КЕЙРА ЭНДРЮС ДОРОГА К СОЛНЦУ

Переводчик: Ирина Февралёва

Редактор: Сесиль Ли

Русификация обложки: Настёна

Перевод выполнен в 2022 году для группы https://vk.com/beautiful_translation.

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Переводчики не несут ответственность за неправомерное использование текста третьими лицами.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Если вам понравился ознакомительный перевод, купите оригинал книги

ПРОЛОГ

Не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это Мэри Бет — её тошнотворное хихиканье Харлан узнал бы где угодно. Она ушла неделю назад, и за это время он не скучал по ней ни разу. Без этой стервы, вечно придиравшейся и совавшей свой большой нос в его дела, было даже лучше.

Над холодильниками беспокойно мерцала флуоресцентная лампа, и её низкое дребезжание эхом разносилось по задней части придорожного магазина. Харлан сильнее сжал пластиковую ручку упаковки с шестью банками пива. После секундного колебания в отделе закусок он взял пакет кукурузных чипсов и, услышав, как Мэри Бет попросила у кассира пачку сигарет, ухмыльнулся.

Скоро приползёт обратно. Всегда приползала.

Харлан повернулся к кассе и остановился как вкопанный, уставившись на Дуэйна. С этим парнем они дружили ещё со школы, когда оба качали мышцы, таская железо, разбивали в лесах лагеря и жили за счёт природы, готовясь к моменту, когда мир окончательно рухнет.

И вот сейчас старый добрый Дуэйн с копной рыжих волос и уродливыми веснушками стоял и одной рукой обнимал чужую женщину.

Мэри Бет с детства принадлежала Харлану, и Дуэйн знал, что она под запретом. Но вот они здесь, хихикают и шепчутся, наклонив друг к другу головы.

Кем, чёрт возьми, эти двое себя возомнили? Да они, наверное, над ним насмехаются! Никто и никогда не делал из Харлана Брауна дурака.

Никто и никогда!

С гулом в ушах от бурлившей крови мужчина наблюдал, как парочка открывает холодильник с мороженым у прилавка. Голубки Харлана даже не заметили. Словно его и не было. Маленькая шлюшка вытянула из него всё, что могла, и теперь разыгрывала свой собственный спектакль с Дуэйном. Господи, но почему именно с ним? Перебирая фруктовый лёд, оба смеялись, словно им вообще наплевать на весь мир вокруг.

Сталь охладила ладонь, палец привычно почувствовал гладкость спускового крючка. Уже двадцать лет Харлан носил на поясе один и тот же пистолет, но никогда его не использовал, разве только чтобы сбить жестяные банки со столбов ограды и навести страх на тех, кому это было крайне необходимо.

Мэри Бет тёрлась о Дуэйна, игриво покачивая обесцвеченными кудрями. Пуля вошла ей в спину. Девушка завопила как телёнок, которого клеймили, и, пошатнувшись, навалилась на своего новоиспечённого парня. Оба грузно рухнули на пол. Кровь Мэри Бет начала расползаться по грязной плитке.

Дуэйн уставился на Харлана, затем открыл рот, но не произнёс ни звука, будто рыба, бившаяся на дне лодки с выпученными глазами. Увидев, как Харлан приближается, уже бывший друг оттолкнул Мэри Бет в сторону. А затем начал плакать и умолять — невозможно жалкое зрелище. Харлан пустил ему пулю в лоб, чтобы сохранить Дуэйну его мужское достоинство.

Никто не должен ходить на свидание, заливаясь слезами, подобно маленькой сучке.

Краем глаза Харлан заметил, как кассир поднимает винтовку. Но его пистолет оказался быстрее, и мужчина тяжело рухнул за стойку. Чёрт, обидно — к кассиру у Харлана не было никаких претензий. Почему вечно приходится делать то, чего не хочется?

С шестью банками пива под мышкой Харлан вернулся к своему «Мустангу» и открыл упаковку кукурузных чипсов. Солёное и хрустящее было в самый раз, жаль только, что он не захватил с собой ещё и вяленой говядины.

Уезжая по пятому шоссе, Харлан услышал вдалеке вой сирен. Чёртов кассир, должно быть, нажал кнопку тревоги. Тупой ублюдок заслужил смерть.

Харлан вздохнул. Номер его машины полиция получит с камеры наблюдения раньше, чем он успеет вернуться в свой трейлер. Грёбаные технологии. Хорошо, что всё необходимое всегда хранится в багажнике. Харлан подготовился.

Доехав до старого карьера, мужчина остановился на любимом месте и, принявшись за чипсы с пивом, начал прослушивать открытые каналы с переговорами дальнобойщиков. Конечно, о Харлане вскоре заговорили, хотя никто пока не знали его имени.

Потом в разговор вступил дальнобойщик с позывным «Большой папа».

— Мой приятель — коп в Уайтфише. Дядя погибшей женщины служит в полиции, и они там жаждут крови. Сказал, что есть неофициальный приказ стрелять в ублюдка на поражение. Похоже, он её бывший, неудачник по фамилии Браун.

Пока незнакомцы с энтузиазмом обсуждали эту идею, Харлан открыл последнюю банку. Чёрт, он просто хотел спокойной ночи.

Съехал с грунтовой дороги, Харлан спрятал машину в густых зарослях деревьев. Ржавый «Мустанг» служил ему верой и правдой много лет. Лучшего и желать было невозможно. Мужчина погладил крышку багажника и сглотнул ком в горле. Внутри нарастала горечь. Чёрт бы побрал Мэри Бет и Дуэйна. Вот, что они натворили.

Затем надел на плечи лямки своего «тревожного» рюкзака и исчез в лесу.

ГЛАВА 1

Несмотря на попытки зарыться поглубже в спальный мешок, Джейсон Келлерман не смог увернуться от тыкавшего в бок пальца. Поэтому пробормотал:

— Ещё пять минут.

— Па, ты собираешься спать весь день?

Джейсон приоткрыл глаза и посмотрел на дочь: круглое лицо с ясными карими глазами и коротко подстриженные золотистые волосы до подбородка. Застонав, он спросил:

— Который час?

Девочка достала телефон, лежавший рядом со спальным мешком, и глянула на экран.

— Уже шесть тридцать пять.

— Мэгс, это должен был быть отпуск, — снова застонал Джейсон.

— Солнце взошло почти час назад. Я и так дала тебе поспать.

— О, какая добрая и щедрая дочь мне досталась. — Он не понимал, как Мэгги стала жаворонком, но с самого раннего детства та просыпалась с рассветом, и похоже, в восемь лет уже вряд ли изменится.

— Я приготовлю тебе завтрак. Но сначала ты должен развести огонь.

— Почему я вообще согласился на кемпинг? — Джейсон потёр лицо, зевнул и потянулся, отчего надувной матрас покачнулся.

Мэгги ответила нараспев:

— Потому что ты лучший в мире папа. — Сказав это, девочка чмокнула его в щеку и выскочила из палатки, оставив полог открытым.

Джейсон невольно улыбнулся. На другой стороне их маленького укрытия лежал бережно застёгнутый спальный мешок с уложенной внутрь подушкой. Похоже, аккуратность и энтузиазм ранней пташки достались дочке от матери, потому что в его генах этого точно не было. При мысли об Эми внутри поднялось знакомое чувство вины.

Отмахнувшись, как обычно, от непрошеных мыслей, Джейсон поменял свои клетчатые пижамные штаны и дешёвую футболку на джинсы с толстовкой и вылез из палатки. Над верхушками деревьев голубело ясное небо, на горизонте возвышались горы с белыми шапками. Люди называли это место землёй большого неба, и по сравнению с Филадельфией Монтана казалась другой планетой. Джейсон полной грудью вдохнул чистый воздух.

— Пап, дрова готовы. — Мэгги возилась у заботливо сложенной стопки поленьев с хворостом, то и дело одёргивая подол своей фиолетовой толстовки. Худые ноги торчали из слишком коротких брюк-капри. Учитывая, как девочка быстро росла, к сентябрю ей понадобится полностью обновить гардероб, чтобы вернуться в школу.

У Джейсона внутри всё сжалось. Он и так слишком много потратил на эту поездку, даже с учётом накопленных за годы воздушных миль. Как теперь позволить себе купить ещё одежду и обувь? Может, следовало бы отложить отпуск до следующего лета и собрать сначала больше денег? К восьми годам Джейсон уже успел побывать в Европе, а Мэгги даже не выезжала за пределы Пенсильвании. Он должен был дать ей всё, что дочь заслужила — всё, что дал бы хороший отец.

Глядя на трогательное лицо Мэгги, Джейсон отодвинул своё беспокойство на потом:

— Милая, хорошая работа. Где ты взяла хворост?

— Там. — Она указала на заросли кустарника в стороне от лагеря. Кемпинг был довольно уединённым, соседние участки разделялись пятьюдесятью ярдами деревьев. — Не волнуйся, я знаю, что мне нельзя уходить одной. Но мне нужно было в туалет.

Сердце учащённо забилось, когда Джейсон всмотрелся в густой кустарник.

— Почему ты меня не разбудила? Это могло быть опасно. — Зачем он согласился на палаточный лагерь? На природе может столько всего произойти.

Мэгги театрально закатила глаза:

— Пап, мы посреди леса.

— Я с ужасом это осознаю.

Проигнорировав его реплику, девочка продолжила:

— Здесь никого не было. Люди по соседству до сих пор в своих палатках. Кроме того, я не ребёнок.

— Ты постоянно мне об этом твердишь. Но ты же помнишь, что мы в краю гризли? Завтра, когда захочешь сходить в туалет, разбуди меня, и я тебя отведу. Ладно?

— Ла-а-адно. Теперь разожжёшь огонь? — Мэгги протянула ему коробок.

— С радостью. — Джейсон, ёжась, взял спички. Удивительно, как низко температура упала ночью, и сейчас было слишком рано, чтобы солнце успело прогреть воздух.

Парень вскипятил воду для кофе, скучая по старой машине на своей кухне — та каждое утро тревожно пищала, но приготовленный в ней напиток всё равно был вкусным. Проглотив растворимую дрянь, Джейсон скривился, но это лучше, чем ничего.

— Пап, где кетчуп?

— Наверное, он до сих пор в багажнике. — Достав ключи из своего маленького рюкзака, Джейсон нажал кнопку на брелоке, и Мэгги помчалась к машине. Поразительно, с каким энтузиазмом дочка бралась даже за самое обыденное дело.

— Убедись, что закрыла холодильник.

— Я знаю. — Её голос прозвучал приглушённо — она рылась в багажнике арендованной «тойоты». — Всегда держите еду, зубную пасту, шампунь, дезодорант и всё, что пахнет, под замком или подвешенным на дереве. Это я научила тебя.

Джейсону пришлось улыбнуться:

— Мои глубочайшие извинения.

На сковороде зашипел бекон, и в воздухе разнёсся солёный аромат. Джейсон оглядел окружающую дикую природу, достал из палатки баллончик с медвежьим спреем и положил его поближе.

Пока Мэгги разбивала в сковороду яйца, Джейсон взял из рюкзака свой альбом для рисунков и карандаши. Глупо было держать его дома у кровати и прятать ещё один в машине, как и везти с собой в такую глушь. Джейсон это знал. Он никогда не пойдёт в художественную школу и никогда не станет настоящим художником.

Стоя под восходящим солнцем Монтаны на сосновых иголках под кроссовками, Джейсон позволил себе подумать о том, каково это было бы— поступить в «Парсонс», или «КалАртс», или в Род-Айлендскую школу дизайна. Он представил, как погружается в искусство, заводит настоящих, понимающих друзей, живёт в кампусе, ходит на вечеринки и делает все те глупости, о которых мечтал с детства.

Школьные друзья разъехались по колледжам, занялись карьерой и забыли о нём, особенно после того, как он ушёл из дома и переехал на другой конец города. Джейсон до сих пор помнил выражение ужаса на лицах Колина Нейсона и Ричарда Вонга, когда он сказал им, что оставит Мэгги и снимет собственное жилье, даже если это будет крошечная однокомнатная квартира. Друзья не могли понять, почему Джейсон не позволил родителям забрать малышку, и говорили то же самое, что и все остальные.

«Но ты слишком молод».

Даже сейчас люди продолжали считать двадцатипятилетнего Джейсона, который давно официально стал совершеннолетним, недостаточно взрослым для отцовства. Недостаточно хорошим. Он докажет, что они ошибаются. Он сделал правильный выбор, даже если это означало, что художественной школы не будет.

Покачав головой, Джейсон мысленно фыркнул. Родители в любом случае не позволили бы ему пойти туда учиться. Нет, для него было уготовано бизнес-образование в Лиге плюща. Костюм, галстук и блестящие кожаные лоферы в бездушной высотке. Ни пятен угля на пальцах, ни карандашей, порхающих по бумаге.

Кончиками пальцев парень провёл по гладким краям альбома. Это была всего лишь дешёвая модель из «Стейплс», хотя внутренний голос нашёптывал, что в «Доллартауне» торгового центра можно было бы купить ещё дешевле. Джейсона снова охватило чувство вины. Нельзя тратить на себя ни пенни, пока у Мэгги не будет всего, что нужно, даже больше.

В любом случае, глупо. Джейсон никогда не сможет создать иллюстрации к рассказам или комиксы, подобные тем, что любил читать с детства. Его рисунки никогда не станут особенными. И всё равно карандаши с бумагой манили. Парень открыл свой альбом, говоря себе, что должен стать лучшим отцом.

Сев на поваленное бревно, он сделал несколько набросков кемпинга и гор, возвышавшихся на широком горизонте за громадами деревьев. Затем нарисовал Мэгги у костра с распахнутыми глазами, сияющими оптимизмом и счастьем: она осуществила свою мечту — приехала в Монтану. Он дал ей хотя бы это.

После завтрака без участия — слава богу — каких-либо животных, не считая двух бурундучков, в ужасе сбежавших от восторженных криков Мэгги, дочь с отцом отправились в центр для посетителей на прогулку с гидом. Джейсон глянул на знак остановки в зеркало заднего вида и, проведя рукой по своим растрёпанным светлым волосам, поморщился. Их давно пора было помыть. Ах, многочисленные радости кемпинга.

Да и подстричься не помешало бы. Джейсон мог себе представить, как вытянулись бы лица родителей, когда те увидели бы его в потёртых джинсах, с лохматыми волосами и щетиной на щеках. Золотистые пряди матери всегда выглядели идеально, даже если были просто собраны в хвост для занятий йогой. Отец даже по выходным носил рубашку и Ролекс.

Если бы много лет назад Джейсон выбрал другой путь, то, скорее всего, сидел бы сейчас за столом в отцовской фирме в сшитом на заказ костюме, обзванивал бы клиентов и следил бы за фондовой биржей.

С уколом боли Джейсон вспомнил о младшем брате Тиме, который совсем недавно закончил подготовительные курсы в Уолтемской школе и, если верить «Инстаграм», собирался поступать в Гарвард. Джейсон хотел бы пообщаться с братом и узнать, каким человеком тот стал, но эта дверь закрылась, когда родители выдвинули ультиматум.

Может, брат позвонит теперь, когда собирается в колледж? «А, может, Тим не хочет иметь со мной ничего общего». Если бы хотел, наверняка связался бы раньше.

Джейсон мысленно встряхнулся и, свернув на стоянку, припарковался. Нельзя надеяться, что брат попытается с ним связаться. Они были друг другу чужими. Его семьёй стала Мэгги. Джейсон давно научился двигаться дальше.

— Пап? Ты идёшь?

Он вздрогнул. Мэгги, до этого сидевшая на заднем сиденье, уже вышла и заглядывала в водительское окно, слегка подпрыгивая на месте. Её лицо озаряла широкая улыбка. Джейсон в ответ улыбнулся и, закрывая окна, сказал:

— После вас, леди.

Каждый день сердце твердило, что его маленькая девочка была единственным правильным выбором. Мэгги была всем, что ему нужно.

Она проскакала весь путь от парковки до тропы, где собралось около десяти человек. В ожидании гида Джейсон перекинулся парой фраз с собравшимися туристами.

Мэгги потянула отца за руку, и её глаза загорелись:

— Пап, смотри. Настоящий рейнджер.

Джейсон мельком взглянул на подходившего мужчину в униформе. Рубашка с короткими рукавами под тёмно-зелёным жилетом обтягивала широкие плечи, на груди красовался золотой значок, кожаный ремень плотно обхватывал поджарые бёдра, форменные брюки в тон облегали длинные ноги. С виду смотрителю парка было около сорока, ростом он был таким же — футов шесть, — но по сравнению с долговязым Джейсоном обладал фунтов на двадцать большей мускулатурой.

— Папа? О боже. — Пожилая женщина посмотрела на Джейсона с Мэгги и недоверчиво улыбнулась: — Я подумала, что это ваша младшая сестра.

Стиснув зубы, девочка проигнорировала женщину, а Джейсон натянуто улыбнулся:

— Нет. Мэгги — моя дочь.

Из-за красивого, почти кукольного лица Джейсон выглядел моложе своих лет, поэтому дочь с отцом привыкли к подобной реакции, но раздражение от этого меньше не становилось. Джейсон отвернулся от женщины и посмотрел на смотрителя парка.

Тот поправил коричневую шляпу, закрывавшую короткие, но густые тёмные волосы. По форме она напоминала ковбойскую, но имела более круглую тулью с коричневой кожаной полоской и надписью «USNPS», что предположительно означало «Служба национальных парков США».

Рейнджер откашлялся и заговорил низким баритоном:

— Всем привет. Меня зовут Бен Хеттлер и сегодня я буду вашим гидом. Добро пожаловать в Национальный парк Глейшер.

Выведя всех на тропу, он начал рассказывать об истории местности.

— Кто-нибудь знает, что это? — Бен остановился у корявого дерева с сосновыми иголками.

Мэгги тут же подняла руку. Рейнджер подал знак, и та проговорила:

— Белокорая сосна.

Его щеки порозовели.

— Юная леди в курсе дела. Какая птица очень любит есть семена этого дерева?

— Щелкунчик Кларка, — ответила Мэгги без запинки.

Бен удивлённо поднял брови и повёл их по тропе дальше.

— Похоже, мне придётся приложить больше усилий. Малышка, как тебя зовут?

Остальным участникам похода, видимо, было всё равно, что у девочки было много ответов и ещё больше вопросов, поэтому Джейсон не пытался её сдерживать. Время от времени Бен останавливался и указывал на какие-то деревья, кусты или скалы. Он описывал разных местных животных и время от времени напоминал о потенциально опасных медведях гризли, о которых постоянно вокруг предупреждали. Джейсона, уж точно, не нужно было убеждать.

Мэгги шла рядом с увлечённым Беном, ловя каждое его слово. Она попала в родную стихию, и Джейсона распирало от гордости. Монтана стала воплощением мечты дочери, и каждый час сверхурочной работы на фабрике стоил того, чтобы увидеть своего ребёнка таким счастливым.

Джейсон смотрел то на Мэгги, то на Бена, шагавших впереди рядом по извилистой тропе. Про себя он отметил, что мужчина был в отличной форме. Зелёная униформа обтягивала подтянутый зад и мощные бёдра — похоже, с кардиоподготовкой у рейнджера было всё в порядке, учитывая постоянные походы и работу на свежем воздухе.

Иногда Джейсон любовался мускулатурой других мужчин, но у самого никогда не хватало времени накачать мышцы. Ему хотелось, чтобы работа на сборочном конвейере включала также поднятие тяжестей, а не только стояние на месте и проверку печенья. Хотя его коллега Райан выглядел потрясающе. Джейсон иногда за ним наблюдал, задаваясь вопросом, сколько же времени парень проводит в спортзале.

С каждой минутой становилось теплее. Сняв толстовку, Джейсон завязал её рукава вокруг талии и порадовался, что надел под низ футболку. Затем, окинув критическим взглядом свои голые руки, посмотрел на подтянутые рельефные мышцы Бена.

Джейсон переключил внимание на слова смотрителя, что росомахи близки к вымиранию, а Мэгги сообщила то, что узнала, когда делала школьный доклад. Бен, конечно всё это знал, но внимательно слушал её болтовню, и Джейсон благодарно ему улыбнулся. Некоторые люди раздражались из-за склонности дочери говорить много — громко и торопливо — о волнительных для неё вещах.

Когда экскурсия закончилась у парковки, девочка продолжила засыпать рейнджера вопросами, пока Джейсон не вмешался:

— Мэгс, я уверен, что у мистера Хеттлера есть и другая работа.

Плечи девочки поникли:

— Ой. Простите.

Бен улыбнулся:

— Не извиняйся. У меня есть немного времени, так что спрашивай.

— Вы уверены? — спросил Джейсон. — Мы не хотим вас задерживать.

— Уверен. Многие во время моих прогулок на природе только кивают и улыбаются с застывшими лицами. Очень приятно общаться с таким увлечённым человеком, как ваша сестра. — Смотритель парка снова улыбнулся, на этот раз Джейсону. Белоснежные зубы Бена контрастировали с загорелой кожей, и Джейсон расплылся в ответной улыбке.

— Вообще-то, Мэгги — моя дочь. Кстати, меня зовут Джейсон Келлерман. — Он протянул руку, и Бен крепко её пожал. Ладонь оказалась немного мозолистой, и к плечу Джейсона побежала волна странного покалывающего тепла.

— Приятно познакомиться с вами обоими. Приношу извинения за предположение. — Бен нахмурил брови, но смотрел без презрения или осуждения, как это делали обычно люди.

— Всё в порядке, — отмахнулся Джейсон, — многие так думают. Мэгги, о чём ты хотела спросить?

Девочка запружинила на носочках:

— Окей, если мы увидим гризли, он попытается нас съесть?

Бен задумался:

— Ну, маленькие девочки ужасно вкусные.

Мэгги захихикала:

— Серьёзно. Он правда попытается меня съесть?

Бен перестал дразниться:

— Ответ прост: возможно. Но помни, что медведи нападают очень редко. Если будешь осмотрительна и примешь меры предосторожности, всё будет в порядке. Большинство медведей не хотят с нами связываться.

Мэгги продолжала упорствовать:

— Но если ты всё сделал правильно и всё равно наткнулся на медведя?

— Если видишь медведя в дикой природе, первое правило: не бежать. Это будет противоречить всем твоим инстинктам, но если побежишь, медведь последует за тобой, и поверь, медведи могут обогнать любого.

Джейсон попытался рассмеяться:

— Да уж, это очень успокаивает.

Бен улыбнулся:

— Не волнуйся, гризли нападают, действительно, редко. Так что, если увидишь одного, сначала оцени ситуацию. Как далеко находится медведь? Заметил ли он тебя? Если нет, медленно отойди. Помни, не беги. Если же медведь тебя увидел, не двигайся и говори с ним спокойным голосом. Медведи видят не очень хорошо, и если ты разговором дашь ему понять, что ты человек, это может сработать.

— Может сработать? — переспросил Джейсон.

Бен развёл руки в стороны:

— Когда имеешь дело с дикой природой, боюсь, нет никаких гарантий. — Он снова улыбнулся, и у Джейсона в животе что-то странно перевернулось. Разговоры о медведях всегда заставляли его нервничать.

— Па-а-ап, хватит перебивать! — Мэгги с нетерпением ждала продолжения.

Джейсон сделал вид, что закрывает рот на замок, и Бен продолжил:

— Окей, как только станет ясно, что медведь становится агрессивным и не уходит, постарайся выглядеть как можно больше и опаснее. Размахивай над головой курткой и кричи, и, надеюсь, гризли решит, что ты не стоишь его внимания.

— Мэгги, напомни, зачем мы приехали в Монтану? — поддразнил Джейсон. Дочь в ответ только шикнула.

— Как я и сказал, никаких гарантий, — добавил Бен. — Если медведь нападёт, брызните в него специальным репеллентом. По сути, это перцовый спрей. При нападении медведя он гораздо эффективнее пистолета.

Джейсон нахмурился:

— И многие здесь носят оружие?

— К сожалению, в национальных парках сейчас это законно. Мы не поощряем, но посетители не всегда нас слушают. На полигоне ты можешь быть отличным стрелком, но когда на тебя несётся шестисотфунтовый гризли — это совсем другая история. Медвежий спрей куда эффективнее.

— У нас он есть! — Мэгги с гордостью похлопала по рюкзаку Джейсона.

— Превосходно. Если после распыления медведь всё ещё находится поблизости, самое время свернуться в клубок и притвориться мёртвым. Прижми колени к груди и опусти голову. Если на тебе рюкзак, можешь лечь на живот и положить руки на затылок. Если повезёт, при атаке рюкзак примет основной удар на себя.

Мэгги задумалась:

— Как долго притворяться мёртвым?

— Столько, сколько понадобится. Даже если кажется, что медведь ушёл, подожди, прежде чем начнёшь двигаться. Вполне возможно, медведь остался неподалёку, чтобы убедиться, что угроза в твоём виде устранена. И если игра в мертвеца его не отпугнёт, и нападение продолжится, придётся давать отпор.

— Но местные медведи должны были привыкнуть к людям. Они не могут быть настолько опасны, верно? — с надеждой спросил Джейсон.

— Вообще-то именно поэтому медведи смертельно опасны, а гризли опасны в любом случае. — Бен похлопал Джейсона по руке и сжал голую кожу чуть ниже рукава футболки. — Не волнуйся. Как я и сказал, нападения здесь редки. Хотя правильный ответ на первый вопрос Мэгги: медведи редко преследуют людей, чтобы съесть. Но если это произойдёт, то приближающуюся атаку, скорее всего, ты даже не заметишь.

Джейсон вздрогнул:

— Преследуют? Супер.

Мэгги закусила губу:

— Но этого не случится в кемпинге, так ведь?

Бен покачал головой:

— Не волнуйся, ты будешь в порядке. Ты плотно закрываешь свою еду?

Девочка кивнула:

— Да! Мы очень осторожны.

— Тогда, я уверен, тебе не о чём волноваться. — Рейнджер сжал её плечо.

В этот момент группа детей неподалёку закричала от восторга, обступая что-то на земле. Мэгги, без труда переключившись, побежала посмотреть, что происходит и забыла о беспокойстве по поводу медведей.

Джейсон рассмеялся:

— Извини, у неё ненасытная тяга к знаниям. По сути, это её Диснейленд. Мэгги одержима национальными парками и горами. Когда она была маленькой, мы взяли напрокат диск с фильмом о природе, и в итоге пришлось купить его копию. Мэгги засмотрела его до дыр, а интерес так и не угас.

— Потрясающе. Хотелось бы, чтобы больше детей интересовались дикой природой и её охраной. — Бен снял шляпу и потеребил длинными пальцами её поля. — Ребята, откуда вы?

— А? — Джейсон оторвал взгляд от рук Бена. — А-а-а, Пенсильвания. Из Филадельфии.

— Никогда там не был. Как там жизнь? — Бен смотрел на него голубыми глазами с длинными ресницами, и Джейсона бросило в жар до кончиков ушей.

— Там… э-э-э, ну, знаешь, там есть свои плюсы и минусы, — проговорил заикаясь он. «Как красноречиво». — Отличные музеи и всё в таком духе. — Он мысленно поморщился. Звучало, будто говорил глупый ребёнок, поэтому Джейсон перевёл тему разговора обратно на Бена. — По сравнению с дикой Монтаной Филадельфия кажется другой вселенной. Ты местный?

— Да. Родился и вырос в Калиспелле.

— Население двадцать две тысячи, так? Основан в конце девятнадцатого века после строительства железной дороги. В сентябре проходит фестиваль драконьих лодок.

Наклонив голову, Бен озадаченно улыбнулся:

— Похоже на то.

«Почему я такой идиот?»

— В прошлом году Мэгги делала курсовую работу по Монтане и только об этом и говорила. Думаю, часть информации осела в памяти. — Джейсон сунул руки в карманы джинсов.

— Приятно видеть туристов, которые приехали подготовленными. Мама Мэгги тоже здесь?

На лице Джейсона не дрогнул ни один мускул. Он ненавидел об этом говорить. Ненавидел жалость и вопросы, которые шли следом, и недоверие, что он может воспитывать ребёнка самостоятельно.

— Нет, её мать умерла, когда Мэгги была совсем маленькой. Нас только двое.

Бен побледнел:

— Мне жаль. Я не должен был…

— Нет, нет, всё в порядке. Ты не знал. Понятно же.

Бен почесал голову, взъерошив густые каштановые волосы, и Джейсону безумно захотелось их поправить. К счастью, он держал руки в карманах. Повисло неловкое молчание. Джейсон ждал обычных вопросов, но Бен только теребил шляпу, поглаживая кожаную полоску длинными пальцами.

Наконец Джейсон проговорил:

— Мне нравится твоя шляпа.

— Спасибо. — От низкого смеха Бена по спине пробежала дрожь. — Хочешь примерить?

Но тут позвала Мэгги:

— Пап! Иди посмотри!

Чувствуя внутри странную вину, Джейсон резко обернулся и, прищурившись, посмотрел на детей, столпившихся над чем-то в грязи.

— Похоже, мне нужно кое-что увидеть. В любом случае, мне пора позволить тебе вернуться к работе. Уверен, у тебя есть много других… рейнджерских дел. — Джейсон заколебался. — Э-э-э, ладно… Было очень круто познакомиться с тобой. — «Господи, какой я жалкий!» — Мы обязательно запрём нашу еду. Спасибо за экскурсию.

— Всегда пожалуйста. Где вы остановились?

— В «Медвежьем ручье». Кстати, не очень обнадёживающее название.

Бен широко улыбнулся:

— Один из моих участков на маршруте. Ночью я проверяю, закрыта ли у всех еда, в противном случае конфискую. Может, увидимся. Завтра утром у меня ещё один поход по другой тропе. Я могу сменить тему и рассказать Мэгги что-то новенькое.

— Правда? Было бы здорово. — От волнения голос сорвался, и Джейсон прочистил горло. — Если это не доставит тебе проблем.

— Никаких. Я люблю всё смешивать. Тогда встретимся завтра? В девять часов. Если я прежде не увижу тебя сегодня вечером.

— Ага. Увидимся. — Джейсон помахал рукой и, чуть ли не спотыкаясь о собственные ноги, поспешил к Мэгги, переживая, что та ввяжется в очередные неприятности.

Дочь схватила его за руку и потащила в круг:

— Смотри, тут окаменелость!

Джейсон осмотрел странного вида камень, который нашли дети. Это была явно не окаменелость, но не хотелось разрушать их надежды.

— Как круто!

Мэгги оглянулась на Бена, который направлялся к станции смотрителей.

— Он хороший. Мне нравится.

Джейсон проследил за её взглядом.

— Угу.

Бен остановился поговорить с молодой парой, улыбнулся им и показал в сторону тропы. Похоже, он был добрым и отзывчивым со всеми, и у Джейсона не было причин испытывать… разочарование? Джейсон Келлерман просто ещё один турист, к которому Бен относился дружелюбно. В конце концов, это его работа.

— Мы скоро будем обедать?

Джейсон перевёл взгляд на полное надежды лицо Мэгги:

— Обедать? Только десять часов! Не знаю, куда в тебя столько влезает.

Дочь пожала плечами и побежала в сторону парковки. Джейсон оглянулся и увидел, как Бен скрылся в здании станции. Рейнджер просто был вежлив, но хорошо бы снова с ним пообщаться. Джейсону не выдалось шанса поговорить с дочерью по-взрослому, а у Бена это отлично получалось. Почему бы тогда им не увидеться снова?

Пока Джейсон шёл за Мэгги к машине, в голове снова и снова слышался приятный баритон Бена.

«Если я прежде не увижу тебя сегодня вечером».

По какой-то причине это прозвучало как обещание.

ГЛАВА 2

Через окно станции смотрителей Бен наблюдал, как Мэгги и Джейсон Келлерман шли к своей машине.

— Эй, Ди. А кто работает на очистке «Медвежьего ручья»?

Ди, которая по возрасту приближалась к пенсии, но физически находилась в форме лучше, чем большинство людей вдвое моложе, взяла очки в металлической оправе и открыла папку.

— Это маршрут Тайри.

— А ты не могла бы поменять нас до конца недели?

— Зачем? Что-то не так с «Облачным озером»? —подняла она бровь.

Бен пожал плечами:

— Всё в порядке. Просто хочется перемен. Но если с этим сложности…

— Разве я сказала, что с этим сложности? Тайри в любом случае на этой неделе не работает, так что я просто включу его участок в твой маршрут. Доволен? — Ди заправила за ухо выбившуюся прядь серебристо-русых волос и затянула хвост.

— Спасибо.

Для гея, живущего в дебрях Монтаны, выбор невелик, и Бен догадывался, что Джейсон Келлерман мог бы стать для него необходимым отвлечением. Конечно, у парня есть ребёнок и, похоже, умерла жена или подружка, но инстинкты Бена подводили редко. Во время похода Джейсон совершенно точно пялился на его зад.

Когда Келлерманы уехали, Бен отвернулся от окна и, спрятавшись в задней части станции в своём маленьком кабинете, больше напоминавшем чулан, пролистал отчёт о новом несчастном случае и поставил печать.

Мыслями мужчина всё время возвращался к Джейсону. Тот был высоким, стройным, с песочными светлыми волосами, завивавшимися над ушами, и сногсшибательной улыбкой на сочных губах. Трудно поверить, что у него есть дочь-подросток, ведь парень выглядел не старше двадцати. Обычно Бену не нравились мужчины младше него, но Джейсон Келлерман был явно старше, чем казался, так почему нет?

Как по команде, из главного офиса послышался голос Брэда. Застонав, Бен замер за своим столом. Нужно ли пойти поздороваться? Нужно ли быть зрелым и рациональным, как и положено мужчине в сорок один год?

В конце концов, Брэд Кьюсак был региональным менеджером и технически его боссом. Бен не мог его избегать. Да и не должен. Он больше не был влюблён в Брэда. Оба давно перестали питать друг к другу любовь, и это было одной из причин, почему Брэд завёл роман и бросил Бена ради сексуального актёра с ранчо близ Грейт-Фолс. После примерно двух десятилетий вместе — половины жизни — их отношения просто… испарились.

Бена захлестнул привычный вихрь стыда и возмущения. Со времён колледжа в Миссуле они с Брэдом были «БиБ» — открытыми геями, которые боролись за равенство в службе парков, чего и добились, поскольку оба были преданы своей работе. Затем последовало принятие со стороны коллег, и планирование в будущем свадьбы и создания семьи.

Но всё это происходило до того, как Брэд начал продвигаться по карьерной лестнице в управлении парками, больше интересуясь административными делами, чем реальной работой на природе. Даже после постановления Верховного суда о равенстве брака всегда находилась причина, почему сейчас не самое подходящее время для церемонии, не говоря уже о начале сложного процесса усыновления.

Потом Брэд познакомился с Тайсоном Локвудом.

В соседнем кабинете заплакал ребёнок, и от нахлынувших обиды и тоски Бен зажмурился.

Брэд и Тайсон поженились верхом на лошадях на ранчо Локвудов год назад, а теперь усыновили маленького мальчика. Журнал «Пипл Магазин» опубликовал глянцевые, захватывающие дух фотографии, посвящённые обоим событиям, на пяти разворотах.

Прислушавшись к гулу низких голосов, последовавших за детским плачем, Бен положил ладони на гладкую потёртую поверхность деревянного стола. Наблюдая, как они с Брэдом отдалялись друг от друга, Бен думал, что оба просто хотят от жизни разного. Но, как оказалось, Брэд и вправду мечтал о браке и семье — вот только не с ним.

Брэд даже сохранил их дом под Калиспеллом, хоть и с большими флигелями, пристроенными по обе стороны. Однажды вечером Бен проезжал мимо, испытывая особо острый приступ жалости к себе. Притормозив пикап, он попытался вглядеться во мрак дома, который после десяти лет проживания казался знакомым и в то же время совершенно чужим из-за деревянных и стеклянных пристроек, будто мешавших его естественному росту.

В окнах было темно, и Бен решил, что Брэд с Тайсоном на ранчо. Он уже свернул на подъездную дорожку, подумывая выйти и заглянуть в затенённые окна, но тут ночь осветил яркий свет от датчика движения.

Моргая от резкого белого луча, Бен включил задний ход и с горящими от унижения щеками помчался обратно к старому коттеджу отца.

Испытывая тот же стыд и сейчас, Бен поднялся. Нет, он не будет прятаться в своём крошечном кабинете. Он не сделал ничего плохого. Не изменял и не лгал. Расправив плечи, мужчина глубоко вдохнул и открыл дверь.

Над ребёнком, Линкольном, которого держала Ди, уже ворковали. Ди подняла глаза и виновато поморщилась.

— Брэд, привет. Тайсон. Рад вас видеть. — Бен широко улыбнулся.

— Бен! — Брэд оказался не в униформе, значит, заехал не по работе.

Мужчина был подтянутым, высоким и до противного красивым со своей кривоватой ухмылкой и зелёными глазами. Громко стуча по деревянному полу ковбойскими сапогами, он подошёл, пожал Бену руку и, словно приятеля по рыбалке, полуобнял, хлопнув по спине.

Позади бывшего стоял Тайсон, немного выше ростом и такой же по-глупому красивый: с белоснежными зубами — слишком ровными и идеальными, уж очень смахивавшими на виниры — и смуглой кожей. Он тоже пожал Бену руку, и все сделали вид, что это встреча старых закадычных друзей, а сердце Бена не разорвано в клочья из-за того, насколько сильно они с Брэдом друг от друга отдалились.

Бен кивнул на Линкольна в руках не поднимавшей глаз Ди:

— Он действительно растёт.

— Каждый день замечаем что-то новое, — промурлыкал Брэд. — Это невероятно.

— Хочешь его подержать? — спросил Тайсон.

Повисло неловкое молчание, и к горлу Бена подступил горький комок. Господи, он действительно хотел подержать ребёнка на руках. Бен всегда представлял, что отцовство займёт огромную часть его жизни. Он хотел воспитывать, растить и любить своих детей, помогать им делать первые шаги, бинтовать ободранные коленки, читать сказки перед сном и уступать просьбам прочитать ещё одну.

Бен хотел исследовать с ними мир, брать их в походы и на прогулки, как это делал его отец. Научить любить леса, озёра и горы так, как любил сам. Он хотел от жизни большего, чем имел. Бен хотел семью.

Теперь такая семья была у Брэда с Тайсоном. Как же им повезло.

Под направленными на него взглядами Бену удалось улыбнуться.

— Нет-нет. Мне нужно работать. — Но в доказательство, что это его не беспокоит… не-а, совсем не беспокоит… он подошёл и наклонился, игнорируя сочувственный взгляд Ди. — Привет, малыш. Какой красавчик.

Линкольн что-то булькнул, и когда Бен коснулся его носа, ухватился за указательный палец, довольно сильно для маленькой пухлой ладошки. Не обращая внимания на укол тоски, разлившейся в груди тупой болью, Бен отстранился и, улыбнувшись, спросил:

— Вы в отпуске?

Затем понял, что сжимает кулаки, и насильно расслабил пальцы.

— Всего на несколько дней, — ответил Тайсон. — На следующей неделе мне нужно в Нью-Йорк на съёмки фильма, поэтому мы хотели обойти все офисы и показать Линкольна, как обещал Брэд.

— Потрясающе, — ответил Бен слишком рьяно.

Брэд посмотрел на него с натянутой улыбкой.

— С новыми услугами для гостей ты отлично придумал. Я постараюсь протолкнуть эту идею на совете директоров, вот только бюджет постоянно урезают. Не могу ничего обещать.

«И никогда не мог».

— Само собой. — Зазвонил телефон, и Бен почти бегом бросился в свой кабинет. —Ди, я отвечу. Парни, увидимся позже! — Он закрыл за собой дверь, нажал мигающую лампочку на телефоне и принял сообщение о выброшенном на обочине дороги мусоре, что могло привлечь медведей.

Через несколько минут в его кабинет неуверенно постучали, и Бен заставил себя ответить ровным, приятным тоном:

— Входите.

«Со мной всё в порядке. Всё хорошо!»

В проёме появилась Ди:

— Они ушли.

Бен глянул на свои бумаги:

— А? Э-э-э, хорошо.

— Извини. — Ди указала большим пальцем через плечо. — Ну, знаешь, с ребёнком.

Плечи Бена немного расслабились, и его улыбка стала настоящей.

— Ди, тебе не возбраняется держать милого ребёнка.

Она вздохнула:

— Жаль, что его отцы — придурки.

— Ну да. Такова жизнь. Теперь пусть радуется своим миллионам.

— Брэду хватает наглости. Если бы он не был боссом, я бы сказала ему всё, что думаю. — Ди скрестила руки. — Ты знаешь, что заслужил повышение до командира смотрителей. Здесь ты этого никогда не добьёшься, не под начальством Брэда. Он боится, что если тебя повысит, то люди начнут судачить, будто он тебя продвигает.

— Я мало что могу тут поделать.

— В том смысле, что ты не должен патрулировать ночью и проверять продукты. С твоим-то многолетним опытом? Ты выше этого, и он это знает. Мы все знаем.

Бен пожал плечами:

— Вообще-то, я не против. В вечерних прогулках по кемпингу очень спокойно.

Мужчине нравилось гулять под звёздами, наблюдать за отдыхающими у костров или знать, что они уютно устроились в своих палатках. Ему было приятно обеспечивать их безопасность.

Несмотря на многочисленные предупреждения, встречались посетители, которые не воспринимали угрозу медведей всерьёз, и хотя Бену не нравилось конфисковывать еду, он нёс ответственность за этих людей, ощущая при этом необъяснимое спокойствие и удовлетворение.

— Как бы то ни было, ты заслуживаешь большего и можешь изменить ситуацию. — Ди подняла бровь. — Я знаю, в Гранд-Титоне хотели, чтобы ты возглавил их программу.

Покачав головой, Бен коснулся экрана своего компьютера и открыл случайный файл:

— Я счастлив здесь. Это мой дом.

— Да, но насчёт счастья я тебе не верю. Хочешь сказать, ты действительно доволен одинокой жизнью в ветхой развалюхе отца?

— Мне нравится тишина и покой. Кроме того, это временно.

— Ты съехал из дома в Калиспелле два года назад.

— Я пока не нашёл подходящего места. — Бен ткнул пальцем в клавиатуру. — Но Ди, это мой дом. И будь я проклят, если позволю Брэду с Тайсоном прогнать меня отсюда.

Её морщинистое лицо смягчилось.:

— Я знаю. Прости. Мне просто неприятно видеть тебя таким несчастным.

— Я в порядке! — Бен попытался рассмеяться, но не слишком преуспел.

— Когда ты последний раз ходил на свидание?

Бен не думал, что быстрое зажимание и минет со случайным парнем из «Гриндр» в Ист-Глейшер-Парк-Виллидж можно считать свиданием. Он бросил на Ди преувеличенно осуждающий взгляд:

— А когда у тебя в последний раз было свидание?

Она рассмеялась:

— Когда вы женаты тридцать лет, свиданием считается, если муж ведёт тебя в спорт-бар посмотреть игру, придерживает для тебя дверь и отворачивается, чтобы рыгнуть.

— А ещё говорят, что романтика умерла.

Зазвонил телефон, и Ди отошла ответить. Прозвучавшее слово «розыск» заставило Бена подойти и опереться бедром о стол. Ди положила трубку, и рейнджер вскинул брови:

— Ну?

— На свободе убийца из Уайтфиша. Возможно, направляется в парк. А, может, успел сбежать на юг, но, думаю, лучше перестраховаться.

— Что за история?

— Прошлой ночью подонок застрелил в круглосуточном магазине свою бывшую и её нового парня. Для порядка ещё и кассира прикончил.

— Угу, слышал об этом. У нас есть описание?

Ди кивнула в угол:

— Факс должен прийти с минуты на минуту.

Затем вернулась к своим бумагам, а Бен задержался у аппарата. Судя по сопроводительной записке, снимок был двухлетней давности. На Бена смотрел мужчина лет тридцати с глазами-бусинками и неухоженными волосами, подстриженными под маллет. У него была толстая мускулистая шея, но маленький и слабый подбородок, ещё и нос кривой, будто его несколько раз ломали.

— Настоящий очаровашка, — отметил рейнджер.

Ди подняла вопросительный взгляд, и Бен показал ей листок. Женщина фыркнула:

— Ага. Если тебе скучно, может, сделаешь для меня несколько копий?

— Конечно.

Копировальный аппарат был произведён ещё в каменном веке, но с работой справлялся. Согласно описанию в полицейском оповещении этот Харлан Браун не только был вооружён и опасен, но оказался ещё и параноидальным выживальщиком с обширными знаниями о местности, уходившим вглубь леса каждый раз на несколько недель.

Супер. Значит, он может прятаться прямо под носом.

— Я развешу объявления. Проверишь, чтобы на других станциях они тоже были?

Ди не подняла глаз:

— Сделаю. Уверена, что беспокоиться не о чем, но я бы не хотела столкнуться с этим гадом в лесу.

Бен взял стопку копий и снова посмотрел на фотографию:

— Определённо нет.

***

Когда Бен припарковал грузовик у въезда в кемпинг «Медвежий ручей», на небе уже мерцали звёзды. Рейнджер отправился в обход на целый час раньше, чтобы выяснить, где именно Джейсон с Мэгги разбили лагерь, пока те не легли спать. Возможно, его пригласят вернуться позже, если предчувствие насчёт Джейсона Келлермана окажется верным.

Бен шёл по грунтовой дороге, петлявшей между стоянками. Он изголодался по ощущению под собой другого мужчины. Встреча с Брэдом напомнила, насколько неудовлетворительной стала их сексуальная жизнь задолго до появления на горизонте Тайсона Локвуда.

Когда Бен и Брэд встретились в колледже, оба были молоды и неопытны. Брэду не нравилась идея быть снизу, он отказывался даже пробовать. Бен же никогда не давил, считая, что партнёр имеет полное право на свои предпочтения. Но шли годы, и Бену хотелось исследовать и расширять границы их отношений, а Брэд никогда не проявлял энтузиазма. В сексе он ненавидел беспорядок, хотел, чтобы всё было аккуратно и сдержанно.

Пнув камень, который с громким шелестом отлетел в листву подлеска, Бен задумался: был ли Брэд таким же с Тайсоном? «Может, бывший просто не хотел, чтобы именно мой член был внутри? Может, под Тайсона Локвуда он подставляется каждый день. Даёт всё, чего хотел я. Растит с ним ребёнка. Почему мы вообще были вместе?»

Теперь всё неприятно попахивало, будто испортилось. Целая половина жизни, на которую нельзя смотреть иначе, кроме как на пустую трату времени.

После расставания Бену потребовалось несколько месяцев, чтобы хотя бы начать думать о сексе с другими мужчинами, и если не считать случайного похода в жалкое подобие гей-бара в Бьютте и пары быстрых онлайн-свиданий, никого не было. Уж точно никого значащего.

Парень в Ист-Глейшире носил обручальное кольцо, и Бен старался не обращать на это внимания, говоря себе: пока ему отсасывают, это не его дело. Но ощущение, будто испачкался, не уходило, и дело было не в сексе.

Всё произошло несколько месяцев назад, когда зима только отступала, сейчас же был июль с затяжной жарой до самой ночи и кожей, липкой от пота. Сейчас хотелось большего, чем безымянный секс с незнакомцем.

Бен фыркнул и пробормотал:

— Ну да, ты же знаешь имя Джейсона. Это сделает всё гораздо более значимым.

А был ли парень вообще заинтересован? Он может посчитать Бена придурком. «И, вероятно, будет прав».

Может, Джейсон тоже искал компанию?

В детстве старый коттедж отца казался Бену волшебным местом, но теперь, став домом, ощущался пустым. У них с Брэдом в Калиспелле было несколько общих друзей, но после разрыва все чувствовали себя неловко, и переехав из города, Бен виделся с ними редко.

Отца уже нет, а мама умерла, когда Бен был ещё подростком. Возможно, у него где-то есть двоюродные братья и сёстры, но он их не знал. Бен всегда считал, что к сорока годам будет иметь детей. Говорил себе, что одному живётся тоже неплохо, но иногда хотелось…

— Боже, — пробормотал Бен. Внутри снова поднимала уродливую голову бесполезная сентиментальность. Семьи Бена больше не было, а Брэд создал новую без него. Пора набраться мужества и жить дальше.

В небе светила почти полная луна, поэтому ориентироваться в кемпинге можно было, не включая фонарика. Многие отдыхающие сидели собравшись вокруг своих костров. Бен слишком жадно всматривался в их лица.

Через полчаса он так и не нашёл Джейсона. Подумав уже сдаться и приступить к работе, Бен вдруг услышал нестройное пение мужчины и ребёнка. Приблизившись к стоянке, он заметил светлые волосы Мэгги, которые в бликах от костра отливали золотом.

Узнав песню, смотритель улыбнулся. Джона Денвера и его просёлочные дороги очень любили родители Бена, и он направился в сторону распевавших дуэтом не задумываясь.

Джейсон, сидевший до этого на бревне у костра, вскочил со своего места и прищурился в сторону тёмной дороги:

— Эй, кто там?

Мужчина вышел на территорию кемпинга и, помахав рукой, приподнял край шляпы:

— Прости, что напугал. Я тут проходил мимо.

Джейсон заметно расслабился:

— О, привет. — Он провёл ладонями по своим джинсам, казалось, снова заволновавшись. — Мы просто… тусовались.

Бен прокашлялся:

— У тебя отличный голос, и не позволяй никому утверждать обратное.

Он мог поклясться, что Джейсон покраснел.

— Да, конечно. Мэгги любит песни у костра, хотя я в них не силён.

— Папа, ты потрясающий. Привет, Бен! Хочешь зефирку? — Девочка протянула палку с липким месивом на конце.

— Спасибо, Мэгги. — Бен снял тёплый маршмеллоу и с удовольствием ощутил на языке липкую сладость.

— Тебе что-нибудь принести? — спросил Джейсон. — Хм, вообще-то я не пью. — Затем открыл стоявший рядом холодильник и начал в нём рыться. — Есть содовая, сок, вода и, э-э-э, молоко. Или приготовить кофе?

Бен улыбнулся:

— Содовая подойдёт.

Он сел на бревно рядом с Мэгги и положил шляпу на колено. Джейсон передал ему холодную банку колы и устроился по другую сторону от дочери. Затем проговорил:

— Э-э-э, хорошая ночь, да?

Парень явно нервничал. Может, это хороший знак? Бен не понимал, с чего ему вообще взбрела в голову идея начать что-то с Джейсоном. Наверное, следовало оставить парня в покое, но в нём и его ухмылке было что-то интригующее, а с Беном подобного не случалось уже очень, очень давно.

— Красивая. Думаю, в Филадельфии таких звёзд не увидишь. — Бен отхлебнул колы.

— Не-а. Здесь просто потрясающе.

Мэгги проткнула палочкой ещё один маршмеллоу и поместила его над огнём:

— Бен, споёшь с нами песню?

— Вообще-то, из меня певец так себе. Смотри, чтобы не пожалела, что попросила.

— Всё в порядке, мой папа тоже не умеет петь.

— Эй! — Джейсон изобразил обиду. — Ты только что сказала, что я пел хорошо. Чтоб ты знала, я ходил в хор всю учёбу в школе. Конечно, это было обязательно, но суть не в этом.

Мэгги хихикнула и повернула палочку, поджаривая маршмеллоу:

— Ну дава-а-ай. Давай споём.

— Мэгги, не ной, — сказал Джейсон. — Бен, всё нормально. Ты не обязан.

— Мэгги, может, сама нам споёшь? — предложил Бен.

— Хорошо. Я выучила эту у девочек-скаутов. — Она театрально прочистила горло, а затем немного невпопад начала исполнять «Puff the Magic Dragon».

Когда девочка закончила, оба мужчины захлопали в ладоши.

— Ты когда-нибудь думала петь профессионально? — спросил Бен.

Мэгги широко заулыбалась:

— Может, через несколько лет. Сначала нужно закончить хотя бы шестой класс, а я перехожу только в четвёртый.

Джейсон добавил:

— Юная леди, ты закончишь гораздо больше шести классов.

— Знаешь, когда я был ребёнком, эта песня выводила меня из себя. — Бен сделал глоток колы. — Господи, я не слышал её уже много лет.

— Мне кажется, то, что Пафф теряет друга и уходит в свою пещеру, немного печально, — проговорил Джейсон.

— Да, но я думал, ребёнок умер. Знаешь, драконы живут вечно, в отличии от маленьких мальчиков.

Джейсон рассмеялся:

— Ладно, я понимаю, как сильно это может расстроить.

Мэгги нахмурилась:

— Значит, Пафф никогда больше не нашёл себе друга?

— Нет, конечно, нашёл, — заверил её Бен. — Он нашёл много друзей. Драконы никогда не остаются надолго одни. Они слишком крутые.

Мэгги, похоже, задумалась над этим, а затем широко зевнула.

— Да, ты прав.

— Мэгс, думаю, пора спать, — сказал Джейсон. — У нас был долгий день.

Внезапно она выпрямилась:

— Я совсем не устала! Давай споём ещё одну.

— Нет, пора спать. — Джейсон кивнул в сторону палатки.

— Па-а-ап, — взмолилась девочка.

— Мэгги, я сказал не ныть. Спать.

— Но…

— Никаких «но». Возьми зубную щётку. — Он вытащил из кармана ключ от машины и нажал кнопку. Багажник щёлкнул и с глухим стуком открылся. — И зубную пасту.

— Ладно. — Девочка громко фыркнула и потопала к машине.

— И не дуйся, — крикнул ей вслед Джейсон. Потом снова повернулся к Бену. — Извини за это.

— Дети, да? Не волнуйся. Мне всё равно пора работать. — Он встал. — Спасибо за содовую.

— Да, конечно. Э-э-э, спасибо, что заглянул. Было круто. — Джейсон тоже встал и протянул руку.

Бен сжал её и задержал на мгновение дольше необходимого. Он боролся с желанием притянуть парня ближе и провести пальцами по волоскам на его предплечьях. Интересно, были ли у него волосы на груди, или ниже пупка…

Моргнув, он отпустил чужую ладонь. Обычно Бен выбирал мускулистых парней своего возраста, но в этом молодом человеке что-то было. Такой ответственный, но с почти кукольным лицом и стройным телом. Чёрт, он был прекрасен.

