Глава 1

Бэмби

— Снимай одежду, — приказывает Вивиан, не глядя в мою сторону и продолжая щёлкать по клавиатуре идеально отполированными ногтями. Она точно бьёт по клавишам, пока я сижу, неуверенная, что правильно её расслышала.

— Я не могу потратить на тебя целый день. Тебе нужна работа или нет? — Она наконец отворачивается от компьютера, впервые потрудившись взглянуть на меня с тех пор, как другая женщина привела меня в её идеальный кабинет. Это место совсем непохоже на агентство девушек по вызову. Клянусь, я никогда раньше не была в таких агентствах, но оно больше похоже на какую-то адвокатскую контору.

Большие очки в красной оправе сидят на кончике носа Вивиан. Она выглядит как шаловливая учительница, готовая хорошенько тебя отшлёпать. И я с трудом сглатываю, так как точно не хочу быть отшлёпанной.

— Мне нужна работа, — поспешно говорю, облизывая губы.

Не могу вспомнить, когда последний раз стояла обнажённой перед другим человеком, и я не думала, что до этого дойдёт так скоро. Похоже, я ошиблась. Медленно встаю со стула и стягиваю платье через голову. Сжимаю его в руке, повторяя себе снова и снова «не прикрывайся». Вивиан переводит взгляд с меня на бумаги на столе. Так же, как и меня, её глаза изучают документы — тщательно и без эмоций.

— Чирлидер? — её губы расплываются в улыбке.

— Да. — В заявке требовался танцевальный опыт. Я решила не уточнять, что это было во времена начальной школы для футбольной команды в моём маленьком городке. Вивиан откидывается на спинку стула и снова осматривает меня. Мне приходится бороться с дрожью, настолько велико желание прижать платье к груди и прикрыться.

— Ты уверена, что хочешь этого? Ты даже не можешь снять остальную одежду. — Она указывает на мои лифчик и трусики.

— Я могу. — Кладу платье на стул позади и начинаю расстёгивать лифчик.

— Надень платье обратно. — Она испускает долгий вздох.

Я понимаю, что не получу работу и начинаю паниковать. Я просто в отчаянии.

— Я могу это сделать, клянусь, — поспешно говорю. Гах. Я всё испортила, а мне так нужна эта работа прямо сейчас. Что со мной не так? Естественно для этого я должна снять одежду.

Страх сковывает меня и я уже в тысячный раз думаю «Как я сюда попала?» Затем вспоминаю, что мой брат в очередной раз глубоко увяз.

— Я увидела достаточно. Это вполне может сработать.

В шоке, я быстро одеваюсь и сразу чувствую себя лучше.

— Невинность хорошо продаётся. — Она что-то строчит на бумаге. — На сегодня у меня есть мальчишник. Тебе нужно будет раздеться только до трусов. — Она берёт другой лист бумаги и продолжает писать. — Я даю тебе шанс, так что не облажайся. Я пришлю за тобой водителя и у тебя будет телохранитель. — Она протягивает мне бумагу. Я забираю её с дрожью в пальцах. — Лёгкий макияж и изображай невинность.

Это будет несложно, ведь я не притворяюсь.

— Спасибо. Мне действительно это нужно, — с трудом сглатываю, прижимая бумагу к груди.

— Один совет. Никогда не позволяй узнать в каком ты отчаянии. — Я киваю. — Имя Бэмби тебе подходит. Мне нравится.

Я понимаю, она думает это фальшивое имя, и чувствую себя такой глупой. Следовало придумать псевдоним, но уже слишком поздно.

— Вам ещё что-нибудь нужно от меня? — всё это происходит слишком быстро. Разве я не должна заполнить какие-то бумаги или дать им документы? Она даже не попросила моё удостоверение личности или ещё чего. Я знаю, в Вегасе это законно, но по нескольким причинам не выглядит честным. Думаю, то, на что мне нужны деньги, тоже не совсем легально. Мой брат задолжал ростовщику и его время на исходе.

— Не облажайся. Ты должна станцевать всего для одного человека, так что это неплохой способ испытать тебя. — Я смотрю на бумагу, и мои глаза чуть ли не вылезают из орбит, когда вижу, сколько мне заплатят.

— Я не сплю с ним, верно? — выпаливаю, иначе за что мне столько платить?

— Не с ним.

— Я только танцую. Не думаю, что смогу сделать что-то другое. — Ни за что не стану спать с незнакомцем. Я уже за пределами зоны комфорта, и должна провести какие-то границы.

- Все так говорят, пока не захотят больше денег. — Я качаю головой. — Давай не будет забегать вперёд. Посмотрим, будет ли у тебя ещё работа завтра. Тогда и будем волноваться об остальном.

— Спасибо, — повторяю, засовывая листок в сумочку.

— Будут ещё подобные предложения, — она кричит мне вслед, когда я выхожу из офиса.

Я выхожу из здания, прежде чем снова достать бумажку и перечитать, что она написала. Две тысячи долларов за приватный танец.

— Бэм, — я оборачиваюсь на крик сводного брата. Его машина уже отличается от той, в которой он меня привёз. — Ты в порядке?

В порядке ли я? Нет. Он втянул меня в эту передрягу, и я даже и близко не в порядке.

— Чья это машина? — спрашиваю, подходя к нему.

— Садись, — приказывает он, не отвечая на вопрос.

— Она украдена?

— Садись в гребанную машину.

— Боже. — Делаю как он говорит, не желая ссорится с ним на улице.

— Ты получила работу или нет? — Он переходит сразу к делу, руки сжимают руль так сильно, что костяшки пальцев белеют.

— Да.

— Я знал, что ты справишься. — Он выезжает с парковки и выглядит раздражённым, хотя это была его идея с самого начала. Ему нужны быстрые деньги и эта работа поможет. — Когда ты начинаешь? Чем быстрее, тем лучше.

И как я каждый раз позволяю ему втянуть меня в неприятности? Наверное, потому что я у него в долгу. Если бы не Джиро, я давно была бы уже на улице.

— Сегодня ночью.

Он смотрит на меня и дёргает за длинный заплетённый в косичку хвостик.

— Тогда у нас есть над чем поработать. Я обещаю, это больше не повториться.

Он напортачил, но именно мне приходится разбираться. Отчасти это мои проблемы тоже, потому что это то, что он заставляет меня чувствовать, когда приходит со всем этим бардаком. Он сказал, что занял деньги, так как ему крупно везло в казино, но, конечно, он всё проиграл. Чтобы сохранить крышу над головой, нужно оплачивать счета, а моя текущая работа — это капля в море.

— После этого я исправлюсь, Бэм, обещаю. Нам просто нужно получить пять штук, и я покончу с этим.

Не уверена, пытается ли он успокоить меня или себя, но я точно ему не верю.

Бэмби 2 глава

Глава 2

Ангус

— Да, да, конечно. Я буду через пятнадцать минут. Закажите и мне бутылочку. -

На другом конце телефона слышу звуки клуба и крик Фрэнки. — Давай лучше две!

— Скоро увидимся, бро.

Фрэнки вешает трубку, и я смеюсь, пока выключаю воду и снимаю рубашку. Я никуда не собираюсь идти, но, если сказать это ребятам, они вернутся и вытащат меня из номера. Я и так уже провёл несколько часов с коктейлями и азартными играми. Я не любитель подобных развлечений, но это мальчишник Фрэнки и мы делаем всё, что он захочет.

Я и мой брат Роуг дружим с Фрэнки с детства. Становясь старше, мы поддерживали связь, но из-за работы это не так-то просто. Роуг живёт здесь, в Вегасе, он один из лучших адвокатов по разводам в стране, я же живу в глуши Северной Калифорнии. Мне всегда приятно увидеться с братом, но после пары ночей в Вегасе, я скучаю по тишине и покою своей хижины.

Пишу Роугу, чтобы убедиться, что он в порядке и получаю в ответ только «ОК». Сегодня в казино он увидел официантку и очертя голову бросился за ней. В этом весь мой брат. Сильный, спокойный и несгибаемый, но, если что-то ударит ему в голову, лучше держаться подальше. Официантка вскружила ему голову и теперь он потерян. Никогда не видел, чтобы он так смотрел на женщину, что заставляет меня вспомнить о родителях. С ними случилось тоже самое, отец постоянно предупреждал нас быть готовыми к этому. Я всегда думал, что это бред, но сегодня поведение Роуга заставило меня сомневаться.

Отбросив мысль, раздеваюсь и забираюсь в ванную, достаточно большую для нескольких человек, и откидываюсь на спинку. Закрываю глаза и позволяю мышцам расслабиться в горячей воде.

Я управляю туристической компанией, занимающейся обучением людей выживанию в диких условиях. Моя работа не дать им умереть…просто подтолкнуть к краю и посмотреть, справятся ли они. На этой недели у меня была группа из четырёх генеральных директоров, они сдались через четыре дня. Они прыгнули выше головы, поэтому мне пришлось поднимать их снаряжение из труднопроходимой местности. Месяц назад, две мамы продержались дольше и с блеском закончили обучение. Миром действительно должны управлять женщины.

Стук в дверь номера заставил меня сесть. Кто, чёрт возьми, мог прийти в такой час? Я смотрю на часы — уже за полночь. Парни не могли вернуться, они ожидают, что я появлюсь в клубе.

Ещё один стук, на этот раз громче, затем последовал звонок в дверь. Не знал, что в номере есть звонок, хотя, если бронировал Роуг, не сто́ит удивляться.

Я выбираюсь из ванны и хватаю белый гостиничный халат. Коротковат в руках и едва закрывается, но так быстрее, чем одеваться. Я бегу, чтобы открыть дверь и застываю в шоке.

— Номер семнадцать двенадцать? — говорит здоровяк в костюме, и я смотрю на дверь, чтобы убедиться в этом.

— Всё верно.

— Проходи сюда. — Парень, похожий на бывшего футболиста, машет рукой, и миниатюрная женщина в балахоне и накинутом капюшоне проходит в номер мимо меня.

— Эм, я думаю это ошиб… — слова обрываются, когда женщина откидывает капюшон и смотрит на меня грустными темно-зелёными глазами.

Мгновение я просто любуюсь ею. Я хочу притянуть её к себе и сказать, что всё будет хорошо. Теперь я рядом и ей ничего не угрожает. Мне хочется упасть на колени и сказать, что я искал её всю жизнь и наконец нашёл.

— Это ты жених? — мягко спрашивает она, и я понимаю, что у меня пересохло во рту.

Она смотрит на вышибалу, когда тот заходит, и звук закрывающейся двери заставляет меня быстро кивнуть.

— Оплата вперёд, — голос вышибалы заставляет меня разорвать зрительный контакт.

— Е-ещё раз, сколько я должен? — тяжело сглатываю. Боже, неужели я могу трахнуть её? Я сорвал куш, но сколько это будет стоить? Есть ли у меня столько налички?

В уме я уже подсчитываю сколько у меня с собой и сколько можно стащить из комнаты Роуга. Он знает — я хорош в этом. У меня почти столько же денег, сколько и у него, но я не подготовил наличные.

— Две штуки, — произносит он, и я в неверии смотрю на девушку.

— Всего-то? — перевожу взгляд с неё на вышибалу, обдумывая, сколько ещё я бы заплатил. Интересно, будет ли этот парень присматривать за мной? Я не прочь доплатить, чтобы остаться с ней наедине.

— Деньги, — снова говорит он, протягиваю руку.

— Сейчас вернусь. — Я смотрю на девушку, зелёные глаза встречаются с моими, прежде чем она быстро отворачивается.

Я разворачиваюсь и ищу штаны, чтобы достать пачку, выигранную в покер. Отсчитываю две штуки, остальное прячу в халате. Когда я возвращаюсь, вышибала по-прежнему стоит у двери, а девушка смотрит на город из окна гостиной.

Протягиваю деньги здоровяку, он пересчитывает и кивает.

— У тебя час.

Прежде чем я успеваю открыть рот, он начинает перечислять правила.

— Она может тебя трогать, ты — нет. Только топлесс, это касается обоих. — Он бросает взгляд на перед халата, который не скрывает мою внушительную эрекцию. — Никаких поцелуев, алкоголя и наркотиков. Она танцует, ты — смотришь. Уяснил?

— Уяснил. — Киваю. — Ты останешься в комнате?

— Да, — отвечает безапелляционно, скрещивая руки на груди.

Я думаю о том, как победить его в драке; он большой, но мы одинакового роста. Он крупный, я — мускулистый. Я взбираюсь по горам и водопадам. По сравнению с ним, я в лучшей форме и тренировался в рукопашном бою. Я не ищу драки, но лучше всегда знать, где выход и кто стоит на пути.

Начинает играть мягкая музыка. Я оборачиваюсь и вижу, что девушка включила стереосистему. Она нажимает несколько кнопок, и музыка сменяется на ритмичную с женским вокалом.

Я забываю о наблюдателе и направляюсь к девушке, на которой по-прежнему мешковатый балахон и балетки.

— Я Ангус, — говорю, в горле всё так же сухо как в пустыне.

— Я Бэмби. — Её голос нежный, как у ангела. — Хочешь присесть? — Она кивает на диван рядом, и я подхожу к нему.

— Говорить разрешено? — Я вижу, как она переводит взгляд с вышибалы на меня.

— Да.

Под ритмичные звуки музыки, певица поёт о том, что она сущие неприятности, и я задаюсь вопросом, не предзнаменование ли это.

Сажусь на кушетку, спиной к двери, лицом к городским огням. Бэмби встаёт передо мной, и я почти могу притвориться, что мы одни.

— Ты хочешь чего-то конкретного? — Она медленно расстёгивает балахон, пока я пытаюсь сглотнуть.

— Что ты предлагаешь? — Хочу сказать, что никогда не делал этого раньше, но по каким-то причинам мне нужно, чтобы она чувствовала себя комфортно со мной. Я хочу, чтобы Бэмби чувствовала себя в безопасности. Когда она не отвечает сразу, я замечаю страх в её тёмно-зелёных глазах. — Почему бы тебе не двигаться медленно? Мне нравится медленно.

Немного расслабившись, она кивает и делает шаг ко мне. Закончив расстёгивать балахон, девушка распахивает его и позволяет упасть на пол. На ней бледно жёлтое платье-слип, гладкое и прозрачное. Можно увидеть очертания простого бюстгальтера и трусиков, и это самое сексуальное, что я видел за всю свою чёртову жизнь.

— Чёрт, — шиплю, глядя на неё.

Она поворачивается, и я вижу её большую круглую попку, натягивающую тонкий материал. Чтобы не пускать слюнки, приходится несколько раз сглотнуть. Тёмные волосы уложены длинными волнами, она откидывает их через плечо и смотрим на меня сквозь ресницы.

Вытираю вспотевшие ладони о халат. Я хочу прикоснуться к ней до дрожи в пальцах, но так очарован, что не могу пошевелиться.

Именно об этом рассказывал отец. Его слова звучат в голове, но я отталкиваю их. Не сейчас. Сейчас я хочу позволить себе насладиться удачей, которая по ошибке привела Бэмби ко мне.

Она приближается и её колено касается моего. — Поздравляю.

— Что? — Я моргаю и думаю, поздравляет ли она с тем, что я нашёл ту самую.

— С женитьбой. — Она вращает бёдрами из стороны в сторону. А я так потерян в этом движении, что не отвечаю.

Поднимаю руки и слышу, как за спиной прочищают горло. На мгновение я забываю, что происходит. Опускаю руки обратно, когда девушка снова начинает вращать бёдрами и опускает свою попку ниже.

— Чёрт, — шиплю, когда член касается переда халата. Это невозможно скрыть, но не сомневаюсь, она к такому уже привыкла.

От мысли, что она делает подобное для другого мужчины, сжимаются кулаки.

— Как долго ты этим занимаешься? — Спрашиваю, хотя совсем не хочу знать ответ.

Она смотрит на меня через плечо и улыбается. — Недолго. — Её задница касается моих бёдер, и я стону.

— Тебе это нравится?

Девушка крутит задницей, а я сгораю от желания, чтобы она так же покрутилась на моём члене.

— Пока очень даже. — Она поворачивается, чтобы сменить позу, и мне снова хочется выругаться.

На этот раз она приподнимает перёд слипа и показывает мне бледно-жёлтые хлопковые трусики. Они такие чертовски невинные, что мне хочется сорвать их зубами и понюхать её киску.

Бэмби смотрит вниз на напряжённый член, и, клянусь, на секунду ее глаза расширяются от восхищения. Она моргает и все исчезает, затем девушка поднимает слип, пока полностью не снимает, оставаясь в лифчике и трусиках.

