами всё поплыло. Кажется его поймали сильные руки, и сознание поплыло в темноту.

Его звали… Кто-то отчаянно звал. А его ли? Имя незнакомое. Или знакомое, но не его. Вот только какое? Почему оно ускользает? Почему родное лицо перед глазами такое расплывчатое? Родное?! Чьё? Он попытался вспомнить, но оно растворилось в зелёном пламени. А вот эту зелень он знал. У Ромина такое пламя. Его могильная магия, которая не обожжёт, но убьёт вернее огня. Ромин…

— Ромин, — едва слышно прошептал юноша, с трудом разлепляя пересохшие губы. Пришлось смочить их языком.

— Я здесь. Я здесь, милый, открой глаза.

Илит попытался сделать то, чего от него хотели. С третий попытки получилось. Над ним нависало лицо мага, Илит застыл, вглядываясь в него. Он в жизни не видел такого обеспокоенного взгляда. Даже не обеспокоенного – перепуганного. Красивое лицо мужчины побледнело и сейчас, наверное, могло помериться цветом со снегом на улице. Точно, он хотел уйти, потому что они поругались. Из-за какой-то глупости, честно говоря, поругались.

— Ромин, я не собирался с ним спать. Он мне даже не нравится. Я просто дал лекарственные зелья для его брата, и он обнял меня от радости и благодарности, — почему-то Илит счёл это важным — рассказать всё, объяснить что было.

— Да мне плевать, — ответил некромант и коснулся его лица. — Куда важнее, как ты себя чувствуешь.

А, ну да. Он же сознание потерял. И почему, кстати? Он не сталкивался с демонами или проклятьями, или магическими болезнями. А может… Может, сталкивался? До того как он пошёл в горы, всё было нормально. Илит вздохнул и начал рассказывать Ромину обо всём, что сегодня произошло.

— Ты думаешь, я мог уловить в горах какую-то ядовитую остаточную энергию и не заметить этого? Ведь больше нет никаких причин, почему мне стало нехорошо.

— Может быть, — неопределённо ответил Ромин. — Я завтра схожу туда и проверю сам.

— А может я истратил слишком много магии? Хотя, я бы должен был почувствовать, ведь я всегда ощущаю расход и предел.

— Лит, выпей-ка это. — Некромант протянул ему кружку с тем самым чаем, который Илит заваривал, вот только туда было добавлено какое-то зелье, окрасившее напиток в розовый цвет.

— Что это? — поморщился юноша, обхватывая кружку. — Пахнет так себе.

— Это восстановит силы, а ещё ты уснешь быстрее. Тебе надо отдохнуть.

— Ладно, — кинул Илит, понимая, что наставник прав. Вот только сначала... — Ромин, ты не злишься?

— Нет.

— Правда? Ты так… Так ругался на меня и…

— Лит, я не злюсь. Выпей, пожалуйста.

— Да выпью, выпью, — пробубнил юноша и быстро опустошил железную кружку.

Сонливость навалилась уже через несколько минут. Всё это время Ромин продолжал сидеть на краешке его постели и не сводил с Илита глаз, иногда касаясь его ладони. Проверяя, наверное. Уже практически засыпая, Илит потянулся к нему и сам сжал сильные пальцы. Наверное, он был не прав и зря вспылил. Нужно будет попросить прощения, ведь Ромин и правда отвечает за него и искренне заботится. Что-то глубоко внутри согласно заурчало, поддерживая эту мысль, и Илит провалился в крепкий, целительный сон.

Глава 11. Туннели

Илит лениво замешивал тесто для очередной порции лепешек, скучающе поглядывая в окно. К концу подходила уже вторая неделя их с Ромином пребывания на этих забытых богами рудниках, и юноша начал изнывать от безделья. Даже развлечь себя тренировками он больше не мог — Ромин строго запретил заниматься больше часа в день, а Ил и не собирался возражать. Вновь терять сознание ни с того, ни с сего не хотелось, уж лучше поостеречься несколько дней. Ромин, как и обещал, сходил на гору, но следов демона там не обнаружил и вновь вернулся к изучению шахт. Как бы оба мага ни хотели поскорее выбраться отсюда, поиски явно затягивались, и если уж такому опытному некроманту это не удавалось...

— Ил… Ил? — Юноша повернулся на голос, Тай стоял неподалеку, вопросительно глядя на него. — Ты ведь меня не слушал, да?

— Прости, задумался. Так что ты говорил?

— Мне нужно в шахты — отнести перекус рабочим в западные туннели и… Вообще-то я хотел попросить тебя: сходишь со мной?

— Ты же знаешь, Ромин запретил мне приближаться к ним.

— Я понимаю, но… Там есть два заключённых, которые… Короче они не отпустят меня просто так, а при тебе не посмеют распускать руки. Мы быстро – туда и обратно, твой учитель даже не узнает. И вообще, ты всегда такой послушный?

На самом деле так и было, во всяком случае раньше. В академии Илит всегда был прилежным и послушным учеником, но рядом с Ромином… То ли это азарт приключений так ударил в голову, то ли дело в самом наставнике, но Ил отчего-то больше не мог покорно слушаться и подчиняться. Ему хотелось стоять на своём, бунтовать, перечить, дерзить и даже немного капризничать. Но ведь это всё было ему совсем не свойственно, откуда такие желания? Юноша вздохнул и поднялся.

— Пойдём, — бросил он Таю, и тот радостно подхватил сумки с провизией.

Он делал это только ради Тая, чтобы к нему никто не полез, а вовсе не потому, что хотелось пойти наперекор Ромину, во всяком случае Ил твёрдо убеждал себя именно в этом. Выйдя на улицу, он забрал одну из сумок у приятеля и, перекинув через плечо, отправился ко входам в западные туннели. Едва зайдя внутрь, Тай потянулся к факелам, сложенным у стены.

— Они не понадобятся, — буркнул Илит и создал четыре огонька, которые тут же осветили проход.

— Это, конечно, здорово, но пусть и факел будет про запас. Мне, знаешь ли, с ним как-то попривычнее.

Илит пожал плечами и пошёл следом за Таем. Изрезанные кирками голые каменные стены и такой же пол, чернильная темнота впереди и позади, а ещё спёртый сырой воздух – вот и всё, что находилось вокруг, и шаг за шагом эта мрачная обстановка не менялась. Через пару минут Илит заметил в свете огонька едва уловимый отблеск в стене и остановился, чтобы рассмотреть его. Это оказался маленький прозрачный камешек, размером с половину его ноготка. Так тут и драгоценности бывают? А этот, похоже, пропустили. Ил достал небольшой нож и, подковырнув находку, убрал её в поясную сумку. Нож отправился туда же. Он уже собирался догонять Тая, но увидел ещё один отсвет за тем поворотом, откуда они пришли. Он замер вглядываясь. Факел? Кто-то из надсмотрщиков шёл сменить караул?

— Ил, ты где застрял? — крикнул Тай откуда-то спереди, и его голос эхом разнёсся по туннелю.

Юноша сделал шаг вперёд, но потом вновь обернулся на блёклый свет. Из-за поворота на него смотрел Ромин, и сердце Ила ушло в пятки. Ну, всё… На мгновение он зажмурился в панике, стараясь восстановить сбившееся дыхание. Сейчас ему влетит. И хорошо, если на словах, а то может наставник его и правда выпорет за очередное неповиновение. Илит печально склонил голову и уже поднял ногу, намереваясь подойти к Ромину, но тот быстро покачал головой и кивнул, указывая вперёд. Это что сейчас было? Некромант позволил ему идти дальше? Серьёзно?! И что, его даже не собираются отчитывать, ругать или наказывать? Ему разрешили идти в шахты?! С чего бы?

— Ил? Ты не заблудился?

Юноша вздрогнул от эха встревоженного голоса, но взгляд от Ромина не отвёл. Наставник вновь кивнул, и только тогда Илит отвернулся и поспешил к Таю. Догнав его, он вновь оглянулся, но отсюда Ромина не было видно. Всё это более чем странно! Илит просился пойти с некромантом раз шесть, не меньше, но тот всегда отказывал, а теперь вдруг отпустил? Мысли и вопросы роились в голове до тех самых пор, пока впереди не послышался глухой стук, а потом и не замелькал свет факелов, который вывел их в крупную пещеру, где работало семеро мужчин. Каторжане были прикованы цепями, так что двигаться могли метров на пять вокруг, не больше. Чуть в стороне, привалившись спиной к стене, сидел надсмотрщик. Ил не помнил как его зовут, да и видел того всего пару раз. Мужчина же, завидев их, поднялся и задорно улыбнулся.

— А вот и еда прибыла, — сказал он, хлопнув в ладоши. Глянув на Илита, поклонился, а затем вновь перевёл взгляд на Тая. — Я надеюсь воды ты принёс достаточно, а то мы всю выпили. Сегодня тут настоящее пекло.

— Каждому по два бурдюка, что, мало? — взволнованно спросил Тай, открывая свою сумку.

— Думаю, до вечера протянем. Иди, раздай им еду, — кивнул мужчина, а сам протянул руку к Илиту, — господин маг, позвольте мне.

Юноша молча отдал сумку, которую нёс, надсмотрщику, Тай же закончил минут через пять и, подхватив Илита под локоть, повёл обратно. Дойдя до очередной развилки, тот завернул направо, но это было совсем не то ответвление, откуда они пришли. Ил вопросительно глянул на него.

— Там работает ещё двое преступников. Их держат отдельно. Именно из-за них я и просил тебя пойти со мной. Тут не очень далеко.

Юноша кивнул и пошёл за приятелем. Шаг за шагом туннель понемногу сужался, а в некоторых местах и вовсе казался настолько узким, что Ил поражался: как тут проходят взрослые, крепкие мужчины? Кстати о таких: Ромин всё ещё идёт за ними? Идиотский вопрос. Конечно же идёт. Он не отпустил бы ученика одного туда, где по его мнению обитает демон. А ещё юношу уже давно кое-что мучило, но прояснить вопрос до этого не выходило: либо момент был неподходящий, либо рядом с Таем находился кто-то посторонний.

— Тай, — позвал он негромко, и тот отозвался. — Тай, а ты… Ты правда убил кого-то?

— Значит тебе уже наболтали, — приятель запнулся и, невольно притормозив, грустно улыбнулся.

— Ты же сам говорил, что здесь рано или поздно все узнают о твоём преступлении. Так это правда, или…

— Ну... Я не собирался никого убивать, это всё дурацкая случайность. Я был вором, а не убийцей.

— Расскажешь?

— Если хочешь. А вообще, всё довольно банально. Я рос с матерью, отца отродясь не знал, и она о нём не говорила. Просто молчала, если я спрашивал, так что я перестал интересоваться. Мама у меня из простых, работала горничной в доме барона, и жили мы там же, в пристройке. Сам особняк был здоровый, да только я, пока помогал матери, облазил его весь. Кроме барона и прислуги там никто не жил: ни жены у него, ни детей не имелось, хоть и не молодой уже. Жили мы хорошо. Ну и пусть, что сын служанки, зато меня даже в школу отдали. Только в тринадцать лет всё поменялось — мама заболела, и даже с настойками, что лекарь прописал, работать уже не могла. Сердце… — Тай тихо выдохнул и ненадолго замолчал. — Барон вскоре нас выгнал, сказал, что ему нужна хорошая прислуга, а не немощные нахлебники. Я уговаривал, умолял, обещал, что буду выполнять работу матери, но он так и не согласился. На те деньги, что были отложены, мама сняла комнату в ремесленном квартале и пыталась подрабатывать, где придётся. В школу я больше ходить не мог — нам бы на жизнь денег найти, не то что на учёбу. Я просился на любую работу, чтобы помочь маме, но кому нужен тринадцатилетний мальчишка, да ещё такой хилый как я? Через несколько месяцев я впервые украл. Подработок еле хватало на комнату и еду, лекарства для мамы были дорогие, а без них ей становилось всё хуже. Потом она совсем слегла, так что... Это был какой-то мужчина на рынке. Он расплачивался за свежую рыбу, и я увидел его кошель, просто битком набитый монетами. Я пошёл за ним, а когда тот остановился у очередного прилавка, разглядывая товар, украл его деньги. Надолго их не хватило, и во второй раз я решился обокрасть барона, который выгнал нас. Я знал его дом, как свои пять пальцев, знал, когда и где он бывает, так что было несложно. Следующей стала какая-то благородная дама — она каждую неделю приезжала в храм Маисы, и я видел на подъездной её богатую карету. Вот её я и решил обчистить, забрал всё, что нашёл внутри, ещё и выковырял драгоценные камни. Осуждаешь? — Тай замедлил шаг и посмотрел на Илита.

— Нет.

— Ещё будешь, — вздохнул Тай и продолжил свой рассказ. — Через какое-то время меня приметили другие воришки — у них там целая гильдия. И мне чётко - кулаками - разъяснили, что если я хочу воровать и дальше, то должен стать их частью, иначе они сдадут меня стражам. Я стал. Они оказались неплохими ребятами - большинство, как и я, стали воровать из-за нужды. Но были и другие, кому хотелось большего. Они многому меня научили и через пару лет уже брали с собой - мы грабили только дома богачей. У меня впервые было всё, чего я хотел. Много вкусной еды, добротные вещи, маленький домик за городом, который я снял для нас с матерью, а главное — деньги, на которые мы жили, ни в чём не нуждаясь. Надо было мне на этом остановиться, но я уже не мог. Мне нравилась такая жизнь. В тот день, когда всё вновь рухнуло, я грабил дом какого-то мелкого вельможи. Я следил за ним пару недель. Знал каждого слугу, что там работал. Знал, когда и кто выходит, кто и чем занимается и где бывает. Я подготовился и был уверен, что всё пройдёт хорошо. Но кто ж знал, что у хозяина была безумная дочь, которую он держал дома взаперти. Девчонка чуть старше меня. Она выскочила из тёмного угла и бросилась на меня, пытаясь отобрать какое-то ожерелье, что я успел прихватить в хозяйской спальне. Я просто оттолкнул её, даже не сильно, но… Она поскользнулась и перелетела через перила балкона. Когда я прибежал вниз, она уже была мертва — лежала там на камнях с разбитой головой. Я убежал, спрятал краденое и затаился, а через пару дней за мной пришли стражники. Оказалось гильдию прижали, пригрозили, что если они не выдадут того, кто это сделал, в городе начнётся облава на всех воров. Меня сдал мой же любовник. Знаешь, это оказалось больно – когда тебя предает тот, кому ты верил, но я могу его понять. Он даже прошептал мне «Прости» в тот день, когда объявили мой приговор. Я попросил его позаботиться о матери, и он дал обещание, что не оставит её. Надеюсь, он выполняет его, потому что если нет, я вернусь, найду его и убью.

Тай замолчал, а Илит обдумывал услышанное. Он пытался поставить себя на место Тая и понять, как поступил бы сам. Это оказалось трудно. Ил не представлял, каково это — иметь мать. Человека, настолько дорогого и близкого, что ради него ты готов нарушить закон. Даже если и не мать – у Илита никогда не было человека, ради которого он был бы готов на всё.

Во время рассказа Ил брёл за Таем и только сейчас понял, что они ушли уже очень далеко. Слишком далеко… Ил обернулся. Конечно Ромина не видно и не слышно, а сам он наверняка слышит их, но Илиту всё равно было не по себе. Наставник позволил ему войти в шахты и до сих пор просто молча наблюдает? Илит глянул на спину Тая, идущего впереди. Нет… Нет! Это не может быть Тай! Они провели вместе кучу времени, да он даже ночевал вместе с ними. Илит бы почувствовал в нём демона! Заметил бы хоть что-то! А если и нет, заметил бы Ромин… И он заметил, да? Ил остановился.

— Тай, — позвал он, и тот обернулся. — Тай, ты ведь знаешь, где демон?

— Значит, мне не удалось заболтать тебя? — усмехнулся приятель. — Знаю.

— Я иду назад, — тихо сказал Илит.

— Поздно. — Тай засучил рукав, и юноша увидел на его коже шрам неестественно синего цвета. — Я позвал его, он уже идёт сюда.

— Это… Это ты скормил ему тех заключённых, — поражённо прошептал Илит.

— Да. Я.

— Зачем?

— Тебя ведь никогда не насиловали, Ил? Ты, наверное, даже не представляешь, что это такое. Эти трое были хуже всех. Им нравилось, когда я кричу от боли. Нравилось, как я скулил и просил остановиться, как по моим ногам текла кровь, а они со смехом размазывали её и имели меня дальше. Самый кошмарный раз был здесь, в туннелях, когда я принёс им поесть. После я едва смог встать, чтобы уйти, опираясь о стены. Знаешь, о чём я мечтал тогда? Чтобы это закончилось! Раз и навсегда закончилось. Когда я не смог больше идти и просто упал на каменный пол, думая что здесь и сдохну, появился ОН. Огромный, уродливый. Страшная синюшная рожа покрыта шрамами, а руки… Он мог бы раздавить меня, если бы захотел. Я даже не испугался его, нечем уже было пугать. Он присел рядом и сказал, что его разбудил запах моей крови, и что он очень голоден. Я закрыл глаза, думал, что мной он и закусит. Он поднял меня на руки и куда-то понёс. Только потом я понял, что он отнёс меня к выходу из шахт, там меня и нашли надсмотрщики. Я почти неделю провалялся в постели, а как только мне стало лучше, вернулся в туннели. Он ждал меня, и я спросил, почему он мне помог, — Тай улыбнулся. — Потому, что ему нравится, когда еда кричит от страха, а мне было плевать. Он спросил, почему я хожу здесь один, а все остальные группами. Он, видишь ли, никак не мог поймать себе человечка на ужин. И тогда я решил, что приведу ему пищу. По одному, как он любит. Я приводил. Трижды. И готов приводить ещё. Когда он разрывал их, а они вопили от боли и ужаса, мне было хорошо. Мне впервые за долгое время было хорошо!

— А я? — тихо спросил Илит. — Меня ты тоже решил скормить ему? За что же?

— Твой учитель подобрался слишком близко. Демон позвал меня и попросил найти слабое место мага. Я смотрел за вами и уверен, что это ты. Знаешь, что он смотрит на тебя по ночам? Когда ты засыпаешь, он подходит к твоей постели и подолгу сидит рядом, не сводя глаз. Похоже, ты дорог ему.

Илит на минуту удивлённо застыл, но потом мотнул головой, отгоняя эту мысль. С ночными гляделками Ромина можно разобраться и потом, сейчас куда важнее демон. Ил шагнул к Таю и, схватив за запястье, потянул за собой.

— Идём отсюда, быстрее.

— Меня он не тронет, — Тай попытался вырвать руку. — Ил, ты совсем тупой? Демон уже рядом, и он съест тебя, а ты пытаешься увести меня?

— Это ты тупой, — Илит зло повернулся к приятелю. — Демон не твой друг. Он использует тебя и если захочет, сожрёт так же, как и других, и ещё…

— Лит, если ты собираешься защищать это ничтожество, делай это быстрее.

Тай вздрогнул и со страхом посмотрел Илиту за спину. Из-за поворота появился Ромин. Рукоять его косы мирно покоилась на плече, но при этом лезвие уже освещалось зелёными всполохами, готовое к бою.

— Ты… — выдохнул Тай и сделал шаг назад. — Но как?

— Следил за тобой. Когда несколько дней назад ты пришёл спать в наш дом, от тебя едва уловимо несло демоном. Я надеялся, ты сам приведёшь меня к нему, но ты потащил за собой Лита. Голову бы тебе снести, да он не позволит, — Ромин перевёл взгляд на ученика. — Создай мне огоньки, и валите отсюда.

— Ромин, я…

— Оправдания выслушаю потом.

Илит вздохнул, наколдовал несколько огненных шариков и отправил их к Ромину. Некромант взмахнул косой, и перед ним выросла полупрозрачная зелёная стена, наглухо разделившая туннель. Ил коснулся её пальцами и понял, что это барьер, через который он не мог пройти к наставнику. Неужто Ромин не доверяет ему и боится, что Илит пойдёт следом? Что ж, недоверие он заслужил — опять ослушался приказа. Ромин последний раз взглянул на него, а потом пошёл вглубь пещеры, с каждым шагом удаляясь от них, пока совсем не исчез во тьме, вместе с огоньками.

— Пойдём, — Илит дёрнул руку Тая, заставляя идти за собой.

— Что со мной будет? — прошептал тот.

— Не знаю.

— Вы расскажите о том, что я сделал? Меня казнят. Или оставят в этих шахтах на всю жизнь.

— Я попрошу Ромина не рассказывать.

— Почему?! — Тай упёрся ногами, вынуждая Илита остановиться. — Я пытался убить тебя! Почему ты такой добрый?! Или просто наивный дурак?

— Не наивный. Да и по поводу «добрый» тоже вряд ли. Просто… Я могу понять тебя. Если бы это был я, а не ты, я не знаю чтобы сделал. Если бы меня… — Илит замолчал, а потом сказал едва слышно: — Наверное, я бы тоже захотел убить их.

Юноша собирался идти дальше, но в эту секунду по тоннелю пронёсся оглушающий вопль. Илит глянул в ту сторону, куда ушёл Ромин. Он ведь справится? Он сильный… Тай резко выдернул свою руку, повернув назад, Ил выругался и побежал за ним. Достигнув полупрозрачной стены, приятель легко пробежал сквозь неё и не оглядываясь рванул дальше. Ил тоже попытался пройти, но сколько бы ни пробовал, барьер оказался для него непреодолим. Юноша даже сжечь его пытался – ничего. И как только Ромин сделал, что пройти не мог только Ил? Он зло ударил по преграде и осел на пол. Значит будет ждать тут.

Через несколько минут по тоннелю вновь пронесся ужасающий вопль, а потом задрожала земля. Вот это уже совсем нехорошо — не хватало ещё, чтобы их похоронило здесь заживо. Пальцы Илита похолодели. Страх оказаться под завалом парализовал, даже дышать стало трудно. Юноша прикрыл глаза, глубоко вдыхая спёртый воздух, стараясь успокоиться. Странные панические атаки ему сейчас точно не нужны. Новый толчок заставил Илита вскочить на ноги и прижаться к стене, а ещё через минуту он ощутил мощный поток магии, и это даже без помощи кулона! После этого барьер, поставленный Ромином, растаял. Юноша сделал осторожный шаг вперёд – и правда! — ничто больше не мешало ему пройти.

Он шагнул снова, а потом сорвался на бег. Вскоре показался поворот, за которым начиналась большая высокая пещера. Забежав в нее, Ил замер на месте и быстро огляделся. Огромная туша демона валялась в центре. Неподалеку лежал Тай со свернутой шеей, а в глубине пещеры, у стены, сидел Ромин. На подгибающихся ногах Илит пошёл к нему, и с каждым шагом сердце всё больше холодело от страха. Наставник был бледен, и на фоне этой белизны кровавыми росчерками ярко выделялись ссадины на лбу. Но не это было самым страшным. Ромин не открывал глаз и не шевелился, а руки и одежа его были залиты кровью.

Грудь сдавило такой сильной болью, что Илит упал на колени. Перед глазами на секунду всплыла похожая картина, но место было явно другим: каменная кладка за спиной Ромина, свет едва проникает сквозь узкое окошко, шириной с ладонь, некромант очень худ и измождён, но, подняв голову, он почему-то улыбается. Видение исчезло так же быстро, как и появилось. Илит посмотрел в сторону наставника и позвал его. В ответ тишина.

— Ромин! — сказал он громче, заставляя себя подняться и подойти ближе. — Ромин? РОМИН!

— Не кричи, — прошептал мужчина, и боль, что не отпускала Илита, тут же исчезла.

— Ты… ты ранен?

— Царапина. Я уже обработал зельем. Надо бы ещё, но у меня с собой больше нет.

— Я тоже не брал. Всё в домике.

— Балбес. Какого демона ты полез в шахты? Я же запретил.

— Прости.

— Мне твое прости… Ты вообще умеешь слушаться?

— Ну, знаешь! Ты видел, что я пошёл, и сам кивнул разрешая.

— А если бы я не следил за пацаном?

— Прости, — снова прошептал Илит и подошёл чуть ближе, силясь рассмотреть, куда пришёлся удар. — Куда тебя ранил демон?

— Предплечье. И не демон. Тай выскочил сзади с ножом. Я был настроен на магию демона и поздно его заметил.

— Ты убил его?

— Нет. — Ромин устало усмехнулся и открыл глаза. — Я откинул его в сторону, а тот, кого он считал другом, свернул ему шею, потому что мальчишка просто попался под руку.

— Давай, я помогу встать, — Илит протянул руку. Ромин взялся за неё и резко дернул юношу на себя, а потом прижался к его животу щекой и прошептал:

— Постой так немного.

Илит замер. Внутри разливалось тепло — необычное, странное чувство, а ещё будто что-то нашёптывало, что вот так правильно, так и должно быть. Илит, не задумываясь, коснулся пальцами растрёпанных светлых волос. Приятно. Такие мягкие…

Да что он делает?! Илит осторожно отстранился и с трудом прошептал:

— Ромин, ты не можешь так делать.

— Почему же?

— Потому что у меня есть парень.

Некромант поднял голову, и Ил встретился взглядом с синими пронзительными глазами. Их льдом сейчас, наверное, можно было бы убить.

— И кто этот несчастный?

— Это… — юноша прикусил губу. Говорить Ромину, кто это, он конечно не собирался, а ответить «не твоё дело» не поворачивался язык. К тому же не хотелось снова нарваться на его гнев. Он не желал больше ссориться с наставником, и уж точно не сейчас, когда тот ранен и ослаб. Ил протянул руки и, перехватив Ромина под локоть, потянул на себя. — Пойдём. Нужно осмотреть твою рану и нормально обработать.

— Пытаешься уйти от ответа?

— Я пытаюсь не дать тебе истечь тут кровью.

Ромин поднялся, опираясь на него, и они побрели к выходу из пещеры. У самого начала туннеля Илит обернулся и бросил последний взгляд на Тая. Он не смог ни помочь, ни спасти его. Он опять оказался бесполезен.

— Ты не мог ничего для него сделать, — сказал Ромин, проследив за его взглядом. — Этот мальчишка давно пропитался ненавистью и злобой, ему уже никто бы не помог. Именно поэтому он приглянулся демону – озлобленный, одинокий и беззащитный, им легко было манипулировать. Лит, ты не ответил…

— Ты у нас раненый, вот и иди молча. — Юноша покрепче перехватил Ромина и шагнул в туннель.

Глава 12. Проделки и насекомые

Воспоминания Ромина (примерно 37 лет назад)

— Ты сегодня собираешься вставать?

Ромин накрыл голову подушкой, чтобы спрятаться от докучливого звонкого голоса. Ну почему этот мальчишка не может спать, как все нормальные люди?! Ответ, конечно же, очевиден – потому что призраки не спят. Маг лениво потянулся и наткнулся рукой на нечто мягкое и гладкое. Краем глаза глянул в ту же сторону: стройное тельце и аппетитная, торчащая кверху, голая попка. Ах, да, точно, он же ночью развлекался с парнишкой из фруктовой лавки. Тот был весьма неплох — лучше последних двух, это точно. Память услужливо подбросила образы: гибкая спина с мелкими пуговками выступающих позвонков, неожиданно изящные кисти рук, что не портили мозоли и загрубевшая кожа ладоней человека, привыкшего к физическому труду, зацелованные пухлые губы. Громкий, по-мальчишечьи звонкий голос, тягуче выстанывающий: ещё, Ещё... ЕЩЁ! В паху потяжелело и руки сами потянулись к гладкой, горячей ото сна коже...

Раздражённо вздохнув, Ромин нехотя приподнялся и посмотрел в сторону окна, где конечно же болтался Лино и грозно прожигал его взглядом, сложив руки на груди.

— Милый, тебя не смущает, что я здесь не один? — игриво сказал маг, скидывая с себя одеяло, вызывающе демонстрируя поджарое тело, полувставший член.

— Ты думаешь после пяти лет с тобой, меня ещё что-то может смущать?

— Тогда останешься посмотреть, как я разведу пацана на утренний секс?

— М-м-м-м… — протянул Лино и ехидно улыбнулся. — Начинай, а я пока слетаю, позову Амину. А потом посмотрю, как она оценит твой утренний секс, вместо того, чтобы встретить её.

— Что?! — Ромин вскочил на ноги. — Сестра в городе? Но она должна была приехать только через пару дней.

— Ничего не знаю. Я видел, как она въезжала в ворота минут двадцать назад, так что… — Лино подлетел ближе и лукаво заглянул некроманту в глаза. — У тебя от силы минут семь, чтобы одеться и выкинуть из постели ЭТО.

— Ты…! — Ромин зло глянул на мальчишку. — Ты не мог разбудить меня раньше?!

— Даже не собирался. К тому же вчера вечером ты велел мне следить за городом до самого утра, я всего лишь следую твоим указаниям.

— Невыносимое, маленькое чудовище, — пробубнил Ромин себе под нос.

Ещё и глазками невинно хлопает, зараза такая. Ну почему он не встретил милого, послушного и ласкового призрака? Почему ему на голову свалился именно этот вредный мальчишка? Ромин подобрал с пола штаны, нервно натянул их и, подойдя к постели, звонко хлопнул вчерашнего любовника по белеющим упругим ягодицам.

— Вставай, — бросил он, — тебе пора.

Тот заворочался, моргнув сонными глазами.

— Ты серьезно? Всю ночь на мне ездил и даже поспать не дашь?

— Я бы с радостью поспал и сам, но сюда уже идёт моя сестра, — огрызнулся Ромин, ища, куда закинул вчера свою рубашку. — И, прости, но у неё аллергия на всех хорошеньких мальчиков, с которыми я сплю.

— И на девочек тоже, — подал голос Лино, но поскольку тут его мог слышать только Ромин, маг проигнорировал мальчишку, чтобы не пугать любовника.

Не хватало ещё, чтобы пацану поплохело от страха, узнай он, что в комнате призрак. Некромант наклонился и заглянул под кровать – рубашки не оказалось и там. Демоны с ней, потом найдёт, проще взять новую. Ромин быстро подошёл к седельной сумке, запустил руку привычным, практически машинальным, движением, да так и застыл. Пусто… Он даже заглянул внутрь на всякий случай, но нет, вещей в ней не было.

— Лино, — угрожающе прошипел он себе под нос. Мальчишка состроил самую честную и невинную моську на свете и даже взгляда не отвёл. — Где?

— Что, где? — спросил вчерашний любовник, лениво приподымаясь с постели.

Как его там, кстати, зовут? Ол? Мол? Сил? Какая к демонам разница: почему он ещё не одет?! Ромин быстро нашёл его одежду — в отличие от своей — и, кинув любовничку, поспешил в ванну. Нужно было хоть умыться. Здесь же нашлась и его одежда – плавала в бадье с грязной, после вчерашнего купания, водой.

Нет, вот когда ему надо, он, значит, может поднапрячься и касаться предметов — вон, даже всё Роминово барахло перетаскал! Когда только успел? А стоит попросить о чём-то, так, значит, не может? Спасибо, хоть штаны оставил.

Во входную дверь требовательно постучали, и Ромин тихо застонал. Не успел…

— Открыто, — радостным щенком громко крикнул Лино.

Ромин вздохнул поглубже и вышел из ванной. Сестра уже стояла на пороге, растрёпанная с дороги, не выспавшаяся, с сумкой через плечо. Взгляд Амины тут же упёрся в полуголое тело у кровати, что всё ещё натягивало штаны.

— Опять? — она с угрозой повернулась к Ромину. — Ты тут демона ловишь или развлекаешься? В городе уже девять убийств, а я застаю в твоей постели очередного мальчишку! — Ромин даже слова вставить не успел, как она набросилась на паренька. — А ты? Мозгов-то вообще нет? Думаешь, ты нравишься ему? Он же тебя потрахает и завтра забудет как звали, если вообще помнит. И что вы все в нём находите, красивую мордашку? Характер-то у моего братца так себе. Ну что ты на меня глазки вылупил, одеваться собираешься?

Пацан так и застыл в одной штанине, растерянно глядя на неё. Через секунду лицо его вспыхнуло от смущения, и он вмиг оделся. Ромин раздражённо прицокнул: «А раньше с такой скоростью собираться не мог?» Лино позади некроманта ехидно хихикнул. «Ну, погоди! С тобой я позже разберусь, предатель мелкий».

Амина распахнула дверь, выжидая, пока смущённый любовник, пламенея щеками, просочится прочь, бросив напоследок на Ромина тоскливый взгляд, и со злорадством захлопнула.

— Ну и зачем ты так? Можно же было и помягче, обидела…

— Мне твои подстилки уже вот где сидят. И — главное! — каждый раз новые! Где ты их только находишь? Всё, не желаю больше об этом, — Амина прошла вглубь комнаты, бросила сумку у комода и перевела взгляд на призрака. Её лицо тут же смягчилось, а на губах появилась улыбка, — Линчик, солнышко! Как поживаешь?

— Как обычно, летаю туда-сюда.

— Эх, так хочется тебя обнять. Зайка, что у нас по поводу демона? Ромин, я так понимаю, был слишком занят, чтобы заниматься поисками.

— Да нет, он искал, — мальчишка пожал плечами, — только мы никого не нашли. Я так и вовсе — город раз двадцать облетел, а Ромин опрашивал семьи погибших.

— Вообще никакого следа?

Некромант и призрак синхронно покачали головой, а потом Лино глянул на окно и, увидев ползущего по раме таракана, закрыл глаза. Ромин знал этот жест досконально. Мальчишка сосредоточился, слегка засветился и дунул. Насекомое упало на пол и быстро забилось в какую-то щель. Любопытно, что с годами, постепенно и очень медленно, но запас сил мальчишки рос. Подобные маленькие фокусы он теперь проделывал легко, даже магия его стала сильнее, и пользоваться ею он мог дольше. Амина задумчиво смотрела на них.

— Когда Вел отправлял меня сюда, только вкратце описал ситуацию. Расскажите подробности что ль. И, Ромин, ты так и будешь расхаживать с голым торсом?

— Кстати, об одежде... Линооо! — протянул угрожающе некромант и обернулся.

Призрака и след простыл. Успел слинять, вредитель! Мужчина вздохнул и вновь направился в ванную: надо бы простирнуть и просушить хоть пару рубашек. Сестра последовала за ним и, увидев, что тут творилось, на секунду опешила, а потом звонко расхохоталась.

— Это что, сделал Линчик? — веселясь, спросила она.

— Он, между прочим, не любит, когда ты так его зовешь, — бросил Ромин, вынимая из грязной воды первую попавшуюся вещь и отправляя её в ведро по соседству.

— Не правда. Он всегда мне улыбается, и всегда такой милый — просто солнышко.

— Это ты его плохо знаешь. Десять минут милый, а потом два часа вредничает.

— Так почему же ты до сих пор терпишь его?

Хороший вопрос. Ромин давно привык к тому, что Лино рядом, и к его характеру, и к периодическим выкрутасам. Странно, но он уже с трудом вспоминал, как ему жилось до Лино. А теперь, после того, как они уже несколько лет странствовали вместе, ему и вовсе будет скучно без него. Вот кто ещё посмел бы спереть все его вещи и утопить в ванной? И, если уж по-честному, то Ромин даже не злился на него, любому другому сразу бы прилетело, а на мальчишку он максимум поворчит немного.

— О чём задумался? — спросила сестра и, вздохнув, встала рядом, помогая ему с полосканием вещей.

— Да так. Давай-ка лучше расскажу обо всех убитых…

_

Ромин вышел с постоялого двора и направился к дому городничего. Летнее солнце нещадно пекло, но влажная рубаха охлаждала тело. Маг улыбнулся – детская выходка Лино оказалась даже полезна. Кстати, о призраке – Ромин его нутром чуял — зловредный мальчишка тихонько следовал за ним, прячась в тени крыш. Очередное задание забросило их на самый юг Камзана – в город Исхо – большой и шумный, как Ромин и любил: в отличие от маленьких, здесь было всё необходимое для жизни и удобства людей. Камзан вообще славился крупными, густонаселёнными, богатыми городами, и по этой же причине в них хватало и демонов. За неделю с небольшим Лино нашёл уже с десяток низших демонов, вот только вся эта мелочь не имела отношения к тому, кого они искали.

За последний месяц в городе обнаружили девять жертв, последнюю — в день приезда Ромина: тело молодой девушки оказалось на задворках улицы с трактирами и домами утех, собственно в одном из таких она и работала. Определить, кем именно была убитая, стало непростой задачей, потому что на теле практически отсутствовали кожа и мясо, а от останков так разило демоном, что сомнений, кто здесь поработал, не оставалось. По рассказам городничего, остальные жертвы выглядели так же, а двоих так и не удалось опознать. В первые несколько дней Ромин обошёл все места, где были обнаружены несчастные, и опросил родственников, по крайней мере тех, у кого они были.

Все девять жертв убиты в разных частях города, более того — у них не имелось ничего общего. Обычно демоны, живущие в больших городах, выбирали себе для пищи какой-то один конкретный типаж, выбор-то в таких местах огромный. Этот же, похоже, жрал всех подряд: молодую девушку, старика, подростка, мужчину средних лет. И все они разного сословия. И как тут искать, если демон нападает на кого попало и где попало? Ромин остановился и глянул на крышу ближайшего дома.

— Лино, иди сюда.

Мальчишка едва высунулся из-за козырька и подозрительно посмотрел на него.

— Не-а.

— Вылазь уже, ничего я тебе не сделаю.

— Точно?

— Да.

— И ты не злишься?

— Нет.

— И даже не будешь угрожать мне своим зелёным пламенем?

— Да иди уже сюда!

— Нееее, я отсюда послушаю.

— Я не собираюсь перекрикиваться с тобой через всю улицу.

Балаган и правда пора было заканчивать – на него уже косились прохожие. Лино обречённо вздохнул и подлетел ближе, но всё ещё опасливо держался на расстоянии. Вот как будто Ромин хоть раз его обижал!?

— Ночью ничего не нашёл? — тихо спросил некромант.

— Это тогда, когда я усердно работал и думал, что ты отсыпаешься, а на деле оказалось, что развлекаешься с очередным парнем? Кстати, с третьим за неделю.

— Ты только на мозги не капай, — буркнул Ромин. — Так ты поэтому психанул?

Лино пожал плечами, но потом всё же заговорил.

— Я просто понять не могу: почему ты не выберешь кого-то одного? Зачем всё время менять их?

— А зачем мне кто-то постоянный? Потрахались и разбежались, больше от них ничего не требуется.

— Олис был расстроен когда уходил.

— Кто?

— Олис! Тот, кого ты поимел ночью! — вспылил Лино и резко подлетел ближе. — А за пару дней до этого был Пин, а до него – Силит. Кстати, в тот день, когда ты привёл Пина, Силит ждал тебя в обеденном зале, но ты его не заметил. Ты вообще – бесчувственная козлина, никогда не замечаешь их обиженных лиц, а мне приходится смотреть на их разочарование, а иногда и слёзы.

Ромин поражённо уставился на призрака. Он и не подозревал, что Лино наблюдает за его любовниками. Зачем он вообще это делает, ведь даже Ромин видит их в первый и последний раз в жизни?

— По поводу ночи, — продолжил мальчишка, — я летал над городом, но не заметил ничего необычного.

— Даже мелких демонов не видел?

— Они, небось, все попрятались, после того, как ты начал тут зачистку. Куда идём?

— К городничему. Хочу узнать, где похоронены погибшие, и осмотреть их тела. Может, сравнив, смогу понять, как именно демон убивает. Амина присоединится к нам вечером. Она сняла соседнюю комнату и сейчас отправилась немного поспать.

— Я знаю, мы разговаривали. Она, кстати, предлагает мне попутешествовать с ней.

— И что ты ответил?

— Что подумаю.

— Подумал?

— Не хочу её обижать, но сюсюканье твоей сестры меня раздражает. Тебя-то она почему-то не зовет Роминчиком.

Некромант ехидно улыбнулся, а Лино, заметив это, развеселился и закружил вокруг, повторяя: «Ромин, Ромин, Роминчик!»

Погибших похоронили на восточном кладбище за городом. Едва придя туда, маг поднял все девять тел из могил. Изуродованные, с отваливающейся местами гниющей плотью, мертвецы выстроились перед ним в ряд, и Ромин начал осмотр. У одного сломана рука, у другого – ребро, у третьего не хватает нескольких пальцев, но все эти травмы не смертельны. Как же демон их убивал? Лино, наморщив носик, деловито слонялся рядом и тоже осматривал тела.

— Похоже, он не убивал их напрямую, — пробормотал призрак. — Такое чувство, что все они умерли сами. Никаких видимых повреждений, если не считать, что их объели. О! — воскликнул Лино и замер. — А помнишь демона, который парализовывал свои жертвы, и те умирали от его яда? Может этот такой же? Хотя тот ел исключительно внутренности… Неее, не тот.

— А идея неплоха, я имею в виду яд.

Ромин подошёл к одному из мертвецов, засучил рукав и, вздохнув, сунул руку прямиком в гниющую плоть. Нащупав пальцами печень, маг быстро и аккуратно вынул её.

— Фу, — поморщился Лино. — Терпеть не могу, когда ты их потрошишь! Наверное, если бы можно было, меня бы стошнило.

Ромин проигнорировал это замечание и, поднеся орган к носу, тщательно обнюхал. Никаких несвойственных мёртвому телу запахов не наблюдалось. Тогда он проверил печень с помощью кулона. Затем извлёк желудок и проделал с ним то же самое.

— Если демон чем-то и траванул их, я этого не чувствую, — подвёл он итог, отправляя оба органа в разрытую могилу. — Только чётко выраженная демоническая энергия, больше ничего.

Маг взмахнул косой и тела послушно побрели обратно к местам своих захоронений. Поднимать их из могил не проблема – поколдовал, и сами выползли, а вот закапывать придётся вручную. Через пару часов, весь в грязи и поту, Ромин устало присел на землю. Тащиться в город в таком виде не хотелось. Отправить бы Лино поискать ближайший водоём, да только куда это прозрачное чудо подевалось? Призрак вернулся через несколько минут, как раз, когда Ромин немного передохнул.

— Там ручей неподалёку, — сказал мальчишка, махнув рукой за высокие кусты.

— Спасибо, — благодарно выдохнул Ромин и поднялся.

Хорошо всё-таки иметь напарника, даже если и бесплотного. После стольких лет вместе мальчишка без слов понимал его нужды и желания. Они так привыкли друг к другу, что порой даже выражались одинаковыми фразочками. Так что: прости, Ами, но если нужен личный призрак, поищи другого.

Ближе к вечеру Ромин вернулся на постоялый двор. Амина к этому времени уже проснулась, поела и теперь прибывала в куда более благодушном настроении, чем утром. Поскольку за все дни пребывания в Исхо ни Ромин, ни Лино ничего толком не нашли, сестра решила действовать по-своему. И первым местом, куда она намеревалась отправиться, оказался игорный дом, поскольку именно там в последний раз видели девятую жертву живой. За неимением других зацепок, Ромин пошёл вместе с сестрой.

На удивление, местечко оказалось весьма неплохим. Два больших зала: в первом располагался бар и столики для игроков попроще, во втором же обнаружилась уже куда более денежная публика.

— Может, сыграем в квит? — спросила Амина, заметив за одним из столиков мужчин, увлечённо играющих в карты. — Вольёмся в атмосферу, так сказать.

— Хорошо, что ты додумалась надеть штаны, а не одно из своих сиськовываливательных платьев, не то, боюсь, пришлось бы вливаться в качестве одной из местных девиц лёгкого поведения, — буркнул Ромин, оглядев зал.

Девушки, искавшие себе здесь клиентов, выглядели весьма прилично, в отличие от шлюх из публичных домов, даже несмотря на то, что некоторые были одеты слишком ярко и кричаще. Вели себя сдержанно и прелести на показ не выставляли. А одна молоденькая, невысокая блондинка и вовсе оказалась весьма хорошенькой. Милое личико, стройная точёная фигурка, упругая небольшая грудь – вполне во вкусе Ромина. Вот только шлюхами он никогда не интересовался. Ещё не хватало платить за утехи, когда в его постель и так бегут с радостью. Кстати, о девушках: что-то давненько он не спал с ними, от чего-то последнее время его тянуло исключительно на упругие мальчишеские попки.

Амина прихватила брата под локоть и неспешной походкой направилась к столу, где играли в квит.

— Вопросик о нашей погибшей: с кем из её семьи ты разговаривал? — шёпотом спросила сестра.

— Ни с кем. Как я понял: в городе у неё никого не было, а жила она с подружкой того же рода занятий, что и сама – снимали комнату на двоих. Единственное, что сказала та девица, что они вместе пришли сюда, а где-то через час она ушла с клиентом и больше подругу не видела.

— Значит, наша жертва осталась тут, и именно тут её приметил демон. — Амина снова осмотрела зал, теперь уже куда пристальнее вглядываясь в лица людей.

Дойдя до ранее примеченного столика, девушка кашлянула в кулак, привлекая к себе внимание игроков.

— Господа, вы не против если мы с братом составим вам компанию? — с лукавой улыбкой спросила она.

— Кто же откажет такой милой даме, — ответил самый пожилой игрок и даже привстал, чтобы пододвинуть девушке стул.

Ромин же изо всех сил сдерживался, чтобы не закатить глаза. Амина и «милая» – это вещи, которые в принципе не имеют друг к другу никакого отношения. Сквозь стену в зал влетел Лино, нашёл их взглядом и быстренько приблизился к столу.

— Вокруг тихо, хотя это слово вряд ли подходит к улице, полной трактиров, притонов и кабаков. Но демонов точно нет. Вы что, играть собрались? — мальчишка с любопытством поглядел на стол, где тасовалась колода ловкими руками мрачного пожилого брюнета. Не очень-то тот походил на игрока, такой привык брать своё силой, без свидетелей.

Ромин молча кивнул и занял свободное место подле сестры.

— Какие ставки? — спросила Амина, протягивая руку к розданным ей картам.

— Начинаем с двадцати серебряных.

Нехилые у них запросы! В соседнем-то зале наверняка играют на медяки. Девушка без вопросов выложила на стол монеты, причём и за себя, и за Ромина.

— Ну, тогда начнём, господа.

Игра увлекла магов на несколько часов, так что никакой охотой на демонов тут уже и не пахло. Амина с азартом собирала комбинации из карт и с ещё большим азартом выигрывала. Ещё бы, с таким-то помощником! Лино быстро просёк суть игры и стал кружить над столом, заглядывая в карты противников и сообщая их девушке. Конечно, это было нечестно, но весьма увлекательно! И потом: деньги никогда не бывают лишними, даже несмотря на то, что ни Ромин, ни Амина не имели в них недостатка. Некромант с интересом наблюдал за всё более недоумевающими и явно расстроенными лицами соперников. Мрачный брюнет стал дёрганым и пару раз тайком пытался подловить Амину на жульничестве, но, разумеется, не вышло. Да и как бы он сумел, если девушка выигрывала исключительно благодаря призраку? Для убедительности сестра даже несколько раз сбрасывала карты и намеренно проигрывала. Не повезло сегодня бедолагам за столом – такими темпами уйдут отсюда с пустыми карманами.

Во время одной из партий, Лино неожиданно сорвался с места и подлетел к ближайшей стене, Ромин взглядом последовал за ним. Мальчишка же застыл в воздухе, уставившись на ползущего по стене таракана. Ну и что за новая блажь? Призрак протянул руку, по тонким изящным пальцам пробежало несколько искр, которые тут же испепелили насекомое. Крохотное обугленное тельце упало на пол, и Лино склонился над ним, даже Амина оторвалась от своих карт и глянула в ту сторону.

— Ромин, подойди-ка сюда, — позвал его мальчишка. Маг нехотя поднялся и пошёл к нему.

— Ты что, нашёл себе новое развлечение? — шёпотом спросил он, прижимаясь к стене. — Чем тебе таракан-то не угодил?

— Это не таракан. Точнее, необычный таракан. Я понял, как умерли жертвы, — Лино указал пальцем на уголёк, а некромант вопросительно изогнул бровь. — Не тупи, Ромин, проверь его амулетом.

Маг пожал плечами и выполнил нелепую просьбу призрака. Каково же было его удивление, когда он ощутил от мёртвого насекомого мизерную, практически неуловимую, демоническую энергию, причём ту же, что исходила от тел погибших. Что за?

— Как ты заметил?

— Он был странный, — ответил Лино. — Обычные тараканы не крутят головой. Сначала я подумал, что демон им повелевает, но нет: тогда бы он просто был вялым. А потом я вспомнил, что видел этих противных насекомых по всему городу. Их, конечно, в каждом городе полно, но тут просто с избытком. Мне кажется…

— Они часть самого демона! — одновременно закончили Ромин с Лино.

— Значит, он убивает своих жертв сотнями, а то и тысячами насекомых, которые в считанные минуты обгладывают человека, — нахмурившись, сказал Ромин. — И более того: он повсюду. Здесь, на постоялом дворе - он может следить за каждым нашим шагом.

— То есть нам надо перебить всех тараканов в городе? — Лино усмехнулся. — И как ты себе это представляешь?

Глава 13. Шутка судьбы

Воспоминания Ромина (примерно 37 лет назад)

Уже который день Ромин с утра пораньше покидал город и занимался тем, что устанавливал вокруг Исхо огромную ловушку. Это была идея Амины и, надо сказать, неплохая, вот только воплощать её приходилось исключительно некроманту — огненная магия сестры для этого не подходила. Сама же Ами, вместе с Лино, создавала видимость активных поисков в городе. На случай, если демон следил за ними, а скорее всего так и было, учитывая, что у него повсюду тысячи глаз, девушка всеми силами пыталась отвлечь его внимание на себя.

В первую очередь она истребила всех насекомых на постоялом дворе. Для этого Лино облазил все закутки и щели, после чего девушка установила вокруг здания непреодолимый для демонов барьер, при соприкосновении с которым они просто сгорали. Причём действовал он не только на поверхности, но и под землёй, охватывая часть городской канализации неким подобием купола. С каждым днём Амина расширяла радиус своего творения, так что теперь магический барьер обволакивал уже несколько улиц. Конечно, можно было бы полностью вытравить демона из города и подобным образом, но на это потребовалась бы ещё ни одна неделя, а судя по частоте убийств, тварь, попавшаяся им, была крайне прожорливой и, скорее всего, уже очень оголодала и сдерживалась из последних сил только из страха перед магами. Очень скоро демон не выдержит и выйдет на охоту. Ещё Лино каждую ночь дежурил в городе, облетая его и присматривая за неспящими, шатающимися по улицам жителями.

Ромин начертил острием косы на земле последний символ и, отозвав оружие, оглядел плоды своей работы. Пять дней ушло на то, чтобы закрепить вокруг всего города магические знаки и замкнуть ловушку. Оставалось надеяться, что это того стоило — по расчётам, когда он её активирует, ни один демон в Исхо не сможет пошевелиться, будь он хоть в каком обличии. Вот только на деле, во время боя, всё вечно шло не по плану.

Перекусив мясным пирогом, прихваченным с собой, и искупавшись в тёплой речной водичке, некромант вернулся в город. Добравшись до постоялого двора, он думал вздремнуть пару часов, пока не вернутся Ами и Лино – ранние пробуждения и ночные вылазки не способствовали хорошему настроению, да и усталость уже давала о себе знать. Вот только, войдя к себе, он услышал шум из комнаты сестры. Сбросив вещи на кровать, Ромин отправился к ней, и какого же было его удивление, когда он увидел Амину! Вместо привычных огненно-красных волос с вкраплением розовых прядей с её головы свисали белые слипшиеся сосульки.

— Эммм… Что это? — спросил он, так и застыв в дверях.

— Ерунда, — отмахнулась девушка не отрываясь от склянок с эликсирами, которые перебирала.

— Серьёзно, что с твоими волосами?

— Мы с Лино просто играли. Ничего страшного, через несколько дней снова станут прежними.

— Знаешь, сейчас я мог бы с негодованием спросить: «Вы что тут развлекались, пока я под палящим солнцем, в поте лица, устанавливал ловушку?» Но, пожалуй, меня куда больше интересует: на что Лино подбил тебя в этот раз? Что-то я очень сомневаюсь, что покрасить волосы твоя идея.

— Ты прав – его, но игру затеяла я, — с тёплой улыбкой сказала девушка, а потом как-то печально посмотрела на Ромина. — Не спросишь: во что мы играли?

— Это важно?

— Пожалуй, нет. — Амина отвернулась, и Ромин, закатив глаза, подошёл ближе и задал вопрос, который она ждала.

— Во что вы играли?

— «Задание или секрет».

— Ну последствия я вижу, — усмехнулся некромант. — А что же ты заставила делать Лино?

— Ха! Последствия… Знаешь, у Линчика изощрённая фантазия! Может, от тебя понабрался? Хотя вряд ли: благотворительность не твоя стезя. Мои волосы — меньшая из жертв. Вот когда он отправил меня покупать сладости всем детям из бедных кварталов… Я потратила весь выигрыш из игорного дома, и даже к своим личным запасам пришлось прибегнуть. Эх! Но вообще-то было весело, и видеть счастливые лица деток – приятное чувство. А ещё мы лазили по крышам и… Ромин, — сестра вновь перевела на него взгляд, — ты не хочешь отдать его мне? Тебе же по большому счёту всё равно. К тому же он перестанет надоедать тебе, ты же сам постоянно жалуешься на него. Сможешь снова наслаждаться…

— Он не вещь, чтобы я решал: отдавать его или нет, — резко перебил её маг и, сложив руки на груди, нахмурился. — Захочет, уйдёт сам.

— Не захочет, — Амина отвернулась, а потом вовсе встала и ушла в ванную, хлопнув за собой дверью.

Ну и как понимать этих женщин?

_

Ещё два дня прошли в относительной тишине и покое, если, конечно, выходки дуэта Лино и Амины вообще можно было воспринимать спокойно. Взять хотя бы идею побегать на перегонки с призраком. И дураку же ясно, что бестелесный мальчишка, способный летать и проходить сквозь стены, выиграет. Но, нет — Амина поддалась на провокацию и устроила забег. Ромину пришлось даже делать вид, что он не знаком с этой сумасшедшей магичкой, бегающей по улицам и весело щебечущей с пустотой!

А забраться на шпиль башни храма Тесея? Да Ромин даже спьяну бы туда не полез, но сестра, наслушавшись, как красиво выглядит город с такой высоты, решила посмотреть сама! Одно шумное, неугомонное создание некромант ещё мог терпеть подле себя, но двоих — было уже перебором, поэтому Ромин частенько оставлял эту парочку развлекаться и уходил гулять по городу в одиночку.

Может, идея Амины не так уж и плоха? Может, Лино и правда будет куда интереснее странствовать с ней? У них много общего: оба весёлые, задорные, шумные и не прочь время от времени попроказничать. Они куда дружелюбнее Ромина, а ещё: оба — маги огня. Мальчишке наверняка будет лучше с его сестрой, вот только мысль остаться без Лино совсем его не радовала. Обо всём этом Ромин думал в те часы, пока медленно обходил город, якобы в поисках демона, хотя, конечно же, все трое понимали, что до тех пор, пока повелитель тараканов не обезумеет от голода, они его не обнаружат. И вот, на третью ночь, ожидание подошло к концу — Лино влетел в комнату Ромина с криком: «Вставай!» Как раз в тот момент, когда маг уже засыпал.

— Где? — Некромант тут же подскочил из постели, натягивая рубаху.

— Склады на северной окраине города. Туда стекаются сотни тараканов.

— Ами…

— Я её уже разбудил.

— Хорошо, лети туда и жди! Мы скоро догоним.

Призрак кивнул и мигом покинул комнату. С сестрой Ромин столкнулся уже на лестнице — девушка на ходу собирала волосы в тугой, высокий хвост. Надо сказать, выглядела её шевелюра более чем странно — наполовину красная, наполовину белая, и всё это неровными пятнами. А широкие потёртые штаны и выцветшая рубаха делали её похожей на какого-то паренька-бродяжку. И это — его красавица сестра? Да она же даже для сражений одевалась со вкусом, а теперь…

— И чего застыл? — бросила Ами, глянув на него с нижней ступеньки.

— Да так, поражаюсь: что с тобой сделали годы, — усмехнулся Ромин.

— Я просто устала выкидывать новые, хорошие вещи после каждой битвы. И вообще: кто бы говорил о годах!

Выйдя во двор, Ромин поспешил к конюшне. Это Лино мог летать с невероятной скоростью, а им до северной окраины добираться с полчаса, и это если периодически срываться на бег. Открыв первое же стойло, маг спешно набросил на гривастую фыркающую голову уздечку, висевшую здесь же, рядом, и вывел коня на улицу. Запрыгнув на спину жеребца, он протянул руку Амине и помог ей сесть позади себя.

На пустынных ночных улицах цокот копыт по каменной мостовой раздавался особенно громко. Чтобы не привлекать внимание раньше времени, маги спешились, не доезжая пару кварталов до складов, оставили коня и дальше отправились пешком. Через пару минут с воздуха к ним спустился Лино.

— Их там целый рой, копошатся возле запасов зерна. А на другой стороне улицы, у хранилища с винными бочками, сидит какой-то пьянчужка. Не пойму, как они его до сих пор не заметили, хотя, может от него так разит алкоголем, что перебивает другие запахи. Я пытался привлечь его внимание камешками, думал: напугаю, и он убежит, но он не реагирует — закутался в грязную тряпку так, что лица не видно, и спит.

— Молодец, — кивнул Ромин и повернулся к сестре. — Ами, уведи человека, а мы с Лино начнём охоту на насекомых.

— Хорошо, — бросила девушка и поспешила в ту сторону, куда указал призрак.

Ромин же вызвал косу и осторожно двинулся в другом направлении, прячась в тени складов или за сваленными вдоль стен припасами. Вскоре Лино кивнул за угол, но маг и так уже слышал шуршание тысячи мелких лапок, а порой и тихое похрустывание. Даже без кулона он чувствовал мощную демоническую энергию, исходившую оттуда, а ещё запах — неприятный такой, вязкий, его сложно было с чем-то перепутать. На секунду прикрыв глаза и направив силу в оружие, Ромин выскочил из-за угла и выпустил зелёное пламя смерти прямиком в скопление насекомых. Часть из них тут же истлела, но большинство кинулись врассыпную. Некромант ударил концом рукояти о землю под ногами, а потом быстро начертил изогнутый символ активации. И в этот же момент на другом конце улицы раздался пронзительный женский крик. Ромин обернулся, а Лино немедленно взлетел в воздух.

— Их двое, — крикнул удивлённо призрак, — второй напал на Амину.

— Лети к ней, — ответил некромант, бросая взгляд на расползающихся паразитов.

Ловушка, которую он создавал несколько дней, сработала, вот только эффекта он ожидал большего. Вместо того, чтобы застыть на месте, проклятые насекомые хоть и очень медленно, но продолжали двигаться, а некоторые уже забились в щели. Демон оказался намного сильнее, чем они полагали, хуже того: два демона! Как там Амина? Начертив ещё несколько знаков в воздухе, Ромин создал барьер, раскинувшийся на несколько метров вокруг. За него эта проклятая демоническая братия выбраться точно не сможет.

Раз за разом взмахивая косой, маг умерщвлял десятки, сотни насекомых, но подобное расточительство сил быстро сжирало запас магии. Был ещё один верный способ истребить всех букашек разом — ударить по местности мощнейшим заклятием разложения, но чтобы использовать его в городе нужно совсем отчаяться. Последствия этих чар ещё пару недель отравляли бы воздух в радиусе нескольких ближайших улиц. Некромант потянулся к поясной сумке, нащупав пузырек с восстанавливающим зельем, откупорил крышку и выпил мутную сладковатую жидкость. Кто бы знал, что истреблять мелких вредителей окажется так затратно и проблематично, уж лучше бы им попался какой-нибудь здоровый зубастый демон.

Через несколько минут Ромин опустил косу и огляделся: если и остались какие-то недобитки, заползшие в щели или попрятавшиеся за ящиками и мешками, ими можно будет заняться и чуть позже – за барьер не разбегутся. А вот крик Амины всерьёз волновал его – сестру сложно чем-то напугать. Ромин побежал к ней и уже издали увидел, как полыхали какие-то доски. Ами он заметил неподалеку от пожара, та сидела на земле и прижимала окровавленную правую руку к груди, левой же создавала небольшие огоньки, которые подхватывал Лино и перенаправлял в разные стороны, сжигая остатки насекомых.

Ромин застыл на минуту. Призрак мог касаться магии Амины? Не просто касаться, а с лёгкостью управлять созданным ею огнём! Это оттого, что они одной стихии? Или это очередная странность Лино? Спустя столько-то лет, проведённых бок о бок, Ромин думал, что мальчишке уже нечем его удивить, но, нет — он снова потрясал. На секунду стало даже завидно: к его магии Лино никогда не сможет прикоснуться — смерть просто уничтожит неупокоенную душу. Когда мальчишка перенаправил очередной огненный всполох, Ромин пришёл в себя и приблизился к сестре.

— Что случилось? — спросил он, кивнув на её руку.

— Облажалась, — болезненно скривив губы, усмехнулась она. — Тот человек... Я подошла к нему и стала будить. Он промычал что-то невнятное, и тогда я подхватила его, пытаясь помочь встать. Он с трудом поднялся, и в следующую секунду осыпался тысячью насекомых прямо на меня. Нужно было проверить его амулетом, прежде чем приближаться, но я даже не подумала… Я быстро опалила тварей огнём, но покусать меня успели. Рука, которой я его держала, пострадала сильнее всего.

Ромин присел рядом, достал нужное зелье и, осторожно взяв руку сестры, облил её. Маленькие ранки на пальцах, ладони и запястье тут же перестали кровоточить, а девушка поморщилась. Да, пощипывающий эффект заживителя нельзя было назвать приятным, зато действовал отлично – к утру от укусов не останется и следа.

Лино со вздохом завис рядом и тихим, слабым голосом выдохнул всего одно слово: «Всё». Ромин прекрасно знал, что это значит – у мальчишки закончились силы, и пора применить зелье и для него. Чистая энергия, созданная когда-то заклинательницей, ещё ни разу не подводила. Некромант разбил склянку рядом с призраком и помог подняться Амине.

— Нужно добить тех насекомых, которые успели спрятаться от меня, — сказал он. Девушка брезгливо наморщила носик.

— Похоже, отныне тараканов я буду ненавидеть больше, чем демонов, — ответила она и повернулась к призраку. — Линчик, готов ещё пожечь мерзких насекомых?

— Да.

_

Ромин неспешно собирал постиранные прислугой вещи в седельную сумку, когда в дверь комнаты постучали.

— Заходи, — бросил он, не отрываясь от складывания очередной рубахи.

Амина прошла в комнату, и только заметив ярко-лиловый подол он поднял на неё глаза. Ну да, очередное сиськовывательное платье. Хотя надо отдать должное — оно ей шло: широкая юбка в пол, корсет с чёрной шнуровкой, подчеркивающий тонкую талию; ажурные рукава, едва прикрывающие плечи, ну и грудь, естественно, которую поддерживал и приподнимал тот самый корсет. Наверное эта ложбинка свела с ума не одного мужика, а в сочетании с красивым личиком и стройной точёной фигуркой… И это он тут бессердечный и бесчувственный?

— Куда намылилась?

— В смысле? Я же днём говорила – мы с Линчиком идём в игорный дом пополнять мои растраченные запасы. Он мне, знаешь ли, обещал. А ты что, не с нами?

— Что-то нет желания играть, а вы там и без меня справитесь.

— Утром уезжаешь?

— Да. Совет уже прислал новое задание — поедем в Нимуар. Лино нравится проезжать через лазурный мост, он им всегда любуется. А ты?

— Собираюсь в Ларвию. Навещу Велиса, я его уже больше полугода не видела. Боюсь, наш братец там скоро взвоет. Составлю ему компанию на месяцок. А ещё… Директор Бенет предложил мне взять ученицу. Хочу посмотреть на неё и, честно говоря, думаю согласиться. Представляешь – мой первый ученик. Кто бы мог подумать?

— Если ты рада, то и я тоже. Только не покупай ей платья, пожалей несчастных мужчин, — Ромин тепло улыбнулся.

Ами подошла ближе и крепко обняла брата, а потом поцеловала в щёку.

— Вдруг не увидимся утром, — прошептала она. — Береги себя.

— Ага, и ты тоже. — Девушка отпустила его и уже направилась к двери, когда Ромин окликнул её. — Ами, ты так и не сказала, что за задания выполнял Лино в вашей игре.

— Не выполнял, он выбрал «секрет».

— У призрака могут быть секреты? И какие же?

— Прости, милый, я не могу рассказать даже тебе, на то это и секрет.

Махнув рукой, Амина грациозно выплыла за дверь. Ромин же, отправив последнюю вещь в сумку, достал тетрадь и сделал короткую запись об очередном побеждённом демоне. После, медленно потягивая, выпил бокал вина и глянул в окно. Спать ещё не хотелось — и так после битвы спали почти сутки. Прогулка по городу тоже не привлекала: кажется за недели, проведённые здесь, он исходил Исхо вдоль и поперёк. Можно было отправиться в игорный дом и составить компанию Амине и Лино, но сегодня его не привлекали людные места и шумные компании, да и эти двое скорее всего там отлично веселились без него.

Мысль пойти к Олису появилась как-то сама собой, он даже не собирался сегодня развлекаться, но, вспомнив о пареньке, которого выгнала Ами, захотелось увидеть его перед отъездом. Ромин даже имя его запомнил, хоть и благодаря Лино.

