Келли Эллиот МАНЯЩАЯ ЛЮБОВЬ

Переводчик: Анна Бродова

Редактор: Наталья Ильянова

Русификация обложки: Настёна

Перевод выполнен в 2021 году для группы https://vk.com/beautiful_translation.

Внимание! Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Переводчики не несут ответственность за неправомерное использование текста третьими лицами.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Если вам понравился ознакомительный перевод, купите оригинал книги.

ПРОЛОГ

Митчелл

Проведя ладонями по лицу, я откинул голову на сиденье грузовика.

Что, черт возьми, она со мной сделала?

Я поднял голову и посмотрел на дом Корин. Последние двенадцать часов были самыми удивительными в моей жизни. Ощущение ее губ на моих... как я входил и выходил из ее тела… Твою же мать! Это навсегда останется в моей памяти.

— Что, черт возьми, ты сделал, Митч? — прошептал я, уставившись на дверь.

Было чертовски ясно, что я сделал. Я провел ночь с Корин, как самый настоящий ублюдок. Взял все, что мог от нее получить, выжег это в своем мозгу... и теперь собирался просто исчезнуть, трусливо боясь признаться, что у меня есть к ней чувства.

Покачав головой, я завел машину и поехал домой. Звук сладких стонов Корин все еще звучал в голове, и ощущение ее рук, скользящих по моей коже, оставило за собой жгучий след.

— Черт возьми, — заорал я, хлопнув ладонью по рулю.

Я развернулся и направился к Корду. Брат жил над своим баром, и я знал, что он сейчас дома. Было еще слишком рано, чтобы он поднял свою задницу и свалил из дома.

Припарковавшись, я обошел машину и нажал кнопку интеркома.

Корду не потребовалось много времени, чтобы ответить.

— Лучше бы это было что-то хорошее!

— Это я... Митч. Можно мне подняться?

— Иисус. Ты спал с ней, не так ли?

— Можно мне подняться или нет, придурок?

Дверь загудела, и я, перешагивая через две ступеньки, начал подниматься. Корд перестроил это историческое здание. Бар занимал первые два этажа, на третьем и четвертом размещалась холостяцкая берлога Корда — вот только я был почти уверен, что он никогда не приводил сюда девушку.

Дверь в квартиру оказалась слегка приоткрытой, и я вошел. Двигаясь на запах свежесваренного кофе, нашел Корда на кухне.

— Кофе? — спросил он, поднимая кружку, — или что-нибудь покрепче?

— Кофе и что-нибудь покрепче, — пробормотал я, усаживаясь за столешницу островка.

Брат налил немного виски в кофейную кружку и поставил ее передо мной.

—Ты же знаешь, что Трипп тоже запал на нее.

Я глубоко вздохнул и сделал глоток.

— К черту Триппа и его чертовы планы! Он знал, что Корин мне нравится, и только поэтому он на нее и запал. Не заставляй меня чувствовать себя еще более виноватым. Только одно воспоминание о выражении лица Корин, когда я уходил сегодня утром, разрывает меня на части.

— О чем ты?

Я пожал плечами.

— Ее взгляд, как будто она надеялась на большее.

— Ты дал ей понять, что это было нечто большее, чем секс на одну ночь? Подожди... черт возьми, секунду. Ты сказал сегодня утром? — Его глаза округлились. — Чувак, ты этого не делал. Пожалуйста, скажи мне, что ты не остался с ней на ночь.

— Я только собирался проводить Корин до двери, но одно привело к другому и... да, я остался на всю ночь.

Корд опустил голову.

— О, черт. Митчелл, Пакстон надерет тебе задницу. Чувак, ты не можешь играть с такой девушкой, как Корин. Она непохожа на тех, кто обрадуется малому кусочку тебя. Она из тех девушек, которые хотят остепениться с хорошим парнем.

— Черт возьми, — простонал я. Хуже всего то, что я хотел остаться с ней. Сегодня утром я стоял у ее двери, смотрел в бездонные голубые глаза и заставлял себя выйти.

Оттолкнувшись от островка, Корд подошел ближе.

— Что значит, ты хотел остаться?

Я потер ладонями лицо. Как же я дерьмово себя чувствовал.

— Я имею в виду, что не хотел, чтобы это был секс на одну ночь. Я хотел провести с Корин весь гребаный день. Узнать о ней все, что смогу. Сходить на завтрак и пройти через все это дурацкое дерьмо, которое делает парень, когда его влечет к девушке. Отвести ее куда-нибудь поразвлечься, а когда возвратиться домой, наброситься на ее тело.

Брови брата сошлись на переносице.

— Тогда почему этого не сделал? Ты не можешь сказать, что это из-за Триппа, потому что мы оба знаем, что брат прошел бы мимо всех этих условностей.

— Не могу. Как бы мне ни хотелось остаться с Корин… Я не мог этого сделать.

— А почему бы и нет, черт возьми?

— А почему ты так не сделал?

— Я еще не встречал ту, с которой мне хотелось бы остаться на ночь, а утром позавтракать и провести день вместе. Если бы такая нашлась, то, черт возьми, точно не ушел бы от нее безо всякой на то причины.

Я вскочил, чуть не опрокинув табуретку.

— У меня есть чертова причина!

— В чем дело, Митч? Почему ты оставил Корин, когда на самом деле хотел остаться?

Мое сердце колотилось, и я судорожно искал ответ. Почему я ушел от женщины, которая впервые в жизни разбудила мое сердце?

Мой телефон зажужжал от входящего сообщения. Просмотрев его, я сказал:

— Мне надо идти, меня только что вызвали. Похоже, сегодня утром в реке Фрио нашли тело.

Корд нахмурился.

— Суровые будни полицейского.

— И не говори. Иногда мне это так осточертевает. — Я направился к двери. — Спасибо за кофе и за то, что выслушал.

— Эй, Митч?

Остановившись, я оглянулся через плечо.

— Да?

— Не обманывай ее. Она милая девушка и заслуживает большего, чем парень, играющий с ее чувствами.

Я с трудом сглотнул и уставился в пол. Я понимал, что мой брат прав. Подняв глаза, я кивнул.

— Тогда, наверное, хорошо, что я не остался, а?

Как только я закрыл за собой дверь, меня затошнило.

Корин Миллер заслуживала того, кто не разобьет ее сердце. Парня, который готов дать ей жизнь, которой она достойна.

Я не был тем парнем.

ГЛАВА 1

Митчелл

— Значит, это твоя берлога, да?

Я бросил ключи на кофейный столик.

— Да. Это она.

Кэссиди развернулась и окинула взглядом мансарду, которой я владел в здании над рестораном «У Лилли». Я выкупил весь четвертый этаж и два года назад его перестроил.

— Я рада, что ты пригласил меня к себе, а не на заднее сиденье своей машины, — сказала Кэссиди.

Резко защемило в груди.

Кэссиди широко улыбнулась и положила руки мне на грудь.

— Давненько мы не трахались, Митч. Все эти заигрывания в баре «У Корда» в последние несколько месяцев просто свели меня с ума. Я обрадовалась, когда ты позвонил сегодня.

Я выдавил из себя улыбку и отступил.

— Хочешь пива?

Кэссиди кивнула и направилась к дивану.

— Конечно.

Войдя на кухню, я глубоко вздохнул и открыл холодильник. Что, черт возьми, я делаю? Я уже пробовал однажды с этой цыпочкой. Тогда это не сработало, и я обманывал себя, наивно полагая, что повторение того, что когда-то случилось в прошлом, может сейчас все изменить.

Я достал телефон и отправил сообщение.

Я: Что ты делаешь?

Мы с Робертом были лучшими друзьями еще со школы, поэтому я знал, что он быстро ответит.

Роберт: Собираюсь кастрировать быка. Хочешь поучаствовать?

Улыбнувшись, я ответил.

Я: Да. Уже в пути. Сделай одолжение, позвони.

Роберт: Зачем? Хочешь услышать мой сладкий голос?

Я: Что-то в этом роде.

Взяв две бутылки пива, я вернулся в гостиную. Пришло время исправлять ошибку, которую я чуть было не совершил.

Едва успел протянуть пиво Кэссиди, как зазвонил телефон. Я в большом долгу перед Робертом.

— Митч слушает.

— Окей. Я позвонил. И что теперь?

— Да, сэр. Я понимаю.

— О, у нас там цыпочка, которую мы не хотим?

Я отвернулся от Кэссиди и закатил глаза.

— Так точно.

— Ты мне должен, придурок. Тащи свою задницу ко мне. Мэри будет рада покормить твою наглую морду.

Я кивнул.

— Сейчас буду. — Я нажал на кнопку «завершить» и посмотрел на женщину, сидящую на моем диване. — Прости, Кэссиди. Мне нужно на работу.

Она капризно выпятила губу.

— Ты серьезно? Разве мы не можем просто... ну, ты понимаешь? Очень быстро?

Господи, как же я умудрился вляпаться в это дерьмо?

Взяв ключи, я направился к лестнице и жестом пригласил Кэссиди следовать за мной.

— Извини, долг зовет.

Она застонала и схватила со стола сумочку.

— Ты серьезно, Митч? Я устала от всего этого. Ты «прощупываешь» меня в баре, а потом идешь на попятную, когда я упоминаю секс. Мы когда-нибудь снова трахнемся?

Я рассмеялся и положил руку ей на поясницу.

— Кэссиди, ты же знаешь, что у нас нет никаких шансов. Никогда.

— Вот и прекрасно! Просто мои трусики устали быть постоянно мокрыми, а я не получать никакого облегчения. Мне не нужны серьезные отношения, Митчелл. Мне нужен только твой член.

К тому времени, как мы добрались до ее машины, Кэссиди уже закончила устраивать мне ад.

— Увидимся? — спросил я, целуя ее в щеку.

— Конечно. Будь осторожен.

Кэссиди села в свою машину, и какая-то часть меня почувствовала вину за обман. Я вздохнул и направился к своему грузовику.

Черт возьми. Мне нужно прекратить это дерьмо. Как только я подхожу к траху, в самом конце жму на тормоза. Итак уже полгода.

Я не мог выбросить ее из головы.

Корин.

Я закрыл глаза, и мысли вернулись к ночи, которую мы провели вместе. После я спал только с одним человеком. И это была Кэссиди — неудачная попытка бессмысленного секса, чтобы смыть воспоминания о Корин.

От этого мне стало только хуже.

К тому времени, как я подъехал к дому Роберта, Кэссиди прислала три фотографии. Черт, я ненавидел селфи. Что, по ее мнению, мне с ними делать? Дрочить на ее сиськи и утиные губы?

Вряд ли.

Я вылез из грузовика и направился по подъездной дорожке.

— Ну, смотри, кого кот притащил. Митчелл Паркер. Чему мы обязаны такой честью? — спросила Мэри, стоя на крыльце их с Робертом маленького фермерского дома. Ее руки покоились на округлом животике семимесячной беременности.

— Ну, я чуть не трахнул девушку, и мне нужен был повод соскочить, поэтому попросил Роберта позвонить мне. Притворился, что работа и все такое, — сказал я с ухмылкой.

— И почему я думаю, что ты говоришь правду? — рассмеялась Мэри.

Наклонившись, я поцеловал ее в щеку.

— Потому что я такой.

С нечитаемым выражением на лице Мэри долго смотрела мне в глаза.

— Да ты влюблен в кого-то, Митчелл Паркер. Знаешь ли, признайся сам себе, и это избавит тебя в будущем от множества вызовов спасателей.

Нахмурившись, я рассмеялся.

— Да нет. Это была случайная связь, в которой я так и не вставил.

Мэри покачала головой.

— Ага, и ты не вставил в нее не потому, что влюблен в другую.

У меня вырвался стон.

— О боже. Мэри, ты всегда была свахой. Но не в этот раз, милая.

Мэри подвигала указательным пальцем взад-вперед. — Так-так-так. Если ты думаешь, что сможешь скрыть это от меня, то вперед. Я знаю этот взгляд, Митчелл Паркер, и даже если ты не готов признать, твое сердце уже знает. Эти «случайные связи», в которых ты не «вставляешь», будут становиться все более и более частыми, просто подожди и увидишь.

— Моя жена устроила тебе ад, Паркер? — спросил Роберт.

Я посмотрел в светло-карие глаза Мэри и позволил себе улыбнуться. Подмигнув ей, я ответил:

— Да ну. Она пытается, но у нее ничего не выходит.

Мэри пожала плечами и повернулась к Роберту. Поцеловав его, сказала:

— Я приготовлю нам булочки с подливкой. Мне и самой хочется.

— Звучит заманчиво, детка. Мы будем внизу, в амбаре.

Я последовал за Робертом к мини-грузовичку Mule и запрыгнул на пассажирское сиденье.

Роберт завел мотор, и мы поехали к амбару. По окончании пути, выскочив из машины, я последовал за Робертом в кабинет. Он управлял молочной фермой, принадлежащей его семье в течение последних двух поколений. Прямо в амбаре находился кабинет, построенный еще отцом Роберта, который проводил тут большую часть своего времени; он почти жил в этом треклятом месте. Так продолжалось до тех пор, пока мама Роберта, наконец, не устала от такой жизни и не развелась с мужем.

— Пива? — спросил Роберт, бросая мне Бад-лайт.

— Спасибо, — поблагодарил я, усаживаясь в одно из кресел.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет.

Друг порывисто выдохнул.

— Серьезно, Паркер? Тебе нужно разобраться во всем этом дерьме. Когда ты в последний раз трахался?

Прижав бутылку к губам, я сделал большой глоток и ответил:

— В феврале.

У Роберта отвисла челюсть.

— Чувак! Сейчас, мать его, август.

Я уставился на него.

— Вот поэтому Кэссиди Френч и была в моей гостиной.

— Так почему ты не переспал с ней?

— Потому что я не хочу Кэссиди. И я не хочу блондинку, которая прижималась ко мне своими сиськами как-то ночью в клубе в Сан-Антонио. Я не хочу девушку, которая предложила отсосать мне в уборной бара «У Корда». Я ни хрена не хочу ни одну из них.

— Потому что ты хочешь ее.

— Я не знаю, какого хрена я хочу, Роберт. Вот в чем проблема.

Роберт и Корд были единственными людьми, с которыми я говорил о Корин, и лишь однажды проболтался Уэйду. Черт, если я не свожу себя с ума.

— Что ты будешь делать, когда Корин уедет, Митч? Когда она устанет от того, что ты тянешь кота за хвост и копаешься в своем дерьме?

Сделав еще глоток, я слегка пожал плечами.

— Она была с каким-то придурком в душе Стида и Пакстон. Ну, то ли Филипп, то ли какое-то другое имя для киски.

Роберт рассмеялся.

— Черт, чувак. Питаешь какие-то дурные чувства к этому парню?

Я закатил глаза.

— Ей будет лучше без меня. По крайней мере, я продолжаю убеждать себя в этом.

— Почему?

С выразительным взглядом, который говорил, что кто-кто, а уж Роберт точно должен понимать, я ответил:

— В первую очередь, моя работа. И то, что обязательства пугают меня до чертиков. К тому же Корин заслуживает парня, который не переспал почти со всеми одинокими женщинами в Оук-Спрингс.

Теперь друг рассмеялся по-настоящему.

— Ради всего святого. Все вы, братья Паркеры, переспали со всеми в Оук-Спрингс и за его пределами. Я не сомневаюсь, что кто-нибудь из вас однажды подкатывал и к моей жене.

Я поднял руки в защитном жесте.

— Это Трипп приставал к Мэри. Не я.

Роб тут же нахмурился.

— Ты сейчас шутишь? Когда, черт возьми, он мог это сделать?

Вот дерьмо.

— М-м-м, что?

Роберт поднял брови.

— Трипп трахнул мою жену? Ну, я имею в виду до того, как она стала моей женой.

О, черт.

— А?

Роберт встал.

— Я убью его.

Я поднялся и положил руку ему на грудь.

— Господи, Роберт. Трипп был в плохом состоянии, а Мэри только что потеряла родителей. Это было всего один раз.

Роб, наконец, расслабленно выдохнул.

— Тогда я с ней еще не встречался.

— Без шуток. Ты знаешь, что Трипп так не поступит, и ты чертовски хорошо знаешь, что Мэри не из тех, кто ходит налево. Чувак, пожалуйста, не говори с ней об этом. Теперь она замужем за тобой и ждет твоего первенца. Оставь прошлое в прошлом.

— Оставить прошлое в прошлом? Ты сам слышал, что только что сказал мне, Митч? Вот ты беспокоишься, что подумает Корин о женщинах из Оук-Спрингс, а в следующую секунду проповедуешь о том, чтоб забыть кое-что из прошлого. Кто бы говорил.

Черт, зачем ему понадобилось вываливать все это дерьмо на меня?

— Ты знаешь, что я имею в виду, чувак. Просто ничего не говори Мэри. А то она никогда больше не угостит меня своей стряпней.

Роб покачал головой.

— Я не собираюсь поднимать эту тему. Черт, я сам переспал со многими девушками, прежде чем сошелся с Мэри. Но от одной мысли, что она была с одним из Паркеров, меня тошнит. У вас у всех золотые члены.

Теперь была моя очередь смеяться.

— Золотые члены?

Друг пожал плечами.

— Я слышал, как одна девушка сказала это однажды после того, как Корд переспал с ней в баре. Она хвасталась перед подружками.

Я зашелся в смехе, держась за бок. Роберт присоединился. Мы отсмеялись, и я сказал:

— Я закажу футболку с такой надписью для Корда!

Роберт закатил глаза и потер лицо.

— Чувак, всем твоим братьям нужна такая. Я серьезно.

— Над чем смеетесь? —спросила Мэри, входя в амбар.

Роберт быстро встал.

— Эй, почему ты не позвонила? Тебе необязательно было ехать сюда по такой ухабистой дороге.

Мэри улыбнулась мужу, и я буквально почувствовал витающую в воздухе любовь между ними. Вскоре парочка растворилась в поцелуе, и я поймал себя на том, что отвожу взгляд, стараясь не обращать внимания на тяжесть в груди.

Когда они оторвались друг от друга, Мэри сказала:

— Я пыталась дозвониться. Твой телефон, должно быть, выключен или что-то в этом роде.

Роберт достал телефон и посмотрел на пропущенный звонок.

— Черт. Прости, детка. Митч, ты голоден?

— Для булочек и подливки? Черт, да.

— Колбасная подливка. У меня было страстное желание это съесть, — сказала Мэри, поигрывая бровями.

Идя позади, я сказал:

— Нищие не могут выбирать.

Наблюдая, как Роберт и Мэри шагают рука об руку к машине, я почувствовал, как в моем сердце нарастает тоска. Возможно, пришло время признаться себе, чего я действительно хочу.

ГЛАВА 2

Корин

Я села в огромное кресло, и Пакстон положила Гейджа мне на руки.

— Разве он не хорошенький, Корин? — спросила Хлоя, глядя на своего младшего брата.

— Так и есть. Как и ты, Хлоя. Тебе нравится быть старшей сестрой?

Хлоя приосанилась.

— Ох, как мне нравится! Я просто отличная старшая сестра. Мама говорит, что без меня она бы не справилась.

Пакстон села на диван, широко улыбаясь. Я была так счастлива за свою лучшую подругу. Она нашла свою потерянную любовь.

— Только он вонючий!

Я засмеялась. Подняв голову, я наблюдала за Стидом и Пакстон, как они потерялись, глядя друг друга. А когда я снова перевела взгляд на Гейджа, пустоты в моей груди стало еще больше.

— Что-нибудь слышала от Амелии? — спросила я, проводя кончиком пальца по щечке Гейджа. Малыш крепко спал, и это было самое драгоценное, что я когда-либо видела.

Пакстон вздохнула.

— Нет! А ты?

— Нет, — покачала я головой. — Она только лишь один раз написала, что хочет сказать нам что-то важное, когда вернется домой из Нового Орлеана.

— Да, она прислала такое же и мне, и Вайелин.

— Будем надеяться, что она не наделала глупостей и не вышла замуж, — сказал Стид с беззаботным смешком.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с Пакстон. Никто из нас не произнес ни слова. Мы обе знали, что именно это и произошло.

Пакстон улыбнулась еще шире.

— С Мели ни в чем невозможно быть уверенными.

Стид запрокинул голову и начал смеяться, но внезапно замер.

— Ты же не думаешь, что они это сделали?

Пакстон пожала плечами. Стид посмотрел на меня. Я хихикнула и добавила:

— Я молчу.

— Как ты думаешь, Уэйд и тетя Мели привезут сюрприз для меня и Гейджа?

Стид задумчиво посмотрел на дочь.

— Держу пари, Тыковка.

Хлоя вскочила, и ее лицо просияло, будто она вспомнила что-то важное.

— Корин! Я нарисовала тебе картинку. Она в моей комнате. Сейчас принесу!

Я улыбнулась и кивнула.

— Жду не дождусь!

Проводив взглядом убегающую Хлою, я повернулась к Стиду. Он встал и нервно заходил по комнате.

— Они поженились. У меня такое странное чувство, что они сделали это. Пакс, ты думаешь, Амелия могла так поступить?

Пакстон кивнула в ответ.

— Мама с папой будут в бешенстве! — произнес Стид.

Пакстон встала и взяла мужа за руки.

— Стид, успокойся. Твоим родителям будет все равно, если Уэйд и Мели реально поженятся, я уверенна. Все, чего они хотят — это чтобы все их дети были счастливы.

— Кроме того, даже если они поженились, мы всегда сможем устроить прием позже, — добавила я. — Так гораздо веселее и меньше стресса!

— Ты права, — кивнул Стид. — Было бы супер, если бы они действительно поженились.

Пакстон села, потянув за собой Стида.

— Особенно после всего, что случилось с Уэйдом. Зная его историю, я думаю, что ему нравится жить настоящим моментом и не терять попусту ни секунды.

— Это так, — подтвердил Стид, — но если они все-таки поженятся, у нас будут проблемы посерьезнее, чем родители.

— Что? — спросила Пакстон.

— Хлоя — хором воскликнули мы со Стидом.

Глаза Пакстон округлились.

— Твою мать...

— Твою мать! Дерьмо! Блядь! — повторила Хлоя, вбегая в комнату.

— Хлоя Линн Паркер, что я тебе говорил насчет плохих слов? — учительским тоном произнес Стид.

Остановившись передо мной, Хлоя прикрыла рот рукой и хихикнула.

— Прости, папочка!

Она наклонилась и довольно громко прошептала:

— Мне нужно быть осторожной, иначе Санта не подарит мне лошадь.

— Лошадь? — удивленно спросила я.

Хлоя кивнула.

— Тетя Мели сказала, что, если я буду хорошей, Санта подарит мне лошадь!

Стид закрыл лицо руками.

— Я убью сестру.

***

Услышав звук входящего сообщения моего телефона, я посмотрела на экран и увидела послание от Амелии.

Амелия: Мы с Уэйдом будем дома около семи. Не могла бы ты прийти к моим родителям на ужин? Я хочу, чтобы все близкие присутствовали на нашем важном объявлении.

Мое сердце забилось быстрее от мысли, что там я встречу Митчелла. Как бы ни старалась забыть его и двигаться дальше, я не смогла. Но придется это сделать как можно скорее. Было ясно, что он не хотел ничего большего, чем та ночь, которую мы провели вместе. Но было ли это предельно ясно? То, как он смотрел на меня иногда... Как будто хотел получить в свои руки. Это сбивало с толку и было одной из причин, почему я не могла позволить себе идти вперед.

Я: Конечно! Увидимся.

Уставившись на свой телефон, я глубоко вздохнула и подумала, не спросить ли Филиппа, не хочет ли он присоединиться ко мне. Мы были всего лишь друзьями, жителями одного города, которые сблизились, работая вместе в школе. Но я не возражала бы еще раз насладиться реакцией Митчелла, которую он не успел скрыть, когда увидел Филиппа со мной в душе.

Я отодвинула телефон.

— О, ради всего святого. Не играй в игры, Корин.

— Ты всегда разговариваешь сама с собой?

Я подняла голову. В дверях моего класса стоял красивый парень.

Я открыла рот, но оттуда не вылетело ни одного звука. Я медленно встала.

— Простите? — наконец-то сумела сказать я.

— О, хорошо. Вы сами нашли класс Корин, — сказал наш новый директор, Лэнс Морленд, входя в кабинет.

— Мистер Морленд, как вы себя чувствуете? — спросила я, огибая стол.

Занятия в школе начинались через несколько недель, и я была одной из первых учителей, которые уже начали готовиться. А что еще мне оставалось делать? Не похоже, что у меня была отвлекающая от работы бурная личная жизнь.

— Я в порядке, спасибо. Мисс Миллер, я хотел бы познакомить вас с Лейном Льюисом. Мистер Льюис, это Корин Миллер. Вы займете ее место преподавателя первого класса.

— Подождите, что? — спросила я, и улыбка сползла с моего лица.

— Мисс Миллер, мистер Льюис в этом году будет преподавать в первом классе.

У меня упало сердце.

— Я преподаю в первом классе! — возмутилась я и повернулась к Лейну, который выглядел таким же удивленным, как и я, но все же смог выдавить из себя улыбку.

Фух! Если бы он не был таким чертовски милым, я разозлилась бы еще больше.

— Ну, нам пришлось кое-что изменить, — начал объяснять Ланс.

— Мистер Морленд, при найме меня на работу у меня сложилось впечатление, что у вас нет учителя первого класса, — Лейн явно чувствовал себя неловко.

— Вы меня увольняете? — воскликнула я.

У мистера Морленда был потрясенный вид.

— Что? Нет! Вас переводят в детский сад.

— Ч-что?

— О нет, — сочувствующе произнес Лейн. Он глядел на меня понимающим взглядом, в котором читалось, что он точно представляет, что я сейчас ощущаю. — Я работал там. Знаю, каково это.

Ага. Знал он.

— Малыши? Вы хотите, чтобы я заняла место Пакстон? Но… они разорвут меня на куски!

Мистер Морленд усмехнулся.

— Не говорите глупостей. Вы преподаете в первом классе. А эти дети всего на год младше.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, первоклассники дисциплинированней! Они знают, что к чему. Малыши... только попали в школу, они напуганы, а родители просто безумны.

— Мисс Миллер! Мы не называем родителей безумными.

Лейн наклонился вперед.

— С более добрыми родителями труднее иметь дело.

У меня голова шла кругом. Срочно захотелось выпить. И желательно, чего-нибудь покрепче.

Лейн взял меня за руку

— Может, тебе присесть, Корин?

Я кивнула.

— Да. — Ноги совсем меня не держали. Сделав несколько глубоких вдохов, я взяла себя в руки и посмотрела на босса. — А если я откажусь преподавать в детском саду?

Мистер Морленд казался удивленным.

— Ну, если вы откажетесь, думаю, нам придется поискать кого-то другого. Просто я получил восхищенные отзывы о вас от родителей из родительского комитета. Ваше имя было первым и главным на замену Пакстон.

Я заставила себя улыбнуться. Приятно знать, что родители такого высокого мнения обо мне.

Лейн откашлялся.

— Первый класс прямо по соседству. Верно, мистер Морленд? — Директор кивнул. — Я раньше учил малышей. Уверен, что мисс Миллер и я во время переходного периода будем работать вместе. После шести лет преподавания биологии в десятом классе будет легко.

Мои глаза округлились от ужаса, а челюсть отвисла.

— Когда ты работал в детском саду?

— В мой первый год преподавателем, — сказал он, широко улыбаясь.

Смеясь, я встала.

— О боже! Они разорвут тебя на куски. Ты даже не представляешь, во что ввязываешься.

Теперь приходить в себя наступила очередь Лейну Льюису, который моргал так, будто комната вращалась перед его глазами.

Мистер Морланд хлопнул в ладоши, отчего мы с Лейном подпрыгнули.

— Вижу, что вы двое станете хорошими деловыми партнерами. Лейн, я рад, что ты решил вернуться в город. Передавай привет своим родителям.

И на этом наш новый босс — человек, который только что поставил нас обоих в трудное положение — быстро вышел из кабинета.

— Мне нужно выпить, — прошептал Лейн.

— Значит, нас уже двое.

ГЛАВА

3

Митчелл

— Мама, ты не могла бы сесть и перестать ходить? — попросил я.

Мама остановилась и повернулась к Триппу.

— Где она? Амелия сказала, что уже почти подъехала к дому. И что это за такое важное объявление?

Раздался звонок в дверь, и мама пулей вылетела из гостиной в холл.

— Это не Амелия! — крикнула она.

Смеясь, Трипп направился к бару в глубине гостиной и налил себе выпить.

— Кому-нибудь еще спиртного? У меня такое чувство, что Мели собирается сбросить на нас бомбу.

С протяжным стоном отец провел ладонями по лицу.

— Господи. Не будь пессимистом.

— Почему бы и нет, папа? Что плохого, если Амелия беременна? — спросила Вайелин, и мы все посмотрели на отца.

Глядя на каждого из нас, он улыбнулся.

— Ничего не случится, окажись Мели беременной, но я бы предпочел, чтобы они с Уэйдом сначала поженились.

— Смотрите, кто пришел! — воскликнула мама чересчур веселым голосом.

Я взглянул на вход в гостиную, и мое сердце пропустило удар. Корин была безумно красива. От ее улыбки в груди все сжалось, и одновременно появилась какая-то легкость. Как, черт возьми, такое может быть?

— Привет! — сказала Пакстон, подходя к своей лучшей подруге. — Она тебе тоже написала?

Корин кивнула, изо всех сил стараясь не обращать на меня внимания, огляделась и поздоровалась. Когда ее глаза, наконец, встретились с моими, она удержала улыбку на лице, но смотрелось это вымученно.

— Привет, Митч.

Быстро кивнув, я спросил:

— Как дела, Корин?

Она пожала плечами.

— Как всегда.

Хлоя бросилась к ней.

— Не могу дождаться, когда ты станешь моим учителем!

Улыбка Корин погасла. Вот и все.

— Хлоя, я так ждала этого, но у меня плохие новости.

Сердце остановилось. Дыхание замерло. Неужели Корин возвращается в Чикаго?

— А что плохого? — спросила Хлоя, а я качнулся вперед.

— Меня перевели в детский сад.

— Что? — воскликнули одновременно Хлоя и Пакстон.

— Зачем они это сделали? — удивилась Пакстон.

— Директор считает, что я подхожу на эту должность. Ну, определенно лучше, чем новый учитель, которого наняли для первого класса. — Корин посмотрела на Хлою и улыбнулась. — Он тебе понравится, Хлоя.

— Он? Мой новый учитель — это он?

— Да, — кивнула Корин. — Его зовут мистер Льюис.

Пакстон покачала головой.

— Откуда он?

Хлоя закрыла лицо руками, жалуясь, что учитель-мужчина не умеет рисовать.

— Я уверена, что он прекрасно рисует, Хлоя. Вот увидишь.

Хлоя подняла глаза и кивнула, явно совсем неубежденная в том, что сказанное Корин было правдой.

— Он из Оук-Спрингса, но последние несколько лет преподавал в Остине. Он возвращается сюда, и ему придется преподавать в начальной школе, пока в средней школе не откроют вакансию учителя биологии.

В разговор вмешалась Вайелин:

— Подождите. Ты сказала, что его фамилия Льюис? Лейн Льюис?

Корин широко улыбнулась ей.

— Да! Ты его знаешь?

Пакстон и Вайелин дружно рассмеялись, а Вайелин сказала:

— Мы ходили с ним в одну школу. Он был на год моложе меня. Пожалуйста, скажи мне, что он так же великолепен, как и в старшей школе.

— О, думаю, что да! — подтвердила Корин, украдкой взглянув на меня, а затем снова повернулась к Вайелин.

Сестра покачала головой.

— Боже, о боже. Лейн Льюис вернулся в город. Это интересно. Помнишь, он был влюблен в Харли, Трипп? Он даже пригласил ее на выпускной бал, потому что думал, что вы с ней расстались.

Трипп фыркнул.

— Да, этот муд... ах... придурок.

— Верная характеристика, — усмехнулся Стид.

Корин улыбнулась Хлое.

— Думаю, тебе понравится твой новый учитель. Я буду рядом, так что мы будем часто встречаться.

Хлоя выпрямилась.

— Тетя Корин, у меня к тебе важный вопрос!

Я отвлекся, повернувшись к Корду.

— Когда Хлоя начала называть Корин своей тетей?

— Понятия не имею. — Он пожал плечами. — Но это очень мило.

— Спрашивай! — разрешила Корин, притягивая Хлою к себе на колени.

— Это очень важно.

Корин ответила, стараясь скрыть улыбку и выглядеть серьезной:

— Я слушаю.

Я подумал о том, какой удивительной матерью была бы она.

Хлоя, жестикулируя, задала свой важный вопрос:

— Мой новый учитель такой же милый, как Уэйд?

— Что? — вскричал Стид, а Пакстон прикрыла рот рукой, пытаясь заглушить смех, чтобы не разбудить спящего у нее на руках Гейджа.

— Хлоя, это не важный вопрос! — строго сказал Стид. Его лицо стало белым, как у призрака. Остальные с трудом сдерживали смех.

— Вообще-то, Стид, это может помочь в нынешней ситуации, с которой ты можешь столкнуться, если ты понимаешь, к чему я клоню, — сказала Вайелин.

Стид откинулся назад и провел рукой по лицу.

— Господи Всемогущий, дай мне силы.

Корин откашлялась и посмотрела на Хлою.

— Ну, я вынуждена сказать «да»! Он такой же милый, как и Уэйд. Может быть, даже красивее.

Корин и Пакстон переглянулись. Когда Корин поиграла бровями, я закатил глаза и сделал глоток холодного чая. Лейн Льюис всегда был мудаком, и я терпеть не мог этого ублюдка. Теперь он будет учить мою племянницу и играть в учителя с Корин.

Это чертовский отстойно.

— Ура! Не могу дождаться встречи с ним! — Хлоя захлопала в ладоши. Как малыш Гейдж не проснулся от вспышки такой бурной радости Хлои, было выше моего понимания.

Корд стукнул меня по руке.

— Ты помнишь Лейна? Не так ли, Митчелл?

Оглянувшись, я бросил на него злой взгляд.

— Да, я его помню. А что?

— О, я не знаю. Просто интересно, как ты отнесешься, если женщина, по которой ты втайне тоскуешь, сблизится с парнем, который еще в старших классах украл твою одежду, пока ты был в душе и повесил ее на флагшток.

Понизив голос, я ответил приглушенным голосом:

— Она не сблизится. Ей с ним не понравится. Они просто будут вместе работать.

— Я даю меньше недели, что он пригласит Корин на свидание.

Переведя взгляд на остальных, я понял, что мы с братом пропустили часть разговора.

— ...вообще-то мы выпили пару стаканчиков, прежде чем я направилась сюда, — говорила Корин. — Пытались разработать план действий на учебный год.

Они уже выпили?!

— Я уже начала составлять планы уроков, поэтому сказала Лейну, что дам ему их просмотреть. У тебя, случайно, не осталось копии прошлогодних планов? — обратилась Корин к Пакстон.

— Есть, конечно. Они в шкафу прямо в кабинете. Я оставила все для следующего учителя.

Корин и Пакстон погрузились в разговоры о работе, о планах уроков и о том, где именно хранятся цветные карандаши.

Хмыкнув, Корд покачал головой.

— Ну, черт. Этот ублюдок двигается быстро. Я недооценил его.

Я попытался настроиться на разговор Корин и Пакстон. Не прошло и двух минут, как в доме появились Амелия и Уэйд.

— Мы дома! — сказала Амелия с широкой улыбкой.

— О, черт возьми, да. Она точно замужем, — прошептал Корд, когда мы все поднялись их поприветствовать. — Посмотри, какой румянец у нее на щеках. Но ее убивает, что она может попасть под перестрелку.

Я усмехнулся и кивнул.

Потянув Амелию в объятия, мама произнесла:

— Добро пожаловать домой! Как прошла поездка?

Амелия отпрянула.

— Это было потрясающе. Выше всяких похвал. Я люблю Новый Орлеан, и теперь у меня есть причина любить его еще больше!

Уэйд обнял Амелию за талию.

А Вайелин встала рядом с ними.

— Рассказывай уже, Мели! Мы все сходим с ума, пытаясь угадать, что ты хотела нам сообщить!

Подняв левую руку, Амелия вскрикнула.

— Мы поженились!

Раздались радостные возгласы, и я заметил, как мой отец бормочет тихую благодарственную молитву Всевышнему.

Смеясь, я подошел и хлопнул его по спине.

— Ну, ты же знаешь, что говорят. — Отец выглядел смущенным.

— Сначала женитьба, потом детская коляска, — сказал я с самой безобидной своей улыбкой.

Растерянный взгляд отца сменился ужасом.

— Прикуси язык, Митчелл Рой Миллер. Мне и так тяжело осознать, что моя девочка замужем. Дай мне привыкнуть к этому.

Амелия была зеницей ока нашего отца. Ему будет трудно отпустить ее. Я уверен, что именно по этой причине родители никогда не жаловались на то, что Амелия все еще живет дома.

— Ну, по крайней мере, она вроде как все еще здесь. Мели будет жить на ранчо.

Отец кивнул и сделал глоток рома с колой.

— Когда родится ребенок? — крикнула Хлоя, и все засмеялись.

Отец застонал:

— О, Боже Всемогущий!

***

Говоря в рацию, я разочарованно вздохнул:

— Иисусе. Меня учили в отряде полиции особого назначения! Я веду расследование убийств, а не ищу пропавшие из окна пироги миссис Джонсон!

В динамике раздался голос Мэрилин:

— Шериф Миллер не может до нее добраться, Митчелл. Он спросил, не мог бы ты пойти и поговорить с ней. Ты ей нравишься и все такое.

Я закрыл глаза и покачал головой.

— Она хочет, чтобы я встречался с ее внучкой, Мэрилин! Вот почему шериф хочет, чтобы я пошел туда. Он считает это забавным.

— Ну, на фронте все спокойно. Ты уверен, что не справишься без шерифа? Он занят сбежавшим скотом на ранчо Роуд-37.

— Хорошо, я позабочусь об этом.

Я развернул машину и направился обратно в город. К тому времени, как я подъехал к дому миссис Джонсон, я получил шесть эсэмэсок от Роберта. Дело в том, что диспетчером в нашем отделе была его сестра Мэрилин и уверен, что она рассказала Роберту о пирогах. Остановив машину, я прочитал последнее сообщение.

Роберт: Эй, раз уж ты там, принеси мне яблочный пирог.

Я: Пошел ты, придурок.

Роберт: И с вишней. Мэри очень хочется такой.

Я закатил глаза и вышел из патрульной машины. Мальчики-подростки Дон и Нэнси Гейтс наблюдали за мной. Они выглядели чертовски напуганными, и я понял, что они, должно быть, ожидали появления шерифа, а не меня. Я решил немного поразвлечься с маленькими нарушителями спокойствия.

Развернувшись на каблуках, я направился прямо к ним. Несмотря на то, что я был одет в свою обычную униформу: брюки, белую рубашку и ковбойскую шляпу, мой оружейный пояс был на виду как на ладони. Мне не нужно было одеваться как полицейский, чтобы эти парни поняли, что у них куча неприятностей.

Приподняв шляпу, я кивнул.

— Мальчики, вы знаете, что случилось с пирогами миссис Джонсон?

Тот, что с ярко-рыжими волосами, ухмыльнулся.

— А что, если знаем?

Я медленно улыбнулся.

— Ну, черт возьми, если вы в курсе, то только облегчите мне работу. Чем быстрее я произведу арест, тем лучше.

Его ухмылка исчезла.

— Арест?

— Украли имущество, это преступление. Миссис Джонсон сказала, что такое случалось и раньше, так что я предполагаю, что это один и тот же вор. Она пригласила меня, чтобы я с этим разобрался. Думаю, это также может быть связано и с другими ограблениями в городе.

Шериф Миллер занимался почти всеми делами, происходившими в этом месте. Моя юрисдикция распространялась намного дальше, чем Оук-Спрингс. А работа техасского рейнджера заключалась в специальных расследованиях, задержании разыскиваемых преступников, подавлении крупных беспорядков и оказании помощи местным правоохранительным органам в борьбе с преступностью и насилием. Для такого маленького, почти свободного от преступности городка, как Оук-Спрингс, кража пирогов с подоконника была почти ух-каким преступлением.

— В-в-вор? — пробормотал светловолосый парень.

Прищурившись, я уставился на них.

— Если ты у кого-то что-то украл, ты вор. Есть два типа людей, которых я терпеть не могу. Воры и лжецы. Вы, мальчики, не из них, не так ли?

Они оба синхронно сделали шаг назад.

— Н-нет, сэр. Мы ни то ни другое.

Медленно кивнув, я оглядел ребят.

— Замечательно. Рад это слышать. Я собираюсь опросить миссис Джонсон. Посмотрим, включила ли она камеры слежения, которые велел ей установить шериф Миллер.

— Камеры? — воскликнули они одновременно.

— В чем дело, ребята? Вы выглядите так, словно увидели привидение.

— Нам пора, офицер, — прошептал рыжеволосый парень.

— Я лейтенант Паркер, — сказал я.

Спотыкаясь друг о друга, они побежали на задний двор. Уверен, если пойду за ними, то найду эти чертовы пироги.

Направляясь к дому миссис Джонсон, я покачал головой.

— У меня нет времени на эту ерунду.

Переходя улицу, я увидел Корин. Она шла по дорожке дома миссис Джонсон, направляясь к парадной двери. Я остановился и подождал, пока ее пригласят внутрь. Что-то происходит, но я не буду вмешиваться. Улыбаясь, я тоже направился к дому.

Миссис Джонсон открыла дверь с широкой улыбкой.

— Митчелл Паркер, какого черта они посылают тебя сюда ради пирогов?

Мне хотелось смеяться.

— Ваши пироги так же важны, как и любые другие украденные вещи, миссис Джонсон.

Она откинула голову назад и рассмеялась, как будто я сказал самую смешную вещь в мире.

— Ну-ну, не будь сладкоречивой старухой, Митчелл Паркер. Заходи и выпей сладкого чая. У меня уже есть компания, но я уверена, что она не будет против твоего присутствия.

У меня чуть не отвисла челюсть, когда миссис Джонсон подмигнула мне и направилась на кухню.

— Корин, дорогая, налей рейнджеру Паркеру стакан холодного чая, хорошо?

Голубые глаза встретились с моими.

— Привет, Корин. Давно не виделись.

Выдавив из себя улыбку, Корин ответила:

— Дважды за один день. Я счастливая девушка.

— О боже! — воскликнула миссис Джонсон. — Серьезно?

Взглянув на пожилую женщину, Корин принялась наливать еще один стакан чая.

— Что привело тебя к миссис Джонсон? — спросил я и положил ковбойскую шляпу на стол.

Корин ответила, не глядя на меня.

— Мы познакомились несколько месяцев назад в мясной лавке, и миссис Джонсон была так добра, что дала мне несколько уроков кулинарии.

Я нахмурил брови.

— Ты не умеешь готовить?

Я даже не заметил, как миссис Джонсон замахнулась рукой — но почувствовал собственным затылком.

— Митчелл Паркер, твоя мама не воспитывала тебя грубияном. Ты сейчас же извинишься перед Корин.

Потирая затылок, я повернулся к Корин. Она пыталась скрыть улыбку и делала это чертовски плохо.

— Мне очень жаль.

Она пожала плечами.

— Не беспокойся. Я ожидала, что ты из тех людей, которые думают, что каждая женщина должна родиться, уже умея стирать одежду, содержать в чистоте дом и готовить для своего мужчины.

Я дернул головой.

— Я так не думаю. Я только удивился, вот и все. Мои сестры с детства учились вместе с мамой и бабушкой.

— Упокой Господь ее душу, — прошептала миссис Джонсон.

— А дедушка учил нас, мальчишек, ловить рыбу и охотиться.

— Упокой Господь его душу, — добавила миссис Джонсон с еще большим жаром. Мы с Корин посмотрели на нее. — Когда ты говоришь о мертвых, лучше всего проявить уважение.

— Да? — спросила Корина.

Рассмеявшись, миссис Джонсон сказала:

— Привет, парень, я почтительно отношусь к усопшим. Так вот, мистер Джонсон, упокой Господь его душу... — она выжидающе посмотрела на нас.

— Упокой Господь его душу, — хором произнесли мы с Корин.

— ...он увез меня из болот Луизианы. Я не заканчивала школу, у меня не было умений, кроме как помогать маме и папе по хозяйству.

— Я не знал, что вы из Луизианы, миссис Джонсон, — сказал я.

Она усмехнулась.

— О да. Я познакомилась с мистером Джонсоном в Новом Орлеане и работала поваром в ресторане. Вот как я научилась так хорошо готовить, Корин.

Мы с Корин украдкой улыбнулись друг другу и снова повернулись к миссис Джонсон.