Она снова изменяет положение, на этот раз ставя колени на диван по обе стороны от меня, широко расставив ноги. Тянет руки за спину, и я, затаив дыхание, жду, когда она расстегнёт бюстгальтер и высвободит грудь.

Большая и тяжёлая с тёмными напряжёнными пиками, которые так и хочется пососать. Я снова сглатываю, когда она садиться сверху на мои ноги. Её руки ложатся на мои плечи и ощущение её мягкой кожи на моей, ударяют как разряды молнии.

Она сидит передо мной, и так я могу закрыть её своим телом, что от двери никто не сможет её увидеть, возможно вышибала тоже. Девушка двигает бёдрами вперёд, от этого халат между нами сбивается.

— Что ты со мной делаешь? — Тихо спрашиваю, глядя в её тёмно-зелёные глаза. Я чувствую себя пьяным или накаченным наркотиками.

— Делаю то, за что ты заплатил. — Музыка такая громкая, что я едва слышу Бэмби. Но когда смотрю вниз, между нами, замечаю, что от её движений, халат открылся, и мой член вырвался на свободу.

Она смотрит вниз на него, затем переводит взгляд на меня и её щёки краснеют. Не говоря ни слова, лезу в карман и вытаскиваю пачку денег. И кладу на её голое бедро, зная, что, вышибала не видит, так что это может остаться только между нами.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я киваю, нет нужды говорить, что мне нужно. Она работает в этой сфере, и наверняка, знает, чего я хочу. Я отдал бы всё, чтобы заполучить её, и меня не волнует сколько это будет стоить.

Она кладёт руку на деньги и придвигается ближе. Покрытая трусиками киска находится прямо перед моим членом, а голая грудь — перед моим ртом. Я не святой, и чем дольше она дразнит меня, тем ближе я к потере контроля.

Бэмби наклоняется вперёд, прижимаясь губами к моему уху, и я чувствую, как горячая киска трётся о мой член.

— Нас могут поймать. — Я чувствую снова трение её киски и сдерживаю стон.

— Я могу дать больше, — предлагаю, оставаясь неподвижным, как камень. — Всё что тебе нужно — твоё.

Её соски касаются моей груди. Они настолько твёрдые, словно бриллианты. Я хочу её до боли. Мне нужно быть внутри неё — сейчас.

— А что, если мне нужно только это? — Она снова трётся киской по моему члену, и я закрываю глаза в агонии.

— Тогда возьми.

Когда открываю глаза, одна её рука полна денег, а другая держится за край трусиков, собираясь сдвинуть их в сторону. От мысли, что я смогу глубоко погрузиться в её тёплую киску, мой член течёт, и в это время музыка стихает.

— Время вышло, — объявляет вышибала, и она тут же спрыгивает с моих колен и хватает свою одежду.

— Нет! — кричу я, стягивая халат и вставая.

Бэмби смотрит на меня темно-зелёными глазами, широко раскрытыми от паники…и желания. Она точно не могла имитировать желание или энергию между нами. Это было чертовски реально.

— Ты не можешь уйти. Пожалуйста, я оплачу ещё один час. Всю ночь, только назови цену. — Быстро вылетают слова, когда я смотрю на неё, а затем на вышибалу.

Он смотрит на меня и качает головой. — Нет. У нас назначена ещё одна встреча.

— Она не уйдёт, — говорю, заслоняя Бэмби собой.

— Прошу прощения? — говорит вышибала, и я чувствую, как Бэмби придвинулась ближе ко мне.

— Ангус, ты должен отпустить меня. — Её тёплая рука прижимается к моей пояснице.

— Она не уйдёт, — повторяю я. Вышибала улыбается, а затем говорит в микрофон на запястье, который я раньше не замечал.

Внезапно дверь в номер открывается, и я вижу ещё двух парней в коридоре. Три парня для одной танцовщицы? Какого хрена?

Двое парней заходят внутрь, и я понимаю, что могу справиться с одним, но никак не со всеми. Тем не менее, не отступаю. Может я и сумасшедший, но не потеряю её.

— Она. Остаётся. — Произношу чётко и упираюсь ногами. Они заберут её только через мой труп.

— Хватай девчонку, — говорит вышибала и тут же начинается драка.

Я быстро нападаю на него, но тут же чувствую удар коленом в живот с другой стороны. Оглядываюсь назад на крик Бэмби и вижу, как один из парней тащит её за руку из комнаты. Я зову её, когда один удар прилетает в челюсть, а другой — в грудь.

Воздух покидает моё тело, когда я пытаюсь пойти за ней, но зрение затуманивается. Я вижу охрану отеля в холле, прямо перед тем, как ещё один удар попадает в лицо и всё становится чёрным.

Несколько часов спустя, я просыпаюсь полностью одетым в тюремной камере с единственной мыслью в голове.

Я должен найти её.

Бэмби 3 глава

Глава 3

Бэмби

— Бэм! Открой чёртову дверь. — Я резко просыпаюсь и моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд, когда слышу ещё один стук в дверь спальни. — Бэм! Какого чёрта?

Хватаю с края кровати очки и надеваю. У меня плохое зрение, вот и приходится носить очки или контактные линзы.

— Иду, — кричу, вскакиваю с кровати, но запутавшись в ремне сумки, вновь падаю на кровать.

— У меня нет времени торчать тут весь гребанный день, — рявкает Джиро.

— Прости! — кричу в ответ, хотя мы оба знаем, что у него нет работы. Куда, чёрт возьми, он может торопиться? Я сдуваю волосы с лица и открываю дверь. — Успокойся, я спала.

— Уже три часа дня.

— Что! — оборачиваюсь и в панике смотрю на часы. Мой будильник не сработал. Я должна была быть в десять на работе. — Чёрт, меня точно уволят.

— Что, кто-то заказывает стриптизёрш в десять утра? — глумится брат и я вздрагиваю. Да, наверно после вчерашней ночи, я действительно стриптизерша.

— Я имела в виду работу в кинотеатре. — Обиженно бурчу.

— На кой чёрт тебе эта работа?

Я смотрю на него, гадая, что он имеет в виду. Мне нужно работать.

— Потому что это моя работа. — Я качаю головой, прежде чем повернуться и схватить свою сумку с пола. Я знаю зачем он здесь. — Вот, три тысячи.

Ангус заплатил за танец, но моя доля только половина. Я не сказала вышибале и Вивиан о гигантских чаевых. Боялась, что они захотят забрать половину и от этого.

— Чёрт. Это всё за одну ночь? — он начинает считать деньги. — За один гребанный танец?!

— Да, заказчик дал мне чаевые. — Я не говорю, что он не хотел меня отпускать.

Джиро отрывает взгляд от денег и смотрит на меня. — Ты сегодня снова танцуешь?

Я киваю. Таков план, поскольку нам все ещё нужны деньги, и я полагаю, брат так и не придумал способа заработать самостоятельно.

— Нам всё ещё не хватает двух тысяч, — замечаю я. Хотя уверена, он и сам это знает.

— А что будет потом? — Он приподнимает вопросительно брови.

— Буду умолять не увольнять меня за пропущенную смену в кинотеатре.

— Ты что, совсем рехнулась? Три тысячи за одну ночь. Неужели это было так плохо? Серьезно, Бэм?

Нет, это было не так уж и плохо, и именно это меня беспокоит. Я наслаждалась тем, как заказчик смотрел на меня. Никто и никогда не смотрел на меня с таким жаром и одержимостью. Из-за этого я почувствовала себя желанной и сексуальной.

Когда он предложил ещё денег и захотел большего, мне до́лжно было быть противно. Но правда в том, что я никогда в жизни не была так возбуждена. Он хотел заплатить, чтобы добиться своего, и внезапно, идея взять деньги и отдаться ему, стала приятной. Я была близка к тому, чтобы кончить прямо на его коленях, а ведь он даже не прикоснулся ко мне.

— Земля вызывает Бэмби. — Брат щёлкает пальцами перед моим лицом. — Должно быть, ему понравился наряд, который я выбрал для тебя. — Ухмыляется он.

Становится жутковато. Ангусу может быть бы и понравился выбор Джиро, но я не смогла себя заставить надеть его. Ни за что не стяну носить белье, которое лезет мне в задницу.

— Да, — уклончиво отвечаю, не желая говорить об этом с Джиро.

— Ведь все было безопасно, верно? У тебя был телохранитель. Ничего страшного? — брат хотел, чтобы я поняла, как же легко было заработать деньги таким способом.

— Да, было безопасно.

Я думала у меня был только один телохранитель, пока не появились остальные. Позже я узнала, что они привели танцовщиц в другие номера и мой охранник вызвал их в качестве подкрепления. Ангус смог бы справиться с парочкой из них, но слишком много набросилось на него сразу. Они все равно получили, то что заслужили.

И почему при виде Ангуса, мне стало так жарко? С моим телом определённо что-то не так. Я считала себя асексуальной, потому что ничто не могло меня возбудить. До него.

Романы и сексуальные картинки никогда не работали. Однажды ночью я даже посмотрела порно и ничего. И вот появляется он с кучей денег, платит мне за танец и даже дерётся из-за меня. Да, со мной точно что-то не так, ведь я никогда в жизни не была так возбуждена. А самое худшее, что я не могу перестать думать о нём.

— Тогда я не понимаю, почему ты не хочешь и дальше…танцевать.

Я переминаюсь с ноги на ногу. Разве он не должен отговаривать меня? Где старший брат, который всегда заботился обо мне? Из-за игровой зависимости Джиро потерял часть того, кем был раньше. Не уверена, что хоть что-то осталось от моего брата.

— Сейчас главное — получить оставшиеся деньги. Потом мы сможем подумать о будущем.

— Кстати об этом. — Он взъерошивает свои короткие каштановые волосы. Это означает, что у него плохие новости. В животе всё переворачивается, когда он смотрит мне в глаза. — Расценки выросли, потому что мне накинули проценты.

Я закрываю глаза, пытаясь успокоить нервы. — Сколько ещё?

— Ну, тысяча за сегодня и тысяча завтра.

— Значит, если я получу сегодня четыре, всё закончится? — Он кивает. — Тогда я должна получить их сегодня вечером.

Понятия не имею, что забронировала для меня Вивиан. Парочки танцев будет недостаточно, если она забирает себе половину.

— Ты справишься. Сама же сказала, что вчера было пять.

Всё прошло хорошо, потому что я была с Ангусом. Танцевать для кого-то другого ощущается странным, а это глупо. С ним я чувствовала себя комфортно, так что, кто знает, сколько я смогу заработать в дальнейшем?

— Тебя подвезти?

— Нет, они пришлют кого-нибудь забрать меня.

— Класс. — Он целует меня в щеку. — Увидимся завтра.

И он уходит.

Джиро не спросил, как я доберусь домой. Даже не поблагодарил за деньги. Всё

так запутано, и я действительно поняла это только сейчас.

Я сажусь на кровать и закрываю лицо руками. Стараюсь не расплакаться, но вся эта ситуация ужасна. Я была готова на большее с Ангусом, а он, чёрт возьми, помолвлен! Как я могу испытывать вину за танец для кого-то другого сегодня, когда он заплатил мне, чтобы я переспала с ним? По крайней мере, я думаю, он заплатил больше именно за это, но я не останавливалась, чтобы спросить.

Звонит мой телефон и на дисплее высвечивается номер агентства.

— Это Бэмби, — отвечаю, пытаясь говорить так, как будто я в хорошем настроении.

— Слышала, вчера ты устроила настоящую сцену, — говорит Вивиан.

— Я не виновата. — Спешу объяснить, что не могу контролировать действия других людей.

— А я такого и не говорила. — Я слышу, как она щёлкает на компьютере. — Ты прошла первый день. Клиент был так доволен, что не хотел отпускать тебя. — Она посмеялась над собственной шуткой.

— Он забронировал ещё одну ночь? — мне действительно не сто́ит надеяться на это. Ангус сошёл с ума, но ведь он женится.

Вивиан снова засмеялась. — Нет, думаю он в тюремной камере.

В животе образуется узел, и я чувствую себя виноватой. Я подтолкнула его немного и была готова продолжить без денег. А затем он достал наличные, и это пробудило тёмную фантазию, о которой я и не подозревала.

— Я запланировала тебе ещё один танец. Как думаешь, справишься?

— Сколько? Я хочу заработать сегодня четыре тысячи, — признаюсь я. Может она сможет забронировать мне несколько танцев? Если они только на час, я смогу справиться с несколькими и покончить с этим.

— Жадная, мне это нравится. Я посмотрю, что можно сделать, но Роберт будет в шесть, чтобы забрать тебя.

— Спасибо, — говорю, прежде чем она вешает трубку. Я заваливаюсь обратно на кровать, уставившись в потолок. Он облупился и покрыт тёмными пятнами. Закрываю глаза и собираюсь с мыслями, чтобы сделать это. Сегодня. Я справлюсь, и тогда всё закончится.

«До тех пор, пока Джиро снова не вляпается в неприятности», — напоминает мне внутренний голос, и я знаю, что он прав, это лишь вопрос времени. Начинаю думать, не солгал ли мне брат об увеличении процента. Звучит безумно, но что я знаю о ростовщиках?

Я заставляю себя встать и принять душ, чтобы уже начать собираться. Выбираю розовую комбинацию и такого же фасона бельё, как в прошлый раз, только белого цвета. Прошлой ночью они похоже сработали, и когда я смотрю на себя в зеркало, не могу не задаться вопросом, что бы подумал Ангус.

Когда я покинула номер отеля, Роберт смеялся над моим танцем. Он сказал, что я выгляжу как неопытная и, что готов помочь указать на мои ошибки и показать, как делать правильно, если я станцую для него. Я же ответила, что если он хочет танец, то должен поговорить с Вивиан и заплатить за него.

Я молюсь, чтобы он не делал этого, потому что не уверена, что справлюсь. От него у меня мурашки.

Я нанесла лёгкий макияж, как предлагала Вивиан, прежде чем натянуть туфли и надеть балахон. Прошла на кухню, чтобы перекусить, прежде чем придёт время уходить.

Провожу пальцем по потрескавшейся столешнице и мои мысли снова возвращаются к Ангусу.

Становится жарко, а между ног нарастает медленная пульсация. Я смотрю на себя и вижу, что сквозь тонкий лифчик торчат соски. Может мне стоит вернуться в спальню и потрогать себя перед уходом? Прежде чем я успеваю принять решение, в мою дверь стучат. Смотрю на часы на микроволновке — Роберта не должно быть тут ещё минут тридцать.

Когда смотрю в глазок, вижу его и открываю дверь.

— Ты рано. Мне надо захватить вещи. — Он заходит внутрь и закрывает за собой дверь. Вчера он ждал в машине, поэтому я не уверена зачем он зашел. — Принести тебе воды или ещё чего?

Он пробегается плотоядным взглядом по моему телу.

— Я твой первый клиент. — Роберт ухмыляется.

— Этого не может быть. Ты должен зарезервировать встречу и заплатить.

Он достаёт бумажник и бросает деньги на столешницу. Смотря на лежащие купюры, я не испытываю того же возбуждения, как когда Ангус делал это прошлой ночью.

— Вивиан не сказала, что это будешь ты. — Я стискиваю руки в кулаки, пытаясь выиграть время.

— Вивиан насрать кто клиент, лишь бы платил. — Он облизывает губы. — К тому же я герой, который спас тебя от ублюдка прошлой ночью. — Он потирает костяшки пальцев. Они красные после драки с Ангусом и меня начинает тошнить.

— Я действительно думаю, что это плохая идея. Нам ещё работать вместе. — Я отступаю назад.

— А у тебя неплохо получается разыгрывать невинность, верно? — он наклоняется ко мне и поправляет бугор в штанах. — Это чертовски работает. Заставляет думать, что у тебя тугая киска.

Я ахаю и делаю ещё один шаг назад. Он серьёзно только что сказал это?

— Я не хочу этого делать. — Поднимаю руки, пытаясь сохранить пространство между нами.

— Тебе не нужны деньги? Ты вдруг стала гребанной скромницей? Я следил за тобой вчера, пока ты была на том ублюдке. Ты дала ему намного больше, чем он заплатил. — Роберт сжал кулаки.

— Я позвоню Вивиан. — Я поворачиваюсь, чтобы пойти в спальню за телефоном. Рука Роберта хватает меня за запястье и дёргает обратно. Я падаю ему на грудь и это выбивает из меня воздух.

— Я оплатил полный пакет. Ты получишь свои четыре штуки.

