БОЕЦ Автор: Тиджан

Жанр: Современный любовный роман

Рейтинг: 18+

Серия: Вне серии

Главы: 9 глав

Переводчик: Ленуся Л.

Редактор: Юлия Ц.

Вычитка и оформление: Таня П.

Обложка: Екатерина Б.

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для групп:K.N ★ Переводы книг (https://vk.com/kn_books) и BOOK IN STYLE | BIS | КНИГИ И ПЕРЕВОДЫ (https://vk.com/book_in_style)

ВНИМАНИЕ!

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Глава 1

— Пойдем, Дейл! — крикнул мне на ухо мой брат Дилан. Он выскочил из грузовика, пока я глушила двигатель. — Быстрее! — закричал он, проходя мимо моей двери, и свернул к задней части дома.

Я любила всех девятерых своих братьев, но не была одной из них. Во-первых, я девушка. Мое настоящее имя — Делия Холден. Наша мама решила дать мне семейное имя, но это самое женственное во мне. Вначале Делию сократили до Дели, и, каким-то образом, когда я училась в младших классах, оно переросло в Дейл. Что меня вполне устраивало. В то время мне нравилось крутиться в компании своих братьев. Я была достаточно тощей, чтобы носить мешковатые футболки, бейсболки и джинсы с кроссовками. Люди думали, что я мальчик, и я была достаточно спортивной, чтобы заниматься спортом с большинством парней. Это закончилось примерно в восьмом классе. У меня появились сиськи и округлились бедра. Несмотря на то, что все еще была худенькой, я больше не могла скрыть свои женственные формы.

Я ненавидела это и, наблюдая, как убегает Дилан, проклинала его. Еще одна отстойная часть быть женщиной — я уже не была такой быстрой. Я больше не могла помчаться и повалить его на землю. Мне нравилось противостоять своим братьям, но это прекратилось, и к первому курсу они были слишком круты, чтобы даже общаться со мной. В конце концов, они одумались, когда мы выросли, но все уже не было таким, как прежде. И вот я здесь — дома на каникулах во время первого курса колледжа — и меня снова втянули в бизнес по охоте за головами.

Наша мама умерла от рака, когда я была маленькой, а отец умер, когда я училась в старшей школе. Мама была милой, тихо и идеальной любящей мамой — об этом свидетельствовала стопка вязаных салфеток, сделанных для каждого ребенка. Она действительно была идеальной. Домашняя еда и книжки с картинками для каждого из нас. Я помню, как она махала из окна рукой на прощание, когда автобус забирал нас в школу. Однако у папы все было совсем не так. Технически он был убит в глухом переулке за баром, но настоящей причиной его смерти была жизнь, наполненная пьянством, драками в барах и неудачами в азартных играх.

Социальные работники хотели поместить нас в детдом, но Дину тогда уже было девятнадцать. Он отказался и вместо этого устроился в местную фирму по охоте за головами. Переносимся на десять лет вперед — и он стал владельцем бизнеса. И теперь каждый из братьев работал агентом. Я была единственной паршивой овцой в семье. Я училась в колледже, и в такие моменты, как этот, была рада. Никаких облав в шесть утра. Никаких случайно распыленных на себя перцовых баллончиков. Никакого беспокойства, поставлен ли мой электрошокер на предохранитель.

Выругавшись себе под нос, я попыталась засунуть ключи в карман и застегнуть молнию на кармане, стараясь держать пистолет так, чтобы он не был ни на кого направлен. Честно. Меня не было пять месяцев. Пять месяцев нормальной жизни. Пять месяцев, когда я засиживалась допоздна, поедая пиццу и выпивая пиво. Пять месяцев походов на свидания. Пять месяцев, когда я могла заниматься тем, чем занимались другие студенты колледжа, и я бы поспорила на деньги, что мои друзья не гонялись дома за сбежавшим из-под залога. О нет. Они не беспокоились о том, не забыли ли они захватить свои наручники или нет.

— Дейл!

Другой брат ждал в другом конце дома. Он помахал мне рукой. Когда я подбежала к нему, уже чувствуя одышку, он указал на южный угол.

— Свяжись по рации, когда доберешься туда.

Рация?

Черт. Я забыла свою рацию. Я взглянула на него. Будет ли у него запасная? Осмелюсь ли я спросить и рискнуть получить разнос? Глядя на твердые линии его челюсти, я решила, что нет. Мои братья были сумасшедшими, когда дело доходило до такого рода вещей. Если ты забыл что-то из оборудования, к концу дня тебя ждет дежурство по уборке.

Я побежала на задний двор и увидела Дилана в противоположном углу двора. Он оглядывался по сторонам, держа в руке рацию.

— Южная правая сторона — чисто, — сказал он.

— Слева спереди — чисто, — добавил мой двоюродный брат.

Остальные отметились, и я услышала, как спереди кричит Дин — мой старший брат.

— Где он? Мы знаем, что он здесь!

— Дейл! — Дилан замахал руками. Он сложил ладони рупором и крикнул: — Отметься! Что с тобой не так?

Что со мной не так? О, тот факт, что они разбудили меня в шесть утра, возможно, имел к этому какое-то отношение. Или что я не тренировалась с тех пор, как в августе села в самолет, летевший из Калифорнии в Чикаго. Или тот факт, что я не хотела этого делать, а они просто предположили, что я ухвачусь за этот шанс. Мне хотелось крикнуть брату в ответ и показать средний палец, но вместо этого я сделала свою работу: осмотрела окна, посмотрела, не выглядывает ли кто-нибудь, не шевелятся ли занавески. Искала практически все, что угодно. Ничего не увидев, я крикнула в ответ:

— Чисто.

Он поднял рацию и помахал ей.

— Отметься.

— Дейл, отметься. Отметься, Дейл, — услышала я по его рации.

У меня не было гребаной рации.

— Дейл!

Да пошло оно все. На этот раз я показала ему средний палец.

Он застонал от разочарования, но отметился за меня.

— Южная левая сторона — чисто. — Он сделал паузу, а затем добавил: — Дейл засранка.

Я подняла средний палец еще выше над головой.

Он рассмеялся, но потом наша драма была забыта. Мы услышали голос Дина с передней части дома:

— Мне все равно, какие права, по твоему мнению, у тебя есть. У нас есть ордер, ублюдок. Впусти нас. Сейчас же!

Я усмехнулась, качая головой. На меня нахлынули воспоминания из моего детства, и я изменила позу, перенеся большую часть своего веса на левую ногу, чтобы устроиться поудобнее. Моя работа состояла в том, чтобы наблюдать и сообщать обо всем. Работа моего брата Дина — арестовывать беглеца, и, поскольку он продолжал кричать на того, кому не повезло открыть дверь, делал он это в совершенстве.

Я помахала Дилану и, сложив руки у рта, крикнула ему:

— Кто уклонист?

Он тут же поднял руки.

— Ты не читала досье?

Я была сосредоточена на том, чтобы одеться, выпить кофе, почистить зубы, выпить кофе, найти ботинки, выпить кофе, а затем привести в порядок волосы. Им повезло, что я не забыла захватить бронежилет. Я пожала плечами.

— Ты что, издеваешься надо мной?! — спросил он после длинной череды ругательств.

Я ждала. Он сдастся. Он расскажет мне, делая вид, что разочарован. Но я знала Дилана. Он забудет об этом в тот момент, когда мы действительно поймаем парня. В любом случае, я все еще держала пальцы скрещенными, надеясь, что инцидент с рацией тоже не вспомнят. Я могла бы забрать рацию в офисе… надеюсь, прежде чем кто-нибудь вспомнит, что надо поговорить со мной об этом.

Снова выругавшись, он крикнул в ответ:

— Твой бывший.

Мой кто? Я оглянулась на дом. Не узнав его, я спросила:

— Кто именно?

А затем занавеска сдвинулась, и я увидела его. Гребаный ад.

— Джексон, — крикнул Дилан, но в этом не было необходимости. Я уставилась в пронзительные карие глаза единственного бывшего парня, которого надеялась больше никогда в жизни не видеть.

Черт!

Его каштановые волосы были коротко подстрижены, но это делало его еще более привлекательным. Наблюдая, как он оглядывается, я видела, как на его точеных скулах и идеальных губах играют тени. И я могу дать свидетельские показания о том, как именно можно использовать эти губы. Я думала, этот ублюдок уехал в Нью-Йорк, чтобы сделать карьеру модели. Почему он вообще вернулся? И почему сбежал из-под залога? Ну… ладно. Я не была так уж сильно удивлена последней частью.

А затем он увидел меня, и я будто почувствовала удар хлыста. Он прищурил глаза. Он стоял без рубашки, его худощавое тело было идеальным. На губах появилась ухмылка, и я смогла прочитать его мысли. Он подумывал о том, чтобы сбежать.

У меня уже ныло между бедер. Джексон был парнем, с которым мне пришло расстаться. Серьезно. Мне пришлось бросить его. У него была зависимость, и он втянул меня в неприятности, вместо того чтобы уберечь от них. Мои браться ненавидели его, но боже… я снова скользнула взглядом по его груди, вспоминая все причины, по которым перестала их слушать.

Он отклонился назад, поднял ногу, и я потянулась к рации. Но вместо этого схватила воздух. Черт. Вот почему я должна была проглотить свою гордость и попросить запасную рацию. Он действительно собирался бежать, а Дилан осматривал другую сторону.

— Нет! — закричала я.

Джексон сверкнул в мою сторону улыбкой. Боже милостивый, он был великолепен. Он бросился в окно, и я перестала восхищаться его идеальными ямочками на щеках.

Я посмотрела, услышал ли меня Дилан. Но нет. Он прижимался ухом к рации, и я услышала шум, доносившийся с другой стороны дома. Затем брат вскочил и исчез за углом.

— Дилан!

Он не остановился.

Приземлившись, Джексон перекатился и вскочил на ноги. Он был похож на чертового кота. Атлетизм одного его мизинца равнялся моему (даже в хорошей форме) и половине моих братьев. Мы облажались.

Он пронесся мимо меня и рассмеялся.

— Похоже, тебе придется заняться мной, Дейли. Здесь только ты и я. — Однако он не стал ждать. Повернувшись, Джекс побежал в лес за домом.

На мгновение, всего на одно мгновение я была загипнотизирована видом его задницы. На нем были черные брюки-карго, которые обтягивали его зад. Прошло слишком много времени с тех пор, как я развлекалась. Потом я вспомнила, что должна была делать, и бросилась за ним.

— Уклонист! — крикнула я через плечо. Я не замерла в ожидании помощи, а, стиснув зубы, действительно собиралась попытаться схватить его, просто ради удовольствия еще раз ощутить его сражающегося под собой.

Пять минут спустя я поняла, что у меня нет ни малейшего шанса поймать его. Мои легкие протестовали, угрожая полностью отключиться, если я не замедлюсь, а ноги не помогали. Будто они разучились бегать. Я дважды чуть не завалилась на бок, и мои колени хотели подогнуться, но, в конце концов, бревно стало моей кончиной. Я бежала или пыталась — я хрипела так громко, что если бы у меня была рация, я бы не смогла в нее говорить — когда увидела бревно. Я перепрыгнула через него и была еще в воздухе, когда увидела второе бревно.

Я закричала, когда ударилась ногой о бревно, подвернув лодыжку. И рухнула на землю.

Жгучая боль вспыхнула во мне, отчего казалось, что внутренности горят. Обхватив лодыжку, я сжала ее. Мои браться всегда говорили, что это уменьшит отек. Я никогда не читала руководство по оказанию первой медицинской помощи охотникам за головами, чтобы понять, почему отек был таким сильным, но держала лодыжку, будто это был спасательный круг. Прикусив губу, я раскачивалась вперед и назад, стараясь не расплакаться. Я была девушкой, но, черт возьми, не могла вести себя как девушка. Не могла плакать, иначе услышу об этом моменте даже через двадцать лет.

— Дейли.

Я подняла взгляд. Джексон вернулся. Он остановился в метре и настороженно наблюдал за мной. Пот стекал по его груди, и он упер руки в бедра. Его брюки соскользнули вниз, показывая V-образные мышцы, которые спускались под пояс. Он опустился на колени, и мышцы его живота напряглись еще сильнее.

Мне снова захотелось закричать. Он выглядел таким чертовски красивым, и вот она я. Потная. Я ощупала свое лицо и посмотрела на кровь на пальцах. Мои волосы, вероятно, были в беспорядке, и под жилетом у меня была розовая майка. Было бы сексуальнее, если бы она не порвалась на лоскутки. Посмотрев вниз на свои джинсы, я увидела большую дыру, и меня наполнил ужас, когда я проследила за разрывом от начала и до конца. Ага. Она начиналась у колена и заканчивалась в промежности.

Джексон не опустился на колени, чтобы осмотреть мою лодыжку. Он уставился прямо на мои ярко-оранжевые стринги.

— Хватит, — застонала я. Наклонившись, я прижалась лбом к ноге, подумав, что, может быть, он уйдет.

Его низкий смешок прокатился по мне, посылая по телу покалывание и воспоминания о старых ощущениях. Выпрямившись, он подошел ближе.

— Без рации, да? — спросил он, остановившись вне моей досягаемости.

— Уходи, — зарычала я на него.

— Ты должна обманом заставить меня приблизиться. А потом надеть на меня наручники. Помнишь? — Он толкнул мою ногу своей ногой. Это было осторожное прикосновение, но я ахнула. Больно.

Он наклонился, чтобы на этот раз действительно посмотреть на мою лодыжку.

— Так мы раньше веселились, помнишь? Хм-м-м… она не выглядит сломанной. Приложи лед, и к вечеру ты будешь в порядке.

— В любом случае, что ты сделал?

Его легкий, кокетливый взгляд исчез. Джекс стал серьезным и снова отступил.

— Я не могу сказать тебе этого, моя маленькая Дейли.

Я ненавидела это имя.

— И так как ты не умираешь, я собираюсь завершить свой побег.

— Джексон. — Я умоляюще посмотрела на него. — Ты не можешь оставить меня вот так. Отнеси меня обратно. Они, вероятно, все еще обыскивают дом. Им даже не придет в голову искать меня.

Он пожал плечами.

— Это твоя проблема. И они будут искать тебя.

В этот момент мы услышали крики позади нас, и он широко улыбнулся.

— Видишь? Ты — девочка. Они всегда будут присматривать за тобой.

— Джексон, серьезно. Что ты сделал? Я могу тебе помочь. — Мне нужно было потянуть время. Подавив боль и выбросив ее из головы, я сосредоточилась на мужчине перед собой. Поймав его, я могла бы предотвратить многие поддразнивания, которые, как я знала, в противном случае мне придется терпеть. Подойди ближе, немного ближе. Я начала вытаскивать из-за пояса наручники и открыла их. Одно быстрое движение запястья, и я, возможно, смогу надеть их ему на ноги. Может быть. Используя пальцы и удерживая руку так, чтобы скрыть их, я начала раздвигать наручники.

Он рассмеялся.

— Я так не думаю, сладкие щечки. Послушай, я сдамся после этих выходных. Обещаю.

— Почему не сейчас? Что такого важного… — Но даже говоря это, я знала. — О нет.

Джекс наблюдал за мной. И когда я соединила все воедино, его ухмылка стала шире.

— Ага. Извини.

— Ты снова дерешься?

— Я должен как-то зарабатывать деньги. В эти выходные я участвую в бое в честь Дня подарков. (Примеч.: Праздник, отмечаемый в Великобритании и в ряде стран Британского содружества наций: Австралии, Новой Зеландии, Канаде и др. «День подарков» отмечается в этих странах ежегодно 26 декабря).

Я застонала, закатив глаза.

— Мы не в Канаде. У нас нет Дня подарков.

Он рассмеялся, его верхняя губа очаровательно изогнулась, и начал пятиться назад. Подняв руку, он помахал.

— В любом случае. Увидимся в выходные. Я даже приду к тебе в спальню, чтобы у тебя было преимущество. Как тебе?

В его глазах был озорной блеск, но я знала, что он выполнит свое обещание. Я также знала, что это означало, что мы не поймаем его до тех пор. Он уйдет в подполье, и мы, возможно, не сможем найти его, пока он не будет готов к тому, чтобы его нашли.

— Дейл!

С тропинки позади донесся голос Дилана. Я оглянулась через плечо, но его не было видно.

— Я здесь! — закричала я.

Когда я обернулась, Джексон уже ушел.

Глава 2

Я сидела на диване с шестью пакетами льда вокруг лодыжки. Хотя мне нужен был только один, но нет, братья подумали, что было бы забавно сделать кучу как можно выше. Дилан хотел посмотреть, сможет ли она достать до потолка, но Дин накричал на него за то, что тот использовал слишком много пакетов со льдом. Однако, когда я попыталась снять их, братья просто рассмеялись и вернули все обратно. Мне удалось втиснуть одеяло между несколькими пакетами со льдом, так что на лодыжке был только один. Я использовала другие пакеты, чтобы спрятать одеяло, так что это был беспроигрышный вариант. Мои братья продолжали смеяться надо мной, моя нога застряла под домом из пакетов со льдом, но в тайне я смеялась над ними.

