Мелани Морлэнд Через забор

Данный текст предназначен только для ознакомления. После ознакомления его следует незамедлительно удалить. Сохраняя этот текст, Вы несете ответственность, предусмотренную действующим законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме ознакомления запрещено. Публикация этого текста не преследует никакой коммерческой выгоды. Данный текст является рекламой соответствующих бумажных изданий. Все права на исходный материал принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Переводчики: Марина, Алена, Саша, Наташа

Редакторы: Марина ,  Эльвира

Перевод группы https://vk.com/rom_com_books

ЧАСТИЧНОЕ ИЛИ ПОЛНОЕ КОПИРОВАНИЕ ТЕКСТА ПЕРЕВОДА И РАСПРОСТРАНЕНИЕ НА ДРУГИХ РЕСУРСАХ ЗАПРЕЩЕНО!!!

Глава 1

Дом содрогнулся от оглушительного хлопка дверью. Эхо отразилось от стен полупустых комнат. Пол под моими ногами мелко завибрировал.

Когда я покупал этот дом, риелтор указала на все его «лакомые кусочки». Она с восторгом рассказывала о беззвучно закрывающихся ящичках и шкафчиках, о дополнительной звукоизоляции стен, но самым лучшим, настаивала она, – были двери дома – все они закрывались очень тихо, как бы сильно вы ими не хлопали.

Переехав в дом, я первым делом снял «глушилку» с двери, которой пользовался чаще всего - между гаражом и домом.

Иногда просто необходимо от души хлопнуть дверью. И сегодня был именно такой день.

Выложив ключи и портмоне, я пошел прямиком в ванную, на ходу снимая одежду. Я включил душ и встал под горячие струи, позволяя воде расслабить напряженные мышцы спины.

«Вот, что бывает, когда весь день сидишь, сгорбившись над клавиатурой».

Фигово, что мне постоянно приходилось иметь дело с людьми, которые ничего не понимают в компьютерах, но бывали деньки и похуже, как сегодня, к примеру. Один дебил взял и отключил антивирус, чтобы посмотреть порно на своем рабочем компе. Из-за него вся офисная система словила вирус, и мне пришлось ее исправлять.  А этому придурку даже не было стыдно, когда его поймали.

Вытерев волосы полотенцем, я достал из холодильника пиво и прошел на задний дворик. Летнее солнце светило ярко, но воздух все равно оставался прохладным. Я плюхнулся в кресло, открыл пиво и сделал глоток, затем бросил полотенце на столик и огляделся. По периметру захламленного, заросшего сорняками заднего двора был установлен забор высотой более двух метров – я заплатил больше, чтобы он был повыше. Толстые кедровые доски и широкий карниз забора обеспечивали полную конфиденциальность. У меня был только один сосед. Комплекс танхаусов находился в тупике, дома группировались по несколько штук. Наша секция состояла всего из двух и упиралась в густой лес позади. Именно поэтому я выбрал этот дом. Он был моим оазисом. Неопрятным и мрачным, но приватным.

Допив пиво, я вернулся в дом, чтобы перекусить, открыл холодильник и тихо выругался – не считая пива и каких-то соусов– там было пусто. В морозильнике обнаружилась бутылка водки и пустая формочка для льда. День выдался напряженный, и я забыл заехать в магазин за продуктами. Из последнего кусочка мяса для завтрака и черствого хлеба, я сделал бутерброд, взял еще одно пиво и вернулся во двор. Откусив бутерброд, я понюхал мясо – пахло оно как-то странно - затем пожал плечами и продолжил жевать. Пиво обеззаразит мясо. В магазин поеду завтра, а сегодня обойдусь тем, что есть.

Движение по ту сторону забора привлекло моё внимание – я поерзал в кресле, вспомнив, что у меня появился новый сосед. Прежний переехал несколько недель назад. Он был бизнесменом и редко появлялся дома. Мы мельком виделись всего несколько раз, когда я мыл машину и забирал почту. Пару дней назад я видел грузовик и однажды слышал женский голос. Но меня это не особо интересовало. Старого своего соседа я не знал и не ожидал, что с новым будет иначе.  

Прислушавшись, я уловил звук шагов, затем безошибочный звук открывающихся коробок и шуршание бумаги. За забором начали напевать что-то приятным голосом, и я понял – мой новый сосед женщина. Ещё один звук привлёк моё внимание, я не смог опознать его, пока спустя несколько минут меня не поразил аромат.

«Она готовит на гриле!»

Я вдохнул аппетитный запах – рот тут же наполнился слюной – и перехотел есть свой странно пахнущий бутерброд.  

С губ сорвался стон, потому что пахло из-за забора охренеть как вкусно.

 – Простите? – послышался удивленный нежный голосок.

 «Вот дерьмо, я сказал это вслух?»

 Я усмехнулся.

 – Извини, – я прочистил горло. – Твой, э-э, ужин пахнет изумительно. В сравнении с ним мой бутерброд выглядеть довольно жалко.

 – О. Ну… извини? 

 Ее голос был очень тихим, но казалось, что из-за меня она старалась говорить погромче.

– Ты не виновата.

Ответом мне была тишина.

 – Итак, добро пожаловать к нам.

 – Спасибо.

– Это хороший район.

– Да, здесь мило.

– Уверен, тебе и твоему мужу здесь понравится.

– Нет мужа.

– Тогда партнеру, девушке, близкому человеку, сыну, дочери, собаке, коту… я кого-нибудь упустил?

Она рассмеялась  - это был сильный чуть хрипловатый звук, отличающийся от тихого голоса, которым она говорила.

– Нет, думаю, ты перечислил все варианты. Но я живу одна.

– Как и я.

От восхитительно аромата, проникающего через забор, слюнки потекли ручьем, и я посмотрел на недоеденный бутерброд с полным отвращением.

 – Что ты готовишь? – Я просто не мог не спросить.

 – Цыплёнка с овощами.

– Хмм. Звучит отлично, а пахнет еще лучше.

 – Ты сам не... готовишь? – нерешительно спросила она.

 Я рассмеялся.

– Нет, еда у меня либо подгорает, либо совсем обугливается. Я так и не научился готовить.

 – Тогда что ты ешь?

Теперь в нежном голосе слышалось недоумение.

– В основном «еду на вынос», а еще замороженные обеды, хлопья, ну, и делаю себе бутерброды. – Я посмотрел на тот, что держал в руке и поморщился.

 – Это... печально.

Я хмыкнул.

 – Если думаешь, что это печально, тогда я лучше умолчу о несвежем куске мяса, которое с трудом пытаюсь проглотить. Я забыл сходить в магазин и купить продукты.  Как правило, у меня есть хоть что-то съедобное.

 Я услышал удаляющиеся шаги и звук раздвижной двери. Видимо я совсем наскучил соседке своей жалобной историей.

Откинувшись назад, я допил пиво.

«Может, заказать пиццу?»

Но меня уже тошнило от пиццы, тошнило от заказной еды. Покачав головой, я признал, что меня тошнило от этой одинокой, уединённой жизни.  Время, что я провел один, начало доставать меня. Мне понравился краткий разговор с новой соседкой. Хотя, похоже, я отпугнул её своим выбором темы.

Встав, я вошёл в дом, взял ещё одно пиво и выбросил бутерброд. Открыв шкафчик, я обнаружил хлопья на донышке коробки.

«Ну, хоть что-то».

 Вернувшись на улицу, я открыл коробку и начал жевать. Хлопья были немного несвежими, но все еще съедобными.

«Надо бы составить список продуктов на завтра».

За забором снова послышалось какое-то движение, но в этот раз я не стал заводить разговор. Соседка что-то пробормотала, затем, похоже, что-то куда-то потащила. Опять пробормотала – я расслышал слова «высоко» и «глупая идея» - и опять потащила. После этого с той стороны забора раздался громкий стук, затем молчание и тихий вздох.

«Что, черт побери, она там делает?»

– Эй? - Она нервно покашляла.

– У тебя всё в порядке? – спросил я, не понимая, что происходит.

– О. Хорошо. Ты там.

Я поморщился. Мне некуда было идти.

– Да, я здесь.

– Я, э-э-э... кое-что положила на забор для тебя.

 – Что?

 Опять послышались удаляющиеся шаги и скрип раздвижной двери.

 – Не могу же я позволить соседу голодать. Спокойной ночи.

 Я встал и посмотрел на забор.

«Там наверху и правда стоит тарелка?»

Подтащив к забору стул, я забрался на него, потянулся и, наконец, смог ухватить и спустить вниз неожиданное сокровище. Спрыгнув на землю, я сразу же разорвал фольгу. В тарелке был цыпленок с овощами и салат. К ним прилагались пластиковая вилка и нож.

Я широко улыбнулся, оттаскивая стул обратно к столу.

«Настоящая домашняя еда и вся моя!»

Такой вкуснятины я не пробовал уже несколько лет, но голос в моей голове предупреждал, что я не знал эту женщину. Она могла отравить еду или плюнуть туда. Осторожно подняв тарелку, я глубоко вдохнул – пахло слишком вкусно, чтобы быть отравленным. Да и зачем ей меня травить? Я ничем ее не разозлил. Пока. Звука плевка я тоже не слышал.

Теперь ничто не могло удержать меня от этого пиршества.

Первый кусочек был раем, второй – еще вкуснее.

Я знал, что соседка сейчас в доме и, вероятно, не услышит меня, но все равно крикнул:

 – Спасибо!  Это пахло потрясающе, а на вкус еще лучше!

Мелодичное и  восхитительное (странно, что оно мне таким показалось)  хихиканье донеслось ко мне из-за забора. Непривычный звук для мира, в котором я существовал, но мне понравился.

 Я улыбнулся, жуя.

«Вроде не так уж и плохо иметь нового соседа. По крайней мере, пока».

Глава 2

На следующий день я выполнил данное себе обещание – купить домой продукты. Еще вчера вечером я обнаружил, что кроме еды, у меня закончились все предметы первой необходимости и стиральный порошок. Это означало только одно – я откладывал поход в магазин слишком долго. Была какая-то неизгладимая тоска в том, чтобы постоянно заниматься шоппингом в одиночестве. Я знал, что приехав домой, распаковав и разложив все по местам, я снова останусь один.

«Какая-то странная у меня меланхолия. Надо от нее избавляться».

Народу в продуктовом было мало, – в это поздний час большинство людей ужинали дома, а не ходили за покупками. Продукты, заполнявшие мою тележку, я нашел бы в магазине даже с закрытыми глазами. В моем списке покупок числились все те же замороженные обеды, консервы, и мясные нарезки. Правда, в этот раз я купил коричневые яйца вместо белых, а затем рассмеялся над собственным идиотизмом. Приготовленные мной – обычно всмятку, реже вкрутую – яйца были одинаковыми, но, по крайней мере, съедобными на вкус. Я бросил в тележку туалетную бумагу, стиральный порошок и кондиционер для белья – мне нравилось, когда простыни хорошо пахли, и не нравилось, когда одежда прилипала к телу из-за статического электричества. И под конец добавил молоко и хлопья. Решив, что пиво куплю в винном, я окинул тоскливым взглядом прилавок со свежим мясом и прошел в отдел готовой еды за курицей-гриль и салатами.

Дома я быстренько разложил продукты и в буквальном смысле набросился на еду. Я даже не взял тарелку, а просто разламывал курицу руками и использовал пластиковую вилку, чтобы подцепить салат с макаронами. Насытившись, я убрал остатки в холодильник, взял пиво и вышел на задний двор.

Развалившись на стуле, я просматривал газету, когда услышал шум по соседству.  Я выпрямился и прислушался, глядя на забор.

– Привет, соседка! – крикнул я, удивляясь собственному желанию снова с ней поговорить.

– Э-э, привет.

– Вчера вечером еда была просто восхитительной, на самом деле, очень вкусно. Спасибо, – я надеялся, что она услышит искренность в моих словах.

– Рада, что тебе понравилось.

– Даже не представляешь как, – я усмехнулся. – Кажется, я даже вылизал тарелку.

Я слышал, как она хихикнула – тоже легкое, трогательное хихиканье, которое заставило меня улыбнуться и прошлым вечером и сегодня.

– Бумажные тарелки лучше не облизывать, – заметила она. – Волокна прилипают к небу и.... Гадость, в общем.

Я рассмеялся.

– И правда, гадость. Буду иметь это в виду.

– Ты, э-э, сегодня уже спалил или обуглил какую-нибудь еду?

– Не-а, я купил в супермаркете уже готовую курицу.

– Я рада, что ты вкусно поужинал.

– Раньше и я бы так  подумал.

– Извини, не поняла. Раньше?

– Пока не попробовал твою курицу. Прежде я думал, что по сравнению с замороженными обедами готовая курица – объедение, но теперь она по вкусу напоминает картон.

– О… спасибо.

– А ты поужинала? – Мне было интересно, что она приготовила сегодня.

– Да, я доела вчерашнего цыпленка с овощами.

Я отхлебнул пива.

Заканчивать разговор не хотелось, поэтому я откинулся на спинку стула, думая, о чем бы еще спросить мою соседку.

– Уже обустроилась на новом месте?

– Да… почти.

– Все вещи распаковала?

– Пока нет. Стараюсь каждый день разбирать по нескольку коробок. Вот и сейчас хотела этим заняться.

Я был разочарован тем, что она уходит.

– Тогда, ладно. Спокойной ночи. И ещё раз спасибо.

– Э-э, ты не подойдешь к забору? – неуверенно попросила соседка.

 Сгорая от любопытства, я встал и подошёл к тому месту, откуда, как мне казалось, доносился её голос. Доски забора были плотно подогнаны, не оставляя даже маленькой щели.

– Я здесь.

– Тогда, лови, сосед.

Над забором показался небольшой сверток. Я вытянул руки и легко его поймал. С минуту я, ухмыляясь, таращился на плотно завёрнутый кусок пирога из рисовых хлопьев.

«Не может быть!»

Судя по хихиканью соседки, я сказал это вслух.

Послышались шаги, шум отодвигающейся двери и негромкое: «Спокойной ночи».

– Подожди!

Ответа не последовало.

– Мисс Шеф-повар?

– Э-э, да?

– Спасибо. Это мой любимый десерт. Клянусь.

– Пожалуйста, - произнесла она тихим, по нежному подкупающим голосом.

– Если ли бы я сказал, что не ужинал, ты бы меня снова покормила? – поддразнил я, не желая пока прощаться с соседкой.

– Тебе остается только гадать, верно? – парировала она.

Я усмехнулся, развернул сладкое угощение и застонал, попробовав пирог.  Поблагодарить соседку еще раз я не успел - дверь ее дома закрылась с глухим щелчком.

«А ведь я даже имени соседки не знаю, – нахмурившись, подумал я. – Нужно срочно это исправить. Но лучше действовать постепенно».

Вчера вечером я получил от нее ужин, сегодня - десерт, а завтра - имя. А, может быть, если повезет, завтра я получу все сразу.

*** *** ***

Следующий день был катастрофой. IT-компания, в которой я работал, обслуживала большое офисное здание. Люди снимали там офисы, а мы предоставляли им время на наших серверах и обеспечивали техподдержку. Этим утром уже другой идиот скачал себе опасный вирус (в этот раз хотя бы не с порно), и нам пришлось целый день бегать из офиса в офис. Мой босс чуть ли не лил слезы, жалуясь на расходы из-за сверхурочных часов, и мне пришлось выслушать лекцию об оптимизации рабочего времени. Я возразил, что мы не можем контролировать арендаторов, и получил ответ: «Разберись с этим!».

«Очень вдохновенно», – подумал я и закатил глаза, за что и получил выговор от босса.

При первой же возможности я уехал домой. Взяв банку пива, я вышел на задний двор, развалился на стуле и закрыл глаза, наслаждаясь тишиной.

Вероятно, я заснул. Открыв глаза, я панически огляделся по сторонам, пока не понял, что нахожусь в своем заднем дворе – один, в полной безопасности. Спрятав лицо в ладонях, я пару раз глубоко вздохнул, чтобы успокоить отчаянно бьющееся сердце. Ужасные воспоминания хоть и потускнели со временем, но не стерлись до конца.   Похоже, мне снова приснился кошмар. Я дотянулся до пива, но обнаружив, что она выдохлось и стало теплым, разочарованно грохнул бутылкой о стол.

– Эй, ты в порядке?

Услышав заботливый голос соседки, я посмотрел на часы и удивился, что проспал так долго. Я потер ладонями лицо, взглянул на забор и ответил:

– Да, всё хорошо. Спасибо.

– Ты кричал во сне.

– Почему ты решила, что я спал?

– Э-э, ты храпел.

– Вообще-то я не храплю.

– Ладно, значит у меня рентгеновское зрение, и я смогла увидеть тебя через забор, – раздраженно фыркнула соседка. – А ещё ты кричал…

Я нахмурился.

– …казался напуганным…

Меня удивила тревога в её голосе. Мне нужно было пресечь это прямо сейчас.

– Мне приснился кошмар. Приснилось, что у меня закончилось пиво, – категорично заявил я.

– Да? – с сомнением ответила она.

– Ненавижу, когда это случается,  – честно признался я.

Я глубоко вздохнул, и рот тут же наполнился слюной.

– Что ты готовишь?

– Еду, – сухо ответила соседка.

Видимо, ей не понравились мои легкомысленные ответы.

Войдя в дом, я взял свежее пиво. Вернувшись во двор, я открыл его с громким щелчком и сделал глоток.

– Очевидно, это был только сон, – так же сухо заметила соседка. – У тебя всё ещё есть пиво.  

– Ага, - усмехнулся я.

Я слышал, как соседка ходит по своему двору, шуршит коробками и подошел к забору.

– Всё ещё распаковываешь вещи?

– Да.

– Почти закончила?

– Почти.

Я с досадой провёл рукой по волосам. Рассказывать ей о своём сне я не собирался, но такие односложные ответы мне не нравились.

– Вчерашний пирог был восхитительным. Спасибо, – сказал я, нащупывая новую тему для разговора. – Но он отличался от тех, что я пробовал раньше. Твой вкуснее.

– Я добавляю ириски.

– Понятно. Получилось просто объедение.

Загремела крышка гриля. Я сделал глубокий вдох и чуть не рухнул на колени от потрясающего аромата. 

– Рада, что тебе понравилось, – с теплотой в голосе ответила соседка.

– Понравилось. Очень. Очень мило, что ты меня угостила.

– Это и делают соседи, верно?

Я ухмыльнулся. Жаль, что мне нечем было ее угостить. Я посмотрел на пиво в своей руке.

– Хочешь пиво?

Она тихо рассмеялась.

– Нет, спасибо, я не очень люблю пиво.

– А что любишь?

– Иногда, я могу выпить бокал красного вина, а обычно воду и кофе.

Я кивнул, хоть она и не могла это видеть.

– Я пристрастился к этой дряни.

– К пиву? Или к кофе? – поддразнила соседка.

Я усмехнулся.

– Немного и к тому, и к другому.

– И почему я не сомневалась, что ты не скажешь: «к воде»?

Я усмехнулся.

– Ты подстригаешь свою траву механической газонокосилкой или маленькой ручной?

– Прости? – удивленно хмыкнул я.

– Я пытаюсь решить, стоит ли мне покупать газонокосилку? Я сделаю несколько клумб с цветами, поэтому травы будет не много. Может, я обойдусь и без газонокосилки, как считаешь?

Я посмотрел на свой заросший сорняками газон.

«Клумбы?»

– Или может купить маленькую ручную. Что скажешь? – продолжила размышлять соседка.

Судя по звукам, она двигалась – наверное, обходила двор, оценивая его ландшафт.

«Интересно, чтобы она сказала, увидев мое подобие газона?»

– У меня мало травы, – признался я.

– У тебя сад?

– Э-э, нет. У меня сорняки. И земля. Мне нравится простота, – неубедительно пояснил я.

«Почему это прозвучало так грустно?»

– Ясно.

На меня навалилась усталость, я и отошел от забора, сел на стул и прислушался к шуму за забором. Шуршала бумага, складывались коробки, проверялась еда. Соседка ничего не говорила, но, кажется, начала снова напевать. Отчётливый стук заставил меня повернуть голову в сторону забора - ничего не увидев, я пожал плечами, допил своё пиво и пошел в дом. Запах ужина соседки заставил меня проголодаться.

– Я пойду. Спокойной ночи. Твой, э-э, ужин... там, наверху.

Я обернулся на звук голоса соседки и увидел тарелку на верхнем выступе забора.

– Эй, подожди! – закричал я, взял стул и подошёл к забору.

Я забрался на стул и дотянулся до края тарелки, удивляясь, как соседке удалось достать до верха высоченного забора.

– Приятного аппетита, сосед.

Судя по звуку голоса,  она уже была возле двери дома.

– Натан! – быстро выпалил я.

– Прости?

– Меня зовут Натан.

– Приятно познакомиться, Натан. Приятного аппетита и хорошего вечера, тебе.

– Нет, подожди! Ты не можешь уйти, не сказав мне своё имя! – взмолился я.

До меня донесся тихий вздох.

– Кортни. Меня зовут Кортни.

Я улыбнулся – даже её имя казалось каким-то теплым.

– И мне приятно познакомиться, Кортни. Какая бы еда не была в этой тарелке, не сомневаюсь, что она великолепна.

Ответом мне был щелчок двери.

Покачав головой, я взял тарелку. Глаза сами собой закатились от предвкушения, когда сняв фольгу, я увидел стейк, пюре и овощи. И, чёрт возьми, это было настоящее пюре, а не та фигня, что кладут в замороженные обеды Hungry-Man. В этот раз соседка добавила к тарелке нормальные нож и вилку, а не пластиковые. Не колеблясь, я принялся за еду и громко застонал, когда первый же кусочек буквально взорвал мои вкусовые рецепторы.

Наслаждаясь едой, я вспоминал наш с соседкой разговор. Она производила впечатление умной и заботливой женщины с хорошим чувством юмора. Мне это нравилось. И к тому же она отлично готовила.

Я подумал о своих планах на этот вечер – получить от соседки ужин, десерт и ее имя – и, ухмыльнувшись, проглотил последний кусочек великолепного ужина.

«Два из трёх – не так уж плохо».

Глава 3

На следующий день, возвращаясь домой, я ни с того ни с сего остановился у местного садового центра. Я бродил там и, наконец, с помощью продавца нашел то, что искал – лилии. Моя мама, которая очень любила эти цветы, говорила, что им нужно много солнца. Мой задний дворик днем заливало солнце, и, вероятно, задний двор соседнего дома тоже. Кортни была очень мила со мной и, купив ей пару растений, я отплачу за любезность.

Приехав домой, я отнес купленные два горшка с лилиями во двор и взглянул на забор.

«Понравится ли ей подобный жест? Или я слишком забегаю вперёд?», - вдруг занервничал я, но затем усмехнулся. Кортни дважды кормила ужином абсолютно незнакомого мужчину – то есть меня. Учитывая это, пара цветов для ее клумбы не выглядели как проявление неслыханной щедрости.

Я уже собрался отнести горшки к входной двери  Кортни, но потом вспомнил, что сам  обычно вхожу в дом из гаража. Если и соседка поступает так же, то у входной двери она цветы не заметит. Кортни передавала мне тарелки через забор, вот я решил воспользоваться этим способом.

Поставить растения на карниз забора было сложнее, чем снять с него плоскую тарелку. Даже мне с моим ростом метр девяносто пришлось тянуться.

«Интересно, как Кортни  туда добирается? Может она великанша?» – мысленно хмыкнул я, ставя горшки на карниз и подталкивая их ближе к середине.

Спрыгнув со стула, я зашел в дом за пивом, вернулся во двор и стал ждать. Два последних вечера Кортни возвращалась около пяти. Взглянув на часы, я понял, что она должна приехать в ближайшее время, а затем закатил глаза.

«Я уже знаю её график? Серьёзно?»  

Я коротал время, смотря по iPad какой-то дурацкий фильм из тех, что еще не видел на Netfli, когда, наконец, услышал, что Кортни вернулась.  Окна в соседском доме были открыты, поэтому я мог по звукам следить за ее перемещениями - Кортни прошла по комнатам, раздвинула двери, вышла во двор и принялась что-то расставлять в нем. Затем раздался звук, которого я так ждал – заскрипела крышка гриля.

– Что на ужин, Кортни? – спросил я.

Меня поприветствовал тихий вздох.  

– Э-э… привет, Натан. Я... Ох!

Судя по последнему восклицанию, она увидела лилии.

– Просто хотел сказать спасибо за то, что кормишь меня. Я подумал, что ты могла бы посадить их в свои клумбы.

Полная тишина.

– Кортни?

Ничего.

«Черт! Все же я слишком поспешил с этим».

Я подошёл к забору и через несколько секунд услышал странный стук, после чего одна из лилий исчезла. Всё, что я успел увидеть - быстро промелькнувшие бледные пальцы руки Кортни.

– Спасибо, – голос Кортни дрогнул. – Лилии... мои любимые цветы.

«Она что плачет? Из-за пары растений в горшках?»

Я нервно взъерошил волосы.  

Затем снова послышались шаги Кортни и новый приглушенный стук. На этот раз я следил внимательно и увидел, как её рука показалась над карнизом, чтобы забрать второй цветок. Кортни старалась, но не могла до него дотянуться. Я услышал, как она тихо выругалась, а затем рука снова появилась и цветок в горшке исчез.

– Ты на лестнице? – спросил я, в конец концов, сообразив, что значат все эти стуки и как ей удаётся добраться до верха забора.

– Да, – тихим, хриплым голосом ответила Кортни.

– Значит ты не великанша?

– Нет. Ну, не в том смысле, как ты думаешь, – вздохнула она.

Я нахмурился.  

«Что это значит?»

– Не стоило покупать мне цветы, Натан. Я всего лишь передала тебе тарелку с едой.

Я фыркнул.

– Две тарелки. И не просто с едой, а с офигенно вкусной едой. Для меня много значит, что ты поделилась со мной. Я просто хотел поблагодарить тебя.  

Ответом мне снова была тишина.

– Кортни?

– Они такие красивые. Спасибо, Натан.

Она на самом деле плакала.

«Черт! Почему?»

– Я хочу сохранить твое расположение, мисс Шеф-повар, – поддразнил я, желая чтобы она перестала плакать. По какой-то причине слёзы Кортни причиняли мне боль. – Втайне надеясь, что ты поделишься со мной ещё раз.

– О, ты голоден? – спросила она уже более обычным голосом.

Я усмехнулся.

–  Я всегда голоден.

– У тебя есть что-нибудь, чем ты мог бы пока перекусить?

– Э-э, да…

«У меня еще остались хлопья…»

– Хорошо, просто ужин будет готов не скоро. Нужно время. Если подождёшь, буду рада поделиться.  

– Что ты готовишь?

– Рёбрышки.  

Кажется, я застонал.

«Перебивать аппетит какими-то хлопьями, когда в сегодняшнем меню ребрышки? Да, ни за что!»

– Я подожду. Не проблема.

– Хорошо.  

Я услышал, как открылась и закрылась её дверь.

Похоже, Кортни нравилось кормить меня – это так странно. Но, по крайней мере, она перестала плакать.

Я покачал головой.

Женщины – они такая загадка.

*** *** ***

– Скоро, Кортни?

– Да, Натан. Уже скоро, – ответила она, но уже с меньшим терпением, чем полчаса назад.

Последние тридцать минут я оставил ее в покое, хоть запах ребрышек сводил меня с ума. В первый час я был терпелив, постоянно болтал с Кортни, пока она высаживала цветы, которые принесла домой, в клумбы.  Она заставляла меня смеяться над своими остроумными и находчивыми ответами, и время шло очень быстро. Но теперь голод брал свое, и я был готов перелезть через забор, чтобы добраться до еды.

– Может, мне стоит перелезть на твою сторону и самому взять ребрышки?

– Нет!

Я опешил от паники в ее голосе.

– Расслабься, у меня нет лестницы, – заверил я Кортни, абсолютно не понимая, почему она так заволновалась.

– Я просто не хочу, чтобы ты поранился, перелезая через забор, вот и всё. Уже почти готово.  

Никудышная из нее лгунья. Я не поверил ни на йоту, но решил на этом не зацикливаться.  

Я услышал, как поднялась крышка гриля. Ароматный дым поманил меня к забору.  

— Ты смерти моей хочешь, Корт. Могу я называть тебя так или ты не любишь прозвища?

Её смех оказался ещё более милым, чем хихиканье. Глубокий, тёплый и хрипловатый. Услышав его, я сам заулыбался.

— Учитывая, что ты уже дал мне два прозвища, мне, вероятно, лучше привыкнуть к ним.

— Я не буду называть тебя ими, если не нравится.  

— Мне нравится. Они безобидные. – Голос Кортни прозвучал застенчиво.

Я нахмурился.

«Кто-то издевался над ней, обзывая?»

Одна эта мысль заставила меня разозлиться и стиснуть в руке пиво.

— Мои прозвища будут добрыми, обещаю. Моя мама называла меня Нат, и ты тоже можешь, если хочешь.  

В горле пересохло, когда я понял, что вот уже много лет никому не позволял меня так называть. Я тряхнул головой, прогоняя прочь воспоминания.  

— Корт, я не шучу – я просто умираю с голоду. Когда уже ужин?

– Ты уже большой мальчик, Нат. Уверена, сможешь подождать ещё пять минут.

Я застонал и прислонился лбом к забору.  

– Не знал, что ребрышки нужно так долго готовить. Это всегда так?  

– Эти того стоят, – нараспев ответила Кортни.

– Почему?

– Скоро узнаешь.  

Десять минут спустя, я со стоном набросился на еду. Услышав стук лестницы, я сразу же придвинул стул к забору и схватил тарелку, едва Кортни успела ее поставить на карниз. На тарелке была целая гора рёбрышек с жареной кукурузой. Еды было столько, что без сомнения останется еще и на завтра.

– Кортни, ты здесь? – спросил я с набитым ртом.

– Да.

– Это просто охренеть как вкусно. Как ты их приготовила?

– Хочешь попытаться приготовить сам?

Я рассмеялся.

– О, нет. Поверь, это закончится очень плохо. Но все равно расскажи мне. – Я просто хотел еще раз услышать Кортни. Мне нравился звук её голоса, и мне нравилось слушать её. – Никогда не пробовал такой соус. Объеденье!

– Я сама его сделала.

Я усмехнулся.

– Не сомневаюсь. Ты вообще спишь или готовишь ночами напролет?

– Просто я люблю готовить. И готовить не только для себя, а еще для кого-то – намного интереснее. – Застенчивые нотки вернулись в ее голос. – Кажется, я немного хвастаюсь.

– Хвастаешься?

Её голос стал ещё тише.

– Совсем чуть-чуть.

– Можешь хвастаться в любое время. Мне это очень нравится. – Я перестал жевать и с подозрением посмотрел на огромную тарелку. – Ты ведь не отдала мне всю еду, которую приготовила?

– Нет. Я тоже ем.

– Ну, хорошо. Продолжай, я слушаю.

– Я уже много наговорила, поэтому лучше теперь помолчу. - Последовал саркастический ответ Кортни.

– Нет, мне нравится разговаривать с тобой... – Я откусил еще кусочек и проглотил. – Эти рёбрышки просто объедение какое-то!

Кортни хихикнула.

— Пожалуй, я оставлю тебя наедине с твоими... рёбрышками...

Я бросил ещё одну обглоданную кость на тарелку.

– Наверняка ты и сувлаки (греческие шашлыки из свинины) умеешь готовить?

– Умею.

Я застонал.

– Кажется, я сейчас не на шутку возбудился.

Кортни громко рассмеялась.  

– Из-за сувлаки?

– Из-за рёбрышек, твоего соуса и да, из-за обещания приготовить сувлаки, – правдиво сказал я.  

Я никогда не шутил насчет еды.  

Ответ Кортни был пропитан сарказмом.

– Хорошо, что Бог дал тебе руки, Нат. Это должно помочь облегчить твою... проблему, – она подавилась смехом. – Надеюсь, у тебя и твоих сестричек-ладошек будет приятный вечерок.  

Услышав, как закрылась её дверь, я уставился на забор, а затем начал смеяться.

А моя соседка остра на язычок.

Я так развеселился, что чуть не проморгал тарелку с десертом, стоявшую на карнизе  забора.

Главное, что чуть не проморгал.

Глава 4

Четверг на этой неделе был нерабочим, и в таких случаях небольшие фирмы, как правило, закрывали офисы, устраивая себе выходные длинной в четыре дня. Мне это нравилось. Я мог заняться скопившейся бумажной работой и пораньше уйти домой.

Я склонился над стопкой бланков, которые должен заполнить, когда мое внимание привлекло раздавшееся со стороны двери тихое покашливание. Подняв голову, я увидел Сильвию – она арендовала офис в нашем здании.

– С этими всклокоченными волосами и бородой ты напоминаешь безумного гнома, Натан. Слишком занят, чтобы побриться?

Услышав ее описание себя, я провел рукой по лицу и улыбнулся. Она была права – мне давно следовало постричься, но я все откладывал.

Сильвия приходила только когда чего-то хотела, если конкретно – хотела меня. Мы с ней оба были одинокими и не искали постоянных отношений. Мы хорошо ладили, но за исключением редких вечеров, проведенных вместе, не искали компании друг друга.

– Я всегда занят, но в данном случае виновата моя лень. Однако бритье в моем списке дел.

Сильвия зашла в кабинет, уселась в кресло для посетителей напротив стола, закинула одну свою стройную ножку на другую и наклонилась ко мне.

– У тебя всегда есть список. Как насчет сегодняшнего вечера? Ты занят?

– Я не прочь себя занять.

– Ужин или просто секс?

Я ухмыльнулся. Тело, отреагировав на ее прямолинейность, напомнило, как давно у меня не было секса. Я облизнул губы, окидывая взглядом изящную фигурку Сильвии.

Обычно мне хватало воспитания, чтобы сначала накормить ее ужином.

– И то и другое, если мой вид «безумного гнома» не пугает тебя.

Сильвия дернула плечом.

– Я могу с этим справиться.

– Хорошо.

– В этот раз мы должны поехать к тебе. Моя соседка по квартире болеет.

– Я постелю чистое постельное белье.

– Как заботливо с твоей стороны.

Я пожал плечами. Сильвии по большому счету было пофиг сменю я простыни или нет – она не собирается спать в моей кровати. Наши отношения – если это вообще можно считать отношениями – ночевку не предусматривали.

Правда, в последнее время я хотел нечто большего, чем просто секс – я устал просыпаться один в своей постели, устал от постоянного одиночества. Но сейчас я отмахнулся от этой мысли – не время для меланхолии – и сосредоточился на Сильвии.

– Лимонное сорго? – спросил я, припоминая, что ей нравится тайская еда.

– Звучит неплохо.

– Только прежде чем ехать ужинать, мне нужно переодеться. На этой рубашке чернильные пятна от принтера.

– Синий цвет подходит к твоим глазам.

Я закатил глаза.

– Сильвия, тебе не нужно подмазывать меня комплиментами – я и так более чем готов и согласен.

Она рассмеялась.

– Оставлю свою машину здесь и поеду с тобой.

Я кивнул.

«Может перед ужином мне перепадет десерт…»

*** *** ***

Сильвия осматривала мою гостиную, постукивая своими длинными ноготками по бутылке пива, которую держала.

– Ты определенно преобразил это место, Натан.

– Угу.

Я знал – мой дом не назовешь уютным или привлекательным, но меня это не волновало.

«Раньше не волновало, – мысленно уточнил я. – В последнее время дом кажется уж слишком пустым».

Кроме места для еды и сна, у меня было огромное кресло, где я любил сидеть, и большой телевизор с плоским экраном. Кресло было моим единственным отступлением от спартанской обстановки, а телевизор – единственным развлечением.

Я нахмурился, услышав стук в дверь.

– Присаживайся, – сказал я Сильвии. – Я сейчас.

– Не торопись.

Я думал, что стучит какой-нибудь соседский ребенок, желая продать мне какую-нибудь фигню и удивился, увидев на пороге улыбающуюся миссис Вебстер – пожилую женщину, живущую чуть дальше по улице.

– Натан, как хорошо, что ты дома. Надеюсь, я не отвлекаю?

Грубить миссис Вебстер было невозможно. Как бы я не старался ее игнорировать, миссис Вебстер всегда подходила поздороваться, когда видела меня. Ее внук Кайл подметал мою подъездную дорожку. Я ненавидел это делать, а парнишка так зарабатывал карманные деньги. Он напоминал меня в его возрасте – такой же высокий, нескладный и неуверенный.

– Вовсе нет, миссис Вебстер. – Я выдавил из себя улыбку. – Вам что-то нужно?

– Кайла нет дома, а Рики опять застрял на дереве. Это слишком высоко для меня, но не для тебя с твоими длинными руками. Если, конечно… тебе не трудно?

Чертов кот! Он всегда застревал на дереве. Именно из-за него я и познакомился с миссис Вебстер. Я мыл свою машину, когда она впервые подошла ко мне и, заламывая руки, попросила о помощи. Я последовал за миссис Вебстер, забрался на дерево, спас «драгоценного Рики» и поскорее передал хозяйке, чтобы кот перестал шипеть на меня и царапать.

В благодарность миссис Вебстер настояла, чтобы я зашел к ней за печеньем. Я люблю сладкое, поэтому с радостью согласился принять угощение. Только дома я понял, что миссис Вебстер – ужасный кулинар. Я едва смог съесть одно печенье, а остальные, в конце концов, просто скормил птицам.

Подавив тяжелый вздох, я кивнул.

– Конечно, мне не трудно.

Сказав Сильвии, что скоро вернусь, я пошел за миссис Вебстер.

Забравшись на то же самое дерево, я дотянулся до злобного кота и отдал его миссис Вебстер. В процессе он снова оцарапал меня – видно, был недоволен, что его потревожили. Миссис Вебстер прищелкнула на него языком и обозвала непослушным, но при этом продолжала гладить кота по пушистой голове. Рики довольно заурчал от ласки хозяйки.

Я подозревал, что просьба снять Рики с дерева была лишь предлогом - миссис Вебстер могла спокойно достать до ветки дерева, встав на низкий табурет – и не ошибся, когда она задала вопрос:

– Ты уже встречал свою новую соседку?

– Кортни? – не задумываясь, уточнил я.

– Значит, встречал! Она такая милая девушка!

Я покачал головой.

– Мы просто поболтали через забор, и однажды она угостила меня ужином.

Миссис Вебстер неодобрительно поворчала.

– Я же предлагала готовить для тебя, Натан. Мне не сложно. Кайл почти не ест дома.

С трудом, но мне удалось сохранить невозмутимость. Кайл как-то сказал: если я считаю печенье его бабушки несъедобным, то мне лучше даже не пробовать ее другую стряпню. Сам Кайл старался есть в ресторане, где работал мойщиком посуды.

– Я вообще-то вегетарианец.

Я солгал – мясо я очень любил. Но, если мне и придется когда-нибудь поужинать с миссис Вебстер, то она хотя бы приготовит салат.

– Молодому мужчине, такому как ты, нужно есть что-то кроме овощей,– нахмурившись, отчитала меня миссис Вебстер. – Какой у тебя рост, Натан?

– Метр девяносто три.

– Мой покойный муж был низеньким. – Она вздохнула. – А мне всегда нравились мужчины повыше.

Я старался не улыбаться – миссис Вебстер не раз говорила об этом.

– Она такая стеснительная.

Я удивленно моргнул.

«О ком это она?»

– Кортни. Она такая застенчивая, но очень милая.

Я и сам это понял, поэтому просто кивнул, не желая вестись на уловку миссис Вебстер.

«Старая сводница!».

Я не собирался сближаться со своей застенчивой соседкой. Она слишком хороша для такого как я. Единственный вид отношений, с которыми я мог справиться, были такими как с Сильвией. И она, кстати, в данный момент ждала моего возвращения.

– Ну, мне пора, миссис Вебстер.

– Конечно, Натан. Спасибо за помощь. Обязательно приходи ко мне на ужин на днях.

Я молча кивнул и поспешил к себе.

Зайдя в дом, я услышал, как кто-то разговаривает на заднем дворе и пошел на звук голосов.

Сильвия сидела за столом и, похоже, общалась через забор с моей застенчивой соседкой. Одна, уже пустая, бутылка пива стояла на столе, а вторую Сильвия держала в руке.

– Вот и ты, Натан. Закончил свою спасательную операцию?

Я кивнул и поглядел на забор.

Даже не знаю, почему чувствовал неловкость из-за того, что Сильвия болтает с Кортни.

– Твоя соседка приняла меня за тебя и предложила накормить. Пахнет очень аппетитно, но я отказалась от твоего имени, – объяснила Сильвия, а затем вздернула бровь, глядя на меня. – Я заверила ее, что накормлю тебя.

«Черт! Не следовало мне приводить Сильвию домой».

– Нам уже пора ехать.

Сильвия ухмыльнулась и поднялась на ноги.

–- Тебе так натерпеться попробовать главное блюдо вечера, Натан?

Я взял ее за локоть и завел в дом.

–- Я и, правда, умираю с голоду. Поехали.

– Спокойной ночи, Кортни, – прокричала Сильвия через плечо. – Наслаждайся своим ужином. – Она посмотрела на меня. – Я уж точно наслажусь своим.

Я зыркнул на Сильвию, но она просто пожала плечами.

– Пойду попудрю носик.

Я проводил ее взглядом, но сам в дом не пошел. Просто не мог – словно что-то держало меня на заднем дворе.

– Спасибо за предложение, мисс Шеф-повар. Пахнет вкусно, – сказал я, подойдя к забору.

– Это ничего особенного. Желаю тебе приятно провести вечер, Натан, – ответила Кортни. Ее голос звучал как-то расстроенно.

– Сомневаюсь, что это «ничего особенного». Твою стряпню вряд ли можно так назвать.

– Это просто ужин. – Она вздохнула, и от этого мои плечи напряглись. – В этот раз у тебя будет что-то получше.

Внезапно мне очень захотелось остаться дома, съесть ужин, что Кортни приготовит и поболтать с ней, пусть и всего двадцать минут, а не идти куда-то с Сильвией. Я не мог объяснить себе этот порыв, и уж тем более не смог бы объяснить его Кортни.

– В любом случае, спасибо за твое щедрое предложение.

– Спокойной ночи, Натан.

Мне не понравилось, как это прозвучало – словно ей хотелось отделаться от меня. Но я не знал, что еще сказать или сделать, поэтому повернулся и пошел в дом.

*** *** ***

Я пребывал в плохом настроении весь ужин. Еду даже сравнить было нельзя с той, что готовила Кортни. Шутки Сильвии, которые прежде я считал забавными, теперь казались банальными и раздражали. Я принуждал себя улыбаться и смеяться над ними.

Наконец Сильвия не выдержала. Положив палочки, она уставилась на меня.

– В чем проблема, Нат?

– Натан, – поправил я.

- Твоя соседка обратилась к тебя Нат, когда думала, что я – это ты.

Мне очень не понравился тон Сильвии, но я не собирался ей ничего объяснять, и тем более говорить о Кортни.

– Это ее дело. Но я не хочу, чтобы меня называли Нат.

– Ладно, Натан. Так в чем проблема?

– Ни в чем.

– Ты ведешь себя, как мудак.

Я поерзал на стуле. Она была права – я вел себя, как мудак.

– Голова болит.

Сильвия закатила глаза и бросила на стол салфетку.

– Думаю, дело не в головной боли, а в чем-то другом. И, думаю, мне уже достаточно.

– Куда ты? – спросил я, когда Сильвия встала из-за стола.

Она покачала головой и положила руку на бедро.

– Мне всегда нравились наши с тобой встречи. С тобой было легко и весело, и секс отменный. Но кто-то или что-то буквально связало тебя в узлы и изменило. Не думаю, что ты заинтересован в чем-то, кроме ужина сейчас. Впрочем, как и я.

Я встретил прямой взгляд Сильвии. Она снова была права – я не хотел вести ее к себе домой после ужина.

– Прости.

Сильвия пожала плечами.

– Мы хорошо проводили время, но теперь это закончилось.

Я кивнул и начал вставать.

– Позволь, я оплачу счет и отвезу тебя к твоей машине.

– Не беспокойся, – отмахнулась Сильвия. – Я возьму такси. И, Натан… разберись с этим, пока не стало слишком поздно.

Она повернулась и ушла, а я все сидел и думал, что же Сильвия имела в виду.

*** *** ***

Квартал был тих, когда я подъехал к своему дому. Свернув на подъездную дорожку, я посмотрел на дом Кортни. Окна были темными, но на крыльце горел свет, освещая венок на входной двери. По бокам крыльца стояли яркие цветочные горшки, придавая ему уютный вид.

Я перевел взгляд на свой дом и вздохнул. Не было ни подсветки, ни украшений, ни цветов. У крыльца росли несколько кустов, но они уже были посажены, когда я въехал сюда.

Припарковав машину, я вошел в дом. Пройдя по темным комнатам – свет включать я не стал – я взял пиво и вышел на задний двор. Посмотрев на забор, я прислушался, но ничего не услышал.

Присев у стола, я попытался разобраться, что за фигня произошла во время ужина, и почему меня так напрягало, что Кортни узнала о Сильвии.

Я говорил с Кортни всего несколько раз. Мы даже не были официально знакомы. Я не знал, как она выглядит, чем живет или, к примеру, есть ли у нее парень.

Странно, но от этой мысли меня покорежило.

Кортни была соседкой, которая по доброте душевной несколько раз кормила меня ужином. Вот и все. Соседи так поступают. Я снимаю кота миссис Вебстер с дерева, а Кортни угощает меня ужином.

«Соседи должны помогать друг другу, верно?»

Так почему же я чувствовал себя так, словно должен что-то Кортни?

Почему мне казалось, что мы с ней не просто соседи?

Почему мне казалось, что для меня она больше, чем соседка?

Глава 5

«Ну, что за невезуха!»

Скривившись, я смотрел на свернувшееся молоко в чашке с кофе. Я покачал головой и с отчаянием застонал – вот что происходит, когда забываешь убрать молоко в холодильник. Хоть вчера и был выходной, моей соседки целый день не было дома. Я не видел и не слышал ее, в окнах не горел свет, и через забор не доносилось ни единого аромата еды. Но даже будь Кортни дома, не уверен, что она поделилась бы со мной ужином. Не справившись с муками голода, я сделал себе вечером хлопья и оставил молоко на кухонном столе.

Вылив испорченный кофе, я сделал чашку черного и, прихватив газету, вышел во дворик.

Я сидел, просматривая заголовки и потягивая кофе, пытаясь решить, что делать с оставшимися выходными днями. Меня пригласили на барбекю, но я был не в том настроении, чтобы общаться с людьми. Но и быть одному мне тоже не хотелось.

Потянувшись к чашке, я случайно сбил её, и горячая жидкость разлилась по всему столу. Вскочив, я с досадой выругался.

– Что, не очень доброе утро, сосед?

Я резко повернулся в сторону забора и улыбнулся.

Кортни была там – я не слышал, как она ходит по своему участку, – но она точно была там.

– Не особо.

– Еще слишком рано, чтобы ругаться и скакать, тебе не кажется? – поддразнила Кортни.

Судя по голосу, она не сердилась на меня, поэтому я немного расслабился.

– Я, например, вчера весь день был дома и рано лег спать. А где ты была прошлым вечером? На вечеринке?

Её восхитительное хихиканье заставило меня снова улыбнуться.

– Я работала. У нас намечается большой семинар, пришлось на несколько часов задержаться на работе.

Я тихо вздохнул, испытав облегчение от мысли, что она работала, а не была с кем-то ещё.

– Жизнь слишком коротка, чтобы все время тратить на работу.

– Мне не нравится ночная жизнь. Лучше я оставлю ее тебе.

Снова вздохнув, я подошел ближе к забору.

– Насчет позапрошлого вечера… Боюсь, у тебя сложилось ошибочное впечатление обо мне и Сильвии…

– Да?

– Мы не были на свидании.

– Вы не ходили ужинать?

– Ходили, но это не было свиданием.

– Это меня не касается.

– Кажется, Сильвия дала тебе понять, что мы с ней ближе, чем есть на самом деле. – Сам не знаю, почему было так важно, чтобы Кортни поняла меня. – Я вернулся домой один. Мы поужинали, но и то не до конца, потому что Сильвия ушла…

– Может, тебе стоило заказать столик в ресторане получше?

Я с облегчением рассмеялся над ее поддразниванием.

– Не думаю, что это повлияло бы на исход ужина.

– Но, возможно, повлияло бы на исход вечера. – Кортни сделала такой красноречивый акцент на предпоследнем слове, что я расхохотался.

– Сестрички-ладошки, как ты назвала их недавно, очень мне помогли тем вечером.

– Фууу, Нат. Слишком много информации.

Кортни начала смеяться и беспокойство, сжимавшее мою грудь, чуть ослабило хватку.

.

– Может, у тебя есть немного молока или сливок, которые ты могла бы мне одолжить? Без них кофе просто ужасный, и я не могу его пить, а он мне просто необходимо сейчас.

– Я впечатлена, Натан.

– Прости?

– Оказывается, ты умеешь варить кофе.

Я хмыкнул над ее сарказмом.

– Я пью растворимый. Именно поэтому без сливок или молока он просто ужасен.

– Кошмар! Это не кофе, а коричневая бурда!

– Увы, это всё, что у меня есть.

Я слышал, как скрипнул ее стул, а затем открылась дверь. Я предусмотрительно оставил под забором дополнительный стул и пока ждал, стоя на нем, подумал, что возможно сегодня мне нужно заехать в магазин и купить лестницу. Или, по крайней мере, небольшую стремянку.

Шум заставил меня посмотреть вверх, и я удивился, увидев на карнизе забора большую дымящуюся чашку.

– Эй, а почему я не слышал, как ты передвигаешь лестницу?

– Я подумала, что проще оставить её на месте, а не двигать туда-сюда.

Посмеиваясь, я протянул руку и осторожно взял чашку. Это оказалось сложнее, чем с тарелкой и немного жидкости вылилось на землю.

Да, мне определённо нужна лестница.

Я спустился со стула и сразу же сделал глоток.

«Она еще и кофе обалденный варит!»

– Спасибо. Добавлю это к списку своих достоинств, - сухо заметила Кортни.

Я усмехнулся на свою неспособность держать рот на замке, когда дело касалось моей соседки. Казалось, мои мысли облекались в слова и слетали с губ помимо воли.

В течение нескольких минут я просто наслаждался ароматным напитком.

– Спасибо, – громко поблагодарил я.

– Не за что.

– Насколько я понял, если ты не хочешь убирать лестницу, значит, планируешь снова меня кормить?

– Ну, кажется, я развила в тебе синдром бездомной кошки, так что думаю, ты прав.

Я фыркнул.

– Бездомная кошка? Кортни, ты обозвала меня киской? Серьёзно, женщина, ты только что оскорбила моё мужское достоинство.

Кортни рассмеялась, и я упивался этим звуком. Он казался настолько красивым: глубокий и насыщенный теплом, звук, совсем не похожий на её нежное хихиканье и тихий голос. Мне очень нравилось слушать его. И я хотел почаще заставлять ее смеяться.

Улыбаясь, я подошёл к забору, забрался на стул и поставил чашку на карниз.

– Но я готов мурлыкать для тебя, если получу ещё одну чашку этого замечательно кофе, – игриво умолял я.

Чашка исчезла, а спустя минуту появилась снова. Но на этот раз ещё и с тарелкой. С жадностью схватив её, я увидел взывающий ко мне поджаренный рогалик с сливочным сыром.

– О да, – прошипел я, откусив кусочек.

– Поубавь восторги. Я просто спасаю от лишней работы пожарников. Даже представить боюсь, что ты можешь сделать с обычным тостером.

Я откусил еще кусочек, прожевал и тихо зарычал.

– Прости?

– Я мурлычу.

– О-о. Так вот что это было. А я подумала, у тебя газы.

Кофе, которое я проглотил, пытаясь не подавиться от смеха, обожгло горло.

Хватая ртом воздух, я сел на стул. Хмурое утро неожиданно стало чертовски приятным.

Кортни сегодня была просто в ударе.

– С тобой всё в порядке, Натан?

– Да. Ты уж предупреждай, когда в следующий раз так пошутишь.

– Договорились.

– И зови меня Нат. – Я нерешительно помолчал. – Мне нравится, когда ты меня так называешь.

– Э-э… ладно… Нат.

Какое-то время стояла тишина. Жуя рогалик и наслаждаясь второй чашкой кофе, я прислушивался к ритмичному постукиванию по клавишам. Должно быть, Кортни печатала на ноутбуке. Спустя несколько минут, я услышал, что стук по клавишам стал громче и изредка до меня доносились приглушённые ругательства. После чего последовал безошибочный звук закрывшегося в отчаянии ноутбука.

– Проблемы, мисс Шеф-повар?

– Я просто пыталась найти кое-какую информацию, – ответила Кортни с тяжелым вздохом.

– И?..

– Мой ноутбук поначалу делал странные вещи, а потом... перестал работать. Я не могу войти в свой список... ну, знаешь, такой список документов... там рецепт, который мне нужен. Эта штуковина с подключением была такая медленная, а теперь, кажется и совсем умерла. Мне нужно отнести его в ремонт, и я попыталась найти мастерскую …

Я усмехнулся, услышав её описание. Она точно не технарь.

– Но?..

– Но не могу выйти в интернет, чтобы найти там адрес такого салона, поэтому, видимо, мне придётся поездить по округе. Может, ты сможешь мне что-то посоветовать?

– А почему бы тебе не сделать это с телефона?

– У меня еще нет телефонной книги. Пока в ней не было никакой необходимости.

– Я имею в виду твой мобильный. Ты можешь получить доступ в Интернет через него.

– У меня нет мобильного.

Я изумлённо уставился на забор.

– Что?

– Да, я не слишком дружна с техникой.

– Отсюда умирающий ноутбук?

– Думаю, да.

Встав, я подошёл к забору.

– Давай его сюда!

– Что?

– Так уж вышло, что ты живешь по соседству с самым блестящим компьютерным гением, – сообщил я. – Дай мне свой ноутбук, я посмотрю, в чём там дело.

– Я не могу просить тебя об этом, Нат

.

Я усмехнулся.

– А ты и не просила. Я сам предложил. Давайте его сюда. Обещаю, я не буду воровать твои рецепты.

– Уверен?

– Кортни, – начал я на полном серьёзе, – со всем твоим великодушием, с которым ты отнеслась ко мне с тех пор как переехала сюда, минимум, что я могу сделать для тебя, это посмотреть твой ноутбук.

Она затихла.

– Кроме того, – дразнил я, – послать тебя в салон по ремонту компьютеров, почти то же самое, что бросить недотепу-туриста в логово льва. Они сожрут тебя живьём. Дай мне посмотреть на него.

Я услышал, как она подошла к забору. Вскоре на карнизе появился её ноутбук.

– Спасибо.

– Полагаю, у тебя там пароль для входа? – спросил я, потянувшись к ноутбуку.

– Э-э, да. Пароль: «Пустот@». «П» заглавная и «собака» вместо «а». На работе требуют, чтобы в пароле была заглавная буква и цифра или значок.

Я нахмурился – чертовское странное слово для пароля.

Набрал пароль, я взглянул на жёсткий диск и застонал.

– Когда ты в последний дефрагментировала это?

– Что делала, прости?

Я покачал головой.

– Срок твоего антивируса истёк. Ты знаешь об этом?

– Да. Я собиралась получить новый. Но всё это настолько запутанно... и я даже не знаю, какой нужен.

Я удивился и засучил рукава.

– Мне нужно больше кофе. На это потребуется некоторое время.

– Хорошо. Сейчас сделаю. Что-нибудь ещё?

– Вероятно, обед. Возможно, даже ужин. Тут у тебя полный беспорядок.

– Ты уверен, что у тебя есть время? Не хотелось бы отвлекать тебя от планов.

Я невесело рассмеялся.

– Моим грандиозным планом на сегодня было купить молока, подстричься и поспать. Уверен, что смогу обойтись и без этого еще какое-то время.

– Я принесу тебе сливок. Мне как раз нужно купить продукты для ужина.

Я навострил уши.

– Для ужина?

– Да, маленькая птичка что-то напела мне про сувлаки.

Я застонал, просто подумав о том, каким потрясающим будет её ужин.

«Кортни получит свой ноутбук обратно в идеальном состоянии. Я это гарантирую!»

– В путь, мисс Шеф-повар. Мне нужно отработать свой ужин.

Приглушённый стук заставил меня повернуться. На карнизе забора стоял термос.

Я усмехнулся – каким восхитительным днем оказался этот выходной.

Глава 6

– Есть ещё? – вытерев рот, спросил я, с надеждой глядя на забор.

– Серьёзно? – недоверчиво спросила Кортни. – Ты уже съел два бургера, Нат. Два больших бургера. И в тебе осталось место для еще одного?

Посмеиваясь, я подошёл к забору и встал на стул.

– Во-первых, они чертовски вкусные, и у меня растущий организм, так что  места хватит. А во-вторых, сегодня ты не положила гарнир или овощи, как обычно. Всё, что я получил – мясо. Дай мне, пожалуйста, ещё, мисс Шеф-повар. – Я подтолкнул свою тарелку к середине карниза. – Я упорно трудился всё утро. Даже подстригся по дороге в магазин электроники.

Я услышал хихиканье Кортни – от этого звука у меня потеплело на душе, -– и широко улыбнулся, когда на тарелке появился ещё один большой бургер. Схватив тарелку, я спустился вниз.

– Ты низенькая? – спросил я. – По росту?

– Э-э… вроде того.

– Может, стоит выпилить дыру в заборе, чтобы тебе было легче?

– Нет! Всё прекрасно, правда.

Услышав панические нотки в голосе Кортни, я нахмурился.

– Расслабься, я всего лишь пошутил. У меня даже нет пилы. Просто не хочу, чтобы что-то мешало тебе меня кормить меня.

– Ну, а я не хочу, чтобы у тебя были проблемы с домовладельцем из-за испорченного забора. И все.

Я недоверчиво посмотрел на забор.

Фиговый из нее лжец. Однако спорить я не стал, а просто хмыкнул и принялся уплетать аппетитный бургер.

– Спасибо. Очень вкусно.

– Поберегись!

Вовремя подняв голову, я увидел летящий через забор пакет. С лёгкостью поймав его, я расхохотался.

– Чипсы? Пакет картофельных чипсов? От тебя? – ахнул я в притворном ужасе.

– Ты хотел гарнир. Это всё, что у меня есть. Может, с ними ты наешься.

Я усмехнулся.

– Так я могу и загордиться. Это мой любимый гарнир. А если захочу быть более креативным, то в придачу к чипсам покупаю ещё и соус.

Кортни рассмеялась, и я не сдержал усмешку. Её хихиканье было восхитительным и наполненным озорством, но её смех был почти эротичным: хрипловатым, теплым, полным жизни, и намного громче ее обычного голоса. Словно Кортни не могла сдержать веселье и оно, переполняя ее, выплескивалось через край.  

– Мне он нравится, – пробормотал я.

– Что именно?

– Твой смех.

– Мой смех?

– Он как солнечный лучик, пробившийся сквозь тучи в пасмурный день. Мне нравится слушать его и твое хихиканье. Оно меня тоже согревает.

За забором воцарилась оглушительная тишина. Казалось, целую вечность оттуда не доносилось ни звука. Я обругал себя за то, что вновь озвучил свои мысли. Правда в этот раз я сделал это осознано – мне хотелось, чтобы Кортни знала, о чем я думал.

А затем моя соседка хихикнула.

– Такого я от тебя еще не слышала, Нат. Где откопал эту фразочку? В какой-нибудь мыльной опере, которую был вынужден смотреть?

Я облегченно рассмеялся.

– Просто надеюсь позже получить еще и ужин, – нерешительно поддразнил я, радуясь тому, что Кортни не расстроилась.

Видимо, моей соседке не нравились комплименты личного характера, если это только не относилось к её кулинарным способностям.

Странно это. Я считал, что женщины любят комплименты. По крайней мере, тем женщинам, которых я знал, они нравились.

– Не беспокойся, мой сладкоречивый сосед. Ужин за мной. Просто держись подальше от канала «Романтика», договорились?

Я рассмеялся.

– Нет проблем. Бардак в твоём ноутбуке не даст мне вообще приблизиться к телеку до конца дня, – сухо заявил я.

– Всё так плохо?

– Я видел и хуже. Не часто, но видел. Не беспокойся, когда я закончу, он будет как новенький. И даже лучше.

– Я ценю это.

Я доел бургер и откинулся на спинку стула.

– Я знаю, Кортни, и действительно рад помочь. – Мне хотелось, чтобы она поняла – я говорил искренне.

– Мне нужно кое-что сделать прямо сейчас. Дверь открыта, если что-то будет нужно, просто кричи, хорошо?

– Ладно.

Кортни скрылась в своем доме. Я сидел неподвижно и слышал, как она ходит по комнатам. Затем до меня донеслась кельтская мелодия. Музыка была очень тихой.

 Нахмурившись, я обдумывал реакцию Кортни на моё заявление. Мне на самом деле нравился её смех. И хихиканье. У других женщин оно меня раздражало, но хихиканье Кортни заставляло улыбнуться.  Прежде я никогда не вслушивался в голоса, не обращал внимания на нюансы и интонации, но с Кортни было иначе. По тону голоса, я мог определить, в каком она настроении. Мне хотелось чаше разговаривать с ней. По какой-то причине, слушая голос Кортни, я уже не ощущал себя одиноким.

Это чувство было мне в новинку. Но не скажу, что оно мне не нравилось.

Однако после сегодняшнего разговора с Кортни, мне лучше помалкивать об этом.

Заметив нераскрытый пакет чипсов, я усмехнулся.

Мой гарнир.

Может, не только она влияет на меня, но и я на нее?

*** *** ***

– Ладно, слушай сюда, мисс Шеф-повар.

Я поставил ноутбук на карниз забора.

– Я дефрагментировал, избавился от множества вирусов и шпионских программ, которые ты подцепила. Добавил хорошую антивирусную программу. Очистил жёсткий диск, архивировал все файлы и сохранил все твои данные. Ты ведь знаешь что такое резервное копирование, верно?

– Да.

– Ты должна делать это регулярно.

– Мой рабочий компьютер сам выполняет резервное копирование каждую ночь. На самом деле, я никогда не думала об этом.

Я подтолкнул на её сторону ещё один прибор.

– Это – внешний жёсткий диск. Подключай его к ноутбуку каждое воскресенье. Он будет автоматически архивировать всё, что ты сделала на неделе.

– Э-э… Просто подключить его к компьютеру и все?

Я закатил глаза, услышав беспокойство в её голосе.

– Да, просто подключить. Он запрограммирован делать все автоматически. Я также добавил в твой ноутбук побольше памяти, и он теперь должен работать быстрее. Еще я обновил операционную систему. И, наконец, вот USB-флешка. Это портативный накопитель. Ты можешь загружать на нее файлы и брать с собой на работу, если нужно.

Я прокашлялся.

– Кстати, Кортни, ты что-то имеешь против экрана своего ноутбука? Зачем ты постоянно тыкаешь в него? Он весь покрыт отпечатками пальцев. Пыльными отпечатками.

– Это привычка, – хихикнула Кортни. – В лаборатории, где я работаю, все экраны сенсорные. Иногда я забываю, что мой нет, и пытаюсь прокрутить экран вверх-вниз, ища нужный рецепт.

– Ну, это объясняет большое количество муки на клавиатуре. Я почистил ее, и впредь ты должна вытирать руки.

– Хорошо.

Я слышал, как она спустилась с лестницы, а затем раздался звук открывшегося ноутбука.

– Вау. Я не ожидала так много всего. Спасибо! Пожалуйста, позволь мне заплатить за эту маленькую… штуковину? И за эту фишку с памятью.

– Нет. Это своего рода обмен. Ты продолжаешь кормить меня, а я буду поддерживать твой ноутбук в рабочем состоянии. Далее мы будет работать над мобильным телефоном для тебя. И я должен спросить тебя о кабельном телевидении. У тебя оно есть?

– Э-э, да?

– Почему, это прозвучало скорее как вопрос? – усмехнувшись, я вернулся к столу и начал собирать инструменты.

– У меня оно есть. Просто я ещё не разобралась, как это подключить.

Я покачал головой. Конечно, она не разобралась. Увидев, в каком состоянии был её ноутбук, я совсем не удивился, узнав, что она не пыталась подключить себе кабельное телевидение.

– Хочешь, я приду к тебе и подключу?

Я услышал безошибочный звук падающего стула – видимо он упал, когда Кортни резко встала.

– НЕТ!

Теперь я уже не мог это игнорировать.

«Какого чёрта?»

– Почему нет, Кортни? – тихо спросил я.

– Я справлюсь. Я разберусь сама. Я всегда так делаю. Правда, всё прекрасно, Натан.

Раздались быстрые шаги, а затем звук открывающейся двери.

– Мне нужно пойти проверить кое-что. Спасибо, что исправил мой ноутбук.

Прежде чем я успел отреагировать на панику в её голосе и действия, я услышал, как Кортни не только закрыла, но и заперла дверь.

Фактически она просто сбежала от меня.

Я уставился на забор.

Порой, Кортни так странно реагировала. Что вообще я знал о ней?

Она была забавной, умной, щедрой, остроумной и умела божественно готовить. То, что она начала кормить незнакомого человека, ничего не требуя взамен, говорило о ее доброте. Кортни жила одна и, похоже, была очень застенчивой, но так только ты зарабатывал ее симпатию, она становилась открытой и щедрой…

Оглянувшись, я снова посмотрел на наш общий забор.

Почему она так испугалась при мысли, что я могу прийти к ней в дом? Ей причинили боль? Она скрывается от чего-то или кого-то? Неужели какой-то мудак так сильно обидел её, что теперь ей хочется отстраниться от всего мира?

Я нахмурился. Думать, о том, что ей причинили боль мне не хотелось.

«Ведь Кортни... такая особенная».  

Я покачал головой, пытаясь вытряхнуть из головы эту неизвестно откуда возникшую мысль.

Глава 7

Я надеялся, что Кортни снова выйдет во дворик, но вскоре сдался и вернулся в дом, чтобы поспать – я и правда в этом нуждался. Но расслабиться и уснуть так и не получилось.  Я продолжал думать о Кортни, о том, какой пугливой она становилась всякий раз, когда я предлагал - даже в шутку - нам встретиться лично.

«Она что-то скрывает и потому не хочет со мной встретиться?»

Мы с Кортни уже были друзьями, по крайней мере, так я считал. Мы разговаривали почти каждый день. И фактически главным событием моего дня стало наше общение через забор по вечерам, пока мы ели приготовленный ей ужин. Но и в тот странный вечер, когда она не кормила меня, мне было приятно слышать ее голос и смех. Кортни была забавной и умной, и я действительно наслаждался нашими беседами.

«Интересно, какие тайны она скрывает? – мысленно вопрошал я, а затем фыркнул: – Чья бы корова мычала! Не одна Кортни хранит секреты».

Поняв, что не усну, я прошел на задний двор. По дороге я заглянул в холодильник и удивился тому, как много пива там еще осталось. Видно, с тех пор как в мою жизнь вошла Кортни, пил я гораздо меньше. Моё время было заполнено работой и разговорами с ней, вместо того, чтобы сидеть с пивом в одиночестве.

«Я даже этого не заметил».

Я вышел на улицу и открыл свой ноутбук. Я скопировал электронный адрес Кортни и инфу с ее чата Yahoo, и теперь намеревался зарегистрироваться там, чтобы посылать Кортни сообщения. При мысли, что смогу общаться с ней в течение дня, или по вечерам, когда её нет во дворике, я улыбнулся.

Ноутбук Кортни был довольно новым с ярко-красной крышкой, и, помимо заляпанного отпечатками пальцев экрана и клавиатуры посыпанной мукой, находился в хорошем состоянии. Все то время, что чинил его, я старался прислушиваться к голосу своей совести. Снова и снова меня тянуло заглянуть в каталоги на ноутбуке Кортни и посмотреть, какую информацию смогу подчерпнуть оттуда, но совесть шептала: «Не подглядывай, Нат». Однако мое любопытство победило, и я заглянул в ее документы.

Я нашёл много информации, связанной с медициной и несколько сайтов, на которых она чаще всего бывала, тонну сохранённых документов – в основном рецепты, и почти ничего о самой Кортни. Ни фотографий, ни сведений о семье.  У Кортни не было своей страницы в Facebook или в Twitter. Единственный сайт, куда она регулярно заглядывала, кроме медицинских и кулинарных, содержал фотографии и картинки животных.

Мне так хотелось узнать побольше о Кортни, но в результате я так ничего и не выяснил. Даже список её друзей в чате состоял всего из шести человек.

«Ну, теперь семь, - усмехнулся я. - Интересно, заметит ли она в списке нового друга?»

Задняя дверь соседского дома открылась, и послышались шаги Кортни. Я затаил дыхание, а когда скрипнула крышка барбекю, произнес обыденным тоном:

– Привет, мисс Шеф-повар.

– О, привет, э-э, Нат.

Я тихо усмехнулся тому, как она до сих пор запиналась на моём имени.

– Готовишься кормить народ?

– Ну, вообще-то, я собиралась кормить только тебя, но если ты хочешь, чтобы я поделилась...

Я притворно ахнул от ужаса.

– Не шути так! Это не смешно!

Кортни хихикнула. Я расслабился и откинулся на спинку стула.

– Извини. Я знаю, какой ты… собственник, когда дело касается твоей еды. И, честно говоря, ты со своим аппетитом один стоишь целой толпы.

Я фыркнул.

– Ты даже понятия не имеешь насколько. Особенно, если речь идёт о сувлаках (п.п.: шашлык). Курица или свинина?

– Хм, цыплёнок и баранина.

Откинув голову назад, я застонал.

– Ну же, быстрее, женщина.

– Смотри, не выпрыгни из штанов, соседушка. Бездомные коты обычно очень терпеливые.

– Давай-давай, издевайся.

До меня донесся удаляющийся смех Кортни – видимо, она вошла в дом.

Нужно продолжать в том же духе. Похоже, Кортни чувствовала себя комфортно в такой вот поддразнивающей беседе, а я хотел, чтобы ей было комфортно. Почему-то это стало для меня важным.

*** *** ***

Я откинулся на спинку стула, чтобы чуть замедлиться и не проглотить за раз содержимое тарелки.

– Чёрт, мисс Шеф-повар, ты просто превзошла себя! Ты всегда любила готовить?

– Да, по большей части.

– Твоя мама хорошо готовит?

– Нет. Ей это не особо нравилось. Зачастую она использовала консервированные продукты.

– Значит, ты научилась готовить в целях самозащиты?

Когда Кортни заговорила, её голос звучал напряжённо.

– Я научилась готовить, когда мамы не стало. Она погибла в автомобильной аварии, когда я была подростком. Отец совсем не умел готовить, поэтому мне вроде как пришлось взять это на себя.

– Чёрт, прости... но готов поспорить, он это оценил.

В её смехе слышалась горечь.

– Ты бы мог так предположить, верно?

Мне не нравилось, куда зашёл наш разговор. Я явно попал в чувствительную и, похоже, болезненную точку Кортни, и мне нужно было снова заставить ее улыбнуться.

Я прочистил горло и поднял вилку.

– Ну, я это очень ценю.

– Рада, что тебе нравится.