В нос бьёт специфический запах плесневелого одеколона и я стараюсь оттолкнуть его, но он сжимает мою руку еще сильнее.

— Мы можем поиграть и грубо.

Он хватает меня за талию и поднимает. Я пытаюсь пнуть его, но он оказывается быстрее и швыряет меня на диван. Прежде чем успеваю убежать, он снова набрасывается на меня. Я кричу, и он закрывает мне рот ладонью. Я царапаю его руки, пытаюсь стряхнуть их, но всё бесполезно.

— Перестань сопротивляться, — злиться он, но я не останавливаюсь.

Я борюсь изо всех сил, пока перед глазами не начинают плясать чёрные точки, а в лёгких не остаётся воздуха.

Глава 4

Ангус

Не знаю, что сделал Роуг, чтобы достать адрес Бэмби и вытащить меня из тюрьмы. Вернувшись в номер, я быстро принимаю душ и собираю свои вещи.

Покинув отель, забираю свою машину, подогнанную камердинером. Я приехал в Вегас на мальчишник на своей машине, наслаждаясь поездкой и не торопясь. Сейчас я нахожусь в восьми часах езды от дома, и не знаю, что делать дальше.

Единственное в чем уверен, я увижу Бэмби снова. Мне необходимо увидеть ее и объяснить свои чувства. Может я смогу убедить ее поужинать со мной или выпить кофе? Мне потребуется всего пять минут, чтобы убедить её, что, между нами, определённо, что-то есть. Папа всегда говорил нам — «это случится как удар молнии», и я не собираюсь игнорировать это.

Трижды проверяю адрес, глядя вверх по улице. Тот, кто получает пару тысяч за танец не должен жить в таком месте. Повсюду мусор, символика банд на зданиях, а в переулке лагерь бездомных, где спит не менее полдюжины человек. На самом здании с одной стороны огромная трещина и выбито несколько окон. Может кто-то дал Роугу неверную информацию?

Паркую внедорожник и выхожу. Я дважды запираю его и оглядываю улицу, когда подхожу к зданию и ищу звонок или ещё чего. Дверь в здание просто нелепость, нет ни замка, ни ручки. Похоже, их давным-давно сломали, и только кирпич придерживает дверь открытой.

Я поднимаюсь по шаткой лестнице на третий этаж. Рядом завывает сирена, и я слышу ее уже не в первый раз за пятнадцать минут. Я качаю головой входя в грязный коридор, пропахший плесенью и ещё бог знает, чем.

Ряд хлипких дверей, у половины из них нет номеров, и я ищу дверь квартиры Бэмби. Пока иду, слышу звуки телевизора и разговоры людей, а затем, что-то похожее на женский крик. Волосы на затылке встают дыбом, когда я возвращаюсь к одной из дверей без номера.

Стою с полсекунды, чтобы убедиться, что слышал крик отсюда и прижимаю ухо к двери. Внутри что-то ломается и слышится сдавленный крик. Даже, если это не Бэмби, что-то точно не так.

Немедля ни секунды, пинаю хлипкую дверь ногой и она, слетев с петель, падает на пол.

Передо мной открывается самый страшный кошмар. Бэмби лежит на полу с закрытыми глазами, а вышибала, сопровождавший её вчера, лежит на ней. Одной рукой он заткнул Бэмби рот, другой обхватил ее горло. Он замечает меня. И я, почувствовав себя быком, перед которым размахивают красной тряпкой, несусь на мудака.

Плечом отбрасываю его с такой силой, что он отлетает в другой конец комнаты. Адреналин и ярость бушуют во мне.

Краем глаза замечаю Бэмби, она кашляет, перекатываясь на бок, и я чертовски благодарен, что она жива.

Я слышу стон вышибалы, пытающегося подняться на ноги. О черт, нет, он не выйдет из этой комнаты на своих двоих. Я перебираюсь через весь бардак в комнате и наступаю ему на колено. Раздается громкий хруст, прежде чем он вскрикивает, и я бью его кулаком в рот, чтобы он заткнулся. Еще несколько ударов и он почти без сознания, но я хватаю его за лицо и наклоняюсь ближе.

— Коснувшись моей девочки, ты совершил самую большую ошибку в жизни, — я поднимаю его запястье, один поворот, хруст и он снова кричит.

— Ангус. — Слышу шепот позади себя и оборачиваюсь. Растрёпанная Бэмби смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

— Хочешь дать ему по яйцам? — спрашиваю, и на секунду она задумывается.

Она кивает, но затем передумывает и качает головой. — Не хочу поранить ногу.

Я встаю и делаю это за нее, к черту этого мудака. Он тихо хнычет, а затем теряет создание от боли. Жаль, но все равно он будет чувствовать боль несколько дней.

— Как…? — она оглядывается, словно не знает с чего начать или какой вопрос задать первым.

— Собери сумку. Нужно убираться отсюда, пока он не очнулся. — Я заглядываю в соседнюю спальню.

— Я даже не знаю тебя. — В ее глазах стоят слезы, когда она смотрит на лежащего без сознания вышибалу.

Я пытаюсь придумать что-нибудь, чтобы она могла доверять мне и достаю свой мобильный телефон. — Вот, возьми его. Он не заблокирован, а в избранных контактах мои родители и брат. Можешь позвонить им и сказать, что едешь со мной, или позвони кому хочешь. Затем я заберу тебя и отвезу в безопасное место. Оставаться здесь нам нельзя.

Я протягиваю ей телефон, а она смотрит на него так, будто никогда не видела. Потом Бэмби трёт шею и решает его взять.

— Я просто подержу его пока. — Я киваю и вхожу в комнату.

— Это твоя?

Она кивает. Я вижу черную сумку на полу и поднимаю ее. — У тебя есть что-нибудь ценное, что ты бы хотела забрать?

Она оглядывает комнату, вздыхает и качает головой. — Тут не осталось ничего ценного. Если бы было что, он бы уже продал это.

Интересно, имеет ли она ввиду мудака, потерявшего сознание на полу или кого-то ещё?

Она собирает какую-то одежду, и я протягиваю ей сумку. Бэмби быстро наполняет ее. Как только она заканчивает, я застёгиваю молнию и забрасываю сумку на плечо. — Пойдем.

Не раздумывая, беру ее за руку, и мы выходим из здания. Мою машину, к счастью, никто не повредил, пока я вызволял Бэмби. И тут я замечаю черный автомобиль в конце квартала, это наверняка машина вышибалы.

— У тебя есть безопасное место, куда бы я мог тебя отвезти? — спрашиваю, помогая ей забраться на пассажирское сиденье и пристегнуть ремень. Бэмби трясёт, она слишком потрясена случившимся

— Н-нет, — она запинается. И я начинаю волноваться, что она впадёт в шок.

— Не волнуйся, хорошо? У меня есть место. — Я защелкиваю ремень, на мгновение замираю и мы смотрим друг на друга. — Со мной ты в безопасности.

Она глубоко вдыхает. Похоже, мои слова придают ей уверенности, потому что она доверительно кивает. Связь, образовавшаяся между нами прошлым вечером, все так же сильна, и мне хочется обнять ее, но я сдерживаюсь. Закрываю пассажирскую дверь и сажусь с водительской стороны.

— Надеюсь, тебе нравятся дорожные путешествия.

Глава 5

Бэмби

Я резко просыпаюсь, хватая ртом воздух.

— Тише-тише, Бэмби. Всё в порядке. Ты в безопасности.

В салоне машины загорается свет, и я хватаюсь за горло, пытаясь отдышаться.

Ангус сворачивает на обочину и останавливается.

— Посмотри на меня. — Он обхватывает ладонями моё лицо и пристально смотрит на меня. — Я здесь. Ты в безопасности. Скажи, что ты со мной.

— Я… я с тобой. — Шмыгаю носом и его тёплые руки отпускают меня.

Мне хочется вернуть их назад, но тут я слышу звук расстёгивающегося ремня безопасности, и Ангус тянет меня к себе на колени. Он обнимает меня, и я расслабляюсь, чувствуя себя в безопасности. Хотя и не должна, ведь я совсем не знаю этого человека. Но он спас меня, а это что-то да значит. И я даже не говорю о притяжении, которое почувствовала впервые, взглянув на него.

Я глубоко вздыхаю, чувствуя себя уже лучше. — Прости. Наверное, это был дурной сон.

— Тебе не нужно извиняться.

Я вновь глубоко вдыхаю и поднимаю голову с его груди. От него пахнет так хорошо, что мне хочется остаться здесь до тех пор, пока мы не приедем, куда бы мы не ехали.

— Ты в порядке, можешь пристегнуться? — спрашивает Ангус и я киваю.

Он помогает мне вернуться на место и пристегнуться. После этого выключает свет и выезжает на шоссе. Я смотрю в окно, но там так темно, что ничего не видно.

— Не могу поверить, что заснула.

— Ты вырубилась. Такое случается после всплеска адреналина, но тебе действительно нужно было отдохнуть.

Я снова киваю, откидываясь на спинку кресла. — Где мы?

— Калифорния.

— Как долго я спала?

— Около шести часов. Ты голодная?

— Я в порядке.

— Я не это спросил, малышка.

— Я в норме. Не хочу быть обузой.

— Для меня ты никогда не будешь обузой. Это я тебе могу обещать.

Я чувствую, что улыбаюсь и отворачиваюсь к окну, скрывая вспыхнувший на щеках румянец. Хотя вряд ли он сможет заметить его в темноте салона.

— Мы остановимся и поедим, прежде чем ехать в хижину. У тебя есть аллергия на что-нибудь? Есть что-то, что я должен знать, чтобы позаботиться о тебе?

— Клубника. От неё моё лицо распухает.

— Тогда никакой клубники. — Он украдкой бросает на меня взгляд. — Что-нибудь ещё?

— Мой брат, наверное, будет искать меня. — Чувствую, что должна сказать ему об этом.

— Что значит «наверное»?

Я пожимаю плечами. Не уверена, что Джиро даже попытается искать меня. Возможно, ему самому придётся уехать из города.

Холод сковывает меня, и я обхватываю себя руками. Должно быть, Ангус заметил это, потому что включил обогреватель.

— Если тебе холодно — говори мне. Если ты голодная — говори мне. Если ты хочешь в туалет…

— Я говорю тебе, — заканчиваю я, и он кивает.

— Да, и не говори, что не хочешь быть обузой. — Я молча прикусываю нижнюю губу. — Ты расскажешь мне о своём брате?

— А ты расскажешь о своей невесте? — я тут же захлопываю рот рукой. — Прости, это было грубо, а ты так много для меня сделал.

— Нет никакой невесты, — отвечает он, смотря на дорогу.

— Вы расстались?

— Я никогда не был помолвлен. — Он крепче сжимает руки на руле.

— Но…

— Произошла путаница. Я не был холостяком, который тебя заказал, но как только увидел, не смог отказаться.

Я отвожу взгляд и с улыбкой смотрю на свои руки.

— Мне всегда казалось странным, что люди ходят в стриптиз клуб перед свадьбой. — Пожимаю плечами. — Знаю, они не считаю это изменой, но выглядит это именно так.

— То, что произошло между нами прошлой ночью не считалось бы изменой. Должен сказать, ты была моей первой и единственной стриптизёршей. — От его милых слов в моем животе порхают бабочки.

— Ты был моим первым клиентом. Я так нервничала. До сих пор не могу поверить, что сделала это. С другой стороны, когда у тебя не остаётся выбора, ты делаешь то, что должен.

— Ты была идеальна. Мне хотелось оставить тебя себе. — Его голос становится дразнящим, но, похоже именно это он и делает, дразнит меня.

— Почему ты оказался в моей квартире?

— А я все гадал, когда же ты спросишь. — Машина начала замедляться, приближаясь к съезду. — Мне нужно было увидеть тебя снова, так что я потянул за кое-какие ниточки и нашёл тебя. И должен сказать, малышка, это место не выглядит безопасным. Ты свежее мясо для волков, шляющихся вокруг этого здания.

— Большинство из них оставили меня в покое из-за моего брата. Они боятся его или что-то в этом роде.

— Но он все равно должен будет податься в бега? — спрашивает он, и я киваю.

— Я устроилась в агентство, потому что ему нужны деньги. Он глубоко увяз в долгах, так что особого выбора у меня не было. Джиро — единственный кто у меня остался.

— Твоя брат отправил тебя в агентство для девушек по вызову и стриптизёрш? Не прошло и двадцати четырёх часов, а на тебя уже напали.

Я вздрагиваю, ведь он прав.

Ангус заезжает на парковку у продуктового магазина.

— Мне не следовало говорить это. — Он проводит рукой по лицу. — Не могу выкинуть из головы твой вид, после того как выбил дверь, и это просто сводит меня сума.

— Все нормально.

Ангус качает головой. — Нет, не нормально и мне очень жаль.

— Спасибо. — Я теряюсь от его взгляда и отворачиваюсь.

— Запри дверь, когда я выйду. Пойду, захвачу нам еды, мы почти на месте.

Он наклоняется и поднимает с пола телефон. Должно быть, я уронила его, когда заснула. Он возвращает его мне, и я крепко сжимаю телефон в руке.

— Скоро вернусь. Оставайся на месте. — Он поднимает руку и нежно потирает большим пальцем мой подбородок. Я тут же наклоняю голову ближе к его прикосновению, но он уходит.

Ангус захлопывает дверь, и я тут же блокирую замки, наблюдая, как он заходит внутрь. Затем смотрю на телефон в руках, размышляя, не позвонить ли брату. Ангус прав. Я оказалась в этой ситуации из-за брата, и даже не хочу думать, что могло бы случиться, если бы не появился Ангус. На самом деле, за два дня он спас меня уже дважды. Я решаю всё же не звонить брату и кладу телефон на колени. Сначала я должна поговорить с Ангусом.

Я подпрыгиваю и вскрикиваю от удивления, когда телефон начинает звонить.

— Это просто телефон, Бэмби, — бормочу сама себе.

Когда переворачиваю телефон, чтобы посмотреть, кто это, большой палец скользит по экрану, и я случайно отвечаю на звонок. На экране высвечивается «Мама», и я не знаю, что мне делать. Я не могу повесить трубку, это же его мама, но и говорить с ней тоже не могу.

— Ангус, я слышу, как ты дышишь.

Подношу трубку к уху.

— Привет, — это все что я могу сказать.

— На телефон Ангуса ответила девушка, — громко шепчет его мама.

— Уверен, она тебя слышит, милая.

— Ох, точно. Привет, дорогая, я Руби. Как тебя зовут? — я продолжаю молча сидеть. — Алло? Дорогая?

Я убираю телефон от уха и сбрасываю звонок.

Зачем я сделала это?

Я вздыхаю и стону, когда телефон начинает звонить снова.

Ангус выходит из магазина с кучей пакетов. Я открываю дверь, чтобы он мог закинуть пакеты на заднее сиденье, прежде чем он вернётся на место водителя. Телефон снова начинает звонить, и я протягиваю его Ангусу.

— Это твоя мама. Я вроде как повесила трубку. Я испугалась.

— Ты испугалась моей мамы? — он смеётся, забирая у меня телефон. — Она что, заставляла тебя согласиться на пять внуков или что-то в этом роде?

— Что?!

Ангус снова смеётся, отвечая на звонок, а я прячу лицо в ладонях.

Когда же мы уже приедем?

Глава 6

Ангус

— Люблю тебя, — говорю я, смотря на Бэмби, и затем вешаю трубку. — Прости за это. Моя мама может быть слишком… — Я пытаюсь подобрать подходящее слово, чтобы описать ее потребность во внуках. — Взволнованной.

— Она кажется милой. Извини, что повесила трубку. Я запаниковала.

— Не волнуйся об этом, малышка, — я сворачиваю с дороги на тропу, которую легко пропустить, если не знать точно, где ее искать. Подъезжаю к маленькому металлическому ящику, впереди виднеются ворота, даже днем хорошо сливающиеся с окружающей средой. Я ввожу код, ворота распахиваются, и я улыбаюсь Бэмби. — Мы на месте.

— Ты действительно живешь в глуши, — она закусывает нижнюю губу, и я киваю.

— Да, мне нравится здешняя тишина и покой. При этом мы достаточно близко к городу, если тебе что-то понадобиться. И у меня есть почтовый ящик в городе, если захочешь что-нибудь заказать онлайн.

— У тебя есть Wi-Fi, я в шоке, — смеётся она, когда джип подпрыгивает на ухабе по дороге к хижине.

— Я работаю из дома, так что это вроде как необходимость. И хоть я и продолжаю называть это хижиной, но клянусь, там есть водопровод и электричество.

