Я же была полной его противоположностью.
Быть может я бы попросила его остановиться, но не чувствовала, что контролирую ситуацию. Я ощущала, что Мина забрала у меня эту способность. Чувствовала, что никогда не обрету ее снова.
Меня снова затрясло, и, съежившись, уставилась в угол окна. Точно так же я обычно сидела в лимузине, вцепившись в ручку дверцы, словно меня в любое мгновение могут вырвать с моего заднего сидения.
Я снова ощущала то же самое. Кто-то из «Ачурди» найдет меня, вырвет из внедорожника Джея и уничтожит.
— Остановись.
— Что? — Он посмотрел на меня.
Я отстегнула ремень безопасности и наклонилась вперед, пытаясь захватить хоть немного воздуха. Все казалось таким тесным, что я ощущала удушье.
— Ты не можешь подъезжать к моему дому. Прошу тебя, остановись здесь и не надо ехать дальше. — Я дернула дверь, но она была заблокирована. Меня даже не волновало то, что мы еще движемся. Мне просто необходимо было выбраться. — Дже, разблокируй дверь. Я не должна находиться здесь.
Он съехал на обочину. Припарковавшись, он повернулся ко мне.
— Мы уже почти подъехали к бару. Я проеду несколько кварталов от него и...
— Нет, нет, нет, нет.
Я раскачивалась все сильнее, пытаясь втягивать воздух носом и выдыхать через нос. Тщетно пыталась избавиться от боли внутри. Старалась откинуть груз, сдавливающий мою грудь. Все тщетно.
— Тайлер.
Я раскачивалась взад-вперед.
Я не могла остановить поток своих мыслей. Если я не начну дышать, то Дже отвезет меня в больницу. Тогда Мина точно убьет меня. Она наверняка подсыплет мне что-нибудь в капельницу, чтобы я умерла, не выходя из палаты.
— Тайлер.
— Выпусти меня, Дже. Находясь здесь, я чувствую себя только хуже.
Я не поняла, что произошло, но внезапно Дже переместился, утаскивая меня вслед за собой. Теперь мы оба оказались на заднем сидении.
— Посмотри на меня.
Я не понимала, что происходит. Но я слушала его слова, вникала в них и поймала себя на том, что смотрю ему прямо в глаза.
— Тебе необходимо расслабиться. Что бы тебя ни угнетало, сосредоточься на нынешнем моменте. — Его руки легли на мою шею. — Ты здесь, а я рядом. Окна тонированы. Никто тебя не видит. Никто не причинит тебе вреда. Здесь только мы.
Только мы.
— Хорошо. Теперь пока ты осознаешь, где ты находишься, сосредоточься на своем дыхании. Расслабься, чтобы ты смогла делать длинные и глубокие вдохи.
Длинные, глубокие вдохи.
В свете встречных фар я видела только его лицо, но этого было достаточно, чтобы уловить его улыбку.
— У тебя отлично получается. Еще немного времени, и ты начнешь чувствовать себя лучше.
Прошло не больше минуты, прежде чем я уже смогла ответить.
— Такого никогда не было со мной раньше, но почему-то именно сейчас это случилось дважды за одну ночь. Я не знаю, в чем причина этого.
— Тайлер, проблема в том, что ты прекрасно знаешь, в чем причина, и это чертовски пугает меня.
Мне просто хотелось исчезнуть прямо с этого сидения и никогда не возвращаться.
Почему я вынуждена выкручиваться перед этим прекрасным мужчиной? Почему мы не познакомились при нормальных обстоятельствах, не обменялись телефонами и не завершили эту ночь поцелуем, как все девушки и парни в моем возрасте?
— Ты прав, — согласилась я.
— Могу я что-то сделать?
Я мотаю головой.
— Ты сделаешь только хуже.
— Тогда, скажи мне как все это исправить.
Я задумалась над его вопросом. Обдумала все варианты и пришла к единственному ответу, который не понравился никому из нас.
— Ты можешь высадить меня в пяти кварталах от моего дома. Ты можешь пообещать, что не последуешь за мной, и… — комок застрял у меня в горле. — …ты можешь пообещать, что я больше никогда тебя не увижу.
— Это то, что ты хочешь?
Больше не было света фар, но он и не нужен. В его голосе было много эмоций, я не сомневалась, что он расслышит их и в моей интонации.
— Да, Дже. Я хочу этого.
Он выждал всего несколько секунд. Потом перебрался на переднее сидение и завел машину. Я осталась сидеть сзади. Мне было легче, когда я поодаль от него. Не видя его, я могла позволить слезам течь из глаз и не скрывать этого. Когда он свернул в переулок в пяти кварталах от моей высотки, я вцепилась в ручку дверцы, ожидая, когда он ее разблокирует.
— Мне не нравится то, что я отпускаю тебя, не будучи уверенным, что с тобой все будет в порядке.
— Все будет хорошо.
— Господи, Тайлер, посмотри на себя. Послушай себя. Хочешь, чтобы я поверил, что с тобой все в порядке?
Эта ночь уже не может стать еще хуже.
Я ощутила его руку на своем бедре и подняла на него взгляд. Лучше бы я этого не делала. Свет, проникавший через лобовое стекло, заставил меня прищуриться, и я поняла, что теперь видны мои слезы. По его вздоху, я убедилась, что он их заметил.
Я больше не могла выносить этого.
— Выпусти меня, чтобы мы оба смогли забыть о сегодняшнем вечере.
— Забыть? — рассмеялся он. — Возможно это то, что будешь делать ты, но это точно не то, чем буду занят я.
— Прошу, разблокируй дверь.
Я услышала щелчок, и поняла, что могу идти.
Но могла ли я?
Смогу ли я чувствовать себя свободной теперь?
Я думала, что выскочу из машины, чтобы пробежать пять кварталов до своего дома. Но не сделала этого. Я пропускала сквозь себя последние несколько секунд, стараясь запомнить черты его лица, которые могла видеть при свете фар, а затем выскользнула из машины.
— Прощай, Дже, — прошептала я, осторожно закрывая дверь.
Я обхватила руками живот и шла, не поднимая глаз от земли.
Оказавшись в своей квартире, я начала срывать с себя одежду, просто раскидывая ее по полу позади себя. Проходя мимо кухни, я захватила бутылку вина из холодильника и унесла с собой в ванную. Обнажившись, встала под душ и открыла горячую воду.
Вскоре я сидела на полу, сжавшись в комок, вино стояло у меня между ног, а горячие струи воды хлестали по моему телу.
Я поднесла бутылку ко рту, ощущая, что вода обжигает мою кожу все сильнее.
Но вина было недостаточно, и ожогов тоже, чтобы стереть из памяти всю эту ночь.
Свернувшись в клубок в душе, я дала себе клятву. Как только обсохну, я никогда больше не буду думать о сегодняшней встрече. Воспоминания будут стерты из моей памяти. Моя кожа будет пахнуть гелем для душа, а не нести на себе запах жилища Дже. Его имя, его лицо, чувства, которые я испытывала, когда он касался меня, — это все навсегда вылетит у меня из головы.
Этот душ был моим флаконом с порошком.
И внутри этой горячей кабины, я принимала его внутрь.
Я была в безопасности.
Или просто убеждала себя в этом.