1

Дрю

Звон бокалов и звон столового серебра эхом отдавался в пустом бистро, отражаясь от белых стен, деревянных столов в фермерском стиле и синих ротанговых стульев кафе. Из кухни доносились тихие разговоры. Несомненно, владелец советовался с шеф–поваром о сегодняшних блюдах, в то время как утренняя команда заполняла кондитерские полки свежими круассанами, булочками бриошь и другими пикантными лакомствами. Двери для кондитеров и завтракающих откроются только через двадцать минут, но мы уже были готовы.

Ну, и все остальные тоже. Я был чертовски измотан.

Месяцы балансирования между двумя работами и учебой в аспирантуре наконец–то догнали меня. Праздники закончились, кафе работало и работало с отличным персоналом. Через пару месяцев я смогу подать заявление в бар. Но сейчас было самое подходящее время, чтобы спланировать побег. Владельцы, Дерек и Гейб, сказали, что возьмут на себя мои управленческие обязанности; я только должен был убедиться, что у нас достаточно рабочих рук. А это означало выбивание расписания у дюжины игроков в водное поло.

Признаюсь. До недавнего времени я понятия не имел, что такое водное поло. Я не был полным идиотом. Я знал, что там есть спидометр, мяч и странного вида шапочка. Однако я никогда не видел этот вид спорта в действии. Я понятия не имел о правилах и, честно говоря, не проявлял никакого интереса к обучению, пока Дерек не нанял меня управлять его бистро и не сообщил мне, что группа новых сотрудников будет состоять в основном из студентов колледжа и игроков в водное поло.

Они были чертовыми богами и богинями. Без шуток. Я никогда в жизни не видел столько высоких, подтянутых и безупречно красивых людей в одном месте. По большей части, это была классная группа, которую подобрал бойфренд Дерека, Гейб.

Дерек и Гейб познакомились благодаря спорту и вместе играли в Лонг–Бич. После окончания школы Дерек поступил в кулинарную школу и недавно открыл бистро, а Гейб тренировался со сборной США, которая этим летом отправится на Олимпийские игры. Он также был помощником тренера в университете и мог лично поручиться за тех, кого он предлагал в качестве новых сотрудников. В целом, его интуиция была на высоте.

Наши серверы были динамичной, разнообразной и веселой группой. Большинство из них были типичными расслабленными пляжными типами из Калифорнии, всегда готовыми улыбнуться и сказать "Это круто, чувак". Но у нас было несколько человек, которые были...

"Йоу, чуваки и чувихи. Я прибыл! Пусть начнутся утренние розыгрыши!".

Как Лиам.

Громкий, буйный и до жути бестолковый. И совершенно чертовски очаровательный, как гигантские плюшевые медведи.

Я поднял взгляд со своего места у стойки и сделал двойную попытку, прежде чем разразиться смехом. "Что на тебе надето?"

Лиам широко раскинул руки и посмотрел вниз на свой странный ансамбль, как будто это было сюрпризом и для него. На нем были сапоги, шарф в красно–черную полоску, расстегнутая куртка... ах да, и спидо.

"Не очень много", – проворчал он.

"Понятно". Я хотел сказать "скучно и не впечатляет", но у меня не совсем получилось.

Этот крошечный кусок нейлона и лайкры обнимал его внушительную фигуру, не будучи совершенно непристойным. Действительно, впечатляюще – хотя я должен был представить, что серьезный стояк должен был бы прыгнуть с корабля, чтобы получить немного пространства для дыхания. Если бы я не был его техническим боссом, я бы спросил, как спидо сдерживает среднюю эрекцию. Или такое вообще бывает? И какого хрена я пялился на его причиндалы?

Я отвел взгляд и зевнул, готовый свалить вину на усталость, если он обвинит меня в разглядывании. К счастью, он не заметил. Он повернулся, чтобы помахать своим коллегам, которые заворачивали вилки и ножи в белые льняные салфетки у прилавка пекарни. Это дало мне возможность незаметно полюбоваться им, а полюбоваться было чем.

Лиам был красив. Я имею в виду... как бы это сказать... вау–красив. У него были темные волнистые волосы, голубые глаза и скульптурные черты лица, такие как высокие скулы и квадратная челюсть, на которой почти всегда была небольшая щетина. Он был на дюйм выше моих шести двух, но легко удваивал мой рост. Он не был тяжелым или каким–то еще – он был большим. У него была широкая грудь, широкие плечи, тонизированные руки и массивные, мускулистые бедра. Я всегда думал, что пловцы худые, и большинство игроков в водное поло, которые работали здесь, подходили под это описание. Предположительно, его размер был как–то связан с позицией, на которой он играл. Кажется, он говорил мне, что именно, но я забыл.

Каким бы красивым и физически впечатляющим ни был Лиам, его личность была тем, что действительно выделялось. Он был... веселым. Он относился к жизни легко. Он ладил со всеми, и если он сталкивался с человеком или ситуацией, которая его раздражала, он решал проблему и шел дальше. Он был нашим самым симпатичным, легким в общении сотрудником, и я не был от него в стороне.

Я хотел поворчать на него за то, что он тратит мое время на свой торжественный вход и, может быть, за то, что он слишком весел до шести утра, но Лиам не позволял себе долго сдерживать раздражение. Как сейчас...

Он повернулся ко мне, положив руки на бедра, и озорно взмахнул бровями. "Я готов приступить к работе. Запишите меня, тренер".

"Ха. Ха. Одевайся. Мы скоро открываемся, и мне нужно просмотреть с тобой расписание".

"Я думал, ты уже вывесил его", – ответил он, облокотившись на стойку рядом со мной, чтобы заглянуть мне через плечо.

"Это на последние выходные января".

"Это не надолго".

"Я должен убедиться, что мы подстраховались. Меня не будет в городе, и я хочу подготовить все для Дерека, чтобы..." Я посмотрел в сторону, нахмурив брови. "Ты нюхаешь мои волосы?"

"Случайно". Он пожал плечами. "Ты пахнешь хорошо, как... сосновый лес и жевательная резинка".

Я надулся. "Ты странный".

"Спасибо." Он усмехнулся, а затем с сожалением вздохнул. "Хотел бы я помочь, но в эти выходные меня тоже не будет в городе. Я собираюсь покататься на лыжах с друзьями".

"О. Хорошо." Я стер его имя и задумчиво постучал карандашом по подбородку, ожидая, что он пойдет в ванную, чтобы переодеться.

Вместо этого он скрестил руки и с любопытством наклонил голову. "Хорошо, что ты наконец–то взял несколько выходных. Куда ты идешь?"

"Я собираюсь встретиться с моим братом и его женой в Биг Беар..."

"Заткнись. Именно туда я и еду". Он игриво шлепнул меня по руке, и, если это возможно, его и без того огромная ухмылка увеличилась. "Мы должны встретиться".

"Ну да. Да", – автоматически согласился я.

Этого не произойдет.

Мы с Лиамом были коллегами по работе. Не приятелями. И я был как минимум на пять лет старше. Кроме бистро, у нас не было ничего общего. Я бы не стал подвергать никого из нас неловкой встрече за городом.

"Ты катаешься на лыжах или сноуборде?"

"Эм... катаюсь на лыжах, но это было давно".

"Это как езда на велосипеде – никогда не забудешь". Он похлопал меня по спине и отошел в сторону. "Я замерз до смерти. Мне нужно сообщить Дереку, что его парень – чертов тиран. Тренировка сегодня утром была просто зверской".

"Ты уже был в бассейне?"

"Да. Гейб должен был тренировать свою клубную команду в семь, поэтому ребята из колледжа заняли его место в четыре тридцать утра. Если тебе интересно, вода была чертовски ледяной. Не думаю, что увижу свои яйца до полудня".

Я быстро рассмеялся. "Пожалуйста, не делись этим с нашими клиентами".

"Мои губы запечатаны".

"Подожди. Мне просто... любопытно. Почему ты не одна в бассейне?" спросил я.

"Потому что он явно хотел продемонстрировать сексуальный пресс". Джейд подплыла к барной стойке и ущипнула Лиама за задницу через его куртку, хмыкнув, когда он театрально подпрыгнул. "Давай посмотрим на них, Ли".

Лиам распахнул свою куртку и стал изображать Мэджика Майка, покачивая бедрами и бесстыдно извиваясь. Это было слишком чересчур, чтобы восприниматься как что–то кроме смешного. Я покачал головой в знак порицания и усмехнулся, когда Джейд танцевала против него. У нее были длинные темные волосы, оливковая кожа и зеленые глаза. Они выглядели вместе сексуально... высокие, стройные и самодостаточные. Это было хорошее шоу, но нам нужно было работать.

Я уже собирался сказать им, чтобы они приводили свои задницы в порядок, как вошел Дерек.

"Серьезно? Я надеру тебе задницу, если ты не будешь одет и не готов открыть дверь через десять минут, Перес", – гаркнул Дерек.

Лиам театрально застыл на мгновение, а затем закружился в танце вокруг Джейд и Дерека в ритм какой–то сексуальной мелодии, звучавшей у него в голове, пока он ковылял к ванной. Честно говоря, его выход был смешнее, чем танцы стриптизерш. Я выпустил недостойный смешок, протягивая Джейд салфетку, чтобы вытереть слезы в уголках ее глаз. Она поблагодарила меня, прежде чем вернуться к работе.

"Извини за это. Он меня бесит", – признался я, обойдя стойку и сунув расписание под кассу.

Дерек хмыкнул. "Я знаю. Этот парень просто дурачок. Неудивительно, что половина персонала и большинство наших клиентов в него влюблены. Они с Джейд – симпатичная пара, но нам придется попросить их ограничить грязные танцы. Мистер Молино выглядит так, будто ему слишком понравилось это шоу".

Я бросил взгляд на маленького старичка, читающего газету по другую сторону стеклянной двери, и нахмурился.

А вот что мне следовало сделать: Я должен был спросить о фирменных блюдах дня, прокомментировать прохладную погоду и то, что в обеденное время вряд ли будут предлагать места на открытом воздухе. Я должен был напомнить ему о встрече с нашим поставщиком сыра и, возможно, даже упомянуть, что в выходные, когда я планировал уйти в отпуск, нам все еще не хватало сервера.

Вместо этого я проболтался: "Лиам и Джейд... вместе?".

Дерек пожал плечами. "Я так не думаю, но я знаю, что она влюблена в него. Она такая же тонкая, как кувалда. Они тусуются в большой компании друзей".

"И они все играют в водное поло?"

"Да. Это своего рода ирония, если подумать. Я хотел создать атмосферу "земля–земля" и "ферма–столовая", а потом нанял половину мужской и женской команд по водному поло. Наверное, мне следовало назвать это место "Клуб H2O"". Его ухмылка померкла, когда он продолжил. "Все нормально работают?"

Я кивнул, приготовившись ответить: "Конечно", но беспокойство в выражении лица Дерека остановило меня. Бонн Терре был его ребенком... мечтой, которую он упорно воплощал в жизнь. Последние несколько месяцев я был свидетелем того, как кровь, пот и слезы, долгие часы и тщательное внимание к деталям Дерек уделял каждому аспекту этого предприятия. Он нанял меня в качестве менеджера, чтобы я ежедневно помогал вести шоу. А также, чтобы я давал ему обратную связь, чтобы он мог исправить то, что не совсем работает.

Бистро работало еще не полный месяц. Мы все еще находились в фазе медового месяца, но я достаточно долго проработал в ресторанном бизнесе, чтобы знать, что эта фаза длится недолго. Любое слабое звено или намек на плохую прессу может привести к краху начинающего предприятия, и я не позволил бы этому случиться в мою смену.

"Все отлично. Честно", – заверил я его.

"Хорошо. Я виноват в том, что поневоле оптимистичен, когда дело касается этого места, но я думаю, что это фантастическая команда".

"Я согласен. И наши клиенты тоже". Я проверил время и потянулся за ключами. До открытия оставалось еще пять минут, но я знал, что Дерек не будет возражать против того, чтобы впустить мистера М. пораньше. "Мистер Молино приходит сюда каждое утро, чтобы выпить кофе и поговорить о спорте с Лиамом или тем, кто позволит ему приклонить ухо на часок–другой".

Дерек усмехнулся. "Все, что заставляет их приходить, работает на меня. Бедняга будет очень расстроен, когда Лиам уйдет".

Я остановился на месте. "Уйдет? Он предупредил?"

"Нет, но он дал понять, что для него это праздничный концерт. Праздники закончились, так что я думаю, что Лиам будет работать у нас только до января". Он наклонил голову к двери. "Давай откроем. Мистер М выглядит так, будто ему нужна чашка кофе".

Я повиновался, нацепив на лицо улыбку, когда отпирал дверь и приветствовал нашего клиента. Я повернул вывеску в окне и последовал за мистером Молино к стойке, ведя нашу обычную ежедневную светскую беседу о погоде.

Но что–то внутри меня было не так.

Я чувствовал себя так, словно внезапно прошел сквозь патоку, и не мог понять, в чем дело. Конечно, я знал, что для Лиама это временная работа. Но я не понимал, почему его скорый отъезд кажется мне таким... удручающим.

"Доброе утро, мистер М!" Лиам ослепительно улыбнулся пожилому человеку и легонько похлопал его по спине. "Ты видел вчерашнюю игру "Уток"? Тот финальный гол был сумасшедшим".

Я отошел в сторону, чтобы позволить Лиаму взять все на себя, и переместился к дальнему концу прилавка, чтобы разложить несколько хлебобулочных изделий на многоярусных тарелках. Я занялся сборкой пирожных macarons в тончайших оттенках пастели, тайно наблюдая за их спортивным обменом.

Послушайте, я первый признаюсь, что меня привлекают высокие, темные, красивые и непринужденно добродушные парни. И я неравнодушен к спортсменам. Но моей самой большой слабостью был мужчина с чувством юмора, компенсированным большой дозой доброты. Мой бывший парень, Эллиот, был отличным примером. Мы расстались больше года назад, и хотя мы были в хороших отношениях, это был неловкий конец. По крайней мере, так было до тех пор, пока его парень, Брейден, не направил меня к Дереку.

Они были хорошими людьми. И Лиам тоже.

Я наблюдал, как он прислонился к стойке и улыбался, ведя пустую беседу о статистике игроков и рейтинге команд с человеком, который был достаточно стар, чтобы быть его дедушкой. Он никогда не разрывал зрительного контакта и не торопил его, чтобы он мог подождать симпатичных девушек студенческого возраста, которые зашли через минуту. На самом деле, он бросил ожидающий взгляд в сторону Джейд, без слов попросив ее подойти.

Да. Доброта была моим криптонитом. И не помешало то, что он тоже выглядел как греческий бог, или то, что... о, нет.

О. Черт.

Я влюбился в Лиама. Черт. Это было нехорошо.

Мало того, что было дурным тоном вожделеть сотрудника, но у меня было слишком много дел между аспирантурой и работой, чтобы даже думать о своей социальной жизни, не говоря уже о сексуальной. О, и была еще одна незначительная деталь... Лиам был натуралом.

Может быть, это было хорошо, что он не будет долго рядом, в конце концов.

В сутках не хватало часов, чтобы выполнить половину дел из моего списка, а это означало, что у меня не было времени обдумывать свое влечение к Лиаму. На самом деле я почти не видел его до конца той недели. Он попросил вечерние смены в те ночи, когда я работал в "Ржавом гвозде", но он также специально попросил, чтобы его назначили на завтра на открытие кафе. Я подумал, не планирует ли он уведомить меня об этом.

Неважно. Я не собирался беспокоиться об этом. У меня не было времени на такую ерунду, помните?

Официально аспирантура должна была возобновиться в середине января, но мой советник решил, что будет отличной идеей провести несколько семинаров для подготовки к новому семестру. Я был в равной степени воодушевлен возможностью начать работу над учебным планом и возмущен тем, что потерял хоть часть столь необходимого мне отдыха. Однако, когда я вышел из класса в следующий понедельник после обеда, я снова почувствовал оптимизм. Мне нравилась школа. Черт возьми, она нравилась мне больше, чем когда я был студентом старших курсов.

Я взвалил рюкзак на плечо и направился по усаженной деревьями дорожке через пустынный кампус. Было что–то волшебное в том, что все вокруг было предоставлено самому себе. Я замедлил шаг, когда дошел до площади, остановилась, чтобы полюбоваться сверкающей зеленой травой, а затем направился к парковке. Я выбрал длинный путь, позволяя своим мыслям дрейфовать от одной причудливой темы к другой: Кто будет моим партнером по проекту, сколько на самом деле нужно провести исследований, и самое главное – что мне съесть на ужин? Может быть, пасту, или курицу–гриль, или...

"Привет, Дрю!"

Я повернулся как по команде.

Лиам?

Я прищурился в замешательстве, надвигая солнцезащитные очки на голову, чтобы внимательно осмотреть его. Черт, он был горяч. Его искрящиеся глаза и однобокая ухмылка согревали меня изнутри. Он снова надел старые поношенные угги и поло–парку. Его волнистые темные волосы завивались у воротника, придавая ему более мальчишеский вид, чем обычно. Его заросшая щетиной челюсть должна была бы разрушить иллюзию, но она добавила ему привлекательности и... о, Боже. Возьми себя в руки, Дрю.

"Что ты здесь делаешь?"

Лиам усмехнулся на мое вялое приветствие. "Я плавал круги. А ты что здесь делаешь?"

"У меня были занятия", – ответил я.

Он подозрительно сузил глаза. "Сейчас зимние каникулы до следующей недели. Что ты на самом деле задумал? Ты пробираешься в класс и воруешь стикеры и точилки для карандашей?".

"Как ты догадался? Я положил глаз на ту промышленную точилку, прикрученную к столу в библиотеке", – фыркнул я, жестом показывая на него. "Тебе не холодно?"

"Нет, но мне должно быть холодно. Я же голый под этой штукой".

Глоток.

Ладно. Видишь? Нечестно.

Лиам завладел моим вниманием с той секунды, как назвал мое имя. Теперь я был в состоянии повышенной готовности, каждое нервное окончание в моем теле гудело. Ему понадобилось меньше двух минут, чтобы разрушить недельную решимость не вожделеть моего коллегу. Черт, я был возбужден до предела.

Я прочистил горло и издал небрежный полусмешок. "И почему же?"

"Мокрые спидозные трусы не удобны".

"Еще бы. Почему бы тебе не принять душ, вытереться и одеться в раздевалке, как все нормальные люди?"

"Я не нормальный человек", – сказал он, изменив голос так, чтобы звучать как злой злодей из мультфильма.

"Ты придурок". Я усмехнулся, несмотря на себя, и наклонил голову в сторону парковки. "Где ты припарковался?"

"Я не поехал. Моя машина в мастерской. Всю неделю я ездил на Uber, Lyft и выпрашивал поездки у друзей. Это выбило меня из колеи. Обычно я беру с собой сумку для водного поло и отдельную сумку для одежды. Два из последних пяти дней я забывал свою одежду. И что забавно, ты первый человек, с которым я столкнулся оба раза".

"Так ты не стриптизерша и не флэшер на стороне?" поддразнил я.

"Не–а. Я не умею танцевать, и я не полный гад", – хмыкнул он. "Просто забывчивый".

"Хм. Я видел, как ты танцуешь в кафе. Ты не так уж плох".

"Ну, конечно... если я в клубе или на вечеринке и звучит моя любимая песня, я могу трясти задницей и держать себя в руках. Но танцы на шесте – это целое искусство". Он поднял руки в знак капитуляции. "Я недостоин".

Я улыбнула его искреннему выражению лица. "Почему у меня всегда получаются странные разговоры с тобой?"

Лиам добродушно пожал плечами. "Дело во мне?"

"Определенно. Тебя подвезти?"

"Я собирался идти пешком, но если ты не против, было бы здорово. Я живу недалеко от Биксби Виллидж".

"Без проблем".

Мы направились через кампус, ведя пустую беседу ни о чем конкретном. Когда я открывал свой внедорожник, мне пришло в голову, что это самое долгое время, которое я когда–либо оставался наедине с Лиамом. В любую секунду мы могли бы исчерпать запас слов, так что хорошо, что он жил рядом.

Это определенно было не так. Лиам был словоохотлив.

Это должно было раздражать, но он был хитрым. Лиам не говорил ни о погоде, ни о работе, ни о себе. Вместо этого он задавал вопросы обо мне, как будто брал интервью у самого интересного человека в мире и хотел быть уверенным, что не упустит ни одной детали.

"Итак, откуда ты родом?" – спросил он, садясь на пассажирское сиденье моего Jeep Cherokee.

"Сан–Диего. А ты?"

"Мамонт".

"Правда?"

"Да. Родился и вырос на склонах. Я скучаю по снегу".

"Еще бы. Почему водное поло?"

"Я хотел попробовать что–то новое, а на пляже не так много снега".

Я посмотрел на консоль и закатил глаза. "Я заметил".

Он хихикнул, повернувшись ко мне лицом. "Ты занимался каким–нибудь спортом?"

"В старших классах я был в команде по легкой атлетике и..."

"Я так и знал!" Лиам хлопнул рукой по приборной панели.

"Ты знал? Как?"

Он усмехнулся. "Ты длинный и худой, как звезда бега".

"Я не обязательно был звездой, но мне это нравилось".

"Ты все еще бегаешь?"

"Каждый день".

"Звучит ужасно. Каждому свое".

Я усмехнулся, когда свернул в Виллидж. "Куда я еду?"

"Направо и... ты можешь высадить меня здесь. Ты классный. Спасибо, Дрю".

"Подожди. Я..." Я схватил его за рукав, прежде чем он успел открыть дверь, затем потер подбородок и издал полусмешок, явно тянув время. "Эм... могу я тебя кое о чем спросить?"

"Конечно, спрашивай".

"Ты уходишь?" Я проболтался.

Лиам нахмурил брови и комично скривил губы. Я не был уверен, что он пытается сказать, поэтому подождал.

"В конце концов. А что?"

"Дерек упомянул, что ты можешь двигаться дальше, когда праздники закончились. И если честно... я теряю сон из–за этой идеи", – отчеканил я.

"Оу. Я тронут. Я не думал, что ты заметишь мое отсутствие", – игриво пропел он.

Я насмешливо сказал. "Ты же не совсем затворник. Конечно, я бы заметил".

Он подождал немного, а затем спросил: "Ты будешь скучать по мне?".

Я указал на дверь. "Вон."

Лиам откинул голову назад и зарычал. "Не будь таким. Я тебе нравлюсь, и ты будешь скучать по мне, когда я уйду. Признай это".

"Да, неважно. Ты мне нравишься, и я буду скучать по тебе".

"Круто. Значит, это значит, что ты не будешь меня отшивать... Подожди". Он достал свой телефон из кармана, чтобы прочитать входящее сообщение. "Извини. Моя машина должна была скоро быть готова и... бам! Да! Как раз, блядь, вовремя. Теперь мне просто нужно одеться и тащить свою задницу туда, пока они не закрылись".

"Где находится гараж?"

"На Атлантике". Он набрал сообщение на своем телефоне.

"Я могу отвезти тебя, если хочешь".

Лиам посмотрел вверх и наклонил голову. "Ты уверен? Там могут быть пробки. Я не хочу убивать твой день".

"Я чувствую себя щедрым, и мне не нужно быть в баре несколько часов".

"Спасибо. Я воспользуюсь твоим предложением. Ты не возражаешь, если я сначала переоденусь? Я быстро. Обещаю."

"Конечно. Я припаркуюсь на улице и..."

"Нет, займи место и заходи. Это первая квартира слева". Он жестом указал на пустое место на крытой парковке, примыкающей к ряду таунхаусов в испанском стиле.

Я повиновался... и я не был уверен, почему. Я действительно не возражал против роли шофера, но это было нечто большее. Я не был готов к прощанию. Очевидно, та часть меня, которая была влюблена в него, взяла верх. Но по большому счету, это был относительно безобидный случай увлечения, и парню действительно нужна была моя помощь.

Поэтому я припарковался и пошел за ним по узкой тропинке к его дому.

2

Дрю

Я вошел в городской дом Лиама и моргнул в полумраке. В гостиной были задернуты шторы, отбрасывая длинные тени на два дивана, стоящих по бокам от огромного плоского экрана. На журнальном столике валялись пивные бутылки, и я был уверен, что запах исходит от коробок с едой, сложенных на приставных столиках.

"Вау, это очень... шикарно для колледжа", – прокомментировал я, не в силах сдержать невысказанное "Это место, блядь, отстойное", прозвучавшее в моем тоне.