Сунув руки в карманы, Джейсон облизал полные губы.

— Э-э-э, я должен… — Он направился к машине, где Мэгги рылась в багажнике.

— Я могу зайти позже. —Сердце Бена глухо забилось. — Если ты ещё не будешь спать. — «Скажи "да"».

Джейсон слегка нахмурился:

— Позже? Я буду спать. Столько свежего воздуха, к тому же Мэгги встаёт ни свет ни заря.

Чёрт. Играет в недоступного. Или, может быть, он совершенно неправильно понял Джейсона?

Улыбнувшись, Бен постарался слишком не разочаровываться, но безуспешно, и снова надел шляпу.

— Точно. Что ж, увидимся завтра утром. Для похода. — Может, он придумал, что между ними что-то проскочило? — Если тебе, конечно, интересно. Я не давлю. Уверен, что есть сотня вещей, которые Мэгги хочет сделать и… — «…и перестань бубнить как полный идиот».

— Для похода мы точно увидимся, а если придёшь завтра вечером, Мэгги споёт тебе ещё что-нибудь душераздирающее.

Ощутив странное облегчение, Бен улыбнулся:

— Звучит как план. Кстати, как долго вы здесь пробудете? — «Каковы мои шансы остаться с тобой наедине?»

— Десять дней, из них осталось ещё восемь.

— Отлично. — Бен оглядел лагерь. — Уверен, вы запрёте свой холодильник.

— Он уже заперт и стоит в багажнике. Я рад, что ты проверяешь нас и всех остальных. — Усмехнувшись, Джейсон убрал прядь волос со лба. Его лицо засветилось, а губы при свете костра показались тёмно-красными. — Ещё раз спасибо.

Удаляясь от стоянки неспешным шагом, Бен присвистнул, подумав, сколько всего они успеют сделать за восемь дней.

***

На следующее утро, увидев возле станции смотрителей Мэгги с Джейсоном, Бен оживился. Внутри всё затрепетало, и в голове пронеслись отрывки сна, от которого мужчина проснулся с возбуждённым и ноющим членом. В рассветных лучах Бен грубо подрочил, представляя перед собой Джейсона, который стоял на коленях, а горячим и влажным ртом, опухшими красными губами обхватывал…

Когда член снова зашевелился, Бен закрыл глаза и мысленно тряхнул головой. Сейчас было последним делом подойти к парню с бугром в штанах. Мужчина сделал глубокий, успокаивающий вдох. Если правильно разыграть карты, то в течение недели эта мечта может стать реальностью. Чёрт, наверное, следовало бы поехать в город и зайти в «Гриндр», но Джейсон вызывал в нём такое возбуждение, какого не было уже слишком давно.

С неба стального цвета моросил дождь, воздух казался густым. Бен не ожидал большой группы для похода, и новых желающих пока не нашлось.

— Доброе утро, — произнёс он, подходя ближе.

Мэгги взволнованно помахала рукой:

— Привет, Бен! О чём будет сегодняшний поход?

Увидев восторг девочки, рейнджер широко улыбнулся:

— А о чём ты хочешь? Не похоже, чтобы в такую паршивую погоду кто-то ещё интересовался походом.

— Я хочу больше узнать о здешних птицах. А люди должны познакомиться с дождевиками. — Мэгги указала на свою ярко-красную накидку, капюшон которой обтягивал её лицо, делая карие глаза ещё больше.

Бен рассмеялся:

— Это точно. — На нём был тёмно-зелёный дождевик, похожий на куртку Джейсона цвета морской волны. Рейнджер потянул за широкий край своей шляпы. — А ещё со шляпами. — Бен повернулся к Джейсону, на котором была кепка с логотипом «Филлис». — Хорошо спалось?

— Если не считать, что ночью здесь слишком холодно для июля? Палатка не протекала, это уже кое-что.

— Холодно? Сегодня утром даже мороза не было! — поддразнил Бен.

— Я упоминал, что сейчас июль?

— Городской мальчик.

Джейсон широко улыбнулся:

— Чертовски верно.

Бен несколько минут подождал, не отважится ли ещё кто-нибудь из отдыхающих присоединиться в такую промозглую погоду, но вскоре вышел на тропу. Мэгги с Джейсоном внимательно слушали рассказ о местных птицах, в котором рейнджер давал базовые знания о разных видах.

Закончив лекцию, Бен спросил:

— Мэгги, помнишь, что делать, когда встретишь медведя?

Джейсон фыркнул:

— Молиться? Прощаться со своей задницей?

Мэгги вздохнула:

— Па-а-ап, пожалуйста, будь серьёзней.

Он поднял примирительно руки:

— Прости.

Девочка протараторила всё услышанное о нападениях медведей накануне от Бена, и тот кивнул:

— Ты всё знаешь. Молодец, Мэгги.

— И мы же должны петь, пока идём, чтобы медведи слышали наше приближение. Что ты хочешь спеть?

— Знаешь что-нибудь из «Битлз»? — подразнил Бен.

Лицо Мэгги просияло.

— Конечно! «Жёлтая подводная лодка» потрясающая, — и громко запела первый куплет.

Джейсон тихо подпевал, вглядываясь в густой лес и явно чувствуя себя не в своей тарелке после напоминания о потенциальной опасности.

— Напомни, чья была идея сюда приехать?

Мэгги перестала петь:

— Пап, не волнуйся. Гризли нападают очень редко.

— Если ты так говоришь, дорогая.

— Я так говорю. Прости, не хотел тебя пугать. — Бен похлопал Джейсона по плечу и повёл обоих дальше по тропинке к смотровой площадке.

За деревянными перилами открывался вид на деревья внизу, а вдалеке в облаках исчезали горные вершины. Даже сквозь серый мелкий дождь вид был замечательным, но Бен пожалел, что не может показать его при ярком солнечном свете.

— Ого, — выдохнула Мэгги. — Как тут круто.

Джейсон поцеловал её в макушку:

— И правда.

От их изумления Бен почувствовал какую-то странную гордость и удовольствие. Конечно, к великолепному виду он не имел никакого отношения, но было приятно, что его дом оценили по достоинству.

— А можно мне поискать камни?

Бену потребовалась секунда, чтобы понять: Мэгги обращалась к нему.

— Конечно, только будь осторожна. Шуми в кустах и не отходи слишком далеко от тропы. Оставайся на виду.

— Хорошо! — Мэгги убежала.

Джейсон нахмурился:

— Уверен, что это нормально? Не хочу, чтобы она что-нибудь испортила.

— Не волнуйся. Экосистема не настолько хрупкая.

— Как видишь, она ещё и начинающий геолог, — добавил Джейсон.

— Вижу.

Мужчины наблюдали за продвижением Мэгги в непринуждённом молчании. Бену до смерти хотелось задать Джейсону несколько вопросов, но он решил, что лучше вести себя спокойно и начинать медленно.

— Значит, Мэгги восемь?

— Ага. Ну, если спросишь, она будет громко настаивать, что восемь с четвертью.

— Забавно, что, становясь немного старше, мы уже не так стремимся прибавить себе возраст.

— Верно. Хотя мне двадцать пять, я не прочь выглядеть немного старше.

Ого. Джейсон не просто выглядел молодым. Бен моргнул, прикидывая в уме.

— Так тебе было…

— Семнадцать, когда родилась Мэгги. Знаю, я был молод. Поверь, знаю.

— Прости. Не хотел совать нос в чужие дела.

— Конечно, хотел. — Джейсон легко улыбнулся, и на одной щеке заиграла маленькая ямочка. — Большинству людей любопытно. Всё нормально, пока они не ведут себя как козлы.

— Ну, я стараюсь не быть козлом. Как я, справляюсь?

Ямочка стала глубже.

— Неплохо.

В порыве желания Бен наклонился ближе, невольно сделав шаг. Джейсон был взрослым мужчиной, но в нём оставалась невинность, которая действовала на Бена каким-то необъяснимым образом. Рядом с ним ощущалось тепло, к которому хотелось прикоснуться. Необходимо было прикоснуться.

Джейсон нахмурился и облизал губы.

— Бен?

Но тут из-за деревьев позвала Мэгги:

— Пап! Сколько камней можно взять?

С колотящимся сердцем Бен наклонился и вытащил из листьев и грязи мокрый камень.

— К слову, это… — Мысли закружились в бешеном хороводе. «Камень». — Э-э-э, я не помню названия, но Мэгги может понравиться. — Это был обычный серый камень, но под дождём он, по крайней мере, немного блестел.

Джейсон ответил дочери:

— Столько, сколько поместится в карманах джинсов. Я имею в виду тех, что на тебе. — А Бену сказал: — Круто, спасибо, — и взял камень.

Их пальцы соприкоснулись, и Бен готов был поклясться, что вспыхнувшая искра прошила до самых яиц.

— Конечно. Без проблем. — С трудом, но удалось не завизжать, как подросток.

Джейсон покачал головой, увидев, как Мэгги снова наклонилась, мелькнув красной накидкой среди листьев.

— Видел бы ты её комнату. Повсюду камни.

Глубоко дыша, Бен восстановил контроль.

— Что, никаких кукол Барби? — Теперь он открыто любопытничал, чтобы сосредоточиться на чём-то, кроме сексуального Джейсона Келлермана.

— О, своих кукол она тоже любит. Мэгги не… легко отнести к той или иной категории.

— Она замечательный ребёнок. Ты счастливчик.

— Да. — Какое-то мгновение Джейсон выглядел отстранённым, затем покачал головой и улыбнулся.

— Сожалею насчёт её матери. Должно быть, это тяжело. — Было слишком много вопросов, которые явно попадали под категорию «для козлов», поэтому Бен прикусил язык.

Голос Джейсона звучал ровно.

— Эми я потерял давным-давно. Воспитывать Мэгги в одиночку непросто, но ты делаешь то, что должен. Я бы всё отдал ради неё. Всё.

— У тебя нет семьи, которая помогала бы?

— Нет. — Джейсон сжал челюсти и напрягся. — Мы прекрасно справляемся сами.

Хм. За всем точно была какая-то история, но Бен не считал разумным давить.

— Большинство парней не смогли бы справиться… заботиться о маленьком ребёнке в одиночку. И уж точно не в подростковом возрасте.

Джейсон пожал плечами, убрал влажный локон за ухо и надвинул козырёк бейсболки ниже:

— Полагаю, я не большинство.

«Определённо».

Бен проследил, как Джейсон вытирает со щеки каплю дождя, и прочистил горло:

— Как тебе это удаётся?

Джейсон уже собрался сказать что-то, как вдруг резко выпрямился:

— Где она?

Бен понял, что, пока они разговаривали, Мэгги совсем пропала из виду.

— Не волнуйся, я уверен, она рядом. — Он приподнял край шляпы, вглядываясь во мглу.

— Мэгги! — позвал Джейсон.

Сквозь деревья доносилась песня жаворонка, капли дождя, казалось, отдавались эхом в тишине.

Не успел Бен произнести и слова, как Джейсон скрылся в лесу:

— Мэгги!

Бен пошёл следом:

— Всё в порядке, не паникуй.

— Пап, иди посмотри на это!

Бен физически почувствовал, как Джейсон расслабился и протяжно выдохнул. Мэгги появилась снова и взволнованно указала на что-то в ладошке. Терпеливо слушая, Джейсон провёл рукой по влажным волосам дочери, натянул ей капюшон и завязал тесёмки под подбородком.

Бен поймал себя на том, что улыбается, наблюдая за обоими. Как этот молодой мужчина справился с воспитанием ребёнка? И воспитал хорошо. Конечно, Бен не эксперт, но отлично помнил походы по грязи с родителями и их бесконечное терпение, когда те рассказывали ему о местности. Как счастливо и безопасно он чувствовал себя, исследуя вместе с ними дикую природу.

Джейсон вытащил из кармана телефон, но Бен заметил:

— Здесь нигде нет сотовой связи. Прости. Тебе придётся спуститься в деревню Апгар.

— Да, странно не выходить в интернет. Но в хорошем смысле, понимаешь? Я просто смотрел на время. Разве нам не пора возвращаться? Прошёл почти час.

— Нет, всё в порядке. До обеда у меня нет другой экскурсии. Тут неподалёку есть классная пещера, можно посмотреть, если хотите.

Мэгги ахнула и захлопала в ладоши, а Джейсон хрипло рассмеялся, от чего у Бена заныло в паху.

— Так Мэгги говорит «да».

Показывая дорогу, Бен надеялся, что вскоре снова услышит, как Джейсон Келлерман скажет «да», только в совершенно другом контексте.

ГЛАВА 3

— Даже не знаю.

Мэгги закатила глаза:

— Пап, почему ты всегда так волнуешься?

— Потому что это моя работа.

— Нет, это не так.

— Так.

— Нет.

— Да… — Джейсон остановился, пока не стал ещё больше походить на восьмилетку. — Мэгги, я просто думаю, что это может быть слишком опасно.

Дочь многострадально вздохнула:

— Ты так помешан на контроле.

— Что? Это не правда. Ты даже не знаешь, что значит «помешан на контроле».

— Конечно, знаю. По телевизору видела. Вот поэтому ты и не отпускаешь меня с ночёвкой. Хочешь всё контролировать.

Может, Джейсон и опекал слишком сильно. Он готов это признать. Но после того, как почти потерял опеку над Мэгги, не отпускал дочь далеко.

— Нет, я только хочу, чтобы ты была в безопасности. Вот и всё.

— Слушай, там дети младше меня. Кроме того, на нас же будут спасательные жилеты.

— Правильно, потому что есть шанс упасть в воду.

— Пап, можешь расслабиться?

Джейсон невольно рассмеялся. Они стояли в очереди у небольшого деревянного домика для записи на утренний рафтинг. День выдался солнечным и очень тёплым. Ниже по пологому склону спокойно и тихо текла река Флатхед. Но Джейсон знал, что уже через милю она превращалась в пенистое бешеное чудовище, с силой разбивавшееся о массивные скалы.

— Там всего два или три порога. Пустяки. — Мэгги, как обычно, уже всё знала.

— Почему бы нам не покататься на каноэ по озеру рядом с лагерем? Это будет куда веселее. — Джейсон старался говорить с энтузиазмом.

— Между прочим, в каноэ тоже можно утонуть. — Судя по тону дочери, отец её не убедил.

Потрясающе.

— От этого мне должно стать легче?

Склонившись, Мэгги тихо спросила:

— Это слишком дорого?

— Нет! Конечно, нет. Не беспокойся об этом. — Джейсон надеялся, что улыбался ободряюще.

По правде говоря, прогулка на полдня стоила чуть больше ста долларов — дороже, чем хотелось бы, но Джейсону неприятно было слышать, что дочь вообще задумывалась о деньгах, помимо своих карманных. В её возрасте он даже не догадывался, что сколько стоит. Да, его родители были богаты, но всё же… дети не должны беспокоиться о подобных вещах. По спине неприятной змеёй проползло обжигающее чувство вины.

Они были почти в начале очереди, когда услышали, как стоявшая впереди женщина спросила продавца билетов, не промокнет ли она. На посетительнице были отглаженные капри и белоснежная блузка, а на руках сверкали драгоценности. Мэгги и Джейсон переглянулись и постарались скрыть смех.

— Похоже, она думает, это парк в Херши, — прошептала слишком громко Мэгги.

— На этой прогулке вы промокнете, — произнёс Джейсон глубоким голосом диктора.

— Прошу прощения? — Женщина повернулась и выгнула бровь над оправой сверкающих солнцезащитных очков. Своими светлыми волосами и французским маникюром она напомнила Джейсону мать.

Он запнулся.

— Я… я просто разговаривал со своей дочерью.

— Дочерью? Да ты сам по возрасту едва дотягиваешь, чтобы бриться. Как мерзко.

— Это вы мерзкая! — Мэгги скрестила руки на груди и уставилась на женщину.

Притянув девочку к себе, Джейсон обнял её напряжённые плечи:

— Думаю, подошла наша очередь. — Он сделал знак кассирше-подростку, которая, накручивая на палец свой конский хвост, смотрела на разворачивающуюся сцену широко раскрытыми глазами. — Пожалуйста, отойдите в сторону.

Женщина удалилась, не сказав ни слова, а Джейсон достал бумажник, собираясь купить билеты. Мэгги смотрела женщине вслед.

— Зачем такому человеку ехать в отпуск в Монтану?

Не успел Джейсон ответить, как позади раздался низкий голос:

— В наши дни это модно. Богатые и знаменитые толпами возвращаются к природе.

— Бен! — Мэгги взвизгнула, и её гнев мигом испарился. — Что ты здесь делаешь?

Смотритель, одетый в майку и шорты, со спасательным жилетом, висевшим на голой, покрытой волосами руке, и веслом на широком плече, явно собирался на рафтинг. Джейсон постарался игнорировать странную покалывающую волну, которая окатила с головы до стоп и вызвала горячий румянец.

Накануне вечером Бен пришёл на маршмеллоу и удивил Мэгги шоколадом и грэм-крекерами для сморов. Ещё он научил её старой песне о баржах, которую обычно пели у костра. Хотя мужчина утверждал, что не очень любит петь, но его мягкий баритон звучал уверенно. Джейсону захотелось услышать его снова.

Возможно, у Бена получится взять отгул и провести с ними вечер. Джейсон приготовит на ужин вместо макарон с соусом из банки что-нибудь более изысканное, а потом, когда Мэгги ляжет спать, они будут сидеть у костра и просто разговаривать. С Беном Джейсон не будет беспокоиться о медведях. И вообще ни о чём.

Джейсон уже и припомнить не мог, что значит встретить нового друга. Коллеги на фабрике были милыми, но вдали от конвейера они никогда не встречались: парень всегда был слишком занят дочерью.

Джейсон прокашлялся:

— Привет. Ты тоже на сплав?

Глупо было думать о рейнджере, как о друге. Он был старше и, возможно, просто вежлив. Всего лишь выполнял свою работу.

— Подменяю сегодня. Я подрабатываю здесь гидом с подросткового возраста. До сих пор иногда сплавляюсь в свой выходной.

— Круто! А можно нам в твою лодку? —Мэгги улыбнулась от уха до уха, и Джейсон обнаружил, что делает то же самое.

Бен подмигнул девочке:

— Думаю, что смогу потянуть за несколько ниточек.

Внезапно Джейсон почувствовал невероятную лёгкость — его треволнения о безопасности испарились: Бен не допустит, чтобы на реке с ними что-нибудь случилось, — но из вежливости проговорил:

— Если только это не доставит тебе проблем.

— Нет, никаких проблем. — Зарумянившись, Бен улыбнулся и, кивнув в сторону, добавил: — Увидимся у первого рафта.

Джейсон расплатился с кассиршей, и та направила их к закрытому навесу с оборудованием. Внутри подросток в футболке «Metallica» с, похоже, вечно хмурым лицом окинул их внимательным взглядом и выдал спасательные жилеты со шлемами.

Через открытые ворота навеса Джейсон наблюдал за Беном, который, склонившись у кромки реки, осматривал оснастку рафта. Белая майка обтягивала загорелую кожу и упругие мышцы. Джейсон заёрзал, почувствовав, как внутри пластиковым шариком для пинг-понга запрыгало предвкушение.

В последний раз он чувствовал себя так летом в конном лагере со своим другом Эдвардом Мартином перед вторым годом старшей школы. Эми тогда безжалостно его дразнила, называя отношения между парнями бромансом, но Джейсон отмахивался.

— Пап, ты в порядке? — спросила Мэгги, уперев руки в бока. — Тебе не нужно бояться, я обещаю.

— Я знаю, детка. Спасибо. — Поцеловав её в лоб, он замер, пока хмурый подросток надевал ему на голову шлем и затягивал ремешок.

Бен ждал у большого надувного рафта, пока все придут от навеса. Присев на корточки, он подёргал спасательный жилет Мэгги.

— Всегда проверяй, чтобы жилет был закреплён надёжно. Видишь эти пряжки? — Внимательно слушавшая Мэгги кивнула. Она, словно губка, была готова постоянно учиться, и Джейсон с гордостью за этим наблюдал. Тем временем Бен продолжил: — Нужно потянуть их вот так, чтобы проверить, что всё надёжно и крепко. Попробуй.

Мэгги сделала, как сказано.

— Так хорошо?

— По мне, малышка, великолепно. — Бен встал. — А что насчёт папы?

— А? Я в порядке. — Джейсон попытался вставить штифт застёжки-молнии в ограничитель на своём спасательном жилете, но пальцы внезапно задрожали и стали бесполезными.

— Давай помогу. — Бен мягко оттолкнул его руки и одним плавным движением застегнул молнию на жилете. Стоя совсем близко, Джейсон видел, как загибаются наверх длинные тёмные ресницы Бена. Сейчас, без фирменной шляпы, короткие, но густые волосы мужчины отливали тёплым рыжеватым оттенком.

Бен медленно затянул на жилете ремни. В горле пересохло, и Джейсон с трудом сглотнул. Когда же Бен застегнул пряжку и проверяя дёрнул, по загривку потёк пот, а сердце в груди начало бешено колотиться. На бедро Джейсона легла крепкая ладонь, и тот мог поклясться, что почувствовал, как покалывает кожу даже сквозь ткань шорт и футболки.

Он затаил дыхание, пока Бен проверял другую пряжку. Мгновение спустя рейнджер с лёгкой улыбкой отошёл.

— Вот, пожалуйста. — Он повернулся к Мэгги. — Удобно в шлеме?

Ослабив ремешок своего шлема, Джейсон вытер со лба пот и глубоко вздохнул. Может, купание в ледяной воде пойдёт ему на пользу?

— Ладно, всем внимание! Рассаживайтесь по местам.

Посадив Мэгги и Джейсона рядом с собой, Бен указал собравшимся, где кому сесть. На рафте было девять человек, включая Бена. У каждого — своё весло, кроме Мэгги, к её большому огорчению.

— Это нечестно! Я тоже хочу грести!

Внутренне поморщившись, Джейсон понял, что сейчас увидит вспышку гнева, и постарался говорить низким и спокойным голосом:

— Детка, ты ещё маленькая, не дотянешься. Прости.

— Это нечестно! — В широко раскрытых карих глазах дочери появились слёзы. Большую часть времени она вела себя удивительно рассудительно, как для ребёнка, но периодические истерики могли начаться без предупреждения.

— Мэгги, прекрати. Сейчас же. Или мы выходим, и для нас сплава не будет.

От осуждающих взглядов других пассажиров рафта у Джейсона начала зудеть кожа. Он ненавидел, когда Мэгги устраивала сцены на людях. Казалось, что вот-вот послышится шёпот, что он не годится на роль родителя. Что недостаточно взрослый, недостаточно ответственный — посмотрите, как ведёт себя его ребёнок! Почему он не может его контролировать? Ужасный отец…

— Но это нечестно! — Губы Мэгги задрожали, и девочка стукнула кулаками по бёдрам.

— Бен, мне очень жаль. Нам придётся выйти. — Они ещё не отошли от берега. Джейсон поднялся, расставив руки для равновесия, и собрался выйти из лодки.

— Нет, нет! — заплакала Мэгги. — Папочка, я хочу остаться. Прости. Пожалуйста, пожалуйста!

— Хорошо, но чтобы сегодня подобного больше не было. Или мы выходим. — Мэгги энергично закивала, и Джейсон, снова сев, кивнул Бену, который ждал знака, чтобы отчалить.

— Малышка, тебе повезло. Всю работу должны делать мы, а ты — сидеть и наслаждаться! — Бен похлопал её по спине. — По мне, так очень хорошая сделка.

Это вызвало у Мэгги крошечную улыбку, что после подобных истерик было довольно сложно. У Бена, наверное, есть дети, учитывая, как терпеливо он уговаривал Мэгги, и Джейсон был ему за это благодарен. Внезапно до парня дошло, что не знает, женат ли Бен и есть ли у него дети на самом деле. На мужчине не было кольца, но это ничего не значило.

Опустив лицо вниз, Мэгги застенчиво вытерла красные щёки, и Джейсон ободряющее её обнял. После вспышки гнева дочь всегда невероятно смущалась, и от этого болело сердце.

Под руководством Бена, который командовал, как грести, они направились на середину реки. Затем рейнджер велел положить вёсла на колени, и рафт начал дрейфовать.

— Окей, вот что нужно знать, если упадёте в воду. Этого не случится, но всё равно вы должны понимать, что делать. Во-первых, вода крайне холодная, и она моментально вытеснит весь воздух из лёгких. Поэтому заставляйте себя дышать. Плывите по течению на спине ногами вперёд. Никогда не пытайтесь достать дна. Иначе можете легко застрять между камнями или другим мусором, которого внизу полно: ветки старых деревьев и тому подобные вещи. Если застрянете, вас может затянуть под воду и поймать течением в ловушку.

Джейсон вздрогнул:

— Но мы же не упадём, правда?

— Нет, если все будут грести по моей команде. — Бен широко улыбнулся и хлопнул Джейсона по плечу: — Не волнуйся, у меня всё под контролем.

Тот с трудом сглотнул, почувствовав, как тепло от крепкой ладони, казалось, прошило, дойдя до самого члена, и практически пискнул:

— Окей. Рад слышать.

Пока Джейсон пытался осознать реакцию своего тела, Бен продолжил:

— Ещё раз, плывите вниз по реке ногами вперёд и не пытайтесь достать дна. Важно помнить ещё одну вещь: не сражайтесь с течением. Вы не выиграете. Чтобы выбраться на берег, плывите наискось, и, в конце концов, доплывёте. Конечно, если сегодня случайно упадёте в воду, то вас подберём или мы, или другие лодки.

Колено Бена задело поясницу Джейсона, чуть ниже спасательного жилета. Под огромным голубым небом, щурясь в лучах яркого солнца и брызгах нёсшихся под рафтом бурных вод, Джейсон сжал своё весло крепче.

«Твою ж мать».

Затем сам себе признался:

«Меня влечёт к Бену».

Он прокрутил фразу в голове несколько раз. Слова были новые и непонятные, но неоспоримые.

— А кто-то когда-то падал? — Голос Мэгги стал нормальным, слёзы высохли.

— Да, несколько раз, — ответил Бен. — Но только когда терял бдительность. Знаю, что сегодня у меня с вашей командой таких проблем не будет. Ну что, пора грести. Ещё раз: делайте, как говорю, и помните, на какой стороне лодки находитесь — слева или справа.

— А разве это не бакборт и штирборт? — спросила Мэгги. — Как в песне про баржи.

Бен усмехнулся:

— Джейсон, да у тебя тут начинающий моряк. Да, бакборт находится слева, а штирборт — справа. Но нам проще не путать людей морскими терминами, особенно на рафте. Мы приближаемся к первому порогу. Слышите шум воды?

Группа закивала, и пульс Джейсона взлетел вверх. Впереди показался порог, и Бен приказал всем грести. Затем лодка пролетела по воздуху и плюхнулась в бурлящую воду, проносясь мимо камней.

— Правая сторона, гребите сильно! Сильно! — выкрикнул Бен.

Джейсон сидел справа. Он заработал веслом изо всех сил, а Мэгги рядом завизжала от восторга. Как по волшебству, рафт аккуратно избежал столкновения с выступающими скалами.

Они преодолели порог, и река снова успокоилась. Течение оставалось мощным, оно несло лодку вперёд с постоянной скоростью.

— Это было потрясающе! — захлопала Мэгги в ладоши. — Я хочу ещё!

Бен рассмеялся:

— Не волнуйся, впереди ещё достаточно.

— Откуда ты знаешь, когда грести и как уходить от камней? — повернувшись, спросил Джейсон, вытирая с лица брызги воды.

— Опыт. Вот сплавишься по этой реке сотни раз, и тоже будешь знать её, как свои пять пальцев. Каждый водоворот, каждый камень, каждый пень.

— Приятно, что мы в хороших руках.

— В хороших, это точно. — Бен улыбнулся и… подмигнул?

Резко отвернувшись, Джейсон ухватился за верёвку на рафте. Бен не… ни за что он не… он не мог… Он же не мог подкатывать? Не мог же? Новая мысль эхом отозвалась в голове, и к ней добавился вопрос: «Меня влечёт к Бену. А его влечёт ко мне?»

— Поднять вёсла! — От низкого командного голоса рейнджера по спине Джейсона пробежала дрожь. — На подходе ещё один порог.

Они снова рванули вперёд, в воздух поднялась куча брызг. Лодка успешно преодолела резкие повороты и изгибы реки, и вокруг послышались восторжённые возгласы. После двух порогов, следовавших один за другим, течение снова успокоилось, и рафт почти остановился.

— Вот мы и приплыли туда, где обычно прыгаем и разгоняем кровь. — Бен игриво подтолкнул Джейсона локтем: — Давай, начинай.

Опустив руку в воду, Джейсон, не удержавшись, воскликнул:

— Да она же ледяная!

— Пап, так с ледника же.

— Осторожнее, а то будешь первой! — Джейсон пощекотал Мэгги под мышками, и она, заёрзав, захихикала.

— Сегодня жарко. Я готов окунуться. — С этими словами Бен встал, бросил шлем со спасательным жилетом к ногам и, сделав сальто, нырнул с задней части рафта. Разлетевшиеся во все стороны брызги намочили Джейсона и Мэгги. Те охнули и начали отплёвываться.

— Ну же, пап!

— Ладно. Сейчас.

Джейсон снял свой шлем и помог со шлемом Мэгги. Пока другие члены команды прыгали в воду, отец с дочерью, оставшись в жилетах, затормозили у края лодки. Действительно ли это хорошая идея? А если Мэгги простудится?

Но девочка широко улыбалась, лицо сияло, а маленькая ладошка сжимала его руку — отказать было невозможно. Джейсон выкрикнул: «Раз, два, три!», и потянул обоих из рафта.

Ледяная вода подействовала, как неожиданная пощёчина, и сковала всё тело. Мэгги взвизгнула и радостно завертелась на месте, крича о том, как холодно. По реке спустился ещё один рафт, и некоторые из прибывших тоже прыгнули в воду. Бен подплыл и брызнул Джейсону в лицо.

— Эй, я уже и так весь мокрый! — засмеялся тот и плеснул в ответ, ощущая, как гулко стучит сердце, не хуже барабана.

Их ноги под водой переплелись, тела прижались, разделённые только толщиной спасательного жилета Джейсона. Оба были в длинных шортах, и пока барахтались в воде, то и дело касались икрами, скользя кожей по коже и щекоча друг друга волосками на ногах — от этого тело Джейсона раз за разом пробивала мелкая дрожь.

Он понял, что спасательный жилет держит на плаву, и с нервным смехом, больше похожим на странный гогот, оттолкнулся от Бена, наблюдавшего за ним с лёгкой усмешкой. Мысли Джейсона завертелись с бешеной скоростью: «Бен гей? Может, на самом деле ничего нет? Или есть? Что со мной происходит?»

Затем пришло время возвращаться на лодку. Надев шлемы и взяв вёсла, все приготовились к последнему ряду бурных порогов, через которые Бен мастерски их провёл. После последнего толчка река снова стала спокойной. Они причалили к берегу, где их ждали грузовики для лодок и минивэны для рафтеров, чтобы вернуть всех в исходную точку.

Взяв полотенце у одного из сотрудников, Джейсон наблюдал, как Бен помогает поднимать рафт. Его влажная кожа блестела на солнце, сквозь промокшую белую ткань майки проступали тёмные волосы на груди.

«Каково это — прижаться к этому мужчине и потереться?»

— Ау-у-у? Земля вызывает папу.

Джейсон повернулся к дочери и помог ей справиться с неподдававшейся крышкой на бутылке воды.

Безумие какое-то, но он почувствовал разочарование, увидев, что Бен возвращается в другом автомобиле.

Все вышли на стоянке, и Джейсон огляделся в поисках рейнджера. Поймав его взгляд, он помахал рукой:

— Спасибо за отличный сплав! — Пульс снова зачастил.

— Всегда пожалуйста, — ответил Бен, подходя ближе и вытирая голову полотенцем. Под высыхающей майкой волосы на его груди теперь казались только тенью. — Чем планируете заниматься остаток дня?

Услышав вопрос Бена, Джейсон заставил себя поднять взгляд.

Мэгги уставилась на отца:

— Я хочу проехать по Дороге навстречу солнцу, но папа трусит.

— Я не трус. Я осторожен. Погода может снова измениться, а я не хочу застрять на узкой дороге в горах.

— Но ты просто обязан проехать по Дороге к солнцу. — Рейнджер мягко улыбнулся, и в глубине его глаз появился далёкий блеск. — Так называл её мой отец. — Затем внимательно посмотрел на небо. — Думаю, сейчас вполне подходящее время. — Он встретился взглядом с Джейсоном, и того словно электрическим разрядом прошило. — Если хотите, отвезу вас на своём грузовике. Я делал это сотни раз. — Он махнул рукой: — К тому же, дорога прямо здесь. Мы уже на ней.

— Круто! — Мэгги захлопала в ладоши и практически закружилась. — Можно, можно? Я уверена, что Бен — очень надёжный водитель.

— Я тоже так считаю. — Бен рассмеялся.

Джейсону улыбнулся:

— Как тут отказать?

И отправившись за Беном к грузовику, понял, что единственным словом, эхом отдававшим в голове на повторе, было «да, да, да».

ГЛАВА 4

— Ого. — Джейсон уставился на зелёную долину. Внизу протекала ярко-голубая река, скалистые вершины холмов упирались в огромное небо, синева которого казалось ещё насыщеннее от контраста с парой белых пушистых облаков.

Переезд через континентальный водораздел занял много времени — извилистая дорога была забита туристами. Их троице повезло занять выгодное место у одной из смотровых площадок, где Бен заглушил двигатель, давая возможность всем размяться и полюбоваться видом.

Пока рейнджер, указывая на скальные образования, рассказывал Мэгги о тектонических плитах, Джейсон, не удержавшись, достал из рюкзака свой альбом и карандаши. Опершись на капот грузовика, парень открыл чистый лист и лёгкими, размашистыми движениями начал рисовать.

— Это потрясающе! — воскликнула Мэгги, и Джейсон, вскинув взгляд, обнаружил, что та вне досягаемости.

— Мэгс, не подходи к краю, — крикнул он.

Оглянувшись, девочка закатила глаза:

— Пап. Он аж вон там.

— Я знаю, но… Будь осторожна.

Бен улыбнулся:

— Не волнуйся, со мной она в целости и сохранности, — и кивнул в сторону альбома. — Не знал, что ты художник.

Джейсон усмехнулся:

— Потому что я не художник. Просто глупое хобби.

— Он очень круто рисует, но мне не верит, — сказала Мэгги. — Ему следовало бы рисовать картины, а не работать на фабрике печенья. Даже если мне нравится бесплатное печенье.

Покраснев, Джейсон покачал головой:

— К сожалению, нам нужно есть и платить за квартиру. — Бен не спрашивал, чем парень зарабатывает на жизнь, и тот был ему благодарен. Стыдиться нечего, фабрика — честная работа, но во время учёбы в Уолтемской школе он ожидал совсем другого. Даже если и не хотел заниматься бизнесом, всё равно не предполагал, что в будущем будет иметь дело с учётом рабочего времени. В любом случае, его картин не хватило бы на оплату счетов. Большую часть времени Джейсон был слишком усталым и занятым, чтобы много рисовать. Он мельком глянул на свои наброски и покраснел ещё сильнее. — Это пустая трата времени.

— Не согласен. — Рейнджер подошёл ближе и пристально посмотрел из-под густых бровей. — Если искусство или что-то другое вызывает в нас страсть, это никогда не бывает пустой тратой времени. Будь у меня хоть капля художественного таланта, я обязательно нарисовал бы Дорогу к солнцу. Ты только посмотри на это. — Он обвёл рукой вокруг. — Посмотри на всё. Природа для меня настоящее искусство, её я считаю невероятно ценной. Её нужно защищать. Лелеять. — Проговорив всё без запинки, Бен перевёл дыхание и широко улыбнулся: — Похоже, ты задел меня за живое. Мне очень повезло работать здесь и хотелось бы, чтобы каждый нашёл свою страсть. Смог изучать её и развивать. Если хочешь рисовать, рисуй!

Сердце Джейсона зашлось в бешеном ритме, а обнажённые руки покрылись мурашками, несмотря на жар полуденного солнца. Он улыбнулся в ответ и ощутил отдавшееся внутри гулким набатом непреодолимое желание обнять Бена. Тот всё понял.

— Ты прав. Я… — Уставившись в свой альбом, Джейсон сжал карандаш так крепко, что ещё немного и тот сломался бы.

— Рисуй, рисуй! — Бен широко улыбнулся. — А мы пока с Мэгги побудем рядом и поговорим о камнях и деревьях.

Девочка потянула рейнджера за руку и пошла дальше по смотровой площадке, к счастью, не подходя близко к краю. Почувствовав полную уверенность, что дочь с Беном в безопасности, Джейсон переключил своё внимание на лист. Карандаш запорхал по бумаге, рисуя разные ракурсы и фиксируя то, что его хозяин видел вокруг.

Затем парень сосредоточился на Мэгги с Беном. Присев на корточки, рейнджер указывал вдаль и что-то говорил, а дочь кивала и внимательно слушала. Джейсон пожалел, что оставил в палатке цветные карандаши: они бы отлично передали оттенки тёмно-рыжего в густых волосах Бена или синеву его глаз…

«Меня влечёт к Бену».

Слова казались теперь более привычными, но не менее пугающими. Или, возможно, «пугающими» — неправильное слово…

Волнующими.

Да, в животе порхали бабочки, а карандаш то и дело соскакивал со страницы от нервозности.

Джейсон открыл новую страницу.

На женщин он так не смотрел, в отличии от мужчин, хотя списывал свои долгие взгляды на простое восхищение. Зависть к подтянутым мышцам, уважение к тяжёлой работе в спортзале. Ничего более. Так было проще, потому что признание привлекательности других представителей сильной половины человечества было всегда… теоретическим. Безопасным.

Джейсон убеждал себя, что это походило на оценку скульптуры в музее, потому что ему до них так же далеко. Но сейчас здесь был Бен. Мужчина, который в мгновение ока оказался очень близко.

Многие годы в жизни Джейсона были только Мэгги и работа. Работа и Мэгги, а между ними столько сна, сколько удавалось урвать. Теперь, вдали от привычной обстановки дома и рутины, защитный барьер каким-то образом рухнул, и Джейсон увидел то, что зашоренное ответственностью зрение раньше явно блокировало. Он смотрел на Бена с тоской, мало похожей на что-то ранее испытанное, и это было больше, чем физическое влечение.

Глубоко вдохнув, Джейсон попытался совладать с дрожащими руками и сделал ещё один набросок.

По пути к следующей смотровой площадке Бен включил радио и пропустил несколько станций, на которых крутили рекламу. Затем нашёл одну с музыкой, и, Джейсон, не успев себя остановить, выпалил:

— Обожаю эту песню.

С удивлённой улыбкой рейнджер сделал радио погромче:

— Это… Уилл Смит?

Как только кабина грузовика наполнилась звуками «Дикого, дикого Запада», щёки Джейсона запылали.

— В детстве я любил этот фильм. Стимпанк. Было круто.

Глаза Бена блеснули:

— Ты же знаешь слова?

К чёрту.

— Вообще-то, да. И мне не стыдно.

Он начал читать рэп под тихое хихиканье Мэгги. Бен забарабанил в такт пальцами по рулю и присоединился в припеве. Все, кроме Бена, пели ужасно, но это не имело значения. В тот момент, в окружении солнца, неба и гор, Джейсон пел вместе со старомодным Уиллом Смитом, излучая счастье и умиротворение.

Когда песня закончилась, Бен с Мэгги зааплодировали, и Джейсон слегка поклонился. Движение на дороге было медленным — все восхищались видами. Не снимая ремня безопасности, Мэгги, сидевшая на среднем сиденье пикапа, наклонилась вперёд насколько было возможно. Увидев её восторг, оба мужчины улыбнулись, и Джейсон понял, как редко получал такой подарок. Он был серьёзно настроен вырастить Мэгги в одиночку.

Стараясь говорить непринуждённо, парень спросил Бена:

— У тебя есть дети?

С мягкой, но явно грустной улыбкой тот ответил, не отрывая взгляда от дороги:

— Нет. Мы с бывшим обсуждали возможность усыновления, но это так и не произошло. У него есть ребёнок с новым мужем. — Улыбка стала какой-то ломкой, а руки крепче сжали руль. — Здорово им.

— Ох. — У Джейсона закружилась голова. Бен таки был геем, или, возможно, би. Когда он подмигнул Джейсону на рафтинге… получается, Бен к нему подкатывал? Грузовик обогнул очередной выступ скалы, и у Джейсона перехватило дыхание: далеко внизу засверкало ледниковое озеро. Парню очень захотелось услышать положительный ответ. Что бы это значило?

— Это проблема? Что я гей? — Голос Бена стал таким же колким, как и его ломкая улыбка.

— Что? Нет-нет. Конечно, нет. — Джейсон покачал головой.

— В геях нет ничего плохого, — сказала Мэгги. — Миссис Векслер — гей. Она была моей учительницей в прошлом году. Она крутая. Она разрешила мне принести маленький кусочек доломита, который я выкопала в лесу, и позволила показать его и рассказать.

— Это совсем не проблема, — добавил Джейсон. — Я просто… я… — Он замолчал и тяжело сглотнул, почувствовав на себе пристальный взгляд рейнджера, брошенный поверх головы Мэгги. Они подъехали к следующей смотровой площадке, и движение на дороге остановилось.

Голубые глаза напротив пристально вглядывались.

— Ты?..

— Хм… Э-э-э, я…

«Я хочу знать, подкатывал ли ты ко мне и может ли что-то реально получиться. Хочу ли я, чтобы что-то реально получилось?»

При одной мысли о том, каково это — целовать и прикасаться к Бену по-настоящему, по венам пронёсся опалявший изнутри огонь. И никаких теорий, никакого праздного интереса, чтобы оправдаться или отмахнуться. Сердце в груди замерло. О чём он только думал? Этот отпуск был для дочери, которая сидела сейчас между ними, а её отец представлял, какие на вкус губы другого мужчины. Джейсон был холостяком много лет и, честно говоря, никогда об этом не задумывался. В его жизни и без того хватало причин для волнений.

Только вот теперь воображение работало сверхурочно. Прижав вспотевшие ладони к бёдрам, Джейсон прочистил горло:

— Мне жаль, что так вышло с твоим бывшим. Ты так хорошо ладишь с Мэгги, и я решил, что у тебя наверняка есть дети.

Бен снова уставился на дорогу, по которой грузовик еле полз.

— Спасибо. Но я не мог конкурировать с Тайсоном Локвудом, так что… — Он поморщился: — Это не совсем справедливо: мы с Брэдом расстались по многим причинам, помимо Тайсона.

— Твой бывший — тот парень, который женился на Тайсоне Локвуде? — спросил Джейсон. — Хм. Я что-то видел об этом в Buzzfeed.

Мэгги фыркнула:

— Тайсон Локвуд — ужасный актёр. Пап, помнишь, каким плохим был тот фильм о вулкане? Не говоря уже о полной научной неточности.

— Господи, это действительно было ужасно, — согласился Джейсон. «Просто веди себя нормально. Перестань думать о губах Бена. Или его руках. Или волосах на груди. Вообще перестань думать».

Бен тихо засмеялся:

— Спасибо, ребята.

— Ты планируешь усыновить ребёнка с кем-то ещё? — выпалил Джейсон и нервно рассмеялся. — В смысле, у тебя, наверное, новый парень, так что, может, вы могли бы?..

Бен отреагировал на пристальный взгляд Джейсона спокойно.

— Не-а, никакого парня. Но я открыт для новых возможностей.

— Отлично! Это хорошо. — Сердце Джейсона бешено заколотилось, а голос почти сорвался на фальцет. — Ух ты, посмотрите, какой вид! Обзор на столько миль. Мэгги, смотри!

— Пап, ясно же, что я смотрю. Что с тобой такое?

— Ничего! Я просто в восторге от вида. Мы же для этого сюда приехали, так ведь? Потрясающий вид. — «Боже, перестань болтать!»

— Так. — Бен въехал на заднюю часть парковки смотровой площадки. — Мэгги, у меня есть замечательная история об этом озере. Хочешь расскажу?

Выходя за дочерью и смотрителем из грузовика, Джейсон ощутил благодарность за смену темы. Низко вибрировавший голос Бена отражался эхом, а его пристальный взгляд, казалось, продолжал преследовать.

«Новые возможности».

Джейсон словно шёл по зыбучим пескам, которые уходили из-под ног, затягивая глубже и глубже. Он учащённо дышал, не понимая, боится или с нетерпением ждёт продолжения.

***

— Как думаешь, они нашли того рыбака? — спросила Мэгги с заднего сиденья.

— Не знаю, милая. Надеюсь. — Джейсон включил дворники, свернув на другую грунтовую дорогу, которая вела якобы к отдалённой тропе. Её рекомендовал Бен. Из кемпинга они выехали уже больше часа назад и сейчас углублялись всё дальше в никуда — уже целую вечность им не встретилась ни одна машина.

— Как думаешь, Бен сможет приехать? — Мэгги игралась с потрёпанной подкладкой своей красной накидки, отрывая нитки.

— Милая, не делай так. Этой накидки тебе должно хватить до зимы.

Джейсон очень надеялся, что Бен сможет с ними встретиться. Потому что в одиночестве так далеко в лесу ощущал сильную тревогу. Рейнджер заверил, что вид того стоит и опасности нет, если соблюдать обычные меры предосторожности. На случай, если вдруг заблудятся, Джейсон сказал соседям из кемпинга рядом, куда они направляются. Но всё же чувствовал бы себя в миллион раз безопаснее, если бы с ними поехал Бен.

— Я очень хочу, чтобы Бен приехал, — захныкала Мэгги.

«Я тоже».

— Он сказал, что приедет после обеда, если сможет. Нам повезло, что вчера он провёл с нами почти весь свой выходной. — Джейсон набирался смелости пригласить рейнджера к ним на ужин, но того вызвали на поиски рыбака, который должен был вернуться несколько часов назад.

— Но Бен сказал, что всё равно нужно осмотреть тропу, поэтому должен пойти с нами.

Стараясь избежать выбоины, Джейсон выехал на середину узкой дороги.

— Я уверен, он придёт, если сможет.

— Тебе же нравится Бен?

Смех Джейсона прозвучал немного истерично.

— Конечно. Почему спрашиваешь?

— Не знаю. — Мэгги начала щёлкать заслонкой для обогрева заднего сиденья, то открывая её, то закрывая. — Ты вёл себя странно.

— Нормально я себя вёл. Прекрати. — Джейсон потянулся назад и убрал руку дочери от вентиляционного отверстия.

— Любой, кому не нравится Бен, — тупица. Как его бывший парень.

— Мэгги, нельзя обзывать людей.

Дождь начал заливать лобовое стекло, и Джейсон включил дворники на максимум.

— Да ладно, пап. Он же глупый. Бен был бы лучшим.

Ритмичный звук дворников вторил биению сердца.

— Я всё равно не хочу, чтобы ты обзывала людей. И я попросил прекратить.

Скрестив руки на груди, Мэгги оставила заслонку в покое.

— Можно мне сесть впереди? Ненавижу быть сзади.

— Нет. Ты же знаешь, что до двенадцати лет нельзя сидеть впереди. Если попадём в аварию, подушка безопасности может тебе сильно навредить.

— Ты осторожен. Мы не попадём в аварию.

Джейсон сдержал раздражение. Сегодня что, один из тех дней, когда Мэгс спорит по любому поводу?

— Тебе прекрасно известно, что аварию может устроить кто-то другой. Хватит.

— Ты пытался ему позвонить? Он ведь дал тебе свой номер? — угрюмо спросила Мэгги.

— Да, но в этом районе не ловит сеть. И ты это знаешь. Просто нужно подождать и посмотреть, встретит ли он нас.

«Пожалуйста, встреть нас».

Нахождение в одиночестве в дикой местности определённо выходило за рамки зоны комфорта Джейсона. Он думал о доме: о комковатом футоне и ручке унитаза, которую нужно было подёргать, о маленькой кухне с аккуратными полками и подписанными контейнерами. Доме, где всё было знакомо и безопасно.

Где не было новых запутанных чувств к мужчине, который недавно был незнакомцем.

После затянувшегося молчания дочь задумчиво вздохнула — похоже, её настроение улучшилось. Слава богу.

— Папочка? А мы можем когда-нибудь жить в горах?

— Возможно, когда-нибудь, Мэгс. — Быстро глянув назад, Джейсон улыбнулся, затем переключил дворники в более медленный режим. Дождь ослаб, и щётки скользили по стеклу из стороны в сторону с лёгким скрипом.

«Если бы вчера вечером Бен остался на ужин, что бы произошло?»

В голове пронеслись полусформировавшиеся образы, и Джейсон ухватился за руль. «Глаза Бена вблизи, объятия больших рук, трение тел и касание губ…»

Джейсон мысленно встряхнулся. Кстати, по поводу нахождении вне зоны комфорта. Нужно сосредоточиться на Мэгги. Это была её поездка. Дело было не в нём и его… увлечении или что бы это ни было.

По указателям Джейсон проехал к небольшой пустой стоянке у тропы и, поставив машину на парковку, беспокойно огляделся по сторонам:

— Мэгги, здесь довольно пустынно. Думаю, нам стоит выбрать для похода одну из популярных троп.

— Но Бен сказал, что с этой открывается потрясающий вид. Кроме того, он будет с нами.

— Он, возможно, будет с нами. Если у него не получится…

— Чем меньше людей, тем больше природы!

— Больше природы? Мы в Монтане. Здесь природа везде.

— Пап, ты обещал. — Дочь посмотрела на отца большими печальными глазами.

Это правда, в то утро он пообещал, что они отправятся в поход, несмотря на дождь или солнце, но не осознавал, насколько это место будет уединённым. Хорошо, хоть дождь сейчас только моросил. Была середина дня, и солнце садилось только после девяти вечера, поэтому можно было надеяться, что небо скоро прояснится.

Послышался гул мотора, и когда на небольшую стоянку въехал знакомый пикап, у Джейсона внутри всё перевернулось.

— Он здесь! Видишь, я же тебе говорила! — захлопала Мэгги в ладоши.

В порыве восторга Джейсон попытался не лыбиться, как идиот. Не стоило предаваться бессмысленным фантазиям, но в наслаждении обществом Бена не было ничего плохого. Джейсон прокашлялся.

— Ладно, милая. Давай сделаем это. — Он поднял ладонь.

Дочь дала ему пять и выпрыгнула из машины, а Джейсон одел на плечи рюкзак с водой, закусками, спреем от медведей и альбомом для зарисовок. Оглядев густой лес, он сунул баллончик в карман куртки.

— Бен! — Мэгги помчалась к рейнджеру и остановилась прямо перед ним.

— Привет, малышка. — Бен широко улыбнулся. — Рад видеть вас здесь. — Он приподнял край шляпы. Под распахнутой тёмно-зелёной курткой в вороте форменной рубашки с несколькими расстёгнутыми верхними пуговицами просматривался небольшой участок загорелой кожи с порослью тёмных волос.

Джейсон попытался поздороваться, но не смог произнести слова из-за посыпавшихся градом вопросов Мэгги.

— Вы нашли рыбака?

— Нашли. Его лодка разбилась о камни и затонула, но он добрался до берега. Он замёрз и вымотался, но будет в порядке.

— Как далеко он уплыл? Он проголодался?

— Около мили и да, конечно.

Джейсон вмешался прежде, чем Мэгги успела задать ещё один вопрос:

— Рад, что ты смог приехать. Мы точно не отрываем тебя от работы?

От улыбки Бена по спине Джейсона пробежала дрожь.

— Это работа. Провести осмотр тропы. Убедиться, что она не заросла, деревья не повалены, и всё в таком духе.

— Как же тебе везёт, что ты ходишь в походы за деньги! — сказала Мэгги.

— Это точно. — Бен взвалил на спину небольшой рюкзак. Зелёные штаны рейнджера были заправлены в кожаные сапоги. Манжеты брюк-карго Джейсона уже промокли — выходя из машины, он вступил в лужу и уже пожалел, что походные ботинки не были выше.

— Мэгги, закатай свои брюки, чтобы сильно их не намочить, — попросил он.

Дочь наклонилась и закатала штаны до лодыжек, затем снова выпрямилась и воскликнула:

— Теперь мы можем пойти на смотровую площадку?

— Конечно. Это примерно в часе отсюда. — Бен показал Мэгги идти впереди, и она радостно побежала, напевая ставшую, похоже, любимой костровую песенку про баржи.

Каждые несколько минут она возвращалась с вопросами к Бену, и время проходило быстро. Не успел Джейсон оглянуться, как они достигли смотровой площадки, и пришлось признать, что отсюда открывался потрясающий вид, даже несмотря на нависший над деревьями туман. Заснеженные вершины касались облаков, и было чувство, что во всём мире кроме их троих больше никого нет.

С благоговением в глазах Мэгги радостно всплеснула руками:

— Здесь так тихо. Мне очень нравится.

Джейсон поцеловал её во влажную макушку:

— Мне тоже, детка. — Возможность преподнести ей этот подарок стоила каждого сэкономленного пенни.

— А мы пойдём дальше? Там есть другая смотровая площадка?

— Есть. В часе ходьбы или около, — ответил Бен.

Не успел Джейсон открыть рот, как вмешалась Мэгги:

— Да. Я точно смогу идти обратно сама, и нет, для ужина не будет слишком поздно. У нас же с собой много снэков.

Сверкнув белыми зубами, Бен усмехнулся:

— А она тебя вычислила.

Джейсон рассмеялся:

— Это точно. Хорошо, мы дойдём до следующей смотровой площадки, но потом вернёмся. — Скорее всего, позже дочку придётся нести на спине, но отказать ей было невозможно.

Мэгги запрыгала:

— Спасибо, спасибо, спасибо! — и помчалась дальше, как всегда полная энергии.

— Не слишком быстро, — крикнул ей вслед Джейсон. — Оставайся на виду!

Они пошли дальше. Под кронами деревьев было спокойно. Влажные, пахнущие землёй опавшие листья заглушали шаги. Изморось стучала по блестящим листьям и капала Джейсону на голову, но его не беспокоило, что он забыл кепку в машине. Только надвинул капюшон пониже, краем глаза наблюдая за Беном.