Тупые говнюки.

Либо это, либо они издевались надо мной, потому что я вышла на дело без рации. Серьезно. Я знала. Единственным, кто действительно злился на меня, был Дин, но он был зол, потому что я не использовала на Джексоне свои женские уловки. Но, эй? Это Джексон. Он не совсем тупой… не такой, как мои братья.

Около девяти вечера кто-то закричал, и четверо братьев выскочили через заднюю дверь. Услышав, как хлопнула дверь офиса и открылись дверцы машины, я выпрямилась.

Дилан пробежал мимо или попытался сделать это. Он держал кружку с кофе, так что мог бежать только трусцой, иначе пролил бы его.

— Эй! — закричала я.

Он дернулся и пролил кофе себе на руку. Затем повернулся ко мне с хмурым видом.

— Какого, Дейл? У меня тут кофе.

— У меня вопрос.

Он зарычал на меня и огляделся. Очевидно, не увидев того, что хотел, он вытер кофе нижней частью рубашки.

— Да? Чего тебе? У тебя есть время, пока я вытираюсь. Потом я свалю отсюда.

— Куда все направились?

— О. — Перестав рычать, он засмеялся. — Тебя поимели, сестренка.

— О чем ты говоришь?

— Бой в День подарков. Твой мальчик соврал тебе.

— Он не мой мальчик, и откуда ты знаешь? — Я не была удивлена, услышав, что Джексон солгал. Это была еще одна причина нашего расставания.

— Мы получили наводку. Он дерется сегодня вечером, а не в День подарков… хотя он может драться и тогда. Но да. — Брат закончил вытирать кофе и нахмурился, глядя на свою фланелевую рубашку. Поставив чашку с кофе на стойку, он решил снять рубашку. Бросил ее на стул и стянул свою белую футболку, которая впитала большую часть кофе.

— О, Боже, — раздался голос от двери.

Там, держась за дверной косяк, сложив губы буквой «О» и медленно скользя взглядом по телу моего брата, стояла моя лучшая подруга. В то время как у меня были прямые темно-каштановые волосы, у Хейли были светлые и вьющиеся. Миндалевидные глаза, крошечные губки, рассыпанные по лицу веснушки — она была милой и великолепной одновременно. У нее была маленькая фигура, сиськи, которые она хотела бы побольше, и стройные бедра… и она была не единственной, у кого текли слюнки. Взгляд Дилана был прикован к ней. Нет. Поправочка: был прикован к ее буферам.

— Хейли. — Я махнула ей рукой.

Она не ответила. Она закончила свой осмотр, дойдя взглядом до его ног. И начала поднимать взгляд выше.

— Хейли.

Она подняла руку.

— Подожди. Я тут немного занята.

Понимая, что он прекрасный экземпляр, мой брат двигался словно в замедленной съемке. Он потянулся за своей фланелевой рубашкой, напрягая мышцы рук, затем повернул руку так, чтобы было видно мышцы плеча. Следующими было грудные мышцы, и в последнюю очередь, когда схватил свою рубашку, он вдохнул и повернулся в сторону, чтобы мышцы живота были как можно более рельефными.

Это могла быть сцена из ситкома, так как Хейли даже не пыталась скрыть свою реакцию. У нее в руке было латте, и пока она пила, глядя на моего брата, то сняла со стаканчика крышку. Она позволила ей упасть на пол, погрузив пальцы в стаканчик, а затем вытерла ими уголок рта.

Она сумасшедшая. Я поняла.

Секунду спустя она взглянула на меня, прикусив губу и пытаясь сдержать смех. Она указала на себя.

— Получу взбучку?

Я закатила глаза.

— Он мой брат. Ты отвратительна.

Дилан понял, что его момент из «Супер Майка» закончился, и усмехнулся, уже быстрее застегивая свою рубашку. Он указал на стаканчик, который подруга держала в руках.

— Что это?

— Латте.

Он прищурился и сжал губы. Брат направился к ней, но она сдержалась и обошла комнату, направляясь ко мне.

— Оно для твоей сестры.

Я просияла, когда она протянула его мне.

— Наконец-то. Вернулась моя лучшая подруга.

Она закатила глаза, цокнула языком и присела на край дивана. Затем изучила гору пакетов со льдом.

— Э-эм, а какой от них толк?

Дилан рассмеялся, хлопнув себя по ноге.

— Это ей за то, что она не взяла рацию на задание.

Хейли нахмурилась, глядя на него.

— Что именно? Заморозить ее до смерти?

Брат перестал смеяться.

— Что?

— Они сказали, что Джексон дерется сегодня вечером, — сказала я Хейли. — Ты знаешь, где?

Подруга посмотрела на меня недоверчивым взглядом.

— Что?

— Неужели колледж высосал из тебя все разумные клетки? Сегодня канун Рождества… — Она ждала, все выше и выше приподнимая брови. Затем сделала движение по кругу в воздухе. — Ну же…

Канун Рождества. Бой. Джексон.

Это поразило меня, и я упала обратно на диван.

— Трахни меня. — Джексон дрался в «Салли» — захолустном баре, известном своими подпольными боями. У них всегда был трехдневный турнир, начинающийся в канун Рождества и заканчивающийся в День подарков.

— Эм… — Хейли склонила голову набок. — Думаю, он действительно сделал это один раз прямо здесь.

— Что? — Дилан переводил взгляд между нами. Он схватил свою кружку с кофе и потянулся к моему стаканчику.

Я прижала его к груди, бросив на брата мрачный взгляд.

— Отвали.

Он закатил глаза.

— Да пофиг.

Снаружи донесся гудок, и брат помахал через окно.

— Мне пора. Увидимся позже, и тебе лучше приодеться и быть красивой. Сегодня вечером ты увидишься со своим мальчиком. — Он дерзко ухмыльнулся нам обоим, когда уходил, открывая спиной дверь.

Хейли повернулась ко мне, как только закрылась дверь.

— Скажи мне, что ты тоже хочешь пойти.

— Да, черт возьми.

Мы начали скидывать пакеты со льдом с моей ноги. Увидев одеяло, Хейли усмехнулась и покачала головой, но не сказала ни слова. Убрав весь лед, подруга взяла меня за одну руку, а другой я оттолкнулась от дивана. Вот и наступил момент проверки: могу ли я перенести вес на ногу или нет? Я должна быть в состоянии ходить.

Задержав дыхание и удерживая свой латте, я начала вставать. Не-а. Боль словно кинжалами пронзила мою ногу, и я закричала. Ни за что. Я не могла ходить.

— Отлично, — пробормотала я. Боль чуть не заставила меня выронить свой кофе. Скорее ад замерзнет. Кофе был превыше всего. — И что мне делать?

Хейли задумалась, а потом ее глаза вспыхнули. Она отпустила мою руку, и я, не удержавшись на ногах, рухнула на диван. Я закричала от внезапного прилива боли.

— Ой. — Подруга поморщилась. — Прости. Но подожди… — Она побежала вверх по лестнице, затем спустилась и, проходя мимо гостиной, показала мне большой палец. Хейли распахнула дверь подвала, и я услышала, как она спускается. Вернувшись с пустыми руками, она остановилась в дверях гостиной. Почесала голову, затем снова подняла руку вверх. — Поняла! — Она бросилась через кухню, а я развернулась, чтобы посмотреть в окно. Она направилась к сараю.

Секундой спустя большая дверь сарая распахнулась, и подруга вышла, выталкивая мой худший кошмар.

— Да чтоб меня, — пробормотала я.

Подруга широко улыбнулась и махнула руками в сторону своей находки.

— Вуаля. Инвалидное кресло!

Ага. Это моя жизнь. Я собиралась выследить своего бывшего парня в инвалидном кресле. Это, должно быть, самый неловкий момент для охотника за головами. Я выдавила слабую улыбку и подняла в ответ большой палец.

Хейли захлопала в ладоши и замахала руками.

— Будет весело! Я хочу надеть бронежилет.

Глава 3

В конце концов мы обе надели бронежилеты и солнцезащитные очки. Когда Хейли подтолкнула мое инвалидное кресло ко входу для инвалидов, я упиралась локтем на колени, а в руке держала электрошокер.

Да. Мы были крутыми.

Затем Хейли споткнулась, и моя инвалидная коляска врезалась в перила, ударив меня по руке, и я уронила электрошокер на колени. Я замерла, меня пронзил чистый ужас, но шокер не сработал. Хейли подавила вскрик, когда я повернулась и ударила ее.

Она взвизгнула, придерживая свою руку.

— Ауч.

— Я могла ударить себя током.

Подруга кивнула, засмеявшись.

— Ну, ты и так уже в инвалидном кресле.

Я уставилась на нее.

— У нас в сарае было еще одно. — Я подняла электрошокер и направила на нее.

Продолжая смеяться, Хейли закатила глаза.

— Как скажешь. Это только угрозы. Я знаю, что у тебя доброе сердце, и, кроме того, если бы ты ударила меня током, кто бы принес тебе утром кофе?

Я фыркнула.

— Ты и не собиралась этого делать. Что ты несешь?

— И то правда. — Затем, все еще смеясь, она поправила кресло и снова начала подниматься по пандусу. Как только мы добрались до двери, то выстроились в свою очередь. Другая очередь из здоровых посетителей вытянулась вдоль входа и выходила на тротуар. Те, кто ждал достаточно близко, все это время наблюдали за нами. Некоторые прикрывали рот руками, смеясь, но другие свирепо смотрели на нас. Я не сомневалась, если мы продолжим в том же духе, они взбунтуются.

Улыбаясь, я подняла свой электрошокер, когда к нам повернулся вышибала.

— Впусти нас, Эйс.

Это был мой двоюродный брат. Он был крутым и ответственным, и одет во все черное, за исключением белой надписи «ПЕРСОНАЛ» на груди. Из-за солнцезащитных очков, лысины и татуировки на шее, уходящей вверх по задней части черепа, он наводил ужас на большинство людей. Но не на меня. Он был всего на год старше, хотя выглядел на тридцать, и у меня было достаточно компромата на него, чтобы знать, что он испытывал здоровый страх перед своей мамой. Знания, которыми я могла поделиться с ней, были моим шантажом.

— У тебя оружие, — указал он. — Ни за что, Дейл. Кроме того, твои братья уже здесь, и у меня строгие инструкции не впускать тебя.

Я направила на него электрошокер.

— У тебя все еще есть эти строгие инструкции?

Он заворчал, зная, что я сделаю это. Не имело значения, где мы были или что я была бы похожа на черепаху, если бы попыталась сбежать с места преступления.

Эйс покачал головой.

— Отлично. Как хочешь. — Он придержал открытую дверь, проворчав, когда мы проходили мимо: — Вы вошли через заднюю дверь, ладно? Там Тед, и он пьян. Если братья спросят его, он, вероятно, будет убежден, что вы действительно вошли там. — Он замолчал, когда Хейли коснулась его руки.

Она улыбнулась ему, медленно и соблазнительно.

— Красивый и большой, — проговорила она, опустив взгляд. — Интересно, что еще у тебя красивое и большое.

Он расправил плечи и с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться в ответ. Оглядел ее с головы до ног, не снимая темные очки.

— Все еще с тем парнем, с Карлом, Хейли?

Подруга наклонила голову и провела рукой по груди Эйса.

— Мы расстались в прошлую пятницу.

— Значит, теперь ты живешь свободно и весело?

Хейли подмигнула.

— Откуда ты знаешь имена моих девочек? — Она потрясла сиськами. Затем, продолжая смеяться, подтолкнула мою инвалидную коляску вперед. — Дай мне знать, если у тебя будет немного свободного времени. Я организую знакомство.

Он хмыкнул, его взгляд теперь был сосредоточен исключительно на ее заднице.

— Отлично.

Как только мы оказались внутри, я обернулась, нахмурившись.

— Кто такой Карл? Я думала, его звали Клинт.

— Так и есть, но твой кузен может называть моего бывшего любым именем, каким захочет. Я и забыла, какой он аппетитный.

— Мой кузен или мой брат?

— Ой. — Она сделала вид, что бьет меня по голове. — Я одинока. Последние два года Клинт притворялся холостяком, так что сейчас я делаю то же самое. У меня твердое намерение флиртовать со всеми сексуальными представителями мужского пола, которые попадаются у меня на пути. Пересплю или нет, зависит от меня. — Она щелкнула уголком губ и подмигнула мне. — А теперь давай найдем тебе немного твоего собственного веселья и свободы, а? Где та сексуальная задница, чей бой ты снова ожидаешь увидеть, пуская слюни?

Я нахмурилась, глядя на подругу, но не могла игнорировать небольшой всплеск чувств, которые пронзили меня. Возбужденное покалывание. Она была права. Прошло слишком много времени с тех пор, как я видела Джексона дерущимся, и когда Хейли развернула меня от людей к открытому пространству, откуда мы могли видеть ринг, передо мной открылся вид, от которого заныло между бедер.

Твою. Мать.

Джексон уже был на ринге, одетый только в черные шорты, которые низко свисали с его стройных бедер. Он уклонился от удара противника, и каждый мускул на его ягодицах сжался, будто ради моего удовольствия. Шагнув вперед, он повернулся и нанес апперкот, ударив соперника в подбородок. И как только он это сделал, остальные мои женские прелести тоже резко проснулись. А потом я увидела его спереди, и мышцы его живота были такими же напряженными и рельефными, как и его зад. Кожа была красной и в синяках. Он уже получил взбучку. Я не была удивлена. Другой боец был вдвое больше.

Его противник, злобно нахмурившись, отшатнулся на несколько шагов назад, а затем, чтобы не упасть, схватился за канат. Толпа сходила с ума, и Джексон не колебался. Он последовал за более крупным мужчиной, нанеся серию джебов и апперкотов, от которых его противник не смог оправиться. Он упал на колено, и Джексон попятился, переступая с ноги на ногу, и я знала, что будет дальше: он подпрыгнул, поднял колено и ударил парня ногой по голове.

После этого все было кончено. Его противник растянулся на полу, и когда судья поднял и опустил его руку, она упала с глухим стуком. Парень был в отключке.

Это была автоматическая победа, и толпа взревела. Джексон провел забинтованными руками по лицу, размазывая кровь по костяшкам пальцев. Я увидела над глазом рану, из которой сочилась кровь. Он мог усугубить ситуацию, но, похоже, ему было все равно. Он вернулся в свой угол с дерзкой ухмылкой. Один из парней, ожидавших там, помог ему выбраться с ринга.

— Еще! Еще! — начала скандировать толпа, поднимая вверх сжатые кулаки.

Джексон поднял голову с широкой ухмылкой и повернулся обратно к рингу. Его поверженного противника уносили, а на ринг запрыгнул другой парень. Этот был худее первого, у него был ужасный хмурый вид. Он начал подпрыгивать, скрестив руки на груди, и поманил Джексона пальцем, приглашая на ринг.

Я узнала его. Это был Крутой Скалли. Он был известен в андеграунде. Я подвинула свою коляску вперед и наклонилась ближе, заметив блеск, появившийся в глазах Джекса. Если он победит Крутого Скалли, это укрепит его репутацию. Это повысит его авторитет, и он сможет требовать больше денег с каждого выигранного боя.

— Нет, нет, — пробормотала я себе под нос. Я не знала, сможет ли Джекс победить, и не хотела выяснять это. Он был в сознании и бодрствовал. Если его нокаутируют, мои братья поймают его и, следовательно, получат деньги за неявку в суд. Джекс был моим уклонистом, больше из гордости, чем из-за чего-либо еще. Я облажалась, так что мне нужно было поймать его. Я схватила Хейли за руку и притянула подругу к себе.

— Ауч! — Она уставилась на меня. — Что?

— Он не может драться с этим парнем.

— Почему? — Она огляделась по сторонам. Толпа все еще скандировала, потому что Джексон до сих пор не вернулся на ринг. Но я знала, что он сделает это. — Если он проиграет, нам будет легче схватить его.

— Нет. — Я покачала головой. — Мои братья поймают его. Нам нужно взять его сейчас.

— Сейчас? — Она продолжала хмуриться. — Не думаю, что он увидит нас… или услышит, если мы будем кричать.

Я прикусила губу. Она была права. Думай, Дейл, думай! Как мне привлечь его внимание? Будто отвечая на мой вопрос, пульсация между ног усилилась, и я заерзала в кресле. Мне нужно решить: я хочу его внимания, чтобы отвести за решетку? Или потому, что мне нужно другого рода освобождение?

Я жестом велела Хейли наклониться.

— Где ближайшая пожарная сигнализация? — спросила я.

— Эм… — Подруга оглядела помещение, которое было заполнено рождественскими огнями. В одном углу стояла пальма, украшенная презервативами и всякой всячиной, и повсюду висела омела. Мимо прошла официантка в красной рубашке, завязанной под грудью узлом, и я заметила у нее на шее ожерелье из омелы. Она увидела нас, остановилась и нахмурилась, уперев одну руку в бедро. На ней была очень короткая плиссированная зеленая юбка. Она склонила голову набок.

