Мина Хан - Рождественское желание

Перевод и сверка: Solitary-angel

Редактура: Лайла

Русификация обложки: Solitary-angel

Книга переведена специально для сайта: WorldSelena (https://www.worldselena.ru/)

Аннотация

Они встретились благородя лжи.

Поспешивший на помощь таинственной красотке Рейез (сногсшибательный повар и огненный джинн) оказался в неприятном положении... на дне бутылки.

Опасные враги готовы на всё, чтобы их разлучить.

Загнанная в угол Селена в отчаянии. И ради безопасности брата сделает всё что угодно... даже похитит джинна.

Может ли одна огромная ошибка привести к двум свершениям и истинной любви?..

Примечание: В конце книги вас ждут несколько рецептов, приготовленных Рейезом. Изначально история входила в сборник: «Разнузданный альфа: Скреплённые поцелуем», позднее была пересмотрена и расширена.

Глава 1

Раздражение вспыхнуло, стоило Рейезу увидеть большие чёрные мешки с мусором, сложенные у задней двери кухни. При мысли, что придётся выйти в переулок за рестораном на пронизывающий холод, по телу пробежала дрожь.

— Сами собой они никуда не денутся, — пробормотал он. — И будут валяться здесь до завтра.

Он стал мять в руке выцветшую тряпку, точно антистрессовый мячик. Уборка кухни под прогноз погоды вместо обычного рок-н-ролла была паршивой идеей. Рейез еле дождался конца рабочего дня, натруженные мышцы ныли, и беспокойство о популярном ресторанчике затихало подобно гитарному риффу[1].

Что-то в этой странной погоде было не так. Он рано закрыл «Огненные чаши», отправил сотрудников по домам и сам не мог дождаться, когда сможет сбежать в свою квартиру. Немного мрачный просторный лофт[2] с великолепным видом и ничего более. Рейез постарался избавиться от невесть откуда накатившего приступа тоски и покачал головой.

«Один чёрт. Мой дом — моя крепость. Но, чтобы туда попасть, сначала нужно убраться».

Он нахмурился, вытирая плиту.

Синоптик по телевизору взвизгнула и захлопала в ладоши.

— Плюс от неожиданной бури в том, что Рождество в Хьюстоне будет на редкость снежным, — объявила она так радостно, что Рейез вышел из себя, а потом вспылил.

Все шесть конфорок на плите ожили, над ними поднялось грибовидное облако тепла.

— Вот же... — Рейез отскочил назад, выронив тряпку. Угол упал в пламя и быстро загорелся, наполнив воздух едкой вонью. — Черт, черт, черт!

Он сосредоточился на пламени и протянул руки. Ему нужно потушить пламя до того, как сработает проклятая система пажаротушения, или его кухня сгорит. А он сегодня и так чересчур устал, чтобы ещё с этим разбираться.

Рейез взглянул на плиту и пожелал, чтобы огонь затих и погас. Пот скользил по коже. Мгновение спустя в воздухе замерцали перемены. С губ сорвался облегчённый вздох, когда знакомое тёплое покалывание вспыхнуло в душе и прокатилось по сущности, поднимаясь по телу к пальцам. Рейез глубоко вздохнул. Пламя дрогнуло.

Затем синоптик захихикала, разглагольствуя о милых меховых сапожках. Языки пламени взметнулись вверх и заплясали, дикие и яркие, словно насмехаясь над ним. Крылья носа раздулись. Черт возьми, он взрослый огненный джинн. Огонь должен подчиняться ему.

Рейез потратил годы на дисциплину и тренировки, умея покорить всё, кроме пылающих горелок. Его сущность гудела под кожей раскалённой добела, жар заряжал энергией, опьянял. Он выпрямился и откинул голову, греясь в огне внутри и снаружи. Становясь единым целым с ним.

Обжигающее тепло зазывно окутало его. Рейез прикрыл глаза и погрузился в него. Веки отяжелели и затрепетали, закрываясь, дыхание участилось. Он наткнулся на пылающую плиту и отпрянул. Черт! Он не хотел и не мог поддаться огненному соблазну.

Рейез расправил плечи и снова закрыл глаза. Ставя стихию на своё место. Он покорит огонь. Рейез представил, как воля тянется подобно гигантской руке, собирает всю силу в кулак и гасит пламя. Горелка за горелкой. Он приоткрыл один глаз.

Одна за другой конфорки погасли.

Тяжело дыша и обливаясь потом, он взирал на обугленную тряпку. Горелки не должны были вспыхнуть. Он не мог снова потерять контроль. Никогда более. И всё же, проклятая погода вызывала дрожь, как у впервые оказавшейся в постели девственницы.

Взгляд снова скользнул по мусорным мешкам и он усилием воли отвёл его. Наклонившись, Рейез снял с плиты обгоревшую тряпку.

Огненные джинны ненавидели всё, связанное с холодом, вот поэтому он выбрал жаркий и влажный Хьюстон в качестве новой обители после изгнания из мира джиннов. Ненормальная метель и снежное Рождество не входили в часть сделки. Рейез потёр затылок одной рукой. Разве нет поговорки, что если тебе не нравится погода в Техасе, подожди пять минут, и она станет ещё хуже! Он покачал головой, пытаясь избавиться от накатывающего беспокойства. Это просто переменчивая погода... Ничего более... Верно?

Рейез вдохнул, очищая разум от царившего там хаоса, и выдохнул. Ему нужно пойти домой и отправиться на боковую. Учитывая расшатанные нервы, ноющие ноги и ранний подъём в пять утра, он черт возьми, заслуживает лечь пораньше.

Он бросил испорченную тряпку в последний мусорный мешок и завязал его. Ежедневная привычка убираться на кухне и совесть не позволяли ему игнорировать свои обязанности. Ворча, Рейез натянул пальто, завязал капюшон и приоткрыл заднюю дверь. Ветер пронёсся обратно в восьмисантиметровую щель. Рейез навалился плечом на дверь и толкнул сильнее. Ледяной холод ужалил лицо, заставил глаза слезиться и проник сквозь тяжёлое пальто. Прищурившись, он схватил сумки и неуклюже вышел в дверь, пнув кирпич, который блокировал дверь, и распахнул её настежь. Он чуть не споткнулся о тело, скорчившееся под небольшим навесом.

— Какого хр...

На него уставились тёмные глаза цвета индиго, поразительно выделяющиеся на фоне бледной кожи. Большая часть лица была скрыта вязаной шерстяной шапочкой и шарфом. Он узнал залатанное грязно-коричневое пальто, которое принадлежало бездомной, околачивавшейся в этом районе последние пару дней. Вероятно, она копалась в мусорном контейнере в поисках еды и спала на одном из крылец или скамеек на автобусной остановке в этом районе. Сегодня для такой ночлежки чертовски холодно.

Возможно, по дороге домой он сможет отвести её в Армию Спасения. Неся свои сумки, он осторожно прошёл мимо неё и направился к мусорным бакам, давая ей время привыкнуть к его присутствию. Рейез поднял крышку и чуть не отшатнулся от протухшей кислой вони. Он бросил пакеты внутрь, позволил крышке захлопнуться и повернулся.

Она все ещё сидела на корточках у стены. Её аура подобна туману, тонкому и серому, но сияла мягким мерцанием, точно посыпанная звёздной пылью. Нездоровая со слабым намёком на силу. В некоторых людях, особенно среди бездомных, магия окончательно не развеялась. Иногда проявлялась в виде интуиции или предугадывания. А порой магия была сильнее. Это позволяло им видеть и слышать то, чего не видели другие, а люди считали их ненормальными.

Рейез шагнул вперёд и замер. Женщина дрожала от напряжения. Она уставилась на него, как дикая кошка, готовая убежать или драться.

При росте сто девяносто четыре сантиметра и могучем телосложении, вероятно, он, выглядел устрашающе. Но, черт побери, возиться с этим весь день у него нет времени. От пронизывающего холода у него болело нутро, превращая сущность в каплю холодной патоки. Рейез неторопливо вернулся к крыльцу с козырьком и топнул ногой.

— Проходите. Согреетесь, а я угощу вас супом.

Когда она не пошевелилась и не ответила, он поспешил мимо и открыл дверь, чтобы войти внутрь.

— Каким? — раздался мягкий шелковистый шёпот.

Рейез замер.

«Это шутка? Что случилось с нищими, которым перебирать не приходится?»

Скопировав высокомерный голос метрдотеля, Рейез повернулся и продекламировал:

— У нас есть сливочный куриный чаудер[3], приготовленный с кусочками юконского золотого картофеля[4] и свежими ядрами сладкой кукурузы, с добавлением жаренного зелёного перца поблано[5] и тёртого монтерей джек с перцем[6]. Сладкий и пряный, он обязательно согреет тебя изнутри.

К тому времени, как он закончил, она развернулась и встала в шаге от него. Такая крошечная. Её макушка едва доставала ему до плеч. Рейез засунул руки в карманы и сгорбился в тщетной попытке скрыть исполинский рост. Со своими габаритами он возвышался над ней как гора.

— У меня нет денег, чтобы заплатить за угощения.

— Согласны помочь мне с уборкой?

Незнакомка кивнула.

— Вот и хорошо. — Он придержал дверь, и она прошаркала мимо него. Рейез с радостью забежал в тёплое помещение и запер за ними дверь.

Когда он обернулся, женщина стояла у стола, стягивая грязные варежки. Он указал на дверь прачечной.

— Можете повесить там пальто и остальные вещи.

Рейез снял своё пальто, повесил его за дверью — на крючок — и достал кастрюлю с супом из холодильника. Насыпав тарелку и убрав остаток, он направился к микроволновой печи. Но застыл на месте, желая проверить степень своего самоконтроля, разогрел еду своей огненной силой.

Над тарелкой поднялся пар пикантного аромата и Рейез не смог сдержать улыбки. Он выложил на стол чистую ложку и несколько упакованных солёных крекеров. Стакан с водой. Раздавшиеся за спиной тихие шаги предупредили его о приближении гостьи.

Рейез поднял глаза и едва не лишился дара речи. Уродливая шерстяная шапочка, потрепанное пальто и вылинявший шарф скрывали девушку, нежную и изысканную, точно самый бледный и светящийся во тьме сорт вешенки. Или, возможно, сказочной принцессы. Девушка мерцала подобно лунному свету, от кончиков шелковистых прямых серебристых волос до молочно-белой кожи. Давно не вспыхивающая в нём страсть запылала в душе. Ему хотелось прикоснуться к блестящей завесе волос.

«Будут ли они прохладными и самородными точно мишура, или мягкими, как шёлк?»

Он скрестил руки на груди и слегка встряхнул головой, пытаясь избавиться от безумных мыслей.

— Не смотрите на меня, как на чудачку, — буркнула она, прижимая к груди армейский зелёный рюкзак. — Я нормальная.

Рейез сглотнул.

Чудачка — не то слово, о котором он думал. Красивая. Стройная. Пожалуй, чересчур худенькая. Ничего критичного. Всё легко можно исправить несколькими калорийными блюдами.

— Я о таком даже не думал.

Холодный синеглазый взгляд скользнул по нему, смягчаясь.

— Всё впереди, — тяжело выдохнула она, ссутулившись. — На меня так всю жизнь смотрят, а я до сих пор не научилась не замечать этого.

«Да, знакомое чувство».

Вот почему ему нравилось жить в вычурном и эклектичном районе Монтроуз. Большие, уродливые парни с татуировками не сильно кидались окружающим в глаза.

Рисунки, покрывшие тело после инициации и обретения джином силы, выделяли его среди толпы. Однако чутье подсказывало, что эта девушка везде будет сверкать подобно звезде. Рейез отвернулся от столь яркой красоты.

— Суп остывает.

Стоило незнакомке придвинуть табурет к столу, Рейез схватил чистое кухонное полотенце и начал вытирать и без того безупречно чистую столешницу.

— Как вас зовут?

В комнате повисла тишина, а Рейез продолжал натирать сверкающую поверхность.

— Селена. — Голос прозвучал сдавленно, словно сорванное под дулом пистолета признание.

«Если не ошибаюсь, Селена по-гречески означает «луна». А, может, это имя богини луны? Хм... В любом случае, оно ей подходит».

— Приятно познакомиться, а я Рейез.

— Разве не я вам должна помогать?

— Когда доедите, помоете за собой посуду.

— Ммм, — простонала она, попробовав чаудер.

Рейез резко повернулся к шкафчику и стал расставлять специи, поворачивая этикетки вперёд. Лучше чем-то заняться, лишь бы не пялиться на неё, словно дурак. Он наслаждался тишиной между ними, нарушаемой только случайным звоном металлической ложки, ударяющейся о край тарелки. Болтовня телеведущих на заднем плане была едва заметна.

— Это вы приготовили?

Рейез закрыл дверцу шкафа.

— Да, — ответил он, вытирая руку кухонным полотенцем и поворачиваясь.

— Это лучший суп, который я когда-либо пробовала, — похвалила она.

Пустая коричневая пивная бутылка с содранной этикеткой стояла рядом с пустой тарелкой. Рейёз нахмурился.

«Откуда она взялась?»

— Простите.

От дрожи в её голосе у него по спине пробежали мурашки. Нехорошее предчувствие закралось в душу.

«Она что, собирается достать пистолет или нож и ограбить его? Испуганный взгляд мечется туда-сюда. Чудесно, я на свою голову решил помочь наркоманке. Зрачок слегка расширен. Неважно, я легко с ней справлюсь».

Он выпрямился, сложив руки на груди.

— За что, Селена?

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя я привязываю тебя к этой бутылке. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

Кровь в его жилах застыла от страха.

— Нет!

Не раздумывая ни секунды, Рейез бросился к ней.

«Нужно разбить бутылку. Я должен во что бы то ни стало остановить её».

С расширенными от страха глазами и дрожащим голосом, Селена повторила фразу ещё дважды, так быстро, что слова прозвучали детской скороговоркой.

С криком ужаса Рейез попытался развернуться и убежать. Инстинкт возобладал над разумом и реальностью, но невидимая сила заарканила и потащила его к ней.

Кожа напряглась, когда сила зажужжала в нём подобно рою разъярённых пчёл, умоляя о высвобождении. Он дёрнулся, дрожа. У него перехватило дыхание. Рейез не хотел пользоваться огнём и ранить её. На мгновение их взгляды скрестились. Большие лавандовые озёра, охваченные страхом. Что-то более древнее, смиренное затеняло их глубины.

Все мысли испарились, кроме одной кристально чёткой. Сейчас стоит выбор между нею и им. Жёлчь подкатила к горлу, заполняя рот горечью. Он поклялся никогда больше не использовать свою силу во вред.

Рейез сглотнул.

«Но смогу ли я жить в заключении? Стать чьим-то рабом? А если мне прикажут навредить многим людям? Отнять жизнь у невинных душ».

Он почти добрался до стола. Рейез прищурился и обрушил на неё всю свою силу. Обжигающий, бурлящий жар пронзил его до кончиков пальцев и вышел наружу. Обретя форму, пламя понеслось извивающимися огненными змеями, плывущими по воздуху.

Селена побледнела ещё больше, но не сдвинулась с места. Огонь охватил и окружил её, покрывая с головы до пят. Языки пламени облизывали каждый миллиметр миниатюрного тела. Она стояла там подобно пылающему человеческому факелу. Один вдох, два вдоха, три, а затем пламя исчезло, оставив её невредимой.

У Рейеза глаза на лоб полезли.

«Кто она такая?»

Он схватился за стол, пытаясь сопротивляться, но сила связующего заклинания впилась в человеческое тело и потянула, засосала, как пылесос, и выплюнула в бутылку.

Мгновенно опустившаяся пробка отрезала ему путь к отступлению.

Глава 2

На мгновение сердце Селены замерло и болезненно сжалось, а после судорожного вздоха бешено заколотилось в груди. Неожиданно, тёмные делишки Уоррена принесли свои плоды. Пламя огненного джинна не испепелило её. Выходит, превращение в доппельгангера[7] имело свои преимущества. Дрожь пробежала по телу.

Селена посмотрела на закупоренную бутылку.

Рейез...

Он выглядел невероятно в своих выцветших джинсах, обтягивающей чёрной футболке, прикрывающей мускулистое тело с татуировками из чёрных языков пламени, облизывающих смуглую кожу на его бицепсах и коротко подстриженной голове. Тем не менее, всего несколько слов уменьшили его до размеров пузырька от таблеток Кейда.

С искажённым от ярости лицом Рейез стучал по дымчатому стеклу двумя кулаками, заставляя бутылку дрожать на столе. Кто знал, что мускулистого и татуированного здоровяка можно так легко изменить? Очевидно, Уоррен.

— А теперь несколько слов от нашего мэра. — Заявление телевизионного репортёра потрясло Селену как удар электрошокера. Она подошла ближе к экрану и прибавила громкость, когда камера переключилась на Уоррена в тёмно-сером костюме, красном галстуке и с мрачным выражением лица. Припорошенные серебром виски придавали внешности утончённости. Голубые глаза смотрели прямо в камеру на зрителя, когда он предупреждал об ухудшении погодных условий, вероятном отключении электроэнергии, опасности обрыва линий электропередач и других всевозможных неприятностях.

— Хочу заверить вас, что сотрудники учреждений города Хьюстон, включая управление по чрезвычайным ситуациям, пожарные, полиция, общественные организации и лично я, делают всё возможное, чтобы позаботиться о вас и ваших семьях. — Глубокий, спокойный голос придавал словам дополнительной весомости. — Однако просим вас проявить бдительность. Зарядите мобильные телефоны, запаситесь едой, водой, батарейками и другими средствами первой необходимости. Не рискуйте понапрасну и не паникуйте.

— Как будто тебе есть дело до других, — Селена встала на цыпочки и выключила телевизор. К сожалению, все остальные горожане купились на эту проникновенную речь. Вероятно, в столь блистательную игру на публику поверить легче, чем суровой реальности. Если бы Селена кому-нибудь сказала, что её отчим, добрый мэр, на самом деле злодей, который с помощью магии разделил её на две сущности, она бы в два счёта угодила в психушку. Но кто тогда защитит Кейда от него?

Руки непроизвольно сжались в кулаки, а ногти впились в плоть, когда нахлынули воспоминания о разделении её на две части — с головы до пят, включая душу. Болезненная процедура, оставившая ощущение разбитости и потери. Селена ежесекундно скорбела об этой утрате.

И пока доппельгангер исполняла поручения и была почти неуязвима, вторая половина прибывала в коме, оставаясь уязвимой, смертной и подверженной любым пыткам, которые взбредут Уоррену в голову. Конечно, если тело уничтожить, «двойник» тоже погибнет.

Селена тяжело вздохнула. Она сделает Уоррена счастливым и будет плясать под его дудку, пока не придумает способ уберечь от него Кейда. Даже если для этого придётся бросить в лапы безумного Уоррена кого-то другого.

На неё нахлынуло отвращение к себе, и слёзы обожгли глаза.

Селена сжала губы и вздёрнула подбородок.

Это неважно. Абсолютно. Сейчас необходимо запастись припасами, забрать Кейда, доставить бутылку и благополучно вернуться домой.

«Успею ли я с Кейдом после школы заехать в магазин?»

Из-за надвигающейся бури там наверное царит хаос. С другой стороны, руководство тоже может отправить сотрудников по домам и рано закрыться. Она вспомнила о заполненной яствами ресторанной кладовой, которую она видела, вешая пальто.

Селена подбежала и осмотрела стеллажи от пола до потолка. Нет ничего полезнее упаковок спагетти с сыром или консервированного тунца. Селена вздохнула и схватила несколько пачек с макаронами, консервированными помидорами и томатной пастой, а также большую банку арахисового масла, которую нашла поодаль на одной полке. Она отнесла всё на стол, решив совершить набег на холодильник и морозильную камеру.

Вскоре к припасам добавилось несколько яблок, виноград, коробка прекрасной клубники, сельдерей и морковь, модная бутилированная вода, несколько разных видов сыра, замороженных упаковок колбасы и бекон. Конечно, на такой кухне не было куриных наггетсов. Уперев руки в бёдра, она оглядела кучу.

Чувство вины скрутило желудок, и съеденный суп будто закаменел. Не следовало ей есть его еду и принимать доброту. А ради Кейда ей нужно оставаться сильной и бесстрастной. Но от ароматного супа у неё слюнки потекли. А единожды отведав, оторваться от такого угощения не было сил. Стоило подумать об этом заранее. Теперь она воровала у доброго мужчины... джинна... неважно.

«Кейд. Думай. О. Кейде».

Перед внутренним взоров встала чересчур худенькая фигура брата с тонкими конечностями и слишком большими ушами. Если сильно похолодает и отключится электричество, без еды он долго не протянет.

Расправив плечи, она прошла в прачечную и взяла припрятанный там пустой портативный морозильник. Упаковав еду и напитки, Селена схватила бутылку пива и, проверив надёжность закрытой пробки, засунула ту в свой рюкзак. Уоррен не обрадуется, если эта чёртова стеклотара потеряется. Селена поставила рюкзак на сундук и оглядела сверкающую кухню.

Оставленная ею грязная посуда выбивалась из общей идеальной картины. На мгновение её охватило сожаление.

Очень прискорбно, что под рукой не было фотоаппарата, чтобы запечатлеть на снимке красивого покрытого татуировками шеф-повара в своей стихии. Портрет вышел бы потрясающим. А ещё она пожалела, что не встретила Рейеза при других обстоятельствах. Горькая улыбка тронула губы. Если бы только желания сбывались, она бы пожелала избавиться от всех своих бед.

Селена вздохнула.

Сделка есть сделка.

Дрожащими руками она отнесла миску, ложку и стакан в раковину, включила тёплую воду. Рутинное мытье посуды и ополаскивание мыльной пены с запахом лимона успокоили и позволили собраться с мыслями. К тому времени, как она вытерла руки о чистое полотенце, висевшее у раковины, Селена решила: нет смысла чувствовать вину за то, что исправить не в её власти.

Она вернулась обратно в прачечную и оделась. Учитывая, что на дворе лютует зима, словно разъярённая сука, а болеть сейчас непозволительная роскошь. Подхватив портативный холодильник на колёсиках, Селена поспешила к двери. Но замерла, заметив тёмно-серое пальто Рейеза. Протянув руку, она схватила лацкан большим и указательным пальцами, поглаживая изнанку. Нейлон снаружи и тёплый флис внутри, заманчиво. Но бедный Кейд утонет в нём.

Селена проверила карманы. Бинго! Она вытащила бумажник, телефон и ключи. Смартфон оставила на столешнице — кто знает, какие у него способности к отслеживанию, — а бумажник перекочевал в карман её пальто. Ключи в связке были аккуратно помечены. Селена покачала головой. Люди с анальным типом личности[8] нереально упрощали жизнь.

Её телефон зазвонил. Селена испугано подпрыгнула и, вытащив его из кармана, посмотрела на экран.

«Уоррен. Кто бы сомневался».

Поджав губы, Селена взяла трубку:

— Алло.

— Почему так долго? — Холодный, резкий тон вызвал у неё волну гнева.

— Не знала, что у меня есть ограничения во времени.

— Поездка в обе стороны от моего дома до «Огненных чаш» меньше десяти километров. Ты ещё полчаса назад должна была вернуться.

— Значит, моё время рассчитано посекундно? — Она показала ему средний палец. То, чего он не видел, никак не навредит. — Хм, на дворе буран века, обледенелые дороги, не говоря уже о пленении джинна — что-нибудь из этого списка фигурировало в расчётах?

Уоррен хмыкнул.

— Ты заполучила джинна? Он в той бутылке, что я дал?

— Джинн со мной.

— Отлично. — Его голос слегка потеплел.

И пока отчим прибывал в хорошем расположении духа, Селена решила рассказать об инциденте с бутылкой.

— Тот сосуд, — выпалила она. — Разбился.

— Что? — Прошипел Уоррен сквозь сжатые зубы. — Это была дорогая бутылка, единственная в своём роде. Ручная работа египетского ремесленника, украшенная настоящим золотом.

Роскошное, богато украшенное красное стекло. В стиле телесериала «Я мечтаю о Джинни[9]». Кричащий цвет для тех, кто любит пускать пыль в глаза.

— На поверку, ёмкость оказалась хрупкой, — заявила она. — Я заменила её на более прочную. — И уродливую. Селена усмехнулась. Бедный Уоррен будет вынужден поставить пивную бутылку в своём со вкусом обставленном кабинете.

Повисла продолжительная пауза, прежде чем он со вздохом сказал:

— Отлично. По крайней мере, ты заполучила джинна. — В конце предложения тон стал снова жизнерадостным. — Погода совсем разбушевалась, хочешь, я заберу Кейда?

Стоило отчиму упомянуть имя брата, как Селена утратила весь боевой запал. Ей не хотелось, чтобы Уоррен подходил к Кейду даже на пушечный выстрел.

— Нет. — Она сглотнула. — Не нужно, спасибо. Я заберу его из школы, а потом привезу бутылку.

— Не заставляй меня ждать. — Со щелчком звонок оборвался.

Она захлопнула телефон и чуть не швырнула тот через всю комнату. Лишь практичность и бережливость не дали ей сделать что-то настолько бесполезное. Селена перекинула рюкзак через плечо, выключила свет и вышла на холод. Кружащиеся и летящие снежные вихри наполнили воздух. Она заперла заднюю дверь, сунула ключи в карман пальто, а затем, спотыкаясь, направилась к своей машине, волоча за собой переносной холодильник.

***

Мариям стояла, неподвижная и невидимая, у задней двери ресторана, пока вихри кружились и танцевали в воздухе. Она чуть не рассмеялась вслух, наблюдая за тщедушной человечишкой, закутанной в одежду и несущей какую-то коробку. Так неловко и нелепо.

Холод не беспокоил её. Внутри всё будто заледенело с момента смерти Мансура: её воздушная и водная сущность, казалось, слились в лёд. Она приносила с собой зиму, куда бы не пошла.

Мариям подняла руки и согнула пальцы. Длинные, острые когти блестели иссиня-черным. Они могли разрезать всё: шерсть, ткань, кожу, плоть, сухожилия и мышцы. Рвать, раздирать, кромсать. Страстное желание, чистое и отчаянное, пронзило, обжигая вены подобно кислоте.

— Приятно, это будет так невообразимо приятно, — прошептала она.

Облизнув губы, злодейка повернулась и приготовилась броситься на спешащую женщину. Но древнее воспоминание всколыхнулось в воспалённом мозгу, навевая образ. Рейез. Мариям снова повернулась и уставилась на дверь. После многих лет поисков она, наконец, нашла его. Недавний всплеск силы, личная подпись огненного в эфире, позволил ей выследить харамджаада до этого места. Она наблюдала и ждала своего шанса. Но вокруг всегда сновало слишком много народа. Надоедливые людишки.

Мгновение Мариям стояла, раздираемая нерешительностью, вертя головой взад-вперёд между двумя потенциальными жертвами. Она посмотрела на блёкло светящуюся ауру девушки с лёгким беспокойством. Ещё одна мысль промелькнула в голове.

«Не показывайся людям. По какой-то причине, крайне важно не напоминать людям о джиннах, даже несмотря на то, что они целую вечность делят этот мир».

Мариям покачала головой, пытаясь хоть немного прояснить царящую там неразбериху.

Шёпот в голове говорил с ней.

«Отпусти человека, доберись до… Рейеза».

Теперь, когда человечишка ушла, пришло время принести зиму Рейезу. Заставить подонка заплатить за смерть Мансура.

Мариям подошла к закрытой двери. Глубоко вздохнув, она растворилась в тонком холодном тумане и просочилась внутрь сквозь щели.

Глава 3

Рейез стиснул зубы и зажмурился, когда жёлчь подступила к горлу. Голова закружилась. При длительных поездках в любых видах транспорта его, как правило, укачивало. Выходит, они куда-то едут. Да уж, весёлого мало, сидеть запертым на дне бутылки и страдать от тошноты. И это не говоря уже о том, что это была пивная бутылка с наполовину оторванной этикеткой. Серьёзно, неужели она не могла найти что-нибудь более достойное?

Он сглотнул и свернулся калачиком, обхватив руками колени и спрятав лицо. Стыд за собственную слабость, — великий огненный джинн, одураченный женщиной и страдающий морской болезнью, — обжёг его.

Когда он выйдет, обманщица заплатит.

«Селена». — Имя эхом отозвалось в голове, воскрешая в памяти лицо. Столь красивое и вероломное. — «Некоторые вещи никогда не менялись», — продолжал размышлять он.

Рейезу показалось, что его сейчас стошнит, но неожиданно автомобиль остановился. Мир несколько раз закрутился по спирали и успокоился. Он прерывисто вздохнул. Возблагодарив Создателя.

Хлопнула дверь и раздался звонкий детский голосок:

— Ты взяла мне что-то перекусить?

— Конечно. Посмотри в рюкзаке.

Инстинктивно Рейез стал невидимым. Через несколько мгновений веснушчатый мальчик лет десяти заглянул внутрь вместе с лучами света и стал рыться рукой. Рейез пробормотал тихие проклятия, когда бутылка дёрнулась. Слабая улыбка осветила лицо паренька, когда тот схватил что-то блестящее, серебряное. Затем мальчик исчез, и Рейез снова оказался в темноте.

— Батончик «Марс»! Мой любимый. Спасибо, Лена.

— Только лучшее для моего мужчины. Кейд, ты дрожишь. Погоди, я сейчас включу отопление. — Полные любви и заботы слова согревали душу. Хотя она и не обращалась к нему, её успокаивающий тон погасил гнев Рейеза.

«Как могла столь заботливая девушка посадить в тюрьму другое существо? Почему?»

Напряжённый мужской голос заполнил машину. Репортаж по радио об ухудшении погоды, дорожно-транспортных происшествиях и перекрытии дорог подсказал ему, что девушка включила радио.

— Проклятье! Всё быстро летит в тартарары. — За вспышкой Селены последовал глухой удар, а затем мгновение тишины. — Прости мою грубость, Кейд.

— Мы доберёмся до дома? — спросил мальчик дрожащим от страха голосом.

— В худшем случае — нет, мы застрянем здесь, и нас загонят в школу, где есть генераторы и еда, чем не пикник, — попыталась успокоить Селена. — А если повезёт, поедем очень осторожно и медленно. Благополучно доберёмся до дома. Ты же знаешь, отсюда нам рукой подать. А потом я приготовлю тебе горячий шоколад с зефиром. Что скажешь?

— Здорово. — тихий ответ, но голос уже не срывался. — Может, я смогу слепить снеговика?

— Не в такой буран. — Голос смягчился, когда она добавила: — Но, может, потом, если снег не растает.

Рейез глубоко вздохнул. Итак, у Селены есть ребёнок, о котором она заботится. Он закрыл глаза и прислонился спиной к стеклу. Женщину всё равно придётся наказать. Просто не так жёстко, как он сначала собирался. Ради малыша.

Движение возобновилось, и он перестал думать.

***

Селена разочарованно выдохнула, когда её восьмилетняя «Хонда Цивик» остановилась в пробке бампер к бамперу с другими автомобилями. Красные задние фары мигали ей сквозь пелену снега и крупы. Дворники на ветровом стекле скрипели, не справляясь с обильными осадками.

Напряжение усилилось, когда диктор по радио поделился списком перекрытых дорог. Включая автомагистраль 610[10]. Выходит, она никак не сможет отвезти бутылку Уоррену.

«Твою мать!»

Она вздрогнула, несмотря на обогреватель, обдувающий её горячим воздухом.

Её накрыла усталость. В некоторые дни не стоит вставать с кровати. Единственное, чего ей хотелось, это вернуться домой, закрыть дверь и спрятаться от всего мира. Сделайте небольшой перерыв в бесконечном списке дел.

Она бросила ободряющую улыбку через плечо Кейду. Брат сидел бледнее мела.

— Держись за что-нибудь, малыш.

Как только в потоке машин появился просвет, она направила хонду в него, пересекла дорогу и въехала в заросшую травой канаву. И хотя машина старенькая, на ней они запросто доедут домой по просёлочной дороге. Казалось, мир сошёл с ума, и в такие минуты мечтаешь о домашнем уюте. Слава Богу, она жила не слишком далеко.

Ветер задул сильнее. Он ревел и метался, и временами Селене казалось, что она слышит женский плач. Добавьте к этому постоянный шквал мокрого снега, бьющий по металлической обшивке автомобиля. По звукам кто-то или что-то царапалось, пытаясь проникнуть внутрь.