— Все время думаю о малюсенькой лачуге, в которой ты меня запрешь, — Бэмби нервно смеется, и я вижу, она волнуется, не окажется ли это правдой.

— Нет же, у тебя все еще мой телефон, и моя мама совсем не прочь поговорить с тобой, — на этот раз улыбка достигает ее глаз. — Обещаю, ни цепей, ни веревок. Ты будешь связана только моей потрясающей персоной.

— Ты забыл про потрясающий вид, — Бэмби краснеет, и это так чертовски мило.

— Рад, что ты заметила, — я подмигиваю девушке, прежде чем выйти из внедорожника и помочь ей спуститься. Ноги Бэмби немного дрожат, поэтому я поддерживаю ее, пока она полностью не встает на ноги. — Хочешь, я понесу тебя? — протягиваю руки, и она смеется, но я продолжаю стоять и ждать. — Я серьезно.

— Нет, я в порядке. Мне просто нужно в туалет, — и снова этот румянец, просто сводящий меня сума.

— Тогда вперед, — говорю я, быстро хватая наши сумки и продукты из магазина. В хижине есть запасы, но я знал, что необходимо прикупить кое-чего самого необходимого.

Говорю Бэмби держаться за мою руку, пока веду ее вверх по крыльцу к входной двери. Как только дверь открыта, включаю и свет и указываю в коридор.

— Последняя дверь слева.

Не тратя времени, она спешит в туалет, и я ругаю себя, что не делал больше остановок по дороге сюда. Конечно, большую часть пути она проспала, но мне следовало подумать. Я не привык думать и заботиться о потребностях женщины. Обычно в экспедиции я просто показываю на кустики и прошу поторопиться, независимо от пола. Раньше я не был в отношениях, может пока еще это не так, но я планирую стать идеальным партнером для Бэмби.

Я выкладываю продукты и несколько закусок для Бэмби, пока буду готовить ужин. Всего лишь спагетти, зато просто, быстро и тут я точно не облажаюсь. Я не самый лучший повар, могу сам себя накормить, но достаточно ли этих навыков для нее. Умею охотиться и рыбачить, могу бесконечно выживать в лесу. До сих пор я никогда не задавался вопросом, что могу дать своей жене и захочет ли она этого.

— М-м-м, запах божественный, — говорит Бэмби, выходя из-за угла. — О, мое любимое.

Ее улыбка могла бы осветить беззвездную ночь, и в этот момент что-то внутри меня растаяло.

— Чувствуй себя как дома, хорошо? — спрашиваю я, пока она запрыгивает на барный стул, чтобы наблюдать за тем, как я готовлю.

— Ты не говорил, что эта хижина такая большая. Это скорее коттедж, — она оглядывается, и я понимаю — мне нравится, что она здесь, окруженная моими вещами. — Как давно он здесь стоит?

— Ну, трудно сказать. Моя семья владела землей дольше, чем я себя помню, но эту хижину я построил примерно пять лет назад.

— Построил? Хочешь сказать построил сам своими руками?

— Начиная с фундамента заканчивая стулом, на котором сидит твоя симпатичная попка, малышка, — я подмигиваю, и она в шоке открывает рот.

— Ты же не серьезно.

— Ну, я бы показал тебе шрам, но не думаю, что раздеваться рядом с кипящим соусом хорошая идея, — Бэмби снова краснеет, и мне становится интересно, будут ли ее щеки теплыми под моими губами.

— Ты живешь в этом громадном доме совсем один?

Я киваю.

— Родители довольно часто навещают меня. Им тоже нравится природа и свежий воздух. Мой брат Роуг приезжает, когда устает от города, что происходит не так уж часто, если спросишь меня.

— Здесь так спокойно, — девушка откидывается и смотрит в окно, которое я открыл, пока готовил. — Что это за звук? — Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Древесные лягушки, — смеюсь я, и ее рот снова открывается в шоке.

— Никогда раньше их не слышала.

— Добро пожаловать в лес, Бэмби, — с секунду подумав спрашиваю, — это ведь твое настоящее имя?

Она смеется и кивает, затем подпирает рукой подбородок и слушает мои рассказы о здешней природе. Пока я готовлю, она перекусывает, а когда все готово, съедает почти такую же большую порцию, как моя. Не знаю, когда Бэмби ела в последний раз, но рад, что сейчас она сыта.

— Засыпаешь? — спрашиваю я, убирая посуду, пока девушка откидывается на спинку стула, положив руку на живот.

— С трудом держу глаза открытыми.

Ставлю последнюю тарелку в посудомоечную машину и подхожу к ней.

— Пойдем, покажу тебе, где ты сможешь поспать.

Я беру ее руку и просто некоторое время стою в тишине, затем веду Бэмби из кухни на второй этаж. Когда ее пальчики обняли мою ладонь, я почувствовал себя так, как будто она отдала мне свое сердце.

Когда мы добираемся до главной спальни, я открываю дверь, показывая, где сплю. Хижина построена из бревен, которые я рубил сам, даже кровать сделана моими руками. Я горжусь тем, что построил, а с Бэмби чувствую, что каждое из усилий стоили того.

— Это твоя комната? — спрашивает девушка, делая шаг вперед, чтобы коснуться рамы. — Это тоже сделал ты?

Киваю в ответ, и Бэмби улыбается так, как будто я сделал это специально для нее. Возможно так и есть.

— В этом большом доме нет гостевых комнат?

— На самом деле есть несколько, но эта самая лучшая. А ты заслуживаешь самого лучшего, — я притягиваю ее к себе, и уже не в первый раз замечаю, как идеально она ощущается в моих объятиях. — Если ты не против, я хотел бы спать с тобой. Обещаю, ничего больше, только сон. — Я касаюсь пальцем ее челюсти, напоминая себе, что Бэмби здесь, что она реальна. — Просто не готов тебя отпустить. — Никогда не буду готов, заканчивает разум, но вслух этого не произношу.

— Я не хочу быть одна.

С этими словами, я подхватываю ее на руки и несу к кровати.

— Все что пожелаешь, — говорю я, укладывая ее и пристраиваясь позади.

Мы оба все еще одеты и пока этого достаточно. Она так устала, что с трудом держит глазами открытыми, а если я ее раздену, кто знает, смогу ли сдержать обещание? Сегодня я дам ей то, в чем она нуждается — объятия и поддержка, но я не святой, а женщина в моих руках мое самое большое искушение.

Бэмби 7 глава

Глава 7

Бэмби

Боже, как хорошо ощущать его рядом. Стоило ему только обнять меня, и я сразу отключилась. Всю ночь я чувствовала себя в безопасности, и не могла вспомнить, когда последний раз по-настоящему испытывала это. Даже в собственном доме не было этого чувства защищенности, к брату постоянно приходили незнакомцы. Черт, а ведь и дорога до дома была не из приятных. В городе я всегда взвинчена, и даже не осознавала насколько сильно, пока Ангус не обнял меня и я, наконец, смогла расслабиться. Как бы безумно это не звучало, но здесь даже дышится легче.

Медленно переворачиваюсь, не желая его разбудить. Прижимаюсь лицом к его шее, вдыхая мужской аромат. Что же такого в этом человеке? Меня тянет к нему, и это похоже на слепое доверие. Более того, думаю, что могу влюбиться в него.

Когда он шевелится, замираю, но его руки только сжимаются крепче и притягивают меня еще ближе. Ногами скольжу вверх по его животу, устраиваясь удобней, в то время как он лежит на спине. Грудью прижимаюсь к его боку, свободная футболка, которую я одела посреди ночи, когда ходила в ванную, собралась высоко на талии.

Большая рука Ангуса опускается на мое бедро, и когда пальцы впиваются в меня, я понимаю, что возможно он уже не спит. Поднимаю взгляд, но в темноте ничего не видно. Выдыхаю, когда он больше не шевелится, благодарная, что могу вернуться к смакованию его аромата. Уверяю себя, что это совсем не безумно. Ладно, может быть совсем немного, особенно теперь, когда я касаюсь губами его шеи, задаваясь вопросом, каков он на вкус.

Я охаю, когда рука на бедре сжимается.

— Бэмби.

Его голос глубокий и хриплый ото сна. Облизываю губы, языком задевая нежную кожу на шее. Все его тело напрягается, и я останавливаюсь.

— Да, это я. Ты думал это кто-то другой? — я хотела подразнить его, но тут же пожалела о сказанном, совсем не хочется думать о нем с другой женщиной.

— Поверь, я знаю кто ты. Это предупреждение, — рычит мужчина

— Предупреждение? — прижимаюсь ближе и задаюсь вопросом, как вообще после этого смогу спать в своей постели.

Скорее всего, он уже испортил меня.

— Да, предупреждение, — повторяет он. — Твоя грудь и киска прижимаются ко мне, а ногой ты продолжаешь тереться о член.

— Ох. Извини, — совсем не раскаявшись, я не двигаюсь с места.

— Не стоит извиняться. Просто имей в виду, еще раз лизнешь меня этим язычком, и я засосу его.

Я закусываю губу, а он наклоняет голову в другую сторону, словно проверяет, осмелюсь ли я. Темнота помогает мне, делая меня более смелой, и я решаю взять инициативу в свои руки. Осторожно провожу губами по его теплой коже и открываю рот, готовая провести язычком по шее, но в какую-то долю секунды оказываюсь на спине, а Ангус нависает надо мной.

Быстрым движением мужчина прижимает меня к себе, накрывая своим ртом мой. Я задыхаюсь от интенсивности его доминирования. Он целует меня так, как будто нуждается во мне как в воздухе, и это так всепоглощающе. Никогда не думала, что поцелуй может быть настоль глубоко проникающим в самые сокровенные места души и разливаясь сладкой истомой по телу. И, верный своему слову, он засасывает мой язык. Я изнываю от желания, мечтая, что бы его рот оказался и на других местах моего тела. Мои бедра инстинктивно приподнимаются вверх, и все мое тело начинает гудеть.

На этот раз никто не остановит нас, а мой разум кружится от нужды. Ангус отрывается от моего рта и зарывается лицом в шею. Щетина щекочет кожу, пока мужчина пытается отдышаться. Я закусываю губу, приказывая себе не двигаться. Не стану тереться об него, пока он пытается отдышаться.

Но, конечно, я не смогла сдержаться.

Когда я поднимаю бедра, то ощущаю его член прямо там.

— Бэмби.

— Не нужно меня предупреждать, — скольжу руками по его мускулам: теплым и твердым.

— Хочешь закончить то, что мы начали прошлой ночью?

— Да.

Ангус целует меня в шею, а затем протягивает между нами руку. Чувствую, как он ерзает, и облизываю губы, гадая, есть ли у него боксеры под спортивными штанами. Резко втягиваю воздух, ощущая тяжесть его члена на себе.

Пальцами он хватает края моих трусиков, стаскивая их.

— Скажи мне, Бэмби. Во сколько мне это обойдется? — он проводит головкой члена по моему клитору, но резко отстраняется. — Сколько?

Я хнычу. И почему это так горячо?

— Тысячу, — выпаливаю я.

— Подними футболку, покажи мне грудь, и я дам тебе две тысячи.

Быстро делаю, как он просит, и тут же ощущаю его тяжесть на себе. Член вновь прижимается к моему лону и скользит по клитору. Он толкается, как будто мы занимаемся сексом, и это так грязно.

— Оберни ноги вокруг меня, — приказывает Ангус, и я тут же подчиняюсь.

Он опускает голову и захватывает ртом один сосок. И снова я могу думать только о его рте между моих бедер. Действительно ли это так прекрасно, как говорят женщины? Если честно, думаю с Ангусом, все что угодно будет замечательно.

Он чмокает, выпуская сосок, и начинает толкаться быстрее. Головка члена скользит вперед и назад по моему клитору, а его стоны — самая горячая вещь, которую я слышала в своей жизни. Он выкрикивает мое имя — и я кончаю.

Оргазм накрывает мощной волной и, кажется, длится вечность. Впиваюсь пальцами в спину Ангуса в отчаянном желании за что-нибудь ухватиться. Я вскрикиваю, когда он кусает меня за шею, и это вызывает новый оргазм. А может это все еще первый. Не уверена.

Он толкается еще несколько раз, и я ощущаю его теплое освобождение на своей коже. Все его тело напрягается, прежде чем полностью расслабиться на мне. Я лежу и гадаю, что, черт возьми, только что произошло и когда мы сможешь это повторить.

— Дерьмо, — слышу его голос. — Не знаю, почему я тебя укусил. Мне жаль. — Он целует мою шею, и я закрываю глаза, улыбаясь.

— А мне понравилось, — признаюсь. — Мне понравилось все, что ты делал.

— Мне тоже, — он встает с кровати. — Не двигайся. — Я слышу, как он передвигается по комнате, мои глаза постепенно привыкают к темноте. Он включает свет в ванной, и я слышу льющуюся воду.

Когда мужчина возвращается, я наблюдаю, как он смывает с меня свое освобождение. Ангус не торопится, и тогда чувствую, как незнакомые мне эмоции стоят комом в груди.

Я вижу что-то на его штанах, и мне тоже хочется его почистить, но вместо этого, он натягивает на меню простыню и возвращается в ванную. Ангус хватает чистые спортивные штаны и выключает свет.

Кровать прогибается, когда он ложиться рядом. И я не уверена, следует ли мне что-то сказать или сделать. Мы просто снова ляжем спать? Но я совсем не чувствую усталости, и как только напрягаюсь от своих мыслей, Ангус хватает меня и притягивает к себе. Я делаю глубокий вдох и расслабляюсь в его теплых объятьях.

— Мне не следовало это делать, — говорит он, и я тут же снова напрягаюсь. Он жалеет о случившемся? — Бэмби. — Он разворачивает меня лицом к себе. — Ты была полусонной. Я не хочу, чтобы ты делала что-либо, пока твоя голова не работает на все сто процентов. — Слышу беспокойство в его голосе. Боже, он действительно хороший человек.

— Я вовсе не спала, — на самом деле, именно я приставала к нему, пока он спал. Только если он не притворялся, но я не собираюсь его спрашивать.

— Хорошо, — отвечает он, и я кладу голову ему на грудь.

— Я вроде как надеюсь, что мы сможешь это повторить.

— Прямо сейчас? — дразнится он. — Бэмби, мы сделаем все, что ты захочешь. Только скажи слово, и я весь твой, малышка. Не думаю, что способен себя контролировать, когда дело касается тебя.

Я улыбаюсь. Приятно чувствовать, что могу заставить Ангуса потерять контроль.

Глава 8

Ангус

— Ох, черт, — я стону и продолжаю толкаться, сминая пальцами простыни.

Бэмби хватается за мою задницу, трется киской вверх и вниз о мой член. Я все еще не вошел в нее, но так чертовски близок к этому. Влажные губки скользят по мне, как растопленное масло, и я не знаю, сколько еще смогу выдержать.

— За сколько я могу полакомиться тобой? — шепчу в ее ухо, а затем прикусываю мочку. У нее перехватывает дыхание, и я чувствую, как она становиться еще мокрее. — Сколько, Бэмби? Ты знаешь, как сильно я хочу лизать эту киску. Заставь меня заплатить.

— Две тысячи, — шипит она, выгибая спину.

— Я заплачу три, если позволишь засунуть палец в твою задницу.

— О, Боже.

— Давай, детка, тебе понравится, — я толкаюсь сильнее, и она вскрикивает. — Четыре?

— Ангус, — стонет она, но я жду. — Договорились.

Я оставляю дорожку поцелуев к ее груди, вспоминая, что в какой-то момент снял с нее рубашку. Посасываю соски, не спеша целую животик, а затем спускаюсь ниже. Ее трусики висят на одной ноге, и она совершенно обнажена передо мной. Сквозь окна спальни проступает уже достаточно солнечного света, чтобы я мог разглядеть какая она красивая и розовая, кроме того чертовски мокрая.

— Мне нравится, что у тебя здесь есть волосы, — я трусь лицом о ее складочки, и она приподнимает бедра. — Ты так хорошо пахнешь.

У меня текут слюнки от предвкушения, и наконец, я впервые пробую ее и стону. На вкус она сама свежесть, как солнце и розы в летний день. Языком провожу между складками и по тугому бутону, на который я кончил как минимум раза три. Теплая, мокрая жемчужина затвердела, и когда я уделяю ей внимание, Бэмби корчится на кровати. Бинго. Эта маленькая сладкая горошинка и я — собираемся стать лучшими друзьями. Я накрываю ртом киску и сосу, пока кончик большого пальца играет с ее задницей. Интересно, сколько она заставит меня заплатить, чтобы заменить палец членом. Она такая чертовски мокрая, что влага стекает вниз, и я использую ее соки в качестве смазки.

