Сара Ней и М.Е. Картер Новогодний Стив

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Переводчик: Светлана П

Редактор: Дания Г

Вычитка и оформление: Больной психиатр

Переведено для группы: https://vk.com/bellaurora_pepperwinters

+18 

(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Глава 1

— Все, чего я хочу в Новый год, это ты-ы-ы-ы, де-е-етка-а-а-а...

Я все еще чувствую построждественский кайф.

Возможно, после праздничной вечеринки гоголь-моголь иссяк, но мой стул за столом вращается, и я напеваю ту же песню, которую пела с ноября. Конечно, мне, возможно, пришлось немного изменить слова, чтобы соответствовать нынешней праздничной лихорадке в воздухе, но пока радио продолжает ее воспроизводить, я буду подпевать (прим. Имеется в виду песня All I Want for Christmas is You (by Mariah Carey). Героиня изменила «Рождество» на «Новый год»).

Все равно никто этого не услышит. В прошлом году меня повысили, и вместе с этим появился шикарный личный кабинет.

Я увеличиваю громкость своего беспроводного динамика, расположенного в углу рабочего места, и щелкаю золотисто-черную мишуру, которой административный персонал офиса украсил монитор компьютера, постукивая пальцами и ручкой в такт мелодии.

— ... мне просто нужен ты больше, чем можешь осознать... — пою срывающимся голосом, потому что я могу быть кем угодно, но музыкальная дива не входит в их число.

Замолкаю, когда над головой мигает верхний свет, что больше подходит для комнаты смеха на Хэллоуин, чем для офиса, и хмурюсь. Перестаю петь, смотрю вверх и ожидаю, когда он снова вспыхнет.

Вспышка.

Опять!

Вот опять!

Так не пойдет. Я не могу отвлекаться на чертов мигающий и щелкающий свет, пока надрываю свою задницу, чтобы завершить сверку в конце года. У меня просто нет времени отвлекаться.

Несмотря на неоднократные звонки в отдел технического обслуживания в течение последних двух недель, ребята из этого отдела не нашли времени, чтобы починить лампу. А это значит, что я живу со случайными слепящими вспышками света в течение четырнадцати дней.

Это странно, как будто я снова в колледже, живу в дерьмовом доме с группой моих друзей, пытаюсь заставить домовладельца прийти и починить то, что мы разрушили. Сломанный детектор дыма. Отвалившуюся ручку входной двери. Поймать летучую мышь, которая проникла через дымоход…

Я не могу ждать целых две недели, пока кто-нибудь придет взглянуть на это! Принесите новую лампочку, почините провод. Я не знаю — что-нибудь, чтобы это прекратилось!

Мой взгляд блуждает по кабинетам за пределами моего офиса и суете всех, кто работает в «Агентство МакГиннис».

Суматоха, суматоха, суматоха.

Никто не останавливается поболтать, все хотят закончить пораньше и отправиться домой, потому что завтра канун Нового года.

Несмотря на испорченное освещение, я чувствую себя фантастически. В своей стихии, пальцы быстро порхают по клавиатуре, пока работаю в бухгалтерской программе, просматривая, проверяя и перепроверяя все эти отчеты, чтобы успеть сделать записи до завтрашнего закрытия года.

И в награду за всю мою тяжелую работу?

Мое свидание.

Я впервые встречусь с мужчиной, с которым общалась в Интернете, и еще лучше то, что это канун Нового года. Я в равной степени взволнована и нервничаю, но в основном меня напрягает то, как много нужно сделать до этого.

Время движется к крайнему сроку, но я начальник отдела и знаю, что мы закончим вовремя. Склонив голову над клавиатурой, с очками, сидящими на переносице, я усердно работаю.

Даже если мне придется остаться сегодня на всю ночь, мы закончим эти бухгалтерские отчеты. Покой нам только снится. Я готова выполнить эту работу самостоятельно, даже несмотря на то, что за мной стоит целая команда, которая тоже надрывает свои задницы.

Откатываю стул назад, чтобы вынуть лист бумаги из принтера, и свет вспыхивает.

Вспышка.

Вспышка, вспышка.

Хмурюсь, когда раздается тихий стук в мою дверь.

— Тук-тук. — Это Мэг МакКлейн, одна из моих подруг по работе, которая также является одной из лучших женщин спортивных агентов в бизнесе.

Мэг входит и садится на край моего стола, тыкая кончиками пальцев в маленький блестящий диско-шар, который завтра станет моим личным «Новогодним шаром» (прим. Новогодний шар на Таймс-сквер (англ. Times Square Ball) — шар времени, расположенный на здании Уан-Таймс-Сквер в Нью-Йорке. Каждый год 31 декабря в 23:59 по местному времени шар спускается с 23-метровой высоты по особому флагштоку. Нижней точки шар достигает в полночь, что символизирует наступление Нового года), если я не уйду отсюда до полуночи.

— Мы с Табитой собираемся в центр на обед, хочешь пойти?

Я вздыхаю, потому что они обе мне нравятся, и стону, потому что не могу пойти с ними. Просто нет никакого способа.

— Ух, я бы с удовольствием, но не могу. — Поднимаю стопку бумаг со стола, затем кладу их обратно. — Я должна ввести все это в систему, и не хочу терять ни минуты. — Хмуро смотрю на нее. — Прости.

Быть взрослым — дело не простое.

Моя подруга встает, ее черные колготки сверкают серебряными звездочками, отражая свет. Когда лампа снова мигает, Мэг поднимает взгляд.

— Что не так с твоим светом?

— Понятия не имею, но это сводит меня с ума.

— Тебе следует позвонить в техобслуживание, — услужливо подсказывает она.

— Звонила. Раз десять, наверное. Не знаю, что мне нужно сделать, чтобы заставить кого-нибудь прийти сюда. Очень скоро я стану косоглазой.

Вспышка.

Мэг морщит нос и фыркает.

— Это плохо. Как ты работаешь в такой обстановке?

Я качаю головой.

— Просто выживаю, как могу.

Она возвращается к двери, прислоняясь к косяку.

— Принесу тебе что-нибудь из твоего любимого фургончика с тако, чтобы ты не забыла поесть.

Бросаю на нее благодарный взгляд.

— Боже мой, это было бы чудесно.

Мэг слегка машет мне.

— Хорошо, не работай слишком усердно, и я скоро вернусь.

«Ладно, Фелисити. Сосредоточься».

Небольшой перерыв в большой задаче — попытка перегруппироваться.

Встряхиваю руками и разминаю пальцы, выдыхаю и делаю глоток из кружки, стоящей на подставке с надписью «С НОВЫМ ГОДОМ!».

Так мило.

Улыбаясь, наклоняю голову, и изо всех сил стараюсь не позволять своим мыслям блуждать, повторяя цифры в уме. Бухгалтерские счета. Начисления. Списания. Дебеты. Кредиты.

Стив, Стив, Стив.

«Прекрати, у тебя есть работа, которую нужно сделать. Твое свидание только завтра вечером».

На долю секунды флуоресцентная панель надо мной снова гаснет.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, черт возьми.

Раздраженная, снимаю телефонную трубку с рычага — старомодный вид, когда нужно нажимать кнопки пальцами, а не скользить по экрану — и набираю номер службы технического обслуживания в сотый раз на этой неделе.

Я даже нисколько не удивляюсь, когда старик Скитер (начальник отдела технического обслуживания) не отвечает и, расстроенная, бросаю трубку обратно.

— Да ладно, серьезно!? — Там внизу должен быть кто-то. Это здание огромное, я предполагаю, что у них в штате, по меньшей мере, дюжина человек.

Откинувшись на спинку стула, вытягиваю перед собой ноги в тапочках с кроликами. Сделав глубокий вдох, снова набираю номер, глядя в потолок и ожидая сигнала, который, знаю, должен раздаться.

Бип!

— Привет, Скитер. Это Фелисити из бухгалтерии. Снова. Флуоресцентная лампа над моим столом все еще мерцает, и у меня начинается мигрень. — Это не так, но на данный момент я не против использования драматизма. — Если вы можете, пожалуйста, послать кого-нибудь ко мне, чтобы исправить это, я была бы очень благодарна. Нет лучшего способа начать Новый год, чем с новым светом, верно?

Какого хрена?

Новый свет? Как насчет того, чтобы просто его починить!

Я хмурюсь из-за собственного глупого употребления слов, мне серьезно нужно сосредоточиться на этих цифрах, чтобы не застрять здесь до завтрашнего вечера. Отменить мое свидание было бы по-королевски отстойно.

Либо так, либо сделать что-то радикальное, например, «случайно» сделать ксерокопию своей пятой точки, как крайняя степень прокрастинации.

Я понимаю, что все еще держу телефон в руке.

Дерьмо.

— Хорошо, эм… спасибо.

Быстро вешаю трубку, тянусь за своей любимой кружкой с изображением зимней камелии и решаю, что мне нужно снова наполнить ее. Отправляюсь в комнату отдыха за шоколадным молоком — это как раз то, что мне нужно, чтобы снова погрузиться в игру. И да — я взрослая женщина, пьющая шоколадное молоко из кружки с цветком. Что я могу сказать? Это не преступление, а мое удовольствие с оттенком вины.

Добавьте немного льда, и оно будет похоже на молочный коктейль, юх-ху!

Я такая крутая.

С телефоном в руке (потому что давайте будем честными, он везде со мной), я поднимаюсь на один этаж, где находиться хорошая комната отдыха. Как только выхожу из лифта, мое сердце замирает, когда в LoveSwept вижу послание от Стива.

Стив: Давненько от тебя ничего не было слышно. Просто хотел сказать, как взволнован перед завтрашним вечером!

В течение нескольких недель мы с ним флиртовали через приложение для онлайн-знакомств. Мужчина кажется добрым, умным и искренним. Мне нравится его таинственная атмосфера, а также безликие фотографии, которые он использует. Его внешность еще предстоит увидеть, потому что Стив тот парень в Интернете с силуэтными фотографиями или, что еще хуже, размытым лицом, но я скажу так: его профиль может похвастаться сильным носом и точеной линией подбородка.

Имеет высокооплачиваемую работу. Спортивный. Любит путешествовать и ищет своего сообщника.

Эй, он ищет отношения, я просто знаю это. И я уже упоминала, что его остроумное подшучивание это нечто особенное?

А еще он предложил встретиться в канун Нового года! Канун Нового года со Стивом (прим. Имеется в виду созвучие слов Steve – Стив и Eve – канун ).

Новогодний Стив.

— Ха! Это забавно. Молодец, Фелисити.

О боже, мне нужно чаще выходить в люди. Мои шутки — отстой.

Но я никуда не смогу пойти, пока не просмотрю эти последние отчеты, а от света у меня все время слезятся глаза, так что, похоже, я в каком-то тупике.

А это значит, что я должна взять дело в свои руки и сама разобраться с освещением в своем кабинете. Имею в виду, что сама собираюсь кого-то выследить, а не решать реальную проблему. Как только получу свою порцию шоколада, конечно.

Экран моего телефона снова загорается, появляется имя Стива, и у меня колотиться сердце.

Стив: Меньше 24 часов!

Ох, он такой романтичный!

С кружкой в руке я поворачиваю направо в сторону комнаты отдыха, иду через вестибюль, направляясь к лифтам на этом этаже.

Здесь тоже повсюду новогодние украшения, распространяя праздничное настроение «МакГиннис».

«Агентство МакГинниса» известно тем, что представляет лучшие и крупнейшие спортивные имена в мире и зарабатывает миллионы долларов комиссионных в год. Но если компания разорится? Они всегда могут заняться планированием праздничных вечеринок.

На офисную вечеринку в «МакГиннис» не жалеют средств. Даже лифты украшены. Кто-то даже повесил там омелу (и я почти уверена, что это была Мэг), пока отдел кадров не заставил ее снять.

Забавно, как Скитер из отдела технического обслуживания сразу же ухватился за это. Я видела, как старый козел срывал её с ухмылкой на лице.

В этом году канун Нового года приходится на пятницу, а это значит, что мы все еще будем работать. Может быть, не полный рабочий день, но персонал все равно должен быть здесь. У спортивных агентов не бывает выходных дней. Не тогда, когда их клиенты играют в чемпионатах, профессиональных кубках, турнирах, плей-офф играх — ну, вы называете — в любой праздник.

Может быть, я просто бухгалтер, но тоже вкалываю изо дня в день.

Я: Эй, я как раз думала о тебе. Я тоже взволнована! И, технически, это восемнадцать часов тридцать две минуты — но кто считает, ЛОЛ.

Как только я собираюсь засунуть телефон в крошечный карман юбки-карандаша, он снова звонит.

Визжу, что его ответ занимает всего несколько мгновений — то, что мне в нем нравится — удивляясь тому факту, что Стив не из тех парней, которые специально ждут ответа, чтобы прикинуться крутым.

Мои тапочки с кроликами шаркают по кафельному полу, когда я направляюсь к холодильнику в комнате отдыха.

Да, я ношу тапочки с кроликами вместе со своим деловым костюмом без всякого стыда. По крайней мере, на мне юбка. Никогда не знаешь, когда кто-то важный устроит видео-конференцию, и вы обнаружите, что угол вашей камеры установлен неправильно.

Я никогда не попадала в такое опасное положение, в основном потому, что мой коллега Фрэнк усвоил этот урок за всех нас.

Дважды.

Мне действительно не следовало знать, что он любитель белых трусов в обтяжку.

Провожу пальцем вправо по экрану и открываю последнее сообщение Стива.

Стив:Хорошо, что один из нас разбирается в цифрах.

Я на мгновение отвлекаюсь, чтобы исполнить счастливый танец, затем делаю успокаивающий вдох и печатаю.

Я: Знаешь, это не самое занудное во мне. Я была в шахматной команде в пятом классе, так что...

Стив:О, да? У меня были брекеты в колледже.

Брекеты в колледже?

Это заставляет меня смеяться.

Я: О, держу пари, ты был очарователен.

Стив: Точно, НЕТ. Буквально, ни один человек так не думал, и под человеком я имею в виду девушек.

Я: Думаю, мне повезло.

Видите? Я могу быть кокетливой, когда захочу.

Стив: Чем ты сейчас занимаешься?

Я: Эх, просто скучная работа. Нужно все доделать, чтобы мы могли, наконец, встретиться завтра лицом к лицу.

Стив: Ты вообще нервничаешь?

На самом деле…

Да.

ДА. Я нервничаю!

Хочу написать ему: «БОЖЕ МОЙ, ДА!», но знаю, что это, вероятно, не лучшая идея. Это заставит меня звучать нетерпеливо и напряженно. Не нужно пугать беднягу — пусть сначала привыкнет ко мне, прежде чем узнает, какая я чудачка. Нет, лучше всего вести себя отстраненно.

Я: Я чувствую, что все давно шло к этому. Скрестим пальцы, что мы насладимся друг другом лично так же, как и в Интернете.

Нет ничего хуже, чем двухнедельная подготовка к одному гигантскому вечеру разочарования. Поверьте мне, я знаю. Это будет мое третье свидание за последние два месяца, и независимо от того, что говорит моя интуиция, всегда есть шанс, что оно провалится.

Я: Скрестим пальцы за химию!

— Честно, но не слишком отчаянно, согласны? — говорю я своим тапочкам-кроликам, которые покачиваются в знак согласия.

Мой телефон снова звонит, но я заставляю себя сначала налить себе стакан молока. У меня хорошее предчувствие об этом парне, но всегда есть тот один процент, который задается вопросом: действительно ли это не фейк на другом конце?

Как только моя кружка наполнена, а молоко убрано обратно в холодильник, я смотрю на экран.

Стив:Итак, как долго ты собираешься сегодня быть на работе? Это же праздник.

Я: Считаешь канун Нового года праздником?

Стив:Я считаю каждый праздник праздником, официальный он или нет.

Боже мой, Мэг бы его полюбила. Она совершенно не может насытиться Рождеством. Рождественские елки, украшения, уродливые свитера, нелепые серьги в форме украшений, огоньки, мишура…

Список можно продолжать и продолжать, и она бы обожала Стива.

Я: Какой из них твой любимый?

Стив: Определенно Рождество и День Святого Валентина. Хотя я уже много лет не отмечал этот день, но мой папа старался изо всех сил для мамы, и я ищу тоже самое.

Обморок!

Прижимая телефон к сердцу, я чувствую, как у меня слабеют колени. Если Стив хотя бы наполовину так мил в жизни, как в Интернете, мне будет все равно, как он выглядит.

Предстоящий год обещает быть ярким. Если Скитер или один из техников все же доберутся до этого света, прежде чем он полностью погаснет. Или заставит меня ослепнуть.

Что вполне может случиться. Я видела документальный фильм.

Мой желудок урчит, и я делаю еще один глоток из своей кружки, надеясь, что шоколадное молоко успокоит мой желудок, пока Табита и Мэг не вернутся, чтобы покормить меня, но, может быть, мне стоит захватить закуски из шкафа и отнести ее к себе на стол — на всякий случай.

Я беру миндальный батончик и банан, а также пару упаковок крекеров с арахисовым маслом, потому что они отлично сочетаются с моим молоком.

Натыкаюсь на Шейлу, одну из давних администраторов на выходе из комнаты отдыха, и чуть не роняю половину своих угощений. Это того стоит, когда я замечаю ее шикарный наряд.

— Отлично выглядишь.

Шейла кружится, расклешенная юбка с золотыми кисточками, черные колготки, толстые и теплые, чтобы бороться с холодом снаружи. Зимние ботинки не дополняют внешний вид, но заставляют меня улыбаться, а по моим меркам это победа.

Я скрываю это, потягивая из своей кружки.

— Собираешься куда-нибудь позже? — спрашиваю я ее, настраиваясь на короткую беседу. Отвлекающий маневр приветствуется, так как мне нужно выследить обслуживающий персонал, и, возможно, она сможет указать мне правильное направление.

Шейла знает все.

Она кивает.

— Я встретила кое-кого на сайте «Одинокий христианин». Мы с Дуайтом собираемся в джаз-бар после того, как я закончу здесь со всем разбираться.

Я упоминала, что Шейла думает, что управляет этим местом?

— О, онлайн-знакомство? — Мои брови взлетают вверх. — И я тоже. И как? Получается?

На вид ей около шестидесяти двух или трех лет. Достаточно язвительная, чтобы быть моей бабушкой, и достаточно дерзкая, чтобы добавить немного озорства в офисе.

Шейла пожимает плечами.

— Эх, некоторые из них хотят только совокупляться. Это трудно сразу распознать.

Молоко у меня во рту почти выплевывается при упоминании слова «совокупляться», и я немного умираю внутри, желая быть такой же прямолинейной, как она.

Совокупляться.

Я качаю головой.

— Это твой вежливый способ сказать, что пожилой джентльмен просто хочет заняться сексом?

Она наклоняет голову.

— Ты понятия не имеешь, сколько непрошеных фотографий сосисок я получаю.

От стариков? Фу!

— Должна ли я быть оскорблена тем, что почти ничего не получаю?