Тот двигался по лесу с плавной грацией, явно чувствуя себя как дома среди дубов и сосен. Его шаги были ровными и твёрдыми, длинные ноги ступали уверенно. Видневшаяся из-под края шляпы слабая щетина оттеняла сильную линию нижней челюсти и…

У Джейсона перехватило дыхание, тело напряглось и, споткнувшись о корень, он едва успел выставить вперёд ладони, чтобы приземлиться на них, грохнувшись на мокрую землю.

«Господи, какой же я неудачник!»

Он приподнялся, и Бен, взяв его за руку, помог встать. На лице читалось явное беспокойство.

— Ты в порядке?

Неловко посмеиваясь и отсвечивая пылающими щеками, парень смахнул листья с ветками и грязью со своей куртки и брюк.

— Нормально. — От проявленного Беном сочувствия Джейсон ещё больше засмущался, поэтому отвернулся. Мэгги скрылась за поворотом, её красная накидка мелькала среди деревьев, а слова последней песни уносил ветер. — Мэгги, подожди! — позвал Джейсон.

Его предплечье до сих пор было в крепкой хватке Бена, от чего пульс начал частить.

— Уверен, что в порядке? Не подвернул лодыжку?

Джейсон покрутил ступней вправо и влево.

— Думаю, всё нормально. Просто я ужасно неуклюжий. — Он снова встретился с тёплым взглядом Бена. — Хромой городской мальчик.

Тихо посмеиваясь, тот ответил:

— Открою тебе маленький секрет.

— А? — Джейсон подался ближе. На его коже заблестела влага, в горле пересохло.

— Однажды я поскользнулся и грохнулся прямо перед…

Воздух пронзил резкий вскрик. Мэгги!

По венам помчался адреналин, и Джейсон бросился за поворот, ожидая увидеть гризли — худший кошмар, ставший явью. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, тошнотворный страх сдавил позвоночник, когда Джейсон увидел развернувшуюся впереди сцену.

Это был не медведь.

Примерно в двадцати футах дальше по тропе застыв на месте стояла Мэгги, а у неё за спиной, сжимая одной рукой детское плечо, возвышался крупный нечёсаный мужчина. В другой он держал пистолет, нацеленный девочке в висок.

— Отойди от моей дочери. — Джейсон с трудом узнал собственный хриплый голос.

Мужчина улыбнулся. Улыбнулся!

— Ну-ну. Давайте все успокоимся. Я занимался своими делами, и тут на моём пути попалась твоя малышка.

От прилившей крови в ушах Джейсона зазвенело.

— Тогда отпусти её, и мы уйдём с твоего пути.

Мужчина криво ухмыльнулся, будто ему было всё равно. Словно это не он приставил пистолет к голове дочери Джейсона. Зачем ему пистолет?

— Я только хочу убедиться, что ты с рейнджером Бобом позади не наделаете глупостей.

— Отпусти её, — скомандовал Бен, появляясь в поле зрения слева.

— Мы никому не скажем, клянусь. Только отпусти её, — взмолился Джейсон и на его коже выступил холодный пот, покалывая шею сзади.

—Папочка, — всхлипнула Мэгги, и дуло пистолета вжалось в её бледную кожу сильнее.

Джейсон протянул руки.

— Пожалуйста. Прошу, не причиняй ей вреда.

— Браун, отпусти её. — Голос Бена был похож на холодную сталь. — Ты же знаешь, она тебя только замедлит.

Этот Браун, которого Бен каким-то образом знал, взвёл курок. Металлический щелчок прозвучал куда громче, чем по телевизору.

— Дело в том, что я слышал, как она идёт. У неё такой милый голосок. И понял, что она тот самый ангел-хранитель, который мне нужен.

— Что? — пробормотал Джейсон, с трудом переводя дыхание. «Проснись! Это не может быть реальностью!»

— Ну так называемые правоохранители, которые висят у меня на хвосте, не слишком заинтересованы брать меня под стражу. Я слышал это собственными ушами — «стрелять на поражение». Пришлось отсиживаться в пещере, пока ублюдки искали меня на востоке. — Он загоготал. — Засранцы прошли мимо, но это стоило мне много времени. Я тут подумал, что возьму девчонку с собой, раз уж Господь свёл нас вместе. Страховка не помешает, а я не из тех, кто смотрит в рот дарёному коню.

Из груди вырвался непроизвольный вскрик, который удалось подавить. Потом Джейсон заговорил скрипучим голосом:

— Просто отпусти её, пожалуйста. Я тебя умоляю. — Если потребуется, он был готов упасть на подгибающиеся колени. Мэгги плакала, и до боли хотелось вернуть её в свои объятия.

Но Браун притянул девочку ближе:

— Мне действительно пора, и боюсь, что маленькая леди тоже отправляется в путешествие. Вблизи неё полиция не будет стрелять.

— Нет! — В горле Джейсона застрял горький комок желчи, ужас острыми когтями начал рвать плоть изнутри, делая его уязвимым и бесполезным. «Этого не может быть. Это нереально. Пожалуйста, дайте мне проснуться».

— Оставь её в покое, грёбаный ублюдок, — процедил Бен сквозь зубы.

Ноздри мужчины раздулись, на толстой шее напряглись жилы.

— Я вообще-то пытаюсь быть благоразумным. А мог бы убить вас обоих на месте, так что выбирай слова.

— Нет, пожалуйста! — захныкала Мэгги. — Не надо.

— Дорогая, пока никто не делает глупостей, с ними всё будет в порядке. И с тобой тоже. — Мужчина попятился. — К девочке у меня нет претензий.

Сердце в груди Джейсона готово было разорваться.

— Мы никому не скажем, клянусь!

— Хотелось бы верить. Но моя мама растила не дураков.

— Возьми меня вместо неё, — взмолился Джейсон. — Я не доставлю тебе хлопот. Возьми меня. Прошу.

— Папочка! — Мэгги начала вырываться из хватки мужчины, но тот, пережав предплечьем её горло, сильно надавил.

— Ну-ну. Папочка, вели-ка ей меня слушаться. Иначе больше никогда не увидишь свою дочурку. Мне бы этого не хотелось.

— Что собираешься с ней делать? Куда забираешь? — Джейсон подавил ещё один вскрик. Казалось, что его самого раздирают на куски, ножи вонзаются в живот, а рыболовные крючки рвут кожу. — Не прикасайся к ней. Если сделаешь ей больно, клянусь богом…

Браун резко напрягся и выдвинул подбородок.

— За кого ты меня принимаешь? Я не связываюсь с маленькими девочками. — Он сплюнул на землю. — Это я помог хорошенько отделать того извращенца в Люпфере до того, как приехали бесполезные чёртовы копы. Больному сукину сыну сильно повезло. Трогать детей неправильно. Я прощу твоё уродливое обвинение, так как знаю, что ты сейчас не в себе. Но следи за своим языком, мальчик. Вообще-то, ты задолжал мне извинения.

Звуки казались осколками стекла на языке, но Джейсон выдавил:

— Прости.

— Ладно. Давайте вести себя цивилизованно. Все сделают то, что я велю, а я буду с ней хорошо обращаться и отпущу, когда девчонка мне больше не понадобится. Я стараюсь быть справедливым, насколько это возможно. Не заставляйте меня вас убивать.

— Харлан, давай это обсудим. — Бен протянул руки.

Глаза-бусинки мужчины прищурились.

— Заткнись, рейнджер Боб. Мы не друзья. — Он снова сплюнул и посмотрел на Джейсона: — Парень, сними свою сумку и брось сюда очень аккуратно.

Со рвущимся из груди сердцем Джейсон ухватился левой рукой за лямки и стащил с себя рюкзак. Размахнувшись и бросив как велено, другой рукой он нырнул в правый карман и скользкими пальцами нащупал металлическую банку. Дрожа, потрогал насадку — та была повёрнута в нужную сторону.

Нельзя отпускать Мэгги. Если этот человек заберёт сейчас дочь, Джейсон её больше никогда не увидит. В голове раскатисто прозвучал голос репортёра из реалити-шоу «Дата»: «Никогда не уходите с чужаком. Иначе шансы на выживание резко уменьшаются».

— Подними его и надень. — Продолжая направлять пистолет в голову Мэгги, Браун шагнул вместе с ней вперёд. Девочка наклонилась и накинула рюкзак на свои дрожащие узкие плечи. Затем мужчина приказал: — Затяни ремни.

Она опустила голову, выполняя приказ, и Джейсон прыгнул вперёд, с хриплым криком распыляя медвежий репеллент.

Браун взревел. Грохнули выстрелы, громом разорвав воздух. Инстинктивно упав на мокрую землю, Джейсон потянулся и уже схватил Мэгги за лодыжку, но тут её выдернули, и девочка, вскрикнув так, что звук пронзил до мозга костей, оказалась подхваченной мясистой рукой монстра.

В мгновение ока Харлан Браун исчез за поворотом, унося Мэгги подмышкой. Джейсон попытался подняться, поскользнулся в грязи и снова рухнул, ослеплённый остатками медвежьего спрея в воздухе. Со слезящимися глазами он пальцами вцепился в землю и поднялся на ноги.

Бросившись вперёд, Джейсон последовал за своим ребёнком.

ГЛАВА 5

Чёрт!

Порыв ветра обжёг перцем глаза, и Бен попятился по извилистой тропе. Сердце готово было выскочить из груди. Услышав голос незнакомца, он швырнул рюкзак в гущу деревьев и инстинктивно понял, что это Харлан Браун. Теперь, по крайней мере, у них осталась рация.

Ощущая боль каждой клеточкой, рейнджер пополз в кусты, задыхаясь и шаря по мокрым листьям. Щурясь в темноте, он попытался задержать дыхание — Бен страдал от аллергии на перец. Если немедленно не промыть глаза, то случится отёк, и он будет бессилен помочь Мэгги с Джейсоном. Станет бесполезным.

Их нужно найти!

Цепкими пальцами нащупав наконец ткань, рейнджер с отчаянием дёрнул рюкзак на себя. С трудом дыша из-за забившего лёгкие перца, Бен сумел открыть бутылку с водой, дрожа отбросил шляпу и плеснул водой в глаза. Пока она заливала лицо, мужчина пытался держать их открытыми.

Потом, испытывая мучительную боль от каждого моргания, достал рацию и зажал большим пальцем кнопку вызова.

— Прошу помощи, прошу помощи. Говорит смотритель Бен Хеттлер. Разыскиваемый преступник Харлан Браун похитил ребёнка. Мэгги Келлерман, восемь лет. — Он перечислил приметы девочки, описал её одежду, затем назвал координаты и, приоткрыв горящие глаза, нашёл в рюкзаке антигистаминный препарат.

Из рации донёсся голос Ди:

— Хеттлер, принято. Вызываем местных полицейских и ФБР, но они доберутся только через какое-то время. Вы с отцом сидите пока тихо.

Бен выдавил из блистерной упаковки три таблетки и, проглотив их, прохрипел:

— Не могу. Джейсон пошёл за ней. Их нужно найти. Джейсон Келлерман, двадцать пять лет, рост шесть футов, лохматые светлые волосы, худощавое телосложение. Синий дождевик.

— Бен, тебе за это не платят. Успокойся.

— Я не могу оставить их одних. — Грудь словно тисками сжало, и дело было не только в перцовом спрее. Нужно найти Джейсона с Мэгги. Нужно их защитить. Если бы не он, эти двое никогда бы сюда не забрались.

Вдалеке, прорезав туман с дождём, послышался выстрел, и Бен подпрыгнул на месте. А услышав ещё один, вскочил на ноги.

— Скоро доложу. Конец связи.

Выключив рацию, чтобы та не принимала сигналы и не шумела, рейнджер надел рюкзак и помчался обратно к тропе, не обращая внимания на жжение в глазах и на коже.

«Джейсон. Мэгги. О господи, пожалуйста!»

Спину сковал ледяной ужас. Что, если их застрелили? Что, если Харлан убил обоих? Бен оттолкнул ветки с дороги. Или они ранены и сейчас беспомощно лежат на земле, истекая кровью? Умирают.

Быстрее!

Он мчался по узкой тропе, рвано дыша и тяжело ступая по раскисшей земле. Шляпу он оставил в кустах, и теперь в ушах свистел ветер.

Бен бежал и бежал, а потом, за поворотом, резко затормозил и попытался осмыслить увиденное.

Путь преграждал тучный пожилой мужчина, который, тяжело сглотнув, протёр одной рукой свои круглые очки. Прижатая к его плечу винтовка была направлена на Джейсона — тот стоял примерно в десяти футах от Бена.

— Послушайте! Он уходит! У него мой ребёнок! Отойдите! Дайте пройти! — кричал Джейсон, чуть ли не вибрируя всем телом.

Незнакомец бросил нервный взгляд на Бена:

— Какого чёрта происходит?

— Да. — Бену пришлось откашляться, лёгкие горели. — Там человек с пистолетом. Преступник. У него маленькая девочка.

Джейсон оглянулся на рейнджера, у которого глаза покраснели от перцового спрея.

— Скажи ему! Скажи, что у него Мэгги!

Тяжело дыша, турист посмотрел по очереди на обоих мужчин.

— Я видел её. Сукин сын выстрелил в меня раньше, чем я понял, что происходит. Я выстрелил в ответ, а потом появился этот парень. Откуда мне знать, что они не вместе?

Бен взял ситуацию под контроль и заговорил как можно спокойнее, борясь со жжением при каждом вдохе.

— Они не вместе. Послушайте, нам нужна ваша помощь. Дочь этого человека только что похитили. Полиция уже в пути. Не могли бы вы встретиться с ними на западной тропе? Вы можете мне помочь? — Сейчас им только не хватало шокированного и напуганного владельца оружия с дрожащим пальцем на спусковом крючке.

— Он убегает, придурок! — закричал Джейсон. — Ладно. Пристрели меня. — Он рванул в кусты, по широкой дуге обогнул туриста, и снова выйдя на тропу, исчез за следующим поворотом.

Чёрт!

Незнакомец, слава богу, не выстрелил. Он проводил парня, дрожа и бессвязно что-то бормоча, а затем повернулся к Бену. Тот рявкнул:

— Убери это от моего лица! — и мужчина мгновенно подчинился, направив ствол в землю.

— Простите. Боже, что происходит?

— Мне нужно ваше оружие, — приказным тоном проговорил рейнджер и, не давая пугливому туристу шанса возразить, забрал у того ружьё. — Дойдите до начала тропы и встретьте полицию.

— Я… Что? Это какая-то шутка? Какого чёрта происходит? У вас такое странное лицо.

— Медвежий спрей. — Бен сжал винтовку. — Есть патроны? — Он ненавидел, когда люди упорно носили в парке оружие только потому, что имели такую возможность, или потому, что занимались браконьерством, или потому, что думали, что могут стать героями и остановить медведя, хотя до этого стреляли только на стрельбище. Но прямо сейчас рейнджер искренне благодарил судьбу за винтовку в руках.

Мужчина протянул коробку, и Бен засунул её в рюкзак.

— Спасибо. Идите встречать полицию.

Снова побежав по извилистой тропе, он крепче сжал ружье, готовый стрелять в любой момент. Отец научил. Бен охотился уже много лет. Он был готов. Он их вернёт. Должен вернуть. Пульс начал частить, сердце загрохотало в ушах барабанным боем, и рейнджер почувствовал, как накатывает новая волна паники.

«Блядь, блядь, блядь!»

Среди деревьев впереди что-то мелькнуло, и Бен, резко остановившись, прищурился. Морось усилилась, капельками оседая на воспалённых и опухших веках. Смахнув влагу, рейнджер хотел крикнуть и найти Джейсона, но как далеко ушёл Браун? Сейчас сложно было сказать.

Осторожно побежав дальше, Бен позвал:

— Джейсон!

Остановившись, чтобы прислушаться и осмотреть деревья, он поднял винтовку, набирая полные лёгкие воздуха.

— Бен?

Рейнджер с облегчением рванул по тропе вперёд и наконец увидел Джейсона. Грудь парня быстро вздымалась и опускалась, капли дождя стекали по лицу словно слёзы. Какое-то мгновение оба неотрывно смотрели друг на друга, а потом Бен закинул ружьё на плечо и схватил Джейсона за руки.

— Всё хорошо, — солгал он.

— О боже. Помоги мне. — Джейсона повело, и его дыхание коснулось щеки Бена. — Я должен её найти. Они пошли в ту сторону. Он быстрый, даже с Мэгги на руках, даже после спрея. Кажется, я промахнулся и только его разозлил. Они могут быть где угодно. Где угодно! — Слова лились нескончаемым потоком, Джейсон дрожал и тянул Бена вперёд.

— Ш-ш-ш, всё в порядке. Я с тобой. Мы её найдём. — Он провёл ладонями по спине и рукам парня. — Ты ранен?

— А? Нет, давай же. Скорее!

— Послушай, полиция уже в пути. И ФБР тоже.

— Нужно её найти. Нельзя останавливаться. Нет! — Его пальцы вцепились в плечи Бена. — Я не собираюсь ждать. Я не оставлю её одну с этим психом. Нужно идти. Сейчас же!

Рейнджер хотел возразить, но с каждой минутой шансы найти Мэгги живой уменьшались. Браун мог решить, что прикладываемые усилия не стоят потенциальных выгод от наличия заложника. Мог оставить девочку умирать. Да и вообще мог сделать что угодно.

Джейсон отпустил Бена и попятился:

— Я пойду за Мэгги. Ты можешь ждать.

Когда Бен заглянул в дикие глаза Джейсона, правда реальности обрушилась, оседая внутри твердеющим бетоном. Цивилизация была в нескольких часах езды. ФБР сначала придётся лететь в Калиспелл. Пройдёт не меньше часа, пока местные полицейские доберутся до тропы, расположенной в нескольких милях отсюда. Тем временем Мэгги будут всё дальше и дальше уводить в чащу.

Если девочка умрёт, а Бен даже не попытается её спасти, он себе этого никогда не простит.

Рейнджер потянулся к боковому карману рюкзака за рацией:

— Говорит Хеттлер. Я нашёл отца. Мы продолжаем поиски, направляемся на север. — Затем озвучил координаты и закончил: — Приём.

В треске динамика послышался голос Ди.

— Постой-ка. Начальство хочет, чтобы ты дождался копов. Браун опасен.

— Именно поэтому я и не жду. — Бен поспешил следом за парнем. — Я знаю этот лес лучше, и единственный способ остановить Джейсона от погони за дочерью — вырубить его. Конец связи. — Затем выключил радио, и мужчины побежали.

Преодолев около полумили, смотрителю пришлось остановиться и, задыхаясь, согнуться пополам. Ощупав лицо, он понял, что антигистаминные препараты действовали: отёк начал спадать, и глаза уже не жгло, а только щипало. Лёгкие изо всех сил старались очиститься от остатков попавшего внутрь перца. Дождь снова ослаб, превратившись в мелкий туман.

Джейсон, запыхавшись, остановился рядом.

— Чёрт, прости. Должно быть, ты получил в лицо целую струю медвежьего спрея. А вдруг и Мэгги тоже? Думаешь, с ней всё в порядке? Похоже, это не сильно замедлило ублюдка. Он огромный. Он так просто оттащил её…

Бен выпрямился и глотнул воды из запасной бутылки.

— У меня аллергия на перцовый спрей. Уверен, Мэгги в порядке. Обычно реакция не длится долго. С дочкой всё будет хорошо. — Он передал бутылку Джейсону.

После того, как Джейсон отпил, оба уставились друг на друга, тяжело дыша.

— Кто он такой? Ты знал его имя.

— Харлан Браун. Несколько дней назад я видел его фоторобот на станции. Его разыскивает полиция.

Парень вытаращился на рейнджера, дыхание стало поверхностным, ладони задрожали.

— Что он сделал? Скажи.

— Он разыскивается за убийство.

— О господи. Мэгги. Как я это допустил?

— Никак. Ты не виноват. Просто не повезло.

— Нет, я не обращал внимания. Был слишком занят… — Он сделал в сторону Бена какое-то движение. — Я не должен был ни на секунду упускать её из виду!

Бен вспомнил, как помогал Джейсону подняться с земли, как стоял к нему ближе, чем должен был, как склонялся пофлиртовать, и испытал укол вины. Затем повторил:

— Ты не виноват.

— Ты сказал, что он убийца. А вдруг он ещё и извращенец? — Джейсон вздрогнул. На его побледневшем лице красные глаза стали выделяться сильнее. — Я помню, он говорил, что не извращенец, но что, если он прикоснётся к Мэгги? Боже, если он хоть пальцем её тронет… — Он поджал губы и принялся выхаживать взад и вперёд.

— В его криминальной истории я не видел ничего, связанного с сексуальным насилием. И на твоё предположение он вроде искренне оскорбился, так что давай молиться, чтобы это не было притворством. Мне кажется, он не притворялся. — Думать иначе было невыносимо. — Давай двигаться дальше. — Это единственное, что оба могли сделать.

Проведя ещё один час в погоне и не заметив признаков Мэгги, мужчины достигли хребта, с которого открывался вид на широкие просторы озера. Серая неспокойная вода простиралась до далёких берегов. Деревья ковром покрывали холмистую местность, насколько хватало глаз, а горы доставали до облаков. Бен бережно отпил воду, понимая, что та скоро кончится, передал бутылку Джейсону и огляделся.

— Это самая дальняя точка тропы. В конце этого хребта, вон там, дорога поворачивает обратно к парковке. — Снова закашлявшись из-за першения в горле, он просканировал взглядом местность слева. Гора была слишком крутой, чтобы взбираться на неё без снаряжения. Браун умел выживать, но вряд ли взял с собой верёвки и кошки. Возможно, но маловероятно, что он попытается пойти туда с Мэгги. Хотя более высокие пики затянуло туманом, Бен внимательно их оглядел и никого не заметил.

«Может, Браун сбросил девочку вниз?»

С замиранием сердца рейнджер подошёл к перилам и, прищурившись, поискал глазами следы красной накидки. Дымка не позволила просмотреть всё до самой земли в сотнях футах внизу. Тогда Бен достал бинокль, но сквозь клочья затянувшей пелены по-прежнему не было видно ничего, кроме зелёного и коричневого — лес, как всегда, стоял на страже.

Бен откашлялся и сделал ещё глоток воды.

— Не думаю, что он пошёл налево. Слишком круто. И на восток тоже — там Уайтфиш. Он хочет уйти. Если пойти на юг, то выйдешь обратно на тропу и к дорогам. Чтобы отправиться на север, ему сначала придётся спуститься с этой горы. Единственное разумное — идти на запад. На его месте я пошёл бы именно туда. Подальше от троп.

Кивнув, Джейсон последовал за рейнджером вдоль хребта. Оба остановились на повороте направо. Бен отчаянно надеялся услышать над головой шум вертолётов, но до слуха доносился лишь шелест листвы и отдалённое постукивание дятла.

Поверхность пошла под уклон, но через пятьдесят футов снова выровнялась. Бен не был большим следопытом, но, осмотрев кустарник, отметил, что здесь недавно кто-то проходил. Джейсон не отставал ни на шаг, осторожно ступая по илистому грунту. По лицам то и дело хлестали мокрые ветки с листьями. Бен напряг глаза в поисках следов.

Там!

Под действием адреналина он бросился вниз по склону, хлюпая сапогами по грязи и, добравшись до подножия, низко наклонился. Отпечаток каблука. Никаких сомнений.

Бен почувствовал на плече цепкую хватку, а потом услышал резкий голос Джейсона:

— Смотри!

Он выпрямился и начал вглядываться в кусты впереди. Когда увидел, на что указывал парень, сердце в груди заколотилось, и мужчины побежали.

Красный.

Джейсон дрожащими пальцами вытащил из грязи оторванную полоску красной ткани.

— От подкладки её накидки. Я уверен.

Мэгги была умным ребёнком и совершенно точно знала историю Гензеля и Гретель. Бен кивнул:

— Хлебные крошки.

Не говоря ни слова, оба помчались дальше, углубляясь в бескрайний лес.

ГЛАВА 6

Джейсон с прищуром всматривался в тускнеющий серый свет, сканируя глазами подлесок в поисках красного цвета, и мелко дрожал. Время уходило неумолимо, а они пока нашли только два обрывка ткани.

Действие адреналина в крови закончилось, и мужчины замедлили шаг — чувствовали себя слишком вымотанными, чтобы бежать, да ещё боялись пропустить след Мэгги. С каждым неровным ударом сердца в голове Джейсона крутилось только одно слово: «Мэгги, Мэгги, Мэгги, Мэгги».

Он молился найти беглеца с дочерью, и тогда…

«А что тогда?»

Харлан Браун до сих пор вооружён. Ситуация ничуть не изменилась, но Джейсон должен был следовать за дочерью и надеяться, что удастся одержать верх. Надеяться, что сможет перехватить Брауна и отобрать у него Мэгги. Это всё, что он мог делать.

Надеяться.

Новый приступ животной паники когтистой лапой начал рвать внутренности. Дочь была напугана и нуждалась в Джейсоне. Он должен её найти. Нельзя просто сидеть и ждать. Иначе сойдёт с ума.

— Ты в порядке? — Низкий голос Бена рядом затуплял зазубренные острия ужаса, как вода стачивала камень. По крайней мере Джейсон был не один. Он кивнул, но рейнджер добавил: — Прости. Глупый вопрос.

Видя, как Бен трёт покрасневшие глаза, парень тихо спросил:

— Всё ещё болит?

— Лучше. Как на вид? По ощущениям отёк спадает.

Джейсон кивнул:

— Ты и кашляешь уже меньше.

— Да. Принял ещё антигистаминных препаратов и ибупрофен. Нужно найти воду.

Парень снова кивнул, и оба продолжили путь. Во время короткого ливня две бутылки Бена удалось наполнить до половины дождевой водой, но надолго её не хватит. Обоим нужно было пить и оставаться начеку. Нужно быть в лучшей форме.

«Что я за отец такой?»

Джейсону казалось, что в своей жизни он познал и страх, и боль. Горе тоже. Перед мысленным взором всплыло округлое лицо Эми, в ушах зазвенел её радостный смех. Но своего лучшего друга Джейсон потерял много лет назад, и эта потеря не шла ни в какое сравнение с охватившим его сейчас ужасом. Сдерживая рыдания, он судорожно вздохнул: «Моя малышка».

Он должен был стараться. Должен был её защитить. Это была его обязанность, и он облажался.

С трудом переставляя одну ногу за другой, Джейсон следовал за Беном, который своей уверенной походкой и широким разворотом плеч действовал успокаивающе. Смотрители парка — не полицейские, но, по крайней мере, они знали местность.

С наступлением ночи Бен молча предложил батончик мюсли, и они остановились немного передохнуть. Джейсон отхлебнул воды.

— Думаешь, Браун продолжит двигаться?

Бен поднял ладони:

— Трудно сказать. Он захочет как можно скорее убраться подальше, но без света это будет почти невозможно. — Потом поднял лицо к небу. — Похоже, сегодня ночью не будет видно ни луны, ни звёзд.

— Они пошлют поисковую группу? Как за тем рыбаком?

— Не в темноте. Именно поэтому мне пришлось вчера поспешить на помощь. Время играло против нас. Только озеро, где был рыбак, располагалось гораздо ближе к кемпингам и основной территории парка. Выбраться отсюда не так просто, а учитывая, что Браун удерживает заложника, это не обычные поиск и спасение. Смотрители для этого не подготовлены.

— Точно. — Джейсон оглядел тенистый лес. — Без сна Мэгги плохо себя чувствует. Ему придётся остановиться или… — Желчь подступила к горлу. Парень зажмурился и постарался не думать о плохом: озвучивая свои страхи, не хотелось делать их реальными.

Но он прекрасно знал, что происходит с похищенными маленькими девочками.

Потом овсяные хлопья и изюм из батончика попросились обратно. Джейсон рухнул на колени, и мокрая земля мгновенно пропитала влагой штаны. Его стошнило съеденной пищей и выпитой воды.

— Всё в порядке. — Присев рядом на корточки, Бен стал медленно гладить его по спине снизу вверх, касаясь затылка тёплыми пальцами.

Несколько мгновений парень не двигался. Он стоял низко склонив голову и позволял мужчине потирать полоску его обнажённой кожи. Ужасно хотелось броситься к Бену в объятия, но Джейсон сопротивлялся. Нужно быть сильным. Он отец Мэгги. Нужно быть мужчиной.

Прокашлявшись, Джейсон вытер глаза. Затем взял предложенную бутылку и сделал небольшой глоток воды.

— Спасибо, — прохрипел он. — Я в порядке. Пойдём. Можно искать, пока видно.

У Бена имелся фонарик, но пользоваться им было бы слишком опасно. Мужчинам требовался элемент неожиданности. Это их единственное преимущество. Джейсон переубедит Брауна. Обменяет свою жизнь на жизнь Мэгги, и Бен сможет доставить дочь в безопасное место.

Рейнджер посмотрел на Джейсона долгим взглядом:

— Ладно.

Но парень, стоя замёрзшими коленями в мокрых листьях со впившейся в плоть сосновой шишкой, не двигался. Его парализовал ужас, и хотя у Бена не было ответа, он всё равно повторил свой вопрос:

— Как думаешь, он не причинит ей вреда? Думаешь, он не лгал, когда сказал, что не растлевает детей?

— Он выглядел искренне оскорблённым. Будто у него есть какой-то странный кодекс чести. Я видел его досье, в списке значились грабёж и нападение. Но, как я уже говорил, ничего сексуального.

Джейсон выдохнул. Никакой гарантии, но хотя бы что-то. Нужно выбросить из головы все ужасные варианты, иначе он в них увязнет. Нужно сосредоточиться на том, чтобы найти дочь и позаботиться о её безопасности. Если Браун почувствует, что Мэгги — его козырь, то сохранит ей жизнь. Джейсон должен в это верить.

Бен тихо связался по рации. Женщина на другом конце сказала, что вертолёты будут утром и что местная полиция шла по их следу, но была вынуждена повернуть назад, перегруппироваться и подготовиться, чтобы выдвинуться с рассветом. За дело взялось ФБР, которое приказало Бену прекратить поиски и «удерживать» Джейсона.

Не сводя с парня внимательного взгляда, Бен просто сказал: «Вас понял. Конец связи», и продолжил идти. Джейсон с благодарностью шёл следом. Он не мог останавливаться. Мэгги оставляла зацепки. Дочь ждала, что он её найдёт.

Через четверть мили мужчины вышли к журчащему ручью. День и так был не особо тёплым, а теперь, когда затянутое тучами солнце село, температура и вовсе упала. Онемевшими пальцами Джейсон наполнил две бутылки свежей водой и на мгновение прикрыл глаза.

Мэгги пропала.

В сотый раз с тех пор, как тот псих уволок пронзительно кричавшую дочь, Джейсон испытал приступ глубокой скорби. Борясь с выступающей на глазах влагой, он ополоснул лицо, обдав щёки ледяной водой. Слезами малышку не вернуть.

— Не могу поверить, что позволил этому случиться, — пробормотал он.

Рейнджер стоял, прислонившись к ближайшему дереву, и тёр лицо.

— Ты не виноват.

В порыве бессильной ярости Джейсон вскочил на ноги. Хотелось запрокинуть голову и закричать, но приходилось молчать. Не осознавая, что делает, он бросился к Бену, схватил его за куртку и прорычал:

— Хватит так говорить. Хватит!

Тот примирительно поднял ладони:

— Ладно.

— Конечно, я виноват! И зачем ты сказал нам идти по этой уединённой тропе? Мы заехали в самую глушь, и теперь Мэгги пропала.

Сморщившись, Бен прошептал:

— Мне жаль. Я верну её. Обещаю. Господи, мне очень жаль.

Увидев виноватое лицо мужчины, Джейсон почувствовал, как из него улетучивается ярость, словно воздух из воздушного шарика.

— Нет. Ты не виноват. Прости.— Не отпуская чужую куртку, парень закрыл глаза, и мелко дрожа всем телом, прижался к мужчине. — Она одна. Мэгги наедине с убийцей. Что если она будет сопротивляться, и он сделает ей больно? Я всегда учил её бороться. Пинаться, кусаться и кричать, если кто-то попытается её схватить. Но у него пистолет и…

— Она умная девочка. — Тёплое дыхание Бена коснулось кожи Джейсона. — Она оставляет нам след. Она справится.

— Не следовало привозить её в Монтану. Если бы мы остались дома, она была бы в безопасности. — Парень поднял веки и заглянул рейнджеру в глаза. — Я должен был её оберегать.

Бен мягко убрал ему со лба влажные волосы, и Джейсон прильнул к его ладони.

— Ты не мог знать, что это случится. Не в чем себя винить. Слышишь?

— Все говорили, что я не смогу. Что я слишком молод. — Он судорожно вдохнул, лёгкие невыносимо сжало. — Они говорили, что нужно от неё отказаться. Мои родители пытались её забрать. Сказали, так будет лучше: я пойду в колледж, буду вести нормальную жизнь, а Мэгги станет моей сестрой. Но мне бы не было лучше. Она моя, мой ребёнок. Но родители правы. Я не могу этого сделать. Я потерял её.

—Полная херня. Послушай. Ты прекрасный отец, — осторожно произнёс Бен и положил ладонь Джейсону на затылок. — Ты привёз её в Монтану, потому что Мэгги об этом мечтала. Ты не сделал ничего плохого.

Продолжая цепляться за водоотталкивающую ткань куртки рейнджера, парень расслабил заледеневшие пальцы. Ноги тряслись, и Бен поддержал его, опускаясь вместе с ним на колени.

В слабом свете краем глаза Джейсон заметил на запястье Бена красное пятно. Взяв его руку, он обнаружил сильную сыпь и шумно вздохнул.

— От медвежьего спрея? Это из-за меня. Мне так жаль. — Джейсон держал ладонь Бена в своей, изо всех сил желая исправить ситуацию.

— Уже проходит. Я в порядке. Намажу полиспорином.

— Я помогу. Он у тебя в рюкзаке? — Это он точно мог сделать. Вытащив полный бинтов и марли водонепроницаемый пакет, Джейсон запустил внутрь руку и выудил со дна тюбик с гелем. Таким же парень сотни раз мазал исцарапанные коленки и локти Мэгги и снова задрожал от накатившей тоски.

— Вот, — сказал он, откручивая колпачок и аккуратно пряча его в карман.

Осторожно смазав сыпь на одном запястье, потом на другом, он засучил рукава Бена, чтобы проверить нет ли ещё. К счастью, больше сыпи не было. Рейнджер тихо дышал, обдавая теплом щёки Джейсона. Затем слегка сжал его пальцы:

— Ты ни в чём не виноват.

— Но…

— Ни в чём. — Мужчина осторожно притянул парня к себе.

Вокруг сгущалась темнота. Слишком уставший, чтобы спорить, Джейсон закрыл глаза и приник к твёрдому тёплому телу. Бен нежно провёл пальцами по его волосам. Чёрт, как же приятно было чувствовать себя в объятьях, и Джейсон растерялся: то ли велеть мужчине остановиться, то ли стараться не придвинуться ближе, прижавшись лицом к обнажённой коже у самого горла.

С тех пор, как парень был близок с кем-то, кроме Мэгги, с тех пор, как хотя бы обнимал другого взрослого, прошло много времени. Уже очень долго он не позволял заботиться о себе. Но Бен был уверенным и сильным. Надёжным.

В тот момент Джейсон только и смог, что отпустить себя и разрыдаться.

***

Эта ночь никогда не закончится.

Прижавшись к Бену под спасательным одеялом, которое якобы отражало тепло их тел, Джейсон ёрзал. После ужина из вяленой говядины и протеиновых батончиков рейнджер расстелил одеяло вместо подстилки, а вторым таким же укрыл обоих. Джейсон свернулся калачиком на боку, позади улёгся Бен. Его огромное тело приносило успокоение.

Если бы только удалось уснуть.

Но как, чёрт возьми, тут спать? Прячась под лёгким оранжевым одеялом, Джейсон разблокировал телефон и заморгал от яркого света. Он помнил, что в этой глуши нет сотовой связи, но должен был посмотреть на время. Сердце упало куда-то вниз — ещё даже не полночь.

Голос Бена прозвучал хрипло и низко.

— Может, и мне скажешь?

— Нет. — Джейсон беспокойно сдвинулся с места и камень, казавшийся валуном, впился в бедро. Конечно, нужно поспать, но это было невозможно. Вокруг царила кромешная тьма — тень Бена позади трудно было разглядеть, даже если вытянуть шею.

По крайней мере, дождь прекратился, хотя с шелестевшей на ветру листвы продолжали падать капли. Ухала сова, шуршали насекомые. В остальном лес был тихим и спокойным.

Слишком спокойным.

Джейсон не мог вынести этой жуткой тишины. Он прошептал:

— Прости. За… — Вспомнив, как Бен обнимал его, крепко прижимая и утешая, парень попытался найти нужные слова. — За то, что сорвался и… Ты был очень добр. Надеюсь, это не выглядело слишком странным.

Бен выдохнул, и воздух защекотал затылок Джейсона.

— Не выглядело.

Сердце заколотилось, и Джейсон снова подвинулся, теребя одеяло.

— Хорошо, что ты захватил эти вещи.

— Как говорится, однажды бойскаут…

— Я никогда им не был.

— Нет?

— Родители мне бы не позволили. Бойскауты были слишком… неопрятными. Скажем так, родители не ездили в палаточные лагеря.

— И чем же ты любил заниматься в детстве? — спросил Бен.

— Я отлично плавал. Всё свободное время проводил в бассейне нашего загородного клуба. И был довольно хорош в подготовительной школе. Но любимым занятием было рисование. Мне очень хотелось пойти в художественную школу.

Джейсон не понимал, к чему он всё это говорит. Он лежал свернувшись калачиком в непроглядной тьме лесной глуши с Беном в нескольких дюймах — всё это сильно смахивало на очень странный сон. Парень дрожал на твёрдой земле, и одновременно будто видел себя со стороны.

Джейсон подавил волну паники и горя. Он вернёт Мэгги. Он должен.

— Почему ты не пошёл? — спросил Бен. — О, конечно. Мэгги.

— Она изменила мою жизнь. — Пришлось приложить усилие, чтобы сглотнуть, горло горело огнём. — Окружающие меня жалели, словно я всё терял, но они не понимали. Они не понимают, сколько она мне дала. Она… — Парень судорожно вздохнул: — Она для меня всё.

— Джейсон, мы её найдём. С ней всё будет в порядке.

— Этот кошмар, кажется, никогда не кончится. — Парень заморгал, борясь с нахлынувшими слезами. — Я не могу жить без неё. Не могу. — Его будто вывернули наизнанку, теперь внутренности обдувал холодный ветер, а в развороченной грудной клетке кровью истекало сердце.

Бен прижался плотнее и успокаивающе погладил по плечу и руке.

Джейсон попытался вдохнуть. В ушах шумела кровь.

— Я не могу. Мне нужно её вернуть.

— Ш-ш-ш. Всё хорошо.

Сердце загрохотало, внутри опалило отчаянной нуждой. Джейсон перестал думать — он превратился в оголённый нерв, дрожащий и пытающийся за что-то ухватиться. Спасательным кругом было тепло, поэтому, перевернувшись, Джейсон уткнулся в Бена и прижался как можно плотнее.

— Я с тобой. Я здесь, — прошептал тот ему в волосы, крепко обнимая.

Но этого было недостаточно. Джейсону хотелось большего, требовалось что-то, что заполнило бы зияющую внутри дыру. Он тяжело задышал в колючую щетину на тёплом горле, будто что-то искал.

А потом поцеловал Бена — впился в губы и вцепился, будто утопающий, отчаянно стремившийся на поверхность. Пытаясь вдохнуть, он открыл рот, и их языки, влажные и настойчивые, встретились. Бен глухо застонал, у Джейсона закружилась голова.

«Какого чёрта я делаю?»

Отпрянув, парень поспешно встал на четвереньки, сбрасывая с себя одеяло.

— Прости.

— Всё в порядке, — успокоил его рейнджер. Во тьме он наощупь прикоснулся к Джейсону, но тот, дёрнувшись, вырвался из хватки.

— Не знаю, что на меня нашло, — пробормотал парень. — Я… Что со мной не так?

— Ничего. Ты испытываешь огромное напряжение. Тебе хочется утешения. Это нормально — тянуться к кому-то.

— Но я никогда… Я не… — Джейсон провёл рукой по лицу, с каждой минутой темнота давила сильнее. Хотелось проснуться. Нужно было проснуться и вырваться из этого ада.

— Ты в шоке. Давай немного отдохнём.

Мерзко шипящей змеёй внутрь заполз стыд. Дочь была где-то в чаще с психом, беспомощная и одинокая, а он целовался с кем-то. Целовался с Беном.

Но думать о Мэгги оказалось мучительно больно. Отчаянно захотелось вернуться в крепкие объятия, чтобы забыться, хотя бы на минуту. Ожидая в темноте, Джейсон ощущал собственное бессилие. Вот бы отключить разум и соединиться с Беном — тёплым, дышащим, успокаивающим. Джейсон готов был чувствовать что угодно, только не душераздирающий ужас.

«Слабак!»

Парень изо всех сил старался быть сильным.

— Нет. Это не… Я не могу. — Он поднялся на ноги.

Бен сжал его икру:

— Сейчас пятьдесят градусов¹, если не меньше. Дует ветер, холодно и вполне реально заработать гипотермию. Иди сюда и не заставляй меня за тобой бегать. Мэгги это не поможет.

Он был прав, и Джейсон упал обратно на землю.

— Прости.

— Не извиняйся. Мы просто будем спать, хорошо? Ну же. Вот так. — Рейнджер осторожно перевернул парня на бок, пристроившись сзади, аккуратно подоткнул под него одеяло, а потом, засунув руку в тепло и крепко обхватив его грудь, прошептал: — Спи.

Джейсона будто затянуло в зыбучие пески до самых подмышек. В измученном сознании всполохами замелькали отголоски ощущений: сильные руки Бена, солёный вкус его губ и тёплое дыхание, низкий едва слышный стон. Запах пота, грязи и Бена теперь заполнял лёгкие.

Как же хотелось затеряться в объятиях мужчины, вжаться в него всем телом, от волос до пальцев на ногах, чтобы не разобрать, где кончается он и начинается Бен. За всю свою жизнь Джейсон целовался только с одним человеком — с Эми. Да и делали они это неловко, неуклюже, то и дело хихикая.

Сейчас Джейсону хотелось смеяться. Каким же глупым он был, когда, листая «Детейлз» и мужские фитнес-журналы, говорил себе, что восхищается мужским телосложением, потому что хочет такое же тело. Нет, он хотел мужчин. Он хотел прикоснуться к мускулам под покрытой волосами кожей и почувствовать, как царапается чужая щетину, пока его целуют настойчивые губы.

Мысль о единении их тел, о том, чтобы уложить Бена сверху, накрыться им, почувствовав тяжесть его веса, снова попробовать его рот на вкус и услышать стон, скрутило внутренности желанием, будто горячей спиралью.

К вожделению прибавился стыд, огонь и лёд одновременно, от чего вдруг стало дурно. Джейсон не должен был думать ни о чём, кроме как о поиске Мэгги, но из-за всех ощущений и эмоций, голода, желания и отчаяния он утратил контроль.

Во мраке ночи их дыхание казалось слишком громким. В голове Джейсона один за другим пронеслись образы: расцветшее радостью милое личико Мэгги, когда она нашла красивый камень; пистолет Харлана Брауна, прижатый к голове дочери; широкая, непринуждённая улыбка Бена. Джейсон зажмурился и свернулся в клубок, отчаянно желая отключить разум.

Эта ночь никогда не закончится.

***

«Я хочу домой. Хочу к папочке».

Мэгги лежала на каменном полу крошечной пещеры, свернувшись калачиком на боку с прижатыми к груди коленями. Было сыро, темно и холодно, и казалось, что её папа где-то за миллион миль отсюда. Плохой человек рядом громко храпел, положив голову на свой маленький рюкзак и засунув под мышку рюкзак её отца.

Вход он заблокировал, а каменный потолок свисал всего в нескольких дюймах. Мэгги никак не могла переползти через мужчину, не разбудив. Она застряла.

В ушах до сих пор слышался голос отца, который кричал вслед уносившему её бандиту. Крики папы становились всё слабее и слабее, а девочка всхлипывала от жжения медвежьего спрея в глазах. Но плохого человека это, похоже, совсем не беспокоило — он был большим и сильным, и бежал очень быстро.

Потом они шли целую вечность — час за часом. Иногда он нёс Мэгги на спине, и она ненавидела за него держаться, ощущая, как его грязные сальные волосы лезут ей в лицо. День становился всё холоднее и холоднее. Когда стемнело, плохой человек, наконец, остановился.

У Мэгги онемели пальцы, поэтому он развернул для неё отвратительный энергетический батончик и дал перчатки. Она не понимала, почему бандит иногда был с ней добрым. Почему просто не отпустит её? Он даже отдал ей свою воду. Было противно прикладываться к той же бутылке, но очень хотелось пить.

Плохой мужчина отдал девочку толстовку, чтобы та надела её под накидку. Чужая одежда была влажной и отвратительно пахла, но Мэгги побоялась отказаться и натянула на себя вонючую ткань.

Мужчина каким-то образом уснул почти сразу, но Мэгги вздрагивала и подпрыгивала при каждом шорохе. Снаружи было очень темно и ничего не видно. В глазах появились слёзы, и девочка заплакала так тихо, как только могла.

По крайней мере, с плохим человеком она была не одна.

ГЛАВА 7

— Ты когда-нибудь хотел уехать из Монтаны? — Голос Джейсона был еле слышен, но Бен всё равно подпрыгнул в темноте.

— Что?

— Ты сказал, что вырос здесь. Прости, я просто… — Джейсон судорожно выдохнул. — Не могу уснуть. Схожу с ума от ожидания. Поговоришь со мной? Пожалуйста.

Бен тоже постарался говорить тише.

— Конечно.

Он продолжал обнимать Джейсона, но сохранил между их телами мизерное расстояние, хоть и хотелось пододвинуться ближе, особенно когда парень дрожал от пронизывающего ветра. До рассвета оставалось ещё два часа, но никто из них не спал.

— У тебя здесь много родственников? — спросил Джейсон.

— Нет. Мама умерла, когда я учился в средней школе, а папа — несколько лет назад. Но это единственный дом, который у меня когда-либо был.

— Он… он знал? Твой отец. О тебе. Что ты… — пробормотал Джейсон через несколько секунд.

— Что я гей? Да. От Брэда он никогда не был в восторге, но никаких проблем не было. Ну, после периода привыкания. Мама не знала. По крайней мере, никогда ничего не говорила. Я был ещё ребёнком, когда она умерла. Десятый класс. — Бен пошевелил рукой, на которой лежал Джейсон, пытаясь избавиться от покалывания. — Иногда мне интересно, знала ли она меня по-настоящему. Жаль, что я не сказал ей об этом до несчастного случая. Мама врезалась в дерево, когда каталась на лыжах. — С матерью Бен не был честен, поэтому постоянно чувствовал внутри пустую дыру, которая никогда не наполнится. — Тогда я был слишком напуган. Слишком труслив.

Джейсон молчал, и Бен пожалел, что не видит его лица. Парня хотелось снова поцеловать, но на этот раз нежно, успокаивающе и сладко. Потом Джейсон заговорил:

— Мне жаль твою маму. И ты не трус.

— Иногда я себя им чувствую, — проворчал Бен.

— Ты здесь, со мной, посреди леса, в полной тьме, преследуешь убийцу.

— Я не об этом… Не в этом трус. Это больше о моей жизни. Моих решениях. Я мог бы перевестись в другой парк и иметь гораздо больше возможностей. Возможностей, которые заслуживаю после всех своих лет и тренировок.

— И почему не переведёшься?

— Хороший вопрос на миллион долларов. Но вместо этого живу один в старом коттедже отца. И остаюсь на работе, где босс — мой бывший, который со своим мужем-кинозвездой устраивают передо мной демонстративный показ их общего ребёнка. И что? Что тогда изменится? Я вряд ли хотел, чтобы Брэд вернулся. Но до сих пор живу здесь, потому что боюсь уходить. Я знаю только Монтану. Из штата я почти не выезжал, если не считать поездки в Альберту по Дороге к солнцу.

— Здесь очень красиво.

— Да. Но я несчастлив. Уже давно. — Сказав эти слова, Бен понял, что это абсолютная правда. — Мне нужно начать что-то менять. Чего я боюсь?

— Дал бы я тебе совет, но сам боюсь всего. — Джейсон пошевелился, слегка втянув воздух.

— Ты в порядке?

— Ногу сводит судорогой. Нужно перевернуться.

Бен вытянул руку. Джейсон под одеялом заворочался, повернулся к нему, и лицо обдало тёплым дыханием. Как же хотелось снова дотронуться до парня, но мужчина сложил обе ладони под щёку. Не похоже, что Джейсон собирался бездумно нестись куда-то сломя голову, поэтому причин держать его не было.

Хотелось бы видеть его лицо, но стояла темнота хоть глаз выколи.

— Джейсон, таких храбрых как ты я не встречал. Это же какую смелость нужно иметь, чтобы просто подумать: растить ребёнка в одиночку. В любом возрасте, не говоря уже о подростковом.

— Я не был храбрым. Я до чёртиков тогда испугался. — Несколько долгих мгновений парень молчал и тихо дышал. — Иногда я не могу вспомнить, как она выглядела. Эми. Мать Мэгги. Конечно, у меня есть её фотографии, но в памяти она как-то… поблекла.

— Прости. — Бену ужасно хотелось узнать больше, но он прикусил язык.

— Мы были лучшими друзьями со средней школы. Затем в подготовительной, потому что Эми получала там стипендию, да ещё были в одной команде по плаванию. Мы всё делали вместе.

— В том числе и… — после нескольких мгновений молчания подтолкнул его Бен.

Джейсон шумно выдохнул:

— Нужно было сказать «нет». Но было любопытно. Эми хотела потерять девственность с тем, кому доверяла, и решила, что я подхожу больше всего. Даже несмотря на то, что у меня никогда не было девушки, кроме Реджины Поттер во втором классе. В общем… Мы использовали презерватив, но, кажется, я неправильно его надел, или, может, он порвался. Не знаю, что пошло не так. Всё было как-то странно и неловко, да и закончилось почти не начавшись. И конечно же, Эми забеременела.

— Наверное, это был шок. Что сказали твои родители?

— Сказать, что я их разочаровал, было бы эпическим преуменьшением. Сначала они хотели, чтобы Эми уехала, родила ребёнка и отдала его, чтобы никто не узнал. Даже предлагали ей деньги, любую сумму.

— Ого.

— Родителям Эми такое и в голову не пришло. Они, конечно, не были в восторге от ситуации, но по крайней мере её приняли. Они разрешили мне приходить и участвовать во всём. Мои же родители почти не видели Мэгги с дня её рождения. Они так меня стыдились. Хотели сделать вид, что ничего не произошло.

— Мне очень жаль. — Прямо до чесотки хотелось обнять Джейсона за плечи, но Бен упорно держал ладони под щекой. Не стоило спрашивать, но всё же хотелось знать. — Что случилось с Эми?

— Несчастный случай. Я поехал к ним домой побыть с Мэгги несколько часов, пока Эми с родителями поужинает в ресторане. Это был день рождения её отца. Их сбил поезд на железнодорожном переезде. Полиция так и не сказала, был ли неисправный светофор или мистер Саммерс каким-то образом его не заметил. Не важно. В любом случае они умерли. Эми прожила несколько дней, но ни разу не пришла в себя.

— Господи. Какой ужас. — Выразить сожаления в очередной раз казалось совершенно неприемлемым.

— Мэгги тогда исполнилось всего шесть месяцев.

— Даже представить не могу каково это. Раньше ты говорил, что родители пытались забрать у тебя Мэгги?

В голосе Джейсона послышались колючие нотки.

— Сначала они сделали всё возможное, чтобы заставить меня отказаться. В конце концов родители решили, что будет лучше, если Мэгги вырастят они. Хотели сделать вид, что она их дочь, хотя все друзья из загородного клуба знали правду. Я был бы просто её братом в колледже. Незнакомцем.

— Наверное, заманчиво? — спросил Бен, а затем добавил: — Ты же был очень молод. Я не имею в виду…

— Знаю. Да. Наверное, на минуту. У меня бы появилась вторая попытка. Я снова стал бы ребёнком. Но это невозможно. Мэгги — моя дочь, и я не мог притворяться, что это не так. У неё был только я. Я не мог её бросить. Видеться с ней только на Рождество и летом, а весь контроль отдать родителям? Они сказали, что хотят воспитать её должным образом, потому что я вряд ли смогу. Для этого я слишком молод. У меня есть младший брат, и они сказали, что для него было бы идеально иметь сестру.

— А что ты?

— Я был неудачником. Казалось, будто меня больше не брали в расчёт. Я отказался. Слава богу, мне тогда исполнилось восемнадцать, поэтому они ничего не смогли сделать. Я ушёл и забрал Мэгги. Но родители наняли адвоката и попытались добиться опеки. Сказали, что я не гожусь в отцы.

— Господи.

— Ага, но это было для моего блага и для блага Мэгги. — Джейсон фыркнул и тёплый воздух коснулся кожи Бена.

— У Эми был ещё кто-то в семье, кто мог бы помочь?

— У неё осталась тётя и двоюродные братья, которые поначалу немного помогали, но ты же знаешь, как бывает… У всех своя жизнь. Они желали добра, но были заняты. Они присылают открытки на Рождество, мы дружим в «Фейсбуке», но на этом всё. В конце концов, всегда были только я и Мэгги.

— Где ты работаешь?

— На фабрике печенья. Ничего интересного, но платят достаточно, и есть профсоюз. Детский сад в конце квартала в YMCA². В основном я работал только, чтобы оплачивать счета. Первые несколько лет мы жили в крошечной однокомнатной квартире, но это того стоило.

— Откуда ты знал, что делать? Я имею в виду, как заботиться о ребёнке?

— Много гуглил. Читал в библиотеке книги по воспитанию детей. Действовал по обстоятельствам и молился, чтобы не навредить.

Бен в темноте улыбнулся:

— Полагаю, так поступают многие. Встретился с родителями в суде?