"Черт, похоже, что Мейерс устраивал здесь вечеринку весь этот чертов день. Здесь воняет и... поднимись наверх. Моя комната намного опрятнее, и в ней не пахнет грязным подгузником", – проворчал он, направляясь к короткой лестнице.

Я без колебаний последовал за ним. Голые стены были непримечательного оттенка – белесые с желтым, а на потертом бежевом ковре виднелись огромные пятна, которые, вероятно, были связаны с хорошей историей или двумя. Такие, над которыми я не смог бы смеяться, если бы жил здесь. Я не считал себя слишком привередливым; я урывками застилал постель и иногда оставлял свою посуду в раковине, но я уже давно перестал оставлять пустые бутылки из–под спиртного в качестве трофеев. И если я правильно понял Лиама, он тоже.

Его смутное выражение отвращения исчезло, когда он открыл дверь своей спальни.

"О, как мило", – прокомментировал я, входя внутрь.

Комната была небольшой, но аккуратной и чистой. И пахло... вкусно. Мятой. Стены были украшены лыжными плакатами, а личные фотографии были прикреплены к огромной пробковой доске над его столом. Я изучал фотографии, пока он собирал свою одежду. На большинстве из них были изображены подтянутые, спортивные парни, которые, как я предполагал, были его товарищами по команде. Было несколько групповых снимков с девушками. Я узнал Джейд на одной из них, где Лиам был зажат между ней и симпатичной блондинкой. Я провел пальцем по свернутым краям, чтобы расправить их, и случайно сбила две фотографии с доски. Я поднял их и огляделся в поисках наклейки, когда Лиам подошел ко мне.

"Не беспокойся об этом. Можешь оставить это на столе", – сказал он, застегивая резинку на своих трусах.

Я машинально повернулся, и поскольку я всего лишь гребаный человек... мой взгляд прошелся по его массивной груди и опустился к промежности. Если он и заметил, то сделал это спокойно, схватив футболку, которую он бросил на свое красно–морское клетчатое одеяло. Я прочистил горло и изучал фотографии в своей руке, как будто меня могли допрашивать по ним. На первой фотографии Лиам обнимал Джейд и другую девушку. На них были одинаковые глупые улыбки и футболки для водного поло. Черт, они были красивыми людьми, – размышлял я, переходя к другой фотографии.

Эта была... запутанной.

"О. Кто это?"

Лиам вернулся на мою сторону, держа свою футболку на одном пальце. "Джейд и... ох. Где ты это нашел?"

"Она упала. Должно быть, оно было за этой фотографией". Я постучал пальцем по другому человеку на фотографии: великолепный блондин, держащий рукой подбородок Лиама и целующий его в щеку. Это был поцелуй влюбленных в форме селфи со спутанными руками и обожающими выражениями. Я допускал, что могла ошибаться, но это выглядело как... "Он твой парень?".

Лиам застыл на мгновение, затем покачал головой. "Нет. Мы... это было очень давно".

Не так уж и давно. Лиам, возможно, стал немного мускулистее, но в остальном он выглядел так же. А другому парню определенно было около двадцати.

Оставь это. Оставь это. Не твое дело.

Я не мог этого сделать.

"Он играет в водное поло?" мягко спросил я.

"Играл... да". Он нахмурил брови, забирая фотографию из моих пальцев. "Я не знаю, почему я хранил это".

"Может быть, это важно?"

Лиам бросил фотографию на стол и усмехнулся. "Из тебя получился бы ужасный детектив, Дрю".

Я поднял руки вверх в знак капитуляции. "Я пришел с миром. Мне просто... любопытно".

"Почему? Разве я выгляжу геем на этой фотографии?" – насмехался он.

"А как выглядит гей?" резко возразил я.

"Извини. Я... я не знаю, о чем говорю. Ты ведь гей, да?"

"Да. А ты...?"

Я сел на угол его стола, защитно скрестив руки, и ждал его извинений в стиле спортсмена.

Лиам ответил не сразу. Он держал мой взгляд ровно, но я практически видел, как в его голове поворачиваются колесики. Спустя, как мне показалось, двадцать минут, он натянул свою футболку через голову, а затем одарил меня наглой ухмылкой, которая не совсем соответствовала его глазам.

"Би. Удивлен?"

Больше похоже на шок.

Но я вел себя спокойно. Я бесстрастно пожал плечами, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. "Немного. Значит, парень на фотографии был твоим парнем?".

Он подошел к своему шкафу, взял с полки пару джинсов и натянул их. "Я думаю, что правильное описание – это "дружок–трахальщик". Бойфренд звучит как нечто, чего я хотел больше, чем он. Жалко. Готов?"

"А где твоя обувь?" спросил я, указывая жестом на его босые ноги.

"Я могу надеть их в машине. Или ты можешь... идти. Я могу подождать до завтра и..."

"Вау. Ты сходишь с ума".

"Я не говорю. Я просто... не говорю об этом". Он тяжело сел на край матраса и натянул носки на ноги.

"Справедливо. Я тоже не говорю о том, что я гей. Но я гей. И если честно, это одна из моих любимых черт в себе".

"Почему?"

"Потому что мне потребовалось много личных душевных терзаний, чтобы принять то, что я не могу изменить, и как только я это сделал, я понял, что ничего не буду менять. Мне нравятся мужчины. И точка."

Лиам сдержал улыбку. "Понятно. Что тебе больше всего нравится в мужчинах?"

"Член".

"Приятно слышать. То же самое, но мне нравится и задница".

Я хихикнул. Ладно, я знал, что это не мое дело, но, конечно, я все равно спросил. "Так... ты не выходишь?"

"И да, и нет". Он наклонил голову к пробковой доске. "Мои близкие друзья и семья знают, но то, что ты би, все еще кажется людям чем–то непонятным. Например, моя мама. Я никогда не знакомил ее с мужчиной, так что в ее понимании "бисексуал" – это ярлык, который я примеряю на себя, как свитер, который в конце концов перерастет. У меня есть друзья, которые тоже так думают. Об этом не стоит спорить. Они те, кто не поймут этого, пока я не появлюсь с парнем".

"Хм. Я понимаю. Мой бывший – би. Иногда мне кажется, что справиться с его бисексуальностью было сложнее для меня, чем для него", – признался я.

"Почему? Ты боялся, что он устанет от твоей задницы и снова захочет киску?"

Я посмотрел на него смертельным взглядом. "Грубо. Но да... наверное, так и было. Эллиот быстро принял свою бисексуальность и сказал всем, кто ему дорог, что я – его человек. Это заставило меня нервничать".

"Тебе не нравился его энтузиазм?"

"Я относился к нему настороженно".

Лиам нахмурился. "Ты бросил его из–за этого?"

"В то время я так не думал. Я думал, что это была разница в возрасте. Он был намного моложе и..."

"Насколько моложе?"

"В твоем возрасте". Я поднял руку, прежде чем он смог отстоять разницу в пять лет. "Я знаю. Это было глупо. И к тому времени, как я понял, что ошибаюсь, он уже нашел кого–то нового".

"Брейден, верно?"

Я поморщился. "Я забыл, что ты знаешь всех этих парней".

Лиам кивнул. "Я не очень хорошо их знаю. Я познакомился с Эллиотом и Брейденом, когда Гейб нанял нескольких игроков в водное поло, чтобы они помогли с демонстрацией и непостоянной работой, когда кафе строилось. Они хорошие парни. И к тому же горячие".

Я хихикнул над его озорной однобокой ухмылкой. "Так и есть".

"У меня была противоположная проблема. Я даже не уверен, что могу назвать Пита своим бывшим. Он был приятелем–трахальщиком, который чувствовал себя чем–то большим. Для меня, во всяком случае. Но он не выходил. И это не было весело".

"Как вы познакомились?"

"В бассейне. Он помощник тренера по водному поло в одной из местных лиг. Он довольно популярен. Он играл за Хорватию на последней Олимпиаде. Родители и дети его обожали. И до сих пор любят. Иногда мне кажется, что они платят смешные взносы за клуб, только чтобы быть в его орбите".

"Боже, вы, должно быть, были кем–то вместе", – сказал я с улыбкой.

"Что ты имеешь в виду?"

"Ты только что описал себя, только не в кафе. Клиенты стекаются к твоим столикам и запоминают ваши часы, чтобы получить дозу Лиама. Может быть, он ревновал тебя".

Лиам беззлобно усмехнулся. "Нет. Пит был обычным шкафом. Он хотел член, и хотел его часто, но не хотел, чтобы об этом кто–то знал. Мне было восемнадцать, когда мы познакомились, и двадцать, когда все закончилось. Я не был готов делать грандиозные заявления, так что я смирился с этим".

"Сколько ему было лет?"

"На пять лет старше. Твой ровесник, верно? Древний."

"Ха. Ха."

Он усмехнулся. "Он был сигналом к тому, чтобы я прислушался к своим инстинктам. Тайком я чувствовал себя подлым, но убеждал себя, что это временно. Я понял, что надеяться, что кто–то изменится, – плохая стратегия. Думаю, я сохранил эту фотографию, потому что, А, я сентиментален, и это отличная фотография. И Б, чтобы напомнить себе не играть по чужим правилам".

"Кто устанавливает правила? Это всегда кажется проблемой. У тебя свои, у него свои и..."

"Вы делаете это вместе. Кажется логичным, но, эй, я не женат... и намного... намного моложе тебя". Лиам ухмыльнулся, а затем добавил: "Что я знаю?".

"Умник", – надулся я без тепла. "Ты все еще не обулся".

"Ты какой–то властный".

Я зациклился на его заднице, пока он доставал пару кроссовок. Он поймал мой взгляд, прежде чем снова сесть и вздернуть брови. Я мог сказать, что он собирался сменить тему и оставить разговор позади. Я должен был позволить ему, но...

"Что между вами произошло?"

"Он бросил меня. Точнее... он оставил меня".

"Призрак?"

"Да, он заблокировал меня, перестал отвечать на звонки и сообщения. Он стер меня из своей жизни".

"Разве ты до сих пор не видишь его рядом? Водное поло кажется замкнутым сообществом".

"Так и есть. И да, мы все еще сталкиваемся друг с другом".

"Почему он должен тебя избегать? Ты не можешь трахать кого–то, а потом делать вид, что этого не было", – настаивал я.

Лиам окинул меня недоверчивым взглядом. "Это милая наивность. Ты знаешь, что это происходит постоянно, не так ли?".

Я разочарованно вздохнул. "Наверное, но... это так незрело".

Он скупо улыбнулся. "Мфх, что ты собираешься делать? Поначалу было хреново, но теперь это уже не так важно. Я с этим покончил. Вода под мостом и все такое. Кроме того, он теперь женат и..."

"Женат! Когда он женился?"

"Два года назад. Я думаю. Это старая новость". Лиам подошел к столу и поднял фотографии. Он прикрепил ту, на которой были изображены он и девушки, на доску, а вторую выбросил в мусорное ведро под столом. "Спасибо, что рассердился от моего имени. Уверяю тебя, в этом нет необходимости".

"Хм. Должно быть, это неловко, когда ты сталкиваешься с ним".

"К счастью, это случается нечасто".

"Кто–нибудь еще знает о вас и... о нем? Например, твои товарищи по команде?"

Лиам покачал головой. "Нет. Некоторые из них знают, что я би, но я никогда не говорю о своем влечении к парням. Большинство из них не знают, что сказать. Разговоры в раздевалке крутятся вокруг хвастовства. Хвастаться очком, которое ты набрал, ударом, который ты получил, работой, которую ты сдал, размером гамбургера, который ты съел за рекордное время, или сиськами цыпочки, которую ты трахнул накануне вечером".

"Это грубо."

"А я даю тебе версию для ПК. Если бы я похвастался парнем, которому отсосал на вечеринке в выходные, они бы не знали, что сказать. Поэтому я держу это при себе". Он подмигнул и добавил: "Или... я рассказываю своему боссу".

"Мне? Точно", – ответил я. Я на секунду забыл, что мы работаем вместе. "Может, нам не стоит..."

"Расслабься, Дрю. Мы взрослые люди. Я думаю, мы можем спокойно делать или говорить все, что захотим". Лиам потянул меня за запястье и притянул к себе, чтобы я сел рядом с ним на кровать. "Знаешь, я был в раздевалке, когда Дерек и Гейб вышли".

"Правда?"

"Да. Я никогда не забуду тот день. Это было грандиозно. Они оба би, и они были товарищами по команде. Я помню, как наблюдал за происходящим с чувством надежды. В то время мне было двадцать, и я тайно встречался с Питом. У меня было еще как минимум три года в команде, и казалось чертовски нереальным, что я смогу быть би–парнем с парнем, играющим в водное поло в первом дивизионе".

"Но?"

Лиам вздохнул, откинувшись назад, опираясь на руки. "Никто не говорил дерьма... им в лицо. Как только они выходили за дверь, все становилось по–другому. Некоторые парни были крутыми. Некоторые не были. В общем, то, что и следовало ожидать".

"Что ты сказал?"

"Ну, это самое интересное. Так как я буквально за двенадцать часов до этого имел свой член в заднице своего приятеля–трахаря, моя точка зрения была немного искажена. Я перешел от чувства облегчения, что у меня есть две классные ролевые модели, размахивающие радужным флагом, к страху до смерти за них... и за себя. И за всех остальных в этой комнате, у кого был секрет, который казался более грязным, чем следовало. Я рассказал об этом Питу, и теперь ты знаешь, чем это закончилось".

"Это отстой."

"Не совсем. Он оказал мне услугу. Проблема в том, что у меня не было повода выйти, поэтому я был в состоянии лимба. Вроде того, когда видишь вывеску "ОТКРЫТО" на магазине, но окна темные, а когда пытаешься повернуть ручку, она заперта. Возникает ощущение, что владельцу не очень–то нужен ваш бизнес, верно? Но это не так. Все просто... сложно. Я с удовольствием говорю о том, что я би, когда об этом заходит речь. Я просто не знаю, как начать разговор. В итоге я чувствую, что снова защищаю грязный секрет, а это последнее, что я хочу делать", – сказал Лиам, засунув одну руку в задний карман. "Ты готов?"

Нет. Я хотел знать намного больше.

"Твои ботинки не завязаны".

"Грр."

Я изучал его быстрые пальцы, когда он наклонялся к своей задаче, и изо всех сил старался обуздать свое любопытство. Не получилось.

"Могу я задать еще пару вопросов?" промурлыкал я.

"Не хочешь заплести мне косичку и сварить немного кукурузы, пока будешь этим заниматься?"

"Извини. Я любопытный".

"Я шучу". Лиам сдвинулся так, что его колено уперлось в мое. "Ты любопытный, но я понимаю. Я для тебя новинка. Неожиданный педик".

"Может быть, и так", – согласился я, смущаясь. "Я пытаюсь разобраться кое с чем в своей голове. Знаешь, дело не только в Эллиоте. Все парни, с которыми я встречал, были би".

"Все они?"

"Да. Раньше я думал, что они не выдерживали из–за химии, зрелости или скучного секса".

"Скучный секс?"

"Или откровенно плохой секс".

Лиам поджал губы, его глаза загорелись озорством. "Правда? А что такое плохой секс? У меня его никогда не было".

"Никогда? Да ладно. Все были с кем–то, кто их просто не устраивал".

"Конечно, но это не то же самое, что плохой секс".

"Хорошо. Ну, тот бывший, о котором я думаю, продлился недолго. Потребовалась целая вечность, чтобы добраться до хорошего, и когда мы, наконец, добрались..." Я сделал жест "палец в дырку", за которым последовал взрыв.

"А! Двухпудовый чурбан, да?"

Я разразился смехом. Без шуток. Слезы собрались в уголках моих глаз. Я фыркнул, смахнув их. "Да, примерно так все и было".

"Это прискорбно, но эй... для каждого найдется свой человек. Некоторые парни и девушки, возможно, ищут двушку".

"Ха! Правда?"

"Конечно. Некоторым нравится быстрый курок. Представляешь, как парень лежит на спине с поднятыми вверх ногами и считает удары, чтобы..."

"О, Боже, да что с тобой такое?" Я фыркнул, толкнув его в плечо.

Лиам воспринял этот маневр как приглашение поиграть. Он дернул меня за руку и перекатился на меня. Я зажал свое колено между его коленями и использовал момент, чтобы вернуть преимущество. Это продолжалось недолго. Мы переворачивались туда–сюда, меняя позиции в полушутливом борцовском поединке.

Дело в том, что мы оба знали, что Лиам может взять меня со связанными руками и повязкой на глазах. Серьезно. Он нашел бы способ использовать свои мясистые бедра, чтобы повалить меня, забраться на меня и...

О, черт. У меня был стояк.

Я думал, что смогу уйти так, чтобы он не заметил, но я был недостаточно быстр. Я толкнул Лиама в грудь и попытался отстраниться. Должно быть, он увидел что–то в моем выражении лица. Он застыл, но не двигался.

"Дрю... это нормально?"

Он опустил бедра... всего на долю дюйма. А потом еще немного. Я втянул рваный воздух, когда он провел своим твердым членом по моему. Мне потребовалось все, чтобы не заскулить или, что еще хуже, не раздвинуть ноги, как шлюха, схватить его за задницу и прижаться к нему.

"Да", – задохнулся я, положив руки на его бедра.

Да, именно так. Я положил руки на его бедра. Я не оттолкнул его. Я не затягивал время и не пытался блефом выйти из неловкой ситуации. Нет, не я. Я провел ладонями по швам его карманов и провела большим пальцем по шву, как будто мы были давними любовниками, знающими движения простого и красивого танца.

Я не слышал своих мыслей за стуком своего сердца. Я был потерян в этом моменте. Слишком потерян, чтобы прислушаться к логической части моего мозга, призывающей меня проснуться и восстановить баланс. Что бы здесь ни происходило, этого не должно было быть.

Не целуй его. Не целуй его.

Слишком поздно.

Лиам прижался своими губами к моим, и, черт возьми, это было идеально. На вкус он был как вишневый ChapStick и солнечный свет, а пах хлоркой. Это не должно было быть привлекательным, но он напомнил мне о лете в середине января. Это было невероятное ощущение, когда его тело лежало на моем, накрывая меня, как теплое одеяло. Мне вдруг очень понравилась идея потеряться в нем. Я обвил руками его шею, наклонил голову и облизнул губы в молчаливой просьбе впустить меня.

Он застонал, как только наши языки соприкоснулись. Сначала это было просто прикосновение. Я почти смог убедить себя, что это было невинно. Но потом я запустил пальцы в его волнистые волосы, шире раздвинула ноги и рот и расстелил гребаный приветственный коврик. Возьми меня, я твой.

Лиам понял послание. Он провел своим языком рядом с моим, заставляя меня не отставать от него, толчок за толчком. Сначала его темп был медленным... почти неторопливым, как будто он предполагал, что у нас есть весь этот чертов день. Лихорадочное чувство безотлагательности нарастало с каждым лизанием и нежным покусыванием. В считанные минуты температура поднялась до предела. Мы горели.

Я стянул его футболку с джинсов и провел руками по его пояснице, покачивая бедрами вверх, сжимая его задницу, чтобы удержать его в неподвижном состоянии, пока я неистово скакал на его эрекции. Он прервал поцелуй, задыхаясь, и бросил на меня ищущий взгляд.

"Ты хочешь..."

Бам! Где–то в доме закрылась дверь.

Я замер и тяжело сглотнул, толкаясь в его грудь. Лиам скатился с меня, но он дернул меня за локоть, прежде чем я смогл вырваться.

"Лиам, мы не можем этого сделать".

Он долго держал мой взгляд, а потом схватился за свой ствол через джинсы. "Это больно".

Невероятно, но я рассмеялся. "Мне тоже, но..."

"Давай поможем друг другу. Ты хочешь отсосать мне?"

"Да. То есть... нет! Мы не можем". Я опустился на край матраса и покачал головой. "Я не уверен, как мы сюда попали, но твой сосед по комнате..."

"У него есть своя комната. Расслабься, Дрю. Давай." Он подвинулся, чтобы сесть рядом со мной. "Нам не нужно ничего делать. Достаточно знать, что ты заинтересован".

Я поджал губы, но не мог бороться с пузырьками юмора. Я жестом указал на свой бедный член. "Я, конечно, заинтересован, но..."

Он обхватил мой подбородок и крепко поцеловал меня. Мы упали боком на матрас, целуясь спутанными языками и блуждающими руками, мы толкались и терлись в маниакальном стремлении к фрикциям. Я не мог сопротивляться ему. Он был просто охуителен. Длинный, толстый и твердый как камень. Это было хорошо, но мы оба знали, что можем сделать лучше.

Лиам расстегнул свой ремень и потянулся за моим. "Я сейчас выстрелю. Кончить в мои джинсы может быть хуже, чем быть двухпудовым чурбаном. Мне нужна помощь".

Я хмыкнул в ответ на его губы. "Что я могу сделать, чтобы помочь?"

Он лежал, выгнув спину, натянув джинсы и трусы–боксеры на задницу. Его член подпрыгивал на нижнем прессе, и, черт возьми, кажется, у меня потекли слюни. Не шучу.

Лиам был чертовски великолепен. А когда его рубашка была задрана, джинсы задраны до щиколоток, а его шестипалый торс гордо выставлен напоказ, он казался почти нереальным. Я прочертил круги вокруг его сосков, затем по тонизированным контурам его груди, следуя по счастливому следу к твердому столбу, стоящему наготове. Он держал себя за основание и убедился, что я смотрю, когда он размазывал сперму по своей щели и скользил рукой вверх и вниз... вверх и вниз.

Я даже заскулил. Я ничего не мог с собой поделать. Я давно не был с мужчиной. А Лиам был не просто мужчиной. Он был... особенным. Не спрашивайте меня, откуда я это знал, но я знал.

"Прикоснись ко мне", – приказал он.

Я не колебался. Я переплел свои пальцы с его пальцами и овладел им. Мы целовались, пока я дрочил его длинными, медленными движениями. Он сосал мой язык и одобрительно застонал, когда я ускорил темп. Этот нуждающийся звук донесся прямо до моего члена. Я резко отпустил его и расстегнул джинсы, освободившись с облегченным вздохом.

Внезапно Лиам оказался на мне. Он перекатился на меня сверху, покачивая бедрами, и обхватил пальцами нас обоих. Из–за неудобного угла было трудно оказывать нужное давление. Через минуту мы сдались и просто толкались как сумасшедшие, хватая друг друга за щеки, пока сосали, лизали и покусывали любую доступную кожу. Неожиданный плотский жар и стремительный переход от нуля к сотне за считанные секунды увлекли нас за собой. Я задыхался, когда ощутимое покалывание оргазма защекотало мой позвоночник.

"Черт, я сейчас кончу", – предупредил я.

Лиам опередил меня. Он приподнялся на одной руке и несколько раз подрочил себе... а потом рухнул. Я был рядом с ним. Сперма потекла по моей груди и по моим пальцам. Его и мои. Мы задыхались, тряслись, как пальмы в конце урагана.

Я ненадолго закрыл глаза, позволяя всему хорошему джуджу просочиться сквозь мои кости. Я подозревал, что это чувство может исчезнуть, когда наступит реальность, и я не хотел отпускать его, пока не придется.

"Эй, ты". Лиам прикоснулся своим носом к моему.

Я улыбнулась. "Эй".

"Фух. Я боялся, что ты запаникуешь".

"Я не паникую". И все же.

Он крепко поцеловал меня, затем посмотрел между нами, чтобы осмотреть беспорядок. "Я принесу полотенце".

Я подпер себя локтями и оглядел его комнату. Я перевернулся на бок, достал несколько салфеток из коробки на его тумбочке, чтобы привести себя в порядок, как раз когда Лиам вернулся с мочалкой. Он выхватил у меня пачку "Клинекса" и выбросил ее в корзину для мусора под своим столом, а затем аккуратно вытер пот и сперму с моего живота.

Его благоговение тронуло меня. Я ожидал, что он пошутит, чтобы помочь нам перезагрузиться. Я вообще–то рассчитывал на его легкомысленный, солнечный характер и талант никогда не воспринимать ничего слишком серьезно. Но этого... я не ожидал от него потрясенного почтения. Я не мог припомнить, чтобы кто–нибудь когда–нибудь так смотрел на меня. Как будто он хотел запомнить меня. Не только момент, но и меня. Мое тело, мой запах, мое присутствие в его пространстве. Это было совершенно очаровательно. И совершенно неожиданно.

"Спасибо", – прошептал я.