Шейла взбивает свою вьющуюся гриву, длинные серьги-колокольчики звенят.

— Никто не хочет видеть сморщенную сосиску, вызванную маленькой голубой таблеткой.

Я стараюсь не морщиться, когда моргаю, отгоняя зрительные образы, проносящиеся в моем мозгу.

— Даже не знаю, что сказать по этому поводу.

Шейла оглядывает меня с ног до головы.

— Ты не можешь сказать мне, что тебе не везет.

Я улыбаюсь, представляя широкую грудь Стива и хорошо очерченный подбородок и то, как представляю себе остальную часть его лица, учитывая, что я видела только половину его. Ха!

— Везет… медленно, но верно. Ну, знаешь, как говориться — тише едешь — дальше будешь.

— Так говорят неудачники, — сообщает мне Шейла. — Ты должна выйти и встречаться, встречаться, встречаться. На данный момент — это лотерея. Чем больше мужчин ты встретишь, тем выше шансы.

— Может быть. — Я меняю позу. — Но думаю, что мне вот-вот повезет — возможно, я кое-кого встретила. Посмотрим. У нас свидание завтра вечером.

— Свидание в канун Нового года? Что это за парень, который приглашает женщину на свидание в самый романтический вечер в году?

Мое нетерпение немного спадает.

— Я не знаю? Надеюсь, что это кто-то, кто искренне заинтересован? У нас много общего...

— Как зовут этого молодого человека?

— Стив.

Шейла на секунду задумывается.

— У тебя свидание в канун Нового года с парнем по имени Стив?

Я киваю, ухмыляясь. Кто знал, что у нас с Шейлой общее потрясающее чувство юмора?

— Новогодний Стив. — Она хихикает, серьги издают этот звенящий звук. — Поняла?

Шейла сейчас так сильно смеется, что в уголке ее глаза появляется одинокая слеза и скатывается по щеке, прежде чем женщина смахивает ее кончиком пальца.

— О, девочка, я так не смеялась весь день, а я видела Фрэнка в трусах во время последнего видео-звонка.

Теперь я тоже ухмыляюсь, и мы обе смеемся, и я молюсь Богу, чтобы не продолжала называть его «Новогодним Стивом» в своей голове. Зная меня, я случайно скажу это вслух.

Из моего носа вырывается фырканье.

— Лучше не делай этого на завтрашнем свидании, — мудро произносит Шейла, теперь умудренная опытом свиданий. — Мужчинам не нравятся женщины, которые хрюкают, как свиньи. Если только они не любят бекон.

— Спасибо. Я буду иметь это в виду. — Вдруг вспоминаю, что нахожусь на задании, и спрашиваю у нее указания. — Эй, Шейла, ты случайно не знаешь, где находится офис технического обслуживания? У меня проблема с освещением, и никто не отвечает на мои звонки.

— Хм. Офис-менеджер не помог тебе с этим?

Э-э... Я упоминала, что обошла офис-менеджера после первого запроса, потому что подумала, что будет быстрее сделать самой?

— Э-э, попросила один раз, но толку не было. Поэтому я решила сама разобраться.

Женщина смеряет меня пристальным взглядом.

— Милая, не пытайся быть героем. Позволь офис-менеджеру выполнять свою работу.

Хорошо, но он не выполняет свою работу, иначе мой свет был бы исправлен. Я женщина, меня не сломить.

— Я знаю, знаю. И я бы так и сделала, если бы у меня не было такого дефицита времени. Мне нужно уложиться с отчетами до конца завтрашнего дня, а свет в моем офисе выводит меня из себя.

Шейла слегка качает головой.

— Ты выбрала ужасное время. Могу ошибаться, но почти уверена, что обслуживающий персонал не работает на этой неделе.

Я вздыхаю.

— Но ты, по крайней мере, знаешь, где в здании находится офис Скитера?

— Первый этаж, номер 102.

— Спасибо. Сбегаю туда и посмотрю, здесь ли он.

Она озадаченно наклоняет голову.

— Зачем бегать, когда можешь подняться на лифте, дорогая?

— Я... — Я машу рукой. — Не обращай внимания. Ты права, воспользуюсь лифтом.

Лучше просто согласиться, чем спорить.

— Смотри, чтобы эти заячьи уши не застряли в двери, — кричит она мне вслед.

— Спасибо! — кричу я через плечо, с кружкой, батончиком мюсли и бананом в руке, в поисках Скитера и компании.

С энтузиазмом нажимаю кнопку лифта, уверенная, что найду хотя бы одного человека, который сможет мне помочь.

Глава 2

Фелисити думает, что меня зовут Стив.

На самом деле — Харрисон Стивен МакГиннис, но я не собиралась указывать это в приложении LoveSwept.

Мое имя слишком примечательное для поиска, слишком редкое, слишком легко узнаваемое.

В свою защиту скажу, что Стивен — мое второе имя, и поскольку вся эта история с онлайн-знакомствами меня пугает, я использовал его, чтобы создать немного больше анонимности, дополняя обрезанными фотографиями лица и снимками туловища.

Отстойно, я знаю, но вокруг много темных личностей, включая женщин. Как только они узнают, чем я зарабатываю на жизнь, то все начинают выползать из тени. Отсюда и фальшивое имя.

Фелисити.

Ее имя звучит как луч солнца, как раз то, что мне нужно в моей жизни. Не то, чтобы моя жизнь ужасна, просто иногда я могу чувствовать себя одиноким, как и все остальные, а свидания — отстой.

По общему признанию, я редко это делаю, потому что, давайте посмотрим правде в глаза, — у меня точно нет времени знакомиться с новыми женщинами каждые выходные. И у меня нет никакого намерения спать со случайными незнакомками только для того, чтобы развлечься. Это не стоит головной боли и шанса, что кончу тем, что трахну «Прилипалу пятой ступени», от которой не смогу избавиться, как только она побывает в моем пентхаусе, или увидит мою дорогую машину, или попробует вкус хорошей жизни, которую я могу обеспечить.

Я нахожусь в поисках чего-то значимого, а не золотоискательницы. К сожалению, таких вокруг предостаточно. Сталкивался с этим типом почти всю свою жизнь.

Мой дедушка Лен МакГиннис основал эту компанию, когда я был мальчиком. Он был любителем спорта, а его приятель играл за «Метс» в те времена, когда игроки были дешевыми, а бейсбол был любимым развлечением Америки. Все, чего хотел дедушкин друг — это играть в мяч. В основном необразованный, он играл в фарм-лиге (прим. Фарм-лига - спортивная лига команд или клубов, которые создаются основными клубами как кадровый резерв), и ему было трудно подписать и понять контракт. К счастью, дедушка мог, и помог ему справиться с этим, и…

Остальное уже история.

Я не собираюсь растрачивать наследство ради какой-то женщины, которой просто нужен источник доходов. В наши дни, кажется, что это все, чем они занимаются.

Мой телефон звонит, и я поворачиваюсь в своем рабочем кресле — на двадцать восьмом этаже над городом — улыбаясь знакомому жужжанию приложения LoveSwept.

Фелисити: Допустимо ли дважды макать чипсы на вечеринке?

Я смеюсь.

Она так очаровательна с этими глупыми вопросами.

Я: Только если сломаешь его пополам.

Это был глупый ответ? Откуда, черт возьми, мне знать, я все время дважды макаю. У меня нет манер, несмотря на серебряную ложку, которая, как некоторые могут подумать, находится у меня во рту.

Фелисити: О каких чипсах и соусах мы здесь говорим? Что тебе больше всего нравится?

Я: А что, ты собираешься скормить их мне завтра вечером?

Фелисити: Ты флиртуешь! ЛОЛ. Было бы так странно, если бы я появилась с едой…

Я: Напротив, появляться с едой НИКОГДА не бывает плохой идеей. Всегда хорошо. Никогда не плохо.

Фелисити: Так какой твой любимый вкус?

Как будто она знает путь прямо к моему сердцу — еда.

Я: Черт, это непросто. Я бы сказал, тортилья и сальса, но это слишком предсказуемо. А, может быть, кесо? Я также не стал бы выкидывать хороший тако из постели…

Фелисити: Я бы вышвырнула тебя из постели, если бы ты появилась с чипсами.

И вот мы переходим к блиц-опросу. Это один из наших любимых способов общения. Быстро, просто, по существу и очень весело, когда вы избегаете обычных повседневных забот. Это как быстрое свидание с одним человеком. До сих пор всегда подтверждалось, что у нас много общего и достаточно различий, чтобы сделать вещи интересными.

Я: А как насчет крекеров, когда я болею? Могу я съесть их в постели?

Фелисити: О какой болезни мы говорим?

Я: Грипп.

Фелисити: Ты бы согласился вместо этого на крекеры на диване?

Я: Возможно. Ты растираешь мне ноги?

Фелисити: Возможно. На тебе будут носки?

Я: Возможно. Ты купила их мне в качестве поощрения, чтобы я почувствовал себя лучше?

Фелисити: ЛОЛ, да, пушистые розовые…

Я: Я не против розового. Это льстит моему цвету лица.

Фелисити: То же самое, ЛОЛ

Розовая. Обнаженная.

Все, это сработает.

Я: Как ты относишься к мужчинам, которые носят носки со шлепанцами?

Фелисити: Эм… Мы говорим о СТАРИКАХ? Потому что для них это приемлемо. Если мы говорим о ТЕБЕ, то думаю, что мне нужно было бы увидеть это, прежде чем я решу.

Я:Я мог бы добавить фотографию в свою биографию, чтобы ты могла ее увидеть.

Фелисити: ** закатываю глаза**

Я: Да, ты права. Я никогда этого не делал.

Я: Но мог бы.

Фелисити: ЛОЛ, ты сегодня забавный.

Я:Сегодня выдался спокойный день, так что я чувствую себя довольно хорошо, приближаясь к выходным. Завтра я беру редкий выходной.

Фелисити: Что собираешься делать?

Я: Стрижка, пробежка в парке, обед с одним из моих приятелей. Затем у меня горячее свидание в полночь. Было бы здорово, если бы это было на вершине Эмпайр-стейт-билдинг?

Фелисити: Как в том фильме двадцатилетней давности? Это было бы так фантастично... Ветер треплет мои волосы по лицу, они прилипают к губной помаде. Мы кричим друг на друга, потому что не слышим ни слова из того, что говорит другой человек. ТАК романтично.

Я: O-о-окей слишком высоко для тебя?

Фелисити: Может быть. ЛОЛ, здание, в котором я нахожусь, довольно высокое, всего тридцать этажей. Хи-хи.

Я:Тридцать звучит основательно.

Фелисити:Справляюсь.

Фелисити: Фух, ненавижу прерывать, но я на задании, чтобы кое-что исправить в своем офисе, прежде чем смогу вернуться к работе. Пожелай мне удачи, мне нужно выследить одного человека.

Я: Другой мужчина?!

Фелисити: Ну, ну... Не ревнуй. Я женщина одного мужчины.

Женщина одного мужчины.

Это заставляет меня улыбаться.

В течение длительного времени.

Я все еще улыбаюсь, как чертов идиот, когда Шейла просовывает голову в мою дверь, хмурится, длинные золотые серьги позвякивают.

Шейла была нанята моим отцом, который занимал мою должность до того, как ушел на пенсию и оставил мне империю, и буду честен: иногда женщина пугает меня до чертиков.

Она единственный человек в этом месте, который не мирится с ерундой — и поверьте мне, когда у вас есть компания, построенная вокруг эго некоторых из лучших и крупнейших спортсменов мира, эго подается на блюдечках из чистого серебра с солидным бонусом за подписание.

Шейле на это насрать.

Ей все равно, сколько стоит чей-то контракт, откуда он, куда направляется или во что одет — она относится ко всем одинаково.

Эта женщина действительно не ходит вокруг да около.

Технически она должна быть этажом ниже меня, но нет ничего, что она любит больше, чем свободно парить. И под парением я подразумеваю хождение вокруг, сплетничая и отвлекая всех от работы. Что она на самом деле здесь делает?

На самом деле меня это не удивляет, учитывая, что мы принадлежим к совершенно разным поколениям. Мой отец делал то же самое. Он называл это «повышением морального духа команды». Я же называю это «оставлять реальную работу мне». В конце концов, я остался с его работой, так что, думаю, мне не на что жаловаться.

— Эй, Шейла, что случилось?

— Некоторые девушки интересовались, хочешь ли ты, чтобы новогодние украшения были сняты до выходных или в понедельник, когда мы вернемся.

— И под «некоторыми девушками» ты имеешь в виду себя?

Она ярый сторонник правил. Ничто не проходит мимо нее, и неодобрение Шейлы — настоящего босса — означает, что веселье закончилось.

— Нет, умная задница, Донна.

Буквально единственный человек здесь, у которого хватает смелости назвать меня «умной задницей» в лицо. Я прищуриваюсь на нее.

— Напомни мне еще раз, кто такая Донна?

— Она помощник твоего офис-менеджера, Бет.

— О. — Я ломаю голову, пытаясь понять, о ком она говорит. Донна, должно быть, новенькая. В наши дни я не могу угнаться за всеми новыми сотрудниками. Сдаюсь и пожимаю плечами. — Думаю, не имеет значения, когда будут сняты украшения. Может быть, было бы проще, оставить их до понедельника. Пусть все насладятся ими завтра.

Шейла одобрительно кивает.

— Именно так я ей и сказала. — Она прислоняется к дверному косяку. — Какие планы на выходные?

— Ты спрашиваешь, есть ли у меня планы на Новый год?

Любопытная.

Я откидываюсь на спинку кресла и потягиваюсь, прежде чем ответить.

— У меня есть планы с кое с кем, да.

Ни за что не скажу ей, что это за планы и с кем. Мне не нужно, чтобы каждая женщина в этом офисе знала мои личные дела. Не говоря уже о том, что Шейла имеет склонность также сплетничать с нашими клиентами. Как будто мне нужно, что бы Леброн Саттон — лучший игрок Суперкубка два года подряд — сплетничал с секретаршей и знал, что я не трахался уже четыре месяца.

Что уже случалось раньше.

Леброн + Шейла = огромная заноза в моей заднице.

Она молча моргает на меня, ожидая более подробной информации.

Нет. Извини, но нет.

Я едва делюсь этим дерьмом с Адамом, моим лучшим другом по работе, не говоря уже о шестидесятипятилетней сторожевой собаке, которая патрулирует коридоры, как будто охрана. Бары в центре города должны нанять ее, чтобы вышвыривать людей, она такая чертовски грозная.

Я поднимаю брови.

Она поднимает свою.

Это битва воли, которую Шейле не выиграть. Я не собираюсь отступать.

Наконец…

— Ты придешь завтра, босс?

Моя голова качается туда и сюда, как в тумане.

— Наверное, нет. Я обедаю с Адамом. Посмотрим, как пойдут дела.

Шейла кивает.

— Он все еще встречается с той девушкой МакКларен. Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем они благословят нас ребенком МакГинниса.

О боже. Начинается.

Если и есть что-то, что Шейла любит помимо сплетен, так это детей. И если есть что-то, что она любит больше, чем детей, так это то, что она подталкивает меня завести ребенка.

— Этот кое-кто, с кем у тебя планы на завтра любит детей?

Да.

— Разве большинство людей не любят детей?

Шейла пожимает костлявыми плечами.

— Только не я.

Это заставляет меня смеяться. Конечно, она не любит детей. Младенцев, да. Детей, нет.

— Значит, только малышей?

— Только малышей. — Она делает паузу. — Но только подержать их несколько минут, а потом отдать их обратно. Я не нянька.

Точно.

Я запомню это.

— Этот человек, с которым ты встречаешься завтра вечером, из офиса?

Я прищуриваю глаза. Ух ты, она действительно хороша в этом.

— Нет.

Дерьмо. Неужели я только что выдал тот факт, что завтра вечером встречаюсь с кем-то не с работы? Сложит ли она кусочки воедино и поймет, что это первое свидание?

Я кашляю.

Намек, намек, пора сматываться.

Мой телефон громко жужжит, и я использую возможность, чтобы отмахнуться от нее, подняв палец.

— О, мне нужно ответить.

Ее это не останавливает.

— Что это за странный звук уведомления?

Хм. Звук приложения для знакомств?

— Это мой, эм... Кабинет врача.

Она морщит нос.

— Они звонят тебе во время праздников?

Бзз, бзз, бзз.

— Технически еще не праздник, Шейла. Я действительно должен ответить на это. Если ты меня извинишь.

Женщина смотрит на меня, как ястреб, еще несколько секунд со своего места у двери, прежде чем повернуть голову и уйти, чтобы найти свою следующую жертву.

Я выдыхаю, тело расслабляется.

С ума сойти!

Глава 3

Что ж.

Скитера нигде не было, и, поверьте мне, вчера я долго и тщательно его искала, прежде чем вернуться в свой кабинет, чтобы еще поработать.

В конце концов, я бросила поиски, потому что тратила впустую так много времени, расхаживая в своих тапочках с кроликами с кружкой молока в руке. Никто не поймет, под каким давлением я нахожусь. Они просто видят сумасшедшую, бродящую по вестибюлю. Все, чего мне не хватает, это халата и нескольких кошек, волочащихся за мной.

Хотя, если мое сегодняшнее свидание пройдет не очень хорошо, я, возможно, подумаю о том, чтобы пойти по пути сумасшедшей леди с кошками. Стив кажется абсолютно идеальным на бумаге, э-эм, или в Интернете. Без разницы. Но если он окажется неудачником, я потеряю всякую веру в онлайн-знакомства.

Хотя, это неправда. В конце концов, я снова буду пробовать, пробовать и еще раз пробовать. Я просто чертовски рада наконец-то встретить мужчину, который мог бы быть «тем самым». И не могу позволить, чтобы этот один процент сомнения испортил мне настроение.

И я не могу позволить своим фантазиям подавить мою продуктивность. Я так близка к завершению этих отчетов, а часы тикают.

Сцепив пальцы перед собой, я вытягиваю спину и качаю головой взад-вперед

«Сделай глубокий вдох, Фелисити. И вперед!»

Вспышка.

«Ты, блин, должно быть, издеваешься надо мной».

Мерцание, вспышка.

Нет, я проигнорирую это. Притворюсь, что лампа не издевается надо мной. Снова надвину на нос очки, уменьшающие блики, и закончу этот отчет, будь проклята лампочка, одержимая демоном.

Я быстро выдыхаю успокаивающий вздох, разминаю пальцы и кладу их обратно на клавиатуру, нажимая пробел.

Мерцание, мерцание, мерцание. Вспышка.

— ФУ! Ты сейчас серьезно? — Хлопнув руками по столу, я поднимаю взгляд и смотрю на оскорбительные лампы наверху, как будто Бог наблюдает и смеется надо мной и моим здравомыслием. — Ты это нарочно, не так ли? Ждешь, пока я начну печатать, чтобы прервать, да?