Я встретилась с ней взглядом. Я знала, что она задавалась вопросом, должны ли мы быть здесь или нет, поэтому улыбнулась ей и подняла свой электрошокер. Ее глаза округлились, и она поспешила прочь.

— Зачем ты это сделала? — застонала Хейли.

Эта официантка раньше глазела на Джексона. Я пожала плечами. Мне следовало спрятать шокер, но я не смогла удержаться. Страх в ее глазах стоил того.

— Она пошла за охраной.

— Что ж, это решило дело, — проговорила я, увидев то, что мы искали. Я указала на пожарную сигнализацию. — Иди и потяни за нее.

Как раз в этот момент парень перед нами повернулся, и мы обе замерли. Это был мой брат Дилан. Он засмеялся, держа пиво в одной руке и разговаривая с завсегдатаем.

— Я думала вы, ребята, не пьете на работе, — сказала Хейли, глядя на него.

— Не пьем. — Но некоторые из нас поступали по-своему. Эй. Я здесь в инвалидном кресле. — Хейли, ты все еще можешь пойти и включить ее. Отойди в сторону, будто собираешься в уборную, и проскользни позади него.

Дилан откинул голову назад, делая большой глоток пива, и его взгляд упал на задницу девушки перед ним. Она танцевала под музыку и, оглянувшись через плечо, поймала его взгляд. Одарив его застенчивой улыбкой, она замедлила движения и придвинулась ближе.

— О да. Он определенно не увидит тебя… — начала я.

И перестала говорить. Это было просто бессмысленно. Хейли была уже на полпути через комнату, но она не скрывалась. О нет. Она покачивала бедрами, и не нужно быть гением, чтобы понять, что она пыталась привлечь внимание Дилана. Стоило ему увидеть ее, его глаза округлились, но потом он нахмурился и начал оглядываться в поисках меня. Хейли блокировала его. Она подняла руки, притворяясь, что зевает, и ее рубашка задралась на пару сантиметров, и Дилан посмотрел именно туда, куда подруга хотела: на Веселую и Свободную. Хейли стояла ко мне спиной, но я могла сказать: все, что она делала, работало. Мой брат выглядел очарованным.

Остановившись прямо перед ним, Хейли пихнула бедром другую девушку и провела пальцем по шее моего брата, двигаясь вверх к кончику его подбородка. Она приподняла его голову, обняв другой рукой за плечо, а потом — Неужели она действительно? Ага! — прижалась губами к его губам.

Я была шокирована, но лишь слегка. Хейли и Дилан годами флиртовали друг с другом. Я ждала, решая, должна ли чувствовать отвращение. Но почувствовала прилив радости, когда брат схватил подругу за бедро и притянул к себе (не из-за этого… этот момент был отвратителен). Хейли подняла руку за его спиной, потянувшись к пожарной сигнализации. Она углубила поцелуй, обхватив Дилана правой рукой за голову и схватив за волосы, а пальцами левой руки подняла ручку сигнализации и задержалась на рычаге.

Мне все еще нужно было добраться до места. Она давала мне время.

Я не тратила его впустую. В «Салли» было три выхода: один через кухню, второй сзади за туалетами и третий слева, скрытый за сценой, где устроился диджей. Скорее всего все направятся к выходам за туалетами и у диджея. Зная Джекса, я решила, что он будет уходить через кухню. Там будет меньше столпотворения, так как многие посетители не знали о нем, поэтому я начала катиться. Я намеревалась блокировать его и надеть на него наручники. Я просто должна была добраться туда первой.

Я проехала мимо главного бара и была почти у входа на кухню. Я игнорировала привлеченное к себе внимание и оглянулась туда, где Хейли все еще целовалась с Диланом. Ох, вау. Теперь он прижимал ее к стене, прямо рядом с пожарной сигнализацией. Она запустила обе руки в его волосы, но осматривалась в поисках меня. Наши взгляды встретились, и она тут же оттолкнула моего брата. Глубоко вздохнув, она включила сигнализацию и схватила Дилана за руку.

Секундой спустя начала звучать сирена вместе с мигающими огнями от каждого датчика в баре.

И началось столпотворение. Если сработала сигнализация, это означало, что пожарная часть предупреждена, а значит и полиция тоже. Люди толкались, стремясь выбраться. Подпольные бои в барах не были секретом в нашем городе, но до тех пор, пока копы «официально» не знали, где они проходят, они не могли никого арестовать за участие. Однако, если их вызвали на место, то их уже ничто не остановит. Отсюда и хаос.

Я быстрее начала крутить колеса кресла, когда увидела группу сотрудников, бегущих ко мне и выходу на кухню. Я проехала в дверь и остановилась у стойки. Джекс скоро пробежит мимо меня, и от осознания того, что меня ждет захват, адреналин зашкаливал. Я едва могла усидеть в кресле, даже когда люди пробегали мимо и бросали в мою сторону растерянные взгляды. Пусть смотрят. Наручники были наготове. Я собиралась поймать Джекса. Я знала это. Затем он ворвался в дверь и пролетел прямо мимо меня.

— Ну, черт возьми, — вздохнула я. Я не ожидала, что это произойдет. Убрав наручники, я начала катиться вперед.

— Черт возьми! — крикнул кто-то позади меня.

Это было единственное предупреждение для меня. Я начала поворачиваться, когда мою инвалидную коляску опрокинули, и внезапно я растянулась на полу. Почувствовав боль от удара, на долю секунды меня охватил ужас, когда, как в замедленной съемке, я увидела толпу людей, надвигающихся на меня. Они собирались затоптать меня. Я протянула руку, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы отползти в сторону, но затем оказалась в воздухе.

Джекс прижал меня к своей груди. Я заметила твердую линию его подбородка и поняла, что он зол, но бросился бежать вместе со мной. Я посмотрела вниз и обнаружила, что наручники исчезли. Я заглянула ему через плечо и увидела, как кто-то пнул их под стойку.

Теперь они мне не помогут, но, черт возьми, я снова была в его объятиях. Девушка не может быть такой уж придирчивой. Я придумаю что-нибудь еще. У меня все еще был электрошокер.

Глава 4

Я съежилась, когда Джекс поставил меня на ноги снаружи помещения. Лодыжка все еще болела. Для равновесия, я ухватилась за его грузовик и на мгновение сосредоточилась на том, чтобы облегчить боль, поднимающуюся по внутренней части бедра.

Он воспользовался этими тридцатью секундами. Он был очень быстр. Джекс скользнул по мне руками, и прежде чем я смогла остановить его, мой электрошокер, рация и перцовый баллончик были брошены на заднее сиденье его грузовика. Он потянулся, чтобы откинуть покрывало, но остановился и изучающе посмотрел на меня.

Я знала, о чем он думал. У меня в штанах была вторая пара наручников. Мои джинсы были достаточно узкими, чтобы удерживать их, но он не стал бы… он не мог… Я уловила задумчивый блеск в его глазах, а затем его взгляд задержался на моей талии. Моя рубашка задралась, так что Джексу открылся отличный вид на мою кожу. Я покраснела и попыталась оттянуть топ, но было слишком поздно. Он заметил небольшую выпуклость на моем бедре. Когда Джекс подошел ко мне, я попыталась встать так, чтобы он не мог дотянуться. Может быть, я все еще смогу вытащить их и сотворить чудо… Но Джекс схватил меня за запястье и с ухмылкой притянул меня к себе. Теперь мое бедро не было защищено грузовиком — оно было крепко сжато в ладони Джекса.

Я мысленно выругалась, когда мое тело, прижатое к нему, начало реагировать. Как будто у него собственный разум. Будто что-то выключило панель управления в моем мозгу. Это что-то было всеми моими женскими прелестями, которые страстно желали Джекса. Страсть захватила меня, и, должна быть честной, я пыталась сказать «нет», но когда он скользнул рукой за мой пояс, эта мысль быстро исчезла. Мое тело сказало «да».

Дыхание начало замедляться, а затем он убрал руку и помахал передо мной моими розовыми наручниками.

— Я знал, что у тебя есть вторые.

Я застонала, опустив голову ему на плечо.

— Джекс, ну же. Позволь мне доставить тебя. Я сегодня же вечером внесу за тебя залог.

— Не-а. — Он все еще стоял передо мной и потянулся, чтобы открыть свою дверь. Сделав это, он сильнее прижался ко мне грудью. Я услышала, как открылись замки, и Джекс снова поднял меня на руки.

— Джекс!

Он отнес меня к пассажирской двери и усадил внутрь. Пристегивая меня ремнем безопасности, он одарил меня трогательной улыбкой.

— Вот так. Словно шелковая, моя милая Дейли.

— Пожалуйста. — Я откинула голову на подголовник. — Не называй меня так.

Ответом мне послужил тихий смешок, когда Джекс закрыл дверь и поспешил на место водителя. Люди продолжали выходить из бара, когда он начал сдавать назад.

— Скажи мне, это с самого начала был твой план? Остаться со мной наедине? — посмотрев в зеркало заднего вида, спросил он.

— О чем ты говоришь?

Он снова рассмеялся, но его взгляд был сосредоточен на толпе позади нас, так что я не думала, что он смеялся надо мной. Джекс покачал головой и тихо цокнул.

— Я видел твоих братьев во время первого боя. Пытался понять, как выбраться оттуда, не столкнувшись ни с кем из них. Это был твой план? Помочь мне сбежать? — Он бросил взгляд на мою лодыжку. — Беспомощный вид инвалида сбил меня с толку, пока я не понял, что ты не притворяешься. Ты действительно беспомощна сегодня вечером. Не твой обычный вид, Дейли, но меня он заводит. — Он свернул на дорогу и подмигнул мне.

Я вздохнула. Черт. Я становилась сентиментальной, а я ненавидела быть сентиментальной. Я была жесткой. Крутой. Джексон одарил меня еще одной улыбкой, сворачивая на гравийную дорогу, и мое сердце пропустило удар.

Я облажалась. Но собралась и поняла, что он не везет меня домой. Наклонившись вперед, я начала изучать дорогу. И у меня перехватило дыхание, когда увидела ферму старика Фрэмптона.

— Что ты творишь? Отвези меня домой.

— Не-а.

— Джексон. — Я нахмурилась. Он жил в другой стороне, так что он не вез меня и к себе.

Он проигнорировал меня и продолжал ехать. В это время я изучала его. Мне следовало бы обратить внимание на то, куда мы направляемся, но я знала, как добраться домой с фермы старика Фрэмптона, поэтому решила, что смогу угадать направление, когда позвоню Хейли, чтобы она приехала за мной. Прямо сейчас я воспользовалась временем, пока Джекс был сосредоточен на дороге. Он редко отвлекался. Обычно он был человеком с миссией, и, когда мы были вместе, большую часть времени эта миссия заключалась в том, чтобы залезть мне в штаны. И ему это удавалось в восьми ситуациях из десяти — факт, которым он никогда не хвастался, но я знала, что он им гордился.

На этот раз, однако, он не был сосредоточен на мне, поэтому мой взгляд блуждал по нему, упиваясь зрелищем. Его черные шорты сидели низко, и он не надел рубашку, поэтому я могла наблюдать, как поднималась и опускалась его грудь. Потом я заметила свежие синяки, и меня пронзила острая боль. Придвинувшись ближе, чтобы лучше видеть, я потянулась, чтобы коснуться одного из его ребер, но он поймал мою руку.

— Полегче, городская девчонка, — протянул он, глядя на меня сверху вниз. Нас разделяло не так уж много пространства. — Ты меня очень возбудишь, и мы устроим еще один импровизированный пикник, в этот раз в полуночном стиле.

Я покраснела от воспоминания. Однажды такое было, когда я придвинулась к нему ближе, начала ласкать, потому что он был сексуальным, а я была возбуждена и выпила слишком много вина, пока ждала, когда он заедет за мной. Мы так и не добрались до ресторана и закончили тем, что ели старые крекеры после того, как выехали в поле, чтобы удовлетворить некоторые из моих более насущных потребностей. Меня охватил новый прилив возбуждения. Я скучала по тем временам с Джексоном. Он был непредсказуем и восхитителен во многих отношениях, но я заставила себя представить, как на меня льется ведро холодной воды. Нужно остыть.

Сначала делай. Потом думай. Вот такой была жизнь с Джексоном. У меня было слишком много неприятностей, и я упорно старалась держаться подальше от всего этого в колледже. Я не могла снова начать жить по этому закону.

— Куда ты меня везешь? — пробормотала я. — Ты же знаешь, мои братья могут отследить мой телефон. — Я сунула руку в карман. Он был пуст. Джекс забрал телефон.

Он просто ждал, дерзкая ухмылка будто приклеилась к его лицу.

Я резко выпрямилась на своем сиденье.

— Что ты с ним сделал? — Я ударила его по руке. — Это был дорогой телефон.

— Расслабься, Дейли. Когда я поднял тебя у бара, он выпал из кармана. Я, возможно, пнул его под стойку. Там его никто не найдет. — Джекс искоса взглянул на меня. — Предполагаю, он был на беззвучном?

Я застонала.

— Ага. — Он был прав. Если Джекс пнул телефон достаточно далеко под стойку, он, вероятно, останется там, пока мои братья не выследят его. «Салли» не славился своей чистотой. Так что он будет недосягаем для любого, кто захочет прибраться.

— Послушай, Дейли…

— Дейл, — огрызнулась я.

— Дейли…

Я стиснула зубы.

Словно я и не прерывала его, он продолжил говорить с легким смешком в голосе:

— Я не могу высадить тебя у твоего дома. Я не дурак. Твои братья будут ждать меня там, и я ни за что не отвезу тебя к себе. Уверен, там они меня тоже пасут. Я сдамся. Обещаю. Ты можешь схватить меня после моего последнего боя, но я не могу отправиться за решетку прямо сейчас. Если я сделаю это, то буду автоматически дисквалифицирован с боя, а я должен выиграть этот турнир.

— Почему?

Он снова взглянул на меня. Я чувствовала его нерешительность.

Я прищурилась.

— Выкладывай, Джексон. Я могу либо помочь тебе избегать моих братьев, либо превратить твою жизнь в ад. Выбирай. Расскажи, что происходит, почему на тебя даже ордер выписан, и я, возможно, помогу тебе.

Казалось, он затаил дыхание, затем резко выдохнул и пробормотал:

— Что, черт возьми, я делаю? К черту. Ладно. — Он снова посмотрел на меня, как раз когда мы проезжали под фонарным столбом. Свет отбрасывал тени на его лицо, освещая скулы, и на мгновение придал ему смертоносный вид. Затем смена тьмы и света исчезла, и я услышала, как заговорит старый Джексон, но с серьезной ноткой в голосе.

Джекс редко был серьезным. Оба раза, когда я видела это, все шло не очень хорошо. Первый раз он отправил кого-то в больницу, а второй — когда я положила конец нашим отношениям. Мне стало немного не по себе, но я отогнала это чувство. Мне нужно было сосредоточиться на том, что он собирался рассказать.

— Ордер выписали, потому что некоторое время назад я избил парня моей сестры, — проговорил он. — Меня арестовали, и я должен был явиться на судебное заседание, но в тот день не смог сделать этого, потому что Либби решила исчезнуть. Мне пришлось искать ее. Я испугался, что она вернулась к нему.

— К своему парню?

— Ага. — Он сжал зубы. — Этот парень — придурок, но она без ума от него. Он всего лишь сопливый маленький проныра, и он ударил ее.

Я ахнула.

— Либби?

Джекс кивнул.

— Я не знаю, что с ней не так. Она знает, что от него жди беды, но продолжает возвращаться. Это продолжается уже некоторое время, но в любом случае, я нашел ее той ночью. Она была в «Монро».

— Что? Почему?

— Поверь мне. Я тоже не был счастлив.

«Монро» было самым близким к организованной преступности в нашем городе. Это была кондитерская, но настоящее действие происходило в подвале. Там было нелегальное казино, и если Либби была там, я даже не хотела думать, что это могло означать.

— Ее парень — еженедельный клиент, — добавил Джекс. — Он накопил перед ними хороший долг, и Либби пыталась погасить его. Она собиралась работать там…

— Нет!

— Я добрался туда вовремя и пообещал, что верну его долг, если ему не позволят играть там в азартные игры.

— И они согласились на это?

— Нет. — Он покачал головой, его плечи поднялись и опустились, будто несли невыносимую тяжесть. — Они не согласились на это. Но они действительно хотят, чтобы я дрался в эти выходные, и они пообещали, что, если я выиграю, они никогда не тронут Либби. Она не будет там работать. Ее даже не пустят в «Монро», и они не будут использовать ее для взыскания его долга. Это лучшее, что я мог сделать.

— Значит, ты должен выиграть все бои?

— Ага, и теперь ты понимаешь, почему я не могу отправиться за решетку? Даже если всего на час, я не могу так рисковать. Я буду дисквалифицирован. Они узнают, что меня закрыли. Кто-то помогает набирать бойцов, так что меня сдадут, а я не могу так рисковать. Это слишком хорошая сделка, а Крис Монро — честный малый.

