Джиневра Роберта Кардиналетти Одиннадцать женщин на страницах дневника

Перевод книги подготовлен специально  для группы BOOK FEVER | ПЕРЕВОДЫ | КНИГИ,  не предназначен для коммерческого использования

и не несет никакой материальной выгоды. 

Любое копирование и размещение перевода без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд! 

Перевод: Надежды Смирновой  

Редактура: Дарьи Молчановой

Оформление: Надежды Смирновой

Мы книги.

Кто-то остановится на обложке,

кто-то пролистает небрежно,

а кто-то внимательно прочитает.

И есть тот, кто любовно сохранит.

Вступление.

Я пугаю каждый новый страх, показывая всё то, с чем я уже справилась.

Один из самых драгоценных подарков, которые получила в своём опыте психолога и автора, стало приобретение умения слушать. Под «слушать» — подразумеваю войти в контакт, поставить себя на место другого, испытать его эмоции. Мне рассказывали очень многие люди и я, слушая их, проживала вместе с ними их опыт, ощущения, истории. Много раз обращались ко мне со словами и жестами благодарности за то, что делаю, что пишу и это всегда подталкивало меня идти вперёд, несмотря на моменты слабости и трудности. Обогатились мы все.

Когда пишу о своих слабостях, то понимаю, что кто-то может их узнать, и когда слушаю истории и события, которые отличаются от моих, я знаю, что могу в них найти маленькие части себя.

Ни одна история не бесполезна, и ни одна история не может быть настолько далека, как может показаться на первый взгляд. Я научилась с осторожностью относиться к фразе: «такого со мной никогда не случится». Вы можете научиться обнимать, а не указывать пальцем. Вы можете учиться вселять и получать смелость.

Мне не интересно смеяться над другими. Я хочу смеяться в лицо страха.

Я не рассказываю здесь мои или ваши истории, а рассказываю наши истории, частички нас. Есть связь и схожесть эмоций у всех нас, которые зачастую мы не можем увидеть, не можем даже представить. И напротив, мы оказываемся сообщниками, даже когда не смотрим друг на друга.

Женщины, которые рассказывают на этих страницах — это одиннадцать различных человек или возможно лишь одиннадцать различных аспектов одной единственной личности.

У каждого из нас имеется много индивидуальностей. Героиня прошла сквозь периоды, ситуации и привязанности, которые вызывали распускание, цветение или увядание почек, которые имела внутри себя, иногда даже не подозревая об этом.

Кто знает, сколько личностей имеется у каждого из нас.

Кто знает, сколько женщин может быть в одной единственной женщине.

Возможно, разница состоит в том, сколько жизней ты смогла прожить за одну единственную жизнь.

Это страницы дневника и когда мы решаемся высказаться на них, так это потому, что имеем необходимость выпустить наши эмоции, дать им голос. Это болтовня, нежные моменты, фазы жизни, удивляющие нас эмоции. Однако желание написать о наших эмоциях означает также желание что-то сделать, желание действовать. Как крик жизни и первый маленький шаг для нового рождения.

Это одиннадцать кусочков сердца. У сердца всегда имеется что сказать, даже когда у него нет голоса и напротив должно кричать. Иногда бывает затруднительно подобрать правильные слова, иногда их произносим с ошибочной интонацией. Но если вы умеете слушать, тогда можете обнаружить невидимые связи и найти кусочки себя, своего собственного сердца в сердцах других.

Одиннадцать это светло-серое число, практически белое.

Аккуратное, решительное и немного самоуверенное.

Первый номер и палиндром. ( Прим. пер.: Палиндром - это число или текст, читающиеся в обоих направлениях)

Оно такое смелое, что не побоялось появиться после первой десятки, когда у нас закончились пальцы для счёта.

Глава 1

Анна

Ты меня научила справляться без тебя.

Анна — имя белого цвета.

Я должна себе несколько объяснений. Особенно для каждого раза, когда в погоне за кем-то я оставляла позади саму себя.

Телом нахожусь здесь, но сама я тут не присутствую. Уже много времени, слишком долго. Я бы хотела улететь, сама даже не знаю куда, знаю только что хочу оказаться очень далеко отсюда. Нет, напротив, не хочу улететь, а хочу, чтобы меня смыло или раствориться, исчезнуть.

Я бы хотела проснуться однажды утром и обнаружить, что моя жизнь не такая как сейчас. Как в том фильме, в котором герой Николсона Кейджа просыпается в другой жизни, той какой могла бы стать его собственная, сделай он другой выбор. Вот, хотела бы и я другую возможность, план Б, переделать всё с нуля, потому что, возможно, во всём ошиблась. Возможно я ошиблась жизнью.

Эта – не жизнь, не моя.

Когда я перестала жить? Когда перестала любить? Когда перестала дышать? Я бездыханна вот уже долгое время.

Неподвижна.

Вообще не могу вспомнить, как я себя ощущала прежде, мне кажется даже невозможным то, что «раньше» было. Когда мы были влюблены, весёлые и полны энтузиазма. Всё было абсолютно по-другому, интенсивно. Мы вместе смеялись, мне нравилось слушать, как он говорит. И мне нравилось рассказывать ему о своих днях, моих мечтах, вкусах. Строили вместе тысячи планов, и всё казалось возможным.

Я ещё была жива.

Теперь же меня всё в нём раздражает, его присутствие стало громоздким, не к месту. Мне он кажется другим. Конечно, во многом он изменился, но не знаю, когда это произошло и насколько я стала видеть его по-другому. Смотрю на него, и мне кажется: его присутствие неловкое, раздражающее, неприятное, не к месту.

Или возможно, единственная не к месту — это я.

Вероятно, именно так и есть, я больше не имею ничего общего со всем этим. Я чувствую себя чужаком, этот дом и эта жизнь не принадлежат мне. Этот мужчина больше для меня ничто, он мне не нравится, он меня не волнует, мне не интересно ему нравится. Мне трудно выносить его присутствие. Меня раздражает, как он ест, ужасен издаваемый им шум, когда жуёт. Кажется, что у него нет зубов, не достигнув даже девяноста.

Я терпеть не могу его привычку соскребать до последнего грамма еду с тарелки, сначала вилкой, а затем хлебом, пока она не станет блестящей. В прошлом это заставляло меня улыбаться, я говорила ему, что могу не мыть его тарелку. Или замечала ему, улыбаясь:

— Я вижу, тебе понравилось, — и мы вместе смеялись. Теперь я не нахожу в этом ничего смешного, наоборот, это вызывает у меня ужас. Я бы закричала на него, чтобы он остановился с этой вилкой. Забрала бы тарелку из его рук и бросила на пол.

О Боже, что я говорю? Что случилось?

Это я, кто ошибается. Я монстр. Я невыносимая, страждущая, циничная. Худшая версия себя.

Не выношу ничего в нём. Терпеть не могу, что хорошо не закрывает колпачок на зубной пасте или флаконе с шампунем, бутылке с водой. Вначале я следовала за ним и всё закрывала, сейчас всё это меня не интересует. Это больше не мой дом, чувствую себя посторонней, далёкой, иногда ощущаю себя инопланетянкой. Если оставит что-нибудь открытым, у меня больше нет желания ничего закрывать. Единственная вещь, которую хочу закрыть — это глупую историю, которая больше не история, а ничего, пустота.

Вместе, и с большим энтузиазмом, мы обставляли эту квартиру. Были счастливы иметь дом только для нас. Мы развлекались, покупая по предмету за раз, и наблюдая, как растёт наше гнездо любви, внимательно отслеживая каждую маленькую деталь. Вместе выбрали мебель, занавески, ковры. Они мне так сильно нравились. Теперь их ненавижу. Как ненавижу этот дом. Когда нахожусь внутри квартиры, то ощущаю себя как в тюрьме. Я предпочла бы находиться где угодно, лишь бы подальше отсюда. Мы вместе построили красивую тюрьму, в которой оказались заперты как в ловушке. Я сама себя приговорила к заключению в месте и с мужчиной, которого больше не люблю. И кто меня не любит. Любовь не входит в этот дом уже долгое время. Мы больше не знаем что это такое. Любовь уступила место равнодушию и холоду.

Меня раздражает видеть, как ходит по дому этот незнакомец. Было время, когда моё пробуждение по утрам считалось романтичным моментом. Была счастлива проснуться со звоном будильника рядом с мужчиной, которого любила. Я с нетерпением ожидала, чтобы разделить с ним новый день, и ждала пробуждения, потому что хотела быть рядом с ним. Хотела оставаться в тепле кровати, обнимая его. Мы ласкали друг друга, и это было прекрасно. Я бы проводила так свои дни. И когда мы выходили, то прощались друг с другом поцелуем, мы звонили друг другу в течение дня, и обращались «любимый » и со многими другими глупыми прозвищами, которые заставляли нас смеяться. У нас были планы. Мы хотели совместно делать грандиозные вещи, но было также приятно проводить вечера вместе на диване и смотреть телевизор. Он вытягивал ноги на маленький журнальный столик, стоящий впереди, а я ложилась, устраивая на нём голову.

Он гладил меня по волосам. Интересовался у меня — удобно ли мне.

Вместе решали, что смотреть, и вместе комментировали. Иногда я засыпала там, на диване, с его руками в моих волосах, и он брал меня и относил на кровать. Он заботился обо мне.

А я о нём.

Нравилось всё в нас. Теперь всё изменилось.

Просыпаться утром — это травма. Это боль. Я бы не хотела вставать вообще никогда. Не из-за лени, а потому, что у меня нет желания встречать мой убогий день. Ничто не наполняет энтузиазмом из всего того, что меня ожидает. Мои дни стали грустными и апатичными, и я чувствую себя также. Вытаскиваю себя из постели без энергии. Одеваюсь и наношу макияж, потому что знаю — в офисе встречу Андреа из отдела продаж. Знаю, что он будет восхищённо на меня смотреть, мы обменяемся парой слов, и с этим малым, какое-то мгновение почувствую себя вновь женщиной.

Но потом возвращаюсь домой и погружаюсь в бездну страдания. Всегда надеюсь, что он задержится на работе, и мы не будем вынуждены вместе ужинать. Предполагаю и он делает всё возможное, чтобы видеть меня как можно реже. Не знаем даже что сказать друг другу. Включаем телевизор не для того чтобы вместе посмотреть, а чтобы не чувствовать себя вынужденными разговаривать. Телевизор служит для разрушения ледяного молчания и помогает делать вид, что всё нормально — пара, в хорошем доме, проводит приятный вечер. Но нет ничего нормального, мы два незнакомца, запертые в одной комнате.

Всё исчезло. Наши мечты, планы, наше соучастие, мы. Больше не существуем — мы.

Больше ничто не разделяем, за исключением пространства между этими стенами, которое ощущаю всё время более узким, угнетающим и удушающим.

Мне кажется почти абсурдным, что когда-то между нами кипела страсть и сексуальное влечение. Сейчас он не пробуждает во мне никакого притяжения. Я не вижу его как мужчину, не получается разглядеть в нём чувственность и соучастие, которые присутствовали раньше. Мне не нравится его тело, всё стало не привлекательным для меня. И к тому же – заправляет майку в трусы! Как я могла раньше принимать такое за привычку? Что может быть в мире менее сексуальным. Как возможно, чтобы он этого не понимал?