Быстро собравшись и прикупив внизу вино, свежие булочки, сыр и копчёное мясо, Ромин покинул постоялый двор. Кажется, Олис говорил, что живёт над фруктовой лавкой, а мать, которой собственно та лавка и принадлежала, домой возвращается лишь на несколько дней в месяц, потому что сейчас заботится о больной бабушке в какой-то там деревушке за городом. Память не подвела. Ромин быстро нашёл и лавку, и паренька, который развешивал бельё на выступающей крыше первого этажа. Олис заметил мага, когда тот поднялся по пристроенной лестнице и застыл у перил.

— Ромин? — удивился он. — Не ожидал тебя увидеть. Уж точно не здесь.

— Почему?

— Твоя сестра ясно дала понять, что я развлечение на одну ночь.

— Может, и на две, если ты захочешь, — Ромин обворожительно улыбнулся и достал из-за пазухи бутылку вина. — Что скажешь?

— Ты вообще не заводишь отношений?

— Нет. Да и какие отношения? Сегодня я здесь, а завтра на другом конце мира. Возможно в следующий раз я увижу этот город только лет через десять, а может и вовсе погибну, сражаясь с очередным демоном, поэтому… — Ромин пожал плечами. — Так что, мне уйти?

— Вино сладкое? — Олис сделал шаг к нему.

— Да, — усмехнулся маг.

— Только я не пойду на постоялый двор, — нахмурил брови парнишка, — не хочу, чтобы меня утром выставили за дверь.

— Меня вполне устроит твой дом, — Ромин протянул руку и коснулся гладкой щеки.

Всё-таки он хорошенький: невысокий, стройный, с милой мордашкой, мягкими каштановыми волосами, рассыпавшимися по плечам… Некромант пальцами скользнул в эти распущенные шелковистые пряди. А вот интересно: какого цвета были волосы Лино при жизни? Красные, как у Амины? Огненно-рыжие? Или мягкого оттенка осенних листьев? Какая глупая мысль в такой момент. Олис обвил его шею руками и потянулся за поцелуем. И Ромин поцеловал, долго и жадно, проникая языком в рот, проводя по нёбу, оглаживая язычок парнишки, пока тот приглушённо не застонал ему в губы. Похоже до вина и еды они не дойдут, если только перед вторым заходом, а в том что он будет, Ромин не сомневался.

До комнаты они добрались в считанные минуты, одежда полетела на пол ещё раньше. Кровать Олиса оказалась узковата для двоих, но ничего — при желании поместятся. Пока Ромин поглаживал податливое, отзывчивое тело и выводил на нём узоры губами, парнишка нашарил рукой какой-то бутылёк с маслом и, немного смущаясь, протянул ему. Дальше дело пошло ещё быстрее. Да и к чему эти долгие прелюдии?

Ромин поставил паренька на колени и, пристроившись сзади стал разрабатывать узкую дырочку, давно отточенными движениями. Когда манящий вход уже поблескивал и сочился от смазки, а пальцы с лёгкостью проникали внутрь, маг приставил к нему свой член и вошёл одним слитным движением. Олис прогнулся в спине, со стоном приподнимая упругую попку ещё выше, и через пару секунд уже сам насаживался на Ромина. Некромант провёл пальцами по нежной коже спины, чуть задержался на пояснице, выцеловывая влажную ямку меж лопаток и, прикрыв глаза, с наслаждением ускорил темп.

Парнишка тихонько заскулил своим звонким голоском, и в эту секунду пред взором Ромина всплыло лицо Лино с мягкой улыбкой и теплотой в глазах. И ладно бы только это… На несколько долгих секунд некромант представил, как Лино извивается под ним, как прогибает спину и стонет... Ромин открыл глаза. Только в постели призрака ему не хватало! Он вышел из гибкого тела, резким движением перевернул на спину и, раздвинув его стройные ноги, вновь скользнул в податливую дырочку, заглядывая Олису в лицо, стараясь рассмотреть его черты, чтобы выкинуть из головы то, что привиделось. Вот только чем дольше он смотрел на любовника, тем больше сходства замечал. Не то чтобы оно было явным, но неуловимо присутствовало, например, в той же линии скул и форме глаз.

Ромин попытался вспомнить, как выглядел его предыдущий любовник, а потом тот, что был до него, и ещё раньше, и ещё… Некромант со стоном закусил губу и толкнулся глубже, вызывая короткий вскрик. Парнишка обвил его талию ногами и заметался по постели, но Ромин видел вовсе не его. Он видел Лино! И все те, кого он трахал на протяжении последнего времени, неуловимо напоминали ему Лино. Он неосознанно выбирал тех, кто был хоть немного похож на этого вездесущего мальчишку! Как давно это началось? Сколько их было? Заметил ли Лино? Когда он сумел поселиться в его мыслях? И только ли в мыслях?

Осознание происходящего пугало, но желание стало лишь сильнее. Маг закрыл глаза и не сдерживаясь стал вдалбливать паренька в постель. Разрядка не заставила себя долго ждать, и, в последний раз толкнувшись, он излился в жаркое нутро упругой попки. Лишь потом он вспомнил об удовольствии Олиса и, протянув руку, обхватил его влажный обмягший член. Что ж, беспокоиться не о чем — тот уже кончил и теперь мелко вздрагивал, приходя в себя. Ромин упал рядом.

Когда через несколько минут эйфория от полученного удовольствия испарилась, пришло опустошение. Никогда ещё после секса он не чувствовал себя так паршиво, как сейчас. А осознание того, что игнорировать правду не получится, готово было разорвать его изнутри. Он хотел Лино! Хотел того, кого никогда не сможет получить! Ромин закрыл глаза. Он слышал, как завозился рядом любовник, чувствовал как волос коснулись тонкие пальчики, но смотреть на него не было ни сил, ни желания. Некромант просто делал вид, что уснул, и вскоре паренёк лег рядом, и, в отличие от него, засопел по-настоящему. Подождав ещё немного, маг встал, бесшумно оделся, подхватил так и не тронутую бутылку и быстро ушёл. Ему необходимо было проветриться и подумать, и вино ему этой ночью совсем не помешает.

На постоялый двор Ромин вернулся рано утром. Он заметил Лино ещё на улице – мальчишка, как обычно, зависал на крыше, а когда маг вошёл в свою комнату, ждал уже там.

— Амина уехала, — сказал призрак, как только Ромин переступил порог. — Решила отправиться засветло, а если устанет, остановиться в какой-нибудь придорожной таверне.

— Угу, — не глядя на него ответил Ромин.

Он хотел как можно скорее добраться до ванной и скрыться там. Только бы не смотреть на него… Только не сейчас…

— А ещё она оставила тебе какие-то эликсиры.

— Хорошо.

— Ромин?

— Что?

— А ты-то где был?

— Гулял.

— Ну да, и поэтому такой помятый, — тихо пробубнил мальчишка, и Ромин, не выдержав, посмотрел-таки на него.

В глазах Лино стоял упрёк, и от этого взгляда становилось тошно. Ко всему прочему откуда-то появилась вина, и даже не понятно от чего больше: от того, что он представлял Лино на месте другого, или от того, что вообще спал с другим. Мальчишка всё продолжал прожигать его глазами. Он и раньше так смотрел, а Ромин просто впервые это заметил, или только сегодня этот взгляд прожигал насквозь? Будто бы он знал… Но этого не может быть, Лино ведь не маг разума. Никто не может знать, потому что он и сам не осознавал этого до сегодняшней ночи. Призрак отвернулся к окну, и Ромин наконец-то смог выдохнуть. Глубоко… Слишком глубоко. Лино пробрался в его сердце намного глубже, чем он мог предположить…

Глава 14. Выход из тела

Раньше Ромин не имел представления о том, что это за чувство такое – ревность, после появления в его жизни Лино, он вообще много чего испытал впервые. И ведь даже после перерождения этот мальчишка умудрялся играть на его нервах. Парень у него! Какой ещё, к демонам, парень?! Этот вопрос мучил Ромина уже больше недели. Как сильно Лит увлечён другим? Как давно начались их, так называемые, отношения? Как далеко они зашли?! Поцелуи? Ласки? Секс?! Думать об этом было тошно, а представлять, как кто-то мог обладать его мальчиком, ещё хуже. В целом, это, конечно, ничего не меняло, и кто там был до Ромина – не важно, потому что он всё равно не откажется от Лита. Но знать, с чем ему предстоит иметь дело, хотелось. А ещё лучше – прибить… Сначала того неизвестного парня, а потом и архимагического махинатора – старшего братца. Ну, Велис, хорошо же ты присматривал за мальчишкой! Как парня-то проглядел?!

Ревность изводила Ромина и грызла изнутри, но в последние несколько дней даже она отошла на второй план. С самого первого дня он наблюдал за каждым шагом Лита, отслеживал любые изменения в его поведении и самочувствии, и порой замечал странности, но теперь их стало в разы больше. И это тревожило. Например: парнишка мог спокойно идти, говорить о чём-то, а потом неожиданно замереть и невидящим взглядом уставиться в одну точку, а когда Ромин окликал его или спрашивал, что случилось, Лит приходил в себя и даже не осознавал, что что-то было не так.

А ещё сны. С мальчишкой совершенно точно что-то происходило во снах, и проявлялось это двумя способами: либо Лит не мог уснуть и ворочался полночи, находясь в состоянии какой-то тревожной полудремы, либо засыпал неестественно глубоким сном. Пару раз Ромин даже не смог его растолкать, и пришлось нервно сидеть и ждать, когда Лит проснётся сам. Вот такие ожидания и выматывали сильнее всего – часами беспомощно смотреть на того, за кого ты жизнь готов отдать, и не понимать, чем можно ему помочь. И главное – Лит ничего этого не замечал, для него всё было в порядке!

Да взять хоть вчерашний случай – уж такое-то не приметить сложно! Они ехали по узкой дорожке через лес, заваленный осыпавшимися осенними листьями. Деревья поблескивали влажными от прошедшего дождя, голыми ветками, изредка где-то в стороне шуршало мелкое зверьё, и тут Лит, подставивший задумчивое лицо ласковым солнечным лучам, выдохнул мечтательно: «Похоже на ту дорогу, по которой мы ехали в Басхет». Ромин так и застыл в седле, вглядываясь в его лицо. Да, в Басхет-то они ездили, вот только было это лет тридцать назад. И с ним был Лино! Когда некромант попросил паренька повторить, что тот сказал, Лит удивлённо глянул на него и ответил, что молчал. Очередной неосознанный всплеск памяти? И мальчишка снова ничего не заметил…

Ну почему про перерождённых так мало записей в архивах Ларвии? Сложно было вести подробные дневники? Как определить: что в порядке вещей, а что нет? Может, уже пора бить тревогу и тащить Лита к магическим лекарям? Ромин даже завёл отдельную тетрадь и фиксировал все странности и несостыковки в состоянии мальчишки. Пусть уж будет, не то через тысячу лет такой же несчастный, как и он, будет страдать, мучиться догадками, глядя на дорогого ему человека.

Несколько дней назад Ромин с Литом выехали из Ларета – городка, что находился на границе Гангоры и Асконы – и отправились к маленькому поселению за лесом. Именно сюда вело их новое задание.

— Ромин, я вижу деревушку впереди, — указал Лит, прерывая невесёлые мысли мага.

Некромант поднял взгляд, отрываясь от созерцания луж и пожухлой травы. Вдалеке и правда виднелись покатые крыши домов.

— Ну что, ты хотел действовать? — Ромин улыбнулся, и глаза мальчишки засияли. — Тогда начинай расследование, а я буду молча наблюдать. Только сначала напомни: почему мы поехали сюда?

— А ты не помнишь? Ты же сам брал задание.

— Я тебя проверяю.

— У меня с памятью всё в порядке, — насупился Лит.

Ну да, в порядке, как же! Просто две жизни стёрты из воспоминаний напрочь, а так в порядке, да.

— Я жду, — сказал Ромин, и парнишка, закатив глаза, протараторил то, что было известно по заданию.

— Деревушка Натин, находится в преддверьях Ларета, на окраине леса. Жители промышляют охотой и заготовкой дров. Раз в неделю в город приезжает обоз с товаром оттуда, но за последний месяц не было ни одной поставки. Запрос в городскую стражу подал владелец мясной лавки, а те передали магам. Как ты предположил: обленились и не захотели ехать проверять сами? Ну что, ничего не забыл?

— Ничего.

— Ромин, а… — Лит закусил губу и нерешительно глянул вперёд, будто сомневаясь: говорить или нет. Но потом всё же задал вопрос: — А если нет ни пропавших, ни трупов, с чего же начинать поиски? Что, приехать и сказать: «Здравствуйте, вас в городе потеряли, у вас тут всё в порядке?»

— Ну вот, скоро прибудем, и решишь, что спросить. Ты же ведёшь дело.

Уже на подступах к деревне Ромин почуял что-то неладное. На первый взгляд — типичное небольшое поселение на шестнадцать домов, выстроенных ровнёхонько напротив друг друга и разделённых широкой улицей. Ни заборов, ни оград — видимо, жители дружны и ничего не скрывали друг от друга. Но вот странность — разгар дня, а никого на улице и возле домиков не видать. Ни детворы, ни вечно хлопочущих по хозяйству женщин. Да, погода по-осеннему прохладная, но не мороз же, чтобы сидеть по избам. Некромант спешился и огляделся внимательнее.

— Ромин… — тихо позвал его Лит, и маг обернулся — мальчишка опасливо смотрел в окно одного из домов. — Там… Там женщина выглянула ненадолго. И мне… Мне показалось, что её лицо, всего на секунду…

Некромант подошёл ближе к пареньку и, перехватив у него поводья, прошептал:

— Поезжай обратно в город. Не останавливайся и не медли, я потом найду тебя.

— Но…

Дверь крайнего домика скрипнула, и оттуда вышел пожилой мужчина, Лит повернулся в его сторону, побледнел и рвано выдохнул:

— Он тоже.

Конь, на котором сидел мальчишка, взбрыкнул, и Ромин едва успел удержать его под уздцы до того, как паренёк вылетел бы из седла. Лит же неловко спешился и застыл в испуге. Лошадь Ромина уже нервно топталась на месте, а когда из-за угла ближайшей постройки вышел ещё один человек, и вовсе громко заржала и бросилась прочь. Судя по глазам Лита, этот тоже оказался демоном. Ситуация складывалась отвратная — Ромин и с ним испуганный, хоть и пытавшийся скрывать это мальчишка, который ещё толком ни разу не сражался, против трёх демонов. Нет, не трёх… Из самого дальнего домика вышло ещё два подростка, и Лит, больше не храбрясь, прижался к руке Ромина с ужасом, прошептав: «Да они все демоны!»

Некромант призвал косу и, наскоро прощупав местность кулоном, обнаружил ещё несколько источников демонической энергии послабее. Лишь в трёх домиках было чисто. Схватив Лита за руку, он побежал к ближайшему. Это движение стало спусковым механизмом для демонов — они бросились следом, молча стекаясь со всех концов деревеньки.

Ромин подтолкнул Лита вперёд, крикнув: «Беги внутрь», сам же остановился, создавая несколько задерживающих печатей на земле, а потом рванул к укрытию. Мальчишка уже стоял на пороге, побелевшими пальцами вцепившись в дверную ручку, но в следующее мгновение взмахнул рукой, создавая огненный поток, который пронёсся в нескольких сантиметрах от плеча Ромина. Прямо за спиной некроманта раздался болезненный вскрик. Обернувшись, он увидел девушку-демона с изуродованным перекошенным лицом, пытавшуюся сбить со своей груди магическое пламя. «Шустрая», — Ромин даже не заметил, когда она оказалась в метре от него. Огонь вновь полыхнул по её телу, уже сильнее, сжигая одежду и опаляя кожу. Она отчаянно завизжала, а маг, отвернувшись, поспешил в укрытие. Добежав до Лита, Ромин затащил его внутрь и запер дверь, хоть и понимал, что эта преграда никого не остановит.

— Пригнись, — рявкнул он, и мальчишка молча выполнил приказ.

Некромант одним размеренным движением крутанул косу вокруг себя и воздвиг барьер, опоясывающий дом. Против стольких демонов долго не простоит, но хоть что-то.

— Лит, создай барьер по диаметру моего.

— Хорошо, только он у меня ещё слабый.

— Какой есть, мне нужно выиграть немного времени.

Паренёк кивнул и начал выводить пальцами в воздухе символы, от которых расходились едва заметные всполохи, послушно уплывавшие за стены дома. Ромин, тем временем, присел на пол, подцепил доску и с немалым усилием оторвал её. Благо фундамент оказался невысоким — Ромин, склонившись, дотянулся рукой до земли и прикрыл глаза. Магия смерти потекла от него по почве, выискивая мертвецов. Первые нашлись тут же, в деревне, – восемь тел, по-видимому, лежали в домах, принадлежавших когда-то местным жителям. Мало, слишком мало… Демоны разорвут их за считанные минуты. Ромин расширил поиск и ещё через пару минут наткнулся на кладбище у дальнего конца леса, вот там дела обстояли куда лучше — более тридцати мертвецов. Некромант встал и ударил косой о землю, отправляя пробуждающие чары к обнаруженным телам. Теперь нужно время. Время, пока его загробные помощники оживут и доберутся сюда. Ромин посмотрел на Лита, парнишка же обхватил себя руками, со страхом поглядывая в окно.

— Скольких насчитал? — спросил маг.

— Отсюда видно шестерых, они бьют по нашим барьерам. Я физически ощущаю каждый удар. Не думал, что это так… болезненно.

— Я тоже чувствую. И их не шестеро – больше. С годами станет легче, и удары по барьеру будут не более ощутимы, чем укусы комара. Если почувствуешь, что не в силах больше держать, развей чары.

Ромин вновь прикрыл глаза, сжимая амулет. Те мертвецы, что находились в деревне, уже ожили и теперь выбирались из домов. Они, конечно, отвлекут демонов ненадолго, но этого времени не хватит на то, чтобы главные силы успели добраться. Барьер Лита не протянет больше и минуты, да и его собственный уже даёт слабину.

— Ромин… — Мужчина обернулся на Лита и застыл в ужасе.

Тело мальчишки бесчувственно лежало на полу, а над ним зависла полупрозрачная, сверкающая серебряным светом и источающая немалый запас магии, душа! Ромин бросился к Литу и прижал к себе хрупкое тело. Только через минуту он смог наконец выдохнуть – живой… Сердце Лита слабо, но билось, а вот его собственное, похоже, только что чуть не остановилось. Ромин посмотрел на душу и гневно спросил:

— Что ты сделал?!

— Я сделал?! —мальчишка возмущённо сложил руки на груди. И столько в этой позе было до боли знакомого…. — Это ты что сделал? Я же влетел в разлом и видел, как растворяюсь в нём… Я точно должен был исчезнуть, но… Как ты вытащил меня?

Ромин молча уставился на него, пытаясь осознать услышанное. Это не Илит… Вернее, призрачная душа, покинувшая тело, не обладала воспоминаниями Илита, а лишь теми, что были у…

— Лино, — выдохнул маг.

— Что происходит, Ромин? Где мы вообще? Где Амина? И что это за мальчишка?

Изумление? Шок? Некромант вряд ли бы смог подобрать слово к тому состоянию, в котором сейчас прибывал. Он за сотню лет повидал всякого, но Лино, как обычно, сумел поразить — душа, покидающая живое и совершенно здоровое тело... Где это видано?! За стенами раздалось рычание, и барьер, созданный Илитом, пал. Лино вздрогнул — наверное почувствовал, как удар прошёлся по его магии. Удивительно, но, даже покинув тело, дух умудрялся неосознанно поддерживать барьер. И, честно говоря, куда лучше, чем Лит. Да и силы в нём сейчас было несоизмеримо больше, чем прежде, когда он ещё был призраком. Если серебряное свечение — это запас его магии, то мальчишка станет одним из сильнейших, ведь с годами она будет лишь расти.

Дух огляделся, а потом взмыл вверх и исчез в потолке.

— Лино, вернись! Немедленно, слышишь?! — Ага, так его и послушали.

Илит в его руках тяжело задышал. Чтоб тебя… Что вообще происходит?! Ещё и толпа демонов, окружившая их – как всё не вовремя…

Лино вернулся через минуту.

— Там семнадцать демонов. Это из тех, что прорвались через разлом? Хотя, сейчас неважно. От первой партии твоих мертвецов осталось всего двое, и те уже без конечностей. Те, что идут с запада, с кладбища, доберутся минуты через три, но твой барьер столько не протянет. Я уже вижу, как он трескается, — мальчишка подлетел к задней стене, где стоял комод, и указал на неё. — Тут стоит всего один демон. Если пробьёшь доски и убьёшь его, то сможешь напрямик добежать до леса, а там придётся отбиваться.

Ромин молча подхватил тело Лита и, осторожно закинув на плечо, подобрал с пола косу. Дойдя до указанной стены, он посмотрел на духа.

— Лино, задержись на минуту, когда первые демоны ворвутся в дом, подожги его и сразу ко мне.

Мальчишка кивнул, и Ромин, с трудом оторвав от него взгляд, повернулся к стене. От мощного магического удара косы доски разлетелись в щепки. Демон, что стоял за преградой, тут же бросился на мага, но моментально лишился головы. Ещё раз взглянув на сверкающего духа — Лино, Ромин крепче прижал к себе его тело и побежал к лесу.

Ещё не добравшись до первых деревьев, он услышал, как за спиной затрещал вспыхнувший дом, а вскоре его догнал и сам Лино. Добежав до леса, Ромин положил тело мальчишки на ворох опавших листьев, коснулся его ладони и тихо выругался – пальцы были ледяными. Отойдя на шаг, некромант создал вокруг него еще один небольшой барьер, а потом оглянулся на деревню – мертвецы вступили в бой.

— Ромин, ты…

— Лино, милый, пожалуйста, останься с ним. Не вылетай за барьер, а если кто-то из демонов проберётся сюда, в обход меня, тут же позови.

Дух нахмурился и бросил взгляд на своё тело.

— Кто он?

— Просто сделай сейчас, как я прошу.

Лино нехотя кивнул, и Ромин поспешил обратно к деревне. Армия мертвецов значительно поредела, а вот демонов стало всего на четверо меньше, и двое из них сейчас с воем полыхали внутри дома, подожжённого Лино. Маг добил еще несколько раненных, а потом ударил заклятьем по местности, заставляя иномирных тварей ослабнуть и замедлиться. Теперь ожившим телам стало куда легче сражаться, и они, подпитываемые силой и присутствием некроманта, яростно накинулись на демонов. Помогая своим созданиям и добивая поверженных тварей, Ромин закончил битву за несколько минут, после чего отдал приказ мертвецам, и те, подхватив останки демонов, потащили их в горящий дом, при этом загорались сами. Теперь это место станет для них общей могилой.

Ромин устало присел на землю, глядя на возню живых мертвецов. Сейчас бы уснуть… Он потратил так много сил. Ему просто необходима была передышка, хоть в пару минут, а большего он и не мог себе позволить. Судя по состоянию Лита, чем дольше душа находится вне, тем больше вероятность вообще разделиться и потерять это тело… Ромину необходимо срочно затолкать дух обратно.

Когда некромант вернулся к ним, Лино с любопытством изучал лицо Илита.

— И всё же, кто он, Ромин? Он кажется таким знакомым, — спросил дух, когда маг снял барьер и присел рядом, касаясь щеки спящего.

Она уже похолодела… У Ромина совсем не осталось времени, а он столько бы хотел сказать Лино… Некромант с нежностью посмотрел на душу мальчишки, а потом направил на него косу, сковывая. Лино попытался дернуться, но не смог. Ромин всегда это ненавидел — помыкать Лино и сковывать — хоть за двадцать с лишним лет и прибегал к подобному всего трижды.

— Ромин, зачем? — с удивлением и непониманием воскликнул дух.

— Я люблю тебя, Лино. И я безумно рад видеть тебя, но тебе пора обратно, — прошептал он и, взмахнув оружием, заставил душу двигаться к телу.

— Ромин? — взвизгнул он. — Ромин, я ничего не понимаю! Мин, отпусти!

Некромант последний раз встретился с перепуганным и недоверчивым взглядом, а потом душа коснулась тела, и серебряное свечение Лино вспыхнуло невыносимо ярко, так, что пришлось даже закрыть глаза. Когда Ромин вновь открыл их, Лино уже не было. Он подошёл к мальчишке и коснулся его лица – теплее… Гораздо теплее, чем минуту назад, руки тоже. Ромин прижал его к себе и уткнулся лицом ему в шею, ощущая губами бьющийся под кожей пульс.

— Я люблю тебя, милый, я так сильно тебя люблю…

Он хотел бы поговорить с ним, рассказать Лино обо всём, увидеть, как удивлённо распахнулись бы дорогие глаза от осознания, что это его тело, что он живой, что теперь они смогут быть вместе по-настоящему! Он сказал бы, как скучал без него, как ему было плохо все эти семнадцать лет. Вот только Ромину совсем не оставили на это времени… Пробудь Лино вне ещё чуть дольше, тело могло бы погибнуть! Всё, что сегодня произошло, неправильно и опасно – душа вообще не должна покидать тело! Так почему же он покинул? Что заставило Лино пробудиться, да ещё таким образом? Как бы Ромин ни был рад его видеть, подобного нельзя больше допустить.

Маг бережно уложил голову мальчишки себе на колени и стал рыться в поясной сумке. Да уж, подручных материалов маловато, придётся делать из того, что есть. Отрезав небольшой кусок от завязки на сумке и подобрав с земли маленький плоский камешек, Ромин смастерил простенький браслет, а потом стал накладывать на него чары, удерживающие душу. Повезло же ему родиться некромантом — никакой другой маг не смог бы создать подобный оберег. И не смог бы вернуть Лино обратно в тело. У этого мальчишки всё-таки талант играть на его нервах! Закончив, Ромин завязал браслет на запястье Илита и устало прикрыл глаза.

Сложно сказать, сколько прошло времени — кажется, маг заснул, а разбудило его шевеление мальчишки, заелозившего на его коленях. Открыв глаза, Ромин встретился с удивлённым карим взглядом.

— Ты как?

— Что случилось? — спросили они одновременно.

— А что ты помнишь? — с опаской уточнил Ромин.

— Мы находились в том доме, окружённые демонами, а потом… — Лит наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — Потом ничего.

Ну, конечно, Ромину просто не могло так повезти, чтобы после случившегося к любимому вернулась память о прошлом! Некромант вздохнул и на ходу стал выдумывать правдоподобную версию произошедшего.

— Когда демоны ударили по твоему барьеру и пробили его, это отразилось и на тебе. Видимо, удар оказался настолько мощным, что ты стал терять сознание, но до того, как отключиться, успел поджечь дом. К этому моменту как раз подоспели поднятые мною мертвецы. Пока они отвлекали тварей, я вынес тебя из огня и отнёс сюда. Потом вернулся в деревню и добил демонов. Они, кстати, оказались не так уж и сильны. Просто брали количеством.

— И сколько их было?

— Семнадцать.

— И ты убил всех один?!

— Ну почему же один? Первого одолел ты, да и про мертвецов не забывай. Но если бы рядом не оказалось кладбища, боюсь, мы бы так легко не выбрались, — Ромин натянуто улыбнулся и подумал о Лино.

Они вряд ли выбрались бы целыми и невредимыми, если бы не он. Даже спустя столько лет, они вновь действовали слаженно, быстро и чётко, как единое целое, хотя для Лино этих лет будто и не было. Но что именно вынудило подсознание мальчишки проснуться и покинуть тело? Опасность? Пока Ромин склонялся именно к этому варианту, а там время покажет…

Лит сел и посмотрел на деревушку. От сгоревшего обвалившегося дома валил густой дым, а кое-где ещё виднелись всполохи огня.

— Похоже, из меня вышел непутёвый ученик, да и маг выйдет такой же, — парнишка уткнулся лицом в колени. — Я слабый и бездарный – обычная посредственность, ещё и сознание теряю посреди боя. Ты, наверное, уже пожалел, что забрал меня из академии? И думаешь, как отказаться…

— Нет. И никогда не откажусь, — Ромин погладил по растрёпанным рыжим волосам, и Лит доверчиво прижался к его плечу. — Ты просто ещё не знаешь своих сил и талантов. Дай время, всё придёт.

Уж Ромин-то знал это наверняка. Он видел силу, что источает душа Лита. Да и без этого: как можно отказаться от того, кого любишь больше жизни? Если бы Лит только знал об этом… Некромант обхватил тонкое запястье, привлекая внимание к браслету.

— Лит, я сделал тебе оберег. Это, конечно, не произведение искусств, но на нём мои чары. Пожалуйста, никогда не снимай его. — Мальчишка кивнул. — Нам, кстати, не помешает найти лошадей, думаю, они где-то неподалеку в лесу. Не хотелось бы тащиться несколько дней до города пешком, да и вещи жалко. Ты как, отдохнул?

Лит снова кивнул, поднялся и отряхнул с одежды опавшие листья. Ромин вздохнул, прикрыв на секунду глаза, и тоже встал. Вот вернутся в Ларет и на целую неделю забудут обо всём, кроме отдыха. Кажется, им обоим стоит прийти в себя.

Глава 15. Неожиданная встреча

Прошло уже четыре дня, как они вернулись в город из деревни демонов, и с тех пор Ромин только и делал, что спал да ел. Похоже, наставник истратил слишком много сил в той битве и, чтобы не мешать ему восстанавливаться, Илит каждое утро тихонько уходил из комнаты. Сам он чувствовал себя прекрасно – ну да, это же не он одолел семнадцать демонов за раз, он-то просто вырубился… Как же Илиту было тошно от этого! Он не просто ничем не помог Ромину, он стал обузой, которую пришлось тащить на себе. Чтобы такого больше не повторилось, Илит решил каждый день развивать и усиливать свой барьер.

Сразу после завтрака он покидал город и, выбрав местечко, достаточно удалённое от людей, начинал тренировку. Создавал небольшой магический барьер вокруг какого-нибудь дерева и сам же всячески атаковал его, пока тот не давал слабину и не разрушался. И так, раз за разом, до тех пор, пока запас его сил не приближался к концу. Конечно же, его атаки не шли ни в какое сравнение с теми, что он чувствовал тогда — в отличие от демонических, они не причиняли боли, но даже так, с каждой новой попыткой, он видел, как прочнеет барьер. По прошествии нескольких часов таких занятий, Илит возвращался в город, обедал в какой-нибудь лавке на рынке, восстанавливая силы, а потом бродил по улочкам, изучая и рассматривая Ларет. На постоялый двор он возвращался ближе к вечеру, как раз, когда Ромин просыпался ненадолго, чтобы поесть. В самый первый день маг спросил, чем Ил занимался днём, и, услышав ответ, лишь кивнул и попросил не отходить далеко от города.

Впервые они никуда не ехали, не спешили, не искали и не расследовали. Для разнообразия, на недельку, такой образ жизни был неплох, но, глядя на горожан и сравнивая их с собой, юноша понял, что жить вот так ему было бы безумно скучно.

Сегодняшняя тренировка давалась ему особенно тяжко, так что Ил не стал больше мучить ни свои силы, ни тело, и, закончив пораньше, отправился на рыночную площадь. Он оглядел прилавок с сушёными фруктами и орехами, решив прикупить и их тоже. Вообще-то он уже поел запечённой рыбы, выпил поллитра свежайшего молока с булочками, которыми торговала пожилая улыбчивая женщина на самой окраине рынка, накупил сладостей на вечер, а теперь вот ещё и на орехи заглядывался. После тренировок всегда хотелось есть, но в последнее время он что-то стал лопать особенно много, хорошо хоть в весе не прибавляет!

— Илит? — Юноша повернулся на звонкий женский голос.

Хм… И кто бы это мог быть? У соседнего прилавка со специями стояла только дряхлая старушка и мужчина средних лет, да сам торговец. Другие прохожие и вовсе сновали мимо, выглядывая нужные им товары на этом большом рынке.

— Илит, — раздалось снова, прямо за его плечом, и он, вздрогнув, обернулся.

На него смотрела красивая, улыбающаяся, молодая девушка. Во всяком случае внешне — девушка, потому что на деле этой красотке могло оказаться Бог знает сколько лет, ведь она совершенно точно была магом огня, с такими-то волосами… Да и полыхающий кулон в виде витиеватого цветка она не скрывала под одеждой. Илит присмотрелся получше, хотя и так понимал, что прежде не видел таких красных волос с розовыми прядками.

— Эм… Простите, мы знакомы? — решил уточнить он.

— Лично, нет. Но ты — ученик моего брата.

— Магистр Амина! — удивлённо воскликнул Ил и слегка поклонился. А они с Ромином не очень-то и похожи, разве что глаза у обоих синие. Но не это главное... — А Квин с вами?

Юноша снова оглядел рыночную площадь, выискивая взглядом высокую фигуру и тёмно-рыжие волосы своего парня. Если наставница в городе, то и Квин ведь тоже?! Они не виделись уже больше года, и Или не знал, когда вообще смогут увидеться снова, но, похоже, судьба сегодня улыбнулась ему! От предвкушения сердце забилось сильнее. Амина рядом усмехнулась.

— Ну, конечно, о ком ещё ты можешь спрашивать? Он отправился прямиком на постоялый двор, вещи отвезти.

— А где вы планируете поселиться? Мы с Ромином сняли комнату неподалёку, тут, на соседней улице.

— Я обычно останавливаюсь в северной части города — мистер Синер держит там небольшую гостиницу уже более сорока лет. Скажу по секрету: он делает лучшие колбаски в городе! Может, заскочишь на ужин попробовать? — девушка подмигнула, и Илит смущённо кивнул.

— А как вы узнали меня? Это Квин рассказывал обо мне?

— Ну и он пару раз упоминал, а вообще-то я видела тебя в академии. — Амина посмотрела на прилавок за спиной юноши, потом на свёртки в его руке. — Ты всё купил, что хотел?

— Эм… да.

— Тогда, может, проводишь меня к Ромину?

— Конечно, госпожа магистр.

— Вот только давай без этого! Просто Амина, ладно? А то я сразу начинаю чувствовать себя пятисотлетней старухой.

— Хорошо… Амина, — юноша засмущался ещё больше и, кивнув в нужном им направлении, медленно побрёл рядом с ней.

— Как тебе живётся рядом с моим братом? — спросила девушка через пару минут.

— Нормально.

— Ты так говоришь просто из уважения, или вы и правда поладили? Ромин сложный человек, уж я-то знаю, и он редко с кем-то надолго сходится.

— Я заметил, — Илит чуть улыбнулся. — Не то чтобы мы стали друзьями, или что-то подобное, но по большей части понимаем друг друга, и как наставник он искренне заботиться обо мне и оберегает, вот только… — юноша на минуту задумался. Стоит ли спрашивать о подобном у сестры Ромина? Но потом откинул сомнения прочь: у кого же ещё ему спрашивать, как не у такого же наставника? — Иногда мне кажется, что Ромин чрезмерно опекает меня. Я знаю, что ещё совсем неопытен и недостаточно силён, чтобы равноценно помогать ему, но разве я не должен обучаться, находясь рядом с ним?

— А у вас не так?

— Не совсем. Чаще всего он велит мне стоять в стороне или вовсе отсылает, или оставляет в безопасном месте.

— Ах, ты об этом. — Девушка усмехнулась. — А ты наверняка хочешь участвовать в битвах? Это нормально — все новички рвутся в бой. Знаешь, что ты первый ученик Ромина? — Илит отрицательно покачал головой. — Обычно все маги годам к семидесяти-восьмидесяти начинают брать учеников. Разумеется, речь идёт только о сильных боевых магах. Мой брат не брал — у него никогда не было тяги возиться с подростками, и одиночеством он не страдал, как многие из нас. Ему — наоборот — комфортнее одному, но, как видишь, тебя он взял. Даже несмотря на то, что у него нет опыта в воспитании молодого поколения. Теоретически он знает, как это делать, ведь всех нас когда-то тоже обучали. Может быть, по началу, и правда будет чересчур осторожничать, но, поверь: как только он поймёт, на что ты способен, всё войдёт в нужное русло. В практическом обучении, в принципе, нет одного строго графика — всё зависит от ситуаций, магического потенциала, навыков и умений. А ещё — необходимо доверие. Учитель и ученик просто обязаны доверять друг другу, без этого ничего не выйдет. Первый пункт любого обучения — это наблюдение: он присматривается к тебе, ты смотришь, как работает он. Эта стадия занимает от полугода и более. Взять хоть твоего друга Квина, я разрешила ему помогать мне в битвах только через семь месяцев наших совместных странствий. У вас же с Ромином срок и вовсе — всего ничего, потерпи немного. Когда он будет уверен, что ты справишься, он даст тебе сражаться.

Илит кивнул и ещё пару минут они шли в тишине.

— Ты всегда такой молчаливый? — спросила Амина, когда они свернули на соседнюю улицу.

— Не знаю… наверное.

— Может, хочешь спросить что-то ещё?

— Ну… Если только о Квине, — Ил вновь смутился и уставился себе под ноги. Эта девушка почему-то заставляла его краснеть, хоть ничего для этого и не делала, а наоборот — была приветлива и добра.

— И что же?

— Он становится хорошим магом? — тихонько пробормотал юноша, хотя на языке вертелось совсем другое.

Он часто вспоминает Илита? Скучает? Говорит о нём? Но разве такие вопросы задают посторонним людям, да ещё наставнице своего парня…

— Весьма неплохим. Недавно он убил своего первого демона, в одиночку и без какой-либо моей помощи. У него отлично получается вести поиски, он особенно хорош в общении с людьми, прямо-таки располагает к себе. А уж если речь о молодых девушках — можно не сомневаться — у них он выведает всё, что можно: пару раз улыбнётся, и девицы сами всё выкладывают. Ещё бы — он у тебя красавчик! — Амина ободряюще улыбнулась. — Если б мне такой в восемнадцать лет улыбнулся, я бы тоже рассказала все секреты соседей. О! Кажется мы пришли.

Илит поднял глаза – они и правда уже дошли до постоялого двора, а он за своими размышлениями даже не заметил. Пройдя через двор, где парочка детей боролись за качели, девушка толкнула дверь и вошла в большой светлый обеденный зал. Илит нырнул за ней. Сейчас, в середине дня, здесь практически никого не было, лишь трое человек тихонько ели по разным углам зала, одним из этих людей оказался Ромин. Увидев вошедших, он нахмурился и отложил вилку, а вот его сестра наоборот — широко улыбнулась и направилась в его сторону.

— Привет, — сказала она, бесцеремонно отодвигая стул и садясь напротив.

— Это случайная встреча, или ты знала, что я буду здесь? — спросил Ромин так холодно, что Илит даже застыл, не дойдя до столика.

Они не ладят? Странно, он был уверен в обратном. Из того, что он читал об этих двоих, выходило, что они маги-одиночки, но если им приходилось объединяться с кем-то для победы над особо сильным демоном, то они всегда предпочитали работать друг с другом. Да и сейчас, пока они шли, Амина очень тепло говорила о брате.

— Я знала, что ты где-то неподалёку, но не думала, что встречу в городе, — ответила девушка.

Ромин перевёл тяжелый взгляд на Илита, и юноша решил, что пора линять, пока не поздно — не хватало ещё стать свидетелем семейной ссоры.

— Я, пожалуй, пойду… наверх, — пробормотал он и, развернувшись, поспешил к лестнице.

Добравшись до комнаты, он сложил купленные припасы на столик, быстренько умылся и переоделся в чистое, выбрав самую новую и пригожую одежду. Затем он снова спустился и, не дойдя несколько ступеней до конца лестницы, присел за перилами и глянул в зал. Ромин и его сестра молча смотрели в окно – самое время валить отсюда, что он и сделал, больше не задерживаясь, прошмыгнув к двери. Едва оказавшись на улице, Илит с улыбкой припустил в северную часть города. Квин… Он наконец-то увидит Квина!

***

— И где ты его встретила? — спросил Ромин, как только мальчишка скрылся на лестнице.

— На рынке.

— Надеюсь, не сболтнула ничего лишнего?

— За кого ты меня принимаешь? Я несколько раз прочла всё, что возможно, о перерождённых.

Некромант нахмурился ещё больше.

— Ты ведь тоже знала, да, Ами? Велис ведь не умеет хранить секреты от тебя.

— Тут ты не прав, он хранил. Но как ты и сказал, я знала — случайно увидела мальчишку в академии пять лет назад.

— И тоже решила не говорить мне, — Ромин невесело усмехнулся, — с твоей стороны я не ожидал такой…

— Я была против! — воскликнула Амина. — Когда увидела его, тут же пришла к Велу, всё ему высказала, ругала и настаивала, что ты должен знать! Говорила, что он не имеет права скрывать мальчика от тебя, но потом…. Прости, Ромин, но наш брат всё же прав – Илит должен был жить и обучаться вместе со сверстниками. Если по-хорошему, то ему бы и наставника-огневика, но это было бы уже высшей мерой несправедливости по отношению к тебе, поэтому мы даже не рассматривали другие кандидатуры. — Амина замолчала и отвернулась к окну, Ромин тоже посмотрел туда — в голубое небо — пустую безоблачную бесконечность.

Разумом он понимал, что сестра с братом были в чём-то правы, и по поводу академии, и… Конечно, опытный маг огня стал бы для Лита лучшим наставником, чем он, но это значило бы ещё лет десять ожидания, а к такому он не готов. И потом: судя по тому, что случилось в последний раз, никакой огневик не смог бы совладать с отделённой душой, а значит — всё правильно он делает! Но об этом случае он пока не собирался говорить ни сестре, ни кому-либо ещё.

— В академии его особенно тщательно обучали огненной магии, нежели остальным предметам, — продолжила Ами, — Бенет ведь прекрасно знал, что с огнём мальчонке потом придётся управляться самому. Я видела несколько его тренировок. Не скажу, что он очень силён, но технически он знает все заклятья и приёмы огневиков, даже я столько не знала покидая академию. Как он справляется? — сестра вновь повернулась к нему.

— Отлично, — бросил Ромин. — Немного практики, побольше выносливости, и лет через пятнадцать он превзойдёт даже тебя.

— Серьёзно? — бровь сестры удивлённо выгнулась.

— Да. В нём большой потенциал, нужно только раскрыть. Несколько дней назад он убил своего первого демона. Даже не задумывался, быстро и чётко поджег его, хоть и был перепуган. Я вот своего точно убил не через пару месяцев после начала практики.

— Какой он? — тихо спросила Амина. — Пока мы шли сюда, он был не особо разговорчив. Он похож на Лино?

— Временами похож, но всё же они разные, — Ромин вздохнул и прикрыл глаза. — Лит вдумчивее и спокойнее, и он, как ты заметила, по большей части тихий, хотя, если его что-то не устраивает, за словом в карман не полезет. Но и общего в них хватает. К примеру: сострадательность к людям – она никуда не делась.

— Он что-нибудь вспоминает?

— Сложный вопрос. Воспоминания периодически проскальзывают, но Лит их не воспринимает. То ли его разум не хочет их замечать, то ли ещё не готов, — ответил некромант, отодвинув от себя тарелку с остывшей едой. Амина снова бросила взгляд в окно, а потом как-то неуверенно посмотрела на брата.

— Ромин… Думаю, ты должен знать кое-что ещё. Ты помнишь моего последнего ученика?

— Тот, которого ты взяла в прошлом году? Он ещё сумку с зельями потерял, и ты орала на него на всю гостиницу?

— Он самый.

— Непутёвый такой. Ну, помню, и что?

— Прям уж и непутёвый! Да, не гений, но он же молод ещё, и перенервничал в тот раз — ты же его по канализации загонял! Но суть не в этом, он… — Амина замялась, а потом выпалила на одном дыхании, — Он встречается с Илитом.

— Этот… — некромант даже дар речи потерял. Так вот кто это! То-то Лит помалкивал: знал же, что наставница его хахаля — сестра Ромина! Маг грозно сложил руки на груди, — я надеюсь, вы сегодня же уезжаете?

— Не дури, мы только с задания.

— Значит, уезжаем мы. Пойду, скажу Литу, чтобы собирал вещи.

— Он давно уже слинял с постоялого двора, — тихонько буркнула сестра.

— Чтоб тебя! — Ромин поднялся, но Амина перехватила его руку.

— Сядь, пожалуйста! Не пойдёшь же ты их за уши оттягивать друг от друга.

— Именно это я и собираюсь сделать.

— Если ты, вот так, возьмёшь и увезёшь его сейчас, то только настроишь паренька против себя.

— И что, ты предлагаешь мне молча смотреть, как он крутит с другим?!

— Ну, знаешь! Одного несчастного парня перетерпишь! Лино, вон, много лет смотрел, как ты спал с другими! — вспылила девушка, но тут же прикусила язык. — Прости… Может, всё же сядешь?

— Может, всё же скажешь, где они?

— Ромин, ты не понимаешь — Квин похож на тебя.

— Это должно меня успокоить?! Что мой мальчик подсознательно выбрал кого-то, похожего на меня? И потом: что-то я не заметил никакого сходства в тот раз, когда видел этого твоего ученичка.

— Я не про внешность. Сядь уже, — Ами дёрнула его за руку, и Ромину всё же пришлось опуститься на стул. — У вас схожий характер. Квин весьма расчётлив, он не привязывается к людям, состраданием тоже не страдает, а главное: он — бабник! Я у него за год как минимум семерых девах видела. И парочку парней. Никого не напоминает? — усмехнулась сестра. — Мы оба знаем, что Линчик был очень ревнив, и я не думаю, что эта его черта изменилась. Сам подумай: будет он терпеть измены? К тому же, я не заметила за Квином особых ответных чувств. Когда он упоминал об Илите, это звучало скорее как рассказ о глупеньком, влюблённом в него мальчишке. Я уже посеяла в Линчике зёрна сомнения, и могу поспорить — они разбегутся ещё до нашего отъезда.

Ромин нервно постучал пальцами по столу. Перетерпеть и просто наблюдать? А если Амина не права? Что если чувства там куда сильнее? И потом: что испытывает сам Лит? Слова о глупом, влюблённом мальчишке ему совсем не понравились — именно вот такие юные влюблённые слепы и готовы ничего не замечать, а ещё — свято верить… Вот только за то время, что Ромин знал Лита, он не замечал за ним глупостей: у мальчишки всегда наготове были разумные аргументы, ну или почти всегда. Некромант перевёл взгляд на сестру – довериться её суждениям? Честно говоря, он уже давно забыл, каково это — доверять ей. Нет, он мог бы доверить ей свою жизнь, но остальное… Ами, Ами! Он ведь уже простил её, не так ли? Но при воспоминаниях, сердце его всё равно болезненно сжималось… Она больше никогда не посмеет причинить ему боль, это он знал наверняка, но всё же — доверить ей решить эту проблему оказалось сложнее, чем он думал. Маг вздохнул:

— Если к концу недели не разбегутся, я твоего ученика закопаю где-нибудь за городом.

— Если не расстанутся, обещаю – я сама их разлучу, — улыбнулась Амина.

Глава 16. Свидания, поцелуи и измены

Амина с Илитом стояли в центре созданного им барьера, а Квин — неподалёку и, глядя на Илита со снисходительной улыбкой, атаковал. Вчера вечером, услышав, что юный огневик тренируется в одиночку, сестра Ромина предложила позаниматься с ней, пока есть такая возможность, и Илит с радостью согласился. Занятие с опытным магом огня проходило куда продуктивнее, чем его собственные потуги – даже спустя всего-то час это было заметно. Амина встала за спину юноше и бережно накрыла ладонью его запястье, проверяя расход сил.

— Расширяй, — велела она, и он, кивнув, сделал барьер немного больше. — Чувствуешь брешь?

Илит сосредоточенно ощупал своё творение магией и нашёл то, о чём говорила Амина — справа от них полупрозрачная защитная стенка истончилась и готова была вот-вот лопнуть. Он перенаправил часть силы, укрепляя барьер. Очередной удар Квина отдался лёгкой болью внутри, но это ничего, главное — он впервые удерживал барьер более пятнадцати минут. И не просто так, а под атаками! Конечно, демонические атаки будут совсем другими, и против них Ил вряд ли столько протянет, но сам факт! Следующее заклятие, ударившее по защите, оказалось таким сильным и болезненным, что Илит пошатнулся. Амина тут же поддержала его и сердито бросила ученику:

— Полегче, Квин! Не надо так усердствовать — не забывай, что тренируешься с новичком.

— Прости, Ил, — парень весело подмигнул, и Илит расплылся в улыбке.

Кажется, со вчерашнего дня он только и делал, что улыбался. А если точнее — с того самого момента, как Квин открыл дверь и ошарашенно уставился на него. Бедолага так и застыл в одних штанах, с накинутым на голову полотенцем, пока Илит не бросился ему на шею.

— Ил? — пробормотал Квин, медленно обхватывая юношу за талию, — Это и правда ты… Глазам не верю.

— Я так соскучился по тебе! — выдохнул Илит, сильнее прижимаясь к прохладной обнажённой груди. Сердце так и колотилось от радости. — Столько времени прошло, ох, Квин!

Когда они наконец смогли отлипнуть друг от друга, и Квин до конца оделся, начались разговоры. До-о-олгие разговоры! Сначала Илит с интересом слушал рассказы о приключениях и путешествиях, о разных интересных людях, о побеждённых демонах. Потом и сам что-то рассказывал, но по большей части всё же молчал — куда его скромным достижениям до успехов Квина, а говорить о своих неудачах и проколах совсем не хотелось.

Странно, но когда первая радость встречи поутихла, пришла неловкость. Может, это оттого, что они так давно не виделись? Ведь раньше такого не было. Вот Квин говорит об очередном любопытном городишке, в котором они с наставницей останавливались, вот легонько берёт Илита за руку, а он начинает просто безумно нервничать и смущаться! А когда Квин просто заправил локон волос ему за ухо, Ил и вовсе вспыхнул, как факел – наверное, все щёки красные. Стыдно-то как! Как же давно Квин не дотрагивался до него, каждое простенькое и невесомое прикосновение ощущалось так непривычно. А ведь они давным-давно переросли вот такие обычные, невинные ласки, так что же он реагирует как мальчишка?

Квин изменился. Он и прежде был красавчиком, но за прошедший год стал ещё привлекательнее: и без того высокий и мускулистый, он вытянулся и стал шире в плечах. Ну да, он-то, в отличие от Илита, и магическим оружием умел пользоваться, и физический бой мог вести. А чего стоили его новоприобретенный загар и лукавая улыбка! От них же глаз не отвести! Вот только его волос Илиту было жалко: раньше тёмно-рыжие прядки ниспадали на плечи, а теперь были коротко острижены, да ещё и непривычно зачесаны назад, открывая лоб. Хотя, надо признать, ему шло — ничего не мешало любоваться красивым мужественным лицом и тёмными, шоколадными глазами.

За разглядываниями Илит пропустил момент, когда Квин одним движением притянул его к себе и, откинув волосы с шеи, коснулся её губами. На секунду Ил испуганно замер, но потом прикрыл глаза и позволил прикасаться к себе, отдаваясь давно забытым ощущениям. Скольжение горячих губ по его коже — такое приятное, обжигающее внутренности, чувство, — а когда к ним прибавился влажный язык, по телу и вовсе пробежались робкие мурашки. В дверь постучали, и Квин разочарованно выругался, Илит же залился краской и, отсев подальше, прижал ладонь ко всё ещё горящей шее.

— Войдите, — крикнул Квин, и в проём заглянула Амина.

— Мальчики, вы есть идёте? Я уже всё заказала.

Точно! Амина же днём приглашала его на ужин, Ил и забыл об этом. А ещё он забыл о таком немало важном факторе, как Ромин! Наставник явно не будет в восторге… Хотя почему Илит вообще должен думать об этом?! Кроме отношений учитель-ученик их ничего не связывает, а то, что Ромин порой кидает совершенно очевидные намёки, так это не его проблема.

Обещанные Аминой колбаски оказались очень вкусными. Маги поели втроём, весело болтая о всякой ерунде. Сестра Ромина оказалась очень весёлой и общительной девушкой, в отличие от своего брата. Повезло Квину с наставницей. За ужином договорились об утренней тренировке, потом Илит засобирался к себе, а Квин вызвался его проводить. Они вместе вышли с постоялого двора и побрели по улице.

— Не хочешь остаться у меня? — неожиданно спросил Квин через несколько минут неловкого молчания, и Илит вновь смутился.

— Не сегодня, — тихо ответил он. — К тому же, я не предупредил наставника, что не вернусь. Он может… волноваться.

«Или очень разозлиться», — подумал Ил про себя.

— Как вы с ним ладите?

— Да обычно ладим, — пожал плечами юноша.

— И что, он к тебе даже не приставал?

— Конечно, нет.

— Ну, просто учитывая те слухи, которые ходят о нём среди магов… Ты же знаешь, что ты — лапочка, да, Ил? Не удивлюсь, если братец Амины и к тебе захочет подкатить. А вы ещё и каждый день вместе. Рядом...

Так! Этот разговор надо было срочно заканчивать!

— Ты не прав, ничего подобного не случалось, — негромко, но настойчиво возразил Илит, а потом попробовал сменить тему: — А Амина? Какой она наставник? Тебе нравится странствовать с ней?

— Амина лучшая, и с ней легко. Я рад, что меня взяла на обучение именно она. Она многому меня научила, и ещё научит. Завтра сам увидишь.

Квин стал рассказывать, как наставница впервые подпустила его к демону, и Илит вздохнул с облегчением — кажется, темы Ромина удалось избежать. Так, болтая, они дошли до постоялого двора, где остановились Илит и некромант. У ворот Квин обхватил его за талию и нежно поцеловал, затем пожелал хороших снов и пошёл обратно. Илит смотрел ему вслед, пока крепко скроенная фигура не скрылась на соседней улице, и лишь потом отправился к себе.

Он застыл у двери, переминаясь с ноги на ногу и силясь собраться с мыслями — отчего-то открывать её было страшно.

Да что ж это такое в конце-то концов! Он ведь и правда ничем с Ромином не связан, отчитываться о своих чувствах ему не обязан! Илит осторожно толкнул дверь и несмело заглянул в комнату. Никого… Юноша вошёл и осмотрелся: кровать некроманта заправлена, его самого нет. Ил даже в ванной проверил на всякий случай. Что ж, может, оно и к лучшему.

Илит сполоснулся в прохладной воде, быстренько замотался в одеяло и улёгся спать. Вот только сон, как частенько бывало в последнее время, не шёл. Кажется, он проворочался ни один час, а Ромин, между прочим, за это время так и не вернулся. «Ну, учитывая слухи, что ходят о нём…» Да, Ил знал об этих слухах с самого начала, просто за два месяца им ни разу не было подтверждения. Но, похоже, сегодня Ромин отправился пополнять свою коллекцию любовных побед. С этими мыслями Илит наконец-то уснул.

Открыв глаза утром, он увидел наставника, сидевшего на широком диване с чашкой чая и поедавшего купленные Илитом сладости. Купленные себе, любимые сладости!

— Утречка, — бросил некромант, заметив, что Ил не спит.

— И тебе. Хорошо провёл ночь? — нарочито небрежно спросил он, поднимаясь с постели, и сам себя за этот вопрос захотел прибить. Вот зачем он спросил? Ему-то до этого какое дело?

— Неплохо, — ответил Ромин, усмехнувшись. — В бар ходил, но меня больше удивляет: ты-то почему здесь ночевал?

— А что, не должен был?

— Ну-у-у, учитывая, что твой загадочный парень, который, между прочим, оказался учеником моей сестры, в городе… Или он не потрудился пригласить тебя?

— Пригласил, — буркнул юноша, хватая со стула, брошенное ещё вчера вечером полотенце, и намереваясь скрыться в ванной.

— И ты отказался?! Я-то думал, ты соскучился по нему, — Ромин лениво потянулся и встал, а потом как-то слишком быстро оказался возле Илита, ловко обхватил со спины и, уткнувшись в рыжие волосы, прошептал: — А может, ты просто ещё девственник и не пошёл потому, что испугался? А, Лит?

Ил тут же вспыхнул и вывернулся из рук Ромина, бросив обиженное «Придурок», захлопнул перед ним дверь, из-за которой уже раздавался смех. Вот, козлина! Илит сунул полыхающее лицо в таз с водой. Извращенец озабоченный! В баре он сидел, как же! Ещё и издевается… Хотя, лучше уж пусть вот так подкалывает, чем орёт на него или злится, как в тот раз, на рудниках. Когда Илит вышел, Ромин преспокойно допивал свой чай, будто и не он тут пять минут назад цирк устроил.

— Куда-то собираешься? — спросил некромант, глядя, как Илит натягивает куртку.

— На тренировку — твоя сестра предложила помочь. Но сначала вниз, я ещё не ел вообще-то.

Ромин кивнул, взял свой плащ и молча пошёл следом. И вот теперь он угрюмо сидит на пожухлой траве и наблюдает за тремя огневиками.

Отвлекшись на мрачного наставника, Илит не заметил, как его барьер ослаб и треснул, да вот только Квин уже успел отправить в него поток огня, который теперь летел прямиком в лицо. Ил и Амина одновременно вскинули руки, собираясь отбить удар, но этого не потребовалось — чары Квина ударились о щит некроманта. Девушка бросила на брата недовольный взгляд.

— Ты вроде как сторонний наблюдатель, — огрызнулась она, на что Ромин лишь лениво зевнул. — Или ты не доверяешь мне обучение своего воспитанника?

— Тебе-то доверяю, да вот твой ученик уже несколько раз накосячил.

Амина закатила глаза, но ничего ему не ответила.

— Давайте-ка передохнём немного, — предложила она, отходя от Илита, — потом ещё разок отработаем барьер и отправимся обедать в город.

_

Илит придирчиво разглядывал в небольшое зеркальце своё лицо, бездумно проводя расчёской по влажным волосам. Последние несколько дней пронеслись для него как в каком-то сне. По утрам они всё так же, вчетвером, ходили на тренировку. Ну как, вчетвером — огневки-то тренировались, а Ромин мрачной тучей смотрел на них и, кажется, с каждым днём становился только угрюмее. Затем уставшие огневики и хмурый некромант выбирали какой-нибудь трактирчик для обеда, а потом разбивались на пары и расходились по своим делам.

Чем занимались брат и сестра, Илит понятия не имел, да и не интересовался особо. Единственное, что волновало его, это то, что они с Квином оставались наедине до самого позднего вечера. Они гуляли по городу, держась за руки, вместе ходили на рынок за покупками, как-то даже попали на выступление приезжих артистов. В один из дней сходили в общественные горячие купальни, в другой — сняли лодочку и катались на ней до самых сумерек, пока на улицах не стали зажигаться фонари. А один раз даже попали на приём какого-то вельможи, который по чистой случайности столкнулся с ними у лавки портного и, увидев их кулоны, пригласил юных магов к себе. Было весело. Каждый день они проводили как настоящая парочка! В академии у них просто не было столько свободного времени, чтобы выбираться в город на настоящие свидания, здесь же…

Как бы Илит хотел, чтобы время сейчас остановилось, но оно неумолимо шло вперёд, а значит — им с Квином осталось дня три-четыре, пока они вновь не разъедутся в разные концы мира. Ну почему ему не повезло так же, как Слиму и Ури?! Почему он не оказался с Квином на одном курсе? Тогда, возможно, их забрали бы обучать как пару. Мечты, мечты…

Илит вновь посмотрел на своё отражение: какой-то он бледный, да и вообще излишне нервничает. Хотя было от чего волноваться, ведь сегодня он собрался остаться ночевать у Квина! Даже новую красивую тунику купил — как девчонка! — чёрную с красным огненным узором. Но в одном придурок Ромин был прав — Илит всё ещё девственник, и он в самом деле трусил!

В академии они с Квином не заходили дальше объятий и поцелуев, иногда весьма откровенных поцелуев, но всё же… Каждый раз, когда тот пытался добиться большего, Ила будто холодом сковывало. Он не отталкивал и не просил остановиться, всякий раз надеясь, что этот непонятный блокирующий страх когда-нибудь уйдёт, но Квин сам замечал его состояние и, мягко обнимая, говорил: «Не переживай, тебе же всего шестнадцать, ты просто ещё не готов». Ил вздыхал с облегчением и благодарно прижимался к нему. Но теперь-то он готов! Он чувствовал, что готов. В эти дни, проведённые с Квином, где-то глубоко внутри, он ощущал зарождающееся желание, когда парень обнимал его, поглаживал по щеке или брал за руку. Разве это не значит: готов? И потом: сколько можно ломаться? Он же не благородная девица на выданье! Они вот-вот снова разлучаться бог весть на какой срок, и до того, как это произойдёт, Илит хотел стать ближе со своим парнем. Хотел, чтобы у них осталось больше нежных воспоминаний друг о друге, которые будут греть их сердца в разлуке.

Ил снова глянул в зеркало и отложил расчёску. Ну всё, хватит. Он ведь симпатичный, даже очень, и сиди не сиди перед этой стекляшкой, краше явно не станет. Юноша поднялся, подхватил с дивана куртку и направился к выходу, вот только дойти не успел. Дверь открылась, и в комнату вошёл Ромин. На секунду в глазах некроманта промелькнула такая ненависть, что Ил невольно отшатнулся. Ромин медленно прикрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.

«Ну прямо непреодолимая преграда», — раздражённо подумал Ил. Серьёзно, не запрёт же он его здесь?

— Я так понимаю, ночью тебя не ждать? — спросил некромант, оглядев его с ног до головы.

Илит неуверенно кивнул — а смысл отрицать очевидное? Ромин отлип от двери и сделал шаг к нему, потом ещё один, и ещё… Ну прямо охотник, загоняющий дичь, вот только Ил определённо против быть дичью — шагнул в сторону. Но куда ему тягаться с Ромином? Мужчина тут же обхватил его за талию и прижал к себе.

— Перед тем как уйдёшь, я должен тебе кое-что сказать, — прошептал некромант.

— И… и что же? — выдавил из себя Ил.

— Вот это, — Ромин взял его за подбородок и коснулся губ сухими горячими губами.

Илит застыл. Ему бы начать вырываться, оттолкнуть, стукнуть в конце-то концов, но тело отчего-то не желало двигаться, спокойно стояло на месте, будто ожидая: что дальше? Ромин осторожно провёл языком по верхней губе, слегка втянул её и тут же отпустил, потом проделал то же с нижней. С немой просьбой скользнул между сомкнутых губ, и Илит сам, не понимая что делает и зачем, приоткрыл рот. Ромин тут же проник горячим языком внутрь, целуя, вылизывая, лаская, и юноша поплыл, вцепился онемевшими пальцами в плечи некроманта и сам стал отвечать на этот безумно сладкий, тягучий поцелуй. По телу побежала дрожь, острое желание отозвалось томлением в паху, плеснуло жаром по щекам, требуя ни за что не останавливаться, не разжимать объятия, не отнимать губ. Вот только... Квин… Илит распахнул глаза и отшатнулся. Да что он вытворяет?! Он же не такой! Это Ромину без разницы с кем, а ему — нет! На глаза навернулись слёзы.

— Пусти, — с трудом прошептал он.

— Не сейчас, — ответил Ромин, пристально вглядываясь в расстроенное лицо, и бережно прижал его голову к своей груди.

— Идиот… Кретин… — Ил занёс кулак и вслепую, бестолково ударил его по плечу, потом снова и снова. Слёзы всё-таки хлынули из глаз. Почему они вообще потекли? — Зачем? Зачем ты так?! Зачем ты это сделал?! — всхлипывая, спрашивал он, хоть ответа и не ждал. Ромин обнял его крепче.

— Успокойся, милый.

— Я тебе не милый! Хватит так меня называть! Мы вообще друг другу никто! Ты не имеешь права такое делать!

— Ошибаешься, — ответил маг так тихо, что Ил едва разобрал слова, — ты мне бесконечно дорог.

— Отпусти меня, — пискнул Илит, — отпусти, не то обожгу.

— Жги.

— Сам напросился.

Юноша обхватил руку, удерживающую его, и вполсилы ударил магией. Ромин даже не вздрогнул. Чтоб тебя! Илит усилил воздействие, но некромант и не думал отпускать. Неужели не больно? Честно говоря, бить ещё сильнее Илит боялся — он ведь и мясо до кости мог прожечь.

— Ромин, отпусти по-хорошему! — разозлился юноша, и некромант, рассмеявшись, разжал объятия.

Илит с опаской глянул на его руку и потрясённо замер. Там не то что намёка на ожог не было, она даже не покраснела!

— Так не бывает… — прошептал он, а затем, чтобы убедиться, сам схватил некроманта за руку и осмотрел её. — Но, как? Я ведь обжёг тебя. Сила одного мага не может причинить вред другому, только если они пара, прошедшая обряд, — пробубнил Ил то, что было известно даже ребёнку.

— Так, может, мы — пара? — грустно усмехнулся Ромин.

— Ещё чего, — фыркнул Илит, оттолкнул от себя ни капли не пострадавшую руку и, обойдя некроманта, открыл дверь. — Я ушёл, — кинул он напоследок и поспешил к лестнице.

Выйдя на улицу, Илит попытался успокоиться и привести чувства и мысли в порядок. Всё, что произошло наверху, было донельзя странно. Начать хоть с этого поцелуя! Ну, допустим, Ромин хотел над ним подшутить, а если и нет, и всерьёз имеет виды на его задницу, то Илит-то почему на поцелуй ответил?! И главное – ему понравилось! Хотя, учитывая опыт Ромина, тот, наверное, и мёртвого заведёт. Илит нервно усмехнулся, представив одного из поднятых зомбаков некроманта в этой роли.

