СТРЕЛА КУПИДОНА Автор: Алекса Райли

Жанр: Современный любовный роман, Эротика

Рейтинг: 18+

Серия: Вне серий

Главы: 6 глав+2 Эпилога

Переводчик: Ленуся Л.

Редактор: Анастасия Я.

Вычитка и оформление: Таня П

Обложка: Таня П.

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для группы: K.N ★ Переводы книг

(https://vk.com/kn_books)

ВНИМАНИЕ!

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Глава 1

Астрид

— Ты уверена, что Ники не может просто нанять тебя на постоянной основе? — спрашивает Стар, откусывая еще один кусочек лимонного пирога с безе, который я испекла. Она точно не шутит, и я обожаю ее. Она моя вторая самая большая поклонница после моего брата, и я до безумия люблю их обоих. Они заставляют меня поверить, что у меня есть шанс покорить мир. Они и мой лучший друг Купидон. Хотя на самом деле он никогда не пробовал мои сладости.

Многие люди думают, что лимонный пирог с безе — сложный для приготовления десерт, но это не так. По крайней мере, не для меня. Я нахожу терпение — одной из самых ценных черт кондитера. Вы не можете торопить совершенство, и вы также не можете отвлечься от приготовления хоть на минутку.

— Я оценила временную работу, но финансы на самом деле не моя страсть, — смеюсь я. — Ты хочешь, чтобы мой брат нанял меня в качестве своего личного кондитера?

— Я имею в виду, уверена, что скоро забеременею. Мне понадобится много сладостей. — Затем она берет один из моих эклеров. Ей действительно нравится все, что я делаю. Настолько, что она попросила меня испечь их свадебный торт.

— Вот как я плачу в данный момент за аренду. Я уже вроде как здесь нанята. — Я указываю на пространство вокруг, обводя взглядом кухню. Помещение выглядит так, словно в нем взорвалась десертная бомба. Может, я и умею печь, но всегда оставляю за собой бардак.

На стойке не так много места, что смешно, потому что, хотя это кухня домашняя, она больше, чем квартиры некоторых людей. На данный момент я полностью ей завладела, и мой брат никогда раньше не возражал. Думаю, теперь это начнет меняться. Стар не только переехала к нему — несколько недель назад они поженились.

Они только недавно вернулись из медового месяца, и я действительно начинаю чувствовать себя не в своей тарелке. Я не хочу быть их третьим лишним. Также не хочу, чтобы им приходилось усаживать меня и говорить о том, что пора найти свое собственное жилье. Этот отказ был бы обжигающим, и даже зная, что они были бы правы, попросив об этом, я не хочу, чтобы дело дошло до этого.

Когда мой брат Ник сказал мне, что я могу остаться с ним после окончания кулинарной школы, он был трудоголиком, которого никогда не было дома. За короткое время, прошедшее с тех пор, как он нашел свою Стар, многое изменилось. Я люблю их, но я была бы лгуньей, если бы не признавалась, что немного завидовала тому, что у них есть.

Ник — не родной брат. Мы вместе выросли в приемной семье, и он всегда внимательно присматривал за мной, даже когда вырос. Он — единственная настоящая семья, которая у меня есть, и страшно подумать, что я могу потерять ее, потому что сейчас он заводит собственную семью.

Я уверена, что Стар права — она скоро забеременеет, потому что они не могут оторваться друг от друга. Я так сильно хочу этого для них, и они оба этого заслуживают, но я больше не знаю, где мое место. Знаю, что не у них дома, и мне нужно найти свое собственное пространство, а также работу.

— Ты не платишь за аренду, — говорит Ник, входя на кухню.

Он идет прямо к Стар и долго и крепко целует ее в губы. Я отворачиваюсь от них, не желая мешать больше, чем уже это делаю.

— Ты восхитительная на вкус, — слышу я его слова. Начинаю выскальзывать из кухни, но брат зовет меня обратно. — Тебе не нужно уходить. — Он улыбается, что теперь делает чаще.

— На самом деле, нужно. Я должна подготовиться к собеседованию. Обещаю, я приберусь, когда вернусь.

— Все в порядке, ты же знаешь, — пытается успокоить меня Ник.

— Увидимся позже, ребята. — Я слегка машу им рукой, прежде чем направиться в свою спальню, чтобы подготовиться к собеседованию — моему самому первому собеседованию. Я все еще не сказала брату, с кем у меня назначена встреча. Я ходила вокруг да около, когда он однажды поинтересовался об этом.

Не знаю почему, наверняка он достаточно скоро обо всем узнает. Думаю, мне просто не хочется, чтобы он подергал за ниточки и помог мне получить работу. Я хочу это место, потому что хороша в том, что делаю, а не потому, что Кью — один из лучших друзей моего брата. На самом деле, до недавнего времени я понятия не имела, кто он, когда официально встретила его на свадьбе брата.

Он разыскал меня, когда узнал, что торт испекла я, хотя до этого я чувствовала на себе его взгляд. Не знаю, как меня пригласили на собеседование. Я могла только бормотать, когда он сел рядом со мной и похвалил мой торт.

Он пригласил меня в свой ресторан, сказав, что им нужна помощь с десертами, в чем они остро нуждаются, так как не за горами День святого Валентина. Держу пари, он пожалел о приглашении через несколько секунд, как сделал его. Я пролила свой напиток ему прямо на колени, когда он встретился со мной взглядом.

Меня будто отбросило назад во времени, когда я была тринадцатилетней девочкой. Его темно-синие глаза были такими же, как у Остина — моей первой влюбленности. Он был тем мальчиком, которого я никак не могла забыть даже спустя столько лет. Будто он снова был рядом, забирал воздух из моих легких, как он всегда делал, когда я была маленькой девочкой.

Это безумие, потому что Кью совсем не похож на моего Остина, за исключением глаз. Хотя чаще всего глаза Остина скрывались за очками. Он был немного придурковатым и единственным мальчиком, который не возвышался надо мной. Он отличался от всех остальных, и я думаю, именно поэтому я так сильно в него влюбилась.

Кью Харт высокий. Этот мужчина, вероятно, сантиметров на шестьдесят выше меня и известен своими прекрасными ресторанами. Он также известен, как один из самых сексуальных и завидных холостяков в городе. По крайней мере, так я прочитала в интернете после того, как немного поискала информацию. Может, он и не Остин, но даже я не могу отрицать, что этот мужчина чертовски сексуален. Я была удивлена своим влечением к нему, но не могла это игнорировать.

Кью вскочил со своего места после того, как я пролила свой напиток, и пошел приводить себя в порядок. Я почти сбежала со свадьбы, благодарная за то, что брат не смог оторваться от своей новоиспеченной жены и рано покинул свою собственную вечеринку. Я была удивлена, когда Кью обратился ко мне, чтобы сообщить, когда приходить. Не уверена, что буду делать, но мой план состоит в том, чтобы взять с собой несколько десертов, чтобы он попробовал. Временами я бываю немного не в себе, но я знаю, как печь. Это единственное, в чем я хороша.

Когда я была маленькой и у меня была возможность пользоваться кухней, я притворялась, что пеку для мужа и детей и балую их всех своими угощениями. Это был мой способ помечтать. В те редкие моменты я погружалась в фантазию о том, что у меня будет собственная семья. Я всегда делала дополнительные порции и отдавала их Остину. Пока он не уехал.

Я останавливаюсь перед зеркалом, когда заканчиваю собираться, понимая, что, возможно, снова позволила себе погрузиться в фантазию. В своем маленьком розовом кардигане и длинной юбке я выгляжу так, словно вышла из пятидесятых годов.