Отдавая должное прекрасной еде, мы оба молчали, но мне хотелось слышать голос Кортни. Мне нравилось, как он звучал. Очень нравилось.

– Ты врач?

– Что?

– Ты врач? Я заметил много медицинской информации на твоём ноутбуке. Я не шпионил, просто увидел, когда чистил некоторые файлы.

– Э-э, не совсем. У меня есть докторская степень, но людей я не лечу. Я занимаюсь исследованиями.

– Какими?

– Я исследую рак.

Я перестал жевать и посмотрел на забор.

– Это впечатляет, Кортни.

– Это довольно напряженная, но плодотворная работа.

– Готов поспорить, ты и в ней великолепна.

– Почему ты так думаешь?

Я пожал плечами, несмотря на то, что Кортни не могла меня видеть.

– У меня такое чувство, что ты успешна во всём, чем занимаешься.

Молчание.

Я мысленно дал себе пинка и поспешно добавил:

– Во всем, за исключением компьютеров, конечно. Свой ты почти сгубила.

 Я замолчал, но вскоре меня одолело любопытство.

– Гм, как же ты работаешь на компьютере со всеми этими медицинскими программами?

– О... я прошла подготовку по специальному программному обеспечению – там все очень структурировано – и взяла курсы по основам работы в Word и Excel. Но это всё, что я знаю. Не имею ни малейшего представления... об остальном. Все кажется очень запутанным.

– Да, это я понял, увидев в каком состоянии твой ноутбук, – хмыкнул я.

Я расслабился, когда услышал в ответ смешок Кортни.

– Тогда, думаю, это хорошо, что я живу через забор с самым блестящим компьютерным гением и он постоянно голоден, как бродячий кот.

Я откинулся на спинку стула и, нахмурившись, посмотрел на забор.

– Послушай, мисс Шеф-повар. Уже не первый раз за сегодня ты сравниваешь меня с котом. Что я говорил, чтобы ты не называла меня больше киской?

Её хихиканье заставило меня улыбнуться.

– Тебе лучше представлять гламурного, сексуального, адски привлекательного кота, когда ты называешь меня так, – я угрожающе зарычал. – Что-то вроде гребаного короля бездомных котов.

Красивый переливчатый смех Кортни донеслись до меня из-за забора.

– Прекрати смеяться или, клянусь, я пойду на крайние меры.

– Какие? – выдохнула Кортни между приступами смеха. – Перестанешь есть?

– Ну, теперь ты переходишь разумные границы, женщина, – я с отвращением фыркнул. – Например, я могу приготовить ужин, и тебе придется его съесть.

– Это уже не крайние меры, а настоящая жестокость, – невозмутимо заявила Кортни.

 Я перестал сдерживаться и засмеялся вместе с ней.

– Значит, веди себя хорошо. Иначе я исполню свою угрозу, и тебе это точно не понравится.

Она фыркнула и попыталась успокоиться, но только громче фыркнула смехом.

«Там мило».

Улыбаясь, я вернулся к своему ужину.

Я слышал, как Кортни ходит по своему участку, на что-то натыкается и бормочет ругательства. Затем на карнизе забора появилось два пластиковых контейнера. Я нетерпеливо встал и пошёл, чтобы достать их.

– Что это? – спросил я, шагая обратно к столу.

– Моя благодарность. – Судя по голосу Кортни засмущалась.

Я открыл крышку первого контейнера и широко ухмыльнулся.

– Печенье? Ты испекла для меня печенье?

– Мой ноутбук теперь... лучше, чем новый. Я просто хотела поблагодарить тебя. Я не часто пеку, но подумала, что тебе понравится.

Достав одну печеньку, я откусил от неё и застонал, ощутив во рту восхитительный вкус.

«Было ли что-то, что она делала не восхитительно?»

Открыв второй контейнер, я увидел сувлаки с овощами и победно вскинул вверх руку.

 «Никакого кафетерия! У меня есть вкуснейший ланч на несколько дней!»

– Просто ужина было бы уже достаточно, Кортни. Но это невероятно. Спасибо!

– Пожалуйста. Твоя тарелка уже пуста?

– Да, я помою её и верну завтра.

– Не нужно, я всё равно буду загружать посудомоечную машину. Просто передай её мне через забор.

Взобравшись на стул, я поставил тарелку на карниз. Увидев, как к ней потянулась рука Кортни, я встал на цыпочки, желая хоть краешком глаза разглядеть свою соседку, но, как обычно, увидел только ее пальцы. Поддавшись внезапному порыву, я отодвинул тарелку  и обхватил  их своими пальцами. Кортни тихо ойкнула. Ее рука слегка дрожала, и я боялся, что она ее одернет, поэтому обхватывала её маленькую ладошку и нежно сжал.

– Что ты делаешь? – прошептала Кортни.

– Говорю тебе привет. И спасибо.

– Отпустишь мою руку?

Но я снова нежно сжал её.

– Привет, Кортни.

Я терпеливо ждал.

– Привет, Натан, - вздохнув, ответила она.

– Ты на верхней ступеньке лестницы?

– Гм, нет. Я немного боюсь высоты.

– О. Значит ты не карлик?

Я был вознагражден её нежным хихиканьем.

– Нет. Я невысокая, но не карлик.

Я с изумлением покачал головой.

– Значит, ты боишься высоты, но почти каждый день забираешься на лестницу, чтобы убедиться, что я поел, верно?

– Я поднимаюсь на такую высоту, чтобы достать до верха забора. На самом деле, это не так уж высоко.

Я улыбнулся тому, как она уклонилась от вопроса или от какого-либо упоминания о её чувствах.

Я сжал её пальчики ещё раз и почувствовал, как в груди разлилось приятное тепло.

– Спасибо, Кортни. За твою смелость и преодоление высоты, за ужин, угощения и за твою компанию. Всё это было необыкновенным.

Пару секунд она молчала, а затем тихо произнесла:

– Не за что.

Я выпустил руку Кортни и ощутил лёгкий укол сожаления. Я хотел попросить её подняться ещё на пару ступенек и позволить мне увидеть её. Со своего места, я, скорее всего, смог бы увидеть только её макушку, но это уже что-то. Я хотел сказать Кортни, что буду держать её за руку и, поднимаясь выше, она ничем не рискует. Я хотел ещё немного поговорить с ней. Но знал, что моя просьба только расстроит её, поэтому промолчал.

– Спокойной ночи, Кортни.

– Спокойной ночи.

Не говоря больше ни слова, я спрыгнул со стула, взял контейнеры и вошёл в дом. Я не слышал, как Кортни спустилась с лестницы и пошла к себе. И в этот самый момент понял, что впервые ушёл первым, оставив Кортни одну.

От этой мысли сердце защемило от боли.

Моя соседка вызывала во мне странные, незнакомые чувства, и я не знал, что с ними делать.

Глава 8

Миновала неделя. В воскресенье я проснулся рано утром, потому что мне предстояла долгая дорога. Когда я вывел машину из гаража, солнце еще даже не взошло, но в окнах Кортни уже горел свет.

«Как рано она встала?»

За прошедшую неделю мы с Кортни разговаривали через забор всего пару вечеров – остальное время она была занята на работе. И оказалось, что полностью расслабиться я могу, только убедившись, что она вернулась домой. Кортни лишь на несколько минут выходила во двор, и эти минуты стали лучшей частью моего дня – я с нетерпением ждал их. Кортни оставалась верна себе: она щедро продолжала кормить меня, да так, что еды оставалось еще и на следующий вечер, когда она возвращалась домой очень поздно. И она все так же отказывалась брать деньги на продукты. Я не терял надежды найти способ её переубедить и даже угрожал, что перестану есть её стряпню. В ответ Кортни лишь весело смеялась и я, в конечном итоге, присоединялся к ней. Я был не настолько глуп, чтобы на самом деле исполнить свою угрозу. Но вечерами, когда Кортни не было, мне не хватало не столько ее еды, сколько компании. Она всегда находила способ заставить меня улыбнуться. Прошлым вечером она, казалась, устала больше обычного, и меня это обеспокоило. Я изо всех сил старался развеселить Кортни и радовался своему успеху, слушая ее смех.

Основная часть жилого комплекса была окутана тьмой, когда я ехал по улице до главного перекрестка. Заметив по правую сторону дороги женщину, бегущую трусцой, я нахмурился.

«Сейчас раннее утро, улицы пусты. Неужели она вышла на пробежку совсем одна?»

 Проезжая мимо, я взглянул на бегунью в зеркало заднего вида. Она двигалась в хорошем темпе, голова опущена, лицо скрыто капюшоном толстовки, невысокая, с соблазнительной пышной фигуркой…

«Разве с ней не должен быть муж или бойфренд?»

Женщина свернула на перекрестке, и я пожал плечами – ничего поделать с тем, что она бежит по темным улицам одна я не мог – оставалось только надеяться, что она в безопасности.

Ожидая пока на светофоре включиться зеленый свет, я  напомнил себе  купить кофе, когда выеду на шоссе.

Дни как этот всегда вызывали во мне горько-сладкое чувство. Они напоминали о прошлом: о годах одиночества, что я провел в тюрьме из-за сделанной мной ошибки, и о друге, которого я неожиданно обрел в эти мрачные времена моей жизни.

*** *** ***

Грант зашёл в кабинку и сел напротив.

– Натан, – с улыбкой поприветствовал он меня, и мы обменялись рукопожатием.

– Привет, Грант.

– Как дела?

Я пожал плечами.

– Живу на широкую ногу.

Он ухмыльнулся, ожидая, когда официантка наполнят его чашку кофе, после чего мы заказали завтрак.

Попивая кофе, Грант внимательно смотрел на меня поверх края своей чашки.

– Прекрати.

– Что?

– Я теперь не твой пациент, а друг. У меня все нормально.

Грант улыбнулся и пожал плечами.

– Прости, Натан, старые привычки сложно умирают.

– Как Клэр? – спросил я, меняя тему.

– В порядке. Передавала тебе привет. Клэр хочет, чтобы в следующий раз ты остался у нас на выходные и как следует покормить тебя. Она беспокоиться, что ты плохо питаешься.

– Скажи ей, что теперь она может не беспокоиться.

– Да? – Гран вопросительно выгнул бровь.

– Я отлично питаюсь.

– Что вместо одного ящика пива с каждым бутербродом ты теперь выпиваешь два? Или ты на самом деле добавляешь салат в свой сэндвич?

Я ухмыльнулся. Грант был прав – так именно я и ел до того, как появилась Кортни.

– Я говорил, что дом рядом с моим был продан. Теперь у меня новая соседка.

– И?..

– Она замечательная. Мы стали «заборными друзьями».

– Какими друзьями?

– Заборными. Есть друзья по переписке, а мы через забор, - пояснил я. – Моя соседка застенчивая. Очень застенчивая. Я никогда не встречал ее лично, но она кормит меня. Как-то вечером я сказал, как вкусно пахнет ее стряпня, и она угостила меня ужином.

– Это как же, если ты ее не видел?

– Она поставила тарелку на карниз забора и позвала меня.

Грант нахмурился и покачал головой.

– И ты съел? Не зная, кто точно это приготовил?

– Поверь мне, – я подмигнул Гранту, – если бы ты только почувствовал, как пахнет ее стряпня, то тоже бы захотел съесть.

– И что? С тех пор она кормит тебя?

– Ну, да. В общем, мы друзья. Она кормит меня, я чиню ее ноутбук, и мы разговариваем.

– О чем?

– Просто болтаем. О том, как прошел наш день, о новостях, о погоде. Она очень умная – занимается изучением рака. У нее отличное чувство юмора, но палец ей в рот не клади – откусит.

– И вы общаетесь исключительно через забор?

Я подождал, пока официантка поставит перед нами тарелки и уйдет, а затем кивнул.

– Да. Как я уже говорил она застенчивая. Ей нравится приватность.

– Приватность? Ну, теперь понятно, почему вы с ней так хорошо поладили.

Я проигнорировал подколку Гранта.

– Приятно иметь хорошего соседа. Прошлого своего соседа я вообще не видел – он постоянно был в разъездах.

– Но и нынешнюю соседку ты тоже не видишь.

– Однажды мы встретимся. Это неизбежно, ведь мы живем рядом. Но я не собираюсь ее торопить.

– Она тебе нравится.

– А что тут может не нравится? Она смешная, божественно готовит, и я наслаждаюсь разговорами с ней.

– Через забор.

Я обдумал слова Гранта и кивнул.

– Она ещё не готова к чему-то большему. Как и я. Так что, пока... да.

Он усмехнулся.

– Заборные друзья. Даже не слышал о таком. Будет интересно, как далеко это зайдёт, когда я увижу тебя в следующий раз.

– Никуда это не зайдет. Мы просто друзья и все.

– Ну-ну. Будь осторожен, Натан, жизнь порой преподносит сюрпризы, которые ты меньше всего ожидаешь. 

Мы оба молчали, а я думал о Кортни. Предостережения Гранта не нужны. Мы с Кортни просто соседи. И только ими и останемся.

Вот только эта мысль вызвала у меня странную... грусть.

– Ты не думал о том, чтобы снова попытаться связаться с ними? – спросил Грант, прерывая мои размышления.

Я замер, так и не донеся еду до рта и, прищурившись, взглянул на Гранта.

– Эта часть моей жизни закрыта – ты не хуже меня это знаешь.

– С тех пор много воды утекло. Все меняется, люди меняются.

Я резко отодвинул тарелку – у меня вдруг пропал аппетит.

– Они ясно дали понять, как относятся ко мне.

– Семья – довольно сложная штука.

– Ты был там, Грант, когда я освободился и сам видел, что случилось.

Я закрыл глаза и поморщился, когда память подкинула воспоминания о том дне - машина уезжает, оставляя меня позади, – и ощутил боль такую же сильную, как и тогда.

– Я пытался связаться с ними. Но все мои письма вернулись с пометкой «адресат выбыл». Они переехали. Очевидно, что они хотели, чтобы я держался подальше.

– Ты тоже переехал, Натан.

– Мне пришлось. Я должен был начать все заново.

– Я могу помочь тебе найти их. У меня есть контакты с полицией и частными детективами…

– Нет, - резко качнул головой я. – Оставь это. Они умыли руки, когда я попал в тюрьму. У них теперь своя жизнь, у меня своя.

Грант молча посмотрел на меня и вздохнул.

– То, как ты сейчас живешь, вряд ли можно называть жизнью, Натан.

*** *** ***

 Как обычно, после встречи с Грантом мне было не по себе – воспоминания о прошлом были еще слишком свежи.  Был полдень, солнце ярко светило с неба, поэтому, взяв пиво, я вышел во дворик. Потягивая пиво, я вышагивал по двору, периодически останавливаясь и прислушиваясь, но с другой стороны забора не раздалось ни звука. Я позвал Кортни, надеясь, что в ответ услышу её нежный голос. Но меня поприветствовала только тишина. Я позвал громче, на тот случай, если она в доме, но ответа так и не последовало.

Я вошёл к себе домой, чтобы взять горсть печенья и ноутбук. Включив его, я зашел в чат Yahoo и был вознаграждён мигающим жёлтым светом напротив логина Кортни.

GNat: Привет, мисс Шеф-повар. Ты где?

Я ерзал на месте от нетерпения, и наконец, дождался появления надписи: «WhyteElephant печатает». Почему Кортни выбрала себе ник «Белый Слон» я не знал, но собирался выяснить когда-нибудь.

WhyteElephant: Натан?

GNat: Да, это я... А ты знаешь ещё кого-то, кто называет тебя мисс Шеф-повар?

WhyteElephant: Нужно ли мне спрашивать, как ты это сделал?

GNat: Нет, слишком технологично для тебя.

WhyteElephant: Думаю, мне не стоит удивляться, что ты добавил себя в список моих друзей в чате. К слову, это попахивает преследованием.

Я ухмыльнулся.

GNat: Где ты?

WhyteElephant: На работе.

GNat: Сегодня же воскресенье. Ты теперь без выходных работаешь?

WhyteElephant:  Нужно срочно кое-что закончить. Почему ты спрашиваешь?

Я колебался.

GNat: Я искал тебя.

WhyteElephant: О нет!

GNat: Что?

WhyteElephant: Не говори, что ты уже съел всё, что я оставила тебе вчера вечером. А если и съел, то просто не можешь быть голодным... или можешь?

 Я даже не думал о еде. Мне нужна была сама Кортни.

GNat: Мне не нужна еда.

WhyteElephant: Тогда что тебе нужно?

Я ненадолго задумался.

GNat: У меня был плохой день... просто хотел поболтать.

WhyteElephant: Прости, Нат.  Я буду дома через пару часов, хорошо?

GNat: Конечно, ты занимайся своими исследованиями, гениальная девушка, а я буду здесь.

Кортни долго не отвечала, но я терпеливо ждал.

WhyteElephant: Стейк на ужин?

Я улыбнулся. Понятно, что Кортни избегала личных комментариев, но её стейк на гриле? Чёрт возьми, да!

GNat: Я схожу в магазин и всё куплю. Никаких возражений! Ты всё время покупаешь продукты. Теперь моя очередь.

WhyteElephant: Ок. Не спорю. Увидимся позже.

GNat: Поспеши домой, мисс Шеф-повар. Я буду ждать.

Но мигающий огонёк возле её имени уже погас.

*** *** ***

Несколько банок пива помогли мне расслабиться после того как я вернулся из магазина. Что Кортни подумает о моих покупках, я не знал, но, похоже, вскоре это выясню. Возможно, я немного переборщил, но поскольку все продукты, побывав в руках Кортни, приобретали восхитительный вкус я, недолго мучаясь, взял и купил всего понемногу в мясном отделе.  

Услышав, как подъехал автомобиль Кортни, я достал пакеты со своими покупками и  поставил на карниз забора. После чего сел и снова взял пиво. Меня немного пошатывало.

«Сколько пива я выпил? Вроде четыре. Или пять? Не может, чтобы шесть. Или может?»

Несколько минут спустя открылась задняя дверь соседского дома  и послышались легкие шаги Кортни.

– Нат?

– Привет, мисс Шеф-повар, – невнятно произнес я.

– С тобой всё в порядке?

Я ощутил странное тепло, различив беспокойство в её голосе. Уже очень давно обо мне никто не волновался.

– Да. Теперь лучше, когда ты дома.

– Я... э-э...

Я усмехнулся.

– Я голоден, и сдерживаюсь из последних сил, чтобы не съесть то, что ты оставила мне вчера вечером. Знаешь, коллеги сулят мне  мно-о-о-го чего, лишь бы попробовать кусочек твоей стряпни. О-о-очень много. Ага.

Я залыбился, как идиот, когда Кортни хихикнула.

Теперь она была дома, и мы могли провести время вместе.

– Вот оказывается, что ты делаешь с остатками того, что я для тебя готовлю?

– Нет. Только если коллеги предложат мне то, что я действительно хочу. Тогда я могу поторговаться... Но, честно говоря, такого ещё не случалось. Никто не мог предложить мне то, что хоть отдаленно сравниться с твоей офигительной едой. – Пытаясь придать значимость своим словам, я ударил рукой по столу. – Даже ни на йоту не приблизился!

– Сколько пива ты выпил, Нат? – рассмеялась Кортни.

– Парочку.

– Похоже больше, чем пару. Всё ещё плохой день?

Я откинул голову назад и улыбнулся.

– Уже лучше. Ты дома. Покупки, что я сделал в мясном, вот там. – Я указал на карниз забора, а затем рассмеялся, поняв, что Кортни меня не видит.

Слегка пошатываясь, я встал, взобрался на стул и подвинул пакеты к ее краю карниза.

– Всё здесь, Кортни.

Я услышал, как она поднялась по лестнице и покрепче ухватил один из пакетов. Кортни утянула первый пакет на свою сторону, а я улыбался и ждал, когда она возьмётся за другой. Почувствовав рывок, я сильнее сжал пакет. Кортни дёрнула сильнее.

– Кажется, второй зацепился за что-то, Нат, – терпеливо позвала она.

Улыбаясь, я отпустил пакет и схватил Кортни за руку.

– Попалась!

К моему удивлению Кортни расхохоталась, да так заразительно, что я расхохотался вместе с ней. Я стал раскачиваться на стуле, выпустил руку Кортни и с шумом приземлился на свою задницу. Сидя на земле, я продолжал смеяться, чувствуя, как мой зад пульсирует от боли.

– С тобой всё в порядке, Нат?

– Просто прекрасно, у меня будет огромный синяк. Моя задница завтра станет фиолетовой. – Я поднял голову и посмотрел забор. – Тебе, возможно, придётся сделать искусственное дыхание, мисс Шеф-повар.

Теперь фыркнула Кортни.

– Твоей заднице? Я так не думаю.

Я притворился обиженным.

– Зря ты так, мне говорили – и не раз,– что у меня классная задница.

Кортни снова захихикала.

– От скромности ты не умрёшь.

Я потёр свой ноющий зад.

– Я серьёзно, мне возможно нужна медицинская помощь. Ты же доктор. Может, поцелуешь ее, чтобы скорее зажила?

Я услышал ещё одно фырканье.

«Кортни и правда фыркнула на возможность поцеловать мою задницу? Некоторые были бы счастливы...»

– Лови!

Вздрогнув, я посмотрел вверх и поймал то, что перелетело через забор. С удивлением я смотрел на пакет, в котором лежал огромный стейк, купленный мной же.

– Что это? Это ещё не приготовленное!

– Сырое мясо используют для того, чтобы убрать отечность под глазом. Можешь посидеть на нём, возможно, это поможет твоей заднице… или, по крайней мере, уменьшит твоё слишком раздутое эго.

Молча я разглядывал стейк, а затем посмотрел на забор.

– Знаешь, соседка, моя другая девушка не дерзит мне так, как ты. Я могу вернуться к ней. Она всегда ждёт.

– Другая девушка?

– Да. Она очень горячая штучка. Тёплая, успокаивающая, всегда рядом, когда я нуждаюсь в ней, и никогда никому не грубит. Ты, скорей всего, видела её в продуктовом магазине.

– И у неё есть имя?

Я еле сдержал свой смех.

– Да, конечно. Мари Каллендер (п.п.: торговая марка, выпускающая готовые замороженные ужины для разогрева в микроволновой печи).

Последовала почти минута тишины.

Когда Кортни заговорила, я мог сказать, что она очень старалась не рассмеяться.

– Нат?

– Да?

– Даже, не знаю, как тебе сказать... но твоя другая девушка...

– Что? – Я чувствовал, как поддёргиваются мои губы.

– Она довольно распутная. Она тёплая и успокаивающая для многих парней. И для некоторых женщин.

Я ахнул в притворном ужасе.

– Как ты можешь говорить такое о Мари?

Кортни доверительно понизила голос.

– Просто говорю тебе то, что слышала. Парни думают, что она легкодоступна... и в основном дешёвая. Поговаривают, что часто можно получить два, по цене одного. Может, я с тобой немного и дерзка, но я немного более... эксклюзивна.

Я запрокинул голову назад и громко рассмеялся.

«Моя девочка остра на язычок, и мне нравится, когда она дразнила меня».

Через забор до меня донесся смех Кортни. Я увидел, как исчез второй пакет, а затем услышал вздох - должно быть, она заглянула в пакеты.

– И насколько ты голоден, Нат? Ты ведь не ждёшь, что я приготовлю всё сразу, правда? – с ужасом в голосе спросила Котрни.

Всё ещё смеясь, я покачал головой.

– Конечно, не жду. Я просто захотел внести свой вклад. Забрось это в морозилку, а приготовишь, когда захочешь. – Я снова, но уже осторожно взобрался на стул и положил пакет со стейком на карниз. – Но стейки на сегодняшний ужин. Я не стану прикладывать высококачественную говядину к своей заднице! Я хочу, чтобы ты приготовила её для меня. В конце концов, она всё равно проложит путь к моему заду.

– Фу, как грубо! Ты всегда мелишь языком без разбору? – ахнула Кортни, но затем зашлась в ещё одном приступе своего тёплого смеха. – Нат, если серьезно, ты в порядке?

В голосе Кортни слышалось неподдельное беспокойство.

Я улыбнулся.

– Теперь, да. Смех очень помог. Спасибо.

– И я... сочувствую твоей заднице.

– Я выживу... но, если ты все же поцелуешь… – усмехнулся я.

– Мечтай, Натан.

Она отошла от забора.

– И, пожалуйста, держись подальше от стула после того, как выпил «пару пива».

Вздохнув, я потёр свой зад.

Хороший совет.

Глава 9

Аромат, доносившийся с другой стороны забора, сводил с ума.

– Скоро, мисс Шеф-повар?

Кортни раздражённо выдохнула, но в ее голосе угадывался смех, когда она ответила:

– Готовь вилку. Почти готово.

– Пахнет так вкусно, что у меня терпения не хватает ждать. Это все твоя вина. 

– Я готовлю так быстро, как могу, и твои постоянные «ну когда уже» не ускорят дело. Я не волшебница.

– По-моему, ты чертовски близко к этому. Ты заставила меня есть салат... и всякую прочую зелень. Это настоящее чудо.

Кортни тепло рассмеялась.

Я вошёл в дом и взял бутылку вина. Это был мое любимое – когда я был в настроении пропустить бокальчик другой – и подумал, что Кортни, возможно, оно тоже понравится. Я даже купил специальный винный фужер с плоским дном, поскольку сомневался, что смогу передать обычный бокал через забор. К тому же, хоть я почти протрезвел, но не был уверен, что координация меня не подведет.

 Я подошёл к забору, осторожно взобрался на стул, и отчаянно замахал рукой.

– Ты на месте?

Нежное хихиканье рядом со мной подсказало, что Кортни уже на лестнице. Когда на карнизе появилась тарелка, я потянулся и поймал Кортни за руку.

– Привет, Корт, – сказал я, радуясь, что хоть и ненадолго, но она задержала свою ладонь  в моей.

– Привет, Нат.

– У меня для тебя кое-что есть.

– Что?

Отставив тарелку, я осторожно подвинул фужер с вином к противоположному краю карниза.

– Ты как-то сказала, что тебе нравится красное вино и я подумал – ты не откажешься от бокальчика к своему стейку.

– Ты запомнил? – В голосе Кортни слышалось удивление.

Я помнил всё, что она когда-либо говорила, и уже хотел сказать об этом, но вовремя прикусил язык и просто ответил:

–Да.

На мгновение воцарилась тишина, но затем я услышал, как Кортни поднялась ещё на одну ступеньку и потянулась за фужером. Я мельком увидел бледную кожу её предплечья и пальцы, обхватывающие фужер, прежде чем они снова скрылись за забором.

Кортни выдохнула с облегчением,  и я понял, что она спустилась с лестницы.

– Теперь в безопасности? – поддразнил я и взял тарелку. – Снова на твёрдой земле?

– Да уж. Спасибо за вино, Нат.  

С предвкушением я смотрел на гору еды на своей тарелке, а затем нахмурился.

– Кортни?

– Хм?

– Почему у меня два стейка? Один из них был для тебя.

– Не два, а полтора. Они огромные. Я не смогу съесть больше, чем половину. А у тебя точно не возникнет сложностей с дополнительной порцией.

– Ты очень мало ешь.

Она фыркнула.

– Я нормально ем. Не у всех такой бездонный желудок, как у тебя.

Первый же кусочек стейка буквально взорвал мои вкусовые рецепторы.

– Такой вкуснотищи всегда будет мало.

– Наслаждайся своим ужином, Нат.

– Спасибо, так и сделаю. Даже не сомневайся.

 Я съел еще и еще, наслаждаясь каждым кусочком.

«Чёрт, моя девочка умеет готовить! Интересно, как бы отреагировала Кортни, узнав, что в мыслях я называю ее своей? Наверное, лучше пока не говорить ей об этом».

– Как вино?

– Прекрасно. Отличный выбор.

– Это мое любимое, – ответил я и, не задумываясь, добавил: – Моя мама частенько его покупала. А так, если честно, я – не знаток вина. Я знаю одно хорошее красное и одно хорошее белое. Мама всегда говорила, что этого необходимо, чтобы произвести впечатление на свидании.

– Похоже, она умная женщина.

Я вздохнул.

– Ну, да.

Кортни немного помолчала, а затем нерешительно спросила:

– Твоей мамы... больше... нет?

От резкой боли, сжавшей всю мою грудь, я закрыл глаза. Я несколько раз глубоко вздохнул и только потом ответил:

– Нет. У меня нет... семьи.

Это было правдой лишь отчасти.

– Мне так жаль.

Я посмотрел на забор. В голосе Кортни слышалась грусть. Словно она снова плакала, как в тот день, когда я купил ей лилии.

Желая сгладить ситуацию, я усмехнулся.

– Ты бы ей понравилась. Маме так и не удалось заставить меня регулярно есть овощи.  И нерегулярно тоже.

– Тогда почему ты ешь их со мной?

Я с недоумением посмотрел на свою почти пустую тарелку. 

– Может потому, что ты их приготовила? Ты каждый вечер делишься со мной своей компанией и едой. С моей стороны было бы невежливо не есть их. – Я помолчал. – Кроме того, у тебя они получаются вкусными, а мама превращала их в непонятно что. Даже не знаю, оставались ли в них какие-нибудь витамины после ее стряпни. Но зато она готовила потрясное мясо в горшочках.

Кортни рассмеялась. Меня порадовал этот звук – я не хотел, чтобы она грустила.

Смакуя каждый кусочек, я молча доел свой ужин.

– Что насчёт тебя, Кортни? Ты говорила, что после смерти мамы, ты готовила для своего отца и брата. Они ели овощи как хорошие мальчики? – поддразнил я, надеясь узнать побольше. – Они должны были быть в восторге, что ты готовила для них. Везёт же некоторым!

Кортни молчала.

– Они, конечно, ели то, что я готовила, но относились к этому иначе, чем ты.

Я фыркнул.

– Почему?

– Они всегда находили недостатки и в моей стряпне и во мне самой. Я никогда не была дочерью или сестрой, которую они хотели. Я так и не смогла соответствовать их требованиям, чтобы ни готовила.

Боль в голосе Кортни была такой явной, что я почувствовал непреодолимый зуд  перелезть через забор и успокоить, утешить ее. Я знал – она пока не готова встретиться со мной, но всё же жалел, что не купил лестницу и не мог добраться до нее.

– Кортни...

– Не надо, – умолял она. – Ничего не говори.

Я разочарованно покачал головой – она снова закрывалась от меня.

– Натан, ты скучаешь по своей семье?

– Каждый день.

Её голос был хриплым и злым.

– А я нет. Ни капли. Каждый день, проведенный без них – хороший день.

Мне нечего было сказать.

– У тебя остались приятные воспоминания? Смех и счастливые времена? Праздники?

Это было давным-давно, но воспоминания и правда были хорошими.

– Да.

– Береги их. Мои счастливые воспоминания закончились, как только мне исполнилось восемь лет. После этого моя жизнь стала жалкой.

– Хочешь... поговорить об этом?

Я слышал, как Кортни встала.

– Я не хочу даже думать об этом. Ты доел?

Молча, я взял свою тарелку и подошёл к забору. Я слышал, как Кортни поднялась по лестнице, и поставил свою тарелку на карниз.

– Кортни… – с мольбой в голосе, сказал я.

– Что, Нат? – Её голос звучал устало, даже измученно.

Я постучал пальцем по верхней части забора и протянул свою руку.

– Пожалуйста.

Кортни вздохнула, и я почувствовал, как её ладонь коснулась моей. Я вытянул руку так далеко, как только мог и с силой сжал пальцы Кортни.

– Я не хотел расстраивать тебя. Мне очень жаль.

– Знаю. Ты не расстроил меня. Я просто не хочу говорить об этом.

– Понимая. Но, Кортни, ты – потрясающая девушка. Обалденно готовишь. В чем бы ни была их проблема, понятно, что дело только в них. Не в тебе. Очевидно же, что они придурки.

Кортни невесело рассмеялась.

– Конечно.

Я сжал её руку.

– Я не вру. Я думаю, ты замечательная. – Я колебался, боясь сказать слишком много. – И я рад, что ты появилась в моей жизни. Что стала моей соседкой.

Кортни молчала. Я почувствовал, как она сжала мою руку в ответ.

– Спасибо, Натан. Ты хороший друг. – Её рука выскользнула из моей. – Я пойду. Спокойной ночи.

Я слышал, как она собрала посуду и вошла в дом. Тихий щелчок закрывшейся двери, отозвался эхом в тишине вечера. Звук казался таким же горьким, как и голос Кортни.

Я спрыгнул со стула и сел на него.

«Хороший друг».

Кортни считала меня другом. Запрокинув голову, я уставился в небо, размышляя об этом.

Я сказал Гранту, что был доволен тем, как складываются отношения с Кортни, но только сейчас понял – мне недостаточно просто быть ее другом. По какой-то причине за смехотворно короткий срок Кортни стала много значить для меня.

Я покачал головой на эту нелепость.

Мы даже не видели друг друга, никогда не говорили лично, и всё же у меня возникли чувства к девушке с нежным голосом, милым хихиканьем и щедрым характером, которая жила по соседству. К девушке, настолько робкой, что без сомнения тут же запаникует, если я предложу встретиться без барьера в виде забора.

А именно этого я хотел сейчас больше всего на свете.

Я хотел узнать Кортни, и желал, чтобы она узнала меня.

Я застонал, поняв, что это будет значить.

«Как Кортни отнесется, узнав о моем прошлом?»

Я должен сказать ей – я не мог скрывать это всегда. Меня удивляло, что я хочу поделиться с Кортни историей своей жизни. Быть честным и правдивым. Грант всегда говорил мне: честность – лучшая политика. А так же он утверждал, что я так и не принял свое прошлое, поскольку говорил о нем только, если вынужден.

«Как с Грантом, например».

Возможно, Грант прав: мне нужно поговорить с кем-то еще. Может быть, мне нужно рассказать Кортни и посмотреть – примет ли она меня с таким багажом. Возможно, если я поделюсь с ней, то она откроется мне, и мы сможем двигаться в будущее.

Вместе.

Я беспокойно барабанил по колену, думая об этом. Очевидно, что прошлое Кортни оставило на ней болезненный отпечаток, так же как мое прошлое – на мне. Я злился на неизвестных мне людей, которые причиняли ей боль. Судя по тому, что Котрни сказала сегодня, родные травмировали ее, оставили шрамы, не видные другим. Точно так же как отказ моей семьи глубоко ранил меня. Именно поэтому я отказывался сближаться с кем-либо. 

Семья должна любить и защищать, а не обижать.

Из того немногого, что я подчерпнул из ее слов, Кортни сильно страдала, вероятно, даже сильнее, чем я, Похоже, ей причиняли боль годами, тогда как моя боль была кратковременной и резкой – она выбила почву из-под ног в тот момент, когда я сильнее всего нуждался в поддержке семьи.

Я вздохнул.

Мне нужно быть терпеливым и понимающим, быть другом для Кортни, пока она не захочет... большего. Я мог это сделать. Ради неё я мог набраться терпения.

Я оглянулся на высокий забор – барьер, благодаря которому Кортни чувствовала себя в безопасности, и который скрывал её от меня. Сейчас он казался вынужденным злом. Но я собирался купить лестницу. И скоро.  

Глава 10

Ночью я без сна ворочался с боку на бок – меня мучила боль в голосе Кортни, когда она говорила о своей семье. Я не сомневался – именно то, что случилось с ней в прошлом, сделало её такой пугливой сейчас. Кортни уклонялась от разговоров на личные темы, не принимала похвалу в свой адрес, словно не верила ей. И при любом, даже крошечном намеке, что нам пора встретиться лично, начинала паниковать.  Она что-то скрывала. И определенно это связано с тем, как отец и брат относились к ней в прошлом.

Помниться в день переезда Кортни в наш жилой комплекс я сидел на заднем дворе и задавался вопросом: «Может кто-то из моих соседей тоже хранит секреты?». И вот теперь, похоже, я получил ответ.

Поняв, что не усну,  я встал с постели. Меня ожидала напряжённая неделя, и было бы неплохо приехать на работу пораньше. Приняв душ, я прошел в кухню, чтобы позавтракать. Не включая свет, я достал коробку с хлопьями и посмотрел на улицу. Странно, но дворик дома Котрни был ярко освещен. Я вышел на улицу и прислушался.

Тихо, никаких признаков Кортни.

Может, в ее доме установлена та же система, что и в моем: если включаешь свет у одной входной двери, он автоматически загорается у другой? Риэлтор рекламировал эту функцию, как один из элементов системы безопасности дома наряду со встроенными детекторами угарного газа и дыма.

Я окликнул Кортни, но ответ не получил, поэтому пожал плечами.

Вероятно, она просто забыла выключить свет во дворе. 

Я вернулся на кухню, взял телефон и, пройдя в гараж через дом, как делал всегда, сел в машину. Выехав на дорогу, я притормозил возле дома Кортни и увидел, что фонари возле главного входа тоже горят. Также я заметил рассеянный свет, пробивающийся из-за штор в гостиной, и нахмурился. Кортни проснулась так же рано, и мне хотелось постучать в её дверь и убедиться, что она в порядке.

Я покачал головой.

Можно подумать, стук в дверь в пять утра не напугает её.

Я ехал по жилому комплексу мимо тёмных домов и пустынных улиц, а когда остановился на перекрестке, снова увидел ту же девушку-бегунью, что и вчера. Я опять залюбовался её пышной соблазнительной фигуркой, наблюдая, как сжимаются мышцы её ног при беге. Её капюшон был поднят, голова опущена. Не сбиваясь с ритма, девушка пробежала мимо, даже не взглянув в сторону моей машины. Посмотрев в зеркало заднего вида, я увидел, что бегунья завернула за угол, и нахмурился ещё сильнее. В том направлении было только две улицы - на одной их которых жил я – и обе упирались в густой лес.

«Боже, она ведь не собирается бегать в лесу?»

 Как и вчера, мне стало не по себе из-за того, что девушка совсем одна на пустынных улицах – она казалась слишком уязвимой и хрупкой – поэтому я развернул машину и поехал в том направлении, куда побежала незнакомка. Достигнув поворота на первую улицу, я остановился и стал высматривать девушку на дороге. Не увидев бегунью, я доехал до поворота на свою улицу. Она тоже была пустынна, свет горел только в доме Кортни. Развернув машину, я вернулся обратно и испытал огромное облегчение, увидев в одном из домов на первой улице ярко освещенные окна. Должно быть, девушка жила там и уже благополучно вернулась домой, а я просто разминулся с ней.

Я поехал своей дорогой, то и дело, качая головой – меня удивляла собственная реакция.

«С чего я так разволновался? Прежде я ни о ком не беспокоился, кроме себя, а теперь переживал сразу за двух девушек».

Вздохнув, я выехал на главную дорогу и набрал скорость. У меня было много других проблем, помимо неизвестной девушки, которой нравилось бегать в темноте. И неважно, насколько привлекательной она мне казалась.

*** *** ***

Когда я, наконец, смог вернуться к своему столу было уже за полдень.  Взяв кофе, я с тяжелым вздохом плюхнулся на стул. Все утро я был завален работой, но при этом не переставал думать о Кортни.  Она прокрадывалась в мои мысли независимо о того, чем я занимался.

Мне нужно было убедиться, что Кортни в порядке, но как она отнесётся ко мне сегодня, я не знал. Что бы она ни говорила, я расстроил её прошлым вечером. И мне ненавистна была эта мысль. Мне нравилось, когда я заставлял её улыбаться и смеяться. Повернув кресло к окну, я уставился на небо. Тёмные тучи, плывшие по нему, соответствовало моему настроению, но они же подали мне отличную идею.  Ухмыльнувшись, я повернулся к столу, включил чат Yahoo и обрадовался, увидев, что пользователь WhyteElephant сейчас в сети.

GNat: Эй, мисс Шеф-повар. Срочно звони 911. У нас чрезвычайная ситуация!

WhyteElephant: Что случилось?

GNat: Дождь собирается.

WhyteElephant: Это и правда, чрезвычайная ситуация. Я оповещу СМИ.

Я улыбнулся её остроумию.

WhyteElephant: Стоит спрашивать, почему ты посылаешь сигналы SOS из-за дождя?

GNat: Если пойдёт дождь, ты не сможешь готовить на барбекю. А значит, я останусь голодным!  

WhyteElephant: О, как глупо с моей стороны. Увидев набежавшие тучки, я даже не подумала о твоем желудке.  

GNat: Хммм.

WhyteElephant: Натан, ты вообще заходишь на свою кухню?

GNat: Конечно. Постоянно.

WhyteElephant: Ты видел там большой, серебристый предмет?

GNat: Я знаю, как называется прибор, о котором ты говоришь.

WhyteElephant: Невероятно. Я удивлена, что тебе знакомо слово «прибор».

GNat: Ты снова дерзишь, мисс Шеф-повар. Это холодильник. Он мой друг. И даже больше – он мой герой.

WhyteElephant: Холодильник – герой? Ну и ну…

GNat: Это магия. Я ставлю в холодильник тёплое пиво, а достаю холодное.

WhyteElephant: Ого.

GNat: А так же он хранит что-то очень ценное.

WhyteElephant: Импортное пиво?

Я усмехнулся. Мне нравилось её чувство юмора.

GNat: Не угадала. Холодильник бережно хранит и не даёт испортиться еде, которую ты мне даешь. Поэтому, он – мой герой.

WhyteElephant: Вау. На самом деле, это немного пугает. Но я имела в виду другой прибор, немного меньшего размера. Где-то по пояс тебе.

GNat: Ты такая зазнайка. Его я тоже знаю. Это плита.

WhyteElephant: Я снова впечатлена. Но знаешь ли ты, что она делает?

GNat: О, да! Она тоже многофункциональна. Её можно использовать как подставку. Например, я ставлю на неё коробку с пиццей и крылышки, когда готовлюсь к просмотру воскресного футбольного матча. А ещё можно внутрь нее прятать пустые контейнеры и бумажные тарелки, пока не наступит день мусора.

Откинувшись на спинку кресла, улыбаясь, я стал ждать ответ Кортни.

WhyteElephant: Черт! Почему я не додумалась так ее использовать?! Я-то просто готовлю на ней, когда на улице дождь или снег. Виновата. Признаю.

GNat: Рад научить тебя чему-то новому. Знаешь, ты должна быть всегда открытой для новых идей.

WhyteElephant: Ты и правда чокнутый.

Я запрокинул голову и расхохотался. И Кортни, без сомнения, сейчас тоже смеялась.

«Миссия выполнена».

WhyteElephant: Не волнуйся об ужине, у меня все схвачено. Обещаю, голодным не останешься. Ты всё ещё носишь еду, что я тебе даю на работу, надеясь на взятки?

GNat: Да, я принёс с собой немного на ланч. Кстати, прошлым вечером я пересчитал все свои запасы – думаю, до четверга хватит. Так вот… я разогрею свой обед, пойду в кафетерий, сяду с коллегами, и буду смотреть, как они плачут, учуяв офигительный запах того, что я ем.

WhyteElephant: Пожалуйста, прими всерьёз то, что я написала выше о твоей невменяемости.

GNat: Мисс Шеф-повар?

WhyteElephant: Что, вечно голодный сосед?

GNat: Я думаю, что ты героичнее всех кухонных приборов.

WhyteElephant: Ты сходишь с ума?

Немного поколебавшись, я решил пойти «ва-банк».

GNat: По тебе, мисс Шеф-повар.

WhyteElephant: Мне пора. Ты не должен пить на работе. Сомневаюсь, что компьютеры, которые ты починишь сегодня, буду работать и завтра. Просто к слову.

Я усмехнулся. Как обычно Кортни уклонилась.

WhyteElephant: Встретимся у забора в семь. Я принесу твой ужин.

GNat: Хорошего дня, Кортни. А мой ты только что сделала таковым.

Огонёк возле её логина погас.

Какое-то время я сидел, просто уставившись на экран. Так много всего я хотел бы сказать Кортни, но знал – она пока не готова. Инстинктивно я понимал, что должен позволить ей развивать наши… отношения… или чем бы это ни было, в своём темпе.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть и поднять голову.

– Привет, Шеннон, – с улыбкой поприветствовал я свою коллегу по отделу.

– Привет Натан. Хизер сказала, ты хотел, чтобы на твоё имя активировали один из старых мобильников?

Я кивнул, протянул руку к телефону и улыбнулся, увидев его цвет. Красный.

Ноутбук у Кортни тоже красный. Может, хоть с цветом ей угожу…

– Знаешь, – нахмурилась Шеннон, у – меня есть модели поновее. С гораздо большим количеством функций и возможностей. Этот кажется слишком… допотопным… для тебя.

Я усмехнулся.

– Нет. Мне как раз нужно что-то попроще. С него теперь можно писать сообщения?

– Да, конечно… Мы добавили все, что ты просил. Я так понимаю, это не для тебя?

Я покачал головой и улыбнулся.

– Нет, это для моей девушки.

И только когда брови Шеннон поползли вверх, я понял, что сказал.

– Я не знала… – она запнулась.

Я махнул рукой.

– Всё нормально. У нас всё ещё… очень… ново. – Я мысленно фыркнул: «Так ново, что я сам об этом не знал». – Она не дружит с техникой. Я пытаюсь приобщить ее.

Шеннон рассмеялась.

– Это должно быть интересно для тебя. Новый проект.

Улыбнувшись, я кивнул.

– Так и есть. Она с подозрением относится к навороченным новинкам. Ей нравится что попроще и поудобнее. – Я усмехнулся, вспомнив ноутбук Кортни.

– Ну, это объясняет твое хорошее настроение в последнее время… – Шеннон сделала паузу. – И домашние обеды.

Я замер, удивляясь не только тому, что во мне заметны перемены, но и тому, что они вообще были.

«Шеннон права. Я стал больше смеяться. И приносить с собой обед».

Я радостно кивнул.

– Она заботится обо мне. Я просто пытаюсь вернуть должок.

– Уверена, она это оценит. Увидимся позже, – улыбнулась Шеннон и покинула мой кабинет.

Я взял телефон, который собирался отдать Кортни, и принялся за работу. Забил в свой мобильник её номер и добавил мелодию. Затем, открыв мобильный Кортни, я кое-что настроил, добавил мой рабочий и мобильный номера и убедился, что опция сообщений на самом деле работает. Затем, ухмыльнувшись, и зная, что это рассмешит её, я поставил на свои номера мелодию «Tomcat Prowl».

Ухмыляясь, я смотрел на список контактов Кортни. Пока там было только два номера: «GNat рабочий» и «GNat мобильный». Мне, конечно, хотелось, чтоб так оно и оставалось, но сегодня вечером я планировал объяснить Кортни, как добавлять другие номера, а также как использовать телефон для текстовых сообщений.

«Терпеливо объяснить».

Я глубоко вдохнул и выдохнул.

Мне придется набраться терпения и не только на сегодняшний вечер, поскольку как только слова «моя девушка» покинули мой рот, я понял, что действительно хочу этого.

– Моя девушка, – повторил я вслух и покачал головой.

Последний раз девушка у меня была в шестнадцать лет. Я даже не был уверен, что смогу стать взрослой версией бойфренда. После освобождения из тюрьмы я избегал любых близких отношений. За исключением похожих на те, что у меня были с Сильвией – секс и никаких привязанностей.

Но так было до появления Кортни – моей застенчивой, добросердечной и загадочной соседки.

Я хотел, чтобы Кортни стала моей девушкой. Хотел научиться быть ее парнем. Не думал, что когда-нибудь захочу подобного. Впервые за много лет я захотел быть рядом с кем-то. Хотел узнать Кортни поближе, и чтобы она узнала меня. Я хотел заботиться о ней. Я не сомневался, что она нуждалась в этом; так же как и я нуждался в том, чтобы она заботилась обо мне. Мы оба были одиноки. Я хотел снести забор, чтобы мы смогли заботиться друг о друге.

Но для начала мне нужно убедить Кортни приняла этот телефон. Мне будет спокойнее, зная, что у неё есть мобильный, и она умеет им пользоваться.  Я специально выбрал простую модель. А когда Кортни освоиться, помогу ей купить посовременнее.

Но сейчас я хотел иметь возможность связаться с Кортни. И, чтобы она могла связаться со мной, если нужно или, если она захочет.

Я нуждался в том, чтобы она хотела поговорить со мной.

И я хотел, чтобы она нуждалась во мне.

Глава 11

Я постучал пальцем по забору, не обращая внимания на контейнер, который просто манил меня своим содержимым.

– Мисс Шеф-повар. Ты знаешь правила.

– Нат, идет дождь.

– Я видел твой зонтик. Так что давай.

 Я снова постучал.

– Не понимаю, почему этот новый ритуал так важен для тебя, – проворчала Кортни.

– Просто так. Твою руку, пожалуйста.

Услышав, как Кортни преувеличенно громко вздохнула, я усмехнулся. Над карнизом забора появился зонт, а затем и рука Кортни. Улыбаясь, я потянулся и схватил кончики её пальцев.

– Мой стул скользкий. Можешь поднялась выше? Пожалуйста, всего на одну ступеньку, – попросил я.

Кортни ухватилось за карниз, чтобы удержать себя, а затем снова протянула мне руку. На этот раз я смог обхватить почти всю её ладонь.

– Привет, Кортни.

– Привет, Натан.

– Знаешь, я практически чувствую, что ты закатила глаза, – поддразнил я.

– О, у тебя появились магические способности? Как у твоего холодильника?

Я усмехнулся.

– Они всегда были. Думаешь, как ты попала сюда?

– Э-э... приехала в машине?

– Я просто позволил тебе так думать. Я хотел себе личного шеф-повара, произнес заклинание и вуаля - ты здесь.

– Ух ты. Похоже, к моему сегодняшнему комментарию о твоей невменяемости нужно добавить ещё и бред, – съехидничала Кортни. – Иди, ешь свой ужин, Нат.

Вдруг занервничав, я сжал ее руку.

– Подожди. Мне нужно ещё кое-что.

– Что теперь?

– Мне нужно, чтобы ты вернулась после того как поешь. У меня есть кое-что для тебя.

– Для меня?

– Да. Встретимся здесь... после ужина?

Вопрос словно повис в воздухе. Тишина была оглушительной, но красноречивой.

– Буду ждать тебя здесь через полчаса.

Я тихо вздохнул, не удивлённый отсутствием энтузиазма с её стороны, но благодарный за согласие. Отпустив её руку, я потянулся за контейнером.

– Он тяжелый. Что здесь?

– Думаю, тебе понравится.

Оказавшись на твёрдой земле, я открыл крышку с контейнера и застонал.

–  За полчаса я не справлюсь. Мне понадобится не менее сорока пяти минут!

Из-за забора послышался смех Кортни.

– До скорого.

*** *** ***

Я осторожно забрался на стул, радуясь тому, что дождь прекратился. Я хотел  поговорить с Кортни и объяснить, как пользоваться телефоном, не волнуясь, что она промокнет. К тому же, если в ее руке не будет зонта, то она не сможет ударить меня им за то, что я дал ей телефон.

Дверь открылась, и я услышал, как Кортни подходит к забору.

– Ты здесь?

Я улыбнулся.

– Ага. Тебе повезло, что я ещё могу ходить после праздника живота, что ты мне устроила.

– У твоей мамы, конечно, получалось вкуснее, но я надеялась, что тебе понравится.

Я усмехнулся.

– У тебя получилось намного вкуснее. Я чуть не вылизал контейнер.

– Ты все съел? – ужаснулась Кортни.

– Я хотел, но все же кое-что оставил. Это лучшее жаркое, какое я когда-либо пробовал. Ты приготовила его из-за того, что я рассказал о своей маме?

– В пакете из мясного магазина, который ты передал мне, была говядина. Наш разговор натолкнул меня на мысль, что ты не против съесть жаркое в горшочках, поэтому я еще вчера начала его готовить.

– Спасибо. Жаркое – объедение. Мои коллеги завтра точно расплачутся от зависти, когда я буду есть его остатки в обед, – злорадно добавил я.

– Не уверена, что должна поощрять пытки, которые ты устраиваешь свои коллегам.

– Не переживай. Они это заслужили.

– Ладно тогда...

Настала моя очередь. Я достал из кармана маленький телефон.

– Руку, пожалуйста.

– Мы уже делали это, - вздохнула Кортни.

Я рассмеялся.

– Сделай мне одолжение.

Кортни тихонько фыркнула, а затем протянула руку ладонью вверх. Очень кстати. Положив телефон на ладонь Кортни, я нежно сжал вокруг него её пальцы. Её рука исчезла и на минуту воцарилась тишина.

– Что это?

– Это называется мобильный телефон. Повтори за мной. Мо-би-ль-ник.

– Я знаю, что это. Зачем ты дал его мне?

– Он для тебя.

– Почему?

– Потому что я хочу, чтобы он у тебя был.

– Но...

– Никаких «но». Пожалуйста. Он должен быть у тебя. Что ты будешь делать, если у тебя вдруг сломается машина или тебе срочно что-то понадобится?

– Я могу позвонить из телефонного автомата. Мне как-то удавалось обходиться без мобильника до сих пор.

– Теперь не придётся.

– Это пустая трата денег.

– Трата? Почему ты так говоришь?

– Мне... э-э... некому звонить, – еле слышно ответила Кортни.

Мне стало трудно дышать – горло перехватило от эмоций.

– Ты можешь звонить мне. В любое время. Днем или ночью. Я не шучу.

– Я не знаю как. И я не знаю твой номер.

Я усмехнулся.

– Сейчас узнаешь.

– Что?

– А теперь сосредоточься. Тебе предстоит первый урок по использованию мобильного телефона.

*** *** ***

Глядя на сообщение Кортни,  я усмехался.

– Если не учитывать ошибки в орфографии, то можно считать, что ты справилась. Поздравляю. Ты написала свое первое сообщение и сделала первый звонок по мобильному телефону.

– Здесь холодно. У меня пальцы онемели. Даже носки отсырели, – раздраженно буркнула Кортни.

Она была права. Я не замечал, но на улице действительно было холодно и влажно после дождя.  Мне не хотелось отпускать Кортни, но, я также не хотел, чтобы она замёрзла.

– Ты ходишь в носках летом?

– У меня ноги мерзнут. Поэтому я одеваю махровые носки.

«Полезно знать».

– Они красные?

– Да. Как ты узнал?

Я хмыкнул.

– Волшебство.

– Да, прям.

– Ладно, иди в дом, и пришли мне ещё несколько сообщений.

– Да?

Я улыбнулся, почувствовав её энтузиазм. Кортни поняла все, что я ей объяснил, и, похоже, ей понравился ее маленький телефон.

– Да.

– Хорошо. Ой, подожди? Ведь тебе придётся заплатить за это, верно? Я получу счёт или что-то ещё?

«Вот и началось то, чего я боялся».

– Нет, Кортни.

– Почему? Я знаю, что это не бесплатно.

– Это волшебство? – с надеждой, предложил я.

– Натан, скажи мне, или я отдам телефон обратно. Я не шучу.

Я усмехнулся.

«Такая суровая».

– Сам телефон ничего не стоит. И я добавил тебя к своему тарифному плану на работе. Мне это в радость.

– Ты не можешь этого сделать.

– Могу. Это недорого, обещаю. Со всем, что ты делаешь для меня, я хотел хоть что-то сделать взамен.

– Нат...

– Кортни. Если честно, я делаю это еще и для себя.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне будет намного спокойней, зная, что ты теперь постоянно на связи. Что сможешь просто позвонить мне и спросить, если понадобиться. И я смогу позвонить тебе.

– Ты сможешь мне позвонить?

Я рассмеялся.

– Да, знаешь ли, это последний писк моды – говорить по телефону.

– Умник!

Я нажал на кнопку быстрого набора. Заиграл «TomCat Prowl» и послышался приглушенный смешок Кортни.

– Я не знаю, как ответить!

– Нажми «ответить».

– Э-э... привет?

– Привет, – пробормотал я в телефон.

– Ничего себе, это как стерео. Я прямо окружена тобой.

Мне понравились ее слова. Мне хотелось окружить Кортни.

– Теперь нажми «отбой». Видишь? Все просто.

Я посмотрел на забор.

– Значит у нас всё хорошо? Больше нет возражений?

– Думаю, телефон может пригодиться, даже если использовать его только при чрезвычайных ситуациях.

– Особенно при них. Следи за тем, чтобы он был заряжён и бери с собой, когда покидаешь дом.

– А с ним ничего не будет... при резких скачках?

– Что?

– Если я положу его в карман во время пробежки, он не сломается?

У меня перехватило дыхание и прежде чем заговорить, пришлось прочистить горло.

– Ты… э-э… ты бегаешь?

– Да.

– Когда?

– Обычно по утрам, перед работой.

Я сглотнул и попытался говорить нормально.

– Рано утром?

– Да.

Я прижался лбом к забору и постарался сосредоточиться.

– Тогда ты обязательно должна брать его с собой. Я настаиваю. Пообещай мне, Кортни.

– Ладно.

– Обещаешь?

– Да. Обещаю.

Я выдохнул с облегчением.

– Хорошо. Теперь иди греться и учиться отправлять сообщения. Я буду ждать.

– Что мне написать?

– Всё что хочешь. Меню на следующую неделю или описание носков. Я прочту все.

Услышав стук, я резко поднял голову и увидел, что Кортни протягивает мне руку через забор. Я поймал её холодные пальчики, радуясь тому, что на этот раз именно она проявила инициативу.

– Спасибо, Натан.

Я крепко сжал ее руку.

– Спокойной ночи.

Неохотно, я ослабил свою хватку, подспудно заметив, как Кортни задержала руку в моей, прежде чем спустилась по лестнице.

Я слышал, как закрылась дверь ее дома, но продолжал стоять, потерянный в своих мыслях.

Неужели Кортни и моя соблазнительная маленькая бегунья одно и то же лицо? Совпадение казалось слишком вероятным, чтобы не поверить в него. Я подумал о странной тяге к неизвестной девушке, бегающей по утрам. Как беспокоился, что она бегала одна. Этим утром я предположил, что она живёт на другой улице, когда фактически она могла повернуть на нашу улицу. Возможно, свет в доме Кортни горел каждое утро, но впервые я проснулся настолько рано и увидел его. Влечение, которое я испытывал девушке-бегунье, вдруг обрело смысл. Это должна была быть Кортни. Я хотел, чтобы это оказалась она. Но как убедиться в этом?

Из раздумий меня вывел сигнал телефона о новом сообщении.

Мои носки красные с желтыми треугольниками.

Я усмехнулся и отослал ответ.

Мои белые, по крайней мере, были такими раньше. Сейчас, думаю, их можно считать серыми. Они не махровые. Скорее протертые.

Лови подсказу – отбеливатель и покупка новых.

Возвращаясь в дом, я широко улыбался, печатая ответ на ходу.

Лови подсказку – я парень. Меня не это очень-то беспокоит.

Нужно ли мне научить тебя, как пользоваться стиральной машиной, Натан?

Думаю, мне нужно, чтобы ты многому меня научила.

Не уверена, что смогу с этим справиться.

Справишься. Продолжай практиковаться – ты делаешь успехи.

Хорошо, я буду держать тебя в курсе того, какого цвета мои носки.

Я буду ждать этого каждый день, затаив дыхание.

Придурок. Спокойной ночи.

Спокойной ночи. Не забудь взять свой телефон на пробежку. Пообещай мне, Кортни.

Возьму. Обещаю.

Я тяжело вздохнул.

Неужели Кортни и правда, она моя соблазнительная бегунья? Есть только один способ выяснить это.

*** *** ***

Прижавшись лбом к стеклу, я всматривался в темноту за окном. Было только пять утра, и уже полчаса стоял здесь и ждал.  

Я устало моргнул.

«Возможно, я ошибся и Кортни – не та бегунья, иначе я бы увидел её сейчас, ведь так?»

 Пока все эти мысли проносились у меня в голове, лужайка перед домом Кортни озарилась светом.

Подойдя к парадной двери, я тихонько открыл её и притаился в тени, надеясь, что останусь незамеченным. Я услышал, как открылась и закрылась дверь соседнего дома, а затем шаги на подъездной дорожке. Кортни вышла на дорогу и начала разминаться. Из-за темноты я не разглядел ее лица, но увидел длинные волосы, собранные в хвост. Когда Кортни накинула капюшон, я наконец-то удостоверился, что она и есть та самая прекрасная маленькая бегунья. Мои глаза чуть не вывались из орбит при виде соблазнительных очертаний тела Кортни, когда она потянулась в последний раз и побежала.

Тихонько спустившись с крыльца, я подошел к дороге и проводил взглядом быстро удаляющуюся фигурку Кортни.

Вздохнув, я вошел в дом и занял прежнее место у окна.  Я волновался, что сейчас Кортни бежит по пустынным улицам совсем одна, и расслабился, только увидев, что она вернулась.

Кортни, не снимая капюшон, медленно шла к своему дому, но вдруг остановилась и повернула голову в сторону окна, у которого я стоял. И хоть я понимал, что скрыт в тени, и она не сможет меня увидеть, всё же быстро отступил назад, чувствуя себя немного виноватым из-за того, что наблюдал за ней. Некоторое время Кортни стояла и смотрела на тёмное окно, а потом пошла дальше, пропадая из зоны моей видимости. Пару минут я не двигался, мысленно задаваясь вопросом, на что смотрела Кортни, и жалея, что не смог как следует её разглядеть.

«Неужели она почувствовала, что я наблюдаю за ней? Она искала меня?»

– Я здесь, Кортни. Я жду. Как только ты будешь готова, я здесь, – выдохнул я.

Глава 12

Все дни, прошедшие с моего открытия, что Кортни и маленькая бегунья – один и тот же человек, мои мысли неслись вскачь. Как распорядиться этой информацией, я не знал, но понимая, что каждое утро она бегает в одиночестве, испытывал сильное беспокойство. Кортни точно не обрадуется, если я вдруг появлюсь, пока она разминается и скажу, что тоже хочу побегать, поэтому оставалось только одно – наблюдать и ждать. Наблюдать, как Кортни покидает дом каждое утро и ждать, когда она вернётся с пробежки. Долго так продолжаться не могло, конечно, но ничего другого придумать я пока не сумел.

Кортни была занята на работе, возвращалась поздно и даже трудилась в выходные. Я скучал по нашему общению и по её стряпне. Нескольких слов, которыми мы обменивались через забор, когда Кортни, наконец, приходила домой, было уже недостаточно. Я тосковал по успокаивающему звуку ее голоса, по тому, как у меня теплело на душе от ее смеха. Я тосковал по самой Кортни.

В понедельник утром, вернувшись к своему рабочему столу, после тренировки, я был удивлён, увидев на компьютере новое сообщение от WhyteElephant. Впервые Кортни сама связалась со мной, и мне стало любопытно, почему.

WhyteElephant: Нат, мне жаль беспокоить тебя, но… ты там?

Усмехнувшись, я быстро напечатал ответ.

GNat: Теперь да. Никакого беспокойства… Что случилось?

WhyteElephant: У меня проблема.

GNat: Чем могу помочь?

WhyteElephant: Не получается открыть документ, который мне очень-очень нужен. Пишут, что файл повреждён. Что делать?

GNat: У тебя есть где-нибудь его копия?

WhyteElephant: Дома. На ноутбуке. Я скопировала документ и сохранила на той втыкаемой штучке, которую ты мне дал.

Я не мог удержаться и решил поддразнить её.

GNat: Втыкаемой штучке?

WhyteElephant: Уби-юбе штуковина, которую нужно втыкать в ноутбук.

Откинув голову, я громко рассмеялся. Кортни была обворожительна. И полный ноль в технике.

GNat: Она называется юсби (USB) флешка, Корт.

WhyteElephant: Ну, я почти угадала.

GNat: Ага, почти.

WhyteElephant: Нат, мне на самом деле нужен этот документ. Это очень важно.

GNat: Ладно-ладно, успокойся. Помнишь красную штуковину, которую я тебе на днях? Ту, по которой ты сообщаешь мне о цвете своих носков?

WhyteElephant: «Закатила глаза». Да, Нат. Мобильный телефон. Я знаю, как это называется. Я не настолько невежественна.

Я усмехнулся – Котрни ответила мне моими же словами.

GNat: Я впечатлен. Используй его.

WhyteElephant: Как?

GNat: Позвони мне. Возьми телефон, найди мой номер и позвони. Так, как я тебя учил.

Когда несколько секунд спустя мой мобильный издал мелодию припева «Она» Элвиса Костелло, я улыбнулся.

– Привет!

– Привет. – В голосе Кортни слышалось смущение. – Прости, Нат... я терпеть не могу просить кого-то здесь. Коллеги смеются надо мной, когда дело касается компьютеров.

Кортни, очевидно, была расстроена, но все же меня порадовало, что за помощью она решила обратиться ко мне.

– Всё нормально. Постараюсь помочь. На работе у тебя нет копии?

– Есть, но старая. Она не подходит.

– Ты пыталась снова открыть документ?

– Да. Пишут, что файл повреждён. Даже не знаю, что сделала неправильно. На той… юби-штуковине... горел зелёный огонёк, когда я копировала дома документ.

Я покачал головой.

«Нужно рассказать ей о Dropbox (1). Это будет интересно».

– Когда ты создавала документ, Кортни?

– Около трёх недель назад. Это диаграммы и графики к презентации.

– У тебя презентация? – удивился я.

– Я только пишу её. Через час она должна быть готова. Я не успею съездить домой и вернуться вовремя. Я облажалась, верно?

Взяв ключ карты памяти со стола, я вставил его в свой ноутбук.

– Документ было на твоём компьютере, когда я чинил его?

– Да.

– С тех пор ты делала в нём какие-либо изменения?

– Нет.

– Хорошо. Как он называется?

– «Результаты исследования 2011». Зачем тебе это?

Я затаил дыхание, пролистывая папку под названием «Кортни», а найдя нужный документ глубоко вздохнул.

«Даже не знаю, как Кортни это воспримет…»

– Э-э... у меня есть копия.

– Что? Откуда?

– Я боялся, что во время ремонта документы с твоего ноутбука могут повредиться, поэтому скопировал их себе.

В трубке повисла тишина.

- Я не смотрел их и собирался удалить, как только удостоверюсь, что с документами на твоем ноуте все нормально.

– Можешь выслать мне нужный документ?

– Продиктуй свой e-mail.

Я набрал продиктованный Кортни адрес и прикрепил файл.

– Отослал.

Кортни опять замолчала.

– Ты сердишься на меня?

– Из-за чего мне сердиться? Из-за того что ты настолько предусмотрителен и смог помочь мне? Из-за того что побеспокоился о том, что мне, возможно, когда-нибудь сможет понадобиться копия? – Я слышал, как Кортни глубоко вздохнула. – Я сейчас испытываю совсем не гнев.

– Тогда что?

– Благодарность. Я благодарна, что живу по соседству с гениальным айтишником.

Я с облегчением рассмеялся.

– Да, это так. Ты уже получила файл? Хочу убедиться, что ты откроешь его.

Я услышал, как Кортни стучит по клавиатуре.

– Да.

– А ты, оказывается, знаешь, как открывать файл?

Кортни захихикала и я улыбнулся.

– Это я могу сделать. И это сработало, Нат! Спасибо тебе огромное!

– Не за что... Рад помочь. Иди заканчивай свою презентацию.

– Я в долгу перед тобой. Приготовлю что-нибудь особенное.

Я усмехнулся.

– Я должен тебе намного больше. Но если ты настаиваешь...

– Да, настаиваю. Спасибо, Нат. Ты даже не представляешь, как мне помог.

–Телефон всегда со мной, поэтому можешь присылать мне SMS, а не писать в чате.

– Я не хотела отрывать тебя. Вдруг ты был занят…

– Для тебя я всегда свободен. Пиши или звони мне в любое время.

– Ох…

Я отчетливо слышал удивление в голосе Кортни.

– Увидимся дома, мисс Шеф-повар.

Кортни помолчала.

– Дома. Да. Увидимся дома.

Я всё ещё улыбался, когда Кортни нажала «отбой».

*** *** ***

Однако вечером мне было уже не до веселья. Я задержался на работе и спешил вернуться домой, а, приехав, обнаружил, что Кортни до сих пор нет. В её доме было темно, на мои оклики через забор она не отзывалась. К десяти часам я был вне себя от беспокойства. Кортни не отвечала на сообщения, звонки отправлялись на голосовую почту, в чате её тоже не было. Я метался по дому, потом сел и уставился в экран ноутбука.

«Где же Кортни? – В который раз нервно прошелся руками по волосам я. – Она же сказала, что вернётся домой».

Мой желудок сжимался, когда я представлял, что могло случиться. Несчастный случай. Возможно, что-то на работе. Может, она заболела. Я уткнулся лицом в ладони и застонал. Никто не знал, как связаться со мной, если понадобиться. Кортни может быть ранена, а я даже не узнаю об этом. Я начал искать информацию о местных больницах, а затем остановился.

«Черт! Я ведь даже полного имени Кортни не знаю! Но оно точно есть в ее документах!»

Я засунул руку в карман, ища ключ карты памяти, но карман оказался пуст; я оставил ключ на своем столе, после того, как отослал файл Кортни.

Проклиная всех и вся, я снова начал вышагивать. Фактически я ничего не знал о Кортни, кроме нескольких личных деталей, которые почерпнул из наших бесед. Я знал её голос, милый смех и какое у нее заботливое сердце, но ничего, что помогло бы найти Кортни.

Встав, я пошёл на кухню, взял пиво, сделал большой глоток и попытался успокоиться. Возможно, Кортни где-то ужинает с другом, и просто потеряла счёт времени. Возможно, на работе у неё какое-то важное открытие и она засиделась в лаборатории...

«Но Кортни обязательно послала бы мне сообщение или написала в чате. Она знала, что этим вечером я жду её дома. Знала, что я буду волноваться...»

Без сил я плюхнулся на диван. Последнее время я вставал ни свет, ни заря, наблюдая за утренними пробежками Кортни, и это давало о себе знать. Я устал, проголодался, нервничал и чувствовал зарождающуюся головную боль. Не зная, что делать дальше, я положил голову на подушки и закрыл глаза.

Когда звук рингтона Кортни послышался со стола, где я оставил свой телефон, я буквально подскочил с дивана. Спотыкаясь, я бросился к столу, схватил телефон и начал говорить, даже не успев поднести его к уху.

– Кортни? Где ты? Ты в порядке?

Её голос накатил на меня как успокаивающая волна.

– Прости, если разбудила тебя.

Я мельком взглянул на часы, с удивлением отметив, что уже после полуночи.

– Мне плевать. Детка, где ты? Уже дома?

Тишина. Я зажмурился, поняв, как только что назвал её.

– Кортни?

– Я в Ванкувере.

– Что ты там делаешь?

– Марк заболел.

Я фыркнул.

– Ну, мне чертовски жаль Марка, но какое отношение он имеет к тому, что ты в Ванкувере?

Кортни вздохнула.

– Он должен был сделать доклад, который я написала для медицинской конференции. Этим утром Марк почувствовал себя неважно, а затем ему стало совсем плохо, и он не смог поехать. Так как я хорошо знаю эту тему, вместо него послали меня, – она помолчала мгновение. – Я не хотела ехать.

– Чёрт, Кортни, я так волновался. Тебя не было дома, и я никак не мог связаться с тобой.

– Прости. Знаешь, перед посадкой в самолёт, пассажиров заставляют отключить мобильный телефон?

Я усмехнулся.