Я кивнула. Крис ходил с нами в школу. Теперь он был главой преступной семьи Монро, но Джекс был прав. Крис с честью относился к своей преступной жизни. Если что-то обещал — он выполнял, и я никогда не признавалась в этом Джексу, но всегда подозревала, что Крис неравнодушен к Либби. Часть меня задавалась вопросом, не защитит ли он Либби в любом случае, но это было слишком рискованно. Я знала, почему Джекс делал то, что делал, и, подумав об этом, сокрушенно вздохнула.

Блядь. Я собиралась помочь ему. Я, вероятно, собиралась наброситься на него в процессе, но собиралась помочь ему продолжать драться.

— Означает ли этот звук то, что я думаю?

Я посмотрела на него, удерживая взгляд, пока он продолжал вести машину. Уголок его губ приподнялся, и дерзкий Джекс снова вернулся. Он подмигнул мне, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу.

— Спасибо, Дейли… Дейл. Я серьезно.

— Однако, я сопровожу тебя… в воскресенье, после твоего последнего боя. — Это было мое единственное условие.

— Конечно. Без проблем. — Он одарил меня улыбкой, одной из тех, от которых замирает сердце и плавятся кости. — Спасибо, Дейл. Это много для меня значит.

Что ж, так и должно быть, потому что я знала, что впереди у нас будут проблемы. Мои братья умны и сообразительны. Они уже рвали свои пятые точки, чтобы поймать его, но из-за того, что сейчас я с ним, они будут еще ужаснее. Я понятия не имела, как сделать так, чтобы Джекс попал на свой следующий бой, а потом и ушел, не попавшись. Но другой проблемой — вроде раздражающего, надоедливого щекотания у основания моего позвоночника — был сам Джекс. Так или иначе, каким-то образом я знала, что он выберется из этого невредимым, а я — нет. Мне никогда это не удавалось, когда я проводила с ним слишком много времени.

Я должна была помочь ему, но и себе тоже, а это означало, что я должна была окружить свое сердце бетонной стеной.

Джекс протянул руку и похлопал меня по ноге. И вот так, одно прикосновение — и меня пронзила безумная потребность. Мне стало жарко, и я заерзала, желая, чтобы его рука двинулась выше.

«Бетонная стена, Дейл», — сказала я себе. — «Бетонная стена вокруг сердца». Но когда он ласкал мою ногу пальцем, я уже знала, что бетонная стена даже вокруг всего моего тела была бы бессмысленной. Оно всегда имело свое собственное мнение, когда дело касалось Джекса Катлера.

Глава 5

Джекс выехал на длинную извилистую гравийную дорогу, по обеим сторонам которой росли деревья. Когда фары осветили их, я увидела, насколько густым был лес. Я снова хотела спросить, куда мы направляемся, но знала, что Джекс не скажет. Он бы отпустил остроумный комментарий, потому что не доверял мне… не полностью, пока.

За поворотом дороги показался старый дом. Это было двухэтажное здание, которое должно было быть белым, но выглядело более серым и черным из-за того, что его так долго не мыли и не красили. На крыльце перед дверью лежали стопки газет. Рядом с бумагами стояли стул и шезлонг, но, когда мы подъехали к гаражу сзади, я увидела паутину, покрывающую их белой пеленой. Я поморщилась. Ненавижу пауков. Желание пойти туда и начать сеять хаос с метлой, шлангом и лопатой для всех газет заставило меня схватиться за ручку двери. Я сжала ее и велела себе оставить паутину в покое. Это было не мое убежище.

Джекс припарковался прямо перед гаражом и выскочил из машины. Он оставил мой перцовый баллончик, наручники и электрошокер в грузовике и подошел ко мне. Открыл дверь, и прежде чем я успела сказать хоть слово, он вытащил меня из грузовика и прижал к своей груди.

Хорошо. Во время поездки его грудь остыла, и я прижала к нему руку, чувствуя, как ускоряется ритм его сердца. Это было прекрасно. Я отказывалась поднимать взгляд. Я чувствовала, что он смотрит на меня, и не было ни шанса, что я попаду в его сети. Это слишком рискованно, и я, вероятно, не захочу уходить.

Он отнес меня внутрь и посадил на кухонный стол, а затем вышел на улицу. Я огляделась, но в комнате все еще было темно. Я почти ничего не видела. Джексон вернулся с сумкой через плечо, которую отбросил в сторону, а затем включил свет. Я оглядела тесную кухню с грязной посудой в раковине. На стойке были хлебные крошки, и Джекс сгреб их, выкидывая с руки в мусорку. Одарив меня полуулыбкой, он направился к холодильнику.

— Хочешь пива?

— Скажи, что ты не живешь здесь. — В гостиной стояли два дивана, оба накрыты одеялами, чтобы скрыть подушки. Но одеяла не прикрывали низ диванов, и я могла видеть, как свисало то, что было под ними. Просто оглядевшись вокруг, я почувствовала, как у меня обострилась аллергия. — Джекс, я не удивлюсь, если у куска плесени выросли ноги, и он забрался под этот стол.

— Все не так плохо. — Он схватил два пива и протянул одно мне. Прислонившись спиной к стойке, Джекс откинул голову назад и сделал большой глоток из своей бутылки. Я отвернулась, когда он сделал это. Мужчина не должен быть таким красивым, просто выпивая. — Кроме того, это твоя вина, — добавил он.

— Моя?

Он вытер рот тыльной стороной ладони и указал на меня бутылкой.

— Ага. У меня было место получше, чтобы спрятаться сегодня, но твои браться нашли меня. Благодаря тебе, мне пришлось свалить. Кроме того, это только на выходные, и мне нужно было место, где меня никто не найдет. — Он развел руками. — Вуаля. Родилось убежище Каса-де-Джексон.

Я издала звук, будто меня тошнит.

— Мы не можем оставаться здесь. Чей это дом?

Он пожал плечами.

— Понятия не имею. Я попросил Леди Джи дать место, где я мог бы спрятаться, и она дала этот адрес.

— Леди Джи? — Все становилось только хуже и хуже, если это вообще было возможно. — Ты спросил свою бабушку? Она в городе?

— Не-а, — усмехнулся он, делая еще один глоток пива. — Она в каком-то круизе, но поспрашивала вокруг. Я сказал ей, что место должно быть неприметным.

— Ты рассказал ей об ордере?

Он кивнул.

— И о Либби, и об обещании Монро.

Плесень и пыль волнами накатывали на меня. Мне стало трудно дышать, и началась головная боль. Я потрясла головой, чтобы прояснить ее.

— Подожди минутку. Позволь прояснить кое-что… а что насчет денег? Если ты выиграешь?

Он пожал плечами.

— Крис сказал, что я могу оставить их себе. Предполагаю, они делают на меня ставку.

— Или хотят, чтобы ты сдал турнир?

— Что? — Он выглядел ошеломленным. — Ни хрена подобного. Я дерусь. Я выигрываю. Вот, что делает Джекс Катлер.

— И, — я приподняла брови, — делаешь, что тебе говорят. — Подняв палец в воздух, я притворилась, что указываю на них. — Дай-ка подумать. Ты известен своими победами. Это твоя репутация. Они велели тебе драться. И они свяжутся с тобой прямо перед началом боя и заставят сдать его. Готова поспорить на что угодно.

Джекс фыркнул.

— Ни за что. Я имею в виду, да, я люблю свою сестру, но у меня есть некоторое достоинство. Если я так сделаю, моя репутация пойдет псу под хвост.

Должен же быть способ все исправить. Мне в голову пришла гениальная идея, и я щелкнула пальцами.

— Сделай это.

— Сдать бой? Ты серьезно? — Он недоверчиво посмотрел на меня.

— Да. Сделай это для Либби. — Я подняла палец. — Но потом вызови победителя на другой бой.

Он нахмурил брови. А затем поднял руку, потирая подбородок.

— А Крис Монро?

— Ты сделаешь то, что он хочет, или то, что, как мы предполагаем, он захочет. Я имею в виду, эй? Крис захочет заработать деньги. Заставить тебя драться — это несложно. Ты победишь. Все будут делать ставки на тебя, но, если ты бросишь вызов победителю в следующие выходные, сможешь вернуть свою репутацию и, возможно, даже немного подзаработаешь.

— В банке пятьдесят тысяч. — В его голосе прозвучала обида. — Я потеряю эти деньги.

— Джекс. — Я щелкнула пальцами. — Либби. — Нужно ли мне было говорит еще что-то?

Он вздохнул и допил свое пиво.

— Знаю. — Он четким броском кинул бутылку в мусорное ведро и потянулся за моим пивом. Я не пила его, и он забрал бутылку у меня из рук. — Просто дай мне минутку, — добавил он. — Здесь под угрозой мужское эго. Мне придется стерпеть поражение.

— Буквально. — Я усмехнулась.

Он кивнул.

— Точно, но со мной все будет в порядке. Я соберусь с силами. Прихлопну ублюдка, который побьет меня, и Либби будет в безопасности. Все хорошо.

— И я отвезу тебя в тюрьму той же ночью.

— Ты права. Ты тоже победишь.

— Угу. — Я кивала, но пока мы разговаривали, во мне снова начали шевелиться более темные ощущения. Я почувствовала, как от напряжения сгустился воздух, и меня охватили нервы, возбуждение и похоть — все это вместе взятое. Будто мое тело знало, что разговор близится к концу, и начало напоминать мне, как сильно оно снова хотело этого мужчину.

Пытаясь потянуть время, чтобы вернуть бетонную стену на место, я снова огляделась.

— Мы можем уехать в другое место?

— Например, куда? Твои братья знают меня. Уверен, они следят за каждым местом.

Ага. Его местами. Я выругалась себе под нос. Мне следовало подумать об этом раньше.

— Что?

— Они следят за твоими местами. Не моими.

— О чем ты? — Затем уголки его рта опустились. — Ни за что. Я не собираюсь ночевать у Хейли. Я был там. Не обижайся за подругу, но там слишком много розового и кружевного. Мне нужно быть в силах драться, Дейли. Вся моя мужественность испарится, как только я переступлю порог ее дома.

— Нет. — Мой брат будет следить за этим местом, но совсем по-другому поводу. — Хижина моей семьи. Она свободна. Сейчас не сезон, так что они даже не подумают о том, чтобы использовать ее. Но на улице достаточно тепло, так что мы не замерзнем. — И она была чистой. Это был самый важный фактор. Никакой аллергии, которая могла бы засорить мои легкие. — Что думаешь?

— Не знаю. — Но он обдумывал это. Я могла видеть это, а затем он оглядел здешнюю обстановку. Джекс поднял руку и почесал за ухом. — В любом случае, я даже не хочу знать, какому парню Леди Джи принадлежит это место.

Надежда подступила к моему горлу.

— Да?

— Ага. — Он улыбнулся и встал передо мной. Наклонившись, он похлопал себя по спине. — Запрыгивай, Дейли. Давай выбираться отсюда. У меня от этого места тоже мурашки по коже.

Я скользнула вниз, обхватив его талию здоровой ногой. Он потянулся назад и надежно обхватил мою травмированную ногу, а затем вышел на улицу и посадил меня в свой грузовик. Вернувшись, он на мгновение исчез в доме. Затем вернулся с ящиком пива в одной руке и своей сумкой в другой.

Он протянул свой телефон.

— Что? — спросила я.

— Я только что понял, что твои браться могут подумать, что я тебя похитил. Тогда у меня будут еще большие неприятности. Ты можешь позвонить им? Пусть они знают, что это не так.

Я взяла телефон и набрала номер своего старшего брата Дина. Я знала, что он будет кричать и обвинять меня, но Джекс был прав. Ему не нужен был еще один ордер, который гарантировал бы ему тюремное заключение.

— Дейл?

Я тихо вздохнула, готовясь. Голос моего брала звучал сердито.

— Привет, эм, тебе это не понравится, — сказала я, — но я собираюсь остаться и уговорить Джексона отправиться за решетку…

— Чушь собачья. Ты уже в постели с ним? — возразил Дин. Затем он на мгновение замолчал. Я слышала, как он дышит. — Так ты говоришь, что собираешься помочь ему?

Ну, сама идея не дать ему узнать план провалилась. Не желая, чтобы Дин думал, что я потаскушка (хотя мои женские прелести плакали от несправедливости обвинения и того, что на самом деле я не была в постели Джекса), я сказала, не подумав:

— Я не сплю с ним! Я просто помогаю.

И сразу же после этого начался хаос.

Дин начал кричать. Я кричала в ответ. Были брошены ругательства, а также несколько угроз, и в конце концов Дин выдвинул ультиматум:

— Скажи нам, где ты, или тебя исключат из праздничной вечеринки, — сказал он, поставив точку.

О, черт возьми, нет, брат.

Я прислонилась к пассажирской двери, но после этого резко выпрямилась. Не останавливаясь, я огрызнулась в ответ:

— Может, мне и не нравятся праздники, но выгонять меня с семейной вечеринки или нет — не тебе решать, Дин. Но ладно. Пофиг. Посмотрим, захочу ли я вообще прийти. — Я сжала зубы и откинулась назад, готовая швырнуть телефон на приборную панель, но Джекс бросился вперед. Я бросила телефон в воздух, но он схватил его рукой всего в нескольких сантиметрах от моей.

От его быстрой реакции мои глаза округлились, и я скрестила руки на груди. Мне хотелось надуться. Мой брат собирался выгнать меня с вечеринки… но, черт возьми, стремительность Джекса была действительно сексуальной. Я бросила на него взгляд.

— Надеюсь, ты знаешь, чего ты мне только что стоил.

Он ухмыльнулся, его глаза сверкали.

— Вечеринки твоей семьи всегда одни и те же — выпивка. Народ напивается. Бокс по телевизору, и все угрожают вытащить свои электрошокеры. Ты ненавидишь эти семейные вечеринки.

Черт. Он был прав. Тем не менее, это должно быть мое решение — идти или нет. Я прислонилась к панели.

— Я хлопочу у плиты — это моя работа — и пью. Дилан всегда сучонок, но он приносит мне новое пиво каждый раз, когда видит, что мое закончилось. И я стою там, потому что могу слышать все разговоры одновременно.

— Ты скучаешь по своей семьей, да? — голос Джекса смягчился.

Я закрыла глаза от этого тона. Черт, черт, черт. Этого было достаточно, чтобы у меня подогнулись пальцы на ногах и по телу пробежали мурашки. Бетонная стена снова начала рушиться.

Я посмотрела на него.

— Из-за вечеринки? Нет. Я веду себя глупо. Ты прав. Обычно я их ненавижу. — Драки. Громкие голоса. Препирательства… которые приводили к боксу, а это приводило к шуткам о том, что оба бойца — отстой, а затем ночь заканчивалась у костра. С рассказыванием историй. И еще больше смеха.

Все это было чистым хаосом, но Джекс был прав. Я скучала по своей семье… с тех пор, как мы расстались. Я вздохнула. Я покончила с делами и уехала через две недели. С тех пор я не возвращалась.

Чувствуя, как от моей тупости распухает язык, я ждала, не заговорит ли Джекс об этом.

На мгновение воцарилась тишина, и когда он заговорил, его голос звучал странно.

— Если мы собираемся разработать план, как завтра обойти твоих братьев, нам нужно ехать. До твоей хижины еще минут двадцать езды, и, думаю, нам обоим не помешало бы немного поспать.

И чтоб меня.

Заботливый и милый Джекс исчез. Я почувствовала, как между нами выросла стена, и когда он завел грузовик и выехал на дорогу, у меня возникло ощущение, что ни один из нас сегодня не выспится.

Глава 6

Я не выспалась.

Когда мы добрались до хижины, то почти не разговаривали. Кровать в главной спальне была королевской. Не уверенная насчет условий сна, я огляделась, но Джекс принял решение за меня. Он потянул меня на кровать и лег позади. Я ожидала, что он опустит на меня руку, как в старые добрые времена, но он повернулся ко мне спиной и начал засыпать. Вскоре я услышала его глубокое дыхание и поняла, что он спит. Я почти уверена, что слушала его дыхание всю ночь напролет.

После целого дня интриг, мы чувствовали, что готовы, и на следующий вечер в «Салли» было полно народу. Снова. Вокруг ринга образовалась яма, чтобы толпа пьяных людей не могла забраться на боксерский поединок. Это было для их же безопасности, а не для бойцов. Бойцы просто били их кулаками и отправляли тела обратно в толпу.

Осматриваясь с того места, где я заняла позицию в одном из углов ринга, я могла видеть своих братьев за стойкой. Дилан болтал с Хейли у пальмы, все еще украшенной разноцветными стрингами и презервативами. На этот раз Дин контролировал пожарный выход, и когда встретился со мной взглядом, он скрестил руки на груди и бросил на меня неодобрительный взгляд. Это пронзило меня насквозь, вернув в то время, когда мне было шесть лет и я привязывала петарды к его изданию журнала «Спортс Иллюстрейтед» с купальниками. Мне казалось забавным наблюдать, как маленькие кусочки моделей в бикини парят в воздухе, но ему было не до смеха. И сейчас он тоже не собирался смеяться.

