Глава 1 Пора покинуть лес.

Сегодня Игон выказывал просто чудеса выдержки. Первой новостью, которую ребята сообщили ему, стала свадьба Рена и Коры. Мужчина удивлённо посмотрел на старшего сына, но спрашивать ничего не стал, и, похлопав Рена по плечу, поздравил его, а затем радушно обнял его жену, сказав «добро пожаловать в нашу семью». Кажется, в целом Кора ему понравилась, но им ещё только предстояло узнать друг друга. К осирийцам, что приехали вместе с ними, Игон тоже отнёсся весьма спокойно, и даже стал решать, куда поселить их на первое время. Вот тут-то в разговор вступил Вили, заявив о том, что он переедет в комнату Диона, и что кто-то вполне может жить в его. Игон даже не успел спросить почему, когда Вили прижался к любимому так, что ни у кого не могло остаться сомнений в их отношениях. Дион же виновато отвёл глаза в сторону, но при этом лишь крепче обнял мальчика и прошептал:

— Прости, дядя, но я от него не откажусь.

Все замерли в ожидании. Игон долго молчал и смотрел на них, а лицо его только мрачнело.

— Вили, ты… — начал он, но сын его перебил.

— Не стану ничего слушать! Я всегда любил Диона, пусть раньше и не понимал, как именно. И что бы ты ни сказал, это ничего не изменит!

— Ну, если ты уверен… — Игон отвернулся, чтобы оглядеть остальных, — надеюсь, на этом новости закончились?

— Нет, — Кай сжал ладонь Нео, собираясь с духом, чтобы сказать то, о чём ещё не знал никто, кроме них. — Я теперь колдун.

— Как?! — шокировано выдохнул мужчина, — Как это колдун?!

Удивлённые глаза всех устремились на них.

— Это ведь ты сделал? — спросил Дион у Нео. — Вот, как ты смог спасти Кая?

— А ну-ка! — Игон ударил кулаком по столу. — Рассказывайте-ка всё с начала и в подробностях!

До самой ночи Нео рассказывал и объяснял, как так вышло. Начинать пришлось аж с истории про четыре кинжала, потом о его семье и том кинжале, что хранился у них, о том, который ему отдал дядя на острове, и конечно о том, как Нео им воспользовался, когда Кай умирал.

Дом Игона они покинули, когда деревню уже накрыла тьма, и только звёзды немного освещали их путь. Закинув вещи в домик на краю поселения, Кай предложил пойти искупаться перед сном, на что Нео кивнул. Они направились вдоль берега в своё укромное местечко, именно там почти год назад их застала Лизи. Столько времени уже прошло… Как давно они покинули дом, чтобы предотвратить несчастье. Сколько всего пережили и испытали. И всё же они все вернулись домой. Но надолго ли? Их поездка оказалась напрасной. Угрозы со стороны Онера больше не существовало, его постигла смерть. И Лизи, что предала их и спелась с врагом, наверное, тоже мертва. Вот только теперь Агрея принадлежит колдунам. Король Эргонес присоединил их страну к Осирии. Что теперь ждёт Агрею и её жителей? Что сделает с ней брат Нео? Ответа на этот вопрос не знал даже мальчик.

Кай вздохнул, и, скинув с себя одежду, вошёл в воду. Позади тихо пискнул Нео, и парень обернулся. Юноша только погрузил ступни в воду, и застыл у берега.

— Тепло ведь, — улыбнулся Кай, глядя на него.

— Это на острове эльфов было тепло и в Сагоре, а тут вода всегда холодная, — Нео сделал еще шаг и снова замер, прикрывая глаза и обхватывая себя руками.

Кай двинулся обратно к своему мальчику. Нет, теперь уже сложно было назвать его мальчиком. За последнее время он сильно изменился внешне: немного вытянулся, став ещё изящнее и утончённее, лицо приобрело более узкие и тонкие черты, теперь не напоминая детские, волосы отросли ниже плеч, ещё больше подчеркивая его красоту. Он вырос, а если точнее, то его внешность достигла его пятнадцатилетний возраст. Каю нравились эти изменения, они сделали Нео ещё прекраснее и желаннее, но всё же они произошли неестественно быстро, и виной этому был он, ведь это случилось из-за боли, что пережил Нео, когда мучился в ожидании возвращения Кая с того света.

— Немедленно перестань, — юноша резко распахнул глаза и посмотрел на Кая, — я чувствую, что ты используешь силу.

— Но… — парень замер, и глянул на свои руки – они не светились голубым, как бывало, когда колдовал сам Нео. — Но я ничего не делал.

— Это может случиться и неосознанно, — юноша сделал пару шагов к нему и поморщился, когда вода коснулась новых участков его тела. — О чём ты думал? Что хотел сделать?

— Сделать? Да ничего. А думал о тебе. О! Я хотел подойти к тебе, чтобы согреть, — и Кай двинулся к Нео, как и хотел изначально, а тот удивлённо посмотрел на него, но, кажется, расслабился.

— Ого, ты и правда нагрел воду вокруг себя. Сила тесно связана с эмоциями, и пока ты не умеешь её контролировать, нужно держать под контролем именно эмоции.

— Это мой первый урок? — улыбнулся Кай, обвивая Нео руками. — Тогда должен предупредить тебя: мне будет сложно. Рядом с тобой я плохо контролирую свои чувства.

— Ничего, — Нео нежно провёл пальцами по груди парня, спускаясь ниже, пока не коснулся неровного шрама на животе, и, застыв на нём, прижался к Каю и поцеловал его в шею, — я буду учить тебя, и думаю, что мне хватит сил сдержать тебя, если что.

— Асмун был сильным?

— Да.

— Значит и я?

— Да, но кроме того, он был опытен, и много лет оттачивал свои навыки. Тёмные, правда, но то, что он был искусным колдуном – этого не отнять.

— И даже так, против тебя он не выстоял, так что я в надёжных руках.

— Мне нравится, — Нео загадочно улыбнулся, и, чуть отстранившись от Кая, опустился в воду по плечи.

— Что?

— Тёплая вода. Никогда не думал о том, чтобы просто взять и подогреть её. Правда она только рядом с тобой такая, так что придётся мне плавать вокруг тебя.

— Я не против, — Кай протянул руку, ловя юношу и снова прижимая к себе.

Весь следующий день они провели в блаженном ничегонеделании, их даже никто не трогал, и никто из жителей ни о чём не спрашивал. Кай заметил, что многие стали смотреть на Нео с уважением и восхищением, а кто-то даже побаивался его. Ещё бы, ведь теперь все знали, что он колдун и второй принц Осирии.

Ещё через день Нео забрал Кая на первую магическую тренировку. Они покинули деревню, и начали своё занятие неподалёку в лесу. Через несколько часов Кай был полностью истощён, даже Игон его так не гонял, когда обучал сражаться. Сначала Нео объяснял ему, как сосредоточиться и ощутить силу внутри себя, и когда Кай, после неимоверных усилий, всё-таки смог, он понял, насколько сложно быть колдуном. Через двадцать минут оказалось, что это были цветочки, потому что следующим этапом стало обнаружение заклятий, посланных Нео. Это были маленькие безобидные шарики, не способные причинить вреда. Заметить их, используя только силу, стоило Каю огромных трудов, а чтобы парень не искал их взглядом, Нео завязал ему глаза. За всё оставшееся время их тренировки Кай справился с задачей только дважды, и то под конец. Хотя Нео его похвалил, сказав, что он-то использует магию с рождения, и для него это так же естественно, как дышать, а для парня это что-то совершенно новое и непривычное, поэтому для первого раза он считал сегодняшнее занятие огромным успехом.

Начиная с того дня тренировки проходили ежедневно, по нескольку часов, и обычно нежный и ласковый Нео, на них превращался в строгого и грозного учителя, от которого Каю пару раз даже влетало, особенно, если его сила разносила в щепки очередное дерево. В целом, быть колдуном ему даже понравилось: он стал сильнее и выносливее физически, а о магии, которую он приобрёл, и говорить нечего. Кто бы мог знать пару лет назад, что Кай сможет метать огненные шары, усиливать потоки ветра, используя это, как оружие, или поднимать огромные валуны взмахом руки. Конечно, всё это давалось ему не сразу, бывало так тяжело, что приходя домой, Кай просто засыпал, не в силах больше пошевелится, но на следующий день это же давалось ему легче, а потом ещё и ещё. Он понимал, что учиться ему ещё и учиться, но даже сейчас, по истечению двух месяц, парень уже вполне мог защищаться от простых атак Нео, и неплохо нападал сам. Юноша никогда не использовал против него свою силу в полную мощь. Да какую там полную! Он вряд ли использовал даже треть.

Иногда на их занятия приходили посмотреть Дион и Вили, а Нео всегда ставил над ними щит, чтобы, не дай боги, в них не отлетело какое-нибудь заклятие. Порой юноша просил помощи у Мина, Зира или Рока, и, честно говоря, стоять против существ оказалось ничуть не легче, чем против Нео. И если Зир с Мином щадили его, то Рок отрывался по полной. Вот и сейчас, после очередной тренировки с ним, Кай был весь в грязи, потому что буквально катался по земле, уворачиваясь от его атак, и пытаясь откинуть от себя существо заклятием. Вышло у него так себе, зато довольный винго сидел на пне, подставляя голову под поглаживания Нео, который его хвалил, и чуть ли не мурлыкал, как кот. Чёрт! Как Кай недолюбливал это существо раньше, так его отношение к нему и не изменилось, и чего только Нео к нему привязался?

Лето подходило к концу, и казалось, что их жизнь снова наладилась, хоть никто и не забывал, что Агрея теперь принадлежит Осирии. До осени вылазок в Кирлянку или Варнию не планировалось, но вот потом поехать всё же придётся. Игон уже предложил отправить молодых ребят, которые ездили в прошлом году и весной, когда Кай и остальные уехали в Перию, но парень и Дион были против: отпускать молодых в такое неспокойное время могло оказаться опаснее, чем ехать самим. Что ожидало их теперь в сёлах и городах, и какие порядки принёс новый король – никто не знал.

Король Эргонес… Нео не говорил о нём ни слова. Когда однажды его спросили о брате, он резко высказался, что разговаривать о нём не желает ни с кем. Даже при Кае он всего пару раз упоминал имя «Гнес». Дион как-то сказал, что, похоже, Нео винит в чём-то в себя, в тот месяц, когда Кай находился на грани жизни и смерти, мальчик в одном из разговоров бросил фразу «если бы не я, мой брат не свихнулся бы и не убил отца…». Видимо, так он думал из-за того, что увидел в своих снах на острове, но ни в тот раз, ни сейчас, Кай так и не решился спросить у Нео, что же он узнал. Но одно он заметил точно: после этого юноша окончательно закрылся на тему брата. А сегодня утром Кай снова услышал это имя…

Парень отправился к реке с утра пораньше, пока Нео ещё спал. Успел сполоснуться и даже понаблюдал за стайкой необычно обеспокоенных древесных фей, предводительницей которых была та самая, которую они с Нео когда-то ненадолго приютили. И когда Кай уже собирался идти обратно к дому, навстречу ему выбежал растрёпанный, запыхавшийся Нео в ночной рубашке и с горящими странным блеском глазами.

— Кай! — выкрикнул он, увидев парня. — Кай… я… нам…

— Отдышись сначала, — перехватил его Кай, прижимая к себе, но Нео качнул головой.

— Нам надо уходить! Всем! Пора покинуть лес. Здесь больше нельзя оставаться никому! Прости, Кай, сюда идёт Гнес…

***

Нео спал, и снилось ему определённо что-то приятное, хоть он и не мог вспомнить, что было пару минут назад. Рядом был Кай, а ещё Дион и Вили, кажется, они находились где-то у озера или реки. Вили звонко смеялся, Дион вроде бы рисовал, а Кай держал юношу за руку. Сон был мутным и нечётким, друзья казались размытыми силуэтами, но это не важно, ведь вокруг витала атмосфера счастья. Момент, когда сон перестал быть просто сном, он осознал сразу – всё, что окружало его, вмиг пропало, и он услышал громкий, знакомый зов, на который тут же откликнулся. В следующую секунду, он уже стоял на невероятно зелёной поляне, перед руинами эльфийского замка, а рядом находился Хранитель леса.

— Ты так громко звал меня, — сказал Нео, поворачиваясь к эльмею, — что-то случилось?

— Да. В лес вошёл осирийский колдун, златовласый, молодой, красивый, и, судя по схожести исходящей от него силы, это твой брат, юный эльф. С ним ещё три колдуна: мужчина, мальчик и девушка, и они движутся в сторону деревни людей.

— Как?! — выдохнул Нео. — Как он узнал о деревне?! Как понял, где я?!

— На это вопрос я не знаю ответа.

— Я… я спрячу деревню под покровом, он не найдёт нас, — бледнея, прошептал юноша.

— Нет, Нео, — покачал головой Хранитель, — не выйдет. Человек, не важно кто – колдун или нет, не найдёт скрытое покровом, но существа… на существ эти чары не действуют.

— Но причём здесь существа, они же…

— Ох, мой милый эльф, тёмные с радостью приведут его в деревню. Они уже много лет желают утолить свой голод людьми, живущими с ними по соседству, и лишь я сдерживал их, защитив поселение и ближайшие земли, но я больше не властен над нами, как и над лесом.

— Я не понимаю.

— Я не эльф, Нео, и даже не существо в полном смысле этого слова. В отличие от них, у меня нет своей собственной силы, я лишь черпаю эльфийскую силу. Когда твои предки ушли из Нисвета, земля ещё долго хранила их силу, но годы шли, и она истощалась, пока не осталось только это небольшое место, этот последний клочок эльфийской земли. Я питался ею, пополнял свои запасы, но теперь истощился и я. Здесь слишком давно нет эльфов, мне больше неоткуда черпать силу, и я уже давно не самое сильное существо в этом лесу. Тёмные слушались только потому, что ощущали исходящую от меня магию эльфов, которых боялись и которым подчинялись. Благодаря этому все эти долгие тысячелетия я мог сохранять покой и порядок в лесу. До того, как ты появился здесь, я уже много лет не мог покидать этот островок земли, я просто умер бы без остатков этой силы. Прости, я немного питался твоей, даже не спросив, позволишь ли ты мне это. Когда ты поселился в лесу, я надеялся, что новый эльф сможет напитать земли снова, для этого нужно лишь твоё присутствие, но осирийский колдун разрушил древние чары на одной из границ леса. Чары, что сдерживали тёмных внутри. Он выпустил их, Нео, с условием, что им достанется территория Агреи, где они смогут жить и питаться чем и кем угодно, но дальше им выходить запретил.

— Нет… — едва слышно прошептал Нео, — нет, не верю… он не мог… Даже он не настолько ужасен, чтобы отдать всех жителей этой страны на растерзание тварям. Нет, нет…

— Прости, маленький эльф, это то, что я знаю, то, что мне сообщили существа. Тёмные приведут его в деревню, уже ведут. Правда не той тропой, которой ходили люди и ты. У тебя есть время, чтобы уйти. Твой оборотень и найтмар помогут вам с Каем скрыться, за ними никто не угонится.

— Нет. Когда он придёт туда, и не найдёт меня, он убьёт всех, или отдаст тёмным тварям. И даже если я буду там, убьёт в наказание, на моих глазах, за то, что посмели меня скрывать. Все люди должны уйти. Но куда? Агрея уже принадлежит ему, Перия охвачена войной, куда нам идти?!

— Нео, он не единственная угроза. Твари хотят заполучить этих людей. Ты хочешь их спасти, но я не представляю, как ты сможешь вывести их даже из леса! Сами они к тебе не полезут, не рискнут, но они укажут направление колдуну, куда бы ты их не повёл. С такой обузой ты ни сам не уйдешь, ни их не защитишь.

— Как же быть?! — Нео упал на ближайший камень и обхватил голову руками. — Как и куда увести людей?! А если… что, если использовать проход? Только я ещё ни разу не делал его сам! Их всегда открывал Арнайн, если нужно было отправиться на другой конец острова. Я должен был больше учиться, пока жил там! Я помню, как он это делал, может, я смогу повторить!

— Но Нео, проходы можно открывать только на эльфийских землях, а на всём материке этот клочок земли единственный.

— Но ведь отсюда можно создать проход на остров!

— Невозможно! — громко воскликнул Хранитель. — Это убьёт тебя! Отсюда до острова огромное расстояние, ты не удержишь его дольше минуты, у тебя просто не хватит сил.

— Но я могу черпать силу из этого места.

— Этого мало, Нео. Если ты и сможешь всё это сделать, твой запас иссякнет настолько, что после этого ты, скорее всего, просто не выживешь!

— Ты видишь другие варианты, Хранитель?

— Нет, но…

— Тогда я приведу всех людей сюда. Сколько у нас времени? Через сколько Гнес доберётся до деревни?

— Немного. Не больше суток. Человеческим ходом сюда добираться дня четыре, не меньше. Он успеет вас догнать. Ему сразу скажут, что ты покинул деревню.

— Мы выдвинемся через пару часов. Мне только нужно всем сообщить, — Нео встал, уже собираясь исчезнуть, чтобы проснуться в их с Каем домике.

— Я соберу светлых существ, что согласятся помочь людям, и отправлю вам навстречу. А ещё попрошу поделиться с тобой силой всех, кого смогу найти.

— Спасибо, — юноша кивнул, — я пойду, жди нас.

— Подожди секунду. Юный эльф, дай мне имя. Я давно забыл, как меня звали раньше, и я хочу, чтобы ты дал мне новое. Пожалуйста.

— Хран, — ответил Нео, не задумываясь, — ты тысячи лет был хранителем этого леса. Твоё имя Хран.

— Спасибо, — эльмей поклонился, — поспеши, я буду ждать вас.

Нео кивнул, и стал растворяться, покидая зелёную поляну, и возвращаясь в спящее тело. Когда он открыл глаза, Кая в доме не оказалось, и юноша сосредоточился на его силе, чтобы скорее найти его. Река! Нео накинул ночную рубашку, висящую на спинке кровати, и, забыв даже про обувь, побежал туда. Скорее! Им всем нужно спешить. Он выбежал к парню, когда тот подбирал с травы полотенце.

— Кай… Кай… я… нам…

Парень подхватил его прямо на бегу и обнял.

— Отдышись сначала.

— Нам надо уходить! Всем! Пора покинуть лес. Здесь больше нельзя оставаться никому! Прости, Кай, сюда идёт Гнес…

— Что?! Но… как, чёрт побери?! Нео, объясни.

— Некогда. Нам нужно собрать всех, взять только необходимое, и идти к руинам эльфийского замка, а оттуда я открою проход. Хотя… мы можем их отправить вперёд, с существами, которые придут. А я… я сделаю ловушку, чтобы задержать Гнеса, иначе мы просто не успеем уйти от него. Только я должен стать приманкой… — мысли Нео опережали его объяснения, так что понять, что он задумал, было сложно, и Кай неожиданно встряхнул его за плечи.

— По порядку, Нео! Я ничего не понимаю! И ты не станешь никакой приманкой!

— Сначала нужно всех собрать и вывести из деревни. Верь мне, я смогу всех защитить, просто обязан. И ещё – тёмные существа больше не подчиняются Хранителю, боюсь, путь будет тяжёлым.

Глава 2 Давно не виделись, братик.

Гнес и его небольшой отряд снова спешились. Передвигаться по Нисветскому лесу верхом вообще оказалось довольно сложно. Лизи говорила, что есть тропа, по которой ездили деревенские, но молодой король решил её не искать, к тому же у них теперь был проводник – лерм. Это довольно милое на вид существо, размером с крупную собаку, только лапы гораздо длиннее. Тёмная шерсть покрывает его спину, живот и голову, остальная же часть тела остается оголённой, с абсолютно чёрной кожей. Ко всему этому прилагается весьма симпатичная мордочка, большие тёмные глаза и торчащие вверх круглые маленькие ушки, так что существо и правда выглядит милым. Вот только внешность обманчива: эта тварь любит питаться сердцами, особенно человеческими, ещё тёплыми, бьющимися сердцами. Лерм добывает себе пищу сам: его зубам и когтям позавидовали бы волки. Тварь могла передвигаться и на двух ногах, но предпочитала бегать на четвереньках.

Это тёмное существо было первым, которое согласилось провести Гнеса до деревни. До этого, кого бы он ни спросил, все начинали что-то невнятно лепетать про запрет, про неприкосновенность, и про эльфийскую силу. Даже когда Гнес разрушил одну из печатей на границе леса, что сдерживала тёмных внутри, и отдал им всю территорию Агреи, они упорно молчали про деревню, хоть в остальном и поклялись быть ему преданными соратниками, и прийти на зов когда бы он ни призвал. И только этот лерм, что шёл сейчас впереди, сказал, что проводит до поселения людей, но эльфа, живущего там, он не тронет, и помогать навредить ему тоже не станет.

Что ж, за те два года, которые прошли с тех пор как Нео покинул родной дом, он весьма неплохо устроился – защищённый древней магией лес, в который не сунется ни один нормальный человек, существа, охраняющие его лучше любой стражи, а те, что не охраняли, отказывались даже приблизиться к нему, да ещё и любовник в придачу! Ох, на этого любовничка у Гнеса были большие планы. Конечно, как он и обещал, он отдаст его Лизи, но сначала заставит пожалеть о том, что посмел притронуться к Нео!

— Долго нам ещё идти? — спросил Гнес, заметив, как лерм впереди замер.

— Е-с-с-с-ли не о-с-с-с-танавливатьс-с-с-я, ночью придём.

Лизи позади тихо вздохнула, да и Эйн, идущий рядом, явно опечалился. Они шли практически без остановок с самого утра, а до этого ещё пару дней, и если учитывать, что ко всему прочему им понадобилось две недели, чтобы добраться до самого леса, и нормальный отдых в последний раз был дней шесть назад в какой-то захолустной таверне, он понимал их расстройство.

— Мы не пойдём ночью, — сказал парень, — остановимся отдохнуть и поспать, а утром продолжим путь.

— Как с-с-с-кажите, только…

— Что?

— Люди не в деревне, они движут-с-с-с-я в другую с-с-с-торону.

— И почему ты молчал?! Зачем мне пустая деревня? Мы сможем догнать их?

— С-с-с-можем. Но я думал вы идёте з-з-з-а братом. С-с-с-реди людей нет маленького эльфа, он о-с-с-с-тал-с-с-с-я в по-с-с-с-елении.

Вот теперь Гнес удивился. Зачем Нео оставаться в деревне, когда остальные ушли? И почему вообще ушли? Если только…

— Он знает, что я иду! А людей пытается спасти, отправив их подальше. Вот только откуда? Как он узнал?

— Его могли предупредить с-с-с-ветлые с-с-с-уще-с-с-с-тва, — ответил лерм.

— Гнес, мне это не нравится, — Коэн подошёл ближе, — твой брат уже неоднократно доказал, что он умён, хитёр и силён. Если он остался ждать тебя, значит там ловушка. Он тебе просто так не дастся.

— Нет, не дастся, — Гнес улыбнулся, — но мы всё равно идём в деревню. Нужно поспать, устроимся на ночлег прямо здесь.

После ужина, на который Коэн подстрелил пару птиц, парень заметил, что Эйн весь вечер молчал, да и вообще старался держаться в стороне.

— Что случилось? — спросил Гнес, подходя и садясь рядом.

— Ничего, — мальчик вздрогнул.

— Ты так и не научился врать, милый. Я же вижу, тебя что-то тревожит. Говори.

— Это… я… — Эйн замялся, явно подбирая слова, а потом быстро, на одном дыхании проговорил, — что ты будешь делать, когда найдешь его?

— Даже не знаю. Для начала я собираюсь его поймать.

— Как? Силы лишить ты его не сможешь, добровольно он с тобой не пойдёт, будете биться? И если победишь, что дальше? Будешь держать его взаперти? И… что… Гнес, тебе меня мало?!

— Эйн, да ты ревнуешь! — парень улыбнулся, и, подхватив мальчика, посадил его себе на колени. — Не волнуйся, чтобы я не решил, на тебе это никак не отразиться. Ты мой милый, верный Эйн, и им останешься.

— А если вам придётся драться насмерть, и он убьёт тебя? Гнес, я не хочу… Не хочу потерять тебя! Давай вернёмся? Давай оставим его в покое? Пусть живёт в своем лесу…

— Нет. — Твёрдо ответил Гнес, а мальчик замолчал и печально опустил голову. Парень взял его за руку, и, вставая, потянул за собой. — Идём. Я буду целовать, ласкать и любить тебя, пока ты не выкинешь из головы всякие глупости, — и он повёл Эйна подальше от костра, у которого остались Коэн и Лизи.

Наутро они двинулись дальше. Ещё несколько часов по лесу и звериным тропам, меж вековых деревьев, пока, наконец, впереди не показались стены деревни и открытые нараспашку ворота.

— Это выглядит так необычно, — проговорила Лизи, — они всегда были закрыты. Ни разу за всю мою жизнь ворота не открывали больше, чем на пару минут, чтобы впустить или выпустить охотников, да отъезжавших за провизией ребят.

— Ну так ведь сегодня нас там ждут, — Гнес обернулся к остальным, — будьте бдительны и осторожны, особенно ты, Эйн, и ты, Лизи, вы ему не ровня, даже не пытайтесь атаковать, размажет. А ты, Коэн, если что держи щит.

— Я не пойду дальше, — неожиданно сказало их существо-проводник, — я не приближу-с-с-с-ь к эльфу.

— И не надо, ты сделал достаточно, спасибо.

Лерм чуть поклонился, и отошёл с тропы, застыв у ближайших кустов, а колдуны медленно и настороженно двинулись к поселению. Войдя в ворота, Гнес увидел его сразу. Нео сидел на ступеньках веранды самого большого дома и смотрел на вошедших. Парень замер, глядя на брата – он изменился! Его Нео вырос! Больше не было мальчика, которого он знал, перед ним сидел безумно красивый юноша, и Гнес просто не мог оторвать от него взгляд. Как?! Как он мог стать ещё красивее?!

— Давно не виделись, братик. Я всё гадал, как же ты нашёл меня, но вот он, ответ – Лизи, — тихо и насмешливо сказал Нео, а потом его глаза стали холодными и он перевёл их на девушку, — сначала ты предала всех этих людей Онеру, а когда его не стало, переметнулась к моему брату? Скажи, когда ты убивала Нейта, ты хоть немного сожалела? Совесть не мучила?

Лизи за плечом Гнеса вздрогнула, а затем прошептала так тихо, что парень её едва расслышал:

— Он не мог этого знать… Не мог знать, что я была с Онером…

— А ты, Гнес, сделал её колдуньей в награду за предательство? Хотя кому как не тебе знать, какого это – предавать.

Теперь Гнес удивился куда сильнее. Нео не мог знать, что Лизи колдунья! Она не использовала при нём силу, тогда как? Как он узнал? Видимо, лицо его выдало, потому что Нео улыбнулся и медленно встал.

— Я знаю, что у тебя много вопросов, их и раньше было много. Как я всегда находил тебя в замке, где бы ты ни прятался? Почему отец хотел назначить меня наследником до моего четырнадцатилетия? Как мама поняла, что это ты был под личиной советника Длона, когда принёс зелье отцу? Все эти вопросы, на которые ты так и не нашёл ответы. Он никогда не станет твоим, когда-нибудь он узнает правду и тогда станет для тебя самым страшным врагом, — последние слова Нео произнёс очень тихо, но при этом его голос стал похож на голос Кармины, и Гнес побледнел.

— Откуда…? — это единственное, что смог выдавить из себя парень.

— Если хочешь, сегодня я отвечу тебе. Ты ничего не знаешь о силе эльфов, братец. Я, как и моя мать, чувствовал любую магию и силу с самого рождения. В отце, в маме, в тебе, в наших учителях, в себе. У каждого она имеет свой оттенок и ощущение. Именно так я всегда находил тебя, я просто чувствовал тебя, где бы ты ни прятался. Так тебя раскрыла и мама.

— Значит, у тебя были от меня секреты?

— Секреты? Нет. Представляешь, я даже не подозревал, что ты об этом не знаешь. Но посмотрев твои воспоминания, я пришёл к выводу, что родители не говорили об этих моих способностях никому, а я тогда и не понимал, что так умеем только мы с мамой.

Гнес слушал каждое слово брата, затаив дыхание, как и все те, кто стоял позади него, но когда Нео сказал про воспоминания, он по-настоящему испугался.

— Что значит «посмотрел воспоминания»? — парень неосознанно сделал шаг вперёд, а брат настороженно шагнул от него в сторону.

— То и значит, Гнес. Я могу видеть прошлое, настоящее, а иногда и будущее людей. Я видел, как ты изнасиловал и убил того первого мальчика на конюшне, что ты при этом чувствовал, о чём думал, а если быть точнее – о ком. Я смотрел, как ты взрослел, как осознавал свои желания, — Нео передёрнуло, — о, я хотел бы забыть, а лучше никогда не знать о многом из того, что увидел, но, к сожалению, не могу. Как ты убивал мою мать и нашего отца я тоже видел, и никогда не забуду, и не прощу тебя, Гнес.

— Замолчи, — прошептал парень.

— Ты плакал, когда вонзал кинжал в его тело, и смотрел, как из него вытекает сила, вместе с остатками жизни. Ты сожалел! — Нео повысил голос.

— Перестань! — выкрикнул Гнес. — Перестань!

— А когда предал меня и отдал работорговцам, кому из нас ты сделал больнее?! Тебя же просто разрывало на части от того, что ты натворил!

— Это всё твоя мать! Она вынудила меня! Я никогда не собирался причинять тебе вред! Ты должен был быть на моей стороне! Всегда вместе, только ты и я…

— И твоя извращенная любовь? Нет, спасибо. Я благодарен, что ты поступил со мной именно так, ты заставил меня открыть глаза, ты сделал меня сильнее. Но ты прав, в этом есть и заслуга моей матери, если бы не её слова, которые преследовали тебя и заставили сделать то, что ты сделал, я бы, наверное, до сих пор безоговорочно верил в тебя. А может, и нет, — Нео вдруг усмехнулся, — мама знала, что я встречу Кая. Она видела это будущее, и знала, что их с отцом к этому моменту уже не будет в живых. Вот почему папа так торопился, но он сомневался, Гнес. Ждал, и так и не мог решить, кого выбрать. Он и не выбрал бы! Потому что, как бы он не сомневался в тебе, он любил нас обоих!

— Нео… — Гнес протянул руку, и шагнул к мальчику.

— Сейчас! — выкрикнул Нео, откидывая от себя брата, но тот успел заблокировать часть удара, и устоял на ногах.

Перед Гнесом тут же появился щит, созданный Коэном, а Лизи и Эйн встали по бокам от него. В ворота забежал огромный белый пёс-оборотень, чёрный горящий огнём конь и тёмное существо, со страшной мордой-черепом и серой кожей. Все трое бросились на Коэна, и Гнес хотел было помочь ему, но Нео снова атаковал, и так как телохранитель потерял возможность удерживать щит, парню пришлось отвлечься, отбивая удар.

Из дома, за спиной Нео, выскочил черноволосый парень, который показался Гнесу смутно знакомым. Но больше он удивился, когда парень послал на них ослепляющее заклятье. С Нео был ещё один колдун?! Он этого не знал, и Лизи о подобном не говорила! То, что с мальчишкой будут его чёрный и белый зверьки он догадывался, но биться против Нео и ещё одного колдуна – такого расчёта не было! Заклятье Гнес отбил на лету, и постарался внимательнее рассмотреть парня. Вспомнил! Он видел его на свадьбе Онера – перийский вельможа, но что он забыл здесь?

— Кай! — выкрикнула Лизи и бросилась на парня.

— Стой, дура! — попытался остановить её Гнес, но было поздно, Кай силой откинул её от себя, и девушка, отлетев на несколько метров, ударилась о землю и застонала от боли.

Чёрт! Гнес обернулся – Коэн отбивался от двоих существ, но явно сдавал им, единственное, что сдерживало их – это его мощный щит. Серая тварь же накинулась на Эйна, но мальчик неплохо держался против неё. В Гнеса снова полетели заклятья, теперь уже и от Нео, и от Кая. Отбив оба он понял, что пришло время использовать не только свою силу, но прибавить к ней и те, что он забрал у отца и других. Вот только брат не дал ему сосредоточиться, и стал быстро атаковать простыми заклятьями, которые не могли нанести серьёзного урона, и уж тем более Гнес мог все их отбить. Так зачем Нео посылал их, и изматывал сам себя?

Отбиваясь и отражая атаки, парень не заметил, как оказался в центре деревни. Рядом на земле сидела Лизи, пытавшаяся прийти в себя, и Гнес только теперь понял, что Коэна и Эйна загоняют сюда же. Нет! Что бы Нео ни хотел сделать – это и есть ловушка! Он специально согнал их в центр! В тот момент, когда Эргонес это осознал и собирался отбежать в сторону, Нео достал из кармана камешек и быстро положил на землю, замыкая тем самым круг из семи таких же заколдованных камней. Всё, их, можно сказать шуточный бой, был окончен. Нео создал ловушку из магического круга, которая не выпускала наружу колдунов. Нет, рано или поздно Гнес её сломает, вот только брат вряд ли станет дожидаться этого.

— Молодец, — тихо сказал Гнес, — но ты же не думаешь, что это надолго меня удержит?

— Ненадолго, но уйти я успею, — усмехнулся Нео.

— И куда побежишь? Тёмные существа чуют твою эльфийскую сущность, я попрошу, и они найдут тебя. Так как долго ты сможешь бегать от меня?

— Ну, так давай проверим, догонишь или нет.

— Кай, да? — Гнес перевёл взгляд на парня, стоящего рядом с братом. — Наследник трона Агреи. А в прошлый раз ты представился мне по-другому – Свен, — Нео вздрогнул после этих слов, — значит браслеты на твоём запястье, которые привлекли меня, сделал вовсе не твой брат, а мой. Ты врал мне прямо в глаза. Соблазнил моего младшего братишку и запудрил ему мозги? Кстати, я и не знал, что в королевской семье Лейрон рождались колдуны, или твоя мать с кем-то нагрешила?

— Он не был колдуном, — сказала Лизи, с трудом поднимаясь на ноги и держась за ребра.

Гнес подошёл к краю барьера и ударил по нему мощным сгустком магии, но тот даже не дрогнул. Вот теперь он был действительно зол.

— Нео! — заорал он на брата, — где ты взял ещё один кинжал? Хотя нет, не отвечай, картина начинает проясняться. В перийском войске ты оказался, потому что возвращался из Сагора, не так ли? Ты был на острове эльфов, и кинжал достал там же. Брат твоей матери обрадовался тебе? Это эльфы так изменили твою внешность?

Нео не проронил ни слова, а Кай, взяв мальчишку за руку, развернулся и повёл его за собой.

— Как тебе спать с парнем, Нео? Раздвигаешь перед ним ноги и даёшь иметь себя? Нравится? Поверь, я бы удовлетворял тебя куда лучше! Ведь раньше ты позволял мне так многое, неужели теперь не дашь мне прикоснуться к тебе?

И тут Кай не выдержал, а Гнес на это и рассчитывал. Парень резко повернулся, занес руку и отправил поток силы прямиком в короля Осирии, вот только Нео успел его отбить, и разрушительный удар полетел в один из домов.

— Не смей, Кай! Ты разрушишь барьер!

— Что он сейчас сказал? — прошипел парень.

— Уходим, — ответил Нео, — Зир, — и чёрный конь направился к нему.

— Что он сказал, Нео?! — Кай ухватил мальчишку за запястье и рванул на себя. — Что он имел в виду?!

— Кай, ты что, не видишь, что он специально тебя злит? — Нео ласково коснулся щеки парня, — посмотри на меня, нам надо ехать.

От этого простого, но такого нежного жеста, Гнесу даже дышать стало трудно. Нео, его Нео, и правда любит этого парня?! Больно! Как же больно! А ревность и вовсе выжигает изнутри…

— Да посмотри на него, Кай, — тихо и зло сказал он. — Посмотри, именно так он и околдовывает. Ты не можешь оторвать от него глаз, не можешь не беречь и не любить, и не желать его тоже не можешь.

— Да, не можешь, но он мой! — Кай подхватил Нео, и усадил его на спину найтмара, а потом запрыгнул и сам. — И всегда будет моим.

Чёртов огненный конь! Он снова уносил от Гнеса брата на огромной скорости, уже во второй раз! Пожалуй, при следующей встрече он первым делом прибьет эту конягу.

— А я ведь предупреждал, что он устроит нам ловушку. Но ты же никогда никого не слушаешь, если дело касается Нео, — сложив руки на груди, проговорил Коэн.

— Правда, он стал ещё красивее? — прикрыв глаза, восторженно прошептал Гнес.

— А ещё сильнее и опаснее.

— Да. Он великолепен!

***

То, что Кай сегодня узнал, шокировало его. Да, по-другому и не скажешь. Эргонес хотел Нео… Нет, не так, этот человек желал родного брата! Нео, сидевший впереди него, не проронил ни слова с тех пор, как они покинули деревню. Впрочем, так было всегда, если речь заходила о Гнесе. Нео закрывался, как будто прячась за стеной молчания. Вот только раньше Кай не предавал этому такого значения.

— Почему ты не рассказал? — спросил он тихо, и почувствовал, как юноша напрягся в его руках.

— О чём?

— Перестань. Когда…

— Я не хочу об этом говорить.

— А я хочу. Когда ты об этом узнал? На острове, в своих снах?

— Нет. Прошлым летом, когда уехал увидеться с ним. Кай, мне противно об этом даже вспоминать, не то, что говорить. Тем более с тобой.

— Тем более? Разве мы с тобой не самые близкие люди, и не всё доверяем друг другу?

— Ты не понимаешь. Это совсем другое, я…

— Ты любил его. Но теперь я задаюсь вопросом, как сильно ты любил его?

— Я знаю его с самого рождения, он всегда был со мной, всегда. Был самым близким и родным человеком. Он мой брат.

Брат…

— Я начинаю думать, что вы были привязаны друг к другу куда сильнее, чем обычные братья. Поэтому тебя до сих пор так сильно ранит его предательство? Знаешь, у меня сейчас в душе поселилось очень неприятное чувство. Черт, да я просто ревную, Нео!

— Не нужно, — юноша сильнее прижался к Каю спиной. — Кай, ты моя жизнь. Тебе не нужно ревновать ни к кому, потому что тебя я люблю сильнее, чем кого-либо, без тебя я не смогу. А Гнес… Это тяжело. Он причинил, да и до сих пор причиняет мне боль, но она не идёт ни в какое сравнение с той, что я испытал, когда чуть не потерял тебя. Без него я могу прекрасно жить, а без тебя нет, поэтому не сравнивай и не ревнуй. Я любил его, и даже сейчас какая-то часть меня всё ещё любит его, но это другая любовь. Для меня он брат.

— Но ни ты для него.

— В нём все смешалось, Кай. Когда-то и я был для него просто милым и обожаемым младшим братом, а когда он понял… — Нео тяжело вздохнул, — то, что понял, он пытался бороться с этим и держаться от меня подальше, но со временем у него выходило всё хуже.

— Он не… Он тебя…

— Нет. Я был ребёнком, если его объятья и были излишними, тогда я этого даже не понимал. Там, на острове, я видел, как он рос, взрослел, менялся, о чём думал, как осознавал свои желания, и как страдал из-за меня тоже.

— Ты не при…

— Нет, теперь я знаю, что многое из того, что Гнес сделал, он делал из-за меня. Из-за того, что я был рядом, из-за того, что вообще родился.

— Перестань. Ты не виноват в его поступках. — Кай уткнулся носом в серебряную макушку.

— Виноват. Я вызываю в людях странные чувства, все эльфы вызывают, это сказал мне Наир. Моя эльфийская сущность и правда околдовывает людей, даже если я этого не желаю. И то, что я об этом ничего не знал, не оправдывает меня. Ох, Кай, прости, — Нео прижал ладони к лицу, — прости, прости, я околдовал и тебя.

Кай чуть натянул поводья, и Зир, нёсшийся по лесу, стал замедляться, пока вовсе не остановился, а Мин и Рок застыли неподалёку. Парень снял Нео с коня, и опустился перед ним на одно колено, убирая его ладони и заглядывая в глаза.

— Взгляни на меня, милый. Я похож на околдованного? А если и так, я этого не чувствую. Ты лучшее, что случилось в моей жизни. И даже если это какие-то эльфийские чары, я согласен, потому что то чувство, что я испытываю к тебе, невозможно описать. Для этого мало обычного слова «люблю», это гораздо, гораздо большее. Нео, ты ведь чувствуешь то же, что и я?

— Да.

— Тогда к чёрту какие-то там чары. Зачем об этом думать и расстраиваться? Мы есть друг у друга, а как это произошло, уже неважно.

— Как ты это делаешь? — Нео обнял парня за шею, прижимаясь к нему. — Каждый раз, снова и снова, ты успокаиваешь все мои тревоги и страхи, сметая их и делая незначительными.

— Потому что я люблю тебя, и буду оберегать всегда, даже от твоих тревог и мыслей.

— Кай, это ты сокровище, а не я. Моё сокровище, — Нео легонько потерся носом о шею парня, а потом печально вздохнул, — нам надо торопиться к остальным, я чувствую, что в лесу стало ещё опаснее для людей, как будто что-то тёмное надвигается. Да и барьер долго не удержит Гнеса, а я не знаю, сколько времени мне понадобится, чтобы открыть проход.

— Поехали, — кивнул Кай, — только сначала я тебя поцелую.

Глава 3. Твари и существа.

Они покинули деревню вчера днём и уже больше суток передвигались по лесу в максимально быстром темпе, насколько это было возможно с женщинами и детьми. На сон отвели всего три часа, когда ночная тьма заволокла все и идти стало невозможно. Еще до рассвета они продолжили путь. Впереди колонны шли Дион, Игон и Дрей, позади осирийские воины, в центре дети и подростки, а вокруг них остальные. Оружие выдали всем, даже детям. Ещё отряд сопровождало семеро существ. Многих это нервировало, а кого-то откровенно пугало, даже не смотря на то, что существа были светлыми и их прислали для защиты людей.

Такая напряжённая обстановка изводила Вили. Он чувствовал себя как в тот день перед битвой за Санпур. Такое же нехорошее и пугающее предчувствие было у него и сейчас. Вот только в тот раз он боялся за Диона, а беда случилась с Каем. Он и теперь переживал за Кая и Нео, оставшихся в деревне поджидать колдунов и готовить ловушку. Лишь бы только с ними всё было хорошо, и они поскорее догнали остальных. Оглядываясь назад, он каждый раз надеялся увидеть их, спешащих сюда на Зире и Мине. Еще Вили очень жалел, что его кошку пришлось оставить в деревне. Когда они в спешке покидали её, он так и не нашел серую любимицу, но Дион уверял, что она не пропадет здесь.

Раньше, когда они выходили в лес охотиться, Вили и не замечал, насколько на самом деле опасен Нисвет, а теперь страшный магический лес предстал перед людьми во всей красе. Самыми жуткими оказались звуки вокруг. Они появились через пару часов после начала их пути. Каждый, даже самый маленький, понял, что за ними следуют тёмные существа. Периодически раздавались то приглушённые рычания, то покряхтывания, то свистящие звуки, от которых мурашки бежали по телу, а порой и вовсе казалось, что какая-то тварь дышит тебе прямо в спину. Но за всё то время, что они шли, никто к отряду не приблизился, и Вили понимал, что это вовсе не заслуга их воинов. Твари не подходили из-за существ, присланных Хранителем леса, да из-за горстки заколдованных Нео камешков, которые люди рассовали по свои карманам. Друг говорил, что, возможно, так существа будут чувствовать его силу и побояться подойти, а при необходимости их можно использовать и как оружие, кидая во врагов — какие-то камни будут ослеплять, какие-то обжигать. У Вили в кармане лежало пять таких, и, честно говоря, сейчас они вселяли больше уверенности и защищённости, чем его верный лук.

Возглавляло их отряд красное существо, похожее на птицу. Нео назвал его ригором, когда оно пришло встретить их возле поселения, и велел слушаться его во всём на пути до эльфийской земли. Это птицеобразное показалось Вили довольно слабым и безобидным созданием. Было оно размером с человеческую голову, худенькое и с небольшими крыльями. По большей части оно летело, иногда прохаживалось по земле на своих коротеньких лапках, в эти моменты чем-то напоминая курицу. А вот когда у него неожиданно появились ноги, самые настоящие, человеческие ноги, Вили по-настоящему удивился. Оказывается, в этом странном магическом мире, все, что ты видишь, может быть вовсе не тем, чем есть на самом деле. В своём втором обличии этот ригор походил на человека, причём оказался мужчиной, вот только красные перья никуда не делись и покрывали почти всё его тело, оставляя оголённой розоватую кожу только на лице, ладонях и ступнях. Руки у него были весьма необычны, будто бы и руки, и крылья одновременно, а ко всему прочему, ночью, когда они разводили костры, оказалось, что ригор владеет магией огня, так что поленья он поджёг за считанные секунды. Когда Вили спросил, как его зовут, птице-человек удивлённо на него посмотрел и сказал, что у большинства существ нет имён, если только им его не дают люди, которым они захотели служить, или величественные эльфы не нарекут, признавая таких существ достойными носить имя.

— Но это не справедливо! — воскликнул Вили. — Каждый имеет право называться как-то! Как же тогда к тебе обращаться?

— Ты, ригор, пернатый. В основном называют так, — пожало плечами существо.

— Но если в этом лесу не осталось эльфов, а люди сюда не заходят, как же вам получить имя?

— Раньше никак, а теперь юный эльф Нео мог бы дать нам их, но, видимо, он пока не счел никого достойным, — краснокрылый печально склонил голову.

— Да он же и не знает вас! Чтобы дать имя каждому существу, что живёт в этом лесу, это сколько ему нужно вас искать? Почему вы не приходили к нему сами?

— Что ты, человек, так не положено!

— Да? А винго пришел, и теперь Нео доверяет ему.

— Мерзкая, наглая тварь… — кажется, пернатый чуть ли не зашипел. — Тёмные не имеют права даже подходить к эльфам без разрешения или пока те не позовут. Они должны покорно кланяться и пресмыкаться при виде хозяев. А этот… Этот… Как он посмел?!

— Знаешь, эльфы покинули материк тысячи лет назад, может, с тех пор пора бы поменять ваши правила? Вот тебе сколько лет?

— Пятьдесят два.

— Тогда с чего такое почтение к эльфам, если ты их даже не видел, пока не появился Нео? Вот у тебя очень красивое красное оперение, я бы назвал тебя Карсон, — Вили добродушно улыбнулся, — но ведь так не принято, да? Значит, попрошу Нео дать тебе имя. — Мальчик поднялся и пошёл к Диону.

Следующий день ничем не отличался от предыдущего, всё те же неотступные звуки преследователей и нервные, усталые люди. Но ближе к вечеру, когда где-то поблизости с ужасным грохотом упало дерево, их крылатый проводник остановился, принимая человеческий облик.

— Всем приготовиться, — громко сказал он, — твари знают, что здесь нет юного эльфа, и собираются напасть.

И началась суматоха, женщины в панике прижимали к себе детей, молоденькие девушки столпились в кучку, со страхом хватаясь за ножи, а все остальные встали плотным кольцом, прикрывая слабых, и приготовили оружие.

— Зачарованные камни, что дал вам хозяин Нео, используйте в крайнем случае. Твари не отступят, пока не убьют всех людей, нам нужно продержаться до приезда эльфа и его колдуна, они уже в пути, я чувствую, — сказал пернатый, а потом повернулся к другим существам, которые шли с ними.

Двое зелёных, похожих на огромных лягушек, выросли еще в несколько раз и теперь не уступали размером коням, еще и расплёвывали вокруг отряда какую-то склизкую жидкость. Чернокожее существо с длинным змеиным хвостом стало громко шипеть и из леса к нему со всех сторон устремились десятки змей, оплетая его, так что теперь оно выглядело как большой шипящий, довольно зубастый, извивающийся клубок.

Еще одно человекообразное молочно-белое существо отрастило на спине мощные длинные крылья – это было красиво, именно такими на картинках рисовали ангелов. Когда оно взмахнуло ими, все ветки, брёвна и стволы разлетелись в стороны, и даже пни вылетели из земли вместе с корнями, расчищая площадку перед ним.

Вили смотрел на каждого из них с замиранием сердца и думал: «До чего же они удивительные». Мальчик встряхнул головой и, перехватив поудобнее лук, проверил количество стрел, а затем встал поближе к Диону, чтобы не терять его из вида. Буквально через пару минут показались первые тёмные существа. Раньше Вили считал винго страшным, но эти создания оказались куда страшнее и противнее. Они передвигались на четвереньках, ноги и руки были неестественно выгнуты, кривые асимметричные лица, глаза разных размеров, у всех плоские и уродливые носы и губы, а кожа почти прозрачная и через неё видны синие вены и голубовато-розовое мясо. Мальчика передёрнуло.