– Да, знаю. – Я помолчал. – Но ты могла прислать сообщение, чтобы я так не волновался.

– Разве ты не получил мою записку?

Я огляделся вокруг, как будто ожидал найти что-то на столе.

– Какую записку?

– Которую я оставила для тебя с пакетом?

– Кортни, о чём ты говоришь?

– Я оставила тебе кое-что у входной двери.

Я закрыл глаза.

– Я всегда использую дверь гаража.

– Ой. Было ветрено, и я побоялась оставлять пакет на заборе. Я была уверена, что ты найдёшь его. Я даже не подумала… – начала бормотать Кортни. – Всё произошло настолько быстро, и у меня действительно не было выбора. Мне нужно было примчаться домой, собрать вещи и ехать в аэропорт – я еле успела на самолёт. Я в дороге с полудня. Вот только сейчас добралась до отеля.

Я снова сел на диван и облегченно выдохнул, наконец-то зная, что с Кортни всё в порядке.

– Всё хорошо. Я рад, что ты в безопасности. Ты, верно, устала.

– Я… да, устала.

Я мог слышать больше, чем просто усталость в её голосе. Кортни казалась напряжённой.

– Ты, похоже, нервничаешь. Почему?

– Ненавижу выступать перед людьми. Я не очень хороша в этом. Договор был такой: я только пишу, а доклад делает кто-то другой.

– Готов поспорить, ты справишься намного лучше, чем думаешь.

Кортни фыркнула.

– Вряд ли.

Я нахмурился.

– Ты всегда так строга к себе. У тебя прекрасный голос. Ты сообразительна и остроумна. Ты написала этот доклад. Никто не знает его лучше тебя. Ты выступишь блестяще, – заверил её я.

– Мне бы твою уверенность.

– Я верю в тебя.

– Спасибо, – выдохнула Кортни.

– Когда ты приедешь домой?

– В четверг.

– Ещё целых три дня. Я буду скучать по тебе.

– Я оставила тебе еду, – иронично заявила она.

Я улыбнулся.

– Я не по еде буду скучать, а по тому, кто её готовил.

– Ты сегодня пил?

Я усмехнулся.

– Нет. Просто говорю правду.

– Я… я тоже буду скучать по тебе, – прошептала Кортни так тихо, что я еле ее расслышал.

Это признание заставило моё сердце биться часто-часто.

– Нат?

– Да?

– Могу… могу я тебе ещё раз позвонить?

– В любое время дня и ночи, Корт. И пиши мне сообщения. Даже не знаю, как выживу, если не узнаю, какого цвета на тебе носки, – поддразнил я.

– Ладно, иди ложись. И не забудь забрать свой пакет.

– Я пойду за ним прямо сейчас. А что ты собираешься делать?

– Гм… немного потренирую своё выступление, а потом лягу спать.

– Чёрт, тебе же не нужно использовать PowerPoint или что-то в этом роде, верно? – Я поморщился, представив, сколько проблем это вызовет у Кортни.

Она захихикала.

– Нет, этим занимается Энни. Она меня прикроет.

– Хорошо… – Я сделал паузу, пока не желая отпускать Кортни. – Позвони мне, если захочешь аудиторию для своей репетиции.

– И ты будешь слушать, правда? – Кортни явно была удивлена.

– Так долго, пока тебе не надоест. – Я усмехнулся. – Или пока не усну.

– Если ты не любитель длинных медицинских слов и большого количества графиков и статистики, то этот доклад быстро тебя убаюкает. Он довольно скучный.

– Сомневаюсь. Я знаю девушку, которая его написала. В ней нет ничего скучного.

– Спокойной ночи, Нат.

– Спокойной ночи.

Закончив разговор, я осмотрелся вокруг. А затем меня осенило, и я отослал Кортни сообщение.

В каком отеле ты остановилась?

«Crowne Plaza».

Номер комнаты?

1416

Фамилию, пожалуйста.

Зачем тебе?

Потому что я должен это знать. Пожалуйста.

Уайт.

Какого цвета на тебе носки?

Обычные, скучные, белые.

Я улыбнулся.

В тебе нет ничего обычного или скучного. Спокойных снов тебе, Кортни Уайт. Хотелось бы, чтобы четверг наступил как можно быстрее.

Мне тоже. Спокойной ночи. -х-

Минут пять я смотрел на маленькую «х», означающую поцелуй, задаваясь вопросом: понимала ли Кортни, что именно добавила? Затем встал и забрал с порога пакет. Мне польстило, что несмотря на нехватку времени перед отъездом, Кортни всё же подумала обо мне.

В пакете лежал большая запеканка, печенье и записка.

Нат.

Мне пришлось уехать из города на медицинскую конференцию.

У меня была запеканка в морозилке – ее должно хватить, пока я не вернусь. Тебе нужно будет её испечь. Еще я сделала для тебя печенье на днях. Думаю, ты будешь наслаждаться им, пока меня нет. Оно подсластит тебе жизнь, пока меня нет.

Пожалуйста, береги себя. Я позвоню тебе, когда буду в Ванкувере.

Прости, что не смогла предупредить об отъезде лично.

Мисс Шеф-повар.

Улыбаясь, я поставил запеканку в холодильник, схватил горсть печенья и пошёл в спальню. Однако прежде чем лечь спать, я послал Кортни последнее сообщение.

Печенье потрясающее, но я предпочитаю, чтобы жизнь подслащивала ты. Нет ничего их слаще. Позвони мне завтра.

Я колебался. А затем добавил.

Спокойной ночи. -х-

_________________________

(1) ''Dropbox - облачное хранилище данных, принадлежащее компании Dropbox Inc., позволяющее пользователям хранить свои данные на серверах в облаке и делиться ими с другими пользователями в Интернете

10

Глава 13

9:00

Ты проснулась, мисс Шеф-повар? У тебя сейчас на три часа раньше, чем у меня, верно?

Да.

Собираешься на пробежку?

Да… почему спрашиваешь?

Не забудь взять телефон.

Не забуду.

Обещаешь?

Нат, я бегаю каждое утро. Со мной всё будет в порядке.

Бегать вокруг спокойного небольшого квартала – это одно. Ванкувер – большой город. Там опасно. Держи телефон при себе и не включай слишком громко музыку. Обращай внимание на то, что тебя окружает.

Откуда ты знаешь, что я слушаю музыку?

Чёрт, прокололся!

Я не мог сказать, что наблюдая за Кортни по утрам, видел, как она вставляет наушники, поэтому написал самый очевидный ответ.

Это и так понятно. Напиши, когда вернёшься, чтобы я не волновался.

Тебе не нужно волноваться обо мне.

Ну, а я волнуюсь. Привыкай к этому. Напишешь мне.

Хорошо. Спасибо.

Не за что.

*** *** ***

12:00

Мисс Шеф-повар, мои коллеги просто рыдали от зависти, увидев мой обед. Один предложил поменяться и в качестве бонуса в следующий раз вместо меня заняться очисткой от вирусов офисной сети.

Вроде, неплохая сделка… Хотя… Нет. Ни за что. Он ел - *вздох* - макароны с сыром из магазина. Мои вкусовые рецепторы больше не осквернит подобная гадость. Ты умеешь делать макароны с сыром?

Да.

Приготовишь для меня?

Да.

Я знал, что ты не откажешь. - х -

Я не был удивлён, когда Кортни не ответила, а просто продолжил.

Во сколько твоя презентация?

Через два часа.

Ты в порядке?

Нервничаю.

Не сомневаюсь - ты прекрасно выступишь. И тогда все останется позади.

До завтрашнего дня. Мне придется выступить перед двумя разными группами.

К тому времени ты станешь профи по презентациям. Ты сможешь это сделать. Ты блестящая девушка.

Спасибо, Нат.

Не за что, Кортни.

13:50

Нат?

Эй, ты в порядке?

Я не смогу это сделать!

Сможешь.

Я ломал голову, как помочь Кортни, а затем набрал её номер.

– Нат? – ответила она дрожащим от волнения голосом.

– Я там, с тобой, Кортни.

– Что?

– Не отключай телефон и просто положи его на трибуну рядом с собой. Я буду слушать. Просто представь, что, как обычно, разговариваешь со мной через забор.

– Правда? Разве это не дорого?

– Нет, – с легкостью солгал я. – У меня безлимит.

– Меня уже зовут! – запаниковала Кортни.

– Иди. Я буду здесь, – заверил её.

Подключив наушники, я продолжил печатать на ноутбуке, слушал, как Кортни начинает презентацию, чуть дрожащим от волнения голосом.

Кортни была права - я понятия не имел, о чём она говорила, но меня просто завораживал её голос. Первые нескольких минут в наушниках слышалось странное шуршание – это Кортни нервно постукивает пальцем по телефону. Но чем дольше она говорила, тем увереннее становился ее голос, и вскоре шуршание прекратилось. Доклад закончился, и на Кортни посыпались вопросы, на которые она отвечала четко и без колебаний. Я так гордился ей!  Она действительно справлялась блестяще и отлично знала тему. Наконец презентация закончилась.

– Нат, ты все еще здесь?

– Конечно. Ты была восхитительна. С чего ты вообще сомневаться в себе?

– Я все время поглядывала на телефон. Знала - ты слушаешь и это очень помогало. Спасибо. Никто и никогда не... – Она глубоко вздохнула. – Никто никогда так не заботился обо мне. Никогда.

У меня ком встал в горле.

– Ну, а я забочусь. Привыкай, потому что это никогда не изменится.

– Мне нужно идти.

– Понимаю. Позвоню тебе позже.

– Обещаешь?

– Обещаю.

– Хорошо. Спасибо тебе ещё раз.

*** *** ***

По дороге домой я заехал в строительный магазин и купил лестницу.

Наши с Кортни отношения могли продвинуться лишь при условии, что я преодолею высокий забор между нами, а с помощью стула этого не сделать.

Занеся лестницу на задний двор, я прислонил ее к забору, поднялся  и впервые взглянул на двор Кортни. Я с любопытством разглядывал аккуратно подстриженный газон и горшки с яркими цветами, расставленные вокруг, – лилии, которые я подарил восхитительно цвели среди других растений. Я поморщился, бросив взгляд на свой двор, и подумал, как похожи эти два кусочка земли на своих хозяев. Двор Кортни – прекрасный яркий оазис, и именно им она стала в моей мрачной одинокой жизни.  

Продолжая осматривать её маленький двор, я заметил лестницу – чуть меньше моей, барбекю и маленький столик, где, скорее всего, сидела Кортни, когда мы с ней болтали. Что-то беспокоило меня в этом столике и, наконец, я понял, что именно – около него был всего один стул. Я снова обвел взглядом двор Кортни, не обнаружил других стульев, а затем оглянулся на свой собственный стол с четырьмя стульями вокруг. Несмотря на уединённый образ жизни, у меня всё же возникало желание время от времени иметь компанию. Порой мы с коллегами собирались у меня посмотреть игру, попить пива, посмеяться и просто провести вместе время. А один-единственный стул Кортни говорил красноречивее всяких слов – она была одинока и думала, что такой и останется.

Некоторое время я смотрел на ее стул, после чего спустился с лестницы и пошел домой. Вероятно, я слишком много думал. Возможно, другой стул просто сломался или понадобился Кортни в доме. Но по какой-то причине образ одинокого стула беспокоил меня весь вечер.

18:00

Кортни, эта форма не помещается в микроволновку. Как же тогда испечь запеканку?

Нат,  она алюминиевая. НЕЛЬЗЯ ставить её в микроволновку – заискрится.

Ты сказала, что запеканку нужно испечь.

В духовке, Нат.

Ладно, значит, нужно её включить?

*закатила глаза* Да. Ты никогда не пользовался ей?

По прямому назначению - нет.

Ах, да. Она – дополнительное пространство тире мусорка.

Да, и отлично с этим справляется.

Сейчас в ней есть мусор?

Нет, Корт, там пусто. Футбольный сезон начнется только через пару недель.

Прости, не знала.

Я в шоке! Как ты можешь этого не знать?!

Никогда не поздно учится чему-то новому, Нат. И сейчас ты научишься пользоваться духовкой.

Не знаю, получится ли, но постараюсь.

Если я научилась пользоваться мобильным телефоном, то ты сможешь понять, как включить духовку.

Сравнение не подходит – мобильники не загораются, а духовки…

Ладно, тогда для начала... Ты знаешь, как набрать девять один один?

Да. 9.1.1.

Просто проверяю на всякий случай... Не хочу, чтобы моя запеканка оставила тебя без крыши над головой. Ты у плиты?

Ты и правда позволишь мне спать на улице?

Нет.

Я это знал. - х -   Я готов учиться, о мудрейшая.

Наши дома построены одновременно, поэтому предположу, что и плиты у нас одинаковые. На твоей значок LG?

Ага.

Хорошо. Видишь кнопку «испечь»? Нажми на неё два раза. Она подаст звуковой сигнал.

Да, запищало.

 Сейчас духовка начнёт нагреваться. Поставь в нее запеканку, а когда духовка разогреется автоматически до 350 градусов и подаст сигнал, примерно через час, доставай форму – запеканка будет готова.

Откуда мне знать?

Она подрумянится.

Подрумянится. Понял. Что дальше?

Дай запеканке остыть несколько минут, а потом ешь. НЕ ЗАБУДЬ ВЫКЛЮЧТЬ ДУХОВКУ! То, что останется от запеканки, можешь разрезать, положить в контейнеры и взять завтра на обед.

Выключить духовку – принято! Остатки завтра на обед – супер!  Больше рыдающих от зависти коллег.

Ты получаешь слишком много удовольствия от их страданий.

Ты даже не представляешь сколько. Что ты сейчас делаешь?

У меня перерыв между презентациями, поэтому я возвращаюсь в свой номер.

Собираешься на ужин?

Да, мы с Энни хотели куда-нибудь сходить. Затем я обратно в отель.

Ок... дай мне знать, когда вернёшься. Я буду лежать на диване сытый и довольный.

Смеюсь.

Для обозначения смеха есть сокращение «LOL», Корт.

Буду знать. Пока?

Позвони, когда вернёшься. Я буду ждать.

23:00

Я улыбнулся, услышав рингтон Кортни.

– Привет, мисс Шеф-повар.

– Привет.

– Как прошёл ужин?

Я услышал тихое хихиканье.

– Прекрасно. А твой?

– Офигенная запеканка!

Ещё одно хихиканье.

– Ты всегда с таким восторгом отзываешься о моей стряпне. Мне это льстит.

– Чему тут не восторгаться? Как я уже сказал – объедение!

– Сколько пива ты выпил, Нат?

– Чуть-чуть.

– Я выпила немного вина.

– Да? Немного?

– Одна бутылка нам с Энни на двоих, – она понизила голос. – Я почти не пью... так что мне этого хватило.

Я рассмеялся.

– Хорошо отпраздновали, да?

– Рада, что это закончилось.

– Одна презентация позади, осталась последняя, верно?

– Да. Потом я вернусь домой.

– Я скучаю по тебе.

Кортни помолчала, а, когда заговорила, в её голосе слышалось смущение.

– Правда?

Я потёр затылок.

– Правда.

– Я же оставила тебе еду.

– Я уже говорил, что дело не в еде. В тебе. В твоей компании. Я скучаю по твоему голосу, по твоему остроумию. И по твоему смеху, – я откинул голову на диван. – Боже, я люблю твой смех.

Воцарилась тишина.

– Кортни?

– Почему?

– Что почему?

– Почему тебе нравится мой смех?

Я задумался.

– Не знаю. Может, потому, что он кажется искренним… и таким заразительным, что я улыбаюсь в ответ и чувствую себя счастливым. Я скучаю по нему. И я скучаю по тебе.

– Никто никогда не скучает по мне, Нат.

– Я – не никто.

– Знаю, – прошептала Кортни задумчиво.

.

– Я скучаю по тебе. Сильно скучаю, если честно, и очень хочу, чтобы ты поскорей вернулась домой.

– Я приеду в четверг во второй половине дня.

– Хорошо.

Я усмехнулся, услышав, как она зевнула.

– Ты спала прошлой ночью?

– Немного.

– Тогда иди спать. Утром пробежка?

– Да.

– И?

– Я возьму с собой телефон.

– И потом?

– Дам тебе знать, когда вернусь.

– Хорошо. Если будет нужно позвонить мне перед своим завтрашним докладом, позвони, хорошо?

– Спасибо. Спокойной ночи, Нат.

– Спокойной ночи, Кортни.

Нехотя я нажал «отбой», понимая – Кортни нужно немного поспать, но потом вспомнил, каким грустным мне показался ее голос, и отправил сообщение, чтобы поднять моей девочке настроение.

Мисс Шеф-повар, ты ничего не забыла?

Вроде нет?

Цвет носков?

Ох...

?

Чёрный и розовый.

Чёрный и розовый. Ты или забыла сходить в прачечную, поэтому надела разного цвета носки, или даёшь мне больше информации. *подмигиваю*

Подмигиваешь?

Я подумал, что ты, возможно, сказала цвет носков и в качестве бонуса – цвет нижнего белья.

 Мои НОСКИ чёрные с розовыми сердечками. Извращенец!

Я усмехнулся её реакции на мои шутки.

И кто сказал, на мне сейчас есть нижнее бельё?

Смеясь, я откинул голову назад. Моя девочка дразнила меня. Судя по всему, вино сделало её храброй.

Без белья? Я покраснел.

Ты сам это начал.

Я начал, я и закончу. Серый.

Твои носки серые?

Нет, моё нижнее бельё. Я без носков.

Слава Богу, что не наоборот.

LOL

Слишком много информации, Нат.

Просто хотел дать тебе пищу для размышлений. Моя задница хорошо выглядит в сером.

Спасибо за мысленный образ. Мне нужно срочно найти отбеливатель для мозга. Не хочу думать о твоей покрытой серым заднице.

Знаешь, уже второй раз ты оскорбляешь мою задницу. У меня прекрасный зад. Многие отмечали этот факт.

У тебя нездоровая одержимость собственной задницей. Тебе нужно поговорить с кем-нибудь об этом.

Что я и делаю. Я говорю с тобой.

Ты свихнулся. Кажется, я уже говорила об этом раньше.

Так же как и  я уже говорил, я свихнулся... из-за тебя.

Ложись спать, Нат.

А ты?

Ложусь ли я спать?

Нет... ты без белья?

 Ты теперь не успокоишься, верно?

Нет. Есть белье или нет? Если есть, то, какого цвета?

Нат...

Пожалуйста.

Чёрное.

Мне нравится.

Ложись спать, извращенец.

С этим мысленным образом усну счастливым.

Фии...

Не для меня, Кортни. Спокойных снов.

Тебе тоже, Нат.

- хх -

Я ждал. И ждал. А затем отправил Кортни подсказку.

Я жду, мисс Шеф-повар. Я уже получил один прошлым вечером. Давай же.

Наконец пришел ответ Кортни.

- х -

Я широко улыбнулся, увидев ее «х», ведь  этот маленький значок поцелуя было огромным шагом для Кортни.

Смеясь над собственной реакцией, я лег спать, прихватив с собой телефон. На всякий случай – вдруг Корини с пьяну пришлет мне сообщение.

Как говорится, надежда умирает последней.

Глава 14

Среда, 10:00

Эй, мисс Шеф-повар, собираешься на пробежку?

На очень короткую.  Возможно, позже побегаю еще раз.

LOL. Сказывается выпитое вчера вино? Похоже, полбутылки для тебя и правда, достаточно.

Это я тебе сказала? А что ещё?

Я ухмыльнулся и решил не рассказывать Кортни, о чем она писала, а так же о том, что она может сама просмотреть свои вчерашние сообщения.

Не много, мисс Шеф-повар. Ты была чуть-чуть не в себе, но при этом очень милой и симпатичной.

Симпатичной? Это вряд ли, Нат. Я не такая.

Я разочарованно фыркнул. Кортни была симпатичной. По крайней мере, мне нравились невысокие девушки с соблазнительной фигурой.

Мы редко видим себя такими, какие есть на самом деле, Кортни. Во сколько у тебя сегодня доклад?

В одиннадцать утра здесь, то есть в час дня у тебя.

Через четыре часа... Ты как? Держишься?

Вроде, да. Кстати, ты не забыл выключить духовку?

Кстати, выключил. Там была кнопка «выключить», так же как и на моём мобильнике. Я, знаешь ли, умный. Сам додумался на нее нажать.

Впечатлена, и преклоняюсь перед твоими новыми кухонными навыками.

Я даже отсюда могу видеть, как ты сейчас закатила глаза.

Нет-нет. Я на самом деле под большим впечатлением.

Запомни это чувство и используй, чтобы впечатлить сегодня всех своим докладом. Договорились?

Постараюсь.

Позвони, если буду тебе нужен. Я здесь.

Знаю. И это... очень много для меня значит, Нат. Спасибо.

Все утро улыбка не сходила с моего лица.

12:05

Я только закончил работу, запланированную на первую половину дня, и собирался спуститься вниз, чтобы поддразнить коллег своим обедом, когда зазвонил мой телефон.

– Привет, Кортни. Ты сегодня рано.

Кортни почти задыхалась от паники.

– Энни заболела. Мне придётся самой справиться с «Powerpoint» (п.п: программа, предназначенная для создания материалов, которые можно представлять аудитории с помощью проектора). Боже! Нат, я всё испорчу!

Было сложно не реагировать на ее страх, но я постарался.

– Ты когда-нибудь уже делала это?

– Однажды... получилось ужасно. Я полный профан в подобных вещах. Энни всё настроила, мне нужно только нажать на кнопку, но...

Я глубоко вздохнул и перебил Кортни, чтобы остановить ее нарастающую панику.

– Послушай меня - ты справишься.  Если хочешь, я останусь на связи и буду говорить, что нужно делать.

– А что, если это не сработает?

– Ты сможешь сделать доклад без презентации? Если б Энни, к примеру, разбила  ноутбук, ты бы обошлась без него?

– Э-э… да.

– Тогда, если не сработает, просто выключи проектор, пошути по поводу технических неполадок и продолжи доклад. Хорошо?

На том конце линии повисла пауза, а затем я услышал вздох облегчения.

– Ты прав. Спасибо.

– Хочешь, чтобы я оставался на линии?

– Нет, я в порядке.

– Узнаю свою храбрую девочку.

– Могу ли я... – Кортни замялась. – Ты не против, если…

Я снова ее перебил.

–  Тебе даже спрашивать не надо. Позвони мне до, после или вовремя доклада. Если хочешь, я, как вчера снова буду слушать тебя. Всё, что тебе нужно.

Тишина в ответ.

– Кортни?

– Да, я здесь. Просто... даже не знаю, как тебя отблагодарить.

Ее голос дрожал от эмоций.

«Почему ее так потряс простой жест доброты? Она сама раздает их мне ежедневно, даже не задумываясь».

– Мне ничего не нужно. Я с тобой, запомни, ладно?

– Ладно.

Она казалась такой уязвимой сейчас, и мне хотелось это исправить.

– Кортни?

– Да?

– Я не чужой тебе человек. Помни это, пожалуйста. – Я набрал полную грудь воздуха и выпалил:  – И я стану для тебя тем, кем ты захочешь. Ты просто должна сказать мне.

– Нат...

– Мы поговорим об этом, когда ты вернёшься домой. Иди, делай свой доклад. Ты снова выступишь блестяще. А я буду здесь. – Я сделал паузу. – Здесь. Для тебя. Понимаешь меня?

– Да. – Голос Кортни прозвучал сильнее.

– Хорошо. Иди, покажи им всем.

16:00

Я справилась! И с «Powerpointing» и со всем остальным!

Я знал, что так и будет. Ужасно горд за тебя. Какие планы на сегодня?

Хочу прослушать последний доклад о структуре гена. Затем вернусь в отель, чтобы переодеться и отправиться на пробежку. А позже закажу себе ужин в номер.

На ужин по поводу окончания конференции не пойдешь?

Нет. Не хочу.

По какой-то причине я с облегчением вздохнул. В моей голове возник образ. Я представил, как моя мисс Шеф-повар сидит одна и пьёт красное вино, пьянеет, а затем к ней подходит богатый симпатичный доктор, которому приглянулись её мозги и фигурка. Он отнимает её у меня, еще до того, как я смог подобраться к ней достаточно близко, чтобы поцеловать.

Понятно. Не любишь подобные мероприятия?

Точно.

Я чувствовал – Кортни не хочет это обсуждать, поэтому сменил тему.

А где моя ежедневная информация?

?

Носки... цвет, пожалуйста.

На мне нет носков.

Что? Вчера без белья, а сегодня голые ноги?

LOL. Нет, я в костюме. Носки бы выглядели нелепо с туфлями и юбкой.

Костюм – мило... Какого цвета?

Тёмно-серый... приблизительно.

Рубашка?

Естественно. Как правило, на таких мероприятиях не одобряют наготу. По крайней мере, в дневное время.

Я усмехнулся её находчивости и нахмурился, когда читал последнее предложение. Симпатичный доктор снова пришёл мне на ум. Я не хотел, чтобы он видел её полуобнажённой.

Хватит умничать. Цвет?

Слоновая кость. И это не рубашка, а блузка. Но, поскольку, ты не можешь позаботиться о собственных носках, глупо ожидать, что ты это знаешь.

Я усмехнулся. Девушки в нашем офисе каждый день болтают о моде, поэтому я был достаточно подкован в этой области, чтобы удивить Кортни.

Я постараюсь проигнорировать твой сарказм, и ошеломлю своим знанием моды. Строгий костюм цвета тауп (п.п.: благородный серо-коричневый цвет с лёгким шоколадным оттенком) и блузка слоновой кости – это стильно. Сексуально. Мило.

Ух ты! Я впечатлена, что ты знаешь цвет тауп. А со второй частью я бы поспорила.

«Почему она всегда отмахивается от комплиментов?».

Уверен, другие согласны со мной.

Сомневаюсь.

Я нахмурился. У Кортни была соблазнительная фигура и тёмные волосы. Я готов был поспорить – она выглядела потрясающе в своём наряде. И без сомнения, сексуально.

Все же хорошо, что этим вечером она не пойдет на ужин. Пара-тройка докторов уж точно положили на нее глаз. И я не хотел, чтобы кто-то из этих ублюдков оказался рядом с Кортни.

Я останусь при своём мнении. Не забудь взять на пробежку свой телефон.

Да, сэр.

Я усмехнулся.

Сэр? Мне это нравится.

Не привыкай.

LOL. Никогда, мисс Шеф-повар. Дай мне знать, когда вернёшься с пробежки. Надеюсь, ты наденешь носки?

Да.

До тех пор я буду мучиться предположениями... чёрные... белые... розовые... может, жёлтые?

Псих.

Береги себя, мисс Шеф-повар.

22:00

Я метался по дому, потому что Кортни не звонила и не отвечала на мои звонки.

«Она уже давно должна вернуться с пробежки, если вообще пошла на нее. Вдруг мнимый доктор оказался реальным и перехватил Кортни, прежде чем она покинула конференц-зал? Сейчас Кортни попивает вино с этим ублюдком, а он продумывает способ затащить ее в постель! Этот грёбаный доктор... этот развратный ублюдок позарился на то, что должно стать моим!»

Допив пиво, я покачал головой.

«Ну и буйная же у меня фантазия. Это ведь Кортни! Она настолько застенчивая, что даже боится встретиться со мной лицом к лицу».

Скорей всего, Кортни засиделась на презентации о генах... их структуре. Чтобы это не значило. Готов поспорить, это была захватывающая лекция. И поздно отправилась на свою пробежку.

«Нет, она опаздывает, потому что этот говнюк перехватил ее, – шептал мой разум, – очаровал её».

Мой гневный рык разорвал тишину гостиной.

«Ну, где же она?»

 Встав, я отправился на кухню, взял ещё пива, и чуть не споткнулся о собственные ноги, рванув, к зазвонившему телефону.

– Кортни, с тобой всё в порядке?

– Хм, я в порядке. Ты чем-то расстроен?

– Я звонил тебе, – с укором сказал я. – Ты не отвечала. Я волновался.

– Я была на пробежке. В руке я держала iPod, а телефон был в кармане. Я не могу нести и то, и другое.

Объяснение Кортни было вполне логичным, но все равно мне не понравилось. Я раздраженно фыркнул.

– Нам нужно модернизировать тебя. Мы купим тебе iPhone. Будешь бегать и слушать музыку, а когда я позвоню, сможешь ответить на звонок.

Кортни усмехнулась.

– Это не обязательно. Всё, что ты услышишь, как я тяжело дышу тебе в ухо, пока бегу. Можно просто подождать немного,  потом поговорить нормально.

Рассуждения Корини позабавили меня, и, кончено, я не удержался и поддразнил ее:

– Я хотел бы это услышать.

– Услышать что?

– Как ты тяжело дышишь мне на ухо.

– Прекрати, – выдохнула Кортни.

Я усмехнулся; мне нравилось дразнить её. И мне нравилась её реакция.

– Почему ты отправилась на пробежку так поздно? Я думал, ты собиралась сразу после генной... фигни.

Кортни рассмеялась.

– Ты забыл о разнице во времени, Нат? Здесь сейчас только семь вечера. Доклад оказался настолько интересным, что я осталась поговорить с доктором, который устраивал его, поэтому на пробежку отправилась позднее.

Я резко выпрямился.

«Я знал! Я так и знал! Ах он ублюдок!»

– Доктор... ты говорила с доктором?

– Да, Нат. Это медицинская конференция. Здесь много разных докторов.

Мой желудок сжался.

– Ты в порядке? Он подкатывал к тебе?

– Ты вообще о чём?

– Этот доктор, он беспокоил тебя? Приставал?

В телефоне послышался смех Кортни.

– Нет. Она была великолепна. Как и я, она проводит исследования, мы выпили кофе и немного поговорили. Нат, ты слишком много выпил сегодня?

– Нет. Я просто волнуюсь.

– Почему ты так переживаешь из-за меня?

Я вздохнул.

– Переживаю и всё. Думаю, тебе нужен кто-то, кто заботился бы о тебе.

– Я могу сама позаботиться о себе. Я делала это большую часть своей жизни.

Я хотел сказать, что ей больше не придётся этого делать. Что теперь я хочу заботиться о ней. Но тон голоса Кортни подсказал – мое заявление ее не порадует и что прямо сейчас я ступил на опасную территорию.

– «Заборные друзья» всегда так поступают, мисс Шеф-повар, – пошутил я. – Это в правилах под номером четыре.

Кортни помолчала, но затем хихикнула. Я снова смог поднять ей настроение.

– Похоже, я что-то пропустила.

– Возможно, тебе нужно изучить их получше.

На этот раз Кортни рассмеялась.

– Я бы с радостью, но не найду свою копию правил. Одолжишь твою?

Я усмехнулся.

– Вышлю на e-mail.

– Ты это можешь.

– Значит, никто не беспокоил тебя сегодня? – уточнил я,  возвращаясь к прежней теме. – Никакой озабоченный доктор не домогался и не пытался споить?

– Нат, пьяный сегодня только ты. С чего ты так возненавидел докторов?

Я пожал плечами.

– Уверен, среди них полно охотников на женщин, вот и всё.

Кортни хихикнула.

– Если они охотятся, то точно не за мной. Ты уже ужинал?

– Э-э… нет.

– Почему? Ты что, заболел? Ты никогда не пропускал ужин.

Не стану скрывать - мне нравилось слышать нотки беспокойства в голосе Кортни.

– Я отвлёкся.

– Что делал?

– Ждал твоего звонка.

– Тебе нужно научиться заниматься несколькими делами одновременно.

Я рассмеялся. А затем в фоновом режиме услышал стук.

– Кто это? – Мой разум сразу представил развратного доктора, который стоял по ту сторону двери, готовясь наброситься на Кортни.

– Обслуживание номеров.

– Хорошо. – Я с облегчением вздохнул. – Я дам тебе поесть. Поговорим потом?

– Правда? Ты этого хочешь? – неуверенно переспросила Кортни.

– Да. Ты должна уже это знать, – мягко отругал ее я. – Я пока доем свою запеканку. А ты, как только закончишь с ужином, позвони мне или пришли сообщение, хорошо?

– С радостью.

Уплетая вкуснейшую запеканку мисс Шеф-повар, я размышлял:

«Я скучаю по Кортни. Я счастлив от одной лишь мысли, что завтра она вернётся домой. Даже не вспомню, когда испытывал нечто подобное».

Я покачал головой.

Я и не заметил, как сильно стал зависеть от присутствия Кортни. Как быстро привязался к ней. Похоже, она тоже скучала по мне, но… Кортни видела в нас только друзей –  «заборных друзей», а мне этого недостаточно. Я хотел большего. Я уже считал Кортни своей.

«Но захочет ли Кортни что-то менять? Захочет ли стать моей девушкой? Или для неё я просто забавный парень, живущий по соседству, пресловутый бездомный кот, которого ей немного жаль и которого она кормит?»

 Мне хотелось взять телефон и просто спросить её об этом, но понимал, что не могу. Я знал, что должен действовать медленно, но мечтал ускорить ход событий.  Вот только я не знал, как сделать это и не отпугнуть Кортни.

Я сидел, уставившись на телефон, и ждал. Сначала Кортни будет размышлять что лучше: позвонить или написать сообщение, а потом ей потребуется время, чтобы набраться смелости… уж лучше взять дело в свои руки.

Кортни становилась намного смелее в смс-переписке, и я знал, как заставить её улыбнуться.

Знаешь, я всё ещё жду. Кажется, ты опять забыла.

?

Носки. Цвет?

Ох...

Ну же, давай!

Розовый, зелёный, жёлтый и синий.

Вау... ты пробегала мимо магазина красок, когда там рвануло?

Ха-ха, горошек.

О... секси.

Ага, носки в горошек очень сексуальны. НЕТ.

Готов поспорить, на тебе они так выглядят.

Прекрати.

Нет. Это часть моего обаяния.

Так вот это что?

Да. Так что привыкай, я пока просто разминаюсь.

Ты меня вроде как предупреждаешь?

Можно сказать и так. Ты будешь дома, когда завтра я приеду с работы?

Да, я прилетаю после обеда.

Тогда я буду ждать тебя у забора.

Хорошо.

Моя рука соскучилась по твоей.

Ты с ума сошел.

Мы уже это обсуждали. Только по тебе.

*закатила глаза* Ты поел?

Да. Вкуснятина. Я оставил кусочек для завтрашних пыток коллег. Жизнь прекрасна.

Иди спать.

Скоро... Ты ведь никуда не пойдёшь, правда?

На улице так хорошо, я хотела прогуляться. Расслабься, я возьму телефон, и не буду уходить далеко, ок?

Хммм... только держись подальше от докторов. Если кто-то из них подойдёт, то бей по яйцам и делай ноги.

*хохочу* Что это сегодня с тобой и с докторами?

Когда-нибудь объясню.

Я напомню. Если мне нужно избегать докторов, то и ты держись подальше от этой потаскушки Мари Каллендер (п.п.: Мари Каллендер – торговая марка, выпускающая готовые замороженные ужины для разогрева в микроволновой печи).

Смеясь, я написал ей ответ.

Договорились. Её прелести больше не греют. Поняла?

Ты в ударе сегодня.

Дашь мне знать, что ты благополучно вернулась.

Это всего лишь прогулка. Я не хочу тебя будить.

Пожалуйста.

Ладно, паникер.

Да, я такой. Спокойной ночи, Кортни. - хх -

Спокойной ночи.

Мис Шеф-повар... я жду.

?

Ты знаешь, что. Давай.

- х -

Мило. Но я дал тебе два.

- хххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх -

Ну вот, теперь я чувствую себя слишком легкодоступным. Мы переписываемся всего несколько дней... Обычно, я так не спешу.

LOL. Обрати внимание на комментарий о своей невменяемости. Я забираю все «х», кроме двух. Так тебя устроит?

Не-а. Они все мои. Сохраню их.

Сдаюсь. Ты хуже ребёнка.

Кортни?

Да?

Я рад, что ты завтра возвращаешься домой.

Я тоже.

Приятной прогулки.

Усмехнувшись, я плюхнулся на матрас. Завтра Корти будет дома. Мы соскучились друг по другу. Последние несколько дней доказали - между нами всё же были какие-то отношения. Теперь я хотел выяснить какие именно.

Теперь у меня была лестница. Можно было продолжать общаться через забор, но пришло время преодолеть препятствие, что нас разделяло. Пришло время встретиться с моей соседкой.

Лицом к лицу.

Глава 15

День тянулся невыносимо долго, и мне хотелось подтолкнуть стрелки часов и приблизить вечер.

Сегодня Кортни возвращалась домой. Сегодня вечером я услышу ее нежный голос и смех. За последние дни я соскучился по всему, что ее олицетворяло – разговорам, поддразниваниям, стряпне и особенно по нерешительному пожатию руки через забор. Все это время я чувствовал себя пустым. Таким же пустым, как дом Кортни в отсутствии хозяйки.

Я твёрдо решил – сегодня вечером, после ужина, приглашу Кортни на свидание. В крайнем случае, на кофе. Мы можем устроиться на её заднем дворе. Место меня не интересовало, главное, чтобы мы были вместе, и никакого забора между нами. А если и это предложение Кортни отвергнет, то я поднимусь по лестнице, усядусь на забор и буду сидеть пока она не почувствует себя достаточно комфортно и позволит мне приблизиться. Я буду терпелив. Я знал, что нравился Кортни, а она даже больше, что просто нравилась мне. Я хотел узнать ее по-настоящему, и не через забор, который должен исчезнуть из наших отношений. Навсегда.

Завернув на свою улицу, я нахмурился. У дома Кортни стоял большой безвкусно расписанный грузовик. Я никогда не видел, чтобы к ней приезжали гости, а уж такой омерзительный грузовик я бы обязательно запомнил. Кто-то явно хотел обратить на себя внимание. Такое чудовище водят, если хотят, чтоб люди тебя замечали. Ярко-жёлтое пламя на ярко-оранжевой покраске и огромные шины просто кричали: «Посмотри на меня!».

Припарковав машину в гараже, я вошел в дом и поспешил в спальню, чтобы принять душ и переодеться. Проводя расческой по волосам, я рассматривал себя в зеркале и невольно задавался вопросом: понравится ли Кортни то, что она увидит? Мои имбирно-рыжие волосы имели собственный характер, приручить их было невозможно, и я давно с этим смирился.

«Кортни любит красный цвет. Может, это сыграет в мою пользу?»

Я был худым, высоким и выглядел бы долговязым, если бы не каждодневные тренировки, позволившие накачать приличную мышечную массу. На лицо я был симпатичным, и женщины частенько упоминали мои ярко-голубые глаза. Никаких модельных конкурсов я, конечно, не выигрывал, но надеялся, что Кортни одобрит мою внешность.

Я пошёл на кухню, взял вино и небольшой букет цветов, который, поддавшись импульсу, купил для Кортни. Лилии в середине букета натолкнули на мысли о ней, и я решил, что ее порадует этот небольшой знак внимания. Мне хотелось, чтобы Кортни знала, как сильно я скучал по ней. Я колебался, интересуясь, кто же у неё дома, а затем решил просто выйти на свой двор и выпить пива. Когда гость Кортни уедет, она, несомненно, выйдет, и я подарю ей цветы. Она же знала, что я ее жду.

Я поднялся по лестнице и положил букет на карниз забора. Выйдя из дома, Кортни сразу заметит его, и это заставит её улыбнуться.

Сев, я открыл пиво и с удовольствием сделал большой глоток. Приготовившись ждать, я откинулся на спинку стула, но сразу же выпрямился, услышав громкие голоса по соседству. А если точно, я услышал, как злой мужской голос кричал на кого-то. Определенно на Кортни. Встав, я вернулся к забору и стал прислушиваться. Какое-то время стояла тишина, но затем я услышал это снова – мужчина кричал на Кортни. Не задумываясь, я поднялся по лестнице, чуть помедлил, но тут до меня донесся испуганный и умоляющий голос Кортни, и это решило дело.

«Что-то явно было не так!»

Не обращая внимания на лестницу, прислоненную к ее стороне забора, я спрыгнул прямо на землю, и быстро направился к двери. Я заглянул внутрь и похолодел от увиденного. Незнакомец, держа руки Кортни, прижимал ее к стене и что-то орал. Сама Кортни дрожала и умоляла.

Ярость взорвалась во мне белым пламенем.

«Я должен остановить его! Прямо, черт побери, сейчас!»

Раздвижная дверь скрипнула, когда я торопливо ее открыл. Крики сразу стали громче и оскорбления, которые незнакомец метал в Кортни, словно рикошетили по комнате. С разбегу я двинул парня плечом в бок. Он отлетел от Кортни и с силой ударился о противоположную стену, от чего задрожали фотографии – одна упала на пол, стекло в рамке разбилось вдребезги. Шокированный вздох Кортни, удивлённое проклятие парня, а затем тишина.

– Дама попросила тебя прекратить, – зарычал я и, защищая, встал перед Кортни.

Парень изумлённо уставился на меня.

– Кто ты такой, чёрт побери? Откуда взялся?

Я покачал головой.

– Тебе, мудак, не позволяли задавать вопросы. Кто ты, блядь, такой, и почему придя к ней в дом, кричишь на неё? Причиняешь ей боль? – я угрожающе шагнул вперёд.

Он бросил хмурый взгляд на Кортни и указал на меня пальцем.

– Кортни, что это за хрен? – Переведя взгляд на меня, он заорал: – Вали отсюда! Это семейное дело, в которое любопытным соседям нечего совать свой нос. Возвращайся туда, откуда пришёл!

Я повернулся так, чтобы парень не смог видеть Кортни и впился в него взглядом.

– Не тебе принимать такое решение, – произнес я низким и угрожающим голосом. –Ты больше никогда не заговоришь с ней, ублюдок. Я никуда не пойду. Уберёшься отсюда ты.

Я потянулся и нашёл дрожащую руку Кортни.

– Кортни, звони в полицию.

Она крепко схватилась за мою руку и, успокаивая, сжал её ладонь, молча давая понять, что теперь она в безопасности.

– Да, давай, Кортни, звони, – язвительно рассмеялся парень. – Посмотрим, с кем копы в первую очередь начнут разбираться: с членом твоей семьи или с соседом, явившимся без приглашения и напавшим на меня.

Я в ужасе уставился на него.

"Это брат Кортни?!"

Я вспомнил, сказанные ею слова: «Фактически каждый день без них является для меня хорошим».

– Уходи, Энди. Пожалуйста... оставь меня в покое, – умоляюще прошептала Кортни.

– Мы ещё не закончили. Скажи этому мудаку...

Но договорить он не успел. Я рванулся вперёд, одной рукой схватил его за горло, а другой с силой ударил в живот. Его стон боли принёс мне удовлетворение, и я с ненавистью уставился на него.

– Кортни попросила тебя уйти. У тебя есть два варианта. Либо ты делаешь то, что она сказала, либо я прошу её пойти в полицию. Пока она ходит, мы с тобой выясним, что бывает, когда сталкиваешь с равным тебе по силе противником. – Я понизил голос ещё больше. – Обещаю, добром это для тебя не кончится.

Я крепче сжал его горло, перекрывая подачу воздуха. Я без сожаления смотрел, как начинает краснеть его лицо, а глаза вылезают из орбит.

– Натан, отпусти его, – дрожащим голосом произнесла из-за моей спины Кортни. – Он уйдёт. Правда, Энди?

Энди что-то прохрипел. Я разжал руку и смотрел, как он пытается набрать в лёгкие побольше воздуха.

– Мы ещё не закончили. – Он глянул на Кортни. - Ты нам должна, ленивая, неблагодарная сука…

Меня достал этот мудак. Я вывернул ему руку и впечатал в стену, на этот раз лицом. Он махнул свободной рукой, зацепил еще одну фотографию и стоявший рядом небольшой столик. Они с грохотом упали на пол. Кортни за моей спиной испуганно хныкнула. Я отчаянно хотел повернуться и убедиться, что она в порядке, но сначала следовало разобраться с первопричиной ее страха. Схватив Энди за шею и держа руку под углом, который, как я знал, был весьма болезненным, я стал подталкивать его к выходу. Открыв парадную дверь, я вытолкнул ублюдка на улицу. Я возвышался над ним, когда он неловко упал на колени, постанывая от боли.

– Держись, бля, от неё подальше. Ты меня понял?

Он медленно встал и с ненавистью посмотрел на меня.

– Это не твоё собачье дело!

Я прищурился и сжал кулаки.

– Ошибаешься, мудак. Всё, что касается это девушки – моё дело. Держись от неё подальше. Если снова приблизишься к ней, то пожалеешь. Чтобы добраться до неё, тебе придётся пройти мимо меня. А этого не произойдёт.

Глядя на меня, он сузил глаза.

– У меня есть друзья в полиции. Я заявлю, что ты напал на меня.

Я зло рассмеялся.

– Давай, придурок. У меня тоже есть друзья, и они рангом повыше, чем местные копы. Кортни выдвинет обвинения, и я кое-что добавлю от себя. Мы начнем с взлома и незаконного проникновения, добавим физические насилие, угрозы. Твоя нынешняя вольная жизнь закончится, ты и глазом не успеешь моргнуть.

Энди пошатнулся. Я понимающе ухмыльнулся. Такие как он предпочитали сами угрожать, а когда им угрожали, поджимали хвосты.

Я шагнул вперёд и чуть не рассмеялся, когда он попятился от меня.

– Ты меня услышал? Держись подальше. У нее нет никаких долгов перед тобой, понял? Забудь о них. Она ничего тебе не должна.

Я впился в него взглядом и не удивился, когда Энди первым отвёл глаза в сторону.

– Меня уже тошнит от тебя. – Кивком головы я указал в сторону грузовика. – Тащи свою задницу в тот кусок дерьма, которым компенсируешь свои физические недостатки и уезжай. Тебе здесь не рады. И никогда не будут.

Мешкая, Энди бросал взгляды позади меня.

– Даже не думай смотреть на неё, – зарычал я. – Пошел прочь.

Он, прихрамывая, направился к своему грузовику. Громкий грохот его двигателя заставил меня закатить глаза. Он сразу не понравился мне из-за своего кричащего грузовика, но его отношение к Кортни превратило неприязнь в отвращение и ненависть.

Когда стих шум автомобиля, я быстро вернулся в дом и запер за собой дверь. Пройдя по коридору, я увидел Кортни, которая сидела на коленях и дрожащими руками собирала с пола осколки стекла.

Я присел рядом с ней и нежно обхватила её руку.

– Остановись, – прошептал я. – Я сам. Ты порежешься.

Кортни проигнорировала меня и попыталась собрать еще больше осколков. Она дрожала, словно от озноба и мне так хотелось обнять ее и утешить, но вместо этого я сильнее сжал ее руку и убрал от осколков.

– Пожалуйста. Перестань.

– Мне жаль, что ты все это видел, Натан, – опустив голову, хриплым, полным боли голосом пробормотала Кортни.

– Это был твой брат?

Она кивнула и спрятала лицо в ладонях. Ее плечи поникли и начали подрагивать. Я встал и молча потянул Кортни за собой к дивану. Она забилась в угол, а я сел рядом, обнял и крепко прижал к себе.

Кортни была напряжена и не позволяла себя утешить.

– Кортни… – начал я.

– Ты должен уйти. Пожалуйста.

Я смотрел на опущенную голову Кортни, желая только одного, чтобы она подняла ее и позволила увидеть свое лицо.

– Я не оставлю тебя одну.

– Натан... пожалуйста. Просто дай мне немного времени... я скоро займусь твоим ужином.

«Она что серьёзно?!»

– Да плевать мне на ужин!

Кортни напряглась ещё больше, и я немного смягчил свой голос.

– Я не оставлю тебя одну после всего, что сейчас произошло.

– Я не могу... не могу... – прошептала она срывающимся голосом.

Я ещё крепче обнял её.

– Не можешь что?

– Я не смогу... справиться с этим... Я не... хочу, чтобы ты... увидел...

Кортни снова затрясло. Я придвинулся ближе, прижал её к своей груди и начал покачивать, запустив пальцы в её волосы и нежно поглаживая густые локоны.

– Я хочу увидеть. Освободись от этого. У тебя есть я, – шептал я ей на ухо и сжал руки, когда Кортни попыталась отстраниться. – Я здесь. Ты не одинока. Я не оставлю тебя.

Внезапно Кортни обмякла в моих объятиях, обхватила за шею и разрыдалась. Я притянул ее ближе и успокаивающе поглаживал по спине. Ее горестный плачь отзывался болью в моем сердце. Кортни казалась такой податливой в моих руках, её соблазнительное тело прекрасно подходило моему. Я крепко обнимал её, слушая, как она, наконец, позволяет излиться своим эмоциям и принимает утешение, которое я так отчаянно хотел ей дать. Бессвязные слова срывались с её губ, и я не пытался остановить этот приглушённый лепет. Ей нужно было высказаться, даже если это не имело для меня никакого смысла. Но те несколько слов, которые я смог разобрать, заставили меня нахмуриться.

Недостойная. Нелюбимая. Бесполезная.

Я покачал головой. К Кортни это не имело никакого отношения. Я точно знал.

Я оставлял нежные поцелуи на волосах, а затем прижался к ним щекой и вдохнул запах. Я тихо напевал и покачивал Кортни, ненавидя, что ей причинили боль, и испытывая благодарность, что помог пройти через нее.

«Не так я представлял её возвращение домой…».

Постепенно рыдания стихли, дрожь унялась. Наклонившись, я взял салфетки со стола рядом с нами. Корнтни снова напряглась, и я неохотно выпустил её из своих объятий.

Молча, я вложил несколько салфеток в её руку, а затем нежно собрал волосы, убирая их с её лица. Я мог видеть бледную кожу, покрытую пятнами и мокрую от слёз, но не глаза – они остались опущенными. Пока Кортни салфетками вытирала свои щёки и, пытаясь взять себя в руки, я спокойно изучал черты её лица. Она была так прекрасна, как я и предполагал. А возможно даже больше.

– Я...

– Нет. Не нужно, – осторожно перебил её я. – Тебе не за что извиняться.

Мы оба помолчали.

– Пойду сделать нам что-нибудь выпить, – тихо сказал я, продолжая нежно поглаживать локоны Кортни. – Думаю, нам обоим это нужно.

– Я не держу спиртное, но в шкафчике на кухне есть ликер, – прошептала она.

– Хорошо. – Я остался сидеть. – Кортни, посмотри на меня. Пожалуйста.

Она вся замерла. Тревога скатывалась с нее волнами.

Протянув руку, я обхватил её подбородок и приподнял лицо.

– Открой глаза, Кортни. Позволь мне увидеть тебя.

Ее руки на моей груди сжались в кулачки.

Кортни медленно и нерешительно открыла глаза и… я ахнул.

11 Глава 16

Я вздохнул и выбросил последние осколки в мусорное ведро. После того как Кортни оттолкнула меня и скрылась в своей спальне, мне нужно было чем-то занять себя, чтобы не пойти за ней. Я поставил на место стол, поднял разбитые фотографии и заказал пиццу. Затем осмотрел скудные запасы в баре, взял водку и сделал нам крепкие коктейли. Я определенно нуждался в этом и подозревал, что Кортни тоже. Стоя на кухне, я попивал коктейль и рассматривал черно-белые фотографии. Обе были сделанные в лесу – одиноко стоящие деревья с изогнутыми стволами и переплетёнными кронами, совершенные и ненавязчиво красивые в своей простоте. Рассмотрев фото поближе, я заметил в углу подпись «Кортни» и улыбнулся. Я не удивился, узнав, что именно она их сделала. Снимки кричали об одиночестве и грусти. Эти же эмоции плескались в глазах Кортни, когда она посмотрела на меня.

Я взглянул в сторону спальни и мой желудок совершил кульбит. Вероятно, Кортни не хотела, чтобы я оставался в ее доме, но уходить я не собирался. Я не мог оставить ее одну, после того, что случилось с ее братом и моей реакции на ее глаза.

Ожидая, когда Кортни откроет их, я с жадностью рассматривал ее лицо, впитывая  каждую черточку. Мягкие округлые щёки, россыпь веснушек на переносице, тёмно-розовые пухлые губы, которые просто умоляли о поцелуе. В уголке левого глаза родинка, придающая лицу Кортни неповторимое очарование. Длинные тёмные локоны каскадом  опускались на плечи, и мои пальцы нежно перебирали их, пока я просил Кортни взглянуть на меня. Она была так соблазнительна и чувственна, как я себе и представлял, но именно глаза Кортни заставили меня ахнуть вслух. Учитывая ее темные волосы, я ожидал, что их цвет будет карим или голубым, как мои, но вместо этого из-под тёмных ресниц Кортни на меня взглянул один голубой и один зелёный глаз. Они были такими яркими, и от этого еще более уникальными. Я в жизни не видел ничего красивее, и  невольный звук восхищения, сорвавшийся с моих губ, потряс и меня самого, и Кортни. Она тут  же  спрыгнула с моих коленей и убежала. Я слышал, как захлопнулась дверь ее спальни, и с досадой потер лицо руками, понимая, что именно моя реакция так огорчила Кортни.

Я раскаянно покачал головой, думая об этом, убрал щетку, которой собирал осколки,  и снова взял коктейль.

Дальше по коридору открылась дверь, и послышались шаги. Кортни чуть помедлила у дверей кухни, а затем медленно вошла. Я вручил ей бокал с коктейлем. Она сделала маленький глоток и поморщилась.

– Слишком крепкий? – тихо спросил я, боясь, что если заговорю громче, то испугаю Кортни.

– Я, э-э, редко пью, – призналась она, глядя на фотографии.

Взяв у нее стакан, я вылил половину в мойку, добавил апельсиновый сок и отдал обратно. Она отпила, не кривясь, пока проводила пальцами по разбитым рамкам фотографий. Теперь, когда Кортни стояла рядом, я понял насколько она невысокая, но мне это даже нравилось. Когда я буду обнимать Кортни, то её голова отлично впишется под мой подбородок. Представив себе это, мне пришлось подавить отчаянно желание привлечь Кортни к себе и почувствовать мягкость её тела.

– Фотографии не пострадали, –  заверил я. – Завтра купим новые рамки и я повешу их на стену. Это ты фотографировала, Кортни?

– Да, – прошептала она.

– Очень круто. Ты – талант.

Она молча пожала плечами, продолжал гладить рамку.

– Я заказал пиццу на ужин.

– Я в порядке, Натан. Не нужно со мной нянчиться.

– Вот и хорошо. Потому что я здесь не для этого.

Кортни посмотрела на меня своими прекрасными глазами, но тут же отвела взгляд.

«Так не пойдет!».

Я хотел, чтобы Кортни глядела на меня, поэтому встал перед ней, забрал стакан и поставил на кухонную стойку.

– Эй, посмотри на меня, – я чуть присел, побуждая Кортни исполнить мою просьбу, и нежно взял за руку.

Покорные, печальные, необыкновенные глаза медленно встретились с моими. Вздохнув, я сжал руку Кортни, и произнес то, что давно хотел:

– Привет, мисс Шеф-повар. Приятно наконец-то встретиться с тобой.

Кортни моргнула.

– Привет, Натан.

 В потрясающих глазах Корини клубились смятение, тревога и в самой глубине печаль.

– Кортни, – вздохнул я. Медленно, чтобы не напугать, я поднял руку и погладил её теплую щёку, нежно лаская пальцем нижнее веко. – Прости.

Она обречённо пожала плечами.

– Да ладно, я знаю, что это аномально. Люди всегда реагируют. Мне это не нравится, но я привыкла, – чуть тише добавила она.

Я покачал головой, и слегка сжала её щеку.

– Ты не поняла.

Кортни растерянно нахмурилась.

Я смотрел на неё, пытаясь удержать взгляд.

– Твои глаза не аномальные, – я глубоко втянул в себя воздух,  – они самые потрясающие глаза, что я видел в жизни. Я не был готов к такой невероятно красоте. Я буквально забыл, как дышать.

Кортни с недоверием смотрела на меня.

– Твои глаза гипнотизируют меня. Я хочу потеряться в них, – я заколебался, но потом рванул вперед. – Я хочу потеряться в тебе.

– Что? – растерянно прошептала она.

Раньше я говорил себе, что не буду спешить с Кортни, проявлю терпение, но теперь решил послать все это к черту.  Я знал, чего хотел, и она была прямо передо мной. Я действовал слишком быстро, но понимал – другого шанса у меня может и не быть, поскольку Кортни слишком пуглива.

– Я не хочу больше быть просто соседом через забор. Я хочу быть здесь. С тобой. Я хочу проводить с тобой время и узнавать тебя, – я улыбнулся ей, снова нежно проведя пальцем под её глазами. – Я хочу видеть, как искрятся эти экзотические глаза, когда ты улыбаешься. Когда ты смеёшься. Боже, Кортни, как же я люблю твой смех.

– Экзотические? Ты считаешь, мои глаза... экзотическими?

Я кивнул.

– Экзотическими, интригующими, ослепляющими, – я тихо вздохнул, – и слишком печальными. Я не хочу, чтобы в них была грусть.

Я шагнул ближе, обнял Кортни одной рукой, привлек к себе, и сразу же почувствовав, как она напряглась.

– Я смогу сделать так, чтобы твои глаза сияли, только дай мне шанс.  Доставь мне удовольствие это увидеть. И знать, что я могу сделать это для тебя. – Я нежно поцеловал Кортни в лоб, ощущая губами ее теплую кожу. – Пожалуйста.

Она тихо хныкнула, обвила мою шею руками и  прижалась лицо к груди, подходя мне именно так, как и я представлял. Я чувствовал, как Кортни дрожит, когда я привлёк её ближе к себе. Я наслаждался тем, как ее соблазнительное тело ощущалось в моих объятиях. Одну руку я запустил в её густые шелковистые волосы, и принялся слегка покачивать нас. Я чувствовал, что это именно то, что ей нужно. Объятия и комфорт. Я нуждался в этом не меньше.

Прозвучала трель дверного звонка, и Кортни резко отпрянула от меня.

– Всё в порядке. Это всего лишь пицца. Подготовь пару тарелок, хорошо? Я скоро вернусь.

– Хорошо.

Корти стояла у кухонной стойки, когда я вернулся обратно.

– Я... э-э… подготовила привычное для тебя место, – сказал она с дрожащей улыбкой и указала на плиту.

Я усмехнулся и поставил коробки на плоскую поверхность. Недолго думая, я наклонился и поцеловал Кортни в щёку, чуть дольше, чем необходимо прижимаясь губами к ее нежной коже.

– Хорошо, что я научил тебя правильному использованию, – подмигнул я. – И рад видеть, что ты открыта для новых идей.

 Щеки Кортни залились румянцем. Я улыбнулся и открыл коробки.

 – Моя очередь кормить тебя. Мясная или вегетарианская?

Она улыбнулась.

– Вегетарианскую, пожалуйста.

– Почему-то я в этом не сомневался.

Ужин прошел в тишине. Кортни отщипнула всего пару кусочков от пиццы, но я и не уговаривал ее съесть больше, поскольку понимал – она всё ещё расстроена. Её взгляд метался по комнате, лишь иногда останавливаясь на мне. Я чувствовал, что она нервничает из-за того, что я рядом, но не совсем понимал, почему. Я встал, смешал нам по еще одному коктейлю, и на этот раз Кортни не возражала против количества водки, которое я смешал с апельсиновым соком. Я надеялся, что алкоголь поможет ей расслабиться.

Поужинав, мы устроились на диване. Котрни забилась в самый угол и поджала под себя ноги. Я сел рядом и неуверенно сжал ее руку. Кортни молча посмотрела на меня, а затем опустила свои прекрасные глаза.

– Хочешь поговорить о том, что произошло? – тихо спросил я.

В тяжелом вздохе Кортни слышалась боль.

– Это был мой брат.

– Угу, – фыркнул я. – Отвратительный у него грузовик. И чего же хотел твой брат?

– Мой отец сейчас в больнице. Ему там не нравится. Он хочет вернуться домой, но нуждается в постоянном уходе. У него был инсульт, и он так и не оправился полностью.

– И как это связано с тобой?

– Они с Энди считают, что я должна вернуться и снова ухаживать за ним.

Я фыркнул.

– А что насчёт твоей работы? Твоей жизни?

Кортни пожала плечами.

– Это не важно, Натан. По крайне мере, для них. Энди не хочет заботиться о папе и менять свою жизнь ради этого.

Я нахмурился.

– И они считают, что это должна сделать ты?

– Да.

– Ерунда какая-то. С чего они это взяли?

– Они думают, что я в долгу перед ними.

– Я слышал, как этот мудак говорил о каком-то долге. О чем это он?

Кортни, не мигая, смотрела на меня широко распахнутыми глазами.

– Потому что это была моя вина.

– В чем ты виновата?

– Из-за меня мама попала в аварию.

Я удивленно пялился на Кортни.

«Мама умерла, когда Кортни была ребёнком, – припомнил я. – Но как ребенок может быть виновен в смерти взрослого?»

Кортни вдруг вскочила с дивана и обняла себя руками.

– Тебе пора идти, Натан.

– Кортни...

Она отчаянно покачала головой.

– Я не хочу говорить об этом. Тебе даже не нужно беспокоиться. Я в порядке, правда. Прости, что тебе пришлось всё это увидеть. Я прослежу, чтобы он не беспокоил тебя.

Я тоже встал. Гнев забурлил в крови.

– Ему лучше не приближаться ко мне или к тебе!

– Я думала, что они, наконец, оставили меня в покое и просто позволят жить. Энди не понравилось, что ты вмешался, но я поговорю с ним.

– Нет, Кортни, – твёрдо сказал я.

Она посмотрела на меня своими прекрасными глазами, в которых стояли слёзы.

– Ты не должна говорить с ним. Он не имел никакого права приходить сюда и угрожать тебе.

Кортни обнимала себя и потирала плечи, словно озябла и пыталась согреться. Осторожно, я накрыл ее ладони своими.

– Он не вернётся сюда. Не приблизится к тебе. Я ему не позволю.

Я нежно надавил на её ладони, и нахмурился, когда Кортни поморщилась. Проигнорировав резкий вздох, я спустил джемпер с широким воротом с плеча Кортни и увидел большие синяки в том месте, где козлина-брат держал её.

– Какой же урод! – прошипел я.

– Это ничего, Натан.

– Ничего? Это ничего?..

– Это не в первый раз. – Кортни начала отстраняться от меня. – И не в последний.

Я не дал ей отойти – привлёк к себе и не отпускал, хоть и чувствовал, насколько она напряжена.

– Нет, это был последний раз.

Кортни задрожала, и я инстинктивно крепче ее обнял.

– Последний, – яростно настаивал я.

– Я не хочу тебя впутывать.

– Я уже впутался. – Я отступил назад, приподнял голову Кортни за подбородок и посмотрел в ее усталые глаза. – Ты мне доверяешь?

– Да, - прошептала она, не колеблясь, и меня накрыла волна удовлетворения.

– Тогда позволь мне этим заняться. Позволь сделать то, что нужно. Хорошо?

Кортни замялась и неуверенно взглянула на меня.

– Зачем тебе это?

Я нахмурился.

– Я хочу сделать это для тебя. Я должен. Пожалуйста.

– Хорошо.

Я снова опустил с плеча Кортни джемпер и сфотографировал синяки на телефон.

– Что ты собираешься с ними делать?

– У меня есть друг, который подскажет, как лучше с ними поступить. Я покажу фотографии ему. – Я поправил джемпер Кортни. – Если позволишь?

– Думаешь, он поможет?

– Уверен.

– Тогда показывай, – выдохнула Кортни.

– Спасибо, - сказал я, целуя ее в лоб

Я достал их холодильника кубики льда, завернул их в полотенце и передал Кортни.

– Приложи и подержи минут пятнадцать, это облегчит боль. Я бы дал тебе «Тайленол», но не стоит мешать обезболивающее с алкоголем. – Я подмигнул Кортни. – Хотя, ты и сама это знаешь, доктор Уайт.

Кортни улыбнулась дрожащими губами. В её изумительных глазах отражался вихрь эмоций. Она, естественно, очень устала. Долгий перелет, стресс из-за выступления на конференции и вдобавок к этому нападение родного брата в ее собственном доме.

Я заправил выбившуюся прядь волос Кортни за ухо.

– Тебе нужно поспать.

Кортни устало кивнула.

– Да, я вымоталась.

– Хорошо. Ты готовься, а я сейчас вернусь.

– Что?

– Мне необходимо взять кое-что и запереть дом. Потом я вернусь.

Кортни шокировано уставилась на меня.

– Ты и правда думала, что я оставлю тебя сегодня одну?

– Но...

Я покачал головой.

– Никаких «но». Я буду спать на диване. Ты будешь в безопасности.

– Я не могу просить тебя...

– А ты и не просишь. Это не обсуждается.

Кортни посмотрела через моё плечо на дверь, ведущую на задний двор.

– А как ты вообще сюда попал?

Я усмехнулся.

– Через забор. – Кортни, казалось, растерялась, поэтому я смущенно пожал плечами и пояснил: – Я, э-э, купил лестницу.

Её глаза расширились

– С лестницей мне было бы легче дотянуться до твоей руки. Я бы не пришёл, пока ты не готова. Пока ты бы сама не попросила. Но услышав, что происходит... я не мог остаться в стороне.

Кортни обхватила мою щеку, и я потёрся об её ладонь.

– Спасибо.

Я наклонился и нежно поцеловал Кортни в лоб.

– Я с тобой, Кортни. Я скоро вернусь. Ты будешь в порядке?

Она кивнула.

Я быстро вышел во двор, поднялся по лестнице, перемахнул через забор и спрыгнул на свою сторону.

Я взял несколько вещей на утро и iPad. Заперев дверь, я, прихватил бутылку вина, которую приготовил для сегодняшнего вечера, вернулся в соседний дом тем же путем, что и прежде. У забора со стороны Кортни я нашел букет. Должно быть, спеша добраться до нее, я сбросил цветы с карниза. Я занес букет внутрь, положил его на стол, а вино поставил на кухонный прилавок.

На диване в гостиной уже лежало одеяло и пара подушек. Я улыбнулся, уловив на наволочке нежный аромат Кортни.

Вскоре она сама появилась в дверях – с распущенными волосами, одетая в леггинсы и длинную мешковатую футболку.

– Я оставила тебе в ванной полотенце и зубную щётку, – смущённо сказала она.

Я с благодарностью улыбнулся.

– Спасибо, я и забыл принести свои.

Взяв букет, я медленно, не желая напугать, подошёл к Кортни.

– Я, э-э, купил их, чтобы поздравить с возвращением домой. Они упали с забора, – объяснил я, протягивая Кортни уже подвядший букет.

– Натан, они очень милые, – прошептала она, глядя на меня сияющими глазами.

– Букет э-э немного примялся с одного бока, – сказал я.

Уткнувшись в цветы носом, Кортни покачала головой.

– Они совершенны.

Мое сердце забилось часто-часто. Я чувствовал себя так, словно подарил ей охапку роз, а помятый маленький букетик.

Кортни наполнила вазу водой и поставила в нее цветы. Судя по тому, как трепетно она ласкала пальчиками лепестки, ей редко дарили цветы. Я собирался это изменить.

Подойдя, я снова привлек Кортни в свои объятия и зарылся носом в её волосы. Сопротивляться желанию постоянно прикасаться к ней я не мог.

– Хочешь взять цветы с собой? – тихо спросил я.

Кортни кивнула, и я осторожно повёл её по коридору в спальню. Я улыбнулся, когда она поставила вазу с букетом на прикроватный столик и снова нежно коснулась цветков. Я поднял лёгкое одеяло и жестом велел Кортни ложиться. Немного помедлив, она повиновалась. Я подоткнул вокруг нее одеяло, наклонился и ласково прошелся ладонью по волосам Кортни.

– Я буду в гостиной. Если что-то понадобиться, просто позови, хорошо? Ты в безопасности. С тобой ничего не случится.

– Хорошо.

– Спи. Увидимся утром.

Кортни схватила меня за руку и крепко сжала.

– Не знаю, что бы произошло, если бы не... – её голос затих.

Мой желудок совершил кульбит при мысли, что Кортни могла пострадать еще больше.

– Не думай об этом. Всё позади, и он больше не приблизится к тебе.

– Мне очень хочется в это поверить.

– Верь.

Я ободряюще улыбнулся, ещё раз поцеловал в лоб и выключил свет. Закрыв за собой дверь, и прислонившись к ней, я какое-то время просто молча стоял.

Было ужасно трудно удержаться, и не лечь с Кортни в постель, привлекая её к себе. Я хотел предложить ей безопасность своих объятий, но не был уверен, что она к этому готова.

Наконец я отодрал себя от двери и вернулся в гостиную. Сев на диван, я взял iPad и приступил к работе. Спустя полчаса, я встал, довольный тем, чего достиг и пошел в ванную, где использовал щетку, которую заботливо оставила для меня Кортни.

Проходя мимо её двери на обратном пути, я остановился. Мое внимание привлек странный звук, и только приложил ухо к двери, я понял, что это был приглушённый звук рыданий. Вздохнув, я тихо открыл дверь и вошёл в комнату. Уткнувшись в подушку, Кортни свернулась клубочком и плакала. Действуя инстинктивно, я лёг рядом и притянул ее к себе. Она замерла, но я не отпустил, положил её голову себе на грудь, и начал нашептывать слова утешения. Постепенно Кортни расслабилась и позволила прижать её к себе, пока смачивала слезами мою рубашку.

– Отпусти это. Теперь с тобой я, – тихо бормотал я ей в волосы. – Я не позволю ему снова приблизиться к тебе.

Кортни сжала в кулаках мою рубашку.

– Не... о себе…

Я немного отстранился и приподнял её подбородок.

– Что?

– Я не переживу… если он захочет отмстить… тебе – дрожа, она продолжала плакать.

Я крепко обнял Кортни.

«Так она волнуется за меня...».

– Этого не случится, – пообещал я ей. – Теперь у тебя есть я. Ты в безопасности. Я в безопасности. На ближайшие несколько дней мы обезопасим себя, а дальше будет видно.

– Обез… обезопасим? – заикаясь, спросила Кортни.

Я запустил пальцы в её густые локоны.

– Ты не останешься одна. По утрам я буду бегать вместе с тобой, затем отвозить на работу, забирать по вечерам и оставаться здесь ночью.

– Но...

– Он не посмеет снова приблизиться к тебе. Поверь мне, Кортни.

Она посмотрела на меня.

– Почему ты это делаешь?

Благодаря тусклому свету из коридора, я разглядел неуверенность в ее взгляде.

– Я хочу... большего, Кортни.

– Большего?

– Ты считаешь меня другом?

– Я считаю тебя своим лучшим другом, Натан.

У меня потеплело на душе.

– И ты мой лучший друг, но я хочу больше, чем дружба. Я уже говорил тебе, что буду тем, кем ты хочешь меня видеть. Если дружба – все, что ты можешь предложить на данный момент, а соглашусь и буду терпеливо ждать, но… – я глубоко вздохнул, – …я надеялся, что ты захочешь того же, что и я.

– Чего именно?

– Чтобы мы принадлежали друг другу.

В голосе Кортни сквозило недоверие.

– Ты хочешь... принадлежать мне?

– Да.

– Даже после этого? Даже после того, как увидел меня?

Я нахмурился.

– Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, но да. Не так я собирался сказать тебе о своих чувствах, и надеялся, что вечер пройдёт совсем по-другому, но это не меняет того, что я хочу.

