Мэдисон Фэй Пятикарточный стад

Книга вне серий

Переводчик: Алена Мазитова

Редактор и вычитчик: Елена Кылосова

Русифицированная обложка: Мария Гридина

Перевод выполнен для группы https://vk.com/beautiful_translation в 2022 году

Внимание!

Этот текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Публикация данных материалов не преследует никакой коммерческой выгоды. Если вам понравился ознакомительный перевод, купите оригинал книги.

Глава 1

Тесс

Постанывая, я благодарно опускаюсь на барный стул и чувствую, как расслабляются мои икры. Ноги болят, в ушах звенит, а в ботинках хлюпает — они пропитаны алкоголем настолько, что могут стать пожароопасными.

—  Ты сегодня чертовски хорошо справилась.

Я даже не в силах скрыть жар, который обжигает меня, когда он опирается своими мускулистыми руками на барную стойку и наклоняется ко мне. Поднимаю голову и тут же чувствую, как учащается пульс, когда я теряюсь в этих пронзительных, великолепных, дьявольски соблазнительных голубых глазах.

Какой бы безумной ни выдалась эта ночь, какой бы несносно громкой, сумасшедшей и требовательной ни была толпа в клубе, и как бы я ни устала, будто только что выдержала марафон на танцевальной вечеринке, этот мужчина стал моим спасением на весь вечер.

Гейдж Кинг.

Невероятно хорош собой. Уверенно дерзкий, в той очаровательной манере, которая заставляет девушек терять способность говорить или рационально мыслить. Веселый, остроумный и откровенно флиртующий. С приходом Гейджа работать за маленьким, тесным, быстро меняющимся баром, пытаясь расслышать сквозь грохот клубной музыки, стало бесконечно приятнее. Он сделал все, что связано с этой ночью, намного лучше.

Если быть до конца честной, то от его близости промокли не только мои ботинки.

Но дело не столько в том, что я всю ночь работала с ошеломляюще горячим парнем — терлась о него и чувствовала, как он проводит по мне мускулистыми руками, когда тянется за пивом или бокалом. Нет, если, конечно, я смогу отвлечься от своей собственной похоти к этому мужчине, вызванной долгим воздержанием, то его появление на работе сегодня фактически спасло мою задницу. Предполагалось, что моей напарницей за барной стойкой — сегодня, в мою первую чертову ночь работы здесь — будет девушка по имени Дженна. Вот только Дженна так и не появилась. Так что Гейдж, исполняющий обязанности менеджера бара, в конце концов ее заменил. Он решил убедиться, что я не утону в море жаждущих посетителей клуба в эту ночь.

О да, этот великолепный, сексуальный как черт, обворожительный как грех парень, в обтягивающей белой футболке, с татуировкой на руке и улыбкой, которая заставляет отдельные части моего тела испытывать всевозможные вибрации.

Да, он мой босс. И он действительно мой босс. То, что он менеджер бара — это просто его работа, пока они не найдут замену парню, который ушел несколько месяцев назад. На самом деле Гейдж — один из владельцев «Сияния», одного из самых горячих новых ночных клубов Нью-Йорка. Получить работу барменом здесь — просто чудо, не говоря уже о том, что это безумно прибыльное занятие, учитывая популярность заведения. Но это не значит, что я не собираюсь вкалывать, как это получилось сегодня вечером.

Но, как уже сказано, суета и рутина, когда ты всю ночь наливаешь выпивку за деньги, становится не столь утомительной, когда рядом есть кто-то вроде Гейджа Кинга, который, в общем-то, всю ночь бок о бок с тобой работает.

— Ты не теряла голову, отлично работала и всего четыре раза наступила мне на ноги.

Я улыбаюсь, пытаясь скрыть румянец и стараясь не смотреть на него вытаращенными глазами, когда он наклоняется через барную стойку, посылая мне свою безумно очаровательную улыбку.

— Закон Кофлина, никогда не показывай удивления.

— Чувак, хватит цитат из «Коктейля». Господи.

Я смеюсь, поворачивая голову, чтобы взглянуть на другого человека, благодаря которому моя ночь стала намного лучше, чем могла бы быть: Дейн, лучший друг Гейджа, а также деловой партнер в «Сияние».

Дейн великолепен — блондин в отличие от Гейджа, с темными дымчатыми глазами. Когда он только появился и протянул руку через чертову барную стойку, чтобы разжиться бутылкой текилы и стаканом, я чуть не лишилась чувств. Пока Гейдж не рассмеялся и не объяснил, кто это такой. Итак, отлично, моя первая ночь здесь, и я встречаю двух безумно привлекательных мужчин, и оба они, конечно же, под запретом, потому что они мои боссы. Мне просто чертовски повезло.

Дейн усмехается, качает головой и проводит пальцами по волосам.

— Я имею в виду, это отличный фильм, но ты должен перестать постоянно цитировать эту гребаную фразу.

Гейдж отмахивается от него.

— Тебе нужно изучить классические фильмы с Томом Крузом, приятель.

Он подмигивает мне, прежде чем подвинуть в мою сторону чистый, пустой стакан.

— Что ты пьешь?

Я выдыхаю, взгляд скользит по бутылкам позади него. Выпивка, честно говоря, кажется необходимой после безумия этой ночи.

— Бурбон?

Гейдж усмехается, отнимая руку от водки, на которой остановился.

— Черт, я ошибся. Но все верно, ты ведь деревенская девушка?

— О, точно! — Дейн ухмыляется. — Ты впервые живешь в большом городе, да? Ты вроде как с фермы или что-то вроде того?

Они дразнят меня, и я это знаю. Я закатываю глаза на этих двоих, пока Гейдж наливает мне напиток.

— Я из Нэшвилла. Знаете, высокие здания, шоссе, электричество, водопровод, много музыки кантри? Может быть, вы что-то слышали об этом?

Дейн поглаживает свой подбородок.

— Не-а, не слышал.

Я снова закатываю глаза, когда он ухмыляется.

— Нет, но серьезно, ты быстро все схватываешь. — Гейдж медленно кивает, потягивая свое пиво. — Ты сегодня здорово поработала. Нам повезло, что ты здесь.

— Ну, мне повезло, что ты появился рядом. Думаю, я бы сошла с ума, если бы работала одна.

— Нет, ты отлично справлялась. — Дейн подмигивает мне. — Я думаю, этот засранец просто мешал тебе.

Я смеюсь.

— Ну, для меня это новый бар. Думаю, в основном мешала ему я.

— Да, но сильно сомневаюсь, что он был против этого.

Слова Дейна прозвучали рычанием, и я уловила проблеск чего-то горячего в его глазах, когда они скользнули по мне, прежде чем он поспешно отвернулся. Я краснею, чувствуя затянувшийся эффект этого взгляда, напитка в моей руке и ночного адреналина, бурлящего в крови. Его взгляд задерживается на мне, обжигая мою кожу через майку и джинсы, которые на мне надеты.

Мы втроем поднимаем тост за убийственную ночь. И наступает момент тишины, когда я пытаюсь вести себя естественно, а не так, будто зависаю в темном ночном клубе, выпивая с двумя самыми сексуальными парнями, которых только встречала.

«Это все отходняк, вот и все. Это гребаные феромоны, вот что это такое».

Я повторяю это три раза про себя, пытаясь успокоить свои бушующие гормоны — как будто даже присутствие рядом этих двоих вызывает во мне что-то первобытное. Такой вот результат моего долгого одиночества и того, что я так долго оставалась в ловушке ненужных отношений, в которых пребывала до этого. Изначально я собиралась переехать сюда, в Нью-Йорк, вместе с Натаном, моим парнем, с которым мы прожили четыре года. Но, похоже, у дорогого Натана оказались другие планы.

И под «планами» я подразумеваю «женщин».

Хуже всего то, что я так и не узнала об этом. Я даже не застукала его и не устроила ему взбучку. Натан рассказал сам, что кажется благородным, но он упомянул об этом буквально в ночь перед нашим отъездом в Нью-Йорк — грузовик с вещами стоял на подъездной дорожке и все такое. Я все равно уехала на следующий день, но уже без моего придурка-парня. В итоге я нашла крошечную квартиру в подвале и с тех пор пыталась найти работу бармена или официантки, пока собирала документы для поступления в аспирантуру. Итак, шесть месяцев я свободна, и, вероятно, по крайней мере, столько же времени Натан не прикасался ко мне, так как все это время он был слишком занят тем, что совал свой жалкий член куда попало.

Скатертью. Твою мать. Дорога.

Я говорю обо всем этом не для сочувствия, а чтобы объяснить. Вот почему мою чертову кожу покалывает, когда я нахожусь рядом с этими двумя парнями. Вот почему между моими бедрами пульсирует ноющий жар, и почему зная, что их взгляды устремлены прямо на меня, пока я потягиваю свой напиток, ничего не делаю, только сильнее распаляюсь. Вот почему, когда Дейн встает, заскакивает на барную стойку, хватает айпод, подключенный к стереосистеме, и спрашивает, под что я хочу танцевать, чувствую, как искра чего-то горячего прожигает меня насквозь.

— Мы собираемся танцевать?

Гейдж ухмыляется, запрыгивая на барную стойку, а затем перебирается на мою сторону, облокачиваясь на столешницу и пронзительным взглядом голубых глаз осматривает меня.

— Пока нет, но мы должны это исправить.

— Твои ноги еще не смертельно болят?

Он усмехается.

— Эй, если в Нэшвилле так отшивают, думаю, ты можешь смело двигаться вперед и.

— Ладно, ладно, ладно, — смеюсь я, высунув язык в сторону своего великолепного, источающего сексуальную привлекательность босса, пока он дразнит меня. — Как насчет чего-нибудь, кроме клубной музыки? Пожалуйста?

Дейн смеется из-за барной стойки.

— Аминь, черт возьми. Давай, деревенская девчонка. Что хочешь?

Я задумываюсь на секунду, прежде чем пожать плечами.

— Что-нибудь из классического рока?

Они оба смотрят друг на друга и ухмыляются.

— Умница, — мурлычет Гейдж. Он прижимается ко мне, и у меня перехватывает дыхание, когда он стаскивает меня с барного стула на затемненный танцпол позади себя. Я судорожно сглатываю, мой пульс скачет, когда он скользит по мне своими сильными руками, обхватывая мою спину так собственнически, что мое тело начинает пылать.

— Полагаю, это значит, что ты первый? — Я поддразниваю его, шучу, пытаясь унять жар, бушующий на лице и текущий по венам.

— Первый? — Гейдж поднимает бровь, его идеальные губы растягиваются в довольной ухмылке.

— Первый, кто танцует со мной?

Но мой великолепный, безумно сексуальный босс только шире ухмыляется, пожимая плечами. Под звуки песни Def Leppard «Pour Some Sugar On Me» он тянет меня на танцевать.

— Первый звучит так, будто мы будем танцевать по очереди.

Боже. Что-то в том, как он это произносит, заставляет все мое тело пульсировать от порочного желания. То, как он позволяет словам «по очереди» стекать с его губ, вызывает пульсирующий жар между моих ног, а в голове проносятся всевозможные грязные картины.

— Нет, мы не чередуемся, Тесс. — Голос Дейна, низко рычащий мне в ухо сзади, заставил меня вздрогнуть, мое дыхание снова перехватило от ощущения второго великолепного мужчины, двигающегося прямо за мной.

— Мы делимся.

Глава 2

Тесс

— Мы делимся.

От его дыхания на моей шее я задыхаюсь, и вдруг с обеих сторон от меня, спереди и сзади, оказываются мои боссы.

— Я.

— Ты не хочешь танцевать?

Гейдж делает фальшиво-печальное лицо, но на самом деле это вызывает во мне еще большее возбуждение, когда его глаза встречаются с моими. Я чувствую, как бурбон, к которому едва прикоснулась, течет по моим венам, заставляя мою кожу раскраснеться, а сердце учащенно биться.

Ну, или, может быть, это только благодаря им.

Какая-то огромная часть меня знает, что я не должна потакать этому. Эти двое великолепны, и они знают, что дразнят меня, и знают, что я знаю, что это так. Я могу уйти. Придумать какое-нибудь неубедительное оправдание, закончить работу и вернуться домой в свою пустую квартиру. Но, возможно, дело в том, что я всю ночь работала бок о бок с Гейджем и чувствовала на себе взгляд Дейна. А может, дело в сексуальной рок-музыке, алкоголе и темном танцполе.

А может быть, просто у меня не оставалось времени на свидания и вообще на хоть какую-то физическую близость с тех пор, как я переехала сюда после катастрофы с Натаном. Но что бы это ни было, я не могу уйти. Я не могу отойти от этих двоих, потому что находиться рядом с ними чертовски приятно, даже если я знаю, что это флирт на грани дозволенного. То есть, технически это мои боссы, и вот я начинаю танцевать слишком близко, когда над нами звучит пульсирующая музыка.

Да, что я делаю?

— Я думаю, может быть, мне стоит закрыть бар, — неубедительно произношу я.

— Мы уже закрылись. — Гейдж ухмыляется, и я прикусываю губу.

Его бедра покачиваются в такт музыке, и не успеваю я опомниться, как качаюсь в том же темпе и двигаюсь ему навстречу. Я чувствую, как Дейн придвигается за спиной, и когда ощущаю, как его бедра прижимаются ко мне, перестаю придумывать себе оправдания. Кроме того, даже если это граничит с неприличием, я знаю, что это просто танец. И он слишком хорош, чтобы убежать.

«Мы делимся».

Эта фраза снова дразнит меня, и я прерывисто вздыхаю, когда два мускулистых, великолепных парня придвигаются вплотную. Они обхватывают мои бедра и талию, прижимая меня к ним в такт, пока мы раскачиваемся. Я начинаю догадываться, что еще объединяет этих двоих, кроме танцев. От этой мысли мои щеки краснеют, и прежде чем я успеваю отвести глаза, ловлю взгляд Гейджа.

— О, что это за взгляд?

— Ничего, — быстро говорю я, мои глаза смотрят куда угодно, только не на него.

— Ничего, ага?

— Просто. — Я запнулась, прикусив губу, прежде чем снова посмотреть на него.

Плохая идея.

Мои глаза встречаются с его глазами, и я снова теряюсь.

— Это отличная песня для танцев.

— Согласен, — пробормотал он. — А партнер делает ее намного лучше.

— Это точно, — шепчу я в ответ, мой пульс гулко бьется в ушах.

Мы покачиваемся еще минуту, и песня заканчивается. На секунду воцаряется тишина, и мы втроем не знаем, что делать. Никто из них не отстраняется, и я не хочу, чтобы они делали.

— Итак, танец окончен, — говорит Дейн, вздыхая позади меня. Но вдруг включается следующая песня в плейлисте, гораздо более сексуальная, заводная и полная глубоких эротических ритмов.

— Мы можем продолжать танцевать, — тихо говорю я, и, клянусь, слышу, как они оба рычат.

Они придвигаются ближе, когда музыка снова начинает звучать. Мой разум требует прекратить это безумие, но чем больше они прикасаются ко мне, чем больше я вдыхаю их запах и чувствую, как их бедра прижимаются к моим, тем больше пропадаю. Музыка снова переключается, и вдруг они поворачивают меня. Я задыхаюсь, когда Дейн притягивает меня к себе, причем мои руки упираются в его упругую грудь, а его губы оказываются в опасной близости от моих.

— Наверное, нам не стоит так танцевать, — тихо говорит он, его глаза горят в моих и заставляют мои колени подкашиваться.

— Определенно, нет, — выдыхаю я в ответ.

— Знаешь, вся эта история «босс—подчиненная».

— Боссы, — мурлычет Гейдж, и я сглатываю.

Мы придвигаемся ближе, пока они оба буквально не вжимаются в меня. Губы Гейджа дразнят мою шею, и я хнычу. Я чувствую, как толстый член Дейна упирается мне в живот, а Гейджа — прямо в мою задницу, и тихо стону.

— Черт, Тесс, вели мне остановиться, — рычит Дейн, его челюсть сжата, когда он смотрит мне в глаза. — Как только, блядь, я увидел тебя сегодня вечером, я мечтал о тебе. Я хотел каждый гребаный дюйм твоего тела, но. — Он снова сжимает челюсть. — Скажи мне остановиться, пока это не вышло из.

— Пожалуйста, не надо.

Слова едва успели покинуть мой рот, как его губы врезаются в мои, и я падаю прямо в них. Это нечто потрясающее, не похожее ни на один поцелуй, который у меня когда-либо был, и я чувствую, как жар от него обжигает мое тело до самых пальцев ног. Он настойчиво проводит языком по моим губам, раздвигая и захватывая их. Рычит в момент поцелуя, заставляя меня дрожать, прижимаясь к нему, и все мое тело потряхивает.

Я отстраняюсь от него, и не успеваю опомниться, как Гейдж поворачивает мою голову к себе лицом и впивается своим поцелуем в мои губы. Я стону, чувствуя, как четыре руки и два мускулистых тела прижимаются к моему, а Гейдж целует меня так, словно мои губы принадлежат только ему. Он хрипло стонет, его руки — хотя, возможно, это руки Дейна — крепко сжимают мое тело так, что меня пробирает до костей.

Он отстраняется, оставляя меня бездыханной, прежде чем Дейн возвращает меня к своим губам и снова целует. Я словно падаю, все мое тело покалывает от жара, когда он стонет в мои губы и притягивает меня к своему твердому телу. Я хнычу, когда чувствую, как пальцы Гейджа проникают под край джинсов и пробегают по кружеву моих трусиков. Он нежно оттягивает заднюю часть моих стрингов, прижимая трусики к моей скользкой, сочащейся влагой киске. Другой рукой он проводит по поясу джинсов — один палец погружается внутрь — к передней части. Там он расстегивает пуговицу и медленно опускает мою молнию.

— Черт, Тесс, — стонет Гейдж. — Я, блять, не могу остановиться.

— Я и не хочу, — шепчу я.

— Выбора здесь нет, — рычит Дейн, его глаза яростно впиваются в меня. — Я имею в виду, между нами двумя.

Прикусываю губу, пульс стучит в ушах, и я думаю, серьезно ли собираюсь это сделать.

Всегда найдется работа в других барах, говорю я себе. А я хочу этого. Я действительно хочу этого.

— Я никогда. Я имею в виду, понимаете, с двумя.

— Мы тебе покажем, — негромко рычит Гейдж. Он проникает пальцами под край моих трусиков, и я хнычу, когда он скользит ниже. Большим пальцем он проводит по моему клитору, и я вскрикиваю, когда он дразнит меня мучительно медленными круговыми движениями. Он опускает руку ниже, раздвигая пальцами мои лепестки и надавливая ладонью на клитор.

Дейн тянется к моей майке, поднимая ее над бюстгальтером, а я стону от потребности в этих двоих. Он тянет чашечки лифчика вниз, обнажая мою грудь перед его голодными глазами. И когда он наклоняется и жадно всасывает один мягкий розовый сосок своими губами, я вскрикиваю.

Гейдж находит губами мою шею, и я всхлипываю. Я тянусь назад, рукой запутываюсь в его волосах, пока он играет с моей киской и целует ключицы. Другой рукой нахожу волосы Дейна и притягиваю его к себе, а его порочный рот дразнит и посасывает мои соски.

Я кружусь, падаю и разбиваюсь на части, но мне нравится каждая секунда этого состояния.

В меня проникает палец Гейджа, и я стону, когда он проталкивает его глубоко и загибает к себе. Ладонью он нажимает на мой клитор, притягивая мою задницу к своему толстому члену. Дейн обхватывает мою грудь, дразня соски, целуя мои губы. Одной рукой он спускает мои джинсы ниже. Затем он сдвигает в сторону мои намокшие трусики, и его пальцы присоединяются к пальцам Гейджа, исследуя меня. Я чувствую, как толстый член Гейджа упирается в мою голую задницу, а когда я ощущаю член Дейна на своем бедре, мое тело содрогается в предвкушении того, что может произойти здесь сегодня ночью.

.То, что я хочу, чтобы произошло.

Музыка все еще играет, но мы танцуем другой танец, когда мы втроем, спотыкаясь, идем к бару. Я хнычу, когда они прижимают меня к стойке, а когда оба срывают с себя футболки и прижимаются ко мне с двух сторон, я вскрикиваю. Два рта находят мою шею и мои губы. Четыре руки ласкают мою грудь и соски, скользят по бедрам и дразнят мой клитор. Джинсы стягивают мои бедра, майка задралась до ключиц, и я задыхаюсь, когда они вдвоем начинают захватывать мое тело.

Руками я блуждаю по широкой, мускулистой груди и рельефному прессу, все мое тело трепещет от потребности в них.

— Последний шанс сказать «нет», — простонал Дейн. — Последний шанс, прежде чем мы покажем тебе, как щедро мы можем делиться.

Но мне не нужно колебаться, раздумывать или взвешивать последствия, потому что я уже все решила.

И я хочу этого, как никогда сильно.

— Покажите мне, — задыхаясь, прошептала я, скользя взглядом по их глазам.

— С радостью, — мурлычет Гейдж.

Глава 3

Гейдж

Черт, я не могу остановиться. Я не хочу, но даже если бы и хотел, сейчас нас уже никто не удержит.

Я хотел ее с той самой секунды, как она пришла сюда в поисках работы. Эти рыжие волосы, эти изумрудно-зеленые глаза, этот легкий южный говор, который заставлял мой член дергаться в джинсах, а сердце сильнее биться в груди. Эта милая улыбка, очаровательная уверенность, с которой она вошла в самый эксклюзивный клуб Нью-Йорка и попросила работу — все это в одном маленьком сексуальном флаконе.

Я заставил Винса — это мой старший брат и главный управляющий партнер «Сияние» — провести с ней собеседование. Я знал, что если сам буду это делать, то либо попрошу ее выйти за меня замуж, либо отброшу стол в сторону, чтобы попробовать эти сладкие губы и погрузиться в нее каждым дюймом своего члена. А может, и то, и другое, в таком порядке. Он взял ее на работу — слава гребаному богу — и с тех пор я, в общем-то, постоянно тверд. Так что, когда другой новый работник не пришел в клуб сегодня вечером, поверьте, я с радостью протиснулся за барную стойку и проработал рядом с ее тугим маленьким телом всю ночь. Каждый поворот, каждое движение, каждый взмах мартини и каждая операция с кассой заставляли нас двоих скрежетать и прижиматься друг к другу. Потребовалась буквально каждая унция моей силы воли, чтобы не стянуть с нее джинсы, не нагнуть ее и не оттрахать прямо на стойке бара, пока она не закричит, что хочет еще, прямо у всех на глазах.

Каким-то образом мне удалось сдержать себя, но сейчас эта решимость явно пошатнулась. Или, учитывая, что мой язык у нее во рту, а пальцы гладят ее влажную, тугую киску, я бы сказал, что она уже сломлена.

Дейн отталкивает мою руку, и хотя вы могли бы подумать, что я буду в ярости от того, что кто-то забирает у меня мой приз, только усмехаюсь, зная, что сейчас его очередь почувствовать, насколько она совершенна. Понимаете, у нас с Дейном все иначе, да и вообще с каждым из нас. Между мной, Винсом, Дейном, Люком и Ноа. Между нами нет ревности или еще какой-нибудь ерунды. Именно благодаря этому мы смогли придать клубу тот статус, который он имеет сегодня, не поубивав друг друга. Может быть, это потому, что мы все росли в одном и том же дерьмовом многоквартирном доме в самом дерьмовом районе Квинса. Винс всегда был главным, так как он самый старший. Я и Дейн были задирами. Люк — тихий, спокойный гигант, а Ноа — холодный, расчетливый мозг.

Каким-то образом мы оставались ближе, чем друзья — ближе, чем братья — на протяжении многих лет, и что еще более удивительно, пятерым уличным детям из Квинса удалось открыть самый горячий ночной клуб в Нью-Йорке.

Тесс хнычет, когда Дейн загибает пальцы глубоко внутри нее, поглаживая то место, которое, я знаю, заставляет ее ноги слабеть. Я наклоняюсь, обхватываю губами один из ее сладких, соблазнительных сосков и сильно его посасываю. Она задыхается, зарывается руками в мои волосы и притягивает меня к себе, что только подстегивает меня продолжать. Я провожу языком по ее соску и покусываю его так, что она резко вскрикивает.

Я стону, когда чувствую, как ее рука перемещается к передней части моих джинсов. Она проводит пальцами по моему напрягшемуся члену через джинсы, заставляя меня зарычать. И когда я слышу такой же звук от Дейна, понимаю, что она не забыла и о нем.

Черт, это действительно происходит.

На одну короткую секунду я рассматриваю сценарий, по которому она нас подставляет. В смысле, когда такая шикарная молодая девушка делает это с двумя своими боссами, все кричит о «будущем судебном процессе». Но когда она так сладко стонет, а сама гладит меня быстрее, жадно ища мои губы, я отбрасываю эти мысли.

Это точно происходит.

Я прижимаю ее руку к своим джинсам и перемещаю ее пальцы к молнии. Она стонет мне в губы, стягивает ее и просовывает руку внутрь. Я охаю, когда эти мягкие маленькие ладони обхватывают мой член, и когда она начинает гладить меня, я целую Тесс сильнее.

Тут Дейн отстраняет ее, требуя этот рот для себя. Я смотрю вниз и ухмыляюсь, когда вижу, что она запустила руку и в его брюки, обе ее руки двигаются, когда она хнычет от его поцелуя. Она освобождает нас обоих, поглаживая наши толстые стволы в своих маленьких руках. Ее пальцы даже не обхватывают полностью наши члены, когда мы качаемся туда-сюда, поочередно жадно ее целуя.

Но я хочу попробовать еще столько всего. Смотрю на Дейна и ухмыляюсь, он точно знает, что я задумал.

Тесс визжит, когда мы неожиданно поднимаем и усаживаем ее милую маленькую попку на барную стойку. Дейн яростно целует Тесс, обхватывая руками грудь и играя с сосками. Я хватаю ее джинсы и трусики и начинаю стягивать их с ее ног, пока мой друг освобождает Тесс от майки и лифчика. Опустившись вниз, хватаю руками ее бедра и широко раздвигая их, позволяя своему дыханию игриво касаться ее кожи. Тесс задыхается, глядя на меня широкими, полными вожделения глазами, когда я начинаю двигаться к тому, что мне нужно.

Охренеть, какая у нее красивая киска. Она такая мокрая, что с ее половых губ стекают капельки влаги, покрывая бедра и заставляя ее розовую щель блестеть для меня. Я придвигаюсь ближе и хочу оттянуть момент, но понимаю, что больше не могу сдерживаться. Она вскрикивает, когда я провожу языком по ее дырочке, пробуя сладкий мед и наслаждаясь тем, как Тесс извивается для меня. Руками хватаю ее за задницу, притягивая к себе, а язык проникает глубоко внутрь. Я ввожу и вывожу его, трахая ее языком и чувствуя, как она выгибается навстречу мне, прежде чем отстраниться. Продвигаюсь к ее клитору, всасывая его между губами и вращая языком по маленькому бугорку.

Дейн занят ее грудью, он дразнит языком ее соски. И когда мы вдвоем берем ее вот так, она выглядит словно попала в рай. Тесс громко стонет, вцепившись пальцами в барную стойку, пока наши языки ублажают ее тело все сильнее и сильнее. И снова я хочу растянуть удовольствие, пробовать ее на вкус долгие часы, пока она не потеряет способность двигаться, но больше не могу сдерживаться. Глядя на Дейна, поглаживающего свой собственный член, когда он стонет в ее сиськи, я понимаю, что он тоже не может.

Я быстро стаскиваю с себя джинсы и боксеры, и мой приятель делает то же самое, когда видит, что я задумал. Тесс громко задыхается, когда я отстраняюсь от нее и поднимаюсь, двигаясь между ее раздвинутых бедер. Я мог бы взять ее прямо здесь, на гребаной барной стойке, и трахать эту сладкую маленькую штучку, пока она не кончит на мои набухшие яйца. Но нас двое, и мы возьмем ее прямо сейчас.

И я точно знаю, какой будет ход.

Я жадно целую ее, позволяя почувствовать ее вкус на моих губах и любуясь тем, как еще крепче Тесс целует меня за это. Оттаскиваю ее от барной стойки в свои объятия, и она задыхается, крепко обнимает меня, когда я поворачиваюсь и иду вдоль барной стойки. Черт, я чувствую, как ее горячая маленькая киска так влажно трется о верхнюю часть моего члена, и это заставляет меня стонать.

Мы добираемся до места, которое я выбрал — одной из темных, знойных, тускло освещенных частных VIP-кабинок, расположенных вокруг внешней стороны танцпола. Обычно здесь собираются состоятельные клиенты, спускающие слишком много денег на напитки и девочек. Но сегодня вечером именно здесь мы с Дейном будем обладать нашей Тесс так, как никто и никогда еще ей не обладал.

Я опускаю ее на мягкие подушки дивана, отодвигая маленький столик с напитками, чтобы освободить место. Мы вдвоем придвигаемся к ней, и я вижу, что у нее так много вопросов, но только качаю головой, впиваясь в нее глубоким поцелуем.

— Просто позволь нам показать тебе, детка, — рычу я ей в губы. Тянусь вниз между ее ног и глажу нежные, влажные лепестки губ. — Ты доверяешь нам?

— Следует ли?

Я ухмыляюсь. Она умная девочка, и мне это нравится.

— Это тебе решать, — простонал я в ее губы. — Но если доверяешь?

Я отстраняюсь и смотрю, как она сглатывает, ее щеки раскраснелись. Дейн скользит руками по ее бедрам, раздвигая их шире и просовывает мою руку между ними. Тесс стонет.

— Если я доверяю?

Я рычу в ответ.

— Если да, то мне нужно, чтобы ты встала на колени и подняла свою чертову сексуальную попку вверх.

Она задыхается от моих слов, ее глаза расширяются. Но я вижу ее жар и огонь в ее взгляде, и чувствую, что мы вдвоем собираемся вовлечь ее в фантазии, настолько темные и глубокие, что Тесс скрывает их от самой себя.

— На колени, красавица, — рычу я. — Пришло время показать, как хорошо тебе может быть в наших объятиях.

Глава 4

Дейн

Дьявол.