Ладно, опустим этот проклятый поцелуй. Почему сила Илита не навредила Ромину?! Парой они быть, естественно, не могут — никакого обряда они не проходили, и Ромина Ил впервые увидел чуть больше двух месяцев назад. «Так может, мы пара?» Ага, сейчас прям: чтобы решиться на этот обряд, нужно не просто безумно любить друг друга, но ещё и безгранично доверять во всём, ведь это навсегда — установившуюся связь не разорвать! Так, может, всё дело в силе некроманта? Может, магия смерти не пробивается другой? Хотя Ил о таком нигде не читал и слышать не слыхивал.

Со всеми этими мыслями юноша не заметил, как дошёл до гостиницы Квина и Амины. Проклятье — на ужин он, наверное, опоздал… А стоило ли вообще идти? Готов ли он сейчас к чему-то? Ил мотнул головой. Ну, нет, неадекватные выходки Ромина не повлияют на его решения, и уж точно не испортят вечер с парнем! Отбросив сомнения, он вошёл в обеденный зал. Все столы были заняты — на этом постоялом дворе вообще под вечер собиралась уйма народу, Квин с Аминой сидели за столиком под лестницей. Илит быстренько проскочил к ним и сел на свободный стул.

— Простите, опоздал, — виновато сказал он.

— Ничего, нам только недавно принесли, ещё не успело остыть, — ответила девушка, пододвигая к нему нетронутую тарелку.

Квин был прав — она лучшая: и как наставница, и как человек. Даже еду заказала на него, не зная, придёт он или нет. А уж про тренировки и говорить нечего — они ему очень помогли, и всегда были такими чёткими и продуманными, что Ил отчётливо видел улучшения своих навыков и при этом не уставал! Почему же всё-таки ему в наставники выбрали некроманта?

— Так, я пошла переодеваться, — сказала Амина, молча проглотив свою похлёбку. Ребята удивлённо переглянулись. — А я разве не говорила? Меня пригласили на бал. Пойду хоть потанцую, растрясу свои старые кости, не то скоро забуду, как это делается. Ромина, кстати, тоже пригласили, но я сомневаюсь, что он придёт, он теперь не любитель подобных сборищ, хотя лет сорок назад не отказался бы погулять.

Девушка ускакала наверх и вскоре спустилась обратно в шикарном тёмно-бордовом, облегающем стройное гибкое тело, платье. Ещё и волосы успела уложить в изящную причёску, придерживаемую на висках тонкими, золотыми заколочками. Ну просто само очарование и восторг! Немного вызывающе, но всё равно прекрасна в своей чувственной красоте. Девушка остановилась перед их столиком и покрутилась, демонстрируя наряд.

— Ну и как?

— Шикарно, — выдохнул Илит.

— Золотое с чёрными прожилками, которое было в прошлом месяце, смотрелось лучше, — бросил Квин, едва взглянув на неё.

— То же мне — ученик, нет бы похвалил, — шутливо наморщила носик Амина. — Вот возьму и поменяю тебя на Лин… на Илита.

— Да, да. Иди уже. У меня на все твои платья слов не хватит. Мне вот, кстати, интересно: ты где их хранишь? С собой-то мы возим от силы два-три.

— Отправляю в Ларвию с посыльными, конечно же, иначе мы бы путешествовали в повозке, а не верхом. Ну ладно, я побежала, а вам хорошего вечера, мальчики.

Амина упорхала, и парни остались вдвоём. Несколько минут сидели в молчании, а потом Квин отодвинулся от стола и посмотрел на Илита.

— Пойдём, погуляем что ли?

— Я… я вообще-то… — юноша замялся и смущённо отвёл взгляд. — Я думал пойти к тебе, — едва слышно всё же сказал он.

— Правда?

Гул голосов вокруг оглушал и, казалось, все смотрят на него с насмешкой и осуждением. Он готов был под землю провалится, а Квин ещё так удивлённо и с надеждой посмотрел на него... Илит уткнулся лицом в ладони, но услышал скрип отодвигаемого стула, его аккуратно взяли за запястье и потянули за собой.

— Пойдём, — дрогнувшим голосом сказал Квин, уже уводя его на лестницу.

Оказавшись в комнате, Илит засмущался ещё больше, так и застыл у закрытой двери, не зная что ему делать дальше, пока парень зажигал магические огоньки. В комнате сразу стало слишком ярко.

— А… а можно оставить только парочку? — пробормотал Илит.

— Ты стесняешься? — Квин с улыбкой подошёл к нему и приобнял. — Тебе нечего стесняться, я ведь уже говорил: ты — лапочка, Ил.

И лапочка уткнулся в крепкое плечо. Несмотря на свои слова, Квин погасил все огоньки, кроме одного, а потом медленно повёл раскрасневшегося Илита к кровати и усадил на неё, сам устраиваясь рядом. Взял подрагивающую ладошку и стал неспешно поглаживать её, постепенно поднимаясь выше, едва касаясь нежной кожи. Другой рукой коснулся заалевшей щеки, тоже очень бережно. Приятные ощущения заставили Илита чуть осмелеть, поднять глаза на парня и придвинуться ближе. Квин уже ласкал пальцами его шею и когда почувствовал, что Ил более-менее расслабился, склонился к нему и поцеловал.

Ему бы наслаждаться ощущениями, но первое, о чём Илит подумал, когда его губ коснулись чужие — о Ромине. О том, что с ним всё было куда острее и чувственнее, что его унесло всего от нескольких движений языка… Илит зажмурил глаза и сосредоточился на том, что происходило сейчас, а не пару часов назад. Он приоткрыл губы сам, желая углубить поцелуй с Квином, и тот с радостью скользнул внутрь. Касание языков, движения губ — весьма приятно и так умело. Умело? Даже слишком, раньше Квин так не целовался! Илит чуть отстранился и уставился в глаза своего парня.

«А уж если речь идёт о молодых девушках, можно не сомневаться — у них он выведает всё…» — всплыли в мозгу слова Амины, и сердце тут же похолодело. И как же Квин выведывал ВСЁ у молодых девушек? Поцелуями? Ласками?

— Ил, ты чего? — парень коснулся его лица, привлекая к себе внимание.

— Квин, ответь: за тот год, что мы не виделись, ты спал с кем-то?

— Что?

— Не юли, ответь, — Илит с мольбой заглянул в шоколадные глаза.

— Да какая разница, лапочка?

Илит резко выдохнул и отсел на край кровати. Идиот! Глупый, маленький, наивный идиот! Только такие, как он, могут верить в любовь и верность. К глазам вновь подступили слёзы, второй раз за вечер.

— Я думал, что мы встречаемся, — тихо пробормотал Илит, сдерживая готовый вот-вот прорваться поток.

— Так и есть.

— Но ты спал с другими. Какие же это отношения?

— Илит, сколько по-твоему я должен был ждать, пока ты созреешь? И потом: больше года прошло с последней встречи. Я же не дряхлый старец и не монах, я молодой двадцатилетний парень, и у меня совершенно естественные потребности.

— А я что же, монах? — взвился Илит, вскакивая.

— Вот только не говори мне, что ничего не было. Может не секс, но что-то же было? Я видел, как этот твой наставник пожирает тебя глазами на тренировках.

— Да, он наверное хотел бы, я же такой лапочка! — ехидно огрызнулся Илит. — Вот только я на его намеки не вёлся. Я всё это время, как дурак, хранил себя для тебя! Но, похоже, напрасно: тебе-то это без надобности. Ты времени зря не терял!

— Ил, — Квин протянул к нему руку, но юноша отошёл назад, не позволяя себя коснуться. — Лапочка, не глупи. Неужели ты не понимаешь, что все эти одноразовые связи ничего не значат? Наши же отношения — это совсем другое: мы маги и проживём сотни лет. В отличие от всех этих простых людей нас не сдерживают человеческие рамки и правила. Ну будет у нас несколько интрижек на стороне, это ведь неважно, главное, что мы всегда будем возвращаться друг к другу, а спустя несколько десятилетий и вовсе можем стать боевой парой.

Именно об этом Илит когда-то и мечтал — как они с Квином закончат обучение, как получат титулы магов, как станут странствовать и сражаться вместе, а потом, возможно… Но, нет — этого не будет. Теперь уже не будет.

— Ты говорил, что любишь меня, — пробормотал Илит.

— Так и есть.

— Ложь. Человек, который любит, не станет изменять. Люди, которые любят, хотят быть только друг с другом. Во всяком случае для меня это так, — Илит отвернулся и пошёл к двери.

— Ил, — окликнул его Квин, и он остановился. — Не влюбляйся в него. Твой наставник разобьёт тебе сердце.

— Я и не собирался, — бросил юноша, открывая дверь, — Но моё сердце больше не твоя забота, мы расстаёмся. Можешь и дальше спать с кем хочешь.

Илит медленно вышел из комнаты, сохраняя видимость достоинства дошёл до лестницы, а потом побежал. Прочь… Прочь отсюда! Прочь от него! Как же обидно, тошно и противно было на душе! Ведь он верил. Верил и даже не сомневался, а Квин… Разве можно так поступать с тем, кого любишь? Какая же это, к демонам, любовь?! Когда Илит выбежал на улицу, слёзы всё-таки прорвались наружу.

***

Ромин сидел на диване в полной темноте и, прикрыв глаза, улыбался. Магия Лита не причинила ему вреда. Неужели тот ритуал, который они когда-то провели с Лино, имел силу? Он на такое даже не надеялся, в тот день это был просто жест — символ серьёзности их взаимных чувств, но кто же знал, что обряд и правда связал его и призрака? Да, связь не работала в полную силу, но после перерождения никуда не делась, а стала лишь крепче! Ничего у Лита не будет с этим парнем, Ромин был в этом почти уверен, но эта мизерная часть — «почти» — всё-таки грызла его, потому что время текло, а мальчишка не возвращался.

Интересно, а его магия тоже не может причинить Литу вреда? Нет, проверять он, конечно же, не станет. И даже когда они проведут настоящий, полноценный обряд пары с живым пареньком, а не с призраком, он и тогда не осмелится коснуться Лита магией смерти. Но сам вопрос был любопытным. Связь, что есть сейчас, работает в одну сторону или в обе?

Ромин коснулся своих губ, вспоминая поцелуй. Сколько он о нём мечтал? Лет сорок? Ни одна его фантазия ни шла ни в какое сравнение с тем, что он испытал сегодня. Какой же он сладкий, его прекрасный, любимый мальчик! Мягкие податливые губы, которые практически сразу ответили ему… Понимал ли Илит, что делал, или его опять вело подсознание? В принципе, это не так уж и важно, потому что весь он — целиком — его, Ромина, со всеми своими странностями и нестабильностями. С этими нежными губами и манящим жарким ротиком… Кажется, Ромин опять начинал возбуждаться, а ведь уже дважды кончил в ванной. Да где же, наконец, Лит?! Если через полчаса не вернётся от этого недопарня, Ромин сам за ним пойдёт, вытащит из постели и заберёт. И плевать на все уверения и хитрости Амины.

Идти никуда не пришлось — дверь в комнату сама тихонько отворилась и мальчишка заглянул внутрь, вглядываясь в темноту. Увидев, что Ромин не спит, он куда смелее вошёл и создал огонёк.

— Почему в темноте? — спросил он, снимая верхнюю одежду.

— Думаю. Развлёкся?

— Более чем. — Лит повернулся в его сторону. — Ромин, ты восстановил силы после тех демонов?

— Да.

— Тогда мы можем уже убраться из этого города?

Некромант встал и, отвернувшись, подошёл к собранным седельным сумкам, пытаясь скрыть довольную улыбку.

— Прямо сейчас? — уточнил он.

— Можем дождаться рассвета.

— Поцапались? — тихо спросил Ромин.

— А тебя это волнует?

— Очень даже. — Маг обернулся и посмотрел на поникшую фигуру, застывшую у окна.

Даже отсюда Ромин видел, как вздрагивают хрупкие плечи. Он плачет? Похоже, ученика Амины всё-таки придётся закопать. Некромант подошёл к Литу и осторожно обнял со спины, но тот резко развернулся в его руках и уткнулся лицом в рубашку, которая тут же пропиталась слезами.

— Ответь, Ромин, почему люди так поступают? — всхлипнул он. — Почему я верил и был верным, а он изменял? Ответь, ты-то знаешь, ты ведь такой же…

— Не уверен. Я могу сказать, почему желание порой затмевает разум, но я никогда никому не лгал, Лит. Если это был секс на одну ночь, я так и говорил.

— А тому, кто был тебе дорог, что ты говорил? Если у тебя вообще был такой человек.

«Говорил, что люблю, милый. И это тоже всегда было правдой. Но как бы я не любил тебя, я не мог к тебе прикоснуться. А теперь могу», — Ромин крепче обнял плачущего Лита и с сожалением подумал, что прямо сейчас придётся солгать, как бы сильно он не желал сказать правду.

— Я не заводил отношений, Лит, поэтому и говорить было нечего и некому.

— А если… Если решишь завести..? — очень тихо, в самую грудь Ромину, пробормотал Лит.

— Тогда я не стану спать с кем-то, кроме этого человека.

Глава 17. Деревушка у реки

Воспоминания Ромина (примерно 36 лет назад)

— Господин, — в дверь легонько постучали, на пороге стоял парнишка — племянник хозяина, кажется, и ещё при заселении Ромин обратил на него внимание. — Ваш ужин, господин маг.

Некромант отошёл от двери, пропуская юношу внутрь, кивнул на столик у окна. Тот быстро поставил поднос с едой и засобирался на выход.

— Ты ведь Руи, да? — окликнул его маг у самой двери.

— Да, господин.

— Может расскажешь мне, что тебе известно о происходящем в вашем посёлке?

— Да то же, что и всем, господин. Четыре человека утонули в реке, все — молодые парни: сильные, выносливые, плавать умели. Мы с рождения тут живём, посёлок на реке, так что плавать умеем, а они и вовсе — дети рыбаков. Когда пропал первый, и его тело через несколько дней нашли вниз по течению, все посчитали это несчастным случаем, но за ним последовали второй, третий и четвёртый. И все за один месяц. Тут уж не до случайностей, вот старейшина и отправился в город, звать на помощь магов. Вы и приехали.

— Ты знал погибших? — спросил Ромин, садясь за стол.

— Конечно, посёлок на сорок домов, мы тут все друг друга знаем.

— Присядь, поешь со мной, — маг указал на свободный стул напротив.

— Что вы, господин… Я потом в кухне поем, — пробормотал парнишка не то удивившись, не то смутившись.

— Садись, садись, — улыбнулся Ромин, — Заодно расскажешь мне обо всех четверых.

— А что рассказывать-то? — спросил Руи, неловко делая шаг к столу, всё ещё с сомнением глядя на мага.

— Всё. Чем занимались, с кем общались, как жили, что общего у них было. Говори, всё, что знаешь, мне же нужно с чего-то начать поиски.

— Ну, хорошо, — юноша несмело присел на краешек стула. — Первым нашли Дира, у них с отцом дом у реки, прямиком посередине посёлка. Он с детства помогал бате рыбу ловить, а потом уж и сам стал. Он меня старше на шесть лет... — Руи запнулся, растерянно похлопал глазами, словно осознание реальности произошедшего накрыло его только сейчас, — был, так что не особо со мной общался. Хотя, когда я ещё был мелким, он катал меня и других ребят на лодке. Весёлый такой был, улыбчивый, да и вообще — красавчик…

Пока паренёк вёл свой рассказ, Ромин придвинул к себе тарелку, периодически подсовывая что-то из съестного и ему. Первые пару раз пацан смущался и пытался отказаться, но уже через несколько минут попривык и выкладывал всё, что знал, без запинок, да и закуски с аппетитом поглощал, а потом и вовсе — обвыкся, перестал нервничать и с улыбкой и неподдельным интересом рассказывал: о своей жизни, об утонувших ребятах и других жителях деревни. Ещё и Ромину вопросы задавал.

Странные всё-таки создания — люди: когда что-то случается, сразу же зовут магов, но при этом многие их побаиваются. За свою жизнь Ромин встречал такое множество раз, видел в глазах людей страх, опасения, подозрительность, но так и не смог до конца понять: почему? Уже несколько тысячелетий маги только и занимались тем, что сражались с демонами и защищали людей, и те, конечно, всегда были благодарны, вежливы и почтительны, так откуда же в человечках этот необоснованный страх?

Ромин вновь взглянул на собеседника — ничего такой, особенно, когда улыбается, даже чем-то на Лино похож. Ну вот, опять! Некромант прикрыл глаза, надеясь отвлечься от дурацкой мысли, но уже не выходило. Последние месяцы он каждого встречного смазливого парня сравнивал с призраком, и не важно, оказывался ли тот потом в его постели или нет. Кажется, это уже входило в привычку — искать во всех Его черты. Вот и сейчас: этот пацан даже отдалённо не походил на Лино — выше, не такой хрупкий и изящный, и через пару-тройку лет наверняка станет довольно сильным, а юношеская смазливость станет мужественной красотой или исчезнет вовсе, но Ромин всё равно дотошно выискивал хоть какое-то сходство.

А, кстати: где Лино? Уже больше четырёх часов прошло, как они прибыли в этот рыбацкий посёлок, а мальчишка так и не вернулся в гостиницу. Сколько можно осматривать местность? Это же не город.

— … и это оказался Токир. Его невеста так плакала. Жаль её, она ведь ещё и беременна, — Руи тихонько вздохнул и замолчал.

Ромин кивнул, хотя, честно говоря, поглощённый своими мыслями, прослушал, что там пацан рассказывал про последнего утопленного.

— Спасибо, — некромант улыбнулся одной их своих обворожительных улыбок, и парнишка тут же смутился. Всё-таки он очень даже неплох… А, к демонам! Почему бы и нет? Ромин протянул руку и накрыл ею ладошку юноши. — Ты мне очень помог, Руи. Если у меня снова возникнут вопросы, могу я обратиться к тебе? — спросил он тихим вкрадчивым голосом, намеренно заставляя паренька вслушиваться в каждое слово, и при этом ещё легонько перебирал его тонкие пальчики.

— Д-да… Да, конечно, господин.

— Просто Ромин, ладно? Мы ведь уже так поладили, к чему формальности?

— Хорошо… Ро… Ромин, — пробубнил, краснея, юноша, но руки не убрал. Тогда маг чуть привстал и, склонившись к пареньку, коснулся пальцами его щеки.

— Если захочешь, можешь и сам заходить — буду рад поболтать с тобой ещё. А сейчас, тебя, наверное, уже потеряли?

— Ой! — Руи встрепенулся и испуганно глянул в окно. — Сколько ж я уже здесь сижу?! Там же работы полно, дядя будет сердиться… — Подхватил поднос с пустой посудой и поспешил к двери. — Доброй ночи, гос… Ромин. До завтра, — бросил он напоследок и выскочил в коридор.

Некромант запер за ним дверь и ухмыльнулся: забавный парнишка, может, даже в этом мелком поселении удастся немного развлечься... Маг подошёл к постели и, не раздеваясь, повалился на покрывало. Да где там Лино носит?

_

Утро встретило Ромина хмурыми тучами, моросящим дождём и таким же угрюмым и неприветливым призраком. Лино нашёлся в обеденном зале, когда некромант спустился на завтрак. Мальчишка медленно парил под потолком и при появлении Ромина, лишь мельком взглянул на него. Ну и где: «Доброе утро»? Конечно, маг и сам не очень-то любил болтать с ним на людях, привлекая к себе излишнее внимание и удивлённые взгляды, да вот только Лино на это всегда чихать хотел. Мальчишка вообще последние пару недель вёл себя странно. Взять хотя бы его внезапную неразговорчивость: да Лино же обычно не заткнуть, а тут, взял моду — помалкивать! Или вот такое поведение, как сейчас — зависнет где-нибудь в сторонке и смотрит по сторонам отстранённым взглядом.

Ромин заказал еду, сел за самый дальний столик и, глянув на призрака, незаметно подозвал его пальцем. В зале сейчас, кроме них, находились только трактирщик да немолодая женщина, намывающая столики, можно было тихонько поговорить, да только Лино как-то неохотно подлетел ближе.

— Утречка, — сказал Ромин.

— Ага.

— Что с настроением?

— А что с ним? Всё как обычно.

— Оно и видно. Ты всю ночь летал по посёлку?

— Есть какие-то другие варианты? — буркнул, отворачиваясь, Лино. — А ты, похоже, затащил в постель очередного бедолагу.

— Вовсе нет, только собираюсь это сделать.

— Оно и видно. Он, когда мимо твоей комнаты проходит, чуть ли не с благоговением смотрит на дверь. Что ж ты с ним такого сделал?

— Вообще-то мы просто разговаривали, и он, кстати, рассказал мне о погибших. Вот, думаю поговорить с невестой последнего парня.

— Почему с ней? — Лино вновь повернулся к некроманту, и на его лице наконец-то появилась хоть какая-то заинтересованность.

— Потому что я почти уверен, что наш демон женского пола, а если в деле замешана какая-то девица, невеста должна нутром чуять неладное. А у тебя как дела? Заметил что-нибудь подозрительное?

— Нет. Среди жителей демона нет. Я в каждый дом залетал и вглядывался в лица людей. Могу даже сказать, кто с кем живёт, и кто кому приходится родственником.

— Ого, и всё за один вечер и ночь? Да ты совершенствуешься на глазах.

— Пф… было б чему совершенствоваться, их тут всего-то девяносто три человека.

— Ну… — Ромин собирался снова похвалить мальчишку, но замолчал — трактирщик как раз направлялся к нему с заказанным завтраком.

С едой некромант разбирался как можно медленнее, пытаясь растянуть время, да только это оказалось напрасным занятием — сколько б он ни ждал, дождь так и не закончился. Пришлось накинуть капюшон кожаного плаща и выйти-таки на сырую промозглую улицу.

Ромин, как и планировал, первым делом направился к невесте последнего погибшего. Ею оказалась приятная, миловидная девушка лет двадцати. Едва увидев некроманта на пороге, она горестно вздохнула и молча впустила его в дом. Её округлый животик сразу же бросался в глаза — удивительно, что на таком-то сроке, она всё ещё была невестой, а не женой. Девушка проводила гостя из прихожей в небольшую кухоньку.

— Чаю будете? Может, супа с лепёшками?

— Нет, благодарю, я только поел. Ответите на пару вопросов?

— Конечно, господин маг, — вздохнула девушка и присела на скамью, придерживая живот тонкими обветренными руками, — спрашивайте...

— Расскажите о том дне, когда погиб ваш жених. Может, было что-то необычное? Куда он ходил, с кем встречался? Мне необходимо знать всё, что происходило перед его смертью, чтобы найти след, ведущий к демону.

— Необычного не припомню. С утра, как всегда, отправился на рыбалку со своим отцом, потом с другими рыбаками разбирал улов, солил, коптил, готовил товар для отправки в город, так и день прошёл. Вечером вернулся домой, поел и отправился выпить к другу. Да так и не вернулся. А наутро его тело нашли у берега, в камышах.

— И вы не волновались, не отправились его искать, когда ваш жених не вернулся домой?

— Нет, он и раньше бывало не приходил ночевать.

— Изменял?

— И это тоже. А порой оставался у кого-то из друзей или у отца.

— Что ж так? У него такая пригожая невеста дома, а он от неё нос воротит?

— Да он и не хотел никогда этого брака, — девушка печально улыбнулась. — Мне-то он нравился, да и кому нет – красивый, сильный, страстный. А уж как обхаживал, когда ему надо было! Так и встречались время от времени, а когда я затяжелела, его отец выкинул все вещи Токира из дому и велел жить со мной, мол, нагулял — неси ответственность. И на свадьбе тоже свёкор настаивал, да Токир против отца вовек не пошёл бы, вот мы, вроде как, и решили пожениться, только он не спешил с церемонией. Да и мне сразу сказал, что меняться не собирается, и жена ему даром не сдалась. И раз уж от живота вовремя не избавилась, то ребёнка своего он признает, но что б я ему жить не мешала. Вот как-то так и жили несколько месяцев.

Что ж, похоже здесь он ответов не найдёт. Ромин ещё раз обвёл взглядом маленькую кухоньку и поднялся, уже собираясь уходить.

— Вот вы про странности обмолвились... — проговорила девушка задумчиво. — Он последнюю неделю каждый вечер уходил из дому. Обычно, бывало один раз в пять-шесть дней, а тут — постоянно. Я подумала, что он так своё горе переживает: сначала один друг утонул, потом ещё двое. И все так быстро, один за другим. Кто ж знал, что Токир будет следующим, — девушка всхлипнула и прикрыла рот ладонью. — Простите, господин маг. Мы, может, и не были любящими супружниками, но всё ж он был мне дорог, а теперь ещё и ребёнок без отца расти будет.

— Вы сказали, его друзья утонули один за другим. Все четверо парней были друзьями? — удивился Ромин.

— Так они дружили сызмальства, вместе учились у старших рыбацкому делу, вместе росли, гуляли, а как старше стали — и по бабам в соседние деревни ходить вместе навострились. Я вот думаю: если демон зачем-то выбрал именно их, так следующим будет Зелр?

— Зелр – это..?

— Так он их друг – пятый, из этих ребят последний остался.

— Что ж, спасибо, ваши сведения мне помогли, — проговорил Ромин, направляясь к выходу.

— Если и впрямь помогла, так я рада. Вы уж найдите этого демона, господин, не хотелось бы хоронить ещё кого-то из посёлка.

Некромант вышел из домика и снова накинул капюшон: похоже, дождь сегодня и не планировал заканчиваться.

— Знаешь, где живет этот Зелр? — спросил маг у призрака, скользнувшего следом за ним.

— Недалеко от реки, третий дом от края деревни.

— Какой он?

— В смысле?

— Опиши, как выглядит парень.

— Молодой, двадцать с небольшим, хорош собой: высокий, крепко сложён, не воин, конечно, но кажется довольно сильным, — Лино глянул придирчиво на некроманта. — С тобой не сравнится, но я бы сказал, что примерно похож. В общем из тех, которые тебя обычно не интересуют. А к чему этот вопрос?

— Думаю, по какому принципу демоница выбирает жертв, и склоняюсь к тому, что по привлекательности. И, скорее всего, именно эти друзья и привели её в деревню, уж не знаю, где она их заприметила.

— Полагаешь, этот парень будет следующим?

— Есть большая вероятность.

— Тогда я буду следить за ним, — кивнул сам себе Лино.

— Было бы не лишним, спасибо, — ответил Ромин и мальчишка развернулся, собираясь улететь. — Ну не прямо же сейчас! — воскликнул маг. — День на дворе, пойдём лучше, исследуем пока берег.

— Как скажешь, — бросил призрак и, обогнав Ромина, полетел вперёд.

Уже почти час некромант бродил вдоль реки, оглядывая округу. Сама речка оказалась весьма широкой, такую вплавь не каждый одолеет, да и течение сильное. Берег выглядел совершенно обычным, как и в любой деревне: деревянные мостки, к которым вели тропинки от домов — наверняка в хорошую погоду женщины полощут тут белье, а ребятишки весело ныряют с них в воду; парочка маленьких песчаных пляжей, с десяток лодок, сейчас лежавших перевёрнутыми кверху дном на берегу, кусты да камыши. И никаких следов присутствия демона.

— Ромин, — позвал тихонько Лино, и маг тут же обернулся, подумав, что тот что-то нашёл. Мальчишка завис над водой, пристально вглядываясь в лёгкую рябь от моросящего дождя. — Ромин, скажи, а как я выгляжу?

— Эм… В каком смысле? Как обычно.

— А поподробнее нельзя? Я же не вижу своего отражения, — нахмурился Лино.

Ромин на секунду поражённо замер. А ведь и правда: призраки не отражаются в зеркалах, воде или любой другой блестящей поверхности, и Лино никогда в жизни не видел себя. Маг даже не задумывался об этом прежде.

— Ну... Тебе лет восемнадцать-девятнадцать по меркам людей, ты худенький, невысокий, миленькое мальчишеское лицо… — ответил Ромин первое, что пришло в голову, глядя на Лино.

— Да так можно описать всех твоих любовников! — возмутился парнишка, складывая руки на груди.

«Ох, знал бы ты насколько прав, Лино… Именно твои черты я ищу во всех своих любовниках, уже больше полугода».

— Я, знаешь ли, не сказитель, чтобы красиво описывать кого-то. Нормальная у тебя внешность: симпатичный, волосы по плечи, большие глаза, тонкие брови, аккуратный носик. Можешь как-нибудь попросить Амину нарисовать тебя, она это умеет, в отличие от меня.

— Симпатичный… То есть, я — симпатичный? — Лино подлетел ближе и с надеждой заглянул Ромину в глаза. Кажется, из всего, что маг тут наговорил, он услышал только это слово.

— Да, да, — пробубнил Ромин, отворачиваясь. В сердце кольнуло. Хотел бы он сейчас прикоснуться к этому симпатичному мальчишке, провести кончиками пальцев по его щеке — наверняка она оказалась бы нежной и гладкой. Да что толку об этом мечтать… — Думаю, мы уже ничего не найдём на берегу, пойдём, лучше покажешь мне предполагаемую следующую жертву.

_

Ромин вернулся на постоялый двор за несколько часов до ужина, попросил натаскать горячей воды в комнату и прислать кого-нибудь постирать промокшие, грязные вещи. Как только лохань была наполнена, он погрузился в неё с наслаждением, расслабляя продрогшее тело. Дождь, как назло, закончился, когда он уже решил, что на сегодня с поисками покончено, и пора возвращаться. Лино остался приглядывать за Зелром. Молодой рыбак, и правда, оказался хорош собой — за такими в деревнях девицы в очередь выстраиваются, если и погибшие друзья были такими же пригожими, то у местной демоницы весьма придирчивый вкус.

Разомлев и едва не уснув в тёплой воде, Ромин со вздохом поднялся. Полежать бы ещё, да водица начала остывать, а Лино, который мог бы её подогреть, занят слежкой. Едва маг вышел из ванной, небрежно обвязав бёдра полотенцем, как в дверь тихонько постучали.

— Войдите, — бросил он.

В проём заглянул вчерашний парнишка-слуга и, увидев полуобнажённого Ромина, тут же смущённо отвёл взгляд, но глаза искрились любопытством сквозь опущенные ресницы.

— Простите, господин, мне велели забрать у вас одежду в стирку.

— Мы вроде бы договорились, что ты будешь звать меня по имени, — усмехнулся маг, заметив реакцию юноши. Сомнений в том, что того привлекают мужчины, больше не осталось. — Проходи, одежда в ванной.

Руи, не поднимая глаз, быстренько прошмыгнул мимо и скрылся в соседней комнате. Ромин неспешно прошёл следом и остановился в проёме, преграждая пареньку путь обратно. Руи собрал с пола вещи и, всё так же, глядя себе под ноги, хотел было выйти из ванной, но уткнулся прямиком в голый торс некроманта.

— П-п-простите…

— Ну и чего ты так робеешь? — с улыбкой спросил Ромин, а затем обхватил лицо паренька пальцами и приподнял его за подбородок, заглядывая в глаза.

Щёки Руи порозовели, серые глаза широко распахнулись. Маг осторожно провёл большим пальцем по нижней губе и та, чуть дрогнув, приоткрылась. Он склонился к пухлым губкам и легонько поцеловал, юноша же выронил вещи и упёрся ладошками в обнажённую грудь Ромина. Маг углубил поцелуй, скользнул рукой вниз, поглаживая паренька по спине, и тот подался всем телом навстречу, прижался ближе. Отзывчивый, наверняка хорош в постели.

Перед глазами всплыло лицо Лино, как бывало всякий раз в последние месяцы. В паху сразу потяжелело: Лино томно дышит ему на ухо, Лино прогибается в спине и потирается своим плоским животом о его, Лино податливо открывает губы для поцелуя. Лино… Лино! ЛИНО!

Ромин прижал паренька к стене и, приспустив его штаны, обхватил ладонью полувозбуждённый член. Руи тихо пискнул, судорожно вцепился пальцами в спину Ромина, а его член, зажатый в руке мага, набух и затвердел. О, да! Хорошенький, юный, смазливый и отзывчивый – то, что нужно, чтобы заменить того, кого он так сильно хотел на самом деле. Ромин, как и всегда, выбрал весьма подходящего любовника, вот только… Проклятье! А если Лино сейчас примчится с новостями, или демоница объявится? Маг разочарованно вздохнул, отпустил паренька и отошёл на пару шагов.

— Прости, — тихо сказал он.

— Я… я вовсе не против. Или я сделал что-то не так? — ещё сильнее смущаясь и краснея, промямлил Руи.

— Вовсе нет, — Ромин погладил паренька по волосам. — Просто сейчас время неподходящее. Я всё же на демона тут охочусь, и пока не могу терять бдительность, от этого зависят жизни здешних людей. Но потом, когда я разберусь с этой тварью, — маг вновь приблизился к парнишке и зашептал ему в самое ушко, — Если ты не передумаешь, я бы хотел провести с тобой ночь.

— Не… не передумаю, — томно выдохнул Руи и, обхватив талию Ромина руками, всем телом прижался к нему. — Я не передумаю.

Глава 18. Любимое чудо

Воспоминания Ромина (примерно 36 лет назад)

— И почему же ты не пришёл за мной? — нахмурившись, спросил Ромин и посмотрел на призрака.

— А зачем? — пожал плечами Лино.

— Некая девица приплывает ночью в деревню и встречается на берегу с нашей возможной жертвой — и правда, зачем?

— Говорю же: она не демон. Я за ней целый час наблюдал, на её лице ни чёрточки не изменилось. Я даже махал перед её глазами рукой — никакой реакции. Она меня не видела.

— Всё равно подозрительно. Мы уже четыре дня в этом посёлке ищем демона, и наконец появляется какая-то девица, которая на свиданье приходит именно к тому, за кем ты следишь.

Ромин ненадолго замолчал, уже в который раз оглядывая улицу с веранды дома главы деревни. Местечко для наблюдения здесь было что надо. Домик стоял прямо посередине поселения, так что вид открывался в обе стороны, а если обойти здание, то можно смотреть и за рекой. Вот Ромин и смотрел: полчаса на реку и близлежащий берег, полчаса — на деревеньку и её жителей. И так по кругу: на реку, на деревню, снова на реку…

— Сегодня вечером пойду вместе с тобой, — тихо сказал маг, не отрывая взгляд от восьмилетней девочки, которая палкой что-то усердно ковыряла в подсыхающей луже.

— Как хочешь, — безразлично ответил Лино и медленно устремился наверх, явно намереваясь занять излюбленное местечко на крыше.

— Да что с тобой?! — не выдержал Ромин и повысил голос, но призрак уже скрылся где-то над козырьком и ничего не ответил.

Серьёзно, что с ним происходит? Хоть Амину вызывай — сестра почему-то всегда могла разговорить этого вредного мальчишку, хотя, именно так, он себя никогда прежде не вёл.

Ближе к вечеру, Ромин вернулся на постоялый двор, поел, утеплился и вновь отправился к реке. Днём Лино показал ему место встречи пришлой незнакомки и Зелра, именно там маг и решил занять наблюдательную позицию, спрятавшись за самыми высокими кустами на берегу. Лино сейчас должен был приглядывать непосредственно за парнем, и если место встречи изменится, или свидание вообще не состоится — сообщить ему. В такие моменты Ромин даже немного завидовал призраку: возможности свободно летать, где вздумается, быть совершенно невидимым для простых смертных, слышать и видеть то, что не могут живые. Вот только жить так всегда, маг бы не хотел. А каково Лино? Что он чувствует? Мальчишка ведь не помнит, что значит быть живым. Легче ли ему от этого быть призраком?

Ромин просидел в засаде более двух часов и уже порядком озяб. Пройтись бы хоть немного, размять ноги, согреться, но раз Лино до сих пор не прилетел, значит их предполагаемая жертва всё ещё бодрствует. Некромант сильнее укутался в плащ и продолжил вглядываться в речную гладь. Прошло ещё около часа, когда на воде появилось движение. Ромин замер. По реке медленно плыла маленькая лодочка, приближаясь с каждой минутой, фигурка, в тёмном одеянии с глубоким капюшоном, размеренно гребла вёслами. Пока сложно было точно сказать, кто это, но то, что человек, управляющий лодкой, худ и невысок — определённо.

Со стороны деревни послышался шорох, и некромант невольно обернулся — по тропе, спускающейся к берегу, шёл парень, а за ним серебристой тенью следовал Лино. Призрак лишь мельком посмотрел на кусты, в которых прятался Ромин, и тут же отвёл взгляд. Всё правильно — если приплывший и правда демон, нельзя выдавать ему присутствие мага. Некромант вновь посмотрел на воду. Лодочка подплыла уже к самому берегу и вскоре уткнулась носом в песок. Парень тут же подошёл ближе и помог тёмной фигуре выбраться на сушу, а потом вытащил на берег лодку.

— Ты всё-таки пришла, — тихо сказал Зелр, оборачиваясь к прибывшей.

— Как я могла не прийти, если ты так отчаянно просил меня, — раздался из-под капюшона мелодичный девичий голос, а потом незнакомка скинула с головы ткань, открывая лицо и светлые, заплетённые в косы, волосы.

Девушке на вид оказалось лет двадцать. И внешность самая обычная, Ромин бы даже сказал — непримечательная: округлое лицо, широкие скулы, пухлые губы, маленькие глазки. Даже по деревенским меркам — не красавица, в отличие от парня, что стоял напротив неё. Девушка шагнула к нему, и Зелр тут же заключил её в объятья.

— Сегодня прохладно, — сказал он, — может, пойдём в деревню, посидим в сарайчике?

— Не стоит, я ненадолго, — девушка чуть отстранилась и улыбнулась, глядя парню в глаза.

Лино подлетел к ним, демонстративно повертелся вокруг, а потом и вовсе провёл ладонью прямо перед лицом девушки, но она даже глазом не повела. Неужели и правда — обычная девчонка? Призрак даже что-то прошептал ей на ухо, но и тогда она продолжала спокойно стоять и смотрела лишь на своего ухажёра.

Какое-то время Ромин наблюдал, как парочка мило беседовала о всякой ерунде вроде погоды, хорошего улова и предстоящих посевов, а потом разговоры перешли в поцелуи. Маг прикрыл глаза: подглядывать за чужими утехами точно не входило в его планы. А ведь отсюда даже не выбраться незаметно, пока эти любовнички не уйдут. Похоже, его подозрения оказались ошибочными, и это самое обычное свидание молодых людей.

Ещё через пару минут Ромин услышал красноречивую возню и тихий девичий стон. Он невольно открыл глаза и глянул в их сторону. Зелр повалил девушку на берег и, жадно целуя, задирал её платье. Лино поморщился и отлетел подальше к реке, маг тоже собирался отвернуться, но вдруг заметил, как руки девушки, обвивающие шею Зелра, замерцали изнутри синим светом. Это было едва заметно и длилось буквально пару секунд, но Ромину хватило и этого, больше доказательств не требовалось. Обычная девушка она, как же!

Ромин быстро встал и вышел из укрытия. Страстная парочка даже не заметила его, так что пришлось кашлянуть. Парень оторвался от губ девицы и заторможенным взглядом уставился на некроманта.

— Вы… что здесь делаете? — недоумевающее спросил он, приподнимаясь. Девушка поправила платье, села и тоже посмотрела на него. Было не похоже, что она хоть немного испуганна.

— Это мне интересно, что ты тут делаешь, — вздохнул Ромин. — Четверо твоих друзей погибло, а ты бегаешь на свиданки с какой-то незнакомкой. Мозгов-то совсем нет?

— Я чего-то не понимаю, господин маг, причём тут…

Ромин не слушал, что там лепетал парень. Он не отрывал глаз от девушки, которая при слове «маг» таки вздрогнула, и глаза её резко посинели. Она оттолкнула любовничка, вскочила и бросилась к реке, но путь ей преградил Лино, осыпав огненными искрами, так что девушке пришлось попятиться обратно к магу. Она в панике огляделась, ища источник огненной магии. Да она же, и правда, не видит Лино! Ромин наконец-то стал понимать, почему мальчишка не распознал в ней демоницу. Он подошёл ближе, схватил девицу за руку и, дёрнув на себя, прошептал:

— Полукровка, значит, и кто из родителей был человеком? Несчастный отец, которого околдовала твоя мать, как ты сейчас этого паренька? Или обычная женщина, которую ты разорвала на части, появляясь на свет?

— Господин, что вы делаете? Отпустите её, — неуверенно сказал Зелр и попытался подойти к магу, но тому стоило лишь грозно взглянуть, как парень остановился.

— Ты бы не приближался, юнец, — Ромин обхватил пальцами подбородок девушки и повернул её лицом к парню. — Расскажи-ка ему: как ты убила его друзей? Как собиралась убить его?

Девица зашипела и дёрнулась, пытаясь вырваться из хватки некроманта, а Зелр побледнел и отступил назад, то ли услышав слова Ромина, то ли заметив, как стали меняться руки его любовницы. Пальцы срослись вместе и удлинились, запястья распухли, кожа загрубела и покрылась слизью. И вскоре на месте рук уже извивались два толстых синеватых щупальца. Парень в ужасе вскрикнул и упал навзничь, отполз подальше к кустам. Лино вылетел из-за спины Ромина и застыл перед демоницей.

— Так она видела меня? Неужели так хорошо притворялась? — мальчишка с интересом заглянул ей в глаза. — И почему я не разглядел её демоническую сущность?

— Потому что это её настоящее лицо. Она не притворялась человеком и не принимала чей-то образ, она полукровка.

Девушка снова ошалело заозиралась по сторонам, не понимая, с кем говорит некромант, а потом неожиданно шустро размахнулась и ударила Ромина щупальцем в живот. Маг на секунду разжал руки, и этого хватило, чтобы девчонка бросилась к воде. Проклятье, он расслабился, потому что демоница оказалась на редкость слабой… Слабой для него, но всё такой же опасной и смертоносной для людей, так что упускать её нельзя.

Ромин в мгновение ока призвал косу и ударил простейшим заклятьем девушке в спину, да только зря старался — с этой особью уже сумел справиться Лино, даже с его-то небольшим запасом сил. Как только демоница шагнула в воду, призрак вскипятил небольшой участок своей магией, так что девица уже ползала на коленях и вопила от боли, варясь заживо. Ромин подошёл ближе и добил её мощным заклятьем. Может она и заслужила долгую мучительную смерть, но своими криками она бы переполошила всю деревню, если уже не сделала этого.

— Прости, — тихо сказал Лино, подлетая к нему, — я не разглядел её.

— Ничего, — ухмыльнулся Ромин, — мне полезно иногда и самому находить их, не то с твоими уникальными способностями скоро все навыки растеряю, — Маг повернулся к парню, который всё так же в шоке сидел на берегу и не сводил глаз с происходящего. — Как ты?

— Она… она мертва? — выдохнул молодой рыбак.

— А ты бы предпочёл оставить ей жизнь и позволить дальше убивать мужчин?

— Н-нет… Нет, конечно, но она… Как же так? — Зелр поднял печальный взгляд на Ромина, — Я даже не подозревал, что это она моих друзей…

— Давно вы встретились?

— Месяца два назад, в соседней деревушке. Мы с парнями возвращались с гулянки под утро, а она сидела на берегу, такая одинокая и привлекательная, — Зелр уткнулся лицом в колени, пряча подступившие слёзы. Он помолчал несколько минут, а потом снова посмотрел на некроманта, — Я вам жизнью обязан, могу я как-то отплатить?

— Демон мёртв, а ты жив — вот моя плата. — Ромин шагнул в сторону тропы, собираясь уходить, но, подумав, остановился и тихо сказал. — Ты можешь заменить отца ребёнку своего погибшего друга. Любому малышу нужен отец.

_

Ромин тихонько открыл дверь в обеденный зал, думая, что на постоялом дворе все уже давно спят, но, к его удивлению, парнишка-слуга сидел за одним из столиков и перебирал лук при свете пары свечей. Как только маг вошёл, Руи поднял голову и повернулся к нему.

— Не спится? — спросил Ромин, подходя ближе.

— Да я заканчивал со стиркой во дворе, когда услыхал шум и крики от реки, так что… ну… я решил дождаться. Вы нашли демона, да?

— Ага.

— И кто… кто это был?

— Пришлая девушка.

— Хорошо, — облегчённо выдохнул паренёк, — я рад, что это ни кто-то из наших. Было бы паршиво узнать, что тот, кого ты знал всю жизнь, оказался… этим.

— Я закончил здесь свои дела, так что завтра днём собираюсь уехать, — Ромин посмотрел на парнишку. — Хочешь остаться ночью у меня, Руи?

— Да, — прошептал тот и, смущаясь, отвёл взгляд.

— Тогда пойду ополоснусь и жду у себя.

Ромин поднялся наверх, сбросил плащ, тёплую рубаху и штаны и отправился в ванную. Жаль, водичка в бадье оказалась прохладной, но не просить же разогреть её посреди ночи. Маг быстро освежился и вернулся в комнату. Руи уже ждал, прижавшись спиной к двери, и, увидев обнажённого мужчину, прикрыл глаза. Ромин усмехнулся, прошёл мимо него, откинул одеяло и сел на кровать.

— Иди сюда, — тихо позвал он Руи, и тот, оторвавшись от двери, неловко побрёл к нему.

Ромин поймал его за запястье и, притянув к себе, усадил на колени. Парнишка нервно вздохнул, когда пальцы некроманта пробрались под его рубаху и стали поглаживать живот, а потом Ромин и вовсе потянул её за края и снял с притихшего Руи. Маг пошёл дальше и, приспустив штаны, обхватил его член, оглаживая головку большим пальцем. Руи, тяжело дыша, уткнулся лбом ему в плечо. Он быстро возбуждался и вскоре, тихонько постанывая, уже толкался Ромину в ладонь. Некромант обнял его за талию, скользнул ладонью к ложбинке меж ягодиц, чуть раздвинул их и коснулся пальцами сжатой дырочки. Парнишка вздрогнул и вцепился ладошками в его плечи. Ромин быстро смочил палец слюной и вернулся к узкому входу, поглаживая его и увлажняя, а потом чуть надавил на него, едва-едва проникая внутрь. Руи весь напрягся и сжался в его руках, так что маг тут же остановился.

— Ты что, девственник? — спросил Ромин, свободной рукой поглаживая парнишку по спине.

— Д-да…

О, боги! Этого ему ещё не хватало… Первый раз, первые чувства и первая влюблённость. Ромин уже давно обозначил для себя одно железное правило и ещё ни разу не нарушил его — не спать с девственниками! Некромант бережно ссадил паренька с коленей и, отстранившись, прикрыл свой пах одеялом.

— Извини, я думал у тебя уже был кто-то. Сам виноват, нужно было тебя прямо спросить. — Ромин подобрал с пола рубаху паренька и протянул ему. — Иди к себе, Руи.

— Почему? Я… я что-то не то сделал..? — Руи уставился на него покрасневшими от подступивших слёз глазами.

— Нет, просто я не сплю с девственниками.

— Но я не против.

— Я против.

Паренёк уткнулся лицом в ладони и всё-таки заплакал. Ну вот, о чём Ромин и говорил — первые чувства… Маг слегка приобнял его, позволяя прижаться к себе и выплакаться.

— Я… я думал, что интересен вам, вы так смотрели… Никто так не смотрел. Я хотел… хотел попробовать… узнать… Когда вы появились, я… Здесь нет таких, им всем девиц подавай, а я давно понял, что мне девушки не интересны. И что же мне с этим делать? — всхлипывая, чуть ли не через слово, выдавил из себя Руи.

— Ты ещё такой мальчишка, — тихо ответил Ромин, легонько целуя его в висок. — Тебе не нужно бежать в постель к первому встречному, потому что других вариантов нет. Мир ведь не заканчивается в вашей рыбацкой деревушке, ты можешь поехать в ближайший город или ещё дальше. Где-то точно есть человек, который ищет именно тебя.

Руи ещё какое-то время тихо плакал у Ромина на груди, а когда успокоился, просто сказал «Спасибо» и ушёл. Маг же ещё долго лежал без сна и смотрел в потолок. Как же он устал. И не от сегодняшнего демона, не от охоты и не от бессонной ночи. Он устал жить вот так — в вечной гонке, день за днём, город за городом. И вечно эти хрупкие люди, с их сломанными судьбами и короткими жизнями… Безликие тела, сменяющие друг друга в его постели. Сколько их было? Даже захоти он, не смог бы сосчитать. «Есть человек, который ищет именно тебя...» — так он сказал этому пареньку, но, честно говоря, и сам с трудом верил в это. Как же должно повезти, чтобы встретить такого человека! Он встретил — призрака — и что дальше ему с этим делать?! Если бы только Лино был живым, Ромин не раздумывал бы ни секунды, боролся за него, завоевал, заполучил, соблазнил, в конце концов, он бы смог сделать его своим. И больше никто был бы ему не нужен! Если бы…

Когда Ромин открыл глаза, солнце уже вовсю светило в окно. Его лучики проходили прямиком сквозь Лино, застывшего у стекла, делая призрачную фигурку золотисто-искрящейся. До чего же красивый… Маг замер на постели, любуясь им. Мальчишка заметил, что он проснулся, и повернулся к нему.

— Доброе утро, — негромко сказал Лино, — как спалось?

— Так себе, — выдохнул Ромин, встал и, найдя сброшенные ночью штаны, быстро натянул их на себя.

— Что так, парнишка разочаровал в постели? — отстранённо спросил Лино, вновь отворачиваясь к окну.

— Типа того, — пробубнил некромант. — Сейчас соберусь, поем и свалим из этой деревушки.

— Только сначала выполни мою просьбу.

— Какую? — Ромин так и застыл с одеждой в руках, не донеся её до седельной сумки.

— Отправь меня в мир духов.

— Что?!

— Что слышал.

— Почему? — поражённо выдохнул Ромин.

— Я устал.

— Ловить демонов? Так давай отдохнём, съездим к морю. Ты ведь любишь смотреть на воду и…

— Нет. Мне всё надоело, не хочу больше… — Лино склонил голову, повернулся к некроманту и посмотрел ему в глаза. — Отправь меня в мир духов, Ромин.

На несколько минут в комнате повисло молчание. Маг всё продолжал стоять и смотреть на призрака, пытаясь осознать услышанное, понять его, но не мог. Почему жизнерадостный, весёлый и любопытный мальчишка хочет покинуть этот мир?! Покинуть его!

— Объяснись, — прошептал Ромин. — Объясни мне всё.

— Я никогда не смогу получить то, что хочу.

— И чего ты хочешь?

— Тебя! — выкрикнул Лино. — Хочу быть на месте этих парней! Каждого из них, который побывал в твоей постели! Но этого никогда не будет! Ты никогда не посмотришь на меня…

— Я бы тоже этого хотел, — едва слышно ответил Ромин, прикрывая глаза и сжимая руки в кулаки. Идиот… Он и правда — идиот! Не замечал очевидного или не хотел замечать? Все эти выходки Лино, его реакция на случайных любовников. Как же он сам не понял, ведь это началось давно. А если точнее, тогда же, когда и у него самого. Лино тоже влюбился! Их чувства всё это время были одинаковыми.

— Что ты сказал? — мальчишка подлетел ближе, даже с закрытыми глазами Ромин ощутил это. — Повтори.

— Я люблю тебя, Лино, — ответил он и посмотрел на призрака. — Если бы только это было возможно, не было бы никаких других. — Ромин протянул руку к полупрозрачной щеке и скользнул по её неуловимому контуру. — Я бы хотел касаться тебя, обнимать тебя! Ох, Лино…

— Я думал, что просто мальчик на побегушках для тебя, удобное приспособление для охоты.

— А я-то всегда считал, что мы по крайней мере друзья и напарники, — печально ухмыльнулся Ромин.

— Но ты не говорил! — удивлённо выдохнул мальчишка.

— А нужно было? Ты же знаешь меня лучше всех. Да я даже своих родных больше месяца подле себя не выношу, но ты рядом уже почти шесть лет, и я ни разу не был против. Так почему же ты не знал, что по-настоящему дорог мне?

— Значит, ты правда любишь меня?

— Конечно, милый.

Лино улыбнулся и, кажется, от этой улыбки в комнате стало ещё солнечней.

— Любишь… — повторил он, будто пробуя, как это звучит, — Любишь меня…

О, как же Ромину хотелось прижать его к себе! Это наказание такое — всем сердцем привязаться к призраку?! Но даже и так — видеть сияющее лицо Лино и его счастливую улыбку — оказывается и этого достаточно, чтобы сердце забилось чаще.

— А то, что ты сказал по поводу моря, было всерьёз?

— Конечно.

— А как же задания и демоны?

— Скажу Велу, что у нас отпуск.

— Ромин, Роминчик! — Лино весело облетел его и вновь заглянул в глаза.

— Что?

— Хочу поплыть на корабле, в прошлый раз это было весело.

— Кому весело, а кого укачало, — вздохнул маг. — Хочешь — поплывём.

— Мы ещё ни разу не были на островах Базарвии, поплывём туда?

— Как скажешь, только там куча дикарей.

— Круто! Я ещё не видел дикарей!

— Чудо ты, — усмехнулся Ромин, вновь возвращаясь к сбору сумок.

— Любимое?

— Точно — милое, любимое чудо.

Глава 19. Почему бы и нет

Уже вторую неделю они ехали по Камзану, двигаясь исключительно на юг. Илит не понимал цели их путешествия, ведь никакого задания Ромин так и не взял, но спрашивать — куда? — не хотелось. Прямо сейчас его всё устраивало: не нужно о чём-то долго и напряжённо думать, что-то решать, кого-то искать, лишь просто молча следовать за наставником. После недавнего разрыва с Квином, думать вообще не хотелось, но кто бы его спрашивал — мысли всё равно упрямо лезли в голову.

Почему всё закончилось подобным образом? Что не так было с их отношениями? Да и были ли эти отношения? И, может, он сам во всём виноват — не давал Квину то, чего он хотел? А любил ли Ил Квина вообще? Ещё пару недель назад он бы сказал — да, но теперь уже не был в этом уверен. Он думал об этом раз за разом. Они расстались, и причины этого расставания обижали и злили, но Илит не чувствовал себя ни опустошённым, ни разбитым, не было отчаяния или чего-то подобного. Да он вообще не ощущал каких-то изменений в себе. Разве так должно быть после предательства и измены любимого человека? Разве он не должен страдать или, там, убиваться от горя? Да, в самый первый день ему было больно и до слёз обидно, но это чувство так быстро исчезло, что Ил уже сомневался: а ощущал ли он его вообще? Вот только от всего этого на душе остался неприятный осадок — злость, недоверие и чувство какой-то незаконченности.

— Лит.

— А? — юноша поднял поникшую голову и посмотрел на наставника, ехавшего рядом.

— Отправляйся вперёд. Проедешь через город до южных ворот, неподалёку будет гостиница, сними там комнату для нас.

— А ты? — удивился Илит и, глянув вперёд, понял, что за своими мыслями даже не заметил, как они приблизились к городу. Более того, он понятия не имел — к какому!

— Здесь поблизости живёт пространственный маг, я сначала заеду к нему, так что поезжай.

— Хорошо, — кивнул юноша и, ослабив поводья, пустил коня быстрее.

Только въехав в ворота, Илит наконец-то понял, куда они приехали – Исхо — самый крупный город на юге Камзана. Стражник на въезде почтительно поклонился ему и указал путь к постоялому двору, о котором говорил Ромин. Сняв комнату и закинув вещи, Ил решил прогуляться, а заодно и заглянуть на рынок — пополнить запасы съестного. На улицах оказалось весьма людно, а, выйдя на центральную площадь, Илит попал в толпу веселящихся горожан. Похоже, в Исхо сегодня что-то праздновали.

Женщины, одетые в разноцветные нарядные платья, раздавали детишкам запечённые в меду яблоки. На краю площади, на возведённом деревянном помосте, бойко выступали музыканты, играя какую-то незатейливую быструю мелодию, под которую задорно отплясывала молодежь. Торговые лавочки, украшенные пёстрыми лентами, ломились от всевозможных фруктовых и овощных угощений. А ведь точно — в Камзан только недавно пришла осень, и люди празднуют сбор урожая.

Илит неторопливо побродил меж веселящихся горожан, поел горячих, только снятых с вертела, кабачков с грибами, посмотрел представление жонглёров и акробатов. С интересом понаблюдал, как молодые девушки вылавливают мелких рыбёшек из бочек, и это без всяких ковшей и сит, только голыми руками. Пересёк площадь и увидел, как женщины постарше соревновались в метании колец, и та, что больше всего забросит на шест, выигрывала поцелуй красавца-мужчины: в щёчку, конечно, но очередь хихикающих кокеток, желающих испытать удачу, от этого меньше не становилась.

Чуть подальше, проходили бои тряпочными дубинками, набитыми соломой. Тут Илит задержался надолго. Смотрелось это забавно, особенно когда на бой выходили не молодые парни, а весьма солидные взрослые мужчины. Вон тот, например, — мускулистый и сильный — явно красовался перед толпой девиц, наблюдавшей за битвами. А вон у того толстячка живот так выпирал, что он, наверное, и ног-то своих давненько не видал, но всё же схватился за соломенное оружие, собираясь проверить свои силы.

— Тоже хочешь попробовать? — неожиданно раздалось прямо над ухом, и Илит резко повернулся на голос.

На него с лукавой улыбкой смотрел парень лет двадцати — весьма симпатичный, кстати, парень.

— Нет, конечно, — фыркнул Илит. — Меня эти силачи с одного удара на землю повалят.

— Ну-у-у, ты, может, худоват и невысок, но не кажешься хиляком. Ты ведь не местный?

Илит на секунду удивился: не так часто в мире встречались люди, которые не распознавали бы магов по их кулонам, но потом вспомнил, что ещё пару часов назад спрятал его под одеждой, чтобы не привлекать внимание, потому что улыбчивые и радушные торговцы, подзывавшие на каждом шагу «господина мага» и предлагавшие отведать их угощения, уже начали напрягать.

— Нет, не местный.

— А откуда будешь? — с любопытством спросил парень.

— Из Асконы.

— Ого, далековато! А в городе магов бывал?

— Ага.

— Я Твирт, — улыбнулся парень, протягивая руку для знакомства.

— Ил.

— И какой он, расскажи.

— Кто?

— Город магов, конечно же.

— Город как город, — пожал плечами Илит. — Только побольше этого будет.

Ребята разговорились, и уже через полчаса Илит безошибочно понял намерения своего нового знакомого — парень откровенно флиртовал с ним. Две недели назад Ил бы уже пресёк подобное, но сейчас… Почему он должен останавливать заигрывания этого парня? Раньше у него была причина — отношения, в которых он состоял, а если точнее — только он один и верил, что находится в этих самых отношениях. Почему он должен беречь себя для кого-то, если всем на это плевать? Почему не может, как прочие, развлекаться направо и налево? Похоже, магов вообще не заботят подобные условности.

Вон, Ромин, к примеру — да о его похождениях чуть ли не легенды ходят. А Квин? Скольких его бывший поимел за тот год, что они не виделись, пока Илит, как дурак, хранил верность и ждал новой встречи? Да и большинство магов, насколько он знал, не отличалось постоянством в своих любовных связях. Так чего ради он будет отличаться? Продолжать наивно верить в чудо и ждать своего единственного? И что ему мешает пойти и переспать с этим парнем, да и с любым другим, кто ему приглянется? Ответ был очевиден — ничего.

Илит продолжал с интересом разглядывать нового знакомого, обдумывая всё это. Твирт был очень даже привлекательным: высокий, подтянутый. Его светлые волосы, чуть прикрывавшие уши, завивались мягкими кудряшками и поблескивали в свете заходящего солнца, и глаза тоже светлые, можно даже сказать — золотистые. И приятная улыбка, и ямочки на щеках. Илиту нравилась откровенная симпатия и заигрывающие взгляды, которые парень бросал не него. Ему было приятно чувствовать себя желанным. Впервые, не считая Квина, он не пытался казаться недоступным и не стремился отмахнуться от подобного общения, и оказалось, что это может быть очень даже волнительным. Интересно, а целоваться с ним тоже будет приятно? Вот так просто, с незнакомцем?

— Твирт, — тихо протянул Илит, прерывая рассказ парня о каком-то там ночном огненном представлении.

— Да?

— А не хочешь выпить? Я видел на той стороне площади лавку со сладкими фруктовыми винами.

— Конечно! — выдохнул парень, и его глаза вспыхнули неприкрытой радостью.

Илит улыбнулся. Оказывается, он и такой эффект может производить. А что ещё он может? Илит поднялся, протянул руку, за которую Твирт тут же схватился, и, отворачиваясь от потешных игр, повёл парня за собой.

_

Ромин задержался у пространственника куда дольше, чем предполагал, так что в город въезжал уже затемно. Улицы Исхо встретили его яркими фонарями, нарядными людьми и весёлым шумом — праздник урожая был в самом разгаре. Ромин любил этот город и частенько проезжал через него, вот только за последние семнадцать лет успел позабыть, каково это — беспечно веселиться и праздновать. Маг бросил взгляд на возвышающийся над Исхо шпиль храма Тесея, и на его лице появилась непроизвольная улыбка, стоило лишь вспомнить, как Амина и Лино забирались туда, чтобы полюбоваться городом с самой высокой точки.

Стоило ли привозить Лино сюда? Ромин всё ещё не знал ответа на этот вопрос. Сегодня он в очередной раз разговаривал с Велом, и брат был уверен, что знакомые города, места и схожие события сами по себе не несут опасности для психики перерождённого, и что это, наоборот, может помочь направить память в нужное русло. Ведь главное правило — не говорить Литу ничего напрямую, не пытаться заставить вспомнить силой, но ни в одной летописи не упоминалось, что перерождённому нельзя посещать знакомые места и общаться с людьми, которых он знал в прошлой жизни, потому что тогда бы выходило, что и обучение в академии, и кочевая жизнь, и охота на демонов, да и сам Ромин опасны для сознания Лита.

Исхо был городом, в котором хранилось много воспоминаний Лино, но он не являлся основной целью. На самом деле, Ромин вёз Лита дальше — в империю Сарвана, в тот самый город, где он впервые встретил призрака. Туда, где сорок четыре года назад погиб юный маг-ученик — Нитан, и где началась его посмертная не-жизнь.

Разговор с братом сегодня затянулся, а потом Ромин ещё и с пространственником общался пару часов. Его звали Авер, и Ромин знал этого пожилого мага с самого юношества. Их первая встреча произошла, когда некромант сам ещё ходил в учениках и бегал на побегушках у своей наставницы. Карима тогда отправила его закупить пространственного порошка для их магических зеркал, чтобы передавать послания, а Ромин, как дурак, заблудился и до самой ночи блуждал по лесу, ища тропинку, ведущую к домику мага.

Да, Авер не любил скопления людей, а если точнее — предпочитал одиночество, но пространственники всегда селились исключительно в крупных городах, так, чтобы остальным магам было проще добираться до них, и его городом стал Исхо. Вот только из-за своей непереносимости людей, Аверу пришлось построить дом за пределами города, на лесной опушке, подальше от человеческих глаз. Конечно, каждый маг, побывавший здесь хоть раз, знал как к нему пройти, вот только Ромину тогда едва исполнилось шестнадцать, ещё и месяца не прошло, как он покинул академию, и, естественно, он понятия не имел по каким тропкам нужно идти. А Карима, совершенно случайно, забыла указать дорогу. Ага, вот только случайно ли? Позже, узнав свою наставницу получше, Ромин понял, что эта женщина редко делает что-то случайно, и, скорее всего, эта прогулка была неким испытанием для юного некроманта. Авера-то он в итоге нашёл, но понервничал знатно.

Доехав до центральной площади, Ромин спешился и повёл коня под уздцы, дабы ни на кого ненароком не наехать. Праздник был в самом разгаре, так что горожане буквально толпились на площади. Детские игры и забавы закончились, пришло время взрослых развлечений: выпивки, танцев и ночных представлений. Пожалуй, сегодня и он может немного выпить. Вот доберётся до гостиницы и позовёт Лита развлечься в городе, а то мальчишка последнее время совсем сник. Он и раньше-то болтливостью не отличался, а после расставания со своим якобы парнем и вовсе превратился в хмурую тучку. Хотя Ромин не замечал за ним каких-то особых страданий. После того единственного раза слёз больше не было, печальных взглядов тоже не наблюдалось. Да, Илит не скакал от счастья, но и переживаний не выказывал, это не могло не радовать Ромина.

У постоялого двора маг сам расседлал лошадь, почистил её и задал корму — праздник всё-таки, даже конюх заслужил выходной. Хорошо ещё, что в этой гостинице всегда держали пару комнат про запас, для таких вот особых клиентов, как Ромин и Лит, в других, наверное, даже подсобные помещения уже были заняты, ведь на дни праздника в город съезжалась вся округа.

Едва открыв дверь в обеденный зал, Ромин понял, что рано сделал вывод о переживаниях Лита. Гуляния продолжались и тут: все столы были сдвинуты к стенам, так, чтобы освободить центр комнаты. На небольшом возвышении восседал усталый бард с инструментом, напоминающим лиру, и уже немного осипшим голосом распевал задорную песенку, под которую плясали постояльцы и гости таверны. И среди этих плясунов пошатывался Лит, буквально повиснув на шее какого-то парня, который ещё и нагло лапал задницу Его мальчика!