— Водняки, — тихо выдохнул стоящий неподалёку Игон, — никогда не видел так много сразу…

Много… Нет, их было слишком много! Куда больше, чем людей. Вили успел насчитать штук двадцать, а за ними выползали все новые и новые. Ригор взмахнул рукой-крылом, и перед тварями выросла стена огня, не давая подойти ближе к людям, от чего тёмные противно засвистели. Несколько водняков прорвались через огонь, но там их ждали зелёные кляксы лягушек, в которых они застревали как в болоте, и, похоже, эта жижа причиняла им боль, потому что они начали жалобно скулить, а потом и вовсе падать замертво.

Следом за водняками из глубины леса показались здоровенные, круглые, рогатые пауки, и для них огонь оказался не преградой - они просто перешагивали через него, и там, где они прошли, пламя затухало, а по их следу стремились остальные. Вот тогда и началась настоящая битва – ригор метал во врагов огонь, ангел сдувал их взмахами своих крыльев, но твари поднимались и наступали снова. С деревьев на тёмных бросились десятки маленьких существ, похожих на бабочек или лесных фей, а ведь Вили до этого и не замечал, что они были здесь. Малыши кусались и царапались, их давили и прихлопывали как каких-то комаров, но остальные продолжали кидаться на врагов.

Лягушки использовали свою ядовитую слюну, да и просто давили водников, наступая на них огромными задними лапами. Повелитель змей метал своих питомцев в тварей и те кусали и душили их. Люди же добивали тех, кто упал на землю, пронзая их тела мечами, а некоторые, как Вили, стреляли из лука, целясь по приближающимся. Но сколько бы они не отбивались, с каждой минутой тварей становилось всё больше, и они всё плотнее зажимали людей. Среди нападающих появились новые лохматые трехногие чудовища и парочка винго, от которых так и веяло опасностью. Они передвигались с невероятной скоростью, Вили даже не мог толком их разглядеть. Мальчик сделал пару шагов назад, прижимаясь спиной к спине Диона. Так ему было хоть немного спокойнее.

Один из винго неожиданно оказался возле лягушки и повалил её на землю, впиваясь когтями ей в бок, а те тёмные, что находились рядом, тут же накинулись на неё и стали рвать на части. Вторая зелёная защитница взвыла так, что задрожала земля под ногами, и бросилась на помощь первой, но потеряла бдительность, и всё тот же винго перехватил её на полпути, вырывая глаза.

— Кидайте камни, — крикнул краснокрылый, и люди стали доставать своё единственное магическое оружие и кидать в тварей, а светлые начали отбиваться еще отчаяннее.

Страшные крики наполнили лес. Отряд держался, но силы были неравны. Вили видел, как пауки утащили молодого парня Азека, как пара мужчин кинулись ему на помощь, но им пришлось отступить. Ещё несколько человек были ранены, однако оружие из рук не выпустили и продолжили защищать детей и женщин. Белоснежный ангел упал на землю, его лицо и тело заливала кровь. Те люди, которые находились рядом, оттащили его к женщинам. Камни, что дал Нео, почти закончились. Мужчины, сражавшиеся на мечах, едва держали их и пошатывались от усталости. Единственным, кто ещё бился в полную силу, был ригор. Его огонь все так же стремительно поражал врагов. Вили заметил, как к нему сзади метнулась тень, и, не думая, схватил стрелу и пустил туда. Раздался пронзительный вой, и у ног краснокрылого упал винго. Он тут же добил его и на секунду глянул на мальчика, благодарно кивая.

Еще через пару минут их отряд окончательно зажали. Ригор, пустив очередную струю пламени, обессилено рухнул на колени. Вили подумал, что теперь им точно конец, но существо прошептало:

— Мы спасены… — и тут же их всех окутал серебряный свет, из-за деревьев выскочил огненный конь, неся на себе Нео и Кая. За ними бежали Мин и Рок.

Остаток битвы уложился в минуту. Рок кинулся на вражеского винго и почти сразу же перегрыз ему горло. Мин своими мощными белыми лапами втаптывал тварей поменьше прямо в землю, от чего по округе раздавался противный хруст костей. А Нео, спрыгнув с коня, всего раз взмахнул рукой, раскидывая тёмных в разные стороны, после чего те сами бросились в рассыпную.

— Все целы? — Кай подбежал к Диону и Вили.

— В основном. Некоторые ранены, а Азека куда-то утащили.

— Он мертв, — тихо сказал сидящий рядом ригор, — и тело вы вряд ли найдёте.

Нео в это время осматривал белокожего ангела. Вили подошел к нему.

— Как он? — спросил мальчик.

— Думаю, выживет, — ответил Нео. — Царины сильные и живучие, во всяком случае, я так читал. Помоги положить его на Мина. Отойдём отсюда подальше и передохнем. Тёмные больше не посмеют к нам сунуться, но нам всё равно нужно торопиться, Гнес скоро выберется из ловушки, если ещё не выбрался. Он попытается нас догнать.

Когда все готовы были идти дальше, Вили помог краснокрылому подняться и дал опереться на себя. Отряд медленно побрёл дальше, у них не было даже времени на скорбь по погибшим, а могилой Азеку стал меч, который Игон воткнул в землю. Уставшие, измотанные, грязные, они остановились через пару часов, и люди обессилено засыпали, где придётся, позабыв о каком-либо комфорте и еде. Вили же поворочался немного на земле, но сон так и не пришёл. Тогда он подсел к Нео возле костра.

— Как ты? — спросили они одновременно и улыбнулись.

— Я-то что, всего лишь встретился с братом, — пожал плечами Нео.

— Всего лишь? — печально усмехнулся Вили. — После всего, что он сделал тебе и твоей семье… Я бы, наверное, хотел отомстить.

— И я хотел, но со временем это желание сменилось тоской и сожалением, ведь он тоже был моей семьёй. А мести я больше не желаю. Ты сам-то как?

— Нормально. Когда они полезли на нас – испугался, конечно, но светлые существа так отчаянно боролись за нас... Нео, я хотел попросить тебя - дай имя ригору. Ты знал, что у существ нет имён, пока им их не даст эльф или они не решат служить какому-то человеку?

— Правда? Нет, не знал, я ведь рос не среди эльфов, а на острове мне было не до того, чтобы изучать существ, только если в книгах случайно что-то попадалось. Конечно, я дам ему имя, лучше даже прямо сейчас.

Нео поднялся и пошёл к соседнему костру, где лежал, глядя на пламя, крылатый. Вили последовал за ним.

— Юный эльф, — тут же приподнялось существо, — я могу вам чем-то помочь?

— Нет, нет, лежи, — Нео коснулся его плеча, вынуждая лечь обратно. — Вили сказал, что у тебя нет имени, точнее, практически у всех существ. Прости, я этого не знал. Я ещё так много не знаю об этом мире. Я могу дать тебе имя, раз у вас так принято, может, есть такое, которое ты хотел бы сам?

— Я очень благодарен, — ригор всё же сел и склонил голову. — Я безмерно благодарен, светлейший, но, — он застенчиво бросил мимолетный взгляд на Вили. — Я, наверно, недостойнейшее создание, раз говорю такое эльфу, но я хотел бы, чтобы имя мне дал этот мальчик. Он спас мне жизнь, и я хочу отныне служить ему. Простите…

— Тебе не за что передо мной извиняться, это твоя жизнь и твое решение, — Нео улыбнулся и, хлопнув Вили по плечу, отправился обратно к своему костру.

— Так ты дашь мне имя, Вили? — спросил пернатый, глядя на мальчика.

— Да, только с одним условием. Мне вовсе не нужно, чтобы ты служил мне, а вот от такого друга я бы не отказался, — мальчик протянул руку. — Что скажешь, Карсон?

— Я согласен. У меня никогда прежде не было друга-человека, — и существо чуть сжало ладонь Вили своей рукой-крылом.

Глава 4 Цена твоей жизни.

К развалинам эльфийского замка отряд вышел только через три дня. Тёмные существа к ним больше не приближались, но Нео ощущал, что они неотступно идут за отрядом, пусть и на приличном расстоянии. Они как будто выжидали, пока юный эльф уйдет, или же ждали того, кто идет по их следу. Нео молился всем богам, чтобы Гнес не успел их догнать. Сосредотачиваясь на его силе, юноша чувствовал брата, преследовавшего их: он был ещё далеко, но с каждым часом приближался, а они шли так медленно… К тому же, Нео понятия не имел, сколько времени у него уйдет на сбор силы и открытие прохода.

По дороге к ним присоединялись светлые существа, так что, когда они добрались, их отряд насчитывал более сотни людей и созданий, а вместе с Хранителем на эльфийской земле их ожидало еще около трёх сотен жителей леса, от самых маленьких, с ладошку, до человекообразных.

— Как же их много, — прошептал стоящий рядом с эльфом Кай.

— Они все пришли поделиться с Нео силой и, если получится, то пройти вместе с вами в проход, на остров, — сказал, подходя, Хранитель. — Людей сейчас накормят, а потом пусть отдыхают. Я думаю, Нео понадобится часа четыре, не меньше, чтобы накопить силу.

Кай и Дион повели остальных к озеру, а Нео пошел в противоположную сторону. К нему по очереди подходили крупные существа, делясь своей силой, а в благодарность он давал им имена. После пошли существа поменьше. У совсем крошечных юноша не стал заимствовать энергию, для него это ничего бы не изменило, а для таких малышей каждая крупица была ценна, но имя он дал каждому. Времени на всё это уходило куда больше, чем Нео и Хранитель рассчитывали, и, когда юноша в очередной раз проверил местонахождение брата, его охватил страх – Гнес и армия тёмных оказались близко, слишком близко, у них осталось не более часа.

Нео чувствовал в себе огромную силу, она плескалась в нем разноцветными всполохами и, кажется, готова была хлынуть через край, но Хранитель смотрел на него с тревогой, видимо, боясь, что даже этого не хватит, чтобы преодолеть расстояние до острова. Когда все собрались в одном месте, Нео стал повторять по памяти чары, так же, как делал это Арнайн. С первой попытки не вышло, хоть он и был уверен, что делал всё правильно. Во второй раз он представил точку прибытия более четко: дом Арнайна, маленький дворик с низким заборчиком, витиеватая тропинка из разноцветных камней… Пространство перед ним задрожало, начало источать серебристый свет, а затем открылся овальный мерцающий проход, и Нео сразу же почувствовал, как из него стремительно потекла сила, которую он так долго собирал.

— Быстрее, заходите внутрь, — громко сказал он.

Люди неуверенно замялись, но Дион взял на руки двух самых маленьких детей и шагнул в магическое сияние, исчезая в нём. Матери тут же поспешили за ним, а следом пошли и остальные. Кто по одному, кто по двое, взявшись за руки – жители деревушки, спрятанной в Нисвете, покидали лес, который приютил их на долгие семнадцать лет. Для кого-то он стал пристанищем, для кого-то домом, а кто-то другого и не знал никогда. Лица людей были печальны, некоторые даже тихо плакали.

Прошло всего минуты четыре, когда последний человек скрылся в проходе, только Кай остался стоять рядом с Нео. Юноша ощущал как теряет силы, и уже не те, что дали ему существа, а свои собственные.

— Вы следующие, и прошу, скорее, — кивнул Нео светлым, что собрались за его спиной.

Хранитель встал рядом и, взяв его за руку, стал переливать свою силу, но она мгновенно исчезала, и Нео, видя как бледнеет эльмей, разжал ладонь и оттолкнул его руку.

— Нет, ты не справишься один, — прошептал мужчина.

— А ты едва держишься, тебе самому нужна сила. Иди в проход.

— Я войду только с тобой.

Существа оказались куда резвее людей, и быстро исчезали с полянки в серебряном свечении, но их было слишком много. Нео уже едва стоял на ногах, и, видимо, Кай это понял – он подхватил его на руки и выкрикнул:

— Быстрее, он слабеет!

Нео заметил, что Рок неподвижно стоит возле них.

— Иди, — прошептал он ему.

«Меня не примут эльфы… Тёмным на острове нет места…»

— Ты со мной. Это не обсуждается. Иди. — И винго прыгнул внутрь, а Нео прикрыл глаза, чувствуя, что сил в нем практически не осталось.

— Кай, пора! — Кажется, это крикнул Хранитель. — Проход сужается… — а потом сознание Нео накрыла тьма.

***

Спустя несколько минут после того, как Нео открыл проход, он начал бледнеть и заметно слабеть, так что Кай подхватил его на руки, а когда юноша стал терять сознание, они с Хранителем забежали в уменьшающееся магическое отверстие. За их спинами остались еще пара десятков существ, но он понимал, что они уже не успеют пройти. Всего один шаг - и Кай оказался на знакомой дорожке возле дома Арнайна. Вокруг собрались сотни существ и десятки людей, а в стороне поражённо замерли несколько эльфов, со страхом глядя на прибывших.

— У нас получилось. Мы выбрались, Нео… — выдохнул парень и взглянул на любимого в своих руках.

Страх сковал сердце. Он не дышал… Его Нео не дышал!

— Арнайн! — В ужасе выкрикнул Кай. — Арн, помоги!

Парень опустился на колени и, положив Нео на землю, стал делать ему искусственное дыхание, но это не помогало.

— Отойдите, — услышал он знакомый голос и обернулся. Арнайн, отталкивая людей, пытался пробраться к нему. — Да уйдите же вы!

Выбежав, он упал рядом с Нео и Каем и на секунду испуганно замер, а потом приложил ладони к груди племянника. Из его рук в Нео потекло серебряное мерцание. Минута… Кая трясло от страха. Он не мог его потерять, только не так. Не после всего, что они пережили. Две… Парень почувствовал, как по его щекам текут слезы. Когда он плакал в последний раз? Три минуты…

— Нет, — прошептал он, — Нет, Нео, нет…

И тут Нео резко и судорожно вдохнул. Арнайн, пошатываясь, поднялся, а рядом тут же оказался Вечрей, который поддержал его.

— Неси его в дом, Кай, — тихо сказал эльф и сам направился туда, опираясь на друга.

Кай снова поднял Нео на руки и пошёл за ними. Положив юношу на диван в гостиной, он повернулся к Арнайну, который с трудом добрёл до кресла. Вечрей же, усадив друга, бросил что-то про людей и покинул дом.

— Что… Арн, что с ним? — едва смог выговорить парень. — Он ведь не умрет?

— Он потратил всю свою силу до последней капли. Такое истощение убивает эльфов, как и любое другое существо. Да только до такого себя редко кто доводит. Я перелил в него большую часть своей силы, но после такой потери, даже этого может оказаться мало, его организм сейчас поглощает силу как бездонная дыра. Если он переживет ближайшие пару часов, то всё будет в порядке, а вот если ситуация снова станет критичной… Кай, какого чёрта?! Что за самоубийство открывать проход с материка?! Зачем вы притащили с собой всех этих людей? Что вообще у вас там произошло? Как ты стал колдуном и так ясно, Нео использовал кинжал, но… Начинай рассказывать, Кай, — устало бросил последнюю фразу Арнайн.

Спустя час эльф вкратце знал историю всего, что случилось с ними за те полгода, которые они не виделись.

— Так что колдуном Нео сделал меня не из прихоти, он спасал мою жизнь, — закончил Кай.

— Нет. Может, он и попытался спасти тебя так сначала, но не вышло, — эльф печально отвел глаза в сторону, — он сделал нечто другое.

— Я не понимаю. Я ведь жив и я колдун, разве…

— Ох, Кай, посмотри на него! Тебя не смущает, что он так сильно вырос за такой короткий срок, хотя до этого практически не менялся? Эльфы не меняются так быстро.

— Смущало. И я спросил, а он ответил, что это из-за переживаний.

— Чушь, — тихо выдохнул Арн. — Это потому, что он отдал за твою жизнь своё бессмертие. Это что-то вроде обряда или сделки с богами - одно бессмертие за одну спасённую жизнь, он наверняка прочёл об этом в какой-то из книг здесь, на острове. Именно из-за бессмертия после достижения определённого возраста эльфы неизменны в своей внешности, да и до этого меняются гораздо медленнее людей, но Нео это больше не грозит. Он будет взрослеть и будет стареть, конечно же, не как обычный человек, а как колдун. Если подумать, возможно, это и к лучшему, теперь срок ваших с ним жизней одинаков. Мне немного грустно от этого, но он и так бы не пережил тебя. А сейчас я, наверное, даже рад, что ты колдун и ваши жизни больше не ограничены простым человеческим временем. Если снова никуда не вляпаетесь, проживете лет триста, а, может, и дольше.

— Отдал бессмертие… — Кай перевёл взгляд на своего прекрасного и хрупкого мальчика, — но почему он не рассказал?

— Да потому же, почему и всегда, — Арнайн улыбнулся, — потому что любит тебя.

— Ты говорил, что ближайшие пару часов будут опасны… Я могу поделиться с ним своей силой?

— Нет, ты не существо. И опасности больше нет, ему хватило моей силы. Я чувствую, как его собственная начала восстанавливаться. Все будет нормально, хотя проспит он дней пять, не меньше.

— А люди? Арн, эльфы позволят нам задержаться?

— Я договорюсь, и поместить где найдем. Но они не могут остаться навсегда, людям здесь не место. Ты можешь остаться, ты и Нео, вы с ним единое целое, никто не будет против.

_

Через пять дней Нео не проснулся, как и через шесть, семь и восемь. Арнайн говорил, что с ним всё в порядке и его силы просто восстанавливаются, и, хотя Кай и верил эльфу, это не мешало всё больше волноваться и переживать сильнее с каждым днем. Да какое там переживать, он себе места не находил! Похоже, Нео решил так отомстить ему за месяц своих страданий. Кай вздохнул – это было несправедливое обвинение. В отличие от Нео, он хотя бы точно знал, что любимый очнется, пусть ожидание и изводило его. Парень часами сидел возле Нео и держал его за руку, рассказывая о том, что происходит.

После прибытия на остров Вечрей увёл всех людей к себе на корабль, а к Арнайну нагрянуло несколько членов совета. О чем они разговаривали, Кай не слышал, в это время он как раз размещал Нео в спальне, а когда спустился, эльфы лишь бросили на него недовольные взгляды и ушли. Арн передал их слова: они согласны некоторое время потерпеть подобное соседство, при условии, что люди не будут никуда лезть, не станут сами искать общения с эльфами, да и вообще без надобности приближаться к жителям острова, и что Арнайн берет ответственность за каждого из этих смертных на себя. Собственно, чего еще было ожидать, когда почти полсотни незнакомых людей свалились как снег на голову тем, кто их вообще не рад здесь видеть. Хорошо хоть сразу не выгнали.

Диону и Вили Арнайн позволил жить в своём доме. Когда вечером первого дня Арнайн пришел на корабль и увидел Вили, он сказал, что этот парнишка больше всех переживает за Нео, наверное, поэтому и позвал его к себе, а Дион оказался бонусом. Ночью в доме оказался ещё один постоялец – винго забился в угол гостиной. Увидевший его утром Арн чуть не зашипел от злости:

— Мало было притащить сюда людей, так еще и тёмного?! Кай! Какого чёрта Нео приволок тварь на остров?!

— Ну… он как бы… его друг, наверно, — винго в углу недовольно зарычал, и Кай поторопился продолжить, — Нео зовет его Роком, существо предано ему.

— Он даже имя ему дал?! — взвизгнул эльф. — Ты… ты! — Он обернулся к винго, — чтобы из дома не смел высовываться! Попадёшься на глаза другим эльфам - прибьют не задумываясь. Жрать будешь то, что принесу, никакой охоты. А навредишь хоть одному существу на острове, пощады не жди, сам убью.

После этого Рок из своего угла практически не вылезал, только иногда прятался в спальне Нео, забираясь под кровать, или сидел на корточках возле юноши и, как Кай заметил, кажется, делился с ним силой. Арнайн кипятился недолго, через пару дней просто перестав обращать внимание на тёмного.

Игона, Мези, Рена и Кору Вечрей позвал пожить в свой дом. Как ни странно, вечно ворчливый Игон и его старший всегда чем-то недовольный сын за все эти дни ни разу не сказали и слова против, а наоборот, чуть ли не кланялись, благодаря эльфов. Кай же только поражался такой смене поведения. Да и все остальные люди вели себя тише воды, ниже травы, не покидая берега, на котором Арнайн и еще пара эльфов вырастили им маленькие домики. Кай даже начал подумывать, что все притихли в ожидании - очнется ли Нео. Как будто боялись, что, если юноша умрет, их тут же выкинут с острова или того хуже – убьют. Парень не стал говорить им, что Нео просто спит и восстанавливает силы, пускай лучше ведут себя потише и не раздражают эльфов.

Только к Вили всё вышеперечисленное не имело никакого отношения. В первые же дни он познакомился с несколькими соседями Арнайн. Вечно безэмоциональные эльфы, на которых Кай смотрел всю зиму, кажется, оттаяли от дружелюбия и открытости мальчика. Этому, кстати, ещё и поспособствовал новоприобретённый краснокрылый друг Вили. Существо практически не отходило от мальчика, и, видя это, некоторые эльфы не избегали его, а наоборот, стремились пообщаться. Вот только Диона не радовали новые знакомые Вили и то, с каким восторгом мальчик смотрел на эльфов. Кай был уверен, что друг просто ревнует, и со стороны это выглядело даже забавно. Пока Дион хмурится и с подозрением смотрит на каждого, с кем Вили разговаривает, сам мальчишка со счастливой улыбкой бежит к нему рассказывать о своих новых знакомых. Глядя на них, Кай понял, что, когда любишь, сам не всегда замечаешь то, что очевидно остальным. Так, например, Дион за своими переживаниями и ревностью не замечал, что, на кого бы мальчик с интересом не поглядывал, это просто любопытство, тогда как на Диона он смотрит с обожанием и нежностью. И видя это, Кай думал, а чего он сам не замечает в себе и Нео?

Там в деревне, когда они встретились с Гнесом, Кай впервые почувствовал, что такое ревность. Даже сейчас это противное чувство жгло и грызло его, а ведь умом он понимал, что Нео только его и по-другому никогда не будет. Раньше Гнес занимал в жизни и сердце Нео большое место, но и теперь, спустя два года после предательства, Кай знал, что у юноши всё ещё остались чувства к брату. Конечно, совсем не те, что он испытывал к Каю, но, тем не менее, он до сих пор любил Гнеса. И именно это терзало парня – у Нео есть ещё один человек, которого он любит! В Кае просыпался эгоист, собственник или даже кто-то одержимый, ведь сам он больше не видел в своей жизни никого, кроме Нео, все остальные ушли на второй план и стали незначительными, и он хотел от мальчика того же! И чем дольше Нео спал, тем больше парня одолевала эта дикая ревность и паранойя. Это и были те эльфийские чары, о которых говорил Нео? Он и вправду одержим им?

С каждым днем, что Нео спал, Кай всё больше понимал Эргонеса. Если пацан с детства испытывал рядом с братом подобные чувства, неудивительно, что он свихнулся! Но и Нео он тоже не винил, его мальчик был не властен над этими способностями. Боги, пускай он поскорее откроет свои серебряные глаза и прогонит их светом все страхи и сомнения… В дверь тихо постучали и Кай, оторвав взгляд от лица Нео, сказал:

— Войдите.

— Кай, — в проём заглянул Вили, — можешь сходить к остальным? Там Иола потерялась. Саира плачет, а остальные не рискуют покинуть берег, боясь вызвать недовольство эльфов. Я посижу с Нео.

— Хорошо, — Кай кивнул, поднялся, осторожно поцеловал спящего юношу в щеку и вышел из комнаты.

Может, это хоть немного отвлечет его от бредовых мыслей. От дома Арнайна до моря идти минут пятнадцать, но сегодня Кай шёл куда быстрее. Добравшись до берега, он сразу увидел Саиру, сидящую на камне и прикрывавшую лицо руками, её плечи то и дело вздрагивали. Ещё две женщины пытались хоть как-то её утешить. Справа и слева доносились голоса мужчин, которые выкрикивали имя Иолы, похоже, её искали вдоль берега. Кай подошёл к несчастной матери и, присев, заглянул ей в глаза.

— Саира, когда ты видела её в последний раз?

—Утром. По… после завтрака она ушла с ребятами играть у моря. Но… но они вернулись без неё! — Женщина всхлипнула, — Кай… никто не видел, когда она пропала. Мальчишки ничего толком не говорят, только смотрят виновато да лопочут, что не уследили. Я прошу тебя, найди её! Может, её забрали эльфы? Что, если они навредят ей? Боги, она ведь моя единственная дочь…

— Не говори ерунды. Эльфы приютили нас, и Нео один из них, разе он хоть раз пытался кому-то из вас навредить? Эльфы самые светлые и чистые существа на земле, они никогда бы не причинили ребенку зла. Мы обязательно найдем Иолу.

Первым делом Кай пошел к Вечрею, ведь он сотни раз плавал вокруг острова, а значит, лучше всех знает берег и близлежащие тропы. Выслушав все, Веч пришёл к выводу, что обыскивать надо лес вокруг города, ведь будь она где-то на берегу, люди сами бы давно нашли малышку, а забреди она в город, её бы вернули эльфы. Вечрей попросил своего эльмея и еще пару существ поискать в лесу, а сами они с Каем отправились к одиноко живущему в лесу эльфу-затворнику. Веч сказал, что он уже более пятисот лет живёт там, и, если малышка в лесу, он поможет. Самым страшным предположением Вечрея было то, что девочка могла по неосторожности утонуть в море. Кай и сам уже думал об этом, но не хотел верить и продолжал надеяться, что Иола просто потерялась.

Кай прожил в Радоне всю зиму, но так далеко в лес, как сегодня, ни разу не заходил. Чем дальше они углублялись, тем мрачнее ему казалось это место.

— Тебе не кажется, — ответил ему Вечрей. — Множество тысячелетий назад, еще до того, как наш народ отправился на земли людей, именно здесь эльфы впервые узнали, что такое предательство. Эту легенду нам рассказывают с самого детства. Тогда остров еще не был спрятан под покровом, и люди порой заплывали сюда. Эльфы пускали их на свои земли и относились как к гостям. Однажды юная эльфийка Глора влюбилась в человека. Ни его имени, ни откуда он приехал, в легенде не сохранилось, да это и не важно. Конечно, это был не первый случай, когда эльф полюбил человека, и все уже знали, какими будут последствия, но Глора была готова к ним. В общем, они прожили как муж и жена около года, а потом человек сказал ей, что должен уехать, что дома его ждёт другая жена и двое детей. Она умоляла его остаться, говорила, что любит и что готова на все ради него, но он все равно уплыл, а эльфийка не пережила этого. Она ушла сюда в лес и покончила с собой. Наша земля и природа разгневались, и это место стало сосредоточием горя и боли Глоры, поэтому здесь так мрачно. Эти места стали называть обителью скорби, и даже спустя тысячелетия оно остается таким, чтобы эльфы помнили. А ещё говорят, что именно после этого наша природа сделала всех эльфов такими красивыми, какие мы есть сейчас, чтобы больше ни один человек, которого полюбит эльф и который ответит взаимностью, не смел нас бросить. Хотя в это лично я уже не верю, почитать нашу историю, так за столько лет эльфов всё равно предавали и убивали. Ну, и именно после этой истории с Глорой эльфы накрыли остров покровом, дабы больше не пускать в свои земли людей. Так что, ты и твои друзья первые, кто попал сюда за множество тысячелетий.

— Я никогда не спрашивал, но… Сколько тебе лет? — неожиданно спросил Кай.

— Еще десяток и будет триста, — Вечрей улыбнулся, — не так уж и много для эльфа.

Пройдя еще какое-то расстояние, они попали на маленькую опушку. Здесь природа и лес выглядели уже совершенно нормально, ничего мрачного и гнетущего, зато то, что предстало перед ними, поражало по-другому. По центру опушки стоял деревянный узорчатый домик, он как будто сошел с картинок сказок. Резные ставни, стены, разрисованные витиеватыми цветами, небольшие круглые окна, у каждого разноцветные рамы, изящная тонкая дверь с позолоченным ободком по краю и такой же ручкой.

— Если бы не знал, что тут живёт эльф, решил бы, что это домик какой-то маленькой принцессы, — тихо сказал Кай.

— Это ты еще внутри не был, — усмехнулся Вечрей и отправился на поиски хозяина, попросив парня подождать здесь.

Вернувшись через пару минут, Веч сообщил, что эльфа-отшельника здесь нет, и они могут либо просто подождать его, либо походить в округе в надежде встретить. Кай предпочел пройтись, всё лучше, чем бесцельно сидеть в ожидании. За несколько часов эльф им так и не попался, и они вернулись к домику, но и туда он еще не приходил. А между тем, уже начинало темнеть. Саира, наверное, вне себя от горя, и надежда найти её дочь сегодня тает с каждым часом. Так Кай промаялся в ожидании еще около часа, когда из леса наконец-то появился эльф. И, о чудо, у него на плечах сидела Иола! Девчушка выглядела совершенно невредимой и счастливо улыбалась, цепляясь своими крохотными ручками за бледно-лиловые волосы эльфа.

— Вечрей, полагаю, ты пришел за этой малышкой? — спросил мужчина, подходя ближе. — Только вот откуда на острове люди? — он перевел вопросительный взгляд на Кая.

— Брейтус, позволь представить тебе Кая. Это избранник Нео, племянника Арнайна. Но ты ведь и с Нео до сих пор не знаком. Знаешь, тебе стоит почаще заглядывать в город. Люди гостят у нас уже несколько дней, и останутся ещё на какое-то время. Где ты нашел девочку?

— Человеческий детеныш плакал в лесу, меня к ней привела фрея.

— Спасибо, — Кай чуть поклонился, — мы все очень беспокоились за нее, Иола пропала еще утром.

— Правда? А плакать начала только пару часов назад, иначе мне сообщили бы о ней раньше, — мужчина протянул малышку Каю и тот пересадил её себе на плечи. — Ну что ж, был рад познакомиться, — сказал эльф, глядя на девочку. — Приходи как-нибудь в гости, только больше не теряйся. И ты, Кай, заходи вместе с Нео, любопытно познакомиться с сыном Кармины.

Эльф улыбнулся, и Кай, ещё раз поблагодарив его, вместе с Вечреем и ребёнком, отправился обратно к берегу, где их ждали люди. Саира бросилась к ним сразу, как только увидела дочь у Кая на руках. Она, заливаясь слезами, прижала дочку к себе и только тихо шептала: «Спасибо, спасибо, спасибо, Кай». На то, чтобы успокоить женщину, всё рассказать, да еще отказаться от шести различных ужинов, на которые его звали, у парня ушло ещё около часа. В дом Арнайна он вернулся уже поздним вечером. Дион сидел в одном из кресел, что-то читая, а Вили на секунду выскочил из кухни и уже собирался идти обратно.

— Привет, как Нео? — спросил Кай, вынуждая мальчика остановиться.

— Пытается съесть всё, что мы нашли на кухне.

— Он очнулся?!

Кай долетел до столовой в считанные секунды и застыл на пороге, глядя как Нео отправляет в рот пирог с ягодами.

— Нео… — выдохнул он. Юноша поднял голову и, не прекращая жевать, помахал ему. — Нео! — Парень бросился к нему, подхватил своего эльфёнка со стула и, усадив прямо на стол, прижал к себе. — Нео, милый…

— Эм… Ну, я, пожалуй, пойду, — раздался откуда-то сбоку голос Вили, но Кай его практически не слышал, занятый тем, что покрывал поцелуями лицо Нео.

Вскоре юноша тихо засмеялся и попытался отстраниться от парня.

— Ты меня задушишь, Кай.

— Вот ещё! Я не способен на такое, могу только зацеловать, — парень чуть отодвинулся, — Нео, ты не представляешь, как напугал меня…

— Представляю. Ты ведь умирал у меня на глазах, — Нео запнулся, опустил глаза и прижался головой к груди Кая.

— Так это была месть? — парень улыбнулся. — Ладно, я заслужил, но прошу тебя, больше так не делай. В следующий раз у меня и сердце может не выдержать. Я чуть не потерял тебя, если бы не Арнайн… — Кай сильнее сжал любимого в своих объятьях. Они просидели так несколько минут, а потом он спросил, — Почему ты не рассказал? О своем бессмертии?

— А это важно?

— Ты отдал его за мою жизнь.

— Это того стоило.

Кай приподнял лицо Нео и припал к его губам в долгом нежном поцелуе, а после подхватил юношу на руки.

— Я надеюсь, ты уже наелся?

И Нео наконец-то рассмеялся своим звонким чистым смехом, от которого у Кая светлело на душе.

— Не отвлекайся, неси меня в спальню, — проговорил юноша, отсмеявшись, и Кай исполнил его желание, как и все последующие.

Глава 5 Совет эльфов.

— И каковы наши дальнейшие планы? — спросил Рен, опускаясь на песок.

Дион, Кай, Игон, два его сына, Кора и Нео собрались на берегу моря. Прошло уже несколько дней с тех пор, как юноша очнулся. Он разговаривал с Арнайном, и дядя не собирался никого выгонять, но они и так все понимали, что остаться надолго здесь не смогут. Вернуться в Агрею тоже не вариант, как и вообще на Орваи. Оставалось выбрать - плыть им на Мгваль или на Кастор. Вот только думая над этим раз за разом, Нео пришёл к выводу, что он не может уехать вместе со всеми.

—Я должен остановить Гнеса, — негромко сказал он, но этого было достаточно – все вокруг притихли и посмотрели на него, а вот он смотрел только на Кая.

Парень не был ни удивлён, ни взволнован, он просто молча кивнул, глядя в серебряные глаза. Нео благодарно сжал его ладонь. Кай понял, понял и принял то, что ему это необходимо, что с Гнесом он должен разобраться.

— И как ты собираешься его остановить? — спросил Дион. — У него армия осирийцев, часть агрейцев, которые решили присоединиться, сотни колдунов, да теперь ещё тёмные существа. Как такое вообще остановить? У нас ничего нет.

— У нас? — удивился Нео.

— Конечно. Ты один из нас, да и Кай пойдёт с тобой, значит, и я тоже. Только вот делать-то что?

— Я связался с Наиром, это отец Арнайна и моей матери. Он приедет сюда, тогда и решим.

— Я тоже против бегства, — неожиданно сказал Игон, — мы много лет бегали, пришло время сражаться. Агрея моя родная страна, я сбежал, когда её порабощал Онер, и снова не побегу. Кай законный принц, предлагаю собрать агрейцев от его имени, многие пойдут с нами, я уверен.

— С чего бы? — нахмурился Кай. — Они меня знать не знают. Всё, что известно людям о принце - это то, что он погиб десятилетним мальчишкой. Ну сообщишь ты им, что я жив, а дальше? Это не повод идти за мной.

— Нео, — Игон перевел взгляд на юношу, не обращая внимания на всё, что сказал Кай, — этот Вечрей сможет отвезти меня и ещё нескольких человек в Агрею? Чем скорее, тем лучше. Я сам соберу войско, как-никак бывший командующий королевской стражи, ещё не все навыки растерял.

— Вот так просто?! — возмутился Кай. — Соберёшь войско? И…

— И мы будем ждать вашего прибытия. Так что, Нео?

— Я спрошу.

_

— Как ты посмел? — Выкрикнул Арнайн, как только Нео с Каем зашли в дом. — За моей спиной! Ты… Ты…! Позвал моего отца и попросил его созвать совет эльфов! Какого чёрта, Нео?! Я один из членов совета!

— Наир сам говорил мне обращаться к нему, если возникнет необходимость. Вот – она возникла. И не делалось ничего за твоей спиной, еще и пары часов не прошло, а ты уже всё знаешь.

— Я и сам могу созвать совет, а ты просишь его в обход меня, почему?

— Потому что ты будешь против. Тебе не понравиться то, о чём я хочу попросить совет, а Наир уже дал согласие, и готов отправиться со мной, чтобы помочь.

— Поподробнее, мелкий пакостник, — Арн сложил руки на груди и хмуро уставился на Нео. — О чём ты хочешь попросить совет, и на что опять подписался мой отец?

— Помочь мне одолеть Гнеса. Точнее, не так, с Гнесом я сражусь сам. Помощь мне понадобится, чтобы добраться до него и исправить всё, что он натворил.

— Ха! Эльфы не вступят в войну людей. Это не наше дело.

— Вот именно поэтому я тебя и не просил. Ты уже против, Арн.

Нео в раздражении ушёл к себе, а вот Каю так не повезло, потому что он пришёл только через полчаса. Видимо, Арнайн высказал всё своё недовольство ему, но парень не сказал Нео об этом ни слова.

Вечрей согласился отвезти Игона в Агрею, и вместе посовещавшись, они решили отплыть этим же вечером. Игон, Севус, Дрей, Ник и Тавен – вся старая гвардия, все их самые мудрые и опытные люди. Нео не представлял как они собираются набрать войско, но раз Игон был так твёрд в своих намерениях, кто бы поспорил? Точно не Нео, да он и не имел такого права. Игон хочет сражаться, отвоевать и защитить свою страну, юноша понимал это желание, ведь он тоже испытывал нечто подобное.

Дни потянулись бесконечно. Пока они ждали прибытия Наира, Нео возобновил свои занятия с учителем Гвеноном. Люди прижились на берегу острова и, как ни странно, поладили с эльфами. Иола со своей матерью, Каем и Нео несколько раз ходили к отшельнику Брейтусу, а потом женщина с дочерью и вовсе стали навещать его каждый день и даже готовить ему еду. Вили обзавёлся друзьями среди молодых эльфов и существ, а то, что Карсон неизменно следовал за ним, только прибавляло ему популярности. Дион и Кай много времени проводили в библиотеке или с Арнайном. Пара юных эльфиек взялись приглядывать и играть с человеческими детьми. Тихий и спокойный город Радон, где Нео прожил всю прошлую зиму, оживал на глазах. Наир оказался прав – рядом с людьми чувства и эмоции эльфов просыпались, даже если сами они не замечали изменений в себе. Зато замечал Арнайн, и это его беспокоило. Он боялся, что эльфы могут слишком сильно привязаться к людям, а кто-то даже и влюбиться. Вот только на его попытки сократить общение своего народа с людьми никто не обращал внимания, отчего он делался всё угрюмее день ото дня.

Через три недели вернулся Вечрей с вестью о том, что Игон и его друзья высадились на южном берегу Агреи. После его приезда плохое настроение Арна стало постепенно улетучиваться. А еще через девять дней наконец-то прибыл Наир и в тот же вечер сообщил, что он попросил созвать совет эльфов.

***

Ко дню, когда был назначен совет, Нео уже весь извелся. Кай всё чаще замечал, что его любимый стал нервным и вспыльчивым. Да и как не стать. Они целый месяц ждали приезда Наира, а потом еще столько же, пока старейшие соизволят назвать дату. Может, для бессмертных существ, проживших уже не одну сотню лет, несколько недель ничего и не значат, но не для них. После возвращения Вечрея они понятия не имели о том, что происходит на материке, а ведь за это время многое могло измениться. А еще они ничего не знали об Игоне и остальных, за них Кай волновался больше всего, хоть Нео и говорил, что они живы.

За эти недели Нео так толком и не сказал, как собирается уговаривать эльфов помочь им в этой войне. Война… Да, теперь это была именно она, одно только это слово вызывало тревогу. Кого еще они потеряют? Есть ли у них вообще хоть какой-то шанс?

— Пора, — в гостиную спустился Наир, прерывая раздумья Кая.

Нео встал и подошел к эльфу, который начал открывать проход в столицу.

— Вы уверены, что я там нужен? — спросил Кай.

— Да. Мы собираемся просить о помощи людям, так что представитель от них не помешает. Идём.

Кай приблизился, взял Нео за руку, и они шагнули в проход. Выйдя с другой стороны, они оказались в огромном зале, чем-то напоминавшем бальные во дворцах или особняках, только здесь прямо из стен росли лианы и необычные большие голубые цветы. А пол светился маленькими точками, как звёздное небо, но куда ярче, освещая всё помещение. Кай залюбовался этим зрелищем, да и Нео рядом не остался равнодушным.

— И вправду красивое место, — проговорил Наир, — здесь проходит раз в десятилетие наш единственный праздник, на который собираются все эльфы. Его называют день первородной силы, и он невероятно скучный. Даже самые скромные человеческие праздники проходят веселее и интереснее. Хотя Кармина пару раз разбавляла это унылое сборище, — эльф улыбнулся.

Они прошли через весь зал и, выйдя за дверь, попали в следующий, не менее большой. Он был абсолютно белым, весь – пол, потолок, стены, колонны, даже цветы.

— А здесь проходит назначение для тех эльфиек, которые в этом году должны зачать ребенка. Им называют когда, где и с кем произойдет сей акт.

— Это кажется весьма унизительным, — сказал Кай.

— Для людей да, и для тех, кто поживет с вами подольше. Но для эльфов это привычное дело. Так поступают уже много тысячелетий, и мы бы просто вымерли без этой традиции. Сами знаете, с чувствами и любовью тут напряг. Пары, что сходятся вместе и создают семьи, слишком редкое явление. А у большинства эльфиек, которые рожают, так и не появляется чувства материнства или привязанности к ребенку. Хоть я и не сторонник этой традиции, но именно так родился Арнайн, и я нисколько об этом не жалею.

Выйдя из этого зала, они оказались в весьма узком полукруглом коридоре, выложенным тёмно-синим камнем. После ослепительно белого зала это место казалось мрачным. Через несколько минут дорога привела их к развилке, влево коридор сужался ещё сильнее и выглядел поистине зловещим, вправо же, наоборот, – светлел и расширялся.

— Путь жизни и путь смерти, — тихо сказал Наир.

— Как это? — спросил Нео.

— Сейчас уже никак, а в древности эльфы, что умирали, лишившись своей человеческой пары, или же те, кто прожил очень, очень долго и решал, что жизнь ему больше не интересна, проходили путь смерти. В конце попадая в подземелье, они засыпали спокойным сном и умирали. В том подземном зале действовали чары, которые усыпляли эльфов и помогали забыть горе, боль и разочарования. Во сне они видели только самые счастливые моменты своей жизни. А смерть… Смерть настигала их незаметно и безболезненно. Но так уже давно не делается, и никаких чар там сейчас нет. Путь жизни же проходили дети, достигшие пяти лет. Там были некие испытания, определявшие уровень их сил и возможностей. После этого они считались настоящими эльфами – им давали имена и подбирали учителей. К этой традиции сейчас тоже не прибегают, но возраст пяти лет остался, как и наречение имени. Именно в пять я смог забрать Арнайна себе, хотя и был его родным отцом, до этого он находился на попечении у воспитателей. Вот если бы его захотела оставить себе мать, или же он родился бы в полноценной семье, это правило на него бы не распространялось.

— И что же, до пять лет у детей нет никаких имен? — удивился Кай.

— Ну, как-то их называют, но настоящее имя дается именно в этом возрасте.

— Арнайна назвали вы?

— Да.

— А мама? Она ведь была младше, когда ты привез её, но её не забрали и не растили до пяти, — Нео с непониманием глянул на Наира.

— Мина не родилась на острове и не была ребёнком, рождённым по назначению. К тому же, она полукровка, на таких, как она и Вечрей, правило также не действует.

Они двинулись дальше в тот коридор, что был светлее, но, не дойдя до конца, свернули в неприметную дверь и попали в очередное необычное помещение. Всё здесь отливало сиреневыми и розовыми тонами.

— А тут что? — огляделся Нео.

— Да ничего особенного, просто проходная комната, а вот за ней зал битв. Там проходят сражения и состязания между теми эльфами, что хотят проверить свои силы. Если тебя вызвали на бой, отказаться нельзя – это оскорбление.

— Я слышал об этом, — сказал Нео, — Арнайн не проиграл ни одного боя.

— Так и есть. Сначала он сам всех вызывал, когда был помоложе и рвался доказать свои способности. Теперь такие же юнцы вызывают его, вот только победить не могут, — усмехнулся Наир.

Зал битв напомнил Каю древние арены, в каких сражались рабы на потеху богачей. В центре было большое круглое пространство, а по краям возвышались скамьи для зрителей, только тут их было немного, всего штук десять. Они прошли ещё пару коридоров, но там Наир ничего не говорил, да и выглядели они вполне обычно. В итоге эльф остановился у большой резной двери. Её узоры переливались от едва уловимого серебра до чистого яркого золота.

— Вот и пришли, — сказал Наир, — совет за этой дверью. Ну что, Нео, готов?

— Да, готов, — юноша на секунду прикрыл глаза и глубоко вздохнул.

Наир легонько стукнул и дверь распахнулась сама собой. Перед ними предстали четырнадцать эльфов и две эльфийки. Все они сидели полукругом на витиеватых деревянных стульях, напоминавших троны. На каждом из присутствующих была одета длинная тёмная мантия до пола, расшитая узорами в тон волосам того или иного эльфа. Арнайн сидел четвёртым с левой стороны, две девушки справа от него, остальных Каю было сложно сходу отличить друг от друга. Их называли старейшими, но никому из них нельзя было дать больше двадцати пяти лет.

— Наир, — заговорил эльф, который сидел первым справа, — ты просил созвать совет и мы собрались. Какой вопрос ты хотел так срочно обсудить?

— Здравствуйте, старейшие. Я хотел бы представить вам своего внука - Нео, — он указал рукой на юношу, — это по его просьбе я просил вас собраться.

— Ты шутишь, Наир? Мы собрались из-за ребенка?

— Может, он ещё и юн, но я прошу вас выслушать его.

— Что ж, Нео, или вернее будет, Эрнеос – сын Кармины, племянник Арнайна и внук Наира, ты полноправный эльф. Даже не смотря на то, что ещё и сын человека, а так же на то, что ты отдал своё бессмертие, ты все ещё эльф и весьма сильный. О чем же ты хотел просить совет?

— Приветствую вас, старейшие, — Нео чуть вышел вперед и поклонился. — Я хотел бы спросить, знаете ли вы, что творится сейчас на Орваи?

— Мы не так часто получаем вести с материков, наш юный друг. Поэтому, если у тебя есть новости – поведай нам их, — сказала одна из женщин.

— Мой старший брат, король Осирии, начал войну с Перией, убил королевскую семью Агреи и захватил эту страну. Но это не самое страшное – он разрушил барьер, который сдерживал тёмных существ в Нисветском лесу, отпустил их, и теперь они разгуливают по материку и убивают людей. Я пришёл к вам просить помощи.

— Видишь ли, мальчик, эльфы уже несколько тысячелетий не вмешиваются в дела людей. Их войны - это их проблема, — ответил тот эльф, что говорил первым.

— Простые войны, но разве твари - это не ваша проблема? Насколько я помню из истории, эльфы, которые сражались вместе с Эранором, обещали навсегда сдержать тварей в лесу. Но теперь они вырвались, и людям самим с ними не справится. Разве вы не должны выполнить обещание ваших предков?

— Они не вырвались сами, как ты сказал – их выпустил человек.

— Да. Очень опасный человек. Гнес – мой брат, он завоёвывает материк, использует чёрную магию и кинжал тьмы. Ведь все вы помните историю Орваи, не так ли? То же самое делал Принт, и кстати, он был куда старше Гнеса, и времени у него на это ушло больше - их война с Эранором длилась годами. Мой брат захватывает материк гораздо быстрее, ему никто не противостоит, ни у кого просто не хватает на это сил. Я хочу его остановить, и в любом случае попытаюсь это сделать, но один я не справлюсь. В той войне эльфы и люди заключили союз, который спас всех, и сейчас я прошу о том же, потому что иначе мы не остановим его.

— Кем ты считаешь себя, Нео? Ты сейчас выступаешь на стороне людей? — спросила эльфийка, чуть подаваясь вперед.

— А это важно? Я - это я. Эльф, колдун, человек – всё сразу. У нас один мир на всех. Гнес завоюет весь материк, это лишь вопрос времени. Твари и тёмная магия наполнят его злом, а что дальше? Когда он решит, что этого ему уже мало? Когда он решит, что пора завоевать Мгваль и Кастор, или первым станет Остров Эльфов?

— Это невозможно! Ни один человек не найдёт его! — Воскликнул один из мужчин.

— Да, сам не найдет, но ему и не надо, твари найдут. Они привели его ко мне и тем людям, которые сейчас приютились на вашем острове. Что помешает им привести Гнеса сюда? Поймите, это уже не только человеческая война. Гнес придёт за мной, рано или поздно, но придёт, и то, что я эльф, делает остров лучшей мишенью. Может, когда он придет сюда, вы сможете остановить его, но для чего ждать? Именно сейчас, пока он еще не настолько силён, я прошу вас помочь мне и людям.

— Что ты думаешь об этом, Наир? — спросила вторая женщина и перевела взгляд на эльфа.

— Я согласен со всем, что сказал Нео, и я собираюсь биться рядом с ним, а также попрошу присоединиться к нам всех своих знакомых эльфов.

— Что ж, мы услышали вас. Пока идёт совещание и принятие решения, просим подождать за дверью.

Наир с ребятами вышли, и резные створки закрылись за ними.

— Это надолго, — сказал эльф и, взмахнув рукой, вырастил из пола три кресла, — пару часов нам точно придётся тут просидеть, пока каждый из них выскажет, что думает…

Парой часов дело не обошлось. Пока они ждали, Нео решил попрактиковаться с Наиром в магии, Кай же, понаблюдав за ними какое-то время, стал просто ходить бесцельно туда-сюда. Даже мимо сверкающих дверей несколько раз проходил, в надежде хоть что-то услышать, но из зала совета не доносилось ни звука. Ещё через час Нео продолжил ежедневную тренировку с Каем, и теперь уже Наир наблюдал за ними. Обычно Нео гонял парня по вечерам, но раз уж у них сейчас выдалось столько свободного времени… За то время, что они провели в ожидании, кто-то из эльмеев даже принёс им чай с печеньем. Дверь вновь открылась только через пять с лишним часов. Нео с тревогой посмотрел на Кая и медленно вошёл вовнутрь. От того, что сейчас скажут эльфы, зависело их будущее.