— Очень ненадолго. Судья встал на мою сторону, и на этом всё. С тех пор я их не видел.

Бен хотел сказать: «Скатертью им дорога», но вместо этого ответил:

— Большинство людей сдались бы. Я восхищаюсь тобой.

— Мной? Во мне нет ничего особенного, — фыркнул Джейсон.

— Ты вообще понимаешь, как трудно растить детей? По крайней мере, мне так говорили. Я всегда думал, что у меня будут свои, но, видимо, не суждено.

Джейсон взял предплечье Бена и сжал, запустив в мужчине дрожь даже через куртку.

— Ты был бы потрясающим отцом. Ты отлично ладишь с Мэгги. Ты ей действительно нравишься. — Он резко втянул воздух, усиливая хватку. — Боже, я не могу…

— Мы её найдём. Обещаю. — Рейнджер знал, что нельзя бросаться такими словами, но хотелось всем сердцем верить, что так и будет.

***

Когда Бен зашевелился, сквозь густую листву уже пробивался слабый свет. Мужчина дремал около часа, да и Джейсон, обессилев, наконец успокоился. Осторожно приподнявшись, рейнджер смог разглядеть лицо парня, осунувшееся и выглядевшее во сне ещё моложе. Приоткрытые губы, торчащие во все стороны волнистые волосы песочного цвета.

Не успев подумать, Бен протянул руку, собираясь их пригладить, но вовремя её отдёрнул. У него не было на это права.

Отойдя подальше, мужчина помочиться у дерева, а затем умылся в ручье, окончательно проснувшись от брызг ледяной воды. По крайней мере теперь его лицо казалось нормальным, и сыпь исчезла. На всякий случай он принял ещё несколько антигистаминных таблеток и снова плеснул водой в лицо. Нахлынули воспоминания и, несмотря на дрожь от утреннего холода, Бен залился румянцем.

Не нужно было отвечать на безумный поцелуй Джейсона. Парень был на грани отчаяния. Но вместе с вожделением — а Бен не мог отрицать, что внутри всё до сих пор бушевало и тяжелело в паху от мыслей о том поцелуе, — резко обострилась потребность защищать и утешать.

За долгие годы у них с Брэдом, естественно, были моменты, когда они успокаивали друг друга, но Бен никогда не испытывал такого сильного желания оберегать и заботиться. Конечно, они с бывшим не сталкивались с подобной трагедией. Возраст парня, возможно, тоже сыграл свою роль. Джейсон — взрослый мужчина, но в нём — помимо детского лица — ощущалась некая невинность.

Прошлым вечером Бену отчаянно хотелось заключить Джейсона в объятия, хотя бы для того, чтобы удерживать его как можно ближе. Но ответ на поцелуй едва не заставил парня сбежать в темноту.

Бен его не винил, особенно после сказанного заикаясь откровения, что Джейсон никогда раньше не целовался с мужчиной. По крайней мере, судя по невнятному признанию. Чтобы стать отцом, Джейсону пришлось слишком быстро взрослеть, и подумалось, как же много тот упустил.

Послышался шорох спасательных одеял, и в мутных полутонах рассвета с низко висящим над деревьями туманом и густой влагой в воздухе Бен приготовился встретиться с Джейсоном. Тот сонно потёр лицо, а затем сосредоточился. На мгновение они встретились взглядами, после чего парень поспешил в кусты, опустив голову. Бен сложил одеяла, собрал остальное снаряжение и закинул на плечо винтовку.

— Съешь. — Он протянул вернувшемуся Джейсону протеиновый батончик.

Сморщившись, парень покачал головой:

— Я не голоден.

—Тебе нужно поесть.

— Давай просто пойдём.

Бен продолжал протягивать батончик:

— Давай, но сначала поешь.

— Ладно. — Джейсон, выхватив питательную еду, развернул и отгрыз кусочек.

Внимательно осмотрев окрестности в бинокль, Бен запросил по рации новости. ФБР установило командный пункт на южной станции смотрителей, и вертолёты поднимутся в небо, как только спадёт туман.

Плохо было то, что прогноз обещал низкую температуру с дождём. Возможно, туман не рассеется, что сделает поиски с воздуха бесполезными. Собаки-ищейки уже работали, но в глухой Монтане всё требовало времени. Оставалось только продолжать путь, уверенно направляясь на запад, что оба мужчины и делали, тщательно осматривая землю и кусты в поисках следов и подсказок Мэгги.

Спуск по склону тяжело сказался на коленях, и когда под проливным дождём Бен с Джейсоном добрались до русла долины, мышцы рейнджера после марш-броска накануне и холодной ночи на земле запротестовали. Даже представить трудно, что чувствовал Джейсон. Тот, вероятно, никогда в жизни не проходил пешком больше нескольких миль за раз.

Остановившись, чтобы глотнуть воды, рейнджер оценил состояние парня. Тот был бледен, с тёмными кругами под глазами и прилипшими ко лбу волосами. В кулаке подобно талисману он сжимал недавно найденный кусок красной ткани.

Потом Бен вгляделся вдаль. Сердце ёкнуло. Красный. Красный!

— Бен?

Рейнджер резко поднял бинокль, который всегда носил на шее.

— Ну же, давай…

— Что-нибудь видишь? — Джейсон стоял рядом, вибрируя от внезапного прилива энергии.

— Мне кажется, я её видел.

— Что? — Джейсон схватил Бена за руку.

— Всего на секунду. Возможно, мне показалось. — Рейнджер затаил дыхание, осматривая бесконечную зелень леса со скрытыми туманом верхушками. Есть! Красная накидка и копна золотистых волос. — Я её вижу. Это должна быть она.

Он собирался передать бинокль Джейсону, но тот, сорвавшись с места, побежал. С колотящимся сердцем и винтовкой наготове Бен бросился следом.

***

«Я хочу домой».

Мэгги могла думать только об этом, медленно шагая за плохим человеком со впившимся в плечи отцовским рюкзаком. Девочка несла его, когда они двигались, но как только останавливались, бандит его отбирал. Едва забрезжил рассвет, как мужчина заставил её поесть и попить, а потом приказал идти. Со временем он злился всё больше и кричал, чтобы Мэгги шла быстрее.

Когда она кашляла, лёгкие хрипели. Больше всего на свете Мэгги хотелось снова оказаться дома в тепле. Убедившись, что бандит не смотрит, она оторвала следующую полоску от своей накидки и, зацепив за куст, помолилась, чтобы отец её нашёл.

При мысли о папе по лицу потекли слёзы, и девочка, вскрикнув, споткнулась об упавшую ветку.

— Вставай. Ты специально меня тормозишь. Думаешь, я не знаю о твоих уловках? — прорычал мужчина.

— Я пытаюсь. У меня болят ноги. И большой волдырь. Пожалуйста, я хочу домой.

Он дёрнул её за руку, в плече что-то хрустнуло.

— Вернёшься домой, когда я буду далеко отсюда. Ты мой страховой полис. Неизвестно, когда копы нас найдут, а мне нужно…

— Куда?

— Не твоё дело. Шевелись!

Стуча зубами, Мэгги сосредоточилась на том, чтобы переставлять одну ногу за другой, и когда мужчина снова посадил её себе на спину, возражала уже не так сильно. Было очень холодно, да и в животе урчало.

Затем вдалеке послышался странный гул. Бандит начал насвистывать и перешёл на трусцу. Мэгги надеялась, что, куда бы они ни направлялись, они почти на месте. Идти дальше она не могла.

«Папа, где ты?»

Гудение стало громче, и она поняла, что это одна из бурных рек, стекающих с ледника. Когда между деревьев блеснула вода, мужчина вскрикнул от радости:

— Вот она!

Сначала Мэгги не видела ничего, кроме зелени и бурлящей водной пены. Затем поняла, что в листве скрывается старая деревянная постройка, похожая на те, что делали коренные американцы.

— Старик Гилдерой тут охотится. Никто не знает про это место.

— Но в парке запрещено охотиться.

— Меньше знаешь — крепче спишь, — рассмеялся бандит, обнажив жёлтые зубы.

Он исчез за строением и вернулся, волоча за собой небольшую надувную лодку.

— Мой приятель Дуэйн иногда приезжал сюда, чтобы покататься на порогах. Нам повезло. — Уродливое лицо сморщилось. — Бедняге Дуэйну больше эта лодка не понадобится.

— Почему? — не удержавшись, спросила Мэгги.

Плохой человек сплюнул на землю.

— Потому что не понадобится. Потому что из-за него я сделал то, чего очень не хотел делать, но мужчина должен защищать свою честь. Хватит задавать свои тупые вопросы. Давай сюда, — щёлкнул он пальцами, требуя рюкзак.

Девочка была более чем рада снять поклажу со своих ноющих плеч, и вздрогнула, когда мужчина выхватил ношу у неё из рук. Порывшись внутри, он громко выругался:

— И почему твой папочка-рохля не упаковал больше еды?

Мэгги сдержала язвительный ответ и кротко сказала:

— Мы отправлялись в поход только на один день. У тебя и так всего много, разве нет? — Она удивилась, увидев, сколько мужчина втиснул в свой рюкзак.

— Еды не бывает слишком много, — пробормотал бандит, вытряхивая отобранный рюкзак. Из вещей остались только свисток и аптечка, ещё карандаши и альбом отца, из которого мужчина с ухмылкой выдрал страницы.

— Вместо еды таскает с собой всякое дерьмо. — Он сплюнул на землю. — Трата времени для слюнтяев.

— Это не дерьмо! Ты глупый! Мой папа — отличный художник.

Бандит вскинул голову, и Мэгги резко втянула воздух.

— Что ты сказала?

— Ничего, — пробормотала она, затем, опустив глаза, покачала головой и медленно отступила на шаг.

— Отличный художник, — буркнул он, разрывая страницы и разбрасывая их по грязи.

Мэгги часто заморгала, изо всех сил стараясь не расплакаться. Глаза жгло. Хотелось поднять и аккуратно сложить все страницы в карманы, но она не пошевелилась.

— Они не будут искать на реке. Не узнают, что у меня есть лодка, — бормотал мужчина под нос, будто никого рядом не было.

— Значит, ты скоро меня отпустишь, да? — спросила Мэгги, несмотря на боль в горле. Возможно, это его разозлит, но ей нужно было услышать ответ.

Мужчина пристально на неё глянул и улыбнулся, выставив на обозрение свои кривые зубы:

— Конечно, отпущу. Ни о чём не беспокойся.

«Лжец!»

От страха — постоянного спутника с тех пор, как плохой человек забрал её от отца, — Мэгги стало трудно дышать. Грохот сердца заглушал шум воды. Мужчина лгал. Он никогда её не отпустит.

Нужно бежать. Но она не сможет бежать быстрее, чем он. Можно было спрятаться, но что если он её найдёт?

Тогда будет совсем плохо.

Мужчина открыл крышку деревянного ящика под навесом. Затем, вытащив оттуда странную резиновую штуку со шлангом, ногой начал накачивать воздух в лодку. Пока он работал, Мэгги заметила свисавший с края ящика ярко-оранжевый ремешок.

Спасательный жилет.

Девочка медленно подошла и заглянула внутрь. Точно. Старый, грязный спасательный жилет, который, похоже, не надевали годами. Слишком велик для неё, но лучше, чем ничего.

Она попыталась собраться с мыслями. Ладно, бежать не получится — плохой человек её поймает. Если она сплавится с ним по реке, то, скорее всего, он её убьёт, когда решит, что Мэгги ему больше не нужна. А может, убьёт её сейчас, если она слишком его разозлит.

Запустив руку в ящик, девочка достала спасательную экипировку. Сердце в груди сильно билось, и казалось, что плохой человек сейчас точно его услышит. Она надела жилет поверх накидки и дрожащими руками затянула пряжку. Так он точно будет держаться.

— Что ты задумала?

Она повернулась к мужчине, который не отрывался от своего занятия.

— Я боюсь воды.

Тот в ответ только хмыкнул. Мэгги бочком стала отходить к краю реки, двигаясь понемногу и незаметно для бандита. Берег возвышался примерно в десяти футах над бурлящим потоком, который казался очень далеко внизу. Вода неслась с огромной скоростью и совершенно точно была ледяной.

Мэгги последний раз оглянулась. Накачивая лодку, плохой человек теребил висевший на поясе нож. Девочка вспомнила, как металл пистолета давил ей в висок.

Повернувшись к воде, Мэгги закрыла глаза и подумала о дне рождения Деклана Майклсона прошлым летом. Тогда она слишком боялась прыгать с вышки в бассейне, поэтому папа залез вместе с ней.

— Мэгс, ты сможешь. Давай сделаем это вместе. Раз, два, три!

Он взял её за руку, и оба полетели по воздуху, а потом, подняв фонтан брызг, упали в воду. Было так весело, что хотелось делать это снова и снова. Папа каждый раз прыгал вместе с ней.

Стоя на самом краю берега, Мэгги начала считать в уме, одновременно представляя, что папа рядом, что его большая рука крепко держит её ладонь, как всегда, оберегая.

«Раз, два, три!»

ГЛАВА 8

Грохот белой воды разносился по лесу, как стук мощного сердца.

Бен не представлял, почему Браун пошёл этим путём, возможно, не знал о быстром течении. Путь на запад перекрывала река, и Харлану придётся свернуть на юг, но так можно было оставаться незамеченным в течение нескольких дней. Недель. Месяцев.

Приблизившись к бурлящей реке, они услышали рычание. Остановившись, Бен схватил Джейсона за руку. Тот уставился на него в ожидании.

Это было не гризли. А голос человека.

—…Вот чёрт, — послышался за гулом воды негромкий мужской возглас. — Мать твою.

Бену пришлось обхватить Джейсона сзади и удерживать, чтобы тот не бросился вперёд. Парень тяжело дышал. Бен прошептал ему на ухо:

— Не дури. Дыши.

Сердце в груди ухало, и рейнджеру показалось, что сердце Джейсона вторит ему барабанной дробью ужасным, испуганным унисоном. Мужчины стояли тесно прижавшись друг к другу. Бен успокаивал дыхание, пока Джейсон, последовавший его примеру, мелко дрожал в его объятиях.

— Хорошо. Медленно, — пробормотал Джейсон.

— Медленно, — согласился Бен. — Иди за мной. — Рейнджер вряд ли понимал, что делает, но Джейсон был весь, как оголённый нерв, и в глубоком отчаянии, заложенном природой в ДНК родителя на случай, когда его ребёнок оказывался в опасности.

Чтобы подойти поближе, мужчины взяли правее. Бен аккуратно стянул с себя рюкзак и прокрался между деревьями. Напряжение Джейсона чувствовалось даже в воздухе, но в этот момент Бен не мог сказать ничего успокаивающего. Он просто молился, чтобы Мэгги оказалась там же. Чтобы девочка не пострадала.

Не верилось, что они действительно нашли Брауна. Кровь в ушах гремела, как ревущая рядом вода, сердце готово было раздробить грудную клетку. Рейнджер заставил себя сделать вдох и выдох.

Впереди виднелась полуразрушенная постройка, из-за которой внезапно появился Браун. Джейсон уставился на него расширенными глазами, напряжённый и готовый броситься в его сторону, а затем глянул на Бена.

«Что мне делать?»

Он нужен был Джейсону и Мэгги. Обоим нужно было, чтобы Бен был сильным. Чтобы взял всё под контроль. Это он мог. Ради них.

Они с Джейсоном подобрались ближе. Задержав дыхание, Бен приготовил винтовку, ощущая, как холодит шею выступивший пот. Браун снова скрылся из виду. Никаких признаков Мэгги, но всё по порядку.

Послышалось ещё одно чертыхание, на этот раз громче. «Вперёд, давай, пошёл!» Бен выскочил на поляну с поднятым стволом и прижатым к плечу прикладом. Тонкие ветки под ногами громко затрещали. Из-за навеса показался Браун с направленным в него пистолетом.

— Нам нужна только девочка, — прорычал рейнджер. Боковым зрением он видел Джейсона, уже готового взорваться.

— О, папа спешит на помощь. Жаль, что ты опоздал. — На потрёпанном лице Брауна появилась улыбка.

У Бена всё внутри оборвалось, и на языке появился вкус желчи. «Пожалуйста, нет. Пожалуйста!»

— Где она? — прохрипел Джейсон.

— Боюсь, отправилась поплавать. После того, как я несколько миль назад перерезал ей горло, чтобы не слушать её тупые вопросы.

Горе остро кольнуло Бена, словно укус змеи, запуская по венам яд. Джейсон рядом пошатнулся.

— Нет! — вскрикнул парень. — Нет. Ты лжёшь!

— Почему сейчас? Ты взял её в заложницы, чтобы использовать против полиции. — Бен огляделся по сторонам, пытаясь найти очевидное доказательство лжи. Браун должен был лгать. Должен. Горло горело от эмоций. Ужас Джейсона страшно было даже представить.

Харлан пожал плечами и небрежно сплюнул на землю.

— Оказалось, что от неё больше проблем, чем пользы. Она тормозила. И, чёрт, ещё и без умолку болтала. — Затем глянул на Джейсона с усмешкой и поцыкал: — Маленькую сучку надо было учить хорошим манерам.

Бена накрыло жгучей яростью. Ни на секунду не задумываясь, он нажал на спусковой крючок и попал в плечо Харлану, когда тот почти нырнул за навес. Потянув за собой Джейсона, рейнджер присел.

Теперь между ними и Брауном оставались только треснувшее дерево и кора. Бен решился выглянуть со стороны реки. Следов Брауна не было, но обнаружилась лодка, из которой выходил воздух.

— Харлан, похоже, твоя лодка дала течь.

Кроме шума реки, Бен ничего не слышал. Он подождал, затем осторожно выглянул ещё раз, уже с другой стороны полуразрушенного навеса. И в пятидесяти ярдах заметил, как Браун исчезает в лесу. Рейнджер втянул воздух, но продолжил держать винтовку наготове, сканируя взглядом деревья. Как бы ни хотелось смерти этого ублюдка, Харлан был слишком опасен, чтобы за ним гнаться, и Бен был рад оставить его властям.

Минуты проходили без движения. Сквозь шум реки пробивалось отдалённое щебетание птиц. По подлеску суетливо пробежал бурундук, и Бен направил в ту сторону ствол, пока не увидел мелькнувший хвост с белыми полосками. Лес в серой мгле снова затих.

Рядом Джейсон смотрел в пустоту невидящим взглядом. Бен ещё раз внимательно оглядел местность и медленно опустил винтовку. Браун наверняка убрался как можно дальше. Теперь здесь были только Бен и Джейсон.

— Джейсон… — Собственный хриплый голос показался каким-то далёким. — Мне очень жаль.

— Она не может погибнуть. Это невозможно. Я… — Джейсон заморгал, открывая и закрывая рот. А потом у него вырвался вопль: — Я не могу!

Как подкошенный, он рухнул на землю и съёжился, рыдания сотрясали худощавое тело. Борясь со слезами, Бен лишь беспомощно смотрел. Словами ситуацию не исправить. Бен проиграл. Оставалось единственное: обнять Джейсона и молиться о чуде.

***

Это было, как попасть в гигантскую стиральную машину.

Пока Мэгги боролась за возможность вынырнуть, лёгкие начали гореть. Вода кружила её и вертела, и с большим трудом удавалось глотнуть воздуха. Даже со спасательным жилетом на порогах утягивало под воду при каждом удобном случае.

Река вихрилась и грохотала, извивалась и вращалась, увлекая Мэгги за собой. В памяти то и дело звучал голос Бена, и она старалась держать ноги по течению реки. Пальцы онемели от ледяной воды. Мэгги не знала, сколько прошло с момента прыжка. Казалось, целая вечность, но, возможно, считанные минуты.

Приближался очередной порог, но девочка не успела зацепиться за камень — по спирали ушла под воду. Всплыв, она глотнула воздуха, кашляя и отплёвываясь. Похоже, река замедлялась. Мэгги едва шевелила руками и ногами, но попыталась подплыть к берегу.

А затем увидела.

У кромки, где берег спускался ниже, над поверхностью склонился гризли, нащупывая что-то лапой в воде.

Затаив дыхание, Мэгги наблюдала, как река подносит её ближе и ближе. Медведь выглядел таким большим, что казался ненастоящим. Коричневая шерсть была мокрой, и девочка молилась, чтобы зверь не решил снова искупаться.

«Я кусок дерева. Не смотри сюда. Я не то, что ты хочешь съесть».

Приблизившись, Мэгги зажмурилась, её сердце билось так сильно и громко, что, наверное, даже заглушало шум реки.

Когда же она открыла глаза, то поняла, что уже миновала то место. Оглянувшись, девочка увидела, что медведь так и стоит на берегу, опустив огромную лапу в воду.

Мэгги снова могла дышать, но по-прежнему находилась в реке. Было слишком холодно. Мышцы задеревенели настолько, что казалось, тело вот-вот разобьётся на части.

Справа вдали показались выступающие скалы. Приблизившись с течением, Мэгги потянулась, проехалась пальцами по гладкому камню, но не смогла зацепиться.

Низкий гул впереди означал новые пороги. Мэгги заработала ногами сильнее, направляясь к берегу наискось. Ниже по течению в воде торчало поваленное дерево. Собрав все силы, Мэгги ухватилась за скользкую древесину.

Но тут вода потащила дальше, и ладонь соскользнула. Девочка вскрикнула, но вдруг остановилась. Река неслась мимо, а Мэгги не двигалась. Через несколько секунд она поняла, что спасательный жилет зацепился за одну из веток.

Она постаралась взяться за торчащий из воды сук. После нескольких попыток удалось крепко ухватиться и обнять ветку левой рукой. Теперь нужно было освободить спасательный жилет и при этом не дать себя унести течением.

— Папа! — закричала Мэгги, всем сердцем желая, чтобы он оказался рядом и как всегда помог. Но отца не было, и нужно было что-то делать, даже несмотря на сильную усталость.

Нельзя было просто висеть на дереве, поэтому Мэгги вытянула ногу вниз. Она знала, что не должна этого делать, но не видела другого способа отцепиться. Под водой она наткнулась на другую ветку, которая казалась довольно толстой. Продолжая крепко держаться двумя руками, девочка попыталась встать.

В тот же миг ноги в тяжёлых походных ботинках соскользнули, и Мэгги, вскрикнув, не удержалась. Она плюхнулась с головой в ледяную воду, но спасательный жилет не дал уплыть от дерева. Отплёвываясь, девочка смахнула с лица воду и снова потянулась к ветке. После нескольких попыток удалось-таки ухватиться, хотя пальцы едва сгибались.

Мэгги опять попыталась встать и на этот раз удержала равновесие. Берег был в десяти футах, и если получится достать до дерева и отцепить спасательный жилет, то можно взобраться на ствол и доползти до суши.

Она завела правую руку за спину и нащупала зацепившийся ремень. Пальцы не слушались, но в конце концов Мэгги ухватилась. Подумала, не снять ли спасательный жилет, но поняла, что не хочет оказаться без него в воде, потеряй снова баланс.

Стараясь двигаться как можно меньше, она ослабила ремень. Освободившись, Мэгги прилипла к дереву, боясь пошевелиться. По щекам катились слёзы. Стуча зубами до боли, девочка заскулила. Но единственный выбор — двигаться вперёд, поэтому Мэгги начала перемещаться вдоль бревна, цепляясь руками за ветки и крепко держась бесчувственными пальцами.

Коснувшись твёрдой земли, она стала всхлипывать сильнее. Как же приятно оказаться на берегу и ощутить под собой грязь с травой. Мэгги была почти у цели, почти свободна. Упираясь левым коленом в землю, она оттолкнулась правой ногой.

Внезапно дерево сдвинулось, и нога соскользнула. Лодыжка оказалась зажатой между землёй и стволом. Девочка вскрикнула. Она осторожно попыталась освободить ногу, но та накрепко застряла. Мэгги села и изо всех сил надавила на бревно.

Оно даже не шелохнулось.

Девочка беспомощно задрожала и, поняв, что дерево никак не сдвинуть, перестала сдерживать слёзы. Оно было слишком большим. Хорошо хоть не больно. Мэгги была вся холодная и, кажется, ничего больше не чувствовала. В миллионный раз она пожалела, что рядом нет папы, который бы всё исправил. Он всегда всё исправлял.

Опустившись обратно на землю, Мэгги прижалась щекой к траве и закрыла глаза. Снова и снова она желала, чтобы папа её нашёл.

***

Моргнув, Джейсон поднял голову и смахнул со щеки щепку. Он лежал на земле, Бен прижимался сзади, и…

Мэгги.

Зажмурившись, он напрягся, снова окунувшись с головой в горе, и почувствовал себя открытой кровоточащей раной. У него ничего не осталось. Он был ничем и никем. Это конец. Мир превратился в чёрный туннель, из которого никогда не выбраться.

Джейсон не справился. Он должен был обеспечить безопасность своей малышки.

Он молился проснуться, чтобы этот ужасный кошмар закончился. Чтобы Мэгги была рядом, у входа в палатку, щекотала его ногу и называла лентяем.

Невозможно поверить, что он больше никогда её не увидит. Но Джейсон до сих пор дышал. Планета продолжала вращаться по своей орбите… судя по солнцу, которое выглянуло из-за проплывавших облаков. С наступлением полудня погода наконец прояснилась.

Почему?

Почему мир до сих пор живёт? Почему Джейсон тоже не умер? Он должен был. Мэгги была всем. Почему он ещё дышит, а сердце продолжает биться? Он должен быть мёртв.

Перед глазами раз за разом вставала картина: ухмыляющийся Харлан Браун, изображавший, как перерезает Мэгги горло. Понимала ли она, что происходит? Было ли ей больно? Сколько времени прошло прежде чем…

Нет. Нет-нет-нет.

Рука под ним затекла, и Джейсон медленно высвободился из объятий Бена. Тот пристроился сзади и теперь глубоко дышал. Его лицо было измождённым. Джейсон плакал, пока не уснул, и Бен, видимо, тоже обессилил.

Поднимаясь на ноги, Джейсон споткнулся и подвернул лодыжку, но боли не было. Он глянул на освещённые солнцем деревья, открывавшееся клочок за клочком голубое небо, и понял, что внутри всё онемело. Зашуршав листьями, подул прохладный ветерок, и Джейсон поёжился. Часть его хотела опуститься обратно на землю и прижаться к Бену… хотелось вернуться в крепкие объятия мужчины, услышать его глубокое нежное бормотание, почувствовать, как пахнет его кожа хвоей.

Возможно, дело было в деревьях вокруг, но хвойный запах теперь всегда будет напоминать Джейсону о Бене.

Обхватив себя руками, парень глянул налево, потом направо, словно искал ответ. Будто каким-то образом там могла появиться Мэгги, целая, настоящая и невредимая.

Что-то у ног зашуршало, и Джейсон заморгал, уставившись на совершенно белые… страницы? Наклонившись, он коснулся бумаги дрожащими пальцами. А затем выпрямившись во весь рост, прижал один лист к бедру и машинально его расправил.

Увидев собственный рисунок, он резко выдохнул, словно от удара в живот. Там была Мэгги с Беном на Дороге к солнцу: рейнджер стоял на коленях и указывал пальцем на что-то в долине, а Мэгги рядом с ним в своих слишком коротких брюках-капри, наклонив голову, смотрела в том же направлении. Джейсон нарисовал обоих в основном со спины, едва очертив их лица с сияющими глазами.

Сквозь невыносимую боль скорби внутри начала проявляться ярость, заполняя всё подобно реке позади, врезавшейся в камни и вгрызавшейся в твёрдую землю.

Сжав кулаки и снова скомкав бумагу, Джейсон почувствовал острое желание завыть на луну и разорвать Харлана Брауна на куски собственными руками. Хотелось вгрызаться в ублюдка, пока не покажутся его кости, пока кишки поганца не вывалятся на землю.

Взгляд Джейсона заметался, как у неприкаянного, ноги грозили отказать от невыносимой душевной боли.

И тут он увидел её.

Она спокойно лежала на земле рядом с Беном. Джейсон перевёл взгляд на неподвижное приятное лицо мужчины, и сделал шаг, потом другой.

Нагнувшись, парень зажал в ладони винтовку. Та оказалась тяжелее, чем он предполагал, но этот вес почему-то успокаивал. Бен продолжал спать в тени навеса. Джейсон не винил рейнджера. Тот и так сделал больше, чем ожидалось.

Теперь Бен мог отдохнуть. Он был в безопасности, он это заслужил. Губы Джейсона горели от желания наклониться и поцеловать мужчину снова, хотя бы раз.

Если они когда-нибудь снова встретятся, Джейсон скажет, как он ему благодарен. А пока, снова разгладив рисунок, парень засунул листок под навес у головы рейнджера — он надеялся, что мужчина разглядит благодарность в мазках угольного карандаша.

Сжимая винтовку обеими руками, Джейсон тихо двинулся в сторону, куда сбежал Браун. Отойдя на приличное расстояние, парень решил: остаётся только одно — его сердце жило теперь только местью.

Затем Джейсон побежал.

ГЛАВА 9

Тяжело вздохнув, Бен потянулся. Где…

Как от толчка, он открыл глаза и порывисто сел. Вспомнив, весь напрягся, будто тело свело судорогой, и подавил всхлип. «О, Мэгги. Мне так жаль».

Место рядом на земле у навеса пустовало.

— Джейсон?..

Единственным ответом стал шелест листьев над головой. Вокруг было мирно и тихо. Слишком тихо. Где Джейсон? В солнечном свете, пробивавшемся сквозь крону деревьев, рейнджер поднялся на ноги. Может, парень пошёл отлить? Напрягшись, Бен прислушался, не раздастся ли в ближайших кустах какой-нибудь звук. Но до ушей долетал только стук собственного сердца.

— Джейсон!

Мужчина обошёл навес и осмотрел окрестности, то и дело окликая. Никого не было. Будто парень растворился в воздухе. Куда он подевался? Оба были полностью опустошены, но Бен не планировал засыпать. Он всего лишь хотел, чтобы Джейсон отдохнул, и смотрите, что мы здесь имеем.

Ну, по крайне мере Бен был здесь.

«Чёрт, чёрт, чёрт! — бормотал он, отдаляясь от навеса и выкрикивая имя Джейсона. — Не надо было засыпать!» Но желание убежать от страшной реальности и уступить изнеможению пересилило.

Приближаясь к реке, Бен почувствовал, как от вины начало покалывать кожу, и потёр лицо. И тут в голову пришла ужасная мысль, от которой почти подогнулись колени. Рейнджер с места рванул к берегу, выступавшему над бурлящей и отливающей серебром водой на высоте добрых десяти футов.

Конечно, там никого не было, ведь если бы Джейсон прыгнул, то его давно бы унесло течением. Парень давно бы умер.

Пустой желудок сжался, к горлу подступила желчь. Может, Джейсон отчаялся и решил покончить с собой? Лихорадочно озираясь по сторонам, мужчина закричал:

— Джейсон!

При мысли, что Мэгги с Джейсоном мертвы, Бен почувствовал себя выпотрошенным. На глаза навернулись слёзы. С девочкой и её папой он был знаком меньше недели, но теперь, казалось, нуждался в них, как в воздухе.

— Джейсон! — Бен помчался обратно к навесу, снова оббежал его вокруг, будто парень мог появиться каким-то волшебным образом.

Затем, уставившись на землю, потрясённо остановился. Винтовка. Она исчезла.

Накатило неимоверно приятное облегчение. Парня мог похитить Браун, прихватив оружие и не разбудив при этом Бена, но такое маловероятно. Скорее всего винтовку забрал Джейсон. Он отправился за Харланом в погоню, чтобы отомстить. Или, может, решил застрелиться и покончить со своими страданиями.

«Парня надо найти!»

Бен быстро поднял рюкзак, ругая себя, что не уследил.

Краем глаза в тени навеса он заметил листок бумаги, слегка колыхавшийся из стороны в сторону от дуновения вечернего ветерка. Лист был явно смят, а потом снова расправлен. Увидев рисунок, изображавший его с Мэгги на Дороге к солнцу, у Бена перехватило дыхание.

Да, это оставил Джейсон. Наверняка он. Теперь, когда рейнджер перестал искать человека и внимательнее осмотрел землю, он заметил рюкзак у сдувшейся лодки. Тот принадлежал Джейсону. Рядом лежал разорванный и брошенный альбом.

Осторожно сунув рисунок в альбом, Бен положил его в свой рюкзак, молясь, чтобы парень не ушёл слишком далеко. При мысли о Джейсоне, одиноком и убитом горем, кожу снова начало неприятно покалывать. Как хорошо было бы взлететь над деревьями и, подхватив парня, отнести его в безопасное место. Туда, где Мэгги была ещё жива.

Заряд батареи в рации заканчивался, поэтому доклад был коротким. В ответ Бен услышал, что вертолёты подняты в воздух, но дневного времени не хватало. Слева текла река, заглушая все возможно издаваемые Джейсоном звуки. Стал бы Браун идти вдоль русла? А Джейсон? Оставалось только гадать. Поэтому Бен решил подстраховаться: держался у воды, продолжая исследовать бескрайний лес.

Рейнджер прекрасно понимал, что парень может выстрелить вслепую, если заметит кого-то рядом, поэтому смотрел в оба. Пытаясь разработать план, как отобрать у Джейсона оружие и вернуть того в безопасное место, мыслями Бен постоянно возвращался к Мэгги.

Он знал девочку всего несколько дней, но чем дальше, тем больше чувствовал безмерную скорбь. Мужчина считал: вполне нормально печалиться об умершем ребёнке, но мысль, что он больше никогда не увидит милую улыбку, не услышит умный вопрос или взволнованный ответ, ранила с каждым шагом. Как же несправедливо.

Рядом громко хрустнула ветка. Замерев, Бен затаил дыхание. Взгляд заметался по сторонам, но никого не нашёл. Миг спустя какое-то маленькое животное — Бен не видел какое — суетливо прошуршало в подлеске.

Резко выдохнув, на всякий случай рейнджер обернулся вокруг оси. Нет, всё ещё один.

Сунув руку в рюкзак, он достал бутылку с водой и сделал большой глоток. Та была почти пуста, поэтому Бен решил не упускать возможность и направился к реке. В этом месте берег был вровень со стремительным потоком, поэтому, присев, можно было легко пополнить запасы.

Выпрямившись, мужчина закрутил крышку и глянул в сторону по течению. Из воды торчало застрявшее большое дерево, поваленное, скорее всего, молнией. Его ветви, словно расставленные пальцы, рассекали поток и…

Красный.

Прищурившись и всматриваясь пристальнее, Бен сделал несколько неуверенных шагов к дереву.

Ещё немного, и он ясно увидел не только красный цвет, но и оранжевую полосу спасательного жилета. Во рту пересохло. О господи! Наверное, тело зацепилось за ветки или река выбросила его на берег.

С трудом переставляя свинцовые ноги, Бен остановился у оголённых поломанных корней. Мэгги обнаружилась по другую сторону. Она была прямо у дерева, падавшая от него тень скрывала её лицо.

Девочка не шевелилась.

В голове на повторе зазвучали злые слова Харлана Брауна. «Перерезал ей горло.» Бен знал, что увидит, но должен был посмотреть. Должен был вернуть её домой к Джейсону.

Мужчина протянул дрожащую руку, собираясь перевернуть тело. Пальцы сомкнулись на детском плече, и… Мэгги дёрнулась.

Бен охнул и, отшатнувшись, упал на задницу. Затем подобрался на четвереньках ближе и, собравшись с силами, осторожно перекатил Мэгги на себя. Нет, ему не показалось — грудная клетка вздымалась и опускалась, а кожа на шее была гладкой, белой и неповреждённой.

От чувства облегчения вперемешку с радостью Бен разразился смехом, который эхом зазвенел между деревьями. Мэгги жива! И вознёс безмолвную молитву услышавшему его божеству.

— Мэгги!

В ответ вроде послышался тихий стон, но это могло и показаться. Мэгги выгнулась в неестественной, неудобной позе, и рейнджер понял, что её ногу зажало поваленным деревом. Бен осторожно прощупал все конечности, проверяя, не сломаны ли кости. Не обнаружив переломов, он встал и, ощущая выброс адреналина, приподнял ствол на несколько дюймов. Затем осторожно освободил зажатую ногу, и девочка уже слышимо застонала.

Устроив её у себя на коленях, Бен прижал палец к артерии на шее, просто чтобы перепроверить. И почувствовал ровное биение.

— Мэгги, проснись. Мэгги! — Он потёр ей грудину.

Открыв на мгновение глаза, девочка издала негромкий звук. Её кожа была ледяной — Мэгги явно долго была в реке, одежда до сих пор оставалась влажной. Бледное и застывшее лицо измазано грязью. Несмотря на выглянувшее солнце, Мэгги точно переохладилась. Её нужно вернуть в цивилизацию, которая никогда ещё не казалась настолько далёкой. Тем более, что стремительно приближалась ночь.

Самым быстрым способом было спуститься к отдалённому лагерю в парке. Бен связался по рации и попросил прислать туда машину скорой помощи.

Затем, отбросив спасательный жилет в сторону, он поднял Мэгги на руки. Хотелось позвать Джейсона, но нельзя рисковать. Браун до сих пор был вооружён, а Бен — нет. Подвергать себя опасности — это одно, ради Джейсона он и глазом бы не моргнул. Но жизнь Мэгги буквально находилась в его руках. Он должен был доставить девочку в надёжное место.

В угасающем свете сумерек Бен уверенно двигался на юг. Вскоре руки начали гореть, и мужчина остановился, чтобы выпить воды и разбудить Мэгги. Ему удалось влить в неё несколько глотков, но девочка никак не приходила в себя.

Нужно было спешить, но рейнджер остановился, решив, снять с Мэгги мокрую одежду. Накидка высохла, но брюки и толстовка были холодными и сырыми.

Чётко выверенными движениями Бен стянул влажные вещи и насухо вытер девочку своей футболкой. Водолазка, которую он носил в рюкзаке, доходила Мэгги почти до лодыжек, а запасные носки на маленьких ножках закрывали колени — в сложившихся обстоятельствах это было лучшее, что можно сделать. Затем рейнджер завернул её в красную накидку.

Всё это время Мэгги оставалась без сознания, издавая только невнятные звуки. Двигаться нужно было быстрее, и Бен, вместо рук, бережно понёс девочку на плечах по пути, освещаемом только луной и звёздами.

Теперь главное — вовремя вернуться в цивилизацию.

Час спустя Мэгги на плечах Бена заворочалась, приглушённо протестуя. Бен встал на колени и аккуратно спустил её в объятия.

— Мэгги. Это Бен. Всё хорошо.

Она с трудом подняла веки и, несколько раз моргнув, наконец сфокусировала взгляд.

— Бен? — Её голос напоминал сиплое карканье.

— Это я. Милая, теперь ты в безопасности.

— Папа?

— Он до сих пор ищет тебя, но очень скоро вернётся. Не волнуйся. — Ложь далась легко.

— Я прыгнула. Держала ноги вверх, как ты учил.

У Бена сжалось сердце.

— Ты очень смелая. Я так тобой горжусь. И твой папа тоже. — Даже представить сложно, сколько мужества потребовалось Мэгги, чтобы прыгнуть в ледяную бурлящую воду. — Мы шли по твоему следу. Ты поступила очень умно.

— Холодно. — Зубы девочки застучали.

— Я знаю, милая. Скоро будем в тепле, обещаю. — Бен очень надеялся, что на этот раз не лжёт. — Я понесу тебя, хорошо? Так будет проще. — Он не стал дожидаться ответа и, подхватив, снова устроил её на своём ноющем плече. Мэгги будет в безопасности. Он больше не подведёт ни её, ни Джейсона.

Заметив между деревьями палатки из бледно-голубого нейлона, Бен выдохнул с облегчением. К этому кемпингу добираться нужно на лодке через озеро, так что путешествие ещё не закончилось.

Подойдя к крайней палатке, Бен позвал:

— Есть кто?

Через минуту вжикнула открывающаяся молния, и в проёме появилась голова пожилого мужчины, на помятом лице которого читалась насторожённость.

— Кто здесь?

— Меня зовут Бен Хеттлер. Я смотритель парка. У меня здесь травмированная девочка, и мне нужна помощь.

Из палатки донеслось женское бормотание. Мужчина же выбрался наружу и выпрямился, затем внимательно посмотрел на Мэгги, лежавшую у Бена на плече.

— Боже, что случилось? Откуда вы пришли?

— Из глуши. Послушайте, у неё переохлаждение и нужна срочная медицинская помощь. Медики должны уже ждать на другом берегу озера. Где ваша лодка?

Мужчина указал направо, и Бен разглядел тёмно-зелёное каноэ у основания дерева. Из палатки выбралась женщина лет пятидесяти, натягивая через голову свитер. Она с тревогой посмотрела на Мэгги.

— С ней всё в порядке?

— Ей нужно в больницу, — нетерпеливо повторил Бен. — Я прослежу, чтобы вам вернули каноэ, но сейчас оно мне очень нужно.

Из-за голубой палатки показался ещё один турист, лет сорока, невысокий и коренастый, с густой копной рыжих волос.

— У вас всё в порядке? — Он посмотрел на Бена настороженным взглядом.

— Этот человек говорит, что он смотритель, — ответила женщина. — Девочка больна.

— Где её родители? — спросил рыжий.

Господи боже, у Бена не было на это времени.

— Её отец заблудился в лесу.

— Откуда нам знать, что вы говорите правду? — спросила женщина.

— На нём форма смотрителя, — заметил её муж.

— Нет времени на споры. Я смотритель, и эта девочка считалась пропавшей в лесу. Она может умереть, если не получит медицинскую помощь немедленно.

Похоже, властный тон Бена подействовал, потому что вскоре двое мужчин уже спускались к кромке воды, что была примерно в пятидесяти футах, неся над головой каноэ. Рыжий, который представился Эриком, вызвался помочь пожилому мужчине перевезти Бена с Мэгги через озеро.

— Если грести вдвоём, будет быстрее. — Эрик смотрел на вещи реально, и Бен не стал спорить.

Женщина принесла свой спальный мешок и помогла завернуть в него Мэгги. Бен осторожно уложил девочку на середину каноэ и встал позади на колени. Мэгги не проснулась. Бен проверил её пульс и выдохнул: тот по-прежнему был ровный.

Эрик и пожилой мужчина заработали в полную силу, заставляя каноэ стремительно рассекать благословенно спокойную воду. Прижав Мэгги к себе, Бен чувствовал себя бесполезным, потому что не помогал, но он согревал девочку в ночной прохладе, качая в объятиях и бормоча, что теперь всё хорошо.

Когда нос каноэ чиркнул по мокрому песку другого берега, Эрик выпрыгнул, разбрызгивая воду на мелководье, и подтянул лодку.

— Будем надеяться, что скорая уже почти здесь. — Он пошёл к границе леса, но остановился. — Может, я понесу?

Бен понял, что до сих пор не сдвинулся с места, прижимая девочку к груди и наблюдая за её дыханием. Эрик смотрел на него, подняв брови.

— Нет, я в порядке. Я сам, — настоял Бен. Он мысленно встряхнулся и выбрался наружу.

Пожилой мужчина, чьего имени Бен до сих пор не знал, с прищуром вглядывался в деревья.

— Кажется, я вижу красные огни.

На грунтовой сезонной дороге показалась вереница из машин парамедиков, полиции, агентов ФБР и коллег-смотрителей, и Бен чуть не заплакал от облегчения. Автомобили запрудили небольшую поляну, тишину нарушили огни и крики.

Сидя в задней части машины скорой помощи, рейнджер держал маленькую слабую руку и гладил Мэгги по волосам. Сонно моргнув, девочка с трудом пробормотала: «Где мой папа?», и снова погрузилась в сон.

Трясясь на ухабах, Бен позволил себе на мгновение прикрыть глаза и подумал, что отчаянно хотел бы знать ответ на этот вопрос.

ГЛАВА 10

Джейсон ничего не видел. В лунном свете его окружали листья и стволы деревьев, и он знал, что это тот самый лес — бесконечные мили зелени, но всё выглядело неправильно: поле зрения сузилось, всё исказилось, будто в комнате кривых зеркал. Джейсон ничего не слышал. Щебетание ночных птиц и шелест листвы казались слабыми, как сквозь беруши, а в ушах гремел только звук собственного хриплого дыхания.

Парень бежал наугад, продираясь сквозь чащу и раз за разом получая ветками по лицу. Он больше не искал трепетавшие на ветру куски красной ткани — всё вокруг виделось в красной дымке, а заплетающиеся ноги подстёгивала ярость.

Остановившись, Джейсон понял, что не заметил, когда стемнело. Он поднял руки и обнаружил, что до сих пор держит винтовку. Уставившись на оружие, онемевшими пальцами сжал дерево и металл.

Мэгги!

Яркая, прекрасная Мэгги. Осознание, что он никогда больше не увидит дочь, прожгло насквозь, оставив после себя пустоту и обугленную оболочку. Его малышка.

Однажды в магазине «ТиДжей Макс» Джейсон заметил дешёвую картину китайского массового производства — в пастельных акварельных тонах, с радугой и одной из тех самых вдохновляющих цитат. Она гласила, что стать родителем подобно тому, что твоё сердце живёт вне твоего тела. Правдивость этих слов заставила тогда Джейсона улыбнуться: Мэгги действительно была его сердцем. Его всем.

Теперь же он осознал весь их ужас. Бесконечную агонию от того, что его маленькая девочка умерла.

Как сквозь пелену, Джейсон понял, что пронзительно кричит, затем рухнул коленями в смесь грязи с листвой и сгорбился над винтовкой. Он взмолился о том, чтобы проснуться в Филадельфии от звона будильника, возвещающего о начале очередного монотонного дня на фабрике. Он готов был сделать и отдать что угодно, лишь бы вернуться на свою бессмысленную работу и к Мэгги, ожидавшей, когда папа заберёт её из дневного лагеря.

Дочь стояла бы на тротуаре возле детского сада, держа в руке только что созданное собственное произведение искусства: банку из-под апельсинового сока, покрытую окрашенными макаронами, или масштабный рисунок гор и озёр.

Сглотнув, Джейсон подавил всхлип. Его сердца больше не было, и он не собирался оставаться в живых.

***

— Ни за что. — Бен сделал глубокий вдох, стараясь сохранять спокойствие. — Я найду его. Так что прочь с моей дороги. — Ди настояла, чтобы рейнджера тоже обследовали, поэтому сейчас оба находились в смотровом кабинете рядом с отделением скорой помощи. — Врач дал мне «добро». Со мной всё в порядке.

Ди одарила его взглядом, от которого большинство мужчин обычно начинали дрожать от страха.

— Кроме истощения, которое может привести к роковым ошибкам. Джейсона Келлермана найдёт поисковая группа. И этот трусливый кусок дерьма Харлана Брауна тоже.

— Я пойду с ними.

— Нет, не пойдёшь. У тебя жуткий вид.

Ди ждала в больнице, где теперь была Мэгги — в целости и сохранности, в надёжных руках. А Бену нужно было найти Джейсона.

— Я ухожу.

— Они уже выехали. Солнце взойдёт с минуты на минуту. Просто держись. — Ди потянулась к его плечу, но Бен увернулся.

— Я обещал Мэгги, что привезу её отца домой. И сдержу слово.

— Бен, ты сделал более чем достаточно. Келлерман — не твоя забота, — вздохнув ответила Ди.

— Конечно, моя! Мне не следовало засыпать. Я должен был за ним присматривать. Теперь он там один.

Ди уверенно стояла в дверях, уперев руки в бока.

— Критикуй себя хоть до посинения, но это ни черта не изменит. Факт остаётся фактом: ты спас жизнь Мэгги Келлерман. Для этих людей ты уже сделал больше, чем можно было ожидать, поэтому просто отдохни. Его найдут.

— А что, если нет? — Мысль, что он больше никогда не увидит Джейсона, была, как осколок льда, вонзившийся между рёбер. — Что, если не найдут?

— Сейчас ты ничего не можешь сделать. Отдохни пока. — Ди попыталась мягко подтолкнуть рейнджера к кушетке, но тот шарахнулся, ударившись поясницей об угол стойки.

— Я не могу просто заснуть, зная, что он где-то там! Что я смогу его найти. Я должен его найти. Я нужен ему! Он нужен мне! — Глаза жгло от непролитых слёз, и Бен стиснул зубы, пытаясь дышать. С непонятной ему самому одержимостью мужчине хотелось снова вернуть Джейсона в свои объятия, целым и невредимым.

На лице Ди отразилось понимание, и она медленно кивнула:

— О. Вон оно что.

— Я знаю, что мы только познакомились, но я… — Это звучало безумно, но в голове вихрем пронеслись слова: «Я мог бы его полюбить».

Бен прокашлялся:

— Джейсон где-то там один, считает, что его дочь мертва. Я не могу здесь просто сидеть. Я ухожу.

Ди кивнула:

— Я отвезу тебя назад. С восходом солнца отправляются пять вооружённых поисковых групп вместе с вертолётами. Хорошо, что этот проклятый туман рассеялся и дождь прекратился. Давай выдвигаться.

«Джейсон, держись. Ты нужен Мэгги. И, кажется, мне тоже».

***

Во рту была земля. Она скрипела на зубах, когда Джейсон закашлялся и стал отплёвываться. Упав, он продолжил сжимать придавленную телом винтовку. Он не знал, сколько пролежал. Ладони и плечи уже покалывало от неудобной позы.

Дрожа, парень поднялся на колени. Это дятел слабо стучит по дереву, или дробь отбивают его зубы?

На секунду Джейсон зажмурился, вспоминая тепло сильных рук Бена.

Нет, нужно идти дальше. Нужно… что? Часто заморгав, он всмотрелся во влажный рассветный воздух. Вокруг возвышались толстые стволы деревьев. Не имело значения, найдёт ли он Харлана Брауна. Не имело значения, убьёт его или нет. Мэгги это не вернёт. Она исчезла в бушующих водах, прорезавших сотни миль дикой местности.

«Найдут ли они её вообще?»

Парень согнулся пополам, снова уткнувшись лицом в землю и ощущая щекой холодный металл винтовочного ствола.

«Отодвинь его немного и спусти курок. И всё будет кончено».

Джейсона покачивало от порывов ветра на краю каньона.

Больше не придётся это чувствовать. Не придётся жить без неё.

«Сначала ты должен её найти».

Из пересохшего горла вырвался всхлип, и Джейсон сел. Он должен найти свою малышку. Устроить ей достойные похороны. Он был её единственной семьёй. Он должен позаботиться о ней до конца. Это его обязанность.

«Что, если она жива? Ты не видел её тела. Браун мог солгать».

В руинах груди, в глубине рваной дыры, где раньше жило сердце, забрезжила надежда, и Джейсон отчаянно за неё ухватился.

— Господи, пожалуйста. — Стоя на коленях с поднятым к небу лицом, Джейсон пообещал стать лучшим отцом, только бы Мэгги к нему вернулась. Он поклялся никогда больше её не подводить.

В приливе маниакальной энергии, тяжело дыша, парень побежал, не выбирая пути — просто потому что нужно было двигаться, — бормоча молитвы и раз за разом торгуясь с Богом на случай, если желаемое не случится.

Когда в огромном голубом небе взошло солнце, Джейсон, движимый отчаянием, пёр напролом сквозь заросли деревьев.

«Бен, где ты?»

Может, стоит вернуться и отыскать рейнджера? Он должен помочь. Если он будет рядом, всё должно наладиться.

Джейсон крутанулся на месте, пытаясь понять, откуда пришёл.

Где река? В какой стороне восток? А север? С колотящимся сердцем и пересохшим горлом он уставился на солнце. Когда он в последний раз пил воду?

Где он?

Где Мэгги? Он должен её найти!

Он снова повернулся и посмотрел на небо, пытаясь определить положение солнца. От внезапного головокружения Джейсон пошатнулся, пустой желудок заурчал.

«Бен! Где ты?»

Он выкрикнул это вслух? Парень не был уверен. В груди всё сжалось, и он снова поднял голову, чувствуя себя как никогда одиноким. Нужно найти Мэгги! Она не могла умереть. Джейсон повернулся в одну сторону, потом в другую. Нет-нет-нет…

Услышав далёкое эхо выстрела, он уставился на винтовку, ожидая увидеть кровь, стекающую по рукам. Но на них была только грязь.

Раздался ещё один выстрел — в воздух с криком взметнулись испуганные птицы. Парень снова посмотрел на оружие. Стрелял не он. Это был кто-то другой. Может, Браун? О боже, что если Бен в беде?

В голове замелькали образы. Вот Бен сидит у костра, слизывает с пальцев липкий зефир и поёт с ними песни. Вот он застёгивает на Джейсоне спасательный жилет, его ясные голубые глаза очень близко, а на лице играет улыбка. Вот он присел на корточки рядом с Мэгги на Дороге к солнцу и с бесконечным терпением рассказывает ей всё, что та хочет знать.

Джейсон рванул на звук. Он не защитил свою малышку. Но Бена он не подведёт.

ГЛАВА 11

С ухающим сердцем Бен смотрел не мигая на тело, сличая приметы: сальные каштановые волосы, невыразительный подбородок, массивные мышцы и широкая грудь с зияющей кровавой дырой.

«Не Джейсон. Не Джейсон. Не Джейсон».

Выстрелы прозвучали в соседнем поисковом квадранте, куда сразу же помчались все. Бен бежал, пока лёгкие не начало жечь, и даже потом, когда по рации сообщили, что это Браун. Бену просто нужно было убедиться.

— Вы затаптываете место преступления. Отойдите, — приказала агент ФБР тоном, не допускающим возражений.

Другие агенты говорили по рациям, вокруг стоял гул, в котором различались отрывистые реплики. Громыхание вертолётных винтов вдалеке заглушало обычные звуки леса: щебет птиц, жужжание насекомых и шорох шмыгавших сквозь заросли животных.

— Мы должны его найти, — глупо сказал Бен.

Агент энергично кивнула, её короткие рыжие волосы упали на лоб.

— Теперь будет легче. Обычный поиск и спасение. Не волнуйтесь.

«Не волнуйтесь».

Бен внезапно разразился громким смехом, и агент ФБР подняла брови:

— Может, вам стоит вернуться? Последняя пара дней у вас были тяжёлыми. — И тут же кого-то позвала: — Джонс! Давай посмотрим…

— Опустите оружие. Быстро! — прогремели между деревьями возбуждённые голоса, будто взрыв гранаты.