— Не останавливайся! — кричит Бэмби и хватает меня за волосы обеими руками.

Как только она приближается к краю, я толкаю большой палец в ее задницу до первого сустава, и она ту же вскрикивает от оргазма. Девушка крепко сжимает меня бедрами, пока я провожу языком по клитору, и мне приходится удерживать ее.

То, что я толкаюсь в кровать и вкус ее освобождения — это все, что мне нужно, чтобы кончить. Сперма выливается на простыни между нами, создавая полнейший беспорядок. Откуда у меня все еще столько спермы? Как будто мой член производит больше с того дня, как я нашел Бэмби.

— О'кей, такого я не ожидала, — выдыхает она, покрытая потом.

— Я так понимаю, ты имеешь в виду это в хорошем смысле? — я улыбаюсь ей, затем слезаю с кровати, наклоняюсь и хватаю Бэмби. Она смеется, пока я несу ее в ванную.

— Да, определенно в хорошем смысле, — наконец отвечает она, я включаю душ и ставлю ее на ноги. Бэмби смотрит в пол и краснеет, пока пытается прикрыть свое тело руками.

— Эй, — я беру ее за подбородок и заставляю посмотреть на меня. — Не делай этого.

— Не делай чего?

— Не прячься от меня, — смотрю в эти темно-зеленые глаза еще секунду, прежде чем поцеловать ее. Когда мы в очередной раз схватились друг за друга, отступаю назад и поднимаю руки. — Если ты не перестанешь так меня целовать, мы никогда не выйдем из этой комнаты.

Бэмби начинает хихикать, когда затаскиваю ее в душ и шлепаю по попке. Не торопясь, я мою ее тело, но не позволяю ей вымыть себя.

— Это совсем не весело, — девушка делает вид, что дуется, и я качаю головой.

— Я хочу показать тебе местность, — говорю, споласкиваясь под душем. — Ты взяла с собой обувь?

Она качает головой.

— Только шлепанцы.

— Значит, просто посмотришь на окрестности, сидя на моей спине, — я наклоняюсь и снова целую ее, прежде чем мы выходим из душа и вытираем друг друга.

Я сушу волосы, когда чувствую руку на члене. Убираю полотенце, чтобы застать ее за разглядыванием моего члена, затем она начинает дрочить мне. Бэмби встречается со мной взглядом с немым вопросом, продолжая поглаживать меня, и я киваю. Вторую руку девушка присоединяет, как только роняю полотенце и занимаю более устойчивое положение. Она обхватывает яйца и гладит ствол, пока я играю с ее грудью.

— Черт, как же ты прекрасна, — говорю, облизываю нижнюю губу.

Несколько быстрых движений и я взрываюсь в ее ладонях, как будто мне тринадцать и это мой первый раз. Я кончаю так быстро, что это застает меня врасплох, и ее, похоже, тоже. Глаза девушки расширяются, пока она смотрит на меня. Не сдерживаю ругательств, когда Бэмби убирает руку и перемещает себе между ног.

Я застываю на месте, пока она, покрытыми спермой пальцами, трет между половых губок. Моргаю, приходя в себя, тут же падаю на колени и облизываю ее клитор. Я ощущаю свой вкус на ней и проникаю пальцем в ее тугую киску, потому что хочу большего.

— Я не могу насытиться тобой, — стону, облизывая сильнее и быстрее.

Бэмби кончает так же быстро, как и я, удивляя нас обоих. Я встаю с колен и удивленно смотрю на нее.

— Как это произошло так быстро? — спрашивает она.

Я улыбаюсь.

— Не знаю, но надеюсь повторить.

К тому времени, как мы добрались до кухни, чтобы взять немного еды и упаковать сумку, наступил полдень. Обычно я начиню свой день до восхода солнца, но готов поменять каждый рассвет, чтобы быть в постели с Бэмби.

— Ты серьезно говорил? — спрашивает она, как только мы выходим наружу.

— Гулять по лесу в шлепанцах небезопасно, а я хочу показать тебе окрестности.

Она смотрит на свое тело, затем снова на меня.

— Ты не сможешь нести меня так долго.

Бэмби визжит, когда я хватаю ее и закидываю себе на спину, как будто она ничего не весит.

— Ну вот, с этим разобрались.

— Показушник, — говорит девушка, когда я подтягиваю ее выше.

— Будет честно, если ты понесешь припасы, ведь я несу тебя.

— В этом нет никакого смысла, если ты несешь все.

— Ничего страшного. Я буду сильным, а ты умной, — предлагаю я, и она смеется.

— Насколько большая эта земля?

— Она охватывает большую часть этого горного хребта и следующего за ним. Примерно несколько сотен акров.

— Святая корова, так много!

— Есть несколько троп, по которым можно проехаться на фермерском грузовике. Я держу его в сарае на случай, если захочу прокатиться по бездорожью, но сегодня, думаю, прогулка по лесу тебе понравиться больше.

— Не могу поверить, что здесь так спокойно. Это не просто тишина, это… я не могу подобрать точного слова.

— Для меня это всегда ощущалась так, как будто я дома, — признаюсь, выходя на тропу и пробираясь через лес. — Мы выросли в Южной Калифорнии, но всякий раз, когда приезжали сюда летом, мне казалось, что именно здесь я и должен быть. Не могу объяснить это чувство.

— Нет, все верно. Имею в виду, что хоть это и не мой дом, но я испытываю именно это чувство, — я ощущаю, как она качает головой. — Это звучит глупо, ведь я никогда не была здесь раньше. Я даже никогда не была за пределами Лас-Вегаса.

— Думаю, что именно такими и ощущаются горы для некоторый людей, Бэмби, — я пожимаю плечами. — Звучит безумно, но я всегда чувствовал, что часть моей души родилась здесь. Поэтому каждый раз, когда возвращаюсь сюда, мне кажется, что я должен быть именно здесь. Может быть, так можно сказать не только про меня?

— А твоему брату, Роугу, нравилось здесь?

Я рассмеялся.

— Нет, никогда. Он ненавидел каждую секунду здесь и не мог дождаться, чтобы вернуться к «цивилизации», как он это называл. Я же, напротив, всегда спешил сюда и никогда не хотел уходить.

— И теперь ты постоянно здесь?

Я киваю.

— Нет другого места, где мне хотелось бы быть, — я останавливаюсь, когда мы достигаем края поляны и помогаю Бэмби слезть со спины. — И нет никого другого, с кем бы я предпочел быть здесь.

— Ты продолжаешь говорить подобные милые вещи, вдруг я не захочу уходить, — ее глаза светятся, как никогда раньше, и этот свет согревает мое сердце.

— Таков план, — я быстро целую ее и беру за руку. — Пойдем, хочу кое-что показать тебе.

Глава 9

Бэмби

— О Боже.

Я стою на краю обрыва, и кажется, отсюда видна вечность, но не это захватывает дух. Водопад, стекающий по склону горы в кристально чистое озеро, вот это поистине потрясающее зрелище.

Ангус обнимает меня за талию и отводит от края. Все это так идеально, что просто не может быть правдой.

— Это тоже твое?

— Ага, — в его голосе слышится гордость. — Если бы было потеплее, мы могли бы искупаться. — Мужчина рукой проникает под мою рубашку, останавливаясь на животе. Я откланяюсь назад, прислоняясь к нему, и понимаю, что никак не могу насытиться нашей близостью. Боюсь, я слишком привязываюсь, и в конечном итоге мне будет больно.

— Тебе придется научить меня, — от мысли, что Ангус будет учить меня плавать, улыбаюсь, но знаю, с ним я буду чувствовать себя в безопасности в воде.

— Ты не умеешь плавать? — он, кажется шокирован.

— В этом не было необходимости, — мужчина развернул меня в своих объятиях, и я посмотрела на него. — Моя семья не из тех, кто любит посещать парки развлечений или бассейны.

— Я так многого не знаю о тебе.

Я отворачиваюсь и думаю, что и рассказывать то особо нечего.

— Честно говоря, не так уж много. Я живу с братом и работаю в кинотеатре. Хотя, после пропуска двух смен, предполагаю меня уже уволили.

— Кинотеатр? — слышу улыбку в его голосе.

— Не издевайся. Я могла получить столько бесплатного попкорна, сколько хотела, с неограниченным количеством масла.

— Кажется, я тебя понял, — усмехается он. — Я рассказал тебе о своих родителях, почему ты не говоришь о своих? — Я напрягаюсь, Ангус касается моего подбородка так, что мне снова приходится смотреть на него. — Все хорошо, если ты не хочешь говорить об этом, я не буду тебя торопить.

Он наклоняется, целует сначала в одну щеку, затем в другую, и накрывает мои губы. Этот поцелуй такой нежный и сладкий, что хочется плакать. Так много эмоций сейчас переполняют меня, и я не могу сдержать вздох, когда мужчина отстраняется. Да, я определенно начинаю привязываться. Но как могу избежать этого, если он целует меня так, будто я самая важная и драгоценная на всем свете?

— Хочешь, я приготовлю для тебя ужин?

Я киваю, мне нравится эта идея. Не знаю, что такого в его хижине, но она меня успокаивает. После мыслей о родителях, мне как никогда хочется вернуться в ее утешающее тепло.

— Хорошо, — ненавижу говорить о своей семье. Мне действительно хочется оставить некоторые вещи в прошлом. Ангус долго изучает меня, и я вижу, ему хочется сказать больше.

— Запрыгивай, — мужчина разворачивается, и я, наконец, выдыхаю, даже не осознавая, что задерживала дыхание.

— Не понимаю, как ты это делаешь, — я смеюсь, когда он начинает обратный путь в хижину. Провожу носом по шее и вдыхаю его аромат.

— У тебя когда-нибудь был завтрак на ужин? — спрашивает Ангус.

— Нет, но звучит потрясающе. Если спросишь меня, завтрак лучшая еда за весь день.

— Тогда тебя ждет вкусняшка. Я делаю просто убийственные блинчики, — пока он продолжает путь, я кладу голову ему на спину. — Ты что там, засыпаешь на мне?

— Нет. Просто наслаждаюсь, мне нравится лежать на тебе, — начинаю думать, что мне очень не хватало контакта с другими людьми. Я даже не могу вспомнить, когда последний раз обнимала кого-либо до Ангуса. Никогда не думала об этом раньше.

— Ты можешь лежать на мне, когда хочешь, — мужчина взбегает по лестнице, как будто я ничего не вешу, опускает меня, и я скольжу вдоль его тела. — Надо будет купить тебе обувь.

Он намекает, что я еще вернусь сюда? Не хочу говорить об этом сейчас. Еще слишком рано для таких слов. Не говоря уже о том, что моя жизнь и так запутана, поэтому я меняю тему.

— Спорю, зимой здесь даже лучше. Ты можешь запереться в хижине на несколько недель, — я тоскливо вздыхаю, ведь это звучит как настоящий рай.

— Думаю, намного лучше запереться здесь с кем-нибудь, — когда мы заходим внутрь, он хватает меня за руку.

— Все еще не могу поверить, что твоему брату не нравится это место.

— Мне кажется, Роуг, наконец, нашел того, с кем можно осесть. Он адвокат по разводам и работает, как сумасшедший.

— Должно быть это тяжело.

— Ты продолжаешь смотреть на камин. Хочешь, я его зажгу?

— Да, мне нравятся его звуки.

— Все, что тебе нужно сделать, это открыть этот прелестный ротик и попросить. Нет ничего такого, чего бы я ни сделал для тебя, — он легонько касается моих губ своими, и я хватаю его за рубашку, притягивая, чтобы углубить поцелуй. Мужчина опускает руки на мою задницу и поднимает меня. Обхватываю Ангуса ногами, крепко держась, пока мы оба не начинаем задыхаться.

— Неужели, поцелуи все такие? — спрашиваю сама себя, касаясь рта. Губы покалывает.

— Нет, могу заверить, не все поцелуи такие.

Ангус отступает, и я наблюдаю, как мужчина поправляет эрегированный член, прежде чем направиться к камину. Мне становится жарко от мысли, что он так реагирует на меня.

Не знаю как такое возможно, но как только наши взгляды пересеклись, я почувствовала себя в безопасности, настолько, что готова пойти намного дальше, чем просто танцевать для него или же сесть в машину посреди ночи и позволить ему увезти меня куда угодно. Я могу довериться полностью, что немного пугает меня.

Ангус бросает спичку, и огонь тут же оживает. Я наблюдаю за пламенем некоторое время, пока мужчина готовит ужин.

— Как думаешь, твой брат женится, или он больше не верит в брак?

— Если бы ты спросила это месяц назад, я бы сказал: «Ни за что на свете», но теперь я даже не удивлюсь, если Роуг завтра позвонит и скажет, что женат.

— У тебя когда-нибудь были серьезные отношения? — не хочу слышать о нем с кем-то другим, но я должна знать. К тому же, мне интересно, его отношения обычно быстрые и мимолетные, чтобы быть готовой и защитить себя от боли.

— Нет, — он отвечает без колебаний. — Но то, что есть, между нами, для меня серьезно.

Когда Ангус смотрит на меня, я думаю, что уже не в состоянии защитить себя.

Глава 10

Ангус

Я использую вилку, чтобы разрезать блинчик и заставляю себя смотреть именно на него, но меня хватает всего на три секунды, и я перевожу взгляд через стол, чтобы посмотреть, как ест Бэмби. Я дал ей целую стопку блинчиков и сосисок, а ее тарелка уже почти пуста, но что действительно сводит меня сума, так это то, что она продолжает ссасывать сироп с большого пальца.

Все время, пока я готовил, мы болтали и двигались по кухне так, будто делали это всегда. Мы в моей хижине, вдвоем и это кажется таким знакомым. Место, которое Бэмби заняла в этой хижине, было уготовлено для нее самой судьбой. Теперь, когда она здесь, я не могу представить ее где-либо еще.

— М-м-м-м, — она закрывает глаза и стонет, снова посасывая большой палец.

Может я и сильный, но Бэмби заставляет меня терять контроль.

— Тебе нравится? — тихо спрашиваю, наслаждаясь зрелищем.

— В жизни не пробовала ничего лучше, — она облизывает палец и издает хлопающий звук, вытаскивая его изо рта.

У меня пересыхает во рту, и я чувствую, как член немного протекает в джинсах. Смотрю на мокрое пятно и стону. Ну и как мне это контролировать?

Приходится прочистить горло, прежде чем я смогу говорить.

— Хочешь еще?

— Я полностью заполнена, — девушка откидывается на спинку сиденья и кладет руку на живот.

Почему это звучит так грязно? Почему я хочу увидеть, как смогу ее заполнить? Я представляю свой член внутри ее тугой вагины и знаю, наших игр мне больше недостаточно. Мне нужно глубоко погрузиться и почувствовать, как горячая нежная киска сжимает мой член. Тогда она действительно будет полностью заполнена.

— О чем ты думаешь? — Бэмби смеется, склонив голову на бок. — У тебя такой вид, будто ты сосредоточен на какой-то проблеме.

— Так и есть, — я отодвигаю тарелку и встаю из-за стола.

Мы решили поесть здесь, так как французские двери выходят прямо на веранду, а она хотела послушать сверчков и увидеть светлячков.

— И что же это за проблема? — девушка улыбается, пока я медленно подхожу к ней.

— Мне интересно, ты сосала пальцы, чтобы помучить меня или просто практиковалась, — ее рот немного приоткрывается, когда я подхожу к ней и выдвигаю стул. — Думаю, решение довольно простое.

Бэмби взвизгивает, когда я стаскиваю ее со стула и сажаю на край стола.

— Ангус, что ты делаешь?

— Даю нам то, что мы оба так хотим, — я обхватываю ее лицо обеими ладонями и целую со всей потребностью, что испытываю. Может это и перебор, но ничего не могу с собой поделать.

— Ангус, — стонет она, когда мои руки и губы опускаются ниже.

— Если не хочешь этого, скажи мне остановиться, — я дергаю за майку, и Бэмби поднимает руки, чтобы я мог снять ее. — Скажи мне притормозить.

— Не останавливайся, — выдыхает она, когда я снимаю лифчик и жадно припадаю к груди.

Ее соски такие тугие, как маленькие камешки, и я не могу перестать сосать их. Держу груди обеими руками, перемещаясь от одного полушария к другому, пока Бэмби не начинает хныкать от желания.