Селена подавила рыдание. Она сходила с ума. Другого объяснения нет. Сильные порывы ветра, налетавшие на машину, вынуждали так сильно сжимать руль, что ногти впивались в кожу, а мышцы шеи ныли. Она наконец расслабилась, когда машина въехала в ворота апартаментов «Беллер Хейвен».

Она как никогда обрадовалась их возвращению в крошечную двухкомнатную квартиру. Обычная двадцатиминутная поездка на этот раз заняла два часа. Уже было почти шесть и темно, но всё же... они добрались домой целые и невредимые.

Селена припарковала машину, натянула капюшон, схватила рюкзак и переносной холодильник. Опустив головы и прижавшись друг к другу, они побежали вверх по лестнице.

Добравшись до двери своей квартиры, брат с сестрой дрожали, точно чихуахуа во время грозы. Селена достала ключи, умудрившись дважды уронить их. Третья попытка увенчалась успехом. Селена вознесла безмолвную молитву и отперла замок.

Стоило двери открыться, она протянула руку и щёлкнула всеми выключателями, до которых смогла дотянуться. Тёплый свет приветливо отражался от белых стен и потолка из попкорна. Она закрыла и заперла дверь, а потом крепко обняла Кейда.

Брат прижимался к ней несколько секунд, а затем заёрзал.

— Пусти, мне нужно идти.

Селена поцеловала его в макушку и разжала объятия.

— Не забудь помыться и переодеться.

Кейд бросился в коридор, ведущий в ванную, но остановился у искривлённой маленькой сосны и включил огоньки. Деревцо весело и красочно засияло от увешенных на ветках украшений и мишуры. Сердце слегка сжалось. Невысокая и неказистая. Селене удалось сторговаться до приемлемой цены. И даже тогда её мучили сомнения, брать ли деньги из их ограниченного бюджета на ель, но, глядя на лицо брата, Селена поняла, игра стоила свеч.

Вздохнув, она посмотрела на рюкзак и достала мобильный телефон. Уоррен звонил дважды. Ей лучше перезвонить, пока тот окончательно не разозлился.

Уоррен взял трубку после первого гудка.

— Где ты с моей бутылкой?

Она крепче сжала телефонную трубку. Селена до смерти боялась его, но изо всех сил старалась не выказывать своего страха.

— Я просто следую твоему совету жителям Хьюстона, — сказала она. — Не подвергаю себя ненужному риску.

— Селена... — От его интонации у неё по спине пробежал холодок.

— Дороги перекрыты, и нулевая видимость, я не могу добраться до тебя. — Она прислонилась к стене, ослабляя хватку. — Что мне по-твоему делать? Выпустить джинна из бутылки и пожелать, чтобы тот доставил нас к тебе?

— Не дури и не прикасайся к бутылке. — Рявкнул он, повесив трубку.

Последние слова Уоррена не выходили из головы, пока Селена готовила и подавала ужин. К счастью, даже она не смогла испортить консервированный перец чили и запечённый в микроволновке картофель. А сытная начинка из тёртого сыра могла скрыть многие недостатки. Она также добавила оказавшуюся под рукой виноградную пасту.

— Лена, что-то случилось?

— Что? — Она вздрогнула и посмотрела на Кейда. — Почему ты спрашиваешь?

— Я рассказывал тебе о фильме, который мы смотрели сегодня в школе, но ты не слушала.

Виноватый румянец проступил на щеках, и Селена выдавила улыбку.

— Прости.

— И ты почти не притронулась к еде. Ты заболела? — Кейд озабоченно взирал на неё.

— Я... я недавно немного перекусила, — призналась она. Вспомнив суп, приготовленный Рейезом. И чувство вины стало почти непреодолимым. Она все ещё не могла поверить, что тот мужчина действительно оказался джинном, — или ифритом[11], по словам Уоррена, — и его засосало в бутылку.

— Этого не нужно было делать.

— Вот именно. Перекусы портят аппетит. Видишь, — она улыбнулась Кейду. — Так какой фильм ты смотрел в школе?

— Аладдин.

Желудок скрутило узлом. Проклятье. Неужели Вселенная посылает ей какое-то сообщение? Джинны действительно существуют. Она никак не могла в это поверить. Даже, когда выполняла поручение Уоррена, пока не увидела воочию.

— Аладдин? И что в нём познавательного? — Она опёрлась локтями на стол и закрыла лицо руками. — Я вожу тебя в школу смотреть фильмы? — Когда Уоррен упомянул о поимке джинна, Селена подумала, что он окончательно сдурел. И в тайне порадовалась этому.

Учитывая прошлое, Селена знала, что магия существует. Но человек, занимающийся колдовством, почему-то казался более реальным, чем волшебное создание. Неужели единороги и драконы тоже существуют?

Кейд скорчил гримасу.

— Фильм — награда за то, что весь класс достиг нашей цели по чтению. Нам даже пиццу заказали.

— Кино и пицца? — Она широко раскрыла глаза. — Пожалуй, стоит и мне вернуться в школу. — Но Уоррен оказался прав. В чем он ещё не ошибался? Может быть, ей не стоит отдавать бутылку злодею. Джинн ведь волшебный. Магия всё знает о чарах, возможно, даже умеет разрушать заклятия.

Дрожь пробежала по телу, когда она вспомнила горящие диким алчным огнём глаза Уоррена при одном упоминании о могущественном джинне. Если он не получит бутылку, то совсем слетит с катушек и станет опасным. Стоит ли рисковать?

Внутри всё скрутило узлом. Идти против Уоррена — всё равно что «пойти ва-банк». Всё или ничего. Одному богу известно, что он сделает с её погружённым в кому телом, если она открыто бросит ему вызов.

Кейд хихикнул.

— Ты слишком старая.

Слушая вполуха, Селена взъерошила брату волосы и показала язык. Украсть бутылку так же глупо, как перелезть через забор и пнуть быка. Но если джинн действительно столь силён, она должна попытаться и рискнуть ради Кейда. Кто ещё, кроме мифического существа, поверит, что Уоррен с помощью магии высасывает жизненную силу из её брата?

Сердце в груди сжалось, когда она посмотрела на его бледное, худое личико с заметными тенями под глазами. Кейда нужно спасти любой ценой. Благополучие брата всегда было и будет для неё на первом месте.

— А тебе давно пора баиньки.

После преувеличенного зевка и потягивания он оттолкнулся от стола.

— Отличная идея. Я устал.

— Ах ты, лгунишка. Не забудь почистить зубы. — Селена убрала со стола и попыталась придумать, как договориться с джинном. Это будет непросто, учитывая, что он на неё зол и хотел поджарить.

Стоило Кейду забрался в постель, она укутала его одеялом до самого подбородка.

— Спокойной ночи. Сладких снов. Не позволяй клопам кусаться.

На губах малыша заиграла улыбка, Селена наклонилась и поцеловала его в лоб. В глазах защипало от непролитых слёз. Она вскочила на ноги и опрометью бросилась из комнаты. В дверях она выключила верхний свет и включила ночник. Затем украдкой бросила на брата взгляд.

Кейд лежал на боку, свернувшись калачиком, как креветка, плавающая в голубом океане покрывал.

«Боже, он такой крошечный. Я должна спасти его из лап Уоррена».

Глава 4

Тьма рассеялась, и просочившийся сквозь стекло свет вывел Рейеза из оцепенения. Он поднял голову с колен. Селена поставила бутылку на стол и взирала на него.

— Привет, — сказала она. — Как ты?

«Серьёзно?»

Он свирепо посмотрел на неё и опустил два больших пальца вниз.

Селена вздрогнула и попятилась.

— Знаю, мы не с того начали, и я правда очень сожалею об этом, но нам нужно поговорить. Кивни, если согласен.

На этот раз Рейез показал ей средний палец. Не самое удачное решение, но сдержаться он не смог.

«Поговорить? Она не могла говорить, сидя у меня на кухне и уплетая суп?»

— Будь благоразумен, — попросила Селена, нахмурившись. — Для нас обоих это беспроигрышный вариант. Ты поможешь мне, и я отпущу тебя.

Они уставились друг на друга, как дуэлянты, прежде чем спустить курок. Наконец, он нарушил молчание.

— Конечно.

«Хренушки! Не в этой жизни, детка».

Её напряжённые плечи заметно расслабились.

— Отлично. Я выпущу тебя, но ты должен пообещать, что не навредишь мне.

Рейез улыбнулся на тридцать два зуба, выпятил грудь и с энтузиазмом поднял два больших пальца вверх.

Селена нахмурилась, и он изменил позу. Она расхаживала взад-вперед, как пантера в клетке. Гибкая, смертоносная и взбешённая.

«Чёрт возьми, ей то с чего злиться?»

Он огляделся. Казалось, они находились в крошечной квартире-студии. Стены увешены чёрно-белыми большими фотографиями. Снимки от маленького карапуза до мальчишки в капюшоне, которого он недавно видел. На всех фотографиях глаза паренька светились озорством и любовью.

Рейез поморщился, вспомнив голые белые стены своей собственной квартиры. Он проводил большую часть времени на работе, поэтому даже не задумывался о подобном. Кроме того, у него нет близких, которых захочется сфотографировать. Сердце заныло в груди. С этим ничего не поделаешь, его жизнь какая есть. Если он когда-нибудь выберется отсюда, то пойдёт и купит какую-нибудь картину. Возможно, сделает несколько снимков на овощном или рыбном рынке.

Селена осторожно приблизилась и остановилась перед ним. С мрачной решимостью она потянулась вперёд. Руки предательски дрожали, когда девушка вытащила пробку.

Внутрь ворвался свежий воздух, и Рейез глубоко вдохнул, вознеся безмолвную благодарственную молитву Создателю.

Через отверстие он увидел круг фактурного белого цвета, висевший на горлышке бутылки, точно недосягаемая луна. Наверное, потолок. Он медленно поднялся на ноги, разминая мышцы и расправляя плечи.

Прошло несколько минут, Селена не спешила снова закупоривать пробку. Он успокоился, сосредоточившись на этом крошечном кусочке потолка. Гнев ярко вспыхнул, укрепляя решимость. Напрягая мышцы ног, Рейез рванулся вверх, навстречу свободе.

Однако приблизившись прямо к горлышку бутылки завис. Воздух дразнил и искушал, подталкивая сделать последний рывок. Разум же предостерегал. Женщина заманила его в ловушку и теперь откупорила бутылку, утверждая, будто хочет «поговорить»... Какие ещё испытания и бедствия ждут его снаружи?

Рейез обернулся тёмный, клубящийся дымом. Принял форму, которую трудней всего изловить и удержать... только магией. К сожалению, похоже, Селена чародейка.

«Что ж, я не трус и не сдамся без боя. Да и не глупец к тому же. Второй раз ей меня не провести».

Рейез вошёл в комнату, выпустив сначала несколько струек дыма, будто пробовал пальцами воду. Когда ничего страшного не произошло, он двинулся вперёд огромным клубящимся облаком. Воздух наполнился дымом.

Девчонка — коварный враг — стояла на приличном расстоянии, целясь в него из огнетушителя. Несмотря на ситуацию, Рейез едва не рассмеялся. Мысль неплохая, но пена ему не страшна. Тем не менее, от яростного света в тёмно-синих глазах и твёрдой, как скала, позы захватывало дух.

Красивая, храбрая, великолепная девушка, которой нужно преподать урок.

Рейез взял себя в руки, превращая эфемерный дым в более прочную форму. Решив стать невероятно смуглым и мускулистым, вдвое больше своей человеческой оболочки. Его сущность, подпитываемая гневом, горела жарко, заставляя кожу светиться тёмно-красным, точно тлеющие угли.

«Что ж, тебе захотелось джинна, девочка. Получи».

Он облачился в свободные пышные брюки из чёрного шелка и жилет в тон. Добавив образу злодейскую бородку, полный рот заточенных зубов и иллюзию пылающего ятагана в одной руке.

Рейез широко улыбнулся. Воины, гиганты по сравнению с ней, тряслись от страха при виде его в подобном обличье.

С раскатом грома и вспышкой молнии он рассеял дым и предстал пред её взором.

— Я бы рассыпалась в аплодисментах, но у меня руки заняты, — заявила она. — Можешь убрать свой большой меч. В последний раз, когда ты пытался напасть на меня, он тебе не помог.

«И почему, спрашивается?»

Рейез прищурился, не сводя с неё глаз.

— Я не нападал на тебя, а пытался защититься. — В притихшем голосе появилась опасная мягкость, когда он пожал плечами. — Извини, но меч останется до тех пор, пока ты вооружена.

Селена положила огнетушитель и демонстративно подняла руки. Рейез погасил меч.

Она опустила руки и заглянула ему в глаза.

— Нам нужно поговорить.

Рейез скрестил руки на груди и сердито посмотрел на неё сверху вниз. Пока они буравили друг друга взглядом в гробовой тишине, он продолжал накалять жар, согревая комнату.

Воздух стал горячим и липким, словно палящее солнце в пустыне опустилось на землю и проникло в крошечную квартирку. Пот выступил бисеринками на её коже, а затем ручейками потёк по лицу и шее. Розовая хлопчатобумажная футболка вмиг взмокла, давая взору дразнящие намёки на скрытые под тканью восхитительные изгибы.

«Проклятье, у неё потрясающая фигурка. Просто загляденье».

— Чего ты хочешь? — Его голос расколол тишину, подобно грохоту извергающегося вулкана.

Язычок, розовый и нежный, скользнул по губам.

— Желание.

Вспышка горячего желания пронзил чресла. К счастью, пышные штаны скрывали доказательство греховной страсти.

«Она что, ведьма? Пытается с помощью магии околдовать и приворожить? Милостивый Создатель, это не может повториться снова».

Душу сковал страх, но Рейез отмахнулся от него. Селена не обладала сильной магией. Рейез поменял положение, скрывая своё состояние. Возможно, дело в другом, ему просто нужен хороший секс. Давненько у него никого не было.

Качая головой, он опустил взгляд, а потом посмотрел на неё.

Люди верили в самые безумные вещи — горшки с золотом в конце радуги, счастливые кроличьи лапки (бедным кроликам не так повезло) и джиннов, исполняющих желания.

Рейез склонил голову набок и поднял бровь, не сводя с неё взгляда.

— Желание?..

Селена вытерла пот со лба и кивнула.

— Да, я освободила тебя из бутылки и теперь хочу исполнение желания.

«Зашибись! Эта женщина блаженная и чертовски невыносимая».

В комнате стало жарко, и свет вспыхнул ярче. Красные, синие, зелёные и жёлтые огоньки на рождественской ёлке создавали радужное сияние, отражаясь в серебристых волосах и на бледной кожи.

«До одури красивая».

Рейез стиснул зубы и насторожился. Она продолжала отвлекать его.

«Пора заканчивать с этим. Давай, сосредоточься».

Маленькие язычки пламени лизнули тело.

— Ты сейчас похож на дурацкое чучело, — прошипела она, снова хватая огнетушитель. — У меня нет ничего, кроме дешёвой, легковоспламеняющейся мебели, которую не жалко пустить в расход. — Угроза закончилась на скрипучей ноте.

Рейез оглядел комнату. Она не шутила. Обстановка скудная: уродливый коричнево-клетчатый диван со сложенным на одном углу потрёпанным пледом, синее кресло-мешок по виду растерявшее половину шариков, книжная полка из прессованного дерева, набитая книгами, и запятнанный, изрядно поцарапанный журнальный столик. Ковёр цвета овсяных хлопьев и белоснежные стены из гипсокартона. С этого места можно было разглядеть обитые пластиком кухонные шкафы. Всё довольно дешёвое, изношенное и легковоспламеняющееся.

«Может, правда, она так сильно нуждается в чуде и исполнении желаний».

От этой мысли проснулись муки совести, но спускать с крючка должницу он не собирался.

Рейез притушил пламя и подошёл ближе. Селена отступила, удерживая перед собой огнетушитель.

— Именно ты пленила меня, — заметил он. — А теперь хочешь получить награду за освобождение?

Рейез наклонился к ней достаточно близко, чтобы насладиться нежным ароматом лаванды. И увидеть учащённое биение пульса в сексуальной впадинке у основания покрытой испариной шеи. Ему хотелось поцеловать манящую кожу. От нужды к горлу подкатил ком. Сущность охватила необъяснимая, отчаянная потребность.

«Она — коварная искусительница. Враг!»

Он снова перевёл взгляд на её лицо и издевательски хохотнул.

— Так не пойдёт, милая.

Селена пятилась, пока не упёрлась в стену, а затем остановилась. Беспокойство и что-то ещё омрачили её взгляд.

— Тогда как?

Потребность прикоснуться к ней, прильнуть кожей к коже, была сродни зову сирены. Остатки рассудка умоляли перестать думать членом и твердили, что она ходячая проблема, от которой нужно побыстрее уносить ноги. В качестве компромисса он упёрся руками о стену по обе стороны от её головы, удерживая в своеобразной ловушке.

Её взгляд метнулся вниз, а потом она снова заглянула ему в глаза. Кончик язычка облизнул нижнюю губу. Приоткрыв губы, Селена чуть наклонилась вперёд.

«Черт, я вляпался по самое не балуйся»

Они долго буравили друг другу взглядом.

— Извини, милая, у меня нет инструкции по эксплуатации.

— Перестань называть меня милой.

— Отчего же? Тебя это беспокоит, ми... — он поперхнулся проклятым словом. Связанный джинн должен подчиняться командам своего тюремщика до тех пор, пока тот не отпустит его или не отдаст бутылку кому-нибудь другому. Но, похоже, ей об этом неизвестно, а он не собирался упрощать задачу.

Рейез выдавил ухмылку.

— А знаешь, что? Вместо этого я буду звать тебя лапочкой.

— Не надо...

— Хотя лучше, наверное, сладкая приманка, раз уж ты поймал меня в ловушку. — Оборвал он, не дав ей закончить.

— Зови меня — Селеной. — Казалось, синие очи вглядываются в самую душу. Кончик язычка опять скользнул по губе. Селена подняла глаза и моргнула. — Ладно, признаю, я поступила неправильно, и мне искренне жаль. — Голос дрогнул. — Но ты должен мне помочь.

Принуждение нахлынуло на него, как невидимый дождь. Рейез сдавленно вздохнул и собрал дрожащий по швам контроль в кулак. Если бы он только смог удержать её от конкретики. А ещё перестал отвлекаться на соблазнительный аромат и смог игнорировать отчаяние в синих омутах. Тогда ему бы удалось освободиться.

Рейез отступил назад, увеличив расстояние между ними.

— Почему же? Мои проблемы начались именно тогда, когда я пытался тебе помочь.

— Прости, мне искренне жаль. — Она сделала паузу и прикусила нижнюю губу. — Ты должен помочь мне, в противном случае, у меня не останется другого выбора, кроме как запечатать тебя обратно в бутылку.

Угроза подействовала на него, как ушат ледяной воды.

«Как, чёрт возьми, мне могла понравиться эта женщина? Волшебство, не иначе».

От беспокойства волосы на затылке встали дыбом.

— Эгоистичная сука. Вот ты кто на самом деле.

— Да, хоть горшком назови. — Рявкнула она, придвинувшись вплотную к нему. Её гнев вторил бушующей в нём ярости. — Только помоги!

Он сжал руки в кулаки и наклонился к ней. Облачка её отрывистого дыхания скользили и порхали по его коже, подобно изощрённой ласке, отчего дрожь удовольствия устремилась к паху.

«Думай головой, а не тем, что между ногами, приятель».

— А не пошла бы ты...

— Лена! — Небольшой вихрь пронёсся мимо него, и через несколько секунд маленький мальчик обхватил своими худыми ручками стройную фигуру Селены. Он оглянулся через плечо на Рейеза широко раскрытыми от страха глазами.

— Ох, — выдохнула она и уронила огнетушитель на ковёр, где тот приземлился с приглушённым стуком и откатился в сторону. Селена обняла мальчонку и попыталась загородить собой от Рейеза. Но мальчик напрягся, упираясь пятками в ковёр.

— Нет! Я не хочу, чтобы он тебя ранил!

— А я не хочу, чтобы ты пострадал, — сказала она.

Глядя на них, пытающихся защитить друг друга, в сочетании со страхом во взгляде мальчонки, внутри Рейеза что-то оборвалось. Когда-то отец любил его так же сильно. К сожалению, изгоняя Рейеза из обители джиннов, он взирал на него в ужасе. С другой стороны, он заслужил наказание, а мальчик — нет. Этот ребёнок не должен испытывать страха.

Рейез подавил гнев и ослабил энергию.

— Никто не пострадает.

***

Паника, захлестнувшая Селену при появлении брата и после слов разгневанного джина, стала утихать. По какой-то странной причине она поверила ему.

«Похоже, пора мне провериться у психиатра».

Жизнь научила её никому не доверять. В юном возрасте Селена поняла, что надеяться на спасение не стоит. Мать вышла замуж за Уоррена и принесла в их жизнь чёрную магию. Отчим использовал все преимущества своего политического, личного и юридического положения, дабы добиться желаемого.

— Лена, кто он такой? — Обеспокоенный вопрос Кейда оторвал её от мрачных мыслей.

Селена выдавила из себя улыбку.

— Это мой друг, Рейез.

— Если вы друзья, почему кричали друг на друга?

Селена замерла, раздумывая, что ему ответить. Как много брат подслушал?

Рейез присел на корточки и посмотрел Кейду в глаза.

— Порой, разговаривая, люди так волнуются или расстраиваются, что не понимают, насколько громко говорят. Прости, что мы разбудили и напугали тебя.

Кейд кивнул.

— Кажется, вы очень сильно рассердились.

Селена взъерошила его кудри.

— Иногда люди совершают ошибки и причиняют боль другим, сами того не желая, — сказала она, глядя на джинна. — Я сильно обидела Рейеза, поэтому у него есть очень веская причина злиться на меня.

Взгляд джинна потемнел, но в остальном красивое лицо оставалось бесстрастным. Селена сочла это хорошим признаком, нежели сердито сжатая челюсть и пылающие глаза.

— Ты извинилась перед ним? — Кейд переводил взгляд с одного взрослого на другого. — Ты же знаешь, что обязана попросить прощения.

— Да. — Селена снова встретилась взглядом с Рейезом. — Кстати, этот мудрый юноша — мой брат Кейд.

— Приятно познакомиться, — джинн протянул руку. Не мешкая, Кейд схватился за него тоненькой ручонкой и потряс.

— Теперь, тебе пора обратно в постель. — Она подтолкнула Кейда к его спальне.

— О, но я только познакомился с Рейезом, и у меня к нему много вопросов.

Селена притворно нахмурилась.

— Ещё один вопрос, а потом ты пожелаешь нам спокойной ночи. Уже поздно.

Кейд с усмешкой повернулся к их гостю.

— Почему на вас такая странная одежда?

— Кейд! Это невежливо. — Щёки Селены опалило жаром.

«Земля, разверзнись и поглоти меня на месте! Пожалуйста. Немедля».

Одежда, о которой шла речь, выгодно подчёркивала широкую грудь и татуированные мышцы. Тёмные чернила извивались, словно плясали на его коже, напоминая племенную татуировку или древнюю письменность. Селене хотелось читать его, словно шрифт Брайля. Пальцы покалывало от желания погладить твёрдые бугорки и проследить за соблазнительной дорожкой тёмных волос, исчезающих в штанах.

«Если кто-то спросит моё мнение, то наряд шикарен», — промелькнула в голове греховная мысль.

Великолепный рот с чётко очерченными, словно нарисованными художником, полными губами тронула улыбка.

«Так и хочется их неустанно целовать. Боже!.. Что творится с моим либидо?»

Селена обхватила себя руками. У неё нет времени на такие фантазии. И это не говоря о искалеченной жизни. Ей даже думать не о чём не стоит, кроме спасения Кейда. Чувство вины легло непомерным грузом на плечи.

Рейез расправил плечи и выпрямился.

— Я родом из очень далёкой страны, и это традиционное одеяние, — сказал он. — Наш национальный наряд.

— Обалдеть. В нём вы похожи на джинна. Круто!

— Ладно, пора спать, — прощебетала она и схватила Кейда.

— Спасибо, — сказал Рейез с лёгким поклоном. — И спокойной ночи. Пусть твои сновидения будут светлыми.

Селена отправилась укладывать брата в постель, а когда вернулась, застала Рейеза за изучением её книг. Она позволила себе на мгновение полюбоваться суровым, мрачным и задумчивым профилем. Пред ней стоял самый великолепный мужчина. Руки чесались схватить фотоаппарат и запечатлеть его.

— Спасибо.

Он пригвоздил её взглядом. Пламя, казалось, снова замерцало в тёмных омутах.

— За что?

Находясь под этим пристальным взором, вдыхая экзотический аромат сандалового дерева с нотками дыма, стало трудно думать или говорить. Она сглотнула и выдавила:

— Спасибо за суп. За милосердие и доброту к моему брату, несмотря на... — Она остановилась и снова сглотнула. Затем сплела пальцы замком, ощутимый холодок на кончиках помог успокоить расшатанные нервы. — Я искренне сожалею о содеянном.

Он медленно кивнул.

— Почему ты это сделала?

Тихий вопрос успокоил разум, заставил сосредоточиться.

«Вот он. Мой единственный шанс».

— Это долгая и довольно запутанная история, думаю, нам лучше присесть.

Рейез отодвинул в сторону свёрнутый плед и присел рядом на потёртом диване.

— Очень красочный.

Она уставилась на вязанный радужно яркий «афган[12]». Пряжа от времени выцвела, а стежки растянулись, но плед оставался для неё самым любимым.

— Спасибо. Мама связала его для меня на Рождество, — ответила Селена взволнованно и сглотнула. — Он очень старый.

Несмотря на довольно приличное расстояние между ними, Селена остро ощущала исходящий от его тела жар.

Рейез сидел, сцепив ладони на коленях. Селена заметила вены на тыльной стороне больших рук и мозолистые кончики пальцев.

«Каково провести губами по этим венам и почувствовать ответные ласки?»

От такой мысли пересохло в горле.

— Пить хочется, — прохрипела она, приподнимаясь. — Тебе что-нибудь принести?

Он одной рукой мягко толкнул её обратно на диван. А в другой уже держал две стеклянные зелёные бутылки с охлаждённой водой. Навороченной марки.

«Да, конечно. Джинн. Чему я удивляюсь?»

Селена схватила бутылку, открыла и сделала большой глоток.

— Спасибо. Так обычно начинаются сказки — Единственный способ рассказать их историю — спрятаться за показным легкомыслием. — Женщина встречает прекрасного принца. Они влюбляются друг в друга. Он забирает её в свой замок, спасая от тяжёлой жизни. — Их мать, уставшая в одиночку растить детей, сочла Уоррена своим спасением.

— Что случилось потом?

Поначалу всё было замечательно, и Уоррен законно усыновил их.

— Он оказался злым отчимом. — Она пожала плечами.

— Где твой родной отец?

— Не уверена, знала ли мать, кто он. И если честно, мы никогда о нём не говорили. Думаю, она вряд ли помнила отца Кейда. — Селена вздохнула и запустила пальцы в волосы. — Моя мама отчаянно хотела найти сказочного принца, который спасёт её и подарит перевязанную бантом сказку.

Селена отпила немного воды и продолжила.

— Если она с кем-то жила, этот мужчина ставал для неё центром вселенной. Но стоило ему исчезнуть, мама быстро находила замену. А потом снова зацикливалась на новом мужчине.

В комнате повисло молчание. Селена подняла подбородок и заглянула ему в глаза.

— Она не была шлюхой, — запальчиво воскликнула Селена. — Просто до последнего оставалась вечной оптимисткой.

Рейез не отвёл взгляда.

— Вероятно, вам с Кейдом пришлось не сладко.

— Да. — Она потупила взор. Некоторые «дяди» видели в детях удобные боксерские груши, другие хотели чего-то похуже. Она старалась обезопасить себя и брата, насколько могла. Они нашли тайные укрытия и разработали стратегию отступления. Но, в конце концов, она не смогла защитить Кейда или себя от Уоррена.

— Матери не стало, когда мне исполнилось тринадцать, а Кейду — два, и именно тогда начались странности. — Селена нервно теребила свисающую с футболки нитку.

Рассказ подошёл к самой сути проблемы. Ком подкатил к горлу от страха. Поверит ли он ей? Однажды, когда она поделилась этой историей с милым учителем, её отвели к психиатру, чтобы помочь справиться с утратой и разыгравшимся воображением. А Уоррену все кинулись сочувствовать.

Она выпила ещё воды, чтобы заглушить горькие воспоминания.

— Я потеряла сознание после похорон, на поминках, — сказала она срывающимся голосом. — Всё списали на стресс и летнюю жару. Понятное дело, я была расстроена, а в июне в Хьюстоне жарко. Но много лет спустя, узнав правду об отчиме, я поняла, он что-то подсыпал в мой напиток.

Рейез посмотрел на неё с сочувствием и обхватил рукой левую ладонь. Его тепло прогнало холод в душе и успокоило.

— Что произошло дальше?

— Я проснулся в сумерках в своей постели. Уоррен сидел на стуле рядом со мной. Он не потрудился включить свет, поэтому его лицо было сокрыто во мраке. Я до сих пор помню, как испугалась, пока он не справился о моём самочувствии. Знакомый голос успокоил. — Она покачала головой и печально улыбнулась. — Я была такой наивной.

Рейез ответил лёгким пожатием.

— Ты была ребёнком.

Селена кивнула. Он прав. Уоррен обманывал общественные массы, владел большими деньгами и магией, у тринадцатилетней девчонки не было ни единого шанса противостоять ему и хитроумно сплетённым заговорам.

— Неважно, но на одной из моих ладоней был порез, от которого отчим просто отмахнулся, а я чувствовала слабость, словно пришла в себя после тяжёлой болезни, а не обычного обморока.

Прервавшись, она отпила ещё воды.

— После этого на разных частях тела, обычно скрытых одеждой, стали периодически появляться таинственные порезы, — продолжила она. — И чаще всего, после обмороков.

Селена быстро перешла к следующему важному событию.

— Потом, когда мне исполнилось пятнадцать, он превратил меня в доппельгангера.

Она пропустила подробности о том, как её отвели в секретную мастерскую Уоррена, спрятанную глубоко под домом, раздели догола, связали и накачали галлюциногенами. После чего началась череда заклинаний, боли и крови. Селену замутило при воспоминании каждой грёбанной детали. Слишком мучительной и личной, чтобы с кем-то поделиться.

Девушка, вошедшая в ту комнату, осталась там в ловушке. А ушла бледная тень с историей, в которую никто бы не поверил, и сотканной из лжи жизнью.

— Это болезненный процесс, — призналась она. — Больше для меня, чем для Уоррена. Но он с радостью готов пролить немного собственной крови, ради силы.

— Магия крови, — испуганный шёпот Рейеза разнёсся по комнате.

— Ты знаешь, о чём я говорю. — Облегченный вздох вырвался у Селены и она выпрямилась. — Можешь объединить половинки?

Он покачал головой. Черты лица джинна посуровели.

— В древние времена существовали маги среди людей, которые использовали кровь. Иногда их собственную, чаще — нет. Животного или человека, добровольно пролитую или нет. Они шли на это, чтобы сделать свою магию более мощной. — Его губы скривились в отвращении. — Именно поэтому джиннов предупреждали держаться подальше от людей, и нас всех радует, что старые обычаи канули в лета.

— Не совсем, — горько сказала Селена, ставя пустую бутылку на кофейный столик рядом с пивной. — Уоррен узнал о магии крови, лазейке с женитьбой на вдовах и матерях-одиночках, чтобы добраться до их детей, и о джиннах от своего наставника, колдуна Эдгара. Очевидно, он раздобыл древние письмена.

Селена замерла и посмотрела на него.

— Погоди, он может использовать твою кровь, чтобы стать сильнее? Так вот зачем ты ему понадобился?

Рейез покачал головой.

— У джиннов нет крови, мы сделаны из сущности или того, что люди называют энергией или магией, — признался он. — Тем не менее, маги крови опасны для нас. Сильные могут поработить джинна или даже нескольких.

Чудовищность едва не совершённого деяния поразила её.

— Боже...

Прищурившись, Рейез заглянул ей в глаза.

— Так вот значит, как мы встретились. Уоррен послал тебя за мной. Как он узнал обо мне?