Ромин на минуту даже замер, пытаясь понять, какое из чувств сейчас в нём сильнее: удивление, ревность или злость. Прибить пацана хотелось неимоверно, причём, кого из них, он ещё не решил — своего, родного или того, который посмел распускать лапы. Глубоко вдохнув, маг сжал кулаки и направился прямиком к тискающейся парочке. Едва дойдя до них, он понял, что в этой картине было не так: да Илит же едва на ногах держался от выпитого алкоголя! Ромин протянул руку, схватил Лита за ворот и одним движением оторвал от незнакомца.

— Эй… вы чего творите? — всполошился парень, тоже не отличавшийся трезвостью, но его мозгов хватило на то, чтобы рассмотреть кулон на шее некроманта, попятиться и пробормотать что-то невнятное о магах.

Ромин посмотрел на Лита, и тот, сфокусировав свой взгляд на нём, прямо-таки просиял.

— Ромин… Роминчик! — пропищал он восторженно и, потянувшись к мужчине, повис на нём.

Сердце некроманта пропустило удар — так его смел называть только Лино. Очередная неосознанная вспышка памяти? Маг бережно прижал мальчишку к себе.

— Простите, — промямлил незнакомый парень, отступив ещё на шаг. — Я не знал, что он занят, да ещё и магом.

— Он так-то и сам маг, — вздохнул Ромин, свободной рукой потянул веревку на шее Лита и вытащил на свет, сверкающий огнём, круглый кулон.

Незнакомец совсем побледнел и, напоследок что-то прошептав, скрылся за спинами танцующих людей. Лит всё так же, безвольной тушкой, продолжал висеть на Ромине, так что пришлось закинуть его на плечо и пробираться к лестнице.

— Ну и что ты вытворяешь, пьянчужка мелкая? — всё еще злясь, прошипел Ромин. — Какую комнату ты снял?

— М-м-м… — вот и всё, что ответил мальчишка, а через минуту, когда они уже поднимались наверх, стал мелко постукивать Ромина кулаком по спине. — Пусти…

— Вот ещё.

— Пусти, меня сейчас стошнит…

Некромант остановился и быстро поставил Лита на ступеньку, тот схватился за перила, другой рукой обхватив живот, а потом, довольно шустро для пьяного, посеменил вперёд, добрался до комнаты и прошмыгнул в ванную. Ну хоть вспомнил в какой комнате остановился, порадовался Ромин, скидывая вещи на свободную постель. Лит вернулся через несколько минут, пошатываясь и опираясь о стену.

— Лучше? — спросил Ромин, налил и протянул ему кружку воды.

— Да, — выдохнул тот и жадно выпил содержимое.

— Тогда иди сюда — я тебя выпорю.

— Не-а, — пьяно улыбнулся Лит, медленно потянулся и снял с себя чёрную, мягкую рубашку, оголяя торс. — Лучше переспи со мной.

Шагнул к Ромину и снова повис у него на шее.

— И с чего такое заманчивое предложение? — тихо выдохнул Ромин.

Его пальцы сами собой потянулись к обнаженной спине. Кто бы знал, какое это блаженство — касаться Его! Такого желанного, такого родного… Конечно же, он понимал, что эти слова продиктованы алкоголем, но отказаться от того, чтобы хотя бы просто прижать его к себе, не было сил.

— Ты же хочешь меня, разве нет? — Лит прижался ещё ближе и потерся об него животом. — Так возьми. Переспи со мной, Роми-и-и-н.

Ромин уткнулся в шею паренька, вдыхая его запах. В паху потяжелело всего лишь от его слов. Сердце стучало как ненормальное, а Лит всё продолжал медленно тереться об него. Ромин не выдержал, подхватил его на руки, в два шага добрался до кровати и, повалив на спину впился в самые желанные губы на свете. Лит даже и не думал сопротивляться или останавливать его, тут же приоткрыл рот, впуская, и язык Ромин скользнул внутрь. Сладкий… До чего же он сладкий! Этот ротик, что отвечал на каждое движение его губ, этот маленький юркий язычок, который до одури приятно поглаживать своим.

Илит вцепился в его плечи и тихонько застонал прямо в губы. Ромин совсем потерял голову, оторвался от Лита на секунду, лишь для того, чтобы скользнуть губами по шее. Такая нежная и тоже сладкая… Лучше, чем любая его фантазия! Милый! Любимый! Самый нежный! Самый лучший! Член уже не просто стоял колом — он ныл от желания. Кажется, Ромин, как подросток, готов был кончить прямо сейчас.

Лит тяжело задышал, призывно приподнял бёдра и вновь потёрся об него, только теперь не животом, а пахом, и Ромин, даже через двое штанов, почувствовал, как мальчишка возбуждён. С огромным усилием он заставил себя оторваться от него и встать. Глаза так и пожирали распластавшееся на постели желанное тело, с растрепанными волосами, со вздымающейся от быстрого дыхания грудью, с припухшими от поцелуя губами и отчётливым бугорком в штанах. Такой невероятно красивый и соблазнительный… Ромин мог бы продолжить, ведь Лит сам просил его. О, как он жаждал продолжить! Целовать, вылизывать, ласкать, обладать! И Лит бы стонал от наслаждения и просил ещё, да вот только утром, когда мальчишка протрезвеет, то вряд ли обрадуется произошедшему. Ромин схватил одеяло, накинул его на Лита и отвернулся к двери.

— Эй, ты чего…

— Спи, — бросил маг.

— Отказываешься? — Лит приподнялся, ехидно глянув на него, и столько в этом взгляде было от Лино! — Второй раз не предложу.

— Ну-ну, — усмехнулся Ромин, — да ты же возбуждаешься от одного моего поцелуя.

— Ты что, правда, уйдёшь? — Некромант уже открыл дверь, когда в него полетела подушка. — Ну и проваливай, придурок!

Ромин вытащил ключ из замочной скважины, вставил его с другой стороны и, выйдя в коридор, запер дверь. Мало ли что ещё придёт в голову пьяному мальчишке. Хотя, если он и правда захочет выйти, эта дверь его не удержит, но так Ромину было немного спокойнее. Он вздохнул и побрёл вниз. Ему срочно нужно остыть! А потом можно и самому немного выпить.

_

Ещё не открыв глаза, Илит почувствовал, как раскалывается его голова, а потом в неё медленно стали проникать воспоминания о вчерашнем вечере. Вот они с Твиртом пьют на площади, вот танцуют, затем снова пьют. Каким-то чудесным образом добираются до гостиницы, где праздник тоже идёт полным ходом. И они опять пьют. Становится легко и весело, но после приходит какое-то безразличие и опустошение, а руки, обнимающие его, не те, что хотелось бы…

В следующем воспоминании появляется Ромин, и вот эти руки — совсем другое дело: сильные, надёжные и… родные? А губы! Илит застонал и уткнулся в подушку, а память услужливо подкинула ему, как он сам отчаянно цеплялся за некроманта, как жадно тёрся об него, как просил переспать с ним! О, боги, как ему в глаза-то теперь смотреть?!

— Проснулся, пьянчужка? — Илит подскочил на кровати, от чего голова взорвалась болью ещё сильнее, и, тихонько пискнув, обхватил её руками. — На, выпей.

Некромант протянул ему стакан с мутноватой жидкостью, Ил молча взял, выпивая. Это оказался какой-то горьковатый отвар, но уже через пару минут, он почувствовал, как невидимые тиски, сжимавшие голову, чуть ослабли.

— Ну что, полегчало? — спросил Ромин, забирая стакан и присаживаясь на край постели.

— Да.

— Я не про снадобье. Выпил, оторвался — на душе легче стало?

Ил нахмурился. Вообще-то, если подумать, он больше не чувствовал себя обиженным, преданным или обозлённым, зато теперь готов был под землю провалиться со стыда!

— Спасибо, — пробормотал юноша, не поднимая глаз на наставника.

— За что?

— За то, что ничего не сделал и ушёл.

Ромин усмехнулся, протянул руку и, взяв Илита за подбородок, заставил посмотреть на себя.

— Я похож на человека, который мог воспользоваться твоим состоянием? Хотя, не скрою, хотелось. Очень. Но — не за что, — прошептал некромант, а потом хищно сузил глаза и добавил ещё тише: — Теперь я знаю, что ты тоже хочешь меня.

Илит вспыхнул, отшатнулся и, натянув одеяло до самой шеи, прошипел:

— Прид…

— Знаю, придурок, — Ромин весело рассмеялся. — Вообще-то, вчера я хотел предложить тебе погулять со мной на празднике в городе, но, кажется, ты уже успел сделать это сам. Может, тогда сходим вечером на бал к наместнику? Он уже прислал приглашения, ты как раз успеешь очухаться.

Ил зло зыркнул на наставника. Ну как можно говорить о всяких пошлостях, вынуждая его мучительно краснеть и нервничать, а потом с лёгкостью приглашать на светский бал?! Илит прикрыл глаза. Головная боль всё ещё давала о себе знать — зря он вчера пил. И с тем парнем пошёл зря. Но то, что произошло между ним и Ромином…

Илит больше не верил в чистую и светлую любовь, хотя и в постель к первому встречному прыгать перехотелось. Но ведь Ромин не первый встречный. Он заботлив. Он надёжный, и с ним Илит чувствует себя защищённым. Он силён и опытен, и им предстоит провести вместе лет десять, не меньше. Да, порой с ним сложно, но он привлекателен, да что там — красив! Он откровенно хочет его, и вспоминая два их поцелуя, объятья, пора уже признать — Илит тоже его хотел! С самого начала, сколько бы Ил не отрицал, их отношения мало походили на отношения «наставник-ученик». Это было что-то другое. Желание? Может, и оно, ведь Илит ещё толком и не знал, что это такое — желание. Так почему бы и нет, почему бы не узнать? Его ведь определённо тянет к Ромину. И что-то внутри не даёт покоя….

— Лит?

— А? — юноша вздрогнул и открыл глаза.

— Ты мне про бал ответь, а потом спи дальше. Хоть мы и маги, но будет невежливо проигнорировать приглашение. Стоит хоть письмо отправить — придём, нет?

— Пойдем.

— Ладно. Спи. — Ромин протянул руку и погладил Илита по взъерошенным волосам.

Такое тёплое чувство… Глаза вновь слипались. Ласковая сильная рука бережно перебирала пряди, и что-то внутри Илита довольно притихло.

Стоит попробовать.

Глава 20. Могила Нитана

Больше всего на свете Ромин не любил путешествовать по морю, и ведь знал, что стоило отправиться в Сарвану порталом — и быстрее и проще, но, нет, — пошёл на поводу у своего любопытства и теперь мучился от приступов тошноты. Зато он убедился, что предпочтения Лита не изменились — оба воплощения: и мальчишка-призрак, и нынешний, обожали корабли и море. У Лита даже глаза загорались всякий раз, как ветер с силой надувал паруса, и судно ускорялось. А на воду он, кажется, и вовсе мог смотреть бесконечно. Ещё огненный маг называется!

Ромин прикрыл глаза, вспоминая, как Лино улетал на пару часов в водные пучины, а возвращаясь, всегда с восторгом рассказывал о подводном мире. О куче чудных растений и сотнях цветных камушков, о всевозможных рыбах и других морских обитателях, о необычных пещерах и затонувших кораблях. Наверное, там, и правда, было очень красиво, раз Лино это так увлекало, сам-то Ромин никогда не сможет этого увидеть, да и мальчишка — теперь — тоже, хоть об этом некромант точно не жалел.

— Ромин, ты как? — Дверь каюты приоткрылась и в неё заглянул Лит.

— Терпимо, — бросил маг, не открывая глаз.

— Капитан говорит, что через несколько часов причалим.

— Слава богам!

— Я вот не пойму, если ты так хреново переносишь качку, почему мы не воспользовались услугами пространственника? — Отличный вопрос, но ответа на него Литу пока что знать не стоит. — Может, тебе принести чего? Воды, там?

— Не нужно. Я ещё подремлю. Разбуди, как будем приближаться к берегу.

— Ладно, — ответил Лит и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Ромин потянулся к поясной сумке, лежавшей на низеньком столике, и, порывшись в ней, достал маленький кулон в виде шестиконечной звезды, переливающийся ярко-рыжими всполохами. Раньше он мог смотреть на него часами, но с тех пор, как в его жизнь вернулся Лит, ни разу не доставал его. Эта маленькая вещица, о которой его милый призрак даже не помнил, стала для Ромина единственной осязаемой связующей нитью. Единственным, что Ромину осталось от Лино, помимо воспоминаний и всепоглощающей тоски.

Когда Лино не стало, Ромин отправился в Суну. Он своими руками разгребал завалы, доставая из-под камней давно позабытые и никому не нужные останки людей, погибших под рухнувшей стеной. Час за часом, день за днём, он возвращался к стихийному могильнику на краю города, продолжая вынимать их, пока не нашел то, что искал. Кости Лино он извлёк последними — они оказались практически в самом низу. Такие тонкие, хрупкие, переломанные в десятках мест. За свою жизнь Ромин видел тысячи мертвецов, но в тот раз, глядя на останки Лино, он впервые испытал такую нестерпимую боль. Это был его мальчик! Пусть он и не знал его при жизни, это был его мальчик…

Превозмогая себя, он собрал каждый обломок, молясь про себя и надеясь, что мальчишка погиб быстро. Мысль о том, что Лино мог лежать здесь, накрытый обломками, мучаясь от боли и не имея возможности пошевелиться, убивала. Именно там, среди останков, Ромин нашёл магический кулон, и с того дня хранил его как сокровище. Вещь, принадлежавшая когда-то Лино.

— Ромин? — маг открыл глаза. Прямо над ним нависло лицо самого дорогого человека на свете. Так близко… Ромин протянул руку и коснулся его щеки, Лит вздрогнул, но не отстранился. — Кажется, тебе снился плохой сон, — прошептал мальчишка, а потом всё же отошёл в сторону. — Мы почти у берега.

Значит, он всё-таки уснул. Некромант сжал ладони и почувствовал, как в одну из них впились края маленькой звёздочки. Лит ведь не видел кулон?

_

Суна – этот город всегда вызывал у Ромина двоякое чувство. Серый и мрачный, его не за что было любить, но Ромин всё равно возвращался сюда раз за разом, ведь именно здесь он познакомился с Лино. За годы совместных скитаний они с призраком ни разу не приезжали сюда — мальчишка не хотел, а Ромину было всё равно. Зато после того, как душа Лино ушла за грань, некромант стал наведываться сюда каждый год.

Вот и сейчас, он шёл по унылым серым улицам, и ноги сами несли его вперёд. Ромин с Литом провели здесь уже два дня, но память ученика продолжала крепко спать, ничто в этом городе не потревожило её. Хорошо это или плохо? В мальчишке с периодичным постоянством всплывали проблески воспоминаний, когда Ромин этого совсем не ожидал, зато когда он решил осознанно подтолкнуть их, на тебе – ничего!

Ромин прошёл ещё несколько узких улочек и свернул на просторную площадь, через которую вела дорога к восточным воротам. Посреди мощёной площади возвышался огромный храм Тесея. Пожалуй, из всей серости города, он единственный выделялся своей кладкой из коричневого и бежевого камня. Некромант лишь мельком взглянул на величественное строение и уже собирался пройти мимо, когда взгляд выхватил из толпы рыжую макушку. Эти волосы он узнал бы из тысячи, и Ромин повернулся, протискиваясь меж снующих по своим делам горожан, приближаясь к Литу. Мальчишка стоял у самой нижней ступеньки храма и смотрел на открытый настежь вход. Ромин проследил направление его взгляда, поднял голову и заметил старика в красном балахоне служителя, который с загадочной полуулыбкой взирал на юношу. Это что — такой способ заманивать новых верующих? Ромин нахмурился, подошёл к Литу и окликнул его, но тот будто бы и не слышал. Тогда некромант просто обошёл паренька и, поднявшись на первую ступеньку, встал прямо перед ним, загораживая обзор. Лит вздрогнул, наконец-то заметив его, и растерянно поднял голову.

— Ты чего тут застыл? — спросил Ромин, складывая руки на груди.

— А… да так. Место показалось знакомым, — тихо пробормотал мальчишка.

Некромант напрягся, вглядываясь в его лицо. Из всех мест, где они побывали, именно храм? Ни гостиница, где они впервые встретились, ни проклятые развалины старой стены, ни улочка, где они следили за домом лекаря. И даже не Исхо, где они ежегодно проводили по нескольку недель, а ничем ни примечательный храм?

— Знакомым? — переспросил Ромин, следя за малейшими изменениями в поведении любимого.

— Все храмы чем-то похожи между собой, но этот… — Лит наконец вышел из своего полуоцепенения и огляделся по сторонам. — Куда идёшь?

— Эм… за пределы города, — нехотя протянул Ромин.

— Можно с тобой? Всё равно заняться нечем.

В первую секунду некромант думал отказаться, но потом всё же кивнул, и мальчишка поплёлся за ним. Покинув город и пройдя немного по широкому тракту, Ромин свернул на просёлочную дорогу, что вела к высокому холму. Если пройти по ней дальше, огибая возвышенность, то вскоре попадёшь в небольшое поселение крестьян, которые выращивали зерно для города, но его цель находилась не там. Ромин вновь свернул с дороги и стал взбираться на холм. Лит молча шёл следом, изредка оглядывая округу. Поднявшись наверх, маг замер. Трава в этом году вымахала ему по пояс и практически скрыла небольшой валун в центре. Ромин коснулся груди, нащупав кулон в форме звёздочки, спрятанный под одеждой, и прикрыл глаза.

«Я вернулся, Лино».

Это было до безумия странно: Лит стоял рядом с ним — живой и здоровый, но там, под камнем, покоилось его тело из прошлой жизни. Лит шагнул вперёд.

— Это ведь могила? — спросил он.

— Да.

— Твоего знакомого?

— Друга.

— Он был человеком или…

— Магом.

— Извини, — вздохнул Лит, — если не хочешь, не буду спрашивать.

— Нитан, — прошептал Ромин, не сводя глаз с парнишки.

На несколько минут воцарилась тишина. Лит явно напряжённо думал, а потом на его лице отразилось понимание.

— Так звали юного мага огня — призрака, с которым ты странствовал много лет.

— Да.

— М-м-м. Но тогда… Если он похоронен… Мне казалось, я слышал другое.

— Я похоронил его позже.

Мальчишка задумчиво приблизился к камню и положил на него ладонь, кулон на груди Ромина тут же потеплел. Он реагировал на силу Лита?! Хотя, чему удивляться, если именно ему он по праву и принадлежит. Интересно, кулон отзывался всякий раз, когда мальчишка пользовался магией, пока эта вещица мирно лежала на дне его сумки? Ромин о подобном даже и не задумывался.

— Похоже, он был дорог тебе, — сказал Лит, прерывая его размышления.

— Дорог… очень.

— Но ты всё равно пожертвовал им, чтобы закрыть разлом.

— Что, прости?! — Ромин так и застыл, удивлённо глядя на мальчишку.

— Ну-у... об этом даже на уроках рассказывали, как ты и Амина закрыли самый большой разлом в мире.

— Не то. Повтори-ка, что ты сказал до этого? — Лит непонимающе уставился на него, хлопая глазками. — Кем я там пожертвовал?! Он провёл рядом со мной двадцать шесть лет! По-твоему, я бы поступил с ним так?! Смог бы… Он сам сиганул в тот разлом, не потрудившись спросить моего мнения на этот счёт! А я… я не успел его остановить!

— Прости, пожалуйста, я не знал, — Лит виновато опустил глаза.

— Лучше скажи, что за преподаватель наплёл такого? Вернёмся в Ларвию, я ему язык-то быстро вырву.

— Э-э-э... Не припоминаю, — промямлил мальчишка, отворачиваясь.

Ромин усмехнулся. Не хочет выдавать, значит, ну-ну. Некромант вновь посмотрел на могилу. Семнадцать лет…. Семнадцать лет он приезжал сюда каждый год, но сегодня был последний раз. Его Лино жив. И он рядом. Ромин протянул руку и, обхватив ладонь мальчишки, сжал в своей.

«Такой родной, тёплый и живой… Вспомни! Прошу тебя, Лино, вспомни меня поскорей».

_

Весь вчерашний вечер из головы Ромина не выходил тот странный храмовник, так что, едва проснувшись и наскоро перекусив, маг отправился в обитель Тесея. Ромин не верил в богов, и в ту легенду, где они ввосьмером спустились с каких-то небес и создали этот мир. Маги в принципе не отличались религиозностью. Может быть, в силу того, что сами обладали даром, и были чуть ли не равны этим самым богам. А может, из-за такого вот образа жизни и вечной борьбы со злом, вера в какие-то высшие силы быстро сходила на нет. Но простые люди, в большинстве своём, верили. Наверное, им просто необходимо верить, что кто-то оберегает их дома и семьи.

Храмы Тесея – бога покровителя воинов, защитников и, как ни странно, магов, располагались практически в каждом крупном городе, в отличие от той же Церы, его жены – богини любви. Её храмы можно было пересчитать по пальцам.

Огромные кованные двери обители Тесея оказались закрыты, видимо, ещё слишком рано для посетителей. А вот старик, которого Ромин видел вчера, был тут — сидел на самой верхней ступеньке храма, выделяясь из общей серости своим красным одеянием. Некромант поднялся к нему и, остановившись в нескольких шагах, вежливо поклонился. Служитель кивнул и указал на место рядом с собой, куда Ромин тут же опустился.

И зачем он собственно пришёл? Вопрос: «Почему вы так пристально смотрели вчера на рыжего паренька?», явно был странным. К счастью, храмовник первым начал разговор, и Ромину не пришлось ничего выдумывать.

— Теперь я могу со спокойной душой покинуть этот мир, — задумчиво проговорил старик.

— Почему? — тихо спросил Ромин.

— Тот юный маг — ваш ученик, полагаю? Конечно, ученик, — усмехнулся служитель сам себе. — Поэтому вы, наверняка, знаете, что он особенный. Кто бы мог подумать – он переродился! Спустя сорок пять лет я вновь увидел лицо, которое мне никогда не забыть.

— Вы знали его раньше? — удивлённо выдохнул некромант.

— Этот юноша спас мне жизнь. Мне тогда было чуть больше тридцати, и я только начал служить в храме. Дом, в котором жила моя сестра с племянниками, находился прямо на окраине города, возле старой стены. Я был там в тот страшный день когда произошло землетрясение . Мы с сестрой успели выгнать детей на улицу, но меня самого завалило досками рухнувшего дома. Молодой маг тогда и появился, уже успел вывести старуху из соседнего дома и поспешил ко мне. После того как он помог мне выбраться, я недалеко ушёл — нога оказалась сломана, а он всё продолжал вытаскивать других людей... И когда земля в очередной раз содрогнулась, и каменная стена начала рушиться, мальчишка оказался прямиком под ней, как и десятки горожан, которые не успели уйти оттуда.

Старик замолчал, одолеваемый своими мыслями и воспоминаниями, да и Ромин ничего не говорил. Примерно так он и представлял себе смерть Лино – его маленький герой… Запястья Ромина коснулась старческая морщинистая ладонь.

— Вы уж берегите его, господин маг. Я молился все эти годы. Каждое утро начинал с просьб Тесею подарить этому юноше счастье в его посмертной жизни, и вчера я увидел, что мои молитвы были услышаны. Даже более того — ему даровали новую жизнь.

— Что ж, ваш бог не спешил, — печально усмехнулся Ромин. — До того, как переродиться, мальчишка двадцать шесть лет странствовал со мной в качестве призрака. Не слишком-то счастливая посмертная жизнь, не находите?

— Может, Тесей всё так и задумал? — Храмовник тепло посмотрел на Ромина. — Вот вы, господин маг, после стольких лет явно дорожите им, значит, всё не зря.

Ромин ещё немного посидел рядом со служителем, тепло попрощался и побрёл к постоялому двору. Разговаривая с этим стариком, он кое-что вспомнил. Когда-то давно Лино сказал, что первым его воспоминанием в жизни призрака был храм Тесея – этот храм. А ещё Илит…

В архиве академии хранятся данные о каждом новоприбывшем маленьком маге: откуда родом, кем были родители, во сколько лет проснулся дар. И перед тем, как взять ученика, наставнику показывают эти записи. Так вот — про Илита там сказано не так уж много. Трёхлетним ребенком его подбросили в храм Тесея, что находился в Витании. Служители, поняв, что мальчик одарён, тут же передали его магам, но ни о его родителях, ни о том, кто оставил его на ступенях храма, и откуда он, им, конечно же, было неизвестно.

Так может ли быть такое, что какой-то там бог из древних легенд и правда существует, и более того — подарил мальчишке второй шанс? Ромин ухмыльнулся. Ага, как же! Чего ж тогда все, за кого люди молятся, не рождаются заново? Теория, конечно, любопытная, но… Ромин качнул головой, отгоняя ненужные мысли. Неважно! Судьба, да? Боги? Жизнь вернула ему любимого, а как именно и почему — неважно.

Глава 21. Гиблые земли

— Поешь нормально, — бросил Ромин, заметив, что Лит не осилил и половины миски наваристого мясного супа.

— Да я не особо голоден, — пожал плечами парнишка.

— Ешь, это последняя таверна на нашем пути.

— А куда мы, собственно, едем? Ты так и не сказал. С последнего задания прошло почти два месяца, мы преодолели три страны, и вот теперь — Королевство Зонов…

— Гиблые земли.

— Серьёзно? — Глаза Лита удивлённо расширились. — Но разве… Ведь это место непригодно для жизни!

— Непригодно, особенно для обычных людей, но на магов тамошний климат практически не действует, к тому же — мы ненадолго.

— А зачем нам туда?

— Там обитает куча мелких демонов, будешь тренироваться на них.

Мальчишка расплылся в довольной улыбке, пододвинул миску ближе и заработал ложкой куда активнее, чем прежде.

Пространственный маг перекинул их из Сарваны на границу Нимуара, откуда они, своим ходом, направились в Королевство Зонов. Несмотря на то, что треть страны занимали гиблые земли, Ромин любил бывать здесь. Южный континент славился тёплой зимой и спелыми разнообразными фруктами, которые круглый год поставлялись во все страны мира. В Камзане и Сарване люди тоже не жаловались на холода, да и снега за всю жизнь могли так и не увидеть, но всё же именно здесь зима не отличалась от лета.

Ромин прикрыл глаза, обдумывая, что из припасов следует купить на рынке. По его расчётам, они должны были провести в гиблых землях пару недель, а учитывая, что ночевать и готовить им придётся под открытым небом, понадобится многое. Ах, да, точно — ещё котелок купить нужно, старый они с Литом посеяли где-то в дороге…

— Ромин? — раздался грубый женский голос, и некромант нехотя обернулся.

Посреди обеденной залы стояла Карима — вот уж кого он точно не ожидал увидеть тут. Наставница едва заметно улыбнулась и направилась к нему, но, не дойдя до стола, застыла удивлённой статуей, уставившись на Лита. Парнишка тоже изучающее посмотрел на неё. Высокая, поджарая и мускулистая, с тёмными волосами, едва доходившими до плеч, с обветренным загорелым лицом, в котором с трудом угадывались женские черты. Предупреждая вопрос некромантки, уже готовый сорваться с её губ, Ромин заговорил первым.

— Карима, это мой ученик — Лит. Лит, это моя бывшая наставница — Карима.

Мальчишка тут же подскочил и, почтительно поклонившись, промямлил «Госпожа магистр». Женщина ещё несколько минут продолжала пристально изучать растерянное лицо Лита, а потом подошла ближе, взяла паренька за подбородок, будто надеясь, что при ближайшем рассмотрении это наваждение исчезнет. Не исчезло…

— Ученик, да? — Карима резко отпустила лицо мальчишки и перевела горящий негодованием взгляд на Ромина.

— Лит, похоже, сегодня мы никуда не поедем, останемся ещё на ночь здесь. Не прогуляешься на рынок? Нам нужны запасы недели на две-три, и своих любимых сладостей тоже набери, — парнишка кивнул, понимая, что Ромин просит оставить их наедине с наставницей, и молча направился к выходу. — Ах, да, про котелок не забудь, — бросил вдогонку некромант.

Когда Лит ушёл, Карима опустилась на его место, всё с тем же немым вопросом в глазах.

— Раз ты так удивлена, полагаю, что ни Велис, ни совет тебе ничего не сказали.

— Это он? За двадцать с лишним лет я видела твоего призрака лишь дважды, но это ведь он?

— Он.

— Перерождённый?! — выдохнула она. — Почему же о нём не сообщили старшим магам? Я-то думала, за четыреста сорок лет борьбы заслужила право знать о важных вещах, происходящих в магическом мире.

— Я думаю, они ещё никому не говорили, и записи если и делали, то только в своих личных дневниках. Мальчишка ещё ничего не помнит, не стоит пока привлекать к нему лишнее внимание.

— Не помнит? — Ромин кивнул, и Карима злорадно усмехнулась: — То-то он был таким учтивым, в прежние-то времена он меня терпеть не мог.

— Может, это потому, что он был призраком, а ты — некромантка? — ухмыльнулся маг.

— Ты тоже некромант, однако это не мешало ему тебя обожать. Кстати, раз он не помнит, какие же тогда у вас отношения? Тебе-то, небось, тяжело?

— Кажется, я уже начал привыкать. И к нему нынешнему, и к его странностям, и вообще... — вздохнув, ответил Ромин, пока наставница подзывала служанку и делала заказ. — Кстати, Карима, ты когда-нибудь сталкивалась с тем, что душа покидала живое тело.

— Нет, — нахмурилась женщина. — Он?..

— А кто бы ещё.

— Ну-у, он и призраком был с особенностями… Я осмотрю его?

— М-м-м, только когда уснёт. Не хочу, чтобы у него появились лишние вопросы.

— Знаешь, — Карима неожиданно тепло улыбнулась, — а я рада за тебя. После того как его душа исчезла, ты и сам мало отличался от призрака. А сейчас, смотри-ка, опять похорошел.

— Да ну тебя, — усмехнулся Ромин и отвернулся, уставившись в окно.

«Сам похож на призрака…» Да, примерно так и было.

***

Илит откинул мерцающим шитом мелкого, похожего на облезлую псину, демона, напирающего справа, а огненным шаром поджёг того, что удирал слева. Вернулся к оглушённому собакоподобному и, добив его огнём, устало осел на землю. Семь демонов за раз — его личный рекорд! Ну да, это были мелкие и относительно слабые особи, но так и он не мастер. Ромин стоял неподалёку, опираясь на свою косу, готовый в любую минуту броситься на помощь, но этого не понадобилось, и Ил радовался в душе. Впервые с тех пор, как они прибыли сюда, он справился со всеми демонами сам, без поддержки наставника!

Они уже шесть дней жили в гиблых землях. Ну как, жили? Скорее — выживали. На мёртвых, выжженных равнинах, покрытых сеткой глубоких трещин, даже трава толком не росла. О деревьях и вовсе речи не шло — изредка встречались чахлые низенькие кустики, из которых Илит дважды пытался развести костер, но их оказалось так мало, что пришлось плюнуть на эту затею и готовить исключительно с помощью огненной магии.

С водой дела тут тоже обстояли плачевно: по дороге встретилось три пересохших русла реки, и только четвёртое оказалось водоносным, хотя и от него остался какой-то захудалый ручеёк. Именно возле него и разбили лагерь, который Ромин огородил защитными чарами. Ночами было решено дежурить по очереди, защита защитой, но то, что эти земли кишат мелкими демонами, оставалось неизменным. Правда, в первые два дня Илит так уставал от тренировок, что отключался до самого утра, стоило лишь его голове коснуться одеяла. Проснувшись, он виновато смотрел на Ромина. Хоть наставник и не жаловался, но в третью ночь Ил заставил себя нести караул: глаза слипались, но он упрямо сидел до того самого момента, как Ромин коснулся его плеча и сказал: «Ложись уже спать».

Тренировки оказались — не сахар. Искать демонов не приходилось, они сами приходили к воде, так что Илиту оставалось лишь выйти из-под защитного круга и сражаться. Первым убитым демоном оказалось существо размером едва ли больше кошки: тощее, грязно-серого цвета, с рядом острых зубов, занимавших большую часть морды, на неестественно большой для таких габаритов голове. Тварь оказалась шустрой и проворной, так что Илиту пришлось за ней побегать, и едва он умудрился её прибить, как за его спиной обнаружилось ещё две особи покрупнее. Честно говоря, Илит их не сразу заметил и уже успел испугаться, но Ромин не спускал с него глаз, и стоило некроманту почувствовать, что ученик не справляется, твари тут же пали замертво от едва уловимого взмаха неумолимой косы.

Несмотря на все трудности и постоянную усталость, Илит был рад, что они приехали сюда. Тренировки на настоящих демонах, даже таких слабых, оказались куда продуктивнее, чем любые занятия в академии. Хоть он и понимал, что рядом с наставником никакой реальной опасности ему не грозит, но демонятки от этого менее реальными не становились, и это отлично подстёгивало.

— Ты как? — спросил Ромин, подходя ближе и возвращая юношу в реальность.

— Нормально, кажется… — ответил Илит, чувствуя, как до сих пор дрожат руки.

— Давай-ка под купол, на сегодня хватит, — Некромант помог Илиту подняться. Увидел, что юношу пошатывает, и отвёл его к расстеленным одеялам. — Сможешь разжечь огонь ненадолго? Нам бы каши сварить, — спросил Ромин через несколько минут, после того, как обновил защитные чары вокруг их маленького лагеря.

— Да, — Ил протянул руку, и пламя робко заплясало прямо под котелком.

Кажется, юноша задремал, и в следующий раз открыл глаза, когда вдалеке — с другой стороны ручья — раздался оглушительный рёв. Ромин заметно напрягся, поднялся и, сжав в кулаке свой кулон, уставился вдаль.

— Потуши пламя, — бросил он через пару минут, Ил тут же выполнил просьбу.

Рёв раздался снова, в этот раз куда ближе, и столько в нём было ярости и силы, что юноша с опаской посмотрел на наставника.

— Это… это ведь не слабый демон.

— Помолчи, — тихо сказал Ромин, подошёл и, присев рядом, прижал Илита к себе, а потом едва слышно заговорил: — Не слабый, я его отсюда чую. Это странно, раньше такие сильные демоны не водились в гиблых землях — здесь нет людей, и им нечем питаться.

— А чем питаются мелкие?

— Друг другом. Давай-ка, посидим в тишине, не стоит привлекать сюда эту тварь. А лучше отправимся обратно в Катанул, как только ты немного поспишь.

— Но как же тренировки? Я ведь даже недели не продержался…

— Будут тебе тренировки, не переживай, но не здесь. Кажется, это место перестало быть безопасным для магов.

Ил откинул голову на плечо Ромина.

— Если так, можем поехать прямо сейчас.

— Тц... — шикнул некромант, — спи, давай. Ты же вырубаешься от усталости.

Юноша хотел было возразить, но тепло крепких, сильных рук, обнимавших его, и широкая грудь за спиной, подействовали на него лучше любого усыпляющего зелья, и он сам не заметил, как вновь закрыл глаза.

_

Обратная дорога до города заняла куда меньше времени, то ли Ромин торопился убраться оттуда, то ли они поехали каким-то другим путём. На этой выжженной равнине, где пейзаж час за часом не менялся, сам Илит, наверное, заблудился бы, а вот наставник, даже петляя, вывел их к живой зелёной растительности — неизменной спутнице человеческого жилья.

Едва заехав в Катанул, некромант снял небольшой гостевой домик, чему Ил немного удивился, ведь по дороге в гиблые земли они останавливались на обычном постоялом дворе. Но стоило ему увидеть во дворе пруд с горячим источником, как вопрос отпал сам собой. Илит уже предвкушал, как погрузит в тёплые воды уставшее тело… Ради такого стоило потерпеть недельку лишений.

Закинув вещи в комнату и плотно перекусив, Ил закутался в простыню и поспешил к пруду. Даже просто опустив ноги в ласковое тепло, он испытал невероятное блаженство. Как же хорошо! Горячая вода приятно окутала ступни, затем щиколотки и икры. Вздохнув и прикрыв глаза, юноша погрузился сразу по плечи. Момент, когда пришёл Ромин, Ил пропустил и заметил мужчину, только когда тот уже сидел напротив, на краю пруда. Абсолютно голый!

Илит бы и хотел отвернуться или вовсе закрыть глаза, но как зачарованный всё продолжал и продолжал смотреть на Ромина. До чего же тот всё-таки был красив! Стройное, мускулистое тело, длинные сильные руки, безупречное лицо, мокрые волосы по которым капли воды стекали на широкие плечи, тёмные соски в редких золотистых кудряшках, дорожка светлых волос, убегающая от пупка, ниже…. Ил вцепился пальцами в простыню, чувствуя, как его бросило в жар, и вовсе не от тёплой воды, в которой он находился. Он... возбуждался?! Возбуждался, просто глядя на Ромина!

Маг заметил направленный на него взгляд и, хищно улыбнувшись, поплыл к юноше. Бежать… Прямо сейчас, пока ещё не поздно, нужно бежать! Вот только Илит не мог сделать и шагу. Ромин уже оказался близко, протянул руку и одним быстрым движением сорвал с Илита простыню, отбросил её в сторону. В следующую секунду его рука легла на талию юноши и притянула к себе, ближе. Слишком, невыносимо, обжигающе близко. Илит резко выдохнул, когда лицо Ромина приблизилось к его шее. Казалось, что он всем телом ощущал горячее дыхание на своей коже, и судорожно вцепился в широкие плечи, едва губы некроманта всё-таки коснулись его.

— Милый мой, — шептал Ромин, — Лит, мой огненный мальчик, такой... прекрасный, желанный…

Сильные руки рывком подхватили его, и Илит по инерции обвил талию мужчины ногами, упёрся напряжённым членом в плоский живот, ощущая ягодицами чужое возбуждение, нетерпеливо проехавшееся между полупопиями. Ил прикусил губу, сдерживая рвущийся стон. К нежным поцелуям в шею прибавились поглаживания спины и поясницы, которые с каждой секундой опускались всё ниже. Даже в тёплой воде, кожа Илита покрылась мурашками. Он ощущал малейшее прикосновение к себе, и это было так волнующе, что напряжение внизу живота росло с каждой секундой.

Он полагал, что имеет представление о том, что такое возбуждение — наивный! До сегодняшнего дня, он, оказывается, и понятия не имел, каково это — плавиться в чужих руках, позволять так откровенно прикасаться к себе и получать от этого такое острое удовольствие.

Палец Ромина скользнул в ложбинку меж ягодиц и огладил тугое сжатое колечко. Илит не выдержал и всё-таки застонал. Сквозь накатывающее волнами наслаждение в мозг пробилась здравая мысль — член Ромина, что сейчас тёрся о внутреннюю часть бедра, оказался совсем не маленьким! Да сможет ли он принять такой? Илит безумно хотел продолжить — он хотел Ромина, но появился и страх. Он слышал, что это может быть весьма болезненно. Маг вдруг слегка отстранился и настороженно заглянул юноше в глаза.

— Лит, ты… ты девственник?

Щёки Илита тут же вспыхнули, но он гордо вздёрнул подбородок и спросил:

— А у тебя с этим какие-то проблемы?

— Нет. О, нет, милый, с этим у нас никаких проблем! — кажется, лицо Ромина просияло от счастья, но Ил не был уверен в том, что увидел, потому что в следующее мгновение некромант впился в его губы страстным, жадным, пожирающим поцелуем.

Илит прогнулся в спине, желая прижаться к Ромину ещё ближе, ощутить сильнее… Ромин обхватил его член ладонью, огладив большим пальцем головку, прошёлся по всей длине, с каждым движением чуть ускоряясь. Ил уткнулся лицом ему в грудь, и с громким стоном выдохнул:

— Ох, Ромин! Пожалуйста… Пожалуйста!

— Сейчас, сладкий.

От этого тихого шёпота юношу бросило в дрожь. Тело жаждало большего, и он сам стал толкаться в ладонь некроманта.

— Ромин… Ромин!

Мужчина сжал его сильнее, и вновь поймал податливые губы своими, чуть прикусил нижнюю, погладил юркий язычок и Илит, вскрикнув, излился ему в руку. Тело юноши обмякло, и он повис на Ромине, тот же продолжал медленно поглаживать его вздрагивающий член, а губы легонько, почти невесомо, покрывали поцелуями раскрасневшееся лицо.

— Мой милый, хороший мой…

Илит прикрыл глаза и только теперь понял, что, кажется, плачет. Сердце замерло от восторга, и в этот момент он подумал, что больше всего на свете хотел бы стать для Ромина самым дорогим человеком.

Глава 22. Пара

Воспоминания Ромина (примерно 33 года назад)

— Ромин, я так больше не могу.

— О чём ты? — нахмурился некромант, направляя лошадь к выезду из города.

— Чем ты занимался вчера ночью, пока я исследовал округу?

— Спал.

— Ну, да! Скажешь ещё — один? А как же тот пацан, сын кузнеца?

— Ты опять начинаешь? — Ромин резко повернулся к призраку. — Не было у меня с ним ничего.

— Да он пялился на тебя чуть ли не с обожанием! И ты всегда отправляешь меня куда подальше, как вчера, когда хочешь затащить кого-то в постель.

— Лино, чего ты хочешь от меня?! — разозлился маг. — Я люблю тебя, ты же знаешь! Но как бы я этого не желал, я не могу спать с тобой! А между тем, я — здоровый мужчина, и у меня всё ещё есть потребности. Я и так сексом занимаюсь раз в несколько месяцев, когда совсем приспичит, так чего ещё ты хочешь?!

— Не знаю! — выкрикнул Лино, облетая коня и застывая перед мужчиной так, что ему пришлось натянуть поводья и остановиться. — Я не знаю, Ромин, но не могу так больше. Каждый раз, улетая на ночное дежурство, я думаю: переспишь ли ты с кем-нибудь сегодня? Кто это будет — этот, очередной? Тот красавчик, которого я приметил днём, потому что он точно в твоём вкусе, или ты положил глаз на кого-то другого? И я боюсь… Каждый раз боюсь, что кто-то из них понравится тебе, что он чем-то зацепит тебя, и ты решишь…

— Не говори ерунды, Лино, — перебил мальчишку некромант. — За семьдесят лет никто, кроме тебя, не смог затронуть моё сердце, и этого не случится в будущем.

— Но я всё ещё призрак, — Лино печально склонил голову. — И я понимаю, что никогда не смогу дать тебе то, что ты хочешь. Поэтому… Ромин, давай прекратим это.

— Что, это? — Мужчина напрягся и с волнением заглянул в прозрачное лицо.

— Перестанем мучить друг друга. Тебе больше не нужно будет терпеть мои выходки и ревность, и ты сможешь жить, как прежде, ни в чём себе не отказывая. А я просто уйду.

— Кто тут терпит? Я хоть раз упрекал тебя в чём-то? И куда это ты собрался уйти?

— Конечно, не упрекал, — Лино усмехнулся. — Для всех остальных ты кажешься таким неприступным и бесчувственным, но я-то знаю тебя. Ты добрый и заботливый, и люди тебе вовсе не безразличны. Ты с самого начала и ко мне отнёсся так же – милосердно. Несчастный мальчишка-призрак, не помнящий своей прошлой жизни, неожиданно свалился тебе на голову, и ты не стал его переправлять потому что пожалел. Когда я прилип к тебе, ты по доброте душевной позволил остаться рядом. Когда мне грозила опасность — защищал, когда меня хотел забрать совет — не отдал. Даже когда я бедокурил и был не прав, ты не ругал меня. Так как я мог не полюбить тебя? Знаешь, чего бы я хотел больше всего на свете? Быть живым! Тогда я мог бы быть с тобой по-настоящему. Ты показал мне целый мир, столькому научил и столько дал. Но мне нечего дать тебе, Ромин, кроме постоянных упрёков и своей недолюбви. — Мальчишка резко взлетел выше. — Ты — самое лучшее, что есть в моей призрачной жизни, но я твою только порчу. Поэтому… прощай, Ромин.

— Вернись! — крикнул мужчина, но прозрачный силуэт лишь взмыл в небо, скрываясь где-то в облаках. — Немедленно вернись, Лино! Слышишь? Ты не имеешь права решать за меня! Лино!

Ромин ещё долго продолжал его звать и смотреть в небо. Потом спешился и просидел у дороги несколько часов, ожидая и отчаянно надеясь, что этот вредный мальчишка передумает и вернётся.

Лино не вернулся.

_

Ромин обошёл всю деревеньку, но ничего нового так и не узнал. Очередное задание привело его на юг Исвинта. Три деревни — пять изнасилованных, растерзанных девушек, и никаких следов. Никто из жителей не встречал в поселениях незнакомцев, не видел ничего странного. И даже не слышал! И это при том, что тела девиц находили рядом с жилыми домами. Это ж какими глухими надо быть, чтобы не слышать предсмертные вопли жертв?

Дойдя до домика на окраине деревни, Ромин заметил немолодую женщину, усердно пропалывающую грядки с капустой. Это был последний дом, где он ещё не спрашивал о происходящем. Не на что особо не надеясь, маг открыл калитку и прошёл в ухоженный огородик.

— Простите, госпожа? — позвал он негромко, привлекая к себе внимание.

Женщина подняла хмурый взор от земли, пристально посмотрела на него и, только заметив кулон мага на груди, встала, вежливо поклонившись.

— Чем могу вам помочь?

— Это по поводу недавно убитых девушек.

— Я так и поняла, господин маг, да только что вам рассказать нового? Я ж узнала о несчастной, как и все — утром, когда у дома портного нашли тело. Я её сама-то и не видала, соседка рассказывала. А уж потом, когда старейшина отправил за помощью в город, мы узнали, что в соседних деревнях тоже снасильничали и убили молодух.

— И вы не замечали в последнее время ничего странного? Незнакомых людей в округе, например? Или наоборот, может кто-то из местных вёл себя необычно?

— Нет, ничего такого. Хотя, вот вы сейчас спросили о странном, и я припомнила… — женщина задумалась, а затем кивнув каким-то своим мыслям продолжила. — Знаете, недели так с две назад, я ходила к лесу по ягоды. Там неподалеку стоит старый особняк. Раньше-то это был летний дом какого-то богатея из города, но он уж лет тридцать как пустым стоит, а местные мужики давно оттуда повытащили всё ценное. Так вот, к чему это я... Шла я, значит, уже домой, как раз мимо того особняка, и услыхала оттуда голос. Я ж тогда подумала — путник какой на ночлег остановился, а может и вовсе — молодёжь на свиданку пришла. Чего уж, я по молодости-то сама туда на встречи со своим будущем мужем ходила, тайком от родителей. Да вот теперь, ежли подумать, может там и вовсе — нелюдь какая была. Так что, господин маг, может вы проверите на всякий случай, раз уж вы всё равно поблизости.

— Спасибо за помощь, обязательно проверю, — Ромин кивнул, вышел за калитку и отправился к лошади, которую оставил на другом конце деревни. — Лино, не хочешь слетать посмотреть? — бросил маг и лишь через минуту понял, что сказал.

Идиот… Прошёл уже почти месяц, как Лино улетел, оставив его, но иногда, по привычке, Ромин обращался к нему. Некромант скучал. Да что там! Ему безумно не хватало Лино! Заезжая в города или крупные поселения, Ромин невольно скользил взглядом по крышам домов, ища силуэт мальчишки, а по вечерам сжимал в ладони свой кулон, проверяя, нет ли того поблизости. Вредный, эгоистичный призрак! Кому он хотел сделать лучше улетев? Ромину? Что ж, некромант явно не стал от этого счастливей, а изматывающая душу тоска, одиночество и ощущение потери просто сжирали его. Да и Лино, где-то там, вряд ли летает, довольный жизнью.

Как-то, в очередной раз, ища мальчишку взглядом, Ромин разозлился и подумал, что лучше бы они никогда не встречались, но уже через минуту возненавидел себя за эту мысль. Никогда не знать его?! Не любить?! Ну, да, не познакомься он с Лино, и его жизнь до сих пор бы была лёгкой и беззаботной, не считая демонов, конечно. Трахай себе, как прежде, кого хочешь, без угрызений совести, не задумываясь, какое осуждающее лицо будет у Лино поутру.

Вот только теперь сладкие мальчики с упругими задницами не способны были заткнуть зияющую дыру, развернувшуюся у него в душе. Эти эпизоды стали короткими и бессмысленными вспышками наслаждения, которое утоляло телесный голод…

С тех пор, как несколько лет назад они с Лино признались друг другу, Ромин предпочитал проводить тихие вечера вдвоём: читать что-нибудь мальчишке вслух или перелистывать страницы книг, слушая, как Лино читает своим звонким голосом, порой засыпая под эти милые сердцу звуки. Или сидеть у костра и тихо болтать с ним о чём-то, по дороге к очередному заданию. Или неспешно прогуливаться по улицам какого-то городка, любуясь полупрозрачной серебряной фигуркой, плывущей рядом. Слушать его родной голос и весёлый смех, смотреть в бесцветные, но всё равно искрящиеся глаза. Да, он не мог к нему прикоснуться, и порой это угнетало и мучило, но даже так, просто присутствие мальчишки делало Ромина счастливым!

А то, что он иногда, когда между ног уже горело от недотраха и воздержания, находил себе кого-то для быстрого перепиха, вообще не имело никого отношения к его чувствам! И как объяснить это призраку, который понятия не имеет, что такое физические потребности? Лино ревновал и злился. И Ромин понимал его. Он и сам был не в восторге, выдумывая причины, чтобы отправить любимого на какое-нибудь ночное дежурство, пока он будет удовлетворять свои плотские желания, но и постоянная дрочка в ванной — не выход! Боги, да у него за последние три года секс был всего семь раз! У него, который раньше менял партнёров каждую неделю! Так что ещё нужно сделать, чтобы Лино наконец-то перестал ревновать? Чтобы перестал обижаться? Чтобы поверил в конце-то концов, что в сердце Ромина нет места для ни для кого, кроме него?

Вот разберётся с этим деревенским демоном-насильником и отправится искать своего вредного мальчишку! Ещё и всех знакомых магов попросит сообщать ему, если где-то заметят призрака. И пусть только Лино попробует слинять, не выслушав его — скуёт насильно! «Мне нечего тебе дать…» А кто просил его что-то давать? Просто быть рядом — достаточно. Просто идти дальше вместе, охотиться на проклятых демонов, ночевать на постоялых дворах или под открытым небом, разговаривать, ругаться из-за глупостей, улыбаться друг другу — этого достаточно!

Со всеми своими мыслями, Ромин не заметил, как дорога привела его к лесу. Он направил коня по нахоженной тропе и поехал вдоль деревьев. Минут через пятнадцать впереди показался старый, поросший мхом, а кое-где и травой, двухэтажный особняк. Широкая дорога, что вела к нему, давно заросла, и лишь по отсутствию кустарника и деревьев едва угадывалась заброшенная колея. Ромин спрыгнул с лошади и направился к парадному входу, к которому вели каменные, кое-где сколовшиеся, ступени. Прежде добротное крепкое здание зияло тёмными провалами дверей и дырами выбитых окон. Мрачноватое местечко. Сюда Ромин точно не стал бы ходить на свидания.

У самого входа маг остановился и, прикоснувшись к кулону, проверил местность на наличие демонических следов. Что ж, та женщина оказалась права, здесь и в самом деле разило нелюдью. Демон точно бывал в особняке, причём не единожды — Ромин ощущал и очень старые выбросы силы, и свежие, отчего сложно было сказать наверняка, находилась ли сейчас тварь внутри или нет.

Некромант призвал косу и осторожно вошёл в заброшенный дом. Бегло осмотрел первый этаж: наверняка здесь была большая изысканная гостиная с дорогой мебелью, сейчас же его встретила пустая мрачная комната. По углам скопилась грязь и залетевшие в оконные проёмы листья. Повсюду валялись осколки стекла, со светло-синих прежде стен осыпалась краска. Ромин сосредоточился на демонической энергии и прошёл дальше — туда, откуда она исходила сильнее всего. Кулон привёл его к лестнице, ведущей в подвал, и, покрепче перехватив косу, мужчина начал спуск вниз.

В первой же комнате, справа от лестницы, он обнаружил обломки бочек и полусгнившие доски, которые, по-видимому, когда-то были стеллажами, а кое-где они даже ещё сохранились. Винный погреб, не иначе. Следующая комната была похожа на склад, судя по нескольким разбитым кувшинам и жирным следам на полу. Энергия демона вела Ромина дальше, вглубь подвала.

Некромант, озираясь, переступил очередной порог — никого. Скопившейся энергии здесь было больше всего, и выходило, что именно тут обитал демон. Ромин огляделся: голые стены без каких либо следов отделки, грязный каменный пол, и даже никаких тряпок или подстилок, где можно было бы устроить лежбище. И здесь тварь отсыпалась в дневное время? Даже для демонов убого. Ромин развернулся, собираясь покинуть комнату, но, дойдя до порога, понял, что не может его перешагнуть. Он прикрыл глаза, коснулся рукой стены и тщательно ощупал комнату магией.

Идиот! Он даже не заметил, когда переступил черту демонической ловушки! Ромин взмахнул косой, посылая сильный разрушительный поток, но тёмные чары, не дававшие ему покинуть эту комнату, не дрогнули. Он пытался пробить брешь снова и снова, даже часть стены сломал, вот только ловушка не поддалась. Похоже, магия не действовала на неё изнутри.

— Проклятье, — прошептал Ромин, устало опускаясь на пол. — Надо же было так вляпаться.

Даже с его силой, он не мог выбраться наружу! Единственное, что оставалось — ждать, когда вернётся демон, ведь если убить его, то чары развеются сами. Но придёт ли тот вообще? Зачем создавать ловушку для мага в подобном месте? Ответ напрашивался один — тварь знала, что её уже ищут, и вряд ли она сюда вернётся. Да и к чему утруждаться? Если маг попадётся, то уже не выберется и просто сдохнет тут.

Ромин снял поясную сумку и заглянул внутрь. Пара десятков склянок с зельями, сейчас совершенно бесполезными, бурдюк с водой, ломоть сыра и полбулки хлеба. Дня четыре он продержится, может — шесть, а потом начнётся обезвоживание и стремительная потеря сил. Совет и брат отправят кого-то на его поиски, если от него не будет известий в течение месяца, да только месяца он не протянет…

Ромин поднял голову и посмотрел на крохотное, решётчатое окошко под самым потолком. Потратить последние силы и попытаться всё же пробить чары демона, что маловероятно, или тянуть время и стараться прожить сколько сможет?

_

На пятый день Ромин сделал последний глоток воды и доел те крохи, что растягивал всё это время. Только желудку этот скудный завтрак не особо помог — его уже сводило от голода. Ещё через день начались галлюцинации. Порой ему казалось, что он на очередном задании, опрашивает горожан или ловит демона. Иногда он разговаривал с сестрой или братом. Но, чаще всего, ему мерещился Лино. Мальчишка улыбался, ругался, называя его дураком, или попросту молча смотрел, и каждый раз, приходя в себя и осознавая, где он находится, Ромин жалел, что это всего лишь игра его подсознания. Хотел бы он в последний раз увидеть Лино. Хотел бы сказать, что в его жизни не было никого дороже. С другой стороны, может, и к лучшему, что Лино здесь нет — не придётся смотреть, как Ромин медленно умирает. Он всегда думал, что погибнет в бою с сильным демоном, а не так — сдохнет в каком-то подвале, снедаемый голодом и жаждой.

Ромин потерял счёт дням, проведённым в ловушке, а в моменты, когда приходил в сознание, даже не мог определить времени суток. Он и тела своего не чувствовал, просто знал, что лежит на каменном полу, но пошевелиться уже не было ни сил, ни желания. И он с тяжёлым вздохом снова проваливался в темноту.

— Ромин. Ромин! Мин, чтоб тебя, посмотри на меня!

Маг с трудом разлепил глаза и встретился со взглядом очередного видения. Кажется, сегодня мираж Лино был особенно шумным, но даже этому Ромин обрадовался. Возможно, это последний раз, когда Лино привиделся ему перед смертью.

— Ромин, что случилось? Как давно ты здесь?

Чудесный звонкий голос, слушать бы его и слушать. Глаза опять закрывались. Нет! Не надо! Посмотреть бы на Лино ещё хоть немного, но сколько бы он ни пытался, веки отказывались подниматься.

— Ромин! — воскликнул голос, и в следующее мгновение руку мужчины обожгло болью. Он поневоле распахнул глаза. — Приди в себя! Ответь мне что-нибудь, милый, пожалуйста.

Только сейчас Ромин заметил на лице мальчишки тревогу, да и боль, кажется, была вполне реальной.

— Лино? — прохрипел маг, с трудом разлепив пересохшие губы.

— А кто ещё? У тебя много знакомых призраков?

— Настоящий?

— Проклятье, Ромин, как давно ты здесь?

— Не знаю, — ответил мужчина, каждое слово давалось с неимоверным трудом, — Я потерял… счёт дням.

— Почему? Что случилось? Ты ранен? — Лино быстро оглядел некроманта, пытаясь найти причину.

— Нет. Ловушка демона… Не могу уйти.

Призрак протянул руку и на секунду прикоснулся к лицу Ромина. Такое знакомое, прохладное ощущение невесомых пальцев, которое тут же исчезло.

— Я поищу что-нибудь съестное, прошу, не теряй сознание. Я быстро, хорошо? — И мальчишка рванул сквозь стену.

Ромин хотел закричать: «Не уходи, останься… Умоляю, не оставляй меня!» Но не смог открыть рта. Кажется, он истратил все оставшиеся у него силы на этот короткий разговор с Лино. Не терять сознание оказалось слишком сложной задачей. Глаза закрывались сами собой, разум желал вновь погрузиться в манящую пустоту, где не было никаких ощущений и мыслей, но каждый раз Ромин заставлял себя открывать их, думая о том, что Лино обещал вернуться. Настоящий? Или очередная иллюзия? Ромин отчаянно хотел верить, что настоящий! Хотел просто вновь увидеть его, и тот вернулся.

Первое, что Ромин заметил краем глаза, это серую маленькую зверушку, заскочившую в комнату. Мужчина напряг зрение — это оказался заяц. Лино залетел следом и ударил в зверька огненным разрядом. Животное тут же повалилось на бок и задёргало лапками, призрак же устремился к магу.

— Ромин, милый, тебе нужно достать нож из сумки, а потом добраться до зайца. — Он ведь шутит, правда? Ромин даже пошевелиться не мог, какое там добраться! — Не смотри на меня так, у меня уже не хватит сил, я едва загнал его сюда. Если бы я только мог сам напоить тебя… Ты должен, слышишь? Ближайший водоём слишком далеко для меня, я просто не смогу донести тебе воды, поэтому будешь пить кровь.

На слове «пить» желудок и горло мага болезненно сжались, и с огромным трудом, но он всё же смог пошевелиться и потянуться к сумке. Наверное, то время, что Ромин добирался до тушки несчастного зайца, было самым долгим в его жизни. Он полз, превозмогая себя, подолгу лежал, тяжело дыша после каждого рывка в несколько сантиметров. И снова полз. Пару раз думал сдаться, уже не веря в то, что доберётся: в глазах темнело, руки сводило, но жажда, желание жить и пронзительный взгляд Лино, заставляли его снова двигаться. Мальчишка же потратил последние силы на то, чтобы подтолкнуть тушку ближе к Ромину, и теперь неподвижно завис над полом, с мольбой и надеждой глядя на некроманта.

Он справился. Сам почти не веря в это, справился. Обхватив зайца одной рукой, Ромин вонзил нож в его шею, а потом припал к ней губами, глотая тёплые капли крови. О, боги! Кажется, это была самая вкусная пища в мире! Густая жидкость наполняла рот, обволакивала пересохшее, саднящее горло и текла дальше в пустой желудок. С каждой каплей Ромин ощущал, что ему становиться немного лучше — ну просто демон какой-то! Когда он высосал последний глоток, повалился на спину и практически тут же вновь потерял сознание.

В следующий раз придя в себя, Ромин почувствовал, как ноет и болит всё тело. Сколько дней он пролежал на этом каменном полу? Больше недели точно, наверное, почти две. Болела каждая косточка, но, пусть так — это лучше, чем состояние онемения и бесчувственность, в которой он прибывал. Ромин даже смог сесть и оглядеться. Лино завис неподалёку и не сводил с него взгляда.

— Сколько я провалялся? — спросил некромант.

— Около девяти часов, я практически восстановился. Ну и видок у тебя. — Ромин взглянул на свои руки: мало того, что в пыли, так ещё и кровью перепачканы. Наверное, и лицо такое же. — У тебя остались зелья с энергией для меня? — спросил призрак, пока некромант заторможено оглядывал себя.

— А? Да… Да, конечно, куда бы они делись. Там ещё штук пять должно остаться.

— Хорошо. На сегодня ведь тебе хватит еды? — Лино кивнул на потрёпанную тушку спасительно зайца. — Если хочешь, могу поджарить. А завтра подпитаюсь энергией и попробую загнать сюда ещё какого зверька. А ещё через несколько дней, думаю, нужно отправиться за помощью. Раз сам отсюда выбраться не можешь, поищу ближайшего мага.

— А как, собственно, ты здесь оказался?

— Искал тебя.

— Зачем? Ты ведь бросил меня.

— Захотелось увидеть, — пробубнил мальчишка и отвернулся.

— Зачем же?

— Не задавай идиотских вопросов.

— Да нет, милый, я хочу услышать ответ.

— Я… — призрак закусил губу и замолчал.

— Ну?

— Я не могу без тебя! Мне было плохо! — выкрикнул мальчишка. — Я ошибся и не должен был улетать! Эта жизнь бессмысленна, если тебя нет рядом! Доволен?!

— Да, потому что я чувствую то же самое, Лино. Я безумно скучал по тебе. Ты лучшее, что у меня было и есть. Знаешь, о чём я думал здесь изо дня в день, теряя силы? Что хотел бы увидеть тебя снова! Не о том, как спастись, не о том, как протянуть ещё пару дней, а о том, что перед смертью я хочу увидеть тебя ещё хоть один раз.

— Не говори так… Ты не умрёшь, иначе ради чего мне эта призрачная жизнь?

— Похоже, и правда — не умру, — усмехнулся Ромин, — ты спас меня.

— Ещё нет.

Три дня Лино откармливал Ромина мелким зверьём. Призрак загнал в подвал куропатку, лисёнка и ещё одного зайца. Сначала маг пил их кровь, а потом мальчишка поджаривал разделанные кусочки мяса. Силы возвращались к Ромину с каждым днём, но до полного восстановления было очень далеко. И ему безумно не хватало воды. Кровь, конечно, помогала частично утолить жажду, но этого было мало. На четвёртый день Лино пожарил оставшиеся куски мяса, впитал в себя последнее энергетическое зелье и, сказав Ромину: «Держись, я постараюсь найти помощь как можно быстрее», — улетел.

Дни вновь потекли так же, как и до появления призрака — наполненные одиночеством, тоской и выживанием. Мясо Ромин растягивал, сколько мог, но это не хлеб, который просто зачерствеет, так что, когда оно начало портиться к концу третьего дня после ухода Лино, пришлось доедать. Ещё через пару дней для Ромина всё пошло по второму кругу. Кажется, было даже хуже: жажда, голод, периодические провалы в забытьё и снова вернувшиеся галлюцинации. Но всё же теперь было иначе — он знал, что Лино не оставит его. Лино обязательно вернётся, нужно лишь дождаться!

_

Открыв глава в очередной раз, Ромин увидел над собой дощатый потолок. Странно, ведь он точно был каменным. Мужчина огляделся и лишь сейчас понял, что лежит не на холодном полу, а на мягкой постели. Постоялый двор! Ромин по привычке глянул в сторону окна — призрак неподвижно завис спиной к нему и наверняка наблюдал за людьми на улице.

— Лино, — слабо позвал он, и мальчишка тут же обернулся.

— Ну наконец-то! — выдохнул он. — Я сейчас позову Подена.

Лино так быстро пролетел сквозь стену, что Ромин даже не успел ничего сказать. Мужчина приподнялся и сел, опираясь на подушки и спинку кровати. Он всё ещё был очень слаб, но желудок не скручивало от голода, а горло не саднило от жажды. Значит, и поили, и кормили, да и сюда как-то довезли, вот только он вообще ничего этого не помнил. Поден… Поден… Кажется, это маг воды, лет на сорок старше самого Ромина. Некромант попытался припомнить, встречались ли они где-то, помимо ежегодных сборов в Ларвии, но на ум так ничего и не пришло. Вскоре дверь в комнату открылась, и вошёл невысокий, полноватый мужчина с тёмными короткими волосами, неся поднос в руках. На вид ему не дашь больше тридцати, но, как и со всеми магами, — внешность и реальный возраст, это разные вещи. Следом за ним залетел Лино.

— Наконец-то пришли в себя, магистр, — вошедший добродушно улыбнулся.

— Можно просто Ромин. Вы мне всё-таки жизнь спасли, к тому же я младше вас.

— Тогда и ты обращайся ко мне по имени. Как чувствуешь себя? — водник присел на стул возле кровати, поставив поднос себе на колени. Ромин почувствовал божественный аромат куриного бульона, исходивший из глубокой миски, и желудок требовательно скрутило.

— Кажется, неплохо, но от содержимого тарелки не откажусь.

— Кто бы сомневался, — Поден усмехнулся и передал некроманту желаемое.

— Сколько дней я уже здесь? Да и где вообще?

— В Караме, это был ближайший крупный город, а тебе был необходим хороший лекарь. Сюда мы прибыли вчера ночью, добирались почти двое суток. Хоть я и отпаивал тебя зельями, отварами и бульонами, но ты так и не приходил в себя, так что я уже всерьёз начал волноваться. Да и этот юный призрак себе места не находил, — Поден кивнул на Лино, который хмурой тучкой застыл у постели Ромина.