"Не за что". Он бросил полотенце на пол, затем заправил футболку в джинсы и застегнул ремень. "Не знаю, что теперь будет, но я, наверное, должен сказать тебе, что ты мне нравишься".

"Правда?"

"Мммм. Думаю, сейчас ты скажешь мне, что слишком стар для меня".

Я быстро переоделся и покачал головой. "Я не сказала ни слова".

Лиам поправил свою внушительную выпуклость... просто потому что, и достал ключи из кармана. "Я знаю. Но я должен быть честным. Я нахожусь в поиске сладкого папочки".

Я фыркнул и рассмеялся. "Я и понятия не имел".

"Да, это правда. Несмотря на то, что я не думаю, что ты заряжен энергией и готов оплачивать мои счета в обмен на сексуальные услуги, я чувствую, что должен оставить тебя в списке претендентов".

Моя ухмылка разделила мое лицо на две части. "Так ты говоришь, что я слишком молод для тебя?"

Он держал дверь открытой. "Ты понимаешь, да?"

"Конечно".

"Моя проблема в том, что я не знаю, где можно встретить действительно богатого старого чувака".

"Почему бы тебе не стать эскортом?" предложил я.

"Может быть, но... я нервничаю в окружении незнакомцев", – соврал он.

Я закатил глаза, но не потрудился скрыть улыбку. "Очень смешно. Иногда я забываю, что тебе два дня от роду. Пойдем. Тебе нужны колеса, а мне нужно принять душ перед сменой в баре".

"Давай продолжим этот разговор по дороге в гараж. У меня есть несколько вопросов", – озорно промурлыкал он. "Все, что мы не затронем, мы прибережем для нашего первого свидания".

Я нахмурил брови. "Свидание? Мы не можем встречаться".

"Конечно, можем". Он прислонился к дверному косяку и притянул меня к себе. "Вот мое предсказание. Ты оттолкнешь меня и скажешь, что мы можем быть только друзьями. Я сделаю вид, что меня это устраивает. На самом деле, я, вероятно, сделаю несколько "дружеских" жестов, например, приглашу тебя выпить кофе или приглашу на пробежку".

"Ты ненавидишь бег", – напомнил я ему.

"Да, но для тебя я сделаю исключение".

"Это мило с твоей стороны".

"Я знаю, правда? Ты все равно будешь сопротивляться мне, но я чертовски настойчив, и под всем этим я тебе нравлюсь".

"Да", – тихо признался я. "Ты мне очень нравишься, но..."

Он провел пальцем по моим губам и покачал головой. "И когда мы будем вместе в горах через пару недель, мы пойдем на наше первое свидание".

"Это не сработает. Ты будешь со своими друзьями, а я со своей семьей".

"Где есть желание, там есть и способ, детка. Я буду уговаривать тебя, и в конце концов ты мне позволишь".

"Нет, не позволю", – упрямо твердил я.

Лиам облизал мою нижнюю губу, а затем зажал ее между зубами.

"Вызов принят. Закрой за собой дверь. У нас есть крутой Бимер, которого нужно спасать. Чоп–чоп."

Я прислушался к стуку его ног по лестнице и услышал, как он кого–то поприветствовал. Их голоса стихли, оставив меня с моими беспорядочными мыслями.

Все это было очень странно. Я не совсем понимала, как поездка домой из школы закончилась тем, что мы обменялись секретами и подрочили в его комнате, как пара озабоченных подростков. Лиам был плохой идеей, а я так старала держаться от них подальше в последнее время. Не то чтобы я о чем–то жалел. Это не так.

На самом деле, неожиданное знакомство с жизнью и временами Лиама Переса сделало меня более любопытным, чем когда–либо. Он был забавным, обаятельным, умным и, очевидно... би. Но это не делало его неожиданно доступным для меня. И это не означало, что я хочу продолжить это в горах или... где угодно.

Нет. Этого не будет.

3

Лиам

Это случилось.

У меня было хорошее предчувствие насчет Дрю. Мы танцевали друг вокруг друга последние пару недель после нашей послеобеденной сессии. Мы превратились из дружелюбных коллег в пару возбужденных парней с большим секретом.

Все прошло почти в точности так, как я и предсказывал. Я был придурком, который слишком старался привлечь внимание симпатичного парня на работе, в то время как Дрю боролся с очевидной искрой между нами, как бдительный пожарный на плоту посреди океана. Но я был рад сообщить, что моя тактика сработала. Я измотал его.

Как? Ну, я убедителен. Мне говорили, что я становлюсь сильным, когда чего–то хочу. И, черт возьми, я хотел Дрю.

Дело в том, что я понимал его сдержанность. Он мог утверждать, что наша разница в возрасте и тот факт, что он мой босс, работают против нас, но пять лет – это ничто, и, по правде говоря, я должен был уйти из бистро две недели назад. У меня не было времени на то, чтобы совмещать учебу в школе и тренерскую работу с работой за столиками. Но если я уволюсь сейчас, то могу потерять шанс встретиться с Дрю. Ему будет слишком легко игнорировать меня, если он не будет видеть меня каждый день.

Мой план предусматривал полное погружение в "я". В пределах разумного. Я уговорил его на пару свиданий с кофе, пригласил себя на пробежку, хотя ненавидел ее, и несколько раз заходил в "Ржавый гвоздь", чтобы выпить пива и поболтать с ним в перерывах между клиентами. Публичный характер наших "свиданий" не позволял делать ничего сексуального. Украденные поцелуи и случайные поцелуи были приятны, но я хотел большего.

Если я не совсем ясно выразили а, у меня была к нему симпатия.

И это было плохо.

Это началось вскоре после того, как Дерек и Гейб наняли меня в начале декабря, до того, как они открыли Bonne Terre. Я бы не сказал, что это была похоть с первого взгляда. Все, что я знал, это то, что что–то во мне откликнулось на Дрю. Я понимал, что это звучит глупо, но я готов был поклясться, что наши тела общались на другом уровне. Если он мимоходом касался меня... рука на моем плече или локоть, когда мы работали бок о бок, – у меня потели ладони, а сердце делало забавный кувырок.

Я реагировал на неожиданный выброс адреналина своим обычным придурковатым способом... я начинал говорить и не мог заткнуться. Или я делал что–то, чтобы привлечь его внимание. Я смешивал шоколадные круассаны с миндальными, менял надписи на черном и травяном чае со льдом или появлялся на работе в своей куртке для водного поло и мелькал в "Спидо". Все как обычно. Я ничего не мог с собой поделать. Я изголодался по его сладким однобоким ухмылкам и закатыванию глаз "Ты, наверное, шутишь".

Кто мог меня винить? Дрю Хартли был чертовски горяч. Не то чтобы меня привлекала только его внешность. Конечно, я оценил его подтянутое, стройное тело, и мне нравилось, что его длинные темные волосы делали его похожим на рок–звезду. Но сам мужчина... его терпение, его присутствие, его уверенность... действовали на меня так, как ничто и никто никогда не действовал.

Послушайте, я не идиот. Дрю был старше, взрослее и намного старше меня. Я бы никогда не заговорил о том, что я би, поскольку наше знакомство должно было быть коротким... но после того, как он нашел фотографию, кот был вытащен из мешка. Как ни странно, он был заинтересован.

Но он не хотел этого.

Я почти видел его внутреннюю борьбу, когда он смеялся над одной из моих неуклюжих шуток, а затем скрывал свое веселье кашлем или уходил. Одним из лучших мест, где его можно было застать, было то, когда он работал барменом в "Ржавом гвозде". Там он не мог легко уйти от меня.

Не волнуйтесь. Я не был полным преследователем. Я дважды заходил в нерабочее время, когда был "поблизости". И оба раза он был искренне рад меня видеть. Но завеса подозрительности опускалась прежде, чем я успевал поздороваться. Конечно, это заставило меня нервничать, а когда я нервничал... я говорил. Я пробовал разные тактики разговора о работе и погоде, которые требовали какого–то участия. Но его игра "жесткая рука" была сильна.

В конце концов, я сдался и перешел к прямому подходу.

"Ты мне нравишься", – прошептал я, поднося бокал к губам.

Дрю приостановился, вытирая барную стойку, и ухмыльнулся. "Ты мне тоже нравишься. Вопреки моему здравому смыслу".

"Правильные суждения – это скучно. Слегка нестандартные решения делают жизнь интересной".

"Ты – немного нестандартный выбор?"

"Я?" Я изобразил смешное лицо с выпученными глазами и сумасшедшим выражением, чтобы рассмешить его.

Он фыркнул. "Кто–нибудь когда–нибудь говорил тебе, что тебя много?"

"Раз или два", – бесстрастно признал я. "Перестань слишком много анализировать, Дрю. Слишком сложные размышления все портят".

"Я знаю. К сожалению, у меня это очень хорошо получается", – ворчал он.

"Выбрось из головы свои мысли, парень. Расскажи мне об этом месте". Я оглядел почти пустой бар. "Кто твой любимый клиент здесь?"

"Майки", – ответил он без колебаний.

"Майки? Он горячий?"

Смех Дрю весело отскакивал от стены из первоклассного алкоголя. Он звучал легко и непринужденно.

"Майки восемьдесят пять лет. Он приходит каждый вечер в пять часов без пятнадцати минут. Он садится на второй барный стул от стены – прямо рядом с тем, где сейчас сидишь вы. Он заказывает мартини с водкой... встряхнуть, не перемешивать, с двумя оливками в морозном бокале. Все бармены следят за ним и стараются, чтобы его напиток ждал его, когда он зайдет. Он ведет себя так, будто это лучший в мире карточный фокус. Он обильно благодарит нас, засовывая оливки в рот, и тут начинается настоящее веселье. Он рассказывает историю за историей... о своей семье, о своей службе в армии, о девушке, разбившей ему сердце в двадцать три года, о женщине, на которой он женился, о своих детях, внуках. Это никогда не заканчивается, и он никогда не рассказывает одну и ту же историю дважды. Я прошу эту смену два раза в неделю".

"Почему?"

"Потому что такие люди, как он, заставляют тебя чувствовать себя... значительным. У тебя тоже есть к этому дар, ты знаешь. Мистер Молино загорается, когда вы открываете ему дверь в шесть утра и приветствуете его так, как будто он буквально сделал ваш день, просто появившись". Дрю улыбнулся, складывая тряпку в руке. "Я думаю, что у меня такой же взгляд каждый раз, когда Майки запрыгивает на этот табурет, приветствует меня по имени и произносит ирландскую молитву, благословляя меня за то, что я вспомнил о его напитке".

"Ирландскую молитву?"

"Я на три четверти ирландец. Мы серьезно относимся к алкоголю", – сказал он с лукавой ухмылкой.

Мы захихикали без особой причины, затем улыбнулись.

"Мне пора идти. Я тренирую тренировку для Гейба". Я встал, доставая бумажник из кармана.

"Убери свои деньги. Это за счет заведения".

"Спасибо. Я куплю тебе одну в горах в эти выходные. В какой день ты едешь?"

"В пятницу, но..."

"Увидимся там". Я улыбнулся.

Дрю встретил мой взгляд и покраснел. Тогда я точно понял, что он тоже чувствует притяжение.

Последние несколько дней я был на седьмом небе от этого чертова румянца. Возможно, это ничего не значило, но это заставляло меня думать, что есть приличный шанс, что он появится в этом захудалом баре в горах, чтобы выпить со мной.

"Кого ты ищешь?" спросила Джейд.

Я медленно отхлебнул пива, бросив последний взгляд в сторону бара, прежде чем поставить бутылку на тесный столик. "Никого. А что?"

Джейд откинула свои длинные волосы на плечо и фыркнула. "Твои глаза были прикованы к входу с тех пор, как мы сюда приехали".

"Просто смотрю на пейзаж".

"Лгун. Кто она?"

Я повернулся к ней лицом, что потребовало от меня упражнения на выгибание и риска столкнуться коленями и локтями с моими приятелями.

"Не, ты не так поняла. Я не ищу девушку. Дрю сказал мне, что собирается приехать сюда на выходные со своим братом. Я пригласил его выпить с нами сегодня вечером".

Она смущенно наморщила лоб. "Дрю? О, точно. Я помню. Сомневаюсь, что он появится".

Я начал думать, что она была права. Я написал ему сообщение, когда приехал сегодня днем. Простое "Увидимся в "Салуне" в семь. Будь там". Он не ответил. И он не пришел.

Я не знал, сколько сейчас времени, но наша вечеринка уже давно заняла три высоких столика в центре бара. Мы обогнали соседние столики и съели по два заказа начос, крылышек, слайдеров и три кувшина пива. Еда не задерживалась рядом с моими друзьями, однако. А это была большая компания.

Нас было десять человек: семь парней, три девушки, и, если я правильно понял моего приятеля Колина, завтра к нам присоединятся еще два друга. Я не был уверен, как сложится логистика ночлега. Горный дом родителей Колина был большим, но я не знал, хватит ли там места для двенадцати взрослых. Обычно мы укладывались вдвоем на любые свободные кровати. Обычно мы выматывались после целого дня на склонах и были рады вырубиться в любом теплом месте под одеялом.

Единственной возможной проблемой в этот раз было нечетное количество девушек, что означало, что одной из них понадобится партнер для спального места. В последний раз это случилось, когда мы с Джейд провели возбужденный эксперимент на одну ночь. После этого мы оба были на одной волне и договорились быть просто друзьями. Однако в последнее время она была более внимательна и очень ласкова. Может быть, я неправильно понял сигналы? Я надеялся на это.

Я не хотел отвлекаться, когда приедет Дрю. Если он приедет.

Я снова оглянулся через плечо и поймал испытующий взгляд Джейд. Отлично.

"Земля – Лиаму". Джейд помахала рукой перед моими глазами.

"Да, землянин?"

Она хихикнула, прислонившись к моему бицепсу. "Если Дрю появится сейчас, ты сам по себе. Чад закрывает наш счет, а Микаэла организует поездки на Uber. Последний, кто придет в хижину, вероятно, будет спать на диване".

"Только не на диване", – ныл я. "Эта штука – центральная глыба. Можно получить больную спину, просто смотря телевизор или..."

"Привет. Как дела?"

Я повернулся, насколько это было возможно в тесной каморке, и сделал двойной дубль. Так... теперь я покраснел.

Я ухмыльнулся Дрю. Большая, глупая ухмылка, от которой у меня слегка закружилась голова. "Эй, у тебя получилось".

Он улыбнулся, положив руку на мой барный стул. "Да, я весь день был на склонах с моим братом и его женой. Я не был уверен, что ты еще будешь здесь, но решил зайти на всякий случай. Привет, Джейд".

Джейд вскочила со стула, наклонилась ко мне, чтобы обнять Дрю одной рукой. "Привет, Босс. Мы поедем с вами завтра на лыжах?"

"Эээ... не думаю. Хотя пиво звучит неплохо. А ты что будешь?"

Когда Дрю указал на мой почти пустой стакан, я назвал случайную марку и упивался его видом. Черт, он хорошо смотрелся в горах. Его светло–голубой свитер сидел на нем как перчатка... не слишком громоздкий, не слишком облегающий. И это подчеркивало его серебристо–голубые глаза.

Черт, перестань пялиться.

Я допил свой напиток, пока вокруг меня шумели разговоры. Мои друзья собирали свои вещи, отодвигая стулья с дороги, чтобы проложить путь к выходу. Они остановились, чтобы поздороваться с новичком на выходе. Но было слишком шумно и тесно, чтобы задерживаться.

"Мне придется поймать тебя в следующий раз, Дрю. Увидимся в кафе в понедельник! Ты останешься, Ли?" спросила Джейд, снимая со стула зимнее пальто и перекидывая его через руку.

"Да. Увидимся там", – рассеянно ответил я, осматривая бар.

Несколько человек роились вокруг свободных столиков, растаскивая их, чтобы соответствовать размеру своей группы. Я указал на столик поменьше, примостившийся в углу у входа, а затем проскользнул сквозь толпу, чтобы занять его.

"Хороший улов. Здесь тоже тише". Дрю накинул пальто на стул и сел как раз в тот момент, когда подошла официантка, чтобы принять наш заказ.

Я неловко улыбнулся и попытался придумать что–нибудь остроумное. Когда сомневаешься, говори о погоде.

"Чертовски холодно". Я тут же поморщился. Неудачно.

"Да. И снега много".

Я кивнул, как идиот, и зациклился на его рте. У него была великолепная улыбка. Она была обезоруживающей. До встречи с Дрю я никогда не понимал, что улыбка делает меня беззащитным. Он мог быть таким серьезным. Он выворачивал меня наизнанку, когда ослаблял бдительность и выдавал свою убийственную ухмылку. Начинаются потные ладони и синдром сухого рта.

"Каково было на склонах?" спросил я, молча поздравляя себя с тем, что мне пришел в голову умный вопрос.

"Было хорошо. Не слишком много народу".

"Правда? Кажется, что весь Лос–Анджелес и Округ Колумбия съехались сюда на выходные. Посмотри на этот бар. Я никогда не видел его таким полным".

Дрю окинул беглым взглядом интерьер. "Ты часто здесь бываешь?"

"Несколько раз в сезон", – ответил я, поблагодарив официантку, когда она поставила пиво за наш столик. "Родители моего друга владеют здесь домом. Они поощряют его и его братьев и сестер пользоваться им. Это здорово, за исключением того, что Колин всегда приглашает десять или больше человек одновременно. Здесь точно будет очень уютно".

"Звучит заманчиво".

"Да. Спроси меня, думаю ли я так утром, когда все одновременно пытаются воспользоваться туалетами. Если я хочу попасть на склоны к девяти, мне придется завести будильник и добираться туда на машине. Во сколько ты собираешься ехать?"

"Куда?"

"Кататься на лыжах, придурок. Я имею в виду... Босс. Это был план. Помнишь?"

Дрю фыркнул. "Это был твой план. Я просто пришел за тишиной и покоем. Я не взял с собой никакого оборудования".

"Я думал, вы сегодня катались на лыжах".

"Нет, мы катались на тюбингах", – сказал он, потягивая пиво.

"О. Это круто".

"Это было весело. Я не катался уже много лет. Мы приезжали в Биг Беар, когда были детьми. Мне нравилось кататься на тюбинге, но я ненавидел тянуть эту чертову шину вверх по склону, когда мы достигали дна. Сейчас там есть волшебный ковер".

Я усмехнулся. "Мило. Звучит расслабляюще. И так как тебе не пришлось изнурять себя, поднимаясь на холм снова и снова, я уверен, у тебя будет много энергии, чтобы кататься завтра. Не беспокойся об экипировке. Мы можем встретиться пораньше и взять напрокат ваше снаряжение, пока не стало много народу. Думаю, они открываются в восемь тридцать. Я проверю".

"Не беспокойся. Я не пойду", – настаивал он, положив руку рядом с моей.

Я обхватил его мизинец, что должно было стать возмездием. Но я не отпустил его, и он не отстранился, так что на мгновение или два мы держались за руки. Вроде того. Это было скорее игриво, чем навязчиво, но это перешло ту грань, которую мы оба, конечно, избежали бы в прошлом. Не было смысла отрицать, что что–то изменилось.

"Что ты будешь делать вместо этого?"

"Наверное, читать. Охлаждаться". Дрю пожал плечами.

Я нахмурил брови. "Ты собираешься закончить вязание, пока будешь этим заниматься?"

Дрю захихикал, его глаза весело заблестели. "Может быть. Не думаю, что у нас одинаковый уровень мастерства".

"Понятно. Ты боишься, что я буду лучше тебя. И, наверное, ты прав", – ответил я совершенно искренне.

"Такой скромный".

"Нет смысла скромничать. Я лучший лыжник, чем игрок в водное поло".

"Как это?" Дрю потянул пальцы, усмехнувшись, когда я крепче сжал их.

Он не жаловался и не настаивал на своем, поэтому я заговорил быстро, чтобы отвлечь его.

"Я говорил тебе, что я из Мамонта. Я вырос с горой на заднем дворе. Наш дом выходил на Каньон Экспресс. Я помню то зудящее чувство, которое я испытывал, когда ел кашу в детстве и слышал лыжников и сноубордистов снаружи. Я не мог дождаться момента, когда смогу выйти туда".

"Сколько тебе было лет, когда ты научился?"

"Я не знаю... может быть, три? Мне это нравилось. Я был в каждой лыжной команде, которую предлагали в этом районе, до самой средней школы. Я и сейчас там в команде, но это уже более обычное дело. Я записываюсь только тогда, когда знаю, что у меня нет конфликтов в школе или на работе. Вообще–то у меня турнир через две недели".

Дрю сузил глаза, наклонившись вперед. "Как ты перешел от лыж к водному поло? Я знаю, ты сказал, что на пляже нет снега, и ты хотел попробовать что–то новое, но почему именно водное поло?".

"Я попал в этот спорт случайно. Я состою в лыжном клубе кампуса вместе с парой игроков в водное поло. Они присоединились к первокурсникам перед началом сезона. Они объяснили, что у них может быть несколько конфликтов по времени из–за тренировок или игр, а я такой: "Чувак, что это за хрень – водное поло?" Я уверен, что сказал им, что это звучит отстойно. Тогда они предложили мне попробовать себя в команде. Это была шутка. Я решил, что они задолжают мне контрабандную упаковку пива, и мы посмеемся над этим во время нашей следующей лыжной прогулки. Но мне понравилось и... я чертовски хорош в этом".

"Ты не очень хорошо справляешься со скромностью, да?"

Я фыркнул и рассмеялся. "Что я могу сказать? Когда ты понял, ты понял. История забавная, потому что да, я хороший пловец, но им нужен был большой парень. Кто–то сильный и выносливый, способный отбиться от нескольких защитников и при этом забить гол. Может быть, я не был самым быстрым парнем в воде, но у меня определенно были мускулы".

"Я не так много знаю о водном поло. На какой позиции ты играешь?"

"Сет. Некоторые называют ее центральной или двухметровой. Вот как это работает". Я раскрыл свою салфетку и расправил края. "Это бассейн. Ворота находятся на противоположных концах. В каждой команде по шесть игроков и вратарь. Эти шесть парней могут меняться и делать то, что им нужно коллективно, чтобы забить гол, но в теории они хотят, чтобы я плыл впереди и в центре и бросал гребаную ракету в сетку. И чтобы меня не утопили в процессе".

"Легко", – поддразнил он с однобокой ухмылкой.

"Да, точно", – хмыкнул я. "Хорошо, что я много занимался борьбой со своим братом. Мы выбивали друг из друга все дерьмо. Серьезно. Когда я рос, драка из–за пульта дистанционного управления или видеоигры почти всегда приводила к потенциальной травме. А потом мама приходила с работы и обнаруживала, что лампы перевернуты, подушки разбросаны повсюду, а мы с Таем бросаемся друг на друга. Скажем так, она была недовольна".

"А где был твой отец?"

"У меня такого нет".

"О. Извини."

Я отмахнулся от него. "Не стоит. Я никогда не знал этого парня. Он был лыжным инструктором из Новой Зеландии, который преподавал с мамой в домике. У него была рабочая виза, так что он мог попасть зимой на два полушария и никогда не скучать по снегу. Она редко говорит о нем, а когда говорит, то называет его Питером Пэном. Он никогда не хотел взрослеть. Это объясняет, почему он не вернулся в Мамонт, когда она сказала ему, что беременна близнецами".

"Господи, он звучит как инструмент".

"Да. Я не часто думаю о нем. Единственный раз, когда он отдаленно входит в мои мысли, это когда я слышу фразу "Питер Пэн". Мне нравится веселиться, но я не хочу быть этим парнем. Никогда". Я отхлебнул пива и проглотил, затем спросил: "А ты? Какая у тебя семья?"

"Они хорошие люди. Мои родители живут в Оушенсайде. У меня есть два старших брата. Они оба женаты. У Тома, самого старшего, трое детей. А Марк, тот, что снимал здесь квартиру, только что женился прошлым летом. Без сомнения, скоро я снова стану дядей", – сказал он с улыбкой.

"Значит, они знают, что ты гей".

Дрю наклонил голову. "Да. Я узнал об этом до поступления в колледж, а сейчас мне двадцать восемь, так что на данный момент это старая новость. Мой отец – бывший военный. Ему потребовалось больше времени, чтобы принять это, но сейчас у нас все в порядке".

"Я рад."

"Я тоже. Знаешь, что забавно?"

"Что?"

"Моя семья думает, что я немного Питер Пэн".