Она переплела их пальцы и слегка сжала. Непонятное и в то же время такое уместное желание хоть недолго почувствовать его поддержку во время трудного разговора. Она не знала почему, но прикосновение к Рейезу дарило покой и вселяло уверенность.

— Время от времени он использовал отслеживающие заклинания, чтобы определить присутствие джиннов в определённой области. Очевидно, ты замаячил на его магическом радаре около месяца назад. Я уже некоторое время слежу за тобой по приказу Уоррена.

Рейез высвободил руку и выругался себе под нос.

— Чертов пожар, — пробормотал он. — Почему каждый раз, когда я пытаюсь сделать что-то хорошее, оно возвращается и кусает меня за задницу?

Нахмурившись, она посмотрела на него.

— Ты о чём?

Он вздохнул.

— Знаешь жилой комплекс «Шервуд» всего в нескольких кварталах к северу от ресторана?

Она кивнула.

— С месяц назад там произошёл пожар, а я случайно вышел на прогулку, — объяснил Рейез. — Пожарные машины ещё не прибыли. Люди стояли на парковке и глазели, кто-то держал пытающуюся вырваться плачущую женщину. Её дети остались наверху, в квартире.

— Ты спас их.

Он перевёл на неё мрачный взгляд.

— Я видел, как люди сгорали заживо. Ужасная смерть. — ответил он отрывистым, полным муки голосом. — Я не мог рисковать и ждать пожарных. Что, если бы они прибыли слишком поздно?

Селена снова кивнула.

— Итак, ты использовал силу.

— На полную катушку.

— Наверное, именно так тебя нашёл Уоррен.

Он застонал и закрыл лицо руками. Селена некоторое время молча наблюдала, а потом честно призналась:

— Прости, что заключила тебя в ловушку. Так стыдно за роль, которую я сыграла в твоём пленении. Мне поистине жаль.

Он изучал её лицо с жутким спокойствием.

— Мне тоже, не передать словами насколько. — С его уст сорвался тихий вздох. — Тем не менее, я не жалею, что спас тех детей. Даже если бы всё повернуть вспять, я бы сделал это снова.

Она потянулась и снова взяла его за руку.

— Он взялся за Кейда. Врачи думают, что мой брат страдает от какого-то редкого заболевания крови, но я знаю. Если ослушаюсь, Уоррен доведёт Кейда до грани смерти. — Рыдание прервало поток слов, и слёзы потекли по лицу. — Знаю, он планирует сделать с ним то же, что сделал со мной, а я не могу позволить этому случиться.

Рейез протянул свободную руку и вытер её слезы. Поглаживание большого пальца, одновременно грубое и нежное, вызвало рой бабочек в животе.

«Боже, его прикосновения невероятно приятные. Как же хочется большего».

— Я не могу потерять Кейда. Он мой младший брат и единственный родственник, который у меня остался. — Она облизнула губы. — Поэтому я нуждаюсь в твоей помощи.

Она отпустила его руку и подняла фотографию Кейда, свисающего с турникета в местном парке.

— Но я пойму, если ты откажешься мне помочь. Нам.

Глава 5

Рейез уставился на женщину, которая отказывалась встречаться с ним взглядом. Беспокойство о собственном иррациональном и магнетическом влечении разъедало душу подобно кислотному рефлюксу. Гнев и привычная настороженность уступили место сильному желанию, почти непреодолимой потребности позаботиться о Селене.

Её последние слова, произнесённые с безжизненным смирением, болью скрутили желудок, лишив дара речи. Девочка привыкла получать в жизни самое худшее и не ждала от него иного. И Рейезу это не понравилось. Ни капельки.

«Почему?»

Он никогда раньше ни к кому так не относился, даже когда думал, что влюбился. Присутствие Селены приводило его в замешательство.

Учитывая, как она заманила его в ловушку, а затем обокрала, у него есть полное право уйти. Но он не мог.

Рейез перевёл взгляд на разноцветный шерстяной плед. Всеми любимый и часто используемый. Важная частичка её жизни.

Конечно, технически он не мог отказаться. Она приказала ему помочь ей. Плюс к этому, невесть откуда взявшееся безумное притяжение. Но было нечто намного большее. Рейез, как никто другой, ценил ценность второго шанса. Наказанием за его прегрешения могла быть смертная казнь, но ему позволили жить. Выслушав её историю, став свидетелем любви между хрупким мальчиком и Селеной, Рейез понял, на что в отчаянии она готова пойти, чтобы уберечь Кейда. И должен был помочь им.

Брат с сестрой заслуживали лучшего.

Он провёл руками по лицу. Как это сделать... вот в чем вопрос.

— Я так понимаю, ты пыталась ограничить контакты между Кейдом и Уорреном законным путём?

Она вскочила на ноги и снова принялась расхаживать по комнате.

— Он образцовый гражданин, знаменитый филантроп и самый популярный мэр за последние десятилетия, — сказала она. — Если бы я выдвинул эти обвинения против него, несведущие в магии люди заперли бы меня в психушке быстрее, чем ты скажешь абракадабра. И я навсегда потеряла Кейда.

— Как тебе удалось переехать от него и забрать брата? — Рейез передёрнул плечами. — Уоррен не похож на человека, способного уступить преимущества.

— Немного планирования, капелька везения и вовремя подвернувшаяся возможность. — Слабая улыбка промелькнула на красивом лице. — Местный телеканал делал репортаж об Уоррене, и он устроил шумиху по поводу празднования моего восемнадцатилетия. Поэтому я похвасталась перед камерой о своей первой новенькой квартире. Я всё свободное время потратила на её поиск. Так что точно знала, куда хочу пойти.

— Уоррен не обрадовался такому повороту событий.

— Ни капельки. Но не мог показать этого перед телевизионщиками. На самом деле, он помогал мне с переездом. Ясное дело, играя на камеру. — Она усмехнулась. — Уоррен не собирался выпускать из своих лап Кейда, но вошёл в азарт и захотел добавить зрелищности в духе «детишки едут в лагерь». Продюсеру программы понравилась эта идея.

— Брат ночевал у меня только одну ночь. После этого мне пришлось навещать его у Уоррена. Но отчим ходит на свидания, поэтому Кейд стал всё чаще оставаться на ночь. Однажды за очень хорошо выполненное поручение Уоррен вознаградил меня, позволив брату переехать ко мне навсегда. — Краска схлынула с лица. — Если бы он захотел, то мог бы настоять, чтобы Кейд оставался с ним до совершеннолетия.

— Отлично разыгранная партия, — похвалил Рейез. — Так ты по натуре планировщица?

— При любой возможности. — Селена остановилась и посмотрела на него искрящимися надеждой глазами. — Коль речь зашла о планах, у меня созрел один... для нас...

— Давай, порази меня.

Она откинулась на спинку дивана, ближе, чем раньше. Одно из точёных колен коснулось его бёдра, и этого хватило, чтобы оттеснить из головы разумные мысли.

«Каково прижать её к себе, прикасаться к восхитительному телу: руками, губами, языком?..»

Он снова перевёл взгляд на лицо Селены и сосредоточился на насущном вопросе.

— Если бы ты согласился помочь, я подумала, что могла бы отвезти тебя в бутылке к Уоррену, а потом ты выйдешь и надерёшь ему задницу своими ифритовыми штучками, — сказала она.

Несмотря на серьёзность ситуации, Рейез не смог сдержать ухмылку.

— Как бы мне ни хотелось надрать ему задницу, это не сработает, — признался он. — И к твоему сведению, мы предпочитаем термин «джинн». Звучит гораздо достойней.

— О, прости, — извинилась она, забавно сморщив нос. Само очарование. — Почему,нет?

Рейез прикусил нижнюю губу и попытался сообразить, как ему поступить. Доверял ли он ей настолько, чтобы поделиться правдой о бутылке и потерять своё небольшое преимущество?

Рейез заглянул в необычные голубоватые с фиолетовым оттенком глаза, такие красивые и таинственные. Он видел в них смирение, решимость, страх, любовь и надежду. Стальной стержень. Оппортунистическую натуру. Отчаяние и заботу.

Не раздумывая, он протянул руку и провёл тыльной стороной костяшек пальцев от виска до скулы. Одновременно такой мягкой и твёрдой, уязвимой и сильной. Он действительно восхищался ею. Женщина, заинтересовавшая его и заставившая заботиться о себе. Благодаря ей он снова почувствовать себя живым.

— Ты привязала меня к бутылке, а тот, кто владеет ею, имеет власть надо мной, — признался он. Рейез подивился тому, как ровно и мягко звучал его голос. Ни капли дрожи. — Если ты отдашь бутылку Уоррену, мне придётся исполнять его просьбы.

Он видел, как надежда гаснет в синих омутах, оставляя за собой задумчивость.

— Значит, сейчас ты должен выполнять мои прихоти?

Напряжение сковало шею и он приготовился к тому, что его сейчас попросят выполнить какой-нибудь нелепый трюк или что-то подобное.

В полном недоверии люди всегда хотели проверить сказанное.

— Да.

Селена схватила его за руку.

— Так ты пытаешься помочь мне в сложившейся ситуации, потому что я непреднамеренно приказала тебе это сделать?

Чувство вины вспыхнуло из-за недавнего обмана.

— Нет, — прохрипел он. — В смысле, есть доля принуждения. Но я правда хочу помочь.

— Почему?

— Потому что Кейд хороший малыш. И никто не заслуживает быть только наполовину живым и порабощённым, — ответил он. — Это будет правильный поступок.

Она поднесла его руку к своим губам и нежно поцеловала костяшки пальцев.

— Ты порядочный и добрый мужчина, Рейез. — Её глаза блестели от непролитых слёз. — Итак, расскажи, как мне освободить тебя из плена?

Буря эмоций — неверие, восторг и неуёмное желание поцеловать её — затопили душу. Ком подкатил к горлу.

«Неужели, правда, она собирается меня освободить?»

В последний раз, когда он доверился женщине, та разрушила его жизнь. Он долго смотрел на Селену.

— Ты должна сказать, что освобождаешь меня, используя моё истинное имя, а потом разбить бутылку, — признался он, прочистив горло.

Кивнув, Селена глубоко вдохнула и выдохнула.

— Хорошо, тогда...

Внезапный громкий взрыв, похожий на раскат грома, раздался в комнате. Селена вскрикнула и бросилась в его объятия. Огни замерцали, и через долю секунды темнота накрыла их точно саваном.

Сердце Рейеза сильно билось о рёбра. Селена стала сосредоточением Вселенной. Соблазнительный аромат лаванды, щекотание шелковистых волос и тёплое мягкое тело, прижатое к нему.

«Проклятье, как же хорошо. Никогда бы не выпускал её из своих объятий».

Облизнув губы, он замер на месте, не осмеливаясь пошевелиться и боясь уступить своим желаниям.

«Почему?»

Беспокойство продолжало роиться внутри Рейеза, заставляя внутренности сжиматься. Ответ, близкий и в то же время такой недосягаемый, витал в глубине сознания.

Создатель, его накрыло лавиной желаний. Жгучей потребностью зацеловать до потери пульса. Попробовать. Зарыться носом в завесу шелковых волос и вдохнуть божественный аромат. Ощутить нагое прекрасное тело под ним. Он нуждался в ней больше, чем в воздухе.

«О, Создатель, нет. Она моя суженная».

В легендах говорилось, что у каждого джина есть одна единственная родственная душа в совершенстве сочетающаяся с его душой. Очевидно, сердца суженных узнали друг друга, стоило им оказаться рядом. Верно. Но он не верил в любовь и другие сказки. Больше — нет. Кроме того, Селена — человек.

Тёплое сладкое дыхание прошлось лаской по подбородку.

«Твою мать!»

Она наклонилась ближе. Дыхание перехватило, и Рейез открыл рот, желая хоть как-то нарушить тёмную и безмолвную близость, из-за которой член затвердел, а яйца напряглись.

— Лена! Где ты? — Полный паники крик Кейда спас их обоих. Они отскочили друг от друга, словно их изрядно ударило током.

— Э-эй, я иду. Оставайся на месте, — крикнула она хриплым от желания голосом. Селена споткнулась и наступила ему на ногу. — Прости!

Он вызвал языки пламени, когда снова смог соображать. Огонь плясал на его ладонях. В первой вспышке света их взгляды встретились и будто прикипели друг к другу. Он видел плескавшуюся в синих озерах страсть. Его губы призывно приоткрылись.

Селена отвела взгляд, а потом отвернулась.

— Спасибо, — пробормотала она, направляясь к тёмной фигуре Кейда, замершей на пороге коридора. — Хорошо, когда ты рядом.

Освещая путь, Рейез последовал за Селеной. Её слова порадовали его. Если подозрения оправдаются, то он никогда её не покинет.

Сердце забилось сильно, ровно и уверенно. Каждый удар нашёптывал: «Суженная».

***

«Боже милостивый, я едва не поцеловала Рейеза».

Жар залил шею и щёки. Селена немного сожалела, что не поддалась соблазну, но одновременно испытывала облегчение.

Пока она не может позволить себе осложнить их отношения. Возможно, потом. Для начала нужно избавиться от Уоррена и всех связанных с ним сложностей. Затем стоит попытаться взять себя в руки. Несправедливо ожидать, что кто-то захочет строить отношения с женщиной, у которой разорвана на двое сущность и невероятно запутанная жизнь.

«Да уж, более странной парочки во всей Вселенной не нашлось бы».

Селена подошла к Кейду и притянула его в объятия. Сейчас в её жизни нет ни для кого места, кроме брата. И точка!

Подул холодный ветер, окутывая их ледяным саваном.

«Что происходит, черт возьми?»

Странный серебристый звон наполнил воздух, точно гармоничный перезвон нескольких колокольчиков, звонящих одновременно.

Она повернулась и увидела Рейеза, стоявшего к ней спиной. Напряжение волнами исходило от него. Ноги на ширине плеч. Поза готового к драке мужчины.

«О-о-ох...»

— Что происходит?

— Возьми Кейда и иди в его комнату, — прошептал он в ответ. — Здесь ещё один джинн. — Температура продолжала падать, пока дыхание не превратись в облачко пара.

Глава 6

Селена затащила Кейда в комнату.

— Я хочу, чтобы ты согрелся и спрятался под кроватью. Не выходи, что бы ты ни услышал, — попросила она, целуя брата в макушку. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. — Его хватка усилилась. — Не уходи. Далеко. Пожалуйста.

Она замерла. Пока они вместе, всё остальное не имеет значение. Так было до сегодняшнего дня. Но чем дольше она находилась рядом с Рейезом, тем больше он ей нравился. Дыхание перехватило, а потом у неё вырвался судорожный вздох.

Селена заглянула брату в глаза.

— Мне не хочется тебя оставлять, но я должна. Мне нужно пойти и помочь Рейезу, — сказала она, высвобождаясь из объятий Кейда. — Так будет правильно.

— Будь осторожна, — попросил он, серьёзно взирая на неё.

— Обещаю. — Она выскользнула из комнаты и прикрыла дверь, надеясь, что хрупкий барьер защитит брата.

Вспышка боли пронзила тело, голова закружилась. Селена прислонилась спиной к двери, прикрыла глаза и глубоко вдохнула.

«Замечательно. Уоррен не нашёл лучшего времени истощить и ослабить меня. Наверное, это расплата за долгое ожидание. Напоминание и месть в одном флаконе».

Едва переведя дух, Селена подошла и встала позади Рейеза. Он вновь весь загорелся красным и излучал тепло. Но холод действовал на него, поскольку обжигающий жар не опалял, а дарил лишь уютное тепло.

У Селены глаза на лоб полезли, когда с верхней части дверного проёма посыпались сосульки. Они красиво искрились и переливались в исходящем от Рейеза свете.

Оглянувшись, он хмуро посмотрел на неё.

— Я велел тебе спрятаться. Мне будет тяжело сражаться и одновременно оберегать тебя.

Селена в ответ окинула его насмешливым взглядом.

— Эй, я доппельгангер. Меня нельзя убить или сильно ранить.

«Будем на это надеяться».

Рейез отвернулся, качая головой. Ей показалось, будто он пробормотал:

— Женщины!

Он двинулся вперёд, она не отставала, стараясь держаться у стены, и прикрываясь могучей фигурой, как щитом.

«Главное, хорошая тактика. Лучше всего затаиться, а потом воспользоваться элементом неожиданности».

Они вернулись в гостиную, где стало холоднее, чем в морозильной камере. Иней покрывал стены и украшал окна диковинными узорами. С потолочного вентилятора и светильников свисали сосульки. Всё вокруг напоминало проклятую зимнюю сказку.

Сверкающий туман сгустился в середине комнаты, затвердевая, открывая взору необычную женщину. Селена ахнула. В некоторой степени та чем-то напоминала её саму, только намного свирепей. Белоснежная кожа и серебристо-белые волосы.

Невероятно высокая, до двух с половиной метров роста, острые черты и длинные конечности. Увешанная невиданными украшениями из заострённых, похожих на кристаллы осколков льда. При каждом шаге раздавался перезвон. Странная помесь грации и опасности. В серебристых глазах плясало безумное ликование.

— Кто ты такая? И чего хочешь? — Глубокий голос Рейеза пронёсся по комнате подобно грозовой туче.

— Я Мариям из Ледяных гор, и хочу твоей смерти. — Со смешком ответила та. Жуткий звук, нечто среднее между заунывным ветром и воем гиены, вызвал у Селены волну ужаса. В горле пересохло, и она прижалась к Рейезу.

Два джинна стояли лицом к лицу, оба высокие и внушительные. Они кружили друг вокруг друга, явно готовые вступить в бой.

— Мне не нужны лишние неприятности, — сказал Рейез. — Возвращайся туда, откуда пришла. Уходи с миром.

— Миром? Его больше нет. С того самого мгновения, как ты убил моего сына, — прорычала она. — Его звали Мансур. Он умер при пожаре в Брассе. Помнишь тот город? Как спалил его дотла?

Мускулистое тело Рейеза обмякло.

— Не передать словами, насколько я сожалею о содеянном, Мариям из Ледяных гор, — ответил он. — Мне очень жаль. Если бы я мог вернуться в прошлое и всё изменить, то не раздумывая сделал бы это.

— Мой мальчик сгорел заживо. — Страдание исказило и без того резкие черты лица Мариям. Некоторые сосульки сломались и упали на ковёр. — Той ночью ты многих сжёг. Невинных женщин и детей.

Селена потрясённо замерла.

«Что? Нет, джинн, с которым я сегодня провела вечер, никогда бы такого не совершил».

— Все эти смерти и разрушения из-за женщины. — Печальный шёпот Мариям повис в воздухе, как сгибающий деревья пронзительный ветер. — Которая всё равно никогда тебя не любила.

— Знаю, Мариям. — Голос Рейеза звенел от сожаления.

У Селены перехватило дыхание.

«Любит ли он её по-прежнему?»

Мариям вскинулась и с шипением втянула воздух.

— Ты должен заплатить.

Рейез замер.

— Ты права, я согрешил, и несу бремя всех этих смертей. Я живу в изгнании с воспоминаниями. Кошмарами о содеянном.

Снова накатило головокружение. Селена прислонилась к стене, перед глазами всё поплыло. Порезы Уоррена и откровения были слишком велики. Нужно время, чтобы справиться со всем.

Она посмотрела на спину Рейеза. Он ничего не отрицал. Ужас проник глубоко в нутро, заставляя задохнуться. Селена сделала глубокий, отчаянный вдох.

«Можно ли быть до конца уверенным в ближнем? Мама доверяла Уоррену, и посмотрите, к чему это их привело. Могу ли я доверить Рейезу Кейда и своё будущее? Существу, который сознался в убийстве невинных?»

— Я пожалел о своих деяниях. Научился контролировать свой гнев и огонь, — сказал он, опустив руки, сдаваясь. — Но если моя смерть принесёт тебе покой, тогда я не стану мешать. Только дай мне немного времени сначала помочь другу.

— Не станешь мешать! — Странный неприятный смех вновь пронёсся по комнате. — Как великодушно. — Эскадрилья острых сосулек полетела в Рейеза. Ему удалось создать стену пламени, которая встретила и растопила их в последнюю минуту.

«Близко, чертовски близко».

Селена тихонько переместилась поближе к книжному шкафу. И попыталась затаиться в тени. Плохо, что Рейез, казалось, настроен защищаться, но не нападать.

К счастью, всё внимание Мариям было приковано к огненному.

— Мне нет дел до твоих нужд или твоего смирения со скорой смертью, — завизжала она и обрушила на Рейеза огромную волну воды. Его пламя в миг погасло.

«Ёлки-палки! Откуда взялась вода?»

Промокший до нитки Рейез попытался вызвать огонь. Короткие шипящие искры и тонкие струйки дыма. Сердце Селены ушло в пятки.

Воспользовавшись моментом, Мариям обрушила на огненного джинна один за другим шквалы из сосулек и града. При всей изворотливости он не смог от всех уклониться. Селена поморщилась, услышав наполненные мукой стоны. От некоторых зарядов его кожа треснула, выплёскивая наружу сущность из золотисто-красного пламени.

Окна разлетались на осколки от угодивших в них сосулек. В комнату ворвался уличный морозный воздух. От холода у Селены застучали зубы.

Мариям оказалась ужасной, а Селена сильно ослабла от манипуляций Уоррена. Разумнее всего вернуться обратно в комнату Кейда, схватить его и слинять через окно. У неё и так забот полон рот, чем влезать в разборки между двумя джиннами.

Селена отступила назад и бросила последний взгляд на Рейеза. Он стоял с сосредоточенным выражением лица, пытаясь избежать или отразить ледяные снаряды. В голове всплыл образ: Рейез, присевший на корточки, чтобы посмотреть Кейду в глаза. Джинн гигант и маленький мальчик, наслаждающийся беседой.

Она схватила с полки самую тяжёлую книгу и изо всех сил швырнула ту в Мариям. Томик со свистом пронёсся по воздуху, угодив джинни в грудь. Мариям отшатнулась и выругалась, перестав атаковать.

Одна из неправильно направленных сосулек просвистела мимо головы Селены. Слегка зацепила шею. Горячая струйка потекла по коже. Пальцы окропила кровь, когда она прижала руку к порезу. Проклиная Уоррена, Селена судорожно вздохнула.

«Твою мать!»

Она схватила с полки ещё несколько книг и стала непрерывно швыряться ими.

С сердитым визгом джинни переключила своё внимание на Селену. Безумные серебристые глаза пригвоздили её к месту. Кровь застыла в жилах от страха, пробирая до костей.

«Холодно, как же чертовски холодно».

Мариям взмахнула руками и послала в неё струю воды. Окна, рамки для фотографий и сосульки, сотрясались от рёва.

Вода сбила Селену с ног и впечатала в стену. Боль взорвалась фейерверком в голове и позвоночнике. Селена соскользнула на пол грязной мокрой лужей.

Темнота манила. Её охватила паника. Если она потеряет сознание, то не сможет защитить Кейда.

Селена прикусила язык. Вспышка боли не позволила соскользнуть в забытье.

— Будь ты проклята, Мариям из Ледяных гор, ты пришла драться со мной, — сердитый голос Рейеза заставил Селену приоткрыть веки.

«Какого черта он даже в разгар драки продолжал использовать полные имена? Неужели джинны настолько вежливы?»

Он подлетел к джинни и сзади набросился на неё. Огромные облака пара поднимались в воздух там, где они соприкасались. Два джинна столкнулись в шквале конечностей, льда, воды и пламени.

Формы размылись, и они стали мало похожими на людей гуманоидами. Рейез подобен костру, полному красок, тепла и движения. Мариям — прямая противоположность: белоснежная с сине-зелёным оттенком, придающим её телу тени и чёткость. Они выглядели такими нереальными и пугающе красивыми.

Вокруг закружился вихрь воды, льда, молний и пламени. Раздавались крики и проклятия. Удары и магия летели так быстро и яростно, что Селена не могла отличить сражающихся друг от друга.

Пар и дым заполнили комнату. Селена закашлялась. Книги на полу, которые не успели промокнуть, загорелись, но через мгновение их залила вода. Печаль окутала душу. Она собрала их на протяжении жизни. Именно книги помогли ей пережить самые мрачные и тяжёлые времена. Дарили надежду.

Затем загорелась занавеска.

«Проклятье. Такими темпами, не то что квартира, весь комплекс сгорит дотла, если джинны останутся внутри».

Селена с трудом поднялась, несмотря на терзающую боль. Испуганный взгляд упал на пустые бутылки, которые, как ни странно, все ещё стояли на журнальном столике.

«Бутылки!»

Она подползла и первой потянулась за пивной. Но замерла, вспомнив, что Рейез по-прежнему привязан к ней. Одному Богу известно, какие осложнения могут возникнуть из-за привязки двух джиннов к одному сосуду. Она схватила бутылку из под воды.

«Хорошо, что Рейез предпочитает воду в модной стеклянной таре».

— Мариям из Ледяных гор, я привязываю тебя к этой бутылке. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум! — на первый призыв никто не обратил внимания. Сражение прекратилось на втором, и джинни бросилась на неё во время третьего. К счастью, Рейез снова схватил и задержал Мариям. С душераздирающим воплем Мариям втянуло внутрь сосуда. Сердце бешено колотилось, Селена завинтила крышку в рекордно короткие сроки.

Рейез, принявший человеческий облик, стоял на четвереньках на полу, свесив голову. Селена наблюдала, как от прерывистого дыхания поднимается и опускается мускулистое тело. Капельки пота выступили на голове. После долгого молчания он прислонился спиной к стене и встретился с ней взглядом.

— Я надеялся, что ты это сделаешь.

— Почему сам не сделал?

— Один джинн не может пленить другого, — ответил он. — Но я благодарен тебе, потому что не хотел её убивать.

— Почему?

— Она — скорбящая мать. И, как ты сказала Кейду, я причинил ей боль, у Мариям есть веские причины злиться на меня.

Прикрыв глаза, Селена тяжело опустилась на пол.

— Всё, сказанное ею, правда?

— Да.

Распахнув глаза, она посмотрела на него. Рейез отвернулся. На смуглых щеках вспыхнул румянец.

— Тогда я был совсем другим. — Голос напоминал камнепад, тяжёлый и сокрушительный. — Я пытался измениться.

На языке вертелось много вопросов, но что-то подсказывало, что сейчас неподходящее время. Кроме того, после всех её проступков, он не обвязан перед ней отчитываться и оправдываться. Возможно, когда-нибудь он расскажет всё.

Селена разглядывала его мрачный профиль, отстранённый взгляд, от сожаления опущенные и сжатые в линию красивые губы. Рот, который так часто улыбался. Щедрый. Такой может целовать до потери пульса.

«Да, он изменился. Возможно, ещё оставалась надежда».

Две бутылки стояли на столе. Селена взяла пивную и посмотрела на Рейеза.

— Давай покончим с этим.

На его лице промелькнуло удивление, но быстро сменилось непроницаемой маской. Глаза неотрывно смотрели на неё.

— Рейез, сын Марида, я освобождаю тебя, — произнесла Селена нараспев и повторила это ещё дважды. Потом подняла бутылку и ударила ею о край журнального столика. Стекло разлетелось дождём янтарных осколков. В тот же миг фигура Рейеза ярко вспыхнула, замерцала и стабилизировалась. Запрокинув голову, он глубоко вздохнул. А когда, наконец, посмотрел на неё, его лицо осветила улыбка.

— Спасибо.

Итак, симпатичный мужчина с искренней улыбкой становился просто неотразимым.

«И именно я вызвала эту улыбку».

Сердце радостно встрепенулось в груди. Селену захлестнула эйфория.

«Такие мысли и чувства чертовски опасны».

Селена посмотрела вниз на круглое горлышко пивной бутылки, которое по-прежнему сжимала в руке. А потом отшвырнула в сторону. В груду валявшегося мусора.

— Моя квартира разгромлена.

Рейез подошёл и встал рядом.

— Это, моя дорогая, наименьшая из твоих проблем.

Глава 7

Уже почти рассвело. Буря утихла. Мгновение покоя между разрушением и восстановлением.

Селена поспешила проверить Кейда. Она нашла дрожащего брата, забившимся в угол под кроватью.

— Всё закончилось, Кейд, вылазь и сам убедись. — Она легла на живот и поманила его. — Всё хорошо.

По крайней мере, на данный момент.

Они ожидали, что к утру дороги будут свободны. Беспокойство закралось в сознание. Более чем вероятно, что Уоррен с утра пораньше явится к ней. Учитывая всё недавно пережитое, и как это расстроило Кейда, будет лучше, если брата здесь не будет во время этого конкретного визита. Но сначала о главном.

Кейд поднял к ней заплаканное лицо, а затем выбрался наружу. Он заключил сестру в медвежьи объятия.

— Крики, грохот и холод. Я так испугался, — признался он.

Селена посмотрела на младшего брата и чуть не утонула в приливе любви.

— Было страшно, но теперь всё позади, — заверила она, вытирая мокрые щеки. — Давай, обувай туфли и пойдём к Рейезу.

Джин на кухне замешивал тесто. Он переоделся в джинсы, чёрную футболку и переобулся в шлёпанцы. У него были красивые ноги.

«Великолепный мужчина, правда, безумный. У них нет времени для готовки».

— Что ты делаешь?

— Жарю оладьи. — Он добавил ещё немного молока в тесто. — Мы только что пережили бурю века, и впереди нас ждёт много дел. Оладушками мы отпразднуем и подкрепимся. Ты любишь оладьи, юноша?

На лице Кейда появилась улыбка.

— Да, сэр. Так это была буря?

— Да, в комплекте с завывающим ветром, летающими сосульками и многим другим, — сказал Рейез. — Если выйдешь на улицу, увидишь поваленные деревья.

— Может, после завтрака. — Плечи Кейда заметно расслабились. — Но мне показалось, ты говорил о джинне? Я ослышался?

— Слово «джинн» на моём языке означает — «сила природы», — объяснил шеф-повар. — Подай, пожалуйста, соль.

Брат наконец отпустил её, схватил со стола все ещё нетронутую солонку в виде снеговика и передал Рейезу.

— Можно мне немного помешать тесто?

Рейез добавил соли, а затем передал миску. Осмотрев вазу с фруктами на столешнице, он схватил разделочную доску и нож. Тем временем, Кейд резво орудовал венчиком. Счастливая улыбка стёрла все остатки страха с милого личика.

«Что ж, выходит, идея с оладьями не так безумна, но он и так слишком много для них сделал».

— Почему бы вам обоим не отдохнуть, а я всё приготовлю?

— Не-а, — вскрикнул брат с расширенными от ужаса глазами. — В последний раз, когда ты готовила, сработала пожарная сигнализация.

— Мы сами справимся, — заверил Рейез, посмеиваясь.

Кровь прилила к щекам, и румянец только усилился от хриплого мужского смеха. В итоге смущение превратилось в тлеющую потребность. Селена открыла дверцу холодильника и подставила лицо под струи прохладного воздуха.

— Ладно, я тогда достану апельсиновый сок.

— Как насчёт оладий с бананами? — спросил шеф-повар.

— Ой, а обязательно их добавлять?

Рейез почистил и нарезал кубиками бананы, затем засыпал их в тесто и кивнул Кейду.

— Бананы очень полезны, но для гармонии вкуса мы можем добавить шоколадную стружку.

Её брат взял уже отмеренную джинном стружку и осторожно посыпал ею тесто.

— С шоколадом всё лучше.

Оставив их, Селена убрала и накрыла маленький обеденный стол, а потом пошла позвонить своей подруге Пауле, которая жила в том же жилом комплексе, но через одно здание.

Паула почти сразу взяла трубку, и Селена постаралась говорить радостно:

— Привет, подружка! Прости, что звоню так поздно.

— Чего ты хочешь?

Смущённый смех сорвался с губ. В последнее время Селена редко ей звонила.

«Хороша подруга, ничего не скажешь».

Держа телефон правым плечом, Селена схватила несколько бумажных полотенец и вытерла фотографии в рамках. Капли воды и тающий лёд испачкали защитное стекло.

— Просто хотела узнать, как ты, и не пострадала ли во время бури?

— Так я тебе и поверила. Но ты мне нравишься, поэтому я взяла трубку, — проворчала Паула. — Так, чем я могу тебе помочь?

— Во время бури пострадала моя квартира, — призналась Селена.