— Юный эльф, — со своего места встал мужчина, который сидел по центру, — наши мнения разошлись и, прибегнув к голосованию, мы приняли решение. Совет не отправит эльфов тебе на помощь, — Нео сделал шаг вперед, собираясь возразить, но старейший поднял руку, призывая юношу не перебивать. — Но мы решили, что обязаны сообщить каждому эльфу на острове о том, что на Орваи появился новый сильный тёмный колдун, и что твари, которых заточили наши предки, вырвались из Нисвета. Вы можете взять в помощь всех эльфов, которые сами вызовутся идти с вами. На этом совет удаляется.

Старейшие, больше ничего не говоря, начали вставать со своих мест и, открывая проходы, уходить, пока в зале не остались только Нео, Кай, Наир и Арнайн.

— Сами вызовутся… — тихо проговорил Нео. — И сколько же будет добровольцев?! Учитывая, что у эльфов напрочь отсутствуют эмоции, а помощь людям для них пустой звук!

— Нео, это большее, на что можно рассчитывать, — сказал Арнайн, — большинство из них было против даже оповещать эльфов.

— А ты? На чьей стороне был ты, дядя?

— Вопреки всем моим убеждениям, на твоей.

— Милый, этого уже достаточно, — Наир положил руку на плечо Нео. — Мы обойдём всех и убедим стольких, скольких сможем.

Нео сжал руки в кулаки, а потом развернулся и пошёл прочь. Кай хотел было пойти за ним, но Арн его остановил:

— Он зол и расстроен, дай ему побыть одному и остыть.

***

Нео быстрым шагом покинул зал советов и, не глядя, пошёл вперёд. Он и сам не заметил, как оказался за пределами огромного эльфийского замка. Зимой он видел этот дворец только издалека, когда гулял с Каем, Арнайном и Вечреем по Канону. Хоть этот город на севере острова и назывался столицей, он не имел ничего общего ни с одним человеческим. Широкие извилистые улицы, небольшие домики на приличном расстоянии друг от друга, никаких трактиров, харчевен и торговцев. А в замке, что над ним возвышался, не жил ни один король, там вообще никто не жил, да и королей у эльфов никогда не было. Дворец использовали только для общих сборов, собраний, как сегодня, и эльфийских обрядов.

Нео остановился и огляделся – идти в город ему сейчас совершенно не хотелось и он, свернув с дорожки, направился в лес. «Взять тех, которые сами вызовутся…» Похоже, единственный эльф, который поедет с ними, это Наир, да ещё, может, Вечрей, но он весьма слабый маг, так что сильно на него рассчитывать не стоит. Эльфы безумно красивы, но бесчувственны. Их остров похож на рай, вот только вся прелесть этого места холодная и неприветливая. Вот почему мама так стремилась уехать отсюда! Вот почему сбежала чуть ли не с первым встречным как можно дальше. Как же он был разочарован в них…

Почему ими все восхищались? Почему во всех человеческих книгах эльфы описывались как могущественные, прекрасные создания подобные богам, несущие мир и добро людям? Может быть, раньше они и были такими, но не теперь. Теперь Нео видел трусов, которые спрятались на своем острове и боятся высунуться отсюда. Могущественные… Зачем им это могущество, если они его даже не используют?! Нео даже не мог понять, чего больше в нём сейчас было – злости или разочарования. Он подошел к одному из деревьев и ударил по нему ладонью. Неожиданно ствол треснул, и от него во все стороны понесся поток силы, срывающий листья и ветви с деревьев. Чёрт! Он ведь даже не использовал силу. Не хватало только, как Гнес, терять контроль всякий раз когда злишься.

— Удивительно.

Нео резко обернулся на голос. Позади него стоял эльф с золотыми волосами и такими же золотыми глазами.

— Простите, — тихо и виновато сказал юноша.

— Ничего страшного. Но, мальчик, в тебе скрыта огромная сила, давненько я такой не видел, а ты ведь даже не чистокровный. Через пару десятков лет ты превзойдешь большинство эльфов, даже своего дядю.

— Если бы это хоть как-то помогло мне победить сейчас, — вздохнул Нео.

— Тёмного колдуна? Я уже слышал. Совет довольно быстро разносит вести, если хотят этого.

— С чего бы им хотеть? Они же отказались помочь.

— Разве? — мужчина улыбнулся, — откажись они, не сделали бы и этого.

— И? Раз вы знаете, не хотите присоединиться?

— Я?! Что ты, мальчик, я слишком стар для этого. Войн с меня уже хватит.

— Войн? — удивился Нео, на острове никогда не было войн, или… — Сколько же вам лет?

— Точно уже и не вспомню, но больше шести тысяч.

— Вы жили ещё на человеческих землях! — воскликнул Нео.

— Жил, и, честно говоря, иногда жалею, что мы их покинули. Эльфы были счастливее, живя рядом с людьми. — Мужчина ненадолго замолчал, погружённый в свои мысли, а потом вновь перевел взгляд на Нео. — Милый мой юный эльф, ты не представляешь, какую силу имеет наша история. Ты боишься, что эльфы не пойдут с тобой, но многие хотели бы увидеть Нисветский лес и земли, где жили и сражались наши предки. Мы жили среди людей более пяти тысячелетий, такое не забудется и не сотрется, они придут, поверь старику. Придёт больше, чем ты можешь представить. И кстати, у тебя уже есть кое-какое войско, все те существа и люди, что пришли с тобой.

— Но этого мало. Нам пришлось бежать, чтобы спастись. Этими силами мы не победим.

— Не бежать, а отступить на время. Это разные вещи.

— Раз вы так давно живёте, почему же вы не в совете? Уж вас-то точно можно назвать старейшим.

— Бывал я там, за пару тысячелетий наскучило, честно говоря, мне уже всё наскучило, но, может, твоё появление принесло в мир что-то новое. Давненько я не встречал наполовину эльфа, наполовину колдуна.

— Как?! — воскликнул Нео и ухватил мужчину за руку. — Были и другие, такие как я?

— Я знал двоих.

— Они живы?

— Нет, — эльф покачал головой. — Как ни странно, и первый, и вторая променяли своё бессмертие на жизни дорогих им людей. Видимо, как и ты? Я чувствую, что в тебе его больше нет.

— Да, — ответил юноша коротко, но его интересовало совсем другое. — Арнайн говорил, что до меня таких не было, и мой учитель тоже.

— Они оба ещё так молоды. И даже наши книги не сохранили всей информации. Я могу тебе сказать по секрету, что оба они были удивительными людьми. Аиру вырастили в общине Терсийских колдунов, которая на Мгвале, и самое необычное - она родила двоих детей. Единственная эльфийка, которую я знал – двое детей за четыре года. До нее я считал, что такое невозможно, да и после неё такого не случалось, но она была! За одного из сыновей она и умерла, променяв свою жизнь на его. До неё эльфийским колдуном был Траин, между прочим, осириец, как и ты…

— Я знаю о нём! — перебил Нео. — Он упоминается в истории Осирии, один из великих колдунов-градостроителей, но там не пишется, что… Хотя про то, что моя мать эльфийка, тоже никто не знал.

— Мой юный друг, — эльф улыбнулся и слегка сжал ладонь Нео, — ступай. Сражайся, побеждай, люби, живи и верши свою судьбу. А когда мы встретимся вновь, ты расскажешь мне свою историю, и я обещаю её запомнить.

Мужчина развернулся и неспешно побрёл по лесу, пока не скрылся за деревьями. А Нео так и стоял, размышляя над всем, что только что услышал. Когда он создал проход и вернулся к дому Арнайна, Кай ждал его на веранде.

— Ну, как ты? — спросил он, как только Нео подошёл и уткнулся парню в грудь.

— Нормально.

— Знаешь, Арнайн едет с нами.

— Что?! — Удивлению Нео не было предела. — Ты шутишь? Он столько раз отказывал маме, а теперь поедет? На войну? Не может этого быть!

— Может, он сам сказал. Наир долго и поражённо смотрел на него, а потом сказал: «Похоже, мой сон наконец сбудется». И это не все – уже восемь эльфов из Радона вызвались отправится с нами. У тебя получилось, Нео! — Кай подхватил его на руки и закружил, а потом нежно поцеловал.

Юноша обнял парня, думая о том, что, похоже тот древний эльф был прав, и остальные придут, нужно только подождать.

Глава 6 Что-то большее, чем дружба.

В последние лет пятьдесят своей жизни Арнайн считал, что Мина принесла в его размеренный быт беспокойство и суматоху – он ошибался! Куда там его сестре до Нео. Этот мальчишка поставил на уши не только его дом, а целый остров! Ну начать хотя бы с того, что он приволок сюда с полсотни людей, да ещё сам при этом чуть не погиб. Вот где, скажите, у этого ребенка инстинкт самосохранения? А обменять своё бессмертие? Хотя тут вопрос спорный, и, пожалуй, Арнайн даже был рад этому, не спаси он жизнь Кая, сам бы не выжил. А вообще-то изначально не нужно было влюбляться в человека. Вот тут милая сестрица постаралась, даже не рассказала сыну об одном таком большом «НО», которое придётся заплатить за любовь к человеку.

И все бы ничего, Арнайн со всем этим даже смирился. Но не будь Нео сыном Кармины, если бы жил дальше спокойной жизнью. Нет! Нам надо, оказывается, остановить своего ненормального злобного братца. Жизнь-то совсем не дорога? Выступать против тёмного колдуна и его армии солдат, магов и тварей в придачу, имея при этом в союзниках горстку людей? И что бы сделал любой нормальный человек на его месте? Правильно – угомонился бы, но не Нео! Он заставил кипеть и гудеть весь остров.

После совета новости с материка разнеслись за считанные дни и уже больше сотни эльфов согласились отправиться на борьбу с Эргонесом. Сейчас стадия сборов находилась в самом разгаре – эльфы под командованием Наира и Вечрея выращивали корабли, которые доставят всех на Орваи. Люди и несколько местных мастеров по металлу изготовляли оружие и броню. Один из старейшин открыл древнее хранилище с магическими артефактами и старинными эльфийскими клинками, даже Арнайн их прежде не видел, да и необходимости такой не возникало. А теперь – впервые за тысячи лет эльфы собирались вступить в войну.

Пожалуй, из всего происходящего Арнайна больше всего пугало то, что он неожиданно для себя согласился поехать вместе с Нео. Это случилось в день совета. Когда племянник, разочарованный решением, ушел, Арн с Каем и Наиром переместились домой, где их ждал Вечрей.

— Ну, что они решили? — спросил друг.

— Сказали, что сами посылать в бой никого не будут, но оповестят всех, и те, кто пойдет добровольно – удачного пути, — ответил Наир. — Если честно, я даже этого от них не ожидал. Колись, Арн, что же их убедило? — мужчина перевёл взгляд на сына.

— Древнейший приходил, — тихо проговорил Арнайн.

— Златовласый старец?! Но он не показывался несколько веков!

— А теперь показался, и сказал, что в этот раз эльфы не должны игнорировать дела людей, посоветовал оказать помощь. Но даже после того, как он ушел, многие были против, поэтому решение такое, какое есть.

— Что ж, в целом мне всё ясно, — Наир кивнул, — начну собирать эльфов.

— Я поеду, — сказал Вечрей.

— Я и не сомневался, — Наир улыбнулся, похлопал эльфа по плечу и ушел, а Арнайн уставился на друга.

— Ты имеешь в виду, что отвезешь их и вернешься? Как обычно?

— Нет, Арн. Я собираюсь помочь всем, чем смогу, и буду биться рядом с Нео, Каем и твоим отцом.

— В битвах ты не силён.

— С людьми и тварями справлюсь, а на колдунов постараюсь не нарываться.

— Это глупо… — Арн мельком заметил, как Кай тихонько вышел за дверь, и подошел ближе к другу. — Веч, ты не воин и уж точно не сильный маг.

— Я что-то не пойму, ты пытаешься меня не пустить? Почему?

— Это не так, я просто говорю, что... Ну, знаешь, пользы от тебя там будет не очень много.

— Больше, чем от тебя, — вспылил Вечрей, поворачиваясь к двери. — Ты-то останешься здесь. Ты всегда будешь здесь, такой сильный и полезный, только не тем, кто в тебе нуждается. Ведь твоему дорогому племяннику там вовсе не угрожает опасность, да? Как и Мине, которая звала тебя сотни раз, но…

— Заткнись! — Арнайн подлетел к парню и толкнул его в плечо. — Место эльфов…

— …на острове эльфов. Вот и сиди тут, а я уезжаю, — Веч уже открыл дверь и переступил порог.

— Не смей! Не смей уходить! — выкрикнул Арн, но Веч даже не обернулся. — Только не ты… — прошептал эльф так тихо, что и сам себя едва услышал.

Ну и черт с ним! Пусть едет куда хочет. Пусть сражается, хочет пострадать - пожалуйста. Не понимает, что это опасно и он может погибнуть, ну так и Арн ему не нянька. А если встретит человека и влюбится, так и вовсе… Арнайн мотнул головой и пошёл на кухню. Успокаивающий чай, вот что ему сейчас необходимо. Он выпил горячий напиток с яблочным пирогом, попытался почитать книгу, но вскоре бросил эту затею. Взялся переводить древний манускрипт, но и тут у него не вышло сосредоточиться. Тогда он решил прогуляться, а выйдя из дома, увидел Кая на веранде, который бесцельно смотрел на дорожку.

— Он так и не вернулся? — спросил Арн, вспоминая, что Нео ушел из зала совета в расстроенных чувствах.

— Нет.

Какого черта? Он ведь не получил отказ. Отец вон вполне доволен. Арн постоял немного с парнем, а потом побрёл по витиеватым дорожкам. Он и сам не заметил как ноги вывели его на берег моря. Неподалеку от своего обожаемого корабля стоял Вечрей и разговаривал с двумя человеческими девушками. Когда Арнайн подошёл, все замолчали, а девицы и вовсе, помявшись пару минут, попрощались и ушли.

— Прости, — сказал Арнайн, когда они остались вдвоём. — Я погорячился.

— И ты прости. Я говорил со злости и специально хотел задеть тебя, на самом деле я так не думаю.

— Не важно, я не в обиде. И многое из того, что ты сказал, было правильно, но я здесь не за этим. Веч, я поеду с тобой.

— Что?! — друг поражённо замер.

— Говорю, я поеду…

— Не может быть! Ты серьезно?

— Серьезней некуда.

Вечрей подлетел к нему и крепко обнял.

Да, вот именно с того дня Арнайн чувствовал себя странно. Почему он вообще решил поехать, он сам до конца не осознавал. Конечно, он хотел помочь Нео. Ещё его зацепили слова Вечрея – отпустить всю свою семью и друзей, а самому остаться в безопасности на острове. Это было неправильно. Может, все эти причины заставили его согласиться. Но сколько бы он ни думал, он чувствовал, что есть что-то ещё. Что-то сильнее всего этого, что вынуждает его поехать, но ответа он не находил.

— Нет, нужно разделиться, — громко сказал Наир, и Арн выплыл из своих воспоминаний. — Большая часть отправиться в Агрею, но кто-то должен поехать в Перию и помогать тамошним колдунам и войскам сдерживать натиск Осирии. Таким образом Эргонесу придется сражаться на два фронта.

Арнайн снова прикрыл глаза. Его дом превратился в штаб переговоров и подготовки к войне. Здесь постоянно собирались люди и эльфы. Кто-то разговаривал, кто-то ругался, кто-то, а если точнее, Наир, постоянно строил планы, потом менял их и перестраивал заново. Сюда таскались все подряд, с вопросами, с советами, да и просто пообщаться или на совместные ужины, так что Арнайн теперь частенько уходил в дом Вечрея. Только там он мог побыть в тишине, а иногда и ночевать оставался там.

Отец стал негласным лидером и военачальником, да и не мудрено, из всех он имел самый большой опыт, а большинство эльфов и вовсе никогда прежде не участвовали в настоящих сражениях. Арнайн, собственно, тоже был из них. Следующими по главенству в их собирающемся войске стали Нео и Кай. Племянник больше всех знал о колдунах, их магии и особенностях, на практике, естественно, и это, как выяснилось, оказалось ценнее всех книг, собранных на острове, а так же Нео был единственным, кто мог хоть как-то предсказать действия и поступки своего брата. Кай же отвечал за людей и помогал Наиру разобраться в местности, дорогах и городах Агреи.

Человеческих женщин и детей эльфы предложили оставить на острове, чтобы не таскать с собой и не подвергать опасности, и люди с благодарностью согласились. Одной из главных проблем стало то, что в войну придется вступать зимой. Конечно, разумнее было бы переждать холода, но они и так опаздывали, к весне от Агреи могли остаться только мёртвые земли, если твари разгуляются, а Перия к этому времени окончательно проиграет осирийцам, поэтому выбора у них не было. Кроме кораблей и оружия пришлось запасаться провизией, а так же шить шатры, одеяла и одежду. У эльфов вообще не оказалось подходящей одежды, все их шелковые, расписные и расшитые туники и мантии не годились ни для битв, ни для походов, ни для зимы. То, что эльфы работали с помощью магии, конечно, упрощало и ускоряло процесс, но потом оказалось, что у них попросту недостаточно материалов. И даже эльфы не могли соткать ткани из воздуха.

Наир отправил один из кораблей с несколькими эльфами, Реном и Корой на Мгваль, закупить всё необходимое. А так же велел одному из эльфов передать письмо тамошнему колдуну, его другу. В письме Наир просил помощи и поддержки у своих знакомых колдунов, ведь он помогал им неоднократно, и теперь надеялся на ответную услугу. Сегодня от эльфов, что отправились на Мгваль, наконец-то пришел ответ – семь колдунов откликнулись на просьбу. Трое отплыли вместе с эльфами и Реном на остров, остальные прибудут сами на юг Агреи в начале зимы.

Пока закончились все сборы и приготовления, осень подошла к концу, и в первый день зимы от эльфийских берегов отплыло восемнадцать кораблей, унося с собой сто семьдесят одного эльфа. Добровольцев оказалось куда больше, чем Арнайн мог представить, и это его пугало. Сто семьдесят эльфов! Сколько из них погибнет в этой войне? Сколько не вернется домой? К вечеру первого дня Арнайна накрыла настоящая паника. Он в жизни не находился так далеко от дома! Зачем он вообще поехал?! Что заставило его покинуть родной и любимый остров?! Эльф стоял у борта корабля и, сжимая плечи руками, смотрел на бескрайнее море. Что ждет его там?..

— Арн, тебе нехорошо? — спросил Нео, подходя.

— Не знаю, — ответил он, не глядя на племянника.

— У Вечрея есть травы, если тебя укачивает. Мне помогают.

— Спасибо, но я не думаю… — Арнайн замолчал ненадолго, но потом всё же сказал вслух. — Я боюсь. Я впервые в жизни боюсь, Нео.

Мальчишка обнял его, ничего не говоря, но и этого было достаточно.

_

Полторы недели в пути оказались для Арнайна настоящим испытанием. Первым и самым главным стало отсутствие ванны, как и в целом избытка пресной воды. Утренние и вечерние умывания в тазу с одной и той же водой, которую приходилось делить с Вечреем, Нео и Каем, повергло его в ужас. И то, что ребята сказали: «Через неделю привыкнешь», было ни черта не так! «Привыкнуть» тут и не пахло. Когда Арнайн соглашался ехать, он думал о битвах, темных существах и колдунах, но совершенно забыл о простом быте. Ему никто не говорил, что на корабле придется спать в одной постели с Вечреем, хотя на деле это оказалась не так страшно, как он напридумывал себе вначале. А однообразные каши на воде и вяленое мясо? Каждый день по два раза! Хорошо ещё, что иногда удавалось наловить рыбы, и тогда на вечер запекали её, а то бы он с ума сошел на этих кашах.

Его красивые одеяния сменились простой и практичной одеждой и это стало ещё одной проблемой – он совершенно не привык ходить в подобном, и это было неудобно! От рубахи у него и вовсе поначалу чесалась нежная кожа, а штаны? Почему они так обтягивают задницу?! Он пытался ходить и в своих обычных мантиях, но на корабле они быстро пачкались и цеплялись за все подряд, поэтому Арну пришлось сложить их аккуратной стопочкой и убрать подальше, снова надевая рубашки и штаны.

Через пару дней эльфийские корабли должны были наконец достичь южных берегов Агреи, и каждый ждал этого по-своему. Кай и его друзья надеялись узнать там новости об Игоне и остальных. Эльфов беспокоило, насколько твари расползлись по материку. Нео боялся, что они слишком задержались и Перия уже пала. Диона и Вили волновала судьба агрейцев. Самого же Арнайна пугала одно только мысль о том, что они вот-вот окажутся на человеческих землях.

Как и планировал Наир, четыре корабля с эльфами сегодня отделились от них, и уже скоро должны приплыть в Сагор на помощь перийцам. Тот отряд возглавила лично Аметиса – одна из старейшин совета. У неё имелся хоть какой-то военный опыт, так как она пару десятилетий назад сражалась вместе с Наиром на Мгвале.

— Привет, — сказал Вечрей, заходя в их каюту.

— Привет, — Арн отложил книгу, которую все равно толком не читал, занятый своими мыслями. — Ты сегодня рано, обычно только ночью приходишь.

— Да… — Веч на секунду запнулся, — пойду умоюсь, — и он тихо нырнул в соседнюю дверь.

— Арн, я хочу поговорить с тобой, — как-то неуверенно сказал друг, когда вернулся.

— Так говори, кто же не дает.

Вечрей подошел к креслу, в котором сидел Арнайн, и замер перед ним.

— Арн, мне… мне необходимо кое-что сделать, до того как мы причалим к берегу. Потому что потом… Боги его знают, что будет там с нами потом.

— Я не совсем понимаю, — Арнайн поднял обеспокоенный взгляд на друга, — что именно тебе нужно сделать?

Но Вечрей не ответил, а просто продолжил смотреть на него, и Арн заволновался. Что такого может тревожить его друга? Эльф встал и приблизился к Вечу, почти касаясь его.

— Да что с тобой?

И тут Вечрей резко ухватил его за талию, притянул к себе и… Поцеловал! Его целовал парень, да еще кто, Веч! Его друг! Арнайн был настолько ошеломлён, что даже и не подумал сопротивляться. Он так и продолжал окаменело стоять, пока его губ нежно касались чужие. Нежно? И правда. Это было… Приятно, кажется. И пока Арн думал об этом, Веч отпустил его и отошел на шаг назад, всё так же не произнося ни слова.

— И что это было? — спросил Арнайн спустя пару минут, так и не дождавшись никаких объяснений.

— Боги, Арн, — простонал Вечрей, прикрывая глаза, — иногда ты такая бесчувственная ледышка.

А вот это обидно. Это он-то ледышка?! После всего, что он пережил?

— Так всё же зачем? — холодно спросил Арн, складывая руки на груди.

— Я хотел узнать, какого это, хоть раз в жизни поцеловать тебя.

— Узнал. И как?

— Лучше, чем я представлял, — прошептал Веч и, кажется, покраснел, отводя взгляд.

Арнайн развернулся и направился к выходу из каюты, но на полпути остановился.

— Я так похож на Мину, что ты решил проверить?

— Что? — тихо переспросил друг, и Арн обернулся. Вечрей смотрел на него пораженно. — Ты… Ты что же, думаешь… Арн, я никогда не любил твою сестру, как и она меня.

А вот теперь Арнайн удивлённо застыл.

— Что значит, не любил? — прошептал он. — Ты же обожал её, ходил за ней по пятам, вечно баловал и вы… Вы же с ней встречались!

— Мина, она… Она была любопытной, её это просто интересовало. Она не испытывала ко мне никаких особых чувств, уж точно не любовь, но ты и так это знаешь. А я… Для мена она стала заменой, — Вечрей посмотрел на него такими глазами, что у Арна сжалось сердце. Он боялся услышать то, что друг скажет дальше. Боялся и почему-то отчаянно хотел этого. — Она была так похожа на тебя… Мы стали друг для друга утешением, иллюзией того, что не могли получить на самом деле. Она хотела любви: настоящей, страстной, всепоглощающей, но пока не могла ее получить - использовала меня. Я же… Я всегда хотел тебя, и она знала это. Она стала для меня тобой.

Вечрей замолчал и отвернулся, да и Арн пару минут не мог выдавить из себя ни слова. «Всегда хотел тебя…» Его! Вечрей хотел его!

— Поцелуй меня, — прошептал он. — Поцелуй еще раз.

— Ты издеваешься?

— Нет, теперь я хочу узнать, какого это целовать тебя, — и Арнайн сам подошел к нему.

Вечрей протянул руку и коснулся его лица. Ласково и нежно провел пальцами по щеке, коснулся губ, а потом поцеловал, и Арн приоткрыл губы, позволяя… Да всё позволяя! И как же это оказалось сладко. Сердце трепетало. По коже побежали мурашки, а в ногах появилась слабость. Он бывал с эльфийками, нечасто, но бывал, и ни один поцелуй до этого не приносил ему столько удовольствия. Вот оно! Вот она причина… Он наконец-то понял! Ну почему же он был так слеп и не замечал этого раньше? Веч отстранился, и Арн сам потянулся к нему, шепча:

— Продолжай…

— Нет. — Друг взял его за плечи, останавливая, и эльф открыл свои серебряные глаза, чтобы посмотреть в его светло-фиолетовые, и от такого взгляда ему стало трудно дышать. — Я люблю тебя, — тихо прошептал Вечрей, — и если для тебя это просто любопытство - прошу, остановись. Потому что я не смогу потом жить, как раньше, — Веч попытался отойти, но Арн не пустил его.

— И не надо. Ты думаешь, я поехал из-за Нео? Хотя из-за него, конечно, тоже, но это не главное. Веч, ты отказался остаться, а я не смог отпустить тебя! Я не знаю, любовь это или что ещё, но, оказывается, я не могу представить свою жизнь, если рядом нет тебя.

— Это просто привычка, я слишком долго был всегда рядом, верным другом и…

— Я не покинул остров даже ради Мины, — перебил его Арнайн. — Честно говоря, сомневаюсь, что покинул бы его и ради Нео, но ты… Это что угодно, но не привычка!

— Я хочу, чтобы ты подумал, а потом дал ответ. Хорошо подумал.

— О боги! — Арнайн быстро обхватил его руками за шею, — я уже подумал. Не пойму, это ты хочешь меня или я тебя. Заткнись и целуй!

Веч усмехнулся, схватил Арна за талию и одним резким движением повалил на кровать.

— Я не остановлюсь, — выдохнул он и чуть провёл языком по шее Арна, от чего тот вздрогнул.

— Ага.

— И потом не отпущу тебя.

— Хорошо.

— Ты никуда не денешься и будешь моим.

— Да понял я, понял! Давай…

Вечрей впился в его губы, не позволяя договорить. Этот поцелуй оказался страстным и жарким. Арн, сам того не ожидая, начал возбуждаться, а когда Веч стал поглаживать его тело и постепенно стягивать одежду, он вообще поплыл. От каждой ласки, каждого прикосновения губ к телу, его бросало в жар, и он сам не заметил как стал постанывать. Арн и не подозревал, что его тело такое чувствительное и отзывчивое.

— О, Арн, ты великолепен. Ты в тысячи раз лучше, чем я мечтал, — прошептал Вечрей, задевая губами обнаженный сосок и парень снова застонал.

Веч провел руками по его груди, бокам и животу, и Арн увидел его глаза в этот момент – они светились восторгом, восхищением и диким желанием.

— Как… Как давно ты мечтал?

— Не знаю. Наверное, ещё до того, как ты впервые пришел ко мне.

— Почему же ты сам не пытался общаться со мной?

— Арн, — Вечрей оторвался от его тела и, заглянув в серебряные глаза, усмехнулся. — До появления Мины ты был не особо-то дружелюбным, особенно со мной – полукровкой.

— Прости, — Арнайн виновато опустил глаза, — я был идиотом. Но ты мог бы попытаться позже, а не заменять меня моей сестрой.

— Я тоже был идиотом, и я ужасно боялся, что ты скажешь «нет».

И снова продолжились поцелуи и ласки. А когда Вечрей стал медленно растягивать его, Арн впервые в жизни подчинялся. Он подчинялся! Он, который привык командовать, который всегда и всё старался держать под контролем. Он, гордый и неприступный, теперь бесстыдно раздвигал ноги перед своим другом и позволял ему делать такое! Друг… А друзья ли они теперь? Любовники? Возлюбленные? Последнее слово нравилось ему больше – возлюбленные…

Пальцы Вечрея неожиданно задели точку внутри него, и от этого прикосновения тело само выгнулось навстречу, а глаза Арна испуганно и удивленно расширились. Нет, в теории он знал, что это должно приносить удовольствие, но испытать это на себе оказалось совершенно неожиданно. А удовольствие было, да ещё какое! Арнайн вцепился руками в простыни и чуть ли не скулил, когда пальцы снова и снова касались его там. Через пару минут Вечрей остановился, сел поудобнее и, приставив член к анусу парня, стал медленно входить. Арнайн приготовился к боли и прикрыл глаза, но её не было, было лишь ощущение растянутости и наполненности. А вскоре он и вовсе как безумный сам двигался навстречу, выгибаясь и вскрикивая на каждом толчке.

— Арн… О, Арн, — выдыхал ему в шею Веч, а он просто терялся в ощущениях.

Руки и губы любовника, кажется, были повсюду. А что творилось с ним внизу! Его член истекал смазкой и напряженно вздрагивал, желая получить разрядку, а член Веча внутри лишь усиливал это желание. Арн пошире раздвинул ноги, согнутые в коленях, и толкнулся вперед, позволяя глубже проникнуть в себя, и Вечрей понял, прижал его к себе и стал быстрее и грубее вколачиваться в него. Так хорошо ему не было никогда. Кажется, он не продержался и минуты и, громко вскрикнув в последний раз, кончил. Веч толкнулся ещё пару раз и последовал за ним. Мир перестал существовать, и лишь объятия сильных рук и нежные легкие поцелуи вернули его к реальности.

— Спасибо, спасибо, ох, Арн, спасибо тебе, — шептали ему на ухо, не переставая целовать, — ты невероятен, Арн, ты… Как ты?

— Даже не знаю, после такого-то, — ответил он, не открывая глаз.

— Ледышка.

Что?! И это после того, как он тут извивался под ним?! Арн распахнул глаза. Вечрей смотрел на него с невероятной нежностью, и сердце защемило.

— Мой прекрасный, нежный, хрупкий, отзывчивый ледышка, — прошептал он ещё тише и, склонившись, осторожно поцеловал Арна в губы. — Ты же понимаешь, что я не шутил? Я теперь ни за что не отпущу тебя.

— А я никуда и не собираюсь. Веч, ты совершенно точно нравишься мне, и то, что произошло только что, было волшебно. — Вечрей хотел что-то сказать, но Арнайн накрыл его губы рукой. — И не смей называть меня ледышкой, я…

Парень лизнул его ладонь, и Арнайн вздрогнул от неожиданности.

— Я люблю тебя.

Кажется, с его сердцем всё же что-то не так. Вот теперь оно замерло и притихло.

— Бог с тобой, — едва слышно ответил Арн, — зови как хочешь.

Глава 7 Южный оплот.

Корабли остановились в нескольких милях от берега. Причаливать, не зная на что они нарвутся, выйдя на сушу, было неразумно, поэтому в первую очередь решили отправить разведку, и, конечно, Нео и Кай вызвались пойти, а с ними захотели отправиться Арнайн и Вечрей. Кстати, последние два дня дядя удивлял Нео своим умиротворенным и даже каким-то мечтательным поведением. И если поначалу юноша задавался вопросом, что с ним не так, то теперь всё понял, стоило лишь увидеть как Вечрей заботливо и нежно держит его за руку, помогая спуститься с корабля. Нео улыбнулся - чтобы между ними не произошло, похоже, Арну это пошло на пользу.

На берегу, где они высадились, находилась небольшая рыбацкая деревенька, оказавшаяся совершенно пустой – ни людей, ни существ. Ну, собственно, на другое они и не рассчитывали. Найрон – ближайший большой город, находился в паре дней пути отсюда, и именно в той стороне Нео ощущал браслеты Игона и остальных, но лезть туда, не разузнав обстановку, ребята не собирались. Первым делом стоило проверить мелкие поселения в округе, чем они и занялись.

Тварей в непосредственной близости Нео, как и Арнайн, не ощущал, а сосредоточившись получше, они и вовсе обнаружили их присутствие ближе к столице и на западе страны. Странно, но на юге их практически не было, несколько штук, разбежавшихся кто куда - не в счёт. Похоже, Зиру не понравилось морское путешествие, это было видно по тому как найтмар радостно скакал вокруг, только оказавшись на твердой земле. Кай и Нео как обычно поехали на нём, а Веч и Арн на Мине. У эльфов, кстати, практически не оказалось лошадей, да они им и не требовались, ведь перемещались они по острову с помощью проходов. Однако теперь придётся передвигаться по материку пешком, ведь найти две сотни коней у ребят вряд ли получится к тому моменту как остальные сойдут на берег.

Первое же поселение, в которое они приехали спустя пару часов, оказалось пустым – ни крови, ни тел - никаких следов борьбы тут не наблюдалось. Так что вывод напрашивался только один – люди ушли сами.

— Но куда? — спросил Кай, выходя из очередного пустого дома. — Тут не осталось даже припасов, всё забрали с собой.

— А поблизости есть где прятаться? — поинтересовался Арнайн.

— Небольшие леса.

— Нет, от тварей там не укрыться.

— Ближайший крупный город, защищенный стенами - это Найрон, но если Эргонес захватил всю страну, то и он принадлежит Осирии, — Кай развел руками.

В течение дня они побывали ещё в трех поселениях и одной крупной деревне, но обстановка везде оказалась одинаковой – пустые брошенные дома и никаких следов нападения. Переночевать решили в последней деревне, а поутру отправиться к городу и осмотреться там. До Найрона они добрались только к середине следующего дня, но близко к городу подходить пока не стали, так как Нео, Арнайн и Вечрей почуяли за его стенами колдунов.

— Ну, по-видимому, город всё-таки принадлежит твоему братцу, — озвучил Арнайн то, о чём и так все подумали. — Думаешь, люди из окрестных деревень там? Его колдуны позволили бы укрыться за стенами?

— Честно, не знаю. Но Игон и остальные там.

— Зачем ему пустая страна, без людей? — спросил Вечрей.

— А зачем он выпустил тварей из Нисвета? — задал встречный вопрос Арн.

— Нужно пробраться в город и всё узнать. Мы можем стоять и гадать здесь бесконечно, — внес предложение Кай.

— Можем вернуться к остальным, доплыть сюда и напасть с берега всеми силами, — выдвинул своё Арнайн.

— Я всё же за разведку, — повторил Кай. — На кого мы собираемся нападать? Может, большинство там обычные люди, а мы тут начнем поливать их магией.

— Нео? — Арнайн перевел взгляд на племянника, — что думаешь ты?

— То же, что и Кай.

— Кто бы сомневался. А то, что лезть в логово врага вчетвером – неразумно, вы не думаете?

— Очень неразумно, и всё же мы с Каем полезем, а вы можете подождать тут.

— Вот уж нет. Идём все вместе.

— Тогда спрячьте волосы, — бросил Нео и, перевязав свои лентой, накинул капюшон. — Кай, что ты знаешь о городе? Есть способ пробраться туда не замеченными?

— Я бывал там только в детстве с родителями и помню его не очень хорошо. Мы всегда останавливались в летнем дворце. Кажется, Рен и ещё несколько мальчишек удирали из замка по канализации, она должна заканчиваться за городскими стенами.

— Значит, канализация, — кивнул Нео.

— Замечательно, — ворчливо пробубнил Арнайн, — а то у нас мало проблем с гигиеной.

— Обещаю, как только захватим город, вымою тебя лично, — тихо сказал Вечрей, но услышали его все. Арнайн поперхнулся и покраснел, однако ни слова не возразил в ответ, а Нео с Каем лишь с улыбкой переглянулись.

Попасть в город оказалось куда легче, чем они думали. Когда они подходили к стенам, Арнайн укрыл всех покровом, так что со смотровых пунктов их заметить не могли. Решетка в канализацию и вовсе оказалась старой и проржавевшей, Кай снял её и затем поставил обратно без всякой магии. Идти по вонючим сточным водам им не пришлось, так как по краю стока находилось каменное возвышение, видимо, специально сделанное для людей, которые должны эти стоки чистить. Хотя надышаться дрянью ребята успели, а Арнайн даже умудрился брезгливо убить парочку крыс.

Из туннеля они выбрались неподалеку от рыночной площади, точнее, того, что когда-то ею было. Вместо столов и прилавков под навесами находились импровизированные кровати, а люди жгли костры и готовили еду прямо там же, возле лежаков. Здесь находились целые семьи: женщины, дети, старики, девушки, но не наблюдалось ни одного мужчины. Нео не ощущал поблизости колдунов, они были где-то дальше, кажется, на окраинах города.

— Значит, люди из ближайших поселений всё-таки здесь, — прошептал Вечрей, — но кому же принадлежит город?

— Давайте-ка вы, эльфы, подождёте здесь, а я пойду пообщаюсь с людьми, — сказал Кай и сделал шаг вперед, но Нео вцепился в его руку.

— Нет! — выдохнул он. — Не пущу одного без защиты…

— Милый, я не уйду из зоны твоей видимости, хорошо? И потом, разве я беззащитен? Я еще не забыл как пользоваться мечом, да и как колдуна ты немалому меня научил, я смогу постоять за себя, если что.

— Будь на виду, — тихо ответил Нео и нехотя разжал ладонь, но, видимо, Кай заметил, как он дрожит, потому что склонился и поцеловал любимого в висок.

— Всё будет в порядке, — сказал Кай, а потом вложил ладонь Нео в руку Арнайна, развернулся и пошёл к людям.

— А почему мы не можем идти вместе? — спросил Арн.

— Ты себя в зеркало видел? Ни один человек не поверит, что мы обычные люди. Как минимум решат, что мы из благородных, а, значит, и делиться информацией не станут. Хорошо, если не позовут никого.

Нео смотрел как Кай общается с беженцами, и от страха у него замирало сердце. С каждой минутой он напрягался всё больше, и готов был броситься на защиту, как и сила внутри него, он уже ощущал как она скапливается во взрывоопасный сгусток. Кай поговорил с одной женщиной, потом со стариком, затем с девушкой, которая возилась с маленьким ребенком, после чего дружелюбно попрощался, потрепал малыша по голове и направился обратно к ним, и только тогда Нео смог наконец выдохнуть. Кошмар! За каких-то десять минут он извелся так, будто Кай снова участвовал в битве. Юноша понимал, что в таком темпе дело у них далеко не пойдет. Они собираются воевать, и он просто не может, каждый раз отпуская Кая от себя, вот так сходить с ума и трястись за него. Умом-то он это понимал, а вот сердцу было плевать на все убеждения разума, так что, когда Кай подошел, он просто бросился с облегчением ему на шею.

— М-да… — протянул Арнайн, — вам, пожалуй, не стоит отходить друг от друга, а то в следующий раз Нео и город разнести может.

— Всё было так плохо? — спросил Кай.

— Видимо, — виновато ответил юноша. — Что ты узнал?

— Не поверишь, — парень улыбнулся, — в городе заправляет Игон.

— А как же колдуны?

— Это осирийцы, их здесь двое, и, насколько я понял, они присоединились к Игону. Найдем его и всё спросим.

— Подождите-ка, осирийские колдуны ни с того ни с сего присоединились к мятежникам, которые пошли против их короля? Зачем им это? Слишком подозрительно. Я бы сказал, это похоже на ловушку. Допустим, вашего Игона и его людей поймали, а теперь прикрываются его именем, чтобы заманивать и отлавливать других мятежников. Об этом не думал?

— Нет, — ответил Кай, удивленно глядя на Арна, который все это высказал. — С чего бы всем этим людям лгать?

— Они и сами могут быть обмануты.

— Пойдем и проверим, только вместе, — вмешался Нео. — Я чувствую его браслет, нам туда, — и он указал направление.

— Женщина сказала, что всех мужчин разместили в казармах, под них отвели все близлежащие ко дворцу дома. Да и сам замок стал военной крепостью, а площади и сады используют как тренировочные поля. По ее словам, Игон обычно где-то там.

— Возможно, мы идем прямиком в логово льва, — Арнайн сложил руки на груди. — Ну, и чего ждем? Вперёд, проверять, кому же всё-таки принадлежит город.

Всюду, где они шли, картина наблюдалась та же, что и на рыночной площади. Домов всем не хватало, и люди располагались прямо на улицах в установленных шатрах или под растянутыми навесами. Предположение Арнайна о том, что всё это может оказаться просто ловушкой для мятежников, конечно, имело смысл, но тут находились тысячи и тысячи людей – как-то слишком масштабно для ловушки. Когда начались казармы, ребята поняли сразу, все женщины и дети резко закончились и на улицах остались только мужчины разных возрастов, от тринадцати-пятнадцатилетних пацанов до людей преклонного возраста, но всё ещё готовых держать в руках оружие. Если всё это и правда устроил Игон, то он как и обещал собрал целую армию.

— Эй, любезные, — дорогу им перегородил здоровый мужик с увесистым колуном. — Может, я запамятовал, но что-то я вас не припоминаю. Из какого отряда будете?

Нео перевел взгляд на Кая, как и Арнайн с Вечреем.

— Мы пока не принадлежим ни к какому отряду. Мы ищем Игона, поговорить бы.

— Парниш, ну ты даёшь, — мужчина усмехнулся. — К командующему каждый подряд попасть не может. Ты мне передай, я сотнику скажу, а он уж командующему, как увидит. А коль в армию записаться, так вам во второй дом справа, там всех распределяют.

— Да нет, нам нужен именно Игон. Он должен нас ждать, просто позови своего сотника или того, кто над ним.

— Не, ребятки, вы уж прощайте сердечно, но у нас так не делается.

Нео не стал дальше слушать и, подняв руку, выпустил в небо тонкую струю огня. Мужчина отскочил от них на несколько шагов, а все ближайшие солдаты повыскакивали кто откуда, хватаясь за оружие.

— Ты… Ты колдун, что ль? На чьей стороне будешь?

— Меня зовут Эрнеос, второй принц Осирии. И я еще раз настоятельно прошу проводить нас к Игону. — юноша почувствовал как Арнайн за его спиной собирает мощный заряд силы, чтобы при необходимости атаковать людей, так что ему пришлось сделать шаг назад и одернуть дядю за рукав.

— Второй п-принц? Значит, не слухи, да? Вы и правда против своего брата? Погоди, погоди-ка, если вы – Эрнеос, то вы… — Мужчина перевел потрясённый взгляд на Кая, — принц Кай Лейнор? Ох, ох, батюшки! — Мужик быстро и неуклюже поклонился. — Вас и правда ждали! Я сейчас, сейчас позову кого из командиров.

— Не надо никого звать, Нео ясно и четко дал о себе знать, — навстречу им, улыбаясь, шел Дрей, который, поравнявшись с Каем, коротко обнял его. — Рад, что вы добрались, ребята. И эльфы с вами, неожиданно, но приятно.

— Там еще больше сотни эльфов ждут от нас сигнала на кораблях. Так что, можем мы наконец уйти с улиц и где-то поговорить? — Сказал Арнайн, выходя вперед.

— Конечно, господин эльф, — кивнул Дрей, на что Арнайн поморщился.

— Не надо никаких господ, можете звать просто светлейшим.

— Арн! — воскликнули в один голос Нео, Кай и Вечрей.

— Вот так, как они меня назвали - не звать никогда – испепелю, — эльф улыбнулся так, что любой бы поверил.

_

— Значит, у нас около ста эльфов, практически тысяча светлых существ и эльмеев, и чуть меньше девяти тысяч человеческих солдат. Ещё и семь колдунов… Я начинаю верить в успех нашей затеи, — сказал Игон, садясь на диван в малой гостиной летнего дворца.

— Как же ты собрал такую армию людей, отхватил город, и как на твоей стороне оказались двое осирийских колдунов? — Спросил Кай.

— Ну, начну по порядку. Когда Вечрей высадил нас, мы отправились в ближайшую крупную деревню. Люди там уже были наслышаны о том, что происходит в стране, а через несколько дней приехал торговец, бежавший из Риола, на который напали твари, а ведь этот город не так уж и далеко. Конечно же, началась паника, вот мы с ребятами и подсуетились – собрали мужиков, стали строить забор, организовали защиту деревни, патруль, ну, и стали обучать мужиков сражаться. Я им как есть, всю правду рассказал и о себе, и Кае, и Нео. Пара добровольцев отправились оповестить соседние поселения. Недели не прошло, как к нам стали стекаться люди с провизией, пожитками и скотом. За месяц набралось более двух тысяч человек, а потом появились они – осирийские колдуны. Я, честно говоря, тогда подумал, что это конец – вот сейчас дадим им бой и на этом всё закончиться. Но осирийцы удивили – оказалось, что одного из них Эргонес поставил главенствовать в Найроне, а второй его давний друг, к тому же беглец, прячется от твоего братца, Нео. В общем, выяснилось, что и мы, и они, не любим златовласого засранца. Колдуны предложили перебраться всем в город, под защиту стен, конечно же, мы не упустили такую возможность. Пару раз в округу забредало несколько тварей, но колдуны их быстренько убили, а в основном тёмные сюда пока не лезут. Когда обосновались в городе, упорядочили армию, разбив всех мужчин на войска, начали военную подготовку, разослали небольшие отряды патрулировать округу. Ещё постоянно собираем новых людей, кто-то приходит сам, кто-то бежит с севера страны, унося ноги от тварей, кого-то находим мы, но не отказываем никому. Так за это время сюда стянулся практически весь юг страны. Многие везут с собой обозы с провизией, и еды у нас хватает. Ну вот, в целом, и всё.

— Кто те колдуны? — Спросил Нео.

— Даир и Каспий, я им, кстати, говорил про тебя, но они ничего не ответили.

— Я знаю Каспия, это сын одного из советников моего отца. Когда я был ребенком, он порой играл со мной. Если Гнес убил всех советников, то у этого парня хватает причин ненавидеть моего брата.

— Они должны скоро вернуться с ежедневного обхода города. Проверяют безопасность и усиляют какие-то там чары на стенах. — Сказал Игон и перевел взгляд на Арнайна, — так что там с остальными эльфами? Когда их ждать?

— Я свяжусь с отцом сегодня, и уже завтра они причалят. Я надеюсь, им не придется размещаться на улицах? — с ужасом спросил Арн. — Мы к такому не привыкли, уж лучше разобьем шатры за городом.

— Ну, вообще-то, замок пуст, — усмехнулся Игон, — так что вы вполне можете обосноваться пока тут. А по поводу дальнейших планов думали? Я полагал, мы отсидимся до весны здесь, на юге.

— Это обсудите с Наиром, когда прибудет. Он куда более опытный боец.

— До весны слишком…

— Это и правда ты! — раздался голос от двери, и все, замолчав, повернулись туда. — Игон говорил, но я не верил…

В проёме застыл молодой человек лет двадцати пяти, который поражённо смотрел на Нео. Юноша тоже узнал его, как и сказал Игон, это был Каспий – сын советника Лайгоса. Каспий неуверенно сделал шаг вперёд, затем еще несколько, замер перед Нео на пару секунд, а потом резко потянул его на себя и обнял.

— Эрнеос! Живой… Мы думали, ты мертв.

— Мы?

— Я и отец. Да и много кто ещё.

— Отец? Лайгос жив? — удивлённо спросил Нео, поднимая глаза на Каспия. — Я думал, Гнес избавился от всех советников.

— Гнес - это…? А, так ты зовешь брата, да?

Нео кивнул.

— Теперь отец уже мёртв, но в тот день, когда погибли остальные, он успел сбежать и предупредить некоторых колдунов, в том числе и меня.

— Я не понимаю, предупредить? — Юноша чуть отстранился о парня.

— Они искали правду. Никто из советников Эрвейна не поверил в то, что ты мог убить королеву. Каждый из них подчинялся приказам Эргонеса, но при этом продолжал хранить верность твоим родителям и искать правду. Когда отец наконец докопался до того, что произошло, он отправил послание каждому из советников, а сам устремился ко мне в Пайтон. Полагаю, остальные так и не успели получить известий, потому что ещё в пути отца настигли новости о том, что все советники мертвы, а за ним началась погоня. Он всё же сумел рассказать обо всем мне и ещё некоторым колдунам, преданным королю Эвейну, но вскоре его нашли. Я даже не знаю, какая смерть его постигла, к тому моменту я уже покинул Осирию по его настоянию. Мой принц, есть те, кто знают правду! Знают, что это Эргонес убил короля, королеву, и все думали, что и тебя! А позже пошли слухи, что ты объявился в Перии и участвовал в битве за Санпур, защищая город, но я не поверил. Идиот! Не мог поверить, что ты выжил и сумел скрыться от своего брата.