"Ты?" Я насмехаюсь. "Не может быть. У тебя две работы, и ты получаешь степень магистра. Ты не смогла бы погрузиться в более взрослую жизнь, даже если бы попытался. Я был потрясен, что ты взял выходные".

"Мне это было нужно. Я так перегорел сейчас. Школа начинается на следующей неделе, и я должен быть морально готов к тому, чтобы все это преодолеть".

"Ты собираешься уволиться с одной из своих работ?"

"Не сразу. Но, вероятно, мне придется уведомить об этом в баре. Хотя на самом деле я этого не хочу. Мне нравится эта работа. У меня хорошо получается".

Я усмехнулся. "Ммм, понятно. Что делает тебя лучшим барменом в Лонг–Бич?".

Дрю забавно поджал губы. "Я не говорил, что я лучший. Я просто лучше, чем я думал. Я не знаю, как я попал в ресторанный бизнес, но я был официантом, сервером, хозяином, официантом, менеджером и барменом. Единственная работа, которая заставляла меня нервничать, – это работа за барной стойкой. Я боялся, что не справлюсь с людьми. Я представлял себе, как кто–то вываливает всю душу о своих прогнивших бывших, проблемах с деньгами, работой... и не знал, как реагировать. Оказалось, что если придерживаться мелочей, то не ошибешься".

Я усмехнулся. "Как это работает? Подожди. Покажи мне. Представь, что мы в баре и..."

"Мы и есть в баре".

"Да, да, умник. Не отвлекайся", – укорил я. "Ты – бармен, а я занимаю место в твоей секции, заказываю мартини с кучей инструкций. Сухой, взболтанный, перемешанный, грязный, со льдом, двенадцать оливок, два лука... все дела".

Дрю прищурился. "Этот коктейль невозможно... и нереально пить".

"Да ладно, мы тут играем". Я театрально прочистил горло. "Бармен, это был тяжелый день. Я буду мартини с..."

"Как насчет пива, сэр?"

"Звучит неплохо". Я подождал немного. "Итак, здесь ты спрашиваешь о моем дне, верно?"

"Нет, я не делаю этого, если не знаю тебя хорошо. Никогда не задаю грубых личных вопросов. Ты можешь быть моим единственным клиентом в течение пяти минут, прежде чем откроются шлюзы и я попытаюсь вспомнить десять заказов на напитки и кому они принадлежат. Если я спрошу, как прошел день, и он окажется плохим, ты захочешь вывалить на меня все, как будто я твой психотерапевт. Я буду выглядеть настоящим засранцем, когда мне придется бросить тебя, чтобы позаботиться о других клиентах. И если честно, я немного чувствителен. Если ты расскажешь мне что–то ужасное, я буду переживать за тебя, пока буду смешивать джин–джимлеты".

"К счастью, у меня относительно легкая драма".

Дрю потягивал свое пиво, затем указал на салфетку, лежащую посреди стола между нами. "Хорошо, но если это имеет какое–то отношение к водному поло, возможно, тебе стоит поговорить с кем–нибудь другим".

"Нет, наш сезон закончился, и я выпускаюсь в мае. Я все еще играю в клубный мяч и помогаю Гейбу тренировать младших детей из клуба, но это весело. Никакой драмы".

"Так что у тебя на уме?"

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. "О реальной жизни. Что будет дальше. Отец моего друга владеет финансовой фирмой в Ньюпорте. Он хочет нанять меня сразу после колледжа и... вот что. Он готов обучить меня этой весной, как оплачиваемая стажировка".

"Поздравляю. Это звучит как отличная возможность", – восторгается Дрю.

"Нет, это звучит как душегубство. Я не знаю, как из этого выбраться. И я жалею, что не сказал об этом маме, потому что если я не соглашусь, она подумает, что я Питер Пэн". Я опрокинул свой стакан и поставил его на стол с большей силой, чем нужно. "Наверняка тебе будет трудно в это поверить, но у меня репутация человека, который ничего не воспринимает всерьез".

"Ты? Это безумие", – саркастически хмыкнул он.

"Может быть, это немного правда, но я знаю разницу между весельем и тем, чтобы засунуть голову в песок и надеяться, что все тяжелое пройдет". Я скомкал салфетку между нами и вытер конденсат со стола.

"Хм. Итак... где ты видишь себя в следующем году?"

Я усмехнулся. "Ну, бармен, я бы тоже хотел получить степень магистра. В области структурной инженерии. Я хочу строить мосты и инфраструктуру. Я хочу быть тем парнем, который проектирует лыжные трассы и бассейны. Я не говорю об эстетике или архитектуре. Я говорю о фактическом..."

"Инженерное дело", – перебил он.

Я взволнованно ударил по столу. "Именно! Я всегда был очарован тем, как и почему создаются впечатляющие здания. Я был ребенком, который строил гигантские творения из Lego, которые никоим образом не походили на то, что было на внешней стороне коробки. Это было похоже на личный вызов – воссоздать истребитель в современном небоскребе".

"Это возможно?"

"Все возможно, если проявить немного воображения", – пропел я.

"Правда. Какой первый шаг в становлении инженера?".

"Еще школа и стажировка. Я еще никому не говорил, что подал документы в аспирантуру. Не хотел сглазить. Я узнаю, приняли ли меня в феврале или марте. А пока я не тороплюсь и жонглирую слишком большим количеством мячей. И не самыми веселыми".

"Вот это позор."

"Я знаю, верно?" Я поблагодарил официанта, когда он принес наши напитки, и продолжил. "Я притворяюсь, что заинтересован в работе, которая мне не нужна, пока жду новостей об аспирантуре. Другими словами, я нахожусь в неопределенности. И теперь я понимаю, что ты имел в виду, говоря об осторожности в вопросах. Засранцы вроде меня рассказывают тебе историю своей жизни без особых провокаций".

Дрю хмыкнул. "В твоем случае, мне интересно. Ты говоришь так, будто у тебя все в порядке с головой".

"А у меня?" Я фыркнул, сделав длинный глоток пива.

"Да, и ты явно много думал об этом. Не очень–то похоже на страуса", – язвительно прокомментировал он. "Куда ты подал документы в аспирантуру?"

"Лонг–Бич, Калифорнийский университет в Ирвине и Калифорнийский университет в Лос–Анджелесе. Пожелай мне удачи".

"Удачи". Он тепло улыбнулся.

"Спасибо. А что насчет тебя? Что будет после получения диплома?"

"В моем идеальном мире я открою сеть ресторанов или баров. Наверное, я мог бы попытаться сделать это и без диплома, но мне нужна была помощь в разработке бизнес–плана. Работать на Дерека было здорово, потому что он уже прошел через это. Я получаю краткий курс, как построить что–то с нуля".

"Похоже, мы оба делаем одно и то же". Я поднял свой бокал в тосте. "За создание нового дерьма".

Дрю стукнул своим бокалом о мой и улыбнулся. "Если бы ты мог выбирать, что бы ты хотел построить в первую очередь?"

"Горнолыжный курорт", – сразу же ответил я. "Что возвращает нас к завтрашнему дню. Пойдем со мной кататься на лыжах".

"Зачем? Ты с огромной группой. Я буду тормозить и..."

"Нет. А если мы пойдем пораньше, то будем только мы. Мы сможем сделать несколько пробежек и закончить до полудня. Потом я встречусь со своими друзьями, а ты пойдешь вязать".

Он издал покорный вздох. "Хорошо. Не говори, что я тебя не предупреждал".

Я сменил тему, прежде чем он успел высказать свои мысли, переведя разговор на любимые праздничные фильмы, тыквенную приправу и гоголь–моголь – ну, вы знаете, примитивные темы, о которых у большинства людей есть свое мнение. Эльф, гадость и еще гаже, если вам интересно.

Каким–то образом мы закончили обсуждением сухих завтраков.

"Чириос – отстой, но раньше мне нравился Эппл Джек", – сказал я, протягивая официанту свою кредитную карточку.

"По сути, это одно и то же, но в одном больше сахара. Как ты относишься к овсянке?".

"Да никак. Я люблю большие завтраки. Яйца, бекон, блинчики... все дела. И вафли у меня тоже получаются".

"Я тоже. Хотя я думаю, что мои блины лучше, чем мои вафли".

"Я позволю тебе сделать мне несколько и сам оценю". Я поблагодарил официанта, когда он вернул мне карточку. Я подписал чек, затем встал и улыбнулся Дрю. "Ты готов?"

Мы взяли свои куртки и направились к выходу. Возле двери стояла стена людей, поэтому мы выскользнули наружу, чтобы закутаться. Я накинул шарф на шею и засунул руки в рукава пальто.

"Черт, такое ощущение, что здесь упало еще на десять градусов", – ворчал он.

Я засунул руки в карманы и откинул голову назад, чтобы посмотреть на звезды. "Ясная ночь всегда делает холоднее. Где ты припарковался?"

"Вон там".

Он указал за сугроб в конце дорожки, сделал два шага и приземлился на задницу.

"О, черт. Ты в порядке?" Я поспешил к нему и протянул ему руку.

Он одарил меня овечьей полуулыбкой, отряхиваясь. "Я в порядке. Вот почему я не часто катаюсь на лыжах. Я неуклюж на снегу".

"Это лед. Это могло случиться с кем угодно". Я провел пальцем по его пуховику, улыбаясь его раздраженному выражению лица. "Хочешь взять меня за руку?"

"Я могу и тебя сбить".

"Я буду в порядке. Пойдем."

Он не двигался. Через несколько мгновений он протянул правую руку и соединил свои пальцы с моими. Ощущение его прохладной, гладкой ладони на моей зажгло меня. Я предупредил себя, что должен вести себя как можно более непринужденно. Как будто держать руку моего возлюбленного – это не так уж и важно. Но это было нелегко. Мою руку покалывало, а сердце бешено колотилось. Мои щеки покраснели от холода, но на ощупь они были теплыми. Не то чтобы я проверял. Я ведь играл в крутую игру, помните?

Я довел нас до конца тропинки, а затем посмотрел вверх и вниз на тихую улицу. Звезды усеивали небо цвета индиго. Луна давала достаточно света, чтобы в лунном свете блестели снежные валы на дороге. Чем дальше мы удалялись от бара, тем легче было представить, что мы одни в горах. Я улыбался этой причудливой мысли, пока мы ехали по тротуару. На этом участке не было льда, но я не отпустил его.

"Я припарковался на соседней стоянке. Там было меньше народу", – прокомментировал он в разговоре.

"Хорошая идея. Как твоя задница?"

Дрю хихикнул. "Отлично. Я не против больной задницы, но это не то, как я..."

Он остановился на месте и захлопнул рот свободной рукой. Я весело хмыкнул, проводя зубами по холодным губам, изучая его. "Мы перешли к разговору о сексе?"

Он поморщился. "Прости. Я не знаю, почему я так сказал".

"Не извиняйся. Мне нравятся разговоры о сексе. У меня тоже неплохо получается. Просто продолжай идти, пока говоришь. На мне теннисные туфли, и пальцы на ногах вот–вот отвалятся".

"Сюда". Дрю бросил мою руку и указал на свой джип, припаркованный рядом со зданием банка.

Я открыл дверь со стороны пассажира и забрался внутрь, и был благодарен, когда он завел двигатель и включил обогрев. Мы захихикали, когда оба положили руки на вентиляционные отверстия. Окна были запотевшими и покрыты легким слоем кристаллизованного льда. Мы не собирались сразу же уезжать отсюда на молнии. И, честно говоря, меня это более чем устраивало.

"Из этого вентиляционного отверстия идет не так много тепла", – прокомментировал я, возясь с рычагом.

"Иногда он заедает". Дрю облокотился на подлокотник и потянулся к вентиляционному отверстию.

Вероятно, я должен был сидеть сложа руки и позволить ему действовать, но я не двигался. И когда его рука скользнула по моей, мы посмотрели друг на друга, и на этот раз не было никаких колебаний.

Дрю обхватил рукой мою шею, чтобы притянуть меня к себе, и накрыл мой рот своим.

Я хмыкнул, наслаждаясь ощущением его заросшей щетиной челюсти и мягких губ. Черт, он отлично целовался. Я прикусил его подбородок и лизнул его, продвигаясь вперед. Он провел пальцами по моим волосам, облизывая уголок моего рта. Мы застонали вслух, когда одновременно разомкнули губы, вдыхая друг друга. Когда Дрю просунул свой язык внутрь, я застонал от одобрения и притянул его еще ближе.

Мы накрыли друг друга в считанные секунды. Каждый удар и поворот его талантливого языка заставлял меня желать большего. Мы вцепились друг другу в куртки, наклонив головы, жадно сосали. Заниматься сексом на переднем сиденье джипа было не так–то просто для двух больших парней в толстых зимних куртках. Я расстегнул молнию на его куртке и просунул руку внутрь, пытаясь добраться до кожи.

Дрю содрогнулся от смеха. "У тебя руки замерзли".

Я яростно потер их и подул на ладони, а затем повторил попытку. "Лучше?"

Он кивнул, голодно целуя меня, а затем толкнул в грудь. "Мы не можем этого делать".

"Почему нет?"

Он держал мое лицо в своих руках и посасывал мою нижнюю губу. "Мы на парковке, и на улице двадцать градусов. Это не лучшее место для того, чтобы разгорячиться и возбудиться".

"Слишком поздно. Я уже разгорячен и возбужден". Я взглянул на кристаллизованный туманный лед и оскалился в злобной ухмылке. "Нас никто не видит. Мы в углу темного участка. Даже если бы кто–то подошел к нам, он не смог бы ничего разглядеть. Окна запотевшие".

"К чему ты клонишь?" прошептал Дрю.

"Отодвинь свое сиденье от руля", – приказал я, протягивая руку, чтобы погладить его обтянутый джинсовой тканью член.

Он колебался. Я полностью ожидал, что он скажет, что я нелепый, сумасшедший или, может быть, даже незрелый. Но он повиновался. "Что теперь?"

"Расстегни молнию на джинсах и вытащи свой член".

"Лиам, мы..."

"Сделай это".

Он облизал нижнюю губу, затем расстегнул ремень и расстегнул джинсы. Медленное тиканье металлической молнии, медленно расстегивающейся, и наше тяжелое дыхание задавали соблазнительный тон. Не имело значения, разумно это или нет. Сексуальное напряжение было слишком сильным, чтобы его игнорировать. И, черт возьми, мой член тоже.

Я расстегнул ремень и молнию в рекордное время. Я не сводил с него взгляда, наблюдая, как Дрю сжимает свой член через расстегнутую ширинку, ожидая, пока я догоню его. Я приподнял бедра, засунул большие пальцы под резинку трусов и одним быстрым движением стянул их на задницу, освобождая член.

"Святое дерьмо", – прохрипел он.

"Твоя очередь".

Я скрутил пальцы вокруг своего ствола и вяло поглаживал себя. Сиденье было чертовски холодным к моей голой заднице. Любая открытая кожа наверняка покрылась мурашками. Но это был момент, когда разум превыше материи. Любой дискомфорт стал спорным вопросом, когда он спустил джинсы и трусы и вытащил свой член. Мы смотрели друг на друга сквозь прикрытые веки, словно изучая технику дрочки. Дрю держал себя крепкой хваткой, слегка выкручивая запястье в маневре, который, я знал, одобрил бы, если бы его руки были на мне. И да, я хотел руки и, нет, я хотел свой рот на нем. Я должен был почувствовать его вкус.

Я был довольно крупным парнем. Передвигаться по подлокотнику, чтобы добраться до него, будет нелегко, но я не был никем, если не был решительным. Я подтянул колено под себя, затем наклонился и захватил его рот в грубом поцелуе. Я прикусил его нижнюю губу, отстраняясь, чтобы оценить выражение его лица.

"Может, нам стоит пересесть на заднее сиденье", – застонал он, увеличивая темп, пока надрачивал себя.

"Нет, я думаю, у меня достаточно места, чтобы отсосать тебе. Можно?"

Дрю вздрогнул, кивнув в знак согласия. Он расстегнул пальто, чтобы освободить место для меня, сдвинул джинсы дальше, чтобы раздвинуть бедра. Он задохнулся, когда через мгновение я обхватил пальцами основание его толстого члена, слизывая сперму с кончика и заглатывая его целиком.

Я не сосал член уже несколько лет. Я бы с удовольствием насладился этим ощущением. Не поймите меня неправильно. Я тоже любил быстрое и грязное, но член Дрю Хартли в моем рту казался мне большим гребаным делом. Это было очень важно. Но медлить было нельзя.

Я двигал головой вверх–вниз по его стволу, зажав руку между его бедер. Я ласкал его яйца, попутно отмечая детали. Его яйца были гладкими. А его член был длинным и толстым, хотя я подумал, что мог бы быть и толще. Ему нравилось, когда я прослеживал путь вдоль выдающейся вены на его стволе, когда я ощупывал его яйца, взвешивая каждое, прежде чем помассировать чувствительную кожу за мешочком.

Тогда он немного сходил с ума.

Дрю дернул меня за волосы и закачал бедрами вверх. Я отпустил его с хлопком.

"Не останавливайся", – хрипло умолял он.

Я положил два пальца на его нижнюю губу. "Соси".

Он подчинился, его ноздри раздувались, когда его рука полетела к члену. Я крепко поцеловал его, просунув язык в его рот и опустошая его, в то время как пальцы, смазанные слюной, прижимались к его яйцам. Затем я провел одним пальцем по его сжатой дырочке. Это было все. Только небольшое давление. Его дыхание сбилось, когда он разорвал поцелуй.

"Дай мне свой палец. Да... вот так. О, черт, Ли, я сейчас кончу".

Это было все приглашение, в котором я нуждался. Я обхватил губами его член, когда он развалился на части, глотая каждую каплю. Я вылизал его дочиста и сел, целуя его, чтобы он почувствовал вкус себя на моем языке.

"Тебе это нравится?" хрипло прошептал я.

"Да, блядь", – задыхался он, откидывая голову назад. Он встретил мой взгляд и облизал губы. "Позволь мне помочь тебе".

"Все, что тебе нужно сделать, это прикоснуться ко мне. Я так близко", – задыхался я в сексуальном возбуждении.

Дрю наклонился и обхватил пальцами мой ствол. Через три, может быть, четыре толчка его кулака я кончил как гейзер, обдав его пальцы и куртку North Face. Я втянул с трудом воздух и захихикал, когда он показал, как слизывает сперму со своей ладони. Он хмыкнул, усаживаясь на свое место и открывая среднюю консоль.

"Держи", – сказал он, протягивая пачку салфеток.

"Спасибо". Я привел себя в порядок, как мог, и оделся.

Из–за широкой ухмылки Дрю его зубы казались невероятно белыми в затемненном и теперь душном салоне его джипа. "Спасибо. Не могу поверить, что мы это сделали, но... это было горячо. Ты чертовски хорош в..."

"Минете", – предложил я с лукавой ухмылкой. "Знаешь, что еще у меня хорошо получается?"

"Кататься на лыжах?"

"Не совсем то, о чем я думал, но лыжи работают".

"Думаю, завтра мы будем кататься на лыжах". Дрю издал фальшиво–мелодраматический вздох.

"Поверь мне. Ты в надежных руках". Я поднял брови и сделал непристойный жест, чтобы он рассмеялся.

"Я действительно доверяю тебе", – ответил он тоненьким голосом. "Мы бы не были здесь, если бы я этого не делал, и – почему ты улыбаешься? Ты выглядишь очень самодовольно".

Я придал своему лицу более серьезное выражение. "Самодовольный? Я?"

Он убедился, что я вижу его ухмылку, прежде чем проверил зеркало заднего вида и поставил джип на задний ход. Я запомнил направление к дому моего друга. Как только за окнами прояснилось, Дрю выехал со стоянки и свернул на Главную улицу.

По дороге мы строили планы. Пустые разговоры о кофе, аренде снаряжения и о том, какие трассы нужно пройти в первую очередь. Мы обсуждали опасности могулов, трамплинов, склонов, длинные очереди на подъемники и радости заслуженного горячего какао с Baileys в конце дня. Глупые вещи, которые мы могли бы оставить на потом, но я был рад, что мы этого не сделали. Обсуждение нашего свидания – и да, это было "свидание" – сделало его более реальным.

Мы оба знали, что лыжи не были главной достопримечательностью. Это был удобный повод побыть вместе, о котором мы могли рассказать друзьям или любому, кто спросит, и не требовалось никаких дополнительных объяснений. Мы приехали в горы не для того, чтобы быть вместе. Это просто... случилось. У меня не было никаких ожиданий, и, честно говоря, это было очень раскрепощающе – пойти на поводу у этого чувства и посмотреть, что из этого получится.

4

 Дрю

"Ты собираешься кататься на лыжах?"

Я взглянул на свою кружку с кофе. "Почему в это так трудно поверить?"

Марк добродушно улыбнулся. "Обычные причины. Боязнь высоты и прокатные ботинки".

"Хмф."

Мой брат скрестил руки и прислонился к кухонной стойке. Он был симпатичным парнем лет тридцати с короткими темными волосами и победной улыбкой. Он был ниже меня ростом и с небольшим пузом, но семейное сходство определенно было сильным. По крайней мере, я на это надеялся. Мой брат был одним из моих любимых людей.

"Все будет хорошо, если ты не будешь шалить и целиться в деревья... снова".

"Ха. Ха. Во сколько вы с Эм уезжаете?"

Марк проверил свои часы. "В течение часа. Я знаю, что ты сказал, что должен уехать завтра, но домик в твоем распоряжении до понедельника, если хочешь. Ты сможешь воспользоваться моими вещами, взятыми напрокат. Все должно быть возвращено до конца сегодняшнего дня".

"Понял."

"Хм. Так... тебе нравится этот парень?"

"Я работаю с ним, Марк. Мы просто друзья".

"Лгун", – насмехался он. "Ты был весь раздет, когда вернулся домой вчера вечером. Рубашка была расстегнута, волосы в беспорядке. Выглядело так, будто ты набрался".

Я выдержал его взгляд, пока он не захихикал. "Марк..."

Он поднял руки в знак капитуляции, выпрямившись из–за стойки. "Ладно, ладно. Я заткнусь, если..."

"Если что?" подтолкнул я.

"Если ты воспользуешься этим удивительным домиком в лесу, вдали от сумасшедшего мира, и просто расслабишься". Он положил руку мне на плечо. Когда я заколебался, он перешел к убийству. "Позвони на работу сейчас, чтобы не чувствовать себя виноватым".

"Ты плохо на меня влияешь", – язвительно заметил я.

Марк поднял бровь и усмехнулся. "То, что ты осмелился украсть папин скотч из бара, когда мы были подростками, не то же самое, что призывать тебя к тому, что ты перебарщиваешь. Когда в последний раз ты позволял себе расслабиться?".

Заманчиво было указать на то, что мы с ним не находились в одинаковом положении в плане карьеры. Марк и его жена Эмили были консультантами по управлению капиталом, которые недавно начали свой собственный бизнес. И он шел очень хорошо, судя по тому, как выглядело это место. У меня не было возможности арендовать шикарный дом в горах с открытой кухней, от которой опытный шеф–повар упал бы в обморок, и пространством для размещения множества гостей. Может быть, когда–нибудь я так и сделаю, но при моих нынешних темпах путь к успеху потребует чертовски много терпения.

"Прошло много времени", – признал я.

"Сейчас у тебя есть шанс. Лишние двадцать четыре часа, чтобы развеяться, могут сотворить чудеса". Он похлопал меня по плечу и отошел в сторону. "Мы уедем, когда ты вернешься, так что наслаждайся и запрись, когда будешь уходить".

"Хорошо."

"О, и Дрю... если есть шанс получить немного, я настоятельно рекомендую сделать это".

Я отхлебнул кофе. Буквально выпил его, а потом закашлялся, чтобы перевести дыхание. Очевидно, именно на такую реакцию и рассчитывал мой брат. Его детская усмешка переросла в животный смех, когда я отмахнулся от него.

Ах, братья и сестры.

Я уставился в окно кухни, споласкивая чашку в раковине. Только идиот уйдет из шикарного домика в уединенной части города. Ближайший сосед жил за копной гигантских заснеженных сосен. Чтобы увидеть настоящих людей, нужно было проехать пять минут до деревни. И для парня, который большую часть дня проводил в окружении людей, тишина казалась освежающей.

Нетронутый снег лежал на мебели для патио. Небо было голубым, как малиновое яйцо, ни единого облачка. Все было мирно и безмятежно. Две вещи, которых мне не хватало в моей обычной жизни. Я упорно тренировал себя в течение нескольких месяцев... нет... лет. Было бы здорово добавить целых двадцать четыре часа к моим длинным выходным.