— Мой муж обещал жизнь, которую я никогда не смогу прожить в Новом Орлеане. Он учился на дантиста. Я думала, как же, наверное, это довольно мерзко — целыми днями смотреть людям в рот, но кто я такая, чтобы судить? Я готовила еду, которая пережевывалась зубами. С таким же успехом можно выйти замуж за человека, который их чистит!

— Вы поженились в Новом Орлеане? — спросила Корин. — Там только что вышла замуж младшая сестра Митчелла, Амелия. Она вернулась сегодня.

Глаза миссис Джонсон округлились.

— Амелия Паркер замужем? Батюшки. Я думала, что эта девочка еще учится в школе.

Смеясь, я покачал головой.

— Нет, мэм. Ей двадцать два года. Она пишет книги.

— Я люблю читать. Просто спросите ту противную старую библиотекаршу, которую взяли в публичную библиотеку. Злобное существо, эта женщина.

Корин усмехнулась.

— Ну-ну, миссис Джонсон, так нехорошо. Она просто... старомодна.

Миссис Джонсон раздраженно посмотрела на меня. — Она отказывается выдавать «Пятьдесят оттенков серого!»

Мои глаза чуть не вывалились из орбит.

— Вы же знаете, что это за книга, не так ли? — осторожно спросил я.

Бросив на меня взгляд, говоривший, что я сошел с ума, миссис Джонсон отмахнулась рукой.

— Мне восемьдесят два года, но это вовсе не означает, что я не люблю немного пошалить, Митчелл Паркер.

Корин расхохоталась.

— Вы заставляете его краснеть, миссис Джонсон.

— Ну и ладно, мальчику не повредит небольшой румянец. Ты должен прочитать эту книгу. И попробовать некоторые вещи на Корин.

Тут уже и Корин перестала смеяться. Мы старательно не смотрели друг на друга, но ничего не получалось. Корин Миллер была так же невинна, как и миссис Джонсон. Тогда она призналась в своей сексуальной неопытности, и это очень завело меня. Было так много охренительных вещей, которым я хотел научить ее. Сделать с ней.

Мы не отрывали глаз друг от друга, и мой член начал наливаться. Корин смотрела на меня горящим взглядом.

— Черт возьми, может быть, ты уже испробовал некоторые способы, учитывая, как вы оба смотрите друг на друга. У меня такое чувство, будто я смотрю порнофильм!

Корин резко повернула голову к пожилой женщине.

— Что? Нет! Нет, я думаю, мы оба просто в шоке, миссис Джонсон, что вы знаете, о чем эта книга.

Пожилая женщина пожала плечами.

— Мы посмотрели этот фильм на нашем ежемесячном собрании по пэчворку.

Христос всемогущий, как сказал бы мой отец. Мне нужно срочно сменить тему.

— Насчет тех пирогов. Когда вы заметили, что они пропали, и с какого места, миссис Джонсон?

Она медленно встала.

— Если это не было сменой темы, то я не знаю, как это назвать.

Корин сжала губы, чтобы не рассмеяться, а я последовал за миссис Джонсон к окну столовой.

— Смотри-ка, один из пирогов появился! — воскликнула миссис Джонсон.

— Ну, конечно, — сказал я, качая головой. Бросив взгляд в окно, я заметил, как один из подростков стоит у ворот и его рвет. Получи, маленький ублюдок. — У меня такое чувство, что я знаю, кто взял ваши пироги.

Миссис Джонсон выглянула в окно и прикрыла рот рукой.

Положив руки на талию, она сказала:

— Карма — та еще сука.

ГЛАВА 4

Корин

Я бросила ключи на кофейный столик и рухнула на диван. Я была так измотана! Закрыв глаза, стала вспоминать о прошедшем дне. Все началось с известия, что я буду работать в детском саду.

Вот она радость.

Потом увидела Митчелла. Дважды. Затем по дороге домой от миссис Джонсон у машины спустило колесо.

Услышав треск, я распахнула глаза.

— Что это? — Я подошла к стене, разделявшей гостиную и столовую. Я купила старый дом, нуждавшийся в серьезном ремонте. Пакстон уговорила меня на эту покупку, и я жалела об этом каждый чертов день.

— О, боже, что это за звук?

Я взяла телефон и набрала номер Триппа.

— Привет, я слышал, у тебя спустило шину, — сказал он.

Зарычав, я спросила:

— От кого?

— У Карен был выходной. Проезжала мимо и заметила, как ты его меняешь. Я очень впечатлен, что ты умеешь менять колеса, Корин.

Закатив глаза, я фыркнула.

— Да, Трипп, я в состоянии поменять колесо. И ты отпустил Карен?

В трубке послышался низкий сдавленный смех.

— Знаешь, я разрешаю своей бедной секретарше брать отгулы.

— Значит, ты не холодный бессердечный босс-юрист, который использует своего секретаря до самого мозга костей?

— Я бы не стал заходить так далеко. — Мы оба рассмеялись. — Как поживаешь, Корин? — спросил Трипп уже более серьезно.

Прислонившись к кухонному столу, я вздохнула.

— Я в порядке.

— Он просто боится. Ты ведь это понимаешь, верно?

Я на секунду зажмурилась и попыталась выкинуть Митчелла из головы.

— Чего он боится, Трипп? — спросила я. Кому-то может показаться странным, что я разговариваю со своим бывшим парнем о его брате, с которым меня связывала одна единственная совместно-проведенная ночь. Просто несмотря на то, что Трипп не подходил мне, с ним было удивительно легко разговаривать.

— Митчелл боится обязательств. Как и большинство парней боятся этого до усрачки.

Я улыбнулась.

— А ты?

Его молчание было мне ответом.

— Может быть, если бы появилась подходящая девушка, но она давно исчезла.

Я очень переживала за Триппа. Однажды вечером, когда мы откровенно разговаривали, он рассказал мне о своей школьной любви, Харли. Я была без ума от его брата, а Трипп был по уши влюблен в женщину, которая покинула Оук-Спрингс, чтобы следовать своей мечте.

— В любой момент все может измениться, Трипп. Я слышала, что городской ветеринар скоро уходит на пенсию.

Трипп глубоко вздохнул.

— Меня вполне устраивает моя жизнь. Кроме того теперь, когда я собираюсь баллотироваться в мэры, мне меньше всего нужна женская драма.

— Эй!

— Ты сегодня идешь куда-нибудь с девочками? — спросил он, меняя тему.

— Да. Ты будешь там?

— Я, наверное, появлюсь позже. Я работаю над одним делом, и мне нужно кое-что обсудить с Митчеллом.

— Это уголовное дело?

— Да, но это все, что я могу тебе сказать.

— Все в порядке, я поняла. Слушай, хочу сегодня вечером оттянуться. Миссис Джонсон велела мне приготовить жареный чеснок и клянусь, что еще несколько месяцев не смогу избавиться от этого запаха в доме.

Трипп усмехнулся.

— Погоди, вот и причина, по которой я звоню. Ты поедешь на машине с дырявой шиной?

— Да, завтра я заеду в мастерскую и поменяю на новую. Амелия заедет за мной.

— Чем меньше ты будешь ездить на этой пробитой шине, тем лучше.

— Да, папочка, — фыркнула я.

— Ха-ха. Увидимся, детка.

— Увидимся, Трипп.

Я нажала отбой и уставилась на телефон. Какая-то часть меня хотела, чтобы между мной и Триппом все зажглось, но этого не случилось. Мы стали лучшими друзьями. Черт возьми, мы даже не прошли третью базу. Трипп сдерживался из-за брата. И я тоже.

Мой кот выбрал именно этот момент, чтобы подойти и боднуть мою лодыжку.

— Привет, приятель, — сказала я, наклоняясь. — Кто мой любимый большой мальчик?

— Мяу.

Я крепко обняла Майло. Он был котом из приюта. Белого окраса с небольшим количеством рыжего. А голубой цвет глаз напомнил мне глаза Митчелла. Именно по этой причине я остановилась у его клетки. Потом он мяукнул, и я полностью растаяла.

Я хихикнула.

— Что бы подумал Митчелл, если бы узнал, что я выбрала тебя, потому что твои глаза напомнили мне о нем?

Майло промурлыкал.

Поднявшись по лестнице, я опустила его на пол и направилась в свою спальню. Вновь раздался треск. На этот раз он был громче. Завтра мне придется рассказать об этом Триппу.

Зазвонил телефон, и на экране высветилось имя Амелии.

— Привет, что случилось?

— Ты ведь придешь, правда?

Смеясь, я сказала:

— Я и не собираюсь отступать. Мне нужна вечеринка.

— Отлично! Оденься сексуально.

Закатив глаза, я направилась к шкафу.

— Почему ты хочешь, чтобы я оделась сексуально?

— Потому что я знаю, что там будет один из моих братьев. Я только что слышала, как Уэйд разговаривал с Митчеллом.

— Сексуально, да? — Я прикусила губу.

— Да! Пора моему брату открыть свои чертовы глаза.

Я осмотрела содержимое шкафа и выбрала наряд.

— Думаю, что нашла идеальную вещь.

— Побольше обнаженной кожи!

Смеясь, я достала платье, которое несколько недель назад меня уговорила купить Амелия.

О, да! Красное облегающее платье. Обычно я не покупаю такие вещи, но Амелия не переставала твердить о нем. Я сказала бы, что согласилась на покупку, чтобы заткнуть ей рот. Или, может, потому что платье выпячивало мою грудь вверх, отчего она выглядела еще больше, а открытая спина заставляла чувствовать себя сексуальной.

— Скоро увидимся, — попрощалась Амелия.

Завершив вызов, я увидела Майло, сидящего на моей кровати и смотрящего на меня недовольным взглядом.

— Извини, Майло, но я отказываюсь быть старой кошатницей. Сегодня вечером я заставлю мистера Паркера побегать за мной.

***

Я танцевала с Амелией, Пакстон и Дженн. Басы гремели, отдаваясь в груди. Это был первый вечер развлечений Пакстон после рождения ребенка, и мы отмечали неожиданную свадьбу Амелии. Честно говоря, это было последнее место, где я хотела находиться, но мысль о встрече с Митчеллом перевесила желание остаться в постели с пинтой мороженого и хорошим фильмом.

— Как же хорошо быть в состоянии танцевать! — крикнула Пакстон, перекрывая музыку.

Мы рассмеялись, и Амелия несколько раз крутнула Пакстон.

— Пакстон, ты выглядишь потрясающе! — крикнула я.

Ее щеки вспыхнули.

— Посмотри на себя, Корин! Не думаю, что это платье еще сильнее может облегать твою фигуру! Девочка, ты просто сногсшибательна!

— Полюбуйся, какие у нее чертовски задорные сиськи! — закричала Дженн.

Несколько парней обернулось на это замечание, и мое лицо вспыхнуло. Я тут же пожалела о своем наряде.

Конечно, я надела это платье только потому, что знала — у Митчелла сегодня выходной, а Амелия упомянула, что он, вероятно, будет в баре «У Корда».

Один ковбой не переставал пялиться на мою грудь, и я одарила его презрительным взглядом. Отвернулась и тут же почувствовала на себе другой взгляд. Мне потребовалось всего две секунды, чтобы оглядеть бар и увидеть его.

Митчелла.

Каждый раз, когда наши глаза встречались, каждый раз, когда я оказывалась в одном помещении с ним, мое сердце бешено колотилось. Но в итоге, каким бы Митчелл взволнованным ни казался поначалу, в конце концов он отворачивался и делал вид, что не замечает меня.

Сегодня он этого не сделал.

Его взгляд завис на мне, и я практически чувствовала, как он прожигает дыру в моем распутном платье. Сейчас я действительно жалела, что надела его.

— Корин, ты в порядке? — прокричала Пакстон.

Я кивнула и отвела взгляд. Митчелл все еще наблюдал за нами.

— Мне нужно в туалет и освежиться. Я сейчас вернусь.

Пакстон обеспокоенно посмотрела на меня, и я изобразила фальшивую улыбку.

— Честно. Мне жарко, вот и все. Я уже давно так много не танцевала!

Пакстон рассмеялась, принимая мой ответ.

Прежде чем направиться в уборную, я взглянула на Митчелла.

Это была большая ошибка. Он разговаривал с той самой девушкой, с которой я видела его танцующим несколько месяцев назад. Он посмотрел в сторону, и наши глаза снова встретились. Девушка наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, но он не сводил с меня глаз.

Крутнувшись на каблуках ковбойских сапог, я протиснулась сквозь толпу. Казалось, комната схлопывается, и я вот-вот избавлюсь от сэндвича с индейкой и ржаным хлебом, который съела на ужин.

— Эй, красавица, хочешь потанцевать? — загородил собой выход ковбой.

— Нет, спасибо. Кажется, меня сейчас вырвет.

Он отпрыгнул в сторону, давая мне возможность двигаться дальше. Каждый вдох давался все тяжелее и тяжелее, и я пыталась поскорей добраться до холла.

Что, черт возьми, со мной не так? Почему я не могу забыть о нем?

Вырвавшись из толпы, я глубоко вздохнула, схватившись рукой за грудь, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Я боролась с угрожающими вот-вот пролиться слезами. Сколько еще я смогу выдержать? Смотреть на Митчелла, не зная, уедет ли он с какой-нибудь девчонкой, трахнется в своем грузовике и больше никогда не позвонит...

Может быть, это все, чем я была для него. Еще одна зарубка на кровати.

Я вытерла слезы и направилась в дамскую уборную, когда кто-то схватил меня сзади за локоть.

— Эй! Отпусти! — закричала я, ударив парня со всей силой.

— Корин, перестань бороться со мной.

Митчелл взял меня за руку, потащил к кабинету Корда, отпер дверь и втолкнул внутрь. Я рывком высвободила руку.

— Ты с ума сошел, Митч? Ты до смерти меня напугал. В коридоре темно, а я и понятия не имела, что это ты!

Прежде, чем я успела продолжить, чужие губы прижались к моим. Руки Митчелла невесомо пробежались по моим волосам. Он держал меня нежно, хотя целовал настойчиво, так, будто без моих поцелуев он не мог дышать.

Это был первый поцелуй с того утра, когда он оставил меня у входной двери с надеждой на то, чего никогда не случится.

Мне следовало оттолкнуть его. Или сказать, что он не вправе затаскивать меня в комнату и целовать, как будто не он вырвал мое сердце и отбросил в сторону месяцы назад. Но сейчас мое сердце было под контролем, и оно наслаждалось каждым мгновением поцелуя Митчелла и ощущением его рук на моем теле. На вкус он напоминал мяту с легким привкусом алкоголя. От желания у меня закружилась голова.

Тихий стон сам собой сорвался с моих губ. Я схватила сильные руки Митчелла, которые двигались вниз по моему телу, задирая платье.

Прекрати это, Корин.

Митчелл провел губами по линии моей челюсти, затем по шее, пробираясь к чувствительной области за ухом. Его горячее дыхание и руки на моей заднице мгновенно сделали меня влажной.

— Корин, — его шепот прозвучал так болезненно, что у меня сдавило грудь.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Комната кружилась, и, хотя я понимала необходимость сказать, что не могу сделать этого и не желаю большего, я не хотела нарушать момент. Я хотела, чтобы он продолжал.

— Ты выглядишь чертовски сексуально в этом платье.

Я улыбнулась, больше не жалея о своем решении надеть его. Митчелл поднял меня, и я обхватила ногами его талию. Прижал меня к стене, и его ствол впечатался в меня самым восхитительным образом. Этот мужчина пробудил во мне внутреннюю богиню, и я страстно желала узнать эту сторону себя вместе с ним.

— Митч, да. — Мое дыхание было прерывистым и тяжелым, но мне было все равно. Я растворилась в его объятиях. И это было всем, на чем я могла сосредоточиться.

Горячее дыхание коснулось моего уха.

— Ты сводишь меня с ума. Ты знаешь, как сильно я тебя хочу?

Надежда ключом забилась в моем сердце. Я покачала головой, моя грудь взволнованно поднималась и опускалась. Голубые глаза Митчелла неотрывно смотрели в мои.

Когда я улыбнулась, что-то в его глазах изменилось. Митчелл опустил голову и уткнулся лицом мне в шею, продолжая нежно целовать. Моя кожа плавилась от каждого волшебного поцелуя.

Митчелл потянул мочку моего уха зубами, посылая молнию прямо между ног, и тихо прошептал:

— Ты такая совершенная. Прости. Я никогда не хотел причинить тебе боль.

Я закрыла глаза, и слеза медленно скатилась по щеке. Почувствовав, что Митчелл отстранился, я открыла глаза и встретилась с ним взглядом.

Уверена, что печаль в его глазах отражала мою. Митчелл позволил моему телу скользнуть вниз, и мои ноги коснулись пола. Он вытер мои слезы большими пальцами, затем одернул платье. Сделал шаг назад и опустил руки.

— Я не могу этого сделать, не так. Ты не заслуживаешь, чтобы тебя трахнули у двери кабинета моего брата.

Поняв о чем он говорит, я кивнула.

Митчелл сделал еще один шаг назад и потянулся к двери. Но прежде, чем открыл ее, я схватила его за руку.

— Почему ты так со мной поступаешь?

Он вытаращил глаза.

Гнев пронесся по моему телу, и я уставилась на него, не веря своим глазам.

— Ты хоть представляешь, как все это ну-просто-заебись?

Митчелл поморщился от использования мной подобного слова. Все мои знакомые знали, что я редко ругаюсь.

— Ты игнорируешь меня месяцами, а потом тащишь в кабинет своего брата, чтобы пощупать меня для собственного дешевого удовольствия и уйти. Ты использовал меня, чтобы разогреться для брюнетки?

— Что? Нет!

Собрав всю силу, я ударила его по груди.

— Ах ты, сволочь! Как ты мог? — Слезы потекли по моему лицу. Я прикрыла рот рукой и отшатнулась. — Как ты мог так поступить со мной... снова?

— Корин, я...

Я ударила его еще раз.

— Ненавижу тебя, Митчелл Паркер. Просто уходи! Иди к черту, назначай девушку месяца, но никогда больше не смей прикасаться ко мне!

— Все не так, милая. Пожалуйста, позволь мне объяснить.

Он протянул руку, и я закричала. Митчелл замер. На его лице отразился ужас.

Дверь в кабинет Корда распахнулась, и на пороге появились Амелия и хозяин кабинета.

— Что происходит? — спросила Амелия, переводя взгляд с брата на меня.

Я посмотрела на Амелию и Корда, затем снова на Митчелла.

В его глазах была мольба.

— Корин.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой разбитой и сломленной. Я по глупости поверила, что Митчелл Паркер может иметь ко мне интерес. Я не потрудилась взглянуть на него, сделала глубокий вдох и выдохнула.

— Ты прав. Я заслуживаю того, кому действительно нравлюсь, того, кто хочет быть со мной. Кого-то, кто будет ценить мое сердце. — Подняв глаза, я увидела его слезы, и у меня перехватило дыхание. — Я устала ждать того, кто никогда и не был моим. Я больше не буду ждать тебя, Митч.

Когда я выходила, Митчелл крикнул:

— Подожди!

Я пыталась сдержать рыдания, пробираясь сквозь толпу. Мне нужен был воздух. Мне нужно было вернуться домой.

Мои глаза встретились с глазами Триппа. Его брови сошлись на переносице, и когда он протянул руки, я бросилась в его объятия.

Последний миллиграмм силы покинул мое тело.

— Что, черт возьми, случилось? — спросил он.

— Пожалуйста, отвези меня домой, Трипп. Пожалуйста.

Он приподнял мой подбородок.

— Почему ты плачешь, Корин? Расскажи мне, что случилось.

Его взгляд скользнул за мое плечо. По выражению лица было ясно, что позади стоит Митчелл.

Трипп снова посмотрел на меня и заставил себя улыбнуться.

— Давай отвезем тебя домой.

Положил руку мне на поясницу и повел через бар. Чем дальше я шла, тем хуже себя чувствовала. Я ощущала, как Митчелл сверлит меня взглядом. Один взгляд через плечо доказал, что я права.

Глядя прямо перед собой, я приняла решение, которое должна была принять еще несколько месяцев назад.

Пора было двигаться дальше и забыть о Митчелле Паркере.

ГЛАВА 5

Митчелл

— Черт! — вскричал я, глядя, как Трипп уводит Корин из бара.

— Немедленно в мой кабинет! — рявкнул Корд и потянул меня за руку.

Я последовал за ним и сел на один из диванчиков и закрыл лицо руками.

— Я напрочь все испортил, — простонал я.

— Митч, что случилось? — спросила Амелия. — Что ты сделал с Корин?

— Ничего! Ну, все стало немного жарко и страстно, и я остановился, потому что не хотел трахать Корин у долбанной двери кабинета. Я хотел увести ее отсюда и отвезти к себе домой, чтобы поговорить... А Корин подумала, что я снова пытаюсь свалить. Она даже не позволила мне объяснить.

Корд сел на стол с растерянным выражением лица и всплеснул руками.

— Почему она решила, что ты хочешь соскочить?

Я потер ладонями лицо.

— Не знаю. Думаю, что она не захотела слушать меня, как только я перестал целовать ее. Я сказал, что не могу так, и что Корин не заслуживает, чтобы ее трахнули у двери. Я хотел выбраться отсюда, но, когда направился открывать дверь, она взбесилась.

Корд и Амелия переглянулись. Посмотрев на меня, Корд произнес:

— Чувак, Корин подумала, что ты ее отшил.

Я вскочил.

— Теперь-то я понимаю, Корд! До меня дошло, когда Корин начала бить меня и говорить, что ненавидит. Она даже не дала мне возможности вставить ни единого гребаного слова. Сорвалась с места и бросилась прямо в объятия Триппа. — Под конец мой голос дрогнул, и я опустил голову. — Она ушла с ним.

— О, прекрати.

Подняв глаза, я встретил взгляд Амелии и нахмурился.

— Ты прекрасно знаешь, что Трипп ее не тронет. Он ее друг и все. Единственный парень, который не отталкивает ее и не притворяется, что не испытывает к ней никаких чувств.

— Амелия, не начинай, черт возьми.

Корд положил руку мне на грудь.

— Чувак, ты не должен так разговаривать с нашей сестрой.

Я закрыл глаза и выдохнул.

— Прости, Мели, — извинился я. — Ты хоть представляешь, сколько раз мне хотелось просто подойти к Корин и признаться, что у меня есть к ней чувства?

— Но ты никогда этого не делал, Митч. Ты месяцами крутил и флиртовал с другими женщинами. Сколько раз ты занимался сексом с той ночи с Корин? Сколько женщин у тебя было?

Я с трудом сглотнул. Меня затошнило.

— Единожды.

Амелия нахмурила брови и резко дернула головой.

— «Единожды» что?

Запустив пальцы в волосы, я ответил:

— У меня был секс один раз, и это было с Кэссиди.

— Я так и знала! — воскликнула Амелия. — Я знала, что эта потаскушка добралась до тебя.

— Я был пьян. Я даже не помню той ночи.

— Здорово, — сказала, как выплюнула Амелия, а Корд вскочил.

— Хорошо, Амелия, ты пнула брата. Давай остынем, ладно?

— Остынем? Корд, Корин тоскует по нему уже несколько месяцев. И он думает, что стоит лишь однажды вечером подойти и до потери сознания зацеловать девушку, и бам, она примет его обратно? К черту!

Амелия шагнула и села рядом со мной на диванчик.

— Митчелл, я люблю тебя, но ты ни хрена не знаешь о женщинах. И не обижайся, но никто из моих братьев в них не разбирается.

— Эй! — возмутился Корд.

Взглянув на него, Амелия закатила глаза.

— Вот ты, например, знаешь, как заставить девушку выкрикивать твое имя и умолять о большем. Вот про что ты только знаешь, Корд? Прости.

Я издал смешок.

— Не смейся, Митч. Ты такой же. Вы, ребята, получали любую девушку, улыбнувшись им и сказав «привет». Но знаете что? Единственная девушка, которая действительно будет иметь значение, с которой захочешь провести остаток своей жизни — эта девушка потребует усилий. Ей нужно знать, что она больше, чем просто быстрый трах в кузове твоего грузовика. Митчелл, ты все делаешь неправильно.

Разочарованно вздохнув, я повернулся к сестре.

— Тогда скажи, что мне нужно сделать, Амелия. Я не могу перестать думать о Корин. Каждый раз, когда вижу ее, все, что хочу сделать, это заключить ее в свои объятия и поцеловать.

На лице моей младшей сестры появилась коварная улыбка.

— И заставить упасть в обморок.

— Упасть в обморок? — спросили мы с Кордом одновременно.

Амелия посмотрела на нас.

— Неужели никто из вас не читал моих книг?

Мы с Кордом пожали плечами.

— Я их купил, — заверил Мели Корд.

— Да, я тоже, — ответил я. — Но извини, сестренка, я не очень люблю романы. И уж точно не люблю читать книги о сексе, написанные моей младшей сестрой.

— Мы гребанные-мужики, — добавил Корд.

Амелия тяжело вздохнула.

— Окей. Я помогу вам. У меня есть несколько хороших книг. Так и быть, пришлю их вам обоим. Они записаны на аудио, так что вам даже не придется читать. Я научу вас понимать, что значит обморок женщины, и как заставить ее упасть не от того, что ей вывернули мозги, а потому что ее опьянили романтикой и вниманием.

Корд рассмеялся.

— Пожалуйста. Амелия, я думаю, что знаю, как завести роман с женщиной.

Я встал.

— Это касается и меня. Мне не нужна какая-то сраная книга, чтобы понять, как завоевать женское сердце.

Амелия медленно встала.

— Правда?

— Да! — хором ответили мы с Кордом.

— Так, посмотрим, Дженнифер Пробст, Сидни Лэндон, Мэри Форс... ох, да, Эрика Келли.

Сестра что-то набрала на своем телефоне и посмотрела на нас.

— Извините меня, джентльмены. Меня еще ждут танцы.

Повернувшись, чтобы уйти, она загадочно рассмеялась и исчезла за дверью.

— Почему у меня такое чувство, что наша младшая сестра вот-вот научит нас романтике? — спросил Корд.

— Ты думаешь, она заказала каждому из нас аудиокниги?

Корд бросил на меня взгляд какого хрена, почесал затылок и направился к двери кабинета.

— Лучше бы так и было.

Я последовал за Кордом обратно в бар. Там я достал телефон и отправил сообщение Триппу.

Я: Она меня неправильно поняла. Я хотел отвезти ее к себе и поговорить.

Трипп: Да, она очень разозлилась. Мне кажется, она сейчас делает из тебя чучело.

Я дернул головой и уставился на телефон.

— Что?

Я: Какого хрена?

Трипп: Чувак, когда я говорю, что она злится… я имею в виду, что она злится. Не думаю, что я когда-либо слышал, как ругается Корин, и она шесть раз назвала тебя мудаком.

У меня вырвался стон.

— Дерьмо.

Трипп: Мой тебе совет, не приходи сюда и не звони ей сегодня.

Я: Почему?

Трипп. Вам пришло изображение.

Открыв фотографию, я отшатнулся.

— Что за хрен!?

— Что случилось? — спросил Тревор, протягивая мне пиво.

Я уставился на изображение и перевел взгляд на Тревора.

— Корин. Она... она сделала куклу — мою копию, и мне кажется, что это кусок от моей ветровки, которую я оставил у нее в ту ночь, когда мы были вместе. А я-то все думал, куда делась эта куртка.

Повисло пятисекундное молчание, а потом Тревор расхохотался.

— Поразительно, черт возьми. Мне всегда нравилась эта девушка.

***

Из-за угла показались огни внедорожника Триппа, и я облегченно вздохнул, когда их увидел. Я ждал в его доме почти уверенный, что его встревоженные соседи вот-вот позвонят шерифу.

Дверь гаража открылась, и Трипп въехал внутрь. Заглушив машину, брат посмотрел на меня и улыбнулся.

— Она правда сделала гребаную куклу? — спросил я.

— Чувак, это было реально та-а-а-к похоже. Из Корин выйдет отличная воспитательница. Она очень хитрая. — Трипп глубоко вдохнул и выдохнул через нос. — Может быть, мне не следовало отпускать ее. Из нее вышла бы хорошая жена мэра.

— Да пошел ты, гребаный придурок, сукин сын, предатель, ублюдок, мудак, членосос, братец!

Трипп замер.

— Вау! Это было что-то, младший брат.

— Отвали! Я тебе не младший брат!

— Гм-м, да, это ты! — сказал он, закрывая дверь гаража. — Я старше, ты моложе. Нужно ли объяснять дальше?

— Надеюсь, ты проиграешь на выборах за место мэра.

Схватившись за грудь, Трипп бросил ключи на кухонный островок. Брат жил в огромном доме — более триста семидесяти квадратных метров. Как, черт возьми, ему так много платили за должность адвоката в маленьком городке, было выше моего понимания. Хотя, он еще работал на фирму в Сан-Антонио.

— Это действительно больно, брат, — сказал Трипп. — Очень глубоко.

Вина затопила меня.

— Черт, я не это имел в виду.

Сунув руку в холодильник, брат достал нам два пива.

— Я знаю, что нет. Точно так же, как я не имел в виду ничего такого, когда сказал, что надеюсь, твое оружие даст осечку и выстрелит тебе в ногу.

Бутылка пива замерла у моих губ.

— Когда ты это сказал?

Трипп улыбнулся.

— Когда я узнал, что ты спал с Корин.

Я закатил глаза.

— Ой, да ладно. Кстати, твое пожелание могло причинить телесные повреждения, а мое — нет.

Брат задумчиво поднял голову, посмотрел на меня и улыбнулся.

— Мудак, — только и сказал я.

— Сам такой!

Я сел на один из табуретов у большого кухонного островка.

— С ней все в порядке?

Он прислонился к стойке и сделал большой глоток.

— Ты хочешь, чтобы я был честен?

— Конечно.

— Нет. Корин и близко не в порядке. Злость, боль, чувство отверженности... опять.

— Я не отвергал ее! Я просто не хотел трахать ее в кабинете Корда. Я хотел привезти ее к себе.

— И трахнуть.

— Нет! Ну, может быть, после нашего разговора, но сначала я хотел поговорить с Корин. Сказать ей, что я был чертовски глуп. С тех пор, как я увидел Корин, наблюдал, как она учится готовить у миссис Джонсон, я только и думаю, что мне нужно поговорить с ней.

Трипп уставился на меня так, словно у меня выросли две головы.

— Так это корочка пирога заставила тебя понять, что ты был ослом?

— Да. Нет. Черт, я не знаю. — Я схватился за волосы обеими руками и застонал. — Я не хотел оставлять ее сегодня. Я хотел посмотреть на ее дурацкий урок кулинарии, потом отвести ее к «Лилли», чтобы она там съела что-нибудь вкусное и попросить дать мне еще один шанс.

Трипп приподнял бровь.

— Еще одну попытку?

— Да, нам. То, что я чувствую по отношению к Корин. Из-за этого я не могу ни есть, ни спать. Я все время отвлекаюсь и боюсь, что случайно выстрелю себе в ногу.

Трипп поднял руки, когда я посмотрел на него взглядом «отвали и умри».

— Ладно, слушай. Я последний человек, который дает тебе советы, но на этот раз я все равно это сделаю.

Я наклонился ближе.

— Окей.

Брат поставил пиво и положил руки на стол.

— Вот что тебе нужно сделать, — серьезно сказал он.

— Я слушаю.

— Иди спроси у папы.

Я застыл, уставившись на старшего брата.

— И это все, что у тебя есть?

Он пожал плечами.

— Это все, что у меня есть.

— А что случилось с той ерундой «я старше и мудрее», которую ты всегда говорил?

— Да все это чушь собачья. Черт возьми, Митчелл, из нас двоих ты всегда был самым рассудительным. Тем, у кого голова на месте. Мыслителем. Но на этот раз, наверное, такой человек именно я.

— Ты? Навряд ли, придурок! Ты посоветовал поговорить с папой. И это быть мыслителем?

— Я подумал, что тебе надо поговорить с папой. Мысль — это то, что происходит после того, как кто-то думает.

Закрыв глаза, я разочарованно выдохнул и потер лицо руками. Затем бросил на Триппа еще один взгляд.

— Ты отстой, Паркер. Я надеюсь, что твои навыки юриста лучше, чем твои советы.

— Ах так? Ну, я надеюсь, что твои навыки полицейского лучше, чем твои... твои…

Ожидая его ответа, я наклонил голову и ухмыльнулся.

— Да, сказать-то и нечего. — Направившись к входной двери, я попрощался: — Спокойной ночи, Трипп.

— Но, если честно, Митчелл. Я знаю, что ты испытываешь привязанность к Корин и знаю, что как бы она сейчас ни была раздражена, она симпатизирует тебе. Я думаю, тебе просто не нужно торопиться. Докажи ей, что ты понимаешь, что облажался и заслуживаешь еще одного шанса.

Я кивнул.

— Хороший совет, брат.

Спустившись по ступенькам, я нажал на кнопку на брелоке, чтобы открыть свой грузовик.

— Эй, Митч! — крикнул мне вслед Трипп. — Помнишь, что Корин говорила о Лейне Льюисе?

Я остановился и оглянулся через плечо.

— Да.

— Знаешь, может и не стоит слишком медлить с Корин.

В животе образовался узел.

— Почему?

Трипп потер шею и нахмурился.

— Он прислал Корин цветы и сказал, что с нетерпением ждет возможности поработать с ней.

Гнев пронзил меня насквозь.

— Все же поговори утром с папой. А сейчас иди домой и немного поспи. Ты выглядишь дерьмово.

Я направился к машине, и моя челюсть болела от стиснутых зубов. Я сделал себе мысленную пометку, что первым делом с утра отправлюсь к родителям. Теперь я ни за что не сдамся. Я оттолкнул Корин и больше это не повторится. И я, черт возьми, не позволю ей броситься в объятия мелкого придурка, который ненавидел меня в старшей школе.

— К черту это, — пробормотал я, заводя свой грузовик и направляясь в единственное место, куда, как я знал, мне не следовало ехать.

К Корин.

ГЛАВА 6

Корин

Я со звоном поставила чашку на блюдце и пододвинула ее официантке.

— Спасибо, — сказала я, когда она забрала наши с Лейном чашки. — Было очень мило с твоей стороны прислать цветы.

Лейн улыбнулся.

— Ничего особенного. — Показав рукой на нас, он рассмеялся. — А как насчет этого? Не могу поверить, что столкнулся с тобой поздним вечером в пятницу. Я думал, что ты пойдешь на горячее свидание.

Если он считал меня глупой, значит, сошел с ума. Я знала, что он закидывает удочку, чтобы узнать, встречаюсь ли я с кем-нибудь.

— Просто вышла прогуляться поздним вечером. — Лейн кивнул, будто поверив в мой ответ, но я знала, что это не так. Я видела это в его глазах. — К счастью для меня, ты назвал это поздним вечером.

— А у тебя? Никакого горячего свидания со старшеклассницей, которая сбежала из дома? — спросила я.

— Да ладно, — рассмеялся Лейн. — Ни одна девушка в этом городе не стоила моего времени.

Я округлила глаза.

— Я имею в виду, что все было без толку. Просто большинство девочек в школе тосковали по братьям Паркер. Достаточно трудно конкурировать даже с одним, а в средней школе приходилось иметь дело с тремя.

Я приподняла бровь.

— Одна из моих самых дорогих и лучших подруг замужем за Стидом Паркером, и я какое-то время встречалась с Триппом. Он хороший друг, так что будь осторожен в словах.

Лейн поднял руки, защищаясь.

— Хорошо, буду. — Опустив взгляд, он поиграл вилкой на столе. — Ты встречалась с Триппом, да?

— Да. — Я пожала плечами. — Но мы оба сделали это по глупым причинам. Мы больше лучшие друзья, чем любовники.

Лейн уставился на меня. Дерьмо. Я произнесла это так, будто у меня были сексуальные отношения с Триппом.

Взглянув на Apple watch, я прочистила горло.

— Ну, мне пора.

— Да, конечно. Хочешь, я провожу тебя до дома?

— Я на машине. Конечно, тут всего пара кварталов, но знаешь, так поздно на улице ночью немного страшно. И неважно, маленький город или нет.

— Я рад, что ты за рулем. Так безопаснее. Позволь мне заплатить, и я провожу тебя до машины.

Мы оба встали.

— Тебе не нужно платить за меня.

Лейн подмигнул и чертовски сексуально улыбнулся.

— Знаю, что не должен. Но я хочу.

Я улыбнулась в ответ.

— Спасибо. Встретимся на улице. Моя машина припаркована перед зданием.

Я вышла на улицу, посмотрела на свою машину и застонала.

— Ты что, издеваешься? — крикнула я.

— Корин.

Голос Митчелла заставил все волоски на моем теле встать дыбом. Конечно, мое сердце тоже затрепетало, и в животе все сжалось. Пришлось сделать глубокий вдох и заменить свои глупые эмоции гневом. С недовольством я уставилась на него.

— Чего ты хочешь, Митчелл?

— Я приходил к тебе домой, но там никого не было. И тогда я начал разъезжать по городу в поисках тебя. Не знаю, как изначально пропустил твою машину, стоящую здесь, но я проезжал мимо раз пять.

Скрестив руки на груди, я хрипло рассмеялась.

— Какой-то странный из тебя коп. — Митчелл нахмурился, и я пожалела о своих резких словах. — Прости, Митч. Я не хотела этого говорить.

Но ты это сделала! Ты злишься на него. Он снова играет с твоими эмоциями! Ты. Должна. Злиться!

— Вообще-то, да, я хотела так сказать. И многое другое, и мне все равно, если это заденет твои чувства. Ты это заслужил.

Митчелл одарил меня своей мега-улыбкой, от которой мокнут трусики, и подмигнул.

Господи. Помоги мне быть сильной.

— Прошу, мы можем поговорить? — спросил он. — Мне нужно объяснить, что произошло у Корда. Я не силен в объяснении кое-каких вещей и…

Я заглянула через окна в кафе: Лейн почти закончил расплачиваться.

— Не сейчас. Я занята.

— Когда? — спросил Митчелл.

— Я не знаю, Митч. Честно говоря, я не уверена, что захочу говорить с тобой снова... если вообще захочу.

Заглянув еще раз в окно кафе, я не обошла вниманием, что Лейн болтает с нашей официанткой.

— Ты с Лейном? — спросил Митчелл.

Сама не знаю, почему солгала, но слова вырвались у меня прежде, чем я смогла остановить их.

— Да.

Митчелл посмотрел на Лейна, а затем перевел взгляд на меня. Несмотря на то, что было темно, но благодаря освещению из окон кафе я разглядела печаль в его глазах.

— Ну, что ж. Спокойной ночи, Корин. Надеюсь, вечер вам понравится.

Подождите. И это все? Он собирается просто сдаться?

Митч направился к двери у дальнего окна «У Лилли», которая вела в апартаменты над кафе. Паника смешалась с гневом. Не знаю, почему я заговорила, но я спросила:

— Ты здесь живешь? В кафе?

Митчелл повернул ключ и открыл дверь.

— Я живу на третьем этаже и занимаю часть четвертого. Это хорошее место. Владелец перестроил его, но сохранил все исторические черты.

Он шагнул за порог. Я улыбнулась.

— Держу пари, что это мило.

Он пожал плечами.

— Это просто дом… на сегодня.

Я наклонила голову. Я хотела спросить, что он имеет в виду. Он что, собирается переезжать? Уехать из Оук-Спрингс? Внутри стала нарастать паника. Мы замерли и уставились друг на друга. Какая-то крошечная часть меня хотела, чтобы Митчелл пригласил меня зайти, но понимала, что он этого не сделает, так как я сглупила сказав, что я с Лейном.

Митчелл улыбнулся и открыл рот, собираясь что-то добавить, когда появился Лейн.

— Давай отвезем тебя домой, ладно? Я купил пару кусков пирога. Подумал, что мы могли бы съесть их на крыльце твоего дома.

Заставив себя улыбнуться, я ответила:

— Вообще-то, Лейн, я думаю...

Когда я обернулась, входная дверь Митчелла была закрыта. Он исчез.

С трудом сглотнув, я загнала разочарование от этого мужчины поглубже и позволила гневу вырваться наружу.

— Давай закончим этот вечер, я хочу побыстрей отправиться домой спать. Может быть, съедим пирог завтра?

— Завтра? — спросил Лейн с широкой улыбкой. — Второе свидание? Мне это нравится.

Я рассмеялась и шутливо пихнула его в живот.

— А если серьезно, то у меня спущена шина. — Я посмотрела на свою машину. — И запаска тоже проколота.

Лейн несколько секунд смотрел на колесо.

— Похоже, мы идем пешком.

Когда мы повернули к моему дому, я рискнула оглянуться и посмотреть на третий этаж кафе «Лилли».

Дыхание перехватило. Я увидела, как там включился свет, и мужская фигура подошла к раздвижной стеклянной двери. Митч посмотрел на нас сверху вниз и отвернулся. По животу расползлось неприятное ощущение тошноты.

Я перевела взгляд на тротуар и посмотрела на Лейна. А он все говорил и говорил о том, как до смерти боится первоклассников. Я не смогла удержаться от смеха и попыталась позволить себе насладиться моментом.

Мой телефон издал сигнал, и когда я прочитала сообщение, практически ощутила, как из моих ушей выходит пар.

Митчелл: Лейн Льюис-придурок. Ты заслуживаешь лучшего.

Набирая ответ, я отключилась от разговора с Лейном.

Я: Ты из тех, кто умеет говорить. Я удивлена, что сегодня вечером у тебя под рукой не было девушки. О, подожди! Ты, наверное, уже трахнул ее в кузове своего грузовика. Я права?

Я была в ярости. Только Митчелл мог расстроить меня так, что я выругалась.

Митчелл: Если бы ты не пошла домой с этим придурком, я мог бы пригласить тебя к себе объясниться. У Корда я остановился, потому что хотел, чтобы ты поехала со мной домой.

Я чуть не расхохоталась вслух. Посмотрела на Лейна, который все еще говорил о своем. Что-то насчет классного любимчика.

Я: Итак, вместо того, чтобы трахнуть меня у двери кабинета твоего брата, ты хотел поиметь меня у себя. Отлично. Классный ход. Я скорее позволю Лейну прижать меня к любой двери, чем позволю тебе прикоснуться ко мне снова!

Я с минуту смотрела на свой телефон, но было ясно, что Митчелл не ответит. Меня это более чем устраивало.

Я чуть не позволила своим эмоциям снова взять над разумом верх. С этого момента я возведу стену вокруг своего сердца, и Митчелл Паркер не сможет ее пробить.

Миссия «Прочь от Митчелла Паркера» начинается сегодня.

— Эй, ты в порядке? — спросил Лейн, останавливаясь.

Я заставила себя улыбнуться.

— Да, извини, что была немного невежлива.

Лейн взглянул на мой телефон.

— Я даже не заметил. Наверное, я слишком много болтал!

Мы оба рассмеялись.

— Если тебе нужно написать, давай.

— Нет, это уже не имеет значения.

Лейн одарил меня широкой улыбкой.

— Людям, которые не делают тебя счастливой, не место в твоей жизни, Корин.

Эти слова сильно задели меня. Я судорожно втянула в себя воздух.

— Я знаю, но иногда их трудно отпустить.

Лейн кивнул, как будто понял, что я имею в виду.

— Когда ты их отпустишь, тебе станет легче дышать.

Я опустила взгляд. Мысль о том, чтобы отпустить Митчелла не заставила меня вздохнуть с облегчением; все было как раз наоборот. Моя грудь сжималась с такой щемящей болью, что, казалось, она не дает воздуху входить и выходить из тела. Нужно отпустить его. Было ясно, что у нас с Митчеллом разные желания. «Нас» не было. Исключительно отдельно: я и он. Будущее, к которому я стремилась, было совсем не тем, которое хотел Митчелл.

Глубоко вздохнув, я оглянулась на Лейна.

— Знаешь что? — Широко улыбнулась. — Думаю, я действительно хочу съесть твои пироги на своем крыльце.

Не думаю, что когда-либо видела, чтобы глаза парня загорались так, как у Лейна. В какой-то момент мне придется сообщить, что нам следует поддерживать отношения только на дружеском уровне. Я не собиралась рисковать своей работой, встречаясь с коллегой.

Лейн переплел свои пальцы с моими, и мы снова пошли. Опустив глаза, я посмотрела на наши руки. Я знала, что должна что-то сказать, но часть меня хотела притвориться, что все было по-другому — что я снова не провела один из худших вечеров в жизни, опять отвергнутая Митчеллом. Слова Митчелла вновь поразили меня. Он хотел, чтобы я вернулась к нему. И он казался таким расстроенным, когда я оставила его в баре. То, как он кричал. Неужели я сделала поспешные выводы?

Пока мы шли, вдалеке послышалась сирена. Мимо промчался грузовик, и мне пришлось дважды проморгать, потому что могла поклясться, что это пролетел внедорожник Митчелла.

— Это был Митчелл?

— Это что, дым? — спросил одновременно Лейн.

Сердце бухнуло вниз, когда я проследила за его взглядом.