— Если есть те, кто знает правду, почему же…

— Нас мало. Они вынуждены затаиться и делать вид, что верны Эргонесу, как и поступал мой друг Даир, а некоторые попросту боятся его и не готовы пойти против, — Каспий перехватил Нео за плечи, — мой принц, прости! Прости за то, что не верил, я потерял надежду. Но ты жив! Ты можешь поднять осирийцев! Эрнеос – мой принц, нет, мой король, если у кого и хватит сил, то у тебя.

— Я не король, — Нео отстранился от колдуна, — я даже больше не принц. И не зови меня Энеосом, просто Нео. А ещё ты не прав, один я с Гнесом не справлюсь, поэтому мне нужна помощь – твоя, Каспий, и других. Ты сказал, что есть те, кто знает правду, ты можешь сообщить им, что мы собираем всех, кто готов выступить против моего брата?

— Я постараюсь передать всем, кому смогу, Эрн… Нео. — Каспий отошёл от него на несколько шагов и поклонился.

_

— Значит, это наш южный оплот, — сказал Наир, входя в тронный зал дворца.

— Что, прости? — переспросил Игон.

— Когда Эранор сражался против Принта, крепость на севере материка, где люди, колдуны и эльфы заключили союз против тьмы, назвали «Последний оплот». У нас сейчас тоже и эльфы, и люди, и колдуны, так что – южный оплот.

— Что ты решил, отец? — нетерпеливо перебил его Арнайн.

— Разумеется, мы не станем пережидать тут зиму. Сейчас наш главный приоритет - освободить Агрею и загнать тварей обратно в Нисвет, и чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Думаю, выступим дней через пять. Пока соберёмся, пока подготовимся, да, пять, самое большее - шесть.

— Наир, ты ведь возьмёшь командование на себя? — спросил Игон.

— Даже не знаю… Наверное, людьми лучше командовать тебе. Я буду направлять эльфов, а колдунами пусть займется Нео.

— Что?! — воскликнул юноша. — Но я не…

— Они всё равно будут слушать тебя, не нас.

— Какой из меня командир? — проворчал Нео.

— Ничего, Арнайн поможет тебе их построить, к тому же, их пока немного. Кстати, завтра прибудут мои знакомые с Мгваля, я днём видел их сигнальные огни в море и подал в ответ свой. Всех людей, которые захотят к нам присоединиться по дороге, берём без вопросов. Здесь оставим небольшой гарнизон и пару эльфов для защиты женщин и детей. Ещё я получил известие от Аметисы. Перийцев оттеснили практически до Сагора, там сейчас большинство людей, ну, ещё они удерживают несколько городов поменьше тоже на юге страны. Отряд Аметисы вступил в одну из битв, но они пока не сражались в открытую, чтобы раньше времени не раскрыть того факта, что эльфы вступили в войну. За пару дней они общими силами немного откинули осирийцев. Она говорит, король Тосрен лично пришёл к ней, когда эльфы прибыли в военный лагерь, выразил огромное почтение и благодарность за неожиданную помощь. В общем, у неё там всё под контролем. Ещё бы знать, где находиться сам Эргонес. Нео, у тебя ведь с ним связь, сможешь заглянуть в его настоящее?

— Не знаю. Я научился только заглядывать в прошлое, но не пробовал…

— Не сможет, — перебил его Арнайн, — ему ещё тренироваться и тренироваться для этого.

— Значит, будем действовать по обстоятельствам. Всё, мне нужно поспать, мы столько добирались сюда, а ещё все эти постоянные переговоры, не припомню когда в последний раз так уставал.

Наир ушёл, да и Нео вскоре, попрощавшись со всеми до завтра, отправился к Каю. Тот почему-то не пошёл с ним встречать эльфов и дедушку, он вообще был очень молчалив с самого прихода в замок. Нео настроился на силу Кая и направился в этом направлении. Кай нашёлся в одной из комнат на четвёртом этаже, он стоял и смотрел в темнеющее небо за окном.

— Кай, — тихо позвал Нео, и тот обернулся, — что-то случилось?

— Нет, всё в порядке.

— Кай, когда мне плохо, ты всегда это чувствуешь и переживаешь за меня, так неужели думаешь, что я не замечу, когда подобное происходит с тобой? Что тебя тревожит?

— В этой комнате жила моя сестра. В то единственное лето, когда она успела побывать здесь и увидеть море. Ты знаешь, почему она умерла? Почему отец не позволил ей спастись вместе со мной?

— Догадываюсь… — Нео подошел к Каю и нежно обнял его.

— Её смерть нужна была, чтобы убедить всех в моей. Моя жизнь стоила этого? Ей было всего три… — Кай уткнулся ему в шею, и Нео мог поклясться, что почувствовал, как на его кожу упала слеза.

Кай, его сильный смелый Кай плакал!

— Я не знаю. Но, Кай, если бы ты умер в детстве, то и я был бы уже мертв. Мы бы не встретились там, на дороге возле Нисвета, ты бы не спас меня, и мы не полюбили бы друг друга, а о последнем я никогда не пожалею. Мы не можем изменить прошлое, но можем жить ради тех, кого больше нет с нами, ведь и твои родители с сестрой, и мои желали нам счастья.

— С самого детства кто-то что-то отдаёт за меня. Клея – жизнь, ты – бессмертие. Иногда я чувствую себя таким беспомощным и бесполезным, — Кай замолчал ненадолго, а потом, отстраняясь, прошептал, — прости…

— За что же? Если тебе иногда нужно побыть слабым, можешь делать это рядом со мной.

— Я люблю тебя, — тихо ответил Кай, сжимая Нео в объятьях, — больше жизни люблю. Да ты и есть моя жизнь.

Глава 8 Первородная сила.

— Давай ещё раз! — воскликнула Лизи, поднимаясь с земли.

— Может на сегодня хватит? — спросил Эйн, но руки вперёд всё же вытянул.

— Нет.

Уже несколько часов подряд они тренировались в защитных чарах, и ещё ни разу Лизи не смогла отбить атаку этого мальчишки. Честно говоря, она с трудом выносила его присутствие, но почему-то обучать её поручили именно ему. Девушка и сама не понимала почему Эйн её так раздражает. Из-за сходства с Нео? Вряд ли, ведь при ближайшем рассмотрении это сходство оказалось не значительным, а после последней встречи с братом Эргонеса, оно и вовсе практически испарилось. Нео изменился. Его характер она и раньше не особо-то знала, а вот его внешность... Она не могла представить, что совершенная красота станет ещё совершеннее. Но это так!

В Лизи полетела очередная ударная волна. Она, сосредоточившись, пыталась выставить щит, но удержать его опять не вышло. Девушку отбросило на землю.

— Проклятье! — выругалась она. — Почему не получается?

— Может потому, что твои мысли где угодно, только не здесь? Знаешь, если бы тебя учил Гнес, то он уже вышел бы из себя.

— Может если бы меня учил Гнес, то я была бы собраннее? Ты меня раздражаешь.

— Почему? — Эйн подошел к ней и, протянув руку, помог подняться. — Я тебе ничего не сделал, откуда такая неприязнь?

— Не знаю! — девушка отряхнула свои широкие штаны, и развернувшись, пошла прочь.

Сейчас они жили во дворце Абраса — столицы Перии. Около месяца тому назад отряд Эргонеса прибыл к осаждённому городу. Уже через пару часов вся западная стена рухнула, погребая под собой часть жилого района, и армия Осирии беспрепятственно вошла в Абрас. А ведь до этого город держался несколько недель! В тот день Лизи поняла и усвоила одну вещь — у Эргонеса была огромная колдовская сила, ведь он в одиночку проделал такое. А ещё — его не стоило злить, ещё лучше — как можно реже попадаться ему на глаза. Из всего этого мысли девушки вновь вернулись к Нео. Если мальчишка сумел поймать брата в магическую ловушку и удерживать в ней практически сутки, значит его сила не намного меньше. Если вообще меньше. Нео сумел удрать из Нисвета, прямо из-под носа Эргонеса! И не просто удрать — исчезнуть, причем вместе со всеми жителями деревни. И ни одно тёмное существо не сумело ответить королю Осирии, как он это сделал. О, в тот день Гнес рвал и метал! Он сравнял с землей лес на несколько метров вокруг себя, просто сжёг всё в пепел. Наверное, в тот раз Лизи впервые по настоящему испугалась его. Когда этот тёмный колдун с лицом ангела завоёвывал Лейрию, убивал Онера и его семью, выражение его лица не изменилось ни на секунду. Когда же речь заходила о Нео, он менялся до неузнаваемости: мог выражать безграничную любовь, нежность и восторг, а мог ненавидеть, злиться или попросту сходить с ума. Похоже, мальчишка был его слабостью и одержимостью.

Гнес... он вообще был странным. Другие колдуны и подданные обращались к нему только: Ваше Величество, мой король или лорд Эргонес, как и подобает. И он относился к этому как к должному. Но, стоило его так назвать Коэну или Эйну, он тут же их одёргивал. Кажется, он не любил своё полное имя. Не очень любил броскую и нарядную одежду, предпочитая носить что-то простое и удобное. А порой, если рядом не находилось никого кроме Коэна, Эйна и Лизи он и вовсе надевал что-то лёгкое и довольно откровенное. Девушка видела: он любит особое внимание к себе, ему нравилось, как Коэн ласкает его взглядом, а Эйн смотрит с обожанием. Лизи он казался весёлым, умным и даже заботливым, а порой и вовсе выглядел игривым мальчишкой. Но, иногда бывали моменты, когда он внушал ей трепет, почти животный ужас. Эргонес оказался странным, непостоянным и уж точно непредсказуемым. В первое время, когда они покинули Лейрию и передвигались по Агрее только вчетвером, Эргонес сам обучал Лизи пользоваться силой и она делала успехи. Потом у короля не осталось на неё свободного времени и он поручил её Эйну, о чём она не переставала жалеть.

Лизи подошла к центральным воротам дворца. Это был второй в её жизни дворец, и теперь она не могла решить какой из двух нравился ей больше. Если в Лейрии замок поражал своей высотой, количеством остроконечных башен и строгостью, то тут — в Абрасе он не был высоким, напротив — приземистый и при этом длинный и широкий. Центральная часть заканчивалась огромным куполом, под которым разместился тронный зал. В обе стороны от него расходились открытые коридоры с колоннами, покрытыми барельефами, а дальше следовали два этажа жилых помещений. Когда-то дворец был в разы меньше и не такой величественный, но при короле Дзаире полторы тысячи лет назад его перестроили. Говорят, это было пожелание его красавицы-жены.

Двери, ведущие в тронный зал, поражали своей красотой — настоящее произведение искусства. Тонкие кованные узоры сплетались в форму ворот и выглядело это очень красиво. Но, ни от ветра, ни от холода, ни от врагов такие не защитят. Хотя, с ветром и холодом люди в Перии похоже вовсе не встречались. Когда девушка подошла к дверям, двое стражников тут же перед ней их открыли. Лизи прошлась по пустому залу. Собственно она и не ожидала здесь никого найти, да и хотела ли?

Лизи не испытывала сожалений по поводу смерти Онера, разве что его дочерей. С тех самых пор она стала чувствовать себя одинокой и не знала чем себя занять. Ведь в Лейрии она блистала! Она была первой леди, ей завидовали дамы, ею любовались лорды. И пусть она жила там совсем не долго, ей там нравилось. Это была жизнь, к которой она так стремилась! А здесь никому не было дела до её нарядов и красоты, как и вообще до неё самой. Здесь шла война. Слуги кланялись ей, солдаты относились почтительно, а колдуны практически не обращали внимания. Хоть Лизи и стала колдуньей, здесь она была никем.

Девушка направилась по коридорам к своим покоям — стоило смыть с себя грязь после тренировки. И, кстати, о мытье — впервые зайдя в ванную комнату в этом дворце, Лизи была приятно удивлена. В отличии от Лейрии, где воду в бадьи носили слуги, тут она подавалась в купальню с помощью какой-то магии и это оказалось очень удобно. В подобных чарах девушка ещё не разбиралась, ей бы азы освоить. Почему-то начинались эти азы с боевой магии. Конечно, дело в войне которую вёл Эргонес, и ему нужны сейчас лишь бойцы.

Лизи пролежала в горячей воде около часа, когда услышала как хлопнула входная дверь в её комнату. Может ей стучали, но она не расслышала? Девушка едва приподнялась и потянулась за полотенцем, как дверь в ванну распахнулась. Тихо взвизгнув, она села обратно, стараясь прикрыться мыльной водой и руками.

— У меня нет времени решать ваши разногласия! — выкрикнул Эргонес, глядя прямо на неё. — И лишних колдунов для твоего обучения у меня тоже нет! Если не будешь заниматься с Эйном, значит не будешь учиться вовсе! Я ясно выразился?

— Вполне, Ваше Величество. Я постараюсь поладить с Эйном.

— Вот и замечательно, — король сложил руки на груди, — раз так, завтра с утра поедете на юг страны, возглавите вдвоем четырнадцатое войско. Их колдун куда-то пропал. И пока не станете лучшими друзьями — не возвращайтесь. — Эргонес уже развернулся, собираясь уходить, но резко остановился у двери. — У вас на это три недели. Потом чтобы вернула мне моего мальчика в целости и сохранности!

Дверь за королем захлопнулась, а Лизи подпрыгнула в воде.

— Вот гадство! — прошептала она. — Вдвоём с Эйном, хуже и не придумаешь. И что значит "возглавим войско"? Девчонка, которая не разбирается в военных действиях и только начала осваивать магию, и подстилка короля — сам колдун без году неделя! И где тут логика: " Пока не подружитесь — не возвращайтесь" и "Чтоб вернула моего мальчика через три недели"? Сначала разобрался бы в себе! — Лизи со злостью ударила ладонью по воде.

_

Они находились в пути уже почти четыре дня, и за это время практически не разговаривали. Точнее, Эйн пытался несколько раз завести беседу, но Лизи игнорировала его. Эргонес отправил им в сопровождение шестерых своих стражников и она предпочитала общаться с ними. Мальчишке тоже видимо не было до неё дела и, после третьей попытки, он оставил её в покое. На пятый день пути встретились с четырнадцатым войском, которое предстояло возглавить. Здесь оказалось две сотни солдат и один командующий над ними - Версон. Обычный такой вояка средних лет, чем-то даже напомнил Лизи Игона. Сразу по прибытии Эйн взялся за карту передвижения войск, а потом отправился с командующим знакомиться с солдатами. А вот Лизи снова не знала чем себя занять.

До самого вечера она была предоставлена самой себе и своим мыслям, и, к своему неудовольствию, пришла к выводу: если она не поладит с мальчишкой, ему-то ничего не будет, а вот на ней Эргонес может сорваться. Да и обучаться магии она хотела. Поэтому Лизи решила засунуть свою неприязнь куда подальше и на утро отправилась к Эйну. Войско остановилось в какой-то, брошенной перийцами, деревушке и на ночь ей и Эйну достались два соседних домика. Покинув свой, она направилась ко временному жилищу мальчишки. Лизи застала его умывающимся на заднем дворе, и, пока он обмывал своё обнаженное по пояс тело, заметила как жадно на него смотрят парочка солдат, сидевших неподалеку.

— Ты бы не красовался перед ними, — бросила она Эйну, подходя.

— Во-первых, я не собираюсь ходить грязным, во-вторых, я не красуюсь, — мальчик поднял на неё глаза, — в-третьих, они не посмеют полезть к колдуну, и в-четвёртых, я принадлежу Эргонесу.

— Самому-то не противно? Ты же парень, а как шлюха раздвигаешь ноги перед мужиком, да ещё и открыто говоришь, что принадлежишь ему.

— Если я шлюха, глянь на себя. У меня-то был только один любовник, а скольким дала поиметь себя ты?

— Ах, ты, мелкая дрянь! — Лизи бросилась на Эйна и вцепилась ему в волосы.

Но и мальчишка не остался в долгу. Он ухватился за её руку, и, впившись ногтями, царапал кожу как бешеная кошка. Девушка дёрнула его вниз и они оба упали на землю. Через минуту взаимных пинков и хватаний, Эйн не выдержал и отшвырнул её от себя силой. Лизи, вскочив на ноги, нацелила свою магию на воду в бочонке, где он только что умывался. Из всего что она пока пробовала, атаки с водой давались ей лучше всего. Лизи направила в сторону Эйна поток воды. И, в тех местах, где она попала на тело мальчишки, мгновенно застывала, превращаясь в лёд и сковывая тело. Эйн с криком упал на колени.

— Да что ты знаешь обо мне, чтобы говорить такое? — выплюнула Лизи. — Через что я прошла? Что пережила?

— О, бедная, несчастная девчонка. Оказалось, что возлюбленный о котором она мечтала не любит её, и она предала его и всех кто заботился о ней и растил. Тех, кто стал для неё семьёй. Дважды! — Эйн резко встал, скидывая с себя чары Лизи. — Ты сама выбрала свой путь, и, чтобы с тобой не случилось, это ты тоже выбирала сама!

Он со злостью глянул на неё и вытянул правую руку вперёд. В ту же секунду на горло Лизи будто накинули удавку. Она судорожно царапала шею, но не могла ни нащупать, ни снять то, что душило её.

— Раздвигать ноги, говоришь? Но, изначально это был не мой выбор. Отец —родной отец, продал меня в рабство, прекрасно зная для каких целей купят такого смазливого мальчика как я. Скажи мне, что движет такими людьми, которые предают родных? Ты-то знаешь, а вот мне не понять. И Гнеса я не всегда понимаю. Но, знаешь, мне повезло, что меня купил именно он. И пусть сначала наше знакомство не было приятным, но потом... Я полюбил его, ведь мне с ним хорошо и уже не важно кто перед кем что раздвигает. — Эйн разжал ладонь. Лизи упала, и наконец-то смогла вздохнуть, а потом занялась кашлем.

— Но... он... тебя не любит, — прохрипела она через пару минут. — Он любит Нео, а ты просто замена.

— Так и было вначале, но сейчас... Возможно он не любит меня, возможно даже и близко не испытывает тех чувств, которых я хочу, но я всё-таки дорог ему. Хоть немного дорог!

— И ради этого ты готов на всё для него? Ради этой иллюзии любви? — девушка медленно поднялась на ноги.

— А если бы тебе предложили выбор — вот это всё, что есть у тебя сейчас, или иллюзия любви с Каем, отказалась бы?

— Не знаю, Эйн. Я слишком долго жила в своих иллюзиях. Но, им рано или поздно приходит конец. И твоя закончится, так же, как когда-то моя. Надеюсь только, что ты не будешь разочарован так как я, ты-то уже знаешь каков будет конец. А я была слишком наивна и не знала. — Лизи замолчала и отвернулась.

Странно, но сейчас после драки и этого разговора ей стало легче, да и присутствие мальчишки, кажется, больше не раздражало её.

— Ты, кстати, была весьма хороша, особенно когда превратила воду в лёд чтобы сковать меня. Очень быстро, я даже не заметил. Больно, знаешь ли.

— Но ты скинул чары, а я твои — не смогла.

— Давай продолжим наши тренировки. Уверен, если ты будешь стараться и перестанешь воспринимать в штыки мои слова, у тебя отлично получится.

— Хорошо. Учи меня.

_

— Попробуем зажать их здесь, что скажете, лорд Эйн? — спросил командир Версон, указывая на карту.

— А пятому войску уже доставили послание? Они придут нам на помощь? — уточнил Эйн. — В этом перийском отряде кажется сильный колдун, а мы с Лизи недостаточно опытны.

— Да, сегодня утром доставили ответ от господина Брима. Он с отрядом едет к нам.

— Хорошо, тогда как только они прибудут, выступим на то поселение где засели перийцы. По докладам разведчиков, других вражеских отрядов в округе нет, так что вряд ли к ним придёт помощь. — Эйн вздохнул и посмотрел в сторону, — Его Величество Эргонес хочет завоевать страну до конца зимы, но перийцы упорно сопротивляются. Похоже последний бой будет в Сагоре, по нашим сведениям именно там спрятался их король. Король Эргонес планирует напасть на город лично.

— Простите господин колдун, а Его Величество не думает, что пока мы сгоняем всех перийцев на юг, король Тосрен покинет Сагор на корабле? Ведь море мы не контролируем.

— Как он сказал: король который сбежал, бросив свою страну, это не король.

— Но он может вернуться с помощью и поддержкой.

— С чьей поддержкой, мгвальских королевств? — вступила в разговор Лизи. — Что-то не припомню чтобы они приходили сюда на помощь хоть кому-то. У них своих проблем хватает. Или, быть может, это будет подмога с Кастора? Но они так далеко, что из их стран до нас даже слухи доходят за пару лет, сколько же будут плыть войска, и главное: ради чего? Если король Перии покинет страну, ему неоткуда ждать помощи, а нам это лишь сыграет на руку. Без лидера люди сами сдадутся.

— Может Вы и правы, леди, — кивнул командующий.

С того дня, как Лизи и Эйн выяснили свое отношение друг к другу, как ни удивительно, они стали неплохо ладить. Вместе строили планы, вместе вели войско вперед. Да и с тренировками дело явно улучшилось. За неделю с небольшим, Лизи научилась ставить и удерживать весьма прочный щит. Сегодня из десяти раз Эйн лишь трижды сбил её с ног. Принимая решения они стали прислушиваться друг к другую и, оказалось, что во многом их мнения сходятся. Интересно, Эргонес предвидел или просто предположил, что совместное дело сплотит их?

Поселение, в котором засел вражеский отряд, находилось у истока небольшой речушки. Внизу ущелье, вокруг пустошь, да степь. Перийцев заметили разведчики, когда те пробирались к посёлку. Лизи не могла понять: зачем? Большая часть страны уже была захвачена Осирией, перийцы же удерживали Сагор, да ещё несколько городов поменьше в округе. Так зачем небольшому отряду лезть туда, где рыскают захватчики? Неразумно, даже Лизи это понимала.

Брим с войском выступили против перийцев. В победе никто не сомневался: их было в четыре раза больше. К тому, же Брим не из новых, сотворенных Гнесом колдунов — он родился с силой и учился пользоваться ею с детства. Поставь против него хоть десять новеньких созданий короля, таких, как Эйн и Лизи, и они не выстоят и минуты. Лизи подобных ему колдунов встречала не часто, сам Эргонес упоминал, что они все распределены и при деле. Эргонеса же в основном окружали созданные. Девушка не очень понимала этого, ведь они были куда слабее и менее опытны, к тому же на постоянном обучении у двух тёмных колдунов с Мгваля – последователей кинжалов тьмы, как называл их Гнес. Их для короля в свое время нашёл ещё один тёмный колдун, который ему раньше верно служил, но прошло уже больше полугода как его убил Нео. Возможно, будь он жив, обучением занимался бы именно он. Что странно, из всех новообращённых: Лизи и Эйн единственные не обучались тёмным искусствам. И сам Эргонес использовал свою силу крайне редко, будто опасаясь запачкаться. В детстве, когда тетушка Нарели читала Лизи и другим девчонкам сказки на ночь, она говорила: «тёмный колдун – тёмное сердце, их сила со временем пожирает их, оставляя лишь зло и мрак». Может это были не просто сказки? Может это правда? Может поэтому Гнес не стремился пользоваться тёмной магией? Ответов у девушки не было, лишь вопросы.

Когда два осирийских войска вплотную приблизились к деревушке, где укрылся отряд перийцев, слева в пустоши раздался оглушительный хлопок. Брим тут же велел всем остановиться и оглядеться. Тщательно осмотрев округу, ни солдаты, ни Лизи с Эйном не нашли ничего подозрительного. Они двинулись дальше, с каждым шагом приближаясь к поселению. Когда до ближайших домов осталось несколько метров, с задних рядов войска раздались душераздирающие крики. Лизи повернулась на звук: прямо из земли прорастали стволы и ветки, да так плотно, что это походило на стену. А самым страшным было то, что люди, не успевшие отбежать, стали частью этой стены, делая ее кроваво-красной — стремительно растущие деревья пробивали тела насквозь.

— Что за… — выругался Брим, — Что за странная магия?

Даже если он не знает, откуда было знать Лизи? Но ее больше пугала не сама магия, а то, что эти деревья зажимали наступающих и деревню в кольцо.

— Я не понимаю: зачем? Они ведь закрывают в ловушку не только нас, но и себя, — озвучил ее мысли Эйн.

— Что ж, они и умрут в этой ловушке, — сказал Брим, а потом выкрикнул, — Вперёд! Захватить деревню!

Солдаты бросились исполнять приказ, и, обогнув командующих первыми вошли в поселение. Здесь не было ни заборов, ни рвов, ни каких-то других защитных мер. Чем больше людей оказывалось на территории деревни, тем больше Лизи охватывала тревога. Перийцев нигде не наблюдалось, наверняка они устроили засады в домах. Что там им доносили разведчики: их должно быть всего человек пятьдесят и один колдун? Должно быть этим заклятьем он исчерпал весь свой запас сил, потому что Лизи и представить не могла сколько же нужно потратить, чтобы создать такую масштабную стену, и какой вообще надо обладать силой. Воины выбили дверь в ближайший дом, и, обнаружив его пустым, принялись обыскивать поселение.

Когда большинство солдат уже находилось в центре деревни, из дома напротив вышел молодой колдун. Лизи замерла, сжимая руками поводья, вгляделась в прекрасное лицо, светлые волосы с едва заметным голубым отливом и такого же цвета глаза, чистые и сияющие. Он затмил бы своей красотой даже Гнеса, но не затмил бы Нео! Они были не похожи совершенно — другой овал лица, другие губы, нос чуть шире, другой разрез глаз, но при этом неуловимое сходство присутствовало. Лизи вгляделась в него внимательнее, стараясь понять, что так тревожит её. В этот момент колдун едва заметно улыбнулся и легонько топнул ногой. В следующую секунду земля перед ним начала проваливаться, вместе с людьми, что находились на ней.

Началась паника и давка. Все пытались отойти подальше. Кто-то, расталкивая других, старался убежать, но провал стремительно расширялся, становился всё больше и больше. И солдаты падали… А куда, собственно, они падали? Лизи чуть приподнялась в стременах. То, что она увидела, заставило ее содрогнуться от ужаса – в земном проёме зияла чернота, просто чёрное бездонное марево. Лизи заметила как Брим атаковал странного вражеского колдуна, но заклятье отлетело от него. Следом из дома вышли ещё два прекрасных незнакомца и такая же неотразимая девушка.

Конь Лизи взбрыкнул – провал уже приближался к ней! Она рванула на себя поводья, пытаясь развернуть лошадь, но люди зажимали её слишком плотно. Лизи спрыгнула на землю, и, используя силу, бросилась к выходу из деревни, расталкивая солдат. Нужно убраться как можно дальше от этих светловолосых! Но, как бы она ни старалась, людей вокруг было слишком много, а паника всё нарастала, захватывая в тиски.

— Лизи! — услышала она невдалеке и, обернувшись, увидела Эйна верхом на коне. Он ловко повернул к ней, расталкивая и топча упавших, приблизился к ней и протянул руку. Девушка не раздумывая ухватилась за неё и забралась в седло позади мальчишки.

— Выбирайся отсюда! — выкрикнула она, пытаясь перекрыть общий шум вокруг.

— Куда? Там деревья, мы в ловушке.

— Давай к ним, попробуем пробиться.

Эйн рванул поводья, у него выходило управляться с лошадью куда лучше, даже в такой давке он смог пробраться сквозь людей и устремился к выросшей стене. Некоторые осирийцы, увидев их, бросились следом.

В деревне продолжало происходить что-то ужасное, вслед убегающим разлилось мелодичное завораживающее пение, а за ним последовали страшные крики… Лизи даже не стала оглядываться, она не хотела знать, что ещё способны сотворить эти существа. Конь остановился прямо у деревьев. Девушка спрыгнула и огляделась. Забраться по ним на верх не выйдет, слишком гладкие и ровные, ни одного сучка или ветки. Пролезть между стволов тоже не получиться, там так узко, что не поместился бы и ребёнок.

— У меня есть вода, — сказал Эйн и протянул девушке бурдюк, — сможешь что-то сделать?

— Попробую.

Лизи вылила на ладонь немного воды и махнув рукой, отправила брызги в сторону стены, на лету превращая их в острые лезвия. Ударившись о стволы они рассыпались, но при этом заметно повредили деревья. Девушка повторяла колдовство до тех пор, пока у неё не закончилась вода, и теперь перед ней зияла небольшая дыра с рваными краями.

— Эйн, попробуй огнём, — устало сказала она, привязывая пустой сосуд к поясу. К ним уже спешили люди, которые сумели сбежать из деревни. — Что с Бримом? Колдуна кто-нибудь видел? — обернувшись спросила она.

— Он висит вниз головой, связанный по рукам и ногам какой-то травой, а рядом с ним один из перийских колдунов.

— Гадство! — прошипела девушка, — я надеялась он выберется. С ним было бы больше шансов удрать отсюда.

Эйн тем временем расширял дыру огнём, а через пару минут бессильно опустил руки, опираясь на Лизи.

— Пролезем, — выдохнул он, — только коня придётся бросить. Жаль, мне подарил его Гнес.

— Переживешь, — Лизи осмотрела лаз в стене, он теперь по размеру напоминал небольшое окно. — Давай первым, — девушка подтолкнула мальчишку, помогая забраться внутрь, затем полезла сама. Следом за ней— немногие выжившие.

Спустя несколько минут они уже шли вдоль реки, направляясь на север страны. Целью стало добраться до ближайшего осирийского гарнизона, который они проходили вчера утром. Погони пока не наблюдалось, но это не значит, что её не будет вовсе. Так что отряд уцелевших изо всех сил спешил убраться как можно дальше. Отряд… От войска из четырехсот человек, осталось семнадцать! Эйн потерял слишком много сил и уже не смог идти сам, тогда его по очереди стали нести солдаты. Вскоре мальчишка и вовсе отключился.

Когда стемнело, отряд остановился передохнуть. Костры разводить не стали, опасаясь погони. Еды у них с собой не осталось —все припасы находились в повозках, которые сгинули близ той проклятой деревни. Посреди ночи Эйн пришёл в себя, кажется ему стало лучше. Он подсел к Лизи, которая так и не смогла уснуть.

— Я не понимаю, — тихо сказал мальчик, — как наши разведчики могли так ошибиться? Они ведь были уверены, что там только один колдун, а на деле… И откуда вообще у Перии столь сильные колдуны? Гнес говорил, что самые сильные – осирийские, те что окончили королевскую академию. Но эти… Лизи они уничтожили целое войско, и стояли так, будто даже не прилагали для этого усилий!

— Ты, что же, так и не понял? — девушка перевела на него удивлённый взгляд. — Эйн, это — эльфы!

— С чего ты…

— Они все неуловимо похожи на Нео! Неужели ты не заметил? И то, что Эргонес как-то говорил о них правда: безумно красивые и от них будто исходит серебряный свет. Ох, а если всё, что он читал о них — правда?! Самые древние, первородные носители силы. Могущественные и бессмертные. Я уверена, это дело рук Нео. Мы видели всего четверых, а если он позвал сотни таких? Или тысячи?

— Нет… Нет… — прошептал Эйн, — они ведь не показывались несколько тысячелетий!

— А теперь они тут. Видимо мы чем-то разозлили их, раз они вернулись на материк.

— Гнес будет в ярости, — простонал мальчик.

Глава 9 Ревность.

В разговоре с Игоном в день возвращения в Найрон, Кай узнал, что баронесса Тиния Реймор тоже здесь: она сумела спастись, даже вытащила из атакованного Эргонесом замка свою младшую внучку Рину. Новость вызвала в нём противоречивые чувства, взметнув тень воспоминаний. На следующий же день, в то время, как Нео отправился встречать корабли эльфов, Кай пошёл поговорить с женщиной. Игон предупредил, что после пережитого баронесса всё еще не в себе, поселилась в одной из комнат дворца и с тех пор не покидает её. Кай настойчиво постучал в дверь и вошёл после тихого «войдите», в лицо ударил спёртый воздух. В полумраке комнаты он увидел едва различимый силуэт женщины в кресле с ребёнком на руках. Он подошёл к столу и зажёг фонарь.

— Мой принц? — удивленно спросила она хриплым от долгого молчания голосом, когда подняла на него замутнённый взор. — Кажется, Игон и правда говорил что-то о Вашем приезде. Я не думала, что это случиться так скоро, — прошептала баронесса, и Каю показалось, что она говорит не ему, а сама с собой.

Парень смотрел и не узнавал в ней ту сильную, не сломленную потерями близких, блистательную леди Тинию, которую видел более года назад. Она будто постарела на пару десятков лет: поникшие плечи на сгорбленной исхудалой фигуре, под впавшими глазами на измождённом лице залегли глубокие тени, морщины, которые в их прошлую встречу были практически не заметны, теперь явственно покрывали её посеревшую кожу. Разве может человек так сильно измениться за столь короткое время? Пожалуй, нечто подобное Кай видел на поле битвы под Санпуром, когда Асмун использовал тёмное колдовство, вытягивая из жертв жизненные силы, а здесь… Кай подошёл к окну, и, раздвинув шторы, распахнул его.

— Не надо, — слабо запротестовала Тиния, прикрывая лицо рукой и прижимая к себе маленькое тельце внучки.

— Ещё как надо. Ребенку нужен свежий воздух и солнечный свет, да и Вам они не помешают. Что с Вами стало, баронесса?

— Не зовите меня так, прошу…

Кай приблизился к женщине и забрал из её слабых рук девочку.

— Нет… Нет! Умоляю, она — всё что у меня осталось, — баронесса попыталась подняться, но сил не хватило и она вновь упала в кресло. — Прошу, мой принц, не забирайте её.

— Тиния, я вовсе не собираюсь забирать у тебя внучку. Я лишь хочу что бы ты встала и вышла отсюда. Сколько ты уже сидишь в этой комнате? Тебя поглотило твоё горе. Скоро у этой малышки не останется и бабушки, — приходилось быть намеренно грубым, чтобы растормошить эту тень с потухшим взглядом.

— Ты не понимаешь… Они мертвы. Все мертвы. Когда-то я не смогла уберечь дочерей, а теперь и внучек. Все, все кого я любила…

— А Рина? Она жива и это ты спасла ее. Расскажи, как ты выбралась из замка? Как сбежала от Эргонеса?

— Сбежала? Я его даже не видела. Думаю король-колдун и не искал меня. Я была с Риной в саду, когда земля задрожала и со стороны замка раздались крики. Не раздумывая, я схватила девочку и побежала к воротам. Туда же устремились слуги и придворные, так что я просто слилась с толпой. По началу, я подумала, что началось землетрясение или что это рухнула восточная стена замка, ведь строители не однократно говорили Онеру, что её нужно укрепить. Я планировала переждать пару часов и вернуться, но не прошло и часа, как по городу разнеслась весть о том, что дворец захвачен королём Эргонесом, а вся семья Онера мертва как и он сам. Меня никто даже не пытался остановить, во всей этой панике я покинула город с первым же торговым караваном, который удирал из столицы. Без денег, без вещей, с малышкой на руках, мы приехали в какую-то деревушку, название которой я даже не вспомню. Кому я была нужна — одна из множества, одна из потока бегущих голодных людей? Я бралась за любую работу, лишь бы заработать на кусок хлеба для Рины. Благодарю людей, что жалели мою малышку и делились тем не многим, что было у них. Но и это не продлилось долго, потому что… пришли они. Эти существа рвали людей на части у меня на глазах, кто-то пытался бороться, а кто-то бежал со всех ног, и я побежала. Бежала всё дальше и дальше от этого ада, на юг, пока не оказалась здесь. Ох, Кай... — леди Тиния прикрыла лицо руками, — Лизи рассказала Онеру где вас искать, а он, видимо, перед смертью сказал этому чудовищу – Эргонесу. Он ведь пошел в лес за вами?

— Всё не совсем так: ему тоже рассказала Лизи. Она жива и теперь на стороне короля Осирии. Он сделал её колдуньей.

— Значит, это она… — женщина судорожно вздохнула и по её щекам покатились слёзы. — Она привела его в лес. Это из-за неё твари вырвались на волю и теперь уничтожают нашу страну. И она рядом с человеком, который убил её племянниц? Боги, почему всё так… Ты должно быть ненавидишь всю нашу семью, принц. Я — мать чудовищ. Одна сестра разрушила королевство в первый раз, а вторая продолжила её дело…

— Всё не так просто, — Кай отвернулся к окну. — Король Эргонес и без Лизи уничтожил бы Агрею. А насчёт ненавижу – к Вам ненависти у меня нет, как и к этой малышке. Леди Тиния, вставайте, давайте выйдем отсюда. На вас больно смотреть. Вам ведь ещё есть ради кого жить.

— Тот мальчик, с которым ты был прошлым летом, он и правда брат этого... чудовища? Второй принц Осирии?

— Да.

— И ты доверяешь ему?

— Да, как самому себе.

— Он приехал с тобой? — Тиния прикрыла глаза. — Не уверена, что смогу спокойно смотреть на него: его брат убил моих внучек. Они ведь были детьми, простыми невинными девчонками.

— Нео не такой, как его брат, — Кай подошел ближе к женщине, — он чистый и добрый. И он пострадал от Эргонеса не меньше Вас. Я не пытаюсь Вас в чём-то убедить, просто попробуйте посмотреть на него не предвзято, не взирая на его родственные связи.

Баронесса оперлась на руку Кая и, в этот раз, смогла подняться, с трудом удерживаясь на ослабевших ногах. Поправила складки, ставшего большим для неё, старого застиранного платья, и попыталась расправить плечи.

— Мне, действительно, пора выйти от сюда и немного пройтись.

Парень улыбнулся, и, покрепче перехватив девочку одной рукой, второй взял женщину под локоть. Странно, он держал на руках дочь Онера – человека которого ненавидел больше всех на свете, но при этом не чувствовал никакой неприязни к девочке. Это был просто обычный ребенок, крохотный, пока еще невинный, и уж точно не отвечающий за действия своих родителей. А еще девочка была тихой, слишком тихой. За всё это время она ни разу не издала ни звука. Кай заметил её спутанные светлые волосы, бледность и чрезмерную худобу.

— Итак. Первым делом вас обеих следует накормить, поэтому идем прямиком на кухню, — сказал Кай, выводя своих спутниц из комнаты.

_

Кай сидел рядом с Нео, старясь вслушиваться в голоса, но смысл сказанного ускользал от него... То, что обсуждается, безусловно, очень важно, вот только он не мог заставить себя успокоиться, выдохнуть и… перестать ревновать. Этот колдун – Каспий неимоверно бесил его! Если ревность к Гнесу была несколько... наигранной: беспочвенной, не логичной и не обоснованной, то к этому типу очень даже реальной. Кай задыхался от силы разрозненных хаотичных эмоций. Каспий постоянно крутился возле Нео! И если бы они только разговаривали по делу. Нет же! Этот колдун прилип к Нео тенью и таскался за юношей и просто так. А главное — Кай видел как тот смотрит на Нео: с восхищением, с нежностью, с желанием! О, почему нельзя взять и прибить этого колдуна?! Заставить его перестать пожирать Нео взглядом! Кай тяжело вздохнул и уперся подбородком в ладонь, заставляя себя прислушаться.

— … и их прибыло ещё трое. Как думаешь Нео, может кому-то съездить в Дорв? Я уверен тамошний колдун выслушает нас, он ведь был верноподданным твоего отца. К тому же, учитывая…

Каспий продолжал о чём-то говорить с Нео, но Кай уже не слышал. Ему хватило и одной фразы «как думаешь, Нео…», чтобы его вновь затопила ярость. Практически все, кроме близких друзей и эльфов, звали юношу «Ваше Высочество» или «господин Эрнеос», хоть он и настаивал, чтобы его называли просто — Нео. Большинство на такое не решились, а этот вот... даже не возражал и сразу же начал звать принца по имени. Это тоже раздражало Кая. Ещё больше его выводило из равновесия то, что Каспий открыто выказывал Нео знаки внимания. Единственное, что ещё сдерживало Кая от проявления агрессии в адрес этого прилипалы, — это поведение его любимого. Тот не поощрял его пылких взглядов, был подчёркнуто вежлив, а иногда, казалось, что он и вовсе не замечает взглядов в свою сторону. Кая разбирало любопытство – действительно ли не замечает или так великолепно делает вид? Но спрашивать он бы ни за что не стал. А вот Каспию, видя отсутствие ответного внимания, стоило бы уже поумерить пыл, но нет, он упорно тёрся возле его мальчика!

— Кай, ты что меня не слушаешь? — спросил Нео, тронув за плечо. Парень перевел на него взгляд, а потом осмотрел шатер. Он и не заметил когда они успели остаться вдвоем.

— Прости, я задумался.

— Кай, — Нео сложил руки на груди. — У нас завтра освобождение Мерта и, скорее всего, первая битва, а ты совсем не участвовал в разговоре.

— Я слушал, — он попытался примирительно улыбнуться, но Нео лишь нахмурил брови. Тогда он ухватил юношу за талию и усадил себе на колени. — Ну, прости. Наир командует эльфами, ты — колдунами, Игон — людьми, а я только молчу и киваю. От меня на ваших собраниях всё равно никакого толка.

— Это не так. Выжившие люди стекаются со всей страны, и большинство из них идут за нами потому, что их возглавляет законный принц — сын короля Дорена.

— Нет, милый. Большинство из них присоединяются к нам потому, что здесь огромное войско и пара сотен эльфов, и тут явно безопаснее, чем бегать по стране от тёмных тварей.

— Ты не прав.

Кай внимательно посмотрел в любимые глаза, но отвечать ничего не стал. Он просто крепко прижал Нео к себе.

Их войско выступило из Найрона и достигло Мерта за семнадцать дней, расположившись на невысоком холме недалеко от города. Скрывать своё присутствие в этой равнинной местности в их планы не входило, да и армия у них весьма внушительная, так что решили не таиться вовсе. У Осирии не было достаточно людей, чтобы разместить в каждом, захваченном ранее городке, большой гарнизон, да и Мерт не настолько важен, чтобы чрезмерно защищать его. По мнению Игона в городе оставлен отряд человек в двести от силы, да пару колдунов, которых почувствовали эльфы. Предстоящая битва не вызывала чрезмерных опасений стать сложной или опасной. Единственно, чего хотелось: сохранить город и избежать бессмысленных разрушений и жертв среди горожан. Скорее всего, без этого не обойдётся, осирийцы наверняка будут укрываться в домах – бой в открытую для них заведомо проигран.

За те дни, что они добирались до Мерта, к их армии присоединилось еще порядка восьмиста мужчин, способных держать оружие: плохо одетых и вооружённых кто во что горазд, но готовых биться до последнего за жизни своих близких. Женщин же и детей, пришедших с ними, разместили во втором, разбитом неподалеку, лагере под охраной эльфов, а после завтрашней битвы их временным домом станет освобождённый город. Большинство эльфов, если не возникнет на то необходимости, в этом сражении участвовать не будут, так как их заклятья несут слишком разрушительную силу, не пригодную для битвы на тесных городских улочках. Во всяком случае таков был план, а что там произойдет на самом деле, видно будет только завтра.

Кай теснее притянул Нео к себе и стал покрывать нежными поцелуями его шею, отчего юноша тут же расслабился в его руках и призывно откинул голову назад, подставляясь под ласку.

— Вот ответьте мне: это нормально, что он провел весь день в лагере, набитом женщинами, и до сих пор ещё там, винго его задери?! — Арнайн бесцеремонно ворвался в их шатер и, не обращая внимания на ребят, прошёл и упал на импровизированную кровать из одеял.

— Ты просто ревнуешь, Арн, — улыбнулся Нео.

— Просто?! Просто… Да меня даже ты с Миной никогда так не злили, как он сейчас! Вот что он там делает?

— Так сходи и посмотри. Уверен, Вечрею будет приятно, если ты придёшь за ним.

— Вот и пойду, — Арнайн нахмурился и поднялся, — и если хоть одна... особа окажется ближе к нему, чем на два метра – прибью.

— Кого?

— Её, конечно! — эльф вылетел из шатра так же стремительно, как и пришёл.

— Иногда, я сомневаюсь, что ему уже больше двухсот лет, — усмехнулся Кай, так и не выпуская Нео из объятий.

— Двести, триста, какая разница, если влюбился он впервые, — юноша заглянул в тёмные глаза парня, — надеюсь я никогда не вёл себя подобным образом?

«Как бы я не стал так себя вести, если этот Каспий и дальше продолжит вертеться возле тебя» — подумал Кай, а вслух сказал:

— Нет, милый, когда бы тебе успеть? Ты же всё время занят тем, что спасаешь кого-нибудь.

Нео шутливо укусил его в плечо, а Кай повалил любимого на одеяла и они оба рассмеялись.

***

Нео, Кай, Игон и Наир стояли во главе войска, подступившего к центральным воротам Мерта. Атаки со стен они не опасались, как от лучников, так и от колдунов: всех, включая самые дальние ряды, защищал купол, созданный Арнайном. Когда Нео и Наир переглянулись, готовясь разнести ворота в щепки, те неожиданно стали открываться. Из города вышел высокий крепкий мужчина, лет тридцати пяти, одетый в доспехи, но не вооружённый. Нео сразу почувствовал в нём колдуна, а вот узнал его только когда тот подошёл ближе. Нитер – брат одного из его учителей – Квитвина. Отец хорошо о нём отзывался, как и учитель, но сам Нео лишь пару раз видел этого человека во дворце, и никогда прежде с ним не общался.

— Ваше Высочество, — мужчина поклонился Нео, — я хотел бы избежать бессмысленной битвы и сдать город. Здесь всего лишь чуть больше сотни воинов и половина из них — агрейцы, которые перешли на сторону Осирии, так как у них не было выбора. Все остальные люди — обычные жители этой страны. Я и второй колдун – Тейтус, назначены временно отвечать за этот город. Мы оба готовы сдаться Вам, принять любой приговор и понести любое наказание. Просим лишь не трогать этих людей, они невольные заложники сложившейся ситуации.

— Кто мы по-твоему? — резко спросил Наир, когда колдун закончил свою речь. — Не отвечай, вопрос был риторическим. Армию, за нашей спиной, возглавляет принц этой страны – Кай Лейнор. Мы пришли сюда не убивать людей, а освободить их от захватчиков. — Наир на мгновение прикрыл глаза, и, выдохнув, натянуто улыбнулся. — А поводу Ваших слов – мы принимаем сдачу города. Что делать с Вами и Вашим соратником, решать будет мой внук — Эрнеос. Осирийские солдаты так же должны сдаться и предстать перед своим принцем.

— Хорошо, господин…?

— Наир.

— Хорошо, господин Наир. Моё имя Нитер.

— Мы все оценили благородство Вашего поступка, господин Нитер, — эльф перевёл взгляд на Нео. Юноша, спешившись, подошёл к колдуну и создал на его руках магические оковы, не дающие плененному использовать силу.

— Я рад, что слухи о Вашей смерти оказались ложью, мой принц, — тихо сказал мужчина, так, что услышать его мог только Нео. Колдун смотрел на него ясными серыми глазами, в которых читалось полное отсутствие страха, сдержанное достоинство и... надежда.

Юноша лишь кивнул. Да и что он должен был на это ответить? А главное — какое решение он должен принять? Нет, они примут его все вместе, он не готов вот так запросто вершить чьи-то судьбы.

По узкой мощённой улочке, мимо небольших домов с закрытыми наглухо ставнями, в город первыми вошли Игон и Кай, а Нео держал щит, следуя за ними. Дальше шествовал Нитер под конвоем Наира и Арнайна, за ними эльфы и агрейцы. Похоже, все обитатели Мерта собрались на небольшой центральной площади, вместе с немногочисленным гарнизоном. В этой толпе не различимы были воины-осирийцы или агрейцы. Одинаково хмурые уставшие лица, обычные одежды, никаких лат или доспехов, от мирных жителей воинов отличало только наличие оружия, но и его они побросали на землю в знак сдачи города, как только Нео и остальные показались на площади. Кай и Игон вышли вперёд.

— Я Игон Авеной. Кто-то из вас слышал обо мне, а кто-то, возможно, и знал раньше. Мы пришли сегодня освободить город от вторгшихся сюда осирийцев, и, полагаю справились с этой задачей. Перед вами — законный наследник, сын короля Дорна, принц Агреи – Кай Лейнор, — Игон чуть отошёл в сторону и показательно поклонился парню.

— Как и сказал Игон, меня зовут Кай. Кай Лейрон, и я действительно был рождён принцем, но, сейчас это не так важно. Я обращаюсь к вам как простой человек, как такой же агреец, что и вы. Все вы знаете, что сделал король-колдун: завоёвывая нашу страну, он выпустил из Нисветского леса тёмных тварей, которые теперь терзают и убивают людей. Позади меня стоят мужчины, которые взяли в руки оружие, чтобы защитить свои семьи, родных и любимых, да и самих себя. Я обращаюсь ко всем, кто может сражаться – идёмте с нами. Если не мы сами, то кто освободит нашу страну, кто защитит детей и женщин? Каждый мужчина, который захочет присоединиться, будет принят в войска на равных правах, даже если это будут осирийцы. Те же, из агрейцев, кто не желает, может остаться здесь и жить дальше своей жизнью, или тем что от неё осталось. Воины Осирии, обращаюсь к вам. Те, что не желают присоединяться, сначала предстаньте перед своим принцем Эрнеосом и его колдунами, а затем покиньте город. Времени вам на принятие решения — до завтрашнего вечера. Мы не станем брать пленных. Участь же сдавшихся колдунов решит принц Эрнеос.