Я отвела взгляд. Я не делала ничего плохого. Это были они. Даже если бы мы объяснили им ситуацию, я знала, что это ничего бы не изменило. По крайней мере, не для Дина. Дилан бы посочувствовал, но другие братья следовали тому, что говорил Дин. И, по мнению Дина, это было обычным делом. Смягчающие обстоятельства беглецов не были нашей головной болью. Вот что он всегда говорил. И был прав. У каждого беглеца было оправдание, причина, по которой он пропустил суд и бла-бла-бла.

Но это был Джекс, и это было совершенно другое.

— Готовы быть уж-ж-жаленными?

Я прищурилась и подавила смех. Талисман в желтой куртке теперь прыгал по рингу, притворяясь, что жалит людей в толпе. Он улыбнулся мне, его черные глаза-бусинки смотрели на меня почти так же, как только что смотрел Дин, но он не стал ждать ответа. Подпрыгивая, чтобы прижаться задом к моему лицу, он раскачивал бедрами из стороны в сторону, покачивая длинным жалом в такт музыке, ревущей из динамиков.

Люди вокруг меня засмеялись, и, когда увидела, что жало возвращается к моему лицу, я оттолкнула его. Талисман обернулся и фыркнул:

— Тебе не нужно быть такой жестокой, женщина.

— Убирайся от моего лица, пчела-переросток.

Он проворчал, мотая из стороны в сторону большой головой:

— В тебе нет рождественского веселья, не так ли? — Затем он рассмеялся, отскочил от меня и поднял свои руки в черном костюме. Приняв позу, от которой его бицепсы увеличились, он поднес кулаки к голове и выпятил пах. — Ты знаешь, у кого есть рождественское настроение? — Он снова толкнул в меня пахом, затем повернулся к толпе и вскинул вверх руки. — Вы знаете, у кого есть рождественское настроение?

Толпа заорала в ответ:

— У Зеленого пиджака!

Я закатила глаза. Противник Джекса называл себя Зеленым пиджаком, и, поскольку сейчас было Рождество, ему нравилось расхаживать в костюме эльфа. Вся его фишка заключалась в том, что он жалил, как Зеленый пиджак, хотя его талисманом была желтая куртка. В этом не было никакого смысла, но, когда появился Зеленый пиджак, это никого не волновало. Он был ростом примерно метр девяносто и весил почти сто пятнадцать килограммов.

Джекс был намного стройнее. Его преимуществом была скорость, и когда я снова огляделась, поняла, что нам она понадобится. По периметру появились еще трое моих братьев. И если они показались, это означало, что неподалеку были их друзья, расставленные по всему бару. Это нехорошо. Еще они любили оставлять четверых снаружи, на всякий случай. Они обычно окружали место, и я знала, что они не откажутся от этого, не с одним из своих, помогающих беглецу.

— Пусть бог подарит счастье вашим пе-е-енисам! — Снаружи вошла группа поющих. Двое в конце бара смеялись, покачиваясь, и остальная часть бара повернулась к ним. Я закрыла глаза. У меня снова заболела голова. Я знала, к чему это приведет. Со следующей строкой песни к пению присоединилась остальная часть бара: — Пусть кто-нибудь… — певцы повысили голоса. — …подрочит вам!

— О боже, — пробормотала я себе под нос. Эта песня может никогда не закончиться.

По бару прокатился взрыв смеха, и певцы продолжили петь.

— Не забудьте потереть и насладиться. И делать это каждое утро.

— Где твой парень?

Я напряглась. Прямо передо мной стоял Дилан. Глядя мимо него, я увидела, что Хейли все еще стоит возле украшенной презервативами пальмы. Она приподняла брови и одними губами произнесла: «Извини».

Вот вам и помощь в его отвлечении.

Да пофиг. Я могу с ним справиться. Убедившись, что лицо ничего не выражает, я спросила:

— Кого ты имеешь в виду?

Брат фыркнул, качая головой.

— Да ладно, теперь ты прикидываешься дурочкой?

Я махнула рукой вокруг.

— Я просто сижу здесь. Наслаждаюсь шоу.

— Счастье познайте! — Толпа теперь почти кричала гимн, и они совсем не помогали моей головной боли. Дилан не ответил, но его плечи были расслабленными. Когда он все еще не ответил и не пошевелился, у меня возникло ужасное чувство, что он планирует обосноваться прямо рядом со мной.

Этого не было в плане. Мне нужно, чтобы он ушел.

— Чего ты хочешь, Дилан?

— Подрочить и познать счастье!

Нахмурив брови, он повернулся к певцам. Пока брат стоял спиной, я помахала Хейли. Она беспомощно развела руками. Я щелкнула пальцами и указала на своего брата. Она одними губами ответила: «Не знаю».

Я пристально посмотрела на нее, наклонив голову набок. Она поморщилась и прикусила губу. Я не получу от нее помощи. Теперь я это поняла.

Талисман вернулся к нам, размахивая руками в такт толпе. Он остановился перед Диланом и повернулся, чтобы помахать своим жалом, потирая переднюю часть брюк Дилана. Я ждала. Это не закончится хорошо, и не потребовалось второго раза, чтобы мой брат отреагировал.

Он резко вскинул руку и схватил жало.

— Отвали, придурок, — прорычал он. — Если еще раз ткнешь в меня этой штукой, я вытащу тебя на ринг для импровизированного надирания задницы.

Талисман оглянулся. Он перевел свои глазки-бусинки на Дилана, потом на меня. Через секунду он пожал плечами.

— Поступай, как знаешь. — Он придвинулся, его жало теперь было нацелено на меня, и я напряглась.

— Вот и все, ублюдок… — Дилан двинулся вперед.

— Облаченный лишь в крылья ангел кончил и принес весть о радостном освобождении… — продолжали певцы, но над толпой пронесся рев, прерывая моего брата и музыку.

— Зеленый пиджак! Зеленый пиджак! — скандировала толпа.

Луч прожектора упал на один из дверных проемов, и там стоял противник Джекса, приняв позу, похожую на ту, которую использовал талисман всего несколько минут назад.

Дилан выругался, обводя взглядом толпу.

— Где твой парень, Дейл?

Талисман запрыгнул на ринг и начал танцевать по кругу. Он махал руками, заставляя толпу неистовствовать.

Сдерживая усмешку, я проигнорировала брата и повернулась, чтобы посмотреть на Зеленого пиджака. Он направился к рингу, а когда добрался до нас, схватился за канаты… и увидел талисман. Замерев, он нахмурился, но взглянул на толпу. Им явно нравился талисман, и он пожал плечами, забираясь на ринг.

Я хлопнула Дилана по плечу и указала на Хейли.

— Возможно, ты захочешь ей помочь. — Певцы перестали петь, и вместо этого тот, кто был ближе всех к Хейли, окинул ее с ног до головы взглядом. Он облизнул губы, и его глаза потемнели.

Дилан застонал.

— Где Джекс, Дейл? — Брат начал пятиться к Хейли, но все еще ждал моего ответа.

Я указала на талисман.

— Он уже на ринге. Ты опоздал.

Дилан повернулся посмотреть, и ведущий начал знакомство.

— Дамы и господа, главное событие! В одном углу, при весе сто тринадцать килограммов и росте в сто восемьдесят восемь сантиметров с рекордом в двадцать восемь побед и шесть поражений, вестник из нашего соседнего Бротен-Фоллс, — Зеленый пи-и-иджак!

Ведущий указал, и противник Джекса отошел в угол в своей зеленой эльфийской накидке. В конце представления другой мужчина снял ее и передал группе, стоявшей за пределами ринга, как и я. Зеленый пиджак повернул голову, в его глазах появился вопросительный блеск. Единственными людьми на ринге были ведущий, который повернулся к углу, в котором стояла я, и талисман, который продолжал размахивать своим черным жалом в сторону толпы.

Из колонок донеслась хип-хоп песня, и талисман в желтой куртке замахал своим жалом в такт, делая вид, что набрасывается на толпу, к их продолжающемуся веселью. Смех и радостные возгласы наполнили бар.

Затем ведущий начал снова.

— А в другом углу у нас наш местный действующий чемпион. Весом в семьдесят восемь килограммов и ростом сто восемьдесят три сантиметра с впечатляющим послужным списком из двадцати четырех побед и двух поражений — Джексон Катлер-р-р-р!

Когда ведущий закончил, «желтая куртка» подпрыгнул в последний раз, затем потянулся и сорвал маску. Ухмыляющийся Джекс взглянул на своего противника, в глазах которого появился дикий блеск. Затем Джекс повернулся и посмотрел на меня сверху вниз. Я даже не пыталась сдержать собственную ухмылку. План сработал без сучка и задоринки. Мы одновременно посмотрели на Дилана, который остановился посреди прохода, на полпути к Хейли. У него отвисла челюсть. Затем он захлопнул рот и бросил на меня обвиняющий взгляд.

Я пожала плечами.

Джекс присел на корточки и коснулся моего плеча.

— Первая часть завершена.

Я кивнула. Часть первая заключалась в том, чтобы вывести его на ринг. Второй частью был его бой. Мои братья не могли его прервать, но ему нужно было победить. Затем была третья часть — вытащить его с ринга и из бара так, чтобы мои братья его не поймали.

Прозвенел первый звонок, сигнализируя о начале боя, и я оглянулась на Хейли. Она кивнула. Она тоже была готова к третьей части.

Зеленый пиджак не преуспел во время боя с Джексом, который больше походил на тренировку, чем на сражение. Он прыгал вокруг своего лысого противника, уворачиваясь, петляя, делая причудливые узоры ногами. В конце первого раунда он опустился на свое место в углу ринга с широкой улыбкой на лице. У меня не было полотенца, но я воспользовалась рукавом желтого костюма, чтобы вытереть немного его пота. Тот факт, что он не сильно потел, заставил мою азартную сторону проклинать его, а девушку во мне упасть в обморок. Сморщив нос, я прижала рукав к двум крошечным пятнышкам и вытерла воображаемый пот с его щеки.

— Что такое? — спросил он.

— Что?

Он указал на мой нос.

— От меня воняет? — Подняв руку, он понюхал подмышку и отпрянул, наморщив нос. — Ух ты. Я тебя не виню, но это оттого, что я был там. — Он похлопал по костюму талисмана, улыбаясь еще шире. — Ты готова к третьей части? Потому что я собираюсь вырубить эту сучку.

Я кивнула, собирая костюм в ком ткани. Я попыталась сдавить его как можно сильнее.

— Да, просто подожди, скоро все закончится. Мне нужно время, чтобы передать его Хейли.

— Тридцать секунд, — крикнул рефери, убедившись, что Джексон его слышит. — Тридцать секунд.

Джекс кивнул ему и посмотрел через мое плечо.

— Как ты собираешься передать его ей?

Это была третья часть плана. Хейли наденет костюм талисмана в желтой куртке, и, поскольку мы не были слишком оригинальны, то собирались использовать ту же уловку, что и прошлой ночью — я включу пожарную сигнализацию. Джекс подумал, что это гениально. Мои братья не ожидали бы такого же отвлечения, и, в любом случае, это была лучшая идея, что мы смогли придумать.

Протащить Джекса внутрь в костюме талисмана было самым блестящим пунктом нашего плана. Я только надеялась, что Хейли сможет уйти от моего брата достаточно надолго, чтобы надеть костюм.

— Я пойду в уборную, как только ты начнешь. — Я оглянулась и увидела, что Хейли прислонилась к стене, скрестив руки на груди. Когда наши взгляды встретились, она кивнула и посмотрела в сторону уборной.

Я медленно, многозначительно закрыла глаза. Я не хотела кивать, так как мои братья восприняли бы это как сигнал кому-то. Чтобы скрыть свое медленное моргание, я потерла глаза и взглянула на Дилана. Он стоял перед Хейли, спиной к ней. Он не обращал на нее никакого внимания и смотрел на нас.

— Десять секунд, — крикнул рефери.

— Ты готова? — спросил меня Джекс, вставая.

Я кивнула.

— Да, я пошла. Дай мне время занять позицию.

— Время! Вы готовы? — Рефери вышел на середину ринга. Он протянул одну руку между Зеленым пиджаком и Джексом, другой держа во рту свисток. Когда она бойца кивнули, он дунул в свисток, издав пронзительный звук, который быстро затих, когда взревела толпа.

Я вскочила со своего места и направилась сквозь толпу. Я знала, что мои братья ждут от меня любого движения, и когда проходила мимо Дилана, он поймал меня за руку.

— Куда идешь? — Он не обращал внимания на то, что происходило позади него, и Хейли использовала это в своих интересах. Держа руки внизу, я передала ей костюм. Она сунула его в сумку и похлопала Дилана по руке.

Он повернулся к ней.

— Что?

— Я выйду на улицу. Мне только что звонила мама.

— Хорошо. — Он повернулся и снова спросил меня: — Куда ты идешь?

Я указала на вывеску туалета.

— Мне нужно пописать.

— Ладно.

— Я пойду. Стой на страже снаружи, если хочешь. — Вместо того чтобы ждать, пока он отпустит мою руку, я вывернула ее, заставляя брата отпустить меня. Либо он сделал бы это, либо сломал бы мне руку.

Как только его хватка ослабла, я метнулась в уборную. Затем подождала, чтобы успокоиться. Сердце бешено колотилось, и во мне бурлил адреналин. Бой, тайное проникновение, а теперь и знание, что мы будет убегать тайком? Все это смешалось воедино, и я была готова взорваться. Прижав руку к груди, я сделала два глубокий вдоха. Сердцебиение не замедлилось, но все равно. Меня не раскрыли, и теперь пришло время шоу.

Я вышла из уборной, остановившись в дверях. Мне нужно было подождать, пока Джекс не увидит меня. Стоило ему меня заметить, он ухмыльнулся и пригнулся, чтобы избежать удара, затем поднял левую руку в апперкоте. Зеленый пиджак отступил на два шага, и я двинулась вперед. Дилан был там. Он потянулся, чтобы схватить меня, но я увернулась от его руки и скользнула в толпу. Там было так много людей. Если буду держать голову опущенной, не думаю, что он сможет выследить меня, и через некоторое время я оглянулась и увидела, что была права. Дилан пытался найти меня в одном направлении, поэтому я свернула в другую сторону.

После этого план был более простым. Хейли нужно было время, чтобы влезть в костюм. Мне нужно было время, чтобы найти пожарную сигнализацию, а Джексу — закончить бой. Как только нашла сигнализацию, я стала ждать. Это не заняло много времени.

Зеленый пиджак уже был вялым. Его нога волочилась по полу. Я была удивлена, что он устал так быстро, но Джекс выглядел так, будто был дома и развлекался с другом. Он на секунду взглянул на толпу, но эта секунда была слишком долгой. Я съежилась, увидев, как все разворачивается.

Когда Джекс обернулся, Зеленый пиджак увидел свой шанс. Он выбросил кулаки и ударил его по лицу. Джекс упал на канаты, и его противник навалился на него, осыпая ударами. Джекс нахмурился и поднял руку, чтобы блокировать некоторые удары. Это не сработало. Зеленый пиджак наносил удары с обеих сторон, и Джекс опустился на колени, обхватив голову руками, чтобы блокировать удары.

Я затаила дыхание, но, продолжая наблюдать, увидела, как в глазах Джекса вспыхнула искра гнева. Он сжал зубы, в его глазах появился злобный блеск. Мое сердце ускорило ритм. Это был тот Джекс, в которого я влюбилась. Как бы его ни прижимали, наступал момент, когда его терпение заканчивалось. Каждый раз, когда проводилась эта линия, Джекс возвращался с боем.

Я знала, что это произойдет, но, когда Джекс встал, поймал в воздухе кулак своего противника и отступил, чтобы нанести удар, это не имело значения. Бетонная стена, которую я пыталась возвести, исчезла. Когда он нанес удар Зеленому пиджаку, все, что я пыталась сдерживать или игнорировать, тоже взорвалось.

Я пошатнулась.

То же самое сделал и его противник.

Толпа сошла с ума и начала скандировать имя Джекса.

Зеленый пиджак ошеломленно упал на канаты, и Джекс больше не терял времени. Он отступил назад, затем развернулся и поднял ногу в идеальном ударе с разворота. Тыльной стороной пятки он идеально ударил в челюсть Зеленого пиджака, и противник с глухим стуком упал.

Он не двигался. Это была победа нокаутом. И это был мой сигнал.

Джекс развернулся, и я кивнула, протягивая руку, чтобы включить пожарную сигнализацию.

Прозвучал оглушительный сигнал тревоги, и все вокруг меня выругались. Джекс сверкнул мне улыбкой, наши взгляды на мгновение встретились. Сердце забилось сильнее, но я не собиралась обращать внимание на эту пульсацию. Затем он перепрыгнул через канаты и начал пробираться ко мне сквозь толпу.