– Ты на самом деле хочешь... меня?

– Безумно.

В комнате воцарилась тишина. Я отстранился и внимательно посмотрел на Кортни. Когда она встретилась с моим взглядом, её глаза показались мне невероятно большими.

– Никто не хочет меня.

– Значит, они полные идиоты. К счастью для меня.

Кортни нахмурилась.

– Я не понимаю.

Я принялся выводить ленивые круги на ее спине.

– Мы оба устали. Поговорим об этом завтра вечером, – я сделал паузу, желая заставить её подумать о чём-то ещё, кроме как о событиях этого вечера. Я хотел, чтобы прежде чем заснуть, она улыбнулась. – Думай обо мне, как о своем мобильном телефоне. Ты не знала, что он тебе нужен, а когда привыкла иметь его всегда под рукой, то удивилась, как раньше могла без него обходиться.

Кортни захихикала, и я усмехнулся, продолжая потирать её спину. Я чувствовал, что она расслабляется, устраивается поудобнее на моей груди. Вскоре слезы Кортни высохли и она совсем успокоилась.

– Хочешь, чтобы я вернулся на диван?

– Нет.

Я притянул Кортни ещё ближе к себе.

– Хорошо. Потому что здесь мне больше нравится.

Она вздохнула.

– Мисс Шеф-повар? – прервал я воцарившееся молчание.

– Мм?

– Я их не видел.

– Не видел что?

– Твои носки. Я отвлёкся и забыл посмотреть.

Она хихикнула.

– Серые. Без рисунка.

– Отлично. Они соответствуют моему нижнему белью. Тому, что обтягивает мою потрясную задницу.

Кортни опять хихикнула.

Наклонившись, я оказался рядом с её ухом.

– Если правильно разыграешь свои карты, то в ближайшее время сможешь сама увидеть ее.

Плечи Кортни затряслись от смеха.

Усмехнувшись, я продолжил.

– Я и так знал, что очарователен, – вслух размышлял я, – но сегодня, похоже, превзошёл самого себя.

Кортни взглянула на меня.

– Я почти боюсь спросить почему?

– Ты только сегодня вернулась, а мы уже спим вместе, – подразнил я. – Как же я все же крут!

Она задохнулась, а затем начала смеяться. Насыщенный звук наполнил комнату, и я присоединился к нему.

Когда смех затих, я чмокнул Кортни в макушку. А она в ответ оставила легкий поцелуй на моем подбородке. Я улыбнуться, зная, что поднял Кортни настроение. Она снова улыбнулась. Мне нравилось вызывать у неё улыбку.

– Ты просто с ума сошел, – прошептала она.

– Из-за тебя, Кортни. Только из-за тебя.

Я расслабился рядом с Кортни, с довольством наблюдая за тем, как она засыпает, обнимая меня одной рукой. Теплое чувство укрыло меня, словно одеялом и впервые за много лет я не чувствовал себя одиноким. Я чуть крепче прижал к себе Кортнии, улыбаясь, заснул.

Глава 17

Было так естественно проснуться рядом с Кортни у меня под боком. Я нежно коснулся ее щеки и улыбнулся, когда она, моргнув, широко раскрыла глаза, которые были всё также потрясающе красивы в бледном свете раннего утра.

Я наклонил голову и поцеловал Кортни в щеку.

– Привет, мисс Шеф-повар.

Кортни потянулась спросонок и робко улыбнулась, и только тогда я понял, как спутались наши тела. Приподняв одеяло, я посмотрел вниз, на наши переплетённые ноги.

– Думаю, не нужно спрашивать, как ты спала, – я многозначительно пошевелил бровями. – Очевидно, ты хорошо провела ночь. Ты не можешь удержаться, чтобы не коснуться меня.

Кортни смотрела на меня пару секунд, а затем расхохоталась. Она представляло собой прелестную картину – спутанная копна темных локонов, раскрасневшиеся от веселья щечки и сверкающие озорством прекрасные глаза, – которой я залюбовался.

– Ты не перестанешь... верно? – выдохнула она, продолжая смеяться.

Покачав головой, я перевернулся, и, опираясь на локти,  навис над Кортни.

Наши взгляды встретились, смех Кортни стих.

– Не перестану. Ты – захватывающее дух видение, когда вот так беззаботно веселишься.

– Видение? – нахмурилась Кортни.

Улыбнувшись, я провёл пальцем под её глазом.

– Я и прежде знал, что ты прекрасна, когда смеёшься. Но не представлял насколько. Твои глаза и правда – зеркало души, Кортни. Они завораживают меня.

Щеки Кортни стали пунцовыми.

– Никто никогда не говорил мне ничего подобного, – прошептала она.

– Я – не никто, помнишь? – я нежно прижался к ее мягким губам. Мне очень хотелось по-настоящему поцеловать Кортни, но понимал, что она пока к этому не готова.  

– Даже не знаю, что сказать, – призналась она.

– Тебе и не нужно ничего говорить. Мы поговорим сегодня вечером или в выходные, – я помолчал, а затем неуверенно добавил: – Если, конечно, ты этого хочешь…

 Я пристально всматривался в лицо Кортни. Она по-прежнему выглядела усталой, в глазах отражалось беспокойство.

– Я слишком давлю на тебя, да? – я с трудом сглотнул, вдруг заволновавшись, что был слишком напорист прошлым вечером. – Не слишком ли этого много для тебя сейчас?

– Это просто... – она замолчала.

– Скажи мне.

– Неожиданно.

– Все, на что я наделся прошлым вечером – это выпить с тобой по чашечке кофе. Для меня это тоже немного неожиданно, – я нежно улыбнулся ей. – Однако я нисколько не жалею, что проснулся с тобой.

Кортни неуверенно улыбнулась.

– Скажи, какие мысли скрываются за этими прекрасными глазами?

– Ты кажешься таким уверенным...

– Так и есть, – я нахмурился. – А ты нет?

– Это... немного пугает меня.

Я ласково погладил Кортни по щеке.

– Я не обижу тебя. Обещаю.

– Я не знаю, как реагировать на некоторые вещи, которые ты говоришь, Натан. Никто никогда не говорил мне такого прежде. И не относился ко мне так, как ты.

– Но... тебе это нравится?

Котрни глубоко вздохнула.

– Да.

– Но ты всё равно боишься?

– Потому что я беспокоюсь, как буду себя чувствовать, когда всё это закончится.

Я поморщился при слове «когда».

– Это не закончится, Кортни. Я был искренен, когда говорил вчера, что хочу быть вместе с тобой так долго, как ты того захочешь.

– Я хочу.

Я улыбнулся.

– Вот и хорошо. – Я нежно поцеловал Кортни, мои губы слегка коснулись её и я наслаждался этим ощущением – Мы что-нибудь придумаем вместе, да?

– Да.

Я с облегчением выдохнул.

– Ладно, это потом. Время пробежки?

– Ты не должен бежать со мной. Я буду в порядке.

Я сел и притянул её к себе.

— Ты никуда не побежишь одна. Поняла? Или со мной или на беговой дорожке в спортзале в моём доме. Но только рядом со мной. Твой выбор.

– Кажется, я застряла с тобой, да?

Я снова целомудренно поцеловал её.

– Да. Я как мобильный, помнишь?

– Ладно, Samsung... тогда давай вставать.

__________________________________________________

Спустя час я испытал огромное облегчение, когда в поле зрения снова показались наши дома.

– Ты всегда бегаешь так далеко? – задыхаясь, спросил я, когда рухнул на стул со стаканом воды в руке.

– В основном, да. Но сегодня я бежала медленнее, чем обычно.

Я пил воду и чуть не поперхнулся.

– Ты бежала в приличном темпе.

– Могу и быстрее, – Кортни встала и поморщилась. – Мне нужно принять душ и собраться на работу.

 Я нахмурился.

– Ладно...

– Что?

– Мне тоже нужно в душ, но я не хочу оставлять тебя одну.

– Натан, – терпеливо принялась объяснять Кортни, – мой брат не встает с постели раньше десяти. В такую рань он здесь точно не покажется. Энди даже на работу приходит не раньше одиннадцати. Ты можешь спокойно пойти и принять душ у себя дома.

– А чем он занимается, если начинает работу в такое время?

– Он механик. У него своя мастерская, поэтому он опаздывает каждый день.

– Хороший бизнесмен. Такой ответственный, – фыркнул я. – Хотя это объясняет, как он смог позволить себе так украсить грёбаный грузовик.

Кортни рассмеялась.         

– Поэтому ты невзлюбил его с первого взгляда, верно? – она слегка скривилась и поморщила нос. – Грузовик и правда, уродлив. И ужасно шумный. Никогда не понимала, почему он ему так нравится.

Я встал и потянулся

– Ему нравится внимание. Он хочет показаться крутым, хотя на самом деле…

Она посмотрела на меня.

– На самом деле?

Я кивнул, сдерживая улыбку.

– Парни, которые ездят на таких кричащих машинах, обычно имеют…  – я колебался.

– Имеют?..

– Маленький член, – я пожал плечами.

Кортни вытаращилась на меня, затем села и зажала рот рукой, но раскаты сдерживаемого ею смеха все равно эхом отскакивали от стен.

Я усмехнулся, радуясь тому, что снова заставил её смеяться.

– Просто говорю. Он должен попытаться произвести впечатление на женщину своим грузовиком, потому что когда она окажется в его кровати, не будет так впечатлена тем, что прячется в штанах.

– Прекрати! – выдохнула Кортни, между приступами смеха. – Я не люблю его, но он всё равно мой брат, и это просто... фуууу!

Я кивнул и серьёзно посмотрел на неё.

– Обычно так они и говорят, как только понимают, что их ждёт... или вернее сказать не ждёт. Фуууу!

Кортни хохотала до слез, и от ее веселья у меня потеплело на душе. Не в силах удержаться, я присел перед ней на корточки.

– Я езжу на гладкой, блестящей, можно сказать сексуальной на вид Acura Turbo, – я улыбнулся. –  Обещаю, Кортни, ты не скажешь... фууу.

Кортни широко распахнула глаза и округлила губы. Усмехнувшись, я поцеловал её в нос и встал.

– Я иду домой, чтобы принять душ. Через полчаса буду на подъездной дорожке. Не выходи из дома раньше меня. И держи свой мобильный при себе. Позвони мне, если что-то заставит тебя нервничать. Всё, что угодно. Я сразу же приду. Окей?

– Ты чересчур оберегаешь меня.

– Я не согласен. Запри за мной дверь.

Я только дошёл до забора, когда за спиной услышал тихий голос Кортни.           

– Нат?

Я повернулся.

– А что, если ты будешь в душе, когда я позвоню? – с лукавой усмешкой спросила Котрни.

Я ухмыльнулся через плечо и стал подниматься по лестнице. Мне нравились ее поддразнивания.

– Тогда ты увидишь мою прекрасную голую задницу намного раньше, чем я надеялся, мисс Шеф-повар! – я подмигнул Кортни и перемахнул через забор. – Можешь проверить и провести эксперимент. Я буду только рад!

Кортни все еще хихикала, когда я заходил в свой дом.

*** *** ***

Проехав через ворота, где охрана зарегистрировала мой автомобиль,  мы остановились у главного здания. Я был рад узнать, что в месте, где работает Кортни, есть дополнительный уровень безопасности.

Остановив машину на парковке, я достал конверт из-под солнцезащитного козырька и повернулся к Кортни.

– Что это? – нахмурилась она.

– Фотографии твоего брата.

– Где ты их взял?

– Сегодня утром я нашел его страничку на Facebook, обошел защиту, которая, между прочим, полный отстой, сохранил у себя парочку из многочисленных селфи, что он там выкладывает и распечатал.

– Для чего?

Я глубоко вздохнул.

– Я хочу отдать их местной охране и убедиться, что они не пустят его в здание.

Кортни перевела взгляд с конверта на меня.

– Он не приедет сюда.

– Ты думала, что он и к тебе домой не приедет. Пожалуйста, позволь мне это сделать. Мне важно знать, что ты здесь в безопасности.

Кортни молча нервно комкала воротник своей куртки.

– Ты можешь сама отдать им фото или, если хочешь, дай мне их е-мейл и я обо всем позабочусь, – я накрыл ее руку, чтобы успокоить. – Пожалуйста, ради меня.

– Хорошо, - согласилась Кортни, – но я не хочу привлекать к себе внимание.

– Позволишь мне с этим разобраться?

Кортни на мгновение замялась, а затем кивнула.

Я облегченно выдохнул.

– Ладно, я сделаю. Начальника здешней службы безопасности зовут Джейсон

Бенсон?

– Мне нужно спрашивать, откуда ты это знаешь?

Я улыбнулся и ласково провел пальцем по щеке Кортни.

– Я умный, мисс Шеф-повар. Я обо всем позабочусь, хорошо?

– Хорошо.

*** *** ***

Позже утром мой телефон запиликал, оповещая, что пришло новое сообщение.

Натан, ко мне приходил начальник службы безопасности. Он получил твое письмо и захотел поговорить со мной. Теперь у въездных ворот висит фотография Энди, которую ты прикрепил к письму.

Хорошо. Я рад, что он отнесся серьезно к моему письму.

Я все еще думаю, что ты слишком остро реагируешь и слишком меня защищаешь.

Вовсе нет. И ваш начальник службы безопасности, похоже, согласен со мной.

Он показал мне письмо. В нём упоминается возможный запретительный судебный приказ, запрещающий брату приближаться ко мне. Что ещё я должна знать?

«Черт, не думал я, что ей покажут это письмо».

 Я рассчитывал за выходные поговорить с Кортни о возможности получения такого приказа.

Мне кажется, ты должна рассмотреть этот вариант, чтобы оградить себя от брата. Чтобы быть в безопасности.

Ожидая недовольный, без сомнения, ответ Кортни, я думал о письме, которое послал Гранту. В нем я описал ситуацию и попросил совета. Грант согласился, что я должен пристраивать за Кортни и, увидев фотографии с синяками на ее руках, подал идею насчет судебного запрета. У Гранта были и другие предложения, но я решил пока не обсуждать их с Кортни. Она и мне-то не особо доверяла, что уж говорить о каком-то психологе. Я понимал, что перебарщиваю, но однажды в своей жизни я уже был безрассудным, и это стоило мне всего, что я любил. Больше я такую ошибку не сделаю. Вероятно, упоминая в письме начальнику службы безопасности о судебном приказе, я перешагнул грань дозволенного, но все равно не жалел об этом.

Между тем Кортни так и не ответила, поэтому я отправил еще одно сообщение.

Я знаю, ты злишься. Но не могу допустить, чтобы он снова оказался рядом с тобой. Я делаю всё возможное, чтобы держать его подальше от тебя. Я не позволю ему снова причинить тебе боль. Мне плохо от одной мысли об этом.

Никакого ответа от Кортни.

Я позвонил ей, но вызов пошёл сразу на голосовую почту.

«Она, вероятно, в ярости, из-за того, что я вторгся в её личную жизнь».

Я подождал несколько минут и снова написал.

Я понял - ты злишься и не хочешь со мной разговаривать, но пообещай, что не уедешь домой одна.  Я себе места не найду, пока не удостоверюсь, что ты дождешься меня.

Я ждал, ждал и, наконец, получил ответ.

Я не уеду.

Я с облегчением выдохнул.

Ладно. Извиняться за то, что пытаюсь защитить тебя я не стану, но пойму, если ты захочешь поорать на меня за это.

________________________________________

Я подъехал к лаборатории и вышел из машины, как раз когда Кортни появилась из здания в сопровождении женщины и мужчины. Странно, но Кортни носила солнцезащитные очки, которых утром у нее не было. Я оттолкнулся от машины и протянулся к Кортни. Я не знал, примет ли она мою помощь и был рад, когда Кортни схватилась мою ладонь своей дрожащей рукою. Я притянул ее к себе и крепко обнял.

Мужчина шагнул вперед, приветствуя меня.

– Мистер Фрейзер, я – Джейсон Бенсон – начальник службы безопасности. Вы связались со мной этим утром.

Я пожал его руку.

– Спасибо, что отнеслись со вниманием к моему письму.

– Рад помочь. Кортни – важный сотрудник лаборатории и к тому же подруга моей невесты, – он указал на женщину рядом с ним, которая с изумлением таращилась на нас с Кортни.

Я улыбнулся и протянул ей руку.

– Натан Фрейзер.

– Энни Бейкер. Кортни не упоминала о вас.

«Не удивительно, – мысленно фыркнул я, – у Кортни не было причин говорить о парне, которого она по вечерам кормила через забор».

– Наши отношения ещё очень новы, поэтому мы их не афишируем, – я тепло улыбнулся ей. – Зато Кортни часто говорила о вас.

Я повернулся к Джейсону.

– Я знаю, что Кортни не особо довольна моими действиями, но я хотел принять все меры предосторожности, – я крепче обнял Кортни. – Она слишком важна для меня, чтобы рисковать.

Энни вздернула брови и уставилась на Кортни, как бы говоря: «Тебе, подружка, много предстоит объяснить!»

Лицо Джейсона, когда он изучал нас, было менее выразительным.

– Конечно. Мы заботимся о своих женщинах, верно?

– Верно, – твердо заявил я. – Ещё раз спасибо. Надеюсь, у вас обоих будут приятные выходные.

Я выпустил Кортни из объятий и отступил к автомобилю, желая как можно скорее отвезти её домой. Там она сможет вволю покричать на меня, после чего я попытаюсь получить прощение. Я не ожидал, что так скоро окажусь в немилости, был уверен, что пройдет хотя бы неделя, прежде чем облажаюсь и рассержу Кортни.

Энни шагнула вперёд и быстро обняла Кортни.

– Ты будешь в порядке?

– Я в порядке, Энни. Вы всё слишком раздули.

 Голос Корини прозвучал глуше, чем обычно и казался скрипучим.

«Чёрт, она так разозлилась, что даже расплакалась. Поэтому и надела очки».

Энни и Джейсон в унисон вздохнули.  

– Натан прав, Кортни, – сказал Джейсон. – Бережёного Бог бережёт.

Я открыл дверцу машины, подождал, пока Кортни заберется внутрь,  и медленно подошёл к стороне водителя.

«Интересно, она сразу начнет кричать на меня или подождет, пока мы приедем домой?»

Я не сомневался, что услышу слова «личная жизнь» и «вмешательство». А также: «проваливай» и «оставь меня в покое».

Сев в машину, я завёл двигатель и посмотрел на Кортни.

– Тебе нужно заехать куда-нибудь по дороге домой?

– Если ты не против, то я хотела бы остановиться в продуктовом магазине, – по-прежнему тихо ответила она.

Я кивнул.

– Конечно.

_________________________________________

Толкая тележку, я шел по супермаркету за Кортни, которая даже без списка быстро находила стеллажи с нужными ей товарами. Я улыбнулся, заметив, что она выбрала продукты для приготовления спагетти с сыром. Пусть Кортни и злилась на меня, но все равно помнила, что я их люблю

«Возможно, в конце концов, она все же не пнет меня под зад».

Кортни шла впереди меня, а я восхищался тем, как ткань ее юбки во время ходьбы  обтягивает бедра, попку и обвивается вокруг ног. Я также заметил, как другие парни поглядывали на Кортни, и зло зыркнул на них.

«Она моя, придурки!»

Просто мне нужно было убедить её в этом.

Припарковав машину на подъездной дороге у коттеджа Кортни, я первым нарушил молчание, длившееся всю дорогу домой.

– Хочешь, чтобы я вошёл сейчас, чтобы ты смогла покричать на меня, или я могу сначала пойти к себе и переодеться?

Кортни молча повернулась ко мне, покачала головой, открыла дверь и вышла из машины. С пакетами в руках я поплелся следом, поставив покупки на кухонную стойку и прислонился к ней.

На минуту воцарилась тишина, затем Кортни сняла очки и бросила их на стойку позади меня. В ее покрасневших от плача глазах, отражалась буря эмоций.

– Почему ты так печешься обо мне?

– Я хочу, чтобы ты была в безопасности.

– Ты это уже говорил, – она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. – Вопрос в другом. Почему, Нат? Ты меня не знаешь. Почему тебя так беспокоит мой мудак- брат и то, как он ко мне относится?

Я изумлённо уставился на Корини.

– Это я-то тебя не знаю?

Я шагнул вперед.

– Ты живёшь одна, и если не ошибаюсь, также одинока, как и я. Ты– блестящий медицинский исследователь, но абсолютно профан во всем, что связано с современными средствами коммуникации. Ты удивительно добрая и любящая, несмотря на то, как ужасно к тебе относились отец и брат.  Ты людям отдаёшься безоговорочно и отвечаешь всем своим сердцем. Мне нравятся наши разговоры. Как ты споришь со мной, когда с чем-то не согласна. Как реагируешь на мои шутки. Мне нравится твоё остроумие и чувство юмора, – я сделал паузу и мой голос смягчился. – Тебе причинили много боли, поэтому ты не видишь какая ты на самом деле, – я осторожно провёл пальцем по щеке Кортни. – Ты невероятно застенчива, также ужасно милая и храбрая. Ты божественно готовишь, всё время надеваешь смешные носки и заботишься обо мне лучше, чем я того заслуживаю.

Я запустил руку в свои волосы и дернул их.

– То как мы несколько недель общались через забор вряд ли можно назвать обычным началом отношений, но, тем не менее, за это время мы узнали друг друга, Кортни. Не было и дня, с тех пор как ты переехала, чтобы мы не провели какое-то время за общением. Я говорил с тобой больше, чем с кем-либо другим за последние несколько лет. А эти последние дни без тебя стали самыми одинокими в моей жизни. Я ужасно скучал по тебе.

Я придвинулся ближе к ней.

– Возможно, я ещё не всё знаю о тебе, но то, что успел узнать, мне очень нравится. Очень. И неважно как сильно ты на меня злишься, я не позволю обижать тебя, если могу это предотвратить. Прости, что смутил тебя на работе. Знаю, ты предпочитаешь конфиденциальность и не любишь привлекать внимание. Расстроить и смутить тебя не было моей целью, – я пожал плечами. – Просто... мне просто необходимо было сделать все возможное ради твоей безопасности.

Мы смотрели друг на друга и вдруг по щекам Кортни покатились слезы. Я притянул её к себе. Она в ответ крепко обняли меня за талию, и, спрятав лицо у меня на груди, она начала всхлипывать. Я держал Кортни, уткнувшись носом в её волосы, шокированный  такой реакцией – я ожидал криков и обвинений, но только не слёз. Пока Кортни плакала, я стоял, медленно покачиваясь, её тихие слёзы казались ещё более болезненными, чем прошлым вечером, но я знал, что ей нужно освободиться от этого и что я должен ей позволить. Мои руки выводили нежные успокаивающие круги на её спине и, опираясь лбом о её макушку, я вдыхал нежный аромат. Я шептал её имя, тихо, почти напевая, и вскоре она начала успокаиваться. Наконец, Кортни немного откинулась назад и посмотрела на меня. Она улыбнулась мне небольшой неуверенной улыбкой и её глаза снова наполнились слезами.

– Теперь лучше? – тихо спросил я.

– Прости, – прошептала она.

– Не извиняйся, я понимаю, ты злишься…

Она быстро покачала головой, и перебила меня.

– Я не злюсь.

– Нет? Ты не злишься на меня?

– Нет. Обычно я не такая. Я редко плачу. Но сегодня просто не могу удержать слез и не хочу, чтобы все это видели. Сегодня был просто ужасный день. Приход Джейсона вызвал вопросы у моих коллег, они все спрашивали и спрашивали, а затем... – она опустила глаза.

Мой желудок сделал кульбит.

– И что затем?

– Мне позвонил Энди.

– Откуда он узнал твой номер?

– У него есть моя контактная информация. Он знает, где я работаю, Нат. Я не в какой-то программе по защите свидетелей или что-то в этом роде. Я просто переехала в другой город подальше от них. Я намеренно не дала ему свой домашний адрес, но он все равно его нашел. Я рассчитывала, что теперь, когда отец в доме престарелых, Энди перестанет беспокоить меня.

– И что он сказал? – спросил я.

– Он... как обычно... был очень мил.

– Кортни, расскажи мне.

Она обреченно вздохнула.

– Он всячески обозвал меня и просил передать тебе, почаще оглядываться назад. Он заверил меня, что ты из тех парней, которые любят пышных цыпочек. Но вскоре я тебе надоем, ты бросишь меня, и я приползу к ним с отцом обратно. Он сказал, что ждет не дождется этого, – губы Кортни задрожали. – Он называл меня паршивой сестрой и ужасной дочерью, всё как обычно… Напомнил, что я неудачница по жизни, и это никогда не изменится.

Я потрясённо таращился на Кортни. Чувствуя, как внутри закипает гнев, я сжал кулаки, желая только одного – забить слова, что Энди сказал Кортни обратно ему в глотку.

Стараясь хоть немного успокоится, я покачал головой.

– Ты не неудачница. Этому ублюдку нужно преподнести урок хороших манер, – прошипел я.

Кортни пожала плечами, и я с горечью заметил полнейшую покорность на её лице. Когда она взглянула на меня, её губы всё ещё дрожали.

– Меня не волнует, что он говорит обо мне. Я испугалась, думая, что он причинит тебе вред. Я не знала, должна ли я позвонить тебе или сделать что-то ещё. Я только и думала о том, что ты можешь пострадать из-за меня. Я не могу этого допустить.

– Этого не случится.

– Он бывает жесток, – прошептала она, – когда выходит из себя.

Я обхватил ладонями её лицо.

– Вот почему я должен держать его подальше от тебя, – я помолчал. – Ты думала насчет запретительного приказа? По крайней мере о том, что поговорить об этом с полицией

– Да, немного.

– И?..

– Не знаю. Я просто не знаю.

Я был благодарен уже за то, что Кортни не отвергла эту идею. Завтра я еще раз обсужу с ней это.

 – Мне тоже нужно знать, что ты в безопасности, Нат. Если тебе из-за меня причинят боль... не уверена, что справлюсь с этим.

Я притянул её к себе.

– Моя храбрая девочка, – прошептал я. – Он никогда не доберётся до меня и не причинит мне боль. Обещаю. Но, спасибо за заботу.

Я не собирался спорить с Кортни. Она и так натерпелась за этот день.

Она задрожала в моих руках, и я отстранился.

– Как насчёт горячей ванны? – улыбнулся я, вспомнив, что моя мама всегда любила нежиться в тёплой воде. – Я позабочусь об ужине.

– Гм...

Я усмехнулся и поднял палец.

– У меня особый дар. Я нажимаю несколько кнопок и вскоре еда уже перед дверью.

Она неуверенно улыбнулась.

– Снова волшебство?

Я кивнул.

– Позволь мне позаботиться о тебе сегодня, Кортни. Мы поужинаем, и будем отдыхать. Поговорим, если хочешь. Или посмотрим фильм. Пока мы находимся в одной комнате, мне всё равно.

Она смотрела на меня в замешательстве, часто моргая, видимо, не зная как реагировать на то, что кто-то хочет заботиться о ней.

Наконец она кивнула.

– Хорошо.

Наклонившись, я поцеловал её в нос.

– Отлично.

Глава 18

– Кортни, могу я войти? – спросил я, постучав в дверь ванной комнаты.

– Я, вообще-то, принимаю ванну, Натан.

– С пеной?

– Э-э… да…

– Значит, она тебя прикроет. Я вхожу и несу дары, – ухмыляясь, я, держа в руке бокал вина, толкнул дверь, шагнул внутрь и… замер.

Кортни сидела в ванне и, уставившись на меня расширившимися от шока глазами, отчаянно пыталась собрать как можно больше пены, чтобы прикрыться. Ее влажная кожа блестела, волосы были собраны наверх, а влажные завитки обрамляли лицо. Выглядела Кортни просто пленительно, и я с трудом сглотнул.

– Что ты делаешь? – прошипела Кортни. – Я в ванне.

– Вижу. Насколько горячая у тебя вода? Ты похожа на помидор, – наклонившись, я опустил палец в воду. – Хм. Вода нормальная. Почему ты такая красная? С тобой всё в порядке?

– Натан. Я. В ванной. Голая.

Я усмехнулся.

– Ты прикрыта.

– Под пеной, нет.

– О, я понял. Я смутил тебя, – размышлял я вслух, – как не по-джентельменски с моей стороны.

Кортни впилась в меня взглядом. Я протянул ей бокал вина. Она, хмурясь, взяла его и поставила на край ванны.

– Чтобы загладить вину, я уровняю наши силы, – с невинной улыбкой я стянул с себя футболку, бросил ее на пол и потянулся к кнопке на поясе джинсов.

Кортни резко выпрямилась, всколыхнув пену, и воскликнула:

– Что ты делаешь?!

– Раздеваюсь. Я подумал, что это заставит тебя почувствовать себя лучше. Мы будем на равных, – подмигнув ей, я начал стягивать с себя джинсы.

– Остановись! Прекрати немедленно!

– Почему?

– Я не хочу, чтобы ты был голый!

Улыбаясь, я наклонился вперёд.

– Твои губы говорят одно, а глаза совсем другое.

Кортни фыркнула и отодвинулась к противоположному краю ванны, собирая вокруг себя пену.

Я мысленно усмехнулся. Пена почти ничего не скрывала, но если так Кортни спокойнее я позволю ей воздвигнуть эту бесполезную стену из пены. Мне вполне хватит того, что я уже видел.

– И что говорят мои глаза?

– Что ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе.

– Это не так! – пискнула она.

– Правда?

– Да.

Я вздохнул.

– Можешь говорить всё, что хочешь, но этим утром, когда мы только проснулись, ты хотела, чтобы я обнимал тебя.

– Ты перепутал.

Я шагнул вперёд и наклонился, опираясь о край ванны. Я приблизился к Кортни, смотря на ее покрасневшие щечки.

– Очень верное слово, мисс Шеф-повар. Я не могу дождаться, когда снова окажусь в твоей кровати и почувствую, как твои ноги перепутываются с моими.

Глаза Кортни широко распахнулись.

Я запустил руку в её густые волосы и осторожно подтолкнул ближе к себе. Кортни часто задышала. Я хотел ощутить эти теплые, влажные вздохи на своих губах, поэтому накрыл рот Кортни своим и поцеловал – быстро, страстно, а затем отстранился. Не разрывая зрительного контакта, я взял бокал и протянул его Кортни.

– Пей вино, заканчивай купаться и рекрати пытаться соблазнить меня, – я подмигнул Кортни. – Мне нужно приготовить ужин.

– Выйди, Натан.

Я повернулся к двери и услышал, как Кортни пробормотала:

– Неисправимый ублюдок.

Нагнувшись, я поднял с пола свою футболку.

– Не правда. Мои родители были женаты два года, прежде чем я родился.

– Вон!

– Ты уверена? Я могу оставить деньги для курьера на пороге, а сам присоединюсь к тебе. Я уже наполовину раздет, – я игриво пошевелил бровями.

– Убирайся! – закричала Кортни, но я видел, что она с трудом сдерживает улыбку.

Я пожал плечами.

– Ты многое теряешь. Я бы потёр тебе спинку, – поддразнил я и, выйдя из ванной, закрыл за собой дверь.

Идя по коридору, я услышал хихиканье Кортни. Мне нравилось вызывать её смех и нравилось, как она реагировала на моё возмутительное поведение.

Но мне предстояло выяснить, как заставить её отреагировать на меня физически.

Слегка поморщился, я поправил свой стояк. Моя реакция была очевидной.

___________________________________

– Ты не обедал?

– Что? – невинно спросил я, прекрасно понимая, что Кортни имеет в виду.

– Мне кажется, ты заказал слишком много еды.

Я пожал плечами и, прожевав полный рот лапши, ответил:

– Про запас. Чтобы завтра тебе тоже не пришлось готовить.

Я постучал пальцем по своему лбу.

– Я сообразительный. И забочусь не только о себе, но и о тебе.

– Ах.

Я наблюдал, как сидя на диване и подвернув под себя ноги, Котрни ела яичный рулетик. Её волосы были ещё влажными, и несколько прядей, выбившись из причёски, обрамляли лицо. Желание наклониться и заправить их за ухо, было нестерпимым. Мне так хотелось свободно касаться её, всякий раз, когда хотел. Показался её язык, и она облизала им сливовый соус со своих губ и всё, о чём я мог думать, как эти губы немного ранее ощущались под моими. И как сильно я хотел, чтобы её язык оказался у меня во рту. Я хотел попробовать её.

Котрни подняла взгляд, заметив, что я не свожу с неё глаз.

– Что?

– Ничего. Просто любуюсь тобой.

Кортни закатила глаза и я усмехнулся.

– Телевизор работает? – спросил я, искоса поглядывая на детали, разбросанные на нераскрытой коробке и сам телевизор, стоящий на маленьком столике возле неё.

Кортни кивнула.

– Работает. Я просто не настроила его... как следует.

Посмотрев на огромное количество не подключённых проводов и пультов, я рассмеялся над её явным преуменьшением.

– Сегодня мы сумеем обойтись, а завтра всё подключим, хорошо? Завтра, по прогнозу, целый день будет идти дождь, так что это хорошая идея.

– Правда?

– Да, правда.

– Ты не должен этого делать.

Я покачал головой.

– Но сделаю. Твой не подключённый телевизор сведёт меня с ума, ведь я планирую проводить здесь много времени.

Моргнув, Кортни посмотрела на меня и застенчиво спросила:

– Ты уверен?

– Ага, – я сделал паузу и нахально улыбнулся. – Надеюсь, ты не против?

Щёки Кортни порозовели, и она посмотрела на меня из-под ресниц, настороженно, но с надеждой.

– Не против.

Довольный, я подмигнул ей.

– Вот и отлично.

__________________________________

Пока мы смотрели фильм, я медленно, постепенно придвигался ближе. Каждый раз, когда я тянулся к своему напитку или за горстью попкорна, я оказывался ближе к Кортни, которая сидела в углу дивана, прижав согнутые в коленях ноги к своей груди. Заметив, что её бокал опустел, я поставил фильм на паузу и наполнил его. Вернувшись, я плюхнулся рядом и, передав бокал, положил ноги Кортни к себе на колени. Небрежно закинув одну руку на спинку дивана, другую я осторожно положил на её бедро, делая вид, что полностью сосредоточен на фильме. Я чувствовал на себе обеспокоенный взгляд Кортни, но, не прекращая глядеть на экран, начал выводить медленные круги на её ноге. Вскоре я почувствовал, как Кортни расслабилась, и улыбнулся про себя. Она казалась мне сплошным противоречием. Я видел, что ей нравились мои ласки, но всё же, когда я дарил ей свою нежность, она реагировала шокировано. На то чтобы расслабиться, отдавшись моим прикосновениям, ей всегда требовалось время, и я этого не понимал – походило на то, словно она постоянно была настороже. Украдкой бросив взгляд на Кортни, я увидел, что она не сводит взгляда с моей руки. Я слегка сжал её ногу.

– Это беспокоит тебя? – тихо спросил я.

Её удивительные глаза встретились с моими и она молча покачала головой.

– А тебя? – прошептала она.

Я нахмурился.

– Нет. Мне нравится прикасаться к тебе.

– О, – это короткое слово было наполнено смятением.

– А тебе нравится... как я касаюсь тебя?

Кортни с трудом сглотнула.

– Это заставляет меня нервничать.

Я повернулся к ней лицом.

– Я не причиню тебе вреда, обещаю. Ты напрягаешься каждый раз... почему?

– Я не привыкла, чтобы люди... были так близко.

У меня сложилось ощущение, что за её словами крылась какая-то история, но я решил, что это лучше оставить на другой раз.

– Мне нравится, когда я к тебе так близко. Но если это заставляет тебя нервничать, то я отступлю, – с сожалением сказал я и, неохотно убрав руку со спинки дивана, погладил тёплую щёку Кортни.

Кортни тихо вздохнула, прижалась к моей руке и закрыла глаза.

– Не надо, – прошептала она еле слышно.

Я подвинулся и подался вперед.

– Кортни, открой свои глаза, – тихо взмолился я.

Блестящие, наполненные беспокойством глаза встретились с моими.

– Я хочу поцеловать тебя. По-настоящему поцеловать.

Её глаза расширились.

– Пожалуйста.

Она молча накрыла мою ладонь на своей щеке, и я воспринял это как разрешение.

Я почувствовал, как дрожат ее губы, когда нежно прижался к их ним, и обхватил рукой затылок Котрни не позволяя отстраниться. Очень медленно наши губы начали двигаться вместе. Я старался оставаться спокойным, позволяя Кортни расслабиться. Немного погодя я нежно провёл языком по её нижней губе, прося впустить меня. Кортни колебалась, но затем её губы приоткрылись и с тихим вздохом удовольствия я впервые попробовал её. Прилив желания был почти невыносимым, и я простонал ей в рот.

Я почувствовал, как напряглось её тело и, отстранившись, губами проложил дорожку к её уху.

– Это я, мисс Шеф-повар. Расслабься, красавица.

Кортни задрожала, когда я снова накрыл её рот своим, но потом я с восторгом ощутил, что она отвечает мне, робко касаясь языком. Потребность оказаться ближе была настолько сильна, что я привлёк Кортни к себе и посадил на колени, не прерывая поцелуй. Кортни опять напряглась, я крепче прижал ее к себе, ожидая, когда она расслабиться. По её телу прошла новая волна дрожи, а затем всё изменилось – Кортни стала податливой в моих объятиях. Обхватив за шею, она с пылом прижала меня к себе. Нащупав заколку в волосах Кортни, я снял её, и с наслаждением зарылся пальцами в самую гущу шелкового водопада ее волос. Другой рукой я продолжал обнимать Кортни, пока наши губы двигались, языки танцевали и гладили, кружились и касались, когда мы исследовали и пробовали. Мы всё больше и больше погружались друг в друга. Не существовало ничего, кроме пьянящей девушки в моих объятиях. Всё в ней сводило меня с ума: её вкус, тихое хныканье, срывавшееся с губ, нежное, податливое тело.

Её близость прогнала затянувшееся одиночество, с которым я жил так долго, и я почувствовал себя нужным. Жажда обладать Кортни волной прокатилась по моему телу, устремляясь необузданным жаром к моему твёрдому и пульсирующему, зажатому между нами члену. Желание дошло до точки, став почти болезненным. Я знал - мне нужно остановиться, пока я не утратил последние крупицы самообладания. Но Кортни прижималась ко мне, и я боролся со стоном, который вызвали во мне эти ощущения, мой член болел от необходимости освобождения.

С большой неохотой я отстранился, оставляя быстрые нежные поцелуи на припухших губах Кортни. Большим пальцем я погладил их мягкую плоть.

– Кортни, – прошептал я, улыбаясь, когда она открыла всё ещё затуманенные страстью глаза. – Привет.

– Ты остановился.

– Мне пришлось.

Кортни в замешательстве нахмурилась, и я слегка подался ей навстречу своими бёдрами. Она посмотрела мне в глаза и попыталась встать с колен, но мои руки надёжно удерживали её.

– Нет, Кортни. Останься.

— Я не хочу, чтобы тебе было неудобно, – пробормотала она, бурно покраснев.

Я поднял подбородок Кортни, вынуждая посмотреть на меня.

– Всё в порядке. Я знаю, что ты не готова. И не ожидаю ничего большего. Я просто хочу чувствовать тебя рядом с собой.

Кортни все еще не подняла взгляд.

– Эй, – прошептал я и подождал, когда её глаза встретятся с моими. – Я просто хочу целовать тебя. Это всё, что мне сейчас нужно. Просто... игнорируй всё остальное, – я мельком взглянул вниз.

Кортни боролась с улыбкой.

– Не уверена, что смогу игнорировать... это, – она тоже посмотрела вниз.

Я улыбнулся.

– Рад слышать... на будущее, но сейчас... попытайся. Верни сюда свои губы.

Я притянул Кортни к себе и снова напал на её рот, уже соскучившись по ощущению, которые они дарили мне. Кортни держалась скованно, пытаясь уклониться от меня, но я не позволял и прижимал её как можно ближе к себе.

– Именно так, Кортни. Мне так нравится чувствовать тебя, – простонал я ей в рот и вздохнул, когда она снова расслабилась в моих объятиях. – Просто целуй меня...

Время потеряло всякий смысл, когда наши языки встретились, а руки нежно исследовали друг друга. Я обратил внимание, что ей, казалось, стало неудобно и начал гладить и ласкать только её руки и плечи, одной рукой держа её затылок и не отпуская губ.

Задыхаясь, я откинул голову назад, когда почувствовал, как Кортни плотнее прижалась к моему болезненному стояку. Её губы опустились на моё горло, пощипывая, облизывая и дразня его, пока она, тем временем, продолжала двигаться на мне. Пытаясь заставить Кортни остановиться, я сжал ее талию в молчаливом предупреждении. Но ощутил лишь горячее дыхание возле своего уха.

– Позволь мне, пожалуйста.

Я застонал и подался к ней бёдрами, мои глаза закатились от интенсивности ощущений.

– Я не смогу... чёрт... не смогу остановиться, – застонал я, когда она продолжила дразнить меня своими губами.

— И не надо. Я хочу сделать это для тебя.

Кортни приподнялась и накрыла мой рот своим; я почувствовал, как её рука погладила меня поверх джинсов, прежде чем погрузилась под пояс. Её ладонь обхватила мой член, решительно поглаживая, и я громко застонал ей в рот. Прошло так много времени с тех пор, как я наслаждался прикосновениями кого-то другого, кроме самого себя и неожиданное удовольствие от её руки было настолько сильным, что я не выдержал. Напряжение достигло пика, и я кончил, задыхаясь и дрожа. Кортни продолжала поглаживать меня, но теперь более нежно, пока меня не сотрясла мелкая дрожь, и, опустошённый и освобождённый, я с силой прижал её к себе.

В комнате воцарилась тишина, было слышно лишь моё тяжёлое дыхание. Кортни уткнулась лицом в мою грудь, одна её рука гладила мои волосы, а другая всё ещё оставалась зажатой между нами. Осторожно я потянул её руку и вытер об свою футболку, а затем улыбнулся мгновенно вспыхнувшему на её щеках румянцу. Я крепко обнял её.

– Кортни?

– Хм?

– Это... было феноменально! – я помолчал. – И неожиданно.

Она тихонько хихикнула.

– Мне... вроде как нужно переодеться.

– Мне тоже.

Я отстранился и приподнял её подбородок. Её глаза смотрели на меня смущённо и вопрошающе. Я с нежностью коснулся её губ.

– Мы пропустили конец фильма. Хочешь снова посмотреть его?

– Нет.

– Хочешь лечь в постель?

Явно нервничая, Кортни помедлила, но затем кивнула.

– Я буду спать на диване, – тихо сказал я.

Она прикусила губу.

– Я... я этого не хочу.

Я с облегчением улыбнулся.

– Хорошо. Потому что я тоже не хочу. Ничего не случится, пока ты не будешь готова, Кортни. Я счастлив просто обнимать тебя, – не сдержавшись, я усмехнулся. – Особенно сейчас.

Я поцеловал её в лоб.

– Иди, готовься ко сну, а я позабочусь о том, чтобы всё было заперто.

Она посмотрела на меня.

– Ты так хорошо заботишься обо мне.

Я снова поцеловал её.

– Ты проделала отличную работу своими нежными ручками, а эта работа для моих мужественных рук.

Она покраснела и я усмехнулся.

– Встретимся в спальне?

Кортни широко улыбнулась.

– Встретимся в спальне.

Глава 19

Нас окутала безопасная темнота. Кортни уютно устроилась в моих объятиях, и я легонько гладил её по спине. Мы не говорили, с тех пор как я лёг в постель и притянул к себе Кортни. Я улыбнулся, услышав, как она удовлетворенно вздохнула, наконец, расслабилась в моих объятиях.

– Кортни?

– Хм?

– Хотел спросить... – я замолчал, не зная стоит спрашивать или нет.

– Что?

– Могу ли я... э-э... отплатить тем же... что ты сделала для меня ранее.

Кортни напряглась.

– Нет. Я в порядке. Я просто хотела сделать это для тебя.

Я наклонился, нашёл в темноте её губы и нежно поцеловал.

– Я тоже хотел бы сделать это для тебя.

– Всё нормально.

– Нормально. Мне не нравится это слово, – раздраженно сказал я.

Кортни вздохнула.

– Просто оставь это, Натан. Пожалуйста.

Я чуть отодвинулся, чтобы видеть ее лицо.

– Нет, мне этого не хочется, – я чуть помедлил и озвучил мысль, которая только что пришла мне в голову: – Кортни, ты... девственница?

– Нет.

– Ладно.

Меня накрыло облегчение, что не придется брать на себя такую огромную ответственность, и в тоже время я почувствовал укол ревность, что кто-то ещё любил Кортни.

– Тебе... э-э… не нравится секс?

– Я не знаю, Натан. Не думаю, что у меня это хорошо получается, - призналась она с болью в голосе.

– Почему ты так говоришь?

Она села и притянула ноги к груди, – как я понял, это была ее защитная поза. Я тоже сел, дотянулся до Кортни и успокаивающе погладил по руке.

– Поговори со мной.

Она грустно вздохнула.

– У меня не было парня до второго курса университета. Спустя пару месяцев после летних каникул я познакомилась с Райаном. Он был, как и я, немного застенчив и неопытен. Мы стали друзьями и, в конце концов, начали встречаться. Никто из нас толком не знал, что нужно делать, понимаешь? У меня вообще не было опыта, да и у него не намного больше. У нас практически ничего не получалось, было неловко и... гм... я не испытала никакого удовлетворения.

Я усмехнулся, несмотря на снова вспыхнувшую ревность.

– Все мы должны с чего-то начинать.

– Мы спали вместе всего несколько раз, а затем заболел его отец, и ему пришлось вернуться домой, – Кортни чуть расслабилась. – Его отец умер, а он так и не вернулся. Остался дома и взял на себя управление семейным бизнесом, которым, по его словам, никогда не хотел заниматься.

– Он не хотел отношений на расстоянии?

Я почувствовал, как в темноте она слегка покачала головой.

– Мы не так долго встречались. Райан сказал, что ему непросто думать о долговременных отношениях, когда навалилось столько проблем. Он чувствовал... вернее, он сказал... что я еще не настолько важна для него, чтобы принимать подобные решения. Я поняла, что он имел в виду.

Я грустно улыбнулся. Конечно, она поняла. Похоже, ни один мужчина не считал ее чем-то важным. До сих пор.

– А что потом?

– Я всегда была застенчивой и замкнутой. Кроме того была занята учёбой и работой. Я пыталась, но мне довольно непросто с кем-то познакомиться.

Я не смог сдержать удивления.

– Ты больше ни с кем не встречалась? Вообще?

– Однажды, – натянуто ответила она.

В одном этом слове слышалось столько боли, что я вздрогнул.

– Прости, я не хотел поднимать что-то болезненное из твоего прошлого.

Я почувствовал, что она пожала плечами.

– Он оказался не очень хорошим человеком. Мы недолго встречались и спали вместе только э-э… один раз. Это было ужасно. Он сказал... что толстые цыпочки должны быть благодарны, что их трахнули, – она горько рассмеялась. – Согласно сплетням, которые он распространил, я не очень хороша в постели, но неплохо дрочу. Вероятно, ты получил лучшее, что я могу дать, Натан. Может, передумаешь и убежишь, пока не поздно?

Даже не видя лица Кортни, я чувствовал ее боль и обиду. Я лёг и притянул её к себе.

– Во-первых, я никуда не убегу. И во-вторых, похоже, он был эгоистичным козлом и паршивым человеком. Он тебя не заслуживал, – я крепко обнял её, ненавидя, что ей причинили боль. – Никто не имел права относиться к тебе так, Кортни. И как ты со всем этим справилась?

– На самом деле у меня не было выбора. Я просто с головой погрузилась в учёбу, стараясь не обращать внимания на перешёптывания и смех. В конце концов, они сообразили, что никакой реакции от меня не добьются и оставили в покое. Тогда я и поняла, что не стоит изображать из себя того, кем не являюсь, и полностью сосредоточилась на своих исследованиях.

– Ты была молода и неопытна, Кортни. И застенчива, – я уткнулся носом в её волосы. – И до сих пор такая. Это очень мило.

Кортни фыркнула.

Я поднял её подбородок. Мне хотелось включить свет и заглянуть в её глаза. Они были настолько выразительны, что говорили намного больше, чем слова.

– А с тех пор, был ли кто-нибудь ещё? – спросил я

– Нет.

Я не сдержал удивлённый вздох.

– Вообще?

– Вообще.

– Я не понимаю, как это возможно.

Кортни вздохнула.

– Натан, я не привыкла... к вниманию, которое ты уделяешь мне. Пока я росла, меня постоянно высмеивали за то, как я выгляжу. Я привыкла к ехидным замечаниям о моём росте, моей внешности... даже о моих глазах. В университете всё отличалось, и в то же время нет. Меня больше не игнорировали так открыто, но всё же большинство людей, вместо того чтобы быть дружелюбными, старались не обращать на меня внимания. И зачастую, выйдя из аудитории, я слышала неприятные слова в свой адрес и грубый смех. Я привыкла к одиночеству. Я поняла, что проще жить в затворничестве, чем все время быть отвергнутой. Я поняла, что оставшись одна, стану почти невидимой. Люди... мужчины... обычно не реагируют на меня так, как ты.

Я ненавидел боль в её голосе, когда она говорила о своём прошлом.

– Именно поэтому ты не хотела, чтобы я увидел тебя?

Она кивнула.

– Я не хотела увидеть сожаление в твоих глазах. Когда ты разочаруешься, сравнив реальность с тем, что представлял, – она ненадолго замолчала. – Я уже столько раз в своей жизни это видела.

– И в моем взгляде это было?

– Нет.

– И никогда не будет. Мне нравится, что я вижу, когда смотрю на тебя.

Её голос был очень тих.

– Я пытаюсь привыкнуть к тому, что и как ты обо мне думаешь.

Я притянул её ещё ближе к себе.

– Я буду постоянно напоминать тебе.

Мы оба молчали, я медленно выводили круги на её спине, а она нежно гладили мою руку.

Я сомневался, но все же собирался задать один вопрос. Я, похоже, уже знал ответ, но мне нужно было услышать это от неё. Очень нежно я провёл пальцами по её щеке.

– Ты когда-нибудь испытывала оргазм?

Щека Кортни под моими пальцами вдруг стала горячее, и я понял, что ответ: нет.

– Никогда? – выдохнул я.

– Ни с кем из них. Нет. И когда я пробовала сама... ну, в общем... э-э... нет.

Я услышал смущение в голосе Кортни. Мне это не понравилось, и крепко прижал её к себе. С минуту я ничего не говорил, думая над тем, что можно сказать в этой ситуации, не проявив себя высокомерным мудаком... или придурком.

– Мы будем работать над этим.

– Избавь себя от проблем. Не думаю, что я... могу.

Я отказывался верить, что она фригидна. Я чувствовал её реакцию, когда мы целовались. Я чувствовал её жар, когда прижимался к её естеству. Позволив себе расслабиться, она отвечала мне со всей страстью. Она испытывала желание, в этом я не сомневался. Ей просто нужен был мужчина, который помог бы этому желанию разгореться. И я хотел стать этим мужчиной.

Я с силой прижал Кортни к себе и, наклонившись, губами поддразнил нежную кожу за её ушком. Затем втянул в себя мочку уха и слегка прикусил. Я улыбнулся, почувствовав её невольную дрожь. Прижав рот к её уху, я тихо пробормотал:

– Думаю, я приму этот вызов, мисс Шеф-повар.

– Натан...

Я сильнее прикусил мочку.

– Тсс...

– Я только разочарую тебя, – прошептала Кортни.

– Это невозможно.

Я почувствовал, как всё её тело подавленно обмякло. Я чувствовал её неуверенность, и ненавидел это.

– Вместе, Кортни. Каждый шаг мы пройдём вместе и так медленно, как тебе нужно, – пытаясь приободрить её, прошептал я. – Ты ведь доверяешь мне?

Она молча кивнула.

– Тогда знай, что ничего в тебе никогда не разочарует меня. И подарить тебе удовольствие станет для меня самой большой наградой, на которую я когда-либо надеялся, – я понизил голос. – Не могу дождаться, так хочу увидеть, как ты содрогаешься от оргазма. Уверен, ничего более сексуального я никогда не видел, – пробормотал я в её ухо. – Ни капли не сомневаюсь, – я улыбнулся, ощутив её дрожь. – Представь, мисс Шеф-повар... то, что ты сейчас чувствуешь... а теперь умножь эти ощущения в десять тысяч раз.

– Ты играешь нечестно, – прошептала она.

– Нет, – усмехнулся я в темноте. – Не тогда, когда я действительно чего-то хочу. И можешь не сомневаться, я хочу тебя.

Я был уверен, что Кортни захныкала. Приподнявшись, я перевернул её на спину и, наклонившись над ней, со всей страстью поцеловал, погружаясь языком в её сладкий рот, отчаянно желая снова почувствовать её вкус. Когда я отстранился, мы оба задыхались. Моя голова упала ей на плечо, и я изо всех сил пытался успокоиться. Затем, усмехнувшись, я откинулся назад и привлёк её к себе.

– Что?

– Я говорил тебе, что хочу услышать, как ты тяжело дышишь мне в ухо.

Тихое хихиканье сорвалось с губ Кортни. Я нежно поцеловал её в макушку и прижал к себе.

Кортни улыбалась. Теперь я мог спать.

______________________________

Огонь. Повсюду. Я не могу выбраться. Куда бы не повернулся, я в ловушке. Я должен выйти, я должен найти способ...

Бросив взгляд через плечо, я увидел маленькую лазейку и начал пробиваться к проходу между пламенем, когда услышал. Голос. Зовущий меня. Умоляющий о помощи.

Кортни.

Кортни в ловушке и нуждается во мне. Я должен найти её. Я должен спасти нас обоих.

Но стены словно приближаются, и в комнате становится всё темнее. Я искал, выкрикивал её имя, отчаявшись найти её и помочь, но стоял на одном месте, не в силах пошевелиться. Я чувствовал, как горит моя плоть. Я громко выкрикнул её имя...

Я сел, хватая ртом воздух. Я боролся с тем, что тянуло меня вниз и мешало добраться до Кортни… и тут понял, что это был сон. Тот же самый кошмар, который снился мне всё время, только теперь там была Кортни. Я почувствовал нежное прикосновение к своему лицу, и растерянно моргнул, когда включился свет, и я увидел испуганные глаза Кортни.

– Натан, – взволнованно прошептала она. – Всё хорошо, любимый, я здесь. Ты в безопасности, – её руки обхватили моё лицо, и я почувствовал влагу на её ладонях. – Я здесь, – снова прошептала она.

Дрожа, я привлёк её к себе, и она крепко обняла меня за шею. Моя голова упала ей на плечо, и она стала гладить мои волосы, шепча на ухо нежные слова утешения. Постепенно паника улеглась, пульс пришёл в норму, и я глубоко вздохнул, прижимая к себе Кортни и успокаиваясь от одного её присутствия.

Спустя какое-то время она отстранилась и схватилась за низ моей футболки.

– Подними руки, – тихо велела она.

– Что? – мой голос казался слабым даже для моих собственных ушей.

– Ты вспотел, Натан. Нужно снять футболку.

– Ох, – словно ребёнок, я поднял руки и позволил Кортни стянуть через голову мою влажную футболку. Она встала и повернулась, чтобы уйти и я тут же почувствовал нарастающую панику.

– Кортни, не уходи...

Она остановилась.

– Я только принесу тебе полотенце. Твои штаны тоже влажные. Сними их.

Пытаясь скрасить ситуацию, я неуверенно улыбнулся.

– Я знал, что рано или поздно это произойдёт.

Кортни фыркнула, вышла и спустя несколько секунд вернулась из ванной.

– У тебя только одно на уме, – хихикнула она и покачала головой. – Встань.

Пошатываясь, я сделал, как она просила, и стал наблюдать за тем, как она нежно вытирала мою влажную кожу. Она покрутила пальцем, показывая, что я должен развернуться, и я почувствовал те же успокаивающие движения на плечах и спине.

– У тебя татуировка, – тихо сказала она.

Я кивнул.

– Что это?

Я с трудом сглотнул, в то время как она продолжала заботиться обо мне.

– Память о моей семье. Это всё, что мне осталось от них...

Я чувствовал, как её пальцы нежно проследили контуры разбитого сердца и медленно несколько раз обвели кровавые слёзы на дне.

– Ты сделал татуировку после того, как их потерял?

– Да.

Лёгкие как пёрышко прикосновения покрыли мою татуировку и, бросив взгляд через плечо, я увидел Корни. Она целовала символ, который так много для меня значил. От этого жеста моё сердце наполнилось теплом.

– Был пожар, – прошептал я, на миг закрыв глаза, пытаясь избавиться от мучительных воспоминаний.

– Мне очень жаль.

– У меня остался шрам на правой ноге.

Я чувствовал её колебания.

– Ты можешь посмотреть. Это больше не беспокоит меня, – спокойно сказал я, желая разделить с Кортни эту тайную часть своей жизни, точно зная, что она будет бережно хранить её.

Она отстранилась, и я почувствовал её взгляд на травмированной коже, покрывавшей мою ногу. Её руки вдруг обвились вокруг моей талии, и меня окутало её теплом.

– Именно так ты потерял свою семью? При пожаре? – нерешительно спросила она, её губы оставляли лёгкие поцелуи на моей спине.

Я накрыл её сжатые вокруг моей талии руки своими, принимая её нежное сочувствие.

– Той ночью я потерял всё, – это было ближе всего к правде, которую я мог разделить с ней в этот момент.

– Слезинки?

– Каждая из них представляет человека, которого я потерял, – тихо объяснил я. – Которого я любил.

Она крепче прижала меня к себе и так, молча, мы стояли почти минуту. Затем Кортни взяла меня за руку и подвела к стулу. Я слишком устал, чтобы предложить свою помощь, поэтому просто смотрел, как она поменяла постельное бельё, а затем откинула для меня уголок одеяла, так же как я делал это для неё прошлой ночью.

– Я, чёрт, мне не во что переодеться, – я указал на свои боксёры. Я не хотел, чтобы она чувствовала себя неловко.

– Думаю, вопреки тому, во что хочет верить твоё эго, Нат, я справлюсь с тем фактом, что ты почти раздет, – она улыбнулась, а затем подмигнула: – По крайней мере, твоя прекрасная задница прикрыта.

Усмехнувшись, я осторожно лёг на кровать и вздохнул, когда свет выключился, и я почувствовал, как Кортни легла рядом со мной. На этот раз именно она придвинулась и обвилась вокруг меня, предлагая мне безопасность своих объятий. Её руки поднялись вверх и стали поглаживать мои волосы, и я закрыл глаза, наслаждаясь её нежностью.

– Прости, я разбудил, – вздохнул я в темноте.

– Ты называл моё имя. И казался таким напуганным.

— Меня снова окружал огонь, и там была ты, – я с трудом сглотнул. – Я не мог добраться до тебя.

– Я здесь, Натан. Я рядом с тобой.

Я прерывисто выдохнул и крепче обнял Кортни.

– Именно это мне и нужно. Чтобы ты была рядом со мной. Не отпускай.

Я ощутил её горячие слёзы на своей голой груди, когда она оставила тёплый поцелуй на моей коже.

– Я не отпущу, Натан.

Окутанный её теплом, и с её нежным обещанием, всё ещё звучавшим в ушах, я, наконец, уснул.

Глава 20

Утром я проснулся один, в тишине. Я крепко обнимал подушку Кортни, зарывшись в нее лицом и вдыхая нежный аромат. Меня вымотал ночной кошмар. Разговор с Кортни о её прошлом всколыхнул много разных эмоций. Это почти всегда гарантировало беспокойную ночь, а кошмар стал логическим завершением.

Сев в постели, я включил свет, моргнул и принялся впервые по-настоящему осматривать спальню Кортни. Стены мшисто-зеленого цвета в сочетании с темной мебелью создавали в комнате уют. Там и тут были развешены фотографий, без сомнения, сделанные самой Кортни. Кровать была огромной – больше, чем у меня и удобнее.

Откровенный разговор прошлой ночью дал много пищи для размышлений. Я решил сегодня узнать о Кортни еще больше. Мне было необходимо выяснить, что происходит в её хорошенькой головке, чтобы затем попытаться раз и навсегда удалить весь негатив, что укоренился там за столько лет плохого обращения.

«Но для начала надо найти саму Кортни».

Я удивился, поняв, что сейчас чуть больше семи утра. Небо выглядело таким же тёмным и мрачным, как и обещал прогноз погоды.

«Неужели Кортни отправилась на пробежку без меня?»

Если так, то меня это совсем не радовало. Пусть, по её словам, брат-мудак поздно просыпался, я не хотел рисковать. Отбросив одеяло, я поёжился от холодного воздуха и начал искать свои штаны и футболку, но безуспешно. Заскочив в ванную и быстро сделав все необходимое, я пошел на запах свежезаваренного кофе. Остановившись на пороге кухня, я облегченно улыбнулся и облокотился на косяк. Кортни сидела за столом и читала книгу. На ее ногах были розовые носки с принтом из черных отпечатков лап. Я прочистил горло и широко улыбнулся, когда Кортни подняла голову, увидела меня в одних боксерах и сильно покраснела. Пробормотав приветствие, она потупилась.

– Мисс Шеф-повар… – произнес я, неторопливо подходя к Кортни.

– Да?

– Милые носочки. В тон моих боксеров. Специально их надела?

Так и не взглянув на меня, она покачал головой.

– Когда я надевала их прошлым вечером, то не знала, какого цвета твои боксёры.

Я усмехнулся.

– Кто ж тебе поверит. Кстати об этом...

– Да?

– Где моя одежда?

– Я ее постирала. Она в сушилке. Я думала, ты будешь долго спать, и я успею её высушить... – Кортни смущенно замолчала.

Усмехнувшись, я поднял голову Кортни за подбородок, осторожно снял с нее очки и наклонился для поцелуя. Её губы были тёплыми и мягкими, и я притянул её ближе, углубляя поцелуй. Отстранившись, я облизнулся.

– М-м, кофе, – пробормотал я в щёку Кортни. Мои губы нашли её ухо, и я обвёл языком его нежную раковину. – Знаешь, нужно было просто попросить.

– Попросить о чём? – растерянно прошептала она.

– Попросить, чтобы я ходил в одних трусах, а ты могла пялиться на мою прекрасную задницу, – я усмехнулся и прикусил мочку её уха. – Для этого не нужно было забирать всю мою одежду. Я бы с радостью согласился.

Она возмущённо вздохнула.

– Я этого не хотела, Натан Фрейзер!

Я хмыкнул, когда Кортни назвала меня полным именем.

– Ну, да, конечно. А также, ты не пыталась соблазнить меня в ванной вчера вечером. Я вижу насквозь все твои уловки.

Она безуспешно попыталась оттолкнуть меня, когда из другой комнаты послышался звуковой сигнал.

– Отойди от меня. Твоя одежда высохла, – Кортни указала в сторону прачечной. – Иди, оденься. Сейчас.

– Как скажешь, – я улыбнулся. – Наслаждайся видом.

Я повернулся и неспешно пошел к двери. Там я остановился, посмотрел на Кортни через плечо, подмигнул и для пущего эффекта хлопнул себя по заднице.

– В следующий раз тебе придётся попросить... и сказать– «пожалуйста».

Я усмехнулся, услышав ее возмущенный возглас.

Джинсы и футболка были теплыми, и я с наслаждением их надел. Складывая остальную свою одежду, я улыбнулся, увидев насколько белыми стали мои носки. Взяв носки Кортни, я приложил их к своим. Почти все они вписались в пятку моих. Почему-то мысль о том, что наши вещи стирались вместе, сделала меня по-дурацки счастливым. Всё ещё улыбаясь, я вернулся на кухню и застал Кортни врасплох, когда схватил за талию и, повернув к себе, крепко поцеловал. Когда я отстранился, она моргнула и посмотрела на меня.

– За что? – не дыша, прошептала она.

Я усмехнулся и оставил ещё один поцелуй на её сладких губах.

– За то, что ты – это ты, – я снова поцеловал её. – За то, что отбелила мои носки.

Мой голос стал серьёзным.

– За то, что позаботилась обо мне прошлой ночью, – я страстно ее поцеловал. – За то, что терпишь меня... и мои поддразнивания.

– Мне нравятся твои поддразнивания, – тихо призналась она.

– Хорошо. Потому что мне нравится, как ты на них реагируешь.

Какое-то время мы просто молча стояли.

– Ты в порядке? – прошептала она.

Я глубоко вздохнул.

– Всё нормально.

Она посмотрела на меня и поджала губы.

– Нормально? Не думаю, что мне нравится это слово.

Я улыбнулся, услышав, как она процитировала меня, затем нежно погладил по щеке.

– Ладно. Я чувствую себя почти также как и всегда после таких снов. Почти, потому что сейчас мне намного лучше, ведь со мной ты.

– Хочешь поговорить об этом?

– Не сейчас. Сегодня я хочу наслаждаться тем, что мы вместе, а не грузиться своим прошлым.

Она нежно улыбнулась.

– Хорошо, потом.

Я улыбнулся в ответ.

– Хорошо, потом.

– Кофе?

Я фыркнул.

– И ты ещё спрашиваешь?

– Завтракать будешь?

– У тебя есть хлопья?

– У меня есть Cheerios.

– Просто Cheerios? – я усмехнулся. – И никаких фруктовых колечек или «Капитан Хруст»?

– Нет.

Я тяжело вздохнул.

– Я разочарован, мисс Шеф-повар.

Нагнувшись, Кортни взяла коробку и протянула мне.

– Они медовые, с орехами.

– Но они все еще «Cheerios».

Она хихикнула.

– Может испечь тебе оладьи?

Я покачал головой и пошел к двери, что вела на задний двор.

– Перелезу через забор и возьму свои хлопья. Заодно прихвачу инструменты, а ты пока приготовь мне кофе.

Кортни пошла за мной и смотрела, как я поднимаюсь по лестнице.

– Почему бы тебе не пройти через дверь?

Я усмехнулся через плечо.

– Потому что я уже сроднился с этим забором, и, к тому же я не хочу лишать тебя удовольствия увидеть мою задницу, пока я перелезаю через забор.

– У тебя и правда, великолепная задница, – сухо заметила Кортни, заставая меня врасплох. Я замер на верхушке забора, с изумлением уставившись на неё. Кортни рассмеялась, я вместе с ней.

– Я знал, что ты обязательно согласишься со мной, – крикнул я и перемахнул через забор. – Добро пожаловать на тёмную сторону.

– Не можешь победить – присоединяйся, – парировала Кортни.

Дома я собрал кое-какую одежду, набор инструментов и засунул в рюкзак. Прихватив хлопья, я запер дверь и быстро перебросил на ту сторону забора рюкзак, а затем уже перепрыгнув сам. Ходить через дверь, наверное, было легче, но через забор… это было "в нашем стиле", ведь наше с Кортни знакомство произошло через этот забор.

«Хорошо, что на нашей улице нет других домов. Даже представить боюсь, что подумали бы соседи, увидев, что я то и дело перелезаю через забор. У миссис Вебстер был бы настоящий праздник».

Кортни вернулась за стол, я сел рядом и сделал большой глоток горячего кофе. Залив хлопья молоком, я завтракал и смотрел, как она читает и потягивает свой кофе. Тишина казалась на удивление приятной. Напоминало обычное ленивое субботнее утро, проведенное вместе с кем-то особенным. Спустя несколько минут, я прочисти горло.

– Кортни?

Она подняла голову и впервые я смог разглядеть её очки.

– Почему у тебя тонированные линзы?

Она пожала плечами.

– С ними не так заметен странный цвет моих глаз.

Я нахмурился.

– Твои глаза не странные. Они красивые.

– Большинство людей так не считают, Натан.

– Нельзя скрывать что-то настолько прекрасное, – настаивал я.

На лице Кортни отразилась целая гамма эмоций.

– Я не знаю, как реагировать, когда ты говоришь что-то подобное, – пробормотала она. – Я не привыкла к комплиментам.

Я наклонился и сжал её руку.

– Привыкай. Я никуда не денусь, а у меня в запасе много приятных слов для тебя.

Бросив на меня взгляд из-под ресниц, Кортни застенчиво улыбнулась. Подняв её руку, я нежно поцеловал костяшки пальцев.

Собравшись с духом, я затронул предмет, который Кортни, скорее всего, хотела избежать.

– Могу я отвести тебя сегодня в полицейский участок, чтобы получить запретительный ордер на твоего брата?

Лицо Кортни упало.

– Это обязательно? Уверена, он не подойдет ко мне.

— Я не стану рисковать. Я хочу, чтобы он держался от тебя как можно дальше, – нахмурившись, я посмотрел на её руку, зная, что под рукавом свитера скрываются оставленные мудаком-братцем тёмные синяки. – Я не хочу, чтобы он снова прикасался к тебе.

– Ты остановил его прежде, чем он по-настоящему сделал мне больно.

Увидев, как поникли плечи Кортни, я до боли сжал чашку.

– Он причинял тебе боль раньше?

Кортни закрыла глаза и кивнула.

– Когда мы росли, он частенько использовал меня, как боксерскую грушу – если он был расстроен, то срывал своё разочарование и злость на мне, – она вздохнула. – Большую часть времени он ранил меня словами, но иногда увлекался...

Я поставил чашку на стол, боясь, что сожму её слишком сильно и сломаю. Мне так много хотелось сказать сейчас. Так много сделать; например, найти этого ублюдка и дать ему почувствовать на своей шкуре ту боль, что он причинил Кортни. Но я знал, что это ничего не решит и ничем ей не поможет. Это было ее прошлое, изменить его я не мог.

Я присел на корточки и, обхватив ладонями лицо Кортни и заставил посмотреть мне в глаза.

– Он больше никогда не коснётся тебя. И больше никогда ни ранит словами. Клянусь.

Кортни наклонилась вперёд и коснулась моих губ своими.

– Спасибо.

Я не позволил ей отстраниться.

– Теперь ты в безопасности. У тебя есть я.

– Мне просто нужно привыкнуть к этому.

– Да-да, ты привыкнешь, – прошептал я. – Потому что обещаю тебе – это не изменится. Ты застряла со мной, мисс Шеф-повар.

Она неуверенно улыбнулась.

– Я не против.

– Вот и хорошо. Итак, ты позволишь отвести тебя в участок, задать там несколько вопросов и получить информацию?

– Ладно.

Я накрыл её рот своим, глубоко целуя и позволяя почувствовать все, что пока не мог передать словами.

*** *** ***

Когда мы приехали к полицейскому участку, Кортни была словно комок нервов. Я обнял ее за плечи, прижал к своему боку и повел внутрь. Народу в участке почти не было. Увидев нас, женщина-офицер нахмурилась и пошла нам навстречу.

– Кортни?

Кортни вытаращила глаза.

– Джоанн? Что ты тут делаешь? – Она повернулась ко мне и тихо проговорила: – Мы с Джоанн учились вместе. Она была одной из немногих моих друзей, но мы потеряли друг друга из виду, когда я поступила в университет.

– Я перевелась в этот участок, после того как вышла замуж. – Джоанн заметила, как крепко я обнимаю Кортни. – Что-то случилось?

– Мы можем поговорить наедине? Кортни нужен совет.

– Конечно, – кивнула Джоанн и снова посмотрела на Кортни: – Ты хочешь поговорить без э-э…

Она перевела взгляд на меня.