— Да! Это со стороны улицы, на которой я живу. Надеюсь, ни у кого не горит дом.

Лейн ускорил шаг, и я присоединилась к нему. Мы завернули за угол, и у меня перехватило дыхание.

— Нет, — только и смогла прошептать я. Я смотрела на свой дом: второй этаж был охвачен пламенем.

— Майло! — закричала я и побежала ко входной двери.

— Корин! Подожди, куда ты собралась?

Я же мчалась так быстро, как только могла и выкрикивала имя своего кота. Зеваки расступились, когда обернулись и увидели, что я несусь как летучая мышь из ада. Пожарная команда находилась тут же, как и все остальные... Митчелл?

Это точно был грузовик Митчелла?

Я не остановилась. Я сосредоточился на том, чтобы добраться до Майло. Сильные руки подхватили меня, и я в одно мгновение узнала.

— Митчелл, отпусти меня! Майло в доме! Майло там.

Митч обхватил мое лицо ладонями и заставил посмотреть на него.

— Корин, мне нужно, чтобы ты успокоилась.

Я стояла лицом к лицу с ним, и слезы потекли по моему лицу во второй раз за сегодняшний вечер.

— Но... Майло.

Митчелл посмотрел на дом, потом снова на меня.

— Жди здесь.

И взбежал на крыльцо. Пожарные ринулись за ним, крича, чтобы он остановился.

— Митчелл! — закричала я, когда он выбил ногой дверь и исчез. Вслед за ним направились двое пожарных.

— Черт возьми, это Митчелл только что вошел в дом? — спросил Лейн.

— Что он сделал?!

Обернувшись, я увидела Триппа.

— О боже, Трипп, он пошел за Майло!

Трипп обнял меня, а я уткнулась лицом ему в грудь.

— Я никогда себе не прощу, если с ним что-нибудь случится, — воскликнула я.

— Вот он! — крикнул Лейн.

Я отстранилась от Триппа и увидела Митчелла, выходящего вместе с пожарным. Он что-то держал в руках, и я изо всех сил пыталась разглядеть его ношу.

— Майло, — прошептала я.

— Что за чертов идиот! Он мог погибнуть из-за кота! — воскликнул Лейн.

— Заткнись, Лейн, — сердито приструнил того Трипп.

Я побежала к Митчеллу. Он протянул мне Майло, но я буквально впечаталась в тело Митча. Я была так рада, что с ним все в порядке.

Он обернул свою руку вокруг меня.

— С ним все окей. Немного напуган, но с ним точно все в порядке.

Отступив назад, я взяла кота и заключила его в объятия. Смотреть было страшно, но я не могла себя остановить. Обернулась и увидела, как мой дом полностью охвачен пламенем.

ГЛАВА 7

Митчелл

Мои легкие горели огнем, и я прокашлялся.

— Митч, ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросил Трэвис, глядя на меня озабоченно.

— Просто вдохнул немного дыма. Со мной все будет хорошо.

Не успел я опомниться, как мне на лицо натянули кислородную маску. Я не стал сопротивляться лишь потому, что мои легкие разрывались. Я взглянул на Корин, говорящую с Триппом и капитаном Смитом, начальником пожарной охраны.

— Чертовски жалко дом, — сказал Лейн. Его голос был похож на скрип гвоздей по классной доске.

Рывком я сорвал кислородную маску.

— Ну, это можно исправить. Похоже, в основном пострадал верхний этаж.

Лейн уставился на дом. Я не мог избавиться от странного чувства.

— Какого хрена ты улыбаешься? — спросил я.

Посмотрев в мою сторону, он пожал плечами.

— Я и не подозревал, что так выгляжу. Может быть, я счастлив, что сегодня вечером Корин была со мной, а не дома, когда вспыхнул пожар.

Моя кровь вскипела, и я отбросил кислородную маску. Проходя мимо Лейна, я не преминул пихнуть его в плечо... довольно сильно.

— Мудак.

— Что это было, Паркер?

— Ты меня понял, — ответил я с улыбкой.

Подойдя к Корин, я услышал, как она спросила:

— Где мне теперь жить? У меня ничего нет. Вся моя одежда, все, что у меня было, находилось на втором этаже этого дома.

Мое сердце заныло от жалости к ней.

— Вы можете остаться у друзей? — спросил капитан.

Тело Корин обмякло.

— Ты можешь пожить у меня, если хочешь, — предложил Лейн.

Какая-то часть меня захотела схватить его за футболку и выбить из него все дерьмо. Он даже не знал Корин до такой степени, чтобы просить переезжать к нему.

— Я бы предложил пожить у меня, но, честно говоря, Корин, это будет выглядеть неправильно. Особенно если учесть, что я буду баллотироваться в мэры, — сказал Трипп.

Корин кивнула и крепче прижала к себе Майло.

— Ты могла бы остановиться у моих родителей, — предложил я.

Прочистив горло, Трипп добавил:

— Наши родители любят Корин, но они намекали, как будут счастливы, когда их дети разъедутся и дом опустеет.

Я резко посмотрел на Триппа взглядом «какого черта». Я точно знал, что родители будут рады видеть Корин у себя в доме.

— О, — протянула Корин со слезами на глазах.

Трипп откашлялся.

— Я думаю, будет лучше, если ты побудешь у Митчелла.

— Митчелла?

— У меня?

Одновременно воскликнули мы с Кориной.

— В этом есть смысл, — рассуждал Трипп. — У тебя три спальни, Митч, и ты живешь всего в нескольких кварталах от дома Корин. Когда его начнут приводить в порядок, она захочет быть рядом. — По тому, как Трипп смотрел на меня, я точно догадался, что он делает.

— Да, наверное, это было бы удобнее всего, Корин, — вставил я.

Ее взгляд метался между мной и Триппом.

— Ну, я тоже живу неподалеку, — добавил придурок Лейн.

Корин повернулась к нему.

— Лейн, я тебя почти не знаю. Нам не подобает жить вместе.

Он нахмурился.

— Так же, как ты и Митчелл?

Корин прикусила нижнюю губу. Похоже, она действительно обдумывала предложение этого придурка.

Я шагнул ближе, но Трипп меня опередил.

— Серьезно, Льюис? Ты хочешь сказать, что воспитатель детского сада и учитель первого класса, живущие в одном доме, это нормально? Митчелл — полицейский и заслужил уважение общества. К тому же он друг Корин. Люди не подумают ничего плохого на его предложение остановиться у него.

Корин посмотрела на Майло, потом снова на меня.

— Думаю, самое разумное — остаться с Митчеллом. Лейн, ты сказал, что живешь в маленькой квартире с одной спальней.

Лейн выглядел разъяренным. Наконец он ухмыльнулся.

— Ну, я снимаю квартиру в доме старого Райли. Можно узнать, есть ли там свободное жилье.

Трипп кивнул.

— О да, я слышал, что Райли превратил дом в отель типа «постель и завтрак». Жаль, что там не разрешают держать домашних животных, — сказал он, кивая на Майло в объятиях Корин.

Лицо Лейна вытянулось. Он тоже понял, что происходит.

Взмахнув рукой, Трипп добавил:

— Что ж, это решает дело. Вы не можете жить вдвоем в одной комнате, да еще и без кота. Пойдут слухи, и я уверен, что ты не хочешь этого для Корин.

— Нет, вовсе нет. Оставаться у Митчелла до тех пор, пока она не разместится по-другому, вероятно, к лучшему.

Мне хотелось рассмеяться. Разместится? Я так не думаю.

Один быстрый взгляд на Корин показал, что ее глаза мечутся между нами троими. Я был немного удивлен, что она промолчала. В конце концов, это мы решали, где она будет жить, а она сама не произнесла ни слова.

Я потянулся к Майло.

— Я велел позвонить в приют Оук-Спрингс. Они привезли клетку для Майло.

Корин протянула мне кота, все еще не говоря ни слова и наблюдая, как подошедшая молодая леди из приюта открывает клетку.

— Ким, ты не могла бы отвезти Майло к доктору Харрису? Думаю, что Корин захочет убедиться, что с ним все в порядке.

Девушка кивнула.

— Канешн. Сто проц док захтит оставить котеича у нас спатки. Можь забрать его сутреца еси хошь.

Трипп издал смешок, когда Корин уставилась на Ким с открытым ртом. Девушка говорила с чертовски сильным техасским акцентом, и даже мне было трудно ее понять.

— Спасибо, Ким. Либо Корин, либо я заедем.

Ким взяла клетку и успокаивающе заговорила с Майло. Теперь уже Корин выглядела обеспокоенной и испуганной. Она по-прежнему ни черта не говорила о том, как устроить жизнь дальше, и это давало мне надежду, что, возможно, она втайне хочет остаться со мной.

— С ним все будет в порядке, Митч? — спросила она едва слышным шепотом.

Лейн обнял ее за плечи.

— С ним будет все в порядке, Корин.

Взяв за локоть, Трипп повел меня прочь.

— Слушай, я знаю, о чем ты думаешь. Я тоже так думаю; он скользкий ублюдок. Но тебе нужно сосредоточиться на том, чтобы помочь Корин пройти через это.

— Ты сказал, что мама и папа не захотят, чтобы она жила у них, потому что ты хочешь, чтобы она осталась со мной? Зачем ты это сделал?

Брат ухмыльнулся.

— Каким бы плохим ни казалось это дерьмо, оно почти скрытое благословение, Митч. Это твой второй шанс. Тебе лучше постараться и не облажаться.

Глядя через плечо Триппа, я не смог сдержать подергивания в уголках рта, когда Корин выпуталась из объятий Лейна. Она оглянулась и посмотрела на меня. Секунд пять она не отводила взгляда с моего лица, и я понял, что Трипп прав.

Это мой второй шанс. Ни за что на свете я не позволю Лейну-неудачнику-Льюису украсть единственную женщину, которая мне когда-либо была дорога.

Ни за что на свете.

***

Утром, ковыляя, я вошел в кухню и остановился, увидев ее.

Мой член мгновенно затвердел, пока я рассматривал фигуру Корин. Она была одета в одну из моих старых футболок и шорты, которые натянула на талию и повязала там лентой для волос, чтобы они не свалились на пол.

Сексуальна. Как. Грех.

Наконец, вытащив голову из задницы, я заговорил:

— Привет, я не думал, что ты так рано станешь.

Корин стояла перед моей кофеваркой, ожидая, пока она закипит, чтобы налить в чашки живительную энергию.

— Я не могу уснуть.

Она обернулась и оглядела меня. На мне была пара спортивных штанов. И все.

Мне хотелось улыбнуться на реакцию Корин, пока она рассматривала каждый дюйм моего тела. Она немного задержалась на моей груди, прежде чем посмотреть в глаза.

— Ты всегда ходишь полуголым?

Я пожал плечами.

— А что? Обычно я хожу с голой задницей. Так что по сравнению с моей обычной одеждой это стопроцентный прогресс.

Глаз Корин дернулся, думаю, она оставила умный ответ при себе.

— Ты позволишь Майло жить здесь или велел той девушке придержать его?

Я прищурился, направляясь к кофемашинке. Корин отступила. Словно боялась даже моего вздоха на нее.

— Конечно, ему здесь рады, Корин. И я не велел Ким придержать его. Она просто отвезла его к доктору Харрису. Если хочешь, мы можем отправиться туда прямо сейчас и забрать его.

— Мы? — Корин резко рассмеялась. — Так кто же мы теперь, Митч? Лучшие друзья? Приятели?

Я достал кофейную кружку, наполнил ее до краев и протянул Корин.

— Насколько я понимаю, мы соседи по квартире. Если ты предпочитаешь жить в лачуге со своим новым другом, вперед.

Корин широко распахнула глаза. Открыла рот и так же быстро закрыла. Зазвонил телефон.

— Митч.

— Митчелл, это доктор Харрис.

— Док Харрис, как Майло?

Корин потянулась к телефону, но я оттолкнул ее руку.

— Он отлично справляется, — ответил док. — Сидит на стойке регистрации и флиртует со всеми женщинами.

Я рассмеялся.

— Умный кот.

— Должно быть, он научился этому у тебя.

— Не в этом случае, док. Корин — хозяйка Майло, и мы с ней скоро отправимся за ним.

Корин перестала пытаться забрать телефон из моих рук и сделала шаг назад. Повернулась и села за барную стойку.

— Звучит неплохо, Митчелл, — сказал доктор Харрис. — Очень жаль дом молодой леди. Шеф предположил, что в этом пожаре есть что-то подозрительное.

Это замечание заставило меня оторвать взгляд от Корин.

— Что именно?

— Никому ничего не говори. Я не должен был заикаться об этом.

Моя рука инстинктивно потянулась к затылку, будто пытаясь стереть напряжение. Повернувшись спиной к Корин, я спросил:

— Что заставляет его так думать?

— Я не уверен. Тебе придется поговорить самому с ним об этом. Он сказал, что позвонит тебе по этому поводу.

От мысли о том, что кто-то мог поджечь дом Корин, у меня в животе образовался узел. Я вспомнил Лейна, который улыбался, глядя на горящий дом.

— Ну, что ж. Спасибо, док. Скоро увидимся.

— Я попрошу девочек собрать кое-какие вещи для молодой леди. Я уверен, что у нее не осталось ничего для кота.

Я повернулся и посмотрел на Корин.

— Очень мило с вашей стороны, док. Нам очень повезло, что у нас есть вы.

— Ну, я планирую скоро уйти на пенсию, но не покину Оук-Спрингс, пока не найду замену достойную города.

— Вы уходите на пенсию? — удивился я. — Город наверняка будет скучать по вам.

Док рассмеялся.

— Я не собираюсь уезжать из Оук-Спрингс в ближайшее время. Вы все еще будете видеть меня, и я уверен, что еще и помогу новому ветеринару.

— Рад это слышать. Мне пора идти. Скоро увидимся.

— Договорились, Митчелл.

Мы закончили разговор, и только я собрался рассказать все Корин, как хлопнула входная дверь.

— Митчелл? — Голубые глаза Корин встретились с моими, и на ее лице появилось раздраженное выражение. — Кто это?

— Прежде чем ты начнешь обвинять меня, скажу, что это Амелия. У нее есть ключ. — Лицо Корин расслабилось. — Она принесла тебе кое-какие вещи. Я звонил сестре вчера вечером и надеялся, что она приедет до того, как ты проснешься.

— О, это было очень мило с твоей стороны. — Корин отвела взгляд, словно чувствовала себя виноватой за то, о чем только что думала.

— Любой порядочный человек сделал бы это.

Амелия вошла в кухню с широкой улыбкой на лице. Я все еще не мог привыкнуть к виду моей сестры — она буквально светилась.

— Привет, — сказал я, заключая ее в объятия. — Прекрасно выглядишь. Ты это знаешь?

Отстранившись, Амелия посмотрела на меня.

— А? Что?

— Да-а-а, — протянул я, постучав ее по носу. — Тебе к лицу счастье.

Она покраснела.

— Спасибо, Митчелл. Уэйд делает меня самой счастливой. — Развернувшись, Амелия посмотрела на Корин. — Мы с Вайелин перебрали наши шкафы и собрали сумки с одеждой. Я зашла в магазин и купила тебе шампунь, зубную щетку и дезодорант. Надеюсь, угадала. Я старалась продумать обо всем, что тебе сейчас может понадобиться.

Глаза Корин наполнились слезами. Она спрятала свое лицо в руках и горько заплакала.

Амелия бросила на меня яростный взгляд.

— Что ты с ней сделал, Митчелл Паркер?

У меня отвисла челюсть.

— Что? Я ничего не сделал!

Корин отвела руки от лица.

— Он... он был... ч-чудесным. Это я. Я не знаю, что делать. Я потеряла все. Фотографии, воспоминания. Все, что у меня было... исчезло.

Амелия молча указала пальцем мне на грудь и жестом указала на Корин. Я так же молча показал на себя: «Кто? Я?» Сестра кивнула.

Похоже, Амелия была в курсе моего плана завоевания Корин.

Я жестом показал, что на мне нет рубашки, и сестра смерила меня презрительным взглядом. Подойдя к Корин, я поднял ее со стула и притянул к себе. Она прильнула к моему телу. Потребовалась вся сила воли, чтобы заставить свой член не откликаться.

— Все это можно заменить, Корин, — сказал я. — Я знаю, как больно терять все, но, с другой стороны, Майло спасен. И ты сможешь сделать свой дом потрясающим с помощью денег от страховки!

Амелия выпучила глаза и разочарованно покачала головой. Корин отстранилась и посмотрела на меня. Меня просто убивало, что она плачет. Большими пальцами я вытер ее слезы.

— Пожалуйста, не плачь, — прошептал я.

Что-то промелькнуло на ее лице, и она уставилась на меня.

— Ты спас Майло. Ты побежал в горящий дом, чтобы спасти его. Зачем ты это сделал?

Мое сердце бешено колотилось. Я хотел сказать, что сделал это ради нее. Что нет ничего, чего бы я не сделал для нее. Вместо этого сказал:

— Инстинкт. Предполагаю, это из-за моей работы.

Я практически чувствовал, как Амелия взглядом прожигает во мне дыру.

— О, — прошептала Корин.

Твою мать! Твою мать! Твою мать! Приди в себя!

Я пожал плечами.

— К тому же это Майло. Он твой, и я знаю, как сильно ты его любишь.

— Так ты хочешь сказать, что сделал это ради Корин? — спросила Амелия раздраженным тоном.

Мы повернулись и уставились на Амелию. Теперь настала моя очередь метать молнии.

ГЛАВА 8

Корин

Я ни за что не позволю Митчеллу увидеть мою реакцию на то, что сказала Амелия.

— Да, Амелия. Спасибо, что прояснила.

Амелия улыбнулась.

— Конечно, без проблем. Ладно, если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать. Я опаздываю на селекторное совещание со своим агентом.

Подойдя к Амелии, я крепко обняла ее и прошептала:

— Спасибо тебе за все.

Она лишь крепче обняла меня и ответила:

— Ты бы в таком случае тоже помогла мне. Обещаю, я с тобой. Несмотря ни на что.

Когда мы отступили друг от друга, у нас обеих в глазах блестели слезы. Я и представить себе не могла, что, переехав в этот маленький городок, обрету таких замечательных друзей. Пакстон была подарком в моей жизни, но Амелия и Вайелин просто как глазурь на моем любимом торте.

— Я позвоню тебе позже, — предупредила подруга. — Может быть, мы все отправимся в Сан-Антонио и сделаем кое-какие покупки.

— Около полудня я должна быть в страховой компании, так что дам вам знать, когда закончу.

— Я рада, что тебя не заставляют ждать до понедельника.

Моя грудь сжалась, когда я подумала о телефонном звонке прошлой ночью. Я едва могла говорить, позвонив в страховую компанию. Митчелл в конце концов сам рассказал им, что произошло, пока я сидела на его диване и прижимала колени к груди. У меня было несколько минут слабости, и теперь пришло время подтянуть трусики большой девочки и справиться с этим как взрослая.

Да, я потеряла все. Но никто не умер. Майло в безопасности. Я в безопасности. И в настоящее время стою рядом с полуголым Митчеллом в его кухне. Как бы мне ни нравился этот вид, я никогда не позволю ему это узнать. Пора вновь поднимать стену, которую я построила. Возможно, он вел себя очень мило и добродушно, но если впущу его, то рискну пострадать снова.

Какая-то часть меня знала, что он пытается, но мне необходимо время, чтобы разобраться. Последнее, что нужно — это ослабить бдительность.

Обидеть один раз — стыдно. Дважды причинить боль — позор.

— Эй, ты в порядке? — спросила Амелия, касаясь моей руки.

С вымученной улыбкой я кивнула.

— Да, просто устала и хочу увидеть Майло.

Наклонившись, Амелия поцеловала меня в щеку.

— Ладно, скоро увидимся. До скорого, Митчелл.

— Пока, сестричка.

В ту же секунду, как подруга исчезла из поля зрения, я почувствовала покалывание по всему телу. Митчелл подошел ко мне сзади. Я хотела, чтобы он прикасался ко мне... где угодно. Мне хотелось хоть как-то облегчить боль. Но еще больше я мечтала бежать со всех ног.

— Я пойду оденусь и поедем за Майло, — сказал Митчелл. — Док по субботам обычно долго не работает.

Я сглотнула и только молча смотрела, как он прошел мимо меня с чашкой кофе в свою спальню. Вчера вечером Митчелл устроил мне небольшую экскурсию по своему дому, но я воспользовалась теперешними несколькими минутами, чтобы по-настоящему рассмотреть жилище.

Я с утра проверила кухню. Очевидно, что Мели приложила руку к дизайну. Кроме того, у Митчелла были все известные человечеству кухонные приспособления. Я даже не предполагала, что этот мужчина умеет готовить, но его кухня была отлично укомплектована, и это наводило на мысль, что он приличный повар.

Кухня перетекала в ведущую на балкон гостиную. Я вышла наружу и сделала глубокий вдох. Это была угловая веранда, которая огибала здание. Посмотрев вниз, я рассмотрела главную улицу городка и людей, идущих к «У Лилли».

Сев на один из стоявших здесь стульев, я, потягивая кофе, принялась наблюдать за прохожими. Мимо прошествовал Лейн, и я уже хотела позвать его, но он остановился перед Люси, дочерью Лилли, которая работала в кафе своей мамы. Я смотрела, как они разговаривают и заметила, что Лейн флиртует с девушкой. Не то, чтобы меня это волновало — у меня не было таких чувств к нему. Он был хорош собой, но что-то в нем мне не нравилось.

Я также не была уверена, что он продержится в качестве учителя первых классов.

Лейн улыбнулся и пошел дальше, а Люси направилась в кафе. Я пожала плечами. Конечно, я могла и ошибаться. Впрочем, сомневаюсь.

Я вернулась в квартиру и прошла через гостиную. Декор был простым, классическим, с легким намеком на стиль ранчо. Диван и софа были оббиты красивой мягкой кожей. Проведя по ней пальцами, я улыбнулась: все это кричит о Митчелле Паркере.

Пройдя по коридору, я свернула направо, попав в закуток, что вел гостевую комнату и кабинет.

— В какую сторону мне идти? — спросила я себя. — Направо. Кабинет.

Я улыбнулась, глядя на большой письменный стол. И мгновенно погрузилась в фантазию о том, как Митчелл берет меня сзади на этом массивном дубовом столе. Это то, что я хотела, чтобы Митчелл проделал со мной. Я закрыла глаза и сжала ноги вместе.

Фу, прекрати это Корин.

Отогнав от себя непослушные мечты, я оглядела кабинет. Все было аккуратно и на своих местах. Не совсем то, что я ожидала, но опять же, почему бы и нет? Митчелл полицейский; он был ответственным парнем, за исключением тех случаев, когда дело касалось моего сердца.

Я перевела взгляд на книжный шкаф за письменным столом. Книги. Я издала смешок и шагнула к шкафу.

— Так, посмотрим. Джеймс Паттерсон, Джон Гришем, Агата Кристи... хороший выбор. — Я наклонилась, чтобы прочитать остальные корешки. — Патриция Корнуэлл, Дэвид Балдаччи, Фрэнк Перетти. — Потянувшись за книгой Перетти, я выпрямилась и посмотрел на название: «Тьма века сего».

— Это замечательная книга. Ты должна прочитать.

Я подпрыгнула и вскрикнула. Повернувшись, посмотрела на Митчелла.

— Ты меня напугал.

Он ухмыльнулся.

— Прости, не хотел. Фрэнк Перетти — удивительный писатель. Христианское таинство.

— Ну, тогда обязательно прочитаю.

— Ты готова идти?

Взглянув на себя сверху вниз, я сказала:

— Эм, нет. Мне нужно разобрать сумки, которые принесла Амелия.

— Я уже это сделал. Они в твоей комнате. Дам тебе несколько минут, чтобы собраться, а сам сбегаю к Лилли. Хочешь тако на завтрак?

Я не смогла сдержать растянувшую мои губы улыбку. Я так и знала, что он не готовит!

— Было бы здорово. Только не тако, а яичницу с беконом. Встретимся там, внизу?

— Я оставил тебе ключ от дома на комоде в твоей комнате. Просто запри дверь, когда будешь уходить.

Я смотрела, как Митчелл отступает. Выдохнув воздух (даже не заметила, что задержала дыхание), я направилась в гостевую комнату, все еще сжимая книгу в руках. От меня не ускользнуло, что Митчелл назвал ее моей комнатой. Как только я узнаю, сколько времени потребуется, чтобы отремонтировать мой дом, я приму решение о том, что делать.

Найдя и одев кое-что из одежды, которую принесла Амелия, я умылась, нанесла немного макияжа и собрала волосы в конский хвост. Я надела сандалии, в которых была вчера вечером, и спустилась вниз.

— Черт возьми! Ключ!

Бросившись обратно в комнату, я схватила ключ. Мой телефон лежал на комоде. Полностью заряжен, благодаря Митчеллу. Вчера вечером он нашел дополнительное зарядное устройство. Посмотрев на экран, я увидела сообщение от Лейна.

Я на несколько секунд замерла, но все же вышла из комнаты, оставив телефон и непрочитанное сообщение.

***

Поездка к ветеринару прошла относительно тихо, и я погрузилась в собственные мысли. Ничего и не оставалось, кроме как думать. О, боже.

Почему Митчелл был таким милым? Что он надеялся получить? Как он вчера так быстро добрался до пожара? Последнее не давало мне уснуть всю ночь.

— Как ты так быстро добрался до горящего дома? — спросила я.

Он даже не взглянул на меня.

— Я услышал про пожар по рации. Как только назвали адрес, я понял, что это твой дом и быстро добрался на своей машине.

— О.

Заламывая руки, я сделала глубокий вдох и выдох.

— Почему ты мне помогаешь? Зачем ты это делаешь, Митчелл?

Не успела я опомниться, как грузовик резко въехал на стоянку католической церкви Сент-Эндрюс. Митчелл припарковал машину на стоянке и повернулся ко мне.

— Вчера вечером я остановился, но не потому что не хотел быть с тобой.

Я прищурилась, глядя на него.

— Ты сказал...

— Подожди. Дай мне договорить, черт побери.

Я захлопнула рот.

Закрыв глаза, Митчелл покачал головой, сделал глубокий вдох и выдохнул.

— Я хотел поговорить с тобой. Я не хотел просто трахать тебя у чертовой двери кабинета моего брата. — Вернее хотел, но сначала хотел поговорить с тобой. Сказать, что я сожалею о том, что сделал. Я не могу перестать думать о тебе с той самой ночи. Каждый раз, как вижу тебя, мне требуется каждая унция силы, чтобы не притянуть тебя в свои объятия и не зацеловать до чертиков. Я боролся со своими чувствами и устал от этого.

Мое сердце колотилось так сильно, что пришлось накрыть его рукой.

— Почему ты ушел в то утро и потом игнорировал меня? — спросила я чуть громче шепота.

Его глаза были печальны.

— Я испугался.

— Ты испугался?

— Да. Я никогда раньше не проводил ночь с женщиной. Не говоря уже о том, что чувствовал именно к тебе.

Я уставилась на Митчелла, пытаясь осмыслить его слова.

— Значит, ты решил, что лучше всего их игнорировать? Тебя не беспокоило, что я начала встречаться с твоим братом?

— Конечно, это меня волновало! Это сводило меня с ума.

— И все же ты ничего не сделал. Почему?

Митчелл повернулся лицом к лобовому стеклу и провел рукой по своим красивым каштановым волосам. Он вздохнул.

— Не знаю почему, Корин. Я не знаю, почему вляпываюсь в дерьмо, когда дело касается тебя. Когда я рядом с тобой, внутри все переворачивается, и я не знаю, где верх, а где низ. Я был сбит с толку, все произошло слишком быстро, и у меня не хватило духу признаться в своих чувствах. Я облажался.

Желание забраться к Митчеллу на колени становилось непреодолимым. Пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы сдержаться.

Мне нужен был Митчелл Паркер. Этого нельзя отрицать. И по тому, как он смотрел на меня, я поняла, что он тоже хочет меня.

Митчелл завел машину и выехал со стоянки. Я же молча уставилась в пассажирское окно. Хитрая улыбка расползлась по моему лицу, когда перед глазами развернулся план. Я не собиралась позволять этому мужчине так запросто входить в мою жизнь и снова завладевать моим сердцем, как будто ничего не случилось.

О. Нет.

Митчеллу Паркеру придется пробиваться обратно, и я не собираюсь облегчать ему задачу. По крайней мере, таков был план. Когда дело касалось этого человека, мое сердце, казалось, одерживало верх над разумом.

— Прости, что доставляю тебе неудобства, Митч.

Он припарковался перед ветеринарной клиникой.

— Я никогда не говорил, что ты доставляешь неудобства. Все наоборот, Корин.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? «О, ладно, ура! Давай вернемся к тебе и займемся сексом?»

Митчелл улыбнулся сексуальной ухмылкой, оглядывая меня с ног до головы.

— Нет, я этого совсем не ожидаю. Но не стал бы возражать, если бы ты захотела... но нет, я на это даже не надеюсь.

Я вгляделась в его лицо.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Хочу завоевать твое сердце.

Я хрипло рассмеялась и отвернулась, чтобы перевести дыхание и успокоить бешено колотящееся сердце.

— Ты хоть представляешь, как я старалась забыть тебя, Митчелл? В конце концов я решила выбросить тебя из своего сердца и двигаться дальше. Если думаешь, что можешь просто улыбнуться мне и сказать что-то милое, спасти моего кота, предоставить жилье и считать, что я уступлю, тогда тебя ждет сюрприз.

Его ухмылка превратилась в широкую улыбку.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты чертовски сексуальна, когда злишься?

У меня аж челюсть отвисла.

— Ты невероятен, ты знаешь это?

— Я знаю, и ты находишь это милым. Я вижу это по твоим глазам.

Я не смогла сдержать улыбку, которая расплылась по моему лицу. Митчелл Паркер был хорош в этой игре, но я намеревалась быть лучше. Он просто понятия не имел, насколько я сильный игрок.

ГЛАВА 9

Корин

Мы вошли в кабинет доктора Харриса, и я улыбнулась, увидев Майло, сидящего на стойке регистрации.

Девушка за стойкой вскочила.

— Он такой милый! Я влюбилась в вашего кота.

Майло, словно в подтверждении, издал свое особое скрипучее мяуканье. Я подхватила его на руки.

— Я так рада, что ты в порядке.

Майло, прижимаясь к моему подбородку, промурлыкал.

— Итак, Митчелл, ты не будешь возражать, если кот поселится у тебя? — спросила девушка.

Я удивленно посмотрела на нее.

— Новости невероятно быстро распространяются, — усмехнулся Митчелл.

Пожав плечами, девушка подмигнула.

— Маленький городок — длинные языки. Лилли рассказала мне об этом сегодня за завтраком.

Замерев в легком шоке, я собралась с мыслями и прочистила горло.

— Между мной и Митчеллом нет ничего, кроме дружбы. Только это.

Девушка усмехнулась и снова обратилась к Митчеллу.

— Значит, тебе будет нужна девушка для похода в «Хонки Тонк» на Пекан-стрит?

Митчелл посмотрел на секретаршу, потом на меня.

— Извини, Джули. Я иду с кое-кем другим.

Я мысленно отметила ее имя. Уверена, ее разочарованное лицо соответствовало моему. Как Митч мог говорить те слова в машине, если ведет другую на одно из самых важных летних мероприятий в Оук-Спрингсе?

— Облом, и кто эта счастливица? — спросила Джули.

— Корин.

Я так быстро повернула голову, что чуть не вывихнула шею.

— Я?

Митчелл рассмеялся.

— Да. Пакстон сказала, что ты не была там в прошлом году, и попросила меня убедиться, что ты попадешь туда в этом. Так что да, я думаю, ты моя пара в «Хонки Тонк» на Пекан-стрит.

Я не знала, радоваться или злиться, что Митчелл без моего предварительного согласия решил, будто я пойду с ним. Хотелось возразить, что у меня уже есть пара, но если скажу это сейчас, то у Джули появится шанс на поход с Митчем.

Вот уж нет. Мне нужно сыграть правильно.

Доктор Харрис появился в дверях.

— Сколько я должна, доктор Харрис? — спросила я, меняя тему.

— Ничего. Заботиться об этом маленьком пациенте было в удовольствие.

Доброта людей в этом городе никогда не переставала удивлять меня. В Чикаго от ветеринара такого не дождешься.

— Большое вам спасибо. Я очень ценю это. — Я протянула руку ветеринару.

— Я собрал кое-какие вещи, чтобы помочь Майло устроиться на новом месте, — сказал доктор, протягивая Митчеллу два пакета.

Слезы наполнили мои глаза, но каким-то образом удалось сдержать их.

— Большое вам спасибо. Ваша доброта ошеломляет.

— В маленьких городах мы так и поступаем. Заботимся друг о друге.

— Я ценю это. Спасибо.

Джули принесла кошачью переноску и помогла усадить туда Майло.

Я поблагодарила ее за помощь и последовала за Митчеллом к выходу.

Митчелл подошел к пассажирской двери, и я открыла ее, чтобы он положил сумки и переноску.

— Что имела в виду Джули, когда спросила, не возражаешь ли ты, если Майло будет жить в твоем доме?

Митчелл осторожно устроил переноску с Майло и закрыл дверь.

— У меня аллергия на кошек.

Моя рука сама собой поднялась ко рту.

— О нет!

Наклонившись ближе, Митчелл улыбнулся и прошептал:

— Не волнуйся, я уверен, что смогу справиться с маленькой киской, пока она поживет у меня дома.

Я почувствовала жар на щеках и пульсацию между ног. С трудом сглотнув, я сохранила невозмутимое выражение лица. Ну, по крайней мере, попыталась.

— Уверена, что Майло не первая киска, которая остается у тебя.

Глаза Митчелла потемнели, и он медленно провел языком по губам. Мне пришлось сжать зубы, чтобы не застонать.

— Кроме тебя никого не было.

И вот так, бросив бомбу, он начал обходить свой грузовик. Я выдохнула. Голова шла кругом от этих слов.

У Митчелла никогда не останавливалась девушка.

Интересно.

Покачав головой, я забралась в грузовик. Корин, думай о плане!

— Кстати, откуда ты знаешь, что у меня еще нет пары на «Хонки Тонк»?

Митчелл выехал на улицу и спросил:

— А у тебя есть?

На краткий миг наши глаза встретились, и он вновь сосредоточился на вождении. Я не могла этого сделать. Я не могла лгать. Как бы мне ни хотелось сказать, что я встречаюсь с кем-то вроде Лейна, я не могла.

— Нет. Но все может перемениться. Кто-нибудь может меня пригласить.

— Ты хочешь сказать, что я должен спросить тебя официально, чтобы ты больше никому не сказала «да»?

Я слегка пожала плечами.

— Я не уверена, что хотела бы пойти с тобой.

Митч съехал на обочину и припарковал грузовик.

— А почему бы и нет?

Повернувшись к нему лицом, я ответила:

— Для начала: ты разбил мне сердце.

— Мы теперь всегда будем к этому возвращаться?

— Возможно. Это очень важно для меня.

Он нахмурил брови.

— И что? Почему бы тебе не пойти со мной?

Я невинно сложила руки на коленях.

— У тебя может быть болезнь или что-то в этом роде.

— Прости? — Выражение лица Митчелла было бесценным.

— Знаешь, ну от всех тех женщин, с которыми ты спишь.

Он прищурился.

— Ты так не волновалась, когда мы трахались практически в каждом уголке твоего дома.

Я указала на него пальцем.

— Это было грубо.

— Тебе нравится.

— Не уверена.

— Уверена.

— Не у-ве-ре-на, — я подчеркивала каждый слог качанием головы.

Митчелл с минуту пристально смотрел на меня.

— Когда я занимался с тобой любовью и шептал, что мне нравится, как твоя киска сжимает мой член, а ты кончила, тебе это не понравилось?

О. Мой. Бог. Он собирается играть грязно, да? Я недооценила навыки его игры. Что ж, в эту игру могут играть и двое.

— Это мне понравилось. Очень. — Я помолчала секунду и добавила: — Интересно, а Лейн грязный говорун?

Лицо Митчелла побелело.

Один ноль в мою пользу.

Но дальнейшая его реакция заставила меня пожалеть о своем выпаде. Митчелл развернулся, завел машину и выехал на дорогу. Пока мы не доехали до дома, никто не проронил ни слова.

***

Я сидела на диване, пытаясь сосредоточиться на бумагах из страховой компании, которые нужно было заполнить после встречи с управляющим. Митчелл не сказал ни слова, и я поняла, что моя маленькая выходка зашла слишком далеко. Я хотела, чтобы ему было так же больно, как и мне, но в глубине души понимала, что поступаю жестоко.

Разочарованно выдохнув, я обнаружила, что Майло спит в кресле, свернувшись клубочком.

— Эй, детка, ты не хочешь ко мне? — Кот уставился на меня, встал, покрутился, развернулся спиной и вновь улегся. Я распахнула глаза. — Майло!

— Похоже, он на тебя разозлился.

Я вздрогнула от голоса Митчелла. Оглянулась и взглядом скользнула по его телу. На нем была рубашка, джинсы и ковбойские сапоги.

— Ты хорошо выглядишь.

— Спасибо. — Он улыбнулся.

Наблюдая, как Митч идет на кухню, я старалась не пялиться на его идеальный зад. Чтоб меня. Почему все в нем такое сексуальное?

Майло вскочил и направился на кухню.

— Эй, приятель, хочешь чего-нибудь поесть?

Майло запрыгнул на прилавок, чего ему никогда не разрешалось в моем доме. Думаю, он решил проверить, как далеко сможет зайти здесь.

— Ни в коем случае, малыш. — Митчелл аккуратно поднял Майло и поставил его на пол. Потом чихнул. По какой-то причине внутри меня все затрепетало. — Только не на столе, приятель.

Я улыбнулась, отдавая должное Майло за попытку.

Митчелл достал маленькую банку кошачьего корма, купленную мной в магазине.

— А можно ему немного?

Я сбросила теплый плед, в котором уютно куталась на диване и направилась на кухню.

— Конечно. Он любит эту дрянь больше сухого корма.

Митчелл взглянул на меня и принялся возиться с кошачьей едой. Баночка выскользнула из его рук и упала на пол. Митчелл наклонился, чтобы поднять ее и ударился об угол столешницы.

— Ой!

— О боже! Митчелл, ты в порядке?

Бросившись к нему, я отвела его руку от лица и ахнула.

— Святые угодники. Уже появился отек, и ссадина становится сине-черной.

— Да, я сильно ударился.

— Чувствуешь головокружение или тошноту?

— Нет, просто жуткая головная боль.

Я схватила полотенце и завернула в него лед.

— Вот. Приложи это к уголку глаза и сядь.

— Все окей. Со мной все будет в порядке.

Я склонила голову набок и недовольно уставилась на него.

— Нет, не в порядке. Ты сильно ударился краем глаза. Вот, даже пока я говорю, ссадина набухает.

Митчелл дотронулся до шишки и поморщился.

Протянув лед, я сказала:

— Видишь, я говорила тебе. — Митчелл взял лед и прижал его к глазу. — Теперь можно будет рассказать парням на работе интересную историю.

— Черт, я же не скажу им, что ударился головой о собственную столешницу, пытаясь поднять кошачий корм.

Я ловко сняла крышку с банки и выложила корм в тарелку Майло. Одно быстрое поглаживание, и Майло был на небесах.

— Что вообще произошло? Ты возился с этой банкой, словно играл в горячую картошку.

Митчелл изучающе оглядел мое тело. Один быстрый взгляд на себя, и я поняла. На мне были очень-очень короткие шорты и супер-обтягивающая майка. С грудью мне повезло больше, чем Амелии. Поэтому ее принесенные топы оказались слишком малы.

— Мне нужно пройтись по магазинам одежды. Поскольку страховой агент заняла больше времени, чем я рассчитывала, мы с Амелией решили отправиться в Сан-Антонио завтра.

Естественно, Митчелл не мог не оценить такой вид.

— Извини, — сказала я.

Он покачал головой.

— Тебе не нужно извиняться за то, что ты потрясающе красива, Корин.

Я не могла сдержать ни улыбку, ни жар, который тут же вспыхнул на щеках.

— Ты и сам неплохо выглядишь, — сказала я. — Куда это ты собрался?

— На ужин.

Мой желудок скрутило. Он не уточнил, с кем встречается.

— Что ж, приятного вечера.

Митчелл открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут зазвонил его сотовый.

— Митч слушает.

Он отвернулся, ясно намекая, что хочет уединиться. Я вернулась в гостиную.

Свидание. Должно быть, он идет на свидание. Черт возьми! Я зашла слишком далеко с комментарием о Лейне.

— Нет, я не возражаю, если она придет на ужин.

Две женщины? Он встречается с двумя женщинами! Тьфу. Мудак.

Я встала с дивана и направилась в гостевую комнату. Вспомнила, что за весь день ни разу не проверяла свой телефон. Взяв его с комода, я прочитала сообщение Лейна.

Лейн: Привет, в следующие выходные на Пекан-стрит будет «Хонки Тонк», ты свободна?

Я закатила глаза. Вот дерьмо! Митчелл ведь не пригласил меня официально.

Я решила разобраться с этим позже и бросила телефон на кровать королевского размера. Один быстрый взгляд по комнате, и мне захотелось плакать. Я жила с мужчиной, в которого была тайно влюблена — но притворялась, что не влюблена — и это медленно убивало меня.

То, что я влюбилась в Митчелла, не было новостью. Я призналась в этом Триппу — сказала, что влюблена в мужчину, с которым провела одну потрясающую ночь... и который поцеловал меня на прощанье на следующее утро и ушел, не оглядываясь.

Какая я же дура!

Я вскочила и направилась к вещевому шкафу, где разместила одежду. Пакстон тоже положила что-то из своих шмоток. Там должно быть маленькое черное платье, которое идеально подошло бы для сегодняшнего вечера. Если Митчелл собирался на свидание, я тоже пойду. Хотя понятия не имею, с кем буду встречаться.

На кровати зазвонил телефон. Взглянув вниз, я увидела имя Пакстон.

— Алло?

— Привет, твой день стал лучше?

Мне хотелось рассмеяться.

— Нет. Стало еще хуже.

— Мне очень жаль. Слушай, только быстро, сделай мне одолжение, скажи Митчеллу, что Стид забыл свой телефон. Просто они с Хлоей только что ушли, чтобы встретиться с ним за ужином. Может он попросить Стида купить молока по дороге домой? Я пыталась дозвониться до Митчелла, но меня отправили на голосовую почту.

— Стоп. Что?

— «Стоп», «что»?

Нахмурив брови, я упала на кровать.

— А?

— О чем мы говорим, Корин?

— Ты сказала, что Стид и Хлоя встречаются с Митчеллом за ужином?

— Да, Мелани и Джон тоже. Они хотели поговорить со Стидом и Митчеллом о вечеринке по случаю их дня рождения.

— Вечеринка?

Пакстон хмыкнула.

— Да, Хлоя настаивает на том, чтобы устроить совместный день рождения на их двадцать девятую годовщину, так как они близнецы. Мы пытались сказать ей, что на тридцатилетие будет уместней, но бесполезно.

Я хихикнула.

— Это так мило.

— Нет, ты же помнишь, что произошло с Патчем на прошлом праздновании.

Прикрыв рот рукой, я рассмеялась.

— Дай посмотреть, здесь ли еще Митчелл, и я дам ему знать.

— Спасибо! Ой, надо бежать. Гейдж плачет.

— Ладно, скоро поговорим.

— Окей, пока и люблю тебя!

Связь оборвалась прежде, чем я успела ответить. Я вошла в гостиную и увидела стоящего на балконе Митчелла. Он все еще прижимал пакет со льдом к глазу. Я постучала в стеклянную дверь, и он посмотрел в мою сторону.

— У Стида нет телефона, и Пакстон попросила тебя передать ему, чтобы он купил молоко по дороге домой.

— Конечно. — Митч кивнул.

Было ясно, что он еще обижен из-за комментария о Лейне. Если мы собираемся жить вместе следующие несколько недель, нужно вести себя приличней.

— Прости меня за то, что сказала раньше. Я пыталась причинить тебе боль и кажется, зашла слишком далеко.

Не потрудившись взглянуть на меня, Митчелл ответил:

— Не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Все в порядке.

Становясь рядом, я вздохнула.

— Я о том, как ляпнула, что мне интересно, грязный ли Лейн говорун.

Митчелл бросил лед на кофейный столик.

— Не стоит беспокоиться. Если хочешь встречаться с таким придурком, как он, сделай это. Кто я такой, чтобы тебя останавливать?

— Как ты можешь называть его придурком, когда сам не лучше? Ты провел со мною ночь и даже не позвонил мне снова! Тебе потребовались месяцы, чтобы хотя бы взглянуть на меня, Митч!

— Это совсем другое. Я забочусь о тебе.

Я рассмеялась.