— О, нет! — Насмешка в голосе Паулы вмиг сменилась беспокойством. Что не говори, а она настоящая подруга. — Вы с Кейдом не пострадали?

Слюнки потекли от доносившегося из кухни сладкого аромата оладушек.

Селена прочистила горло.

— Нет, всё хорошо, спасибо. Но мне нужно прибраться, поэтому хотела попросить тебя присмотреть за Кейдом — Она замялась. — Если мой брат побудет у тебя денёк, я буду очень признательна.

— Ну, разве что, ради Кейда...

— Мы устроим ночные посиделки за кино. В мой следующий выходной, — пообещала Селена. От запаха жарящегося бекона в животе заурчало. — Я приготовлю ужин.

— Хм, в смысле, закажешь пиццу?

— Да. — Она сжала телефон и потянулась. — Знаю, что ещё ночь на дворе, но можно я приведу Кейда прямо сейчас? Под ногами много битого стекла.

— Легко. До скорого.

— Спасибо. Ты лучшая. — Селена повесила трубку и вернулась на кухню. Рейез и Кейд сидели перед заваленной оладьями тарелкой. На столе также стоял кленовый сироп, нарезанная клубника и бананы, тарелка с хрустящим жареным беконом и пиала со взбитыми сливками. Селена села на стул. — Откуда такой пир?

— В переносном холодильнике оказался кладезь еды.

Виноватый румянец окрасил щёки. Селена опустила голову. И поклялась, что если они переживут это испытание, она будет бесплатно работать в его ресторане, пока не расплатится с Рейезом за разграбленную кладовку.

— Спасибо.

Рейез разложил оладьи по тарелкам.

— Давай, налетай. Хорошей едой нужно наслаждаться, а не любоваться, — сказал он. — И все мы заслужили хорошенько подкрепиться после пережитого.

Кейд буквально утопил свои оладьи в сиропе и сливках, взял немного фруктов и принялся за еду. С улыбкой Селена последовала его примеру. Она откусила первый кусочек и едва сдержала стон. Мягкие, воздушные, в меру сладкие. Лучших оладий она никогда не пробовала.

— Объедение.

— Я помогал их делать. — воскликнул брат радостно.

— Знаю, и готова поспорить, что именно поэтому они такие вкусные. — Прожевав ещё кусочек, она повернулась к Рейезу. — Почему ты решил стать шеф-поваром?

— Вышло как-то само собой. — Он пожал своими широкими плечами. — Когда я впервые приехал в Хьюстон, то наткнулся на бездомных, пытавшихся разжечь огонь в бочке под мостом. Я с ними разговорился, а потом часто навещал. Позже они позвали меня с собой на мой первый обед в честь Дня благодарения в местной столовой. Вкусней еды я не пробовал.

— Нет ничего вкусней этих оладий, — заявил Кейд, накладывая себе ещё несколько.

— Тебе так понравилась еда, что ты увлёкся кулинарией? — спросила Селена.

Рейез кивнул.

— Я был заинтригован. Познакомился с волонтёрами, приготовившими еду, и вскоре вступил в их ряды. Сначала начал с нарезки овощей и мытья посуды, а потом перешёл к готовке.

Селена рассмеялась.

— Ты научился готовить в столовой. Ничего себе.

— От лучших поваров всех времён — бабушек и местных кулинаров. — Рейез ухмыльнулся. — Я поняла, что мне нравится работать на кухне. Благодаря коллеге-волонтёру устроился работать в ресторан и потихоньку продвигался по служебной лестнице, а позже открыл свой собственный.

— Что ж, значит ты нашёл своё истинное призвание, — сказала Селена, с наслаждением доедая последний оладушек. — Всё, что я пробовала из приготовленного тобой, изумительно вкусное.

— Спасибо. — Шеф-повар улыбнулся и опустил голову, сосредоточившись на своей тарелке.

При виде донельзя довольного и немного смущённого большого джинна у Селены на душе потеплело. Она перевела взгляд на брата, уплетающего за обе щеки угощения.

— Кейд согласен со мной. Видишь, оторваться не может от еды.

— Угу. — Брат посмотрел на оставшиеся оладьи. — Я бы их все съел, но ещё немножко, и лопну.

«Пришло время воплотить задуманное», — поняла Селена.

— Раз ты помог с завтраком, значит, уборкой мы займёмся сами, — объявила Селена. — Как тебе идея поехать в гости к Пауле, а когда Бен проснётся, ты сможешь с ним поиграть?

— Я могу остаться и помочь. — Кейд доел и оглядел царивший в гостиной беспорядок.

— Спасибо, но уверена, тебе будет веселее у Бена, — заверила его сестра.

Противоречивые эмоции бушевали на лице Кейда. С одной стороны, заманчиво провести время с лучшим другом, а с другой, после пережитой ужасной ночи, ему не хотелось покидать Селену. Она разделяла его чувства, но так сможет защитить брата.

— Я уже договорилась с Паулой, и мы приедем за тобой, как только сможем. А теперь, иди собери одежду и игрушки, а потом я отвезу тебя.

Спрыгнув со стула, Кейд выбежал из комнаты. Селена обернулась и заметила, что Рейез буравит её взглядом.

— Что это было?

— Как только наступит утро, сюда явится Уоррен, и мне не хочется, чтобы Кейд при этом присутствовал, — призналась она. — Поэтому, отвезу его к друзьям.

Он потянулся и накрыл её руку своей.

— Я джинн. И если попросишь, я смогу увезти тебя и Кейда туда, куда пожелаешь. В любой уголок мира. А потом вернусь и разберусь с Уорреном.

— Ох. — Она все ещё не привыкала ко всем этим джинновым штучкам. Да и если разобраться, к его присутствию тоже. Не говоря уже о желании помочь. — Просто, если Уоррен выиграет, то не сможет тебя заставить выдать Кейда?

Он заморгал.

— В смысле, я не думаю, что он победит. Я видела, как ты сражаешься, и уверена, что у тебя есть хорошие шансы одолеть его, — выпалила Селена, её лицо горело от смущения.

«Я прямо с завидной регулярностью выставляю себя на посмешище».

— Ты просто предпочитаешь, на всякий случай, знать пути отступления?

— Да. — Она опустила взгляд на свою пустую тарелку. — Знаю, что это лишь временная отсрочка, но так брат сможет выиграть немного драгоценного времени. Я хочу дать Кейду все шансы.

— Понимаю.

Кейд вернулся со спортивной сумкой и потрепанной коробкой игрушечных машинок. Селена встала и накинула пальто.

— Попрощайся с Рейезом.

Джинн обнял Кейда и пожелал ему хорошо повеселиться. Затем серьёзно посмотрел на неё.

— Будь осторожна.

Она перестала теребить пальто.

— Постараюсь.

***

Вернувшись домой от Паулы, Селена потрясенно замерла на пороге. Квартира сейчас выглядела лучше, чем когда-либо прежде. Появился тёмно-красный, удобный на вид, диван. Её плед аккуратно сложен и положен поверх средней подушки, добавлял приятный домашний уют. Элла Фитцджеральд и Луи Джордан напевали «Детка, на улице холодно» на заднем плане.

Резной журнальный столик из вишнёвого дерева. Толстый, богато украшенный персидский ковёр и книжная полка пополнена некоторыми интересными произведениями. Мило.

В следующею секунду её сердце упало. Вместо их маленькой кривоватой ели в комнате теперь красовалась величественная двух с половиной метровая «дугласовая пихта», украшенная изысканными игрушками и шарами.

— Эй? Откуда это?

Рейез, который сидел на диване, читая сборник стихов Руми и наслаждаясь бокалом красного вина, покраснел. Он отложил книгу и поднялся на ноги.

Чёрная футболка с короткими рукавами и поношенные синие джинсы подчёркивали мужественное телосложение всеми возможными способами.

— Раз Кейда не было рядом, чтобы помочь, я убрался с помощью магии, — ответил он, засовывая руки в карманы и раскачиваясь с пятки на носок. — Надеюсь, ты не против внесённых мной небольших изменений. Если они тебе не по душе, я могу вернуть всё, как было.

— Хм, я буду очень признательна, если вернётся наша ель. На ней много самодельных украшений. — Она застенчиво улыбнулась и пожала плечами. — Они особенные для нас с Кейдом.

Он взмахнул рукой, и маленькое деревце с кривой звездой снова появилось.

— Исполнено.

— В остальном все очень мило, — сказала Селена, оглядываясь в сотый раз с тех пор, как вошла. — Спасибо.

И самое лучшее, что он по-прежнему здесь. Выглядит, как обычный парень. Так легко притвориться обычной девушкой, вернувшейся домой, где её ждут. Тоска по нормальной для большинства людей жизни наполнила душу болью и пустотой.

Селена подошла к книжной полке и внимательно просмотрела названия. Все её любимые классические произведения вернулись: «Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт, «Земля» Перл Бака, «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, «Вокруг света за восемьдесят дней» Жюля Верна, «Франкенштейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли и многое другое. На её губах заиграла довольная улыбка. Она повернулась к Рейезу.

— Спасибо.

— Для меня это было сущим удовольствием, — хрипло ответил он. — Это тебе спасибо, что ради меня пожертвовала своими книгами.

Она рассмеялась.

— Ну и ночка, да?

— Хочешь вина? Мы выжили, стоит это отметить.

— Не рановато ли для горячительных напитков?

— После прошлой ночи кофе просто не помогает. — Его пристальный взгляд задержался на ней, тёмный, напряжённый, с явным мужским интересом. Разительный контраст с дразнящим тоном. Ей не следует поддаваться искушению и уйти. Но ноги будто приросли к полу. Это всего лишь один бокал вина. В этом нет ничего плохого. — Не откажусь.

В руке Рейеза возник ещё один бокал, и он изящным жестом подал его ей.

— Прошу, мадам.

— Спасибо. — Селена взяла стакан и подняла его. — Выпьем за то, чтобы пережить всё остальное.

Они чокнулись.

— Ваше здоровье! — Сделав глоток, он снова впился в неё серьёзным взглядом. — Из нас получилась отличная команда.

От тихих слов Селена едва не поперхнулась вином, но сумела поспешно сглотнуть, и посмотрела на него.

— Эм, да.

«Боже милостивый, красноречивее не придумаешь. Ужас».

— В какой-то момент мне показалось, что мы не выживем.

— Да, я тоже так подумала.

«О, эрудитка вернулась. Хотя по сравнению с «мисс неловкость» это будет получше».

Пытаясь успокоиться, Селена пригубила вино. В этот раз наслаждаясь букетом. Согревающий изнутри вкус вишни и ежевики.

Рейез взял её вторую ладонь и поднёс к губам, запечатлев поцелуй на кончиках пальцев.

— Мне не хотелось умирать с сожалениями.

«Боже милостивый. Он собирался меня поцеловать».

Именно об этом Селена мечтала почти весь день. Горло сжалось, а пульс участился. Мышцы, о существовании которых она даже не подозревала, напряглись. Она поставила бокал с вином на стол рядом с его бокалом.

На его челюсти дрогнул мускул. Пламя мерцало в тёмных глазах, золотые, оранжево-красные и синие искорки. Проницательный пристальный взгляд обжигал, заставляя затаить дыхание.

— Я хочу прикоснуться к тебе, — признался он грубым от желания голосом, пронизывающим до глубины души.

— Кто тебе мешает?

«Погоди. Я не это хотела сказать».

Протянув руку, Рейез пропустил прядь её волос между большим и указательным пальцами.

— Такие же шелковистые, как я и представлял, — прошептал он, один уголок губ приподнялся в улыбке. Он провёл кончиками пальцев по линии подбородка, вниз по шее к впадинке у основания, оставляя за собой огненный след. — Такая нежная. Атласная мягкость. — Рейез немного помедлил, прежде чем провести пальцем по ложбинке между грудями. Селена ахнула, а потом улыбнулась.

— Моя очередь.

От удивления и удовольствия у него расширились глаза. Рейез наклонил голову.

— Как пожелаешь.

Селена вздрогнула от больших великолепных рук, которые соблазняли её весь день. Она провела пальцами по костяшкам и венам, затем вверх по предплечьям. И задержалась, выводя пальцем по татуировкам, следуя линиям, пока они не добрались до края рукава.

— Хм, хотелось бы полюбоваться на остальные.

— Твоё желание — для меня закон, — ответил Рейез хриплым проникновенным шёпотом. Футболка бесследно исчезла.

С улыбкой Селена продолжила своё исследование.

— Что означают твои татуировки?

Рейез застонал, когда она провела большим пальцем по одному тёмному соску.

— Когда джинн входят в силу, чаще всего в пубертатный период, появляются татуировки. Некоторые рассказывают истории о прошлом, другие — о ныне существующей силе, а порой они предсказывают будущее.

— Хотелось бы мне прочесть их, — сказала Селена, нежно целуя татуировку прямо над сердцем. — Значит, они есть у всех джиннов?

— Раньше, да, — ответил он. Тень омрачила голос и глаза. — Но мы меняемся и слабеем. Теперь у многих их нет.

Селене захотелось стереть печаль, вернуть ему радость. Уткнувшись носом в основание шеи, она поцеловала его в ключицу, мягко прикусила грудь и провела языком по кончику соска. С потемневшим от желания взглядом он едва подавил стон. Затвердевший член требовательно прижимался к ней.

Она отстранилась и улыбнулась ему.

— Терпение.

Селена прижалась и провела кончиком пальца по его полным сексуальным губам. Пока они не поменялись ролями. Рейез втянул шаловливый пальчик в рот, стал посасывать и облизывать. С тихим стоном она запрокинула голову, обнажая горло.

Мягкие губы и твёрдые зубы, прижавшись к чувствительной коже, вызвали у неё дрожь. Рейез проложил дорожку обжигающих поцелуев вниз, к углублению у основания шеи, язык скользнул в ложбинку и стал порхать. У Селены вырвался ещё один стон. Она притянула его к себе, крепко обняв, и потянула на диван. Мускулистая грудь прижалась к её груди. Желание горячей стрелой устремилось к сосредоточению женственности.

Он с лёгкой застенчивой улыбкой посмотрел на неё.

— Прости, я весь день хотел познать твой вкус.

Она хрипловато захихикала. Селена себя не узнавала. Бог свидетель, в её жизни почти не было места для романтики и сексуальных игр. Те несчастные несколько ночей с любовником больше походили на встречи украдкой с поспешной возней в кровати. Новый способ снять стресс. Сейчас всё было совсем по другому. Селена доверяла Рейезу, и это пробудило в ней неожиданную игривость. Просто уму непостижимо. Да, он великолепный и милый парень, тем не менее, всё происходило чересчур стремительно и неудержимо. Словно сердце вырвалось на свободу и работало на первобытном инстинкте.

Он склонился, и все мысли улетучились.

— Ничего страшного, но сейчас вроде бы была моя очередь, — пожурила Селена хрипло.

Она нежно целовала и покусывала, а затем ласкала языком вдоль челюсти к подбородку. Добравшись до мочки уха, Селена нежно прикусила её и пососала, обдавая раковинку горячим дыханием.

Рейез застонал и крепче обнял, впиваясь пальцами в плоть. Жар прогрел до костей. Он двигался и двигался, пока она не почувствовала, как твёрдая выпуклость в джинсах дёрнулась и прижалась к её животу. Селена потянулась и погладила его по чисто выбритой голове, вниз по затылку и широкой спине. Восхитительное сочетание из тёплой кожи и твёрдых мышц.

— Я хочу почувствовать, как наша кожа соприкасается без преград из одежд, — тяжело дыша, попросил он.

Селена поняла, что согласно кивает и поднимает руки, чтобы он мог снять с неё футболку.

Его пальцы скользнули вниз к её поясу и расстегнули пуговицу. Мгновенная паника развеяла чувственный туман. Селена вмиг выбралась из-под него и встать с дивана.

Рейез устремил на неё встревоженный взгляд и встал.

— Всё хорошо?

Селена отступила на несколько шагов, обхватила себя руками и кивнула.

— Да, только мне нужно подумать.

Кивнув, он прикрыл глаза.

Селена прикусила губу и изучала красивый профиль и мужественную фигуру. Сердце бешено колотилось.

«Какого чёрта я творю? Я же планировала не усложнять? С утра пораньше сюда примчится Уоррен. А я вместо паники решила заняться сексом? Мне точно пора лечить голову»

За этой мыслью в голове возник более отрезвляющий вопрос.

«Что, если бы я сегодня умерла? А, если «когда-то потом» не наступит? К черту осторожность. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её впустую».

Селена стянула джинсы и отбросила их ногой. Рейез улыбнулся и заставил их исчезнуть. Она порадовалась, что кружевная комбинация не портит вид.

Тёмные брови нахмурились, пока Рейез разглядывал её.

— На тебе по-прежнему слишком много одежды.

Через несколько секунд нижнее белье растаяло. Селена вскрикнула и попыталась прикрыться руками.

— Опусти руки. — Потребовал он властно. — Я хочу тебя видеть. Всю.

Она заглянула в его глаза. Преисполненные мужского голода и неутолённой страсти. Селена почувствовала себя женственной и сексуальной. Не прерывая зрительного контакта, она опустила руки и выпрямилась.

— Ты прекрасна, охренительно прекрасна. От тебя у меня дух захватывает.

Благоговение и восхищение, промелькнувшие на его лице, смутили её. Селена опустила взгляд, хотя на губах сама собой расцвела улыбка.

— Иди сюда.

С колотящимся сердцем она неторопливо направилась к нему. Груди напряглись, жаждали его прикосновений. Между ног стало влажно от неутоленного желания.

«О, я хочу его. Схожу с ума от страсти».

Он протянул руку и откинул назад прядь её волос, а затем провёл рукой по лицу. Селена мечтала, чтобы это мгновение длилось вечно.

— Я хочу поцеловать тебя.

Её губы в предвкушении приоткрылись.

Рейез схватил её за подбородок и приподнял лицо, вглядываясь в глаза. Обжигающая потребность будто высосала воздух из комнаты, заставляя задыхаться. Он опустил голову и завладел её ртом.

Глава 8

«О, Создатель, я не пробовал ничего слаще. Даже тёплый мёд не сравнится с ней».

Её тело, будто созданное для его объятий, дарило ощущение неземного блаженства. А всё происходящее между ними казалось таким правильным.

Трепетный и сладкий поцелуй. Бережное исследование. Губы покусывали и тёрлись, языки скользили друг вокруг друга в нежном танце. Тихие вздохи и нарастающий жар привели к осторожным покусываниям и более резким прикосновениям. Он хотел большего, намного большего.

Рейез крепче обнял Селену и углубил поцелуй, прикусил и пленил уста, а потом их языки переплелись в диком танце. Поцелуй стал пьянящим, требовательным, полным жара и безумной страсти.

Её стоны, прикосновение пальцев, царапанье ногтей лишь подливали масла в его огонь. Ему нравилось, как она в его руках становилась податливой и изнемогающей от вожделения. Он наслаждался видом неприкрытого желания на прекрасном личике. Налитый член дёрнулся и толкнулся, стремясь слиться с ней воедино.

«Скоро, очень скоро, но не сейчас».

Он запустил пальцы в серебристые локоны и обхватил затылок, позволяя успокаивающему теплу проникнуть под кожу, а затем, не прерывая поцелуя, подвёл Селену к журнальному столику. И лишь, когда она прижалась к краю столешницы, прервал поцелуй.

— Ложись, — хрипло потребовал он.

У неё широко распахнулись глаза, а грудь тяжело вздымалась.

— Там... там вещи, — заикаясь, произнесла она.

Рычание вырвалось из его горла. Рейез отпустил её и нетерпеливым взмахом руки заставил весь беспорядок исчезнуть.

— Вот. А теперь ляг на спину и раздвинь ножки.

Ему нравилось наблюдать, как красивые груди с розовыми сосками покачиваются и двигаются, когда она откидывается на локти. Округлая попка прямо на краю столешницы. Он почти перестал дышать, когда белоснежные бёдра раскрылись, обнажив блестящие розовые складки. Нежная морская раковина розового цвета.

«Проклятие, она великолепна».

Со стоном Рейез опустился на колени меж раскинутых ног. Протянув руку, он убрал серебристые волосы с плеч только потому, что хотел снова прикоснуться к этим шелковистым прядям. Рейез скользнул руками вниз к грудям, обхватив ладонями нежные холмики. Сжал, погладил, потёр набухшие соски. Селена застонала и выгнулась дугой, всё больше открываясь. Подталкивая к нему такую восхитительную плоть. Искушая.

У него потекли слюнки от желания попробовать, но Рейез оторвал взгляд от манящего лона и снова посмотрел ей в лицо.

Рот приоткрыт, дыхание отрывистое. Он заставил кончики пальцев запылать жаром, когда ласкал соски. Полетели крошечные искры. Селена ахнула и прикрыла глаза.

Твёрдые горошинки напоминали идеально созревшие ягоды. Рейез приподнялся и взял в рот один розовый сосок, пососал и посмаковал. Затем повернулся к другому.

— О, Рейез, — прошептала она. Черт, ему никогда не надоест слышать, как она произносит его имя, особенно так.

Он провёл руками вниз по телу, помассировал плоский живот. Позволил пальцам погладить мягкие кудряшки на вершине холмика, прежде чем погладить мягкую внутреннюю сторону бёдер. Позволяя пламени пробежать по алебастровой коже.

У Селены с шипением вырвался вздох. Резко распахнув глаза, она посмотрела на него. Насыщенный синий цвет сменился дымчато-лавандовым.

— Я тоже хочу прикоснуться к тебе.

Рейез усмехнулся.

— Скоро.

Он провёл большим пальцем взад и вперёд по лону, потёрся о складки. Селена громко застонала.

«Черт, она готова. Вся изнывающая от желания».

Он наслаждался скольжением пальцев по шелковистой тугой вагине.

— Это блаженство прикасаться к тебе, Селена, — пробормотал он. — Такой влажной и горячей. Готовой отдаться мне.

— Да, — выдохнула она, откидываясь на стол. — Да, я так хочу почувствовать тебя в себе. — Она потянулась к нему, схватила за предплечье и потянула. — Возьми меня, возьми меня сейчас.

— Ещё рано.

В отчаянье застонала, Селена стала извиваться и изгибаться на столе.

«Мой лакомый кусочек. Какой же ты будешь на вкус?»

Он припал к ней ртом. Скользнул языком по складочкам. Облизал. Судорожный вздох сорвался с его губ.

«Проклятье. Как же она хороша на вкус».

— О, Рейез, — простонала она. — Пожалуйста, не останавливайся.

Он улыбнулся, прижимаясь к мягким кудряшкам, и подчинился. Он ласкал её языком, щёлкал и кружил, погружаясь в потаённые глубины. А потом включил в игру большой и указательный пальцы, поглаживая и потирая чувствительный бугорок клитора.

Селена приподняла бёдра, отчаянно прижимаясь к нему.

— Да! О, да, — непрерывные и пронзительные вздохи и стоны превратились в бессловесные отчаянные крики. Грубые и первобытные, они подталкивали его к краю пропасти. Вожделение ревело внутри, заставляя и без того набухший член болезненно напрячься. Яйца посинели.

«Проклятье, ещё немножко, и я кончу как зелёный юнец. Мне нужно взять её. Немедля».

Он скользнул по её телу, пока головка члена не прижалась к влажному лону. Острые ноготки впились в его плечи.

— Рейез, погоди.

— Почему? — Создатель, его голос звенел от отчаяния.

— Нам нужна резинка, — сказала она. — Ты можешь наколдовать презерватив?

— Я джинн, а ты человек. Мы ничем друг друга не заразим, — заверил он.

Кончик розового язычка скользнул по припухлой губе. Он застонал, но не пошевелился из-за беспокойства омрачившего её взгляд.

— А что насчёт детей?

— Джинн должен захотеть обзавестись потомством, — сказал он. — Поэтому мы просто не будем думать о детях.

— Ох.

— Есть ещё вопросы?

Она мило покраснела и покачала головой. К сожалению, у него один имелся.

— Ты уверена, что этого хочешь?

— О Боже, да.

Ему понравилось, такой быстрый и решительный ответ. В Селене было чертовски много такого, что ему безумно нравилось.

Заглянув ей в глаза, он медленно вошёл в неё.

***

У Селены вырвался тихий вздох, когда Рейез заполнил её, заставил почувствовать себя завершённой. Она крепко обхватила его, сдвинулась, чтобы вобрать его до основания.

— Как ты?

— Невероятно, — честно ответила она. — А ты?

Он улыбнулся ей медленной, сексуальной улыбкой.

— Словно в раю.

В груди что-то затрепетало и растаяло. Селена заглянула ему в глаза. В бездонной тёмной глубине с пылающей искрой. Красно-золотое пламя с мерцающими переливами синего, завораживало.

«Боже, как же он чертовски великолепен, мил, и полностью увлечён ею».

Селена почувствовала, что сорвалась и кубарем полетела, но не в пропасть, а к нему в объятия.

— Трахни меня, Рейез, — попросила она. — Жёстко.

Он приподнялся на руках, почти выскользнув из неё. Селена застонала от восхитительного трения. Рейез продолжал вглядываться ей в глаза.

— Нет, я собираюсь заняться с тобой любовью.

Прежде чем она успела подумать или ответить, он снова глубоко вошёл в неё. Продолжая двигаться в этом восхитительном темпе, Рейез жадно целовал её, осторожно покусывал и ласкал изгибы шеи, ключицы, грудь.

Селена укусила его за плечо, пососала, наслаждаясь солоноватым вкусом кожи. Она не выпускала его из объятий, пока повторяющиеся толчки ослабляли внутреннее напряжение. Жар прокатился по ней, заполнил каждую пору, заставляя их расшириться и дышать. Селене становилась всё теплее и теплее по мере того, как ритм менялся, становился всё более настойчивым. Длинные, протяжные вздохи срывались с губ.

— Кончай для меня, Селена, — приказал он, входя в неё глубоко, вызывая фейерверк ощущений.

Выкрикивая его имя, как молитву, её омыло безудержным наслаждением. А потом оргазм снёс все мысли и барьеры. Сама их кожа, плоть и кости, казалось, растворялись и исчезли прочь. Селена резко втянула воздух. Комната неистово закружилась. Она свободно падала сквозь время и пространство. Затем резко вернулась в своё тело.

Перед глазами всё плыло, затем мир будто замер, а потом ожил.

«Нет, Боже милостивый, нет».

Ужасная, нестерпимая боль сжала стальными когтями, лишила дыхания. На неё обрушилась дикая агония. Отпечатавшаяся на каждом миллиметре кожи, просочившаяся в кости и испепеляющая душу.

Селена закричала до хрипоты в горле.

Глава 9

Люди с почтением относились к сексу, движущемуся по земле, а джинны сравнивали его с космическим соединением, становлением единым целым со вселенной. Рейез никогда не испытывал ничего подобного до Селены. Теперь он точно знал, о чём твердили другие.

Оргазм подхватил Рейеза, как волна, а затем обрушил вниз. В буквальном смысле слова. Поверхность стола исчезла под его руками, и он со всей силы упал на Селену с громким:

— Уфф!

Все ещё находясь в состоянии эйфории, он изо всех сил пытался слезть с неё, когда леденящий кровь крик прорезал затуманившее разум блаженство.

«Селена? Великий Создатель, неужели я причинил ей боль?»

— Какого хрена? — Испуганное восклицание незнакомца усилило замешательство. Рейез уловил в тоне граничащую со страхом жёсткость. — Медленно встаньте с поднятыми руками.

Рейез вскинул голову. Крупный неуклюжий мужчина в дешёвом костюме нацелил на них пистолет. Хотя пушка не причинит им с Селеной вреда, угроза пробудила в нём все защитные инстинкты. Он понял, что убьёт любого, кто посмеет ей угрожать.

Рейез взглянул вниз на Селену и испытал новое потрясение. Аура суженной изменилась. Похожий на смог серый цвет, сменился снежной белизной с оттенком ледниковой голубизны. Слабое мерцание превратилось в искрящийся лёд. Он мог ощущать слабый отзвук магии джиннов внутри неё.

— Ты наполовину водяная джинни, — прошептал он.

— Что? — Слово вырвалось со вздохом, пронизанным болью. Страх и печаль наполнили глаза Селены отчаянием. Ему хотелось помочь ей исцелиться. К сожалению, огонь уничтожал и давал возможность зародится новой жизни. Ничего более. С другой стороны, водяные джинны обладали способностью к исцелению.

— Ты немного похожа на Мариям, — прошептал он в ответ, пытаясь сообщить ей жизненно важную информацию. — Не сопротивляйся своей магии.

— Я сказал, встаньте с поднятыми руками, — почти прорычал мужчина, возведя курок пистолета. — Немедленно.

Рейез наколдовал на них обоих одежду и выполнил приказ бандита. Стараясь выиграть время и разобраться с происходящим. Хотя внутри всё протестовало, не желая покидать суженную в столь уязвимом положении. Мужчина держал пистолет обеими руками и отступил на несколько шагов.

«Где, черт возьми, мы?»

Квартира исчезла. Вместо этого они находились в каком-то кабинете или мастерской. Стены из речного камня с отделкой из полированного тёмного дерева и огромный незажженный камин. Владелец явно при деньгах и с хорошим вкусом.

Селена лежала, распростёртая и привязанная к койке. Бесчисленные порезы и шрамы омрачили бледную кожу. Слезы непрерывным потоком текли из глаз.

— Уходи, — попросила она его хриплым шёпотом. — Прости за всё. Уходи, пока он не добрался и до тебя тоже.

«Уйти? Покинуть её? Никогда!»

У Рейеза пересохло в горле. Каким-то образом во время соития они перенеслись, объединив две половинки Селены. Значит, они очутились в логове Уоррена. Он не собирался трусливо сбегать. Не мог бросить суженную. Рейез понимал, что ему нужно вытащить их обоих отсюда. Немедля.

— Как мило с твоей стороны заглянуть, Селена. Я как раз собирался отправиться к тебе в гости. — От холодного интеллигентного голоса у Рейеза по спине побежали мурашки. Он резко обернулся.

Высокий и подтянутый, с аристократическими чертами лица мужчина вышел из-за внушительного стола, заваленного бумагами и книгами. Внутренности Рейеза сжались от узнавания. Мэр. Камера не воздала ему должное. Сила и уверенность исходили от него и наполняли комнату.

Ублюдок, вероятно, активировал запечатывающее заклинание, поскольку невидимый барьер уплотнил воздух, подобно щиту. Он казался твёрдым и тёмным, с маслянистой примесью зла, и Рейез понял, что больше не сможет просто перенести их отсюда прочь. Неприятное сосущее ощущение скрутило нутро.

«Твою мать!»

— Интересное развитие событий, — заметил Уоррен, словно говорил о чём-то обыденном. Не потрудившись отвести взгляд, он добавил: — Сэм, целься ей в голову. Если он трепыхнётся — стреляй.

— Да, сэр, — ответил бандит. Рейез немедленно воздвиг невидимый барьер перед Селеной.

Уоррен рассмеялся.

— Такой заботливый, — восхитился он, подкрадываясь ближе, точно голодный хищник. — Как мило.

Тепло, исходящее от Рейеза, повышало температуру в комнате градус за градусом.

— Уоррен, верно?

— Да. Рад, наконец-то, познакомиться с тобой, Рейез, — мэр одарил его неискренней дежурной улыбкой. Не достигшей холодных расчётливых голубых глаз на лице с квадратной челюстью и мелкими морщинами.

— Молодец, Селена, — похвалил Уоррен с самодовольной ухмылкой. — Лучше бы ты его запечатала в бутылке, но снимаю шляпу за креативную доставку.

Сдавленный всхлип донёсшийся из-за спины Рейеза, вонзился кинжалом в сердце. Душа не могла смириться с тем, что она связана и совершенно беспомощна. Он знал, ей претит даже мысль находиться в таком уязвлённом положении. Рейез сосредоточился, и пламя вспыхнуло на верёвках, прожигая их насквозь. Огонь погас не коснувшись нежной кожи.

Селена села, подтянув колени к подбородку, и потёрла сдавленную путами плоть.

— Спасибо.

— О, значит огненный джинн. Замечательно. — Голос Уоррена дрожал от удовлетворения. Он ослабил галстук и расстегнул две верхние пуговицы рубашки. Пот скользил по коже. — Я с радостью стану твоим хозяином. — Он достал бутылку из кармана пиджака. Бутылка из красного стекла с расходящимися во все стороны золотыми линиями. Элегантная. Тюрьма. Уоррен откупорил пробку с громким хлопком.