– Натан, – представился я. – Если Кортни хочет поговорить с глазу на глаз я не против.

– Нет, я хочу, чтобы Натан был со мной, – настояла Кортни.

– Хорошо, следуйте за мной.

Спустя двадцать минут Джоанн хмуро откинулась на спинку стула – синяки, что показала Кортни, явно ее расстроили.

– Твой брат всегда был козлом! – зло бросила она и далее объяснила, что нужно сделать для получения ордера, который запретит брату-мудаку приближаться к Кортни.

С каждой минутой Кортни все больше нервничала и все крепче сжимала мою руку, особенно когда Джоанн сказала, что полиция может арестовать Энди, если сочтет необходимым, даже без этого ордера.

– Я не говорю, что это обязательно произойдет, но я согласна с Натаном, что так оставлять это нельзя. Мы можем обсудить другие варианты, но необходимо сделать так, чтобы Энди держался от тебя подальше.

– Могу я подумать? – робко спросила Кортни.

Джоанн посмотрела на меня, будто почувствовав мое разочарование.

– Можешь, но долго не тяни. Не давай этому козлу шанса вернуться к тебе.

– У него не будет ни единого шанса, – заверил я Джоанн.

Она улыбнулась.

– Я рада, что у нее есть ты, Натан. Но ты не сможешь быть с Кортни целыми сутками. А ты, Кортни, думай, хорошенько думай. – Она взяла визитку и что-то написала на обратной стороне. – Здесь мой рабочий номер, а здесь домашний. Звони в любое время.

Кортни взяла визитку.

– Спасибо.

Джоанн покачала головой.

– Я никогда не понимала, как ты такая милая и добрая можешь быть родной сестрой Энди. Он всегда был таким придурком.

– Он не сильно изменился, – сказал я. – Ему еще повезло, что я просто выкинул его за дверь.

– Будь осторожен, Натан. Если ты дашь ему основание, то он выдвинет против тебя обвинение, а Кортни останется без защиты.

Это меня отрезвило. Джоанн дала отличный совет, особенно учитывая мое прошлое.

– Я буду осторожнее.

Джоанн встала со стула.

– Буду ждать вашего звонка.

__________________________________

В машине по дороге домой из полицейского участка, Кортни молчала, крепко сжимая в руке папку с документами, которые дала ей Джоанн. Я знал, что она пытается решить, как поступить, и не хотел давить, но и позволять этому мудаку снова обидеть Кортни я не мог.

У меня сердце обрывалось, когда я глядел на побледневшую Кортни. Я не знал, как именно могу ей помочь, кроме как быть рядом, пока она позволит мне. Но казалось, что она так долго со всем справлялась сама, и теперь просто не знала, как принять помощь.

Я припарковал машину перед магазином, где обычно покупал электронику, и сжал её руку.

– Мне нужно купить кое-что, чтобы настроить твой телевизор. Хочешь пойти со мной? – осторожно спросил я, вглядываясь в её грустные глаза. – Если нет, тогда не выходи из машины.

– Я останусь здесь.

Я наклонился и поцеловал её в лоб.

– Хорошо, я скоро вернусь.

Она кивнула.

Я быстро выбрал то, что нужно, не спуская глаз с машины. Я знал, что дверцы заперты, что Кортни в полном порядке, и даже если её брат неожиданно появится, я доберусь до нее в мановение ока, но всё равно нервничал. Что-то мне подсказывало, что под гнетом событий последних дней Кортни вскоре сломается. Когда это произойдёт, я не хотел, чтобы она была одна, поэтому с облегчением выдохнул, когда вернулся в машину.

Зайдя в дом, я сложил все покупки на пол и посмотрел на Кортни. Она выглядела такой неуверенной и растерянной, осматривая свой дом, словно не знала, что дальше делать. Я притянул её в свои объятия и почувствовал, как по её телу прошла дрожь.

– Ты хочешь меня о чём-то спросить? – прошептала она в мою грудь.

– Хочу. Но мы можем поговорить об этом, когда ты будешь готова. Не раньше, – я отстранился и посмотрел на её бледное лицо. – Я знаю, что это нелегко принять. И чувствую, что ты тоже хочешь меня о чём-то спросить.

Взглянув на меня, она неуверенно спросила.

– Кто мы?

Я нежно улыбнулся.

– Мы – то, кем ты хочешь, чтобы мы были, Кортни. Я хочу тебя в своей жизни. И хочу быть в твоей.

– Почему?

Я покачал головой.

– Мне жаль, что ты не можешь видеть... не можешь... почувствовать, что творится со мной, когда я смотрю на тебя. Что я чувствую, находясь с тобой рядом, – я нежно провёл пальцем по её щеке. – Тогда ты бы не стала спрашивать. Ты бы просто знала.

– Я боюсь.

– Меня?

– Тех чувств, которые ты вызываешь во мне, – призналась Кортни.  – Того, как сильно я хочу, чтобы ты чувствовал то же самое.

Я прижал её голову к своей груди.

– Перестань бояться. Ты не должна этого хотеть, потому что это уже со мной происходит. Ты небезразлична мне... очень небезразлична.

Её голос прозвучал приглушённо.

– Никто никогда не говорил мне таких слов.

Я нежно приподнял её лицо.

– Как мы уже установили, что я – не «никто».

Мы молча смотрели друг на друга, и я знал, что должен помочь ей пройти через это. Позже мы могли бы сесть и поговорить, но я хотел, чтобы она снова почувствовала опору под ногами и выкинула из головы все тревожные мысли.

Наклонившись, я достал из-за её спины, с кухонной стойки, пачку макарон.

– Это для меня, мисс Шеф-повар? – поддразнил я. – Кажется, кто-то обещал приготовить макароны с сыром.

 Я широко улыбнулся.

Она насмешливо нахмурилась.

– Если правильно помню, кто-то просил меня об этом.

– Но это для меня, не так ли?

На её лице вспыхнула улыбка.

– Да, Нат, я собираюсь приготовить для тебя макароны с сыром.

Я торжествующе усмехнулся.

– Замечательно. Тогда приступай, женщина. В конце концов, мне пришлось самому приготовить себе завтрак.

Хихикнув, она выхватила у меня коробку.

– Бедный малыш. Мне придётся компенсировать это, не так ли?

– Да уж.

– Я добавлю салат.

Я застонал.

– Опять овощи. Так ты вряд ли что-то компенсируешь, мисс Шеф-повар. Я бы согласился на печенье или шоколадные кексы, – я широко улыбнулся ей. – Держу пари, ты делаешь чертовски вкусные кексы, ведь так?

Она кивнула.

«Вот и прекрасно. Ей надо отвлечься, готовка прекрасно с этим справится».

Я притянул Кортни к себе.

– Приготовишь их для меня? – тихо умолял я ей на ухо, целуя нежное местечко за ним. – Сейчас?

Её дрожь, как и сбившееся дыхание, заставили меня улыбнуться. Я отстранился и поцеловал её в макушку.

– Я пойду творить свою магией, а ты колдуй здесь.  Я с нетерпением буду ждать своей награды.

– Вряд ли макароны с сыром и шоколадные кексы можно считать вознаграждением.

Я покачал головой.

– Я не это имел в виду.

Она нахмурилась.

– Не понимаю.

Я поднял её подбородок и страстно поцеловал, мой язык лениво ласкал её, пока я наслаждался вкусом. Отстранившись, я оставил ещё один поцелуй на её нежных розовых губках.

– Вот моё вознаграждение. Возможность провести с тобой остаток дня под одеялом, на твоём диване, – я понизил голос. – Целый день. Только ты и я. Лучшая награда из всех.

Когда я вышел из кухни, Кортни улыбалась.

Глава 21

– Все, остаюсь здесь навечно, и хочу, чтобы ты готовила мне макароны с сыром каждый день!

Я поставил пустую тарелку на стол и откинулся на спинку стула.

– В конце концов, ты ими пресытишься, – рассмеялась Кортни, взяла мою тарелку и внимательно осмотрела. – Э-э... ты точно наелся? Кажется, ко дну кастрюли прилипло несколько макарон. Если хочешь, можешь их соскрести.

– Я ем так много, только чтобы сделать тебе приятное. Не хочу, чтобы ты подумала, будто я не ценю твои старания и кулинарные навыки, – с апломбом проговорил я.

– Как мило с твоей стороны. – Кортни кивнула с ухмылкой. – Насколько понимаю, обычно ты ешь не больше птички?

Я закрыл глаза.

– Ага, клюю по зернышку. Так напрягаюсь я только ради тебя.

Я был удивлён, но доволен, когда тёплые губы Кортни прижались к моим.

– Я это ценю.

Я обхватил лицо Кортни, удерживая близко, и поцеловал. Наши губы двигались в унисон, языки лишь слегка касались друг друга. Мы не углубляли поцелуй, лишь наслаждались моментом сладостной близости.

Когда Кортни отстранилась, я открыл глаза и улыбнулся её завораживающему взгляду.

– Привет, мисс Шеф-повар.

– Привет, Нат.

– Мне нравится это даже больше, чем твоя ладонь, – я игриво пошевелил бровями.

– Почему-то меня это не удивляет.

Я усмехнулся и погладил густые локоны Кортни, наслаждаясь их мягкостью.

– Мне нравятся твои волосы.

Кортни зарделась, как я и ожидал.

– Мне нравится твой румянец, - я погладил ее теплую щечку.

Она покраснела еще сильнее – румянец залил даже шею.

– Мне нравишься ты, Кортни.

Она прикусила губу и отвела взгляд.

– Эй, – я подождал, пока она снова не посмотрит на меня и добавил: – Мне на самом деле очень нравится целовать тебя.

– Мне тоже это нравится, – прошептала Кортни.

Я чмокнул ее в кончик носа.

– Хорошо. Потому что я не хочу останавливаться.

Я отпустил её и встал со стула.

– Готова увидеть мою магию?

– Ты уже всё сделал?

– Да. Я пойду, поставлю какой-нибудь фильм, а ты можешь принести кофе и... пирожные? – с надеждой спросил я.

– Договорились.

__________________________________

– Только один пульт? – с восторгом спросила Кортни.

Мой рот был забит умопомрачительным на вкус шоколадным пирожным, поэтому я просто кивнул.

– Откуда он?

Я проглотил и сделал глоток кофе. Мои вкусовые рецепторы просто взорвались, когда его горечь смешалась со сладостью шоколада.

– Я купил его для тебя этим утром. У меня такой же. Очень удобно: берешь его и нажимаешь нужную кнопку. Он включит всё, что нужно.

Кортни поглядела на пульт и нахмурилась.

– Я наверняка что-нибудь перепутаю, и он сломается, – она с грустью поглядела на меня. – Руки у меня вставлены не с той стороной для таких штуковин.

Я рассмеялся, а затем наклонился и нежно поцеловал Кортни.

– Не волнуйся, я починю.

Кортни поморщила носик.

– Правда?

– Да. Не переживай. Если будешь кормить меня макаронами с сыром и такими пирожными, я точно никуда не уйду. Если он сломается, то просто скажешь мне.

Я взял пульт из её рук и нажал на кнопку.

Кортни удивленно уставилась на экран телевизора.

– Похоже на моё крыльцо.

– Так и есть. Теперь, когда кто-то позвонит в дверь, ты увидишь, кто пришёл. Я запрограммировал синюю кнопку: нажмешь, и она переключит куда нужно.

Кортни покачала головой.

– Как?

Я пожал плечами.

– Чудо беспроводных технологий. Над входной дверью установлена маленькая камера. Она обеспечит безопасность, а тебе это нужно, особенно учитывая всё, что произошло. Позже я добавлю еще и интерком, – я замолчал и умоляюще посмотрел на нее. – Пожалуйста, прими это, Кортни.

Она поджала губы, словно не знала, согласится ли, а потом прошептала:

– Спасибо.

Я с облегчением выдохнул и сжал ее руку, чувствуя себя теперь намного спокойнее.

Вернув Кортни пульт, я объяснил, как им пользоваться и дал несколько минут на то, чтобы освоиться. Допивая кофе, я бросал тоскливые взгляды на тарелку с последним пирожным. Кортни принесла одно себе и два мне, но даже не прикоснулась к своему, поскольку возилась с пультом.

Заметив мой взгляд, она улыбнулась и протянула тарелку.

– Это твое, – покачал головой я.

– На кухне есть ещё. В любом случае, я сделала их для тебя.

Я отставил чашку с кофе и взял кекс.

– А ведь верно – ты сделала их для меня, и это я должен с тобой делиться, а не наоборот. Но сейчас я буду жадиной, – я подмигнул и поднёс последнее пирожное ко рту.

Кортни захихикала.

– Попробуешь? – усмехнувшись, предложил я.

Она наклонилась, откусила и стала медленно жевать, закрыв глаза от удовольствия. Я зачарованно смотрел, как показался её язык, чтобы слизать глазурь с уголка рта и как дёрнулось горло, когда она проглотила.

Действуя инстинктивно, я практически отбросил пирожное, прижал Кортни к дивану и впился в ее рот поцелуем. Она обхватила руками мой затылок, а я обняли её за плечи и крепко прижал к себе. Я никак не мог насладиться её вкусом, который стал ещё более насыщенным благодаря сладости шоколада. Снова и снова я целовал Кортни, мой язык погружался и танцевал с её, исследуя и требуя, пока мы оба не начали задыхаться. С неохотой прервав поцелуй, я уткнулся лбом в плечо Кортни и прижался губами к шее.

– Мне стоит за это извиняться? – выдохнул я, когда наконец-то смог заговорить.

– Нет, – прошептала она.

– Хорошо. Потому что такое может часто происходить.

– Пирожные? Это они... э-э... так повлияли на тебя?

Усмехнувшись, я отстранился и посмотрел на нее. Опухшие после поцелуя губы, порозовевшие щёки, а глаза... они отражали ту же страсть, которую чувствовал я.

– Нет, Кортни, это ты... только ты так на меня влияешь.

– Ух ты, – одними губами, беззвучно произнесла она.

– Вот именно, ух ты. – Я прижал Кортни к себе, чтобы она почувствовала, как сильно влияла на меня.

Она широко раскрыла глаза, еще больше раскраснелась и вдруг напряглась.

– Это всё, что я сейчас хочу. Только ты. Только это. Расслабься, – попросил я.

Кортни задрожала, и я взглянул на неё, обеспокоенный изменением в поведении.

– Кортни?

– Ты заставляешь меня хотеть... большего, – прошептала она, нежно поглаживая пальчиками моё лицо.

Я улыбнулся, поймал ее ладонь и поцеловал.

– Хорошо. Большее – это хорошо, но только когда ты будешь готова. Никакого давления. Мы доберёмся и до этого. Вместе.

– Вместе, – с дрожью выдохнула она.

_____________________________________________

Кортни уснула. Чтобы посмотреть фильм, мы расположились на диване. Я уговорил её прилечь, положив голову на подушку у меня на коленях, и укрыл нас большим одеялом. Я нежно поглаживал волосы Кортни, с радостью чувствуя, как она расслабляется. Я продолжал перебирать её шелковистые локоны, краем глаза смотря фильм, но главным образом наблюдая за нею. Она была измучена всем переживаниями этой недели, и к тому же не выспалась прошлой ночью, присматривая за мной после кошмара.

Теперь я хотел сделать то же самое для неё.

То с какой силой мне хотелось оберегать ее и защищать поражала, а страсть, которая вспыхивала во мне от одного ее жеста или слова, сводила с ума. Я никогда не испытывал ничего подобного. Я так долго запрещал себе хоть что-то чувствовать. Потеря семьи опустошила меня, и я даже представить не мог, что однажды позволю себе снова о ком-то глубоко заботиться. Но вот моей жизни появилась Кортни и оказала на неё такое огромное влияние, что действительно стала необходимой мне как воздух. Одна только мысль что мне придётся вернуться к одинокому существованию, вызывала дрожь. Я нуждался в Кортни. И она нуждалась во мне. Не было никаких сомнений, что мы нужны друг другу, и я больше не мог представить свою жизнь без неё.

Кортни сморщила носик и, поёрзав, повернулась ко мне. Я подождал, пока она не заснет крепче, а затем снова начал гладить её волосы, разглядывая причудливые тени в комнате. Я слышал непрекращающийся стук дождя по крыше, его тихий шелест успокаивал меня. Когда моя рука переместилась, пальцы немного сдвинулись и замерли. Я что-то нащупал под волосами Кортни, поэтому включил лампу, аккуратно откинув пряди и увидел шрам. Он был неровный, зигзагообразный, около трёх дюймов в длину. Необходима была немалая сила, чтобы оставить такой след на её голове. Ресницы Кортни затрепетали, я убрал руку и понял, что она пристально смотрит на меня.

– Привет, соня.

– Ты смотрел на мой шрам, – с грустью прошептала она.

Я виновато пожал плечами.

– Я почувствовал его, когда гладил твои волосы. Он у тебя давно?

– Да, с десяти лет, – ответила Кортни и, чуть помолчав, добавила: – Есть и другие.

– И у меня тоже. Как память о годах увлечения скейтбордингом. Я покажу их тебе потом, – я игриво подмигнул и усмехнулся, но печальный взгляд Кортни стер улыбку с моего лица.

Что-то здесь было не так.

– Откуда у тебя эти шрамы, Кортни?

– Энди.

Я напрягся, но Кортни, похоже, была готова поговорить со мной, поэтому я взял её руку и крепко сжал.

– Расскажи мне.

– Я родилась спустя четыре года после Энди…

– Не такая уж и большая разница в возрасте.

– Четыре или четырнадцать – это не имеет значения. Главное, что мои родители больше не хотели детей. Я стала неожиданным сюрпризом, – она помолчала, – и нежеланным.

Я нахмурился.

– Как ребёнок может быть нежеланным?

Она пожала плечами.

– Они были уже в возрасте. Счастливы. Обустроены. И никогда не планировали и не хотели ещё одного ребёнка. Энди был для них всем, и оправдывал все их ожидания. Общительный, популярный, успешный в спорте... а потом появилась я. Сначала мама думала, что у неё ранняя менопауза, но вместо этого получила меня.

Я сжал её руку.

– Большинство людей сочли бы это подарком. Ты говорила, что по твоей вине она умерла. Как это возможно? Она попала в аварию, да? Но ты была ребёнком тогда.

Она смотрела на меня, не мигая.

– Я не была такой как Энди. Он был желанным, а меня всегда называли проблемным ребёнком. Я была толстенькой, неуклюжей и застенчивой. Часто болела. Боялась даже собственной тени. Вечно падала или ранилась. – Она покачала головой. – По словам моего отца, со мной было столько проблем, что это практически сводило маму с ума.

Кортни вздохнула.

– Однажды я заболела, и мама поехала за лекарством. Домой она так и не доехала. Шел дождь, дороги были скользкими, и она попала в аварию. Другой водитель проехал на красный и столкнулся лоб в лоб с маминой машиной. Мою жизнь и до этого нельзя было назвать сладкой, а уж после… стало только хуже.

Кортни попыталась отодвинуться, но я ее остановил.

– Нет, пожалуйста, не отстраняйся от меня. Позволь мне видеть тебя – мне это нужно.

Она села обратно и обеспокоенно посмотрела на меня.

– И что произошло? – тихо спросил я, обняв ладонью её щеку.

– Энди никогда не любил меня, даже когда я была маленьким ребёнком. Он просто обожал издеваться надо мной. Он постоянно толкал меня, щипал... ему нравилось обзывать меня, высмеивать мою неловкость, полноту, странные глаза. Но после того как мама умерла... он стал ещё хуже. Мама, по крайней мере, пыталась сохранить хоть какой-то мир между нами, но после ее смерти... – её голос затих.

– Расскажи мне, Кортни. Я здесь, с тобой, – нежно подтолкнул ее я.

– Он словно возненавидел меня. Толчки превратились в удары, щипки в шлепки... и грубые слова... – в её голосе сквозила боль. – Это стало постоянным.

– Твой отец не остановил это? И ничего не сделал?

— Я никогда не была близка с отцом. Можно было не сомневаться, кто именно его любимый ребёнок. Он постоянно сравнивал меня с Энди. Почему я такая слабая? Почему не популярна? Почему постоянно болею? А после того как умерла мама, он больше не пытался скрывать своего отвращения. Он постоянно пил. И позволял Энди делать всё, что тот хотел. В глазах отца Энди не мог сделать ничего плохого. Если бы я попыталась поговорить с ним, он просто велел бы мне приободриться и перестать ныть, – её наполненные болью глаза посмотрели на меня. – Помню, однажды, когда он был пьян... он сказал, что даже не уверен, его ли я дочь. Сказал, что не мог поверить, что стал отцом такой неловкой, уродливой, бесполезной девчонки. И что, если я его, то это самая большая ошибка в жизни, и пожелал, чтобы я умерла вместо мамы.

– Кортни... – тихо ахнул я.

«Как мог отец сказать такое собственному ребёнку?»

Кортни закрыла глаза.

– Шли годы, а становилось только хуже. Этому просто конца не было. Один из них постоянно приставал ко мне, критиковал, ругал за то, что я делаю неправильно. И, судя по всему, неправильно я делала абсолютно все. Я старалась, чтобы они были счастливы: не мешала, содержала дом в чистоте, научилась готовить и получала хорошие оценки в школе, чтобы папа мог мной гордиться. Но этого было недостаточно. Я ничего не значила для них. Я стала ещё более замкнутой, у меня не было друзей. В школе меня дразнили «толстухой», «заучкой» и «ходячей болезнью». Зачинщиком был Энди, и другие, глядя на него, это подхватывали. У меня не было ни минуты передышки. Когда я возвращалась домой, всё повторялось, а временами бывало даже хуже. Энди также нравилось шутить надо мной, – Кортни поднялась к голове, где, как я уже знал, находился шрам.

Я взял ее руку, поцеловал, и нежно проводя пальцем по шраму.

– И как это произошло?

– Я ненавидела наш подвал. Там было темно, затхло и просто... – Кортни содрогнулась, – ужасно. Я боялась спускаться туда и делала это только в случае крайней необходимости. Энди говорил, что там живёт Бугимен, и что однажды он поймает меня. Когда мне всё же приходилось спускаться в туда, он часто выключал свет, чтобы напугать. Однажды, думая, что одна в доме, я пошла в подвал, чтобы кое-что оттуда взять. Я уже начала подниматься по лестнице, когда свет выключился, а дверь захлопнулась. Я знала, что это Энди и начала умолять его выпустить меня. Я слышала, как он смеялся, но дверь так и не открывал.

Глаза Кортни наполнились слезами, словно она снова переживала свой страх. Она задрожала, и я сжала её ладонь в молчаливой поддержке.

– Вдруг я услышала, как кто-то поднимается по лестнице, прямо за моей спиной, тяжело дыша и шепча моё имя, – Кортни с дрожью вздохнула. – У меня началась истерика, я кричала, умоляла, чтобы Энди открыл дверь. А потом... потом холодные, влажные пальцы коснулись моей шеи, и я потеряла сознание.

«Гребанный говнюк!»

Мне так хотелось накостылять ему сейчас, что я большим трудом смог успокоиться и сказать:

– Не удивительно, ведь ты была так напугана.

– Да. Очнулась я уже не в подвале – я лежала на полу кухни в луже крови. Оказывается, позади меня был друг Энди, и когда я упала с лестницы, то потащила его за собой. Он сломал руку, а я разбила голову о ступеньки... – она провела пальцами по шраму. – Заживало очень долго.

– Разве они не отвезли тебя в больницу? – ужаснулся я.

– Отец отвёз, когда позже вечером вернулся домой. – Кортни невесело рассмеялась. – Кровотечение так и не остановилось и ему просто пришлось. Он ужасно ругал меня и обзывал, но всё же отвёз. У меня было много ушибов, и в больнице мне стали задавать вопросы. Папе это не понравилось. Я все повторяла, что была одна дома, когда упала с лестницы, и, наконец, меня оставили в покое, зашили рану и отправили домой.

– Твоего брата-козла наказали?

– Нет.

– Почему? – выплюнул я сквозь сжатые зубы.

– Он сказал отцу, что я специально толкнула его друга, который поднимался по лестнице, сбила его с ног, а затем не удержалась и ушиблась головой.

Я фыркнул.

– И он, конечно, поверил?

– Нат, он с готовностью верил всему плохому обо мне.

– Но ты пыталась рассказать ему правду?

Кортни покачала головой.

– Почему?

Она отвернулась.

Я приподнял её голову подбородок, заставляя посмотреть на меня.

– Скажи мне.

– Энди пригрозил, что расскажет всем в школе, что я споткнулась, упала на его друга и своей толстой задницей сломала ему руку. – Кортни оттолкнулась, встала с дивана и поглядела на меня сверкающими глазами. – Мне и так тяжело жилось, ещё больше унижений не хотелось. Я держала свой рот на замке, и некоторое время жила с насмешливыми замечаниями отца и брата, что я такая неловкая, что спотыкаюсь даже о собственные ноги. По крайне мере, мне не приходилось слушать это в школе, а когда отец и Энди поняли, что я не реагирую на их колкости, то перестали.

Я до боли стиснул кулаки, пытался не показать, насколько зол.

– Что ещё он делал?

Кортни передернула плечами.

– После того случая с подвалом, он в основном запугивал меня. Ему нравилось заставать меня врасплох. – Она протянула руку, и я увидел ещё один шрам на ладони. – Однажды он подкрался и схватил меня, когда я резала хлеб для бутербродов. Нож выскочил из рук, и я сильно порезалась, прямо до кости. В тот день мне пришлось самой идти в больницу.

– А где был твой отец?

– Пьяный валялся на диване, – она со стыдом понурила голову. – У меня не было денег, чтобы вызвать такси.

Я зажмурился.

«Бесхребетный мерзавец!»

Кортни словно на автомате продолжала рассказывать о своём болезненном прошлом.

– Он постоянно угрожал мне, обзывал, щипал так сильно, что оставались синяки. Делал всё, чтобы я была несчастной, напугал, например, подбрасывал ужа в кровать или сморкался в мою подушку. Однажды он налил краску в мой шампунь и неделю у меня были зелёные волосы. В школе все просто ухахатывались надо мной – жуткие глаза, жуткие волосы... так много оскорблений я никогда не слышала.

– И твой отец закрывал на всё это глаза?

– Отец никогда не видел в Энди ничего плохого. По его словам, это была всего лишь детская ревность. И ему самому нравилось высмеивать меня. Называть жирной свиньёй или... маленьким слоном, или ещё какими-нибудь обидными прозвищами. Ему было плевать на меня, Нат. Когда мне было тринадцать, я, наконец, поняла, как мало значу для него. Я заболела. На самом деле заболела. Часами я упрашивала отца вызвать скорую помощь, а, когда он все же вызвал, было уже слишком поздно - мой аппендикс лопнул. Я была на волосок от смерти. У меня остался огромный шрам после операции. Но хуже всего было, когда я очнулась в палате совсем одна. Я была так больна и так потеряна, а рядом никого не было, – она грустно покачала головой. – Понимаешь, мне так хотелось, чтобы кто-то обнял и утешил? Чтобы кто-то сказал, что всё будет хорошо, но никто не пришёл.

Кортни ненадолго замолчала.

Я изо всех сил старался сохранять спокойствие. Мне хотел ударить что-нибудь, орать матом, но я сдерживал свои чувства, чтобы Кортни могла разделить свои со мной. Чувствуя необходимость прикоснуться к ней, я обхватил ладонями ее руку.

Наконец Кортни снова заговорила:

– Я узнала, что докторам он сказал, что нашёл меня в таком состоянии, когда вернулся домой, хоть на самом деле он был дома целый день. Он просто не хотел лишнего беспокойства. А мне было слишком стыдно рассказать, что всё было совсем иначе.

– Почему тебе было стыдно?

– Потому что тогда все бы узнали, насколько нелюбима я в собственной семье. Что для своего отца я была пустым местом. Он даже не навещал меня, пока я лежала в больнице, кроме одного раза, когда привёз несколько вещей и второго, когда забирал, чтобы отвезти домой. Я всё это время лгала. Я говорила людям, что он приходил, но они просто не видели его или что он работал в две смены. Я не хотела, чтобы кто-то знал, насколько я одинока.

– Кортни, – прошептал я.

Мне было так грустно за маленькую девочку, которая была так ужасно одинока и нуждалась в любви и заботе.

– Самое печальное, что я не хотела возвращаться домой. Несмотря на уколы и капельницы, в больнице мне было намного лучше. Медсестры хорошо ко мне относились, и никто не доставал меня. Я могла читать и спать и просто... жить, – Кортни потеребила край своей футболки. – Я вернулась домой и в первый раз по-настоящему осознала, что отец и брат никогда не изменят свое отношение ко мне.

Я закрыл глаза, почувствовав боль в её голосе.

«Сколько же боли, жестокости и пренебрежения она перенесла».

– Ничего не изменилось? Даже после того, как они… чуть не потеряли тебя? – Я содрогнулся от одной этой мысли.

– Нет. Они продолжали меня игнорировать. Я перестала надеяться, что они когда-нибудь полюбят меня, – она помолчала. – Ах, нет, они всё же сделали мне подарок.

– Да?

– Купили абонемент на фитнесс. Они верили, что если б я не была такой толстой, с моим аппендиксом было бы всё в порядке, и я не вызвала бы столько хлопот.

«Не вызвала бы столько хлопот? Из-за их пренебрежения она чуть не умерла, но они обвинили её в этом?!»

Я пожалел, что Энди нет рядом. Он бы не ушёл на собственных ногах.

Пытаясь успокоиться, я несколько раз глубоко вздохнул. Мои руки были так плотно сжаты, что костяшки пальцев побелели, и мне пришлось постараться, чтобы расслабить их.

– Твой отец бессердечный, слабовольный ублюдок. А твой брат... Мне хочется найти его и выбить из него все дерьмо. Твое рождение, тебя саму должны были воспринимать как подарок. Как что-то драгоценное, – я вспомнил свою сестру и то, как я её обожал, – тебя должны были любить, а не причинять боль.

– Ну, а меня не любили. Энди сказал однажды... что его жизнь была прекрасна, пока не появилась я. И что, если бы я не болела, то мама бы не умерла. А мой отец не раз говорил, что я самая большая ошибка в его жизни. Они оба постоянно твердили мне, что я разрушила их жизни, и что я должна им, – она покачала головой. – Они до сих пор так думают, судя по последнему визиту ко мне Энди.

– Это не так, – я привлёк Кортни её к себе. – В этом никогда не было твоей вины. Ты была ребёнком. Твоя мама умерла из-за несчастного случая, аварии. А твой отец... чёрт, он взрослый человек. Он должен был защищать тебя.

– Они не любили меня. И по-прежнему не любят, – её губы задрожали. – Я никогда ничего не значила для них. Я никогда ни для кого ничего не значила. Чтобы я не делала, как бы не старалась, этого всегда было недостаточно.

– Ты много значишь для меня. Тебя мне достаточно. Ты всё, что я когда-либо хотел, – настаивал я, заглянув в её наполненные болью глаза.

По щекам Кортни потекли слёзы.

– Я не достойна тебя, Натан. – Ее голос дрожал от усилий, когда она это произносила.

– Это не так.

Она с отчаянием покачала головой.

– Я никогда не знала, каково это... быть с кем-то в отношениях Я была одинока всю свою жизнь.

– Я научу тебя. Ты больше не одна, Кортни. Я никуда не уйду.

Она громко всхлипнула и тут же прижала руку ко рту. В глазах заплескалась паника.

Я убрал её руку. Моё сердце разрывалось при виде её такой дрожащей и уязвимой.

– Не прячь от меня свою боль, – я обхватил её щёку. – Позволь заботиться о тебе сегодня вечером, как прошлой ночью ты заботилась обо мне.

Болезненные рыдания сотрясли Кортни. Я подвел её к дивану, усадил рядом с собой и начал качать в колыбели своих рук. Мне не нравилось слышать плачь Кортни, но я не утешал ее, поскольку знал – ей нужно выплакаться. Только так она освободиться от боли, которую долгие годы причиняли ей те ублюдки. Только после этого я смогу доказать ей, что она более чем достойна быть любимой.

Глава 22

Кортни прерывисто выдохнула и отодвинулась. Я вытер пальцами слезы с ее щек и успокаивающе улыбнулся, когда она открыла свои затуманенные болью глаза.

– Эй!

– Я отойду… – она указала на коридор.

– Я буду здесь, когда вернешься.

Кортни пошла к двери, повернулась и с грустью посмотрела на меня.

– Я бы не стала тебя винить, если бы ты ушел, – прошептала она и пошла по коридору.

Поникшие плечи, склоненная голова – весь вид Кортни будто кричал: «Поражение!», и это меня очень беспокоило. Она была уверена, что я ее оставлю. Что она не стоила того, чтобы я остался. Только время могло доказать, что она ошибается, а его у меня было достаточно: целая жизнь – для неё. Я пошёл на кухню, налил нам кофе, добавил сливки, вернулся на диван и стал ждать Кортни. Я знал, ей нужно время, чтобы взять себя в руки.

Когда Кортни вернулась, её глаза были сухими, волосы собраны в хвост, и она выглядела спокойнее. Молча я протянул ей чашку, и мы просто сидели, слушая шум дождя за окном.

– Прости, Натан.

Я замер, поднеся чашку к своим губам.

– За что?

– За то, что плачу… снова и снова. Кажется, это всё что я делаю с тех пор… как вернулась домой. Ты, наверное, от этого устал.

– На тебя много всего навалилось.

– Возможно. Но обычно я не такой хлюпик.

Я изумлённо уставился на неё.

– Ты не хлюпик. Боже, неужели ты не видишь, насколько ты замечательная?

Она нахмурилась.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.

Я встал и начал расхаживать по комнате, чтобы стряхнуть напряжённости и собраться с мыслями. Пытаясь собраться с мыслями, я провёл рукой по волосам. Я чувствовал, как Кортни с опаской смотрит на меня, и наконец-то снова сел и обхватил ладонями её руки.

— Кортни, – нежно произнес я, – ты не видишь себя со стороны. Не видишь такой, какой тебя вижу я. Сильнее человека, чем ты я еще не встречал. Я уверен, что ты рассказала мне далеко не все, но и так понятно, что твоё детство было ужасным. Боль и осуждение – это все, что ты тогда знала, и поэтому могла озлобиться, стать черствой, но, – я крепче сжал её руки, – ты такая добросердечная, любящая, нежная... Ты преодолела так много, детка.

Кортни молча смотрела на меня.

Я посмотрел ей в глаза и продолжил:

– Ты подвергалась насилию. Всю свою жизнь.

– Не физически, – прошептала она.

Я пожал плечами.

– Возможно, не от отца. Но твой брат издевался и унижал тебя физически. Его шутки вышли за пределы братских шалостей. От него у тебя остались шрамы. Но в эмоциональном насилии виноваты оба: твой брат и отец. Твой отец… – я помолчал, обуздывая гнев, – как родитель, должен был защищать и любить тебя. Но и в том, и в другом с треском провалился. Он подвёл тебя, Кортни. Не наоборот!

Я обнял ее лицо, отмечая подспудно, как бледна ее кожа.

– Плачь столько, сколько нужно. Выпусти то, что накопилось в тебе. Слёзы – не признак слабости. Они лишь значат, что ты слишком долго пыталась быть сильной сама по себе.

– Я не хочу отпугнуть тебя.

– А ты и не сможешь. Никогда. Я уже говорил, что никуда не собираюсь. Ты больше не одинока, и если позволишь, то больше никогда не будешь одна.

– Я не знаю, совсем не знаю, как это сделать, Натан… у меня нет опыта, – нервно прошептала она. – Я не знаю, как это… быть в отношениях. А что, если… – её дрожащий голос затих.

– Если что? – спросил я.

– Что если я всё испорчу и не смогу дать тебе то, что нужно?

Я наклонился и нежно ее поцеловал.

– Ты должна больше верить в себя. Я поражён, с какой лёгкостью ты даришь людям свою любовь, насколько ты самоотверженна с теми, кого даже не знаешь. Ты просто действуешь инстинктивно. Ты именно та, которая нужна мне, – я стал нежно поглаживать пальцами её щёку. – Хотел бы я, чтобы твой мозг был похож на компьютер, чтобы я смог стереть из него все болезненные воспоминания. Но я не могу.

Я покачал головой.

– Единственное, что в моих силах – это попытаться их переписать, заменить новыми. – Я помедлил и глубоко вздохнул. – Если ты позволишь мне. Ведь ты позволишь?

– Я хочу попробовать.

– Я знаю, что ты боишься. Для меня это тоже ново. Но я хочу этого. Я хочу тебя, – я с трудом сглотнул. – Ты чувствуешь что-то похожее?

Секунды тишины тянулись мучительно медленно, но тихое: «Да» Кортни было самым желанным словом из всех, что я слышал.

– Тогда мы сделаем это вместе.

Прекрасные глаза Кортни сияли надеждой.

– Вместе, – выдохнула она, словно пробуя на звук это слово.

Я всматривался в глубину её глаз. Мне было нужно, чтобы она знала – я на самом деле так думал. Каждое слово являлось правдивым.

– Вместе, – пообещал я.

________________________________

– Кортни?

Она подняла голову с моего колена. Мы опять устроились на диване и слушали шум дождя, пока я гладил её волосы, позволяя расслабиться и немного успокоиться.

– Я не хочу тебя снова расстраивать, но можно задам ещё несколько вопросов?

Она настороженно кивнула.

– Самый простой – сколько тебе лет?

– Двадцать шесть. А тебе?

– Тридцать.

– Оу, старикашка.

Я усмехнулся и искоса посмотрел на неё.

– Ага, смотри, малявка. Я собираюсь согрешить с тобой.

Она тихонько хихикнула, а я провёл рукой по её лбу и спросил уже серьезнее:

— Ты... слишком молода для своей работы, разве нет?

Кортни поджала губы, а затем ответила:

– Ну, прежде всего, на мою профессию не нужно учиться столько, сколько на практикующего врача – не нужно проходить ординатуру и тратить годы в медицинской школе. И, как я уже говорила, у меня не было друзей, но я любила учиться, и была очень молода, когда решила, кем хочу стать. Я всегда думала, что хочу быть врачом, поэтому на летних каникулах устроилась волонтёром в больницу. Думала, что это будет отличной практикой. – Кортни поморщилась.

– Оказалось, что это не для тебя?

Она покачала головой.

– Довольно быстро я поняла, что работа с пациентами не для меня. Но я всё ещё хотела посвятить себя... медицине. Чему-то важному. Однажды мне поручили доставить образец в лабораторию и велели подождать результат. Лаборантом была пожилая женщина, очень добрая. Она увидела, что мне интересно и позволила посмотреть. Я была поражена. После этого я сразу же отправилась в библиотеку, начала искать интересующий меня материал и поняла, что хочу работать именно в этой сфере. Что хочу помочь изобрести что-то такое, что облегчит страдания людей.

Кортни замолчала.

Я ждал, когда она соберется с мыслями, продолжая поглаживать её по волосам.

Бросив на меня нерешительный взгляд, она тихо произнесла:

– Мне нравится, когда ты так делаешь.

– Да?

– Да.

– Хорошо. Мне тоже нравится. Твои волосы такие мягкие. Мне нравится чувствовать их пальцами.

Кортни смущенно улыбнулась. Не в силах сопротивляться, я наклонился и ее поцеловал, испытав восторг, когда она подняла голову, чтобы принять мою ласку. Наши губы, нежно скользя, двигались в унисон. Не став углублять поцелуй, я отстранился и провёл большим пальцем по её нижней губе.

– Это мне даже больше нравится, – усмехнулся я, глядя на неё сверху вниз.

– Хорошо.

Она восхитительно сморщила свой носик.

– Продолжай, пожалуйста.

– Став старше, я много времени проводила в библиотеке. Главным библиотекарем была миссис Браун, и она... по сути, она оказала огромное влияние на мою жизнь. Она разговаривала со мной, помогала найти книги, подбадривала. Она была единственным человеком, который, казалось, понимал меня и единственным взрослым, кто заставил меня почувствовать, что обо мне заботятся. Она всегда находила время, чтобы поговорить со мной или выслушать, понимаешь?

– Я рад, что ты встретила её.

– Думаю, она догадывалась, что у меня не всё хорошо в семье, и по-своему старалась помочь.

– Кортни… – я неуверенно замолчал, не зная, должен ли спрашивать.

– Что?

– Почему никто ничего не сделал? Никто не помог тебе?

Она пожала плечами.

– А что они могли сделать? Я была сыта и одета, каждый день ходила в школу и получала хорошие оценки. Мой папа, будучи главой местного профсоюза, был у всех на хорошем счету. Если кто-то и подозревал, что дома у меня не всё гладко, то никогда ничего не говорили, – её голос упал до шепота. – Он не нарушал закон, он просто игнорировал меня. Не могли же они заставить его полюбить меня.

Моё сердце сжалось от грусти, и я покачал головой.

– Он не просто игнорировал тебя, он пренебрегал тобой, – я вздохнул. – Но в школе? Неужели никто не помог?

– Я никогда не жаловалась, поэтому никто ни о чём не догадывался. Я получала хорошие оценки, никогда не показывала синяки или отметины, которые нельзя было списать на мою неуклюжесть, а Энди был достаточно умён, и не издевался надо мной перед взрослыми. Для них я была застенчивым, необщительным ребенком. Еще одним учеником, который не вписался в коллектив.

– Они все подвели тебя.

Кортни помолчала.

– Но миссис Браун была другой. Когда я сказала ей, чем хочу заниматься в будущем, она всячески меня поддерживала. Как только смогла, то я стала подрабатывать, берясь за всё, что было в моих силах. Обслуживание столиков, уборка офисов, репетиторство других людей – всё, что угодно, лишь бы подсобирать деньги. И я училась. Всё время. Миссис Браун даже наняла меня в библиотеку, хотя большую часть времени заставляла изучать книги, – Кортни улыбнулась. – Я доверяла ей, поэтому отдала все свои деньги, и она берегла их для меня. Ни Энди, ни папа не могли до них добраться. Хотя, они, наверное, и не знали, что я работала. Я всегда старалась, чтобы у них было что поесть, и чтобы дом был чист. Они просто думали, что я постоянно в библиотеке, или учусь. Я убедила их в том, что моё обучение полностью бесплатно. Это была идея миссис Браун. Она не любила их и не доверяла им.

– Эта женщина хорошо разбиралась в людях, – фыркнул я.

– Она оставляла мне немного денег на карманные расходы, а остальное вкладывала на мой банковский счёт. – Кортни взглянула на меня. – Думаю, она добавляла туда и свои деньги, но никогда не признавалась мне в этом.

– Кажется, она классная. Я хотел бы поблагодарить её за то, что она сделала для тебя.

– Она умерла вскоре после того как я поступила в университет.

– Мне очень жаль.

– Я до сих пор скучаю по ней. – Ее губы задрожали, но она улыбнулась. – Ты бы ей понравился.

– Не сомневаюсь, она бы мне тоже.

Кортни тихонько вздохнула.

– Я очень старалась и окончила школу на год раньше, с отличием. В семнадцать лет я получила стипендию и поступила в университет. Это было всего в нескольких часах от дома, но я была вдали от них. Я жила в общежитие, несколько месяцев питалась одной лапшой быстрого приготовления, но я это сделала.

– Отец не помогал тебе с деньгами?

Кортни рассмеялась.

– Нет. Когда я сказала ему, что уезжаю учиться в университете, он сказал, что это пустая трата денег, потому что я никогда ничего не добьюсь.

– Это, наверно, было больно слышать.

– Да. Однако впервые в жизни я сделала по-своему. Я работала, училась, платила за всё сама и закончила со степенью кандидата медицинских наук.

Я с нежностью посмотрел на неё.

– Я говорил тебе, что ты потрясающая.

– Не достаточно потрясающая.

– Почему?

– Сразу после того как я получила диплом, мне позвонил Энди и сказал, что у папы был удар. С тех пор как я начала учиться, я не видела никого из них. Я даже на каникулы домой не ездила.

– Не могу сказать, что виню тебя за это.

– Я больше никогда не хотела их видеть. Но Энди продолжал названивать и давить на меня и, в конце концов, я согласилась съездить к ним. – Кортни тяжело вздохнула. – Одно повлекло за собой другое, и не успела я опомниться, как снова оказалась там, заботясь об отце и брате.

Я разочарованно присвистнул.

– Кортни…

– Знаю, я была дура. Думала, что возможно, это тот шанс, которого я так долго ждала. Я повзрослела, а они, казалось, нуждались во мне. Мне предложили работу в местной больнице, и я подумала, что если буду работать и заботится о папе, у нас, наконец, будет нормальная семья, – с грустью сказала она. – Что возможно, я стану для них своей.

Я нежно погладил ее по щеке.

– Но этого не произошло, верно?

– Верно. Работа мне не нравилась, и мой отец ни капли не изменился. Я была кем-то вроде бесплатной прислуги или сиделки. Папа был таким же холодным и неблагодарным как всегда, а Энди… ну, он Энди. Что бы я ни делала, всё было плохо.

– Да уж, обалденно.

Кортни придвинулась ко мне, словно желая быть ближе, и я крепко обнял ее за плечи.

– И что дальше?

– Папе не становилось лучше. У него случилось еще несколько микроинсультов, и я понимала, что сама уже не справлюсь. Лечащий врач отца настоятельно рекомендовал поместить его в дом престарелых, где постоянный медицинский уход, но отец даже слышать об этом не хотел, а я тем временем разрывалась между ним и работой и просто не знала, как быть дальше.

– А чем помогал тебе Энди?

Кортни засмеялась.

– Ничем. Он продолжал жить своей жизнью. Работал в гараже, выпивал со своими приятелями и продолжал поддевать меня.

– Мудак, – пробормотал я.

– Неожиданно мне предложили должность в здешнем научно-исследовательском центре. Я мечтала работать в нем после окончания университета, но знала, что не смогу каждый день ездить домой, чтобы ухаживать за папой… Я так сильно хотела эту работу, что впервые в жизни подумала сначала о себе и согласилась на предложение. Когда я сказала папе и Энди, что уезжаю, и им придется нанять сиделку или поместить отца в дом престарелых… ну, это было ужасно. Они наговорили мне гадостей, а Энди так сильно толкнул меня в стену, что я несколько дней не могла пошевелить плечом. – Кортни с грустью посмотрела на меня. – Тогда я поняла, что всегда буду для них лишь бесплатной прислугой. Они не любили меня ребёнком и, конечно же, не полюбили и взрослой.

«Этому козлу лучше не встречаться со мной в темном переулке. Да и в хорошо освященном тоже!» – подумал я, глотая гнев.

– И что ты сделала?

– Я поднялась к себе, собрала вещи и уехала, когда они легли спать. Я приступила к новой работе, нашла небольшую квартирку и начала самостоятельную жизнь, – она улыбнулась. – Раньше у меня никогда не было такой свободы, и мне понравилось.

– Они тебя беспокоили?

– Какое-то время. Энди звонил и угрожал, говоря, сколько я им должна, и что я в очередной раз их подвела. Я сказала врачу отца, что больше не смогу за ним ухаживать и он настоял, чтобы поместить отца под медицинский уход в доме престарелых. Папе это не понравилось. Но звонки прекратились, и я подумала, что наконец-то освободилась от них. И я не слышала и не видела Энди до того дня, как он явился сюда.

– Твой отец до сих пор в доме престарелых?

– Да.

– И он хочет уйти оттуда? – спросил я с беспокойством в голосе.

– Да, ему там не нравится.

Я сжал её руки в своих.

– Мне плевать! Ты не вернёшься туда. Ты не их рабыня, – я пристально смотрел на неё. – Я не позволю, чтобы они снова использовали тебя и причинили боль.

– Я знаю.

– Ты ничего им не должна. Ты ведь знаешь это, правда? Они больше не имеют над тобой никакой власти.

– Я пытаюсь это помнить.

Я с нежностью обхватил ладонями её лицо.

– Вот и хорошо. Я не дам тебе забыть. – Я понимал, что она уже достаточно отвечала на вопросы о своей семье, и поэтому сменил тему: – Кстати… мне всегда было интересно, как ты купила этот дом?

– Я копила, мечтая о доме с небольшим двориком. Мне не нужно что-то большое или необычное. Моя квартира была всего в десяти минутах отсюда. Я часто проходила через этот квартал, когда ходила в лес пофотографировать или на пробежку. Я увидела знак о продаже и позвонила агенту. Дом мне сразу же понравился, и я захотела его купить.

– Я рад, что ты его купила.

– Я тоже, – улыбнулась Кортни.

– Правда?

Она кивнула.

– Даже если теперь в результате ты связалась с тем, о ком тебе тоже приходится заботиться?

– Мы заботимся друг о друге, Натан. Это большая разница.

– Есть ещё одно отличие, Кортни.

– Какое?

– Этот кто-то обожает тебя.

Глаза на ее милом лице казались просто огромными от удивления.

– Ты... обожаешь меня?

Я притянул её к себе и крепко обнял.

– Очень, мисс Шеф-повар. Очень-очень.

– Раньше меня никто никогда не обожал, – прошептала она и её прекрасные глаза наполнились слезами.

– Привыкай. Это не изменится, – пробормотал я, и накрыл её губы своим, показывая, насколько она обожаема.

_______________________________________________

Остаток вечера прошёл спокойно. Кортни, казалось, хотелось быть как можно ближе ко мне, и я был более чем доволен. Я рассмешил ее, демонстрируя свои магические способности по управлению микроволновкой, разогревая нам ужин. Затем Кортни устроилась на диване с книгой, положив ноги на мои колени, а я работал на своем iPad.

Я заметил, как Кортни бросает тоскливые взгляды за окно, где все еще лил дождь.

– О чём думаешь?

– О том закончится ли дождь, чтобы завтра я пошла на пробежку.

– Ты бегаешь каждое утро?

– Стараюсь.

– Я пойду с тобой.

Она закатила глаза.

– Я уже это поняла.

Я сжал её ногу.

– Вот и хорошо.

– Ты не можешь из-за меня забросить свою жизнь, Натан.

Я взглянул на её обеспокоенное лицо и покачал головой.

– Я там, где хочу быть. Мы заботимся друг о друге, помнишь? – я взял её руку и тихо добавил: – Вместе.

Её удивительные глаза расширились и ярко заблестели.

– Мне это нравится, – прошептала она.

– Хорошо.

Я встал и потянулся.

– Это был долгий день, – я протянул руку. – Бери свою книгу, и пойдём со мной в постель.

Она покраснела, но молча приняла мою руку. Потянув, я поднял её с дивана и привлёк к себе, улыбнувшись, когда она спокойно, не напрягаясь, приняла мои объятия.

– Я пойду проверю, всё ли заперто. Встретимся там? – я поцеловал ее в лоб.

– Встретимся там.

Глава 23

Краем глаза я уловил движение и посмотрел на Кортни. Она полулежала на подушке, волосы, словно темный ореол окружали ее голову. Книга, которую она читала, теперь лежала на груди. Ненавистные мне очки для чтения с тонированными линзами соскользнули на кончик ее носа, а рука опустилась на кровать между нами ладонью вверх. Улыбнувшись, я снял с себя футболку, выключил лампу и iPad, и осторожно встав на колени, наклонился над Кортни. Забрав книгу и очки, я положил их на тумбочку.

«Ох уж эти очки! Интересно, поддастся ли Кортни на уговоры сменить линзы? Скрывать ее уникальные, прекрасные глаза – это просто преступление!»

Откинувшись на изголовье кровати, я, любовался Кортни. Ее лицо все еще было бледным из-за сегодняшних переживаний, и редкие веснушки выделялись на фоне светлой кожи, а родинки напоминали капли чернил на бумаге. Её рот был чуть приоткрыт, и кончик языка, прижимался к нижней губе. С трудом сглотнув, я сопротивлялся желанию наклониться и поцеловать Кортни, но всё же не удержался и убрал с ее лица прядь волос, которая тут присоединилась к тёмным локонам на подушке.

Снова взглянув на Кортни, я понял, что она проснулась.

– Ты заснула. Я убрал книгу, – улыбнулся я.

– Ты убирал вовсе не книгу, по-моему.

Я усмехнулся.

– Не могу устоять перед твоими волосами. Их тоже нужно было убрать.

Кортни посмотрела на меня с нервной тоской, и воздух вокруг нас словно стал на несколько градусов теплее. Долгое время мы просто молча смотрели друг на друга.

– Твои глаза снова говорят со мной.

– И что они сказали? – выдохнула Кортни.

– Что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал. Прямо сейчас. – Я замолчал и облизнул нижнюю губу. – Со всей страстью.

– Я надеюсь, ты прислушаешься...

Я ринулся вперёд, моя рука легла на её затылок, и я накрыл её губы своими. Тихое хныканье, вырвавшееся из её горла, только подстегнуло меня, и, прижав её к себе, я перекатил нас, вторгаясь в ее сладкий ротик, оказавшись сверху. Её руки обвились вокруг меня, притягивая ближе, и я застонал, ощущая под собой нежное тело Кортни. Этим вечером она, не колеблясь, отдавалась страсти, и я упивался чувствами, которые она делила со мной. Её руки погрузились в мои волосы и слегка дёрнули их, когда она тянула меня вниз, и я привлёк её ещё ближе. Я начал ласкать её, распаляя страсть, не зная, как далеко она позволит мне зайти и, молясь, чтобы она не остановилась в ближайшее время. Мои ладони скользнули вверх по её рукам, затем вниз по туловищу и медленно забрались под футболку, найдя тёплую, податливую кожу, которая под моими пальцами ощущалась как атлас. Рука Кортни опустилась и легла на мою, и я почувствовал, как она напряглась. Я нехотя прервал поцелуй и поднёс свои губы к её уху.

– Нет, детка. Вернись, – тихо умолял я, слегка покусывая мочку её уха. – Я хочу тебя... так сильно...

Она протянула дрожащую руку и выключила свет и комната погрузилась во тьму. Готовый отступить, я тихо вздохнул, но удивился, когда Кортни села, сняла с себя футболку и снова легла, потащив меня за собою. Низкий стон вырвался из моего горла, когда я ощутил прижимающееся ко мне её тёплое обнажённое тело. Мой рот снова нашёл её, мой язык требовал, поглаживал, нежно танцевал с её языком. Мы целовались до тех пор, пока у меня не закружилась голова от желания овладеть ею, и я отстранился, чтобы сделать глоток воздуха. Мои губы опустились к её горлу, облизывая и слегка покусывая, мой язык пробовал на вкус её кожу, пока я не услышал её тихий стон. Кортни с дрожью вздохнула, когда мои руки нашли и обхватили её полные груди, её соски набухли, когда мои пальцы нежно гладили их, а затем я почувствовал, что она снова напряглась. Приблизив рот к её уху, я шептал ей ласковые слова, которые только мог придумать. Насколько она прекрасна. Насколько нежной кажется её кожа под моими пальцами. Насколько я обожал её, хотел и нуждался. Я почувствовал, что она снова расслабилась, и снова набросился на её рот, целуя со всей страстью. Спустя какое-то время я позволил своим рукам опуститься ниже, нежно лаская, горя желанием почувствовать её всю. Я ощутил её дрожь и, отстранившись, погладил щёку.

– Скажи мне остановиться. И я это сделаю.

– Я не хочу, чтобы ты останавливался, – прошептала она. – Просто... я боюсь разочаровать тебя.

— Никогда. Ты никогда не разочаруешь меня, – убеждал её я. – Позволь мне любить тебя, Кортни. Позволь мне сделать тебя своей.

– Я хочу этого, – прошептала она. – Я хочу быть твоей. Полностью принадлежать тебе.

Нежно обхватив её лицо, я приблизил свои губы к её.

– Перестань сдерживаться, милая. Просто отпусти, – пробормотал я. – Позволь мне позаботиться о тебе.

Дрожащий вздох сорвался с её губ, а тело затрепетало от моих прикосновений. Я ласкал её очень медленно и нежно, пока она не начала двигаться подо мной, а её тело стало полностью отвечать мне. Я улыбнулся, почувствовав, как её желание побеждает нервозность.

– Это моя девочка, – тихо похвалил её я. – Чувствуй... просто чувствуй, Кортни.

Я опустил голову и взял в рот её сосок. Тихо вскрикнув от удовольствия, Кортни выгнула спину. Я переключился на другую грудь, наслаждаясь упругостью холмиков и нежностью кожи. Поднявшись, я снова накрыл её рот своим, а моя рука скользнула вниз и, остановившись на её округлых бёдрах, прижала их ко мне, давая почувствовать моё желание. Её рука обхватила мой жаждущий член, и я застонал ей в рот, а затем просунул руку меж её бёдер, находя влажную теплоту. Мои пальцы лишь слегка коснулись её, но вызвали дрожь желания во всём теле, и я начал гладить, концентрируясь на её вздохах и стонах, пока она не начала выгибаться подо мной.

Осторожно я снял с неё трусики, горя от желания почувствовать её всю. В какой-то момент исчезли и мои боксеры, я понятия не имел, где они и если честно, мне было всё равно. Наконец, мы были прижаты друг к другу, кожа к коже, твёрдость к мягкости, наши руки не прекращали своих прикосновений, наши губы искали и находили покрывшуюся потом кожу, сладкие губы и мягкую мочку уха. Мои руки и губы находили всё её изгибы и выпуклости, с нежностью ласкали их, а её прикосновения стали более смелыми и нуждающимися. Под своими пальцами я мог чувствовать зарождающийся оргазм Кортни и ускорил своё прикосновение, стремясь толкнуть её через край. Я так сильно этого хотел. Хотел почувствовать, как она сходит с ума от моего прикосновения. Знать, что именно моя рука доставила ей такое удовольствие.

– Отпусти себя, Кортни, – стонал я в её ухо, когда она с большей силой обхватила мой член. – Позволь мне дать тебе это, детка, – задыхался я. – Кончи для меня.

– О-о, Боже... Натан... я никогда... никогда не чувствовала... о Боже...

– Кортни... милая... не сдерживайся.

– Пожалуйста, Натан, – попросила она. – Я хочу тебя внутри себя, пожалуйста. Я хочу чувствовать тебя.

– Детка... – мягко возразил я, поскольку все это было для неё.

– Пожалуйста... пожалуйста... – умоляла она. – Ты мне нужен.

Я не мог отказать. Я не хотел отказывать. Я слишком сильно её хотел. Очень медленно я погрузился в её влажность, и на миг потерявшись в теплоте и в ощущениях, которые меня окружали, пытаясь взять себя в руки, опустил голову ей на плечо. Я начал двигаться, мои руки снова искали и поглаживали её, зная, что никто из нас не продержится слишком долго. Я потерялся в удовольствии её тугого влажного тепла, и испытывал огромное наслаждение, чувствуя её вокруг себя, но отказывался кончить первым. Я хотел, чтобы это было для неё. Я входил и выходил из неё длинными, медленными толчками, разогревая её желание и утопая в своём собственном. Сильная необходимость, которую я имел, сводила с ума, но я изо всех сил пытался сдержаться, стараясь доставить ей удовольствие. Чтобы показать ей, как много она значила для меня.

Её голова откинулась назад, спина выгнулась, когда она достигла своего пика, её голос с мольбой выкрикивал моё имя, пока она дрожала и пульсировала вокруг меня. Мой собственный оргазм тут же с силой прошёл через меня, и, прорычав в темноту её имя, изливаясь в неё, я дрожал и крепко прижимал её к себе, пока моё тело, успокоившись, наконец, не почувствовало себя удовлетворённым.

Не в силах отпустить её, я перевернулся на бок, и, обнимая, положил подбородок ей на макушку. Лёгкая дрожь прошла по её телу, и она вздохнула, глубоко, неуверенно, после чего прильнула ко мне. В комнате было тихо, был слышен только звук нашего дыхания. Оба удовлетворённые, мы лежали, обнимая друг друга, мои губы и нос погрузились в её мягкие волосы, а руки водили вверх и вниз по её спине. Я чувствовал, как она лениво поглаживала мою татуировку, и вздохнул, наслаждаясь нежностью её прикосновения. Я улыбнулся, подумав о том, что только что произошло, и понял, что никогда ранее не испытывал ничего подобного. Ощущения были такими, словно мы были одним целым. Она была ещё более страстной, чем я представлял. А чувствовать, как меня окружает её тепло...

Я сел, в шоке глядя на Кортни, которая испугавшись моего резкого движения, в защитном жесте начала собирать вокруг себя одеяло.

– Что? – испуганно прошептала она.

– О, Боже... Кортни... я не планировал... я не думал... Я настолько потерялся в тебе... в нас... – Я застонал, опустив голову на свои руки. – Я не предохранялся.

– Я принимаю противозачаточные, Натан. Ещё с университета. И... с моего последнего раза прошло шесть лет, и я проверялась, так что думаю, ты в безопасности.

Я облегчённо вздохнул, лёг, и снова притянув её в свои объятия.

– И у меня давно этого не было. – Я поцеловал ее в лоб. - Это не просто беспокойство о себе. Мы оба в безопасности.

– Э-э… я думала, у тебя кто-то есть…

– У меня не было нормальных отношений уже несколько лет. Если ты имеешь в виду Сильвию, то мы оба не искали отношений. В последний раз я был с ней несколько месяцев назад. – Я вздохнул. – И, конечно, нельзя сравнивать просто секс с тем, что сейчас произошло между мной и тобой.

– Я не понимаю...

Я приподнял голову Кортни, так чтобы она видела, что я абсолютно серьезен.

– Порой секс – это просто физиологически акт. Но то, что было между нами, то, что мы оба испытали, выходит далеко за эти пределы. Мы занимались любовью, Кортни. Я сделал тебя своей, и теперь сам принадлежу тебе. Связь, что мы установили – это какой-то иной, неведомый мне прежде, уровень.

– Ох.

– Ты – первая женщина, с которой я такое почувствовал. Ты – первая, с кем я хочу чего-то большего. Скажи, что ты это знаешь, Кортни. Есть что-то сильное между нами. Скажи, что ты это чувствуешь.

– Я чувствую, – прошептала она.

– И это всё ещё пугает?

– Немного... Но мне это нравится.

– Хорошо, – я поцеловал её в шею, улыбнувшись, когда почувствовал её дрожь. – Потому что, помнишь, как я набросился на тебя на диване? Я планирую делать это и не только... часто.

– Тебе... было хорошо? – В её голосе слышалась нерешительность.

Я застонал.

– Кортни, это было более чем хорошо. Это было охренительно. Ты была просто великолепна, – я снова поцеловал её. – Ты была всем, что мне нужно, что я хотел... и даже больше. Забудь все прежние сомнения. Я сходил с ума, чувствуя, как ты сжимаешь меня. Идеально.

Я почувствовал, как она покраснела, её лицо и грудь грели мою кожу, и усмехнулся.

– И с каждым разом у нас всё будет только лучше. Ты знаешь, что чем больше практикуешься, тем лучше выходит?

– О, Боже.

Я нежно прикусил мочку её уха.

– Готовься, детка. Это была всего лишь разминка. Сегодня было невероятно, но обещаю показать тебе больше возможностей своего... турборежима. В следующий раз я не буду так быстро газовать.

Она хихикнула и прижалась ко мне.

– С нетерпением этого жду.

Я усмехнулся в ее кожу.

– Хорошо.

____________________________

Проснулся я рано и пока проморгался, вспомнил, где я, и кто прижимается к моей груди. Улыбаясь, я посмотрел на Кортни и, подняв руку, убрал непослушные волосы с её лица. Заправив за плечо своенравный локон, я, нахмурившись, посмотрел на футболку, которая теперь была на ней.

«Чёрт, когда она успела её надеть?»

Я просыпался глубокой ночью, почувствовав, как меня наполняет желание от ощущения прижимающегося ко мне её нежного тела. Медленно я разбудил её поцелуями и ласками и, дождавшись, когда она стала извиваться и умолять меня, закинул на себя её ногу и осторожно, со спины, вошёл в неё. Я старался двигаться медленно и глубоко, желая доставить ей удовольствие, наслаждаясь её тихим хныканьем и тем, как она стонала моё имя, когда кончала. Вслед за этим, жаркий и интенсивный, последовал мой собственный оргазм, когда я, выдыхая её имя, изливался глубоко внутрь неё. Когда мы заснули прижимаясь друг к другу, то оба были обнажены и мне это нравилось. Её футболке я предпочитал чувствовать её мягкую кожу. Я не слышал как она вставала, после того как мы уснули во второй раз. Первым делом я понял, что снова проспал всю ночь без кошмаров. Улыбаясь, я еще раз посмотрел вниз, не сомневаясь, что именно близость Кортни совершила этот подвиг. Осторожно, я поцеловал её в лоб, молча благодаря за этот подарок. Её глаза затрепетали, а затем, ещё сонные, медленно открылись, после чего она моргнула и посмотрела на меня и милая, застенчивая улыбка появилась на её лице.

– Привет, – прошептала она.

– И тебе привет, – улыбнулся я ей. – Ты снова не могла оторваться от меня, не так ли? Ты просто не можешь держаться в стороне.

Покраснев, она опустила взгляд и начала вырываться, но я крепко держал её.

– О, нет, мисс Шеф-повар. Пока я тебя никуда не пущу. Мне слишком нравится обнимать тебя.

Кортни слегка толкнула меня в грудь.

– Ты тоже не можешь оторваться от меня.

Я кивнул.

– Верно, – я потянул за рукав её футболки. – Не хочешь объяснить, каким таким чудесным образом это вновь оказалось на тебе? В последний раз, когда я проверял, футболка валялась где-то на полу. И там ей намного лучше.

Я взялся за подол футболки и потянул вверх.

– Мисс Шеф-повар, ты что-то наподобие ниндзя, который крадется в ночи и надевает на людей футболки? Думаю, мне еще повезло, что моя не на мне!

Кортни рассмеялась и ударила меня по рукам.

– Я не смогла найти твою, – выдохнула она между хихиканьем, – но очень хотела!

Я снова начал тянуть ее футболку.

– Прекрати! – попросила Кортни и соскочила с кровати вместе с одеялом.

Я был совершенно голым, и Кортни широко распахнула глаза, заметив, как я… рад её видеть.

Она смотрела на меня, прикусив губу, и я видео желание в ее глазах.

– Ах, ты снова соблазняешь меня, мисс Шеф-повар? Мне нравится, какая... ненасытная.

Я оперся на один локоть.

– Увидела то, что... нравится? – хрипло спросил я, шевеля своими бровями.

Кортни помотала головой.

– Я...

Она выглядела такой растерянной, шокированной, но в тоже время невероятно красивой.

– Мне пора на пробежку! – выпалила Кортни, бросилась к ванной, захлопнув за собой дверь.

Я закатился от смеха, и это несмотря на то, что единственная девушка способная успокоить мой болезненный стояк только что убежала из комнаты, сверкая пятками. Подцепив с пола боксеры, я неловко натянул их на себя и поморщился. Найдя джинсы и футболку, я надел их и пошёл в прачечную за носками.

Кортни всё ещё слишком смущалась, а не мог сдержаться и не поддразнить её. Мне нравилось наблюдать, как в её выразительных глазах вспыхивают эмоции и видеть, как она реагирует на моё нелепое поведение. Но мне нужно было помнить, насколько всё это ново для неё и насколько застенчива она, несмотря на свой острый язычок.

Когда я подошёл к входной двери, Кортни зашнуровывала свои кроссовки. Я молча опустил на колени рядом и стал надевать свои.

– У тебя такие маленькие ножки, – отметил я, поставив свою ногу рядом с её. – Я заметил вчера, что твои носки просто крошечного размера.

Она нахмурилась...

– Они нормального размера, Натан. Знаешь, не у всех ноги, как ласты.

– Ну, знаешь, что говорят о больших ногах? – Я пошевелил своими бровями и, наклонившись, слегка укусил Кортни за ушко. – Думаю, ты видела доказательство этого... вчера вечером... и ночью... и утром, совсем недавно.

Она быстро встала и отвернулась, пряча раскрасневшиеся щеки.

– Уверена, ты знаешь... то, что говорят, верно. – Она оглядела меня с ног до головы.

Я почувствовал, что мой член дёрнулся на её такую явную оценку.

– У тебя на самом деле очень большой... размер ноги. Я заметила это… когда стирала твои носки. Впечатляет, Натан, – подмигнув, она бросилась бежать, снова оставляя меня позади… смеющимся и полностью возбуждённым.

Глава 24

Как по мне, это была не пробежка, а мучительно долгая любовная прелюдия. То как бедра Кортни покачивались во время бега, делало мой член еще тверже. Я только и думал, что о том, как нежна была ее плоть прошлой ночью, когда я, крепко держал Кортни, врывался в её тепло. Кортни обернулась ко мне на бегу, и мне захотелось затащить ее в ближайшие кусты и целовать, целовать, пока она не попросит остановиться. Или пока не позволит заняться с ней сексом. При любом раскладе я был бы счастливым человеком. Я споткнулся из-за того, что не глядел под ноги. Кортни повернулась и побежала спиной вперед, интересуясь, в порядке ли я. Увидев, как под футболкой колышется её полная грудь, я снова споткнулся и что-то невнятно пробубнил в ответ. Кортни побежала чуть быстрее, и ее тяжёлое дыхание вернуло меня в темноту ночи, когда я был глубоко внутри неё и всё что слышал – её частое дыхание и стоны.

Кортни не пробежала и половины своей привычной дистанции, когда я схватил ее за руку и направил обратно к дому. Бегать с таким стояком было мучительно, да и просто опасно. Мне нужно было срочно остаться с ней наедине, иначе соседи собирались увидеть грёбаное шоу. Нахмурившись, она с замешательством посмотрела на меня, но видимо заметив напряжённое выражение моего лица, решила промолчать, и продолжила бежать, замедлившись, только когда мы приблизились к дому. А когда она начала выполнять упражнения на растяжку, что заставило мой член возбудиться так, что это вызывало боль, я больше не сомневался в том, что она на самом деле пытается меня убить.

– Мне нужно в душ, – ища в кармане ключи от дома, объявила Кортни, когда мы шли по подъездной дорожке.

Сузив глаза, я впился взглядом в её затылок. Я больше не думал о том, что с ней мне нужно действовать постепенно. Я нуждался в ней – срочно.

Кортни вставила ключ в замок. Я накрыл ее руку своею, притянул к себе, вжимаясь болезненным стояком в её спине, и опустил голову к её уху.

– Я так не думаю, – зарычал я. – После того небольшого шоу, которое ты устроила, решила меня так просто оставить? Я даю тебе десять секунд, после этого иду за тобой. Там, где я найду тебя, там и возьму. Ты поняла?

– Я ничего не делала, – протестуя, пискнула она.

– Ты дразнила меня, с того самого момента как проснулась, – я укусил её за мочку уха. – Говорила о моих больших носках... разглядывала меня... – Я схватил её за бедра и, прижав к себе, потерся об неё. – И плюс ко всему постаралась, чтобы во время всей пробежки я мог любоваться этой милой задницей, которой ты постоянно виляла. Вот результат твоей маленькой хитрости, – я обхватил её грудь, поглаживая её через футболку и почувствовав, как от моего прикосновения, сразу же затвердели соски. – Думала, я ничего не пойму? – я нежно сжал её груди, и она тихо застонала.

– Я просто бегала... – слабо возразила она, но я ощутил её дрожь.

Повернув ручку и открыв дверь, я нежно подтолкнул её.