Тесс опускается на колени на сиденье дивана между нами, и когда она поднимает эту сладкую попку так высоко, я почти кончаю прямо там. Я стону, придвигаясь к ней сзади, крепко сжимая упругую плоть, когда Тесс всхлипывает от желания. Я вижу, как Гейдж двигается перед ней, его толстый член пульсирует и истекает смазкой. Она обхватывает его рукой, пока он целует ее, поглаживая свой член, пока она громко стонет.

Я собираюсь сделать так, чтобы она стонала намного громче.

Становлюсь на колени позади нее, и когда провожу языком по ее сладкой, сочащейся влагой киске, Тесс стонет в рот Гейджа. Я рычу, наслаждаясь вкусом нашей барменши, которую вожделел уже несколько дней. Она не видела меня, поскольку я занимался починкой колонок на балконе второго этажа, но я видел ее, когда она пришла в «Сияние» на днях в поисках работы. И, блять, сразу понял, что Тесс станет проблемой, как только она вошла. Эти огненные волосы, эти пронзительные зеленые глаза, эта попка, от которой так и хотелось откусить кусочек. Я видел это по лицу Гейджа, когда он говорил с ней. Я видел такое же выражение на лице Винса после ее собеседования. Знаю, что оно было на моем, пока я смотрел, и я готов поставить деньги на то, что у Люка и Ноа точно такая же реакция.

Она — воплощение всех наших вкусов. Умная, дерзкая, великолепная, смелая и веселая. Черт, я знаю, что это звучит как девушка мечты любого мужчины, но в ней есть какая-то искра, которая объединяет все это вместе, и уверен, что это будет опасно для всех нас пятерых.

Однако я отбрасываю это предупреждение в сторону, проникая языком глубоко в ее шелковистую киску, пробуя ее сладость и чувствуя, как она трепещет под моим ртом. Поскольку мы впятером настолько близки, как сейчас, за эти годы нашлось немало девушек, которые поразили сразу нескольких из нас. Черт, мы даже делились некоторыми. Конечно, никогда не впятером, но у нас с Гейджем, конечно, случались перепихоны на одну ночь с одной женщиной, и я знаю, что у Ноа и Люка тоже. Винс, наверное, больше одиночка.

Тесс так сладко задыхается, когда я пробую на вкус ее тугую маленькую щелочку, и эта искра снова разгорается — та, что пылает в моем сердце и в моей голове. Это совсем не то, что какая-то шлюшка, которая хочет провести ночь с двумя парнями, готовыми поделиться. Я едва знаю Тесс, но уже могу без колебаний сказать, что это нечто большее. Намного больше.

Гейдж стонет, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть его откинутую назад голову с одной рукой, запутавшейся в ее волосах. Тесс постанывает вокруг его члена, ее губы плотно обхватывают его, когда она обсасывает его. Мой собственный член пульсирует, и я тянусь вниз, чтобы погладить его, пока дразню языком ее клитор.

Знаю, что мы оба могли бы наслаждаться ее вкусом всю ночь, но я должен получить ее больше, и немедленно.

Приподнимаюсь, становясь на колени позади нее и поглаживая членом ее попку. Она хнычет, отстраняется от Гейджа и смотрит на меня горящими, полными вожделения глазами.

— Последний шанс, красавица, — рычу я, едва сдерживая себя, когда провожу головкой по ее мягким, липким лепесткам. Поглаживая свой член, я наблюдаю, как белая капля предварительной смазки выступает наружу и стекает по ее киске.

— Трахни меня, — тяжело дышит она, ее щеки розовеют, а соски становятся твердыми и острыми.

Ей не нужно просить дважды.

Я осторожно ввожу головку, давая ей привыкнуть к моим размерам. Но как только член оказывается внутри ее горячего, скользкого входа, и как только Тесс начинает мычать от удовольствия, я не могу сдерживаться. Я стону, вгоняя член внутрь, отдавая каждый сантиметр, пока не оказываюсь в ней по самые яйца. Тесс вскрикивает от удовольствия, пыхтит и стонет, когда я стискиваю зубы и глубоко вхожу в нее. Черт, ощущения просто райские. Она обхватывает меня так крепко, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не кончить прямо сейчас.

Тесс возвращается к Гейджу, с голодом заглатывая его член и заставляя его шипеть от удовольствия. Я рычу, немного отстраняясь, а затем снова погружаю свой член в эту сладкую киску. Стону, чувствуя, как она жадно сжимает меня, словно ее плоть высасывает сперму из моих яиц. Я выхожу из нее, а затем снова погружаюсь, заставляя стонать вокруг члена моего приятеля, пока заполняю ее до краев. Я крепко держу Тесс за бедра, вгоняя свой член в нее снова и снова, пока звуки моих яиц, шлепающихся о ее клитор, и ее горла, заглатывающего член Гейджа, не заполняют собой всю комнату.

Я чувствую, что близок к финалу, и отстраняюсь — хотя бы потому, что хочу дать Гейдж попробовать, прежде чем залить ее своей спермой. Я киваю ему, и он кивает в ответ, его челюсть напрягается, когда она с шумом втягивает его член.

— Моя очередь, красавица, — простонал он, отрывая Тесс от своего члена. Он целует ее медленно и глубоко, обхватывая ее челюсть, прежде чем отодвинуться. Неохотно я выхожу и позволяю ему занять мое место. Тесс вскрикивает, когда Гейдж одним толчком погружается в нее по самые яйца. Его большой член растягивает ее розовые губы вокруг себя, и он рычит, руками впиваясь в ее кожу. Я стону, поглаживая свой член и наблюдая, как эту чертовски великолепную девушку трахают так, как, я уверен, никогда не трахали, и позволяя звукам ее удовольствия проникать в мое сознание.

Гейдж отстраняется и садится, притягивая Тесс к себе. Она устраивается на его коленях, и когда опускается, они оба стонут от удовольствия. Гейдж крепко сжимает руками ее маленькую идеальную попку, заставляя ее подпрыгивать на нем вверх-вниз, ее блестящая киска издает влажные звуки, когда Тесс снова и снова принимает его до самого основания.

Я встаю, двигаясь рядом с ними, и когда она видит меня, Тесс хнычет, облизывает губы своим мягким розовым языком и жадно открывает губы. Я стону, когда она берет мой член в рот.

— Вот так, дорогая, — рычу я, запутавшись руками в ее волосах. Она мурлычет от удовольствия вокруг меня, ее губы приоткрываются, когда она заглатывает мой член.

— Блядь, ты выглядишь чертовски красиво, когда мы оба берём тебя вот так.

Гейдж стонет, зарываясь лицом в ее шею.

— У тебя никогда до этого не было сразу с двумя, да?

— Никогда, — задыхается Тесс, отстраняясь от меня и постанывая от удовольствия, подпрыгивая на члене Гейджа.

— Я полагаю, это означает, что ты никогда не кончала от двух больших членов, наполняющих тебя и делающих тебя своей?

Тесс просто вскрикивает, ее лицо млеет от удовольствия, когда он начинает трахать ее быстрее и глубже. Я поглаживаю свой член и возвращаю ее рот к себе, стону, когда она жадно посасывает меня, проводя языком по нижней части. Рычу, скольжу рукой вниз по ее спине, пока не касаюсь ее задницы. Я шлепаю ее, мне нравится, как Тесс сладко стонет, когда сильнее втягивает в себя мой член. Я шлепаю ее снова, и она хнычет, все ее тело дрожит.

— Тебе это нравится? — шепчет Гейдж. — Тебе нравится, когда тебя шлепают, как плохую девочку?

Тесс может только стонать, извиваясь вокруг моего члена, когда мы вдвоем начинаем входить в нее быстрее.

— Потому что только маленькая негодница позволит своим боссам трахать ее своими большими членами, пока не кончит, как послушная малышка.

Тесс выглядит так, будто она вот-вот взорвется. Все ее лицо покраснело, тело дрожит, а ее стоны заглушают все остальное в комнате. Я шлепаю ее еще раз, прежде чем провести рукой по ее попке, пока мой палец не упирается в ее маленькую тугую дырочку.

— В следующий раз, — рычу я, чувствуя, что мой собственный оргазм вот-вот захлестнет меня. — В следующий раз я возьму это, маленькая развратница.

Тесс кончает, держа мой член губами, оргазм пронзает ее, как ураган. Я стону, последние остатки силы воли рушатся, когда ее маленький ротик засасывает меня глубоко в ее горло. Мои яйца дергаются, и я рычу, когда сперма бьет из моего члена, как из чертова шланга, выплескиваясь в ее горло. Гейдж стонет, и по тому, как глубоко он вонзается в нее, я понимаю, что он наполняет своей спермой и ее маленькую тугую киску.

Мы втроем стонем, двигаясь все медленнее и медленнее, пока не останавливаемся. Я вытаскиваю свой член из ее рта, стону и опускаюсь на диван. Гейдж осторожно выходит из нее, перекладывая Тесс на диван, а сам опускается на другую сторону. Я поворачиваюсь к ней, улыбаясь, когда вижу ее взволнованное, задыхающееся и довольное выражение лица.

— Думаю, все прошло хорошо?

Она хихикает над Гейджем, поворачивается и игриво бьет его по руке, прежде чем схватить его за подбородок и яростно поцеловать.

— Да, намного круче, чем просто хорошо.

— Поддерживаю, — соглашаюсь я, притягивая ее к себе и целуя.

— Я хотел сделать это с той самой секунды, как нанял тебя, знаешь ли, — хмыкает Гейдж, поглаживая ее руку и целуя ее плечо.

— Нанимал не ты, — говорит она с ухмылкой.

Гейдж смеется.

— Верно, Винс нанял. Я так решил только потому, что не был уверен, что смогу удержаться от того, чтобы не перепрыгнуть через стол и не трахнуть тебя на середине собеседования.

— Жаль, — заявляет она, дерзко пожимая плечами, что заставляет нас обоих ухмыляться.

— Ну, я все равно хотел сделать это с тех пор, как ты сюда вошла.

— Я тоже, — усмехаюсь я.

Она поворачивается ко мне с любопытством.

— Я тоже присутствовал, когда ты пришла в тот день.

— Знаешь, он стоял в тени и наблюдал за тобой, как полный псих.

Она хихикает, когда я отталкиваю Гейджа.

Мы остаемся так еще час, после того как я подбегаю к бару — с голой задницей и ухмыляясь, как идиот, — и беру нам пива.

.И это самый невероятный час в моей жизни.

Тесс делится с нами подробностями о своей жизни, рассказывает о своем дерьмовом бывшем и о переезде в Нью-Йорк. Мы говорим ей то, что никогда никому не говорили, а тем более девушке, которую едва знаем. О том, как мы росли в бедности в этом городе. О том, как Гейдж и мама Винса взяли меня к себе, когда мои родители уехали из города. О том, что нам приходилось выживать, пока мы наконец не смогли построить себе это место, о котором всегда мечтали. И к концу этого часа мне не просто нравится эта девушка, я влюблен в нее по уши. Мы оба влюбились — я вижу это по лицу моего друга. Помните, я сказал, что понял, что с этой девушкой будут проблемы, как только она вошла? Так вот, в тот час я действительно убедился, что это правда.

Потому что к концу мы с Гейдж уже не просто подсели. Мы стали зависимы. И как бы безумно это ни звучало, к концу мы чертовски влюбились в Тесс. Я даже не знаю, что это значит, потому что никто из нас никогда не испытывал таких чувств ни к кому, кроме этого нашего братства, но они есть. Посадить ее в машину и отвезти домой в целости и сохранности — это как ножевое ранение: с каждой секундой, проведенной вдали от нас, становится все больнее.

Это новая территория. Мы с Гейджем и раньше делили девушек, но только мимолетно и физически, тут же забывая об этом. Теперь все совершенно по-другому. Потому что с Тесс это намного больше. Мы уже делили тело девушки, но никогда ее сердце, и я вдруг задумался, сможет ли наша дружба, которая крепче семьи, пережить кого-то вроде Тесс.

Глава 5

Тесс

Проснувшись на следующий день, я сомневаюсь, все ли, что я помню, это сон. Потому что, когда думаю о том, что произошло прошлым вечером, это не может быть реально — будто это было что-то замечательное, что я себе придумала. Но сладкая боль в моем теле говорит мне, что все это реально. Я прикусила губу, и мой пульс подскочил, когда залезла под одеяло и вспомнила каждую грязную, удивительную деталь — то, как они ощущались, то, как они держали меня, и касались меня, и целовали меня, и трахали меня.

Прошлая ночь. я никогда такого не испытывала. Даже близко нет. Во-первых, потому что это явно новый опыт быть с двумя парнями одновременно. У меня начинают гореть щеки от воспоминаний. Часть меня не может поверить, что я действительно это сделала, — что у меня на самом деле случился сумасшедший тройничек с двумя великолепными мужчинами, которые к тому же мои боссы. Но другая часть меня сияет этим новообретенным возбуждением — как будто я пробудила эту более грязную, более сексуальную часть меня, которую всегда скрывала — может быть, ту часть, о существование которой, я даже не подозревала.

Но тогда была и другая часть ночи — часть после секса, прежде чем я наконец призналась, что засыпаю и должна вернуться домой. Я никогда не чувствовала такую близость к кому-либо. Разговаривать с ними, открыться и слушать их рассказы просто невероятно. И к тому времени, как ушла, я поняла, у меня никогда не складывалось такой близости с кем-либо— даже с Натаном и не говоря уже о двух других бывших.

Оставлять их больно, но остаться означало что-то пострашнее. Остаться означало признать, что маленький голос в моей голове прав. Тот голос, который как сумасшедший, повторял, что я влюбляюсь в Дейна и Гейджа.

Но нет, это просто сумасшествие, говорю я себе. Никто не влюбляется в кого-то, кого они едва знают после одной ночи и одного раунда горячего секса, даже если это самый лучший, самый взрывной секс в вашей жизни. И, конечно же, никто не влюбляется сразу в двух таких великолепных мужчин.

«За исключением меня, думаю, я бы смогла. Сильно».

Эта мысль заставляет меня нахмурить брови, и я полностью заползаю под одеяла.

Из этого ничего хорошего не выйдет.

Мысли ранят, но я знаю, что это правда. Либо я говорю им, и понимаю, что они воспринимают случившееся совершенно по-другому — просто веселая ночь с девушкой, которая была готова принять их обоих. Или, если они чувствуют тоже самое, их двое, и они чертовы лучшие друзья. И хорошо это точно не закончится. Не то чтобы я оказывалась в подобной ситуации раньше, но могу представить достаточно, чтобы понять, как все произойдет. Два лучших друга с одной девушкой между ними? Да, это рецепт катастрофы. Добавьте к этому факт, что они мои боссы, и владеют этим местом с тремя другими хорошими друзьями, и вдруг у меня появляется желание, чтобы прошлой ночи никогда не случалось, настолько все это может быть больно.

Я замираю, еще на несколько минут под одеялом, прежде чем, наконец, делаю глубокий вдох и вытаскиваю ноги.

Я знаю, что должна сделать, даже если это убьет меня. Но из этого нет хорошего выхода. Нет никакого сценария, когда все не закончится катастрофой. Неважно будут ли они чувствовать себя также или нет, я забочусь о них двоих достаточно, чтобы знать, что должна прекратить это, прежде чем кому-то станет действительно больно. Даже если от этого нестерпимо больно будет мне.

Быстро одеваюсь, выпиваю кофе, а потом отправляюсь за дверь. Я иду вместо того, чтобы поехать на метро, придумывая что собираюсь сказать, когда доберусь туда. И я все еще репетирую, когда подхожу к месту, где потеряла себя накануне.

Клуб закрыт, так как они не работают до вечера. Но я знаю, что Винс, вероятно, находится в офисе, поэтому все равно звоню в домофон. Через минуту, после того, как задумчивый, тихий и ожесточенный взгляд старшего брата Гейджа просверлил меня, я иду в его офис, и до сих пор не знаю, что собираюсь сказать.

Глава 6

Винс

Я знаю.

Конечно, она не в курсе, но я, черт возьми, знаю. Не сразу, но после того как встретил Гейджа и Дейна, чтобы выпить поздно вечером, после того, как они закрыли «Сияние», я, черт возьми, знал.

Сначала они пытались прикинутся скромнягами, но когда ты знаком с парнями, столько сколько я с Дейном и моим младшим братом, у тебя появляется хорошее чутье разбираться во всякой чуши. У них обоих был этот дерьмовый, виноватый взгляд на лицах, и мне не потребовалось больше секунды, чтобы собрать все воедино. Черт, я знаю, о чем эти два идиота думают годами, тем более, я самый старший из них. Забота о Гейдже, Дейне, Люке и Ноа, стала буквально всей моей работой, пока я не смог научить их, защищать себя на улицах Квинса. Черт, даже после этого, я заботился о них. Так что, да, я могу легко прочитать их ложь.

— Тесс, — медленно прорычал я, мои глаза ужесточились, и я крепко сжал стакан в своей руке. Дейн и Гейдж переглянулись, и я видел, как они начали отрицать это, прежде чем покачал головой, останавливая их.

Я не злился. Я до сих пор не «зол», но нельзя не признать ревность, ревущую во мне. Я хотел ее с тех пор, как увидел в тот день, когда она вошла. И хотел не просто снять всю её одежду и попробовать каждый дюйм ее тела, а хотел до дрожи во всем теле. Знаю, что Гейдж увидел ее первый — технически. Но я был тем, кто прошел через, возможно, самое длинное интервью всей моей жизни. И все это время я просто становился зависимым от нее.

От всего, что в ней есть — от ее невероятной красоты, и остроумия, ее интеллекта, и обаяния. От того, как работал ее ум, от того как естественно она держалась, придя в самый жаркий клуб в городе, в поисках работы.

— Просто случилось, мужик, — прорычал Дейн, потягивая пиво и пристально глядя на меня. Он не извинялся, но ему даже не пришлось. Я не предъявлял права на Тесс, даже если я хочу, её больше, чем любую женщину, которую когда-либо желал — на чертовую милю — хотя едва ее знаю.

Мысль о ней с ними двумя — Гейджем и Дейном, берущими ее и клеймящими идеальное, тугое маленькое тело всеми способами, пока она не закричала о большем — интересна. На самом деле, я думал об этом всю ночь, извиваясь в своей постели с этой пылающей смесью ожесточенной ревности и подавляемого возбуждения. Да, я мог бы немного рассердиться, что они добрались до нее первыми, но образы Тесс снимающей одежду и раскрывающей свои кремовые бедра, или то как открываются эти сладкие губы, чтобы пососать толстый член Дейна, в то время как Гейджа растягивает каждый дюйм внутри нее — заводили меня до чертиков.

С тех пор, мне буквально физически было тяжело, и теперь она здесь, передо мной, в моем офисе над клубом. Раньше она очаровывала. Теперь зная, что она сделала прошлой ночью и восхищаясь ее дикой природы, я находил Тесс просто неотразимой.

.И я честно не знаю, как долго смогу контролировать себя наедине с ней.

Она закрывает за собой дверь и поворачивается ко мне. Тесс одета в скромную, но кокетливую юбку, черные балетки и застегнутый топ. Не похоже, что она старалась выглядеть сексуально или что-то еще, но именно это делает ее чертовски великолепной. Черт возьми, эта девушка могла бы войти сюда в скафандре, и я все равно хочу наклонить ее над своим столом и пробежать языком по каждому дюйму ее тела.

Ее лицо темно-красного оттенка, и она закусывает свою нижнюю губу, когда крутит руки перед собой, как какая-то непослушная школьница, которую поймали на чем-то плохом.

В моей голове возникает еще один образ, и мой член начинает пульсировать в джинсах. Я представляю, как перекидываю ее через свое колено и шлепаю эту непослушную маленькую попку. За все те грязные вещи, которые Тесс вытворяла вчера вечером с Дейном и Гейджем.

— Что я могу сделать для тебя, Тесс? — Я говорю тихо, мои глаза яростно горят, когда впиваюсь в нее взглядом. Она снова сглатывает, все еще нервничая, и неловко избегает моих глаз.

— Я должна уйти.

Я безмятежно улыбаюсь. Любопытно, действительно ли это то, ради чего она здесь. И я, конечно, знаю, почему она считает, что ей нужно уволиться. Но этого не произойдет.

— Почему?

Я думаю подразнить Тесс. Решаю, что хочу увидеть ее юлящей, потому что есть что-то чертовски сексуальное в её покрасневших щеках.

— Потому что…— Она затихает и пожимает плечами. — Ты знаешь.

— Не уверен.

Я хочу, чтобы она сказала это. Хочу, чтобы Тесс сказала мне, какой грязной девочкой была прошлой ночью.

…И тогда я её возьму.

Я ничего такого не планировал. На самом деле, даже не был уверен в этом до того, как она вошла сюда. Но видя ее сейчас здесь, стоящую передо мной и пленяющую все мои чувства, точно знаю: она не уйдет из этого кабинета пока я не покажу ей, что она упустила.

Тесс прочищает горло.

— Прошлой ночью… — Она снова замолкает, и я улыбаюсь.

— И что там с прошлой ночью? — Я рычу, встаю и обхожу стол, будто охочусь за своей добычей. Её глаза становятся немного дикими, когда я подхожу ближе и наблюдаю как её дыхание сбивается. Вероятно, она может видеть выпуклость в моих джинсах, но честно говоря, мне плевать. Блядь, я хочу, чтобы Тесс увидела каким твердым она меня делает.

— Почему бы тебе не рассказываешь мне о прошлой ночи? — Мурлычу я, продвигаясь ближе. Челюсть Тессы немного падает, и её лицо становится ещё более алым.

— Ты… ты знаешь?

Я улыбаюсь, прожигая ее взглядом.

— Конечно, знаю. Я в курсе всех грязных делишек, которые ты вытворяла с Дейном и Гейджем вчера.

Она краснеет ещё больше, и похоже собирается что-то сказать, но я останавливаю её качая головой.

— И это все о чём я мог думать, с тех пор как они рассказали мне.

Я подхожу к ней еще ближе, но она не отступает. Вместо этого я наблюдаю, как быстро поднимается ее грудь при дыхании. Ее глаза становятся чуть шире, и когда я вижу искру в этом взгляде, то замечаю там и голод. Мой пульс учащается, член пульсирует в узких джинсах, когда я делаю шаг прямо к ней, и мы почти соприкасаемся. У Тесс перехватывает дыхание, и она тяжело сглатывает.

— В увольнении отказано. — Рычу я.

— Ты не можешь запретить мне уйти.

— Только что сделал.

— Почему? — тихо спрашивает она, бросая на меня удивленный взгляд.

— Потому что я не могу и не позволю девушке, которая пришла и забралась ко мне в голову, сбежать сейчас.

Я не даю ей и секунды, чтобы осмыслить мои слова, и сразу же притягиваю к себе, наклоняюсь и целую Тесс со всей силой. Это лучше, чем я даже мог себе представить. Ее мягкие губы приникают к моим, и когда мой язык ищет вход в ее рот, она тихонько хнычет, открывая его для меня. Я рычу в ответ, крепко сжимаю ее и притягиваю к себе так близко, что она оказывается в моих сильных объятиях. Время замирает, я делаю вид, что мне не нужно дышать, и просто полностью теряюсь в этом поцелуе.

Медленно, нуждаясь в воздухе, мы отодвигаемся, наши глаза открыты. Ее лицо раскраснелось, и во взгляде — чистое, незамутненное желание, когда я прижимаю ее к себе.

— Откуда это взялось? — выдыхает она, прижимая руку, осторожно касаясь своих губ.

— Я хотел сделать это с той секунды, как ты вошла в этот кабинет в первый день, — хрипло признаюсь ей. — Я хотел сделать это чертовски много раз, с тех пор как положил на тебя глаз.

Ее губы растягиваются в этой очаровательной улыбке, прежде чем, внезапно Тесс колеблется и отводит взгляд.

— Прошлой ночью, с Дейном и твоим братом… — Она кусает губу, все еще не в силах смотреть на меня. — Если бы я знала…

Я останавливаю ее небольшой усмешкой, и на этот раз она смотрит на меня.

— Думаешь, я поцеловал бы тебя сейчас, если бы это имело для меня значение? Эти двое не смогли бы сохранить секрет, даже чтобы спасти свои жизни. Они рассказали мне вчера вечером, хотя им и не требовалось говорить, потому что это было написано на их лицах. — Я делаю вдох и притягиваю её к себе.

— Тесс, ты узнаешь, что я ревнивый, оберегающий мужчина, исключая те моменты, которые касаются моих братьев. И Дейн мне такой же брат, как и Гейдж.

Она качает своей головой, волнуясь.

— Ты не злишься за то, что произошло прошлой ночью?

— Злюсь? Нет. — Моя челюсть напрягается, когда я прижимаюсь к Тесс, скользя рукой по её спине, пока не добираюсь до ее сладкой маленькой попки. Она задыхается и ее берда вжимаются в мои.

— Не злюсь, красавица, — рычу я. — Завожусь до безумия.

Я снова целую ее, на этот раз дико. Она стонет в мои губы, наши языки сплетаются в танце, когда притягиваю её к себе еще ближе. Я поворачиваюсь, заставляя ее задыхаться, толкаю назад, пока ее задница не упирается в мой стол.

— Тесс, думаю, ты скоро поймешь, что у нас у всех много общего, и это не только бизнес, — стону я.

— Ты действительно не расстроен из-за того, что произошло вче.

— Не расстроен. — твердо отвечаю я. – Но только, если ты это скажешь.

— Скажу, что?

Я стону, позволяя всей длине моего жесткого стояка надавить на ее бедро через мои джинсы. Она тяжело дышит, ее руки напрягаются на моей рубашке.

— Скажи мне, что ты вчера делала, — мурлычу я. — Расскажи, что ты с ними делала и признайся какой плохой девочкой была.

Она задыхается, пыхтит и вскрикивает, когда я тянусь губами к её шее.

— Я. Я спала с ними, — постанывая, шепчет она, пока я прикусываю её ключицу.

— Спала?

Она снова всхлипывает.

— Скажи это, — требую я. Протягиваю руки к ее блузке, почти отрывая пуговицы, когда расстегиваю их одну за другой. Ее гладкая кожа открывается моему взору, и мой член дергается в штанах.

— Я. я трахнула их, — наконец шепчет Тесс, и я клянусь, что могу кончить от одного только звука этих слов, сорвавшихся с ее сладких губ.

— Да? — мурлычу я, стряхивая блузку с ее плеч и спускаясь ее вниз по стройным рукам, пока та не оказывается зажата на локтях. Я высоко задираю юбку Тесс и стону, когда передо мной открываются ее фиолетовые кружевные трусики. Мне нравится фиолетовый. Мне понравится фиолетовый еще больше, когда он окажется между моих зубов и будет спущен по ее бедрам.

— Ты сосала их члены, — говорю я, заставляя ее вскрикнуть, когда подкрепляю слова зубами на ее шее.

— Да, — стонет она.

— Ты открыла эти красивые губки и позволила им засунуть туда свои большие члены, чтобы сосать их, как грязная маленькая шлюха?

Я подталкиваю руку между ее ног, пробегая пальцами вверх и вниз по ее трусикам. Стону, чувствуя, насколько она мокрая и горячая, ее возбуждение протекает прямо сквозь кружевную ткань. Она не может даже ответить, потому что, когда я начинаю тереть клитор через кружево, все что Тесс способна сделать, это стонать.

— Покажи мне, как ты их трахнула, малышка, — шепчу я, дергая ее трусики в сторону и пробегая пальцами по ее лепесткам. — Покажи мне, как распутной ты можешь быть.

Глава 7

Тесс

Весь мир разлетается, когда Винс целует меня, и после мне кажется, что я проваливаюсь в бездну.

Удивительное, сотрясающее, безумное падение.

Да, я взволнована и чувствую некоторую неловкость из-за произошедшего прошлой ночью с Дейном и его братом. В конце концов, то, что случилось между нами, оказалось очень чувственным, и, кроме того, я бы сказала это было намного больше, чем просто секс. Конечно, секс сам по себе стал лучшим, самым умопомрачительным сексом в моей жизни, но я имею в виду ту часть, которая появилась после того, как моя голова, и мое сердце пошли кругом. Та открытость, и связь, которую почувствовала с ними, совсем не похожа на все, что я когда-либо ощущала, с кем угодно.

Из-за всего этого я все больше запутываюсь, когда Винс целует меня. Особенно, когда он признается, что хотел меня с тех пор, как увидел. И вот это действительно самая дерьмовая часть: несмотря на то, что случилось с Гейджем и Дейном прошлой ночью, я чувствовала то же самое. Я имею в виду, Винс великолепный — более мрачный, более крупный, свирепый вариант его горячего младшего брата. У него такие же пронзительные голубые глаза, но в них просматривается напряженная каменная сила, и при взгляде на него что-то глубоко внутри меня замирает. Я чувствовала это на протяжении всего собеседования, сидя в этом самом кабинете, через стол от него и ощущая жар между своих ног, только от его присутствия.

Именно вспыхнувшее желание к Винсу, поначалу сдерживало меня прошлой ночью с Гейджем и Дейном. Но, конечно, мои колебания быстро прошли, когда между мной и парнями разгорелся огонь страсти.

Но Винс не злится. В смысле, даже если те искры, что пробегали между нами на собеседовании, оказались мимолетными и между нами не намечалось никакой истории, все равно я бы поняла, если бы он разозлился. Пытаюсь поставить себя на его место и думаю, как черт возьми, не разозлилась бы, если бы моя подруга или моя сестра переспали с мужчиной, на которого я запала, прежде чем я сама смогла сделать ход. Полагаю, в этом контексте, я почти хочу, чтобы он разозлился на меня. Но каждый поцелуй и каждое прикосновение и каждое прошептанное грязное слово губами Винса говорят мне, что это не так.

На самом деле, я думаю, он похоже еще больше возбудился из-за моего приключения с парнями. Это так грязно, что я дрожу от этой мысли.

Я вскрикиваю, когда он толкает мои трусики в сторону и пробегает пальцами по моей дырочке. Я мокрая для него — крайне возбужденная для этого темного, доминирующего, могущественного мужчины.

— Посмотри, как ты течешь, черт возьми — рычит он, заставляя меня хныкать. — Это воспоминания о том, как Дейн и мой брат трахают тебя, вызывают такой жар? Или ты представляешь, как я буду вколачиваться в твою красивую, истекающую желанием маленькую киску прямо здесь и сейчас на этом столе?

— И то и другое! — Мне едва удается выдавить из себя ответ, потому что я, почти задохнулась, когда он толкнул два пальца внутрь, легко погладил, а затем вытащил их.