Гнев вспыхнул внутри, заставляя силу Рейеза взмыть, пока та не вспыхнула пламенем. Горячий голубой огонь пробежал по коже, готовый испепелить любого. И полетел во врага с молниеносной скоростью.

С потоком ругательств Уоррен выкрикнул заклинание. Он поднял невидимый щит. Огонь и щит нейтрализовали друг друга.

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к этой бутылке.

— Если слухи не врут, колдуны восприимчивы к сожжению.

Шагнув вперёд Рейез направил всю огненную мощи в Уоррена. Готовый на всё, лишь бы помешать ему завершить ритуал.

На какое-то время джинн и маг попали в тупик. Один метал пламя, второй заклинаниями защищался от ожогов. Но выстрел и крик заставили их обоих замереть.

Рейез совершенно забыл о втором бандите. И, пытаясь разобраться с Уорреном, снял защитный барьер.

«Твою мать!»

Он резко повернулся к суженной.

Селена стояла, сжимая бицепс левой руки, а между пальцев капала кровь.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!»

— Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

— Не беспокойся обо мне, — крикнула она, бросаясь к столу. Бандит несколько раз выстрелил в неё, но ей удалось увернуться. Пули с глухим стуком вонзились в толстое дерево.

«Умная девочка».

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к этой бутылке, — повторил Уоррен второй призыв. Рейез в ответ бросил в него ослепительно яркое голубое пламя. Ублюдок едва успел отпрыгнуть в сторону, крича: — Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

«Твою мать! Если Уоррен ещё раз повторит призыв, то нам крышка».

Швырнув поток пламени, Рейез переместился к бандиту. С криком мужчина развернулся, целясь в него пистолетом.

«У меня нет времени на эту хрень».

Он вырубил бандита апперкотом и, выхватив пушку, расплавил её.

— Рейез, сын Марида...

«Нужно, немедля, позаботиться об Уоррене».

— Я привязываю тебя к этой бутылке. Амар...

На этот раз он прицелился в широкий торс, толстые плечи и небольшой пивной живот колдуна. С широко распахнутыми от паники глазами Уоррен бросился в сторону.

Стон с потоком проклятий разнёсся по комнате, когда мэр упал на руку. Бутылка вылетела из ладони и ударилась о твёрдый каменный пол, разбившись на сотни красных и золотых осколков.

Рейез ухмыльнулся, глядя на лежащего и что-то бормочущего противника.

Сейчас ублюдок умрёт. За жестокое обращение с Селеной и Кейдом подонок заслуживает мучительной смерти.

Рейеза охватила тревога, когда он понял, что не может пошевелиться. Даже моргнуть.

— Что ты сделал?

Уоррен, пошатываясь, поднялся на ноги, баюкая повёрнутую под странным углом левую руку. Красивый костюм порван и местами обгорел, волосы растрёпаны. Холёный мэр выглядел потрепанным, но в его взгляде сиял триумф.

— Замораживающее заклинание, — ответил он. — Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к себе. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

У Рейеза кровь застыла в жилах. Связь душ воедино. Наихудший плен. Процесс болезненный для обладателя магии, но после завершения ритуала джинн будет порабощён до самой смерти колдуна.

В прямом смысле слова, пока смерть не разлучит их.

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к себе. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

Он зарычал, пытаясь освободиться, поднял руки, чтобы сотворить магию.

К сожалению, заклинание застыло вокруг него точно клей.

«Проклятье. Когда же оно спадёт?»

— Рейез...

Селена, схватив медную кочергу из камина, бросилась к Уоррену и огрела по спине. Оглушённый ублюдок рухнул на пол. Она стала наносить удар за ударом. С рыданиями Селена проклинала отчима, вспоминая все обиды.

С рёвом Уоррен подскочил. Врезаясь головой ей в живот. Кочерга вылетела у неё из руки, и Селена упала на спину. Зловещее дребезжание метала о пол прозвучало как гром среди ясного неба.

Рейез попытался напомнить Селене, чтобы она использовала магию, которой владела. Но заклинание Уоррена склеило губы, словно арахисовое масло, смешанное с суперклеем. Он присел на корточки и, собравшись с силами, попытался оттолкнуться. Заклинание стало спадать, но медленно.

«Твою мать!»

Селена стала отползать назад.

— От тебя одни неприятности, — прохрипел Уоррен, преследуя её. — Неважно, что бы я ни делал. Как сильно не истощил тебя. Разделил надвое. Ты не покорилась мне. Ни на йоту.

— Да, грёбаный ублюдок, — прошипела она. — Ты не смог сломить меня. И умрёшь, зная об этом.

Он бросился на неё сверху. Рейез наблюдал, как Селена дралась, исцарапывая ублюдку лицо, но подонок был намного больше и тяжелее неё. Она не смогла оттолкнуть его. Толстые руки сомкнулись на нежной шее. Горло, которое Рейез обожал целовать и ласкать.

Душу резануло пронзительной болью. Он любил её, а она умрёт, так и не узнав об этом.

Разум нашептал: «Суженная».

***

Селену терзали изнутри и снаружи. Пока Уоррен продолжал истязать её, внутри бушевала странная энергия. Начавшая медленно растекаться по венам, как поток воды. Сначала прохладный, успокаивающий и унимающий боль. И Селена призывно потянулась к нему.

Но затем магия затопила её. Бурлила и пенилась, становясь ледяной. Зубы застучали от холода. Тяжесть давила на кожу, пока ей не стало казаться, что та лопнет. Голова закружилась и её замутило. Магия буйствовала, а Селена не знала, как воспользоваться ею.

Когда Уоррен заморозил Рейеза, она запаниковала. Поняла, что нужно действовать и помочь джинну. Но магия грохотала и бушевала, как гигантские волны, мешая думать. Поэтому она схватила первое попавшееся оружие. Кочерга помогла, но не долго.

Чёрные пятна замелькали перед глазами, когда руки Уоррена сжали горло. Теперь она тонула в магии и отчаянно нуждалась в воздухе. Как не крути, а смерть, казалась неизбежной.

— Я не только убью тебя, но и осушу твоего драгоценного брата, — прорычал Уоррен ей в лицо, брызжа слюной. — И наконец избавлюсь от вас обоих.

«Нет».

Милое личико Кейда всплыло в сознании, успокаивая бурю. Селена знала, что не может позволить Уоррену победить.

«Ты не навредишь ему».

Магия, холодная и острая, как лёд, поднималась внутри, распространяясь подобно обморожению, от макушки до пяток. С ужасным треском сила вырвалась из её тела и хлынула наружу из каждой поры. Яростная и неудержимая. Кожу опалила пронизывающая боль. Сознание угасало и Селена провалилась в манящую темноту.

***

Вся магия внезапно испарилась из комнаты, оставив после себя вакуум. От такой резкой перемены заложило уши. Рейез, пошатываясь, бросился к Селене и Уоррену, которые лежали неподвижной кучей.

Несколько сосулек, тонких и острых, как красивые хрустальные мечи, торчали из спины мужчины. Уоррен напоминал причудливого дикобраза с ледяными иглами. В мёртвых, широко распахнутых глазах, застыло потрясение.

«Селена. Лена! Моя Лена!» — Мысли Рейеза кружились вокруг суженной.

Он оттолкнул тело Уоррена в сторону и поглядел на неё.

Сгорбившись, Селена лежала на полу, такая бледная и неподвижная. Слишком неподвижная.

«Нет, нет, Только не это».

Сердце сковало от дикого горя, наполняя всю его сущность неистовой болью. С трудом дыша, Рейез опустился на колени рядом с ней.

«Какой смысл быть джинном, обладать магическими способностями, если ты даже не может спасти ту, кого любишь?»

Он никогда больше не увидит улыбку своей Селены и не услышит, как она его зовёт. Не сможет наблюдать за тем, как она обнимает брата.

«О, Создатель, как я скажу Кейду, что Селена умерла? Я подвёл их обоих».

Рейез сидел в оцепенении. Совершив в жизни так много ошибок, что из них можно было бы построить высоченную до самых небес башню, он не заслуживал роли родителя или опекуна, но сейчас у мальчика никого нет. А для Селены самым важным всегда было воспитание и благополучие брата.

Он посмотрел на лицо возлюбленной. С закрытыми глазами она выглядела такой безмятежной, словно наслаждалась мирными сновидениями.

Жизнь — странная штука. Он прошёл путь от полного одиночества в изгнании из всего, что знал и любил, до того, чтобы за считанные дни найти свою суженную и новую семью, которую мог полюбить. Теперь Селена мертва.

«Я выполню твоё самое сокровенное желание, любимая».

— Прости меня, суженная, — прошептал он. — Обещаю, я воспитаю Кейда, как родного.

Рейез наклонился вперёд, прижавшись лбом к её груди. Воздавая последнюю клятву усопшей.

Слабое дыхание коснулось его щеки, точно призрачная ласка. Рейез замер, не смея пошевелиться. Вздохнуть. Надеяться. Через несколько секунд он прижался ухом к её сердцу. Ему наградой стала череда едва слышных ударов. На долю секунды он подумал, что они ему почудились. По щекам побежали капли.

«Хвала Создателю, она жива».

Грубо смахнув слёзы, Рейез подхватил Селену на руки и встал.

Его взгляд скользнул по телу Уоррена. Мэр был важной персоной, и его хватятся. Начнётся расследование. Сосульки растают, но останутся колотые раны. Это повлечёт за собой множество вопросов.

Рейез оглядел комнату. Взгляд упал на испачканную кровью кровать. Он посмотрел на Селену. Комната тоже вызовет море вопросов. И вероятней всего, улики приведут к Селене. Пока этот геморрой утрясётся, много воды утечёт. Если удастся всё уладить. Но учитывая, что в дело вовлечены магия и человеческая правовая система, особых надежд Рейез на сей счет не питал.

«Они с Кейдом уже достаточно натерпелись».

Он нежно поцеловал Селену в макушку, а внутри крепла решимость.

«Придётся упростить дело».

Крепко держа суженную, он направился к двери. На пороге выставил руку и призвал огонь. Горячее голубое пламя вспыхнуло на ладони. Он бросил первый огненный шар в тело Уоррена, а затем быстро пошвырял несколько по периметру. Пламя вспыхнуло. Затрещало, быстро распространяясь по комнате.

«Пора идти домой».

Рейез переместил их в квартиру Селены.

Глава 10

Послеполуденное солнце приятно согрело лицо. Селена проснулась, но после минутной паники расслабилась, узнав знакомые стены цвета шалфея.

«Неужели мне приснился кошмар?»

Она зевнула и потянулась, чувствуя себя удивительно отдохнувшей, если не считать небольшого покалывания, то здесь то там. Минуточку. Исчезло ноющее ощущение потери. Она чувствовала себя цельной. Селена поднесла ладонь к лицу.

— Ты проснулась. — Рейез сидел в кресле возле её кровати с книгой на коленях.

— Ты в моей спальне.

Он ухмыльнулся.

— По крайней мере, с наблюдательностью у тебя всё хорошо. — В следующую секунду его взгляд посуровел. — Учитывая пережитый тобою кошмар, отлично выглядишь.

Инстинктивно Селена стала кутаться в простынь.

— Битва с Уорреном... мне это не пригрезилось? — прошептала она.

Потянувшись, Рейез взял её руку в свою ладонь. Тепло прикосновения вмиг успокоило.

— Нет, но ты победила. Уоррен мёртв.

— Мёртв. Ничего себе. — Выдохнула она. — Мне так долго этого хотелось, что теперь не верится. — С минуту помолчав, Селена спросила: — А как он умер?

— Ты убила его своими супер-способностями, — ответил Рейез и рассказал ей о том, что произошло. А увидев встревоженный взгляд объяснил, что подчистил за ними. И на том пепелище тел не найдут, лишь останки.

— Спасибо. — Она села, подтянула колени к подбородку и обняла ноги. — Значит, это магия джиннов вылечила мои порезы и внутренние раны?

Рейез кивнул.

— Я не могла её контролировать. Кажется, это она руководит мной, — Селена вздрогнула. — Во мне течёт кровь джиннов? Как такое возможно?

Подойдя к кровати, Рейез обнял её.

— Я слышал истории о том, как джинны и люди влюблялись друг в друга. Это редкость. Но в результате такого союза рождаются полукровки с непредсказуемыми способностями.

— Значит, таких как я много?

— Возможно. — Он пожал плечами. — До меня очень давно не доходило подобных слухов, но кто знает наверняка.

Селена вздохнула.

— Магия беспокоит меня.

— Что ты чувствуешь?

Селена наклонила голову и сморщила нос.

— Словно внутри меня течёт река. Сейчас спокойная и безмятежная. Но тогда, во время драки, она стала разъярённым, ревущим чудовищем.

— Мне пришлось научиться контролировать свою магию. Как и любая сила, в ней может таиться опасность, но и большое благословение. Всё зависит от тебя. — Он наклонился и поцеловал её в нос. — Мы будем практиковаться, и я научу тебя всему, что знаю.

— Спасибо, Рейез. Даже не могу передать словами, насколько я тебе благодарна. — Голос дрожал от волнения. Он так много сделал для неё и Кейда.

«Кейд».

Селена напряглась в его объятиях, словно от удара током.

— Где Кейд?

— Ещё у Паулы.

Она быстро посмотрела на прикроватные часы. Пол пятого вечера. Они целый день не виделись с братом. Селена высвободилась из объятий джинна и сбросила одеяло.

— Мы должны пойти и забрать его.

Рейез успокаивающе положил руку ей на плечо.

— Не переживай. Он гостит у Паулы, мы можем не спешить.

— Знаю. — Она пожала плечами. — Просто хочу его увидеть и убедиться, что с ним всё в порядке.

— Понятно, — ответил Рейез, вставая и притягивая её к себе. — Но сначала мне нужно кое-что сделать.

Он так пылко поцеловал её, что Селену окутало исходящим от него жаром. Разжигая внутреннее пламя. Крепче прильнув к нему, она углубила поцелуй. Когда они оторвались друг от друга, то оба глупо улыбнулись.

— Я так рада, что ты не ушёл, — застенчиво призналась Селена.

Рейез заглянул ей в глаза.

— Я люблю тебя. Где мне ещё быть, как не со своей суженной?

Селена смотрела на него во все глаза.

«Он только что сказал слово на букву «Л»?»

Селена мечтала найти любимого, но не чаяла, что это произойдёт на самом деле. С ней такое чудо не могло случиться. Если говорить откровенно, она не верила, что когда-нибудь сбежит от Уоррена. И всё же ей это удалось. Благодаря джинну, который смотрит на неё с такой любовью.

Ответ эхом отозвался глубоко в душе. Это казалось правильным. Никогда раньше она не была настолько уверена в своих чувствах.

— Я тоже люблю тебя, джинн моего сердца.

Эпилог

Три дня спустя

Солнечным зимним утром Селена стояла на территории кладбища Гленвуд, которое больше походило на сад.

На безоблачном небе птицы порхали и щебетали. Стояла тёплая, весенняя погода, будто на дворе апрель, а не декабрь. Зелёные венки с ярко-красными бантами и миниатюрные рождественские ели, украшенные игрушками и мишурой, добавляли неуместного веселья месту последнего пристанища усопших.

Не осталось и следа ужасной метели, бушевавшей в городе всего несколько дней назад. Ночи, кардинально изменившей ей жизнь.

Не известно, кого стоит благодарить за такой прекрасный день: волшебство или непредсказуемую техасскую погоду. Но Селена точно не могла перестать радоваться, что выжила и окружена любимыми людьми. Сердце пело от счастья, когда она посмотрела вниз на две руки, которые сжимала в своих ладонях. Кейд в правой, а Рейез в левой. Самые любимые мужчины стояли с ней рядом в тёмных костюмах и с мрачными выражениями лиц.

Священник закончил заупокойную литургию. Селена вознесла собственную безмолвную благодарственную молитву. Её аминь слилось с остальными. Затаив дыхание она наблюдала, как гроб Уоррена опустили в яму, предав земле. В нём лежали найденные после пожара кости. Селене до сих пор с трудом верилось, что ублюдок мёртв. И они с братом, наконец-то, свободны.

Навес был битком набит людьми: знаменитостями, политическими деятелями, репортёрами, делавшими быстрые заметки и фотографии. Большинство в костюмах и дорогих платьях, некоторые в униформе. Селена не планировала устраивать никаких пышных поминок, поэтому люди выстроились в очередь, чтобы засвидетельствовать ей своё почтение, прежде чем уйти. Селена неохотно высвободила руки и выпрямилась, готовая выполнить свой долг.

Мистер Смайт, адвокат Уоррена, остановился перед ней и сочувственно сжал руку.

— Сожалею о вашей потере, дорогая. Уоррен остался бы доволен церемонией, — заверил он.

«О да. Уоррен всегда любил устраивать представления и находиться в центре внимания. Такой цирк был как раз в его духе».

Смерть отчима радовала Селену. И она ничуть не скорбела о его утрате. Поэтому улыбнулась мистеру Смайту.

— Спасибо, что пришли. Увидимся в понедельник.

— Да. В восемь утра, — напомнил он, последний раз стиснул её руку и ушёл.

Будучи приёмными детьми Уоррена, они с Кейдом унаследовали львиную долю имущества, поэтому нужно встретиться с адвокатом и уладить все дела.

Дальше к ней подошла стройная женщина, одетая в неброское, но элегантное чёрное платье. Лет пятидесяти, привлекательная, но не красотка. Она протянула ухоженную руку с кроваво-красным маникюром.

— Я Матильда, давняя подруга вашего отца.

— Отчима, — поправила её Селена.

Женщина кивнула, и уголок рта слегка приподнялись в улыбке.

— Да. Какая ужасная смерть, сгореть заживо в собственном доме, — воскликнула она с лёгкой дрожью. — властям удалось выяснить причину возгорания?

По официальной версии, из-за жуткого бурана произошло короткое замыкание электропроводки, приведшее к пожару. В результате сгорела большая часть дома и погиб Уоррен.

— Неисправная проводка, — ответила Селена холодно.

Рейез придвинулся к ней ближе, даря молчаливую поддержку.

Матильда со слабой улыбкой переводила взгляд с одного на другого. В глазах горело понимание.

— Примите мои соболезнования, — сказала она и поспешила прочь.

Селена не спускала глаз с удаляющейся фигуры.

«Известно ли ей что-то? Откуда? Странно».

Улыбка словно приросла к губам, пока Селена пожимала руки и бормотала:

— Спасибо, — слишком много раз, что сбилась со счёту. Когда священник откланялся, она вздохнула с облегчением.

Рейез притянул её к себе, прижимая к горячему телу. Селена улыбнулась ему, а потом Кейду.

— Пора ехать домой.

— Ага, — согласился джинн. — Нам нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему рождественскому ужину.

— Ура, Паула с Беном празднуют с нами Рождество! Встретимся возле машины, — воскликнул Кейд и убежал.

За последние несколько дней, с момента смерти Уоррена, брат изменился. На щеках играл румянец и энергия била из него ключом. На самом деле, с присутствием Рейеза Кейд стал намного счастливей. И она тоже.

Они с Рейезом вышли из-под навеса, обнявшись за талию. Селена прислонилась к нему головой.

— Матильда не показалась тебе странной?

— Нет, — пророкотал он ей на ухо, как всегда, разжигая внутри искру желания. — Кроме того факта, что она лишена такта, а любопытства у неё в избытке. — Они прошли мимо строгой вереницы полицейских машин, лимузинов и чёрных внедорожников. На многих красовались оленьи рожки или маленькие рождественские веночки.

— Когда ты понял, что по настоящему влюбился в меня?

— В ту самую секунду, когда подумал, что вот-вот потеряю, — ответил Рейез, крепче прижимая её к себе. — Уоррен душил тебя.

Селена непроизвольно потянулась к горлу, коснувшись мягкого шарфа. Магия убрала синяки и боль, но не воспоминания, которые в красках нахлынули на неё.

— Знаешь, ты мог уйти задолго до этого момента. Почему остался?

— Не знаю.

— Потому что привык поступать правильно, добрый самаритянин?

Порядочней Рейеза ей не доводилось встречать мужчину или джинна.

Кстати, он отнёс бутылку с Мариям обратно в царство джиннов, чтобы её или исцелили или поместили в более просторное место. Пока Рейеза не было, Селена безумно скучала, словно у неё опять оторвали часть души.

Она вздрогнула и прижалась к тёплому мускулистому телу.

— Верно, но для меня не было иного пути, — сказал он, не обратив внимания на её поддразнивание. — Мне даже в голову не могло прийти, бросить тебя и Кейда. Вы — моя семья.

— Я так этому рада. А ещё, я счастлива, что умирая Уоррен знал, что не сломил меня.

— Ты удивительная женщина, — сказал Рейез, целуя ее в волосы. — Сильная, красивая, удивительная.

С улыбкой она нежно поцеловала его. Остаток пути они прошли в молчании. А когда подошли к машине, Рейез крепко обнял её и отстранился.

Вытащив брелок, он отпер машину и разблокировал для них двери. Усевшись, они пристегнулись, и Рейез медленно поехал мимо могил, каменных ангелов и старых тенистых деревьев. В машине воцарилась тишина.

Селене хотелось поскорей покончить с этим, и наконец отпраздновать начало светлого будущего. Жизнь слишком драгоценна, чтобы тратить её понапрасну.

Добравшись до квартиры, она обязательно включит рождественскую музыку и зажжёт огоньки на ёлке. А может, позже они вместе посмотрят «Один дома» и выпьют горячего шоколада.

— Когда мы вернёмся домой, думаю, я займусь приготовлением горячего шоколада, — предложил Рейез. — Этот напиток настроит нас на рождественский лад.

— Ура! Могу я помочь? — спросил Кейд с заднего сидения.

— Конечно. Ты же мой су-шеф.

Селена искоса взглянула на Рейеза и ухмыльнулась. Сердце пело и радовалось от простого счастья любить и быть любимой. Да она всей душой любила этого джинна, который исполнял все её желания.

Благодарность

Для написания истории, как и для приготовления изысканного блюда, нужно время. Собрать воедино необходимые ингредиенты, варить на медленном огне и правильно подать. Это сравнение, как нельзя лучше подходит для «Рождественского желания».

Хотя писательство по большей части является уединённым занятием, истории Селены и Рейеза не было бы без помощи множества важных людей.

Зайдя в тупик, я запаниковала, но моя прекрасная подруга и критик Люси Дж. Чарльза вмешалась со своими блестящими предложениями, помогла успокоиться и сохранить здравомыслие. Спасибо, дорогая, за отлично проведённое время в Новом Орлеане! Ты — лучшая!

Хочу так же выразить огромную признательность за потрясающие отзывы: Сонали Дев, Наоми Фрейзер, Мишель К., Келли М., Текси, Дженни, Дж.М.

И последнее, но не менее важное: эта история позволила мне объединить миры кулинарной журналистики и художественной литературы. Искренняя благодарность моим бесстрашным дегустаторам рецептов: Джиджи, Мишель Х., Мишель В., Рейчел Б., Кейли Кросс, Скотт Дж.

Моему дорогому мужу и детям, которым пришлось пробовать разнообразные рецепты, (пока мы не нашли идеальные), слушать отрывки истории, и жить со мной во время корректуры... без вас я бы не справилась.

Огромное спасибо всем и каждому из вас за то, что стали частью моего писательского пути.

Крепко обнимаю,

Мина.

Рецепты от Рейеза

Сливочный куриный чаудер

Шеф-повар Рейез разработал этот рецепт для своего ресторана «Огненные чаши», поскольку вкус блюда отражает разнообразие его кухни. Суп сочетает в себе сливочность чаудера с пряностью жареного перца и сладостью кукурузы. Сладковато-огненный, обязательно согреет вас изнутри.

Примечание: Вы можете изменить остроту в соответствии с вашими предпочтениями. Кроме того, вы можете сократить время приготовления: используя жареную курицу из продуктового магазина, консервированный бульон и перец чили. Кроме этого, можно сделать заготовки из перца заблаговременно (1-2 дня). Жаренный перец имеет более насыщенный вкус чем фабричный.

Ингредиенты (на 6 - 8 персон):

4 больших перца поблано или стручкового перца чили равны примерно 1 щедрой чашке нарезанного перца;

4 больших зелёного перца поблано или стручкового перца чили;

1 большой красный болгарский перец;

2 ломтика крупно нарезанного бекона (или нарезанного мелким кубиком);

Масло (только при необходимости);

2 лавровых листа;

250 грамм нарезанного кубиками лука;

250 грамм нарезанного кубиками сельдерея;

4-6 средних зубчиков чеснока, очищенных и измельчённых;

1 измельчённый перец халапеньо (если хотите сделать не столь острым, очистите от семян и внутренних перегородок);

½ чайной ложки сухого орегано;

½ чайной ложки сухого тимьяна;

½ чайной ложки молотого тмина;

¼ - ½ чайной ложки красного стручкового перца или копчёной паприки;

2 средних юконских золотых картофеля, очищенные и нарезанные кусочками толщиной 2,5 сантиметра;

4 стакана куриного бульона + 1 стакан воды;

500 грамм нарезанной кубиками жареной курицы;

500 грамм цельных зёрен кукурузы (вы можете использовать свежие, замороженные или консервированные);

250 грамм жирных сливок или половина;

Соль и перец по вкусу;

250 грамм тёртого белого сыра чеддер;

250 грамма тёртого монтерей джек с перцем;

2 столовые ложки измельчённой свежей петрушки;

2 зелёных луковицы, очищенных и тонко нарезанных (и перья и сам лук).

Приготовление:

1. Разогрейте жаровню духовки и установите решётку в 15 сантиметров от источника тепла. Застелите противень фольгой.

2. Перец (зелёный и красный) разрежьте пополам сверху донизу: удалите плодоножку, семена и ребра, затем положите перцы срезом вниз на подготовленный противень.

3. Готовьте в предварительно разогретом гриле, пока кожица перцев не почернеет и не покроется пузырями, около 5 минут. Поместите почерневшие перцы в повторно закрывающийся пластиковый пакет, закройте и отложите в сторону. Дать попариться около 10 минут.

4. В большой жаровне или кастрюле обжарьте бекон до хрустящей корочки на среднем огне. Снимите и отложите в сторону.

5. В кастрюле должно остаться 2 столовые ложки жира (при необходимости добавьте масло). Добавьте лавровый лист, лук и сельдерей. Варить, пока овощи не станут мягкими.

6. Добавьте чеснок, халапеньо и специи (от орегано до копчёной паприки) и варите 1-2 минуты.

7. Теперь добавьте картофель, бульон и воду. Доведите до кипения и уменьшите огонь. Дайте ему повариться около 10 минут или пока картофель не будет готов.

8. Пока он готовится, вернитесь к жареному перцу. Пальцами снимите обжаренную кожицу с перца под проточной водой. Крупно нарежьте перец и отложите в сторону.

ВАЖНО: Надевайте перчатки или тщательно смойте руки!

9. Когда картофель станет мягким, удалите лавровый лист и с помощью погружного блендера измельчите около трети супа.

10. Добавьте курицу, кукурузу и жареный перец и готовьте ещё 5 минут.

11. Добавьте сливки, соль и перец по вкусу. Снимите с огня

12. Добавьте сыр и позвольте ему медленно растаять в горячем супе.

13 Подавайте, украсив свежей петрушкой, зелёным луком, зарезервированным беконом и дополнительным тёртым сыром, по желанию.

Рождественские оладьи с бананами и шоколадом

Домашние оладьи божественны на вкус и любое утро сделают более радужным. Это лакомство легко приготовить. Лёгкие, воздушные и вкусные. Рейез с радостью готовит их на скорую руку с помощью своего су-шефа Кейда. Оладушки их любимое семейное блюдо.

Ингредиенты (на 4 порции):

360 грамма муки (универсальной);

60 грамм сахара;

2 чайные ложки разрыхлителя;

½ чайной ложки соли;

2 очень больших яйца;

250 мл. молока (при необходимости можно добавить позже ещё немного);

120 мл. сметаны;

1 чайная ложка ванильного экстракта;

2 спелых банана, нарезанных кубиками (убедитесь, что они не перезрелые);

½ чашки шоколадной стружки;

½ стакана сушёной клюквы (по желанию. Мне нравится такая феерия вкуса);

50 грамм несолёного сливочное масло.

Для украшения:

Фрукты и ягоды;

Кленовый сироп;

Взбитые сливки;

Приготовление:

1. Просейте вместе муку, сахар, разрыхлитель и соль в миску. Отложите.

2. В отдельной миске взбейте вместе яйца, молоко, сметану и ваниль.

3. Во взбитые ингредиенты добавте сухую смесь и хорошенько размешайте, чтобы не было комочков. Это более густое тесто, чем обычно, но если оно кажется слишком густым, добавьте немного молока, чтобы получить желаемую консистенцию.

4. Добавьте в тесто нарезанные кубиками бананы, шоколадную стружку и клюкву.

5. Нагрейте сковороду на среднем огне и растопите кусочек сливочного масла. Выложите ложкой тесто. Обжаривайте, пока сверху не начнут образовываться пузырьки, а края подрумяниваться. Переверните и жарьте ещё минуту, пока обе стороны не станут золотистыми.

6. Снимите со сковороды и добавьте ещё сливочного масла (или возможно вы используете антипригарный спрей), продолжайте жарить оладушки, пока не закончится тесто.

7. Подавайте с нарезанными фруктами (Рейез использовал бананы и клубнику), размягчённым сливочным маслом, взбитыми сливками и кленовым сиропом. Получается около 12 оладушек. Наслаждайтесь!

Рождественский горячий шоколад

Ничто так не согревает вас в холодный зимний день, как вкусный горячий шоколад, которым вы делитесь с близкими. Кроме того, это весело делать вместе.

Ингредиенты (на 4 порции):

80 грамм горького какао-порошка;

80 грамм белого сахара (вы можете добавить больше сахара позже, если вам нравится послаще);

½ чайной ложки молотой корицы;

Щепотка мускатного ореха;

Щепотка соли;

80 грамм кипящей воды;

1100 мл. молока;

30 грамм тёмного шоколада, нарезанного или мелко наколотого (количество можно изменить по вкусу: добавьте больше, если вам нравится тёмный шоколад, или наоборот можете не добавлять его вовсе);

от ½ до 1 чайной ложки ванильного экстракта (по вкусу);

60 мл. сливок, смешанных с 60 мл. молока.

Примечание: Вкус получится более сливочный и насыщенный, чем обычный тёмный шоколад. Если вы предпочитаете более лёгкую вариацию, увеличьте количество горячей воды и уменьшите количество молочных продуктов. Для безлактозной версии: используйте 250 мл. кокосового молока полной жирности и 220 мл. миндального молока (не стесняйтесь менять количество, чтобы изменить насыщенность) и замените белый сахар коричневым. Вы также можете заменить ваниль кокосовым экстрактом.

Главное — наслаждаться каждым глотком.

Приготовление:

1. Смешайте в кастрюле какао, сахар, корицу, мускатный орех и соль. Добавьте кипячёную воду и хорошенько размешайте. Помешивая, доведите эту смесь до лёгкого кипения. Варите на медленном огне и помешивайте около 2 минут. Не дайте ему пригореть.

2. Добавьте молока и стружку из тёмного шоколада (если используете) и нагрейте до очень горячего состояния, но не доводите до кипения. Продолжайте осторожно помешивать, чтобы шоколад смешался с напитком. Снимите с огня и добавьте ваниль. И сахар по вкусу.

3. Разделите на 4 кружки. И охлаждёнными взбитыми сливками доведите до нужной вам температуры питья.

4. По желанию сверху выложите маршмеллоу или взбитые сливки.

Об авторе:

Мина Хан — писательница из Техаса и большой гурман. Мечтает о безрассудных мифических героях, магии, битвах и озорстве, а потом переносит это на бумагу. В перерывах между написанием книг даёт уроки кулинарного искусства и пишет статьи для местной газеты. Кроме этого, воспитывает двоих детей, двух кошек, двух собак и мужа.

Она выросла в Бангладеш, слушая рассказы о джиннах, призраках и чудовищах. А теперь старые детские небылицы служат для неё источником вдохновения.

ВНИМАНИЕ

Перевод не преследует коммерческих целей и является рекламой бумажных и электронных изданий.