– Десять секунд. У тебя есть десять секунд.

Дверь захлопнулась, и я услышал звук поворачивающегося замка. Я усмехнулся. Ключ был всё ещё в замке, и это никак не могло остановить меня. Я открыл дверь и вошёл внутрь, почувствовав прохладный воздух разгорячённой после пробежки кожей. Но ничего не могло охладить моё желание, которое горело и умоляло погрузиться глубоко внутрь Кортни.

Я остановился и прислушался, но вокруг стояла тишина.

– Хорошая попытка, Корт, – крикнул я. – Ты выиграла себе ещё несколько секунд и только. Я всё равно найду тебя.

Вслушиваясь в тишину, я усмехнулся. Она пряталась. К счастью, она не могла убежать далеко. Я побрёл на кухню и, осматривая комнату, налил себе холодной воды и выпил её. Я заглянул в гостиную, но быстро понял, что там Кортни негде спрятаться. Снова наполняя стакан, я бросил взгляд на закрытую дверь прачечной, которая раньше была закрыта - я знал это, поскольку искал там свои носки. Не отводя глаз от двери, я выпил воду и снова наполнил стакан. Подойдя, я медленно толкнул дверь, и осмотрел, казалось бы, пустую комнату, погружённую в полумрак. Но я слышал Кортни. Приглушённое сбитое дыхание доносилось из-за двери, где стоял маленький холодильник, и я не сомневался, что она забралась на него.

Я вошёл в комнату, включил свет и, зацепив ногой дверь, захлопнул её. А затем повернулся лицом к Кортни, которая забилась в угол и, прикрывая рот ладонью, смотрела на меня широко раскрытыми, наполненными тревогой глазами.

Ухмыльнувшись, я протянул ей полный стакан холодной воды.

– Ты должна выпить это.

Поколебавшись, она протянула дрожащую руку и взяла стакан. Её плечи немного расслабились, видимо, она думала, что перед этим я просто дразнил её. Я дождался, когда она сделала первый глоток воды и, наклонившись, снова понизил голос.

– Тебе нужно немного попить перед тем, что здесь произойдёт. – Я постучал пальцем по верхней части холодильника. – Да... именно здесь.

Кортни замерла, держа стакан у своих губ.

Я потянулся и наклонил стакан.

– Пей, Кортни. Выпей всё. – Я придвинулся ближе. – Тебе будет это нужно.

Вода медленно исчезла из стакана, но мои глаза ни на миг не покидали лицо Кортни. Я в предвкушении облизал губы, ухмыльнувшись, когда заметил, что её рука снова задрожала.

– Мне нужен душ, – прошептала она, мельком взглянув на свою потную футболку.

Наклонившись вперёд, я покачал головой.

– Нет. Я хочу тебя... сейчас... такую, – я уткнулся носом в её шею, проведя языком по её влажной коже, пробуя её солоноватый вкус. – Горячую, потную... влажную.

Она всхлипнула.

– Допила? – тихо спросил я, указав на пустой стакан, который она сжимала в руке.

– Я хочу ещё, – нерешительно ответила она.

Я покачал головой.

– Это подождёт, Кортни. Я ждал намного дольше.

– Чего?

Я наклонился вперёд и, обхватив её бёдра, потянул к краю холодильника.

– Тебя.

Я схватил её за колени, и широко раздвинув ноги, вплотную прижался к ней. Кортни подняла на меня широко раскрытые глаза, когда почувствовала, насколько я тверд и готов.

– Я ничего не делала, – снова прошептала она.

– Всё дело в том, как ты влияешь на меня, – пробормотал я в её губы, а затем накрыл их своими.

Я страстно целовал Кортни, поглаживая языком и отчаянно исследуя её рот. Затем слегка приподняв, стянул с нее шортики так быстро, что у неё даже не было времени запротестовать. Я усмехнулся, уткнувшись в её влажную шею.

– Я тоже ниндзя, Кортни. Только другой. И делаю всё правильно: я снимаю одежду. – Я погладил её бедро и, найдя лишь обнажённую плоть, слегка отстранился и приподнял бровь. – Сегодня без трусиков, моя прекрасная мисс Шеф-повар? Как... повезло... мне.

Кортни застенчиво покраснела.

Я хотел, чтобы Кортни была обнажена полностью, поэтому потянул ее футболку вверх, но она перехватила мою руку и дико закачала головой.

– Я хочу остаться в футболке, Натан, – робко сказала она.

– Я хочу её снять.

– Тогда выключи свет, пожалуйста, – умоляюще произнесла она.

– Я хочу видеть тебя, – настаивал я.

Её лицо побледнело, паника исказила черты, а глаза наполнились слезами.

– Нет, Натан, пожалуйста...

Я нежно обхватил её лицо и заставил Кортни посмотреть на меня.

– Эй. Останься со мной. Я не собираюсь причинять тебе боль.

– Я знаю... но... пусть футболка останется на мне... пожалуйста.

Я в замешательстве смотрел на неё.

– Пожалуйста, – тихо всхлипнула она.

– Ты можешь оставить свою футболку, но я хочу, чтобы свет горел, – предложил я компромисс, вспомнив об обещании данном самому себе – принимать во внимание застенчивость Кортни. И хрипло добавил: – Я хочу видеть, как ты кончишь.

Она сглотнула.

– Хорошо, – с дрожью выдохнула она.

– Ты боишься? Хочешь, чтобы я остановился? – поглаживая её нежную кожу, тихо спросил я.

– Нет.

Я снова напал на её рот, нуждаясь в том, чтобы она просто чувствовала, забыла обо всём, кроме моих прикосновений и о том, что они делали с ней. Я крепко обнял её и вскоре был вознаграждён, когда её ноги обернулись вокруг моих бёдер. Её руки отчаянно сжали мои плечи, а затем погрузились в мои волосы, крепко удерживая меня. Я целовал её, пока не почувствовал, что она отдаётся мне полностью, её тело стало мягким и податливым, всё её существо наслаждалось этим моментом. Одной рукой я опустил свои штаны, и мой член выпрыгнул на свободу. Я застонал, почувствовав, как Кортни обхватила его рукой, поглаживая и сжимая, но вскоре понял, что больше не могу ждать. Я накрыл её руку и, дразня, провёл своим членом по её влажности. Мы оба застонали от ощущений. Я наклонился к её уху.

– Я собираюсь трахнуть тебя, мисс Шеф-повар.

Кортни сдавленно простонала.

Я улыбнулся, рванулся вперёд и погрузился в её влажное тепло. Её мышцы сжались вокруг меня, и я зашипел от удовольствия.

– Держись крепче, детка.

Одной рукой обняв Кортни за талию, я другой оперся о стену позади, и начал двигаться длинными, резкими толчками. Я слишком долго подавлял свое безумное желание, и просто не мог быть нежным.

Кортни откинула голову назад и постанывала, когда вращая бёдрами, я настойчиво входил в неё. Желание заполнить её, сделать своей было всепоглощающим. Ничто другое не имело значения в тот момент – только эти ощущения и девушка, которая вызывала их. Я уронил голову на плечо Кортни, продолжал уверенно двигаться в ней.

Ее сладкие стоны окружали меня. Никогда я не чувствовал себя так хорошо. Никто никогда не заставлял меня чувствовать себя так, как она. Никогда никого не хотел я так сильно, как эту девушку.

– Моя, Кортни, – простонал я ей в ухо, – завтра... когда ты будешь ходить, садиться, вставать, то будешь вспоминать, кому принадлежишь...

Я задрожал от интенсивности ощущений, пронзивших меня.

– Скажи... скажи, кому ты принадлежишь. Пожалуйста.

– Тебе... – выдохнула она, изогнула спину, впустив меня глубже в себя, и ахнула от удовольствия.

Кортни, словно молитву, повторяла моё имя, пока я снова и снова двигаясь вперёд и назад, жаждал заполнить её всю.

Я почувствовал приближение оргазма, когда в животе всё напряглось и стал покалывать позвоночник, но изо всех сил старался сдержаться, желая, чтобы Кортни кончила вместе со мной.

–Так... охеренно... хорошо, – задыхаясь, стонал я в её ухо. – Мне с тобой так хорошо, детка. Кончи для меня, Кортни. Я хочу услышать как ты...

Кортни больно потянула меня за волосы, вздрогнула, задрожала, а потом самый сексуальный звук, который я когда-либо слышал, заполнил комнату, когда она выкрикнула моё имя. Я наблюдал, как она падает в бездну удовольствия – её спина выгнулась, красивые глаза затуманились, щёки покраснели, а рот открылся в экстазе. Этого зрелища хватило, чтобы толкнуть меня через край. Убрав руку со стены, я крепко обхватил Кортни, начал лихорадочно толкаться и кончил так сильно, что не смог издать ни звука. Весь воздух покинул моё тело, и я выдохнул единственное слово, которое имело значение:

– Кортни...

Я держал её, уткнувшись лицом в сгиб шеи. Моя грудь вздымалась, когда я вдыхал кислород и аромат её кожи. После оргазма меня мелко трясло, и я старался не рухнуть на Кортни. Я знал, что должен ослабить свои объятия или отпустить ее, но не мог. Я должен был держать её и чувствовать всем телом. Любое пространство между нами казалось сейчас слишком большим.

Я задрожал, когда Кортни стала нежно поглаживать мою шею, а её сладкий голос шептал мне на ухо ласковые слова. Постепенно ко мне возвращался рассудок. Я отстранился и заглянул Кортни в глаза. Я искал какие-либо признаки дискомфорта, и с облегчением вздохнул, когда так ничего и не нашёл.

Дрожащими руками я обхватил её лицо и приподнял его.

– С тобой всё в порядке, Кортни? Это было не... слишком?

Она повернула голову и поцеловала мою ладонь, и её застенчивая улыбка сказала, что всё хорошо.

Мои ноги подкосились, и я рухнул на пол, тяжело дыша. Я обнял ноги Кортни и положил голову на колени.

– Это было просто... невероятно. Клянусь, ты собираешься убить меня.

Кортни все гладила меня по волосам.

– Я ничего не делала, – с замешательством в голосе, снова запротестовала она.

Мои плечи начали трястись от смеха. Я заставил себя встать и крепко ее поцеловал.

– Ты понятия не имеешь, не так ли? – удивлённо спросил я. – Если так ты влияешь на меня, ничего не делая, то я просто боюсь, что будет со мной, если ты на самом деле попробуешь.

Она покачала головой.

– Ты рехнулся, – прошептала она.

Я усмехнулся.

– Только из-за тебя, мисс Шеф-повар. Только из-за тебя.

Она тихо засмеялась, и я осторожно убрал волосы с её плеч.

– Иди, принимай душ, а я... Я уберу здесь, а потом тоже в душ.

– Хорошо.

Я протянул ей руку и помог спуститься с холодильника.

Мне было чуточку грустно видеть, как Кортни уходит. Она не предложила принять душ вместе, а мне так этого хотелось. Но мне нужно быть терпеливым. Нужно найти верный способ заставить её расслабиться и полностью мне довериться.

И однажды это обязательно получится.

Глава 25

Кортни, чьи длинные волосы еще не до конца высохли после душа, встала из-за стола, подошла к резервному диску для ноутбука, который я когда-то передал ей через забор, и включила его в розетку. Прихватив кофейник, она вернулась за стол, долила наши чашки и поглядела на меня с застенчивой улыбкой.

Я покосился на диск и улыбнулся Кортни.

– Интересно, что именно ты сейчас сделала?

Она недоуменно нахмурилась.

– Ты сказал включать его каждое воскресенье, чтобы делать резервную копию, Натан.

– Но твой ноутбук перед тобой.

– И что? – смутилась она.

– Я имел в виду, подключить к работающему ноутбуку.

Кортни перевела взгляд с резервного диска на ноутбук.

– Ох. Наверно, в этом есть смысл. – Она смущённо посмотрела на меня, её щёки покраснели. – Я думала, он... беспроводной или что-то в этом роде.

– Э-э… нет.

Она с грустью взглянула на меня.

– Я же предупреждала, что обязательно напортачу.

Я рассмеялся, придвинул стул ближе к Кортни, и крепко ее обнял. Посмеиваясь, я уткнулся носом в её макушку.

– Всё в порядке. Я должен был лучше объяснить. Давай покажу, как нужно. – Я слегка прикусил её нижнюю губу и поцеловал. – Неси резервный диск.

Всё ещё усмехаясь, я показал, как правильно всё подключать и запустил копирование.

– Твой пароль: «Пустота»? Правда?

Она пожала плечами.

– Такой была моя жизнь... раньше.

– Раньше?

Она застенчиво улыбнулась и посмотрела на меня.

– До... нас.

Я притянул её к себе.

– Нас. Мне это нравится. Хочешь изменить пароль?

– Конечно.

Я вошёл в настройки и придвинул ноутбук к ней.

– Хорошо. Введи новый.

Она думала целую минуту, а затем что-то напечатала.

– Нажми «повтор» и напечатай ещё раз. Запомнишь свой новый пароль?

– Никогда его не забуду, – кивнула Кортни с широкой улыбкой.

– Хорошо.

– Хочешь, знать, что я написала? – Озорная улыбка осветила её лицо, а в глазах заплясали бесенята.

Я уклончиво пожал плечами, хотя, конечно же, хотел знать, что заставило её так улыбаться.

– Только, если ты сама хочешь сказать.

Кортни захихикала.

– Мой новый пароль: «Прачечная».

Усмехнувшись, я с силой прижал её к себе и впился в губы.

Казалось, я никогда не устану её целовать. И то, что произошло в прачечной, я тоже никогда не забуду.

*** *** ***

Взглянув на Кортни поверх газеты, я нахмурился, увидев напряженные морщинки вокруг ее глаз.

– Ты щуришься.

Она вздохнула и отвела взгляд от книги, которую читала.

– Знаю. На следующей неделе я иду к окулисту.

– Чтобы заказать новые очки?

Кортни кивнула.

Я замялся, но все же решил попросить:

– Можешь сделать кое-что для меня?

– Всё что угодно. – Она мило улыбнулась.

– Пожалуйста, закажи очки без тонированных линз.

Кортни сняла очки и молча смотрела на меня целую минуту.

– Почему это так тебя беспокоит?

Я вздохнул и взял ее за руку.

– Тебе так долго внушали, что твои глаза надо прятать. Но это вранье. Твои глаза прекрасны. Они очаровывают меня, и я хочу видеть их каждый раз, когда смотрю на тебя.

Она колебалась.

– У меня всегда есть три пары.

– Можешь попробовать одни без тонированных линз? – Я глубоко вздохнул. – Для меня?

– Это часть перепрограммирования, о котором ты говорил? – тихо спросила она.

– Точно. Я хочу изменить на правду весь негатив, что заполняет твои мысли. Хочу доказать тебе, как неправы они были. Как сильно неправы.

Кортни кивнула.

– Тогда, ладно. Для тебя.

Я обхватил ладонями её лицо и страстно поцеловал.

Сейчас Кортни сделала это для меня, но я надеялся, что однажды она будет готова сделать это ради себя.

*** *** ***

– Налепишь много фрикаделек? – с надеждой спросил я, наблюдая, как Кортни возится на кухне.

Кортни хихикнула.

– С тех пор как начала кормить тебя, я всегда готовлю много.

Я пожал плечами.

– Я же говорил, что у меня растущий организм. Наверняка, раньше ты столько не готовила?

– Обычно я готовила на целую неделю, а потом просто подогревала. Так было в первый вечер, когда я тебя кормила, и поэтому мне было чем поделиться. – Она улыбнулась, вспомнив об этом. – Я только что купила барбекю и была безумно рада. Конечно, я и понятия не имела, что парня по соседству это обрадует ещё больше.

– Радостью это не назовёшь. Я был просто в восторге. Почему ты продолжала кормить меня?

– Ты казался... одиноким. Ты всегда был таким смешным, но я чувствовала, что ты так же одинок, как и я. Мне нравится готовить, особенно для кого-то, – она улыбнулась. – И ты постоянно хвалил меня и благодарил. Просто... приятно, когда есть кто-то, о ком заботишься, и кто это ценит.

Я встал, подошел к Кортни и привлек к себе.

– Я и был одинок. Но даже не подозревал насколько, пока ты не вошла в мою жизнь. Я действительно ценил это. И сейчас ценю. Мне нравится, как ты заботишься обо мне.

– Ты тоже заботишься обо мне, – с грустью сказала Кортни.

Чтобы развеселить, я поцеловал кончик её носа и повернул к миске с фаршем.

– Чёрт, конечно, я забочусь. А теперь приступай, женщина. Эти фрикадельки не приготовятся сами по себе, а я их очень хочу.

Я снова сел на стул как раз в этот момент, когда ноутбук Кортни оповестил, что пришло новое сообщение.

Я посмотрел на экран.

– Тебе сообщение от э-э… LabGoddess (п.п.: Богини Лаборатории).

Она хихикнула.

– Это Энни. Можешь посмотреть, что она хочет?

– Ты уверена? Это может быть личным.

– Просто ответь ей, Нат. У меня руки в фарше.

WhyteElephant: Привет, Энни, это Натан. Кортни сейчас по самые локти в мясных шариках.

LabGoddess: Привет, Натан. В шариках? ;) Раньше у Кортни такого не бывало. Ты хорошо на неё влияешь. Продолжай в том же духе.

Я рассмеялся и ответил.

WhyteElephant: Сделаю всё возможное

LabGoddess: Я хотела сказать Кортни, чтобы она не планировала ничего на вечер вторника. Мы идем на девичник. Нам нужно кое-что обсудить. Скажи ей, что на этот раз ей не отвертеться.

Усмехнувшись, я прочитал Кортни сообщение.

Она застонала.

– Она собирается пытать меня насчет тебя.

Я кивнул.

– Не сомневаюсь. Она была удивлена, увидев меня в пятницу. Казалось, она даже не знала о моём существовании, – поддразнил я.

– Я и сама толком ничего не знала о тебе... мне просто нечего было ей рассказать.

Я посмотрел на неё.

– А теперь знаешь?

Кортни покраснела.

– Думаю, да.

– Тогда напишу ей, что ты согласна?

– Хорошо.

WhyteElephant: Кортни с нетерпением этого ждёт.

LabGoddess: Прекрасно. Ты снова привезешь ее на работу?

WhyteElephant: Да.

LabGoddess: Ладно, а после я отвезу её домой или, если мы слишком много выпьем, Джейсон. Он всегда на посту.

WhyteElephant: Отличный план.

LabGoddess: Хорошего вам дня.

WhyteElephant: Когда я с Кортни, каждый день хороший.

LabGoddess: Кажется, ты мне понравишься.

Ответить на это было ничего, поэтому я просто поставил смайлик.

Я прочитал Кортни нашу переписку, на что она застонала и покачала головой.

– Похоже, ты повеселишься во вторник, - усмехнулся я.

– Энни прекрасный человек. Мне она очень нравится.

– Почему она сказала, что на этот раз ты не отвертишься?

Кортни смущённо пожала плечами.

– Мы с ней дружим на работе, но в нерабочее время почти не общаемся. Она занята Джейсоном, подготовкой к свадьбе и своей семьёй, но уже несколько раз пыталась уговорить меня сходить с ней куда-нибудь после работы. К тому же мы хорошо провели время в Ванкувере...

Мне стало любопытно.

– И почему ты до сих пор не соглашалась?

Кортни покраснела и отвела взгляд.

– Энни на самом деле очень хорошая. И очень отзывчивая. Но я всегда чувствовала себя... хуже её, словно я недостойна быть её подругой.

Я подскочил к Кортни и обнял, прижимаясь грудью к ее спине.

– Ты достойна. И даже больше, – заверил я. – Ты должна знать, что люди не относятся к тебе так, как это делала твоя семья. Все мы видим, что ты удивительный, прекрасный человек... как внутри, так и снаружи. И тебе уже пора начинать верить этому.

– Я стараюсь.

– Значит, ты пойдёшь? Чтобы расслабиться и хорошо провести вечер?

Она бросила на меня взгляд через плечо:

– Да.

Я нежно поцеловал её в щёку.

– Хорошо.

– А что будешь делать ты?

Я усмехнулся, глядя на неё сверху вниз.

– Надеюсь, что смогу доесть остатки спагетти.

– Ты... останешься здесь?

– Если ты этого хочешь.

– Я хотела бы знать, что ты будешь здесь, когда я вернусь домой, – не поднимая глаз, тихо сказала она.

Я уткнулся носом в её волосы.

– Я тоже этого хочу. Мне нравится быть здесь с тобой.

– Правда?

Я усмехнулся ей в шею.

– Да. Твоя еда вкуснее моей.

Она захихикала.

– Я когда-нибудь увижу твой дом?

– В любое время. Мне просто нужно навести там порядок... ну, знаешь, для начала убедиться, что жена и дети отсутствуют. А то может получиться... неудобно.

Её голова резко повернулась, и я подмигнул ей.

Хихикая, она покачала головой.

– Ты чокнутый.

Я повернул её и посмотрел в глаза.

– Если и свихнулся, то только из-за тебя, – сказал я, а затем стал целовать Кортни до тех пор, пока мы оба не начали задыхаться.

*** ***

Кортни рассмеялась, когда я пощекотал её ноги в красных носочках, перекинутые через мои колени. Мы сидели на диване – она устроилась в своём углу, а я рядышком. После того как мы вышли из душа, я постоянно крутился возле Кортни, чувствуя необходимость быть поблизости, и меня то и дело тянуло к её губам. Я целовал её при каждой возможности. К счастью, она, казалось, чувствовала то же самое и страстно отвечала на мои ласки.

– Как долго ты еще будешь меня расспрашивать?

Усмехнувшись, я откинулся на спинку дивана.

– Пока не узнаю всё о своей девушке. Но ведь и ты сама спрашиваешь меня.

Да, ей удалось задать мне несколько вопросов, но в основном расспрашивал я. Меня интересовало в ней буквально всё. Я хотел знать каждый маленький кусочек головоломки под именем «Кортни Уайт», поэтому после обеда снова начал бомбардировать её вопросами: любимый цвет, книга, фильмы, мороженое, время суток, музыка. Я спрашивал обо всем, что приходило в голову, исключая вопросы о семье. Я не хотел, чтобы Кортни подумала, что я снова ее «перепрограммирую». Единственное, что питало мое неиссякаемое любопытство – желание знать о ней как можно больше.

Глядя на меня спокойно и расслаблено, она вздохнула. Между нами воцарилась тишина, на удивление желанная и комфортная. Из кухни доносился запах соуса для спагетти, тихо играла музыка и мы, обнимаясь, сидели в своём маленьком пузыре, в то время как за окнами снова начался дождь. Я не помнил, когда в последний раз чувствовал такое умиротворение... словно наконец-то оказался там, где нужно. Словно я был дома. И всё потому, что рядом, нежно смотря на меня, сидела Кортни. Рассеяно я взял её руку и начал перебирать пальцы, удивляясь, какими маленькими они казались по сравнению с моими. Когда я накрыл её руки своими, они просто исчезли. Усмехнувшись, я приподнял одну из её ног и начал изучать.

– Какой у тебя размер ноги?

– Тридцать шестой.

– У меня сорок шестой.

Она захихикала.

– Я заметила. Не ноги, а ласты какие-то.

Я улыбнулся.

– Сказала та, кто носит носки для коротышек. – Немного отстранившись, я окинул ее взглядом. – Какой у тебя рост? Наверное, и полутора метров нет.

Кортни приосанилась.

– К твоему сведению мой рост метр шестьдесят.

Я усмехнулся.

– Ох, прости, ошибся на пару сантиметров.

– На десять, – надменно настаивала она.

– Мой рост метр девяносто. Тридцать сантиметров превосходства над тобой.

– Забавно, но этим утром я думала, что столько было не надо мной, а во мне, – съязвила Кортни, но, поняв, что сказала, охнула и зажала рот рукой.

Я удивленно моргнул, а затем расхохотался.

«Ее острый язычок – это что-то!»

Кортни соскочила с дивана.

– Вернись сюда и я покажу тебе свои превосходящие сантиметры, – продолжая смеяться, игриво прорычал я, но Кортни бросилась вон из комнаты.

Я прошел по коридору, остановился возле спальни, прислонился к косяку и посмотрел на Кортни, которая с раскрасневшимися от смущения щеками сидела в изголовье кровати.

– Знаешь, ты не так уж хорошо играешь в прятки, – сказал я, удивляясь, как хрипло прозвучал мой голос. – Ты убегаешь, но я каждый раз тебя нахожу.

Она прикусила губу, не осознавая, как сексуально выглядела, когда смущается.

– Может, я и не пыталась спрятаться.

Не отводя от неё своего взгляда, я шагнул в спальню.

– Ты снова пытаешься соблазнить меня, Кортни?

Её глаза сверкнули в тусклом свете, струящимся из окна.

– Кажется, мне и не нужно пытаться, – она взглянула на увеличивающуюся выпуклость в моих джинсах. – Или я ошибаюсь?

Я стянул с себя футболку и пополз по кровати к ней. Подавшись вперёд, я остановился всего в дюйме от её нежных, полных губ, чувствуя, как её тёплое дыхание смешивается с моим.

– Ты абсолютно права.

А затем я поцеловал её. И на этот раз не останавливался.

*** ***

Проснувшись, я ощутил приятный вес головы Кортни на своей груди. На улице всё ещё шёл дождь, который начался вчера днём, ветер с силой хлестал деревья, а вдалеке гремел гром. Кортни зашевелилась, и я притянул её ближе к себе.

– Спи. Никаких пробежек в такую погоду, – пробормотал я в её волосы.

Не открывая глаза, она сильнее прижалась ко мне.

– Хорошо. Я никуда не пойду, – пробормотала она и снова погрузилась в сон.

Слушая дождь, я радовался, что вчера вечером наведался к себе домой и принес целую кучу вещей. Мне совсем не улыбалось перелезать через забор в такую погоду. Мы не обсуждали, как долго я буду оставаться у Кортни. Мне не хотелось уходить, хотя Кортни, из-за неуверенности в себе, скорее всего, думала иначе. Вздохнув, я закрыл глаза и погрузился в воспоминания о вчерашнем дне. Мои губы сами собой растянулись в довольной улыбке. Тёплый, ленивый, наполненный любовью день, проведённый в постели плавно перешёл в отличный вечер и закончился тем, что я заснул, держа Кортни в своих руках. Я не хотел, чтобы этот день заканчивался, но понимал, что пришло время возвращаться к реальности.

Позволив Кортни поспать подольше, я сходил в душ, полагая, что раз вчера мы принимали его вместе, она не будет возражать, а затем разбудил её нежными поцелуями. До нашего отъезда я получил кофе и завтрак, чего никогда не было, когда просыпался у себя дома совсем один.

Поездка в машине была тихой, и всю дорогу рука Кортни покоилась в моей.

Я подъехал к месту её работы и начал расстегивать ремень безопасности.

– Что ты делаешь?

– Провожаю тебя.

Она покачала головой.

– Нет, Натан. Его здесь нет. Я в безопасности и не хочу, чтобы ты водил меня как ребёнка.

– Я этого и не делаю.

Кортни вздернула бровь.

Я усмехнулся.

– Ладно, возможно, я делаю это неосознанно. – Наклонившись, я поцеловал её, но затем нехотя отстранился. – Могу я хотя бы посмотреть, как ты войдёшь?

Кортни закатила глаза, но «нет» не сказала. Подойдя к двери здания, она заколебалась и, прикусив губу, оглянулась назад. Я вылез из машины и подошёл к ней, не желая, чтобы она долго стояла под дождём. Оказавшись рядом, я протянул руку, и она приняла её. Я притянул Котрни к себе и обхватил ладонями лицо.

– Что случилось?

Она покачала головой.

– Ничего. Я... я просто хотела сказать спасибо... и пожелать хорошего дня.

Она выглядела такой неуверенной и уязвимой, а я хотел, чтобы она улыбнулась.

Наклонившись, я поцеловал её в щёку и прошептал на ухо:

– Нас ещё никто не видел. Может, вернёмся в машину?  Ты скажешься больной, и мы целый день проведем в постели. Я дам тебе поиграть... в доктора... и позволю изучить мой... стетоскоп.

Кортни засмеялась и ударила меня в грудь.

– Прекрати.

Я притянул её к себе.

– Я серьёзно. Я весь горю... и вылечить меня сможешь только ты, – я прильнул к её губам в страстном поцелуе.

Я забыл, где мы. Все, чего мне хотелось – это заставить Кортни улыбнуться.

– Похоже, есть много того, чего я еще не знаю, – произнес удивлённый голос, испугав нас с Кортни.

Мы отпрянули друг от друга.

Энни наблюдала за нами с широкой, дьявольской улыбкой. Кортни уткнулась лицом в мою грудь. Я чувствовал, как от смущения горят её щёки.

 Поцеловал Кортни в макушку, я улыбнулся Энни.

– Я всего лишь пытаюсь заставить свою девушку улыбнуться.

– Может, мне стоит завтра вечером отправить к тебе Джейсона. Ты мог бы дать ему несколько советов, – поддразнила Энни.

Я усмехнулся.

– В любое время.

Я нежно чмокнул Котрни.

– Я заеду за тобой вечером, хорошо?

– Хорошо.

 Её искрящиеся глаза смущённо смотрели на меня, и мне удалось поцеловать её ещё раз, прежде чем Энни схватила ее за руку и оттащила от меня.

– Боже, вы двое... это всего на несколько часов...

Смеясь, я наблюдал, как Энни тянет Кортни к двери. Когда она в последний раз оглянулась, я подмигнул ей и помахал рукой.

– Хорошего дня, дорогая. Увидимся вечером.

– Тебе тоже, Натан, – с сарказмом вместо Кортни ответила Энни. – Я позабочусь о том, чтобы она выжила без тебя этот день.

Смеясь, я вернулся к машине, радуясь тому, что за Кортни есть кому присмотреть, когда меня нет рядом. Я знал, что у неё всё будет хорошо.

День тянулся невыносимо долго. Я хотел поскорее вернуться домой. К Кортни. Глава 26

Когда в понедельник вечером я привез Кортни с работы домой, она, нервно кусая губы, протянула мне маленький подарочный пакетик.

– Что это?

– Я… подумала тебе это понадобится, но ты можешь не брать, если не хочешь. – Она замолчала, глядя куда угодно, но только не на меня.

Я вытряхнул содержимое пакетика себе на ладонь и увидел серебристый ключ на брелке в виде поварского колпака.

Кортни с тревогой поглядывала на меня, я улыбнулся и нежно чмокнул ее в губы.

– Ты уверена? Если у меня будет ключ, ты никогда не сможешь избавиться от меня.

– Я не хочу избавляться от тебя, – прошептала она.

Я снова поцеловал её.

– Это хорошо. – Широко улыбаясь, я поднял ключ на уровень глаз. – Мне нравится перелезать через забор, но, когда идёт дождь, это не совсем удобно.

– Тебе решать, что использовать, когда будешь приходить: забор или дверь.

Я нахмурился.

– Когда буду приходить? Ты хочешь, чтобы я ушёл? Ты устала от меня? – В моем животе поселилось тревожное чувство, пока я ждал ответа. Я не хотел уходить, но если именно этого хотела Кортни, то я подчинюсь.

Она широко распахнула глаза.

– Нет! Я не хочу этого! Я не хочу, чтобы ты уходил!

Я с облегчением вздохнул.

Она с грустью посмотрела на меня.

– Но вряд ли ты захочешь остаться здесь на неопределённое время. Ты беспокоишься из-за Энди, но, в конце концов, нам придётся вернуться к обычной рутине. Ты не можешь из-за моего брата забросить свою жизнь.

Я спокойно смотрел на неё. Так или иначе, эти последние дни казались более нормальными, чем моя жизнь за последние несколько лет.

– Это не так. Я там, где хочу быть. – Кортни собралась что-то сказать, я поднял руку. – Я знаю, что мне нужно вернуться к себе, но я не могу. Я должен убедиться, что ты в полной безопасности, а потом, если ты этого захочешь, я уйду. Однако это ничего не изменит. Теперь ты есть в моей жизни, а я в твоей. Независимо от того где я буду спать по ночам, это не изменится. Ты понимаешь меня? Пока ты хочешь, чтобы я был рядом – я твой.

Она кивнула.

– Я собираюсь быть здесь с тобой столько, сколько ты позволишь мне.

– Мне нравится, что ты здесь. Но как насчёт тебя? Неужели тебе этого... хватает?

Похоже, пришло время показать Кортни, что я имел в виду. Я молча взял ее за руку и повел к себе домой.

Я пропустил первой Кортни, а сам наблюдал, как она ходит по моему дому и заглядывает в комнаты. Я точно знал, что она видит – планировка домов была похожей, но все остальное отличалось, как день от ночи. Её дом был тёплый, а мой пустым – безжизненные комнаты с голыми стенами, кричавшими об одиночестве. Это была оболочка, где я просто существовал.

– Ты несчастлив здесь, – прошептала Кортни с грустью и пониманием.

Я кивнул.

Она смотрела на меня, и вдруг я увидел озарение в ее глазах.

– Ты нуждаешься во мне.

Я вздохнул.

– Ты даже не представляешь как сильно.

– Возможно, пока мы здесь, тебе стоит взять какие-то вещи.

Я улыбнулся.

– Чтобы не появляться здесь ещё несколько дней? – Я сделал паузу. – Сейчас?

– Да. Сейчас.

*** *** ***

Мне должно было показаться странным на следующий день возвращаться с работы в пустой дом Кортни. Однако не казалось. Я знал, что она приедет через несколько часов, и просто находясь в её доме, чувствовал себя счастливым. Она, как и обещала, оставила для меня спагетти, поэтому поужинав восхитительной пастой, я решил провести вечер продуктивно.

Я съездил в Home Depot и купил два дополнительных садовых стула и зонтик. Зонтик был нужен, чтобы защитить ее бледную кожу от солнца, и, конечно, он просто обязан был быть с цветочным рисунком. Установив всё, я отошёл в сторонку, и какое-то время любовался своей работой, надеясь, что и Кортни эти новшества понравятся.

Я также принёс свой Blu-ray плеер и подключил к телевизору. Я знал, как Кортни нравится смотреть фильмы, а её CD-плеер работал не очень хорошо. Мне бы хотелось установить ещё свою звуковую систему, но пока я воздержался. Затем я съездил за пивом и загрузил им холодильник. Усевшись на диван с холодным пивом в руке, я удовлетворённо вздохнул. То, что я находился здесь, казалось таким... правильным. Как только Кортни вернётся домой, всё будет просто прекрасно. Я откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Довольно хорошо, когда есть кого ждать.

Я проснулся, когда Кортни вернулась домой и зашла в гостиную, хихикая и икая.

– Привет.

Я усмехнулся, глядя на её раскрасневшиеся щёки и блестящие глаза – она явно была навеселе.

– Вы с Энни снова пили вино?

Кортни кивнула и слегка пошатываясь, подошла ко мне.

– Джейсон развёз нас по домам.

Я обрадовался, что Энни не села за руль.

– Это хорошо.

Кортни опустилась на колени у моих ног и, улыбаясь, взглянула на меня.

– А ты хорошо провёл вечер?

Я нежно погладил её по щеке.

– Да, но я скучал по тебе.

Она повернулась и нежно поцеловала мою ладонь.

– Я тоже скучала по тебе. Ты поел?

Я усмехнулся.

– Да-а. Всё, как обычно, просто пальчики оближешь. Ты, как я понимаю, хорошо провела время? Обмен информацией удался?

Она с энтузиазмом кивнула, хихикнула и снова икнула.

– Ещё как! Я сказала ей, что ты мой парень. И что с тобой я испытала свой первый оргазм. И несколько других.

Мои брови взлетели вверх.

«Нехилый обмен информацией!»

Кортни нахмурилась.

– Не надо было?

– Можешь рассказывать ей всё, что хочешь.

– Она тоже мне кое-что рассказала, – тихо прошептала Кортни и попыталась пошевелить бровями, но у нее это плохо получилось.

Я усмехнулся, так восхитительна она была в своём подвыпившем состоянии.

– Не сомневаюсь.

– Мы говорили о разных... приятных штуках.

– Приятных штуках?

Она серьёзно кивнула.

– Ну… в сексе. Она много об этом знает.

Я расхохотался, откинув голову.

– Энни тебя чему-то учила?

Кортни озорно поглядела на меня.

– Ага. – Она понизила голос. – Натан?

– Да?

– Я хочу кое-что.

Я нежно улыбнулся. Она могла получить всё, что угодно.

– Ладно... что?

Кортни провела руками по моим ногам, и остановились на бёдрах, а затем и сама потянулась вверх. Довольный я обхватил её затылок и, привлекая ближе к себе страстно поцеловал, чувствуя привкус вина, которое она пила, смешанный с её собственным ароматом. Наклонив голову, я углубил поцелуй, тихо застонав, когда встретились наши языки. Ощущение её тепла, её тихое хныканье вызвало во мне желание, которое я чувствовал каждый раз, когда она оказывалась так близко, и которое наполняло меня отчаянной необходимостью.

Кортни просунула пальцы за пояс моих спортивных штанов и осторожно потащила их вниз, а я приподнялся, облегая ей задачу. Кортни откинулась на пятки и, нервно поглаживая меня по ляжкам, посмотрела на меня, а затем на мой растущий член.

– Я хочу... попробовать тебя.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли, когда я понял, что она мела в виду. В горле тут же пересохло.

– Я никогда не делала этого... – Её щёки пылали, озорной взгляд сменился беспокойным.

– Ты и не должна, – заверил её я, хоть мысль о том, что её нежные губы, хоть и ненадолго обхватят мой член, заставила его дёрнуться.

– Но я хочу, а ты? – робко спросила она. Передвинула руку и обхватила моего теперь мучительно напряжённого дружка.

Я застонал от ощущения.

– Да, детка, – тихо зашипел я. – Поверь, я очень этого хочу.

Я ударился головой о спинку дивана, когда почувствовал, как её язык, изучая, прошёлся по всей длине моего члена и очень лёгким, дразнящим прикосновением, обвёл головку, заставив меня вздрогнуть.

– Че-е-ерт...

Кортни отстранилась и с опаской взглянула на меня, и я поднял голову.

– Нет... не останавливайся, детка. Мне было так хорошо... – мягко подтолкнул её я.

Она улыбнулась, и я с восхищением стал наблюдать, как она погрузила меня в тепло своего рта – ощущение обволакивающего меня жара заставило покалывать позвоночник. Я не мог оторвать взгляд от вида того, как она исследует меня: её руки и рот двигались в тандеме, быстро приведя меня в безумно горячую, всё увеличивающуюся потребность. Её нервозность, казалось, пропала, когда она встретилась с моим взглядом и желание, пылающее во мне, перехватило дыхание. Она встала, её волосы перекинулись вперёд, их мягкость я ощущал своими коленями. Смена позиции заставила меня погрузиться глубже в её рот, и, запустив руки в её волосы, я начал пальцами беспокойно гладить её кожу.

– Кортни... – простонал я, утопая во всё более и более всасывающих ощущениях её рта, наслаждаясь ласками её языка, который кружил, лизал и гладил. Я тихо зашипел, когда ощущения стали более острыми, мои бёдра приподнялись с дивана, выгибаясь вверх, желая углубиться в источник удовольствия. Все мои чувства были обострены, и я знал, что не продержусь долго. Она была слишком хороша в этом, и наслаждение просто сводило меня с ума. Я чувствовал, что мой оргазм закипает внутри меня, тело начало сотрясать мелкая дрожь, нервы натянулись. Я громко выдохнул её имя, убрав руки из её волос и крепко вцепившись в подушки.

– Кортни... я не могу... детка... тебе нужно остановиться...

Но она даже не замедлилась... и я кончил. Долго, интенсивно и пульсируя и закрыв глаза, проливался в её горло, чувствуя, как оно подёргивалось, когда она глотала. Мои руки с ещё большей силой вцепились в подушки, и я почувствовал, как под моими пальцами разошлась ткань. Я выкрикнул её имя, ругаясь и тяжело дыша, и только окончательно успокоившись, с удивлением посмотрел на Кортни. Она отстранилась, удовлетворённая ухмылка появилась на её губах, после чего она широко улыбнулась.

– Ты никогда... не делала этого... раньше? – выдохнул я, пытаясь взять под контроль своё дыхание.

– Нет.

– Иисусе.

– Мы с Энни во время ужина погуглили это. И она кое-что мне подсказала.

Я уставился на неё.

– Вы погуглили?

Кортни гордо кивнула.

– У неё такой же телефон, как у тебя. Мы использовали наушники, поэтому нас никто не слышал.

Я рассмеялся, представив, что они, выпивая, просматривали порно в ресторане, чтобы Кортни смогла посмотреть, что из себя представляет минет.

Я застонал.

– Ты быстро учишься.

Кортни нахмурилась.

– Энни сказала, что чем больше практики, тем быстрее ты будешь кончать. Со временем я научусь делать это лучше.

Я шокировано посмотрел на неё.

– Лучше? Кончать быстрее? Чёрт, Кортни, если ты будешь немного лучше в этом, то тебе надо будет только сказать, что ты хочешь сделать мне минет, а я уже кончу!

Её самодовольная, горделивая улыбка сказала всё лучше любых слов. Наклонившись, я притянул её к себе и страстно поцеловал, застонав, когда ощутил на её языке свой вкус.

– Ты, моя девочка, слишком умна для своего же блага, – я усмехнулся. – Но мне это нравится. Если захочешь изучить что-то ещё, то я более чем готов стать твоим подопытным кроликом. Ты можешь практиковаться на мне. В любое время.

Кортни хихикнула и уткнулась покрасневшим лицом в мою грудь. Я усмехнулся её смущению, и теплу, которое почувствовал, когда она прижалась ко мне. Побыв немного самоуверенной, вернулась моя застенчивая Кортни. И мне это нравилось. Я посадил её рядом с собой на диван и начал нежно гладить по голове, и мы молча сидели, наслаждаясь присутствием друг друга.

Когда она тихо зевнула, я улыбнулся.

– Хочешь лечь в постель?

Сонно взглянув на меня, она кивнула.

– Я совсем не умею пить.

Я усмехнулся.

– Ты постоянно говоришь мне это... каждый раз, когда навеселе.

Посмотрев на меня, она хихикнула.

– Это всё Энни. Она плохо на меня влияет.

Я пошевелил своими бровями.

– А мне очень нравится её влияние. – Немного помолчав, я добавил: – Настоятельно рекомендую эти ужины с обменом информацией.

Кортни зевнула ещё раз, и я встал с дивана.

– Пойдём спать.

Пока мы шли по коридору, я крепко обнимал её за плечи.

– Знаешь, я знаю много… приятных штуковин. И всегда рад поделиться. – Я наклонился и прошептал Кортни на ушко: – Тебе даже не нужно будет пользоваться «Гуглом». Я более чем готов всё наглядно продемонстрировать.

Она усмехнулась.

– Я буду иметь это в виду.

Она снова зевнула, и я поцеловал её в лоб.

– Иди, ложись. Встретимся там. Я хочу убедиться, что всё заперто.

Десять минут спустя я устроился в постели рядом с Кортни, которая уже почти спала.

Удовлетворённо застонав, я притянул её к себе.

– Спасибо, – тихо сказала она.

– За что?

– За то, что ты здесь, за то, что я чувствую себя такой... счастливой... и... защищённой.

– Ты в безопасности, Кортни. Теперь с тобой я. И ты тоже делаешь меня счастливым.

Она прижалась ближе ко мне и в комнате воцарилась тишина. Перед тем как погрузиться в сон, мне показалось, что я услышал умоляющий шёпот в темноте, но он был настолько тихий, что я не был уверен, был ли он реальным.

– Я хочу, чтобы ты всегда был со мной. Не оставляй меня. Пожалуйста.

Глава 26

Когда в понедельник вечером я привез Кортни с работы домой, она, нервно кусая губы, протянула мне маленький подарочный пакетик.

– Что это?

– Я… подумала тебе это понадобится, но ты можешь не брать, если не хочешь. – Она замолчала, глядя куда угодно, но только не на меня.

Я вытряхнул содержимое пакетика себе на ладонь и увидел серебристый ключ на брелоке в виде поварского колпака.

Кортни с тревогой поглядывала на меня, я улыбнулся и нежно чмокнул ее в губы.

– Ты уверена? Если у меня будет ключ, ты никогда не сможешь избавиться от меня.

– Я не хочу избавляться от тебя, – прошептала она.

Я снова поцеловал её.

– Это хорошо. – Широко улыбаясь, я помахал ключами. – Мне нравится перелезать через забор, но, когда идёт дождь, это не совсем удобно.

– Тебе решать, что использовать, когда будешь приходить: забор или дверь.

Я нахмурился.

– Когда буду приходить? Ты хочешь, чтобы я ушёл? Ты устала от меня? – В моем животе поселилось тревожное чувство, пока я ждал ответа. Я не хотел уходить, но если именно этого хотела Кортни, то я подчинюсь.

Она широко распахнула глаза.

– Нет! Я не хочу этого! Я не хочу, чтобы ты уходил!

Я с облегчением вздохнул.

Она с грустью посмотрела на меня.

– Но вряд ли ты захочешь остаться здесь на неопределённое время. Ты беспокоишься из-за Энди, но, в конце концов, нам придётся вернуться к обычной рутине. Ты не можешь из-за моего брата забросить свою жизнь.

Я спокойно смотрел на неё. Так или иначе, эти последние дни казались более нормальными, чем моя жизнь за последние несколько лет.

– Это не так. Я там, где хочу быть. – Кортни собралась что-то сказать, я поднял руку. – Я знаю, что мне нужно вернуться к себе, но я не могу. Я должен убедиться, что ты в полной безопасности, а потом, если ты этого захочешь, я уйду. Однако это ничего не изменит. Теперь ты есть в моей жизни, а я в твоей. Независимо от того где я буду спать по ночам, это не изменится. Ты понимаешь меня? Пока ты хочешь, чтобы я был рядом – я твой.

Она кивнула.

– Я собираюсь быть здесь с тобой столько, сколько ты позволишь мне.

– Мне нравится, что ты здесь. Но как насчёт тебя? Неужели тебе этого... хватает?

Похоже, пришло время показать Кортни, что я имел в виду. Я молча взял ее за руку и повел к себе домой.

Я пропустил первой Кортни, а сам наблюдал, как она ходит по моему дому и заглядывает в комнаты. Я точно знал, что она видит – планировка домов была похожей, но все остальное отличалось, как день от ночи. Её дом был тёплый, а мой пустым – безжизненные комнаты с голыми стенами, кричавшими об одиночестве. Это была оболочка, где я просто существовал.

– Ты несчастлив здесь, – прошептала Кортни с грустью и пониманием.

Я кивнул.

Она смотрела на меня, и вдруг я увидел озарение в ее глазах.

– Ты нуждаешься во мне.

Я вздохнул.

– Ты даже не представляешь как сильно.

– Возможно, пока мы здесь, тебе стоит взять какие-то вещи.

Я улыбнулся.

– Чтобы не появляться здесь ещё несколько дней? – Я сделал паузу. – Сейчас?

– Да. Сейчас.

*** *** ***

Мне должно было показаться странным на следующий день возвращаться с работы в пустой дом Кортни. Однако не казалось. Я знал, что она приедет через несколько часов, и просто находясь в её доме, чувствовал себя счастливым. Она, как и обещала, оставила для меня спагетти, поэтому поужинав восхитительной пастой, я решил провести вечер продуктивно.

Я съездил в Home Depot и купил два дополнительных садовых стула и зонтик. Зонтик был нужен, чтобы защитить ее бледную кожу от солнца, и, конечно, он просто обязан был быть с цветочным рисунком. Установив всё, я отошёл в сторонку, и какое-то время любовался своей работой, надеясь, что и Кортни эти новшества понравятся.

Я также принёс свой Blu-ray плеер и подключил к телевизору. Я знал, как Кортни нравится смотреть фильмы, а её CD-плеер работал не очень хорошо. Мне бы хотелось установить ещё свою звуковую систему, но пока я воздержался. Затем я съездил за пивом и загрузил им холодильник. Усевшись на диван с холодным пивом в руке, я удовлетворённо вздохнул. То, что я находился здесь, казалось таким... правильным. Как только Кортни вернётся домой, всё будет просто прекрасно. Я откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Довольно хорошо, когда есть кого ждать.

Я проснулся, когда Кортни вернулась домой и зашла в гостиную, хихикая и икая.

– Привет.

Я усмехнулся, глядя на её раскрасневшиеся щёки и блестящие глаза – она явно была навеселе.

– Вы с Энни снова пили вино?

Кортни кивнула и слегка пошатываясь, подошла ко мне.

– Джейсон развёз нас по домам.

Я обрадовался, что Энни не села за руль.

– Это хорошо.

Кортни опустилась на колени у моих ног и, улыбаясь, взглянула на меня.

– А ты хорошо провёл вечер?

Я нежно погладил её по щеке.

– Да, но я скучал по тебе.

Она повернулась и нежно поцеловала мою ладонь.

– Я тоже скучала по тебе. Ты поел?

Я усмехнулся.

– Да-а. Всё, как обычно, просто пальчики оближешь. Ты, как я понимаю, хорошо провела время? Обмен информацией удался?

Она с энтузиазмом кивнула, хихикнула и снова икнула.

– Ещё как! Я сказала ей, что ты мой парень. И что с тобой я испытала свой первый оргазм. И несколько других.

Мои брови взлетели вверх.

«Нехилый обмен информацией!»

Кортни нахмурилась.

– Не надо было?

– Можешь рассказывать ей всё, что хочешь.

– Она тоже мне кое-что рассказала, – тихо прошептала Кортни и попыталась пошевелить бровями, но у нее это плохо получилось.

Я усмехнулся, так восхитительна она была в своём подвыпившем состоянии.

– Не сомневаюсь.

– Мы говорили о разных... приятных штуках.

– Приятных штуках?

Она серьёзно кивнула.

– Ну… в сексе. Она много об этом знает.

Я расхохотался, откинув голову.

– Энни тебя чему-то учила?

Кортни озорно поглядела на меня.

– Ага. – Она понизила голос. – Натан?

– Да?

– Я хочу кое-что.

Я нежно улыбнулся. Она могла получить всё, что угодно.

– Ладно... что?

Кортни провела руками по моим ногам, и остановились на бёдрах, а затем и сама потянулась вверх. Довольный я обхватил её затылок и, привлекая ближе к себе страстно поцеловал, чувствуя привкус вина, которое она пила, смешанный с её собственным ароматом. Наклонив голову, я углубил поцелуй, тихо застонав, когда встретились наши языки. Ощущение её тепла, её тихое хныканье вызвало во мне желание, которое я чувствовал каждый раз, когда она оказывалась так близко, и которое наполняло меня отчаянной необходимостью.

Кортни просунула пальцы за пояс моих спортивных штанов и осторожно потащила их вниз, а я приподнялся, облегая ей задачу. Кортни откинулась на пятки и, нервно поглаживая меня по ляжкам, посмотрела на меня, а затем на мой растущий член.

– Я хочу... попробовать тебя.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли, когда я понял, что она мела в виду. В горле тут же пересохло.

– Я никогда не делала этого... – Её щёки пылали, озорной взгляд сменился беспокойным.

– Ты и не должна, – заверил её я, хоть мысль о том, что её нежные губы, хоть и ненадолго обхватят мой член, заставила его дёрнуться.

– Но я хочу, а ты? – робко спросила она. Передвинула руку и обхватила моего теперь мучительно напряжённого дружка.

Я застонал от ощущения.

– Да, детка, – тихо зашипел я. – Поверь, я очень этого хочу.

Я ударился головой о спинку дивана, когда почувствовал, как её язык, изучая, прошёлся по всей длине моего члена и очень лёгким, дразнящим прикосновением, обвёл головку, заставив меня вздрогнуть.

– Че-е-ерт...

Кортни отстранилась и с опаской взглянула на меня, и я поднял голову.

– Нет... не останавливайся, детка. Мне было так хорошо... – мягко подтолкнул её я.

Она улыбнулась, и я с восхищением стал наблюдать, как она погрузила меня в тепло своего рта – ощущение обволакивающего меня жара заставило покалывать позвоночник. Я не мог оторвать взгляд от вида того, как она исследует меня: её руки и рот двигались в тандеме, быстро приведя меня в безумно горячую, всё увеличивающуюся потребность. Её нервозность, казалось, пропала, когда она встретилась с моим взглядом и желание, пылающее во мне, перехватило дыхание. Она встала, её волосы перекинулись вперёд, их мягкость я ощущал своими коленями. Смена позиции заставила меня погрузиться глубже в её рот, и, запустив руки в её волосы, я начал пальцами беспокойно гладить её кожу.

– Кортни... – простонал я, утопая во всё более и более всасывающих ощущениях её рта, наслаждаясь ласками её языка, который кружил, лизал и гладил. Я тихо зашипел, когда ощущения стали более острыми, мои бёдра приподнялись с дивана, выгибаясь вверх, желая углубиться в источник удовольствия. Все мои чувства были обострены, и я знал, что не продержусь долго. Она была слишком хороша в этом, и наслаждение просто сводило меня с ума. Я чувствовал, что мой оргазм закипает внутри меня, тело начало сотрясать мелкая дрожь, нервы натянулись. Я громко выдохнул её имя, убрав руки из её волос и крепко вцепившись в подушки.

– Кортни... я не могу... детка... тебе нужно остановиться...

Но она даже не замедлилась... и я кончил. Долго, интенсивно и пульсируя и закрыв глаза, проливался в её горло, чувствуя, как оно подёргивалось, когда она глотала. Мои руки с ещё большей силой вцепились в подушки, и я почувствовал, как под моими пальцами разошлась ткань. Я выкрикнул её имя, ругаясь и тяжело дыша, и только окончательно успокоившись, с удивлением посмотрел на Кортни. Она отстранилась, удовлетворённая ухмылка появилась на её губах, после чего она широко улыбнулась.

– Ты никогда... не делала этого... раньше? – выдохнул я, пытаясь взять под контроль своё дыхание.

– Нет.

– Иисусе.

– Мы с Энни во время ужина погуглили это. И она кое-что мне подсказала.

Я уставился на неё.

– Вы погуглили?

Кортни гордо кивнула.

– У неё такой же телефон, как у тебя. Мы использовали наушники, поэтому нас никто не слышал.

Я рассмеялся, представив, что они, выпивая, просматривали порно в ресторане, чтобы Кортни смогла посмотреть, что из себя представляет минет.

Я застонал.

– Ты быстро учишься.

Кортни нахмурилась.

– Энни сказала, что чем больше практики, тем быстрее ты будешь кончать. Со временем я научусь делать это лучше.

Я шокировано посмотрел на неё.

– Лучше? Кончать быстрее? Чёрт, Кортни, если ты будешь немного лучше в этом, то тебе надо будет только сказать, что ты хочешь сделать мне минет, а я уже кончу!

Её самодовольная, горделивая улыбка сказала всё лучше любых слов. Наклонившись, я притянул её к себе и страстно поцеловал, застонав, когда ощутил на её языке свой вкус.

– Ты, моя девочка, слишком умна для своего же блага, – я усмехнулся. – Но мне это нравится. Если захочешь изучить что-то ещё, то я более чем готов стать твоим подопытным кроликом. Ты можешь практиковаться на мне. В любое время.

Кортни хихикнула и уткнулась покрасневшим лицом в мою грудь. Я усмехнулся её смущению, и теплу, которое почувствовал, когда она прижалась ко мне. Побыв немного самоуверенной, вернулась моя застенчивая Кортни. И мне это нравилось. Я посадил её рядом с собой на диван и начал нежно гладить по голове, и мы молча сидели, наслаждаясь присутствием друг друга.

Когда она тихо зевнула, я улыбнулся.

– Хочешь лечь в постель?

Сонно взглянув на меня, она кивнула.

– Я совсем не умею пить.

Я усмехнулся.

– Ты постоянно говоришь мне это... каждый раз, когда навеселе.

Посмотрев на меня, она хихикнула.

– Это всё Энни. Она плохо на меня влияет.

Я пошевелил бровями.

– А мне очень нравится её влияние. – Немного помолчав, я добавил: – Настоятельно рекомендую эти ужины с обменом информацией.

Кортни зевнула ещё раз, и я встал с дивана.

– Пойдём спать.

Пока мы шли по коридору, я крепко обнимал её за плечи.

– Знаешь, я знаю много… приятных штуковин. И всегда рад поделиться. – Я наклонился и прошептал Кортни на ушко: – Тебе даже не нужно будет пользоваться «Гуглом». Я более чем готов всё наглядно продемонстрировать.

Она усмехнулась.

– Я буду иметь это в виду.

Она снова зевнула, и я поцеловал её в лоб.

– Иди, ложись. Встретимся там. Я хочу убедиться, что всё заперто.

Десять минут спустя я устроился в постели рядом с Кортни, которая уже почти спала.

Удовлетворённо застонав, я притянул её к себе.

– Спасибо, – тихо сказала она.

– За что?

– За то, что ты здесь, за то, что я чувствую себя такой... счастливой... и... защищённой.

– Ты в безопасности, Кортни. Теперь с тобой я. И ты тоже делаешь меня счастливым.

Она прижалась ближе ко мне и в комнате воцарилась тишина. Перед тем как погрузиться в сон, мне показалось, что я услышал умоляющий шёпот в темноте, но он был настолько тихий, что я не был уверен, был ли он реальным.

– Я хочу, чтобы ты всегда был со мной. Не оставляй меня. Пожалуйста.

Глава 27

В среду мы сидели во внутреннем дворике на новых стульях, которые, кстати говоря, очень понравились Кортни, и наслаждались вечером. Я работал над созданием новой учётной записи в Dropbox для Кортни, когда загорелся значок о новом сообщении и далее они посыпались одно за другим с противным писком. Прочитав ник отправителя, я нахмурился.

– Кортни?

– Хм?

– Кто такой Парень-Пистон?

Сильно побледнев, она резко вскинула голову.

– Энди. Это из-за него весь этот шум?

Я мрачно кивнул.

– Откуда он знает твой IP адрес в чате «Yahoo»?

– Это он зарегистрировал меня там, когда я ещё жила... дома.

– Он зарегистрировал? И ник WhyteElephant тоже он выбрал?

Она колебалась, явно нервничая.

– Кортни?

– Он всегда говорил, что я размером со слона… – Она вздохнула и призналась: – Я оставила все как есть, потому что не знаю, как поменять в чате ник…

Я снова опустил взгляд на экран и навел мышку на окно чата.

– Что ты хочешь, чтобы я сейчас сделал? – как можно спокойнее спросил я, хотя внутри клокотал от гнева.

Кортни молчала.

Нахмурившись, я взглянул на неё.

– Он не должен писать тебе. Почему ты не сказала, что он в твоём списке друзей? Я бы удалил его.

– Я забыла. Он никогда не связывался со мной, – расстроено прошептала она. – Мне нужно прочитать эти сообщения?

– Тебе интересно, что он пишет? Думаешь, там будет что-то приятное? – Я начал терять терпение.

– Там может быть что-то об отце…

– И как это относится к тебе? – фыркнул я.

Кортни протянула руку, я подвинул к ней ноутбук, затем встал и ушел.

Злясь, я вошёл в дом и взял пиво. Я просто стоял на кухне, попивал его, не зная, что предпринять. Почему Кортни по-прежнему позволяет им вмешиваться в её жизнь? Ведь она должна уже знать, что они будут продолжать причинять ей боль. Почему она позволяет им делать это с собой?

С минуту я метался по кухне, а потом выглянул во двор. Кортни всё еще сидела перед ноутбуком. Её рука была на клавиатуре, но чат она так и не открыла. Заметив, как задрожали её плечи, я понял, что она плачет и повесил голову в поражении. Я не мог оставить её там одну и не обращать внимания, что ей больно. Вздохнув, я поставил пиво и пошел во дворик. Сев рядом, я притянул Кортни к себе.

– Скажи, что мне делать, – прорыдала она, уткнувшись в мою грудь. – Просто скажи.

Я покачал головой. Злость улетучилась, когда я увидел её заплаканное лицо.

– Я не могу, милая. Ты сама должна решить. За тебя и так слишком много решали в жизни.

– Ты прав. – Кортни всхлипнула. – Я знаю, что ты прав. Его сообщения скорей всего наполнены ненавистью. Пожалуйста, ты можешь удалить их?

Я заставил ее посмотреть на меня.

– Кортни, мы должны использовать их, показать полиции. И тебе необходимо получить судебный запрет.

– Это ещё больше его разозлит.

Я фыркнул.

– Он должен был подумать об этом, прежде чем сделать такую глупость. Это его должно волновать, а не тебя. – Я побарабанил пальцами по столу. – Позволь мне отправить его сообщения в полицию и удалить твой аккаунт. Я создам для тебя новый, к которому у него не будет доступа.

– Я не знаю, где и что там менять, - повторила Кортни.

— Я сам все сделаю, а ты не позволяй Энди влиять на тебя. Тебе нужно удалить их обоих из своей жизни.

Кортни колебалась и я нахмурился.

– Что?

Она прерывисто выдохнула.

– Я не хочу говорить с ними или видится…

– Хорошо, но почему-то мне кажется, что дальше последует «но».

– Я знаю, ты скажешь, что это – не моя забота, но, тем не менее, мне не все равно. Я помогаю оплачивать услуги по уходу за отцом. Государство оплачивает только койко-место, а я доплачиваю разницу, чтобы он был в двухместной палате.

Я ошарашенно уставился на Кортни.

Даже после всего, что они сделали ей, после всей боли, которую причинили, она помогала оплачивать уход за отцом? Это не должно было удивлять меня, учитывая её щедрость и доброту. И, конечно, она была права – я хотел сказать, что её это не должно волновать. Однако Кортни так не могла. Её это волновало. Ей никогда не было все равно.

– А Энди помогает?

– Нет.

Другого ответа я и не ожидал.

– Ты хочешь, чтобы я просто проигнорировал эти сообщения? Ты этого просишь?

– Не знаю, – тихо призналась она.

– Может, стоит побеседовать с Джоанной - офицером, которая говорила с тобой, когда мы были в полицейском участке? Возможно, она подскажет лучший план действий. Ты бы выслушала ее?

– Да.

Я с облегчением выдохнул, вытер слезы с ее мокрых щек и нежно чмокнул в губы.

– Можешь принести мне ее визитку? Там есть адрес электронной почты.

Когда Кортни зашла в дом, я открыл окно чата и начал читать мерзкие сообщения ее братца. Судя по всему, он был пьян, когда писал их. Я снова почувствовал нарастающий гнев, читая неприятные слова и прозвища, которыми он называл Кортни. Я хотел найти его и преподать урок, которого он никогда не забудет. Я знал, что если бы Кортни прочитала эти сообщения, то они бы опустошили её. Она ничем не заслужила такой ненависти. Я фыркнул, прочитав последние строки: он писал, что ни он, ни его отец, никогда не желают видеть её или связываться с ней. Но я заметил, что он ни слова не сказал о том, что отказывается от её дальнейшей финансовой поддержки. Грёбаный эгоистичный ублюдок. Как по мне, Кортни ничего не потеряла. Скатертью дорога, как говорится.

У меня чесались руки написать, что именно я думал о Энди и о его отце, но это лишь раззадорит его ещё больше. К тому же лучше не давать ему никакой возможности отвертеться от ответственности. Вместо этого я скопировал всё в электронное письмо, чтобы отправить Джоанне.

Кортни вышла, протянула мне визитку и, сев рядом, молча смотрела за тем, как я отправил электронное письмо, а затем начал удалять её аккаунт в чате. Я заново зарегистрировал её, сделав паузу только для того, чтобы спросить какой логин она бы хотела.

Она неуверенно улыбнулась.

– Мисс Шеф-повар.

– Да? – Я улыбнулся, желая, чтобы Кортни знала – я не злился на неё, а на саму ситуацию.

– Да. Мне нравится, когда ты меня так называешь.

Спустя несколько минут, я придвинул к ней ноутбук.

– Пароль.

Когда она ввела его, я нашёл себя и Энни, и добавил в контакты.

– Позже сможешь добавить кого-то ещё, – спокойно сказал я.

Они кивнула.

– В основном это люди, связанные со мной по работе.

– Хорошо. Всё готово.

– Ты... читал сообщения?

– Просмотрел, – честно ответил я. – Он, скорее всего, был пьян... или у него очень плохо с правописанием. В принципе, это не должно удивлять меня. Очевидно, что мозги в твоей семье достались только тебе.

– Эти сообщения... ужасны? – прошептала она.

Я взял её руки в свои.

– Да, они отвратительны... Их содержание полная чушь. Бред пьяного завистливого мудака, которому надо на ком-то выместить злость.

– Завистливого? Ты думаешь, что он завидует мне?

– Подумай, Кортни. Сравни свою жизнь и его.

– Я не понимаю.

Я сжал её руки.

– Твой брат до сих пор живёт в доме твоего отца. Один. Его бизнес принадлежит не ему, а вашему отцу. – Заметив удивлённый взгляд Кортни, я пожал плечами. – Я проверил. Ему ничего не принадлежит. Его заработок – это доход от гаража. И, учитывая, как твой брат ленив, он, вероятно, невелик. Он водит грузовик, в котором даже семнадцатилетние постеснялись бы ездить. Нет ничего существенного в его жизни. Он ведёт себя как мальчик-переросток, и быстро катится по наклонной. И есть ты – его сестра, которая, как он утверждал, никогда ничего не добьётся. Но, тем не менее, у тебя ученая степень, успешная карьера, ты владеешь собственным домом, и на работе тебя все уважают. И ты в серьёзных отношениях с тем... кто просто обожает тебя. – Кортни смотрела на меня немигающим взглядом.– Он завидует. И злится. Потому что, несмотря ни на что, ты добилась всего этого. Сама.

– Я... я никогда не думала об этом так.

– Ты не видишь себя чётко, но когда-нибудь я всё же добьюсь, чтобы ты поверила в то, насколько ты потрясающая. – Я крепко обнял Кортни.

Она была так важна для меня. Я ее обожал. Нет, не просто обожал. Я был влюблен в нее.

Полностью, окончательно и бесповоротно. И я хотел сказать Кортни об этом, однако, в отличие от нее, я не был откровенен и не рассказал о своем прошлом.

Пора поговорить с Грантом. Мне нужен его совет.

______________________________

Субботним утром мы с Грантом встретились в нашем обычном месте. Все время, что я ехал, я думал. Думал очень серьезно.

– Ты не рассказал ей? Почему, Натан? – Грант с тревогой поглядел на меня.

Я подыскивал правильные слова, чтобы объяснить.

– Я не ожидал, что влюблюсь.

– А ты хотел, чтобы тебя оповестили заранее, - сухо пошутил Грант.

– Я жутко боюсь, что когда она узнает, то бросит меня. Не думаю, что смогу это пережить. Я никогда так остро не ощущал потерю, как сейчас.

- Судя по тому, что ты рассказывал, она так не поступит.

Я смотрел на Гранта. Похоже, он был прав. Кортни обладала невероятной способностью прощать и любить. И, в отличие от моей семьи, не судила людей строго.

«Она не отвернется от меня, верно?»

Я размышлял о жизни, которую вел до встречи с Кортни. О пустых бесконечных днях, заполненных одиночеством. О том, как сторонился людей, боясь, что если сойдусь с ними ближе, то снова обожгусь. И тут Кортни переехала в соседний дом, и, даже не пытаясь, своей добротой и заботой сломала мою защиту. Она обнаружила во мне мужчину, которым я должен был быть. Которым хотел стать для нее.

– Расскажи мне о ней поподробнее, – тихо попросил Грант.

Я вздохнул и начал говорить.

Целый час я рассказывал ему о Кортни. О её нелёгком детстве и жестоком обращении, и как глубоко это повлияло на неё. Я рассказал ему об её трусливом, слабом отце. О мудаке брате. Насколько уязвимой и сломленной она была, но в то же время невероятно великодушной и милой. Грант усмехнулся, когда я рассказал ему о наших беседах через забор, о том, как она кормила и поддразнивала меня. Улыбнувшись, я рассказал ему, насколько храброй и сильной она была, несмотря на то, что пережила. И наконец, я сказал ему, как она заставила меня осознать, что я должен начать свою жизнь сначала, и что для этого мне нужна она.

Мы молчали несколько минут. Подошла официантка, забрала наш давно остывший кофе и принесла свежий.

– Ее отец эгоистичный мудак, – наконец сказал Грант сердито. – Я бы хотел завести на него какое-нибудь дело. Может, стоит немного глубже копнуть под её брата. Ну, знаешь, убедиться, что он платит все налоги и все его бизнес-лицензии на месте? Отправить к нему инспектора?

– Мне бы этого хотелось. Мне бы хотелось подпортить ему жизнь. Я так сильно хочу заставить его заплатить за то, что он сделал с ней, – я вздохнул и покачал головой. – Но Кортни это не понравится. Она говорит, что именно так поступали они. Делали кого-то несчастным только потому, что могли. Она никогда никому не причинит боль. Несмотря на то, что её родственнички продолжают доставать её.

– Что?

Я рассказал ему о сообщениях и о том, как расстроился, когда первым желанием Кортни было прочитать их. И когда обнаружил, что несмотря ни на что, она помогала своему отцу.

– Я этого не понимаю. - Я в замешательстве пожал плечами.

– Я не очень удивлён. Она, кажется, умеет прощать.

– Да. Всех вокруг, кроме самой себя.

– А что насчет ее школьной подруги, той, что работает в полиции? Она готова помочь?

– Она согласилась поговорить с ним. Пока неофициально. Но, если потребуется, то готова предпринять уже официальные меры.

– Брат Кортни – типичный хулиган. Такие, как он, обычно, бояться, когда появляется кто-то посильнее их. Если полицейские навестят его, это может сработать. Надеюсь, эта женщина-полицейский возьмет с собой кого-нибудь повнушительней.

Я усмехнулся.

- Она пойдет в гараж в рабочее время, в полной униформе, вместе со своим напарником. Тот, по ее словам, крупный мужчина. Очень надеюсь, что этого будет достаточно. Я хочу убрать этого козла из жизни Котрни.

– Тебе нужно быть терпеливым.

Я вздохнул.

– Я пытаюсь, Грант.

– Натан, – тихо начал он, – ты знаешь, что дети, подвергшиеся насилию, даже встав взрослыми, зачастую защищают человека, который был жесток к ним?

– Да, я слышал об этом.

– Знаешь почему?

Я покачал головой.

Он грустно улыбнулся.

– Это всё, что они знают. Они понятия не имеют, что любовь не должна причинять боль.

Я наклонился вперёд.

– Но теперь у неё есть я. И я хочу показать ей, что так не должно быть.

– И ты сможешь, но со временем. Натан, ты с ней рядом всего нескольких недель, а они были всю её жизнь. Дай ей время.

Откинувшись на спинку стула, я задумался. Он был прав. Всё, что Кортни знала на протяжении двадцати шести лет - только боль и неприятие. Она почти все время ждала этого, и глупо было думать, что она мгновенно изменится, только потому, что в её жизни появился я.

– Я не откажусь от неё. Я помогу Кортни увидеть, что она совсем не «никто», как они её уверяли.

– Хорошо. Я рад, что ты убедил её позволить кому-то увидеть присланные её братцем сообщения. Если этот офицер поговорит с ним, то, вероятно, напугает до чертиков и он, наконец, оставит её в покое. Если нет, то возможно, мне придётся навестить его самому, – глядя на меня, он вскинул одну бровь, и я улыбнулся.

