Глава 29

Над замком Элчо уже давно сгустилась ночная тьма, а герцог со своими людьми так и не вернулся. Это вызвало волнения и пересуды среди слуг и жителей окрестных деревень. Ведь если кто-то решился напасть на земли соседнего О'Каллахана, то и их замок тоже был под угрозой вторжения. С каждой минутой Монце чувствовала, как накалялась вокруг атмосфера и не могла не заметить страх, поселившийся в глазах женщин и стариков. Она не понимала, для чего кому-то причинять боль и страдания мирным людям, которые, чтобы прокормить свою семью, день и ночь возделывали поля и ухаживали за скотом.

Сейчас, когда Деклана не было рядом, она попыталась разобраться в своих чувствах. Что, если она по-настоящему влюбилась в него? Тогда ей стоит прислушаться к доводам рассудка и оборвать эту связь. Но чем дольше Монце думала об этом, тем меньше здравых мыслей оставалось в ее голове. Хотелось только одного — закрыть глаза и ощутить на себе горячие губы шотландца и услышать его хриплый голос, как всегда, когда они занимались любовью. Пусть ее увлечение начало выходить из-под контроля, она не хотела ничего менять.

Просидев в ожидании лэрда и его свиты до поздней ночи, и так и не дождавшись их, Фиона отправила отдыхать всех, кроме караульной стражи. Она знала, что следующий день обязательно должен принести вести. Так и случилось. Едва забрезжил рассвет, гонец привез ей письмо от герцога с просьбой прислать всех дееспособных жителей на помощь О'Каллаханам.

Не теряя времени, Фиона принялась собираться в дорогу. Солнце еще не успело подняться высоко, а обитатели замка уже отправились в путь, оставив на хозяйстве стариков и небольшой отряд охраны. Путникам предстояло еще засветло добраться до Хантингтауэра, что близ Перта, но, когда они ступили на земли О'Каллаханов, солнце уже давно скрылось за горизонтом.

— Матушка, — поприветствовал Фиону Деклан у входа в крепость. — Благодарю, что прибыли так скоро.

— Сын мой, мы выдвинулись, лишь только я получила известие от тебя. Как леди Роуз и сэр Роджер? Пребывают ли в добром здравии?

— Леди Роуз в порядке, хотя ее отцу не стало лучше с того времени, как мы видели его в последний раз.

Деклан старательно отводил взгляд от Монце. С тех пор, как ему пришлось покинуть Элчо, не было и минуты, чтобы он не вспоминал о ней. Но сейчас, когда их со всех сторон окружала глазеющая толпа, он не мог дать зевакам пищу для пересудов, поэтому улыбнувшись малышке Мод, вернулся к матери. Они направились к одной из повозок из которой в эту минуту выбиралась Хулия.

— Норма, ты же разбираешься во врачевании и снадобьях? Тогда нам с тобой надобно навестить сэра Роджера.

— Да, леди Фиона. Уже спешу.

Спустя несколько секунд, когда обе женщины переступили порог огромных ворот крепости, Деклан остался наедине со своей дочерью и ее двумя спутницами. Был поздний час, Мод отчаянно нуждалась в отдыхе и Хуана по просьбе герцога подхватила ее на руки и унесла в выделенные покои.

— Ну, здравствуй, — произнесла Монце, когда герцог наконец взглянул на нее.

— Здравствуй, Синди. Как добралась? — Похоже этой девушке все-таки удалось заставить его напрочь забыть об окружении, потому что сейчас для него в целом свете существовала только она.

— Спасибо, хорошо, — расплылась она в глуповатой улыбке, — немного переживала за твою матушку. Всю дорогу она очень тревожилась о тебе. Надеюсь теперь, когда мы здесь, она найдет в себе силы отогнать дурные мысли.

Деклана, похоже это совсем не удивило. Ведь его мать всегда отличалась чрезмерной заботой ко всем без разбору.

— Или сведет нас с ума. Никогда не знаешь, чего ожидать от матушки, — добродушно пробормотал он.

Вернувшаяся Хуана, с немым удивлением наблюдала за тем, как близко друг к другу стояли эти двое. С каких это пор они больше не грызутся между собой? И почему ее подруга таращится на герцога с глупой улыбкой, не говоря уже о самом Деклане? Но сознавая, что сейчас не время задавать подобные вопросы, она предпочла узнать то, что ее беспокоило на самом деле.

— Прошу прощения, сэр. Не подскажете, где я могу увидеть Алистера?

Деклан оглянулся и узнал в ней ту славную девушку, о которой его хороший друг за последние дни прожужжал ему все уши.

— Он вместе с остальным отрядом. Не стоит беспокоиться, Пэрис, думаю он скоро сам появится.

Хуану удивило то, что герцог не только узнал ее, но и вспомнил имя, которым она представилась. Но еще больше изумили взгляды, которыми он обменивался с Монце. Что, черт возьми, между ними происходит?

— Деклан, — внезапно раздался гневный окрик. Это была молодая девушка с прекрасными светлыми волосами, чересчур хорошо и нарядно одетая для такого времени и обстоятельств. — Прошу, объяснитесь, что за мерзкую бабу привезла ваша мать? Она имела наглость вторгнуться в покои отца!

Герцог на мгновение потерял дар речи. Но, посмотрев на Монце, все же нашел в себе силы ответить на столь гневную тираду.