— Ты заботишься обо мне? Ну, если это ты так обо мне заботишься, то я, пожалуй, пас. Мне бы не хотелось видеть, как ты будешь любить меня.

Все его тело обмякло, и я пожалела, что не могу взять последние слова обратно. Все без толку. Я просто обманываю себя.

Снова.

ГЛАВА 10

Корин

Митчелл долго смотрел на меня. Он дважды открывал рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывал.

Я стояла и смотрела на него сверху вниз.

— Думаю, у нас не получится. Мы не уживемся вместе. Завтра я начну искать другое место.

Не говоря ни слова, Митчелл встал и отошел от меня подальше.

Я последовала за ним, мои руки тряслись, и с каждой секундой я становилась все злее.

— И это все? Ты позволишь мне съехать?

Митчелл потянулся за ключами, потом повернулся ко мне.

— Я не могу заставить тебя остаться здесь, Корин. Если ты несчастна, то да, тебе следует уйти. Хочу ли я этого? Нет, не знаю. Я знаю, что облажался, но если ты собираешься швырять мне это в лицо при каждом удобном случае, то ты права, у нас не получится.

Он направился к лестнице, ведущей к входной двери. Мое сердце бешено колотилось, и я понимала, что не могу оставить все как есть. Закрыв глаза, я позвала:

— Митч! Ты так и не пригласил меня на «Хонки Тонк».

Остановившись, он уставился на меня.

— Что?

Я с трудом сглотнула и сделала быстрый вдох.

— На танцы. Ты меня не пригласил меня на танцы. И вот Лейн пригласил.

На лице Митча отразилось разочарование.

— Что ты ему сказала?

Заламывая руки, я сказала:

— Я не ответила... Пока. Я ждала тебя.

Митчелл взбежал по ступенькам и остановился передо мной. Не думала, что когда-либо смогу почувствовать собственный сжавшийся желудок, как это произошло, когда Митчелл мчался ко мне. Он обхватил мое лицо ладонями и наклонился. Моя грудь поднималась и опускалась с каждым вздохом, пока я ждала его слов. От прикосновения в груди запорхали бабочки.

— Корин, ты пойдешь со мной на уличные танцы в следующие выходные?

Я прикусила губу и увидела его наполненные желанием глаза.

— Да, — улыбнулась я и добавила: — Но только как друзья.

Уголок его рта приподнялся в сексуальной ухмылке. Боже, как я любила эту его улыбку.

— Значит, это свидание.

— Как друзья, — уточнила еще раз я.

Митч наклонился и прижался своими губами к моим. Прежде чем я успела очухаться, Митч отступил назад.

— Я приму это. На сегодня.

Развернулся и направился вниз по ступенькам. Как только я услышала хлопок закрывшейся входной двери, потрогала свои покалывающие губы и не смогла сдержать довольную улыбку.

Я плюхнулась на диван и, запрокинув голову, уставилась в потолок. Разные эмоции бурлили во мне. Я все еще злилась на Митчелла, но чувствовала, как стена между нами начинает медленно разрушаться. Майло вскочил рядом со мной и мяукнул.

— Заткнись. Я знаю, что сказала, что злюсь на него, и это правда.

Майло добавил еще что-то к разговору своим хриплым мяуканьем.

Подняв голову, я уставилась на него.

— Держи свои мысли при себе, приятель. Я знаю, что делаю. Я думаю. Кроме того, ты предатель.

Майло наклонил голову и уставился на меня своими голубыми глазами.

— Совершенно верно. Я видела, как ты терся об его ногу.

Он отвел взгляд.

— А виновные доказывают свою вину, избегая зрительного контакта!

Когда кот спрыгнул с дивана, я хихикнула.

— Господи, я разговариваю со своим котом.

Зазвонил мой сотовый, и я быстро побежала в гостевую комнату за телефоном.

— Алло?

— Пожалуйста-пожалуйста, скажи, что ты так тяжело дышишь, потому что вы с моим братом разобрались в своем дерьме и снова сделали грязное дело.

Смеясь, я покачала головой и рухнула на кровать.

— Мне очень жаль тебя разочаровывать, Вайелин, но нет. Я все еще злюсь на него.

Она вздохнула.

— Ну, в один прекрасный день Митч устанет пользоваться рукой, а ты устанешь пользоваться вибратором, и вы снова будете совокупляться как озабоченные кролики.

Я потрясла головой, чтобы стереть возникшее изображение. Не потому, что мне не понравилось, совсем наоборот. На этом я как раз могла зациклиться.

— И как ты могла предположить этот вздор? — поинтересовалась я.

— Что, никогда не слышала такого раньше?

— Нет! — ответила я со смешком.

— Господи, ты еще наивнее, чем я думала. Надень то маленькое черное платье, которое Пакстон положила в сумку. Мы идем гулять.

— Мы?

— У меня была адская неделя, у тебя еще хуже. Мы идем ужинать, напьемся до полусмерти, а вечером зайдем к Корду. Сегодня вечер караоке, и мы будем петь и топить наши печали.

— Ух ты, что случилось?

Вайелин вздохнула.

— Долбаный город не одобрит мою заявку на танцевальную студию, потому что старая леди Хопкинс думает, что я собираюсь втихую делать что-то неподобающее.

— Почему она так думает?

На линии повисло молчание, и, наконец, Вайелин сказала:

— Потому что, когда она вошла, мы с Джонатаном, выпускали скопившуюся энергию.

О нет!

— Вайелин, ты не могла.

Вайелин рассмеялась.

— Черт возьми, смогла. И позволь сказать, что это был лучший секс, который у меня когда-либо был. Наверное, потому что он моложе и знает, как пользоваться своими инструментами… Если ты понимаешь, что я имею в виду.

— Фу! О боже, я не хочу этого знать!

Вайелин рассмеялась.

— Пойдем, Корин. Если ты придешь, то моя сестренка тоже притащит свою задницу. Сейчас она, наверное, катается на своем ковбое и неплохо проводит время. Я тоже хочу хорошо провести вечер.

Я проигнорировала ее замечание об Амелии и Уэйде и уставилась на платье, уже лежавшее на кровати.

— Эх, ладно! Я пойду, но только потому, что мне действительно нужен отдых.

— Ура! Встретимся у «Марко».

В животе заурчало.

— Мне нравился этот маленький ресторанчик.

— Да, это одно из моих любимых мест. Помни: оденься сексуально.

***

Зайдя внутрь «Марко», я глубоко вздохнула.

— Здесь так хорошо пахнет.

Вайелин кивнула и огляделась, как будто кого-то искала.

— Мы встречаемся здесь с Амелией? — спросила я.

Вайелин остановилась и повернулась ко мне.

— Что? Нет, она встретит нас у «Корда».

— Тогда кого же ты ищешь?

— А? Никого.

Я сверкнула глазами. Она лгала. Вайелин не была хорошей лгуньей. Это было первое, что я узнала о ней.

Хозяин ресторанчика, Марко, подошел к нам.

— Добрый вечер, мисс Паркер, мисс Миллер. Столик на двоих?

Я ждала, что Вайелин ответит.

— Гм-м. Ах.

— Да, — сказала я с улыбкой. — Столик на двоих.

Марко взял два меню и направился вглубь. Вайелин все еще оглядывалась.

— Ой, смотри! Мои родители!

Мой желудок сжался, когда я взглянула в направлении ее руки. Первым, кого я увидела, был Митчелл.

— Марко, мы присоединимся к моим родителям, — сказала Вайелин и, схватив меня за руку, потащила за собой.

— Вайелин, это ты все подстроила? — спросила я, когда мы направились к столу, за которым, как ни странно, было два свободных места. Увидев нас, Мелани улыбнулась от уха до уха.

— Вы с матерью все это подстроили, не так ли? — прошептала я.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — усмехнулась Вайелин. Та же ухмылка, что и у ее матери. — Привет! Странно встретить вас здесь.

— Корин! — воскликнула Хлоя.

С улыбкой я наклонилась и поцеловала Хлою в лоб.

— Здравствуй, душистый горошек. Как твои дела?

— Дедушка обещает мне новую козу!

— У Патча будет друг. Как весело!

Джон, Стид и Митчелл встали, ожидая, когда мы с Вайелин займем свои места.

— Стид, подвинься на одно место, чтобы Корин могла сесть рядом с Хлоей, — сказала Мелани.

Сделав так, как просила его мать, Стид подвинулся, и я села между ним и его дочерью.

— Нет! — одновременно закричали Мелани и Вайелин.

— Хлоя, милая, подвинься к папе, — велела Вайелин. — Я хочу сидеть напротив тебя.

Если бы можно было убить взглядом, то Вайелин и Мелани уже испускали бы свой последний вздох.

Как только все пересели, я заняла освободившееся место. Мужчины сели за стол, и я невольно взглянула на Митчелла. Голубые глаза встретились с моими — естественно, он улыбался.

— Странно встретить вас здесь, — сказал он.

Улыбнувшись, я сосредоточилась на Вайелин, изо всех сил стараясь не смотреть на нее я-убью-тебя-позже взглядом.

— Мы только что сделали заказ, — сказала Мелани.

Стид рассмеялся.

— Теперь понятно, почему ты все время тянула время, мама.

Мелани откашлялась и попила воды.

— Понятия не имею, о чем ты, Стид.

— Угу-угу.

Джон взял бокал с вином и сделал глоток.

— Мальчики, в жизни есть вещи, которые вы просто принимаете как должное. Одна из таких вещей — это когда женщины лезут в чужие дела.

Мелани шлепнула Джона по руке.

— Замолчи, Джон Паркер. Нет ничего плохого в том, чтобы слегка подтолкнуть двух человек друг к другу.

Уверена, сейчас мои глаза чуть не выпали из орбит.

— Ты говоришь обо мне и Митчелле? — Понятия не имею, почему спросила это вслух.

— Если туфля подойдет, — добавила Вайелин.

Мое тело опалило жаром, когда нога Митчелла прижалась к моей. В ресторане вдруг стало нечем дышать.

— Во-первых, вы оба не должны совать свой нос в мои дела. А Корин... — Митчелл потянулся к моей руке. — Мы ведь друзья, правда, Корин?

Тая от желания, я старалась не обращать внимания на его ногу. Его руку рядом с моей. Старалась не обращать внимания на то, как его взгляд задержался на моих губах, словно Митч хотел поцеловать меня снова.

Его поцелуй. Мои губы покалывало. Поцелуй, который Митч подарил мне на лестнице, был таким простым, но он чуть не сбил меня с ног.

Ради бога, Корин! Это был короткий чмок, даже не поцелуй.

Митчелл наклонился и спросил тихим голосом:

— Все хорошо?

Его большой палец при этом скользнул по моей руке, оставляя обжигающую дорожку.

Оторвав от него взгляд, я оглядела стол. Мелани и Вайелин чуть не легли на стол, стараясь расслышать мой ответ. Хлоя хихикнула.

— Почему все смотрят на Корин?

Я с трудом сглотнула и отдернула руку от Митчелла.

— Извините, мне нужно в дамскую комнату.

Когда я встала, Джон, Стид и Митчелл поднялись со своих стульев. О боже! Почему они такие джентльмены?

Быстро пробравшись через ресторан, я бросилась в дамскую комнату. Положила руки на раковину и сделала несколько глубоких вдохов.

— Корин?

Я резко обернулась. Передо мной стояла та самая девушка, с которой я видела Митчелла в баре «У Корда». Амелия сказала, что ее зовут Кэссиди.

— Мне очень жаль.

— Мы знакомы? — спросила я с растеряно.

Она ухмыльнулась.

— У нас общие интересы.

Внутри все сжалось.

— У нас?

— Да. Митчелл Паркер. Ходят слухи, что ты теперь живешь с ним.

Комната начала вращаться перед глазами. Боже. Он спал с этой девушкой, и теперь она думает, что я представляю угрозу.

— В моем доме был пожар. Митчелл был так любезен, что позволил пожить у него, пока я не найду новое жилье.

Она смотрела на меня, а в глазах плескалась ненависть.

Дверь уборной распахнулась, и на пороге появился Митчелл.

— Какого хрена ты творишь?

Я сделала несколько шагов назад, не понимая, с кем он разговаривает.

— Не путайся под ногами, Митчелл. Я только хотела встретиться со своей конкуренткой.

— Конкуренткой? — спросила я, переводя взгляд с одного на другую.

Митчелл взял девушку за локоть и повел к двери.

— Убирайся и держись подальше от Корин, поняла?

— Это из-за нее мы так долго не занимались сексом?

Прикрыв рот рукой, я попыталась сдержать рвотный позыв.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — спросил Митчелл.

— На днях ты привез меня к себе, чтобы потрахаться, а потом пригласил ее переехать? В какую игру ты играешь?

Я обернулась. Опустила голову, пытаясь сделать глубокие вдохи. Митчелл солгал. Он сказал, что в его квартире никогда не было девушки.

Он солгал.

Этого не должно происходить. Не с родителями, сидящими по другую сторону двери.

— Убирайся. Немедленно.

Закрыв глаза, я попыталась взять себя в руки. Я не проявлю слабости.

Когда мужские руки коснулись меня, я подпрыгнула.

— Корин.

— Ты солгал мне.

— Что?

Повернувшись к нему, я повторила:

— Ты солгал, когда сказал, что я единственная женщина, которая была в твоем доме. Она была в твоей постели.

— Нет, не говорил! Она была в квартире целых десять минут.

Моя нижняя губа задрожала, и это так разозлило. Я не хотела, чтобы Митчелл Паркер думал, что имеет такую власть надо мной. Его слова потрясли мой мозг.

— Что?

— Я никогда не спал ни с ней, ни с кем-либо еще у себя дома. Женщины никогда не оставались в моей постели, Корин.

Приподняв подбородок и стараясь, чтобы его слова не подействовали на меня, я спросила:

— Да?

Митчелл зажмурился.

— Не знаю, как это объяснить.

Я скрестила руки на груди.

— Сейчас самое подходящее время, чтобы попытаться.

Он долго смотрел в сторону, а потом с трудом сглотнул.

— Не знаю. Я никогда не встречал женщину, с которой хотел бы разделить постель. Пока не встретил тебя.

Мгновенный жар пробежал по моему телу.

— Ч-что ты сказал?

— Ты единственная женщина, с которой я провел целую ночь, Корин. Чувства, которые я испытываю к тебе, новы. Я не знал, как с ними справиться, и я так чертовски стараюсь не испортить все снова.

Мое сердце бешено колотилось, а дыхание перехватило. Какая-то часть меня хотела броситься в его объятия и поцеловать. Сказать, как хочу его, как мне нужно снова быть с ним. Мысль о том, чтобы потеряться в его поцелуе, была почти ошеломляющей.

Но я этого не сделала.

Митчелл Паркер должен понять, что я не была очередной девушкой, готовой следовать за ним каждый раз, когда он улыбался. Глубоко вздохнув, я сделала шаг ближе. Все его тело, казалось, задрожало, когда я приблизилась. Намек на то, что я произвела на него такое сильное впечатление, сделал с моим сердцем что-то безумное.

— Ты позволишь мне разделить с тобой постель, Митчелл?

Его глаза вспыхнули. Я получила ответ еще до того, как он открыл рот. Митч заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос.

— Ты единственная женщина, которую я хочу видеть в моей постели, Корин.

Я приподнялась на цыпочки, и Митчелл наклонился. Наши губы застыли в нескольких дюймах друг от друга.

— Приятно слышать, — сказала я. — Позволь чуть позже вернуться к этому вопросу. — Я обошла его и оставила одного в женском туалете.

Я не могла скрыть улыбку на своем лице, когда возвращалась к столу.

Один-ноль.

ГЛАВА 11

Митчелл

Что, черт возьми, только что произошло?

Я держался за грудь и старался успокоиться, одновременно пытаясь понять, что, ради всего святого, Корин только что сделала со мной.

Дверь уборной открылась, и вошла пожилая женщина. Она вздохнула и огляделась.

— Я... Извините, — пробормотал я, — я перепутал двери.

Женщина вежливо улыбнулась и отступила в сторону, давая мне возможность выйти. По-моему, это была миссис Хэтэуэй, моя школьная учительница английского языка.

К тому времени, как вернуться к столу, внутри я был полностью скручен. Корин Миллер станет моей смертью.

Когда я сел, Корин улыбнулась.

— Заблудился?

— Что-то в этом роде.

Ее улыбка на мгновение погасла, но потом вернулась.

— Ну что ж, вернемся к планированию вечеринки! — сказала мама, хлопнув в ладоши.

Вскоре все погрузились в обсуждение. Время от времени я даже отвечал. Голова кружилась, и я не мог сосредоточиться. Особенно, когда рядом сидела Корин. Время от времени наши ноги соприкасались, а еще я мельком поглядывал на ее идеальную грудь, спрятанную в лифе черного платья.

— Митчелл? Митчелл!

Подняв глаза, я посмотрел на маму.

— Да?

— Тебе нравится?

Я понятия не имел, о чем она спрашивает.

— А? Что?

Мама склонила голову набок.

— Ты вообще слушал?

— Наш мальчик умен, он давно научился искусству отключаться, — усмехнулся отец.

— Прости, мам. Я задумался.

В ее глазах мелькнуло сочувствие. Она, вероятно, подумала, что я отвлекся на дело, над которым работал. Ага, дело.

Операция «Завоевать сердце Корин».

— Мы собираемся устроить вечеринку у нас дома, — пояснила мама. — Хлоя хочет, чтобы все было в стиле Хэллоуина.

— А разве не проще устроить вечеринку на сам Хэллоуин?

— Именно это я и сказал! — вставил Стид.

— Нет! Папа, пожалуйста!

Хлоя уставилась на отца своими голубыми глазами, и я понял, что он сдался.

— Я думаю, что вечеринка по случаю дня рождения в стиле Хэллоуина звучит идеально! — сказал я, избавляя брата от неловкости в очередной раз уступать дочери.

Хлоя вскочила.

— Ура! Я так счастлива!

Остальная часть обеда поделилась на две части. Дамы обсуждали варианты ремонта в доме Корин, а я со Стидом и отцом говорил о расследовании дела о растрате, в котором фигурировал бывший лучший друг отца. Мне пришлось привлечь еще одного техасского рейнджера. Дело касалось украденных денег из бизнеса отца и тянулось довольно долго. В процессе обнаружили, что растрата оказалась значительней, чем мы предполагали.

— Дядя Митчелл, можно я переночую у вас? — спросила ни с того ни с сего Хлоя.

— Конечно, можешь, малявка.

Милое личико просияло.

— Ура! Мы можем устроить вечеринку в стиле «Холодное сердце!»

Я улыбнулся.

— Звучит неплохо.

— Ну а мы с Корин уходим, — объявила Вайелин.

— Куда вы, девочки, направляетесь? — спросила мама.

— К «Корду». Нам обоим нужно развлечься.

Мой взгляд скользнул по Корин. Она выглядела чертовски горячей, и на мгновение я пожалел, что согласился на ночевку племянницы. Я хотел бы проконтролировать, что ни один придурок не прикоснется к Корин.

— Ну, девочки, будьте осторожны, — сказала мама. — Не садитесь за руль, если выпьете!

— Конечно-конечно, мама, — ответила Вайелин. — Я бы никогда так не поступила. Кроме того, я не хочу, чтобы меня арестовал собственный брат!

— Это может быть забавно! — весело отреагировал я.

— Кто бы сомневался. Хорошо, что у тебя сегодня выходной.

— Было так чудесно снова увидеть вас, Джон, Мелани, — произнесла Корин с очаровательной улыбкой. — Хлоя, увидимся позже?

Хлоя улыбнулась.

— Хорошо! Пока, тетя Корин.

Племянница и понятия не имела, что Корин живет у меня. А еще я обратил внимание, как в глазах Корин появляется особый блеск, когда она общается с Хлоей. Мне стало интересно, захочет ли она иметь детей сразу или предпочтет немного подождать.

Я застыл, когда понял, куда завели меня мысли.

— Ты в порядке, Митчелл? — спросил отец.

С выражением ужаса на лице я кивнул.

— Ага. Извините.

Стид посмотрел на меня таким красноречивым взглядом, словно знал, о чем я думаю.

— На что ты уставился? — резко спросил я.

С медленной ехидной улыбкой он протянул:

— Вообще ни на что.

Я бросил на него злобный взгляд.

— Ну и хорошо!

— Спокойной ночи, — попрощалась Вайелин.

Вскочив, я потянулся к руке Корин.

— Ты позвонишь мне, если понадобится подвезти тебя домой, верно?

Она тупо уставилась на меня. Я вообще не мог ее понять. Что за чертовщина? Моя работа состояла в том, чтобы читать людей, а эта женщина меня совсем запутала.

— Я уверена, что все будет хорошо.

Разочарованно вздохнув, я снова сел, и тут Корин заговорила:

— Если ты понадобишься, я позвоню, Митчелл.

Наконец-то!

Одарив ее своей лучшей улыбкой, я ответил:

— Отлично. Веселитесь и будьте осторожны.

Вайелин прошла мимо меня.

— Ну и где в этом будет веселье?

Я наблюдал, как сестра и женщина, которая медленно сводила меня с ума, вышли из ресторана.

— С ними все будет в порядке, Митчелл, — сказал папа. — Корд будет следить за ними.

Кивнув, я посмотрел на отца.

— Я знаю. Да и Тревор сегодня работает. Он позвонит мне, если решит, что пора их забрать. — Я повернулся к Хлое. — Эй, как насчет того, чтобы сначала поехать к вам домой, и ты соберешь сумку на ночь?

Она вскинула вверх кулак.

— Давай! Папочка, поехали скорее, и я устрою вечеринку принцессы с дядей Митчеллом.

Моя улыбка померкла.

— Вечеринка принцессы? Я думал, мы смотрим «Холодное сердце».

Хлоя повернулась ко мне и покачала головой.

— О, дядя Митчелл. Ты такой забавный.

Резко повернув голову к родителям, я спросил:

— Я сказал что-то забавное?

Папа с мамой попытались скрыть улыбки и потерпели неудачу.

***

— Ты точно не возражаешь против того, чтобы она осталась на ночь, Митчелл? — спросила Пакстон, протягивая мне сумку Хлои.

— Точно. Я никогда не устану проводить с ней время. Будет весело.

В кухню вошла Хлоя.

— Пойдем за Патчем!

— Патч? — спросил я, оглядываясь на Стида и Пакстон.

— Тыковка, Патч не может поехать. Дядя Митчелл живет в городе, помнишь?

— Но у него есть двор. Он достаточно большой для моего козлика.

Я рассмеялся.

— Патчу нужно больше места, чем мой двор, малявка.

— Ах. Ничего страшного, мы повеселимся и без Патча.

— Ну-ну, надеюсь! Не хотелось бы думать, что козел веселее меня!

Хлоя хихикнула и взяла меня за руку. Мое сердце встрепенулось, и что-то странное ударило меня прямо в грудь. Я проигнорировал это ощущение и взглянул на наши сомкнутые ладони. Потом перевел взгляд на Стида. На его лице была та же дурацкая улыбка.

— Что? — спросил я.

Он пожал плечами.

— Я думаю, ты начинаешь хотеть этого.

Я нахмурился.

— Чего хотеть? — спросила Пакстон.

— Да, чего ты хочешь, дядя Митчелл? Козу? Лошадь? О, я знаю, жирафа? Потому что я тоже очень хотела такого.

Я усмехнулся.

— Нет, малыш. Я не хочу ничего из этого.

— А как насчет ребенка? — спросил Стид, и я бросил на него сгори-ты-взгляд.

— Хочешь козленка? — ахнула Хлоя

Встретившись взглядом с огромными голубыми глазами, доверчиво смотрящими на меня, я покачал головой.

— Не слушай своего отца, Хлоя. Он бредит.

Мы направились к двери.

— Что это значит?

— Это значит, что твой отец думает, что знает правду, а это не так.

— Я думала, папа всегда прав.

— Ага, — поддакнул Стид.

— Нет, — хором возразили мы с Пакстон. Смеясь, я поцеловал невестку в щеку на прощание. — Я всегда знал, что ты втайне на моей стороне.

Она наклонилась к Хлое.

— Развлекайся и слушай дядю Митчелла, ладно?

Хлоя кивнула.

— Обязательно, мамочка. Поцелуй Гейджа за меня, ладно?

— Конечно. Я люблю тебя, Хлоя-Кэт.

— Я тоже тебя люблю! Люблю тебя, папочка.

Стид присел на корточки и обнял Хлою.

— Я знаю, что дядя Митчелл похож на меня, но помни, папа умнее и красивее. А еще и лучше поет.

Прикрыв рот рукой, Хлоя хихикнула.

— О, папочка. Ты не очень хороший певец!

Все засмеялись, и я вывел Хлою из дома и повел к своему грузовику.

— Дайте мне знать, когда захотите, чтобы она вернулась домой! — крикнул я.

Я посадил Хлою на заднее сиденье и пристегнул ремнем. Стид уже установил в машине детское сиденье и положил на консоль список указаний-напоминаний. Я закатил глаза и убрал лист на сиденье. Как будто я первый раз беру к себе племянницу.

— Ну, готова к тому, чтобы нас заморозили? — спросил я.

Девочка кивнула головой.

— Давай сделаем это!

Обойдя грузовик, я взглянул на брата. Он улыбнулся и крикнул:

— Я прав, и ты это знаешь!

— Бред. В этом ты весь.

Сев в машину, я обернулся, чтобы проверить свою драгоценную племянницу, и в этот момент понял, кто бредит.

Я.

ГЛАВА 12

Митчелл

Мы с Хлоей закружились по комнате, выкрикивая слова песен из мультфильма «Холодное сердце».

— Пой громче, дядя Митчелл!

Я запрыгнул на оттоманку, раскинул руки и запел так громко, как никогда раньше. Искусственная коса Эльзы, которую я прицепил себе на голову, хлестнула меня прямо по лицу. Хлоя с широкой улыбкой подпевала. Она протянула мне волшебную палочку, и мы оба сделали вид, что управляем появлением льда.

— Это лучшая ночь на свете! — воскликнула Хлоя.

Должен был себе признаться: я обрадовался, что ей весело.

Спрыгнув на пол, я пропел куплет песни, развернулся и замер.

— Почему ты перестал петь, дядя Митчелл? — спросила Хлоя.

У двери, прикрыв рот рукой и стараясь не смеяться, стояла Корин.

Когда я указал на нее Хлое, она закричала так громко, что я забеспокоился о сохранности моих барабанных перепонок.

— Тетя Корин! Что ты здесь делаешь?

Корин наклонилась и поймала прыгнувшую к ней в объятия Хлою.

— Что-о-о? — драматично спросила Хлоя.

— Она действительно женщина-Паркер, — сказал я, закатывая глаза, и Корин рассмеялась.

— Мой дом сгорел, и твой дядя был любезен и позволил мне ненадолго остаться здесь.

Поставив Хлою на пол, Корин улыбнулась. Племянница подошла к телевизору, взяла пульт и нажала на паузу. Обернувшись, посмотрела на нас обоих.

— Итак, вы оба парень и девушка?

Не знаю, что удивило меня больше — то, что моя маленькая племянница сказала «вы оба» в первый раз, или тот факт, что она дала такое определение.

— Нет, но мне нравится Корин. Сильно.

Я чувствовал кожей, как Корин пригвоздила меня взглядом.

— Ух-ты! — взвизгнула Хлоя. — Тетя Корин, тебе нравится дядя Митчелл?

Повернувшись, я ждал ответа. Склонил голову набок и одарил Корин дьявольской ухмылкой. Если бы взглядом можно было убить, я бы уже бездыханный лежал на полу.

— Ну, это сложно, — сказала Корин.

— Почему? — спросила Хлоя.

Корин посмотрела на нас.

— Это трудно объяснить, Хлоя.

Моя милая маленькая племянница пожала плечами и смущенно посмотрела на Корин.

— Не понимаю почему. Он тебе либо нравится, либо нет. Например, как мне нравится Тимми. Я знаю, что он мне нравится. Так тебе нравится дядя Митчелл?

Скинув туфли, Корин вздохнула.

— Он хорош.

Хлоя посмотрела на меня.

— Это по-девчачьи значит, что ты ей нравишься.

— Хлоя! — воскликнула Корин со смехом.

— Давай, тетя Корин. Потанцуй с нами!

Нажав на кнопку воспроизведения, Хлоя начала петь. Корин посмотрела на меня, ожидая, что я буду делать.

Какого черта. Она уже видела, так что я вполне могу повеселиться со своей племянницей.

Я снова запел. Корин не потребовалось много времени, чтобы присоединиться. Не думаю, что мне когда-либо было так весело, как танцевать и петь с Хлоей и Корин. Спасибо, Дисней.

В какой-то момент я поднял и закрутил Хлою. Ее нога ударилась о рамку картины, отчего та упала и разлетелась вдребезги.

— О нет! — воскликнула Хлоя.

— Ничего страшного. Мы можем быстро все убрать, — сказал я, усаживая Хлою на диван. — Осторожно, здесь осколки. Оставайся на диване, пока я все уберу. Корин, ты тоже не двигайся.

Корин тут же села рядом с Хлоей. Обе девушки уютно устроились на диване, пока я подметал разбитое стекло. Время от времени они перешептывались и хихикали. Каждый раз, когда я смотрел на них, они замолкали.

— Что-то смешное, дамы?

— Нет. Просто девчачьи разговоры, — сказала Корин с красивой улыбкой. Мне нравилось видеть ее с Хлоей. Было ясно, что она любит детей.

Она будет потрясающей матерью для наших детей.

Я выпучил глаза и сделал несколько шагов назад.

Откуда, черт возьми, взялась эта мысль? Дети? Наши дети? Я с детьми? У Корин будут мои дети?

— Что случилось? — спросила Корин.

Мое сердце бешено колотилось, и я почувствовал, что вспотел.

Корин встала с озабоченным выражением на лице.

— Митчелл, ты в порядке?

— Я... гм…

— Выкладывай, дядя Митчелл.

Мой взгляд метнулся к Хлое. Я хотел детей. Черт возьми. Я хотел детей, и я хотел, чтобы они были от Корин. Твою мать.

С трудом сглотнув, я быстро повернулся, в результате чего веник задел лампу и сбил ее на пол. Раздался женский визг.

— Дерьмо! — крикнул я.

— Твою мать! Дерьмо! Блядь! — воскликнула Хлоя.

— Хлоя! — одновременно возмутились мы с Корин.

Я сделал назад шаг и почувствовал резкую боль.

— Бля! Бля! Бля!

Хлоя решила изложить мою вспышку гнева, пропев все, что я сказал, в стиле «Ледяного сердца».

— Бля-бля-бля-я-я! Бля-бля-бля-я-я-я-я-я!

— Хлоя Паркер, прекрати это сию же секунду.

— Ты сам виноват, — твердо сказала Корин.

— Я наступил на стекло! — воскликнул я.

— Садись, — сказал Корин. — Дай мне веник, и я все уберу.

— Пинцет, мне нужен пинцет! В ванной! Немедленно!

Корин уставилась на меня так, словно у меня выросли две головы.

— Хлоя, милая, оставайся на диване. Не двигайся.

Кивнув, моя милая сквернословящая племянница опустилась на место, потянулась за своим айподом и вскоре погрузилась в него, как будто ничего не произошло.

Моя нога пульсировала, пока я ждала Корин.

— Вот пинцет. Только я сначала все уберу, пока кто-нибудь еще не порезался.

Корин убирала, а я пытался вытащить стекло из ноги. Когда я посмотрел на диван, Хлоя сладко спала праведным сном младенца.

— Я пропылесошу утром, думаю, осколки еще остались, — сказала Корин. Она сидела на оттоманке и смотрела на меня.

— Черт! Я не могу достать ничего этим чертовым пинцетом. Отстой! У тебя есть что-нибудь получше?

Посмотрев на меня как на идиота, Корин покачала головой.

— Мой сгорел во время пожара.

Я держался за лодыжку.

— Господи, почему так дергает?

— Потому что там есть стекло?

Издав разочарованный стон, я откинулся на стуле.

— Мне нужен пинцет получше.

Бросив быстрый взгляд на часы, Корин сказала:

— Уже больше десяти.

— Почему ты так рано вернулась? — спросил я.

Она слегка пожала плечами и посмотрела на мою ногу.

— Не знаю. На самом деле я была не в настроении куда-то идти, у Вайелин было достаточно веселья на двоих.

Я промолчал, хотя хотелось сказать, что рад ее возвращению домой пораньше.

— Что же нам делать? — спросил я.

— Не знаю. У тебя есть что-нибудь из той черной смолы, которую твоя мама кладет на все подряд?

Покачав головой, я ответил:

– Нет. Господи, она дергает.

— Осколок стекла не выглядит таким уж большим. Может быть, замочить ногу в английской соли?

— У меня ничего этого нет.

Корин вздохнула.

— При больнице Оук-Спрингс есть скорая помощь, —предложил я.

Корин уставилась на меня, открыв рот.

— Из-за крошечного кусочка стекла?

— Больно! И я не могу его вытащить. Думаю, что он проникает все глубже и глубже. Что, если он попадет в мою кровеносную систему?

Корин сжала губы, и я понял, что она сдерживает смех.

— В твою кровеносную систему?

Я закатил глаза.

— Да! Я имею в виду... такое возможно... черт возьми.

Уголок рта Корин дернулся, когда она попыталась сдержать улыбку.

— Как ты думаешь, нам нужно ехать в больницу?

— Ну, пока ты не придумаешь, как его достать, я не знаю, что делать.

— Мы могли бы поехать к Триппу. Я уверен, что у него есть приличный пинцет. Может быть, иголка, чтобы попытаться вытащить его.

— Ты хочешь пошарить иголкой по стеклу?! Ты так затолкаешь его дальше.

Корин подошла ко мне и опустилась на колени. Посмотрела мне в глаза.

— Митчелл, как же ты стал полицейским, если не можешь достать из ноги осколок стекла?

Стреляя в нее взглядом, я игриво оттолкнул ее. Корин упала на задницу и покатилась со смеху.

— О. Мой. Бог. Мне очень жаль! Это просто так смешно!

— Я хочу в больницу, и мне нужно, чтобы ты вела машину, потому что стекло у меня в правой ноге.

Корин села.

— Подожди, ты серьезно. Ты хочешь поехать в больницу?

— Просто поднимай свою задницу и забирай ребенка.

Корин снова посмотрел на Хлою.

— Ты хочешь, чтобы я разбудила твою племянницу, чтобы отвезти тебя в больницу из-за стеклышка, что, честно говоря, может подождать до утра.

— Оно впивается все глубже и глубже!

Корин прикрыла рот рукой, стараясь не рассмеяться. Успокоившись, она подняла руки.

— Ладно, разве Лилли не живет прямо за углом?

Я кивнул.

— Я могу позвонить ей и узнать, есть ли у нее пинцет.

Закатив глаза, я вздохнул.

— Отлично. Позвони ей.

— Эй, Митч?

Я поднял брови.

— Да?

На лице Корин появилась улыбка.

— Может быть, ты захочешь снять косу Эльзы до того, как придет Лилли.

Вздохнув, я стащил проклятую штуку с головы и бросил ее на пол.

***

— Не могу поверить, что ты протолкнула его глубже.

— Ты бы не сидел спокойно, Митч! Даже Лилли сказала, что ты ведешь себя как ребенок.

Повернувшись к ней лицом, я ответил:

— Она такого не говорила.

Ухмыльнувшись, Корин ответила:

— Ой, прости. Она сказала это мне, когда ты не слышал.

Мои глаза расширились.

— Ах ты чертовка!

Корин не удержалась от смеха, включила поворотник и подъехала к нашей маленькой городской больнице.

— Похоже, с парковкой проблем не будет, — сказала она, заезжая в первый же карман у входа в отделение скорой помощи.

— Ха-ха.

Я толкнул дверцу машины и вышел. Я аккуратно двигался, наступая на пятки и стараясь не давить на стекло.

Корин молча шла рядом со мной, а когда мы приблизились к двери сказала:

— Ты должен опереться на меня. — Она оглянулась. — Знаешь, чтобы все выглядело хуже, чем есть на самом деле.

— Тихо! Ох, как больно!

Корин в сотый раз за сегодняшний вечер прикрыла рот руками.

Когда мы вошли, Бобби Джо, медсестра, обычно работающая в ночную смену в отделении скорой помощи по выходным, вскочила.

— Митчелл! Что случилось? В тебя стреляли?

Вот тогда-то это и произошло. Не думаю, что когда-либо слышал, чтобы Корин так смеялась.

— Бобби Джо, это может показаться безумием, но у меня в ноге застрял осколок стекла, и я не могу его вытащить.

Медсестра остановилась и уставилась на меня. Потом она усмехнулась.

— Ты шутишь, да?

Снова раздался смех Корин.

С долгим разочарованным стоном я покачал головой.

— Я не могу достать его пинцетом, а Корин еще сильнее вдавила его вглубь.

Бобби Джо переводила взгляд с меня на Корин. Я не сомневался, что она ждет, когда кто-нибудь из нас скажет, что это шутка. Наконец, она обошла регистрационный стол.

— Ну что ж, давай заполним кое-какие бумаги.

Я наклонился ближе.

— Бобби Джо, это обязательно?

Она посмотрела на меня тяжелым взглядом.

— Да, Митчелл Паркер. Если ты хочешь осмотр, нужно заполнить документы.

Корин шлепнула меня по руке.

— Хочешь, я заполню? Ну, знаешь, про боль и прочее?

Я бросил на нее иди-к-черту-взгляд.

— Я сам. Спасибо.

Через десять минут я все еще сидел на посту медсестры и измерял давление и температуру. Когда Бобби Джо подняла браслет с именем и спросила меня, не Митчелл ли я Паркер, я был уверен, что Корин упадет в обморок от недостатка кислорода из-за смеха.

— Ей действительно нужно быть здесь? — спросил я.

Бобби Джо посмотрела на Корин и улыбнулась.

— Да, я думаю, так будет лучше.

Еще пять минут я терпел бесконечные вопросы, которые не имели никакого отношения ни к моей ноге, ни к стеклу.

— Ладно! Давай отведем тебя в смотровую, — сказала медсестра. — Вам нужна инвалидная коляска?

— Я думаю, что смогу нормально дойти, спасибо.

Как только Бобби Джо завела нас в смотровую, я указал на Корин.

— Расплата — та еще сука, мой друг.

Корин открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент вошел доктор, который выглядел как ровесник Амелии.

— Здравствуйте, я доктор Хакерман. Значит, это у вас в ноге застрял осколок стекла?

Я кивнул. Он надел перчатки и осмотрел меня.

— Бобби Джо, давай сделаем рентген.

— Подождите. Что? — спросил я.

— Не знаю, насколько осколок большой. Нам нужно взглянуть.

Корин повернулась ко мне спиной, но я видел, как ее плечи трясутся.

— Доктор Лакерман...

— Хакерман. Меня зовут доктор Хакерман.

— Честно говоря, это довольно страшное имя для врача. — Я засмеялся, но меня никто не поддержал. Никто, кроме маленькой блондинки-предательницы, сидящей в углу и вытирающей слезы. — А рентген действительно нужен?

В этот момент я понял, что проиграл. Когда привезли инвалидное кресло, чтобы отвезти меня к рентгеновскому аппарату, я неохотно сел.

— Подождите! Митчелл, улыбнись сквозь боль!

Подняв глаза, я нахмурился — Корин делала несколько фотографий медсестры, везущей меня на рентген в инвалидном кресле.

— Пойду узнаю, все ли уже готово, Митчелл, — сказала Бобби Джо и исчезла за дверью с надписью «Рентген».

— Если ты хоть словом об этом обмолвишься, я тебя арестую, Корин!

— Да ладно тебе. — Корин надула губы. — Признай, что это смешно.

— Это не смешно!

Она снова сфотографировала меня.

— Это действительно так.

— Какие бы чувства я к тебе испытывал... они ушли! Исчезли.

Улыбка Корин медленно угасла. Она наклонилась надо мной и положила руки на подлокотники инвалидного кресла. Мое сердце забилось быстрее, что усилило боль в ноге, но губы Корин были так близко от моих, что я не обращал внимания на пульсацию.

— Какая жалость, Митчелл. Я надеялась разделить с тобой сегодня постель.

Я с трудом сглотнул.

— И так будет?

Манящие губы слегка коснулись моих, и Корин тихо заговорила:

— Нет. Я думала, это отвлечет тебя от боли.

Дверная ручка дернулась, и Корин отступила назад. Медленно покачав головой, я пристально посмотрел на нее. Уже дважды за сегодняшний день она заставляла мой член подпрыгивать у меня в штанах.

Бобби Джо прервала мои размышления.

— Готов, Митчелл?

Я грозно указал на Корин.

— Расплата! О, она приближается!

Пошевелив пальчиками, Корин помахала мне, и меня повезли в рентгеновский кабинет.

— Расплата, Корин Миллер, помни! И перестань меня фотографировать!

ГЛАВА 13

Корин

— Мне нравятся твои носки. Они секси.

Митчелл взглянул на свои больничные носки.

— Ты смеешься, но они мне тоже нравятся. Думаю, я их оставлю.

Я тихо хихикнула, припарковав машину рядом с грузовиком Митчелла.

Митчелл толкнул дверцу и вышел.

— Я должник Лилли, потому что она осталась с Хлоей.

— Мы отсутствовали не больше часа.

Митчелл застонал и начал подниматься к себе.

— Хорошо, что на тебе эти противоскользящие носки. Так что ты не загонишь занозу в другую ногу и не заставишь везти себя в реанимацию. — Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы произнести это с невозмутимым лицом.

Митч не сказал ни слова в ответ. Мы поднялись по ступенькам и увидели Лилли, спящую на диване. Хлоя все еще сладко посапывала на оттоманке.

Митчелл слегка похлопал Лилли по плечу. Приподнявшись, она спросила:

— Какого размера был осколок?

Митчелл бросил на меня приказывающий молчать взгляд. Я с трудом сдерживала смех.

— Он был не такой уж большой, — ответил Митчелл.

— Они даже на рентгене его не увидели, — тут же добавила я.

Лилли встала.

— Рентген? Тебе сделали рентген? — Было видно, что она тоже с трудом сдерживает смех.

— Лил, я перед тобой в большом долгу, — сказал Митчелл. — Хочешь, я провожу тебя до твоего дома?

Она посмотрела на его ноги.

— Не хочешь сначала обуться?

Митчелл вскинул голову.

— Вообще-то мне нравятся эти носки.

— А если ты наступишь на что-нибудь? Две поездки в скорую могут дорого обойтись, — произнесла Лилли с широкой улыбкой.

— Отлично! — Митчелл пошел в свою комнату за обувью.

— Пожалуйста, скажите мне, что сегодня вечером там дежурил полицейский, — взмолилась Лилли.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет. Он как раз ушел перед нами.

— Черт. Новости от Бобби Джо быстро разойдутся.

— Когда мы уезжали, она разговаривала с кем-то по телефону.

Мы обе расхохотались. Мой живот уже болел от веселья этого вечера.

— Пошли, — резко сказал Митчелл.

Глаза Лилли округлились, и она последовала за Митчеллом вниз по ступенькам.

— А кто-то сварливый дед.

Я отсмеялась и подошла к Хлое.

— Хлоя, милая, ты хочешь спать в моей постели или в постели дяди Митчелла?

Сонные голубые глаза встретились с моими.

— У дяди Митчелла.

Я подхватила ее на руки и понесла в спальню Митчелла. Это единственная комната, в которой я еще не была.

Войдя, я улыбнулась. В одно мгновение я поняла, что Митчелл сам приложил руку к дизайну. В ней было что-то сугубо мужское. Серо-голубые стены, темно-серое покрывало на кровати. Огромная мебель в классическом стиле. И все предельно чисто и аккуратно. Даже одежды на полу не валялось.

— Полная противоположность мне, — прошептала я.

Лилли, когда нас не было, видимо, будила Хлою, чтобы надеть пижаму. Я улыбнулась, положила девочку на кровать и отметила диснеевских принцесс на ее пижаме. Откинув одеяло, я приподняла ноги Хлои и укрыла ее.

— Тетя Корин?

— Да, милая?

— Ты ляжешь со мной?

Мое сердце забилось в два раза быстрее обычного.

— Хочешь, чтобы я легла с тобой? Дядя Митчелл вернется с минуты на минуту.

— Пожалуйста, тетя Корин. Мне приснился очень плохой сон, и он меня напугал. Я хочу спать между тобой и дядей Митчеллом.

Ее маленькие глазки выглядели такими испуганными, и у меня не хватило духу сказать ей «нет».

— Конечно. Иди сюда, милая.

Я почувствовала его, как только он вошел в комнату.

— Дядя Митчелл, мне приснился плохой сон. Мне нужен счастливый сэндвич.

— О нет, тыковка. Мы не можем допустить этого.

Подняв глаза, я посмотрела на Митча.

— Хлоя попросила меня лечь рядом. Она хочет, чтобы ты был с другой стороны.

Он кивнул.

— Я только надену пижаму.

