Наш ребенок — совсем другая история. Очень давно хотел этого именно с такой женщиной, как она.
Положив руки ей на бедра, слегка сжал.
— Начну с самого главного, что ты сказала. Даже не думай, что не хочу нашего малыша. Эльф, ты знаешь, что не прыгаю и не роняю дерьмо от радости, когда счастлив. Но он более чем желанный. Понимал, что делал, когда поместил его в тебя.
Кали улыбнулась мне, а я поцеловал ее кончик носика. Однако, чего не сказал, так это то, что у меня имелось вполне достоверное предположение о том, откуда она вообще догадалась о беременности. От этого захотелось прикончить тех ублюдков в десятки раз сильнее, чем ранее. Как только все стало известно, понял, что они натворили. Необходимо было дать ей понять, что с ребенком все будет в порядке.
— Не беспокойся о нем. Как только вернемся домой, попрошу лучшего врача, которого смогу найти, быть наготове.
Поцеловав Кали в лоб, продолжил готовить постель.
— И для протокола, мне было всего-то пятнадцать, когда у нас с Дал это произошло. В последний раз двадцать два. Это было много лет назад и...
Какого хрена я вообще ей это объясняю?
— Ты — все, что я вижу, мне больше никто не нужен. Ты — безумная сучка, но идеальна для меня.
— Ах, Ром. Это самое прекрасное, что ты когда-либо говорил. Ты в моем сердце.
Комната погрузилась в безмолвие, когда мы оба замерли и уставились друг на друга. Она оказалась так близка к тому, чтобы сказать эти три слова о том, что, как уже понимал, чувствовала.
— А ведь твой член не был таким большим в пятнадцать лет; хорошая попытка. И сколько же раз тебе приходилось надевать их на себя? — Кали рассмеялась, и вот так просто мы выпутались из чертовски неловкой ситуации.
Усмехнувшись, обхватил себя руками.
— Малышка, ты же знаешь, что о моем члене всегда ходили легенды.
— Ты просто не мог этого сказать, — засмеявшись громче, запустила в меня коробкой. — Пойду умоюсь.
Спустя десять минут, она вышла совершенно обнаженная. Начиная с длинных светлых волос, прикрывавших ее сиськи, что идеально ложились в мою руку, и заканчивая упругой круглой попкой, она выглядела просто неземной. Мой член мгновенно пришел в готовность.
Конечно, пока еще девочка не полностью вернула прежний вес, но выглядела гораздо лучше, а синяки, оставленные мной, все еще виднелись... это плюс. Шрам на том месте, где ее зашивал, отлично зажил.
Впрочем, сейчас речь шла не обо мне, а о ней, ее эмоциональных всплесках.
Возможно, дело было в моей неопытности, поскольку так долго имел дело с женщиной, не убивая, но уже понимал, что, скорее всего, дело в потребности пролить кровь.
Можно сдерживать тьму лишь до тех пор, пока демоны не возьмут верх и не разрушат все на своем пути. Она была готова вырваться на волю, словно бомба с часовым механизмом, которая рванет, как только нажму правильную кнопку.
Поутру ее оковы спадут, и скрывающийся у поверхности адский монстр вырвется на свободу, никогда не будучи вновь запертым. Хотел, чтобы каждый закоулок ее порочного разума был вовлечен и готов к действию.
А пока довольствовался тем, что доставлял ей наслаждение. Молча, взяв Кали за бедра, попятился назад и присел на раздвинутую кровать.
— Что ты делаешь?
Она хихикнула, когда я лег на спину и потянул ее за собой, прижимая крошечное тело к своему.
— Хочу, чтобы твоя киска оказалась у моего лица.
— Ох.
Вся манера поведения девушки изменилась. Практически учуял, черт побери, аромат возбуждения.
Обхватив ее замершее тельце, раздвинул бедра, стиснул попку и расположил над своим ртом.
— Откройся для меня, Эльф.
Моментально подчинившись, она положила одну руку на спинку кушетки, а другой раздвинула губки киски.
Крепко сжимая ее ягодицы, медленно провел языком от клитора к попке, а затем обратно, слегка касаясь маленького узелочка. Дыхание Кали уже изменилось, стало учащенным, я знал — ей не потребуется много времени, чтобы кончить.
— Оседлай мое лицо, малышка. Почувствуй мой язык внутри своей тугой киски и трахни его.
Произнесенные слова завели ее, возбуждение покрыло все вкусовые рецепторы. У девочки — терпкий вкус. Входя языком внутрь и обратно, грубо сжимал ее попку.
— Ром.
Наполовину задыхаясь, наполовину хныча, она извивалась на моем лице так сильно, что при каждом вдохе запах ее аромата проникал в нос, а подбородок заливали соки. Потянувшись вниз, девушка схватила меня за волосы.
Она трахала мой рот, будто от этого зависела вся ее жизнь, стонала так громко, что не удивлюсь, если нас опять услышит весь лагерь.
— Прямо так, — вскрикнула Кали, прижимаясь к моему языку промежностью, пока я проникал внутрь, проталкиваясь так глубоко, как только мог. Стоило мне лишь немного прикусить клитор, как она кончила, бедра сомкнулись с обеих сторон, а маленькая фигурка затрепетала.
Продолжая двигать языком внутри, слизывал каждую каплю, наслаждаясь вкусом. Наконец, когда дрожь утихла достаточно, чтобы шевелиться, и перевести дыхание, ее тело скользнуло по моему, подобно змее, и она вылизала следы своего возбуждения с моего лица.
— Ром... — пролепетала она, расположившись прямо над моим болезненно-твердым членом. — Это...
— Даже не смей говорить, что все в порядке. Ты позаботился обо мне. Позволь, заняться тобой.
Одарив меня дерзкой улыбкой, она развернулась так, чтобы я получил шикарный вид на кремовую попку и влажные бедра.
Мой член оказался у нее во рту меньше чем через минуту, и там он оставался до тех пор, пока сперма не залила ей горло.