Я достаю свой телефон, планируя сделать снимок, чтобы отправить Купидону, когда вижу, что от него уже пришло сообщение:

Купидон: Удачи, сладкая.

Мне нравится, когда он зовет меня «сладкой». Он делает это с тех пор, как мы много лет назад столкнулись друг с другом на кулинарном сайте. Мы начали разговор в комментариях на сайте «Любовь Купидона к сладкому», который был его блогом.

Вскоре это превратилось в электронные письма, а затем в сообщения, и я с самого начала влюбилась в него. Он флиртует, но никогда не заходит дальше. Недавно я даже отправила ему несколько фотографий, надеясь, что он отправит одну в ответ, но безуспешно. Как я могу быть почти влюблена в мужчину, которого на самом деле никогда не видела? Но для меня это не имеет значения. Никто не знает меня лучше, чем Купидон. Годы сообщений и электронных писем сделали нас больше, чем друзьями, или, по крайней мере, я так чувствую.

Я знаю, что Купидон живет здесь, в этом городе, и я думала, что, когда вернусь из Калифорнии, он предложит встретиться лично, но он этого не сделал. С каждым днем, что он не спрашивает об этом, мое сердце разбивается все сильнее. Он первый человек, которого я впустила в свое сердце после моей глупой детской влюбленности в Остина.

Я: Спасибо.

Проверяя время, я пропускаю фотографию, не желая выглядеть слишком нуждающейся. Наряд придется оставить, так как сейчас у меня нет времени переодеваться. Я оставляю все как есть и спешу на кухню, чтобы собрать свои угощения. Возможно, я не смогу осуществить свою мечту и завести семью, но, может быть, хотя бы смогу найти себе работу.

Ту, которую получила сама.

Глава 2

Купидон

Я расхаживаю по ресторану и отсчитываю мгновения до прихода Астрид. Когда смотрю на часы, вижу, что у нее еще есть семь минут и одиннадцать секунд того, как она должна быть здесь, но я не могу больше ждать.

Увидеть ее на свадьбе и то, что она не узнала меня, было ударом, но я не позволю этому испортить мой план. Это был первый раз, когда я увидел ее за много лет, и, конечно же, она не узнала меня. Я так сильно изменился с тех пор, как она видела меня в последний раз, когда мне было всего пятнадцать, а ей тринадцать.

Мои родители решили, что для нас было бы отличной идеей переехать, когда я был на втором году обучения в старшей школе, и тогда у меня не было мобильного телефона или способа связаться с ней. Плюс, я все равно был чертовски застенчив, чтобы сказать что-то.

Я был пухлым ребенком, который поздно достиг половой зрелости и все еще был ниже ростом, чем большинство парней в школе. Ужасные прыщи, очки и писклявый голос заставляли меня опускать подбородок и молчать большую часть дня, но когда я видел Астрид, мне казалось, что солнце светило только для меня.

Конечно, она была младшей сестрой моего лучшего друга, но позже, когда я снова вышел на связь с Ником, я узнал, что она собирается в кулинарную школу на западе. Она говорила об этом, когда мы были детьми, и я знал, что это была ее мечта. Я просто никогда не задумывался о том, что это будет для нее значить — переехать через всю страну и подальше от меня. Ну, может быть, не подальше от меня, но именно так мне казалось. Я не мог поехать за ней и сказать, чтобы она возвращалась домой, но что я мог сделать, так это построить империю, в которую она могла бы вернуться. Именно это я и сделал.

Я влюблен в Астрид с тех пор, как узнал, что такое любовь, но она понятия не имеет о моем существовании. Она доказала это на свадьбе. Если она когда-нибудь и чувствовала что-то ко мне, когда мы были детьми, то не показывала этого, или не почувствовала ту же искру, что и я. Может быть, это потому, что я вырос примерно на метр и набрал почти сорок пять килограммов с тех пор, как она видела меня в последний раз. Мои волосы потемнели, и я отрастил бороду, но в глубине души думал, что она все равно разглядит меня где-то внутри.

В тот вечер многое произошло, и мы поговорили всего секунду, прежде чем она пролила на меня напиток, но все равно это было похоже на то, как если бы рядом с ней я купался в ярком солнечном свете и был окружен теплом.

Когда мы были детьми, я никогда не называл своего имени. Мои родители назвали меня Купидон Остин Смит, поэтому в школе я пользовался своим вторым именем и следил за тем, чтобы никто не знал первого. Было неловко носить имя Купидон, но в конце концов я перестал ненавидеть его, и теперь все зовут меня Кью. Для бизнеса я использую девичью фамилию матери — Харт, потому что так легче отделять работу от личной жизни, так что даже если бы Астрид знала меня под именем Кью Харт, она бы не сразу поняла, что это я.

Посмотрев на часы, я вижу, что у нее осталось две минуты и семнадцать секунд до того, как она опоздает. Я должен был предложить забрать ее, но это, вероятно, было бы странно.

Входная дверь ресторана открывается, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как она входит, неся белую коробку с выпечкой. Даже не притворяясь невозмутимым, я спешу к ней так быстро, как только могу.

— Извини, я была бы здесь раньше, но на дорогах ужасный трафик.

— Ты рано, — выпаливаю я и пытаюсь вести себя спокойно. Обычно я уверенный в себе человек с десятком предприятий и списком ресторанов, которыми управляю и владею. Но один простой разговор с девушкой, которая украла мое сердце, когда я был ребенком, и перед вами неуклюжий дурак. — Что в коробке? — спрашиваю я.

— Десерты. — Ее улыбка почти сбивает меня с ног, и я напоминаю себе дышать. — Я подумала, что было бы неплохо принести несколько образцов. Знаю, тебе понравился свадебный торт, но я хотела показать, на что еще способна.

— Не могу дождаться, чтобы их попробовать. — Я беру у нее коробку, а затем просто стою, запоминая ее лицо, потому что я так давно ее не видел.

— Эм, может, нам присесть? — Она прикусывает губу, и мне хочется надрать себе задницу за то, что я такой тупой.

— Ага, я имею в виду, конечно, давай пройдем сюда. — Я киваю в сторону одного из приватных столиков у окна и по пути беру столовое серебро.

Ресторан откроется только вечером, а сейчас еще начало дня. Персонал еще не пришел, и я счастлив, что она полностью в моем распоряжении. Наконец-то.

— Кофе? — спрашиваю я, хватая кофейник, который подготовил для нее до того, как она пришла. Она кивает, и я наливаю ей чашку, добавляя сверху немного корицы, как она любила раньше.

— Как ты узнал, что я люблю кофе с корицей? — Она наклоняет голову набок, и я понимаю свою ошибку.

— А разве большинство людей не любят? — говорю я, пытаясь замести следы. — Почему бы тебе не рассказать мне о своем образовании и о том, на чем ты специализируешься.

Она делает глоток кофе, а затем одобрительно хмыкает и начинает рассказывать о кулинарной школе и своей любви к выпечке. Я мог бы часами сидеть, просто слушая, как она говорит и описывает слоеное тесто. То, как она произносит слово «масло» — самое милое на свете.

— На следующей неделе у меня мероприятие, и я хотел бы нанять тебя для него, — говорю я, вытаскивая вилку из салфетки и открывая коробку.

— Ты еще даже не попробовал мои десерты. — Она застенчиво улыбается, и, боже, это согревает меня изнутри.

— Мне и не нужно. Ты явно талантлива, я мог бы сказать это по свадебному торту. Но теперь еще и вижу, как ты увлечена кулинарией, а это именно то, что я ищу. — Она краснеет и смотрит на свои руки, пока я отламываю вилкой кусочек пирога. Она встречается со мной взглядом, когда я одобрительно хмыкаю.