— Прошлой ночью ты также текла, сладкая сучка? Эта маленькая киска была липкой и влажной, когда ты сосала один из их больших членов, пока другой трахал тебя, как послушную шлюху?

Его грубые слова звучат грязно. Никто и никогда не разговаривал так со мной. Но очень быстро, я начинаю мечтать, чтобы кто-то говорил со мной так раньше, потому что все мое тело дрожит в экстазе от грязных разговоров.

— Ты содрогалась от оргазма на члене моего брата, пока Дейн изливал свою сперму в твой грязный маленький рот?

Винс поглаживает клитор большим пальцем, в тот момент, когда начинает работать пальцами внутри, и все, что я могу сделать, это кивнуть, прежде чем врезаюсь ему в рот и стону в его губы. Он стонет, его язык борется с моим, другой рукой он скользит вверх, запутываясь в моих волосах. Он тянет достаточно сильно, чтобы заставить меня задохнуться, прежде чем отодвигается, его глаза полны огня. Винс двигается ниже, его рот скользит по моей груди, когда он расстегивает бюстгальтер и тянет его вниз. Губами находит мои соски, посасывая и дразня их, потираясь своим толстым членом о мои мокрые трусики.

Он опускается на колени, и когда толкает меня на стол, я хнычу, зная, чего ожидать и желая этого.

Его зубы скользят по моему бедру, заставляя меня дрожать, пока он не находит мои промокшие от желания трусики. Винс кусает их, рычит, и стаскивает трусики по моим бедрам, обнажая меня. Стянув вниз, он отбрасывает их в сторону, а затем широко раздвигает мои ноги.

— Такая симпатичная маленькая киска, — стонет он, медленно расстегивая свою рубашку и избавляясь от нее. Я замираю, разглядывая его великолепное тело — пульсирующие мускулы, и шрамы, и татуировки, которые как догадываюсь, берут начало из того же грубого детства, о котором рассказывали мне Дейн и Гейдж.

Винс движется, и я вскрикиваю, когда чувствую, как его язык прижимается к моей заднице.

— О, черт возьми, — я задыхаюсь и крепко хватаю его волосы, когда он скользит этим нечестивым языком, между моих лепестков, легко касаясь дырочки, прямиком направляясь к клитору. Винс возвращается назад и делает это снова — одно длинное скольжение его влажного языка от моей задницы к моему клитору. Этого достаточно, чтобы лишить меня дара речи, и все, что я могу делать, это стонать и корчиться, когда он превращает меня в лужицу на своем столе. Он поднимается к моему клитору и обнимает его губами, прежде чем мягко втянуть. Его язык извивается на пульсирующем бугорке, и на этот раз я кричу, когда умопомрачительный оргазм, не сравнимый с никакими другими в моей жизни, ударяет меня, как тонна кирпичей.

Винс беспощаден, он продолжает ласкать мой клитор, пока я качаюсь на волнах, сотрясающего меня волшебного оргазма. Он дразнит меня, и я уже почти готова потерять сознание, как Винс отступает и встает. Он дергает за пряжку и молнию, и когда его джинсы и боксеры скользят по его мускулистым бедрам, я могу только стонать.

Винс выглядит потрясающе. Рельефные, точеные мышцы живота маняще спускаются к глубоким впадинам, которые направлены прямо к большому, толстому, мускулистому члену. Член дергается на моих глазах, его тяжелые яйца пульсируют, а из кончика сочится густая струйка прозрачной смазки. Винс стонет, обхватывает рукой свой огромный член и направляет его, двигаясь между моих бедер.

— Сейчас моя очередь, девочка, — рычит он, поглаживая член, потираясь его кончиком о мою кожу, прямо над моей киской. От интенсивного поглаживая, еще больше преэякулята просачивается и капает на мою кожу, заставляя ее сиять, а мой пульс биться чаще.

— Моя очередь заставить тебя кончить на моем члене.

Он опускает головку и прижимает ее к моему входу. Черт, его член очень большой, и растягивает меня так восхитительно, когда Винс толкается внутрь. Он стонет, качает бедрами и погружается еще на несколько дюймов. Я откидываю голову и всхлипываю.

Я понятия не имею, что произошло со мной за последние несколько дней — сначала тройничок с двумя моими боссами, на работе. А сейчас это. Я можно сказать практически умоляю моего другого босса — брата одного из любовников прошлой ночи — взять меня на его рабочем столе. Моя юбка задрана к талии, блузка и бюстгальтер стянуты и удерживаю мои руки, но меня это нисколько не волнует.

Да, я не знаю, что со мной происходит. Но прямо сейчас я так рада своему помешательству.

Винс снова двигает своими сильными бедрами, на этот раз вколачивая оставшиеся дюймы своего члена, хороня их по основание во мне. Мы оба вскрикиваем, его большой член так идеально входит в меня, мой клитор трется о него, а его тяжелые яйца прижимаются к моей заднице. Винс отступает, оставляя только толстый кончик внутри, прежде чем он снова врезаться в меня. Я стону, цепляясь за стол и откидываю голову назад, пока он без устали трахает меня — его большой, красивый член входит в меня снова и снова глубокими мощными толчками. Я настолько мокрая, что чувствую, как влажные капли стекают по моей попке на стол, и когда Винс начинает теребить мой клитор, все мое тело дрожит.

— Я хочу почувствовать, как ты кончаешь, красавица, — прорычал Винс, его мускулы напряглись, а челюсть сжалась, когда он вынимает член из моей текущей влажной дырочки. — Я хочу, чтобы эта маленькая киска сжимала мой большой член во время твоего оргазма, пока твой сок будет стекать по моим яйцам. Я хочу, чтобы ты кончила, как сделала это вчера вечером, когда Гейдж и Дейн превратили тебя в свою маленькую гребаную игрушку и заставили тебя кричать от наслаждения, как послушную маленькая шлюшку.

— Пожалуйста, не останавливайся, — кричу я, даже не уверенная, что имею в виду. Толи его действия, толи его грязные слова, но, вероятно, и то, и другое.

Винс входит в меня снова и снова, его яйца шлепают меня по заднице, а пальцем он скользит по моему клитору.

— Кончи для меня, красавица, — рычит он, его пресс напрягается, и член набухает внутри меня. — Кончи прямо сейчас.

Он сжимает мой клитор, и я взрываюсь. Я пытаюсь заглушить крик рукой, но руки все еще стянуты моей рубашкой. И комната наполняется громкими стонами и криками моего наслаждения. Оргазм пронзает меня, посылая белый огонь через все тело и зажигая каждый нерв, когда я падаю через край. Винс следует за мной, и, когда он погружается до упора, я чувствую, как его член пульсирует глубоко внутри. Первая струя его горячей спермы заполняет меня, а затем вторая, когда он ревёт в освобождении. Внезапно он выходит, и сжатой в кулак ладонью поглаживает свой толстый, скользкий член, когда тот испускает густую белую сперму на мою киску и бедра. Винс удерживает свой член и снова входит в меня, выпустив еще две горячих струи внутри, прежде чем мы наконец останавливаемся.

Мы так и застываем, задыхаясь и пытаясь отдышаться, а его член все еще остается внутри меня, и он все еще полностью тверд.

— Мне нужно было пометить тебя, — рычит он, ухмыляясь, и медленно целуя меня. — Мы впятером действительно делимся, но пока — на этот момент — ты моя.

Я таю, и открываю губы, чтобы поцеловать его, когда внезапно, замираю.

— Прости, ты только что сказал впятером?

Винс усмехается, его брови соблазнительно выгибаются.

— Я, Гейдж, Дейн, Ноа и Люк. Мы ближе, чем братья, а еще мы совладельцы «Сияние».

Их пять.

Мой пульс учащается от непослушных, развратных мыслей, когда его глаза смотрят прямо в мои.

— Нас пятеро человек, владеющих этим местом, Тесс. И все мы делимся.

Глава 8

Тесс

Но одного раза нам недостаточно.

Поэтому второй раунд происходит в его кресле — я сижу сверху и скачу на его великолепном члене, пока не кончаю снова и снова. В этот раз Винс шутливым тоном объясняет, что он просто сравнял счет между собой и Дейном с Гейджем.

Третий раз случился на полу, когда я обнимала его ногами за талию, а он держал мои руки над моей головой, прижимая меня к полу.

И в этот момент он с рыком произнес, что теперь точно обогнал соперников по количеству секса.

.И я совсем не против.

В конце концов, через несколько часов после того, как вошла в двери клуба, я понимаю, что уже достаточно поздно, а в голове проносится список всего, что мне еще нужно сделать.

Винс почти уговорил меня не уходить, а я почти позволила ему это сделать, но тем не менее время пришло. Я медленно надеваю юбку, все мое тело приятно ноет, а между ног ощущается влажное тепло его спермы, которая пропитала ткань трусиков. Все это заставляет меня чувствовать себя такой грязной, но в то же время каждая частичка внутри меня вибрирует, тем самым давая абсолютно новые ощущения, не испытываемые мною ранее. Это сексуальное приключение определённо можно сравнить со вчерашним.

Винс страстно целует меня у самой двери кабинета, и клянусь, я почти готова остаться и снова сорвать с себя всю одежду, но делаю над собой усилие и отступаю на шаг.

— Скоро, — рычащим голосом произносит он, широко улыбаясь. — Даже не думай, что я с тобой закончил, или что это была какая-то одноразовая фигня.

Я улыбаюсь в ответ, вопросительно выгибая бровь.

— Вообще-то, кажется, это была трехразовая фигня.

Он усмехается, притягивая меня к себе и снова целуя.

— Это не меняет тот факт, что я с тобой еще и близко не закончил. Черт, Тесс, — он обнимает меня, утыкаясь лицом в изгиб шеи. — Не представляю, как я вообще когда-нибудь смогу тобой насытиться.

***

На седьмом небе от счастья я направляюсь вниз в клуб, но шагая через тускло освещенный коридор резко подпрыгиваю и поворачиваюсь в сторону, откуда раздается знакомый голос.

— Ты напугал меня до смерти, — указательным пальцем я тычу в грудь улыбающегося Гейджа.

— Да, уж, ты выглядишь слегка возбужденной, — с пониманием произносит он, смотря прямо мне в глаза и тем самым заставляя мои щеки краснеть.

— Понятия не имею, о чем ты.

— Дай угадаю, — усмехается он, скользя рукой по моей талии. Я делаю резкий вдох, когда он притягивает меня к себе. — Сегодня ты пришла, чтобы попытаться уволиться?

Я недовольно сжимаю губы, неуверенная в том, раздражает меня или удивляет то, что он так хорошо меня знает.

— Возможно.

Гейдж смеется.

— Неужели из-за того, что произошло прошлой ночью?

Я отвожу взгляд.

— По правде сказать, да, — вздыхаю, кусая губу и смотрю на него в ответ. — Послушай, прошлая ночь была невероятной.

— Совершенно с этим согласен.

Я улыбаюсь.

— Но.

— Но?

— Ты мой босс, Гейдж, — спокойно произношу я, — как и Дейн.

— И?

— Не кажется ли тебе, что это может стать проблемой?

Его вечно улыбающееся лицо вдруг принимает серьезный вид, он пожимает плечами.

— Возможно. Но так могло бы быть, если бы произошедшее было сексом на одну ночь.

Его взгляд прожигает меня насквозь, и я чувствую, как что-то внутри меня начинает пульсировать все сильнее.

— Но я могу поклясться тебе, что это не так. Не для меня и не для Дейна, — в следующую секунду он запускает свою руку между нашими телами, и вот я уже делаю резкий вдох от того, что он проводит ладонью под подолом юбки и останавливается между моих ног. — И уж точно не для Винса.

Мои зрачки расширяются, когда я чувствую, как он накрывает своей ладонью мою влажную жаркую киску, прижимая намокшую ткань трусиков к половым губам.

— Тот офис имеет не очень-то хорошую звукоизоляцию, Тесс. — хриплым голосом произносит он мне на ухо. Пальцем он ведет по моей щелке, заставляя все мое тело трепетать и жадно хватать ртом воздух.

— Я рад, что Винс убедил тебя остаться, — шепотом произносит он, поглаживая мою киску, на которой до сих пор оставались следы спермы Винса.

— И раз ты не уходишь, у меня есть для тебя кое-какая работа на завтрашнюю ночь.

— Правда? — удивленная, я цепляюсь за его руку, которой он продолжает меня дразнить, но наконец, решает сжалиться и убирает палец, чтобы я смогла четко мыслить.

— Раз в месяц в клубе проводится игра в покер, в которой участвуем мы и несколько других подонков.

Я смеюсь.

— Подонки, говоришь? Мне стоит переживать?

— О, не беспокойся, мы относимся к тем забавным подонкам, — лениво улыбаясь, отвечает он. — В общем, завтра и в следующую ночь игра будет проходить здесь, поэтому мы и закрыты по понедельникам и вторникам. Здесь в клубе этажом ниже у нас расположено что-то вроде казино.

— Да, вы парни полны сюрпризов?

— Поверь, ты из них самый приятный.

Мое лицо тут же вспыхивает от его пронизывающего взгляда.

— На завтрашнюю ночь нам нужен бармен. Кто-то, кто точно знает, что делать. Как ты, например. И кто-то, кому мы можем доверять. Опять же, как ты. — Гейдж пожимает плечами, проводя рукой по волосам. — Работа очень хорошо оплачивается, к тому же большинство парней, которые будут там, оставляют хорошие чаевые.

Я медленно киваю, отчего он усмехается.

— Слушай, просто подумай об этом, хорошо? Мы все будем там, так что тебе не придется переживать из-за всякой хрени, обещаю. И еще там ты сможешь наконец познакомиться с Люком и Ноем.

И в очередной раз мое лицо покрывает румянец, а по улыбке на лице Гейджа и понимающему взгляду, мне становится ясно, что он подразумевает.

— Полагаю, Винс уже рассказал тебе, что мы привыкли делиться, — с недовольным рыком произносит он.

Я сглатываю.

— Эмм. Да. Я.

— Я просто дразню тебя, Тесс.

Я закатываю глаза, и уже собираюсь игриво толкнуть его в грудь, как Гейдж неожиданно скользит рукой между моих ног и снова накрывает мою киску. Я вздрагиваю, когда он раздвигает мои лепестки и начинает пальцами водить вверх и вниз, вверх и вниз — снова и снова до тех пор, пока у меня практически не остается сил стоять на ногах, и я начинаю ловить ртом воздух.

— Скажи, что завтра ты появишься, — низким голосом произносит он мне прямо на ухо.

— Я.

— Подтверди, что появишься, а я подтвержу свое намерение довести тебя до оргазма.

В следующий момент он убирает палец, оставляя меня в миллиметре от удовольствия, а на лице Гейджа появляется коварная улыбка.

— Это нечестно, — стону я.

— Приходи завтра и позволь мне сделать все в несколько раз лучше, — мурчит он мне на ухо.

Я медленно киваю в ответ.

— Я приду.

— Хорошо. — Широко улыбаясь, он прожигает меня взглядом насквозь, затем в последний раз касается пальцами и достает руку из-под моей юбки. Гейдж подносит пальцы к моему лицу, и я, даже не успевая подумать, непроизвольно раскрываю губы, а он кладет их мне в рот.

— Хорошая девочка, — рычит Гейдж, а я покрываюсь мурашками от того, что мои губы сосут его влажный палец, покрытый моими соками. Я чувствую вкус Винса, и свой. Всё это охрененно сексуально и грязно одновременно, что не укладывается в моей голове.

— До завтра, детка, — почти шепотом произносит он. — И не вздумай кончить сама.

Глава 9

Тесс

Ванная комната полностью заполнилась паром и теплом, когда я наконец выхожу из душа и направляюсь в комнату. Полотенце мягкое, но даже несмотря на то, что оно обернуто вокруг моего тела, я все еще чувствую тепло и покалывания на своей коже.

Не могу поверить, что это произошло.

И неважно, о чем именно я думаю. Конечно, речь о безумной ночи с Дейном и Гейджем, и еще об умопомрачительном сексе с Винсом в его офисе. Последние два дня не похожи ни на что, что я когда-либо испытывала даже в своих самых диких снах. Ну, может быть, такое происходило только в самых откровенных из моих безумных фантазий, но все же.

До случившегося у меня было всего два мужчины — Натан, с которым я встречалась дольше, чем следовало бы, и парень во время учебы в школе. А за последние два дня я занималась сексом с тремя самыми великолепными, невероятными мужчинами, которых когда-либо знала. Мужчины, которые точно знают, что делать, чтобы заставить женщину кричать от удовольствия. Мужчины, без труда заставляющие меня задыхаться и желать большего. Мужчины, доставляющие такие умопомрачительные оргазмы, которых я никогда раньше не испытывала. Даже мастурбируя.

Я начинаю вспоминать все, что произошло, и не успеваю опомниться, как мое тело начинает реагировать. Я чувствую ноющий жар между ног и, прислонившись к двери ванной, роняю полотенце. Скольжу рукой вниз по чистой и покрасневшей после душа коже, а когда пальцами нахожу киску, я еле слышно вдыхаю. Один палец ввожу внутрь и тихонько стону, толкая его глубже и прижимая к тому самому месту. Пальцами другой руки я нахожу клитор и начинаю водить по нему, заставляя бедра дрожать. Я думаю об их словах о том, что они делятся — как ВСЕ они делятся, и мой пульс учащается.

Все пятеро. Ну, что сказать, секс втроем — это грязно. Вчетвером — таких девушек обычно относят к категории дерзких и плохих. И я даже не уверена, что могу быть на это способна.

Но секс с пятью мужчинами?

Пять — это откровенно пошло.

Пятеро парней, которые делят меня между собой, это…

Я стону.

Хотелось бы мне сказать, что это неправильно, или грубо, или слишком грязно. Но я не могу. Только не тогда, когда от одной мысли об этом мой пульс скачет как бешеный, а колени трясутся.

Пятеро больших, великолепных, сексуальных мужчин все вместе берут меня? Я представляю себе десять рук и пять ртов, и все они сосредоточены на мне. Представляю себе, каково это — пять больших, толстых, твердых членов, трахающих меня — все они желают меня, хотят меня и только меня.

Стон срывается с губ, когда второй палец присоединяется к первому, скользя по жаждущим лепесткам, в то время как другой рукой я продолжаю дразнит свой клитор. Я провожу по нему пальцами все быстрее и быстрее, представляя, как эти пятеро заявляют на меня свои права.

Пять горячих парней покусывают мою кожу, одновременно срывая с меня одежду и покрывая поцелуями каждый дюйм моего тела. Я помню, как Гейдж просил меня не кончать до завтра, но уже не в силах остановиться. Мои пальцы двигаются все быстрее и быстрее от грязной фантазии о том, что все пятеро берут меня так, как им заблагорассудится, и затем заставляют кончать так сильно, как прежде я и представить не могла.

И когда оргазм настигает меня, вскрикнув, я откидываюсь назад, прислонившись спиной к двери ванной, и последний раз провожу пальцами покрытыми моими соками по клитору. Все, что я представляю в данный момент — они, все пятеро.

И все они только для меня.

***

Следующим вечером я следую инструкциям, которые Гейдж прислал мне, и направляюсь к заднему входу клуба, к двери без опознавательных знаков рядом со служебным входом.

Меня охватывает возбуждение, несмотря на то, что я здесь только ради работы.

Мои каблуки стучат по тротуару переулка, я прижимаю свой тонкий жакет чуть плотнее к черному коктейльному платью, которое выбрала для сегодняшней ночи.

Обычно я бы надела более удобные для такой работы ботинки и, вероятно, джинсы и майку с глубоким вырезом, но Гейдж позаботился и об этом, указав в своем сообщении, что сегодня вечером того привычного барного безумия не предвидится. Скорее мне придется изредка угощать игроков в покер пивом и скотчем. Я уговариваю себя, что именно поэтому так оделась — ради чаевых.

Но на самом деле, знаю, что мой наряд слишком сексуален для данного мероприятия.

Дверь со щелчком открывается, когда я звоню. Войдя, обнаруживаю широкую и невероятно красивую лестницу, которая ведет на нижний уровень клуба.

Я следую по ней вниз, держась рукой за гладкие перила, пока не оказываюсь в главном зале.

Вау.

«Сияние» сам по себе достаточно шикарный клуб, на поддержание роскоши в котором не жалеют средств. Но это совсем другое дело. Пространство большое и дизайн выполнен в суперсексуальном, ультра-знойном стиле казино. Так как этот зал находится внизу, потолком в нем служит пол клуба, который возвышается над нами вместе с небольшим затонированным помещением, которое, судя по всему является чем-то вроде VIP-комнаты или местом, откуда происходит контроль за пространством внизу.

Большие столы с войлочным покрытием расставлены по всему залу, и крупье, стоящие возле каждого из них, одеты в униформу. Мужчины — некоторые богатые и выглядят достаточно пугающе, другие просто богатые — все они в дорогих костюмах стоят по периметру, разговаривая, и одной рукой обнимая за талию великолепных, элегантных женщин.

Я рассматриваю все это, округлив глаза от удивления, но затем беру себя в руки и направляюсь в сторону бара. Угрюмый хмурый парень, который неохотно представился Риком будет моим помощником в баре. Он уже все приготовил, так что я сразу принимаюсь за работу.

Некоторое время я не вижу парней, но, когда люди начинают занимать свои места за столами, я вдруг замечаю, что Гейдж и Дейн пробираются прямо ко мне через толпу.

Мои щеки пылают под их взглядами, а особенно от взгляда Гейджа. С ухмылкой на лице он облизывает губы, и возможно кому-то это может показаться абсолютно грубым и неуместным, но его дерзкой и безумно притягательной личности все эти жесты невероятно к лицу. Они медленно передвигаются в моем направлении, останавливаясь время от времени, чтобы пожать руку кому-то за покерным столом, когда я вижу, как Винс выходит из той комнаты, которую обозначила для себя как VIP-лофт. Он замирает на выходе, взгляд его останавливается на мне, тем самым посылая волну мурашек по моей спине. Боже, этот его темный, пронзительный взгляд подобен лезвию, которое пронзает меня насквозь, вызывая самое безумное сексуальное влечение.

Этот взгляд задерживается на мне еще на некоторое время, разжигая в моем теле огонь, а также напоминая, насколько плохо и дико я себя вела в последние два дня.

За это время я переспала с тремя своими боссами, и все трое сейчас находятся в этой самой комнате, раздевая меня своими пожирающими взглядами.

И они хотят разделить меня между собой. Или, по крайней мере, они намекнули, что именно так и будет. Разделить между всеми пятерыми. Мысли, которые наполняли мою голову прошлым вечером после душа, нахлынули снова, и я сразу же чувствую, как кожу начинает покалывать, а трусики становятся теплыми и влажными. Румянец ползет по моим щекам, прежде чем чей-то голос врывается в мои мысли, возвращая к реальности.

— Двойную порцию, пожалуйста.

Голос хриплый и низкий, и когда я смотрю на его обладателя, то делаю быстрый вдох.

Вау.

Этот мужчина просто огромный. Словно великан.

Очень, очень привлекательный великан.

Он похож на большого зверя, такой весь огромный с широкими плечами, великолепной улыбкой, каштановыми волосами и прекрасными, добрыми голубыми глазами.

Он широко улыбается, опираясь локтями о стойку бара и наклоняясь ко мне, отчего его точеные бицепсы перекатываются и растягивают ткань серой футболки.

Две огромные татуировки, покрывающие его мускулистые предплечья, выглядывают из-за рукавов.

— Похоже, я прервал какие-то приятные воспоминания, которым ты предавалась.

Сглатываю, осознавая, что все еще краснею, и смотрю на него как ненормальная.

Я качаю головой и улыбаюсь.

— О, нет, ничего такого. Двойную порцию чего?

Он улыбается, своим взглядом прожигая меня насквозь, и просто пожимает плечами.

— Не знаю, просто слышал, что здесь можно получить двойную порцию.

Я улыбаюсь, но в замешательстве хмурю брови.

— Извините, но вам придется уточнить, что именно хотите выпить, и двойная порция чего.

— Меня зовут Люк.

Я замираю, и краска приливает к моему лицу. Люк, как и Винс с Гейджем это друг и партнер Дейна. Люк — один из тех двоих таинственных, но иногда упоминаемых «Люк и Ной». И этот Люк, судя по его ухмылке и предыдущим комментариям, явно догадывается, чем я занималась с его друзьями последние два дня.

— О, — тихо говорю я, чувствуя, как горит мое лицо.

Он только ухмыляется, и я морщусь.

— О, Боже.

— Да уж, эти парни не умеют хранить секреты, — говорит он со смешком. — Ну, Винс умеет. Дейн, наверное, может. Но вот Гейдж? — Люк фыркает, его крупное тело сотрясается от смеха.

Я знаю, что сильно покраснела, поэтому прячу лицо в ладони от охватившего меня смущения, как вдруг он касается большой, теплой, сильной рукой моей и сжимает ее.

— Эй, не стоит.

Тон его меняется — шутливые нотки исчезают, и в голосе появляется настоящее беспокойство.

— Погоди, я вовсе не хотел, чтобы все это выглядело как-то странно или обидно.

Я смотрю на него, и он легко смеется.

— Ладно, шутка неудачная. Давай начнем все сначала. — Он ухмыляется, убирая свою руку от моей и протягивая ее мне в ожидании рукопожатия через барную стойку. — Привет, Тесс, я Люк. Я много слышал о тебе от своих друзей, и никогда не прощу себе, если не скажу прямо сейчас, насколько ты сногсшибательна, черт возьми.

На этот раз румянец заливает мое лицо совсем не от смущения.

Я беру его руку, сглатывая от той сдерживаемой силы, которую чувствую в его хватке. И ничего удивительного, ведь ростом Люк не меньше шести с половиной футов, да еще и весь покрыт мускулами. Но тем не менее он берет мою руку так, словно это самая хрупкая вещь в мире, осторожно ее пожимает, удерживая мой взгляд и улыбаясь.

— Слишком приторно?

Я отрицательно качаю головой.

— Нет, скорее я подумала, что это довольно учтиво.

Люк смеется.

— Хорошо.

— Извини, что так растерялась, просто. — я замолкаю и морщусь, но он, кажется, все понимает.

— Слишком много всего за один раз. Под этим я подразумеваю, что знакомство с нами и нашими, э-э-э, далекими от нормальных взглядов на совместное пользование — это слишком большой поток информации.

— Э, да, именно так, — соглашаюсь я со смехом, наконец-то выдыхая, когда его очарование постепенно ослабляет мою бдительность.

За его спиной все присутствующие в зале, включая Гейджа, Винса и Дейна, начинают двигаться к покерным столам, рассаживаются, и карты раздаются, давая начало турниру.

— Дай угадаю, твоя фраза «Двойную порцию, пожалуйста» что-то вроде сброшенной бомбы, да?

Мой взгляд метнулся к другому мужчине, который появился позади Люка — у него были слегка вьющиеся темно-каштановые волосы и совершенно великолепные изумрудно-зеленого цвета глаза.

На его точеном, четко очерченном подбородке виднеется щетина, и он мрачно усмехается, когда Люк поворачивается и показывает ему средний палец.

— Я же тебе говорил, придурок.

Люк закатывает глаза и свирепо смотрит на новенького.

— Тесс, сожалею, но это…

— Ноа.

Он улыбается мне той улыбкой, которую определенно можно назвать «срывающей трусики». На мгновение мне хочется упрекнуть себя за всю ту хрень, которая происходит со мной в последние несколько дней. Потому что теперь, помимо скандального «секса втроем с двумя моими боссами», за которым последовал «эпический и умопомрачительный трах-фест с моим другим боссом», я флиртую и ощущаю приятное покалывание в теле и тепло от общения с двумя моими другими боссами.

Хочется спросить, черт возьми, насколько же хреновым и долгим было мое воздержание от секса?

— Можно мне виски, Тесс?

— Конечно. — Я улыбаюсь, пытаясь скрыть кокетство, которое никак не могу подавить, и протягиваю руку за стаканом и бутылкой.

— Вообще-то я тоже возьму одну порцию, — говорит Люк. — Только одну, — добавляет он и подмигивает мне так, что мои щеки снова пылают.

— И, честно говоря, если хочешь, налей и себе тоже, — пожимает плечами Ноа. — Сегодня среди посетителей нет никого, с кем могут возникнуть проблемы.

Я раздумываю несколько секунд. Думаю, о том, что алкоголь для меня — очень плохая идея, ведь мне в голову уже приходят всевозможные мысли об этих двух потрясающе красивых парнях передо мной. Да, в этой комнате есть еще три парня — их лучшие друзья и деловые партнеры, и причем это те, с кем мне уже посчастливилось, э-э-э, столкнуться. Но как бы грязно и пошло это ни звучало, на самом деле такие мысли только разжигают что-то внутри меня.

Ощущение такое, будто им удалось зажечь во мне ту темную, грязную, дикую сторону, о существовании которой я никогда не знала.

И должна сказать, что мне это нравится.

Я наливаю себе маленькую порцию, они улыбаются в ответ, а затем мы чокаемся бокалами и поднимаем их в молчаливом тосте.

Я киваю им в сторону проходящего в данный момент покерного турнира.

— Ребята, а вы разве не играете?

Ноа пожимает плечами.

— Не-а. Не мой случай. Все эти парни — гребаные подонки, а я не люблю играть с подонками, — усмехается он.

— К тому же Люк тут.

— Заткнись, — ворчит Люк, стрельнув в него взглядом и сделав большой глоток из бокала.

Я широко улыбаюсь.

— Что-то мне подсказывает, кое-кто явно что-то недоговаривает.

Люк слегка улыбается мне, а потом снова хмурится.

— Мне не разрешают участвовать в этом турнире, — недовольно поясняет он.

— Почему?

— Потому что он тоже ненавидит подонков. Но только в его случае все заканчивается тем, что он выбивает из них все дерьмо, — усмехается Ной.

— Во время. игры?

Ной смеется.

— Во время драки. Парни думают, что у него проблемы с гневом, так что теперь ему запрещено играть.

Я сглатываю и смотрю на большого, великолепного мужчину, сидящего передо мной.

— А это действительно так?

— Если только имею дело с придурками.

Он ухмыляется, допивая из бокала.

Я смеюсь.

Наступает первый перерыв в турнире, и внезапно я оказываюсь погружена в работу.

Мои навыки бармена позволяют делать все быстро, но, когда разом все мужчины в зале и их спутницы хотят что-нибудь выпить, мне неожиданно приходится полностью заняться их обслуживанием.