Отпихнув агента, Бен рванул в заросли, сквозь ветки, бившие по лицу. Между двумя старыми соснами стоял Джейсон, держа в дрожащих руках взведённую винтовку.

Направляя ствол по меньшей мере на четырёх агентов, которые достали оружие и, перекрикивая друг друга, отдавали команды, Джейсон растерянно смотрел широко распахнутыми глазами. Его лицо было испачкано землёй.

— Что? — прохрипел Джейсон.

В мгновение ока Бен оказался между агентами и парнем, протягивая к нему руки. Голоса за спиной с руганью приказали отойти в сторону, но он их проигнорировал.

— Джейсон, это я. Всё в порядке. Они агенты ФБР. Никто не причинит тебе вреда. Отдай её мне.

— Бен? Ты в порядке? — уставился Джейсон на рейнджера. Губы парня дрожали.

— Да. Я в порядке. Отдай мне винтовку. — Конец ствола слегка задел его грудь.

— Что? — Джейсон глянул вниз и, качая головой, резко выдохнул, словно удивился оружию в своих руках. — Я подумал, что ты в беде. Я не хотел… — Он отпустил винтовку, и Бен быстро передал её стоявшему за спиной агенту.

— Всё в порядке. — Рейнджер обхватил ладонями грязное лицо. На щеках Джейсона остались следы от высохших слёз, и Бен испытал ноющую боль. Он не хотел снова делать ему больно. — Мэгги жива. Браун солгал, и он мёртв. Он больше никому не причинит вреда. Джейсон, Мэгги в безопасности. Слышишь?

Тот часто задышал, его грудь тяжело вздымалась.

— Мэгги?

Невысокая рыжеволосая женщина, с которой разговаривал Бен, протиснулась ближе:

— Он явно в шоке. Джейсон, я агент Риардон. Мы собираемся…

Бен её проигнорировал:

— Мэгги жива, и ей нужен отец.

— Мэгги жива, — повторил Джейсон, затем схватил рейнджера за плечо и спросил уже окрепшим голосом: — Она жива?

Горло Бена сжалось — хотелось одновременно плакать и смеяться.

— Она жива. Джейсон, с ней всё в порядке.

Парень задрожал и, вцепившись, прижался. Почувствовав Джейсона снова в своих объятиях, Бен испытал неимоверное облегчение.

— Вы оба в безопасности.

— Спасибо. О боже. Мэгги в порядке. — Джейсон повторил это несколько раз, словно пытаясь осознать правдивость слов. — Как?

— Я нашёл её у реки. Она сейчас в больнице в Калиспелле. Врачи сказали, что с ней всё будет нормально.

Бен взглянул на агента Риардон. Та кивнула:

— Нам только что сообщили, что у Мэгги всё отлично. Она очень хочет увидеть своего отца, так что давайте шевелиться. Вертолёт скоро сядет в ближайшем для посадки месте, у кемпинга «Серебряная кора».

Крепко обняв парня за плечи, рейнджер направился между деревьями к служебному джипу. Затем они тряслись по извилистой грунтовой дороге, агент Риардон — впереди, Джейсон с Беном — сзади. За рулём, ухмыляясь от уха до уха, сидел коллега Бена — Джим.

— Ты спас её. Спасибо. — Обмякнув, Джейсон прижался к Бену.

Тот пожал плечами:

— Она сама спасла себя. Ты воспитал храбрую малую. Чтобы сбежать, она прыгнула в реку.

Проглотив всхлип, Джейсон прошептал:

— Моя бедная малышка. Спасибо, что нашёл её. Спасибо. — Он взял руку рейнджера, переплёл их пальцы и стиснул так сильно, что побелели ногти. — Это же реально?

Бен сжал ладонь в ответ.

— Да, честное слово. Теперь вы с Мэгги в безопасности. — Затем положил голову парня себе на плечо и почувствовал на своей шее неровное и тёплое дыхание.

Наверное, это безумие, но Бену хотелось оберегать их всегда.

***

— Папочка?

Сердце восторженно зашлось от затопившей до макушки радости. Джейсон склонился над больничной койкой и с облегчением прижал к себе дочь, стараясь не задеть капельницу в тонкой руке.

— Я здесь. — Он глубоко вдохнул запах медицинского мыла и еле уловимый — Мэгги. У неё был собственный, сложно определимый аромат ещё с тех пор, как Джейсон впервые взял её на руки.

Это действительно была его Мэгги. Она и вправду в порядке. На дочери была синяя толстовка с надписью «Монтана» поверх больничного халата, на запястье — пластиковый идентификационный браслет.

— Папочка, я по тебе скучала. Я так рада, что ты здесь. — Голос был сиплым, а кашель надрывным — лёгкие хрипели от перенапряжения, но Мэгги была жива. Его маленькая девочка дышала, говорила и была жива.

— Малышка, я тоже по тебе скучал. Сильно скучал. Я люблю тебя, Мэгги. Как больше никого в мире. — Джейсон отстранился и устроился на пластиковом стуле для гостей. — Ты же знаешь это?

— Пф-ф-ф. Конечно.

Джейсон рассмеялся, и почувствовал себя невероятно хорошо.

— Узнаю свою Мэгги. — Он глянул на Бена, который стоял в дверном проёме. На заросшем щетиной лице сияла широкая улыбка.

— Я тоже люблю тебя, папа. Ты в порядке?

Чтобы не напугать дочь своим грязным и безумным видом, Джейсон последовал за рейнджером в ванную и позволил вымыть себе ладони и лицо. Он тогда прикрыл глаза и доверился нежным большим рукам, которые вытерли его тёплой тканью.

— Со мной всё хорошо. Даже больше. Теперь, когда я здесь, с тобой, я чувствую себя потрясающе.

— Я тоже.

Джейсон погладил дочь по волосам и внимательно осмотрел лицо. Мэгги выглядела бледной, под глазами залегали тёмные круги, на щеке краснела царапина, но больше никаких следов не было. Он глубоко вздохнул:

— Ты сказала врачам, что тот мужчина не сделал тебе ничего плохого. Ты уверена? Не нужно бояться. Мне можно рассказать всё, что бы это ни было.

— Знаю. Он только кричал на меня, когда я была слишком медленной. Иногда он был милым. Это было странно. Но он не сделал ничего такого, о чём ты думаешь.

Джейсон медленно выдохнул, снова испытав огромное облегчение.

— Хорошо, малышка.

Девочка посмотрела ему за спину и улыбнулась:

— Привет, Бен.

— Привет, Мэгги. — Рейнджер подошёл и встал рядом с Джейсоном, уверенно и ободряюще.

— Пап, Бен рассказал, что это он спас меня?

— Ты сама себя спасла, — ответил мужчина. — Мне просто повезло на тебя наткнуться.

— Когда я проснулась и увидела тебя, то поняла, что всё будет хорошо. — Девочка снова заулыбалась.

Джейсон почувствовал, как внутри поднимается тёплый вихрь эмоций: благодарность, спокойствие, привязанность. Он хотел взять мужчину за руку, но вместо этого убрал волосы со лба дочери, не в силах сказать ни слова.

— Пап, где ты был?

Вина полоснула острыми как бритва когтями. Это он должен был найти Мэгги. Но вместо этого бродил по лесу заторможенный и бесполезный.

— Я…

— Мы разделились, чтобы найти тебя, — сказал рейнджер. — Чтобы прочесать большую территорию.

Джейсон взял себя в руки и добавил:

— Бен рассказал, какой ты была храброй. Ты прыгнула в реку?

Мэгги важно кивнула.

— Я представила, что со мной там был ты, как на вечеринке у Деклана, помнишь?

Джейсон тяжело сглотнул, глаза начало жечь.

— Конечно. Прыгать тогда было весело. После первого раза вроде и невысоко.

На самом деле всякий раз, поднимаясь по лестнице на вышку бассейна, Джейсон сильно нервничал, но Мэгги, впервые нырнув, вела себя бесстрашно, поэтому он не хотел её сдерживать.

— Не думаю, что захочу снова прыгать в реку. Было очень, очень холодно, и мне пришлось оставаться там слишком долго. — Девочка закашлялась, и Джейсон помог ей глотнуть воды.

— Наверное, тебе было сильно страшно. Я так тобой горжусь. — «Не плачь!» — Джейсон медленно выдохнул. — Может, расскажешь нам об этом подробнее?

Глаза Мэгги наполнились слезами.

— Я была ужасно напугана. Но я больше не хочу об этом говорить. Самое важное ты уже знаешь.

— Ладно, — успокоил её Джейсон. — Не обязательно сейчас это обсуждать.

— И позже тоже. Это уже неважно. Хочу поговорить о хороших вещах. — Она указала куда-то позади. — Например, что в пакете, который принёс Бен?

Джейсон заметил на стуле в углу пластиковый пакет, только когда Бен его взял. Мысли крутились безостановочной каруселью, желудок разъедала кислота. Ладно, не нужно настаивать, чтобы Мэгги рассказывала сегодня. Она и без того пережила более чем достаточно. Конечно, ей нужно дать время, чтобы прийти в себя.

— Просто я увидел кое-что внизу в сувенирном магазине и вспомнил о тебе, — ответил рейнджер и достал толстую книгу под названием «Птицы Монтаны. Как их обнаружить».

С горящими глазами Мэгги слабо захлопала в ладоши.

— О, спасибо! — Она пролистала страницы. — Она не для детей. Это же настоящая взрослая книга!

— Ты уже знаешь слишком много, чтобы читать детские книги. Правда, Джейсон?

Тот кивнул и быстро заморгал, стараясь скрыть слёзы. Увидев заботливый подарок Бена и искренний восторг Мэгги, даже после всего, что девочке пришлось пережить, он почувствовал, как грудь сдавливает почти невыносимая нежность.

Сидя возле дочери и наблюдая, как она сначала читала, а потом тихо уснула, Джейсон ощущал себя оголённым нервом в теле с содранной кожей и вывернутой наизнанку душой.

— Папе тоже пора отдохнуть. — В дверях, добродушно улыбаясь, стояла доктор Шарма. — Позвольте быстро вас осмотреть. Давайте убедимся, что всё в порядке, а потом можете идти спать.

Пододвинув другой стул поближе, Бен добавил:

— Я поговорил с главным агентом ФБР. Они организовали для тебя номер в гостинице рядом. Вернуться сюда ты сможешь за пять минут. Знаю, ты скажешь, что не оставишь дочь ни на секунду, но тебе нужно поспать.

Джейсон резко закрыл рот — именно это он собирался сказать, но потом проговорил:

— Я в порядке. Если она проснётся, мне нужно быть здесь.

Доктор Шарма заправила выбившуюся прядь тёмных волос за ухо.

— Я понимаю, но поверьте — она проспит несколько часов. — Женщина взглянула на часы. — На данный момент вполне вероятно, что всю ночь.

Свет за окном тускнел, и Джейсон признал, что истощён, но нет. Ни за что.

— Я могу подремать прямо здесь.

Доктор с Беном переглянулись. Затем женщина предложила:

— Как насчёт того, чтобы принять душ и поспать пару часов? Обещаю, мы напишем вам, как только она проснётся. Хотя это, как я уже сказала, вряд ли произойдёт до утра. — Она поморщилась. — Честно говоря, от вас воняет. От обоих.

Парень поймал себя на том, что смеётся — боже, происходившее выглядело нереальным. Мэгги жива, и они в цивилизации. Бен был рядом, и Джейсон смеялся. Он видел всё со стороны, будто находился вне тела. Джейсон погладил волосы дочери, едва касаясь, только чтобы убедиться, что она действительно здесь, и золотистые пряди шёлком коснулись кончиков его пальцев.

— Джейсон, завтра тяжёлый день. — Лицо доктора Шармы исказилось от беспокойства. — Мэгги придётся многое переварить. Вы оба в шоке. Вам нужны силы, чтобы поддержать дочь. Поспите нормально хотя бы несколько часов. Обещаю, что с Мэгги всё будет в порядке.

Парень почесал шею, впиваясь ногтями.

— Я просто… Я не хочу выпускать её из виду.

— Конечно, — произнёс Бен, сжимая его плечо и запуская вниз по руке тёплые искорки. Парень потянулся навстречу, но тут Бен спросил: — А можно Джейсону поставить койку рядом с Мэгги?

Доктор Шарма вздохнула:

— Ладно. Джейсон, я понимаю, почему вы отказываетесь оставлять Мэгги, но прошу, отдохните по-настоящему. Я вас осмотрю. Возражения не принимаются. Я помню, вы настаиваете, что с вами всё в порядке, так что это не займёт много времени. — Она кивнула в сторону примыкающей ванной. — Затем можете принять душ. Тут отдельная палата. Мэгги лучше видеть вас чистым и похожим на себя обычного. После подобной травмы нормальная жизнь успокаивает.

В дверном проёме появилась агент Риардон.

— Извините, что подслушала, — сказала она без малейшего намёка на извинения. — Джейсон, я взяла на себя смелость перевезти ваши вещи из кемпинга в соседнюю гостиницу. Я сейчас же прикажу принести вашу одежду. — Затем окинула взглядом Бена в его грязной и помятой униформе. — Какой у вас размер? Там есть смежный номер. Можете его занять, а я позабочусь, чтобы туда доставили что-то чистое. Вы живёте за городом, так? Будет проще, если вы останетесь здесь до завершения расследования. Не волнуйтесь, это не займёт много времени.

Бен кивнул:

— Конечно. Я никуда не уйду.

Джейсон благодарно улыбнулся, пытаясь уследить за словами доктора Шарма и агента ФБР. Смысл доходил, будто через слой ваты, но осознав сказанное, он резко выпрямился:

— Погодите. Отдельная палата? Наша страховка это не покроет. Сколько это стоит? — Придётся взять кредит, а с учётом процентных ставок на погашение уйдут годы. Им и так едва хватало на еду и аренду, Мэгги ещё понадобится лечение и…

—Джейсон. Успокойтесь, — приказала агент Риардон. — Всё улажено. Ни о чём не беспокойтесь. Мэгги требуется отдых, а нам — уединение, чтобы поговорить с ней завтра и узнать подробности похищения. Нам не нужны больные дети, которые постоянно чихают, кашляют и плачут за шторкой. Мы сменили категорию палаты за свой счёт.

Джейсон медленно выдохнул:

— О. Спасибо.

— Пожалуйста. Кроме того, мы оставили агентов у лифтов, в обоих концах коридора и здесь за дверью. Тут везде СМИ, и внизу, и снаружи.

— СМИ? — тупо переспросил Джейсон. — Почему?

Риардон коротко и язвительно улыбнулась:

— Джейсон Келлерман, вы теперь большая знаменитость. Отец-одиночка, эффектное похищение, и ко всему этому привлекательный герой-рейнджер. Злодей побеждён, а красивая белокурая девочка спасена. Для информационных агентств это как манна небесная. Общественности сейчас ой как нужна духоподъёмная история.

— А-а-а. — Было странно думать, что о них говорят. Взяв расслабленную руку Мэгги, Джейсон ощутил реальность и тепло её согнутых пальчиков.

— О случившемся ни с кем не говорите. Ни с медсёстрами, ни с санитарами. Только с доктором Шарма. — Агент бросила на Бена ещё один оценивающий взгляд. — Будем считать, что вы заслуживаете доверия, но если проболтаетесь журналистам, поплатитесь головой.

— Он? Никогда! — порывисто ответил Джейсон.

Бен примирительно поднял руки:

— Всё в порядке. Я понимаю, это ваша работа. Можете мне доверять.

Риардон быстро кивнула:

— Хорошо. Мой агент убил подозреваемого, поэтому нам нужна полная картина, прежде чем СМИ начнут нести обычную чушь, смешанную с полуправдой. Репортёры пока знают только то, что мы им говорим. Давайте так и оставим. — Она развернулась: — Спите спокойно. И от вас действительно воняет.

Агент ФБР ушла. Все трое переглянулись, и Бен заметил:

— Она прямо мастер общения.

Джейсон снова засмеялся — засмеялся! — и склонился над Мэгги, чтобы вдохнуть родной запах.

***

Прищемив мизинец колёсиком койки, Бен запрыгал на одной ноге, сдерживая ругательство. Вот что получается, когда ходишь в одних носках. Но слишком уж не хотелось надевать обратно грязные сапоги, засунутые под стул в углу.

Простая футболка, которую ему выдали, была немного тесновата в плечах, а боксеры — немного свободны под джинсами, но это ничего. Он оставил Джейсона наедине с доктором Шарма для осмотра, а сам практически бегом направился в соседнюю гостиницу в сопровождении агентов, которые провели его через боковой вход, подальше от толпы журналистов.

С одной стороны, хотелось задержаться под струями горячей воды на несколько часов, с другой, нужно было скорее возвращаться: Бен пообещал присмотреть за Мэгги, пока Джейсон будет принимать душ, получив от доктора Шармы подтверждение, что у него только синяки и истощение.

Бен снова глянул на Мэгги, освещённую тусклой жёлтой лампой в углу. Девочка крепко спала, со слегка приоткрытых губ уже начал сходить синеватый оттенок. Грудная клетка размеренно поднималась и опускалась, но лёгкие ещё хрипели, и мужчина аккуратно подтянул одеяло повыше.

Потом снова принялся вышагивать.

К окну, мимо койки к двери и обратно. В проулке между гостиницей и больницей он даже не заметил неба, но теперь сквозь стекло в палату проникало бледное сияние луны.

За закрытой дверью ванной было тихо, и Бен напряжённо смотрел на неё каждый раз, когда мерил шагами маленькое пространство. Шума воды тоже не было слышно. Может, Джейсон просто в туалете, и Бену лучше пока не мешать?

«Что, если он потерял сознание, а я не услышал, как он упал? Что, если он всё-таки ранен? Что, если ему нужна помощь?»

Внутри всё сжалось, и мужчина постучал в дверь, лишь слегка коснувшись полотна костяшками пальцев.

— Джейсон? У тебя там всё в порядке?

— Я…

Подождав несколько неровных ударов сердца, Бен повернул ручку и открыл дверь:

— Всё нормально?

Парень, до сих пор в грязной одежде, стоял спиной к двери. В зеркале было видно, что он неотрывно смотрит на свои поднятые руки. За пару шагов Бен быстро приблизился:

— У тебя что-то болит?

— Нет. Ты уверен, что это не сон? — Джейсон мельком глянул в зеркало и снова опустил взгляд на свои исцарапанные ладони. — Похоже, что так, но…

Через открытую дверь рейнджер оглянулся на девочку, которая по-прежнему крепко спала. Стоя позади Джейсона, он бережно взял его за плечи:

— Мы здесь. Мэгги цела и невредима.

Сияющие карие глаза встретились со взглядом Бена в зеркале.

— Я всё время думаю, что я обязательно проснусь, но теперь я этого не хочу, — прошептал парень.

— Да тогда Мэгги будет здесь. — Бен сжал пальцы. — Как и я.

Кивнув, Джейсон слегка покачнулся.

— Давай приведём тебя в порядок.

Бен опустил крышку унитаза и предложил парню сесть, затем наклонился и закрыл ванну пробкой. Он боялся, что Джейсон слишком истощён и слаб для душа. Когда тёплая вода наполнила ванну, мужчина расшнуровал Джейсону походные ботинки и снял с него носки.

Парень сморщил нос:

— Боже, я действительно воняю.

Оба улыбнулись друг другу, и мужчина швырнул носки в угол. Бен начал раздевать Джейсона, который покорно поднял руки, когда попросили. В этом всём не было ничего сексуального: наполнявшие Бена эмоции можно было обозначить только как нежность и заботу.

Он опустил руку в воду — не слишком ли горячая? — а потом усадил в ванну Джейсона. Тот, откинувшись, тихо застонал:

— О боже. Как приятно, — и закрыл глаза.

Бен сложил полотенце для рук.

— Вот, давай вот так. — Он приподнял парню голову и положил получившуюся подушку на белую плитку у бортика.

— М-м-м. Спасибо. — Через несколько мгновений глаза Джейсона распахнулись. — Мэгги ещё спит?

Повернувшись, рейнджер глянул в дверной проём и кивнул:

— Без задних ног.

Джейсон заметно обмяк и опустил руки в воду:

— Ладно.

Закатав рукава, мужчина развернул брусок мыла и взял грубую мочалку.

— Просто расслабься, ладно?

— Ага.

С каждым прикосновением Джейсон отпускал себя, пока не стал похожим на тряпичную куклу. Бен поднимал его руки и ноги, тщательно очищал, вытирал мягкий член и вымывал пах. Вода плескалась, покрываясь мелкой рябью, как на мелководье.

Кожа Джейсона блестела, слегка покраснев от тёплой воды и мочалки. Бен хотел пробежаться руками по всему стройному телу, просто чтобы почувствовать, что парень в целости и сохранности. Очень хотелось забраться в ванну и прижать его к себе, но Бен только опустил лейку душа и открыл тёплую воду.

— Закрой глаза и наклонись немного вперёд, — пробормотал он и, присев на бортик, намочил Джейсону волосы. Затем, выключив воду, опустил лейку в ванну. Открыв флакон с обычным шампунем, Бен принялся массировать кожу головы, намыливая светлые пряди.

— М-м-м. — Джейсон подался навстречу мягким прикосновениям, и Бен, смыв шампунь, еле сдержался, чтобы не потереться лицом о голову парня. Он только нанёс на растрёпанные волосы кондиционер, и Джейсон, не открывая глаза, вздохнул.

Лёжа в ванной с согнутыми ногами, парень, расслабленный и послушный, выглядел в покрытой мыльными пузырьками воде прекрасно. При виде такого доверия мужчина испытал глубокое чувство покоя. Целостности.

Смыв кондиционер, Бен протёр мокрые волосы полотенцем.

— Давай вытащим тебя оттуда, пока у тебя хвост не вырос.

Джейсон вылез, капая на пол водой, и Бен, опустившись на колени, вытер парня дешёвым больничным полотенцем — грубым, но действенным. Сменная одежда, аккуратно сложенная, ждала на столике. Бен помог Джейсону надеть трусы, спортивные штаны и футболку. Борясь с желанием обхватить его за талию и никуда не отпускать, Бен провёл парня к койке, стоявшей рядом с крепко спавшей Мэгги.

Затем накрыл его до плеч одеялом.

— Сладких снов. Я буду рядом.

— М-м-м. — В мягком свете глаза Джейсона закрывались сами собой. — Тебе тоже надо поспать.

— Не-а. Я выпил кофе, и теперь не засну.

С трудом моргая, Джейсон нащупал ладонь Бена.

— Спасибо.

И даже когда парень уснул, мужчина держал его руку, сплетаясь пальцами.

ГЛАВА 12

Пронзительный и отчаянный крик вырвал Джейсона из сна. Он рывком сел на койке и заморгал от солнечного света. В кресле по другую сторону кровати Бен с напряжённо прямой спиной тянулся к Мэгги, словно желая её разбудить. Но затем кивнул Джейсону и убрал руку.

Джейсон встал на колени на койке и проговорил тихим и спокойным голосом:

— Мэгс? Проснись, тебе снится кошмар. — Девочка захныкала, и он легонько потряс её за плечо: — Мэгги?

Мэгги резко вдохнула и открыла глаза:

— Папочка?

— Да, детка. — Джейсон обнял её и стал нежно укачивать. — Уже всё в порядке. Ты в безопасности.

Вцепившись в отца, Мэгги залилась слезами, шумно вдыхая и кашляя — её лёгкие до сих пор хрипели. Джейсон почувствовал, как разом навалилось уже знакомое чувство беспомощности. Захотелось сделать что-то большее, чем просто гладить дочь по спине и шептать слова утешения. Хорошо, что хоть рядом был Бен, молчаливый и успокаивающий.

Выплакавшись, Мэгги снова уснула, а Джейсон остался сидеть рядом. Склонившись над дочерью, он гладил её по волосам и пытался уловить любые признаки надвигающегося кошмара.

Через некоторое время, не спуская с Мэгги глаз, парень уселся скрестив ноги на хлипкую койку.

— Не могу поверить, что я действительно спал, — пробормотал он.

— Тебе было нужно.

Джейсон посмотрел поверх кровати на Бена, крутившего головой из стороны в сторону, и поморщился:

— Ты, наверное, совсем измучился.

Тот пожал плечами:

— Вздремну позже. Тебе что-нибудь нужно? Кофе? Вода?

При одной мысли Джейсон с трудом сдержал стон:

— Кофе? Было бы здорово. Мой прекрасный кофеин.

Бен улыбнулся:

— А-а-а, значит, путь к твоему сердцу лежит через большое капучино?

— Определённо, — ответил Джейсон на игривую улыбку Бена и почувствовал, как желудок делает сальто. Это же заигрывание?

Пока Бена не было, Джейсон то и дело прокручивал в голове этот вопрос. Накануне вечером рейнджер видел его совершенно голым, он купал его, как ребёнка. Возможно, именно поэтому Джейсон не чувствовал себя неловко. Бен тогда не флиртовал.

Джейсон смог закрыть глаза и принять заботу впервые за… если честно, даже сложно сказать сколько лет. С Беном не давило осуждение за потребность в помощи. Джейсон не чувствовал себя слабым или недостаточно хорошим.

С Беном он мог дышать.

Парень смог расслабиться и отдаться сильным мужским рукам, отпустить всё и погрузиться в доверие и комфорт. Нахлынули воспоминания: прикосновение к коже тёплой воды и влажной ткани, ровное дыхание Бена в такт биению сердца Джейсона. Не нужно было стараться произвести впечатление или кого-то изображать. Нужно было просто быть.

— Пап?

Джейсон моргнул и переключил внимание на Мэгги. Дочь смотрела на него и сонно улыбалась.

— Привет, милая. Как ты себя чувствуешь?

Девочка вытянула руки над головой и потянулась:

— Хорошо. Сейчас время завтрака? — Её голос сипел, то ли от плача, то ли от застоя в лёгких, глаза припухли.

— Да, уверен, что завтрак будет с минуты на минуту. — Он поцеловал дочь в лоб. — Не хочешь рассказать о своём сне?

Мэгги отвела взгляд:

— Нет. Я уже ничего не помню.

— Знаю, это нелегко, но думаю, тебе стоит мне рассказать. Ты почувствуешь себя лучше.

— Я же сказала, что уже ничего не помню. Я в порядке.

Обычно Джейсон знал, как нужно настаивать, но правила изменились.

— Иногда бывает очень трудно говорить о страшных вещах. Я только хочу знать, что ты и правда в порядке.

Дочь знакомо закатила глаза, и это подействовало успокаивающе.

— Па-а-ап, всё нормально. — Её лицо внезапно просияло. — Привет, Бен!

— Доброе утро, соня. — На пороге стоял рейнджер с картонной подставкой для напитков в одной руке и большим бумажным пакетом в другой. — Мне зайти позже? — спросил он Джейсона.

— Нет, всё в порядке. — Если Мэгги хотела притвориться, что всё нормально, то можно ненадолго подыграть. Джейсон улыбнулся: — Куда это ты собрался с моим кофе?

Передав долгожданный напиток Джейсону и апельсиновый сок Мэгги, Бен устроился в кресле возле кровати. Он сделал глоток из своего стакана и открыл бумажный пакет:

— Я подумал, что пончики не помешают.

Мэгги радостно ахнула и закашлялась, а восстановив дыхание, спросила:

— Там есть с джемом и сахарной пудрой?

— Конечно. — Бен развернул пакет и положил его на кровать, чтобы отец с дочерью могли заглянуть и выбрать. Джейсон сунул в рот тот, что с шоколадной глазурью, смакуя мягкую сладость и запивая её идеальным кофе — крепким, с нужным количеством молока.

Пока Мэгги и Бен обсуждали пончики и любимую выпечку, Джейсон обдумывал список вопросов для доктора Шарма. Он планировал спросить и мнение Бена о том, как сильно давить на Мэгги, чтобы та заговорила. Расстраивать дочь не хотелось, но и отрицание тут не поможет.

Иметь друга, с которым можно посоветоваться, было облегчением. Потягивая кофе и наблюдая за смеющимися Беном и Мэгги, Джейсон понял, насколько был изолирован. После смерти Эми и скандала с родителями он не позволял себе ничего серьёзнее мимолётных знакомств.

Теперь у него был Бен. Хотя к этому не стоит привыкать — они с Мэгги скоро вернутся домой. С одной стороны, мысль о собственной постели и знакомой квартирке грела душу. С другой, было понимание, что, скорее всего, он никогда не увидит Бена. От этого внутри всё сжималось. Может, получится поддерживать связь через «Фейсбук», электронную почту или мессенджеры.

«Может, мы станем больше, чем просто друзьями».

— Пап, скажи ему, чтобы перестал дурачиться, — захихикала Мэгги.

Бен прижал руку к груди, притворяясь раненым:

— Дурачиться? Я никогда не дурачусь.

— Дятлы и бобры — не родственники! Это невозможно.

— А похоже на то, — сказал Бен. — Давай рассмотрим доказательства. Джейсон, можешь нас рассудить?

— Ладно. — Джейсон понял, что улыбается.

Бен улыбнулся в ответ и запустил по спине Джейсона табун мурашек. Рейнджер открыл рот, чтобы высказать свои доводы, но тут послышался глубокий громкий голос:

— Бен, вот ты где. А я тебя вызваниваю. — В дверном проёме вырос мужчина в тёмно-зелёной униформе, обтягивающей подтянутое тело, со шляпой паркового смотрителя в руках. — Я Брэд Кьюсак. А вы, должно быть, Джейсон и Мэгги. Мы все рады, что вы вернулись в целости и сохранности.

Бен поднялся на ноги и вытер пальцы в пудре о джинсы:

— Брэд. Прости, я выключил звук.

Мужчина вошёл в комнату и широким жестом обнял Бена.

— Мы так волновались. Ты точно в порядке?

Рейнджер как-то скованно и неохотно обнял посетителя в ответ, и Джейсон понял, что этот Брэд — изменщик-бывший. Тот самый, который глуп настолько, что позволил Бену уйти. Внезапно Джейсон почувствовал гнев и поднимающуюся мрачным вихрем ревность.

Бен высвободился из объятий и повернулся к Мэгги с Джейсоном:

— Это мой… э-э-э, Брэд. Мой начальник.

Мэгги прищурилась:

— Это вы муж Тайсона Локвуда?

Брэд широко улыбнулся, сверкнув белыми ровными зубами:

— Я, милая. Хочешь автограф? Могу организовать его прямо сейчас.

Мэгги посмотрела на него спокойным взглядом:

— Нет, спасибо.

Улыбка Брэда дрогнула:

— Ладно. Ну, как ты себя чувствуешь?

— Хочу, чтобы люди перестали об этом спрашивать. — Мэгги фыркнула: — Я в порядке!

— Мэгги, мистер Кьюсак всего лишь был вежлив, — вмешался Джейсон. — И тебе бы стоило. — Он встал и протянул руку: — Рад с вами познакомиться.

Брэд крепко пожал протянутую руку на удивление влажной ладонью:

— Извините, что врываюсь. Я хотел убедиться, что с Беном всё в порядке.

— Конечно. — Джейсон выдавил из себя улыбку. Он представил Бена и Брэда вместе и почувствовал, как нелепая ревность выходит на новый виток. В жизни Джейсона пока не было тех, кого он ненавидел с первого взгляда. Брэд Кьюсак, похоже, станет первым.

Трое мужчин неловко замерли, Мэгги сердито смотрела с кровати. Повисло странное напряжение, которое можно было пощупать руками.

Бен прокашлялся:

— Мы просто… Тебе нужен официальный отчёт?

— Да, да. — С видимым облегчением Брэд перешёл к делу: — Ты же понимаешь, что этот инцидент будут тщательно расследовать. Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

В палату вошёл санитар с завтраком на подносе, и Брэд, отойдя в сторону, встал рядом с Беном. Мэгги начала жаловаться, что вместо её любимой глазуньи, поджаренной сверху, принесли болтунью. Джейсон понял, что надвигается полномасштабная истерика, поэтому решил дочь успокоить — пообещал, что, как только её выпишут из больницы, они съедят идеально правильную яичницу.

— Когда? Мне уже лучше.

— Посмотрим, что скажет доктор Шарма. Но она считает, что тебе нужно побыть здесь ещё две ночи. Чтобы уже наверняка, — сказал Джейсон и приготовился к удару.

И как в воду смотрел.

Мэгги покраснела и завопила:

— Мне снова придётся остаться на ночь?! — и зашлась кашлем, в лёгких до сих пор был застой.

Джейсон помог дочери глотнуть воды:

— Всё нормально. Дыши. Обещаю, что скоро поедем домой.

Шмыгнув носом, Мэгги кивнула — гнев исчез так же быстро, как и появился. Затем пробормотала:

— Прости.

Бен порылся в бумажном пакете и вытащил припорошённый пудрой пончик:

— Вот. Последний с джемом приберёг для тебя.

Мэгги просияла и засунула выпечку в рот, испачкав всё вокруг в сладкий порошок. Оба мужчины рассмеялись, и Джейсон, взяв протянутую Беном салфетку, принялся вытирать лицо дочери, пока та хихикала и извивалась.

— Что ж. Я должен…

Джейсон осознал, что Брэд по-прежнему в палате.

— Ой, извините. Мы отвлекаем вас от работы.

Судя по улыбке Брэда, тот явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Не извиняйтесь. Мы оставим вас. Бен, как я сказал, мне нужны некоторые детали для отчёта в департамент. Я запишу всё на диктофон и позже перепишу на бумагу.

Бен кивнул:

— Конечно. — А потом пощекотал ступни Мэгги через одеяло. — Пока меня не будет, не вздумай попасть в переплёт.

Взвизгнув, девочка согласилась, и Бен мягко улыбнулся Джейсону. Брэд наблюдал за ними, хмуря брови.

Внезапно в палату уверенно вошла агент Риардон с двумя агентами.

— Так, все, кто не Джейсон и Мэгги Келлерманы, — на выход. Мы будем заняты некоторое время, а потом настанет ваша очередь, мистер Хеттлер.

Джейсон выпрямился в кресле и взял Мэгги за руку. Обменявшись с дочерью взглядом, он кивнул:

— Мы готовы.

***

Следуя за Брэдом в холл в конце коридора, Бен уловил пряный запах знакомого одеколона. Даже после всего случившегося аромат странно успокаивал, и мужчина вздохнул с облегчением: хорошо, что не придётся иметь дело с незнакомцем.

Брэд повернулся с хитрой, кривой ухмылкой:

— Трахаешь этого парнишку?

Облегчение испарилось во вспышке ярости.

— Прошу прощения? Нет, не трахаю.

Брэд продолжал улыбаться:

— Но хочешь.

Рейнджер не мог этого отрицать и поджал губы, раздув ноздри.

— Эй, я не пытаюсь быть мудаком. — Брэд поднял руки, в защитном жесте.

— Угу, это происходит естественно.

— Ладно. Я заслужил.

— Ещё как! — Бен сделал два шага в одну сторону, затем в другую. — Ты не имеешь права комментировать мою жизнь после того, как изменил мне, а потом меня бросил.

— Верно. Прости.

— Что? Даже не попытаешься сделать меня виноватым?

— Нет. — Брэд опустил уголки губ и покачал головой: — Во всём, что случилось, не было твоей виной. Как и моей. — Он поднял руку и добавил: — Кроме измен. Это была на сто процентов моя вина.

— Да, была. Я никогда бы так с тобой не поступил! — Они не обсуждали ничего с момента бурного разрыва, когда Брэд признался в измене, а Бен в тот же вечер выехал из дома. — На работе мы притворяемся друзьями, словно всё нормально. Какая глупость! Ничего не нормально. То, что ты сделал, не нормально и никогда не будет.

— Хотел бы я это изменить. Правда, хотел бы. Но я не жалею о нашем расставании.

Боль, неожиданно поднятая на поверхность, нарастала, перекрывая горло, душило негодование.

— Рад слышать. Спасибо.

— Бен, это бы никогда не…

— Давай просто покончим с этим. Что тебе нужно узнать? — резко выдохнув, перебил Бен.

Вздохнув, Брэд достал телефон и включил его. Несколько долгих мгновений он смотрел на экран, а потом поднял голову — его лицо выглядело осунувшимся и уставшим.

— Мы не были счастливы вместе. Мы не были счастливы уже долгое время. Это не оправдывает то, что я сделал. Я знаю. Но, Бен, чёрт возьми. Разве ты не хочешь быть счастливым?

Бен вгляделся в лицо, которое знал почти так же, как и своё. Длинные брови над широко посаженными зелёными глазами. Морщины вокруг рта, появлявшиеся при смехе каждый раз, сколько Бен знал Брэда. Небольшой шрам на щеке ещё с колледжа — след от осколка стекла, отлетевшего во время драки в сельском баре.

Брэд сглотнул вязкую слюну:

— Мне кажется, что мы никогда друг другу не подходили. Но мы любили друг друга. Поэтому оставались вместе гораздо дольше, чем следовало. Мне очень жаль, что всё закончилось именно так, но я рад, что это произошло. И ты тоже. Возможно, ты не хочешь этого признавать, но это так.

Решимость Бена начала рушиться, пламя горечи угасало.

Брэд подошёл ближе и проговорил просительным тоном:

— Я хочу, чтобы ты был счастлив. Я хочу, чтобы ты нашёл то, что есть у меня. Господи, отцовство, ты о нём столько мечтал и…

— Хватит, — процедил Бен сквозь зубы, — не смей меня этим упрекать.

— Я пытаюсь сделать не это, — продолжил уговаривать Брэд.

— Со мной ты не хотел детей. Я был недостаточно хорош, в отличии от него.

— Нет. Это неправда. Я не хотел с тобой детей, потому что знал: нас это не спасёт. На какое-то время это отвлекло бы, но не изменило бы то, что мы друг другу не подходим. Я не хотел, чтобы в эпицентре наших разборок оказался ребёнок.

Похоже, Бен тоже этого не хотел — теперь он видел закономерность.

Брэд, как всегда, когда был чем-то увлечён, взмахнул руками и рассёк ими воздух:

— Я говорю, что ещё не слишком поздно. Чёрт, ты же не умер! Мы ещё не настолько стары. Бен, найди свою радость. Будь отцом. Исполни свою мечту! Ты хозяин своей судьбы. Перестань себя жалеть и начни создавать будущее. Чего ты ждёшь?

Бен открыл и закрыл рот. Подходящего ответа не было.

Опустив руки, Брэд проговорил:

— Я не хочу притворяться друзьями. Мы прожили вместе двадцать лет. Я не хочу, чтобы от этого ничего не осталось. Понимаю, что сейчас мне легко говорить об этом. Но я всегда буду о тебе заботиться и желать, чтобы ты был счастлив.

Кивнув, Бен с трудом сглотнул.

Надув щёки, Брэд выдохнул и снова взялся за телефон:

— Ладно, мне нужно задать тебе несколько вопросов. Готов?

Бен подумал о Джейсоне, который был дальше по коридору. О милой улыбке и ямочке на одной щеке. О его волосах, завивавшихся на концах. О его безграничной преданности Мэгги и верной, прекрасной любви, наполняющей сердце Джейсона.

— Готов.

***

Бен подскочил и быстро оглядел гостиничный номер, залитый светом закатного солнца. После душа, обернувшись полотенцем, он лишь на минуту прилёг на кровать. Кто-то стучал или это приснилось?

Нет, вот опять, настойчиво. Тук-тук-тук. Бен встал с кровати, отбросив полотенце, натянул свободные боксеры и распахнул дверь. На пороге стоял Джейсон с поднятой рукой, готовый снова стучать.

— Слава богу. Ты не отвечал на звонки. Я просто… — Джейсон покачал головой. — Чёрт, извини, что потревожил. Я дам тебе поспать.

— Нет, нет. Я не сплю. С Мэгги всё в порядке?

— Да. Нормально. Она играет с другим ребёнком в отделении. Я не хотел её оставлять, но когда ты не ответил… Даже не знаю, почему я забеспокоился. — Джейсон глянул на телефон, зажатый в руке. — Она настаивала, чтобы я пошёл, и я не хотел её слишком опекать. Она же в безопасности, верно? Мне обещали позвонить, если что-то случится. Теперь мне пора возвращаться.

— Зайди на минутку. — Бен отступил назад и пропустил Джейсона внутрь. — Прости, что заставил волноваться. Должно быть, я вырубился. — Он подошёл к прикроватному столику и взял телефон. — Или подключил телефон к зарядке, но до розетки не дотянулся. Мой не самый удачный ход. Прости.

«Но я рад, что ты обо мне беспокоился».

— Ну что ты. — Джейсон печально покачал головой. — И с чего я решил, что что-то должно случиться? Ты вряд ли столкнулся с гризли в проулке. Наверное, я просто… — Парень взмахнул ладонями. — Нервный. Понимаешь? В смысле, ты мог просто вернуться домой в свой коттедж. Тебе же больше не нужно здесь торчать.

После нескольких часов, проведённых с Брэдом, а затем с ФБР, Бен приехал в отель принять душ и понял, что даже не рассматривал возможность вернуться домой.

«Без Джейсона и Мэгги — точно нет».

Ещё одна безумная мысль, но она глубоко откликалась в сердце звоном, который невозможно было унять. Бен попытался улыбнуться и сохранить спокойствие, но его слова прозвучали тихо и серьёзно:

— Без тебя и Мэгги я не хочу никуда идти.

«Я что, сказал это вслух?»

Джейсон посмотрел на мужчину широко раскрытыми глазами и облизнул губы. Бен проследил за движением языка и почувствовал всепоглощающее желание поцеловать, попробовать парня вкус. До зуда в пальцах захотелось прикоснуться и убедиться, что с Джейсоном действительно всё в порядке, что он в безопасности.

— Я… Э-э-э… — пробормотал Джейсон. — Агент Риардон нашла тебя после того, как закончила с нами?

— Да. — Бен попытался пошутить: — Она невероятно внимательна к деталям. Задавала много вопросов. Как всё прошло с Мэгги?

— Думаю, нормально. Мэгги отвечала на вопросы, хотя совсем не хотела. То есть, я понимаю, но не хочу, чтобы она держала всё в себе. Знаешь, лучше бы она закатила одну из своих истерик. Я тут поговорил с местным психологом, и он сказал, что нужно дать ей время, особенно сейчас, когда всё свежо. Наверное, сначала ей надо самой разобраться в случившемся, и только потом она будет готова говорить.

— Логично. А что насчёт тебя? Уверен, что тебе тоже не мешало бы выпустить пар.

Лёгкая улыбка Джейсона тронула сердце Бена.

— Я в порядке, но спасибо за заботу. Большую часть времени ты был рядом, и… За это тоже спасибо. Не знаю, что бы я без тебя делал.

— Не нужно меня благодарить. Я хотел помочь. — Бена тянуло вдохнуть запах Джейсона, окутать собой с головы до ног. Хотелось окружить заботой, показать, как много Джейсон может для него значить. Как много уже значил.

Бен хотел его любить.

Нервничая, мужчина переступил с ноги на ногу. Горло свело, пальцы начали подёргиваться. Эмоции нарастали, просачиваясь через каждую пору.

«Это безумие. Я его почти не знаю. Мы просто пережили общую травму. Я чувствую с ним тесную связь, но это не по-настоящему. Этого не может быть. Или может? Нет, нужно одеться и привести себя в порядок».

Нахмурившись, Джейсон подошёл ближе:

— Ты в порядке?

В голове Бена послышался голос Брэда: «Чего ты ждёшь?»

— Я хочу прикоснуться к тебе, — выпалил Бен. — Хочу целовать и облизывать тебя, заниматься с тобой сексом и держать в объятиях всю ночь. — Он указал на окно: — Или весь день. — Затем попытался рассмеяться: — Без разницы.

Джейсон вытаращился на мужчину с открытым ртом.

Бен потёр лицо.

— Ох. Прости. Я не должен… это не… ты не… — Он резко выдохнул: — Я веду себя совершенно неподобающе.

— Ты… Ты действительно этого хочешь? — спросил Джейсон. — Хочешь меня?

Тело начало гудеть от зазвеневшей внутри надежды.

— Да. Хочу.

«Я хочу поставить тебя на четвереньки и войти в твою тугую задницу. Я хочу, чтобы ты оседлал меня и кончил мне на грудь. Я хочу трахать твой хорошенький ротик, пока моя сперма не потечёт по твоему подбородку. … Притормози. Иначе напугаешь его до чёртиков».

Бен никогда не играл в игры со спермой со случайными партнёрами. Это было слишком интимно, но почему, он до конца не понимал. Бен пробовал с Брэдом, но тому было противно, поэтому подобные игры так и остались фантазиями. Может, Джейсону тоже не понравится, но Бен искренне надеялся, даже молился, чтобы Джейсон был не против… чтобы наслаждался этим. Конечно, если он вообще захочет заняться сексом.

— Но… — Парень покачал головой. — Я…

— Что?

— Но мне нельзя! — воскликнул Джейсон. Покраснев ещё сильнее, он опустил взгляд. Уставившись на ковёр, парень пробормотал: — Я хочу быть с тобой, но не могу. Не должен.

Едва сдерживаясь, чтобы не закричать: «Бога ради, почему нет?», и не заключить Джейсона в объятия, Бен осторожно взял его за руку.

— Потому что я мужчина? — спросил он мягко, но держал крепко, нежно потирая большим пальцем костяшки Джейсона.

— Нет. Не совсем. — Джейсон открыл рот и снова закрыл, явно подыскивая слова. Потом поднял голову. — Я никогда об этом не думал… что меня привлекают мужчины. Это было где-то внутри, но я всё отметал. Говорил себе, что мне нравится смотреть на горячих парней, потому что я завидую их телам. В любом случае, всё это было теоретически. Потому что мне не позволено иметь…

— Что? — тихо спросил Бен.

— Это. Что угодно из этого. Я сделал свой выбор. Выбрал Мэгги. Выбрал быть отцом. Все говорили, что я не смогу. Я был слишком молод. Подростки эгоистичны, и что я захочу для себя слишком многого. Что никогда не пожертвую колледжем, вечеринками и свиданиями. Всё в таком духе. Но я выбрал свою малышку, и поклялся доказать всем, что они ошибаются. Я докажу, что мне не нужно ничего, кроме неё.

Подавив приступ гнева на безликих людей, так сильно давивших на юного Джейсона, Бен свободной рукой приласкал светлые волосы, разровняв пальцами закрученные колечки.

— Ты удивительный отец. Но это не значит, что у тебя не может быть личной жизни. Что тебе нельзя рисовать и быть художником. Что нельзя хотеть чего-то для себя. Отношений. Секса.

Джейсон покачал головой, стукнувшись о руку Бена:

— Мэгги должна быть на первом месте.

— Так и есть. Но что на втором? Третьем, четвёртом? У тебя есть жизнь. Тебе можно. Клянусь.

В карих глазах парня заблестели слёзы:

— Я такой дурак. Почему ты вообще меня хочешь?

— Ты умный и добрый, и ты ужасно поёшь у костра, лишь бы сделать свою дочь счастливой. — Когда Джейсон неуверенно засмеялся, Бен взял его лицо в ладони и стёр с тёплых щёк слёзы. — Ты сексуальный и милый, и искренне любишь поп-музыку девяностых. Ты смелый и сильный, и благодаря тебе я впервые за много лет чувствую вдохновение. Я очень хочу тебя.

Джейсон шмыгнул носом и облизал приоткрытые губы, он то и дело переводил взгляд с глаз Бена на его рот.

— Я… Я…

Призвав всё своё самообладание, Бен отступил назад и опустил руки, сжав кулаки:

— Всё нормально. Нам не обязательно что-то делать. Мы можем просто поговорить и…

Его слова утонули в поцелуе Джейсона. Парень почти до боли стиснул его голову, целуя настойчиво и умоляюще. Чувствуя, как вся кровь в теле ринулась вниз, а по венам заструился огонь, Бен притянул парня к себе.

Задыхаясь, Джейсон разорвал поцелуй, его грудь тяжело вздымалась.

— Я не знаю, что делать. Я хочу… всего. Я хочу всё это.

В ответ Бен только жадно поцеловал Джейсона, укладывая и прижимая его к кровати. Сердце пело при каждом стоне и вздохе, слетавшем с пухлых губ. Хотелось сорвать с парня одежду, задрать ему ноги и трахать его неделю напролёт.

Но Бен сосредоточился на поцелуях: он вылизывал рот Джейсона, сосал его язык, наслаждался каждым судорожным вдохом и порывистым движением бёдер. Отросшая щетина царапалась. У Джейсона был слабый вкус кофе с примесью терпкой сладости апельсина. Парень горячо дышал в лицо Бена, который покусывал и дразнил его губы, а затем погружался обратно во влажный рот.

Твёрдый член Джейсона, натянув джинсовую ткань, упирался в ногу, но Бен, прикасаясь везде, обходил это место стороной. Целуя, он ласкал покрытые хлопком руки и плечи парня, зарывался в лохматые светлые волосы и гладил бедро. Пробравшись под подол футболки, Бен пробежался пальцами по чувствительному животу, обвёл пупок и с восхищением почувствовал ответную дрожь.

Раскрасневшийся и божественно прекрасный с алыми влажными губами, Джейсон выдохнул:

— Пожалуйста. Не могу больше ждать. — Потом провёл пальцами по волосам на груди Бена. — Пожалуйста.

Бен, кивнув, вскочил с кровати, быстро снял боксеры и достал из бумажника презерватив с пакетиком смазки. Обернувшись, он увидел, что Джейсон, уже без футболки, стягивает с себя джинсы с трусами, предварительно сбросив кроссовки на пол.

Член парня был произведением искусства: необрезанный и налитый, с блестящей головкой и толстым стволом, гордо торчащим из жёстких волос. Скорее всего, к этому члену с мошонкой никто никогда не прикасался ртом или языком. Предположение, что он первый, пробудило в Бене мощное желание защищать и оберегать.

Мужчине не терпелось показать, каким невероятным может быть секс.

Когда Джейсон снял носки, Бен обхватил крепкой рукой собственный член и передёрнул один раз, с трудом сдерживая стон. Парень глянул широко открытыми глазами. Потом прошептал:

— Чё-ё-ёрт.

Встав коленями на матрас, Бен остановился:

— Не передумал? — «Пожалуйста, скажи "нет". Пожалуйста, скажи "нет". Пожалуйста…»

— Нет. Я хочу. Я хочу тебя. Хочу узнать. — Глубоко вздохнув, Джейсон кивнул. — Прошу. Ты мне покажешь?

ГЛАВА 13

— Раздвинь ноги.

С пересохшим ртом и покалыванием в теле Джейсон выполнил просьбу: вытянулся на спине и широко расставил согнутые колени. Его член выгнулся вверх. В течение нескольких ударов сердца Бен просто смотрел, поглаживая его икры и слегка теребя волосы на коже. Мужчина был обнажён — они оба были обнажены, — и Джейсон не мог отвести взгляда от твёрдого, покрытого венками чужого члена, с покрасневшей головкой, блестящей от выступившего предсемени.

«Чёрт, да он огромный».

— Ты прекрасен, — пробормотал Бен.

Жар опалил лицо и растёкся в груди. Бен, склонившись, опёрся на матрас и заключил Джейсона в своеобразный капкан из рук. Затем опустил голову, облизал один сосок и втянул его в рот. Джейсон вскрикнул и вцепился в загорелые плечи.

Вбирая носом запах разгорячённого тела, Бен медленно переместился на другой сосок, невесомо прикоснулся губами, а потом всосал. Дёрнувшись, Джейсон впился тупыми ногтями в кожу сильнее. Бен тихо засмеялся, выдыхая тёплый воздух на чувствительный бугорок:

— А я даже ещё не прикоснулся к твоему члену. Ты этого хочешь?

С красным, как варёный рак, лицом Джейсон только кивнул.

Бен поцеловал его глубоко и мучительно медленно. Затем отстранился и, глядя на потянувшегося к его губам парня, прошептал:

— Скажи, чего ты хочешь.

— Я… я не знаю, что нужно говорить. — Он отвернулся, испытывая неловкость.

— Эй, всё в порядке. — Бен взял Джейсона за подбородок и, подняв голову, заглянул в глаза: — Здесь нет неправильного ответа. Ты не обязан ничего говорить. Рассказать, чего хочу я?

Выдохнув, Джейсон благодарно кивнул.

Бен сел на пятки и провёл кончиками пальцев по груди Джейсона.

— Хм-м-м. А чего я не хочу? Трудно сузить круг.

Смех Джейсона прозвучал немного нервно.

— Я серьёзно. — Бен поиграл с сосками Джейсона, и тот со стоном выгнулся. — Столько всего. Вот, что я собираюсь сделать сегодня, — проговорил он низким голосом, и нависнув сверху, упёрся ладонями в матрас — их тела едва касались. Затем пристально посмотрел Джейсону в глаза своим странно потемневшим голубым взглядом. — Сначала я тебе отсосу. Возьму глубоко, в самое горло, чтобы ты почувствовал, каково это, когда горячо, туго и влажно.

Вздрогнув, Джейсон беспомощно приподнял бёдра, задев своим членом стояк Бена.

— Да.

— Я оближу твои яички, пока буду вводить палец в твой анус. Ты когда-нибудь чувствовал что-нибудь там внутри?

Прерывисто дыша, Джейсон покачал головой.

— Ты будешь очень близок к тому, чтобы кончить. И если кончишь, то всё нормально. Я сделаю так, чтобы ты снова возбудился, и вставлю ещё один палец. Растяну и подготовлю тебя для себя. — Бен качнул поясницей и потёрся членом о бедро Джейсона. — Хочешь почувствовать меня внутри?

— Не думаю, что ты поместишься, — выпалил тот.

Улыбнувшись, Бен наклонился и легонько поцеловал:

— Помещусь, обещаю. Но мы не обязаны этого делать. Когда ты смотрел на мужчин в спортзале или в журнале, ты думал об их твёрдых членах в твоей заднице? У тебя во рту?

Джейсон покачал головой:

— Никогда себе не позволял.

— Даже когда дрочил?

— Нет. Почти ни о чём не думал. Это всегда было быстро. По утрам в душе. У меня было много дел. — «Мне было нельзя».

Бен по-прежнему опирался на руки, его член лишь слегка касался Джейсона.