— Тебе нравится?

— Я никогда не ел ничего более сладкого, — слова слетают с моих губ, и я понимаю, что они могут показаться неправильными. — Идеально, — исправляюсь я и вижу, как она улыбается еще ярче.

— Так что же это за событие?

— Это День святого Валентина, — уклоняюсь я, откусывая кусочек шоколадного пирога. — Будет большая вечеринка, так что мне понадобится торт.

— Я люблю печь торты. Какой ты хочешь, чтобы я испекла?

— Какой твой любимый? — Я издаю стон, когда пробую шоколад, и она гордо улыбается.

— Я люблю клубничный торт с глазурью из сливочного сыра, но это твоя вечеринка, ты должен выбрать то, что хочешь.

— Думаю, клубничный торт с глазурью из сливочного сыра звучит как идеальный торт.

— Правда?

Я киваю и ем что-то с карамелью и яблоками. Это так вкусно, что я продолжаю есть, пока оно не заканчивается.

— Ты можешь сделать мне еще одну такую коробку прямо сейчас на моей кухне?

Астрид смеется, будто я шучу, но, когда я не смеюсь в ответ, она затихает.

— Ты серьезно?

— Хочу ли я есть твои угощения весь день? — Я медленно улыбаюсь, оглядывая ее с ног до головы. — Да, я серьезно.

Глава 3

Астрид

Эти глаза. Они сводят меня с ума. Чем дольше я в них смотрю, тем больше убеждаюсь, что они принадлежат Остину. Могут ли они быть связаны? Мысль о том, что это возможно, вызывает у меня смешанные эмоции.

Кью не отводит от меня взгляда, пока я порхаю по его впечатляющей кухне, готовя ему еще сладостей. Это место — произведение искусства, если вы спросите меня, и, если бы кто-то мог взять из моей головы идеальную планировку профессиональной кухни, это была бы она.

— Не могу поверить, что у тебя есть целая зона для десертов. — Массивная кухня разделена на две секции рядом друг с другом, и есть совершенно другое пространство для выпечки.

— Я хочу, чтобы в будущем у меня было целое десертное меню, а не только несколько позиций. Я знал, что шеф-повару понадобится своя зона, и я спланировал это.

— Это пространство мечты, — признаюсь я, с каждой секундой желая эту работу все больше и больше.

— На самом деле, еще я подумываю о том, чтобы сделать меню десертных закусок. — Я резко поднимаю голову, уставившись на него. — Что? — ухмыляется он, и я клянусь, это понимающая ухмылка.

— Ничего, на самом деле это идея, которой я делилась со своим другом. Что рестораны должны включать несколько сладостей в меню закусок. Ничего так не возбуждает голод, как сахар.

— Не могу не согласиться. Мы тоже всегда в начале подаем хлеб. Обычно это черный и белый хлеб, но что, если подавать один сладкий хлеб и один белый?

— Как пандоро! — визжу я слишком громко и краснею. О, Боже. Что со мной не так? Мне нужно вести себя, как взрослый, а не как взволнованный ребенок. (Примеч.: Пандоро (итал.) — «золотой хлеб». Это сладкий дрожжевой кулич, который пекут на Рождество и Новый год, обычно в форме конуса).

— Пандоро. — Закрыв глаза, Кью со стоном произносит это слово, будто смакует его.

Жар, опаливший мое лицо, распространяется по всем телу, когда я смотрю на него. С тех пор как вошла в его ресторан, я чувствовала, как между нами назревает что-то. Я продолжаю говорить себе, что схожу с ума. Не может быть, чтобы этот мужчина так на меня запал. Не только потому, что это Кью, но и потому, что мое сердце должно принадлежать Купидону. Я не могу флиртовать и посылать смешанные сигналы. Не то чтобы я умела флиртовать… если только проливать напитки на людей и есть флирт.

«Купидон может не хотеть твое сердце», — напоминает мне мой глупый разум, и не похоже, что Кью его тоже хочет. Я должна перестать мысленно разговаривать сама с собой.

— Я люблю сахарную пудру, — выпаливаю я. Вот. Это то, что я могу легко утверждать, что люблю, и оно тоже любит меня в ответ. Особенно мои бедра.

— Поверить не могу. — Кью отталкивается от стены, к которой прислонился, и сокращает между нами расстояние. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки на пуговицах. Я завороженно наблюдаю, как он встречается со мной взглядом. У меня перехватывает дыхание, когда он поднимает руку и проводит по моей щеке большим пальцем. Когда он убирает его, я вижу белый след.

— Я превращаюсь в небольшой беспорядок, когда готовлю. Извини. — Он подносит большой палец ко рту, облизывая пудру, и я опускаю взгляд на его полные губы.

— Ты не беспорядок, сладкая, — говорит он, наклоняясь. Он собирается поцеловать меня? Нет, этого не должно случиться. Я поднимаю руки, прижимая ладони к его широкой груди, чтобы остановить, и он удивленно приподнимает брови.

— Как ты назвал меня?

— Астрид?

Я качаю головой, потому что это не то, что он сказал.

— Сладкая, — повторяю я. — Ты назвал меня сладкой.

— Возможно. — Он пожимает плечами. — Я многих людей так называю. Как дорогая или милая.

Я снова толкаю его в грудь, но он не двигается. Я делаю шаг назад, гадая, что со мной не так. Я чуть не позволила ему поцеловать себя, когда прохожу собеседование при приеме на работу.

— Прости, — говорит он низким голосом.

— Все в порядке. — Я пытаюсь встряхнуться и вернуть свое внимание к глазури, которую делала. Ощущаю ревность при мысли о том, что он называет других людей так. Делает ли он это со своими сотрудниками? Возможно, он просто флиртует, и я все неправильно понимаю, потому что он такой чертовски красивый. Я начинаю думать, что эта работа, возможно, не очень хорошая идея.

— Нет, не в порядке. Я соврал тебе. — Я снова резко поднимаю голову. — Я не зову других милыми или дорогими. Тебе подходит «сладкая».

— Пожалуй. — Стар и мой брат всегда говорят, что я пахну сахаром.

— Ты чувствуешь это, Астрид? — Он опускает обе руки на стойку рядом со мной.

— Я не знаю, что происходит, но у меня есть парень, — спешу сказать я, практически выкрикивая слово «парень».

— Тогда твой парень тупица. — Он отстраняется, а затем подходит к стене, чтобы прислониться к ней и продолжить наблюдать, как я пеку. Он складывает руки на груди, выглядя взбешенным. — Если бы ты была моей, ты точно не была бы моей девушкой.

— Что это значит? — фыркаю я, роясь в ящике в поисках мерной ложки, которая на самом деле мне не нужна.

— Ты была бы моей женщиной. Моей женой, — заявляет он, и я разворачиваюсь, сбивая несколько вещей со стойки на пол. — Ладно, может быть, ты немного неряшлива, но это на самом деле выглядит даже мило, если хочешь знать мое мнение.

Я просто стою там, пока он начинает собирать вещи.

— У меня есть парень, — повторяю я.

— Как я уже сказал, он тупица. Я умирал, ожидая, когда наступит сегодняшний день. Прошло две недели с того свадебного приема.

— Правда? — Мое сердце трепещет.

— Да, правда. И где же был этот парень? — бросает он вызов.

— Ладно, он не мой парень. Он мой друг из интернета. Я подумала, может быть, когда я вернусь сюда, мы… — Я замолкаю, зная, что это звучит жалко. Я смотрю на Кью снизу-вверх и жду, что он скажет, что я сумасшедшая или что меня, скорее всего, разводят, но он ничего не говорит. — Твои глаза. Они мне напоминают кое-кого.

Он приподнимает брови.