Внезапно я замечаю фигуру, перепрыгнувшую через стойку, и не успеваю опомниться, как Ноа уже стоит рядом со мной, и руки его начинают мелькать перед глазами, потому что он с невероятной скоростью хватает бокалы и начинает разливать заказы.

— Спасибо, — успеваю проронить я, поворачиваясь в его сторону и стараясь не отвлекаться от клиентов.

— В любое время, красавица, — бормочет он, заставляя меня сделать легкий вздох от того, как близко его губы находятся к моему уху, когда он оказывается позади меня.

Я чувствую, как его твердое, мускулистое тело соприкасается с моим, когда Ноа тянется за моей спиной, чтобы что-то взять. И это его движение рождает во всем моем теле приятную дрожь, словно поддразнивая меня.

— Я долгое время работал барменом, — бросает он через плечо, принимая очередной заказ.

Он снова проходит мимо меня, и, клянусь, я чувствую прямо сквозь ткань своего черного платья, как его ладонь скользит по моей заднице.

Будь это кто-то другой, он бы получил пощечину. Но в данном случае я просто прикусываю губу и не осекаю Ноа.

Нет, это не потому, что он весь такой симпатичный, из-за чего я позволила ему подобный жест — хочу предупредить, что я совсем не из таких.

Но дело в том, что за те короткие десять минут, что мы с ним разговаривали, мне удалось почувствовать себя так, словно мы друзья уже целую вечность.

Кстати, то же самое относится и к Люку.

На самом деле, это происходит со всеми ними.

У всех пятерых парней имеются какие-то скрытые возможности, которые позволяли им растворять в воздухе любые барьеры, которые я обычно выставляю при знакомстве. А может быть в них всех есть что-то, что идеально мне подходит.

Как бы то ни было, именно из-за этого я и не думаю возражать — а скорее мне приятно — когда рука Ноа снова касается моей задницы.

Вот почему я сглатываю и вздрагиваю от желания, когда он подходит сзади, прижимает мое тело к барной стойке, упираясь в меня чем-то очень твердым и очень толстым.

А потом вдруг раздается низкий звонок, и толпа в баре начинает волшебным образом редеть, люди возвращаются к своим столам, чтобы продолжить играть.

Я делаю глубокий вдох, кровь моя кипит и отдается шумом в висках от того безумного наплыва, который был за стойкой еще несколько минут назад.

— Вот это да, — присвистывает Люк со своего места за стойкой бара.

— А ты очень быстро работаешь, красотка.

— Спасибо, — смеюсь я, кивая Ноа. — И спасибо тебе за помощь.

— Всегда к твоим услугам, — мурлычет он мне на ухо, заставляя дрожать, когда снова оказывается рядом со мной, позволяя почувствовать, я уверена, его очень твердый, огромных размеров член, вплотную упирающийся в ширинку джинсов.

Он возвращается обратно за стойку бара, прислоняясь с ней спиной.

— Я бы помог, но. — Люк пожимает плечами, а затем усмехается, указывая на свои габариты. — Я почти уверен, что нам с тобой там стало бы очень тесно.

Мой явно полностью опьяненный гормонами мозг немедленно принимает это за сексуальный намек, и я знаю, что в этот момент мое лицо внезапно приобретает ярко-красный оттенок от того, насколько извращенно я воспринимаю его слова.

Люк определенно замечает это, потому что внезапно его улыбка исчезает, а его красивое лицо приобретает дикое и голодное выражение.

— Грязные мыслишки, — тихо шепчет он, выгибая бровь, когда его взгляд пронзает меня насквозь.

Я чувствую, как меня охватывает дразнящий жар, когда мужчина, который только что был милым плюшевым мишкой, вдруг смотрит на меня так, словно хочет проглотить целиком.

— Когда у тебя перерыв?

Оборачиваясь, я вижу, что Ноа пристально смотрит на меня, взглядом скользя по моему телу так, что во мне разгорается огонь.

Я прикусываю губу, зная, что означает этот взгляд, но не в силах его отвергнуть.

Я бессильна, а может быть, и вовсе не хочу этого делать.

— А мне положен перерыв?

— Я хотел сказать, что это не вопрос, а утверждение. И технически мы тоже твои боссы.

Я сглатываю, переводя взгляд на Люка и видя его разгоряченное, голодное выражение лица.

Что я творю?

Я знаю, что все это неправильно.

И понимаю, что уже перешла все границы, которые только можно, занимаясь сексом с Гейджем, Дейном и Винсом. И еще я знаю, что эта работа слишком хороша, чтобы испортить всё просто потому, что мне снесло голову. И я хочу переспать со всеми моими боссами.

Но почему-то я не могу просто взять и сказать «нет».

— Полагаю, сейчас самое подходящее время? — тихо произношу я, стараясь, чтобы не дрожал голос — то ли от нервов, то ли от волнения, не знаю точно.

— Сейчас как раз идет следующий раунд турнира.

— Звучит неплохо, — тихо мурлычет Ной.

— Рик может немного последить за баром.

Люк кивает в сторону вечно угрюмого бармена, который пожимает плечами и ныряет под стойку, когда я выхожу.

— Итак.

Я сглатываю, теребя от смущения руки.

— Куда пойдем?

Ноа улыбается так широко, что у меня внутри разгорается пламя, и когда Люк берет меня за руку, я тихо выдыхаю.

— Сюда, — рычит он, прежде чем внезапно наклониться и коснуться губами моего уха.

— О, и милая. Обещаю, что и мне и тебе будет тесно как никогда.

Глава 10

Люк

Мой член сильно пульсирует, пока мы ведем этого маленького ангела по периметру зала. Внутри меня голод по ней — по Тесс. Очевидно, это физическая потребность. Я имею в виду, каждая чертова молекула в моем теле хочет стянуть с нее трусики и провести языком по всему ее телу, по каждому нежному, влажному дюйму. Каждая частичка меня хочет знать, что она будет чувствовать, когда я введу свой большой, толстый член глубоко внутрь нее, пока сливки Тесс не потекут по моим яйцам.

Но это далеко не все. Я хочу знать, как она выглядит, когда просыпается по утрам. Я хочу знать, какой кофе она пьет. Я хочу заставить ее смеяться и наблюдать за тем, как она, черт возьми, освещает комнату, когда входит в нее.

Я хочу, чтобы люди видели ее рядом со мной и зеленели от зависти. И хочу вам сказать, что здесь, в нашем логове отморозков, они, сука, так и делают. Мужчины смотрят на Ноа и меня, ведущих это совершенное создание по залу, с холодной ревнивой яростью. Они смотрят с завистью, прекрасно понимая по нашим движениям и по тому, как наши руки сомкнулись на ее руке, что этот ангел сегодня наш.

.Чего они не знают, так это моего сильнейшего желания, чтобы Тесс была нашей сегодня и каждую последующую ночь. Навсегда.

Ревность — странная штука. Например, если бы я увидел Тесс буквально с любым другим парнем в мире, уверен, не смог бы контролировать свой собственнический гнев. Я знаю, что не смог бы. Не сомневаюсь, что почувствовал бы красную пелену на глазах, вкус крови и желание убить любого, кто прикоснется к ней. Любого, кроме Ноа, Гейджа, Дейна или Винса. То, что между нами происходит как с друзьями, ну, это странно. Я понимаю это. Соглашусь, даже ненормально, но мы просто так живем, я думаю.

Я не знаю, когда это началось, но полагаю, причина в том, что мы впятером — как вода. Гуще, чем кровь, правда. Да, Гейдж и Винс — настоящие братья, но похоже у нас всех пятерых действительно одна ДНК. Поскольку мы настолько близки, в юности мы часто выбирали одних и тех же девушек. Нет, это никогда не носило такого дикого характера, как будто мы все пятеро встречаемся с одной девушкой или что-то в этом роде. Но двое из нас? Да, такое случалось, хотя никогда не срабатывало. Для женщин это часто служило поводом для конфликтов, но никогда для нас. Конечно, находились девушки, которые хотели двух парней, но в качестве отношений? Нет. Два парня — это не те, кого ты приводишь домой знакомиться с мамой и папой, это точно.

Так и получилось, что с женщинами в паре встречались, как правило, Дейн и Гейдж, а также Ноа и я. Не потому, что кто-то из нас был ближе, чем другие, просто так сложилось. Думаю, в конечном итоге Дейн и Гейдж предпочитали определенный тип женщин, а мы с Ноа — другой. Но только не в этом случае. Мы собирались перейти на новый уровень. Потому что мы все помешались на Тесс — основательно.

Даже Винс. Он и раньше принимал участие в совместных мероприятиях, но чаще предпочитал действовать в одиночку. Честно говоря, в эти дни он вообще не подходил к женщинам. С тех пор как мы открыли «Сияние», никто из нас не встречался с женщинами — слишком заняты, слишком перегружены работой, слишком не в настроении. Но Винс, в особенности, всегда проявлял некоторую холодность, когда дело касалось женщин.

Так продолжалось до появления Тесс.

Конечно, именно Гейдж проболтался мне о его ночи с ней и Дейном. И это не просто хвастовство. Он пришел ко мне в каком-то недоумении и сказал, что встретил «ту самую». Я решил, что он сошел с ума, пока Гейдж не поклялся, что она невероятная, и что с ней легко общаться так, как он никогда не общался раньше.

— Дейн чувствует то же самое.

— Ну, вы с Дейном склонны идти за одним и тем же.

— Ты тоже ее захочешь, приятель. Поверь мне.

Я покачал головой, смеясь над своим другом, пока не увидел мертвенно-серьезный взгляд в его глазах.

— Винс тоже на крючке.

Я нахмурился.

— Подожди, Винс тоже участвовал?

— Нет, после. Сегодня днем она пошла увольняться, и они с ней, видимо, притянулись друг к другу, как чертовы магниты. Я никогда не видел его таким, чувак.

Винс подсел на нее? Вот это новость. Именно этот момент заинтриговал меня. Итак, я поискал Тесс в интернете.

.Что, как будто вы так не делаете?

Да, я просмотрел ее профиль на Фейсбуке и, очевидно, влюбился в ее красоту. Тесс выглядела невероятно, в этом старомодном стиле, который больше не встречается. И, черт возьми, Гейдж оказался прав — она просто аномалия — женщина, к которой тянулись все пятеро из нас. Вот почему я притащил сегодня Ноа на турнир, хотя обычно мы оба ненавидели подобные мероприятия. Именно поэтому, взглянув на нее лицом к лицу, я почувствовал, как в груди что-то кольнуло. Именно поэтому через десять минут разговора я уже чувствовал себя так, будто дружил с ней много лет.

Гейдж чертовски прав — она оказалась «той самой». Той, которую никто из нас даже не подозревал, что искал. Тесс была идеальной и невероятной, и сочетала в себе оба этих качества для всех нас, что само по себе необычно. Я не решил, означает ли это что-то потрясающее или катастрофическое для нас, но твердо понимал, что буду проклят, если упущу возможность узнать это.

Тесс крепко сжимает мою руку, когда мы подходим к лестнице, ведущей наверх, в частный VIP-лофт, откуда открывается вид на покерный зал. Я сжимаю ее в ответ, чувствуя, как пульс гулко отдается в ушах. Клянусь, я чувствую отсюда запах ее шампуня или, может быть, ее духов. И от этого мне хочется уткнуться лицом в ее шею и дышать глубоко, пока не смогу полностью насытиться этим запахом. Я хочу вдыхать ее, пока она не заполнит каждую частичку меня.

Пара подручных некоторых участников турнира, похожих на мафиози, толпятся у подножия лестницы, попивая пиво, но они выпрямляются, когда видят, что мы приближаемся.

— Разошлись, — рычу я под нос так, что даже самые крутые из них начинают шевелиться.

Они, конечно, в курсе, кто мы такие, и знают, что это место принадлежит нам.

Но, помимо этого, мы еще и выглядим довольно внушительно.

Если быть точным, я, возможно, где-то на полфута выше Ноа, но это не значит, что он менее крепкий или мощный.

Мы поднимаемся по лестнице в лофт и закрываем за собой дверь, оставаясь в конце концов одни.

Я выдыхаю, шум турнира приглушается, как только закрывается дверь.

— А они могут.? — Тесс подходит к большому окну, которое занимает всю часть стены от пола до потолка и выходит прямо в зал. — Увидеть нас?

Ноа отрицательно качает головой.

— Неа, это одностороннее стекло. С той стороны оно выглядит как зеркало.

Тесс ухмыляется.

— Значит, это ваша маленькая личная VIP-комната?

— Ага.

Я улыбаюсь и направляюсь к мини-бару.

— Что-то вроде места, куда вы можете приводить девушек, чтобы произвести на них впечатление?

Мы с Ноа переглядываемся, прежде чем я поворачиваюсь и встречаюсь с Тесс взглядом.

— На самом деле, нет. Эта комната только для нас пятерых. Никаких женщин, или кого-либо еще.

Она вопросительно поднимает бровь и саркастически закатывает глаза.

— Ну, да. Полагаю, я просто случайно оказалась той самой, для кого сделали исключе.

— Так и есть.

Тесс замолкает, уловив уверенность в моем голосе, ее взгляд встречается с моим. И увиденное заставляет ее нахмуриться.

— Ты действительно говоришь правду.

— Конечно.

— Но мы же только что познакомились. — Я киваю в ответ.

— Ты же не собираешься утверждать, будто не чувствуешь той же искры, что почувствовали мы?

Она тяжело сглатывает, и когда я вижу, как румянец заливает ее щеки, понимаю, что оказался прав.

Тесс тоже это чувствует.

Мой пульс учащается, и я поворачиваюсь к мини-бару.

— Что будешь пить?

Тесс смеется этим легким, слегка нервным, но таким сексуальным смехом.

— Пытаешься соблазнить меня или типа того?

— Именно, — рычу я в ответ, поворачиваясь и смотря ей в глаза. — Это я и делаю. На самом деле, в данный момент мне хочется этого больше всего на свете.

Она почти неслышно вздыхает, когда я подхожу к ней, протягиваю стакан и делаю глоток из своего.

Я слышу, как Ноа наливает себе что-то, прежде чем подойти к нам.

— Послушай, то, что ты чувствовала с Гейджем и Дейном. и Винсом. и что они чувствовали с тобой. — он делает глубокий вдох, в этот момент его взгляд пронзает Тесс насквозь — Мы тоже это ощущаем, и отрицать точно не можем.

Тесс снова тяжело сглатывает, ее дыхание замедляется, и зубами она непроизвольно прикусывает нижнюю губу.

— Гейдж сказал, что вы все. ну, вы знаете.

— Делимся?

Она снова смотрит мне в глаза и кивает.

— Только не так, — тихо говорю я. — Да, у нас раньше случались отношения, в которых участвовало лишь двое из нас, но это никогда не было чем-то серьезным. И никогда — настолько настоящим, — говорю я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как колотится сердце, потому что теряюсь в ее больших зеленых глазах. — И главное — мы никогда не испытывали подобные чувства в отношении одного и того же человека. Ни разу.

Я вижу, как поднимается и опускается ее грудь, когда Тесс понимает сказанное мною, и ее взгляд мечется между Ноа и мной.

Она аккуратно заправляет прядь за ухо, и когда вижу открывшуюся шею, я стону.

Черт, я хочу впиться в нее губами.

Хочу попробовать ее кожу на вкус, пока буду прижиматься к ней, снимать с нее одежду, а затем насаживать Тесс на своей член до самого основания.

— Послушай, несмотря на то, что сейчас ты здесь, наверху, это ни к чему тебя не обязывает, — осторожно объясняю я, глядя ей прямо в глаза и отчетливо различая искры желания. — Ты без проблем можешь вернуться на работу или, черт возьми, даже уйти, если хочешь. Никакого наказания, никаких последствий, и никто тебе не помешает это сделать.

Я делаю глубокий вдох, сокращая расстояние между нами.

— Но думаю, тебе лучше остаться.

— Согласен, — рычит Ноа, придвигаясь ближе.

Часть меня переживает, что Тесс может испугаться нашего напора.

Но она, кажется, даже не вздрагивает и уж точно не отступает.

Заметно лишь ее частое дыхание и слегка покрасневшие щеки.

— О, правда? — шепчет она, кусая губы и соблазнительно выгибая бровь.

Дьявол, под этим взглядом мой член мгновенно становится твердым, и готовым оказаться внутри нее.

Ноа встает сзади Тесс, отчего ее дыхание сбивается.

— Мы все пятеро.

— Вы делитесь, я в курсе, — тихо выдыхает она.

— Позволь показать тебе, как именно мы делимся, — стону я, придвигаясь к ней вплотную и беря ее руку в свою.

Она прислоняется ко мне, прижимаясь своим миниатюрным телом, и я еще сильнее сжимаю ее в объятиях.

— Черт, Тесс, — я наклоняюсь чуть ниже, едва касаясь ее губ своими.

Какая-то часть меня ждет того момента, что всё вот-вот резко прекратится, она очнется, поймет, что происходит и оттолкнет нас.

Но Тесс лишь всхлипывает и еще крепче прижимается ко мне.

— Ты действуешь на меня как никто другой, — рычащим голосом произношу я. — Никто, черт побери. Да, ты делаешь это со всеми нами, и как это прекратить, я не знаю.

— Тогда и не нужно этого делать, — стонет она в ответ, её глаза блестят. — Возможно, я сошла с ума, или вы, парни, смогли как-то вызвать во мне все эти чувства, но говорить «нет» я не хочу. Никому из вас.

— Тогда скажи «да», — умоляет Ноа, касаясь губами её шеи и вплотную прижимаясь сзади.

Тесс делает резкий вдох, оставаясь зажатой между нами, я забираю нетронутый напиток из ее рук, ставлю стакан на барную стойку рядом с нами.

— Скажи «да», и позволь показать тебе всё, о чем мы говорим, — рычу я.

Ее губы медленно приоткрываются.

Она не издает ни звука, но, когда зрачки ее глаз расширяются, Тесс лишь слегка кивает головой.

— Да, — хриплым голосом произносит она.

Черт, это единственное слово, которое мне требуется.

Прижимаюсь губами к ее губам, и целую с такой страстью, словно я вырвавшееся на волю животное.

Наш поцелуй дикий, первобытный, такой, от которого у Тесс перехватывает дыхание.

Она стонет в ответ, растворяясь во мне, а я обнимаю ее крепко руками.

Я чувствую, как Ноа прижимается к ней сзади, скользя рукой по ее соблазнительному телу, оставляя губами следы на шее.

Он отрывает ее губы от моих, от чего она стонет, но Ноа тут же заглушает эти звуки, целуя её вместо меня.

Я стону, наблюдая, как мой друг поворачивает голову Тесс в сторону и прижимается губами к её губам.

Он еще крепче обнимает ее, от чего мой член начинает пульсировать, когда я наблюдаю, как она растворяется в нем.

Я касаюсь ртом ее шеи, посасывая и покусывая кожу достаточно сильно, чтобы оставить следы.

Затем опускаюсь ниже, скользя по верхней части ее груди, и она протяжно выдыхает, целуя Ноа.

Я тяну бретельки ее платья, и она лишь на секунду отстраняется от Ноа.

Мы встречаемся взглядом, Тесс согласно кивает, ее лицо в этот момент пылает.

Ноа притягивает ее назад в медленном, глубоком поцелуе, и я продолжаю стягивать платье вниз, наслаждаясь видом ее сочной великолепной груди.

На ней черное кружевное белье, и я стону, когда вижу сквозь прозрачную ткань розовые твердеющие соски.

Наконец платье лужицей растекается вокруг ее ног, облаченных в каблуки, и я громко рычу, упиваясь почти обнаженным телом Тесс.

Черт, она идеальна.

Безупречная и соблазнительная во всех, мать его, нужных местах.

Тесс такая аппетитная, что так и хочется откусить кусочек. Что, собственно, я и собираюсь сделать.

Поцелуями я опускаюсь вниз по ее груди, параллельно расстегивая застежку лифчика и стягивая его с плеч.

Она стонет от поцелуя Ноа, тихо издавая при этом сладкие мяукающие звуки.

Я срываю с себя футболку и отбрасываю вместе с её лифчиком. Стоит мне коснуться ее кожи своим телом, как Тесс всхлипывает.

Я разрываю их поцелуй с Ноа, разворачиваю её и прижимаюсь к её распухшим губам своим ртом.

Наши языки сплетаются, и я стону от удовольствия.

Нежно поглаживаю её живот, и когда она начинает часто дышать, я лишь продолжаю своё движение, пока не нахожу пальцами её трусики.

— Черт, красотка, — стону я, чувствуя, насколько она влажная. — Кажется твоя сладкая киска просто истекает соками и жаждет нас?

Тесс кивает, тяжело дыша.

— Знаешь, что сделает её еще более мокрой?

Вместо ответа она лишь прикусывает губу, её грудь поднимается и опускается в такт дыханию, и в этот момент Ноа отодвигает волосы Тесс в сторону и целует в шею.

— Мой язык.

Она судорожно вдыхает, когда я внезапно опускаюсь перед ней на колени.

Я целую ее живот, пальцами дразня край трусиков, прежде чем зацепить ткань и стянуть их.

Ноа стоит на коленях позади нее и помогает мне стянуть мокрые трусики вниз по бедрам, пока они не падают к ее ногам.

Я стону, пожирая глазами сладкую маленькую киску, и мой член, мать его, рвется в бой, заточённый тканью джинсов.

Черт, её запах похож на смесь мёда и секса, и от этого сочетания на моём члене выступила капля преэякулята и впиталась в ткань боксеров.

Мои яйца набухли от желания оказаться внутри, и, наконец, заявить на Тесс свои права.

Но сначала я планирую проскользнуть языком между этих сладких губ и попробовать запретный нектар.

Я целую низ её живота и медленно раздвигаю ноги.

Поднимаюсь рукой вверх по бедрам, пока пальцы, наконец, не начинают скользить по ее гладким, пухлым складкам.

Тесс стонет, её глаза широко раскрыты, пока она смотрит вниз и наблюдает за мной.

Двумя пальцами я раздвигаю ее лепестки, и двигаюсь дальше.

Она вскрикивает, когда мой язык начинает скользить по ее киске, дразня, прежде чем подняться чуть выше, чтобы помассировать клитор.

Член в нетерпении дёргается так сильно, что мне приходится опустить руку и погладить себя, пытаясь снять напряжение.

На вкус она как гребаный рай, и я стону, когда просовываю язык глубоко внутрь.

Она ахает от неожиданности и прижимается ко мне, и я точно понимаю, что же задумал Ноа.

— О, черт, подождите.

Тесс всхлипывает, когда мой приятель проводит языком по ее заднице, дразня влажным кончиком, отчего пальцы на ее ногах поджимаются.

— Я никогда.я хочу сказать.ты не можешь.

— Уверена, что хочешь, чтобы он остановился?

Я рычу, отстраняясь и целуя ее бедро, когда смотрю на нее.

Лицо Тесс сияет от удовольствия, рот приоткрыт, и ее тело горит.

Ноа стонет, уткнувшись в нее, руками крепко сжимая ее попку, пока дразнит ее своим языком.

— Нет, — наконец выдыхает она, качая головой. — Нет, не думаю, что хочу этого.

— Тогда держись, красавица, — стону я, крепко удерживая ее бедра, когда снова вхожу в нее. — Потому что мы собираемся перевернуть твой чертов мир с ног на голову.

Мой язык проникает обратно между ее лепестков, дразня ее клитор, пока Ноа делает то же самое с ее тугим маленьким анусом.

Тесс мечется в экстазе между нами, задыхаясь все громче и громче, пока звук ее удовольствия не заполняет комнату.

Спасибо, черт возьми, за звукоизоляцию этого места.

Мы вдвоем крепко держим ее, стоя на коленях по обе стороны. Тесс помогает себе руками, запутавшись в наших волосах, не позволяя себе осесть между нами.

Мой язык движется все быстрее и быстрее, и когда я завожу палец в ее тугое отверстие, она сильнее прижимается ко мне.

Ноа громко рычит, крепко сжимая ее попку и широко раздвигают ее полушария руками, когда начинает трахать самое интимное место своим языком.

Мы безжалостны, стонем и пробуем ее на вкус, пока внезапно Тесс не взрывается между нами.

Крик удовольствия вырывается из её рта, дыхание превращается в один большой сдавленный стон, когда вихрь удовольствия разрывает ее на части.

Она почти падает, но мы оба крепко держим ее, языками доводя до очередного оргазма, пока Тесс не превращается в стонущую, задыхающуюся, красивую смесь из эмоций.

Медленно мы поднимаемся, крепко держа её тело и одновременно прижимаясь к ней как можно ближе.

Я целую её, позволяя ощутить её же собственный сладкий вкус, оставшийся на моих губах, и стону, когда Тесс в ответ лишь углубляет поцелуй.

— Боже, что это было?

Она часто дышит, и я чувствую, что на ее лице расплывается широкая улыбка, когда Тесс утыкается мне в грудь.

— А, это, красавица, лишь начало.

Глава 11

Ноа

Мы наполовину тащим, наполовину несем Тесс в сторону огромного дивана, стоящего у стены. Падая на него, и я и Люк одновременно начинаем касаться губами её кожи, получая в ответ стоны и полное растворение в процессе. Целуя её спину, я срываю с себя рубашку, а Люк располагает Тесс сверху. Пульс грохочет в венах, и я впервые ощущаю нечто подобное. Мое сердце бьется со скоростью сто миль в час, и с каждым поцелуем, который я оставляю на обнаженной коже, внутри меня разрастается чувство привязанности к Тесс.

Какого хрена со мной происходит?

Я никогда ни в кого раньше не влюблялся — даже близко чего-то подобного не испытывал. На самом деле, я скорее гордился тем, что сумел к своему возрасту не попасть в эту сеть, не увяз в отношениях с какой-нибудь цыпочкой в отличие от многих своих друзей. Конечно, я ходил на свидания, но они всегда были. ну, я бы даже не назвал их «случайными». Скорее правильнее сказать это были «мимолетные» встречи. Ни одни мои отношения с женщиной не длились долго, потому что я никогда не испытывал того чувства, о котором, по всей видимости, и пытается рассказать каждый, кто «угодил в сети».

Только не я.

Однажды я даже «встречался» с одной девушкой одновременно с Люком. Продолжалось это всего пару недель максимум, и, если быть честным, я определенно чувствовал себя в этих отношениях третьим лишним. Ей нравился Люк, а еще хотелось когда-нибудь похвастаться подругам забавной историей о том, как она трахалась с двумя парнями одновременно. В конце концов, сначала ушел я, а следом и Люк.

Как я уже сказал, они (отношения) всегда имели свойство заканчиваться.

И происходит это отчасти и потому, что я никогда не чувствовал ничего по типу «вот оно, то самое».

Еще некоторое время назад я бы заявил, что это очень дерьмовое описание чувств — то, что долгое время пытаются навязать людям голливудские фильмы. Главная цель таких фильмов — вызвать слезы у зрителя при помощи эмоциональной сцены с ярким выражением чувств, которых в реальном мире и не существует вовсе.

В этом плане друзьям всё же удалось подобраться чуть ближе и убедить меня, что подобное чувство действительно реально, пусть и сами они никогда ни в кого не влюблялись. Но стоит ли им верить полностью, я всё же не знал.

До этого самого момента.

Чувства, которые я испытываю, когда касаюсь кожи Тесс, сравнимы с чувствами, которые испытывают, когда встречают что-то очень родное — то, что искали всю жизнь. Поцелуй ее подобен неоновой вспышке, которая заставляет внутренний голос кричать: «Да, именно такие ощущения ты и должен испытывать во время поцелуя, идиот!»

Стоны её удовольствия, её смех, улыбка, этот огонь в глазах, это нахальство — все это словно серебряная пуля проходит сквозь стены, которые я воздвиг вокруг себя.

Она вдребезги разбивает подобную хрень, и именно поэтому могу сказать, не колеблясь ни секунды, что я, мать его, влюбляюсь в Тесс.

И у меня нет никакого желания это останавливать.

Я пришел сюда сегодня вечером вместе с Люком по его просьбе. И я точно ничего не ожидал, кроме, может быть, какой-нибудь новой телки, которая хотела бы познакомиться поближе с нами двумя. Но то, что произошло с Тесс, буквально рушит все мои представления об отношениях. Чувства к ней словно вернули меня на землю, отбросив прочь всё, что я, как мне казалось, знал до этого.

И в голове осталась лишь одна абсолютная истина: она — та самая.

Пусть я даже не совсем понимаю, что это значит, так как никогда раньше не испытывал ничего подобного, но точно знаю, что это правда.

Это она, та единственная, и будь я проклят, если отпущу ее сейчас.

Проявляется ли это в физическом плане? Еще бы. Я хочу сказать, мать его, да ни одной девушке до этого момента не удавалось настолько сильно возбудить меня! Ни от одной девушки моя кровь не закипала, а тело не охватывала мучительная боль. И теперь я сгораю от единственного желания и потребности — погрузиться в Тесс, коснуться каждого сантиметра ее тела и заставить ее испытать оргазм такой силы, который она не представляла ранее.

А затем повторять это снова и снова, пока она не забудет своё имя. И единственное, что будет для нее важно — это я и то, что происходит между нами в данный момент.

Именно этим я и планирую заняться.

Люк тянется к ремню, одновременно углубляя свой поцелуй с Тесс. Я стягиваю с ее лодыжек трусики и подношу их к своему носу — стону как измученное животное, вдыхая ее сладкий запах. Мой член дергается лишь от этого. А когда слышу, как мой друг расстегивает молнию, то знаю, что пути назад нет. Я сбрасываю штаны и боксеры, одной рукой обхватываю и начинаю гладить свой толстый член, поцелуями спускаясь к ее попке. Другой рукой я заставляю ее слегка расставить в сторону бедра. Провожу языком по ее намокшей киске, получив в ответ стон удовольствия. В этот же момент Люк приспускает свои джинсы.

Тесс делает резкий вдох, вызывав ухмылку на моем лице.

Знаете, я из тех парней, кого называют «упакованный». Девять толстых дюймов, которые не очень-то любят «простаивать». И меня точно нельзя отнести к тем, кто может быть недоволен подобными размерами.

