Глава 30
На следующее утро Гектор рылся в кухонных шкафах Ноэль, страдая от убийственного похмелья... и буйного нрава, который он едва контролировал. Ему нужно ехать домой. Его руки горели и чесались, а от перчаток поднимался пар.
Он не поедет домой.
Ноэль не ночевала у себя. Он знал, потому что вломился в ее дом. Она не ответила на его стук. Беспокойство взяло верх над пьяным разумом... ладно, ревность взяла верх... поэтому он выломал дверь. Включил сигнализацию. Затем отключил сигнализацию. И стал ждать.
И все еще ждал.
Даллас спал на диване.
Когда приехала местная полиция, чтобы проверить вызов, он показал свой значок и начал угрожать, чтобы они быстрее ушли. Ноэль должна получить сообщение о срабатывании сигнализации и примчатся назад. Очевидно, безопасность ее жилища надо улучшить.
И, черт возьми, где она хранила обезболивающее? Пара сотен таблеток должны сделать свое дело, но, хотя всему нашлось место в ее шкафах, от посуды до консервов... притом, что пирожные хранились рядом с горошком... нигде не было ни одной баночки с лекарствами.
Он замер на мгновение, задумавшись о странном расположении еды. В чем заключался этот безумный метод? Например, Ноэль съела бы пирожное, и затем, почувствовав вину за дефицит питательных веществ, следующими приговорила бы овощи. Отсюда и горох.
"Отлично ее знаешь, так?"
Ну, да, вроде того. Он практически преследовал ее последние несколько месяцев и заметил, что она относится к богатым, как и к бедным, когда уже не могла терпеть их ерунду. Она наслаждалась комфортом во всех формах. Одежда, еда, а также жилые и рабочие помещения. Ноэль не пробежала бы и мили, если бы могла проехать, и ей нравилось притворяться, что мир вертится вокруг нее.
Черт, вероятно, так оно и было.
Он услышал приглушенное "что за черт?" и напрягся от облегчения, наслаждениями и вернувшейся ярости.
Наконец Ноэль вернулась.
Ей предстояло дать хренову тучу объяснений.
- Иди сюда, - отозвался он, стараясь голосом не выдавать бурю эмоций. Он мог отпугнуть ее и упустить возможность накричать на Ноэль.
"Как будто что-то могло напугать эту женщину". За исключением Корбина Блу.
Послышались шаги и тихие проклятья. Через мгновение она вошла на кухню, остановившись, чтобы пристально на него посмотреть. Его челюсть чуть не отвисла. Она выглядела чертовски аппетитно. Темные волосы расчесаны до глянцевого блеска, лицо свободно от макияжа и от этого еще более изыскано.
Короткое, обтягивающее черное платье подчеркивало каждый ее изгиб, приподнимая ее грудь чуть ли не до подбородка. Черные ленты, обвивающие ее икры, заканчивались убийственными пятидюймовыми каблуками.
Его сердце забилось об ребра, Гектор решил не спрашивать о том, где она была. Это не его дело. Они не давали никаких обещаний друг другу. Это не помешало красной пелене застлать его глаза, когда он сказал:
- Твоя охранная система отстойна. Ты понятия не имела, что здесь кто-то есть.
Легким движением запястья ее волосы рассыпались по обнаженному плечу.
- Моя система великолепна. Я все это время знала, что ты здесь.
Все время? Вряд ли.
- Тебе позвонили из полиции?
Ноэль уперлась кулаком в бедро.
- Моя система синхронизирована с телефоном, поэтому мне сообщили твое имя, как только ты перешагнул порог. Я подумала, что ты перенастроил дверь. Чего не знала, что ты просто ее разрушил!
Подождите. Вернемся назад.
- Так ты знала, что я здесь, но не вернулась. - Потому что была в постели с Аркадианцем? Красная пелена стала толще, застилая кровью все в поле зрения.
- Именно, - надменно подтвердила она, не подозревая, что стоит на краю пропасти. - Я была занята.
- Занята с Корбином Блу?
Едва сдерживаемая ярость вырвалась на волю, слишком большая, чтобы даже его тело могло ее сдержать. "Тебе не следовало спрашивать ее об этом". Строить догадки плохо. Подтверждать их еще хуже... как жжение и зуд в руках Гектора.
Ему нужно уйти, пока он случайно не поджег дом Ноэль.
- Если тебе так важно звать, - отрезала она, задрав подбородок, - я была на званом обеде.
- Для двоих?
"Прекрати".
"Не могу".
- Вечеринка длилась всю ночь? - "Тебе действительно нужно замолчать". - Что-то произошло между тобой и Корбином?
- Почему тебя это беспокоит? - Гнев искрился в ее глазах цвета расплавленного серебра. - Ты же слишком опасен для меня, помнишь? И я слишком легкомысленна и безответственна для тебя. Поэтому, если захочу найти удовольствие в другом месте, то так и сделаю.
Черт возьми, нет. Ему удалось выдавить:
- Я никогда не говорил, что ты легкомысленна и безответственна.