И не выношу его запах. Всегда был таким сильным?

Мне больше ничего не нравится в нём. Мы больше не сближаемся. Нет даже поцелуя, когда приветствуем друг друга. Физических контактов у меня больше с соседкой!

Не занимаемся любовью.

Он просит этого гораздо реже, и я нахожу общие оправдания. Мы всегда чувствуем себя более уставшими или о чём-то волнуемся, или ещё что-то для создания правдивой отмазки. Иногда мы этим занимаемся. Он вероятно из-за физиологических потребностей, даже если практически всегда удовлетворяет себя мастурбируя. Я — чтобы не ощущать себя слишком виноватой и убедиться что не совсем неправильная. Возможно, стремлюсь поверить, что ещё не сдалась и, если всё неумолимо закончилось, то не по моей вине.

Больше не испытываю никакого удовольствия при занятии любовью. В нашем половом акте нет ничего романтичного, никаких прелюдии — оба стремимся закончить побыстрее.

Так заниматься любовью, которая может быть самым прекрасным на земле, ощущается словно удар в живот из-за мотивов наших отношений. Это грустно и в такие моменты чувствую себя действительно одинокой. Мы вдвоём, близко, прижатые один к другому, а я ощущаю ужасное одиночество. Не испытываю никакого удовольствия и хочу чтобы он побыстрее кончил, потому что мне кажется что я насилую своё тело, не собираясь задумываться о своих желаниях, иду против себя причиняя боль.

Возможно только сейчас, когда пишу эти строки, осознаю какая грустная и убогая моя жизнь. Словно впервые смотрю на неё со стороны. Наблюдаю за героиней из фильма и думаю, как сильно она несчастна. Испытываю к ней сострадание, но также и гнев, потому что оба депрессивно смирились.

Случилось именно так? Мы всё смиренно приняли?

Я не хочу депрессивно смиряться. Я ещё молода, могу сделать выбор, какой захочу. И напротив не могу ничего сделать. Неподвижна, парализована. Жизнь накрывает меня, вызывая страдание. Мир вращается, а я остаюсь неподвижна. С моей нервозностью, раздражением, неудовлетворённостью, грустью, апатией.

Неужели так трудно сделать шаг к счастью?

Когда чувствую себя совсем паршиво, отправляюсь чтобы купить туфли, сумку или в парикмахерскую. И на мгновение мне кажется что действовала, сделала что-то для себя, побаловала. Ищу маленькие удовольствия, позволяющие сказать мне, что забочусь о себе, но на самом деле они служат лишь для отвлечения от реальных проблем. Как ребёнок, который хочет шоколадку, а мама отвлекает его, давая игрушку. Он не хочет игрушку, а хочет шоколад! И это то, что делаю я. У меня нет смелости, удовлетворить свои желания и поэтому обманываю себя глупыми отвлечениями.

Да, я прикалываюсь над собой.

Чувствую себя такой глупой. Я нуждаюсь в других вещах, а не в новых туфлях, сумке или новой стрижке.

Мне необходимо только проснуться от этого кошмара и начать немного жить.

Жить — это так сложно? Так сложно быть счастливыми?

Я бы хотела забрать свою жизнь и начать строить её по-своему. Но возможно даже сама не знаю, как бы хотела. Или возможно и вероятнее всего мне не хватает лишь смелости. Должна прекратить находить извинения и оправдания для своей пассивности. Хочу прекратить страдать из-за всего этого, хочу прямо ему сказать, что уже всё в нём раздражает, даже само его присутствие и настало время нам со всем покончить и прекратить вдвоём притворяться, что всё прекрасно. Потому что нет ничего хорошего.

Хочу сказать ему, что бессмысленно продолжать быть вместе, потому что больше не люблю, и он меня не любит. Давно уже меня не любит, мы оба удалились друг от друга и ничего не испытываем.

Оба терпим и это не хорошо. Не правильно то, что мы смиренно опустили руки, мы не должны довольствоваться жизнью, которая больше не для нас, которая больше не наша. Мы должны бороться, чтобы получить то, что мы хотим, и вернуть счастье. По крайней мере, это то, что хочу сделать я. Он свободен делать всё что хочет. Так же как и я. И сейчас знаю, чего хочу.

Хочу уйти из этого дома, в котором не выношу цвета, запахи, обстановку, открытые бутылки и очищенные тарелки.

Хочу одна совершить путешествие.

Хочу прогуляться по улицам в незнакомом городе.

Хочу попробовать еду с незнакомым для меня вкусом.

Хочу услышать слова, которые звучат для меня незнакомо.

Мне необходимо улететь далеко, одной, и почувствовать себя, наконец-то, свободной.

И в итоге вновь себя обрести.

И понять, что я особенная.

Это не конец. Это первый день в моей настоящей жизни.

Выхожу из поездов, которые лгут о своих направлениях.

Глава 2

Джулия

Мне всегда нравились те, кто умеет существовать в одиночестве.

Джулия – имя бронзового цвета.

Я делала смелый выбор, но к счастью не потеряла страх.

Иногда я чувствую себя одинокой.

Вся эта моя независимость, моё стремление следовать за мечтой, взвешивать ценность не помогает, а изолирует меня. Должна ли я заплатить за свою решимость одиночеством?

Я никогда не могла и не хотела представить обычную жизнь, такую, о которой мечтают все родители для своих детей.

Не хотела прожить жизнь, заключённую в закрытые офисные стены, сидя за столом, с одинаковыми синими и серыми коллегами. Я не хотела минивэн, выплачиваемый в рассрочку. Мне ненавистны минивэны.

Я не мечтала о муже, который занимает важную должность, возможно менеджер. Такой, кто задерживается в офисе допоздна для поздней встречи. И спустя годы ты выясняешь, что эти встречи носят имя Лучия. И кто отправляется в командировку по делам, когда на самом деле — это дела сердечные, сексуальные или возможно нет. Быть может это только подозрения, которые мешают тебе спать.

Я не мечтала о большом красивом доме, с кухней и островом на ней. Предпочитаю отправиться в путешествие на остров.

Я никогда не хотела иметь диван (не знаю за сколько тысяч евро), возможно кожаный, и летом к нему приклеиваться. И так сильно им гордится, что отправляться на прогулку с приклеенным к заднице.

И мобильный телефон. Ты должна иметь самый маленький среди всех, а потом самый большой, а потом тот, что умеет делать всё, но в конечном итоге не знаешь даже как позвонить. Едва его купила, как становится слишком старой моделью. Ты устарела, иди купи себе другой неудачница!

И сумка, которая стоит тебе месячную зарплату. Ах, она незаменима моя дорогая! Идёт в строгом сочетании с неудобными туфлями, в которых тебе трудно ходить. Но кто сказал, что обувь предназначена для ходьбы? Важно хорошо выглядеть и ты изо всех сил стараешься соответствовать.

Должна быть худой, подтянутой, стройной, гладкой, отшлифованной, окрашенной, искусственной. Именно, главное искусственной. Ничего не должно быть видно от истинной тебя. Должна постоянно сидеть на диете, ходить в спортзал, делать массаж, солярий, регулярно ходить в парикмахерскую, к косметологу и пластическому хирургу.

Никто не должен узнать, как выглядит твоё настоящее тело, твоя истинная кожа, твоя истинная личность. Ты должна жить под прикрытием, инкогнито. Ты на секретной миссии, полностью засекречена, в итоге и сама не знаешь какая ты. Какова твоя миссия? Даже ногти должны быть искусственными, напротив особенно они. И достаточно длинными, чтобы не позволить тебе выполнять какую-либо работу и активность, типичную для смертных. Например: мыть посуду или застегнуть пуговицу.

Представляю, какое тебя ждёт будущее! Не будет больше толстых женщин, кудрявых, старых, бледнолицых. Мы будем все одинаковые. Будем весить килограмм двадцать и жаловаться на то, какие мы толстые, только для того, чтобы услышать в ответ: какая ты худая. «Да нет! Да что ты говоришь!» Хорошая игра. Огромное развлечение.

Не будет больше низких женщин, потому что все мы будем ходить на двадцати сантиметровых каблуках, платформе, с супинатором, усилителем, стелькой. И не смотря на то, что будем тощие, все будем грудастые. Поскольку даже те немногие, кто не обратится к пластическому хирургу, используют бюстгальтеры на три размера больше с уплотнителем, с формованной чашечкой, силиконовые, пуш-ап, Вандербра и бла-бла-бла..

Ни у кого из нас не будет тонких губ. Ах, нет, ты спятила? Все хорошо надутые, как у окуней. Их дадут в подарок при увеличении силиконом груди.

Но нет, какое будущее! Мы уже живём в таком мире, где у тебя должны рождаться дети, иначе подумают, что имеешь проблемы, или ещё хуже: «Для чего вы тогда поженились?»

Ах, правильно — я вышла замуж не потому что влюбилась (какая ерунда), сделала это, чтобы завести детей. Которые должны одеваться, как и я, всегда выглядеть богатыми — это единственно важная вещь.

Естественно, вы должны пожениться в церкви. Не потому, что верующая, ты делаешь так, потому что церемония в церкви красивее. Хочешь поспорить? И таким образом, религиозный акт становится фольклорным событием, маскарадной вечеринкой, красивым фарсом.

Однако чувствуешь себя нормально со своей совестью, потому что ты не атеистка, нет, — ты не практикующий верующий! Ты прошла конфирмацию, причастие и вперёд в церковь для бракосочетания и похорон. Иногда даже на Рождество, просто чтобы показать всем на службе новое пальто и красивую укладку.

Так что можешь венчаться в церкви в своём белоснежном, дорогущем, очень длинном свадебном платье. Ты сделала отличный выбор — белый идеальный для тебя цвет, ведь абсолютно точно, ты девственна. Ты чиста как вода.

Вы можете пригласить на праздник семьсот родственников и друзей, которые будут проводить этот день с надеждой, что всё быстро закончится и смогут много съесть. А потом жаловаться что объелись. Очевидно, они тоже смогут продемонстрировать свою гротескную одежду и критиковать, как одеты другие. Заполучить на память о свадьбе самую отвратительную керамическую коробочку, которую потом будут использовать для гвоздей или грифелей для рисования.

Потом, наконец-то, ты сможешь жаловаться, как и все остальные: можешь сказать, что всегда спешишь, у тебя нет для себя времени. Между работой, детьми, домом — не остаётся ничего другого, как бежать, бежать, бежать.

И тогда ты достигла своей цели в жизни — жаловаться. На своего мужа, детей, помощницу, которая плохо убирает в доме, на бебиситтера, которая не приходит во время, на правительство, даже если не имеешь понятия кто в его составе, на преподавателей, хотя и не знаешь, что они преподают.

Итак, я выбрала жизнь, альтернативную этой. Не для того чтобы выглядеть героиней или ради духа жертвоприношения, нет, нет. Просто избежала всего, что мне противно.