Это был Грант, которого я знал, который оберегал и заботился о небезразличных ему людях. Я мог только представить лицо Энди, если Грант решит лично «пообщаться» с ним.

– Ты прав в одном – он хулиган, и, если узнает, что теперь Котрни не беззащитна, что за ним наблюдают, то оставит ее и перейдет к кому-то другому. Вероятно, он был пьян и принял глупое решение, но он не оценит тот факт, что всё это с лёгкостью сошло ему с рук.

Грант покачал головой и посмотрел на меня.

– Как и ты, я предпочёл бы увидеть его в камере, но такое решение должна принять только Кортни. Честно говоря, то, что она не читала эти сообщения и позволила тебе удалить свой аккаунт - уже огромный шаг.

– Знаю.

– Ты думаешь, она просто удивительна, не так ли?

Я улыбнулся.

– Она удивляет меня каждый день. Она самый лучший человек, которого я когда-либо встречал. Она не заслужила того, что с ней произошло.

– И ты её любишь.

Я кивнул.

– Больше, чем кого-либо.

На минуту он замолчал.

– Могу я задать тебе... личный вопрос?

– Конечно.

– Она...

Мои глаза сузились.

– Она что?

– Полная?

Я покачал головой.

– Нет, – я думал о том, как бы лучше описать её. – Она... маленькая.

– И что это значит?

– Грант, если бы она была ростом с Клэр, то выглядела бы как долбанная супермодель. Но нет. Она... – я вздохнул, пытаясь подобрать подходящее слово. Почему-то слова «полная», «пышная» или «чувственная» казались слишком личными, чтобы сказать их ему.

Грант присвистнул.

– Я понял. Она – лакомый кусочек, не так ли?

Я в замешательстве посмотрел на него.

– Лакомый кусочек?

Он кивнул и провёл руками в воздухе, словно очерчивая изгибы аппетитной женской фигуры.

– Всё, что тебе нужно – ложка, и готово. Невысокая, соблазнительная, сексуальная.

Я усмехнулся.

– Да, она – блюдо. Вот только совсем не ложку я буду использовать, – я подмигнул ему.

Смеясь, он откинул голову назад.

– Я не знал тебя такого, Натан.

Я рассмеялся.

– Она выявляет во мне много чего, о чём я даже не подозревал.

Грант усмехнулся.

– Умная, сексуальная, соблазнительная. Это редкость.

– Она уникальна. Она просто... чёрт... она поражает меня. – Я наклонился вперёд и добавил: – Я должен рассказать ей. Быть полностью честным.

Вновь став серьёзным, он посмотрел на меня.

– Да, должен. И ты должен быть готов к ее гневу, и к тому, чтобы дать ей время и пространство, чтобы смириться с твоей историей.

Я вздохнул.

– Ладно.

– Надеюсь, у вас все получится. – Он улыбнулся. – Я хочу встретиться с этой удивительной девушкой.

– Правда?

– Как только ты расскажешь ей, я бы хотел встретиться с ней. Привези ее к нам с Клэр,  – он сделал паузу – Если она, конечно, захочет.

– Думаю, захочет.

– Ладно, Натан, желаю тебе удачи. Не затягивай надолго.

Я крепко пожал Гранту руку, молча благодаря за дружбу.

– Не буду. Найду подходящее время и скажу. Скоро.

Глава 28

Когда я вернулся от Гранта, в доме играла музыка, но самой Кортни нигде не было видно. Я нашел ее на заднем дворике, она, склонив голову, сидела за столом и вязала. В ее руках быстро мелькали спицы, а на столе лежала небольшая кучка готовых вещиц.

Кортни подняла голову, когда я открыл раздвижные двери, увидела меня и тепло улыбнулась. Подойдя, я нагнулся и припал к её губам. Очень нежно я гладил её язык своим, а затем углубил поцелуй. Она запустила руки мне в волосы, возвращая мне мою страсть. Медленно, тяжело дыша, я отстранился и прижался лбом к её.

– Привет.

– Привет. Ты в порядке? Как прошла встреча?

Оставив ещё один поцелуй на её сладких губах, я сел рядом.

– Да, всё хорошо. Я просто соскучился, – наклонившись, я поднял вязальные спицы, которые она выронила, и передал их ей. – Над чем ты так усердно работаешь?

Кортни усмехнулась и снова быстро застучала спицами.

– Детские шапочки. Они мне скоро понадобятся.

Я так и замер с протянутой рукой. Звук щелкающих спиц становился все громче, пока не превратился в оглушающий рев.

«Скоро понадобятся?»

Я уставился на Кортни.

– Корт?

Услышав мой дрожащий голос, она вскинула голову. Наши взгляды: её удивленный и мой испуганный, встретились.

– Я думал... – Я замолчал, с трудом сглотнул и попробовал еще: – Ты говорила...

Кортни, похоже, поняла все без лишних слов.

– Нет! – воскликнула она. – Нет, Нат! Я вяжу шапочки для благотворительного базара в больнице. Хочу связать побольше, пока у меня выходной.

Я с облегчением откинулся на спинку стула.

Кортни хихикнула.

– Видел бы ты свое лицо.

– Слышала бы ты, как колотится у меня сердце.

Кортни снова хихикнула.

– Я не беременна. Мы… вместе только пару недель, Нат. И я предохраняюсь. – Она покачала головой. – Неужели ты думаешь, что если бы я была беременна, то первым делом начала бы вязать шапочки?

Я пожал плечами.

– Может... это причуды беременности.

Кортни расхохоталась.

– Причуды беременности?

– Бывает такое.

– Я знаю, что бывает, но тебе-то откуда об этом знать?

– Я много чего знаю, – с притворным высокомерием фыркнул я, решив поддержать ее шутливый тон.

– Не воспринимай всё так близко к сердцу, – она серьезно посмотрела на меня. – Если бы я совершила подобную ошибку, то нашла бы лучший способ сообщить тебе.

«Ошибку?»

Я поглядел на Кортни и вдруг представил её беременной нашим ребёнком – такую округлившуюся, сияющую… Удивительно, но эта мысль мне понравилась.

Наклонившись вперёд, я обхватил руками её лицо.

– С тобой, Кортни, это никогда не было бы ошибкой. Никогда. Не буду лгать, сейчас это было бы большой неожиданностью, но точно не ошибкой. – Я заглянул в её глаза. – Значит, не сейчас, но когда-нибудь... возможно?

Кортни внимательно слушала меня, пристально вглядываясь в лицо.

– Возможно... когда-нибудь, – прошептала она.

Я улыбнулся.

«Что ж, я получил свой ответ».

___________________________

Остаток дня мы провели рядышком друг с другом, а ближе к вечеру снова вышли во дворик, чтобы погреться на солнышке. Кортни опять взялась за спицы, а я открыл ноутбук, чтобы проверить почту.

– Похоже, вчера Джоанна посетила Энди. Она пришла в его гараж вместе со своим напарником.

Кортни резко вскинула голову; в ее широко раскрытых глазах отразилась паника.

– Да?

Перечитав письмо, я решил пересказать ей сжатую версию. Зачем Кортни знать, что Энди «чуть не обделался от страха» – это прямая цитата из письма, – когда увидел двоих полицейских в форме и при оружии в гараже. К тому же напарник Джоанны, по ее словам, красноречиво разминал внушительные кулаки, во время разговора, от чего Энди затрясся, как лист. Грант оказался прав: брат Кортни был типичным хулиганом, который поджал хвост, увидев того, кто сильнее. К тому же, его отец больше не мог отмазать его от неприятностей. Думаю, это тоже сыграло свою роль.

– Энди больше не будет связываться с тобой. Он признал, что был пьян и злился, и знает, что произойдёт, если снова совершит подобную глупость. Они были с ним… э-э… достаточно недвусмысленны и дали понять насколько все серьезно. Кстати, Джоанна считает, что ты замечательная.

Кортни закатила глаза.

– С чего это?

Теперь уже я закатил глаза.

– Потому что большинство людей пошли бы по-другому пути: заявили бы о нападении, позволили арестовать Энди, и умыли бы руки. Их бы не волновало, что будет дальше с Энди или твоим отцом.

Она опустила голову и пожала плечами.

– Я не могла так поступить.

Я обнял ее за плечи.

– Знаю. Поскольку, несмотря на всё пережитое, ты не разучилась прощать. – Я поцеловал её руку. – Ты меня постоянно удивляешь, Кортни. Каждый день.

– Значит всё уже позади? Теперь он оставит меня в покое?

– Думаю, он всё понял. Но Джоанна настаивает: если он попытается хоть как-то снова с тобой связаться, то тогда всё уже будет официально. Ему предоставили только один шанс. Договорились?

Она глубоко втянула в себя воздух и шумно выдохнула.

– Договорились.

Я сжал её руку.

__________________________________

На следующее утро я проснулся в одиночестве. Часы показывали 5:30 утра. В доме было невероятно тихо.

«Где Кортни?» - запаниковал я, а затем заметил, что ее одежда для бега пропала.

Нахмурившись, я быстро оделся, но, когда вошёл в гостиную, открылась входная дверь и на пороге, снимая наушники, появилась Кортни.

– О, ты уже проснулся! – улыбнулась она.

– Ты отправилась на пробежку без меня? – огрызнулся я. – Мы договорились, что ты больше не будешь бегать одна.

Она шагнула вперёд и ласково погладила меня по щеке.

– Натан, этой ночью ты впервые спал без кошмаров. Мне было жаль тебя будить. К тому же пора двигаться дальше. Энди не будет преследовать меня во время пробежки. Никто не будет.

– Мне не нравится, что ты бегаешь одна.

– Я бегаю уже два года. У меня есть мобильный телефон. Я не позволю Энди украсть у меня и это. И, вообще, ничего.

– Мне нравится бегать с тобой, – не желая сдаваться, вздохнул я.

– Тогда ты можешь бегать со мной, когда будешь успевать просыпаться. В другие дни я буду делать это одна. – Она наклонила голову. – Знаешь, мне нравится бегать одной. Это даёт мне время подумать.

– Я стесняю тебя? – спросил я, страшась её ответа.

– Нет. Просто время от времени я нуждаюсь в некотором пространстве. Точно так же, как и ты. Я в этом уверена

– Я модернизирую твой телефон.

Она поцеловала меня в щёку.

– В этом нет необходимости. Но если так тебе будет спокойнее, то хорошо.

– Я буду спокойнее, если ты не будешь бегать так рано.

Она вздохнула.

– Если я это сделаю, ты немного расслабишься?

Я поднял её руку и уткнулся в неё носом.

– Да.

– Ладно, – она помолчала. – Натан?

– Да?

– Я буду ездить на работу сама.

Я кивнул.

Почему-то меня это не удивило.

Я с трудом сглотнул, перед тем как задать вопрос.

– Ты хочешь, чтобы я, ну... – Мне было сложно произнести слово «ушёл», но этого и не потребовалось. Кортни все поняла и отчаянно помотала головой.

– Нет! – прошептала она. – Я не хочу этого.

Закрыв глаза, я притянул её к своей груди.

– Хорошо. Потому я к этому не готов.

«И не думаю, что когда-либо буду», - мысленно добавил я.

__________________________

У нас установился новый распорядок. Я отправлялся на пробежку вместе с Кортни, если рано просыпался, но в основном я так крепко спал, что даже не чувствовал, когда она вставала. Никогда еще в своей взрослой жизни я не спал так долго и спокойно, как рядом с Кортни. Иногда мне удавалось уговорить её остаться со мной в постели, и пробежку она устраивала чуть позже. На работу мы ездили по отдельности, но бывали дни, когда я всё же подвозил её, мотивируя тем, что после работы, мы вместе сможем заехать в продуктовый магазин. Я не говорил ей, как сильно скучаю по минутам покоя, проведённым с ней в машине.

Я больше не мог обходиться без её сладких поцелуев и нежной ласки. В тот момент, когда я снова оказывался рядом с ней, то чувствовал себя целым. Мне нравилось, когда её маленькие ручки гладили меня по голове, когда мы смотрели телевизор или как её пальцы разминали мои напряженные мышцы, когда она делала массаж, чтобы помочь мне расслабиться. Ничто не радовало меня больше, чем видеть её улыбку, слышать её смех в ответ на мои глупые комментарии или истории. До этого времени я даже не понимал, насколько был закрыт от любых эмоций. Теперь только мысль о возвращении к тому подвешенному состоянию вызывала у меня дрожь. Технически, я мог вернуться к себе, но никто из нас даже не думал поднимать эту тему. Я всё ещё ходил туда за своими вещами, и постепенно их всё больше становилось в доме Кортни. Я понимал, что теперь она стала моим домом.

Последняя неделя была особенно хороша, без окружающей нас драмы. С каждым днём мы всё больше узнавали друг о друге. С каждым новым открытием я всё больше влюблялся в Кортни. И я хотел ей сказать об этом. Я знал, что пришло время рассказать ей правду.

Я сидел на работе, пытаясь придумать лучший способ, как это сделать, когда на компе загорелся огонёк, давая знать, что пришло сообщение. Увидев, что оно от Энни, я нахмурился, сразу же подумав, что что-то не так, пока не увидел, что именно она написала.

LabGoddess: Привет, Натан, я украла у Кортни твой адрес в чате, когда она давала мне адрес своего нового аккаунта – кстати, Мисс Шеф-повар ей очень подходит. В общем, мне нужна твоя помощь.

GNat: Привет. Да, ей подходит. В чём дело?

LabGoddess: Нужно, чтобы ты с помощью своей магии еще немного повлиял на Кортни.

GNat: Магии?

LabGoddess: Натан, сегодня она обедала с нами впервые за те два года. Она согласилась встретиться со мной за пределами работы. Я не раз видела, как она целует тебя. Она улыбается и смеётся. Она даже шутит иногда. Если это не магия, то я не знаю что.

GNat: Она немного застенчива, вот и всё.

LabGoddess: Спасибо за новость, умник. Она слишком застенчива, и я знаю, что это не просто так. Надеюсь, в один прекрасный день, она поделится со мной своей историей, но сейчас я очень рада видеть, что она понемногу выходит из своей раковины. Да, может она и застенчива, но люди на самом деле любят её. Просто, кажется, она этого не видит.

Энни была права. Котрни настолько привыкла, что ее отвергают, что заранее готовила себя к этому.

GNat: Она просто не видит себя чётко. Но мы этого добьемся. Она просто удивительна.

LabGoddess: Я знала, что полюблю тебя. Ладно, а теперь вернёмся к моему делу...

GNat: Конечно. Так зачем тебе нужны мои магические способности?

LabGoddess: Завтра состоится вечеринка с барбекю для персонала. Предположу, что Кортни не упоминала об этом?

GNat: Нет.

LabGoddess: Она никогда не ходит на подобные мероприятия. Сегодняшний ланч – первое социальное событие подобного рода, на которое она решилась. Я подумала, что возможно, она сможет приехать, если ты будешь вместе с ней - не сомневаюсь, если ты тоже будешь там, то заставишь её почувствовать себя уверенней. Ты можешь поговорить с ней?

GNat: Я не буду уговаривать её сделать то, что ей не по душе, но спрошу. А как мне объяснить, что я знаю об этой вечеринке?

LabGoddess: О, я скажу ей, что написала тебе.

GNat: Хорошо. Я поговорю с ней сегодня вечером.

LabGoddess: Отлично, спасибо!

Глядя на экран, я откинулся на спинку стула. Вечеринка для сотрудников. Это походило на свидание. Я хотел пригласить Кортни на свидание. Последние несколько недель мы, хоть и провели вместе, но всегда оставались дома. Мы никуда не выходили, кроме утренних пробежек и редких поездок в продуктовый магазин. Пришло время расширить наш мир. И это могло быть верным шагом.

Глава 29

– Нет.

– Почему?

– Там будет много людей, Нат.

Я ожидал такой ответ.

– В этом смысл вечеринки, Кортни. Много людей.

Она подтянула колени к груди и начала нервно теребить край рубашки.

Я взял ее руку и сжал.

– Что тебя так беспокоит?

– Я почти никого там не знаю. Я знаю только тех, кто работает в моём отделе, и то не всех.

Я нахмурился.

– Это потому что они не хотят с тобой общаться или потому что ты не даёшь им шанс это сделать?

Она удивлённо посмотрела на меня и принялась терзать зубами нижнюю губу.

– Не знаю, – наконец, прошептала она.

– Энни сказала, что на работе тебя любят и очень ценят.

– Я не знала.

Я погладил ее по щеке.

– Может, тебе нужно попробовать узнать их и позволить им узнать тебя. А если вдруг кто-то скажет что-то не приятное, то пошли его куда подальше. – Кортни распахнула глаза. – Если попытаешься, то можешь быть приятно удивлена. Вспомни, что произошло, когда ты сблизилась с Энни. Или со мной. Думаю, вышло просто потрясающе.

– Согласна.

– Я буду рядом с тобой. Вместе мы сможем это сделать.

Кортни спрятала взгляд, обдумывая ответ. Этот разговор заставил ее нервничать, и было понятно, что она что-то скрывает.

– Скажи мне.

– Ты на самом деле хочешь пойти?

– Да, если ты этого хочешь.

– И ты... не против оказаться со мной на людях? – всё ещё не поднимая глаз, тихо спросила она.

Я разочарованно вздохнул.

– Эй, посмотри на меня.

Кортни сделала, как я попросил. От беспокойства в ее глазах у меня защемило сердце.

– Я буду горд показаться там с тобой. Я хочу, чтобы люди знали, что ты принадлежишь мне, а я тебе. – Я наклонился и страстно поцеловал ее, пока мы оба не начали задыхаться. – Вместе, ладно? Я не оставлю тебя. Обещаю.

– Хорошо.

– Отлично. Это будет наше первое свидание. – Кортни закатила глаза и мне пришлось поддразнить ее еще немного. – Интересно, ты позволишь себя поцеловать?

Кортни хихикнула и хлопнула меня по руке, когда я попытался ее пощекотать. Я притянул её к своей груди и кончиком языка провёл по раковине уха.

Кортни задрожала.

– А может, я доберусь дальше, чем поцелуй? – Я нежно прикусил её мочку. – Что-то подсказывает, что у меня довольно хороший шанс. Я весьма обаятелен.

Её хихиканье перешло в хриплый сексуальный смех.

– Будешь так смеяться, мы устроим генеральную репетицию прямо сейчас… А ещё лучше, будем репетировать раздевание…

Она оттолкнула меня и, встав, с улыбкой покачала головой.

– Если мы пойдём на барбекю, то придётся взять что-нибудь из еды. Так что мне нужно готовить.

– Что ты будешь делать? Я помогу.

Она вскинула брови.

– Ты хочешь помочь мне готовить?

Я покачал головой.

– Нет, это было бы ошибкой. Я могу съездить в магазин и купить то, что тебе нужно. И, конечно, я могу дегустировать твою еду. Контроль качества. Я спец в этом. И ответственно подхожу к делу.

Смеясь, она пошла на кухню.

– Такая тяжёлая работа для тебя, Нат. Не уверена, что могу просить тебя о такой жертве.

Я тяжело вздохнул.

– Я сделаю это для тебя, мисс Шеф-повар. Только для тебя.

____________________________________

– Ладно, я готова.

Голос Кортни звучал неуверенно. Я посмотрел на нее поверх газеты и едва не простонал.

«Твою ж мать!»

Кортни округлила глаза.

– Я переоденусь!

«Я сказал это вслух?»

Я вскочил с кресла, подошел к Кортни и взял за руку.

– Не нужно! Ты выглядишь невероятно.

Она взглянула на своё платье.

– Энни заставила меня купить его, когда мы ходили на обед.

Я присвистнул.

– Напомни мне горячо поблагодарить Энни.

Кортни выглядела восхитительно. Платье было короче, чем обычно она носила, подчеркивало грудь и плавно перетекало к коленям. Кортни была похожа на лето – нежная, воздушная и безумно сексуальная. Её волосы, открывая лицо, волнами струились по спине, и я мог пропускать их через пальцы, как любил.

Я заставил Кортни выпустить подол платья, который она нервно теребила, и легонько чмокнул в губы.

– Ты прекрасна. Пожалуйста, не переодевайся.

– Хорошо, – выдохнула она.

Я улыбнулся и отступил.

– Нам на самом деле нужно взять с собой всё, что ты вчера приготовила? Там очень много еды.

Она закатила глаза.

– Всего два салата.

– Два огромных салата. Может, ты возьмёшь только салат из капусты, моркови и лука, а макаронный оставишь здесь. Ну, знаешь, на потом?

Она захихикала.

– Я отложила тебе.

Я усмехнулся.

– Правда?

— Я помню, как ты стонал, когда их пробовал, поэтому приготовила побольше.

Я схватил её и страстно поцеловал.

– Позже я с радостью буду стонать над чем-то ещё… – я прикусил её губу. – Спасибо, что оставила мне немного.

– Пожалуйста.

Я увидел, что она взяла ещё один контейнер и прищурился.

– Что это?

– Я испекла кексы.

Мои брови взметнулись.

– Когда?

Хихикая, она прошла мимо меня.

– Пока ты храпел на диване, видимо впав в кому, после дегустации салатов.

– Я не храплю.

Кортни посмотрела на меня через плечо.

– Значит, твоё место в кровати иногда занимает твой храпящий брат-близнец.

Я запер за нами дверь.

– Мне нужно поговорить с этим ублюдком.

Сев в машину, я посмотрел на Кортни.

– Я мешаю тебе спать?

– Нет. На самом деле это даже не храп… Больше похоже на сопение в вперемешку с бурчанием, – она издала странный горловой звук. – Как-то так. Но ты делаешь это, только когда действительно устал и на самом деле это довольно… мило. Мне нравится.

– Тебе нравится?

Глядя в окно, Кортни кивнула, её щёки покраснели.

– Когда я просыпаюсь и слышу это, понимаю, что ты рядом.

– И я останусь так долго, как ты будешь этого хотеть, при условии... что ты больше никогда не издашь этого звука, и пнешь меня, если я это сделаю.

Кортни рассмеялась и кивнула.

____________________________

– Еще вина?

Кортни не врала: чтобы опьянеть, ей нужно было совсем немного. Два бокала и она уже навеселе. И Энни всячески ее к этому поощряла. Мне нравилось видеть Кортни расслабленной, и я был рад, что всё проходило просто отлично. Казалось, все были очень рады увидеть её там, а я, как и обещал, оставался рядом и отходил только для того, чтобы взять нам напитки и наполнить закусками тарелку. Мы прогуливались, разговаривали с людьми, Джейсон и Энни находились неподалёку, и Кортни постепенно расслабилась. По крайней мере, она больше не цеплялась мёртвой хваткой за мою руку, как это было, когда мы только пришли. Удивление Кортни, когда она поняла, с какой теплотой встречали её люди, заставило меня лишь покачать головой.

– Мне нужно еще выпить, - сказала Энни, глядя на свой пустой бокал.

Джейсон усмехнулся.

- Мы с Кортни принесем. Хочешь ещё колы, Натан?

Я кивнул. Этим вечером я ничего не пил. Мой пассажир был слишком ценен.

- Да, спасибо.

Кортни с тревогой поглядела на меня через плечо, когда уходила. Я подмигнул и послал ей воздушный поцелуй, от чего ее щеки сразу покраснели.

Энни фыркнула.

- Ты по уши.

- Да.

- Кортни сильно изменилась в последнее время.

- Забавно, что мои коллеги говорят обо мне тоже самое.

- Вы отлично подходите друг другу. Ты вселяешь в нее уверенность.

- Да, мы хорошо подходим.

Энни посмотрела поверх моего плеча и ругнулась.

- В чем дело?

- Я не думала, что она придет.

Я оглянулся, но никого знакомого не заметил.

- Кто?

- Колин.

Я посмотрел туда, куда глядела Энни и увидел у бара высокую, очень худощавую женщину. Она была явно не к месту в этой пестро одетой компании: одежда слишком официальная, осанка прямая, словно она проглотила шомпол. Ее холодные глаза встретились с моими, и самодовольная усмешка появилась на губах. Пока она открыто оценивала меня, я отвернулся. Мне это было совершенно не интересно.

- Кто она? – спросил я у Энни.

- Одна из менеджеров лаборатории.

- Она тебе не нравится?

- Она никому не нравится. Она редко приходит на наши неформальные мероприятия. И… Кортни с ней довольно… неуютно.

Я напрягся.

- Да?

- Один раз она назвала Кортни круглой и толстой.

Я нахмурился.

- Кортни это слышала?

- Да.

- Что еще она говорила?

- О глазах Кортни. Довольно часто. Я велела ей замолчать, но она меня проигнорировала. Думаю, из-за нее Кортни держится особняком в лаборатории. Но она не только Кортни задирает. Ей нравится возвышаться, принижая других.

Моя неприязнь к этой даме росла в геометрической прогрессии.

- Берегись, Натан, - прошептала Энни, - барракуда приближается.

- Привет.

Я повернулся и посмотрел на Колин. Она оказалась старше, чем мне показалось, и определенно пришла сюда не просто так. Она преследовала цель.

Я окинул ее беспристрастным взглядом. Ее костюм был слишком тесным, волосы слишком рыжие для естественного цвета, а макияж слишком яркий. В ее холодных голубых глазах не было ни капли эмоций, и вся ее поза кричала: хищник! Энни правильно назвала ее барракудой.

- Здравствуйте, - ответил я вежливо, не желая, чтобы из-за меня у Кортни на работе были проблемы.

- Я не видела тебя в лаборатории, - она положила руку на мое предплечье, пытаясь быть соблазнительной. – Я бы тебя точно запомнила.

Я стряхнул ее руку и отступил.

- Я не работаю в лаборатории.

- Остынь, Колин, - вмешалась Энни. – Он занят.

Барракуда окинула ее холодным взглядом и вновь посмотрела на меня.

- Он большой мальчик и может сам ответить.

Прежде чем я успел ответить, послышался дрожащий голос Кортни.

- Натан?

Я с облегчением притянул ее к себе и обнял за талию.

- Привет, милая. Я скучал. – Я чмокнул ее в макушку и ухмыльнулся Колин. – Думаю, ты знаешь мою Кортни?

Выщипанные брови Колин взлетели вверх.

- Твою Кортни? Она твоя девушка?

- Они живут вместе, - радостно объявила Энни.

Я кивнул.

- Да, я везунчик.

Колин покачала головой.

- Ты такая скрытная, Кортни. Никто бы не догадался, что ты сможешь привлечь такого парня. Ты никогда не говорила, что держишь в плену у себя дома такого красавца. Тебе лучше хорошенько охранять его и не сводить с него твоих двухцветных глаз.

Мне не понравилось ни то, что она сказала, ни ее ехидный тон.

- Это я держу ее в плену, а не она меня. Тебе повезло, что я ее хотя бы на работу отпускаю. – Я наклонился и поцеловал Кортни в шею. – Зачастую мне вообще не хочется выпускать ее из постели, и особенно тогда, когда она смотрит на меня этими прекрасными глазами.

Я почувствовал, как краснеет Кортни и видел злость Колин. Ей явно не понравился мой отказ, и то, что я поставил ее на место. Она развернулась и ушла, исчезнув в толпе.

Энни и Джейсон улыбнулись.

- Хорошая работа, Натан.

- Ну, она и сука.

Кортни вздохнула и повернулась ко мне.

- Но она такая элегантная.

Я фыркнул.

- Она слишком молодится, и так высокомерно холодна, что мой холодильник, в сравнении с ней, покажется сауной.

- Правда?

Я провел губами по ее теплой щеке.

- Правда. Она в отчаянье, и слишком старается быть привлекательной.

- Она не в твоем вкусе?

Я притянул Кортни ближе к себе.

- Нет. Мне по вкусу невысокая симпатичная брюнетка с экзотическими глазами, которая готовит так, что умереть можно. – Я нежно чмокнул ее в губы. – И которая делает меня невероятно счастливым.

- Мне нравится делать тебя счастливым.

- Хорошо. Мне тоже.

Кортни посмотрела в толпу.

- Наверное Колин очень одиноко. Поэтому она в отчаянии. Если бы она нашла себе кого-нибудь, то стала бы лучше.

Я не стал говорить Кортни, что она тоже была одинока, но при этом не унижала других.

- Ты всегда стараешься заметить в людях что-то хорошее. Это меня поражает.

Энни фыркнула и взяла Кортни за руку.

- Все хватит с этой романтикой. Мне нужно в туалет, и я не хочу идти одна.

Джейсон наклонился ближе к Кортни.

– Когда ты вернёшься, нам нужно будет обсудить нашу стратегию на следующую неделю.

Кортни улыбнулась и кивнула.

– Стратегию? – спросил я у Джейсона, когда девушки ушли.

– Видимо, Кортни не рассказала тебе о своём маленьком секретном проекте?

Я покачал головой. Я ещё многого не знал о ней.

– Этаж, на котором она работает, разделён на три отдела, где проводят абсолютно разные исследования. Во время перерыва на ланч все встречаются в общем зале. Там же висит доска, где есть список с днями рождения персонала. Обычно, раз в месяц, Энни покупала большой торт, поздравляя всех именинников, и делила его между всеми сотрудниками. Но вдруг на свой день рождения люди начали находить на своём рабочем столе небольшой подарок. Что-то небольшое, но очень продуманное. Ни подписи, ничего, чтобы можно было понять, кто это делает, – он улыбнулся и многозначительно посмотрел на меня.

– Кортни?

Он кивнул.

– Поначалу я даже не догадывался об этом. Но была одна проблема: на этаже есть несколько закрытых кабинетов, в которые она не могла зайти. Поэтому, наконец, Кортни пришлось подойти ко мне с просьбой помочь ей открыть эти двери, чтобы положить подарок на нужный стол.

– И никто так ничего и не понял?

– Только Энни. Трудно было держать её в неведении. И она помогает. Втроём мы стараемся всё сохранить в тайне, и думаю, на самом деле, никто не хочет в этом разбираться. Все знают, что я в это вовлечён, поскольку только я могу открыть запертые двери. Думаю, многие подозревают, что это Кортни, так как всё началось сразу после её прихода, но, знаешь, всем нравятся сюрпризы. Кто-то начал называть таинственного дарителя Именинной Феей и это прижилось. Теперь все с нетерпением ждут её подарков, – он усмехнулся. – Другие этажи очень ревнуют к нашей маленькой фее.

– А как насчёт дня рождения Кортни?

Джейсон улыбнулся.

– Твоя девушка очень умна. В первый же год она оставила на своём рабочем столе коробку с конфетами, которыми, конечно же, со всеми поделилась. В этом году ей оставила что-то Энни, – он помолчал. – Думаю, это был её единственный подарок.

Я почувствовал болезненный укол в сердце.

– Вероятно, ты прав. Энни очень хорошая подруга.

Он улыбнулся.

– Она пытается, потому что любит Кортни.

– Они работают в одной лаборатории?

– Нет, Энни следит за всеми лабораториями на этаже – на самом деле она не занимается исследованиями – ты об этом не знал?

– Нет, не знал. Мне известно только то, что она ездила вместе с Кортни на медицинскую конференцию. Я просто предположил, что она тоже проводит исследования.

Джейсон покачал головой.

– Нет, она управляет отделами. Как офис-менеджер. Кроме того, она контролирует всё, что касается конференций и время от времени, если необходимо, ездит на них сама. В последний раз она поехала из-за замены. Кортни же практически никогда не ездит, потому что, ну… – он замолчал.

– Слишком застенчива? – закончил за него я. – Боится выступать перед людьми? Из-за своего глубоко укоренившегося страха быть отвергнутой?

Он грустно кивнул.

– Я всё это знаю, поверь. Надеюсь, мы с тобой и Энни поможем Кортни преодолеть некоторые из этих проблем.

– Мы чувствуем, что должны оберегать её. Она…

– Удивительная… – закончил я за него.

Он снова кивнул.

Я нашел взглядом Кортни, которая вместе с Энни разговаривала с группой людей. Я подмигнул ей и махнул рукой, усмехнувшись, когда она покраснела. Почему-то история Джейсона меня совсем не удивила. Оставаясь в тени, Кортни заботилась о других. Неожиданно я ощутил отчаянную потребность оказаться рядом с ней.

– Она дорога тебе, не так ли? – спросил Джейсон, внимательно глядя на меня.

– Да. Я готов сделать ради неё всё что угодно. Она… изменила мою жизнь.

– Она тоже сильно изменилась. Она всегда была милой, доброй и не скупилась на улыбку. Но улыбка никогда не достигала её глаз. Теперь же, когда она улыбается, это по-настоящему. И мы знаем, что это из-за тебя.

– Вероятно, это самое лучшее, что мне когда-либо говорили.

Он засмеялся.

– Ты её любишь, ведь так?

Я пожал плечами.

– Да. И я не хочу это скрывать. Она слишком особенная.

– Ты тот, в ком она нуждается.

– Мы оба нуждаемся друг в друге. - Я улыбнулся Джейсон, который, похоже, знал, о чём я думал, потому что усмехнулся и хлопнул меня по плечу.

– Иди.

Кортни стояла чуть в стороне от большой группы. Подойдя, я крепко обнял её. Она откинулась голову, но прежде чем успела что-то сказать, я прильнул к её губам и страстно поцеловал. Затем отступил и улыбнулся её слегка шокированному выражению лица.

– За что?

– За то, что ты – моя маленькая фея, – прошептал я ей в ухо, слегка прикусив мочку. – Ты поражаешь меня, Кортни.

– Мне просто нравится видеть, как люди улыбаются.

Я прижал крепче и уткнулся носом в душистые волосы.

– А мне нравится видеть, как улыбаешься ты.

– Ты заставляешь меня улыбаться, – смущённо прошептала она, глядя на меня своими прекрасными глазами.

Я тихо застонал.

– Мы можем уже уехать или это покажется слишком грубым?

Она захихикала.

– Ты хочешь вернуться, чтобы слопать оставшиеся кексы.

Я наклонился.

– Вовсе не кексы я хочу съесть.

Она распахнула глаза.

– Это платье красиво, но будет ещё красивей на полу, рядом с нашей кроватью, - прошептал я ей на ухо.

Кортни тихо застонала.

– И чем скорее оно там окажется, тем лучше.

Я оглядел толпу и заметил, как Энни мне подмигнула.

«Что ж, наше с Кортни первое свидание, определённо, имело успех».

Глава 30

Кортни

Я проснулась в объятиях Натана. Его руки крепко сжимали моё тело, а голова покоилась на моей груди. Стараясь не делать резких движений, я запустила пальцы в его волосы и стала нежно перебирать мягкие пряди, наслаждаясь их шелковистостью. Последние несколько ночей он спал спокойно и не просыпался от кошмаров. Я хотела, чтобы он рассказал мне, что же заставляло его кричать по ночам или так отчаянно цепляться за меня. Но сейчас он был спокоен, и я изучала его красивое лицо. Его грубоватые черты были расслаблены и выглядели очень привлекательными. Он был просто великолепен и идеален для меня.

«Слишком, слишком идеален для тебя», - прошептал голос в моей голове.

Глубочайшее чувство неполноценности затопило меня. Я никогда не смогу удовлетворить и удержать такого мужчину. Рано или поздно он устанет от меня, и его замечательные заботливые жесты сойдут на нет. Я представила, как его внимательный тёплый взгляд превращается в насмешливо холодный, который привыкла видеть у мужчин в своей жизни, и внутренне вздрогнула.

Словно почувствовав это, Натан сонно посмотрел на меня.

– Что случилось? – хрипло прошептал он.

Я выдавила из себя улыбку.

– Ничего. Мне, мм, нужно пописать, а кто-то использует меня как матрас.

Он улыбнулся, чмокнул меня в подбородок и повернулся на бок.

– Самый лучший грёбаный матрас, на котором я когда-либо спал! Возвращайся поскорее.

Выскользнув из постели, я пошла в ванную, не торопясь выполнила свой обычный утренний ритуал и вернулась в спальню. Как я и думала, Натан снова уснул и, уткнувшись головой в свою подушку, обнимал мою. Как и всё остальное в жизни, если он что-то делал, то делал это искренне: поедал ли то, что я приготовила ему, работал ли над моим компьютером или спал. Он мирно посапывал, и я знала, что если лягу рядом, то разбужу его. Одеяло было слегка откинуто и стоя, я любовалась длинными гладкими линиями его спины, вспоминая, как чувствовалась его кожа под моими пальцами. Как напрягались его мышцы, когда погружаясь в меня и со стонами произносил моё имя. Я с грустью покачала головой, подумав, насколько он удивителен. Он был слишком хорош для меня – я не достойна кого-то вроде него. И скоро он это поймёт.

Даже вчера вечером, после того как мы вернулись домой с вечеринки, он вздохнул, заметив мой очевидный дискомфорт. Он снимал с меня платье, которое ему так понравилось, но я стала умолять, чтобы он делал это в темноте и разочарованное выражение на его лице, прежде чем выключился свет, было очевидным. Хоть его любовные ласки были страстными и нежными, я чувствовала, что он разочарован мной. Я знала, что его разочарование с каждым днём становилось всё сильнее, хоть он и пытался это скрыть. Я уже начинала раздражать его.

Борясь со слезами, я взяла спортивную одежду и переоделась в комнате для гостей. Натану не нравилось, когда я отправлялась на пробежку так рано. Ему не нравилось, что я использовала окружающую тьму, чтобы быть незаметной. Если я разбужу его, он захочет выйти со мной, а мне хотелось побыть в одиночестве.

Никто не собирался беспокоить меня, особенно Энди, но я все же засунула в карман телефон и маленькую бутылочку перцового аэрозоля, который по настоянию Натана, брала с собой. Стараясь оставаться тихой, я вышла из дверей и, потягиваясь, стала наблюдать за восходом солнца. Включив iPod, я открыла один из своих самых энергичный плейлистов и, взяв довольно быстрый темп, побежала.

Спустя час, я вернулась в дом и, сделав несколько глотков холодной воды, вошла в комнату. Я не удивилась, увидев, что Натан уже ушёл. Без сомнения, проснувшись, он понял, что я отправилась на пробежку, и решил заняться своими делами. Он упоминал, что сегодня будет занят. Лёгкая улыбка появилась на моих губах, когда я задумалась, вышел ли он через переднюю дверь или, используя лестницу, перелез через забор. Он, казалось, предпочитал этот способ. Он говорил, это потому, что именно с забора у нас всё началось. Моя улыбка увяла, когда знакомый злобный голос в моей голове прошептал, что он делал это, потому что не хотел, чтобы люди видели, как он выходит из моего дома. Вчера вечером он показал, что не стыдиться появляться со мной. Весь вечер он не покидал меня ни на минуту и открыто представлялся моим парнем. Тем не менее, я не могла заставить свой внутренний голос замолчать, а он твердил мне, что скоро всё изменится. Что мои надежды не оправдаются и, в конце концов, я снова останусь одна.

Вздохнув, я вошла в душ и наслаждалась тем, как теплая вода расслабляет ноющие мышцы. Сегодня я выложилась по полной, стараясь избавиться от своего беспокойства, бегала быстрее и энергичней, чем обычно. Когда я, наконец, почувствовала себя чистой и боль в мышцах немного ослабла, я вышла из душа, обернувшись в полотенце, и направилась в спальню. Сев на край кровати, я протянула руку и, взяв подушку Натана, уткнулась в неё лицом и глубоко вдохнула. Я почувствовала себя ... в безопасности. Это было не то чувство, к которому я привыкла, но я знала, что когда оно исчезнет, мне будет его не хватать.

Откинувшись на спину, я позволила себе расслабиться. Впереди у меня был целый день. Лежа на кровати, я чувствовала, как лёгкий ветерок из окна овевает влажную кожу. Может, недолгий сон – как раз то, что сейчас нужно, а затем, проснувшись, я смогу решить, чем мне занять себя на оставшийся день. Я пыталась проигнорировать ту часть меня, которая отчаянно надеялась, что как только Натан закончит со своими делами, остаток дня проведёт со мной. Мы почти всегда были вместе, и когда его не было рядом, я ужасно скучала. Я никогда не понимала, насколько на самом деле одинока была, пока он не стал частью моей жизни. Той частью, без которой, как мне казалось, я больше не смогу жить. Всё ещё полулёжа на кровати, я грустно вздохнула и вскоре почувствовала, что начинаю погружаться в сон.

Матрас просел, надо мной нависла крупная фигура, и хрипловатый голос вывел из сна.

– Вау. Разве это не замечательный вид, чтобы вернуться домой? – прошептал Натан, когда его губы коснулись моей шеи. – Такое заманчивое предложение, просто лежит и ждёт меня.

– Я думала, ты ушёл, – выдохнула я.

– Я уходил, чтобы купить нам кофе и завтрак, так как ты оставила меня одного, – недовольно пробормотал он. – Почему ты не сказала, что собираешься на пробежку? Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты выходишь из дома в такую рань.

Моя ладонь легла на его суровое лицо, и я наслаждалась тем, что даже сейчас он беспокоился за меня.

– Сегодня было не так уж и рано, – успокоила я его. – А ты так крепко спал, что я не захотела тебя будить.

Выражение его лица смягчилось.

– Когда ты рядом со мной, я очень хорошо сплю. Мне не снились кошмары всю эту неделю. Проснувшись, я подумал, что ты в ванной, но ты ушла. Мне это не нравится. Не делай так больше, – он наклонился и нежно поцеловал меня. – Разбуди меня. Скажи, что уходишь. Даже если хочешь отправиться на пробежку одна. Но мне нужно знать, ладно? – он поцеловал меня снова, на этот раз с большей страстью. – Мне нужно знать, где ты находишься и что ты в безопасности.

От силы его взгляда у меня перехватило дыхание.

– Хорошо.

Он кивнул.

– Ладно. А теперь... вернёмся к прекрасному предложению, которое лежит передо мной, – усмехнувшись, он схватился за край полотенца, в которое я была обмотана, и потянул. В ту же секунду мои руки взлетели вверх и остановили его. Он замер и вновь став серьёзным, посмотрел на меня. Какое-то время он просто меня изучал.

– Почему?

– Позволь мне надеть футболку. Пожалуйста.

Он покачал головой.

– Нет. Это прекратится. Сегодня.

Он сел и запустил руки в свои волосы. А затем встал и начал вышагивать по комнате.

– Почему? Скажи мне, почему? Почему ты не позволяешь мне любить тебя так, как я хочу? Почему ты всё время прячешься от меня?

Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами и села, не в силах встретиться с ним взглядом. В течение минуты в комнате стояла тишина, и я подумала, что тот самый момент пришёл. Теперь он уйдёт, устав от моей неуверенности, которой я не могла поделиться с ним и я снова останусь одна. Но он резко замер и подойдя ближе, опустился на колени передо мной: его пальцы приподняли мой подбородок, вынуждая меня встретить его пристальный взгляд.

– Мне нужно, чтобы ты сделала кое-что для меня. Я прошу тебя, прямо сейчас. Пожалуйста.

В его взгляде было столько пылкости, и я кивнула. Протянув свою руку, он помог мне подняться.

– Мне нужно, чтобы ты доверяла мне. Пожалуйста, доверься мне. Обещаю, я не причиню тебе вреда. Ты будешь помнить об этом в течение следующих нескольких минут?

Смутившись, я снова кивнула и мои глаза расширились, когда он сорвал с себя рубашку и снял брюки, представ передо мной абсолютно обнаженным. Под лучами солнца, которое освещало его мышцы и кожу, он казался просто великолепным. Бессознательно, моя рука крепче сжала полотенце, которое было завёрнуто вокруг моего тела, небольшого слоя защиты, которое скрывало уродство. Натан подвёл меня к зеркалу в углу комнаты, поставив чуть в стороне от себя самого. Наши взгляды встретились: его – напряжённый и встревоженный и мой – полный страха и паники.

Что же он собирался делать?

Его рука нежно обхватила моё плечо.

– Что ты видишь? – его голос был спокоен, но проникал в самую душу.

– Тебя.

– И что насчёт меня?

– Я вижу, насколько ты прекрасен, – прошептала я.

– Опиши мне. Опиши, каким ты видишь меня, – настаивал он.

Я колебалась.

– Высокий. Худощавый и мускулистый. Длинные ноги. Широкие плечи.

– Продолжай, – его голос был напряжённым.

– У тебя очень красивые руки. Они такие сильные, но прикасаются ко мне всегда так... нежно.

– Что ещё?

Я подняла глаза, и встретила его взгляд.

– Твоё лицо...

– Да?

Я глубоко втянула в себя воздух.

– Красивое. Нет, больше чем красивое. Грубоватое, но всё же красивое. Твои глаза как зеркала, отражающие душу – настолько они выразительны. Цвет напоминает мне синеву океана. А губы... – я замолчала. – Они так прекрасны. Когда ты что-то говоришь, то заставляешь меня смеяться, а твоя улыбка вызывает улыбку и у меня. Твоя улыбка освещает комнату. У тебя так много разных улыбок и я все их люблю. А когда ты целуешь меня... – я покачала головой. – Ты просто прекрасен.

Покачав головой, он фыркнул.

– Я не совершенен.

– Я вижу, как другие женщины смотрят на тебя. Они тоже так считают.

Он нахмурился.

– Меня не волнует, как смотрят на меня другие женщины. Ты – единственная женщина, мнение которой для меня важно, – наши взгляды встретились и его руки сжали мои плечи. Он глубоко вздохнул.

– Да, я высокий. У меня длинные ноги. Я мускулистый и с широкими плечами только потому, что каждый грёбаный день до седьмого пота занимаюсь в тренажерном зале. Иначе я бы выглядел как мешок с костями. Я никогда не мог держать вес. Когда я был ребёнком, походил на тощего батана, которого не раз обзывали ходячим скелетом. И до некоторой поры, единственное, что помогало мне сохранить вес, это слишком много пива и ужасно невкусные, но жирные замороженные обеды. Теперь я чувствую себя намного лучше, потому что пью намного меньше, а ем замечательную, полезную, домашнюю еду, которую готовит моя девушка.

Моя голова опустилась, но он приподнял мой подбородок.

– Посмотри на меня, – потребовал он, выставив меня перед собой.

Его подбородок опустился на моё плечо.

– Мой нос дважды был сломан и кривой. На переносице есть небольшая горбинка, и нос чуть смещён влево. Я предпочитаю оставлять на лице немного щетины, чтобы скрыть шрамы, оставшиеся от подростковых прыщей. У меня слишком широкие брови, а зубы можно сказать, кривые, – он смотрел на меня, молча спрашивая, посмею ли я возразить. – Мои глаза на самом деле выражают то, что я чувствую, но только с одним человеком я хочу с их помощью говорить – с тобой. Мой рот совершенен только тогда, когда заставляет тебя смеяться или когда накрывает твой в поцелуе... – пощипывая губами моё ухо, он заставил меня задрожать – И когда доставляет тебе удовольствие. В противном случае, как и всё остальное во мне, он далёк от совершенства и доставляет мне немало проблем.

Я неуверенно улыбнулась ему. Он на самом деле говорил самые возмутительные вещи, но этим заставлял меня улыбаться.

– А что насчёт моих шрамов? Почему ты даже не упомянула о них?

– Они - часть тебя. Я даже не замечаю их.

Он кивнул, на его лице отразилось понимание.

– Я это прекрасно понимаю.

Его руки опустились и обхватили мою талию.

– Посмотри ещё раз. Теперь скажи мне, что ты видишь, когда смотришь на себя.

Мои глаза закрылись.

– Открой глаза. Сейчас, – его голос успокаивал – Посмотри на меня, пожалуйста.

Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. И не увидела ни осуждения, ни гнева. Только нежность и понимание.

– Скажи мне, – тихо попросил он.

Я быстро взглянула на себя и опустила взгляд.

– Я – маленькая.

– Мне это нравится, – ободряюще прошептал он. – Ты отлично подходишь под мою руку.

Я подняла на него глаза.

– У меня коричневые волосы. Странные, разные по цвету глаза. Самое обычное лицо. Легко забывающееся.

Он нахмурился.

– Что ещё?

Я горько рассмеялась.

– Ты не оставишь это так просто, не так ли?

– Нет.

Я закрыла глаза, решив освободиться от этого.

– Мои глаза слишком круглые и большие, а их цвет просто шокирует людей. Нос слишком большой, рот слишком маленький. Мои волосы непослушны и лежат так, как им хочется. Моё лицо... круглое... полное, – я колебалась, но понимала, что должна это сказать. Наконец-то, всё сказать. – Я толстая. Непривлекательная, никчёмная. Я знаю, что это правда, потому что мне говорили об этом всю мою жизнь. И именно это каждый день говорит мне моё отражение, – слова лились потоком, и я больше не могла их остановить. – Я ничто. Я недостаточно хороша для тебя. Я не хочу, чтобы ты видел меня при дневном свете, потому что увидишь все мои растяжки и складки на теле. Мне и так тяжело, когда я представляю, о чём, должно быть ты думаешь, когда прикасаешься ко мне и не уверена, что смогу выдержать, увидев выражение твоего лица, когда среди бела дня ты увидишь меня абсолютно голой и поймёшь, насколько я непривлекательна. Я всё жду, когда ты проснёшься и поймёшь, что мог бы найти себе девушку намного лучше, – я с дрожью вздохнула. – Я всё жду, что ты уйдёшь от меня.

В комнате воцарилась абсолютная тишина. Когда я закончила, было слышно лишь моё учащённое дыхание и его потрясённый вздох. Его руки с большей силой обняли меня.

– Кортни...

Слёзы, которые угрожали пролиться, теперь свободно текли по лицу, и я не могла открыть глаза. Натан ослабил свои объятья и встал передо мной.

– Эй, – его голос умолял. – Посмотри на меня.

Я с неохотой открыла глаза и, сморгнув слёзы, выполнила его просьбу. Натан нежно вытер мои щеки, и грустно улыбнулся.

– Ты так неправа.

Я покачала головой.

Он притянул меня и с силой прижал к себе.

– Что они сделали с тобой? – Натан держал меня в течение нескольких минут, а затем отстранился и приподнял мой подбородок. – Мы ещё не закончили.

Я устало посмотрела на него. Он немного помолчал, а затем продолжил:

– Ты знаешь, я видел тебя. До того, как впервые перелез через забор.

Мои глаза расширились от шока.

– Когда?

– В первый раз это было воскресным утром, когда отправляясь на одну встречу, я очень рано выехал из дома. После этого я снова увидел тебя, и не сразу, но понял, что хорошенькая маленькая бегунья, которую почему-то мне так сильно хотелось оберегать, это на самом деле ты.

– Ох.

– И знаешь, о чём я думал, когда впервые увидел тебя? И в другой день? И каждый раз после этого?

Я покачала головой.

– Как сильно я хочу увидеть девушку, скрытую под капюшоном. Которая, казалось, пряталась от всех. Меня уже тогда тянуло к тебе У меня даже мыслей не возникало, что ты толстая или непривлекательная. Мне ты казалась прекрасной. И когда я понял, что девушка, которую я лишь мельком видел – моя восхитительная готовящая соседка, у меня появилось ещё больше решимости встретиться с тобой.

Он отступил на шаг позади меня и прежде, чем я успела его остановить, схватился за верхний край полотенца и, дёрнув за него, обнажил моё тело. От шока я резко вздохнула и, вскинув руки, попыталась прикрыться, но Натан притянул меня к себе и сжал руки.

– Хватит прятаться от меня, – всё ещё держа мои руки, он ждал, когда я перестану сопротивляться.

– А теперь давай поговорим о том, что я вижу, когда смотрю на тебя.

Очень медленно он ослабил свою хватку, и ладонями проведя вверх по моим рукам, коснулся ключиц. Он положил голову на моё плечо и его губы оказались возле моего уха.

– Успокойся. Пожалуйста, детка, просто расслабься. Это я. Я не причиню тебе боли. Я никогда не смогу тебя обидеть.

– Ты можешь. Ведь это так просто, – с болью в голосе прошептала я.

Его взгляд встретился с моим.

– Только потому, что ты заставляешь себя ждать этого от меня, потому что иного ты просто не знаешь, этого не случится. Никогда, – настаивал он. – Мне нужно, чтобы ты сейчас выслушала меня, хорошо? Выслушала и поняла, – его ладони продолжали медленно гладить мои руки, и прикосновения эти успокаивали. – Ты со мной?

Я кивнула.

– Твоя кожа такая нежная, – прошептал он тёплым и ласковым голосом. – Она как шёлк под моими пальцами. Мне нравится к тебе прикасаться. И когда я это делаю, думаю только об одном – насколько мне это приятно. И как сильно я хочу ещё прикасаться к тебе… везде, – его нос коснулся моей шеи, и он глубоко вдохнул. – Ты всегда так приятно пахнешь. Так тепло, сладко, сексуально. Этот запах – это вся ты. Он манит меня. Когда я рядом с тобой, успокаивает.

Он посмотрел мне в глаза.

– Твои волосы просто великолепны. И они не просто коричневые. Они переливаются всевозможными оттенками, особенно когда их освещает солнце. Мне нравится запускать в них руки. Это одно из того, что я больше всего люблю в тебе, – он собрал локоны и провел по ним рукой. Когда он снова заговорил, его голос был спокоен, но в нём чувствовалась сила. – Никогда я не думал, что ты непривлекательна. Ты прекрасна. И тебя невозможно легко забыть. Никогда. Твоя улыбка заразительна, а твоё лицо светится теплом. Мне нравится, когда ты улыбаешься. Мне нравится быть тем, кто заставляет тебя улыбаться. Твои глаза… от твоих глаз просто захватывает дух. Они не жуткие и не странные. Они экзотические и ошеломляющие. Уникальные. Такие же, как и ты. Они притягивают меня и так ярко показывают твои эмоции, – он помолчал. – Но сейчас мне ненавистно то, что я вижу в них.

Я попыталась отвести взгляд.

– Нет, Кортни. Посмотри на меня, – он дождался, когда я снова подниму взгляд. – Я понимаю, почему ты считаешь себя непривлекательной, и буду более чем счастлив доказать, насколько ты неправа. Придуркам, которые вдалбливали в твою голову эту фигню нужно преподать хороший урок, чтобы они точно знали, что значит быть непривлекательным. Чтобы они видели это, смотря на себя в зеркало, – тихо пробормотал он. – Твоя красота не поддельная, как у голливудских красавиц. Ты настоящая. Я могу смотреть на тебя всю жизнь, и мне никогда не надоест. Всё, что тебе кажется несовершенным, привлекает меня. Мне нравится, как ты выглядишь, – он наклонился и поцеловал меня в нос. – Ты не такая худая, как я. И мне это нравится. Мне нравится твоя мягкость и то, что я чувствую, когда прижимаю тебя к себе. Но ты не толстая, – наши переплетённые руки обхватили мои груди. – Мне нравится, как твои груди наполняют мои ладони. Насколько они упругие и полные. Они… невероятные, – он усмехнулся. – Я постоянно хочу прикоснуться к ним. И мне нравится спать на них, – задержав свои руки на моей груди, он в течение минуты нежно ласкал их, игнорируя моё участившееся дыхание. Затем наши руки, лаская моё тело, опустились вниз и, оставив одну руку на моём животе, другую он положил на бедро. Его голос понизился. – Мне нравится чувствовать твои бёдра, когда я обхватываю их. Они такие мягкие, просто тают в моих руках. А как они смотрятся в джинсах или в одной из твоих обтягивающих юбок. Округлые, красивые. Они дразнят меня, – он поддался вперёд, прижавшись затвердевшим членом к моей спине. – Разве ты не чувствуешь, как действуешь на меня? Какой чертовски сексуальной я тебя считаю?

– Я была полнее, – настаивала я. – У меня остались растяжки.

Его голос был терпелив.

– Они похожи на мои шрамы от прыщей. Или на мои следы от ожогов. Это всего лишь знаки. Они говорят мне о том, что ты пережила.

Я опустила взгляд на бледные отметины на животе и бёдрах и на огромный кривой шрам, оставшийся после операции.

– Они так уродливы.

Его палец проследил глубокий длинный шрам, прикосновение было нежным, но он никак его не прокомментировал.

– В тебе нет ничего уродливого. Ничего, – его губы коснулись моего уха. – Как ты не видишь моих шрамов, так и я не вижу твоих. Я вижу тебя соблазнительной. Красивой. Чувственной, – его зубы нежно прикусили мочку. – Моей.

Я задрожала.

– Ты так же красива для меня, как и я для тебя. В том, что я вижу перед собой, нет ничего уродливого или постыдного. Я вижу только красоту и тепло, – его глаза встретились с моими. – Я не вижу ничего, кроме тебя. А ты, моя Кортни, очень красива.

Я смотрела на него, не понимая, что же такое он видит.

«Красивая? Я?»

– Ты здорова. Следишь за собой. Имеет ли значение, что у тебя не нулевой размер? Ты намного больше, чем тот вес, который тебе кажется лишним.

Я покачала головой.

– Мне всегда говорили...

Он резко перебил меня.

– Они были не правы. И минуту назад, ты сама подтвердила, что изменилась.

– Что?

– Ты сама так сказала. Ты была полнее. Была. Ты так прекрасна, Кортни. В моих глазах ты совершенна. Прекрати пытаться понравиться кому-то, кому ты никогда не сможешь понравиться. Не смотри на себя так, как это делали они. Прекрати слушать голос, который хочет причинить тебе боль. Слушай голос человека, который видит тебя такой, какая ты есть на самом деле. Я думаю, ты прекрасна.

Я глубоко втянула в себя воздух.

– Я этого хочу.

Натан повернул меня так, что я оказалась лицом к нему.

– Доверься мне. Хватить бороться со мной. Хватит прятаться от меня, – он глубоко вдохнул и с нежностью обхватил ладонями моё лицо. – Я люблю тебя. И хочу показать, как сильно я тебя люблю. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя свободно рядом со мной.

– Ты... ты любишь меня?

Он кивнул.

– Я люблю тебя. Всё в тебе, – его пальцы нежно гладили мои щёки. – Как думаешь, сможешь довериться моему мнению и позволить ему направлять тебя, или будешь продолжать прислушиваться к мнению тех, кто тебя не любит?

Я колебалась.

– Никто никогда мне не говорил этого. Никогда, – с болью в голосе прошептала я. – Никто никогда не любил меня.

Он смотрел на меня с грустью.

– Я люблю тебя, Кортни. И буду говорить... и показывать это каждый день своей жизни, если позволишь, – его голос понизился до шёпота. – Пожалуйста, позволь мне.

– И ты не хочешь, чтобы я изменилась?

Он тепло улыбнулся.

– На самом деле, хочу. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Сама с собой. Со мной.

Я удивлённо смотрела на него.

– Никто никогда не хотел этого для меня.

Он нахмурился.

– Я не никто. Я – твой, если ты хочешь этого.

«Мой».

Этот красивый мужчина хотел быть моим. Он любил меня. Такую, какой я была, со шрамами, растяжками и со всеми моими округлостями.

Слёзы потекли по моему лицу.

– Я люблю тебя... так сильно, – я всеми силами пыталась выдавить из себя слова.

В то же мгновение его губы накрыли мои, язык оказался у меня во рту, исследуя и пробуя. Его поцелуй был властный и настойчивый, подавляющий мои чувства. Когда, не прерывая поцелуй, он притянул меня ближе к себе, я смогла почувствовать его эмоциональные слёзы, смешанные с моими. Его руки гладили мою спину и бёдра, и впервые я не чувствовала себя скованной от его прикосновений. В его ласках я чувствовала любовь. И понимала, как нежно он прикасался ко мне. Его руки не выискивали мои недостатки, но любили то, что казалось ему совершенным. И мои округлости не вызывали в нём отвращения – он любил их. Я закинула одну руку ему на шею, стараясь оказаться как можно ближе к его горячему поцелую, а второй рукой обхватила его напряженный член. Он застонал мне в рот и, потянув меня с собой, пошёл к кровати. Он развернул нас и усадил обоих на матрас, ни на миг не отрываясь от моих губ. Немного отстранившись, он предоставил мне больше доступа к его эрекции и, обхватив руками мои груди, стал ласкать её и дразнить соски, которые отвердели и жаждали оказаться у него во рту. Когда я начала гладить его более энергичней, он, задыхаясь, отстранился: желание, которого я никогда не испытывала прежде, волной прошло через меня. Тяжело дыша, он посмотрел на меня сверху вниз.

– Могу ли я любить тебя сейчас? – прохрипел он. – Так, как я хочу? Не сдерживаясь?

Я резко вздохнула, увидев безумное желание в его глазах. Никто никогда не смотрел на меня так раньше.

– Да... О Боже, пожалуйста. Я так хочу тебя, – умоляла я, мой голос охрип от желания.

Он навис надо мной, его губы проложили дорожку на моей шее.

– Я хочу тебя, – он поддался вперёд. – Чувствуешь, как сильно я хочу тебя? Какой чертовски сексуальной я тебя считаю, – он застонал, когда я начала ласкать его обеими руками и снова накинулся на мой рот. Я опять потеряла себя в ощущениях, которые он пробуждал во мне. Всё вокруг меня просто перестало существовать. Были только мы. Его рот, его язык, его прижимающееся ко мне тело. Руки и пальцы, которые поглаживали меня, его голос и стоны, и шёпот, которым он говорил всё то, что собирался сделать со мной. Сегодня, завтра, на следующей неделе, всю его жизнь. Все способы, которыми он собирался быть со мной.

Его губы двинулись вниз, вобрав в рот мой сосок, а пальцы, продолжив спускаться, заскользили по моим складкам. От удовольствия я резко вздохнула и, с последним ударом языка выпустив мой сосок, Натан поднял голову.

– Такая мокрая для меня, детка, – застонал он, а затем неожиданно опустился на пол на колени и подтянул меня к краю матраса. Я напряглась, но он не позволил мне остановиться. – Всю тебя. Я хочу всю тебя, – прошептал он, продолжая нежно гладить меня пальцами. – Теперь моя очередь попробовать тебя на вкус, – моя голова откинулась назад, когда я почувствовала на себе его рот. Удовольствие, о котором я раньше никогда не подозревала, пронзило меня своими ощущениями, которые вызывал Натан, лаская меня своими губами, языком и пальцами. Звуки, которые я не узнавала, срывались с моего горла, когда, выгибаясь, я пыталась оказаться как можно ближе к его рту, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях. Когда он отстранился, я протестующее захныкала и, подняв голову, встретилась с его страстным взглядом.

– Кортни, – глядя на меня и облизывая губы, простонал он. – На вкус ты как грех. Грёбаный сладкий грех.

Когда его язык вернулся к моему умирающему от желания, жаждущему центру, я упала обратно на матрас: моё желание достигло своего самого высочайшего пика. Спустя секунды я смогла почувствовать, как во мне зарождается оргазм, когда его рот лизал и сосал, язык кружился и надавливал, заставляя меня извиваться от отчаянной необходимости. Мои бёдра выгнулись, тело напряглось как струна, и я кончила, поражаясь силе своего оргазма и выкрикивая имя своего любимого. Даря мне всё новые ощущения, губы Натана стали нежнее, и он уткнулся в меня носом, пока я пульсировала вокруг него, наслаждаясь таким мощным оргазмом, и вскоре почувствовала, как начали подрагивать мои конечности. Я ощутила, как просел матрац, когда Натан подполз ко мне и стал смотреть на меня со злым блеском в глазах. Наклонившись, он страстно поцеловал меня, и я застонала, почувствовав на его языке свой вкус.

– Я ещё не закончил с тобой, – пробормотал он в мои губы, потянув нас на середину кровати. – Я хочу оказаться внутри тебя, красавица. Сейчас, – и устроившись между моих ног, поднял их к груди. – Скажи, что ты хочешь меня. Хочешь вот так. Прямо сейчас, – тихо попросил он. – Мне нужно знать, что ты этого хочешь.

– Я хочу, – выдохнула я, выгибая к нему свои бёдра. – Я хочу тебя.

– Это не будет нежным, – предупредил он. – И не будет длиться очень долго. Я слишком сильно тебя хочу.

– Пожалуйста.

Его руки сжали мои ноги, когда с громким стоном, он поддался вперёд и вошёл в меня. В следующий момент, ставший для меня неожиданным, он схватил мои ноги и, закинув себе на плечи, начал энергично погружаться в меня. В этом новом положении я ощущала каждый его дюйм, когда он двигался глубоко внутри меня, задевая во мне местечко, о котором я даже не подозревала. Я застонала от удовольствия, когда он начал вращать бёдрами. Он не отводил взгляда от моего лица и, ухмыльнувшись, выгнул бровь.

– Тебе нравится это, моя девочка? Ты кончишь для меня ещё раз? – прорычал он и, продолжая сильными, мощными ударами двигаться во мне, приподнял мои бёдра.

Я застонала его имя, почувствовав, как во мне снова закручивается спираль; она сжималась, готовая лопнуть в любую секунду.

Он глубоко погружался в меня, и, почувствовав приближение оргазма, опустил голову. Я ощутила, как напряглось его тело.

– Кончи для меня. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь вместе со мной, – попросил он, и, застонав, откинул голову назад, сжимая мои бёдра и делая последние глубокие толчки, громко выкрикнул моё имя. Увидев, какое удовольствие его поглотило, я задрожала вокруг него, теряя себя и чувствуя силу его оргазма, как своего собственного, а затем вместе с ним снова сорвалась в эту пропасть наслаждения.

Он рухнул на мою грудь, и единственным звуком в комнате было наше неровное дыхание. Я подняла руку и нежно погладила его по волосам, его тело на мне постепенно расслаблялось. Спустя несколько минут, он отстранился, откатился в сторону и притянув меня к своей груди, крепко обнял, и прижался губами к моим волосам.

– Я люблю тебя, Кортни.

Я прижалась ещё ближе к нему, его нежное признание наполнило меня удовлетворением.

– И я люблю тебя, – тихо прошептала я, пытаясь подавить свой зевок.

– Спи, моя сладкая девочка, – его голос был нежным. – Я буду здесь, когда ты проснёшься, – его руки сжались вокруг меня. – И пообещай мне, что когда я проснусь, ты тоже будешь здесь.

– Обещаю. Я никуда не уйду.

Он вздохнул.

– Хорошо. Мне нужно, чтобы ты была рядом.

Улыбнувшись, я начала погружаться в сон.

Он любил меня.

Он нуждался во мне.

Во мне.

Этот идеальный мужчина.

Который идеально мне подходил.

И злобный голос в моей голове наконец-то замолчал.

Глава 31

Следующие несколько дней я очень старался показать Кортни свои чувства. Вечера мы проводили вместе, постоянно прикасаясь друг к другу. Теперь я знал, что все ее страхи шли от неуверенности и пренебрежения, которому она подвергалась всю жизнь. Я понял, чего ей всегда не хватало, и был полон решимости это исправить. Ей так долго было отказано в самых простых вещах – прикосновениях и принятии. Её учили, что она недостойна объятий, тёплых слов и любви. Всю свою жизнь она стыдилась своего тела и всячески сдерживала себя.

Именно поэтому я обнимал Кортни при каждой возможности, ласкал и целовал, пытаясь передать своими прикосновениями, насколько она мне дорога. Вечерами, держась за руки, мы гуляли, вместе исследуя окрестности. Мы часто останавливались и болтали с миссис Вебстер, и я ухмылялся ее понимающим взглядам. Каждое утро мы обменивались долгим прощальным поцелуем, а каждую ночь растворялись друг в друге. Всякий раз я старался хвалить Кортни, наслаждаясь тем, что мои слова вызывали её улыбку. Слова «я люблю тебя» срывались с моих губ по нескольку раз в день, и я широко улыбался, когда она робко возвращала мне их. Каждую ночь, когда я занимался с ней любовью, я громко стонал от силы ощущений, которые сотрясали моё тело. Каждый день мы становились всё ближе друг другу, и каждый день мысль о том, что я могу расстаться с ней становилась всё более ужасной. Когда я был с ней, то чувствовал себя наполненным жизнью.

Я радовался, что четверг подходил к концу. Это был долгий, тяжёлый день, наполненный проблемами.

Я поздно пришел домой, прихватив с собой ноутбук для работы. Кортни складывала белье, ее низкий смех заставил меня оторваться от клавиатуры.

- Что?

- Почти на всех твоих носках дырки. Нужно новые купить.

- У меня есть новые. Я схожу за ними, когда закончу.

- Я могу сходить.

- Прихватишь еще коробку с компьютерными дисками?

Кортни кивнула.

Я протянул ключи.

- Спасибо. Носки в правом верхнем ящике комода в спальне, а синяя коробка с дисками в левом ящике стола в гостиной.

- Поняла.

Я вернулся к работе и не сразу понял, что Кортни долго нет. Я собрался пойти поискать её и тут услышал, как открылась входная дверь. Шутка о том, что она так задержалась, потому что обнаружила мое порно уже готова была сорваться с губ, но слова застряли, когда я увидел лицо Кортни.

Ее бледное, расстроенное лицо.

- Кортни…

- Я ошиблась ящиком…

Ледяной страх побежал по спине.

Она держала большой конверт со всеми моими письмами к матери и сестре, и моими юридическими документами.

Я слишком долго ждал, чтобы сказать ей, и теперь она сама узнала о моем прошлом.

- Ты… был в тюрьме, Натан?

- Да.

- Ты лгал мне все это время? - Ее голос дрожал от сдерживаемых эмоций. - Ты врал мне… обо всем?

Я встал, потянулся к ней, но Кортни попятилась назад.

- Нет! Мои чувства к тебе настоящие - я люблю тебя. Ты значишь для меня все!

- Тем не менее, ты мне лгал.

- Да. Я боялся.

- Чего?

- Что ты уйдешь от меня, когда узнаешь обо всем.

- За что ты попал в тюрьму?

- Ты выслушаешь меня?

Кортни колебалась, и у меня сжалось сердце.

- Пожалуйста, позволь сказать тебе, - я проглотил подступивший к горлу ком. - Если ты захочешь, чтобы потом я ушел, я уйду.

Казалось, прошла вечность, прежде чем она кивнула.

- Хорошо. Я слушаю.

Кортни села на диван, я тоже - близко, но не касаясь ее.

- Я попал в тюрьму за убийство.

Она округлила глаза.

- Ты убил кого-то?

Я вздрогнул.

- Да.

- Специально? – прошептала она со страхом.

- Нет! Не смотри на меня так, будто боишься. Это был несчастный случай - клянусь!

- Скажи мне, - потребовала она тихим шепотом.

- Я сидел в тюрьме за непредумышленное убийство и неосторожное вождение. Мне было восемнадцать. Я пробыл в тюрьме четыре года и вышел по условно досрочному освобождению, - я глубоко вдохнул для храбрости. - Я вел машину и не справился с управлением, убив одного пассажира и ранив другого.

- Натан, - выдохнула Кортни.

- Я убил своего младшего брата, - мне пришлось на мгновение остановиться. - Моя сестра Софи была ранена, но выжила.

Кортни охнула, прикрывая рукой рот. Я воспользовался случаем и придвинулся ближе, желая почувствовать ее тепло.

- Если это был несчастный случай, то почему тебя посадили?

- Чтобы понять, тебе нужно узнать всю историю.

Она глубоко вздохнула.

- Хорошо.

Я схватил ее руку, поцеловал ладонь и отпустил.

- Спасибо.

Каждый нерв в моем теле ощущался так провод под напряжением. Я встал и прошелся по комнате, отчаянно молясь, что не потеряю Кортни из-за своей трусости.