Однако это не означало, что я собирался провести их с Лиамом. То есть... я бы поехал с ним кататься на лыжах, потому что я уже обещал заехать за ним через тридцать минут, и да, я хотел увидеть его снова. Но это не означало, что я готов повторить прошлую ночь.

Боже, я не мог поверить, что мы сняли друг друга в моем джипе. Это звучит пошловато или софистично, но это было чертовски сексуально. Я ни о чем не жалел, но у меня был серьезный разговор с самой собой по поводу Лиама. Что–то вроде: "Повзрослей, блядь, Дрю". Мне нравились остроумные качки со смешной стороной, и я был известен тем, что с головой уходил в отношения, когда секс был хорош, а парень заставлял меня смеяться. Это были отличные качества, но их было недостаточно для построения будущего.

И это была самая большая проблема, друзья. Мне нужно было сосредоточиться на построении своего будущего. Было несправедливо тащить за собой кого–то другого. У меня была склонность опережать самого себя; я был тем парнем, который реализовывал планы C и D до того, как план A разваливался. Не лучший образ.

Так что да, я бы поехал кататься на лыжах с Лиамом, потому что я сказал, что поеду. И я постараюсь не убить себя, потому что я действительно не хотел встретить свою смерть на гребаном лыжном склоне. И каким–то образом я постараюсь не перевернуться на лыжах и не убедить себя, что веселая ночь в баре с последующим невероятно горячим минетом – это признак того, что он тот самый.

Заметка для себя... придерживайтесь своих сильных сторон и помните, что лыжи – не одна из них.

Все начиналось хорошо. Лиам был вооружен своим снаряжением и термосом с кофе, когда я заехал за ним в домик его друга. Он сложил свои вещи на заднее сиденье джипа, довольный тем, что я была готова.

"Я думал, нам придется заехать в пункт проката. Это здорово. Больше времени на склонах". Он пристегнул ремень безопасности, затем повернулся, чтобы одарить меня солнечной ухмылкой. "Как спалось?"

Эта улыбка ослепила меня. Я вернул ее, остановившись, чтобы полюбоваться Лиамом при дневном свете. Он был небрит, и, не спорю, в его окладистой бороде было что–то невероятно сексуальное. На нем была пухлая темно–синяя куртка, такие же лыжные штаны и полосатая шапочка. Я никогда не считал шапочку сексуальным аксессуаром, но, очевидно, я не видел ее на правильном парне. Оттенок голубого в шапке Лиама делал его искрящиеся глаза яркими и...

Ладно... он поймал мой взгляд. Снова.

Я шумно прочистил горло, когда переводил джип в режим "Драйв". "Я очень хорошо спал. А ты?"

"Охуенно", – пробурчал он. "Удивительно, что может сделать с тобой хороший минет".

Я издал полусмешок. "Я не делал тебе минет".

"Похоже, ты мне должен".

Мне не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что он одарил меня своим озорным взмахом бровей. Я хихикнул. Так много для добрых намерений. Перед Лиамом было слишком трудно устоять.

"Возможно, да", – хмыкнул я.

"Тревога по поводу стояка, тревога по поводу стояка. Начинаем резкую смену темы". Он выпрямился и издал визжащий звук, когда резко повернул руль вправо.

Я старался не смеяться, но это было довольно забавно. "Я катаюсь на лыжах с подростком. Не думаю, что я еще не выпил достаточно кофе для тебя".

"Вот. Это все равно для тебя". Он отвинтил крышку и протянул свой термос. "Догоняй, чувак. Я уже несколько часов не сплю. Я так набрался кофеина, что собираюсь спуститься с этой горы, как Спиди Гонзалес".

Я притормозил у знака "Стоп" и с благодарностью отпил кофе. Я тоже выпил не мало, но я был рад, что у меня есть повод собраться с мыслями. Я протянул ему кофе, затем продолжил подниматься вверх по склону и свернул на полупустую парковку горнолыжного курорта. Я должен был сказать ему. Я просто не был уверен, сколько откровенности от меня требуется.

Я вытащил ключи из замка зажигания и схватил Лиама за рукав как раз в тот момент, когда он открыл дверь, прервав свой рассказ о том, какие трассы нужно пройти в первую очередь.

"Эй, эм... очень быстро. Я вовсе не хочу тебя тормозить. Если в какой–то момент ты захочешь проехать вперед, я не обижусь. Я могу встретить тебя в..."

"Нет. Я с тобой". Он нахмурил брови, проводя большим пальцем по моей челюсти, ненадолго опустив глаза, прежде чем встретиться с моими. "Я могу кататься на лыжах в любое время самостоятельно. Но это первый раз, когда я катаюсь с тобой. Так что ты задаешь темп. Я буду следовать за тобой".

Я схватил его за запястье. "Я могу быть слишком... медленным".

"Все в порядке. Я не возражаю". Лиам притянул меня к себе и поцеловал в тот самый момент, когда я открыл рот, чтобы сказать ему, почему я была плохой ставкой на склонах. Он лизнул шов моих губ, проталкивая язык внутрь. Черт, он был хорош в этом. Я закрыл глаза и почувствовал, как мои плечи расслабились, когда я прильнул к нему. Он ущипнул меня за челюсть и отстранился. "Если я буду слишком быстро, скажи мне. Ты готов?"

Я беззвучно кивнул, посылая быструю молитву тому ангелу–хранителю, который отвечал за предотвращение переломов конечностей: Пожалуйста, не дай мне наделать глупостей. И пожалуйста... не дай мне попасть в пятичасовые новости.

"Да. Я готов."

Блядь. Катание на лыжах было отстойным.

Еще до того, как мы добрались до подъемников, мои колени болели, а голени болели там, где в них впивались прокатные ботинки. О да, и было холодно. Но, по словам моей бодрой спутницы, светило солнце, порошок был идеальным, и наше время было как нельзя лучше. Гора была в нашем распоряжении.

Мне понравилась эта идея. Мне нужно было несколько спусков на склонах для начинающих, чтобы освежиться, а потом я был бы готов перейти к среднему уровню. Лиам не согласился.

"Склон для кроликов?" – недоверчиво повторил он, недоуменно покачивая головой. "Это ведь не первый раз?".

"Нет, но прошло уже несколько лет. Думаю, пока не сориентируюсь, можно обойтись малыми уклонами".

"Неправильно. Склон для кроликов предназначен для детей и взрослых, которые никогда не стояли на лыжах. Тебе там не место. Это пустая трата времени, а в это время суток каждая минута на счету. Нам нужно добраться до более высоких высот, пока там не так много людей".

"Хорошо, но..."

"Поверь мне, Дрю. Я очень, очень хорош в этом. Я сказал тебе, что мы не будем торопиться. Я не буду давить слишком сильно или просить тебя сделать что–то, что доставит тебе дискомфорт".

"Я не могу понять, говорим мы о лыжах или о сексе", – пошутил я.

Лиам сорвал свои солнцезащитные очки и озорно и сексуально ухмыльнулся. "Ты пытаешься подарить мне альпийский стояк?".

Мы секунду смотрели друг на друга, а потом разразились смехом.

"Прости. У меня есть плохая привычка шутить о сексе, когда я нервничаю, и пусть я сойду с ума, но полет с горы на двух тонких кусках металла заставляет меня особенно нервничать, поскольку в прошлый раз я едва выжил и... неважно". Я тяжело вздохнул, идя к ближайшему подъемнику.

Лиам ударил меня по руке, когда встал рядом со мной перед гигантской картой местности. "Что случилось в прошлый раз?"

"Дерево выскочило из ниоткуда и сшибло меня на задницу", – проворчал я.

"Ой. Насколько серьезно?"

"Не слишком плохо. Я отделался вывихом лодыжки и уязвленной гордостью, но пять лет спустя я все еще немного опасаюсь".

"Ты сказал "задница" и "отделался", и я полагаю, что "стесняюсь" – это твоя метафора для хромого члена. Это дерево здорово заморочило тебе голову, да?"

Я рассмеялся. "Ты быстро соображаешь".

Его милая улыбка озарила его глаза и засияла, как луч солнца, не позволяя не сделать ответный жест.

"Ну, на этот раз ты с правильным парнем. Я позабочусь о тебе. Сегодня никаких деревьев–изгоев. И никаких хромых членов, что также означает отсутствие детских беготни". Он указал на большую карту и проследил предложенный им маршрут. "Мы сядем на горный экспресс и поедем по трассе Вестридж–парка..."

"Ни за что! Он идет на вершину горы. Я не могу этого сделать".

"Конечно, сможешь. Это трассы легкого и среднего уровня. И там еще почти никого нет. Ты не можешь просить о лучших условиях".

"Ладно", – пробурчал я, направляясь в конец очереди. Я последовал его примеру и надел лыжи на ботинки. "Пойдем встретим несколько гребаных деревьев".

Лиам фыркнул. "Гребаных деревьев... в смысле деревьев, на которых это происходит?"

"Этого нет".

"К счастью, нет, но однажды я встретил художницу, которая увлекалась "сексуальным голосом планеты". Она рисовала картины, на которых все живые существа спаривались. Деревья, пчелы, птицы, медведи... и так далее. Конечно, ее объекты были антропоморфными, так что это было все равно, что видеть, как медведь Йоги спаривается с медведем Папой. Удивительное дерьмо".

"Папа–медведь?"

"Из Златовласки".

"Понятно. Тебя это возбудило?" спросил я без раздумий.

"Блядь, нет. Мне пришлось пойти домой и посмотреть несколько часов человеческого порно, чтобы выкинуть эти образы из головы".

Мы показали наши значки дежурному и запрыгнули на кресельный подъемник, положив палки рядом с собой и покачивая лыжами в воздухе, когда наша гондола устремилась в небо.

"Часы? Ты часто смотришь порно?"

Он подвинулся на узком сиденье и серьезно посмотрел на меня. "Определи "часто". "

"Больше часа каждый день".

"Хм. По–разному. В один день я посмотрю пять минут и мне станет скучно. А в другой у меня может быть порномарафон".

Я хмыкнул. "Порномарафон?"

"Только не говори мне, что у тебя его не было. Я пойму, что ты врешь", – пропел он.

"Я признаю, что смотрел свою долю, но не целый день. Порно надоедает через некоторое время".

"Все порно не создано одинаково".

Я хмыкнул. "Верно. Но смог бы ты действительно смотреть его весь день?".

"Нет, у меня нет на это времени. У тебя должен быть четкий календарь для порномарафона и полное отсутствие чувства вины за то, что ты весь день сидишь с рукой на члене", – ответил он разговорчиво.

Серьезно. Мы могли бы обсуждать погоду.

"Когда ты делал это в последний раз?"

Лиам озорно ухмыльнулся. "Двадцать восьмого июня".

Я откинул голову назад и захихикал. "Ты полон дерьма".

"Да ладно, ты действительно ожидаешь, что я буду помнить детали и рекламировать?"

"Думаю, нет".

"О, и если тебе интересно, я смотрю все. Геи, би, натуралы..."

Я покачал головой в насмешливом осуждении, но моя ухмылка выдала меня. "Спасибо, что поделился. Это, наверное, самый странный разговор, который у меня когда–либо был".

"Когда–либо? Мы можем сделать лучше. А пока... мы здесь. Хватай свой шест... Поехали." Он обхватил свои причиндалы, затем натянул мою куртку и по изящной дуге соскользнул с подъемника.

Мой спуск был не таким красивым. Я приземлился, положив одну лыжу на другую, и чуть не выскочил из крепления. В последнюю секунду я восстановил равновесие и встретился с Лиамом на гребне, откуда открывался вид на вершину.

Потрясающая панорама зимней страны чудес была усеяна невероятно высокими вечнозелеными деревьями, покрытыми снегом, а нетронутые холмы сверкали в лучах утреннего солнца. Было так тихо, что я почти мог представить, что мы одни во всем мире. Именно такие мысли иногда пугали меня. Но не сегодня. Сегодня эта идея казалась... многообещающей. Может быть, даже очищающей, как новое начало.

"Это прекрасно", – сказал я благоговейно.

"Это одна из причин, почему мне нравится приходить сюда рано. Свет такой яркий. Это похоже на открытку или на фотографию в словаре рядом со словом "надежда". "

"Это хорошая мысль".

Мы улыбнулись друг другу; затем он поправил очки и многозначительно наклонил голову. "Готов?"

"Да, но... ты первый".

"Давай." Лиам ткнул пальцем.

Я зашагал вперед, пока не оказался рядом с ним, а наши лыжи были направлены в противоположную сторону, ожидая, что он даст совет по поводу рельефа или напомнит мне, как остановиться. На самом деле, и то, и другое было бы полезно.

"Что это?"

"Держись за мой рукав. Не шевелись. Это прекрасно". Он погладил мой подбородок, а затем наклонился и прижался своими губами к моим. "Ты на вкус как вишневый ChapStick. Мне нравится".

Я усмехнулся. "Спасибо. Ты тоже".

Он снова поцеловал меня, переплетя свой язык с моим и оставив меня бездыханным. "Ммм. Я ставлю своей личной целью убедиться, что ты благополучно спустишься с этой горы и получишь от этого удовольствие".

"Удачи тебе", – вздохнул я, осознавая, что мой голос приобрел мечтательное звучание.

"Мне не нужна удача. Я эксперт", – игриво похвастался он. "Я собираюсь дать тебе пару советов. Слушай."

"Я слушаю".

"Согни колени и держись свободно".

"Вот так?" Я согнул колени и пошевелил руками, как резиновой лентой.

Лиам хихикнул. "Что–то вроде этого. Мы будем ехать медленно, двигаясь из стороны в сторону, делая широкие повороты. Я пойду первым. Следуй за мной и не забывай смотреть вперед".

"В отличие от?"

"Смотреть на лыжи. Ты не смотришь на свои ноги, когда идешь, так не смотри на лыжи, когда катаешься. Это испортит тебе равновесие. Готов?"

"Да". Я облизал губы и кивнул.

Лиам плавно скользил вниз по склону, резко поворачивая направо. Он с размаху остановился, взметнув в небо шлейф снежной пыли, и триумфально поднял шесты. Я усмехнулся над этим глупым зрелищем. Ему казалось, что это весело и относительно легко. Ну что ж. Я смогу это сделать.

Я схватил палки в тиски и уперся в снег, толкая себя вперед. Я направил лыжи в общую сторону Лиама, и, честно говоря, это было чертовски приятно. Я контролировал ситуацию, прохладный ветерок обдувал мое лицо, а легкий ветер дул мне в спину. А самое главное, казалось, что я приближаюсь к своей цели. Горячий парень ждал меня перед огромной сосной с...

О, черт.

Я не мог остановиться. Я набрал скорость и рванул вперед, стараясь запомнить его совет. Колени согнуты. Проверь. Не смотреть на лыжи. Есть. Держись свободно...

Неа. Невозможно.

Я был так туго закручен, что казалось, будто голова может отвалиться. Каждый мускул моего тела был напряжен, пока я приближался к Лиаму... и дереву. В тот момент, когда моя жизнь начала мелькать перед глазами, мне пришло в голову, что если я поверну вниз по склону, то смогу избежать дерева и двигаться в нужном направлении. Возможно, я не контролировал свои лыжи, но Лиам, похоже, знал, что делал. Без сомнения, он легко догонит меня и даст советы, как не убить себя по пути. В моей голове промелькнуло комичное видение того, как он делает круги вокруг меня, пока я падаю в огромный снежный ком.

И, возможно, именно тогда все пошло наперекосяк.

"Помедленнее, Дрю!"

"Я не могу", – прорычал я, сгибая колени в соответствии с его указаниями.

Ветер кусал мои щеки и посылал меня вниз с крутой горы. Я едва удержался от желания закрыть глаза. Это бы не помогло. Но, может быть, я слишком сильно сгибал колени, переборщил и выбил себя из колеи. Я выпрямил ноги и бум! Это был конец.

Я перелетел через неглубокий уступ и врезался в сугроб. Я потерял свои палки, одну из лыж и, возможно, одну из моих пломб. Я лежал на спине, глядя в чистое голубое небо, а над моей головой кружили мультяшные птицы. Что теперь? Должен ли я был идти? Или, может быть, я уже была там? Я не мог сказать, и я боялся посмотреть или...

"Эй, там. Похоже, у тебя была гаражная распродажа. Я забрал несколько вещей, которые, как мне кажется, вы могли отпустить преждевременно. Садись."

"Я не могу".

"Нет, можешь. Ты в порядке."

"Я не в порядке. Я упала и не могу встать", – пробормотала я, безумно моргая, когда на меня упала тень.

Лиам хихикнул. "Ты упала, но это было больше похоже на скольжение. Как неудачная пробежка по домашней тарелке".

"Я понятия не имею, что это значит".

"Неважно. Это не важно. Пора вставать". Он отстегнул лыжи и упер их в снег, после чего присел рядом со мной и дернул меня за рукав. "Хорошая работа. Давай попробуем еще раз".

"Снова? Я не могу. Кажется, я что–то сломал". Я экспериментально пошевелил пальцами рук и ног.

"Ты в порядке. Возьми меня за руку", – приказал он, поднимая меня на ноги и стряхивая снег с моих плеч. "Ты забыл, как останавливаться? Сначала у тебя все было хорошо, а потом ты сорвался".

"Я начала думать о "Кровавой Мэри", и на этом все закончилось. Вселенная говорит мне повесить это и встретиться с тобой в баре. Направь меня в нужную сторону, и я кувырком скачусь с горы. Мы близко?"

Лиам покачал головой и одарил меня однобокой улыбкой. "Нет. Но мы скоро доберемся туда... без всякой гимнастики. Давай быстро вспомним, как останавливаться, поворачивать и сохранять контроль. Вот твои палки. Держись за мою руку и защелкни ботинки на лыжах".

Я издал пораженный вздох, но сделал все, как было велено. "Что теперь?"

"Теперь мы попробуем снова. Это как и все остальное в жизни. Тебе нужно балансировать. Не перегибайся через лыжи и не отступай назад. Стряхни напряжение и расслабься". Он развел руками и повел плечами, на случай, если мне понадобится демонстрация. "Как и в реальном мире, если ты слишком напряжен, тебе трудно приспособиться к местности".

"Ты намекаешь, что жизнь похожа на катание на лыжах?"

Он кивнул. "Да, но ты можешь подставить любой вид спорта и получить достойную аналогию. Основной принцип, который позволяет всему работать, – это баланс. Так что... покажи мне, что у тебя есть".

"Вот так?" Я наклонился вперед, согнув колени, и... тут же снова упал на задницу. "Трахни меня".

Лиам помог мне подняться, притянув меня к своей груди. "Это приглашение?"

Я положил руки на его бедра и усмехнулся. "У меня никогда в жизни не было такого соблазна обменять свою задницу".

Лиам фыркнул. "Я буду иметь это в виду. Но я обещаю, что ты справишься сам. Пойдем."

Он пронесся мимо, остановился у следующего склона и жестом пригласил меня следовать за ним. Я подождал, пока пара опытных сноубордистов проедет мимо, и скользнул к нему. Он издал вопль, подзывая меня поближе. Затем он наклонил мой подбородок и поцеловал меня.

"Ты ведь знаешь, что люди могут нас увидеть?".

"Какая разница? Встретимся на следующей остановке".

Я смотрел вслед Лиаму, пока он мчался на лыжах, восхищаясь его изящными маневрами. Он повернулся, чтобы подождать, пока я догоню его. Он снова подбодрил меня, сказал, что я почти готов к Олимпиаде, и поцеловал меня на глазах у толпы подростков–сноубордистов. Это превратилось в игру sorts...., которая всегда заканчивалась поцелуем. На полпути вниз по горе я наконец–то нашел свою колею. Я расслабился и понял, как наклоняться в поворотах, не устраивая шоу для масс.

Он был прав. Чем больше я расслаблялся, тем легче становилось. Мы проехали последнюю часть трассы бок о бок. И когда он спросил, готов ли я повторить, я не колебался. Да, я хотел делать это снова и снова, если это означало, что я могу быть с Лиамом.

Он был красивым, обаятельным, веселым и чертовски глупым. И все же свое дурацкое чувство юмора он подкреплял такой проницательностью, которая намекала на душевную реальность, которую я находил чертовски привлекательной.

Я провел все утро, гоняясь за ним, один холм за другим. Меня должно было тошнить от него или от лыж в целом. Но это не так. Но когда он предложил остановиться на обед, я с готовностью согласился. Мы нашли столик в домике рядом с каменным камином в полууединенном уголке. Огромное растение в горшке закрывало нам вид на основную часть домика и склоны за ним, что, вероятно, делало его немного нежелательным. Но для нас оно было идеальным.

Мы заказали бургеры, картофель фри и пиво и просто... разговаривали. Мы обсудили погоду, порошок, сноубордистов, пробирающихся по территории лыжни, и обсудили достоинства картофеля фри перед чипсами.

"Это даже не вопрос", – хмыкнул Лиам, откусывая бургер. "Картофель фри побеждает всегда".

"Да, но что за картошка? Стейк фри, картофель фри, тощий картофель фри, сладкий картофель фри... Есть много вариантов". Я обмакнул картошку в кетчуп, промокнул уголок рта, прежде чем положить салфетку на тарелку.

"Они все хороши", – восторгается он. "Я не встречал ни одной картошки фри, которая бы мне не нравилась. Картофельные чипсы – это другая история. Основные, соленые – это бомба, и я люблю хорошие чипсы для барбекю. Но я пробовал и отвратительные. Ты когда–нибудь видел чипсы с беконом, макаронами и сыром? Или чипсы с медовым васаби?"

Я покачал головой и усмехнулся. "Нет, но бекон делает все вкуснее, а васаби придает приятный пинок, так что... я бы их попробовал".

"В наше время все так прихотливо едят", – ворчал он, запихивая в рот последний кусочек бургера.

"Я не модный, но я люблю еду. Где ты нашел васаби?".

"Понятия не имею. Джейд принесла их однажды вечером". Он потягивал свое пиво, глядя в сторону домика.

Я проследил за его взглядом. "Ты видишь ее?"

Лиам нахмурился. "Джейд? Нет. Я не вижу никого из своих друзей, но я знаю, что они здесь. Колин написал мне смс час назад".

"О. Почему ты не сказал? Я не хотел портить твои планы".

"Ты ничего не портишь. Это то место, где я хочу быть", – сказал он, коснувшись моего колена.

Почему–то это чувство показалось мне дико романтичным. Сочетание его хрипловатого тона и игривой подачи заставило мое сердце учащенно забиться. Господи, кажется, я даже покраснел.

"Спасибо. Это было веселое утро. Для меня, во всяком случае. Наверное, было немного мучительно кататься на лыжах с медлительным парнем. Хотя в конце я набрал скорость, – похвастался я, добавив: "И мне удалось удержаться на ногах".

Лиам поднял руку вверх, чтобы похвалить меня. "Ты был великолепен".

"Не знаю, как насчет этого, но, видимо, мой инструктор знает свое дело".

"Ты знал, что делать. Тебе просто нужно было напомнить, чтобы ты проверил свою механику. Это случается, когда тебя спугнули, и ты не сразу вернулся на пресловутую лошадь. Дерево, которое набросилось на тебя пару лет назад, застряло у тебя в голове. Думаю, сегодня ты наконец–то выиграл войну".

Поскольку он был Лиамом, он согнул кулаки в боевую стойку и ударил кулаком по воздуху, сопровождаемый звуковыми эффектами. Я хихикнул.

"Думаю, ты прав", – согласился я. "Теперь я не обязательно хочу кататься на лыжах каждые выходные, но в следующий раз я уже не буду так психовать по этому поводу".

"Хорошо." Он поднял свое пиво в тосте. "За победу над нашими страхами".

"Мне это нравится. Выпьем". Я приложился к его бокалу, затем опустошил свой бокал.

"Итак... какие у тебя планы на сегодня?"

"Ну, я собираюсь вернуть оборудование, взятое напрокат моим братом, и отправиться домой".

"Ты уезжаешь домой?"

"Нет. Мой брат и Эм уезжают сегодня, но я буду здесь до завтра. Или, может быть, до понедельника. А как насчет тебя? Ты собираешься встретиться со своими друзьями сейчас?"

"Да. Но я хочу увидеть тебя позже. Хочешь поужинать?"

"С друзьями?"

"Нет. Со мной", – уточнил он.

Я покачал головой и постарался сделать все возможное, чтобы мой тон был легким. "Ты приглашаешь меня на свидание или..."