И поэтому предпочла свою работу, которая не даёт мне большую стабильность и высокий заработок, но, по крайней мере, мне нравится, я последовала за своей мечтой.

Я одинока, не из-за приверженности, а потому что не хочу довольствоваться кем-то кого не люблю, только лишь бы не оставаться одинокой.

Я не имею детей, потому как убеждена, что женщина может оставаться женщиной даже без них. Ну да, думаю быть женщиной можно не будучи матерью, женой, домохозяйкой, поваром, женщиной с карьерой или из мира моды.

Какая я ненормальная, правда?

Живу здесь, в двухкомнатной квартире вместе с Палло — моим котом и чувствую себя более чем хорошо.

На моей кухне стоит стол и стулья, никакого острова, полуострова или мыса. Обычный квадратный стол на четырёх ножках. Звучит абсурдно, но могу даже есть.

В ванной комнате находится душ, никакого гидромассажа. Из-за этого кто-нибудь попытается меня пожалеть.

На потолке люстра! Никаких прожекторов, светильников, ламп, галогена. Одна люстра, кто знает, если ещё помнят что это такое.

Сейчас я сижу на диване, пью маленькими глоточками чай и смотрю фильм по телевизору, который совсем не плоский, как и мой живот. Даже мой кот не стройный, а мобильный телефон не тонкий.

Мы здесь все немного пухлые, не сидим на вечной диете и не держимся целый день на йогурте и злаковых батончиках. Едим пасту, иногда даже пиццу — что за сумасшедшие!

Я не высокая, но ненавижу высокие каблуки и действительно не умею на них ходить. Моя грудь второго размера и я не маскирую её имплантами или уплотнителями, часто вообще не ношу бюстгальтер.

Я такая и нравлюсь самой себе, какая есть. Ах, правда, так тоже нельзя говорить. Должна жаловаться, что ужасна, а другие уверять меня: «Да не шути! Ты прекрасна!» Хорошее маленькое представление.

Имею свои собственные идеи и иногда их меняю. Мне нравится рассуждать, а не принимать пассивно всё, что пытаются всучить. Не чувствую себя ни лучше ни хуже других. Но я горжусь сама собой.

Мне нравится выбирать и я выбрала именно такую жизнь. Никто не выбирал её за меня.

Я не случайно сюда попала. Я хотела её и была в состоянии отказаться от лишнего и избежать того, что для меня далеко.

Кто-то посмотрит на меня снисходительно, но мне всё равно. Возможно, я б немного волновалась, если б получила их одобрение. Мы далёкие миры. И мой мир я создала сама.

Правда — иногда я чувствую себя одинокой. Но не почувствовала б себя менее одинокой с мужчиной, которого не люблю, с работой, которая мне не нравится и с коллегами, которые произносят формальные фразы.

Думаю что это нормально, иногда испытывать немного дискомфорта, но он быстро проходит, потому что не позволяю себя обмануть, и продать первому кто пройдёт. Я не из тех, кто лишь бы не быть одной соглашается на любой компромисс. Нет.

Когда-нибудь я найду человека, с кем смогу разделить этот маленький уголок моего мира. Человека, который будет знать, как любить меня и мою экстравагантность. С кем мне не придётся идти на компромисс, потому что он будет иметь такие же ценности, а когда случится разногласие, мы сможем преодолеть, обсуждая, никогда не переставая уважать друг друга.

Тогда да — как хорошо быть вместе, ни от чего не отказываясь, а наоборот обогащая один другого. Тем временем я умею ждать. И сейчас спокойно живу здесь, в своей квартире, на моём диване с котом. И я чувствую себя счастливой от каждой крупицы моей жизни и самой себя.

Каждой крупицы моей свободы. Даже когда ощущаю себя одинокой.

У мака прекрасная дерзость — он растёт дико, где вздумается и дарит свой красный цвет, кто умеет увидеть.

Глава 3

Бьянка

Возможно истинное поражение — перестать быть человеком.

Бьянка — имя цвета серебро.

Мне говорили, что я должна меньше думать. Теперь я думаю и об этом.

Что я за человек? Я искренняя, но приходилось и обманывать. В каких-то ситуациях очень открыта и общительна, а в других стеснительна и замкнута. Альтруист, но не всегда. Я смелая, но иногда пугаюсь из-за ерунды. Даже я сама не знаю, какая я. И особенно кто я.

Существует так много всего что выводит меня из себя…

Могу быть ироничной, смеяться и смешить других или посмеяться над собой. Мне нравится проводить время в компании, но наступают моменты, когда никого не хотела б видеть рядом. Пытаюсь всё сдерживать внутри себя и не рассказывать о личном. Я очень скрытная. Но вдруг случается, что начинаю кому-то рассказывать о своих страхах, тому, с кем не имею достаточно близких отношений.

Я не знаю, какая я. Не знаю, какой хотела б быть. Или нет, напротив знаю, хотела б ощущать себя спокойной.

Устала от каждодневно возникающих проблем. Как только подумаешь, что с чем-то разобралась, на тебя тяжёлым грузом сразу навалится ещё с десяток. Это бесконечная цепочка, словно домино — как только упадёт первая костяшка, то через миг падают и все остальные. Бесполезно пытаться ставить их на место, ущерб уже нанесён. И потом тебе говорят, что должна думать позитивно, потому что если ты оптимистка, то притягиваешь хорошее. Тебе кажется это легко, быть оптимисткой, когда проблемы переполняют жизнь, куда бы не посмотрела?

Иногда стараюсь быть такой, думаю, что всё разрешиться, верю, что смогу сделать. Но не успеваю закончить эту мысль, как мир вновь накрывает новой порцией неприятностей. Иногда, вернее часто, мечтаю сбежать, но потом понимаю, что и проблемы тоже возьму с собой. Поскольку мои неприятности это не город, дом или место, нет, всё намного сложнее. Проблемы со здоровьем отправятся с тобой повсюду, проблемы твоих близких возьмёшь с собой, куда б ни собралась сбежать. И если вдруг убежишь, то добавишь ещё чувство вины, вот смеху то. Невезучая, с большим количеством проблем, да ещё и с чувством вины – не выглядит как лучшее в жизни.

Тогда остаюсь здесь, чтобы противостоять, только вот чему? Против кого? Иногда задумываюсь, что должна всё воспринимать легче, возможно более отстранённо. Думаю: если не могу решить проблему, то должна отступить и научить себя убирать её в дальний уголок мозга, не тратя на неё слишком много времени и энергии. Думаю это. А потом знаешь, как себя чувствую? Как человек, который под постоянной бомбардировкой, непрерывной пулемётной очередью, выстрелами, пока обстрел продолжается говорит: «Нет, я переживаю о другом… Дайте подумать что приготовить на ужин?»

Вот как я себя ощущаю.

Когда ты перегружена несчастьем и неразрешимыми проблемами у тебя не получается сконцентрироваться и решить какая сумка сочетается с этими туфлями.

Ах, нет, уже хорошо, что ты помнишь о необходимости надеть туфли.

Недавно я вышла в домашних тапочках. Окей, сейчас лето и в действительности одна я распознала эту ошибку, поскольку ношу их только дома и поэтому считаю домашними тапочками. Обычные шлёпанцы, которые в последнее время носят повсюду. Да, формально это так, но смысл другой — я знаю, что это домашние тапочки, поскольку одеваю их только дома и если вышла в них на улицу, то означает что забыла надеть туфли. Поступила бы точно также и зимой вот только результат был бы более заметным.

Дело в том, что я совершенно безнадёжна, с расплавленными мозгами, спятила. У меня больше не получается выполнять мелкие ежедневные дела, то что раньше делалось естественно, как обыденное действие, на автомате — теперь забываю. И существует множество вещей, о которых не хочу даже думать, они кажутся ничтожными и бесполезными. Полагаю, напрасной тратой времени наводить в доме порядок, когда знаю, что определённо нахожусь не в том настроении чтобы принимать гостей.

Дело не в том, что я полностью на себя махнула рукой — моюсь, одеваюсь, питаюсь, но делаю всё из-за строгой необходимости. Конечно, не собираюсь выпекать печенье или готовить что-то особенное. Покупаю необходимые для питания продукты и готовлю по неизбежному минимуму. То же самое с одеждой. Естественно я не стою перед шкафом и не рассматриваю всё, что висит на вешалках, тем более не примеряю. Я ограничиваюсь тем, что одеваю вещи, которые считаю более практичными и в которых чувствую себя комфортно, и никогда не разочаровываюсь.

Также с телевизором — не могу больше ничего смотреть. Несколько раз пробовала включить его чтобы отвлечься, но итог стал катастрофичным: выпуски новостей рассказывают главным образом о мёртвых, плохой медицине, кризисе, безработице, ограблениях и серии событий, которые только увеличивают мою тревогу. Фильмы — либо драмы (я избегаю их с первых кадров) или, если даже они другого жанра, то всегда наступает момент, когда кто-то умирает от рака, или ребёнок теряет родителей, или женщина теряет мужа.

Потом есть программы, которые рассказывают о преступлениях, насилии над женщинами, о болезнях. В конечном итоге, единственные программы, которые могу смотреть стали кулинарные шоу. Их небольшой недостаток состоит в том, что меня не интересуют новые рецепты, всё равно не собираюсь воплощать их на практике.

Пробовала переключиться на пустые, совершенно бессмысленные программы, их видимо создают люди, у которых в жизни никогда не возникало никаких неприятностей? Но потом во мне поднималась ярость, и я говорила: посмотрите на этих идиотов, горячащихся из-за глупой ревности или зависти или осуждающих слишком короткую мини юбку. Гнев и бесконечная печаль, я б убила их всех, так что исключила и эти.

Я достигла точки, когда меня злит реклама и её глупые персонажи. Например, эта, где героиня говорит тебе, что когда у неё менструация, то она идёт играть в теннис. Та, где ест йогурт и становится худой, или он разговаривает по телефону десять тысяч часов ничего не тратя, там, где используют волшебное средство для чистки, которое лучше десяти домохозяек. Мне кажется всё таким оторванным от реальности.

Или, по крайней мере, от моего мира.

Возможно, действительно имеются люди, чья самая большая проблема заключается в поиске лучшей прокладки для занятий пилатесом. Я не уверена, и у меня иногда возникают сомнения в том что вижу весь мир слишком катастрофичным, но потом задумываюсь о своей жизни — она правда полна катастроф… Продолжаю ждать когда утрясётся и наступит лучший период, но возможно я должна просто выработать привычку. Предполагаю — должна найти в себе силы и сконцентрироваться на лучшем соответствии между сумкой и курткой, на тщательном подборе аксессуаров, на примерке двух - трёх рубашек, прежде чем выбрать правильную. Ухаживать за волосами с расчёской, гребнем, феном и плойкой… делать всё это с валуном на сердце и в желудке, но с решимостью не сдаваться.

Я могла б нарядить и нанести макияж на этот валун внутри меня.

Могла б тренировать себя и стать лёгкой. Я изучила многие вещи, кто знает, вероятно, смогу научиться и лёгкости.