— Я перед тобой в долгу, — пробормотал некромант, отпив немного бульона.

— Ну что ты, любой маг пришёл бы на помощь собрату. И потом, не меня нужно благодарить, это всё призрак — он привёл меня. Так что, по сути, он тебя и спас. Даже удивительно, я всегда считал, что они бегут от некромантов как от огня.

— Он не простой призрак. Лино — моя пара, — тихо сказал Ромин и глянул на мальчишку.

Бесцветный взгляд паренька потеплел, а губы изогнулись в улыбке. Будь он живым, наверное, в эту секунду его щёки окрасились бы румянцем смущения.

— Пара?.. — Глаза водника удивлённо расширились. — Кто бы мог подумать: призрак и некромант…

— Разрушить ловушку демона было сложно? — спросил Ромин, меняя тему.

— Да, непросто, мне потребовалось на это несколько часов. Вообще-то я даже не заметил бы её, если бы не знал, что она там есть. Такое мог создать только очень сильный демон, так что я посчитал необходимым доложить совету о случившемся. И ещё… — Поден на секунду смутился и отвёл взгляд. — Верховный маг едет сюда. Кажется, он очень испугался за тебя.

— Ох, Велииис, — Ромин тяжело вздохнул, прикрывая глаза.

— Мне не стоило сообщать?

— Да нет, ты всё верно сделал, только брат меня прибьёт.

Поден неожиданно тихо рассмеялся, и Ромин вопросительно глянул на него.

— Кажется, у людей неверное представление о тебе, один из сильнейших магов нашего времени, опасный и непреклонный Ромин. Некоторые даже называют тебя бесчувственным, но, оказывается, даже у тебя есть обычные человеческие слабости. Брат, например, — мужчина посмотрел на призрака и добавил, — и не только. Что ж, отдыхай, если понадоблюсь, твой бестелесный друг позовёт меня.

— Спасибо, — ответил Ромин и мужчина, кивнув, вышел.

— Пара?! — спросил Лино, подлетая ближе, как только за Поденом закрылась дверь.

— А кто же ты?

— Ну…

Пока мальчишка раздумывал над этими словами, Ромин снова оглядел комнату.

— А где моя поясная сумка, Лино?

— Ммм... В тумбе, вроде.

Обнаружив искомое, маг заглянул внутрь и достал флакончик с золотистым зельем.

— Что это? — спросил с любопытством Лино.

— Зелье для проведения обряда пары.

— И зачем оно? — мальчишка удивлённо выпучил глаза.

— Хочу его провести.

— А смысл? Он проводится на крови, где ты у меня кровь видел?

— Обряд объединяет двух магов, которые хотят провести вместе всю оставшуюся жизнь, в этом вся суть. Разве мы не этого хотим?

— Но… — Лино печально вздохнул. — Но я не живой человек. Обряд не подействует. Мы не сможем, как другие, чувствовать эмоции друг друга, или мысленно разговаривать, или ощущать на расстоянии. Это бессмысленная глупость, Ромин.

— Но я хочу сделать это, ты против?

— Нет, — прошептал мальчишка и подлетел практически вплотную. — Что мне нужно делать?

Ромин надрезал ладонь кончиком ножа, сжал несколько раз в кулак, заставляя окрасится кровью, и протянул её к Лино. Второй рукой открыл флакончик с золотой жидкостью.

— Прикоснись ко мне, используя магию огня. Только постарайся удержать подольше, чтобы я успел вылить зелье на наши руки, и оно коснулось тебя.

— С магией? Но тебе будет больно.

— Я потерплю.

— Ладно.

Лино вытянул руку, нахмурился, вызывая в себе силы, и когда ладонь заискрилась рыжеватыми всполохами, дотронулся до сочащейся кровью ранки Ромина. Руку некроманта обожгло, и он тут же вылил зелье. Несколько секунд золотистая жидкость стекала с прозрачной ладошки Лино, а потом капли просочились насквозь, и парнишка вздохнул. Жидкость же смешалась с кровью Ромина и стала впитываться в порез. Если бы Лино был живым, зелье смешало бы их кровь и впиталось в их руки, но… Ромин понимал, что это просто его прихоть, что на деле для них обряд не несёт в себе никакой силы, но ему всё равно хотелось его провести.

— И давно у тебя это зелье? — спросил Лино через пару минут.

— Где-то полгода назад заказал у заклинателя.

— Всё это время возил с собой? — Лино горько усмехнулся. — А чего же использовать решил только сейчас?

— Эм-м-м… — Ромин отвернулся. — Ну, знаешь, предложить тебе такое…. Не мог решиться. — Маг посмотрел на мальчишку, осознав, что тот мог неправильно его понять. — Не потому, что ты призрак — мне просто духу не хватало. Лино, я... Я не могу поклясться, что никогда не сорвусь и не пересплю с кем-то, я живой человек и боюсь, что...

— И не надо. Знаешь, за эти недели без тебя, я, кажется, наконец-то понял, что по-настоящему дорого. Я знаю, что если бы это было возможно, ты делал бы это только со мной, поэтому я хочу попросить о другом. Пусть те, с кем ты решишь провести ночь, не будут магами, только простые люди. И ещё — я не хочу, чтобы они были чем-то похожи на меня. Не хочу, чтобы ты искал в них мои черты, будто заменяя меня и…

— Этого не будет, — перебил его Ромин. — Милый, никто не заменит мне тебя, но я выполню твоё условие. Лино, я правда очень сильно люблю тебя, и хочу видеть рядом с собой лишь тебя. Всегда.

Лино счастливо улыбнулся, а потом протянул руку и на секунду вновь коснулся уже затянувшегося пореза на ладони некроманта.

— Значит, мы и правда пара…

Глава 23. Слишком много призраков

Илит неспешно шёл по садовой дорожке вдоль большого трёхэтажного особняка, сжимая в ладони свой кулон и прощупывая местность магией. Сегодня Ромин остался ждать его в беседке неподалеку от парадного входа — наставник дал ему полную свободу действий, так что Ил старался усерднее обычного. Новое задание привело их в Орен — город на севере Нимуара, — а если точнее, юноша сам выбрал именно его. Ромин впервые предоставил Илиту список из нескольких заданий и право выбора на какое им отправиться. Ил даже не задумывался, когда увидел в этом списке город, где пропало пятеро детей.

Особняк, в котором он сейчас искал хоть какие-то следы, стал последним местом, где пропал ребенок. Малыш просто возился в земле, недалеко от матери, читавшей в это время книгу на скамейке, а когда она в очередной раз посмотрела в сторону сына — его уже не было. Наверное, не будь это шестилетний сын барона, запрос магам так и не отправили бы, потому что остальные исчезнувшие дети были из бедных и неблагополучных семей. Илит ещё раз осмотрел пышный ухоженный сад, вздохнул и побрёл к синей беседке.

— Ну как? — спросил Ромин, когда юноша приблизился.

— Ничего не почувствовал, может, ты проверишь на всякий случай?

— Уже.

— Посмотрим, где жили остальные пропавшие дети?

— Ты ведёшь поиск, тебе и решать, — улыбнулся наставник и, потянувшись, встал со скамьи.

По сведениям начальника стражи, которые Илит получил, когда они только приехали в Орен, ещё двое детей жили в квартале ремесленников, а два первых — где-то в районе порта. Сначала Ил решил отправиться к ремесленникам. Восьмилетняя дочка швеи исчезла третьей, но по каким-то причинам её мать сообщила о пропаже ребёнка только спустя неделю. Юноша прождал под дверью её дома больше двадцати минут, под хмурым взглядом Ромина он несколько раз стучал и звал, даже к соседям ходил, чтобы узнать, когда вернётся женщина, но никто ему так и не открыл. Решив вернуться сюда позднее, он направился по следующему адресу, где жил гончар, у которого пропал пятилетний сын, но и там никого не оказалось дома. Да что ж такое-то?! Этих людей совсем не волнует исчезновение собственных детей?! Только барон хотел найти свое чадо?

В районе порта всё оказалось ещё хуже — десятки нищих и бездомных околачивались возле складов, бараков и причалов, но где именно здесь жили исчезнувшие дети, начальник стражи не сказал, так как подавший уведомление о пропаже торговец, у которого они подрабатывали, и сам не знал. Илит спрашивал у прохожих и местных жителей, где обитали пропавшие мальчик десяти и девочка девяти лет, вот только ответа так и не нашёл. Ему говорили либо: «Видать таких не видали», либо: «Да откуда ж мне знать?» А один из грузчиков и вовсе ответил, что не следит за этими мелкими попрошайками, ежедневно торчавшими на причале.

Илит уже в который раз за сегодня воспользовался кулоном и неожиданно почувствовал что-то вдали, с левой стороны причала. Он сосредоточился, пытаясь уловить, распознать смутное ощущение, и Ромин тут же подошёл ближе.

— Что-то нашёл? — нахмурился он.

— Не уверен. Это не демоническая энергия — нечто странное. Я такого раньше не ощущал.

Некромант взялся за свой кулон, прикрыл глаза и уже через мгновение снова распахнул их, удивлённо посмотрев на юношу.

— Это призрак, и он довольно далеко от нас. Я бы сказал — улицы через три.

— М-м-м… Разве кто-то, кроме некромантов, может ощущать призраков своей магией?

— Нет, не может.

— Но…

— А что ты почувствовал?

— Не знаю, по ощущениям не похоже ни на демона, ни на их энергию, ни на силу мага. Что-то лёгкое, едва уловимое. Ты чувствуешь их так же?

— Ну, почти.

— Так как же я?..

— Без понятия, — бросил Ромин и, развернувшись, поспешил в сторону, куда вёл призрачный след.

Илит тоже побрёл за ним, задумавшись о том, как он — огневик — мог уловить призрака, но в голову ничего путного не приходило. Только одна совсем уж невероятная, безумная мысль, но… Ил замер.

Спустя много лет совместных странствий и битв, некоторые боевые маги, ставшие парой, иногда могут пользоваться силой своего партнёра. За долгие годы, союз таких пар становиться крепче, чувства, мысли и души роднятся всё больше, а значит и их магия. И порой бывает так, что магия понемногу перетекает из одного в другого. Уже второй раз Илит подумал о взаимодействии пары — совсем недавно Ромина не обожгла его огненная магия, а теперь Илит ощутил то, что дано лишь некромантам!

Но они НЕ ПАРА! Тогда как?

Юноша огляделся и понял, что за своими мыслями не заметил, как наставник ушёл далеко вперёд. Он вновь взялся за кулон, зажмурился — странное присутствие было где-то совсем близко.

— А я ведь знаю тебя, — раздался звонкий голос, и Ил распахнул глаза.

Прямо из стены соседнего дома торчали худенькие плечи и голова девчонки лет двенадцати. Такая прозрачная и бесцветная… Илит впервые видел призрака, поэтому с любопытством изучал её — совсем ещё ребёнок. Так жаль. Если Ромин сейчас придёт, то избавится от неё, или что там некроманты делают с призраками.

— Уходи, — прошептал он.

— И в прошлый раз ты сказал то же самое.

— Что? — переспросил Илит, не понимая, о чём говорит девчушка.

Призрак полностью вылетела из стены и приблизилась к нему.

— Хотя ты ведь живой, из плоти и крови. Наверное, ты просто похож на него.

— Лит, — послышался голос Ромина из-за домов.

— Улетай отсюда, — шикнул юноша, глядя на девочку, — он некромант.

Уговаривать её не пришлось — уже через секунду девчонка–призрак сорвалась в противоположную от Ромина строну и скрылась в стене склада, а спустя пару минут пришёл наставник.

— Ты чего тут застрял? — бросил он взгляд на Илита. — Не видел призрака? Я чувствовал его где-то поблизости.

— Нет.

— Ладно, пусть ещё полетает, за ним так бесконечно можно бегать. Завтра с утра расставлю по городу ловушки для духов. Пойдём в гостиницу, смеркается.

_

Палец вновь скользнул внутрь, в этот раз задевая простату, и Илит со стоном выгнулся — кто бы знал, что это окажется настолько острым наслаждением. Сегодня была их третья близость, но Ромин, похоже, и сейчас не собирался идти до конца. Тот первый раз, в горячем источнике, для Илита вообще прошёл как в тумане — его впервые так сильно захлестнуло желанием, что он запомнил только как страстно, горячо и быстро это было. Во второй раз Илит продержался чуть дольше и даже осмелился касаться и поглаживать тело Ромина в ответ! Но ровно до тех пор, пока тот не стал осторожно разрабатывать его — тогда сознание уплыло окончательно, и оставшиеся несколько минут до разрядки Ил мог лишь постанывать и подаваться вперёд, насаживаясь всем телом на горячие умелые пальцы. И вот снова — стоило Ромину лишь коснуться его, и юноша уплывал. Разве не должен он был хоть немного привыкнуть и стать сдержаннее?

Ромин скользнул губами по животу, оставляя россыпь поцелуев, и, одновременно с этим, вновь надавил на заветную точку, там, внутри. Больше не в силах терпеть, Илит вскрикнул и кончил. А ведь Ромин даже не прикасался в этот момент к его члену, лишь ласкал сзади и целовал. Юноша прикрыл лицо руками, чувствуя, как заливается краской смущения.

Некромант же нежно коснулся его лба губами, перекатился на край постели и поднялся, а потом Илит услышал тихие шаги и звук хлопнувшей двери. Полежав ещё пару минут и отдышавшись, он осознал, что и сейчас, и в предыдущие разы, лишь он один получал удовольствие, а Ромин ведь так и не кончил. Вот, дурак… И почему Илит задумался об этом лишь сейчас?! Ромин ведь хочет его, но при этом не торопит, да ещё и так бережно подготавливает и даёт привыкнуть к себе. Илит вскочил с постели и, подбежав к ванной, открыл дверь.

Мужчина, опираясь на край большой деревянной лохани, сжимал ладонью свой возбуждённый член, да так и замер в этой позе, увидев Илита на пороге.

— Ты… Ты позволишь… мне? — запинаясь, пробормотал юноша, вновь начиная краснеть.

— Если хочешь, — тихо ответил Ромин.

Ил несмело шагнул вперёд, затем снова, шаг за шагом, на подгибающихся ногах, пока не оказался возле некроманта. Стыдно-то как! Примчался сюда из чувства вины, а сам понятия не имеет, как доставить Ромину удовольствие. Ну ладно, себе-то он иногда дрочил, а вот другому… Илит вздохнул и, протянув руку к напряжённому члену Ромина, легонько обхватил его, начиная робко поглаживать — такой большой, такой горячий и упругий…

— Сожми сильнее, — хрипло прошептал Ромин.

Ил чуть сжал ладонь, повинуясь просьбе. Не переборщил ли? Не хотелось бы даже случайно сделать больно.

— Ещё! — выдохнул маг и одним движением притянул Илита ближе к себе, обвивая его талию рукой, чуть оглаживая обнажённую кожу поясницы. — Смелее, Лит.

Юноша вздрогнул, а по телу его вновь побежали предательские мурашки. Всего лишь от простого касания и этого хриплого шёпота! Ну, нет! Он сюда пришёл не для того, чтобы опять раскиснуть в руках Ромина и самозабвенно наслаждаться ласками. Илит сосредоточился и несколько минут медленно поглаживал член некроманта, водя рукой вверх-вниз, привыкая, а потом, чуть осмелев, ускорился.

Ромин с тихим стоном упёрся лбом ему в плечо. Это было странно — видеть некроманта таким, будто сейчас он уязвим, и Илит имеет над ним власть. Это опьяняло. Юноша, не сбавляя скорости, обвёл большим пальцем головку.

— Ох, Лит! — с губ мага сорвался полустон, а потом Ромин слегка прикусил плечо Илита.

Ил повторил незамысловатое движение, наслаждаясь тем фактом, что это именно он вызывает в Ромине такие чувства. Приподнял свободную руку, отодвинул с шеи мужчины светлые пряди волос и осторожно коснулся губами венки с заполошно бьющимся пульсом. Тело некроманта задрожало, и в следующую секунду Ромин поднял голову, прижал Илита к себе и, жадно впившись в его губы, излился в руку юноше.

Наскоро ополоснувшись, они вернулись в постель, и Ромин практически сразу уснул, а вот Илит так и не смог сомкнуть глаз. Ему бы насладиться сегодняшним вечером и теми сладкими чувствами, что расцветали в душе от близости с Ромином, но в голову почему-то пришли мысли о девочке-призраке. «В прошлый раз ты сказал то же самое…» С кем она его перепутала? Тогда у него не было времени об этом подумать. Почему вообще она приблизилась к магу? Насколько Ил знал, призраки бегут прочь от некромантов, ощущая в них магию смерти и угрозу для себя, но и с другими магами они на контакт особо не идут.

Илит осторожно выбрался из постели, натянул на себя одежду и тихонько покинул комнату. Выйдя на улицу, он сразу повернул в сторону порта. Город уже накрыла ночь, улицы опустели, и лишь изредка встречались загулявшие горожане, да порой раздавались голоса из немногочисленных приоткрытых окон, где всё ещё горел тусклый свет. Ил понимал, что поступает глупо — искать призрачную девчонку посреди ночи, да ещё в городе, где обитает демон, опасно. Хотя дети пропадали днём, уж сын барона точно. А остальные? И если этот демон спокойно переносит дневное время, значит, он весьма силён.

— Привет.

Илит обернулся и встретился с бесцветным взглядом той, кого искал.

— Ты следила за мной?

— Ну, почти, — девчушка улыбнулась.

— Зачем?

— Хочу поговорить. Разве ты не по той же причине вышел?

Наблюдательная и умная для своего возраста, или…

— Как давно ты призрак? — спросил Ил.

— Уже около двадцати двух лет.

Так много?! Юноша наконец-то внимательнее осмотрел девчонку и заметил в районе её груди и плеч тёмные сгустки энергии — скверна. За столько лет этого стоило ожидать. С годами любой призрак начинает пропитываться тёмной энергией этого мира — они, как губки, просто не могут избежать этого. Во всяком случае это то, что преподавали на уроках в академии. И вот Илит столкнулся с этим в реальности. По записям, имеющимся у магов, только один призрак в мире был неподвластен действию скверны — тот юный маг, что путешествовал с Ромином. Любопытно — некромант поэтому не переправил его душу и позволял оставаться рядом с собой?

— Как тебя зовут? — спросил Илит, возвращаясь мыслями к той, что находилась перед ним.

— Рима, а ты?

— Илит. О чём ты хотела поговорить?

— Ты ведь уже заметил это? — девочка указала на один из сгустков энергии внутри себя. — Я хочу закончить эту жизнь, а ты приехал именно с тем человеком, который может это сделать. Только сначала мне нужна помощь — я хочу остановить их… Я побоялась сразу лететь к некроманту, вдруг он развеет меня, не выслушав. Поэтому я пришла к тебе.

— Кого ты хочешь остановить?

— Других призраков. Они впитывают в себя страхи и боль детей, тем самым собирая силы.

— Значит, это не демон, — пробормотал себе под нос Ил, а потом вновь посмотрел на Риму. — Пойдём.

— Куда?

— К Ромину, — девочка непонимающе склонила голову набок, — к некроманту.

— А он… Он ведь…

— Он выслушает тебя, обещаю.

Илит вернулся в комнату. Ромин всё так же крепко спал, даже поза не поменялась. Девчушка-призрак опасливо зависла у самой дальней стены, готовая в любой момент рвануть куда подальше. Юноша вздохнул и, приблизившись к наставнику, слегка потряс его за плечо.

— Ромин.

— М-м-м…

— Ромин!

— Ну чего тебе не спится? — пробубнил тот, не открывая глаз.

— Тут кое-кто хочет с тобой поговорить, только не делай резких движений — она тебя боится.

Ромин наконец посмотрел на Илита, а потом медленно сел и, обведя взглядом комнату, увидел призрака.

— Так это ты летала вечером в портовом районе? Сколько тебе лет, ребёнок?

— Всего? Или сколько было, когда умерла?

Ромин прищурил глаза, приглядываясь к девчонке в том тусклом свете от уличных фонарей, что падал в комнату через окно.

— Осквернённая, значит, — некромант молниеносно поднял руку и начертил в воздухе какой-то знак. Рима вздрогнула и против своей воли подплыла к нему, в глазах её застыл непередаваемый ужас. — И сильно — уже не переправить, — вздохнул Ромин, внимательнее её осмотрев.

— Выслушай её, — вмешался Илит, — она знает, кто похищает детей.

— Правда? Ну рассказывай.

— Это Нук. Я познакомилась с ним года четыре назад и уже пожалела об этом. Раньше он только пугал детей и впитывал их страхи, собирая тёмную энергию. Но чем больше времени проходило, тем дальше он заходил. Запугивание сменилось причинением боли, а чуть меньше года назад умер первый ребёнок. Его боль и отчаяние перед смертью совсем свели Нука с ума — это оказался самый мощный выброс энергии, какой мы только ощущали.

— Значит, детей похищает он — призрак? Как? — нахмурился Ромин.

— Заманивает всякими фокусами. И он не один — с ним ещё восемь призраков. И я одна из них. Все умерли подростками, как и я, или чуть старше. Мне было тяжело смотреть на муки и смерть детей, но уйти от него духу не хватало. И вот появились вы. Господин некромант, вы единственный, кто может их остановить! Прошу, сделайте это. Я всё сказала, теперь можете уничтожить меня.

— Кто-нибудь из детей ещё жив?

— Двое последних. Их стараются мучить как можно дольше, чтобы получить больше энергии.

— Где их держат?

— Место всегда меняется, а после этих двоих, Нук и вовсе собирается перебраться в другой город. Сейчас малыши находятся на заброшенном складе у старого причала, и с ними всегда остаётся кто-то из призраков.

— Вы уже меняли город?

— Много раз. Нук никогда не задерживается на одном месте дольше трёх-четырёх месяцев.

— Хитрая тварь, — Ромин откинул одеяло и поднялся с постели. — Ты ведь хочешь это остановить? — Девочка кивнула. — Тогда помоги мне.

— И чем же? — Рима удивлённо уставилась на него.

— Я расставлю в городе ловушки для духов, а ты приведи к ним призраков. Они ведь считают тебя своей. Справишься?

— Попробую, — неуверенно пробормотала девчушка, а затем воинственно посмотрела на некроманта и добавила: — Я сделаю всё возможное.

_

Весь следующий день Илит молча следовал за Ромином и смотрел, как тот чертит в воздухе и на стенах домов невидимые символы. Некромант расставил ловушки во всех частях города, но к портовому району даже не приближался. Когда Ил спросил почему, Ромин ответил, что если подобраться слишком близко к их логову, призраки почуют его и слиняют из города.

— А эти ловушки они не почувствуют?

— Конечно нет. Они ощущают меня, а не ловушки. И, предугадывая твой следующий вопрос, отвечу: когда я их ставил, я проверял округу на следы присутствия призраков. Поэтому — нет. Полагаю, кроме нашей новой знакомой, остальные ещё не знают, что в городе некромант.

— Кажется, в этом деле я снова бесполезен для тебя, — вздохнул Илит, глядя на очередной зеленоватый узор, растворившийся в воздухе.

— Не скажи. Это именно ты привёл ко мне девчушку, сама она могла бы так и не решиться.

— Жаль её. Ты и правда никак не можешь ей помочь, лишь развеять душу?

— Да. В ней уже слишком много скверны, переправить не получится.

Первые два призрака попались тем же вечером. Уже по дороге к постоялому двору Ромин неожиданно остановился и чуть ли не бегом рванул в сторону ремесленного квартала, Илит припустил за ним. Они издалека заметили двух призрачных мальчишек лет тринадцати — те изо всех сил бились об икрящиеся стенки изумрудного купола. Один даже пробовал пробить его тёмной энергией, но магия некроманта лишь поглотила её. В этих двоих скверны оказалось больше, чем в Риме. Она клубилась во всей верхней части их призрачных тел.

Ромин, ничего не говоря, призвал косу и направил на мальчишек. Тот, что выглядел чуть младше, в ужасе закричал, а потом повторял, как заведённый: «Не надо… не надо! Пожалуйста, не надо!» У Илита от этой мольбы сжалось сердце, но Ромин даже не дрогнул, взмахнул своим оружием, вспыхнувшим синим светом, что прямым лучом устремился к призракам. Они оба завизжали, когда смертоносная магия охватила их тела, а потом и вовсе стали распадаться, превращаясь в невесомый пепел. Через несколько секунд всё было кончено.

Илит впервые увидел, насколько может быть безжалостным и холодным Ромин. А ещё в голову его настойчиво лезла одна мысль: каково же было находится рядом с ним тому призраку — Нитану? Ведь он постоянно видел подобное и должен был понимать, что однажды его может постигнуть та же участь.

Из-за угла выглянула Рима и печальным взглядом посмотрела на Илита. Девочка явно была шокирована увиденным, знала, что её ждёт такая же смерть, но при этом даже не попыталась удрать.

— Не жалеешь о своем выборе? — спросил Ромин, поворачиваясь к ней.

— Нет. Мы это заслужили. Одно дело впитывать тёмную энергию из окружающего мира, другое — убивать детей. Мы сами были практически детьми, когда погибли, но даже это не даёт нам право так поступать с другими. Я смогу привести к ловушкам ещё пару-тройку ребят, но потом… Боюсь, Нук поймёт, что с ними что-то случилось, когда они не вернутся, поэтому тебе, некромант, придётся ловить его самому.

— Договорились.

Ромин развернулся и пошёл прочь, больше не взглянув на нее. Илит же помахал девчонке рукой и отправился следом. Лучше бы им попался демон… Охотится на призраков оказалось тошно и мерзко: разве они виноваты, что умерли? Разве виноваты, что ничем не защищённые души по своей природе не могут не впитывать грязь этого мира? Разве виноваты, что она оскверняет их сердца и разум, делая из чистых и невинных созданий озлобленных духов? А эти ребята и вовсе почти дети. Интересно, в глубине души Ромин чувствует то же самое? Вот только если другие маги могут просто пройти мимо или доложить о призраках совету, то некромант не может. Всего четыре человека в мире — единственные, кто в силах переправлять или уничтожать неприкаянные души. И Ромин один из них.

_

— Останешься здесь, я войду с другой стороны.

— А если они вылетят отсюда? Я ведь ничего не смогу сделать, мой огонь на призраков не подействует.

— Просто подашь сигнал. Или можешь попытаться задержать — огнём ты им не навредишь, но можешь напугать. А вообще я надеюсь поймать их сразу, как войду.

Ромин легонько хлопнул Илита по плечу и свернул за угол, огибая старый склад. Сегодня утром Рима, как и обещала, заманила ещё двух призраков в ловушки некроманта, так что, даже не закончив завтрак, Ромин и Илит побежали к центральной площади и развеяли девчушку лет четырнадцати, а потом к казармам городской стражи, где попался призрак ещё одного паренька. Ждать от Римы большего Ромин не стал, и они сразу же отправились в порт, где, по словам их призрачной знакомой, обитали остальные. От восьми осквернённых подростков осталось трое, если считать Риму — четверо, но Илит был уверен, что девочку ловить не придётся — она сама придёт к некроманту за своей смертью.

Старый заброшенный склад находился в стороне от новых причалов. Похоже, люди давно им не пользовались, а снести обветшавшее здание не возникало необходимости, вот он и стоял теперь на отшибе, никому не нужный: даже покрашенные когда-то в красный цвет, выцветшие доски, снизу уже прогнили. Да и крыша местами обвалилась. Ромин решил действовать напрямую — просто прийти и схватить оставшихся призраков, оставив Илита ждать снаружи, с противоположной от входа стороны здания. Вот только если кто-то из подростков успеет всё-таки сбежать от Ромина, толку от огневика не будет.

Через несколько минут напряжённого ожидания, со склада раздались испуганные вскрики, затем Ил ощутил сильный всплеск магии наставника, а ещё спустя пару секунд из стены вылетел призрачный парнишка со всклокоченными волосами.

— Стой! — выкрикнул Илит, и тот в самом деле ненадолго остановился, посмотрел на юношу и, злобно оскалившись, рванул дальше.

Ил, сам не до конца понимая, что делает, вытянул руку и с силой сжал ладонь в кулак. Он не использовал магию огня, просто действовал по какому-то внутреннему наитию, но что бы это ни было, оно сработало. Призрак застыл в воздухе, не в силах пошевелиться, и изумлённо уставился на него.

— Ты и есть Нук, их главарь? — спросил Илит, разглядывая паренька.

— Откуда?.. — Призрак поморщился, а потом с видимым усилием чуть приподнял правую руку и запустил в Илита сгустком тёмной энергии. Маг легко отбил его огненным щитом.

— Ромин, скорее! — громко выкрикнул он, понимая, что чем бы он ни сдерживал сейчас этого пацана, надолго этого чего-то не хватит.

Нук вновь дёрнулся, на этот раз куда успешнее — он даже смог немного сдвинуться. Из-за здания показался Ромин с ребёнком на руках. Осторожно положив то ли спящую, то ли бездыханную ношу на траву, он подскочил к Илиту, перехватил его руку и заточил призрака в плотный кокон. Со склада вылетела Рима, замирая за спиной некроманта.

— Ты! — прошипел Нук. — Это ты предала нас?! Дура, ты хоть понимаешь, что он уничтожит и тебя? Или поверила в обещание, что отпустит?

— Он ничего мне не обещал, Нук, я сама пришла к магам. Мы поступали неправильно, мне жаль, что ты этого так и не смог осознать.

— Двуличная мелкая тварь! Зачем я только подобрал тебя в той захудалой деревушке?

Ромин не стал дальше слушать и молча направил на призрака косу, Илит же прикрыл глаза. Хватит с него, он уже насмотрелся, как развеиваются заблудшие души, видеть это снова не хотелось.

— Теперь твоя очередь, Рима. Ты готова, или у тебя есть последняя просьба? Отпустить не могу, говорю сразу, — через минуту проговорил Ромин, и Ил нехотя посмотрел в их сторону.

— Мне нечего желать. Делай, что должен... — Девчушка зажмурилась.

На лице некроманта промелькнула тень сожаления, он сжал рукоять косы и задумчиво глянул на Илита.

— Лит, попробуешь кое-что?

— А?

— Ты можешь сосредоточиться на своей силе и, используя лишь малую её часть, создать искры?

Юноша прислушался к себе, провёл большим пальцем по указательному, и с его ладони посыпались ярко-красные брызги.

— Вкладывай ещё меньше силы, — сказал Ромин.

— Меньше? Но я и так едва притронулся к ней.

— Это должны быть бледно-рыжие мелкие искры.

Илит нахмурился и попытался снова, а потом ещё и ещё. Раза с двадцатого у него наконец-то вышло подобие того, о чём просил некромант, и Ромин одобрительно кивнул.

— Теперь подойди и коснись её только этими искрами. А ты, — Ромин перевёл взгляд на девочку, — напряги руку так, чтобы он мог ненадолго дотронуться до тебя. Ты ведь умеешь?

Девчушка кивнула. Она и Илит приблизились друг к другу и сделали то, о чём просил Ромин. Когда юноша прикоснулся к ладони Римы, в глазах его потемнело, а где-то внутри проснулось чувство, будто он уже делал подобное. Девочка вскрикнула и отшатнулась от него, а потом обхватила себя руками, словно испытывала боль. Илит чувствовал себя странно: будто всё происходит не с ним, а он просто спит, но даже так происходящее удивляло. Его искры поползли от пальцев Римы дальше, вверх по руке, сжигая на своём пути тёмную энергию и оставляя чистое, серебристое, прозрачное тело. Через пару минут всё закончилось, и девочка неподвижно зависла над землёй. Ромин подошёл к ней.

— Теперь я могу переправить тебя в мир духов, — с лёгкой улыбкой сказал он.

— Это всё-таки он… Это был он, — едва слышно прошептала она и устало заглянула некроманту в глаза. — Это от тебя он уберёг меня двадцать лет назад.

— Будь счастлива в новом мире, — так же тихо сказал Ромин и, взмахнув косой, отправил в её тело зеленоватый свет.

Рима не распадалась на кусочки, не кричала и не превращалась в пепел как другие призраки. Девчушка просто растворялась в этом свете, становясь всё бледнее и незаметнее, пока не исчезла полностью.

— Лит, — позвал его Ромин спустя пару минут.

Юноша вздрогнул, приходя в себя. То, что охватило его, когда он коснулся руки призрака, то чувство, что он находится в каком-то тумане и смотрит на всё со стороны, постепенно стало отпускать. Илит прижал ладонь к груди и глубоко вдохнул. Да что опять с ним не так?!

— Лит? — Ромин подошёл ближе и обеспокоенно заглянул в глаза.

— Как я это сделал? — тихо спросил юноша.

— Что?

— Как я очистил её? Все маги огня так умеют? Почему об этом не говорили в академии, почему не учили этому?

— Полагаю, потому что в академии об этом никто не знает.

— Не понимаю...

— Это то, что умел… — Ромин запнулся, — Нитан. Он обладал лишь остатками тех сил, что имелись у него при жизни, поэтому искры были его основной способностью, когда он стал призраком. Я никому не говорил, что он умеет очищать осквернённых духов. Знали лишь трое: Амина, Велис и Карима. Нитан пытался научить мою сестру, но у неё так и не вышло выжечь скверну ни из одного призрака.

— А у меня? Почему у меня вышло? Хотя меня-то он даже не учил!

— Я много раз видел, как он это делает, и просто предложил тебе попробовать. Вообще-то я даже не рассчитывал, что у тебя и правда получится. Мне было жаль развеивать девчонку, даже не попытавшись.

— Ромин, что…

— Там ребёнок без сознания, ты не забыл?

Илит глянул в ту сторону, где наставник оставил малыша.

— Только один выжил? — тихо спросил юноша, Ромин кивнул. — Сын барона?

Снова кивок. Некромант подошёл к мальчику и вновь взял его на руки, а потом обернулся к Илиту и с теплотой в глазах сказал:

— Я люблю тебя, Лит. — Юноша так и застыл, где стоял, а Ромин, как ни в чём ни бывало, пошёл дальше.

Вот так? Вот так просто сказать об этом на каком-то заброшенном складе, после уничтожения парочки призраков и спасения ребёнка?! Сердце Илита бешено заколотилось. Ну что за человек! Нет бы сказать это вчера в ванной! Или после, когда нежно целовал его перед сном! Грудь неожиданно сильно сдавило, в глазах снова потемнело, а в голове пронёсся голос Ромина, звучавший откуда-то издалека: «Я люблю тебя, ты же знаешь — люблю больше всего на свете».

Глава 24. Мёртвые супруги

Ромин глянул на завернувшегося в одеяло, спящего неподалёку мальчишку — уже второй день он думал лишь о том, что их магическая связь оказалась куда глубже и прочнее, чем он мог себе представить. С одной стороны это не могло не радовать, но с другой — скрывать от Лита правду об их прошлом становилось всё труднее. Пока у Ромина выходило отмалчиваться, но сколько ещё это продлится? Когда мальчишка начнёт задавать вопросы, на которые не сможет найти ответа самостоятельно? К нему явно перетекли кое-какие некромантские способности Ромина, и вряд ли это случилось за те восемь месяцев, что они путешествовали в качестве наставника и ученика. Это должно было начаться достаточно давно, но они с Лино не заметили. Даже и не думали никогда проверить — сплелись ли их души, потому как не догадывались, что обряд пары с призраком подействовал! Как и почему? Очередные вопросы, на которые у Ромина не было ответов. Хотя чему удивляться — всё, что касалось Лино, всегда ставило его в тупик.

Ромин потянулся к тонкой ветке и стал задумчиво ломать её на мелкие палочки, складывая с правой стороны от себя в ровную кучку. Задержав ладонь над ней, он повторил движение пальцев, которыми мальчишка вызывал огонь — ничего. Ромин припомнил, как это делала сестра, и понял, что движения у них с Литом отличаются. Значит, это ни какой-то определённый знак призыва, общий для всех огневиков, а обычный жест, которым они привыкли пользоваться, пробуждая в себе магию. Лит ещё частенько прикрывал глаза, начиная колдовать, а вот Амина — нет.

Если подумать, там, в городе, мальчишка уловил призрака потому что сосредоточенно искал в округе демоническую энергию, так что это было скорее случайностью, чем обдуманным действием. А вот у складов, когда он удерживал заблудшую душу, это было уже вполне осознанно. Лит хотел задержать того осквернённого, значит, дело в желании? Ромин нахмурился, сильнее сжал ладонь и мысленно повторял: «Загорись, загорись, загорись…», но и в этот раз ничего не произошло.

Может, пока лишь мальчишка позаимствовал его магию, а Ромин не перенял даже малой части? Если подумать, это логично: у призрачного Лино и самого-то сил почти не было, как бы он поделился этими остатками с некромантом? А сейчас, с живым юношей, Ромин провёл ещё слишком мало времени. Жаль. Да, ему и своей магии более чем хватало, но всё же хотелось явственнее ощутить их с Литом связь. Ромин сжал в ладони поломанные ветки и с досадой посмотрел на них. Почему, почему в него не перетекла хоть малая капля огня Лино?! Ну, пожалуйста….

В этот момент одна из тонких палочек в его руке вспыхнула. Некромант вздрогнул и от неожиданности уронил её на землю. Неужели?.. У него получилось! Их связь и правда настолько крепка! Ох, Лино! Ромин поднялся, затушив ногой едва разгоревшийся огонёк, подошёл к спящему Литу, осторожно забрался к нему под одеяло и, бережно прижав мальчишку к себе, улыбнулся. Они — настоящая пара! Даже несмотря на то, что обряд был проведён с призраком, без использования крови Лино — их магия всё равно признала его. От осознания этого на душе стало легко и радостно, и Ромин, обнимая любимого, быстро провалился в сон.

***

— Ромин, кажется там, впереди, человек.

Некромант поднял голову, всматриваясь в указанном направлении. Они как раз остановились на небольшой привал, на краю пшеничного поля, когда юноша заметил движущуюся в их сторону фигуру, которая всё больше приобретала человеческие очертания. Вскоре к ним приблизился мужчина лет сорока.

— Господа, вы случаем не в город путь держите? Мне бы послание стражам передать, — спросил подошедший, утирая пот с лица рукавом рубахи.

— В город, — ответил Ромин, оглядев мужичка. — Что за послание?

— Так вот же ж, старейшина наш написал, — незнакомец вытащил из-за пояса, свёрнутый в трубочку, лист тёмной дешёвой бумаги. — Прошение стражникам: надобно магов на сподмогу вызвать.

Илит вопросительно глянул на наставника. Тот возвёл глаза к небу, а потом нехотя вытащил из-под одежды свой магический кулон, отчего мужичок радостно просиял:

— Ох… так вы ж…

— Магистр Ромин, а это мой ученик — Лит. Какое у вас дело к магам?

— Так вот же ж, вот, прочтите. Я ж грамоте толком не обучен, — мужчина всучил некроманту свиток.

Ромин быстро развернул бумагу и пробежал глазами по широким строчкам. Илит тоже с любопытством заглянул в написанное: в поселении под названием Клень, поутру, мастер по дереву обнаружил свою жену мёртвой, прямо в постели, и выглядела она крайне странно — её волосы из тёмно-русых за ночь поседели. Старейшину, как и тех, кто видел несчастную, подобное очень обеспокоило, да и девица ещё была молодой и здоровой, чтобы вот так умереть во сне. Поэтому они настоятельно просят стражу Орена передать запрос магам.

— Сам тело погибшей видел? — спросил Ромин, сворачивая бумагу и протягивая обратно мужичку.

— Ну-у, мельком видал, когда письмо забирал, а так-то кто ж даст разглядывать.

— И далеко ваша деревня?

— Да минут двадцать ходьбы всего. Я ж токмо вышел в сторону тракта, а тут вы.

— Ну, веди к своему старейшине, — вздохнул Ромин, беря лошадь за поводья и кивая Илиту.

Юноша подхватил седельную сумку со снедью, к которой они так и не успели прикоснуться, закинул на свою кобылку и пошёл следом за мужчинами. Деревушка и впрямь показалась впереди довольно быстро. Илит насчитал в ней всего двадцать три дома, жители же столпились в центре, у самого длинного строения, и шумно о чём-то спорили. Мужичок, что вёл их, ускорился, а потом и вовсе подбежал к собравшимся и громко объявил:

— Старейшина! Старейшина, я магов привёл!

Вперёд вышел пожилой человек с длинными седыми волосами, собранными в хвост и с недоверием посмотрел на пришедших, но, едва заметив кулон Ромина, вежливо поклонился.

— Добро пожаловать, господа. Не ожидал, что на нашу просьбу ответят настолько быстро.

— Мы просто оказались рядом, — отмахнулся Ромин. — Давайте лучше взглянем на тело.

Старейшина кивнул и повёл магов к самому симпатичному домику в деревне. Едва взглянув на него можно было понять, что здесь живёт мастер по дереву: красивая веранда с резным козырьком, узорчатые ставни, аккуратные голубые скамеечки с цветочным орнаментом на спинке — такие не постеснялись бы поставить в своём саду даже дворяне. Мебель внутри дома тоже оказалась весьма изысканной, Илит так засмотрелся на круглый кухонный столик, что даже позабыл о цели их прихода и вспомнил, лишь когда Ромин легонько подтолкнул его вперёд.

Пройдя кухню, Ил увидел сидевшего прямо на полу в коридоре, перед закрытой дверью в спальню, парня, сжимавшего руками голову. Молодой и весьма хорош собой, вот только глаза опухшие.

— Рэд, — окликнул его старейшина, и тот, оторвав пустой взгляд от пола, посмотрел на пришедших. — Это маги, позволь им взглянуть на твою жену.

Молодой человек заторможено кивнул и, сделав над собой усилие, поднялся, отходя от двери. Ромин прошёл внутрь спальни, Илит и старейшина нырнули следом за ним, парень же остался за дверью, вперив застывший взгляд в пустоту.

Ил посмотрел на постель, где находилась погибшая. Да уж, её смерть точно не была обычной: девушка лежала на спине, прижав ладони к груди, рот её неестественно искривился, будто в момент смерти она кричала, глаза широко открыты, а длинные волосы, разметавшиеся по подушке, были абсолютно белыми. Ромину хватило всего минуты, а потом он повернулся к старейшине и тихо сказал:

— Это демон.

— Вы уверены? Я всё же надеялся, что это… — пожилой человек покачал головой.

— Уверен. Я сталкивался с подобным лет пятьдесят назад на юге Базарвии. Погибшие там люди выглядели так же.

— И что теперь нам делать, господин маг?

— Вам ничего, а я буду искать демона. Для начала опрошу местных и… — Ромин посмотрел в коридор, где тенью застыл муж умершей. — И его не мешало бы, но боюсь, сейчас он не в том состоянии. Девушку, кстати, можно хоронить, я увидел всё, что нужно.

— А жителей обязательно опрашивать? — опечаленно спросил старик. — Они и так переполошились с самого утра, боюсь, как бы не началась паника. У нас тут деревушка-то маленькая, все друг друга знаем, так что убийство — это что-то из ряда вон.

— А если не спрашивать, как же я найду виновника? Мне нужно узнать: кто что видел или слышал, замечали ли странности, приезжали ли в деревню посторонние…

— Приезжали, а как же нет, — перебил некроманта старейшина. — Раз в неделю из города за товаром приезжают. Лес рядом, мы и кругляком торгуем и доской. Рэд, вон, мебель делает резную, а внучок мой посуду деревянную.

— Торговец всегда один и тот же приезжает?

— Да, Вив или сын его, а иногда брат, но тот редко.

— И когда были?

— Так дня три назад.

— Нам с учеником бы комнату какую. Я так понимаю, постоялого двора у вас нет?

— Домик гостевой есть, подле моего, а уж еду дочка готовить будет, я её предупрежу. Оставайтесь сколько надобно, господа маги, только помогите с этой напастью справиться.

Ромин кивнул, вышел из спальни и остановился возле убитого горем мужа.

— Когда вы проснулись, она уже была такой?

— Д-да.

— Вы спали рядом и ничего не слышали? Ни звука?

— Нет, — простонал парень, пряча лицо в ладони, раскачиваясь из стороны в сторону. — Ничего… Как… Как же так…

— Не вините себя, — тихо сказал маг, касаясь плеча вдовца.

_

Пока Ромин смывал дорожную пыль, Илит читал записи о похожем случае, которые дал ему наставник. Некромант и правда столкнулся в прошлом с подобным делом. В тот раз мага вызвали, когда в городе умер странной смертью четвёртый человек. Все жертвы по описанию выглядели так же, как и сегодняшняя девушка: застывший ужас на лицах и побелевшие волосы, и все были молодыми. По записям Ромина выходило, что демон убивал людей, пробираясь в их разум и питаясь страхом — именно от него они и умирали.

— Есть что-то, чего ты сильно боишься? — спросил некромант, выходя из закутка с кадкой в одном полотенце, повязанном на поясе.

Илит поднял на него глаза и завис — полуобнажённое тело мужчины вызывало в нём очень неприличные воспоминания. Как бесстыже прикасался к этому телу, когда Ромин целовал его, как поглаживал руками эти упругие мышцы на груди, как тёрся об него своим…

— Лит? — Юноша вспыхнул и отвернулся, Ромин же приблизился к нему и прошептал в самое ухо: — Мне безумно приятно, что ты не можешь оторвать от меня взгляд, но, милый, сегодня, к сожалению, нужно сосредоточиться на демоне. Итак, есть у тебя какие-то страхи?

Ил задумался. Чего он боится? Вот так, сразу, в голову ничего и не приходило.

— Не знаю, кажется, нет, — помедлив немного, ответил он. — А у тебя?

— Есть один.

— Какой?

— Не хочу об этом сейчас говорить. — Некромант отвернулся, натягивая рубаху. — Сегодня ночью подежурим в деревне, а завтра, с утра, после похорон, пообщаемся с теми, кто был близок с девушкой.

— Я бы на месте демона уже ушёл. Вся деревня знает, что приехал маг. — Пробормотал Илит и вновь уткнулся в тетрадь, решив ещё раз перечитать записи наставника.

Большую часть ночи маги бесцельно ходили по деревеньке или сидели на скамье возле дома старосты, но никакого присутствия демона или его энергии не уловили. Когда начало светать, Ромин, взяв Илита за руку, отправился немного вздремнуть, а через пару часов к ним ворвался перепуганный старейшина и сообщил, что молодой вдовец умер ночью — так же, как и его жена.

— Как же так?! — Подскочил Илит и уставился на Ромина. — Мы ведь всю ночь караулили в деревне, никто не покидал своих домов, вообще никто не появлялся на улице!

— Значит, он вошёл в дом парня ещё до того, как мы вышли на дежурство, а покинул после рассвета. Это кто-то из местных, старейшина. — Некромант посмотрел на ошарашенного старика. — Кто-то, кого погибший знал и сам впустил в дом. Точнее, демон прячется под его личиной.

— Но почему Рэд? — Покачал головой пожилой человек. — После жены, и такое…

— Именно поэтому. Он был разбит и уязвим, а демон не смог пройти мимо лёгкой добычи.

Мужа было решено хоронить сегодня же, вместе с женой. Илит и Ромин осмотрели тело сразу же, как узнали о случившемся, но ничего нового не увидели. Даже поза парня мало чем отличалась от той, в которой пребывала его жена после смерти: всё тот же ужас на лице, широко открытые глаза и поседевшие волосы, вот только спал он не в супружеской постели, а на небольшой кушетке в соседней комнате. Только сегодня, увидев эту комнатку и недоделанную детскую мебель, Илит узнал, что жена мастера по дереву, оказывается, носила ребёнка. Срок был ещё невелик, но всё же: жена, не рождённое дитя и муж — целая семья убита за два дня. А уж парня демон и вовсе прибрал на тот свет прямо у них под носом, и больше всего это бесило Ромина. Он облазил утром весь дом супружеской четы, ища хоть какие-то зацепки, но единственное, что обнаружил — две пустые чашки из-под чая, оставшиеся на кухне. Вот только ни от одной не несло демоном.

Илит вновь посмотрел на похоронную процессию. Обычно простой люд хоронил своих родных, заворачивая тела в холщевую ткань, привилегией знати были гробы, а то и вовсе — изысканные саркофаги. Этой молодой паре местные сколотили добротные гробы, убранные полевыми цветами. Всё-таки деревня промышляла древесиной, так что для несчастных супругов односельчане постарались как могли.

Печальней всех на процессии выглядели мать и младшая сестра погибшей девушки: родительница на полпути к погребальной яме упала на колени и разрыдалась, лишь усилиями других женщин она вновь поднялась на ноги и продолжила путь. А вот у убитого парня, как оказалось, родственников не было — дедушка, что растил его, скончался ещё несколько лет назад, так что неудержимых слёз горя по нему лить было некому, лишь печальные взгляды односельчан, да несколько всхлипов всё той же сестры жены.

Пристальней всего Ромин смотрел именно на неё, и когда Илит спросил почему, некромант ответил, что она, скорее всего, будет следующей жертвой. Почему не мать, которая едва держалась на ногах от горя и была сейчас такой уязвимой, юноша догадался и сам — демон предпочитал молодых.

Глава 25. Помнить

— И вы… Вы что же, считаете, что теперь умру я? — шёпотом спросила испуганная девушка, переводя взгляд с Илита на Ромина. — Сначала моя сестра, потом её муж, а теперь… Почему я?!

Чего больше было в её голосе — страха или удивления — Илит не решился бы сказать.

— Потому что ты во вкусе демона: молода и уязвима из-за потери близких, — даже не пытаясь смягчить удар, ответил Ромин. — Поэтому, юная леди, собирай вещи — ты сегодня ночуешь у нас.

— Как?! — Выдохнула возмущённо девица и даже чуть отшатнулась. — Но я же… я… Провести ночь под одной крышей с двумя посторонними мужчинами?! Да что же обо мне потом скажут? Простите, господин маг, но я ещё хочу выйти замуж.

— А жить хочешь? Собирай вещи и поверь — никто в вашей деревне и слова не скажет о твоей репутации. Уж точно не из-за меня и моего ученика.

Ромин вышел из дома, а Илит помог девушке скатать одеяло, после чего она подхватила какую-то одежду и поплелась за ним к двери. Девица оказалась его ровесницей, и звали её — Пали.

Ещё с утра, после похорон, Ромин пытался поговорить с её матерью, но та совсем сдала, так что деревенская знахарка забрала её в свой дом, где женщина пребывала до сих пор. Пали же ничего полезного магам не рассказала, только твердила, какой замечательной была её сестра, как та её любила. Всхлипывала да слёзы утирала. Под вечер Ромин решил забрать девицу к ним — в гостевой домик, чтобы держать под постоянным присмотром, чем, собственно, они сейчас и занимались.

— Вы идите внутрь, а я в деревне подежурю, — сказал некромант, останавливаясь у домика, а потом на секунду прижал Илита к себе и прошептал: — Глаз с неё не своди и, если что неладное ощутишь или заметишь, тут же ставь барьер, я почувствую и приду. Хотя сомневаюсь, что демон рискнёт появиться теперь, когда мы забрали её к себе.

Илит уступил девушке единственную в доме постель, а сам забрался в небольшое креслице у окна и лениво перелистывал страницы книги, даже не пытаясь вникнуть, о чём она. Сначала Пали тихонько лежала, завернувшись в одеяло с головой, но минут через десять стала ворочаться с боку на бок.

— Тебе мешает свет? Я могу погасить огоньки, — предложил Илит, когда девушка в очередной раз перевернулась.

— Нет, просто не спится.

Неудивительно, после всего-то, да и осознание того, что демон теперь, возможно, нацелен на неё, наверное, ужасает девчонку. Это она ещё стойко держится — многие на её месте забились бы в уголок и плакали.

— Может, тебе книгу дать? — тихо спросил Ил.

— Я читать не умею, — ответила Пали, а через пару минут села на постели, кутаясь в одеяло. — А, давай, поболтаем?

— Почему бы и нет, — Илит отложил книгу, которую всё равно не читал. — О чём хочешь поговорить?

— А ты… Ты давно этим занимаешься?

— Охотой на демонов? — Девушка кивнула. — Я пока только ученик, недавно окончил академию и теперь практикуюсь с наставником. А вот Ромин охотится на демонов уже больше восьмидесяти лет, не переживай — он защитит тебя.

— Ого, да он старик! — Пали удивлённо присвистнула. — Хотя чему удивляюсь, маги ведь живут дольше простых людей. А сколько ж тогда лет тебе?

— Мы с тобой одного возраста.

— А огоньки под потолком ты сделал?

— Да.

— Покажи ещё что-нибудь!

Илит подумал немного, а потом нарисовал в воздухе простенький цветочек, который на пару секунд вспыхнул огнём. Девушкам вроде бы нравятся цветы? Он не ошибся — девчонка впервые за день улыбнулась, а после пересела на край постели.

— А можно посмотреть поближе украшение, что у тебя на шее? Оно издали так и светит.

Илит поднялся с кресла и подсел на кровать рядом с девицей. Пали протянула руку, осторожно коснувшись пальцами переливающегося огнём кулона, и тут Ил вздрогнул, почувствовав демоническую сущность. Он попытался отстраниться и выставить щит, но девушка уже цепко ухватила его за запястье свободной рукой. Ил будто оцепенел, не мог даже рта открыть, чтобы закричать. Пали приблизила к нему бледное лицо, и он увидел, как её, до этого совершенно обычные, человеческие глаза превратились в абсолютно чёрные.

— Знаешь, ты очень странный. В твоём разуме скрыто так много всего, но я всё же нашла твой страх. — Девушка сильнее сжала его запястье.

Перед глазами всё поплыло, и Илит провалился в темноту.

_

Он открыл глаза и огляделся. Что это за место? Похоже на какой-то скалистый каньон, а впереди периодически вспыхивали синие отсветы, чем-то напоминая молнии в небе, вот только происхождение этого синего свечения точно магическое. Как Илит здесь оказался? И где вообще это — здесь? Он задумался: последнее, что вспомнилось — как они с Ромином пошли в дом Пали, что была сестрой первой погибшей, а потом… Что было потом? Он в очередной раз потерял сознание? Хм… Но ведь ничего необычного не происходило, он не пользовался магией, не сражался с… Девчонка — она оказалась демоном! Это она убивала, пробираясь в разум людей.

Илит снова посмотрел по сторонам. Ну не мог же он неожиданно оказаться посреди какого-то каньона, да ещё и один! Значит, она забралась к нему в голову, и всё вокруг нереально? Синие всполохи впереди усилились, Илит развернулся и быстрым шагом пошёл в противоположную сторону. Демон питался страхом, именно от него и погибли супруги, значит, нельзя бояться, и уж точно стоило держаться подальше от всего странного и непонятного.

Минут через пять пути Ил заметил у скал, закутанного в тёмный плащ, человека, неподвижно лежавшего к нему спиной. Пожалуй, туда тоже не стоило идти, мало ли, что задумала демоническая тварь. Пока Илит размышлял над этим, подул резкий ветер, и плащ отлетел в сторону. Юноша запнулся, увидев знакомые светлые волосы. Нет… Нет! Сердце замерло и больно сжалось. Он отвернулся. Это не Ромин… Не Ромин! Это всё иллюзия, созданная демоном.

Позади непонятные вспышки, впереди — тело, слева — скалы, оставалась лишь равнина справа, именно она вызывала меньше всего опасений. Илит, не оглядываясь, пошёл направо, но уже через пару минут пожалел. Едва он преодолел высокую траву, как увидел целое поле трупов. Изуродованные, поломанные, окровавленные, и все лица повернуты в его сторону. Илит застыл на месте, на спине выступил предательский пот, кончики пальцев похолодели, а к горлу подкатила тошнота. Он и хотел бы отвернуться, не видеть их, но взгляд уже наткнулся на ближайшее тело. Тай — парнишка с рудников, которому он так и не смог помочь, а рядом — маленький некромант, сын графа — его они тоже не спасли. И оба смотрели на него мёртвыми побелевшими глазами.

Илиту стало нехорошо, и он, развернувшись, побежал прочь, не разбирая дороги, свернул за скалу, и в этот момент пространство перед ним треснуло. Что-то смутно знакомое — похоже на портал, который создают пространственные маги, но гораздо более пугающее. Края трещины заискрились синим, и она стала расти. Илит отступил, а эта странная штука продолжала расширяться, и внутри неё сгущалась демоническая энергия. Он и без кулона её ощущал. Что это?! Стоп! Кажется, на уроках один из учителей описывал подобное… Разлом! Разлом между их миром и миром демонов.

Юноша попятился, но, почуяв неладное, обернулся — позади него искрился синим ещё один, точно такой же! Это уже не просто пугало. Ил обхватил себя руками, упрямо тряхнул головой: это нереально, нереально! Он не должен поддаваться! Но, несмотря на собственные убеждения, его сковало страхом. Почему? Почему ему так страшно, ведь он впервые видит подобное, да ещё и отчётливо осознает, что это иллюзия?

Илит на секунду прикрыл глаза, а когда открыл вновь, оказалось, что он стоит прямо в одном из разломов и не может сдвинуться. Голубое сияния опутало его, причиняя вполне ощутимую боль. Ил посмотрел на свою руку и вскрикнул от ужаса — она растворялась в синем свете, став практически прозрачной. Он глянул ниже и перестал дышать. У него больше не было ног — они полностью исчезли. Юноша закрыл глаза, пытаясь побороть страх. Ему в жизни не было так страшно, как сейчас, и самое пугающее то, что он даже не мог понять, почему это его так ужасает.

— НЕТ! Нет, Лино! — услышал он отчаянный крик Ромина, и это помогло Илиту хоть немного прийти в себя.

«Это нереально… Это всё иллюзия, созданная демоном. Этого не существует… Пожалуйста… Пожалуйста, Ромин, помоги, мне страшно!»

***

Некромант уже по третьему кругу обошёл деревушку, но всё по-прежнему было тихо. Да, вчера тоже царила тишина, а парня всё равно убили у него под носом. Хоть собирай всех здешних жителей в одном помещении и смотри, кто из них первым начнёт нервничать и вести себя странно, а уж потом можно капнуть зелье обнаружения и убедиться, демон тот или нет. Жаль, у Ромина нет с собой столько зелья, чтобы просто проверить каждого местного по отдельности. Прошлый раз подобный демон оказался паразитом, так что и этот, скорее всего, такой же. Никто из жителей деревни не пропал, и истощенных он тоже не видел, значит, тварь всё ещё здесь, сидит в ком-то из них.

Ромин в очередной раз прошёл мимо гостевого домика и посмотрел на окошко, из которого лился тёплый свет Лита. Кажется, и там всё спокойно. Он направился к скамейке неподалёку и, присев на неё, повернулся к пустой деревенской площади. К девчонке демон сегодня вряд ли придёт, да и к кому-то другому тоже. Ромин учёл вчерашнюю ошибку и начал дежурство ещё до того, как жители разошлись по своим домам. Видимо, завтра и впрямь придётся собирать всех в одном месте и, наблюдая за их поведением, выявлять демона.

Пока маг думал об этом, сердце неожиданно сжалось от страха, и он схватился за грудь. Какого?.. Это были не его ощущения — похоже на чужое вмешательство. Демон где-то поблизости и попытается проникнуть в его разум? Ромин напряг зрение и осмотрелся. Вообще это не очень-то было похоже на атаку, скорее на эмоцию, чью-то чужую… Лит! Некромант вскочил и бросился к гостевому домику. Влетев внутрь, он увидел девушку, сидевшую рядом с Литом и сжимавшую его руку своей.

— Стой на месте, иначе он умрёт, — сказала она ледяным голосом.

Ромин остановился. Глаза мальчишки были широко открыты, вот только смотрели они перепуганным, ничего не видящем взором. Разум Лита был не здесь, а где-то там, внутри, — боролся со страхом.

Некромант скрипнул зубами: какой же он самоуверенный кретин — оставил Лита одного! Даже не подумал, что демон мог быть в девице, посчитал её следующей жертвой…

— Я вижу твой страх, маг. Больше всего на свете ты боишься потерять его. И ведь уже терял, но он не помнит. Забавно, но его страх схож с твоим. Там, глубоко, внутри его воспоминаний. Там много страхов.

— Отпусти его. Отпусти, и я позволю тебе уйти, — прошептал Ромин. — Ты ведь понимаешь, что если убьёшь его, я разорву тебя на части.

— Открой окно и отойди как можно дальше.

Не делая резких движений, некромант подошёл к окну, распахнул его и отступил в дальний угол комнаты.

— Ты могла сбежать отсюда, прихватив с собой тело этой девчонки, как только мы приехали. Могла легко покинуть её и уйти, так что я бы и не сразу понял. Так почему ты пришла к нам, зная, что можешь быть поймана и уничтожена?

— Я собиралась уйти, но увидела его и не смогла. Любопытство, знаешь ли. Я вижу страх любого человека, едва взглянув ему в глаза, а его не увидела. Смотрела и не могла понять, что с ним не так. Лишь когда коснулась, поняла. Его душа живёт в этом мире намного дольше этого тела, никогда таких не встречала. Маги, оказывается, тоже могут быть интересными. Он отчаянно сопротивляется, кстати.

— Отпусти его, — прошипел Ромин.

Руки некроманта уже чесались призвать косу. Насколько быстро он сумеет уничтожить демоницу? Успеет ли до того, как она… Нет. Он просто не может рисковать Литом. Эта тварь знала, куда бить, ведь она права — больше всего на свете он боится потерять мальчишку.

— Не рычи на меня, маг. Подними руки, не рыпайся, а я не трону твоё сокровище.

Ромин выполнил и этот приказ. Демоница задрала голову, из её рта и носа потекла тьма, а через секунду плотный сгусток устремился в открытое окно. Девушка безвольной куклой упала на кровать, следом за ней Лит. Некромант подскочил к ним и первым делом осмотрел паренька: глаза закрыты, на лбу испарина, но дышит ровно. Слава богам — просто без сознания! Лишь через несколько минут Ромин нашёл в себе силы выпустить его из рук и осмотреть девушку. С ней дела обстояли намного хуже: пребывание демоницы в теле практически убило её — Пали была бледной и невероятно холодной, сердце едва билось. Порывшись в своей сумке, маг нашёл общеукрепляющее целебное зелье — жизнь ей не спасёт, но на какое-то время продлит. Влив содержимое сосуда в девчонку, Ромин побежал к дому старейшины, требовательно забарабанил в дверь. В окнах быстро загорелся свет, и вскоре на пороге показался перепуганный старик.

— Что… Что такое, господин маг?

— Девчонку — Пали, или как там её? — нужно срочно отвезти в город к хорошему лекарю, ещё лучше, если тот вызовет целителя.

— Я не…

— Её тело захватил демон, который практически высосал из неё жизнь. Я напоил её зельем, но оно не спасет Пали. День-полтора протянет, не больше. Будите своих мужиков, пусть везут девушку в город немедленно.

— Я понял. — Старейшина закивал и вышел из дома, как был, в одной ночной рубахе. — Вы не поедете с ними?

— Я ей больше ничем не смогу помочь. И потом, — Ромин бросил взгляд на гостевой домик, в который рвался вернуться как можно скорее, — демон напал на моего… ученика, мне сейчас нужно позаботиться о нём.

***

Он пребывал в каком-то странном состоянии — никогда подобного не испытывал, и первая странность заключалась в том, что он никак не мог открыть глаза. Приложив неимоверные усилия, с третьей попытки, у него получилось. А вот и следующая странность — вместо того, чтобы, как обычно, парить в вертикальном положении, он будто бы лежал. Юноша огляделся: маленькая комнатка, две горящие свечи неподалёку, бледный Ромин, сидевший на самом краю кровати, и…

А он что же, лежит на этой самой кровати? Зачем? Он попытался принять привычное положение, но его словно придавливало что-то, и он тихо охнул. Ромин тут же наклонился к нему.

— Очнулся?

Какие же родные синие глаза, и столько в них беспокойства. Внутри потеплело, юноша расплылся в улыбке и протянул руку, а в следующую секунду изумлённо уставился на неё — она не была прозрачной! И бесцветной тоже! Он вытянул вторую и коснулся первой. Какого?.. Сердце в груди бешено забилось, и это ощущение испугало его ещё больше. Он подскочил на постели, продолжая пялиться на свои руки.

— Лит? — позвал Ромин, и он заторможено посмотрел на него.

— Кто такой Лит?

Некромант подсел ближе и нахмурился.

— Так, я начинаю всерьёз нервничать. Что с тобой, милый?

— Ну вот это для начала, — юноша потряс рукой, обращая на неё внимание.

Ромин поймал его ладонь и внимательно осмотрел, а он так и застыл, не веря своим глазам и ощущениям. Ромин касался его! И он это чувствовал! Чувствовал тепло чужой руки и шероховатость кожи!

— И?.. — С непониманием посмотрел на него некромант. — На вид всё в порядке.

Он потянулся к Ромину, коснулся его щеки, просто, чтобы убедиться… Тёплая, тоже тёплая! А щетина немного колется.

— Я могу прикасаться к тебе, — с восторгом выдохнул он. — Могу касаться! Как?! Как это вышло?

— Ли… — маг замолчал, а потом обхватил тонкие запястья юноши и, потянув на себя, заглянул в глаза. — Что ты помнишь? Что последнее ты помнишь?

— Хм-м-м… Хороший вопрос. Пожалуй, последнее — деревня, полная демонов. Мы были окружены в том доме, ты призвал мертвецов, я поджог дом, и мы отступили к лесу. А, ты ещё нес какого-то мальчишку — тот был без сознания. А потом… Ты направил на меня косу. Ты направил на меня косу?! — воскликнул юноша, замахнулся и пихнул некроманта в плечо.