"Да". Лиам поставил локти на стол и наклонился вперед. "Я знаю отличный итальянский ресторан в городе. Если тебе интересно".

"Да, или ты можешь приехать", – сказал кто–то, похожий на меня. "Мы взяли с собой много еды. Если мы ее не используем, мне все равно придется тащить ее с собой домой. Я могу приготовить пасту... если тебе интересно".

Лиам усмехнулся, потянув меня за рукав. "Да. Очень интересно. Что я могу принести?"

"Только себя".

"Нет, я должен что–то принести. Я принесу вино. Напиши мне свой адрес".

"Хорошо."

Я прикусил губу, пытаясь сдержать улыбку, чтобы она не распространилась по моему лицу как лесной пожар. К счастью, он пропустил это шоу, когда взглянул на свой мобильный, набирая адрес аренды, пока я его перечислял. Боже, мне нужно было отвлечься, пока я не выставил себя на посмешище. Я теребил край салфетки для коктейлей под своим бокалом, затем заглянул в пространство за горшком с растением... и замер.

Джейд стояла в нескольких футах от меня с открытым от удивления ртом. Ее выражение лица сменилось на нейтральное так быстро, что я почти убедил себя, что мне это привиделось. Она выглядела потрясенной. Я не хотел, чтобы это стало странным. Что бы я ни чувствовал к Лиаму, это было отдельно от работы. Во всяком случае, в моем сознании. Но я работал и с Джейд, поэтому здесь нужно было действовать осторожно.

Я помахал рукой в знак приветствия и назвал ее по имени.

"Привет, мальчики". Она подошла к столу с дружелюбной улыбкой, откидывая волосы, когда повернулась ко мне. "Я не знала, что ты еще здесь, Дрю. Ты собираешься кататься с нами?"

"Нет. Думаю, на сегодня с меня достаточно действий и приключений. Я уже собираюсь уходить. Вы, ребята, только что приехали?" вежливо спросил я.

"Около часа назад. Мы искали Ли". Она сжала его плечо и посмотрела на него нечитаемым взглядом.

"Я написал Колину. Я присоединюсь к вам после того, как мы оплатим счет. Где ты будешь?"

"Я не уверена, но... напиши мне вместо Колина, хорошо? Я тоже хочу иметь возможность покататься с тобой на лыжах в одиночестве", – ответила она тоскливым тоном, отходя в сторону. "Увидимся в Лонг–Бич, босс".

"Пока."

Я поблагодарил официанта, когда он принес наш счет, затем подал знак, чтобы он подождал, пока я достану свою кредитную карту из бумажника. Лиам оказался быстрее.

Он протянул свою карту и улыбнулся мне. "Это мое".

"Спасибо". Я наклонил голову и добавил: "Она выглядела... расстроенной".

Лиам нахмурил брови. "Правда?"

"Ладно, расстроенной – это сильно, но ты ей явно нравишься".

"Мне тоже нравится Джейд. Она классная. Но мы только друзья".

"Я не думаю, что она знает об этом. Вы были... любовниками?"

"Однажды. Только один раз. Мы долго разговаривали после этого и оба согласились, что наша дружба важнее".

"Хм. Не говори ничего о... нас". Я облизал губы и добавил: "Я не предполагаю, что тебе что–то нужно от меня, но..."

"Я хочу попрыгать на твоих костях". Он усмехнулся и поблагодарил официанта, когда тот вернулся с карточкой.

Я скрестил руки. "Это так?"

"Да, но не волнуйся... я могу быть очень сдержанным. Но я также честен. Я хочу тебя, и ты тоже хочешь меня. Или я не так понял?"

"Нет, ты прав".

Он положил руку на мое колено под столом. "Нам не нужно ничего делать сегодня вечером, но это произойдет".

Я тихонько хихикнул, но не стал его поправлять. Зачем лгать? Я хотел его. Очень сильно. Я хотел его времени, его внимания, его глупых шуток и непринужденной манеры, и да... я хотел его тела на мне и внутри меня.

"Да, это произойдет".

5

 Лиам

В гостиной шла вечеринка. Она все еще находилась в начальной стадии. Бутылки текилы, джина и водки были расставлены на кухонной стойке вместе с неприличным количеством смесителей. Я потягивал пиво, рассеянно кивая на сумасбродный рассказ Колина о его сегодняшнем подвиге на склонах и прикидывая, сколько времени мне нужно, чтобы сходить в магазин за вином и презервативами. Я уже сказал своим друзьям, что ужинаю с Дрю, и все прошло вполне ожидаемо. За первоначальным замешательством последовало сердечное приглашение присоединиться к нам за пиццей. И вот тут–то все и запуталось.

Я ненавидел врать. И я ненавидел то, что у меня хорошо получалось, когда дело касалось защиты моей бисексуальности. Самое хреновое заключалось в том, что я никогда не лгал, чтобы защитить себя. Это всегда был другой парень, который не был готов открыться или не был уверен, что хочет быть со мной. Если бы Дрю не знал Джейд, я бы поддался искушению сорвать с себя маску и сказать: "Я би, и у меня сегодня свидание с горячим парнем. Позже, друзья".

Но Дрю хотел сохранить это в тайне. И я понимал. Это было что–то новенькое. Возможно, это вообще ни к чему не приведет, так зачем привлекать внимание к тому, что никого не касается? Готова поспорить, что в его понимании мы просто почесываем зуд. Для меня... это было нечто большее. Мне хотелось, чтобы у меня был кто–то, с кем я мог бы поговорить об этом. Более того, мне хотелось бы не чувствовать себя тайным шпионом. Я не умел держаться в тени. У меня был большой рот, и я подал в суд... мне нравилось внимание. Но Дрю нравился мне больше. Если ему нужно было держать нас в тени, я мог это сделать. Пока, во всяком случае.

Итак, я солгал. Я придумал сценарий официального ужина с дегустацией вин и сочетанием блюд. Я сказал друзьям, что брат Дрю заплатил элитному шеф–повару за проведение мероприятия, и если я не приду, он потеряет пару сотен баксов. Я говорил так, будто делаю одолжение своему боссу. Черт, я ненавидел, как это звучало в моей голове.

Но мои друзья не выглядели подозрительными. Они пожали плечами, кто–то в шутку предложил мне переночевать у Дрю, чтобы сэкономить на кровати, а потом сменили тему. Дело закрыто.

Ну, не совсем. Джейд выглядела скептически. Она не сказала ни слова, но ей и не нужно было. Ее молчание кричало: "Какого черта?", и даже сейчас я чувствовал на себе ее пристальный взгляд. Я откладывал уход как можно дольше, чтобы избежать конфронтации, но у меня официально закончилось время.

Я поставил свою полупустую бутылку на стойку и заказал машину. Отойдя в сторону, я похлопал Колина по плечу. "Я собираюсь ехать".

"Развлекайся. Принеси нам немного настоящей еды, если сможешь пронести что–нибудь хорошее в своем рюкзаке", – пошутил он.

"Я не краду еду. Ешь свою пиццу. Увидимся вечером... или завтра, если у них будет свободная кровать".

"Хорошо. Напиши мне. Я обязательно покатаюсь на склонах еще разок, прежде чем мы уедем".

"Обязательно".

Я сделал мысленную пометку добавить зубную щетку в список продуктов, когда выходил за дверь – и тут же столкнулись с Джейд.

"Эй, я... выхожу", – сказал я, неубедительно жестикулируя в сторону улицы.

Она распустила свои длинные волосы по плечам и окинула меня проницательным взглядом. "Точно. Дегустируем еду. Передай Дрю привет от меня. Мы увидимся позже?"

"Конечно". Я нацепил улыбку на лицо и обошел ее стороной, прежде чем подняться по лестнице по двое за раз.

"Эй, Ли!"

"Да?" Я взглянул в ее сторону как раз в тот момент, когда машина свернула на заснеженную проезжую часть.

"Я не хочу показаться странной, но... если тебе нужно с кем–то поговорить, я здесь".

"Что ты имеешь в виду?" Я блефовал.

"Я знаю тебя, Ли. Тебе нравится Дрю, и он, очевидно, чувствует то же самое. Это круто. Он хороший парень, но он... осторожный. Я не хочу, чтобы ты пострадал".

Джейд не дала мне шанса спросить, что она имеет в виду. Она проскользнула внутрь, оставив меня смотреть ей вслед, как идиот. Что именно она знала и откуда? Она не выглядела расстроенной. Она казалась... искренней. Я не знал, что с этим делать. Я застыл, как олень в свете фар. Я не двигался с места, пока Prius не посигналил, чтобы привлечь мое внимание.

Точно.

Я записал этот обмен в отсек "То, с чем нужно разобраться позже" в своем мозгу и поспешил к ожидающей машине.

Мой водитель въехал на крутой подъезд с частной дороги, ведущий к огромному домику. Хотя слово "домик", конечно, подходило больше. Это место больше походило на дорогую деревенскую гостиницу, чем на дом. Я проверила адрес, который Дрю дал мне ранее по мобильному телефону. Затем я поблагодарил водителя, взял цветы и бутылку вина, которые купил во время нашей первой остановки на местном рынке, и вышел в прохладный вечер.

Скрип шин по ледяному, соленому асфальту затих, когда я взглянул на миллиарды звезд, мерцающих в ясном ночном небе. Это было так красиво.

Но и чертовски холодно.

Мои ботинки хрустели по снегу, пока я спешил по дорожке и поднимался по лестнице на роскошное крыльцо. Большой фонарь освещал парадный вход в двухэтажный домик. Я растоптал лишний снег с каблуков на коврике с изображением лося, затем постучал в дверь.

Ответа не было. Я попробовал еще раз и для верности позвонил в звонок. Боже, как я нервничал.

Правдивая история, друзья... Я никогда в жизни не приглашал парня на свидание. Мои единственные однополые отношения и все последующие свидания с другими мужчинами были тайными интрижками. Поэтому появление на крыльце дома горячего парня с бутылкой вина и букетом роз заставило меня вспотеть под курткой. Я чувствовал себя странно уязвимым. Это не имело смысла.

Ладно, может, и имело. Я не хотел ошибиться. А предвкушение всегда выводило меня из себя. Я поднял кулак, чтобы постучать еще раз, когда мой желудок сделал сальто. Давай, Дрю. Через мгновение дверь со щелчком открылась.

"Привет, извини, что заставил тебя ждать. Я как раз заканчивал на кухне и... это мне?". Дрю оперся рукой о дверной косяк и указал на розы.

"Да, но ты не сможешь их получить, пока не пригласишь меня войти. У меня яйца замерзли".

Он тихонько хихикнул и пригласил меня внутрь. "Мы не можем этого сделать. Заходи. Оставь свои ботинки на коврике. Я возьму твое пальто".

Я снял ботинки в прихожей и прошел за ним в большую гостиную с высокими потолками и витражными окнами, обрамляющими массивный каменный камин. В очаге мерцал огонь, придавая помещению уют. Дрю прошел в смежную кухню, оформленную в деревенском стиле, и, черт возьми, у меня отпала челюсть. Один только остров был размером примерно с мою спальню. Ладно, возможно, это было небольшое преувеличение, но все равно... это было чертовски впечатляюще. Здесь была раковина, зона для приготовления пищи и секция для сидения, расположенная напротив самого большого холодильника и плиты, которые я когда–либо видел.

"Это безумное место", – прокомментировал я, любуясь железными люстрами над головой, пока ставила вино и розы на стойку.

Дрю достал два бокала и открывалку, а затем порылся в нескольких шкафах в поисках вазы. "Я знаю. Это безумие. Мой брат не экономит на аренде жилья, но я думаю, что даже он был немного удивлен этим местом".

"Я понимаю, почему. Здесь было бы комфортно команде НБА".

"Да", – он задорно хихикнул, затем поморщился.

"Ты в порядке?"

Он кивнул, но не посмотрел на меня. "Да, я в порядке".

Я снял фольгу с бутылки, пока Дрю расставлял розы на стойке. Он не отрывал взгляда от лепестков, как будто расположение каждого отдельного цветка имело значение. Мне нравилась его интенсивность. Он умел браться за повседневные дела с таким же рвением, с каким управлял бистро или проводил утро на склонах. Говоря по личному опыту, такая страсть может быть немного подавляющей или отталкивающей.

Однако Дрю был удивительно грациозен. Возможно, он не был атлетом, но он двигался целенаправленно и говорил с намерением, как будто опасаясь, что лишнее движение может сбить его с курса. Например, когда прядь волос упала ему на глаза, он не потрудился ее убрать. Это была такая простая вещь, но она не входила в список его приоритетов, поэтому он оставил ее без внимания.

Я засучил рукава своего черного свитера до локтей и поборолся с пробкой. Затем я налил вино в оба бокала. Он отошел от роз и поблагодарил меня, когда я передал ему вино.

"Ваше здоровье". Я поднес свой бокал к его бокалу и сделал маленький глоток.

Дрю снова поморщился и повернулся, чтобы взять средних размеров разделочную доску, на которой лежали сыр, мясо и крекеры. "Я сделал доску для закусок. Мы можем съесть это у костра перед ужином. Я поставлю лазанью в духовку через тридцать минут. Ты ведь любишь пасту?".

"Конечно".

"Хороший ответ. Не захватишь салфетки и вино?".

Я последовал за ним в соседнюю комнату и поставил свою ношу на грубо сколоченный журнальный столик перед камином. Я начал присаживаться на угол секционного дивана, но вместо этого стал наблюдать за Дрю. Резкие линии его профиля, изгиб запястья, изгиб его упругой задницы в этих "Леви"... Фу. Не помогает. Я засунул свободную руку в карман, чтобы не прикасаться к нему, и поднес бокал с вином к губам, наслаждаясь теплом огня у моей спины.

"Это приятно", – тихо сказал я, когда он встал рядом со мной.

Дрю рассеянно кивнул, положив руки на бедра и устремив взгляд на сырную доску. "Да. Эм..."

"Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ты выглядишь бледным".

"Правда?" Он провел пальцами по волосам и весело хмыкнул. "Я в порядке. Честно."

"Ты хотел присесть?"

"Нет. Я..."

Я нахмурил брови и изучал его. "Дрю, прекрати это дерьмо. Что случилось? Ты заболел?"

Он издал болезненный вздох. "Уф. Нет, ничего такого".

"Ты сегодня не ушибся? Ты пару раз упал, но вроде все в порядке".

"Да. Мне просто немного... неловко".

Я прищурился, ставя свой бокал на камин. "Почему? Твоя лазанья отстойная?"

Он раздраженно нахмурил брови. "Конечно, нет. Она потрясающая".

"Кажется, ты сомневаешься", – игриво укорил я. "Не беспокойся об этом. Мы всегда можем заказать пиццу или..."

"Затычку", – промурлыкал он.

Хорошо.

"Ты хочешь заказать затычку?".

Он застонал вслух и покачал головой. "Не нужно. У меня есть одна... в смысле, я ее ношу".

Мой член мгновенно вздыбился в джинсах, проверяя прочность молнии. Я поджал губы, чтобы держать любые неуместные реакции под замком, а затем испортил свою демонстрацию зрелости, ухмыляясь от уха до уха.

"Правда? Как... в твоей заднице?" прохрипел я.

"Обычно именно туда вставляют затычки, так что... да, в задницу".

Я задумчиво потер рукой подбородок. "То есть ты хочешь сказать, что прямо в эту секунду ты стимулируешь свою простату?"

"Ну, не совсем стимулирую, но... она там". Он жестом указал на свою промежность и прикусил нижнюю губу.

"Понятно... так мы собираемся пропустить сыр и крекеры и сразу перейти к мясу?" Я указал на свою выпуклость и покачал бедрами, чтобы он рассмеялся.

Дрю хмыкнул и зажмурил глаза. "Слушай, это очень неловко. Я рассказываю тебе, потому что... я не могу сесть и вести себя нормально. И я не могу сам разобраться с этим. Я пытался, но..."

"Тебе больно?" спросил я, нахмурив брови.

"Нет, но мне неудобно, и, как я уже сказал, мне чертовски стыдно".

"Эй, это может случиться с каждым". Я сделал смешное лицо. "Хотя... со мной такого никогда не случалось. Я читал историю о парне, который пытался трахнуть себя бананом. Фруктовый секс не имеет смысла. Купи гребаный фаллоимитатор. Я прав?"

"Да, но это не одно и то же", – простонал он. "Я не знаю, о чем я думал".

"Правда?" Я окинул его сомнительным взглядом.

"Ладно... Я думал о прошлой ночи и о том, что, как я надеялся, произойдет сегодня. Я подумал, что могу положить его и забыть о нем, пока готовлю ужин. Я думал, это ускорит процесс. Плохая идея. Сначала все было хорошо, но потом он стал меня беспокоить, и я попытался его вытащить, но не смог. И теперь... мне чертовски стыдно. Я никогда в жизни не стремился быть парнем, который оказался в отделении скорой помощи с лампочкой в заднице", – ворчал он.

"Подожди. У тебя там тоже лампочка?"

Дрю вскинул руки вверх. "Нет! Мне нужно ее вытащить, и мне нужна твоя... помощь".

"Ты справишься. Сбрось джинсы и нагнись, детка".

Сначала он не двигался. Он облизал губы и вздохнул в знак поражения. "Это не то, что я имел в виду".

"Мне нужно видеть то, на что я смотрю. Давай. Бросай свои проблемы", – приказал я, закатывая рукава и разбивая костяшки пальцев.

Дрю вытаращился. "Ни хрена подобного. Это деликатный вопрос, а не операция".

"Я не узнаю этого, пока не увижу. Продолжай. Сегодня я ваш доктор. Доктор Перес... к вашим услугам". Я подмигнул, потянувшись к пряжке его ремня.

"Нет." Он отшвырнул мою руку, потом долго смотрел на меня, прежде чем уступить. "Отлично. Я доверяю тебе не делать это еще более неловким, чем оно уже есть".

Каким–то образом я сохранил нейтральное выражение лица. Это был невероятный подвиг, если подумать. Парень, в которого я влюблен уже несколько месяцев, нуждался в том, чтобы я отключил его от сети.

Дрю положил руки на пряжку своего ремня и замер. Бедняга выглядел так, будто надеялся, что ковер проглотит его целиком.

"Поможет ли это, если я тоже разденусь?" тихо спросил я.

"Думаю, поможет, если ты просто... поцелуешь меня".

Его глубокий, отчаянный тембр проникал в меня, как мед.

"Я могу это сделать". Я шагнул в его пространство и положил руки ему на бедра.

Наши рты зависли в предвкушении. Я вдохнул его, прижавшись носом к его носу. Все во мне было готово к нападению. Я хотел овладеть им и сделать его своим. Но я не хотел причинить ему боль. Поэтому я обуздал свои порывы и нежно прижался губами к его губам.

Мы стояли так в течение мгновения. Огонь потрескивал и освещал нас теплым светом, а на колонке Bluetooth играла песня RÜFÜS DÜ SOL. Я не был слишком романтичным, но все в этом моменте казалось особенным... особенным.

Дрю положил свои руки мне на плечи и наклонился, чтобы углубить поцелуй. И вот так – мы вспыхнули. Сладкие поцелуи стали настоятельными и голодными. Мы извивались, чтобы стать ближе, проникая в пространство друг друга, пока не стало невозможно определить, где мы начинаемся или заканчиваемся. И все же этого было недостаточно.

Я толкнул его в грудь, повалив его на диван. Я забрался на него сверху, вытянув его руки над головой и снова захватив его рот, погружая свой язык внутрь. Его первоначальный удивленный возглас превратился в одобрительный гул, когда я ритмично покачивал бедрами. Дрю задрал ноги на мою задницу, запустил пальцы в мои волосы, наклонил голову, чтобы углубить поцелуй, так как искал трения внизу.

Наша сессия поцелуев быстро обострилась. Не удивительно. Наша нервная энергия и лихорадочное желание были мощной комбинацией. Добавьте к этому затычку, и мы пустились во все тяжкие. Я просунул руку под его свитер и провел пальцами по нижней части живота, пощипывая соски... и случайно нашел его горячую точку. Дрю выгнул спину и вцепился в мою задницу, с наслаждением насаживаясь на мой член через два слоя джинсов.

"О, черт. Как хорошо", – промурлыкал он.

"Мы должны вытащить тебя из этой одежды". Я села, потянув его за собой, и стянул его свитер через голову.

Я снова накрыл его рот своим, расстегивая ремень и расстегивая молнию. Я провел двумя пальцами по его эрекции, обтянутой боксерами, потирая большим пальцем мокрое место. Черт, я был таким твердым, что у меня закружилась голова. Мне нужно было раздеться, пока я не взорвался в своих джинсах. Я резко встал, стаскивая с себя свитер и рубашку с длинными рукавами, затем быстро скинула джинсы и трусы–боксеры. Никакого сексуального стриптиза. Честно говоря, мне и в голову не пришло добавить в свою игру немного изящества или намека на соблазнение. Я был просто чертовски возбужден. И знание того, что Дрю был в таком же состоянии, обнажило меня. Мы были совершенно сырыми, первобытными и нуждающимися. Единственное, что имело значение, – получить удовольствие.

Мой член раскачивался передо мной, как несмазанный флагшток. Я обхватил себя за основание и поглаживал, чувствуя на себе голодный взгляд Дрю, который отбросил в сторону джинсы и трусы–боксеры. Он облизал губы, но поднял руку, как знак "стоп", когда я шагнул вперед.

"Подожди. Я хочу посмотреть на тебя", – сказал он севшим тоном. "Ты такой чертовски сексуальный".

Я усмехнулся. "Ты тоже. Покажи мне эту задницу. Давай. Повернись".

"Пойдем наверх. Мы можем..."

"Нет, я не могу ждать". Я притянул его к себе, задыхаясь от ощущения его обнаженного тела напротив моего. "Господи, как же хорошо".

Мои руки были повсюду. Я не мог перестать прикасаться к нему. Я пожирал его хищными движениями языка, проводя пальцами вдоль его позвоночника и по бокам. Я взял в горсть его ягодицы и сжал. Он хныкал от нужды, и, если это возможно, его член выпустил еще больше спермы между нами... а может, это был я.

"Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Ли. Нам нужны презервативы, смазка и..."

Я грубо поцеловал его. "Где моя куртка?"

Он указал на вешалку возле входной двери. Я схватил принадлежности из внутренних карманов и поспешила к нему, держа пару презервативов и маленькую бутылочку смазки в каждой руке, пока я покачивал бедрами, как танцовщица на шесте. Интуиция подсказывала мне, что все должно быть легко и с юмором. Я не хотел, чтобы Дрю напрягался. Ничто не убивает экспедицию по извлечению пробок быстрее, чем сжатая задница. Ну... вы понимаете, о чем я.

"А, ты пришел подготовленным". Дрю снисходительно улыбнулся мне, прежде чем повернуться и расстелить одеяло перед камином, создавая сексуальную, романтическую сцену.

Была только одна проблема.

"Мы не можем делать это на полу. Это убьет мои колени. Диван?" предложила я.

Он поднял одеяло и накинул его на диван. "У тебя больные колени?"

"После катания на лыжах весь день, да".

"Хм. К счастью, мои колени в полном порядке", – сказал он, опускаясь на пол и облизывая меня от основания до кончиков пальцев.

Я вздрогнул от этого прикосновения и запустил пальцы в его волосы, потянув за них, пока он не встретился с моим взглядом. Черт, он выглядел голодным. Как будто он не просто хотел пососать мой член... он нуждался в этом. Кто я такой, чтобы остановить его? Я многозначительно прикоснулся членом к его губам. Он не колебался. Он обхватил пальцами мой ствол и прокачал его пару раз, затем заглотил меня целиком и стал сосать.

Ебать. Так это была глубокая глотка? Он буквально держал мой член во рту. Вот это да. Просто вау. Я сглотнул и заставил себя не дергать бедрами и не сбивать его с ритма. Он отстранился и улыбнулся мне.

"Это... потрясающе. Ты действительно чертовски хорош в этом", – пыхтел я, проводя пальцем по его уху.

"Да".

Дрю улыбнулся и сделал это снова, дважды покачивая головой. Никто никогда не опускался на меня так, как он. Он сосал и лизал, оказывая идеальное давление. Каждый поворот его языка вокруг кончика моего члена посылал волну удовольствия по моим венам, распространяясь по мне, как лесной пожар. Я был близок... слишком близок.

Я положил ладонь ему на лоб. "Остановись. Я еще не хочу кончать".