И быть может улететь прочь, как те воздушные шарики, которые выскальзывают из детских рук и наслаждаются небом.

Некоторые улыбки — это проявление мужества.

Глава 4

Элиза

Имя цвета — индиго.

Ничего страшного, это только ранит.

Кто-то умеет выглядеть большим, и есть я, кто может становиться очень маленькой.

Мне говорят, что я тихая, терпеливая. «Тебе повезло — всегда так спокойна». Но я совсем не чувствую себя спокойно. Я живу с тревогой, которую мир даже не может себе представить, или да, мог бы легко представить, если бы только окружающие поняли, что я такая же, как все другие. Во мне живут страхи, неуверенность, море сомнений. Тот факт, что я не кричу, не означает, что не злюсь. И прежде всего, это не означает, что я не чувствую боли.

Просто у меня не получается это выразить, не могу и не хочу, потому что мне кажется бесполезным. Кто бы смог понять?

Даже если кто-то и понимает, как он может мне помочь? И тогда лучше никого не беспокоить моей глупой паранойей, это всего лишь мой псевдоинтеллектуальный бред.

И потом испытываю стыд. Да, мне очень стыдно.

Кто даёт мне право страдать таким образом, когда есть люди с проблемами, которые гораздо серьезнее и актуальнее чем мои? Я так поверхностна и веду себя как ребёнок. Я капризная?

Страшно испытывать страдание и не чувствовать себя вправе страдать. Я знаю — у меня нет серьезных и объективных проблем, ничего, что случилось бы со мной или произошло извне, но это не значит, что я не чувствую сильной боли, глубокого беспокойства.

Я страдаю и даже не знаю почему. И тогда прячу всё внутри себя. Думая, что нет решения, потому что в реальности, возможно, и проблемы самой нет.

Существует так много сильных, смелых женщин, которые знают чего они хотят и делают всё, чтобы добиться и получить желаемое.

Есть женщины, которые каждый день борются со своей болью и страданием своих близких.

Есть женщины, которые борются с бедностью.

Есть женщины, которые ничего не получили от жизни, но тем не менее сумели своими силами построить свою жизнь.

Женщины, достойные восхищения и уважения.

А я? Стою здесь, рассуждаю как мне грустно, что неправильно поняли, неудовлетворенна. Какой я уродливый человек! Может быть, у меня должны возникнуть реальные проблемы, чтобы проснуться от этого оцепенения, и понять — что значит зарабатывать на жизнь, бороться за достойное существование. У меня есть дом, я умная (возможно!), здоровая, у меня есть семья, работа. Но я несчастна.

Я чрезвычайно, глубоко, убого несчастна. Вот, я призналась.

Вернее, я написала это, потому что не могу даже озвучить свои эмоции. Какая глупая женщина. И бесполезная. Да, я чувствую себя очень бесполезной. Мне интересно: в чём смысл моей жизни, но, прежде всего, какой смысл в этой жизни имею я. А также какой смысл имею я в жизни других.

Я хотела бы не существовать, и это заставляет меня смеяться, потому что, возможно, никто не заметит никакой разницы. Не заметят отсутствие той тихой, всегда спокойной женщины.

— Почему за столом пустует место? Кого-то не хватает? Да нет, мы неправильно накрыли на стол.

— Почему в офисе пустой стол? Кто занимал это место? Я не знаю, думаю никто, никогда никого не замечали.

Я уже исчезла. Я хорошо умею прятаться, теряться среди других, маскировать себя, не бросаться в глаза. Я всегда умело нахожу место за столом в углу, где спина защищена стеной. Я научилась использовать более низкий тон голоса, сдержанно выражаться. Я не обаятельная, не пылкая, не общительная, не интересная, не неудержимая. К сожалению я тривиальна. И я страдаю внутри.

Рано или поздно взорвусь, я не смогу сдерживать долго всю эту тревогу и боль. Потому что эта боль вместо того чтобы угаснуть и затихнуть продолжает себя кормить день за днем. Я больше не могу её остановить и не могу больше сдерживать. И тем не менее я не могу ей противостоять.

Меня ошеломляет жалость к самой себе.

Может быть, я сумасшедшая. У меня в жизни есть всё, а я нахожу в себе смелость жаловаться. Веду себя как поверхностный человек.

Какие плохие слова. Как противна эта женщина, которую я описываю.

Но действительно ли это я? Возможно я — не только это. И быть может я не единственная кто испытывает такое и думает обо всём этом. Наверняка, многие женщины которых знаю, и которые мне кажутся сильными и уверенными в себе, в глубине души находят такие же как и у меня слабости. Может быть они более хрупкие, чем кажутся, и чувствуют себя несчастными и недовольными, как и я. Кто знает, возможно ли, чтобы все эти женщины вокруг меня, у которых, кажется, имеются такие ясные представления о себе и мире, не имеют свои сомнения или неуверенность. Вероятно, даже они иногда останавливаются и задаются вопросом: какой смысл в их жизни. Ведь в глазах окружающих я тоже спокойная женщина, у которой нет проблем.

Может быть, мы все притворяемся, но чтобы показать что? Разве не стало бы легче, откройся мы для других и признай нашу нестабильность? Говорить с искренностью о нас самих позволит ощутить себя свободнее. А слышать истории и чувства других женщин помогло бы понять что мы не такие странные.

Мы были бы более снисходительны к себе и простили бы друг друга. И стали б сообщниками с остальными женщинами, потому что чувствовали б много общего. Мы все стали б гуманнее.

Вместо этого мы играем персонажей. Стараемся казаться теми, кем не являемся в реальности. Одеваем нашу маску и так проживаем новый день. Иногда испытываем конкуренцию. Мы не хотим признавать что стоит за нашими улыбками или за нашей агрессией. На самом деле всегда что-то прячется и с каждым разом большее.

Есть души, сердца, внутреннее богатство, глубина. Живут страхи, неуверенность, совесть. Существует женская душа — сильная и чувствительная, которая умеет бороться, но её также легко ранить.

Хочу научиться смотреть на женщин представляя, что ещё находится за уверенностью, и что они испытывают в глубине сердца. Абсолютно точно имеются миры куда не может проникнуть поверхностный взгляд.

Я хочу начать смотреть на них по-другому и поймать их свечение, ту искру, которая поможет мне двигаться вперёд. Наверняка существует быстрый обмен взглядами, при котором обнаружим наше соучастие.

И хочу попробовать посмотреть другими глазами и на саму себя. Научиться ценить себя и быть более доброжелательной к каждому моему аспекту. Научиться принимать себя такой, какая я есть. Постичь себя.

Прекращу делать вид что всё прекрасно и признаюсь: иногда я плачу, сама не знаю почему. Покаюсь что часто чувствую себя неудобно, иногда даже неадекватно. Понаблюдаю за своей неуверенностью и недовольством. Приму свою человечность и несовершенство.

И прежде всего начну себя любить.

Да, именно так — хочу повстречать себя на пути, посмотреть в глаза и с этого момента понять — я буду любить себя. Мне это необходимо. Хочу посмотреть на своё отражение в зеркале и честно сказать: « Я тебя люблю».

Требуется сила чтобы позволить себе проявить слабость.

Глава 5

Микела

Говорила сама с собой, и мы поспорили.

Микела — имя цвета серый графит.

Я запуталась в своих приоритетах.

Я всегда была хорошей дочерью, сестрой, хорошей ученицей и подругой, хорошей студенткой, невестой, женой, домохозяйкой, служащей, мамой и тётей.

Возможно, когда-нибудь стала бы хорошей свекровью и бабушкой.

Но теперь это очарование разрушено.

Меня больше нельзя назвать ни кем из этого списка. С сегодняшнего дня всё не так как было раньше. Сегодня случилось то, что поменяет привычные вещи.

Я изменила.

Как странно звучит это слово. Мне кажется таким абсурдным, что создаётся впечатление, словно смотрю на себя со стороны. Кто такая эта женщина, изменившая своему мужу? Что её к этому подтолкнуло?

Я всегда старалась сделать всё правильным образом. Возможно, именно в этом моя проблема. Я всё время потакала другим. Родителям и учителям, своим друзьям и коллегам, мужу, родственникам и моим детям. Я всегда вела себя таким образом, чего от меня ожидали окружающие. Никогда не хотела никого разочаровать.

И сейчас, за один момент, я всех их подвела, включая саму себя. Если бы они узнали, то не поверили бы. Я сама верю с трудом, что это действительно произошло. Никогда не думала что смогу. Мы всегда спокойно рассуждали о таких вопросах как — отношения, верность, прелюбодеяние. Мы думали, что знаем всё и ощущали уверенность в нас, как в паре. Говорили, что ничего подобного с нами никогда не произойдёт. «Если б мне довелось влюбиться в кого-то другого, то скорее оставила б тебя, чем изменять. Нет смысла жить вместе, если больше бы тебя не любила, я не смогу жить во лжи». Всё очень логично, но проблема именно в том, что в какой-то момент я потеряла всякую логику.

Я прекрасно понимала, что происходящее неправильно. Очень хорошо осознавала, что пожалею об этом. Знала — это не имеет смысла, и из-за одного мгновения слабости я разрушу совместно построенную жизнь.

И, несмотря на это, я всё равно изменила.

Я больше не помнила никакой логики. У меня полностью потерялась левая часть полушария головного мозга. Имелись лишь эмоции, чувства, драйв, желание. Я почувствовала что нравлюсь, меня желают и совершенно неожиданно сама себя увидела красивой, чувственной, женщиной. Было похоже на внезапную трансформацию. Словно в одночасье, я стала проживать жизнь, непохожую на мою и в новом теле. В истинном теле женщины. Вот так — я забыла, что женщина и могу быть чувственной.

Стало похоже на открытие двери, к которой раньше не осмеливалась даже подойти. И я обнаружила, что за той дверью имеется целый мир, который всегда отрицала. Делала вид: за пределами моей повседневной жизни ничего нет. Я была лишена многого, что могло бы удовлетворить меня и сделать жизнь не такой плоской и однообразной. И как только узнала, что в жизни есть что-то ещё, и я могу испытывать сильные и разные эмоции — я не смогла устоять.

Позволила себе раствориться в вихре запахов, взглядов, ощущений. Его сильные руки, аромат, его дыхание. Я существовала в его дыхании, и мы превратились в единое целое. Это был контакт тел и что-то большее. Время остановилось. Остановились звуки, и прекратилось всё остальное, что не было нами. Я чувствовала жар наших тел. Мы отдались желанию и жаждали друг друга. Имелось лишь мощное и яростное притяжение между телами двух сообщников, которые искали, находили и наполняли друг друга, не в силах насытиться достаточно.

Я внезапно потеряла каждую мысль, какое-либо восприятие реальности. Не было никакого беспокойства о внешнем мире, потому что в тот момент мир не существовал. Были наши чувства, которые смаковали каждую частичку нас. Волосы, запахи, голоса, взгляды, кожу, руки, губы, жар, тишину, отсутствие мыслей, биение наших сердец, охваченных желанием.

Всё ощущалось так интенсивно и ново, по-другому. Быть может, потому что запрещённое, возможно, потому что неожиданное или совершенно мне не свойственное. У меня закружилась голова.