— Уверен, что хочешь этого?

— Да, — простонал Джейсон, слово вылетело само собой. — Покажи, что тебе нравится.

— Меня возбуждают игры со спермой, — ответил Бен. Его руки заметно дрожали, поэтому он перенёс часть веса на Джейсона и прижал сильнее. — Мне нравится, когда грязно. Я хочу перевернуть тебя и трахнуть, доставить удовольствие, заставить кончить. А потом спустить на тебя и увидеть свою сперму на твоей коже.

Мозг Джейсона закоротило. Он только и мог, что смотреть на Бена, который нервно облизнул губы и добавил:

— Нам необязательно это делать. Я странный, я знаю.

Мысль, что Бен на него кончит, была очень грязной, но в хорошем смысле — в том, который хотелось исследовать.

— Наверное, я тоже странный. — Дрожа от желания, он обхватил ногами бёдра мужчины, и оба толкнулись друг другу навстречу, дружно застонав. Зажатый между телами член Джейсона уже сочился смазкой, и парень кивнул: — Сделай это.

Широко улыбнувшись, Бен крепко его поцеловал и пробормотал:

— Начнём с самого начала.

Когда Бен заглатывал его член, отодвигая крайнюю плоть и плотно обхватывая губами пульсирующий ствол, Джейсон беспомощно всхлипывал и стонал. Бен лизал и сосал. Его рот был горячим и восхитительно влажным, по подбородку стекала слюна.

У Джейсона это был первый в жизни минет, и парню сложно было представить, чтобы что-то было настолько идеальным. Он закрыл глаза и, вцепившись в простыни, старался не кончить.

Шумно причмокнув, Бен выпустил член изо рта. Губы мужчины были красными и блестящими. Джейсон хотел было просить не останавливаться, но видя, как Бен выливает из флакона смазку и растирает её между пальцев, почувствовал нарастающий страх.

Накрыв большими ладонями колени парня, Бен поднял их выше и раздвинул шире:

— Позволь на тебя взглянуть.

С задранными почти до плеч ногами Джейсон начал ёрзать под голодным и пристальным взглядом, ощущая себя слишком открытым. «Как выглядит моя задница? Что, если ему не понравится?»

— Вот так. Хорошо. Придержи ноги вот так.

Скользя пальцами по потной коже под коленками, Джейсон выполнил просьбу, но внутри него желание боролось с тревогой.

— Тебе нравится? Раскрываться передо мной? — спросил Бен.

— Наверное. Да, — прошептал Джейсон. Ему нравилось, несмотря на не отступавший позыв убежать. Член тёк, ноги дрожали.

— И ты мне скажешь, если тебе что-то не понравится?

— А-а-га.

Введя только кончик пальца, твёрдый и скользкий, Бен лизнул яички парня — влажно, неровно, идеально. Внезапно Джейсон выгнулся и со вскриком кончил. Член, дёрнувшись, залил спермой живот и грудь. Перед закрытыми глазами и вправду вспыхнули звёзды. Оргазм оказался опустошительным, выжимавшим из тела удовольствие до последней капли.

Задыхаясь, Джейсон уронил ноги по бокам от Бена и пробормотал:

— Прости.

— Я говорил, что это произойдёт, помнишь? Никогда не извиняйся за то, что кончил. — Бен провёл пальцами по липкому дрожащему животу.

— Тебе нравится? Ты говорил…тебе это нравится? — Джейсон кивнул на беспорядок на своём теле.

— Твоя сперма? О да. Ещё как. — Бен наклонился и начал вылизывать скользкую кожу, потираясь о неё лицом и проглатывая каждую каплю. Джейсон тихо охнул: язык и щетина были шершавыми, беспощадными. Закончив, Бен пробормотал в уже чистый живот: — Теперь давай снова тебя возбудим.

Внезапно подумав, что кончить опять — это уже слишком, Джейсон хотел попросить Бена остановиться. Но вместо этого начал дёргаться и задыхаться от влажных ласк и тёплых прикосновений к своему нежному члену и мошонке. Бен полностью втянул его в рот, и плоть Джейсона, уже и без того сверхчувствительная, запульсировала.

Когда один палец, растягивавший анус, превратился в два, а приятное натяжение уступило место жжению, Джейсон притих и закрыл глаза. От мысли о целом члене Бена, втиснутом внутрь, сердце зашлось бешеным ритмом.

— Дыши. Ты в порядке? Джейсон, посмотри на меня.

«В порядке ли я?» Честно говоря, Джейсон не знал, но когда поднял веки и увидел во взгляде Бена беспокойство, настолько сильное, что оно реально чувствовалось, сердце замедлило свой бег. Он доверял Бену.

— Я в порядке, — ответил парень, кашлянув пересохшим горлом.

Не вынимая пальцев, Бен наклонился и нежно, терпеливо поцеловал. Почувствовав, как фаланги продвинулись дальше вглубь, Джейсон задохнулся, а потом словно от удара током застыл: удовольствие и боль были слишком сильными.

Его выгнуло дугой, когда Бен снова коснулся того самого места внутри. Джейсон слышал, как мужчины говорили о простате и испытываемом удовольствии. Сейчас он почувствовал себя оголённым проводом, с которого сняли защитную оболочку. Джейсон не понимал, нравятся ли ему ощущения или нет, но всхлипнул, когда Бен вытащил пальцы. Новая пустота ошеломила, яички поджались.

Бен поцеловал нежную кожу на внутренней стороне бедра и перевернул Джейсона на живот, подсунув под него подушку. Оглянувшись, парень увидел, как мужчина выдавливает ему между ягодиц много холодной смазки и смазывает надетый презерватив.

Бен приподнял колено Джейсона, раздвинул ему ноги и устроился сверху. Головкой члена он упёрся в сжатое колечко мышц и успокаивающе провёл ладонью по боку парня:

— Вот так. Впусти меня.

Джейсон дрожал и стонал, но толкался назад, отводя колено в сторону и пытаясь больше открыться. Было страшно, но он знал, что Бен не причинит вреда. Необходимость завершить этот ритуал грохотала внутри барабанным боем — настойчиво и неумолимо, чистое желание побеждало.

Головка вошла внутрь, и Бен сказал:

— Вот так. Да, откройся. Расслабься. Я уже там.

— Слишком большой, — прохрипел Джейсон, его анус горел. Но когда Бен перестал напирать, Джейсон вслепую схватил его, выдохнув: — Не останавливайся.

Кожа на лопатках и плечах пылала от влажных поцелуев и горячего дыхания.

— Всё очень хорошо. Дальше будет легче, обещаю. — Бен толкнулся снова, заполняя Джейсона дюйм за дюймом и шепча слова поддержки: — Вот, вот так. Идеально.

Джейсон понял, что Бен вошёл до конца, глубоко, потому что почувствовал себя полностью раскрытым. Сил было только стонать и хватать воздух ртом, в голове не находилось ни одного слова. Бен поцеловал светлые волосы и прошептал:

— Ты такой красивый. Господи, Джейсон. Я хотел сделать это, ещё когда увидел тебя в первый раз.

Это чувствовалось в движениях Бена: Джейсона наполнял не только толкавшийся внутрь толстый член, но и страстное желание мужчины, который не спускал с парня прицельно-острого взгляда, будто проникающего под кожу.

Джейсон опять беззвучно протянул руку назад. Ему нужен был якорь, чтобы окончательно не распасться на части, толчок за толчком, кожа к коже, под резкие шлепки и хриплое дыхание в тишине комнаты. Переплетя пальцы, Бен вдавил ладонь Джейсона в матрас и продолжил вбиваться.

«Меня трахают».

Напряжённый член был прижат к кровати, на лбу выступил пот. При каждом толчке Бен рычал и сжимал свободную руку, просунутую под живот Джейсона. Сомкнутые вокруг члена пальцы Бена были беспощадны, удовольствие — почти нестерпимо. Всего несколько грубых движений, и Джейсон снова кончил, в этот раз окончательно разлетевшись на атомы, с открытым в беззвучном крике ртом.

Какая-то часть его хотела, чтобы Бен остался внутри навсегда, и она же боролась с желанием убежать и спрятаться, пока не появится способность дышать, пока не вернётся контроль, пока Джейсон не соберёт себя из осколков и не станет прежним Джейсоном, а не этим дрожащим и беззащитным клубком из нервов и плоти.

Оглянувшись, Джейсон увидел, что Бен отстранился и рывком стянул презерватив. С ярко горящими глазами и приоткрытыми губами он несколько раз двинул по своему члену кулаком и с выражением чистейшего экстаза на лице выплеснулся, забрызгав спину и ягодицы парня белыми пятнами.

Острую боль, оставшуюся от первого проникновения, смягчила гордость и благодарность за то, что именно Джейсон был источником подобного оргазма.

Бен размазал сперму по потной коже, и из обмякшего члена парня упало ещё несколько капель, яйца прошило серией электрических разрядов. У Джейсона появилось ощущение, что его словно пометили — заклеймили, — от чего глубоко внутри разлилось удовлетворение, на мгновение прогнав страх.

Накрыв собой парня, Бен поцеловал его в плечо и запутался пальцами в светлых волосах.

— Прости, — прошептал он. — Я знаю, что это грязно.

— Не извиняйся, — прохрипел Джейсон.

Тихо рассмеявшись, Бен соскользнул вниз:

— Думаю, тебе очень хочется пить. Сейчас.

Лишившись тепла крепкого тела, Джейсон задрожал и потянулся за простынёй. В ванной зажурчал кран. Джейсон взял протянутый стакан и, стараясь не встречаться с мужчиной взглядом, с благодарностью выпил воду несколькими большими глотками.

Забравшись обратно в кровать, Бен обтёр мочалкой липкую кожу парня и растянулся рядом на боку. Проведя подушечкой пальца по носу Джейсона от бровей до кончика, он спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

Джейсон наткнулся на напряжённый взгляд бездонной голубизны, словно проникающий в самую потаённую, самую испорченную часть его души. Почувствовав себя слишком открытым, он перевернул Бена на спину, положил голову ему на грудь и закрыл глаза. Только потом ответил:

— Хорошо. Я не знаю правильных слов.

«Взволнованно. Напугано. Удивительно. Беззащитно».

Сердце Бена билось ровно, и Джейсон дышал в унисон, успокаивая себя. Под ухом в груди загрохотал голос:

— Ты не обязан делать или говорить всё «правильно». Не со мной.

Подобное великодушие тоже пугало, но Джейсон попытался замедлить вихрь мыслей, проносящихся в голове.

— У меня действительно был секс. — Он рассмеялся над сюрреалистичностью происходящего. — Я имею в виду… Ты понимаешь, что я имею в виду? Я однажды занимался сексом, но это было быстро и неловко, почти никак. — Он подумал немного, ожидая приступа вины перед Эми. Но нет, Эми хотела бы, чтобы он открыл своё истинное «я». Эми хотела бы, чтобы он был счастлив.

«Должен ли я быть счастлив? Я действительно имею на это право?»

— И как было в этот раз? — спросил Бен, водя пальцами вверх и вниз по его спине.

— Это было… — Джейсон потёрся щекой о волосатую грудь, пытаясь сосредоточиться на моменте. — Это было похоже на настоящий первый раз. Звучит глупо?

— Совсем нет. Ты невероятный, ты это знаешь? Как же мне повезло. — Бен поцеловал светлую макушку, приласкав бедро. — Спасибо, что поделился этим. Поделился собой.

«Это я?»

Ещё один приступ паники заставил сердце Джейсона бешено забиться, и рука Бена замерла.

— Всё нормально?

Джейсон понял, что оцепенел, и постарался расслабиться.

— Угу.

Пальцы Бена задели набухшую нежную дырочку.

— Болит?

У Джейсона перехватило дыхание. Это было слишком: он был слишком обнажённым, безмерно мягким и уязвимым, словно вывернутым наизнанку. Бен уже видел его беспомощным и жалким, он купал его, чёрт подери, но это было как-то иначе.

Бен побывал даже внутри, он растянул его так сильно, что Джейсон до сих пор это чувствовал. Джейсон позволил Бену войти в своё тело — более чем позволил, Джейсон нуждался в этом, как в воздухе, — а теперь и вовсе потерял контроль.

— Детка, ты в порядке?

Детка. Реакция была непроизвольной — защитная вспышка негодования. «Я не ребёнок! Не надо со мной быть милым и вести себя так, будто я сломаюсь. Я в порядке. Я могу о себе позаботиться!»

Сработал природный инстинкт — бей или беги, — и Джейсон сделал единственное, что мог.

ГЛАВА 14

Резко отстранившись, Джейсон встал и собрал разбросанную одежду.

— Я в порядке. Всё отлично. Даже чудесно! — Скривившись от напускной жизнерадостности, он начал одеваться, глядя куда угодно, только не на Бена. — Просто нужно вернуться к Мэгги. — Боже, он действительно должен был… его слишком долго не было. К хаотичному клубку эмоций добавилось чувство вины.

— Джейсон, подожди. Это нормально, когда немного больно. Ты…

— Я в порядке! Но мне нужно вернуться. Ты понимаешь. — Он наклонился, чтобы зашнуровать ботинки трясущимися пальцами, и почувствовал простреливающую боль ниже поясницы.

— Конечно, понимаю. Может, притормозишь?

На приставном столике звякнул телефон — пришло текстовое сообщение. Джейсон резко выпрямился и, схватив его, разблокировал экран. Достаточно было прочесть: «Это Карен из больницы. Вы должны вернуться», — паника накрыла с головой, затопив живот кислотой.

— Чёрт! Мне нужно идти.

Он споткнулся о так и не завязанный шнурок и, выругавшись, наклонился, не обращая внимания на очередной укол боли в анусе. Как можно было быть таким безответственным? Он чувствовал жгучий стыд и ненависть к себе за слабость. За эгоизм.

— Мэгги одна, я ей нужен. Не надо было уходить.

Джейсон резко выпрямился и почувствовал головокружение. Прямо перед ним стоял Бен, голый, с опущенными руками и наморщенным лбом, в глазах светилась уже знакомая нежность. Парень отвёл взгляд, внезапно смутившись чужой наготы и нелогично разозлившись на беспокойство мужчины. На протяжении многих лет Джейсон справлялся сам — и сейчас ему для этого Бен не нужен.

Не может быть нужен.

Покачав головой, Джейсон обошёл мужчину, хотя где-то внутри ещё неистово надеялся, чтобы тот его остановил.

— Прости. Мне нужно идти. — И не стал дожидаться ответа.

Сжимая в руке телефон, Джейсон выбежал в коридор и рванул вниз по лестнице: он просто сошёл бы с ума, дожидаясь лифт. По дороге в больницу его преследовали репортёры, выкрикивая разные вопросы. Охрана их задержала, и парень поднялся по лестнице на этаж дочери, перескакивая через две ступеньки.

— Где мой папа? Мне нужен мой папа! — Крики Мэгги отражались эхом от покрытого линолеумом пола. Джейсон ворвался в палату, и сердце тут же сжалось.

Стоявшая у кровати медсестра Карен вздохнула с облегчением:

— Смотри, милая, вот он.

Джейсон прошёл мимо двух посетителей в палате, отстранённо отметив, что это его родители, и, сев на кровать, притянул дочь в объятия. Девочка прижалась лицом к его груди и залила футболку слезами.

— Всё в порядке. Я здесь. Прости. — С зашкаливающим пульсом он гладил Мэгги по спине, уставившись на смятые простыни и чувствуя на себе тяжёлые взгляды родителей.

Между всхлипами Мэгги проскулила:

— Где ты был?

Чувство вины усилилось, и Джейсон почувствовал к себе отвращение.

— Прости, милая.

Он нужен был дочери, а он занимался сексом. Какой безмерный эгоизм.

«Все были правы. Я ужасный отец».

Тут заговорил мужчина — местный охранник, следивший за дверью и не пропускавший СМИ после ухода ФБР. Голос был низким, кустистые брови сведены в одну линию.

— Мне очень жаль, мистер Келлерман. Они назвались вашими родителями. Шелли и Роберт Келлерманы. Я проверил их документы.

Джейсон прочистил пересохшее горло, не выпуская Мэгги из рук:

— Так и есть. — Затем посмотрел на родителей в упор: — Но они не имеют права здесь быть.

— Сынок, мы только хотим помочь. — Отец глядел на него очень внимательно. Его лицо покрывало больше морщин, чем Джейсон помнил, на лоб падали тёмные аккуратно подстриженные волосы, пронизанные сединой.

— «Сынок»? Ты серьёзно? — Джейсон медленно выдохнул. — Мэгги нужно отдохнуть. Подождите меня снаружи.

Мать кивнула:

— Хорошо. Мы не хотели её расстраивать. Как и тебя.

Родители ушли в сопровождении охранника и медсестры, бросившей Джейсону сочувственную улыбку. Рыдания Мэгги начали затихать. Девочка икнула и шмыгнула носом.

— Зачем они пришли? — спросила она. — Я думала, мы им не нравимся.

— Ох, дорогая. Это не совсем так. С чего ты взяла, что ты им не нравишься? Ты замечательная. Мы просто разошлись во мнениях о том, как тебя воспитывать. Речь шла не о тебе, а обо мне. Я знаю, что это сбивает с толку. — Джейсон редко говорил с Мэгги о родителях. Он отвечал на все вопросы дочери, но его семья просто не была частью их жизни.

Девочка подняла лицо, красное и мокрое, с опухшими глазами.

— Ты самый лучший папа, а они глупые.

Обычно Джейсон ругал дочь за такие выражения, но сейчас лишь поцеловал в макушку и прошептал:

— Мы поговорим об этом завтра. Пора спать.

Несмотря на раннее время, Мэгги не стала спорить и уснула почти сразу, как только Джейсон уложил её и убаюкивая погладил по волосам. Он выключил свет. Идти никуда не хотелось, но нужно было разобраться с родителями.

В палату вошла Карен и тихо сказала:

— Мне очень жаль. До их прихода она была в полном порядке. Правда. Не корите себя, ладно?

Джейсон кивнул. Какой смысл спорить?

— Можете побыть с Мэгги, пока я поговорю с ними?

— Конечно. Сегодня ночью тихо. Я отправила ваших родителей подождать в пустую палату рядом. Слева. Если Мэгги проснётся, я сразу приду за вами.

— Спасибо. — Последний раз поцеловав дочь в лоб, Джейсон вышел.

Приняв ещё одно извинение от охранника в коридоре, парень пару раз глубоко вдохнул и переступил порог открытой палаты, где ждали родители. Мать вышагивала по комнате, а отец стоял у окна в лучах догоравшего заката. Джейсон закрыл за собой дверь.

В свете флуоресцентных ламп бросились в глаза тёмные круги под глазами матери и тонкие морщинки, расходившиеся веером от уголков глаз и рта. Светлые волосы волнами ниспадали на плечи, и были короче, чем помнилось. Фигура до сих пор оставалась стройной и подтянутой, в ушах, как всегда, сверкали бриллианты. Но брюки и блузка были на удивление мятыми.

— Джейсон. Я… Мы… — Мать посмотрела на отца. Тот прочистил горло и принялся теребить манжеты рубашки, на которой болтался наполовину развязанный галстук. Джейсон никогда не видел родителей такими взъерошенными.

— Во-первых, Джейсон, мы так рады тебя видеть. — Отцовский низкий тембр остался прежним. — Мы очень скучали по тебе. Даже не выразить словами.

Слово «скучали» не передавало инстинктивную потребность, наполнявшую Джейсона. Потребность в любви родителей и их одобрении. Просто в них. Джейсон убеждал себя, что начисто вычеркнул этих людей из своей жизни, но рана с зазубренными и рваными краями никуда не делась.

Оказавшись спустя восемь лет в одной комнате с родителями, Джейсон, с одной стороны, хотел броситься в их объятия, даже несмотря на глубокую обиду. Но с другой стороны, он должен был оставаться сильным. С трудом сохранив ровный голос, он спросил:

— Как вы узнали, что мы здесь?

— Из новостей, — ответила мать. — Мы не могли поверить, когда услышали ваши имена. Мэгги и Джейсон Келлерманы. — Её губы задрожали. — Вас обоих могли убить. Мы должны были приехать и попытаться всё исправить. Помочь тебе.

— Мне не нужна ваша помощь. Нам не нужна. Как вы посмели ворваться и так сильно расстроить Мэгги?

Мать покачала головой:

— Мы не специально. Мы не ожидали, что она так отреагирует.

— А как, по-вашему, она должна была отреагировать? Вы чужие! Она вас не знает. — Внутри всколыхнулся гнев. —Я вас больше не знаю! И что, скажите теперь, что это снова моя вина?

— Нет, — решительно ответил отец. — Это наша вина. Мы это понимаем. Мы давно это знали, но упрямились. Первые несколько лет мы твердили себе, что ты не справишься. Что увидишь: мы были правы. Что ты вернёшься.

Джейсон еле дышал, сжимая и разжимая пальцы:

— Вы ошиблись.

— Да. — Глаза матери заблестели. — Мы были непреклонны и неправы, мы не хотели признавать свою огромную ошибку. Мы так долго хотели с тобой связаться, но гордость была сильнее. — Она судорожно вздохнула и вытерла щёки: — Потом мы увидели вас в новостях. Ты мог погибнуть, так и не узнав, как нам жаль… Эта мысль, господи, она была невыносимой.

Отец нервно сглотнул:

— Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь нас простить. Да и не знаю, стоит ли. Но мы должны были увидеть вас. Должны были попытаться.

Джейсона раздирали противоречивые порывы. Хотелось кричать во весь голос о своей обиде и предательстве, но также хотелось заделать трещину в своей душе, заполнить пустоту.

— Я тоже не знаю, — прохрипел он.

— Мы так рады, что с тобой всё в порядке. — Мать прижала руку к груди: — Джейсон, Мэгги прекрасна. И посмотри на себя! Ты такой большой и высокий. Такой взрослый. Мы очень по тебе скучали. И твой брат тоже.

Горечь вскипела.

— Тогда почему он не отвечал на мои сообщения, когда я переехал?

— Мы забрали у него телефон. Сменили номер. — Отец потёр лицо. — Мы очень злились. И были уверены в своей правоте. Пожалуйста, не вини брата.

— Все эти годы у меня не было семьи. Были только я и Мэгги. Я не могу… вы не можете исправить всё за одну ночь.

Мать кивнула:

— Мы это понимаем. Но дорогой, мы хотим помочь. Мы связались с детским психологом, и она готова принять Мэгги уже в среду. Завтра утром рейс…

— Подожди, что? — Джейсон поднял ладони: — Нет! Остановись! Вы не можете просто взять и начать нами командовать. — Он отступил назад, ощущая в голове сплошной гудящий туман. — Мне некогда с вами сейчас разбираться. Мне нужно быть с Мэгги. Она в приоритете.

— Конечно, — успокоил его отец. — Вы оба — наш приоритет. Мы здесь, чтобы помочь вам.

— Я не видел вас восемь лет! — Грудь болезненно сжало. — Мне нужно подумать. Сейчас это уже слишком. — Похищение Мэгги, секс с Беном, а теперь ещё и родители с ним в одной комнате. Всего в нескольких шагах, плоть от плоти, кровь от крови — его и Мэгги.

— Милый, ты побледнел. Присядь, подыши. Роберт, позови врача.

— Нет! Не нужно! — В ушах грохотал пульс. Джейсон медленно выдохнул: — Мне нужно всё обдумать. Мне нужно побыть одному… с Мэгги. Приходите утром. Пожалуйста.

Родители обменялись долгим взглядом.

— Конечно, — произнесла мать. — Как мы уже говорили, мы только хотим помочь. Нам так много нужно наверстать. — Её глаза снова наполнились слезами. — Ты отец. Ты можешь понять, как сильно мы по тебе скучали. Как сильно мы хотим быть с тобой рядом.

Джейсон чувствовал, что тонет в бурлящем потоке противоречивых эмоций, удерживать голову над поверхностью удавалось с трудом.

— Я никогда не пойму, как вы смогли отвернуться от меня. От нас.

— Это была самая большая ошибка в нашей жизни. — В глазах отца тоже блеснули слёзы, и Джейсон понял, что никогда не видел, его плачущим. — Мы почти потеряли вас. Это показало, какими мы были дураками. Мы хотим загладить вину перед тобой и Мэгги. Мы не ждём, что вы нас простите. Но надеемся, что вы позволите нам быть частью вашей жизни. Мы вернёмся утром.

Мать шагнула ближе:

— Джейсон, ты… Можно я тебя обниму? Пожалуйста.

С будто засыпанными песком глазами он кивнул и позволил ей обхватить себя тонкими руками. Мать казалась намного меньше, чем он помнил, и дрожала от отчаянных рыданий. Она всё также пахла жасмином и шалфеем, и, ощущая запах её духов, Джейсон боролся со слезами.

— Шелли, пойдём. Сделаем, как он хочет. Оставим его в покое.

Мать отступила, и Джейсон с трудом сдержался, чтобы не потянуться и не вернуться в её объятия. Он позволил родителям уйти, дождался, когда коридор опустеет, и только потом вернулся в палату Мэгги. Карен освободила стул у кровати и, сжав плечо парня, ушла, наполовину прикрыв за собой дверь.

Джейсон выключил тусклую лампу. Палату теперь освещал только падавший по диагонали луч света из коридора. Койка стояла сложенной в углу, но Джейсон знал, что всё равно не заснёт. Он опустился на стул и поморщился от болезненности в заднице. В кровь снова выплеснулся адреналин, всколыхнув внутри коктейль из возбуждения и растерянности с примесью паники.

«У меня был секс».

В произошедшее с трудом верилось, но Джейсон до сих пор чувствовал то место, где в него проникал член Бена, где соединялись их тела. В паху всё напряглось, несмотря на два оргазма. Джейсон не знал, что секс может быть… таким. Не знал, что секс может сносить всю защиту, слой за слоем, превращая в оголённый нерв. Не знал, что что-то может быть настолько невероятным и одновременно пугающим.

На шее выступили капельки пота. Чёрт, да он просто сбежал от Бена, хорошего и доброго, Бена, который заслуживает лучшего. Джейсон поступил безрассудно и эгоистично — нельзя было оставлять Мэгги даже на минуту. Теперь ещё и родители вернулись, и… и… и…

— Джейсон!

С колотящимся сердцем парень вскочил на ноги, едва успев поймать стул, прежде чем тот грохнулся на пол, и уставился на Бена. Тот стоял в тени, его фигуру подсвечивали сзади лампы в коридоре.

Мужчина приблизился. На его привлекательном лице снова читалось беспокойство. Он глянул на спящую Мэгги:

— Она в порядке?

Джейсон быстро кивнул.

— Тогда что не так? — прошептал Бен. — У тебя такой вид, будто ты перепуган до смерти. — Он протянул руку, но Джейсон отшатнулся и покачал головой. Бен поднял ладони в примирительном жесте: — Прости. Я просто хочу поговорить.

Бросив долгий взгляд на Мэгги, Джейсон направился в ванную. Он щёлкнул выключателем, и оба заморгали от резко вспыхнувшего света. Бен наполовину прикрыл дверь и глубоко вздохнул. Его плечи были напряжены.

— Я понимаю. Ты сейчас, скорее всего, не хочешь меня видеть, но я просто должен был убедиться, что с Мэгги всё в порядке.

— Уже да. Она запаниковала, потому что не знала где я.

— Чёрт.

Бен провёл рукой по волосам, и Джейсон задрожал от прошившего возбуждения: вспомнил, как эти длинные пальцы хозяйничали внутри его тела. В маленькой ванной запах Бена стал отчётливее — чистый, с ароматом гостиничного мыла, но до сих пор с примесью мускуса и терпкости сосны. Джейсону хотелось потереться о мужчину и в то же время отступить, отключить новые ощущения.

— Я сожалею о случившемся. Прошло много времени с тех пор, как я был с девственником… или почти девственником… Я думал, что действовал довольно медленно. Я был слишком нетерпелив? Причинил тебе боль?

Джейсон изучал простой узор кафельного пола под кроссовками:

— Нет.

— Я вижу, что сделал что-то не так. Прошу, скажи, что именно.

— Ты ничего такого не делал.

— Ты на меня даже не смотришь.

Джейсон поднял голову и заглянул в умоляющие глаза Бена — как же хотелось знать, что сказать.

— Ты не сделал ничего плохого. Это просто…

— Потому что я мужчина?

— Нет. Дело не в этом. Я гей. Я это знаю. Просто всё остальное. Мои родители хотят вмешаться, а я только что вернул Мэгги, и всё меняется слишком быстро.

— Подожди, твои родители?

Джейсон пока не мог поверить, что это правда.

— Они здесь. Сказали, что сожалеют. Что хотят помочь. Что беспокоились о нас, когда увидели новости.

Брови Бена поползли вверх.

— Ого. Такого я не ожидал. Вижу, что и ты тоже.

— Как и Мэгги. Они просто объявились, типа: «Привет, мы твои бабушка и дедушка! Мы тут и обо всём позаботимся!» А меня не было рядом. Она была в комнате, полной незнакомцев, расстроенная и напуганная, а я был с тобой, потому что я эгоист.

Наклонившись, Бен произнёс умоляющим тоном:

— Это не так. Джейсон, ты сказал, что Мэгги отправила тебя. Что она не хотела, чтобы её слишком опекали. Тебя не было совсем недолго, и ты не мог знать про родителей. Ты не можешь видеть будущее. Ты не можешь быть с ней каждую секунду каждого дня. Тебе позволено иметь время для себя. Иметь свои собственные чувства. Свои желания.

— Но смотри, что получилось! — Джейсон судорожно вдохнул и снова понизил голос: — На тропе я отвлёкся на тебя. Меня тянуло к тебе, я флиртовал, и дал этому сукину сыну шанс её схватить.

— Она пропала из виду секунд на тридцать. И сегодня… — Лицо Бена сморщилось: — Прости, если я давил на тебя. Я совершенно этого не хотел.

У Джейсона свело живот, когда он увидел, каким опустошённым выглядел Бен.

— Нет. Ты не давил, ни капли.

— Мне тошно думать, что я воспользовался или…

— Всё совсем не так. Ты спрашивал меня много раз, и я сказал «да». Когда я уходил, то психовал, но ты ни на что меня не уговаривал. Я хотел быть с тобой. Я хотел заняться сексом. Я выбрал сам. Точно так же, как я решил стать отцом и посвятить свою жизнь Мэгги. Я должен сосредоточиться на дочери. Сегодня я был эгоистом, и не могу допустить подобного снова.

— Но не обязательно делать всё в одиночку. Позволь помочь тебе. Позволь позаботиться о тебе. Я могу…

— Я не ребёнок! — выкрикнул Джейсон. Белым пламенем вспыхнул гнев, в голове всплыли властные голоса родителей. — Только потому, что ты старше… Я не… я не могу… — Он сжал кулаки, не находя слов из-за захватившего вихря эмоций. — Мне не нужно, чтобы ты заботился обо мне. Я взрослый человек.

— Я не это имел в виду. — Бен поднял руки, а потом снова уронил. — Я всё говорю неправильно.

Медленно закипавший в Джейсоне гнев сначала превратился в студень из вины, растерянности и страха, а потом трансформировался в полностью осознанное спокойствие.

Решение.

— Завтра я отвезу Мэгги домой. Ей нужна привычная обстановка. Нормальная жизнь. Как и мне. Всё это было слишком. Родители сказали, что завтра есть рейс, я позволю им забрать нас. Потом мы поедем домой, в нашу квартиру, где будем вместе, и всё снова наладится. Тогда я смогу подумать.

Бен выглядел так, словно хотел возразить, но вместо этого кивнул:

— А что насчёт нас с тобой?

— Я не знаю. Думаю, нужно быть реалистами. Ты живёшь здесь. Я на другом конце страны. Мы едва знаем друг друга.

— Значит, вот что ты чувствуешь ко мне? Что не знаешь меня?

Джейсон замялся. Бен смотрел на него не мигая, терпеливо и проникновенно.

— Я не знаю, что чувствую. Мне нужно время во всём разобраться. Сейчас это слишком. Мне нужно отвезти Мэгги домой. Она — мой приоритет. Всегда была и всегда будет. Ты не отец. Ты не понимаешь.

Судорожно вдохнув, Бен выпрямился. Затем опустил взгляд и хрипло проговорил:

— Ты прав. Я не отец.

Твою ж…

— Прости. Я всё говорю неправильно. Я не пытаюсь причинить тебе боль. Ты столько сделал для нас с Мэгги. Меньше всего я хотел, чтобы тебе было больно. — Внутри возникло жгучее желание сократить расстояние между ними, но нужно было оставаться сильным. Джейсон не мог подвести Мэгги снова. Он её почти потерял. Дочь нужно доставить домой в целости и сохранности, и вернуть всё, как было раньше.

— Мы можем общаться? Сообщениями? Хоть как-нибудь?

— Конечно. — Мысль о том, чтобы больше не разговаривать с Беном, казалась невозможной. — Просто сейчас мне нужно немного времени.

Кадык Бена дёрнулся, и послышался глухой скрипучий голос:

— Можно тебя поцеловать?

Джейсон только кивнул. Когда их губы встретились, мозолистая ладонь легла на разгорячённую щёку, и желание раствориться в крепких объятиях стало невыносимым. Но сладостное давление быстро прошло — Бен отступил назад и опустил руки.

— Джейсон, позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Что угодно. Если ничего не выйдет, я хочу хотя бы остаться друзьями.

А потом он ушёл.

Прислонившись спиной к белому кафелю, Джейсон зажмурился. Отчаянное желание вернуть Бена когтями рвало внутренности, пытаясь выбраться наружу. Но всё это было слишком: практически утрата Мэгги, познание себя с Беном, внезапное появление родителей после восьми долгих лет. Всё менялось слишком быстро. Джейсон не поспевал. И не мог дышать.

Дюйм за дюймом, постепенно, лёгкие начали раскрываться. Джейсон продолжил хватать воздух ртом, пока жгучие слёзы не отступили, дав возможность вернуть над собой контроль.

***

Когда Бен вышел из ванной, Мэгги закрыла глаза. Она была почти уверена, что рейнджер остановился у её кровати. Девочка боялась, что Бен разозлится, когда узнает, что она проснулась, поэтому не двигалась, пока не услышала тихие шаги на пороге палаты, а потом в коридоре.

Мэгги не собиралась шпионить.

Она проснулась от жажды и через приоткрытую дверь увидела папу с Беном в зеркале ванной комнаты. Она не слышала, о чём они говорили, но видела, как целовались. Это был короткий, но взрослый поцелуй.

Папа был геем, как миссис Векслер? Почему он ничего не говорил? И почему они с Беном выглядели такими грустными? Она любила Бена, и если они с папой нравились друг другу, почему тогда не радовались?

Папа оставался в ванной довольно долго, но его не было видно в зеркале. Наконец послышался шум крана и плеск воды, а потом свет погас. Девочка закрыла глаза, раздумывая, не спросить ли папу о поцелуе с Беном.

Но никак не могла подобрать нужных слов. Прислушиваясь к дыханию отца на стуле рядом, Мэгги почувствовала, что снова засыпает. Она спросит, когда будет подходящее время.

ГЛАВА 15

— Э-э-э, а здесь… мило.

Джейсон сдержал презрительный смех. Мама и вправду старалась. Он выглянул через окно лимузина на четырёхэтажный многоквартирный дом, в котором они с Мэгги жили на последнем этаже. Здание определённо не выглядело милым, но было безопасным и чистым, несмотря на коричневый кирпич и архитектуру в стиле семидесятых. На старой белой вывеске над входной дверью недоставало одной буквы, поэтому вместо гордого «Хэвлок» красовалось непонятное «Х влок».

Рейс задержали, поэтому машина остановилась у обочины уже за полночь. Мэгги сидела между Джейсоном и Шелли, Роберт — впереди. Джейсон держал за руку дочь, которая спала у него на плече. Девочка не проснулась, даже когда водитель вышел, чтобы выгрузить их чемоданы и отнести в вестибюль.

— Мы хотели бы пригласить вас на ужин, — повернувшись, сказал отец. — И, пожалуйста, подумай о психотерапевте.

Джейсон кивнул:

— Подумаю. Я… Спасибо, что купили нам билеты и подбросили домой. Я ценю это.

— Конечно. Мы хотим помочь всем, чем можем. Джейсон, мы так много… — Мать замолчала. — Я не хочу давить. Знаю, что у нас нет на это права. Но если вам что-нибудь понадобится, прошу, позвони. — Она посмотрела на Мэгги. — Знаешь, она замечательная. Дорогой, ты отлично справился. Нам бы очень хотелось узнать её получше. Узнать вас обоих.

— Нам просто нужно немного времени. Всё произошло… слишком быстро. — Он мягко сжал руку дочери, потом отпустил и, отстегнув её ремень безопасности, слегка встряхнул: — Мэгс, мы дома. Просыпайся.

— А? Ага. — Девочка сонно моргнула и посмотрела на бабушку с дедушкой: — М-м-м, пока.

— Спокойной ночи. Надеемся, что скоро увидимся. — Шелли протянула руку и неловко похлопала Мэгги по колену.

Зайдя в здание после напряжённого прощания, Джейсон покатил за собой чемоданы с переносным холодильником и, подойдя к шахте лифта, нажал кнопку вызова. Заскрипели тросы спускающейся кабины. В зеркальной стене рядом Джейсон увидел отражение лимузина, до сих пор стоявшего у тротуара с работающим двигателем. Казалось совершенно нереальным, что весь день Джейсон провёл с родителями, неестественно и по-светски беседуя о погоде и питании в самолёте, кстати, стоимость перелёта первым классом была весьма неплохой.

Казалось совершенно нереальным, что несколько дней назад он был в дикой лесной глуши, где отчаянно разыскивал Мэгги. И вот они дома. Всё выглядело по-прежнему, но не оставляло ощущение, что здесь жил какой-то другой Джейсон. Уезжая, они с Мэгги понятия не имели, что ждёт впереди. Тогда их жизнь текла размеренно и упорядоченно. Хотелось вернуться во время, когда всё было в разы легче. Но в той жизни не существовало Бена, и эта мысль причиняла боль.

Пока Джейсон с Мэгги заходили в лифт со своим багажом, затылок покалывало от пристального взгляда родителей. Парень нажал кнопку четвёртого этажа, а потом несколько раз кнопку закрытия. С лязгом и механическим воем они поднялись наверх, снова в безопасности, одни.

Одни. Он сказал Бену, что ему нужно время, но сколько его потребуется, чтобы вернуться к нормальной жизни? Чтобы разобраться в противоречивом клубке эмоций?

Войдя в квартиру, Джейсон оставил вещи у двери, задвинул два дополнительных засова и включил главный верхний свет. Всё ещё полусонная Мэгги поплелась в ванную. Застой в лёгких большей частью прошёл, но дочь много спала, чего следовало ожидать, по словам доктора Шармы.

Джейсон и Мэгги отсутствовали меньше двух недель, но квартира казалась какой-то душной и странной. Отодвинув в сторону одну из тонких занавесок, защищавших от жары, парень открыл окно. Во влажном ночном воздухе дул лёгкий прохладный ветерок, и благодаря потолочному вентилятору этого обычно было достаточно, чтобы уснуть.

Джейсон оглядел свою квартирку, воображая, что смотрит глазами родителей. Узкая кухня — слева от входной двери, исправно гудящий старый холодильник, беспорядочно облепленный магнитами, под некоторыми — работы Мэгги из дневного лагеря.

Затем ванная комната, шкаф в прихожей, где Джейсон хранил свою одежду, и одна спальня, где большую часть скромного пространства занимала подержанная кровать Мэгги с деревянной рамой. Джейсон снял обувь и втащил чемодан Мэгги в комнату. Открыв окно и включив вентилятор, он распаковал вещи и закинул белье в корзину в углу.

Стены были увешаны плакатами с животными и деревьями. Будет ли дочь по-прежнему любить природу после случившегося? Или теперь леса станут её пугать? Ярость на Харлана Брауна вырвалась наружу, и Джейсон сжал плетёную крышку бельевой корзины. Жёсткие волокна затрещали.

— Пап?

Парень выдохнул и закрыл крышку:

— Милая, готова ко сну?

— Угу.

Джейсон выдвинул второй ящик жёлто-фиолетового комода и достал чистую и лёгкую хлопковую пижаму:

— Вот, держи. Приятно быть дома, да?

— Да. И странно. Я хотела… — Мэгги остановилась и наклонилась, чтобы снять носки.

— Что? — тихо спросил Джейсон.

Дочь встряхнула пижаму:

— Я так сильно хотела сюда вернуться. Ну, знаешь, раньше.

— Я тоже. — Он заколебался. — Когда ты была там, без меня, о чём ты ещё думала? — Психиатр в Калиспелле дал несколько советов, как задавать деликатные вопросы.

Пожав плечами, Мэгги переоделась и, стянув тонкое летнее покрывало, забралась в постель. Джейсон не стал настаивать, а только спросил:

— Ты почистила зубы нитью и щёткой?

— Да. Теперь можно спать?

— Хорошо, детка. Если понадоблюсь, я в гостиной.

— Знаю. Ты всегда там.

Подавив нахлынувшие эмоции, Джейсон поцеловал дочь в лоб и выключил свет, оставив дверь приоткрытой.

Не тронув свой чемодан, Джейсон разложил диван в гостиной и бросил на комковатую поверхность подушку и лёгкое одеяло. Раздевшись до трусов, он погасил свет и беспокойно побрёл на кухню к холодильнику.

Открыв дверцу, парень уставился на коллекцию приправ и полупустой фильтр с водой. Он вылил остатки в раковину и заново наполнил кувшин. Утром нужно будет купить продукты. Джейсон не был голоден, но всё равно порылся в шкафах и достал открытую коробку «Ритц». От влажности крекеры стали мягкими, но не потеряли маслянистости, и Джейсон, прислонившись к столу, начал их жевать.

«Чем занят сейчас Бен? Он дома, в своём старом коттедже? Как там всё выглядит? Он в порядке? Думает обо мне?»

В голове без конца роились вопросы, хотя именно Джейсон сказал, что ему нужно время. Тем не менее он чувствовал на своём теле призрачные прикосновения рук Бена, влажное касание его губ и скольжение языка. Чувствовал сосновый запах, слышал дыхание мужчины, отдающее теплом на коже.

Взяв телефон, Джейсон открыл переписку с Беном. В последнем сообщении, отправленном утром в день похищения, Бен говорил, что встретится с ними, если сможет. До того как Харлан Браун забрал Мэгги, до того как их жизни изменились в мгновение ока. По крайней мере, там был Бен. Хоть что-то хорошее.

Чувство вины тут же полоснуло зазубренным клинком. Как можно находить в похищении своей дочери что-то хорошее?

Заблокировав телефон, Джейсон засунул коробку с крекерами обратно в шкаф и, резко повернувшись, пнул пакет с мусором — в спешке не успел вынести его перед отпуском. Жестяные банки и пластик вывалились на клетчатый коричневый линолеум и раскатились в разные стороны.

Сдерживая ругательства, Джейсон перешагнул через мусор и на цыпочках подошёл к двери Мэгги. Девочка не проснулась. Она крепко спала, дыша глубоко и ровно. Парень вернулся, включил верхний свет и запихнул всё в пакет. Затем посмотрел на тусклый пол и нахмурился.

Возле холодильника расплылось незамеченное ранее пятно. Джейсон намочил губку и, опустившись на колени, увидел, что по углам пол под тумбой тоже нужно помыть: во время еженедельной уборки он не доставал до всех щелей.

С распылителем «Комет» в одной руке и губкой в другой, Джейсон отмыл каждый сантиметр пола, и к тому времени, когда начал отчищать затирку в ванной старой зубной щёткой, колени уже болели. Кожа на ладонях стала сухой от моющего средства. Следовало бы надеть перчатки, но Джейсон продолжал атаковать все поверхности в квартире, кроме комнаты Мэгги.

На стене у дивана висели покрытые пылью фоторамки из ИКЕА. Джейсон распылил «Виндекс» на бумажное полотенце и тщательно вытер стеклянные поверхности. На него смотрели школьные фотографии с улыбающейся Мэгги и их общее селфи, сделанное утром прошлого Рождества. Там оба сидели с бантами на головах в окружении смятой обёрточной бумаги.

Глядя на фотографии Эми, Джейсон заколебался. Снимков было два: один школьный, с последнего года в старшей школе, ещё до беременности, полностью изменившей жизнь обоих, и до того, как время Эми истекло.

Светлые густые волосы рассыпались по плечам, на губах — широкая улыбка, яркие глаза светились озорством. Девушка смеялась над глупой шуткой, которую шепнул ей стоявший рядом Джейсон. Оба одёргивали форму, Эми поправляла ему галстук.

На другом снимке они у бассейна, только вышедшие из воды, обнимают друг друга за плечи, на груди у обоих — медали после соревнования по плаванию. Другая жизнь, которая отдалялась с каждым годом.

С комом в горле Джейсон принялся вытирать стекло, пока оно не засверкало так, как сверкала Эми. Он её не забудет и постарается, чтобы дочь знала её как можно лучше. Джейсон всегда отвечал на вопросы Мэгги о матери, но поклялся, что расскажет больше историй, хоть и знал, что их количество ограничено, и что Эми никогда не станет для Мэгги больше просто образа.

Вернувшись на кухню, Джейсон разблокировал телефон. Неужели Бен тоже станет далёким воспоминанием? Возможно, они никогда не вышли бы за рамки дружбы, если бы Мэгги не похитили. Но это произошло. Поддерживая связь сейчас, не изменишь случившегося.

Джейсон понятия не имел, что хотел от Бена, но подумал, что это всего лишь сообщение. Это было что-то. Он открыл приложение и уставился на пустое узкое поле, затем набрал текст, перепечатал его и уставился снова.

И снова.

Наконец он нажал синюю стрелку и отправил:

Привет. Просто хотел сказать, что мы дома. Надеюсь, у тебя всё круто.

Перечитав текст, Джейсон скривился и пожалел, что не может удалить текст, проникнув в киберпространство. «Круто?» Почему он напечатал «круто»? С таким же успехом можно было назвать Бена «бро» или как-то ещё по-дурацки.

Может, нужно было добавить эмодзи? Может, отправить отдельный смайлик? Нет. Слишком… просто слишком. Господи, этот мужчина побывал в заднице Джейсона, а он пошлёт ему смайлик? Нет, точно не то сообщение.

«Но в чём послание? Что я пытаюсь сказать? Что хочу, чтобы он сказал?»

У Джейсона перехватило дыхание, когда на экране появились три мигающие точки — Бен печатал. Мгновение спустя парень понял, что в Монтане была глубокая ночь.

— Чёрт, — пробормотал он, ожидая, когда придёт сообщение. — Он, наверное, пишет, что я придурок, потому что разбудил его и…

Так рад это слышать. Ты в порядке?

Джейсон набрал ответ неуклюжими пальцами:

Ага. Прости, что разбудил. Думаю, у меня что-то типа джетлага.

Он ждал ответа. На этот раз нужно было использовать смайлик. Но какой? Подмигивающий? Простую улыбку? Или он мог бы найти гифку…

Нормально. Рад, что ты в порядке. Держи меня в курсе.

Хм-м-м. Что это значит на самом деле? Бен просто вежлив? Сто процентов он был просто вежлив. Или, может, пытался оставаться непринуждённым и не давить? Казалось, Бен мог так поступить, потому что Джейсон попросил больше времени.

Хотелось сказать очень много, но нужно дать Бену поспать, поэтому Джейсон набрал:

Буду. Спасибо.

Ещё несколько минут он напряжённо всматривался в экран, но Бен больше ничего не прислал. Оно и понятно — середина ночи. И, возможно, Бен передумал. Оба жили далеко друг от друга, и теперь, когда кровь перестала закипать от всплесков адреналина на прошедшие события, Бен, возможно, начал осознавать, что они познакомились совсем недавно.

Возможно, возможно, возможно.

Когда Джейсон закончил всё оттирать и тяжело опустился на край дивана, бледный рассвет залил лучами сверкающий чистотой пол. Мышцы болели, но как только парень переставал двигаться и убираться, разум снова наполнялся бесконечными вопросами и тщетной тоской.

«Разрешить родителям помочь? Что сейчас делает Бен? Он снова спит? Как выглядит его спальня? Правильно ли это — сделать всё максимально нормальным для Мэгги? Что, если я всё делаю неправильно? Я не знаю, что делаю».

— Ты уже проснулся.

Джейсон оторвал взгляд от своих рук и увидел на пороге спальни Мэгги. Она потёрла глаза и сказала:

— Ты редко встаёшь раньше меня. Тебе же не нужно сегодня на работу? — Её голос слегка повысился: — Мне сегодня тоже в лагерь?

Он улыбнулся, отбросив все мысли в сторону:

— Нет, сегодня нет. На работе мне разрешили взять больничный на несколько дней, так что пойду я туда только на следующей неделе. Я подумал, что мы могли бы заняться чем-нибудь и освоиться. А в понедельник ты можешь поехать в дневной лагерь, если захочешь.

«Что, если для неё это слишком? Что, если это слишком для меня? Я не хочу выпускать её из виду. Кто за ней присмотрит? Мне нужно работать, и я уже заплатил за дневной лагерь. Я не могу позволить себе няню. Нужно оплатить коммунальные услуги, и мои расходы будут намного выше, чем обычно. Мэгги нужна новая одежда для школы в сентябре, и вдруг страховая обманет меня на больничных счетах и…»

— Ладно. Звучит неплохо. — Мэгги прошлёпала в ванную и закрыла за собой дверь.

Джейсон потёр лицо. Хорошо бы вырубить мозг… Спать не хотелось, поэтому, как только Мэгги закончила, он включил кофеварку, а потом принял долгий горячий душ. Не потрудившись побриться, он натянул спортивные штаны и футболку, взял вторсырьё и пару мешков с отсортированным мусором. За вещами, оставленными у мусорных баков, постоянно приходили сборщики барахла.

— Мэгс, я спущу это вниз. Скоро вернусь. Я достал из морозилки буханку хлеба для тостов, в шкафу есть арахисовое масло.

Улица поприветствовала Джейсона щебетом птиц и уже начинавшейся жарой. Шаркая шлёпанцами по бетону, парень направился в сторону контейнеров для мусора и вторсырья.

— Мистер Келлерман! — В его сторону уверенным шагом направилась высокая и безупречно причёсанная женщина в деловом костюме.

— Господи! — Он чуть снова не рассыпал дурацкий мусор. На этот раз выкатилась только пластиковая бутылка.

Женщина улыбнулась:

— Извините, что напугала.

С шумом выбрасывая банки и бутылки в мусорный бак, Джейсон кинул на неё настороженный взгляд:

— Всё в порядке. Я могу вам помочь?

— Можете. Я Элизабет Уилер из журнала «Пипл». Мистер Келлерман, Америка должна услышать вашу историю. Историю о храбрости, отваге и отцовской любви…

— Нет. Послушайте, мы не хотим, чтобы у нас брали интервью. Мы не хотим быть на телевидении, и мы не хотим быть в «Пипл». Пожалуйста, оставьте нас в покое.

— Но у вас такая вдохновляющая история, — мягко произнесла журналистка, само воплощение сочувствия и понимания. — Просто подумайте о том, какую пользу вы можете принести другим семьям, которые побывали в подобных ситуациях.

Джейсон резко рассмеялся:

— При всём уважении, не думаю, что наша ситуация встречается часто. Для вдохновения мира вам придётся найти кого-то другого.

Уилер продолжила спокойным тоном, будто разговаривала с пугливым животным:

— Джейсон, вы отказываетесь от больших денег. Денег, которые могли бы помочь вам отправить дочь в колледж.

Искушение было велико, и Джейсон возненавидел себя за это. Он отбросил мысли о том, насколько всё стало бы проще с деньгами.

— Значит, я должен использовать дочь сейчас для её же блага в будущем?

Журналистка тихо рассмеялась, словно это была сущая ерунда:

— Уверяю вас, мы проведём беседу с предельной деликатностью. Как Мэгги? Общественность хочет знать.

— Пусть общественность лучше занимается своими делами.

Выбросив оставшиеся мешки, Джейсон попытался обойти настойчивую дамочку.

Преградив парню путь, журналистка вздохнула и заговорщически понизила голос:

— Джейсон, послушайте. Я пытаюсь вам помочь. За эксклюзивное интервью и фотосессию мой редактор платит чрезвычайно щедро. — Она подняла папку: — Все документы уже подписаны, и деньги готовы к отправке. Они будут у вас на счету ещё до полудня. Но это разовое предложение. На следующей неделе Мэгги уже перестанет быть горячей темой.

Окатило жаркой волной отвращения. С трудом сохраняя голос низким и ровным, Джейсон проговорил, делая ударение на каждом слове:

— Моя дочь — не тема для исследований.

Он обошёл Элизабет Уилер из журнала «Пипл», оцарапав руку о кирпичную стену, когда журналистка снова попыталась преградить ему путь.

Она последовала за Джейсоном, окликая его по имени. Стук её каблуков о бетон напоминал автоматную очередь. Не обращая внимания, парень вставил ключ в замок и захлопнул стеклянную дверь перед носом журналистки. Благородный облик женщины исчез, когда в вестибюль послышались её резкие слова:

— Уверена, Бен Хеттлер с радостью возьмёт наши деньги за эксклюзив. Джейсон, не будьте дураком.

Подавив желание показать средний палец, Джейсон направился к лестнице. Тяжело дыша, он перепрыгивал через две ступеньки за раз и пытался усмирить свой гнев. Добравшись до площадки верхнего этажа, он прислонился к стене и глубоко вздохнул.

Это правда. Если он согласится, то не придётся сильно переживать о деньгах или будущем Мэгги. Но какой ценой? Выставить дочь в каком-то телешоу и заставить заново пережить ужас, испытанный с Харланом Брауном? И всё только для развлечения Америки?

Нет, он такого не сделает. Он не позволит устраивать представление.

И Бен тоже никогда не согласится на интервью. Подобный вопрос даже не встанет, Джейсон был в этом уверен, как в стене за спиной. Он доверял Бену жизнь свою и жизнь Мэгги в прошлом, и доверяет ему сейчас.

Тоска по Бену кольнула острой болью. Не верилось, что они виделись чуть больше суток назад. По ощущениям, прошла целая вечность, хотя казалось, что Джейсон до сих пор чувствует запах пота и секса на коже Бена, когда они прижимались друг к другу, и до того, как Джейсон запаниковал.