Он кивнул в знак согласия, затем разорвал упаковку презерватива, надел его на мой член и протянул мне смазку. "Эм... как ты хочешь это сделать? Думаю, будет проще, если я лягу на диван. Я не хочу причинять тебе неудобства. Считай, что это просто медицинское мероприятие".

Я фыркнул, намазывая смазку на свой член. "О чем ты, блядь, говоришь?"

"Ты знаешь, о чем я говорю", – проворчал Дрю, лежа на диване и закинув одну ногу на заднюю подушку. "Я никогда не просил парня вынуть игрушку из моей задницы, если только мы не находились в самом разгаре момента и он не был как–то связан с тем, что она вообще там оказалась".

Я встал на колени на диване между его бедер. "Ты практически описываешь то, что происходит прямо здесь и сейчас – жаркий момент, игрушка в твоей попке..."

"Да, но я не планировал эту часть", – пробормотал он едва слышным тоном.

"Некоторые из лучших вещей в жизни являются незапланированными, детка. Давай посмотрим, что у нас тут есть. Подними свою задницу". Я издал низкий свист. "Черт, это великолепно".

"Великолепно?"

Я провел большим пальцем по плоскому, украшенному драгоценными камнями основанию пробки в его отверстии. Он был гладко выбрит в этой области, поэтому голубой драгоценный камень сверкал, как маяк, между его раздвинутыми щеками. Я облизал губы от голода и встретил его взгляд.

"Блядь, да. Но я вижу проблему. Здесь нет крючка или механизма, чтобы вытащить его. Похоже, я тебе нужен". Я массировал чувствительную кожу круговыми движениями, встретившись с его взглядом. "Это правда?"

Его ноздри раздулись, когда он кивнул. "Да".

"Скажи это."

"Ты мне нужен".

"Мне это нравится. Скажи это еще раз", – хрипло потребовала я.

Он крепко сжал свой член и погладил себя. "Ты нужен мне. Пожалуйста".

Я потянул за металлическую игрушку, медленно выводя ее из его тела. Медленно – это главное слово. Я не хотел причинить ему боль. И, по правде говоря, как бы сильно я ни хотел оказаться внутри него, я не возражал против того, чтобы оттянуть этот момент, потому что это могло быть самое горячее из всего, что я когда–либо видел. Дрю был полностью открыт для меня. Все в нем приглашало меня войти. От его полуприкрытого взгляда "трахни меня" до спермы, блестевшей на кончике его прекрасного члена... до его сжатого входа, захватывающего игрушку и выталкивающего ее наружу. Ему не нужно было говорить ни слова, чтобы передать свои чувства. Он определенно хотел меня.

А я? Я был в огне. Никогда еще я не был так близок к тому, чтобы кончить в презерватив, не прикасаясь к себе.

Я вынул пробку и положил ее на салфетку рядом с бокалом вина. Затем я взял смазку, налил немного на два пальца и стал дразнить его вход, погружая один палец внутрь. Дрю выкрикнул мое имя, приподняв бедра.

"Хочешь еще?" прохрипел я, добавляя второй палец и третий, выкручивая запястье, пока я прощупывала его задницу.

"Ух... я хочу твой член".

Блядь, да. Я добавил смазку на свой обмякший член, прильнул к его дырочке и толкнулся, прокладывая себе путь внутрь. Я остановился, когда вошел наполовину, чтобы убедиться, что он хорошо приспособился. Дрю недовольно хрюкнул, а затем ухватился за мои ягодицы, потянув меня вперед, пока я не погрузился по самые яйца. Он обхватил меня ногами за талию и руками за шею, облизывая мою челюсть, прежде чем прильнуть своим ртом к моему.

Я прикусил его нижнюю губу и начал двигаться. Медленно и уверенно, то входя, то выходя. Я не хотел перегружать его... собой. Я склонен к энтузиазму, и я уже был опасно близок к краю. Но Дрю не облегчил задачу. Его поцелуи были лихорадочными, а его руки были повсюду. Он упирался пятками ног в мою задницу, тянул меня за волосы и кусал за плечо, побуждая меня к действию.

Я рванул воздух и сжал его руки. "Шшш. Я взорвусь, если мы не сбавим темп".

Дрю моргнул. "Я хочу тебя слишком сильно. Мне нужно жестко, быстро и грязно. Трахни меня так, как будто ты это серьезно, Ли. В следующий раз мы можем не спешить".

Разум работает загадочным образом. Я услышал следующие слова – жестко, быстро, грязно, трахни меня и в следующий раз – и действовал соответственно. Я прижался грудью к его груди и двигался как гром, бешено раскачивая бедрами, облизывая, посасывая и поклоняясь его сексуальному телу. Мой оргазм набирал скорость. Я чувствовал, как он приближается ко мне в неистовом натиске и наслаждении. Я не хотел сдаваться.

Я лизал его шею и держал себя над ним. "Забирайся ко мне на колени и покатайся на мне".

Дрю расширил глаза, но не стал спорить, когда я вытащил его и предложил ему сесть на мой член. Он переместился вбок, чтобы облокотиться на меня, и встретился с моим взглядом, когда опустился ниже.

"О, Боже мой. Мне так хорошо", – хмыкнул он, покачивая бедрами из стороны в сторону.

"Мне тоже". Я глубже устроился на подушках и шлепнул его по заднице. "Покажи мне, что у тебя есть, детка".

Дрю оскалился в злобной ухмылке, выгнув спину дугой, положив одну руку на мое бедро для равновесия, прежде чем отпустить. Это было чертовски удивительное шоу. Он двигался, плавно поднимаясь и опускаясь. Он подрачивал себе, пока скакал на мне, стонал вслух, когда я пощипывал его соски, и произносил непристойные комментарии о своей тугой дырочке.

Я не думал, что кто–то может быть одновременно грациозным, сексуальным и грязным. Я ошибался. Дрю питался плотским безумием. И да, он немного сошел с ума, когда я смахнул сперму с его широкой грибовидной головки и высосал ее с пальца.

"Это горячо", – задыхался он.

"Теперь ты сделай это. Засунь свой палец мне в рот".

"Вот так?" Дрю потер свою щель большим пальцем и предложил ее мне как подарок.

"Ммм. Бля..."

Возможно, это было слишком горячо. Я обхватил его за талию и перекатился на бок, поменяв наши позиции, так что я снова оказался сверху на нем, толкаясь бедрами в дикой гонке к финишу.

"О, да, да. Еще. Я кончаю", – кричал он.

Я не переставал двигаться. Я не мог. Как только я почувствовал, что его сперма выплеснулась между нами, я кончил. Я ревел от силы своего освобождения, вбиваясь в него снова и снова, пока не рухнул в изнеможении.

Прошла целая минута или две, прежде чем я собрался с силами, чтобы двигаться. Это заняло бы больше времени, но Дрю ущипнул меня за задницу и подул мне на шею, чтобы привлечь мое внимание.

"В чем дело? Я тебя раздавил?" спросил я, приподнимаясь над ним.

"Немного", – признал он со смехом. "Ты чертовски огромный".

Я подергал бровями, затем осторожно вытащил и завязал использованный презерватив. "Мне нужно освежиться. Где ванная в твоем милом шале?".

"Это не мое шале, но оно довольно милое. Пойдем, я проведу для тебя экскурсию". Дрю встал на шаткие ноги и жестом пригласил меня следовать за ним.

Мы взяли нашу списанную одежду и привели себя в порядок, прежде чем исследовать арендованный дом с шестью спальнями и пятью ванными. Мы остановились на кухне, чтобы Дрю мог поставить лазанью в духовку. Когда он убедился, что таймер установлен, мы вернулись на место преступления.

Я поднял свой бокал с вином, лениво покрутил его содержимое и встал перед камином. "Я мог бы привыкнуть к такой жизни".

"То же самое. Мой брат любит красивые вещи и уединение". Дрю свернул плед на диване и бросил его на пол. "Я постираю это завтра".

Я указал на секс–игрушку на журнальном столике. "А как насчет этого плохого мальчика?"

Усмешка Дрю заставила меня тоже рассмеяться. "О, Боже мой. Мне его закопать или забронзоветь? Я не могу решить".

"Конечно, второй вариант".

Он сложил салфетку поверх игрушки, достал свой бокал с вином и сел на угол дивана. "Если повезет, ты забудешь об этой части сегодняшнего вечера".

"К черту. Я не хочу ничего забывать. Это было самое горячее, что когда–либо было".

"Даже затычка?" – скептически спросил он.

Я кивнул. "Да. Для меня это было впервые".

"Для меня тоже".

"Хорошо. Для меня большая честь быть твоим первым. За затычки".

Дрю хмыкнул, поднимая свой бокал в тосте. "За затычки".

Я усмехнулся, присоединившись к нему на диване. Я отпил вина, поставил его на журнальный столик и закинул правую ногу на подушку между нами. "Твое здоровье".

"Кстати, я вру. Мне все еще неловко. Возможно, тебе поможет, если ты уравняешь шансы и либо сделаешь что–то постыдное передо мной, либо расскажешь мне постыдную историю... или десять", – ворчал он.

"О, черт. Я не знаю, с чего начать. Давай посмотрим... когда я был ребенком, я описался на школьном пикнике в парке. Я запаниковал и катался по песочнице, чтобы спрятать улики. Это не сработало. Однажды мы с братом подрались в ресторане, но старались не шуметь. Когда мама не смотрела, я бросал морковку на его тарелку, а он швырял в меня кусочек брокколи. Я швырнул в него вилкой картофельного пюре и не попал. Оно приземлилось на лицо маминого парня". Я покачал головой с насмешливым раскаянием. "Это тоже не очень понравилось. Я также подбросил в бассейн шоколадку "Миндальная радость", чтобы не идти на тренировку команды по плаванию. И я пукал в лифтах чаще, чем мне следовало бы признать".

"О, брат", – надулся он.

"Правдивая история... на первом курсе колледжа я только что сходил на свидание с симпатичной девушкой из моего гуманитарного класса. Я проводил ее до следующего урока, раздумывая, стоит ли попытаться поцеловать ее. Я струсил, помахал ей рукой и случайно попал ей в челюсть". Я сделал вид, что ударил себя и притворился глупым. Конечно, я был виновен в том, что бессовестно приукрасил то, что на самом деле было довольно скромной сценой в жизни и временах меня, но если это заставило Дрю смеяться, то это того стоило.

"Ладно, ладно, ты выиграл", – фыркнул он. "Она снова с тобой встречалась?"

"Нет".

Дрю забавно поджал губы. "Это ее проигрыш".

"Неа, мы не особо нравились друг другу. Меня больше интересовал ее друг–гей, чем она", – сказал я, пожав плечами. "Я не помню его имени, но он был высоким, темным и придурковатым. Он клал руки на бедра и отчитывал меня. Типа как ты".

"Подожди секунду". Он нахмурил брови и наклонился вперед, чтобы поставить свой стакан. "Ты намекаешь на то, что я тупица?"

"Ну..." Я хеджировал. "Может быть, немного. Но ты умный, сексуальный и о, очень крутой и контролируемый мужлан. Тот факт, что ты становишься немного неуклюжим, когда нервничаешь, серьезно тебя заводит".

"Правда?"

"Да. Это заставляет тебя казаться более реальным".

"Я не казался настоящим, пока не споткнулся о свои лыжи?"

"Может быть, "доступный" – более подходящее слово. Дрю, я король придурковатых движений качков. Ты не в моей лиге, и мы оба это знаем".

"Это неправда", – запротестовал он.

"Это правда, но с тех пор, как ты приготовил мне ужин и разыграл сцену с затычкой, я чувствую надежду".

Дрю захихикал. "Ты смешон. К твоему сведению, я ничего не инсценировал. Я просто неправильно оценил ощущения. Я никак не мог сидеть рядом с тобой с этой штукой в заднице".

Я посмотрел на эту штуку на кофейном столике. "Это было горячо, но... зачем вообще было это надевать?".

Он прикусил нижнюю губу и глубоко вдохнул. "Хочешь правду?"

"Правду? Потому что ты знаешь, что я живу ради этого дерьма", – отшутилась я.

"Тогда тебе это понравится", – усмехнулся Дрю. "Я не мог перестать думать о тебе".

"Расскажи мне больше". Я потянул его за воротник, чтобы подманить поближе.

"Ну, я не знаю, что ты сказал своим друзьям о встрече со мной сегодня вечером. И я не был уверен, как долго ты сможешь оставаться, поэтому решил ускорить процесс". Он поморщился. "Теперь, когда я произнес это вслух, я понял, как неубедительно это звучит".

Я улыбнулся. "Я думаю, это мило".

Дрю застонал. "Точно. Что ты сказал своим друзьям?"

"Я сказал им, что буду ужинать с тобой".

"И это все?"

"Нет, я солгал обо... всем остальном". Я горестно покачал головой, рассказывая ему свою историю про "ужин с шеф–поваром". "Ты сказал, что хочешь сохранить это в тайне, и... я вроде как запаниковал".

"О."

Я сел и провел пальцами по его волосам. "Все получилось хорошо. Сегодня вечером в хижине будет дюжина людей. Они не заметят, что меня там нет".

"Джейд заметит".

Я наклонился назад, чтобы оценить выражение его лица, прежде чем признаться: "Я думаю, она что–то знает".

"О нас? Откуда?"

"Интуиция? Я не знаю. Мы же друзья. Даже если она что–то подозревает, она будет держать это при себе".

Дрю провел большим пальцем по моей нижней губе. "Все в порядке. У нас есть пара часов сегодня вечером. Мы можем даже завтра, если ты хочешь. Но это все. Когда мы вернемся домой, мы не сможем... делать это".

Я долго смотрел ему в глаза. У меня был соблазн изложить свою позицию и предъявить претензии, но я чувствовал, что важнее показать Дрю, что я чувствую, а не говорить ему. Он не поверит мне, если я скажу, что влюблен в него уже несколько месяцев или что быть с ним так... правильно и реально. Он бы подумал, что я разговариваю со своим членом. Я должен был действовать осторожно, если хотел большего.

"Сегодня вечером и завтра", – повторил я, целуя его шею.

"Ты можешь остаться на ночь?"

"Да. Я купил на рынке запасную зубную щетку на случай, если ты меня пригласишь". Я взмахнул бровями, чтобы он рассмеялся. "Но ты должен сделать это официально. Спроси меня".

Дрю усмехнулся. "Ты останешься на ночь?"

"С удовольствием".

Мы поужинали в гостиной перед камином. Мерцающий свет от углей создавал теплое сияние, а потрескивание дров и тихий джаз создавали атмосферу. Это было более романтично, чем можно было бы представить в любом ресторане. Лежать на обоих концах дивана с переплетенными ногами после поглощения огромной тарелки пасты было предпочтительнее, чем находиться в толпе. И ничто так не раскалывает лед, как незапланированный секс перед ужином.

Беседа текла легко. Мы говорили о наших семьях, друзьях, работе, людях, которыми восхищались, и местах, которые хотели бы увидеть. А когда у нас заканчивались слова, мы говорили телом, снимая одежду слой за слоем. Мы собирались вместе с целью и меньшим безумием, давая себе возможность исследовать себя с помощью нежных поцелуев и блуждающих рук. Потом мы погасили огонь и удалились в его комнату, прихватив с собой запас презервативов и бутылочку со смазкой.

И когда я забрался между его бедер, я вошел в него медленно и с таким благоговением, какого не испытывал ни к кому другому. Я не сводил с него взгляда, лаская его лицо и облизывая его шею, а потом взял его рот в рот и набросился на него как гром, пока мы оба не развалились на части, прижимаясь друг к другу и задыхаясь.

Я заснул с головой Дрю на моей груди, а проснулся от того, что его ноги спутались с моими. Все, о чем я мог думать, это то, что это чувство... правильное. Как будто я нашел того неуловимого человека, благодаря которому нечеткие края жизни снова стали четкими. Он был моей ясностью. У меня было сильное чувство, что он должен был стать чем–то большим. Но если у нас было всего двадцать четыре часа, я собирался использовать их по максимуму.

А потом попытаться убедить его дать мне больше.

6

Дрю

Как я сюда попал?

Я не хотел, чтобы это случилось снова. На самом деле, я поклялся, что буду избегать этого любой ценой. Молодые, би–парни всегда были моей слабостью, но Лиам был самым трудным из всех, перед кем я когда–либо пытался устоять. Он был попеременно то дурашливым и веселым, то чувствительным и милым. И всегда умный, как черт. Он мне нравился. Очень. Возможно, даже слишком.

Мы договорились, что все, что происходит в горах, остается в горах. Повторения не будет. Мы больше не будем об этом говорить. Если по какой–то маловероятной случайности тот уик–энд всплывал, мы улыбались воспоминаниям, меняли тему и шли дальше. Не было причин обсуждать нашу ночевку, вафли, которые мы приготовили на следующее утро, наши приключения на санках на пластмассовых блюдцах в холмах за домом или купание в горячей ванне голышом с бутылкой вина под миллиардом звезд и полумесяцем после того, как мы забрали его вещи из домика его друга.

И, прежде всего, мы не говорили о том, как невероятно чувствовать себя обнаженными друг против друга... всю ночь напролет. Или о том, как легко было просто быть с ним. Легче, чем когда–либо с кем–либо еще.

Но так и должно было быть.

Но это не так.

Шесть недель спустя я не мог оторваться от Лиама. Он был как лучик солнца и глоток свежего воздуха. Ему достаточно было войти в комнату и озорно ухмыльнуться, чтобы ты стал его собственностью. Мужчины, женщины, дети, собаки... все любили его. У него был способ заставить того, с кем он говорил, почувствовать себя единственным, кто имеет значение. Я понял это, когда он только начал работать в Бонн Терре. Но я наивно полагал, что смогу оградить себя от его чар.

Не повезло. Самые благие намерения не могли побороть его мощное притяжение. Лиам был не из тех, кого можно игнорировать. Он был силой природы. В бистро я старался держаться на расстоянии, но это было невозможно. Я слишком хорошо его знал. Я оказывался в его орбите – прижимался к его руке, наклонялся, чтобы услышать одну из его глупых шуток или сильно приукрашенную историю, призванную рассмешить его аудиторию.

Я не чувствовал ничего странного в своей внезапной одержимости, потому что знал, что он чувствует то же самое по отношению ко мне. Он просто был более хладнокровным под давлением. Он подбрасывал мне записки в карман, когда никто не смотрел. Они были на разные темы: от "Ты выглядишь сексуально" до "Не заставляй меня снова смотреть "Девочек Гилмор". Или сегодняшнее послание на сложенном стикере... "Мой член все еще болит после прошлой ночи".

О, да... разве я не упомянул об этом? Мы были любовниками. Тайно, конечно. Когда я наконец понял, что не могу бороться с этим чувством, я настоял на том, чтобы мы держали это в тайне. Я не хотел афишировать, что мы больше, чем друзья на работе. С одной стороны, это выглядело непрофессионально. А с другой стороны, я боялся, что хочу большего, чем Лиам. Он был двадцатитрехлетним, почти выпускником колледжа, собирающимся вступить в жизнь. У меня не было места в его будущем, и это беспокоило меня больше, чем я мог предположить.

Я хотел, чтобы эта легкая, беззаботная дружба и потрясающий секс с самым классным и лучшим парнем, которого я знал, длились долго.

Это было пьянящее чувство – знать, что этот магнетический мужчина хочет меня. Только меня. Вероятно, я не очень старался держать свое увлечение в тайне в бистро, но я старался не смотреть на него слишком долго, когда он входил в комнату, и не смеяться слишком громко над его шутками. Это было нелегко. В его присутствии мои эмоции вырывались на поверхность. Я не просто чувствовал себя счастливым. Я чувствовал себя... живым. Все казалось более ярким и сфокусированным. Цвета, звуки, текстура. Он был не просто глотком свежего воздуха. Он был кислородом.

Лиам был легким по натуре, но у него была и напряженная сторона. У него было сильное мнение по вопросам социальной справедливости и экологии, и он говорил о своих убеждениях вдумчиво, с красноречием, которое иногда заставляло его казаться старше. Он был интересным, интеллигентным и чертовски умным. Мне нравилось быть с ним, и я жаждал, чтобы он был один.

Поскольку я жил один, он оставался в моей квартире несколько ночей в неделю. Да, секс был потрясающим, но мне нравились и простые вещи... например, совместное приготовление ужина.

"Я правильно нарезаю?" – спросил он, разрезая лист базилика пополам.

"Нет, его нужно нарезать как жюльен".

Он вскинул бровь и скорчил гримасу. "Что?"

"Жюльен. Ты сворачиваешь листья и нарезаешь их тонкими полосками". Я поставил свою терку для сыра на прилавок и подошел к нему. "Хочешь поменяться работой?"

"Нет. Научи меня, хозяин".

Я сложил несколько листьев базилика и показал, как получить самые тонкие полоски, а затем попросил его взять свой нож и сделать это с честью. "Хорошая работа. Видишь? Это просто".

"Хмф." Лиам указал на сыр, который я бросил. "Возвращайся на свою станцию. Я займусь этим".

"Вот тебе и хозяин", – фыркнул я, поднимая блок сыра пармезан.

Лиам игриво стукнул меня по бедру. "Я читал статью о парах, которые готовят вместе. Там говорилось, что секрет успеха заключается в разделении обязанностей, чтобы вы не мешали друг другу. А на канале "Еда" было шоу, где...".

Я рассеянно кивал, но не слушал. Мой мозг застрял на слове "пары".

Мы были парой. Верно? Мы были вместе. А когда мы не были вместе, мы хотели быть вместе. Я нервно облизнул губы, натирая сыр в два счета, пока обдумывал последствия. Это означало, что мы были парнями. Черт, это было... круто. Но и пугающе. Я не хотел, чтобы это произошло, но это было правильно. Я хотел, чтобы он был в моей жизни. Я хотел...

"Что ты читал?" прервал я.

"А?"

"Ты читал статью о парах, готовящих вместе", – подтолкнул я.

Он закончил нарезать точную полоску базилика, затем положил нож на разделочную доску. "О. Да, статья всплыла в моем Instagram. Хм. Я тебя напугал?"

"Нет, конечно, нет".

"Хорошо. Я часто гуглю. Если я чего–то не понимаю, это удобный костыль".

"Да. Так... ты набрал в гугле "приготовление пищи для пар"?" спросил я.

Я собирался быть непринужденным, но когда Лиам пристроился рядом со мной и сверкнул дьявольской ухмылкой, я понял, что не попал в точку.

"Нет, это просто всплыло неожиданно. Ты знаешь это явление... ты говоришь с другом о том, как приготовить рыбу, и в следующее мгновение ты получаешь рекламу рыбы и посуды по всей своей новостной ленте. И если ты нажмешь на одну из них, ты обречен".

"Понятно. Значит, ты кликнул и получил совет по отношениям, а также актуальную информацию о том, как разделать палтуса".

"Именно! Знание – сила".

"Хм. Что самое информативное ты когда–либо узнавал из гугла?"

Лиам бросил на меня косой взгляд, который я не смог прочитать. "Эм... кто победит в драке между Суперменом и Бэтменом".

Я захихикал. "Это важная информация. И ответ должен быть Бэтмен".

"Правильно! Супермен может быть сильным, но все знают, что его слабость – криптонит. Бэтмену даже не понадобится помощь Робина, чтобы уничтожить его. И кстати, что за работа у Робина? Есть ли у этого чувака настоящая цель, потому что я не понимаю. Они приятели или больше чем приятели?".

Я усмехнулся. "Понятия не имею. И почему мы говорим о Бэтмене и Робине?".

Лиам поднял руки в знак капитуляции. "Это ты начал".

"Я не начинал".

"Я тоже. Ты спросил про гугл–кулинарию и..."

"Пары."

Он с любопытством наклонил голову.

"Я погуглю это следующим".

"Наверное, в этом нет необходимости", – ответил я.

"Конечно, есть. Я не хочу все испортить". Он скрестил руки, прислонившись к стойке. "Здесь ты скажешь мне, что я могу отсосать тебе прямо здесь, прямо сейчас".

Как он это сделал? Он носил свое сердце на рукаве, но все же позволил мне найти стратегию выхода в случае, если он превысит мой уровень комфорта. Или, может быть, свой собственный. Я не мог сказать. У меня просто было чувство, что мы внезапно оказались глубже, чем планировали.

"Ты не сорвешь это. Я и ты". Я неумело жестикулировал между нами, зациклившись на его полных губах, пока пытался найти свое место. "Я думаю, мы должны много общаться. Это то, о чем говорилось в статье?"