Я укладываю девушку на дубовом, сделанном своими руками, столе и расстёгиваю ее шорты. Гладя на нее, распростёртую, понимаю, что сделал этот стол для этого. Я сделал этот стол, чтобы трахать на нем Бэмби, и, черт возьми, собираюсь сделать именно это.

Одним движением снимаю ее шорты, секундой позже рву на ней трусики. Не собираюсь тратить время на том, что стоит на пути к тому, чего я так жажду.

— Ангус.

Я наблюдаю, как она поднимает и раздвигает колени, открывая для меня свою киску. Это как врата в рай, невозможно не пялиться на красоту между ее ножек.

— Срань господня, — шепчу, вытирая слюни. Заметив краем глаза желтое пятно, я улыбаюсь. Хватаю и открываю бутылку сиропа. — Моя очередь поесть.

Прежде чем Бэмби успевает ответить, я падаю на колени между ее ног и переворачиваю бутылку над ее киской. Сироп оставляет липкую дорожку между ее губками, и я с жадностью слизываю ее. Когда она полностью покрыта липкой сладостью, я отбрасываю бутылку и хватаю девушку за бедра. Крики Бэмби разносятся по всей хижине, пока я держу ее за ноги и вылизываю дочиста.

Сочетание сахара и ее собственного сока — самое сладкое, что я когда-либо пробовал. Я лижу и сосу сладкое лакомство, пока не довожу ее до грани.

— Хочешь кончить так или когда я внутри тебя? — терзаю клитор кончиком языка, и она вскрикивает.

— Внутри меня!

— Хорошая девочка, — я целую ее киску в последний раз и встаю.

Снимаю футболку и бросаю на пол, расстёгиваю джинсы и вытаскиваю член. Я даже не потрудился снять ботинки, сейчас передо мной только одна задача — как можно быстрее оказаться в Бэмби.

Она тянется ко мне, а я наклоняюсь над ее распростертым телом. Я держу член у ее входа, пока мы целуемся. В этом поцелуе я могу почувствовать вкус ее киски и в то же время отчаянную нужду Бэмби. Это похоже на первый глоток воды в пустыне. Насыщение и отчаяние в одно и то же время.

Без лишних колебаний я толкаюсь так глубоко, как только могу, пока она не сжалась вокруг меня и захныкала в губы.

— Тише, тише, малышка. Дыши, — шепчу, прижимаясь лбом к ее лбу.

Бэмби немного расслабляется и я, наконец, вхожу до конца. Черт, знал, что она будет тугой, но к тому я не был готов. Колени подкашиваются, бедра горят от желания двигаться, но я стою неподвижно, стараясь успокоиться.

— Почему? — качаю головой и с трудом сглатываю. — Иисусе, Бэмби, почему это так чертовски хорошо?

Я крепко закрываю глаза, пытаюсь вспомнить все виды деревьев, какие знаю, ведь если я буду думать, как это чертовски хорошо ощущается, не продержусь и секунды.

— Он такой большой.

Открываю глаза и вижу, как она старается насадиться на меня еще больше, но ее маленькая киска не пускает член дальше, не причиняя боли Бэмби.

— Нам просто нужно больше практики, — я нежно целую ее, и она снова расслабляется.

Инстинкт кричит трахаться пока ноги не отваляться, но я стараюсь быть нежным и продвигаться медленно. Хочу отметить каждый сантиметр ее тела, и будь я проклят, если что-нибудь встанет у меня на пути. Даже ее маленькая киска.

Я выхожу и тут же быстро возвращаюсь, не желая покидать ее тепла. Она мокрая и липкая, и не только из-за клинового сиропа. Звуки невероятно сексуальные, когда я толкаюсь сильнее, а Бэмби встречает меня на полпути. Она расслабленно лежит на деревянном столе, мои руки по обе стороны от нее, так что мне открывается великолепный вид. Ее грудь подпрыгивает, ноги широко разведены, и наше липкое и скользкое соединение становится все быстрее и сильнее. Я в ней по самые яйца, и с каждым толчком они шлепают ее по заднице. Стол начинает немного скользит по полу, но я не останавливаюсь.

Ноготки Бэмби впиваются мне в грудь, я сжимаю зубы, рыча от гордости. Надеюсь, она отметит меня, чтобы у меня всегда было напоминание о нашем первом разе. На сегодня это не последний раз, но этот момент я уже никогда не забуду.

— Думаю, о Боже, я не смогу остановиться.

Ее бедра высоко поднимаются, и я погружаюсь в нее до самого конца. Хватаю ее попку и удерживаю, чувствуя, как ее киска сжимается вокруг меня. Пульсация влагалища заставляет меня потерять контроль, и я кончаю в нее, как дикое животное. Даже не предпринимаю жалкой попытки выйти и извиниться. Вместо этого, хороню свой член глубоко в ней, пока не выйдет последняя капля, и нисколечко не жалею об этом. Это было так охрененно, что я уже хочу повторить.

Когда открываю глаза, она улыбается мне из-под опущенных век, и я не могу не улыбнуться в ответ. Бэмби пытается удержать меня обмякшими конечностями, когда я наклоняюсь и целую ее.

— Я не могу пошевелиться, — бормочет она мне в губы.

— Тебе и не нужно, — я снова целую ее, и на секунду, мне хочется сказать ей, что люблю ее, но проглатываю слова, и целую еще раз, стараясь все сказать без слов.

Я выхожу из нее, и мы оба стонем от потери связи. Мой член все еще указывает на нее, как охотничий пес, я перевожу взгляд вниз и замечаю небольшой кровавый след на нем. Я знал, что Бэмби неопытна, но увидеть, что она была девственницей, заставляет мой член мгновенно затвердеть.

— Теперь ты моя.

Прежде чем кто-то из нас успевает еще что-нибудь сказать, начинает звонить мой телефон на стойке рядом. Обычно, я бы проигнорировал звонок, но так поздно может звонить только Роуг и наверняка у него есть на это веская причина.

— Мне очень жаль, детка. Позволь я быстренько отвечу и узнаю в порядке ли Роуг, — она кивает, и я отвечаю, не смотря на экран телефона. — Ты в порядке?

— А тебя нелегко найти, — говорит женский голос на другом конце провода.

Я смотрю на экран и не узнаю номера.

— Кто это?

— Вивиан, босс Бэмби. Полагаю, именно ты вчера отправил моего сотрудника в больницу?

Это было всего день назад? Такое чувство, что прошла целая вечность. Я не отвечаю, и женщина вздыхает.

— Верни Бэмби к завтрашнему вечеру или будешь расплачиваться за последствия.

— Сколько это будет стоить? — я не собираюсь отдавать Бэмби, но если придется расплачиваться с этой женщиной, с этой Вивиан, потому что я нарушил ее планы, то так тому и быть.

— Только Бэмби, — я слышу, как кто-то зовет девушку по имени, и это достаточно громко, чтобы убрать телефон от уха.

— Джиро! — Бэмби слезает со стола и подходит ко мне.

— Черт, — шепчу, но Вивиан продолжает говорить.

— У тебя время до завтрашнего вечера.

Телефон замолкает, и я вижу, что звонок окончен. Смотрю в глаза Бэмби, наполненные слезами. Понятия не имею, что делать, поэтому делаю первое, что приходит в голову — я прижимаю девушку к себе.

— Все будет хорошо, — целую ее в макушку и надеюсь, что сказал правду.

Глава 11

Бэмби

Рука Ангуса покоится на моем бедре с тех пор, как мы сели в машину. Я думаю, он пытается убедить себя, что я все еще здесь.

Как лучший момент моей жизни превратился в катастрофу? На самом деле не стоит даже удивляться. Разве это не обычное явление для моей жизни?

— Постарайся немного поспать.

Не знаю, сколько мы уже в дороге, по ощущению — несколько часов. Ангус и я обменялись парой слов, но в основном ехали молча.

— Не думаю, что смогу заснуть, даже если захочу, — не тогда, когда в голове роится столько мыслей.

— Детка, мне жаль, что я тогда сорвался.

— Все в порядке.

Когда я поспешно начала собирать вещи, Ангус вышел из себя. Он не хотел, чтобы я уходила, но что еще мне оставалось делать? Неужели я должна была просто сидеть в ожидании плохих новостей о брате? Откуда мне вообще знать, что на этом все закончится? Что они не начнут искать Ангуса и меня, у нас просто нет выбора.

— Я не могу потерять тебя. Я только нашел тебя.

Я повернулась посмотреть на него, в его словах было столько эмоций.

— Я тоже не хочу тебя терять. Это было невероятно. Хочу, чтобы ты знал — время, проведенное с тобой, было лучшим в моей жизни.

— Дерьмо. Не говори так. Звучит как прощание.

— Мне не хотелось говорить тебе, — я на мгновение замираю, но затем делаю глубокий вдох и позволяю словам вырваться. — Думаю, что люблю тебя, и я не жду от тебя ответа. — Даже в темноте машины, я заметила, как напряглась его челюсть. Ангус хочет что-то сказать, но я поднимаю руку и продолжаю. — Знаю — это слишком быстро, и возможно ты думаешь, что я путаю желание с любовью, ведь у меня совсем нет опыта. Но это не так. Я знаю, что чувствую. И не жду от тебя ответного признания или еще чего-нибудь. Просто мне нужно было это сказать и… — я замолкаю. Речь становится бессвязной, ведь знаю: я замолчу, и начнет говорить он.

— Теперь я могу говорить?

— Да, — я нервно закусываю губу.

К моему удивлению, Ангус останавливает машину. Даже не знаю, хуже ли этого того, чего я ожидала.

Мужчина притягивает меня в свои объятия, отодвигая сиденье назад. Все произошло так быстро, что я пришла в себя только когда оседлала его колени.

— Я полюбил тебя сразу, как ты вошла в номер. Как думаешь, почему я сорвался, когда они забрали тебя от меня? — в горле образовался комок. Не могу вспомнить, когда в последний раз кто-то говорил, что любит меня.

— Я думала, ты просто беспокоился за мою безопасность, — Ангус одарил меня взглядом, означающим «не неси ерунды». — Ладно, я придерживалась этой причины, так как думать, что ты настолько сильно хочешь меня — полное безумие. Я боялась, что если это окажется правдой, и мы больше никогда не увидимся, то мое сердце будет разбито.

Он притягивает мое лицо для поцелуя. Приоткрываю губы, и Ангус тут же просовывает язык, выражая, что чувствует. С помощью губ он показывают всю свою любовь, и мы целуемся, пока у обоих не перехватывает дыхание.

Прижимаюсь своим лбом к его и улыбаюсь.

— Мне стоило привязать тебя к кровати.

— Звучит весело. Попробуем в следующий раз, когда вернемся в хижину? — дразнюсь, пытаясь поднять настроение. Ангус просто снова касается моих губ своими. — Если кто и должен сожалеть, так это я. Именно я втянула тебя в этот бардак.

— Спасибо Боже, — рявкает мужчина, заставляя меня подпрыгнуть. Я издаю тихий удивленный смешок. — Я даже не хочу думать о том, что могло произойти, если бы ты не втянула меня в это. И я чертовски благодарен за это.

Глаза щиплет от слез, и я моргаю, чтобы стряхнуть их. Он прав. Ангус ни за что бы не пришел ко мне домой, чтобы спасти, но мне совсем не хочется об этом думать.

— Не плачь, — он целует щеку, затем глаза. — Я люблю тебя. Мне суждено быть здесь с тобой.

— Я тоже люблю тебя, — улыбаюсь и вздыхаю, желая продлить этот момент навсегда.

— Не забудь об этом, когда мы приедем в дом родителей, — Ангус выпускает меня из своих объятий и возвращает на пассажирское сиденье.

— Ты только что сказал «в дом родителей»? — я пристегиваюсь, пока он возвращается на дорогу.

— Моя хижина самое безопасное место для тебя, но не волнуйся, дом родителей не уступает в этом. Мы приедем туда и решим, что делать дальше. Я не отдам им тебя, только через мой гребанный труп. Знаю, он твой брат, но ты оказалась в этой ситуации, только потому, что пыталась ему помочь.

Интересно, кому Ангус звонил, пока мы был в хижине. Я собирала свои вещи, пока он с кем-то тихо разговаривал. Прежде чем, успела спросить, мы поспорили о том, чтобы я осталась в хижине. Но я хотела быть ближе к городу. Из хижины я ничего не смогла бы сделать.

— Знаю. Все не просто, — потираю глаза. — Не только Вивиан охотится на моего брата, Джиро еще задолжал ростовщику. Не знаю, связаны они или нет.

— Мне тоже интересно. Помню, ты сказала, что делаешь это для брата, но если его устраивало, что ты работаешь в таком месте, чтобы спасти его задницу, то это просто отвратительно. Знаю, тяжело слышать подобное, но я говорю так, чтобы ты подумала, прежде чем рискнешь собой ради него.

Я должна рассказать ему.

— Моя мама покончила собой, когда мне было пятнадцать.

— Детка, — он возвращает руку на мое бедро и сжимает его.

— Я хочу все тебе рассказать, тогда, может быть, ты поймешь.

— Хорошо, я слушаю.

— Джиро и я — сводные брат с сестрой. Я не знала своего настоящего отца, и понятия не имею, где мама Джиро. Мы никогда не говорили о ней. Его отец женился на моей маме, когда мне было десять и с тех пор, мы жили вполне нормальной жизнью. Я думала, когда мама выйдет замуж, она сбавит обороты. Она работала в каком-то модном банке, но не знаю, чем конкретно она занималась. Сколько себя помню, мама жила и дышала только ради работы. С нянями я провела больше времени, чем кто-либо другой.

— Так быть не должно.

Я согласно киваю.

— Отец Джиро был таким же. Он занимался недвижимостью, поэтому мы с Джиро часто оставались дома вдвоем. Джиро заботился обо мне. Он готовил еду и помогал мне с учебой. Тогда он был совсем другим, — до сих пор не понимаю, почему он перестал заботиться обо мне.

— Иногда люди меняются, — это ощущалось гораздо больше, чем просто изменение с возрастом, но он прав. В конце концов, Джиро уже не тот человек, каким был, когда мы были младше.

— Мы не были безумно богаты или что-то в этом роде, но у нас была вполне хорошая жизнь. Однажды ФБР выбили нашу дверь и посадили моего отчима в тюрьму.

— Срань господня.

— Да, он и мама мошенничали с ипотекой. Я не знаю всех деталей, но думаю, мама просто не вынесли мыслей о тюрьме. Отчим получил тридцать лет, если я правильно помню, и после этого остались только мы с Джиро. Он продолжал заботиться обо мне, но мы становились старше и тогда все начало меняться.

— В детстве тебе пришлось пережить слишком много.

— Я могла закончить в детском доме, но Джиро боролся, чтобы я осталась с ним. К тому времени мне было уже шестнадцать, поэтому они разрешили ему забрать меня. В любом случае, я была слишком взрослой для приемной семьи, а сводному брату было больше восемнадцати, — в машине наступила тишина. — Теперь понимаешь, почему я чувствую себя обязанной ему?

Ангус долго молчал, прежде чем ответить.

— Нет, — я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. — Только потому, что кто-то поступал правильно, по-человечески, не даем ему право обращаться с тобой как с дерьмом. Ты могла умереть, если бы я не пришел. — Ангус замолкает и прочищает горло, пытаясь взять эмоции под контроль. — Твоя смерть была бы на его совести, но это точно не та цена, которую стоит платить за что-либо.

Я откидываюсь на кресло и смотрю в окно.

— Бэмби, я знаю, это прозвучало грубо, но…

— Ты прав, — перебиваю. — Мне нужно было это услышать, но я не могу просто сидеть, сложа руки. Мне не нужно сдаваться им, но какие еще варианты у меня есть? Может позвонить в полицию? Мы должно что-то сделать.

— Мы во всем разберемся, как только доберемся до родителей.

Я выдохнула, даже не замечая, что задержала дыхание и схватила Ангуса за руку. Приятно, наконец, все ему рассказать, и я знаю, что могу положиться на него.

— О боже, — стону. — Твоя мама узнает, что я была стриптизершей? — Этот день становится все лучше и лучше.

Глава 12

Ангус

Мы с Бэмби стоим у родительского дома, и знаю, мама наблюдает за нами через щель в шторах.

— Мне не нравится, что я не еду с тобой, — Бэмби кладет руку мне на грудь, но глаз не поднимает.

Мы приехали сюда несколько часов назад, и я объяснил родителям, почему Бэмби должна оставаться в безопасности. Они, разумеется, и глазом не моргнули, а мама сразу начала готовить, как только мы вошли в дом. Они тут же поставили перед нами тарелки с едой и подготовили комнату для гостей, так что мы отдохнули пару часов. И впервые в жизни, мама не задавала слишком много вопросов. Хотя у меня есть подозрение, что за это нужно благодарить папу. Наверняка это он попросил маму не задавать много вопросов, еще до того, как мы приехали.