Любое коммерческое использование данного перевода запрещено. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Глава 5

Рейез уставился на женщину, которая отказывалась встречаться с ним взглядом. Беспокойство о собственном иррациональном и магнетическом влечении разъедало душу подобно кислотному рефлюксу[13]. Гнев и привычная настороженность уступили место сильному желанию, почти непреодолимой потребности позаботиться о Селене.

Её последние слова, произнесённые с безжизненным смирением, болью скрутили желудок, лишив дара речи. Девочка привыкла получать в жизни самое худшее и не ждала от него иного. И Рейезу это не понравилось. Ни капельки.

«Почему?»

Он никогда раньше ни к кому так не относился, даже когда думал, что влюбился. Присутствие Селены приводило его в замешательство.

Учитывая, как она заманила его в ловушку, а затем обокрала, у него есть полное право уйти. Но он не мог.

Рейез перевёл взгляд на разноцветный шерстяной плед. Всеми любимый и часто используемый. Важная частичка её жизни.

Конечно, технически он не мог отказаться. Она приказала ему помочь ей. Плюс к этому, невесть откуда взявшееся безумное притяжение. Но было нечто намного большее. Рейез, как никто другой, ценил ценность второго шанса. Наказанием за его прегрешения могла быть смертная казнь, но ему позволили жить. Выслушав её историю, став свидетелем любви между хрупким мальчиком и Селеной, Рейез понял, на что в отчаянии она готова пойти, чтобы уберечь Кейда. И должен был помочь им.

Брат с сестрой заслуживали лучшего.

Он провёл руками по лицу. Как это сделать... вот в чем вопрос.

— Я так понимаю, ты пыталась ограничить контакты между Кейдом и Уорреном законным путём?

Она вскочила на ноги и снова принялась расхаживать по комнате.

— Он образцовый гражданин, знаменитый филантроп и самый популярный мэр за последние десятилетия, — сказала она. — Если бы я выдвинул эти обвинения против него, несведущие в магии люди заперли бы меня в психушке быстрее, чем ты скажешь абракадабра. И я навсегда потеряла Кейда.

— Как тебе удалось переехать от него и забрать брата? — Рейез передёрнул плечами. — Уоррен не похож на человека, способного уступить преимущества.

— Немного планирования, капелька везения и вовремя подвернувшаяся возможность. — Слабая улыбка промелькнула на красивом лице. — Местный телеканал делал репортаж об Уоррене, и он устроил шумиху по поводу празднования моего восемнадцатилетия. Поэтому я похвасталась перед камерой о своей первой новенькой квартире. Я всё свободное время потратила на её поиск. Так что точно знала, куда хочу пойти.

— Уоррен не обрадовался такому повороту событий.

— Ни капельки. Но не мог показать этого перед телевизионщиками. На самом деле, он помогал мне с переездом. Ясное дело, играя на камеру. — Она усмехнулась. — Уоррен не собирался выпускать из своих лап Кейда, но вошёл в азарт и захотел добавить зрелищности в духе «детишки едут в лагерь». Продюсеру программы понравилась эта идея.

— Брат ночевал у меня только одну ночь. После этого мне пришлось навещать его у Уоррена. Но отчим ходит на свидания, поэтому Кейд стал всё чаще оставаться на ночь. Однажды за очень хорошо выполненное поручение Уоррен вознаградил меня, позволив брату переехать ко мне навсегда. — Краска схлынула с лица. — Если бы он захотел, то мог бы настоять, чтобы Кейд оставался с ним до совершеннолетия.

— Отлично разыгранная партия, — похвалил Рейез. — Так ты по натуре планировщица?

— При любой возможности. — Селена остановилась и посмотрела на него искрящимися надеждой глазами. — Коль речь зашла о планах, у меня созрел один... для нас...

— Давай, порази меня.

Она откинулась на спинку дивана, ближе, чем раньше. Одно из точёных колен коснулось его бёдра, и этого хватило, чтобы оттеснить из головы разумные мысли.

«Каково прижать её к себе, прикасаться к восхитительному телу: руками, губами, языком?..»

Он снова перевёл взгляд на лицо Селены и сосредоточился на насущном вопросе.

— Если бы ты согласился помочь, я подумала, что могла бы отвезти тебя в бутылке к Уоррену, а потом ты выйдешь и надерёшь ему задницу своими ифритовыми штучками, — сказала она.

Несмотря на серьёзность ситуации, Рейез не смог сдержать ухмылку.

— Как бы мне ни хотелось надрать ему задницу, это не сработает, — признался он. — И к твоему сведению, мы предпочитаем термин «джинн». Звучит гораздо достойней.

— О, прости, — извинилась она, забавно сморщив нос. Само очарование. — Почему,нет?

Рейез прикусил нижнюю губу и попытался сообразить, как ему поступить. Доверял ли он ей настолько, чтобы поделиться правдой о бутылке и потерять своё небольшое преимущество?

Рейез заглянул в необычные голубоватые с фиолетовым оттенком глаза, такие красивые и таинственные. Он видел в них смирение, решимость, страх, любовь и надежду. Стальной стержень. Оппортунистическую натуру. Отчаяние и заботу.

Не раздумывая, он протянул руку и провёл тыльной стороной костяшек пальцев от виска до скулы. Одновременно такой мягкой и твёрдой, уязвимой и сильной. Он действительно восхищался ею. Женщина, заинтересовавшая его и заставившая заботиться о себе. Благодаря ей он снова почувствовать себя живым.

— Ты привязала меня к бутылке, а тот, кто владеет ею, имеет власть надо мной, — признался он. Рейез подивился тому, как ровно и мягко звучал его голос. Ни капли дрожи. — Если ты отдашь бутылку Уоррену, мне придётся исполнять его просьбы.

Он видел, как надежда гаснет в синих омутах, оставляя за собой задумчивость.

— Значит, сейчас ты должен выполнять мои прихоти?

Напряжение сковало шею и он приготовился к тому, что его сейчас попросят выполнить какой-нибудь нелепый трюк или что-то подобное.

В полном недоверии люди всегда хотели проверить сказанное.

— Да.

Селена схватила его за руку.

— Так ты пытаешься помочь мне в сложившейся ситуации, потому что я непреднамеренно приказала тебе это сделать?

Чувство вины вспыхнуло из-за недавнего обмана.

— Нет, — прохрипел он. — В смысле, есть доля принуждения. Но я правда хочу помочь.

— Почему?

— Потому что Кейд хороший малыш. И никто не заслуживает быть только наполовину живым и порабощённым, — ответил он. — Это будет правильный поступок.

Она поднесла его руку к своим губам и нежно поцеловала костяшки пальцев.

— Ты порядочный и добрый мужчина, Рейез. — Её глаза блестели от непролитых слёз. — Итак, расскажи, как мне освободить тебя из плена?

Буря эмоций — неверие, восторг и неуёмное желание поцеловать её — затопили душу. Ком подкатил к горлу.

«Неужели, правда, она собирается меня освободить?»

В последний раз, когда он доверился женщине, та разрушила его жизнь. Он долго смотрел на Селену.

— Ты должна сказать, что освобождаешь меня, используя моё истинное имя, а потом разбить бутылку, — признался он, прочистив горло.

Кивнув, Селена глубоко вдохнула и выдохнула.

— Хорошо, тогда...

Внезапный громкий взрыв, похожий на раскат грома, раздался в комнате. Селена вскрикнула и бросилась в его объятия. Огни замерцали, и через долю секунды темнота накрыла их точно саваном.

Сердце Рейеза сильно билось о рёбра. Селена стала сосредоточением Вселенной. Соблазнительный аромат лаванды, щекотание шелковистых волос и тёплое мягкое тело, прижатое к нему.

«Проклятье, как же хорошо. Никогда бы не выпускал её из своих объятий».

Облизнув губы, он замер на месте, не осмеливаясь пошевелиться и боясь уступить своим желаниям.

«Почему?»

Беспокойство продолжало роиться внутри Рейеза, заставляя внутренности сжиматься. Ответ, близкий и в то же время такой недосягаемый, витал в глубине сознания.

Создатель, его накрыло лавиной желаний. Жгучей потребностью зацеловать до потери пульса. Попробовать. Зарыться носом в завесу шелковых волос и вдохнуть божественный аромат. Ощутить нагое прекрасное тело под ним. Он нуждался в ней больше, чем в воздухе.

«О, Создатель, нет. Она моя суженная».

В легендах говорилось, что у каждого джина есть одна единственная родственная душа в совершенстве сочетающаяся с его душой. Очевидно, сердца суженных узнали друг друга, стоило им оказаться рядом. Верно. Но он не верил в любовь и другие сказки. Больше — нет. Кроме того, Селена — человек.

Тёплое сладкое дыхание прошлось лаской по подбородку.

«Твою мать!»

Она наклонилась ближе. Дыхание перехватило, и Рейез открыл рот, желая хоть как-то нарушить тёмную и безмолвную близость, из-за которой член затвердел, а яйца напряглись.

— Лена! Где ты? — Полный паники крик Кейда спас их обоих. Они отскочили друг от друга, словно их изрядно ударило током.

— Э-эй, я иду. Оставайся на месте, — крикнула она хриплым от желания голосом. Селена споткнулась и наступила ему на ногу. — Прости!

Он вызвал языки пламени, когда снова смог соображать. Огонь плясал на его ладонях. В первой вспышке света их взгляды встретились и будто прикипели друг к другу. Он видел плескавшуюся в синих озерах страсть. Его губы призывно приоткрылись.

Селена отвела взгляд, а потом отвернулась.

— Спасибо, — пробормотала она, направляясь к тёмной фигуре Кейда, замершей на пороге коридора. — Хорошо, когда ты рядом.

Освещая путь, Рейез последовал за Селеной. Её слова порадовали его. Если подозрения оправдаются, то он никогда её не покинет.

Сердце забилось сильно, ровно и уверенно. Каждый удар нашёптывал: «Суженная».

***

«Боже милостивый, я едва не поцеловала Рейеза».

Жар залил шею и щёки. Селена немного сожалела, что не поддалась соблазну, но одновременно испытывала облегчение.

Пока она не может позволить себе осложнить их отношения. Возможно, потом. Для начала нужно избавиться от Уоррена и всех связанных с ним сложностей. Затем стоит попытаться взять себя в руки. Несправедливо ожидать, что кто-то захочет строить отношения с женщиной, у которой разорвана на двое сущность и невероятно запутанная жизнь.

«Да уж, более странной парочки во всей Вселенной не нашлось бы».

Селена подошла к Кейду и притянула его в объятия. Сейчас в её жизни нет ни для кого места, кроме брата. И точка!

Подул холодный ветер, окутывая их ледяным саваном.

«Что происходит, черт возьми?»

Странный серебристый звон наполнил воздух, точно гармоничный перезвон нескольких колокольчиков, звонящих одновременно.

Она повернулась и увидела Рейеза, стоявшего к ней спиной. Напряжение волнами исходило от него. Ноги на ширине плеч. Поза готового к драке мужчины.

«О-о-ох...»

— Что происходит?

— Возьми Кейда и иди в его комнату, — прошептал он в ответ. — Здесь ещё один джинн. — Температура продолжала падать, пока дыхание не превратись в облачко пара.

Глава 6

Селена затащила Кейда в комнату.

— Я хочу, чтобы ты согрелся и спрятался под кроватью. Не выходи, что бы ты ни услышал, — попросила она, целуя брата в макушку. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. — Его хватка усилилась. — Не уходи. Далеко. Пожалуйста.

Она замерла. Пока они вместе, всё остальное не имеет значение. Так было до сегодняшнего дня. Но чем дольше она находилась рядом с Рейезом, тем больше он ей нравился. Дыхание перехватило, а потом у неё вырвался судорожный вздох.

Селена заглянула брату в глаза.

— Мне не хочется тебя оставлять, но я должна. Мне нужно пойти и помочь Рейезу, — сказала она, высвобождаясь из объятий Кейда. — Так будет правильно.

— Будь осторожна, — попросил он, серьёзно взирая на неё.

— Обещаю. — Она выскользнула из комнаты и прикрыла дверь, надеясь, что хрупкий барьер защитит брата.

Вспышка боли пронзила тело, голова закружилась. Селена прислонилась спиной к двери, прикрыла глаза и глубоко вдохнула.

«Замечательно. Уоррен не нашёл лучшего времени истощить и ослабить меня. Наверное, это расплата за долгое ожидание. Напоминание и месть в одном флаконе».

Едва переведя дух, Селена подошла и встала позади Рейеза. Он вновь весь загорелся красным и излучал тепло. Но холод действовал на него, поскольку обжигающий жар не опалял, а дарил лишь уютное тепло.

У Селены глаза на лоб полезли, когда с верхней части дверного проёма посыпались сосульки. Они красиво искрились и переливались в исходящем от Рейеза свете.

Оглянувшись, он хмуро посмотрел на неё.

— Я велел тебе спрятаться. Мне будет тяжело сражаться и одновременно оберегать тебя.

Селена в ответ окинула его насмешливым взглядом.

— Эй, я доппельгангер. Меня нельзя убить или сильно ранить.

«Будем на это надеяться».

Рейез отвернулся, качая головой. Ей показалось, будто он пробормотал:

— Женщины!

Он двинулся вперёд, она не отставала, стараясь держаться у стены, и прикрываясь могучей фигурой, как щитом.

«Главное, хорошая тактика. Лучше всего затаиться, а потом воспользоваться элементом неожиданности».

Они вернулись в гостиную, где стало холоднее, чем в морозильной камере. Иней покрывал стены и украшал окна диковинными узорами. С потолочного вентилятора и светильников свисали сосульки. Всё вокруг напоминало проклятую зимнюю сказку.

Сверкающий туман сгустился в середине комнаты, затвердевая, открывая взору необычную женщину. Селена ахнула. В некоторой степени та чем-то напоминала её саму, только намного свирепей. Белоснежная кожа и серебристо-белые волосы.

Невероятно высокая, до двух с половиной метров роста, острые черты и длинные конечности. Увешанная невиданными украшениями из заострённых, похожих на кристаллы осколков льда. При каждом шаге раздавался перезвон. Странная помесь грации и опасности. В серебристых глазах плясало безумное ликование.

— Кто ты такая? И чего хочешь? — Глубокий голос Рейеза пронёсся по комнате подобно грозовой туче.

— Я Мариям из Ледяных гор, и хочу твоей смерти. — Со смешком ответила та. Жуткий звук, нечто среднее между заунывным ветром и воем гиены, вызвал у Селены волну ужаса. В горле пересохло, и она прижалась к Рейезу.

Два джинна стояли лицом к лицу, оба высокие и внушительные. Они кружили друг вокруг друга, явно готовые вступить в бой.

— Мне не нужны лишние неприятности, — сказал Рейез. — Возвращайся туда, откуда пришла. Уходи с миром.

— Миром? Его больше нет. С того самого мгновения, как ты убил моего сына, — прорычала она. — Его звали Мансур. Он умер при пожаре в Брассе. Помнишь тот город? Как спалил его дотла?

Мускулистое тело Рейеза обмякло.

— Не передать словами, насколько я сожалею о содеянном, Мариям из Ледяных гор, — ответил он. — Мне очень жаль. Если бы я мог вернуться в прошлое и всё изменить, то не раздумывая сделал бы это.

— Мой мальчик сгорел заживо. — Страдание исказило и без того резкие черты лица Мариям. Некоторые сосульки сломались и упали на ковёр. — Той ночью ты многих сжёг. Невинных женщин и детей.

Селена потрясённо замерла.

«Что? Нет, джинн, с которым я сегодня провела вечер, никогда бы такого не совершил».

— Все эти смерти и разрушения из-за женщины. — Печальный шёпот Мариям повис в воздухе, как сгибающий деревья пронзительный ветер. — Которая всё равно никогда тебя не любила.

— Знаю, Мариям. — Голос Рейеза звенел от сожаления.

У Селены перехватило дыхание.

«Любит ли он её по-прежнему?»

Мариям вскинулась и с шипением втянула воздух.

— Ты должен заплатить.

Рейез замер.

— Ты права, я согрешил, и несу бремя всех этих смертей. Я живу в изгнании с воспоминаниями. Кошмарами о содеянном.

Снова накатило головокружение. Селена прислонилась к стене, перед глазами всё поплыло. Порезы Уоррена и откровения были слишком велики. Нужно время, чтобы справиться со всем.

Она посмотрела на спину Рейеза. Он ничего не отрицал. Ужас проник глубоко в нутро, заставляя задохнуться. Селена сделала глубокий, отчаянный вдох.

«Можно ли быть до конца уверенным в ближнем? Мама доверяла Уоррену, и посмотрите, к чему это их привело. Могу ли я доверить Рейезу Кейда и своё будущее? Существу, который сознался в убийстве невинных?»

— Я пожалел о своих деяниях. Научился контролировать свой гнев и огонь, — сказал он, опустив руки, сдаваясь. — Но если моя смерть принесёт тебе покой, тогда я не стану мешать. Только дай мне немного времени сначала помочь другу.

— Не станешь мешать! — Странный неприятный смех вновь пронёсся по комнате. — Как великодушно. — Эскадрилья острых сосулек полетела в Рейеза. Ему удалось создать стену пламени, которая встретила и растопила их в последнюю минуту.

«Близко, чертовски близко».

Селена тихонько переместилась поближе к книжному шкафу. И попыталась затаиться в тени. Плохо, что Рейез, казалось, настроен защищаться, но не нападать.

К счастью, всё внимание Мариям было приковано к огненному.

— Мне нет дел до твоих нужд или твоего смирения со скорой смертью, — завизжала она и обрушила на Рейеза огромную волну воды. Его пламя в миг погасло.

«Ёлки-палки! Откуда взялась вода?»

Промокший до нитки Рейез попытался вызвать огонь. Короткие шипящие искры и тонкие струйки дыма. Сердце Селены ушло в пятки.

Воспользовавшись моментом, Мариям обрушила на огненного джинна один за другим шквалы из сосулек и града. При всей изворотливости он не смог от всех уклониться. Селена поморщилась, услышав наполненные мукой стоны. От некоторых зарядов его кожа треснула, выплёскивая наружу сущность из золотисто-красного пламени.

Окна разлетались на осколки от угодивших в них сосулек. В комнату ворвался уличный морозный воздух. От холода у Селены застучали зубы.

Мариям оказалась ужасной, а Селена сильно ослабла от манипуляций Уоррена. Разумнее всего вернуться обратно в комнату Кейда, схватить его и слинять через окно. У неё и так забот полон рот, чем влезать в разборки между двумя джиннами.

Селена отступила назад и бросила последний взгляд на Рейеза. Он стоял с сосредоточенным выражением лица, пытаясь избежать или отразить ледяные снаряды. В голове всплыл образ: Рейез, присевший на корточки, чтобы посмотреть Кейду в глаза. Джинн гигант и маленький мальчик, наслаждающийся беседой.

Она схватила с полки самую тяжёлую книгу и изо всех сил швырнула ту в Мариям. Томик со свистом пронёсся по воздуху, угодив джинни в грудь. Мариям отшатнулась и выругалась, перестав атаковать.

Одна из неправильно направленных сосулек просвистела мимо головы Селены. Слегка зацепила шею. Горячая струйка потекла по коже. Пальцы окропила кровь, когда она прижала руку к порезу. Проклиная Уоррена, Селена судорожно вздохнула.

«Твою мать!»

Она схватила с полки ещё несколько книг и стала непрерывно швыряться ими.

С сердитым визгом джинни переключила своё внимание на Селену. Безумные серебристые глаза пригвоздили её к месту. Кровь застыла в жилах от страха, пробирая до костей.

«Холодно, как же чертовски холодно».

Мариям взмахнула руками и послала в неё струю воды. Окна, рамки для фотографий и сосульки, сотрясались от рёва.

Вода сбила Селену с ног и впечатала в стену. Боль взорвалась фейерверком в голове и позвоночнике. Селена соскользнула на пол грязной мокрой лужей.

Темнота манила. Её охватила паника. Если она потеряет сознание, то не сможет защитить Кейда.

Селена прикусила язык. Вспышка боли не позволила соскользнуть в забытье.

— Будь ты проклята, Мариям из Ледяных гор, ты пришла драться со мной, — сердитый голос Рейеза заставил Селену приоткрыть веки.

«Какого черта он даже в разгар драки продолжал использовать полные имена? Неужели джинны настолько вежливы?»

Он подлетел к джинни и сзади набросился на неё. Огромные облака пара поднимались в воздух там, где они соприкасались. Два джинна столкнулись в шквале конечностей, льда, воды и пламени.

Формы размылись, и они стали мало похожими на людей гуманоидами. Рейез подобен костру, полному красок, тепла и движения. Мариям — прямая противоположность: белоснежная с сине-зелёным оттенком, придающим её телу тени и чёткость. Они выглядели такими нереальными и пугающе красивыми.

Вокруг закружился вихрь воды, льда, молний и пламени. Раздавались крики и проклятия. Удары и магия летели так быстро и яростно, что Селена не могла отличить сражающихся друг от друга.

Пар и дым заполнили комнату. Селена закашлялась. Книги на полу, которые не успели промокнуть, загорелись, но через мгновение их залила вода. Печаль окутала душу. Она собрала их на протяжении жизни. Именно книги помогли ей пережить самые мрачные и тяжёлые времена. Дарили надежду.

Затем загорелась занавеска.

«Проклятье. Такими темпами, не то что квартира, весь комплекс сгорит дотла, если джинны останутся внутри».

Селена с трудом поднялась, несмотря на терзающую боль. Испуганный взгляд упал на пустые бутылки, которые, как ни странно, все ещё стояли на журнальном столике.

«Бутылки!»

Она подползла и первой потянулась за пивной. Но замерла, вспомнив, что Рейез по-прежнему привязан к ней. Одному Богу известно, какие осложнения могут возникнуть из-за привязки двух джиннов к одному сосуду. Она схватила бутылку из под воды.

«Хорошо, что Рейез предпочитает воду в модной стеклянной таре».

— Мариям из Ледяных гор, я привязываю тебя к этой бутылке. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум! — на первый призыв никто не обратил внимания. Сражение прекратилось на втором, и джинни бросилась на неё во время третьего. К счастью, Рейез снова схватил и задержал Мариям. С душераздирающим воплем Мариям втянуло внутрь сосуда. Сердце бешено колотилось, Селена завинтила крышку в рекордно короткие сроки.

Рейез, принявший человеческий облик, стоял на четвереньках на полу, свесив голову. Селена наблюдала, как от прерывистого дыхания поднимается и опускается мускулистое тело. Капельки пота выступили на голове. После долгого молчания он прислонился спиной к стене и встретился с ней взглядом.

— Я надеялся, что ты это сделаешь.

— Почему сам не сделал?

— Один джинн не может пленить другого, — ответил он. — Но я благодарен тебе, потому что не хотел её убивать.

— Почему?

— Она — скорбящая мать. И, как ты сказала Кейду, я причинил ей боль, у Мариям есть веские причины злиться на меня.

Прикрыв глаза, Селена тяжело опустилась на пол.

— Всё, сказанное ею, правда?

— Да.

Распахнув глаза, она посмотрела на него. Рейез отвернулся. На смуглых щеках вспыхнул румянец.

— Тогда я был совсем другим. — Голос напоминал камнепад, тяжёлый и сокрушительный. — Я пытался измениться.

На языке вертелось много вопросов, но что-то подсказывало, что сейчас неподходящее время. Кроме того, после всех её проступков, он не обвязан перед ней отчитываться и оправдываться. Возможно, когда-нибудь он расскажет всё.

Селена разглядывала его мрачный профиль, отстранённый взгляд, от сожаления опущенные и сжатые в линию красивые губы. Рот, который так часто улыбался. Щедрый. Такой может целовать до потери пульса.

«Да, он изменился. Возможно, ещё оставалась надежда».

Две бутылки стояли на столе. Селена взяла пивную и посмотрела на Рейеза.

— Давай покончим с этим.

На его лице промелькнуло удивление, но быстро сменилось непроницаемой маской. Глаза неотрывно смотрели на неё.

— Рейез, сын Марида, я освобождаю тебя, — произнесла Селена нараспев и повторила это ещё дважды. Потом подняла бутылку и ударила ею о край журнального столика. Стекло разлетелось дождём янтарных осколков. В тот же миг фигура Рейеза ярко вспыхнула, замерцала и стабилизировалась. Запрокинув голову, он глубоко вздохнул. А когда, наконец, посмотрел на неё, его лицо осветила улыбка.

— Спасибо.

Итак, симпатичный мужчина с искренней улыбкой становился просто неотразимым.

«И именно я вызвала эту улыбку».

Сердце радостно встрепенулось в груди. Селену захлестнула эйфория.

«Такие мысли и чувства чертовски опасны».

Селена посмотрела вниз на круглое горлышко пивной бутылки, которое по-прежнему сжимала в руке. А потом отшвырнула в сторону. В груду валявшегося мусора.

— Моя квартира разгромлена.

Рейез подошёл и встал рядом.

— Это, моя дорогая, наименьшая из твоих проблем.

Глава 7

Уже почти рассвело. Буря утихла. Мгновение покоя между разрушением и восстановлением.

Селена поспешила проверить Кейда. Она нашла дрожащего брата, забившимся в угол под кроватью.

— Всё закончилось, Кейд, вылазь и сам убедись. — Она легла на живот и поманила его. — Всё хорошо.

По крайней мере, на данный момент.

Они ожидали, что к утру дороги будут свободны. Беспокойство закралось в сознание. Более чем вероятно, что Уоррен с утра пораньше явится к ней. Учитывая всё недавно пережитое, и как это расстроило Кейда, будет лучше, если брата здесь не будет во время этого конкретного визита. Но сначала о главном.

Кейд поднял к ней заплаканное лицо, а затем выбрался наружу. Он заключил сестру в медвежьи объятия.

— Крики, грохот и холод. Я так испугался, — признался он.

Селена посмотрела на младшего брата и чуть не утонула в приливе любви.

— Было страшно, но теперь всё позади, — заверила она, вытирая мокрые щеки. — Давай, обувай туфли и пойдём к Рейезу.

Джин на кухне замешивал тесто. Он переоделся в джинсы, чёрную футболку и переобулся в шлёпанцы. У него были красивые ноги.

«Великолепный мужчина, правда, безумный. У них нет времени для готовки».

— Что ты делаешь?

— Жарю оладьи. — Он добавил ещё немного молока в тесто. — Мы только что пережили бурю века, и впереди нас ждёт много дел. Оладушками мы отпразднуем и подкрепимся. Ты любишь оладьи, юноша?

На лице Кейда появилась улыбка.

— Да, сэр. Так это была буря?

— Да, в комплекте с завывающим ветром, летающими сосульками и многим другим, — сказал Рейез. — Если выйдешь на улицу, увидишь поваленные деревья.

— Может, после завтрака. — Плечи Кейда заметно расслабились. — Но мне показалось, ты говорил о джинне? Я ослышался?

— Слово «джинн» на моём языке означает — «сила природы», — объяснил шеф-повар. — Подай, пожалуйста, соль.

Брат наконец отпустил её, схватил со стола все ещё нетронутую солонку в виде снеговика и передал Рейезу.

— Можно мне немного помешать тесто?

Рейез добавил соли, а затем передал миску. Осмотрев вазу с фруктами на столешнице, он схватил разделочную доску и нож. Тем временем, Кейд резво орудовал венчиком. Счастливая улыбка стёрла все остатки страха с милого личика.

«Что ж, выходит, идея с оладьями не так безумна, но он и так слишком много для них сделал».

— Почему бы вам обоим не отдохнуть, а я всё приготовлю?

— Не-а, — вскрикнул брат с расширенными от ужаса глазами. — В последний раз, когда ты готовила, сработала пожарная сигнализация.

— Мы сами справимся, — заверил Рейез, посмеиваясь.

Кровь прилила к щекам, и румянец только усилился от хриплого мужского смеха. В итоге смущение превратилось в тлеющую потребность. Селена открыла дверцу холодильника и подставила лицо под струи прохладного воздуха.

— Ладно, я тогда достану апельсиновый сок.

— Как насчёт оладий с бананами? — спросил шеф-повар.

— Ой, а обязательно их добавлять?

Рейез почистил и нарезал кубиками бананы, затем засыпал их в тесто и кивнул Кейду.

— Бананы очень полезны, но для гармонии вкуса мы можем добавить шоколадную стружку.

Её брат взял уже отмеренную джинном стружку и осторожно посыпал ею тесто.

— С шоколадом всё лучше.

Оставив их, Селена убрала и накрыла маленький обеденный стол, а потом пошла позвонить своей подруге Пауле, которая жила в том же жилом комплексе, но через одно здание.

Паула почти сразу взяла трубку, и Селена постаралась говорить радостно:

— Привет, подружка! Прости, что звоню так поздно.

— Чего ты хочешь?

Смущённый смех сорвался с губ. В последнее время Селена редко ей звонила.

«Хороша подруга, ничего не скажешь».

Держа телефон правым плечом, Селена схватила несколько бумажных полотенец и вытерла фотографии в рамках. Капли воды и тающий лёд испачкали защитное стекло.

— Просто хотела узнать, как ты, и не пострадала ли во время бури?

— Так я тебе и поверила. Но ты мне нравишься, поэтому я взяла трубку, — проворчала Паула. — Так, чем я могу тебе помочь?

— Во время бури пострадала моя квартира, — призналась Селена.

— О, нет! — Насмешка в голосе Паулы вмиг сменилась беспокойством. Что не говори, а она настоящая подруга. — Вы с Кейдом не пострадали?

Слюнки потекли от доносившегося из кухни сладкого аромата оладушек.

Селена прочистила горло.

— Нет, всё хорошо, спасибо. Но мне нужно прибраться, поэтому хотела попросить тебя присмотреть за Кейдом — Она замялась. — Если мой брат побудет у тебя денёк, я буду очень признательна.

— Ну, разве что, ради Кейда...

— Мы устроим ночные посиделки за кино. В мой следующий выходной, — пообещала Селена. От запаха жарящегося бекона в животе заурчало. — Я приготовлю ужин.

— Хм, в смысле, закажешь пиццу?

— Да. — Она сжала телефон и потянулась. — Знаю, что ещё ночь на дворе, но можно я приведу Кейда прямо сейчас? Под ногами много битого стекла.

— Легко. До скорого.

— Спасибо. Ты лучшая. — Селена повесила трубку и вернулась на кухню. Рейез и Кейд сидели перед заваленной оладьями тарелкой. На столе также стоял кленовый сироп, нарезанная клубника и бананы, тарелка с хрустящим жареным беконом и пиала со взбитыми сливками. Селена села на стул. — Откуда такой пир?

— В переносном холодильнике оказался кладезь еды.

Виноватый румянец окрасил щёки. Селена опустила голову. И поклялась, что если они переживут это испытание, она будет бесплатно работать в его ресторане, пока не расплатится с Рейезом за разграбленную кладовку.

— Спасибо.

Рейез разложил оладьи по тарелкам.

— Давай, налетай. Хорошей едой нужно наслаждаться, а не любоваться, — сказал он. — И все мы заслужили хорошенько подкрепиться после пережитого.

Кейд буквально утопил свои оладьи в сиропе и сливках, взял немного фруктов и принялся за еду. С улыбкой Селена последовала его примеру. Она откусила первый кусочек и едва сдержала стон. Мягкие, воздушные, в меру сладкие. Лучших оладий она никогда не пробовала.

— Объедение.

— Я помогал их делать. — воскликнул брат радостно.

— Знаю, и готова поспорить, что именно поэтому они такие вкусные. — Прожевав ещё кусочек, она повернулась к Рейезу. — Почему ты решил стать шеф-поваром?

— Вышло как-то само собой. — Он пожал своими широкими плечами. — Когда я впервые приехал в Хьюстон, то наткнулся на бездомных, пытавшихся разжечь огонь в бочке под мостом. Я с ними разговорился, а потом часто навещал. Позже они позвали меня с собой на мой первый обед в честь Дня благодарения в местной столовой. Вкусней еды я не пробовал.

— Нет ничего вкусней этих оладий, — заявил Кейд, накладывая себе ещё несколько.

— Тебе так понравилась еда, что ты увлёкся кулинарией? — спросила Селена.

Рейез кивнул.

— Я был заинтригован. Познакомился с волонтёрами, приготовившими еду, и вскоре вступил в их ряды. Сначала начал с нарезки овощей и мытья посуды, а потом перешёл к готовке.