— Кого?

— Кого-то из давних времен.

— Он тоже твой парень? — На его губах ухмылка, и я знаю, что он дразнит меня.

— Нет. — Я качаю головой. — Сомневаюсь, что он вспомнил бы меня. Он был другом моего брата. Мы оба были детьми, и я была типичной младшей сестрой, влюбленной в друга моего брата. — Я закатываю глаза, стараясь выкрутиться.

— Сомневаюсь, что он мог забыть тебя, сладкая. Ты просто незабываема.

Вау, может быть, я веду себя глупо. Я цепляюсь за то, что может никогда не случиться, и цепляюсь за фантазию, которую придумала в своей голове. Прямо сейчас передо мной стоит мужчина, явно заинтересованный, и разве это не то, чего я хочу?

Я облизываю губы, зная, что это, вероятно, ужасная идея, когда начинаю приподниматься на носочки. Один поцелуй не может быть таким уж ужасным, верно?

— Сладкая, — шепчет Кью, касаясь своим теплым дыханием моих губ.

— Сэр, — зовет кто-то, и я отпрыгиваю от Кью, когда мужчина в кителе шеф-повара протискивается через вращающуюся дверь. Он замирает, когда видит нас двоих. — Это она? — спрашивает он после паузы.

— Я? — Я, как дурочка, указываю на себя.

— Карло, это Астрид. Я пытаюсь уговорить ее присоединиться к нам. Мы собираемся испытать ее на следующей неделе на мероприятии в честь Дня святого Валентина.

— Избавь его от страданий и просто соглашайся прямо сейчас. Последние две недели этот мужчина вел себя, как осел. — Карло поддразнивает Кью. — Черт, могу я попробовать это? — Карло подходит, чтобы осмотреть то, что я уже начала готовить.

— О, она здесь, — говорит высокая симпатичная рыжеволосая девушка, входя на кухню, за ней следуют еще два человека, все они ведут себя так, будто уже знают меня.

— Да, пожалуйста. Угощайтесь, — призываю я, когда начинает появляться все больше людей.

— Мы здесь все как семья, — говорит Кью, прежде чем снова прислониться к стене и продолжить наблюдать за мной.

Я провожу следующие несколько часов, готовя для его сотрудников, и все они мне очень нравятся. Все они рассказывают мне о своих любимых блюдах, и мы выбираем несколько, которые будут на мероприятии на следующей неделе вместе с клубничным тортом.

Когда приходит время уходить, Кью отвозит меня домой, не заботясь о том, что когда мы уходим, в ресторане полно народу. Он даже провожает меня до двери.

— Неделя, сладкая, — произносит он, и это звучит, как клятва.

Мне требуются все силы, чтобы не погнаться за ним. Вместо этого я запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной. У меня все еще кружится голова. Для девушки, которую никогда не целовали, у меня слишком много сложных отношений.

Думаю, у меня есть неделя, чтобы разобраться во всем. Неделя — это целая вечность.

Мой телефон издает сигнал, и я вытаскиваю его из сумочки и вижу сообщение от Купидона.

Купидон: Ты получила работу?

Я: Думаю, да. Я устраиваю для него мероприятие на следующей неделе в День святого Валентина.

Купидон: Не забывай, сладкая. Ты — мой Валентин.

Глава 4

Купидон

Неделю спустя…

— Знаешь, когда мы со Стар встретились, она подумала, что я сумасшедший.

— А ты и есть сумасшедший, — говорю я Нику, не поднимая глаз.

— Но должен сказать, что ничего из того, что сделал я, не сравнится с этим.

Когда смотрю туда, где он стоит на сцене, на его лице самодовольная улыбка, и мне хочется повалить его на пол. Может быть, хорошая драка высвободила бы часть этой сдерживаемой агрессии, которую я сейчас чувствую. Особенно, когда все уже прибыли и пьют коктейли и наслаждаются закусками в другой комнате.

Я хочу, чтобы это место было идеальным, поэтому помогаю Стар и ее команде украшать ресторан. Конечно, это тематика Дня святого Валентина, но это слишком. Именно то, чего я хотел.

С потолка длинными каскадами свисают цветы, и каждая поверхность покрыта красными и розовыми розами. Оркестр разогревается, и я уже увидел, как несколько человек входили через парадную дверь.

— Пора, — говорит Ник, зажигая последнюю свечу и присоединяясь ко мне. — Ты уверен во всем этом? — Он поднимает руки вверх, когда я пристально смотрю на него. — Ладно, успокойся, я просто спрашиваю. Когда моя сестра будет здесь?

— Примерно через пятнадцать минут, если Стар выполнит свою работу.

— Стар ничего не упускает, — уверенно говорит Ник. — Она тоже хочет, чтобы сегодняшний день был идеальным.

— Ладно. Если по какой-то причине все пойдет не по плану…

— Я понял, — говорит Ник, похлопывая меня по плечу. — Просто иди и прихорашивайся, а я буду отвлекать всех своей искрометной индивидуальностью.

— Мы обречены, — вздыхаю я, направляясь в кабинет, чтобы переодеться.

Как только снимаю одежду, которую обычно ношу, надеваю темный костюм и красный галстук. Я смотрю на часы, а затем выглядываю в окно и вижу, что Стар и Астрид подъезжают как раз вовремя.

В задней части есть небольшая комната, которую мы иногда используем для частных обедов, и я жду там Астрид. Сердце подступает к горлу, но я знаю, что сегодня тот день, когда я признаюсь во всем. Прошла неделя, когда я отчаянно держался на волоске в ожидании сегодняшнего дня, и теперь, когда он настал, я не уверен, что выживу.

— Я встречу тебя у входа, — говорит Стар, когда Астрид входит в комнату. Стар подмигивает мне, закрывая дверь и оставляя нас с Астрид наедине.

— Эм, что происходит? Все готово, но Стар сказала, что ты хотел меня видеть?

— Ты такая красивая. — Ее длинное до пола бледно-розовое платье без бретелек полностью усыпано какими-то блестками.

— Это не слишком? — Она краснеет, и я больше не могу выдерживать расстояние между нами.

— Нет, оно идеально. Ты идеальна.

— Стар заставила меня нарядиться для сегодняшнего вечера. — Она робеет, будто ей неловко, но выглядит безупречно.

Взяв ее руки в свои, я делаю глубокий вдох и начинаю:

— Мне нужно поговорить с тобой кое о чем, Астрид.

— С тортом какие-то проблемы? — Она широко распахивает глаза, и я качаю головой.

— Нет, он прекрасен. Его идеально доставили, и он ждет на кухне.

Астрид смотрит вниз на наши соединенные руки, и я чувствую, как она нервно обхватывает своими пальцами мои.

— Когда ты смотришь на меня, сладкая, ты что-то ко мне чувствуешь?

Она встречается со мной взглядом, и ее глаза округляются.

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе это знакомо? Что-то шевелится внутри тебя, будто это именно то место, где ты должна быть?

— Это сложно. — Ее голос мягкий, но я знаю, что она сдерживается.

— Тот, кого ты назвала своим парнем, его зовут Купидон? К нему ты что-то чувствуешь?

Она прикусывает нижнюю губу и качает головой, но затем останавливается и слегка кивает.

— Я не уверена. Мы так долго были друзьями, но я не уверена, что это. Откуда ты узнал его имя?

— И ты сказала, что я напоминаю тебе кого-то из прошлого? — продолжаю я, протягивая руку и прикасаясь к ее щеке, позволяя себе скользнуть пальцами по ее мягкой коже.

— Да. — Она наклоняется к моему прикосновению, и это побуждает меня продолжить.