- Я вырос на Восточном побережье в Новой Шотландии. Отец умер, когда мне было десять. Вскоре после этого мама снова вышла замуж. Райан был вдовцом и имел сына. Тревор был на шесть лет моложе меня, на три года младше Софи.

- Ты с ним ладил? С Райаном?

Я пожал плечами.

- В основном. Во всяком случае, поначалу. Моя мама души не чаяла в Треворе, как и все мы в некотором роде. Он был в таком возрасте… его легко было полюбить. Люди думали, что я ревновал, но это не так. Я не показывал свою любовь, как мама и сестра, но он был моим маленьким приятелем, и я никогда не думал о нем как о сыне Райана, а как о моем младшем брате.

- Что случилось?

- Я стал подростком. Мы с Райаном часто ссорились. Он все время совал нос в мои дела, и я бунтовал. Часто, - я сухо рассмеялся. – За что меня наказывали. Тоже часто.

- А твоя мама?

- Как правило, она была на стороне Райана. Я не говорю, что она была неправа, но иногда мне казалось, что она могла бы заступиться за меня немного больше.

- А Софи?

Я искренне улыбнулся.

- Моя младшая сестра верила в любовь и мир, как настоящие хиппи из семидесятых. Она носила цветочные платья и распущенные волосы. За это я называл ее Цыганочкой. Она была милейшим созданием, и всегда заступалась за меня, - я встретился с осторожным взглядом Кортни. – Больше я таких людей не встречал, пока не познакомился с тобой

- Не надо, - Кортни отвела взгляд.

Я прочистил горло. Мне нужно было продолжать свою историю и приберечь извинения на потом. Если, конечно, она позволит мне извиниться.

Чтобы немного ослабить напряжение, я повел плечами и продолжил:

- На шестнадцатый день рождения мама подарила мне старый «Мустанг» отца. Она хранила его все эти годы для меня. Райан был не слишком этому рад, но мне было все равно.

Я посмотрел себе под ноги, собираясь с мыслями. Мои пальцы сгибались и расслаблялись в постоянном ритме — нервная привычка, которую я приобрел в тюрьме, когда мне нужно было какое-то физическое расслабление.

- Машина требовала много работы. Я устроился на неполный рабочий день, чтобы оплачивать запчасти, мои друзья помогали с работой, но все равно на восстановление ушло почти полтора года. Я слышал, как Райан говорил маме, что скоро мне это надоест и я все брошу, но он понятия не имел, что для меня значил «Мустанг». Он принадлежала отцу - моему настоящему отцу. Я помнил, как ездил с ним на нем, и знал, как сильно он любил его…

- Что случилось дальше?

Я молча смотрел в окно.

- Мне исполнилось восемнадцать. Я был молод и глуп. В тот вечер я был дома с Тревором и Софи - меня снова наказали. Мама с Райаном куда-то уехали. Чуть раньше мы с Райаном сильно поссорились. Я кипел от гнева, сидя в своей комнате, думая, что мне пора найти собственное жилье. Тревор и Софи пришли ко мне и попросили поехать за мороженым. Я согласился. Может, потому что мне натерпелось сбежать оттуда, а может на зло Райану.

- На зло?

- Райан не позволял Софи и Тревору ездить со мной. Это был идеальный способ отомстить Райану так, чтобы он ничего не знал. Они пообещали ничего не говорить, поэтому я отвез нас в местное кафе-мороженое, и мы съели рожки. По дороге домой Софи с Тревором умоляли меня покатать их еще, и я опять согласился, думая: «Что может случится?».

- Но что-то случилось?

Я глубоко вдохнул.

- Днем шел дождь, и проселочная дорога, по которой я ехал, размокла. Мы так хорошо проводили время… смеялись, слушали музыку. Тревор попросил прибавить газ, и я прибавил, не подумав, что впереди поворот. - Меня затрясло, и я отвернулся от Кортни и оперся на подоконник, чтобы удержаться на ногах. - Машину перевернуло, и мы врезались в дерево.

Кортни пробормотала что-то сочувствующе.

Теперь, когда я начал рассказывать, слова текли из меня, как неудержимый поток. Я хотел, чтобы вся история была раскрыта.

- Когда я очнулся, машина горела, всюду был дым. Я был дезориентирован. Мой ремень безопасности все еще был на месте, и мне потребовалось некоторое время, чтобы расстегнуть его и выбраться из машины. Я вытащил Софи с заднего сидения - она была без сознания, вся в крови, но жива. Я помчался к другой стороне машины, чтобы вытащить Тревора. - Я закрыл глаза, когда вспомнил, как его обмякшее, забрызганное кровью тело, скользнуло из перевернутой машины в мои руки. - Он был мертв.

- О, Натан. Как ужасно!

Я не хотел больше говорить об аварии. Иначе эмоции полностью сломили бы меня. Я сунул сжатые кулаки в карманы, чтобы скрыть дрожь.

- Меня обвинили в непредумышленном убийстве, опасном вождении. Я не стал защищаться, признал себя виновным и попал в тюрьму здесь, в Онтарио.

- Почему ты не боролся? Почему твои родители не попытались тебя остановить?

Я горько рассмеялся, и я повернулся к Кортни.

- Родители, особенно Райан, винили меня в смерти Тревора, и были правы. Я не должен был брать их в машину. Я не должен был ехать так быстро. Я убил брата и едва не убил сестру, а сам отделался ушибами, сломанными ребрами и несколькими шрамами на ноге. Но я был жив. - Я покачал головой. - Я был совершеннолетним, и это было мое решение. Единственное, о чем я спорил, так это о причине. Райан всем говорил, что я не любил Тревора, завидовал вниманию, которое он получал. Он считал, что я сделаю все нарочно. Но это не так. Я был безответственным и глупым, но я не специально… - у меня сорвался голос. - Я... я любил Тревора.

- И ты сел в тюрьму.

- Да.

- А твоя семья? Они к тебе не приезжали?

- Райан навестил меня в первую неделю и сказал, что они больше не хотят иметь со мной ничего общего. Я не поверил. Я начал писать маме, умоляя ее выслушать, но не получил ответа. Я пытался позвонить ей, но номер был изменен. В конце концов, некоторые письма вернулись с пометкой «не доставлены». Позже я узнал, что они переехали.

- Ты сохранил все письма?

Я пожал плечами, не зная, как это объяснить.

- Это все, что у меня осталось.

Кортни так сильно стиснула свои руки, что костяшки побелели.

- Так ты был совсем один? - спросила она, печально глядя на меня.

- Да. Мне было слишком стыдно за то, что сделал, чтобы пытаться поддерживать контакт с друзьями. Я убедил себя, что так будет лучше для всех. Грант пытался сказать мне другое… но я не слушал.

- Грант? Друг, с которым ты ездил пить кофе?

Я кивнул.

- Он был психологом, которого мне назначили, когда я был в тюрьме. Сначала я не был образцовым пациентом, но постепенно начал доверять ему. Он стал моим другом. Именно его показания на слушанье об условно-досрочном освобождении позволили меня выйти раньше. Он и его жена Клэр предоставили крышу над головой, пока я не встал на ноги. Они подписали мою ссуду, чтобы я мог купить машину и дом. Они живут на севере, и я езжу к нему каждый месяц или около того, - вздохнул я. - Если бы не их доброта, не знаю, что бы со мной было.

- Почему?

- Райан ждал меня, когда меня выпустили из тюрьмы. Его сообщение было четким и ясным: «Забудь о матери и сестре, как они забыли о тебе».

- Ты уверен, что он говорил правду?

- Он отдал мне письма, которые мама получила еще до переезда. На них ее почерком было написано: «Вернуть отправителю». Там же была записка с просьбой оставить их в покое. Мне пришлось умолять его сказать мне, в порядке ли Софи, выздоровела ли она. Он сказал, что да, но она не хочет меня видеть.

- И ты никогда…

- Я искал их вначале и даже думал, что нашел Софи на Facebook, но это была не она. Грант предложил помочь, но я не видел смысла. Райан и мама ясно выразились. У них была своя жизнь, и мне нужно найти свою. Подальше от них.

- Но ты же ее сын…

Я пожал плечами.

- Иногда ты просто не можешь простить. Они не могли.

- Почему ты держал это в секрете от меня?

Я устало потер лицо.

- Не хотел, чтобы ты по-другому смотрела на меня. Как смотришь сейчас. Как будто я – незнакомец.

Кортни ничего не сказала.

Вспомнив совет Гранта, я решил, что нужно дать ей все обдумать в одиночестве.

Я оттолкнулся от стены, на которую опирался, и взял со стола ключи.

- В ту ночь я совершил огромную ошибку и в результате убил младшего брата и потерял семью. Я думал, меня это чему-то научило, но я совершил еще одну огромную ошибку, не будучи честным с тобой. Я ужасно сожалею об этом. - Я махнул на ноутбук и сумку. Я слишком устал, чтобы заботиться о них сейчас. - Надеюсь, ты сможешь простить меня и позволишь попытаться все исправить. Возможно, ты снова сможешь мне доверять мне…

Я повернулся и с тяжестью на сердце пошел к двери.

- Почему ты говоришь так?

Я обернулся.

- Говорю что?

- Что ты пойдёшь в соседний дом. Это ведь твой дом.

Я покачал головой.

– Мой дом там, где ты, Кортни. Тот дом - лишь место, где я жил, ожидая, когда ты найдёшь меня.

Ее глаза наполнились слезами, губы задрожали.

- Я не хочу, чтобы ты уходил.

Я замер.

Кортни протянула руку.

- Я хочу, чтобы ты остался.

Я пересек комнату за считанные секунды. Кортни крепко обняла меня. Я уткнулся ей в шею и позволил слезам, которые так долго сдерживал, наконец пролиться.

Кортни подвела меня к дивану. Я рухнул на него, увлекая ее за собой, крепко обнял и начал слегка покачивать.

- Я знаю, что у тебя остались вопросы, и я постараюсь ответить на все, но сейчас я нуждаюсь в тебе, – я отстранился. – Ты понимаешь, о чём я говорю? Мне нужно быть с тобой. Я могу отвести тебя в твою спальню и заняться с тобой любовью?

Она наклонилась, и я встретил её губы.

- В нашу комнату, – прошептала она.

На меня волной нахлынуло облегчение. Кортни знала правду и по-прежнему была со мной.

Она всё ещё была моей.

*** *** ***

Необходимость чувствовать её доходила до отчаяния и подавляла всё остальное. Я прижал Кортни к стене прямо в коридоре и начал страстно целовать, упиваясь её вкусом. Я отчаянно цеплялся за Кортни, всё ещё сходя с ума от мысли, что мог её потерять. И только почувствовав, что она напряжена, и что её руки неуверенно толкают меня в грудь, я, наконец, понял, что обнимал её слишком сильно, целовал слишком грубо и, стыдясь своих действий, отстранился и положил голову ей на плечо.

– Прости, – взмолился я, отстраняясь.

Кортни обхватила меня, вновь притягивая к себе.

– Я с тобой, любимый. Я никуда не собираюсь. Просто расслабься и позволь мне позаботиться о тебе.

Она отвела меня в ванную, усадила на унитаз и включила воду, потом опустилась передо мной на колени и нежно погладила по щеке. Я накрыл её руку своей, повернул голову и поцеловал ладонь.

– Хочешь, чтобы я принял ванну? – глядя в её прекрасные, всепрощающие глаза, тихо спросил я.

Она покачала головой.

– Я хочу, чтобы мы приняли ванну. Тебе нужно успокоиться, и думаю, ты нуждаешься сейчас в моей поддержке.

Я сжал её руку.

– Мне нужно, чтобы ты всегда поддерживала меня.

Она тихо вздохнула и встала.

– Я с тобой.

Я молча кивнул.

– Скажи, что тебе нужно, – тихо попросила она меня.

– Ты. Мне нужна только ты.

– Я твоя.

– Позволь мне видеть тебя. Пожалуйста.

Занервничав, она прикусила губу, всё ещё смущаясь того, чтобы я видел её полностью обнажённой. Очень медленно она разделась и встала передо мной – её нежное тело было таким же открытым и уязвимым, как и широко раскрытые глаза. Я привлёк её к себе и уткнулся лицом в нежную выпуклость её животика. Легкими, как пёрышко, прикосновениями я целовал её шрамы, водя своими губами по всем её отметинам и изъянам, которые так сильно беспокоили её, но для меня были ничем. Как и мои шрамы, они были для меня лишь только знаками, говорившими о том, сколько в прошлом мы оба пережили. Я поднял голову и встретил её взгляд.

– Я люблю тебя. Всю тебя. Просто будь со мной – это всё, о чём я тебя прошу, – я с трудом сглотнул. – Ты нужна мне.

Она сморгнула слезу, кивнула и пошла к ванне.

*** *** ***

Тёплая вода, лёгкое мерцание свечей и успокаивающие прикосновения Кортни расслабили меня. Губами она то и дело касалась моего виска, и тихо нашептывала успокаивающие и нежные слова любви. Когда меня затрясло от рыданий, Кортни крепко прижала меня к себе и позволила наконец-то вслух излить боль по своей семье и той жизни, которой я лишился.

Когда эмоциональный всплеск прошёл, мы вылезли из ванной, после чего, прижимаясь друг к другу, устроились под одеялом. Мои губы нашли тёплый и сладкий рот Кортни, а язык начал своё нежное исследование. Мои руки поклонялись всем её изгибам, нежно лаская и извиняясь за моё недавнее отчаяние. С нежной страстью она возвращала мне все ласки и поцелуи, вынуждая меня погрузиться в свой жар, и с хриплыми стонами двигалась вместе со мной, когда я, заполняя её, входил в неё медленными длинными толчками и наслаждался её теплом. Когда я почувствовал, как волны оргазма начали подбираться к ней всё ближе, наши взгляды встретились и, задрожав и сжимаясь вокруг меня, она выдохнула имя, которое я так давно хотел от неё услышать.

– Натан…

Уткнувшись лицом в её шею, я излился в неё, не в силах говорить, я мог только чувствовать, как волны наслаждения проходят через меня, оставляя обессиленным и опустошённым.

Продолжая обнимать Кортни и всё ещё ощущая необходимость чувствовать её, я перевернулся на бок.

– Останься со мной, – взмолился я.

Её руки сжали меня с большей силой.

– Я с тобой, любимый.

Окружённый её теплом, я уснул.

*** *** ***

Всю ночь меня мучили кошмары. Когда я просыпался, дрожа и крича, рядом всегда была Кортни. Её тихий голос шептал мне на ухо слова любви, а нежные ласки убаюкивали обратно в сон.

Проснулся я еще чуть свет.

– Привет, – погладив мою щёку, прошептала Кортни, с беспокойством глядя на меня.

Я крепче прижал ее к себе, наклонился и поцеловал, пытаясь излить в теплоту её рта все эмоции и чувства, которые не мог выразить словами. Спусти какое-то время, неохотно прервав поцелуй, я уткнулся лицом в изгиб её шеи и выдохнул:

– Прости. Нужно было сразу тебе все рассказать.

Её тихий вздох слегка взъерошил мои волосы.

– Да, но я понимаю, почему ты это не делал.

– Нам о стольких вещах нужно поговорить. Мне так много нужно ещё тебе рассказать.

– У нас впереди целый день и если этого не хватит, выходные. Я выслушаю тебя.

Я отстранился и заглянул ей в лицо.

– Ты ведь простила меня? – горло перехватило при мысли, что Кортни передумала.

— Да. — Она снова притянула мою голову к своей груди.

Я расслабился в её объятиях, а потом взглянул на часы и, увидев, который час, выругался.

– Дерьмо. Я проспал.

Кортни улыбнулась.

– Я написала Шеннон, что ты заболел, и сегодня не придёшь на работу.

– Ты написала Шеннон?

Она махнула передо мной айфоном.

– Я разобралась во всем сама. Шеннон сказала тебе выздоравливать поскорее. Я заверила её, что позабочусь о тебе, – затем она нахмурилась. – А вот Энни сказала, что твоя магия работает, так как никогда раньше я не брала больничный. Не совсем понимаю, что это значит.

Я поцеловал её.

– Видишь, сколького ты уже достигла? Сама разбираешься в айфоне, – усмехнулся я. – Что касается твоей подруги – она просто пошутила.

– Энни хорошая подруга.

– Точно. – Я вздохнул, успокаиваясь, и продолжил: – Нам надо встать и поговорить.

Кортни слезла с кровати и протянула мне руку:

– Давай поговорим.

*** *** ***

Мы всё утро провели за разговорами. Кортни расспрашивала меня о моей семье, и моем времени за решеткой. Рассказывая о своей семье, о счастливых временах, я получал эмоциональное освобождение, но о пребывании в тюрьме я был не так откровенен. Кортни с интересом слушала о том, как я, будучи в тюрьме, закончил школу, а потом компьютерные курсы, и о том, как после освобождения продолжил образование и получил степень в области информатики; и как Грант помог мне получить работу.

Кортни осторожно направила разговор, внимательно слушая все мои истории. Она смеялась вместе со мной над некоторыми нашими выходками Софи и Тревором, и обнимала, когда эмоции становились слишком сильными, чтобы я мог их сдерживать.

– И ты не пытался больше связаться с родными?

Я с грустью покачал головой.

– Нет.

В глазах Кортни я видел печаль.

– И ты смирился?

Я бросил на неё удивлённый взгляд.

– Не знаю, – я глубоко втянул в себя воздух. – Я.... просто плыл по течению. Ходил на работу, иногда с несколькими парнями наблюдал какую-нибудь игру, работал над проектами для нескольких клиентов, но я не... жил. Я просто... – мой голос затих.

– Существовал.

– Да. И я даже не осознавал этого, пока в моей жизни не появилась ты, – я крепко сжал её руки. – Ты всё изменила. Без тебя я просто не справлюсь, – я с трудом сглотнул. – И не уверен, хочу ли я делать это без тебя.

– Тебе это и не нужно.

Я изучал её открытое, любящее выражение лица.

– Я люблю тебя, Кортни. Ты для меня – все.

– Я тоже тебя люблю.

– Мое прошлое, то, что я сидел в тюрьме… Когда люди узнают об этом… порой, это сильно усложняет жизнь.

– Мне все равно. Последние несколько лет ты жил совсем один, никем не любимый и знаешь, насколько это больно, – её глаза наполнились слезами. – Прежде я никогда не была любимой… ни кем. Я никуда тебя не отпущу. Никогда.

Глаза защипало от непролитых слёз.

– Ты останешься со мной? Что бы ни случилось?

– Что бы ни случилось.

Я прижал её к своей груди и, наконец, с облегчением, вздохнул.

Я принадлежал ей.

Она принадлежала мне.

Навсегда.

*** *** ***

– Ты можешь путешествовать? – спросила Кортни, когда мы лежали на диване и болтали.

– Я могу получить загранпаспорт, но это не значит, что мне дадут визу в другую страну.

– А ты хочешь куда-нибудь поехать?

– С тобой, да.

– А жениться ты можешь?

– Это риторический вопрос или ты делаешь мне предложение?

Смущённая моим поддразниванием, Кортни покраснела.

– Нет. Прежде чем делать тебе предложение, я бы, по крайней мере, пригласила тебя в ресторан. Мне просто интересно…

– Да. Я могу жениться на тебе.

– Я не об этом спрашивала.

Улыбаясь, я откинулся назад.

– Но, если я спрошу тебя однажды солнечным днем, ты скажешь мне «да»?

– Хм. Если я буду в хорошем настроении или слегка навеселе. И конечно, это будет зависеть от размера бриллианта в кольце, которое ты наденешь на мой палец, – невозмутимо ответила Кортни, а затем начала хихикать.

Я расхохотался.

– Я запомню это. Прежде чем сделать предложение, я заставлю тебя выпить и буду долго смешить, – я ухмыльнулся. – И спрячу твои очки, чтобы ты не смогла увидеть размер бриллианта.

Кортни уставилась на свои колени, но я видел, что она улыбается.

– Хороший план.

Глава 32

– Натан, поговори со мной.

Я смотрел на свою тарелку. Пытаясь выяснить, как сказать ей, что мне сегодня стало известно, я ковырялся вилкой в своей еде. Уже две недели мы просто узнавали друг друга и становились ближе. Целых две недели без важных признаний или драм – мы просто жили и любили. И мне совсем не хотелось думать, что этому снова пришёл конец.

Кортни посмотрела на меня взглядом полным беспокойства, а затем тихим нежным голосом произнесла:

– Ты ничего не ешь, так что не говори мне, что не случилось ничего плохого. Что-то произошло?

Я отложил вилку в сторону и вздохнул.

– Здание, в котором я работал, было продано одной частной компании, которая полностью его займёт. Значит компания, на которую работаю я, теряет свои контракты. В программистах больше нет необходимости, и... через месяц я останусь без работы.

Кортни сжала мою руку.

– Мне жаль.

– Они предложили мне ещё одно здание, которое обслуживают, но это к северу от Торонто. Мне придётся либо переехать, либо ездить, – я вздохнул. – А туда очень долго добираться.

Она смотрела на меня, прикусив губу.

– И что ты им сказал?

Я крепко сжал её руку.

– Я сказал «нет». Я не уеду от тебя и не собираюсь ездить на край света. В таком случае я практически не буду видеть тебя, а это просто неприемлемо.

– Но...

Я покачал головой.

– Уверен, что смогу найти другую работу. Просто не знаю, сколько на это понадобится времени. Но я не оставлю тебя.

Она с дрожью вздохнула.

– Я тоже этого не хочу.

— Прекрасно. Значит с этим улажено. Сейчас у меня отпуск и мне предложили выходное пособие, от которого я не стал отказываться. Я сразу же начну искать новую работу.

Кортни помолчала минуту, а затем придвинула свой стул ближе к моему.

– А что, если ты попробуешь делать что-то немного... другое?

– Другое?

– У тебя степень по информатике. Ты говорил, как сильно скучаешь по настоящей работе и как хочешь разрабатывать для клиентов новые программы. Может, тебе стоит открыть свой бизнес и предлагать подобные услуги. Всем компаниям, которые арендовали помещения в том здании, который продали, по-прежнему нужна будет помощь, не так ли?

Я ненадолго задумался.

– Некоторым – точно.

– И ты знаешь их. А они знают тебя. Могу поспорить – если ты поговоришь с ними, то сразу обретёшь несколько клиентов. Я знаю, что Энни постоянно нанимает кого-то из таких программистов. Я могла бы поговорить с ней, – она помолчала. – Ты говорил, что работал в отделе вместе с талантливыми людьми. Они ведь тоже будут искать работу, да?

Я кивнул.

– Ты мог бы нанять их.

Я улыбнулся её энтузиазму.

– На это нужно очень много денег. У меня таких сбережений нет. И не уверен, что мне дадут кредит.

– Деньги есть у меня. Не так давно опубликовали несколько моих статей и хорошо за это заплатили. Я даже не притрагивалась к этим деньгам.

Я поднял руку.

– Я не собираюсь брать у тебя деньги.

Она встала и отнесла наши всё ещё полные тарелки на кухню. Вздохнув, я обвёл взглядом комнату, как теперь думал, своего дома, потому что это было место, где жила Кортни. Я не возвращался к себе, и она до сих пор меня об этом не просила. Мне ненавистна была даже мысль о том, что я могу остаться без неё.

Кортни вернулась, держа в руках кофейник и папку с документами. С беспокойством кусая свою пухлую нижнюю губу, она молча вручила мне папку.

– Что это?

— Я провела кое-какое исследование.

Я подмигнул ей.

– Ты в этом эксперт.

Я был вознагражден одной из её милых улыбок.

– С помощью интернета.

В притворном шоке я схватился за грудь.

– Боже! Ты использовала интернет! Нашла какие-то новые рецепты, которые хочешь теперь испробовать на мне?

Она закатила глаза, но я видел, что она сильно нервничала.

– Что ты исследовала? – тихо спросил я.

– Здешний рынок жилья.

Я нахмурился.

– Ты хочешь переехать?

Она покачала головой.

– Нет, – она помолчала. – Я хочу, чтобы переехал ты.

– Я? – Широкая улыбка осветила моё лицо. – Ты хочешь, чтобы я продал тот дом и стал жить... здесь... с тобой... всегда?

– Если ты этого хочешь, то да.

Подавшись вперёд, я поцеловал ее со всей страстью.

– Это всё, чего я хочу.

– Правда?

Я прижался лбом к её лбу.

– Я не хочу быть вдали от тебя. Я всё ждал, когда ты скажешь, что устала от меня, и что мне пора уходить, – я вздохнул и улыбнулся. – Я не хотел возвращаться туда и жить в одиночестве.

Она отстранилась.

– Тебе и не нужно. Я не хочу, чтобы ты был вдали от меня.

Я улыбнулся и снова поцеловал её.

– Значит, всё улажено.

Она кивнула.

– Ты можешь продать тот дом, переехать сюда, а деньги использовать для того, чтобы открыть свой бизнес.

Я посмотрел на неё.

– Так много всего нужно предусмотреть. Это может не сработать. И тогда у меня пропадут все деньги. Не уверен, что готов так рискнуть.

Она улыбнулась.

– Это сработает. Ты такой умный. И я знаю, ты сможешь это сделать. Уверена – ты справишься блестяще.

– Я не хочу зависеть от тебя.

Она скривилась.

– А что, если бы мы поменялись ролями?

Я хмуро посмотрел на неё. Она точно знала, что я хотел бы, чтобы она осуществила свою мечту. Она хотела того же для меня – её вера в меня была невероятной. Я вздохнул.

– Мне нужно подумать об этом. Всё записать, – я сделал паузу. – Поговорить с Грантом.

– Я знаю. Ты должен сделать это.

– Но независимо от того, сделаю я это или нет, или просто найду себе другую работу, я остаюсь здесь, – я усмехнулся. – К тому же здесь уже большая часть моих вещей.

– А как насчёт твоей мебели?

– Дом был уже мебелирован, когда я его купил. Из моих вещей там только одежда и несколько мелочей, плюс телевизор и кое-какая электроника. Я заберу всё это, что-то останется там, что-то я продам или подарю кому-то.

По её лицу пробежала тень.

– Эй, – я покачал головой. – Не грусти. Та часть моей жизни закончилась, и я безумно счастлив из-за этого. Теперь у меня есть ты.

Она нежно улыбнулась мне.

– Теперь мы есть друг у друга.

Я снова привлёк её в свои объятия.

– Друг у друга, – пробормотал я в её губы, прежде чем снова поцеловать.

*** *** ***

Кортни сидела рядом со мной нервничала и заламывала руки. Я накрыл её руки своими.

- Успокойся. Всё будет хорошо.

– А что, если я ему не понравлюсь?

Я притянул её к себе и коснулся губами волос.

– Это невозможно.

– Но… – её голос затих, а наполненные страхом глаза на бледном лице заглянули в мои.

Я улыбнулся.

– Он будет покорён тобой. Я в этом не сомневаюсь.

Словно по команде, Грант скользнул в кабинку и сел напротив нас.

– Хватит уже миловаться.

Усмехнувшись, я повернулся к нему. Он улыбнулся, и его глаза расширились, когда он увидел сидящую рядом со мной Кортни. Я почувствовал, как напряглась она под его взглядом, и притянул её ближе к себе.

Грант присвистнул и протянул руку через стол.

– Рад встретиться с тобой, Кортни. Натан говорил, что ты потрясающая, но все же не воздал тебе должное. Совсем.

Немного поколебавшись, Кортни протянула ему руку. Её щёки порозовели от его замечания. Я собирался сказать ему, чтобы он заткнулся, но он снова заговорил.

– Охренеть, женщина, у тебя самые великолепные глаза, которые я когда-либо видел, – он подмигнул ей. – Не дай Бог, о том, что я сказал тебе, узнает моя жена. Она оторвёт мне яйца.

Кортни немного расслабилась и улыбнулась.

– Натан много рассказывал о тебе… но был довольно точен. Ты умеешь очаровывать, как он и говорил.

Грант рассмеялся.

– О, красивая и весёлая – Натан, да ты счастливчик!

Усмехнувшись, я наклонился и снова поцеловал Кортни в макушку.

– Так и есть.

*** *** ***

Грант закрыл папку, которую просматривал. В течение минуты он молчал.

– Ты уделил этому немало внимания, – постучав пальцем по папке, сказал он.

Я кивнул.

– Это правда.

– Довольно рискованно, особенно в наши дни, открывать собственный бизнес.

– Знаю. Вот почему хочу начать с малого. Я поговорил с некоторыми из своих клиентов, и они согласны нанять меня. Ближайшие несколько месяцев я собираюсь работать дома, пока не накоплю достаточно большую клиентскую базу. Сейчас я хочу нанять себе в помощники только одного человека, но как только буду уверен, что дело выгорит, арендую офис и приглашу немного больше сотрудников.

Грает посмотрел на Кортни.

– Ты поддерживаешь его?

Она улыбнулась.

– На сто процентов.

Он откинулся на спинку стула и сделал глоток своего кофе.

– И ты уверен, что хочешь продать дом?

– Да. Мой дом теперь там, где Кортни. Где она, там и я.

Он усмехнулся.

– Это понятно, стоит только взглянуть на вас.

Кортни наклонилась вперёд.

– А что ты думаешь об этом, Грант? Твое мнение важно для Натана.

– Это хороший и надёжный план. Кортни права — самое время попробовать.

– Это не то, что я планировал, но жизнь меняется.

– Я бы сказал, что твоя жизнь движется в нужном направлении. Рядом с тобой удивительная женщина, а впереди новая карьера. Мы с Клэр хотим помочь. Одолжить денег, если банк откажет. Взять кредит сейчас очень сложно, даже без твоего прошлого. – Грант поднял руку, прежде чем я успел возразить. – Натан, ты нам, как сын. Позволь стать частью твоей новой жизни.

Я покраснел.

– Клэр хочет встретиться с удивительной женщиной, которая так много для тебя значит, — продолжил Грант, глядя на Кортни.

Она смущённо улыбнулась.

– Я тоже хотела бы встретиться с ней.

– Это замечательно, что мне больше не придётся беспокоиться о тебе, Натан. Ты сделал огромный шаг вперёд и в твоей жизни появился кое-кто удивительный.

Он был абсолютно прав.

Кортни откашлялась.

– Я хотела еще кое-что спросить, Грант.

Я думал, что мы все обсудили.

Грант наклонил голову.

– Конечно.

Кортни не смотрела на меня.

– Натан сказал, что ты предложил помочь найти его сестру. Это предложение все еще в силе?

Ее вопрос застиг меня врасплох.

Грант посмотрел на меня.

– Ты этого хочешь, Натан?

– Не знаю. Я давно об этом не думал.

Кортни повернулась ко мне.

– Нужно подвести черту под прошлым, чтобы действительно двигаться вперед. Ты скучаешь по Софи. Признаешь ты это или нет, ты скучаешь по маме. Тебе нужно узнать действительно ли эта дверь закрыта.

– А если она правда закрыта? – прошептал я хрипло.

– Тогда мы разберемся с этим вместе. – Она взяла мою руку и крепко сжала.

– Но что, если это не так? Что, если ты сможешь наладить отношения с одним или обоими? Я знаю, каково это, когда у тебя нет заботливой семьи, Натан. Нельзя упускать шанс.

– Я согласен с Кортни, – сказал Грант. – Прошло так много времени. Если не получится, то ты хотя бы будешь знать, что пытался. Если решишься, дай знать, и я попрошу свои контакты помочь.

Моей первой реакцией было сказать «нет». Я боялся быть снова отвергнутым. Но слова Кортни звенели в голове. Влюбившись в нее, я обнаружил, что стал более открытым для чувств, которые похоронил давным-давно. И воссоединение с сестрой и, возможно, с мамой, было желанием, которое я скрывал слишком долго.

Глаза Кортни умоляли меня понять, почему она спросила Гранта. Я провел губами по ее щеке, давая понять, что не злюсь. Я был благодарен – моя девушка любила меня и знала, чего я желал глубоко в сердце, но слишком боялся выразить.

– Я подумаю об этом, Грант.

– Хорошо, я буду ждать.

Глава 33

Нервно барабаня пальцами по столу, я, наверное, в сотый раз посмотрел на листок бумаги, который дал мне Грант. Десять цифр. Десять невинных цифр, которые или изменят мою жизнь или раз и навсегда закроют дверь в прошлое. По крайней мере, я буду знать, что сделал все возможное.

Я взглядом нашел на офисном столе нашу с Кортни фотографию. Мы оба улыбались: она – застенчиво, я – лучезарно; мои чувства были ясно написаны на лице.

Когда Кортни попросила Гранта попытаться найти мою сестру, я был в растерянности, но позже признался самому себе, что хочу попробовать «протянуть им руку» в последний раз.

Благодаря контактам Гранта, Софи быстро нашли. Оказалось, что она живет в Онтарио, всего в часе езды от меня.

И вот теперь я глядел на номер ее телефона.

- Ты не должен этого делать, если не хочешь, Натан, - тихо сказала Кортни.

Я поднял голову и улыбнулся, радуясь, что она здесь. Признаться, я не хотел говорить, что собираюсь позвонить, надеясь, что это избавит ее от боли, если Софи отвергнет мою оливковую ветвь. Слава богу, Грант напомнил, как в последний раз я пытался что-то скрыть от Кортни. Само собой разумеется, он был прав. Кортни была рядом каждую минуту нервного открытия моей компании. Она держала меня за руку, когда мне отказали в кредите, а на следующий день вручила чек, сказав, что еще один находится в пути от Гранта и Клэр. Все трое праздновали со мной, когда бизнес пошел в гору. Теперь все они были моей семьей, но Кортни знала, как сильно я скучаю по Софи.

- Я хочу, но…

- Нервничаешь, - закончила она за меня.

- Да.

- Ты нервничал, когда признавался мне в любви, и посмотри, чем это обернулось?

Улыбаясь, я перегнулся через стол и поцеловал ее. Она была права. Тогда я рискнул, и теперь мне пришлось рискнуть еще раз.

Я взял телефон и набрал номер.

- Привет? - ответил женский голос, хоть и несколько другой, но все же до боли знакомый.

Я открыл рот, но ничего не вышло. Только порыв воздуха, который я выдохнул в трубку.

- Привет? - повторила она нетерпеливо.

Я шумно сглотнул, чтобы прочистить горло.

- Слушай, у меня есть определитель номера, и я не в настроении, чтобы какой-то придурок звонил и дышал в трубку. Я звоню в полицию, мудак!

На секунду я уставился на телефон. Софи никогда не ругалась. По крайней мере, Софи, которую я помнил. Наконец-то я нашел свой голос.

- Софи? Софи Фрейзер?

- Кто ее спрашивает? - потребовала она.

- Эм, я… ищу Софи Фрейзер.

- Софи Джонсон, - поправила она.

- Но вы были Софи Фрейзер?

- Это кто? – с опаской спросила она.

Я прочистил горло и потянулся к руке Кортни, держась за нее как за спасательный круг.

- Софи, это Натан… твой брат.

Все, что я услышал в ответ - судорожный вздох и всхлип. Затем послышалось шуршание и уже мужской голос требовательно спросил, кто я такой? Я объяснил, как мог. Мужчина помолчал, потом сказал, что он муж Софи, и попросил мои данные, чтобы перезвонить.

Я повесил трубку, ошеломленный и посмотрел на Кортни.

- Ты просто ошарашил ее. Вряд ли она ожидала такого звонка, - успокоила она меня. - Уверена, она перезвонит.

Я не разделял ее уверенность, пока телефон снова не зазвонил, и Ян - муж Софи, спросил, могут ли они приехать и увидеть меня лично? Я дал ему адрес офиса. Мы с Кортни решили остаться тут, на нейтральной территории.

Я нервно мерил шагами кабинет, размышляя и не находя ответы.

«Хорошо ли, что Софи приедет ко мне? Узнает ли она меня? Узнаю ли я ее?»

Дверь в кабинет открылась, и в тоже мгновение я получил ответы на все мои вопросы.

Передо мной стояла моя младшая сестра - я бы узнал ее где угодно. Длинные светлые кудри сменились более короткими и темными волнами, она повзрослела, но ее глаза, те самые, которые каждый день смотрели на меня в зеркало, не изменились. Как и ее милая улыбка, искренняя и широкая, даже несмотря на то, что по ее лицу текли слезы. Одну секунду она колебалась у двери, а в следующую уже была у меня на руках. Мы бессвязно бормотали, просто радуясь, что снова слышим голоса друг друга.

Наконец, я отстранился.

- Софи, - прошептал я, сквозь слезы глядя на сестру.

- Я пыталась найти тебя, Натан… - ее голос охрип от эмоций.

Это все, что мне нужно было знать.

- Мы с этим разберемся, Цыганочка.

Софи улыбнулась, когда я назвал ее детским прозвищем.

Я поцеловал ее в лоб и обнял за плечи.

- Я хочу тебя кое с кем познакомить. Софи, это моя Кортни. Кортни, это Софи, - мой голос сорвался, - моя сестра.

Кортни застенчиво улыбнулась.

- Рад познакомиться, Софи.

Софи ухмыльнулась - ямочка на ее левой щеке, которую я помнил, была на месте – и протянула руку.

- Я тоже рада тебя видеть.

Я встретился взглядом с Кортни. Ее глаза всегда отражали, что она чувствует и думает. Сейчас они говорили, что поддержат меня, несмотря ни на что. Это меня немного успокоило.

- Давайте присядем, - предложила Кортни. - У меня есть кофе.

- Это домашнее печенье? – вдруг спросил Ян, которого до этого момента я не заметил.

Мы рассмеялись, и это сломало лед.

- Кортни делает лучшее печенье в мире, - я улыбнулся. – Садитесь. Нам есть, что рассказать друг другу.

*** *** ***

Я крепко сжал руку Кортни, когда Софи сказала, что наша мама умерла.

- Когда?

- Лет пять назад, - пробормотала Софи. - У нее диагностировали рак через пару лет после того, как ты попал в тюрьму. Она боролась с ним долго и упорно, но в конце концов он победило. Прости, Натан.

- А Райан?

Она взглянула на Яна, который ободряюще ей кивнул.

- Я не знаю, где он. Когда мама умерла, у меня не было причин поддерживать с ним связь. Последнее, что я слышала - он все еще во Флориде.

Я был потрясен. Все это время я предполагал, что она близка с ними.

- Почему, Софи? Что случилось?

Она вздохнула, переплетая свои пальцы с моими.

- После того, как ты попал в тюрьму, Райан сказал маме и мне, что ты не хочешь, чтобы мы тебя там видели. Мне было запрещено писать тебе или пытаться узнать, в какой тюрьме ты сидел.

- Я никогда этого не говорил. Я думал, что ты не хочешь со мной связываться.

Она покачала головой.

- Только когда мне исполнилось восемнадцать, я узнала, что ты вышел из тюрьмы, Натан. К тому времени я была сыта по горло Райаном и его правилами. Мы переезжали три раза, и моя жизнь была в постоянном движении. Его правила были строгими - даже строже, чем, когда ты был с нами. Мы с мамой все время ссорились…

- Из-за него?

Она пожала плечами.

- Из-за него, тебя, ограничения, в которых я жила. Мама сказала мне однажды, что уже слишком много потеряла: папу, Тревора, тебя, и не могла потерять кого-то еще. Они держали меня в таких ежовых рукавицах, что это сводило с ума. Я не могла дождаться, когда мне исполниться восемнадцать и я смогу уехать от них. Когда мама заболела, все стало лучше, но никогда не было прежним.

Я сжал ее руку.

- Я писал тебе и маме, но письма возвращались с припиской, что адресат выбыл. Когда вышел из тюрьмы, меня встретил Райан. Он сказал, что никто из вас не хочет иметь со мной ничего общего. - Мой голос дрожал от эмоций. - Он вернул письма, которые я отправил до того, как вы переехали, и велел оставить тебя в покое. Сказал, что ты не простила меня...

- Мы не получали твои письма. Райан их забирал. Я не знала, пока мама не умерла.

- Как вы узнали?

- После похорон мамы он напился и проговорился. Я поняла, что он лгал нам все это время. Мы сильно поссорились, и на следующий день я уехала. Мы тогда жили в Штатах. Мне там жутко не нравилось. Я вернулась в Канаду, поступила в университет, - она улыбнулась мужу. - Там я встретила Яна. В прошлом году ему предложили работу в Торонто, и мы переехали сюда, в Миссиссогу. Я искала тебя, Натан. Искала в соцсетях, даже связывался с тюрьмой, но мне не дали никакой информации. Я подумала, что ты действительно не хочешь меня видеть, поэтому прекратила поиски. А ты… ты искал нас?

- Да, пока еще был в тюрьме, но встреча с Райаном буквально прибила меня к земле. Грант и Клэр взяли меня к себе и помогли встать на ноги, - я сделал паузу и слепо потянулся к руке Кортни. - Я думал, ты ненавидишь меня за то, что случилось с тобой и Тревором.

- Это был несчастный случай. Я была там, помнишь? Я до сих пор скучаю по Тревору, и я скучала по тебе. - Она сглотнула и вытерла слезы. – В тот день я потеряла вас обоих.

- Мне было стыдно, но я хотел тебя увидеть.

- Райан разлучил нас.

- Он ненавидел меня. А мама… она... - я не смог заставить себя произнести эти слова.

- Мама жалела, что не была более настойчива, - призналась Софи. - И она жалела, что так и не смогла сказать тебе, как ей жаль.

Я сморгнул слезы.

- Почему? Я убил Тревора и разлучил нашу семью.

- Оправившись от шока и горя, она поняла, что это был несчастный случай, и пожалела о своем поступке. Но было слишком поздно: Райана внушил ей, что ты для нас навсегда потерян. Она была больна и слаба, у нее никогда не было сил бороться с этим. Но она тебя любила, - Софи всхлипнула. – Что касается меня… я никогда не ненавидела тебя, и так скучала по своему старшему брату.

Я поднес ее руку ко рту и поцеловал костяшки пальцев.

- Теперь я здесь, цыганочка. Мы можем начать сначала, если хочешь?

Она улыбнулась сквозь слезы.

- Попробуй избавиться от меня сейчас. Я липну, как клей!

- Давайте вместе поужинаем? - предложила Кортни. - Вы сможете провести еще немного времени вместе.

- Мы бы с удовольствием!

Я улыбнулся двум женщинам, между которыми сидел. Несмотря на грусть, которую я испытал, узнав о кончине моей матери, я также почувствовал, как груз свалился с моих плеч. Она не ненавидела меня. Райан и его гнев разлучили нас, но теперь я вернул Софи, и у нас полно времени, чтобы снова стать семьей.

*** *** ***

Я с удовольствием нежился в теплой ванной, но еще лучше были руки Кортни, обнимающие меня. Она точно знала, что мне нужно.

Кортни молчала, давая мне время обдумать рассказ Софи.

- Хотел бы я иметь возможность попрощаться с мамой.

- Понимаю.

- Райан действительно ненавидел меня.

- Это горе так на него повлияло.

- Она не была плохой матерью. Я заставил тебя думать, что она была?

- Нет. Я знаю, что такое плохой родитель. Твоя мама была… просто человеком. Она совершала ошибки и очень хотела их исправить. – Кортни крепче обняла меня. - Мне жаль, что у вас не было шанса восстановить отношения. Но сейчас ты знаешь, что она простила тебя, и она любила тебя.

Повернув голову, я посмотрел на нее.

- Спасибо, что помогла мне найти сестру. Все это благодаря тебе.

-Ты сделал самую сложную часть - рискнул.

Я провел пальцами по ее щеке, оставляя пенный след.

- Без тебя у меня ничего бы не получилось. Все хорошее в моей жизни произошло с тех пор, как я встретил тебя.

- Могу сказать тоже самое о тебе.

- Выходит, мы идеально подходим друг другу?

Кортни просияла.

- Выходит, что так.

Глава 34

– Это последняя? – спросила Кортни, когда я поднял небольшую коробку и через забор подал ей.

– Почти.

– Тебе понравилась наша небольшая прогулка по аллее воспоминаний? И то, что мы использовали забор? – спросила она, когда поставила коробку на стол и вновь на несколько ступенек поднялась по лестнице.

Я усмехнулся.

– Это было чудесно.

– Подумать только, теперь тебе придётся убрать свою лестницу, если ты, конечно, не хочешь оставить её новым жильцам. Может, мне нужно будет кормить и их?

Я покачал головой.

– Новые жильцы – очень милая престарелая пара. Уверен, что они прекрасно справятся со всем сами. Я мог бы позволить тебе в знак приветствия испечь печенье для них, но всё остальное, что ты готовишь – моё!

– Ты всегда так бережёшь свою еду.

Я стоял на последней ступеньке лестницы, глядя через забор на улыбающуюся Кортни.

– Да, берегу, но не так, как девушку, которая её готовит. Она – всё для меня.

Кортни покраснела и протянула мне руку, которую я нежно сжал.

– Вот здесь всё и началось.

Нежно улыбнувшись, она кивнула.

– Когда я услышала стон и голос, который сказал, как офигенно пахнет мой ужин, кто мог знать, что мы закончим именно этим.

Я засмеялся, вспомнив о том самом первом ужине.

– В тот вечер ты буквально пленила меня. С тех пор, можно сказать, я был весь твой.

Она покачала головой.

– Нам понадобилось какое-то время.

Я усмехнулся.

– И мне дорога каждая его минута. И хоть забор был барьером между нами, он дал нам время по-настоящему узнать друг друга. Время, в котором, думаю, мы оба нуждались. Мне нравились наши разговоры, и я любил слышать твой смех, когда говорили какие-то глупости, – я ненадолго замолчал. – Я помню, когда впервые держал тебя за руку, и каким правильным тогда мне это показалось. Как прислушивался к интонациям твоего голоса. Как быстро начал нуждаться в тебе.

– Я тоже.

– Этот забор в каком-то смысле символизирует нас. Он – часть нашей истории, – я улыбнулся. – Ты знаешь, что с того самого раза, когда я впервые перелез через забор, все вечера мы проводили вместе?

Кортни сжала мою руку.

– Знаю. И больше не представляю своей жизни без тебя.

Я понял, что начинаю ужасно нервничать, и с трудом сглотнул.

– Я не хочу жить без тебя. Никогда.

Она широко улыбнулась и с озорством взглянула на меня.

– Тогда перелазь через забор в последний раз и оставайся.

– У меня есть ещё одна коробка.

– Ладно, давай её мне, а затем я пойду и открою гараж, чтобы ты отнёс туда лестницу.

Я крепче сжал её руку.

– Кортни?

Нахмурившись, она бросила на меня взгляд и осторожно, поднявшись ещё на одну ступеньку, с большей силой обхватила мою ладонь.

– В чём дело?

– Я ещё не закончил, – я постучал по верхней части забора. – Именно с него началась наша история. Следующая глава – это когда я перелез через этот забор. То, что я полюбил тебя и добился взаимности – суть всей этой истории.

Её голос был наполнен теплом.

– Твой переезд является следующим шагом, верно?

– Да, – я сделал паузу. – Но этой главе я хотел бы уделить особе внимание.

– Не уверена, что понимаю тебя.

Нервно сглотнув, я поставил то последнее, о чём говорил на верхнюю часть забора – маленькую кожаную коробочку.

Глаза Кортни расширились.

– Это твоя последняя коробка? – прошептала она.

Я кивнул и сглотнул.

– Особенная.

– Натан? – прошептала она, одним тихим словом выдавая свою неуверенность.

– Мы начали отсюда. И я хочу закрыть эту часть нашей истории прямо здесь и сейчас. Я хочу не просто перелезть через этот забор и жить с тобой. Я хочу жениться на тебе.

Её глаза наполнились слезами.

– Будь моей. Пожалуйста. Скажи, что будешь со мной вечно. Ты выйдешь за меня замуж?

Она смотрела на меня, её губы дрожали. Я сжал её руку и улыбнулся.

– Сегодня солнечно. Ты выпила за обедом стакан вина, я заставил тебя улыбнуться и на тебе нет очков. Думаю, что справился со всеми пунктами. Поэтому ты сейчас просто обязана сказать «да», – я глубоко втянул в себя воздух. – Пожалуйста, скажи «да».

Её улыбка была ослепляющей.

– Да.

Усмехнувшись, я взял коробочку и вложил в её руку. Затем в последний раз перемахнул через забор и помог Кортни спуститься с лестницы, после чего с силой сжал её в своих объятиях, она с радостью позволила мне это. Мы так далеко продвинулись с того первого раза, когда я обнимал её.

Я заглянул в её захватывающие красивые глаза, которые в ответ смотрели на меня с любовью. С любовью, которая предназначалась только мне. Её нежный взгляд манил обещанием будущего.

Будущего, которое я думал, больше для меня не существовало, пока не услышал её голос.

Я поцеловал Кортни упиваясь её вкусом. Я прижимал её близко к себе, наслаждаясь ощущением её нежного тела в своих руках. Каким же правильным это казалось. Насколько правильным было то, что мы были вместе.

Я отстранился.

– Ты даже не посмотрела на своё кольцо.

– Оно мне понравится.

– Открой коробочку.

Я выпустил ее из объятий и стал наблюдать за выражением лица, когда она медленно, дрожащими руками стала открывать коробочку. Взглянув на небольшой знак моей любви, лежащий на атласной подкладке, Кортни посмотрела на меня.

– Я бы хотел, чтобы ты носила его всё время. Твои прекрасные глаза – это то, что я люблю в тебе больше всего, и я хотел отобразить это. – Наклонившись, я вытащил кольцо и, взяв её левую руку, надел на палец, с улыбкой наблюдая, как блестящие сапфиры и изумруды ловят свет, а крошечные бриллианты бросают радугу на стакан на столе.

– Как красиво, – выдохнула Кортни и помахала рукой, любуясь кольцом.

– Здесь также есть и наш забор, – улыбнувшись, я указал на прямые линии сапфиров. Затем слегка повернул её руку. – Если смотреть на кольцо с этой стороны, то можно увидеть на нём лестницу. Жаль, я не смог отобразить там барбекю. Но подумал, что два из трёх – это уже хорошо.

Кортни рассмеялась.

– Тебе нравится?

Она покачала головой.

– Я люблю его. И никогда не буду снимать, – она колебалась. – Гм, а ты хочешь носить кольцо?

Я вновь притянул её к себе и уткнулся носом в её шею.

– Да. Купи мне кольцо. Отметь меня, как это принято. Сделай своим. Только твоим я и хочу быть, – я отстранился. – И я хочу жениться как можно быстрее, ладно?

– Как скоро?

Я смущённо пожал плечами.

– Я уже скачал с интернета свадебную лицензию. Мы можем заполнить её, отправить и через пару недель нам пришлют её обратно.

Она тихо вздохнула.

– Я люблю тебя, Натан, – сделав паузу, она снова с дрожью вздохнула. – И не могу дождаться, когда стану твоей женой.

– Ты принадлежишь мне каждую секунду каждого дня. Ты моя, Кортни... была с того дня, когда по доброте душевной накормила голодного человек по другую сторону забора, а потом проявила смелость, позволив мне подняться по лестнице и впустила в твою жизнь.

Ее улыбка могла бы осветить весь мир.

– Твоя, – выдохнула Кортни.

– Значит, это «да»? – поддразнил я.

– Да.

Я обнял ее, зная, что никогда не отпущу.

Теперь мой мир был идеален.

Эпилог

От автора: это «проблески» жизни Натана и Кортни - переписка в мессенджере. Сообщения Натана выделены жирным шрифтом.

Кортни, я снова буду поздно.

Новый клиент?

Да, боль в заднице. Через час у меня встреча с ним. Я постараюсь вернуться домой как можно скорее.

Я всё понимаю. Для тебя это очень важно. Я буду ждать. Люблю тебя.

Это очень важно для нас обоих. Я тоже тебя люблю.

хх

*** *** ***

Клэр звонила.

Как поживает моя любимая старушка?

Она снова приглашает нас в гости.

Тебя это удивляет? Я весьма обаятелен.

LOL. И также скромен.

Это ты сказала, не я. Но, спасибо, что заметила. Она в порядке? Грант?

У них всё хорошо. Она просто хотела поблагодарить тебя, что привез меня к ним познакомиться так быстро, и надеется, что скоро мы снова приедем.

Если она снова приготовит такой же мясной рулет, то мы поедем к ней уже завтра. Я устрою себе выходной.

Тебя так легко уговорить. Стоит только поманить едой.

Женщина, это был самый лучший мясной рулет, который я когда-либо ел. А пирог? Боже, помоги мне!

Она дала мне рецепт.

И того, и другого?

Да.

Тогда забудь о поездке. Зачем тратить время. Кроме того, у тебя есть то, чего нет у Клэр.

И что же это?

Самые милые носки... С этим ничто не сравнится.

LOL. Я люблю тебя.

И я люблю тебя. И как только ты захочешь поехать к ней, просто скажи мне. Или они с Грантом могут приехать к нам перед свадьбой.

Клэр говорит, что мы идеальная пара.

Так и есть.

Увидимся дома.

Кортни?

Да?

Ты приготовишь сегодня вечером мясной рулет?

Люблю тебя, Нат.

Это значит «да»?

Кортни?

*** *** ***

Как твой день?

Скучаю по тебе. Спасибо, что на прошлой неделе вышла за меня замуж. Я уже говорил, насколько красивой ты была?

Около ста раз.

Хм. Маловато. Ты была прекрасна.

Я люблю тебя.

Я хочу тебя.

Хм... я на работе. И ты тоже.

Я могу ускользнуть. Я босс. Кстати, как твоя головная боль?

Пульсирует.

Встретимся дома. Прямо сейчас. Я покажу тебе пульсацию.

Уже ухожу.

Я люблю тебя, жена.

Прекрати печатать. Поднимай свою прекрасную задницу и тащи её домой. Я хочу её голую и устроившуюся у меня между ног.

Уже в машине. Еду.

*** *** ***

Спасибо за цветы – они прекрасны.

Ты блистала прошлым вечером. Я так горжусь своей женой.

Ненавижу выступать перед толпой. Но зная, что ты там, я чувствовала себя лучше.

Я всегда буду с тобой.

Знаю.

В своём сердце я всегда рядом с тобой.

Люблю тебя.

И я тебя люблю. Увидимся дома.

*** *** ***

Я ухожу пораньше.

Да?

Я уже говорила, что надела сегодня новые носки?

Я не заметил этим утром. Цвет?

Розовый и белый. Сердечки.

Хм... надо будет посмотреть. Думаю, я тоже уеду пораньше.

Ок. Я и мои носки будем... ждать тебя. Встретимся в нашей спальне?

Встретимся там. Мне нужно что-то, чтобы продержаться. Дай мне это.

хх

Вот это – моя девочка. Уже еду.

*** *** ***

Я говорил тебе вчера, насколько это сексуально – видеть своё имя на твоём теле?

Ты показал мне это. Несколько раз.

Я люблю твою татуировку. Я люблю тебя. Спасибо. В эту среду ты устроила мне самый лучший сюрприз.

Правда? Даже лучший, чем красное нижнее бельё в горошек в прошлом месяце?

Хмм. Очень трудно решить. У меня есть идея.

Не могу дождаться, чтобы услышать.

Почему бы тебе сегодня вечером не устроить мне показ своего нижнего белья, чтобы я смог увидеть, что мне нравится больше – татуировка с бельём... или без?

Похоже, ты заранее это придумал.

Просто хочу убедиться, что всё справедливо оценил.

Ты помнишь, что моя татуировка на руке, не так ли? Не уверена, что есть необходимость демонстрировать её без белья.

О, необходимость есть. Твёрдая, срочная необходимость. Можешь мне поверить.

Нат?

?

Я люблю тебя. Даже если ты думаешь только об одном и полный псих, я люблю тебя. И сегодня вечером я позабочусь о твоей твёрдой срочной необходимости.

Я по дороге куплю нам ужин... сэкономлю твоё время и энергию. Нам нужно будет много и того, и другого. Необходимость растёт.

Как неловко для тебя.

Боже, я люблю тебя. Увидимся дома. Кончи пораньше.

Как, без тебя?

НЕТ. Даже не шути так. Ты кончишь только со мной!

Хорошо. Неожиданно я тоже почувствовала необходимость.

Прекрасно. Мне нравится, когда ты нуждаешься во мне.

хх

*** *** ***

Ещё раз спасибо, мой замечательный муж. Вчерашний день был таким... о большем я и не мечтала.

Это ты замечательная. И я рад, что твой день рождения понравился.

Понравился? Это было удивительно. Я всё ещё не могу прийти в себя от твоих подарков, ужина... и всего остального. Ты балуешь меня.

Твой день рождения мы будем праздновать так каждый год. Я пропустил слишком многие из них. И мне нужно нагнать. Один подарок за каждый день рождения, на которых меня не было и некоторые на этот. И ужин? Наши друзья были рады отпраздновать с нами. Они тоже любят тебя, ты знаешь.

Я тоже всех их люблю. Спасибо, что привез Клэр и Гранта.

В любое время. Я рад, что они останутся на несколько дней... и также рад, что они ночуют в отеле. Этой ночью ты очень восторженно проявляла свою благодарность.

Жалуешься? Я утомила тебя?

Нет. Сегодня ночью я докажу тебе, что совсем не устал. Особенно, если ты наденешь ту розовую вещицу, которую, как я видел, тебе подарила Энни.

Ты заглядывал в пакет?!

Эй, я видел что-то кружевное. Оно просто взывало ко мне. В качестве благодарности, ты можешь продемонстрировать его мне.

У тебя мысли только об одном.

Только о тебе. Я люблю тебя.

И я люблю тебя.

*** *** ***

Звонили из риэлторской компании. Они нашли для нас дом, который нам, возможно, понравится.

Большая кухня для тебя?

Да.

Большой подвал для меня?

Да.

Спальни?

Да.

Не умничай. Сколько?

4. Возможно 5.

Хорошо. Сойдёт. Забор?

LOL. Да. А на первом этаже даже есть рабочий кабинет.

Договаривайся о встрече.

Ты уверен, что хочешь переехать?

Мы собираемся когда-нибудь завести детей. Нам нужен более просторный дом.

Когда-нибудь. Не сейчас. Я только перестала предохраняться.

Лучше быть подготовленными. И ты никогда не можешь знать. Готов поспорить, мои мальчики сильны. Ниндзя сперма.

О Боже. Сдаюсь. Я назначу встречу.

*** *** ***

Нат, ты мне нужен.

Что случилось?

Я только получила новость – умер мой отец. Знаю, что это не должно меня беспокоить... но, пожалуйста, ты мне нужен.

Конечно, тебе не всё равно. Я уже еду. Сама за руль не садись.

Я люблю тебя.

И я тебя, моя девочка. Я скоро буду.

*** *** ***

Кортни, как ты себя чувствуешь?

До сих пор не могу в это поверить.

Я же говорил, что мои мальчики – сильные пловцы.

Да, говорил.

Я буду папой.

Да, будешь.

Ты – моя жизнь. Я люблю тебя.

И я люблю тебя. Ты будешь самым лучшим папой.

Мне нужно срочно поцеловать тебя.

хх

НЕТ. Так не пойдёт. Я буду через 10 минут. Встречай меня.

Псих. Ты сошёл с ума!

Ты делаешь меня таким. И наш ребёнок.

Ладно, теперь мне нужно поцеловать ТЕБЯ.

Вытяни губки, мамочка. Я уже еду.

*** *** ***

Показываю всем фотографию УЗИ.

Опять?

Эй... я хочу, чтобы все люди увидели – насколько красив мой сын.

Да, наш сын – точная копия тебя.

Я чувствую сарказм.

Никогда. На том расплывчатом снимке – вылитый ты.

Расплывчато, но точно МОЙ МАЛЬЧИК.

Я люблю тебя.

Кортни?

?

Тебе что-нибудь нужно? Я могу заехать купить мороженое или что-то ещё.

Нет, я в порядке. Мне нужен только ты.

Я с тобой. Я люблю тебя.

хх

*** *** ***

Я уже говорила о том, как сильно мне нравится детская?

Да, но я буду счастлив, ели ты покажешь свою радость... снова. Особенно если сверху будешь ты... снова. Это сводит меня с ума. Уверен – ты сейчас покраснела. И мне это тоже нравится!

Я не буду отвечать тебе, так как ты станешь вести себя ещё нахальней.

Ты уже сделала это. LOL

Ты так и не сказал мне вчера вечером. Как тебе удалось получить доску от нашего старого забора?

Я использовал свой неповторимый шарм.

Конечно-конечно. Нет, ну, правда, как ты это сделал?

Я оскоблён, моя жена не находит меня очаровательным. Ну ладно... проверь холодильник. Возможно, торта там больше нет. Я знал, что Дэб очень любит сладкое и подкупил её. А так же рассказал нашу заборную историю и сказал, как мне хотелось бы получить одну доску, чтобы отслеживать рост нашего ребёнка. Конечно же, она не смогла мне отказать. Я заменил эту доску на другую. И теперь эта доска просто отлично смотрится в детской, особенно с той фермерской фигнёй, которую ты придумала. Если честно – я шокирован своими навыками мастера на все руки.

Рисунок. Рисунок фермы. И ты отлично потрудился. Твоему сыну понравится.

Моему сыну. Нашему сыну. Я люблю тебя. ххххххххххххх

О Боже, так много.

Для тебя никогда не достаточно поцелуев. До бесконечности.

И даже больше. Я тоже люблю тебя. Хм, надеюсь, ты взял не тот карамельный торт, который я испекла? Я ужасно хочу его сейчас.

Чёрт... мне пора. Кто-то звонит. Я уверен, что я им нужен.

У тебя большие проблемы, муж! Ты же знаешь, что я доберусь до тебя дома. Ты от меня не убежишь.

Дома я смогу тебя отвлечь.

Мечтай!

Да. Смогу. Моё обаяние, моя прекрасная задница и моя пылкая любовь.

Пылкую любовь сейчас лучше всего заменить тортом.

По дороге домой я заеду в магазин.

Правильное решение, папочка.

*** *** ***

Ты приготовишь мне сегодня вечером курицу в кисло-сладком соусе?

Я готовила её всего два дня назад.

Что я могу сказать? Меня тянет к ней. ОНА МНЕ НУЖНА.

Гм, беременная вроде я. Разве не меня должно тянуть к чему-то?

Я с тобой в этом солидарен. Кроме того, тебя тянет только к одному.

?

Ко мне. Последние дни мне кажется, что я только вхожу в дом, и ты сразу набрасываешься на меня. Мне повезло, что я ещё могу ходить по утрам.

Жалуешься?

НЕТ. Просто говорю.

Кстати, раз ты напомнил... кажется, у меня срочная необходимость... ужасно сильная. Мне нужно удовлетворить её... прямо сейчас.

Я краснею. И мы довольно далеко друг от друга.

Ты босс. Можешь уехать в любой момент.

А ты? Как тебе удастся уйти с работы?

Утренний токсикоз – просто миф. Он может нагрянуть в любое время.

Отлично. Значит, я правильно понял – я пытаюсь улизнуть отсюда, а ты сейчас идёшь и издаёшь эти ужасные рвотные звуки, встречаешь сочувствие и едешь домой, где предаёшься со мной порочным утехам?

Да-да, я говорила именно об этом.

Может странно, но я совсем не против. Уже бегу к машине.

Я буду ждать тебя. Будь готов. Голый, для меня. Мне нужно почувствовать тебя.

ВАУ. Неожиданно моя тяга изменилась на пульсирующую необходимость. Быстро езжай домой, женщина. Я УЖЕ готов.

Мне нравится, когда ты пульсируешь. Во мне. Со мной.

Бля... я и понятия не имел, что беременность превратит тебя в... развратную девку. Мне это нравится.

В развратную девку? Я покажу тебе, развратную... Быстро домой.

Хм... Корт?

Да, Нат?

Ты ведь приготовишь мне курицу... после нашего разврата... правда?

*** *** ***

Мне кажется, или твой сын очень хочет встретиться с тобой?

Сильно пинается?

Нет.

Тогда почему ты так думаешь?

Просто у меня воды отошли.

Бля! Еду!

Не волнуйся так. Рядом со мной Энни – сидит за моим столом.

За твоим столом? Почему ты не лежишь?

Всё в порядке. Пожалуйста, просто приезжай.

Уже. Оставайся на месте. Жди меня.

Чёрт, ну и куда бы я пошла?

Уже в машине. Еду. Люблю тебя.

И я люблю тебя, папа.

*** *** ***

Кортни, всё хорошо?

Расслабься. У нас всё в порядке. Ты на работе всего пару часов.

Я хочу домой – к тебе и к Лиаму. Я скучаю по вам.

И мы скучаем и будем ждать, когда ты вернёшься домой.

Я приеду пораньше. На самом деле пару дней в неделю я могу работать из дома. Буду использовать свои преимущества босса.

Мне нравятся эти преимущества.

Хорошо. А мне нравишься ты.

Это замечательно.

Это ты – замечательная. На самом деле, ты – лучшее, что со мной случилось.

Думаю, что тебе срочно нужно вернуться домой.

Уже еду.

*** *** ***

Вижу, что я пропустила 7 сообщений. Прости, на это ушло больше времени, чем я думала.

С тобой всё в порядке? Я с ума схожу от беспокойства. Что сказал врач?

Ты должен вернуться домой.

Расскажи мне сейчас. Что сказал врач? Мне жаль, что ты не позволила мне отвезти тебя. Совещание могло бы и подождать.

Это не грипп.

Где ты?

На стоянке возле больницы.

Лиам?

Спит в машине.

Скажи мне.

Твоя ниндзя сперма сделала это снова.

Кортни!

Мне нужно прилечь.

Именно это и привело нас к такому результату... уже во второй раз.

Нет, причина в тебе и в твоей странной одержимости моими носками, что заставило твои пальцы исследовать мои ноги, используя кухонную стойку в таких целях, к каким она никогда не была предназначена...

Ну, они были довольно сексуальны. Такие красные, пушистые, они просто манили меня к себе.

Мои носки манили тебя к себе? Ты – ненормальный. Просто невменяемый.

Признаю, я вёл себя немного легкомысленно.

Где ты? Думаю, ты мне нужен.

Уже в машине, моя девочка. Еду домой, к своей семье, и мечтаю только о том, как поцелую свою жену и должным образом поприветствую наше новое непредвиденное обстоятельство. У тебя есть для меня фотография? Ты сможешь вести машину?

Да, фотография у меня есть и да, я вполне способна сидеть за рулём. Тебя это устраивает? Лиаму нет ещё даже года. Мы не планировали пока заводить ещё детей.

Я в восторге. Я покажу тебе, насколько я рад, как только увижу тебя. Будь осторожна за рулём.

Люблю тебя.

И я тебя, моя девочка. ТАК СИЛЬНО. Убирай телефон и езжай домой, ко мне.

*** *** ***

Девочка. У нас будет девочка!

LOL.

Я люблю тебя. Я люблю нашу дочь. Нашего сына. Нашу семью. Нашу жизнь.

И я люблю тебя. Показываешь всем новые фотографии?

Да. Она такая красавица.

Она наполовину твоя.

И наполовину твоя. Надеюсь, что она будет выглядеть так же, как ты. Маленькая бегающая мисс Шеф-повар. Моя маленькая толстушка.

Псих.

Только из-за тебя.

Ты никогда не изменишься, не так ли?

Нет. Ты устала?

Да. Чувствую себя опустошённой.

Я позабочусь об ужине, а потом мы с Лиамом устроим мальчишник, чтобы ты смогла отдохнуть. Согласна?

Согласна.

Я приеду домой пораньше.

Меня эта новость не шокирует.

Опять дерзишь. Я люблю тебя.

И я люблю тебя.

*** *** ***

Нат?

Ты, как предполагается, должна отдыхать.

Как Лиам?

Скучает по своей маме, но бабушка балует его. Как моя дочь?

Эмалайн прекрасна. Сейчас спит на моей груди. Мне кажется, что её глаза будут похожи на мои. Зрачки немного отличаются по цвету.

Я уже видел это. И это прекрасно.

Нат...

Кортни, она будет окружена любовью, и я буду повторять ей каждый день, насколько она прекрасна. Как и её мать. Она никогда не будет сомневаться в этом. Она никогда не будет страдать как ты. Я сделаю всё для этого. Я также, на всякий случай научу её, как правильно наработать хороший хук справа.

Я люблю тебя.

И я тебя.

Ты можешь приехать?

Уже еду. Лиам уснул, и я спешу к тебе. Клэр посмеялась надо мной и выгнала. Я буду приблизительно через 10 минут. И я привезу тебе замороженный йогурт. Я собираюсь заехать в магазин.

Ты помнишь...

Я всё помню о тебе. И особенно, как отчаянно ты нуждалась в этом после того, как родился Лиам. Я понял, что лучше перестраховаться, чем потом жалеть. И я не уеду, пока не заберу тебя и мою дочь домой. Лиам очень хочет увидеть своё маленькую сестрёнку. И его бабуля Клэр очень взволнована.

Ты так заботишься о нас. Я... мы будем ждать.

Ты – всё для меня. Скоро увидимся.

*** *** ***

Натан, всё в порядке?

У нас всё хорошо. Мы обедаем. Как прошла встреча?

Всё хорошо. Они хотят, чтобы я осталась на какое-то время, пока мы ведём важное исследование.

Я говорил, что они не захотят терять тебя. Ты уверена в этом?

Да. Я хочу быть дома с нашими детьми. Особенно сейчас, когда вскоре родится третий. Если мы договоримся, то я иногда смогу работать и буду писать статьи на дому.

Если тебя это сделает счастливой.

Да. Именно этого я хочу.

Я высылаю тебе фото. Помнишь, как открыть его?

Да. Получила. И на что я смотрю?

Доска от нашего забора в детской. Я впервые измерил рост детей. Видишь голубые и розовые линии?

Ох.

Кортни? С тобой всё в порядке?

Всё хорошо.

Я не верю тебе. Что с тобой?

Они так быстро растут.

Не плачь. Пожалуйста.

Откуда ты знаешь?

Я знаю тебя.

Это всё гормоны.

Нет. Это ты. И твоё прекрасное сердце. Я люблю тебя.

И я люблю тебя. Уже еду домой. Закончу здесь завтра.

Мы будем ждать. Осторожно за рулём.

*** *** ***

Я уже еду к тебе. Клэр держит всё под контролем. Я только заеду за замороженным йогуртом. Тебе что-нибудь ещё нужно?

Только ты. Ты поцеловал их за меня?

Три раза. И взял для тебя их фотографии.

Кэйтлин спит.

Мой маленький кексик.

Вы с Лиамом снова в меньшинстве.

Ничего. Четвертый всё исправит.

Я родила только 5 часов назад. Я не готова говорить о четвертом.

Справедливо. Обсудим это завтра.

Удачи тебе в этом.

Тогда на следующей неделе. Я совсем не против продолжить этот процесс до тех пор, пока у нас не появится хорошее четное количество – может быть, дюжина.

Нат?

?

Я больше и близко не подпущу к себе твой заполненный ниндзя спермой член.

На меня люди смотрят!

Почему?

Потому что я хохочу, поражаясь тем, что ты смогла напечатать «заполненный ниндзя спермой член». Я так горжусь тобой.

Псих.

Я люблю тебя. Уже еду.

И я люблю тебя.

Спасибо тебе за дочь. Сегодня ты была великолепна. Снова.

Хватит. Теперь ты заставляешь меня плакать.

Сейчас я приеду и вытру твои слёзы поцелуем. Уже в пути.

хх