Оттолкнувшись от стены, парень тряхнул головой. Хватит. Пора сосредоточиться на Мэгги. Джейсон понял, что сжимает ключи так сильно, что ладонь почти кровоточит. Сделав ещё несколько вдохов, он вышел в коридор.

— Привет, Джейсон. Вы вернулись. — У лифта стоял Джо Мортон, сосед средних лет, живущий двумя дверями дальше. — Как у тебя дела? Как Мэгги? Мы очень волновались.

— Она в порядке, спасибо.

— Рад это слышать. Хорошо, что вы дома. — Двери лифта открылись, и мужчина шагнул внутрь, отозвавшись: — Дай знать, если вам что-нибудь понадобится.

— Всё в порядке, но спасибо.

Они были дома, и всё вернётся в норму. Вот только хотелось знать: действительно ли «норма» — то, что им нужно.

ГЛАВА 16

Когда гул двигателя стал громче, Бен подобрался и встал на ноги. Сзади жалобно скрипнуло отцовское кресло-качалка. Старое дерево крыльца начало раскалываться, и мужчина прощупал босой ступнёй трещину. Весь коттедж нуждался в ремонте, но у Бена после расставания с Брэдом и переезда сюда не было никакого желания что-то делать.

Из-за поворота показался джип. Узнав машину Ди, рейнджер облегчённо выдохнул. Если журналисты не перестанут донимать, то придётся достать дробовик. Пока Бен только блокировал абонентов на своём телефоне, хотя журналистка из «Пипл» звонила четыре раза с разных номеров. Раньше Бен считал, что хорошо жить рядом с главной дорогой в Калиспелл, где можно пользоваться сотовой связью, но теперь скучал по дням, когда его дом был отрезан от всего мира.

Хотя нужно признать, что телефон проверялся каждые пять минут — мужчина боялся пропустить звонок Джейсона.

Но Джейсон не звонил.

Тоска колола шипами и злобно жалила, но Бен надеялся: пройдёт немного времени, и она перерастёт в нечто, с чем можно справиться. Пока же прошло только три дня. Нужно набраться терпения. Как же хотелось впасть в спячку и проснуться в будущем, где уныние из-за отсутствия рядом Джейсона и Мэгги не тяготило с каждым ударом бесполезного сердца.

Когда Ди, одетая в форменные брюки и концертную футболку группы «Благодарные мертвецы» вместо строгой рубашки, вылезла из джипа, рейнджер изобразил улыбку:

— Ты заблудилась? У меня есть карта, если нужно.

С заднего сиденья женщина достала несколько больших пластиковых контейнеров и поднялась на крыльцо.

— Хеттлер, тебе нужно откормиться. — Затем прошла мимо, направляясь в дом без приглашения.

— Входи. — Бен пошёл следом на кухню. Сзади с грохотом захлопнулась дверь. — Вообще-то, я сам могу себя прокормить.

Ди сурово угукнула и открыла холодильник:

— Тогда тебе не мешало бы купить настоящей еды. С овощами и всем прочим.

— Ладно, ладно. Спасибо. Возьми пиво и расслабься.

Уже откручивая крышку на бутылке, Ди улыбнулась:

— Можно и расслабиться. — И пошла обратно на крыльцо.

Бен передвинул свою внушительную коллекцию приправ и тарелку с чили, которое разморозил, но едва поковырял. Большую часть холодильника на нижней полке занимало пиво. Мужчина аккуратно расставил привезённые контейнеры с едой и, взяв бутылку, закрыл дверцу.

По сути, коттедж представлял собой одну комнату с туалетом и спальней сбоку. Диван износился, старые картины с изображением дикой природы выцвели. Это место, действительно, нужно было привести в порядок, но… позже. Может, после лета, когда будет меньше работы. Хотя нельзя сказать, что Бен сейчас много работал, к его большому огорчению.

Задержавшись у расшатанного кухонного стола, рейнджер одними кончиками пальцев провёл по сложенным сверху тяжёлым книгам и почувствовал, как внутри схлестнулись чувство вины и глубокая потребность. Нет, он не посмотрит на то, что лежит под стопкой. Ди ждала.

Женщина сидела на крыльце и покачивалась в другом, более новом кресле из тёмного дерева, покрытого блестящим лаком. Достав из холщовой сумки у своих ног пакет со смесью снеков для вечеринок и открыв его, Ди сказала:

— Я принесла не только здоровую еду. Я не совсем монстр.

Усмехнувшись, Бен уселся в своё кресло-качалку и потянулся за горстью сырных кручеников, чипсов начо и крендельков.

— Спасибо, — произнёс он и уставился на деревья.

Солнце в вечернем небе стояло пока высоко, воздух отдавал спокойствием и теплом. Но очень скоро — не успеешь оглянуться — длинные летние дни пройдут, и температура упадёт. Мысль о ещё одной одинокой зиме в старом коттедже сдавила грудь.

— Как ты тут? — спросила Ди.

— Нормально. Было бы лучше вернуться к работе. Этот отпуск, который назначил Брэд, просто глупость.

Ди отхлебнула пива:

— С этим придурком я во многом не согласна, но тут он прав. Знаю, ты не хочешь этого слышать, но тебе нужно время, чтобы привести себя в порядок после пережитого. Тебе платят, чтобы ты расслаблялся. Так что давай, расслабляйся уже. Тогда быстрее вернёшься.

— Мне не нужно расслабляться! — Бен понял, что почти кричит, и глубоко вздохнул.

Ди поправила на носу круглые очки:

— Заметно.

Пришлось засмеяться, чтобы сбить градус напряжения.

— Ладно, есть немного, — согласился Бен. — Без дела я схожу с ума. Есть какие-нибудь захватывающие сплетни из офиса?

—С тех пор, как психопат-убийца похитил девочку, и вы с её отцом героически — хотя и несколько глупо — отправились на спасательную миссию?

Рейнджер рассмеялся:

— Неужели ничего более грандиозного?

— На двенадцатом маршруте нужно отремонтировать ограждение, и нам пришлось провести воспитательную беседу с туристом, врубившим музыку так, что оглушил весь Неттл-Крик.

— Надо же, в сумасшедшие времена живём.

Вернувшись к выпивке и закуске, оба замолчали и уставились на бурундука. Тот пересёк маленькую лужайку и начал царапать что-то у пня. Затем Ди спросила:

— Ты говорил с Джейсоном?

Бен пожал плечами. Он собирался сделать это небрежно, но получилось похоже на судороги.

— Не совсем. Всего несколько сообщений. — Скомканные неловкие тексты, заставлявшие кривиться при каждом взгляде, а смотрел Бен на них слишком часто.

— Значит, планируешь прикинуться, что тебя всё устраивает?

— Именно.

Ди стянула резинку с конского хвоста и распустила седеющие волосы:

— Притворяйся, пока это не станет правдой, да?

— Что-то типа. Это вообще не должно меня беспокоить. Я знал его и Мэгги только неделю.

— И это была адская неделя. Заботиться — это нормально.

Рейнджер оторвал полоску от влажной этикетки на пивной бутылке:

— Ты знаешь, что говорят об отношениях, которые основаны на тяжёлом переживании? Что они длятся недолго.

Ди усмехнулась:

— Да, я смотрела «Скорость». И думаю, что Сандра предлагает основывать их на сексе. Джейсон — привлекательный парень. С ним может получиться.

Смех Бена прозвучал глухо.

— Не знаю. Кажется, я его спугнул. Кроме того, Джейсон и Мэгги живут на другом конце страны. У них своя жизнь, а у меня — своя.

— М-м-м.

— Джейсон должен ставить на первое место Мэгги. Я это понимаю.

«Ты не отец», — прозвучали в голове слова Джейсона. Как же Бену хотелось, чтобы они не причиняли столько боли.

— Ну, конечно. Но ты отлично ладишь с детьми. Держу пари, девочка тебя обожает. Я не понимаю, почему нужно выбирать или одно, или другое. Ты пытался связаться с ним снова?

— Он сказал, что ему нужно время. Не хочу давить. Дело дошло до… близости, и мне кажется, он сожалеет. Так что, если нужно, я дам ему время. — Бен должен быть терпеливым. Если давить слишком сильно, это может стать концом.

Напрягшись, мужчина встал и протянул руку к пустой бутылке Ди:

— Повторить? — Не дожидаясь ответа, он прошёл в дом, свинтил крышки с двух новых бутылок пива и сделал из одной успокаивающий глоток. Только потом вернулся.

Ди листала глянцевую брошюру о парках, и Бен, вытянув шею, прочитал надпись на обложке:

— Йосемити? Планируете поездку с Полом и детьми?

— Думала об этом, хотя дети сейчас, наверное, слишком заняты в колледже, чтобы отдыхать с мамой и папой. Я слышала, в этом парке отличные программы, и там хотят развиваться дальше. Они нанимают нового главного лесничего.

— Серьёзно? — фыркнул Бен. — Тонко, Ди. Очень тонко.

— Я так и думала. — Она положила брошюру на стоявший между ними стол и засунула в рот крендель.

Бен пролистал глянцевые страницы. Разумеется, Йосемити выглядел как одно из великолепнейших мест на земле. Мужчина уставился на фотографию кристально чистого озера, над которым возвышались горы, уходящие в голубое небо. Очень похоже на любимую Монтану, но новое и другое. Может, это то, что нужно?

«А как же Джейсон? Йосемити не ближе к Филадельфии. Может, стоит сначала подождать и посмотреть, что выйдет с парнем?»

— Менять всё нелегко, но присмотреться к этой должности не помешает. Я знаю кое-кого в главном офисе. Могла бы навести справки, — произнесла Ди.

Бен сделал ещё глоток пива:

— Ладно. — В животе запорхали бабочки. Чёрт, возможно, он не получит эту работу, но попробует. Это было не просто обязательство отправить своё резюме. Он слишком долго откладывал слишком многое. Было бы слишком легко остаться в своей колее и упустить ещё одну возможность.

— И если хочешь знать, что я думаю…

— Разве у меня когда-нибудь был выбор?

Ди широко улыбнулась:

— Не-а. — Её улыбка угасла. — Я думаю, если между тобой и Джейсоном Келлерманом есть что-то особенное, ты должен бороться. Тебе нечего терять.

Бен взял крендель и покрутил его в руках:

— Я не имею права на него давить. Он был сбит с толку. Это понятно.

— Конечно. Ему многое нужно обдумать. Но ты можешь ему помочь. Помочь этой милой девочке. И себе, раз уж на то пошло. Уверена, у тебя есть куча оправданий, почему не стоит даже пытаться. Джейсон моложе, живёт далеко…

— Я должен уважать его желания. Я попросил его держать меня в курсе.

Ди сморщилась:

— Надо же, как романтично.

— А что нужно было сказать? «Моя жизнь пуста без тебя, мой милый цветок, сияющий утренней росой»?

Ди отхлебнула пива:

— Вряд ли что-то может быть хуже, чем «держи меня в курсе». Просто говорю. — Затем отбросила дразнящий тон: — Бесит наблюдать, как ты сдаёшься.

Бен взял брошюру:

— Я подам резюме на эту вакансию. Уже кое-что.

— Ладно. Шаг за шагом. Я выпью за это. — Ди подняла бутылку и чокнулась с Беном. Пока этого должно быть достаточно.

***

Пересчитав четыре раза потолочные балки, повернувшись на один бок, потом на другой и решительно закрыв глаза, только чтобы снова вспомнить Джейсона в постели — его стоны с придыханием, вздохи наслаждения, сладкую от пота кожу, тепло, — Бен сдался и откинул одеяло.

В нижнем белье, дрожа от прохладного воздуха, он отодвинул шторы, впустив лунный свет, и начал бродить из кухни в гостиную и обратно — как призрак в своём доме.

Кроме телевизора, в старом коттедже Бену ничего не принадлежало. Ни мебель, ни украшения, ни пыльные круглые часы на стене, которые бесцельно тикали и каждый год отставали на несколько минут. Холодильник был древним и дребезжащим.

Бен ушёл от Брэда, прихватив только одежду. Никаких компакт-дисков или безделушек, никаких фотографий или рисунков. Он отказался от всего, несмотря на неоднократные попытки бывшего разделить совместное имущество. Мужчина твердил себе, что переделает коттедж под себя, но сейчас понял, что стоит среди вещей, выбранных отцом, и странных предметов, оставшихся от матери, — на кухонном окне виднелась витражная бабочка на присоске.

Бен отметил, что листает брошюру о Йосемити, лежавшую на кухонном столе. В серебристом свете луны фотографии выглядели бледными и красивыми, как знаменитые чёрно-белые снимки парка Анселя Адамса.

Мужчина подумал, что Мэгги должно там понравиться, он горячо надеялся, что Харлан Браун не убил страстную любовь девочки к дикой природе. В голове промелькнула жестокая мысль: «Я рад, что он умер».

Возможно, она была неправильной, но Бен не стал её отрицать.

Он закрыл брошюру, и его пристальный взгляд переместился на стопку книг. Вздохнув, Бен переложил их одну за другой. Последним оказался старый атлас, в котором, наверное, до сих пор были СССР и колониальные названия вроде «Бомбей» вместо «Мумбаи». Пробежавшись пальцами по страницам, рейнджер отложил атлас в сторону.

И уставился на альбом. Сначала Бен про него забыл, а потом было поздно возвращать его Джейсону. Листы были потрёпаны и порваны по краям, некоторые выпали. Мужчина положил скетчбук под книги, пытаясь его разгладить и выровнять.

Раскрыв альбом посередине, Бен осторожно вытащил вырванный рисунок, изображавший его и Мэгги на Дороге к солнцу. Страница была вся измята и сморщена, но в бледном свете, проникающем через окно, рейнджер чётко различал себя и девочку.

Крупная слеза плюхнулась на бумагу, и мужчина тихо выругался. Глупо скучать по двум недавним знакомым. Совершенно нелепо. Джейсон для него слишком молод. Наверное, у них никогда ничего не получится. Они едва знали друг друга.

— Я встречу кого-нибудь ещё. Я чувствую себя так только из-за совместно пережитого тяжёлого опыта. Всё не по-настоящему. — Ровный голос в тишине показался громким. Не убедив себя ни на йоту, Бен закрыл альбом и придавил его сверху книгами.

Если всё не по-настоящему, то почему тогда адски больно?

ГЛАВА 17

«Засыпай. Ты устал. Спи».

Поёрзав на комковатом диване, Джейсон громко выдохнул в тишину. Даже с задёрнутыми шторами свет уличных фонарей был слишком ярким, а шум автомобилей — пронзительным. Изредка раздавался грохот лифта, который никогда не замечался днём.

«Почему ты не спишь?!»

Открыв глаза, Джейсон вздохнул. Обычно он ложился спать уже ночью и по утрам поднимался с неохотой. Так в чём проблема? Наверное, потому, что он не работал в свои обычные смены, часами простаивая на ногах возле фабричного конвейера и сортируя свежее печенье в воздухе, пропитанном запахом сладкого.

Точно! Через несколько дней он вернётся на работу и всё наконец встанет на свои места. Должно встать. Конечно, кое-что изменилось: он осознал, что он гей, но это не столько изменение, сколько открытие.

Джейсон задумался: не странно ли, что он принял ситуацию целиком? Но всё так и было. Прокручивая в голове фразу: «Я гей», парень не испытывал ни стыда, ни дискомфорта. На секунду он засомневался: может, он бисексуал? Но потом всё отмёл.

«Я гей».

Паники не было, только… ощущение правильности, глубокое облегчение от того, что решил проблему, о существовании которой даже не подозревал. Джейсон взял на себя ответственность. Смысла отрицать правду не было. Возможно, родителям это не понравится, но это их проблема.

Накатила новая волна беспокойства, осев напряжением в шее. Джейсону нужно разобраться с родителями, нельзя избегать их звонков дальше.

Возвращение домой не стало большой красной кнопкой для волшебной перезагрузки. Когда Джейсон закрывал глаза, он видел бескрайние мили зелени и Мэгги, которая, стоя перед ним, исчезает, растворяясь в воздухе всё больше, больше и больше. Джейсону ещё предстояло разобраться с последствиями того, что случилось с дочерью.

Как оставить её в понедельник в дневном лагере? Не было ни малейшего сомнения, что он не сможет пойти на работу и сделать вид «всё ок». В лагере Мэгги всегда была в безопасности, но вдруг что-то случится? Туда может прокрасться какой-нибудь псих, схватить её и…

— Прекрати, — пробормотал Джейсон себе под нос. Варианты «что если» раскручивали панику по спирали. Тогда он точно не заснёт.

Когда появилось белое свечение, парень повернул голову и машинально потянулся к журнальному столику. Там лежал мобильный телефон, включённый на беззвучный режим. Сердце забилось где-то в горле. Джейсон заблокировал уже с дюжину представителей СМИ и подумывал сменить номер, если звонки будут продолжаться. Но сейчас время было позднее. Возможно…

Он глянул на экран и спустился с небес на землю. Это было всего лишь одно из ежемесячных напоминаний, на этот раз об оплате счёта за коммунальные услуги утром. Джейсон бросил телефон обратно, и через несколько мгновений тот погас.

«Идиот. Ложись спать. Хватит уже».

Зачем Бену с ним связываться? Да, он просил держать его в курсе, но ничего нового не произошло, поэтому Джейсон набрал и стёр дюжину сообщений, так ни одного и не отправив.

Откидывая простыню — вентилятор в жаркие летние дни не справлялся, — Джейсон попытался устроиться поудобнее и перевернулся на живот. На парне не было рубашки, только лёгкие хлопковые пижамные штаны, но всё равно было жарко.

Дело было не только во влажности и отсутствии кондиционера.

Джейсон был благодарен, что закрывая глаза и пытаясь уснуть, он не видит леса. Однако разум-предатель услужливо подсовывал образы и возрождал ощущения, когда они с Беном занимались сексом: влажные фрикции, гортанные стоны, напряжённые мышцы, жгучее растяжение, обнажённость Джейсона. Желание, спавшее столько лет, пробудилось. Оно превратилось в низкий гул, который днём ещё можно было игнорировать, отвлекаясь на спасительные повседневные дела.

Но сейчас вожделение просачивалось сквозь поры, отказываясь уходить. Бесконтрольно двигая бёдрами, Джейсон жалобно тёрся о матрас, стараясь не думать о Бене. Может, стоит вспомнить других мужчин, и тогда полегчает. Будет не так запутанно. Не так эмоционально.

Но сложно было представить, что Джейсон доверится кому-то другому. В руках Бена он чувствовал себя в безопасности, даже будучи беззащитным, будто без кожи, истончившейся, как папиросная бумага. Каково было бы снова заняться сексом с Беном? Теперь, зная, чего ждать, заполучив член в задницу, сможет ли Джейсон справиться со всем лучше?

Воспоминания о гостиничном номере, казалось, намертво отпечатались на плоти. Бен был нежен и терпелив, но в то же время действовал настойчиво и твёрдо.

«Меня на самом деле трахнули».

Тело пронзила опьяняющая нервная дрожь. Ящик Пандоры с громким щелчком распахнулся, вырвав из долгого сна тело и душу. По венам потекло возбуждение. Член затвердел при мысли о том, чтобы сделать это с Беном снова. Сделать всё.

Потому что с ним возможно гораздо больше?

Парень помнил ощущение, когда твёрдый член раскрывал и входил в его нутро, помнил жгучую боль, которую заменил в конце прилив удовольствия. Тогда всё было слишком сложно, но теперь Джейсон был готов к большему. Он взорвётся, если не кончит.

Бросив быстрый взгляд в сторону спальни Мэгги, Джейсон вскочил и поспешил в ванную. Щёлкнув выключателем, он запер дверь, и прислонившись к ней спиной, заморгал от яркого света. Затем бросил взгляд на своё отражение в большом зеркале над раковиной: приоткрытые губы, слишком быстро вздымающаяся грудь, затвердевшие соски.

Не успев подумать, Джейсон сжал и подразнил торчащие горошины. В нижней части зеркала показался уже заметный бугор под пижамными штанами. Джейсон провёл пальцами от груди до пояса, заставив живот поджаться и запустив цепочку искр.

Затем уставился на свою раскрасневшуюся кожу и небольшие мышцы. Ничего похожего на пресс с кубиками, но… тоже неплохо. Он никогда раньше не смотрел на себя так. Не видел себя сексуальным. Желанным.

Волосы были в беспорядке. Джейсон представил, как в них запутываются пальцы Бена. Ощущения от языка и горячего влажного рта на собственном члене до сих пор казались невероятными. Каково это — опуститься на колени и отсосать Бену?

Сдерживая стон, парень стянул с себя пижаму и отшвырнул её в сторону. Затем достал из-под раковины лосьон с надписью «Костко» и выдавил немного жидкости на ладонь. Обнажённый, Джейсон поглаживал себя, наблюдая в зеркало, как наливается член, слегка изгибаясь влево, и его кончик начинает блестеть.

Проведя пальцем по головке, Джейсон попробовал своё предсемя на вкус. Яйца напряглись. Пососав палец, он потянулся к ягодицам и засунул его в дырочку. Колечко мышц было сухим и тугим, но возникшее жжения нравилось.

Раздвинув ноги, Джейсон напрягся и начал себя трахать, поглаживая собственный ствол и наблюдая за всем действом в зеркало. Дрочить левой рукой было не так удобно, как правой, но оргазм приближался, и всё остальное уже не имело значения. Ещё парню нравилось чувствовать внутри себя палец. Конечно, это не член Бена, но вполне сносно.

Затем Джейсон вообразил, что за ним наблюдает Бен. Крепко сжав губы, чтобы не закричать, представил широкую волосатую грудь, большой член, тяжёлые яйца. Бен тоже дрочил бы и кончил бы на Джейсона…

Выплёскиваясь на раковину и тумбу, забрызгав даже зеркало, Джейсон дрожал от оргазма. Он наблюдал за собой и чуть ли не видел, как сперма Бена смешивается с его собственной.

Откинув голову назад, парень прикрыл, наконец, глаза и, тяжело дыша, убрал палец из ануса. Если бы Бен был рядом, он обнял бы, прижал к себе и осыпал кожу поцелуями и тихой похвалой. Джейсону очень хотелось снова почувствовать рядом крепкое тело. Всё виделось очень ясно…

Вздрогнув, он достал из-под раковины бумажное полотенце и вытерся, затем вымыл руки и натянул пижаму.

Альбом для зарисовок, привезённый в Монтану, потерялся, и с момента возвращения Джейсон даже не вспоминал о рисовании. Но теперь он почувствовал острую и неумолимую потребность.

Из ящика в гостиной парень достал блокнот с карандашами. Затем включил на кухне свет и, встав у стойки, начал яростно рисовать, гонимый внезапным отчаянием, что забыл, как выглядел Бен.

Страница за страницей Джейсон рисовал мужчину: Бен улыбался, стоял, сидел, шёл по тропе, лежал голым в постели. Краснея и ёрзая, парень нарисовал чужой член в окружении тёмных волос, старательно выводя каждую чёрточку. Закончив, тяжело дышащий Джейсон перелистал страницы, не уверенный в своих ощущениях и чувствах.

Звук из комнаты Мэгги заставил подпрыгнуть чуть ли не до потолка.

Джейсон засунул альбом вглубь верхней полки шкафа с одеждой в прихожей — за пределами досягаемости и видимости. Затем подошёл к дочери и включил лампу на прикроватном столике.

Мэгги снова жалобно вскрикнула. Она дёрнулась, наморщила милое личико, и Джейсон мягко её встряхнул:

— Детка, проснись. Всё в порядке. Всё хорошо.

Девочка судорожно втянула ртом воздух, распахнула глаза и залилась горькими слезами. Они разрывали сердце. Джейсон принялся укачивать, поглаживая по спине дочь, которая продолжала всхлипывать, прижавшись к его голой груди.

Волшебной кнопки перезагрузки не было.

Они не могли притворяться, что всё само вернётся на круги своя. Утешая Мэгги, уверяя, что той приснился всего лишь страшный сон, что она в безопасности, Джейсон понял, что должен переступить через свою гордость и принять предложение родителей оплатить терапию. Что угодно, лишь бы помогло.

Когда рыдания стихли, Мэгги, сглотнув, спросила:

— Можно поспать с тобой?

— Конечно. Пойдём. — Подхватив дочь на руки, Джейсон прижал её к себе и понёс в гостиную. Затем устроил на диван и подоткнул вокруг девочки простыню.

— Почитаешь мне книгу?

— Конечно. Какую? — Джейсон готов был читать всю ночь, лишь бы избавить дочь от кошмаров.

Мэгги шмыгнула носом:

— Про больницу.

Он поцеловал её в лоб, отчего в груди сжалось сердце, затем вернулся в детскую спальню и осмотрел книжный шкаф в поисках тонкого, выцветшего жёлтого корешка. Когда Джейсон покупал книгу за пятьдесят центов в магазине подержанных вещей, верхний угол обложки уже был оторван. Мэгги перечитывала книгу сотни раз, и страницы тоже истрепались.

Включив лампу рядом с диваном, Джейсон положил несколько подушек на край и, улёгшись, вытянулся. Дочь устроилась под его рукой. Прочистив горло, он начал с названия, как делал всегда, когда читал Мэгги.

— «Любопытный Джордж отправляется в больницу».

Джейсон не читал эту книжку уже пару лет: Мэгги давно перешла на книги с большим количеством слов и меньшим количеством картинок. Но он до сих пор помнил наизусть историю об озорной обезьянке, её хозяине — человеке в жёлтой шляпе — и проглоченном кусочке головоломки, из-за которого Джордж попадает в больницу.

Прижавшись к Мэгги, Джейсон читал и наслаждался каждым словом, желая, чтобы его дочь навсегда оставалась такой же чистой.

ГЛАВА 18

В «Войнах клонов» нарисованные персонажи сражались на световых мечах. Мэгги жадно наблюдала, вычерпывая оставшиеся капли сладкого молока из своей тарелки с сухим завтраком. Обычно дома были только отруби и гранола, но теперь Джейсон добавил к доставке продуктов коробку глазурованных хлопьев.

Не потрудившись сложить диван, парень сидел со скрещёнными ногами рядом с Мэгги на матрасе, едва прикоснувшись к собственным отсыревшим хлопьям. Джейсон никогда не заказывал продукты через Интернет, но сейчас не хотелось иметь дело с людьми, которые могли бы их узнать. Встретиться с миром всё равно придётся в понедельник, по возвращении на работу, но Джейсон надеялся, что к тому времени внимание ослабнет. В мире происходят и более интересные вещи. Появляются другие горячие темы.

Когда эпизод закончился и на экране поплыли титры, в углу появилось уведомление «Нетфликс» об автовоспроизведении. Легко было бы просто включить следующую серию и, оставшись сидеть, отсрочить всё ещё на двадцать минут.

Но Джейсон взял пульт и нажал «стоп». Пришло время со всем разобраться.

Ложка Мэгги звякнула о пустую тарелку:

— Мы не можем посмотреть ещё одну серию?

— Можем. Я только хочу немного поговорить.

Опустив плечи, девочка уставилась в свою тарелку:

— О чём?

— О том, чтобы встретиться с кем-нибудь, с кем ты сможешь поговорить о произошедшем.

— Но это будет стоить денег. Пап, я в порядке. Правда. Прошлой ночью был просто глупый сон. — Мэгги подняла голову. Её глаза блестели. — Прости.

— Милая, тебе не за что извиняться. — Джейсон поставил две тарелки — свою и дочери — на низкий журнальный столик и, придвинувшись, обхватил рукой худенькие плечи. — Нет ничего плохого в том, чтобы видеть кошмары или бояться. Особенно после того, что случилось в Монтане. Это было очень страшно и тяжело, и я не хочу, чтобы ты делала вид, что всё хорошо, когда это не так.

«Лицемер».

Джейсон проигнорировал тихий голос в голове. Да, может, он и лицемер, но со своим дерьмом он разберётся позже. Мэгги важнее.

Дочь фыркнула:

— Но я не хочу говорить об этом всё время! Мне приснился дурацкий сон, что я замерзаю в реке, но сейчас я в порядке. Я просто хочу, чтобы всё снова было хорошо. Как раньше.

— Я знаю. И нам не нужно говорить об этом постоянно. Давай хотя бы иногда. Бабушка и дедушка предложили оплатить хорошего врача, который знает всё о таких вещах. Держать эмоции в себе и не говорить о них — очень вредно.

— А что насчёт тебя? Насчёт того, о чём не говоришь ты?

— Я… — сломлен. — Ладно, ты права. Мне тоже нужно с кем-нибудь поговорить о Монтане.

— Я имею в виду не только Монтану. — Мэгги заёрзала, подёргав ногой. — Мама была твоей девушкой?

У Джейсона ёкнуло сердце.

— Э-э-э, нет. Твоя мама была моей лучшей подругой, и я очень её любил, но она не была моей девушкой. Нам было любопытно, поэтому мы занялись сексом. Мы хотели посмотреть, на что это похоже.

Когда в начале прошлого года Мэгги начала настойчиво расспрашивать, Джейсон пошёл на хитрость и взял в библиотеке несколько книг по сексуальному воспитанию. Эту литературу они прочитали потом вместе. Джейсон не хотел, чтобы у дочери оставались вопросы, поэтому постарался обсудить всё максимально открыто простым языком.

— Почему у тебя нет девушки? И почему ты не ходишь на свидания? Ты никогда не ходил.

У Джейсона пересохло во рту.

— Ну, я просто не встретил подходящего… человека.

— «Подходящего человека», — повторила дочь. — Пап, ты гей?

— Я… — «Нужно быть честным. Нужно рассказать правду». — Но сжатое горло не выдало ни звука.

— В больнице я видела, как вы с Беном целовались. Я должна была спать, но проснулась и увидела вас в зеркале.

— Ох. — «Скажи что-нибудь! Найди нужные слова и скажи!»

— Я всё равно сильно люблю тебя, даже если тебе нравятся мальчики. — Мэгги посмотрела на него очень серьёзно. — Ты ведь это знаешь, да?

С груди Джейсона будто убрали целую глыбу, дав наконец свободно вдохнуть.

— Знаю, детка. Да, я гей. На самом деле я долго этого не осознавал, иначе сказал бы тебе раньше.

— Бен — твой парень?

— Э-э-э… — А Мэгги не ходила вокруг да около. — Я не уверен.

— Почему? Бен потрясающий. В чём тут ещё сомневаться? — спросила она, нахмурившись.

— Не всё так просто.

— Вы же нравитесь друг другу? Почему это должно быть трудно?

— Мы живём на расстоянии в тысячи миль. Многое нужно выяснить.

— Мы никогда его больше не увидим? Почему он со мной не попрощался? — В жалобном хныканье Мэгги ясно послышалась боль. — Почему он не навестил меня до того, как мы уехали в аэропорт? Он злится?

— Нет, детка. Когда мы уехали, всё произошло быстро, и Бену пришлось вернуться к работе.

— Но он был там и не попрощался. Что, если я больше никогда его не увижу? Разве ты не хочешь его увидеть?

В памяти всплыли улыбка и негромкий смех Бена, покалывание грубой щетины на коже, прикосновение его губ и рук. От путаницы противоречий внутри Джейсон начал задыхаться. Вот он непреклонен: он не нуждается ни в чьей заботе. И в следующий миг он уже хочет ощутить силу рук мужчины, который видел Джейсона беззащитным и всё равно хотел.

— Он тебе ещё нравится? — спросила Мэгги.

Когда разум чётко ответил: «Я люблю его», сердце сжалось. Вцепившись пальцами в диван, Джейсон выдавил:

— Угу.

«Я люблю его?»

— Разве ты не хочешь его увидеть? Чего ты боишься?

У Джейсона не нашлось подходящего ответа.

— Я не знаю.

Дочь вскочила:

— По-моему, ты ведёшь себя как кретин.

— Мэгги! Не говори со мной так. — «Даже если ты права».

— Я пойду поиграю с Максом.

— Что? Нет. Я не хочу, чтобы ты выходила наружу.

Девочка фыркнула:

— Это не снаружи. Он живёт внизу. Я хочу его увидеть. Хочу поиграть.

Джейсон открыл было рот, чтобы возразить, но тут же захлопнул его обратно. Когда Мэгги пропадала из поля зрения больше, чем на несколько минут, парню становилось не по себе. Но хорошо, что она хотела играть с другом и заниматься обычными делами. Джейсон скоро вернётся на работу — нужно оплачивать растущую гору счетов — и не сможет брать дочь с собой. Надо смириться с реальностью: невозможно присматривать за ней постоянно, да и Мэгги этого не хотела.

Джейсон встал:

— Ладно. Давай оденемся, я провожу тебя вниз и поздороваюсь с миссис Лейн.

Мать Макса, с тёмными кудрявыми волосами, распущенными по плечам, до сих пор одетая в пижаму, поприветствовала Мэгги крепкими объятиями. Затем обняла стоящего неподвижно Джейсона, пока дети наперебой планировали, какой форт будут строить.

Парень попытался улыбнуться:

— Привет, Кристи. Ты точно не против вторжения Мэгги?

Кристи широко улыбнулась:

— Смеёшься? Она часами развлекает Макса и Мэдисон своими выдумками, хотя Мэдисон почти ничего не понимает. — Её улыбка погасла. — Как ты?

— Нормально. У меня всё отлично.

Недоверчиво приподняв бровь, Кристи сказала:

— Слушай, я знаю, что мы никогда ни о чём не говорили. Только о погоде и детях. Но я здесь, если тебе нужно выговориться. Я знаю, что ты прошёл через ад.

У Джейсона перехватило горло.

— Да. Спасибо.

Кристи была права: они никогда не говорили ни о чём серьёзном, хотя соседка с мужем не раз приглашала его выпить или поужинать семьями. Джейсон всегда отказывался. Чего он так боялся?

«Что они увидят: я недостаточно хорош и едва справляюсь. Что я плохой отец».

— Позвонишь, чтобы я её забрал, когда она будет готова? — спросил Джейсон. — Знаю, тут всего один этаж, и я кажусь параноиком, но…

Кристи сжала его руку:

— Я понимаю. Я её провожу.

В кармане зажужжал сотовый, и на экране появился мгновенно узнаваемый номер из детства.

— Спасибо, Кристи. Мне нужно…

Она махнула рукой, и Джейсон, преодолевая на лестнице сразу по две ступеньки, поднялся в свою квартиру. Войдя внутрь, он захотел только одного: закрыть шторы, лечь в постель и ни о чём не думать.

Телефон в руке снова зажужжал, и Джейсон чуть его не выронил. Мать всегда так делала: звонила дважды, потом присылала сообщение. Он мог оставить без ответа и этот звонок. Мог притвориться, что ничего не изменилось, и снова годами не признавать свою семью, мог держать себя в руках и считать, что всё нормально.

Сделав глубокий вдох, Джейсон провёл пальцем по экрану — будто прыгнул с обрыва.

— Алло?

***

Остановившись на красный свет, он в сотый раз спросил себя, не сошёл ли с ума, согласившись поужинать в доме родителей. Но мама по телефону была очень настойчива, кроме того, родители оплачивали лечение Мэгги у психотерапевта, поэтому просьба поужинать вместе выглядела вполне разумной.

По радио играл известный поп-хит, и Джейсон, убавив громкость, взглянул на Мэгги на заднем сиденье:

— Что думаешь насчёт сегодняшнего вечера?

В зеркале заднего вида дочь пожала плечами:

— Всё нормально.

Она избегала его почти весь день, и Джейсон ей это позволял, но пришло время разобраться.

— Да ладно, это не настоящий ответ.

Девочка закатила глаза, но через несколько мгновений спросила:

— Зачем они нас вообще пригласили? Я думала, они нас ненавидят.

—Мэгги. Мы об этом говорили. Они вовсе нас не ненавидят. Я думал, ты поняла, что произошло, когда ты была совсем маленькой. Они просто считали, что будет лучше, если тебя вырастят они.

— Потому что они дураки.

— Эй! Никаких оскорблений. Они думали, что знают лучше, и были упрямы.

— Они ошибались.

— Да. Ошибались, и теперь это поняли. — Джейсон хотел верить родителям, очень хотел, но не был уверен, что сможет. Не полностью. Не после того, как они привлекли адвокатов и судью, чтобы отобрать у него ребёнка.

Но Джейсон попытается.

Впервые с подросткового возраста он проехал по улицам своего старого района. Некоторые дома выглядели так же, и он поворачивал по памяти, едва взглянув на указатели. Теннисный корт, странно втиснутый перед домом Карсона Уитмера, исчез, его заменил участок с пышным газоном и скульптурными клумбами.

Парковый рукотворный холм в детстве казался огромным. Он катался там с Тимом на санках. А теперь холм выглядел до смешного крошечным. Неужели он всегда был таким маленьким?

Когда в сгущающихся сумерках Джейсон поехал по знакомой старой улице, в животе всё сжалось. Свернув налево на подъездную дорожку, парень припарковался за сверкающим чёрным внедорожником — слишком большим для тех, кто редко выезжает за пределы города. По крайней мере, когда-то давно они не ездили по просёлочным дорогам.

— Это здесь? — спросила Мэгги и, вытянув голову, посмотрела наверх. — Это же особняк.

Джейсон заглушил двигатель и осмотрел дом. Двухэтажный в тюдоровском стиле — бежевый кирпич, коричневые деревянные рейки на белых стенах — с гаражом на две машины. Вдоль дорожки из плитки изгибались идеально оформленные клумбы, а лужайка простиралась вплоть до соседнего дома.

— Да. Наверное, так и есть. Никогда об этом не думал.

— Ты, правда, жил здесь?

Джейсон снова осознал: он много принимал как должное.

— Да. Это был просто мой дом. Это было нормально.

Дверь, выкрашенная в красный цвет и казавшаяся ярким пятном среди землистых оттенков, открылась, и наружу вышел молодой человек.

— Кто это? — спросила Мэгги.

Джейсону потребовалось несколько мгновений, чтобы понять: это его брат.

— Это твой дядя Тим, — хрипло произнёс он.

— Серьёзно? Я думала, он намного моложе тебя.

— Моложе. На семь лет. Сейчас ему восемнадцать.

Джейсон видел фотографии брата в «Инстаграме», поэтому не должен был удивляться. Но всё же вид Тима, выросшего в дверном проёме в рубашке и джинсах, плотно облегавших подтянутое долговязое тело, стал сюрпризом. У брата были такие же, как и у него, песочные волосы, только кудрявее, да и стрижка была короткой: по бокам волосы были выстрижены, на макушке оставлена пара дюймов.

— Так мы заходим?

На мгновение Джейсону захотелось повернуть ключ зажигания, включить в старом ржавом шевроле задний ход и уехать не оглядываясь. Но он сделал глубокий вдох, и паника отступила.

— Да.

По пути к двери Мэгги вцепилась в его руку. Тим ждал. На его лице застыло непроницаемое выражение. Он кивнул Джейсону:

— Привет.

— Привет. М-м-м, это Мэгги.

— Да, я догадался. — Брат протянул девочке руку, и его лицо смягчилось. — Привет, Мэгги. Приятно снова с тобой познакомиться.

Перед тем как пожать ладонь Тиму, дочь взглянула на Джейсона.

— Мне тоже. — Она теребила воротник своего любимого фиолетового сарафана.

— О, вы здесь! Мы не слышали, как подъехала машина. — Роберт появился в тщательно отглаженной рубашке с блестящими запонками. Джейсон был рад, что надел свои лучшие брюки и рубашку, хотя по-бунтарски подумывал о свободных штанах и шлёпанцах. Отец произнёс: — Твоя мама как раз наносит последние штрихи на морковные рулеты и тарталетки с карамелизированным луком. Входите, входите.

Роберт проводил их внутрь, неловко пожал Джейсону руку и похлопал Мэгги по плечу. Затем потёр ладони:

— Что вам принести? Мэгги, мы выжали для тебя немного свежего сока. Ты любишь сок?

Взглянув на Джейсона, та молча кивнула.

— Отлично! — слишком громко сказал Роберт. — Джейсон, ты любишь пиво? Вино? Или что-то покрепче?

В нереальности происходящего, где отец предлагал ему выпить, Джейсон понял, что не взял с собой бутылку вина. Так обычно поступали взрослые, когда отправлялись в гости на ужин.

— Э-э-э, что есть. Пиво, наверное?

— Значит, пиво. «Стелла Артуа» подойдёт?

— Угу.

Тим стоял неподалёку. Джейсон очень хотел обнять брата, но не знал, как это сделать, поэтому последовал за отцом в гостиную. Там вскоре появилась мать с подносами, на которых стояли закуски, включая макароны с сыром, явно рассчитанные на вкусовые предпочтения Мэгги. Мать была одета в цветочное платье до колен. Её золотистые волосы были уложены в причудливый завиток.

Неловко поболтав о погоде, бейсбольном клубе «Филлис» и любимых предметах Мэгги в школе, все перешли в столовую. Нос Джейсона уловил аромат говядины и жареного картофеля, нотки розмарина навеяли горько-сладкие воспоминания.

Мать передала Джейсону фарфоровое блюдо:

— Твой любимый сорт картофеля. Помнишь? В этом году в саду так хорошо растут розмарин и шалфей.

Кивнув, Джейсон положил на тарелку дочери всего понемногу. Шелли сидела во главе стола слева от Мэгги, Тим — напротив, а Роберт — на другом конце справа. Люстра над столом была не той, которую помнил Джейсон: вытянутой и более изящной, современной.

Несколько минут все ели молча, затем каждый слишком усердно похвалил еду, хотя приготовленные блюда действительно были очень вкусными. Мэгги ковырялась в тарелке, поедая крохи. Джейсон всегда старался готовить для неё разнообразную еду с большим количеством овощей, но редко что-то столь затейливое. Вырезка была завёрнута в полоску идеально хрустящего бекона.

Мать начала аккуратно нарезать мясо:

— Итак, Джейсон. У тебя есть девушка?

Чёрт. Как раз разговор, которого недоставало.

— Нет. У меня не было времени на свидания.

— О. — Шелли натянуто улыбнулась: — На… фабрике нет девушек твоего возраста? — Слово «фабрика» прозвучало, как «грязный носок», который мать держала двумя пальцами, спрашивая, чей он.

— Нет. — Жуя брюссельскую капусту, Джейсон попытался решить, стоит ли рассказать правду и покончить со всем сразу. Какой смысл во всём этом, если скрывать, кто он на самом деле?

Не дав Джейсону сказать и слова, Мэгги заговорила, окинув бабушку суровым взглядом:

— Почему он должен встречаться только с девочками? Может, ему нравятся мальчики. Знаете, нет ничего плохого, когда мальчикам нравятся мальчики.

После заявления Мэгги в комнате повисла тишина. Родители только моргали. Затем Тим торжествующе рассмеялся:

— Я так и знал.

Наверное, Джейсону следовало рассердиться на Мэгги за подобное разоблачение, но он только облегчённо выдохнул. По крайней мере, всё раскрылось. Он улыбнулся дочери. Отец произнёс:

— О.

Мать всё ещё держала нож и вилку над тарелкой:

— Ну что ж. Мы…

— Думаете, это неправильно? Отвратительно? Грех? — закончил за неё Джейсон, беспокойно стуча ногой по полу. Нужно просто забрать Мэгги и уйти. Это было ошибкой.

— Нет. — Мать нахмурилась, сведя на переносице идеальные брови. — Могу я договорить? — После нескольких секунд молчания она продолжила: — Когда ты учился в школе, мы с отцом сомневались: гей ты или нет. Но потом всё случилось, и мы решили, что ошиблись. Нет, мы не думаем, что это неправильно, отвратительно или грех.

— Сын Бреслинов — гей, — добавил отец. — Капитан команды по гребле в Йеле. Он вообще-то только что выпустился. Мы могли бы вас познакомить.

Джейсон подавил приступ истерического смеха. Должно быть, это сон. С его семьёй, оказывается, всё хорошо.

— Э-э-э, спасибо, но всё в порядке. — Он быстро глянул на Тима: — Ты знал?

Наколов на вилку приличную порцию, брат отправил еду в рот и пожал плечами:

— Типа того. Не знаю почему. Просто предположил. Не скажу, что меня это беспокоило. Всё хорошо.

Мать вздохнула:

— Прошу, не говори с набитым ртом. — Затем обратилась к Джейсону: — Так что, есть парни, которые тебя интересуют? Знаешь, Стивен Бреслин действительно симпатичный.

— Нет! Он будет с Беном. Ни с кем другим. — Мэгги сверкнула глазами, словно бросая вызов любому, кто осмелиться спорить, в том числе Джейсону.

— Бен? — Шелли ободряюще улыбнулась: — Кто такой Бен?

— Бен Хеттлер, — ответила девочка. — Он рейнджер в парке, умный и забавный, и он меня спас.

Родители растерянно моргнули и переглянулись. Мать спросила:

— Тот… мужчина?

— Он вроде немного старше тебя, — добавил Роберт.

Джейсон стиснул зубы — вернулась старая обида.

— Я тоже мужчина. Да, Бен старше, но и я не подросток. За последние восемь лет многое изменилось, и вы не вправе осуждать меня. Вы не можете указывать, с кем мне встречаться. — Он бросил салфетку на тарелку. — Это была плохая идея. Нам пора.

— Вот так просто? — ядовито усмехнулся Тим. — Конечно. Убегай снова. Ты всегда так делаешь.

— Что? — Джейсон фыркнул в ответ, от праведного негодования он вытянулся, расправив спину. — Это неправда.

— Конечно, — отрезал Тим. — От этого парня Бена ты тоже сбежал? Почти уверен, что сбежал.

Джейсон хотел крикнуть: «Не сбежал!», но закрыл рот. Дыхание стало поверхностным: чувство вины жалило с каждым вдохом. Нельзя думать о Бене. Не сейчас.

Сначала нужно разобраться вот с этим. Давно пора.

Глубоко вдохнув, Джейсон отодвинул стул и сказал:

— Мэгги, пойдём со мной.

— Ты что, правда собираешься уйти? — недоверчиво спросил Роберт.

— Конечно, собирается. — Стиснув зубы, Тим сложил на груди руки.

Мэгги смотрела на своего отца широко раскрытыми глазами, и тот попытался улыбнуться ободряюще. Он старался говорить ровным тоном.

— Я отведу Мэгги в комнату. Мэгс, ты сможешь там поесть и посмотреть телевизор, хорошо?

— Я не голодная.

— Ладно. Давай тогда возьмём твою тарелку и молоко на случай, если передумаешь. Нам надо поговорить. Мы недолго.

— Но я хочу остаться!

—Мэгги. Пожалуйста, делай, что тебе говорят, — сказал Джейсон тоном, которым обычно произносят: «Довольно, юная леди».

Шумно пыхтя, девочка взяла стакан и салфетку, а Джейсон — тарелку и приборы, после чего вывел дочь из столовой и повёл по коридору в комнату. Телевизор был больше, чем в воспоминаниях Джейсона, а диван — обтянут бархатистой кожей, совсем непохожей на замшу, которую они с Тимом умудрились поцарапать в детстве.

Произведения искусства остались прежними: латунные гравюры на чёрном фоне из церквей Англии, артуровские воины с мечами и благочестивые дамы в длинных струящихся платьях. Джейсон вспомнил, как свернувшись калачиком устраивался на замшевом диване рядом с отцом, и тот рассказывал ему истории о рыцарях и девах.

— Пап?

— А-а-а. — Джейсон встряхнулся и, расположив Мэгги на диване, поставил поднос ей на колени. Потом включил телевизор и запустил на «Нетфликсе» эпизод с Дэвидом Аттенборо о природе. Пока шимпанзе кричали и лазили по деревьям, Джейсон поцеловал Мэгги в макушку: — Я скоро вернусь. Мне нужно кое-что с ними обсудить.

Дочь кивнула:

— Ладно. Я не буду подслушивать. Хотя мне очень хочется.

Он рассмеялся, и давление в груди немного ослабло.

— Спасибо. Ты хорошая девочка. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Джейсон закрыл за собой дверь. В столовой он обнаружил, что члены семьи так и сидят на своих местах, не притронувшись к еде. В воздухе чувствовалось напряжение. Джейсон сел. Тим с другой стороны стола уставился в свою тарелку.

— Мне кажется, что для вас это выглядело так, словно я сбежал, — сказал Джейсон.

Мать резко возразила:

— О, нет. Нет, Джейсон, это не выглядело. — В её глазах заблестели слезы: — Ты просто ушёл! Сбежал! Мы проснулись, а вы с Мэгги исчезли. Ты хоть представляешь, как это страшно? Ни записки. Ничего! Ты опустошил свой банковский счёт, и всё. Ты исчез. Мы не знали, жив ты или мёртв.

Джейсон фыркнул:

— Не драматизируй.

— Я не драматизирую. — Она вытерла глаза. — Не знать, где твой ребёнок, в безопасности он или нет, — ужасно. Теперь ты наверняка это понимаешь, особенно после случившегося в Монтане.

Внутри всё сжалось.

— Это не одно и то же.

— Каждую ночь лёжа без сна, мы молились, чтобы с тобой всё было в порядке. — Мать отпила из бокала вина, расплескав красную жидкость. — В голову то и дело лезли ужасные вещи, которые могли случиться. Когда мы вас разыскали, то были в бешенстве.

Потом заговорил отец:

— Джейсон, мы боялись. Боялись за тебя и этого милого ребёнка. Ты принимал необдуманные решения, и хотя тебе исполнилось восемнадцать, мы не считали тебя достаточно взрослым, чтобы быть ответственным родителем. Поэтому да, тогда мы обратились в суд, потому что полагали, что ты не оставил нам выбора.

— Нет. Нет, не перекладывай это на меня. Вы уже говорили о том, чтобы забрать Мэгги. — Джейсон сердито посмотрел на мать: — Я слышал тебя. По телефону. Ты сказала: «Мы должны объявить, что Джейсон непригоден быть отцом».

Мать открыла рот и закрыла.

— Но это было всего лишь обсуждение. Мы хотели знать варианты. Мы были разочарованы. Мы злились. Да, мы ошибались. В то время мы действительно думали, что для тебя и Мэгги будет лучше, если мы оформим опекунство. Но мы не собирались обращаться в суд. Нам хотелось бы этого в последнюю очередь.

— Но именно это и произошло, — сказал Тим. Он перевёл взгляд с родителей на Джейсона и обратно. — Как вы умудрились всё испоганить?

—Тимоти.

Тим громко рассмеялся:

— Что, мам? Следить за языком? Я думаю, мы все уже достаточно взрослые, чтобы с этим справиться. Так что давайте раскроем карты. Вы, ребята, облажались. По-крупному. И Джей не должен был убегать, не позвонив и не сказав хотя бы, что с ними всё окей. — Затем обернулся к Джейсону и добавил: — Чувак, это реально отстой. Ты даже мне не позвонил. Я понимаю, почему ты злился на них. Но я-то что сделал?

— Ничего, клянусь. — Джейсон ненавидел боль, которая отразилась на лице брата.

— Я был ребёнком, а ты просто сбежал. Разве ты не заботился обо мне? Я знаю, что был надоедливым. Воровал твои видеоигры, захламлял ванную, съедал последнее печенье…

— Нет! Дело было не в тебе. Ты не сделал ничего плохого. — Джейсон провёл рукой по волосам, пытаясь подобрать правильные слова. — Я писал тебе, но они сменили твой номер.

— Это было только после судебного разбирательства, — сказал Роберт.

— Я просто… Я не хотел тебя впутывать. — Джейсон скривился от своего жалкого оправдания.

— Как будто я не был впутан. — Тим покачал головой. — Чувак, я был. Поверь. Я не мог ничего сделать. Я не мог никуда пойти. Они напоминали параноиков, постоянно думали, что со мной тоже что-то случится. Мало того, что мой брат исчез, не сказав и слова, так ещё и я застрял здесь без тебя. А после того как ты получил опеку, они сосредоточили всё внимание на мне. — Он глянул на родителей: — Знаю, вы не хотели меня душить. Но иногда это было слишком.

— Я понимаю, — кивнул отец.

Тим продолжил:

— Но настоящая проблема в том, что никто из вас не пытался это исправить.

Слова повисли в сгустившейся тишине. Все уставились друг на друга. Когда-то они были семьёй, несовершенной, с кучей изъянов, но все же семьёй. Теперь они были чужими, и в этот момент Джейсон осознал, как много потерял. Как много они все потеряли.

Тыкнув пальцем в Джейсона, Тим выдал обвиняюще:

— Ты настолько сильно хотел доказать, что взрослый. Ясное дело, ты надрывался, воспитывая Мэгги. Но разве взрослые не должны быть зрелыми и отпустить обиды? Ладно, мой номер телефона изменился. И что? Ты просто сдался? Что, другого способа связаться не было? Не похоже, чтобы ты не знал, где я живу.

Ёрзая от жгучего стыда, Джейсон прошептал:

— Ты прав. Прости. Я слишком погрузился в собственную боль. Я во что бы то ни стало хотел доказать, что ни в ком не нуждаюсь и что все ошибаются. Я не думал о твоих чувствах. — Произнести это вслух было всё равно, что проглотить битое стекло. — Я говорил себе, что ты связался со мной, если бы захотел. Я переложил ответственность на тебя. Это несправедливо.

Тим тяжело сглотнул:

— Я понимаю, что лицемерил, потому что не связался с тобой, когда стал старше. Но я очень боялся, что ты повесишь трубку или захлопнешь у меня перед носом дверь. Так что я тоже не пытался.

Джейсон взглянул на брата и родителей, трёх человек, которые когда-то были ему самыми близкими на свете.

— Не важно, чья это вина, или кто что из нас сделал. Давайте исправим всё сейчас и двинемся дальше. Что скажете?

— Давай, — ответили они в унисон.

Мать принесла десерт: клубничное пирожное со свежими сливками — любимое блюдо Джейсона с детства, и все присоединились к Мэгги, балансируя чашками на коленях и наблюдая, как шимпанзе роются в земле в поисках термитов. Жизнь превратилась в череду сюрреалистических моментов.

Мысли о Бене кружили, как акулы вокруг добычи, усиливая чувство вины. Тим был прав. Джейсон определённо сбежал. После всего случившегося — и ужасного, и удивительного — он лихорадочно отступал, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие нормальной жизни. Любую кроху контроля, за которую можно ухватиться после того, как почти потерял Мэгги и с трудом её вернул.