Я с трудом вернулась в реальность. Все мои чувства усилились. Тело, глаза, уши — всё имело гиперчувствительность. Я почти испытывала страх двигаться. Дышать. У меня перехватило дыхание. И разрушились мои убеждения о себе самой, о взаимоотношениях в паре, о любви, о жизни.

В данный момент? Сейчас не могу поверить, что совершила это. Не могу поверить, что в той комнате была я. Ощущаю себя запачканной.

Испытываю ощущение — любой, кто на меня посмотрит, может увидеть, что я сделала и испытала. Я чувствую себя уязвимой, без кожи, но самое худшее — я не понимаю, насколько сильно раскаиваюсь. Я не уверена, что когда-нибудь испытывала такие сильные эмоции. Сейчас, после того как это испытала, я ощущаю себя словно ранее и не жила.

Чувствую себя странно: одновременно грязной и в эйфории. Это абсурдно, как абсурдна вся ситуация и особенно то, что я не знаю как поступить. Уверена — за несколько минут изменилась вся моя жизнь. Но как она изменилась? Вот что я хотела б узнать. Я всё разрушила или наконец-то решилась жить?

Впервые в жизни я совершила что-то, чего никто от меня не ожидал и не одобрит. Могу представить взгляд мужа, моих родителей, коллег, родственников, свекрови, моих детей. Прежде чем увидеть презрение, на их лицах появилось бы неверие. Также как и для меня. Я сама в это не верю.

Не могу себя судить. В действительности абсолютно не хочу этого делать, не сию минуту. Быть может я раскаюсь в содеянном, возможно смогу себя простить или понять, или принять. А возможно и нет. В настоящий момент я в замешательстве, что-нибудь произойдёт, но потом. А сейчас, когда я здесь в одиночестве, в нашей комнате, где разделила (почти) всё с моим мужем и никто не может меня увидеть, я смотрю на себя в зеркало, не знаю что чувствую, но улыбаюсь.

Я видела тебя ночью, когда ты снимала доспехи, распускала волосы, латала сердце. Ты была прекрасна. Это была ты.

Глава 6

Моника

Верни мне мой 21 грамм.

Моника — имя персикового цвета.

С разбитым сердцем, и широко расправленными плечами двигаться дальше.

Он меня бросил.

Я не могу поверить. Сижу неподвижно в комнате, и не могу перестать плакать. Ощущаю себя опустошённой, лишённой сил, пустым местом и не могу ни о чём думать.

Чувствую, как сжимает в тиски желудок, а в горле застрял ком. Дрожу от холода, у меня трясутся руки. Для меня это слишком, не могу вытерпеть такую сильную боль. Мне не хватает воздуха. Не думаю, что смогу двигаться и выйти из комнаты. Не желаю никого видеть. Я хочу спать, потому что не получается справиться со всеми этими муками, но не могу заснуть потому что слишком несчастна.

Испытываю шок, ошеломлена, не знаю даже что и подумать, не верила, что мы дойдём до такого. Да, я должна признаться — мы очень часто спорили, и время от времени он приходил чтобы сказать — наша история больше не имеет смысла, но так говорят, когда вы охвачены приступом ярости, правда? Потом мы мирились, и всё было, как и прежде. Достаточно чтобы прошло какое-то время и желание быть вместе, обниматься и ласкать друг друга становилось таким сильным, что мы не могли продолжать дуться. Обычно это я первая тянулась к нему. Мне хватало одного его взгляда: когда он начинал на меня смотреть, говоря взглядом, что всё позади. И мы начинали улыбаться, я к нему приближалась, мы крепко обнимались и целовались. Было так прекрасно мириться, и тогда ссора теряла свою значимость.

Иногда мы спорили действительно из-за пустяков, не могу их даже вспомнить. Возможно, он мне грубо отвечал или мне так казалось. Тогда я обижалась и начинала кричать в ответ; так провоцировалось препирательство и звучащие слова становились всё грубее, а тон голоса выше. Быть может, мы даже сами не знали, из-за чего начался спор.

В других случаях мы спорили, потому что я всегда хотела сделать по-своему и не принимала его советы. Напротив, я начинала злиться, когда он пытался дать мне совет. Какая идиотка! Он делал это для меня, потому что любил и почти всегда был прав, но моя гордыня мешает мне слушать других, даже тех, кто меня любит.

Возможно, я виню себя во многом или быть может, всё именно так как я и подозревала.

В глубине души я всегда боялась, что не заслуживаю его любви. Наши отношения никогда не были равноправны: я самый обычный человек, так почему должна заслуживать быть любимой особенным человеком? Разве в паре не должен присутствовать баланс? Я влюбилась в него с первого взгляда и никак не могла понять, что он увидел интересного во мне. Да, между нами с самого начала и постоянно присутствовала потрясающая химия. Нам было хорошо вместе, и мы действительно веселились. Наша история наполнена смехом, шутками, розыгрышами, поддразниваниями. Мы всегда много иронизировали, даже над нашими проблемами и это помогало смело и без истерик их преодолевать. Мы вместе прошли через многое и всё преодолевали с высоко поднятой головой и соучастием. Между нами не существовало секретов. Как и все остальные мы имели свои недостатки. И свои разногласия. Но всё было таким интенсивным и восхитительным.

Мы были романтичной парой. Нам нравилось путешествовать, вместе ездили по миру. Случалось всякое и нам всегда отлично удавалось выбираться из ситуаций. Слишком много мест напоминают мне о нас. В одиночку я не смогу теперь никуда поехать. В каждом месте присутствует воспоминание, частичка нашей истории. Как я смогу поехать в Париж и не помнить о наших прогулках под дождём? Как мы шли, держась за руки вдоль Сены. О том маленьком отеле, который нам очень понравился или ресторанах, со столиками на открытом воздухе, где мы планировали все наши прогулки и походы в музеи. Мы изучали карту города и отмечали места, где уже побывали и которые намеривались посетить. Мы говорили на плохом французском, иногда даже сами придумывали слова.

Теперь всё будет ужасно печальнее.

Не могу себе представить — какой станет моя жизнь без его взгляда, голоса, рук, его советов и шуток, без нашего смеха и поцелуев, без наших рук, запутавшихся в волосах и безумия. Что я буду делать, выброшусь из окна?

Я не могу себе позволить так умереть. Говорят — время лечит любые раны. В это кажется трудно поверить, но возможно именно так и есть. Я через многое прошла, и даже сквозь проблемы, казавшиеся непреодолимыми. Много раз думала, что не смогу сделать и вместо этого я здесь.

Может быть, я намного сильнее, чем думаю.

Да, мне нравится идея о самой себе как человеке, который не сдаётся. Чувствую себя воином и должна смотреть в будущее. Случилось то, что должно было произойти и, безусловно, имелись причины, которые со временем смогу понять и принять. В любом случае — это произошло и не может быть уничтожено.

Я одинока, но внезапно чувствую себя непобедимой. Мне повезло, потому что испытала такую насыщенную и большую историю любви. Уверена, есть люди, которые прожили всю свою жизнь и даже не знали, что значит быть вовлечёнными в такие увлекательные отношения. Возможно, я испытаю другую любовь, кто знает, быть может, более или менее интенсивную или важную. Но теперь я должна подумать о себе, о том, что я воин.

Должна задуматься, что моя жизнь ещё имеет смысл, даже без него.

Чтобы действительно двигаться дальше, ты должна пройти сквозь наиболее трудную часть и потом возродишься.

Глава 7

Серена

Как первая страница в новой тетради. С энтузиазмом и заботой — так мы должны относиться к каждому новому этапу нашей жизни.

Серена — имя цвета синий кобальт.

За миг до этого. Одна важная минута, встреча, путешествие, возвращение. За это мгновение чувствуешь всё пространство, которое занимает сердце.

Любовь моя, сегодня я тебя видела.

Видела твоё маленькое тельце и сердце. Ты мне уже кажешься такой красивой. Естественно, смотрю на тебя глазами, полными любви, и вижу в тебе то, что может увидеть только мама.

Смотрю на свой живот и удивительно думать, что ты там, внутри. Я ношу тебя с собой, защищая, и буду тебя сопровождать в этом путешествии. Ты станешь сильной и достаточно взрослой, чтобы прийти в мир, а потом, я помогу тебе ему противостоять. Не волнуйся, он не такой плохой, как говорят. Я научу тебя собирать его самые прекрасные аспекты.

Научу тебя, как радоваться солнечному дню, влюбляться в проспект, украшенный деревьями, отдаваться очарованию необъятности моря.

Мы будем вместе смотреть на цветы, листья, облака и горы. И я научу тебя видеть красоту в голых деревьях. Да, именно в голых. Будем очарованы голубым небом, которое заполняет пространство между сухими ветвями и ты узнаешь, как оно может засиять. Будем дышать природой, и слушать звуки ветра.

Мы станем насыщаться, наблюдая за чудесами воздуха, воды и земли. Ты попробуешь петь, узнаешь как это весело, даже если будешь фальшивить как и я. Вместе потанцуем, побегаем, совершим прогулки.

Я не покажу тебе весь мир, а просто научу его любить. Потом ты всё увидишь одна или с кем захочешь. Сможешь путешествовать и экспериментировать. Только моих слов не достаточно, ты должна прожить свой опыт. И совершишь свои ошибки, но всё будет хорошо. Возможно, о чём-то пожалеешь, но каждый раз научишься чему-то новому и узнаешь новое о себе. Научишься прощать.

Узнаешь, как принимать и ценить тех, кто отличается от тебя. Обнаружишь, что всегда есть чему поучиться.

Научишься бороться, за всё во что веришь. Случится, что ты потеряешь, сдашься, но потом произойдёт такое, что придаст тебе новое мужество. Ты столкнёшься с трудностями, но сможешь их преодолеть. Жизнь иногда показывает плохой характер, но достаточно выбрать правильное направление.

Я не знаю, будешь ли ты высокая или низкая, будешь ли красивая и голубоглазая. Помни всегда — твоя красота заключена в твоей душе. Что действительно важно, так это любовь. Если узнаешь, как любить себя и других — тогда будешь сиять. Никто не посмотрит на цвет твоих глаз, когда будет пронизан любовью, исходящей из твоего взгляда.

Маленькая моя, учись даровать, потому что это самая прекрасная вещь на свете. Радость от дарования так огромна для тех, кто может отдать. Даруй свою любовь, время, уважение и твоё сострадание.

Выяснишь, как замечательно быть человеком. Дари свою любовь.

Будет волнительно иметь подругу, которой можно доверять; мужчину с кем разделить жизнь и щенков, к которым привяжешься, иметь знакомых, кому улыбаться и людей, кому сможешь помочь.

Будешь обладать своим характером, твоим собственным способом двигаться и выражаться, будешь обладать своей манерой, смотреть на мир. Ты не будешь ни как я, ни как кто-то другой. Не беспокойся о том, чтобы сделать что-то и не разочаровать меня. Оставайся самой собой, и ты меня никогда не разочаруешь.

Сейчас ты здесь, в моём животе и это такая радость, что невозможно описать.