До города все еще прилично ехать, но я хочу покончить с этим как можно скорее. Вивиан сказала, у нас есть время до сегодняшнего вечера, но чем быстрее я верну Бэмби в свои объятия, тем лучше.

— Эй, — кладу обе руки ей на плечи и провожу пальцами по гладкой коже шеи. — Посмотри на меня, детка. — Бэмби выпускает протяжный вздох и наконец, эти темно-зеленые глаза встречаются с моими, в ее глазах стоят слезы. — Ты мне доверяешь, верно? — Девушка кивает. — Тогда поверь — я разберусь с этим.

— Я верю. Просто боюсь, вдруг они набросятся на тебя или выкинут еще что-нибудь такое же безумное, что тогда будет со мной? Я не смогу без тебя, Ангус. Мы только нашли друг друга.

Бэмби падает в мои объятия, я прижимаю ее ближе, целую в макушку и прошу не плакать.

— Думаешь, я позволю чему-либо или кому-либо разделить нас? Даже сам дьявол будет разочарован, ведь ему не по силам забрать меня от тебя.

Бэмби улыбается, гладя на меня, и я стираю ее слезы.

— Скорее возвращайся ко мне.

— Разве уже не говорил тебе? Ты дала мне крылья, — наклоняюсь и нежно целую обе щеки, затем губы. — Я не жил, пока не встретил тебя, Бэмби. Теперь я способен на все.

Целую ее последний раз и забираюсь в свой внедорожник. Машу в сторону занавесок, они тут же распахиваются, и моя мама машет в ответ. Отец выходит на крыльцо, и я жду, пока Бэмби не подойдет к нему. Бросаю последний взгляд, прежде чем выехать с подъездной дорожки в сторону шоссе.

Делаю еще один звонок по дороге в город и ввожу координаты эскорт-сервиса, которые дала мне Бэмби, в GPS. Она подсказала мне адрес и рассказала все, что помнит о Вивиан, вышибале и о том, как сильно погряз ее брат в этих делах. Мне ненавистно было слышать обо все той боли, что она пережила за свою жизнь, но в каком-то смысле, это сделало нас ближе.

Подъехав к зданию, выхожу из внедорожника и захожу внутрь. На входе гостиная с бархатными диванами, темными шторами и тихой музыкой. За стойкой регистрации сидит девушка в нижнем белье.

— Привет, красавчик, у тебя назначена встреча? — девушка осматривает меня с ног до головы, но я не отвожу взгляда от камеры над ней.

— Скажи Вивиан, чтобы она впустила меня, — говорю, не разрывая зрительного контакта с камерой, я знаю, она слушает.

Слышу, звук отворяющейся передо мной двери и вхожу в нее. В коридоре темно, повсюду двери. Я слышу звуки секса по ту сторону дверей, но игнорирую их. Если буду думать об этом слишком долго, то представлю здесь Бэмби, закрытую против воли и потеряю весь самоконтроль. А сейчас, он мне нужен больше, чем когда-либо.

— Где девчонка? — спрашивает Вивиан, как только я вхожу в ее офис.

— Она не твоя забота, — скрещиваю руки на груди и оглядываю пустой офис. — Где Джиро?

Вивиан пожимает плечами и откидывается на спинку стула, как будто у нее куча времени.

— Хорошо, тогда скажи, чего ты хочешь, и мы покончим с этим.

— Я хочу только то, что мне причитается, — женщина натянуто улыбается и небрежно разводит руками как будто она здесь королева.

— И это?

— Бэмби должна была заработать нам целое состояние. У нас же есть заказ на ее девственность.

Как только слова покидают ее рот, я бросаюсь вперед и хлопаю кулаком по столу.

— Никогда, — слово такое громкое, что разносится по комнате. Дверь за ее столом открывается и входит вышибала — Роберт. Я вижу гипс на его руке и чувствую удовлетворение.

— Уверена ты понимаешь наше финансовое затруднение, — Вивиан говорит так, будто мы на деловой встрече. — Она в долгу перед компанией, а также есть долг ее брата Джиро, который он повесил на нее.

— Почему бы тебе не попросить его присоединится к нам? — говорю, выпрямляясь.

— Боюсь, это невозможно. Он будет нашим залогом до тех пор, пока Бэмби не вернет долг.

— Если бы дело было в деньгах, ты бы уже давно попросила меня выписать чек, — я начинаю злиться, ожидая пока она, наконец, перейдет к сути дела. — Так почему бы тебе просто не сказать, во сколько мне обойдется погасить долг Бэмби или не назвать истинную причину, почему ты так отчаянно ее хочешь.

— Дело не в возврате денег, а в том, что наши клиенты получают то, что хотят. И они очень щедро заплатили за ее невинность.

— Слишком, бл*дь, поздно, — говорю, сквозь стиснутые зубы.

— Я же тебе говорил, что он трахнет ее, — говорит Роберт, и я свирепо смотрю на него.

— Хватит! — рычу в ответ. — Джиро, тащи сюда свою гребанную задницу.

Вивиан прищуривается, глядя на меня, и через долгую секунду дверь снова открывается и заходит Джиро. Он худой, с темными пятнами под глазами, но в остальном выглядит совершенно нормально. Как я и ожидал.

— Ростовщика никогда и не было, — говорю ему, но он отводит взгляд, не встречаясь со мной глазами. — Ты соврал своей сестре, чтобы она обеспечила твой образ жизни — алкоголь и наркотики. У тебя есть долги по всему городу, но ничего такого, что нельзя было бы решить.

Вивиан садится в своем кресло, и самодовольная ухмылка исчезает с ее лица.

— Я, может быть, и не живу в городе, но у меня есть связи. И я узнал, что ты продал свою сестру Вивиан. Ты знал, что она девственница и пришел к Вивиан со сделкой. Когда я забрал Бэмби, ты понял — твой денежный поезд уходит, поэтому сделал вид, что тебя похитили из-за долгов.

Когда никто не ответил, я понял, что информация, которую дал мне Роуг, оказалась верной. Когда он рассказал все это, мне стало плохо, пришлось съехать на обочину и опустошить желудок. От мысли, что кто-то притронется к моей Бэмби, мне стало физически плохо.

— Хорошо, давай заключим сделку, — сказала Вивиан, снова возвращаясь к делу. — Мы переведем долг на Джиро и разорвем все отношения с Бэмби.

— Эй, подожди, это не входило в сделку, — протестует Джиро.

— Сколько? — спрашиваю, и все в комнате поворачиваются в мою сторону. Вивиан протягивает листок через стол. На нем указана сумма, которую она хотела заработать на Бэмби. Смотрю на него и невесело смеюсь. — Ты даже не знаешь, насколько она драгоценна.

Я залезаю в задний карман и вытаскиваю сумку, что взял с собой. Я достаю пачку денег — вдвое превышающую сумму, которую они хотели заработать на любви всей моей жизни — и кладу на стол.

— Это вместе с компенсацией, — я смотрю на Вивиан. — И мы закончили со всеми делами, касающемся Бэмби. — Она кивает, и я смотрю на Джиро. — А ты никогда больше не увидишься и не заговоришь с сестрой. И это не обсуждается.

— Но…

— Нет, — рявкаю я, и он захлопывает рот. — Никогда. Больше.

Джиро фыркает, отводя взгляд, и я выпрямляюсь. Вивиан тут же хватает деньги и быстро убирает их.

Забираю пустую сумку и поворачиваюсь, собираясь покинуть офис, но чувствую движение за спиной.

— Ты не удержишь меня вдали от сестры.

Когда я оборачиваюсь, он прямо за мной, но его рост на целуй фут (прим. переводчика: фут равен примерно тридцати сантиметрам) короче меня и не достигает даже половины моего веса.

— Могу, именно это я и собираюсь сделать.

Джиро снова открывает рот, чтобы протестовать, но с меня достаточно. Хватаю его за горло и отталкиваю назад, его голова ударяется о стену.

Краем глаза замечаю, как Вивиан встает со стула и отступает, а Роберт встает перед ней.

— Для нее ты мертв, — поднимаю Джиро, так что его ноги болтаются в воздухе. — И, если ты когда-либо еще подойдешь к ней, позабочусь том, чтобы ты буквально оказался в шести футах под землей. У меня есть лопата и достаточно земли, чтобы спрятать тело. — Его глаза налиты кровью, а лицо уже фиолетовое, но меня охватила ярость, и я сжимаю сильнее. — Пискни, если ты меня понял.

Его сдавленного бульканья вполне достаточно, и я роняю его на пол бесформенной кучей. Оборачиваюсь лицом к Роберту и Вивиан и указываю на них пальцем.

— Я не буду мучиться бессонницей, закопав вас рядом с ним, — Вивиан кивает, входя из-за спины Роберта и разглаживая свой деловой костюм. — И кстати… — Я достаю свой телефон и показываю им. — Весь этот разговор был записан моими близкими друзьями. Так что, если у вас появится идея снова прийти за деньгами, знайте, мои «необходимые связи» позаботятся о вас.

Джиро кашляет на полу, пытаясь отдышаться, и на выходе я пинаю его по яйцам. Когда дверь за мной закрывается, слышу сдавленные крики Джиро и ругань между Вивиан и Робертом.

Мне осточертело все дерьмо, но я позаботился, чтобы закрыть эту часть прошлого Бэмби и выкинуть ключ. Никогда больше их грязь не затронет Бэмби, и я позабочусь, чтобы остаток своих дней, она прожила ради нашего будущего. Вместе со мной.

Глава 13

Бэмби

— Ты очень милая девушка, — Джули заключает меня в объятия. Настоящие объятия, крепкие и которые не хочется заканчивать. Я обнимаю ее в ответ также крепко и понимаю, что уже немного влюблена в маму Ангуса.

— Позволь девушке дышать, дорогая, — слышится голос Митча.

— Занимайся своими делами, — дерзко отвечает ему Джули, заставляя меня смеяться. Она выпускает меня из объятия и гладит по щеке. — Этот мир не был к тебе добр, но ты все равно осталась милой, насколько это возможно.

Улыбаюсь в ответ, а глаза наполняют слезы.

— Спасибо.

— Нет, спасибо тебе, — она отступает и садится за стол со мной. Мы здесь уже некоторое время. И учитывая количество еды, которую Джули пытается заставить меня съесть, думаю, она пытается меня откормить.

— Почему вы благодарите меня? Ведь именно вы все мне помогли. Не знаю, чтобы со мной было, если бы не Ангус, — эта мысль так ужасает, что больше не хочется об этом думать. Ангус теперь мой. Он в моей жизни и больше никому не позволит причинить мне боль.

— А я не уверена, что было бы с нашим Ангусом через пять лет, если бы он не встретил тебя.

— Он был бы лесорубом, — отвечает Митч, проходя мимо нас в сторону кухни.

— Вероятно. Он все время один в этой хижине. Это прекрасная хижина, но никто не должен оставаться так часто в одиночестве. Но Ангус так и не смог найти девушку, которая привлекла бы его внимание, — чувствую, как мое лицо заливает краска. — Я постоянно подталкивала его, потому что, ну, потому что именно так поступают матери. Он сказал, что не готов остепениться. Поэтому, когда ты ответила на звонок тем вечером, я поняла, Ангус нашел ту самую. Нашел тебя. — Улыбка Джули заразительна. Очевидно, она рада, что мы с Ангусом вместе. Несмотря на все случившееся.

— Спасибо за ваши слова, это очень мило. Я действительно люблю его.

— Знаю. Это написано у тебя на лице, — Джули поднимает чайник и наполняет мою чашку. Митч возвращается и протягивает жене кардиган, который она надевает, не говоря ни слова.

— Он знал, что ты замерзла?

— Да, он знает меня лучше, чем я сама, — родители Ангуса слишком идеальны, чтобы быть настоящими. Я никогда раньше не встречала такую семью. Понятно в кого пошел Ангус, они с отцом почти как близнецы. Разве что Ангус немного крупнее.

— Это так мило.

— Все мои мальчики прекрасно обучены, — подмигивает мне Джули.

Думаю, Ангуса вырастили родители по-настоящему любящие друг друга. И сыновья захотели того же, что есть у родителей, поэтому и не соглашались на меньшее. От мысли, что именно я дала Ангусу это, на душе становится теплее, ведь он так много уже дал мне.

— Даже не сомневаюсь. Вам потребовалось буквально пять минут, чтобы вытянуть из меня всю историю моей жизни.

Женщина ухмыляется.

— У всех свои таланты.

Я снова бросаю взгляд на входную дверь.

— Он в порядке, милая. Ангус знает, что делает, — она берет меня за руки. Джули действительно прекрасная мама. — Он вернется, и тогда мы начнем планировать свадьбу.

От шока у меня открывается рот.

— Мы не помолвлены, — мы всего-то пару часов назад сказали: «Я люблю тебя», и от этого мое сердце трепещет. Я никогда не задумывалась о браке… до встречи с Ангусом.

— Лучше начать планировать уже сейчас. Если конечно, ты не хочешь засветиться на свадебных фотографиях с беременным животиком. Я всегда думала, что это безумно мило, — Джули наклоняется ближе. — И сексуально. — Я не могу сдержать смеха. — Просто подумай об этом.

Ох, и теперь я думаю об этом. Ангус не просил моей руки, но случилось так много безумных вещей. И у нас был незащищенный секс, так что я могу быть уже беременна. Эта мысль не пугает меня, как должна бы. Могу представить себе жизнь в хижине с несколькими малышами. Звучит как мечта.

Резко разворачиваюсь, когда фары освещают дом, я резко вскакиваю и мчусь к двери. Открываю и выбегаю к джипу. Ангус уже вышел, я прыгаю в его объятия и целую.

— Ты вернулся, — прежде чем он успевает ответить, я снова его целую. Не хочется останавливаться, но я должна посмотреть на него. Ангус выглядит в порядке, не похоже, чтобы он учувствовал в драке. — Ты в порядке?

— Моя девочка только что выбежала и прыгнула в мои объятия. Да, теперь я в порядке.

Провожу пальцами по его щеке, не переставая улыбаться. И тут вспоминаю про своего брата. Я была так взволнована возвращаем Ангуса, что совсем забыла о причине его ухода.

— Он жив, — все, что говорит Ангус, без подробностей, — но больше никогда не приблизится к тебе.

Киваю в согласии, это к лучшему. Я больше не одна, и должна думать о других людях в моей жизни, которых могут затронуть махинации Джиро. Не позволю этому случиться. Я хочу настоящую семью, а Джиро больше не ее часть

Ангус сжиает мою задницу и я улыбаюсь.

— Чтонасчет всего остального?

— Детка, я разобрался со всеми. Теперь ты со мной, и я всегда буду решать проблемы. Тебе даже не нужно спрашивать, потому что я обо всем уже позаботился.

Я снова целую своего мужчину и не думаю, что смогу остановиться. Никогда в своей жизни я не была так счастлива. Наконец, кажется, у меня есть шанс на настоящее счастливое будущее.

— Что же, полагаю, все прошло хорошо, — я замираю и отрываюсь от губ Ангуса. Мне следовало догадаться, что его мама последует за мной.

— Ага, — мужчина вновь сжимает мою попку. Я стараюсь наградить его суровым взглядом, но он только ухмыляется.

— Даже не думай уходить. Уже поздно, и ты не спал, — говорит Митч, и я понимаю, что он прав. Мне хотелось побыть наедине с Ангусом, но теперь мы будем вместе всегда. Еще немного подождать никому не повредит.

— Хорошая мысль, па, я, правда, устал, — соглашается Ангус. — Мы поедем домой завтра.

— Домой?

— Да, домой.

— Мне нравится, как это звучит, — я извиваюсь, что он меня отпустил. Но вместо этого, мужчина идет в дом со мной на руках.

— Ангус, отпусти меня, — шиплю и ерзаю еще больше. Это только заставляет его перекинуть меня через плечо. — Ангус! — Я кричу, когда он шлепает меня по попке. Раздается смех его мамы, и я краснею.

— Эти мальчишки все в тебя, Митч. — Ангус останавливается, и я думаю он наконец отпустит меня, но ошиблась.

— Спасибо. Я люблю вас ребята, — говорит мой любимый мужчина своим родителям.

От его близости с родителями на душе становится тепло. Это показывает каким мужем и отцом однажды станет Ангус.