Я поняла, что и мне предстоит что-нибудь надеть. Хлоя посмотрела на меня и зевнула.

— У тебя здесь есть пижама, тетя Корин?

— Гм-м, да, есть. Пускай сначала дядя Митчелл приготовится ко сну, а потом я.

Митчелл направился в ванную. Я вообще не могла понять, о чем он думает сейчас. Его сердце билось так же, как мое? Думает ли он о том, что мы оба окажемся в одной постели и вспоминает ли о той ночи, которую мы провели вместе?

Когда Митч вышел из ванной, я позволила себе окинуть его тело взглядом. На нем были спортивные штаны и футболка.

Боже мой, он такой красивый.

— Я сейчас вернусь, Хлоя.

— Скорее, тетя Корин! В доме чудовище.

Митчелл сел на кровать.

— Точно говорю тебе, малявка, никаких монстров не существует.

Хлоя прикусила губку.

— Дядя Митчелл — полицейский, Хлоя. Ни один монстр не посмеет войти сюда. С ним ты будешь в безопасности.

Она кивнула.

— Мне все равно будет лучше, если ты ляжешь со мной. Я скучаю по маме и папе.

Мое сердце слегка дрогнуло.

— Почему бы тебе не пойти и не переодеться, — сказал мне Митчелл. — Мы пока помолимся.

Я с трудом сглотнула.

— Хорошо. Сейчас вернусь.

В гостевой комнате я переоделась в пижаму, которую мне положили подружки. Слава богу, скромную! Хлопчатобумажные брюки и рубашка в тон от «Виктория Сикрет».

Почистив зубы и умывшись, я вернулась в комнату Митчелла. Если мне повезет, они оба будут спать, и я смогу тихо уйти в свою комнату.

По дороге я услышала нежный голосок Хлои.

Черт возьми.

Когда я вошла в комнату, Митчелл лежал на боку и напевал песню Хлое.

Бам. Бедные мои яичники. Этот мужчина собирался испытать каждую унцию моей силы воли. Как раз в тот момент, когда я думала, что держу свои эмоции под контролем, он взял и сделал что-то вроде этого. Не говоря уже о том, как ранее пел и танцевал. Если бы он прямо сейчас попросил меня улизнуть в гостиную и заняться сексом, я бы, наверное, так и сделала.

Хлоя посмотрела на меня, ее глаза были едва открыты.

— Я ждала тебя.

Я бросилась к кровати и забралась под одеяло. У Митчелла была калифорнийская кровать королевских размеров, так что не было ни малейшего шанса даже приблизиться к нему, а еще в ней была Хлоя — мой буфер безопасности.

— А теперь давай спать, Хлоя, — прошептала я, — и мечтать о счастливых вещах.

Она зевнула.

— Например, какие счастливые вещи?

Я перекатилась на бок, и мои глаза встретились с глазами Митчелла.

— Про маму и папу. Про Патча и всех животных на ранчо. Про бабочек и кошечек.

— А где Майло? — спросила Хлоя.

Словно по сигналу, будто из ниоткуда выскочил кот и направился к Хлое, плюхнулся рядом и начал мурлыкать.

— Продолжай, — прошептала Хлоя.

— Цветы на лугу, — добавила я. — Щенки золотистого ретривера.

Митчелл вопросительно поднял брови. Я пожала плечами и прошептала:

— Они мои любимые.

Он улыбнулся.

Хлоя что-то пробормотала, и я продолжила:

— Игры в принцессы, игра под дождем, пение песен, семья.

Когда Хлоя глубоко задышала, я поняла, что она заснула.

Мы с Митчеллом долго смотрели друг на друга. А потом сексуальная улыбка расплылась по его лицу.

— Похоже, сегодня вечером я все-таки заполучил тебя в свою постель.

— Я нахожусь в твоей постели только потому, что твоя племянница попросила меня лечь рядом с ней.

Он надул губы, и у меня все свело внутри. Я никогда не устану смотреть на этого мужчину.

— И это единственная причина?

Мой взгляд упал на его мягкие губы.

— Ну, я так же хотела присмотреть за тобой. А вдруг тебе посреди ночи понадобится обезболивающее.

Уголки рта Митчелла приподнялись в широкой улыбке, и моя грудь сжалась от знакомой боли.

— Спокойной ночи, Корин.

— Спокойной ночи, Митчелл, — тихо прошептала я.

Я не могла оторвать от него взгляда, пока он засыпал. Слезы наполнили мои глаза, когда я позволила правде поселиться в моем сердце. Я была влюблена в Митчелла Паркера, и этого нельзя отрицать. Этот человек ворвался в мою жизнь как штормовая волна. Он оставил неизгладимый след в моем сердце, который уже никогда не сотрется. Единственная проблема: сможет ли Митчелл любить меня так, как мне нужно?

Митчелл вновь посмотрел на меня. Он будто пытался тоже это понять. Он поднял руку и положил ее на подушки над головой Хлои. Его глаза умоляли, когда он жестом попросил взять мою руку. Я с трудом сглотнула, придвинулась ближе и переплела свои пальцы с его. Мне показалось, что по моему телу пробежали миллионы электрических разрядов. Было ясно, что Митчелл чувствовал то же самое, так как он сделал резкий вдох после прикосновения.

Он улыбнулся, и я погрузилась в мир, который представляла себе миллион раз.

Еще несколько минут глаза в глаза, и я позволила сну взять надо мной верх.

***

Перевернувшись на спину, я сделала глубокий вдох.

— Хм.

Божественный запах Митчелла. Я резко открыла глаза и села в постели. Один быстрый взгляд вокруг доказал, что прошлой ночью мне ничего не приснилось. Я спала в постели Митчелла, а Хлоя устроилась между нами.

Снизу донесся смех Хлои, а затем голос Митча. Я откинула одеяло и направилась в ванную Митчелла. Там умыла лицо и уже собиралась уходить, когда поняла, что это прекрасная возможность проявить любопытство.

Закусив губу, я огляделась. Этот мужчина был помешан на чистоте. Я открыла шкафчик под раковиной, но не обнаружила ничего шокирующего. Чистящие средства, дополнительный крем для бритья, мыло и шампунь. Я повернулась лицом к огромной душевой. Шагнула внутрь и оглядела все душевые лейки. Восемь штук.

Я закрыла глаза и представила, как Митчелл занимается со мной любовью в душе. Медленная улыбка скользнула по моему лицу, прежде чем я покачала головой и спросила:

— Что с тобой происходит, Корин? Возьми себя в руки, ради бога.

Выйдя из ванной, я посмотрела на тумбочки рядом с массивной кроватью. Один взгляд на дверь, и я подошла к той, на стороне которой спала.

— Что ты делаешь, идиотка? Ты не шпион.

Я развернулась и шагнула к двери, но замерла.

— Может быть, один маленький взгляд.

Вернувшись, прислушалась — Хлоя и Митчелл ходили внизу — и выдвинула ящик. Мои глаза расширились в шоке от того, что я увидела: пистолет, лежащий на Библии.

— Не то, что я ожидала, — прошептала я, прикрывая рот, чтобы скрыть смешок.

Ладно, хватит об этом. Что я думала найти? Презервативы?

Я уже направился к двери, когда вспомнил о второй тумбочке. Я замедлила шаг, и какая-то невидимая сила перенесла меня на другую сторону кровати.

Глубоко вздохнув, я выдвинула ящик. Он был полон всякой всячины. Зарядные устройства, блокнот, деньги. Деньги? Кто кладет деньги в прикроватную тумбочку? Я отодвинула блокнот в сторону и увидела маленькую синюю коробочку. Мое сердце упало, когда я поняла, что это подарочная коробка для драгоценностей.

Должна ли я взглянуть на то, что было внутри? Планировал ли Митчелл в какой-то момент сделать кому-то предложение? Почему у него в тумбочке лежала коробочка с кольцом? Если это кольцо, разве оно не должно быть в сейфе?

Я закатила глаза. Это был Оук-Спрингс, а не Чикаго.

Любопытство взяло верх. Я взяла блокнот и положила его на тумбочку, потянувшись за коробкой. Затаив дыхание, открыла ее и увидела красивое кольцо с изумрудом.

— О боже, — прошептала я.

Громкий звук снизу напугал меня, я закрыла коробочку и положила ее обратно. Потянувшись за блокнотом, я нечаянно задела его, и он упал на пол, раскрывшись. Схватив его, я начала быстро закрывать, когда увидела свое имя.

Прочитала то, что было написано на странице. Прикрыв рот рукой, села на кровать и потерялась в словах.

«Корин у меня дома. Она спит в гостевой комнате, и это приводит в беспорядок мои эмоции. Я собрал в кулак всю свою силу воли, чтобы не поцеловать ее. Так тяжело держа ее в своих объятиях не обмолвиться, как я скучал по ней. Не сказать, как я перепугался из-за пожара, и что буду рядом, буду поддерживать ее. Но не могу. Мне нельзя торопиться, чтобы все не испортить. Нужно доказать, что я о ней забочусь. Не торопиться — очень тяжело. Я едва могу дышать, когда она рядом».

***

Я захлопнула блокнот и сунула его в ящик. Встала и попыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Митчелл тоже испытывал ко мне чувства. Я произвела на него такое же впечатление, как и он на меня. И он написал об этом в дневнике. Если я сейчас от избытка чувств свалюсь вниз головой, будет то еще. Сделав несколько глубоких вдохов, я спустилась на кухню. Мне нужно было притвориться, что я не знала о мыслях Митчелла.

— Успокойся, Корин, — прошептала я себе, направляясь по коридору.

Завернув за угол, я увидела Хлою, сидящую на кухонном островке. Митчелл стоял ко мне спиной. На нем была огромная бумажная шляпа и фартук.

— Доброе утро, тетя Корин! — крикнула Хлоя самым счастливым голосом.

Я улыбнулась ей.

— Доброе утро, милая.

А после заставила себя посмотреть на Митчелла, и все, что я могла сделать, это смотреть. В руках он держал лопатку, а на фартуке было написано: «Я включаю гриль», темные волосы растрепались, а плотно облегающая футболка красиво демонстрировала каждую часть его мускулов.

— Ты... гм... готовишь?

Да ладно, это лучшее, что ты смогла придумать, Корин?

Митчелл удивленно откинул голову.

— Черт возьми, да, я готовлю. И тебе тоже доброе утро, соня. Хлоя уже посмотрела фильм, я сходил на пробежку, а ты все спала.

Посмотрев на Хлою, я спросила:

— Ты посмотрела фильм?

Она кивнула.

— Дядя Митчелл обещал мне французский тост, когда вернется с пробежки.

— Который час?

— Десять.

— Десять? — почти крикнула я.

Смеясь, Митчелл спросил:

— У тебя есть какие-то планы?

— О, надеюсь, что нет, тетя Корин. Дядя Митчелл собирался взять меня кататься на коньках. Пожалуйста, пошли с нами.

Из-за Хлои мне было очень трудно притворяться, что я злюсь на Митчелла.

— Кататься на коньках? Где можно покататься на коньках в середине лета?

Митчелл издал раскатистый смех, который буквально пробежался по моему телу.

— У нас в Техасе есть катки, Корин.

Я закатила глаза.

— Я знаю, но рядом с Оук-Спрингс?

— Ага.

Хотела ли я проводить больше времени с Митчеллом? Или придерживаться моего первоначального плана злиться на него? Кого я обманываю? Я была далека от того, чтобы злиться. И все же, как бы мне этого ни хотелось, я не была готова впустить его.

По крайней мере, пока.

ГЛАВА 14

Митчелл

Я подъехал к катку и припарковал внедорожник на стоянке.

Корин помогла Хлое выбраться из машины.

— Я и понятия не имела, что в Увальде есть каток, — сказала Корин.

— Это самый веселый каток на свете! — Хлоя практически кричала.

— Как на счет «это самый лучший каток в мире», — предложила Корин.

— Да! И это тоже! — крикнула Хлоя и, взяв нас за руки, потащила к входной двери.

Я издал смешок.

— Пять за попытку, мисс Миллер.

Корин закатила глаза.

— Следуй за мной, тетя Корин! Я знаю, куда идти. Мы с дядей Митчеллом много раз катались здесь на коньках.

Мы последовали за Хлоей к стойке, где нам выдали напрокат коньки.

— Хлоя часто бывает у тебя? — спросила Корин.

Завязывая шнурки, я кивнул.

— Она бывает у меня несколько раз в месяц. Нам весело вместе.

То, как Корин улыбнулась, заставило мой желудок подпрыгнуть.

— Очевидно, ей нравится проводить с тобой время. Ты так хорошо с ней обращаешься.

Пожав плечами, я поднялся.

— Наверное, потому что в душе я маленький ребенок.

Смеясь, Корин встала на коньки.

— Ты уверен, что твоя нога в порядке, чтобы кататься?

Я бросил на нее злобный взгляд.

— Моя нога в полном порядке, большое спасибо.

Я ни за что не скажу ей, что все четверо моих братьев уже узнали об этом чертовом инциденте со стеклом, как и те парни, с которыми я работал. За это я должен поблагодарить Тревора. Маленький ублюдок.

— Кстати, как Тревор умудрился сфотографировать меня в больнице? — спросил я.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ну же, вы! Давайте кататься! Тетя Корин, подожди, пока не увидишь дядю Митчелла на коньках. Он хорош!

— Неужели? — спросила Корин, приподняв брови.

Ухмыльнувшись, я подул на пальцы и указал ими себе на грудь.

— Не хочу хвастаться, но я даже немного играл в хоккей, когда был моложе.

Сделав такое лицо, словно не поверила мне, Корин сказала:

— Да ладно?

— Держу пари, я катаюсь лучше тебя.

Дерьмо. Я сказал, прежде чем подумал. Корин выросла на севере. Дети там все время катались на коньках.

— Я принимаю это пари, мистер Паркер.

— О! На что вы ставите? — спросила Хлоя, очень осторожно ступая на лед, и после покатилась. На самом деле она была довольно хороша.

Корин наклонила голову и одарила меня самой милой улыбкой, которую я когда-либо видел. Чего бы я только не отдал, чтобы видеть эту улыбку каждый чертов день!

— На что ставим? — спросила она.

— Я позволю тебе выбрать.

— Договорились. Если я катаюсь лучше тебя, ты приготовишь мне ужин.

Я ступил на лед и резко обернулся. Дело в шляпе. Глаза Корин расширились.

— А если выиграю я?

Взглянув на Хлою, катающуюся по катку, Корин посмотрела на меня.

— Сегодня вечером я разделю с тобой постель.

Теперь настала моя очередь удивляться.

— Хлои сегодня не будет, — напомнил я.

Корин сексуально улыбнулась.

— Я знаю об этом.

Этого было достаточно. Я полностью потерял координацию. Каким-то образом я споткнулся о собственные ноги и приземлился прямо на задницу. И мне было все равно, потому что все, о чем я мог думать, это о Корин в моей постели. Без шестилетней племянницы между нами. Мысль о Корин в моих объятиях заставила меня временно сойти с ума.

— Ты в порядке? — спросила она, пытаясь не рассмеяться, но смех вырвался наружу.

— Да, я в порядке! — крикнул я, вскакивая.

— Ты не слишком хорошо начинаешь, — лукаво подмигнула она.

Я снова споткнулся и посмотрел вниз на лед.

— Господи, когда в последний раз тут обрабатывали заливочной машиной?

— Дядя Митчелл! Ты упал, — констатировала Хлоя, подъезжая ко мне.

— На льду что-то было.

— Твой дядя Митчелл как раз собирался показать мне, как здорово он умеет кататься, — сказала Корин.

Хлоя начала хлопать и звать меня по имени.

Указав на племянницу, я улыбнулся.

— Видишь, у меня есть свой маленький фан-клуб.

Корин закатила глаза и жестом велела мне ехать кататься. Немного покрутившись, я помчался вокруг катка, двигаясь так быстро, как только мог. На льду было не так уж много людей, но достаточно, чтобы я не мог ехать на максимальной скорости. Корин все поняла.

Завершив круг, я остановился и, крутанувшись, чиркнул об лед, выстрелив льдом в Корин. Хлоя рассмеялась, но Корин бросила на меня мстительный взгляд.

— Думаю, теперь моя очередь, — сказала она, закусив губу. О, да. Теперь она нервничала.

— Похоже, сегодня ночью я буду спать в теплой постели, — сказал я.

— Как это? — спросила Хлоя.

Глядя на нее, я пытался придумать ответ, но Корин опередила меня.

— Твой дядя уже замерз и думает о том, как бы согреть свои простыни!

Мой член подпрыгнул от мыслей, которые Корин только что вложила в мою голову.

— Например, в сушилке, — быстро добавила она.

Ухмыльнувшись, я ответил:

— Это мы еще посмотрим. А теперь покажи нам, что ты умеешь.

Корин одарила меня хитрой улыбкой, и в ту же секунду я понял, что меня обыграл мастер. Корин Миллер умела кататься на коньках.

Она летела и отлично каталась.

— Как хорошо, — ахнула Хлоя. — По-моему, ты проиграл пари, дядя Митчелл.

С улыбкой я кивнул.

Корин выкатилась на середину катка. Набрав немного скорости, она сделала что-то вроде двойного сальхова, причудливого прыжка-вращения.

— Ага. Ты точно проиграл, — подытожила Хлоя.

Я положил руку ей на голову и взъерошил волосы.

— Меня обманули!

Хихикнув, Хлоя кивнула и покатилась. Я наблюдал, как Корин взяла мою племянницу за руку, и они поскользили по кругу. Мне нравилось видеть, как Хлоя смеется и веселится. Подъехав к ним, я покачал головой. Корин расплылась в довольной дьявольской ухмылке.

— Ах ты, хитрюга, — сказал я.

Она слегка пожала плечами.

— Кстати, я люблю итальянскую кухню.

Смеясь, я поднял руки в знак поражения.

— Итальянская так итальянская.

К концу тренировки Корин научила Хлою нескольким коротким вращениям.

Уставшие мы сели на скамейку и сняли коньки.

— Так... и где это ты научилась так кататься?

Усмехнувшись, Корин выпрямилась и одарила меня своей милой невинной улыбкой.

— Уроки с двух до шестнадцати лет.

Я уронил голову на грудь и вздохнул.

— Ты реально играла со мной!

— Что это значит, дядя Митчелл?

Я схватил Хлою и притянул ее к себе на колени, и она захихикала.

— Это значит, что тетя Корин обманула меня, заставив думать, что не умеет кататься на коньках.

Хлоя сделала потрясенное лицо и посмотрела на Корин.

— Ты играла с дядей Митчеллом.

Безразлично пожав плечами, Корин встала.

— Мне очень нравится играть с твоим дядей Митчеллом. И я заполучила себе ужин из этой сделки. Так что это был беспроигрышный вариант.

— Мне очень жаль, дядя, — сказала Хлоя, — но я рада, что Корин выиграла! Мне было так весело.

Я поцеловал Хлою в нос и прошептал:

— Я тоже рад, что она победила, малявка. Так, ладно, твой папа прислал сообщение. Он скучает по тебе.

Хлоя спрыгнула с моих колен, взяла Корин за руку, и они направились к будке проката.

Нельзя отрицать, что я чувствовал что-то сильное к Корин, и чем больше времени мы проводили вместе, тем больше это росло.

Теперь единственное, что мне оставалось — придумать, как вернуть ее в свою постель.

***

Мы с Корин вошли в кабинет начальника пожарной охраны и сели. Пока мы отвозили Хлою домой, мне позвонили и сказали, что нашли источник пожара.

— Приветствую, Митчелл, мисс Миллер, спасибо, что пришли, — сказал начальник пожарной охраны.

Кивнув, я протянул Джеку руку. Корин сделала то же самое, только ее рука дрожала, как лист на ветру.

— И что же вы выяснили? — спросил я.

— Короткое замыкание в электропроводке.

Я облегченно вздохнул. Меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то нарочно устроил пожар и спокойно ходил по улицам Оук-Спрингс. Когда я взглянул на Корин, она была бледна как привидение.

— Старая проводка в доме вызвала искру на внутренней стене хозяйской спальни. Весь второй этаж полностью сгорел, как вы оба знаете, но, похоже, первый этаж пострадал только от воды и дыма.

— Теперь можно приступить к работе над домом? — с вымученной улыбкой спросила Корин.

— Да, я уже сообщил страховому агенту о причине пожара.

Голос Корина дрогнул.

— С-спасибо большое вам. Прошу меня извинить.

Она быстро встала и вышла из кабинета. Встав, я снова потянулся к руке Джека.

— Спасибо, Джек.

— Нет проблем. Я рад, что ее не было дома. Все могло быть гораздо хуже.

— Да, вполне возможно, — кивнул я. — Еще раз спасибо. Увидимся.

Возвращаясь к машине, я отправил Триппу короткое сообщение, чтобы он знал о причине пожара.

Вышел на улицу, и мое сердце дрогнуло. Корин стояла у моей машины и плакала. Я подошел к ней и нежно обхватил ее лицо ладонями.

— Эй, что случилось?

Слезы текли по ее лицу, и я отдал бы все, чтобы остановить их.

— А что, если бы... Что, если бы я была дома? Что, если бы ты не вошел и не спас Майло? А что если…

— Стоп. — Я обнял Корин. — Никаких «если». Тебя не было дома. Я вытащил Майло, а все остальное можно починить.

Она отстранилась и посмотрела на меня.

— Я не хочу возвращаться в этот дом.

— Почему? — Я недоуменно нахмурился. Нижняя губа Корин задрожала, и я понял, что она просто испугалась. — Послушай, весь дом будет переделан. Проводка, сантехника — все будет вычищено, и обещаю, что позабочусь о том, чтобы в твоем доме не было ничего опасного.

Я смахнул прядь волос, прилипшую к мокрой от слез щеке.

Корин впилась в губу зубами и закрыла глаза. Затем уронила голову мне на грудь.

— Почему мне так трудно злиться на тебя? — спросила она, хватая меня за рубашку.

— Не волнуйся, я уверен, что как-нибудь облажаюсь, и ты найдешь другой повод.

Корин усмехнулась, зная, что я прав. Потом отстранилась и посмотрела мне в глаза.

— Спасибо… за все, что ты сделал и делаешь для меня.

Я провел тыльной стороной ладони по ее щеке.

— Это именно то, что ты делаешь для людей, которые тебе небезразличны, верно?

— Митчелл, я хотела тебе сказать... — но меня прервал мужской голос.

— Корин, все в порядке?

Сделав шаг назад, Корин повернулась к Лейну.

— Лейн, привет. Как твои дела?

Мелкий ублюдок одарил ее улыбкой, затем взглянул на меня и сменил выражение на самодовольное.

— Митчелл, как ты?

— У меня все хорошо, а у тебя?

— Отлично, справляюсь. Жизнь хороша.

— Я в этом не сомневаюсь, Лейн.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Корин, явно заметив, что обмен репликами между Лейном и мной был вынужденным.

— Я хотел посмотреть, как ты поживаешь, — сказал Лейн. — Я писал тебе несколько раз, но ты не отвечала.

Когда он посмотрел в мою сторону, я одарил его своей самодовольной улыбкой. Подумай об этом немного, придурок.

— Прости, Лейн, — сказала Корин. — Последние несколько дней все было немного безумно. Я хотела ответить, но забыла.

Он выглядел разочарованным.

Отлично!

— Не страшно, — сказал он. — Ты не хочешь пойти со мной на уличные танцы?

Корин оглянулась и одарила меня милой улыбкой, а затем повернулась к придурку.

— Мне очень жаль. Вообще-то я иду с Митчеллом.

Взгляд Лейна метнулся в мою сторону.

— Я думал, вы только друзья.

— Ну, гм, у нас…

Корин с трудом подбирала слова, поэтому я решил помочь.

— Мне нельзя сводить свою подругу на уличные танцы? Разве не это ты хотел, спрашивая ее? Или надеялся на что-то большее?

Выражение лица Лейна говорило, что он с удовольствием вышиб бы из меня все дерьмо. Он одарил меня ухмылкой.

— Теперь, когда ты все выложил, Митч, я надеялся, что мои дела с Корин продвинутся немного дальше.

— Что? — Судя по тону Корин, она была шокирована его признанием. — Лейн, мы работаем вместе, и я уже говорила, мы должны оставаться только друзьями.

— Я слышал, ты встречалась с Филиппом, — сказал Лейн.

Корин переместила руки на бедра, и я понял, что она разозлилась. Разъяренная Корин была одной из самых сексуальных штучек, которые я когда-либо видел, и я наблюдал такое уже несколько раз. Но теперь, когда она злилась не на меня, а на другого, это было даже лучше.

— Прости? Ты что, лезешь в мои дела, Лейн?

Он пожал плечами.

— До меня дошли кое-какие слухи.

— Черт побери, ты попал парень, — сказал я со смешком.

Корин повернулась ко мне.

— А ты помолчи. — Она снова повернулась к Лейну, ткнув его в грудь. — Как ты смеешь копаться в моей личной жизни? Что я делаю, и с кем я это делаю — не твое дело.

Черт побери, если она не становилась милой, когда пыталась ругаться. Реально злиться у нее не получалось.

— Корин, я только... — Лейн шагнул вперед.

— Я еще не закончила говорить. Не знаю, какие слухи до тебя дошли, но Филипп нуждался в друге. Я была рядом с ним.

— А как насчет Триппа Паркера? Судя по тому, что я слышал, ты перебираешь братьев. За Митчеллом последует Корд?

Мои кулаки сжались, и я шагнул вперед, но Корин опередила меня. Она двинула Лейну в живот. Но этого ей показалось недостаточно. Колено с оттяжкой опустилось в промежность, и у бедняги не осталось ни единого шанса выстоять. Поправка: сейчас он вообще не стоял.

— Я тоже кое-что слышала о тебе, Лейн Льюис, — сказала Корин.

Лейн стоял на коленях, согнувшись от боли. Корин наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, затем обошла парня и забралась в мой грузовик.

Я не смог бы стереть улыбку с лица, даже если бы захотел.

— Тебе помочь встать, придурок? — Я протянул руку Лейну.

Он вскочил.

— Если это твой способ вернуть мне долги за школу, ты не выиграешь.

Я откинул голову назад и рассмеялся.

— Чувак, я не живу прошлым. Но эта женщина, сидящая в моем грузовике, мне не безразлична. И предупреждаю тебя, держись от нее подальше. Ты меня понял?

На его лице появилась ухмылка.

— Ну, я буду работать с ней и уверяю, довольно тесно, придурок… Что ты собираешься с этим делать?

Я оглядел его с головы до ног, прежде чем встретиться с ним взглядом.

— Ты бы удивился, узнав, на что я способен. Не связывайся со мной.

— Ты мне угрожаешь, Паркер?

Я шлепнул его по плечу и улыбнулся.

— Черт возьми, нет. Даю слово.

ГЛАВА 15

Корин

С бешено колотящимся сердцем я смотрела в окно на Лейна и Митчелла. Нет, я не грустила, мне было все равно. Я была зла.

Как смеет Лейн Льюис говорить такие вещи. И какие слухи до него дошли? Может быть, люди говорили так, потому что я живу с Митчеллом? В конце концов, как это выглядит со стороны? Сначала я встречалась с Триппом, теперь жила с его братом…

Дерьмо! Я никак не помогу остановить слухи, сказав Лейну, что единственным братом Паркеров, с которым я спала, был Митчелл. Почему я сказала ему это?

Тьфу.

Я закрыла лицо руками и закричала в ладони. Дверь со стороны водителя захлопнулась, и я подпрыгнула, почувствовав руку Митчелла на своей ноге.

— Ты в порядке?

Опустив руки, я огляделась, чтобы убедиться, что придурок все еще там. Лейн уходил, слегка прихрамывая. Хорошо, что пнула его там, где нужно.

Я оглянулась на Митчелла.

— Нет! Я не в порядке. Я… Я в бешенстве!

Митч вытаращил глаза и издал тихий смешок.

— Я бы так и сказал. Полегче с языком, голубка.

Мое сердце встрепенулось, и я мгновенно перенеслась в ту ночь, которую мы с Митчеллом провели вместе. Грудь начала судорожно подниматься и опускаться, пока я боролась за каждый вдох, когда воспоминание захватило меня.

***

Я сидела верхом на Митчелле. Мои ноги обвивали его бедра, о он сам крепко обнимал меня. Он был глубоко внутри меня. Мы оба тяжело дышали, переживая крышесносный оргазм.

— Я никогда не чувствовал себя так раньше, — сказал он. — Что ты со мной делаешь, голубка?

Внутри все сжималось, когда Митчелл называл меня голубкой. Это делало моменты еще более удивительными, если это было вообще возможно. Я никогда в жизни не испытывала такой страсти. И никогда не забуду ощущение его внутри меня. Было ясно, что я отдала этому мужчине ту часть себя, которую тщательно охраняла. Она всегда будет принадлежать ему.

— Почему голубка?

С сексуальной улыбкой Митчелл провел своей рукой вверх по моей и за шею притянул к себе. Когда его губы коснулись моих, я почувствовала, как между нами снова вспыхивает огонь.

— Голубь — моя любимая птица. Они чистые, хрупкие и прекрасные создания. У них мягкое и красивое воркование. Оно напоминает мне звуки, что издаешь ты, когда кончаешь.

Широко улыбнувшись, я прижалась губами к его рту.

— Это прекрасно.

Митчелл откинул нас на кровати и накрыл своим телом мое.

— Ты прекрасна.

Он поцеловал меня, и я снова потерялась в ощущениях. В его прикосновениях, поцелуях, медленной и сладкой манере заниматься со мной любовью.

Митчелл Паркер навсегда останется частичкой моего сердца, хочу я этого или нет.

***

Наконец, обретя дар речи, я спросила:

— Что ты только что сказал?

Митчелл подмигнул.

— Я сказал, полегче с языком.

Я покачала головой.

— Нет, это не все, что ты сказал.

Он завел грузовик, и я поняла, как жарко, оказывается, в кабине.

— Это все, что я сказал.

Он выехал на Майн-стрит, и я оторвала от него взгляд. Глядя прямо в окно, я с трудом сглотнула и, глубоко вздохнув, заговорила:

— Ты сейчас назвал меня голубкой.

Краем глаза я заметила, как Митч посмотрел на меня, а потом снова стал смотреть вперед. Он не заметил, не так ли? Или, может быть, он называл так всех своих женщин? Голубками.

Его молчание заставило мои эмоции разлететься на разные кусочки. Испуг, злость, обида, грусть. Не знаю, о чем я думала. Митчелл Паркер не собирается меняться.

Я посмотрела на него. Было очевидно, что этот мужчина не может взять на себя обязательства, а мне было нужно именно это. Мне нужно было знать, что человек, которому я отдала все свое сердце, отдаст мне свое в ответ.

— Митчелл, я не думаю, что это произойдет...

— Подожди. Прежде чем ты скажешь хоть слово, пожалуйста, дай мне десять минут.

— Что? — нахмурилась я.

Митч взял меня за руку и посмотрел мне в глаза. В его взгляде была мольба.

— Это все, о чем я прошу. Пожалуйста.

Я кивнула и прошептала:

— Хорошо.

Митчелл выехал из города и направился в сторону ранчо своей семьи, но свернул налево на Ранчо-роуд. Он ехал около десяти минут, прежде чем свернуть на длинную подъездную дорожку.

— Что это за место? — спросила я, глядя на прекрасный пейзаж. Я так любила техасские холмы. Мне нравилось жить в Оук-Спрингс, но находиться вдали от города было так спокойно.

В поле зрения появился старый дом. Протрясающий.

— Ух ты, какой красивый. Кто здесь живет?

— Больше никто. Раньше это был старый дом Робинсонов.

Он припарковал грузовик, и мы оба вышли.

— Он в прекрасном состоянии, — заметила я.

— Да, это так. Был построен в тысяча девятьсот двадцать третьем году.

— Ух ты! Ты показывал его Амелии?

Митчелл рассмеялся.

— Нет, я не показывал его никому, кроме моего отца и Триппа. Я купил его несколько недель назад.

У меня отвисла челюсть.

— Ты купил это место? Сколько земли идет вместе с ним?

— Сто акров. Не очень много, но для меня сейчас достаточно.

У меня закружилась голова.

— Как ты можешь говорить, что это не так уж много земли?

— Ну, учитывая, где я вырос… — рассмеялся он.

Я почувствовала жар на щеках.

— Ах, точно. Каковы твои планы?

— Пока не знаю.

Развернувшись, я вскрикнула от внезапного возбуждения.

— Ты мог бы завести пса!

Митчелл посмотрел на меня как на полоумную.

— Пса?

— Да! Пса. Посмотри на всю эту землю! Ей бы здесь понравилось.

— Ей? — спросил он.

— Да. Ну же, Митчелл, ты же в итоге впустишь женщину в свое сердце? Ты же не сможешь быть игроком всю оставшуюся жизнь, — сорвалось с моих губ.

Глаза Митчелла потемнели то ли от злости, то ли от другой непонятной мне эмоции. Он сделал шаг ко мне. Я отступила назад.

— А с чего ты взяла, что я еще никого не впустил в свое сердце?

Я хихикнула.

— Готова поспорить на ферму, что нет. Это же так ясно. Ты боишься открыться, и я это понимаю. Работа накладывает свой отпечаток, да и другие проблемы. Я просто думаю, что так и не дождусь и не смогу увидеть, кто будет счастливицей. — Повернувшись к дому, я прогнала слезы. — Я уверена, что когда-нибудь ты будешь готов наполнить этот дом любовью, и женщине, которая завоюет твое сердце, повезет стать частью этого.

— Почему, черт возьми, ты думаешь, что я не готов открыть свое сердце? И почему, ради всего святого, ты не можешь продержать свой рот закрытым и дать мне возможность сказать?

Развернувшись на каблуках, я уставилась на него.

— Продержать закрытым свой рот?

— Да! Ты делаешь поспешные выводы и выдвигаешь обвинения еще до того, как даешь мне высказаться. Ты ведешь себя как девочка-подросток, создавая драму без всякой причины. Я привез тебя сюда и показываю этот дом не просто так.

— И? В чем причина? Почему? — буквально выкрикнула я.

— Потому что, черт возьми! Я хочу поделиться этим с тобой, Корин. Я хочу, чтобы мы были вместе, и я не знаю... Может быть, когда-нибудь мы сможем заполнить его детьми, собаками и прочим...

Я была в шоке. Не ожидала, что Митчелл обратится ко мне с этими словами. Он запустил пальцы себе в волосы.

— Я больше не знаю, что делаю. Давай просто уедем.

Мы еще даже не видели дом. Я оглянулась на Митча, но не сдвинулась с места.

— Корин?

— Я хочу посмотреть дом.

— Да, но настроение как-то испорчено, тебе не кажется?

У меня заныло в груди. Почему нам так тяжело? Это не должно быть так сложно. По крайней мере, я так думаю. Было ли так потому, что я держала Митчелла на расстоянии вытянутой руки? Потому что не верила ему?

Обхватив себя руками, я уставилась на дом. Он был прекрасен. Старый, но в хорошем состоянии. Крытая веранда мне очень нравилась. Я буквально видела, как мы, устроившись в креслах-качалках с ребенком на коленях, любовались простирающимся пейзажем. Нашли свое место в этом мире, вдвоем.

Не это ли представлял себе Митчелл, когда смотрел на дом? Мне отчаянно хотелось спросить его.

Я направилась к грузовику. Митчелл уже сидел внутри. Было ясно, что у членов семьи Паркер короткий фитиль. Я видела, как Трипп терял хладнокровие раз или два — никогда со мной — с другими людьми.

Я закрыла дверцу грузовика, потянулась за ремнем безопасности и подождала, пока Митч тронется.

Он сделал глубокий вдох и выдохнул.

— Мне жаль, что я причинил тебе боль. Тогда я не знал, как справиться со своими чувствами к тебе, да и сейчас я не очень хорошо справляюсь с эмоциями. Миллион и одна вещь проносятся у меня в голове, когда я думаю о нас вместе.

Пока он говорил, я смотрела на свои руки.

— Я не знаю, смогу ли я сделать тебя счастливой и дать тебе то, что ты хочешь, Корин.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

— А что, если все, что мне нужно — это ты?

Митчелл с трудом сглотнул.

— Моя работа…

— Это опасно. Я знаю. Я с самого начала понимала, чем рискую, влюбившись в тебя. И это меня не остановило.

Уголки рта Митчелла слегка приподнялись, и он взял мою ладонь и провел по ней большим пальцем. Вслед движениям пальца на моей коже оставался огненный след.

— Я хочу показать тебе, что серьезен к нашим отношениям и что не забиваю твою голову всякой ерундой, чтобы залезть тебе в трусики.

Я подняла брови.

Его улыбка стала шире, а на щеке появилась ямочка, вызвав напряжение внизу моего живота.

— Ладно, поправка, я хочу в твои трусики больше, чем ты можешь себе представить, но я хочу гораздо большего, чем это. Я хочу, чтобы это сработало... но не знаю, как это сделать.

— Итак, если бы я сказала, что хочу сегодня спать в твоей постели, но без секса, как бы ты отреагировал?

— Хорошо.

— Неужели?

— Я сделаю все, что нужно, голубка.

Кровь загудела в венах. Все сильнее с каждым вдохом. Митчелл смотрел на меня, и его губы слегка приоткрылись. Он вновь провел большим пальцем по моей руке, и электрический разряд пронзил меня насквозь.

— Ты это серьезно, Митчелл? — мой голос звучал так, словно в горле застряла лягушка.

Митч нежно поцеловал тыльную сторону моей руки.

— Я никогда в жизни не говорил более правдивых вещей.

Внутри все задрожало — я понимала, что слова, которые он сказал, правда.

Наши глаза были прикованы друг к другу.

— Что мы будем делать дальше? — спросила я с усмешкой.

Митчелл рассмеялся.

— Не хочешь пойти перекусить?

Я ответила с кокетливой улыбкой:

— Я голодна, но надеялась на что-то другое.

Глаза Митча вспыхнули, он открыл дверцу грузовика и вышел.

Боже мой. Он решил, что я все же хочу посмотреть дом. Мне нужно больше работать над своими навыками флирта.

Митч целеустремленно обогнул капот грузовика. Я открыла дверь, чтобы выйти, но он схватил меня и нежно притянул к себе.

Отойдя от двери, прижал меня к грузовику. Обхватив мое лицо руками, Митчелл прижался своими губами к моим. Мне не потребовалось много времени, чтобы окунуться в поцелуй. Скользнув между моих губ, язык Митчелла начал исследовать мой рот в совершенном ритмичном танце.

Митч прижался ко мне всем телом, и мы одновременно застонали. Поцелуй стал еще более голодным. У меня закружилась голова, и я вцепилась в его сильные плечи. Тело охватила эйфория, которую мог спровоцировать только Митчелл Паркер. И вот так я позволила рухнуть стене, которую выстроила вокруг своего сердца, и необъяснимое чувство покоя поселилось в груди. Я впускала этого мужчину, и с этого момента все будет по-другому.

ГЛАВА 16

Митчелл

Мое сердце загрохотало в ушах, когда я поцеловал Корин. Ее ладони скользнули вверх по моим рукам и обвились вокруг шеи, притягивая меня ближе к телу. Мы целовались, казалось, целую вечность, но отпустили друг друга только тогда, когда нам обоим понадобился воздух.

Прислонившись своим лбом к ее, я прошептал:

— Я так скучал по тебе, голубка.

Корин отстранилась и посмотрела мне в глаза. Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Я осторожно ее смахнул.

С захватывающей дух улыбкой Корин положила руки мне на грудь.

— Почему ты так долго ждал?

— Если коротко и ясно: я был дураком. — Я улыбнулся, нежно проведя тыльной стороной ладони по ее лицу. — Клянусь, я больше никогда не причиню тебе вреда. Пожалуйста, поверь мне.

Корин схватились за мою грудь и сделала прерывистый вдох. Ее глаза кричали, что она хочет что-то сказать. На мгновение Корин опустила взгляд, потом снова посмотрела мне в глаза.

— Я верю тебе, Митч.

Положив свои ладони поверх ее, я переплел наши пальцы.

— Ты же знаешь, что я могу все испортить.

Она хихикнула.

— О, да.

— Давай прямо сейчас пообещаем друг другу, что, если нас будет что-то беспокоить или мы испытаем неуверенность, то поговорим об этом и не будем делать поспешных выводов?

Корин кивнула.

— Мне нравится это.

Сжав ее руки, я поцеловал ее в лоб.

— А теперь позволь показать тебе дом, а после мы поедим.

Держась за руки, мы направились к дому. Никогда за сотню лет не думал, что хочу чего-то подобного, но я хотел... и, самое главное, я хотел этого с Корин. Каждый раз, когда я думал об этой девушке, мои мысли блуждали в миллионе обнадеживающих направлений.

Выйдя на крыльцо, я увидел, как Корин оглядывается.

— Он огромен! Здесь прекрасно будут смотреться качели.

Я сделал себе мысленную пометку. Не было никаких сомнений, с кем я буду делить этот дом и хотел, чтобы все было идеально во всех отношениях.

Я отпер дверь, и мы вошли внутрь.

— О боже! — ахнула Корин. — Здесь так аутентично для этого времени.

— Домом владела только одна семья. Они никогда ничего не меняли. Когда мистер Робинсон в прошлом году скончался, его сын все отремонтировал и позаботился, чтобы все оставалось в первоначальном виде. Даже обои… — Я провел Корин в гостиную. — ...новые, но рисунок тот же. Он взял кусок оригинальных обоев и заказал новые. Для него было важно восстановить дом, чтобы он выглядел так, как в те времена, когда он рос. Цвета, светильники, полы... все либо оригинал, либо репродукция.

Корин все поняла.

— Они убрали стену между столовой и гостиной?

— Изначально дом был построен с витражными дверями. Похоже, мистер Робинсон был первым, кто придумал открытый план этажа.

— Это точно, — со смешком ответила Корин.

Мы осмотрели остальную часть дома и оказались на заднем балконе второго этажа.

— Ух ты. Посмотри на вид.

— Красиво, — признался я. — Не так красиво, как у Амелии и Уэйда, но все равно здорово.

Корин повернулась ко мне и наклонила свою хорошенькую головку.

— Я думаю, что это идеально.

Я положил руки ей на бедра и притянул немного ближе. С усмешкой ответил:

— Хорошо, я рад, что ты так думаешь. Я очень надеялся, что тебе понравится. — Когда Корин предупреждающе прикусила мне губу, пришлось сдержаться, чтобы не притянуть ее к себе для еще одного поцелуя. — Хочешь есть?

— Умираю с голоду! Все это катание на коньках возбудило аппетит.

Держась за руки, мы направились к грузовику. Открыв пассажирскую дверь, Корин помедлила, прежде чем сесть.

— Митчелл?

— Да?

Она прикусила нижнюю губу, и прекрасные голубые глаза встретились с моими.

— На самом деле я не имела в виду то, что сказала тем вечером в клубе. Что ненавижу тебя. Я была зла, и мне не следовало этого говорить.

В горле что-то сжалось, и я положил руку на ее щеку.

— Это я должен извиняться, что был полным мудаком. — Я сделал шаг назад. Сердце ускорилось, и я понял, что должен сказать правду. Я не хотел, чтобы между нами оставалась фальшь. — Корин, мне нужно тебе кое-что сказать.

Улыбка исчезла, и она отвела взгляд. Уверен, Корин знала, что я собирался сообщить.

— Кэссиди? — спросила она, не глядя на меня.

Блядь. Как она узнала?

— Это случилось только один раз и произошло в феврале прошлого года, и после я чувствовал себя полным придурком.

От ее реакции меня затошнило.

— Мы не были вместе, Митч. Ты не должен так себя чувствовать.

— То, что мы не были вместе, не имеет значения. Это было несправедливо по отношению и к тебе, и к ней. Я не мог выкинуть тебя из головы, и все, что хотел сделать, это покончить с этим. Клин клином... Если бы я мог вернуться и все исправить, я бы это сделал, поверь.

Корин подняла голову и, сдвинув брови, подняла руку.

— Подожди. Ты спал с Кэссиди только один раз? У тебя нет… Я имею в виду… у тебя больше не было…

Ее взгляд на мгновение упал на мой член.

Я покачал головой.

— Нет, с тех пор я ни с кем не спал. Это самое долгое время, что я обходился без секса, и поверь мне, я только и думал о том, что беру тебя в позе, какую только смог вообразить. Я натер свой член чуть не до крови, думая о тебе.

Ее рот приоткрылся, и милая и соблазнительная улыбка скользнула по лицу. Корин ударила меня в грудь.

— Ты такой негодник, Митчелл Паркер.

— Хочешь, я расскажу тебе о некоторых позициях? — спросил я, играя бровями.

Она облизнула губы, и я понял, что Корин готова подыграть в моей похотливой игре. Корин Миллер, возможно, и была тихоней, но, проведя с ней одну ночь, я понял, что у нее была непослушная сторона, которая просто умоляла выпустить ее наружу.

— Если я скажу «да»?