Даже сейчас хотелось свернуться калачиком и заснуть, хотя бы ненадолго, чтобы не думать.

— Надо же, какие они умные. Вон как они используют палки, — проговорила Шелли.

Джейсон сосредоточился на экране телевизора, а Мэгги заметила:

— Никто не знал, что они используют инструменты, пока Джейн Гудолл их не увидела. Я писала по ней работу.

— Как интересно! — Шелли улыбнулась. — Мы бы с удовольствием посмотрели твою работу.

С семьёй предстояло ещё многое обсудить. Джейсону было неловко, каждый шаг приходилось делать с осторожностью. Но впервые за много лет в окружении родителей и брата, с прижавшейся к боку Мэгги Джейсон почувствовал, что всё было началом.

ГЛАВА 19

— Э-э-э, привет. Тим? — Слишком плотно прижимая телефон к уху, Джейсон напомнил себе, что нужно дышать. «Сядь и успокойся».

— Джей?

Поправив солнцезащитные очки под слепящими утренними лучами, Джейсон сел на скамейку и, сняв шлёпанцы, поставил стопы на мягкую свежескошенную траву. Мэгги и Макс качались на турниках на детской площадке.

— Да. Ты занят? Вчера вечером у нас не было возможности поговорить наедине.

Тим помолчал, затем осторожно спросил:

— О чём ты хочешь поговорить?

«Отличный вопрос».

— Э-э-э, чем ты занимался?

— Со вчерашнего вечера или с подросткового возраста? Предподросткового тоже, кстати.

Джейсон неловко поёрзал, подбирая пальцами ног остатки сухой травы.

— Прости.

Тим вздохнул:

— Да ладно. Я должен всё отпустить. Моя девушка, Риган, говорит, что мне нужно освободиться от прошлого, иначе я упущу возможность создать прекрасные воспоминания для будущего. Она увлекается йогой, медитацией и тому подобным. Пьёт много смузи. Сжигает много благовоний.

Имя прозвенело в памяти звоночком.

— О, точно. Рыженькая такая, с которой ты ходил на выпускной бал? Она действительно хорошенькая. Как давно вы вместе?

— С первого курса. Она поступает в Калифорнийский университет в Санта-Круз, а я — в Гарвард, так что посмотрим, что будет дальше. Как ты узнал, что мы ходили на выпускной?

Джейсон подгрёб пальцами ног больше сухой травы.

— Твой «Инстаграм». Я уже некоторое время на тебя подписан.

— А-а-а. Окей.

Пока тянулось молчание, Джейсон искал, что бы сказать.

— На чём будешь специализироваться?

— Понятия не имею. Не бизнес и не юриспруденция точно. Вообще-то мама с папой не против. Они говорят, что я могу делать всё, что приносит мне счастье.

— Ого. Времена изменились.

Тим немного помолчал, а затем тихо ответил:

— Это точно.

— Я рад. — Снова повисла тишина. Джейсон попытался подобрать слова. «Скажи то, что нужно! Ладно, скажи хотя бы что-нибудь. Говори!» И он выпалил: — Э-э-э, может, дашь мне совет?

Последовала пауза.

— Серьёзно? Конечно.

— Круто. — Джейсон попытался сформулировать вопрос, но мысли в голове кружились в бесполезном хороводе.

— Э-э-э, Джей? Вот сейчас твоя очередь говорить.

Джейсон нервно хохотнул:

— Я знаю. Прости. Я в этом полный профан.

Тим тоже рассмеялся:

— Это точно, бро. Где ты? Я слышу визги.

— В парке с Мэгги и её другом.

Дети катались на качелях, болтали своими ножками и, подбадривая друг друга, пытались взлететь всё выше и выше.

— Папарацци прячутся в кустах?

Джейсон усмехнулся, но огляделся:

— Я никого не вижу. Я не Бред Питт. Думаю, они нашли кого-то другого.

— Возможно, ты скоро узнаешь. Это круто, что Мэгги не против выйти на улицу. Я, наверное, спрятался бы под одеялом.

— Не буду врать, для меня это тоже очень заманчиво. Но мои… — Джейсон откашлялся. Уже очень давно он говорил не иначе, как «мои родители», если его спрашивали о семье в неловких разговорах. — Ну, мама и папа собираются оплатить Мэгс психолога. И это замечательно.

— Что насчёт тебя? Без обид, но я думаю, тебе тоже не помешало бы провести немного времени на кушетке.

Джейсон рассмеялся:

— Я не обиделся. Наверное, ты прав. Я подумаю над этим.

— Мама с папой заплатили бы и за тебя.

— Я знаю. Думаю, мне нужно сначала поговорить со своими друзьями. Может, с тобой, например? Ну, ты же мой брат, но… я был бы рад, если бы мы могли стать и друзьями. — Сердце глухо забилось.

— Я тоже.

Выдохнув, Джейсон сказал:

— Спасибо. Тут моя соседка предложила меня выслушать. Она очень милая, но было бы странно перейти от «Да, сейчас на удивление холодная весна» и «Тебе управляющий говорил о новых контейнерах для мусора?» к вываливанию всего хлама из моей головы.

Тим мягко рассмеялся:

— Да, я понимаю. Так что вперёд. Вываливай.

— Точно?

— Чувак, выкладывай.

— Погоди. — Джейсон крикнул детям: — Мэгги! Не прыгай с качели! Мне всё равно, что Макс это только что сделал! И, Макс, не делай так больше! Ты знаешь правила. — Ехать в травмпункт совсем не хотелось. — Тим? Прости.

Тим только рассмеялся:

— Слушай, так странно, что ты отец. Ты говоришь, как настоящий взрослый.

— Ну, я стараюсь. — Джейсон пошуршал стопами в траве. — Э-э-э… Ладно, ты был прав насчёт Бена — рейнджера, которого мы встретили. Я совершенно точно от него сбежал. Это было словно… Наверное, он подобрался слишком близко. Так много всего произошло за несколько дней, когда Мэгги пропала, и мы отправились на её поиски. С Беном всё стало… напряжённым. Потом внезапно появились мама и папа, и это было похоже на…

— Перегрузку в цепи?

Джейсон улыбнулся:

— Угу.

— Ничего удивительного. Как вы расстались с Беном?

— Я сказал ему, что мне нужно время, и мы отправили друг другу несколько жалких СМС. Не знаю. Может, он больше не хочет быть со мной. Мы едва друг друга знаем.

— После всего, через что вы прошли? Да это же была экспресс-версия знакомства. Словно вы сходили на пятьдесят свиданий. Стрессовых, дерьмовых, опасных для жизни свиданий.

Джейсон хмыкнул:

— Интересная точка зрения на ситуацию.

— Когда ты в последний раз встречался с парнем? У тебя раньше были серьёзные отношения? При условии, что ты сейчас серьёзно относишься к Бену.

— Серьёзно. Уж точно. — Послышался пронзительный крик птиц, и Джейсон проследил взглядом за дружно взлетевшей стаей. — У меня никогда не было серьёзных отношений. Или, х-м-м… любых отношений. Или свиданий. Или ещё чего-то похожего. Вообще. Я тут по уши увяз.

Тим присвистнул:

— Ого. Ладно, это круто. Ты старался стать суперпапой, поэтому был занят. Я понял. Значит… э-э-э… если у тебя всё это время не было даже близких друзей, не говоря уже о парне… Ты когда-нибудь кому-то доверял? Как я Риган, например. Я не знаю, она ли та самая, но я ей доверяю. Я мог бы рассказать ей что угодно. Она крепкая, понимаешь? Иногда витает в облаках со всей своей любовью и миром во всём мире, но она сильная. Я могу на неё положиться. Что насчёт тебя? Ты когда-нибудь доверял кому-то так же?

Воспоминания начали накатывать по нарастающей: морщинки вокруг глаз Бена, подпевавшего Уиллу Смиту на Дороге к солнцу; тепло крупного тела, когда в лесу бесконечной чёрной ночью Бен прижимал Джейсона к себе, укрывая от самого страшного ветра; сладкие отчаянные поцелуи, которые пробуждали тело Джейсона к жизни.

— Да, — прохрипел парень сдавленным горлом.

— Полагаю, это Бен, раз ты говоришь так, будто вот-вот расплачешься?

Выдохнув лёгкий смешок, Джейсон ответил:

— Да. Он… Он был к нам добр. А после того, как всё случилось, он стал для меня настоящей стеной. Не представляю, что бы я без него делал. — Во рту пересохло, и парень сглотнул. — Без него я больше не знаю, как быть. Я много лет справлялся сам, а теперь чувствую себя таким слабым. — Джейсон задрожал под ярким солнцем.

— Нуждаться в ком-то — это не слабость. Тебе просто нужно набраться смелости, чтобы довериться этому парню. Опусти щиты. Поговори с ним откровенно. Если будешь прятаться за отговорками и упустишь возможность быть с ним, то замучаешься думать: а что если. Перестань убегать. Трудно сказать, как всё обернётся, но ты, по крайней мере, будешь знать.

— Ты прав. Ты совершенно прав. — Джейсон почувствовал, как его наполняет спокойная надежда. Он не отдаст Бена без боя. И больше не будет мешать самому себе.

Моргнув, Джейсон понял, что у скамейки стоит Мэгги и смотрит на него вопросительно. В трубку он проговорил:

— Подожди, — а затем спросил дочь: — Милая, всё хорошо?

— Угу. Почему ты так широко улыбаешься?

— Потому что твой дядя вырос по-настоящему умным.

— Это он? Привет, дядя Тим! Мы собираемся за мороженым!

Тим рассмеялся Джейсону в ухо:

— Передай ей привет и скажи на будущее, что я обожаю «Рокки Роуд».

— Скажу. Поговорим позже, ладно?

Оба отключились. Джейсон посмотрел на Мэгги с напускной строгостью, пока Макс, услышав мелодичное пиликанье фургона мороженщика, мчался в их сторону чуть ли не кувыркаясь колесом. По какой-то причине дети всегда слышали этот сигнал за милю. — Кто сказал, что мы собираемся есть мороженое?

— Ну, пожалуйста! — начала просить дочь, сложив ладони вместе. Макс её поддержал.

Джейсон купил им и себе ванильные рожки, и испачкал лицо в шоколаде, точно так же как дети.

По пути домой тело гудело от желания сделать колесо: Джейсон собирался позвонить Бену и поделиться своими чувствами.

Как только придумает, как это сказать.

***

Это была огромная ошибка.

Бен остановился на тротуаре перед зданием. Мимо прогромыхал автобус, вдалеке раздался гудок. Мужчина сошёл на траву, уступая дорогу огромной детской коляске, и, уставившись на коричневую кирпичную стену, начал размышлять, в каком из блоков живёт Джейсон с Мэгги.

Не выдержав ещё одной одинокой ночи в коттедже, Бен совершил самую большую спонтанную покупку в своей жизни — глупо дорогой билет на самолёт. Заполучив жесточайший недостып с красными глазами и пережив две пересадки, Бен теперь смотрел на дом Джейсона.

Найти адрес в Интернете оказалось пугающе легко. Бен знал, что следовало хотя бы позвонить, прежде чем появляться, но он твердил себе, что сделает это в следующем аэропорту. Потом — в такси. И вот сейчас он стоял на узкой полоске газона между тротуаром и рядом кустов, сжимая телефон во влажной ладони.

Был поздний полдень. Небо вдали затянулось грозовыми тучами, насыщенный влагой воздух стал вязким, обещая скорый дождь. По позвоночнику стекал пот. Рукава тонкой клетчатой рубашки были закатаны до локтей. До этого момента план Бена выглядел вполне разумно. Хотя, по сути никакого плана не было. Была идея: просьбой или мольбой уговорить Джейсона дать ему шанс. Дать шанс им.

Джейсон был молод, напуган и взвинчен. Бен должен бороться за их возможное совместное будущее. Он ещё раз приведёт свои доводы, и если Джейсон скажет «нет», то тогда всему, действительно, конец. Но, по крайней мере, Бен не будет мучиться вопросом «а что если» и жить с сожалением о несделанной попытке.

Расправив плечи, мужчина сунул телефон в карман и сделал один шаг. Потом ещё и ещё, огибая кусты и сжимая в руке лямки рюкзака. В фойе он просмотрел список фамилий с кнопками напротив. Нужная нашлась быстро. Палец завис в воздухе.

Келлерман 404.

В этот момент кто-то вышел из здания, открыв закрытую на замок дверь. Бен поймал её и проскользнул внутрь. Пока ещё была возможность развернуться и уйти. Джейсон никогда не узнает, что Бен приходил. Уф-ф-ф. В этот момент он почувствовал себя ненормальным сталкером. Нет, он уже пришёл. Он поговорит с Джейсоном, и тогда будь что будет.

Приняв решение, мужчина поднялся скрипучим лифтом на четвёртый этаж. Решительным шагом направился к квартире 404 и постучал, не дав себе шанса струсить. Послышались приближающиеся шаги. На глазок упала тень, и сердце Бена заколотилось.

Дверь распахнулась. На пороге появился Джейсон с отвисшей челюстью.

— Бен? Ты… Ты здесь?

Уронив рюкзак, Бен заговорил, жестикулируя трясущимися руками:

— Если ты меня выгонишь, я пойму. Мне просто нужно было увидеть тебя лично. Я не мог отказаться, не попытавшись. Не мог отказаться от нас.

Когда Джейсон только уставился в ответ, Бен продолжил:

— Я всё время думаю о тебе и Мэгги. Я понимаю, что мы знакомы всего несколько дней, но я никогда в жизни не испытывал таких сильных чувств. Ты не ребёнок. Ты смелый, красивый и замечательный мужчина. Но я правда хочу о тебе заботиться. Я хочу защищать тебя от любого, кто может причинить боль. Я хочу обнимать тебя ночью и знать, что ты в безопасности. Я хочу быть уверенным: ты счастлив, ты смеёшься, и у тебя есть всё, о чем ты мечтал.

Джейсон по-прежнему смотрел, не произнося ни звука.

Во рту пересохло, но Бена уже понесло:

— И это не потому, что я считаю тебя слабым. Тебе пришлось очень рано повзрослеть. У большинства не хватило бы духу оставить Мэгги. Растить её, пожертвовав всем остальным. Ты очень сильный, я таких почти не встречал, но я всё равно хочу о тебе заботиться. Может, это неправильно, но я так чувствую. — Бен постучал рукой по своей груди. — Я чувствую это искренне. И хочу заботиться о вас обоих. Я хочу разделить с вами свою жизнь. Вы с Мэгги появились, когда я совсем не ждал, и заполнили пустоту, которая была во мне так долго.

Джейсон всё так же молчал. Он будто замёрз, лишь его грудь быстро поднималась и опускалась.

— Я думаю, вместе нам могло бы быть хорошо. Благодаря тебе я снова радуюсь жизни. Я готов исследовать мир, делиться всем и по-настоящему жить. В своей жизни мы встречаем сотни — тысячи — людей. Они приходят и уходят. Но встретив тебя, я почувствовал, как между нами проскочила искра. Я не знаю, химия это или чистое везение, но я не хочу тебя отпускать. Я знаю, что взять и появиться здесь было неправильно…

Подавляя рыдание, Джейсон бросился вперёд и, чуть не свалив Бена, обхватил его руками. Тот сжал парня в ответ, пытаясь передать объятиями всю любовь своего сердца.

Джейсон судорожно выдохнул:

— Не могу поверить, что ты здесь. Я набирался смелости, чтобы позвонить тебе и рассказать о своих чувствах. А ты уже здесь. — Он крепче сжал Бена. — Боже, я тоже этого хочу, — прошептал Джейсон, поднимая голову. Его глаза ярко сверкали. — Того, что ты сказал.

Свою страстную речь Бен помнил как в тумане.

— Какую именно часть?

Джейсон рассмеялся, и его смех прозвучал восхитительно.

— Все!

От облегчения мужчина тоже рассмеялся:

— Со мной? Для тебя это всё в новинку, и ты можешь найти кого-то другого. Кого-то ближе к тебе по возрасту. Кого-то… Я не знаю. Лучше.

— Лучше тебя? — Джейсон энергично замотал головой. — Это невозможно. Ты смелый и верный, и ты не высмеиваешь меня за то, что мне нравится Уилл Смит. Ты, ты… Ты терпеливо отвечаешь на миллион вопросов Мэгги, и ты такой сексуальный, что мне так и хочется вцепиться в тебя, как мартышка в дерево, и потереться. Ты — всё, что я хочу. Я об этом даже не подозревал.

— Я твой. Весь.

Джейсон цепко схватился за бока Бена:

— Я думал, что я неудачник, раз не справлюсь сам. Я ошибался. Я больше не хочу быть один. Я хочу быть с тобой. Хочу, чтобы мы втроём были вместе.

Задрожав, мужчина снова обнял парня, уткнулся лицом ему в шею и пробормотал:

— Я тоже больше не хочу быть один. Господи, Джейсон. Я так по тебе скучал. По вам обоим. Я не думал, что смогу так быстро влюбиться.

Джейсон отстранился и всмотрелся в загорелое лицо:

— Влюбиться?

— Совершенно верно. — Чувство освещало Бена изнутри так сильно, что тот был уверен: свет пробивался наружу. — Да.

— Я тоже тебя люблю. Люблю. — Удивляясь самому себе, Джейсон рассмеялся: — Бен, правда, люблю.

— Теперь можно тебя поцеловать?

Джейсон энергично кивнул и увлёк мужчину за порог:

— Конечно. Всё, что хочешь.

Когда они жадно сблизились, Бен приник к губам Джейсона. Умудрившись каким-то чудом закрыть дверь, он прижал парня к ней спиной и, проведя руками по его груди, забрался горячими ладонями под одежду, стремясь к тёплой коже.

Джейсон раздвинул ноги, и Бен втиснул между ними своё бедро. Оба уже были возбуждены, и мужчина в предвкушении сжал твёрдый член парня через джинсы. Но тут в голову пришла неожиданная мысль, и Бен отпрянул:

— Где Мэгги?

Тяжело дыша, Джейсон ответил:

— Внизу. Дома у друга. Не останавливайся.

— Уверен? — «Прошу, скажи "да"».

— Знаю, в отеле я испугался, но да. Уверен на сто процентов. Сто десять, если говорить словами спортсменов.

— Я разочарован, что не сто двадцать.

Задыхаясь от нехватки воздуха, истосковавшиеся, мужчины целовались, смеялись и тёрлись друг о друга. Джейсон толкался в руку Бена, глухо и гортанно урча. Тот же прижимался так, будто пытался слиться с Джейсоном, залезть ему под кожу. Будоражащее до отчаяния чувство выбивало внутри Бена барабанную дробь, подобно хлеставшему по окнам дождю.

Слишком много одежды. У Бена не было столько времени. Быстро справившись с пуговицами и молниями, он стянул с обоих нижнее бельё так, чтобы обхватить кулаком налитые члены. Мужчины в унисон застонали. Бен сплюнул на ладонь и, прижимая стволы вместе, стал поглаживать их в такт своим толчкам бёдрами.

— О боже. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — простонал Джейсон, зажмурив глаза.

Бен ласкал горячие напряжённые стояки, снова целуя Джейсона и засасывая его язык. Затем отстранился и тяжело дыша проговорил:

— Я здесь. Мы вместе. Открой глаза.

Джейсон послушался и с тихим вздохом кончил, не сводя взгляда с Бена. Тот ускорился и через несколько секунд, задрожав, словил первую волну оргазма. Изливаясь, Бен уткнулся лицом во влажную шею парня и с выбивающим стаккато сердцем продолжил двигать рукой, выжимая обоих до последней капли.

В ложбинку у горла стекла бисеринка пота. Бен подобрал её языком, потом поднял липкую руку, испачканную смешавшимся семенем, и начал вылизывать пальцы. От солёного мускусного сочетания поджались яйца. Джейсон смотрел не мигая. Его зрачки до сих пор были расширены, губы краснели от поцелуев, а кожа горела от щетины Бена.

Когда мужчина подхватил последнюю каплю, парень взял его лицо в ладони и поцеловал, долго и медленно вылизывая рот. Затаив дыхание, Бен щедро делился с Джейсоном их общим вкусом и чувствовал, что это было настоящим обещанием.

ГЛАВА 20

Послышался звук открывающейся входной двери, а потом голос Мэгги:

— До свидания, миссис Лейн!

В ванной Бен с Джейсоном, рассмеявшись, отскочили друг от друга. Они привели себя в порядок, а потом целовались неизвестно сколько времени: губы, мокрые поцелуи, шёпот с придыханием. Тихо и идеально. Бен ощущал потребность целовать Джейсона и прижимать его к себе, как необходимость дышать. От этого кружилась голова.

— Пап? Тут в коридоре чья-то сумка.

Бен понял, что они совсем о ней забыли, когда Джейсон сжал его руку, а повёл из ванной. Мэгги, одетая в шорты и футболку, стояла в дверном проёме и хмуро смотрела на старый рюкзак. Она спросила:

— Интересно, почему её оставили здесь?

— Прости, я забыл, — сказал Бен. — Какой-то рассеянный сегодня.

Девочка вскинула голову и молча уставилась на рейнджера. От неуверенности у того всё внутри перевернулось. Вдруг Мэгги не захочет, чтобы он был здесь? Одно дело — Монтана. Но захочет ли Мэгги сделать его постоянной частью своей жизни? У них с Джейсоном даже не было времени поговорить о бытовых делах и вообще о чём-либо ещё.

Мужчина пригладил и поправил волосы.

— Привет, Мэгги. Как дела? Я… я приехал, — запинаясь, закончил он.

Несколько раз моргнув, девочка перевела взгляд на Джейсона, а потом уставилась на Бена.

— Ты приехал? — Круглое лицо озарилось чистой радостью. Мэгги подбежала и обняла мужчину за талию: — Я скучала по тебе!

Крепко её прижав, Бен проглотил комок в горле и поцеловал светлую макушку:

— Я тоже скучал по тебе, милая.

— Ты на меня не сердишься?

— Что? — Дёрнувшись, он глянул на Джейсона, потом присел на корточки и взял Мэгги за руки. — С чего мне сердиться?

— Потому что в больнице я видела, как вы с папой целовались. Я притворилась, что сплю. А потом ты не попрощался, и я подумала, что ты узнал и рассердился.

— Нет, нет, нет. Мне очень жаль, что я не попрощался. Ты не сделала ничего плохого. Окей?

— Окей. — Мэгги неуверенно улыбнулась, посмотрела на отца, а затем снова на рейнджера. — Так вы с папой снова целуетесь?

Улыбка Бена, казалось, осветила каждый дюйм его тела.

— Да. И если ты не против, мы хотим продолжать.

Запрыгав, она захлопала в ладоши:

— Да, да! Это значит, что ты переезжаешь к нам?

— Э-э-э… — Джейсон смущённо улыбнулся. — Хороший вопрос. Нам ещё предстоит об этом поговорить. Обо всём.

Бен выпрямился:

— Определённо. Ребята, у меня есть идея, которую нужно с вами обсудить.

Он забрал свой рюкзак. Мужчины устроились на диване с усевшейся между ними сияющей Мэгги. Бен с волнением прочистил горло. Что, если его идея им совсем не понравится?

«Тогда мы придумаем что-нибудь другое. Неважно, где мы живём, главное — вместе».

Бен медленно вдохнул и выдохнул.

— Во-первых, у меня есть кое-что для тебя, Джейсон. — Он расстегнул молнию на рюкзаке и осторожно достал альбом для зарисовок, уже ровный благодаря прихваченному с собой атласу. — Я хотел отдать его перед вашим отъездом.

Резко втянув воздух, Джейсон взял скетчбук и благоговейно провёл рукой по потрёпанной обложке.

— Спасибо. Я думал, что они потеряны навсегда.

— Нет, лишь немного потрёпаны. — Бен посмотрел на него поверх Мэгги. — Не потеряны.

Джейсон встретился с ним взглядом и неуверенно улыбнулся.

— Вы собираетесь целоваться вот прямо сейчас?

Послышался смех, и Бен чмокнул Джейсона в губы. Мэгги захихикала. Джейсон осторожно положил альбом на журнальный столик и спросил:

— Так, что там у тебя за идея?

Бен достал брошюру «Йосемити», и Мэгги, заёрзав на месте, взглянула на неё с восторгом:

— Мы поедем туда?

— Хочу знать, что вы думаете по этому поводу, — ответил Бен. — После случившегося я не знал, захотите ли вы ещё отправиться в лес.

— Захочу! Мне нравится вдали от города. — Мэгги поморщилась: — Я не позволю плохому человеку всё испортить. Плохие люди есть везде. Но надеюсь, теперь мы будем встречать только хороших.

Джейсон наклонился и постучал костяшками пальцев по столу:

— Я тоже на это надеюсь. — Обращаясь к Бену, он сказал: — Окей, Йосемити. Речь об отпуске?

— Нет, не об отпуске. — В животе запорхали бабочки, кожу начало покалывать. Захотят ли они разделить с ним такое будущее? — В Йосемити ищут нового главного лесничего. Я поговорил об этом с Брэдом, и он считает, что это мой шанс. Он хочет переговорить с тамошними сотрудниками.

Мэгги сморщила нос:

— Мне не нравится Брэд.

Бен рассмеялся:

— Мне он тоже не нравился последние несколько лет, но он правда пытается помочь. И я хочу, чтобы между нами был мир. Очень долгое время Брэд был в моей жизни, поэтому мне неприятна мысль, что всё было зря.

Мэгги, казалось, задумалась.

— В этом есть смысл. Хорошо. Я постараюсь относиться к нему лучше.

— Спасибо. Так что, если я получу эту работу, я перееду в Калифорнию. И я хочу, чтобы вы поехали со мной. Конечно, если вы тоже этого хотите.

Мэгги выпрямилась, её глаза заблестели.

— И мы могли бы жить в Йосемити? Не в вонючем городе?

— Могли бы, — ответил Бен, разволновавшись. «Не забегай вперёд. Ты ещё не получил ту работу».

Несколько мгновений Джейсон молчал.

— Я не знаю. Такая резкая перемена.

— Да, — согласился Бен, вытирая потные ладони о джинсы. — У меня есть план. Давайте я поделюсь, а вы скажете, что думаете.

Мэгги и Джейсон переглянулись и кивнули. Мэгги начала ритмично постукивать ногами.

Бен выдохнул:

— Джейсон, «КалАртс» открыл филиал во Фресно. Ты же ещё хочешь учиться в художественной школе?

— Думаю, да… — Губы Джейсона тронула лёгкая улыбка. — Ого, «КалАртс»? Да я мечтал об этом.

— Конечно, он хочет учиться в художественной школе! — Мэгги замахала рукой: — Что ещё, что ещё?

«Вполне возможно, они скажут "да". Ох ты ж!»

— Мы могли бы жить в Окхерсте, возле парка. Это примерно в часе езды от Фресно. Джейсон, ты мог бы ездить на занятия. Учиться, например, неполную неделю. Мне кажется, это выполнимо. — Бен понял, что тараторит, и остановился, чтобы перевести дыхание.

Джейсон облизал губы:

— Да. Это может сработать.

Мэгги потрясла отца за ногу, и вместе с ней задрожал весь диван.

— Папочка, это было бы идеально!

— Но что с платой за обучение? — спросил Джейсон. — Я не хочу влезать в огромные долги.

— Мы со всем разберёмся. Я могу продать коттедж в Монтане. Я смотрел дома, пока ждал пересадки в Чикаго. Цены неплохие. Есть один… — Бен достал телефон и коснулся экрана. — Это за городом, но всё равно недалеко от школ и магазинов. Дом стоит в конце улицы, в уединённом месте. Он красивый. Из-за деревьев соседский двор виден только мельком. — Он передал телефон Мэгги.

Девочка с отцом начали смотреть фотографии. Мэгги водила пальцем по экрану, прокручивая изображения. В воздухе повисло возбуждённое напряжение.

— Большое крыльцо спереди и сзади, — продолжил Бен. — Предполагаемая ипотека — тысяча двести долларов в месяц. Это вполне реально. Брэд выкупил мою часть нашего дома в Калиспелле, и деньги просто пылятся на моём счёте. Мне правда нужно их куда-то вложить. Этот дом продаётся давно. Может, удастся выторговать скидку. — Бен замолчал, потом добавил: — Я понимаю, что бегу впереди паровоза. Но я хотел показать, как всё могло бы выглядеть. Как мы могли бы там жить.

Пока Мэгги пересматривала фотографии, приклеившись к телефону, Джейсон глянул на Бена и сказал:

— Звучит потрясающе, но…

Бен поднял ладони, останавливая:

— Я знаю, что это, наверное, слишком много. Сначала мне надо получить работу, да и вы можете не захотеть переезжать. Думаю, я без проблем найду работу и здесь.

Мэгги вскинула голову и широко распахнула глаза от ужаса:

— Здесь? Вместо того чтобы быть рейнджером в горах? Ни за что! Это было бы очень глупо! — Она резко повернула голову к Джейсону: — Верно, папа? Мы же поедем? Переедем в Йосемити? Ты пойдёшь в художественную школу, и у нас будет дом!

Джейсон явно не находил слов. Наконец он произнёс:

— Но где я буду работать? Я должен зарабатывать деньги.

— Я уверен, ты сможешь найти что-нибудь на полставки, — ответил Бен с колотящимся сердцем. — У меня есть сбережения и хорошая зарплата. Если бы вопрос денег не стоял, какой была бы жизнь твоей мечты? Что бы ты изменил? Я не хочу указывать. Нам нужно решить всё вместе. Это отправная точка. Знаешь, просто начало и… — забормотал он и остановился.

Джейсон уставился куда-то вдаль.

— Что бы я изменил?

Брови Мэгги сошлись на переносице.

— Знаешь, не обязательно что-то менять из принципа. Не обязательно постоянно всё контролировать.

Джейсон недоверчиво улыбнулся, и на его щеке появилась ямочка.

— А знаешь? Я вряд ли бы что-то менял. Ты мог бы и дальше работать в национальном парке, Мэгги жила бы на природе, а я мог бы учиться в художественной школе. Это действительно идеальный вариант, если мы сможем его осуществить.

У Бена пересохло в горле. От нервного оптимизма он готов был из кожи лезть.

— Я знаю, что всё происходит безумно быстро. Но если это сделает нас счастливыми, я думаю, нельзя отказываться. По крайней мере, давайте попробуем, и если этот план не сработает, придумаем другой. Что скажете?

Вибрируя всем телом, Мэгги сжала их ладони, и мужчине захотелось, чтобы широкая улыбка не сходила с милого личика до скончания веков. Бен ждал, что ответит Джейсон. Тот посмотрел на обоих, а потом, прерывисто втянув воздух, спросил:

— Мы правда можем это сделать? — После чего сам же и ответил: — Думаю, можем. Я доверяю тебе. Бен, я тебе доверяю. Давайте сделаем это.

Соскочив с дивана, Мэгги буквально запрыгала от радости, а Бен притянул к себе Джейсона. Пришло время для ещё одного поцелуя.

***

«Неужели это моя жизнь?»

В последний раз, когда Джейсон задавался этим вопросом, он дрожал в черноте ночи, посреди бескрайнего дикого леса Монтаны. Тогда исчезла Мэгги. Но рядом был Бен — сильный, надёжный и добрый.

И вот снова.

К моменту, когда первые лучи восходящего солнца осветили гостиную, рука Джейсона онемела, но он не хотел двигаться ни на дюйм. Затылок обдавало ровное дыхание. Прижавшись сзади, Бен обнимал Джейсона за талию. Из-за Мэгги мужчины надели пижамные штаны, но для футболок было слишком жарко. И теперь оба прижимались друг к другу разгорячённой кожей.

В тишине Джейсон широко улыбнулся.

Они вдвоём засиделись вчера допоздна: строили предварительные планы, если Бен получит работу, и запасные, если нет. Не имея собственной спальни, они только нежно целовались и, засыпая, обнимались, довольствуясь тем, что просто находятся рядом друг с другом.

Возможно, с их стороны было сумасшествием и верхом импульсивности переехать в Калифорнию, кардинально изменить всё, чтобы вместе с Мэгги пойти новым путём. Но Джейсон в своей жизни считал только одно совершенно правильным, верным и истинным: оставаться рядом с дочерью, хотя все говорили, что это ошибка.

Бен пошевелился, его сухие губы коснулись шеи Джейсона.

— Не могу дождаться, когда проснусь с тобой в нашей постели, — прошептал он.

Внутри заискрило дурманящее возбуждение.

— Я тоже. — Ощущая утренний стояк Бена, прижимающийся через пижаму, Джейсон смело добавил: — Не могу дождаться, чтобы сделать в этой постели всё, что хочется.

— Хм, расскажи. — Бен царапнул зубами по шее, прошёлся сверху поцелуями и почти невесомо провёл рукой по груди Джейсона. Потом поддразнивание прекратилось, и Бен положил ладонь в области его сердца. — Мы можем не торопиться. Я знаю: то, что случилось в гостинце, было тяжело принять.

С губ Джейсона сорвался смешок.

— Можно и так сказать.

Бен задрожал:

— Господи, я не то имел в виду. Клянусь. — Его смех затих. — Но если серьёзно, я хочу быть уверенным, что тебе комфортно всё, что мы делаем. Или не делаем.

Джейсон накрыл руку Бена своей.

— Я знаю. Это было стремительно… наверное, даже больше, чем я ожидал. Я никогда по-настоящему не позволял себе думать о сексе. Возможно, это сыграло свою роль. Это было будто…

Бен уткнулся носом ему в шею:

— Что, детка? — Затем застыл. — Чёрт, извини. Тебе не понравилось, когда я тебя так назвал.

— Нет, всё в порядке. — Парень прокрутил слово в голове. — Скажи снова.

— Детка, — прошептал Бен, целуя Джейсона за ухом.

По коже пробежали мурашки.

— Вообще-то, мне нравится. Когда мы вот так.

Сейчас, когда он смог расслабиться, почувствовать заботу… защиту и безопасность, Джейсон успокоился. Дышать стало легче. Он потянулся, чтобы недолго, медленно и сладко поцеловать, а потом решил перевернуться на спину. Бен ждал, подперев голову рукой. Затем его ладонь, терпеливая и уверенная, вернулась Джейсону на грудь.

— Дело в том, что… — Парень задумался.

— Тебе не нужно подбирать слова. Просто говори. — Бен ободряюще улыбнулся.

— Ладно. Думаю, дело в том, что секс был очень… откровенным. Мне было страшно. Я был выбит из колеи из-за нашей с тобой близости. У меня никогда ни с кем подобного не было. Я никогда и никому не доверял. Просто взять и отдать контроль? Это было нелегко.

— Понимаю. — Голубые глаза Бена светились теплом и любовью. — Как я уже сказал, мы можем двигаться не спеша. Это не спринт… это марафон. Или что-то наподобие. Это должно было прозвучать проникновенно.

Джейсон поцеловал Бена в подбородок и подмигнул:

— Очень проникновенно. И, м-м-м, секс-марафон звучит отлично, особенно теперь, когда я смог всё переварить. — Парень понизил голос, хотя они и так разговаривали тихо: — Теперь я знаю, чего ожидать, и хочу большего. Во всех возможных положениях.

Перекатившись, Бен улёгся на него сверху с восхитительным давлением и уставился жадным взглядом. Джейсон почувствовал резкий жар во всём теле.

— У нас ещё нет собственной кровати, но давай посмотрим, что можно сделать в ванной.

Как оказалось, довольно много.

Повернув замок и прижав Бена к двери, Джейсон прошептал:

— Хочу тебе отсосать.

Блеснув глазами, Бен тихо застонал и кинул пакетики с презервативом и смазкой на туалетный столик.

— Даже не представляешь, как сексуально ты это произносишь.

Джейсон собирался использовать собственный рот, чтобы распалить Бена ещё больше. Поэтому опустился на пушистый голубой коврик, защищавший его колени от твёрдого пола, и стянул с мужчины пижамные штаны. Показавшаяся головка члена была тёмно-красного цвета. Джейсон лизнул её, как вишнёвое мороженое, а потом вобрал полностью.

Бен запустил ладони в светлые волосы. Он не давил и не тянул, но держал крепко и приятно. Заземляя. Ощущая, как во рту пульсирует член, пробуждая бурю чувств, слыша судорожные вздохи и стоны, Джейсон будто попал в рай.

Парень сосал жадно, небрежно и, возможно, неправильно, но Бен не жаловался. Его бёдра дрожали, когда он хрипло раз за разом шептал:

— Вот так.

Экспериментируя, Джейсон провёл языком вверх и вниз по выступившим венам на обратной стороне члена. Дыша через нос, парень наделся дальше, но закашлялся. Нежные руки отодвинули его.

— В первый раз не бери слишком глубоко, — пробормотал Бен.

Джейсон сложил язык трубочкой вокруг ствола, как Бен делал в гостинице, и, энергично посасывая, задвигал головой вперёд и назад. Он вспомнил, что всегда возбуждало его во время мастурбации и, взяв в руку яйца Бена, начал перекатывать их в ладони. Мужчина громко застонал и резко дёрнулся вверх. Джейсон подался следом и стал сосать быстрее и сильнее.

В какую-то минуту Бен поднял его на ноги, крепко поцеловал и простонал в рот:

— Я уже хочу кончить. — Отстранившись, он снял с себя штаны и избавил от пижамы Джейсона. — Хочу трахнуть тебя снова. Ты до сих пор этого хочешь?

Джейсон рассмеялся, тело прошивали крохотные электрические разряды.

— Вопрос с подвохом?

Бен наклонился, губами приник к уху Джейсона и, скользнув руками вниз, мягко сжал его ягодицы.

— Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

Член дёрнулся вверх, и Джейсон кивнул.

— Ты можешь это сказать? Можешь сказать, чего ты хочешь?

Даже после всего случившегося, лицо Джейсона вспыхнуло.

— Я хочу тебя. Пожалуйста, я… я хочу, чтобы ты меня трахнул.

Прижимаясь, Бен простонал:

— Хочешь мой член в свою попку?

Бен явно заводился, когда озвучивали подобные вещи. По спине Джейсона пробежала дрожь.

— Да. Бен, трахни меня. Я хочу почувствовать твой член внутри. Растяни меня, наполни. Я хочу тебя всего. До самого основания.

Бен почти по-звериному рыкнул, и Джейсон оказался нагнутым над столешницей. В миг опустившись на колени, Бен раздвинул упругие половинки и провёл языком по расщелине. Судорожно втянув воздух, парень подумал: «Хорошо, что вчера вечером я принял душ».

Послышался смех, тёплый воздух коснулся нежной кожи, и Джейсон понял, что произнёс это вслух. Потом Бен нашёл языком его дырочку. Он покрывал её слюной, облизывая, выцеловывая и проникая внутрь, пока Джейсон, вдавливаясь в деревянное покрытие, старался не стонать слишком громко от невероятных, прошивающих тело ощущений. Уткнувшись лбом в зеркало, парень разглядывал своё покрасневшее лицо, влажные губы и расширенные от желания зрачки во всю радужку.

Скользкий палец проник внутрь, и Джейсон резко втянул воздух — приятное давление обжигало. Бен добавил второй палец. Всё тело Джейсона начало гореть.

— Трахни меня.

Уже поднявшись, Бен зацепил зубами мочку его уха:

— Может, сам себя трахнешь?

— А?

От вязкого и тяжёлого желания шумело в ушах. Джейсон подумал, что он ослышался, но понял всё, когда Бен растянулся на половом коврике и предложил оседлать его бёдра.

Мужчина раскатал на члене презерватив, смазал его и направил парня, чтобы тот сел сверху.

— Прими столько, сколько хочешь.

Дюйм за дюймом Джейсон насаживался на стояк, контролируя процесс. Его тело раскраснелось и ожило, мышцы напряглись. Он наклонился и поцеловал мужчину. Их языки встретились.

Чувствовать Бена внутри было самой сладкой болью, которую Джейсон когда-либо испытывал. Вскоре он опустился до основания и потёрся ягодицами о жёсткие лобковые волосы.

— Бен, — простонал Джейсон.

— Ты прекрасен, — прошептал тот в ответ. — Все эти годы ты этого хотел? В этом себе отказывал?

Кивнув, Джейсон запрокинул голову и начал крутить бёдрами, экспериментируя с разными углами. Потом поднялся немного и снова опустился надеваясь. Его твёрдый член тёк, крепкие пальцы впивались в бёдра.

Джейсон снова встретился с тёмным, наполненным похотью взглядом. Парень был открыт и уязвим. Бен вошёл глубоко, он видел его обнажённость. Но на этот раз Джейсон чувствовал себя вырвавшимся на свободу. Он не боролся со своими эмоциями. Найдя нужную точку, он вибрировал от любви, доверия и чистого первобытного удовольствия.

Не выдержав, Джейсон сжал свой член:

— Хочешь, я кончу на тебя?

Грудь Бена залило румянцем. Сдерживая крик, мужчина с силой толкнулся вверх. Согнув колени, он упёрся пятками в пол и начал вбиваться в Джейсона.

— Да. Кончи на меня. Дай мне всё.

Джейсон передёргивал собственный член, подаваясь навстречу Бену. Хотелось закричать во всё горло, но останавливали тонкие стены. Их шёпот с тихими стонами, воздух, пропитанный сексом, рождали чувство чего-то странно интимного и мощного.

Боль и наслаждение слились воедино, и Джейсон с придушенным стоном начал кончать. Его словно выворачивало наизнанку, пока он выплёскивался на грудь Бена. Волнение от того, что он дал мужчине желаемое, придало сильному оргазму дополнительную остроту.

Дрожа и постанывая, Бен неистово толкался, изливаясь в презерватив.

Задышав наконец открытым ртом, Бен откинул голову на коврик и размазал по себе ещё тёплую сперму. Джейсон помог ему, рисуя узоры грязным пальцем, а потом, задыхаясь, уронил голову мужчине на ключицу. Нужно было встать и привести себя в порядок. Но они сделают это позже, не сейчас.

Минута превратилась в пять, уступая место ленивым поцелуям. Толкаясь и смеясь в маленькой ванной комнате, мужчины приняли душ, потом завернулись в полотенца. Джейсон почистил зубы и взглянул на себя в зеркало. Ему понравилось то, что он видел. Кого он видел. Встав позади, Бен поцеловал Джейсона в плечо и обхватил за талию.

— Пап? — В дверь постучала Мэгги. — Ты стал вдруг жаворонком? Я всегда иду в туалет первой. Поторопись, мне надо-о-о.

Оба рассмеялись, и Бен сжал Джейсона крепче.

— У нас будет своя спальня и собственная ванная.

Когда он отступил в сторону, Джейсон переплёл их пальцы, ещё на мгновение.

Бен был прав. Джейсон обрёл своё счастье и никогда-никогда его не отпустит.

ЭПИЛОГ

— М-м-м. — Пошевелившись, Бен вытянул ноги и улыбнулся, почувствовав, как по плечу мазнули мягкие губы и царапнула лёгкая щетина.

— Со счастливым днём рождения, — прошептал Джейсон и прижался сзади, уперевшись твёрдым и горячим членом в голые ягодицы.

— Теперь он такой. — Подавшись бёдрами назад, Бен погладил себя. — Как думаешь, мы успеем его втиснуть? Каламбур совершенно намеренный.

Джейсон перевернул Бена на спину и устроился сверху. Постанывая, они начали медленно целоваться, пробуждая свои тела и готовясь к новому дню. Сквозь полуоткрытые жалюзи мягкий свет солнца уже согревал кожу.

Мужчины тёрлись друг о друга, играясь языками. Ноги переплелись, дыхание участилось. Обхватив голову Джейсона, Бен запустил пальцы в копну светлых волос, толкнулся бёдрами и прошептал:

— Детка, хочешь поиграть в ковбоя и покататься верхом?

Из коридора донёсся голос Мэгги:

— Эй, вы там проснулись? Пора уже. В конце концов, мне нужно в школу, а тут ещё подарки открывать!

Бен застонал:

— Надо пересмотреть традицию открывать подарки рано утром. — Потом крикнул в ответ: — Мы скоро! — И проворчал себе под нос: — Или нет, в зависимости от обстоятельств.

— О, скоро. Ожидание будет того стоить, обещаю. — Джейсон прикусил Бену ухо. Дыхание было горячим. — Я прокачусь на тебе так сильно, что ты…

Рассветную тишину разорвал вопль Дилана, эхом отдаваясь в стереосистеме над радионяней. Бен вздохнул:

— Запомни свои слова, потому что сегодня вечером я заставлю тебя доказать их на деле. Бог мне свидетель, у нас будет секс.

Дилан заплакал громче, и Джейсон, скатившись с кровати, быстро натянул спортивные штаны с футболкой.

— Как насчёт того, чтобы «заставить меня доказать их на деле» сегодня днём? Миссис Люнг, наша соседка по улице, согласилась посидеть с малышом. Я приду в парк, а ты возьмёшь перерыв. В лесу. — Парень поиграл бровями.

— Ого, Джейсон Келлерман. Ты предлагаешь нам сойти с тропы?

Открыв дверь, тот оглянулся и подмигнул:

— Я знаю, что попаду в хорошие руки.

Расслабившись на постели, Бен закинул за голову ладони и вытянул стопы. Плач Дилана стих, и из динамика послышалась негромкая колыбельная. Пел Джейсон — как всегда, плохо — о баржах. Этой песне Бен научил его и Мэгги несколько лет назад.

Встав и натянув майку с фланелевыми пижамными штанами, Бен направился вниз, шагая босыми ногами по гладким и твёрдым деревянным ступенькам. У подножия лестницы он остановился возле картины в рамке. На ней был изображён Бен с Мэгги в тот день на Дороге к солнцу. На выцветшей бумаге ещё виднелись складки, но штрихи карандашом были сильными и уверенными.

Трудно представить, как сложилась бы жизнь Бена без Джейсона и Мэгги. Их связь окрепла в ужасном испытании, в котором они выжили. И не просто выжили, а стали лучше и сильнее вместе.

Бен тяжело сглотнул и усмехнулся. В дни рождения он всегда реагировал немного эмоционально. Постучав пальцами по деревянной раме, он пошёл дальше. Мэгги по-прежнему каждый месяц посещала местного психотерапевта и стала поразительно уравновешенной. Харлана Брауна они никогда не забудут, но сейчас тот был лишь далёкой точкой в зеркале заднего вида.

Бен вошёл в открытую кухню и, направившись к кофеварке, сжал Мэгги плечо:

— Доброе утро.

За покрытым гранитной столешницей полуостровом располагалась более просторная столовая с раздвижными дверями, ведущими на широкую веранду с любимыми креслами-качалками Бена. На выцветшем дереве блестела роса.

На круглом кухонном столике, за которым обычно обедала вся семья, Мэгги собрала несколько подарков и открыток. Восходящее солнце освещало её длинные золотистые волосы.

— Привет. С днём рождения! — Она протянула коробку и притворно закатила глаза: — От Брэда и Тайсона. Наверное, что-то вычурное или «дзенистое» — они же открыли для себя буддизм. Они такие просвещённые, ты знаешь?

Бен рассмеялся:

— Знаю. У них благие намерения.

К кухонному столу подошёл Джейсон с Диланом на руках и усадил малыша на стульчик.

— Лишь бы нам не пришлось больше петь псалмы перед ужином. Мне достаточно простой благодарности.

— И мне. Хорошо, что мы видимся с ними только раз в году. — Из кофемашины, включавшейся автоматически каждое утро, Бен налил чашку кофе и глубоко вдохнул насыщенный горьковатый аромат. — Когда они приедут к нам в следующий раз, на них, наверное, будут браслеты из красных ниток, что носила Мадонна.

— Кто? — спросила Мэгги.

Бен выдвинул свой стул рядом.

— Ха-ха. Ты подпевала её песню вчера вечером, когда возвращалась домой от младших смотрителей.

Мэгги протянула конверт кремового цвета:

— Это от бабушки и дедушки. Скорее всего, деньги. От дяди Тима ничего, но он точно пришлёт сообщение поздно ночью, когда вспомнит в последнюю секунду.

Джейсон сел и отхлебнул кофе из большой чашки.

— Но мы всё равно его любим. — Затем закрутил крышку на стаканчике с соской и помог Дилану отпить. — Может, начнём с открыток?

С сияющими глазами Мэгги протянула Бену ярко упакованную коробку:

— Нет, открой сначала мой.

Закусив губу, она уселась на поджатую длинную ногу и заёрзала, теребя потёртый подол пижамы. До сих пор не верилось, как сильно девочка выросла. Мэгги было почти тринадцать, и она любила напоминать, что уже настоящий подросток.

Бен встряхнул на удивление лёгкую коробку, в которой, казалось, почти ничего не было. Скорее всего, под кучей бумажного наполнителя лежала подарочная карта.

— Хм-м-м. Это тот новый супер-пупер телевизор с высоким разрешением?

Мэгги наклонила голову и выразительно на него посмотрела:

— Ха-ха.

— Газонокосилка? Да ладно. Ты же знаешь, что я забавный. Дилан считает меня забавным, правда, приятель? — Бен протянул руку и пощекотал маленькие стопы.

Дилан забулькал от восторга и начал брыкаться, шлёпая ладошками по столешнице своего стульчика. Его тёмные волосы стояли дыбом, не важно, был он после сна или нет. Чтобы закончить процесс усыновления, мужчинам понадобилось два года. Дилана они забрали из агентства в Бразилии шесть недель назад, но Бен до сих пор иногда щипал себя, не веря.

Разорвав обёртку, Бен обнаружил старую коробку с эмблемой «Амазон».

— Так, что тут у нас…

Он открыл крышку, и внутри действительно оказался бумажный наполнитель. Бен вытащил его и подбросил вверх, чтобы тот плавно спланировал на пол. Дилан захлопал пухлыми ручонками.

На дне коробки лежал большой лист бумаги, наверное, распечатка подарочной карты. Вытащив его, Бен понял, что листов несколько, и они были скреплены. Прочитав напечатанные сверху слова, мужчина почувствовал, как ёкнуло сердце.

— Конечно, если ты хочешь. — Мэгги наблюдала с тревогой.

Бен хрипло прочитал вслух:

— Штат Калифорния, заявление об усыновлении ребёнка. — Не пытаясь остановить навернувшиеся слёзы, он посмотрел на Мэгги, потом на Джейсона, который смаргивал заблестевшую влагу. От затопившей по макушку любви Бен едва мог дышать. — Да. Да, я очень этого хочу. Милая, ты уверена?

Мэгги кивнула и бросилась его обнимать. Бен крепко сжал её в ответ. Оба плакали, Джейсон вытирал щёки, а Дилан озадаченно за всеми наблюдал.

Наконец Мэгги села и, успокоившись и шмыгнув носом, сказала:

— Ты мой отец уже во всех смыслах, поэтому я хочу, чтобы всё было официально. Я хочу называть тебя так. То есть «папой». Или это будет странно?

— Странно? — Бен только рассмеялся. От радости он светился как солнце, которое пробивалось сквозь кроны дубов на заднем дворе. — Мэгги, это было бы самое замечательное, что я когда-либо слышал.

— Ладно. Папа. — Она тоже засмеялась. К ней присоединился Джейсон, а Дилан забарабанил по стульчику пятками.

Бен потянулся через стол и накрыл ладонь Джейсона:

— Не могу поверить, что у меня есть муж, дочь и сын. Спасибо.

Джейсон сжал его руку, их обручальные золотые кольца прижали кожу сильнее.

— Ты ещё не открыл мой подарок, — проговорил он и передал тонкий пакет. — Это, конечно, не идёт ни в какое сравнение, но…

— Глупости. — Бен сорвал обёртку. — Я уверен, это… — и уставился на название книги. «Дорога к солнцу». А ниже был рисунок… Бен выдохнул: — Это же мы. Наша семья.

Он узнал плавные линии и проникновенное изображение гор, вершины которых упирались в голубое небо позади… Джейсона, Мэгги и малыша Дилана на руках у Бена. Дрожащими пальцами он открыл книгу.

— Мне помогла её написать Мэгги, — сказал Джейсон. — Это наша история, но в волшебном королевстве.

По-идиотски расплывшись в блаженной улыбке, Бен переворачивал листы и читал сказку о принце Джейсоне, принцессе Мэгги, храбром рыцаре Бене и маленьком лорде Дилане. На одной странице был рисунок с Беном и Мэгги. Они стояли у подножия лестницы, только в этот раз оба были одеты в старинные одежды. В конце концов, совместными усилиями они победили злого дракона и построили в глубине леса красивый замок.

Бен провёл по бумаге кончиками пальцев:

— Это великолепно. Рисунки восхитительны.

Раскрасневшись, Джейсон пожал плечами:

— Профессор Атертон попросил друга в издательстве напечатать её в единственном экземпляре. Он сказал, что книга им очень понравилась. Издательство занимается детскими книгами, и там хотят поговорить со мной о стажировке. На неполный рабочий день. Поэтому я смогу сидеть с Диланом большую часть времени.

— Правда? — Мэгги подпрыгнула на стуле. — Ты почти закончил учёбу. Это было бы идеально!

Джейсон поднял руку:

— Посмотрим. У меня ещё два зачёта. Подготовка займёт немало времени, я же могу заниматься только по ночам. Не будем забегать вперёд.

— Согласен, — согласился Бен. — Но это очень обнадёживающий знак. Верно, Дилан? — Он снова пощекотал пухлые дрыгающиеся ножки. — А теперь, кто голоден? Я получу свои панкейки на день рождения?

Вскоре в воздухе разлился запах шипящего на сковороде бекона. Джейсон стоял у плиты, а Мэгги помешивала тесто, с волнением рассказывая о своей идее для школьного проекта по сохранению бабочек. Она подробно описывала планы наблюдения за альпийскими бабочками в Йосемити. Бен в это время кормил Дилана овсяной кашей и персиковым пюре, большая часть которого, похоже, стекала по подбородку малыша и попадала на липкие ручки.

Джейсон был прав: не стоит забегать вперёд. Потому что сейчас они находились в совершенном и самом прекрасном месте.

Конец

Notes

[

←1

]

Прим. ред.: градусы по Фаренгейту, соответствует +10 ˚С.

[

←2

]

Прим. пер.: YMCA или Young Men's Christian Association — Христианская молодёжная ассоциация.