Лампа не отвечает, поэтому я раздражаюсь и откидываюсь на спинку стула, пытаясь контролировать свою ярость, понимая, что мне может понадобиться быстрый отдых в одном из тех мест, которые перегруженные работой знаменитости называют «спа-центр». Предпочтительно тот, в котором есть «Ксанакс» и ортопедический матрас. Световые вспышки над моей головой не должны вызывать такого количества гнева, но всему есть предел. Это продолжается уже несколько недель.

К тому же, сегодня канун Нового года, и я знаю, что мне предстоит долгий день.

Схватив трубку рабочего телефона с рычага, я нажимаю на клавиши сильнее, чем необходимо, набирая номер Скитера. На данный момент я знаю его наизусть, и это бесит меня еще больше. Кто в здравом уме знает семь цифр номера технического персонала? Безумец. Вот кто.

Пока идут гудки, я напоминаю себе, общаться со Скитером по-доброму, даже, если в этот момент хочу просто убить его. Но нет. Я сильная, уравновешенная женщина. И буду оставаться спокойной и профессиональной в своих тапочках с кроликами.

Ладно, может быть, я просто буду сохранять спокойствие.

Вытягиваюсь в кресле и рассеянно смотрю в потолок, контролируя свое дыхание.

Вспышка.

Показываю средний палец в потолок.

— Вот тебе, зараза...

Бип!

— ...Скитер! Снова Фелисити, привет. Послушай, я знаю, что сегодня последний день года, и уверена, что у тебя много дел, как и у меня...

Я закатываю глаза на себя и свою безумную способность пускать дым в чью-то задницу в самых драматичных ситуациях. Хотя, очевидно, это не дает желаемого эффекта, поэтому мне, возможно, позже придется пересмотреть, сколько радости я вкладываю в свой голос.

— Вот уже несколько недель, как у меня гаснет свет, и мне очень трудно сосредоточиться. Мы говорим о враждебной рабочей среде, Скитс.

Скитс? Это совершенно новый уровень.

— Так что да. Пожалуйста. Я умоляю тебя. Дам тебе все, что ты захочешь. Моего первенца или, или... мою любимую кружку. Ладно, может, и не кружку, но ты понимаешь, к чему я клоню. Черт возьми, ты можешь оставить лампочку на моем столе, и я поменяю ее сама. Да. Хорошо. Спасибо, пока.

Вешаю трубку, неуверенная, что он действительно появится в ближайшее время, но даже если бы я захотела посвятить в это офис-менеджера, ее сегодня здесь нет. Немногие люди сегодня пришли в офис.

Я работаю здесь уже много лет, и ни разу главных боссов не было в офисе в канун Нового года. Большинство из среднего звена тоже не появляются. Некоторые агенты более низкого уровня приходят, в основном потому, что у них нет офисных ноутбуков для работы из дома, как у старших сотрудников. Думаю, что здесь сегодня только они и я.

Начинаю снимать свои тапочки и надевать туфли на шпильках с ремешками, когда звонит мой телефон. Я знаю, кто это должен быть. Мой новогодний Стив.

Я фыркаю от смеха про себя. Это все еще забавно.

Стив: Ты уже ушла из офиса?

Я: Ты же знаешь, что еще утро, верно?

Стив: Ты же знаешь, что сегодня праздник, верно?

Я: Тем больше причин, по которым мне нужно закончить эти отчеты. Я готова взять несколько выходных и начать новый год правильно. Кстати, ты уже решил, где мы встретимся?

Стив: Да. Но пока это сюрприз.

Я: Мы встречаемся менее чем через 12 часов! Мне нужно время, чтобы подготовиться!

Стив: Здесь не к чему готовиться. Одевайся для вечернего выхода и жди, пока я скажу тебе, куда идти. Обещаю, что это будет забавно.

Я:Забавно типа: «лосьон в корзинке, привет, Кларисса» (прим. Это отсылка к фильму 1991 года "Молчание ягнят"), или?..

Стив:Лол. Никакой Клариссы. Я не серийный убийца. И мы встретимся в общественном месте. Не беспокойтесь об этом.

Я: Не волнуюсь. Просто осторожна. В конце концов, ты незнакомец.

Стив: Не долго, если предположить, что ты закончишь эти отчеты. У меня встреча за ланчем с приятелем, так что я позволю тебе вернуться к нему. Увидимся вечером.

Я: Не терпится вместе с тобой посмотреть, как опускается твои шары!

Я: Твой шар!

Я: Шар! Не твои яички! Уверена, у тебя их больше одного. Большой шар.

Я:Боже, я ухожу. Возвращаюсь в свою потайную нору.

Стив:Потайная нора? Я умираю.

Я: Нет, это я умираю. Даже не смотри на меня, я ужасна.

Стив: ЛОЛОЛОЛОЛ. Я и мой большой шар увидимся с тобой сегодня вечером.

Гребаная автозамена.

На самом деле, это неправда. Гребаный мерцающий свет отключил мой мозг, и теперь я веду себя как похотливая шалунья. Полагаю, что есть и худшие способы действовать в канун Нового года.

Стряхнув с себя смущение, потому что нет на это времени, я застегиваю ремешок на туфле. Обычно я бы не заботилась об обуви, но мне нужно найти своего босса, Викторию. Хочу убедиться, что она получила мои последние данные и не видит никаких вопиющих расхождений.

Тройная проверка и все такое прочее.

Я хватаю свою кружку, потому что с таким же успехом могу сделать пит-стоп, чтобы перекусить, раз уж вышла. Кроме того, я не хочу снова вставать из-за этого стола без крайней необходимости.

У меня есть восемь часов до того, как мне нужно будет уйти отсюда, иначе у меня не будет времени на необходимую подготовку. Хороший уход за собой требует времени, и хотя это первое свидание, девушка должна быть готова.

— Привет, Вик, — кричу я, заглядывая в ее кабинет. — Ты получила мою...

Я останавливаюсь на полуслове.

Свет в ее кабинете приглушен, а компьютер выключен.

Ее здесь нет, черт возьми!

Честно говоря, я не очень удивлена. Если бы мне платили пятицентовик за каждый раз, когда она не появлялась в такие дни, как сегодня, у меня было бы достаточно денег, чтобы давно уволиться. Сегодня не выходной, но, когда здесь нет больших шишек, половина боссов тоже не появляется.

Полагаю, это означает, что Виктория доверяет моей способности выполнить работу.

Это также означает для меня дополнительный оплачиваемый отпуск, когда я напоминаю ей о том, что работала, когда она прохлаждалась. Обычно это вызывает ее сердитый взгляд прямо перед тем, как она подписывает мой запрос.

Меня вполне устраивает.

Я сожалею только о том, что на всякий случай переобулась. Бедные заброшенные кролики. Я скоро вернусь к ним. Но сначала, комната отдыха.

Я могла бы воспользоваться той, что на этом этаже, но вместо этого пользуюсь лифтом, чтобы подняться на этаж выше. По какой-то причине агенты получают модную кофеварку и шкафы, полные закусок, и прямо сейчас я в настроении для повышения уровня. Мы, скромные бухгалтера, ничего не получаем.

Понятия не имею, кто покупает все батончики с мюсли и фруктовые закуски, но нет никаких записок, в которых говорится, чтобы я держала руки подальше, поэтому я предполагаю, что они для всех сотрудников компании. Если нет… что ж, я всегда могу извиниться позже.

Поездка короткая, и я направляюсь прямиком к столу Мэг. Это вторая причина, по которой мне больше нравится этот этаж.

Подкрадываясь к ней сзади, подхожу как можно ближе, прежде чем крикнуть:

—Эй!

Она подпрыгивает и визжит, едва не задев мое лицо затылком.

— Эй, осторожнее! Ты могла бы сломать мне нос, а у меня свидание. Сегодня вечером мне нужно, по крайней мере, попытаться выглядеть как на моей фотографии в профиле LoveSwept.

— Так тебе и надо за то, что ты так подкрадываешься. — Мэг кладет руку на сердце, поверх своего уродливого свитера, нажимает и… звучит мелодия Auld Lang Syne?

Кого я обманываю?

Это же Мэг — конечно, так и есть. Не то, чтобы у меня было право судить. Я уже скучаю по своим кроликам. Тем не менее, я не могу позволить этому моменту пройти мимо.

— Э-э... Почему твой свитер поет?

Ее глаза загораются, она явно отвлеклась от своего наигранного сердечного приступа.

— Разве это не мило? Адам нашел его и знал, что мне понравится.

— Сколько вы встречаетесь, около тридцати секунд? Подходящее время для вручения бесполезных подарков.

— Это не бесполезный подарок. Он идеальный. — Она разглаживает свой свитер и снимает несколько воображаемых ворсинок. — И подарки — это прекрасно. Когда ты знаешь, что нашел хороший, ты просто знаешь. Кстати, не пора ли тебе закончить отчеты, чтобы успеть на свое горячее свидание?

Я прислоняюсь к стене ее кабинки и вздыхаю.

— Близка к тому, чтобы закончить, но эта чертова лампочка продолжает мигать. И заставляет меня лезть на стену.

— Почему бы тебе не попросить своего офис-менеджера позаботиться об этом?

— Почему все продолжают это говорить? Разве техслужба не должна отвечать независимо от того, кто звонит?

— Почти уверена, что офис-менеджер — это тот, кто одобряет или не одобряет их выходные дни. По этому пути больше стимулов.

Я драматично закатываю глаза.

— Ла-а-адно. Когда вернусь, то разберусь с этим долбаным посредником.

— Ты сегодня ужасно театральна.

— Ничем не отличается от любого другого дня недели, сегодня у меня просто аудитория. Ты.

— И то верно, — хихикая, говорит Мэг и двигает свой стул вперед, как будто готова вернуться к работе.

Это мой сигнал.

— Я собираюсь перекусить и вернуться к делу. Не задерживайся сегодня слишком поздно.

— Не планирую этого. Как только Адам покончит с каким-то кризисом в высшей лиге, мы уйдем до следующего года.

Я наклоняюсь и быстро обнимаю ее.

— Будь в безопасности сегодня вечером.

— Конечно. И дай мне знать, как обстоят дела с мистером Личность (прим. Мистер Личность — это реалити-шоу, которое транслировалось на Fox Television Network, где женщина (Хейли Арп) должна была выбрать мужа из двадцати холостяков, чьи лица закрыты масками на протяжении всего шоу, якобы основывая свои решения на основе их личности, а не внешности, отсюда и название).

Я выпрямляюсь и сжимаю свои воображаемые жемчужины.

— Прошу прощения. Его зовут Новогодний Стив.

Мэг хлопает себя ладонью по лицу и качает головой.

— Конечно же. Пока, Фелисити, — говорит она нараспев, взмахивая рукой, и я делаю мысленную пометку спросить ее позже о снежинках, нарисованных на ее ногтях.

Они милые. Мне может понадобиться немного таких для моих ног.

Щелкающий стук клавиш преследует меня, когда я пробираюсь через ряд кабинок. Чуть дальше внизу есть несколько офисов. Из одного из них доносятся мужские голоса. Я могу только предположить, что это Адам справляется со своим кризисом.

Серьезно, какой кризис может быть у игрока в канун Нового года? Наверное, какая-то пиар-проблема. Как бы сильно я ни ненавидела то, что это потенциально может нарушить вечер Мэг, это, вероятно, достойно реалити-шоу. Мне нужно следить за новостями о знаменитостях.

На самом деле нет. Нет, сегодня я вообще не должна следить ни за какими сплетнями. В противном случае единственное свидание, которое у меня будет, будет в этом офисе, сидя за своим столом и потягивая шоколадное молоко вместо шампанского. И я уже знаю, что Скитер меня кинет.

Воодушевленная мотивацией, я удаляюсь, чтобы закончить свою задачу. Праздник не ждет, и будь я проклята, если пропущу его.

Глава 4

Я замедляю шаг перед своим многоквартирным домом, положив руки на колени, и вижу, как перед моим лицом клубится воздух. Обычно я не бегаю трусцой по улице в конце декабря, но сегодня мне нужно было сменить обстановку. Я надеялся отвлечься от своих нервов по поводу сегодняшнего вечера.

Это не сработало.

Теперь я просто устал, у меня замерзли пальцы на ногах, и я продолжаю шмыгать носом, потому что из него течет от холода. Мне следовало придерживаться беговой дорожки.

— Хорошо пробежались, сэр?

Я поднимаю голову и вижу Фрица, возможно, самого милого швейцара в мире, стоящего рядом со мной. Делаю последний глубокий вдох, прежде чем выпрямиться.

— Было холодно, это точно.

— Могу себе представить. — Он открывает передо мной тяжелую стеклянную дверь, как делал тысячи раз до этого. — Похоже, это был отличный способ закончить старый год и начать новый.

— Я определенно чувствую себя бодрым, — замечаю я, входя в большой вестибюль. — Чем займешься, чтобы отпраздновать сегодня вечером, Фриц? — Мне нравится разговаривать со стариком. Он не единственный швейцар, но определенно мой любимый.

— О, то же самое, что и каждый год. Спокойно поужинаю и посмотрю, как опускается шар. Вероятно, версия восточного побережья. Завтра я работаю, так что не хочу терять ни минуты отдыха.

— Значит, никакого горячего свидания?

Он хихикает.

— Ах, фотография моей прекрасной Имельды будет все время рядом со мной. Это все, что мне нужно для свидания.

Несколько лет назад его жена умерла. И все же, Фриц все еще романтичный парень.

Хлопая его по плечу, я не могу не надеяться, что когда-нибудь стану кем-то похожим на него.

— Ты хороший человек, Фриц.

— И вы тоже, сэр.

Он кивает мне, когда я направляюсь к лифту и трем тысячам квадратных футов, которые называю домом.

Открытое концептуальное пространство, в котором я живу, может похвастаться всеми улучшениями, на которые можно было бы надеяться в лучшем школьном округе. Но я выбрал его не поэтому. Я купил именно эту квартиру из-за окон от пола до потолка. Если правильно прислонюсь лбом к стеклу и посмотрю вниз, может показаться, что я лечу.

Это звучит нелепо, но иногда приятно чувствовать, что я парю над всеми проблемами внизу.

Фелисити бы здесь понравилось.

Вид прекрасен, особенно ночью.

Боже милостивый, я слишком много смотрел канал «Hallmark».

Смотрю на часы на запястье и отмечаю, что у меня есть всего двадцать минут, чтобы добраться до города на обед с Адамом, если собираюсь прийти вовремя на стрижку, и пока я там, могу попросить своего стилиста побрить меня.

Убью двух зайцев одним выстрелом…

Поспешно наношу свежий дезодорант и натягиваю те же джинсы, в которых был вчера вечером после работы, бейсболку, прикрывающую мою потную, растрепанную шевелюру, прежде чем отправиться обратно в офис.

Не то, чтобы мне там сейчас особо нечего было делать.

Это абсолютно неверно. Мне всегда есть чем заняться, но, учитывая, что сегодня канун Нового года, я собираюсь пустить дела на самотек, и большинство исполнительных вопросов будут отложены до начала нового года (что технически понедельник, но кто обращает внимание).

Самая большая проблема заключается в ожидании выверки этих финансовых отчетов. Хорошо, что у нас есть целая команда, готовая сделать это сегодня. Я уверен, что все они усердно работают. Наверное, мне стоит проверить этот этаж, пока я там. Им, вероятно, не помешал бы частный обед с обслуживанием на следующей неделе.

Отправляю короткое сообщение офис-менеджеру, чтобы не забыть.

Я:Привет, Бет, на следующую неделю: давай устроим обед в конференц-зале для бухгалтерской команды. Я хочу поблагодарить их за тяжелую работу в этом квартале.

Бет: Сделаем! Есть какие-нибудь особые пожелания?

Я: Может быть, итальянская кухня?

Кому это не нравится?

Я: Паста, салат, чесночный хлеб? Может быть, пиццу?

Бет: Звучит здорово, мистер МакГиннис. Но, может быть, многовато всего для пяти человек?

Хорошая мысль. Я все время забываю, что бухгалтерская команда маленькая.

Я: Подожди, дай мне минутку.

Обуваю пару кроссовок, которые слишком изношены, чтобы бегать, но просто поношены и достаточно удобны, чтобы мне не нужно было наклоняться, чтобы завязать их.

Я толкаю пожарную дверь на своем этаже и пешком спускаюсь по лестнице на первый этаж, чтобы продолжить тренировку, посылая Фелисити сообщение на ходу. Она работает в небольшом офисе. У нее, вероятно, есть свое мнение на этот счет.

Я: Быстрый вопрос. Если бы ты собиралась поощрить небольшую группу людей за то, что они сделали все возможное и невозможное по работе, ты бы устроила обед с обслуживанием или... что-нибудь еще?

Фелисити: Это зависит от обстоятельств. Эта группа — женщины или мужчины, или смесь того и другого?

Я: Женщины.

Фелисити: Хм. Если бы это были мужчины, я бы сказала, что обед был бы потрясающей идеей. Если это женщины, и ты пытаешься показать им, как сильно их ценишь, как насчет подарочных карт в какое-нибудь приятное место. Типа спа-салон или что-то в этом роде? Кто НЕ любит массаж?

Фелисити: Не пойми меня неправильно, обед ДЕЙСТВИТЕЛЬНО заморочен и, вероятно, не нужен.

Я: Нет, ты права. Здесь всего пять человек, и я как раз собирался заказать чертову тонну еды и решил сначала посоветоваться с тобой.

Я стою на платформе между десятым и одиннадцатым этажами, останавливая спуск, чтобы отправлять сообщения, не звуча как неумелый идиот с автозаменой.

Фелисити: Рада, что смогла помочь!

Закрываю приложение LoveSwept и отправляю еще одно сообщение Бет.

Я: С другой стороны, как насчет подарочных карт? Что за спа на Килборн???

Бет: Water and Earth?

Я: Он самый!

Бет: Отличный выбор, босс! Я займусь этим.

Босс.

Все еще странно видеть это в письменном виде или слышать, если уж на то пошло. После того, как мой дедушка умер, а отец вышел на пенсию, единственным оставшимся в семье, кто мог управлять делами, был я.

К некоторым вещам, связанным с властью, я никогда не привыкну.

Офис недалеко от моего дома, но нет времени идти пешком и я не собираюсь брать такси, поэтому бегу трусцой, хотя надел джины. И меня не волнует, если я вспотею, так как еще не принял душ.

Я задыхаюсь, когда добираюсь до входа в штаб-квартиру «МакГинниса», останавливаюсь, чтобы избавиться от адреналина, бегущего по венам, оттягиваю свою тонкую зимнюю куртку и футболку под ней подальше от тела и от моих потных подмышек.

На улице чертовски холодно.

Без сомнения, я отморожу себе яйца, как только температура моего тела вернется к норме.

Когда поднимаю взгляд, Адам ждет в вестибюле, не отрывая глаз от телефона, небрежно прислонившись к столу у турникетов, выглядя гораздо более нарядно, чем я.

На нем брюки, шерстяное пальто, красный клетчатый шарф и черные кожаные перчатки.

Он поднимает руку, когда я подхожу, и мы даем друг другу пять.