После слов Кая, некоторые из мужчин стали выходить вперед, желая присоединиться. Другие молча покидали площадь вместе с женщинами. А большинство всё еще с опаской смотрели на прибывших, и не спешили принимать решение.

Нитер указал дорогу к большому каменному трёхэтажному особняку, где их ждал второй колдун. Видимо, когда-то этот дом принадлежал наместнику короля в этом городе, и, поскольку других таких же больших домов тут не было, Игон и Наир, а так же остальные командующие, решили временно разместиться в нём. Тейтуса, а именно так назвал второго колдуна Нитер, Нео не знал, да и не слышал о нём никогда ранее. Колдун оказался худым и нескладным, очень молодым, по-видимому вчерашним выпускником академии, но это так же ни о чём не говорило Нео.

— Вы ведь не помните меня, Ваше Высочество? — спросил Тейтус, когда юноша создавал оковы на его запястьях.

— Простите, но нет, — Нео внимательнее вгляделся в вытянутое лицо парня: темноволосый и темноглазый, с тонкими поджатыми бледными губами.

— Зима, семь лет назад. Мы вместе играли в снежную битву.

— Ты… ты тот самый мальчик?! — Нео замолчал. Теперь он припомнил его лицо. Конечно, он стал старше и изменился, но это был тот парнишка, которого наказал Гнес, всего лишь за то, что тот толкнул его младшего брата. — Прости, — прошептал Нео, — я прошу прощения за него. Эргонес был не прав.

— Вы вините себя?! Мой принц, Вы спасли меня тогда! Если бы Вы не остановили его, он, наверное, убил бы меня. Это Вы меня простите. Я был глупым и гордым мальчишкой, смотрел на Вас свысока и считал слабым ребенком, которому все кланялись и выказывали уважение только потому, что Вы родились принцем. Честно говоря, многие тогда считали Вас хиленьким и слабым, и уж точно никто из учеников не видел в Вас могущественного колдуна. Но, это не оправдывает моего поступка, я был идиотом, завидовал и злился. Я виноват перед Вами, принц Эрнеос. И тогда и позже, я был не прав. Когда погибла королева и Вы исчезли, меня начали мучить сомнения. Я не поверил, что всегда тихий и скромный мальчик, которого я порой видел на территории академии или в королевских садах, мог совершить такое. А когда умер король, правда и вовсе стала для меня очевидна. Ваш отец, мать и Вы – вот кто всегда сдерживал принца Эргонеса, и когда никого из вас не осталось, посмотрите кем он стал. И, то, что он вытворяет… Мой принц, позвольте мне присоединиться к Вам.

— Если Вы и правда этого хотите, я подумаю, но оковы пока снять не могу. Надеюсь, Вы понимаете почему?

— Конечно, Ваше Высочество. Вы должны убедиться в моих истинных намерениях, — Тейтус улыбнулся. — Тогда скажу ещё – с того дня я не питал особой любви к Вашему брату, но приказы его исполнял, как и все. Хоть они мне и не всегда нравились, но он был моим королём. Да и выхода другого я не видел, а теперь вижу – Вы стоите прямо передо мной.

— Я учту это, а пока Вас и Нитера будут стеречь эльфы, — Нео уже собирался уходить, но Тейтус его окликнул.

— Простите, мой принц, но… Они и правда эльфы? Настоящие?

— Да.

— И Вы тоже… — восторженно выдохнул парень. — Как и королева. Но почему же это скрывали от всех?

— Такое решение приняли мать и отец. Видимо, она не хотела, чтобы знали о её происхождении, — ответил Нео и поспешил прочь в расстроенных чувствах, ему предстояло решить судьбу двух в общем-то неповинных людей, колдунов.

Кай за это время уже подобрал им комнату, а в соседней, судя по голосам, ругались Дион и Рен.

— Что это у них? — спросил Нео, заходя и прикрывая за собой дверь.

— Разошлись во мнениях. Игон дал им под командование разные отряды, и Кора пошла к Диону, а Рен теперь беситься. Он вообще не хочет, чтобы она участвовала в сражениях. И говорить ему, что именно по этой причине она и пошла к Диону бесполезно. А к тебе, похоже, хочет присоединиться ещё один колдун, этот парень едва ли не с восторгом смотрел на тебя, когда ты вошёл в дом.

— Думаю оба. Хотя я ещё не говорил с Нитером.

— Если не говорил, почему так считаешь?

— Гнес убил его брата — нашего учителя Квитвина.

— Да, это веская причина. Похоже, твой братец перебил половину ваших колдунов, наплодив себе врагов. И, теперь, их родня готова тебя на руках носить.

— Кай, мне кажется или ты недоволен? Чем больше народа к нам присоединяется, тем ты мрачнее.

— Нет же, я... — парень взглянул в серебряные глаза и вздохнул. — Мне не нравиться играть роль принца.

— Роль? Но ты и есть принц.

— Я был им семнадцать лет назад, а сейчас… Такое чувство, что мы просто используем имя моей семьи.

— Кай, но если… Нет – когда мы вернем всё на свои места, Агрее нужен будет король, а ты — единственный законный наследник. Игон и остальные вовсе не используют твоё имя, они верят в то что делают.

— Мне бы их веру.

Вечером Нео поговорил с Нитером, и, как он и думал, колдун тоже высказал желание присоединиться к ним. Юноша спросил совета у Наира и Игона, но они лишь пожали плечами и ответили, что решать кому из колдунов доверять, а кому — нет, Нео должен сам, так как он о них знает больше. Уже возвращаясь к себе, он встретил Каспия, и решил узнать и его мнение.

— Мне нужен совет, — сказал Нео, открывая дверь в ближайшую комнату, оказавшейся маленькой светлой гостиной, и пропуская парня вперёд, — по поводу этих двух колдунов. Что ты о них знаешь?

— О Нитере могу сказать, что он всегда был достойным человеком, к тому же, они с моим отцом были друзьями. Он верно служил королю Эрвейну, я думаю, ему можно доверять, а ты — нет?

— Не знаю. Как и моему отцу, он служил и Эргонесу. Хоть он сам и сдал город, но и выбора у него особого не было. Сомнения, сомнения…

— А выбор не служить королю Эргонесу у него был? На счёт второго колдуна сказать ничего не могу, я о нем прежде не слышал.

— Я встречался с ним однажды, — отворачиваясь, сказал Нео, — и та встреча стала неприятной для нас всех. Ох, хватит! Сколько бы я не думал, ничего не изменится, и сомнения никуда не исчезнут, пока они не покажут своих истинных намерений. Пусть остаются оба, а там видно будет.

— Ты очень мягкий, Нео. Добрый и мягкий. Сейчас я поддерживаю твоё решение, но иногда тебе придётся быть жёстче. — Каспий подошёл к юноше и, взяв за плечи, повернул его к себе. — Нео, позволь мне помогать тебе, позволь быть рядом. Я хочу…

Колдун был выше и массивнее, в эту минуту его обычно невыразительное скуластое лицо исказилось, он склонился и его губы стали приближаться к губам Нео. Юноша собирался оттолкнуть его, вот только не успел. Дверь хлопнула с такой силой, что задрожали и разлетелись стёкла в окнах, а в следующую секунду Каспий был отброшен и припечатан к стене.

— Кай, остановись! — Нео бросился к любимому, отражая его следующий удар, и поток полетел в противоположную стену, оставляя на ней глубокую вмятину.

Глаза Кая горели гневом и ненавистью. Он сделал шаг в сторону Каспия, но на его пути встал Нео, одной рукой обхватывая его за талию и не пуская дальше, а второй навесил щит на идиота, который позволил себе лишнего.

— Остановись, я прошу тебя, — Кай будто не слышал его. Нео поднял руку и ударил парня по щеке, и перехватил наконец-то осмысленный взгляд. — Пожалуйста, Кай, успокойся, — прошептал Нео.

Парень схватил его за запястье и потянул на себя, да так сильно, что Нео невольно охнул от боли.

— Убирайся, — едва слышно прошипел Кай, а потом выкрикнул, переводя ненавидящий взгляд на Каспия. — Пошёл вон отсюда! И если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с Нео – убью…

— Ты не имеешь права, — сказал Каспий, отлипая от стены и сползая по ней на пол, — Нео сам может решать с кем ему общаться. И с кем ему быть.

— Ты — дурак?! — воскликнул молодой принц, оборачиваясь к нему. — Иди от сюда, быстро!

— Но, Нео…

— Я велел уйти!

Каспий быстрым шагом прошел мимо них, и уходя, вежливо поклонился, принимая своё поражение. Парень же, разжав ладонь, отпустил Нео и отошёл к окну, подставляя пылающее лицо порывам ветра.

— Кай…

— Лучше не подходи сейчас.

Нео не послушал его, приблизился и коснулся руки любимого:

— Кай, послушай, он…

Парень резко развернулся, подхватил его на руки, и в несколько шагов достиг их комнаты. Пинком захлопнул дверь и кинул юношу поперёк кровати, наваливаясь сверху.

— Ты мой! МОЙ! — Кай рванул ткань, разрывая тунику Нео, а потом впился в его шею.

Ни о какой нежности не было и речи, Кай целовал, лизал, кусал нежную кожу, порой причиняя боль. Нео, прикрыв глаза, молча терпел. Наверное, он заслужил это: следовало быть холоднее с Каспием, указать ему на невозможность отношений между ними... А потом, неожиданно для себя, стал возбуждаться. Кай провел рукой вниз по его телу, остановился на бедре и сильно сжал на нём пальцы. Нео зажал рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. В тот же момент парень остановился, прижался лбом к шее Нео и прошептал:

— Прости, прости… О боги, Нео, прости меня, с тобой я теряю голову... — он отстранился, сел и прикрыл лицо ладонями.

— Нет, — юноша потянулся к нему и обнял со спины, — это ты прости. Ты зол и ревнуешь. Лучше срывайся на мне, чем случайно убьешь кого-то.

Кая будто холодной водой окатили, он обернулся и с ужасом посмотрел на Нео:

— Срывать злость на тебе?! Не смей так говорить! А если когда-нибудь снова попытаюсь сделать что-то подобное, выруби меня.

— Я сам виноват. Делал вид, что не замечаю, как он на меня смотрит. Но, Кай, я не думал, что он решиться меня поцеловать. Я собирался его оттолкнуть, но тут вошёл ты и… расстроился. Прости меня, Кай.

— Иногда я хочу запереть тебя и никому никогда не показывать. Сначала Каспий пялился и всюду таскался за тобой. Сегодня ещё и этот новый колдун, как его там – Тейтус, смотрел на тебя как на… И они не единственные, на тебя всегда обращают внимание мужчины. А теперь и вовсе начали тянуть свои руки! Нео, ты не представляешь, каких усилий мне стоит сдерживать себя! Я ненавижу, когда рядом с тобой кто-то находиться! Я ревную, ревную, РЕВНУЮ тебя!

— Кай, — Нео взял лицо парня в ладони, — продолжай.

— Что?

— Ты совсем не успокоился, ты расстроен, — юноша забрался к нему на колени, и обвил талию ногами. — Продолжай то, что ты начал. Возьми меня так, как тебе хочется сейчас. Властно, агрессивно, делай со мной всё что пожелаешь. Почувствуй, что я твой.

— Нет, — Кай чуть отстранился, — я и так оставил на твоей шее следы. И я не стану…

— Ты не можешь причинить мне вред, а это, — Нео коснулся своей кожи, — это исчезнет быстрее, чем наступит рассвет. Давай Кай. Ты всегда делаешь так, как хочу я, удовлетворяешь любое моё желание, нежничаешь со мной как с хрустальным. Сделай же сегодня то, что хочется тебе, — юноша стянул с себя остатки туники и прижавшись телом к парню, томно прошептал ему на ухо, — не бойся, я не такой хрупкий как кажется. И я твой. Я принадлежу только тебе, возьми же меня, Кай…

Нео снова повалили на кровать. В этот раз Кай сжал его руки в запястьях и придавил их к постели над головой юноши, а потом стал жадно целовать его губы. Это было страстно, обжигающе, и пусть немного грубо, но Нео заводился. Он попытался выгнуться и потереться телом о парня, но Кай слегка надавил второй рукой на его грудь, прижимая к кровати и не давая этого сделать. Затем оторвался от него, и взяв обрывки туники Нео, связал ему руки и привязал к опорному столбику кровати. Его штаны, как и вся одежда Кая, полетели на пол. Странно, и уж точно не обычно, но подумать ему об этом не дали – парень уже выцеловывал его живот. Да нет, не просто целовал, он буквально вылизывал его, при этом раздвигая ноги Нео, согнутые в коленях и поглаживая между ними. Нео застонал. Тело бросило в жар, а лицо и вовсе горело от смущения. Он впервые лежал такой раскрытый перед Каем так беззащитно, откровенно и развратно, и он безумно хотел его. Чувствовал как анус сжимается в ожидании, и Кай наверняка это видел, ведь он сейчас смотрел прямо на его промежность! От этого осознания по телу пробежала дрожь. Кай сейчас даже не касался его, просто смотрел, а Нео изводился от желания!

Парень взял подушку и подложил ее под ягодицы Нео, потом склонился и скользнул в его дырочку языком. Юношу выгнуло и он громко застонал, а Кай ухватив его за бедра, продолжил вылизывать его, старясь проникнуть внутрь, разгоняя по телу тысячи искр.

— Кай… — выдохнул он со следующим стоном, — Кай, Кай, пожалуйста… Я не могу больше. О, Кай… я сейчас...

— Нет, — парень оторвался от него, — я не дам тебе кончить, не сейчас.

Он перехватил член юноши у основания, чуть сжимая его. Губы снова пустились в пляс по животу, бокам и бедрам, кажется там тоже останутся засосы. Пальцы проникли в его тело и сразу же задели сладкую точку. Нео вскрикнул. Вот сейчас он был готов взорваться, член пульсировал и ныл от желания.

Когда Кай наконец вошёл в него, Нео уже извивался на постели, с трудом понимая, где находиться. Всё тело стало настолько чувствительным, что его подкидывало даже от легких касаний пальцев. Когда же парень стал двигаться, он и вовсе кричал на каждый толчок, срывая голос. Кай отвязал его от кровати и, перевернув на живот, поставил на колени и вновь ворвался в него. Проникновения стали глубже и яростнее. Нео двигался на встречу, стараясь раскрыться и насадиться посильнее. Он выпячивал попу и скулил. Он хотел кончить! Хотел, как никогда, и не мог! Кай держал крепко, а иногда ещё и проводил по головке члена большим пальцем, от чего Нео со стоном выгибался, сильнее подставляя задницу.

Кажется он плакал, но уверенности в этом не было, он сейчас вообще ни в чем не был уверен. В голове не осталось ни единой мысли, он мог только чувствовать и желать. Он хотел попросить Кая отпустить его член, дать ему наконец драгоценную разрядку, но не смог даже проговорить имя парня. В какой-то момент он почувствовал несколько особенно мощных толчков – Кай начал изливаться в него. Только тогда пальцы разжались и чуть огладили орган юноши, и Нео накрыл оргазм, сильный как никогда.

— Нео, Нео, — Кай целовал его щеки, собирая слезы. Значит, он всё-таки плакал. — Нео, сокровище моё, посмотри на меня, — а ещё он, видимо, потерял сознание на какое-то время, потому что голос парня был уж больно обеспокоенным. — Милый, прошу… — Нео нехотя открыл глаза. — Скажи, что ты в порядке?

— Не уверен.

— Прости, прости, — Кай осторожно коснулся его лица, — прости меня, это было слишком. Нео обещаю, я никогда больше так не сделаю, — парень смотрел на него с таким виноватым выражением, казалось он вот-вот заплачет, и Нео, не выдержав, рассмеялся.

— Кто сказал, что мне не понравилось? О, Кай, — юноша потянулся к нему и обвил шею ослабевшими руками, — это было... ошеломительно, потрясающе, чудесно… У меня нет подходящего слова. Просто дай мне немного прийти в себя.

— Ты… — Кай нервно выдохнул. — Боги, ты невероятен! Скажи, ты специально пугаешь меня и заставляешь волноваться?! До твоего появления в моей жизни я не испытывал столько эмоций, но ты… из-за тебя... они разрывают меня на части, — парень перехватил Нео и одним движением положил на себя. — Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя! Кажется, твой эльфизм заразен, если тебя не станет — я просто перестану дышать.

Нео приподнял голову от его груди и потянулся за поцелуем. И Кай целовал – невероятно, безумно нежно, до дрожи в теле и покалывания в пальцах. А потом, Нео счастливо уснул прямо так, лежа на самом драгоценном для него человеке.

Глава 10 Единственный поцелуй.

Войско освободителей, как в шутку назвал их Наир, медленно, но верно продвигалось в сторону столицы. На их пути не встречались ни осирийские солдаты, ни существа – они отступили, покинув и все крупные, захваченные ранее, города, а в мелких их и не размещали. На исходе первой недели подозрение, что врагов предупредили о передвижении армии агрейцев, обрело уверенность. Можно было предположить, что это делают тёмные существа, ощущая приближение эльфов, вот только и эльфы их чувствовали, взаимно. Поэтому совершенно точно знали, что все твари держатся на значительном расстоянии, превышающем восприятие магией. Большинство тёмных и вовсе расползлись по северу и востоку страны, как можно дальше от светлейших и, значит, не могли предупреждать осирийцев. Во второй вариант – среди них есть предатель, Нео верить отказывался. Предатель не мог быть из рядовых воинов – их не посвящали в детали дальнейших действий и передвижений. Эльфы подозрений не вызывали, оставался кто-то из колдунов. С того время как они прибыли на материк, ко второму принцу присоединилось уже девятнадцать колдунов. Неужели Нео ошибся в ком-то из них? Он старался постоянно держать их в поле зрения, следил за каждым шагом, а если не мог сам, просил Арнайна, Вечрея, Рока или Вили с Мином и Карсоном. Колдуны всё время были под присмотром! И никого из них не заметили за чем-то подозрительным – ни разу! Нео отгонял эти мысли: сколько не думай, а за руку никого не поймали. Возможно, он и вовсе надумал себе лишнего, и пустые города и поселения на пути их армии это результат того, что твари вырвались из леса. И люди… Ох, да о чём он, не могли же люди сами уйти из крупного города, подобного Соннайну, из под защиты городских стен!

Но не только это беспокоило Нео. Последнее время его мучило и не отпускало неуловимое тревожное чувство. Смутное, изматывающее ожидание чего-то неопределенного. Навязчивое, как дурное предчувствие. Особенно это проявлялось по вечерам. Сидел ли он у костра, ел ли, разбивал шатер, готовился ли ко сну или лежал в объятьях Кая – оно не покидало его. Вчера вечером ему показалось, что кто-то хочет с ним связаться. Нео прислушивался к себе, пытался уловить того, кто бы это мог быть. Один из знакомых ему эльфов? Зачем? Все они находились рядом и могли поговорить напрямую. Через пару минут Нео уже не был уверен, что это и правда был зов, так зыбко он ощущался. Сегодняшний день прошёл уже привычно – в пути, вечер же посвятили очередному собранию. Наир и Игон обсуждали план дальнейшего передвижения, Арнайн с Вечреем и вовсе спорили о провизии, оружии и доспехах для армии. Кай же решил потренировать солдат вместе с Реном, под предлогом, что и сам давненько уже не махал мечом, и тихо слинял с собрания. Так сложилось, что все обсуждения и встречи практически всегда проходили в шатре Нео и Кая, а именно сегодня юноша устал и отчаянно хотел хоть немного тишины и покоя. И, кажется, его мысли были услышаны: обычно обстоятельные и дотошные Игон и Наир, управились за каких-то полтора часа, и теперь оставили Нео одного.

Юноша прилёг на одеяла и прикрыл глаза. Ему снова показалось, что его зовут. Очень тихо и слабо, едва различимо, но теперь Нео успел ухватиться за этот зов и потянул на себя. Раньше, при тренировках с Арнайном, дядя тянул нить связи на себя, и Нео оказывался в его сознании – в месте, которое представлял эльф. Когда же он общался с Хранителем, ничего кроме леса никто из них не представлял. А теперь Нео должен был создать место встречи с незнакомцем. Он ненадолго задумался. Какое это должно быть место? Где он хотел бы оказаться? В голову ничего не пришло: он просто вспомнил как выглядит его шатёр изнутри. Так что, открыв глаза, он увидел тканевые тёмно-синие стены, похожие на настоящие, только не очень чёткие, в углу свалены в кучу вещи и одеяла.

— Весьма странный сон, — проговорил знакомый голос позади и Нео резко обернулся.

Гнес! Там стоял Гнес! Но это ведь не возможно? Общаться на расстоянии могут только эльфы, точнее эльф с эльфом. Или нет? Зов брата был очень слабым, еле заметным, но всё же это был зов, иначе бы Нео не уловил его!

— В моих снах ты обычно улыбаешься мне, а сегодня смотришь так… — Гнес пожал плечами, а потом прошёл вперед, потянул на себя одно из одеял, расстелил его и сел.

Похоже брат даже не осознавал, что этот сон вовсе не сон. Он звал его неосознанно? А как он вообще мог бросить зов, если его этому не учили?

— Зачем ты звал меня? — тихо спросил Нео.

— В каком смысле? — брат удивлённо поднял на него глаза.

— Ты звал, я ответил. Что тебе нужно, Гнес?

С каждой секундой глаза его всё больше расширялись, а потом он вскочил на ноги и шагнул к Нео.

— Это не сон, да? Ты – настоящий? Так Кармина связывалась со своим братом? Ты когда-то говорил в детстве, что они могут разговаривать во сне, но тогда я не придал этому значение – не поверил. Я ведь прав, Нео? — Гнес протянул руку, а юноша отступил на шаг назад, избегая его прикосновения. — О, теперь вижу, это настоящий ты!

Гнес сжал ладонь в кулак и чуть сощурил глаза. Нео знал этот жест – брат пытался использовать силу, а вместо этого лишь в растерянности посмотрел на свою ладонь.

— Не ожидал? — усмехнулся Нео. — Каково это – чувствовать себя слабым, опустошённым, обессиленным? Я прожил так полгода, — юноша сложил руки на груди, и сам бесстрашно шагнул вперед, хитро улыбнулся и обошёл Гнеса.

Именно! Здесь ему нечего опасаться: это его мир – Гнес не может тут причинить ему никакого вреда. К тому же, Нео может разорвать нить связи в любую секунду.

— Что ты сделал со мной? — неуверенно спросил брат.

— Да ничего. Проснёшься и всё будет в порядке. Эх, надо было тебя подольше помучить...

Гнес неожиданно рассмеялся, а затем посмотрел на Нео счастливыми глазами и сказал:

— Мне тебя не хватает. Ты не представляешь, как я скучаю по тебе.

— Ты сам в этом виноват, — шёпотом ответил Нео. — Никто не мог сделать мне так больно, как сделал ты.

— Мы можем это прекратить? — Гнес подошёл ближе, и осторожно, едва ощутимо обнял юношу со спины.

— Останови войну, оставь в покое Перию и Агрею, дай мне запечатать тварей в Нисвете и отдай кинжал.

— А у тебя большие запросы. Сколько же эльфов пришло с тобой, если ты надеешься победить меня?

— Достаточно. Но, откуда ты знаешь? Хотя… тебе наверняка сообщили тёмные существа.

— Нет, о ваших передвижениях мне стали докладывать позже. Сначала мои ребята столкнулись с эльфами, в Перии. Не поверишь, но узнала их Лизи.

— Су… — Нео хотел выругаться, но стиснул зубы.

— Кого ты сильнее не любишь: меня или её? — усмехнулся Гнес и Нео почувствовал его дыхание на своих волосах.

— Если приблизишься ещё хоть на миллиметр – отшвырну прочь. — Нео замолчал ненадолго, а потом повернулся в руках брата и заглянул в его синие глаза. — Так что, ты отступишь?

— Тогда ты вернёшься?

— Куда? К тебе? Заживем дружной семьёй: ты, Коэн, Эйн, я и Кай? — глаза Гнеса сузились от злости и ревности. — Нет, не заживём… — печально выдохнул Нео, а затем неожиданно взял лицо брата в ладони: — Я прошу тебя, остановись! Прекрати всё это, и живи своей жизнью. Правь Осирией как и хотел, окружи себя людьми, которые будут верны и искренне полюбят тебя. И… отпусти меня… Я уйду, исчезну. Ты никогда больше не увидишь меня, не услышишь обо мне…

— Нет! — оборвал его Гнес, и сильнее сжал талию юноши, прижимая к себе. — Нет! Ты не понимаешь! Сколько бы времени не прошло, чтобы я ни делал, с кем бы ни был – я не могу без тебя! Я никогда не хотел править Осирией без тебя. Всегда думал, что ты будешь рядом. Я ошибся, Нео! Ошибся, когда предал тебя… Я был не в себе… Нео, ты с самого рождения был моим солнцем, частью моей жизни – самой яркой и самой светлой. Я люблю тебя, и…

— Я знаю, — прошептал юноша, накрывая ладонью губы брата. — Я видел Гнес, я всё видел в твоих воспоминаниях. Ты дорог мне. И тогда и сейчас. Не смотря на всё, что ты сделал, ты — мой брат... — из его глаз потекли слезы, — Но... я не смогу простить тебя.

— Мы всегда, постоянно были рядом. Если бы я не совершил всё то… Ты был бы моим, ты ведь и сам это понимаешь. Только ты и я… позволь мне показать… — речь брата сбивалась, он сглатывал окончания. Нео уже не понимал о чём он говорит. Гнес осторожно взял его за подбородок. — Ты чувствовал тоже что и я, я знаю это. Ты смотрел на меня с обожанием. Ещё сам не осознавая этого, ты любил меня так же, как и я тебя. Что же ты молчишь и не говоришь «нет»? Я знаю, что всё испортил Нео, но сегодня, сейчас, позволь себе почувствовать…

Гнес накрыл его рот своими губами, жадно, неистово. Нео упёрся рукой в грудь брата, отчаянно желая вдохнуть и остановить это безумие. Да, он был привязан к нему с рождения, таскался за ним хвостиком, обожал его... И в какой-то момент испугался, а вдруг безумие Гнеса, его одержимость, его любовь передались и Нео, что если в глубине души он чувствовал нечто подобное? Но, нет! Сейчас он готов был выдохнуть с облегчением и радостью - эта болезнь не коснулась его. В его сердце только Кай, а детская привязанность к брату совершенно нормальная, такая, какой и должна быть любовь к брату. И сейчас от нее осталось только сожаление... Нео сумел-таки немного оттолкнуть Гнеса и посмотрел в его горящие огнем надежды глаза.

— Никогда больше, Гнес!!!

— Нео… — с мольбой простонал брат.

— Ты никогда больше не прикоснёшься ко мне, — юноша отступил на шаг назад, резко освобождаясь из объятий.

— Послушай…

— Нет, это ты послушай. Моя привязанность к тебе всегда была братской.

— Один поцелуй...! Я докажу тебе.

— Нет. Я знаю, что значит любить. С Каем мне достаточно простого касания его руки и меня пробивает дрожь. От его дыхания на моей щеке я таю и сам тянусь к нему. — Нео видел, как тяжелеет и наливается яростью взгляд брата, но остановиться не мог. Он должен был доказать Гнесу, что у того никогда не было и не будет надежды. — От его взгляда у меня замирает сердце, без Кая я не могу дышать. Так что я никогда не буду твоим.

— Тогда я убью твоего драгоценного Кая, и мы посмотрим, — прошипел Гнес.

— Убьёшь его – убьёшь меня. Так уж устроена эльфийская сущность, без любимого человека погибаем и мы. Но я не позволю тебе причинить ему вред, — Нео шагнул вперед и взял брата за руку, с мольбой заглядывая в родные глаза. — Я и тебе не желаю вреда, не смотря ни на что. Остановись и вернись домой в Осирию, я прошу тебя.

— Ты говоришь мне «нет» и смеешь о чём-то просить? Я не остановлюсь Нео. И тебя в покое не оставлю! — он попытался схватить младшего брата, но Нео отшвырнул его от себя. Гнес покатился по полу шатра.

— Тогда в следующий раз мы встретимся на поле боя, — холодно сказал Нео. — Я больше не отвечу на твой зов, сколько бы ты не звал, — юноша стал растворяться в воздухе, а Гнес кинулся к нему.

— Нет! Не смей! Нео! — выкрикнул он, пытаясь ухватить брата. — Не уходи…

Последние слова Нео едва расслышал, так как уже разорвал связь, а в следующую секунду и вовсе смотрел в тёмные глаза Кая. Перемена обстановки оказалась слишком резкой и быстрой – Нео судорожно вздохнул.

— Тебе приснилось что-то плохое? — Кай коснулся его лица, — Ты во сне вздрагивал и пару раз шептал слово «нет». Я пытался разбудить тебя, но не смог.

— Просто… — Нео не знал что сказать. Правду? Кай и так остро реагирует на любое упоминание Гнеса, а если рассказать… Ни в коем случае! — Просто не очень приятный сон.

Вот и всё что он сказал, а потом протянул руки и, обвив шею парня, поцеловал. Кай ответил тут же. Голова закружилась и стала лёгкой, хотелось стряхнуть с себя воспоминания о таком реальном сне. Только Кай мог ТАК его целовать. Только с Каем он чувствовал ЭТО. Как он мог позволить Гнесу поцеловать себя? Как он допустил это? Теперь он будет чувствовать себя виноватым перед Каем. Правда долго у него не получилось себя корить, уже через пару минут мысли в голове испарились, остался только Кай, его руки и губы.

_

Наутро следующего дня, когда войско заканчивало сборы и готовилось к очередному дневному переходу, к Нео подошёл Рок, присел рядом и неуверенно посмотрел на юношу.

— Что-то случилось? — он искренне удивился. Никогда прежде не видел винго таким.

«Да, юный эльф… ночью Эргонес призвал всех... тварей в Санпур… Тёмные разнесли весть… даже до меня дошёл клич… Он созвал их не просто так…»

— Проклятье! — выругался юноша. Наверняка это он вчера разозлил Гнеса. — Об этом нужно рассказать остальным, пойдём со мной.

Он нашёл Наира, помогающего складывать вещи в повозки, и поведал ему слова винго. А дедушка уже позвал Арна, Вечрея, Игона и Кая.

— И как действовать дальше? — спросил Арнайн. — Я не понимаю, как мы можем этому помешать? Оставим людей тут, а эльфы отправятся в Санпур? Во-первых, мы всё равно туда не успеем, хоть мы и сильнее — передвигаться так же быстро, как существа, не умеем. Ну а во-вторых, у нас ведь есть чёткая цель – Лейрия.

В спор вступили Наир и Игон. Пока они что-то решали, Нео в голову неожиданно пришла идея. Он взглянул на Рока.

«Ты сможешь влиться в ряды тварей и стать нашим шпионом? Но только если это будет безопасно для тебя!» — спросил он, мысленно обращаясь к существу.

«Да… Да... Как передать то, что я увижу... и услышу... там?»

«Во сне. Ты позовешь меня и я отвечу».

«Как я смогу?!»

«Сможешь. Я уверен».

Когда Нео рассказал о своем плане остальным, на него поражённо посмотрел Арнайн.

— Мы не можем связываться с существами, Нео, — сказал он.

— Я связывался с Хранителем.

— Хоть о таком я слышу впервые, но он эльмей – наше творение. Возможно ты смог общаться с ним через сны, потому что в нём есть частичка эльфов. Но... это? — он брезгливо махнул рукой в сторону винго. — С тварями не получится.

— А с человеком? — тихо спросил Нео.

— Тем более.

— Но я смог. Я разговаривал с… Гнесом, — юноша замолчал и виновато посмотрел на Кая, — вчера… — последнее слово он уже прошептал.

— Как? — спросил Наир. — Как ты это сделал?

Нео не сводил взгляда с любимого. Кай же смотрел на него с удивлением, осуждением и обидой! А ведь он даже не знал всей правды!

— Нео, как? — повторил Наир, и юноша не сдержавшись вспылил.

— Да откуда я знаю! Он позвал – я ответил! Я не ожидал, что это окажется Гнес. А он вообще не ждал ничего подобного, и звал меня неосознанно.

— Ага, и после этого он созвал тварей. До чего же вы договорились? — озвучил общую мысль Арнайн.

— Поругались, как обычно бывает в наши последние встречи. Я разозлил его, он — меня. Суть не в этом. Я смог связать с ним, смогу и с Роком.

— Тогда решено, — Наир хлопнул в ладоши, пытаясь прервать гнетущую атмосферу, — отправляй своего винго, а нам пора двигать дальше к столице.

Эльфы стали расходиться. Рок, попрощавшись с Нео, побежал на восток — в сторону Санпура. И, когда Нео с Каем остались только вдвоём, он снова посмотрел на любимого.

— Почему? — тихо спросил тот.

— Ты и так... ревнуешь меня. А тут… прости Кай, я смолчал.

— Не просто смолчал. Ты меня специально отвлёк, и я напрочь забыл о том, что тебе что-то там снилось.

— Прости, — сказал Нео, виновато склоняя голову, — пожалуйста, прости, — он сделал шаг к Каю, а тот отступил от него! Впервые Кай не пошёл ему на встречу, а отстранился!

Нео поражённо смотрел на него: минуту, две… А потом не выдержал, и, упав на колени, разрыдался. Парень вздохнул и, присев рядом, обнял его. Нео отчаянно вцепился в него руками, не желая отпускать ни на мгновение.

— Ты используешь мои слабости, Нео. Я не могу смотреть как ты плачешь, мне больно от этого.

— А мне больно когда ты злишься на меня, просто невыносимо… — через слёзы пробормотал юноша.

— Я не злюсь. Мне обидно: ты скрываешь от меня правду. Ты! Мой любимый, мой самый родной и дорогой человек, моё сердце – скрываешь от меня что-то. Что я должен чувствовать? Что почувствовал бы ты, поступи я так?

Нео уткнулся ему в грудь и зарыдал ещё горше.

— Прости, прости, прости… Кай, я иногда… бываю таким… идиотом. Я боялся… сказать тебе…

— Ох, Нео, — Кай крепче прижал его к себе и прислонился щекой к серебряной макушке, — похоже это я идиот. Как же отвратительно я, должно быть, вёл себя, раз ты боишься о чём-то мне рассказать. Ну всё, милый, успокаивайся, прошу. Я правда не могу видеть твои слёзы.

Нео попытался утереть слёзы рукой, вот только новые продолжали течь не останавливаясь. Его трясло. Кай потянул его на себя и взял на руки, поднимая с колен. Нео беззащитно спрятал своё заплаканное лицо, утыкаясь парню в шею и снова прошептал «прости». Для кого-то он был сильным колдуном, принцем Осирии, сыном великого рода. Для кого-то — смелым юным «эльфёнком», который привёл за собой войско соплеменников. Сам же Нео считал себя глупым мальчишкой, который и шагу не может ступить без одобрения и поддержки Кая, и, как ни странно, это его устраивало. Вот только что же он наделал?! Он доверял Каю безоговорочно, а как же теперь любимый будет доверять ему?! Он таит от него то, что произошло ночью, но если расскажет всё… Как Кай будет потом смотреть на него?! Нео всхлипнул и сильнее сжал пальцами куртку парня. Его накрыла настоящая истерика. Кай посадил Нео на Зира, с трудом отцепляя его руки от себя, сам запрыгнул позади, снова крепко прижимая к себе юношу. Парень подъехал к спорившим о чем-то Наиру и Арнайну:

— Мы догоним вас позже.

— Что случилось? — Арн тут же посмотрел на племянника, который вжимался в куртку Кая и не мог остановить слёз. — Что ты натворил, Нео?!

— Арн, оставь их в покое, — Наир перехватил сына за руку и отгородил его от ребят. — Поезжайте.

Нео почувствовал как вспыхнул найтмар, как набрал скорость и ветер стал развивать его гриву. И только тогда смог наконец отнять свое лицо от груди парня.

— Куда мы? — глухо спросил он.

— Какая разница, — Кай прижал его крепче, буквально заворачивая в свои объятья, прикрывая от холодного ветра. — Просто побудем пару дней вдвоем. Думаю нам это нужно. А тебе нужно успокоиться. Ты расскажешь мне, что произошло ночью? Что такого сказал тебе брат? Ты же сам не свой.

— Не сказал, — Нео сжал руки в кулаки. Как же страшно рассказать. Может не стоит? Нет, он не сможет, чувство вины просто захлестнёт его… Ведь это его Кай! Его сердце и жизнь. Он ведь простит его? Лишь бы простил… — Он поцеловал меня, — прошептал Нео и со страхом в газах посмотрел на Кая.

— А потом? — совершенно спокойно спросил парень.

— Я оттолкнул его, сказал, что он больше никогда не прикоснётся ко мне. Кай, Кай я… — Нео опять всхлипнул, и слёзы, которые только начали высыхать, потекли вновь. — Кай…

Парень накрыл его губы пальцами, а потом нежно коснулись щёк, стирая с них влагу.

— Так вот почему ты не сказал. Я со своей ревностью совсем извел тебя.

— Но это… это ведь я виноват. Мне так стыдно, Кай!

— Нет. Ты всегда привлекал и будешь привлекать к себе внимание. Нео, ты наверное не понимаешь как выглядишь в глазах других. Ты: великолепие, совершенство, сила, изящество и красота, на тебя не возможно не смотреть. Ты затмеваешь своим присутствием всё вокруг. А теперь, когда твоя внешность немного изменилась, ты стал ещё желаннее и прекраснее. Я знаю, что ты мой. Мой и ничей больше. Умом я это осознаю, но, видя, как на тебя пялятся другие, сердце сжимается… Хотя, знаешь, смотреть как ты из-за этого разрываешься, боишься мне что-то рассказать и плачешь — ещё хуже. Кажется, ты окончательно излечил меня. Да, мне неприятно слышать о том, что Гнес коснулся тебя, но я не чувствую больше той всепоглощающей злости и ревности. Я верю в нас.

— Боги Кай, почему ты такой… — Нео уткнулся лицом в ладони. — Накричи на меня, ударь… Я чувствую себя таким виноватым…

— Глупый. Ты моё сокровище, Нео, — Кай только крепче обнял его.

— Я больше никогда не допущу ничего подобного, клянусь. Если я замечу хоть какие-то поползновения в свою сторону, как с Каспием, я пресеку их. Если их заметишь ты, скажи мне сразу же. Не таи в себе и не терпи. Я вовсе не хочу чтобы ты ревновал меня. Кай, я твой. Твой!

— Я знаю, — парень улыбнулся. — Нео просто больше никаких недомолвок, ладно? Я ненавижу когда ты что-то скрываешь, это причиняет боль нам обоим, а ты и вовсе изводишь себя.

— Я себя тоже за это ненавижу. Ненавижу таить что-то от тебя. Мне от этого так мерзко.

— Ну что ты опять плачешь, хороший мой, — Кай потянулся к его лицу, покрывая глаза и щёки лёгкими поцелуями.

— Я хотел бы никогда, ни на секунду не отходить от тебя. Кай, ты самое лучшее, что случилось в моей жизни, — Нео попытался поймать губы парня, но Кай сам завладел его губами.

Юноша открылся не задумываясь, отдавая всего себя, вкладывая все свои чувства, любовь и просьбу о прощении. Только один единственный человек смеет его целовать. И впредь он никому более не позволит прикоснуться к тому, что принадлежит Каю. Всё в нем – каждая клеточка, принадлежит Каю.

Глава 11 Встаньте и боритесь.

Гнес распахнул глаза и облизал пересохшие губы. Чтобы прийти в себя понадобилось несколько минут, и только тогда он осознал всё произошедшее: ему снился Нео… Нет, не снился! То есть, конечно, это был сон, но не обычный: Гнес видел, чувствовал настоящего, живого Нео! Его брат стоял прямо перед ним в том неприглядном тёмном шатре. И впервые за долгое время нормально с ним разговаривал: без криков, без ненависти, без обвинений; во всяком случае так было поначалу. Гнес обнимал Нео этими самыми руками! Парень поднял к лицу свои ладони – они ещё чувствовали тепло другого тела. Огляделся: Эйн лежал справа от него, а Коэн – слева. Всё как обычно.

Гнес осторожно выбрался из объятий своих любовников, накинул халат, вышел на широкий балкон и прикрыл глаза. Он целовал Нео… Гнес приглушенно застонал, вспоминая, как касался нежных сладких губ. Боги, как бы он хотел большего! Он сотни раз целовал Нео в своих мечтах, но реальность, даже такая – не совсем настоящая, оказалась куда ошеломительнее. Ах, если бы Нео ответил… Но этого не случилось. Его брат остался холоден и неприступен, и больше никогда не позволит прикоснуться к себе – Гнес отчетливо это понимал.

Молодой король открыл глаза и посмотрел на город, расстилающийся перед ним. Абрас – столица Перии. Он захватил её, как и большую часть страны. Как и Агрею. Да практически весь материк теперь принадлежал ему. И где же радость от того, что он получил желаемое? Её не было. Чем больше он получал, тем меньше чувств в нём оставалось. Это Тьма выжигала его изнутри, лишая последних человеческих эмоций? Асмун когда-то упоминал, что тёмная магия и кинжал тьмы оставляют свой непоправимый след. Сколько раз он пользовался кинжалом? Гнес не вспомнил бы: слишком часто, слишком жадно прибегал к его помощи. Да и были ли эти последствия, он не знал. Всё равно. В последнее время ему многое стало безразлично.

Пожалуй, только Коэн с Эйном всё ещё будили в нём отголоски чувств и желаний. Настоящую бурю эмоций вызывало одно имя – Нео. Нео, Нео, НЕО! Его наваждение, его страсть, его любовь и боль – его брат! Нео был для него всем: важнее Осирии, важнее трона. Он слишком поздно понял, что без проклятого эльфёнка его жизнь с каждым днём всё больше теряет смысл. Когда Эйн и Лизи принесли весть о том, что к перийским войскам присоединились эльфы, в душе он возликовал - Нео вернулся. После того, как брат каким-то чудом исчез из Нисвета, и ни одна тварь не смогла его почувствовать, Гнес решил, что тот сбежал от него навсегда. Весть об эльфах сказала об обратном: Нео решил бороться, а это значит – они встретятся вновь.

И сегодня, наконец-то, молодой король увидел брата там, где вовсе не ожидал. Нео сказал, что ответил на зов. Но как именно он смог позвать? Если бы знал, понял, то проделывал бы подобное постоянно. Возможно Нео не выдержал бы и, рано или поздно, ответил вновь? Гнес слегка улыбнулся, вызывая воспоминания о поцелуе снова и снова. Думать о том, что произошло дальше, не хотелось, но навязчивые мысли лезли в голову. Кай… Гнес мечтал разорвать его на части, одно только имя вызывало злость. Ярость кипела в крови, когда он вспоминал с какой нежностью Нео смотрел на Кая там – в брошенной деревне, посреди леса… И, ко всему прочему, похоже, этот парень сильно повлиял на Нео, на то, каким он стал теперь. И дело не во внешности – характер поменялся. Гнес не помнил его таким, хотя, возможно, сыграло свою роль и его предательство. Он убьет Кая самой долгой и мучительной смертью. Гнес уже начал представлять, что будет делать с любовником брата, как станет отрезать от него по кусочку… А если Нео говорил правду? Что если без этого человека его маленькое солнце угаснет? Пожалуй, он подумает об этом позже.

— Ирит, — позвал Гнес негромко.

Тёмная тварь появилась в его жизни недавно, но Гнес дал ей имя и доверял не меньше, чем Коэну и Эйну. В тот день, когда Гнес упустил из Нисвета Нео и людишек, она вышла неподалеку от границы старых эльфийских земель. Оказывается, не весь лес принадлежал тёмным: за эту границу они зайти не могли — древняя магия не позволяла. Гнес нашел бы способ её разрушить, но это было ни к чему — людей там уже не было. Из-за деревьев вышел очень лохматый, неухоженный мужчина лет тридцати, одетый в какие-то лохмотья. В нём трудно было заподозрить тёмное существо, но первое впечатление, как говорится, обманчиво. Это был очень старый роккир – шестилапый, огромный, наделённый магией волк, оборачивающийся человеком. Гнес читал о таких в древних книгах, описывающих ещё времена Эранора: роккиры были наделены и магически, и физически — в своём истинном облике; отлично играли с разумом людей и существ слабее их. Ириту же оказалось более семи тысяч лет, и за такой срок он давно научился притворяться человеком, более слабым существам этого не дано, сколько бы лет ни прошло. Он сам попросил дать ему имя, и заявил, что хочет послужить колдуну, который освободил его от многовекового плена эльфов. Гнес не стал спорить — сильный союзник ему не помешает. Так у него появился Ирит.

На балкон тихо запрыгнула быстрая, неприметная тень, испугавшая бы любого другого. Но за эти несколько месяцев Гнес привык к резким, порывистым движениям роккира.

— Звали, господин? — раздался голос в темноте, и только сияние ярко жёлтых глаз выдавало местоположение существа.

— Да. Созови всех тварей. Каждого: от самых маленьких и слабых, до самых сильных и опасных. Пусть прибудут в Санпур.

— Вы же запретили им пересекать границу Агреи.

— А теперь разрешаю.

— Хорошо, я немедленно кину клич.

— Подожди, ты ведь чувствуешь эльфов на материке. Сколько их? — спросил Гнес.

— Не знаю, господин, — Ирит шагнул из тени в лунный свет. Теперь он сильно отличался от заросшего одичавшего человека, каким пришёл к Гнесу — настоящий дворянин: ухоженный, хорошо и со вкусом одетый, длинные тёмные волосы заплетены в сложную косу. — Я лишь ощущаю их присутствие на юге Перии и Агреи. Хотя в Агрее они уже не на юге — двигаются в сторону столицы, как я уже и говорил вам. Сосчитать их я не могу — слишком далеко, да и вблизи вряд ли. Их много, их силы будут перебивать друг друга. Будь эльфов не более десяти, я легко бы справился.

— Основные силы по прежнему в Агрее?

— Да, господин.

— Хорошо, ступай. Завтра утром двинемся в Санпур. Ты отвезешь меня.

— Только вдвоем? — ответом Ириту стал кивок. — Как скажете, господин, но за один день все существа не успеют туда добраться.

— Ничего, подождём.

_

— Нет! Ты не можешь поехать один! — сказал, точнее прокричал Коэн, узнав о планах Гнеса.

— Я буду не один, — возразил молодой король.

— Ну с тварью, которую едва знаешь. Нет, Гнес, мало того, что это опасно…

— Не вижу ничего опасного для себя.

— О-о, ну конечно, тысячи тварей это вовсе не опасно. А эльфы, которые приехали сюда со своего острова, спустя несколько тысячелетий, чтобы покарать тебя? Это тоже не опасно?

— Они далеко, а твари меня не тронут. Всё, Коэн, это не обсуждается. Я поеду и вернусь так быстро, что ты и не заметишь.

— Возьми с собой хотя бы Эйна, — Коэн посмотрел на него умоляюще, — он маленький и легкий, твоему Ириту не составит труда понести вас обоих.

— Какой смысл? Мальчишке не хватит ни сил, ни опыта, чтобы защитить меня. Уж скорее мне придется его защищать. Если тебе будет спокойнее, хорошо, я возьму его, — кивнул Гнес, видя по лицу мужчины, что он не отступиться.

— Ему я хотя бы доверяю.

Через пару часов Гнес забрался на спину роккира, принявшего свой истинный облик, и протянул руку Эйну, но тот неуверенно переминался рядом, с опаской поглядывая на существо.

— Не бойся, не уронит, — усмехнулся Гнес.

— Я не то чтобы боюсь… Мне как-то не по себе рядом с этими существами.

— Ничего удивительного, — пробасил огромный волк, поворачивая к Эйну свою морду, — в тебе есть кровь эльфов. Мизерная и незначительная часть. Никакой их силы тебе не досталось, но в твоем роду, когда-то очень давно, определенно был эльф. Я чувствую это. Вот почему тебе не комфортно рядом с такими, как я.

И Гнес, и Эйн пораженно застыли, а затем посмотрели друг на друга. В Эйне кровь эльфов?! Поэтому он порой напоминал Гнесу Нео?

«Это что же получается: я не смог заполучить одного эльфёнка, но получил другого?» — неожиданное, но приятное открытие. Эйн же нахмурился, а потом и вовсе погрустнел.

— Эйн, что…

— Теперь я ещё больше похож на него, да?

— Нет, — Гнес улыбнулся и, спустившись со спины роккира, обнял Эйна, — вы не похожи. Чем дольше ты находишься рядом со мной, тем больше я это осознаю. — Вместо того чтобы успокоиться после его слов, Эйн всхлипнул и уткнулся лицом в грудь королю:

— Гнес, кто я для тебя? Ответь. Прошу, ответь…

— Эйн, прости меня. Сначала ты был лишь заменой, но не теперь. Сейчас для меня ты это ты. — Гнес зарылся носом в светлую макушку, и прижал парнишку к себе. — Я не держу тебя, Эйн, если тебе тяжело рядом со мной, ты можешь уйти.