— Что, если это я? — Когда выражение ее лица становится растерянным, я продолжаю: — Что, если мужчина, которого ты считаешь своим парнем, и мальчик, о которым ты заботилась давным-давно, — один и тот же человек? — Она судорожно сглатывает, и у нее перехватывает дыхание, когда я обнимаю ее за талию. — А что, если я и есть Купидон, сладкая? И что, если я также и Остин?

— Что ты сказал? — Ее голос едва громче шепота, и я прижимаю ее к себе.

— Я ждал тебя достаточно долго, Астрид. Всю свою жизнь я ждал и берег себя для тебя. Я создал блог для тебя, купил рестораны для тебя, построил этот мир для тебя, сладкая. Все это.

— Этого не может быть, — выдыхает она, касаясь моего лица, будто я могу быть ненастоящим.

— Это реально, и это правда. Я прошу прощения за обман с Купидоном. Это мое настоящее имя, но все зовут меня Кью. После того, как уехал, я мог думать только о тебе. К тому времени, как снова нашел Ника, ты уже уехала учиться. Я знал, что это была твоя мечта, и я не мог остановить тебя. Но что я мог сделать, так это воплотить в жизнь все остальные мечты.

— Ты сделал все это для меня? — Ее глаза наполняются слезами, и я киваю.

— Я люблю тебя, Астрид. Люблю с того времени, как мне было пятнадцать, и с тех пор я даже не смотрел на других женщин. Ты — все, чего я когда-либо хотел, и я ждал этого момента, этого дня.

— Я не могу в это поверить. Не могу поверить, что ты Остин.

— Это я, и после всего этого времени мне нужно, чтобы ты сделала для меня кое-что. — Я делаю глубокий вдох, а затем медленно опускаюсь перед ней на колени. Когда достаю из кармана коробочку, она в шоке прикрывает рот рукой. — Мне нужно, чтобы ты вышла за меня замуж, сладкая. Позволь мне продолжать любить тебя как свою жену до конца моей жизни. Не заставляй меня ждать еще один день, чтобы ты стала моей.

— Это безумие. — Астрид позволяет мне взять ее за руку, когда я открываю коробочку и достаю кольцо с гигантским бриллиантом, ограненным в форме сердца.

— Так и есть, но однажды ты сказала мне, что волшебство случается, когда ты меньше всего этого ожидаешь. — Я надеваю кольцо ей на палец и смотрю в глаза. — Выходи за меня замуж, Астрид.

— Да, — говорит она и падает в мои объятия.

Я закрываю глаза и прижимаю ее к груди, наконец-то делая свой первый настоящий вдох за очень долгое время. Может быть, я терпел с тех пор, как мне было пятнадцать, и я уехал от нее, но сейчас я здесь, и никогда не отпущу ее.

— Давай не будем заставлять их ждать, — говорю я, вставая с ней, держа ее в своих объятиях.

— Что? — Ее глаза округляются в неверии, и я улыбаюсь.

— Все здесь и ждут, чтобы увидеть, как мы свяжем себя узами брака. — Я обхватываю ладонями ее лицо и прижимаюсь лбом к ее лбу. — Я провел всю свою жизнь, думая о своем первом поцелуе, и я знал, что он будет с тобой в день нашей свадьбы.

— Я так сильно люблю тебя. — Она закрывает глаза как раз в тот момент, когда дверь позади нас открывается и входит Стар.

— Давайте начинать, — визжит она.

Ник стоит рядом с ней, пожимая плечами.

— Извините, но мы всё подслушали, — говорит он, и Стар хлопает его по груди.

— Не извиняйся, я ни капельки не сожалею. — Стар самодовольно наблюдает за нами.

— Давай поженимся, — говорит Астрид с широкой улыбкой на лице.

— Я не дам тебе шанса передумать. — Она визжит, когда я подхватываю ее на руки и несу к месту, которое мы выделили для церемонии.

Все сидят на своих местах, и я несу Астрид по проходу под одобрительные возгласы. Когда выхожу на сцену, я ставлю Астрид на ноги и встаю напротив нее, держа за руки. Священник начинает, и пока он говорит, я смотрю на мою прекрасную невесту. Не могу поверить, что мы наконец-то здесь и что после стольких лет она моя.

Ник протягивает мне обручальное кольцо, а Стар протягивает другое Астрид. Мы надеваем их одновременно, и моя жена смотрит на меня с удивлением и благоговением. Это величайший момент в моей жизни, и когда священник объявляет нас мужем и женой, я, не колеблясь, заключаю ее в объятия.

— Я люблю тебя, жена.

— Я люблю тебя, муж, — отвечает она, и я наклоняюсь и прижимаюсь к ее губам своими.

Глава 5

Астрид

Когда Купидон прижимается своими губами к моим, я понимаю, что все, о чем я когда-либо мечтала, сбывается. Все те фантазии, которые я разыгрывала в своем воображении, становятся реальностью, и все они заключены в этом мужчине. Это всегда был он, сколько я себя помню. Как я могла влюбляться в одного и того же мужчину снова и снова?

Вот почему, когда он попросил меня выйти за него замуж, я знала, что на самом деле это не было безумием. Это был и всегда будет он. Не имело значения, как он пришел ко мне — мое сердце, разум и тело всегда выбирали его. Было только три человека, с которыми я думала о возможности большего, и это всегда был один и тот же мужчина.

Купидон погружается пальцами в мои волосы, прижимаясь своими губами к моим. Я закрываю глаза и позволяю себе сначала почувствовать его. Когда он скользит языком по моим губам, я приоткрываю их, желая, чтобы он углубил поцелуй.

И он это делает.

Возможно, никто из нас раньше не целовался, но это так естественно. В его поцелуе нет никакой неуверенности. Он скользит языком между моими губами и поглаживает мой язык. Я позволяю своему телу раствориться в его объятиях, колени слабеют. Купидон удерживает меня на ногах, обнимая за талию, чтобы удержать на месте.

Стон проносится сквозь него, и я издаю стон в ответ. Желание закручивается внутри меня и быстро нарастает. Мое тело хочет большего, и я хнычу, понимая, что к моему животу прижимается твердый член. Каждый раз, когда я издаю звук, плоть напротив меня дергается.

— Ребята, не хочу вас прерывать, но… — голос Ника возвращает меня к реальности.

Прекрасной реальности, но это напоминает мне, что я стою в комнате, полной людей, только что разделив очень интенсивный первый поцелуй. С губ Купидона срывается еще один стон, прежде чем он отрывается от моих губ. Он облизывает губы, а затем широко улыбается.

Я краснею по миллиону разных причин, но не от смущения, это скорее застенчивость, чем что-либо еще. Но больше всего меня волнует не только то, что я смотрю в красивое лицо моего мужа, но и то, что его губы распухли от наших поцелуев. Мне нравится видеть кольцо на его пальце, но видеть это свидетельство на нем так же горячо. Особенно зная, что я единственная девушка, которая когда-либо целовала эти губы, и навсегда останусь единственной.

Купидон берет меня за руку и ведет обратно по проходу. Все встают и аплодируют, и как только он выводит меня из комнаты, я оказываюсь в его кабинете, дверь позади нас закрывается. Защелкнув замок, он снова целует меня.

— Ты — моя жена, — произносит он между поцелуями. — Черт, я знал, что ты будешь сладкой на вкус. — Он скользит губами вниз по моей шее и толкает меня назад, чтобы я села на его стол.

— Купидон, — я издаю стон, когда он начинает задирать мое платье, пытаясь подтянуть к талии.