Глаза Ромина засияли, лицо озарила улыбка, а затем он прижал парнишку к себе и выдохнул:

— Ох, Лино! Мой Лино…

Юноша снова удивлённо застыл — Ромин не просто касался, он обнял его! Руки сами собой потянулись и обняли любимого в ответ, и лишь через несколько секунд в мозгу вспыхнул вопрос: «КАК?»

— Ромин, как…

— Ты можешь пару минут просто посидеть спокойно и позволить обнимать себя? А потом можешь ёрзать и сыпать вопросами.

Это, конечно, невероятно, радостно и безумно приятно — находиться в руках Ромина, но вопросов от этого становилось ещё больше.

— А ты что, не можешь обнимать и отвечать? Я не понимаю: как? Как это возможно? Почему мы можем прикасаться друг к другу? Нет, ещё раньше… Я ведь растворился в разломе, почему не исчез? Как ты вытащил меня?

— Я и не вытащил... — Ромин печально вздохнул и всё же немного отстранился, внимательно всматриваясь в лицо Лино. — Ты исчез, милый, и в тот день я думал, что навсегда потерял тебя, лишь позже я узнал, что ты переродился.

— Пе… — выговорить дальше юноша не смог, только шокировано смотрел на некроманта, пытаясь осознать услышанное.

Переродился? Он?! То есть… То есть он — живой? Настоящий?! Он снова взглянул на руку, которой продолжал обвивать шею мужчины. Он больше не призрак?

— Повтори, — прошептал Лино. — Повтори, Мин. Ты… Ты говоришь, что я…

— Переродился.

Мозг с трудом переваривал информацию, и Лино прикрыл глаза.

— Я живой? И как давно?

— Ты окончил академию меньше года назад, и сейчас мы вместе.

— Но почему я этого не помню?

— На этот вопрос ответить сложнее.

— А мне-то сейчас как сложно всё осознать, так что ты уж постарайся ответить.

Ромин перехватил руки юноши, поцеловал их и бережно сжал в своих ладонях. Лино резко выдохнул. Помимо того, что в голове каша, его ещё и ощущения захлестывали: такие тёплые и нежные руки Ромина, его губы на коже… Лино тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться.

— Твоё новое имя Илит, я зову тебя Лит. Тебе было три года, когда проснулся дар, и маги забрали тебя в академию из храма Тесея в Витании. Где ты родился, можешь не спрашивать — я не знаю, никто не знает — тебя просто оставили у храма.

— Почему Илит? Если мне было три, я бы не вспомнил это имя, ты мог назвать меня Лино.

— Я… — Ромин горько усмехнулся. — Я не знал о тебе. Наш чудный Велис четырнадцать лет скрывал тебя от меня.

— Зачем? — Лино нахмурился. Вел, конечно, Верховный маг, но какое право он имел скрывать его от Ромина?

— Сначала и он не знал. Ты был просто ребёнком — юным одарённым, обучающимся в академии. Лишь к десяти годам он заметил в тебе черты Лино. Прости, наверное звучит странно, что я говорю о тебе, будто вас двое.

— Нет, продолжай, пока мне всё понятно.

— В общем-то до семнадцати ты жил в академии, а когда пришло время покинуть её и отправиться практиковаться с наставником, брат позвал меня. Тогда-то я впервые увидел тебя — Илита. С тех пор мы вместе, ты мой ученик.

— То есть мы совсем недавно встретились? И ты всё это время считал, что меня нет.

Лино захлестнуло волной боли и тоски. Как… Как Ромин жил с этим? Если бы он сам потерял Ромина, он… Нет, даже думать об этом невыносимо.

— Ну что ты, милый. — Мужчина коснулся его щеки, и Лино понял, что плачет.

Боги, у него даже слёзы настоящие! Он и правда — живой. Юноша прижался щекой к груди Ромина, испытывая непередаваемое блаженство просто от того, что может так сделать, и несколько минут наслаждался этим ощущением, но настырные вопросы опять лезли в голову.

— Но я так и не понял: почему не помню эти годы?

— Из того, что я читал о перерождённых — они либо не помнят свою предыдущую жизнь вовсе и живут новой, так и не узнав о прошлом, либо со временем вспоминают всё. Но ты, как обычно, удивляешь, милый. Иногда у тебя бывают секундные вспышки памяти, но ты-Илит их не осознаёшь. В прошлый раз, в той деревушке демонов, как и сегодня, ты пробуждался с памятью призрака, но при этом не помнил нынешнюю жизнь.

— И так будет всегда? Помню либо прошлое, либо настоящее?

— Честно говоря, я не знаю, Лино. Лишь предполагаю, что ты должен вспомнить всё, точнее, я очень надеюсь на это.

Парнишка почувствовал, как руки, державшие его, плотнее прижали его к телу Ромина. Он мог бы сидеть так вечно! Вот так, ощущая тепло в объятиях любимого.

— Тот юноша, которого ты защищал в деревне — я?

— Да.

— Так вот как я выгляжу. Симпатичный, как ты любишь, — усмехнулся Лино в рубашку некроманта.

— Я люблю тебя. Любого.

— Призраком я выглядел так же?

— Да.

— Ромин, — Лино приподнял голову, заглядывая мужчине в глаза, — Поцелуй меня. Хочу почувствовать, узнать, каково это, когда твои губы касаются моих.

Ромин молча склонился к нему, взял пальцами подбородок и медленно потянулся к губам. Кажется, он тонул… Тонул в нежности, в тех лёгких, влажных и таких дурманящих ощущениях на своих губах — до дрожи приятно, и сердце бьётся так сильно. Он подался вперёд, прижимаясь ещё ближе, и в этот момент Ромин скользнул в его рот языком. Лино тихо застонал, а из глаз, кажется, опять потекли слёзы. Он вцепился в плечи некроманта руками и повторил его движение. Невероятно! Всё это… Когда-то он мечтал о несбыточном: быть живым, иметь возможность хоть раз прикоснуться к Ромину, хоть однажды почувствовать его, а теперь и правда мог. Они могут быть вместе по-настоящему! Вот только… Лино всхлипнул и уткнулся мужчине в шею.

— Я хочу быть с тобой, — прошептал он, чувствуя, как слёзы потекли неудержимым потоком. — Я хочу всегда быть с тобой, Мин, и помнить это!

— Милый.

— Пожалуйста… Пожалуйста! Разве это так много? Если высшие силы позволили мне переродиться, почему я не могу помнить нас? Ведь ты — это всё, что мне нужно, и я хочу помнить каждую секунду рядом с тобой.

— Лино, мой Лино, не плачь. — Ромин повалил его на постель, покрывая поцелуями влажные щёки. — Ты вспомнишь. Ты упрямый и сильный, ты обязательно всё вспомнишь, а я буду ждать, милый.

— Обними меня крепче, — простонал юноша, и Ромин обнял, прижимая к себе так, что трудно было пошевелиться. — Не отпускай, никогда не отпускай. Даже если я не вспомню, держи меня.

***

Лино проплакал несколько часов, пока обессилено не уснул. Ромин же всё это время обнимал его, поглаживал по спине, волосам, целовал заплаканное лицо. Похоже, мальчишка решил разом выплакаться за все двадцать восемь лет призрачной жизни. Что ж, Лино это было простительно. Ромин с трудом представлял, каково это — открыть глаза и понять, что ты помнишь лишь часть своей жизни. Ещё хуже — осознавать, что завтра ты можешь не вспомнить и этого. Лино, милый, родной, любимый Лино! О, как бы Ромин сам хотел, чтобы он всё вспомнил, чтобы память о его жизнях наконец стала цельной!

Кажется, пора поговорить с Велисом — пусть перероет всю Лейрию, если понадобится, но найдёт больше сведений о перерождённых. Ну не могли же предыдущие поколения магов оставить какие-то жалкие записи в пару десятков страниц? Ему необходимо знать, всё ли он делает правильно. Вот такие пробуждения Лино, это нормально? В прошлый раз тот покинул своё тело и порхал духом, в этот же… Что ж, в этот раз они хотя бы смогли поговорить. Ромин потянулся к запястью, мирно спящего в его руках, мальчишки и нащупал браслет, что сделал для него. Если бы не чары, удерживающие душу, сегодня Лино тоже покинул бы тело?

Некромант так и не смог сомкнуть глаз до самого утра, раз за разом прокручивая в голове произошедшее: каждое слово, что сказал Лино, каждый взгляд, каждый жест, а когда юноша наконец зашевелился, замер, не зная, чего ожидать.

— Что… Что случилось? — подскочил парнишка на постели, едва открыв глаза.

— А что ты помнишь? — Похоже, скоро этот вопрос войдёт у Ромина в привычку.

— Ну, мы пошли за Пали, и… О! Ромин, она — демон!

— Я уже в курсе, — горестно усмехнулся некромант.

— Ты убил её?

— Не совсем. — Лит вопросительно склонил голову. — Демоница сбежала, покинула тело девчонки и сбежала.

— И ты не успел её поймать? — Ромин покачал головой. Не стоило мальчишке знать, что он отпустил демона из-за него, не то будет винить себя, особенно, когда появится новая жертва. — А девушка, как она?

— Её увезли в город, если лекарь справится — будет жить.

— Мы отправимся её искать?

— Кого?

— Демоницу, кого же ещё?

— Нет. Поедем в город, как и планировали до всего этого, а там свяжусь с Велисом. Демон играет с разумом людей, вот пусть маг разума ею и займётся.

— Твой брат приедет сам?

— Вообще-то он не единственный маг разума, хотя если ему приспичит, может припереться и сам.

Лит потянулся, задумался о чём-то, а потом упал обратно на постель и прижался к Ромину.

— Странно, такое чувство, что почти не спал. И голова болит. Мы можем полежать ещё немного?

— Конечно. — Ромин снова обнял Илита. — Скажи: что ты видел, когда демоница забралась в твоё сознание? Какой страх она нашла?

— Разлом.

Ромин вздрогнул и сильнее прижал Лита к себе. «Его страх схож с твоим…» — так она сказала.

— В каком смысле? — прошептал маг.

— Ну-у, я думаю, что это был разлом, так его описывали в академии. Трещина в воздухе, прямо над землёй, сияла синими всполохами. Но я видел и другое: множество мёртвых людей, некоторые из них были те, кого мы не смогли спасти. Видел тебя, ты лежал и… — Лит запнулся и, вдохнув поглубже, сбивчиво продолжил: — Я не смог подойти и проверить, хоть и понимал, что это иллюзия, но видеть тебя и понимать, что ты, возможно, мёртв, оказалось… Если бы не ты, она убила бы меня — я убеждал себя, что это нереально, но страх всё равно победил, особенно в тот момент, когда я оказался внутри разлома и стал исчезать. Потом услышал твой голос. Ты звал меня, и я смог сопротивляться дальше.

Лит зевнул, закрыл глаза и доверчиво потёрся о грудь Ромина щекой.

Значит, его самый сильный страх — разлом. То, из-за чего закончилась его призрачная жизнь, и похоже, именно это пробудило Лино сегодня. Вот только в рассказе мальчишки было одно «но» — когда Ромин вбежал в дом, он не звал его.

Глава 26. Разлом

Воспоминания Ромина (примерно 18 лет назад)

— Во что это ты вырядилась?

— Специально для глупых призраков: это называется — платье.

— Я знаю, как выглядят платья, но это же... жуть какая-то. Ромин, скажи ей! Неприлично в таком виде из дому выходить!

Маг нехотя открыл глаза и посмотрел на спорщиков. Берси — нынешняя ученица Амины — гордо задрав носик, смотрела на Лино, явно издевающегося над девчонкой. И напрасно: светло-зелёное платье в пол, украшенное кружавчиками и оборочками, смотрелось на ней весьма мило. Конечно, вырез, так явно подчеркивающий и оголяющий часть груди, для молоденькой девушки можно было сделать и поменьше, но, учитывая, что её наставница порой носила и не такое, удивляться тут нечему. Видимо, Ромин слишком долго разглядывал девчонку — глаза Лино нехорошо сузились и блестели обидой в его сторону. Мужчина усмехнулся — уж лучше подыграть призраку.

— Красивое платье, но, боюсь, оно больше подходит для пышного бала, а нас всего лишь позвали на скромный семейный ужин.

Берси смущённо покраснела и поспешила снова подняться наверх.

— Ну что ты к ней прицепился? — вздохнул Ромин, как только девушка исчезла из виду.

— А ты думаешь, для кого она так расстаралась нарядиться? — спросил Лино, подлетая ближе.

— Милый, ты самое ревнивое создание на свете!

Мальчишка надул губы, делая вид, что обиделся, но уже через минуту бросил эту затею.

— Да она будто специально меня выводит, и не только тем, что строит тебе глазки. Вчера, например, я попросил её показать мне записи, что передал вам маркиз. Вежливо, между прочим, попросил, а она бросила свёрнутый лист на стол и сказала: «Если надо — возьми». Или до этого: на тренировке с Аминой запустила в меня огнём, а потом прикидывалась, что просто меня не заметила. Раздражает! У неё даже имя бесячее — Берси. Я люблю твою сестру, но эта её ученица… Когда мы уже свалим отсюда?

— Если хочешь, уедем прямо сейчас.

— Не-е-ет, — протянул Лино, склонив голову. — Ты ведь уже принял приглашение, а теперь, взять и не прийти, будет невежливо.

— Да где там Амина? — Ромин снова глянул на лестницу, по которой недавно убежала ученица сестры.

— Одевается.

— Ох уж эти женщины.

Они с сестрой уже неделю снимали дом в Таноре — столице Камзана, куда приехали по приглашению короля. Честно говоря, дельце оказалось лёгким и не стоило того, чтобы сюда прибыло целых два мага: у троих придворных, убитых во дворце правителя, отсутствовали глаза — в произошедшем сразу заподозрили демона. И не ошиблись. Вот только Лино нашёл виновника меньше чем за час, и тварь оказалась настолько слабой, что её с лёгкостью убила ученица Амины. Нет, если бы не мальчишка, с поисками, скорее всего, пришлось бы изрядно повозиться, но это уже другая история.

После того как угроза во дворце была устранена, благодарный король представил магов едва ли не всем своим придворным, и теперь у них отбоя не было от всевозможных приглашений. Ромин хотел было уехать сразу по окончанию дела, но Ами уломала его остаться и насладиться заслуженным отдыхом. Ха! Отдыхом, как же! Сестрица просто давно не красовалась в высшем обществе, а тут такая возможность: балы, приёмы, званые вечера, конные прогулки с дворянчиками. И он, дурак, согласился составить ей компанию.

— Амина! — крикнул Ромин, устав ждать и топтаться у лестницы. — Если через пять минут не спустишься — поедешь на этот дурацкий ужин одна!

Сестра спустилась ровно через четыре, недовольно глянула на некроманта, а потом перевела взгляд на призрака и тепло улыбнулась.

— Лино, солнышко, вот скажи мне: как ты уживаешься с ним? — Ответа на свой вопрос она, конечно же, не ждала и тут же сменила тему: — Мин, я надеюсь, ты заказал экипаж?

— А я надеюсь, что он ещё не уехал. Ами, ну сколько можно ждать?

Через минуту и Берси, запыхавшись, сбежала по лестнице, встала рядом с наставницей и смущённо посмотрела на Ромина, будто ожидая оценки нового наряда. Зелёное платье — похоже, девушка любила этот цвет — только в отличие от предыдущего куда более тёмного оттенка. Строгое, без излишеств, оно изящно облегало талию и грудь Берси, но ничего кричащего или вызывающего: даже плечи — и те — прикрыты, только пара белых лент на рукавах немного разбавляла общую строгость.

— Полагаю, теперь мы можем идти, — буркнул Ромин и взял под руку сестру, направившись к выходу.

— А я и не знала, что призраков тоже приглашают на ужин, — фыркнули за спиной, пока маг помогал Амине забраться в экипаж.

Лино проигнорировал выпад, облетел повозку и, подмигнув Ромину, сказал:

— Буду ждать в доме маркиза, — после чего понёсся по улице, так, как умел только он — быстрее любой лошади, быстрее ветра.

Как только все живые уселись, и кони тронулись с места, некромант строго посмотрел на, довольную своей выходкой, девчонку.

— Берси, прошу в первый и последний раз: перестань задевать Лино.

— Но я…

— Я услышал достаточно, девочка. Тебе бы проявить побольше уважения. Он хоть и призрак, но всё равно — маг, да и прожил на этом свете куда дольше тебя.

Амина отвернулась в сторону, делая вид, что увлечённо разглядывает проносящиеся мимо дома, и ни слова не сказала в защиту своей ученицы. Берси пристыжено опустила глаза, промямлив что-то похожее на «Простите».

— Перед Лино извинишься, — бросил Ромин. Остаток пути проделали молча.

Когда экипаж подъехал к месту назначения, Лино уже ждал у парадного входа. Ромин вновь помог сестре, недоумевая, как огромная пышная юбка её вычурного платья не мешает ей двигаться, но заботливо поддержал Ами. Та лукаво посмотрела ему в глаза.

— Кажется, я нашла ответ на свой вопрос.

— Какой? — не понял её Ромин.

— Почему он всё ещё с тобой.

_

Ужин проходил в тихой, практически семейной, обстановке. Кроме магов и хозяина дома, присутствовали его жена, дочь, а так же молодая супружеская пара — какие-то дальние родственники маркиза. Ромин откровенно скучал. Уж лучше бы сестра приняла приглашение на очередной бал, там хоть можно забиться в дальний угол и спокойно попивать себе вино. Он искренне не понимал, почему Амина согласилась пойти на этот унылый ужин — до того самого момента, пока речь не зашла о крупной поставке зерна в Ларвию. А он и не знал, что сестра стала заниматься продовольственным обеспечением и благополучием города магов. Или это Велис попросил её? Ромин лениво прислушивался, не встревая в разговор: бытовые вопросы — не его забота. Как бы он ни любил свой город, но ему проще прибить парочку-другую демонов, чем считать расходы и доходы.

Берси развлекала разговорами дочь и жену маркиза, а молодожены были увлечены друг другом настолько, что, кажется, остальные собравшиеся их мало волновали. Лино улетел в недра гостеприимного дома. Так что, не имея возможности лицезреть своё любопытное чудо и не зная, чем ещё себя занять, Ромин добрался-таки до бутылочки терпкого красного. Ужин плавно перетёк в посиделки в гостиной, и когда некромант уже собирался по-тихому свалить в сад, в дом маркиза нагрянула городская стража.

— Что привело вас? — поднялся из своего кресла хозяин, встречая двоих прибывших.

— Приносим свои извинения за столь неожиданный визит, господин маркиз, — вышел вперёд мужчина, что был старше и представительнее второго стража. — Нам сообщили, что мы сможем найти магов в вашем доме, а поскольку дело не требует отлагательств… — он перевёл взгляд на Амину, и девушка тут же встала.

— Что случилось?

— Часом ранее, в город прибыли три молодых человека и утверждают, что на их поселение напали демоны. Ребята весьма потрёпаны и перепуганы, так что у нас нет основания им не верить. Начальник стражи распорядился разыскать и привести магов.

— Где сейчас выжившие? — деловито спросила Амина, уже направляясь к двери. Ромин и Берси молча последовали за ней, даже Лино вынырнул из стены — как только услышал?

— Мы проводим вас.

Уже через полчаса маги оказались в казармах у северных ворот Таноры. Едва увидев пострадавших, Ромин поверил, что те говорят правду: насмерть перепуганные девушка и два парня, молоденькие — от семнадцати до двадцати лет. Девчонка неподвижно сидела на скамье, сжимая кружку с каким-то тёплым напитком, но даже не пыталась его пить, заторможено глядя в одну точку. Вокруг одного из парней хлопотал лекарь: левая рука пострадавшего от плеча и до локтя была покрыта глубокими рваными ранами, напоминающими след от когтей огромного зверя. Удивительно, что вообще сумел выбраться, но, несмотря на боль и шок, смотрел ясным взглядом, да и говорил в основном он, потому что второй парень — самый младший из троицы — только испуганно заикался и дёргался от любого звука.

Из рассказа ребят выходило, что вчера, где-то после полудня, в деревню пришли четыре демона. Они не скрывались под личинами людей, явились в истинных обличиях: огромные, уродливые, источающие ужас. Те, кто увидел их первыми, бросились врассыпную, не считая, конечно, тех, кто сразу попался им в руки и был убит. Кто-то поспешил предупредить остальных жителей, кто-то схватился за вилы, топоры и всё, что можно было использовать в качестве оружия, и кинулся отвлекать демонов, чтобы дать время уйти родным. Вот только времени этого оказалось крайне мало.

Раненого парня спас отец, буквально выдернув его из лап демона и пожертвовав собой, а его друг и сестра помогли добежать до подлеска. Он же, придя в себя от первого шока, принял решение добраться до ближайшего города и позвать подмогу, а теперь с надеждой смотрел в глаза магам. Конечно же, они не видели, выбрался ли из деревни кто-то ещё, и если да, то в каком направлении ушёл.

Ромин вышел из душной кухни, вдохнув свежий ночной воздух. Амина осталась там, задавала ещё какие-то вопросы, а вот её ученице явно было не по себе от всего услышанного, и она прошмыгнула вслед за некромантом.

— Ромин, — тихо позвала она, — а остальные выжившие… — Договорить девчонка не успела и вздрогнула от неожиданности, когда к ней подлетел Лино и ехидно усмехнулся.

— Ты дура или как? Нет больше выживших.

— Почему?

— Потому что будь они живы, тоже пришли бы сюда, под защиту стен и стражи. Это ближайший город, где бы ещё они искали помощи?

— Но ведь они могли добраться до других поселений.

— И снова не думаешь, — зло бросил Лино. — Они что, прибежали к соседям и тихонько оплакивают погибших, даже не пытаясь сообщить властям о случившемся? Да и соседи, по-твоему, хороши: никто не послал в город за помощью?

Берси прикусила губу и отвернулась, не пытаясь больше спорить, видимо, поняла, что призрак прав. Вскоре вышла Амина, всё в том же вечернем платье, в котором ещё час назад беззаботно болтала с маркизом и ела пирожные. Какой контраст — гостиная шикарного особняка и тесная кухня в казармах стражи, да и на её лице больше не было улыбки, только мрачный сосредоточенный взгляд.

— Поедем сейчас или дождёмся утра? — повернулась она к брату.

— Как хочешь. Я за эту неделю вдоволь наотдыхался, так что готов выезжать.

— Тогда, переоденемся, и в путь, — кивнула Амина.

— Я соберу вещи, — вызвалась помочь ученица, но сестра строго посмотрела на неё и покачала головой.

— Не нужно, оставим всё здесь. И ты, кстати, тоже останешься.

— Как? — удивлённо вскинулась Берси.

— У тебя всё ещё проблемы с защитными чарами, а там где-то расхаживает четыре демона. Неужто думаешь, я возьму тебя с собой? Даже учитывая, что с нами Ромин — слишком опасно. И чтобы из города ни ногой.

Девушка нехотя кивнула, не желая пререкаться с наставницей.

_

К поселению они выехали на рассвете, и то, что предстало взору магов, не могло не тревожить. Истерзанные тела и их части валялись посреди улиц, уже облепленные мухами и другими насекомыми. Запах гниения чувствовался даже на открытом воздухе. Лино взлетел повыше, чтобы осмотреться, и когда спустился, демонстративно поморщился.

— Останки разбросаны до самого леса, если идти направо. И до озера — слева. Демонов поблизости нет.

— Зато энергией разит и без кулона, — бросила Амина, хмурясь.

— Милый, осмотришь окрестности? Может, найдёшь след — в какую сторону подались эти твари, — мягко спросил Ромин, и мальчишка тут же кивнул.

— Давай, осмотрим дома и подвалы, может, хоть кто-то успел спрятаться, — предложила Амина, как только призрак улетел.

Некромант молча направился к ближайшему строению, хотя не верил, что кто-то мог уцелеть в этой бойне. На осмотр домов ушло не больше десяти минут, и, конечно же, живых не нашли. Дожидаться Лино Амина предпочла у озера — девушке не хотелось задыхаться от смрада в деревне, полной растерзанных трупов.

Просидев с полчаса на берегу в неестественной тишине, они услышали со стороны деревни шаркающие шаги и покряхтывание. Оба мага повернулись на приближающиеся звуки, и вскоре из-за куста показался хромающий мертвец. Лицо перекошено, грудь разорвана когтями, а правая подломанная ступня волочилась за телом.

— Твоя работа? — хмуро спросила Ами.

— С чего бы? Я даже косу не призывал.

— А ведь и правда — не призывал, — протянула сестра. — Тогда чего он ожил?

Этот вопрос интересовал и самого Ромина. Насколько он знал — а знал он всё-таки ни мало — только некроманты могли управлять мёртвыми телами. Если подумать, демоны тоже обладали магией — своей, порой извращённой и непонятной людям, магией. Иногда встречались и огневые, и водные демоны, так может есть и те, чьи силы сродни некроматским? Хоть Ромин о таких и не слышал, но это не значит, что их нет, ведь какие только твари ему ни попадались. Иногда впервые в истории.

Раз мертвец ходит здесь, значит тот, кто его поднял, где-то поблизости. Ромин сжал в ладони кулон, силясь почуять, откуда исходит магия, управляющая этим телом, но не уловил невидимой связи, лишь мощную демоническую энергию, исходящую от самого трупа. Мертвец, заметив их, хищно оскалился, и, кажется, даже глаза у него загорелись азартом. Вот это уже совсем необычное поведение поднятого.

— Знаешь, Ами, что-то мне подсказывает…

— Что это демон, — закончила за него сестра.

Больше не раздумывая, она направила на мертвяка поток магии, но тот, взревев, отбил нападение и бросился к ним, меняясь на глазах. Тварь оказалась довольно сильной, но против Ромина не продержалась бы и пары минут, что уж говорить о двух магах, так что, обожжённая и рассечённая поперёк груди, тушка, буквально через несколько секунд, упала у ног Ромина.

Здоровый демон, в истинном-то обличии. Один из тех, кто уничтожил деревню? И главное: почему решил напасть на магов? Нетипичное поведение для сильных демонов, обычно они куда осторожнее. Этот был похож на совсем диких, на тех, что маги уничтожают в первую очередь, потому как искать их не приходится — безмозглые, и попадаются за считанные дни. А значит: где-то поблизости образовалась брешь меж мирами, через которую он и пролез. Брешь — это ничего — затянется быстро и сама. Вот только демонов, напавших на деревню, было четверо, и ни через какую брешь столько не пройдёт.

Всё хуже… Рядом случилось нечто гораздо худшее…

— Разлом, — прошептал Ромин, и пока он осознавал масштабы происходящего, с неба вихрем спустился Лино.

Лино, чьё лицо не выражало ничего хорошего. Лино, которого уже давно сложно чем-то напугать, но сейчас в его глазах плескались отголоски страха.

— Там разлом, — прошептал он, подтвержая худшие опасения.

— Далеко?

— Часов пять верхом.

— Большой?

— Чуть меньше того, который вы с Каримой закрывали девять лет назад.

Меньше… Меньше — это хорошо. Один бы он не полез, но вдвоём с Аминой должны справиться. Сестра уже закрывала когда-то разлом, правда, тогда с ней было ещё четверо магов, но опыт есть.

— Сообщим Велу, пусть присылает помощь? — спросила Амина, глянув на брата.

— Потеряем уйму времени. Пока вернёмся в город, пока дождёмся присланных через портал магов, пока доберёмся обратно — больше суток пройдёт. Эта мерзость разрастётся и выкинет в наш мир ещё не меньше сотни демонов. Лино, — Ромин поднял взгляд на мальчишку, — видел по дороге ещё поселения?

— Два. Там тоже нет выживших, а вот демоны — есть. Отсюда и до разлома заметил пару десятков, шатаются по округе. И у самой дыры их ещё столько же.

— Проклятье, — помрачнев, выдавил Ромин.

Три деревни уже уничтожено, а ведь твари наверняка разошлись в разные стороны, значит, это лишь часть жертв. Нет у них времени ехать за помощью. Некромант отвязал поводья своего коня от ближайшего куста и, запрыгнув на него, кивнул Амине.

За три часа они убили с десяток, попавшихся по дороге, демонов. Ни сказать, чтобы сильных — не особо умных, а порой и вовсе — нерасторопных. Видимо, ещё не поняли, куда это они попали.

Такая спешка и истребление тварей на ходу выматывали. Ещё через какое-то время магам пришлось отказаться от лошадей, потому что, чем ближе они приближались к месту, куда вёл их Лино, тем больше животные нервничали и брыкались. А когда очередной демон вынырнул из высокой травы, конь Амины бросился наутёк, и девушке стоило немалых усилий остановить его посреди поля и спешиться. Лошадей отпустили и дальше отправились пешком.

Лино летал туда-сюда, исполняя роль разведчика и докладывая о демонах на их пути. Из-за всего этого дорога заняла куда больше пяти часов, так что когда Ромин увидел впереди мрачные синие отсветы в небе, время уже близилось к вечеру.

— Он стал больше, — хмуро сообщил Лино, в очередной раз возвращаясь к магам.

— Насколько?

— Не знаю, не пойму. И демонов там теперь шатается штук тридцать, да и новые постоянно лезут.

Ромин молча достал из поясной сумки три флакончика — зелье восстановления сил для себя и Амины и чистую энергию для Лино. Опустошив свою склянку, он ободряюще улыбнулся сестре и мальчишке.

— Не отходим друг от друга дальше чем на десять шагов. И я надеюсь, вы оба помните, что должны находиться позади меня, чтобы случайно не задело магией смерти?

— Мин, ты что, нервничаешь? — усмехнулся призрак и переглянулся с девушкой. — Мы уже сколько раз сражались рядом с тобой?

Нервничает? Очень даже может быть. Подумаешь, там, впереди, три десятка иномирных тварей и бездонный разлом. Хорошо бы, если три десятка. Хорошо бы, если твари тупые и без особых способностей. Хорошо бы, если сильные и умные, поняв куда попали, уже разбежались подальше, стремясь затеряться среди вкусных людишек.

Ромин в который раз за сегодня призвал косу и медленно направился вперёд. Равнинная местность сменилась скалами, значит, они где-то неподалёку от западного берега большого озера Камзана. Синие всполохи уже не просто мерцали впереди, а вполне явственно очерчивали верхние края разлома. Большой. Даже отсюда видно. Куда больше любого, виденного Ромином раньше. Он так разросся за те часы, что они добирались сюда от первой деревеньки? Или Лино с самого начала ошибся с размером? Ещё через пару минут стали видны и заторможено бродящие вокруг демоны.

Те, что находились ближе, заметили магов и, дикие, голодные, бросились на них. Амина ловко подпалила первого, Ромин снёс голову второму, а потом вынул из сумки пару припрятанных собачьих костей и, бросив их на землю, создал полупрозрачных костяных слуг, больше напоминавших скалящихся монстров, чем псов. Лино недовольно глянул на него, но в этот раз ни слова не сказал. Мальчишка всегда не любил этих созданий некроманта: не то призраки, не то костяные твари, с ярко-зелёными пустыми глазницами.

Следующие демоны не заставили себя ждать, а за ними бросились и другие, едва увидев людей. Зелёные всполохи магии Ромина смешивались с огненными потоками сестры. Призрачные псы, поскуливая и рыча, рвали на части тех демонов, что, отброшенные, падали на землю. Лино подхватывал огонь Амины, чтобы не тратить и без того небольшой запас сил ещё и на создание собственного, перенаправлял его на нападавших, а то и вовсе делил на два потока, увеличивая площадь атаки. Уже больше десятка мёртвых тварей, и маги пробрались чуть ближе к синей дыре, но та выплюнула из себя ещё пару демонов. Очередной монстр упал справа от измотанного Ромина, но впереди их ещё больше. Всё напирают и напирают, медленно, но верно обходя сбоку, запирая в кольцо. Нужно выгадать несколько секунд и принять зелье! Краем глаза маг заметил, как Лино подлетел к сестре и что-то тихо ей сказал. Ами застыла на секунду, всего на секунду, глядя на призрака нечитаемым взглядом, а потом кивнула, закусив губу.

Ещё один демон, куда больше предыдущих, отшвырнул от себя одну из костяных собак и кинулся к отвлекшейся сестре. Моментально созданный огненный щит принял на себя первый удар, Ами атаковала из-под него, но тварь даже не дёрнулась. Ромин кинул в него тленом, на ходу отбиваясь ещё от двоих. Рука демона начала гнить и распадаться на глазах, но он, будто не замечая этого, продолжал наносить удары по щиту сестры. Следующая партия нападавших, и Ромин вновь взмахнул косой, посылая на них зелёное могильное пламя, а двое псов по мановению его руки, с рыком бросились на помощь Амине, и через минуту огромный демон наконец пал.

— Нужно отступать, — хрипло выкрикнула Амина, оборачиваясь, — мы не закроем разлом своими силами.

Она была права — демоны продолжали напирать, и новые вываливались из разрыва между мирами. Силы магов ощутимо таяли. Их двоих было мало — им не удалось даже приблизиться к разлому, а ведь его ещё надо закрыть. По-хорошему: необходимо добраться до Таноры и позвать подмогу из Ларвии. Вот только уйти отсюда сейчас, значило бросить без защиты все близлежащие поселения, до которых твари ещё не добрались.

— Амина, иди, — бросил Ромин. — Я их задержу, а ты сообщи брату.

— И не подумаю! Оставить тебя здесь... Совсем спятил?

— Уходите оба, — вмешался Лино, возникая сбоку. — Все мы прекрасно знаем самый надёжный способ закрыть разлом.

И, не дожидаясь их реакции, юноша бросился вперёд с невероятной скоростью, буквально облетая тех демонов, что встречались на его пути. Ромин с ужасом понял, что тот задумал и, направив косу на Лино, попытался остановить, сковать его.

Нет... Нет! Амина обхватила запястье Ромина и сбила подготовленное заклятье, не давая ему возможности вмешаться, удержать... Он оттолкнул сестру и побежал вперёд, хоть в душе уже и понимал, что не успевает. Лино вошёл в разлом, всё его существо охватили синие всполохи, лицо исказилось от боли, и он обхватил себя руками.

— Остановись! — взвыл Ромин, продолжая бежать, на ходу отшвыривая от себя демонов. Позади кричала сестра. Волны её огненной магии летели вслед за ним, помогая расчищать путь.

Мужчина на секунду замер, взывая к магии смерти, ударил рукоятью косы о землю, и та дрогнула, подёрнувшись зелёными трещинами. Демоны замедлились и, отброшенные мощнейшей волной, кинусь врассыпную. Время для Ромина остановилось, он будто вяз в густом воздухе, рвался вперёд из последних сил... И не успевал!

Разлом стал меньше, а тот, кто находился в нём, практически растворился. Лино! Лино, пожалуйста... Мальчишка поднял на него взгляд и вымученно улыбнулся.

Сверкнула яркая синяя вспышка, ослепляя и заставляя остановиться. Глаза резануло болью, и Ромин прикрыл их рукой, а когда смог открыть, всё было кончено. На месте разлома остались лишь искрящиеся, угасающие всполохи, но и их скоро не станет. Он упал на колени, не желая верить, не желая осознавать...

— Нет, Лино! НЕТ! — кричал он, срывая голос.

Сердце прошила нестерпимая боль, и не только душевная, но и вполне физическая. Коса задрожала в руке, наливаясь мертвенным светом, который через секунду выплеснулся наружу неудержимым потоком, уничтожая всё живое на своём пути, обогнув алый щит огневика — сестра жива — скользнуло по краю сознания.

Грудь сдавило так, что не вдохнуть. Его больше нет... Не будет больше звонкого смеха, не будет искрящихся глаз, не будет тихих вечеров и непрекращающейся болтовни, не будет грустной улыбки на бесконечно милом лице. И осуждающих глаз тоже не будет. Лино больше нет.

_

Ромин плохо помнил, как они добрались до города. Плохо помнил всё, что было потом — ПОСЛЕ. Кажется, только на третий день он вынырнул из оглушающей пустоты, осознавая реальность вокруг. Берси таскала в его комнату еду, да в целом пыталась проявить заботу. Поначалу он просто не замечал её, никого не хотел видеть. Девица же упорно приходила вновь и вновь, продолжала что-то говорить, и постепенно её слова из фонового шума стали складываться в предложения, Ромин нехотя стал прислушиваться.

Оказывается, Амина давно уже связалась с советом, и в город прибыло семнадцать магов для зачистки местности. Оказывается, демоны расползлись по всему западу страны, и одиннадцать поселений уничтожено полностью. Оказывается, твари напали на маленький городок Шес неподалёку, но трагедии удалось избежать, потому что прибывшие маги успели вовремя. Оказывается, парочка умников из совета, лично осмотрела место разлома, и заявила, что это чудо, что Ромин и Амина справились и остались живы, потому что, по их оценке, это был самый большой разлом за последние пятьсот лет. Оказывается, имя Нитана записали в летописи, как…

И вот тут его накрыло. Накрыло так, что Берси испуганно выскочила из комнаты. Он крушил и ломал всё, до чего смог добраться, начиная с посуды и заканчивая последней ножкой стула. Когда сил, да и мебели уже не осталось, он устало сел на пол у разбитого окна, ведь ОН так любил смотреть в окна. И только тогда, впервые за эти дни, к нему пришла Амина.

— Ромин.

— Уйди.

— Мин, послушай, я тоже тоскую по Лино, он и мне был дорог, но…

— Дорог? — мужчина скривился. — Ты сейчас прикидываешься или правда не знаешь, кем он был для меня?

— Другом, помощником, напарником — я все это понимаю.

— Издеваешься? За эти двадцать шесть лет ты так и не поняла? Я любил его, Ами!

— Но… — сестра опешила. Расширившимися глазами посмотрела на Ромина и лишь через минуту выдавила из себя: — Но я всегда думала, что только он, он один испытывает…

Договаривать она не стала и на Ромина больше не смотрела. Только в сторону, виновато, с болью в глазах. Поняла. Теперь поняла. И от этого Ромину стало ещё невыносимее.

— Уходи.

— Он спас нам жизнь.

— Ценой своей?

— Милый, ты ведь осознаёшь, что он был призраком? Не живым человеком, а душой погибшего мага. Да, прекрасным, весёлым, добрым юношей. Да, отличным другом, но призраком. Он уже давно мёртв.

Ромин прикрыл лицо руками. А то он всего этого не знал! Он — некромант, который за десятки лет переправил или развеял сотни душ. Но это не касалось Лино! Его мальчик — другой!

— Ты не дала мне спасти его, Ами, — приглушённо, со стоном, выдохнул он. — Единственного, кого я любил за всю свою жизнь. ТЫ не дала мне спасти его. Уйди, прошу.

— Ромин…

— Убирайся! Я не могу тебя видеть!

Сестра вздрогнула от этого крика и отскочила к двери. Взялась за ручку, но всё ещё продолжала стоять.

— Прости меня, — прошептала она. — Прости, но наши жизни дороже. Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь понять меня и простить. — Она всё-таки открыла эту проклятую дверь и переступила порог.

— Ответь мне только на один вопрос, — бросил Ромин, и она остановилась. — Что он сказал? Там, когда вы сражались с демоном, что он сказал тебе?

— Он просил не дать тебе остановить его.

Амина вышла, закрыв за собой дверь, и Ромин, больше не выдержав, уткнулся в колени и заплакал. Впервые с тех пор, как ещё по молодости оплакивал родителей.

Глупый, смелый Лино — мальчишка, который решил спасти их, пожертвовав собой… Милый мальчишка, который исчез, растворился в разломе и не подумал, как Ромин будет дальше жить без него. Любимый мальчишка, который забрал с собой его сердце. Ещё и Ами — знала, что Лино собирается сделать, но промолчала, более того — выполнила идиотскую просьбу — не дала Ромину остановить его.

Как же Ромин сейчас ненавидел её!

И себя ненавидел. Себя больше всех. Это он решил не ехать за помощью. Это он — самоуверенный кретин — отправился к разлому, лишь с сестрой и призраком. Он подверг их всех смертельной опасности. Это он не спас Лино!

И ему с этим жить…

Глава 27. Ошибка

Велис прибыл в Орен порталом, буквально через несколько часов после того, как Ромин связался с ним и сообщил о демоне страха. Любой бы подумал, что верховный маг так ответственно подходит к делу, что тут же сорвался в путь, но только не некромант — слишком хорошо он знал брата. Демон, конечно, Вела тоже интересовал, но куда больше он стремился свалить, хоть ненадолго, из Ларвии и от своего совета, а тут — такой предлог. Да и по Ромину он, несомненно, соскучился и хотел его увидеть, а то что верховный хочет встретиться с Илитом, так это ж просто незначительный повод. В действительности — брат жаждал посмотреть на изменения в мальчишке своими глазами, поэтому весь сегодняшний день пристально разглядывал его, и в том, что хорошенько покопался в его мыслях, сомнений не было. Велис этим делом так увлёкся, что даже в погоню за демоном не спешил, а Ромин не собирался подгонять.

— Ну что? — спросил некромант, войдя в снятую братом комнату постоялого двора.

— Уснул? — поднял на него взгляд Вел, отрываясь от какого-то старого свитка. Ромин кивнул. — А что ты хочешь услышать?

— Всё, что ты нашёл в его голове.

— Ну... твой мальчик влюблён в тебя, хоть пока и себе в этом признаётся с трудом. Полагаю, это должно тебя радовать, — усмехнулся Велис, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза, а уже через секунду стал абсолютно серьёзным. — Там бардак, Ромин. В его голове такой бардак, что я сам едва не увяз во всём этом. Раньше, глядя на него, я мог прочесть лишь воспоминания о нынешней жизни, ни о призрачной, ни — тем более! — о предыдущей я не мог уловить, настолько глубоко они были запрятаны. Теперь могу. Как бы объяснить… В его памяти будто стоит перегородка, и она стала тонкой, настолько тонкой, что я с лёгкостью смог пройти за неё. Не знаю точно, сколько осталось, но не долго — она вот-вот падёт, Мин. А я могу лишь надеяться, что, нахлынувшие разом, воспоминания не сведут его с ума.

— Он сильный, — прошептал Ромин, сжимая кулаки и не осознавая до конца: то ли и правда так отчаянно верит в это, то ли себя пытается убедить.

— Сильный, — кивнул брат, — но не Илит, а тот, кого ты звал Лино. Вот он куда устойчивее психологически и морально.

— Говоришь так, будто их двое.

— А сейчас так и есть. Душа одна, а сознания — два: то, что сейчас перед нами и то, что там, за перегородкой. Как я и сказал: она скоро падёт, и если сознания объединятся — всё будет хорошо, а если начнут отторгать друг друга — твой мальчик свихнётся.

— Мы можем что-то сделать? Что я должен делать, чтобы второго не произошло?

— Не знаю, Ромин, правда, не знаю. Может, и ничего — ты и так оберегаешь его как сокровище.

— Он и есть — сокровище. Целый мир для меня.

— Я в курсе, — Велис потянулся к брату и сжал его ладонь. — Даже не влезая в твою голову, я понимаю, насколько ты его любишь. А ещё я, к сожалению, прекрасно помню, что с тобой было, когда ты потерял его. И как это тебя изменило. Я не хотел бы увидеть это вновь. Кстати, ответь-ка: вы с Лино проходили обряд пары?

— Зачем спрашивать, если уже влез в его мысли?

— Нет, родной, так далеко я не заходил. Увидел в воспоминаниях Илита, что он не смог обжечь тебя, вот и предположил. Он тоже подумал об этом, хоть потом и отмахнулся от догадки. Так я прав?

— Да.

— Как вам это удалось? Как провели обряд без его крови?

— Да так и провели, — пожал плечами Ромин. — Хочешь — посмотри в моих воспоминаниях, я не против.

— Не нужно. Ты же знаешь — не хочу лезть в ваши с Аминой головы. Только не к вам.

— А подглядывать за мной через Лита сегодня, было нормально?

— Это другое. Если бы не его ситуация, я бы ни за что не стал этого делать. Но знаешь, по поводу пары, я тут подумал: возможно, это именно та причина, по которой он переродился.

— В смысле?

— Ну смотри: ваша магия приняла его, признала вас парой, а потом его не стало, но ты-то жив, и высшие силы, боги или что там, отправили его на перерождение.

— Подожди, но тогда…. — Ромин замолчал, пытаясь припомнить кого-нибудь из своих знакомых-одиночек, кто потерял бы пару, но у него не выходило, и он удивлённо уставился на Вела.

— Не можешь припомнить, да? — усмехнулся понимающе брат. — Вот и я не вспомнил таких. Если пары и погибали, то — вместе, как наши родители. Или Тина и Мемор. За всё то время, что живу, я даже не слышал, чтобы кто-то, из прошедших обряд, потерял свою пару и выжил. Вернусь в Ларвию, обязательно изучу этот вопрос подробнее, но что-то мне подсказывает, что вот он — ответ. Возможно, все перерождённые были чьей-то парой, и то, что они встречаются так редко, это лишь подтверждает, потому что, прошедшие обряд, практически всегда погибают вместе. Если бы Лино тогда не был призраком, смог бы ты отпустить его от себя хоть на шаг?

Какое-то время они сидели молча, думая каждый о своём.

Если бы тогда Лино был живым, они погибли бы вместе или смогли бы сбежать, но тоже — вместе, и никак иначе. Если брат прав, и Лино вернулся к нему из-за того обряда, который Ромин провёл по глупой прихоти, даже не надеясь на результат, то он готов провести их сотню. А ещё, если это предположение всё-таки верно, то эта новость станет открытием тысячелетия.

— Завтра поеду в ту деревеньку и почитаю мысли людей, а особенно девушки, в которой обитал демон. Думаю, найду что-нибудь в её разуме — тварь копалась в нём и буквально жила, это должно было оставить след, по которому я найду, куда она направилась дальше, — сказал Велис, прерывая раздумья Ромина. — Ты, так полагаю, со мной не поедешь?

— Не хочу, чтобы Лит снова столкнулся с ней. Она и так знатно поковырялась в его мозгах.

— Да, наверное, ты прав.

— Тогда я пойду, отдыхай.

— Вы дождётесь, пока я вернусь?

— Почему бы и нет, — пожал плечами Ромин.

_

— Твой брат уехал ещё до рассвета, ты в курсе? — Лит забрался обратно в постель, а потом и вовсе сел верхом на Ромина, бесцеремонно разбудив его.

— В курсе.

— А почему мы не отправились с ним?

— Потому что Вел — взрослый мальчик, справится сам.

— Ну-у-у… Ты не справился.

Удар прямо ниже пояса. И это Лит ещё не знает, что Ромин сам отпустил тварь. Из-за него, между прочим. Ромин ухватил мальчишку за бёдра и потянул выше, ближе к обнажённому паху.

— Отличный способ будить меня, — протянул он. — Если ещё и поелозишь по мне своей гладкой попкой, я проснусь окончательно.

Лит тут же вспыхнул и попытался слезть с него, но Ромин лишь сильнее сжал мальчишку, приподнялся, легонько поцеловал розовеющую щеку и только потом отпустил.

— А твой брат, он… Он постоянно читает мысли людей или делает это по желанию?

— По желанию. Хотя, если человек чем-то обеспокоен или испытывает другие сильные эмоции, Вел может уловить его мысли, сам того не желая.

— Любого?

— Да. — Ромин глянул на призадумавшегося мальчишку. — А что, тебя это беспокоит? Есть что скрывать? — с усмешкой спросил он.

— Не то чтобы... Но это всё равно неприятно — знать, что кто-то в любой момент может узнать твои мысли. Это ведь личное, только моё.

— Вел старается не влезать в чужие головы без крайней надобности. А у магов, если такая необходимость всё-таки возникает, обычно спрашивает разрешения.

Ромин отвернулся. Как же он устал ему врать! А учитывая, что Велис вчера серьёзно покопался в голове Лита, чувствовал себя виноватым. «Твой мальчик влюблён в тебя…» Хотелось услышать эти слова от Лита, а не от брата.

— … наверное, ему тяжело.

— Что? — переспросил некромант, понимая, что упустил нить разговора.

— Ну, то, что другие маги, должно быть, сторонятся его из-за дара. Или это не так?

— А-а, ты об этом. Сторонятся, но он давно привык. У него есть Амина, которая приезжает в Ларвию каждые несколько месяцев. Я, когда бываю в столице, тоже много времени провожу с ним. А сейчас у Вела есть любовник, они всего пару лет вместе, но, кажется, этот брата наконец-то устраивает.

— Это у вас семейное — часто менять любовников?

— Проживёшь сто лет и поймёшь его. Хотя нет, тебе это уже не светит.

— Почему это? — Лит удивлённо выгнул бровь.

— Ты — мой.

— И кто это сказал?

Ромин даже отвечать не стал, быстро оделся и пошёл вниз, заказать что-нибудь на завтрак. Лит спустился минут через десять, сел напротив и пододвинул к себе тарелку с мясом и ломтиками хлеба.

— Ты серьёзно?

— О чём ты?

— Не прикидывайся. Я о том, что ты недавно сказал. А ещё, в тот раз, когда мы ловили призраков, ты ляпнул, что любишь меня. Ты серьёзно?

— Более чем.

— И почему я нравлюсь тебе?

— А для этого нужна какая-то причина? — спросил Ромин, вглядываясь в лицо мальчишки. — Тогда почему я нравлюсь тебе?

— Я не говорил такого.

— Не говорил, но ведь нравлюсь?

— Не знаю, может быть, — тихо проговорил Лит, утыкаясь взглядом в тарелку. — И когда же это случилось? Когда я понравился тебе?

«Лет сорок назад, когда летал вокруг меня несмолкающим призраком», — хотел бы Ромин ответить так, но вместо этого сказал лишь:

— Просто случилось.

— Ты знаешь, как нелепо это звучит? О тебе и твоих похождениях ходит столько слухов, что об этом не знают лишь малые дети из академии. За сотню лет у тебя не было ни одних серьёзных отношений, а тут — вдруг! — появляюсь обычный, непутёвый я, и ты неожиданно воспылал чувствами? Не думаешь, что в это сложно поверить?

— Ты почти год рядом со мной, я хоть раз приводил кого-то, Лит? Ты видел меня с кем-то?

— Нет.

— Так, может, не стоит верить слухам?

— Хочешь сказать, что всё ложь?

— Может, и не всё, но я бы предпочел, чтобы ты верил своим глазам и своим чувствам, а не тому, что болтают другие. Так что ты чувствуешь, Лит?

— Ты… Ты интересуешь меня, — тихо выдавил из себя мальчишка, а потом поднял глаза, встречаясь со взглядом Ромина. — И я бы хотел попробовать начать... отношения с тобой.

Это было сказано так робко и застенчиво, что некромант не смог сдержать улыбку и наконец потянулся к еде, заметно расслабляясь.

— А я-то думал, что у нас уже отношения.

— А я думал, что ты просто хочешь затащить меня в постель, — пробубнил Лит, тоже хватаясь за хлеб с мясом.

— Если бы мне нужно было только это, я бы давно затащил.

— Мы отправимся сегодня на следующее задание?

— Нет, подождем Вела здесь.

— И чем тогда займёмся?

— Да чем хочешь, — пожал плечами Ромин. — Море рядом, ты ведь его любишь, так что можем поваляться пару деньков на пляже, или лодку взять — порыбачить. А если хочешь, могу раздобыть приглашения на какой-нибудь приём.

Лит поморщился и отрицательно покачал головой.

— Море, пляж и лодка — звучит неплохо, но не мешало бы потренироваться, — мальчишка улыбнулся, посмотрел в окно, да так и застыл.

Ромин тоже глянул туда, но не заметил ничего необычного, лишь людей, снующих мимо трактира по своим делам.

— Лит? — осторожно позвал некромант, касаясь руки, замершего и так и не сводившего взгляд с улицы, паренька. Что на этот раз? Почему он вновь ведёт себя странно?

— Там, кажется, был демон. Лицо мужчины — всего на пару секунд на нём проступили демонические черты. Я всё ещё не привык видеть подобное, и вообще — не уверен. Это даже пугает. Кажется, для нас нашлось занятие.

— Вот тебе и море с тёплым вечером на песочке, — Ромин со вздохом поднялся. — Ну, пошли искать твоего демона.

_

Три дня они мотались по всему городу, вглядываясь в лица людей, в поисках мужика, которого заметил тогда Лит: на рынке, на центральной площади, в квартале рабочих, в порту, в трущобах. Лишь к вечеру четвёртого, мальчишка наконец-то нашёл его, в самом неожиданном месте — у городских ворот. Их предполагаемый демон оказался стражником.

— А если мы ошиблись? — Лит вцепился в руку Ромина, буквально повиснув на нём и не давая сдвинуться с места.

— Я верю в то, что ты видел.

— А я нет. Всего секунда. Серьёзно, мне ведь могло и показаться. Вот я сейчас смотрю на него и ничего не вижу.

— Ту девочку, ледяного демона, ты тоже видел лишь секунду, но не ошибся, — Ромин сделал шаг в сторону ворот, но Лит ещё и поперёк живота его обхватил.

— Давай сначала понаблюдаем! Я хочу убедиться.

Некромант вздохнул и отцепил от себя мальчишку. Присев на ступеньки ближайшего дома, вынул из-под плаща магический амулет, во избежание вопросов, а потом нагло уставился на стражников. Лит тихонько присел рядом.

— Нам разве не следует спрятаться или хотя бы сделать вид, что мы просто мимо проходили? Ты так откровенно пялишься на них.

— С чего бы мне скрываться? Я маг, у меня есть подозреваемый, и я глаз с него не спущу. Остальные пусть себе думают, что хотят.

— Но если он не демон? Это же неприлично.

— Демон.

— Мой кулон его не чувствует, — возразил мальчишка.

— Твои глаза его видели.

— Почему ты в это так веришь, я не понимаю?! Даже я сомневаюсь. Как оно вообще работает? Почему я иногда вижу в ком-то демонов, а иногда — нет? Почему я не слышал о таких способностях у других магов?

Ромин на секунду прикрыл глаза, а потом снова устремил взгляд на стражников. Двое из них увлечённо о чём-то разговаривали, третий записывал в регистрационную книгу имя запоздалого путника, приехавшего в город. Ещё полчаса, и ворота закроют, а потом должен смениться караул. Лит рядом насупился, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. А что ему ответить? Ромин понятия не имел, почему Лино умел то, что умел. Как он видел демонов в людях? Это пришло к призраку после смерти? Сейчас этот дар у него был явно слабее, чем раньше.

Один из стражников — тот самый, за которым они наблюдали — повернулся в их сторону и, заметив магов, вздрогнул. Губы Ромина изогнулись в насмешливой улыбке: ну-ну! Побежит или и дальше будет делать вид, что человек? Подозрительный стражник шагнул ближе к своему напарнику, что-то сказал и протянул руку, но тут неожиданно вскочил Лит и метнул в него огненный шар. Стражник зашипел, зло глянул на мальчишку, и его лицо скривилось, теперь совершенно точно отображая демоническую сущность. Двое других блюстителей порядка со страхом попятились к караулке, прихватив с собой незадачливого путника.

— Ну что, убедился? — лениво спросил Ромин, поднимаясь и призывая косу.

— Да. Когда он потянулся к человеку, я снова увидел это. Ромин, дашь мне самому сразиться?

Некромант с сомнением посмотрел на принимающего истинный облик демона: некрупный и, похоже, не очень сильный.

— Только под моим щитом, — бросил Ромин и тут же создал вокруг мальчишки, искрящуюся зелёным, защиту.

Лит шагнул вперёд, взмахнул рукой, и тонкие огненные плети устремились к демону, обвивая его тело. Тварь взвыла от боли, но всё равно бросилась на юношу. Лит быстро создал собственный щит и отшвырнул им нападавшего, а потом сразу три огненных шара, куда крупнее и мощнее первого, полетели в демона, обжигая и плавя его грудь. Тварь ещё пару минут корчилась в криках, пока не испустила дух.

Лит справился! Справился, даже без его помощи. Ромин впервые испытывал такую… гордость? Хотелось схватить, прижать к себе, похвалить, а ещё лучше — поцеловать! А, собственно, почему он отказывает себе? Сколько ещё нужно ждать и осторожничать? Ромин подошёл к мальчишке, обнял со спины и прошептал в самое ушко, проходясь по нему губами:

— Ты — молодец!

Лит повернулся в его руках, глаза так и сияли.

— Я сам… Ведь сам? — выдохнул он.

— Ага.

Мальчишка обвил шею Ромина руками и потянулся к губам, сначала неуверенно, но, через секунду, уже страстно целуя. Ромин крепче прижал его, отвечая и буквально ощущая, как Лит заводится. О, боги! Дайте сил добраться до постоялого двора и не начать тискаться прямо на улице!

_

Едва переступив порог комнаты, Ромин прижал мальчишку к стене, вновь впиваясь в его губы. Лит же вцепился ладошками в его спину, потираясь о него всем телом. Такой горячий, даже сквозь одежду, ещё и тихонько стонет, да так сладко — до дрожи. Такой до одури желанный, что крышу сносит моментально. Ромин ухватился за ворот его рубахи и нетерпеливо разорвал, чтобы быстрее добраться до тела, спуститься губами с шеи на ключицы, вылизывая и чуть прикусывая гладкую нежную кожу, от чего Лит застонал громче, вжимаясь в него пахом.

Мальчишка плавился под его поцелуями, цеплялся тонкими пальчиками, и лишь когда Ромин заметил, что тот едва на ногах стоит от возбуждения, немного пришёл в себя и потянул Лита к постели. Как же он хотел его! Хотел обладать, наконец-то сделать полностью своим. Он и так его, но…

— Лит, ты уверен? — прошептал мужчина, просто, чтобы убедиться, чтобы знать наверняка. Чтобы утром его мальчик не пожалел. И когда Лит выдохнул короткое «Да», одним быстрым движением стянул с него штаны, а затем потратил ещё пару секунд, чтобы раздеться самому, и повалил любимого на кровать, вновь жадно целуя.

Рука потянулась вниз, обхватывая его возбуждённый член, а губы поймали сорванный, хриплый вздох. До чего же его мальчик сладкий и нежный, и такой доверчивый, открытый сейчас. Лит раздвинул ноги пошире, кажется, даже не осознавая этого, чуть качнул бёдрами, толкаясь в его ладонь, посмотрел затуманенным взором и томно прошептал:

— Прошу… Прошу, Ромин.

Да он и так едва сдерживал себя, а после такой мольбы… Ромин обхватил податливое тело, перевернул на живот, приподнял бёдра, поставив мальчишку на колени, и прошелся губами по трогательным позвонкам на гибкой спине. Он и хотел бы сделать это лицом к лицу, смотреть Литу в глаза, входя в него, но в этой позе парнишке будет проще принять его в первый раз. Первый раз. Не только для Лита — у них обоих это будет первый раз, потому что все, кто был до него в постели Ромина — не важны. Потому что это — ОН! ОН — так давно и отчаянно любимый. ОН — так глубоко засевший в его сердце, что порой это причиняло боль. ОН — к которому невозможно было прикоснуться, но от этого не менее дорогой и ценный.

Руки задрожали. Кажется, Ромин впервые в жизни был так бережен и осторожен. Он с трепетом прошёлся языком меж маленьких, соблазнительных ягодиц, а потом подразнил сжавшуюся девственную звёздочку. Лит упал грудью на покрывало и тихонько заскулил. Ромин стал толкаться, растягивая и увлажняя узкий вход, через пару минут прибавил к языку палец, а после и ещё один.

— Ро-мин. О, прошу, Ромин!

— О чём? — выдохнул некромант, не отрываясь от чуть раскрывшихся, блестящих от слюны, краёв дырочки.

— Ещё… глубже… — едва ли не со слезами простонал мальчишка. — Войди глубже…

— Так? — спросил Ромин, скользнув пальцем дальше и надавливая на простату, а Лит в ответ выгнулся и вскрикнул.

О, как же он хотел его! Они оба хотели! Ромин приподнялся, обхватил одной рукой Лита за талию, а второй потянулся за душистым маслом, так кстати забытом на столике у кровати и, смазав им член, упёрся им в мальчишку.

— Будет немного больно, — прошептал Ромин, покрывая поцелуями подрагивающую спину. — Потерпишь?

— Давай уже, — выдохнул юноша и потёрся о него попкой. — Просто во…

Лит пискнул и замолчал, цепляясь руками за покрывало, когда Ромин стал медленно входить. Мальчишка сжался, но отстраниться не пытался, лишь глубоко дышал и, зажмурив глаза, терпел. Мужчина замер ненадолго, свободной рукой обхватил член Лита и, быстро войдя до конца, вновь остановился.

— Сейчас, сейчас, милый, — выцеловывая спину и лопатки, шептал Ромин и легонько поглаживал пальцами, всё такой же возбуждённый, член Лита. — Сейчас будет хорошо, сладкий мой, обещаю.

Как же Лит сжимал его! Такой узкий и горячий внутри. В голове стучало набатом: «Хочу… Хочу!» Войти ещё глубже, начать двигаться, заставить кричать от наслаждения. Ромин до боли прикусил губу, чтобы остыть хоть немного, дать мальчишке чуть больше времени привыкнуть. Ладонь куда активнее стала ласкать чужой член, и вскоре Лит вновь тихонько застонал, а потом и вовсе — осторожно качнулся, скользя по пульсирующему органу Ромина. Мужчина охнул, крепче обнял Лита и, больше не в силах сдерживаться, стал медленно двигаться. Толчок за толчком, осторожно, до невозможного бережно, и когда член нашёл нужную точку, мальчишка с громким стоном выгнулся, насаживаясь на него сам.

Боги, неужели раньше он думал, что получает удовольствие?! Нет. Даже сравнивать бессмысленно. Это другое. С НИМ — совсем другое. От одних только звуков, что издавал сейчас Лит, Ромина накрыло волной блаженства. От осознания кого он держит в объятиях, и кто сейчас отдаётся ему, сердце готово выпрыгнуть из груди, а от захлёстывающего разум и чувства желания пальцы сводит.

После очередного толчка, Ромин резко вышел, перевернул Лита на спину, и снова войдя, навис над ним. Хотелось видеть его лицо, смотреть в самые дорогие на свете глаза! Мужчина со стоном подался глубже, вглядываясь в дрожащие ресницы, пальцем касаясь чуть приоткрытых губ. Мой! МОЙ!

— Посмотри на меня, — прошептал Ромин, и Лит распахнул глаза. О как же они смотрели на него! — Я люблю тебя, — выдохнул он, делая новый резкий толчок. — Как же я люблю тебя!

Лит вскрикнул, пальцами вцепился в плечи, выгнулся и задрожал от следующего требовательного движения горячего члена внутри. Больше не сдерживаясь, Ромин стал быстро и резко вколачиваться в податливое тело, чувствуя, как стройные ноги обвили его талию, слушая срывающиеся крики. Его… Он и правда — Его! Его сокровище, его сердце, его мир, его Лино!

— Люблю… Люблю тебя, Лино! — простонал он кончая в горячее, сжимающее его, нутро, и ощущая, как живот заливает чужая сперма.

Он потянулся к губам, накрыл их своими, но Лит не ответил — он весь будто окаменел. Ромин заглянул в его лицо, увидел застывшие в глазах слёзы, и только спустя несколько секунд осознал, чьё имя от только что назвал! Лит дёрнулся, пытаясь выбраться из-под него, и маг приподнялся. Проклятье! Не сдержался, всего раз не сдержался и ляпнул, даже не заметив этого. Ну почему сейчас, когда всё было так чудесно?! И как теперь это объяснить?

Парнишка встал с постели, поморщился и, нетвёрдым шагом, побрёл к ванной.

— Лит, — позвал Ромин, и тот обернулся, глядя на него с горечью, обидой и злостью.

— Лит? — ухмыльнулся он. — Не смей меня так называть. Никогда. Меня зовут Илит, Ил! А ведь ты с самого начала стал звать меня... так. Кто он, твой Лино? И кто для тебя я — замена?

— Лит, милый…

— Заткнись! Не хочу даже знать. Ведь я почти поверил… Почти поверил тебе!

Ромин протянул руку, сам не зная, что сказать, как успокоить. Как убедить теперь, что Лит никакая не замена, что ОН — единственный. Мальчишка отшатнулся.

— Только попробуй, — прошипел Лит и отступил ещё дальше. — Когда вернётся твой брат, я подам ему официальный запрос на замену наставника, а сейчас проваливай.

— Милый, пожалуйста…

— Ты уже поимел меня, тебе мало?! Убирайся отсюда! Сними соседнюю комнату или катись, куда хочешь, но когда я выйду из ванны, чтобы тебя здесь не было!

Мальчишка быстро скрылся за дверью, при этом хлопнув ею так, что задрожали стены. Ромин сложился пополам, обхватив голову руками. Что он наделал?!

Думай же, думай, Ромин: как теперь всё исправить?

Глава 28. Архивы, записи и правда

Илит сидел у пруда и безразлично смотрел на водную гладь. Надо

же, уже почти год прошёл, как он покинул это место — как быстро летит время и

сколько всего успело произойти. Год, всего лишь год, а кажется вечностью, за

которую его сердце превратилось в осколки. Когда-то он думал, что любит

Квина, но эти чувства оказались лишь юношеской привязанностью,

незначительными отголосками того, что может быть на самом деле. Как

выяснилось: настоящие чувства ранят глубоко и так больно, что хоть вой. Эта

проклятая любовь сначала заставляет тебя чуть ли не парить в счастливом

восторге, а потом — безжалостно бьёт о землю, да так, чтоб вдребезги.