— Я не хочу! — воскликнул он и, вцепившись в Гнеса руками, заглянул в глаза. — Я хочу… Хочу стать для тебя кем-то! Гнес, я люблю тебя! Я знаю, что ты никогда не полюбишь меня так, как его. Я хочу быть важным для тебя…

— Ох, глупыш. Ты важен мне, — Гнес коснулся его лица и нежно поцеловал, — очень важен, — прошептал он, и это было правдой. Молодой король вновь сел на спину роккира и протянул ладонь Эйну. На этот раз мальчишка отбросил сомненья, оказался в кольце обнимающих его рук, и чувствуя спиной биение сердца Гнесса, он был почти счастлив!

Гнес поцеловал светлую макушку. Пусть не так, как Нео, но этот мальчик стал дорог ему, по-своему. Скольких может любить один человек? Разве во всех великих историях про любовь, влюбленных не было только двое, а третий – всегда лишний? Но Гнес любил Нео, любил Коэна, и кажется полюбил Эйна. И лишь одного из них, того, кого желал больше всех, он не мог заполучить. А может именно потому, что не получил Нео, так отчаянно его желал? Эйн потерся об него щекой и прижался всем телом. Вот он: нежный, милый, любящий его мальчик, и Гнесу он далеко не безразличен, так почему же мыслями он снова и снова возвращается к брату?

_

Ирит домчался до Санпура ближе к вечеру. Город, в котором Гнес бывал несколько раз, изменился до неузнаваемости. Первое что бросалось в глаза — практически разрушенные стены. При второй осаде Санпур уже не устоял — немудрено, ведь у перийцев в этот раз не было Энеоса, чтобы сдерживать силы колдунов. От магических атак город буквально разрывало на части. Все выжившие в тот день жители были закованы в рабские браслеты. Теперь они прислуживали гарнизону и тем колдунам, что расположились в городе. Офицеров, солдат и перийских колдунов казнили. Кто-то успел сбежать, но их были единицы. После всех событий павший город и без того казался мрачным и угнетающим местом, а теперь, когда в него стекались твари, он вызывал трепет и ужас.

Когда Гнес въехал в разрушенный проём западных ворот, тёмные полезли к нему отовсюду: из-под обломков домов, с крыш брошенных строений, а некоторые летали в небе, сбиваясь в чёрные тучи. Эйн судорожно вздохнул и теснее прижался к Гнесу, тот приобнял его за талию, пытаясь успокоить.

— Это все призванные? — спросил молодой король, обращаясь к Ириту.

— Нет, господин, ещё около половины не добрались.

Да уж, зрелище поражало своим размахом. Если это была только половина… В Нисвете не было заметно, что их так много! Видимо там твари расползлись по всей территории леса и не создавали такого ужасающего эффекта, который предстал перед ним сейчас. Даже камни, дорога, и земля, на которой стояли твари, источали клубящуюся тьму.

— Куда идти? — спросил Ирит замедляясь.

— Где все люди?

— Укрылись во дворце, господин, я ощущаю ауры колдунов оттуда.

— Значит туда и идём. Подождём, пока прибудут остальные.

Осирийские солдаты встретили своего короля не в самом лучшем расположении духа. Кто-то смотрел с недовольством, кто-то был просто мрачен, а кто-то откровенно напуган. Митри – колдун, который был в городе за главного, проводил Гнеса в лучшую из имеющихся комнат, и доложил обо всём, что происходило. Собственно и докладывать-то было не о чем: когда ночью тёмные начали собираться в Санпуре, колдун перевёл всех людей в замок. Весьма благоразумное решение.

Промаявшись несколько часов ничегонеделанием, Гнес отправился прогуляться по разрушенному городу. Он и Эйна позвал с собой, но тот ни в какую не соглашался, так что с королем последовал Ирит в своем человеческом облике. Да, город пострадал основательно, на восстановление уйдут годы и огромные средства. Хотя, зачем его восстанавливать? Здесь теперь и жить-то некому, а тех рабов, что остались, можно перевезти куда-нибудь. Гнес не очень любил рабство, он видел в нём много недостатков, но и против так же не выступал. Что делать с рабами и оставлять ли рабство в целом, можно решить и позднее. Его мысли снова вернулись к Нео: если бы тот стал рабом и попал в руки какого-то урода или в бордель, что Гнес сделал бы? Нашел бы его рано или поздно, в любом случае. И в живых не остался бы никто, посмевший причинить боль Нео. Сейчас Гнес это понимал. А тогда, в ту ночь, когда он принял порывистое, неправильное решение, о котором сейчас так жалел? Почему он не задумался об этом тогда? Почему, когда речь заходила о брате, все его чувства были настолько противоречивы, смешивались, дурманили голову, мешая ясно мыслить?

— Потому что он эльф, — неожиданно ответил Ирит.

— Что? — Гнес удивленно замер. — Я спросил об этом вслух?

— Нет, господин. Вы видимо позабыли, что я силен во всём, что касается разума. Иногда вас легко прочесть. Даже не так: ваш разум кричит, когда вы думаете о своем брате, и мне сложно этого не слышать. Простите.

— Поясни, — нахмурился Гнес, — «потому что он эльф»?

— То, что вы испытываете... Я уже видел такое, когда эльфы ещё не покинули человеческие земли. Те люди, что находились рядом с ними, становились зависимы в эмоциональном плане. Магия эльфов многократно усиливала испытываемые людьми эмоции. Это проявлялось у всех по-разному: кто-то обожал до трепета, до поклонения, буквально обожествлял их; кто-то любил – безумно, страстно, всем сердцем, и если эльф отвечал взаимностью, поверьте, такая пара оставалась вместе всю свою жизнь. Как ваш брат и его человек, или ваш отец и его жена. Они становились неотделимы друг от друга, как одно целое. Ничто не могло заставить их расстаться или предать. Эльфы вообще могут любить лишь однажды, их сила и магия настолько связана с их чувствами, что, потеряв пару, они не выживают. Это касается не только людей, иногда они находят любовь среди соплеменников, хотя это редко любовь как таковая – два эльфа куда реже проникаются друг к другу настолько сильными чувствами и привязанностью. Есть и третий вариант – ваш брат. Вы любили его с детства, и ваша любовь, усилившись, переродилась в одержимость. Взаимности вы не получили, и это сводит вас с ума, в прямом смысле этого слова. Вы никогда не забудете и не отпустите его. Даже после расставания, часть его осталась очень глубоко в вас – вы пробыли рядом слишком много времени. И это не вырвать из вас: вы не перестанете чувствовать эту привязанность, что бы вы не творили и сколько бы времени не прошло. Это исчезнет лишь со смертью одного из вас. Эльфам нельзя сближаться с людьми. Если для пары такая всепоглощающая любовь не слишком опасна, ведь они всё равно вместе до самой смерти, то для вас, как для отвергнутого, она губительна. Это одна из причин, почему эльфы ушли обратно на свой остров и закрылись ото всех.

— Значит, всё-таки он околдовал меня? — задумчиво спросил Гнес.

— Это не совсем так. Они не околдовывают никого специально. Просто сама их суть притягивает людей.

_

— Они прибыли, господин, — Ирит неслышно появился за спиной Эйна, заставив мальчишку подпрыгнуть от неожиданности на стуле.

— Хорошо. Вели всем собраться на поле перед городом, — сказал молодой король, отодвигая от себя остатки скудного завтрака. Существо бесшумно исчезло, а Гнес повернулся к любовнику. — Пойдешь со мной? Я хочу, чтобы ты был рядом.

— Как скажешь, только не отходи от меня. Их там так много, я до ужаса боюсь…

Гнес взял Эйна за руку и повел за собой по коридорам замка, на выход. Они прошлись по опустевшему городу, и забрались на уцелевшую часть стены. Перед их глазами предстали тысячи и тысячи тварей. Гнес ощущал исходящую от них тьму. Почему он не заметил этого в Нисвете?

— Их тьму сдерживал эльфийский лес, — тихо сказал Ирит, вставая чуть позади короля. — Вдали от него они набрались сил.

— Почему эльфы не истребили тёмных тогда, во времена Эранора? Почему заперли в лесу и позволили размножиться?

— На этот вопрос я не знаю ответа. Может они слишком гуманны? Да и не все тёмные изначально были таковыми. Например, мои далекие предки – первые роккиры, были созданиями эльфов. Но, живя рядом и читая мысли людей, они впитывали их пороки и становились порочны сами, так тьма и захватила их. Нечто подобное происходило и с другими существами. Особенно когда всюду царили хаос, война, злоба и смерть. Но были тёмные и другие – рождённые из зла и страхов людей.

— Я примерно понял, спасибо. А ты, я смотрю, любишь поговорить.

— Простите, господин. Я слишком долго не общался с людьми, мне этого не хватало.

— Всё в порядке. Твои истории познавательны. Это все призванные? — Гнес кивнул на собравшихся внизу тварей.

— Да, господин.

Молодой король ещё раз осмотрел тёмных, а затем сосредоточил силу на своем голосе, усиливая его в несколько раз.

— Приветствую вас, существа, — сказал он громко. Шипящее и рычащее море внизу затихло. — Несколько месяцев назад я выпустил вас из леса, в котором вы жили как в клетке. Я позволил вам убивать людей, отдал вам Агрею и позволил жить так, как вы хотите. Взамен вы поклялись приходить на мой зов – и вы пришли. Теперь я хочу, чтобы вы сражались на моей стороне. Вы все знаете, что на материк приплыли эльфы – вы чувствуете их. Так давайте же дадим им отпор.

По толпе внизу прошелся ропот и злобное шипение.

— Думаю, что выскажу общее мнение – они против, — тихо прошептал Ирит. — В них живет врожденный страх перед эльфами.

— Вам страшно? И чего же вы боитесь? — продолжил Эргонес, заговорив ещё громче, так, что теперь его голос разносился не только над полем, но и над всем городом. — Я скажу вам, что случится: Эльфы идут сюда не для того, чтобы мило побеседовать, – они идут карать! И вы будите первыми. Даже если вы трусливо спрячетесь по разным углам материка, они найдут вас, и, если не убьют, то загонят обратно в вашу клетку. Вы для этого получили свободу? Нет! Так сражайтесь за неё! Никто кроме вас самих не защитит вас! Встаньте и боритесь! Встаньте рядом со мной, и мы дадим отпор. Вместе нас в тысячи раз больше. Так давайте загоним этих светловолосых обратно на их остров! Вы пойдёте со мной?

Твари на поле взвыли, заревели. Кто-то начал подпрыгивать, кто-то скрести землю когтями, а кто-то кричал так страшно, что кровь стыла в жилах.

— Я так понимаю это «Да»? — едва слышно спросил Гнес, наклоняясь к роккиру.

— Вы правильно понимаете, господин, — Ирит улыбнулся и Гнес впервые увидел на его лице обычные человеческие эмоции.

Глава 12 Захват Лейрии.

Вили трясло от холода. Даже закутавшись в своё одеяло, он чувствовал как леденеют пальцы на руках и ногах. Дион, заходя внутрь, откинул полог их маленького шатра, и с улицы подул ветер.

— З-з-закрой, — стуча зубами, пропищал Вили.

— Прости, — Дион прошёл внутрь и присел рядом. От него тоже веяло холодом, и снежинки, укрывшие тёплую зимнюю куртку, не спешили таять. — Арнайн сказал, что поставит тепловой купол над шатрами, так что скоро ты должен согреться.

— О, если это случиться, я его расцелую, — простонал Вили.

— Значит я тут бегаю, ищу как помочь своему котёнку, а он собирается расцеловать эльфа, — усмехнулся Дион и потянул руку к закутанному парнишке.

— Шшшш… а ну, кыш, со своими холодными ручонками. Вот потеплеет — можешь хоть всего затискать.

Дион рассмеялся и, поднявшись, направился к выходу:

— Ладно, согревайся, схожу пока за ужином.

Чем ближе они подбирались к Лейрии, тем холоднее становилось. В Мерте погода была ещё более менее тёплой, но, уже через несколько дней, как они покинули город, дороги и поля укрылись снегом. Это в разы замедлило передвижение армии. И всё бы ничего — поначалу было терпимо, но, пару дней назад, ударили настоящие морозы. Вили впервые так мёрз зимой, а ведь он вовсе не южный мальчик, в Нисвете бывали и очень суровые зимы. Днём он всем телом прижимался к своей лошади, как к единственному источнику тепла, по ночам — закутывался в кольцо горячих рук Диона.

Вили и сам не заметил когда уснул, а проснулся от того, что любимый тряс его за плечи и выглядел очень взволнованным. Неподалеку Нео заваривал какие-то травы в котелке.

— У тебя жар, — прошептал Дион, нежно касаясь его лица.

— Правда? Но мне холодно, — глаза Вили снова закрылись сами собой.

— Не спать! — громко сказал Нео, да и ещё и дёрнул его за руку, заставляя сесть и скинуть с себя часть спасительного одеяла. — Пока не выпьешь всё до капли — не спать, выпить придётся три кружки. Потом Дион натрёт тебя мазью, которую передал Наир. Вили, не закрывай глаза.

— Я пытаюсь, — пролепетал парнишка, веки наливались тяжестью, слипаясь.

Вили ощутил лёгкий шлепок на своей щеке, но и это не помогло. Эти двое тормошили его, настойчиво поили отваром. Ни говорить, ни открыть глаза не хватало сил. Обнаженную кожу обжёг прохладный воздух и Вили жалобно застонал, готовый разрыдаться. Осторожные руки Диона, растирающие его, ощущал урывками, плавая на грани сна и реальности. Единственное более-менее осознанное воспоминание – руки любимого обняли и крепко прижали его к сильному телу. Наконец-то стало тепло.

Когда Вили открыл глаза, увидел тканевый потолок одной из повозок с припасами. Он лежал укрытый как минимум тремя одеялами, в ногах сидел Карсон и поддерживал вокруг него пляшущие огоньки, согревающие воздух .

— Ты очнулся! — воскликнул краснокрылый, и, подсев ближе, коснулся лба Вили. — Наконец-то. Мы за тебя очень переживали, тебя почти три дня лихорадило.

— Три?! — Приподнимаясь, удивился Вили.

— Ага. Ещё и бредил постоянно. Зато твой парень должен быть на седьмом небе от счастья, ведь ты постоянно твердил его имя. Ещё и так нежно, с любовью: «Дион, Дион, Ди…»

В Карсона полетел ближайший предмет, попавшийся Вили под руку, и существо весело рассмеялось, перехватывая ароматный мешочек. В воздухе запахло пряностями, Вили смущённо отвёл глаза.

— Принесу чего-нибудь поесть, ты, наверное, ужасно голодный. Я рад что ты поправляешься, — друг тепло улыбнулся и, взмахнув руками-крыльями, слетел с повозки.

Еды Вили дождаться не успел,— в телегу, прямо на ходу, забрался Дион и принялся обнимать, бестолково тыкаясь губами, покрывая поцелуями лицо, уши, шею, нашёптывая как он волновался и как сильно любит его. Ох, ради такой реакции он готов повторять имя Диона не только в бреду. И пусть хоть все слушают. Следом за Дионом пришли и Нео с Каем. В повозке стало тесно, зато они вчетвером весело болтали о всякой ерунде и, впервые за долгое время, искренне улыбались и смеялись. Кажется со всеми этими бегствами и войнами, Вили успел позабыть как это здорово — просто посидеть с друзьями. Карсон вскоре принес еду, и Вили за обе щеки стал уплетать хлеб с мясом, запивая их горячим ягодным чаем, который существо подогрело своей огненной магией. Когда сытого и счастливого Вили, пригревшегося на руках у Диона, уже клонило в сон, Нео вдруг как-то странно застыл, а потом и вовсе стал падать, будто теряя сознание. Кай вовремя его подхватил. С Вили спала вся сонливость:

— Что с ним? — взволнованно спросил он.

— Скорее всего кто-то с ним связался, или видение пришло. Обычно это не происходит так внезапно.

Всё веселье и хорошее настроение как ветром сдуло. Каждый сидел и смотрел на Нео с тревогой и ожиданием. Юноша открыл глаза минут через пятнадцать.

— Что там, Нео? — тут же спросил Кай.

— Ничего хорошего. Рок наконец смог связаться со мной: Гнес призвал всех тварей на войну и они следуют за ним, но этого мы и так ожидали. Собираются в Варнии, туда же начали стекаться колдуны и отряды людей. Похоже решающий бой будет ждать нас именно там — Гнес созвал даже те силы, которые удерживали перийцев на юге. Но и в Лейрии легко не будет — туда направили одну треть тварей. Рок хотел пойти с тёмными и присоединиться к нам, но я попросил его оставаться рядом с братом и по возможности передавать сведения.

— Личный шпион. Похоже не зря ты его приручил, — сказал Дион. — Думаешь и среди нас шпион? Ты все ещё не доверяешь своим колдунам?

— Не уверен. Рок сказал, что у Гнеса есть очень сильный тёмный – роккир. Из-за него винго никогда не приближается к брату — эти существа умеют считывать мысли. Роккиры были одними из первых созданий эльфов, но их поглотила тьма. Они и правда очень сильны и чувствуют эльфов на территории всего материка, так что обо всех наших передвижениях говорит Гнесу именно он.

Больше никто ничего не сказал, все сидели погружённые в свои мысли. Вили прижался к Диону. Он всю свою жизнь так хотел покинуть их деревеньку в лесу, увидеть мир и наконец-то начать жить. Теперь он мечтал лишь вернуться домой. Туда, где было тихо и спокойно. Туда, где они все были в безопасности. Туда, где ему не нужно будет волноваться за Диона и друзей. Вили безумно хотел найти место, которое сможет назвать домом.

***

Арнайн изо всех сил старался сосредоточиться на защитных чарах, ведь от этого зависели жизни нескольких сотен людей, только движения слева постоянно отвлекали его.

— Вечрей, винго тебя задери, — не выдержав, шикнул он, поворачиваясь в ту сторону, — ты можешь замереть рядом и не шевелиться?! Твои метания меня нервируют, я не могу удерживать щит над войском и постоянно отвлекаться на тебя!

— Да что со мной будет? Мы с тобой далеко от основных сил, так что защищай лучников и не отвлекайся.

Они действительно сейчас находились далеко от того места, где вскоре развернётся битва. Лейрия – огромный город, вставший перед ними мрачной, неприветливой стеной. Может когда-то он и не был таким, но твари сделали свое дело, поразив тьмой даже камни в городских стенах. Кто бы мог подумать всего лишь год назад, что тёмные посмеют возразить эльфам? Да не просто возразить, а выступить против них!

Их человеческо-эльфийская армия добралась до Лейрии два дня назад, разбила лагерь неподалёку и взяла город в кольцо. Тёмные не стремились выползать из своего укрытия и атаковать первыми. Раньше Арн сказал бы, что они трусливо спрятались от эльфов, но теперь полагал, что они затаились и ждут приказа от осирийских колдунов. Сколько колдунов находилось в городе почувствовать никому так и не удалось, уж слишком сильно фонило тьмой, так что сбивало все магические каналы осязания.

План захвата города разрабатывали несколько дней: Наир пытался предвидеть все возможные варианты развития событий. Ко всему прочему отец решил вести главное атакующее войско на пару с Игоном. Арнайн был не в восторге от этого. Кому понравиться, что родной отец лезет первым в самое пекло? Но кто ж его мнения спрашивал. У Нео с Каем задача стояла второй по важности – пробраться во дворец, где, вероятнее всего, засели осирийские колдуны. Дальше предлагалось действовать по обстановке: разделать их на месте или же взять в плен. Другого исхода Наир, разумеется, не предполагал, а вот Арну придётся волноваться ещё и за мальчишку! Он, в отличии от отца, не строил радужных надежд на лёгкую победу. Ещё два отряда, вперемешку с эльфами, должны зайти с восточных и западных ворот, запирая тварей в городе. Но это всё пока в теории. Сам Арнайн с ещё несколькими эльфами остался прикрывать отряды лучников, которые должны продвигаться вперёд по мере захвата города и поддерживать основные силы. Да! Да, именно так отец и сказал: «По мере захвата». Да откуда Арну знать какая там мера! Он о настоящих битвах только в книжках читал! Арнайн нервничал так, что его порой потряхивало от напряжения. Вечрей снова шевельнулся поблизости, и Арн резко повернулся к нему.

— Веч, серьезно, не нервируй меня ещё больше. Видишь я и так на взводе! Иди погуляй где-нибудь. — Эльф отвернулся и прикрыл глаза, снова сосредотачиваясь на щите, и выискивая в нём мельчайшие прорехи.

Сигнал к атаке увидели все, да и как можно не увидеть три больших ярко-красных цветка в небе. Отряд Наира тут же двинулся к центральным воротам города, а два других — разошлись, обходя массивные стены. Первый магический удар по воротам не дал никакого результата — их защищал щит осирийских колдунов. Видя это, несколько эльфов ударили по ним полной мощью. Зря они так, конечно. Арнайн и здесь, вдалеке, ощутил как содрогнулась земля: тот несчастный щит не стоил таких усилий. Толстые деревянные доски ворот разлетелись в пыль, железную кованную решётку разорвало на мелкие части, часть каменной кладки обрушилась. Теперь перед армией зияла огромная дыра в стене.

Едва отряд Игона и Наира приблизился к проходу, со стен посыпался град стрел – приветствие от осирийских солдат, надо полагать. Ни одна стрела не нашла цель. Эльфы, что держали щиты над главным отрядом, великолепно исполняли свои обязанности – все стрелы просто замирали в воздухе, а потом сгорали дотла.

Дион повёл лучников вперед, и Арнайн, проверив свои чары ещё раз, последовал за ними. Теперь стрелы летели в обе стороны, но, в отличии от осирийцев, агрейцы попадали в цель, и враги падали со стен. Основной отряд вошёл в город. Теперь Арнайн при всем желании не мог увидеть, что там происходит. Через несколько долгих минут солдаты Игона показались на высоких стенах, и, быстро расправившись с вражескими лучниками, подали сигнал Диону. Тот велел стрелкам заходить в Лейрию и занимать позиции на стене и ближайших строениях. Арнайн обернулся к Вечрею, чтобы сказать, что они теперь будут держаться рядом с Дионом, но так и застыл на месте: его рядом не было! Какого винго?! Куда он делся? Тревога и страх сковали сердце, а потом пришла злость.

— Прибью… — прошипел он самому себе, — найду и прибью, чтоб больше не смел от меня отходить!

Он бы и хотел броситься искать пропажу прямо сейчас, но не мог — на него рассчитывали сотни людей, и от этого волнение за Веча лишь усиливалось. Арн смотрел по сторонам, пытаясь отыскать, увидеть, заметить, и в это же время поднимался на стену вслед за Дионом, продолжая держать щит над рассредоточившимися лучниками. А потом у него не осталось времени отвлекаться – из центра города хлынули твари…

Они остервенело нападали на людей и эльфов. Внизу отбивался отряд отца и Игона, Арн видел, что потери несут обе стороны. Да, тёмные погибали в больших количествах, но рядом с ними падали и люди, Арн заметил нескольких раненных эльфов. Лучники старались прикрывать сражавшихся внизу, заметив это, твари стали забираться на стену и крыши, стремясь обезвредить стрелявших. Теперь Арнайн просто разрывался на части, стараясь защитить как можно больше людей и отбросить от них тёмных. Пару тварей бросились и на него. Одного он успел тут же расплющить сжатым воздухом, второй выпустил в него струю ядовитой слизи, и Арну пришлось отскочить в сторону. Он убил и второго — на это понадобилось не больше минуты, вот только из-за того, что ему пришлось отвлечься, некоторые из щитов ослабли, а какие-то и вовсе слетели. Проклятье! И масштабное заклинание по площади не применишь — это зацепит своих же, или вовсе разнесет часть города, погребая под собой и людей и тварей.

— Дион, — Арнайн повернулся к парню и громко его позвал, тот выпустил очередную стрелу и мельком глянул на эльфа, — вели людям целиться в небо. — Дион явно удивился, но кивнул.

Арнайн под защитой пары лучников сбежал по ступеням, и, опустившись на каменную мостовую, приложил к ней ладони. Прикрыв глаза, он сосредоточился на тёмной энергии вокруг себя, пытаясь уловить как можно больше её носителей. Он обнаружил более сотни чёрных завихрений, и, ухватившись маленькой частичкой силы за каждое, резко поднял руки вверх. Ему не нужно было видеть сработали ли чары, он и так почувствовал как твари взлетели в воздух. Арн посмотрел на стену – Дион молодец, быстро соображает, и уже отдал приказ. Сотни стрел взвились в небо, пронзая тела тёмных. Долго такое заклятие продержаться не могло, да и не было нужды – тех секунд, что твари находились в воздухе, хватило – почти все они были мертвы. Тех, кто выжил, добили на земле, когда они плашмя рухнули вниз. Люди издали радостный клич, но Арнайн не спешил веселиться. Эти существа были лишь началом – низшие и слабые. Наир и другие эльфы устремились вперед, Арн ощущал, что там их уже поджидали настоящие противники. Сверху раздался пронзительный рёв — в небе показались два огромных ланкрыла.

— Вниз! Все вниз, в укрытие! — крикнул Арнайн Диону и его лучникам, а сам вновь развернул щит над ними.

Остальных людей, что находились поблизости прикрыли ещё несколько эльфов и велели прятаться в домах, или других местах, куда сложно добраться с воздуха. Один из ланкрылов взмахнул огромными крыльями и спланировал вниз, целясь в людей на стене. Дион и Вили остановились, и, схватившись за свои луки, стали обстреливать тварь, стараясь прикрыть отступающих стрелков, вот только стрелы не причиняли тёмному никакого вреда и просто отскакивали от его перьев. Существо, завидев их, бросилось прямиком на Вили и попыталось уцепить его здоровенной когтистой лапой, но соскользнуло по щиту Арна. Дион, схватив Вили, бросился к лестнице, ведущей вниз. Арн создал мощный поток ветра, пытаясь сломать твари крыло, но та лишь увернулась, и с большим напором бросилась на стену, пробивая щит эльфа и хватая одного из ещё не успевших убежать людей. Тело мужчины тут же было разорвано пополам и сброшено на камни. Дион, утаскивая за собой Вили, спустился и подбежал к Арнайну:

— Что делать?

— Спрятаться, — ответил эльф, — людям с ним не справиться.

Дион кивнул, забросил лук за спину, и, подхватив Вили на руки, бросился к ближайшему дому. Второй ланкрыл в это время атаковал людей на площади, но там его нападения успешно отбивали пара эльфов. С первым Арнайн остался на один. Не увидев поблизости других целей, тварь с рёвом бросилась на Арна. Пришлось отступить и прижаться к стене. Вторая попытка сломать тёмному крыло, так же не увенчалась успехом — вёрткий оказался гад. В своей следующей атаке ланкрыл едва не зацепил плечо Арна когтями, до тела не добрался, но куртку разодрал. Магия воздуха против него оказалась бесполезной, а ведь в ней были самые мощные атакующие техники Арна. Эльф, зажатый у городской стены, быстро провёл по ней пальцами: через секунду прямо из кладки стали стремительно вырастать каменные шипы, стремящиеся порезать ланкрыла. Теперь настала очередь твари уворачиваться. Существо оттолкнулось от земли задними лапами, собираясь взлететь, но ему не дали. И кто бы? Люди! Дион, Вили и ещё трое парней выпустили стрелы, к концам которых привязали верёвки. Эти самые верёвки опутали левое крыло ланкрыла, а ребята изо всех сил держались с другого конца, не давая твари взлететь.

Существо бешено взвыло и, оборачиваясь, понеслось в их сторону. Арн на месте не стоял: новый щит, что он создал, не дал ланкрылу приблизиться к людям. Пока тварь пыталась пробиться, эльф мощной волной ударил в мостовую под её лапами. Камни пошли волной, а потом обратились в огромные тяжёлые кандалы. Ещё несколько лучников выбежали из своих укрытий и стали обстреливать ланкрыла. В целом от этого было мало толку, но кто-то попал твари в глаз, от чего вой поднялся невообразимый. Арнайн выхватил из-за спины эльфийский клинок, сгустил воздух под собой и, использовав его, взлетел на несколько метров вверх, а потом с ещё большей скоростью устремился вниз, целясь оружием в голову твари. Удар получился мощным — эльфа откинуло в сторону, так что он приложился спиной о камни мостовой, но и свои плоды эта атака принесла – ланкрыл замертво упал на землю. Арнайн посмотрел в ту сторону, где шло сражение со второй тварью, но там тоже всё уже закончилось. Один из эльфов стоял едва держась на ногах, а несколько человек возле тела твари лежали мёртвыми.

— Нужно идти дальше, — сказал Арн, немного отдышавшись, — на помощь Наиру и остальным.

Отряд Игона они догнали быстро. Люди добивали оставшихся существ на улицах города. Арнайн, видя что ему тут делать нечего, побежал дальше, огибая солдат, туда, откуда доносились колебания силы сражавшихся эльфов. Выбежав на площадь перед огромным дворцом, он замер. В центре бился отец с пятью мелкими тварями, правее — четвёрка эльфов расправлялась с парочкой винго, дальше ещё несколько эльфов уже добивали своих противников. Большинство же стояли чуть в стороне, чтобы не мешаться дерущимся, но при этом готовые броситься на помощь. Арн наконец увидел Вечрея – эльф сидел на ступеньках одного из домов, на самом краю площади, рядом с ним стоял ещё кто-то из сородичей. Арн бросился к нему, но на половине пути дыхание перехватило, закружилась голова, и он, прикрыв рот рукой, судорожно вдохнул и замедлился. Вся рубашка на груди Веча была залита кровью и разодрана когтями, куртка болталась на плечах какими-то ошмётками. Лицо казалось невероятно бледным, глаза закрыты. Подойдя ближе, Арн медленно опустился на колени и осторожно, трясущимися руками, со страхом коснулся его ладони. Вечрей открыл глаза.

— Показывай… — тихо выдавил из себя Арнайн. — Покажи насколько всё…

— Всё нормально, просто глубокие царапины. Их уже обработали. Со мной поделились силами, так что процесс заживления пошёл.

— Как ты умудрился?

— Бился с двумя и не заметил третьего.

— Я сам убью тебя, — выдохнул Арнайн, — какого винго ты вообще ушёл от меня?!

— Ты сказал не мешаться тебе.

— Это не значило что тебе нужно уйти, а уж тем более лезть в битву с отрядом Наира! Ты… ты… ты должен быть рядом! Чтобы я видел тебя! Чтобы знал, что ты в безопасности! Чтобы мог защитить! — Из глаз Арнайна потекли слёзы. — Идиот! Я люблю тебя… Что мне делать если тебя не станет?

— Арн, — Вечрей протянул руку и ласково коснулся его лица. — Ради того чтобы услышать от тебя эти слова, стоило получить пару царапин.

— Идиот… Кретин… — Арнайн заплакал ещё сильнее и прижал ладонь Вечрея к своим губам. — Я тебе и так скажу – люблю тебя, люблю, люблю. Буду говорить сколько захочешь, только не смей больше отходить от меня.

— Не отойду. Обещаю, никогда не отойду. Прости, Арн.

***

Кай никогда не думал, что ему придётся пробираться в родной замок тем же путем, которым он когда-то из него бежал. Парень довольно быстро нашёл вход в подземный лаз, хоть тогда, семнадцать лет назад, и не запоминал где они с Игоном выбрались, видимо это отложилось в подсознании. Удивительно, что вход сохранился, но за эти годы успел основательно зарасти кустами, так что Нео пришлось их спалить, чтобы можно было пройти. Шум битвы доносился с центральной площади и с окраин города. Как Нео умудрился пройти под носом у сотен тварей и не привлечь внимания, ведомо только ему. Единственные с кем они столкнулись на городских улицах были парочка мелких существ, с ними тут же справился Мин. Пёс убежал к остальным сражающимся, как только Нео шагнул в тайный ход.

С ними отправились четыре колдуна, Каспий шёл последним. Кай перестал реагировать на него, да и тот старался без надобности не попадаться на глаза. Кай всё еще прекрасно помнил, как Каспий пытался поцеловать его любимого, но помнил он и истерику Нео, и страх в его глазах. Это отрезвляло лучше любых разговоров и убеждений. Кай больше не испытывал ни ревности, ни злости. И все последние события лишь укрепили их с Нео связь.

Кто-то из колдунов создал светящийся шар, который плыл впереди, тускло освещая узкий проход. Кай боялся, что за эти годы, путь могли найти люди Онера и засыпать, но на их счастье этого не случилось, и даже верёвочная лестница в конце хода оказалась нетронутой временем, хоть Кай сначала и проверил её на прочность. А вот открыть люк, ведущий в сад королевы, стало не простой задачей. Держась одной рукой за верёвку, второй он сначала пытался открыть люк обычным способом, но, убедившись, что силы человека не достаточно, Кай применил магию. Даже тогда крышка поддалась не с первой попытки. Нео наверняка вынес бы её с первого раза, вот только юноша в это время висел на верёвочных ступенях прямо под его ногами.

Выбравшись в сад, Кай совершенно не узнал его. Вместо цветов, клумб, пышных кустов и аллеек их встретила выжженная пустая земля. Неужели это осирийские колдуны так постарались? Но зачем?

— Это твари, — тихо сказал Нео, отвечая на невысказанный вопрос. — От их долгого нахождения в одном месте даже земля умирает, не то что цветы.

— Но как же Нисвет? — удивленно посмотрел на него Кай. — Там с природой всё было нормально.

— Нисвет эльфийский лес, он нейтрализовал силу воздействия тёмных, сокращая её до минимума. К тому же, в противовес тёмным там жили и светлые существа.

Рассматривать что осталось от красот вокруг дворца они не стали, Кай быстро провёл их отряд ко входу для прислуги. Оказавшись на огромной дворцовой кухне, Нео велел всем остановиться и прикрыл глаза, вслушиваясь в колебания силы.

— Они наверху, — негромко сказал он, — пять колдунов и три сильные твари. Они уже знают что мы внутри, так что нас ждут.

— Вот никакой внезапной атаки с этими тёмными, — выдохнул Тейтус. — Если бы не эльфы, мы были бы в этой войне как слепые котята. Дар конечно полезный – чувствовать силу, но как-то это… Вы умеете это с детства, принц Эрнеос?

— Да, — коротко кивнул юноша.

Отряд медленно и осторожно стал пробираться вперед, всё так же используя коридоры и проходы для прислуги, избегая парадных прямых путей. Да, Нео ощущал где находятся колдуны и нападения от них не боялись, но засаду могли устроить и люди, а их он не чувствовал.

Как Нео и сказал – пять колдунов ждали в бальном зале, выстроившись в полукруг на расстоянии пары метров друг от друга. А вот твари сидели в углах, не спеша высовываться. Все трое были одного вида – какие-то полуокаменелые здоровые собаки со страшными мордами. Их шерсть действительно казалась каменной, Каю даже стало любопытно прикоснуться к ней, чтобы проверить. Один из колдунов вышел вперёд: его внешний вид сразу не понравился парню. Встреть он его где-нибудь в таверне, решил бы, что это наёмник или пират, а никак не благородный осирийский колдун.

— Я полагаю к нам пожаловал принц, брат Эргонеса, — зло усмехнулся мужчина. — Красивый. Как сказал король: «Ты его сразу узнаешь». Даже смазливее большинства девок будешь. Я б тебя поимел.

— А ты у нас Терон – наёмный убийца, осужденный на казнь, но спасённый по прихоти моего брата. Созданный им колдун. От этого ты не перестал быть грубым, наглым, невежественным, жестоким мужланом. Какое расточительство сил. Так вот за кем теперь идут осирийские колдуны? — Последние слова были адресованы мужчинам, что окружали, их якобы главаря.

С каждым словом, что произносил Нео, колдун удивлялся всё больше, а потом и вовсе прошипел:

— Откуда знаешь обо мне?

— Как?! Твой король разве не предупредил, когда отправлял тебя сюда? Я вижу куда больше чем обычные люди, и тебя видел.

От низкого голоса Нео, даже по коже Кая побежали трусливые мурашки. Юноша как-то напитал его силой и сделал весьма устрашающим, нечто подобное он уже проделывал, когда разнёс первый караван работорговцев. Возможно Нео что-то и видел об этом человеке в воспоминаниях Гнеса, но сейчас он явно преувеличивал свои способности, и это принесло свои плоды – колдун с опаской сделал пару шагов назад, и теперь смотрел на юношу не так вызывающе.

— Нам приказано взять тебя живым, — сказал Терон через минуту, снова возвращая на лицо мерзкую ухмылку, — если получиться, конечно. Но я, пожалуй, скажу королю, что живым взять не вышло.

— Болван, — Нео мило улыбнулся, — Эргонес послал тебя на смерть, ведь он знает, что такому как ты не выстоять против меня и пары минут.

Обозленный этими словами мужчина, выставил руку вперед, намереваясь атаковать. Его соратники сделали тоже самое, вот только никто из них не успел – отлетели к стене от лёгкого, почти не заметного движения кисти Нео. Каспий снял странный, маленький, струнный инструмент, который всегда носил на поясе и заиграл резкую мелодию. Кай хотел было возмутиться – нашёл время для песен, но неожиданно понял, что не может пошевелиться. Он глянул на вражеских колдунов, похоже их постигла та же участь. А Нео быстро переместился вперед, атакуя, и двое осирийцев упали замертво с разорванными глотками. Существа кинулись на юношу, видимо на них странная музыка не действовала, как и на эльфа. Нео даже не пришлось защищаться, он просто со злостью посмотрел на тварей своим магическим взглядом и те в ужасе попятились, а потом и вовсе попытались удрать через двери, ведущие на балкон. Одному это удалось, но двое других были схвачены невидимой нитью, и, пытаясь дотянуться лапами до своих шей, стали задыхаться, пока не застыли неподвижно на полу. Нео повернулся к Каспию и чуть кивнул, музыка тут же смолкла, а колдун качнулся в сторону, с видимым усилием удерживая себя на ногах,— похоже эта магия отнимала у него много сил. Кай, как и остальные, вновь мог двигаться. Тейтус и Даир долго не раздумывая атаковали двух оставшихся осирийцев, и, практически без сопротивления, скрутили их. Нео же не торопясь направился к Терону, который уже не пытался нападать, с ужасом глядя на юношу.

— Что же ты не язвишь и не хамишь больше? — спросил Нео.

— Ты… ты такой же дьявол, как и твой брат, — прошептал мужчина и опустился на колени. — Бей, я не стану молить о прощении.

— Я не собираюсь тебя убивать, — Нео подошел вплотную, пошевелил пальцами и на запястьях Терона появились магические кандалы. — Тебя казнят на городской площади, как и должны были сделать более полугода назад. В наказание за смерти всех, кого ты убил.

Кай прошёл к балкону и выглянул на улицу. На площади перед дворцом уже собирались люди и эльфы. Его взгляд встретился с глазами Наира, тот слегка кивнул и улыбнулся.

— Вот и всё, — прошептал Кай, а потом обернулся к остальным и произнес громче, — Мы взяли Лейрию!

Глава 13 Ловушка.

Нео медленно шёл по заснеженной улице Лейрии, глядя на серые мрачные дома. Даже спустя две недели, прошедшие после захвата города, тёмная энергия всё ещё прочно окутывала землю и постройки, несмотря на то, что эльфы уже несколько раз занимались их очищением. Эльфы — само воплощение светлой магии… Они потеряли уже восьмерых в битве за Лейрию. Конечно, каждый из них знал на что идёт, но как сложно осознать, что эти могущественные, практически бессмертные существа, тоже гибли. Так легко. Нео родился и жил среди людей, ни себя, ни мать никогда к эльфам не причислял, и даже сейчас испытывал восхищение и трепет, глядя на этих чистых создания.

Больше всех их гибель переживал Арнайн. После битвы он несколько дней ходил потерянный и печальный, и даже присутствие Вечрея мало помогало. Осознание уязвимости эльфов и хрупкости жизни напугало его. Возможно ещё и ранение любимого подкосило Арна, теперь они ни на секунду не отходили друг от друга. Нео понимал его как никто: сам едва не потеряв Кая однажды, он старался быть неподалеку, а в бою и вовсе боялся выпустить из поля зрения. В относительно безопасной обстановке эта необходимость не ощущалась так остро. Как сегодня: Кай отправился с Реном и Дионом в склеп навестить могилы своих родных. И звал с собой Нео, но юноша подумал, что молитвы и слёзы не для чужих глаз, правильнее оставить его с семьёй один на один. Рен с Дионом заявили, что тоже его семья, и увязались следом за Каем. Нео надеялся, что если понадобиться, ребята тактично уйдут, но сам не смог бы, увидев боль и тоску в глазах любимого. И пообещал пойти с Каем в следующий раз, когда схлынет первая волна боли. Он хотел бы поклониться могилам родителей Кая и поклясться им, что всегда будет любить и беречь их сына.

В Лейрии они решили остаться до весны: сложившаяся обстановка не располагала к пешим походам по заснеженным дорогам и заброшенным поселениям. Гнес засел с колдунами и тёмными в Варнии, и уходить оттуда никуда не собирался. Судя по тому, что докладывал Рок, брат усердно готовит город к осаде. В Перии обстановка тоже поменялась. Каждые несколько дней Наир связывался с Аметисой. Эльфийка рассказывала об успехах, достигнутых при поддержке короля Тосрена – войска, оставленные Гнесом в Перии, отчаянно проигрывали и отступали, возвращая всё большую территорию перийцам. Эргонес совершил ошибку, ожидая Нео и армию эльфов в Варнии, — он терял захваченные земли.

Нео завернул за угол и, едва не врезавшись в идущего навстречу Каспия, отступил на пару шагов назад.

— Прости, я не видел… — смутился колдун, — ты тоже вышел пройтись по городу?

— Да, тяжело сидеть постоянно в замке. Я за пару лет отвык от дворцов и безделья.

— Тебе должно быть было очень тяжело поменять всю свою жизнь? Извини, я наверное не должен спрашивать...

— Каспий, — Нео вздохнул и подошёл на шаг ближе. — Тебе вовсе не нужно так со мной разговаривать: бояться задавать вопросы и опускать глаза при встрече. Мы можем быть если не друзьями, то хорошими приятелями.

— Не думаю что смогу, Нео. Полагаю, я никогда не смотрел на тебя как на друга или приятеля. Раньше я видел в тебе маленького принца — любимца короля и советников, а встретив вновь, увидел прекрасного юношу – желанного и неповторимого. И раз я не могу стать для тебя тем, кем хотел бы, оставайся Вашим Высочеством, так будет лучше для всех.

— Что во мне такого? — печально опуская голову, спросил Нео.

— Ты прекрасен.

— И это всё?! Посмотри вокруг – в мире множество красивых людей, так почему я?

— Красивых много, но ты другой. Я не могу этого объяснить. Просто я так чувствую, всякий раз, как вижу тебя. И дело тут не только во внешности.

«Вот оно — эльфийское проклятье, — расстроился Нео, — он даже не может описать того, что испытывает, не понимает что это. Всё это — дурацкие чары, которые я не контролирую!»

— Если я спрошу, ответишь? — тихо спросил Каспий, перехватывая взгляд. — Почему он? Ведь он ничем не примечательный. Неплохой мечник, но не более. Колдун так и вовсе посредственный. Я вообще не заметил в нём чего-либо выдающегося.

— А разве любят только выдающихся? Кай особенный для меня и этого достаточно. Я выбрал его.

— Прости, я не должен был спрашивать. Не буду больше мешать вашей прогулке, принц, — Каспий поклонился, взглянул с тоской, и, обогнув, пошёл прочь.

Нео устало вздохнул. Желание гулять пропало и он повернул обратно. Вряд ли во дворце хоть когда-то обитало сразу столько народа, как сейчас. Здесь поселились эльфы, колдуны и многие из людей. Даже помещения для слуг не пустовали. В кухне готовилась еда на всю их разномастную армию, а из залов сделали большие столовые. Из-за этого в замке всё время было шумно, лишь глубокой ночью наступали несколько часов тишины. Нео с Каем расположились в спальне короля Дорена. Все посчитали правильным, что принц Аргреи занял покои, принадлежавшие ранее его отцу. В смежной комнате, отделённой небольшой уютной гостиной, остановились Дион и Вили. Эти комнаты и гостиная стали самым спокойным и тихим местом во всём перенаселённом замке. Нео зашёл в гостиную, собираясь пройти к себе, но наткнулся на Вили и Кору, мрачно сверлящих друг друга взглядом.

— Эм… у вас что-то случилось? — спросил юноша, прикрывая за собой дверь и подходя ближе к друзьям.

— Случилось – Кора беременна, — ответил Вили хмуро.

— И…? Разве это не хорошая новость? — Нео не понял недовольства друга.

— Она не хочет пока говорить об этом Рену!

— Я уже жалею, что и тебе рассказала, — тихо сказала девушка, складывая руки на груди.

— А почему ты не хочешь говорить Рену? — Нео присел рядом с Вили на диван. — Отец ведь он, или…?

— НЕО! — Воскликнула девушка осуждающе, — Конечно он! Ну сам посуди: он с самого начала не хотел брать меня с собой в ваш военный поход. Говорил, что тут будет опасно и я должна остаться на Острове эльфов, так ему спокойнее. Я тогда возмутилась и поехала с вами. Потом он не хотел, чтобы я участвовала в битвах, но я тоже воин, и притом получше многих мужчин нашей армии, которые оружие-то в руки впервые взяли несколько месяцев назад. Я училась владеть копьем с детства, но Рен всё равно был против! А теперь представьте, что я расскажу ему о беременности. Он даже разговаривать не станет, оставит меня тут — в Лейрии!

— И я его понимаю – это разумно. Здесь ты и ребенок будете в безопасности, — буркнул Вили.

— Да?! А если Дион оставит тебя тут, а сам уедет? Тебя это устроит?! — взвилась Кора.

— Но я не…

— Не беременный, да? Ну так и я не дура! Я не собираюсь лезть в битвы в своем положении, но я хочу быть рядом. Что мешает мне ехать рядом и стоять в сторонке во время сражений? Но я уверена, твой брат и слушать не станет, — он посчитает, что даже это для меня опасно. Поэтому пока я не стану ему ничего говорить. А если ты, Вили, расскажешь, так и знай – я буду безумно обижена на тебя! — Кора встала и стремительно покинула гостиную.

— И что ты думаешь? — Вили посмотрел на Нео. — Я считаю, что Рен обязан знать. Это его жена, а теперь и ребёнок. И я понимаю его желание защищать.

— Я считаю, что ты не должен ему ничего говорить. Это их личное дело, пусть сами разбираются. Кора имеет право на своё мнение. Она доверилась тебе по дружбе, так не предавай её доверия.

— То есть ты на её стороне? — удивился Вили, — но ребёнок…

— Ты считаешь её безответственной и способной причинить вред собственному ребёнку? Она ведь сказала, что не собирается больше участвовать в сражениях.

— Специально конечно нет, но всё может обернуться так, что ей придётся защищаться и биться. — Не унимался друг.

— Тогда попроси Карсона защищать её, если так переживаешь.

_

Весна принесла с собой не самые приятные новости: из докладов Рока следовало, что взять Варнию на данный момент не представляется возможным. Гнес, колдуны и твари превратили город в настоящую крепость. Как внутри, так и снаружи были расставлены сотни ловушек. Магические эльфы смогут обнаружить, но обычные представляли настоящую угрозу. Идти на Варнию при таком раскладе было не просто опасно, а глупо, даже если они победят, потери будут несоразмерно большими. Сидеть в Лейрии и ждать неизвестно чего тоже не вариант. Хорошенько всё обдумав, Нео предложил идею, и остальные её поддержали: не штурмовать Варинию, а просто двигаться дальше. Казалось бы, именно в этом и заключалась основная трудность — город располагался так, что с какой бы стороны они не пытались его обойти, Гнес с войсками ударит им в тыл. Вот только Нео не собирался обходить Варнию, как и вообще приближаться к ней. Его план заключался в том, чтобы пройти через Нисветский лес и выйти прямиком в Осирии. Обдумав и обсудив всё по нескольку раз, на десятый день весны войска эльфов и людей покинули Лейрию и направились к Нисвету.

Дни сменялись днями, плавно перетекая в недели. Эльфы, колдуны и существа неспешно передвигались по лесу. И в один из дней, когда Нео в очередной раз потянулся магией в сторону Варнии, он наконец почувствовал то, чего все они так ждали. Едва открыв глаза, юноша поспешил к Наиру, который о чём-то тихо беседовал с Каем.

— Получилось! — радостно выдохнул он. — Гнес со всеми своими силами покинул город и движется к границе Перии. Я ощущаю в Варнии лишь слабое остаточное присутствие тьмы.

— Что ж, ты был прав, Нео, — улыбнулся Наир, — твой брат не смог остаться там, когда понял, что мы движемся к Осирии. Это был лучший способ выманить его из города.

— Это значит мы наконец-то можем действовать? — спросил Кай. — Даже я уже устал бесцельно шататься по лесу.