Когда ты родишься, я понесу тебя на руках, потом поведу за руку, потом буду наблюдать за тобой из далека, и наконец, я отпущу тебя.

Я всегда буду рядом с тобой, но ты будешь жить своей жизнью, как сама захочешь и предпочтёшь, с человеком, которого выберешь. Однажды, любовь моя, ты станешь женщиной. Иногда испытаешь страх, но это нормально. Мы все его испытываем.

Часто я ловлю себя за тем, что воображаю, какой ты станешь. Мне смешно от этого любопытства. Я не могу знать, каким будет у тебя характер и поэтому трудно выбрать имя. Было бы здорово, если б его смогла выбрать ты сама, когда подрастёшь. Могла бы выбрать то, что тебе нравится и чувствуешь — тебе оно подходит. Меня назвали, Серена, и напротив, я самый беспокойный человек на свете. Но в итоге я его полюбила, возможно, именно потому, что так парадоксально.

Поэтому я не хочу создавать себе бесполезные проблемы. Также и при выборе имени прислушаюсь к тому, что подсказывает мне сердце. Дам тебе имя, звучание которого мне нравится. Мягкое и лёгкое, практически неуловимое. Женственное. Мелодичное. Одно из его значений: «белая волна». Волна может быть стремительной или раскачиваться мягко. Ты сама выберешь, какой быть, я выбрала лишь имя и знаю, что тебе понравится.

Любовь моя, я назову тебя Джиневра.

В любом случае будут дни, в которые, если ты себя спросишь, когда в последний раз была счастлива, то сможешь остановиться, улыбнуться и ответить: «Сегодня».

(Джиневра - имя цвета слоновой кости).

Глава 8

Франческа.

У меня всегда есть что сказать, даже если почувствую себя непонятой, даже если покажется, что разговариваю в одиночестве, потому что не сдаюсь и улыбаюсь. Я живу.

Франческа — имя зелёного цвета.

«Ты мне не нужен» — универсальный ответ тем, кто не в состоянии ценить тебя.

Люди плохие. Они получают удовольствие, заставляя тебя чувствовать себя смешной, неправильной. Но почему? Думают, что поливая грязью, они сами выглядят круче? Потом женщины! Все женщины завистливы и стервы. Они притворяются, что хотят помочь, а вместо этого им нравится видеть твои проблемы; притворяются подругами, чтобы быть в курсе твоих дел. Они гиены, которые смеются над идеей о новой жертве, которую можно сожрать. У них во рту появляются слюнки, когда видят тебя такой слабой, потому что понимают — ты готова быть обманутой. Они сеют ненависть. И я их ненавижу.

Боже, как же сильно я их ненавижу!

Убила б их всех, но не раньше, чем выкрикнула б им весь свой гнев и презрение. Хотя нет, напротив, не желаю дать им такое удовольствие, не хочу предстать злобной и сердитой. Я хочу смеяться пока плюю на их дурацкую одежду и причёски, и нассу им на туфли, и заставлю их почувствовать себя маленькими, крошечными червяками, которые будут, наконец-то, раздавлены. Но всё это должно происходить предельно медленно, и похоже на то, как учитель проводит пальцем по списку фамилий в журнале, а ты сидишь в страхе. И когда опускается ниже твоей фамилии, ты выдыхаешь с облегчением, спасённая. Чтобы снова почувствовать сердце в горле, когда выбор повторяется. Вот и я, хочу поступить также, потому что самое страшное не заданный вопрос, а то беспокойство, которое ему предшествует. Я хочу в них вселить такую же тревогу.

Они научили меня ненависти, и я хорошо усвоила урок, по крайней мере, в этом я стала отличницей. Теперь я ощущаю, как ненависть течёт в моих венах. Ненавижу всех женщин, которые заставили меня почувствовать себя неполноценной. Хочу заставить их ощутить себя крошечными по сравнению со мной, хочу, чтобы узнали, на что я способна.

А как же мужчины? Туда же! Они ещё хуже. Им наплевать на всех и всё. Ты можешь загнуться у них на глазах, а они даже не заметят. Думают только о четырёх идиотских вещах, представляющих для них интерес. Это: секс, футбол и… вот, не набирают даже четырёх, им достаточно и этих двух.

Мужчины печальны и убоги. Несчастные!

И в отличие от женщин они даже не притворяются. Нет, им не интересно выглядеть чувствительными; живут спокойно в своём мире и плюют на всё по полной. Ничто их не задевает, в лучшем случае злятся, если их команда проиграет или испытывают ломку, когда мало занимаются сексом. Но всё ограничивается этими двумя вещами. Другие для них не существуют, они живут в пузыре — в глупом пузыре, или вернее в пузыре глупости.

Какой паршивый мир, состоящий из завистливых женщин и эгоистичных мужчин. Что, вообще нет никого невредимого? Быть может, существует кто-то человечный, только сила воздействия жизни среди всех этих людей портит каждого. Мне, например, нравился бы мир, где все хотели бы друг другу помогать. Только постоянно сталкиваясь с чёрствыми и злобными людьми, в конце концов, я стала злее, чем они.

Проблема в том, что для выживания ты должен быть злодеем. Выигрывает не тот, кто сильнее, а тот, кто дурнее. Если ты хороший, то тебя всегда обманывают и пользуются и в итоге считают дурачком. Посмотрите на школу, если ты учишься и даёшь другим списывать готовые домашние задания, то возможно тебя застукают, и ты попадёшь из-за других в беду. Если напротив никому ничего не дашь списать, тогда выделишься и будешь совершенно одинокой, или с несколькими другими, кто получает высокие оценки. Потом, если ничего не изучала, а списала у кого-то, так это ещё и лучше. Вот где ты действительно умная — получаешь максимальную отдачу без малейшего усилия.

Важно не беспокоиться о других, а думать только о самих себе и двигаться вперёд. И если для достижения своих целей тебе необходимо кем-то воспользоваться, то это не проблема. Не нужно испытывать угрызения совести, именно в этом заключается твоя сила — быть безжалостной. Только так ты что-то получишь, в противном случае навсегда останешься пустым местом и будешь использована другими при достижении своих целей.

С ненавистью вы получите много всего, или скорее с ней вы получите всё.

Желаю становиться злее с каждым днём, и уверена что разбогатею. Потому что ты не можешь стать богатым, если щедрый с другими и беспокоишься об их проблемах. Если думаешь о других, то не достигнешь результатов. Необходимо быть безжалостным и двигаться вперёд к своим целям, только так можно чего-то достигнуть.

Не могу дождаться, когда я вырасту и стану богатой и злой.

Сейчас пойду помогу маме готовить ужин.

Быть может взросление не означает изменение, а только добавление. Добавишь страхи, знания, надежды, разочарования и немного тяжести на свои плечи.

Глава 9

Паола

Ещё пару жизней и я пойму как это работает.

Паола — имя цвета красный кардинал.

У меня сложилось представление о самой себе как о той, кто не сдаётся. И поэтому продолжаю бороться, не хочу себя разочаровывать.

После того как построила так много, что останется мне? Ничего. Жизнь, наполненная жертвами и отказом ради будущего, которое никогда не наступит. Я много боролась, всегда, постоянно — и что меня ожидало? Возможность в один прекрасный день насладиться всеми своими успехами? Какая наивная, этот день никогда не наступит.

Лучше начинать верить во что-то. Потому что, если я действительно хочу получить вознаграждение за то, что была такой хорошей, то мне остаётся только надеяться на загробную жизнь. Возможно смогу переродиться, может меня ждёт новая жизнь наполненная удачей, которой была лишена. Но кто в это верит?

К сожалению, я нет. Я ни во что не верю и это моё самое большое несчастье. У меня нет Бога, кому молиться и нет рая о котором можно надеяться. Так что же мне делать? С грустью ожидать смерти? Это первый раз, когда решаю немного написать и попробовать отразить чёрным по белому состояние в моей душе. Мне сказали: дневник поможет, но я боюсь, что читая о своих чувствах станет ещё грустнее. Хочу сказать — если б прочитала записи другой женщины в моей ситуации, думаю мне стало б её жаль. Как читая роман, в котором рассказывается грустная история, начинаешь грустить и ты. Вот и я, читаю свою историю и грущу, потому что она одна из тех, что заставляют тебя плакать. И я плачу ещё сильнее оттого, что история моя.

Я бы хотела быть мужественной женщиной и не рыдать о самой себе, быть смелой и храбро противостоять наступившему дню, но для чего? Какой смысл имеет день если за ним не последуют другие? Как я могу спокойно жить не имея возможности строить планы и не думая о будущем?

Воспользоваться моментом, точно. Но поступить так намного легче когда знаешь, что можешь их собрать ещё множество.

Живи каждый день словно он последний. Ну именно так я и поступаю, но думаю смысл фразы в другом. Потому что для меня, проживающей каждый день как-будто он последний, это означает жить с осознанием того, что ничего больше не имеет значения, потому что скоро меня не станет. Какой смысл испытывать новые эмоции и чем-то восхищаться, всегда с трудом собирая для этого силы, если уже знаешь что всё заканчивается.

Всё так унизительно трагично. Перетаскиваю себя здесь, в ожидании когда всё закончится, потому что знаю о приближении финала и не могу делать ничего другого, кроме как ждать. Я практически хочу сказать: окей, не желаю эти последние дни, я не знаю чем мне в них заняться, поэтому давайте перейдём сразу к делу. Я добралась до конца линии и никогда не думала оказаться здесь так рано.

Это правда — мы живём, принимая жизнь как должное, словно бессмертны. Мы живём плохо, имея тысячи страхов, но никто не выбросит из головы идею что у нас всегда остаётся время для совершения чего-либо. Всегда думаем — будет будущее и это будущее кажется нам бесконечным. И всё же единственная вещь, которую мы знаем наверняка с момента прихода в мир — мы умрём. Знание настолько точное и очевидное, что мы забываем про него. Вокруг нас продолжают умирать люди всех возрастов, по разнообразным и порой глупым причинам. А мы продолжаем себя вести словно бессмертны.

Сколько ненужной траты времени я могла б избежать, если б знала о том, как коротко оно для меня. Почти всё что сделала до настоящего момента теряет своё значение. Экономить, откладывать на чёрный день, работать, сопротивляться, ждать, терпеть, сдаться, отложить. Каким образом я могла узнать что всё так закончится? Вернее, я знала как фильм закончится, но не представляла что финал наступит так скоро. Это даже не фильм, короче чем короткометражка. Жизнь со мной поступила скупо. Не проявила щедрости ни в качестве ни в количестве. И вместо того чтобы стать мудрой и найти просветление я чувствую себя бесчувственнее чем раньше, потому что злюсь. Возмущаюсь, думая о многих людях, живущих долго не заслуживая этого.

Но кто я такая чтобы решать кто заслуживает, а кто нет? Я никто и всё же не могу смириться с тем, что есть выброшенные жизни. Например в тюрьме, где люди вынуждены отбывать пожизненное заключение и живут до девяноста лет. Не знаю — лучше ли я чем они, но по крайней мере, могла б жить своей жизнью. Есть Бог, который решил подарить жизнь убийце в тюрьме и заставил умереть меня. Там будет объяснение, но думаю не смогу его понять. Не получается ни во что верить также и поэтому.