— Я расскажу тебе про одну.

— Только одну? — спросила она, покраснев. Это делало ее чертовски очаровательной.

— Только одну.

Корин оглядела меня с головы до ног и буквально впилась взглядом.

— Ладно, расскажи мне о ней.

— Каноэ, ты в ковбойской одежде, я сзади.

Корин застыла с ошеломленным выражением на лице, а затем расхохоталась.

— Что? Ты брал меня в каноэ!

Я пожал плечами.

— Тебе не кажется, что это довольно жарко — заниматься сексом на открытом воздухе? Кроме того, подумай о раскачивании на воде.

Корин втянула нижнюю губу в рот, затем прикусила, и мой член чуть не выпрыгнул из штанов.

— Я уверена, что ты как никто другой в этом городе много занимался сексом на публике, — сказала она.

— Заднее сиденье моего грузовика не в счет.

Крин зарычала.

— Надо будет запомнить: никогда не заниматься с тобой сексом на заднем сиденье твоего грузовика.

Я придвинулся ближе.

— А что, если я куплю новый грузовик? Ты согласишься?

Ее грудь поднималась и опускалась, я же глаз не мог оторвать от ее губ.

Я улыбнулся.

— Ну?

— Эм-м, Митчелл. У меня не было секса с прошлой осени, и все эти разговоры о позах начинают меня немного... гм…

Наклонив голову, я посмотрел ей в глаза.

— Возбуждать?

Корин закрыла глаза и прошептала:

— Да.

— Хочешь, чтобы я позаботился об этом?

Резко открыв глаза, Корин открыла рот, но ничего не произнесла.

Я протянул руку к ее джинсам, и, когда Корин не остановила, расстегнул их. Все ее тело задрожало, когда я провел пальцем по краю трусиков.

— Господи, ты хоть представляешь, какая ты охренительно сексуальная, голубка?

Корин покачала головой, и я стянул джинсы и сунул руку в ее трусики. Почувствовав, насколько она мокрая, я издал долгий низкий рык. Наклонил голову и провел носом по раковине уха. Скользнул пальцами в тесную глубину и одновременно прошептал:

— Не могу дождаться, когда ты выкрикнешь мое имя, когда заставлю тебя кончить.

Схватившись за грузовик, чтобы не упасть, Корин прошептала:

— О мой бог.

Я не торопился, изо всех сил стараясь не взять ее прямо там.

Потом не выдержал, разогнался и засунул еще один палец в тугую киску.

— Митчелл, — вскричала Корин.

— Вот и все, голубка. Расслабься.

Корин дрожала, и я чувствовал, как она пульсирует на моих пальцах. Она была близко, и я знал, что именно нужно, чтобы столкнуть ее с обрыва.

— Я хочу зарыться лицом между твоих ног и попробовать тебя на вкус, детка.

— О боже! — воскликнула она.

Приблизив губы к ее уху, я прошептал:

— Жду, когда по-настоящему займусь с тобой любовью, но, детка, мне нужно, чтобы ты кончила. Сейчас.

— Митчелл... Митчелл...

Тон, которым она звала меня по имени, почти заставил меня растечься лужицей у ее ног. Я так чертовски долго ждал, чтобы услышать это. Я надавил на клитор, и Корин снова задрожала всем телом. На этот раз она вцепилась в меня и держалась изо всех сил. Когда она немного расслабилась, я убрал пальцы.

Грудь Корина вздымалась и опускалась с каждым тяжелым вздохом. Широко раскрыв глаза, она смотрела, как я поднес пальцы ко рту. Ее прекрасные губы приоткрылись. Я улыбнулся, облизал пальцы и простонал.

Потом взглянул на ее смущенное лицо.

— Посмотри на меня, голубка.

Она сделала, как я просил. Наши глаза встретились, и я, помедлив секунду, наклонился и поцеловал ее. Корин обвила руками мою шею. И этот поцелуй чуть не поставил меня на колени. Он был мягким и наполнял тело теплом, которого я никогда не испытывал. Эта женщина была для меня всем.

Оторвавшись от ее губ, я прижался своим лбом ко лбу Корин.

— Мне жаль, что это заняло у меня так много времени. Я клянусь заглаживать свою вину перед тобой каждый божий день.

Корин издала один из своих милых невинных смешков, а затем сморщила свой милый маленький носик.

— Это было хорошее начало.

Смеясь, я поцеловал ее в лоб.

— Пойдем, голубка. Поедем поедим.

***

Из бара брата звучала музыка. Я постучал в дверь. Менее чем через тридцать секунд дверь открылась, и я вошел.

— Что за срочное дело, Митчелл? — спросил Корд, подходя к бару. На поверхности лежала стопка квитанций.

— Мы с Корин вместе.

Он остановился и посмотрел на меня. На лице появилась широкая улыбка.

— Не шутишь? Самое время, черт возьми.

Я усмехнулся.

— Да, но я был упрямым мудаком.

— Поддержу это.

Обернувшись, я увидел Триппа, выходящего из кабинета.

— Наконец, вместе.

Он протянул руку, и я тут же пожал ее.

— Ну, мы еще не спали, и поэтому я здесь. Мне нужен совет от вас обоих, и это единственный раз, когда я не хочу идти за ним к папе.

Братья рассмеялись. Трипп запрыгнул на стойку и развернул свою бейсболку.

— Ты имеешь в виду, что не хочешь спрашивать папу, как долго нужно ждать, чтобы переспать с женщиной, в которую влюблен?

Я чуть не поперхнулся и фыркнул.

— Я не влюблен в Корин. Мне она не безразлична. Но любовь? Черт, мы провели вместе всего одну ночь, и это было почти год назад. Я что-то чувствую, но не готов назвать это любовью.

Трипп и Корд переглянулись.

— Тебе не обязательно заниматься сексом, чтобы влюбиться, Митчелл, — сказал Трипп и сделал глоток воды из бутылки.

— Ты можешь позволить мне хотя бы для начала привыкнуть к тому, что я хочу быть только с одной женщиной?

Корд усмехнулся.

— Да, ты влюблен.

Закатив глаза, я повернулся, чтобы уйти.

— Ладно-ладно. Стой. Мы отставим это разговор о любви, — сказал Трипп. — Но, Митчелл, я должен сказать тебе, что Корин призналась, что влюблена в тебя.

Я почувствовал, как вспыхнули щеки и широко улыбнулся.

На лице Корда отразился ужас.

— Господи, ты превратился в гребаную киску! Если это то, что любовь делает с человеком, нет уж, спасибо. Я сохраню свои холостяцкие привычки.

Трипп хлопнул Корда по спине.

— Чувак, твоя жизнь перевернется с ног на голову, когда появится подходящая женщина.

Брат фыркнул.

— Я точно не собираюсь стоять здесь с дурацкой Смурф-улыбкой на лице.

— Смурф? Как Смурфик? — спросил я со смешком.

— Да, знаешь, такие маленькие синие человечки.

Я удивленно посмотрел на Триппа, и он пожал плечами.

— Я знаю, кто они такие. Почему Смурфики? — Я снова сосредоточился на Корде.

Корд вытаращил глаза.

— Я ни хрена не знаю, чувак. Они счастливые маленькие создания, которые полны любви и всего прочего дерьма. Вот как ты выглядишь с этой дурацкой улыбкой на лице. Как Смурфик.

— Я похож на Смурфика? — Я дернул головой.

Трипп засмеялся еще громче.

— Пошел ты, Митчелл. Ты знаешь, что я имею в виду.

Смеясь, я ответил:

— Нет. Может, позвоним Смурфетте и спросим ее? И если я выгляжу как Смурфик, делает ли это тебя, моего брата, Сварливым Смурфом, потому что, ну, ты понимаешь, к чему я клоню?

Корд метал в меня кинжалы.

— Разве тебе не нужно кого-нибудь арестовать или ну, там... штраф выписать?

Положив руку на кобуру, я посмотрел на Корда со всей профессиональной серьезностью.

— Мистер, ты не видел Гаргамеля и Азраила?

Трипп со смехом откинулся на стойку. Корд показал мне средний палец, и я расхохотался.

— Ненавижу вас обоих.

Ударив брата по спине, я перепрыгнул через стойку и запел:

— Ла, ла, лала, лала, — и налил себе пива.

— Во-первых, сегодня воскресенье, и у меня выходной, — начал я. — Я не арестовываю людей на отдыхе.

Корд закатил глаза.

— Во-вторых, мне действительно нужен ваш совет. Я не хочу снова облажаться с Корин. Всю прошлую ночь мы разговаривали. В конце концов она заснула на диване, и у меня не хватило духу разбудить ее, поэтому я просидел рядом с ней остаток ночи и уснул сидя.

— Ух ты, — сказал Трипп с легкой усмешкой. — Папа Смурф гордился бы тобой.

Корд застонал.

Я усмехнулся и потер затылок.

— Да, только теперь шея убивает меня. Держу пари, я поспал всего час.

Корд улыбнулся.

— Я так понимаю, то, что ты держал Корин в своих объятиях, стоило недосыпания.

Я почувствовала, как моя улыбка стала еще шире.

— Будем надеяться, что мне не придется никого арестовывать, я так чертовски устал. И, да, оно того стоило.

— Ладно, слушай, — сказал Трипп. — Мне не хочется проводить с вами все утро, так что вот мои мысли. Не торопись. Не заставляй ее ни во что ввязываться, чтобы наверстать упущенное время.

— Согласен, — кивнул Корд.

Я переводил взгляд с одного брата на другого, соглашаясь.

— То, что я уже планировал — без секса. Я хочу, чтобы Корин увидела, что это не все, что меня волнует. Ведь мы с этого и начали, и посмотрите, к чему это привело. Итак, ты думаешь, мне нужно встречаться с ней, показывать, как много она для меня значит?

— Да, это то, что я думаю, — отозвался Трипп.

— А если она захочет секса? — спросил Корд.

Я покачал головой.

— Да, я думал об этом. Она вроде как намекала на секс прошлой ночью. Я сделал единственное, что мог.

— Ты сбежал? — спросил Корд с ухмылкой на лице.

— Нет, придурок. Я приготовил попкорн и поставил фильм.

Братья посмотрели друг на друга и принялись гоготать. Когда они, наконец, успокоились, Корд перепрыгнул через стойку и потянулся за бутылкой виски. Налил себе рюмку и выпил.

— Иисус. Так унижаться из-за любви. Я хотел бы сохранить свою мужскую карточку.

Я потянулся за своей ковбойской шляпой и указал ей на Корда.

— Не могу дождаться того дня, когда женщина войдет в эту дверь и шлепнет тебя по заднице.

Когда мы с Триппом направились к выходу, Корд крикнул:

— Этого никогда не случится! Никогда!

ГЛАВА 17

Корин

— Алло? Земля вызывает Корин.

Пальцы щелкнули перед моим лицом, вырывая из мыслей о прошлой ночи с Митчеллом.

— Что ты сказала? — спросила я, переводя взгляд с Пакстон на Амелию, а затем на Вайелин.

Все трое уставились на меня.

— Вы с Митчеллом сделали это, не так ли? — с визгом спросила Амелия.

— Что?

— О, Боже мой! Они это сделали! — добавила Вайелин.

— Нет, мы этого не делали!

Мой голос дрогнул, и я поняла, что Пакстон уловила изменение. Указывая на меня, она воскликнула:

— Корин Миллер. Тебе лучше все рассказать, женщина!

Я почувствовала, как мои щеки запылали, что заставило всех троих подпрыгнуть и ринуться ко мне.

— Забудь о приеме, я хочу услышать, что случилось с тобой и моим братом! — взвизгнула Амелия.

Я издала еще один неловкий смешок.

— Ничего не случилось. Я имею в виду, что нам было очень весело с Хлоей, и мы решили э...э…

— Трахаться, как кролики, после того как отвезли Хлою домой, потому что сексуальное напряжение было настолько безумным, что вы не смогли держать руки подальше друг от друга? — выкрикнула Вайелин.

Мы все трое потрясенно посмотрели на нее.

Она слегка пожала плечами.

— Что?

— Нет, так было у тебя и Джонатана, — фыркнула Амелия.

— Эй, это был всего лишь момент слабости. И больше не повторится.

— Почему? — спросили мы все разом.

Теперь настала очередь Вайелин посмотреть так, будто мы дружно сошли с ума.

— Для начала, он на шесть лет моложе меня.

— И что? — махнула рукой Амелия. — Он горячий, у него потрясное мускулистое тело, и ты сказала, что он знает, как пользоваться своими инструментами.

Вайелин поиграла бровями.

— У него также очень большая отвертка.

Я прикрыла рот рукой, чтобы скрыть смешок. Девочки Паркер могут быть такими грязными штучками.

Пакстон шлепнула Амелию и Вайелин по рукам.

— Вы такие грязные девчонки, клянусь.

Отмахнувшись от Пакстон, Вайелин сосредоточилась на мне.

— Мы не меняем тему разговора. Корин, выкладывай.

Прижав ладони к раскрасневшимся щекам, я улыбнулась.

— У нас еще не было секса... пока.

Все закричали, как школьницы.

Пакстон подняла указательный палец.

— Но что-то изменилось. Я могу сказать это по тому, как покраснели твои щеки.

Взглянув на Пакстон, я кивнула.

— Митч снял часть моего напряжения.

— О боже мой, черт и дьявол! — запричитала Амелия. — Что он сделал?

— Подожди! — закричала Пакстон, размахивая руками, чтобы прекратить разговор. — Не знаю, нужны ли мне подробности. Он же мой шурин и ваш брат!

— К черту, а вот я требую подробностей! — возразила Вайелин. — Он пользовался рукой или ртом?

Я закатила глаза и отвернулась.

— И то и другое! — закричали все трое.

Подняв диванную подушку, я бросила ее в девчонок.

— Нет! Рука.

— Фу! — Вайелин даже встала. Я думала о моих братьях лучше. Может быть, все эти слухи о Паркерах — неправда.

Пакстон улыбнулась.

— Поверь мне, это правда. По крайней мере, про Стида.

Мы захихикали, и в этот момент в гостиную вошла Хлоя.

— Над чем вы смеетесь? — спросила она.

— Ни над чем, милая. Что ты делаешь? — Пакстон встала и, подхватив дочь на руки, поцеловала ее.

— Я жду папу. Он сказал, что отвезет меня в город, чтобы купить тете Мели и дяде Уэйду свадебный подарок.

Амелия поднялась.

— О, Хлоя Кэт. Это так мило с твоей стороны.

Хлоя просияла от гордости.

— Тетя Мели, можно я приду на вечеринку?

Сжав губы, я попыталась удержаться от смеха, особенно видя потрясенное выражение на лице Амелии.

— Ну, эм... Я... И Патч?

Хлоя кивнула.

Вайелин подошла к Хлое, поцеловала ее в щеку, затем повернулась к младшей сестре.

— Я голосую «за»!

Хлоя захлопала в ладоши.

— Ура!

— Ч-что? — прошипела Амелия, смерив сестру смертоносным взглядом.

— Я имею в виду, что если Патч был на свадьбе Стида и Пакстон и на моей вечеринке по случаю возвращения домой, то будет справедливо, если он придет на прием.

Амелия повернулась к отчаянно пытающейся не рассмеяться Пакстон. Снова посмотрев на Хлою, Амелия заставила себя улыбнуться.

— Конечно, Патч может прийти. Мы посадим его рядом с Вайелин.

— Спасибо, тетя Мели!

Пакстон проследила взглядом за взволнованной Хлоей, когда она выбежала из комнаты, зовя отца.

Вайелин отвернулась от Хлои и посмотрела на Амелию.

— Ты думаешь, что выиграла этот раунд, но подожди, сестренка. Ты забываешь, кто был твоим учителем.

***

После того, как я покинула ранчо Паркеров, я заехала и проверила свой дом. Весь второй этаж был разобран, работы уже начались. Было воскресенье, поэтому рабочие отсутствовали.

Я направилась к Митчеллу, и там, замерев в гостиной, огляделась в поисках, чем бы заняться.

Майло запрыгнул на спинку дивана и мяукнул.

— Привет, приятель. Хочешь поесть?

Еще одно громкое мяуканье означало, что он более чем готов. Кот последовал за мной на кухню, где я насыпала ему немного сухого корма. Майло уставился на месиво и обиженно поднял на меня глаза.

— Только не говори, что хочешь консерву.

Он смотрел на меня своими большими голубыми глазами.

— Отлично. Мне все равно нужно что-нибудь купить на ужин. Как думаешь, во сколько Митчелл вернется домой?

Наклонив голову, Майло ответил своим особым р-р-р-мяуканьем.

— Нет, я не буду ему писать, чтобы спросить. Последнее, чего я хочу — это быть назойливой подружкой.

Я сделала паузу и улыбнулась. Наклонившись, подняла Майло и прижала его к себе.

— Не слишком ли рано называть себя девушкой Митчелла?

Майло попытался вырваться из моих объятий.

— Не ревнуй, Майло.

Победив, он побежал в спальню Митчелла. Предатель. Майло не спал со мной с тех пор, как я переехала, предпочитая кровать хозяина.

— Я пойду за кошачьим кормом! — Закатив глаза, я направилась вниз по лестнице. — Не могу поверить, что даю знать коту, что ухожу.

Выйдя на улицу, я заперла дверь. Когда обернулась, от неожиданности закричала. Передо мной стояла Кэссиди с бесцеремонным выражением лица.

— Все еще не нашла себе жилье?

Тьфу. Я ненавидела драмы, и последнее, что хотела бы — иметь дело с безумной влюбленной в Митчелла женщиной.

Неожиданно другой голос вклинился в нашу беседу:

— Привет, Корин. Я пытался дозвониться до тебя.

Я оглянулась и с удивлением увидела Лейна. Он был предпоследним человеком, с которым я бы хотела общаться прямо сейчас.

— Простите меня, но я немного тороплюсь. — Это была ложь, но им обоим совсем не обязательно было это знать. Кроме того, я все еще злилась на Лейна.

— Корин, пожалуйста, — попросил он. — Позволь мне извиниться.

Оглянувшись через плечо, я крикнула:

— Не волнуйся, Лейн. Скоро увидимся на работе!

Я пересекла улицу, мельком заметив, как миссис Джонсон пытается что-то положить на заднее сиденье своей машины.

— Миссис Джонсон? — крикнула я. Она подняла глаза и улыбнулась. — О, Корин.

— Что вы делаете? — спросила я, подходя ближе.

— Пытаюсь затащить это тело в машину.

Я нахмурилась.

— Что?

— Это пугало, которое я сделала со своей группой. Проклятая тварь никак не помещается.

Я вздохнула, увидев, что это всего лишь чучело. Я помогла положить его на заднее сиденье.

— А зачем вам оно?

— Это для конкурса по поеданию пирогов на осеннем фестивале.

Ладно, теперь я могу тебя подвезти.

Мы сели в машину, я закрыла дверцу и повернулась к миссис Джонсон.

— А сейчас оно зачем?

— Теперь, Корин, я понимаю, что это не первый твой осенний фестиваль.

Я рассмеялась.

— Нет, мэм. Сейчас же середина августа, а фестиваль состоится только через месяц.

— Я на месяц опережаю график. А теперь едем ко мне, у меня для тебя есть новый пирог. Я включу его в конкурс.

Дом миссис Джонсон находился в двух кварталах от главной площади на Орчер-авеню, в квартале от моего дома. Поездка была быстрой, и миссис Джонсон все говорила и говорила о конкурсе пирогов. Она была уверена, что выиграет.

Подъехав к своему дому, она вышла из машины и попросила ей помочь.

Вытаскивать пугало из машины было проще, чем затаскивать. Крепко ухватив страшилище, я пошла за миссис Джонсон в ее гараж.

— Просто поставь его вон в тот угол, Корин. А потом заходи в дом. А я приготовлю кофе.

— Я не могу задержаться надолго, миссис Джонсон, — крикнула я через плечо.

Она махнула рукой и закричала:

— Одна чашка!

Поставив пугало в угол, я направился в дом.

— Тебя не было на прошлой неделе.

— Я знаю, мне очень жаль. Я так много и тщательно готовилась к школе, а из-за пожара все сгорело. Я потеряла большую часть своих школьных наработок.

Пожилая женщина издала цокающий звук, наполняя кастрюльку водой, чтобы вскипятить ее на плите. Она была единственным человеком, которого я знала, кто все еще готовил кофе таким образом.

— Вы видели, что продаются кофеварки, в которые нужно просто вставить маленькую капсулу, наполнить емкость водой из-под крана, и примерно через минуту у вас получится идеальная чашка кофе.

Старая леди уставилась на меня как на чокнутую.

— Это безумие. Зачем покупать что-то подобное?

— Ну, это хороший кофе и очень быстрый. Кроме того, это идеально, когда хочешь только одну чашку.

— А чем занимаются гости?

Пожав плечами, я ответила:

— Они тоже делают чашку.

Она закатила глаза.

— Фу, чепуха! У меня нет на это времени.

Я прикрыла рот, чтобы скрыть улыбку, решив не говорить, что к тому времени, как она вскипятит воду, мы могли бы приготовить и выпить две чашки. Сделав мысленную пометку, я решила подарить ей кофеварку на Рождество.

Миссис Джонсон взяла с подоконника пирог и принесла его к столу.

— Этот уже остыл.

Я прикусила губу. Неужели она думала, что, выставив пирог в окно, когда на улице почти сорок градусов, можно быстро остудить выпечку? По крайней мере, окна были закрыты.

— Что это за необычный аромат? — спросила я, наблюдая, как старая леди отрезает кусочек и кладет на стеклянную тарелку.

— Это чернично-лимонно-лавандовый.

Я откусила один кусочек и от блаженства закатила глаза. С набитым ртом я попытался сказать.

— О боже.

Миссис Джонсон села.

— Вкусно?

Кивнув, я улыбнулась.

— Я чувствую вкус лимона в корочке. Это так удивительно.

— Хорошо. Я думаю, что у кого-то есть шанс выиграть в этом году.

Застонав от чистого восторга, я откусила еще кусочек.

— Да. Отлично. Вы наверняка выиграете.

— Что-нибудь нужно добавить?

Я покачала головой.

— Нет! Ничего не меняйте. В этом куске пирога — рай. Почти оргазм... м-м-м... м-м-м.

Она приподняла бровь.

— Я надеялась, что Митчелл Паркер будет помогать тебе в этой области.

Кусок, бывший у меня во рту, вылетел наружу, вызвав приступ кашля.

— Ну же, дитя мое. Ты думаешь, я не видела, как этот парень смотрел на тебя, когда вы были здесь в последний раз? Кроме того, дамы в моей группе рукодельниц любят поговорить. Ходят слухи, что ты живешь с рейнджером Паркером.

Она пошевелила бровями.

— Воды! — попросила я, все еще кашляя.

Поставив воду на стол, миссис Джонсон начала наливать нам кофе. Мои глаза все еще слезились. Я взяла себя в руки и сказала:

— Миссис Джонсон, не знаю, что вы слышали, но Митчелл… рейнджер Паркер был достаточно мил, чтобы позволить мне остаться у него после пожара. Мы друзья, и именно так поступают друзья. Кроме того, у меня есть питомец, и из-за него было трудно найти место, в котором можно бы остановиться, а о нем нужно позаботиться.

— Твоя киска?

Думаю, мои глаза реально вылезли из орбит. Я уронила вилку, и она звякнула о стеклянную тарелку.

— Кошечка, — поправила она, подмигнув.

— Я... я даже не знаю, что сказать после этого.

Миссис Джонсон рассмеялась и протянула мне кофе.

— Дорогая, позволь мне научить тебя кое-чему о мужчинах.

— Я знаю мужчин, — ответила я, защищаясь.

Она нахмурилась.

— Дитя, ты просто светишься невинностью. Я бы не удивилась, если бы ты все еще была девственницей, но точно знаю, что это не так, потому что миссис Уинстен видела, как Митчелл Паркер вошел в твой дом одной поздней ночью прошлой осенью и не выходил до раннего утра следующего дня. Таким образом, это заставило меня поверить, что ты знакома с совокуплением, по крайней мере один раз точно.

У меня отвисла челюсть.

— Что это с вами, южными женщинами, и с этим «совокуплением»? — спросила я, когда, наконец, обрела дар речи.

— Как ты думаешь, у мужчины красивый член? — спросила она.

— Гм, меня никогда раньше об этом не спрашивали.

Миссис Джонсон покачала головой.

— Ну, а я спрошу. Не знаю ни одной женщины, которая сказала бы, что у мужчины красивый член. О, в этих модных романтических книгах говорят, что это так. — Она закатила глаза. — Да, ладно! Я никогда не смотрела на член моего мужа за все годы, что мы были женаты и не думала про себя: «Теперь у меня есть красивый длинный толстый ствол, блестящий от капли его спермы, которую я жду не дождусь, чтобы слизать».

Мое тело содрогнулось от мысленного образа.

Она сделала глоток кофе, затем поставила чашку и покачала головой.

— Вместо этого я подумала: «Господи Иисусе, у этого мужчины опять встал. Опя-я-ять. И потечет эта сперма по всем моим новым чистым простыням».

Я так старалась не рассмеяться, но проиграла битву. Миссис Джонсон улыбнулась и сделала глоток кофе.

— Миссис Джонсон, как же мне нужен был этот смех.

— Нет, все, что тебе нужно — это вернуться в дом своего друга. Надень что-нибудь сексуальное и прыгни на тело этого мужчины.

Я плотно сжала губы.

— Не смотри на меня так. Корин, возьми ситуацию под контроль и отведи жеребца в сарай. Оседлай его, как лучшая наездница.

— Я из Чикаго, помните? — Я встала, стараясь не рассмеяться. — Мне пора идти.

Она встала.

— Не хочешь отнести немного пирога Митчеллу?

И вот так просто она щелкнула выключателем и снова стала милой старой бабушкой.

— Конечно! Я уверена, ему понравится.

Вскоре я уже мчалась по тротуару с пирогом в руке, направляясь в небольшой продуктовый магазин у площади. Слова миссис Джонсон роем кружились у меня в голове.

«Надень что-нибудь сексуальное и прыгни на тело этого мужчины».

ГЛАВА 18

Митчелл

Я с грохотом поставил пакеты с продуктами на кухонный островок и крикнул:

— Корин?

— Рр-мяу.

Посмотрев вниз, я увидел Майло.

— Чувак, ты все еще не разобрался, собака ты или кошка? Иногда твое мяуканье звучит как лай.

Голубоглазый кот наклонил голову и бросил на меня взгляд, который, клянусь, был чертовски странным и принялся себя вылизывать.

— Будь осторожен в своих желаниях.

Майло проигнорировал меня.

— А где твоя мамочка? У меня есть кое-что вкусненькое, чтобы приготовить ужин, который я должен ей после вчерашнего пари.

Кот продолжал умываться, не обращая на меня ни малейшего внимания.

— Хорошо, сегодня я закрою дверь в свою спальню. Из-за тебя мне пришлось удвоить дозу таблеток от аллергии.

Опустошив пакеты с продуктами, я включил духовку и приготовился запекать свои знаменитые чесночные куриные крылышки с пармезаном. Сунув бутылку вина в холодильник, я принялся за работу. Я подумал написать Корин смс, но не хотел выглядеть одним из тех парней, которые каждую секунду должны знать, где его девушка.

Я окунул крылышки в секретный соус, а затем обвалял их в пармезане. Остановившись, я взглянул на Майло. Он сидел своей задницей на моем обеденном столе.

— Убирайся оттуда, маленький придурок.

Он мяукнул и спрыгнул, направляясь ко мне.

— Я не роняю еду, так что ты зря тратишь время.

Майло встал на задние лапы, опершись о столешницу, и попытался стащить что-нибудь съедобное со стойки.

— Чувак! Серьезно, иди ешь свою собственную еду. У тебя полная миска.

Его голубые глаза пристально смотрели в мои. Мне показалось, что он пытался использовать на мне какую-то силу разума.

Поглядев на крылья, я нахмурился.

— Тебе не кажется, что еще слишком рано называть ее моей девушкой?

Мяу.

Я начал бросать крылышки в миску.

— Да, я тоже не думаю, что еще рано. Ведь мы вчера «обновили» мой грузовик.

Воспоминание о том, как она кончила, заставило мой член затвердеть.

Мяу.

Я взглянул на кота.

— Что? Было чертовски горячо смотреть, как Корин кончает. Я хочу снова услышать, как она зовет меня по имени, но нужно вести себя спокойно. Может быть, накинусь на нее сегодня вечером.

Майло снова издал свое фирменное: что-то среднее между лаем и мяуканием. Рр-мяу.

— Я тоже думаю, что это хорошая идея. Возможно, даже не буду ждать до вечера. Может быть, когда она придет, я возьму ее прямо здесь. Эти красивые розовые губы у моего рта.

Мои глаза закрылись, и я застонал. Член стал еще тверже. Черт, это было так давно, и у меня закружилась голова при мысли о том, чтобы трахнуть Корин.

Нет. Заняться с ней любовью — поправил себя я.

Духовка просигналила о готовности, выдернув меня из сладких фантазий.

Я быстро побросал крылышки на противень и сунул их внутрь. Потом занялся картофелем: вымыл, нарезал, приправил, положил на отдельный противень и отправил в духовку к крыльям.

— Вроде все в порядке. Вино. Сделано. Крылья. Сделано. Картошка-фри по-домашнему по маминому рецепту — сделано!

Я поискал в кладовке свечи, которые последний раз использовал на «вечеринке» по случаю дня рождения плюшевого мишки Хлои, когда она оставалась на ночь. Племянница настояла, чтобы мы приготовили ему пиццу при свечах. Я понятия не имел, как это дерьмо разводят в девушках, но это было, да. Она хотела сделать ночь романтики для своего любимого плюшевого мишки.

Я аккуратно поставил свечи, затем накрыл стол. Входная дверь открылась и закрылась, и я услышал шаги.

— Святые угодники! Что это за божественный запах?

Моя улыбка стала шире. Мне нравилось, когда моя девочка не ругалась.

— Это ужин, — сказал я, когда Корин поднялась на последнюю ступеньку. Она остановилась и уставилась на меня.

— Что? Я же говорил, что умею готовить.

Глаза Корин скользнули вниз по моему телу и вновь вернулись к лицу. Голод во взгляде и тот факт, что она не пыталась это скрыть, заставили мой член подпрыгнуть.

— Все в порядке? — спросил я, все еще улыбаясь.

Корин зубами впилась в нижнюю губу.

— Что ты сделал? — спросила она шепотом.

— Я... я приготовил ужин. Пари, помнишь?

— Да, — кивнула она, — пари.

Я прищурился и наклонил голову.

— С тобой все в порядке, детка?

Она облизнула губы.

— Ты смотришься… Я никогда не видела тебя в бейсболке.

Подняв руку, я нащупал козырек. Я развернул его назад, когда начал готовить.

— О, я ходил в спортзал заниматься. Я всегда ношу бейсболку в спортзал.

Корин пожирала меня «трахни-меня» взглядом, как смотрит на свою еду дикий зверь, голодавший несколько дней. Мое тело реально отозвалось дрожью на этот взгляд.

— Ты так выглядишь…

Я посмотрел вниз. Футболка четко обрисовывала все мои мускулы, а спортивные шорты подчеркивали накачанные ноги.

— Потный? — спросил я, смеясь, когда снова сосредоточился на ней.

Закрыв глаза, Корин глубоко вздохнула.

— Митчелл, мне нужно, чтобы ты трахнул меня. Прямо сейчас.

Мой желудок провалился в пятки, и все, что я слышал, было мое собственное сердце, стучащее в ушах.

Корин потянулась к футболке. Стянув ее через голову, она застыла, чертовски сексуальная в белом кружевном лифчике.

Нет, нет, нет! Она не должна приставать ко мне! Никакого секса! Никакого секса! Сначала свидания. Море заботы и внимания.

— Я... Черт, подожди секунду. — Я потряс головой, чтобы прояснить мысли. — Я хотел с тобой встречаться! Показать тебе, что мне нужен не только се…

Корин стянула штаны и отбросила их в сторону. Кто эта девушка и что она сделала с моей милой невинной голубкой? У меня потекли слюнки, когда я увидел белые кружевные трусики. Ее тело было совершенным, а груди, вываливающиеся из лифчика, умоляли, чтобы их приласкали языком. Мой взгляд переместился с плоского живота к пышным бедрам, которые так и сводили меня с ума от вожделения.

Я выдавил из себя:

— Я хотел показать тебе, что дело не в сексе. Я хочу быть с тобой по многим другим причинам и…

Корин подошла ко мне.

— Ты сводишь меня с ума. И бейсболка такая горячая. Пожалуйста. Хочу почувствовать тебя внутри себя.

Я с трудом сглотнул.

— Я никогда больше не сниму эту чертову кепку.

С милой улыбкой Корин опустила голову. Румянец залил ее щеки, и я понял, что она теряет вновь обретенную уверенность. Одним быстрым движением я потянулся через спину и стянул футболку, прихватив и бейсболку.

Корин окинула мое тело голодным похотливым взглядом. Протянула руку и нежно коснулась моей груди, как будто боялась, что я исчезну.

— Голубка, ты не причинишь мне вреда.

Она подняла на меня глаза. С чертовски сексуальной улыбкой коснулась резинки моих шорт. Рывком опустила их и ахнула, когда увидела, как мой твердый член прижимается к черным боксерам. Когда она провела по нему пальцем, я застонал.

— Господи, не заставляй меня кончать в мое же собственное нижнее белье, детка.

Корин хихикнула, обхватила мой твердый член через ткань и снова посмотрела на меня.

— Слишком медленно. — Я стянул трусы, позволив своему члену свободно выпрыгнуть. Я обхватил рукой свой ствол и погладил его. Корин наблюдала, ее зубы так сильно впились в губу, что та побелела.

— Митч, — прошептала она.

Я наклонился, убрал ее волосы с шеи и поцеловал ниже уха.

— Корин, скажи, что ты хочешь, и я это сделаю.

Корин крепко обхватила меня за руки, так сильно, будто боялась, что упадет, если отпустит.

— Я хочу… Я хочу... — ее голос дрогнул.

Заведя руки ей за спину, я расстегнул лифчик, позволив лямкам повиснуть на руках. Застонав, обхватил груди ладонями. Они идеально смотрелись в моих руках

— Я должен попробовать их, — выдохнул я. Всосал правый сосок и покрутил другой пальцами, Корин запрокинула голову и захныкала.

— Митч. Митч, я так возбуждена.

Застонав, я скользнул рукой вниз по ее идеально подтянутому животу в трусики.

— Только не пальцы. Я хочу тебя... внутри себя.

Сердце заколотилось в груди.

Это сон. Вот что это. Охренительная мечта сбылась. Сон, который я должен прекратить и последовать совету моих братьев.

Корин захныкала, и все мое терпение вылетело за дверь.

Один рывок, и я сорвал с нее трусики.

— Боже, да, — выдохнула она. — Это было миллион лет назад.

— Сначала я хочу прикоснуться ртом к твоей киске.

Тело Корин покачнулось, а ее глаза вспыхнули, как яркое техасское солнце. Она тоже хотела ощутить мои губы там, и, если бы я был мудаком, я бы заставил ее сказать мне об этом. Заставил бы сказать вслух, что она хочет трахнуть мое лицо. Но я не мог ждать. Мне срочно нужно было попробовать ее на вкус.

Приподняв Корин, я усадил ее задницей на кухонный остров и провел руками по внутренней стороне бедер, раздвигая ноги. Она дрожала всем телом, и я понимал, что будет трудно удержаться и не трахнуть ее. Трахать до тех пор, пока мы не окажемся без сил, и наши тела не покроются потом.

Корин откинулась назад на локти, готовая к тому, что я вылижу ее. Раздвинув ее ноги еще шире, я посмотрел на светловолосую дорожку, которая просто кричала, умоляла... чтобы я прошелся по ней. Когда я скользнул пальцами внутрь, мы оба застонали.

— Ты такая мокрая.

Кивнув, она закрыла глаза.

— Пожалуйста, не заставляй меня умолять, Митчелл. Пожалуйста.

Моей голубке не нужно просить меня съесть ее киску.

Я притянул Корин к краю столешницы и опустил голову к ее центру. Мой язык скользнул по розовым губкам и погрузился в то, что по моим воспоминаниям было чистым восхитительным раем. Я точно знал, что был единственным мужчиной, который занимался с ней оральным сексом.

Или нет?

И вот так из меня вышибло дух. Неужели она сделала это с Триппом?

Я попыталась игнорировать назойливый вопрос. Я лизнул и пососал ее клитор.

— О, Боже! — вскрикнула Корин.

Я отстранился, желая спросить ее, делал ли так мой брат. Я не знал, что именно почувствую, если Трипп побывал в ее киске.

— Митч, пожалуйста. Как давно я не ощущала такого.

Я просунул в нее палец. Помассировал.

— Сколько времени прошло, детка?

Ее бедра начали толкаться навстречу; она хотела большего. Ей нужно было больше.

— С той ночи с тобой. Пожалуйста. Пожалуйста, дай мне!

Улыбаясь, я почувствовал, как мой желудок странно сжался. Корин не позволила Триппу зайти так далеко, и это что-то сделало с тем органом, который колотился в моей груди.

И вот мои губы снова набросились на нее, посасывая, облизывая, трахая. Прошло совсем немного времени, и Корин выкрикнула мое имя. Ее киска терлась о мое лицо. Мне нравилась эта сторона Корин. Та, что отпустила себя и позволила погрузиться в наслаждение. Было так много вещей, которыми я еще хотел заняться с ней. Я поднял глаза и застонал, когда увидел, как Корин сжимает свою грудь.

Иисус. Я был так возбужден, что сам чуть не кончил.

Я снова скользнул пальцами в тугое тепло. Еще один оргазм пронесся по ее телу. Корин дрожала с головы до ног

— Митч! О, Боже, я снова кончаю!

Ее бедра приподнялись и прижались к моему лицу. Я так сойду с ума, черт возьми. Мне нужно остановить это, пока все не зашло слишком далеко.

— Не могу... больше... терпеть.

Я встал и притянул ее к себе. Корин обхватила меня ногами. Ее взгляд упал на мой рот, а потом последовал жадный поцелуй. На секунду я опешил, удивленный, что Корин поцеловала меня после того, как я попробовал ее.

— Я хочу большего, — прошептала она, прижимаясь ко мне.

Вот тогда-то и очнулась моя вторая голова. Та, которая чувствовала, как теплая влажная киска прижимается к моему члену. Корин уперлась в меня пятками, толкая меня в себя. Мы оба застонали.

Корин схватила меня за волосы, притягивая ближе. Наш поцелуй стал неистовым, и я проскользнул глубже. Мое сердце рвалось из груди. Я бы остановился через секунду… Я бы... Но прямо сейчас я хотел попробовать ее немного, почувствовать ее тело своим. Это было так чертовски давно.

— О, Боже, Митчелл. Сильнее. Пожалуйста.

Ее мольбы было достаточно, чтобы я потерял голову. Я поднял Корин и направился к дивану.

Стоп. Прекрати сейчас же, Митч.

— Да, — прошептала Корин, когда я сел. Она чуть сдвинулась, и прежде, чем я успел очнуться, опустилась, полностью заполнив себя моим членом.

— Черт возьми, Корин! Нам нужно... О, твою мать, ты... так хорошо в тебе. — Срань господня. Я отправился прямо на небеса по билету в один конец и не хотел возвращаться. Никогда.

Корин качнула бедрами, и здравый смысл покинул мня окончательно. Я поймал губами восхитительный сосок, втянул его в рот, и Корин задвигалась на мне интенсивней. И так чертовски сексуально, что мне пришлось собрать все силы, чтобы не кончить.

Со чмоком выпустив сосок изо рта, я схватил Корин за задницу, насаживая ее глубже.

— Вот и все, детка. Танцуй на мне. Трахни меня жестко. Я так чертовски скучал по тебе.

Глаза напротив горели огнем, который я видел последний раз, когда был глубоко внутри нее. Положив руки мне на плечи, Корин приподнялась и снова навалилась, скрежеща зубами, бормоча слова, которые было не разобрать. Мне нравилось видеть, как она вот так отпускает себя. И мне это нравилось еще больше, зная, что именно я несу ее в нирвану.

Наклонив голову вперед, Корин прижалась ко мне, ее тело блестело от пота, и влажные звуки шлепков эхом разносились по комнате.

— Митчелл, я сейчас... — тихо сказала она. Корин была не из тех женщин, которые кричат, когда кончают.

Когда наши глаза встретились, я потерял самообладание.

Ее киска пульсировала вокруг моего члена, вытягивая из меня мой собственный оргазм. Казалось, я видел, как взрываются звезды. Казалось, это длилось целую вечность. Я скользнул рукой за шею голубки, притягивая ее губы к моим, пока она продолжала скакать на мне. Ее всхлипы полились в мой рот, и мы начали падать в пропасть.

А потом это случилось.

Сработал таймер духовки. Это было похоже на выстрел реальности, пронесшийся по моим венам.

Обхватив лицо Корин руками, я осторожно отстранился. Мы долго смотрели друг на друга, а таймер духовки продолжал предупреждающе пищать. Предупреждение, которое пришло слишком поздно.

Я увидел ужас в ее глазах и был уверен, что он совпадает с моим. Мы так увлеклись, что не воспользовались защитой.

Рука Корин взлетела ко рту.

— О, Митчелл.

Я обхватил ее бедра и осторожно снял с себя. Не сводя с нее глаз, я помог сесть ко мне на колени. Слезы выступили в голубых глазах, и Корин уткнулась головой мне в шею. Я хотел надрать себе задницу за то, что был таким чертовски беспечным. За то, что не позаботился о ней так, как должен был. За то, что позволил моей собственной слабости привести нас к этому моменту. Я никогда в жизни не забывал надевать презерватив. Я никогда не был таким безответственным.

— Мне так жаль, голубка. Мне так жаль, что я этого не сделал… не остановил нас.

Она покачала головой.

— Нет, не говори так. Я бы ни за что не взяла свои слова обратно. Я никогда не чувствовала себя так потрясающе. Такую тесную связь. И это была моя вина. Я бросилась к тебе и... и я сказала все эти слова... и…

Снова слезы.

Внутри все перевернулось, и я почувствовал странную боль в груди. Что, черт возьми, это было? Неужели я испугался того, что мы занимались сексом без защиты? Был ли я расстроен тем, что моя голубка напугана и плакала? Или я надеялся, что... нет.

Я отогнал эту мысль.

— Пожалуйста, не плачь, детка. Я не могу видеть твои слезы.

Положив палец ей на подбородок, я притянул ее губы к своим. Поцелуй вышел мягким, медленным и таким нежным. Желание взять Корин на руки, отнести в свою кровать и заняться с ней любовью как положено, было непреодолимым. Настолько ошеломляющим, что я позволил этой мысли задержаться дольше, чем следовало.

Секунды превратились в минуты, мы целовались так, словно никогда больше не увидимся.

Когда нам обоим понадобилось перевести дыхание, Корин одарила меня улыбкой, которая изменила для меня все. Я не был твердо уверен, но в каком-то смысле знал, что глубоко внутри меня изменилось что-то важное. В глазах Корин был самый яркий свет. Она только что взяла меня в путешествие, которое было в миллион раз лучше, чем любая охренительная развлекательная поездка, на которой я когда-либо был, и это был не просто потрясающий трах. Связь с Корин оказалась той, которую я никогда и ни с кем не испытывал раньше.

Она прикусила нижнюю губу.

— Я думаю, что духовка пытается сказать нам, чтобы мы достали еду.

— Черт! — воскликнул я, отодвигая Корин от себя и убегая на кухню. Я прекрасно понимал, что свечу голой задницей, когда бросился к духовке и вытащил крылышки и картошку фри.

— Они не сгорели! — констатировал я с ликованием.

Обернувшись, я застыл, уставившись на Корин. Она завернулась в плед, который я всегда держал на спинке дивана.

— Это прозвучит безумно, если я скажу, что снова хочу тебя? — застенчиво спросила она, и ее щеки окрасились в нежно-розовый цвет.

Я скинул рукавицы и направился к ней. Откинул волосы с ее лица и оттянул голову назад. Мы посмотрели друг другу в глаза.

— Мы должны быть осторожны, голубка. Ты принимаешь таблетки?

Корин отвела взгляд, и тошнота пустила корни в моем животе.

— Я принимаю таблетки, но пропустила последние несколько дней. Из-за пожара. Таблетки лежали на прикроватном столике. Я как раз собиралась обновить рецепт.

Я с трудом сглотнул и прижался лбом к ее лбу.

— Корд и Трипп надерут мне задницу. У меня было правило «никакого секса».

Прикрыв рот рукой, Корин прошептала:

— Думаю, я приняла совет миссис Джонсон близко к сердцу.

— Миссис Джонсон дала тебе совет? О сексе? — Я притворно вздрогнул от ужаса.

Корин хихикнула.