— Нам придется ещё какое-то время провести в Нисвете. Нужно чтобы Эргонес увёл свои войска как можно дальше. Тёмные существа ориентируются на нашу силу, как и мы на их, поэтому мы пока продолжим медленно передвигаться на север, делая вид, что идем на Осирию. А вот Игону с воинами пора отправляться к Варнии. Думаю отправим к нему какое-нибудь слабое существо, чтобы никто не обратил внимания на его передвижения, — озвучил Наир свои мысли, поднимаясь с поваленного дерева.

Да, именно так. Идея Нео заключалась в том, чтобы выманить Гнеса и основные силы из Варнии, а для этого им самим пришлось разделиться. Игон с людьми отправился к городу вдоль леса по северному тракту, который и раньше-то немногие использовали, а уж после того, как твари вырвались из Нисвета, дорога и вовсе практически заросла – там никто не стал бы искать агрейское войско. И именно там, неподалеку от Кирлянки, Игон с солдатами сейчас ждал команды о наступлении на Варнию. Все, кто обладал силой, ушли в лес, и неспешно двигались на север — к Осирии, отвлекая внимание на себя. Твари Гнеса чувствовали их магию и не могли обнаружить людей, которые находились гораздо ближе. Наблюдая за передвижениями Нео, Гнес должен был решить, что он собирается напасть на Осирию. И это случилось. Уловка сработала!

***

Гнес торопился. Он был зол и раздражён: Нео его перехитрил! Как бы они не спешили, его брат и эльфы будут в Осирии раньше короля. Эти проклятые эльфы решили напасть на его страну и для этого воспользовались своим проклятым лесом! Один плюс во всей этой ситуации всё же был – твари могли передвигаться невероятно быстро, вот их-то Гнес и послал вперёд. Они вступят в бой с эльфами, если войска Гнеса не успеют до того, как враги нападут на первый город. Если! Лезть в бой первыми он им строго запретил. Гнес гнал войска и колдунов уже шестой день, останавливаясь лишь на короткие ночёвки в несколько часов. Он понимал, что такими темпами измотает солдат ещё до битвы, поэтому сегодня решил устроить полноценный ночлег и отдых. Не успел Гнес об этом как следует подумать, как заметил далеко впереди быстро приближающуюся и растущую тень. Даже отсюда он узнал Ирита.

— Это ведь твой тёмный? — Спросил Коэн, подъезжая ближе к королю. — Но разве он не должен находиться в Осирии и возглавлять тварей?

— Должен.

Гнес сильнее сжал поводья и пустил коня вперёд, ускоряясь. Огромный, чёрный, шестилапый волк бежал прямо на него, и за несколько метров до встречи моментально сменил форму, становясь человеком. Гнес придержал перед ним коня.

— Кое-что случилось, мой король, — тут же выпалил Ирит, не дав даже задать вопрос.

— Только не говори, что эльфы уже в Осирии и вы, вступив с ними в бой, проиграли, — нахмурился Гнес.

— Нет, господин, они покинули лес…

— Тогда почему ты здесь?

— Вы не дослушали. Они покинули лес человеческой тропой — той самой, по которой ходили люди, когда жили там. И движутся в сторону Варнии. Притом весьма быстро, полагаю они передвигаются на существах. А это значит, что человеческих солдат с ними нет, они оставили войска где-то еще.

— Что?! Ты… — Гнес изумленно замолчал, а потом расхохотался. — Нео! — выдохнул он, — Нео опять переиграл меня. Он и не собирался нападать на Осирию, он просто выманил нас из Варнии!

— Я конечно понимаю вашу особую привязанность к брату, но мне кажется сейчас не время им восхищаться. Мы подготавливали город практически всю зиму, а теперь они так просто заберут его?

— Нет, мы возвращаемся. Но сначала людям нужно отдохнуть, а ты зови тварей обратно.

Марш-бросок в обратную сторону оказался ещё более утомительным и выматывающим. И как бы они не торопились, не успели. Ещё за день пути до Варнии, Ирит сообщил, что эльфы уже возле города. Проклятье! Вся их зимняя подготовка оказалась напрасной. Да, здорово братец провёл его. Теперь оставалось решить: дать бой здесь — у Варнии, или же отступать к Осирии и встать у Дандра. Гнес долго думал и решил биться тут. Из чистого упрямства. Он не хотел отступать, не хотел бежать. Да и что решит эта задержка? Двум армиям придется вскоре встретиться, так лучше здесь, чем на границе с Осирией.

Странно: с самого юношества Гнес считал, что не очень-то любит свою страну. Он всегда предпочитал Перию – её климат, её обычаи. И теперь, когда она практически принадлежала ему, то, что большая часть страны находилась в руинах, нисколько не трогало его. Но стоило лишь представить, что подобное может ждать Осирию, он начинал злиться. Нет! Он постарается не допустить разрухи в своей стране, ведь это его дом – место, где он рос, где страдал и где был счастлив, любил и ненавидел; место, где он жил вместе с Нео.

Гнес вывел свои войска к городу через пару дней. Торопиться теперь было некуда, все успели хорошенько отдохнуть, а твари так и вовсе находились в предвкушении и с нетерпением рвались вперёд. Гнес увидел их сразу же – отряд эльфов. Не узнать их оказалось не возможно – светлые волосы от цвета золота до снежной белизны, и от всех исходит сияние. Гнес видел подобное сияние от Нео. Однажды, но оно длилось лишь пару минут, и больше никогда не повторялось, так что он давно позабыл об этом. Король оглядел ровный строй светловолосых. Конечно, отсюда он не мог разглядеть Нео – слишком далеко.

Не так уж их много – чуть больше сотни. Интересно: это все эльфы, что живут на острове? Лизи сказала, что в той перийской деревушке, где они с Эйном столкнулись с эльфами, была и женщина, есть ли они тут? И значит ли это, что их женщины тоже обучены сражаться? По Кармине он бы этого не сказал. Но и колдуньи редко вступали в битвы, только если на то была крайняя необходимость. Сражаться – удел мужчины. Колдуний в Осирии ценили. Они рождались крайне редко, и большинство магов связывали свои жизни с обычными женщинами, а то и не с одной за свою длинную, по человеческим меркам, жизнь. На силы детей от смешанных браков это не влияло, иначе колдуны бы давно выродились. Мужчины рода королей-колдунов всегда женились только на женщинах, наделенных силой, хоть это не особо влияло на потомство. Сила наследуется от отца. Видимо у эльфов она переходит от обоих родителей, ведь в Нео эльфийские силы от матери.

— Ну что же, начнём, — тихо сказал Гнес.

Коэн, стоящий как всегда рядом, поднял левую руку вверх, передавая приказ короля. Копошение людей, всхрапывание лошадей и глухое бряцанье оружия растворилось, затихло в звенящей тишине, накрывшей поле. Собравшиеся армии напряжённо вглядывались друг в друга. Вглядывались в лицо смерти, готовые ринуться в атаку. Гнес прикрыл глаза, сосредотачиваясь на силе внутри себя. Он не любил сам использовать тёмную магию. Возможно это бред, но он ещё продолжал надеяться, что чем реже будет к ней прибегать, тем чище останется. Сейчас у него не было права на такие глупые мысли – он должен победить, любой ценой. То заклятье, что Гнес собирался использовать, было мощным и разрушительным. Пылающая земля – так называл его Асмун, огненные языки которого невероятно сложно потушить. Гнес спрыгнул с коня и приложил одну ладонь к земле. Использовать подобные направленные чары нужно с огромной осторожностью, и сейчас для них самое время – пока войска еще не смешались в битве, магии плевать кто на ее пути, – она спалит и своих и чужих. Пальцы Гнеса загорелись тёмно-синим, холодным огнем, его лепесток лизнул пожухлую, прошлогоднюю траву, и тонкой струйкой побежал к вражеской армии. Эргонес повернулся к своим колдунам. И те поняли его без слов. Первые заклятья полетели в сторону эльфов. Конечно же, большинство магических атак были отбиты, но парочка всё же нашла свои цели.

Значит и эльфы не всесильны. Гнес вспомнил как умирала Кармина, как нож легко входил в её тело, как кровь пропитывала изящное платье. Она практически не сопротивлялась, почему? Знала что только так сможет разлучить Гнеса и Нео? Эргонес глянул туда, где постепенно разгоралось его магическое пламя, враги тоже его заметили. Несколько ближайших эльфов попытались сбить огонь. Гнес усмехнулся – глупцы. Синие языки впитали в себя заклятья светловолосых и стали лишь больше и мощнее. Да, это пламя пожирало всё, даже магию, направленную на него, делаясь от этого только сильнее. Эргонес чуть махнул ладонью, и пламя, повинуясь его приказу, взяло курс левее, надвигаясь на обычных солдат Агреи. Эльфы кинулись наперерез, стараясь защитить людей. Гнес перевел взгляд вправо – туда уже устремились тысячи тварей, начиная кровопролитную битву, а следом за ними выступили солдаты Осирии.

Перед стенами Варнии разверзся настоящий ад. Сотни заклятий разлетались в разные стороны. Отовсюду слышались отчаянные, полные боли крики. Люди, твари, существа, эльфы – все смешались в общую кучу. И в этой толпе Гнес наконец-то увидел Его. Нео скакал на своей огненной лошади, рассекая синее магическое пламя. Кажется оно не причиняло вреда ни ему, ни найтмару, даже наоборот – синие языки сливались с ярко-красной гривой и хвостом, а потом и вовсе растворялись в них. Гнес заворожено смотрел на них: даже издалека его брат был великолепен. Нео поднял руку, а затем стал медленно опускать её и тёмное пламя вокруг юноши гасло. Эргонес пораженно замер. Как?! Огонь должен был поглотить любое заклятье!

— Одна кровь, — тихо сказал Ирит позади, и король обернулся.

— Что, прости?

— Тёмная магия поддерживается не только силой колдуна, она связана со всем его существом, его плотью и кровью. В вас с ним одна кровь. Ваши заклятья, господин, не тронут его и не причинят вреда, и он может контролировать их, так же как и вы.

— И почему же ты не сказал о такой важной детали раньше? — Гнес угрожающе сузил глаза.

— Я не думал, что эльф может использовать тёмные силы. Никогда о таком не слышал, но вы, похоже, знали. Могли бы тоже рассказать раньше. — Ирит задумчиво замолчал на несколько секунд. — Он ведь не чистокровный, ваш брат. Полагаю дело в этом.

— Значит он сможет обезвредить любое моё тёмное заклятье?

— Если он понял это, то да.

Король глянул на поле битвы, туда, где пару минут назад находился Нео, но его там уже не было, как и синего пламени. Мальчишка свёл на нет одно из его самых убийственных заклятий – такого он в расчёт не брал. Тем временем большая часть эльфов переместилась на правый фланг и помогала людям отражать атаки тварей. Да не просто отражать, они успешно теснили их назад. Переведя взгляд дальше, Гнес заметил отряд колдунов, которые отражали магические атаки своих сородичей. Чертовы изменники и перебежчики. Король и не подозревал, что за это время к его брату присоединилось столько колдунов! Кажется их было не меньше полусотни, и ведь практически все клялись ему в верности после смерти отца. Гнес сосредоточил свои силы и направил мощную волну в сторону предателей, но его заклятье тут же было отбито. Пусть он и не видел где сейчас находиться Нео, но он и так знал – никто кроме брата не отбил бы его «шторм». Хоть эти чары и не были тёмными. Гнес отправил еще несколько заклятий, но каждый раз повторялось одно и тоже. Похоже Нео специально отслеживал и отражал только его атаки.

Пока Эргонес был занят этой возней с братом, обстановка на поле боя сильно изменилась. Эльфы и существа оттеснили тварей в сторону и теперь битва между ними шла без участия людей. Агрейские солдаты сражались с осирийскими, и Гнесу совсем не нравилось то, что он видел – его войска проигрывали. Он немедленно отдал колдунам приказ направить свои силы на помощь воинам. Вот только и враги, заметив это, сделали то же самое. Гнес снова попытался применить силу, создал заряд и отправил его в агрейцев, но его магия была остановлена, не достигнув цели.

— Нео! — взревел он, — Чтоб тебя! — разумеется брат не мог его услышать.

— Гнес! — Коэн подъехал, выкрикивая его имя и пытаясь перекрыть шум битвы. — Гнес, сюда приближаются перийские войска во главе с еще полсотней эльфов.

— Не может быть! — Король резко повернулся в седле. — Мы только проезжали Перию, они должны были идти прямо за нами, а существа чувствовали эльфов намного дальше…. Если только они не проделали тот же фокус, что и Нео, и не разделились… — Гнес застонал. — Что у нас с планом отступления, и сколько есть времени?

— Не больше часа. Тот путь, что мы прокладывали зимой через лес, свободен. Ловушки все на месте, пара колдунов проверили всё ещё перед битвой.

— Тогда командуй отступление. Сначала уйдут люди, а колдуны и твари их прикроют. Ириту передай – пусть забирает всех сильных тварей, слабыми придется пожертвовать, будут отвлекать. Как отдашь распоряжения, сразу ко мне.

— Гнес, иди вперед. Забирай Эйна и начинай отступление первым.

— Нет. Я не побегу впереди. Уйду вместе со всеми колдунами.

— Гнес…

— Не обсуждается.

Коэн молча развернул коня и поспешил к командующим, Гнес же повернулся к Лизи.

— Создай реку, — потребовал он.

— Что?! Но я не смогу! Какой-нибудь жалкий ручеек, не больше…

— Этого хватит. Главное чтобы его создала ты. Нео настроен на мою силу, и помешает мне, как только я попытаюсь что-то сделать. Тебя же он не перехватит. Потом я просто усилю твою лужу, тогда это уже не будет созданное мной заклятье, он не сможет помешать. Река задержит преследователей и облегчит нам отступление, так что вперёд – создавай.

Лизи кивнула и сняла с луки седла очередной бурдюк с водой, за сегодня уже пятый. Её силы явно были на исходе. Пока девушка была занята делом, Гнес дал распоряжение Эйну и еще одному колдуну. К тому моменту как вернулся Коэн, все справились со своими задачами, и Эргонес начал подпитывать их чары своими силами. Как он и сказал: из ручейка Лизи растеклась довольно широкая и бурная река, отгораживая от врагов их отступающие к лесу войска. Небольшой огненный поток, созданный Эйном, преобразился в огненную стену, а следом за ней из земли появились острые, длинные камни – заклятие ещё одного колдуна, усиленное Гнесом.

— Уходим, — громко объявил Гнес, — надеюсь это задержит эльфов хотя бы минут на десять. Доберемся до леса и в ход уже пойдут наши ловушки.

Отступление проходило по чётко разработанному, на непредвиденный случай, плану. Вся армия скрылась в лесу, даже раньше, чем враги преодолели огненную стену. Через несколько минут Гнеса нагнал Ирит в волчьем теле.

— Какая обстановка? — тут же спросил король.

— Они не пошли в лес, ни люди, ни эльфы. Будто знали, что их здесь ждёт, так что преследования не будет.

— Это хорошая новость. Что у нас по потерям?

— Больше всех пострадали существа – их осталось меньше половины, потом солдаты. А колдуны… мне сейчас сложно определить, вокруг слишком много магии, это сбивает. Думаю в целом мы лишились одной третьи всех сил.

— Надеюсь эльфов погибло не меньше, — со злостью прошептал Гнес. — Коэн… — парень обернулся и от неожиданности натянул поводья, останавливаясь, — А где Коэн?

На него смотрели лишь уставшие Эйн, Лизи да еще пару десятков колдунов.

— Был здесь, — неуверенно ответила Лизи.

— Мне кажется он поехал в конец войска, — сказал Эйн.

Гнес повернул коня. В душу закрадывалось нехорошее предчувствие. Ребята и Ирит поспешили за ним. Больше двадцати минут Гнес объезжал растянувшуюся колонну. Раненых оказалось даже больше, чем он предполагал. Те, кто не пострадал, несли их буквально на себе. Колдуны, как и обычные лекари, пытались помочь людям прямо на ходу. И воины и существа были измученны. Видя это, король решил пройти еще пару часов и устроить привал. Если враги так же потрепанны, как и они, то сейчас точно не начнут преследование. Как и сказал Ирит – твари понесли огромные потери. Всё это конечно беспокоило Гнеса, но за это время он так и не нашел Коэна. Король посмотрел на Ирита, и тот, поняв его молчаливую просьбу, присел неподалеку и закрыл глаза. Гнес замер около него.

— Ну что там? — спросил король через пару минут, не в силах больше ждать. — Ты чувствуешь его?

— Его нет в лесу. Прости господин, но я не ощущаю его.

— Этого не может быть! Он заехал вместе со мной, я видел его!

— Сейчас его здесь нет.

— Так найди его… — глаза Гнеса вспыхнули злостью. Он повернулся к существам и выкрикнул, — Найдите Коэна!

Глава 14 Телохранитель.

Вили шёл по улочкам, которые когда-то так полюбил, но сейчас с трудом узнавал их. Нет, Варния не была разрушена – дома практически не пострадали. Только всё вокруг было заброшенным, мрачным и угнетающим, подёрнутым дымкой тлена. Вили становилось не по себе, а ведь он даже не колдун и не эльф, чтобы ощущать тьму, пропитавшую город. Их войска вошли в Варнию пару часов назад, после того, как существа под руководством Рока и Карсона обезвредили все ловушки. Город оказался пустым – абсолютно. Здесь не было ни одной живой души. Что стало с жителями, когда сюда пришел Эргонес? Эта пустота пугала больше, чем если бы город кишел врагами. Все их войска расположились на окраине заброшенного города, поближе к постоялому двору, где поселились командующие. Дион, Кай и Нео решили разместиться там же, где останавливались всегда, хотя теперь могли занять любой дом. Но именно заведение Брока было наполнено своими воспоминаниями, для каждого из них. О том, что стало с хозяином, Вили не хотел думать. Ещё раз глянув на набережную, где всего полгода назад так красиво горели фонари и гуляли люди, Вили печально вздохнул и отправился к гостинице. Свернув с набережной на одну из прилегающих улиц, он столкнулся с Дионом.

— Ну наконец-то, — сказал парень, приобнимая его, — я тебя уже обыскался.

— Я просто гулял, — ответил Вили, прижимаясь к любимому. — Это всё так печально... Варния, другие города, вся страна. Столько пострадавших и погибших людей. Бессмысленно...

Дион взял его за руку и повел за собой. Они не спеша шли по пустым улицам, шаги гулко отдавались эхом в мертвенной тишине города. Через несколько минут Дион резко остановился и, перехватив Вили, толкнул его себе за спину. Из тени одного из домов на мостовую вышел мужчина. Высокий, широкоплечий, мускулистый – настоящий воин. Почему Дион так напрягся, встретив его? Да, Вили видел его впервые, но это и не удивительно, он не знал большинство их солдат.

— Кто ты? — спросил Дион.

Мужчина продолжал молча стоять, а потом приподнял руку, и из-за его спины вылетел меч, который устремился прямо в Диона. Колдун! И точно чужой, своих Вили знал всех! Мальчишка взвизгнул и попытался потянуть Диона на себя, но тот не двинулся с места. Парящий меч застыл у груди парня.

— Не советую дёргаться. И орать тоже. Я убью вас прежде, чем вы шелохнетесь, — заговорил мужчина, после чего сделал несколько шагов в сторону ребят. — Ты, мальчик, подойди ко мне.

— Нет, — возразил Дион, и постарался сильнее прикрыть Вили. — Скажи что тебе нужно? Выбраться из города? Я помогу.

— Приведи сюда Эрнеоса, принца Осирии. Даже вы должны были его видеть – пацан с серебряными волосами. Вымани его, одного, и приведи ко мне.

— Хорошо, — Дион попытался взять Вили за руку, но мужчина усмехнулся, меч в воздухе показательно дрогнул.

— Нет, мальчонка останется со мной. Не думал же ты, что я отпущу вас без гарантий?

— Тогда оставь меня – не его. Вили приведет Нео, обещаю.

— Нео? Любопытно. Значит вы с ним знакомы, да мне повезло. Но со мной останется мальчик. Из него заложник получиться лучше. Иди.

Дион не сдвинулся с места. Тяжёлый взгляд исподлобья выдавал решимость бороться и умереть, но не оставлять Вили. Тогда колдун снова взмахнул рукой и парень упал на колени хватаясь за грудь.

— Не надо! — Вили бросился вперёд, пытаясь остановить его, защитить любимого. Колдун поймал его и, перехватив поперек груди, прижал к себе.

— Нет, пожалуйста! — Дион вскочил на ноги, — возьми меня, только не его!

— Приведи сюда Эрнеоса. — Меч, что до этого угрожавший Диону, подлетел к хозяину и застыл у горла Вили. — Вижу он дорог тебе. Я ничего не сделаю твоему мальчишке, если выполнишь моё условие. Но если приведешь подмогу, поверь, первое что ты увидишь – его труп.

Дион нервно вдохнул и посмотрел в глаза Вили. В этом взгляде было столько боли и отчаяния, что стало трудно дышать. Вили понял – если с ним что-то случиться, Дион никогда себя не простит. Было страшно, но он всё равно попытался улыбнуться, прошептав:

— Иди.

— Умоляю, не причиняй ему вреда, — Дион с трудом отвёл взгляд от любимого лица и повернулся к колдуну. — Я приведу Нео, клянусь. Только дождись и не трогай Вили.

— Не трону.

Дион ещё раз со страхом посмотрел на парнишку, а затем заставил себя отвернуться и пойти. Как только он скрылся с улицы, меч отстранился от шеи Вили и вернулся за спину своему хозяину. Мужчина дернул мальчишку за руку и они прошлись немного назад в сторону набережной, а потом зашли в один из пустых домов. Колдун поднялся на второй этаж, подошёл к окну, обездвижил Вили какими-то чарами и неподвижно замер, глядя в мутное от грязи стекло.

— Кто вы? Вы хотите навредить Нео? — тихо и неуверенно спросил Вили.

— Помолчи, — бросил мужчина даже не шелохнувшись.

Медленно тянулись минуты. Вили успел прокрутить в голове десятки вариантов того, как этот человек убьёт его. Ожидание беды изматывало, лишая сил. В том, что друг придет, как только узнает о произошедшем, он не сомневался, но вот сколько Дион будет его искать — неизвестно. Вили не знал что пугало его больше: погибнуть самому, или подставить под удар Нео. Что этот человек хочет сделать с ним? То, что колдун пришёл не с добрыми намерениями, ясно как день. Все, кто хотел к ним присоединиться, приходили открыто, а не брали заложников, выманивая Нео. Вили попытался пошевелиться, но тело не слушалось и он не смог двинуть и пальцем, а голова поворачивалась свободно.

— Слишком долго, — после оглушительной тишины эти слова оказались неожиданными. Вили вздрогнул бы, если мог. — Надеюсь твой дружок и правда дорожит тобой?

— Они придут, — без тени сомнения сказал Вили, а через пару минут услышал приближающиеся голоса.

— Я не понимаю… — это говорил Дион, — он сказал привести тебя сюда. Это точно то самое место. У него… — голос сорвался на стон, — у него же Вили…

«Если я выберусь отсюда живым, буду целовать его не переставая» — подумал Вили и прикрыл глаза, вслушиваясь во второй голос, говоривший гораздо тише.

— Он здесь, в одном из домов. Кто бы это ни был, он наблюдает за нами, — а потом Нео выкрикнул: — Выходи. Я пришел один, как ты и требовал, так что отпусти парнишку.

— Я не говорил, что отпущу его, а лишь сказал, что он не пострадает, — ответил колдун из окна.

— Коэн?! — В голосе Нео было удивление. — Как же так вышло, что ты здесь, так далеко от Гнеса?

Колдун не ответил. Молча подошёл к Вили и взял его за запястье, от чего парнишка тут же снова смог двигаться, а потом достал нож и, приставив его к боку, надрезав ткань одежды заточенной сталью, шепнул: «не рыпайся». Коэн подтолкнул хрупкое задеревеневшее от страха тело к выходу из дома. Оказавшись на улице, он поставил Вили перед собой, а нож переместился к горлу. При каждом вздохе, острие кололо шею, вынуждая невольно задерживать дыхание. Холодный пот стекал по спине, ноги слабели, а сердце заходилось в бешеном ритме от страха. Не за себя. За Диона: тот может наделать глупостей — броситься на колдуна и погибнуть. За Нео: этот колдун выглядел опасным, и даже Нео не бессмертный.

— Коэн, лучше отпусти его, — сузив глаза, с угрозой, сказал Нео. — Ты ведь понимаешь, что я куда сильнее тебя, зачем всё это?

— Сильнее, но я убью мальчишку раньше, чем ты атакуешь. К тому же пробить мой щит с первого раза не выйдет даже у тебя, маленький принц. Я хочу чтобы ты пошёл со мной, Эрнеос. Естественно я скую твою силу.

— Что, отведешь меня к Гнесу? А мой брат знает, что ты тут? Думается мне — нет. Он слишком дорожит тобой, чтобы отпустить сюда одного.

— А это уже не важно. Подойди, чтобы я сковал тебя, или жизнь мальчишки для тебя не важна? — Говоря это, Коэн сильнее прижал нож к шее Вили так, что по коже скользнула горячая капля крови.

— Хорошо, — Нео медленно приблизился и протянул руки вперед.

Коэн быстро создал на них магические оковы.

— Теперь отпусти Вили, ты поймал меня.

— Сначала мы выберемся из города и отойдем подальше, а потом мальчишка будет свободен.

— Тогда идём, — сказал Нео и, увидев подозрительный взгляд, направленный на Диона, вздохнул: — Он не позовет на помощь, я обещаю.

Несмотря на слова юноши, Коэн поднял ладонь, и через секунду Дион неподвижно упал на мостовую. Вили взвизгнул и дернулся вперёд, забыв о ноже, который врезался ему в шею. Коэн резко рванул его на себя:

— Что ты вытворяешь, сопляк!

— Что с ним?! Что?! Он мёртв? — из глаз Вили потекли слезы, — Что…

— Не рыпайся, он жив. Просто проспит до утра.

— Спасибо, — выдохнул Вили, не замечая как тонкой струйкой стекает кровь, — спасибо…

Нео оторвал кусок ткани от подола своей туники и нарочито медленно, без резких движений, протянул руку к Вили, зажимая рану.

— Всё, идём. Эрнеос впереди – чтобы я видел.

Нео двинулся по пустой улице, Коэн шёл позади него, крепко держа Вили перед собой, и озираясь по сторонам.

— И куда идти? — спросил вскоре Нео. — На всех воротах воины. Как ты вообще попал в город?

— Ступай дальше. Скоро будет лаз, ведущий в тайный ход. И не смотри удивленно, мы провели в этом городе всю зиму, так что у нас было время изучить его.

— И вы так легко попались в ловушку и бросили укрепленный город.

— Не раздражай меня, маленький принц.

— Иначе что? Убьешь Вили? С каких пор ты стал угрожать беззащитным, Коэн?

— Иди молча.

Вскоре они подошли к полуразрушенному, старому деревянному дому на окраине. Под досками на полу кухни и правда оказался вход в подземный туннель. Они шли по нему всего несколько минут, а выбрались недалеко от городской стены — с другой стороны от того места, где утром развернулась битва. Коэн покопался под ближайшим кустом и, достав небольшую сумку, вынул тёмный поношенный плащ, который бросил Нео.

— Накинь, и волосы спрячь, их видно даже в темноте.

Юноша послушно исполнил требуемое. Дальше они обогнули город и направились к лесу, в котором днём скрылись войска Эргонеса. Вили всё это время поражался спокойствию друга. Их взяли в плен, а Дион… лучше не думать, иначе Вили сойдет с ума – он лишь молился, чтобы парень и правда просто уснул от заклятья. Нео лишился возможности колдовать, но при этом оставался абсолютно невозмутим! Сам же Вили вздрагивал от каждого шороха. К стене деревьев они подошли в подступающих сумерках, и парнишка уже не представлял как двигаться дальше, ему было сложно переставлять ноги, и голова почему-то кружилась. Но видимо идти ему и не придется – Коэн потянул его за руку и привязал к ближайшему дереву. Закончив с этим, повернулся и, не глядя на мальчишек, сделал несколько шагов в глубь леса, но потом замер:

— Чего застыл? Идём.

Нео вместо этого встал между ним и Вили, будто прикрывая друга собой.

— Да нет, Коэн. Всё, пришли, — юноша чуть сжал кулаки и оковы на его запястьях испарились.

— Ты… — Коэн задохнулся от неожиданности. — Ты мог сбросить мои чары?! Почему же ты пошёл со мной Эрнеос? Почему не атаковал ещё в городе?

— Нож у горла моего друга весьма веский аргумент. Я боялся, что не успею спасти его, но ты отошёл, больше не имеет смысла разыгрывать этот фарс. На что ты вообще надеялся, Коэн? Ты же слабый колдун. Странно, что за всё это время Гнес не поделился с тобой силами, отобранными у других. Я думал, что это так, пока ты не сковал меня, точнее попытался сковать, но у тебя не вышло.

— Он предлагал – я отказался. Чтоб тебя! — Коэн резко обернулся, да и Вили подпрыгнул от неожиданности: скрытый до этого ночной тьмой, из-за деревьев вышел Кай. — Ты прихватил с собой своего любовника?

— Не совсем. Кай просто шёл за нами. Коэн, ты ведь не плохой человек, почему же до сих пор потакаешь поступкам моего брата, даже тем, от которых тебя самого бросает в дрожь?

— Думаешь, если посмотрел какие-то его воспоминания, то ты его знаешь?

— Знаю.

— Ошибаешься, маленький принц. Ты не знаешь его чувства, его душу, его сердце. Это всё из-за тебя. Из-за тебя он стал таким! Он был обычным ребенком. Грустным, ранимым, несдержанным, непоседливым, задиристым – нормальным! Все дети такие. Но родился ты, и он стал меняться. С каждым днём, проведенным с тобой; с каждым годом, с каждым твоим новым выкрутасом. Это ты его менял! Думаешь он хотел желать тебя? Он противился этому как мог, но твои проклятые глаза, твои милые, ласковые улыбки, твоя внешность, и твоя безмерная привязанность к нему – рождали эти чувства вновь и вновь…

— Хорошо, — перебил его Нео, — пусть так. Я виноват. В том как он ко мне относиться. Но его поступки? Их ты тоже свалишь на меня? Может это я заставил его травить отца, а потом убить его? Или начать эту войну?

— Если бы король Эрвейн…

— Хватит! Ты говоришь его словами. Что думаешь ты сам?

— Думаю, что если бы ты не родился, ничего этого бы не случилось. А еще я ошибся. В ту ночь когда Гнес отнял у тебя силы и отдал мне, я не должен был передавать тебя работорговцам – нужно было убить тебя! — Из-за спины Коэна вылетел меч.

— Не советую, — сказал тихо Кай, обнажая свое оружие и вставая перед колдуном.

— Мне ведь все равно уже не уйти отсюда живым. Так может сразимся на мечах, в честном поединке? Никакой магии. Что скажешь, принц Агреи?

— Никакой магии?

— Именно.

Нео едва заметно кивнул Каю, а сам в это время подошёл к Вили и сорвал верёвки, что привязывали его к дереву.

— Ты уверен? — шёпотом спросил парнишка. — Он кажется сильным.

— Я с рождения видел как сражается Коэн, и знаю как бьётся Кай – он не проиграет в честном бою, а уж за этим я прослежу.

Кай и Коэн отошли друг от друга на расстояние в пять-шесть шагов, а уже через секунду зазвенели мечи, оглушая ночную тишину. Вили было тяжело уследить за боем, он просто не успевал за движениями и выпадами. Ему казалось, что силы равны и один не уступал другому ни в силе, ни в навыках. Вот только колдун был почти на голову выше Кая и намного мускулистее. Нео рядом стоял напряженный как струна, и не сводил глаз с Кая. Вили его понимал: сражайся здесь сейчас Дион – он бы себе места не находил. Как там вообще Дион? В порядке ли он? Может этот колдун просто обманул, и на самом деле Дион уже мёртв? От воспоминания как парень неподвижно упал на мостовую, у Вили перед глазами всё потемнело от ужаса. Он попытался сделать шаг к Нео, но его повело в сторону, пришлось опереться спиной о дерево. Похоже в глазах темнеет не только от страха за любимого и царапина на шее оказалась глубже, чем он думал. Сейчас он остро чувствовал как рана припухла, болит и пульсирует, а ведь до этого совсем не замечал её. Тело Вили решив, что оно в безопасности — Нео рядом, полон сил и защитит, обмякло, утратив всякое желание двигаться.

А бой меж тем продолжался. Дыхание Кая сбилось — он был более гибким и ловким, чем противник, и больше двигался. Коэн же двигался и дышал относительно ровно, но при этом на его плече уже красовался небольшой порез. Кай оставался невредим. Колдун сделал неожиданный резкий выпад вперёд, и Вили в страхе прикрыл глаза. Через пару ударов сердца распахнул их: оставаться в неведении ещё хуже, но кажется всё обошлось. Видимо Кай увернулся, — поединок продолжался. А потом произошло то, что Вили не смог бы описать. Нео быстро выбросил руку вперёд и она на мгновение блеснула голубым светом. Коэн судорожно выдохнул и на секунду замер, а Кай с размаху вонзил меч прямо ему в живот. Всё произошло за считанные секунды, так быстро и неожиданно, что Вили был не уверен всё ли он разглядел. Ведь до этого колдун прекрасно держал оборону, как же он пропустил прямой удар? Нео околдовал его? Коэн медленно осел на землю, опираясь на свой меч, и прохрипел:

— Не может быть… — он удивленно посмотрел на Нео.

— Ты сказал честный бой, без магии, но ты использовал щит, — холодно сказал друг. — Я разбил его. Так было честно, не считаешь?

— Как? Даже Гнес ни разу не смог пробить мой щит. Неужели ты сильнее его… Передай… Нео, когда увидишь его вновь… передай, что… я любил его… я… всегда… любил… только его… — Коэн повалился на бок, еще что-то прохрипел, а потом затих навсегда.

Вили хотел приблизиться к Нео и Каю, но друг поднял руку, останавливая его, и посмотрел в глубь леса. Парнишка тоже глянул туда, но не увидел ничего кроме ночной тьмы.

— Выходи, — тихо сказал Нео.

Под лунный свет медленно шагнул с виду совершенно обычный человек, вот только глаза горели жёлтым огнём:

— Господин эльф, прошу: отдайте мне его тело.

— Отнесешь его своему хозяину?

— Да.

— И зачем мне отпускать к нему такое сильное существо как ты? Ведь это ты следишь и докладываешь обо всех наших передвижениях.

— Можете убить меня, я не стану сопротивляться. Против вас у меня нет защиты.

— Ты ведь всё слышал? — спросил Нео, отходя подальше от тела колдуна, Кай последовал его примеру.

— Да.

— Забирай, и передай моему брату последние слова Коэна. Думаю они важны для него.

Существо осторожно приблизилось и легко подняло на руки тело крупного мужчины. А затем, поклонившись Нео, сказало «спасибо» и с невероятной скоростью скользнуло во тьму.

Теперь Вили наконец-то шагнул к друзьям, отлипая от дерева. Ему тут же стало плохо: голова закружилась и перед глазами всё поплыло, ноги подогнулись. Кай подхватил его на руки, а Нео, оказавшись рядом, приложил холодную ладонь к ране на шее. Кажется снова пошла кровь. Глаза упорно не хотели открываться, хоть он и пытался. А потом друг прошептал: «отдыхай, теперь всё будет хорошо», и Вили позволил себе отключиться.

***

Даже когда Ирит принёс тело Коэна, Гнес всё ещё не мог поверить. Он просидел несколько часов, глядя на знакомое с детства лицо, и только сейчас его полностью накрыло осознание: Коэна больше нет! Его Коэна… Он был с ним всегда – с самого рождения. Он поддерживал его во всём, утешал, вдохновлял, наставлял, помогал, любил… А теперь? Как будто часть самого Гнеса умирала сейчас. Коэн никогда больше не улыбнется ему, не обнимет, не прижмёт к своему сильному телу, даря покой и защищенность, не поцелует. Не будет больше ни разговоров, ни споров, не будет безумных дней и страстных ночей. Ничего больше не будет.

Гнес прижал ладони к лицу и взвыл как раненный зверь. «Передай, что я всегда любил его…» Ему передали последние слова, и они рвали сердце на части. Зачем Коэн поехал туда? Зачем сунулся в лагерь врага в одиночку? На что он рассчитывал? Он хотел привести ему Нео… Но разве Гнес об этом просил?! Нет! Он никогда не просил Коэна делать что-то безумное и опасное, даже если делал это сам. Он никогда не просил его вернуть Нео! Так зачем же, Коэн? Ради чего?

Боль от потери нарастала все сильнее и сильнее, готовая захлестнуть его полностью. Гнес понимал: ещё немного и его сила выйдет из под контроля, впервые за последние годы. В маленький временный шатер тихо вошел Эйн, и, подойдя к королю, осторожно коснулся его руки.

— Гнес… послушай ты сидишь тут уже семь часов. Я понимаю как тебе плохо сейчас, но нам нужно выдвигаться дальше.

— Плевать, — прошептал Гнес, едва слыша мальчишку.

— Гнес, мы отомстим. Ты отомстишь! Но для этого тебе нужно собраться, снова стать сильным и идти вперед.

Король поднял взгляд и встретился со светлыми серыми глазами. Эйн и правда переживал за него, это было видно по обеспокоенному лицу, и по покрасневшим глазам. Похоже плакал, и, как и он сам, не спал. А вот Гнес так и не смог заплакать. Сердце рвалось, душа кричала, но слёз не было.

— Я даже не желаю мести, Эйн, — глухо сказал Гнес. — Да и кому мне мстить? Самому себе? Это из-за меня он пошёл туда. Из-за меня его не стало…

— Это не так! — Эйн вцепился пальцами в его плечи и слегка встряхнул. — Разве это ты убил его?! Разве ты приказывал ему покинуть тебя и ехать туда?!

«Покинуть…» Коэн покинул его. Говорил, что всегда будет рядом, всегда на его стороне, а теперь покинул его навеки.

— Знаешь, о чём я думаю? — тихо спросил Гнес, снова переводя взгляд на тело своего первого любовника. — Он часто говорил, что любит меня. Мы были вместе много лет, а я не помню, говорил ли в ответ хоть раз, что тоже люблю его. — Из глаз Гнеса наконец-то потекли слёзы.

Эйн потянулся к нему и прижал к себе, поглаживая и перебирая золотые локоны. Гнес уткнулся ему в грудь, и теперь уже рыдал не пытаясь сдерживаться.

— Он знал, — шептал Эйн, — он знал это.

— Но говорил ли я? Должен был говорить всё время, но я не могу вспомнить ни единого раза… Почему я не говорил ему этого…

Глава 15 Король Агреи.

Тела погибших сложили на большие деревянные помосты, связанные из стволов и веток, перед стенами Варнии предстала поистине печальная картина: более пяти тысяч погребальных костров. Предать огню было решено и своих и врагов, и даже тварей, хоть их тела и сложили подальше от остальных. Только эльфы отказались сжигать своих погибших: они хотели бы отдать тела морю, как делали все последние тысячелетия, если такая необходимость возникала. Но от Варнии до моря было слишком далеко, поэтому после церемонии прощания пятьдесят два тела сложили в повозки и повезли к Нисвету. «Пускай их заберёт эльфийский лес» — так сказал Наир, укрывая последнюю телегу тканью. Сам он отправиться в лес, чтобы участвовать в погребении, не мог — им предстояло ещё слишком многое решить, и присутствие предводителя эльфов было необходимо здесь. Процессию, отбывшую в Нисвет, возглавил Арнайн. Не так он хотел вернуться в лес предков, уж точно не с мёртвыми сородичами за спиной. Нео тоже остался в Варнии, и сейчас он вместе с Наиром, Каем и Игоном, поджигал первые поленья, отдавая почести павшим воинам.

В Варнию прибыла армия Перии во главе с королем Тосреном и эльфийкой Аметисой. Первый совет объединённой армии назначили на завтра. А сегодня Кай должен занять свое законное место и стать королём освобождённой Агреи. И это страшило Нео. Вечером в одной из комнат трактира собрались Дион, Вили, Рен, Игон, Ник, Дрей, Тавен, несколько командиров-агрейцев и Кай с Нео. Хоть юноша и не хотел идти, да и сейчас чувствовал себя здесь лишним, Кай просто взял его за руку и привел с собой.

— Вообще-то это собрание чистая формальность, тут и говорить не о чем, — начал Игон, присаживаясь в кресло. — Нас теперь должен вести Кай, а я могу быть подле него главнокомандующим или же советником, если наш принц решит назначить меня. А официальную коронацию, полагаю, придётся провести когда всё закончиться и победа будет окончательной.

Собравшиеся одобрительно закивали, кто-то даже уже собирался поздравить Кая. А вот сам парень нахмурился и, сложив руки на груди, прокашлялся, привлекая к себе внимание.

— А теперь послушайте, что скажу я. Я не собираюсь становиться королём…

— Кай, что ты го… — попытался тут же возразить Игон, но парень поднял ладонь, прося тишины. Остальные просто поражённо смотрели на него.

— Я не стану королём Агреи. Это не спонтанное решение, я долго думал. Во-первых: это не то, чего я хочу, а во-вторых – я просто не умею. Не умею командовать людьми, не умею отдавать приказы, не умею управлять. Я и в нашей деревушке никогда ничем не заправлял, вы все просто привыкли относиться ко мне как к принцу. Да я даже войсками в этой войне не командовал, какой из меня король? Не отвечайте. Посмотрите на меня настоящего, а не так как вы делали это всегда – ни как на сына короля. Я — не мой отец, у меня нет его твердого и непреклонного характера. Я не могу, и более того — не хочу, принимать решения за других людей, а именно этого вы от меня будете ждать. Ко всему прочему, есть еще одна немаловажная причина – я теперь колдун. На троне Агреи никогда не сидели колдуны, и я не собираюсь становится первым. Я бы доверил власть Игону, но знаю что он никогда этого не примет, и потом: нам не помешает молодой король. Поэтому, Рен, — Кай посмотрел на друга. — Я, законный наследник трона Агреи, сын короля Дорена, принц Кай Лейнор передаю свои права на престол графу Рену Авеною.

— Ты что, спятил? — в полной тишине выдохнул Рен. — Я?! Король?!

— Почему нет? Чем ты хуже меня? Я бы сказал даже лучше. Ты умён, быстро и точно ориентируешься в ситуации. Ты прекрасный воин и командующий. В последней битве войска под твоим командованием сражались лучше и яростнее прочих. Да ты практически спас левый фланг. Люди тебя любят, и не спорь, я видел. Ко всему прочему я знаю тебя с детства, ты мне как брат. Ты сможешь принимать сложные решения во благо страны, ты справедлив и честен. А ещё у тебя есть жена и скоро ты станешь отцом, я же жениться не собираюсь.

Неизвестно что больше шокировало Рена: вся предыдущая речь Кая, или то, что Кора беременна. Похоже и остальным сказать было нечего. Дион поднялся и первым поклонился Рену, а потом от всей души поздравил его. Вили следом за ним радостно обнял брата. Дрей и Ник тоже не долго прибывали в шоке и вскоре радушно похлопывали Рена по плечам, говоря, что он станет отличным королем. Игон натянуто улыбнулся, а потом молча покинул комнату. Нео не думал что его уход вызван недовольством, скорее растерянностью – мужчина даже не представлял, что его сын станет королем. Никто надолго задерживаться не стал — завтра предстоял не менее тяжёлый день, чем сегодня, а Рен и вовсе рвался поскорее увидеть Кору и узнать о ребёнке. Когда Нео и Кай оказались в своей комнате, юноша наконец спросил о том, что мучило его эти последние минуты.

— Почему? — заглянул он в глаза Кая, присаживаясь на краешек постели.

— А всего что я перечислил мало?

— Да. Ты столько лет собирал сведения об Агрее, я видел ту тетрадь, Кай, а ещё…

— Ты единственный кто видел, и я сжег её, когда мы покидали деревню. Уже тогда я всё решил для себя. — Кай чуть улыбнулся. — Стань я королем, от меня рано или поздно потребовали бы наследника, а значит и жену.

— Я понимаю, но ведь большинство королей не любят своих жен, и я…

— Ты что? Согласен на роль любовника? А то, что мне придётся спать с ней, ты понимаешь? Наследник из воздуха не возьмётся.

— Один раз я готов пережить, — едва слышно сказал Нео, опуская глаза.

— Нео, девушки не всегда беременеют с первого раза, скорее наоборот. Мне пришлось бы спать с ней ни один раз, может даже не десять и не двадцать. А если бы родилась дочь? Нам понадобилось бы зачать второго ребенка, или третьего. И ты готов терпеть это?

— Я… — лицо Нео застыло ледяной маской, а в глазах плескалась такая боль, что Кай присел перед ним и сжал похолодевшие ладони юноши в своих.

— Нео, мой милый, каждый раз ты бы смотрел как я ухожу к женщине, зная чем мы с ней будем заниматься. Ты бы видел сейчас свое лицо, а ведь мы всего лишь говорим о том, что могло бы быть. Но этого не будет. Нео, я никогда не причиню тебе такой боли, просто не смогу смотреть в эти глаза и уйти к кому либо, даже на одну ночь. Я не предам тебя и не изменю. Ты — мое сердце и жизнь. Я поклялся перед богами всегда быть твоим, и пусть для всего мира это ничего не значило, это было и остаётся важным для меня. У меня уже есть супруг.

— Ты отказался от трона из-за меня? Только из-за меня?

— И я не жалею. Ты этого стоишь, — прошептал Кай.

Из глаз Нео потекли слёзы. Облегчения? Благодарности? Счастья? Какая разница – эти слёзы он не стал бы прятать ни от кого. Кай много раз говорил ему о своих чувствах, и каждый раз сердце Нео замирало от счастья. Но сегодня его просто захлестнуло нежностью и такой сильной безграничной любовью, что он, кажется, мог бы утонуть в этих чувствах.

— Я люблю тебя… — с трудом произнес Нео, не представляя как выразить всё то, что он сейчас испытывает, — Кай, как же я люблю тебя…

— Я знаю, милый.

Парень провел пальцами по влажной от слёз щеке, и Нео, задрожав от восторга, протянул к нему руки, тая в ответных объятьях.

_

На следующий день Рен – король Агреи, хоть пока и не официальный, бывший принц Кай, главнокомандующий Игон, второй принц Осирии Эрнеос, представители эльфов – Наир с Аметисой и король Перии Тосрен собрались в обеденном зале таверны. Весьма необычная компания, для этого места – точно. Ещё год назад кто бы мог предположить, что все они окажутся здесь. Первые несколько минут все молчали, видимо никто не решался начать разговор. Напряжённое молчание всё же прервал король Тосрен.

— Так вы и есть второй принц Осирии? — заинтересованно посмотрел на Нео мужчина. — Я слышал, что благодаря вам Санпур выстоял первую осаду. Примите мою благодарность. Только благодаря этому поражению Осирия ненадолго отступила, и нам хватило времени перегруппировать войска и продержаться так долго.

— Вы преувеличиваете мои заслуги, — тихо сказал Нео, — Я сражался не один. Все, кто находился там, отстояли город.

— Вовсе не преувеличиваю, юный принц. Мне подробно доложили обо всём, что произошло. Без вас город бы пал.

Нео внимательно посмотрел на мужчину и в этот раз молча кивнул, принимая благодарность. Король Перии был не молод, но при этом выглядел весьма внушительно: сильный и подтянутый. Ему недавно исполнился шестьдесят один год. Цепкий взгляд больших тёмно-зеленых глаз на слегка морщинистом лице, волосы цвета горького шоколада, узкий длинный нос и заостренный подбородок. Он чем-то напоминал Нео хищную птицу.

— Король Тосрен, — слово взял Наир, — Ваша армия очень вовремя прибыла на подмогу, полагаю именно это заставило Эргонеса так быстро отступить. Насчёт похода на Осирию…

— Нужно прижать мальчишку, возомнившего себя королем мира, и устроившего весь этот хаос! — прервал периец эльфа, а затем с сомнением посмотрел на Нео. — Со всем уважением к вам, молодой принц, ваш брат…

— Не нужно осторожничать. Можете говорить об Эргонесе всё что думаете. Я не стану заступаться или оправдывать его.

— Тосрен, вы собираетесь участвовать в походе на Осирию? — спросила Аметиса. Кажется эльфийка и король Перии стали друзьями за те месяцы, что им пришлось провести вместе, освобождая южную страну.

— Планировал, а у тебя есть другие предложения, Аметиса?

— Вернуться домой и начать восстанавливать страну, и вам тоже, король… Рен, если не ошибаюсь.

— Сейчас?! Во время войны?

— Но мы еще не одержали победу! — Воскликнули оба короля практически одновременно.

— Да, сейчас, — ответил Нео, а не Аметиса, но оба старших эльфа одобрительно кивнули. — Осирийцы больше года не были дома, захотят ли они сражаться вернувшись? Нет. Особенно если мы не станем угрожать их близким, а делать этого мы не собираемся. К тому же Эргонес, он сейчас… подавлен, и вряд ли сможет оказать полноценное сопротивление. Нам не понадобятся огромные войска, особенно людей. Все дальнейшие битвы будут магическими, и люди лишь станут лёгкими мишенями. — Юноша посмотрел на Наира и тот ободряюще улыбнулся. — Поэтому – дальше люди не пойдут с нами. В страну колдунов отправятся лишь те, кто обладает силой.