- Без разницы. Ты так подумал. В конце концов, вы все одинаковые. Думаете одинаково, поступаете одинаково.
- Кто, мужчины? Корбин говорил так о тебе? - Он оперся о стойку, подозревая, что ему понадобится поддержка. У нее что-то произошло. Вчера, до приезда Корбина, она была в хорошем настроении. Даже дразнила Гектора за то, что он пялился на ее грудь. Теперь же она была уязвимой и резкой. - Ты можешь мне сказать. Что бы ни случилось, я могу тебе помочь.
"И убью его".
- Зачем тебе мне помогать? - сказала она недоверчиво. - Мы же не встречаемся.
Черт. Он не видел ее такой взвинченной с тех пор... никогда.
- Перестань сыпать вопросами и скажи прямо. Что случилось прошлой ночью?
- Не твое чертово дело. Как тебе такой прямой ответ.
- Я хочу, чтобы это было моим делом! - Слова вырвались прежде, чем он успел подумать о последствиях, мысль о ней с кем-то другим его убивала. - Ты мне нравишься. Я восхищаюсь тобой. Я чертовски тебя хочу все долбаное время. Так что позволь мне помочь тебе с этим, Ноэль.
Ее дыхание участилось и на щеках вспыхнул румянец, но, кроме того, не было никаких явных признаков ее заинтересованности.
- Гектор, я тебе нравлюсь, ты в восхищении и хочешь меня, как ты уже сказал раньше, но у тебя совершенно нет упорства. Мы оба это знаем. И я не позволю снова оттеснить себя в сторону.
- Ноэль, послушай...
- Нет! Ты послушай. С нами покончено, ясно? Ты и Даллас можете выходить.
Она пошла прочь... ни разу не оглянувшись.
Он застыл на мгновение, пока внутри нарастал гнев. Мысли тезисами проносились в его голове.
Он не подходил ей.
Он еще не пробовал использовать принцип преобладания разума над материей.
Отталкивал ее раз за разом и, вероятно, оттолкнет снова.
Отверг ее после доставленного друг другу удовольствия. Не причинил ей физической боли, но нанес психическую, эмоциональную травму.
С тех пор она никоим образом его не поддерживала.
Ему не следовало сюда приходить и спрашивать о ночном время препровождении.
Ему также не нужно подниматься по лестнице и входить в ее спальню. Но, убедившись, что Даллас все еще не возражает против секса Гектора и Ноэль, именно этим он и займется, починив дверь.
Нет упорства? К черту. Сегодня он не отступит от нее.
Из щели в двери ванной повалил пар, и он протиснулся внутрь. Там было две кабинки: одна душ с ферментами, другая с водой. У обеих стеклянные стены. Ноэль находилось в той, где лилась вода... и стояла лицом к нему. Боже мой.
Ее вид сразил его наповал.
Конечно, он пил воду, даже мыл в ней руки несколько раз, но никогда не видел, чтобы такое драгоценное вещество было разбрызгано по чему-то обнаженному телу. Его член мгновенно затвердел.
Мокрые волосы прилипли к ее шее и плечам. Капли воды стекали по ее роскошным изгибам и вокруг ее твердых розовых сосков, стекали по раскрасневшейся коже, затем попадали в темный треугольник между ног.
- Что ты делаешь? - огрызнулась Ноэль. Не прикрылась полотенцем и руками. Она стояла гордая, высокая и великолепная.
Он пришел сюда, чтобы накричать на нее, чтобы заставить ее кричать на него в ответ. Увидев ее голой и мокрой, он растерял все мысли, кроме одной - о необходимости проникнуть в Ноэль.
Гектор стянул футболку через голову, и она ахнула, когда ее взгляд упал на его грудные мышцы, которые дернулись при мысли о ее прикосновении.
- Тебе нужно упорство, я тебе его дам. Но вот как это будет работать. Ты делаешь то, что я говорю и когда говорю.
- Просто... убирайся отсюда, Гектор.
Дрожь в ее голосе высосала всю горячность из ее тона.
- Ты хотела меня до отказа и хочешь сейчас. Признайся.
Он сбросил ботинки, затем расстегнул штаны и спустил материал на пол, с удовлетворением заметив, что теперь они лежат рядом с ее брошенным платьем.
Вода продолжила каскадом литься на нее, пока Ноэль смотрела на нее серебристыми от ярости и возбуждения глазами.
- И что? Я хочу тебя. Великое дело. Если сейчас что-то случиться, то ничего не измениться. Ты все равно будешь считать себя слишком опасным для меня.
Возможно, да, а возможно, нет.
- Не быть с тобой казалось пыткой. Последние несколько дней мои руки болят, независимо то того, вместе мы или раздельно. Это делает меня опасным для всех, не только для тебя. Оргазм успокоит меня. Возможно, оргазм внутри тебя успокоит меня навсегда.
Надежда в ее глазах быстро погасла.
- Или нет.
Видение Далласа не показало, как Гектор входит в Ноэль, но показало их обоих обнаженными.
- Ну, мы это выясним. Подвинься, сладкая. Ты хочешь меня и сейчас ты меня получишь.