— Роуз, прошу успокойтесь. Норма любезно согласилась помочь…

— Любезно согласилась? — Она, казалось, готова была взорваться от возмущения. — Я приказала немедля вышвырнуть ее из покоев моего драгоценного папеньки и запретила даже пальцем прикасаться к нему! Как она посмела так вести себя со мной! Я не намерена выносить оскорбления от простой служанки.

— Что за средневековая фифа? — спросила Монце по-испански.

— Да уж, подруга, не говори. Дурочка малолетняя, — ответила ей Хуана.

Деклан услышал их разговор, но ни слова не понял.

— Роуз, что такого ужасного стряслось? — спросил он обеспокоенно.

Блондинка с ангельским лицом и утонченными манерами, театрально проведя ладонью по лбу, захлопала на него глазами и сердито прошептала:

— Эта ваша… ужасная служанка… посмела выставить меня вон, когда я зашла проведать отца! У нее хватило наглости заявить, что от меня больше раздражения, нежели помощи. Вы можете в это поверить?

Деклан готов был ответить, но Монце опередила его.

— Ту, кого вы с таким пренебрежением зовете «ужасной служанкой», зовут Норма… Норма Дюваль, — с вежливой улыбкой сообщила Монце, сдерживая огромное желание хорошенько оттаскать блондинку за ее белые космы.

Хуана, заметив, как подруга прикусила нижнюю губу, для своего спокойствия предпочла ухватить ее за рукав.

— Не стоит волнений. Смею вас заверить, Норма совсем не со зла указала вам на дверь. Она печется о здоровье вашего батюшки.

Молодая женщина решила удостоить вниманием двух подруг и повернувшись к ним с надменным видом, окинула их с ног до головы взглядом.

— А это что за невежи посмели обратиться ко мне? — спросила она, наморщив носик.

«Боги мои, типичная тупая блондинка!», — подумала Монце, но поспешила прикусить язычок, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Синди Кроуфорд, к вашим услугам, — вместо этого вежливо ответила она. И по-испански добавила шепотом: — Выкуси!

Это позабавило Хуану, вызвав смех, который тут же смолк под пристальным взглядом Деклана.

— А я Пэрис Хилтон, — представилась Хуана.

Если так пойдет и дальше, то дамы разойдутся не на шутку. Деклан решил смягчить ситуацию и положить конец спору, поэтому взял блондинку за руку и заглянул ей в глаза.

— Леди Роуз, не забывайте, мои люди пришли помочь вам, — напомнил он ей.

В этот момент в дверях показалась разъяренная Хулия, подталкиваемая двумя молодыми слугами. Стоило ей увидеть виновницу своего внезапного изгнания, она, напрочь забыв о своем образовании и правилах поведения врача, принялась кричать как сумасшедшая.

— Эй, ты, стерва избалованная!

— Как ты посмела обратиться ко мне? — Роуз горделиво приосанилась и приподняла бровь, когда Хулия предстала перед ней.

— Меня поражает ваше невежество! Как я могу помочь вашему отцу, когда вы выставляете меня за дверь? Вас что, не учили, что нельзя мешать лекарю, когда он облегчает страдания страждущего? И что нельзя лезть ему под руки, когда он пытается тому помочь?

— Как ты дерзнула меня назвать? — Роуз оглянулась на Деклана в поисках поддержки. — Стервой? Я правильно расслышала?

— Мама дорогая. Сколько экспрессии! — прошептала Хуана.

Монце удивленная подобной реакцией, обычно спокойной Хулии, снова опередила Деклана, который собирался что-то сказать, и ухватив подругу за рукав гневно зашипела:

— Заткнись, прошу тебя! Замолкни, если не хочешь, чтобы мы все попали в неприятности. Последние мозги растеряла? С этой Барби-Рапунцель нельзя разговаривать в подобном тоне.

— Ох, даже не знаю, какой из эпитетов мне понравился больше — Барби-Рапунцель, избалованная стерва или средневековая фифа, — рассмеялась Хуана, пока насмерть обиженная девица заливалась слезами на плече Деклана Кармайкла.

— Ну, вряд ли… красотка станет…

Она не успела закончить фразу, когда Деклан осадил ее грозным взглядом и непреклонным требованием.

— Прошу вас, Норма, немедленно принести свои глубочайшие извинения леди Роуз. Я не знаю, что между вами произошло в покоях ее отца, но здесь, в моем присутствии, вы проявили абсолютное неуважение.

Удивленная резкими словами, Хулия впилась в него удивленным взглядом.

— Сэр, мне жаль, что вы превратно поняли смысл сказанного мной, но я лишь пыталась помочь ее отцу, а она… она…

— Требую извинений! — взревел он, теряя терпение.

Монце, увидев с каким лицом Деклан подошел к ее подруге, взяла на себя инициативу.

— Прошу, не зли его еще больше и сделай то, что он просит, иначе нам отсюда не выбраться, — прошептала она по-испански.

— Но ведь она первая начала, — пыталась защититься Хулия.

— Я знаю, и абсолютно разделяю твое негодование. Но разве ты не видишь, кто на ее стороне? Думаю, мы потеряем больше, — махнула рукой Монце, раздраженная резкими словами Деклана.

Деклана порядком утомило то, как эта троица переговаривалась перед ним на языке, которого он не знал. Он развернулся в их сторону и невзирая на окружающую толпу, заорал так, что у всех волосы зашевелились от ужаса.