— Эй, чувак, почему так долго? — спрашивает он, засовывая телефон в карман пальто.

— Я бежал.

Он оглядывает меня с ног до головы.

— Выглядишь дерьмово, чувак.

— Спасибо.

Мы подходим к вращающимся дверям и возвращаемся на улицу, останавливаем такси, чтобы отправиться на наш заказанный обед.

Ну, это может быть преувеличением. У нас с Адамом забронирован столик в спортивном баре-ресторане в непрестижной части города. Это заведение рядом с бейсбольным стадионом, которое существует дольше, чем сам стадион. Темное и грязное, стены которого украшены памятными вещами, которые я пытался выкупить у владельца, по меньшей мере, дюжину раз.

«Спенс и Бун».

За исключением того, что остался только Бун.

Еда чертовски фантастическая, местные жители любят слушать последние инсайдерские сплетни (когда это, конечно, не конфиденциально), а мы с Адамом любим выслушивать точку зрения фанатов.

Наше место у окна занято — заведение переполнено из-за игры в Кубок колледжа, — но Бун пододвигает стол к одному из телевизоров с плоским экраном, переставляет стулья и втискивает нас за стол, которого не было до нашего прибытия.

Это чертовски неудобно, и я чувствую, как мои щеки краснеют от смущения из-за того, сколько усилий прилагается, чтобы разместить нас, но кто мы такие, чтобы настаивать, чтобы сидеть где-нибудь без хорошего обзора?

Адам не позволил бы этому случиться. Он любит особое отношение. И когда приходит счет, мы всегда выражаем нашу признательность щедрыми чаевыми. Иногда билетами на игру, иногда ваучерами на товары. Иногда одеждой с автографами.

Когда как.

Бун попросил официанта принести нам наш обычный напиток, чтобы ни было в тот день на разлив у местного пивовара, и корзину чипсов, чтобы занять нас, пока ждем наш обычный обед: две сосиски с квашеной капустой, горчицей, кетчупом, и общую тарелку жареных сырных палочек, и еще одну жареных соленых огурцов.

И фермерский соус.

Да, да, да, я знаю, это, вероятно, вызывает отвращение, но мы со Среднего Запада, дайте нам передохнуть.

— Большие планы на вечер? — спрашивает Адам, запихивая в рот несколько чипсов и запивая их холодным пивом.

— На самом деле, да. Большое свидание.

Его глаза расширяются. Это новость. У меня уже несколько месяцев не было свиданий, и я даже не хотел говорить о них.

— Свидание? Типа... первое свидание?

— Ага.

— Первое свидание в канун Нового года?

Я откидываюсь назад, наклоняя голову.

— Да? Это плохо?

Адам, кажется, так думает.

— Канун Нового года. Это как первое свидание в День святого Валентина, чувак. — Он издает тихий свист. — Чувак, это поднимает планку очень высоко.

— Может быть, я хочу, чтобы планка была очень высокой. Мне нравится эта женщина.

— Ну, я надеюсь на это, потому что после этого можешь получить прилипалу. — Он снова свистит, жеваная крошка вылетает у него изо рта. — Не слишком увлекайся, иначе ты обрекаешь себя на разочарование.

— Ты действительно драматизируешь.

— Серьезно? — Адам жует, жует и глотает. — Как давно ты знаешь эту женщину?

— Я... — Давайте посмотрим, как мне это сформулировать? — Я ее не знаю. Мы общались через приложение для знакомств.

Адам делает паузу, прежде чем покачать головой.

— Чувак, ты сумасшедший.

— О, верно, ты ненавидишь приложения для знакомств и знакомства, если на то пошло — тебе просто повезло найти любовь всей своей жизни на работе, прямо у себя под носом.

Он усмехается.

— Это правда, но я не знал, что она была прямо у меня под носом, помнишь? Мы встретились, потому что у нее были технические проблемы, и мы случайно начали общаться в системе офисных сообщений.

— И система обмена сообщениями так сильно отличается от приложения для знакомств?

Парень пожимает плечами.

— Отдел кадров уже отсеял психов для меня.

Он меня поймал.

— А ты не забыл об инциденте с лифтом?

Адам закатывает глаза.

— Кто мог забыть об этом? Никто не хочет оказаться запертым в лифте на корпоративной рождественской вечеринке, особенно я. Особенно без еды.

Может быть.

— Но если бы ты не застрял, ты бы не понял, что Мэг была любовью всей твоей жизни.

Это утверждение ему нравится.

— Верно. Так что само собой разумеется, что, может быть — просто может быть — в «МакГиннисе» есть кто-то, кто идеально тебе подходит, просто ты ее еще не встретил.

Верно, но для него это не то же самое, что для меня. Я владею компанией и управляю ею, а ты не гадишь там, где ешь, и не ныряешь в пруд компании. Это ставит всех в компрометирующее положение, и я бы никогда не злоупотребил своим влиянием, заставляя женщину чувствовать себя обязанной встречаться со мной.

Нет.

Не собираюсь этого делать.

Политики о служебных отношениях не существует, но правила, очевидно, не очень строго соблюдаются. Моя задача — быть выше обычных стандартов надлежащего поведения и подавать пример.

— Честно говоря, чувак, так просто проще. Во-первых, я избегаю золотоискательниц, которые видят только знаки доллара. И не хочу встречаться с кем-то на благотворительном вечере или что-то в этом роде — все они знают, кто я, еще до того, как нас познакомят. Золотоискательницы похожи на пираний.

На самом деле даже хуже.

— А что во-вторых? — Он отпивает немного своего пива.

— Во-вторых, даже если это дочь кого-то богатого, или племянница или внучка, то это совсем другая история. Это еще хуже. Потому что они хотят встречаться со мной только для того, чтобы поддерживать свой образ жизни, а не потому, что у них есть какой-то романтический интерес ко мне.

Он кивает, потому что понимает.

— Есть еще что-то третье?

Да.

— И если я встречаю кого-то в других условиях, они видят признаки: часы за тридцать тысяч долларов, дорогая машина, шелковый галстук. Вся эта аура. — Я тоже кладу чипс в рот. — Мне это не нужно.

— Эм. Сегодня твоя аура больше похож на пердеж, чувак — ты выглядишь, как бездомный.

Это большая натяжка.

— Ничего подобного. Мама купила мне эту куртку. — Я нащупываю молнию на куртке фирмы «Патагония» (прим. Patagonia — один из известнейших в мире брендов, специализирующихся на производстве спортивной экипировки и повседневной одежды), расстегиваю ее и снимаю.

— Твоя мама купила тебе эту куртку? — Адам снова закатывает глаза. — Ух ты, если кому и нужна девушка, так это тебе, — говорит он смеясь. — Твоя мама. Она и носки с нижним бельем тебе покупает?

Я хмурюсь, потому что да, иногда она так делает, и кого это волнует? Ей безумно скучно, и мой отец сводит ее с ума теперь, когда не работает по семьдесят часов в неделю.

Его последней идеей было купить фургон и объехать на нем все Соединенные Штаты, но она быстро отказалась от этой идеи.

— Итак, хорошо, где ты встретил эту цыпочку?

— В приложении для знакомств под названием LoveSwept. Это что-то вроде приложения для создания отношений.

— Я, кажется, слышал об этом. Моя двоюродная сестра только что обручилась с парнем, которого встретила на Sparks, то же самое, только я почти уверен, что парни могут отправлять фото. Ну, знаешь, как фотки членов.

— Я понял, что ты имел в виду.

Я бы никогда этого не сделал. Мысль о какой-то незнакомой женщине, разглядывающей на экране мои причиндалы? Нет, спасибо. Кроме того, мужчины, которые думают, что их члены фотогеничны, сошли с ума от бреда.

— В любом случае — канун Нового года, да?

Официант выбирает этот момент, чтобы принести нашу еду, ставит ее перед нами, прежде чем спросить, нужно ли нам что-нибудь еще, и уходит.

— Ага. — Я макаю один из кусочков жареных маринованных огурцов в заправку, дую, прежде чем положить его в рот и обжечь вкусовые рецепторы. ДЕРЬМО, ЭТО ГОРЯЧО. — Вот только она не знает моего настоящего имени, что не так уж и важно, верно? Но может быть странно поначалу сказать: «Эй, меня зовут Харрисон, ха-ха».

Это очень интересует моего друга.

— Как ты ей представился?

Я пожимаю плечами.

— Стив.

— Хм, — выдыхает он. — Не виню тебя. Слишком легко отследить людей в Интернете и все такое. Ты хочешь убедиться, что она нормальная, прежде чем расскажешь ей все подробности. Я понял.

— Вот именно. Поиск Харрисона МакГинниса явно не приведет к появлению множества других мужчин. Я легкая добыча.

— Ты гений. — Адам кусает свою еду, но, поскольку у нас нет всего времени в мире, чтобы сидеть здесь и болтать без умолку, он включается, даже с набитым ртом. Что отвратительно, но неважно. — Может быть, мы с Мэг присоединимся к вам. Где твое свидание?

— Черт возьми, не скажу.

— Почему? — Он притворяется оскорбленным.

— Потому, что мне не нужна аудитория, когда выставляю себя на посмешище.

— Просто не надевай этот наряд сегодня вечером, или она подумает, что ты провел весь день, разъезжая по кварталу в своем Лузермобиле.

Лузермобиле?

Он идиот.

Адам проверяет свой телефон, морщится, кладет его, затем вытирает рот. Выпивает половину пива из своего стакана, прежде чем объявить:

— Мы должны идти.

Я тоже быстро отхлебываю пиво, но встаю и тянусь за курткой, натягивая ее. Залезаю в карман за бумажником и бросаю стодолларовую купюру.

Хватаю свою сосиску, потому что ни за что не оставлю ее.

— Что происходит? Почему мы не можем остаться и закончить?

— Мануэль Гомес получил удар, и им пришлось уносить его с поля на носилках.

— Черт!

Мануэль — один из клиентов Адама, выступающий за «Нэшвилл Маунтинерз», и который вел переговоры о подписании более выгодного контракта командой, трижды выигравшей Суперкубок.

— Это была его мама. Они хотят меня видеть. — Он хватает свой хот-дог и выскальзывает из кресла. — Я весь день отвечал на звонки, как журналистов, так и спонсоров, и все они просили сообщить последние новости. Стервятники. Черт возьми, откуда мне знать, как долго он еще будет отсутствовать. Дайте врачам возможность сначала сделать свою работу.

Мы останавливаем такси, которых здесь много, и едим свои хот-доги по дороге, облизывая пальцы, когда возвращаемся в офис. Судя по блеску в зеркале заднего вида, я бы сказал, что водитель не в восторге от того, что проносят еду в его машину, но серьезно, мой обед ни в коем случае не пахнет хуже, чем в салоне этой штуки. Или, может быть, это запах моего пота после пробежки. В любом случае, он получит большие чаевые и переживет это.

Когда мы возвращаемся наверх, Адам идет своей дорогой, а я начинаю идти своей, но не раньше, чем я говорю ему:

— Если я могу что-нибудь сделать, чувак, дай мне знать.

— Так и сделаю. Удачи тебе сегодня вечером.

Мы стукаемся кулаками, и я иду в ванную, чтобы вымыть руки после поездки в такси, замечая по дороге, что в офисе очень тихо.

Странно.

Я просто предположил, что будет работать больше людей, учитывая, что наши клиенты редко получают перерыв. Независимо от времени года, они слишком заняты, развлекая массы своими физическими способностями, чтобы сегодня иметь свободное время. Полагаю, что в первую очередь, это касается только наших футбольных клиентов.

И все же.

Мы представляем значительную часть активных спортсменов, выступающих сегодня на поле, и хороший процент пенсионеров, у которых есть контракты на рекламу, телевидение и фильмы.

Может быть, мне стоит спуститься вниз, чтобы быстро проверить состояние бухгалтерии — еще достаточно рано, чтобы у них было время достичь своей цели, но конец недели и конец квартала. Просто нужно убедиться, что они не прогибаются под давлением. Черт возьми, мне больше нечего делать, кроме как проверять их. Мой список дел на сегодня довольно короткий.

Стрижка.

Бритье.

Душ.

Свидание.

Ага, уйма времени, чтобы все сделать.

Я разберусь с этим.

Я... делаю глубокий вдох и понимаю…

От меня воняет.

Нюхаю собственные подмышки — не очень приятное занятие, особенно на публике, но это действие, которое я не могу остановить. Не после того, как уловил собственный запах.

Пот и жареная еда.

Фу.

Я смотрю на свое отражение в золотых панелях внутренней части лифта, застонав при виде щетины, рваных джинсов, поношенных кроссовок и бейсболки с рваными краями.

Адам был прав. Прямо сейчас мне не хватает картонной таблички.

Я вдруг жалею, что оставил куртку на стуле в своем кабинете. Конечно, было бы полезно прикрыть поношенную концертную футболку 90-х годов.

А также я мог бы использовать рукав своей куртки, чтобы оттереть жир с внутренней стороны дверей, когда они открываются. Делаю пометку, чтобы команда Скитера провела уборку четырех этажей, которые мы занимаем, поскольку команда уборщиков, по-видимому, этого не сделала.

Не то, чтобы я вообще видел его в последнее время. Я упомяну об этом, когда увижу его снова после того, как он вернется из отпуска.

Выхожу из лифта и оглядываюсь, когда он скрипит, двери медленно закрываются, затем снова открываются, застревают.

Хмм.

Странно.

Раньше такого не было. Может быть, двери нужно смазать, а не просто почистить. Конечно, ремонтники не специалисты по лифтам, но если есть что-то, что они могут исправить, прежде чем мы вызовем третью сторону, то было бы не плохо.

Я нажимаю красную кнопку «Стоп» внутри, и кабина остается на месте.

Присев на корточки перед блоком питания, я открываю маленькую дверцу с помощью швейцарского армейского ножа в заднем кармане — того, который ношу на брелоке, — быстро отвинчивая гайки.

Заглядываю внутрь, чтобы увидеть, не сработал ли выключатель питания.

Может, я и не ремонтник, но живу в здании с грузовым лифтом, который регулярно ломается, так что знаю кое-какие основы.

Никаких коротких замыканий. Никаких манипуляций с панелью управления.

Ни каких…

— Уф! Вот ты где, — раздается веселый голос у меня за спиной, когда я засовываю инструмент в карман джинсов. — Никогда в жизни не испытывала такого облегчения, увидев кого-то. — Голос замолкает. — Ладно, это чересчур драматично. Однажды я увидела Санта-Клауса в своей гостиной, поедающего печенье, но мы оба знаем, что он ненастоящий, а ты — настоящий.

Я поворачиваюсь на своих резиновых подошвах, которые скрипят по полу, и пялюсь.

Молодая женщина хлопает в ладоши в притворном ликовании.

— Я так рада, что ты наконец-то здесь! Когда закончишь с лифтом, не мог бы ты заменить лампочку над моим столом?

Понятия не имею, о чем, черт возьми, говорит эта женщина, но она забавна, и я держу рот на замке.

— Если ты не прослушал мои голосовые сообщения, просто удали их. Я начала звучать отчаянно, ха-ха!

Какие голосовые сообщения?

— Я могу честно сказать, что не слушал никаких отчаянно звучащих голосовых сообщений.

Это не ложь, но и не признание того, что я понятия не имею, кто она такая, черт возьми. Она, с другой стороны, очевидно, знает меня? Но…

— Что вы, ребята, делаете там, внизу, в своей конторе, весь день? Пьете кофе и едите пончики?

Или, может быть, не знает меня. О чем она говорит?

— Прости, мне не следовало этого говорить. Уверена, что у вас аврал больше, чем я могу себе представить. Моя ситуация с перегоревшей лампочкой вряд ли приоритетная, особенно, когда лифты ломаются, а окна нужно заменить.

Она смотрит на меня в ожидании уступки или согласия, и я ошеломленно киваю.

Эта девушка…

Милая.

Нет, вычеркните это. Не милая — симпатичная.

И странно знакомая?

Или я схожу с ума, потому что только что выпил пинту пива в середине рабочего дня?

Я обретаю голос.

— Прости, в чем, ты сказала проблема? — Похоже, лампочку в ее кабинете нужно заменить, и я, конечно, могу это сделать.

В конце концов, это мой офис и моя ответственность, и как лучше подавать пример, чем физически выполнять задачу, в которой нужна помощь кому-то из моей команды.

Я могу протянуть руку помощи. В любом случае, мне все равно нечего делать до четырех часов.

— Свет над моим столом постоянно мерцает, и это сводит меня с ума. Мне нужно закончить отчеты к полудню, и я не могу позволить себе отвлекаться. Ты даже не представляешь, как это ужасно! Мне пришлось купить козырек, чтобы защититься от вспышек. Я чувствую себя скаковой лошадью в шорах.

Она смеется.

Мой желудок делает странное небольшое движение, которое я узнаю как: влечение.

Дерьмо.

Это не хорошо.

Сегодня вечером у меня свидание с Фелисити, с которой я флиртовал и болтал в течение нескольких недель, и с которой строил фундамент. Я знаю о ней больше, чем об Адаме.

А эта женщина работает на меня, и помните, что я говорил ранее о том, чтобы гадить там, где ем? Несмотря на отсутствие принудительной политики о служебных отношениях?

— У меня даже есть новая лампочка! — продолжает болтать она, указывая дорогу, петляя по лабиринту кабинок, расположенных в центре главного этажа. — Я знаю, что не должна была этого делать, но была уверена, что это легко исправить, и подумала, может быть, я могла бы поменять ее сама? Только ничего не вышло, потому что, ну... посмотри на меня.

О, я смотрю на нее.

Хорошенькая, миниатюрная, у этой женщины есть изгибы во всех нужных местах и крошечная в придачу. Я очень сомневаюсь, что она смогла бы дотянуться до потолка, если бы у нее не было семифутовой лестницы. Даже тогда это сомнительно.

— Где ты взяла лампочку?

— Мне купили в хозяйственном магазине. — Ее смех звенит по коридору. — Я собираюсь представить расходы своему боссу на следующей неделе.

Находчивая малышка.

Длинные темные волосы, экзотические глаза. Полные губы, которые не выглядят так, будто их косметически увеличили.

Я знаю ее.

Откуда знаю ее?

Эта мысль не дает мне покоя, пока мы идем к ее кабинету. Она разъедает меня, как песня, играющая в моей голове, которую я не могу узнать или вспомнить слова. Но знаю мелодию и эпоху, из которой она взята.

Я также знаю, что если посмотрю в Интернете, то найду название и исполнителя.

Так же, как знаю, что если поищу в Интернете, то найду эту девушку.

Назовите это интуицией.

Так странно знакома.

Такая счастливая и жизнерадостная.

Ее руки уперты в бедра, и я понимаю, что она стоит посреди своего кабинета, под мерцающим флуоресцентным светом, одна из лампочек выходит из строя, создавая эффект пульсации в комнате.

— Да, этого достаточно, чтобы заставить человека ослепнуть.

— Вот именно! — Она так рада, что я согласен. — Да, спасибо! Я не схожу с ума!