Секунду спустя я поняла, что он добился успеха. Обхватив меня рукой за запястье, он потянул меня вниз.

— Привет. — Джекс наклонился, держа голову ниже толпы, когда они проходили мимо нас к выходу.

Я ухмыльнулась ему.

— Хороший удар.

Он пожал плечами.

— Он вывел меня из себя. Надеюсь, это было не слишком рано?

— Подожди. — Я выпрямилась настолько, чтобы увидеть, что мои братья оглядываются по сторонам. — Не уверена. — Потом я увидела ее. Хейли делала все возможное, чтобы улизнуть вместе с толпой, и это был самый последний сигнал. Я потянула Джекса за руку. — Она там. Нам нужно спешить.

Когда Хейли прошла мимо Дилана, мы с Джексом направились в другую сторону. Я услышала сквозь шум толпы крик, и перед тем, как выскользнуть через входную дверь, выпрямилась и оглянулась.

Дилан заметил Хейли. Он поднес ко рту рацию, и все мои братья, как один, собрались вместе. В следующую секунду Дилан сделал выпад и схватил Хейли за желтую куртку, швырнув ее на пальму. Дерево отлетело в сторону, и они упали на пол. С дерева на них посыпалась куча презервативов, и когда Дилан приподнялся, чтобы сорвать голову талисмана, зеленый презерватив упал ему на волосы. Его глаза округлились, когда он увидел, что в костюме была Хейли, и она улыбнулась, потянувшись, чтобы снять презерватив с его головы. Она протянула его ему, будто предлагая подарок.

Джекс дернул меня за запястье и оттащил от двери. Мой брат Дэвид пробежал мимо меня, но это не имело значения. До конца пути толпа была нашим камуфляжем, и вместо того, чтобы взять грузовик Джекса, я достала ключи от машины Хейли. Вскоре мы проехали мимо его грузовика, у которого стояли двое моих братьев, и выехали на дорогу, чтобы уехать.

Джекс вздохнул.

— Это было потрясающе.

Я кивнула, чувствуя улыбку на своих губах. Должна признать, что да, это было потрясающе.

Глава 7

После боя Джекс сообщил мне, что хочет принять душ, и, честно говоря, это было прекрасно, потому что мне нужно было побыть одной, чтобы собраться. Вся ночь была одной долгой адреналиновой поездкой, и я была измотана, хотя все еще раздумывала — заснуть или запрыгнуть на него и заняться диким, сумасшедшим сексом.

Когда мы добрались до хижины моей семьи, я все еще металась между двумя возможностями, поэтому схватила коробку вина и направилась во внутренний дворик. Я допивала второй стакан, когда услышала, как выключился душ, и мгновение спустя раздались шаги из ванной.

Я затаила дыхание. Он шел в мою сторону. Подождите… нет, он пошел в спальню. От этого образа меня охватил новый порыв лихорадки. Джекс. Кровать. Мокрый. Капающий.

Я сжала бокал с вином и допила последние глотки. Наклонившись вперед, чтобы снова налить вина, другой рукой я потянулась к вентилятору у стены. Я была возбужденной и взволнованной. Вентилятор включился на самой низкой скорости, но этого было недостаточно. Я переключила его так, чтобы он дул сильнее и прямо мне в лицо.

А потом я почувствовала его.

Я сидела в одном из кожаных кресел. Дверной проем был прямо за моим плечом, и Джекс ничего не говорил. Но, черт возьми, я чувствовала его присутствие.

Кровь начала нестись быстрее. Мне нужен был еще один вентилятор. Я поняла, что сжимаю свой бокал с вином, и заставила себя ослабить хватку. Мне не нужно было, чтобы осколки стекла застряли у меня в руке. Тогда ему пришлось бы держать ее, помогать мне промыть рану, рассмотреть поближе, дуть на нее… я выпрямилась. Перестань думать, Дейл!

Я подняла взгляд. Ага. Он смотрел прямо на меня. Я ожидала увидеть понимающий, дерзкий взгляд, но вместо этого в его глазах было что-то серьезное. Он будто мог видеть меня насквозь.

Блядь. Мне это не нужно. Мои женские прелести уже горели, а это словно вылило на них керосин. Мой разум начал отключаться. Я почувствовала, что встаю, отталкиваясь от кресла…

А затем он сказал:

— Вино из коробки?

— Ага. — Я откинулась назад, надеясь, что это выглядело, как обычное изменение положения. Слово прозвучало как хриплый, искаженный стон.

Джекс бросил что-то мне на колени, и я посмотрела вниз и увидела маленькую коробочку, завернутую в газету с красной лентой вокруг.

— Что это?

Он сел в другое кожаное кресло.

— Кое-что, что я оставил здесь прошлым летом.

Прошлым летом?

— Ты имеешь в виду… — В ту ночь, когда я порвала с ним. — В ту ночь?

Он резко рассмеялся.

— Ага. В ту ночь. Это был ранний подарок на день рождения, но все пошло прахом, и я забыл о нем. Но теперь, когда ты делаешь все, чтобы помочь мне, и в преддверии Рождества… — Он пожал плечами и посмотрел в сторону озера. — Счастливого Рождества, Дейли.

На мгновение шок лишил меня дара речи. Он помнил о моем дне рождения. Да еще и за два месяца до него.

— Мне жаль, Джекс.

Он отмахнулся от меня.

— Поверь, все в порядке. Большую часть времени я был ослом, и в ту ночь тоже. Когда ты бросила меня, это, возможно, было лучшим, что могло случиться. Потерять тебя было тревожным сигналом. Ты вырвала мне сердце, но спасибо тебе за это. Я серьезно.

Боже. Я понятия не имела, что сказать. Затем почувствовала, что вот-вот расплачусь, и покачала головой. Это было бы более унизительно, чем что-либо другое. Я обмахивалась ладонью, словно веером, думая о забавных вещах, чтобы не заплакать. Дилан пристает к Хейли. Дилан получает по яйцам. Это немного помогло.

— Джекс, той ночь… — начала я, когда поняла, что слезы остановились.

Он поднял руку.

— Ты была права. Я пил, постоянно ввязывался в драки. И в ту ночь не имел права делать то, что сделал.

Боже. Была причина избегать этого разговора. Но теперь я знала, что пришло время. Черт возьми. Это будет больно.

— Ты переспал с моей подругой.

— Нет. — Он покачал головой. Наклонившись вперед, он уперся локтями в колени, его глаза пронизывала тьма. — Я этого не делал. Я не лгу тебе. Я действительно этого не делал. Сюзанна сказала тебе это, но это ложь.

— Но… — Я нахмурилась. — Я видела, как вы двое уходили. Вы держались за руки, и она повела тебя в лес. — Я жестом указала на улицу. Несмотря на то, что было темно, я видела деревья в лунном свете. — Прямо туда. Я видела тебя.

— Она поцеловала меня. Вот и все. Я думал, что это ты держишь меня за руку. Ты помнишь, как я был тогда пьян?

— Но… — Во мне вспыхнул гнев. — Что случилось потом, если ты не спал с ней?

— Ничего. Как только она поцеловала меня, я понял, что это не ты. Я оттолкнул ее и ушел.

Все снова прокручивалось у меня в голове: она держала его за руку, вела в лес, а Джекс смеялся, но он разговаривал со своими друзьями. Он не смотрел на нее… я даже не подумала об этом. Я стояла там, наблюдая, как он идет за ней в лес, и видела их очертания. Они были прижаты друг к другу, и я услышала стон.

После этого я ушла. Слишком много драк. У Джакса была репутация лучшего бойца, и я устала от парней, которые всегда старались изо всех сил… и от девушек. Боже, эти девушки. Их было так много. Я сама дралась со многими из них. Некоторые ночи я провела за решеткой, некоторые — нет, но в любом случае, после я была вся в крови и синяках. Физическая боль всегда была лучше, чем другая боль. Всегда.

Я смахнула слезу.

— Я вышел и увидел, как ты уходишь, — тихо сказал Джекс.

Я кивнула. Так и было. Он нашел меня на парковке, еще более пьяную, чем я была раньше.

— Я пыталась стереть образ тебя и ее вместе, — прошептала я.

— Я не знал, что ты нас видела. Я только видел, как ты уходила.

Я обхватила рукой подарок.

— Что это?

Он снова пожал плечами, но поморщился.

— Это… то, что я все равно должен был тебе дать. Мне жаль, что это заняло так много времени.

— Джекс?

Он выругался и зашипел, сгибая руку. Костяшки его пальцев распухли.

— В морозилке есть пакет со льдом, — пробормотала я, крепко прижимая подарок к груди.

— Ага. — Он встал и направился в сторону кухни. Остановившись позади меня, он коснулся моего плеча. — Мне жаль, я так долго был глупым ребенком. Я изменился, несмотря на эти выходные. Я действительно изменился, Дейл.

Дейл. Не Дейли.

Грудь сдавило от эмоций, которые я не хотела называть. Я мысленно выругалась. Мне не следовало помогать ему. Джекс был моей слабостью. Я была глупа, думая, что смогу защититься от него.

Я слышала его на кухне и вытерла еще одну слезу. Но когда открыла подарок, то поняла, что это было напрасно. Я бросила один взгляд на кулон с фотографией моей матери и нашим зодиакальным камнем, и просто сорвалась. Наклонившись, прижимая кулон к груди, я отпустила всё.

— Эй… — Джекс опустился на колени рядом со мной. Он коснулся моего плеча и приподнял мой подбородок. — Эй.

Я смотрела на него, но не могла говорить. Слезы мешали мне.

— Ох. — Он взял кулон и провел по нему большим пальцем. — Да, я знаю, как сильно ты все еще скучаешь по ней. Я так сильно напортачил. Я хотел как-то загладить перед тобой свою вину, поэтому использовал часть денег, которые выиграл в боях. Я спрятал его в ванной, за стенкой шкафчика. Ты знала, что она уже много лет сломана? Я думал, что ее починят, но только что проверил. Она все еще сломана, а кулон все еще был там.

Стенка шкафчика была сломана? Я усмехнулась. Я даже понятия не имела. По какой-то причине тот факт, что единственным, кто об этом знал, был мой бывший парень, показался мне забавным, и я согнулась, заливаясь смехом.

— Эм… — Джекс отстранился, неловко похлопав меня по спине. — Ага. Представь себе. Все еще там.

Я покачала головой, продолжая хихикать. Он не знал, почему я смеялась. Я тоже не знала. Потом снова потекли слезы. Выпрямившись, я сделала несколько судорожных вдохов и попыталась остановить всё: плач, смех, всхлипы, которые, как я чувствовала, были уже на подходе. Я вытерла с лица слезы. Немного успокоившись, я повернулась к Джексу с мягкой улыбкой.

— Спасибо.

Он ухмыльнулся.

— Ага. — Он придвинулся ближе и обхватил ладонью мою щеку. — Счастливого Рождества, Дейли.

Я застонала.

— Почему мне снова начинает нравится, когда ты меня так называешь? — Мне нужно было игнорировать то, как он скользнул по моей щеке большим пальцем. Я сглотнула комок в горле и почувствовала, как в животе снова зарождается боль.

Не-а. Она была ниже.

Щеки начали пылать, но я была не в силах отвернуться. Джекс удерживал меня ладонью. Он продолжал клеймить меня большим пальцем, лаская мою щеку.

Боже. Я все еще любила его.

Осознание этого взорвалось внутри меня, разбрасывая повсюду осколки. Это было похоже на землетрясение, которое продолжало сотрясать мою сердцевину. Я начала дрожать, и когда он увидел, как на меня подействовало его прикосновение, его глаза потемнели. Он взглянул на мои губы и крепче обхватил меня рукой, притягивая к себе. Придвинулся ближе, и тогда я почувствовала на себе его дыхание, почти вне пределов досягаемости, но так чертовски близко.

Вот этого.

Этого ждало мое тело с тех пор, как я увидела его готовым выпрыгнуть из того окна. Чертовски долго. Затем мой мозг отключился. Во мне зародилась первобытная потребность, и она брала верх.

— Дейл, — прошептал Джекс, прежде чем коснулся своими губами моих.

Черт возьми. Он был каплей воды в пустыне.

Я нуждалась в нем. Я хотела его. Мне было все равно, что произойдет после, и с этой мыслью — моей последней разумной мыслью за вечер — я прошептала в ответ:

— Счастливого мне Рождества.

Он усмехнулся. Затем прижался ко мне губами, и я пропала.

* * *

Когда я проснулась, мои ноги не двигались. Руки не двигались, и да, я проверила — моя шея, казалось, была зажата между двумя валунами, и ни один из них не двигался. Мне было неловко, что ночь секса сделала это со мной. Мне нужно было вернуться в спортзал.

Рядом со мной на кровать упало полотенце, и я услышала где-то позади Джекса.

— Это последнее чистое. Если мы останемся здесь на ночь, нам нужно купить в магазине еще.

Его голос звучал весело.

Я хотела его убить. Вместо этого закричала:

— Что ты со мной сделал? Я даже пошевелиться не могу.

Кровать под его весом прогнулась, и Джекс коснулся моего бедра.

— Ага. Все еще гладкая, словно шелк. О чем ты говоришь?

— Что? — зарычала я. Я хотела повернуться, чтобы увидеть его или, по крайней мере, остановить от дальнейших действий.

Он убрал руку, а потом шлепнул меня. По моей заднице.

— Упругая. Все еще не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

Боже. Он собирался продолжать ощупывать меня, пока я не заставлю себя сесть. Это должно было быть больно. Я приподнялась и повернулась к нему лицом. Это прошло легче, чем я думала. Подождите, нет. В следующую секунду я закричала, когда меня охватила боль.

— О, Боже!

Джекс был невозмутим. Он ухмыльнулся мне, одетый только в свои легкие спортивные штаны. Они сидели низко на бедрах, и, поскольку он продолжал ухмыляться, мне захотелось проклясть его и снова запрыгнуть на него. Воспоминания о прошлой ночи немного помогли облегчить боль.

Джекс был надо мной. Он прижимал меня к кровати, двигаясь во мне. Он толкался медленно, целенаправленно растягивая и все время наблюдая за мной. О да. Это воспоминание помогло унять большую часть боли.

Внезапно меня снова обдало жаром. Потянувшись за рубашкой, я обмахнулась ей и оглядела комнату. Взгляд на Джекса только убедил бы меня снова затащить его на себя сверху. Нехорошо. Я не могла ходить после одной ночи. Я не смогла бы сидеть, если бы мы устроили еще один раунд.

— Ты не в форме.

Я метнула в него взгляд.

— Что, прости?

Он засмеялся, встав с кровати. Подняв руки над головой, Джекс согнулся, и когда он сделал это, по его коже скатилось несколько капель пота. Я могла видеть верхнюю часть его бедер и косые мышцы, и если бы штаны соскользнули еще на пару сантиметров ниже, я бы увидела его. Даже сейчас, когда я смотрела, там начинала расти выпуклость.

Джекс засмеялся, снова привлекая мой взгляд к себе.

— Продолжай смотреть, Дейли, и я снова раздену тебя.

Ага. Он сделает это. Я попыталась фыркнуть.

— Да пофиг. Ты можешь думать все, что хочешь, но… — Я замолчала. Теперь он был полностью готов.

Опустив руки, он подошел к кровати. Наклонившись, опустил руки по обе стороны от меня и наклонился… его лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего. Он остановил свой взгляд на моих губах.

Я не могла дышать, когда он был так близко. Мне было жарко. Подождите, в нашей хижине нет отопления…

— Джекс? — Что он собирался делать? Я хотела, чтобы он поцеловал меня. Его губы были так близко.

Он отстранился всего на несколько сантиметров и прошелся вверх и вниз по моему телу взглядом. Затем тихо вздохнул.

— Я хочу наклонить тебя, провести руками по твоему заду и скользнуть прямо внутрь, — выдохнул он. — Я хочу так сильно объездить тебя, что ты не сможешь ходить целую неделю, Дейл. — Он закрыл глаза и потерся щекой о мою щеку.

Я ахнула от близости, и ощущения его присутствия… там.

Он снова пошевелился — еще одно чувственное прикосновение — и нашел мои губы своими. Джекс поцеловал меня и прошептал в губы:

— Я хочу сделать гораздо больше, чем это, и мне трудно убедить себя уйти и оставить тебя в покое. Но если не сделаю этого, мы никогда не покинем эту хижину. Я не отпущу тебя.

И не надо, пожалуйста.

Его голос был опьяняющим.

— Но я не могу этого сделать. Не могу пропустить сегодняшний бой. Знаешь, почему?

Я не могла дышать. Я просто оставалась там, чувствуя его губы на своих губах. Я не хотела двигаться.

— Это потому, что я поступаю правильно… для моей сестры и для тебя тоже, — пробормотал он. — Я хочу поступить правильно, Дейли, для тебя. И хочу продолжать поступать правильно для тебя.

Для меня. Он делал это и для меня тоже.

К черту.

Я схватила его за штаны и притянула к себе. Он прижался своими губами к моим, и когда наши тела упали обратно на кровать, он удержал себя, чтобы не раздавить меня.