Селена рассмеялась.

— Ты научился готовить в столовой. Ничего себе.

— От лучших поваров всех времён — бабушек и местных кулинаров. — Рейез ухмыльнулся. — Я поняла, что мне нравится работать на кухне. Благодаря коллеге-волонтёру устроился работать в ресторан и потихоньку продвигался по служебной лестнице, а позже открыл свой собственный.

— Что ж, значит ты нашёл своё истинное призвание, — сказала Селена, с наслаждением доедая последний оладушек. — Всё, что я пробовала из приготовленного тобой, изумительно вкусное.

— Спасибо. — Шеф-повар улыбнулся и опустил голову, сосредоточившись на своей тарелке.

При виде донельзя довольного и немного смущённого большого джинна у Селены на душе потеплело. Она перевела взгляд на брата, уплетающего за обе щеки угощения.

— Кейд согласен со мной. Видишь, оторваться не может от еды.

— Угу. — Брат посмотрел на оставшиеся оладьи. — Я бы их все съел, но ещё немножко, и лопну.

«Пришло время воплотить задуманное», — поняла Селена.

— Раз ты помог с завтраком, значит, уборкой мы займёмся сами, — объявила Селена. — Как тебе идея поехать в гости к Пауле, а когда Бен проснётся, ты сможешь с ним поиграть?

— Я могу остаться и помочь. — Кейд доел и оглядел царивший в гостиной беспорядок.

— Спасибо, но уверена, тебе будет веселее у Бена, — заверила его сестра.

Противоречивые эмоции бушевали на лице Кейда. С одной стороны, заманчиво провести время с лучшим другом, а с другой, после пережитой ужасной ночи, ему не хотелось покидать Селену. Она разделяла его чувства, но так сможет защитить брата.

— Я уже договорилась с Паулой, и мы приедем за тобой, как только сможем. А теперь, иди собери одежду и игрушки, а потом я отвезу тебя.

Спрыгнув со стула, Кейд выбежал из комнаты. Селена обернулась и заметила, что Рейез буравит её взглядом.

— Что это было?

— Как только наступит утро, сюда явится Уоррен, и мне не хочется, чтобы Кейд при этом присутствовал, — призналась она. — Поэтому, отвезу его к друзьям.

Он потянулся и накрыл её руку своей.

— Я джинн. И если попросишь, я смогу увезти тебя и Кейда туда, куда пожелаешь. В любой уголок мира. А потом вернусь и разберусь с Уорреном.

— Ох. — Она все ещё не привыкала ко всем этим джинновым штучкам. Да и если разобраться, к его присутствию тоже. Не говоря уже о желании помочь. — Просто, если Уоррен выиграет, то не сможет тебя заставить выдать Кейда?

Он заморгал.

— В смысле, я не думаю, что он победит. Я видела, как ты сражаешься, и уверена, что у тебя есть хорошие шансы одолеть его, — выпалила Селена, её лицо горело от смущения.

«Я прямо с завидной регулярностью выставляю себя на посмешище».

— Ты просто предпочитаешь, на всякий случай, знать пути отступления?

— Да. — Она опустила взгляд на свою пустую тарелку. — Знаю, что это лишь временная отсрочка, но так брат сможет выиграть немного драгоценного времени. Я хочу дать Кейду все шансы.

— Понимаю.

Кейд вернулся со спортивной сумкой и потрепанной коробкой игрушечных машинок. Селена встала и накинула пальто.

— Попрощайся с Рейезом.

Джинн обнял Кейда и пожелал ему хорошо повеселиться. Затем серьёзно посмотрел на неё.

— Будь осторожна.

Она перестала теребить пальто.

— Постараюсь.

***

Вернувшись домой от Паулы, Селена потрясенно замерла на пороге. Квартира сейчас выглядела лучше, чем когда-либо прежде. Появился тёмно-красный, удобный на вид, диван. Её плед аккуратно сложен и положен поверх средней подушки, добавлял приятный домашний уют. Элла Фитцджеральд и Луи Джордан напевали «Детка, на улице холодно» на заднем плане.

Резной журнальный столик из вишнёвого дерева. Толстый, богато украшенный персидский ковёр и книжная полка пополнена некоторыми интересными произведениями. Мило.

В следующею секунду её сердце упало. Вместо их маленькой кривоватой ели в комнате теперь красовалась величественная двух с половиной метровая «дугласовая пихта», украшенная изысканными игрушками и шарами.

— Эй? Откуда это?

Рейез, который сидел на диване, читая сборник стихов Руми и наслаждаясь бокалом красного вина, покраснел. Он отложил книгу и поднялся на ноги.

Чёрная футболка с короткими рукавами и поношенные синие джинсы подчёркивали мужественное телосложение всеми возможными способами.

— Раз Кейда не было рядом, чтобы помочь, я убрался с помощью магии, — ответил он, засовывая руки в карманы и раскачиваясь с пятки на носок. — Надеюсь, ты не против внесённых мной небольших изменений. Если они тебе не по душе, я могу вернуть всё, как было.

— Хм, я буду очень признательна, если вернётся наша ель. На ней много самодельных украшений. — Она застенчиво улыбнулась и пожала плечами. — Они особенные для нас с Кейдом.

Он взмахнул рукой, и маленькое деревце с кривой звездой снова появилось.

— Исполнено.

— В остальном все очень мило, — сказала Селена, оглядываясь в сотый раз с тех пор, как вошла. — Спасибо.

И самое лучшее, что он по-прежнему здесь. Выглядит, как обычный парень. Так легко притвориться обычной девушкой, вернувшейся домой, где её ждут. Тоска по нормальной для большинства людей жизни наполнила душу болью и пустотой.

Селена подошла к книжной полке и внимательно просмотрела названия. Все её любимые классические произведения вернулись: «Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт, «Земля» Перл Бака, «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, «Вокруг света за восемьдесят дней» Жюля Верна, «Франкенштейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли и многое другое. На её губах заиграла довольная улыбка. Она повернулась к Рейезу.

— Спасибо.

— Для меня это было сущим удовольствием, — хрипло ответил он. — Это тебе спасибо, что ради меня пожертвовала своими книгами.

Она рассмеялась.

— Ну и ночка, да?

— Хочешь вина? Мы выжили, стоит это отметить.

— Не рановато ли для горячительных напитков?

— После прошлой ночи кофе просто не помогает. — Его пристальный взгляд задержался на ней, тёмный, напряжённый, с явным мужским интересом. Разительный контраст с дразнящим тоном. Ей не следует поддаваться искушению и уйти. Но ноги будто приросли к полу. Это всего лишь один бокал вина. В этом нет ничего плохого. — Не откажусь.

В руке Рейеза возник ещё один бокал, и он изящным жестом подал его ей.

— Прошу, мадам.

— Спасибо. — Селена взяла стакан и подняла его. — Выпьем за то, чтобы пережить всё остальное.

Они чокнулись.

— Ваше здоровье! — Сделав глоток, он снова впился в неё серьёзным взглядом. — Из нас получилась отличная команда.

От тихих слов Селена едва не поперхнулась вином, но сумела поспешно сглотнуть, и посмотрела на него.

— Эм, да.

«Боже милостивый, красноречивее не придумаешь. Ужас».

— В какой-то момент мне показалось, что мы не выживем.

— Да, я тоже так подумала.

«О, эрудитка вернулась. Хотя по сравнению с «мисс неловкость» это будет получше».

Пытаясь успокоиться, Селена пригубила вино. В этот раз наслаждаясь букетом. Согревающий изнутри вкус вишни и ежевики.

Рейез взял её вторую ладонь и поднёс к губам, запечатлев поцелуй на кончиках пальцев.

— Мне не хотелось умирать с сожалениями.

«Боже милостивый. Он собирался меня поцеловать».

Именно об этом Селена мечтала почти весь день. Горло сжалось, а пульс участился. Мышцы, о существовании которых она даже не подозревала, напряглись. Она поставила бокал с вином на стол рядом с его бокалом.

На его челюсти дрогнул мускул. Пламя мерцало в тёмных глазах, золотые, оранжево-красные и синие искорки. Проницательный пристальный взгляд обжигал, заставляя затаить дыхание.

— Я хочу прикоснуться к тебе, — признался он грубым от желания голосом, пронизывающим до глубины души.

— Кто тебе мешает?

«Погоди. Я не это хотела сказать».

Протянув руку, Рейез пропустил прядь её волос между большим и указательным пальцами.

— Такие же шелковистые, как я и представлял, — прошептал он, один уголок губ приподнялся в улыбке. Он провёл кончиками пальцев по линии подбородка, вниз по шее к впадинке у основания, оставляя за собой огненный след. — Такая нежная. Атласная мягкость. — Рейез немного помедлил, прежде чем провести пальцем по ложбинке между грудями. Селена ахнула, а потом улыбнулась.

— Моя очередь.

От удивления и удовольствия у него расширились глаза. Рейез наклонил голову.

— Как пожелаешь.

Селена вздрогнула от больших великолепных рук, которые соблазняли её весь день. Она провела пальцами по костяшкам и венам, затем вверх по предплечьям. И задержалась, выводя пальцем по татуировкам, следуя линиям, пока они не добрались до края рукава.

— Хм, хотелось бы полюбоваться на остальные.

— Твоё желание — для меня закон, — ответил Рейез хриплым проникновенным шёпотом. Футболка бесследно исчезла.

С улыбкой Селена продолжила своё исследование.

— Что означают твои татуировки?

Рейез застонал, когда она провела большим пальцем по одному тёмному соску.

— Когда джинн входят в силу, чаще всего в пубертатный период, появляются татуировки. Некоторые рассказывают истории о прошлом, другие — о ныне существующей силе, а порой они предсказывают будущее.

— Хотелось бы мне прочесть их, — сказала Селена, нежно целуя татуировку прямо над сердцем. — Значит, они есть у всех джиннов?

— Раньше, да, — ответил он. Тень омрачила голос и глаза. — Но мы меняемся и слабеем. Теперь у многих их нет.

Селене захотелось стереть печаль, вернуть ему радость. Уткнувшись носом в основание шеи, она поцеловала его в ключицу, мягко прикусила грудь и провела языком по кончику соска. С потемневшим от желания взглядом он едва подавил стон. Затвердевший член требовательно прижимался к ней.

Она отстранилась и улыбнулась ему.

— Терпение.

Селена прижалась и провела кончиком пальца по его полным сексуальным губам. Пока они не поменялись ролями. Рейез втянул шаловливый пальчик в рот, стал посасывать и облизывать. С тихим стоном она запрокинула голову, обнажая горло.

Мягкие губы и твёрдые зубы, прижавшись к чувствительной коже, вызвали у неё дрожь. Рейез проложил дорожку обжигающих поцелуев вниз, к углублению у основания шеи, язык скользнул в ложбинку и стал порхать. У Селены вырвался ещё один стон. Она притянула его к себе, крепко обняв, и потянула на диван. Мускулистая грудь прижалась к её груди. Желание горячей стрелой устремилось к сосредоточению женственности.

Он с лёгкой застенчивой улыбкой посмотрел на неё.

— Прости, я весь день хотел познать твой вкус.

Она хрипловато захихикала. Селена себя не узнавала. Бог свидетель, в её жизни почти не было места для романтики и сексуальных игр. Те несчастные несколько ночей с любовником больше походили на встречи украдкой с поспешной возней в кровати. Новый способ снять стресс. Сейчас всё было совсем по другому. Селена доверяла Рейезу, и это пробудило в ней неожиданную игривость. Просто уму непостижимо. Да, он великолепный и милый парень, тем не менее, всё происходило чересчур стремительно и неудержимо. Словно сердце вырвалось на свободу и работало на первобытном инстинкте.

Он склонился, и все мысли улетучились.

— Ничего страшного, но сейчас вроде бы была моя очередь, — пожурила Селена хрипло.

Она нежно целовала и покусывала, а затем ласкала языком вдоль челюсти к подбородку. Добравшись до мочки уха, Селена нежно прикусила её и пососала, обдавая раковинку горячим дыханием.

Рейез застонал и крепче обнял, впиваясь пальцами в плоть. Жар прогрел до костей. Он двигался и двигался, пока она не почувствовала, как твёрдая выпуклость в джинсах дёрнулась и прижалась к её животу. Селена потянулась и погладила его по чисто выбритой голове, вниз по затылку и широкой спине. Восхитительное сочетание из тёплой кожи и твёрдых мышц.

— Я хочу почувствовать, как наша кожа соприкасается без преград из одежд, — тяжело дыша, попросил он.

Селена поняла, что согласно кивает и поднимает руки, чтобы он мог снять с неё футболку.

Его пальцы скользнули вниз к её поясу и расстегнули пуговицу. Мгновенная паника развеяла чувственный туман. Селена вмиг выбралась из-под него и встать с дивана.

Рейез устремил на неё встревоженный взгляд и встал.

— Всё хорошо?

Селена отступила на несколько шагов, обхватила себя руками и кивнула.

— Да, только мне нужно подумать.

Кивнув, он прикрыл глаза.

Селена прикусила губу и изучала красивый профиль и мужественную фигуру. Сердце бешено колотилось.

«Какого чёрта я творю? Я же планировала не усложнять? С утра пораньше сюда примчится Уоррен. А я вместо паники решила заняться сексом? Мне точно пора лечить голову»

За этой мыслью в голове возник более отрезвляющий вопрос.

«Что, если бы я сегодня умерла? А, если «когда-то потом» не наступит? К черту осторожность. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её впустую».

Селена стянула джинсы и отбросила их ногой. Рейез улыбнулся и заставил их исчезнуть. Она порадовалась, что кружевная комбинация не портит вид.

Тёмные брови нахмурились, пока Рейез разглядывал её.

— На тебе по-прежнему слишком много одежды.

Через несколько секунд нижнее белье растаяло. Селена вскрикнула и попыталась прикрыться руками.

— Опусти руки. — Потребовал он властно. — Я хочу тебя видеть. Всю.

Она заглянула в его глаза. Преисполненные мужского голода и неутолённой страсти. Селена почувствовала себя женственной и сексуальной. Не прерывая зрительного контакта, она опустила руки и выпрямилась.

— Ты прекрасна, охренительно прекрасна. От тебя у меня дух захватывает.

Благоговение и восхищение, промелькнувшие на его лице, смутили её. Селена опустила взгляд, хотя на губах сама собой расцвела улыбка.

— Иди сюда.

С колотящимся сердцем она неторопливо направилась к нему. Груди напряглись, жаждали его прикосновений. Между ног стало влажно от неутоленного желания.

«О, я хочу его. Схожу с ума от страсти».

Он протянул руку и откинул назад прядь её волос, а затем провёл рукой по лицу. Селена мечтала, чтобы это мгновение длилось вечно.

— Я хочу поцеловать тебя.

Её губы в предвкушении приоткрылись.

Рейез схватил её за подбородок и приподнял лицо, вглядываясь в глаза. Обжигающая потребность будто высосала воздух из комнаты, заставляя задыхаться. Он опустил голову и завладел её ртом.

Глава 8

«О, Создатель, я не пробовал ничего слаще. Даже тёплый мёд не сравнится с ней».

Её тело, будто созданное для его объятий, дарило ощущение неземного блаженства. А всё происходящее между ними казалось таким правильным.

Трепетный и сладкий поцелуй. Бережное исследование. Губы покусывали и тёрлись, языки скользили друг вокруг друга в нежном танце. Тихие вздохи и нарастающий жар привели к осторожным покусываниям и более резким прикосновениям. Он хотел большего, намного большего.

Рейез крепче обнял Селену и углубил поцелуй, прикусил и пленил уста, а потом их языки переплелись в диком танце. Поцелуй стал пьянящим, требовательным, полным жара и безумной страсти.

Её стоны, прикосновение пальцев, царапанье ногтей лишь подливали масла в его огонь. Ему нравилось, как она в его руках становилась податливой и изнемогающей от вожделения. Он наслаждался видом неприкрытого желания на прекрасном личике. Налитый член дёрнулся и толкнулся, стремясь слиться с ней воедино.

«Скоро, очень скоро, но не сейчас».

Он запустил пальцы в серебристые локоны и обхватил затылок, позволяя успокаивающему теплу проникнуть под кожу, а затем, не прерывая поцелуя, подвёл Селену к журнальному столику. И лишь, когда она прижалась к краю столешницы, прервал поцелуй.

— Ложись, — хрипло потребовал он.

У неё широко распахнулись глаза, а грудь тяжело вздымалась.

— Там... там вещи, — заикаясь, произнесла она.

Рычание вырвалось из его горла. Рейез отпустил её и нетерпеливым взмахом руки заставил весь беспорядок исчезнуть.

— Вот. А теперь ляг на спину и раздвинь ножки.

Ему нравилось наблюдать, как красивые груди с розовыми сосками покачиваются и двигаются, когда она откидывается на локти. Округлая попка прямо на краю столешницы. Он почти перестал дышать, когда белоснежные бёдра раскрылись, обнажив блестящие розовые складки. Нежная морская раковина розового цвета.

«Проклятие, она великолепна».

Со стоном Рейез опустился на колени меж раскинутых ног. Протянув руку, он убрал серебристые волосы с плеч только потому, что хотел снова прикоснуться к этим шелковистым прядям. Рейез скользнул руками вниз к грудям, обхватив ладонями нежные холмики. Сжал, погладил, потёр набухшие соски. Селена застонала и выгнулась дугой, всё больше открываясь. Подталкивая к нему такую восхитительную плоть. Искушая.

У него потекли слюнки от желания попробовать, но Рейез оторвал взгляд от манящего лона и снова посмотрел ей в лицо.

Рот приоткрыт, дыхание отрывистое. Он заставил кончики пальцев запылать жаром, когда ласкал соски. Полетели крошечные искры. Селена ахнула и прикрыла глаза.

Твёрдые горошинки напоминали идеально созревшие ягоды. Рейез приподнялся и взял в рот один розовый сосок, пососал и посмаковал. Затем повернулся к другому.

— О, Рейез, — прошептала она. Черт, ему никогда не надоест слышать, как она произносит его имя, особенно так.

Он провёл руками вниз по телу, помассировал плоский живот. Позволил пальцам погладить мягкие кудряшки на вершине холмика, прежде чем погладить мягкую внутреннюю сторону бёдер. Позволяя пламени пробежать по алебастровой коже.

У Селены с шипением вырвался вздох. Резко распахнув глаза, она посмотрела на него. Насыщенный синий цвет сменился дымчато-лавандовым.

— Я тоже хочу прикоснуться к тебе.

Рейез усмехнулся.

— Скоро.

Он провёл большим пальцем взад и вперёд по лону, потёрся о складки. Селена громко застонала.

«Черт, она готова. Вся изнывающая от желания».

Он наслаждался скольжением пальцев по шелковистой тугой вагине.

— Это блаженство прикасаться к тебе, Селена, — пробормотал он. — Такой влажной и горячей. Готовой отдаться мне.

— Да, — выдохнула она, откидываясь на стол. — Да, я так хочу почувствовать тебя в себе. — Она потянулась к нему, схватила за предплечье и потянула. — Возьми меня, возьми меня сейчас.

— Ещё рано.

В отчаянье застонала, Селена стала извиваться и изгибаться на столе.

«Мой лакомый кусочек. Какой же ты будешь на вкус?»

Он припал к ней ртом. Скользнул языком по складочкам. Облизал. Судорожный вздох сорвался с его губ.

«Проклятье. Как же она хороша на вкус».

— О, Рейез, — простонала она. — Пожалуйста, не останавливайся.

Он улыбнулся, прижимаясь к мягким кудряшкам, и подчинился. Он ласкал её языком, щёлкал и кружил, погружаясь в потаённые глубины. А потом включил в игру большой и указательный пальцы, поглаживая и потирая чувствительный бугорок клитора.

Селена приподняла бёдра, отчаянно прижимаясь к нему.

— Да! О, да, — непрерывные и пронзительные вздохи и стоны превратились в бессловесные отчаянные крики. Грубые и первобытные, они подталкивали его к краю пропасти. Вожделение ревело внутри, заставляя и без того набухший член болезненно напрячься. Яйца посинели.

«Проклятье, ещё немножко, и я кончу как зелёный юнец. Мне нужно взять её. Немедля».

Он скользнул по её телу, пока головка члена не прижалась к влажному лону. Острые ноготки впились в его плечи.

— Рейез, погоди.

— Почему? — Создатель, его голос звенел от отчаяния.

— Нам нужна резинка, — сказала она. — Ты можешь наколдовать презерватив?

— Я джинн, а ты человек. Мы ничем друг друга не заразим, — заверил он.

Кончик розового язычка скользнул по припухлой губе. Он застонал, но не пошевелился из-за беспокойства омрачившего её взгляд.

— А что насчёт детей?

— Джинн должен захотеть обзавестись потомством, — сказал он. — Поэтому мы просто не будем думать о детях.

— Ох.

— Есть ещё вопросы?

Она мило покраснела и покачала головой. К сожалению, у него один имелся.

— Ты уверена, что этого хочешь?

— О Боже, да.

Ему понравилось, такой быстрый и решительный ответ. В Селене было чертовски много такого, что ему безумно нравилось.

Заглянув ей в глаза, он медленно вошёл в неё.

***

У Селены вырвался тихий вздох, когда Рейез заполнил её, заставил почувствовать себя завершённой. Она крепко обхватила его, сдвинулась, чтобы вобрать его до основания.

— Как ты?

— Невероятно, — честно ответила она. — А ты?

Он улыбнулся ей медленной, сексуальной улыбкой.

— Словно в раю.

В груди что-то затрепетало и растаяло. Селена заглянула ему в глаза. В бездонной тёмной глубине с пылающей искрой. Красно-золотое пламя с мерцающими переливами синего, завораживало.

«Боже, как же он чертовски великолепен, мил, и полностью увлечён ею».

Селена почувствовала, что сорвалась и кубарем полетела, но не в пропасть, а к нему в объятия.

— Трахни меня, Рейез, — попросила она. — Жёстко.

Он приподнялся на руках, почти выскользнув из неё. Селена застонала от восхитительного трения. Рейез продолжал вглядываться ей в глаза.

— Нет, я собираюсь заняться с тобой любовью.

Прежде чем она успела подумать или ответить, он снова глубоко вошёл в неё. Продолжая двигаться в этом восхитительном темпе, Рейез жадно целовал её, осторожно покусывал и ласкал изгибы шеи, ключицы, грудь.

Селена укусила его за плечо, пососала, наслаждаясь солоноватым вкусом кожи. Она не выпускала его из объятий, пока повторяющиеся толчки ослабляли внутреннее напряжение. Жар прокатился по ней, заполнил каждую пору, заставляя их расшириться и дышать. Селене становилась всё теплее и теплее по мере того, как ритм менялся, становился всё более настойчивым. Длинные, протяжные вздохи срывались с губ.

— Кончай для меня, Селена, — приказал он, входя в неё глубоко, вызывая фейерверк ощущений.

Выкрикивая его имя, как молитву, её омыло безудержным наслаждением. А потом оргазм снёс все мысли и барьеры. Сама их кожа, плоть и кости, казалось, растворялись и исчезли прочь. Селена резко втянула воздух. Комната неистово закружилась. Она свободно падала сквозь время и пространство. Затем резко вернулась в своё тело.

Перед глазами всё плыло, затем мир будто замер, а потом ожил.

«Нет, Боже милостивый, нет».

Ужасная, нестерпимая боль сжала стальными когтями, лишила дыхания. На неё обрушилась дикая агония. Отпечатавшаяся на каждом миллиметре кожи, просочившаяся в кости и испепеляющая душу.

Селена закричала до хрипоты в горле.

Глава 9

Люди с почтением относились к сексу, движущемуся по земле, а джинны сравнивали его с космическим соединением, становлением единым целым со вселенной. Рейез никогда не испытывал ничего подобного до Селены. Теперь он точно знал, о чём твердили другие.

Оргазм подхватил Рейеза, как волна, а затем обрушил вниз. В буквальном смысле слова. Поверхность стола исчезла под его руками, и он со всей силы упал на Селену с громким:

— Уфф!

Все ещё находясь в состоянии эйфории, он изо всех сил пытался слезть с неё, когда леденящий кровь крик прорезал затуманившее разум блаженство.

«Селена? Великий Создатель, неужели я причинил ей боль?»

— Какого хрена? — Испуганное восклицание незнакомца усилило замешательство. Рейез уловил в тоне граничащую со страхом жёсткость. — Медленно встаньте с поднятыми руками.

Рейез вскинул голову. Крупный неуклюжий мужчина в дешёвом костюме нацелил на них пистолет. Хотя пушка не причинит им с Селеной вреда, угроза пробудила в нём все защитные инстинкты. Он понял, что убьёт любого, кто посмеет ей угрожать.

Рейез взглянул вниз на Селену и испытал новое потрясение. Аура суженной изменилась. Похожий на смог серый цвет, сменился снежной белизной с оттенком ледниковой голубизны. Слабое мерцание превратилось в искрящийся лёд. Он мог ощущать слабый отзвук магии джиннов внутри неё.

— Ты наполовину водяная джинни, — прошептал он.

— Что? — Слово вырвалось со вздохом, пронизанным болью. Страх и печаль наполнили глаза Селены отчаянием. Ему хотелось помочь ей исцелиться. К сожалению, огонь уничтожал и давал возможность зародится новой жизни. Ничего более. С другой стороны, водяные джинны обладали способностью к исцелению.

— Ты немного похожа на Мариям, — прошептал он в ответ, пытаясь сообщить ей жизненно важную информацию. — Не сопротивляйся своей магии.

— Я сказал, встаньте с поднятыми руками, — почти прорычал мужчина, возведя курок пистолета. — Немедленно.

Рейез наколдовал на них обоих одежду и выполнил приказ бандита. Стараясь выиграть время и разобраться с происходящим. Хотя внутри всё протестовало, не желая покидать суженную в столь уязвимом положении. Мужчина держал пистолет обеими руками и отступил на несколько шагов.

«Где, черт возьми, мы?»

Квартира исчезла. Вместо этого они находились в каком-то кабинете или мастерской. Стены из речного камня с отделкой из полированного тёмного дерева и огромный незажженный камин. Владелец явно при деньгах и с хорошим вкусом.

Селена лежала, распростёртая и привязанная к койке. Бесчисленные порезы и шрамы омрачили бледную кожу. Слезы непрерывным потоком текли из глаз.

— Уходи, — попросила она его хриплым шёпотом. — Прости за всё. Уходи, пока он не добрался и до тебя тоже.

«Уйти? Покинуть её? Никогда!»

У Рейеза пересохло в горле. Каким-то образом во время соития они перенеслись, объединив две половинки Селены. Значит, они очутились в логове Уоррена. Он не собирался трусливо сбегать. Не мог бросить суженную. Рейез понимал, что ему нужно вытащить их обоих отсюда. Немедля.

— Как мило с твоей стороны заглянуть, Селена. Я как раз собирался отправиться к тебе в гости. — От холодного интеллигентного голоса у Рейеза по спине побежали мурашки. Он резко обернулся.

Высокий и подтянутый, с аристократическими чертами лица мужчина вышел из-за внушительного стола, заваленного бумагами и книгами. Внутренности Рейеза сжались от узнавания. Мэр. Камера не воздала ему должное. Сила и уверенность исходили от него и наполняли комнату.

Ублюдок, вероятно, активировал запечатывающее заклинание, поскольку невидимый барьер уплотнил воздух, подобно щиту. Он казался твёрдым и тёмным, с маслянистой примесью зла, и Рейез понял, что больше не сможет просто перенести их отсюда прочь. Неприятное сосущее ощущение скрутило нутро.

«Твою мать!»

— Интересное развитие событий, — заметил Уоррен, словно говорил о чём-то обыденном. Не потрудившись отвести взгляд, он добавил: — Сэм, целься ей в голову. Если он трепыхнётся — стреляй.

— Да, сэр, — ответил бандит. Рейез немедленно воздвиг невидимый барьер перед Селеной.

Уоррен рассмеялся.

— Такой заботливый, — восхитился он, подкрадываясь ближе, точно голодный хищник. — Как мило.

Тепло, исходящее от Рейеза, повышало температуру в комнате градус за градусом.

— Уоррен, верно?

— Да. Рад, наконец-то, познакомиться с тобой, Рейез, — мэр одарил его неискренней дежурной улыбкой. Не достигшей холодных расчётливых голубых глаз на лице с квадратной челюстью и мелкими морщинами.

— Молодец, Селена, — похвалил Уоррен с самодовольной ухмылкой. — Лучше бы ты его запечатала в бутылке, но снимаю шляпу за креативную доставку.

Сдавленный всхлип донёсшийся из-за спины Рейеза, вонзился кинжалом в сердце. Душа не могла смириться с тем, что она связана и совершенно беспомощна. Он знал, ей претит даже мысль находиться в таком уязвлённом положении. Рейез сосредоточился, и пламя вспыхнуло на верёвках, прожигая их насквозь. Огонь погас не коснувшись нежной кожи.

Селена села, подтянув колени к подбородку, и потёрла сдавленную путами плоть.

— Спасибо.

— О, значит огненный джинн. Замечательно. — Голос Уоррена дрожал от удовлетворения. Он ослабил галстук и расстегнул две верхние пуговицы рубашки. Пот скользил по коже. — Я с радостью стану твоим хозяином. — Он достал бутылку из кармана пиджака. Бутылка из красного стекла с расходящимися во все стороны золотыми линиями. Элегантная. Тюрьма. Уоррен откупорил пробку с громким хлопком.

Гнев вспыхнул внутри, заставляя силу Рейеза взмыть, пока та не вспыхнула пламенем. Горячий голубой огонь пробежал по коже, готовый испепелить любого. И полетел во врага с молниеносной скоростью.

С потоком ругательств Уоррен выкрикнул заклинание. Он поднял невидимый щит. Огонь и щит нейтрализовали друг друга.

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к этой бутылке.

— Если слухи не врут, колдуны восприимчивы к сожжению.

Шагнув вперёд Рейез направил всю огненную мощи в Уоррена. Готовый на всё, лишь бы помешать ему завершить ритуал.

На какое-то время джинн и маг попали в тупик. Один метал пламя, второй заклинаниями защищался от ожогов. Но выстрел и крик заставили их обоих замереть.

Рейез совершенно забыл о втором бандите. И, пытаясь разобраться с Уорреном, снял защитный барьер.

«Твою мать!»

Он резко повернулся к суженной.

Селена стояла, сжимая бицепс левой руки, а между пальцев капала кровь.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!»

— Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

— Не беспокойся обо мне, — крикнула она, бросаясь к столу. Бандит несколько раз выстрелил в неё, но ей удалось увернуться. Пули с глухим стуком вонзились в толстое дерево.

«Умная девочка».

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к этой бутылке, — повторил Уоррен второй призыв. Рейез в ответ бросил в него ослепительно яркое голубое пламя. Ублюдок едва успел отпрыгнуть в сторону, крича: — Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

«Твою мать! Если Уоррен ещё раз повторит призыв, то нам крышка».

Швырнув поток пламени, Рейез переместился к бандиту. С криком мужчина развернулся, целясь в него пистолетом.

«У меня нет времени на эту хрень».

Он вырубил бандита апперкотом и, выхватив пушку, расплавил её.

— Рейез, сын Марида...

«Нужно, немедля, позаботиться об Уоррене».

— Я привязываю тебя к этой бутылке. Амар...

На этот раз он прицелился в широкий торс, толстые плечи и небольшой пивной живот колдуна. С широко распахнутыми от паники глазами Уоррен бросился в сторону.

Стон с потоком проклятий разнёсся по комнате, когда мэр упал на руку. Бутылка вылетела из ладони и ударилась о твёрдый каменный пол, разбившись на сотни красных и золотых осколков.

Рейез ухмыльнулся, глядя на лежащего и что-то бормочущего противника.

Сейчас ублюдок умрёт. За жестокое обращение с Селеной и Кейдом подонок заслуживает мучительной смерти.

Рейеза охватила тревога, когда он понял, что не может пошевелиться. Даже моргнуть.

— Что ты сделал?

Уоррен, пошатываясь, поднялся на ноги, баюкая повёрнутую под странным углом левую руку. Красивый костюм порван и местами обгорел, волосы растрёпаны. Холёный мэр выглядел потрепанным, но в его взгляде сиял триумф.