Боже, она очаровательна.

Как мы могли до сих пор не встретиться? Не то, чтобы я никогда раньше не был на этом этаже. На самом деле, она как раз из того отдела, который я собирался проверить.

— Где Виктория? — спрашиваю я, бросая взгляд на офисное помещение рядом с этим, зная, что именно его мой финансовый директор называет домом. — Думал, вы все сегодня работаете, чтобы закончить согласование.

Она не спрашивает, откуда я знаю о сроках сдачи отчетности, или почему я спрашиваю, где находится ее прямой начальник.

— Да, я тоже думала, что мы все сегодня работаем, но, увы, я одинокий волк. Только я и вот они.

Мой гнев усиливается из-за того, что Виктория оставила тяжелую работу своей команде, но немного утихает, когда я смотрю вниз и вижу, как милашка-бухгалтер шевелит пальцами ног, спрятанные в самые нелепые пушистые тапочки с кроликами.

— Только не говори мне, что ты с ними разговариваешь, — говорю я, входя в ее рабочее пространство.

— Хорошо, я не скажу тебе, что разговариваю с ними, хотя разговариваю с ними, — дразнит она. — Не суди меня, мне одиноко. Это не гламурная работенка.

Это заставляет меня смеяться.

Бухгалтерия, возможно, наименее привлекательная из всех кабинетных работ, но, что удивительно, она делает ее сексуальной, вероятно, из-за этих кроликов на ее ногах.

— И что теперь? — спрашивает она. — Кстати, я Фелисити.

Когда она протягивает руку, я замираю, как вкопанный, не в силах ответить. По крайней мере, не так, как нормальный человек.

Мой рот открывается, челюсть отвисает. «Эм».

Фелисити смеется.

— А ты... Том из отдела технического обслуживания? Брэд? Хэнк?

Я качаю головой, выходя из оцепенения.

— Хэнк? Кто теперь так называет своих детей? — Я протягиваю руку. — Мои друзья зовут меня Гарри.

Никто из моих друзей не зовет меня Гарри. В последний раз, когда пытались, я их поколотил, потому что это было в начальной школе, и я ненавидел это имя.

МакГиннис. Харрисон. Новичок. Ботаник.

Выбери один, вот варианты.

Гарри заставляет морщиться мои ягодицы, но выбора нет. Я не могу сказать ей, что меня зовут Стив — она заподозрит неладное. Сегодняшний вечер должен был стать большим открытием — наше свидание вслепую должно быть слепым, так что мне придется солгать и скрестить пальцы, чтобы она не возненавидела меня позже.

Дерьмо.

Фелисити не похожа на женщину, которая будет держать обиду, но я и раньше ошибался насчет женщин, так что мне остается только надеяться и молиться.

Она мне нравится.

Действительно чертовски нравится.

Волнение нарастает у меня в животе, желание раскрыть себя разъедает изнутри так, что могу взорваться от этой новости.

— Гарри? Как принц Гарри из Британии?

— Как принц-с-нулевыми-шансами Гарри из Британии.

Фелисити вздыхает.

— Но он такой романтичный. — Она снова хихикает. — Мы с подругой были в Лондоне на его свадьбе. Прилетели и отправились в паб в Виндзоре, и пили просекко во время церемонии, скандировали и приветствовали, когда толпа обезумела.

Да, я знал это. Она сказала мне, когда мы начали общаться — это было среди ее забавных, случайных фактов.

Я не могу вспомнить свой. Возможно, что могу проплыть два круга в бассейне под водой, задержав дыхание.

Слабенько. Так слабенько.

— Так ты мой большой поклонник?

Фелисити кивает.

— В основном его из королевской семьи. — Она делает паузу, искоса поглядывая на меня. — Думаешь, что это странно, не так ли?

Да, но не мое дело говорить, что кто-то находит увлекательным или нет. Я коллекционирую старые монеты, и большинство моих друзей думает, что это глупо, так кто я такой, чтобы судить.

— Итак, эм. Мне, наверное, стоит сходить за лестницей, верно?

— Ой! Да, мне так жаль, что я продолжаю болтать! Время — деньги, а я здесь трачу ваше время впустую. — Она хлопает себя ладонью по лбу. — Когда я начну болтать, просто скажи мне, чтобы прекратила. Я голодна, но собираюсь поесть позже, и не хотела перекусывать, так что смогу съесть все сегодня вечером.

Она такая очаровательная, стоит там в своей юбке-карандаш и белой блузке с этими милыми маленькими тапочками.

Продолжение этой шарады может убить меня. Но если когда-либо и было время для разведки, то сейчас у меня есть шанс.

Глава 5

Нет ничего странного в том, что вид мужчины, поднимающего лестницу, заводит меня, не так ли?

Мужчины, которого я только что встретила, в рваных джинсах и потрепанной бейсболке?

Это не может быть то, что он носит на работу регулярно. Предполагаю, что он одет просто, так как сегодня праздник и все такое, его босс Скитер ушел, и здесь никого нет, чтобы сделать ему выговор за повседневный наряд.

Ну что ж, меня это вполне устраивает.

Я следую за Гарри в лифт, скептически разглядывая кнопки на всем пути вниз, беспокоясь, что он не откроется, когда мы доберемся до первого этажа, чтобы добраться до подсобного помещения, потому что машина печально известна тем, что застревает в самые неподходящие моменты.

Я не могу представить себя запертой в лифте на праздники, с совершенно незнакомым человеком.

Так Мэг встретилась с Адамом.

На самом деле, они «встретились» через внутреннюю систему обмена сообщениями компании, но попали в ловушку во время рождественской вечеринки компании по пути в вестибюль, что является самой романтичной историей, которую я когда-либо слышал.

Все же. У меня нет ни еды, ни одеяла, и нет времени, чтобы попасть в ловушку.

Я задерживаю дыхание на протяжении всего спуска, отмечая этажи, пока мы спускаемся, игнорируя горячего мужчину, стоящего по другую сторону небольшого замкнутого пространства, зацикленная на цифрах, светящихся над раздвижными дверьми.

Пятнадцать.

Четырнадцать.

Десять.

Четыре.

Холл.

Динь!

— Ты задержала дыхание? — спрашивает Гарри, когда мы выходим, облегчение во мне ощутимо и мои плечи расслабляются.

— Да. Разве ты не знаешь, сколько людей застряло в этой штуке?

Гарри колеблется, прежде чем ответить.

— Лифты не моя область знаний. Предполагаю, что обычно вызывают лифтовую компанию, чтобы позаботиться об этом.

Я фыркаю.

— Они должны делать свою работу лучше. Кто-то застревает несколько раз в месяц. Теперь я беспокоюсь, и ношу батончики мюсли в своей сумке и бутылку воды на всякий случай.

Плюс маленький фонарик и резервная батарея для моего телефона.

Это не шутка.

Леди никогда не может быть слишком подготовленной…

— Я возьму это на заметку. Нужно позвонить владельцу здания. Похоже, необходимо сделать что-то большее, чем постоянное техническое обслуживание.

О... мужчина, который берет на себя ответственность!

Мне нравится.

Я следую за Гарри, когда он направляется к кладовке, изо всех сил стараясь не смотреть на его задницу, и мне приходит в голову, что нет никакой причины, по которой я должна была сопровождать его в этом предприятии.

Это не мое дело! Почему я не работаю за своим столом? Я же не собираюсь тащить лестницу.

Мое лицо вспыхивает от смущения, но если ему кажется странным, что я следую за ним, он не подает виду — только протягивает мне ключ от шкафа и просит открыть его, пока наклоняется и пьет из питьевого фонтанчика, прикрепленного к стене.

На этот раз я действительно бросаю взгляд на его задницу.

Но только по-быстрому! У меня сегодня вечером свидание с кое-кем другим.

«Плохая Фелисити, плохая! Ты не можешь встречаться с мужчиной, работающим в этой компании. Просто не можешь. Категорически нет».

Плюс: есть Стив.

Стив, Стив, Стив.

Я толкаю дверь в кладовку, и автоматически включается свет, темная комната, заполненная серыми металлическими стеллажами, ведрами, швабрами и запасом бумаги. Веники, скребки. Таблички: «ОСТОРОЖНО, МОКРЫЙ ПОЛ!» Средства для мытья окон и другие разные вещи, которые хранятся здесь на крайний случай.

Держу пари, у них есть еще одна комната в другом месте, с дополнительными столами, стульями, потолочной плиткой, телами…

По крайней мере, последнее, что я увижу, когда умру — это красивое лицо Гарри. А может, и нет.

Внутри пахнет пылью, но есть лестница.

Идеально.

Гарри протискивается мимо меня, чтобы схватить её, и я открываю для него дверь, а затем запираю, когда он выходит.

Отличная командная работа. Я так горжусь нами, хотя теоретически ничего не сделала и мне не нужно быть здесь.

Затащить лестницу в лифт довольно тяжело. Она слишком высокая, чтобы стоять прямо, и едва помещается сбоку. Гарри вынужден держать её всю дорогу обратно на мой этаж, но мне нравиться вид его гибких бицепсов и сильных предплечий.

Эм, да.

— Большое спасибо за то, что помогаешь. Это очень много значит.

— Нет проблем. У меня было время.

Я киваю.

— До тех пор, пока это не доставляло неудобств.

— Вообще никаких. — Он улыбается, обнажая ровные жемчужные зубы, кокетливо подмигивая мне, и я жалею, что у меня нет ничего в руках, чем можно было бы занять их, вместо того, чтобы хотеть провести ими по его мягкой хлопчатобумажной футболке спереди.

«Прекрати, Фелисити. Ты не будешь встречаться с ремонтником! Никакого секса в кладовке, иначе никогда ничего не добьешься!»

Кроме того, Гарри профессионал. Даже если бы я была одинока — что технически так и есть — такой красавчик, не пригласит женщину из бухгалтерии.

Думаю, у него свидания каждый вечер недели.

Его нет ни в каких приложениях для знакомств, это точно. Я бы его увидела, так что, возможно, у него есть отношения. Или жена.

Я опускаю взгляд на его левую руку, на безымянный палец.

Обручального кольца нет. Никакой линии загара.

Как удобно.

Может быть, он просто не носит его, некоторые парни так и делают. Особенно, если он, типа что-то пилит и чинит. Кольцо бы помешало ему, верно?

«Врачи, медсестры и машинисты, тупица. Вот они не носят колец».

Мы возвращаемся в мой кабинет, и через короткое время Гарри устанавливает лестницу под моей лампой, выключает ее, чтобы его не убило током, и поднимается по ступенькам.

Когда его руки поднимаются над головой, а подол футболки задирается, обнажая полоску живота, я пытаюсь отвернуться в другую сторону.

Стараюсь сосредоточиться на снеге, падающем за моим окном, на замерзшем пруду, на...

Этом... эм…

Пупке.

Черт, нет!

Только не это!

Стив, Стив, Стив.

Гарри смотрит на меня сверху вниз.

— Можешь забрать лампу, когда я ее откручу?

— Хм. Эм... — Черт. — Да, конечно.

«Боже мой, вытащи свой разум из сточной канавы. У тебя еще куча работы и свидание, к которому нужно подготовиться. У тебя нет времени на кокетливые мысли о ремонтном чуваке».

Он протягивает мне неисправную лампочку, а я протягиваю ему новую.

Смотрю, как он вставляет, покачивая её, чтобы убедиться, что она надежно закреплена.

— Как выглядит? — спрашивает он.

— Отлично, — говорю я, уставившись на его задницу.

Парень, конечно, меня не видит — его глаза прикованы к лампе. Он в последний раз проверяет её, прежде чем спуститься вниз и щелкнуть выключателем на стене, чтобы загорелся свет.

Комната освещается, как на Четвертое июля, ярко и ровно.

— Ура! — Я хлопаю в ладоши, не в силах остановиться. Он понятия не имеет, какое это облегчение, что огни не мерцают и не вспыхивают, и я могу вернуться к работе без козырька, защищающего мое лицо от стробоскопов.

— Спасибо тебе!

— Без проблем. — Его улыбка вызывает странный трепет в моей груди. — Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо.

С кивком головы, Гарри собирает вещи, складывает лестницу и уходит.

Впервые за несколько недель я работаю, не отвлекаясь ни на что. Это приятно. Отчеты составляются, кролики шевелятся, и над моей головой нет вспышек, вызывающих мигрень.

Гарри — мой спаситель. Нужно было попросить его номер, чтобы в следующий раз, когда это произойдет, я могла написать ему напрямую. Хотя, это было бы слишком опрометчиво, не так ли? Он мог бы подумать, что я заигрываю с ним, когда это не так. Там нет абсолютно никакого влечения.

Ни капельки.

Нет.

Совсем ничего.

Ладно, хорошо, есть какое-то влечение.

Совсем чуть-чуть.

Вы не можете винить девушку за то, что у нее есть глаза, а Гарри горячий технический работник, не боящийся испачкать руки, возможно, лучший в своем роде.

Нет, Фелисити, нет.

Нет, нет, нет.

Я не начну испытывать вожделение к Гарри. У меня сегодня свидание со Стивом.

Стив, Стив, Стив.

Но Гарри…

Гарри, чей низкий баритон — это то, из чего сделаны фильмы «Hallmark». С широкой грудью, ямочкой на подбородке и пятичасовой щетиной. С глубоким, легким смехом.

И считает меня забавной. Плевать, что я болтала о британской королевской семье, как чокнутая.

Гарри высокий, забавный и пахнет мечтой. Ладно, от него пахнет жареным мясом, но думаю, что он, наверное, только что пообедал. Парень не виноват, что лук оказывает на него неблагоприятное воздействие.

Мои гормоны могут не обращать на это внимания.

Хотя... Стив вполне может быть фейком или серийным убийцей, в то время как Гарри, очевидно, реален и был проверен отделом кадров.

«ОСТАНОВИСЬ, Фелисити. Дай Стиву шанс, прежде чем сбежать с корабля и прыгнуть на Гарри.

И прежде чем сделаешь что-либо из этого, закончи этот отчет.

Ты здесь для того, чтобы работать, а не заниматься поиском парня!»

Я поправляю очки на носу и продолжаю сверять цифры, делая свою работу. Удивительно, что освещение без отвлекающих факторов может сделать для моей производительности. Жаль, что обогреватели, похоже, снова отключились.

Наклоняюсь, вложив все свои умственные способности в этот отчет, и тянусь, чтобы открыть нижний ящик своего стола.

Дергаю за ручку. Трясу.

Вздыхаю.

Эта чертова штука всегда застревает!

— Фух, — ворчу я, когда ящик, наконец, подается, хмурясь в него. — Ты в сговоре с автоматом с тампонами в туалете? Клянусь, он так же заедает. Разве это не опасно для здоровья или что-то в этом роде? Наверное, мне стоит еще раз позвонить Скитеру.

Хватаю плед с принтом зебры, который храню в ящике для такого дня, как сегодня, и накидываю на плечи. В моем офисе идеальная температура в летние месяцы, но примерно в это время года обогреватель как будто перестает работать.

Достаточно укутавшись, я делаю быстрый глоток молока.

— М-м-м. — Просто восхитительно.

Хотя, оно уже остыло. Зима будет долгой, если этот офис будет таким морозильником, что напитки в нем будут так быстро остывать, но ладно. Сегодня я решила самую насущную проблему и называю это победой.

— Тук. Тук.

Кстати, о победе…

Гарри, сует свое красивое, улыбающееся лицо в мой кабинет.

— Привет, незнакомец.

«О боже. Я только что сказала это нелепым кокетливым голосом? Серьезно, я так общаюсь со всеми мужчинами или только с горячими, которые меня привлекают?

Почему я не могу быть крутой?»

Если он замечает мою неловкость, то игнорирует это и стоит, ухмыляясь мне сверху вниз, прислонившись к дверному косяку, как делают мужчины, когда хотят быть расслабленными и сексуальными одновременно. Все, чего ему не хватает — это клетчатой фланелевой рубашки, с рукавами, закатанными до локтей, и загара от работы на улице.

Но расслабленный и сексуальный? Он определенно и то, и другое.

— Как работает новая лампочка?

Фантастически.

— Намного проще доделать этот отчет в конце года, когда свет не мигает.

— Хорошо. Сегодня канун Нового года. — На его подбородке появляется ямочка. — Уверен, что у тебя большие планы, которые ты не хочешь пропустить.

Я приподнимаю бровь, глядя на него, и наши взгляды встречаются. Он... выуживает информацию обо мне? Должна ли я сказать, что свободна и одинока? Стив не в счет, мы еще даже не встречались.

И все же чувство вины покалывает у меня в животе, пока правда не выплескивается наружу.

— На самом деле, у меня действительно есть планы. Тем больше причин, по которым я ценю твою помощь. Уверена, что у тебя тоже большие планы на вечер.

Хорошо. Большая часть правды выплескивается наружу.

Гарри кивает.

— Да. Вот уже несколько недель я с нетерпением жду сегодняшнего вечера.

Странный укол ревности обрушивается на меня из ниоткуда. Не сомневаюсь, что у этого супер привлекательного мужчины, возможно, свидание с кем-то столь же привлекательным, потому что это то, что делают красивые люди. Фу. С кем он проводит сегодняшний вечер?

Она красивая?

Она его единственная? Они влюблены друг в друга?

Это мысли, которых у меня не должно быть. Для них нет ни единой причины. Я иду на свидание со Стивом. Меня интересует Стив. Так почему же я чувствую, что между мной и Гарри существует странная связь?

— Ну, не позволяй мне тебя задерживать. Уверена, что тебе нужно торопиться, переодеться и все такое. — Я окидываю взглядом его джинсы и рваную, запачканную потом одежду.

Не то, чтобы я выбросила его из постели, но мужчине нужно принять душ.

Вместо того чтобы уйти, Гарри наклоняет голову и изучает меня в ответ.

— Почему ты укутана, как будто попала в снежную бурю?

Этот вопрос застает меня врасплох.

Для обслуживающего персонала, у которого, вероятно, есть список дел, которые нужно сделать до его горячего свидания, он, несомненно, проявляет интерес к моему благополучию.

— Думаю, обогреватель дует не достаточно сильно, чтобы доставить сюда тепло. В зимние месяцы становится холодно. — Я вздрагиваю. — Вот как кролики оказались здесь.

Я двигаю ногами в его направлении, и его губы кривятся в улыбке. Оттолкнувшись от стены, парень подходит к моему столу и смотрит вверх, — стоя так близко ко мне, что я чувствую его запах, — уперев руки в бедра.

От него пахнет жареной едой и мускусом с легким оттенком пота. Как ни странно, это не неприятный запах. Отчасти мне хочется взобраться на него, как на дерево, и посмотреть, насколько грубыми могут быть эти руки.

«Угомонись, девочка. Помнишь Новогоднего Стива?»

Но Гарри такой милый. И сексуальный. Но в основном милый.

И он здесь, в моем кабинете, в то время как Стив... все еще просто представление о моем идеальном мужчине.