— Она велела мне вернуться домой и запрыгнуть на тебя. Когда я увидела тебя, такого сексуального, в бейсболке, надетой задом наперед, и твои мускулы... — Она пожала плечами. — Я полностью потеряла контроль.

— Подожди, это тебе сказала миссис Джонсон?

Корин кивнула.

— Ну, черт, мой член обмяк.

Корин протянула руку и взяла мой член в свою ладонь.

— Держу пари, я знаю, как это исправить.

Боже, неужели она... Остаток ночи мы провели в моей постели, принимая близко к сердцу остальные советы старой леди Джонсон.

ГЛАВА 19

Митчелл

Я смотрел в окно патрульного грузовика, погруженный в воспоминания о прошедшей неделе. Мой член был истощен. Мы с Корин не могли оторваться друг от друга. Каждый день я возвращался домой с работы, и она ждала меня в новом наряде, который сводил меня с ума.

Не помогло и то, что в понедельник Корин поехала в Сан-Антонио и купила новую одежду. А уж от результата похода в какой-то модный магазин нижнего белья, который подсказала Вайелин, я почти умер. Разве может мужчина устоять перед красивой женщиной, сидящей на его кухонном столе, одетой в розовую или черную кружевную ночнушку? Или красную.

Я такой сильный! Я попробовал.

Я так старался оттягивать сам секс и не торопиться. Но мы были как два похотливых подростка, пытающихся заниматься сексом каждую свободную минуту. И к нашему обоюдному неудовольствию, каждый раз мы пользовались презервативами. После того, как я взял Корин не предохраняясь, мы оба были немного во взвинченном состоянии. Она попадет на прием к врачу лишь на следующей неделе, и там настояли, чтобы она сдала на месте на тест на беременность, и только потом выпишут таблетки.

Я вздрогнул от мысли, что Корин могла забеременеть. Что, если она реально залетела? Что мы будем делать?

Мы едва успели наладить наши отношения. По правде говоря, мы едва знали друг друга — по крайней мере то, что должны знать двое людей, которые готовятся стать родителями. Всю последнюю неделю мы пытались общаться, но каким-то образом заканчивали тем, что медленно занимались любовью или бурно трахались, будто не могли насытиться. Конечно, были и такие интимные вечера, когда я держал Корин в своих объятиях, и мы говорили о наших мечтах. Я попросил ее переехать со мной в новый дом, и она сказала, что подумает. В конце концов, мы оказались в непростой жизненной ситуации. Я думаю, Корин хотела почувствовать, что это не то, что она должна была делать… а то, чего хотела сделать, чего мы оба хотели.

Треск рации вырвал меня из раздумий.

Подозрительный человек. По адресу Корин.

Я выехал на шоссе и направился в город. Диспетчерская редко звонила мне, прежде чем звонить шерифу Миллеру, но это был маленький городок, и теперь все знали, что мы с Корин вместе. Я был уверен, что поздние ночи, когда мы тайком спускались в кафе Лилли и забивались в угловую кабинку, чтобы поесть, потому что слишком устали от занятий любовью или трахом — в зависимости от настроения — могли иметь какое-то отношение к слухам. Я уже получил три смс от мамы, которая хотела узнать, почему она последней узнала о моих новых отношениях.

Подъехав к дому Корин, я заметил Шерифа Миллера, Триппа и мистера Найта, соседа Корин.

— Что происходит? — спросил я.

Все трое повернулись ко мне. Первым заговорил Трипп.

— Кто-то вломился в дом Корин. Бригадир строителей сказал, что не может с вами связаться. Оказывается, он перепутал твой номер в своем телефоне.

Я нахмурился.

— Насколько сложно ввести номер в телефон?

Трипп пожал плечами.

— Он позвонил шерифу Миллеру, а потом мне, когда не смог дозвониться до тебя.

Я повернулся к мистеру Найту.

— Вы что-нибудь видели?

Кивнув, он указал на заднюю часть дома.

— Я видел, как кто-то бежал из здания. Я гулял с Минни, моей бордер-колли, когда увидел его. Я уже сказал шерифу, что, по-моему, это был молодой человек. Не очень высокий и некрупный.

— Что сделали-то? — спросил я.

Трипп и шериф Миллер посмотрели друг на друга, а затем снова на меня.

— Э-э-э.… — протянул шериф Миллер, направляясь к двери. — Наверное, будет лучше, если мы просто покажем тебе. Я сказал бригадиру, чтобы он ничего не трогал, пока мы не снимем отпечатки пальцев и не проведем тщательное расследование.

Я последовал за ними в дом. Мы прошли на кухню, и я замер. Гигантские красные слова были нарисованы баллончиком на стене, где когда-то располагались кухонные шкафы.

Шлюха лейтенанта.

С трудом сглотнув, я уставился на «художество».

— Что за чертовщина? — наконец, удалось произнести мне.

— Похоже, кто-то злится на тебя и знает, что ты и Корин вместе, — сказал Трипп, проводя рукой по волосам. — Не думаю, что тебе стоит говорить об этом ей. Это выведет ее из себя, а я уверен, что она и так напряжена.

Я не ответил Триппу, потому что понятия не имел, что делать. Я подошел к двери. Никаких признаков взлома.

— Как они сюда попали? — спросил я.

Шериф Миллер помрачнел.

— Бригадир клянется, что дом был заперт. Когда он пришел сюда сегодня утром, задняя дверь была распахнута настежь. Второй этаж уже начали перестраивать, но окна оставались еще заколоченными. Входная дверь была заперта на два замка, так что было ясно, как они вошли.

— Черт, — прошептал я, снова взглянув на сообщение. Повернувшись к Триппу, я спросил: — Ты действительно думаешь, что мы не должны говорить Корин?

Он кивнул.

— У нее много забот. Зачем беспокоить ее, ведь вполне вероятно, что это просто парочка подростков, которым негде трахаться.

И правда, Корин и так переживала из-за пожара, из-за работы, а теперь еще и из-за возможной беременности. Последнее, что я хотел делать, это сообщать, что какие-то психи вломились к ней в дом, потому что были злы на меня и знали, что она стала частью моей жизни.

— Ты можешь сказать ей сейчас, а можешь подождать и узнать больше информации, —добавил Трипп.

Я кивнул, решая, что делать.

— Давай пока оставим это между нами. Мы с Роем поищем отпечатки пальцев и осмотримся. Скажи бригадиру, что он и его команда могут взять отгул до конца дня.

Часть меня знала, что скрывать произошедшее от Корин неправильно. Я отогнал эту мысль в сторону и решил разобраться с ней позже.

***

— Так ты будешь работать всю ночь или поведешь меня на танцы?

Я развернул свой офисный стул, и дыхание перехватило. Я посмотрел на Корин сверху вниз. Она была одета в наряд, похожий на платье. При ближайшем рассмотрении это оказались шорты с длинной черной юбкой, которая практически касалась пола. На ногах новые ковбойские сапоги, которые она купила в Сан-Антонио в прошлый понедельник, когда ездила с девочками по магазинам.

Я сделал три шага к Корин, словно притянутый магнитом. Поднял руку и намотал на палец прядь волос, выбившиеся из ее хвостика.

Как же я хотел сказать, что чувствую к ней. Как она заставила меня чувствовать то, что я и не подозревал, что смогу, и дело не только в невероятно горячем сексе, которым мы занимались всю неделю. Например, момент, когда мы говорили о том, как видим себя через пять лет. Или когда обсуждали, какие качели поставим на крыльце нового дома. Что Хлоя была самой милой маленькой девочкой, которую мы когда-либо имели удовольствие знать, и как мы оба напуганы мыслью о возможной беременности.

Именно в эти моменты я понял, что влюблен в нее. Чтобы ни случилось, я никогда не оставлю ее.

— На случай, если ты не знала, Корин. Я без ума от тебя.

Ее глаза загорелись.

— Ах, правда?

Проведя пальцем по ее подбородку, я ответил:

— Да.

Она посмотрела мне в глаза, ее дыхание участилось.

— Я тоже без ума от тебя.

Я знал, что у нее есть еще несколько слов, которые хотели сорваться с губ, но она сдержалась. В каком-то смысле я был рад, что она промолчала. Я еще не был готов сказать, что люблю ее. В глубине души я понимал, что люблю, но произнесенные вслух слова напугали бы меня до чертиков.

— Ты готова пойти потанцевать, голубка?

Кивнув, она улыбнулась.

— Готова.

— Это будет наша первая официальная вылазка в качестве пары.

Она приподняла бровь.

— Значит, мы официально так себя называем?

— Да, черт возьми. Никто больше не посмеет дотронуться до моей девочки.

Корин склонила голову набок.

— Знаешь, а я не говорила, что больше не злюсь на тебя.

Я посмотрел на нее, наклонился и прошептал:

— Я почти уверен, что, когда мое лицо оказалось у тебя между ног и язык лизнул твою киску, ты перестала злиться на меня.

Корин покраснела.

— У тебя такой грязный рот, Митчелл Паркер.

Подмигнув, я прошептал прямо в ее губы:

— По-моему, тебе это нравится.

Ее руки обвились вокруг моей шеи.

— Да. Очень сильно. — Наши губы слились в нежном сладком поцелуе.

— Пошли, — сказал я. — Нужно прекратить, пока этот поцелуй не превратился во что-то другое, и ты не начала крутить попкой на мне, а не на танцполе.

Корин хихикнула, и я переплел наши пальцы. Мы вышли из полицейского участка и направились на фестиваль на Пекан-стрит.

Когда мы вышли из здания, я все не мог стряхнуть тяжесть, которую чувствовал в груди с тех пор, как решил скрыть взлом от Корин. Учитывая все, о чем она и так переживает, меньше всего мне хотелось ее беспокоить. Особенно если она носит нашего ребенка.

Наш ребенок.

Я вздрогнул от этой мысли. Я еще не понял, взволновало это меня или нет. Корин тоже не говорила на эту тему, как и я. Думаю, мы оба решили, что справимся с этим, когда придет время.

Отогнав от себя эти мысли, я улыбнулся.

— Слышишь оркестр?

Пекан-стрит находилась в квартале отсюда и служила главной улицей, отделявшей западную часть города от восточной. По улице шло огромное количество людей. Все жители Оук-Спрингса, включая близлежащие районы, будут на танцах. Что-что, а в нашем городе умели устраивать уличные вечеринки.

Мы с Корин шли рука об руку, болтая на ходу.

— Как ты думаешь, Амелия и Уэйд в восторге от свадебного приема? — спросила Корин.

— Да, — ответил я с улыбкой. — Мама и Амелия всю неделю были заняты планированием вечеринки.

Улыбка Корин стала еще шире.

— Не могу поверить, что они поженились. Думаешь, люди будут гадать, беременна ли Амелия?

Пожав плечами, я ответил:

— Не знаю. Но не думаю, что Амелию волнует, что думают люди.

Я видел, что Корин беспокоится. И еще раз пнул себя, что позволил кое-чему выйти из-под контроля, и мы забыли использовать защиту. А еще моя работа. Меня до смерти пугала мысль о том, что кто-то в моей жизни беспокоится обо мне, что, если что-то случится, я рискую оставить Корин одну, возможно, даже с ребенком.

Блядь.

Я провел рукой по волосам. У меня было три хороших друга, погибших при исполнении служебных обязанностей, каждый из которых оставил после себя семью, которая любила и нуждалась в нем. Если Корин окажется беременна нашим ребенком, хочу ли я каждый день рисковать своей жизнью?

Не уверен. Я больше ни в чем не был уверен. Когда я был моложе, то мечтал работать на ранчо, но все пошло не так, как я планировал изначально.

— Эй, ты в порядке? — спросила Корин.

Мягкое прикосновение ее руки вывело меня из нисходящей спирали моих мыслей.

— Думаю о работе. Извини. Дурная привычка.

Она одарила меня самой милой улыбкой.

— Знаешь, если тебе когда-нибудь понадобится поговорить о чем-нибудь, я всегда рядом.

Внутри все сжалось. Я был так чертовски глуп, что оттолкнул ее.

Мы замерли и теперь стояли лицом друг к другу. Эта красивая женщина поразила меня. Я не заслуживал ее. Она могла бы держать меня на расстоянии и заставить бороться за нее, но ее сердце было таким всепрощающим. Ее дом разрушен, ее работа поменялась в одно мгновение, вся ее жизнь перевернулась с ног на голову. И она беспокоилась обо мне! Желание сказать Корин, что люблю ее, терзало сердце, но разум говорил, что пока слишком рано.

Обхватив ее лицо ладонями, я улыбнулся.

— Ты хоть представляешь, как много ты для меня значишь?

Ее щеки слегка покраснели.

— Есть пара идей.

Мой пристальный взгляд изучал ее лицо. Ее глаза были самыми красивыми, что я когда-либо видел. Мое сердце растаяло в голубом океане, в котором отражался я сам.

— Чтобы ни случилось, Корин, я никогда не покину тебя.

Слезы навернулись ей на глаза. Когда она открыла рот, я понял, что она хочет сказать, что любит меня, но сдержалась. В каком-то смысле я испытал облегчение.

Наконец, она позволила некоторым словам вырваться наружу.

— Мне страшно, Митчелл. Я не знаю, что делать, если я беременна.

Страх в ее голосе заставил меня сорваться с места. Наклонившись, я накрыл ее рот своим. Не имело значения, сколько людей было вокруг. Мне нужно было унять ее страх. Все остальное не имело значения.

Корин обняла меня за шею и встретила поцелуй. Ее губы были теплыми и мягкими как облако. Мы оба застонали, углубляя поцелуй.

Кто-то рядом с нами откашлялся. Мы не обратили на это внимания; поцелуй был слишком идеальным, чтобы его прерывать.

— Вы можете убраться к себе, если хотите вот так сосаться на глазах у всего города.

Отступив назад, я глубоко вздохнул. Корин сделала то же самое. Ее красивое лицо расплылось в улыбке, а на щеках появился румянец.

— Привет, Вайелин, — сказал я, отрывая взгляд от Корин и глядя на сестру, прислонившуюся к зданию. Я и не заметил, что мы остановились перед местом, которое она выбрала для своей танцевальной студии.

Широко улыбнувшись, она подошла ближе.

— Привет, голубки. Вы продолжайте накачивать давление, и языки пусть болтают.

Я рассмеялся.

— Уже болтают.

Взгляд Вайелин скользнул между нами. На мне он задержался, и я задался вопросом, слышала ли она, что сказала Корин о возможной беременности. Если и так, то она промолчала.

— Ну, этот город нуждается в хороших сплетнях. — Она подняла брови. — Может быть, теперь они забудут о моей печальной истории, как меня обманули, и мне пришлось ползти домой в Оук-Спрингс из Нью-Йорка.

— К черту то, что говорят люди, Вайелин, — огрызнулся я.

Ее взгляд пронзил меня.

— Помни свои слова, младший брат.

Амелия вскрикнула, увидев нас. Подбежав к нашей маленькой группе, она схватила Корин и обняла ее, а после пришла очередь Вайелин. Я наклонился и поцеловал ее в щеку, не отрывая взгляда от старшей сестры.

— Семья Паркеров собралась вместе! — воскликнула Амелия, хлопнув в ладоши.

Вайелин повернулась к Амелии.

— Я предлагаю показать этому маленькому городку, как надо хорошо проводить время.

Амелия переплела свою руку с рукой Корин, и они пошли вперед. Вайелин пристроилась рядом со мной. Когда мы подошли к месту для барбекю моего отца на ежегодном конкурсе, сестра остановила меня.

Наши глаза встретились, и нам не пришлось обмениваться словами. Я понял, что она слышала Корин.

— Ты понимаешь, что делаешь?

Я вздохнул.

— Понятия не имею, но, если она беременна, мы это выясним.

Она посмотрела на Корин, потом снова на меня.

— Ну, я могу сказать тебе одну вещь, Митчелл, вам лучше разобраться с этим побыстрее.

Когда моя сестра пошла к нашей семье, я запустил пальцы в волосы.

— Да, конечно, черт возьми, лучше.

ГЛАВА 20

Корин

Все веселились. В уличных танцах было что-то такое, что заставляло меня чувствовать себя комфортно. Провинциальный городок в лучшем его проявлении. Дети бегали в толпе, играя и знакомясь. Старшеклассники танцевали посреди улицы, а люди постарше сидели за столиками и наслаждались обществом друг друга.

Это была одна из многих причин, по которым я любила Техас.

Вайелин издала «йо-хо», когда Корд развернул ее и сделал несколько сальто, и они вновь повели в тустеп. Амелия и Уэйд были потеряны друг в друге, танцуя медленно, хотя это была быстрая песня. Я не могла не улыбнуться любви между ними.

Чуть дальше по улице Стид держал спящую Хлою, а Пакстон укачивала Гейджа. Мое сердце растаяло, когда я увидела их. Мне отчаянно хотелось рассказать Пакстон о том, что произошло с Митчеллом, и о той ночи с забытым презервативом, но я понимала, что первое, что она сделает — набросится на меня за то, что я не проявила осторожность. Хотя она и Стид оказались с Гейджем в такой же ситуации.

Дыхание сорвалось с моих губ, и я попыталась собраться и не думать об этом. Смех Митчелла заставил меня повернуть голову вправо, где я увидела его с отцом и Тревором, шутивших о чем-то. Я следила за каждым движением Митчелла, понимая, что люблю в нем все. Ямочка, которая появлялась, когда он улыбался. Как он шептал мне на ухо сладкие и нежные слова, когда мы занимались любовью. То, как положил руку мне на поясницу, ведя по помещению. Даже то, как он притворялся, что брезгует Майло, но сам втайне любил его.

Очередной взрыв смеха Митчелла привлек меня. Желудок сжался, и новый поток мыслей обрушился на меня.

Если я окажусь беременной, как отреагирует Митчелл? Он до сих пор привыкает к мысли, что теперь в отношениях. Он ни за что не сможет справиться с неожиданным ребенком. Или сможет? В глубине души я знала, что его слова были способом сказать, что между нами все серьезно.

Слезы жгли мне глаза, когда я заставила себя сдержать их.

Он сказал, что не уйдет, несмотря ни на что. Значит ли это, что он не бросит меня? Или ребенка?

Я опустила взгляд и попыталась отогнать невеселые мысли. Я даже не знала точно, беременна ли. Дотронувшись до живота, я задержала дыхание.

Готова ли я ко всему этому? У меня была хорошая работа. Жизнь, которую я планировала, не включала в себя ребенка — по крайней мере, пока.

Еще была проблема с моим братом. Он вскоре собирался жениться, и, если бы я объявила семье, что беременна, он бы сказал, что я пытаюсь перетянуть на себя одеяло.

Дерьмо. Почему я потеряла в тот день контроль? Я набросилась на Митчелла, зная, что он не сможет сопротивляться. Хотела ли этого подсознательно?

— Корин?

Я подняла голову и увидела Ви, тетю Митчелла.

— Привет, Ви. Развлекаешься?

Она села рядом со мной и вздохнула.

— Я слишком стара для этого дерьма.

Я издала смешок.

— Тогда зачем ты здесь?

С протяжным вздохом она ответила:

— Просто поиски мужчины.

Чуть не подавившись собственным дыханием, я уставилась на нее.

— Ты серьезно?

Ви повернулась и посмотрела на меня.

— Конечно, я серьезно. Я женщина. У меня есть потребности, моя дорогая.

Ох, что-то мне не нравится, к чему все идет. Я лихорадочно искала глазами Митчелла. У меня упало сердце, когда я увидела, что он разговаривает с другой женщиной. Я не могла определить, кто это, так как она стояла ко мне спиной. Вот бы она повернулась. Это Кэссиди?

— Он только разговаривает. Отбрось свои страхи, — прошептала Ви.

— Я не волнуюсь, — сказала я слабым голосом.

По правде говоря, небольшая часть моего мозга задавалась вопросом, сможет ли Митчелл остепениться и быть с одной женщиной в течение длительного времени. Да, он почти год был один, и непонятно, почему я так волновалась, но я волновалась.

— Ты говоришь неубедительно даже для меня, поэтому я знаю, что ты не убеждаешь и себя. Единственное, к чему тебе придется привыкнуть, Корин, так это к тому, что ты с мужчиной, который ужасно красив. Женщины будут пялиться, флиртовать и, да, пытаться залезть к нему в постель. Ты ему доверяешь?

Мне не потребовалось и секунды, чтобы ответить.

— Да. Это ей я не доверяю. — Я бросила последнюю фразу, потому что предположила, что он разговаривает с Кэссиди.

— Ты говоришь как женщина, которая не наивна, — сказала Ви.

Митчелл поднял глаза и посмотрел на меня с другой стороны улицы. Как будто знал, что я смотрю на него. Он улыбнулся, и внутри все мгновенно затрепетало. А когда перевел взгляд на собеседницу, улыбка сползла с его лица.

Еще мгновение назад он смотрел на меня и улыбался, а теперь казался сердитым. Он обошел женщину, но она взяла его за руку. Кэссиди. Высвободив руку, он произнес что-то, что заставило ее сделать шаг назад. Интересно, он поставил ее на место, как в тот день в женском туалете?

— Тетя Ви, какая ты сегодня красивая, — сказала Вайелин.

Я посмотрела на сестру Митчелла.

— Она охотится за мужчиной, — доложила я.

Брови Вайелин поднялись.

— Я тоже! Пойдем охотиться вместе.

Ви рассмеялась и встала.

— Ты всегда была моей любимицей, Вайелин.

Я перевела взгляд на Митчелла и Кэссиди, но они оба исчезли. Сердце бешено заколотилось, а мысли устремились туда, куда не следовало.

Они ушли вместе?

Нет, я его знаю.

Ради бога, Корин. Остынь.

Меня вдруг затошнило. Встав, я сделала глубокий вдох, развернулась и оказалась лицом к лицу с Митчеллом.

Он выглядел обеспокоенным, протягивая ко мне руку.

— Что случилось?

Я открыла рот, но ничего не сказала. А что, собственно, говорить? Я ревную, потому что ты разговариваешь с женщиной, с которой когда-то спал?

Как будто это хорошо кончится.

— Ничего. Меня слегка затошнило. На улице довольно тепло, и думаю, что сегодня выпила недостаточно воды.

Митчелл нахмурился.

— Ты должна контролировать, что пьешь воду, голубка.

Ласковое имя ощущалось как прохладный ветерок на моей разгоряченной коже.

— Знаю, — еле выговорила я.

Митчелл обнял меня за талию и повел к одной из закусочных. Я лихорадочно соображала, что мне делать дальше: спросить его, о чем они с Кэссиди говорили? Или проигнорировать и позволить моему любопытству загореться?

Я знала, что делать. Я не любила играть в игры и знала, что Митчелл тоже. Прежде, чем я успела спросить, он заговорил первым:

— Кэссиди спрашивала, насколько между нами все серьезно.

В горле у меня образовался комок. Мы встали в очередь, и я посмотрела на него.

— Я сказал, что все очень серьезно. Ты моя девушка, а я твой парень.

Мое тело начало покалывать.

— Что она сказала после этого?

Митч закатил глаза.

— Какое-то остроумное замечание насчет того, что я не могу довольствоваться одной женщиной.

Покалывание исчезло.

— Она права? — спросила я, решив озвучить свои опасения.

Митчелл выглядел обиженным. Я пожалела, что задала этот вопрос, но опять же чувствовала, что должна.

— Она далека от этого. Я знаю, что не все у нас получилось сразу и сожалею об этом. Я не могу этого изменить, но меньше всего мне хочется, чтобы ты думала, что я могу тебе изменять. Я бы никогда так с тобой не поступил, Корин.

Приподнявшись на цыпочки, я обвила руками его шею. Я уже знала ответ в своем сердце, но моя голова вела себя как сука и нуждалась в утешении.

Наши губы прижались друг к другу. Рука Митчелла скользнула вверх по моей спине в волосы, притягивая меня ближе к себе.

Отстранившись, он одарил меня сексуальной улыбкой.

— У меня предложение.

Приподняв бровь, я спросила:

— Я слушаю.

Митчелл огляделся, потом снова посмотрел на меня.

— Я предлагаю прокрасться за этот трейлер с едой и посмотреть, насколько тихо мы сможем вести себя на людях.

Мои глаза расширились от удивления.

— Ты серьезно, Митчелл? Секс на публике? Ты же полицейский!

Он рассмеялся.

— От этого становится еще веселее.

Я прикусила губу, раздумывая. Митчелл схватил меня за руку и потащил вокруг фургона. Было темно, и вокруг никого не было, но мы могли слышать голоса народа.

— Я не могу этого сделать! — прошептала я.

Когда он одарил меня сексуальной как грех, улыбкой, я поняла, что проиграю эту битву.

Митчелл расстегнул брюки и спустил их. Я опустила взгляд и заценила впечатляющую длину. Глубоко вздохнув, я наклонилась и взяла его в рот. Митчелл зашипел и запустил пальцы мне в волосы. Как этот мужчина мог так влить на меня? Он обнажил мою непослушную сторону, и мне это понравилось!

Потянувшись другой рукой, я поиграла с его яйцами, а потом скользнула пальцами и слегка надавила на его член. Митчелл застонал, похлопал меня по голове и сказал:

— Детка я сейчас кончу.

Глотай. Ты можешь это сделать, Корин!

И я сделала. Я проглотила каждую каплю спермы. Встав, вытерла рот и посмотрела на него. Его глаза остекленели, а на лице играла улыбка.

— Черт возьми. Это было потрясающе, — выдохнул он, снова натягивая штаны и застегивая молнию.

С улыбкой я сделала пальцем контрольное движение.

— Не совсем позиция, но мы проверили минет на публике.

Митчелл рассмеялся.

— Да, проверили.

Он обнял меня за шею и притянул к себе, целуя.

Время, казалось, остановилось. Я чувствовала, как он вложил в этот поцелуй все, что у него было и знала, что бы ни случилось дальше, Митчелл Паркер никогда больше не причинит мне боли.

Разорвав поцелуй, он прижался своим лбом к моему, и его рот приоткрылся. Слова замерли на его устах, но он так и не озвучил их мне. Наверное, это были те же самые слова, которые хотела сказать и я. Я так же нервничала, чтобы признаться в этом вслух. Поэтому я мысленно прошептала:

Я люблю тебя, Митчелл Паркер.

ГЛАВА 21

Корин

В доме Паркеров царило возбуждение. Мелани и Джон перемещались между присутствующими как идеальные хозяева, впрочем, они и были таковыми. Мои щеки разболелись от множества улыбок после прослушанных на протяжении вечера историй. Свадебный прием Амелии и Уэйда наверняка станет событием года, хотя Хлоя заявила всем, что вечеринка по случаю дня рождения ее папы и дяди Митчелла будет круче.

Я огляделась и остановила взгляд на Амелии. Никогда не видела ее такой счастливой. Я вспомнила, как несколько месяцев назад она боялась, что потеряла Уэйда навсегда. Все действительно может измениться в мгновение ока.

Черт возьми, даже если взять нас с Митчеллом. В прошлом месяце мы едва могли смотреть друг на друга. Теперь я сидела рядом с ним, наши руки переплетались, и я, возможно…

Я отбросила эту мысль подальше. Чем меньше буду вспоминать об этом, тем лучше.

— Что вы думаете о телах, обнаруженных между нашим городком и Увальде? — спросил Митчелла пожилой джентльмен. Я не могла вспомнить, кто это: партнер старшего Паркера или просто старый друг семьи.

— Это тревожит, — ответил Митчелл.

— Убийства? — не отставал мужчина.

Я чувствовала, как Митчелл напрягся.

— Похоже, что так.

Теперь напряглась я.

— Сколько тел они нашли?

Митч посмотрел на меня, и я поняла, что он не в настроении говорить о своей работе. Он редко бывал таким.

— Достаточно, чтобы вызвать беспокойство.

Я с трудом сглотнула.

— Ллойд Гиллори сказал, что все они без постоянного места жительства, — добавил мужчина. — Молодые женщины, большинство моложе тридцати.

Митчелл откашлялся.

— Ллойд Гиллори не должен трепаться о вещах, если не знает фактов.

Застигнутая врасплох резким тоном Митчелла, я быстро сменила тему.

— Я надеюсь, что сентябрь принесет прохладу. Особенно учитывая, что на следующей неделе начинаются занятия в школе, а до осеннего фестиваля еще несколько недель.

Мужчина, его жена и тетя Ви посмотрели на меня.

— Ты не могла бы сменить тему на что-нибудь другое, кроме погоды, Корин? — спросила Ви, нахмурив брови.

Я выдавила из себя подобие улыбки и пожала плечами.

Из главной зоны донесся звон, и все обратили внимание на Мелани и Джона.

Митчелл наклонился ко мне, и от его горячего дыхания по всему моему телу побежали мурашки.

— Я ценю твою помощь, но погода? Нам нужно подыскать еще несколько интересных тем.

Я облизнула губы.

— Каких?

Его губы прошлись по моей шее, вызывая напряжение в нижней части живота.

— Например, как скучна эта вечеринка, и как я хочу отвезти тебя домой и попробовать новую позу.

Я слегка отстранилась и посмотрела на него.

— Ты хочешь, чтобы в следующий раз, когда мне понадобится сменить тему, я заговорила о новых сексуальных позах?

Он пожал плечами.

— Может потом этим старым сморчкам будет что обсудить.

Я не могла не улыбнуться.

— Вряд ли твоя мама одобрила бы это.

Митч кивнул, сверкнув сексуальной улыбкой.

— Она точно нет, но одобрил бы я.

Я пихнула его в плечо и приложила палец к губам. Его мать взяла слово.

— Спасибо всем, кто пришел отпраздновать с нами свадьбу Амелии и Уэйда! Двое готовы... Осталось еще пять!

Тревор, Корд и Трипп подняли в защитном жесте руки, словно пытаясь отвергнуть слова матери, и по залу разнеслись смешки.

— Никогда! — крикнул Тревор.

Корд и Трипп что-то пробормотали себе под нос. Я почти уверена, что это были ругательства.

Смеясь, я посмотрела на Митчелла. Он уставился на меня с глупой улыбкой, и я была не единственной, кто это заметил. Кое-кто из молодых отпустил пару замечаний о том, что Митчелла, похоже, захомутали. Когда Корд крикнул что-то о том, что Митчелл похож на Смурфа, все рассмеялись.

Митчелл поднялся и взял бокал шампанского у одной из проходящих с подносом молодой официантки.

— Я хотел бы предложить тост за мою младшую сестренку, — сказал он, оглядывая помещение. Он встретился взглядом с Амелией, и они широко улыбнулись друг другу. — Видеть тебя такой счастливой и влюбленной — это прекрасно. Я очень горжусь тобой за то, что ты следуешь зову сердца.

Слезы навернулись на глаза Амелии, и Уэйд притянул ее к себе.

— За Амелию и Уэйда, — произнес Митчелл, поднимая бокал. — Пусть у вас обоих будет счастливая жизнь, и пусть все ваши мечты сбудутся. И поскорее подари папе нового внука!

— Что? — крикнул Джон, когда все остальные зааплодировали. — Давай-давай!

Я сделала вид, что пью. Пока я не схожу к врачу в понедельник, не буду рисковать, но и привлекать к себе внимания не хочу. Я бросила на Митчелла понимающий взгляд и взяла бокал шампанского. Никто, кроме Митчелла, не заметил, что я весь вечер пила из одного и того же бокала.

Все вышли наружу под гигантский белый шатер. Семья Паркеров сидела за одним столом, а друзья — за соседними. Новость о том, что мы с Митчеллом стали парой, быстро распространилась среди присутствующих, поэтому меня посадили рядом с Митчеллом за семейным столом, а справа уселся Корд.

Подали еду, и вскоре за каждым столом начались мини-беседы. Митчелл и его отец говорили о ранчо и какой-то новой лошади, которую привезут в ближайшие дни. Только на прошлой неделе я поняла, насколько Митчелл связан с ранчо. Не было ничего такого, чего бы он не знал о лошадях, и в некоторые дни он даже управлял конюшнями. Мы приезжали сюда три вечера подряд, чтобы Митч мог проверить двух новых лошадей и кобылку, родившуюся на прошлой неделе. Мне нравилось видеть его с лошадьми. В основном ранчо Паркеров было со скотоводческим уклоном, но я видела что-то в глазах Митчелла, когда он возился в сарае с лошадьми. Я отчаянно хотела спросить его об этом, но решила подождать.

— Я слышал, тебя подстрелили на работе в четверг, — объявил Трипп.

Вилка замерла у моих губ, а рука начала дрожать.

Митчелл издал слабый смешок.

— Да, хорошо, что на мне был бронежилет.

На этот раз вилка упала и со стуком ударилась о тарелку. Все за столом посмотрели на меня.

— Ты в порядке, Корин? — спросила Вайелин с другого конца. Наши глаза встретились, и я не знала, что ответить. Она точно знала, почему у меня возник приступ паники.

Она бросила на меня понимающий взгляд, прежде чем посмотреть на Митчелла. Потом скорчила гримасу и резко повернула ко мне голову.

Митчелл взял меня за руку.

— Мне очень жаль. Мне даже в голову не пришло упомянуть об этом.

Я уставилась на него.

— Ты не подумал упомянуть об этом? — Не то, чтобы я хотела от него многого. Быть верным. Честным. И сказать мне, если в него выстрелят!

— Все закончилось хорошо. В этом не было ничего особенного. — Он выглядел взволнованным.

— Митчелл, ты сказал, что хорошо, что на тебе был жилет. Значит ли это, что в тебя действительно попала пуля?

— Черт. Извини, Митч, — пробормотал Трипп с легким смешком. Я зло уставилась на него. Он тут же перестал смеяться.

Митчелл нахмурился.

— Это часть работы.

Он повернулся к отцу и заговорил о жатве или о чем-то подобном, пока я пыталась разобраться в том, что услышала. Я уставилась в свою тарелку и не могла успокоить дыхание, как бы ни старалась.

— Корин, ты не поможешь мне на кухне? — спросила Вайелин.

Я подняла глаза, и она, нахмурив брови, жестом приказала встать и следовать за ней. Я действовала на автомате. Встала, повернулась и потопала на кухню. Там Вайелин взяла меня за руку и потащила в гостиную.

— Дыши.

Я покачала головой, слова Митчелла прокручивались в моей голове. Вайелин сжала мои плечи.

— Корин Миллер! Дыши, черт возьми!

Я посмотрела в голубые глаза Вайелин и глубоко вздохнула. Она кивнула.

— Хорошо. Выпусти.

Выдохнув, я села на кожаный диван.

— Корин, я знаю, что работа в полиции была одной из причин, почему Митчелл никогда не хотел заводить семью. Теперь, когда вы, возможно, находитесь на полпути к браку и тот факт, что брат по уши влюблен в тебя, я думаю, что он просто пытался защитить тебя от переживаний.

Уставившись на Вайелин, я открыла рот.

— Ты думаешь, он так ко мне относится?

Вайелин рассмеялась.

— Черт возьми, да. Девочка, разве ты не видишь, как он на тебя смотрит? Я имею в виду, что еще до того, как вы стали вместе, у него были щенячьи влюбленные глаза. Возможно, он еще не озвучил, но Митчелл по уши влюблен.

Улыбка растянула мое лицо, когда я позволила ее словам прорасти во мне.

— Я знала, что опасно иметь отношения с полицейским, Вайелин, но если Митч собирается скрывать от меня такие вещи, я не знаю...

Она кивнула.

— А если бы он тебе сказал, что бы случилось?

— Я... я уверена, что волновалась бы.

Указывая на меня пальцем, она воскликнула:

— Бинго! Ты бы немного волновалась, а потом, когда он ушел на следующее утро на работу, что бы произошло?

Пожав плечами, я ответила:

— Я бы принялась переживать немного больше, чем обычно, наверное.

— Вот! И ты думаешь, Митчелл хочет, чтобы ты прямо сейчас волновалась?

Я посмотрела на свои руки, лежащие на коленях, чувствуя себя полной идиоткой.

— Нет.

Вайелин потянулась к моим рукам.

— Мужчины не всегда правы, но я знаю, что сердце Митчелла всегда на правильном месте.

Чувствуя себя глупо, я закрыла глаза и вздохнула.

— Все происходит так быстро, Вайелин. Я сказала себе, что не упаду в объятия Митчелла снова, но сделала это. Я пообещала себе, что мы не будем торопиться, да только в первый раз мы вели себя безрассудно. А теперь... теперь…

Мои глаза защипало от слез.

— Теперь ты, возможно, носишь его ребенка. Ты хочешь оставить его?

— Да! — ответила я, даже не задумываясь, — я готова? Нет. Я хочу сказать, что хочу детей больше всего на свете, но не потому, что мы были глупы и беспечны. Они должны появиться, когда мы решим, что пора. Я не так представляла себе свою жизнь. Я имею в виду, я люблю твоего брата всем сердцем, и думаю, что он любит меня, но он даже не готов сказать это. А если я беременна? Будет ли он любить ребенка или почувствует себя в ловушке? Меньше всего я хочу, чтобы он ощущал себя загнанным в угол.

— Эй, для танго нужны двое, а я знаю Митчелла. Он будет любить этого ребенка всем своим сердцем. Так же, как любит тебя.

Я заставила себя улыбнуться. Было приятно слышать, как Вайелин говорит то, что я так отчаянно хотела услышать от Митчелла.

— Возвращайся наружу и заканчивай есть, — сказала она.

Кивнув, я ответила:

— Хорошо. Дай мне две минуты.

Вайелин несколько секунд пристально смотрела на меня.

— Две минуты. Теперь мне нужно решить, что нам нужно было на кухне и принести это к столу.

Мы обе хихикнули. Вайелин направилась к выходу из гостиной, а я на несколько секунд задержала дыхание, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.

У Митчелла опасная работа. Меня это вполне устраивало. Как бы он ни старался, он не сможет защитить меня от всего плохого и что с этим связано. Сегодня вечером я скажу ему об этом. Дам понять, что я хочу его всего. Хорошая, плохая, опасная работа — все равно. Я хотела этого и не собиралась ни к чему его подталкивать. Чтобы ни случилось в понедельник.

Я любила его, и, хотя всего несколько недель назад я решила забыть о Митчелле Паркере, у моего сердца оказались другие планы. Теперь мне нужно было быть рядом, дать ему понять, что я тоже никогда не оставлю его. Что он может доверять мне, зная, что чтобы ни случилось, я буду достаточно сильной, чтобы справиться с этим.

Я направилась к выходу. Выйдя на улицу, заставила себя улыбнуться и пошла к семейному столу. Все гости были заняты разговорами. Но голос Митчелла я не могла не выделить.

— Мама, пожалуйста, не делай этого.

— Я просто говорю, что отношения — это улица с двусторонним движением, Митчелл. Если ты начинаешь что-то скрывать, это плохо.

Запустив руку в волосы, Митчелл застонал.

— Ты думаешь, у меня не было веской причины ничего ей не говорить?

Трипп увидел меня и откашлялся.

— Митчелл, мам. Давайте прекратим. Вы все становитесь шумными, а это праздник Амелии и Уэйда.

— Ты уже сказал слово на букву «Л»? — спросила Мелани, поглядывая в мою сторону.

Какого черта она пытается вытащить это из него?

Я покачала головой и пошла быстрее к столу. Я не позволю заставлять Митчелла произнести эти слова, если он не готов.

— Мама, пожалуйста, отпусти его, — попросила Вайелин, направляясь к своему месту и неся в руках бутылку вина.

Мелани пожала плечами и снова посмотрела в мою сторону. Она позволила дьявольской улыбке заиграть на ее лице.

— Ну, когда-нибудь, когда ты влюбишься, ты будешь готов сказать это.

Митчелл издал тихий разочарованный смешок.

— Я уже влюблен, мама.

Я замерла.

— Я почти уверен, что влюбился в Корин, когда только встретил ее. Потом я влюбился еще больше, когда впервые услышал ее смех. И когда она поцеловала меня. Когда злилась на меня, ненавидела, а потом снова любила. Несмотря на все это, я был влюблен. Я просто не знал, как признаться в этом себе.

Я прикрыла рот рукой, стараясь изо всех сил сдержать слезы. Амелия, Пакстон и Вайелин посмотрели на меня с глупыми улыбками.

— Я так и знала, Митчелл, — подмигнула Мелани. — Тебе просто нужен был небольшой толчок, чтобы сказать это вслух.

Встав, он покачал головой.

— Ты злая женщина, ты это знаешь?

Весь стол взорвался смехом. Митчелл оглянулся, и наши глаза встретились. Его улыбка погасла, а лицо наполнилось разочарованием. Возможно, в его словах и была нотка грусти, но не из-за того, что он сказал. Это было потому, я знала, что он не хотел, чтобы я услышала это в первый раз таким образом.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет, — ответила я.

Он взял мои руки в свои.

— Я не так хотел тебе сказать.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Я знаю. Я хотела, чтобы ты сказал это, когда будешь готов. — Я пожала плечами. — Наверное, это слишком быстро.

Митчелл покачал головой, наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Это был сладкий поцелуй — короткий и простой — поцелуй, который я запомню на всю оставшуюся жизнь.

— Что скажешь, если мы взорвем этот киоск с мороженым? — спросил он.

Мои глаза широко распахнулись.

— А как насчет Амелии и Уэйда? — спросила я, поглядывая на них. Парочка болтала друг с другом.

— Вряд ли кто-нибудь заметит, если мы ускользнем. Могут ли они обвинить нас после бомбы, которую я только что выложил на всеобщее обозрение?

С моих губ сорвался смешок. Я оглядела столы. Никто не обращал на нас ни малейшего внимания. Ну, кроме Джона и Мелани. Я практически чувствовала, как их глаза прожигают нас.

— Твои родители пялятся.

Митчелл рассмеялся.

— Мой отец, наверное, пытается выяснить, направленны ли на нас камеры и скажет: «Попались»! А мама... Ну, я уверен, мы можем догадаться, о чем она думает.

Трепет поднялся в моей груди, когда мы посмотрели друг на друга.

Митчелл положил руку мне на поясницу и повел в дом. Мы сели в его грузовик и быстро поехали по подъездной дорожке ранчо к шоссе.

Митчелл любит меня.

Он любил меня все это время.

Тепло разлилось по всему телу. Мое сердцебиение участилось. Наверное, если Митчелл прислушается, то сможет услышать его.

Я взглянула на него, он посмотрел в мою сторону и подмигнул. Все будет хорошо.

Просто потому, что…

Он любит меня.

ГЛАВА 22

Митчелл

Я не мог сердиться на мать, как бы ни старался. То дерьмо, которое она выкинула за ужином, разозлило меня, но в то же время сняло что-то с плеч, о чем я и не подозревал. Конечно, в глубине души я знал, что влюблен в Корин. Слова были на моих губах не раз... особенно на прошлой неделе.

Но было что-то в том, как я сам произносил эти слова. Это попало в цель и сделало все чертовски ясным.

У меня были совершенные отношения, и мне это нравилось. И женщина, что разделяла со мной эти отношения, могла вынашивать моего ребенка.

Ладно, эта информация все еще пугает меня.

Некоторое время мы ехали молча, прежде чем Корин сказала:

— Я думаю, нам нужно поговорить.

Прежний я взбесился бы, если бы девушка произнесла эти слова, но я знал, что это не тот момент, когда Корин могла сказать, что между нами ничего не получится. Наоборот.

— Мы едем к старому дому, — сказал я. — У меня для тебя сюрприз. Как насчет того, чтобы поговорить там?

Я взглянул в ее сторону и был встречен самой лучезарной улыбкой, которую я когда-либо видел.

— Я люблю сюрпризы.

Легкий смешок сорвался с моих губ.

— Так я и сказала... Пакстон.

Корин усмехнулась и рассказала историю о тех временах, когда она с Пакстон училась в колледже.

— Пакстон случайно обнаружила мою любовь к сюрпризам. У одной нашей соседки была заказана доставка корзинки с печеньем, а ее не оказалось дома. Итак, Пакстон взяла корзинку и сказала курьеру, что отдаст соседке сама.

Я ухмыльнулся, как дурак.

— Почему у меня такое чувство, что я знаю, к чему все идет?

Корин хихикнула, и от этой непосредственности у меня екнуло сердце.

— Я пришла домой с занятий. Я уже говорила, что была неделя экзаменов?

Моя улыбка стала шире.

— О, нет.

— Ага. Я была в диком напряжении. В отличии от Пакстон. Та была спокойна как удав. В то утро я разговаривала по телефону с братом, и он сказал, что пришлет мне кое-что, чтобы я могла продержаться эту неделю.

— О, Корин. Ты не сделала этого!

— Я так и сделала! — ответила она, громко смеясь. — Я вошла в нашу комнату и увидела корзинку с печеньем. Вся квартира пахла потрясающе! Я разорвала открытку и прочитала.

— Что там было написано?

— Удачи в финале. Не напрягайся! Мы любим тебя.

— И это все?

— Да! Я решила, что они от брата и мамы. Я имею в виду, кто подписывает открытку, если заранее предупредили, что посылают?

Я пожал плечами.

— Я бы не сказал, что очень много людей.