— Замораживающее заклинание, — ответил он. — Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к себе. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

У Рейеза кровь застыла в жилах. Связь душ воедино. Наихудший плен. Процесс болезненный для обладателя магии, но после завершения ритуала джинн будет порабощён до самой смерти колдуна.

В прямом смысле слова, пока смерть не разлучит их.

— Рейез, сын Марида, назвав твоё имя, я привязываю тебя к себе. Амар, амар, амар. Джаннканнананамуттерфуттер дхум!

Он зарычал, пытаясь освободиться, поднял руки, чтобы сотворить магию.

К сожалению, заклинание застыло вокруг него точно клей.

«Проклятье. Когда же оно спадёт?»

— Рейез...

Селена, схватив медную кочергу из камина, бросилась к Уоррену и огрела по спине. Оглушённый ублюдок рухнул на пол. Она стала наносить удар за ударом. С рыданиями Селена проклинала отчима, вспоминая все обиды.

С рёвом Уоррен подскочил. Врезаясь головой ей в живот. Кочерга вылетела у неё из руки, и Селена упала на спину. Зловещее дребезжание метала о пол прозвучало как гром среди ясного неба.

Рейез попытался напомнить Селене, чтобы она использовала магию, которой владела. Но заклинание Уоррена склеило губы, словно арахисовое масло, смешанное с суперклеем. Он присел на корточки и, собравшись с силами, попытался оттолкнуться. Заклинание стало спадать, но медленно.

«Твою мать!»

Селена стала отползать назад.

— От тебя одни неприятности, — прохрипел Уоррен, преследуя её. — Неважно, что бы я ни делал. Как сильно не истощил тебя. Разделил надвое. Ты не покорилась мне. Ни на йоту.

— Да, грёбаный ублюдок, — прошипела она. — Ты не смог сломить меня. И умрёшь, зная об этом.

Он бросился на неё сверху. Рейез наблюдал, как Селена дралась, исцарапывая ублюдку лицо, но подонок был намного больше и тяжелее неё. Она не смогла оттолкнуть его. Толстые руки сомкнулись на нежной шее. Горло, которое Рейез обожал целовать и ласкать.

Душу резануло пронзительной болью. Он любил её, а она умрёт, так и не узнав об этом.

Разум нашептал: «Суженная».

***

Селену терзали изнутри и снаружи. Пока Уоррен продолжал истязать её, внутри бушевала странная энергия. Начавшая медленно растекаться по венам, как поток воды. Сначала прохладный, успокаивающий и унимающий боль. И Селена призывно потянулась к нему.

Но затем магия затопила её. Бурлила и пенилась, становясь ледяной. Зубы застучали от холода. Тяжесть давила на кожу, пока ей не стало казаться, что та лопнет. Голова закружилась и её замутило. Магия буйствовала, а Селена не знала, как воспользоваться ею.

Когда Уоррен заморозил Рейеза, она запаниковала. Поняла, что нужно действовать и помочь джинну. Но магия грохотала и бушевала, как гигантские волны, мешая думать. Поэтому она схватила первое попавшееся оружие. Кочерга помогла, но не долго.

Чёрные пятна замелькали перед глазами, когда руки Уоррена сжали горло. Теперь она тонула в магии и отчаянно нуждалась в воздухе. Как не крути, а смерть, казалась неизбежной.

— Я не только убью тебя, но и осушу твоего драгоценного брата, — прорычал Уоррен ей в лицо, брызжа слюной. — И наконец избавлюсь от вас обоих.

«Нет».

Милое личико Кейда всплыло в сознании, успокаивая бурю. Селена знала, что не может позволить Уоррену победить.

«Ты не навредишь ему».

Магия, холодная и острая, как лёд, поднималась внутри, распространяясь подобно обморожению, от макушки до пяток. С ужасным треском сила вырвалась из её тела и хлынула наружу из каждой поры. Яростная и неудержимая. Кожу опалила пронизывающая боль. Сознание угасало и Селена провалилась в манящую темноту.

***

Вся магия внезапно испарилась из комнаты, оставив после себя вакуум. От такой резкой перемены заложило уши. Рейез, пошатываясь, бросился к Селене и Уоррену, которые лежали неподвижной кучей.

Несколько сосулек, тонких и острых, как красивые хрустальные мечи, торчали из спины мужчины. Уоррен напоминал причудливого дикобраза с ледяными иглами. В мёртвых, широко распахнутых глазах, застыло потрясение.

«Селена. Лена! Моя Лена!» — Мысли Рейеза кружились вокруг суженной.

Он оттолкнул тело Уоррена в сторону и поглядел на неё.

Сгорбившись, Селена лежала на полу, такая бледная и неподвижная. Слишком неподвижная.

«Нет, нет, Только не это».

Сердце сковало от дикого горя, наполняя всю его сущность неистовой болью. С трудом дыша, Рейез опустился на колени рядом с ней.

«Какой смысл быть джинном, обладать магическими способностями, если ты даже не может спасти ту, кого любишь?»

Он никогда больше не увидит улыбку своей Селены и не услышит, как она его зовёт. Не сможет наблюдать за тем, как она обнимает брата.

«О, Создатель, как я скажу Кейду, что Селена умерла? Я подвёл их обоих».

Рейез сидел в оцепенении. Совершив в жизни так много ошибок, что из них можно было бы построить высоченную до самых небес башню, он не заслуживал роли родителя или опекуна, но сейчас у мальчика никого нет. А для Селены самым важным всегда было воспитание и благополучие брата.

Он посмотрел на лицо возлюбленной. С закрытыми глазами она выглядела такой безмятежной, словно наслаждалась мирными сновидениями.

Жизнь — странная штука. Он прошёл путь от полного одиночества в изгнании из всего, что знал и любил, до того, чтобы за считанные дни найти свою суженную и новую семью, которую мог полюбить. Теперь Селена мертва.

«Я выполню твоё самое сокровенное желание, любимая».

— Прости меня, суженная, — прошептал он. — Обещаю, я воспитаю Кейда, как родного.

Рейез наклонился вперёд, прижавшись лбом к её груди. Воздавая последнюю клятву усопшей.

Слабое дыхание коснулось его щеки, точно призрачная ласка. Рейез замер, не смея пошевелиться. Вздохнуть. Надеяться. Через несколько секунд он прижался ухом к её сердцу. Ему наградой стала череда едва слышных ударов. На долю секунды он подумал, что они ему почудились. По щекам побежали капли.

«Хвала Создателю, она жива».

Грубо смахнув слёзы, Рейез подхватил Селену на руки и встал.

Его взгляд скользнул по телу Уоррена. Мэр был важной персоной, и его хватятся. Начнётся расследование. Сосульки растают, но останутся колотые раны. Это повлечёт за собой множество вопросов.

Рейез оглядел комнату. Взгляд упал на испачканную кровью кровать. Он посмотрел на Селену. Комната тоже вызовет море вопросов. И вероятней всего, улики приведут к Селене. Пока этот геморрой утрясётся, много воды утечёт. Если удастся всё уладить. Но учитывая, что в дело вовлечены магия и человеческая правовая система, особых надежд Рейез на сей счет не питал.

«Они с Кейдом уже достаточно натерпелись».

Он нежно поцеловал Селену в макушку, а внутри крепла решимость.

«Придётся упростить дело».

Крепко держа суженную, он направился к двери. На пороге выставил руку и призвал огонь. Горячее голубое пламя вспыхнуло на ладони. Он бросил первый огненный шар в тело Уоррена, а затем быстро пошвырял несколько по периметру. Пламя вспыхнуло. Затрещало, быстро распространяясь по комнате.

«Пора идти домой».

Рейез переместил их в квартиру Селены.

Глава 10

Послеполуденное солнце приятно согрело лицо. Селена проснулась, но после минутной паники расслабилась, узнав знакомые стены цвета шалфея.

«Неужели мне приснился кошмар?»

Она зевнула и потянулась, чувствуя себя удивительно отдохнувшей, если не считать небольшого покалывания, то здесь то там. Минуточку. Исчезло ноющее ощущение потери. Она чувствовала себя цельной. Селена поднесла ладонь к лицу.

— Ты проснулась. — Рейез сидел в кресле возле её кровати с книгой на коленях.

— Ты в моей спальне.

Он ухмыльнулся.

— По крайней мере, с наблюдательностью у тебя всё хорошо. — В следующую секунду его взгляд посуровел. — Учитывая пережитый тобою кошмар, отлично выглядишь.

Инстинктивно Селена стала кутаться в простынь.

— Битва с Уорреном... мне это не пригрезилось? — прошептала она.

Потянувшись, Рейез взял её руку в свою ладонь. Тепло прикосновения вмиг успокоило.

— Нет, но ты победила. Уоррен мёртв.

— Мёртв. Ничего себе. — Выдохнула она. — Мне так долго этого хотелось, что теперь не верится. — С минуту помолчав, Селена спросила: — А как он умер?

— Ты убила его своими супер-способностями, — ответил Рейез и рассказал ей о том, что произошло. А увидев встревоженный взгляд объяснил, что подчистил за ними. И на том пепелище тел не найдут, лишь останки.

— Спасибо. — Она села, подтянула колени к подбородку и обняла ноги. — Значит, это магия джиннов вылечила мои порезы и внутренние раны?

Рейез кивнул.

— Я не могла её контролировать. Кажется, это она руководит мной, — Селена вздрогнула. — Во мне течёт кровь джиннов? Как такое возможно?

Подойдя к кровати, Рейез обнял её.

— Я слышал истории о том, как джинны и люди влюблялись друг в друга. Это редкость. Но в результате такого союза рождаются полукровки с непредсказуемыми способностями.

— Значит, таких как я много?

— Возможно. — Он пожал плечами. — До меня очень давно не доходило подобных слухов, но кто знает наверняка.

Селена вздохнула.

— Магия беспокоит меня.

— Что ты чувствуешь?

Селена наклонила голову и сморщила нос.

— Словно внутри меня течёт река. Сейчас спокойная и безмятежная. Но тогда, во время драки, она стала разъярённым, ревущим чудовищем.

— Мне пришлось научиться контролировать свою магию. Как и любая сила, в ней может таиться опасность, но и большое благословение. Всё зависит от тебя. — Он наклонился и поцеловал её в нос. — Мы будем практиковаться, и я научу тебя всему, что знаю.

— Спасибо, Рейез. Даже не могу передать словами, насколько я тебе благодарна. — Голос дрожал от волнения. Он так много сделал для неё и Кейда.

«Кейд».

Селена напряглась в его объятиях, словно от удара током.

— Где Кейд?

— Ещё у Паулы.

Она быстро посмотрела на прикроватные часы. Пол пятого вечера. Они целый день не виделись с братом. Селена высвободилась из объятий джинна и сбросила одеяло.

— Мы должны пойти и забрать его.

Рейез успокаивающе положил руку ей на плечо.

— Не переживай. Он гостит у Паулы, мы можем не спешить.

— Знаю. — Она пожала плечами. — Просто хочу его увидеть и убедиться, что с ним всё в порядке.

— Понятно, — ответил Рейез, вставая и притягивая её к себе. — Но сначала мне нужно кое-что сделать.

Он так пылко поцеловал её, что Селену окутало исходящим от него жаром. Разжигая внутреннее пламя. Крепче прильнув к нему, она углубила поцелуй. Когда они оторвались друг от друга, то оба глупо улыбнулись.

— Я так рада, что ты не ушёл, — застенчиво призналась Селена.

Рейез заглянул ей в глаза.

— Я люблю тебя. Где мне ещё быть, как не со своей суженной?

Селена смотрела на него во все глаза.

«Он только что сказал слово на букву «Л»?»

Селена мечтала найти любимого, но не чаяла, что это произойдёт на самом деле. С ней такое чудо не могло случиться. Если говорить откровенно, она не верила, что когда-нибудь сбежит от Уоррена. И всё же ей это удалось. Благодаря джинну, который смотрит на неё с такой любовью.

Ответ эхом отозвался глубоко в душе. Это казалось правильным. Никогда раньше она не была настолько уверена в своих чувствах.

— Я тоже люблю тебя, джинн моего сердца.

Эпилог

Три дня спустя

Солнечным зимним утром Селена стояла на территории кладбища Гленвуд, которое больше походило на сад.

На безоблачном небе птицы порхали и щебетали. Стояла тёплая, весенняя погода, будто на дворе апрель, а не декабрь. Зелёные венки с ярко-красными бантами и миниатюрные рождественские ели, украшенные игрушками и мишурой, добавляли неуместного веселья месту последнего пристанища усопших.

Не осталось и следа ужасной метели, бушевавшей в городе всего несколько дней назад. Ночи, кардинально изменившей ей жизнь.

Не известно, кого стоит благодарить за такой прекрасный день: волшебство или непредсказуемую техасскую погоду. Но Селена точно не могла перестать радоваться, что выжила и окружена любимыми людьми. Сердце пело от счастья, когда она посмотрела вниз на две руки, которые сжимала в своих ладонях. Кейд в правой, а Рейез в левой. Самые любимые мужчины стояли с ней рядом в тёмных костюмах и с мрачными выражениями лиц.

Священник закончил заупокойную литургию. Селена вознесла собственную безмолвную благодарственную молитву. Её аминь слилось с остальными. Затаив дыхание она наблюдала, как гроб Уоррена опустили в яму, предав земле. В нём лежали найденные после пожара кости. Селене до сих пор с трудом верилось, что ублюдок мёртв. И они с братом, наконец-то, свободны.

Навес был битком набит людьми: знаменитостями, политическими деятелями, репортёрами, делавшими быстрые заметки и фотографии. Большинство в костюмах и дорогих платьях, некоторые в униформе. Селена не планировала устраивать никаких пышных поминок, поэтому люди выстроились в очередь, чтобы засвидетельствовать ей своё почтение, прежде чем уйти. Селена неохотно высвободила руки и выпрямилась, готовая выполнить свой долг.

Мистер Смайт, адвокат Уоррена, остановился перед ней и сочувственно сжал руку.

— Сожалею о вашей потере, дорогая. Уоррен остался бы доволен церемонией, — заверил он.

«О да. Уоррен всегда любил устраивать представления и находиться в центре внимания. Такой цирк был как раз в его духе».

Смерть отчима радовала Селену. И она ничуть не скорбела о его утрате. Поэтому улыбнулась мистеру Смайту.

— Спасибо, что пришли. Увидимся в понедельник.

— Да. В восемь утра, — напомнил он, последний раз стиснул её руку и ушёл.

Будучи приёмными детьми Уоррена, они с Кейдом унаследовали львиную долю имущества, поэтому нужно встретиться с адвокатом и уладить все дела.

Дальше к ней подошла стройная женщина, одетая в неброское, но элегантное чёрное платье. Лет пятидесяти, привлекательная, но не красотка. Она протянула ухоженную руку с кроваво-красным маникюром.

— Я Матильда, давняя подруга вашего отца.

— Отчима, — поправила её Селена.

Женщина кивнула, и уголок рта слегка приподнялись в улыбке.

— Да. Какая ужасная смерть, сгореть заживо в собственном доме, — воскликнула она с лёгкой дрожью. — властям удалось выяснить причину возгорания?

По официальной версии, из-за жуткого бурана произошло короткое замыкание электропроводки, приведшее к пожару. В результате сгорела большая часть дома и погиб Уоррен.

— Неисправная проводка, — ответила Селена холодно.

Рейез придвинулся к ней ближе, даря молчаливую поддержку.

Матильда со слабой улыбкой переводила взгляд с одного на другого. В глазах горело понимание.

— Примите мои соболезнования, — сказала она и поспешила прочь.

Селена не спускала глаз с удаляющейся фигуры.

«Известно ли ей что-то? Откуда? Странно».

Улыбка словно приросла к губам, пока Селена пожимала руки и бормотала:

— Спасибо, — слишком много раз, что сбилась со счёту. Когда священник откланялся, она вздохнула с облегчением.

Рейез притянул её к себе, прижимая к горячему телу. Селена улыбнулась ему, а потом Кейду.

— Пора ехать домой.

— Ага, — согласился джинн. — Нам нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему рождественскому ужину.

— Ура, Паула с Беном празднуют с нами Рождество! Встретимся возле машины, — воскликнул Кейд и убежал.

За последние несколько дней, с момента смерти Уоррена, брат изменился. На щеках играл румянец и энергия била из него ключом. На самом деле, с присутствием Рейеза Кейд стал намного счастливей. И она тоже.

Они с Рейезом вышли из-под навеса, обнявшись за талию. Селена прислонилась к нему головой.

— Матильда не показалась тебе странной?

— Нет, — пророкотал он ей на ухо, как всегда, разжигая внутри искру желания. — Кроме того факта, что она лишена такта, а любопытства у неё в избытке. — Они прошли мимо строгой вереницы полицейских машин, лимузинов и чёрных внедорожников. На многих красовались оленьи рожки или маленькие рождественские веночки.

— Когда ты понял, что по настоящему влюбился в меня?

— В ту самую секунду, когда подумал, что вот-вот потеряю, — ответил Рейез, крепче прижимая её к себе. — Уоррен душил тебя.

Селена непроизвольно потянулась к горлу, коснувшись мягкого шарфа. Магия убрала синяки и боль, но не воспоминания, которые в красках нахлынули на неё.

— Знаешь, ты мог уйти задолго до этого момента. Почему остался?

— Не знаю.

— Потому что привык поступать правильно, добрый самаритянин?

Порядочней Рейеза ей не доводилось встречать мужчину или джинна.

Кстати, он отнёс бутылку с Мариям обратно в царство джиннов, чтобы её или исцелили или поместили в более просторное место. Пока Рейеза не было, Селена безумно скучала, словно у неё опять оторвали часть души.

Она вздрогнула и прижалась к тёплому мускулистому телу.

— Верно, но для меня не было иного пути, — сказал он, не обратив внимания на её поддразнивание. — Мне даже в голову не могло прийти, бросить тебя и Кейда. Вы — моя семья.

— Я так этому рада. А ещё, я счастлива, что умирая Уоррен знал, что не сломил меня.

— Ты удивительная женщина, — сказал Рейез, целуя ее в волосы. — Сильная, красивая, удивительная.

С улыбкой она нежно поцеловала его. Остаток пути они прошли в молчании. А когда подошли к машине, Рейез крепко обнял её и отстранился.

Вытащив брелок, он отпер машину и разблокировал для них двери. Усевшись, они пристегнулись, и Рейез медленно поехал мимо могил, каменных ангелов и старых тенистых деревьев. В машине воцарилась тишина.

Селене хотелось поскорей покончить с этим, и наконец отпраздновать начало светлого будущего. Жизнь слишком драгоценна, чтобы тратить её понапрасну.

Добравшись до квартиры, она обязательно включит рождественскую музыку и зажжёт огоньки на ёлке. А может, позже они вместе посмотрят «Один дома» и выпьют горячего шоколада.

— Когда мы вернёмся домой, думаю, я займусь приготовлением горячего шоколада, — предложил Рейез. — Этот напиток настроит нас на рождественский лад.

— Ура! Могу я помочь? — спросил Кейд с заднего сидения.

— Конечно. Ты же мой су-шеф.

Селена искоса взглянула на Рейеза и ухмыльнулась. Сердце пело и радовалось от простого счастья любить и быть любимой. Да она всей душой любила этого джинна, который исполнял все её желания.

Благодарность

Для написания истории, как и для приготовления изысканного блюда, нужно время. Собрать воедино необходимые ингредиенты, варить на медленном огне и правильно подать. Это сравнение, как нельзя лучше подходит для «Рождественского желания».

Хотя писательство по большей части является уединённым занятием, истории Селены и Рейеза не было бы без помощи множества важных людей.

Зайдя в тупик, я запаниковала, но моя прекрасная подруга и критик Люси Дж. Чарльза вмешалась со своими блестящими предложениями, помогла успокоиться и сохранить здравомыслие. Спасибо, дорогая, за отлично проведённое время в Новом Орлеане! Ты — лучшая!

Хочу так же выразить огромную признательность за потрясающие отзывы: Сонали Дев, Наоми Фрейзер, Мишель К., Келли М., Текси, Дженни, Дж.М.

И последнее, но не менее важное: эта история позволила мне объединить миры кулинарной журналистики и художественной литературы. Искренняя благодарность моим бесстрашным дегустаторам рецептов: Джиджи, Мишель Х., Мишель В., Рейчел Б., Кейли Кросс, Скотт Дж.

Моему дорогому мужу и детям, которым пришлось пробовать разнообразные рецепты, (пока мы не нашли идеальные), слушать отрывки истории, и жить со мной во время корректуры... без вас я бы не справилась.

Огромное спасибо всем и каждому из вас за то, что стали частью моего писательского пути.

Крепко обнимаю,

Мина.

Рецепты от Рейеза

Сливочный куриный чаудер

Шеф-повар Рейез разработал этот рецепт для своего ресторана «Огненные чаши», поскольку вкус блюда отражает разнообразие его кухни. Суп сочетает в себе сливочность чаудера с пряностью жареного перца и сладостью кукурузы. Сладковато-огненный, обязательно согреет вас изнутри.

Примечание: Вы можете изменить остроту в соответствии с вашими предпочтениями. Кроме того, вы можете сократить время приготовления: используя жареную курицу из продуктового магазина, консервированный бульон и перец чили. Кроме этого, можно сделать заготовки из перца заблаговременно (1-2 дня). Жаренный перец имеет более насыщенный вкус чем фабричный.

Ингредиенты (на 6 - 8 персон):

4 больших перца поблано или стручкового перца чили равны примерно 1 щедрой чашке нарезанного перца;

4 больших зелёного перца поблано или стручкового перца чили;

1 большой красный болгарский перец;

2 ломтика крупно нарезанного бекона (или нарезанного мелким кубиком);

Масло (только при необходимости);

2 лавровых листа;

250 грамм нарезанного кубиками лука;

250 грамм нарезанного кубиками сельдерея;

4-6 средних зубчиков чеснока, очищенных и измельчённых;

1 измельчённый перец халапеньо (если хотите сделать не столь острым, очистите от семян и внутренних перегородок);

½ чайной ложки сухого орегано;

½ чайной ложки сухого тимьяна;

½ чайной ложки молотого тмина;

¼ - ½ чайной ложки красного стручкового перца или копчёной паприки;

2 средних юконских золотых картофеля, очищенные и нарезанные кусочками толщиной 2,5 сантиметра;

4 стакана куриного бульона + 1 стакан воды;

500 грамм нарезанной кубиками жареной курицы;

500 грамм цельных зёрен кукурузы (вы можете использовать свежие, замороженные или консервированные);

250 грамм жирных сливок или половина;

Соль и перец по вкусу;

250 грамм тёртого белого сыра чеддер;

250 грамма тёртого монтерей джек с перцем;

2 столовые ложки измельчённой свежей петрушки;

2 зелёных луковицы, очищенных и тонко нарезанных (и перья и сам лук).

Приготовление:

1. Разогрейте жаровню духовки и установите решётку в 15 сантиметров от источника тепла. Застелите противень фольгой.

2. Перец (зелёный и красный) разрежьте пополам сверху донизу: удалите плодоножку, семена и ребра, затем положите перцы срезом вниз на подготовленный противень.

3. Готовьте в предварительно разогретом гриле, пока кожица перцев не почернеет и не покроется пузырями, около 5 минут. Поместите почерневшие перцы в повторно закрывающийся пластиковый пакет, закройте и отложите в сторону. Дать попариться около 10 минут.

4. В большой жаровне или кастрюле обжарьте бекон до хрустящей корочки на среднем огне. Снимите и отложите в сторону.

5. В кастрюле должно остаться 2 столовые ложки жира (при необходимости добавьте масло). Добавьте лавровый лист, лук и сельдерей. Варить, пока овощи не станут мягкими.

6. Добавьте чеснок, халапеньо и специи (от орегано до копчёной паприки) и варите 1-2 минуты.

7. Теперь добавьте картофель, бульон и воду. Доведите до кипения и уменьшите огонь. Дайте ему повариться около 10 минут или пока картофель не будет готов.

8. Пока он готовится, вернитесь к жареному перцу. Пальцами снимите обжаренную кожицу с перца под проточной водой. Крупно нарежьте перец и отложите в сторону.

ВАЖНО: Надевайте перчатки или тщательно смойте руки!

9. Когда картофель станет мягким, удалите лавровый лист и с помощью погружного блендера измельчите около трети супа.

10. Добавьте курицу, кукурузу и жареный перец и готовьте ещё 5 минут.

11. Добавьте сливки, соль и перец по вкусу. Снимите с огня

12. Добавьте сыр и позвольте ему медленно растаять в горячем супе.

13 Подавайте, украсив свежей петрушкой, зелёным луком, зарезервированным беконом и дополнительным тёртым сыром, по желанию.

Рождественские оладьи с бананами и шоколадом

Домашние оладьи божественны на вкус и любое утро сделают более радужным. Это лакомство легко приготовить. Лёгкие, воздушные и вкусные. Рейез с радостью готовит их на скорую руку с помощью своего су-шефа Кейда. Оладушки их любимое семейное блюдо.

Ингредиенты (на 4 порции):

360 грамма муки (универсальной);

60 грамм сахара;

2 чайные ложки разрыхлителя;

½ чайной ложки соли;

2 очень больших яйца;

250 мл. молока (при необходимости можно добавить позже ещё немного);

120 мл. сметаны;

1 чайная ложка ванильного экстракта;

2 спелых банана, нарезанных кубиками (убедитесь, что они не перезрелые);

½ чашки шоколадной стружки;

½ стакана сушёной клюквы (по желанию. Мне нравится такая феерия вкуса);

50 грамм несолёного сливочное масло.

Для украшения:

Фрукты и ягоды;

Кленовый сироп;

Взбитые сливки;

Приготовление:

1. Просейте вместе муку, сахар, разрыхлитель и соль в миску. Отложите.

2. В отдельной миске взбейте вместе яйца, молоко, сметану и ваниль.

3. Во взбитые ингредиенты добавте сухую смесь и хорошенько размешайте, чтобы не было комочков. Это более густое тесто, чем обычно, но если оно кажется слишком густым, добавьте немного молока, чтобы получить желаемую консистенцию.

4. Добавьте в тесто нарезанные кубиками бананы, шоколадную стружку и клюкву.

5. Нагрейте сковороду на среднем огне и растопите кусочек сливочного масла. Выложите ложкой тесто. Обжаривайте, пока сверху не начнут образовываться пузырьки, а края подрумяниваться. Переверните и жарьте ещё минуту, пока обе стороны не станут золотистыми.

6. Снимите со сковороды и добавьте ещё сливочного масла (или возможно вы используете антипригарный спрей), продолжайте жарить оладушки, пока не закончится тесто.

7. Подавайте с нарезанными фруктами (Рейез использовал бананы и клубнику), размягчённым сливочным маслом, взбитыми сливками и кленовым сиропом. Получается около 12 оладушек. Наслаждайтесь!

Рождественский горячий шоколад

Ничто так не согревает вас в холодный зимний день, как вкусный горячий шоколад, которым вы делитесь с близкими. Кроме того, это весело делать вместе.

Ингредиенты (на 4 порции):

80 грамм горького какао-порошка;

80 грамм белого сахара (вы можете добавить больше сахара позже, если вам нравится послаще);

½ чайной ложки молотой корицы;

Щепотка мускатного ореха;

Щепотка соли;

80 грамм кипящей воды;

1100 мл. молока;

30 грамм тёмного шоколада, нарезанного или мелко наколотого (количество можно изменить по вкусу: добавьте больше, если вам нравится тёмный шоколад, или наоборот можете не добавлять его вовсе);

от ½ до 1 чайной ложки ванильного экстракта (по вкусу);

60 мл. сливок, смешанных с 60 мл. молока.

Примечание: Вкус получится более сливочный и насыщенный, чем обычный тёмный шоколад. Если вы предпочитаете более лёгкую вариацию, увеличьте количество горячей воды и уменьшите количество молочных продуктов. Для безлактозной версии: используйте 250 мл. кокосового молока полной жирности и 220 мл. миндального молока (не стесняйтесь менять количество, чтобы изменить насыщенность) и замените белый сахар коричневым. Вы также можете заменить ваниль кокосовым экстрактом.

Главное — наслаждаться каждым глотком.

Приготовление:

1. Смешайте в кастрюле какао, сахар, корицу, мускатный орех и соль. Добавьте кипячёную воду и хорошенько размешайте. Помешивая, доведите эту смесь до лёгкого кипения. Варите на медленном огне и помешивайте около 2 минут. Не дайте ему пригореть.

2. Добавьте молока и стружку из тёмного шоколада (если используете) и нагрейте до очень горячего состояния, но не доводите до кипения. Продолжайте осторожно помешивать, чтобы шоколад смешался с напитком. Снимите с огня и добавьте ваниль. И сахар по вкусу.

3. Разделите на 4 кружки. И охлаждёнными взбитыми сливками доведите до нужной вам температуры питья.

4. По желанию сверху выложите маршмеллоу или взбитые сливки.

ВНИМАНИЕ

Перевод не преследует коммерческих целей и является рекламой бумажных и электронных изданий.

Любое коммерческое использование данного перевода запрещено. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

1

Рифф — небольшая остинатная мелодическая фраза, выполняющая функцию рефрена музыкальной пьесы. Характерен для афроамериканской культовой музыки, блюза, джаза и некоторых разновидностей рок-музыки.

2

Лофт (англ. Loft) — хозяйственный чердак или верхняя часть здания промышленного назначения, включая бывшие чердаки и технические этажи, переоборудованные под жильё, мастерские, офисные помещения или коворкинг-центры

3

Чаудер (англ. Chowder) — густой американский суп; изначально — рыбацкое блюдо, берущее свои корни в Англии и Франции.

4

конский золотой картофель (англ. Yukon Gold) - крупный сорт картофеля, наиболее отчетливо характеризующийся тонкой, гладкой кожицей без глаз и желтоватой мякотью.

5

Поблано (англ. Poblano также известный как Ancho Chili (лат. – Capsicum annuum)) – это разновидность перца чили, родом из Мексики. Перцы поблано тёмно-зелёного цвета, широкие у стебля и вытянутые в длину. Поблано обычно продаются зелеными и незрелыми. Вкус их не очень острый, он особенно раскрывается при жарке, поблано становится слегка сладким, похожим на зеленый болгарский перец. Хотя порой может ставать неожиданно жгучим. Спелый перец имеет глубокий красный цвет. Его сушат и продают, как Анчо чили.

6

 Монтерей джек (англ. Monterey Jack) - иногда сокращенно до Джека, представляет собой калифорнийский белый полутвердый сыр, приготовленный из коровьего молока. Он отличается мягким вкусом и легкой сладостью.

7

Доппельга́нгер (правильнее: До́ппельгунгер; нем. Doppelgänger «двойник») — в литературе эпохи романтизма двойник человека, появляющийся как тёмная сторона личности.

8

Анальный характер (Anal character). Концепция Фрейда о типе личности, в котором находит выражение фиксация на анальной стадии развития. Взрослый человек с таким типом характера чувствует крайнюю необходимость контролировать своё окружение, уделяет внимание деталям (даже несущественным) до такой степени, что может раздражать других, отличается скупостью, упрямством, запасливостью. Анальная личность обычно воспринимается, как тревожная и неспособная справится с побуждениями полностью контролировать происходящее.

9

«Я мечтаю о Джинни» (англ. I Dream of Jeannie) - американский фэнтезийный телесериал, созданный Сидни Шелдоном 1965 - 1970, с Барбарой Иден в главной роли о красивой 2000-летней джинне и Ларри Хагманом в роли астронавта капитана Тони Нельсон. Во время исполнения миссии он обнаруживает таинственную бутылку и открыв её,  освобождает Джинни (джина).

10

Автомагистраль между штатами 610 - это автострада, которая образует петлю длиной 38 миль вокруг внутреннего городского сектора Хьюстона, штат Техас.

11

Ифри́т, также Эфрит или Африт (араб. عفريت‎) — мифическое существо, могущественный демон в арабской и мусульманской мифологии, разновидность джинна.

12

Традиционный «афган» или афганское вязание применяют преимущественно при создании пледов. Одна из разновидностей древней техники «бабушкиного квадрата», от привычного исполнения отличается разнообразием красок.

13

Кислотный рефлюкс, или гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь (ГЭРБ) — это состояние, при котором кислота, в норме находящаяся в желудке, забрасывается в пищевод, то есть в мышечную трубку, соединяющую ротовую полость и желудок.