— Мы сделаем все правильно через час, — сказала я прямо перед тем, как он вошел в меня.

Или через два часа.

Или три.

Или после всего дня.

Глава 8

Когда мы, наконец, добрались в «Салли» в тот вечер, там было полно народу, впрочем, как обычно. Парковка была заполнена, и еще целая толпа ждала возможности войти. Мы продолжали ехать, но две парковки рядом тоже были заполнены, и в конце концов первое место, которое мы нашли, находилось в пяти кварталах.

На этот разу нас не было гениального плана, как Джексу пробраться внутрь. Вчера мы выжали из талисмана все, что могли. Единственное, что я знала — нужно бросить машину Хейли, и под «бросить» я имею в виду, что мы оставили ее на стоянке продуктового магазина в квартале от дома подруги. Затем я подсунула ей ключ от машины под дверь, прикрепив к нему записку. Мы не разговаривали последние два дня, так что я не знала о состоянии ее отношений с моим братом. Я просто надеялась, что он не увидит ключ первым, если ночевал у нее. Но это все равно было бы неважно. Он просто узнал бы, что мы раздобыли новую машину, что мы и сделали.

Я взяла в прокате старомодный черный «Камаро». Этот автомобиль был единственным в пункте проката, и когда Джекс понял, какая машина наша, он расхохотался.

— Стильная машинка, — сказал он, похлопывая меня по плечу. — Думаю, сегодня вечером это будет потрясающая последняя поездка перед тюрьмой.

Ах. Тюрьма. Вовремя. Мне нужно было это напоминание о том, почему я проводила с ним все это время. Не для того, чтобы прыгнуть на него… ну не для того, чтобы прыгнуть на него таким образом, а для того, чтобы схватить и вернуть под залог. Вытащи свою голову из сточной канавы, Дейли… Дейл. Чтоб меня. Я покачала головой и нахмурилась. Пришло время пройти третью фазу и отправиться домой.

Припарковавшись, мы вместе с толпой отправились по тротуару к «Салли». После того, как на него пару раз оглянулись, Джекс выругался и натянул капюшон. Он засунул руки в карманы и сгорбился, стараясь выглядеть незаметным. Я закатила глаза. Что бы ни делал, он не мог скрыть свое худощавое телосложение или харизматичное присутствие. Люди, которые смотрели на него, не узнали в нем бойца… пока нет. Их просто тянуло к нему, как и меня всегда. Поймав несколько соблазнительных взглядов, посланных в его сторону, я стиснула зубы. Джекс, должно быть, почувствовал мое растущее раздражение, потому что потянулся и поймал меня за руку.

Я посмотрела вниз, туда, где он схватил меня, затем поняла, что начала двигаться к одной из девушек. Желание оторвать ей руку было первым и главным в моих мыслях, и когда до меня дошло, что я собиралась сделать именно это, я покраснела и отстранилась, целенаправленно двигаясь рядом с Джексом.

— Ну и кто сегодня боец? — спросил он вполголоса.

Я вздохнула.

— Я знаю. Знаю. — Прежний Джекс позволил бы мне встретиться с девушкой лицом к лицу. Было приятно, что он действительно изменился. — Спасибо.

Он кивнул, его взгляд остановился на моих губах.

— Я должен получить дополнительные очки. Наблюдать, как ты затеваешь драку с цыпочкой — самое сексуальное, о чем я могу сейчас думать. — Он скользнул взглядом вниз по моему телу и обратно, задерживаясь на груди, затем поднимаясь к губам. — Ну, может быть, не самое сексуальное, но ты понимаешь, к чему я клоню. — Он подмигнул мне и толкнул своим бедром мое. — Не пойми меня неправильно. Я бы хотел, чтобы явились копы, и ты присоединилась ко мне сегодня вечером за решеткой. Копы любят меня. Я могу превзойти их в жиме лежа. Держу пари, я мог бы договориться об общей камере для нас. Но ты знаешь… — Он жестом указал на квартал впереди, туда, где мы могли видеть начало парковки «Салли». — Сначала мне нужно закончить бой.

Я застонала.

— Ты только что все испортил. Я думала, ты стоящий парень, а ты… пф! Вот и нимб вокруг твоей головы исчез.

Он засмеялся, снова привлекая к себе внимание, поэтому еще больше ссутулился и притих.

— Никакого нимба, только если я не мужской вариант ангела «Виктория Сикрет». Тогда, черт возьми, да. Я бы надел весь костюм целиком. И крылья тоже. Только они должны быть черными. Я не из тех ангелочков с белыми крылышками. — Он снова уставился на мои губы, и его голос стал низким и многообещающим. — Я больше похож на падшего ангела, если ты понимаешь, о чем я.

Я понимала. Слишком хорошо.

Тревожное покалывание распространилось по моему телу, согревая кровь и наполняя грудь добротой и лаской — добротой и лаской, с которыми я все еще не хотела иметь дело, потому что они не имели ничего общего с нашим днем, наполненным сексом и всем, что связано с эмоциями, которые продолжали нарастать во мне.

Я прочистила горло и отвела взгляд. Да. Как только отвернулась к увеличивающейся толпе, мне стало легче думать. Потом я вспомнила, что мы делаем, и схватила Джекса за руку.

— О, черт.

— Что? — Он оглядел толпу. — Что не так?

— Что, если мои братья здесь? Мы не смотрели. — Они могли бы уже заметить нас. Оглядевшись в поисках них, я заметила знакомое лицо, и мое сердце пропустило удар. Этого не могло быть… не здесь…

— Не-а. — Джекс покачал головой, потянув меня вперед. — Вчера я разговаривал с одним из охранников. Я рассказал ему ситуацию, и он сказал, что проведет нас через заднюю дверь.

Я бросила на него взгляд. Знакомое лицо исчезло. Я ошибалась насчет того, кого, как мне показалось, я видела. Я должна была ошибаться.

— Мы охотники за головами. Задние двери — наша специализация. — Заметив ухмылку на его лице, я вскинула руку. — Не опошляй это.

Ухмылка исчезла.

— Ты делаешь это очень трудным. — И ухмылка вернулась.

Этот разговор не приведет ни к чему продуктивному.

— Что мы будем делать? — спросила я. — Просто проберемся сквозь толпу?

— Ага. — Он потянул меня вперед, заставляя слегка бежать трусцой. — Поторопись.

Доверившись, я последовала за ним, и Джекс повел меня мимо припаркованных машин, пока рядом не проехал большой грузовик. Водитель замедлил ход и начал искать место для парковки и доставки еды. Используя его в качестве прикрытия, мы подошли к задней двери «Салли», скрытой от большей части толпы. Когда он припарковался, кухонная дверь открылась, и оттуда вышли двое парней. Один из них был менеджером «Салли». Узнав Джекса, он помахал рукой, приглашая войти.

— Турго ждет. Он отведет тебя к рингу.

Джекс кивнул.

Менеджер посмотрел на меня.

— И тебя. Ты его девушка, верно?

Я остановилась, чистая паника сковала меня, но Джекс обнял меня за талию и заставил следовать за ним. Он сжал губы в ровную линию, и мы прошли через кухню, чтобы найти гигантского размера парня, одетого в черную рубашку с надписью «ПЕРСОНАЛ».

— Перестань думать о том, что он сказал, — прошептал Джекс себе под нос. — Мы ведь веселимся, верно?

Веселимся. Да. Я кивнула.

И Джекс спросил — как я полагаю, Турго — был ли поблизости кто-нибудь из моих братьев, но охранник окинул меня пристальным взглядом, а затем наклонил голову в сторону.

— Мы не видели здесь никого из Холденов, кроме нее.

— А Монро?

— Ага, он где-то здесь. Хочет поговорить с тобой.

Джекс бросил на меня беспокойный взгляд. Я согласилась, но мы предполагали, что это произойдет.

Турго замолчал и стал ждать. Джекс кивнул ему, и тот повел нас по другому коридору. Когда мы подошли к закрытой двери, Джекс открыл ее и вошел. Я мельком увидела Криса Монро, но, когда двинулась вперед, Турго встал передо мной. Он скрестил руки на груди.

— Прости. Он хочет, чтобы Катлер был один.

Меня это не устраивало.

— Где мой электрошокер, когда он мне нужен, а?

Он хмыкнул, но, похоже, не слишком встревожился.

У меня не было выбора. Я ждала рядом с ним.

Джекс не задержался надолго. Я оттолкнулась от стены, кода он вышел. Я собиралась спросить, что случилось, но заметила его сжатую челюсть и напряженные плечи. Он схватил меня за руку, притягивая ближе. Турго снова двинулся вперед, на этот раз ведя нас в главный бар. Джекс слегка покачал головой, и я поняла, что он говорит мне подождать, пока мы не останемся одни.

Я так и сделала.

В толпе были расчищены дорожки с веревками с обеих сторон, и «Салли» был преобразован, выглядя как настоящая площадка для бокса. Турго повел нас к нашей стороне ринга, и несколько девушек окликнули Джекса, потянувшись, чтобы прикоснуться к нему. Он проигнорировал их, обнимая меня еще крепче. Он так крепко сжимал мою руку своей, что я знала — останется синяк. Но я ничего ему не сказала. Он не знал. Он прижимался ко мне для утешения, и это было хорошее чувство… слишком хорошее чувство, если честно. Мне следовало бы больше беспокоиться о том, насколько это неправильно, но это казалось слишком правильным. Я не собиралась с этим бороться.

Я все еще люблю Джекса. Я поняла это раньше и постепенно начала снова принимать это.

Веревка отделяла небольшую зону отдыха рядом с рингом, и я знала, что это был тот ринг, о котором они говорили. Турго поднял конец веревки, чтобы пропустить нас с Джексом. Как только мы вошли внутрь, он опустил ее обратно и спросил нас:

— Что-нибудь выпить или перекусить? За счет заведения.

Джекс покачала головой и начал садиться.

Турго кивнул и повернулся, чтобы уйти.

— Подожди! — позвала я. — Воды. Для него. — Если подумать об этом… — И я бы не отказалась от пары шотов.

Он ушел, и Джекс нахмурился, глядя на меня.

— Я не могу ничего пить. Не перед боем.

Я села и вздохнула. Внутри меня будто скрутился узел. Мне нужно было знать, что обсуждалось в той комнате.

— Они не для тебя, — сказала я ему.

— О. — Он улыбнулся. — Планируешь затащить меня в ту общую кабинку сегодня?

Я пристально посмотрела на него.

— Начинай говорить. Что сказал Крис?

— Ничего о бое. Он сказал мне, что к нему приходила Либби.

Я придвинулась ближе к нему.

— Приходила?

В его глазах появилось затравленное выражение.

— Ага. Она предложила быть одной из его шлюх, если он позволит ее парню сорваться с крючка.

Мои глаза округлились.

— Что он сказал?

— Отказал. Он выполнил свою часть сделки. Он сказал мне сокрушить моего противника, и что он придумал ход получше: он заставит ее парня бросить ее, если тот хочет продолжить играть с ними в азартные игры. Зная этого придурка, держу пари, это сработает. Он выбросит мою сестру на обочину ради следующей же большой игры.

Я нахмурилась.

— Он, наверное, делает ставку на этот бой с тобой.

Джекс дернул плечом.

— Мне все равно. Пока моей сестры не будет в его жизни, я буду делать то, что нужно. — Он скользнул по мне взглядом. — Ты в порядке?

Я кивнула.

— Ага. — Мои порхающие бабочки и скрученные в узел внутренности отлично ладили. — Со мной все будет в порядке. Итак, Крис не говорил, что ты должен сдать бой?

— Нет. Он сказал раздавить его.

— Ох. — Это было странно. — С кем ты дерешься?

Джекс пожал плечами.

— Понятия не имею. Мы не обсуждали это. Думаю, я узнаю, когда его объявят.

И вот что произошло. Оказывается, Джекс сражался не просто с другим бойцом. Он сражался с Чарльзом Монро — старшим братом Криса Монро, а также членом местной мафиозной семьи Монро.

И это все приняло совершенно новый оборот. Я обменялась обеспокоенным взглядом с Джексом, но когда его позвали, он пожал плечами и сказал:

— Я должен делать свою работу. — Он расправил плечи, будто избавляясь от беспокойства, а затем выпрыгнул из нашей стороны на ринг. Как только он это сделал, толпа сошла с ума.

Независимо от того, кто победит, толпа выбирала своего фаворита. Они любили Джекса Катлера.

Как и я.

— Это блестящая идея, не так ли?

Я повернулась и увидела стоящего в проходе Криса Монро. Турго поднял веревку с нашей стороны, и Крис поднырнул под его руку, улыбаясь мне. Он указал на пустое место Джекса.

— Могу я?

Я молча кивнула. Крис Монро учился с нами в школе. Тогда он почти ничего не говорил, но все знали о его семье, так что никто с ним не связывался. Он был прилежным типом. Также он был спортивным, но не выступал ни за одну из команд, и я часто думала, что остальные ребята должны были быть ему за это благодарны. Если бы выступал, он бы играл, независимо от того, должен он был быть в основном составе или нет.

Оглядев его сейчас, я заметила его одежду. В школе он носил толстовки и джинсы, никогда не выделялся. Я всегда думала, что таково было его намерение — не выделяться — и, похоже, так оно и было до сих пор. Сегодня вечером на нем был синий свитер с джинсами и мокасины. Однако его одежда была высокого качества. На нем не было ничего из местного «Уоллмарта», в отличие от девяноста пяти процентов людей в «Салли», включая меня. Я чувствовала себя немного глупо, зная, что купила свою рубашку на распродаже. Она была такой милой.

Я больше не чувствовала ничего милого.

— Ты должна спросить, что именно блестяще, — подсказал он, проводя рукой по волосам. В этом не было необходимости. Его каштановые волосы были идеально зачесаны набок.

Я фыркнула.

— Так вот как сейчас выглядит мафия? В стиле профессора колледжа?

Его зеленые глаза казались удивленными, затем он начал смеяться, качая головой.

— Я забыл, что тебя не одурачить.

— Я Холден. — И с Холденами тоже не связываются.

— Верно. — Он указал на ринг, где его старший брат разминался и растягивался, пытаясь запугать Джекса. — Ты не собираешься ничего говорить об этом? Ты же знаешь, все предполагают, что Джекс сольет бой.

Я кивнула. Это начало обретать смысл.

— И ты знал, что твой брат попадет на чемпионский бой. Все его противники сливали свои бои, не желая попадать в немилость Монро.

Он одобрительно ухмыльнулся.

— Но не Джекс.

— Нет, если бы у него не было достаточно веской причины.

— Либби. — Крис улыбнулся шире.

— Которой ты никогда не собирался позволять платить карточный долг ее парня, не так ли? — Я вспомнила, как он наблюдал за ней в школе. Когда она замечала, он притворялся, что учится. — Ты всегда украдкой поглядывал на нее, думая, что никто не замечает.

Он снова рассмеялся, но на этот раз звук был более мрачным.

— Я не думал, что кто-нибудь замечал.

— Ты заботишься о ней, не так ли?

Крис перестал улыбаться. Он кивнул, его взгляд стал мрачным.

— Я всегда это делал.

— А Джекс знает?

— Думаю, узнает после этого боя. — Он бросил на меня многозначительный взгляд.

Он был прав. Я собиралась рассказать. Джексу нужно было знать.

— Джекс сделал бы для своей сестры все, что угодно.

— Я знаю.

— Все ставят на твоего брата, но ты ставишь на Джекса.

Крис снова улыбнулся.

— Есть причина, по которой семьей управляю я, а не Чарльз.

Я взглянула на ринг. Диктор закончил с представлениями и ударил в колокол, отпрыгнув назад, когда два бойца начали кружить вокруг друг друга. Чарльз был тяжелее Джекса килограммов на сорок пять. Он был крепким, и его учили драться. Монро не занимались ерундой. Но Джекс был лучше. Я знала это. Джекс знал это. Чарльз знал это, и Крис знал.

Чарльз повернулся на пятках и нанес первый удар.

Джекс увернулся и нанес апперкот. Зная его, он хотел покончить с этим как можно скорее, и когда начал наносить серию джебов, чередующихся с ударами с разворота, остальные в «Салли» тоже поняли это. По толпе прокатилась новая волна возбуждения. Джекс не собирался сливать бой, и как только они поняли это, то начали болеть за него еще громче.

Крис был прав. Это был блестящий план.

— Каков сопутствующий ущерб? — спросила я.

— От того, что Джекс побьет моего брата?

— Да.

— Ничего, кроме того, что ближайшие десять лет я буду напоминать об этом Чарльзу.

— Десять лет?

— Он отправится в тюрьму. Это его последняя гулянка. У федералов есть на него кое-что серьезное, и мы не можем вытащить его из этого.

Я нахмурилась.

— Значит, он не будет мстить Джексу?

— Нет. Я бы все равно ему не позволил. Вы с Джексом мне нравитесь. Всегда нравились, даже в старших классах. Джекс — одна из причин, почему я никогда не преследовал его сестру.

— Одна из?