— Не нужно благодарить нас. Мы же семья, а семья всегда помогает друг другу, — отвечает Джули.

— Отведи свою женщину в постель, пока вся кровь не прилила к ее голове, — усмехается Митч.

— Спасибо! — говорю обоим за что получаю еще один шлепок по попе, зато Ангус наконец пошел дальше. Он не останавливается, пока не заходит в спальню и затем бросает меня на кровать. — Ты ужасен.

— Да, — Ангус выпрямляется и стягивает рубашку, за ней следуют ботинки.

— Не думала, что ты просто согласишься.

Мужчина одаривает меня ехидной улыбкой.

— Я собираюсь сделать с тобой много ужасных вещей в этой кровати, пока мои родители отдыхают дальше по коридору, — я мотаю головой, но он просто продолжает раздеваться. — Это случится.

Ангус стоит передо мной такой красивый и абсолютно обнаженный, и я не могу перестать пялится на его член.

— Даже не знаю, во сколько тебе это обойдется, — снимаю футболку, в нетерпении прикоснуться кожа к коже.

— Мне все равно. Можешь забрать все, что у меня есть. Теперь сними остальное, — приказывает он, и я повинуюсь. Взгляд такой дикий и я понимаю, что он сдерживается. Я отодвигаюсь на середину кровати и развожу ноги. Глаза Ангуса тут же опускают на мою киску, и он облизывает губы. — Ты мокрая.

— Ты голый, разве можно меня винить? — клитор уже пульсирует от нужды.

— Прости, детка.

Прежде чем я успеваю спросить, за что он просит прощения, Ангус уже на мне. Мужчина толкает меня на матрас и завладевает моим ртом. Невозможно понять пытается ли он удостовериться, что я все еще здесь или помечает меня. Полагаю, и то и другое, и я счастлива помочь в этом.

Ангус прерывает поцелуй и начинает лизать и сосать мою шею. Прикусываю губу, сдерживая стоны.

— Черт, я так чертовски сильно люблю тебя, — коленями, Ангус раздвигает мои ноги еще шире и трется членом о клитор. Его руки и рот повсюду, я чувствую, как он клеймит меня самым примитивным образом.

— Я тоже люблю тебя, — кладу руки на его задницу, когда кончик головки начинает входить в меня.

— Такая влажная для меня, — стонет он. — В следующий раз будет лучше. — Ангус полностью проникает в меня, и я стону от чувства наполненности. — Но прямо сейчас ты нужна мне сильно и быстро.

— Так возьми меня, — протягиваю руку и обхватываю один из металлических прутьев в изголовье кровати.

— Черт, — мужчина садится на колени, притягивает мои бедра к своим и начинает входить и выходить из меня. Я стону, в этой позе все ощущается так глубоко. Пальцы мужчины впиваются в мои берда, направляя, полностью контролируя мое тело. Он может двигаться так быстро или медленно, как хочет, и Ангус знает это.

Его взгляд шарит повсюду, как будто не знает куда смотреть. Как будто не может выбрать на что смотреть: как его член толкается в меня или как подпрыгивает моя грудь от каждого толчка. Я же не отрываюсь от его лица, наслаждаясь тем, как он возбужден. Как полностью потерял контроль.

Одну руку Ангус убирает с бедра и твердыми круговыми движениями потирает клитор. На этот раз я не могу сдержаться и стону его имя.

— Кончи для меня, Бэмби, быстро. Я не продержусь долго, — выдыхает Ангус, и моя киска сжимается вокруг его члена.

Я кончаю, и он следом за мной. Его освобождение переполняет меня, и часть стекает на бедра. Секунду он смотрит на это, а затем падает на меня. Мы оба пытаемся восстановить дыхание, скользя мокрыми телами друг против друга.

— Я люблю тебя, — говорю, обнимая его.

— И я тебя люблю, — Ангус целует меня, и я чувствую, как его член поддергивается судорогой от посторгазма. Он по-прежнему каменно-твердый и точно еще не закончил со мной. Как и я, но не думаю, что нам когда-нибудь станет достаточно друг друга.

Кто знал, что решением стать стриптизершей станет лучшим в моей жизни?

Эпилог 1

Бэмби

Два года спустя…

Я стою в гостиной и наблюдаю за падающим снегом. Рождественские огни снаружи освещают крупные хлопья, покрывающие землю.

— Он снаружи, — говорит Ангус, подходя и обнимая меня сзади, оставляя руки на моем беременном животике. Клянусь, живот вырос буквально за ночь. И Ангус от этого просто в восторге.

Завтра Рождество. Вся семья соберется праздновать вместе с нами. И мы, наконец, расскажем им, что в этот раз будет девочка. Очень трудно было держать это в секрете. Мы с мамой Ангуса стали очень близки. Джули самая потрясающая мама на свете. Я бы раскололась, если бы она еще раз надавила.

— Ты организовал нам снег, — оборачиваюсь в объятиях мужа. — Теперь это похоже на настоящее Рождество. — Глаза начинает щипать от слез. Никогда бы не подумала, что буду так счастлива. Черт, я даже никогда не думала, что меня будут так любить. Любовью без всяких «если».

— Детка… — Ангус касается моего лица, заставляя смотреть на него.

— Это слезы счастья. — Я моргаю, пытаясь избавиться от слез. Мой муж спас меня во многих отношениях. — Просто все это какое-то безумие. Раньше у меня не было семьи, а теперь самая лучшая в мире. Ты подарил мне целый мир. Не знаю, смогу ли когда-нибудь сделать тоже самое для тебя.

— Ты подарила мне моего сына. Черт, ты подарила мне себя. В мире нет ничего, что я хотел бы больше чем моя жена и дети дома, в этой хижине. Ты осуществила все мои мечты.

Я тяну его вниз для поцелуя, мои глаза тут же закрываются. Никогда не устану от Ангуса. Сколько бы часов мы не целовались, я всегда хочу больше. Он разрывает поцелуй и поднимает меня.

— Вообще-то у нас планы, — напоминает он, унося меня на кухню, где сажает на столешницу. И я наблюдаю, как муж делает для меня горячий шоколад.

— Ты все еще не положил подарки под елку, — напоминаю я, глядя на дерево. Ангус-младший ползает вокруг как маленький торнадо, поэтому мы все еще ничего не положили под елку. Иначе до Рождества подарки бы не дожили.

Моя грудь наполняется теплом, и я начинаю поглаживать беременный животик. Все еще удивляюсь, как Ангус-младший похож на своего папочку. Он даже родился таким же большим. Я тужилась пять часов, но потом врачам пришлось вмешаться и, наконец, вытащить его.

Несмотря на все, что нам вместе с Ангусом пришлось пережить, это был единственный раз, когда я видела страх на лице мужа. К счастью, его маме быстро удалось его успокоить. Кесарево сечение не такая уж редкость. По сравнению с Ангусом — я крошечная, но это не остановило его заделать мне ребенка. И для меня совсем не стало сюрпризом, когда малыш родился весом десять фунтов (прим. переводчика: примерно четыре с половиной килограмма).

— Я принесу подарки, — Ангус протягивает мне кружку с какао. — Мне все еще нужно настроить поезд, но я обещал тебе Рождественский фильм и массаж ног.

От мыслей о массаже ног я не могу сдержать стон.

— Я уже говорила тебе, что ты самый потрясающий муж?

— С такой женой как ты, мне это только в радость, — он забирает у меня кружку, помогая слезть со стойки. — Присядь на диван.

Ангус шлепает меня по попе, пока я иду. Опускаюсь на диван, и муж тут же подает мне горячий шоколад и печенье. Затем достает подарки и начинает расставлять их под елкой. Огни на дереве сверкают, а свет от огня придает еще более сказочную атмосферу.

— Детка, — Ангус смотрит на меня.

— Это слезы счастья, честно, — но муж только качает головой. — Это все твоя вина. Я много плачу, когда беременна, а ты взял и снова сделал мне ребенка. — Ангус подошел к дивану, устроился рядом со мной и усадил меня к себе на колени. Я переворачиваюсь, чтобы оседлать его. — Я думала обо все этих маленьких традициях, что мы вместе создаем. Все это так отличается от моего детства. — Ангус вытирает слезы с моей щеки, прежде чем поцеловать.

— В тот день, когда ты согласилась выйти за меня, я сказал, что дам тебе все, что ты захочешь.

Я улыбаюсь. Да, помню это. Тогда я тоже плакала. Ладно, может дело совсем не в моей беременности, а во мне и моем замечательном муже.

— Знаю. И никогда не сомневалась в этом, — провожу пальцем по его челюсти. — Ты мой принц на белом коне.

— Детка, — муж притягивает меня для поцелуя. Я стону ему в рот, когда чувствую скольжение его рук вниз по моей рубашке.

— Кровать, — удается произнести мне, как только его поцелуи переходят на мою шею. Ангус встает вместе со мной в своих руках и несет в нашу постель.

— Я люблю тебя. Так чертовски сильно. Ты продолжаешь повторять, что я спас тебя, но до встречи с тобой внутри меня зияла пустота. Я блуждал в темноте.

— Мы нуждались друг в друге, — я искренне верю, что мы родственные души. Как еще мы могли так быстро влюбиться? Уже в ту первую ночь Ангус не хотел меня отпускать. Стоило нам только встретиться, и мы сразу все поняли. Я крупно влипла в неприятности, учиненные моим братом, но зато это помогло наконец-то освободиться от него и подарило мне Ангуса.

— Клянусь тебе. Мои чувства к тебе далеки от просто гребанной нужды.

— Я люблю тебя, — произношу в его губы.

— Я тоже люблю тебя.

Эпилог 2

Ангус

Десять лет спустя…

На дворе жаркий день и наши дети купаются в водопаде. Булл и Тинни приехали вчера ночью, и с тех пор наши дети стали закадычными друзьями. Булл и я быстро стали друзьями много лет назад, когда Роуг и Эмбер познакомили нас. Ему нравится здешняя тишина, а Тинни и Бэмби больше напоминают сестер.

— Ты в порядке? — спрашиваю, когда вижу хмурое лицо Булла, подходящего к краю воды.

— Тинни прошлой ночью заставила меня быть снизу, — фыркает мужчина, осматриваю водную гладь в поисках своей жены. — Мне не нравится, когда она пытается доминировать.

Я пытаюсь скрыть схем, видя, что Тинни машет ему рукой. На ее лице улыбка так и говорящая, что она дразнит быка, и женщина прекрасно это осознает. Булл бросается в воду, рыча как Лохнесское чудовище, чем заставляет детей визжать от восторга.

— Привет, — я чувствую нежные пальчики Бэмби на пояснице, а затем жена обнимает меня.

— И тебе привет, — оборачиваюсь, целую ее в макушку и вижу, что на ней надет мой любимый розовый купальник. — Ты специально надела его, чтобы свести меня сума?

— Возмо-о-ожно, — подняв подбородок, Бэмби целует меня в грудь.

— Ты дразнишься, — предупреждаю я, но она только прикусывает нижнюю губу.

Моя жена оглядывается и кивает в сторону линии деревьев.

— Пойдем туда со мной. Я попросила Тинни приглядеть за детьми.

— Что ты задумала? — беру ее за руку, и Бэмби ведет меня по тропинке, усажанной деревьями.

Когда мы отходим на приличное расстояние от остальных, замечаю небольшую поляну. Затененную кроной деревьев и спрятанную от посторонних глаз. Как только мы оказываемся в укромном уголке, Бэмби уже на мне. Ее ручки поглаживают мой член, а пальцы тянут за пояс купальных плавок.

— Здесь? — спрашиваю, смотря на нее. Бэмби кивает и развязывает верх своего купальника, освобождая грудь. Я тут же наклоняюсь, чтобы всосать одну вершинку. — Что на тебя нашло?

Мы занимались сексом перед тем, как прийти к водопаду, а ей все мало.

— Не знаю, — она стонет, как только я снимаю с нее остатки купальника, оставляя обнаженной.

— Скажи мне, — просовываю палец между лепестками киски и ощущаю ее влагу. — Это все для меня?

— Ты же знаешь, что да, — Бэмби начинает покачивать бедрами, хватаясь за мои плечи. — Вчера вечером я обсуждала секс с Тинни, и думаю, что меня это завело.

— Так вот почему ты разбудила меня минетом посреди ночи?

— А в этом уже виновато вино, — улыбнулась любимая, но улыбка тут же сменилась стоном, когда я потер ее клитор.

— Так значит секса ночью и утром тебе недостаточно? — хватаю жену за талию и поворачиваю. — Держись за дерево и раздвинь ноги.

— О боже, — Бэмби выпячивает попку назад, и я шлепаю по ней, сильно.

— Возможно я трахнул тебя не так сильно, как тебе хотелось, — подхожу к ней сзади и опускаю перед плавок, высвобождая член. — А может, ты хочешь денег?

— Ангус, пожалуйста, — она трется круглой попкой о мой член, который оставляет на ее коже блестящий след предэакулянта.

— Во сколько мне обойдется трахнуть тебя прямо здесь, в лесу, как животное? — просовываю головку члена между ее ног, обратно он возвращается весь покрытый ее соками. — Черт, ты уже так заведена, уверен, что смогу получить неплохую скидку.

— Две тысячи? — Бэмби практически скулит.

— Детка, ты практически умоляешь меня. Мне нужна честная сделка, — я играю с розовым колечком ее задницы, и она сжимает дерево крепче. — Я вижу, как отчаянно тебе нужен член, но хочу знать, что получу за свои деньги.

— Ч-что ты хочешь? — заикается Бэмби.

Облизываю палец и слегка надавливаю, проникая в ее попку.

— Думаю ты знаешь.

— О боже.

— Я доплачу, — предлагаю, еще немного толкаясь в попку жены. — Что если я засуну только головку и кончу в тебя здесь?

— Пять.

— Пять тысяч за эту миленькую розовую попку? Теперь я думаю, что ты себя недооцениваешь, — дразню вход киски членом и наконец вонзаюсь в гостеприимное тепло. — Матерь Божья, ты всегда такая же тугая, как и в первый раз.

— Не заставляй меня ждать, — Бэмби пытается толкаться навстречу мне, но я крепко схватил жену за бедра.

— Не будь жадиной, — говорю я и снова шлепаю ее по попке. Затем наклоняюсь и протягиваю руку, чтобы поласкать ее киску, пока снова толкаюсь внутрь. — Если я заставлю тебя кончить сейчас, ты дашь мне то, что я хочу позже?

Бэмби выгибает спину, когда я пальцами нахожу ее клитор.

— Да.

— Я хочу, чтобы ты лежала на матрасе лицом в низ, и к верху попкой, — чувствую, как киска сильнее сжимает член, застывший глубоко внутри нее. — Я оставлю наличные на кровати, чтобы ты видела, какие банкноты по кровати, пока я беру твою попку.

— Ангус, я сейчас…

Ее оргазм накатил так неожиданно, что мне приходится крепко держать Бэмби, чтобы она не свалилась на землю. Моя член — раб ее желаний, поэтому сдаюсь и кончаю вместе с ней, ведь я знаю, как ей нравится эти ощущения. Тепло спермы вызывает новые спазмы в киске, а она сжимает меня еще сильнее, отходя от своего оргазма.

Я утыкаюсь носом в ее шею и целую затылок, где появились влажные завитки.

— Лучше? — спрашиваю, Бэмби кивает и поворачивается в моих объятиях, как только я выскальзываю из нее.

— Почему это всегда так нереально горячо? — жена улыбается, утыкаюсь в мою грудь.

— Разве это имеет значение, — я оставляю поцелуй на ее макушке, затем на щеке. — Пока это заводит тебя, возбуждён и я. Похоже, эти грязные разговорчики нравится нам обоим. — Бэмби поднимает на меня взгляд, какая же она красивая. Не удержавшись, беру ее на руки.

Она обвивает меня ногами, и мой член тут же ищет вход в ее тепло. Я все еще тверд, так что одним плавным движением возвращаюсь «домой», и мы оба стонем.

— Еще разок? — спрашиваю, и жена кивает, тогда я прижимаю ее к дереву.

— Я люблю тебя, — шепчет Бэмби, и в этот раз я двигаюсь медленно.

— Я тоже тебя люблю.

Оставшуюся часть дня мы прячемся по углам и трахаемся, как кролики. После всех этих лет наша страсть не остыла, и это только доказывает, что Бэмби всегда будет для меня той единственной. Не только из-за физического влечения, но и потому что она моя родственная душа. Жена дала мне больше, чем когда-либо мог надеяться, и я теперь переполнен любовью.

КОНЕЦ!

Больше книг на сайте - Knigoed.net