Но Люк? Я усмехаюсь про себя, слушая, как перехватывает дыхание Тесс. О, да, Люк — гребаный жеребец. Нет-нет, он и сам по себе большой парень, но его одиннадцатидюймовый член каждый раз приводит к тому, что у девушки отвисает челюсть. Хорошо, что в нем есть еще и доля мимишности, потому что, если бы у него была только темная сторона, он действительно мог бы причинить кому-то боль этой штукой.

К счастью, в ситуации с Тесс темная сторона есть у меня, а это значит, сегодня от нас она получит как долю нежности, так и полного разврата. Для подтверждения своих намерений, я приподнимаю ее зад, присаживаясь на диван и провожу языком от клитора к ее заднему отверстию. Медленно.

Тесс стонет, а я делаю это еще дважды, прежде чем скользнуть вверх по ее спине до тех пор, пока губами не касаюсь ее уха. Люк снимает джинсы, откидывается на диван, расставив ноги так, что её взгляду открывается пульсирующий от возбуждения член.

— Черт возьми, — шепчет Тесс, глаза широко раскрыты, а рот слегка приоткрыт от того, что она видит перед собой.

Я опускаю руку вниз и проскальзываю пальцем в её влагалище, вызывая у Тесс тихий стон.

— Почему бы тебе не попробовать его на вкус? — шепчу я ей на ухо. — Хочу посмотреть, как широко растягивается твой милый ротик вокруг его большого члена.

Мои слова дразнят ее, а большой палец скользит по клитору, отчего Тесс стонет, выгибая спину. Она протягивает руку, тяжело дыша, и медленно обхватывает своими маленькими пальчиками толстый ствол Люка. У нее не получается полностью обхватить его рукой, но, черт возьми, ее попытки выглядят такими возбуждающими. Люк стонет, еще сильнее напрягая мышцы в тот момент, когда она медленно проводит рукой вверх и вниз. Белые капли смазки на кончике члена плавно начинают стекать по стволу. Она рукой размазывает жидкость, делая скольжение более легким.

— Соси его большой член, детка, — стону я. — Соси его, пока каждый дюйм моего члена будет погружаться в твою сладкую маленькую киску.

Дыхание Тесс прерывается, когда я целую ее спину, медленными и глубокими движениями языка еще несколько раз проводя по её вагине и анусу. А затем встаю на колени сзади нее. Поглаживая член рукой, я подаюсь вперед, проводя головкой по ее клитору. Прижимаюсь к ней бедрами, скользя верхушкой члена между ее лепестками и клитору, позволяя Тесс почувствовать все мои девять дюймов, готовых погрузиться в нее. Я смотрю, как она наклоняется вперед, и когда Тесс медленно скользит губами по головке Люка, он громко стонет.

Я дразню клитор еще раз головкой члена, прежде чем прижать его к главному отверстию. Она всхлипывает, во рту у нее член Люка, и в этот самый момент я толкаюсь внутрь. Я стону, мои глаза прикованы к тому месту, где соединяются наши тела. Я наблюдаю за тем, как ее гладкие розовые губы плотно обхватывают мой ствол. Руками сжимаю ее задницу, широко раздвигая ягодицы, и снова дюйм за дюймом погружаю свой член в нее, пока яйца не упираются в клитор.

Чертов. Ад.

Хватая ртом воздух, я рычу и крепко прижимаю ее к себе, стискивая зубы. Тесс — гребаное совершенство. Я ощущаю райское наслаждение, и мне так чертовски хорошо, что приходится сдерживаться, чтобы не погрузиться в это ощущение полностью, оттягивая тем самым момент, когда наконец наполню её своей спермой.

Но еще рано, не сейчас. Покерный турнир снаружи будет длиться вечно, и, честно говоря, мне наплевать, даже если бы он закончился прямо сейчас, и Тесс была бы нужна там.

К черту всё. Потому что прямо сейчас этот идеальный, милый, невероятный ангел — наш, и я точно знаю, мы оба планируем взять максимум от этой встречи.

Я снова борюсь за самоконтроль, прежде чем достаю член из её влагалища, оставляя внутри неё лишь головку. Стенки её киски сжимают меня сильнее, легкими подрагивающими движениями засасываю член обратно, заставляя яйца ныть и молить об оргазме. Я ввожу член внутрь, заставляя Тесс громко стонать вокруг члена Люка, вхожу в неё на всю длину. Взглядом окидываю всё ее тело, наблюдая, как она втягивает щеки, пытаясь чуть глубже взять член Люка в свой маленький ротик. Она отстраняется, тяжело дыша и постанывая, затем снова пододвигается и медленно облизывает его член от самого основания до головки. Я стону, наблюдая, как ее маленький розовый язычок танцует у основания члена моего друга. Люк рычит в ответ, пресс его напрягается, когда она опускает голову и нежно берет в рот одно из его яйц.

— О, черт, вот так, милая, — стонет он, откидывая голову назад и проводя рукой по ее волосам.

— Соси его яйца, детка, — велю я, подчеркивая каждое свое слово толчком бедер, погружая тем самым член глубоко внутрь. — Погладь этот большой член и оближи его яйца, как послушная маленькая девочка.

Тесс стонет, выгибая спину и толкаясь навстречу моим движениям. Она обхватывает обеими руками член Люка, поглаживая его влажный ствол, пока языком проходится по его яйцам. Я рычу, погружая каждый дюйм своего члена как можно глубже. Она громко стонет, отстраняясь от Люка и довольно кричит, когда я начинаю трахать ее быстрее. Стиснув зубы, я впиваюсь руками в её кожу, погружая свой член в скользкое, горячее лоно.

Убирая одну руку, я шлепаю её по заднице, ожидая реакции Тесс. Когда в ответ она громко вскрикивает и выгибает спину, а ее киска крепко сжимается вокруг меня, я понимаю, что попал в точку.

— Тебе нравится, детка? — рычу в ухо, загоняя свой член по самые яйца, и снова опускаю руку, чтобы отшлепать ее тугую маленькую попку. — Нравится, когда я шлепаю по твоей маленькой непослушной заднице?

Она всхлипывает, обхватывая губами член Люка и вбирая в себя максимально возможную длину.

— О, кажется, ты настолько плохая девочка, что позволишь трахать тебя вот так нам всем пятерым. — Она всхлипывает, ее тело дрожит, когда я вбиваюсь в Тесс глубокими, равномерными движениями. — Тебе бы это понравилось, правда? — рычу я. — Понравилось, если бы все мы взяли тебя одновременно. Пять парней, и все для тебя. Пять огромных членов и все для тебя, красавица.

Да, это ее заводит. Она неистово стонет вокруг пульсирующего члена Люка, издавая ртом хлюпающие звуки, а я продолжаю трахать ее тугую маленькую киску, пока ноги Тесс не начинают дрожать. Я не останавливаюсь, только крепче сжимаю ее попку и опускаю одну руку между ее бедер, чтобы поиграть с клитором. Она дрожит, когда я прижимаю пальцы ко входу, дразня ее клитор прямо там, где мы соединяемся. Мой член входит и выходит из нее, пальцы скользят по клитору, и тогда я поднимаю вторую руку и сжимаю ее волосы в кулаке, чувствуя, как Тесс напрягается и готова кончить.

— Все пятеро, малышка, — стону я. — Только представь, как мы впятером дразним и пробуем на вкус каждый дюйм твоего тела. Представь, как мы впятером по очереди заставляем тебя кончать, или берем тебя все вместе одновременно. Представь, что десять рук и пять ртов, и пять больших твердых членов касаются твоего сладкого милого тела. Всё лишь для тебя. Я хочу, чтобы ты представила всё это, пока я трахаю твою тугую маленькую киску. И я хочу, чтобы ты, блядь, кончила для меня.

Она вскрикивает, все ее тело напрягается, и Тесс сильнее прижимается ко мне.

— Кончи для нас, красавица, — стонет Люк. — Я хочу, чтобы эта сладкая киска кончила на член Ноа. И после этого, — рычит он, наклоняясь и шепча ей на ухо — Придет моя очередь.

Тесс кричит, когда кончает, подрагивая в экстазе, между нами, и я продолжаю вгонять в неё свой член снова и снова. Чувствую, как ее влажные соки стекают по моим яйцам и бедрам, стенки её влагалища сжимаются вокруг меня, когда оргазм захлестывает ее, заставляя задыхаться. Мы замедляемся, я позволяю ей перевести дыхание и провожу руками по ее телу. Медленно выхожу, член пульсирует и хочет намного больше, когда я касаюсь ее кожи.

Люк едва дает ей время выдохнуть, прежде чем садится и притягивает Тесс к себе на колени. Она задыхается, падая на него и яростно целует в ответ, когда он прижимается губами к ее губам. Он протягивает руку между их телами, обхватывает свой член и начинает поглаживать его вверх и вниз. Притянув ее чуть ближе, он позволяет Тесс почувствовать, как его пульсирующий член касается ее лепестков. Тесс вздрагивает, глядя вниз между ними, и тихо вздыхает.

— Я не причиню тебе боли, малышка, — шепчет он, поглаживая свой член и прижимая головку к ее отверстию. — Мы будем делать всё медленно и очень осторожно.

Тесс расплывается в улыбке, и когда я вижу эту нахальную улыбку на ее лице, то ухмыляюсь.

— Эй, если тебе нужно замедлиться, здоровяк, то ты только скажи.

Люк рычит, от поддразниваний Тесс желваки на его челюсти начинают дергаться, а затем он внезапно притягивает ее к себе, погружаясь на полные четыре толстых дюйма внутрь. Тесс вскрикивает, выгибая от удовольствия спину и откидывая голову назад, и стонет.

— Слишком? — рычит он, дразня ее в ответ.

— Это все, на что ты способен?

Я ухмыляюсь. Черт, эта девчонка идеальна. Красота, сексуальность, ум и дерзость — именно то, что нам всем нужно. Я смотрю, как она двигает бедрами, опускаясь все ниже и принимая все больше Люка в себя. Стону, отчего она поворачивается и тянет меня вперед. Я, сокращая расстояние, прижимаюсь губами к ее губам. Она стонет мне в рот, медленно насаживаясь на Люка и подразнивая своим языком мой. Тесс прислоняется еще ближе, гладит мой член, заставляя рычать в ответ, дразня меня пальцами.

Я отстраняюсь и забираюсь на диван рядом с ней. Она поворачивает голову, и я запускаю руку в ее волосы. Сжимаю их так крепко, что это заставляет ее резко выдохнуть. Я двигаю бедрами вперед, и она жадно открывает рот, обхватывая своими сладкими пухлыми губками мой член. Тесс глубоко стонет, опускаясь на Люка и принимая каждый дюйм его члена глубоко в свою гладкую, тугую киску.

— Блядь, — стонет он, руками крепко сжимая ее бедра. — Продолжай двигаться также, детка.

Она поднимается, а затем опускается обратно, насаживаясь до самых яиц Люка, не переставая стонать вокруг моего пульсирующего члена. Я опускаю руку, поглаживая ее спину, пока не обхватываю ладонью попку. Слегка шлепаю её зад — сначала по одной половине, потом по другой, отчего язычок Тесс начинает еще быстрее кружиться вокруг моей головки. Провожу рукой вниз по заднице, пока пальцы не касаются ее тугой маленькой дырочки. Тесс всхлипывает, подпрыгивая вверх и вниз на Люке всё быстрее, когда я провожу пальцем по ее анусу. Я поддразниваю ее, и когда она не сопротивляется и не отступает, мои движения становятся более смелыми.

Я хочу большего.

Медленно ввожу палец ей в анальное отверстие, и от этого движения Тесс начинает сходить с ума.

— О, боже, о, боже, о, боже! — всхлипывает она, вплотную прижимаясь к Люку, одновременно опускаясь и приподнимаясь на его члене и поглаживая мой. — Черт, это просто.

— Хорошо? — Ласково произношу я, двигая пальцем туда и обратно, пока она кричит.

— Очень хорошо, — всхлипывает она, ее щеки пылают, а дыхание сбивается.

— Тогда тебе это понравится, — рычу я. Мой член дергается, когда я отстраняюсь от нее и встаю с дивана, чтобы оказаться позади нее. Киваю Люку, и с рыком он крепко хватает ее за задницу и медленно снимает со своего толстого члена. Он поднимает Тесс выше, отчего она выгибает спину, и когда ее тугая маленькая попка поднимается в воздух, то прежде, чем она это осознает, я наклоняюсь и провожу языком по ее заднице.

— О, черт! — кричит Тесс, прижимаясь ко мне. Но Люк крепко держит ее, пока я ласкаю языком ее задницу, поглаживая свой член до того момента, когда понимаю, что больше не могу ждать. Сегодня мы собираемся завладеть каждым дюймом этого совершенного ангела.

Люк снова опускает ее на себя, Тесс всхлипывает, принимая его глубоко внутрь. Я придвигаюсь вперед, скользя руками по ее спине и позволяя своему члену скользить по расщелине ее задницы. Руки Люка крепко сжимают зад Тесс, широко раздвигая ягодицы, и когда я наклоняюсь и прижимаюсь к ее маленькому тугому кольцу, она вскрикивает.

— О, я никогда этого не делала. Я хочу сказать. — она оглядывается назад, тревожно покусывая губу, а на лице ее этот сексуальный гребаный румянец.

Черт возьми, я собираюсь быть ее первым. Я не из тех парней, которые заводятся из-за подобного дерьма, но по какой-то причине есть что-то в том, чтобы быть первым, кто исследует эту ее часть и покажет Тесс, каким именно может быть этот первый раз. Вот эта мысль и наполняет меня чем-то горячим и пылающим.

— Я не сделаю тебе больно, милая, — мурлычу я ей на ухо, позволяя головке моего члена дразнить ее анус. Я ласкаю себя, постанывая, когда семенная жидкость вытекает из моего кончика, размазываясь по ее анальному отверстию.

Она медленно кивает.

— Я знаю, — шепчет Тесс. — Пусть едва знакома с тобой, но точно уверена, что ты так никогда бы не поступил.

— Хочешь, чтобы я остановился? — тихим, но глубоким голосом спрашиваю я, не сводя с нее глаз. И я готов пойти на это. Если для нее это слишком, то я тут же прекращу всё, потому что одну вещь знаю точно: я никогда не причиню вреда этой девушке. Ни сейчас, никогда-либо, и я буду драться до смерти, чтобы убедиться, что никто другой этого не сделает.

Но Тесс, даже не моргнув глазом, начинает мотать головой из стороны в сторону.

— Пожалуйста, не останавливайся, — шепчет она.

Это все, что мне нужно услышать.

Я со стоном подаюсь вперед, прижимая толстую головку своего члена к ее тугой маленькой дырочке. Она прикусывает губу, оглядываясь на меня и напрягаясь. Но Люк точно знает, что делать. Он протягивает руку между ее ног и начинает массировать клитор большим пальцем, медленно погружая свой член глубоко в нее. Тесс стонет от удовольствия, расслабляясь ровно настолько, чтобы моя головка медленно вошла внутрь. Она издает такой глубокий, сексуальный, сладостный стон, что я готов кончить прямо там.

Я делаю глубокий вдох, а затем медленно вхожу еще на дюйм внутрь нее. Продолжаю проникать в ее невероятно тугую, горячую маленькую девственную задницу своим членом. Чувствую, как Люк входит и выходит из нее, как он по-прежнему крепко сжимает задницу Тесс, раздвигая ее для меня. Тесс всхлипывает от удовольствия, дрожа, когда я медленно погружаюсь на всю длину в ее анус, упираясь своими яйцами и касаясь ее кожи.

— А сейчас, милая, — рычу я ей на ухо, наматывая ее волосы на кулак и дергая так сильно, что она задыхается. — Мы покажем, как хорошо тебе может быть с нами.

Мы одновременно выходим из нее, а затем разом возвращаемся вместе. Тесс стонет, закатывая глаза от удовольствия, впуская нас и растворяясь в ощущениях. Сильными руками мы крепко сжимаем ее дрожащее тело, удерживая на месте, пока наши члены скользят в нее и из нее. Ее задница сжимается вокруг меня, и когда Люк рычит от удовольствия, я знаю, что он чувствует, как гладкая, тугая киска Тесс доит его изо всех сил. Мы начинаем двигаться быстрее, глубоко внутрь, наблюдая, как она кричит и качает бедрами, чтобы встретить нас. Комната наполняется жаром, смешанным со звуками нашего и ее наслаждения. Мышцы напрягаются и дергаются, кровь шумит в ушах, и вся моя вселенная сосредоточена на этом моменте.

Это чертовски сексуально, если быть честным. Трахать ее сладкую, тугую, нетронутую попку достаточно, чтобы мне захотелось взорваться глубоко внутри. Но я быстро осознаю кое-что еще: прямо здесь, с Тесс, это самый горячий секс, который у меня когда-либо был. Делить ее с Люком, как происходит в данный момент, — это ощущение гораздо мощнее, чем всё, что я когда-либо чувствовал ранее. И теперь я точно знаю, что в этом заслуга Тесс. И это именно та связь — та самая, на слова о которой еще некоторое время назад я пессимистично закатывал глаза и давно решил, что ее вовсе не существует.

И вот мы здесь. Как и это притяжение между нами. Эта искра — то, что я чувствую, находясь рядом с ней. В этот самый момент четко понимаю, что эта комната и эта ситуация — я на своем месте, и всё идет именно так, как и должно быть. Тесс дрожит, тело её мечется между нами, и когда с ее губ срывается крик, оргазм охватывает все ее тело, я понимаю, что именно этого мне не хватало в жизни. И впервые в жизни я это чувствую.

Гребаная любовь.

Именно это чувство толкает меня через край. Когда Тесс кончает, крича и цепляясь за Люка, когда оргазм охватывает ее тело и душу — это тот самый последний кусочек пазла, которого мне так не хватало. Я стону ей в шею, пробуя на вкус кожу, и погружаюсь глубоко внутрь, полностью отпуская весь контроль.

Оргазм пронзает меня насквозь, сперма пульсирующей горячей густой струей наполняет ее зад. Мои яйца дергаются и постепенно опустошаются. Люк рычит, и когда входит глубоко, я чувствую, что он тоже отпускает весь контроль. Его большой член пульсирует внутри ее сладкой маленькой киски, когда он выстреливает горячей, липкой спермой струя за струей глубоко в ее лоно.

Мы продолжаем двигаться, будто никто из нас не хочет останавливаться, пока, наконец, из-за полного истощения, не замедляемся. Осторожно выходим из Тесс и опускаем ее. Оба придвигаемся к ней с разных сторон, обнимая ее дрожащее тело. Губами по очереди касаемся её, давая время прийти в себя.

В таком положении мы остаемся бог знает сколько времени, просто разговаривая и узнавая её, позволяем нашим пальцам исследовать ее тело, в процессе чего мы оба, черт возьми, по уши влюбляемся в эту девушку. И только когда Люк внезапно хмурится и садится так, чтобы взглянуть в двухстороннее зеркальное стекло, он начинает хихикать.

— Упс.

Тесс приподнимает бровь, улыбаясь ему в ответ.

— У меня для вас есть хорошая и плохая новости.

Она хихикает.

— И какая же хорошая?

— Хорошая новость в том, что Рик, похоже, закрыл вместо тебя бар.

Она в ужасе раскрывает глаза.

— Вот черт!

Я смеюсь, крепко прижимая ее к себе и поглаживая бедро.

— А плохая новость в том, что Рик закрыл вместо тебя бар. Полагаю, мы задержали тебя чуть дольше, чем думали.

Да, первая ночь турнира судя по всему закончилась, и зал определенно пустует.

— Упс, — ухмыляюсь я ей, выгибая бровь.

Она морщит от стыда личико.

— Кажется, у меня могут быть неприятности.

— Ага, блин, и что скажут твои боссы, когда узнают, что ты.ах, да, это же мы твои боссы. — Люк улыбается ей, и она закатывает глаза, пытаясь скрыть свою собственную улыбку.

— Вы одни из моих начальников. Остальные трое, возможно, будут не настолько рады тому, что я.

— Поверь, с ними не будет проблем, — шепчу я, целуя ее в ухо. — Обещаю, мы подбросим Рику премию за уборку вместо тебя. — Моя улыбка становится голодной, когда руки скользят по ее бедрам. — И так как тебе сегодня уже не нужно возвращаться на работу.

— Там есть душ, — мурлычет Люк, кивая на дверь в ванную комнату для VIP-персон. — Как насчет второго раунда, красотка?

Тесс слегка прикусывает губу, лицо ее покрывается румянцем, когда она переводит взгляд между нами.

— Думаю, что вы двое — одни сплошные неприятности.

— Согласен. — киваю я. — Это значит «да»?

Она тяжело сглатывает, и когда я вижу эту огненную искру в ее глазах, то уже чувствую, как мой член снова набухает.

— Это определенно «да».

Глава 12

Тесс

— Тесс.

Мое имя рыком срывается с его губ, окатывая волной и посылая мурашки по спине.

Винс.

Я сглатываю, чувствуя, как от его глубокого, повелительного голоса тело пронизывает жар. Но у его интонации есть определенный посыл, и, кажется, знаю, какой именно: он в курсе, что прошлой ночью я покинула рабочее место. И похоже точно знает, что к моменту окончания турнира я так и не вернулась.

Потому что в итоге большую часть ночи я провела с Люком и Ноа. Всю ночь эти двое дразнили меня, используя руки, губы и члены, заставляя стонать и кончать больше раз, чем я в силах вспомнить. После этого они отвезли меня домой. Черт, я даже почти пригласила их к себе, когда они высадили меня у дома. Но из-за того, что на улице уже светало, в тот момент мне действительно требовалось хоть немного поспать, прежде чем идти на работу на вторую ночь турнира по покеру.

И да, это было так чертовски удивительно, насколько вы только можете себе представить. Только представьте, как два шикарных мужчины, удовлетворяют вас до тех пор, пока вы сами буквально не умоляете их пойти спать? Эм, да, еще, пожалуйста.

И сейчас, когда я слышу голос Винса позади себя, в моей голове крутится только одна мысль — в этой подземной части клуба, где я в данный момент открываю бар, находимся только мы с ним. Люк и Ноа, очевидно, делятся. Гейдж и Дейн явно тоже. Но все они по отдельности упомянули, что Винс предпочитает действовать в одиночку. Да, они все говорили, как «они все делятся» или что-то в этом роде, но у меня сложилось впечатление, что Винс не такой уж частый участник этого всего.

Я точно помню, что он не злился после ситуации с Гейджем и Дейном. И не то чтобы у него было какое-то право злиться, но часть меня всё же рада, что это именно так. Во всяком случае, после нашего секс-марафона могу сказать твердо — Винс еще больше заводится от мысли о том, что я могла делать с двумя его друзьями ранее.

Хотя сегодня вечером в его голосе присутствуют нотки, которые меня беспокоят. Он такой… Я не знаю. резкий? Винс явно знает о том, что произошло прошлой ночью, но сейчас его поведение немного отличается от того дня, когда он узнал о своем брате, Дейне и мне.

Я судорожно вдыхаю, нервно поджимаю губы и поворачиваюсь к нему лицом.

Боже, как он красив. Да, все они прекрасны, но эта темная, мощная энергия, которая буквально окутывает Винса, делает его совершенно неотразимым.

— А, ты рано, — ледяным тоном произносит он, прожигая меня взглядом.

Я киваю.

— Да, я., — уже почти готова признаться, что это из-за того, что вчера вечером я исчезла с рабочего места, но в последний момент решаю, что лучше не делать этого, пусть и уверена, что ему известно наверняка, где я была и с кем. — Просто хотела подготовиться к.

— Пойдем со мной.

В его голосе сталь, глаза смотрят в упор, он поворачивается и идет через всю комнату для игры в покер. Какую-то секунду я раздумываю, что может лучше не следовать за ним, но в следующий момент покрываюсь мурашками и начинаю догонять. Он направляется к лестнице в VIP-комнату, и когда мы поднимаемся, охвативший меня жар усиливается. О, он прекрасно знает, что произошло. Но почему-то чувствую я себя иначе, чем в прошлый раз. На этот раз я задаюсь вопросом, действительно ли у меня неприятности из-за того, что я пропустила работу.

— Закрой дверь.

Я нервно сглатываю, поворачиваюсь и осторожно закрываю дверь, пока она не захлопывается, оставляя нас наедине. Оборачиваюсь и вижу, как он прислонился к небольшому бару, скрестив мощные руки на мускулистой груди. На нем белая рубашка с расстегнутыми сверху пуговицами, темные джинсы, и я таю под его пристальным взглядом.

— Я знаю, — глубоким голосом произносит Винс после очень долгого молчания. — Знаю, чем вы занимались прошлой ночью с Люком и Ноа.

Голос его резкий и раскатистый, и я дрожу, когда он разносится по комнате и надо мной.

— Винс, я.

— Сэр, — рычит он. — Я твой босс, и ты будешь обращаться ко мне «сэр». Тебе всё понятно?

Ох, кажется, у меня неприятности.

Я снова сглатываю и киваю.

— Да, сэр.

Взгляд Винса сужается, он поднимает руку и манит меня к себе, сгибая кончик пальца. Я послушно иду, пока не оказываюсь прямо перед ним.

— Вчера вечером ты наплевала на работу, — ледяным тоном говорит он.

Я киваю.

— Мне так жаль, я была.

— Я знаю, что ты делала, Тесс. — рычит он. Винс медленно обходит меня, кружа словно акула, вызывая дрожь от того, как его взгляд скользит по моему телу. Он дважды обходит меня, прежде чем останавливается позади, глубоко дыша где-то рядом. И я почти уверена, несмотря на все, что было раньше, меня вот-вот уволят. Но резко выдыхаю, когда неожиданно чувствую его руку, скользящую по моим волосам и сжимающую их в кулаке. Он тянет их настолько сильно, что я стону, а затем Винс поворачивает мою голову к себе. Его дыхание обжигает мою обнаженную шею, и я прерывисто вздыхаю, почувствовав, как он внезапно придвигается ко мне вплотную.

— Тебе понравилось? — мрачно спрашивает он.

Я кусаю губу, слегка дрожа и изо всех сил стараясь не хныкать, когда чувствую, как его губы касаются моей шеи.

— Отвечай, — рычит он.

— Да, — шепчу я.

Винс издает цокающий звук, его губы прямо у моего уха.

— Какая плохая девочка, — его глубокий голос сменяется мурлыканием. — Сбегаешь с работы, чтобы тебя вот так трахнули.

Мои глаза распахиваются, когда вздох срывается с моих губ. Он вжимается в меня, и я дрожу, чувствуя, как его очень твердый, очень толстый член прижимается к моему заду.

— Тебе понравилось, когда тебя трахали в задницу, как грязную маленькую шлюшку? — рычит он.

Я хнычу, растворяясь в происходящем, а мои трусики становятся мокрыми от его грубых грязных слов.

— Ответь мне, красавица, — шепчет он на ухо, когда я прерывисто вздыхаю.

— Да! — я стону, чувствуя, как его руки дразнят край моего черного коктейльного платья, а член пульсирует у моей задницы.

— Что «да», Тесс?

— Да, сэр.

— Хорошая девочка, — мурлычет он, заставляя мой пульс грохотать в ушах.

— Задери платье, — приказывает он, пока губы скользят по моей шее.

Я даже не колеблюсь. Наклоняюсь, хватаю подол своего маленького черного платья и медленно поднимаю его. Винс стонет, когда ткань скользит вверх по моей заднице, открывая его взгляду маленькие черные стринги. Он скользит рукой вверх по моему бедру, собственнически обхватывая задницу, прежде чем большим пальцем ныряет за пояс моих трусиков. Я всхлипываю, когда он ласкает меня ладонью, так и оставив большой палец внутри белья, и двигает руку чуть ниже. Винс накрывает мою киску поверх мокрой ткани трусиков, и когда пальцем скользит между моих лепестков, я тихо стону.

— Такая грязная малышка, — рычит он. — Держу пари, тебе понравился его член в твоей тугой маленькой попке.

Я вскрикиваю, когда его палец скользит по клитору, кивая в ответ на его вопрос и откидываясь на него всем телом.

— Достань мой член, — рычит Винс мне на ухо. — Протяни руку, достань мой член, и я хочу, чтобы ты дрочила его, касаясь своей непослушной попкой.

Моя голова кружится, тело дрожит, пока он снова и снова гладит мой клитор. Я тянусь назад, в это же самое время он стягивает трусики вниз, спуская их до середины бедра, после возвращая ладонь обратно к моей уже обнаженной, мокрой киске. Палец его легко проскальзывает внутрь, и когда ладонь сжимает мой клитор, я испытываю невероятный трепет и начинаю задыхаться от удовольствия.

Нахожу рукой молнию его брюк, тянут ее вниз. Я просовываю ладонь под ткань. Пульс подскакивает, когда пальцы сжимают его огромный, пульсирующий член. Освободив его через ширинку, я чувствую горячую головку своей голой задницей. Непроизвольно из моего рта вырывается стон.

— Ты думала, я расстроюсь, — стонет он, и в голосе его нет ни капли ярости.

— Я. Да, может, и так, — шепчу я. Он слегка наклоняет мою голову и яростно целует, пальцем проскальзывая во влажное влагалище, заставляя меня еще громче стонать в ответ.

— Почему? Меня не было рядом с Гейджем и Дейном. И с Ноа и Люком тоже.

— Мне показалось, что ты злишься, — медленно говорю я.

— И это тебя беспокоило.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы обдумать сказанное им, прежде чем я медленно кивнула в ответ.

— Да, так и было.

— Почему, Тесс? — он рычит, член пульсирует в моей руке, прижатый к моей заднице.

— Я. я не знаю.

— О, ты точно знаешь, — мурлычет он. — Просто не хочешь признаться себе в этом. Или мне, по-видимому.

Я перестаю гладить его, отстраняюсь и поворачиваюсь лицом к Винсу.

— Что?

— Ты боишься. — Глаза Винса сверкают, он придвигается ко мне, скользя руками по моей талии, и в следующую секунду крепко прижимает меня к себе. — Ты боишься тех чувств, которые испытываешь. Но, поверь, мы все тоже это чувствуем, и это точно также сбивает с толку и нас.

— И что вы чувствуете? — Мой голос такой тихий, будто я боюсь услышать ответ. И это правда, я боюсь, потому что знаю, что именно он имеет в виду. И мне страшно, что же это будет значить, если я признаюсь в этом сама себе или ему.

.Боюсь, потому что у меня появились чувства — очень сильные и очень яркие чувства — к пяти мужчинам, и я понятия не имею, что с этим делать.