— Вы уверены? — спросил Игон, поворачиваясь к Наиру.

— Я говорил с другими эльфами и колдунами, и мы приняли решение, что в Осирии, где уже тысячи лет правит магия, обычные люди окажутся лишь помехой. Как рассказал нам Нео и осирийцы, страна пропитана колдовством. Это конечно не Нисвет и не Остров эльфов, там другая магия. Она в предметах, в повседневном быту, в вещах, на улицах городов. Практически у каждого человека там есть магические амулеты, или зелья на все случаи жизни. «Страна колдунов», «король-колдун» – это не просто слова, это то, чем Осирия является на самом деле. Вы, люди, и так уже сделали очень многое. Встать и сражаться против тварей – огромная смелость, достойная уважения. Как и сказала Аметиса: сейчас людям лучше начать восстановление своих стран, а колдунами займемся мы.

Перийцы ненадолго задержались и уже через два дня король Тосрен и его армия покинули Варнию. Рен и Игон наоборот – решили остаться здесь, со всеми силами агрейцев, во всяком случае пока ситуация с Эргонесом не разрешиться. Они, конечно, не сомневались, что эльфы и Нео со своими колдунами справятся в Осирии сами, но желали находиться как можно ближе, на случай если понадобиться помощь. Арнайн с Вечреем и другими эльфами вернулись через восемь дней, так что теперь они были готовы отправляться в путь.

Нео впервые за всё время их похода испытывал такое волнение и тревогу. Он едет домой… Туда, где прошло его детство; туда, где умерла мать; туда, где он познал боль, отчаяние, страх и предательство. Осирия – его родина, такая родная и одновременно чужая.

— Нео, — Вили тихо подошёл сзади и коснулся его плеча, — Мы с Дионом решили поехать с вами.

— Что? После всего? Но зачем? Вы ведь не…

— Может от нас и не будет особой пользы, но мы хотим быть рядом с тобой и Каем, ведь мы друзья. Рен тоже хотел бы поехать, но на него теперь свалилось столько обязанностей, к тому же он сейчас старается не отходить от Коры, и пылинки с неё сдувает. Она, конечно, иногда возмущается, но в целом выглядит счастливой, — Вили улыбнулся.

— Спасибо, — Нео обнял друга, — правда, спасибо. Твоя дружба и поддержка неоценимы.

_

Ещё не доехав до границы Осирии, эльфы почуяли впереди четверых колдунов, которые вскоре выехали им навстречу. Нео сразу же узнал одного из советников отца и без опаски устремился к нему.

— Арент! Вы живы… — выдохнул юноша, останавливаясь напротив мужчины.

— Как и вы, мой принц, — радушно улыбнулся колдун.

Он выглядел лет на сорок, хотя его возраст уже перевалил за сотню. Рыжеватые волосы чуть тронула седина, а ведь её не было, когда Нео видел мужчину в последний раз. А ещё исчезла полноватость, которая всегда присутствовала в его теле, теперь оно стало поджарым, даже излишне худощавым.

— Как же вам удалось? — спросил Нео.

— Спрятаться в столице, под самым носом у Эргонеса, оказалось надёжнее всего. Главное было не светиться, но у меня ещё есть верные друзья и сторонники, как и у вас. Мой принц, весь Таул сейчас взбудоражен. Король вернулся с войсками во дворец, и новость о том, что вы и эльфы идете на Осирию, разлетелась со скоростью ветра. Эргонеса и раньше не особо любили, а после того, как он начал войну, это чувство лишь усилилось. Когда же он освободил тварей и привёл их в страну, никакой симпатии и почтения к нему не осталось. Вас считали погибшим, но теперь все знают, что это не так. Многие готовы присоединиться к вам, чтобы свергнуть Эргонеса: в Тауле уже готовиться мятеж, да и по всей стране тоже. В войсках сотни дезертиров, даже гнев вашего брата уже не так сильно пугает их. Солдат держал в повиновении Коэн, но его больше нет. Всё это мне докладывают мои люди. Да и что говорить, даже если я – объявленный в розыск, якобы преступник, без проблем проехал через всю страну. Я изо всех сил спешил вам на встречу, Эрнеос. Примите ли вы мою помощь и помощь вашего народа? Я вижу за вашей спиной войско эльфов, но возможно, мы сумеем свергнуть Эргонеса с наименьшими потерями.

— Если всё и правда так, как вы говорите, было бы неплохо. Я доверяю вам, Арент, как и мой отец…

— А я бы не стал, — прервал их Арнайн, подъезжая к Нео. Следом за ним приблизились Кай и Наир. — Единственный советник, который выжил: не слишком ли подозрительно? Да ещё готовый проводить нас прямиком в Таул и преподнести Эргонеса на блюдечке. А может это ловушка?

— Я полагаю – вы старший брат королевы Кармины, — Арент чуть поклонился и приветственно протянул руку вперед, но эльф проигнорировал этот жест. — Вы с ней невероятно похожи, как и с Эрнеосом. Я могу понять ваши сомнения, господин эльф, но вы совершенно не знаете меня, — мужчина снова перевел взгляд на Нео, — Но молодой принц немного знает, и я полагаюсь на его милость. Как сказал ваш дядя «на блюдечке» не получиться. Замок окружают тёмные существа, и без битвы туда не прорваться. Но я верю в вас Эрнеос, как верил в вашего отца. И я знал кого Эрвейн желает видеть своим наследником. Я не прошу вас безоговорочно довериться мне, я прошу дать мне шанс доказать вам мою преданность.

— Я верю вам, Арент, ведь вы не просто советник моего отца, вы один из его лучших друзей. Удивительно, что от вас Гнес не избавился в первую очередь, но я рад этому. И не обижайтесь на моего дядю, он вообще ко всем людям относиться с подозрением.

— Не правда, — Арн сложил руки на груди, — Я доверяю Каю.

— Ой, давно ли? — усмехнулся Нео, — поначалу ты чуть ли не шипел на него.

Арент тихо засмеялся и Нео вновь посмотрел на него.

— Я рад за вас, Эрнеос, у вас появились настоящие друзья. Меня всегда удивляло, почему такой светлый и милый ребенок, как вы, ни с кем не подружился ни во дворце, ни среди учеников академии. Пожалуй теперь ответ мне очевиден – ваш брат никого к вам не подпускал и подавлял вас. Мы все не разглядели его натуру, к сожалению…

— Давайте я познакомлю вас с остальными, советник, — и Нео представил ему всех по очереди, начиная с Кая.

Глава 16 Я прощаю тебя.

Гнеса охватила апатия и абсолютное безразличие. Все те дни, что они добирались до Таула, слились для него в общую серую массу. Действительность просачивалась в сознание и он даже отдавал какие-то приказы армии, но его сердце, душа и мысли остались там, в лесу — возле старого раскидистого дерева, где они с Эйном похоронили Коэна.

Родной город встретил короля неприветливыми, хмурыми лицами людей, а когда вслед за войсками в ворота стали входить тёмные существа, горожане в ужасе начале прятаться по своим домам. Гнес никогда бы не привел тварей сюда, сложись всё иначе. Он не хотел омрачать и осквернять город своих предков, но сейчас у него не осталось выбора. Кроме того, что твари являлись его самыми сильными бойцами, они оказались ещё и самыми преданными. В рядах колдунов назревало недовольство, а более десятка сбежали ещё до того, как они приехали в столицу. Не просто сбежали — предали его, и Гнес был уверен: уже спешили навстречу Нео и его армии.

Сейчас он, как всегда, спросил бы об обстановке Коэна, и тот уже утряс бы половину вопросов, но не было больше Коэна: некому решать проблемы, не на кого всецело положиться. Только теперь Гнес понял, сколько всего тот делал. Любовник или телохранитель – Ха! Да он был частью его самого, неотъемлемой и незаменимой! Почему Гнес понимал насколько дорог ему человек, лишь потеряв его? Так было с Нео, так случилось и с Коэном.

Гнес посмотрел в сторону — на Эйна, который отдавал распоряжения обращённым колдунам. Мальчишка всеми силами старался помочь королю и взвалил на себя кучу обязанностей. Но Гнес не поэтому стал относиться к нему с трепетом, а потому, что кроме этого мальчика у него больше никого не осталось, близость эмоциональная и физическая осталась лишь с Эйном, и уж хотя бы его он постарается уберечь. С войсками и организацией ему теперь помогал Ирит, и был весьма хорош в этом, особенно учитывая его штучки с разумом.

Замок гудел и бурлил, как и весь город. Всюду шла подготовка к осаде и предстоящей битве, ведь Нео уже пересёк границу Осирии и сейчас находился вместе со своими эльфами в Пайтоне, где ни стража, ни колдуны, ни жители города даже не пытались биться с захватчиками – они открыли ворота и радушно приняли второго принца Осирии. Они признали его власть, а не Гнеса! Сейчас и сам молодой король сомневался в себе: неужели все потери и все победы были напрасны?! Он гнал эти сомнения от себя, но выходило не убедительно. И сегодня Гнес принял сложное для себя решение, оставалось лишь не передумать. Он еще раз глянул на Эйна и тихо покинул малый зал.

— Ирит, — шёпотом позвал он, зная что существо услышит его, где бы не находилось.

Гнес вышел в сад и направился в сторону конюшни — к озеру: туда, где он учил Нео ездить верхом; туда, где они с Коэном так часто любили сидеть вдвоём. Сердце снова сковало болью, но сейчас он хотел её — это лучше, чем холодное оцепенение. Гнес присел на берегу, укрытый от всех густыми кустами. Весна по праву пришла в Осирию, и первые листья уже распустились, наполняя воздух тонким свежим ароматом. Раньше он бы порадовался этому, теперь красоты природы не трогали его вовсе. Гнес прикрыл глаза и позволил себе вспомнить, как прямо здесь Коэн сажал его себе на колени, как умопомрачительно целовал, как большие, сильные, жадные ладони пробирались под одежду и гладили чувствительную кожу, заставляя тело выгибаться навстречу, желать большего. Гнес приглушенно застонал, то ли от начавшего пробуждаться желания, то ли от боли, которую вызвали воспоминания. Когда-то давно он пообещал Коэну, что никто кроме него не будет обладать им, никому он не станет отдаваться – и он ни разу не нарушил этого обещания. Не собирался делать этого и впредь. Никогда больше не принадлежать другому мужчине – хотя бы это он может подарить Коэну, в память об их любви.

— Вы звали, господин? — прервал мысли Гнеса подошедший Ирит, и король открыл глаза.

— Разумеется звал. Я тебя уже три дня не видел. Что там? Какова обстановка?

— Ваш брат всё еще в Пайтоне, если вы об этом. А я… вообще-то все эти дни я читал мысли людей, и новости у меня не утешительные. В городе готовиться мятеж. Очень многие готовы встать на сторону Эрнеоса. Если вы позволите, я могу взять нескольких существ и начать истреблять предателей.

— Нет. Я не стану трогать осирийцев.

— Я не понимаю! Они ведь ударят вам в спину. Среди предателей и колдуны.

— Отец был прав – из меня вышел отвратительный король. Нео, вот кто всегда был его наследником, всегда был достоин… Народ готов принять его уже сейчас, а ведь он мальчишка, младше меня. Они всегда его обожали, даже когда у них не осталось выбора и я сел на трон, на меня так не смотрели. Ты бы видел праздник в честь его двенадцатилетия, наверное люди приняли его уже тогда.

— Желания народа переменчивы. Пока у них всё хорошо – их всё устраивает, они любят своего короля и всем довольны. Но как только начинаются трудности, тяготы, войны – они готовы предать и переметнуться к тому, кого считают более сильным. Вам…

— Дело не в этом. Плевать мне на их желания, но и зла им причинять я не намерен. Я не стану разрушать свою страну и убивать свой народ. Хватит. На моей совести и так уже десятки тысяч жизней агрейцев и перийцев. Я ошибался. С самого начала и во всем – я ошибался…

— Вы что же, собираетесь сдаться? — Ирит резко ухватил короля за плечо и сильно сдавил его, причиняя боль. В глазах полыхнула злость. Настоящая, дикая злость, которой раньше Гнес в нём не видел, он так привык к нему за эти месяцы, что уже позабыл о том, что перед ним тёмное, опасное, древнее существо.

— Я уже проиграл. Но нет, я не намерен сдаваться. Мы соберём всех, кто ещё верен, в замке и будем удерживать его, сколько сможем. Мы дадим им последний бой, такой, который не забудут. А ты прочтешь мысли каждого, и всех, в ком живут сомнения, отправишь из замка в город.

— Хорошо, — тихо ответил Ирит и разжал пальцы.

— Но это не главная твоя задача. — Гнес тяжело вздохнул и прикрыл глаза. — Когда Нео подойдет к городу, ты заберешь и унесёшь отсюда Эйна.

— Куда? — мужчина удивлённо замер.

— Подальше. Беги в Последний оплот, сядьте на любой корабль, лучше до Мгваля, там вам проще будет затеряться. Это моя последняя просьба к тебе. Ирит, защити Эйна. Пусть живёт, он еще совсем мальчишка, и может когда-нибудь он встретит человека, который будет любить только его.

— Я сделаю как вы просите. Тогда пожалуй я пойду – начну собирать в замке верных людей. Вы уверены, что стоит отпустить предателей? Может хоть от колдунов избавиться? Это хоть как-то увеличит ваши шансы.

— Нет. Не трогай никого. А если полезут в битву, это уже их дело, там я никого щадить не собираюсь.

***

Эйн чувствовал себя странно: во-первых, болела голова; во-вторых, его как-то странно трясло. Он помнил как лежал в объятьях Гнеса, помнил безумно нежные поцелуи после страстного секса, а потом пустота. Он уснул? Отчего же сейчас ему так плохо? Эйн попытался открыть глаза. Получилось не с первого раза, но когда он всё-таки смог, то, что он увидел, было по меньшей мере странно. Тёмная, густая, чуть грубоватая... шерсть? Шерсть?! Ведь такая же была у Ирита-волка? Эйн попытался встать, но оказалось, что он лежит на животе, а поперек его спины перекинуты широкие веревки. Он привязан? Он снова попытался собраться с мыслями. Да он же привязан к Ириту, и существо явно куда-то везёт его! Стоп. Нео с войсками уже у самого города, и утром должна начаться битва. Но судя по яркому солнцу, утро уже наступило, а он почему-то не в замке!

— Ирит… — позвал он, но вышел какой-то жалкий шёпот. — Ирит, Ирит стой.

Волк услышал его и бег замедлился.

— Ты очнулся.

— Где мы?

— Где-то по дороге к Последнему оплоту, точнее затрудняюсь сказать.

— Стой. Остановись! — Эйн вцепился пальцами в тёмную шерсть и со всей силы потянул. — Да стой же ты! — в отчаянии выкрикнул он.

Существо остановилось и тут же поменяло облик, становясь человеком. Ирит ловко подхватил Эйна и тот оказался в его руках. Верёвки больше не сдерживали, теперь они свободно болтались на их телах. Эйн задергался и мужчина, поняв его, поставил парнишку на землю.

— Почему? — выдохнул Эйн. — Почему мы тут? Мы ведь должны быть в замке, рядом с Гнесом!

— Не ко мне вопрос. Это была последняя просьба господина – увезти тебя, сесть на корабль и найти для тебя безопасное место.

— Чт… — он просто потерял дар речи.

Какого черта?! Гнес отослал его?! Чтобы защитить? Но он остался там совсем один! У них и так не выгодное положение, в этой битве им… Да Гнес и не надеялся победить! Ужасное осознание накрыло Эйна. В сердце закрались страх и боль. Он что же, больше никогда не увидит Гнеса? Нет… Нет, он не согласен! Последние дни всё шло кувырком, почему же он не догадался? Когда Гнес выставил из замка половину колдунов, когда сотни воинов отправили защищать город, а не дворец, почему не понял? Почему был слеп, даже когда пару дней назад сбежала Лизи, а король не сказал ни слова, не разозлился, не отправил никого на её поиски. Эйн ведь знал, что после смерти Коэна в Гнесе что-то сломалось, но он даже не предполагал, что его сильный, решительный, вспыльчивый, а порой безжалостный король больше не намерен сражаться!

— Вези меня обратно… — прошептал Эйн.

— Что?

— Вези меня обратно! — теперь уже выкрикнул он.

— Но господин велел…

— Да мне плевать, что он тебе велел! Вы не имели права решать за меня! Я хочу быть рядом с ним, так что давай – превращайся обратно в волка и вези меня в Таул, к Гнесу.

— Мы можем не успеть, эльфы уже в городе, — попытался возразить Ирит.

— Тогда почему мы ещё стоим?!

— Мы скорее всего погибнем, мальчик. Я прожил очень долгую жизнь, мне не страшно, наверное я даже жду смерти. А ты? Ты готов умереть?

— Быстрее, — ответил Эйн хмуро и шагнул вперед. Ирит снова обратился и мальчишка забрался к нему на спину. — Только быстрее, прошу тебя, — прошептал он и волк молниеносно разогнавшись, понёс его к городу.

Готов ли Эйн умереть? Он никогда всерьез об этом не задумывался. Да и о чем тут думать? Конечно же он хотел жить! Вот только без Гнеса он свою жизнь больше не представлял. Они жили в прекрасных дворцах и спали на шелковых простынях, в походных шатрах на простых стеганных одеялах, а бывало и вовсе в лесу под открытым небом, но где бы они не находились, Эйну было всё равно, лишь бы с Гнесом. Как жить без его вспыльчивого, но отходчивого характера, без его наставлений и поучений, без его улыбки и смеха, без ласкового голоса и прекрасных синих глаз, без его объятий и поцелуев? Готов ли Эйн умереть? Если рядом с Гнесом, то да.

От той скорости, на которой нёсся волк, ветер едва не сдувал его с мощной спины. Эйн прижался к существу всем телом, щека коснулась тёплого меха, и он только сейчас понял, что по ней бегут слёзы.

— Быстрее… — прошептал он, — прошу тебя, Ирит, миленький, беги быстрее…

У Таула они были часа через полтора. Волк замедлился в горах — отсюда открывался вид на весь город. Эйн оторвался от тёплой шерсти и посмотрел вниз. То тут, то там в городе вспыхивали отсветы от магических атак. Кое-где горели постройки и дома, и от них валил густой дым. Эйн бросил взгляд на дворец – части стены, что его окружала, уже не было, а перед замком шла ожесточенная битва тварей с эльфами.

— Он в порядке? — тихо и со страхом спросил Эйн.

— Да, он в замке, я его чувствую, но…

— Что?

— Ничего, поспешим.

Ирит ловко начал спуск по горам, устремляясь к замку. Дворец располагался прямо у подножья гор, а рядом отсвечивало на солнце небольшое озеро. Отсюда враги не могли напасть на замок, поэтому до этой части битва ещё не добралась. Спуск занял не более нескольких минут, и вот уже огромный волк замер у воды, и осторожно прилег, давая Эйну возможность спуститься.

— Иди, мальчик, — глухо сказал Ирит, как только тот оказался на земле.

— А ты? Разве ты не со мной?

— Я всегда хотел сразиться с эльфом, испытать свои силы на первородных – вот он, мой шанс. Может заберу с собой парочку. И потом, я бы предпочел сражаться вместе со своими. А тебе следует поторопиться — брат твоего возлюбленного уже в замке, и он не один. Прощай, Эйн, надеюсь ты выживешь.

Мальчик с ужасом посмотрел на дворец, а когда оглянулся к Ириту, тот уже бежал в сторону разрушенной стены, где сражались его соплеменники. Больше Эйн не стал терять ни секунды и со всех ног побежал к замку. Лишь бы успеть…

***

Нео вошёл в замок через восточное крыло. К удивлению, его не встречали ни колдуны, ни десятки тварей, здесь вообще не оказалось никого, будто его специально пропускали вперёд. Хотя, возможно именно это Гнес и сделал – приказал пропустить его. С правой стороны от юноши, неслышно ступая, шёл Мин, а слева — Рок, который оставлял за собой чуть заметные кровавые следы. Винго просто не смог устоять, увидев в дворцовом саду парочку своих собратьев, да и до этого успел изрядно извозиться в крови существ и прочей грязи. Так что теперь, и ранее не блиставшее красотой существо, выглядело жутковато. Сегодня эти двое следовали рядом, хотя Нео предпочел бы оставить Мина с Вили, ведь друг, в отличие от него, силой не обладал, но Арнайн и Наир настояли на личной охране. Они вообще предлагали напасть всем вместе, даже буквально требовали, но юноша уже давно и твёрдо решил, что с Гнесом он сразиться сам.

Передвижение по Осирии не стало проблемой для эльфийского войска. Советник Арент говорил, что многие их поддержат, но его слова оказались не совсем достоверны. Нео, а если точнее — второго принца Эрнеоса Осирийского поддерживала большая часть страны. Его войско беспрепятственно передвигалось по дорогам и радушно принималось в каждом пройденном городе и поселении. На них не совершили ни единой попытки нападения. Пожалуй Нео даже почувствовал, что вернулся домой. Именно так всюду встречали их с отцом во время летних поездок по стране. Всё это вызывало в Нео воспоминания – светлые, но грустные. Разумом он давно попрощался с родителями, но видя места, где они бывали вместе, где весело смеялись, где он был счастливым и беззаботным, сердце сжимала боль. Это видели все его друзья, но никто не пытался лезть к нему с утешениями, и именно за их молчаливую поддержку он был благодарен. Лишь Кай порой сжимал его ладонь в своей или крепче обнимал, когда видел, что Нео становиться невмоготу.

Где-то слева раздался сильный грохот, и пол под ногами юноши затрясло. Видимо чьё-то заклятье отлетело в замок. Нео продолжал идти вперед, ориентируясь на силу брата – Гнес ждал его в семейной гостиной. Сколько вечеров они провели там все вместе, сколько сотен раз они играли там вдвоем? И именно там отец впервые потерял сознание, преданный родным сыном. Нео помрачнел – его опять одолели ненужные сейчас воспоминания. Если раньше он ещё сомневался, теперь он точно был уверен – когда они победят, он не останется жить в Осирии. Слишком много воспоминаний, слишком много боли… А король – он и раньше не планировал им становиться, а после того как Кай отказался ради него от трона, он просто не мог не поступить так же. Винго рядом зашипел, и это отвлекло Нео от мыслей.

— Что такое? — спросил он, поворачиваясь к существу.

«Сюда приближается несколько тёмных… не очень сильных… Если позволишь… я разберусь с ними сам…»

— Хорошо, иди, — сказал Нео, и Рок нырнул в ближайший коридор, уходящий направо.

Теперь рядом шёл лишь Мин. Через пару минут юноша вошёл в тронный зал и оглядел его. Он стоял вон там, когда впервые официально предстал перед подданными отца, колдунами и всей знатью Осирии, а Гнес стоял рядом и поддерживал его. Кто бы знал, что именно в тот вечер брат составит план, который разрушит все их жизни, а после будет всю ночь гулять с Нео по праздничным улицам и веселиться вместе с ним. Он хотел бы сказать, что Гнес был лживым и двуличным, но даже этого не мог. Ведь по отношению к нему брат всегда был искренен, ну или выглядел таким. Нео в очередной раз постарался отогнать от себя ненужные мысли.

Покинув тронный зал, он сразу свернул на лестницу, ведущую в часть замка, где жила королевская семья. И снова до боли знакомые коридоры и комнаты. Нео ускорился, чтобы не смотреть, не вспоминать, не думать… Еще несколько минут и вот он уже стоит перед одним из входов в большую гостиную. Юноша замер перед резной деревянной дверцей. Кто знает сколько бы он так простоял, если бы из комнаты не раздался голос:

— Порой ты так стремителен и необуздан, а иногда боишься сделать шаг. Чего ты там застыл, Нео?

Юноша протянул руку, толкнул дверь и вошёл в гостиную.

— Добро пожаловать домой, братик, — Гнес обернулся к нему и улыбнулся.

Он сидел на подоконнике так, как всегда любил сидеть Нео. В расслабленной позе, прижавшись спиной к оконному проёму, свесив одну ногу вниз.

— Сражаться не собираешь? — тихо спросил Нео.

— Нет, я проиграл. Трон твой – забирай.

— Мне не нужен твой трон, и никогда не был.

— Ну теперь без вариантов, Нео.

— Ты… — юноша хотел было возразить, но потом передумал. Да и ни к чему брату знать, что он собирался делать с этим проклятым троном. — Гнес, ты что же просто сдашься и позволишь себя судить?

— Ага, а потом ещё и казнить. Нет, милый, меня убьёшь ты. На меньшее я не согласен.

— Я не собираюсь тебя убивать.

— Ну если по другому ты не хочешь, значит будем драться. — Гнес спрыгнул с подоконника и потянулся с грацией кошки.

Только сейчас Нео заметил как сильно брат похудел. И теперь, когда солнце не засвечивало его лицо, стало видно как оно осунулось, а под глазами залегли тени.

— Плохо выглядишь, — озвучил Нео.

— И чувствую себя так же. Или ты думал смерть Коэна не скажется на мне?

— И ты не хочешь мне отомстить?

— Это не ты убил его. Будь тут твой любовничек, может и попытался бы. Но ты бы не дал мне приблизиться к нему, да? — Нео не стал отвечать на очевидное, и Гнес шагнул вперед. — Я готов, а ты?

Юноша вытянул руку вперед и отправил в брата обычное сковывающее заклятье. Гнес даже не пытался ни отразить, ни защититься, а когда понял, что за чары послали в него и вовсе усмехнулся.

— Серьезно? Это даже не заклятье, Нео, я учил тебя этому в пять лет, — и тут же вздрогнул от неожиданной боли.

Он попытался дёрнуться, но Нео сжал пальцы, усиливая сковывание в десятки раз. За спиной Гнеса стоял Кай. Да, всё это время он шел рядом с Нео, скрытый чарами покрова. В той неразберихе, что сейчас творилась в городе и на территории замка, даже тварям было бы сложно различить рядом с Нео колдуна. К тому же большую часть пути его прикрывал собой Рок, а сквозь силу тёмного и вовсе практически невозможно что-то почувствовать. Появление Кая стало для Гнеса полной неожиданностью, а кинжал тьмы, который парень вонзил в плечо молодого короля, уже лишал того сил.

— И снова хитрость, Нео. Отец не учил нас бить исподтишка, — прошипел Гнес, пытаясь скинуть с себя чары брата, но не удачно, юноша лишь сильнее сковал его.

— Нет, у меня был учитель получше – ты, братец.

Нео подошёл к нему и снял с пояса короля другой кинжал, практически близнец того, что держал Кай. Через минуту Гнес вновь вздрогнул. В нём больше не осталось сил: ни своих, ни тех, что он украл. Кай вынул тонкое лезвие и отошёл на несколько шагов. Эргонес смотрел ему в след взглядом, полным ненависти.

— Вы же не думаете, что я позволю себя судить? Этого не будет, Нео. Я… — Гнес замолчал и посмотрел за спину Нео, и тут юноша почувствовал всплеск магии направленный в него.

Он обернулся, но уже не успевал ни отбить, ни блокировать летящий в него на огромной скорости нож, посланный Эйном. Нео даже не успевал сосредоточить силу, чтобы хоть как-то сгладить удар. Заклятье Нео спало, Гнес обхватил его руками за талию и резко развернул, прикрывая собой. Послышался глухой стон, руки брата ослабли, а затем раздался истошный крик.

— НЕТ!!! Нет, Гнес!

Гнес отпустил Нео и обернулся на крик, а юноша увидел торчащий меж лопаток брата нож, и кровь, которая начала заливать тунику. Короля пошатнуло. Эйн бросился к нему. По лицу мальчишки катились слезы. Он обхватил Гнеса, поддерживая и не давая упасть, трясущимися руками вытащил нож, попытался заморозить рану, напрасно — лекарем он не был. Король кашлянул и захрипел, похоже нож задел лёгкое.

— Нет… Нет… Нет, пожалуйста! Гнес… — Эйн уже рыдал, — Зачем. Зачем ты это сделал…

— Эйн, милый мой Эйн, — Гнес говорил медленно и отрывисто, слова давались ему с трудом. Он коснулся рукой заплаканного лица, второй забрал нож из дрожащих пальцев. — Зачем ты вернулся? Я хотел уберечь тебя. Хотя бы тебя… А теперь… прости меня, мой мальчик… мне жаль… но никто не имеет права вредить моему брату.

Король быстро и резко занес окровавленный нож и вонзил его в шею своего любовника. Глаза Эйна на секунду удивленно распахнулись, а потом он начал падать, утягивая за собой и без того едва державшегося на ногах, Гнеса. Нео бросился к ним, подхватил брата, и положил его голову себе на колени. Эйн умер практически моментально, даже не успев осознать что случилось. Гнес нанес точный удар, не заставив его мучиться.

— Зачем? — прошептал Нео. — Зачем ты спас меня?

— Глупый, — прохрипел брат. — Ты мое солнце… всегда им был. Прости меня, Нео… за все прости… Я был тебе ужасным братом. — Гнес прикрыл глаза.

— Не всегда. — Нео сжал похолодевшую ладонь парня. Он умирал! Его брат, такой любимый и в тоже время ненавистный, умирал, и он уже ничем не смог бы ему помочь. Юноша склонился ниже, из его глаз потекли слезы. Свободной рукой он коснулся золотистых волос. — Я прощаю… — прошептал он. — Слышишь? Я прощаю тебя.

— Спасибо, — король вновь открыл глаза, но их невероятный синий цвет стал мутным и блеклым. Он попытался поднять руку, чтобы коснуться лица Нео, вот только сил не хватило, и она безвольно упала обратно. — Если… в следующей жизни… мы… мы вновь родимся братьями… клянусь, я все исправлю… Нео…

Больше Гнес не смог произнести ни слова, а его глаза закрылись теперь уже навсегда. Нео прижал тело брата к себе и зарыдал.

— И ты прости! Прости меня, Гнес…

Он продолжал говорить что-то еще, но Гнес уже не мог его услышать. Кай подошёл к юноше и молча сев рядом, обнял, пытаясь поддержать и утешить.

Глава 17 Ты мой дом.

Нео похоронил Гнеса в семейной усыпальнице королей-колдунов. Многие выразили свое несогласие с этим, но он не стал их слушать. Эргонес был сыном короля Эрвейна, принцем, а после и королём этой страны. И пусть стал не лучшим правителем и получил трон ценой предательства и смертей, но он был и остаётся Эргонесом Осирийским, а значит будет похоронен со своими предками. Последний король-колдун… А вот об этом Нео ещё никому не говорил, хотя Кай, похоже, догадывался о его планах.

Сегодняшний день обещал быть тяжёлым, и начать его принц решил с самой приятной его части, если получиться. Пока Кая чем-то отвлёк Арнайн, он поспешил найти Вили и Диона, благо ребята оказались вместе и не пришлось искать их по отдельности. Дион сидел у озера и зарисовывал вид на замок с северной стороны, эта часть дворца практически не пострадала, в отличии от южной и восточной. Вили же просто лежал рядом, раскинувшись на траве, и наслаждался весенним солнцем и теплом.

— Хорошо, что вы здесь, я хотел поговорить с вами наедине, — сказал Нео, подходя и садясь рядом с другом.

Вили тут же подскочил и с притворным ужасом посмотрел на него.

— Только не говори, что у тебя есть ещё один брат!

Нео грустно улыбнулся, любое упоминание о Гнесе отдавалось сейчас болью. Прошла всего неделя с его смерти, он знал, что чувство утраты пройдет, а пока…

— Нет. Я тут подумал… В общем, вы ведь знаете, что колдуны живут намного дольше обычных людей, и мы с Каем тоже проживём долгую жизнь. У меня есть Арнайн, Вечрей, Наир, а у Кая лет через пятьдесят никого из родных и близких не останется. Ну и… — Нео запнулся, а потом выпалил на одном дыхании, — ребят, вы не хотите стать колдунами? В кинжале есть сила Гнеса и моего отца, но через несколько лет они просто растворяться в этом куске метала. Мне будет жаль, если их сила так бесцельно исчезнет. Дион, ты ведь лучший друг Кая, если ты согласишься… — юноша замолчал, видя их вытянувшиеся в удивлении лица, не зная что еще сказать, как убедить.

— Ты серьезно хочешь чтобы мы стали колдунами?! — выдохнул Вили, глаза которого стали вдвое больше обычного. — Прямо настоящими?!

— Да.

— То есть, мы сможем колдовать и… и ещё столько всего? Правда?! Дион, — Вили повернулся к возлюбленному и посмотрел на него с восторгом и мольбой. — Дион, это же… Давай? Давай попробуем, а? Ну пожалуйста!

Тот долго молчал, глядя на Вили:

— Если ты хочешь, я согласен, — он нежно коснулся любимого лица, а затем повернулся к Нео. — Значит мы будем жить довольно долго и через несколько лет наша разница в возрасте не будет такой очевидной?

— Тебя всё ещё это волнует?! — воскликнул Вили. — Я ведь столько раз говорил, что мне это не важно!

— А мне важно. Я боюсь, что уйду намного раньше тебя, боюсь оставить тебя одного. Мне страшно думать о том, как лет через десять я начну стареть у тебя на глазах, буду не в состоянии дать то, что хотел бы, не смогу подарить ту любовь, которой ты достоин. А самое ужасное — видеть, как год за годом, ты будешь заставлять себя оставаться со мной из жалости…

— Заткнись, будь добр, — сказал Вили и обхватил лицо Диона ладонями. — Ты дурак? Что за идиотские мысли у тебя в голове? Я люблю тебя! Тебя всего – какой ты есть. Мне не нужно будет жалеть тебя и уж точно заставлять себя быть с тобой! Я хочу прожить с тобой всю свою жизнь, даже если она будет короткой. Но я не против, если это будет намного дольше.

— Мы согласны, — Дион прижал к себе Вили, благодарно уткнувшегося лицом в его шею. — Это будет так же, как с Каем? Он целый месяц…

— Нет. Кай умирал, а я искал способ спасти его и это был один из них, — ответил Нео. — А с вами это займет не больше пяти минут. Но потом я буду обучать вас, и поначалу придется слушаться меня во всём, что касается магии.

— Хорошо, — кивнул Вили. — И когда… ну, ты обратишь нас?

— Да хоть сейчас.

— Прямо сейчас?!

— А чего ждать? Когда вы передумаете? — усмехнулся Нео.

_

Следующая Важная задача на сегодня — собрание колдунов. Нео вошел в зал совета, он часто бывал здесь с отцом, слишком часто. Рядом с королем должен был находиться Гнес, а не он, только тогда, будучи мальчишкой, Нео этого не понимал. Сейчас перед ним находилось тридцать семь колдунов, и все ждали его. Странно, что считая Эргонеса слишком юным королем, на его возраст они даже не смотрели, а ведь ему всего шестнадцать. Он знал чего все они ждут от него. Нео прошёл во главу стола, именно там осталось единственное свободное место — место короля. Хоть стол и был большим, но всё же не для тридцати с лишним человек, поэтому кто-то стоял возле стен. Кай тоже остался стоять, у двери. Конечно, Нео предпочёл бы, чтобы любимый сидел рядом, а еще лучше держал его за руку, выражая свою молчаливую поддержку, и взгляды всех этих колдунов ничуть не смутили бы их. Но он понимал – при том что он собирался говорить, это не уместно.

— Приветствую вас, — сказал Нео, садясь, колдуны стоя поклонились ему, и вновь заняли свои места. — Все мы здесь собрались, чтобы принять самые важные на данный момент решения. Кто-то хочет высказаться первым?

— Полагаю, я задам вопрос, который интересует всех, — начал Арент, подходя чуть ближе. — Когда вы собираетесь назначить коронацию, мой принц?

— Никогда. Коронации не будет. Я не займу трон и не стану править Осирией, как и не планирую оставлять в стране королевскую власть, — озвучил Нео.

Большинство пораженно замерли, даже не пытаясь что-то возразить. Хотя были и те, кто уже предполагал подобное, те, кто провёл с Нео больше времени.

— И что же тогда вы планируете, мой принц? — продолжил Арент, приходя в себя.

— Все вы знаете, что мой отец правил, опираясь на советников. Ни одно важное решение не было принято без совета. Я сам наблюдал это множество раз, и теперь, повзрослев, пришёл к выводу – Осирии не нужен король, нам нужна власть совета. Все вопросы будут решаться обсуждениями и голосованиями, и мнением большинства подводиться итоги. А чтобы никто из советников в будущем не захотел злоупотребить своей властью, члены совета будут меняться раз в четыре года. Таким образом любой колдун может попасть в совет, для этого необходимо лишь учиться и постоянно совершенствоваться. Сегодня я сам назову первый состав – тринадцать, как и было при моем отце. А через четыре года мы соберём круг, из наших самых мудрых и опытных колдунов, который будет проверять знания, навыки, умения всех желающих попасть в совет. И тринадцать лучших займут свои места, до следующего отбора. Первое время я буду помогать и контролировать отбор, пока это не станет привычным процессом. А теперь, полагаю, пришло время назвать имена первых колдунов, которые будут поддерживать порядок и процветание в Осирии. Советник Арент – я выбираю вас, как самого опытного, безоговорочно преданного этой стране, человека. Советник Каспий – самый молодой, но сохранивший свою стойкость и чистое сердце, после всех потерь и тягот, несмотря на преследование, всё равно продолжавший помогать простым людям. Советник Нитер – ещё один истинный представитель страны и защитник людей, не побоялся ни гнева Эргонеса, ни возможной казни, и предпочел сдать город, чтобы уберечь его жителей.

Нео продолжал называть имена и объяснять почему его выбор пал на этого человека. Весь этот процесс занял не так много времени, как он полагал. Когда было произнесено последнее имя, раздался шквал аплодисментов, а потом и поздравлений. На Нео взглянул Арент.

— Но, принц Эрнеос, вы ведь будете принимать участие в управлении страной, а не только в отборе последующих советников? — спросил мужчина и все, притихнув, посмотрели на юношу.

— Сейчас мне слишком тяжело находиться в Осирии, поэтому в ближайшие дни я уеду. Но если я понадоблюсь, вы всегда можете позвать меня. И я приду. — Нео встал и колдуны склонили головы. — Не нужно, я больше не принц, — попытался возразить он.

— Это не так. Вы навсегда останетесь принцем Осирии. Последним…

— Последний принц Осирии? А что, звучит не так уж и плохо, — юноша улыбнулся.

_

Нео неспешной походкой направлялся к Арнайну, ориентируясь на его силу. Сегодня большинство эльфов покидало Таул, их путь лежал на юг Агреи, к оставленным в начале зимы кораблям. Удивительно, но вся их, казалось бы долгая, напряжённая и тяжёлая война, длилась чуть меньше полугода. На такую быструю победу никто не рассчитывал. Дядя находился у конюшен, как и остальные эльфы, но ощутив силу Нео, пошёл ему навстречу. Кай остался с Дионом и Вили. Прямо сейчас он, наверное, уже узнал от них, что сделал Нео с кинжалом. Интересно, он рад? Зол? Удивлен? Ох и влетит ему через пару часов, за то что не предупредил Кая, не рассказал о своей внезапной идее. Нео заметил Арнайна впереди и поспешил к нему.

— Все уже собрались, только тебя ждут, — сказал дядя, подстраиваясь под его шаг.

— Ты уезжаешь сейчас, вместе с остальными?

— Нет, я возглавлю отряд, который запечатает выживших тварей в Нисвете.

— Разве этим не собирался заняться Наир? — удивился Нео. — Он ведь лично отправил тёмных в лес и собирался сам наложить чары.

— Планы поменялись, — усмехнулся Арн, — Аметиса беременна.

— И какое отношение это имеет… — Нео пораженно замер. — Ты… что… От дедушки?!

— Ага. У меня будет брат или сестра, представляешь?! И когда успели только, Аметиса же провела большую часть времени в Перии.

— И что, ребёнка вновь отдадут тебе?

— Нет. У Аметисы это будет уже восьмой ребёнок, но ни одного она не воспитывала сама, а этого хочет. Видимо её эмоции и чувства пробудились из-за длительного пребывания среди людей. И, кажется, они с отцом что-то разглядели друг в друге, хотя раньше практически не общались. Даже их прошлый совместный поход и зачистка тёмных на Мгвале не сделала их друзьями, а теперь, видишь как сложилось. Наир и семья! Я его сын и не представлял себе подобного. Если только они не собираются растить эльфёнка на корабле и в вечных разъездах.

— Это здорово, — Нео улыбнулся, — у меня будет маленькая тётя или дядя, надеюсь характером ребёнок не пойдет в тебя.

— А что не так с моим характером?! — возмутился Арн. — Кстати, что ты решил по поводу своего винго?

— Не нужно запечатывать его в лесу вместе с остальными. Рок отправиться со мной, он не причинит вреда людям.

— Пока ты жив, да.

— Вот когда меня не станет, тогда и отправишь его в Нисвет.

Они подошли к конюшням, возле которых ждали эльфы, уже готовые отправиться в путь. Из всех, кто отплыл с острова, выжила половина. Печальный факт, и Нео грустил о каждом из них вместе с Арнайном и Наиром, но все так же понимали – вступи они в войну позже, потери были бы куда больше. Наир подошёл к сыну и внуку, чтобы попрощаться. Нео протянул ему узкий кожаный футляр, в который недавно положил кинжалы тьмы.

— Ты вновь использовал его? — Спросил Наир, забирая из рук юноши проклятое оружие.

— Да, в последний раз. А теперь прошу забрать и отвезти на остров оба кинжала. Им не место среди людей. Даже если сейчас Осирия, как и прежде, сохранит один из них, где гарантия что через пару тысячелетий кто-то вновь не соблазниться его силой. Так что у эльфов будет сохраннее.

— Хорошо, я отвезу. Надеюсь мы вскоре увидимся? Ты же не пропустишь день рождения моего сына? Уверен, это сын!

— Конечно не пропущу, мы с Каем приедем.

Наир крепко обнял внука, а затем и Арнайна. Вскочив в седло, эльф подъехал к Аметисе и они вместе возглавили отряд сородичей, отправлявшихся домой. Нео, Арнайн, Вечрей и еще несколько эльфов смотрели вслед удаляющемуся отряду, пока те не скрылись за замковой стеной.

— А вы когда поедете в Нисвет?

— Завтра. Мы с Вечреем планируем пожить там пару десятилетий. Восстановить замок и эльфийские земли, напитать лес силой. Хранитель едет с нами, он ужасно соскучился по дому. А ты? Какие планы, Нео?

— Ещё не знаю. Я пока не говорил с Каем, но мы ведь всегда можем приехать к вам.

— Конечно, — Арн улыбнулся и потрепал племянника по волосам.

_

Нео стоял перед замком, в котором прошло его детство, и смотрел на разрушенную во время битвы часть. Прежде этот замок никогда не подвергался нападению, ни разу с момента постройки здесь не перестраивалась ни одна стена. Кай тихо подошёл со спины и обнял юношу.

— Неожиданная идея с кинжалом, — сказал он, — когда ты это решил?

— Вчера. Я и сам толком не успел её обдумать, просто предложил ребятам… Я рад, что они согласились.

— Я тоже. Спасибо. — Кай положил подбородок на его плечо и крепче прижал Нео к себе. — Твои колдуны нашли Лизи?

— Нет. Сторонники Гнеса, которых я допрашивал, сказали, что девушка исчезла за пару дней до битвы. Мы найдем её, куда бы она не сбежала, обещаю, Кай.

— Я и не сомневаюсь. — Они постояли так, прижавшись друг к другу, в полной тишине несколько минут, а затем Кай спросил, — когда хочешь уехать?

— Сейчас. Но ещё не знаю куда. Куда бы ты хотел?

— Может съездим на коронацию Рена?

— Можно. Вили наверняка обрадуется, — задумчиво ответил Нео. — Да, поехали! — Он повернулся в руках Кая и обхватил его шею руками. — Надо сказать ребятам, чтобы собирались. А после Лейрии можем поехать к Арнайну и Вечрею, поможем им обжиться и восстановить замок. Представляешь, они решили жить в Нисвете! И это Арн, который и шагу не желал делать с Острова.

— Как скажешь, — Кай чуть коснулся губ юноши и тихо выдохнул, — мне жаль, что твой дом разрушен.

— Нет, — Нео покачал головой. — Это место где я родился и рос, но оно уже давно перестало быть моим домом. Ты — мой дом. Не важно где мы будем, мой дом там, где ты, Кай. Без тебя меня больше не существует, а всё остальное я готов пережить. Кай, я …

— Люблю тебя, — закончил за него парень, глядя в сияющие серебряные глаза.

От Автора.

Вот и подошла к концу трилогия «Изгнанники». В первую очередь хотелось бы сказать – Спасибо. Спасибо всем, кто читал эти книги по мере их написания, кто поддерживал комментариями и своим мнением. Спасибо всем, кто их ещё только прочтёт. Спасибо моим бетам – всем трём. С Маримбой мы начинали эту эпопею, я впервые взялась писать, она редактировать. И, кажется, у нас неплохо получалось, целых две книги как-никак осилили. Но, к сожалению, Мари не смогла продолжать работу по личным обстоятельствам. Когда я нашла новую бету, оказалось что притереться и работать с другим человеком не так-то просто, и тогда на помощь неожиданно пришла третья бета – Хельга. Дело вновь пошло, да с ещё большим рвением, чем раньше. Хельга влилась в процесс, помогая, давая ценные советы и подсказывая там, где я не углядела. Такое чувство, что с ней мы работаем уже долгое-долгое время. Я очень надеюсь, что мы продолжим сотрудничать и дальше. В общем, спасибо я хочу сказать всем бетам, что помогали мне в написании этого цикла.

Идея написать книгу родилась не сразу. Вообще, наверное, у каждого читающего человека в голове рождаются сюжеты, во всяком случае так было со мной. Читаешь ты какую-то интересную книгу, но приходиться прерваться, и, занимаясь своими делами, ты думаешь – а как там дальше будет развиваться сюжет? Поступят герои так или эдак. И в какой-то момент я поняла, что больше не думаю о чужих героях, у меня рождаются свои. Эти истории всегда жили только в моей голове, и писать я не планировала. Но однажды, находясь в поезде, а ехать мне предстояло двое суток, я взяла в руки блокнот и ручку, и на бумаге родилась первая глава будущих «Изгнанников». По приезду блокнот был заброшен, далеко и надолго, а через два года я случайно нашла его. Перечитав все написанное, я решила продолжить и, хорошенько подредактировав, показала знакомой. Надо же было узнать мнение об этой писанине. И… ей понравилось. А дальше понеслось – вторая глава, третья…

Написание не всегда давалось легко. Бывали моменты, когда ну вообще не шло. А бывало наоборот — так понесёт, что герои начинали жить своей жизнью, едва успевала записывать. Так было с Гнесом. Во второй книге планировалось всего пару глав о его юности, но они неожиданно разрослись аж до семи. Сцены со сражениями и битвами давались тяжело, особенно глава «Битва при Санпуре». Я — человек, далёкий от армии, битвы видела только в кино, да в книжках читала, как надо фехтовать и орудовать мечом представляла себе смутно, но со скрипом, с переписыванием по пять раз, создались и эти главы.

Какие-то моменты сюжета изначально были в голове, как например любовная линия Кая и Нео, или смерть Гнеса – именно такая смерть, спасая своего брата. А что-то приходилось сочинять на ходу – такой историей стала любовь Арнайна и Вечрея. Поначалу я не планировала объединять их в пару, но после главы «Брат и сестра», поняла, что это очевидно. Ведь не просто так Вечрей носился с Арном после смерти Мины. Да и сцена, где он успокаивал его в разрушенной гостиной, показалась мне очень уж интимной, на друзей они уже мало походили.

И тут мы плавно переходим к вопросу: почему слэш? Я читала сотни книг, всех и не упомню. В юности: любовные женские романы, приключенческие романы Дюма и других авторов . Много фэнтези: Гарри Поттер – это, по-моему, не читал только ленивый, Игра Престолов, Ведьмак – ещё до выхода нашумевших игр, Волкодав. Книги Пехова, жаль, кстати, что до их экранизации не добрались и вряд ли доберутся, поэтому этот автор не так известен, как вышеперечисленные, кто не читал — советую. Были и другие – множество, множество других, и всё это читалось взахлеб. И вот однажды я наткнулась на слэш, и поняла, что это цепляет меня. Казалось бы: двое мужчин – фу, особенно в нашей-то стране. Но нет, никакого «фу» не было, а постепенно этот жанр стал одним из моих любимых. Конечно, видела я среди него много странных и слабых книг, но порой натыкаешься на шедевры.

Что-то я заболталась, всё о себе и о себе. Вам-то как? Мне очень хочется услышать ваше мнение: о книгах, о героях, о сюжете, да обо всём. Для автора, даже начинающего, как я, видеть отклик читателей — лучшая награда. Пишите, я буду рада даже объективной критике. На этом я прощаюсь с вами, но не надолго, ведь в моей голове уже родилась новая история, с новыми героями. Так что до новых встреч, дорогие читатели, и удачи вам!