— Пожалуйста, не говори мне остановиться. — Он скользит пальцами в переднюю часть моих трусиков, оттягивая их в сторону. Я знаю, он чувствует, насколько они намокли. — Ты голая, — цедит он сквозь зубы. — Для кого ты побрилась? — Он дергает трусики, и они разрываются, но у них не было ни единого шанса уцелеть.

— Для тебя, — признаюсь я. — У меня было предчувствие, что сегодня что-то должно произойти, Купидон. — Я облизываю губы. — Ты сказал мне, что я твой Валентин, вот я и подумала, может быть, ты сегодня появишься. Я также… — Я замолкаю, когда мои щеки краснеют.

— Выкладывай. Никаких секретов.

— Иногда в своей голове я придумываю фантазии. У меня была одна о тебе, Кью, о том, как ты потерял самообладание сегодня вечером на вечеринке и затащил меня в свой кабинет, чтобы поступить со мной так, как тебе захочется.

Он раздувает ноздри.

— Значит, ты собиралась быть с Купидоном после? — Я киваю. Это неприлично, но что делать девушке?

— Это всего лишь фантазии, но иногда я немного выхожу за их рамки. Например, бреюсь на случай, если они станут реальностью.

— Значит, ты побрилась, чтобы быть готовой для меня?

— Для каждой версии тебя.

— Тогда мне лучше не разочаровывать тебя. — Он ухмыляется, опускаясь передо мной на колени. — Это фантазия, к которой тебе лучше привыкнуть. Я ни за что не допущу, чтобы ты порхала по кухне возле моего кабинета, а я не затащил бы тебя сюда, чтобы отведать.

— Боже. — Мне нравится, как это звучит.

Купидон зарывается лицом между моих бедер, и я ахаю от этого ощущения. Мои фантазии ничто по сравнению с реальностью, когда он лижет и сосет, совсем не дразня меня. Мы ждали достаточно долго.

— Такая тугая, — стонет он, входя в меня пальцем, а затем еще одним. Я уже чувствовала, как он прижимался ко мне членом, и я понятия не имею, как он сможет поместиться внутри меня. Мне все равно, я умру, пытаясь, но ни за что на свете не откажусь от попытки принять в себя каждый его сантиметр. Купидон быстрее двигает пальцами. Моя киска слишком тугая для его пальцев, но небольшой укол боли чувствуется очень эротично.

— Кью, Остин… Я… я… я не могу. — Я качаю головой. Это слишком. Я теряю рассудок.

— Можешь, моя сладкая. Дай мне это, — требует он, прежде чем всосать мой клитор в рот, с силой посасывая и поглаживая его языком. Он скручивает во мне пальцы, и это моя погибель. Я выкрикиваю его имя, когда оргазм охватывает мое тело.

От всех переполняющих эмоций слезы скатываются по щекам.

— Сладкая. — Купидон целует меня, и когда открываю глаза, то понимаю, что сижу у него на коленях. — Ты со мной?

— Я всегда буду с тобой. Тебе повезет, если я выпущу тебя из поля зрения. — Я шмыгаю носом, а затем улыбаюсь со слезами на глазах.

— Хорошо, я не хочу быть вне поля твоего зрения. — Я провожу пальцами по его подбородку. Не могу поверить, что он Остин, но чем больше смотрю на его лицо, тем больше нахожу сходств. Я провожу пальцем по его щеке, затем по носу.

— Держу пари, если продолжу кормить тебя, ты будешь больше похож на Остина, — поддразниваю я, заставляя его усмехнуться.

— Возможно, но думаю, я смогу сбросить все калории, тренируясь со своей женой. — Я фыркаю и хихикаю одновременно. — Трахни меня, ты очаровательна.

— Я планирую, но… — Я замолкаю, бросая взгляд в сторону двери и вспоминая, что нас ждет куча людей. Купидон хватает меня за подбородок, возвращая к себе мое внимание.

— Как бы мне ни хотелось сказать «к черту» и украсть тебя, у нас впереди целая жизнь. Я собираюсь разделить несколько танцев со своей женой, съесть торт, который она для меня испекла, а потом утащу тебя в наш дом. — Глаза снова наполняются слезами. Я никогда в жизни не была так счастлива. Ник всегда был моей семьей, но сейчас все по-другому. Это семья, которая принадлежит мне.

— Наш дом. — Мне нравится, как звучат эти слова.

— Наш дом. Я знаю все твои мечты, сладкая. Ты рассказывала мне их все эти годы, и пока я ждал, чтобы заявить о своих правах на тебя, я воплощал их в жизнь. Если ты впечатлена рестораном, который я построил для нас, подожди, пока не увидишь, что еще я сделал. — Ни одна из моих фантазий не соответствовала реальности этого мужчины.

— Я люблю тебя, — говорю я ему от чистого сердца.

— Я тоже люблю тебя, сладкая. — Он встает и ставит меня на ноги. — Больше никаких фантазий. Я воплощаю их все в реальность.

Глава 6

Купидон

— Это не может быть правдой, — говорит Астрид после того, как я переношу ее через порог нашего дома.

— Я знаю, мы говорили об этом, когда были детьми, но даже тогда ты любила печь.

Первый этаж представляет собой открытую планировку, предназначенную для большой семьи. Кухня переходит в столовую и гостиную, а за ней находится стеклянная стена с видом на воду.

— Он достаточно велик, здесь свободно могли бы жить четыре семьи. — Ее глаза широко раскрыты, но улыбка еще шире.

— Это еще одна вещь, которую, я знаю, ты хочешь, и я планирую дать тебе это. — Я ставлю ее на ноги и обхватываю ладонями лицо. — Начиная с этого момента.

— Ты действительно это имеешь в виду?

— Мы оба хотим большую семью, и я собираюсь подарить тебе столько детей, сколько ты сможешь выносить. — Она смеется, когда я целую ее, а затем снова смотрю ей в глаза. — Я серьезно, сладкая. Твое желание — закон для меня.

— Не могу поверить, что это все наше. Ты сделал это для меня?

Я киваю, когда слезы наворачиваются ей на глаза, и вытираю их.

— Я хочу провести остаток своей жизни, любя тебя. Вот и все, Астрид. Ты украла мое сердце давным-давно, и я никогда не захочу его обратно.

— Ты мой, так же, как и я твоя. — На этот раз она тянет меня вниз для поцелуя, и я чуть не падаю на задницу, когда она прыгает на меня.

Я падаю на диван, и она садится на меня верхом. Я рычу, дергая материал ее платья.

— Я не хочу порвать твое свадебное платье, но я нетерпелив.

— Мне нужно увидеть тебя без рубашки. — Ее руки почти так же неистовы, как и мои, когда мы почти вцепляемся друг в друга.

— Позволь мне трахнуть тебя в этом платье, — рычу я, когда она тянет в стороны полы моей рубашки, и пуговицы разлетаются. — Я хочу, чтобы в первый раз мой член вошел в тебя, когда ты будешь одета, как невеста.

— Да, — выдыхает она, когда мы вместе собираем в кучу блестящий материал ее платья.

Ее трусики давно сняты, а выбритая киска скользкая и липкая.

— Блядь, — рычу я, когда она вытаскивает мой член и скользит по его длине. — Помедленнее, малышка, у меня это тоже в первый раз. Не хочу кончить на себя еще до того, как войду в тебя.

— И я не хочу тратить впустую ни капли. — Она хватает основание моего члена и несколько раз проводит вверх и вниз, прежде чем провести им по своим складочкам.

— У нас должна быть прелюдия подольше, — шиплю я, прижимаясь к ее входу. — Я хотел снова попробовать тебя, прежде чем мы сделаем это.

— Позже, — стонет она и немного опускается. — Сначала мне нужно это.

— Господи, сладкая. Я собираюсь кончить.