— Тебе известно, что я чувствую, Тесс, — голос Винса напряжен. — Ты точно знаешь, что мы все чувствуем, и я уверен, ты тоже это чувствуешь. И поэтому тебе страшно.

Он качает головой и наклоняется, и прежде, чем я успеваю это осознать, Винс целует меня. Его поцелуй медленный и глубокий, позволяющий насладиться всеми чувствами, которые возникают во мне. Затем Винс медленно отстраняется.

— Тесс, я без ума от тебя, — хрипло произносит он. — Черт, да, мы все от тебя без ума.

Сначала у меня просто нет слов. Но в ту секунду, когда он признается, я знаю, что это то самое чувство, и назад пути просто нет. На мгновение мне становится снова страшно, пусть я и понимаю, что это только из-за Натана и его дерьма. Но также быстро, как этот страх появляется, также уверенно я подавляю его, отодвигая куда-то в сторону, позволяя сжигающему и прекрасному чувству в моем сердце становиться всё сильнее.

Нет. Я ни за что не позволю прошлым отношениям, которые принесли мне много боли, испортить настоящие — какими бы безумными в данный момент они не казались.

— Мы все влюбляемся в тебя, Тесс, — тихим глубоким баритоном произносит Винс, вызывая дрожь по всему моему телу. — И я хочу сказать тебе, что раньше такого никогда не случалось.

— Я думала… — качаю головой, пытаясь осознать происходящее. Пять удивительных, великолепных, просто невероятных мужчин влюблены в меня.

.И не могу скрыть, что эта мысль вызывает у меня трепет.

— Я думала, вы, ребята… ну, ты знаешь, что вы все.

— Делимся? — Винс закатывает глаза и качает головой. — Это случалось время от времени. Но такие отношения никогда не были настоящими и не походили на то, что поглощает полностью. И что самое особенное, такого не происходило сразу со всеми нами, — усмехается он. — Ты же понимаешь, что мы не какие-то роботы, связанные между собой коллективным интеллектом.

Я улыбаюсь, слегка прикусив губу.

— Думаю, можно сказать, что каждому из нас нравится определенный типаж, но в текущей ситуации кажется. — он замолкает, снова качает головой, не сводя с меня глаз. — В данном случае, похоже, ты в нашем вкусе. Вкусы всех пятерых совпали одновременно. Так что нет, Тесс, я не собираюсь лгать тебе и говорить, что для нас это обычная вещь, и что мы точно знаем, как с ней справиться. Но я могу сказать вот что. — Винс держит мое лицо руками, касаясь подбородка и посылая дрожь по всему телу. Он наклоняется. — Среди нас нет ревности. Мы давным-давно решили этот вопрос в отношении друг друга. Я не говорю, что я или кто-либо из нас точно знает, что делать, но конкуренции между нами не будет. Ни сейчас, никогда-либо.

Я улыбаюсь.

— Ты хочешь сказать, что выбирать мне не придется.

— Я хочу сказать, что не думаю, что ты можешь выбирать, — тихо произносит он.

— То есть всё или ничего? — Я сглатываю, моё лицо пылает.

Несколько секунд Винс просто стоит молча, большим пальцем проводит по моим губам, а затем нежно обхватывает лицо. Наконец он медленно кивает.

— Боюсь, что так.

Меня охватывает трепет и осознание сказанного им.

Всё или ничего.

Выбор, между тем, чтобы принадлежать одновременно нескольким идеальным мужчинам, которым я нравлюсь, или же не выбрать ни одного. Конечно, я хотела бы сказать, что воображение тут же рисует в голове эту горячую, сексуальную-фантазийную ожившую картину, но на самом деле сначала это не так.

Поначалу это скорее немного ошеломляет.

— Я.— отвожу взгляд, чувствуя, как мой пульс учащается. — Я даже не представляю, как всё это будет.

— Как и я, — глубоким голосом произносит Винс, обнимая меня. — Но мне этого очень хочется.

Мы стоим в тишине, прежде чем я медленно прижимаюсь к нему, касаясь щекой его твердой груди.

— Могу я подумать об этом? — наконец шепчу я.

Я чувствую, как он кивает, прежде чем поднять мою голову. Мы медленно придвигаемся еще ближе друг к другу, пока я не теряюсь в его поцелуе. Сначала он мягкий, но затем становится горячее и глубже, пока я не прижимаюсь к нему, пытаясь слиться воедино, целуя его со всей страстью, что бурлит во мне. Наконец, мы слегка отодвигаемся, тяжело дыша, в глазах каждого бушует огонь.

— Или, может быть, я просто начну с тебя?

Винс рычит, и я делаю резкий вдох, когда он скользит руками вниз, задирая платье еще выше и собственнически обхватывают мою голую задницу.

— Я надеялся, что ты это скажешь, — мурлычет он, касаясь губами моего уха, крепко прижимая меня к своему твердому члену. — Потому что считаю, теперь моя очередь заявить права на то, что я хочу сделать своим с тех пор, как увидел тебя.

Я всхлипываю, охваченная его жаждущим поцелуем, а потом резко вздыхаю от неожиданности, когда он разворачивает меня и прижимает к барной стойке.

— Наклонись вперед, детка, — рычит он. — Наклонись и покажи мне свою хорошенькую маленькую попку.

Глава 13

Тесс

Я резко выдыхаю, когда Винс сжимает мои волосы в кулаке, тянет их в сторону, и скользит губами по шее. Пальцами он нащупывает молнию на моем коротеньком платье, и одним движением тянет ее вниз. Платье падает к ногам, и я дрожу, чувствуя, как Винс прожигает взглядом мою кожу.

— Такая чертовски красивая, — стонет он, лаская руками мое тело. Пальцами дразнит мою кожу, ловко расстегивая застежку на лифчике, и я даже не думаю ему мешать.

Стону, когда он добирается до моей груди, обхватывая ее ладонью, пощипывая и дразня соски. Я снова растворяюсь в нем, чувствуя, как Винс плотно прижимается своим телом к моему, и его огромный член упирается в мои ягодицы. Он отстраняется, и краем глаза я вижу, как его рубашка оказывается на полу, а в следующую секунду он возвращается к моему телу. Винс словно дразнит меня, проходя легкими касаниями по моей груди, животу и бедрам. Скользит руками по ногам, до конца опуская трусики.

Он легко приподнимает меня над полом своими мощными мускулистыми руками, и я резко вздыхаю.

— Вот так, ангел, — рычит он на ухо, усаживая меня на барный стул с мягкой обивкой. Затем, немного развернув и приподняв так, чтобы я коленками опиралась на сиденье, он осторожно подталкивает меня вперед так, что я вплотную наклоняюсь к барной стойке. Винс тянет мою задницу назад, отчего я выгибаю спину, всхлипывая, когда чувствую, как он оглаживает руками мои бедрам, а его дыхание дразнит мою обнаженную киску.

— Еще с той ночи я умираю от желания снова ощутить твой вкус, — стонет Винс, придвигаясь ближе. Губами он прижимаются к моей попке, целуя одну ягодицу, а затем другую, и опускается ниже.

— Ммм. кажется, одна маленькая малышка уже течет и готова принять меня, — мурлычет он, заставляя меня стонать в ответ, когда пальцем скользит по моей мокрой, нетерпеливой киске.

— Может это потому, что кое-кто оказывает на меня такое воздействие, — выдыхаю я, снова застонав, когда чувствую, как он пальцами медленно потирает складки. Дыхание Винса обжигает мою кожу, пока его пальцы находятся внутри. И из меня невольно вырывается громкий стон, когда палец заменяет теплый, влажный, дразнящий язык. Винс рычит, проводя языком вверх и вниз по моей щели, раздвигая мои лепестки и проникая глубоко внутрь. Его стоны вибрациями проходят по всему моему телу, одновременно с тем, как его язык кружит над клитором, заставляя кровь в моих венах пылать.

Руками он сжимает мою попку, широко раздвигая полушария и крепко держа меня, словно я принадлежу ему. Одновременно его язык входит и выходит из моего отверстия. Кончиком языка Винс дразнит мой клитор, заставляя меня дрожать, а затем слегка втягивает его ртом. Он лижет киску глубокими, плавными движениями, заставляя мою голову кружиться от удовольствия. После чего продолжает эти движения, но уже поднимаясь чуть выше. Его коварный язык скользит к моей заднице, и когда он касается кончиком моего тугого колечка, я вскрикиваю.

— О, черт, — хнычу я, цепляясь за стойку бара, когда язык Винса скользит по моему анусу.

— Тебе нравится, — мурлычет он утвердительно, и снова быстро облизывает меня языком, в ответ вызывая резкий вдох.

Я нетерпеливо киваю, стоны — мой единственный ответ.

— Такая плохая девочка, — его дыхание касается моей кожи. — Которая моментально становится мокрой, стоит боссу полизать ее тугую маленькую попку. Твоя киска такая чертовски влажная для меня, и держу пари, она станет еще более влажной, если я буду и дальше дразнить этот идеальный и сексуальный зад.

Его язык плотно прижимается к моей заднице, и я вскрикиваю от удовольствия —заряд ощущений от происходящего сотрясает всё моё тело. Рукой Винс движется между моих ног, поглаживая киску, и его большой палец мягко скользит внутрь. Он прижимает его к передней стенке влагалища, поглаживая мою точку G и превращая все мое тело в желе, так как в это же время продолжает ласкать языком мою попку. Винс стонет, и я оглядываюсь достаточно, чтобы увидеть, что свободной рукой он крепко сжимает член, медленно его поглаживая. Капля жидкости блестит на кончике головки, спускаясь и покрывая его толстый, жилистый член, когда он двигает своей рукой вверх и вниз, одновременно вылизывая меня.

— Так нечестно, — стону я, глядя на его член и содрогаюсь, когда удовольствие захлестывает меня.

— О, мой ангел хочет попробовать? — он рычит, его язык атакует мое плотное колечко, в очередной раз заставляя меня хныкать в ответ.

— Да, — стону я.

— Какая заботливая девочка.

Винс отстраняется и медленно начинает вращать барный стул, пока я не оказываюсь лицом к нему. И вот его губы уже касаются кожи на моей шее, заставляя меня замереть на мгновение. И в этот же момент он скользит рукой между моих ног, чтобы погладить киску. Я опускаю руку к его члену, убирая его собственную, и обхватываю пальцами пульсирующую плоть. Черт, он такой гладкий и большой — и весь пульсирует от желания. Я придвигаюсь ближе, и Винс со стоном помогает мне. Сжимает мои волосы в хвост и направляет мой рот к своему большому члену. Губами я скольжу по головке и опускаюсь вдоль ствола, позволяя члену заполнить мой рот. Обхватив ладонями то, что не умещается во рту, я поглаживаю член Винса и одновременно начинаю сосать.

Винс продолжает ласкать меня руками. Одной ладонью касается моих мокрых от желания складок, другую кладет на попку. И из моего горла вырывается стон, когда он начинает меня дразнить. Два его пальца оказываются в моей влажной киске, в то время как пальцем другой руки он толкается в мою задницу. Это так приятно и заводит меня еще сильнее, что в ответ я только хнычу. Двигаю ртом всё быстрее, Винс стонет все громче, и я с хлюпаньем практически заглатываю его член до самого основания. А в это время он не останавливаясь продолжает трахать меня пальцами, двигая ими верх-вниз в моём теле.

— Блять, какие же у тебя охренительные губы, — задыхаясь, говорит он. — Черт, Тесс, ты просто напрашиваешься, чтобы я кончил в этот дерзкий ротик.

— О, прошу, пожалуйста, — стону я, немного отстраняясь и целуя его головку.

Винс издает полу-стон полу-смех.

— И если ты продолжишь так делать, то я кончу гораздо раньше запланированного. Но. — с рыком произносит он, резко замолчав, затем поднимает меня и медленно целует. — Но у меня на тебя другие планы, малышка.

Он подхватывает меня на руки, снова целует, прежде чем усадить обратно на стул. Только на этот раз мой зад оказывается на самом краю сиденья. Винс поворачивает меня так, что я оказываюсь лицом к нему, и когда он притягивает меня к своей обнаженной груди, чувствую, как его большой член дразнит мою киску. Он поглаживает свой член, а затем направляет его к влагалищу, полностью погружаясь в меня. Я вскрикиваю, когда его член растягивает складки моей вагины, от восхитительного ощущения, когда каждый его дюйм постепенно оказывается внутри меня, глубоко в моей киске.

Мы оба стонем, мои мышцы сжимаются, а его член пульсирует так горячо и глубоко внутри. Винс отстраняется, и снова входит в меня, крепко удерживая на краю стула. Это ощущается так пошло и одновременно так сексуально — то, как выгибается в этот момент моя спина, как зад отрывается от края стула, прижимаясь ближе к Винсу. Его большой член скользит внутрь и наружу, заставляя меня стонать в те моменты, когда он касается той самой точки внутри меня, и его ствол при каждом движении трет мой клитор.

Но вот он отстраняется, поглаживая себя и дразня мое отверстие головкой еще секунду.

— Я хочу сюда, — рычит он, направляя головку члена к моему анусу. Я всхлипываю, запретный жар наполняет мое тело и заставляет дрожать от удовольствия.

— Откройся, малышка, — выдыхает он мне в ухо. — Побудь для меня маленькой грязной шлюшкой. Позволь мне трахнуть эту тугую маленькую попку. Прими мой большой член глубоко внутрь.

Всё мое тело охватывает непередаваемое удовольствие, его слова и прикосновения увеличивают мою податливость до максимума. И вот он прижимает головку своего члена к моему тугому отверстию. Он давит еще немного, поглаживая мою киску другой рукой, до тех пор, пока его большая, толстая головка не начинает медленно входить внутрь.

— О, черт, — кричу я, вцепившись руками в барную стойку, и мое тело покалывает от наслаждения, когда чувствую, как он медленно раздвигает стенки и входит в меня. — О боже, он такой большой… — я стону, закусив губу. — Такой большой и чертовски приятный.

Винс рычит, толкаясь еще на дюйм, заставляя меня стонать еще громче.

— Прими мой член, ангел, — мурлычет он, проникая глубже. — Прими каждый его дюйм в свою горячую сладкую попку, пока не почувствуешь, как мои тяжелые яйца плотно прижимаются к тебе.

Он придвигается еще ближе, и когда я чувствую, как его тело прижимается к моему, знаю, что он наконец глубоко внутри меня. Я стону, он ритмично поглаживает пальцами клитор, а член пульсирует глубоко внутри моей задницы. Винс медленно отстраняется, оставляя во мне чувство опустошенности, отчего я недовольно хнычу, но затем он снова толкается, наполняя меня, и позволяя нашим телам сливаться воедино.

Винс собственнически сжимает мою задницу, в то время как другой рукой медленными кругами дразнит клитор. Он двигается вперед и назад, глубокими, целенаправленными движениями, вбиваясь в мою раскрытую попку. И в какой-то момент это развратное удовольствие начинает поглощать меня целиком. Я поворачиваю голову, и он целует меня, пока мы двигаемся в унисон. Его член наполняет меня снова и снова, и весь мир сосредотачивается только на этих движениях, заставляя меня принадлежать ему полностью. Я чувствую, как он становится больше, член набухает, Винс уже близко.

Как и я.

Он чуть сильнее надавливает на мой клитор, теребя его снова и снова, пока его толстый член глубоко входит в мою задницу. Мои уши наполняет его животное рычание, Винс обнимает и притягивает меня к себе крепче, когда я начинаю падать. Каждый его дюйм находится во мне, и когда он трет мой клитор нужным образом, весь мой мир начинает распадаться на кусочки. Я кричу, кончая для него, крепко сжимая его член, и пачкая его пальцы соками своего оргазма. Винс рычит, отстраняясь, а затем вгоняя каждый дюйм так глубоко, что я чувствую тот самый момент, когда и он кончает. Его горячая, липкая сперма течет в мою задницу, наполняя её до краев своим семенем. Мы оба тяжело стонем, кончая одновременно, пока едва можем дышать.

Я замечаю, как он осторожно выходит из меня, подхватывает мое тело на руки и переносит нас на диван, устраиваясь рядом. Винс крепко обнимает меня своими сильными руками, и целует медленно и глубоко.

Всё это время он держит меня в своих крепких и надежных объятьях.

И вот мы просто сидим и улыбаемся друг другу, когда я слышу шум где-то в казино под нами.

— Вот черт, — бормочу я, виновато поморщившись, — Кажется, мне нужно идти готовиться к работе.

Он усмехается, качая головой.

— Тесс, ты же в курсе, что на самом деле это не так.

— Что? — я пожимаю плечами. — Там должно быть весело.

Винс недовольно хмурит брови.

— Парни, которые придут сюда сегодня вечером, многие из них настоящие отморозки.

— Эй, но они же придут на ваш вечерний покер.

Он закатывает глаза, отчего я расплываюсь в улыбке, и качает головой.

— Нет, я серьезно, Тесс. Эти парни — плохие. Как насчет того, чтобы просто взять выходной на сегодняшний вечер?

— И стать той самой девушкой?

Он усмехается.

— И что же это за девушка?

— Та, который трахается с боссом, чтобы ей не пришлось работать.

Винс начинает смеяться, сотрясаясь всем телом. И затем притягивает меня ближе и целует в макушку.

— Разве именно поэтому ты трахнулась со мной?

Я широко улыбаюсь.

— Нет.

— Супер, тогда не иди на работу.

Я вздыхаю.

— Хорошо, а что, если Гейдж или Ноа придут и поработают со мной в баре? Они оба уже стояли за стойкой раньше, и никто не решится доставлять мне неприятности, если рядом будет кто-то из них.

Винс вопросительно приподнимает бровь.

— Звучит как предлог чтобы вдоволь обжиматься с Ноа или моим братом, пока ты работаешь.

Глядя на него, я прикусываю губу и выгибаю бровь.

— Возможно так и есть?

И на какую-то секунду я боюсь, что Винс начнет ревновать. Я задерживаю дыхание в ожидании, что вот-вот всё это «между нами пятью нет ревности» прекратится, и этот загадочный и великолепный мужчина разозлится, что меня привлекают Гейдж и Ноа. Не говоря уже о Люке и Дейне.

Но этого не происходит. И тогда я понимаю, что этого не будет просто потому, что они действительно так живут, а не делают вид. Винс и четверо других действительно думают так, как говорят. Они все влюблены в меня, и в этом нет никакой ревности.

.Дерьмо. Точнее, что, черт возьми, я сделала, чтобы заслужить их появление в своей жизни?

Кажется, я сказала это вслух, и Винс просто смеется, притягивая меня к себе и целуя.

— Просто ты невероятная, вот что, — бормочет он. — И у меня складывается впечатление, что по непонятным причинам никто никогда не говорил тебе, насколько ты чертовски идеальна. И точно заслуживаешь всё чертово счастье в этом грёбаном мире.

Мое сердце пропускает еще один удар, заставляя лицо расплываться в улыбке.

— Винс, я.

Он качает головой, прижимая палец к моим губам.

— Давай на этом и остановимся, — шепчет он, прожигая меня взглядом. — Послушай, я попрошу Гейджа или Ноа помочь тебе сегодня вечером. А ты можешь быть здесь столько времени, сколько потребуется. Душ в твоём распоряжении, если хочешь.

Я ухмыляюсь, застенчиво прикусив нижнюю губу.

— А ты не хотел бы присоединиться ко мне?

Стоит только Винсу посмотреть на меня, я вижу в его глазах голод и желание.

— О, боже мой, — рычит он, стиснув зубы.

— Только совсем ненадолго, — хихикаю я. — А потом мне действительно нужно будет вернуться на работу.

Я взвизгиваю, когда Винс внезапно встает, легко поднимает меня и перекидывает через плечо. Он шлепает меня по заднице, когда мы идем в ванную, и это снова непроизвольно вызывает у меня хохот.

— Быстро не обещаю, — рычит он. — Но клянусь тщательно вымыть каждый дюйм твоего тела.

Глава 14

Тесс

Несколько часов спустя ночь близится к концу вместе с турниром по покеру. Постепенно все больше и больше столов закрываются и объединяются, пока не остается только один — за которым происходит финальная игра.

Как я и ожидала, Гейдж всю ночь работал со мной за стойкой бара. В основном он просто украдкой дразнил меня, ненавязчиво касаясь моих бедер своим выпирающим через штаны членом, или легко целовал в затылок — все это заставляло меня буквально изнывать от желания. И пусть совсем недавно мы занимались невероятным, умопомрачительным сексом с Винсом в VIP-комнате. А потом в душе он опустился на колени и прижался ртом к моему клитору, оставаясь там до того самого момента, пока я не закричала от очередного оргазма.

Да, несмотря на все это, Гейдж заставил меня жаждать большего с той самой секунды, как встал со мной за стойку.

Постепенно, и особенно после разговора с Винсом, я перестала думать о «ревности», или о том, что она сможет разрушить крепкую дружбу, больше похожую на родство, между этими пятью мужчинами. В какой-то момент, хоть всё это было довольно ново для меня, беспокойство отступило. Парни точно не испытывали никого дискомфорта, и во время турнира каждый из них дал мне знать об этом по-своему. Так, почему бы и нет? Почему бы просто не признать, что происходящее между мной и этой пятеркой — настоящее безумие, но безумие хорошее? Может стоит это признать и принять?

Я сомневалась, потому что казалась себе какой-то вертихвосткой, что встречается и буквально жонглирует несколькими парнями. Но на самом деле в нашей ситуации всё совсем не так. Это — чем бы всё происходящее ни было — не жонглирование, и мне не нужно управлять чьими-либо ожиданиями. Потому что их желание — иметь возможность всем пятерым встречаться со мной, и, судя по всему, сейчас они всем довольны.

.Мне это определенно тоже подходит.

Раздается звонок, и большой красный войлочный стол посреди зала окружает оставшаяся толпа зевак — это те же мужчины в костюмах, что и в первый вечер, некоторые из них со спутницами. Из парней — из МОИХ парней, полагаю, я могу называть их именно так — за столом к моменту финальной игры остался только Дейн. Итак, там сидят Дейн, пара суровых мафиози, и огромный толстый русский парень с усами и хмурым взглядом, который пьет двойную порцию водки так быстро, что я всю ночь еле успевала «повторять» заказ.

Ставка обходит стол, и игроки медленно начинают выбывать, пока не остаются только Дейн и русский. Последний широко улыбается из-под усов, но его темные глаза сверкают не очень дружелюбно.

— Ставлю всё, — тихо и с сильным акцентом произносит он, толкая свои фишки в центр стола.

Гейдж, стоящий возле меня, не сдерживается.

— Блядь.

— Точно. — бормочет Ноа, прислоняясь к бару рядом с Винсом. Люк тоже здесь, руки скрещены на груди, и он наблюдает за происходящим с хмурым выражением лица.

— Что?

— Если Иван начинает делать большие ставки, это очень плохой знак, — рычит Гейдж себе под нос, наклоняясь чуть ближе ко мне. — Он не умеет проигрывать.

— И когда он делает большую ставку, то в девяти случаях из десяти — это просто попытка блефа, — добавляет Винс, нахмурив брови, наблюдая за происходящим.

— Думаешь, он вот-вот проиграет? — Я прикусываю губу, обеспокоенно глядя на Дейна, пока он обдумывает свой ход. — С такой суммой на кону?

Гейдж мрачно кивает.

— Да, это определенно не ставка из серии «У меня отличная рука». Это крик, мать его, умирающего лебедя. Он вот-вот всё просрёт, и когда это произойдет. — Он качает головой, стиснув зубы.

— Черт, я почти надеюсь, что Дейн проиграет хотя бы ради того, чтобы нам не пришлось иметь дело с одним из легендарных срывов Ивана, — шипит Ноа.

— Вскрываем, — в звенящей тишине произносит Дейн, и создается ощущение, что все люди в комнате буквально перестали дышать. Ни звука.

Дейн кладет свои карты, и пусть я, возможно, не очень разбираюсь в покере, но точно знаю, что пять карт подряд одной масти — это чертовски хорошо.

.Иван, очевидно, тоже об этом знает.

Он секунду пялится на руку Дейна, прежде чем внезапно взрывается потоком русских и английских ругательств. Бросая карты, он показывает на единственную пару троек, а затем вскакивает со стула.

— Ты, блядь, все подстроил! — рычит он, тыча пальцем в Дейна.

— Я подстроил, что напившись ты хреново играешь? — кричит в ответ Дейн, вскакивая на ноги.

— Дерьмо, вот и началось, — стонет Гейдж.

— Ты, мать твою, жульничал!

— Полегче, Иван, — Винс делает шаг вперед, подняв руки. — Ты немного выпил, мы все хорошо провели время за игрой.

— И твой маленький друг, черт возьми, украл мои деньги!

— Успокойся, Иван.

Эти слова, кажется, еще больше выводят Ивана из себя. Внезапно все его лицо краснеет, и он начинает выкрикивать что-то на русском. В ту же секунду несколько парней в комнате — его парни — резко достают из своих пиджаков пистолеты. В комнате воцаряется хаос, так как внезапно все хватаются за оружие — всё вокруг представляет собой смесь криков и ярости. Гейдж матерится и резко дергает меня вниз под стойку, накрывая своим телом.

— Эй! Эй! — орёт Винс, делая шаг вперед и высоко поднимая руки. — Давайте-ка немноооооого притормозим, джентльмены!

Я украдкой выглядываю из-под руки Гейджа и осматриваю зал. Парни, похожие на мафиози, направили оружие на русских. Дуло пистолета Ноа указывает на Ивана. Иван наставил пистолет на Дейна, а дуло пистолетов русских указывают на всех остальных в зале.

— Ты знаешь правила, — рявкает Винс. — Прекращай! Никакого насилия во время игры! — рычит он.

— Ты слышал этого человека, русский ублюдок, — презрительно произносит один из парней бруклинской мафии. — Опустили свои гребаные пистолеты!

— Это вы опустите оружие! — рявкает в ответ Иван.

— Пошел на хрен!

— Сам иди на хрен!

В эту секунду можно было почувствовать, как напряжение вокруг стало еще тяжелее, так как ситуация обострилась еще больше. Мои парни тычут в каждого человека в комнате и кричат, чтобы все заткнулись. Бруклинцы решили, что это их шанс выразить свою позицию против русских, а Иван и его подручные точно не собираются отступать.

Но вдруг краем глаза я замечаю нечто, что привлекает мое внимание. Я отвожу взгляд от всей этой напряженной ситуации, готовой принять самый страшный поворот, и пытаюсь сосредоточиться на том, что происходит в стороне. Я вижу Рика — наш вечно хмурый бармен, который постоянно разговаривает по телефону. И сейчас он стоит и хмурится, как обычно, но на этот раз что-то не так.

.Я понимаю, что у него в руках совсем не телефон. Это пистолет, и в данный момент взгляд Рика прикован к Дейну, и он осторожно подкрадывается к нему сзади.

В этот момент я не думаю, просто действую.

Толкая Гейджа в сторону, я бросаюсь к ряду бокалов, стоящих на задней стенке бара. Хватаю рукой большой тяжелый пинтовый стакан, и пока ситуация в зале медленно достигает критической точки, я делаю шаг назад, отклоняюсь, прицеливаюсь и со всей силы бросаю стакан. Всё вокруг словно замедляется, я наблюдаю, как стакан летит в воздухе, крутясь и медленно вращаясь, пока…

Получилось!

Стакан разбивается о голову Рика, и внезапно все поворачиваются на звук. Он кричит, пистолет выпадает из его руки, когда он сжимает свое окровавленное лицо и падает на пол.

Полагаю, это именно то, что нужно для отвлечения внимания.

Парни из мафии вместе с Люком и Ноа, внезапно делают резкое движение, повалив на пол отвлекшихся на мгновение русских и отбрасывая в сторону их оружие. Винс взрывается, бросаясь на одного из охранников Ивана и опрокидывает здоровяка на землю. Дейн разворачивается, его глаза расширяются, когда он переводит взгляд на пистолет, разбитое стекло, Рика, а затем прямо на меня.

И вдруг все резко прекращается.

— Хватит! Хватит! — Иван поднимает руки вверх, качая головой, и неуклюже поднимается на ноги.

Рик все еще стонет, но внезапно все внимание сосредотачивается на нем, потому что он начинает бормотать ругательства. на русском.

— Что это, черт возьми, такое? — шипит Гейдж.

Иван хмурится.

— Оставьте его в покое.

— Кого? Его? — Гейдж перескакивает через барную стойку, подходит к Рику и, тыча в него пальцем, в этот момент смотрит прямо на Ивана. — Ты хочешь сказать, что нужно оставить в покое вот этого?

Острым носком ботинка он пинает Рика в бок, заставляя парня взреветь от боли. Иван пытается сделать шаг в их сторону.

— Иван, — угрожающе шипит Винс.

— Он мой племянник, ясно?! — плечи Ивана опускаются, выражение его лица становится еще более угрюмым. — Он сын моей сестры. Господи, он просто пытается быть полезным и послушным мальчиком для семьи, вот и все.

— Хороший мальчик, который пробрался сюда под предлогом работы, чтобы быть твоими глазами внутри нашего клуба, так? — во взгляде Винса пылает ярость, когда он смотрит на главного русского.

Иван молчит.

— Это его ты называешь хорошим парнем, хотя он подкрадывался ко мне сзади, чтобы застрелить из-за гребаной карточной игры? — Дейн кипит от злости, глядя на Рика сверху вниз и угрожающее шагает вперед, вынуждая испуганного парня отползти подальше.

— На сегодня игра окончена, — рычит Винс. — Выкиньте их, нахрен, отсюда.

Парни из мафии помогают Ивану, Рику и остальным русским подняться по лестнице и выбраться из этого места прежде, чем Гейдж тянет одного из старших мафиози в сторону.

— Спасибо, Сэл.

Пожилой итальянец ухмыляется, достает из кармана пиджака сигару и пожимает плечами.

— В любое время, парень. — Он похлопывает Гейджа по щеке прежде, чем повернуться, чтобы уйти. — В следующем месяце у меня?

— Только если там не будет русских, — бормочет Винс.

— Ну, и какое же тогда веселье? — Сэл подмигивает парням, прежде чем повернуться ко мне. — Чертовски удачный бросок, мисс. Уверен, «Янкинс» нашли бы, что сказать по этому поводу.

Он ухмыляется, приподнимает шляпу, а затем следует за остальной толпой вверх по лестнице. Люк подходит и захлопывает дверь, запирая ее на сложный замок.