"Ну, нет. Там предлагалось никогда не начинать готовить на голодный желудок, делегировать полномочия своему партнеру и убирать по ходу дела".

Я улыбнулся. "Это полезно".

"Там также советуется не быть слишком амбициозным. В этом я полностью виноват".

Я отложил терку и повернулся к нему лицом. "Мне это в тебе нравится".

"Спасибо". Лиам проследил изгиб моей челюсти и пристально посмотрел мне в глаза. Он выглядел так, будто хотел что–то сказать, но передумал.

Я одернул его рубашку, зацепив большими пальцами петли его ремня. "О чем ты думаешь?"

"Мне нравится, как ты смеешься".

"Это то, о чем ты думаешь?"

"Да. У тебя искренний смех. Твои глаза участвуют в действии, и ты выглядишь так, будто в тебе бурлит солнечный свет или что–то в этом роде". Он прикоснулся носом к моей щеке. "Это чертовски необычно".

Я прижался к нему и мурлыкал, как гребаная кошка. У меня на языке вертелась мысль сказать ему, что он особенный, но я не хотел говорить слишком много. Поэтому вместо этого я сказал ему другую правду.

"Ты заставляешь меня улыбаться. Тебе не нужно много делать. Просто быть здесь с тобой – это то, что мне нужно".

Лиам бросил на меня еще один ищущий взгляд. Затем он прикусил мою нижнюю губу и накрыл своим ртом мой. И, черт возьми, казалось, что мы ведем два разговора одновременно, но я понимал глубокий смысл. Это не было обычным. Это было нечто особенное.

Я хотел, чтобы это длилось долго.

Послушайте, я не был идиотом. То, что мы не хотели, чтобы наши коллеги по работе знали о нас, не означало, что они не подозревали, что что–то не так. Дерек время от времени бросал на меня любопытные взгляды, но не говорил ни слова. Он был рад, что Лиам задержался дольше, чем собирался. Я не думаю, что его волновало, был ли я тому причиной. Джейд была единственной, кого я не мог прочесть. Она была совершенно сердечна с Лиамом, но я заметил, что в последнее время она была откровенно холодна со мной. Я не понимал этого.

"Неужели я сделал что–то, что разозлило Джейд?" спросил я, когда мы бежали трусцой по пляжу в умеренном темпе в следующие выходные.

Я поправил солнцезащитные очки от полуденных бликов, благодарный за то, что этот участок песка был предоставлен самому себе. Сегодня Сокаль определенно демонстрировал себя. Это был великолепный ранний мартовский день... семьдесят градусов с розовыми и фиолетовыми полосами на небе.

"А? Почему?"

"Она мне кажется арктической".

"Хм. Она не имеет в виду это. Она просто" – Лиам резко остановился – "Смотри".

Он положил одну руку на бедро и указал на горизонт. Глубокая оранжевая полоса прорезала полосы розового и фиолетового, когда солнце спускалось вниз.

"Это великолепно", – благоговейно сказалаэ я.

"Да. Я люблю, когда небо выглядит так, будто художник налил краски на холст и размазал их по нему. Это грязно и удивительно одновременно".

"Как жизнь".

"Точно". Лиам кивнул, повернувшись ко мне с серьезным выражением лица. "Я увольняюсь".

"Прости?"

"Я уведомил Дерека сегодня утром".

"О."

Ох. Черт.

Подожди секунду. Это не должно меня беспокоить. Он проработал в бистро почти на два месяца дольше, чем собирался. Не имело значения, будем ли мы работать вместе. Мы бы все равно виделись и...

"Джейд была сварлива по этому поводу. Но когда Колин рассказал ей вторую половину моих новостей, она поняла". Он провел пальцами по волосам, не обращая внимания на мою внутреннюю сумасшедшую сессию.

"Какие новости?"

"Я поступил в аспирантуру".

"Что? О, вау. Поздравляю!" Я набросился на него, накрыв его рот своим в импровизированном поцелуе.

Лиам усмехнулся, осторожно высвобождаясь. "Спасибо. Я все еще жду ответа от Калифорнийского университета в Ирвайне и Калифорнийского университета в Лос–Анджелесе, но меня приняли в Лонг–Бич Стейт, так что, так или иначе, я поеду".

"Черт, я горжусь тобой", – воскликнул я. "Это потрясающе. Почему мы бегаем трусцой? Мы должны голыми праздновать. Уф. Я тоже сегодня работаю. Может быть, я смогу найти кого–нибудь, кто меня подменит, чтобы..."

"Мои друзья приглашают меня куда–нибудь", – перебил он.

"О, точно. Ладно."

"Я хотел сказать тебе первому, но Колин был там, когда я открыл письмо. Он немного свихнулся и организовал поход по пабам". Его лоб наморщился над ободком солнцезащитных очков, когда он продолжил. "Он позвонил Джейд, которая работала в бистро".

"И она обиделась, что ты не сказал ей, что подаешь заявление", – закончил я.

"Да. Я был довольно плохим другом", – вздохнул он. "Она знала о нас все это время".

"Знала? Я имею в виду... ты сказал, что она подозревала. Ты не сказал, что она знала".

"Расслабься, Дрю. Она не сказала ни слова. Она предложила свою поддержку, а я отмахнулся от нее. Я чувствую себя ослом. Она не злится на тебя. Она расстроена из–за меня. Ничто не бывает чертовски легким, не так ли?"

Я тяжело сглотнул. Нет, это не так. Последние несколько недель я наслаждался каждой минутой с Лиамом, зная, что мое время закончится раньше, чем я это осознаю. Он уйдет из бистро, закончит колледж и будет готовиться к следующей главе. И в какой–то момент мне придется его отпустить. Я не был готова. Я эгоистично хотел, чтобы все, что у нас было, продолжалось и продолжалось, но... я не хотел, чтобы он жертвовал дружбой.

"Ты должен поговорить с ней сегодня вечером", – тихо сказал я, переплетая свои пальцы с его пальцами, пока мы шли по пляжу.

"Она не придет в паб. Но... Дерек подслушал разговор и предложил устроить встречу после нашего завтрашнего закрытия. Предупреждаю, он, вероятно, позвонит тебе об этом. Притворись удивленным или – не надо. Я не знаю правил на этот счет. Может быть, ты скажешь ему, что столкнулась со мной в кампусе или... что–то в этом роде".

"Хм."

Мне не нравилась эта идея. Мне не нравилась ни откровенная ложь, ни ложь умолчания. Мне казалось, что на горизонте нависла тяжелая туча, которая медленно, но верно двигалась в нашу сторону. Я должен был что–то сказать. Хоть что–нибудь. Сказать ему о своих чувствах. Сказать ему, что я готов рискнуть, если он согласится.

Я посмотрел вниз на наши соединенные руки, довольный тем, что он не отпустил их. Я воспринял это как положительный знак. Когда молодая пара, идущая нам навстречу, пройдет мимо, я поднимусь и скажу ему о своих чувствах. Я бросал взгляд то на огненный закат, то на симпатичную брюнетку, планируя в голове свою речь. Она была очень беременна, подумал я. Они были симпатичной парой, начинающей новую жизнь. Она была красивой и подтянутой, а он – высоким, светловолосым, мускулистым и…

Мужчина остановился на своем пути. "Лиам?"

"Пит. Привет." Лиам признал своего тайного бывшего, слегка наклонив подбородок. "Как дела?"

"Эм... хорошо". Пит повернулся к женщине. "Это мой друг, Лиам. Он играл в водное поло в Лонг–Бич. Лиам, это моя жена, Мара".

Лиам вежливо улыбнулся и пожал ее руку своей правой, не опуская свою. На самом деле, он сжал мои пальцы, прежде чем представить меня. "Приятно познакомиться. Это мой парень, Дрю. Похоже, вы скоро ждете ребенка".

"Срок родов был на прошлой неделе. Мы каждый день гуляли по пляжу. Я сделаю все, что потребуется, чтобы ускорить процесс", – сказала она со смехом.

"Моя невестка тоже так делала", – добавил я, надеясь сгладить нарастающую неловкость. "В конце концов, это сработало. Мой племянник по–прежнему любит гулять, но теперь уже в коляске".

Мара хихикнула. "Я более чем готова использовать коляску".

Пит и Лиам на мгновение уставились друг на друга и отвели взгляд, предоставив нам с Марой заниматься своими делами.

В конце концов, я освободил свою руку от руки Лиама и положил ее ему на спину. "Нам пора идти. Желаю тебе удачи".

"Спасибо. Вам обоим того же", – обрадовалась Мара.

Они двинулись в противоположном направлении. Мы молчали. Я не был уверен, что сказать, и не был уверен, что происходит в голове у Лиама. Он выглядел... взволнованным.

"Так это твой бывший", – сказал я, когда мы свернули к набережной.

"Э... да".

"Его жена кажется милой".

"Мммм. Это было странно". Он покачал головой в разочаровании и потянулся в карман за ключами от машины. Он отпер дверь, остановившись, чтобы встретиться с моим взглядом над капотом машины. "Мне жаль".

Я устроился на пассажирском сиденье и застегнул ремень безопасности. "Нет причин для извинений".

Он вздохнул полной грудью, посмотрев в зеркало заднего вида. "Да, есть. Я назвала тебя своим парнем и сделала все... неловко".

"Для меня это не было неловко", – заверил я его, изучая его профиль в поисках подсказок, пока он выезжал с парковки и ехал к выходу.

В моей голове звенели тревожные колокольчики, и я не был уверен, почему. Встретить бывшего с новым человеком всегда странно. Поначалу, во всяком случае. Черт, это я расстался с Эллиотом, и меня просто убило, когда я увидел, как он целует мою замену. Сердцем и головой я понимал, что между нами все кончено, но что–то заставило меня задуматься, не слишком ли я поторопился. Черт... может, Лиам сейчас мысленно перебирал старый багаж? Может, он держал меня за руку, чтобы доказать что–то своему бывшему, а не в знак того, что я – его человек... его будущее.

Вот дерьмо. Я официально был в своем уме.

Словно прочитав мои мысли, он сказал: "Знаешь, я никогда не держал его за руку. Я вообще никогда не держал парня за руку... до тебя".

"О." Молчание. Я позволил ей продлиться милю или две, прежде чем задала вопрос, на который не был уверен, что хочу получить ответ. "Тебе было трудно встретиться с ней? Она беременна и мила, и они, очевидно, построили жизнь, на которую он не дал тебе шанса, и..."

"Вау!" Лиам фыркнул, когда повернул в мой жилой комплекс. "Нет, нет, нет. Ты неправильно понял. Мне плевать на Пита. Я уже не уверен, что он мне вообще нравится, но я желаю ему хорошей жизни. Я надеюсь, что они счастливы. Честно."

"Тогда почему...?" Я покрутил запястьем, надеясь, что слова не понадобятся. "Почему ты грустишь?"

"Я не грущу. Я... устал прятаться".

Мое сердце упало. Я знал, что он имел в виду. Я тоже ненавидел это, но я не знал, справедливо ли просить большего. Особенно сейчас.

"Я тоже. Я не такой, как он, Ли. Я не боюсь признаться, что хочу тебя".

"Я знаю. Ты просто... осторожен".

"Может быть, немного, но я горжусь тем, что я с тобой", – настаивал я. "Очень горжусь".

Лиам остановился перед моим домом и постучал по часам на своей приборной панели. "Эй, давай бросим это. Тебе нужно идти на работу, а у меня встреча с друзьями. Возможно, я буду слишком пьян, чтобы писать сегодня вечером... но если я напишу, и это будет звучать банально, не обращай внимания. Увидимся завтра, детка".

Я поцеловал его, прижавшись губами к его губам с большим акцентом, чем обычно. Я чувствовал себя так, словно теряю хватку на ниточке. Я не был готов отпустить его, но, возможно, у меня не было выбора.

"Пока", – прошептал я, вылезая из машины и закрывая дверь.

"Эй..." позвал он, опустив пассажирское окно. "Просто чтобы ты знал, я тоже горжусь тобой. Я гордился тем, что держал тебя за руку. Я бы делал это каждый день, если бы ты мне позволил. Каждый день".

Я уставился на него как идиот, слишком удивленный, чтобы ответить.

А потом он ушел.

На следующий вечер Дерек закрыл Bonne Terre на час раньше. Он рассказал о своих планах на вечеринку еще до того, как мы открыли двери. По его словам, это будет скромная вечеринка с легкими закусками, вином и пивом. Он сказал Джейд, чтобы она пригласила друзей Лиама присоединиться к празднику, но чтобы их выгнали до десяти вечера.

"Мой мужчина строг", – прокомментировал Гейб, снисходительно усмехнувшись, когда Дерек напомнил ему, чтобы он не подстрекал парней из водного поло к излишнему разгулу. "Детка, ты не можешь устроить вечеринку и запретить гостям веселиться".

Дерек закатил глаза. "Это не то, что я предлагаю. Я просто не хочу, чтобы в полицию позвонили, потому что мы случайно устроили вечеринку в колледже. Некоторые из этих парней отрываются по полной".

"Ага, как почетный гость", – фыркнул Гейб.

Я посмотрел через бистро на Лиама, который был окружен толпой друзей и поклонников. Он выглядел счастливым и чертовски красивым в темно–синей рубашке на пуговицах и джинсах. У меня еще не было возможности поговорить с ним по–настоящему. Мне нужно было кое–что сказать. Важные вещи. Но сейчас, наверное, не время, подумал я, потягивая клюквенную водку и пытаясь сопоставить лица с именами.

Я узнал его соседа по комнате, Колина, и нескольких его товарищей по команде, которые часто заходили сюда. Среди Дерека было несколько постоянных клиентов, таких как мистер Молино и его жена. Несомненно, их присутствие удерживало молодых людей от чрезмерного увлечения. Я уже собирался указать Дереку на это, когда заметил Джейд, осматривающую зал из–за соседнего столика. Она поймала мой взгляд и отвернулась.

Отлично.

Пришло время исправить пару вещей.

"Привет, Джейд".

"Привет. Ты что–нибудь хотел? Я не работаю официально, но..."

"Я не знаю, злишься ли ты на меня или просто защищаешь Лиама, но я не причиню ему вреда. Я обещаю", – перебил я низким голосом.

Она тяжело вздохнула. "Ты хороший парень, Дрю. Но немного невежественный. Может быть, ты не хочешь причинить ему боль, но..."

"Он мой человек, Джейд".

Мои слова были точными и уверенными. Ни намека на вопрос. Я знал это уже несколько недель, но пытался контролировать это чувство. Я держал слова близко к груди... так боялся потерять его, что не рисковала. Он был моим. Моим.

Ее улыбка была широкой и красивой. "О. Тогда это хорошо".

"Я... да".

Я оглядел бистро, ища Лиама, пока Джейд болтала рядом со мной. Она все время говорила "счастлив", я думаю. Или, может быть, она давала мне советы. Я не мог расслышать ее отчетливо. Я слабо улыбнулся и отошел.

Я вытряхнул лед из бокала и вздрогнул, когда жидкость забрызгала мой рукав. Я повернулся, чтобы взять салфетку для коктейлей, но кто–то опередил меня.

"Никуда тебя не возьму", – укорил Лиам, многозначительно наклонив подбородок. "Да ладно. Я знаю, где найти больше таких салфеток".

Я последовал за ним в тихий уголок бара в оцепенении, усмехаясь, когда он протянул мне стопку салфеток. "Думаю, одной будет достаточно. Как дела? Ты готов к раунду "За то, что он веселый молодец"?".

"Черт, нет". Он весело хмыкнул, засунув руки в карманы. "Я буду скучать по этому месту, хотя. Я пробыл здесь на два месяца дольше, чем думал, и не уверен, что готов уйти".

"Зачем тогда уходить? Я имею в виду... ты начнешь учиться только в августе или сентябре, верно?"

"Верно, но я собираюсь тренироваться с Гейбом и искать стажировки в своей области. По правде говоря, я специально откладывал увольнение".

"О?"

Он бесстрастно пожал плечами, бросив короткий взгляд в сторону и поджав нижнюю губу. "Я боялся, что это изменит наши отношения, и... я не хотел этого".

Я тяжело сглотнул. Это было то, что нужно. Я должен был перестать сомневаться и сказать то, что у меня на уме. Все изменилось. Но в лучшую сторону. Я не хотел потерять его.

"Я люблю тебя", – пролепетала я.

Лиам остался совершенно неподвижным. Он прижал руки к бокам и уставился на меня с открытым ртом, словно в шоке.

"Ты любишь меня?" – повторил он.

Я с готовностью кивнул. "Может быть, сейчас не лучшее время или место, но мне кажется, я не совсем ясно выразил свои чувства к тебе. К нам. Я чертовски без ума от тебя, Лиам".

"Да?"

"Да. И я не хотел влюбляться в тебя".

"Почему нет? Я отличный парень". Он протянул руку, чтобы убрать прядь волос за мое ухо. Его тон был дерзким, но его голос дрожал, а рука была нетвердой.

И каким–то образом это дало мне толчок, в котором я нуждался.

"Ты есть, но я говорил себе, что ты слишком молод, что мы не подходим друг другу и еще кучу другой лжи, а на самом деле... я боялся, что меня может быть недостаточно для тебя".

"Недостаточно?" Лиам вытаращился. "Ты – все для меня. Все. И ты... ты любишь меня? Будь уверен, потому что я собираюсь поцеловать тебя на глазах у этих людей. Я не смогу взять свои слова обратно или сказать им, что я пошутил или..."

"Я люблю тебя".

Лиам положил руку мне на бедро и притянул меня к себе, упираясь лбом в мой лоб. "Я тоже тебя люблю".

Я обвил руками его шею и прильнул к его рту. Мы покачивались, слившись губами, когда бистро взорвалось шквалом криков, волчьего свиста и удивленных возгласов. Я услышал восторженное "Ура! Наконец–то!" Джейд и усмехнулся в губы своему парню. Обычно я не любил публичных демонстраций, но мне казалось важным дать ему понять, что я горжусь тем, что он мой.

Это все еще был наш момент и наше начало. Если мы доживем до ста девяноста пяти лет соответственно, я всегда буду помнить ту ночь, когда мы вышли на улицу зимой.

Эпилог

Лиам

"Эй, детка, ты не знаешь, где моя сумка для водного поло?" позвал я из спальни.

"Эм, да, она здесь".

Я усмехнулся его приглушенному ответу, прежде чем проверить свое отражение в зеркале. Я выглядел как идиот. Конечно, Дрю согласился бы. После того как он посмеется над своей задницей. Я жил ради искры юмора в его глазах и этой милой, знающей ухмылки. Иногда он мог бросить на меня взгляд "Серьезно?", но мы оба знали, что он любит посмеяться. Чем глупее, тем лучше. Ежедневные кошачьи мемы, блины, превращенные в рождественские елки в июле... вы поняли идею. Втискивание моей задницы в качок Pride, который я купил ему прошлым летом, определенно входило в список глупостей. Ремни собирались оставить неизгладимые следы на моих ягодицах, если я не потороплюсь. А мой бедный член уже задыхался от нехватки воздуха.

Я сунул ноги в древние кроксы, которые использовал в бассейне в первый год в команде по водному поло, а затем направился в нашу гостиную.

Да... в нашу гостиную. Мы с Дрю переехали вместе после окончания университета. Мы решили жить поближе к кампусу, так как осенью нам обоим предстояло много времени посвятить учебе. Дрю оставался еще один год в магистратуре, а я решил остаться в Лонг–Бич для поступления в аспирантуру. Меня приняли на все три программы, на которые я подавал документы, но у того, чтобы остаться на месте, было несколько преимуществ, например, отсутствие необходимости добираться до школы или до моей новой стажировки в местной инженерной фирме. А поскольку у меня оставался еще год, я мог играть в водное поло и помогать Гейбу тренировать пару его клубных команд.

Конечно, за последние шесть месяцев произошло много интересных перемен, но просыпаться рядом с любимым человеком было, безусловно, лучше всего. Я был по уши влюблен в своего мужчину. Ничто не делало меня счастливее, чем осознание того, что я причастен к улыбке на его лице.

Время шоу.

Я широко распахнул дверь и небрежно прошел в гостиную, положив руки на бедра. Дрю сидел за нашим мини–островом на соседней кухне и печатал на компьютере.

"Ты готов?" спросил я.

"Да, извини. Мне просто нужно сдать это задание... и вот оно". Он положил палец на клавишу возврата и с размаху нажал на нее, после чего пересел на барный стул. "Я готов... ха! Что, черт возьми, на тебе надето? Это кроксы?"

Я нахмурил брови и схватил свои вещи. "На мне радужный банановый гамак, чтобы продемонстрировать мои откровенные бобы, а ты заметил мои туфли?".

Красивые глаза Дрю заблестели. Он поджал губы, но не смог сдержать рвущийся наружу смех. "Прости. Позволь мне взглянуть получше. Повернись".

Я повиновался, покачивая задницей, пока Дрю весело хихикал. Я приостановился, когда он вскочил и обхватил меня руками.

"Значит, тебе нравится ремешок с боа–констриктором, но не обувь?" Я прижался к его шее, вдыхая его запах.

Дрю фыркнул. "Правильно. Не могу поверить, что у любви всей моей жизни есть пара гребаных кроксов. И они зеленые. Боже, Ли. Ты меня убиваешь".

"Не осуждай их, пока не попробуешь. Эти штуки удобные. Я куплю тебе пару на день рождения". Я отпустил его, чтобы он стянул ремешок с трусов.

"Все в порядке. Одной пары в семье достаточно", – заверил он меня, повернулся, чтобы закрыть ноутбук, затем взять ключи и бумажник.

Он все еще говорил, но уже перешел к моей игре в водное поло. Что–то насчет того, чтобы пойти выпить кофе с Колином и Джейд перед игрой. Он хотел заглянуть в бистро после игры. Корректировка меню, изменение расписания... Я не знал. Я застрял на слове "семья". Он сказал это так непринужденно и с убеждением.

Мы с Дрю были вместе во всех возможных смыслах. Любовники, друзья, семья. У нас был общий дом и общая жизнь. Мои друзья были его друзьями, и наоборот. Несколько месяцев назад они с Джейд превратились из коллег по работе в приятелей. Они выяснили отношения после моего ухода из бистро. Дрю ценил, что она по–своему заботилась обо мне. Он был уверен, что она тоже ко мне неравнодушна. Я больше не думала, что это правда, но это не имело значения.

Мы знали, кто мы друг для друга. Семья.

Родители и братья Дрю приняли меня с распростертыми объятиями, но, признаюсь, я немного нервничал, представляя его маме и брату на выпускном. Наличие настоящего парня сделало мою бисексуальность реальностью, которую они не могли игнорировать. К счастью, все прошло хорошо. В последние несколько месяцев были неловкие моменты, но они старались. В конце концов, я знал, что они любят меня и хотят, чтобы я был счастлив.

И я был счастлив больше, чем когда–либо думал.

Дрю был моей опорой. Моим надежным человеком с щедрым сердцем и доброй душой. В эти дни он носил свою броню легко. Он был гораздо серьезнее меня, но и сейчас не прочь посмеяться и пошутить. Мне хотелось бы думать, что я имею к этому какое–то отношение. Так же, как я знал, что благодаря его неизменной поддержке и гордости за нас все казалось возможным.

Я натянул футболку для водного поло и потянулся за шортами. Мне казалось, что я уже в бассейне, плаваю глубоко под поверхностью. Я был буквально на седьмом небе от счастья и в то же время в полной гармонии с окружающим миром. И все это благодаря ему.

"Эй, ты".

Дрю усмехнулся, подняв голову. "Да?"

"Я люблю тебя".

Его улыбка превратилась в нечто невозможно лучезарное. "Я тоже тебя люблю".

Я закинул сумку для водного поло на плечо и протянул руку, переплетая наши пальцы, когда он приложил свою ладонь к моей. "Пусть начнутся розыгрыши".

Дрю заливисто рассмеялся и открыл дверь. Я последовал за ним на улицу, думая, что можно провести аналогию... что–то о том, чтобы следовать за ним в любое время и в любом месте. Что–то душещипательное, что заставит его покраснеть или закатить глаза. Я жил ради этого. Ради него.

Этот человек был моим сердцем, моей правдой, моей причиной, моим всем. Я знал, что я его. Я напоминал ему, что нужно смеяться. Он напоминал мне, что нужно доверять своим инстинктам и доверять нам. Наше будущее было светлым. Я был благодарен за то, что строил жизнь с этим человеком... зимой и всегда.