Нет справедливости даже в смерти.

Я потратила свои лучшие годы в ожидании лет, которые никогда не наступят. Совершила просто «замечательную» сделку. Совсем не проявила хитрости, но повторюсь — как я могла узнать об этом? Не хочу оправдываться и себя жалеть, не желаю вызывать сочувствие, но поступаю таким образом. Не хочу, но делаю, поскольку не вижу альтернативы.

Возможно, должна считать себя везучей? Хочу встретить кого-нибудь, кто осмелиться мне это сказать. Становлюсь агрессивной, я очень сильно злюсь и не знаю на кого. Иногда я хочу верить в Бога, чтобы только иметь возможность разозлиться на него.

Действительно, ситуация ужасная. Мне противно положение в котором сейчас нахожусь — оно безвыходное. Вернее выход имеется и скоро наступит, только оттуда нет пути назад.

Иногда я думаю: есть так много любящих меня людей, что это должно утешать, но вместо этого всё становится ещё печальнее. Потому что я потеряю их, а они меня. Им придётся испытать боль, будут обо мне скучать и страдать, впрочем страдание испытывают уже сейчас.

Иногда я чувствую себя одинокой и в глубине души думаю нет никого, кто любил бы меня по настоящему, такую какая я есть. Потому что на самом деле никто не знает меня хорошо, какая я истинная и что чувствую — они ничего обо мне не знают. И это тоже вызывает у меня печаль, ощущаю себя жалкой, думая что умру в одиночестве.

Но правда в том, что сколько б человек ни любили б меня, никто не в состоянии мне помочь. Вероятно единственная, кто на данный момент может что-либо сделать — это я. Говорят, очень важно думать позитивно, а имея силу воли и правильный психологический настрой можно пережить эту болезнь. Так говорят учёные, кто знает. Похоже мне ничего не будет стоить чтобы попробовать.

Что мне терять?

Что может случиться хуже смерти?

Иногда я шучу о своей смерти. Шутки немного гротескные, но они заставляют меня смеяться именно потому, что мне кажется так абсурдно смеяться над смертью, особенно над собственной. Мы привыкли о ней не говорить, боимся её, мы суеверны. У меня же в настоящем осталось мало чтобы оставаться суеверной, поэтому могу себе позволить шутить о ней.

Вот, я не хочу больше сдерживаться, и мне жаль если кто-то почувствует себя неловко. Только я не могу беспокоиться об этом, имеются вещи поважнее. Хочу попробовать делать всё то, что позволяет мне почувствовать себя лучше. Попытка не пытка, а так как я должна умереть, максимум чем рискую — это умереть счастливой и мне не кажется это пустяком.

А если напротив, именно это поможет мне выздороветь? Тогда я б открыла элексир долгой жизни. Я буду жить не только дольше, но и счастливее. Это стало б действительно огромным прорывом. Одна эта мысль вызывает волнение. Я очень хочу выбраться и начать жить. Возможно я и умираю, но у меня ещё имеется время чтобы жить.

Я уйду с улыбкой.

Глава 10

Клаудия

Ты разговариваешь с ними с сердцем в руке, а его у тебя поедают.

Клаудия, имя цвета — голубой детский.

Необходимо выбирать тщательнее из-за чего злиться, а также из-за кого. Печень, как и сердце, не расходуют на кого ни попадя.

Благословенны вы, кто всегда всё знает. С вашими неопровержимыми убеждениями и уверенностью. Предпочтения отдаются предвзятости, а не мнениям, которые у вас складываются.

У вас не возникает необходимости наблюдать, слушать, понимать и пробовать.

Вы уже знаете и готовы судить. В ваших карманах спрятана серия образцов и не нужно делать ничего другого, кроме как дождаться момента и использовать их. Ваш разум замкнут в кубе, откуда не можете, не хотите и не знаете как выбраться. И никто не должен выходить. А кто выбирается, тот ошибка.

Правильные только вы.

Вы стоите внутри воображаемых кубиков ваших умов. Другие ошибаются в том, что делают, говорят и как говорят, как одеваются. Ошибаются в «как», «где», «почему», «что», «когда».

Вы хранители истины и она у вас абсолютная. Ограждение покидать запрещено.

Живёте в своих золотых клетках, которые для себя построили и где смогли заточиться. Продолжаете карабкаться, чтобы добавить в ваши клетки больше золота, точнее подделки, всё это позолота. И чем больше добавляете, тем меньше остаётся воздуха; вы оказываетесь в ещё более глубокой ловушке и от этого ощущаете себя реализованными.

Путешествуете по рельсам вашей истины. Не можете ни поменять дорогу, ни остановиться, ни вернуться назад. Для движения имеется лишь одно направление. И когда вы измените свой путь, достаточно просто никому не говорить и сделать это тайно. При свете солнца все должны видеть как вы маршируете по этим рельсам, с высоко поднятой головой и постоянной скоростью. Но как только стемнеет, вы можете улизнуть, достаточно вернуться с первыми лучами солнца. Ночью делаете то, что критикуете днём. Важно всё делать в темноте, это лишь вопрос освещения. Днём вы скандалите из-за слова, фото, мнения. Вы чемпионы правильного мышления. Вы мораль и этика. Вы люди живущие по правилам. Днём вы возмущаетесь почему существует проституция. По ночам отправляетесь к шлюхам. При свете солнца вы орёте почему используют наркотики. В темноте, вечер не начнётся пока не прикоснётесь к кокаину. Днём вы приходите в ужас глядя на пару гомосексуалистов. Ночью вы платите трансвеститу, чтобы прочувствовать некоторые удовольствия. Днём вы осуждаете прелюбодейство, а ночью ложитесь в постель с коллегой, намного вас младше. Днём и ночью — вы абсолютно разные. На самом деле!

Блаженны вы, всё знающие и плюющие суждениями. Правильные, в костюмах при галстуке, устраивающие скандал из-за декольте и ведущие двойную жизнь, двойную семью и две дерьмовые жизни, бегущие параллельно. Отправляете своих детей в школы для богатых, даже если сами не богаты, только чтобы сделать вид что такие. Покупаете всё в кредит и тратите больше чем можете заработать.

Важно сохранить внешний вид, выглядеть богатым и честным, со здоровыми принципами. Казаться. На самом деле вы нищие — внутри и снаружи. Вы жалкие. Живёте в фикции. И когда в одиночестве смотрите на себя в зеркало, то возможно, даже нравитесь себе. Вы нравитесь себе и от этого получаете удовольствие.

Сегодня вы опять хорошо поработали. В обуви, которая стоила половину вашей зарплаты, вы прошли сверху по тем, кто чище вас, но по вашему мнению стоит ниже. Поэтому необходимо их раздавить, отбросить ещё ниже и заверить себя что у них не возникнет даже мысли о том, что имеют одинаковый с вами уровень. Вы ребята, мудаки определённого уровня, и там не импровизируют. Всю жизнь себя тренировали чтобы достигнуть этого уровня стервозности и конечно, правильно, что другие на своём месте стоят ниже. Вы на самом деле умудряетесь смотреть на себя в зеркало и вместо того чтобы плюнуть в лицо, остаётесь довольные и удовлетворённые отражением. Вы возбуждаетесь в одиночестве. И мастурбируете думая о себе.

Но наступит момент, когда придётся действительно остановиться и заглянуть в душу. О да, рано или поздно такой момент наступит. Возможно на пороге смерти, но наступит. И тогда увидите какие вы монстры. Вы испытаете отвращение. Наконец увидите, какие вы отвратительные, тошнотворные, мерзкие и омерзительные. Монстры. Вы ясно это осознаете. В вас проснётся совесть — неумолимо, бесконтрольно, внушительно, неопровержимо. Тогда вы испугаетесь. Вы прочувствуете весь страх, который стремились спровоцировать у других.

Вы испугаетесь своей судьбы и самих себя. Будете себе противны в той же степени, в какой вызываете отвращение у других. Вы посмотрите друг на друга с ужасом и не сможете выдержать взгляд, потому что в глубине глаз увидите всех тех людей, которых растоптали. Не сможете вновь посмотреть в свои глаза или на руки. Почувствуете себя грязными, потому что такие и есть. Захотите сбежать, но будете пойманы собой. И тогда начнётся ваш кошмар. Ваша душа разорвётся в клочья. Сердце разобьётся. Потому что вы не знали что имеете душу и сердце. Вы утопили их в вашем дерьме. Они были окутаны вымыслом и потемнели от лицемерия. Однако душа и сердце прятались глубоко внизу, кто бы подумал? И сейчас, когда вы найдёте их, от них останутся лишь кусочки. Разрушенные.

Тогда вам придётся научится просить о пощаде, умолять. И возможно, кто-то действительно проявит к вам сочувствие. Кто знает. Быть может кто-то захочет собрать ваши части: тела, разума, совести. Интересно, повезёт ли вам. Начинайте молиться.

Я — это всё то, над чем безумствую по ночам и смеюсь днём.

Глава 11

Роберта

— Голова или крест?

— Сердце

Роберта — имя бирюзового цвета.

То, что нас окружает, мы выбираем сами; даже если и не делали сам выбор, мы решили среди этого остаться.

Роберта имя бирюзового цвета. Бирюза. Как мои первые серьги. В жизни встречаются предметы, которые составляют часть тебя, даже если они не видны, и ты не можешь до них дотронуться, они всё равно с тобой. Серьги с бирюзой стали моим первым шагом в ощущении себя как маленькой взрослой женщины. Десятилетней девочкой я носила красные балетки и одежду разрозненных цветов, иногда подобранную самым невероятным способом, потому что мама доверяла мне одеваться самостоятельно. На одной фотографии я стою одетая в футболку с короткими рукавами и тёплые вельветовые брюки. Возможно, сезон и правда выдался странным, или, вероятно, как и предполагаю — мама предоставила мне возможность ошибиться. Потому что некоторые промахи нельзя назвать ошибкой, это маленькие весёлые шаги в поиске своей индивидуальности.

Я рано стала обращать внимание на суждения окружающих. Дети не всегда спонтанны и беззаботны, как о них говорят.

Хотела нравиться своим одноклассникам, учительнице, брату, родителям. Одноклассникам для того чтобы они меня приняли, родителям — чтобы не разочаровать их.

Я хотела быть милой, вежливой, умной, прилежной. И хотела стать взрослой.

У меня была подружка моего возраста, мы познакомились в детском саду, жили в соседних домах, ходили в одну школу. Подружились даже наши родители. Короче говоря, хотя и не помню делали ли мы такое признание, но она была моей лучшей подругой. Вместе с ней мы наблюдали за старшими подростками, которые сидели на низкой каменной стене и болтали. Нам хотелось выглядеть как они. Мы не хотели быть двумя маленькими девочками, которые играют, нет. Нам хотелось стать двумя девушками, которые сидят на той стене. Однажды мы решились, сели на каменную стену рядом с домом и посмотрели друг на друга, спрашивая: «Как я выгляжу?» Мы хотели смотреться как взрослые, но сработало не очень хорошо. Мы взяли с собой варёные каштаны, приготовленные одной из наших мам, и они совершенно не вписывались в задуманное. Подруга одела тренч, хотя я ей говорила, что нужна спортивная куртка. Короче — маленькая катастрофа, но мы смеялись. И это «Как я выгляжу?» которое развлекаясь, мы повторяли много раз, я не забуду никогда.