«Люблю тебя, Лино». Кажется, эти слова преследовали его где бы он ни

находился и что бы ни делал. Эти слова резали и резали, будто пытаясь

выковырнуть из него всю душу. Слова, которые он хотел бы забыть. Илит так

долго убеждал себя, что не поддастся, что испытывает всего лишь желание и

интерес, что ни за что не станет воспринимать всерьёз такого человека, но всё

равно влюбился. Влюбился, как глупая девчонка, и в кого? В Ромина! Он ведь

знал, что некромант — повеса. Знал, что список его любовниц и любовников

наверняка перевалил за тысячу, знал, что этот человек не умеет любить, но всё

равно поверил. Повёлся на нежность, ласку, заботу и сладкие речи. И самое

обидное, что Ромин умеет-таки любить, но не к Илиту испытывает это чувство!

Не о нём он думал, обнимая, не его так страстно желал, не с ним хотел быть.

Больно… Как же это больно.

Велис приехал в город на следующий день после той незабываемой во всех

смыслах ночи. Верховный даже толком не успел переодеться с дороги, когда

Илит постучал в его дверь. Он ничего не спросил, когда юноша попросил о смене

наставника, он вообще ничего не сказал, да и зачем? Наверняка он всё прочёл в

его мыслях. Неприятное чувство — осознавать, что брат Ромина увидел всё: от

довольно невинного поцелуя, до… того, что было между ними в постели. Но

пусть так, выдавить из себя вслух причину своей просьбы Илит бы не смог. «Я

был так глуп, что переспал с вашим братом, но он не любит меня. Пожалуйста,

позвольте мне больше не находиться рядом с ним...» Звучит как мольба. И так

унизительно! Но Велис не спросил, и Илиту не пришлось унижаться вслух.

— Соберай вещи, вечером отправимся в Ларвию порталом, — это всё, что он

сказал, и Ил был за это более чем благодарен.

Когда пространственный маг Орена открыл для них портал, Ромин стоял

неподалёку, сложив руки на груди, и мрачно смотрел на Илита. Пришлось изо

всех сил делать вид, что некроманта не существует, вот только сердце

разрывалось на части. Только из чистого упрямства он не расплакался прямо

там. Не хватало ещё, чтобы Ромин видел его слёзы, хотя он слышал их — той

ночью Илит прорыдал в ванной больше часа.

Портал вывел Велиса и Ила прямиком во двор магической академии. Юноша

даже растерялся. Что дальше? Что теперь ему делать? Видимо, верховный

увидел это в его мыслях и, подбадривающе похлопав по плечу, отправил в

прежнюю комнату, а с ректором Бенетом собирался поговорить сам.

— А потом?.. — спросил Ил, когда верховный маг уже повернулся к главному

корпусу. — Мне подберут нового наставника? Как долго?.. — он замолчал, не решаясь продолжить, да и не зная, какой ответ хочет услышать. Велис вновь

посмотрел на него.

— Давай, сейчас ты просто отдохнёшь. Поживи в академии, пообщайся с

ребятами, присмотри за малышнёй, а потом мы всё решим.

— Когда? — сдавленно выдавил из себя Илит.

— Месяц. Поговорим с тобой об этом через месяц. Остынь, приди в себя,

обдумай всё и реши, чего ты на самом деле хочешь.

— У меня есть ещё вопрос.

— Не нужно…

— Кто он? Кто такой Лино? Почему Ромин не с ним?

— Я не могу ответить тебе, Илит.

Юноша отвернулся, пытаясь спрятать горечь и обиду. Хотя чего он,

собственно, ждал? С чего бы верховному выдавать тайны своего брата? Что ж,

тогда он найдёт ответы сам, перероет всё…

— Ты не найдёшь это имя в архивах, — сказал тихо Велис, на этот раз

совершенно точно, прочтя мысли Илита. Маг подошёл ближе и как-то печально

заглянул ему в глаза, — Это твоя жизнь и твои чувства, и я знаю, что не имею

права давать советы, не касающиеся магии или нашей работы, но когда ты

успокоишься и будешь не так зол и расстроен, как сейчас, вспомни всё, что было

между тобой и Ромином. — Вел поднял руку, не позволяя Илиту прервать себя. —

Ты сейчас думаешь, что я говорю это, принимая сторону брата, но это не совсем

так. Ты — самый дорогой человек в его жизни, просто подумай об этом.

И он думал, уже две недели как думал, иногда до головной боли. Первые

несколько дней он чувствовал себя таким раздавленным и опустошённым, что

сил хватало лишь на то, чтобы добрести до столовой, затолкать в себя что-то из

еды, а потом вернуться в комнату, упасть на постель и уснуть. И всякий раз,

едва открыв глаза, вспомнить, как растоптали его чувства. И так раз за разом.

Когда Илит решил, что так больше продолжаться не может, он стал изводить

себя тренировками. В те часы, что он проводил на тренировочном поле,

отрабатывая удары, атаки и защиту, он хотя бы не думал, не чувствовал боли

или опустошения, но после всё возвращалось.

Ночи стали для него особым испытанием, сладким и до безумия

болезненным. Стоило закрыть глаза, и он вспоминал, как Ромин целовал его, как

сжимал в объятьях, как нежен был. Вспоминал, как сам доверился и безоглядно

отдавался, и это, без преувеличения, была лучшая ночь в его жизни. Потому что

ему нравилось абсолютно всё, что они делали в той постели. Потому что он

испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие, но каждый раз в его

воспоминаниях или во снах это заканчивалось одной фразой: «Люблю тебя,

Лино...» И он вновь падал в пропасть отчаяния.

Так прошла неделя, а потом в академии появился Ромин, и, как ни странно,

Илиту стало лучше. Вместо боли и опустошения пришла злость. Нет, как таковая

боль никуда не делась, но она перестала быть всепоглощающей. Некромант не пытался с ним заговорить, да и вообще не приближался, но при этом почти

всегда находился где-то поблизости. На завтраках в столовой сидел рядом с

ректором, спокойно о чём-то беседуя, и за эту невозмутимость Илиту хотелось

его придушить. Во время обеда подсаживался к старшекурсникам, улыбался им,

и это бесило просто неимоверно! Ромин, оказывается, ещё и периодические

занятия стал у них проводить! Илита так и подмывало подойти и спросить:

«Когда это ты стал таким дружелюбным? Где же твоё вечно хмурое и

недовольное всеми лицо?» А девчонкам, хихикающим и бросающим на

некроманта откровенные взгляды – выцарапать глаза! И не только девчонкам.

На Ромина и некоторые юноши смотрели очень даже заинтересованно.

Илит ревновал. О боги, он так ревновал! Даже зная, что Ромин не

принадлежит ему, что всё это было… А, собственно, чем это было? И что

происходит сейчас? Почему Ромин здесь? В мире закончились демоны на

которых нужно охотиться? И ответ приходил только один, сколько бы Ил ни гнал

его от себя, он настойчиво постукивал в голове: «Ромин здесь из-за тебя». И в те

секунды, когда он не отмахивался от этой мысли, в душе теплело. Потом он

ругал себя, как только мог. Ну что за глупый наивный мальчишка: даже получив

такую оплеуху в ответ на свои чувства, глядя на Ромина, где-то глубоко внутри

он начинал надеяться. Может, ему не плевать… Может, Ромину, и правда, не

плевать на него. С каждым днём эта мысль крепла, и он всерьёз задумался над

тем, что сказал ему Велис – надо просто вспомнить всё, что было между ними.

Ромин всегда был заботлив к нему, даже если порой ругал и отчитывал, это

было продиктовано заботой, и вовсе не той, что должен проявлять наставник к

ученику. Их отношения с самого начала были иными: Ромин относился к нему с

нежностью, а порой казалось и с трепетом, а уж как он смотрел на него! И

свалить всё это на желание некроманта просто затащить Илита в постель – не

получалось, потому что, как и сказал Ромин: «хотел бы только этого, давно бы

затащил». И возможностей была куча, с первых же дней он мог с лёгкостью

соблазнить и поиметь его. Боги, да однажды, перепив лишнего, Илит сам просил

об этом, но Ромин просто уложил его спать! Значит были — БЫЛИ! — чувства! Не

могло не быть, потому что нельзя так притворяться! Но в то же время, он назвал

его Лино… И тут Илит снова упирался в вопрос: кто же этот Лино, демоны его

побери?!

На несколько дней он плотно засел в архивах академии, перерыв имена всех

магов за последние двести лет. Вряд ли этот загадочный Лино старше, Ил

вообще очень сомневался, что тот старше Ромина. Он пересматривал свиток за

свитком, не пропуская ни единого мага, ни живого ни мёртвого, даже перешёл

на тех, что родились раньше двухсот лет назад, но тут верховный оказался прав

— мага по имени Лино в записях не существовало. Тогда, мог ли тот быть

обычным человеком? Человеком, которого больше нет в этом мире? Поэтому

Ромин выбрал Илита как замену? Но если бы его возлюбленный был простым

человеком, рядом с магом он находился бы в постоянной опасности. Как вообще

можно вести подобную жизнь и охоту на демонов рядом с человеком?

Хорошенько поразмыслив обо всём этом, Илит полез в хроники о самом

некроманте: ведь если тот провёл достаточно долгое время с возлюбленным, то

об этом должно быть хоть одно упоминание. Илит нашёл целых три тома с

описанием достижений и побед Ромина. За сто девять лет такие объёмы не

удивительны, учитывая, что Ромин один из сильнейших магов мира.

Начиналось всё с демонов, которых некромант убил ещё будучи учеником

магистра Каримы. И уже тогда выходил длиннющий список, при том, что

записывались лишь сильные, необычные или особо опасные особи — мелочовку

же в расчёт никто не брал. С наставницей Ромин странствовал семь лет, не так

уж и долго — обычно это занимало от десяти и более лет, но да о чём это он?

Некроманты к обычным магам не относятся.

По истечению срока ученичества, Ромин продолжил свой путь один, и все

последующие победы были единоличными, лишь изредка упоминались имена

временных напарников, но тех можно по пальцам пересчитать, видимо, тогда

попадались поистине грозные демоны. Только через двадцать лет рядом с

именем некроманта стала упоминаться Амина, и младшая сестра оказалась

единственной постоянной напарницей Ромина. Судя по списку побеждённых

тварей, брат с сестрой путешествовали вместе лишь пару лет, потом разошлись,

но впоследствии достаточно часто бились вместе. С появлением в записях

сестры, другие маги больше не упоминались, разве что несколько раз Велис, да

наставница Ромина. Он и правда был одиночкой. Илиту даже стало тоскливо —

всегда один, десятки лет. Неудивительно, что Ромин искал хоть какой-то

радости в случайных связях, но о них тут не было ни слова! Жаль, Илит бы

почитал. Почитал, а потом бесился бы ещё больше. Вот только те, кто вели

архивы, не сочли любовные похождения и личную жизнь мага чем-то важным и

продолжали записывать лишь факты о победах над демонами.

Следующее новое имя появилось в записях с датой сорокадвухлетней

давности, и с того момента стояло напротив Ромина в течение двадцати шести

лет — Нитан.

Ромин — Нитан: демон подземелья.

Ромин — Нитан: демон — паразит из Ларета, семь жертв.

Ромин — Нитан — Амина: демоны — насекомые, трудно обнаруживаемые и

сложно истребимые.

Ромин — Нитан: зеркальный демон в Исхо.

И так дальше, год за годом, до самой последней записи, где упоминался

Нитан.

Ромин — Нитан — Амина: разлом.

Если бы Илит не знал, что юный огневик был призраком, то подумал, что эти

двое как минимум любовники, если не пара — столько лет вместе рука об руку.

А вот имени Лино в записях так и не встретилось. После гибели призрака — или

как это лучше назвать, ведь тот и так уже был мёртв? — в общем, после того,

как Нитана не стало, во всех последующих записях Ромин снова фигурировал

один. Всегда один. Даже сестра не появлялась. И лишь в нескольких последних

присутствовало его, Илита, имя. Вот только что значило «Н» в скобочках?

Ромин — Илит (Н): демоница с магией холода.

Ромин — Илит (Н): деревня, уничтоженная демонами, двадцать одна особь.

Это какая-то пометка о том, что он ученик? Почему не «У»?

— Нашёл, что искал? — раздался голос сбоку, и юноша обернулся.

За соседним столиком сидел ректор Бенет и задумчиво вертел в руках какую-

то книгу. А ведь Илит даже не заметил, когда тот вошёл.

— Нет, — ответил он и закрыл последний том с записями о Ромине. — Если я

спрошу, вы ответите мне, ректор?

— Попробуй, — мужчина тепло улыбнулся.

— Вы знаете, кто такой Лино?

— Отчасти, — Илит нахмурился, а Бенет на это лишь усмехнулся. — Попробуй

задать вопрос по-другому.

— Он был простым человеком?

— Нет.

— Магом?

— Да.

— Но его имени нет в архивах! — воскликнул Илит. — Почему?

— А это и не его имя. Этот… маг был рождён под другим именем, под ним и

записан в архивах.

— Скажете мне его? — едва слышно прошептал юноша, боясь спугнуть свою

удачу.

— Боюсь, что не могу. Но ты ведь уже и так догадываешься, разве нет? —

мужчина улыбнулся шире.

Догадывается? Нет... Нет, потому что… Единственный, с кем был Ромин

дольше всех, это… Этого просто не может быть! Призрак?

— Нитан? — выдохнул Ил.

— Не забудь поставить все записи на свои места, — бросил ректор вставая.

Он не сказал «ДА», но и «НЕТ» не сказал. Да и не нужно было, потому что

Илит наконец-то понял, кого Ромин называл Лино. Почему некромант вдруг взял

в ученики огневика. Понял, кого он хотел заменить Илитом! Вот только Ромин

всегда был так нежен и… Сердце до сих пор отчаянно отказывалось верить, что

он всего лишь замена.

— Ректор Бенет, а почему вы выбрали мне в наставники именно его? Почему

Ромина?

— Потому что о другом наставнике для тебя никто бы не посмел подумать.

— Я не понимаю…

— Правда, не понимаешь? Знаешь, я наблюдал за тобой с самого детства: как

ты рос, как менялся, как усердно учился. Я присматриваю за всеми юными

магами, но ты… Ты ведь очень умный юноша, сопоставь все факты, Илит. Ромин

не скажет, он боится за тебя, боится больше, чем за собственную жизнь. Не

догадываешься, почему?

Лицо Ромина, бездонные глаза: «Посмотри на меня».

Ромин совершенно точно видел, кто перед ним, смотрел с таким обожанием,

двигаясь в нём, так как же он мог перепутать и сказать: «Люблю тебя, Лино»?

И память подбрасывает отчётливые образы: «Как я сделал это? Как очистил

её? Все маги огня это умеют?»

Напряжённое, немного растерянное лицо: «Это то, что умел… Нитан». Ромин учил его тому, что умел его обожаемый Нитан или?..

Вот он сам растерян, не знает как объяснить необъяснимое: «Так не бывает,

я ведь не обжог тебя. Сила одного мага не может причинить вред другому,

только если они пара...»

И насмешливый ответ: «Так может, мы пара?»

«Я буду звать тебя Лит», — С самого начала, с самой первой встречи, Ромин

ни разу не назвал его Илитом!

«Что последнее ты помнишь?» — Сколько раз Ил слышал от него этот

вопрос? Сколько раз чувствовал себя странно, теряя непонятным образом

сознание или связь с реальностью?

И это, до сих пор отдающее смутной горечью и обидой за грудиной:

«— Он был дорог тебе?

— Очень.

— Но ты всё равно пожертвовал им, чтобы закрыть разлом.

— Кем я там пожертвовал?! Он провёл рядом со мной двадцать шесть лет!

По-твоему, я бы поступил с ним так?! Он сам сиганул в тот разлом, а я… Я не

успел его остановить...»

Голова резко заболела, и Илит обхватил её руками. Разлом, да? Нитан-Лино

исчез в разломе.

Вот демоница страха засунула его в иллюзию, и там был именно разлом.

Разлом, который пугал его до дрожи. Разлом, в котором он растворялся. Так, да?

Так растворился Нитан? Или он сам? «НЕТ! Нет, Лино!» Он уже слышал это имя,

до того, как Ромин назвал его так. Слышал там, в иллюзии, но тогда ни на

секунду не задумался, что оно не его!

Плечи обхватили сильные руки и, подняв глаза, Ил встретился с обеспокоенным взглядом ректора.

— Что с тобой? Тебе плохо? Идём к целителю, сейчас же.

— Я не помню, да? — прошептал юноша.

— Я начинаю жалеть, что заговорил с тобой.

— Ну не-ет, — Илит горько усмехнулся, отрицательно кивнув, и от этого

движения голову пробила новая волна боли. — Вы первый, кто наконец-то хоть

намекнул мне на правду.

— Никто не лгал тебе.

— Нет, просто молчали. Так ответьте, ректор, я… Я не помню того, что

помнит обо мне Ромин? Я был… — Илит запнулся. Одно дело предположить и

совсем другое — услышать ответ. Такой невероятный, но при этом ставящий всё

на свои места. — Я был его призраком?

— Ты тот, кого он любит, любил и будет любить всегда.

— Я хочу увидеть записи о перерождённых…

— Не сейчас. Мы идём к целителю, и без споров, Илит, иначе я тебя силой

отведу.

Он не стал сопротивляться, когда мужчина повёл его к выходу из подвала с

архивами.

— Он в академии?

— Целитель? Конечно.

— Ромин.

— Он поехал куда-то с Аминой. Их не будет несколько дней.

— Хорошо, — прошептал Ил, понимая, что голова уже не просто болит, а

раскалывается. — Мне нужно это всё переварить, понять… — Юноша крепче

ухватился за руку директора. — В глазах темнеет…

— Проклятье, мальчишка! Он убьёт меня, если с тобой что-то случится! Да я

сам себе не прощу! — Мужчина подхватил его на руки, и Илит позволил себе

расслабиться и закрыть глаза.

— Я буду в порядке, — пробормотал он. — В порядке, просто так много

всего…

_

Жарко! Ему было очень, очень жарко, и именно от этого Илит проснулся, а

открыв глаза, понял, что едва ли не с головой укутан в толстенное шерстяное

одеяло. И кто же додумался посреди лета замотать его в это? Юноша скинул с

себя ненужную тряпку и огляделся. Кабинет целителя. Он частенько бывал тут на третьем и четвёртом курсе, когда начались боевые занятия, и он то падал и ходил в синяках, то обжигался, пытаясь совладать с собственной магией. Б-р-р-р… Не хотел бы он вернуться в то время и начать обучение сначала. Сначала…. А ведь если так подумать, именно сначала он всё и начал, вот только не помнит этого. Зато другие помнят. Все, кто окружал его, всё это время помнили, знали и молчали! И Ромин молчал… Ромин дольше всех. Новая обида на некроманта, кажется, готова была затопить его. Если они были так близки в прошлом, почему же он не рассказал?!

Развить эту мысль Илит не успел, потому что к нему за ширму заглянул

магистр Тавис — главный целитель, а по совместительству один из

преподавателей академии. Мужчина, лет сорока на вид, пристально его оглядел

и лишь потом подошёл чуть ближе.

— Илит, как ты себя чувствуешь?

А он тоже знал? Конечно, знал, ведь ему уже больше двухсот лет, наверняка

он лечил синяки и шишки ещё Нитану, когда тот обучался. В висках неприятно

запульсировало, но это ощущение было вполне терпимым, и не шло ни в какое

сравнение с той головной болью, из-за которой он сюда попал.

— Нормально, — выдохнул Илит, отводя взгляд.

— Ректор Бенет сказал, что у тебя разболелась голова, но я не нашёл ни

физических повреждений, ни магических, поэтому использовал лишь общее

исцеление. Не расскажешь подробнее, что произошло, чтобы я мог понять

причину и применить правильное лечение?

— А ректор ничего не сказал?

И что Бенет поведал целителю? Он уже в курсе, что Илит знает о… Боги, как

всё запутанно!

— Он сказал, что вы разговаривали, и тебе стало нехорошо.

— Всё так и было, — Илит сел и поправил задравшуюся рубаху. — Сейчас я

чувствую себя нормально, спасибо, магистр. Я могу идти?

Целитель приблизился, едва ощутимо обхватил пальцами запястье юноши,

что-то там проверил своими силами, ненадолго прикрыв глаза, а потом

отпустил, пожав плечами.

— Что ж, я не улавливаю никаких травм или других проблем, а значит, у

меня нет причин тебя удерживать.

Илит поднялся с узкой кровати, нашёл рядом свою обувь, быстро надел её,

поклонился магистру и, стараясь выглядеть как можно непринуждённее,

покинул кабинет. Так же спокойно он дошёл до угла коридора, а потом бросился

бегом в сторону жилого корпуса для преподавателей. За окном уже почти

стемнело, так что вряд ли ректор всё ещё находился в своем кабинете, а Ил

просто обязан спросить, спросить прямо сейчас! Бежать в покои ректора не

пришлось — уже на следующем повороте Илит едва не врезался в него.

Мужчина ловко поймал его за плечи, останавливая.

— Илит, — выдохнул он, — А я шёл проведать тебя. Как голова? Как…

— Вы рассказали?! — Юноша мёртвой хваткой вцепился в мантию Бенета. —

Кому вы уже рассказали о том, что я знаю?

— Пожалуйста, успокойся, Илит, — вкрадчивым голосом начал ректор,

перехватывая его руки. — По-хорошему, мне бы стоило рассказать и целителю, и

тем более верховному магу, и уж точно незамедлительно отправить послание

Ромину, но я не сделал этого. Ты не хочешь, чтобы он знал?

— Нет.

— Почему? Разве не стоит поговорить с Ромином?

— Нет. Я хочу сам понять… разобраться во всём, и главное — в себе. Не хочу,

чтобы узнав, он следил за каждым моим вдохом. Не хочу, чтобы ждал… чего-то.

Не смогу видеть, как он ищет во мне то, чего нет. Я… — Илита ощутимо

затрясло, и ректор, почувствовав это, сильнее сжал его руки.

— Успокойся, — куда строже сказал он. — Если ты будешь реагировать так,

мне придётся всем рассказать. Хочешь разобраться сам — сделай это. Докажи

мне, Ромину и другим, что мы ошиблись. Что ты можешь справиться с этим.

— С чем? — непонимающе посмотрел на него юноша.

— Я оставил книгу в твоей комнате. Пятнадцатая глава о перерождённых,

прочти её и поймёшь. Но знай, это лишь общие сведения. Такие, как ты,

слишком редкое явление, поэтому у нас имеется не так уж много записей, и

практически все они находятся у верховного мага, но, полагаю, к нему ты

пойдёшь в последнюю очередь. — Юноша медленно кивнул: к тому, чтобы в его

мыслях поковырялись, он сейчас точно не готов. — Илит, пойми, мы все желаем

тебе добра, и это единственная причина по которой все молчали, особенно —

Ромин. Я ничего не скажу ему, пока ты сам не будешь готов, но у меня есть

условие — каждое утро и вечер ты будешь приходить ко мне на чаепитие.

— Это способ следить за мной? — нахмурился юноша.

— Приглядывать, Ил, приглядывать. Когда ты прочтёшь ту главу, поймешь

моё беспокойство.

— Что ж, тогда я хочу прочесть её, как можно скорее, — ответил Илит,

отступая от ректора.

— Завтра в десять утра жду тебя у себя в кабинете. Пирог с персиками

подойдёт?

Илит медленно кивнул, обогнул магистра и побрёл в свою комнату.

_

Он прочёл эти несчастные десять страниц о перерождённых множество раз.

Многое стало понятней, уж поведение Ромина и других, встреченных им магов,

точно, но и вопросов стало больше. Треть перерождённых сходила с ума, не выдерживая воспоминаний о прошлой жизни… Ну он-то себя сумасшедшим не

считал, хотя и воспоминаний у него не было. Не было. И это напрягало, потому

что он хотел вспомнить.

Первым делом Илит вновь отправился в архив, собираясь прочесть все

записи о Нитане, в надежде, что в памяти всплывёт хоть что-то. Он просчитал,

когда примерно должен был родиться юный маг огня, и перерыл все полки за те

годы, но так и не нашёл эти самые записи, а позже выяснилось, что они тоже

находятся у верховного мага – ректор Бенет сказал во время второго чаепития. У

Илита вообще было к нему много вопросов, он хотел хоть что-то узнать о своём

прошлом, но ответом ему было неизменное: «Поговори с Ромином, он знал тебя

лучше всех».

С Ромином… Да если бы мог, наверное, уже бы поговорил. Когда Ил остыл и

всё обдумал, это было его первым желанием, но некроманта, как назло, не было

в городе. Илит понимал, что ему стоило всего лишь намекнуть об этом ректору и

тот сразу бы связался с Ромином. Да что там, если бы Ил сам отправил на его

зеркало сообщение через пространственного мага, мужчина наверняка был бы

уже здесь, но он никак не мог решиться. Будто оттягивал время до этого самого

разговора. А ещё: он скучал.

Теперь, когда знал, что Ромин назвал его вовсе не чужим именем, что тот и

не думал ни о ком другом, когда обладал им, злость, ревность, обида и боль

исчезли, оставив лишь неприятный осадок из-за испорченной первой близости.

Проклятье! Они должны были нежиться в объятьях друг друга и неспешно

целоваться, а не это вот всё! Он скучал! Безумно скучал, и потребность увидеть

Ромина росла с каждым днём. Даже и без того, чтобы задать ему сотни

вопросов, а просто заглянуть в его синие глаза, просто прижаться и

почувствовать, наконец, что у них всё в порядке. Оказаться в кольце сильных

рук и снова ощутить себя защищённым и нужным. Но Ромин не возвращался, а

позвать не хватало решимости.

Помимо всех своих переживаний и мыслей, Илиту пару раз в день

приходилось сталкиваться с Квином, потому что уехав со своим братом, Амина

оставила ученика в академии. Не то чтобы Илит чувствовал какую-то обиду или

что-то ещё, пересекаясь со своим бывшим, вовсе нет. Ему вообще по-большому

счёту было плевать на него, а вот Квину — нет. Парень то и дело пытался вновь

подкатить к нему, начать разговор, пошутить или невзначай коснуться. Илит

всякий раз делал вид, что не понимает к чему тот клонит, но это начинало

напрягать.

С того дня, как он последний раз видел Ромина в академии, прошло уже

больше недели. И с тех пор, как он узнал правду — тоже. Мысли постоянно

переполняли его голову, порой доводя до мигрени. Неудивительно, что

перерождённые в прошлом сходили с ума, а ведь это Илит ещё даже ничего не

вспомнил! Но всё равно очень, очень хотел. Какие отношения у них были с

Ромином, когда он был призраком? Какая вообще любовь возможна между

призраком и живым человеком, да ещё и некромантом? Почему в записях он

числится как Нитан, но Ромин звал его Лино? Откуда взялось это имя? Мужчина,

несомненно, очень дорожил им и любил, а он сам, он любил его? Они провели

бок о бок двадцать шесть лет, и Илит хотел их вспомнить!

В виски в очередной раз ударила тупая боль, и Илит уже привычным

движением потёр их пальцами. Вряд ли это хороший признак, но о своей периодической мигрени он точно никому не скажет, иначе с него вообще глаз

не спустят. Может, боль пройдёт сама, когда он всё вспомнит? Если вспомнит…

Всё, хватит! Он себе так голову сломает. Все записи у Велиса, да? Значит, к

Велису он и пойдёт. Хочется тому читать его мысли? Да на здоровье.

Илит покинул территорию академии и неспешным шагом пошёл по

городским улицам прямиком ко дворцу верховного мага. Ну как — верховного,

это он просто так назывался, на деле же там останавливались десятки магов,

когда приезжали в Ларвию. Те, у кого в городе не было собственного дома,

всегда могли рассчитывать на личные покои во дворце. Верховный и советники

жили в южной части, гостевые комнаты и покои других магов занимали всю

северную, а в центральной находился зал советов и ещё два огромных зала,

используемых под приёмы, праздники и проведение общих сборов. Именно там

однажды и побывал Илит — на приёме, проводимом в честь окончания

ежегодного сбора. В конце прошлого лета весь их последний курс был

приглашен на него. Они тогда очень гордились этим — нынешние выпускники

академии. В этом году туда пойдут уже другие ребята, наверняка такие же

гордые и довольные собой. Какими же всё-таки глупыми детьми они были тогда,

а ведь прошёл всего-то год. Год реальной жизни за безопасными стенами города

магов, а Ил так изменился.

Юноша спокойно вошёл во дворец, не встретив ни охраны, ни каких либо

других препятствий. Ну да, от кого тут защищаться десяткам магов? Простые

люди сюда и сами не пойдут без надобности, а демоны… Ил усмехнулся. Ни один

демон не посмел бы приблизиться к городу магов, эти твари, небось, за многие

километры ощущают исходящую отсюда силу.

Пройдя большой, светлый и абсолютно пустой сейчас зал, Илит остановился

в широком коридоре. И куда, интересно, ему идти? В южную часть, это понятно,

но куда дальше? Где обитает верховный маг? Хоть бы кто встретился что ли,

чтоб спросить дорогу. Насколько Илит знал, слуги, что работали во дворце,

здесь не жили, приходили утром и уходили вечером, возвращаясь в свои дома.

Маги нанимали исключительно жителей Ларвии, давно привыкших к причудам и

странностям магов, и исключительно по знакомству.

Пройдясь туда-сюда по коридорам, Илит не встретил ни одного слуги. Лишь

спустя пятнадцать минут бесцельных шатаний по южной части дворца, юноше

навстречу вышла женщина лет тридцати на вид. Даже не видя кулона на её

шее, он без труда узнал в ней мага — никакой слуга не надел бы такую голубую

с серебром мантию в пол. Увидев его, женщина остановилась, вгляделась в лицо

и, тепло улыбнувшись, спросила:

— Что привело тебя во дворец, ученик Ромина? Если ты ищешь его, то он ещё

не вернулся.

Вот же… Он видел её впервые в жизни, а она точно знает, кто он. Неужели

все, не считая детей в академии, знали, кто он?

— А вы?..

— Цера, — женщина приветливо протянула руку, и Ил пожал её, вежливо

поклонившись.

Он слышал о ней, да и кто — нет? Магистр Цера — одна из членов совета, одна из тех, кто отправляет магов на задания. Ей уже давно перевалило за триста, а во времена своей молодости она и сама перебила немало демонов

своей магией воздуха.

— Вообще-то я хотел увидеться с верховным магом, — тихо проговорил

Илит, отводя глаза. — Может, вы подскажите, где его найти?

Женщина на минуту задумалась.

— Полагаю, он должен быть в своих комнатах. Тебе нужно подняться на

четвёртый этаж по той лестнице, пройти по коридору до самого конца и

повернуть налево. Дальше будет всего три двери: Велиса, Амины и Ромина, его

— справа, — Цера вновь улыбнулась и, больше не глядя на Илита, пошла по

своим делам.

Странная она: даже ничего не спросила. Зачем ему верховный маг,

например? Или тут что — любой может шататься где попало? Или не спросила

именно потому, что это он? А как часто в прошлом он бывал в этом дворце? Так-

то, если подумать, о призраке, с которым странствовал Ромин, знали

практически все маги, и, наверное, многие неоднократно видели его. А о

некоторых, побеждённых ими, демонах и том проклятом разломе и вовсе на

уроках истории рассказывают.

Илит откинул от себя вновь лезущие в голову мысли и пошёл к лестнице, на

которую указала ему женщина. Четвёртый этаж, коридор, налево и… И какая из

трёх дверей? Та, что бордового цвета с ярко-алыми огненными узорами, точно

принадлежит Амине, но вот другие две, находящиеся друг напротив друга,

абсолютно одинаковые — синие, и он, хоть убей, не мог вспомнить про какую

говорила магистр. Правая принадлежит Велису или левая?

Илит подошёл к правой и несмело постучал. Тишина. Он дёрнул на себя

ручку, просто, чтобы проверить, и, к удивлению, дверь оказалась не заперта.

Юноша заглянул внутрь — небольшая уютная гостиная, два кресла, диван,

столик, буфет, полки с книгами и в углу, у окна, шкафчик с разномастными

бутылками вина и прочего, куда более крепкого, алкоголя. Илит прошёл внутрь,

прикрывая за собой дверь, и направился к другой, той, что должна вести в

спальню. Вновь постучал и, не получив ответа, решил проверить и там.

Едва войдя внутрь, он уже понял, чья это комната. Плащ, так небрежно

брошенный на спинку стула, мог принадлежать только Ромину. Плащ, который

практически ничем не отличался от тех, что Илит видел на протяжении года.

Они у некроманта все — чёрные, с одинаковыми ремнями и завязками, будто под

заказ шитые, да наверно и шитые. Вероятно, следовало бы уйти и отправиться к

другой двери, той, что напротив — в комнаты Велиса, но Илит просто не смог.

Он стоял и разглядывал комнату человека, который стал для него самым

важным в жизни, чего уж тут. Смотрел на огромную постель, заправленную

тёмно-зелёным бархатом, и думал: а много ли людей побывало в ней? Отчего-то

ему казалось, что нет. Почему-то думалось, что Ромин не приводил сюда никого.

Это его комната, его — слишком личная, и Ромин не привёл бы сюда

одноразовых любовников. А призраком Илит бывал здесь? Наверняка. Каким он

был: наглым и дерзким, прилетал сам или скромно спрашивал разрешения?

Илит жадно всматривался в детали: столик с выдвижными ящиками, огромное кресло у окна, неплотно прикрытый шкаф, распахнутая настежь дверь с тёмным проёмом, ведущим в ванную. И от вида этой пустой комнаты тоска по Ромину стала ещё острее. Взгляд вновь вернулся к столу, где лежало несколько тетрадей некроманта, точно таких же, какие он давал читать Илиту, таких же, как те, где маг записывал необычных демонов, встреченных им. Юноша подошёл к столу и провёл кончиками пальцев по чёрной кожаной обложке, а потом, не особо задумываясь, открыл верхнюю тетрадь, где-то посередине.

«17 число 5 месяца 7821 года. Лино нашёл в Наренте четверых демонов. Всё

ещё поражаюсь, как мальчишка видит истинную суть этих тварей под личиной

людей. Одного из демонов он убил сам, кажется, его сила вновь выросла — это

радует.»

Значит, это был он… Он — тот самый маг, который видел демонов в людях, и

он умеет делать подобное и в этой жизни. Вот почему Ромин так безоговорочно

верит, если Илит говорит, что заметил что-то. На сердце потеплело, а глаза

защипало от подступивших слёз. Больше ему не нужно было ни одного

доказательства. Он и в самом деле — Нитан, или Лино, как называл его Ромин.

Это всё о нём? Во всех этих тетрадях, Ромин писал о нём? Илит перевернул

несколько страниц.

«3 число 7 месяца 7821 года. Лино опять пытался научить Ами очищать

призраков от скверны — у сестры не вышло. Начинаю подозревать, что это

очередная исключительная и необычная способность моего мальчика. Полагаю,

об этом не стоит знать совету и Велу, они и так постоянно рвутся его изучить, а Лино выносит их только раз в год на общих сборах.»

Ил чуть улыбнулся и собирался уже перейти к следующей записи, но из-под

страницы выпал сложенный пополам листок, и надпись на нём привлекла его

внимание. Тонкий, витиеватый и красивый почерк.

«Прости меня, Мин, пожалуйста, прости. Я вижу, как тебе больно, и понимаю,

почему даже спустя два года ты не хочешь меня видеть. Я не могу исправить

случившееся, но подумала, что этот рисунок, быть может, хоть немного утешит тебя.

Люблю тебя, братик. Надеюсь, когда-нибудь ты снова заговоришь со мной.

Твоя Ами.»

Илит развернул лист и так и застыл. С чуть пожелтевшей от времени,

дорогой, плотной бумаги на него смотрело его же лицо. Всё, до последней

чёрточки: глаза, брови, нос, губы, даже линии скул как у него, только волосы

отпущены ниже плеч, а он никогда не ходил с таким длинными, всегда стриг их

до подбородка. Портрет был нарисован чёрным — угольным грифелем, так что

не передавал цвет волос и глаз. Хотя у призрака и не могло быть цвета. Боги, он

такой же, абсолютно такой же! Один в один. Неудивительно, что Ромин, порой,

так пристально смотрел на него.

Илит и сам не заметил, сколько времени он пялился на этот портрет, но в

себя пришёл, услышав приближающиеся по коридору голоса и шаги. И чем

ближе они становились, тем отчётливее он слышал Ромина. Юноша быстро

вложил рисунок обратно в тетрадь, положил её на место и огляделся. Вряд ли

некромант разозлится, увидев его здесь, вряд ли вообще будет злиться на него,

но Илит всё-таки влез сюда без спроса. А ещё — читал личные записи. Они, конечно, касались его, но Ромин не разрешал ему их трогать. Да и вообще,

увидеть его прямо сейчас…

Пространство между кроватью и полом оказалось весьма широким, и,

недолго думая, Илит заполз туда, замирая, боясь пошевелиться и быть

замеченным. Через несколько секунд дверь в небольшую гостиную открылась, а

потом две пары ног прошли дальше — в спальню.

Глава 29. Обиды

— Ты меня до ванной собрался провожать? — раздался голос Ромина, едва вошедшие переступили порог спальни.

— Может, ещё и спинку тебе потереть? — а это уже Велис.

— Немаленький, сам справлюсь.

— Ты в курсе, что месяц вот-вот подойдёт к концу?

— И?..

— Твой мальчик захочет услышать ответ.

Илит под кроватью весь напрягся. Вот уж никогда бы не подумал, что доведётся подслушать разговор меж братьями, а они ко всему прочему ещё и говорили о нём!

— Я надеюсь, ты не задумывался всерьёз об этой нелепой просьбе о замене наставника? — голос Ромина стал серьёзней и холодней.

— Ты с ним так и не разговаривал?

— Нет, ждал когда остынет.

— Я думаю, за такое-то время остыл. — На несколько долгих минут в комнате наступила тишина, разбавленная звуками шагов от окна к двери и обратно, и когда верховный маг вновь заговорил, Ил едва не вздрогнул. — Ромин?

— Что? Что, по-твоему, я должен ему сказать? Давай, посоветуй, Вел, потому что я уже голову себе сломал. «Прости, милый, я случайно произнёс чужое имя, но это ничего не значит, люблю-то я тебя», — так сказать? Поведать ему то, что Лино — это он и есть, — я не могу, потому что ни один долбанный маг из твоего совета и наших мудрых исследователей не может гарантировать мне, что мой мальчик не свихнётся после этого.

— Мне-то ты что предлагаешь, Мин? Сменить ему наставника?

— Только посмей…

— Так иди и разберись с этим. Ты знал его лучше всех в прошлом, да и сейчас уже год как вместе. Я последнее время много думал об этом и пришёл только к одному выводу: он твой. Ни я, ни совет не знаем, что с ним делать, и те скудные записи о перерождённых, что у нас имеются, совсем не помогают. Ты говорил, что у него бывают вспышки памяти, а потом он о них не помнит, а ещё обмороки и другие странности, но я не нашёл ни одной несчастной строчки об этом. Я уж молчу о том, что душа, покидающая живое тело, это вообще выше моего понимания, а он у тебя вылетает и порхает духом.

— Один раз..

— Неважно, было же. Не будь рядом некроманта, кто бы засунул его обратно в тело? Возможно, я ошибся, Мин, возможно, мне следовало отдать его тебе ещё восемь лет назад, когда я понял, кто он такой. Кто знает, если бы он рос рядом с тобой с детства, быть может, сейчас у вас вообще не было бы никаких проблем. И ты был прав, когда ворвался в прошлом году в мой кабинет и заявил, что он твой. Твой во всех отношениях, поэтому именно тебе решать как поступить.

— Верховный маг снимает с себя ответственность? — усмехнулся Ромин.

— Да. Илит, Лино, Нитан — или как ты там ещё его называл — принадлежит тебе, и об этом знает чуть ли не каждый маг. Я даже не стану говорить ему, что никакой замены наставника не будет, сам скажешь.

— Меня устраивает, — Ромин скинул с себя обувь и подошёл ближе к постели. — Как он кстати?

— Я не ходил в академию.

— Меня не было полторы недели, а ты ни разу за всё это время не проведал его?! Вел, я же просил присмотреть!

— Там Бенет, если бы что-то случилось, он бы тут же сообщил.

— Ну прекрасно! Смою дорожную пыль и сам схожу.

Илит ещё несколько минут лежал неподвижно, после того, как Велис покинул комнату, а Ромин ушёл в ванную. Принадлежит… Из всего, что он услышал, это слово сильнее всего резануло по нему. Он что — вещь, чтобы кому-то принадлежать? Будто у него нет собственного мнения, желаний или чувств! Принадлежит?! Ну-ну, Ромин, это мы ещё посмотрим.

Юноша выбрался из-под кровати, быстро прошмыгнул к выходу, приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Убедившись, что там никого нет, Ил выскочил из комнаты и побежал, намереваясь как можно быстрее убраться из дворца, пока никто его не заметил.

Чувство противоречия, обида и беспомощность от того, что за него всё решили, бились в голове. Не просто как жить и что делать, тут-то всё было очевидно с самого детства: борьба с демонами — вот удел каждого мага. Но указывать с кем быть и кого любить!.. За него решили даже это: вот тебе Ромин, ты принадлежишь ему. Какого демона?! Какого, мать его, демона?! И сейчас было наплевать даже на то, что у него есть чувства к некроманту — сам факт такого отношения бесил неимоверно.

Вернувшись в академию, Илит тут же отправился на поиски Квина. Ромин ведь скоро придёт сюда? «Принадлежу, да? Взяли и решили всё за меня? Хрен вам, понятно?! Хрен я буду послушной и бесправной куклой!» Таким был призрак: послушным и покорным? Тогда ему вовсе не нужны эти воспоминания, потому что он — не такой!

Квин нашёлся минут через пятнадцать во внутреннем дворе академии, неподалёку от учебного корпуса — сидел в беседке и записывал что-то в тетрадь. Илит направился сразу к нему, облокотился плечом на деревянный резной столбик и решил действовать прямо, без обиняков. Максимально небрежно, как ему показалось, спросил:

— Что делаешь?

Квин удивлённо поднял на него глаза.

— Ты что, первый заговорил со мной? Я всю неделю пытался, но ты всячески игнорировал меня, а тут — сам подошёл. Что же случилось, лапочка?

— Ты против?

— Вовсе нет.

— Так что делаешь?

— Готовлюсь к уроку. Магистр Слэд попросил провести занятия у третьего и четвёртого курса.

— М-м-м… Когда?

— Уже через полтора часа.

Что ж, за полтора часа он успеет. Какое-то десятое чувство подсказывало ему, что Ромин уже на территории академии и ищет его, чтобы проверить, как тут поживает его собственность. Собственность, чтоб его!.. Илит прикрыл глаза, глубоко вдохнул, а потом шагнул ближе к парню.

— Я хотел провести с тобой время, а ты, оказывается, занят, — улыбнулся, стараясь сделать это как можно более сладко и призывно, и это подействовало, судя по тому, что Квин медленно отложил тетрадь на скамью.

— Разве твой некромант не вернулся? — неуверенно спросил парень. — Амина вот вернулась.

— А при чём здесь некромант? Он мне кто?

— Не знаю, Ил, это ты мне ответь.

Илит подошёл ещё ближе, положил ладонь Квину на плечо, а потом и вовсе — сел верхом на его колени и прошептал:

— А тебе не плевать? Ты же у нас сторонник свободных отношений. Я тоже такие хочу.

Руки парня потянулись к его пояснице, легонько погладили, а затем резко прижали стройное хрупкое тело к мускулистой груди. Квин рвано вдохнул и склонился к шее Ила, касаясь её губами. Парень и раньше любил целовать её, да и Ромин... тоже. Хотя нет, Ромин, кажется, готов был целовать его везде. И ведь целовал! На руках носил…

Губы Квина быстро поймали его в захват, и Илит понял, что больше не злится. Что всё, что надумал себе за последний час, вообще глупость. Что Ромин никогда не относился к нему, как к собственности, а всегда внимательно слушал его и учитывал мнение и желания. Что лелеял, как сокровище, выполнял его прихоти и просьбы. И носился с ним как с принцессой! Идиот… Какой же он идиот! Илит резко отстранился, посмотрел в глаза Квину, собираясь извиниться и сказать, что он зря всё это затеял, но тот горько усмехнулся и спросил:

— Отомстил?

— Что?

— Твой некромант, — Квин кивнул куда-то в сторону, — видел нас, и уже ушёл. Ты ведь использовал меня, чтобы отомстить ему? Неужто он уже успел изменить тебе, Ил? Так быстро наигрался в добренького наставника?

— Нет, это… — Илит резко поднялся с колен парня и отошёл в сторону. — Это я идиот. Я…

Его затрясло. Видел… Ромин видел. Он ведь этого и хотел ещё несколько минут назад, а теперь его затопило отчаяние. Видел, но не подошёл, не оттащил от Квина и даже не накричал. Просто ушёл. Ушёл, потому что у него и в мыслях никогда не было решать что-то за Илита, и потому что ему наверняка было больно. Очень, очень больно. Илиту было бы. Если бы он увидел, как Ромин целует другого, ему было бы больно. Невыносимо.

— Ил, ты побледнел, с тобой всё в порядке? — Квин поднялся и настороженно оглядел его. — Лапочка, ответь что-нибудь.

— В порядке, — пробормотал Илит, отворачиваясь и собираясь броситься на поиски Ромина, но его тут же схватили за запястье.

— Не, зай, я тебя в таком состоянии никуда не отпущу, посиди-ка и приди в себя, — и парень силой усадил его на скамью.

— Ты… ты не понимаешь, — Илит уткнулся лицом в ладони.

— Да даже знать не хочу, что там у вас стряслось, но ты никогда не был мне безразличен, Ил. И я предупреждал, что магистр Ромин — не тот человек, в которого тебе стоит влюбляться.

Илит покачал головой, но объяснять ничего не стал. Да и как объяснить, если он сам не до конца понимал. То, что изначально привязало к нему Ромина, это воспоминания, о которых сам юноша знать не знал, но даже и без них — некромант влюбился. Даже без общих воспоминаний о десятилетиях совместной жизни, разделённой любви, последних минутах в разломе, наконец — без всего этого, он был... стал для некроманта бесценным! Весь этот год Ромин терпеливо ждал, когда Илит обратит на него внимание, когда проснуться чувства, когда позволит быть с собой, и не просто позволит, а сам, сам будет желать этого. Год? А не дольше ли? Это для Илита прошёл год с момента их знакомства, а для Ромина — больше сорока! Юноша поднялся со скамьи, вышел из беседки, растерянно оглянувшись, и в этот раз Квин не стал его останавливать, лишь сказал:

— Надумаешь поплакаться — приходи.

Не придёт. И плакаться не станет, и жалеть себя тоже. И даже если Ромин сейчас будет очень зол, просто молча стерпит и будет просить прощения. Будет, потому что сам дурак, который сделал очередную глупость.

На территории академии, он Ромина не нашёл, и решил вернуться во дворец верховного мага, ведь рано или поздно некромант придёт туда. Нужно лишь проделать тот же путь, что и днём, и просто подождать в его комнате. Вот только ждать не пришлось — Ромин сидел на диване в гостиной и задумчиво вертел в руке стакан с вином, глядя куда-то в стену. Он нехотя обернулся на звук открывшейся двери, нахмурился и бросил:

— Уходи.

— Ромин, мы можем поговорить?

— О чём? О том, что я поехал за тобой и каждый день торчал в академии, чтобы убедиться, что ты в порядке? Что ждал, пока ты успокоишься, перестанешь злиться и сможешь выслушать меня? Или о том, что я приехал с задания, не спал больше суток, но первым делом побежал увидеть тебя? И что же увидел?.. Как ты сосёшься со своим бывшим, сидя на нём верхом!!! Об этом хочешь поговорить?

— Я был зол, Ромин. Ты случайно не забыл, что назвал меня Лино в постели со мной... во мне, Ромин? Ты хоть понимаешь, как мне было больно в тот момент? Да и потом легче не становилось. Я…

— И ты решил пойти и переспать с первым встречным мне назло, да? Полегчало?

— Я не спал с ним и даже не собирался. Я ни с кем, кроме тебя, не спал, придурок. Просто хотел разозлить…

— Поздравляю, у тебя получилось. А теперь выйди отсюда и вернись в академию, потому что я сейчас так зол, что могу не сдержаться и ударить тебя.

— Ударь, — глухо прошептал Илит, опуская глаза в пол.

А Ромин и вправду поднялся, с громким стуком поставил стакан на стол и направился к нему. Юноша зажмурился, ожидая удара, но его не последовало — некромант схватил его за плечо и выставил за порог.

— Ты мне уже все нервы истрепал, Лит. Я с тобой рехнусь скоро!

— Ромин, послушай, я знаю…

— А я знаю, что сейчас не хочу тебя видеть!

Дверь захлопнулась прямо перед носом Илита. Юноша выдохнул — вот и поговорили. Ну сам же виноват, хотел разозлить — получи. И это Ромин на него даже орать не стал, просто выставил за дверь. Похоже, теперь его очередь дать мужчине успокоиться и остыть. Интересно, сколько? Ил развернулся и нехотя побрёл по коридору. Завтра он попробует поговорить с ним снова, но что если Ромин успеет взять очередное задание и уедет? Просто уедет, не желая видеть его и разговаривать. И на сколько в этот раз: на неделю, на месяц?

Возвращаться прямо сейчас в академию не хотелось совершенно. Прогуляться бы, развеяться и хоть ненадолго перестать думать. Сначала Илит решил было пройтись по улочкам города, но быстро откинул от себя эту идею. Ему сейчас были необходимы тишина и покой, а не сотни снующих мимо людей, шум и суета Ларвии. А может, речка за городом? Почему бы не сходить и не искупаться заодно? Они с ребятами частенько убегали туда на старших курсах, с тех пор, как получили разрешение покидать академию самостоятельно, без присмотра взрослых. Давненько он уже там не был. Больше не раздумывая, Илит направился к городским воротам.

***

Ну вот и что он собственно сделал? Взял и прогнал мальчишку, который, кажется, наконец-то готов был с ним поговорить. Конечно, Ромин разозлился, когда увидел Лита на коленях у этого… Кто бы знал, каких усилий ему стоило не подойти и не убить придурка на глазах у всех. А этот бессмертный ещё и в глаза ему смотрел, ехидненько так, будто говоря: «Смотри, он не твой, он сам ко мне пришёл!» И наверное, единственное, что удержало Ромина, это то, что Лит, действительно, пришёл к своему бывшему сам. Мальчишку никто не удерживал и не принуждал — сам полез к другому с поцелуями.

И главное: Ромин даже не имел права винить его! Конечно, он очень даже винил, исходил ревностью и бесился, но мозгами-то понимал, что, скорее всего, Лит делает это назло, в отместку за ту боль, что Ромин причинил ему. Быть может, чтобы доказать что-то себе или некроманту, а может, так он пытался заглушить то, что сейчас мечется и рвётся в нём, из него. В любом случае Лит кинулся на шею того пацана не от больших чувств, а подстёгиваемый своей обидой. Но как бы Ромин ни доказывал это самому себе, менее болезненным увиденное не становилось.

И он, идиот несчастный, прогнал Лита, а надо было затащить в комнату и целовать, целовать, пока сладко не застонет, цепляясь ладошками и умоляя о продолжении, пока не начнёт извиняться за свой глупый порыв позажиматься с другим, пока не простит Ромину одно случайно вырвавшееся не вовремя имя. Простит… Вот именно в этом у них и загвоздка, потому что, чтобы простить, Литу понадобятся объяснения, а Ромин до дрожи боится дать их. В прошлом он безоговорочно верил в Лино и мог сказать абсолютно всё, ведь сколько бы призрак ни дурачился, он был зрелым, всё понимающим, опытным и главное — с совершенно устойчивой психикой.

Но Илит… Мальчишка весьма вспыльчив, а то, что на эмоциях может наделать глупостей, доказывает даже вот этот его поступок. Но ведь это всё ещё он. И в прошлом, и в настоящем — это ОН, так может, стоит и теперь поверить в силу его духа? Но как же это страшно — сказать правду и увидеть, какие она принесёт последствия.

Ромин со вздохом отодвинул от себя едва тронутый стакан. Вот и зачем он выставил мальчишку за дверь, если ещё и часа не прошло, а он уже готов броситься на его поиски? И ведь пойдёт! Вот прямо сейчас, встанет и пойдёт.

Едва выйдя в коридор, некромант наткнулся на зевающую сестру.

— Уже выспался? — тут же спросила Амина, заметив его.

— Какое там, я вообще не спал.

— Что, Лино так и не хочет тебя видеть?

— О нет! Он даже поговорить пришёл, после того как пообжимался с твоим учеником. Только я слушать не стал.

— Ты же понимаешь, что он это от обиды? — уточнила Ами, вновь зевая.

Ромин кивнул.

— Сама-то чего встала?

— Я обещала Хлему помочь разобрать отчёты магов и занести записи в архивы, а то у него там что-то не клеилось, и теперь скопилось аж за несколько месяцев.

— А ты-то понимаешь, что тебя всё больше и больше посвящают в дела совета, и, полагаю, скоро попросят вступить в него?

— Просить не возбраняется, — усмехнулась девушка. — Но я не пойду. Не сейчас, точно — слишком молода ещё, чтобы просиживать задницу в Ларвии. Вот лет через двести может и задумаюсь над этим. Ладно, я за Хлемом, а потом в академию — атаковать архивы.

— Может, увидимся ещё, я тоже туда, — бросил Ромин и, пройдя с сестрой до конца коридора, свернул к выходу из дворца, а девушка — к кабинетам советников.

Вечерело, и дневная жара наконец-то спала, даже подобие ветерка появилось, так что выйдя во двор, некромант сбавил шаг, наслаждаясь свежестью. Пройдя совсем немного по выложенной камнем дорожке, Ромин ощутил довольно сильный толчок, исходящий из земли, и замер. Землетрясение? Хм… но тогда толчков было бы больше, да и когда в последний раз эту часть материка трясло? Тогда — магический выброс? Но тогда он слишком сильный, если даже земля дрогнула. И откуда исходил — непонятно, не со стороны дворца, точно. Из академии? Тоже сомнительно — неопытные детишки вряд ли способны на такой мощный выброс.

Ромин вздохнул, развернулся и пошёл обратно во дворец. Сначала проверит магические локаторы, просто, чтобы убедиться, а уж потом можно и к Литу пойти. Дальше большого зала Ромин не прошёл, потому что навстречу ему бежал Велис и, подлетев к брату, схватил его за плечи, обеспокоенно глядя в глаза.

— Что?.. — начал было некромант, но его тут же оборвали.

— За городом, возле реки, открылся разлом, — выдохнул Вел.

— Нет… Не может быть. Так близко к Ларвии?! Но прежде никогда…

— А сейчас открылся. Локаторы там с ума сходят. Во дворце сейчас всего несколько магов, Амина отправилась звать их, а я поспешил за тобой. Мы решили встретиться у городских ворот, поможешь?

Будь его воля, Ромин бы в жизни не приблизился больше ни к одному разлому…

— Если он только открылся, то ещё совсем мал, зачем тебе столько магов?

— Боюсь, что он совсем немаленький, Мин.

Чтоб тебя!.. Очередной разлом! Хорошо хоть Лит в безопасности за стенами академии, под присмотром Бенета и десятка учителей.

Глава 30. С первого взгляда

Илит снял обувь и неторопливо побрёл по траве, ощущая щекочущее покалывание босыми ступнями. Лёгкий вечерний ветерок трепал волосы, солнце потихоньку пряталось за деревьями и уже совсем не жарило своими лучами, а ласково грело. До реки оставалось всего ничего — один поворот за те высокие кусты, небольшой пологий спуск и станет видна широкая лента воды. Давненько стоило вот так прогуляться, ещё по прибытию в Ларвию, а не сидеть и страдать взаперти, изводя себя мыслями и сомнениями. Сейчас в голове было до странного пусто, и это радовало, потому что он устал думать. Хотелось идти и идти просто так, бесцельно, наслаждаясь тишиной и красотой природы: редкими деревьями, мотыльками, встревоженно разлетающимися над пёстрым, дурманящим запахами, разнотравьем...

Юноша резко остановился, осознав, что с тех пор, как он свернул к реке, не слышал ни щебета птиц, ни шорохов мелкого зверья, ни даже стрекотания цикад. Странно это. Илит прислушался и вскоре уловил тихие звуки, похожие на грубое мужское пение, но слов было не разобрать. Кто это у реки?.. Жителям Ларвии, конечно, не возбранялось ходить сюда купаться, но по какому-то негласному правилу, пользовались они другой тропой, к этой же части запруды наведывались исключительно маги. Не хотелось нарушать чьё-то уединение, но Илит так рассчитывал освежиться и поплавать немного.

Он приблизился к кустам и тихонько выглянул за них, надеясь увидеть, что тот или те, кто там находился, уже собирается идти обратно к городу, но то что открылось его глазам едва не заставило его вскрикнуть от неожиданности. Илит чудом успел зажать рот ладонью. Демон! Там, у берега, в каких-то тридцати метрах от него, стоял огромный уродливый демон, и бубня что-то себе под нос, водил в воздухе длинными когтистыми руками. Илит нырнул в ближайший куст, чувствуя, как ветки царапают оголённые участки кожи, а одна из них и вовсе зацепилась за простенький браслет-оберег, сделанный когда-то Ромином для него. Илит дёрнул рукой, и верёвка порвалась, оставляя подарок некромант висеть среди листьев. Пришлось плюнуть на него — не до того сейчас было. Юноша снова аккуратно посмотрел в сторону реки. Слава всем богам, демон не заметил его! Он вообще, кажется, был увлечён исключительно своим странным занятием.

Так близко к городу магов… К городу, от которого демоны прежде предпочитали держаться подальше! Да тут от ворот идти-то меньше получаса. Но даже не это сейчас волновало Илита, куда важнее было найти способ незаметно убраться отсюда и поскорее вернуться в Ларвию, чтобы сообщить старшим магам. Интуиция подсказывала, что этот демон очень силён, и что Ил не то что не справится с ним, а даже пары минут против него не протянет. Вот и искупался! Вляпался по самое не хочу, и ведь даже никому не сказал, куда пошёл, так что вряд ли кто-то станет искать его здесь. Может, тварь скоро уйдёт, так и не заметив его? Пожалуй, это единственное, на что оставалось надеяться.

Илит не сводил настороженного взгляда с демона, и где-то минут через пять, тот начал топать ногой, чуть ли не приплясывая на месте, а потом застыл на несколько секунд и резко развёл руки в стороны. Земля дрогнула, да так, что Илит едва устоял на ногах, от мощного выброса энергии, а рядом с демоном появился синий сгусток. Тварь ухватилась за него руками и потянула в разные стороны. Илит с ужасом смотрел как это нечто расширяется, как внутри стремительно нарастает тёмное марево, как синие края становятся ярче, и начинают отсвечивать всполохами. С ужасом, потому что узнал. Потому что видел уже эту мерзость в иллюзии, куда запихнула его демоница страха. Потому что сейчас перед ним был самый настоящий разлом!

Виски заболели, и юноша с силой сжал ближайшую ветку, стараясь хоть так отвлечься от тупой боли. Когда разлом стал размером едва ли не с самого демона, тот отпустил его края, ещё раз что-то пробубнил на незнакомом языке, и шагнул внутрь, скрываясь в тёмной клубящейся энергии.

Вот сейчас… Сейчас самое время бежать отсюда со всех ног. Просто нестись, сломя голову, в Ларвию, но Илит не мог пошевелиться, и с ужасом всё смотрел и смотрел на проход между мирами. Он чувствовал, как тьма оттуда словно опутывает его, засасывает, как сужаются края, поглощая его. А потом словно наяву увидел бегущего к нему Ромина, на лице которого читалось отчаяние. И крик… Крик, от которого голова взорвалась нестерпимой болью: «Нет, Лино! НЕТ!»

Юноша со стоном упал на колени, обхватывая голову руками. Сотни лиц проносились перед его глазами, сотни мест и голосов. Так много. И так больно, что казалось — его сейчас разорвёт на части. Илит не понял, как оказался лежащим на земле, когда свернулся клубком, пытаясь хоть немного облегчит это… Острая ветка уперлась в бок, раня кожу, но это было ничто по сравнению с тем, что рвало изнутри его голову. Кажется, он кричал. И воспоминания — сотни, тысячи воспоминаний хлынули в него, будто пытаясь погрести под собой. Он уже задыхался, задыхался, но не мог остановить это безумие, а они всё не заканчивались, всё новые и новые образы наполняли его голову и разум, атакуя нестерпимой болью.

Ил уже готов был сдаться, лишь бы это прекратилось, лишь бы больше ничего не чувствовать и не воспринимать, когда среди всего этого хаоса раздался чёткий голос Ромина, и юноша увидел его глаза, полные любви и нежности, и лицо, такое родное лицо: «Ты вспомнишь, ты упрямый и сильный…» И он, не колеблясь ни секунды, ухватился за эти воспоминания, которые не могли принадлежать бестелесному призраку, ведь Илит отчётливо ощущал руки, обнимавшие его, крепко державшие и не дающие захлебнуться отчаянием. Но эти воспоминания не принадлежали и Илиту — неужели он уже пробуждался? Частично, но всё же… Вот он — его якорь! Надо просто держаться за Ромина, отчаянно держаться за каждое всплывающее воспоминание, связанное с ним! И тогда Илит сможет справиться с этим потоком, никак не желавшим остановиться, переполнявшим его сознание. Ромин, в своём чёрном плаще, с косой некроманта через плечо, с улыбкой смотрит на него. Ромин лениво переворачивает страницу книги и слушает его звонкий голос. Ромин, чья рука проходит насквозь… Ромин! РОМИН!

_

Воспоминания Нитана (примерно 46 лет назад)

Юноша осторожно прошмыгнул вдоль стены, стараясь не мешать танцующим, и наконец-то добрался до столика с закусками. Это, конечно, здорово — увидеть почти три сотни магов в одном месте — но как же хорошо, что такое случается исключительно раз в год. Да они бы поубивали друг друга, если бы не странствовали по миру и постоянно жили в Ларвии, ведь у каждого из присутствующих свои прихоти, потребности и загоны, и все они такие разные. Для Нитана это был уже третий сбор, и он до сих пор поражался: как настолько своенравные и необычные личности терпят друг друга больше пары часов?

— Нит! — воскликнули откуда-то справа, и юноша повернулся на голос.

Тавин, его бывший однокурсник и лучший друг, ловко лавировал меж гостями, пробираясь к нему. Нитан улыбнулся: вот это неожиданность! Он слышал от других, что учитель Тавина не приедет на общий сбор. Приятная неожиданность.

— Не надеялся тебя увидеть, — сказал Нитан, радостно протягивая руку для пожатия, которую парень просто проигнорировал и обнял его.

— Я сам не ожидал. Старик Хитрэ несколько дней назад решил-таки поехать в Ларвию. Ох, как же я рад тебя видеть, Нит! — Тавин разжал объятия и заглянул юноше в глаза. — Может, на радостях, уже переспишь со мной?

— Да иди ты, — Нитан шутливо оттолкнул друга.

— Недотрога, — беззлобно бросил парень и потянулся к столу, наливая себе в бокал какого-то фруктового вина. — Как твоя практика?

— Да потихоньку, как и у всех, надо полагать. Магистр Генус уже разрешает мне самостоятельно сражаться со слабыми демонами. Под присмотром конечно, но самому. А ты?

— А я что? Ты Хитрэ видел? Я, наверное, ещё пару лет буду за ним хвостиком таскаться и тупо наблюдать, пока он мне самому что-то разрешит делать. Зави-и-идую тебе…

— Не может же всё быть так плохо?

— Ага, как же, махнёмся наставниками не глядя?

— Он маг земли, чему я научусь у твоего наставника?

— Ну... целители и заклинатели чему-то же учатся у водников и воздушников, — пожал плечами Тавин.

Нитан взял со стола пиалу с салатом и, сунув ложку в рот, лениво оглядел зал. Вон там что-то активно обсуждают наперебой пятеро магов воды, отсвечивая своими голубыми кулонами. Нит знал лишь двоих из них, остальных видел впервые. Интересно, настанет ли день, когда он будет знать всех магов в лицо? Чуть дальше — верховный маг с улыбкой рассказывает что-то трём юным адептам. Верховный! Нитан мысленно фыркнул. Велис, честно говоря, внешне и сам походил на мальчишку, про таких точно говорят: внешность обманчива. Все, от кого Нитан слышал про Велиса, говорили, что тот хитрый интриган, а ещё — сильнейший маг разума. Ему нет ещё и восьмидесяти, а он уже почти двадцать лет занимает свой пост, и ведь совет выбрал его практически единогласно.