— Ты в порядке? — Гейдж вопросительно приподнимает бровь, смотря на Дейна, который кивает в ответ.

— Да, я… — он замирает и резко поворачивается в мою сторону. И не успеваю я опомниться, как он шагает прямо ко мне, подхватывает на руки и крепко целует. У меня кружится голова, когда он сильнее прижимает меня к себе и яростно целует. Стоит ему отстраниться, я вижу, как другие парни просто улыбаются, смотря на нас.

— Привет, — тихо выдыхаю я. — Что это было?

— Не считая того, что ты спасла мою задницу? — он усмехается, — Просто я чертовски без ума от тебя, Тесс. — он качает головой, все еще ухмыляясь, и крепко обнимает меня. — Ты знаешь, как трудно играть в покер, когда ты, блядь, стоишь прямо здесь?

Моё лицо расплывается в улыбке, и я чувствую, как сердце подпрыгивает в груди.

— Вообще-то. — где-то в стороне произносит Гейдж, прочищая горло. Я оборачиваюсь и вижу, как он оглядывается на четырех других парней, прежде чем повернуться ко мне. — На самом деле, полагаю, я скажу за всех — каждый из нас без ума от тебя.

— Послушай, я знаю. мы знаем, что это не совсем обычно, и так не принято, — добавляет Ноа. — И я не хочу, чтобы ты думала, что это какой-то странный фетиш или что-то в этом роде, где мы все должны делить тебя, или типа того.

Я широко улыбаюсь.

— Просто никто из нас не испытывает ревности, когда дело касается друг друга, — медленно произносит Люк. — Между нами всё совсем по-другому. Поэтому, когда в этом идеальном шторме появилась ты, оказавшись именно той, которую каждый из нас искал. — Он пожимает плечами, делает шаг вперед, улыбается, а затем наклоняется, чтобы нежно поцеловать меня. — Полагаю, именно поэтому мы и оказались здесь.

— Так что насчет тебя? — тихо произносит Гейдж, поворачивая меня лицом к себе.

— А что насчет меня?

Он нервно сглатывает, и впервые я вижу выражение, которое не могла себе представить на его дерзком, уверенном лице.

— Как ты себя чувствуешь после всего этого? Я имею в виду, что, да, мы все спокойно относимся к этому, но мы-то уже понимаем, что всё это немного странно. И еще я знаю, что тебе, возможно, не понравится идея.

— Я в деле. — отвечаю я, не думая ни секунды, потому что в этом нет необходимости.

Мне не нужно время, чтобы обдумать свои слова, ведь я внезапно абсолютно всем своим сердцем понимаю: я хочу их всех, как вместе, так и по отдельности.

И пусть пока слишком странно говорить о таком вслух, но всё, что я чувствую в данный момент, всё это касается каждого их них.

— Чем бы это ни было, — медленно говорю я, глядя на каждого из них. — Я в деле, я с вами.

Парни широко улыбаются, глаза сверкают, когда они подходят ко мне.

— Что ж, думаю, такое нужно отметить, — шепчет Гейдж мне на ухо, прежде чем притянуть меня ближе.

Глава 15

Тесс

— Вот так мы и получили это место.

Дейн откидывается на спинку стула, допивая пиво. Он и все остальные только что закончили рассказывать мне, как пятеро детей из бедных семей Квинса оказались владельцами самого успешного и самого процветающего ночного клуба во всем Нью-Йорке.

.Конечно, покер.

— Любой, кто говорит тебе, что это умение, а не удача, — гребаный идиот, — усмехается Люк. — Поверь мне, это именно удача.

— Если только речь не про Дейна, — смеется Ноа. — В его случае это чистое гребаное мастерство. Или же он просто продал свою душу дьяволу и скрыл это от нас…

— Ты серьезно? — ухмыляется Винс, поднимая бокал. — Да, он умеет хранить секреты также плохо, как и мой брат.

Мое лицо начинает покрываться румянцем лишь при одном воспоминании, как Винс дал мне понять, что в курсе произошедшего между мной, Дейном и его братом. Но лицо пылает скорее от голода, чем чего-либо другого. Это определенно не смущение — больше нет.

— Конечно, тогда нам еще и Сэл помог, — добавляет Гейдж, имея в виду пожилого итальянца, поучаствовавшего в конфликте с Иваном. — Я имею в виду, он не дал нам мафиозный кредит, где на кону бы стояли наши коленные чашечки, а просто одолжил денег на обычных условиях за довольно низкий процент.

— Сэл и наш дед вместе воевали, — тихо произносит Винс. — Да, он конечно мафиози, но для нас Сэл скорее, как член семьи.

— И вот ты здесь, в самом крутом ночном клубе города, в подвале которого, так уж получилось, есть подпольное казино.

Парни смеются, Люк обнимает меня и наклоняется, целуя в макушку.

— Эй, не нужно забывать о своих корнях. Мы впятером когда-то начали играть в карты, и те парни, что приходят играть сюда каждый месяц, могут быть немного отталкивающими, но… — он пожимает плечами. — Думаю, нам просто нравится помнить, откуда всё же мы вышли.

— Тем не менее, повезло, что эти парни из Квинса оказались именно здесь, — говорю я с улыбкой.

— Нет, это не везение, — ухмыляется Дейн. — Это мастерство.

Винс закатывает глаза.

— Скажем так, мы проделали довольно долгий и тяжелый путь. А удача пришла позже.

Я расплываюсь в улыбке, когда понимаю, что он смотрит прямо на меня, и его глаза сверкают. Мое лицо начинает пылать, когда внезапно до меня доходит, что он имеет в виду.

— Удача пришла в тот день, когда ты вошла в нашу жизнь, — тихо говорит он, приближаясь ко мне. Дейн тянет меня к себе, отрывая от Люка, притягивает ближе и обнимает. — Знаю, что говорил это раньше, но я должен. мы должны. убедиться, что ты понимаешь, во что ввязываешься, прежде, чем всё зайдет еще дальше.

— Я понимаю, о чем ты, — тихо говорю ему. — И я знаю, что это означает…

— Мы поняли всё в ту самую секунду, как увидели тебя, Тесс, — пронзая меня взглядом своих зеленых глаз, напряженно произносит Ноа. — Каждый из нас знал с самого начала, и поэтому ни у кого не возникло и вопроса.

Я делаю глубокий вдох и понимаю, что знала заранее, что произнесу следующие слова.

— Я тоже.

Все пятеро ухмыляются, и не успеваю я опомниться, как они придвигаются вплотную. Ноа целует меня первым, притягивая к себе и прижимаясь своими губами к моим. Его поцелуй настойчивый и глубокий, и я задыхаюсь, голова кружится, когда он немного отстраняется.

Следующим подходит Люк, и я ловлю себя на мысли, насколько же все они разные. Поцелуй Люка такой же глубокий и сексуальный, но в нем столько нежности, что я просто таю в его объятиях. Дейн обжигающе горяч, его язык жадно находит мой и заставляет кончики пальцев сжиматься от удовольствия. В этом они с Гейджем похожи, но у Гейджа есть та самая самоуверенность, которой можно наслаждаться бесконечно. А еще есть Винс, и его поцелуй — самый глубокий и страстный. Винс обладает мощью, которая заставляет меня чувствовать, что я вот-вот оторвусь от земли и никогда больше не вернусь назад.

Парни отстраняются, хотя и не отходят от меня далеко.

— Итак, Тесс, — Гейдж хитро улыбается, обнажая свои идеальный зубы. — Кто из нас лучше всех?

— Чувак, — Люк поворачивается и бьет его по руке, в то время как моё лицо становится ярко-красного цвета.

Я понимаю, что он имеет в виду. Но тот факт, что мы все понимаем, о чем речь, не потрясает меня, не заставляет замолчать и не вызывает какого-либо ханжеского шока, как это могло быть до того, как все случилось. Наоборот, сейчас это только разжигает во мне огонь, и мой разум начинает прокручивать последние несколько дней, которые я провела с каждым из них — последние несколько совершенно умопомрачительных, изменивших мою жизнь дней с этими мужчинами, встречу с которыми я ни за что не могла бы предугадать.

И правда в том, что все они разные, как и их поцелуи. И мне нравится, что они такие разные. Мне нравится, как Винс шепчет мне на ухо всякие грязные и пошлые слова. Мне нравится, как Ноа требует, чтобы я кончила. Я в восхищении от необъяснимого чувства, которое испытываю при взгляде на чертовски сексуальное тело Люка, по сравнению с которым я такая хрупкая и крошечная, и именно его член входит в меня так плотно и глубоко. Мне нравится, что Гейдж точно знает, как, когда, насколько сильно или нежно нужно прикоснуться, чтобы заставить меня полностью потерять рассудок. А язык Дейна вытворяет со мной такие вещи, о которых я даже не мечтала.

По правде говоря, я не уверена, что когда-нибудь смогу выбрать кого-то одного, потому что в них есть что-то такое, что делает каждого уникальным.

Так что да, я понимаю, что Гейдж имеет в виду, когда произносит эту фразу, но все равно решаю прикинуться невинной, просто чтобы посмотреть, к чему это приведет.

— Ты имеешь в виду, кто из вас лучше всех целуется?

Я мило улыбаюсь и вижу искорки огня в его глазах.

— Нет, красавица, — рычит он, подойдя вплотную и притянув меня к себе. — Я хочу знать, кто трахнул тебя лучше всех.

Его слова вызывают у меня стон, и когда он улыбается, я чувствую, как жар пульсирует у меня между ног. Я делаю глубокий вдох и отстраняюсь от него, глядя на этих пятерых невероятных, великолепных, нежных, заботливых и сильных мужчин.

— Все вы, — отвечаю я, пожимая плечами и прикусив губу. — Каждый из вас невероятен в том, чтобы заставить меня чувствовать себя великолепно, но каждый делает это по-своему. И я думаю, что именно это мне и нравится…

Гейдж улыбается, кивая.

— Ты же понимаешь, что не этот ответ мы ждали, но думаю, на этот раз не будем настаивать.

— Возможно, мне стоит попробовать вас всех еще раз и уже тогда я посмотрю, изменится ли что-то.

В моей голове эта фраза звучала как шутка, но как только слова слетели с губ, в комнате воцаряется тишина.

Похоже, будто воздух вокруг начинает постепенно нагреваться. Мое дыхание становится медленнее и глубже, и я чувствую, как всё моё тело пульсирует сильнее и сильнее.

В голове я пытаюсь перечислить все причины, почему происходящее может быть плохой идеей. Мне хочется напомнить себе, что я стою перед той чертой, переступив которую я словно сделаю что-то, как говорят, «грязное», «неправильное», или «распутное». Но самое интересное в том, что я так не считаю. В этом нет ничего плохого, и если то, чего мне хочется всем сердцем — это грязно или распутно, тогда так тому и быть. Но, это не кажется неправильным, черт возьми.

— Тесс… — Винс смотрит на меня взглядом, в котором смешались неприкрытое желание и вымученная улыбка.

— Я не шучу. — Перевожу взгляд с одного на другого, давая понять, что имею в виду каждого из них.

— Я тоже без ума от вас, ребята — от всех вас. И если уж я собираюсь шагнуть с этого обрыва в пропасть подобных отношений, то планирую быть в них на все сто процентов. — Я делаю глубокий вдох. — И я, черт побери, готова прыгнуть без оглядки.

Опускаю взгляд прежде, чем снова посмотреть на них, все пятеро по-прежнему молчат, но глаза их сверкают.

— Послушайте, если вы, ребята, не хотите.

Я не успеваю закончить фразу, потому что внезапно Дейн притягивает меня к себе, прижимает губы к моим и целует с таким желанием, которого я никогда не знала. Я стону в ответ, когда чувствую, как еще четыре руки двигаются по моему телу. Чьи-то губы находят мою шею, а еще одни касаются с другой стороны. И я нетерпеливо вдыхаю, целуя Дейна. Третья пара губ находит заднюю часть моей шеи, и я задыхаюсь, когда внезапно чувствую, как кто-то тянет молнию на моем платье, следуя губами за ней вниз.

Чувствую, как меня слегка отклоняют от Дейна и поворачивают так, что я оказываюсь лицом к лицу с Ноа, который рычит, когда его губы прижимаются к моим. Руками он скользит по моей груди, обхватывая ее и дразня соски через ткань платья. Кто-то ласкает рукой мою задницу, и я слышу чье-то горячее дыхание. Все мое тело трепещет от этого наэлектризованного гудящего чувства, словно все клеточки моего организма включились одновременно. Руки крепко обнимают мое тело, и кто-то поцелуем касается моей кожи, когда я отстраняюсь от Ноа. Меня поднимают, и я стону удовольствия, когда чувствую, как ногами обхватываю чью-то мускулистую талию, пока мы все начинаем двигаться куда-то в сторону.

Когда меня усаживают, я понимаю, что нахожусь на одном из покерных столов, покрытым красным сукном.

Это происходит. Это действительно происходит.

Мои соски возбуждены и выпирают через ткань платья, кровь в венах кипит, а трусики пропитаны влагой. Всё это из-за предвкушения того, что вот-вот произойдет.

.Скоро я буду принадлежать всем пятерым.

Одновременно.

Я не боюсь, не нервничаю и не волнуюсь. На самом деле, я никогда не была более готова, или более возбуждена, или хотела чего-то так сильно, как хочу их в этот момент.

С моего тела сорвали платье, лифчик и трусики отправились следом, и вот я уже касаюсь спиной мягкой поверхности стола. Я стону, целуя одного, а затем другого, и вот пять великолепных, возбужденных и готовых мужчин напротив начинают раздеваться. Рубашки падают на пол, и у меня кружится голова, когда я рассматриваю точеные торсы, татуировки, рельефный пресс, мощные руки и все остальное. Затем следуют штаны, и внезапно передо мной появляются пять очень твердых, очень больших и очень красивых членов.

.И все для меня.

— Последний шанс отказаться, красавица, — мурлычет Гейдж, мышцы на его теле перекатываются, когда он забирается на стол и нависает надо мной. Я стону, когда он скользит рукой по моему животу, между грудей, добираясь и касаясь подбородка. По обе стороны от меня появляются руки, парни начинают гладить мое тело, кто-то скользят вверх по бедрам.

— Последний шанс сделать выбор, — снова рычит он, наклоняясь ко мне. — Тесс, это последний шанс, чтобы.

— Я ваша, — выдыхаю я, наклоняясь и глубоко целуя его, затем отстраняюсь и обвожу каждого взглядом, пытаясь передать то невыносимое желание, которое не чувствовала никогда прежде.

— Я полностью ваша.

— Тогда устраивайся поудобнее, красавица, — слышу я, как Люк рычит мне в ухо. — Потому что мы собираемся сделать тебя нашей гребаной королевой.

Глава 16

Тесс

Каждый дюйм моего тела покалывает в предвкушении, когда десять рук устраивают меня на мягком войлоке. Чьи-то пальцы касаются моей кожи, осторожно приподнимая и заставляя завести руки над головой, другие раздвигают ноги, и вот все пятеро парней тоже оказываются на столе.

— Расслабься, красавица, — мурлычет Дейн мне на ухо. — И просто наслаждайся.

Я так и поступаю.

Делаю вдох, ощущая, как по телу пробегает дрожь. Ноа целует меня первым, когда все пятеро придвигаются ко мне, я тихо стону, когда наши языки сплетаются. Два других рта целуют мою грудь, руки дразнят бедра и живот, двигаясь к моим соскам. Губы захватывают и сосут розовые маленькие бугорки, в ответ я выгибаю спину и стону, глубже целуя Ноа. Поднимая взгляд, я вижу, как Гейдж и Дейн опускаются к моим ногам. Они раздвигают их, и в тот момент, когда вдвоем начинают целовать бедра, меня захлестывает дикое желание.

Язык — кажется, Гейджа — находит киску, и когда он скользит по моим лепесткам, я чувствую, как новый взрыв удовольствия пронзает меня. Другой язык присоединяется к нему, дразня и облизывая внутреннюю сторону бедра, в то время как первый поднимается выше к клитору. Его кончик кружащими движениями проходится по маленькому бугорку, заставляя меня издавать нечленораздельные звуки прямо в губы Ноа. Второй язык дразнит вход, вызывая головокружение. Дейн еще шире раздвигает мои ноги, и его язык скользит по моему второму отверстию, а его друг обхватывает губами мой клитор и начинает нежно посасывать.

Винс и Люк целуют и слегка покусывают мои соски, когда Ноа отстраняется. Он опускается между моих бедер и слегка касается Гейджа, который в последний раз скользит по моей киске, прежде чем отойти. Ноа занимает его место, язык кружит возле моего клитора, а Гейдж поцелуями прокладывает путь вверх к животу.

Пять мужчин касаются меня своими ртами, пять боссов, в которых я по уши влюбилась, владеют моим телом — все пятеро выказывают мне свое обожание, используя языки, губы и кончики пальцев.

Кто-то целует мои бедра, а язык возле моего заднего прохода совершает настойчивые движения, заставляя мой крик удовольствия растворяться в воздухе тускло освещенной комнаты. Чьи-то зубы скользят по мягкому изгибу моей груди, и уже в следующую секунду губы смыкаются вокруг твердого, возбужденного соска — его посасывают до тех пор, пока удовольствие не пронзает всё моё тело. Кто-то раздвигает пальцами складки вагины, язык проникает глубоко в мое отверстие, и еще один дразнит мой клитор. Чьи-то губы — влажные от моих собственных сладких соков — находят мои, и я стону, когда язык играет с моим.

Меня поворачивают на бок, и чьи-то губы скользят по моей спине, целуя и дразня каждый позвонок. От возбуждения я вскрикиваю, выгибая спину, и ощущая пронизывающий всё моё тело жар. Кто-то хватает меня за задницу, широко раздвигая ягодицы и чей-то язык толкается глубоко, трахая это отверстие ртом. Пальцы скользят в мою киску, сгибаясь внутри, и в этот же момент губы сжимают мой клитор.

Ощущения, не сравнимые ни с чем, что я когда-либо чувствовала. Словно каждый дюйм моего тела дразнят и подталкивают к краю наслаждения до тех пор, пока я не разлечусь на мелкие кусочки удовольствия. Одни губы скользят по моей шее, покусывая и посасывая нежную кожу. Другие целуют изгиб моей попки, отталкивая чей-то рот и занимая его место, проходят языком по коже. Тот, кто находится между моих бедер, издает глубокий стон, который вибрацией отдается по моему телу, дразня клитор и заставляя меня хныкать в ответ. И я уже чувствую приближение оргазма, сопротивляться которому не способна. И эта лавина внутри меня начинает нарастать с каждой секундой.

Давление растет, желание разгорается сильнее, и вот каждая частичка меня сжимается, готовая взорваться.

— Кончи для нас, красотка, — мне на ухо рычит Винс. — Я хочу, черт возьми, увидеть, как ты кончаешь. Хочу смотреть, как твоя кожа пылает, как дрожит твоя спина, как крепко сжимаются твои ноги. Хочу услышать, как сладкие звуки срываются с этих мягких, сексуальных губ. Я хочу, чтобы эти идеальные розовые соски затвердели, когда мы заставим тебя кончить так, как ты никогда раньше не кончала. И когда мы это сделаем, — рычит он мне на ухо, — А мы сделаем, я хочу, чтобы эта сладкая маленькая киска была покрыта соками, чтобы мы все могли их испробовать. А потом. — он стонет, проводя руками по моему телу, — А потом мы будем делать это снова и снова. Так что не сопротивляйся, малышка, — глубоким голосом произносит Винс, — Не сдерживайся, ни с нами, никогда-либо. Кончи для нас, Тесс. — шепчет он мне на ухо, когда остальные четыре языка подталкивают меня к краю.

— Сейчас. Я хочу, чтобы ты кончила сейчас.

Его пальцы сжимают мой сосок, язык на клиторе двигается всё быстрее, а тот, что дразнит мою задницу, толкается глубже.

— Кончи для нас, Тесс.

Я кричу, когда оргазм взрывается удовольствием в моём теле. От таких ярких ощущений и чувств в глазах белые вспышки света. Я продолжаю издавать стоны удовольствия, содрогаясь всем телом и закрыв глаза. Я никогда не кончала так сильно. И сравнить мне определенно не с чем. Такое чувство, что я покинула свое тело — как будто нахожусь в гребаном космосе, когда они впятером целуют, кусают, сосут, лижут и дразнят меня прямо во время самого большого, самого интенсивного оргазма за всю мою жизнь.

Зрение становится туманным, голова кружится, я забываю, как дышать, пока, наконец, всем телом не падаю на покерный стол.

Хватаю ртом воздух, все тело дрожит и вибрирует, мои соки стекают по бедрам, оставляя следы на обивке. Чьи-то руки держат меня, тела придвигаются ко мне и прижимают меня к столу. Я стону, когда меня целуют в губы, а кто-то касается поцелуем моей шеи. Пять пар рук проходятся по каждому дюйму моего тела, снова разжигая мое желание, пока я не начинаю хотеть большего.

— Еще, — выдыхаю я.

— О, не волнуйся, малышка, — рычит Люк. Мои глаза открываются, взгляд останавливается на нем, когда Люк опускается на колени рядом. Отчего мой взгляд опускается между его ног.

О, черт возьми, да.

Одной рукой он поглаживает свой огромный член, головка распухла и покраснела, бусинка смазки на кончике стекает по его стволу.

— Мы планируем дать тебе сильно больше, чем ты когда-либо представляла, — мурлычет он.

Меня переворачивают на спину, и я резко вдыхаю, когда Дейн завладевает моими ногами. Он поднимает мои колени на свои мускулистые плечи, сильными руками крепко держа мои бедра, и прижимает свой толстый член к моему входу.

— Да, — стону я, когда головка члена проскальзывает внутрь. Он толкается еще глубже, я вскрикиваю, когда большой член раздвигает стенки влагалища. Дюйм за дюймом он скользит внутрь, а я все еще стону, требуя большего, и чувствую, как рядом начинает двигаться Люк. Я хнычу, открывая рот для его огромного члена, и охватываю головку своими губами. Мой язык дразнит дырочку на кончике головки, из горла вырывается стон от ощущения вкуса его солено-сладкого эякулята. С другой стороны подходит Винс, запуская руки в мои волосы. Я поворачиваюсь от Люка к нему, и на вдохе провожу языком по его члену.

Чей-то рот опускается на мою грудь, посасывая и покусывая. Дейн толкается сильнее и глубже, и от его восхитительных движений я громко стону, одновременно посасывая член Винса. Развернувшись к Люку, я облизываю и дразню его член, пока языком не нахожу его тяжелые, набухшие, наполненные спермой яйца. Гейдж на коленях придвигается позади моей головы, и когда я поднимаю взгляд, то вижу, как он стонет, наблюдая за мной, поглаживая свой пульсирующий член. Я задыхаюсь, отстраняюсь от Люка и открываю рот уже для него.

— Да, открой свой сладкий ротик, малышка, — стонет он. — Моя очередь.

Он толкает свой член глубоко, получая в ответ от меня всхлипывания из-за ощущения его члена, упирающегося в стенку моей глотки. Рядом со мной рычат Люк и Винс, поглаживая себя и стоя напротив моего тела, и когда пара мускулистых бедер размещается с краю от меня, я стону.

Происходящее становится еще более возбуждающим и интенсивным, чем я когда-либо чувствовала, но мне кажется, будто не могу насытиться ими. Как будто мне нужно больше.

Ноа сидит сверху, его член скользит между моих грудей. Эти движения посылают дрожь по всему телу. Он сжимает мою грудь и начинает толкаться вперед и назад, вставляя свой член между ними и тем самым позволяя мне всеми клеточками кожи чувствовать каждый дюйм его горячего, пульсирующего ствола. Винс и Люк придвигаются, и когда я отодвигаюсь от Гейджа, открываю рот, высовываю язык и одновременно начинаю дразнить головки их членов. От таких развратных горячих, но новых для меня игр, кружится голова, но мне все равно. На самом деле, я никогда не была так возбуждена. Я тянусь руками вверх и обхватывают их члены, и когда мой язык танцует на набухших головках, я чувствую, как их липкие сладкие капли стекают по моим губам.

Дейн стонет у меня между ног, его большой палец скользит по моему клитору, пока он трахает меня глубокими, размеренными движениями. Он не спешит, но его толчки так целенаправленны и так глубоки, что уверена, если он продолжит в том же духе, я точно потеряю голову (в самом лучшем смысле). Дейн отстраняется, от чего я недовольно всхлипываю, но Гейдж тут же опускается между моих ног и занимает его место. Одним толчком его член входит в меня, наполняя до предела, тем самым заставляя меня кричать от удовольствия. Он собственнически хватает меня за задницу, я обхватываю ногами его идеальную, мускулистую талию, и Гейдж снова и снова входит в меня, пока я не начинаю хныкать, требуя большего.

Люк стонет, отстраняясь и хватая ртом воздух, мышцы на его теле перекатываются, а толстый член пульсирует. Люк рычит от удовольствия. Дейн занимает его место, и когда он прислоняет свой член — такой влажный и скользкий от моей киски — ко мне, я открываю рот и жадно всасываю его внутрь. Его вкус — это мои соки. И его. Словно мы двое смешались в одно целое, и мне это безумно нравится.

Гейдж медленно выходит из меня, и когда остальные немного отодвигаются, он поднимает меня. В этот момент он стоит на коленях на столе, и положив мой ноги себе на бедра, придвигает меня так, чтобы его член упирался прямо в мою вагину. Он тянет меня на себя, и когда моя тугая, мокрая киска охватывает его набухшую головку члена, который дюйм за дюймом погружается в меня, я откидываю голову назад и стону. Чьи-то губы скользят вниз по моей спине, а сильные руки крепко сжимают мою задницу. Ноа широко раздвигает меня, и когда его губы опускаются ниже, я понимаю, что он задумал. Я вскрикиваю от ощущения его языка, дразнящего мой плотно сжатый задний проход, в то время как его друг наполняет мою киску каждым дюймом своего прекрасного члена.

Люк, Дейн и Винс стоят вокруг нас, и весь мой мир вращается, когда я тянусь ко всем троим.

— Черт, Тесс, — рычит Люк, застонав, когда я обхватываю губами его член. — Ты выглядишь охуенно, принимая нас всех пятерых.

— Соси этот член, красавица, — стонет Дейн, поглаживая свой собственный член. Я поворачиваюсь в его сторону, и стону с его членом у себя во рту, когда Гейдж начинает входить в меня, а Люк и Винс настойчиво и крепко сжимая, гладят свои стволы. Я вздрагиваю от ощущения языка Ноа, который касается моего ануса. Я чувствую, как он прислоняется ко мне сзади, и толстая головка его члена прижимается к моему тугому маленькому кольцу. От восхитительных ощущений я просто кричу от удовольствия.

— Возьми их оба, малышка, — стонет Винс. — Расслабь свою милую попку, и впусти его внутрь. Черт, я хочу посмотреть, как ты кончишь, пока они оба будут внутри тебя.

Ноа стонет, подаваясь вперед, и когда его головка проскальзывает внутрь, мы оба вскрикиваем от невероятного кайфа.

— Такая, мать его, тугая, — стонет Гейдж, его член пульсирует внутри меня. Я снова стону, и когда Винс стискивает челюсти и притягивает меня к себе, я широко раскрываю рот. Его член скользит по языку, растягивая мои губы. Ноа продвигается немного вперед, и по мере того, как его большой член сантиметр за сантиметром скользит глубоко в мою задницу, я чувствую, как все мое тело напрягается, словно готовится взорваться. Он продолжает входить, его толщина растягивает меня так сильно, что я вскрикиваю, когда чувствую его яйца на своей заднице.

Давление, удовольствие и грубая пошлость происходящего настолько велики, что прежде, чем я это осознаю, оргазм настигает меня. Они даже не успевают сделать хотя бы движение, как я начинаю кончать.

Сильно.

Я стону, обхватив член Винса ртом, пульсирующий ритм пронзает моё тело, и они втроем заполняют меня и растягивают так, как я никогда раньше не чувствовала. Гейдж стонет, его член пульсирует внутри меня.

— Черт, в тебе так охрененно, когда ты кончаешь, детка, — рычит он, стискивая зубы и втягивая воздух. — Продолжим дальше, милая?

Я могу только кивнуть в ответ, постанывая от чистого удовольствия. Он отклоняется, оставляя внутри только головку, прежде чем ворваться обратно, и как только он это делает, Ноа выходит из меня почти полностью. Я стону, дрожа в экстазе, когда они начинают вот так по очереди входить и выходить — Ноа погружается глубоко в мое заднее отверстие, когда Гейдж вытаскивает член, а затем наоборот — когда Гейдж входит до упора между моих ног.

Винс стонет вместе со мной от удовольствия, пока я продолжаю держать ртом головку его члена. Он отстраняется, хватая ртом воздух, прежде чем Люк занимает его место. Винс и Дейн встают по обе стороны от меня, и я на автомате протягиваю руку и обхватываю их члены.

Сейчас меня имеют пятеро мужчин. Пять парней с накаченными телами и идеальными членами стонут и рычат, заставляя мое тело испытывать то, что я раньше никогда не чувствовала. Чьи-то руки касаются моей кожи, а два члена в моих ладонях пульсируют от возбуждения. Член Люка сочится сладко-соленым соком на мой язык, а Гейдж с Ноа трахают меня все быстрее и быстрее, пока я не начинаю сомневаться, что могу чувствовать себя лучше, чем сейчас.

— Черт, Тесс, — стонет Гейдж, уткнувшись лицом мне в грудь. Губами он находит мой сосок и сжимает его, продолжая вбиваться в меня. Я чувствую, как моя влага стекает между нашими бедрами, и ощущаю пульсацию его члена глубоко внутри. — Я сейчас кончу, красавица, — задыхаясь признается он. — Кончи со мной. Сделай так, чтобы эта сладкая, тугая маленькая киска кончила на мой член, когда я наполню тебя своей спермой.

Я часто и резко дышу, слегка подаваясь вперед, когда Ноа рычит, глубоко проникая в мою задницу, крепко сжимая меня руками вместе с Гейджем. И я теряю самообладание.

Я кончаю с громким стоном удовольствия, и чувствую, как Гейдж рычит, вонзая до упора свой член, а затем кончает и он. Его горячая, липкая сперма вливается в меня, наполняя так сильно, что часть её просачивается между нами и стекает по моим бедрам. Он продолжает скользить внутрь и наружу, трахая меня прямо во время оргазма, пока я не начинаю ловить воздух ртом. Гейдж медленно целует меня, и начинает осторожно выходить. Ноа придерживает меня руками, и я всхлипываю, когда он тянет нас назад, ложась на спину. Я оказываюсь на нем сверху, и его член все еще глубоко в моей заднице.