Подружка смастерила для Барби лифт, подвесив на нитку пластиковый стаканчик. Моя мама, которая хорошо вязала, сделала мне одеяло для кроватки Барби. Нам не нравились большие пупсы, которых нужно укачивать и заботиться, нам нравились Барби, выглядящие взросло и на кого мы хотели быть похожи. Не выглядеть высокими, худыми, красивыми блондинками – нет, это нас не интересовало. Мы хотели только выглядеть взрослыми.

Играли в служащих. Мы «работали» в офисе с бумажками, рисовали ручками, ставили печати. В наши обязанности входило заполнять формуляры и подписывать их.

Ещё нам нравилось играть в кондитеров. Мама давала немного муки или какой-нибудь другой ингредиент с кухни, и мы изобретали, «готовили пирожные».

Самые прекрасные игры мы придумывали сами, и очень важно было придумать для них также и название. Это были наши игры, и другие не могли их понять. Мы не нуждались в дорогостоящих игрушках, достаточно было нас и нашей фантазии.

Мы изменили наши имена, придав им международное звучание. Я была Роби Карди. Смеюсь только от одного воспоминания. Ещё мы придумали собственное приветствие и понятные одним нам прозвища для других людей. Мы выдумали мир, который нам очень нравился, где всё было увлекательным и смешным, даже слова. Когда мне вспоминаются все изобретённые нами способы говорить, на лице сразу появляется улыбка. Вспоминаю тех детей, которыми были, и понимаю, что мы не могли вырасти другими, только достойными женщинами и сложиться иначе не могло.

Ничего не потерялось за прошедшие годы, до сих пор эти две девочки сидят в углу на полу на корточках и играют, намереваясь придумать слова и смеясь над тем, как всё может стать смешным, просто дайте ему забавное имя, над которым можно веселиться снова и снова.

Мне нравился мультфильм «Кэнди-Кэнди», который часто смотрела по телевизору. И я не была влюблена в Терри, нет. Чёртов красавец был не для меня, я была влюблена в нежного и невезучего Энтони, кто сразу умирает. Мой выбор не стал счастливым. Но он назвал в честь героини розу — Нежная Кэнди — как я могла не полюбить его?

Однако возможно, я мечтала не столько о принце на белом коне, сколько о белой черепахе. Потом я много раз слушала песню Бруно Лауци «Черепаха» и эту единственную милую песенку я выучила наизусть, даже не осознавая. Такие строчки остаются у тебя в памяти и без лишней суматохи становятся частью тебя и твоей истории. Спустя много лет я прослушала её вновь, с сердцем девочки и опытом взрослого, и обнаружила, что черепаха начала замедляться только после несчастного случая и тогда неожиданно обнаружила счастье. Возможно, именно это случилось со мной. Много лет спустя я поняла то, чему уже научила меня детская песенка.

Мне нравилась «Sarà perche ti amo» в исполнении Рикки и Повери, «Il ballo del qua qua» Аль Бано и Ромина, из которой я помнила все движения. « Berta filava» в исполнении Рино Гаэтано, потому что тётя для меня всегда её пела, но самой любимой была «Disco Bambina», которую исполняла Хизер Паризи. Мне даже купили пластинку для проигрывателя 45 кругов в минуту, с очень красивой обложкой: фото Хизер, одетой в разноцветный комбинезон без рукавов и без одной ноги. Разноцветная, весёлая, асимметричная, с ошибкой. Этой обложкой была я.

Потом появились они — Duran Duran. Как понять, что три подруги это настоящие друзья? Очень просто. Без предварительной договорённости, они сделают три разных выбора, идеально дополняющих друг друга: одна выберет Саймон Ле Бона, другая Ника Роудса, и третья (это я) Джона Тейлора. Нам не нужно было соперничать и бороться, у каждой имелись чёткие идеи, и не возникало интереса к избранникам других. Нам необходимо было дождаться наших четырнадцати лет, чтобы пойти на их концерт, увидеть и услышать в живую. Ожидание казалось очень долгим, а пока что, мы коллекционировали не только все их диски, но также и все фото, статьи или интервью, которые появлялись в печати. Мы сообщали звонком на домашний телефон, когда в программе Video Music показывали видео с одной из песен группы. Если слышала одиночный звонок этого пузатого серого аппарата с диском, значит требовалось поспешить и включить телевизор. Было забавно, это была страсть, энтузиазм и соучастие.

В середине пятого класса мне пришлось поменять школу. В первый день я сильно волновалась, потому что входила в класс, где все друг друга знали за исключением меня. Когда снимала со спины ранец, за пряжку на лямке зацепилась нить свитера, и я поспешила её отцепить, поскольку боялась поставить себя в неловкое положение перед всеми. Спустя несколько минут, одна девочка, как и все остальные незнакомая для меня, прошла сзади, увидела вытягивавшуюся нить, подошла ко мне и всё поправила. Прежде чем вернуться на своё место, она мне улыбнулась. Не знаю если это правда, что маленькие поступки делают людей великими, но уверена — они занимают место в сердце, и ты их никогда не забудешь.

Сегодня с балкона я видела, как играют дети, меня очаровали их разговоры. И я подумала — как с годами меняются приоритеты и вещи, имеющие для нас важность. Не существует вещей абсолютно важных. Важным может стать возможность прошептать на ушко секрет, выиграть гонку на велосипедах, спрятаться, играя в прятки так, чтобы тебя не нашли. То небольшое, что мы имеем вокруг себя, наша маленькая огромная вселенная окутывает нас и она важна всегда. Взрослеть, возможно, означает расширять границы, уметь видеть за пределами тех немногих людей, с кем сталкиваемся ежедневно, понимать что вселенная — это гораздо, гораздо больше.

Вселенной для меня стало лакомиться печеньем Bucaneve дома у тёти. (Прим.пер: Bucaneve — песочное печенье, круглой формы с отверстием по середине). Я нанизывала колечки на палец и начинала грызть, смеясь вместе с двоюродным братом.

Вселенной стало придумывать вместе с моей лучшей подругой все наши игры.

Вселенной был Bis (телевизионная викторина Майка Буонджорно), реализованная в домашних условиях мамой из бумаги, ручкой и ножницами. Она сконструировала щит с ящиками, которые можно было открыть и ребусы для решения. Вселенная — я с братом, бросающие друг другу вызов, и ставя на кон сладости, которые мы находили в новогодних носках.

Моим миром была мама и папа, которые оставляли меня засыпать в их постели, чтобы потом взять на руки и перенести в мою кровать, ту самую, где я боялась засыпать в одиночестве.

Вселенная для каждого из нас это то, что можем увидеть (большое или малюсенькое), и иногда, постепенно пока растём, она увеличивается вместе с нами.

11 сентября 1973 года в Чили произошёл военный переворот, а президент Сальвадор Альенде покончил с собой.

11 сентября 1973 года родилась я.

С раннего детства я знала, что в одно и то же время, когда моя мама принесла меня в этот мир, в другой части земного шара писалась важная и противоречивая глава истории. На другом конце света, но в моём собственном мире. И с годами этот огромный, но уникальный мир в моих мыслях становился всё более и более очевидным.

Мой мир потихоньку начал расти. И я с ним.

В 1986 году в школе и дома я слышала разговоры о катастрофе в Чернобыле. Люди, далёкие от меня, но такие же, как и я, переживали неожиданную трагедию. Я сильно грустила и расстраивалась из-за этого.

Вечером 15 апреля 1989 года, прежде чем заснуть, я молилась, чтобы число жертв на стадионе «Хиллсборо» больше не увеличивалось. Я не была религиозна и не имела привычки молиться, но это был трагический вечер для мира, моего мира, в котором я снова подросла и для него сделала единственную вещь, которую чувствовала себя в состоянии сделать — молиться.

С тех пор я не брала на себя ответственность за все проблемы в мире, но в какой-то манере ощущала себя вовлечённой. Я чувствовала, что существует много других «меня» во многих других далёких местах и ощущала, что каждая из этих персон имеет право на свою горсть счастья. Это заставляет тебя чувствовать себя беспомощным, но с другой стороны помогает понять, что имеешь, учит благодарности.

Как важна и необходима благодарность, я снова открыла много лет спустя, когда на меня обрушился мир, и я понимала, что под руинами не одинока. Я чувствовала, что не могу сдаться, потому что рядом со всеми препятствиями, которые передо мной ставила жизнь, были дары, которые эта самая жизнь мне даровала.

И теперь каждый вечер, даже если обеспокоена, или грущу, или огорчена, или в чём-то разочарована, прежде чем заснуть я ничего не прошу, просто благодарю за всё то, что каждый день жизнь мне дарует. Моего мужа, близких, друзей, эти глаза, ноги и неисчерпаемое желание играть.

В какой-то момент ты понимаешь, что места начинают казаться узкими и мир в них кажется очень маленьким; те места и контексты где кроме обычных привычных вещей нет ничего, тех самых, что перестали иметь для тебя значение. Тех местах, где люди говорят и заботятся о вещах, кажущихся тебе малюсенькими и которые представляют мир для них. То, что было миром и для тебя, но потом ты поняла какое это бесконечно малое зерно реального мира — огромного, бескрайнего и лежащего за пределами.

Люди и проблемы, на которых ты теперь можешь сосредоточиться, сейчас, когда немного отдалилась, и именно этого немногого хватило чтобы выйти из узкого круга, такого порочного и наполненного противоречивыми мыслями, беспочвенными волнениями, бессмысленными.

Ты сделала маленький шаг, вышла из круга, первый раз посмотрела на него со стороны и заметила одну невероятную особенность — этот круг, который был твоим миром, в действительности совсем крошечный, как эти серёжки. Улыбнись же!

Немного чуда, пожалуйста.

Благодарности

В завершение всегда необходимо поклониться.

С детства я слышала: «У тебя всегда готов ответ!» Для меня это всегда звучало больше комплиментом, чем упрёком.

Хочу, чтобы эти строки благодарности стали моим жестом признательности людям, которые прочитали « Худшее прошло, и я ему улыбнулась» и своими словами позволили мне почувствовать нашу встречу на страницах. Думаю, что именно благодаря им я решила вновь рискнуть, и вступила в игру, написав эту книгу. Ещё один раз я говорила о себе, и возможно, о каждой из нас.

Спасибо, что позволили мне ещё раз встретиться между строк, за пределами шаблонов, на страницах нашего дневника.

Не найди я мужество для какого-то безумства, сегодня была б в два раза старее.

Наконец хочу поблагодарить всех людей, которые оказались на этих страницах, потому что рассказывали мы вместе.

Те люди, о которых думаешь и улыбаешься. Всё здесь.