Ещё дальше, недалеко от распахнутой двери на балкон, спиной к нему, стоял высокий, статный мужчина с длинными светлыми волосами. С ним без стеснения флиртовала обворожительная девушка: призывно склоняла голову, обнажая длинную лебединую шею, скользила тонкими пальчиками по предплечью своего кавалера. Мужчина кивнул ей, видимо, отвечая на вопрос кокетки, и оперся спиной о стену, так что теперь Нитан мог увидеть и его лицо. И юноша, от души забавлявшийся развернувшейся сценкой, буквально захлебнулся восторгом: тот был ослепительно красив! И не той смазливой красотой, которой обладал сам Нитан, а нормальной — мужской. Выразительные скулы, тонкий нос, насмешливо приподнятые брови, чувственные губы, глаза, подбородок... А тело!.. Какое же у него было привлекательное тело: высокий, худощавый, но широкий размах плеч было не скрыть даже под этой чёрной рубашкой с позолоченной вышивкой на груди, а плотно облегающие штаны из тонкой телячьей кожи подчёркивали длинные, подкаченные, сильные ноги. Нитан на секунду прикрыл глаза и вздохнул с горьким сожалением. И... да, он давно понял, что хрупкие девушки это не его выбор, зато вот такие статные мужчины — очень даже, но чтобы вот так залипнуть и пялиться на незнакомца — это впервые.

— … ну а потом, значит, этот демон запрыгивает на забор… Нит, ты меня вообще слушаешь? — Юноша глянул на друга и виновато улыбнулся. — На кого ты там смотришь?

— Вон, — Нитан кивнул на красавчика у противоположной стены, — тот блондин. Я его впервые вижу, знаешь кто он?

— Ты шутишь, да? Это ж магистр Ромин!

— Серьёзно?!

Юноша вновь уставился на мага. Некромант, значит. Ну с такой-то внешностью хотя бы понятно, почему о нём ходит столько слухов.

— Ему шестьдесят с чем-то, да? Он, вроде, ненамного младше верховного мага?

— Нит, ты же сейчас прикалываешься? — Тавин недоверчиво заглянул ему в глаза. — Ты, недотрога, который никого и близко к себе не подпускает?..

— Ну, знаешь, — фыркнул Нитан, — такому, может, и дал бы.

— Не верю… Ты-то? Не верю! Ты, небось, ещё и не целовался ни разу. У тебя ж аллергия на всех, кто тянет к тебе ручонки!

— Вообще-то я целовался, Тавин, — насупился юноша.

— И с кем это? Прошу, скажи мне имя этого счастливчика, и я сейчас же пойду узнаю, как он тебя уломал.

— Хрен тебе.

— А если серьёзно: ты ведь знаешь, что магистр Ромин трахает всё что дышит, лишь бы оно обладало смазливой мордашкой?

— Прям уж всё?.. — пробубнил Нитан и, сам того не желая, отыскал взглядом некроманта.

Вообще-то он сказал другу чистую правду: однажды он позволил парню себя поцеловать — и это в свои-то девятнадцать с хвостиком, когда все его ровесники давно уже познали физическую близость. Вот только Нитан нисколько не жалел, что отстал от них в этом плане. Да, иногда он заглядывался на парней постарше, но стоило кому-то из них начать клеиться к нему или предлагать приятное времяпрепровождение, как у юноши пропадал весь интерес. Более того: всякое влечение пропадало, хотя в плане мужской силы с ним всё было нормально. Да и тот его единственный поцелуй не произвёл особого впечатления. Тогда Нитан даже задумался: быть может ему всё-таки нравятся девушки? Но эта мысль быстро покинула его голову, потому что на них ему даже смотреть было неинтересно.

Магистр Ромин тем временем склонился к своей собеседнице и зашептал что-то на ушко, едва не касаясь его. Лукавое выражение его глаз и усмешка на губах завораживали. И Нитан на несколько секунд представил, как этот мужчина склонился бы к нему, как тихонько заговорил бы, а потом губами дотронулся до мочки уха. По телу побежали мурашки. О, да! ДА! С ним бы он попробовал! Вот хоть прям сейчас. Быть может, просто прикосновения и поцелуй, но попробовал бы. Нитан отставил в сторону так и не съеденный салат, и шагнул вперёд.

— Ты куда?.. — опешил Тавин.

— Ну это… в общем, я вернусь… скоро.

— Да ладно тебе, ты ведь не всерьёз? Даже если что-то и выйдет, он завтра и имени твоего не вспомнит.

Нитан отмахнулся от этих слов — а то он не знает, что для таких, как некромант, не существует серьёзных отношений. Да и сам юноша ведь не партнёра на всю жизнь ищет. Это был просто порыв, но его прямо-таки тянуло к этому красивому мужчине, да так, что вот надо и всё! Вотпрямщас!

Добравшись до противоположной от стола с закусками стене, Нит глянул в висевшее здесь зеркало, да так и застыл. Проклятье, ну и кому он хотел понравиться в таком виде? Нитан никогда не заморачивался своим внешним видом, хватал первые попавшиеся под руку тряпки, надевал не глядя, и готово. Вот и сейчас оказалось, что одет он в старенькую синюю тунику с растянутым воротом и широкие штаны на завязках, и это в то время, когда все вокруг блистали вечерними платьями, дорогими нарядами или мантиями, расшитыми узорами. Да по сравнению с той девушкой в роскошном бордовом платье и тщательно уложенными кудряшками, что крутится возле некроманта, он просто мышь серая!

Единственное, что в нём сейчас было привлекательного, это неизменно смазливая мордашка, да большие карие глаза в обрамлении длинных ресниц, которыми он хлопал, разглядывая своё отражение в зеркале. Нитан потянулся к ленте, стягивающей волосы в низкий хвост, снял её, позволяя рыжим локонам рассыпаться по плечам. Ну так хоть немного получше.

Юноша глубоко вздохнул, обдумывая, что сказать, когда подойдёт. Как вообще начать разговор?

«Привет. Ты такой красивый, что я не могу оторвать от тебя глаз. Не хочешь оставить свою спутницу и пообщаться со мной? А лучше прикоснись ко мне, потому что в моей голове ты уже вовсю меня целуешь!» Не, ну такое он, конечно, не скажет, даже учитывая, что обычно весьма прямолинеен. Нитан усмехнулся, отвернувшись от зеркала, сделал пару шагов и, погруженный в свои мысли, не заметил, как врезался в кого-то. Нога неловко подвернулась, и он начал заваливаться набок, но его подхватили за талию.

— Извините, — пробормотал он, поднял взгляд и застыл, встретившись с невероятными синими глазами. Он забыл как дышать. О боги, в близи он ещё лучше!

Некромант же едва взглянул на него: убедился, что юноша не собирается терять равновесие или падать, и разжал руки, отпуская его. Позабыв о существовании Нитана, он отвернулся и пошёл к выходу из зала, всё так же сопровождаемый эффектной блондинкой. А Нитан всё смотрел и смотрел ему вслед, не в силах пошевелиться, и чувствуя, как горит кожа на пояснице в том месте, где всего минуту назад лежала рука мужчины.

Давай же, Нит, сдвинься с места! Догони его! Ну же, не стой столбом… Но куда там ему, скромному заморошу — магистр Ромин уже покинул зал. А если бы и нет, он не заметил Нитана, даже когда тот врезался в него.

Юноша зло посмотрел на своё отражение. Впервые в жизни его кто-то заинтересовал по-настоящему, но вместо того, чтобы показать в лучшем свете своё миловидное личико и гибкое тело, он выглядел как замухрышка. И что только в нём находили те парни из академии, которые хоть и редко, но всё-таки подкатывали к нему? И это он ещё свой дерьмовый вредный характер не проявлял. Ну, Ни-итан…

Он отложит деньги, и в следующем году, перед общим сбором, обязательно купит себе самый лучший наряд, и даже попросит кого-нибудь из бывших однокурсниц привести его в привлекательный вид. В следующий раз он обязательно познакомится с некромантом!

***

Синие всполохи, мерцающие в небе, были видны уже от городских ворот. Похоже, Вел прав — разлом вовсе не маленький. Но Ромин не понимал, как это возможно. Как он разросся за какой-то час?

— Да где там Амина и остальные? — нетерпеливо проворчал некромант, повернулся к городу и посмотрел на пустынную улицу.

Люди, едва заслышав о том, что возле Ларвии могут появиться демоны, попрятались по своим домам. Их волнение, конечно, можно понять, но те совершенно беспочвенны — город окружён тройным барьером, через который не пройти ни одной твари.

— Мин… — тихо пробормотал Велис, стоявший рядом, а потом и вовсе ухватился за руку брата, дёргая его на себя. — Ромин!

— Ну что? — он повернулся к Велу, но тот даже не смотрел на него, а во все глаза таращился туда, где сверкали вспышки, и Ромин проследил за его взглядом.

Сердце болезненно сжалось, а грудь сдавило от страха, потому что к ним... летел дух. Искрящийся серебристым сиянием, дух его мальчика…

— О, вы уже тут! Хорошо, я как раз собирался позвать на помощь. — Юноша смотрел исключительно на Велиса, будто опасаясь встретиться со взглядом Ромина, но верховный был так шокирован, что не проронил ни слова, откровенно пялясь на призрачную фигуру.

— Ли… — сдавленно выдохнул некромант, когда наконец-то смог произнести хоть что-то. — Ты!..

— Вот только без паники и истерик Ромин. Ты видишь, как ярко искриться моя сила? А значит, я жив. Не уверен, что абсолютно в порядке, но точно жив.

— Где?

— Возле разлома.

— Чтоб тебя, Лино! — Ромин бросился вперёд, но его практически тут же перехватил Велис, до боли сжимая предплечья.

— Ты не пойдёшь туда один! Мы дождёмся остальных... ну хоть кого-то ещё!

— Отпусти немедленно, Вел, там Лино!

— Фактически — я здесь, — Призрак на секунду призадумался. — Хотя и там тоже. Не суть. Он прав, Ромин, подождём ещё кого-нибудь. Разлом немаленький, и там уже около десятка демонов.

— Как?..

Как Лино там оказался? Что вообще произошло? Ромин хотел бы задать эти вопросы, вот только откуда Лино знать это, если он вновь покинул тело, а память о произошедшем осталась у Илита!

— Почему я не могу прочесть твои мысли? — спросил Велис, нахмурившись.

— Потому что я блокирую тебя, — пожал плечами дух.

— И как ты это делаешь?

— А это сейчас самый важный вопрос?

— Один из. Я не могу прочесть тебя, а в твоей памяти может оказаться…

— Нечего тебе в ней делать, Вел, — перебил брата Лино.

— Вредный мальчишка, — пробубнил верховный. — Как только Ромина угораздило влюбиться именно в тебя?

— Всё, довольно! — взвился некромант, с каждой секундой ожидания всё больше и больше боясь опоздать. Ему просто необходимо как можно скорее прижать к себе тело Лино и услышать стук его сердца. — Я не могу больше ждать.

Ромин вывернулся из рук брата, но не успел сделать и шагу, как перед ним выросла стена огня.

— Ого! Он и раньше так умел? — восхитился Велис.

— Нет, — синхронно ответили Ромин и Лино, и маг наконец смог посмотреть призраку в глаза.

Там не было страха — совершенно. Уверенность, лёгкая насмешка, немного беспокойства и теплота, когда взгляд перешёл на Ромина, но ни капли страха. Тогда как самого некроманта в нём просто топило! Ромин медленно вытянул руку вперёд, чтобы убедиться, приблизил её к огню и, не почувствовав опаляющего жара, сунул её прямиком в полыхающую стену. Магия Лино и правда больше не могла причинить ему вреда. Не раздумывая ни секунды, он шагнул в огонь и прошёл сквозь него.

— Нечестно, — насупился призрак.

— Всё честно, — бросил некромант и побежал к синим всполохам, на ходу призывая косу.

— Лино! Лино, убери огонь, я ведь не могу пройти! — выкрикнул позади Вел, но Ромин уже не стал обращать на это внимания.

Быстрее! Пожалуйста, только бы быстрее добраться туда! Только бы он был в порядке! Лино догнал его через минуту.

— Ромин?

— Я выпорю тебя, милый. Как только ты будешь в безопасности, откроешь свои прекрасные глаза, и я уверюсь, что ты в полном порядке — выпорю, за все свои истерзанные нервы и пережитые страхи. Я тебя к себе веревками привяжу, чтобы ты и на шаг отойти не мог!

— Как только открою глаза, я обниму тебя, Мин.

— Вспомнил бы ты ещё об этом.

Мальчишка усмехнулся и, ускорившись, полетел вперёд. Ромин тоже побежал быстрее. Через несколько минут, запыхавшись и тяжело дыша, он выскочил за поворот, ведущий к реке. Отсюда прореха меж мирами была уже отчетливо видна, как и кружившие возле неё демоны. Душа Лино сверкала неподалёку, но близко к разлому не приближалась — ещё бы, ведь это самый большой страх мальчишки. Ещё через минуту Ромин увидел двух, горящих заживо, демонов и огненный щит, развёрнутый над кустами. Значит там. Лино не бездумно бросился в город за помощью, а постарался обезопасить своё тело. Хотя когда это Лино поступал бездумно?

Едва завидев живого, движущегося человека, голодные твари зашипели и устремились к нему. Некромант взмахнул косой, раскидывая их в стороны. Семь, их было всего семь, и не слишком сильных, а новые из разлома не появлялись. Пока Ромин готовил следующее заклятье, подоспел Велис. Брат ненадолго согнулся пополам, пытаясь отдышаться, но быстро выпрямился и атаковал силой разума ближайших трёх тварей, те упали на землю, корчась от боли. Ещё одного поджёг Лино, а трое последних пали на глазах, разлагаясь, поражённые магией смерти.

Ну и чего, собственно, они выжидали у ворот? Демонов раскидали за минуту, а чтобы закрыть разлом, можно было подождать и здесь, хотя прямо сейчас разлом волновал Ромина в последнюю очередь. Добив последнего демона, он кинулся к огненному барьеру, беспрепятственно прошёл за него, пробрался вглубь кустов, царапая ладони, и склонился к телу мальчишки, прижимая к себе. Вслушиваясь в дыхание, как в лучшую музыку на свете.

Тот был холодный, руки так и вовсе ледяные. В прошлый раз, когда Лино покидал тело, оно тоже сильно похолодело. И откуда на лице кровавые подтёки, перепачкавшие губы и подбородок? У него шла носом кровь? Но, пожалуй, куда более странной выглядела тонкая седая прядь в волосах мальчишки. Да что здесь произошло?! Потом… Это всё потом. Жив, и это сейчас главное.

— Лино, тебе пора назад, — тихо сказал Ромин, поднимая глаза на парящую рядом душу, а потом и медленно берясь за косу.

— Не нужно, — покачал головой мальчишка, кивая на оружие некроманта. — Я сам.

Он подлетел к телу, придирчиво осмотрел его, протянул руку к тонкому запястью и на пару секунд завис, глядя в глаза Ромину.

— Люблю тебя, — прошептал он.

— И я тебя, родной.

Прозрачная ладонь коснулась телесной, и душа потекла в тело, озаряя всё ярким светом, от которого Ромину пришлось зажмуриться.

— Он в порядке? — через пару минут спросил Велис, подходя ближе.

— Кажется, — едва слышно ответил маг, сжимая мальчишку в объятиях и чувствуя, как теплеет его кожа. — Вел, я…

— Твои мысли последние пятнадцать минут просто кричат Ромин. Я при всём желании не могу не слышать их. Иди.

— А разлом?

Брат кивнул в сторону города.

— Я уже вижу Амину и ещё двоих магов. Демонов больше нет, а разлом мы закроем и вчетвером. Иди, покажи его целителю, холь и лелей, пока не придёт в себя, только прошу — иди, меня сейчас захлестнёт твоей любовью и страхом за него.

Ромин тепло улыбнулся, ещё крепче прижал к себе родную ношу, поднимая на руки, и поспешил к городу.

Глава 31. Лино

Ромин осторожно забрался под простыню и бережно прижал Лита к себе — мальчишка был без сознания уже четвёртые сутки. Сразу по возвращении во дворец верховного мага, некромант позвал целителя Тависа. Осмотрев Лита, маг сказал, что кроме десятка царапин и пары лопнувших сосудов, никаких других повреждений у него нет, и причину его долгого обморока он найти не может, как и ту, по которой в волосах мальчишки теперь красовалась белая прядь. Его так испугал разлом? Настолько?!

На следующий день к Ромину пришёл ректор Бенет и поведал им с Велисом то, что до сих пор терзало некроманта: Лит узнал! Он узнал о том, что жил прежде под именем Нитана, что после существовал как призрак, и что наконец-то понял, кто такой Лино. Бенет уверял, что если поначалу мальчишка и был шокирован, то быстро успокоился и воспринял ситуацию вполне адекватно, но Ромина всё равно мучили сомнения и тревоги. Хотя с другой стороны он ведь и сам уже всерьёз задумывался над тем, чтобы рассказать Литу правду, и у всего этого точно был хотя бы один плюс — теперь мальчишка знал, что Ромин вовсе не думал о другом, когда брал его. Вот только всё это будет неважно, если Лит не очнётся.

Что же случилось у разлома? Что ударило по его мальчику и привело к такому состоянию? Ни целитель, ни Велис, ни его мудрые исследователи опять не смогли найти для Ромина ответов, и оставалось только бессильно смотреть на любимого. И ждать, ждать, ждать…

Кажется, Ромин крепко уснул — неудивительно, после нескольких-то суток, за которые он урывками только чутко дремал, и то не больше пары часов. Даже сквозь сомкнутые веки он видел солнечный свет, проникающий из окна, а на груди ощущал мирно лежавшую тёплую ладонь. Лит перевернулся во сне? Но ведь до этого он вообще не двигался, ни разу не сменил позу за три дня. Ромин распахнул веки и встретился с ласковым взглядом карих глаз. Лит просто лежал на боку и смотрел на него.

— Как ты себя чувствуешь? — прошептал некромант, хриплым ото сна голосом.

— Нормально, — мальчишка пожал плечами. — Долго я спал?

— Больше трёх суток. Лит что… что там случилось?

— Вообще-то я просил не звать меня так.

— Ты ведь уже знаешь… — настороженно произнёс Ромин. — Бенет мне всё рассказал.

— Вот предатель, — Илит усмехнулся. — А ведь обещал молчать.

— До тех пор, пока ты будешь в порядке, а несколько дней без сознания это явно непорядок. Так что произошло у реки?

— Кстати, я всегда полагал, что разломы открываются сами, а ты?

— Сами. Из-за мощного выброса сил в нашем мире или мире демонов.

— Ну так это неверные сведения. Точнее, есть и другой вариант — мощный выброс создал демон.

— Ты хочешь сказать, что демон был рядом с Ларвией до того, как открылся разлом?

— Я хочу сказать, что демон этот разлом и открыл. Провёл там что-то вроде шаманского обряда с плясками и песнями, развёл руками и создал дыру между мирами, в которой потом и скрылся.

— Не может быть…

— Я видел это своими глазами, пока прятался в кустах. Или ты не веришь моим глазам?

— Верю, — выдохнул Ромин. — Конечно верю, но ничего подобного нет в наших записях.

— Да я как посмотрю, там много чего нет. Что делать с такими как я, там тоже нет. Либо маги прошлого были невнимательны, либо хреново вели архивы.

— Кстати об этом, как ты?

— Что ты имеешь в виду?

— Как ты воспринимаешь всё это? То, что у тебя прежде уже была жизнь? То, что многие годы ты был… призраком? Что не помнишь этого? Что мы знакомы намного дольше, чем ты знаешь? Бенет говорил, что у тебя много вопросов — спрашивай. Спрашивай, что хочешь, милый, клянусь я отвечу на все.

— У меня больше нет вопросов, — мальчишка потянулся, обвил Ромина руками и уткнулся лицом ему в грудь. — Я обещал обнять тебя, Мин.

Некромант застыл. Он был уверен, что несколько дней назад, духом, вылетевшим из тела, был Лино, а сейчас перед ним Илит... Но он говорил то, о чём мог знать только Лино…

Идиот! Какой же он всё-таки идиот! За те минуты, что они только что проговорили, он не обратил внимание на уверенный, немного насмешливый взгляд карих глаз, на бойкие ответы. Ромин судорожно вцепился в мальчишку и прижал к себе так сильно, что тот тихонько охнул.

— Скажи… — прошептал маг, — прошу, скажи…

— Что? — и столько насмешки в этом коротком вопросе.

— Пожалуйста, милый, скажи: что ты помнишь?

— Как на меня упали обломки стены, или как дважды закончил академию? А может, как один злой, невыспавшийся некромант забрался на крышу, потому что призрачный мальчишка помешал ему спать? — Мужчина со стоном сжал его ещё сильнее. — Ты раздавишь меня, Мин, — выдохнул тот, и Ромин чуть ослабил хватку.

Счастье просто переполняло его, и он стал покрывать любимое лицо быстрыми, коротким поцелуями. Помнит! Он помнит! Милый, родной, драгоценный — он вспомнил! Взгляд наткнулся на белую прядь, и это немного остудило пыл Ромина. Пальцы сами потянулись к волосам — так вот почему! Вот причина того, почему он так долго не приходил в себя!

— И как мне теперь называть тебя? — тихо спросил Ромин, отводя взгляд от волос и глядя в дорогие глаза.

— Именем, которое для меня дороже всех. Тем, что дал мне ты.

— Лино, — выдохнул Ромин. — Лино! Мой милый, сладкий Лино!

Губы вновь вернулись к его щеке, но мальчишка быстро поймал их своими, требуя настоящего поцелуя. И Ромин целовал… Целовал, пока Лино не задрожал, пока не запустил руки в его волосы, прижимаясь ещё теснее, пока не откинул голову назад, ловя ртом воздух. Маг провёл пальцами по оголившейся шее, собираясь поцеловать и её, но его внимание снова привлекла ниспадающая седая прядь.

— Как это произошло? — спросил он, поймав её рукой. — Что случилось?

— О, какой же ты дотошный, Ромин! — Лино мгновенно нахмурился. — Просто того, что я помню, недостаточно?

— Мне необходимо знать, милый.

— Увидел разлом, мне поплохело и пришли воспоминания. Первым было то, как я стоял посреди такого же разлома, и он поглощал меня. Потом увидел, как ты бежишь: лицо, полное отчаяния, от осознания того, что не успеешь меня спасти, и твой крик, ну а затем… Затем хлынули сразу тысячи событий и образов.

— И всё?

— Что ты хочешь услышать? Что мне было больно? Что мою голову разрывало на части, и я думал, что умру или свихнусь там? — наверное, лицо Ромина сейчас выражало ужас и страх, потому что Лино резко замолчал и обхватил его ладонями. — Вот поэтому я и не хотел говорить. Думаешь, не понимаю, как ты волнуешься за меня? Ты же видишь, что сейчас я в порядке? Я справился, как обычно, странным методом, но ведь справился. Когда боль стала совсем невыносимой, я вылетел из тела.

— Случайно или осознанно?

— Осознанно. Вместе с воспоминаниями пришло и понимание, что я просто могу это. А потом я поставил щит над телом и полетел за помощью. Дальше ты знаешь.

— Значит, ты помнил всё уже тогда, будучи духом? Почему не сказал мне?

— А если бы я вернулся в тело и снова забыл? Или того хуже — всё-таки поехал бы головушкой? Не бучи уверенным, я бы ни за что не стал обнадёживать тебя, Ромин.

— Перед тем как открылся разлом, я пошёл искать тебя, чтобы поговорить, — сказал маг, садясь на кровати.

— Неужто раскаялся, что прогнал меня?

— Между прочим, ты серьёзно разозлил меня тогда.

— Ну прости, мне явно недоставало немного мозгов. Поразительно, как ты вообще терпел все мои выходки весь последний год, — Лино усмехнулся, растягиваясь на постели.

— Хочешь сказать, что больше никаких выходок не будет? Что, вот прям совсем?!

— Не-е, ну так категорично я не могу обещать, — мальчишка со смешком поднялся и прижался к спине некроманта. — Но то, что ты уже никогда от меня не избавишься, я тебе гарантирую. А ещё я хочу, чтобы ты кое-что исправил.

— Что же?

— Мой первый раз! Кстати, у меня никого не было и в первой жизни, так что ты — единственный. И ты умудрился его испортить! Умом-то я всё понимаю, но и то поганое чувство всё ещё помню.

— О, милый! — Ромин повернулся к юноше и заключил его в объятья. — У нас будет тысячи и тысячи ночей, и я обещаю, что ты больше никогда не испытаешь подобного.

— Хочу сейчас.

— Сейчас тебе нужно поесть и отдохнуть.

— Я не голоден, а по поводу отдыха — сам сказал, что я провалялся трое с лишним суток.

— Лино…

— Мне что, умолять тебя? — Лино чуть отстранился, хитро сощурил глаза, стянул с себя тонкую ночную рубаху, оголяя стройное гибкое тело. Откинулся спиной на кровать и медленно повёл ладошкой по своей груди, спускаясь к плоскому животу. Ещё медленнее развёл в стороны ноги, сгибая в коленях, и второй рукой легонько коснулся тугой дырочки, а потом томно прошептал: — Возьми же меня, Мин.

Какое там умолять! В штанах всё тут же налилось и отвердело! Мужчина резко перехватил ладонь, призывно поглаживающую анус, и с хрипом выдохнул:

— Ты мелкий демонёнок, Лино!

— Ага, я в курсе. Так что там у нас с исправлением впечатлений?

Ромин быстро потянулся к ящику стола, недолго порывшись, нашёл заживляющую мазь и вновь вернулся взглядом к Лино, навис над ним.

— Ты сейчас будешь очень громко стонать, милый.

— Ну не зна-аю, ты ещё даже не прикоснулся ко мне, — насмешливо ответил Лино.

— А затем пошло поскуливать, и только потом — умолять.

— А ты всё ещё болтаешь, и никаких действий. Ах!..

Мальчишка резко выдохнул, ощутив, как Ромин просунул скользкий кончик пальца в его тугую попку и впился в дрогнувшие губы.

***

Лино чувствовал себя всё ещё немного странно. Он помнил абсолютно всё, но некоторые воспоминания были будто смазанными, а то и вовсе путались, кроме связанных с Ромином. Тут всё было кристально чётко: каждый проведённый с ним день, да едва ли не каждое сказанное слово. Может, потому, что именно за Ромина он цеплялся, когда воспоминания обрушились на него, а может от того, что некромант — единственный, кто важен для него.

Ромин спустился влажными поцелуями на его шею, заскользил по ней губами, ещё и вылизывая языком, и Лино мелко задрожал, откидывая голову и ещё больше подставляясь. Он отлично помнил их первый раз, да и те поцелуи и ласки, что были до него, но сейчас всё ощущалось иначе — острее, ярче, желаннее. Правильнее! Он вроде всё ещё был тем же юношей, что и несколько недель назад, но в то же время больше не являлся им в полной мере. Он прекрасно осознавал, что воспоминания, опыт и характер призрака взяли верх над его личностью, но это не тревожило, наоборот — так было правильно! Так он чувствовал себя целым. Обо всём этом он уже успел подумать, пока любовался спящим лицом Ромина, а сейчас… Сейчас он хотел только чувствовать!

Губы любимого подобрались к соску и втянули его, чуть сжимая, вызывая табун мурашек, и одновременно с этим, палец Ромина, медленно выводящий круги у входа, вновь скользнул внутрь, тут же задевая простату. Лино закусил губу и выгнулся навстречу, сам насаживаясь на него и потираясь чувствительным местечком, протяжно застонал. Тело бросило в дрожь от восторга. О, пожалуйста… Пожалуйста! Вот теперь Лино и впрямь готов был умолять, потому что Ромин замер, застыл и вообще ничего не делал! Лино открыл глаза и встретился с насмешливым взглядом. Вот же гад! Издевается, да?

Лино толкнулся вперёд с тихим стоном, а затем снова и снова, скользя узкой дырочкой по пальцу Ромина, не отводя взгляда, глаза в глаза, наблюдая за каждой меняющейся в лице эмоцией. Облизав свои губы, чуть приоткрыл их, застонал громче, и Мин не выдержал — тихо рыкнул и жадно впился в них, в перерыве выдыхая: «Мой сладкий мальчик…» Юноша прикрыл глаза, внутри разлилось невероятное тепло от осознания, что это он вызывает в Ромине такую страсть.

Когда второй палец осторожно проник внутрь, Лино почувствовал, как стенки плотно обхватывают Ромина, как медленно растягиваются, сжимаются вокруг, и от этих ощущений его бросило в жар. Как же он хотел его! Хотел больше и глубже! Хотел пульсирующий горячий член внутри, как тогда, в их первый раз. Лино со стоном откинул голову на подушки, прерывая поцелуй и хватая воздух припухшими губами.

Ромин спустился вниз, выцеловывая живот, огладил рукой бедро, а потом обхватил губами подрагивающий член юноши и, посасывая, прошёлся по головке языком, при этом ни на секунду не переставая массировать простату. Лино резко выгнулся и кончил, сам не ожидая, что его так быстро накроет, а Мин всё продолжал сжимать его своим ртом, ловя последние отголоски наслаждения. Тяжело дыша, он прикрыл глаза, переживая полученное удовольствие. Это, конечно, было прекрасно… Даже более чем прекрасно, но не то, чего он хотел! Не вместе, не внутри него, не сливаясь в единое целое! Лино приподнялся на локтях и посмотрел на Ромина, сидящего меж его ног и пожиравшего его взглядом.

— Только посмей на этом остановиться, — выдохнул юноша.

— Милый, ты переоцениваешь мои возможности, — Ромин потянулся к его ноге и погладил пальцами стройные икры. — Боюсь, я не в силах остановиться, когда ты лежишь здесь такой растрёпанный, обнажённый, открытый, желанный и жаждущий. Когда твоя дырочка так призывно сжимается…

И в подтверждение своих слов он неглубоко протолкнул пальцы в анус, а мышцы буквально сами сжались, втягивая их глубже. И снова — в дрожь, а член стоит так, будто он и не кончал только что. Но затрясло Лино вовсе не от этого, а потому, что Ромин обхватил его щиколотку и, склонившись, стал выцеловывать пальчики на ногах. О все высшие силы на свете! Спасибо! Спасибо вам за него! Спасибо за то, что позволили быть с ним! На глаза навернулись слёзы, и Лино со всхлипом вдохнул. Такая, казалось бы, незатейливая ласка, но его просто затопило нежностью, от осознания что его любят ТАК сильно. Ромин навис над ним, заглядывая в глаза.

— Ты в порядке? — неуверенно спросил он.

Юноша потянулся рукой к рубахе, которую мужчина всё ещё не потрудился снять, скользнул за ворот, касаясь мускулистой груди. Эта тряпка мешала! Он хотел касаться обнажённого тела, гладить его, цепляться пальцами, видеть его в конце концов.

— Сними, — выдохнул он требовательно, и Ромин подчинился, заодно избавляясь и от широких хлопковых штанов.

Лино тут же заскользил руками по его телу и вновь всхлипнул от счастья. Он мог! Теперь он мог всё, о чём раньше не позволял себе даже мечтать. Да, за последний год он не раз касался Ромина, но что этот год в сравнении с двадцатью шестью? Он так многого не мог, будучи призраком, но теперь всё иначе. Теперь всё по-настоящему, и ему никогда больше не придётся только мечтать!

— Милый?..

— Люблю… — сквозь слёзы прошептал Лино и, обхватив руками шею, повис на некроманте. — Люблю! ЛЮБЛЮ тебя, Мин! Ты и не представляешь…

— Ещё как представляю: ты целый мир для меня, Лино.

Целый мир… Он вновь задрожал и уткнулся лицом в грудь магу. Он — целый мир!

Ромин подхватил его и, усадив на себя, стал выцеловывать шею, скользя к ключицам и обратно, а горячие, большие руки непрестанно гладили спину, поясницу и ягодицы. Лино со стоном прижался ближе к нему, потираясь возбуждённым членом об упругий живот, сцепил руки на шее мужчины и, губами касаясь уха, выдохнул:

— Хочу тебя… Я так сильно хочу тебя! Пожалуйста…

В следующую секунду он вновь оказался спиной на постели, а Ромин слегка прикусил его шею и глухо зарычал. Да он же сдерживался! Боги, скольких усилий стоило Ромину сдерживать себя сейчас, да и всё время до этого?! Лино потянулся вниз и, быстро нащупав член некроманта, легонько сжал его, от чего тот застонал ему в шею, да так, что юношу снова бросило в жар. Ромин приподнялся и посмотрел своими невероятно синими глазами, и столько всего в них сейчас отражалось! Кажется, вся их жизнь.

— Мин, про…

Его губы молниеносно заткнули поцелуем, и вскоре Лино ощутил, как горячий пульсирующий орган прижался к его дырочке, как медленно стал растягивать стенки, заполняя его изнутри. Юноша тяжело задышал. Боли не было, лишь распирающее ощущение внизу и необъятное счастье в груди, а уж когда Ромин подался вперёд, вновь задевая простату, он и вовсе вскрикнул, выгибаясь.

Медленно, безумно медленно и бережно некромант входил в него, чуть подавался назад и снова вперёд, проходясь по чувствительной точке. Медленно! Лино захныкал, вцепился ладонями в бока мужчины и сам со всхлипами стал насаживаться на него. Ромин принял его нетерпение, подхватил под ягодицы и начал двигаться резче, быстрее и глубже. Склонился к лицу, губами ловя слезы, которые так и продолжали течь из глаз юноши.

— Мой сладкий… милый… хороший мой… — выдыхал шёпотом, на каждое движение внутри, и это пробирало до самого сердца. Лино уже метался по постели, захлёстываемый ощущениями и собственными чувствами. Метался и вскрикивал, цепляясь пальцами то за простыни, то за Ромина.

— Скажи… — простонал он, порывисто подаваясь вперёд, — Умоляю… скажи мне…

Ромин поймёт! Должен понять, что он хочет услышать! И ведь понял, сразу же…

— Я люблю тебя, Лино. Жить без тебя не могу. Мой Лино! ЛИНО!

Юношу затрясло. Содрогаясь всем телом, он прижался к Ромину, бурно кончая, и тот, резко толкнувшись в него ещё несколько раз, последовал за ним. Теперь всё было как надо! Так, как должно было быть с самого начала. Никаких противоречий и неправильных чувств внутри, никаких обид и разочарований, только безграничное счастье, в котором можно утонуть.

Ромин потянулся к его губам, и Лино тут же ответил. Они слились, нежно, неторопливо поглаживая друг друга, не пытаясь снова возбудить страсть, а будто благодаря за разделённое наслаждение, за полное и безоговорочное принятие. После маг выскользнул из него, повалился на спину и в одно движение уложил юношу на себя, поглаживая пальцами всё ещё подрагивающую спину.

Сложно сказать, сколько они так пролежали, и Лино мог бы лежать ещё, а лучше бы вообще никогда не поднимался, и навечно остался вот так — в объятьях друг друга, но было кое-что, что юноша хотел сделать как можно скорее. Он потёрся щекой о грудь Ромина и приподнялся на локтях, заглядывая в синие глаза.

— Вот теперь я готов поесть, — с улыбкой сказал он. — А потом сходишь со мной к заклинателю?

— Да я тебя вообще ни на шаг от себя не отпущу, так что пойдём, куда скажешь, — усмехнулся Ромин. — Но что тебе нужно у заклинателя?

— Заказать зелье для обряда пары.

Некромант поднялся, ссадив с себя юношу, потянулся к ящику стола и, недолго порывшись в нём, вытащил стеклянный флакончик с густой золотистой жидкостью, протянул его Лино.

— И давно оно у тебя? — заворожённо глядя, выдохнул юноша.

— С того дня, как я забрал тебя из академии.

Ромин носил зелье пары с собой целый год! Ожидая и надеясь… Кажется, новые слёзы счастья вновь подступали к глазам. Лино прижался щекой к его плечу и вытянул вперёд ладонь.

— Я надеюсь, нож у тебя тоже рядом? В этот раз проведём обряд как надо — теперь и с моей кровью — и станем полноценной парой.

— Это ведь на всю жизнь. Ты уверен?

— Я чего-то не понял: ты сомневаешься?

— Нисколько, а ты? Ты ведь ещё совсем юный.

— В каком это месте, Мин? Мой душе шестьдесят пять лет, и большую часть этих лет я жаждал быть с тобой! Доставай нож и…

Ромин резко повернулся к нему и впился в губы, а потом с жаром выдохнул:

— Я привяжу тебя к себе навсегда, Лино!

— Я очень рассчитываю на это!

Глава 32. Связь

Лино оглядел комнату, в которой прожил последний месяц, а до этого и вовсе — четырнадцать лет, и понял, что она больше не вызывает у него абсолютно никаких эмоций. А ведь ещё неделю назад он с лёгкой радостью вспоминал проведённые в ней годы обучения, корпение над уроками и книгами, посиделки с однокурсниками, а порой и веселые попойки…

Немного странно и всё ещё непривычно помнить и осознавать целых три свои жизни, но ничего — он привыкнет. Ну и что, что теперь многие вещи и события стали для него неважны, зато всё, что касалось Ромина, осталось неизменным. И это самое главное. И не только Ромин, кстати, Амина — к ней он тоже испытывает тёплые, практически братские чувства, что и раньше, а ведь после того, как вернулись воспоминания, он её ещё даже не видел. Да и когда бы?.. Они с Ромином два дня выползали из его покоев только для того, чтобы поесть. Юноша улыбнулся своим мыслям, достал из комода сумку и стал скидывать в неё свои вещи.

В эту комнату он никогда больше не вернётся, ведь теперь, приезжая в Ларвию, всегда будет жить в покоях Ромина… Нет, в их общих покоях. В груди резко потеплело от этого понимания. Лино прикрыл глаза, и в который раз за последние пару дней, потянулся к связи, что навечно соединила его с Ромином, и тут же почувствовал отклик любимого. Сегодня они находились так далеко друг от друга: он здесь, в жилом корпусе для адептов, а Мин — в саду академии. Ну да, невероятно далеко — аж целых двести метров! Да если просто выглянуть в окно, наверняка он увидит некроманта, но чувствовать его вот так, через связь, было очень приятно. К этому ощущению тоже ещё предстояло привыкнуть, и эти перемены вызывали в душе лишь счастье.

Ромин ждал его на улице, и Лино, отбросив мысли, стал собирать свои скромные пожитки быстрее. В коридоре, едва переступив порог комнаты, он столкнулся с Квином. Не самая приятная встреча, надо сказать. И проблема даже не в самом Квине, а в том, что Лино просто не знал, как теперь разговаривать с этим парнем. У них вроде бы раньше были какие-то там недоотношения, и Квин даже по-своему переживал за него, вот только для нынешнего Лино это ровным счётом ничего не значило. Юноша вздохнул и быстренько перетряс все воспоминания, связанные с парнем.

— Привет, Илит, я тебя искал. Ребята с младшего курса сказали, что ты пришёл в академию. Тебя почти неделю не было, я уж подумал, что вы с наставником уехали из города, — Квин бросил взгляд на сумку, свисавшую с плеча юноши. — Теперь, похоже, уезжаете?

— Нет. Общий сбор через пару недель, останемся до него.

— А вещи куда? О… ты… Ты к нему решил перебраться, — догадавшись, протянул парень. — Помирились?

— Вроде того, — пробормотал Лино и перехватил сумку поудобнее.

Взгляд Квина проследил за его руками, и глаза парня поражённо расширились. Он схватил правую ладонь юноши и уставился на её внешнюю сторону. А посмотреть было на что: от пальцев до запястья кожу покрывали тонкие светло-золотистые узоры.

— Ты что, спятил?! — выдохнул Квин, а потом с осуждением посмотрел Лино в глаза. — Обряд пары? Ты в своем уме, Илит?! Едва закончил академию, вся жизнь ещё впереди! Эта связь необратима, ты хоть понимаешь? Ты же теперь всегда будешь его чувствовать! А если через пару лет вы разбежитесь? Твои чувства могут измениться, или ещё хуже: он станет изменять тебе направо и налево. Ил, что ты наделал?!

— Ну, во-первых, это не твоего ума дело, — Лино грубо вырвал свою руку, но потом понял, что парень-то, собственно, ни в чём не виноват. Он, скорее всего, и правда искренне волнуется. Вот только откуда ему знать, что на самом деле связывает Лино и Ромина? Юноша на секунду прикрыл глаза. — Извини. Тебе не о чем беспокоиться, Квин. Возможно, тебе будет не просто это понять, но я уже не совсем тот Илит, которого ты знал. Видишь ли, я — перерождённый, и ко мне вернулись воспоминания о прошлом. Мы с Ромином знаем друг друга намного дольше, чем ты можешь себе представить.

— Перерождённый? — шокировано выдохнул парень, во все глаза уставившись на Лино. — Кто?

— Раньше меня звали Нитан.

— Это… — Квин сосредоточенно нахмурил лоб, вспоминая, где слышал это имя, и через минуту резко вскинулся. — Призрак огневика, с которым странствовал магистр Ромин!

— Точно, он самый, — усмехнулся Лино. — Раз теперь ты понимаешь, я пойду.

Юноша уже было собирался обойти парня, но тот вновь поймал его за руку.

— Но ты… Ты ведь всё ещё Илит? Ил, с которым я когда-то познакомился на тренировочной площадке…

— Боюсь, что нет. Я всё помню, Квин, но теперь воспринимаю иначе. Я был Илитом восемнадцать лет, а если не считать раннего детства, и того меньше. Но моей душе уже больше шестидесяти и… Я не уверен, что смогу правильно объяснить это, но я теперь другой. Знаешь, спроси у своей наставницы. Амина знает меня так же давно, как и Ромин.

Лицо парня выражало растерянность и даже какую-то грусть. Лино сочувственно похлопал его по плечу и, больше ничего не говоря, пошёл к выходу из жилого корпуса.

_

Лино громко постучал в дверь и, услышав «войдите», открыл её. Велис вынырнул из-за стеллажа, быстро прошёлся по нему взглядом и вновь скрылся за завалами свитков и тетрадей, которые вечно наполняли его кабинет.

— Я думал, ты хочешь поговорить со мной, — бросил Лино, прикрывая за собой дверь.

— Хочу. Мой брат никак отлип от тебя впервые за полторы недели?

— Ами утащила его куда-то на рынок, но мы всё равно друг друга чувствуем, так что… — юноша пожал плечами, но понял, что Вел его не видит, обогнул стеллаж и, прислонившись к нему плечом, посмотрел на верховного мага. — Так что ты хотел?

— И как это ощущается? Ну, связь пары?

— Открой любую книгу о парах и прочти. Как ни удивительно, об этом предыдущие поколения написали очень точно, а то я уже начал сомневаться в их способности к ведению архивов.

— Вредный, дерзкий мальчишка, — пробубнил себе под нос Велис, а потом медленно перевёл взгляд на Лино и спросил то, что, по-видимому, и мучило его: — Почему я не могу прочесть твои мысли? За эту неделю с лишним, как к тебе вернулась память, я проверил свой дар на каждом встреченном маге. И ты единственный, на ком он не работает.

Лино сложил руки на груди и посмотрел в окно. Почему, почему… Такой же дотошный, как и его брат.

— Лино?

— А тебе очень надо влезть в мою голову? — нахмурился юноша. — Боишься, что сорвусь, или что?

— И это тоже, но ещё я просто хочу понять. Не будь таким колючим, Лино, я ведь тебе не враг.

— Вел, ты большую часть моей жизни жаждал меня изучить, а когда я переродился, скрыл от Ромина.

— А ты не думал, что я сделал это ради него? — Лино посмотрел на верховного мага и насмешливо выгнул бровь. — Ладно, каюсь, когда ты был призраком, у меня и правда был к тебе исключительно научный интерес, но потом всё изменилось. Ты уже давно часть моей семьи, Лино. И одинаковые узоры, которые теперь покрывают ваши с Ромином ладони, это только подтверждают. Да, я скрыл твоё существование от брата, когда понял, что десятилетний мальчишка, учащийся в академии, это ты. Но тогда я и правда полагал, что так будет лучше. Лино, когда тебя не стало, Мин сломался. Он изменился настолько, что я едва узнавал его. Он страдал, и жизнь потеряла для него смысл. Всё, чем он занимался, это охота. Изо дня в день, из года в год, будто желая погибнуть, но так и не находя демона, который сможет его убить. За семнадцать лет я ни разу не видел его улыбку. Да что там улыбку! Я его самого видел от силы раз в три года. Знаешь, сколько раз я думал показать тебя ему? Показать и увидеть, как он наконец оживёт и станет прежним. И ведь ожил бы, но… Я боялся, Лино. Боялся, что если что-то пойдёт не так, если с тобой что-то случится, он не переживет этого! И я скрывал. Наблюдал за тем, как ты рос, учился, менялся, и скрывал. Когда ты сдал выпускные экзамены, пришлось признать, что больше прятать тебя не выйдет, что когда ты станешь учеником какого-нибудь мага огня, Ромин узнает о тебе. Услышит от кого-то из магов или случайно встретит в странствиях по миру, и тогда я решил отдать тебя ему. Боялся, переживал, но отдал, и ни разу не пожалел об этом. С первого же взгляда на тебя, в глазах брата вновь зажглась жизнь. И пусть он изводился, трепал себе нервы, бесился, волновался из-за каждой твоей странности, но он стал прежним. Может, более дёрганным и нервным, но прежним.

Лино молча слушал, и слова Велиса больно ранили сердце. Он, конечно, знал, что Ромин любил его и переживал потерю, но услышать то, что сказал его брат — больно. Очень больно узнать, что Ромин ТАК страдал без него, что это он сам принёс любимому столько мучений.

— Теперь я слышу их, — прошептал Велис. — Слишком сильные эмоции, так что сейчас твои мысли кричат. Прости, я не хотел тебя ранить. — Вел подошёл ближе, а потом резко обнял Лино, от чего юноша даже растерялся. — Спасибо, что вернулся к нему. Спасибо, что справился со всем и вновь стал собой. Спасибо, что любишь его так же сильно, как он тебя.

Лино поднял руки и неуверенно обнял Велиса в ответ. Раньше он полагал, что у них с этим человеком одинаковая неприязнь друг к другу, но… Юноша улыбнулся. Не было больше никакой неприязни: просто они оба очень любили Ромина, каждый по-своему, но при этом одинаково сильно хотели защитить дорогого для них человека. Через минуту Велис отстранился и, будто смущённый своим порывом, схватил ближайший свиток, развернул и уткнулся в него взглядом.

— Может, ты всё-таки не будешь такой врединой и расскажешь мне, как скрываешь свои мысли от меня? — поинтересовался маг спустя пару минут молчания.

— Если бы в твою голову разом хлынули тысячи воспоминаний, ты бы тоже научился блокировать разум от всего, что пытается проникнуть в него. Я просто поставил щит, Вел.

— Но ты огневик. Твой щит должен быть огненным и осязаемым, а не ментальным. Дашь посмотреть на него? — Велис протянул руку к его запястью, но Лино отшатнулся.

— Не могу. Я блокирую им лишние, ненужные сейчас воспоминания, иначе они разорвали бы мне мозг. Их слишком много сразу, понимаешь?

— То есть?.. — маг удивлённо замер. — Ты вспомнил не всё?

— Всё. Просто отгородил ненужное и заглядываю туда, если возникает необходимость.

— Поразительно! — восторженно выдохнул верховный.

— Я опять чувствую твой просыпающийся научный интерес, так что, пожалуй, пойду, пока ты не усадил меня в кресло и не начал рыться в моей голове, — усмехнулся Лино и повернулся к двери.

— Я так не поступлю. А кстати, чуть не забыл: ты больше не ученик Ромина.

— Что?.. — юноша нахмурился и снова посмотрел на Вела. — Ты не можешь заменить мне наставника. Забудь ту дурацкую просьбу.

— Да дело не в просьбе. Ты не ученик, потому что отныне пара и напарник Ромина. Ко всему прочему: где ты видел магистра, который ходит в учениках? — Велис лукаво подмигнул.

— Магистр?

— А кто же? У тебя десятки лет опыта за спиной. Так что, добро пожаловать в наши ряды, магистр Илит, — Велис шутливо поклонился.

— Лино, — поправил его юноша. — Мое имя — Лино. И я хочу, чтобы оно было использовано во всех архивах. Два других можете оставить в скобочках. Мне подать официальный запрос, или устной просьбы хватит?

— Я попрошу кого-нибудь заняться этим.

Лино кивнул и покинул кабинет: Ромин уже возвращался во дворец. Быстро же он сходил на рынок. Юноша чувствовал, как любимый приближается и, пройдя несколько шагов, побежал по пустым коридорам навстречу. Поскорее бы увидеть его! Поскорее прижаться… И кто ещё из них не может от кого оторваться?

_

Лино в третий раз придирчиво осмотрел себя в зеркало, и Ами позади наигранно вздохнула.

— Ты неотразим, милый!

— А подводка на глазах не лишняя?

— Нет, с ней твои карие глазки стали ещё выразительнее. А в этой облегающей тунике… Поверь, Ромин изойдёт слюной.

— А потом меня же ею и заляпает, — усмехнулся юноша.

Но, кажется, Амина была права: он выглядел отлично, и в этом её заслуга. Он сам попросил девушку принарядить его для приёма в честь общего сбора, а теперь смотрел на результат. Обтягивающие чёрные штаны, доходящие до икр, очень соблазнительно смотрелись на его стройных ножках, мягкие бальные туфли привлекали внимание к тонким щиколоткам, а лёгкая туника оголяла ключицы. Не слишком ли откровенным вышел наряд? Но кого это вообще волнует?! Он хотел нравиться Ромину, а сегодня — особенно! Вон, у Амины грудь скоро вывалится из платья, и ничего, хотя, надо полагать, к её нарядам все уже давно привыкли, а его большинство магов, собравшихся внизу, помнит исключительно в виде прозрачного, вредного духа. В зеркале же сейчас отражался смазливый сладкий мальчик, и если не открывать рот, может, и сойдёт за такого, но попробуй-ка его заткни! Лино усмехнулся.

Туника, что заказала для него Ами, получилась бесподобной, и очень нравилась ему. Спереди, на тёмно-бордовой струящейся ткани, золотыми нитками, был вышит узор, точно повторявший узоры на рукояти косы Ромина. Любой, кто хоть раз видел её в бою, узнает их. Лино в который раз заворожённо провёл по ним пальцами. И как только Амине в голову пришло заказать именно это? Очень символично. Можно расценить и как то, что Лино принадлежит Ромину, и как то, что он тоже оружие некроманта.

Девушка подошла ближе и ловко подхватила его волосы в высокий хвост, перевязав бордовой лентой, потом вытянула одну прядку, которая кокетливо упала на щеку.

— Ну а это зачем? — посмотрев на себя, бросил Лино.

— А это открывает твою шею Линчик, очень красивую, надо сказать, шею.

— Если Ромин спросит кто превратил меня в это… ЭТО! Я без зазрения совести сдам тебя.

— Договорились, но он не спросит. Белую прядь закрасить в рыжий?

— Нет, оставь. Она что-то вроде напоминания для меня.

— О чём?

— О том, как нелегко мне далось счастье, — Лино отвернулся от зеркала и сложил руки на груди.

— Знаешь, вы с Ромином и раньше, когда ты был призраком, переняли друг у друга многое: манеру говорить, двигаться, привычки, жесты, словечки, но теперь это ещё заметнее. — Амина провела пальцем по его лбу и выдохнула: — Не хмурься, Лино, это Мин у нас мрачная тучка, а ты — солнышко.

— Даже солнышко не всегда светит, Ами, — Юноша потянулся и обнял девушку. Всегда мечтал так сделать, хоть раз вот так обнять сестру, потому что и ему она давно стала сестрой. — Спасибо за наряд и остальное, мне нравится.

— С тебя танец, Линчик.

— Ты же в курсе, что я не люблю эту кличку?

— Ромин мне как-то говорил, но я проигнорировала, — Девушка с улыбкой отстранилась от него, легко развернувшись на своих каблуках, танцующей походкой проплыла к выходу из своей комнаты и распахнула дверь. — Ну что: твой первый выход, магистр Лино?

— Бывал я уже на ваших приёмах, — бросил юноша и, догнав Амину, подставил локоть, за который она тут же ухватилась.

Кажется, внизу собрались уже все, прибывшие в столицу, маги. Первым делом Лино нашёл взглядом Ромина: маг стоял у дальней стены и разговаривал с братом, но, увидев его, спускающегося по лестнице, умолк, буквально подвис, не отводя глаз, а потом улыбнулся с такой нежностью, что у Лино даже на таком расстоянии сердце замерло. Его губы сами собой дрогнули в улыбке. Амина потянула его дальше и сразу увлекла в толпу танцующих. Ну что ж, танец так танец, она заслужила.

— Знаешь, я так и не поблагодарила тебя, Лино, — сказала девушка через пару минут, кружась по залу.

— За что?

— За то, что спас нас восемнадцать лет назад. И за то, что вернулся к нам, родной. — Амина крепче сжала его плечи. — И прости меня.

— Тебе не за что извиняться, это был мой выбор, и я сам просил тебя остановить Ромина. Я ни о чём не сожалею, Ами.

— А я сожалела, и боюсь даже представить, как сожалел брат, и… — Лино приложил палец к её губам и покачал головой.

— Не нужно. Не случись всё, что случилось, я бы не переродился и не стоял бы сейчас здесь. Забудь и прости уже себя, потому что мне не за что тебя прощать. — Амина прижалась к нему и тихо всхлипнула. — О, нет! Только девчачьих слёз и не хватало! — притворно ужаснулся Лино.

— Да ну тебя, — Ами легонько пихнула его. — Ты и правда слишком многому нахватался у Ромина.

— Ну так мы же пара, — он лучезарно улыбнулся. — Обещанный танец я тебе выдал, так что теперь пойду соблазнять того, для кого наряжался полвечера.

— Давай.

Лино отпустил девушку и просочился к стене, прямиком к столику с закусками. Плеснул себе сладкого красного вина и оглядел зал. Так, цель видна — Ромин стоял всё там же, а вот Велис куда-то смылся, и это только плюс. Опустошив бокал в два глотка, Лино уже собирался пробираться к некроманту, когда заметил парня, стоявшего неподалёку и пристально смотревшего на него. Наскоро заглянув в свои воспоминания, пытаясь найти в них, кто бы это мог быть, он замер. Да это же Тавин! Когда-то они были друзьями, когда-то очень давно, ещё в жизни Нитана. Он видел его несколько раз и призраком, но, конечно же, совершенно не помнил. А тот изменился: когда-то худощавый, высокий парнишка поднабрал в весе, подкачал мышцы, да и на лицо возмужал. Лино шагнул к нему.

— Привет.

— А… да… Привет. Ты ученик Ромина, Илит, да?

Ещё один человек, которому велели делать вид, что он не знает его? Интересно: сколько времени потратил Велис, чтобы оповестить всех, с кем когда-то был знаком Нитан и Лино? Или этим занимался Ромин перед тем как забрать его из академии?

— Ну, по факту уже не ученик, и не совсем Илит. Лино, — юноша с улыбкой протянул парню руку. — Но ты, как и прежде, можешь звать меня Нитан, если пожелаешь.

Лицо Тавина дрогнуло, а потом он резко выдохнул и обнял юношу. О, Ромин будет ревновать! Наверное, уже сейчас готов кого-нибудь прибить. Лино счастливо улыбнулся: оказывается, они оба очень ревнивы. Но ничего, одно невинное объятие старого друга Мин переживёт.

Лино проговорил с Тавином больше получаса и с радостью поговорил бы ещё, но на этот вечер у него осталось ещё одно, самое главное, незавершённое дело. Да и синие глаза, которые прожигали его через весь зал, вызывали глупую счастливую улыбку и мешали спокойно общаться. Лино назначил другу встречу на завтра. Посидят где-нибудь в трактире или погуляют по городу и нормально пообщаются, без ревнивых взглядов. Друг… Странно, но спустя столько лет он всё ещё воспринимал этого парня как друга, хоть большую часть жизни и не помнил его. Разговаривать с Тавином оказалось на удивление легко и приятно. Если так подумать, он знал очень много магов и в первой жизни, и ещё больше в жизни призрака. Лино отмахнулся от этих мыслей и вновь поставил щит — лишняя информация, сейчас точно лишняя.

Обойдя парочку танцующих, юноша наконец-то проскользнул к Ромину, который не сводил с него хмурого взгляда.

— Ну и кто это был? — тут же спросил маг.

— Вы ведь магистр Ромин? Я так давно хотел с вами познакомиться, — Лино наигранно поклонился и кокетливо похлопал ресницами, на что некромант настороженно выгнул бровь.

— И во что мы играем?

— Знаешь, сорок семь лет назад, когда меня ещё звали Нитаном, на таком же приёме, как этот, я увидел сногсшибательного мужчину.

— Так это с ним ты трепался полвечера?..

— Нет. Это мой бывший однокурсник и друг.

Ромин недоверчиво глянул в сторону стола с закусками.

— Что-то он больно потасканый для того, кто недавно окончил академию. — Лино закатил глаза и маг, додумавшись, наконец выдохнул: — О-о-о… старый однокурсник, надо полагать. Тогда, где тот самоубийца, на которого ты положил глаз?

— Да ну тебя, Мин, — Лино обиженно надул губы, и Ромин тут же обнял его со спины, кладя подбородок юноше на плечо.

— Ну что ты, сладкий?

— Ты! Ты тот придурок, который мне понравился!

— Хочешь сказать… — некромант приглушённо охнул. — Ещё тогда?!

— Представь себе, меня угораздило влюбиться в тебя трижды.

— Почему же ты не подошёл и не заговорил со мной тогда? — Ромин крепче обнял юношу.

— Я попытался, но ты не обратил на меня внимания. Даже когда я врезался в тебя, просто прошёл мимо.

— Ты же сам сказал, что я придурок. Нужно было прижать меня к стенке и сказать, что ты моя судьба.

— В следующей жизни так и сделаю, — усмехнулся Лино и почувствовал, как Ромин вздрогнул от этих слов. Неудачная вышла шутка. Некромант слишком остро воспринимал всё, что связано с его безопасностью и жизнью. — Прости, — прошептал он и погладил руку любимого, которая обвивала его талию.

— Пойдём отсюда? Или ты ещё не насмотрелся на наших магов?

— Вообще-то единственная причина, по которой я хотел пойти на этот приём — ты. Глупо конечно, но захотелось хоть раз красиво одеться, чтобы ты любовался мной, чтобы не мог оторвать взгляд. Это была... старая мечта, что ли.

— Я и не могу. — Шеи Лино коснулись горячие губы. — Постоянно не свожу с тебя глаз. Кстати, — Ромин отстранился и вытянул из-под рубашки цепочку, на которой висел кулон в виде шестиконечной звезды. Лино охнул, а некромант снял его и протянул ему. — Всё забываю тебе отдать.

Юноша коснулся магического, переливающегося огнём кулона, и тот сразу же потеплел, отзываясь на его силу.

— Ты нашёл его, когда доставал мои останки? — сдавленным шёпотом спросил он.

— Да.

— Почему не похоронил вместе с ними?

— Потому что это единственное, что осталось мне от тебя, кроме воспоминаний.

— Но ты не знал меня в той жизни.

— Ты всё равно был моим мальчиком.

На глаза навернулись слёзы, и Лино прижался к Ромину.

— Пойдём отсюда.

— А как же старая мечта?

— Она давно сбылась.

Некромант взял его за руку и повёл прочь из парадного зала, на балкон, через сад, проскользнул в зал советов и, прижав юношу к стене, поцеловал. Кто бы знал какое это счастье: просто держаться за руки, просто целоваться! Для них больше, чем счастье — иметь возможность вот так касаться друг друга. Никто не поймёт, не сможет понять, потому что они — единственные, у кого этой самой возможности не было. Двадцать шесть лет! Двадцать шесть лет они могли лишь смотреть друг на друга. Никогда больше Лино не разожмёт свою руку, никогда не отпустит Ромина! Теперь, по-настоящему, вместе…

Мужчина судорожно выдохнул, пошатнулся и схватился за грудь.

— Что?! — Лино испуганно перехватил его за талию. — Что с тобой?

— Твои эмоции… Я не представлял, что это может быть так резко и сильно.

— Ты уловил их?

— Не уловил, они буквально ударили по мне.

— Прости, — Лино виновато склонил голову. — Я постараюсь сдерживаться.

— О нет! — Ромин подхватил его и, усадив на огромный стол, встал меж его ног. — Это лучшее, что я когда-либо чувствовал, и я хочу испытывать это снова и снова. Просто, это было неожиданно.

— Теперь я тоже хочу почувствовать, раз ты так говоришь.

— А что ты делал?

— Просто думал о тебе — о нас.

Ромин прикрыл глаза, неторопливо поглаживая пальцами его колени, и пару минут простоял так, но ничего не происходило, а потом Лино резко накрыло чужими эмоциями и мыслями.

«… всё в тебе! Каждую чёрточку лица, лукавые, хитрые, прекрасные глаза, насмешливую улыбку. Острый язычок, который уболтает любого. Вредный характер, настойчивость и непокорность, силу твоего духа. Я люблю в тебе всё! Лино, Нитан, Илит — весь МОЙ! Мой, до последнего вздоха! Я люблю тебя больше жизни…»

В груди всё сжалось, так что не вздохнуть, и Лино, цепляясь за мага руками, уткнулся лбом ему в плечо, хватая ртом воздух. И правда, сильно! Эмоции Мина так сильно и глубоко отдавались внутри. А ведь их связь начала по-настоящему крепнуть только пару недель назад. Интересно: как скоро они смогут разговаривать мысленно? А делить друг с другом магию — каково это? Такое редкость, даже среди пар, но Лино ни секунды не сомневался — они смогут. Уже могут, пусть он и использовал силу некроманта лишь однажды, неосознанно, но смог ведь, а теперь и подавно сможет.

— Ты как? — прошептал ему на ухо Ромин.

— Лучше не бывает. Ты прав: это невероятные ощущения. — Лино поднял голову, заглядывая в синие глаза — Хочу тебя, Мин.

— Да ты, оказывается, ненасытный! Мы делаем это чуть ли не дважды в день, — некромант усмехнулся.

— У тебя какие-то проблемы с этим?

— О нет, милый, с этим у нас проблем никогда не будет! — Губы Ромина тут же прошлись по нежной шее юноши, вызывая мурашки. — Вот только, знаешь, не хотелось бы переусердствовать: я слишком люблю твою тугую попку.

— Не переживай, я не такой хрупкий, как тебе кажется, — со смешком ответил Лино.

— Не хочешь попробовать сверху?

— Серьезно?! Ты, и снизу?! — юноша чуть отстранился и хитро прищурил глаза. — И ты позволишь?

— Тебе, всё что угодно.

— Когда-нибудь я обязательно воспользуюсь этим предложением. Может, лет через десять, когда чуть возмужаю?

— Не возмужаешь, — хмыкнул Ромин. — Посмотри на Велиса: ему сто двадцать четыре, а ты ещё более хрупкий и изящный, чем он.

Лино надул губы и шутливо толкнул мага в плечо.

— В любом случае сейчас меня устраивает так как есть. Хочу тебя внутри, Мин… Так глубоко, чтобы я задыхался от восторга…

Некромант тихо застонал, касаясь губами мочки уха, и на Лино вновь обрушились эмоции Ромина. О, как же его хотели! Они оба хотели… И не только страстно слиться, но и никогда больше не разлучаться.

Конец.

От Автора

Вот и закончилась история про Ромина и Лино. Мне немного грустно от этого. Десять месяцев герои упорно жили в моей голове: любили, страдали, смеялись, совершали глупости и ошибки, но сегодня пришло время попрощаться с ними и пожелать счастья и удачи. Я верю, что эти двое теперь проживут долгую, насыщенную, счастливую жизнь. И главное — вместе.

Хотелось бы поблагодарить всех, кто читал книгу «в процессе» и поддерживал все эти месяцы своими комментариями: СПАСИБО.

СПАСИБО тем, кто пришёл с других сайтов и нашёл-таки меня, даже несмотря на всю сложившуюся нынче ситуацию.

СПАСИБО тем сайтам, что остались верны себе, своим авторам и читателям, и тем, кто создает ради этих целей новые сайты.

СПАСИБО тем, кто ещё только прочтёт эту книгу.

И конечно СПАСИБО моей бете, редактору, палочке-выручалочке, правой руке и теперь уже подруге — Хельге. Мои знаки препинания всё ещё оставляют желать лучшего, так что это благодаря ей вы видите текст в читабельном виде. Надо сказать, она у меня довольно строгая, может даже запустить тапочкой и сказать: «Иди и переделывай». Так, например, было с обложкой этой книги. Ромин, которого вы видите сейчас, это вторая версия — первого она забраковала, так что пришлось перерисовывать. И надо сказать: она была права! Нынешний Ромин получился лучше первого, и мне самой он нравится больше. Так что Спасибо тебе, солнышко, за всю проделанную работу: за пинки, за объективное мнение и за то, что всегда была рядом. Люблю тебя.

Теперь хотелось бы сказать о будущих планах. У меня есть чудесный список, который на данный момент насчитывает одиннадцать пунктов. И это не коротенькие истории, а полноценные книги. Понятия не имею: когда всё это писать?! Если на одну книгу у меня уходит почти год, эдак я до сорока пяти не напишу всё, а при этом ведь ещё и новые идеи рождаются. Но что-то я немного отклонилась.

Со следующей книгой я уже точно определилась и начала делать для неё обложку. Пока что я называю её «Проклятый маг» и, скорее всего, оставлю это название. История будет происходить в том же мире, что и «Перерождённый», но время повествования не пересекается с нынешним, и герои двух книг не встретятся. Главный герой — сын верховного мага, на котором, как следует из названия, лежит проклятье. Надеюсь, мои читатели, и нынешние и будущие тоже, перейдут вместе со мной в новую книгу. Буду очень вас ждать.

Что ж, на этом я заканчиваю болтать и ставлю точку. Очень жду вашего мнения и отзывов по книге «Перерождённый».

Это лучшая награда от вас.