Я вздыхаю. Разве не всегда так бывает? Земля свиданий переживает сильную засуху, и внезапно на нее обрушивается не просто дождь из горячих мужчин, а ливень.

Просто мне повезло.

Любовь случается, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Я почти уверена, что кто-то мудрый однажды сказал мне это, или, может быть, это была бабушка из одного рождественского фильма.

Прежде чем я успеваю подумать дальше, Гарри смотрит на потолочную плитку, издавая звуки «хм» в глубине горла, а затем смотрит на меня сверху вниз, голубые глаза блестят от веселья. Не совсем понимаю, что он находит такого забавного в том, что я замерзаю до смерти, но это так.

— Думаю, что, возможно, только что решил твою проблему с отоплением.

Это меня интересует, и я оживляюсь.

Он указывает на вентиляционное отверстие рядом со стеной.

— Видишь это? Похоже, оно закрыто. Все, что нужно сделать, это повернуть эту вращающуюся головку, чтобы открыть его, и теперь здесь будет тепло.

Я упоминала, что Гарри не только милый, но и явно гений? Где он был всю мою жизнь?! Каждую зиму я отмораживаю здесь свою задницу, и ни разу никто не сказал ни слова о том, что моя чертова вентиляция закрыта!

Я хочу вернуться назад во времени.

— И это все? — У меня, наверное, глаза вылезают из орбит. — Такое простое решение и мой отказ от бритья пропадет даром?

— Хм?

Его лицо морщится при упоминании моей шутки «Без бритья с ноября по март», и я не собираюсь объяснять, что волосы на ногах добавляют еще один слой тепла.

Я отмахиваюсь от него с вынужденным смехом.

— Ничего. Забудь, что я упоминала об этом. Последнее, чего ты, вероятно, хочешь, это неуместные визуальные эффекты о состоянии моих ног.

Вытягиваю одну из них и парень следит за каждым моим движением.

Если я не ошибаюсь, клянусь, ноздри Гарри только что раздулись от желания. Внезапно я вспоминаю о текстовой неразберихе, связанной с яйцами Стива. Очевидно, что есть зуд, который мне нужно почесать, если в наши дни я кажусь такой занудой.

— В любом случае, у тебя есть время починить вентиляционное отверстие, прежде чем уйдешь?

— Просто нужно снова сходить за лестницей. Это займет всего секунду.

Он поворачивается и с важным видом выходит из офиса, моя голова наклоняется, а взгляд следует за движением его задницы, прежде чем я успеваю остановиться.

НЕТ!

Чувство вины снова охватывает меня, и я хватаю свой телефон и пишу сообщение за поддержкой единственному человеку, который может иметь отношение к внутреннему служебному роману — не то, чтобы это то, что происходит, но никогда не помешает раскрыть любой потенциал.

Я: SOS! SOS! Гарри, ремонтник, супер горячий, и я хочу его облизать!

«Тпру. Фелисити, полегче! Мэг подумает, что ты сумасшедшая».

Мэг: Кто?

Я:Я отправилась на поиски Скитера из отдела технического обслуживания и нашла одного из его парней, чтобы помочь мне, и, ГОСПОДИ, он чинит вещи, пахнет мужественно и отвлекает меня, и теперь я в замешательстве.

Мэг: Я никогда не слышала о Гарри. Уверена, что его так зовут?

Я: Абсолютно. Может быть, он новенький. Но кого это волнует? Он супер горячий, и это заставляет меня чувствовать вину, и откуда ты вообще знаешь, как зовут кого-то из техников? Как часто тебе требуется техническое обслуживание?

Мэг: Достаточно справедливо. Но я просто…

Мэг: ...Я не понимаю, в чем проблема. Какой-то новый парень из отдела технического обслуживания чинит вещи… и на него приятно смотреть и нюхать, чем старика Скитера??? Я не вижу, в чем здесь проблема.

Я: ПРОБЛЕМА в том, что у меня сегодня вечером ПЕРВОЕ свидание со Стивом. Стив! И теперь я чувствую себя виноватой за то, что хотела быть свободной сегодня вечером, чтобы переспать с суперсексуальным ремонтником.

Мэг: Итааак... Ты жалуешься, что у тебя две перспективы?

Дождь из мужчин.

Думаю, она не смогла бы увидеть в этом проблему, так как сама больше не одинока. И Мэг все еще хочет, чтобы я играла на поле, а не успокаивалась, ожидая «того единственного».

Я: (драматический вздох) Не могла бы ты просто сказать мне несколько ободряющих слов, чтобы я могла продолжать выполнять работу? Скажи что-нибудь вроде: «по одному мужчине за раз, Фелисити». Один. Мужчина. За. Раз.

Мэг: Извини. Конечно.

Мэг: Хотя… На самом деле, ты никогда не встречались со Стивом, так что он может легко тебя обвести вокруг пальца и на самом деле ты идешь на свидание со старикашкой по имени Мелвин.

Я:Это не помогает. Ты должна была поощрять меня встречаться с Новогодним Стивом, мужчиной, с которым я флиртовала несколько недель. Не демотивируй меня.

Мэг: Ой, прости. Позволь мне попробовать еще раз.

Так-то лучше.

Мэг: Гарри работает в техобслуживании. Наверное, у него в волосах пауки от всей этой паутины в подвале.

Я: У меня в подвале тоже паутина (если понимаешь о чем я), так что на самом деле я не могу судить его за это.

Мэг: Иногда ты ТАКАЯ УЖАСНАЯ!

Я: Эй, в бухгалтерии не все так солнечно и лучезарно, мы не можем все бегать в уродливых праздничных свитерах и колготках Санты и все равно цеплять подходящего холостяка.

Мэг: Мои свитера НЕ УРОДЛИВЫЕ. Возьми свои слова обратно!!!

Я: Прости, прости. Давай вернемся назад и снова поговорим обо мне. Я знаю, это эгоистично, но у меня сегодня свидание, и я испытываю все эти чувства к Гарри…

Мэг: Ты слишком много думаешь об этом. Гарри спрашивал твой номер телефона? Нет. Он пригласил тебя на свидание? Нет. Так что все, что тебе нужно сделать, это пойти куда-нибудь со Стивом сегодня вечером, повеселиться, расслабиться, быть беззаботной. Надеюсь, он заставит тебя смеяться.

Я: Он заставляет меня смеяться в наших сообщениях. Думаю, что я действительно создала это в своей голове, поэтому встреча с Гарри выбила меня из игры.

Мэг: ИГРА??? О, МОЙ БОГ. Прекрати это прямо сейчас, у тебя нет игры. Твой большой шаг — заставить мужчину поменять тебе лампочку, ЧТО, КСТАТИ, ты могла бы сделать сама.

Я: Да, но у меня не было ключа от кладовки, и даже с лестницей я немного коротковата, так что технически у меня бы не вышло…

Мэг: СУТЬ В ТОМ, ЧТОБЫ перестать слишком много думать. Повеселись. И ради всего святого, НЕ забудь рассказать мне об этом утром. Я буду держать телефон рядом с кроватью на случай, если ты совершишь позорную прогулку на рассвете и тебе понадобится моральная поддержка.

Я: Я никогда этого не делала и никогда не сделаю! Никакой прогулки позора!

Мэг: Просто позвони мне утром.

Мэг: И не дай себя убить.

Я хмуро закатываю глаза, бросая телефон на стол. Слишком много думаю? Да, она права, наверное, так и есть — но я ненавижу признавать, когда она права.

Мне нужно сосредоточиться.

Я так близка к завершению, что почти чувствую вкус закусок, которые собираюсь съесть сегодня вечером за ужином.

Так что все, что мне нужно, это отвлечься от мыслей.

Все, что нужно — это отвлечься от Гарри, с которым я едва знакома, и сосредоточить свою энергию на человеке, с которым мечтала встретиться в течение нескольких недель.

Недели!

Мы входили на территорию друзей по переписке — это термин для онлайн-знакомств, означающий, что, когда два человека так долго переписываются, не планируя на самом деле пойти на свидание, вы становитесь друзьями по переписке. Письма туда и обратно, никакого взаимодействия в реальном времени. Никаких видеочатов, никаких телефонных звонков.

Честно говоря, я была в нескольких днях от того, чтобы сказать ему: «Стив, это было замечательно, но, похоже, все, что ты хочешь сделать, это обмениваться сообщениями, а не встречаться лично». И вот пригласил меня быть его парой на Новый год.

Откинувшись на спинку стула, я приятно удивляюсь, когда несколько минут спустя смотрю на часы и вижу, что на самом деле прошел целый час, и я нахожусь на грани завершения всего.

Но почему Гарри так долго не возвращается с этой лестницей?

Как будто мои мысли вызвали его, он появляется по сигналу, неся лестницу, как будто она почти ничего не весит. Боже милостивый, бицепсы снова напрягаются под рукавом его рубашки.

Неужели в этом мужчине все идеально?

Вздох.

— Извини, что так долго, — говорит он с улыбкой, осторожно ставя лестницу на пол и открывая ее. Я откидываюсь на спинку кресла и откатываюсь с его пути. — Отвлекся, ремонтируя аппарат для тампонов в женском туалете — тот, на который я подслушал, ты жаловалась раньше...

Ой.

— Оказывается, кто-то засунул в него жетон на выпивку из казино. Думаю, они надеялись на крупную выплату. — Он смеется над своей банальной шуткой. — К счастью, я не вернул это в кладовку. — Он постукивает по краю лестницы, прежде чем подняться по ней.

А теперь он еще и внимательный? Почему такого человека, как Гарри, нет на LoveSwept? Он, наверное, один из тех отвратительно классных людей, которые предпочитают строить отношения в реальной жизни, а не втягиваться в них онлайн. Мог ли он быть еще более совершенным?

Как бы то ни было, в мгновение ока я чувствую, как теплый воздух плывет по моему столу.

— Святое дерьмо, ты сделал это! — Судя по тому, как я визжу от восторга, можно подумать, что я никогда раньше не чувствовала тепла в помещении, мои волосы мягко развеваются от легкого потока воздуха…

Гарри быстро закрывает вентиляционную крышку и спускается вниз. Щелкает пальцами.

— Легко исправить. Просто помни, что, если летом станет слишком холодно, просто нужно будет позвонить и снова закрыть его. Вот для чего существует техническое обслуживание.

— Как будто так просто связаться с кем-нибудь, — ворчу я.

— В смысле?

— Не важно, — быстро отвечаю я. Не хочу поднимать вопрос о том, сколько времени потребовалось, чтобы это сделать. У этого красавчика нет причин брать вину на себя за недостатки своего босса.

Складываю плед и наклоняюсь, чтобы выдвинуть ящик, но он не сдвигается с места.

Дергаю. Тащу.

Ворча, дергаю во второй раз, на этот раз стул, и я двигаюсь больше, чем он.

В раздражении откидываю голову на спинку, физически истощенная. Мне нужен перерыв.

Позади меня раздается глубокий, сексуальный смешок, заставляющий меня вздрогнуть.

— Мне и это нужно исправить?

— Пожалуйста, — умоляю я, пытаясь скрыть раздражение в своем голосе. Это не его вина, что все офисное здание рушится вокруг меня. Если подумать, может быть, именно поэтому Виктория назначила меня в этот офис. Это не было частью акции — это была расплата за то, что каждый год получала тот дополнительный день отдыха.

Подлая маленькая шалунья.

— Я совсем не против. — Голос Гарри заставляет мои женские части покалывать, но я быстро потираю руки, изображая это так, как будто мое тело приспосабливается к теплому воздуху.

Он бросает взгляд через мое плечо на монитор компьютера, когда я возвращаю свой стул на место, прищелкивая языком.

— Я просто верну эту лестницу и возьму смазку. Похоже, у тебя будет достаточно времени, чтобы сопоставить ссылки и закончить это последнее приобретение.

У меня отвисает челюсть.

— Ты знаешь о приобретениях и отчетности?

Он одаривает меня такой сексуальной улыбкой, которую, я никогда не видела. Стиву лучше бы сегодня вечером сыграть в свою игру «Очарование», потому что ремонтник-Гарри, делает чертовски хорошую работу, заставляя меня забыть о нем.

— Я много чего знаю о многих вещах.

Да? Расскажи мне еще…

— Тогда почему работаешь в сфере технического обслуживания? — Я знаю, что вопрос звучит грубо, но мне искренне любопытно.

Он делает короткую паузу, взвешивая свой тщательно сформулированный ответ.

— Я просто хочу убедиться, что здесь все идет гладко.

Наклоняю голову, переваривая его слова, но затем будильник на моем телефоне звонит, напоминая мне, что у меня осталось два часа до того, как я должна буду уйти отсюда, или опоздаю. Повернувшись обратно к компьютеру, я возвращаюсь к своему столу.

— Что ж, спасибо. Я так ценю это.

Гарри отвечает кивком и снова легко поднимает лестницу.

— По правде говоря, мне было приятно, Фелисити.

Огонь в его глазах, прежде чем парень поворачивается и уходит, заставляет меня чувствовать жар. Везде.

Впервые с тех пор, как здесь работаю, я ловлю себя на том, что обмахиваю лицо, чтобы остыть зимой. И я должна поблагодарить за это Гарри. Во многих смыслах.

Глава 6

Вот, что я узнал о Фелисити с тех пор, как познакомился с ней в приложении для знакомств LoveSwept:

Она ищет что-то долгосрочное;

Есть два старших брата;

Родители все еще женаты;

Ее лучшая подруга работает в той же компании, которая, как я теперь знаю, принадлежит мне, поэтому мне интересно, кто бы это мог быть;

Она обожает киоски с хот-догами и еду на ярмарках;

Зеленые глаза. Каштановые волосы. Яркая улыбка.

С тех пор, как она нашла меня у лифта, думая, что я ремонтник, и потащила в свой офис, чтобы починить лампы, я узнал о Фелисити еще кое-что:

Она миниатюрная и похожа на фею;

У нее тапочки с кроликами и кокетливый смех;

Ее голос заводит меня;

Ее волосы глянцевые как атлас, и мне хочется запустить в них пальцы;

Она хранит на своем столе фотографии своей поездки в Лондон, кошки Фискерс и маленькую карту мира, на которой написано: «Не все, кто блуждает, потеряны»;

От нее пахнет клубникой и свежестью.

Я становлюсь поэтичным, когда возвращаюсь в свой офис, который, к настоящему времени, превратился в настоящую пустошь. Сейчас ранний полдень, и я сильно отстаю от графика, половина того, что мне нужно было сделать, все еще не завершена.

Стрижка.

Бритье.

Душ.

Плюс, несмотря на то, что Стив сказал Фелисити, я все еще не забронировал столик на сегодняшний вечер и стону, зная, что найти что-то в этот час будет почти невозможно, несмотря на мои связи.

Просить об одолжении было бы дерьмово на данном этапе, даже для такой девушки, как Фелисити.

Я плюхаюсь в свое рабочее кресло, давая себе всего несколько минут передышки, посылая сообщение своему стилисту о том, что я опаздываю.

Он не возражает, и я вздыхаю.

Включив компьютер, набираю: «Варианты свиданий в последнюю минуту для праздника» в строке поиска и нажимаю «ВВОД».

Всплывают списки, и я нажимаю на первую ссылку — подробный каталог идей для свиданий, начинающийся с «заказать доставку и устроить пикник при свечах в помещении».

Нет, слишком интимно.

Найти праздничные уличные огни?

Нет, слишком холодно.

Танцы? Это могло бы сработать, но я уже сто лет не был в ночном клубе — что, если я найду его, и это будет отстой?

Катание на коньках в парке? Нет.

Плетение венков? Точно, нет.

Поездка в экипаже, пение гимнов, поход в книжный магазин и выбор книги друг для друга? Какого хрена?

Похоже я облажался.

— Слышала, ты шнырял здесь по офису. — Скрипучий голос с порога пугает меня до чертиков, и я подпрыгиваю на кресле, поворачиваясь всем телом, чтобы увидеть некого иного, как Шейлу, с ее седыми волосами и глазами-бусинками, оценивающими меня.

— Привет. Да, я хотел заглянуть сегодня в последний раз перед выходными.

— И решил надеть это?

Моя бровь взлетает вверх.

— Не сдерживайся, Шейла, скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь.

— Ты ведь все еще одинок? — спрашивает она, двигаясь вперед, как будто только что не оскорбила мой гардероб. — Ты никогда не найдешь хорошую женщину, одетый как трубочист.

Иисус.

— Во-первых, ты прекрасно знаешь, что я не одеваюсь так каждый день. А во-вторых, здесь почти никого больше нет.

Всех из офиса, как ветром сдуло. Мне, вероятно, нужно проверить справочник нашей компании, потому что я мог бы поклясться, что сегодня был официальный рабочий день. Теперь я уже не так уверен.

Ее губы поджимаются.

— Это верно. Вы, дети, и ваша трудовая этика в наши дни уже не те, что раньше. В мое время нам бы никогда не сошло с рук полдня гулять и поедать рогалики, — говорит она громким голосом. Ее ястребиный пристальный взгляд направлен на Даррена Пауэлла, когда он в ужасе пробегает мимо с рогаликом в одной руке и кофе в другой.

Я закатываю глаза.

— Не могла бы ты, пожалуйста, перестать пугать людей?

— Это не весело. — Она не заходит в кабинет, чтобы присесть, но и не уходит. — Сегодня мне здесь больше нечего делать, и если я отправлюсь домой, то буду бездельничать, пока не придет время готовиться к моему свиданию.

— О, да?

— Дуайт ведет меня в Скай-бар.

Скай-бар? Какого черта, даже я не могу попасть в это место! Я тихо присвистнул, впечатленный.

— Черт возьми, Шейла, там невозможно найти столик. — Интересно, согласится ли она продать мне свою бронь и сколько потребует за это Дуайт.

— Племянник Дуайта, Кевин — су-шеф.

Мои брови снова приподнимаются. Серьезно, какого хрена?

— А как насчет тебя? — спрашивает она, как всегда суя свой нос в мои дела. — В какое новое смехотворно нелепое место отправишься сегодня вечером?

Обычно я бы ей не сказал, потому что последнее, что мне нужно — это сплетни, распускаемые пожилой секретаршей, но в данном случае — что в этом плохого? Кроме того, мне бы не помешал совет, учитывая, что я в затруднительном положении.

Отсутствие бронирований означает отсутствие свидания.

Давайте добавим тот факт, что я сейчас живу во лжи, вынужденный сообщать новости своей спутнице, которая отреагирует одним из двух способов:

Почувствует себя преданной;

Посмеется над этим, и повеселиться остаток ночи.

Я бы поставил деньги на то, что Фелисити отнесется к этому беззаботно. Из того, что я видел до сих пор, эта женщина — оптимистичная, полная сексуальной жизнерадостности.

В праздничном настроении, вероятнее всего.

— Куда ты идешь сегодня вечером со своей парой? — хочет знать Шейла, устраиваясь у двери и ожидая.

— Ну, знаешь ли, в этом-то и проблема... — начинаю я. — Я был так чертовски занят, разгребая дела, чтобы пережить каникулы и убедиться, что все здесь будет в порядке, поэтому...