— Сделай это, — почти умоляет она, держа головку моего члена у своего входа и немного дрочит мне.

— Ты убиваешь меня.

Мой член дергается и пульсирует, и она широко раскрытыми глазами наблюдает, как моя сперма выплескивается в нее горячим потоком.

— Я чувствую это. — Ее голос мягкий, будто она в благоговейном страхе, когда скользит вниз и принимает меня чуть больше. — Боже, ты такой большой.

— Не говори такое, или я снова кончу, — выдыхаю я, и она опускается до основания, полностью садясь на мой член. — Ох, блядь.

— Я так наполнена. — Она слегка покачивается и откидывает назад голову. — Но боль так приятна.

— Хватит, — рычу я, хватая ее за бедра и переворачивая нас. — Теперь моя очередь.

Я держу ее бедра одной рукой, а другой дергаю верх ее платья. Ее сиськи освобождаются от одежды, и я облизываю губы, прежде чем обхватить одну из них. Астрид стонет, когда я двигаюсь в ней, ее киска сжимается вокруг меня.

Я впервые трахаю свою жену в нашем доме. Из всех случаев, когда я представлял себе этот момент, я не думал, что все будет так, но, Боже, это намного лучше. Ничего не подготовило меня к тому, какой совершенной она будет, или к тому, насколько особенным будет этот момент.

— Я так сильно люблю тебя. — Я прижимаю ее к себе и трусь о ее киску, потирая клитор.

— Не останавливайся. — Она приподнимает бедра, приветствуя меня в своем теле. — Я люблю тебя, Купидон.

Когда чувствую, как она напрягает ноги и выгибает спину, я продолжаю потирать ее клитор, отправляя через край. Ее киска сжимается вокруг меня, и я больше не могу сдерживаться. Мои толчки становятся хаотичными, и ощущение ее тепла на моем члене уже слишком. Член пульсирует, и я кончаю так сильно, что чуть не падаю на нее сверху.

Астрид обхватывает ногами мои бедра, и когда я смотрю ей в глаза, она улыбается так широко и красиво.

— Я никогда не видел ничего более великолепного, — говорю ей, убирая ее распущенные волосы с лица.

— Опять? — спрашивает она, поигрывая бровями.

— Опять, — соглашаюсь я и вонзаюсь в нее еще раз.

Ночь мы заканчиваем тем, что занимаемся любовью по всему дому и оставляем по пути след из одежды. Это лучший день в моей жизни, и от осознания того, что у нас впереди еще так много всего, мое сердце сжимается от счастья. Астрид была моим началом, и она будет моим концом, с этого дня и навсегда.

Эпилог 1

Астрид

Год спустя…

Я стою в ванной Стар и жду, когда один из долбаных тестов на беременность покажет что-нибудь. Это самые длинные две минуты за всю мою жизнь.

— На этот раз я чувствую это, Астрид. Клянусь. — Она берет меня за руку.

Стар стоит рядом со мной, нависая над семью тестами, которые мы разложили перед нами. Это может быть излишним, но мне действительно все равно. Я пописала в чашку, чтобы Стар могла обмокнуть их все так быстро, как только можно, и разложили их так, чтобы одновременно было видно все. Ничто так не говорит о лучшем друге, как это. Нет, о сестре. Она моя сестра.

Когда Стар выходила замуж за моего брата, я понятия не имела, что у меня будет сестра. Всегда были мы с Ником. Я немного волновалась, когда они поженились, но, конечно, была рада за них. Ник заслужил хорошую женщину, а Стар даже больше этого. Она осветила весь его мир и показала ему, что жизнь — это не только работа.

Когда ты растешь, не имея ничего, как было у нас с Ником, иногда забываешь об этом. Он всегда был сосредоточен на том, чтобы мы ни в чем не нуждались, не понимал, каких радостей в жизни ему не хватает. Она дала ему это.

Я действительно надеялась, что мы вместе забеременеем. Наверное, я думала, что раз она так быстро забеременела, то же самое случится и со мной и Купидоном. Мы занимаемся этим, как долбаные кролики. Будто наверстываем упущенное.

Сначала я делала тест каждый месяц, и они все показывали отрицательный результат. Купидон сказал, что я слишком давлю на себя, и доктор сказал то же самое шесть месяцев назад. С нами все в полном порядке, так что я знаю, что это произойдет. Я наслаждаюсь происходящим и тем, что мы молодожены.

За этот последний год сбылось так много моих мечтаний. От свадьбы с мужчиной моей мечты до работы в лучшем ресторане города и получения нескольких наград за мои десерты. В прошлом месяце я даже подписала контракт на две кулинарные книги. У меня есть все, кроме кое-кого маленького, но очень важного. Малыша.

— Я почти уверена, что у меня не было месячных с Рождества. — Я ломала голову, но мои месячные никогда не были регулярными. Часто их даже не бывает, или они очень скудные.

Думаю, что из-за праздников и книжной сделки, их отсутствие просто выпало у меня из головы. Потом были две недели, которые мы провели на Фиджи на мой день рождения после праздничного безумия. Сегодня у нас годовщина, и я проснулась не очень хорошо себя чувствуя. У нас со Стар уже были планы встретиться и нарядиться на День святого Валентина, зная, что у наших мужей есть на нас планы сегодня вечером.

Не желая обнадеживать Купидона, я все утро держала рот на замке. Думаю, он понимает, что что-то происходит, потому что слишком хорошо меня знает. Почти пугает, как много он не упускает из виду.

— Показывают! — кричит Стар, когда тесты начинают проявляться. Один за другим тесты показывают «беременна», и по моим щекам катятся слезы. — О, Боже мой! — визжит она, и Ник врывается в ванную.

— Что, черт возьми, происходит?

— Возможно, я беременна, — шепчу я.

— Возможно?! — Стар указывает на все тесты.

— Мне страшно. Мне нужно к врачу. — Я смотрю на своего брата. — Прямо сейчас. — Если кто-то и может устроить это, кроме моего Купидона, так это мой брат.

— Хорошо. — Он достает свой телефон.

В считанные секунды он связывается с гинекологом Стар, и через двадцать минут я оказываюсь на одном из ее смотровых столов, когда мне делают сонограмму. Врач уже взяла анализы, которые подтвердили то, что я знаю. Она уверена, что я беременна, но теперь собирается сказать мне, какой у меня срок.

Стар стоит рядом со мной, держа за руку.

— О, — произносит доктор, наклоняя голову и еще немного двигая палочкой, которую поместила в меня. Учитывая, какой у меня, вероятно, небольшой срок, она сказала, что это будет лучшая сонограмма, которую можно сделать.

— О? Что за «о»? Вы не можете просто сказать «о»! — практически кричу я, заводясь. Я должна была позвонить Купидону после того, как врач подтвердила беременность, но аппарат для сонограммы был прямо здесь, и я подумала, что скажу ему об этом сегодня вечером.

Что может быть лучшим подарком на День святого Валентина и годовщину свадьбы, чем этот? Мы оба хотим большую семью, и это то, о чем мы всегда говорили. Вот почему он построил для нас этот гигантский дом.

Я знаю, что мы всегда можем усыновить ребенка, и у меня такое чувство, что однажды мы это сделаем, учитывая, как я выросла и знаю, что так много милых детей нуждаются в доме, но я так сильно хочу испытать все аспекты материнства.

— Вот здесь. — Доктор улыбается мне. — И здесь. — Она водит пальцем, показывая мне. Мы со Стар наклоняемся друг к другу.

— Это близнецы? — спрашивает Стар.

— Нет, — отвечает доктор.

— Тройняшки, — говорю я в полном шоке.

— Ага, — подтверждает доктор.

— О, Боже! — снова визжит Стар.