Люк в ту же секунду оказывается между моих ног, поглаживая свой толстый член. Он прижимает свою огромную головку к моему липкому отверстию, немного подразнивая. Я чувствую, как сперма Гейджа продолжает вытекать из меня, но Люк, кажется, совсем не возражает. Он встречается со мной взглядом, и когда наклоняется, то обхватывает мое лицо одной рукой и горячо целует.

— Наша, — шепчет он, заставляя мое сердце биться сильнее.

Его большой член скользит между моими половыми губами, и когда он медленно наполняет меня, я стону ему в рот.

Они с Ноа снова начинают двигаться медленно, но постепенно ускоряясь. Дейн придвигается ко мне, и я жадно прижимаюсь губами к его набухшим яйцам, втягиваю их ртом. Я слышу, как подо мной стонет Ноа, его бедра качаются вверх и вниз, наполняя меня снова и снова.

— Ох, твою мать, — охает он, прежде чем я чувствую, как он скользит максимально глубоко и начинает кончать. Я делаю резкий вдох от ощущения его горячей густой спермы, которая проникает глубоко в мою задницу. Его яйца касаются моей кожи, когда одна струя спермы следует за другой, полностью заполняя меня.

Люк замедляется, а затем осторожно выходит, помогая мне слезть с Ноа. Мы снова меняем положение, и на этот раз я уже сижу верхом на Люке, расположив ноги по обе стороны от его мускулистых бедер, а он ложится на спину. Я опускаюсь на него, откидывая голову назад и царапая ногтями его твердую грудь. Его прекрасный член наполняет меня. Ноа поворачивает мою голову и крепко целует меня, прежде чем я вижу, как он соскальзывает со стола и направляется в ванную, чтобы привести себя в порядок.

— Моя очередь, детка, — слышу я хриплый голос Винса. Одной рукой он запутывается в моих волосах, притягивая меня таким образом, что я приподнимаюсь и опускаюсь на большом члене Люка. Другой крепко сжимает мою задницу, заставляя меня выгнуть спину и остановиться. Винс сосредотачивается на моей заднице, и когда он входит внутрь, я хватаю ртом воздух.

— Чёрт, какая же ты сексуальная, — стонет Люк, поглаживая меня по бокам, пока его друг медленно наполняет мою задницу своим членом. — Не понимаю, как мы вообще жили всё это время без тебя?

От его слов я всхлипываю, а Люк притягивает меня к себе и целует, заглушая стон удовольствия. В это же самое время Винс погружается до упора. Вдвоем они начинают медленно трахать меня, одновременно входя и выходя, и каждую секунду все мое тело словно взрывается от удовольствия. Гейдж и Дейн придвигаются по обе стороны от меня, и я жадно открываю рот, когда они оба прижимают члены к моим губам. Два толстых, шикарных члена дразнят мои губы, широко раздвигая их в процессе. Языком я облизываю один, а затем другой, проходя по нижней части члена и обхватывая губами головки, в то время как Винс и Люк трахают меня в унисон.

Даже в самых смелых мечтах я не могла представить, что когда-то буду делать что-то подобное. А что теперь, когда я встретила их и влюбилась, и вот сейчас мы здесь?

.Теперь я даже представить не могу, что когда-то их не было в моей жизни.

Наши движения становятся более резкими и быстрыми, одна кульминация сменяется другой, пока я просто не начинаю парить в море чистого удовольствия. Я понимаю, что Ноа уже вернулся и снова забрался на стол. Поглаживая мои волосы руками, он подводит меня к своему члену, и я беру его глубоко в рот. Мои тихие стоны и мужские глубокие голоса наполняют огромную комнату, и в какой-то момент всё, что я слышу, это мужчины, которых я люблю, и которые стонут от удовольствия, когда делают меня своей.

Стон Люка, который находится подо мной, усиливается, его большой член набухает еще сильнее, когда он крепко сжимает меня в своих мощных руках. Губы Винса находят мою шею, и когда он рычит мне в ухо, я чувствую, как реальность вокруг начинает вращаться.

— Будь хорошей девочкой и кончи для нас, Тесс, — просит он, и в эту же секунду его член глубоко вбивается в мою задницу. — Кончай на наши члены, пока каждый из нас не оставит внутри и на тебе всё до последней капли.

Гейдж громко стонет, и когда он откидывает голову назад, запуская руку в мои волосы, я знаю, что он тоже близко.

Мы все на грани, и остановить это уже невозможно.

Мускулистые тела прижимаются ко мне, а мощные руки крепко сжимают тело, удерживая, пока пять великолепных членов скользят в меня и из меня, и пока всё перед моими глазами не становится одним расплывчатым пятном.

— Кончи для нас, малышка, — стонет Люк. — Я хочу посмотреть, как ты кончаешь. Прямо. Мать его. Сейчас.

В эту самую секунду реальность взрывается, и я падаю в самый центр самого большого оргазма в моей жизни. Я громко кричу, все тело сотрясается в экстазе, когда удовольствие пронзает каждую частичку, каждый нерв, каждую мою клетку. Люк оглушительно рычит, загоняя свой огромный член глубоко в мою тугую, сжимающуюся вагину. И тоже кончает. Его сперма пульсирует глубоко внутри, наполняя меня снова и снова, и он продолжает совершать поступательные движения. За ним следует Дейн, член которого оказывается глубоко в моем горле. Горячая солено-сладкая сперма заполняет мой рот, и я жадно глотаю, постанывая от удовольствия. Винс ревет, когда вбивается так глубоко, что я чувствую момент, как он начинает кончать в мою задницу. Его брат и Ноа не отстают, и я хнычу, чувствуя, как горячие струи их липкой, густой спермы брызгают на мою грудь. Я отодвигаюсь от Дейна, жадно всасывая член Гейджа внутрь и глотая еще одну порцию его спермы. Поворачиваюсь к Ноа и делаю тоже самое, в то время как Люк и Винс постепенно замедляют свои движения, пока мы, наконец, не останавливаемся полностью, лишь вздрагивая после сумасшедшего оргазма.

Я едва могу двигаться.

У меня все болит, но тем восхитительным образом, какой только можно себе представить. Я чувствую их следы на коже, и на губах, и глубоко внутри себя, и это такое сильное и сексуальное чувство, что почти готова никогда больше не принимать душ и просто оставить всё так, как есть.

Люк и Винс осторожно помогают мне приподняться, и все пятеро медленно поднимают меня со стола. Люк подхватывает меня своими большими руками, неся, как ребенка, и одновременно остальные двигаются вокруг, чтобы нежно погладить мои волосы и поцеловать в щеки.

— Сюда, любовь моя, — шепчет Гейдж, когда мы все направляемся к двери в задней части комнаты для покера. Нам открывается вход в маленькое фойе, и Винс нажимает ряд кнопок на клавиатуре, которая открывает другую дверь, на этот раз в лифт.

Я наполовину засыпаю в объятиях Люка, когда мы подъезжаем, и двери лифта открываются на большом, слабо освещенном кирпичном и обитом деревом чердаке.

Улыбнувшись, я спрашиваю:

— Еще одно ваше секретное место?

Винс ухмыляется.

— Просто квартира над клубом, которая принадлежит нам.

— А в ней есть кровать? — сонно бормочу я, утыкаясь носом в грудь Люка.

— Да. Она достаточно большая, чтобы на ней разместились шесть человек, — шепотом произносит Ноа, поглаживая меня по волосам. — И ещё душ, который вместит нас всех.

— Идеально.

Мы вшестером входим в огромный душ со стеклянными перегородками — горячая вода успокаивает кожу, когда десять рук нежно моют меня. Десять рук вытирают меня насухо и несут к огромной кровати. Пять пар губ целуют меня на ночь, и когда все пятеро парней окружают меня, поочередно обнимая, я знаю, что никогда не чувствовала ничего даже отдаленно похожего на эти надежные, чувственные и, в общем.

— Я люблю вас, — шепчу в темноту, закрывая глаза. — Люблю всех вас, и каждого в отдельности.

На секунду в воздухе повисла тишина, прежде чем чьи-то губы осторожно находят мои.

— Я тоже тебя люблю, — бормочет Винс.

Еще одно лицо склоняется надо мной, нежно касаясь губами моих.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет Гейдж.

— Я люблю тебя, Тесс, — рычит Люк, глубоко целуя меня.

— Черт, я люблю тебя, — стонет Ноа.

— И я тоже тебя люблю, — заканчивает Дейн, нежно целуя меня.

Это последнее, что я слышу перед тем, как провалиться в сон — пять признаний от пяти мужчин, которые украли мое сердце.

Эпилог

Тесс

— Мы опоздаем, если ты не прекратишь.

Пораженная его словами, я все равно довольно стону и поворачиваюсь к Гейджу, качая головой.

— Если не прекращу? — тихим голосом уточняю я, покрываясь мурашками, когда он снимает бретельку моего платья с одного плеча и начинает стягивать его вниз. Две пары губ прижимаются с обеих сторон моей шеи, заставляя меня урчать от удовольствия, когда чья-то рука скользит по моей заднице.

.Ну, да, то, что мы опаздываем на открытие, уж точно не будет моей виной, когда эти пятеро, кажется, не могут оторваться от меня. Просто для протокола, я не жалуюсь.

— Тогда чья же это рука у меня под юбкой? — я делаю резкий вдох, удивленно выгибая бровь, и пытаюсь посмотреть на Гейджа, пока он скользит рукой вверх по моему бедру. Но все, что у меня получается, это выражение чистого желания.

— Просто перестань быть такой чертовски соблазнительной, — рычит Люк у меня за спиной. Я чувствую, как его толстый член прижимается ко мне, и когда Люк, помогает спустить платье до талии, только постанываю, выгибаясь назад.

— Я серьезно, Тесс. Чувак прав, — Дейн отстраняется от моей шеи ровно настолько, чтобы прорычать следующую фразу мне на ухо, посылая дрожь через всё тело. — Ты просто чертовски соблазнительна. — Заверяет он, обхватывая мою обнаженную грудь, дразня ноющий розовый сосок.

— Без лифчика, — рычит Ноа мне в другое ухо, протягивая руку, чтобы коснуться другой груди.

Я не надела его под черное вечернее платье, потому что мне сказали этого не делать. И лифчик — не единственная вещь, от которой я решила сегодня отказаться.

Они стягивают оставшуюся часть платья с моих бедер, позволяя ему упасть, и я слышу и чувствую, как все пятеро рычат, когда ткань оказывается на полу.

— Черт, детка, — мурлычет Гейдж, скользя рукой по моему животу, и когда его пальцы дразнят мою скользкую, мокрую киску, я громко стону.

Сегодня важная ночь. Торжественное открытие «Тузов», новейшего и самого модного ночного клуба Нью-Йорка. И мы, все шестеро, приложили руку к его созданию. Видите ли, дела в «Сияние» идут просто великолепно, а вся пресса просто помешалась на пяти молодых успешных красавчиках из Квинса, поэтому сейчас самое подходящее время для расширения. «Куй железо, пока горячо», и всё такое, верно?

И вот, с помощью еще одного щедрого займа от Сэла и благодаря новому креативному директору — вашей покорной слуге — новый клуб в Сохо готов к грандиозному открытию сегодня вечером. Там будет два знаменитых ди-джея, суперкрутая и известная рок-группа, а список VIP-гостей длиной с мою руку.

.И кажется, мы точно опоздаем. А еще кажется, мне тоже все равно.

— Какая плохая девчонка, — мурлычет Винс, подходя ближе ко мне и одновременно снимая смокинг. Боковым зрением я вижу, как остальные начинают стаскивать с себя одежду, и тоже направляются ко мне, отчего мой пульс учащается.

— .без трусиков, — рычит он, его голос резок, и когда он просовывает руку между моих ног, то чувствует, что я чертовски влажная.

А как по-другому, если жить с этими пятью? Да, я всегда мокрая.

Ах да, полагаю, я еще не упоминала об этом. Мы съехались. Потому что… ну, а почему бы и нет? В конце концов, пятеро из них уже и так очень близки, а присоединившись к ним, я только укрепила эту связь. Пентхаус огромен — он достаточно большой, чтобы у всех нас имелось свое собственное пространство, хотя в конечном итоге мы проводим время как можно ближе друг к другу.

И нет, мы не живем в бесконечной оргии.

Конечно, бывает много ночей, когда мы вшестером лежим в одной большой кровати вместе, а мои пятеро мужчин дразнят каждый дюйм моего тела и заставляют чувствовать себя настоящей королевой. Но бывают моменты, когда я провожу ночь только с двумя из них. Или даже только с одним. В этом вся прелесть того, что у нас есть. Нет никакой ревности — ни к ним пятерым, ни ко мне.

— Мы. о-о-о, — стону я, когда парни прижимают меня к своим возбужденным телам. Рубашки и брюки падают на пол, и я довольно мурлычу, когда пять толстых, больших членов освобождаются у меня на глазах — все для меня.

О, а я не единственная, кто сегодня не надел нижнее белье. Это своего рода заранее спланированная акция, которая начиналась как шутка, но в конечном итоге превратилась в реальность, когда мы уже собирались отправится на мероприятие. Думаю, нет смысла говорить, что я чувствую, когда нахожусь в окружении пятерых невероятно красивых и суперсексуальных мужчин, которые к тому же являются исключительно моими и которые, как оказалось ничего не носят под этими брюками?

Да, я уже вся влажная и возбужденная. И это на всю ночь.

Люк оглаживает рукой мою задницу, Дейн и Ноа встают по обе стороны от меня, дразня мою грудь. Гейдж и Винс передо мной, руками они раздвигают мои ноги, и я непроизвольно делаю вдох, когда все пятеро одновременно прижимаются к моему телу. Пять пар губ касаются моей кожи, проходя по линии шеи, спине, губам, груди и животу. Гейдж падает на колени, застонав, когда раздвигает мои ноги и медленно проводит языком по моей влажной киске. Я протяжно стону, руками хватаясь за его волосы. Мои ноги начинают подрагивать.

Люк рычит, целуя спину, двигаясь ниже, и наконец я ощущаю, как его рот скользит по моей попке.

— Мы. о, черт, — выдыхаю я. — Мы действительно опоздаем.

— А мне действительно наплевать, — рычит Винс, обхватывая ладонями мое лицо и приглушая стоны яростным поцелуем. Я наклоняюсь и скольжу одной рукой вокруг его члена, ощущая всю толщину, в то время как другой тянусь к Дейну. Ласкаю оба члена, проходя руками вверх и вниз, а язык Люка в это время продолжает кружиться по моей заднице, заставляя меня громко стонать.

Меня поднимают на руках, и мое дыхание учащается, когда они впятером переносят меня к большому офисному столу возле тонированного окна, выходящего на район Сохо в Манхэттене.

— Лучшего времени для торжественного освящения твоего нового офиса и не придумаешь, — мягко ухмыляясь, мурлычет Ноа мне на ухо. Они садят меня на край и начинают осторожно убирать мои вещи со стола, но я просто отшвыриваю всё вместе с документами.

— Какая нетерпеливая маленькая девочка, — дразнит Дейн, его глаза сверкают, когда он гладит свой член и подходит ко мне.

Я всхлипываю, когда он целует меня, а затем мягко подталкивает так, что оказываюсь спиной на столе. Они переворачивают меня на бок, руками придерживая одну из ног в воздухе, в то время как Винс и Ноа поцелуями и посасываниями прокладывают пусть вверх по моим бедрам. Я вскрикиваю, когда Ноа скользит языком по моему клитору, а стоит Винсу с рычащим стоном прижаться языком к моей заднице, просто улетаю в космос. Дейн располагается на столе рядом со мной, и стонет, когда проводит руками по моему телу. Он находит ртом мои соски, посасывая один, а затем другой, разжигая огонь внутри.

Люк и Гейдж смотрят, медленно поглаживая свои большие члены с набухшими венами, прежде чем я подзываю их голодным взглядом. Сначала мои губы скользят по члену Гейджа, из горла вырывается стон удовольствия, когда я провожу языком по его толстой головке. Он отстраняется, после чего Люк занимает его место. Скользнув рукой в мои волосы, он потянул их достаточно, чтобы я застонала, почувствовав, как его член скользит по моему языку.

Дейн двигается между моих ног, и я вскрикиваю, когда неожиданно они втроем начинают нажимать на те точки моего тела, которые с каждой секундой всё быстрее подводят меня к краю пропасти. Три языка двигаются по коже, кружась по моей заднице, дразня мой клитор и раздвигая мои лепестки, чтобы попробовать нектар моего желания. Кричу от удовольствия, обхватив губами член Люка, тело сжимается все сильнее и сильнее, и в следующую секунду я взрываюсь. Оргазм волной проходит через всё моё тело, оставляя дрожать, хныкать и желать большего.

И мои парни всегда рады и готовы услужить.

Винс рычит и приподнимается, а когда его член прижимается к моей заднице, я вскрикиваю.

— Черт, я мечтал об этом весь день, — стонет он, когда его толстая головка прижимается к моему тугому кольцу. — Откройся мне, детка. Открой свою попку и позволь заполнить тебя каждым дюймом моего члена.

Язык Ноа кружит по моему клитору, и, когда я вскрикиваю, Винс внезапно вводит головку внутрь.

— О, черт, — мои глаза закатываются от удовольствия, когда его большой член медленно раздвигает стенки. Ноа тоже выпрямляется, закидывая мою ногу себе на плечо, и просовывает свой член в мою мокрую киску. Стоны наполняют комнату, когда он оказывается во мне, и когда они вдвоем медленно заполняют меня до краев, я теряюсь в происходящем.

Гейдж стонет, возвращая свой член к моим губам, и я жадно принимаю его внутрь. Я поворачиваю голову и позволяю своему языку танцевать над головкой Люка, дразня маленькую щель на кончике. Дейн присоединяется к ним, и внезапно три больших, толстых набухших члена прижимаются к моим губам. Я задыхаюсь, мир вокруг вращается, и я позволяю губам двигаться от одного, к другому, к третьему. Языком я дразню их троих, и звуки, которые издают эти три шикарных сексуальных парня, стонущих от удовольствия, в сочетании с двумя другими, которые в унисон трахают меня между ног, толкают мое тело к грани, после которой оно разлетится на миллион кусочков.

Дейн наклоняется ко мне, пальцами подразнивая клитор, в это время Ноа продолжает вбиваться в меня своим большим членом. Мои стоны с каждой секундой становятся все громче и громче.

— Мы точно опоздаем, — рычит Гейдж, поглаживая себя, пока я обхватываю губами член Люка. Я чувствую, как мое тело жаждет большего, когда смотрю на белые капли эякулята на кончике члена, которые стекают по пульсирующему стволу. Люк находит мои соски, дразнит их руками до приятной ноющей боли, и его член пульсирует между моими губами. Я отстраняюсь, задыхаясь и хватая ртом воздух и чувствуя, как внутри меня, словно лесной пожар, начинает нарастать еще один оргазм.

— Это ты виноват, — задыхаюсь я, вскрикивая, когда Винс, низко рыча, скользит своим большим членом глубоко в мою задницу. Ноа стонет, его рифленые, мускулистые бедра напрягаются, когда он входит глубоко, позволяя мне почувствовать каждый его дюйм.

— Тогда лучше поторопись и кончи для нас еще раз, красавица, — хрипло рычит Дейн, когда я ртом нахожу его тяжелые яйца. — Будь хорошей девочкой и кончай на эти большие члены. Кончи для нас, пока мы растягиваем твою сладкую киску и наполняем твою тугую маленькую попку спермой.

Он сжимает пальцами клитор как раз в тот момент, когда Ноа и Винс входят так глубоко, что кульминация внезапно снова настигает меня.

Ноа стонет со мной в унисон, двигаясь все быстрее и быстрее, продолжая трахать скользкую тугую киску прямо во время моего оргазма. Внезапно его член начинает пульсировать глубоко внутри, и я чувствую, как его мышцы сжимаются, и в следующий момент он кончает. Я вскрикиваю, когда его горячая, густая сперма наполняет меня — извергается глубокими, мощными импульсами, опустошая его яйца.

Винс стонет, часто и глубоко дыша, пытаясь немного замедлить свой оргазм. Не забывая ласково гладить мою кожу, пока я бьюсь в конвульсиях от сумасшедшего удовольствия.

Ноа отстраняется, и внезапно его место занимает Дейн.

— Моя очередь, — стонет он, поглаживая член и проводя головкой вверх и вниз по моим половым губам. Я хнычу, глядя вниз и наблюдая полными вожделения глазами, как он толкает головку внутрь, и сразу же вгоняет член по самые яйца. Чувствую, как между нами стекает сперма Ноа, и даже если я привыкла к тому, что они делятся ею в этот момент, это все равно такое безумно грязное и сексуальное чувство, что все мое тело дрожит от удовольствия. Он свирепо рычит, когда начинает вгонять свой член в мою липкую, заполненную киску, и когда Винс начинает делать то же самое позади меня, я могу только громко всхлипывать.

Люк стонет, подводя свой член к моим губам, когда Гейдж обхватывает свой член рукой и начинает дрочить. Ноа наблюдает за происходящим, мурлыча мне в ухо всякие нежности и дразнит своим рукам мою кожу, пока впятером они заявляют на меня права и делают своей — как всегда.

Все становится размытым, и когда я снова кончаю, мне кажется, что весь мир вокруг меня начинает вращаться. Я слышу, что Винс стонет всё сильнее, когда вбивается глубоко, наполняя мою задницу своей горячей спермой и заставляя мое тело изнывать от удовольствия еще сильнее, прежде чем отстраняется. Гейдж занимает свое место как раз в тот момент, когда Дейн рычит, входя в меня глубоко, и начинает кончать. Он выходит из меня, и я хнычу, чувствуя, как его горячая сперма наполняет мою киску.

— Знаете, — задыхаясь произношу я, когда Гейдж стонет и вгоняет свой член глубоко в мою задницу. — На случай, если вы всё же забыли, после этого я всё еще должна присутствовать на открытии клуба.

Дейн ухмыляется, оборачиваясь, чтобы крепко поцеловать меня.

— Я не забыл, — мурлычет он, и я всхлипываю, чувствуя, как Дейн скользит рукой между моих ног. Он размазывает вытекающую сперму по моему клитору, заставляя меня стонать от удовольствия.

— Дело в том, Тесс, — признается с лукавой улыбкой он, — что я хочу, чтобы ты была покрыта нами, когда мы будем праздновать открытие клуба сегодня вечером. Я хочу, чтобы на тебе осталась метка каждого из нас, и чтобы весь этот вечер ты чувствовала нас всех на своей коже под этим платьем. Будешь ли ты пожимать руки и позировать для фотографий с прессой, — рычит он, пока пальцами погружается и выходит из моей наполненной спермой вагины, — я хочу иметь возможность оглянуться и знать, что мы все у тебя на коже. И, черт возьми, это точно заставит мой член снова возбудиться, — мурлычет он, всё еще скользя пальцами по клитору.

Своим признанием он практически заставил меня кончить снова, но внезапно Дейн отстраняется и улыбается.

— Теперь очередь Люка.

Я стону, когда Люк двигается между моих ног, его огромный член тверд как камень и пульсирует, когда он двигает своей мощной рукой вверх и вниз по нему.

— Откройся, малышка, — рычит он, прижимаясь своей головкой к моему скользкому и влажному отверстию. Он толкается внутрь, и я громко стону от удовольствия, когда Люк погружается каждым дюймом своего члена глубоко в меня.

Винс, Ноа и Дейн стоят рядом, медленно поглаживая все еще твердые члены и дразня мое тело руками, пока Гейдж и Люк входят и выходят из меня. Я кончаю снова, а затем еще раз, когда Гейдж шлепает меня по заднице, а Люк скользит пальцами по моему клитору.

— Черт, детка, — стонет Гейдж, сжимая мою попку.

— Ты заставишь меня кончить, красавица, — следом рычит Люк, его глаза не отрываются от моих, когда он плавно скользит во мне своим большим, великолепным членом. — Кончи вместе с нами, — мурлычет он. — Я хочу почувствовать, как ты освобождаешься и приходишь к пику с нами.

После этих слов я приближаюсь к краю всё быстрее и быстрее, окруженная пятью великолепными мужчинами и утопающая в любви, которой мы делимся друг с другом.

Еще некоторое время назад я и подумать не могла, что увижу, как они кончают, а теперь не могу представить себе жизнь без них.

— Кончи для нас, малышка, — требовательно рычит Ноа, поглаживая свой член, другой рукой, скользя по моим соскам.

— О, да, будь хорошей девочкой и заставь эту киску кончить на его член, — стонет Винс, сжимая и разжимая пульсирующий член в своем кулаке. Кровь в моем теле бурлит, кожа пылает, и каждая клетка начинает взрываться.

Гейдж стонет, входит максимально глубоко, и когда палец Люка скользит по моему клитору, а Ноа сжимает сосок, весь мир вокруг меня взрывается.

Я кричу, когда умопомрачительный оргазм сотрясает меня, и все тело сжимается, пока волны удовольствия проносятся сквозь тело словно ураган. Я чувствую, как Гейдж в последний раз глубоко толкается в меня и его тоже накрывает оргазм. Его горячая сперма растекается по моей заднице. Люк рычит, мышцы его пресса перекатываются, а бицепсы напрягаются, когда он погружается в меня до последнего дюйма и тоже следует моему примеру. Я чувствую, как он пульсирует глубоко внутри, его липкая сперма заполняет меня, пока не начинает просачиваться между нами. Ноа, Винс и Дейн кончают следом, и я дрожу от удовольствия, чувствуя, как их горячая сперма брызгает на мою кожу.

Святое. Дерьмо.

Мир вокруг вращается, перед глазами лишь размытое пятно. В этот момент Гейдж и Люк медленно выходят из меня. Осторожно с нежностью и заботой пятеро моих парней помогают мне подняться.

Их губы находят мои, один за другим, пока я словно безумная не начинаю хихикать от чистого счастья.

— О, Боже, мы всё-таки опоздали на открытие, да?

Все пятеро ухмыляются, смотря на меня одновременно самодовольно, озорно и с голодом в глазах.

— О, поверьте мне, я не жалуюсь, — заверяю я, медленно соскальзывая со стола на дрожащие ноги и постанываю от сладкого удовольствия.

— Я точно не собирался проходить через всё это мероприятие сегодня вечером, не попробовав тебя, — рычит Ноа, продолжая ласкать мою кожу.

Гейдж хихикает, притягивая меня ближе, и глубоко целует.

— Согласен, у нас не было ни единого шанса.

Я ухмыляюсь, прикусывая губу и все еще чувствуя, как через меня проходят затихающие волны моих безостановочных оргазмов.

— Хорошо, мне нужно принять душ, прежде чем мы.

— Э-э-э, красавица, — Дейн останавливает меня, обнимая за талию, притягивая к себе и медленно целуя. — Помнишь, что я сказал.

Я краснею, мое тело трепещет от охватываемой страсти, когда его язык касается моего.

— Я хочу, чтобы ты была покрыта нами, — рычит он мне в губы. — Мы хотим, чтобы в тот момент, когда ты будешь спускаться вниз поприветствовать толпу, твое тело было покрыто и отмечено нашими запахами и тем, что мы оставили в тебе и на твоей коже.

Все пятеро стонут, притягивая меня ближе, целуя мою кожу.

Я краснею, дрожа от такой дерзкой и даже порочной идеи спуститься в место, где проводится это мероприятие в нашу честь, одетая только в вечернее платье, без трусиков, но имея на своей коже и в теле все еще густую и теплую сперму от всех пятерых.

Черт возьми, они пробуждают во мне все самые грязные желания, и, черт возьми, мне это нравится.

— Но не волнуйся, — мурлычет Люк мне на ухо. Я резко вдыхаю, когда он скользит рукой между моих ног, и дразнит мою скользкую, липкую киску пальцем. — Потом мы поможем тебе привести себя в порядок.

— О, не сомневаюсь, — я ухмыляюсь, закатывая глаза и чувствую, как дразнящее предвкушение теплом проходит сквозь всё мое тело.

Следующие пять минут мы всё еще не можем собраться и выйти, так как я медленно целую каждого из них, прежде чем, наконец, Винс прочищает горло.

— Ладно, мы действительно должны в конце концов появиться там сегодня вечером.

Ребята смеются и, наконец, начинают искать свою одежду и одеваться, к моему большому разочарованию, стоит сказать.

Я снова надеваю свое платье, покрываясь мурашками от сексуального чувства, что моя кожа покрыта их запахами и спермой.

Десять минут спустя мы спускаемся вниз и останавливаемся прямо перед VIP-дверью, которая ведет в зал на торжественное открытие «Тузов» и все развлечения, которые последуют дальше.

— Эй, — Винс находит мою руку и сжимает ее. — Ты готова?

Я делаю глубокий вдох, немного дрожа, прежде чем повернуться к нему:

— Надеюсь на это?

Он усмехается:

— Гордись. Проживи этот момент. Это место появилось благодаря тебе, ты же знаешь.

Я начинаю закатывать глаза, но Гейдж останавливает меня, качая головой:

— Он совершенно прав, Тесс. Ты — причина, по которой мы были достаточно смелы, чтобы сделать шаг вперед и решили открыть еще одно заведение. Потому что ты — та недостающая часть, которая теперь держит всех нас вместе так, как мы никогда и не могли думать.

Он медленно целует меня, прежде чем отстраниться и улыбнуться.

— Приготовься к большому восхищению толпы, Тесс. Потому что, когда начнутся вопросы, мы позаботимся о том, чтобы весь чертов город знал, что это все благодаря тебе.

Я прикусываю губу, чувствуя грохот музыки по ту сторону двери, а внутри — стук собственного сердца.

— Ну, если повезет, мы.

— Нам не нужна удача, — шепчет Винс мне на ухо, беря меня за другую руку. Он кивает Люку, который подмигивает мне, а затем широко распахивает двери «Тузов».

— Нам не нужна удача, потому что у нас есть ты.

Все пятеро притягивают меня к себе и говорят, что любят меня, а затем вшестером мы выходим к свету, камерам и аплодисментам.

И действительно, он прав. Кому нужна удача, когда у тебя есть любовь?

Конец