Я позволяю своему голосу затихнуть и надеюсь, что она сможет самостоятельно соединить точки, заполнить пробел, ворваться и решить мою дилемму, потому что Шейла — это решала.

Я жду.

Вот только она молчит.

— И?

— Это твоя проблема, — фыркает она. — Я устала от вас, мужчин, которые ждут до последней минуты, чтобы все спланировать, потому что не сделали свою леди приоритетом.

— Но это не так! — Ладно, возможно, все именно так — но я ведь не встречал Фелисити раньше. Как, черт возьми, я должен был знать, что она будет такой чертовски удивительной, великолепной и совершенной?

Она как рождественский подарок, который продолжают дарить.

— Шейла, пожалуйста, помоги мне.

Старая кошелка, отрицательно качает головой.

— Я умоляю.

Ее нос задирается вверх.

— Это не мольба, это вымогательство.

Хорошая мысль.

— Что, если я дам вам с Дуайтом билеты на каждый бейсбольный матч в следующем сезоне? Ему нравится бейсбол?

Она фыркает.

— Чем он вообще занимается? — спрашиваю я, не задумываясь.

— Он владеет химчисткой, и когда люди не забирают вещи, он сказал, что позволит мне разобраться с ними. — Подбородок приподнимается выше. — Мы говорим о моделировании одежды, — надменно подчеркивает она.

— Так значит, это означает, что он любит бейсбол, или нет...

— Это значит, что он может позволить себе купить собственные билеты. — Секретарша делает паузу. — Если только это не VIP-ложа.

Боже мой, да это вымогательство!

— Как насчет недельного оплачиваемого отпуска? — пытаюсь подкупить ее с другой стороны.

— Я беру отпуск, когда захочу.

Точно — она приходит и уходит, когда ей заблагорассудится, зная, что ее не уволят, и у меня такое чувство, что деньги для нее не проблема. Должно быть, мой дедушка назначил ей пособие до того, как скончался. Этой женщине явно насрать на жалкую зарплату, которую я ей плачу.

Делаю глубокий вдох.

— Шейла, ты работаешь в этой компании более тридцати лет и видела, как я рос, и теперь ты видишь, что моя личная жизнь — полный бардак.

Она кивает.

— Я очень мало рассказываю о своей личной жизни, но скажу следующее: я встретил кое-кого невероятного, и, если не вытащу свидание из своей задницы на сегодняшний вечер, дерьмо попадет в вентилятор, и она будет ненавидеть меня вечно.

Я опускаю ту часть, где представился Фелисити фальшивым именем, притворился, что не знаю ее, когда мы встретились, притворился ремонтником и сказал, что распланировал наше свидание

Идеальное.

Романтическое свидание под Новый год.

Вот только Фелисити точно не поцелует меня, когда шар опуститься, — если Шейла не поможет мне исправить ситуацию, — а будет бить меня по лицу.

Не то, чтобы она казалась склонной к насилию.

— Знаешь, что было бы здорово, — наконец говорит Шейла. — Ты когда-нибудь видел тот фильм, где маленький ребенок играет сваху для своего отца?

Я смотрю на нее, ничего не понимая.

— Ребенок звонит в радио-шоу о том, что его отец одинок и как он хочет, чтобы он с кем-то познакомился?

Секретарша теперь смотрит на меня с отвращением, потому что я понятия не имею, о каком фильме она говорит.

— В любом случае, ребенок заканчивает тем, что пишет письмо женщине по имени Энни и просит её встретиться с отцом на вершине Эмпайр-стейт-билдинг в День Святого Валентина. — Она делает паузу. — Или что-то в этом роде, я не помню точно, прошли годы.

— Итак... ты хочешь, чтобы я встретился со своей дамой на вершине Эмпайр-стейт-билдинг в нескольких штатах отсюда? — Мои глаза практически вылезают из орбит. Шейла сошла с ума?

— Нет, ты, болван — на самом верху этого здания. — Она улыбается, пораженная воспоминанием. — Однажды у меня было свидание с пикником наверху, но это были 90-е годы, когда мужчины прилагали больше усилий, чтобы ухаживать за девушкой. Конечно, он хотел лишь залезть ко мне в штаны, но это была ночь, которую я никогда не забуду. Как Роза из «Титаника».

Господи, мне не нужно было напоминать, что Шейла, вероятно, все еще спит с мужчинами, и мне не нужно было знать, что наш внутренний дворик на крыше был осквернен, когда я играл там в прятки с детьми некоторых членов правления. Если раньше мне требовался душ, сейчас я чувствую необходимость тщательно мыться не один раз. Кто знает, чего эти руки коснулись там, наверху.

— Ты же знаешь, что Джек поместился бы на этом плоту? — Я не могу не указать на очевидное, к ее большому огорчению. — Он не должен был умирать.

Ее это не забавляет.

— Тебе нужна моя помощь или нет?

— Да.

— Тогда возьми трубку и позвони Тимми Уэллсу. Он прикрывает Скитера, когда этот старый козел забывает явиться на работу, и я почти уверена, что видела его на десятом этаже раньше, когда спускалась за пончиком.

— Ты когда-нибудь сидишь за своим столом?

— Редко. — Она бросает взгляд на мой телефон.

— И что мне ему сказать?

— Скажи ему, что тебе нужна услуга, и что ты заплатишь ему наличными, чтобы он остался вечером и открыл крышу, поставил стол и два стула снаружи, вытащил несколько растений в горшках из вестибюля на пятнадцатом и дерево в горшке с одиннадцатого. Бонус, если он сможет найти гирлянды и несколько обогревателей.

У меня отвисает челюсть. Господи, как будто она делала это раньше.

— Что-нибудь еще?

— Это должно сработать. — Я двигаюсь недостаточно быстро, и она нетерпеливо машет рукой в воздухе, чтобы поторопить меня. — И мы набираем... и мы набираем...

Вау. Она хуже медоеда и в два раза страшнее. Интересно, что бы случилось, если бы я не следовал ее указаниям?

Набираю номер Тимми Уэллса из справочника и звоню ему, а не пишу смс. Он сразу же берет трубку.

— Да?

— Привет, эм... Тимми. — Почему так странно называть взрослого мужчину Тимми? — Это Харрисон МакГиннис, с двадцать восьмого этажа...

— Мой босс, Харрисон МакГиннис? — перебивает он.

— Он самый, — неловко соглашаюсь я. — Послушай, Тим... ми. У меня есть к тебе просьба, и я надеюсь, что ты сможешь оказать мне услугу.

Шейла ободряюще поднимает вверх большой палец.

— Я серьезно ненавижу просить тебя об этом, особенно в твой выходной, но я готов заплатить за твое время и усилия.

На линии тишина. Затем:

— Я слушаю.

— Мне нужен кто-то, кто сможет дать мне доступ на крышу сегодня вечером для свидания с девушкой, на которую хочу произвести впечатление. И мне нужно кое-что для этого, и надежный человек, который поможет мне.

Я:Обратный отсчет пять часов до полуночи.

Фелисити: Это также означает, что до свидания осталось пять часов?

Я: Если моя математика верна, то всего четыре с половиной…

Фелисити: Эй, я здесь разбираюсь в цифрах…

Я: Хорошо, хорошо. Кстати говоря, как прошел остаток твоего дня? Ты уже закончила?

Фелисити: ДА!!! **верчусь в кресле за столом ** Покончено с моими отчетами и, наконец, могу освободиться от этого стола! Я собираюсь все закрыть и наведаться в этот киоск с хот-догами.

Я: Отличная новость! Значит, был хороший день?

Я закатываю глаза, потому что уже знаю ответ на этот вопрос, и, спрашивая, продолжаю увековечивать ложь. Но я также выпытываю у нее информацию о себе, задаваясь вопросом, расскажет ли она о Гарри, учитывая, что в обоих направлениях определенно летели искры.

О, она хорошо это скрывала, но они были там.

Фелисити: Мне сегодня повезло, появился ремонтник и помог мне разобраться с несколькими вещами.

При упоминании обо мне я оживляюсь.

Я: О, да? И что же он такого сделал??

«Слишком много вопросительных знаков, чувак».

Я удаляю один, отправляю и начинаю новое сообщение.

Я: ИЛИ ОНА — прости.

Фелисити: Лол, это был мужчина. И у меня была эта ужасная ситуация со светом над моим столом, и он не просто спас мой день, он спас весь мой год. Буквально.

Я: ЛОЛ, весь твой год?!

Фелисити: Да! Потому что я бы покончила с этим отчетом несколько недель назад, если бы не этот свет. Как только он появился и починил лампу, я сразу же принялась за работу. И у меня прекрасное настроение.

Она имеет в виду, что ГАРРИ поднял ей настроение.

Я хмурюсь, читая между строк, странно ревнуя, потому что я и есть ГАРРИ.

ГАРРИ — ЭТО Я.

Я: Ты сказала, что он помог с несколькими вещами. Что еще?

Фелисити: Ну... он починил ящик в моем столе, открыл вентиляционное отверстие обогревателя в потолке и отремонтировал торговый автомат в женском туалете, на который я жаловалась. ЛОЛОЛ.

Я: У вас в туалетах есть торговые автоматы?

Фелисити: Это был мой вежливый способ сказать «Автомат для тампонов».

Я: Ого! Похоже, он искал вещи, которые можно было бы починить, чтобы околачиваться поблизости…

Ей требуется несколько минут, чтобы ответить, и я предполагаю, что она ищет правильный ответ.

Фелисити: Я не могу говорить за него, но, возможно, он задержался немного дольше, чем следовало. Он не вел себя странно или что-то в этом роде, если ты беспокоишься.

Странность — это наименьшая из моих забот, потому что я знаю, что у тебя была химия с этим парнем.

То есть со мной.

Я: Ты красивая женщина, уверен, что он ничего не мог с собой поделать.

Фелисити: Хм, может быть. Но сомневаюсь в этом.

Я: Итак, перейдем к главному, чтобы ты могла быстрее вернуться домой. У меня есть для нас время и место. Готова?

Фелисити: Отдайся мне.

Мои яйца сжимаются, разум автоматически переключается на секс, сиськи и ее волосы в моей ладони.

Я: Знаешь, где находится здание «Агентство МакГинниса» на Даунер-авеню?

Фелисити: Эм… Я очень хорошо знаю это здание, а что?

Значит, она не готова сказать мне, где работает? Ладно, я понял. Справедливо.

Я: В одиннадцать часов в вестибюле будет ждать мужчина, и он отведет тебя на крышу…

Горячая вода обрушивается на меня, когда я включаю обогрев своего шестиструйного душа. Я готов к оставшейся части вечера — благодаря Бога за Шейлу (из всех людей) и восклицая «аллилуйя», что у меня есть реальный план на сегодняшний вечер.

Как только я, наконец, заставил Шейлу увидеть проблему с установкой секс-качелей на крыше в декабре, не говоря уже о первом свидании с виртуальным незнакомцем, дела пошли полным ходом, и наши идеи превратились в снежный ком, который, надеюсь, станет самой романтичной первой встречей, которую когда-либо испытывала Фелисити.

В этот самый момент Тимми создает красивую зимнюю тематическую обстановку, с любимыми закусками Фелисити, дополненными, благодаря связям Шейлы, тканевыми салфетками и центральным элементом, полным ее любимых зимних камелий в различных оттенках розового и красного.

Хотя мне, вероятно, следовало с самого начала признаться Фелисити в том, кто я такой, но преимущество работы под прикрытием в ее офисе — мысленные заметки обо всех ее предпочтениях. Без ее ведома я проводил разведку ее личного пространства.

Заставка компьютера? На нем тот же цветок, что и на кружке — чертовски очевидно, что девушка любит зимний цветок. Также помогает то, что моя мама заставляла меня работать в цветочном магазине моей тети каждое лето в старших классах школы. Иначе я, наверное, не узнал бы их.

Один быстрый звонок тете, и я скупил весь ее запас зимний камелий, а также некоторых из ее местных коллег, но за правильную цену это, похоже, не доставило им никаких неудобств.

Чем больше, тем лучше.

По крайней мере, в этом мы с Шейлой были согласны.

Все это слащаво? Может быть.

Чересчур? Возможно.

Ей это понравится?

Абсолютно.

И, надеюсь, этот вид компенсирует ложь, которую я должен буду разоблачить, что я — это я, а не Стив.

Если все пойдет по плану, то у нас будет прекрасный обзор на шар, когда в полночь он опустится.

Я быстро дрочу в душе, надеясь избавиться от затянувшегося напряжения в теле и, возможно, удержаться от возбуждения, если Фелисити появится в платье на тонких бретелях. Обожаю женские плечи, но разгуливать со стояком в штанах, наверное, не самое лучшее первое впечатление, которое можно произвести.

Мне нужно кое в чем признаться, прежде чем пытаться перейти на следующий уровень.

Возможно, во мне и бушуют гормоны, как и у любого другого парня, но я точно не маньяк.

Выключив воду и завернувшись в пушистое полотенце (нет причин экономить, когда дело доходит до комфорта в ванной), планирую тщательно побриться. Но как только я подношу электробритву к щеке, мой телефон звонит, и мое сердце сжимается.

«Боже, не позволяй Фелисити отменить свидание, пожалуйста, не позволяй Фелисити все отменить, пожалуйста, только не это…»

Мне повезет, если она бросит Стива ради Гарри.

Мои плечи опускаются с облегчением, когда я вижу, что это сообщение от Адама.

Адам: Привет, чувак. Хотел сообщить тебе последние новости. Мануэль Гомес выбыл до конца сезона. Разрыв вращающей мышцы плеча, но он должен быть в строю, чтобы продолжить переговоры о контракте.

Я: Увернулся от пули.

Адам: Кроме того, Мэг хочет знать, спланировано ли твое свидание?

Я: Чувак. Тебе обязательно делиться с ней этим дерьмом? Я ее босс. Я бы предпочел, чтобы она не распространяла офисные сплетни.

Адам: Я все рассказываю своей женщине. И ты едва ли ее босс. Я больше ее босс, чем ты.

Качаю головой. Мне действительно нужно обсудить с отделом кадров эту политику служебных связей. После того, как стану дедушкой, конечно. Ха-ха.

Я: И ты едва ли ее мужчина. Две недели не в счет. А теперь оставь меня в покое. Я готовлюсь к своему свиданию.

Адам: Значит, это «да»? Свидание состоится?..

Я: Да, придурок. Романтическое свидание на крыше и все такое.

Адам: На крыше? НА НАШЕЙ крыше? Ты знаешь, я как-то нашел там кляп с именем Шейлы, выгравированным на кожаном ремешке.

Издаю рвотный звук, который никто, кроме меня, не может услышать, потому что сегодня я слишком много узнал о сексуальной жизни Шейлы. Я не могу стереть из памяти то, что слышал.

Я:Спасибо за то, что дал мне возможность отбелить свой мозг.

Адам: Просто выполняю свою часть работы. Обязательно проведи дезинфекцию, прежде чем устроите новогодние шалости.

Я: Так. С меня хватит. Увидимся в следующем году.

Бросаю телефон и снова смотрю на него, когда раздается сигнал с входящим сообщением. Это просто смеющийся смайлик от Адама, поэтому я отказываюсь отвечать. Хорошо, что мы друзья, иначе я бы давно уволил его за то, что он сообщил об этом кляпе.

Черт возьми, я все еще могу это сделать.

Это послужило бы ублюдку уроком, хранить подобную пикантную информацию при себе, и я задаюсь вопросом, следует ли установить камеры наверху. Похоже, я не единственный, кто использует крышу во внерабочих целях.

Я смотрю на себя в затуманенное зеркало, наблюдая, как вода стекает по моему лицу с волос, и выпрямляю плечи.

Ничего не сработает, если я буду волноваться из-за реакции Фелисити. Я должен быть уверен, что знаю ее достаточно хорошо, чтобы она не бросила меня, когда увидит.

Представляю, какая будет неудобная рабочая обстановка, особенно теперь, когда замешана Шейла, Адам сплетничает, и Мэг, вероятно, в курсе.

Просто разошлите всем сообщение в понедельник, черт возьми. Дайте всем сенсацию сразу, почему бы и нет?

Застонав, я убираю с лица выбившиеся волосы, вытирая их. Вот почему я не должен был впускать эту старую зануду Шейлу в свои дела. Теперь она собирается заявить о своих правах на мои отношения, иметь свое мнение и все такое.

С другой стороны, она координирует все это, и, если бы не она, не было бы свидания, к которому нужно было бы готовиться.

Первое свидание, на которое я опоздаю, если не потороплюсь.

Вытираю лицо и направляюсь к своему шкафу, где беру свой лучший черный костюм и белую рубашку. Пришло время выложиться по полной. Это женщина моей мечты, и я отказываюсь позволить всему этому превратиться в пылающую кучу новогодних какашек.

Глава 7

Я тщательно приняла душ и вымыла волосы.

Сделала уход в своих нижних областях.

На самом деле, я настолько ухожена, что мне пришлось нарушить свое добровольное правило «Не бриться все зимние месяцы» на случай, если решу начать новый год с небольшого действия — если вы понимаете о чем я.

И все же я не так уж рад быть здесь…

Насколько это ужасно? Вечер, которого я с нетерпением ждала больше недели — с того момента, когда Стив наконец набрался смелости попросить о встрече со мной.

Вздыхая, пока жду, когда откроются двери лифта, я молча проклинаю Гарри за то, что он высасывает из меня предвкушение удовольствия, как вакуум, даже не потрудившись спросить мой номер телефона.

Не была ли я слишком откровенна с ним? Была недостаточно дерзка? Я делала все возможное, когда он бегал по моему кабинету, чиня вещи, чтобы оставаться профессионалом. Изо всех сил старалась не намекать на свое влечение и в итоге ничего не смогла получить, кроме безразличного отношения ко встрече, которая должна была стать самой захватывающей в моей жизни!

Будь проклят Скитер за то, что оставил меня с самым горячим мужчиной, которого я когда-либо встречала, и отвлек меня от сегодняшней цели: встречи с мужчиной моей мечты.

По крайней мере, я выгляжу сексуально.

Мое отражение в дверях лифта может быть слегка искажено, но в платье, которое я выбрала для сегодняшнего вечера, мою фигуру не скроешь. Оно может быть с длинным рукавом и высоким воротом, но это короткое облегающее платье, которое обнимает меня во всех нужных местах.

И я действительно имею в виду их ВСЕХ.

Хмм. На самом деле…

Я поворачиваюсь боком, и изображение искажается ровно настолько, чтобы мои сиськи стали еще больше, а талия меньше. Классная задница. Отличные ноги.

Чертова девчонка! Заполучи его!

Я серьезно подумываю о том, чтобы сфотографировать свое потрясающее отражение, когда лифт звенит, заставляя меня подпрыгнуть. Выхожу и сажусь в машину, которая отвезет меня в мою оставшуюся жизнь.

Вау. Мэг была права. Я очень театральна.