Дверь в смотровую распахивается, и я ожидаю, что это мой брат, потому что Стар снова закричала, но это Купидон. На самом деле, это не так уж удивительно, учитывая то, как я вела себя сегодня утром.

— Клянусь, этот засранец появился, черт возьми, из ниоткуда, — говорит Ник у него за спиной.

Я всегда забываю, что мы можем отслеживать друг друга по нашим телефонам, так что не знаю, почему я не подумала об этом, так как знаю, что он частенько пользуется этим.

— Я так понимаю, это отец? — спрашивает доктор.

— Ага. — Я улыбаюсь своему мужу.

— Мы пойдем. — Стар наклоняется и целует меня в щеку, прежде чем отпустить мою руку. — Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — отвечаю я, прежде чем она выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Через секунду Купидон занимает ее место рядом со мной.

— У тебя проблемы, сладкая? — Он переплетает наши пальцы.

— Ага, у нас обоих. Это тройняшки, — говорю я, и хватка на моей руке усиливается, когда на лице мужа появляется огромная улыбка.

— Судя по всему, у вас срок десять недель, — говорит нам доктор. Она говорит еще что-то, но я не слушаю. Я не могу оторвать взгляда от Купидона. — Я дам вам двоим минутку, а потом мы обсудим еще кое-что в моем кабинете. Вы можете одеваться. — Она выходит, оставив нас наедине.

— Три малыша, — шепчу я, садясь.

— Ты превзошла меня. Я не могу в это поверить, — хихикает он, качая головой.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, я знал, что ты беременна.

— Что? И ты не подумал сказать мне? — Конечно, он знал. Он всегда все знает, когда дело касается меня.

— Я думал об этом несколько недель назад, но не стал говорить. — Он обхватывает мои щеки ладонями. — Я не хотел обнадеживать тебя, но последнюю неделю я был чертовски уверен. Я собирался рассказать тебе сегодня вечером. Дома у меня есть целый план для нас.

— Мы беременны.

— Три малыша, сладкая.

— Стоило того, чтобы подождать. — Я улыбаюсь, даже когда слезы наполняют мои глаза.

Купидон наклоняется, касаясь моих губ своими.

— Когда дело касается тебя, всё стоит того, чтобы ждать.

На этот раз Купидон действительно поразил меня своей «стрелой».

Эпилог 2

Купидон

Девять лет спустя…

— Купидон? — Я слышу, как Астрид зовет меня из спальни.

— Здесь. — Я почти закончил собираться и знаю, что мы уже немного опаздываем.

Сегодня у детей день рождения, и у нас будет полный дом людей, чтобы отпраздновать это событие. Я подготавливал игры на свежем воздухе и проверял поставщиков провизии, так что отстаю от графика. Я быстро принял душ, а теперь мне остается накинуть кое-что из одежды и помчаться вниз.

— Привет, красавчик, — слышу я голос своей жены, когда тянусь за свитером. Я все еще босиком и в джинсах, но почти готов.

— Привет, сладкая, ты закончила… — Я замолкаю, когда оборачиваюсь и вижу, что она стоит только в красном кружевном лифчике и крошечной юбочке. — Торт.

Она медленно закрывает за собой дверь гардеробной и прислоняется к ней.

— Я подумала, что поднимусь сюда и посмотрю, не нужна ли тебе помощь. — Она скользит взглядом по моему телу, но задерживается на моей обнаженной груди. Член набухает, джинсы становятся тесными, когда я бросаю свитер на пол.

— Астрид, внизу около двадцати гостей, — говорю я, но мой протест звучит слабо даже для меня самого.

— Я знаю. — Она игриво приподнимает переднюю часть юбки и показывает мне свою обнаженную киску. — Я просто подумала, что принесу тебе немного перекусить.

— Черт возьми, сладкая, ты меня убиваешь. — Я иду к жене, и ее улыбка становится шире. — У нас нет на это времени.

Она раздвигает ноги, открываясь и предоставляя мне необходимое пространство. Было бы так легко опуститься на колени и уткнуться лицом в ее киску.

— Я быстро, — обещает она. — Я трогала себя в ванной, и уже мокрая.

— Блядь, — рычу я, представляя, как она выглядела, делая это.

Мои колени подгибаются, и я утыкаюсь лицом в милую маленькую киску. Она шелковистая и такая чертовски влажная, и я потираюсь о нее лицом.

— Я знала, что тебе понравится. — Она хватает меня за волосы, когда я посасываю ее клитор, и вскрикивает. — О да, вот здесь.

Закинув ее ноги себе на плечи, я наслаждаюсь ей, пока она качает бедрами, беря то, что хочет. Я слишком горю желанием доставить ей наслаждение, но хочу этого на своих условиях.

Когда отрываюсь от ее киски, она вскрикивает, но мне это не нравится.

— Ты можешь подождать, — приказываю я, вставая и расстегивая ремень. — Ты кончишь на моем члене.

Астрид издает тихий скулящий звук, когда я оборачиваю ее ноги вокруг своей талии и прижимаю спиной к двери. Я проскальзываю внутрь одним резким толчком и закрываю ей рот рукой, чтобы нас никто не услышал.

— Ты думала, что можешь прийти сюда, подразнить меня и получить то, что хочешь? — Она кивает, и я продолжаю толкаться, неуклонно приближая ее оргазм. — Я заставлю тебя ждать.

Она распахивает глаза и в ужасе смотрит на меня.

— Это то, что ты должна получить. Я должен трахнуть тебя, подведя к краю, и оставить так на весь вечер и ночь. Разгуливала по спальне в этой крошечной юбочке без трусиков? Ты сама напрашиваешься, сладкая.

— Пожалуйста, — бормочет она под моей ладонью.

— Держу пари, ты бы наклонялась над любой поверхностью, выставляя напоказ киску. Горячая и возбужденная, и просто жаждущая, когда я заполню ее.

Веки Астрид тяжелеют, и я чувствую, как она становится более влажной. Ей нравится, когда я непристойно с ней разговариваю.

— Ты моя жадная девочка. — Она сжимается вокруг моего члена, и я стону от того, какая она тугая. — Я оставлю сперму в тебе, чтобы, когда позже почувствуешь ее на своих трусиках, ты могла вспомнить это.

Она энергично кивает, когда я шире развожу ее бедра и потираю клитор. Астрид кричит, но звук приглушен моей рукой. Она так чертовски близко, и, хотя я хочу, чтобы это длилось вечно, мы действительно должны действовать быстро.

Обхватив ее грудь другой рукой, я щипаю сосок через лифчик, и жена кричит, когда кончает. Я утыкаюсь лицом в ее шею и прижимаю к себе, когда толкаюсь в последний раз и кончаю вместе с ней. Она почти до боли сжимает меня, но я приветствую это. Это сладкая пытка, пока я изливаюсь в нее, и между нами возникает теплое удовлетворение.

— Ты чертовка, — говорю я ей, прежде чем нежно поцеловать.

— Ты бы не хотел меня другой. — Она улыбается, целуя меня в ответ. — Я люблю тебя.

— Люблю тебя больше, сладкая. — Еще один быстрый поцелуй, а затем я выхожу из нее, убирая свой все еще влажный член обратно в джинсы. — И ты можешь отсосать позже.

— Не искушай меня хорошим времяпрепровождением.

Не сомневаюсь, что люди внизу слышат визги, доносящиеся из гардеробной, когда я гонюсь за своей женой и наконец ловлю ее. Мы прилично так опоздали на вечеринку, но оно того стоит. Все это того стоит, когда речь заходит об Астрид и нашей семье. Она — мой любимый способ провести каждую минуту дня.

* КОНЕЦ *