— Ага. А другая заключается в том, что я действительно забочусь о ней.

Через мгновение я кивнула. Он достаточно заботился о ней, чтобы не втягивать в свой мир. Мое уважение к Крису росло. Я не знала, что сказать, кроме как:

— Спасибо.

Он рассмеялся.

— Не благодари за это. Но можешь поблагодарить меня за то, что сегодня я удержал твоих братьев подальше отсюда.

— Что?

— Дин приходил ко мне. Они выяснили, почему Джекс дерется, и он хотел, чтобы я помог ему задержать Джекса. Я сказал ему «нет». Мне нужен был мой боец, и я напомнил ему, что ты, вероятно, здесь с единственной целью — отвести Джекса сегодня вечером в тюрьму. — Он немного помолчал. — Так и есть, верно?

Шум толпы стал оглушительным. Я наклонилась ближе и ответила:

— Ага. Я хочу доставить его за решетку.

— Я так и думал. После боя тебя будет ждать машина.

И после этих слов с ринга послышался глухой стук. Джекс нанес последний удар. Он стоял над Чарльзом, который лежал без сознания — нокаут. Джекс развернулся и ухмыльнулся мне. Судья объявил конец боя и поднял руку Джекса в знак победы. Все закончилось.

Ну, почти.

Глава 9

Мы не воспользовались машиной, которую предложил Крис. Джекс настоял на том, чтобы ехать стильно, поэтому мы вернулись к арендованному «Камаро». Путь занял целую вечность. Без беспокойства о том, чтобы прятаться и убегать от моих братьев, Джекс был более расслаблен, что означало — харизматичный Джекс… или на самом деле это просто означало, что он больше не сдерживался и не сутулился в своей толстовке с капюшоном.

Капюшон был откинут назад, и Джекс собирал поздравления, удары кулаками и номера телефонов, пока мы шли по тротуару возле «Салли». Выбраться со стоянки было почти невозможно. Вокруг него собралась толпа с новыми поздравлениями, и поскольку двери бара были открыты, музыка лилась, а прямо перед нами образовалась танцплощадка. Люди стояли на капотах автомобилей, сидели на багажниках, катались на плечах других людей, и вскоре начались танцы. Джекс начал тереться об меня. Когда люди увидели это, еще больше парней начали толкать нас бедрами, двигаясь по кругу. Джекс одной рукой обнимал меня за талию, прижимая к себе. Он смеялся и явно получал удовольствие.

Затем пошли шоты. Официантка принесла поднос с ними. Джекс сказал «нет», но парни рядом с ним настояли на том, чтобы купить все. Они хотели выпить с чемпионом. Вскоре повсюду разошлись мини-стаканчики с Джеком, Джимом и Джонни (Примеч.: речь идет о марках виски Jack Daniels, Jim Beam и Johnnie Walker Red Label). Наш город был небольшим, поэтому, когда местный житель стал чемпионом подпольного бойцового ринга — и не был Монро — это было большим делом.

— Эй! — Хейли протиснулась мимо пары девушек, пытающихся привлечь внимание Джекса. Она бросила на них мрачный взгляд и подмигнула мне.

Я ждала. Она собиралась сделать что-то.

Она так и сделала. Я наблюдала, как она целенаправленно двинулась назад к одной девушке, наступая ей на ноги. Когда девушка вскрикнула, Хейли резко обернулась. Ее локоть задел другую подругу, но к ним присоединились еще две девушки. Они были заняты тем, что смотрели вниз, похлопывая себя по груди и приподнимая ее, поэтому не видели, во что они вляпались. Когда они подошли ближе, подруга, которую Хейли толкнула локтем, налетела на них, столкнувшись головами, и они упали назад. Одна из девушек споткнулась и упала на землю. Ее юбка задралась до талии и обнажила ее стринги…. Ну, не стринги, а все остальное — изобилие ее задницы.

Ее друзья бросились закрывать ее от посторонних глаз и помогать ей, проклиная Хейли, но Хейли, казалось, не возражала. Она остановилась рядом со мной с довольной ухмылкой. Так было, когда мы с Джексом встречались. О, по этому я не скучала.

Джекс наклонился, все еще надежно удерживая меня перед собой, и опустил подбородок мне на плечо.

— Привет, Хейли, — проговорил он, и я почувствовала хороший запах спиртного. Я поморщилась.

Хейли увидела мою реакцию и снова усмехнулась. Сунув руку в сумочку, она достала мятную конфету и протянула ее Джексу.

— Поздравляю с большой победой.

Он взял конфету и закинул ее в рот, снова обнимая меня.

— Спасибо. Это было не так уж и сложно.

— Теперь тебе просто нужно отправиться за решетку, да? — Она посмотрела на меня.

— Ага. Я просто хочу немного отпраздновать, — сказал он, потянувшись и скользнув рукой мне под рубашку.

Черт. Он был пьян. Не было ничего противозаконного в том, что он пьян, но это выглядело нехорошо.

Он начал ласкать пальцами мой живот и уткнулся носом мне в шею. Спустившись чуть ниже, один из его пальцев оказался у меня за поясом. Температура моего тела поднялась выше, когда Джекс начала покусывать мой кожу, но когда скользнул пальцем под мои джинсы, печь включилась на полную мощность. Я начала обмахивать себя.

Хейли наблюдала за всем этим, сжав губы. Она не одобряла. Но мне было все равно. Я не могла переживать об этом. То, что этот мужчина мог сделать простым прикосновением, было выше моего понимания.

— Ага, ну, теперь тебе только нужно разобраться с семьей Дейл, — сказала она ему.

Моя семья. Мои братья. Тюрьма.

Напоминание сразу охладило меня, и я с благодарностью посмотрела на Хейли.

— Я так и думала, — хмыкнула она.

Она говорила не с Джексом. Это предназначалось мне, и я точно знала, что она имела в виду. Она знала, что мы были близки в выходные.

Я отстранилась от губ Джекса.

— Что? Ты не можешь меня винить. Эй? Ты и Дилан. Он мой брат.

— Я не прыгала в постель с твоим братом, — ответила она. Ее щеки порозовели. — И это называется флиртом. — Она указала на нас пальцем, когда Джекс поймал зубами мочку моего уха. — Это же далеко за пределами флирта, Дейл. Ты не можешь лгать мне об этом.

Я фыркнула.

— Еще нет. Ты еще не прыгнула в постель с моим братом. — Остальное я проигнорировала. Джекс теперь покрывал поцелуями мою щеку, ища мои губы, и я изо всех сил старалась сохранить контроль.

Хейли застонала, прижимая пальцы к вискам.

— Ты права. Я осуждаю, но серьезно, твои браться будут здесь. Они думали, что ты прямиком отправишь его за решетку, а поскольку ты этого не сделала, они придут, чтобы сделать это самостоятельно.

Я вздохнула. Последняя погоня. Затем я покачала головой. К черту.

Джекс почувствовал мое решение, когда мое тело напряглось, и поднял голову. Его глаза были полузакрыты.

— Что? Что происходит?

Я отстранилась, взяла его за руку и повела сквозь толпу. Хейли последовала за нами.

Джекс опустил руки на мои бедра. Он не остановил меня, просто был рядом со мной, сохраняя эту интимную хватку.

— Куда мы идем? — наклонившись ко мне, спросил он, когда мы проталкивались сквозь толпу.

— Ты… — Я сжала одну из его рук. — …ты отправляешься за решетку. А потом я сама вытащу тебя оттуда под залог.

Он застонал, но не сопротивлялся.

— Я пьян. Тюрьма очень отрезвляет. Это будет полный отстой.

— Ага. — Я больше ничего не сказала, но чем скорее он там окажется, тем скорее сможет выйти. Именно так я и думала.

— Дай мне ключи. — Хейли протянула руку.

— Зачем? — Она собиралась помочь нам? Снова?

Она приподняла брови.

— Ключи. Что за машина?

Я медленно достала их из сумочки.

— Ты же знаешь, Дилан разозлится из-за того, что ты помогаешь.

Хейли опустила взгляд, давая ответ, который я уже знала — он был зол. Но она оглянулась, твердо вздернув подбородок.

— Дай мне ключи. Они поняли, что вы должны были припарковаться подальше от «Салли». И кто-то позвонил и сказал им, что видел, как вы, ребята, шли по Шестой улице, так что они ждут вас. Они собираются заблокировать вас и окружить. Они считают, что вы не сможете отбиться от них всех.

Я хмыкнула. Джекс был пьян. Кто знал, что он сделает. Мне не нравилась мысль о том, что он будет драться с одним из моих братьев, но я знала, что прежний Джекс не сдастся без боя, если его загонят в угол. Я неохотно вложила ключи в руку подруги.

— Это черный «Камаро», припаркованный в двух кварталах отсюда.

— Который из?

— Единственный.

— О. — Она опустила голову. — Поняла. Ладно. Выбирайтесь и будьте готовы запрыгнуть в стиле «Придурков из Хаззарда».

Боже.

Когда она ушла, Джекс нахмурился.

— Придурки из чего?

Я похлопала его по руке.

— Просто будь готов запрыгнуть в машину, когда я тебе скажу.

Он кивнул.

— Понял. — Его взгляд стал решительным, и он опустил голову, словно был готовый броситься в атаку. — Куда мы идем?

— Вперед.

Не успели мы далеко пройти, как из машины с электрошокером наготове вышел Дилан. Он был в полном обмундировании — в черном бронежилете с висящим на шее значком.

Я ухмыльнулась.

— Серьезно? Электрошокер?

Он нажал на кнопку, позволив электрическому току вспыхнуть, и бросил на меня взгляд.

— Это зависит от тебя. Ты тоже отправишься за решетку, сестренка.

— За что?

Он указал на Джекса электрошокером.

— Пособничество преступнику и соучастие, вот за что.

Джекс огляделся. Дилан был не один. Дин замыкал шествие, шагая прямо посередине дороги. Он производил внушительное впечатление, так как был в три раза больше всех нас. Люди, идущие к своим машинам из «Салли», теперь поняли, что происходит что-то серьезное. И начали кричать, когда увидели, что в этом замешал Джекс.

— Сейчас будет заварушка!

— Сотри их в порошок, Катлер! — крикнул кто-то еще.

— Ты уничтожил Монро! Эти парни — ничто.

— Давай, Джекс!

Я почувствовала, как Джекс напрягся, прижавшись ко мне. Я посмотрела вниз и увидела его сжатые кулаки и напряженные бицепсы. Он готовился к драке.

О, Господи.

Потом все стало еще хуже. Должно быть, слушок дошел и до толпы у «Салли», потому что от стоянки к нам тянулась волна народу. Они заполнили тротуары и начали стучать по припаркованным машинам — колотить кулаками по капотам и хлопать по багажникам.

— Давай! Еще одна победа, Джекс.

Никто не вышел на дорогу, так что посередине были только мы с Джексом. Дин стоял на одном конце, Дилан — на другом, а затем, медленно, остальные мои братья вышли из толпы, окружая нас.

Дэвид.

Даниэль.

Дэррик.

Деймон.

Даррен.

Дариус.

Я посчитала. Их было восемь. Подождите, последний вышел из толпы и замкнул круг рядом с Диланом — Дикон.

Джекс хмыкнул.

— Я знал, что у тебя много братьев, но немного пугает, когда они все вместе. — Он замолчал и тихо рассмеялся. — Особенно с учетом того, что мы с тобой по другую сторону баррикад. — Он коснулся тыльной стороны моей руки. — Мне жаль, что они ведут себя с тобой как придурки.

— Я могу постоять за себя, — прорычала я. Они собираются арестовать и меня? Они выписали ордер на арест своей младшей сестры? Чем больше я думала об этом, тем больше злилась. Мы использовали это как угрозу, уловку, чтобы заставить людей говорить… никто не хотел отправляться за решетку. Но знать, что они действительно выполнили свое обещание и получили на меня ордер? Это было низко.

Я собиралась задать трепку своим братьям.

— Я действительно могла бы воспользоваться своим электрошокером прямо сейчас…

Джекс хрустнул костяшками пальцев.

— Не нужно, Дейли. Позволь мне разобраться с этим.

— Что… — Он не собирался брать их все на себя… не так ли?

Не-а. Джекс смотрел мимо моих братьев туда, где на них быстро надвигался свет фар.

— Берегись! — крикнул Джекс, когда Дилан, казалось, не услышал машину позади себя.

Дилан, Дикон и Деймон одновременно оглянулись и увидели то же, что и я — мой арендованный «Камаро», летящий прямо на них. Звучали басы, и двигатель ревел.

Хейли не шутила, когда говорила о «Придурках из Хаззарда», и я повернулась, чтобы предупредить Джекса, но в этом не было необходимости. Он обнял меня за талию, когда мои братья бросились врассыпную, и «Камаро» помчался к нам. Хейли притормозила ровно настолько, чтобы открыть обе боковые двери. Джекс закинул меня на заднее сиденье, и как только отпустил мою талию, запрыгнул на переднее сиденье, захлопнув дверь.

— Гони! — закричала я, хватаясь за ремень безопасности, и Хейли резко крутанула руль. Едва хватало места, чтобы она могла развернуться на сто восемьдесят градусов. Дилан и двое других моих братьев вышли на дорогу, но, когда увидели возвращающееся «Камаро», снова отпрыгнули с дороги, и мы пронеслись мимо них.

Я открыла окно и выкрикнула имя Дилана. Когда он поднял взгляд, я вытянула средний палец. Для пущей убедительности я подняла руку так высоко, как только могла, и закричала:

— И тебе счастливого Рождества!

Хейли засмеялась, когда я убрала руку обратно. Она притормозила на светофоре и повернула направо, направляясь в полицейский участок.

— Это был самый драматичный побег, чтобы проехать всего несколько кварталов, но это было потрясающе. Думаю, что твои братья больше всего злятся из-за того, что их перехитрила младшая сестра.

— Мужское эго.

— Эй. — Джекс обернулся. — Почему мне кажется, что это было оскорбление?

— Потому что это оно и было, — ухмыльнулась я. — Но ты исключение. Для парня, у которого должна быть мания величия, у тебя ее нет.

Он рассмеялся, поворачиваясь обратно.

— Я слишком много натворил, чтобы задирать нос. — Он похлопал по приборной панели. — Отвези нас в тюрьму, Хейли. Сегодня хороший день, чтобы надеть оранжевое.

Она издала смешок.

— Не думаю, что тебе придется надевать оранжевое. Ты не останешься там надолго.

И она была права. Оказавшись внутри, мы — я и Джекс, держась за руки — узнали, что с него сняли все обвинения. Не хватало доказательств для возбуждения уголовного дела в нападении на парня его сестры. Очевидно, он пришел в участок в сопровождение парней, которые, как известно, работали на семью Монро, и отказался от показаний. Все это было большим недоразумением. Его синяки были из-за падения с лестницы, а Джекс с ним просто разговаривал. Никогда к нему не прикасался.

Не было свидетелей, которые могли бы подтвердить его первоначальное заявление, поэтому служащий сказал Джексу, что он свободен. Что касается меня, то теперь у меня не было преступника, которому я могла бы помогать и содействовать, так что это означало, что я тоже не нарушала закон.

Все произошло так быстро, что Хейли еще была на парковке, когда мы вышли на улицу. Она только начала выезжать, но увидела нас и нажала на тормоза. Заглушив машину, она вышла и подождала, пока мы подойдем к ней.

— Что случилось?

Когда мы рассказали ей все, она расхохоталась.

— Должно быть, все это произошло сегодня. Боже, от этого твои братья еще больше взбесятся. — Она подняла руку вверх. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, позволь мне рассказать это Дилану. Мне постоянно хочется наброситься на него, словно у меня в штанах муравьи, но он просто восхитителен, когда злится. Думаю, мне просто нравится выводить его из себя.

— Конечно. — Я не смогла сдержать улыбку. — Валяй.

Как по команде, на парковку участка въехали черные внедорожники моих братьев. Всего их было четыре, и Хейли не торопясь подошла к тому, за рулем которого сидел Дилан. Она специально старательно покачивала бедрами.

Я направилась к Дину, но Джекс потянул меня назад.

— Что? — спросила я.

— Минутку.

— Зачем?

Он скользнул пальцем под подбородок, поднимая мою голову, пока мы не встретились взглядами.

— Что теперь будет с нами?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты и я. — Джекс на мгновение выглядел неуверенно. Он пытался скрыть это, но я видела.

Я растаяла. Я была зла на своих братьев, но теперь, после одного этого вида, я снова была в полном беспорядке. Я сжала его руку и приблизилась губами к его губам. Джекс нахмурился и спросил у моих губ:

— Означает ли это то, что я думаю?

Обняв за шею, я схватила его за волосы и прошептала:

— Ты чертовски прав, именно это и означает. — Потом притянула его к себе и поцеловала. Меня не волновала реакция моих братьев. Мне было плевать на колледж. Мне просто было все равно.

Я все еще была влюблена в Джекса и не собиралась отпускать его. Больше нет.

Счастливого мне Рождества.

* КОНЕЦ *