«Сосредоточься, Фелисити.»

Стив.

Не Гарри, с которым я хотела бы быть здесь.

Хотя Стив, которого я сейчас желаю, может оказаться неудачником, я смогу пойти домой, надеть пижаму и вытащить свой вибратор, пока прекрасное лицо Гарри все еще свежо в моей памяти.

Я нажимаю кнопку верхнего этажа, выходящего на крышу, и благодарю Бога, что этот лифт может подняться до самого верха. Что приводит к одной вещи, которая беспокоила меня весь вечер — почему здесь? Из всех крыш в городе, из всех зданий, почему Стив выбрал место, где я работаю, в качестве места нашей первой встречи и как, черт возьми, он это согласовал?

Внезапно я чувствую, как моя интуиция подсказывает мне, что с ним что-то не так. Я не улавливаю флюидов сталкера, но также не могу понять, что это может быть за неприятное чувство. Думаю, я скоро узнаю, нравится мне это или нет.

Или... меня вот-вот убьют.

Может пойти по любому сценарию.

Я роюсь в своей сумочке.

«Черт возьми, где мой газовый баллончик?»

Лифт звенит, как только я добираюсь до самого верха — места, где я никогда не была — и, признаюсь, удивлена, что по пути наверх не было ни толчков, ни рывков, ни стонов.

Держу пари, Гарри позаботился о том, что бы его исправить. Он просто чертовски эффективен.

И добрый.

И сексуальный.

И пахнет как мужчина, и может делать все мужественные вещи, например, чинить вещи.

Дерьмо. Стив в пятидесяти футах от меня, а я мечтаю о ком-то другом! Неудивительно, что я так долго ни с кем не встречалась. Я в полном дерьме!

Двери открываются, открывая ярко освещенный вестибюль и пожилого мужчину в униформе, ожидающего меня, чтобы поприветствовать. Он высокий, но сутулый, морщинистое лицо обветрено с возрастом.

Я стону.

Если Мэг была права, и меня развели, я буду очень-очень зла.

— Ты… Стив? — спрашиваю я, пытаясь убрать яд из своего голоса на тот случай, если ошибаюсь.

Старик ухмыляется, без сомнения наслаждаясь моим замешательством и находя все это забавным. Это хороший знак, верно?

Мы сможем посмеяться над этим, когда я уйду, поджав хвост.

— Нет, мэм. Меня зовут Фриц, я работаю на вашего кавалера. Могу я взять вашу накидку и клатч?

Этот человек работает на Стива? Типа, он дворецкий?

Вау. Стив сделал все возможное, чтобы произвести на меня впечатление, привезя своих сотрудников сюда в праздничный день.

— Думаю, что мне это может понадобиться. Сегодня на улице холодно. — И на крыше будет в двадцать раз хуже, чем на земле тридцатью этажами ниже.

— Будьте уверены, мэм, наверху полно обогревателей. Там тепло и уютно, поверьте мне. — Он гордо выпрямляется.

— Ох. — Я опускаю взгляд и понимаю, что платье действительно выглядит потрясающе без накидки. Даже если мне она понадобится позже, желание произвести первое впечатление берет верх, и я передаю доброму джентльмену свои вещи. — Что ж, в таком случае, спасибо.

— Вы готовы? — спрашивает Фриц, и я ошибаюсь, или у него блестят глаза?

Нет, не ошибаюсь.

— Да, спасибо. Показывайте дорогу.

Фриц предлагает мне свой локоть, и я просовываю руку. Когда он открывает дверь, мое дыхание прерывается, и я наслаждаюсь красотой открывшегося передо мной зрелища.

Зимние камелии покрывают почти каждый квадратный дюйм пространства, их аромат сильнее, чем я когда-либо ожидала. Красные, розовые и белые цветы создают навес от внешнего мира. Крошечные белые мерцающие огоньки пробиваются сквозь решетки, заставляя все вокруг сиять.

Мерцать. Светиться.

В центре всего этого стоит столик на двоих, украшенный великолепным центральным элементом с большим количеством моих любимых цветов среди плавающих чайных свечей. Белая скатерть, а сервировка сверкает.

И свечи, повсюду свечи.

Ошеломляюще.

И Фриц был прав. Я не вижу обогревателей, вероятно, спрятанных за всеми цветами, температура приятная.

Я не замерзну.

Немного неохотно, я должна признать — если Стив так производит впечатление на девушку, то я попалась. Обстановка впечатляющая и удивительная.

Из тени в углу выходит мужчина.

Мужчина, которого я... узнаю.

Мужчина, о котором я думала, поднимаясь на лифте на эту самую крышу.

Мои глаза, черт возьми, чуть не вылезают из орбит, ресницы трепещут.

— Гарри?

Мое сердце ускоряется, пока мозг прокручивает все сценарии. Он помог это устроить? Он знает Стива? Неужели мой кавалер нанял его подавать ужин, потому что Гарри работает в этом здании? Гарри — это фейк? Это Стив?

Этого не может быть. Неужели я застряла на чертовой крыше с мужчиной, с которым должна встретиться, и с мужчиной, которого вожделела последние несколько часов?

Вопросы крутятся у меня в голове, желудок скручивается в узел.

Меня тошнит, но Фриц забрал мою сумку, а я отказываюсь портить эти туфли.

— Привет, Фелисити.

Чем больше я смотрю на него, тем больше понимаю, что он одет не так, как обслуживающий персонал. На самом деле, он одет совсем не как ремонтник.

Я делаю несколько шагов вперед.

— Что ты здесь делаешь?

Он приглаживает рукой галстук, и я клянусь, что он делает долгий, успокаивающий вдох, прежде чем сказать:

— У нас свидание.

Я смотрю на него, пытаясь разобраться в ситуации.

— Нет. У меня свидание со Стивом. Ты — не он.

Он делает шаг вперед, останавливаясь прямо передо мной, и выдыхает. Мужчина так хорошо пахнет. Лучше, чем днем. И даже на моих трехдюймовых каблуках мне приходится смотреть на него снизу вверх.

Он такой высокий и властный.

Обморок.

— Фелисити, я… Стив.

Естественно, моя голова слегка покачивается.

— Нет. Ты Гарри.

— Верно.

Так он согласен со мной, после того как только что сказал мне, что его зовут Стив?

— Типа, как будто у тебя два имени?

— Да. Мое полное имя Харрисон...

Гарри…

— Стивен...

Стив…

— МакГиннис.

МакГин…

— Подожди… ЧТО??? — Сейчас я практически кричу. — Ты...

Мой мозг работает сверхурочно, соединяя точки: сегодня он был на моем этаже, потому что работал. У него были ключи от всех офисов и шкафов, потому что это его компания. Он назначил нам свидание на крыше здания, потому что ОНО принадлежит ЕМУ.

— Ты Харрисон МакГиннис. Мистер МакГиннис. Мой босс, — выдыхаю я, обвиняюще тыча в него пальцем.

Он мотает головой из стороны в сторону.

— Технически, Виктория — твой босс. Я просто ее босс.

О, теперь он будет умничать по этому поводу?

— Одно и то же. — Я меряю шагами небольшое пространство, стараясь не задыхаться, все волнение и предвкушение, которые у меня были, шипят, как шампанское в бокалах. — Ты... ты… Почему ты сказал мне, что тебя зовут Гарри?

Он пожимает плечами, как будто в этом нет ничего особенного. Напротив, мистер. Это огромное дело.

— Меня зовут Гарри. Сокращенно от… Харрисон.

— Но я попросила тебя починить мой свет и обогреватель и... боже мой, ты починил автомат для тампонов!

Вот и все. Мне нужно найти другую работу. Забыть о стаже. Забыть про отгул. Я официально унижена, и мне нужно собрать свои вещи и немедленно переехать через всю страну.

— Я починил автомат для тампонов, потому что его нужно было починить. И я... Ты в порядке, Фелисити?

Я обмахиваюсь руками, тяжело дыша. Почему я не могу перевести дух?

— Здесь что, жарко?

— Нет, на самом деле здесь прохладно. — В его глазах вспыхивает беспокойство, и он тут же оказывается рядом со мной. — Давай, садись. — Усадив меня в самое удобное в мире кресло из-за дополнительной пушистой подушки на сиденье, он протягивает мне стакан воды. — Выпей это.

Я делаю, как он велит. Прохладная жидкость, скользящая по моему горлу, подтверждает, насколько горяча остальная часть меня. Закрыв глаза, я делаю несколько глубоких, успокаивающих вдохов, концентрируясь на том, как хорошо пахнет Гарри. И, о боже, это действительно так. Я могла бы съесть его целиком. После того, как съем этот ужин, конечно, потому что я видела эмпанаду?

Наконец, почувствовав, что снова взяла себя в руки, я медленно открываю глаза и вижу, что Гарри смотрит на меня с беспокойством, написанным на его прекрасном лице.

— Лучше? — нежно спрашивает он, забирая стакан у меня из рук и ставя его на стол.

— Большое спасибо.

Я снова оглядываю крышу и замечаю все мелкие детали — тысячи моих любимых цветов, графин с шоколадным молоком на столе, прямой вид на Новогодний шар. Гарри, Харрисон... Мистер МакГиннис, приложил столько усилий ради меня.

— Я не понимаю, что происходит.

Он кивает один раз и встает, направляясь к креслу напротив.

— Это довольно долгая история. Может быть, мы поедим, пока я буду рассказывать? — Он жестом указывает на свое место, и я одобрительно киваю.

Когда он засовывает ноги под стол, мужчина, которого я принимаю за официанта, выходит и начинает наливать шампанское в сверкающие прозрачные бокалы. Затем он продолжает наполнять наши тарелки разнообразными закусками.

Как только мы снова остаемся одни, я беру мини-пирожное с заварным кремом, прежде чем обратиться непосредственно к Гарри.

— Так кто ты на самом деле?

Он кладет в рот эмпанаду с мясом и сыром, и жует, вытирая губы салфеткой, прежде чем ответить.

— Как я уже сказал, я Харрисон Стивен МакГиннис. Большинство людей зовут меня Харрисон. Ты уже поняла, что я владелец этой компании, и, как узнала сегодня, мне также нравится иногда пачкать руки.

— Да, объясни это. Я не знаю генеральных директоров, которые ходят и чинят скрипучие ящики в последний день года. Если подумать, то теперь твои знания о приобретениях имеют больше смысла.

— И, к сведению, я также впечатлен твоими знаниями о них. — Он хихикает, и звук исходит глубоко из груди, и теперь, когда я знаю, что Гарри — это Стив, а Стив — это Гарри, у меня нет чувства вины за то, что я наслаждаюсь этим звуком. Он делает глоток шампанского и продолжает. — Мне нравится работать руками. Если что-то сломано, я обычно знаю, как это исправить. Скитер в отпуске, а у меня было немного свободного времени, так что я просто решил поучаствовать.

— Скитер в отпуске? Теперь это имеет гораздо больше смысла.

— Что ничего не делалось? — Я киваю. — Ты могла бы просто попросить офис-менеджера позвонить ему по этому поводу.

Я прищуриваюсь, меня реально раздражают люди, пытающиеся навязать мне этого посредника.

— Или нет, — добавляет он с игривой улыбкой.

Пытаясь и терпя неудачу в попытке изысканного способа отрезания мяса от куриного крылышка, я сдаюсь и отрываю его от кости пальцами.

— Но когда ты понял, кто я, потому что очевидно, что ты понял, — я указываю на молоко перед нами в качестве доказательства, — почему ты мне не сказал?

Он проводит рукой по своим густым волосам, которые, как я только что поняла, были немного подстрижены. Вау. Он действительно сделал для меня все возможное.

— Сначала это застало меня врасплох. Супер милый сотрудник давал указания по техническому обслуживанию и требовал, чтобы я не уходил, пока это не будет сделано. Это было забавно.

Я стону.

— Теперь, когда я знаю, кто ты, это не смешно. Меня могли уволить.

— Ага, потому что это такая умная идея — уволить единственного человека в бухгалтерии, который потрудился прийти в последний день года.

— Тушé. И все же ты не признался кто ты.

Он качает головой и снова отпивает шампанское.

— Стив, это мое онлайн-альтер-эго, на случай, если ты еще не поняла этого...

— Мы доберемся до него позже.

— Принято к сведению. Стив не так уж хорош в планировании романтических свиданий. У него было несколько идей, и он был близок к тому, чтобы воплотить одну из них в жизнь, но когда встретил тебя, то решил, что лучше всего получить некоторую инсайдерскую информацию о счастливице, с которой пойдет на свидание сегодня вечером.

Я фыркаю от смеха.

— И дай угадаю, потом появилась Шейла и помогла тебе спланировать идеальный романтик на крыше.

У Гарри, э-эм… У Харрисона отвисает челюсть, и он в шоке смотрит на меня.

— Как ты узнала, что она помогла?

— Почти уверена, что официант — племянник ее сестры, Эндрю. Она нанимала его разносить закуски на рождественской вечеринке пару недель назад.

— Черт возьми, Шейла. Она поклялась, что будет скрывать свое участие.

— Ты знаком с Шейлой? Она обязательно похвастается о своей помощи. О, и предупреждаю, как только она поймет, что я та, ради кого ты все это сделал, то будет называть тебя Новогодним Стивом.

— Новогодний… что?

— Внутренняя шутка. Просто смирись с этим.

— Я никогда не пойму эту женщину.

— Наверное, лучше, чтобы ты этого не делал. Но чего я не понимаю, так это почему Стив? К чему вся эта секретность и использование твоего второго имени в LoveSwept?

— Это та часть, из-за которой я чувствую себя хуже всего. Мне не нравилось прятаться от тебя. Особенно, когда мы все больше узнавали друг друга.

— Так почему ты это сделал?

Он делает глубокий вдох и выдыхает.

— У меня был плохой опыт общения с женщинами.

— Какой именно плохой опыт?

— Признаю, могло быть намного хуже. Но не весело, когда понимаешь, что женщина встречается с тобой из-за твоих денег. Или из-за бизнеса. Или из-за статуса, который принесут ей твои деньги и бизнес. Имя Харрисон МакГиннис не распространенное. Один поиск в Google и...

—...и акулы кружат на подземной парковке.

— Вот именно. Да, у меня больше денег, чем у большинства людей в этом городе. Да, по мере того как наши агенты подписывают все больше и больше качественных клиентов, компания становится больше. И да, я человек, отвечающий за все это. Но, в конце концов, я обычный парень, который может схватить десятифутовую лестницу и поменять лампочки на потолке, и сделать что-нибудь своими руками, если захочется, и ненавидит фильмы ужасов, потому что ему снятся кошмары.

— Это было странно конкретно.

— Если я хочу, чтобы ты увидела меня настоящего, то должен сказать тебе правду, а это значит, что я паникер. Также бегаю трусцой на случай, если мне когда-нибудь понадобится выносливость во время зомби-апокалипсиса, потому что мне не нужно быть самым быстрым бегуном. Я просто должен быть быстрее, чем предыдущий человек. Если это ты, то мне понравилось наше время вместе.

Он говорит это так небрежно, что я не могу удержаться от смеха, особенно, когда на его лице появляется ухмылка.

— Ты тот еще шутник, знаешь это?

— Знаю. И это тот парень, с которым ты знакомишься. Гарри или Стив, который просто брызгает дезодорантом, чтобы заскочить в офис после пробежки. Не Харрисон МакГиннис, генеральный директор и мажоритарный акционер «Агентства МакГинниса».

— Так вот почему ты сегодня выглядел так, будто работаешь в техотделе? Ты не принял душ? — Я не знаю, почему эта мысль делает меня счастливой, но это так. Может быть, потому, что это еще раз подтверждает, насколько он приземлен на самом деле.

— Надеюсь, от меня не слишком плохо пахло.

В его пронзительных голубых глазах читается мольба. Страстное желание, чтобы я приняла его таким, какой он есть, а не из-за того, чем он владеет. И должна признать, что его неуверенность в этот момент чертовски сексуальна.

Я качаю головой и слегка хлопаю ресницами.

— Совсем не плохо. На самом деле, я, возможно, уловила дуновение или два, которые заставили меня захотеть наброситься на тебя.

Он издает утробный смешок, и мое сердце замирает. Весь день я думала о Гарри и чувствовала вину перед Стивом, когда они все это время были одним и тем же человеком. И я понимаю, почему он это сделал. Ему нужен кто-то, кто искренне заинтересуется им. Учитывая, что он привлекал меня, когда был почасовым работником, думаю, я — безопасный вариант.

Он кладет руки на стол и наклоняется.

— Прощен ли я за ложь по недомолвке?

— Здесь нечего прощать. Я все прекрасно понимаю. И рада, что ты убедился, что это была настоящая связь, прежде чем разбрасываться своими деньгами. Если бы не было смягчающих обстоятельств, все это, — я машу рукой на экстравагантную обстановку, — могло бы быть немного пугающим.

— Но не для тебя, верно?

— Зная, что Шейла замешана в этом, я бы сказала, что на самом деле это довольно мягко.

Шум на улице внизу становится громче, и я могу только представить, что уже почти то самое время.

Харрисон встает и протягивает мне руку.

— Давай приготовимся встречать Новый год.

Я беру его за руку и переплетаю свои пальцы с его, следуя туда, куда он меня ведет. Ближе к выступу и подальше от обогревателей я начинаю дрожать. Харрисон немедленно встает у меня за спиной и обнимает за плечи, окутывая своим теплом. Его тело ощущается именно так, как я и предполагала — твердое во всех нужных местах и мягкое на ощупь.

— Так нормально? — шепчет он мне на ухо, и я снова дрожу, хотя на этот раз не от холода. Нет. Это все женские штучки.

— Идеально.

Мы наблюдаем, как загорается гигантский шар в нескольких кварталах от нас, огни под ним танцуют, как будто готовятся к обратному отсчету вместе с нами. В считанные секунды он начинает снижаться, меняя цвета каждую секунду по мере того, как мы ведем обратный отсчет.

Десять... девять... восемь…

Я поворачиваю голову и смотрю на Харрисона, который не обращает никакого внимания на сцену перед нами, вместо этого уставившись на меня взглядом, полным похоти.

Семь… шесть... пять…

Когда он понимает, что я смотрю на него, он поворачивает меня в своих объятиях, так что мы стоим лицом к лицу.

Четыре... три... два…

Когда часы отсчитывают время и шар падает, Харрисон берет мое лицо в свои ладони и наклоняется так близко, что я почти чувствую его вкус.

Один…

Его губы прижимаются к моим, когда толпа на улице разражается радостными возгласами и добрыми пожеланиями. Я ничего этого не слышу, сосредоточенная на этом поцелуе. Этот поцелуй. Поцелуй, полный обещаний, надежды и взаимного будущего, с достаточной страстью, чтобы сделать его захватывающим, и достаточной сдержанностью, чтобы заставить меня хотеть большего. Это лучший вид поцелуя, чтобы встретить Новый год с моим Новогодним Стивом.

Э-эм... Новогодним Харрисоном.

Приятно звучит, вам не кажется?