— Верно? Так или иначе, к тому времени, как Пакстон вернулась домой, я съела половину печенья. Она испугалась и перешла в режим паники. Она была уверена, что наша соседка впадет в бешенство из-за того, что не получит своего печенья.

— И что вы сделали?

Корин посмотрела вдаль и улыбнулась, погрузившись в воспоминания. Наконец, покачала головой и рассмеялась.

— Мы не спали почти всю ночь, пекли печенье и готовились к экзаменам между готовкой. На следующее утро Пакстон преподнесла нашей соседке букет из печенья. Ее родители прислали ей что-то первый раз, и она была так счастлива, что заплакала. Она предложила немного мне и Пакстон, и я почувствовала себя такой виноватой, что сломалась прямо в коридоре и призналась в своем грехе поедания печенья.

Я разразился хохотом.

— Почему это меня не удивляет? Что сделала девушка?

— Ну, после она посмотрела на нас, как на сумасшедших и расхохоталась. В тот вечер мы устроили вечеринку с поеданием печенья и отпраздновали окончание сессии. Оказалась, у нас крутая соседка.

— Потрясающе. Вы все еще дружите?

Корин покачала головой.

— Вскоре после этого мы потеряли связь. Мы с Пакстон вернулись с летних каникул, а ее уже не было. Так и не знаю, как у нее дела сейчас.

— Вот это облом.

Корин пожала плечами.

— Она была славной девушкой.

Я свернул на подъездную дорожку, ведущую к старому дому. Щеки Корин вспыхнули, и я понял, что она вспоминает, как кончила у моей машины. И я обязательно увижу еще больше этого румянца через некоторое время, когда толкну член глубоко в нее.

Корин выскочила из грузовика и направилась к крыльцу, а я захватил кое-что с заднего сиденья.

— В доме горит свет, Митчелл.

Подойдя к ней сзади, я наклонился к ее уху.

— Это потому, что я был здесь сегодня утром.

Она повернулась ко мне с сексуальной улыбкой на лице.

— Это сюда ты ходил по «своим» делам?

Быстро поцеловав ее в щеку, я ответил:

— Пойдем, я хочу показать тебе, что я сделал.

Я отпер дверь, и мы вошли внутрь. В воздухе витал аромат роз, и Корин ахнула.

— Митчелл! Ты все это сделал?

Оглядев гостиную, я улыбнулся. Повсюду были красные розы. Они стояли в вазах, в маленьких корзинках; лепестки были аккуратно рассыпаны по полу; стебли разложены на каминной полке. Везде.

— Да.

Она резко обернулась.

— Ты даже не представляешь, сколько ночей я мечтала о том, чтобы мы были вместе.

Я положил вещи и притянул ее к себе.

— Я обещаю никогда больше не уходить от тебя. Мне нужно, чтобы ты поверила мне.

— Я верю в это всем сердцем. Я действительно хочу.

Наклонившись, я поцеловал ее.

— За последнюю неделю мне кое-что доставили на дом.

Она подняла брови.

— О?

— Ага. Подумал, что нам может понадобиться, если мы будем оставаться здесь подольше и почаще. Надеюсь, ты не возражаешь, я вроде как выбрал спальный гарнитур для гостевой комнаты. Для нашей спальни я хотел бы выбрать мебель с твоим участием.

Я направился на кухню, чтобы показать еще и новые приборы. Корин же застыла на месте. Я испугался. Что, если Корин не захочет переезжать ко мне? Я предполагал, что поскольку она уже жила со мной, то переедет прямо в это место, когда я все обустрою. Дерьмо. Мы даже не говорили об этом.

— Я имею в виду, если ты хочешь ее выбрать. Я решил, что, как только отремонтируют твой дом, мы будем проводить время между двумя нашими домами.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Это одна из вещей, о которых я хотел с тобой поговорить.

Я с трудом сглотнул.

— Хочешь посидеть на заднем крыльце?

Корин кивнула. Я взял ее за руку, и мы пошли по дому. Когда мы вошли в кухню, она ахнула увидев новые электроприборы.

— Митчелл! Это то, что я люблю!

Улыбаясь, я раскачивался взад-вперед на пятках.

— Ты сказала, что хочешь такие. И говорила с таким восторгом, что я решил купить их.

Она покачала головой, и наши глаза встретились.

— Ты сделал все это для меня?

Мой палец коснулся ее подбородка. Посмотрев в ее глаза, я ответил:

— Нет ничего, чего бы я не сделал для тебя, Корин. Мне нужно многое успеть, и я планирую сделать тебя самой счастливой и баловать тебя каждый день твоей жизни.

Ее нижняя губа задрожала.

— Я счастлива, Митч. Так счастлива. И все, что мне нужно — это ты.

Я положил ладонь на ее щеку, и она наклонилась ко мне.

— Я знаю, что ты хочешь поговорить, и одна из вещей, которую мы должны обсудить — это почему я не рассказал тебе о стрельбе на этой неделе.

Взгляд Корин упал на пол, и я понял, что она не хочет, чтобы я увидел страх в ее глазах.

Через несколько секунд ее взгляд вернулся ко мне.

— Пойдем на улицу. Меня немного подташнивает, и я не знаю, то ли это от нервов, то ли я съела что-то не то.

Мы сидели в креслах-качалках, оставленных прежними домовладельцами. Солнце уже опустилось за горизонт, но еще оставалось немного дневного света.

Молчание между нами не было ни неловким, ни тревожным. Это было естественно.

— Митчелл, я много думала последние несколько дней. И одна из вещей — это твоя работа. Я знаю, что одним из твоих самых больших опасений для любви была боязнь, что с тобой могло что-то случиться и придется оставить человека, которого ты полюбишь.

Мое сердце остановилось.

Корин повернулась в кресле-качалке, подтянув ноги и усаживаясь бочком.

— Я знала, что ты полицейский, когда мы провели первую ночь вместе. Я знала, что твоя работа опасна, и, хотя все не сразу пошло гладко, я все равно отдала тебе свое сердце той ночью. Можешь считать меня безумной, но между нами произошло нечто прекрасное.…

Она посмотрела на свои руки.

— Я знала, когда ты занимался со мной любовью тем утром, перед тем как уйти, что между нами что-то большее. Я говорила себе, что глупо влюбляться в мужчину, который уходит и никогда не оглядывается, но я столько раз видела что-что в твоих глазах — и я знала, что ты чувствовал то же самое, что и я. — Корин прикусила губу, затем сделала еще один глубокий вдох. — Есть причина, по которой никто из нас не двигался дальше после той ночи.

— Согласен.

— Но это в прошлом, и, как ты сказал, это вызывает только обиду, когда мы возвращаемся к этим воспоминаниям. Я просто хотела, чтобы ты знал: я понимала, во что ввязываюсь, когда мы были вместе в первый раз и знаю, во что ввязываюсь сейчас. Я знаю, что твоя работа опасна и знаю, что будут дни, когда она поставит под угрозу твою жизнь. Но я не хочу, чтобы ты скрывал это от меня, Митчелл.

Мой желудок сжался.

— Я не сказал тебе, потому что...

Ее палец коснулся моих губ.

— Я знаю, почему ты мне не сказал. Это заставляет меня любить тебя еще больше. Но даже если я беременна, у нас впереди девять месяцев. Ты не можешь все от меня скрыть. Я хочу, чтобы наши отношения строились на доверии. Я доверяю тебе, а ты доверяешь мне. Если я чувствую себя определенным образом, я хочу сообщить тебе об этом и хочу, чтобы ты сделал то же самое. Как твои родители. Я видела их вместе, и они не только влюблены, они партнеры во всех смыслах. Я хочу этого для нас.

Чувство вины пронзило мое тело. Я знал, что она права и не собирался начинать наши отношения с секретов.

С мрачным видом я кивнул.

— Последние несколько недель были чертовски удивительными, Корин. Наверное, я боялся, что что-нибудь случится, и ты уйдешь.

Ее глаза наполнились слезами.

— Митч, я никуда не уйду. Клянусь тебе.

Я взял ее за руку и провел большим пальцем по нежной коже.

— Если с тобой что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу.

Ее рука накрыла мою, и наши взгляды встретились. Я был в таком напряжении, что слышал каждый звук вокруг. Стемнело. Ветер колотил ветвями по окну дома. Вдали послышался крик совы. И громче всех остальных звуков я слышал звук собственного сердца в груди.

— Поговори со мной, Митчелл. Я вижу что-то в твоих глазах, — попросила Корин.

Я не знал, с чего начать, поэтому просто сказал:

— Кто-то вломился к тебе на днях. Они что-то нарисовали из баллончика на стене кухни.

Выражение чистого ужаса промелькнуло на ее лице.

— Ч-что там было написано?

Я с трудом сглотнул. У меня пересохло во рту, и мне пришлось выдавить из себя эти слова.

— Там было написано...

— Просто скажи мне, Митч.

Закрыв глаза, я прошептал:

— Лейтенантская шлюха.

Вздох Корин заставил меня резко открыть глаза. Какая-то часть меня жалела, что рассказал ей. Страх в ее глазах был очевиден. Я также не мог не заметить, как она положила ладони себе на живот. Неужели она делает это потому, что ее тошнит? Или она беспокоилась о ребенке, которого могла вынашивать?

Она должна была знать, что я никогда не позволю, чтобы что-то случилось с ней или с нашим ребенком.

ГЛАВА 23

Корин

Я открыла рот, но ничего не произнесла. Митчелл поднял меня со стула и понес через весь дом в спальню наверху. Не хозяйскую, а одну из гостевых. Там стояли кровать, комод и еще несколько предметов мебели.

Он поставил меня на пол, и я оглядела комнату. На новую мебель не походила.

— Откуда все это? — спросила я.

— Это спальный гарнитур из моей старой комнаты в доме родителей. Они разрешили мне его забрать.

Осмотрев комнату, я снова перевела взгляд на Митчелла. Он явно нервничал. Я бы сказала, сильно. Я так хотела расспросить о взломе. Какая-то часть меня хотела знать, есть ли у полиции какие-то зацепки. Лично я подозревала Кэссиди, и Митчелл казался обеспокоенным. Неужели он тоже думает, что это сделала она?

Я закрыла глаза. Я хотела забыть про Кэссиди. Все прошло и больше не имело значения. Все это «давай общаться открыто» теперь казалось самой глупой идеей, которая у меня когда-либо была. Хотя я знала, что это серьезно, но сейчас не казалось таким уж важным. Последнее, чего я ожидала, так это внезапной бомбы.

Митчелл провел рукой по своим красивым темным волосам и тихо выругался.

— Я должен был подождать, чтобы сказать тебе.

— Нет, — возразила я, обретая дар речи. — Я рада, что ты это сделал. Вы знаете, кто это сделал?

С мрачным выражение лица он ответил:

— Мы обыскали дом на предмет отпечатков пальцев и ничего не нашли. Я почти уверен, что тупоголовый бригадир ремонтников оставил заднюю дверь незапертой.

— У меня ведь ничего не осталось в доме. Они что, пытались что-то украсть?

Все важные бумаги, которые пережили пожар, я забрала и отдала страховому агенту. А все, что находилось наверху, можно было спокойно выкидывать. Мебель снизу, которая не пострадала от дыма и воды, вынесли. Остальную часть дома выпотрошили, так что там почти ничего не осталось.

— Я не думаю, что кто-то собирался воровать, Корин. Я думаю, это была глупая шутка. Скорее всего, местные ребятишки, которых я ловил за шалостями.

Я посмотрела Митчу прямо в глаза.

— А если нет?

Он так мило улыбался, что я почти могла читать его мысли. Он никогда не позволит, чтобы со мной что-то случилось.

— Тогда я позабочусь об этом. Я обещаю, что никто и никогда не причинит тебе вреда.

Его глаза прожигали мне душу. Он произносил каждое слово будто клятву.

— Митчелл, — прошептала я и закрыла глаза, когда его руки прошлись по моему телу.

— Я не хочу сейчас думать ни о чем, кроме нас, Корин.

Я кивнула.

Губы Митчелла дотянулись до моей шеи и осыпали меня нежнейшими поцелуями. Я тихо всхлипнула, когда наши пальцы одновременно скользнули друг другу под одежду. Вскоре я была прижата к матрасу. Митчелл, удерживая ладонями мою голову, принялся страстно целовать меня. С голодом. Мое тело уже томилось в эйфории, а я еще даже не испытала оргазма. Ощущение того, как Митч прижимается ко мне было чистым раем. Но я хотела большего. Намного большего. Горячее дыхание любимого смешалось с моим, и он подразнил меня своим членом.

— Митчелл, пожалуйста. Займись со мной любовью.

Митч метнулся в сторону так быстро, что я даже не поняла, что он задумал, пока не увидела, как он натягивает презерватив на свою впечатляющую твердую длину.

От каждого вдоха моя грудь высоко поднималась. Я все время хотела Митчелла внутри себя. Я просто не могла оттолкнуть этого мужчину — не тогда, когда мне нужны были его прикосновения, чтобы дышать.

— Я хочу остаться таким навсегда, Корин. Ты и я.

Мы оба застонали, когда он протолкнулся внутрь. И замерли. Как будто боялись, что все закончится, едва мы это сделаем. Мои пальцы медленно двигались по его спине, а Митч смотрел мне в глаза.

— Не могу поверить, что был таким идиотом, — прошептал он.

Я улыбнулась и прикусила губу.

— Было много таких моментов. Придется уточнить, что конкретно ты имеешь в виду.

С потрясенным выражением на лице Митч откинул голову, а затем мы оба начали смеяться.

Митчелл быстро перевернул нас так, что я оказалась сверху. Ладонями обхватил мою грудь и принялся теребить и щипать соски. Я чувствовала себя совершенно другой женщиной, когда была рядом с ним. Митчелл обладал способностью пробудить другую часть меня — смелую и беззаботную не только в сексе, но и в жизни вообще.

И он обратил внимание и понял, как мне нравится эта поза.

Черт возьми, мне это действительно нравилось.

Так у меня был контроль, и я выбирала, с какой скоростью двигаться. Кроме того, Митчелл имел склонность говорить непристойности, когда я скакала на нем, и это подстегивало меня двигаться еще быстрей. Большинство моих лучших оргазмов я ощутила именно в позе наездницы, пока из Митча сыпались грязные словечки.

— Трахни меня, Корин. Жестко и быстро, детка. У нас море времени, чтобы попробовать разные позы.

Я в точности выполнила этот приказ. Когда мы насытились друг другом, была уже глубокая ночь. После нескольких поцелуев под горячим душем я свернулась калачиком и задремала рядом с мужчиной, которого любила. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой умиротворенной и счастливой.

***

В Оук-Спрингс у меня не было своего гинеколога. Мой врач принимала в Увальде, и я никогда не была так благодарна, что это далеко от нашего городка. Сплетники бы оживились, если бы увидели рейнджера Митчелла, входящего в кабинет местного акушера-гинеколога об руку со мной.

Я отметилась в приемной и устроилась на стуле. Митчелл сидел рядом со мной и не отпускал мою руку.

Так много всего произошло за то короткое время, что прошло с тех пор, как мы снова сошлись.

Снова вместе? Я даже этого не могла сказать. Ведь раньше мы никогда не были по-настоящему вместе. Мы долго желали друг друга на расстоянии, но парой стали всего лишь несколько недель назад. И вот мы... сидим у кабинета врача, собираясь сдать тест на беременность.

Внезапно словно вор в ночи меня накрыла тошнота. Так быстро и резко, что пришлось прикрыть рот, чтобы меня не вырвало.

— Ты в порядке, голубка?

Его голос словно шелк скользил по моей коже и успокаивал нервы. Все, что я могла сделать, это кивнуть.

Когда медсестра позвала меня, Митчелл встал, а я застыла на месте.

Неужели это происходит на самом деле? Зачем мы это делали? Мы могли бы просто продолжать пользоваться презервативами, притвориться, что у нас никогда не было промаха. И просто вести себя как обычная нормальная пара.

Нормальная пара? О, боже. Мы так далеки от этого. Мы оба были тайно влюблены друг в друга в течение почти года, и ни один из нас не хотел признаваться в этом. А теперь? Теперь все должно измениться.

О. Мой. Бог. Может, я беременна, а мы едва начали наши отношения.

Наклонившись, Митчелл прижался губами к моему уху.

— Хочешь уйти?

Я покачала головой и встала. Даже если я не беременна, то все равно нужно выписать таблетки.

— Я в порядке, — сказала я, медленно вставая.

Митчелл обнял меня за талию и повел к двери. От меня не ускользнуло, как медсестра кинула на него оценивающий взгляд.

Серьезно, леди? Тьфу!

Дверь смотровой открылась, и вошел доктор, приглашая внутрь. У меня перехватило дыхание, а Митчелл сел прямо, как доска.

О чем он только думал? Неужели напуган так же, как и я? Ребенок может изменить все. Когда доктор закрыл дверь, меня охватило непреодолимое желание выбежать из комнаты.

— Мисс Миллер, мистер Паркер. Простите, что заставил вас ждать. Пришла пациентка, которая думала, что у нее начались схватки, и потребовалось некоторое время, чтобы убедить ее, что они ложные.

Я издала фальшивый смешок, который заставил Митчелла посмотреть в мою сторону. Его глаза наполнились беспокойством, и мне захотелось спросить его, как он может вести себя так спокойно и хладнокровно, когда я волновалась внутри.

— Мисс Миллер.

— Корин, — поправила я с натянутой улыбкой.

Доктор ответил такой же.

— Корин, твои результаты отрицательны. Ты не беременна.

Я выдохнула воздух, который, как оказалось, сдерживала внутри. Когда я перевела взгляд на Митчелла, то увидела на его лице облегчение.

— Что вы чувствуете? — спросил доктор.

Я с трудом сглотнула.

— Честно? Облегчение. Не думаю, что мы с Митчеллом были готовы стать родителями.

Мы так и смотрели друг на друга, пока я говорила. Он улыбнулся и мягко добавил:

— Когда-нибудь ребенок станет удивительным дополнением к нам. Но прямо сейчас, я думаю, нам стоит пока насладиться обществом друг друга.

Моя рука автоматически опустилась на живот, там разлилось уже знакомое тепло, которое возникало всегда, когда Митчелл делал или говорил что-нибудь милое или романтичное.

— Если это так, то вернем тебе контроль над зачатием, хорошо?

Я кивнула.

— Да. Давайте сделаем это.

Мысль о том, чтобы чувствовать Митчелла внутри без презерватива возбуждала. Или, может быть, это было облегчением от осознания того, что мы на самом деле не испортили все, будучи небрежными…

При взгляде на Митчелла у меня перехватило дыхание. Ох. Я возбудилась, и по тому, как Митчелл смотрел на меня, я могла сказать, что он думал о том же самом.

Секс. Поза наездницы. Как можно скорее.

ГЛАВА 24

Корин

В дверь моего класса постучали. Я подняла глаза и увидела Митчелла, стоящего с огромным букетом осенних цветов.

— Одна птичка напела, что осень твое любимое время года.

Я бросила быстрый взгляд на календарь и улыбнулась. 22 сентября. День осеннего солнцестояния.

Столько всего произошло за последний месяц. Мы с Митчеллом переехали в дом, который он купил. Мой дом постепенно ремонтировался, сейчас второй этаж обшивали гипсокартоном. Никто больше не вламывался, и мы с Митчеллом решили, что скорее всего, это были подростки.

Оттолкнувшись от стола, я встала.

— Это мое любимое время года.

Он подошел ко мне, одетый в джинсы, ковбойские сапоги, рубашку с длинными рукавами и ковбойскую шляпу. Весь только этот вид вызвал пульсацию между ног. Я прикусила губу и затаила дыхание, ожидая поцелуя, который точно вызовет слабость в коленях.

— Корин, ты свободна сегодня вечером?

Я повернула голову — Лейн вошел в мой класс из соседнего через внутреннюю дверь.

Увидев Митчелла, он замер.

— Я... э-э-э... хотел пробежаться с тобой по твоим старым учебным планам уроков.

Я вздохнула. Лейн не должен учить первоклассников. Он ненавидел преподавать малышам, и это стало сказываться. Даже Хлоя упомянула, что все дети в классе не любят мистера Льюиса.

— Лейн, ты преподавал в школе, — сказала я. — Почему первый класс тебя так пугает?

Митчелл усмехнулся, и я бросила на него предупреждающий, чтобы он вел себя прилично взгляд. Хотя Лейн знал, что я была с Митчеллом, он все равно старался изо всех сил, чтобы проводить со мной время. Это начинало раздражать.

— Это не так, — ответил Лейн. — У меня был простой вопрос.

— Тебе не нужно, чтобы Корин была свободна вечером, чтобы задать простой вопрос, — вмешался в разговор Митчелл, взглядом вызывая Лейна на спор.

— А где книги по правописанию?

Книги по правописанию? Неужели он не может придумать ничего лучше?

— В кабинете, в разделе «уроки правописания».

Лейн нахмурился. Он выставил себя полным идиотом не только передо мной, но и перед Митчеллом.

— О, точно. Спасибо.

Когда он повернулся, чтобы уйти, я окликнула его.

— Помни, на следующей неделе меня здесь не будет. Пакстон меня заменит. Я уверена, что она сможет тебе помочь, если что-нибудь понадобится.

Лейн улыбнулся.

— Точно. Твой брат женится. Ты с нетерпением ждешь поездки?

— Да. — Я не смогла сдержать улыбку, которая расползлась по лицу.

Митчелл подошел ко мне, обнял за талию и поцеловал в лоб.

— Я тоже с нетерпением этого жду.

Лейн издал резкий смешок.

— Подожди, ты тоже едешь? На свадьбу?

— Ну, конечно. Я с нетерпением жду встречи с семьей Корин.

Лейн сначала фыркнул, а потом выдавил из себя улыбку.

— Ясно. Ну что ж, веселитесь. — Он выскочил за дверь.

Я повернулась к Митчеллу.

— Цветы очень красивые. Спасибо. — Наши губы прижались друг к другу, но, прежде чем все стало неконтролируемым, я отстранилась, вспомнив, что все еще на работе.

Митчелл прижался ко мне лбом и прошептал:

— Я мог бы целовать тебя весь день и никогда не устать.

— Хм, я чувствую то же самое.

— Ты готова отправиться домой?

— Ты тоже уходишь? — спросила я, заглядывая в его прекрасные голубые глаза.

— Да. Я взял отгул до конца сегодняшнего дня, чтобы мы могли спокойно закончить сборы. Мама с папой приглашают к себе на ужин перед отъездом.

— О, это будет весело. Я не видела всю банду уже несколько недель.

Митчелл рассмеялся.

— Да, мама была очень счастлива, зная, что этим вечером вся семья соберется за столом. Две недели без семейного ужина — это больше, чем она могла вынести.

— Держу пари. Во сколько мы должны быть там? Мне нужно заехать к миссис Джонсон и купить пирог для Пакстон.

— Я сказал маме, что мы приедем немного раньше. Подумал, что тебе нужно будет привезти Майло и рассказать маме, как и что делать с этим маленьким ублюдком.

— Не называй его так! Он любит тебя.

— Он меня любит? Я просыпаюсь посреди ночи, а он сидит у меня на груди и смотрит, будто замышляет убить меня или что-то в этом роде. Этот маленький паршивец великолепен в тактике запугивания.

Я усмехнулась и снова поцеловала Митчелла. У него была сильная аллергия на котов, а Майло так его любил. Каждую ночь он спал либо на груди Митчелла, либо где-то рядом с его головой.

— Подумать только, неделя без кошки.

Он закрыл глаза и издал радостный стон.

— Ни чихов. Ни единого волоска на форме. Еда с тарелки, стоит только отвернуться, не пропадает. Это будет гребаный рай.

Я закрыла рот руками, пытаясь спрятать смех. У Майло вошло в привычку таскать еду с тарелки Митчелла. Он никогда не делал этого со мной, только с Митчеллом. Я была уверена, что Майло привязался к человеку, которого я любила до слепой ревности.

— Позволь мне закончить, я быстро, и мы можем отправиться. Я хочу убедиться, что у Пакстон будет все для маленьких монстров.

— А я просто посижу и полюбуюсь, как моя прекрасная подружка делает свое дело.

Мой желудок дернулся. Иногда мне приходилось щипать себя, чтобы убедиться, что я не сплю. Митчелл был моим, а я его. Жизнь прекрасна. Совершена во всех отношениях.

***

— Пойдем, Майло. Садись в машину. Хороший мальчик. — Майло сел на диван и уставился на меня как на сумасшедшую. Он издал свое р-мяу и отвернулся. — Майло. Не игнорируй меня. Тебе будет так весело исследовать дом Мелани и Джона. Он огромен!

— Почему бы тебе просто не взять и не затолкать его в эту штуку?

У меня отвисла челюсть, я повернулась к Митчеллу. Он стоял, прислонившись к кухонному бару и скрестив руки на массивной груди. Он выглядел сногсшибательно в бейсболке Техасского университета A&M.

— Я не собираюсь толкать его на это. Он испугается.

Митчелл закатил глаза.

— Он это переживет.

Майло мяукнул, и я снова сосредоточилась на нем. Сейчас он смотрел на Митчелла так, словно хотел наброситься и выцарапать ему глаза.

— Видишь ли, ему не нравится, когда его запихивают в ящик, — сказал я.

— Корин, он же кот. Сомневаюсь, что он понимает, о чем ты говоришь.

Майло нехотя встал, потянулся и медленно направился к ящику. Там покрутился, издал свое фирменное мяуканье, повернулся и лег.

— О боже! Он только что показал тебе!

Митчелл фыркнул.

— Он мне не показывал. Ему стало любопытно, и он вошел в эту чертову штуку!

Я начала смеяться.

— Он полностью доказал, что ты ошибаешься! — Я закрыла ящик и наклонилась, чтобы посмотреть на моего красивого мальчика. — Он умный котик. Не так ли? Да! Майло — умный котик!

Митчелл мгновенно оказался рядом со мной. То, как я реагировала на этого мужчину, было безумием. Он взял меня за руку и притянул к себе.

— Ты хоть представляешь, насколько ты чертовски сексуальна?

Мои щеки вспыхнули. Никогда не привыкну к его комплиментам.

— Ты думаешь, это сексуально, когда я разговариваю со своим котом?

Его глаза потемнели.

— Да.

Наклонив голову, я спросила:

– Почему?

Уголки его рта приподнялись в сексуальной усмешке. Мои внутренности начали таять, и я мысленно пыталась просчитать, есть ли у нас на это время.

— Почему? — спросил он, его руки двигались вверх по моей юбке.

Я кивнула, но у меня кружилась голова от предвкушения его прикосновений.

— Я все время думаю, что ты сексуальна. Неважно, что ты делаешь.

Закусив зубами губу, я сдерживала стоны, когда он сдвинул мои трусики в сторону и просунул пальцы внутрь меня.

— Есть новая позиция, которую я хочу попробовать.

С трудом сглотнув, я спросила:

— Когда?

Улыбка Митча стала шире, и он повернул бейсболку козырьком назад.

— Сейчас.

Слабо возражая, я уже понимала, что проиграла:

— Твои родители. Мы опоздаем.

Другая рука Митчелла двинулась вверх по моей спине. Все мое тело задрожало, когда пальцы проникли в меня глубже, прижимаясь к моему клитору.

— Какая разница? Я хочу тебя, голубка. Сейчас.

Каждый мой следующий вздох был глубже предыдущего.

— К-какая... позиция...

Я еле говорила. Свободная рука Митчелла теперь оказалась на моей блузке, щипала сосок через ткань.

Я ахнула.

— Митчелл, я хочу тебя.

Не успела я опомниться, как с меня стянули блузку. Лифчик оказался под грудью, а трусики исчезли. Юбка все еще была на мне, и по какой-то причине это возбуждало меня еще больше. Митчелл быстро снял ботинки, джинсы и боксеры.

— Подними меня, — прошептал Митчелл, поднимая меня.

— Что? — спросила я между вздохами.

— Позиция. Вот как она называется. Упрись пятками в диван.

Он держал меня за бедра и задницу, а сам прислонился спиной к дивану. Как только я расположила ступни, почувствовала головку члена у своего входа. Налитый ствол Митчелла у моей киски был одним из моих самых любимых ощущений в мире.

Митчелл рывком насадил меня на член, заполняя меня полностью, и я издала долгий низкий стон.

— Так глубоко. Так чертовски глубоко, — прошептал он мне в шею.

— Да. Митчелл, да.

Я не была уверена, что должна двигаться, но начала. Оттолкнулась ногами, приподнялась, потом опустилась. Движение было потрясающим, а ощущение таким новым и волнующим, что я уже начала чувствовать приближение оргазма.

— Мне так хорошо. О боже.

Крепче сжав меня за талию, Митчелл притянул меня ближе к себе. Его член врезался во что-то внутри, от чего я непроизвольно закатила глаза к затылку. Ощущение его тела, трущегося о мой клитор, добавило электричества к разряду, который пронесся через меня, выпуская наружу самый удивительный оргазм в моей жизни.

Обычно я не кричала, кончая, но этот оргазм поразил меня молниеносно и оказался разрушающим.

— О, да-а-а! — закричала я, приседая и заставляя свое тело двигаться быстрее и резче. Толкая его глубже.

— Да, детка. Черт, я чувствую, как твоя киска сжимает мой член.

Грязные разговоры Митчелла добили меня.

— О... Боже! — закричала я. Еще один оргазм — или, может быть, отголосок первого — пульсировал в моем теле. Мои глаза закрылись, и все, что я видела, были вспышки света за моими веками, пока мое тело плыло вверх, и я наслаждалась эйфорией.

Когда я открыла глаза, то лежала на диване, Митчелл на мне, мои ноги на его плечах, он толкался в меня восхитительно сильно и быстро. Еще один оргазм поразил меня. Я чувствовала, как распирает член Митчелла. Он тоже был на грани.

Наклонившись ближе, он прижался губами к моему уху.

— Голубка, я сейчас кончу в тебя.

Я прикрыла рот рукой, сдерживая крик удовольствия, и мы оба развалились на части. Не знаю, почему меня это волновало; мы больше не жили над домом Люси. Никто не услышит меня, даже если я буду орать.

Митчелл уткнулся лицом мне в шею, мы оба попытались отдышаться.

— Иисус. Блядь. Это было чертовски горячо, — сказал он между вдохами.

Я издала тихий смешок. Он все еще был погружен в меня, его член то и дело подергивался.

— Это было потрясающе. Это было так невероятно.

Митч поднял голову и посмотрел мне в глаза. Я не смогла сдержать улыбку, глядя в его голубые глаза. Они сверкали, как бриллианты.

— Ты счастлив, Митчелл?

Его ладони обхватили мою голову, и он пристально смотрел на меня. Все мое тело покрылось мурашками.

— Я никогда в жизни не был счастливее. А ты?

Слезы жгли глаза, пока я пыталась сдержать их. Я проиграла битву. Кивнув, я отпустила одну слезинку и прошептала:

— Так невероятно счастлива. И в то же время мне страшно. Я боюсь, что проснусь, а последние несколько месяцев окажутся просто сном.

Митчелл медленно вышел из меня, а затем снова вошел. Не знаю, оставался ли его член твердым после первого раунда горячего секса или опять начал наливаться. В любом случае, мне было все равно. Это было потрясающе.

— Это не сон, голубка. Это я тебе обещаю.

Мы лежали, потерявшись друг в друге, и ни один из нас не хотел двигаться.

Сердитое мяуканье Майло, наконец, вырвало нас из нирваны. Мне еле удалось выдавить из себя:

— Мы должны быстро привести себя в порядок и выехать. Нам еще надо заскочить к миссис Джонсон.

Митчелл надул губы, и я не смогла удержаться от хихиканья. Он выглядел очаровательно.

— Повторишь это позже? — спросила я, поднимая брови.

— Мне нравится эта идея. Повторю. Много раз.

ГЛАВА 25

Митчелл

Смех наполнил гостиную, и я не смог сдержать улыбку. Я оглядел всех находящихся в комнате. Каждый был особенным для меня. Наконец, мой взгляд остановился на Корин.

Корин.

Последние несколько месяцев оказались самым удивительным временем в моей жизни. Корин и я проводили каждую свободную секунду друг с другом. Конечно, Лейн все еще пытался зазвать ее на свидание, что меня бесило, но я быстро научился отпускать эту ревность. Корин не проявляла к нему никакого интереса.

— Итак, Митчелл, тебе не терпится отправиться на север? — спросил Стид.

Я поднял голову и посмотрел ему в лицо.

— Я нервничаю, потому что Корин волнуется.

Он усмехнулся и сел напротив меня.

— Хороший ответ.

Я фыркнул. Ехать в Чикаго мне совсем не хотелось. Я ненавидел большие города и, по правде говоря, до смерти боялся встречи с мамой Корин. Но я с нетерпением ждал того, что планировал после свадьбы.

— Она имеет какое-нибудь представление о твоих планах? — спросил Корд, усаживаясь в одно из кресел, стоявших по обе стороны диванов.

Я широко улыбнулся.

— Ни малейшего понятия. Она думает, что нас не будет всего неделю. Пакстон договорилась с директором о дополнительной неделе отдыха.

— Канада? Ты реально хочешь туда, да? — спросил Корд.

— Поверь. Банф — это место, куда Корин всегда мечтала попасть. Я хочу, чтобы это произошло. Быть тем, кто осуществит одну из ее мечт.

Стид и Корд несколько секунд изучали меня.

— Чертовы Смурфики, — со смехом сказал Корд.

— Что? — спросил Стид, поворачиваясь к Корду. — Какое отношение к этому имеют Смурфы?

Корд указал на меня.

— Посмотри на его лицо. На его лице глупая улыбка Смурфика. Его осмурфили. И тебя будто осмурфили. Все счастливы и влюблены.

Брови Стида в замешательстве сошлись на переносице.

— Не слишком ревнуй, Ворчун. Твоя Смурфетта скоро появится, — сказал я со смешком.

Корд закатил глаза.

— Послушай, я ничего не имею против любви. Вот честно, нет. Я просто говорю, что мне нравится жить холостяцкой жизнью. Как Триппу и Тревору. Захочу ли я когда-нибудь остепениться? Наверное, да. Но! Когда выжму все из моего сегодняшнего положения. Сейчас я слишком люблю киски, чтобы останавливаться на одной.

Я уставился на младшего брата. Подумать только, раньше я чувствовал то же самое, пока не увидел улыбку Корин и ее прекрасные голубые глаза. Корин Миллер перевернула мой мир с ног на голову.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть одиноким и немного повеселиться, — сказал Стид.

Кивнув, я добавил:

— Но я не могу дождаться того дня, когда ты встретишь женщину, которая надерет тебе задницу.

Стид рассмеялся, за ним захохотал Корд, а потом покачал головой.

— Ну, я не вижу, что это произойдет в ближайшее время. Да и в не ближайшее. Честно, я не ищу и не планирую искать еще лет пять. К тому же я точно знаю, что это будет неместная девушка.

Стид издал смешок.

— Почему? Потому что ты трахнул их всех?

Корд бросил на Стида укоризненный взгляд.

— Иди к черту. Я спал не со всеми. — Он поднес пиво к губам и улыбнулся. — Почти, но не со всеми.

— О чем вы, ребята, говорите? — спросила Вайелин, плюхаясь рядом со мной на диван.

— Мужской разговор, — сказал Корд, опрокидывая бутылку и допивая ее.

Вайелин переплела свою руку с моей, поджав под себя ноги.

— Хм, разговоры о парнях расшифровываются так: вы обсуждали со сколькими женщинами спал Корд.

— Эй, ты умница, — усмехнулся Корд.

Вайелин бросила на него самодовольный взгляд.

— Я знаю своих братьев.

Оглядев комнату, я затаил дыхание, увидев, как Корин держит Гейджа. То, как она смотрела на малыша, заставляло мою грудь болеть в хорошем смысле. Желая.

— Я собираюсь сделать ей предложение.

Не знаю, зачем сказал это вслух.

— Что? — спросила Вайелин.

— Чувак, ты что, головой ударился? Мы перешли от меня, трахающего половину Оук-Спрингс, к тебе, бездумно говорящему, что ты попросишь Корин выйти за тебя? Откуда это взялось?

Я продолжал смотреть на Корин. Она качала Гейджа. Время от времени она смотрела на него сверху вниз и говорила что-то с самой захватывающей дух улыбкой, которую я когда-либо видел. Мое сердце, казалось, вот-вот воспламенится.

Нельзя отрицать, как сильно я любил ее и хотел провести рядом всю оставшуюся жизнь. Желание увидеть, как ее живот растет вместе с моим ребенком, было настолько невыносимым, что у меня чуть не навернулись слезы. Одна эта мысль заставила меня принять одно из самых важных решений в моей жизни. Я знал, что мне нужно делать. То, что я хотел сделать.

С трудом сглотнув, я покачал головой.

— Впервые в жизни я действительно знаю, чего хочу.

— Черт возьми, это просто здорово! — воскликнул Стид.

Корд подался вперед.

— Охренеть, это только мне кажется или Митч реально посинел?

Я бросил на Корда неприязненный взгляд и показал ему средний палец.

Вайелин взяла меня за руку.

— Митчелл, ты серьезно? Ты собираешься просить Корин выйти за тебя замуж?

Улыбнувшись, я посмотрел на старшую сестру.

— Никогда в жизни я не был так серьезен.

Вайелин внимательно смотрела на меня. Словно заглядывала мне в душу.

— Это не единственное, что ты решил.

Подмигнув, я ответил:

— Естественно.

***

— Ты уверена, что ничего не забыла? — спросил я. Снова.

Корин стояла в очереди к стойке регистрации и смотрела на меня.

— Что с тобой происходит? Да! У меня есть все. — Она сладко усмехнулась.

Наклонившись, я поцеловал ее в кончик носа.

— Мы впервые путешествуем вместе и все такое. Я хочу, чтобы все было идеально.

— Будет потрясающе. Знаешь, Корд сказал бы, что ты ведешь себя как киска.

Я беззаботно рассмеялся.

— Да, и он упоминал что-то о Смурфиках.

Она уставилась на меня с отсутствующим выражением.

— О ком?

Отступив назад, я в ужасе спросил:

— Ты не знаешь, кто такие Смурфики?

Она покачала головой.

— Нет. О, подождите, кажется, был детский фильм о них! Маленькие синие человечки.

У меня отвисла челюсть.

— Мне нужно многому тебя научить, юный кузнечик.

Корин закатила глаза. Мы вздрогнули, когда кассирша крикнула: «Следующий!» Мы подошли к стойке и протянули водительские права.

— Направляетесь в Чикаго? — спросила кассирша.

— Да! Мой брат женится.

Было ясно, что женщине было все равно. Она натянуто улыбнулась и продолжила печатать.

— Количество багажа?

— По два, — ответила Корин. У меня был только один чемодан, но Корин нужно было дополнительное пространство для ее платья подружки невесты и разных аксессуаров.

В кармане зазвонил телефон. Когда я вытащил его, то увидел, что это мой босс. Дерьмо. Я быстро отправил ему сообщение.

Я: Вот-вот сяду на свой рейс. Позвоню тебе после приземления.

Сунув телефон обратно в карман, я не стал дожидаться ответа. Я догадывался, что он напишет. Возможно, что-то вроде: «Позвони мне сейчас же, или я задержу самолет».

— Все готово. Можете пройти к стойке безопасности и далее к шестнадцатому выходу. Приятного путешествия.

Мы одновременно сказали: «Спасибо» и направились через аэропорт к контрольно-пропускному пункту. Я был предварительно одобрен отделом безопасности TSA, поэтому, пройдя осмотр первым, позвонил боссу.

— Майкл, это Митч.

— Ты не хочешь объяснить, что за хрень лежит у меня на столе?

Я вздрогнул от его крика.

— По-моему, все совершенно очевидно, сэр.

— Митч, ты хорошо подумал об этом? Ты говорил с отцом?

Гнев пронесся сквозь мое тело. Как он посмел даже спрашивать об этом — как будто я был ребенком, который не мог принять чертово решение самостоятельно. Все было не так, как раньше, когда я был молод и не знал, чем хочу заниматься. Меня распирало желание дать ему язвительный ответ.

— Да, я говорил с ним об этом. Прошлым вечером. В мельчайших подробностях.

Я не собирался сообщать Майклу, что мой отец был на седьмом небе от счастья.

— Нам нужно обсудить это, когда ты вернешься.

Проведя рукой по волосам, я наблюдал, как Корин стояла, закинув руки за голову, пока ее осматривали.

— Сэр, я хочу, чтобы вы знали, что я не передумаю. Это то, что давит на меня уже несколько месяцев.

— Я переживаю больше, чем ты думаешь, — фыркнул он. — Это слова. Ты это переживешь. Наслаждайся поездкой, получай удовольствие, расслабляйся. Просто знай, что, когда ты вернешься, дерьмо станет настоящим.

Звонок оборвался, и я убрал телефон от лица. Охрана отвела Корин в сторону для дополнительной проверки. Сидя на скамейке, я вспоминал вчерашний вечер и разговор с отцом.

***

Стакан застыл у его губ. Повернувшись на стуле, я взглянул на Тревора и Стида. Они оба широко улыбались.

Посмотрев на отца, я спросил:

— Ты в порядке?

Тревор от души рассмеялся.

— Черт возьми, да, он в порядке. Он в шоке, как и я. Счастлив, но в шоке.

— Не могу сказать, что я это не предвидел, — добавил Стид.

Сделав большой глоток, отец поставил скотч на стол и снова сосредоточился на мне.

— Знаешь, как долго я ждал этих слов? Однако я должен спросить, почему именно сейчас?

Я сглотнул. Я стал полицейским по многим причинам. Главное — доказать отцу, что не собираюсь занимать место брата-близнеца на ранчо. Как только Стид уехал в Колорадо, отец решил, что я встану в очередь. Черт, в то время я реально хотел работать на ранчо. По крайней мере, мне так казалось. У меня были интересные идеи и вещи, которые я хотел попробовать и способы развития — пока отец не упомянул, что мне придется «временно» занять место Стида. Но я не хотел работать на ранчо, чтобы занимать чье-то место. Я хотел работать, потому что отец что-то во мне увидел. Место для меня.

— Значит, ты поступил в колледж и стал полицейским, потому что думал, что я переживал, что ты займешь место Стида?

Я кивнул.

— Да, сэр.

Отец посмотрел на меня долгим внимательным взглядом.

— Митчелл Паркер, на этом ранчо есть место для каждого из вас, дети. С того дня, как вы, мальчики, впервые сели на лошадь и поехали на наши пастбища, это было у вас в крови. У Вайелин и Амелии это тоже есть. Хочу ли я, чтобы вы все здесь работали? Назовите меня эгоистом, но да. Я хочу. Буду ли я принуждать вас? Нет, не буду. Но если ты хоть на секунду подумаешь, что я не верю, что тебе не место на этом ранчо.… — Его голос затих. Он закрыл глаза и снова посмотрел на меня. — Парень, я с удовольствием дал бы тебе подзатыльник.

Тревор и Стид рассмеялись, когда я отпрянул.

— Прости?

Отец наклонился вперед, положив руки на колени, его голубые глаза сверкали.

— Митчелл, я не могу управлять этим ранчо без вас, своих сыновей. Будь то на полный рабочий день или на небольшую часть. Стид, Тревор и Уэйд чертовски хорошо справляются с работой, но, сынок, мне нужны все вы, мальчики. Я возьму все, что захочет дать твое сердце.

Я почувствовал, как слезы жгут мне глаза.

— Мне нравится быть Техасским рейнджером, папа. Я вложил в эту профессию все. Сто десять процентов.

— Хорошо. Именно так мы с матерью и воспитывали тебя.

Улыбаясь, я взглянул на Тревора. Он тихо сидел в стороне, но время от времени качал головой и подбадривал меня, зная, что мне нужно это сделать.

Сосредоточившись на отце, я продолжил:

— Но все изменилось. Корин заставила меня увидеть, чего я действительно хочу в жизни. Я хочу жениться на ней, завести семью и ... — Мой голос сорвался. — Я хочу работать на ранчо полный рабочий день. И это не потому, что я боюсь, что со мной что-то случится. Я знаю риск моей работы, и Корин тоже. Я не буду лгать и говорить, что это не одна из причин.

Приподняв брови, отец спросил:

— И в чем главная причина?

Моя рука легла на грудь, где последние несколько лет я чувствовал пустоту. Во мне есть дыра, и мне потребовалось время, чтобы понять, почему она там образовалась. Корин заполнила большую ее часть... но это все еще дыра.

Уголки губ моего отца приподнялись в улыбке. Его глаза заблестели, и я мог поклясться, что они осветили комнату. Он потянулся за стаканом, допил его и встал. Я последовал его примеру, так же как Тревор и Стид.

— Ну, сынок, стряхни пыль со своих старых рабочих сапог и купи себе хорошие перчатки. На этом ранчо еще куча дерьмовой работы. Если мне не изменяет память, ты хотел поговорить со мной о лошадях.

***

— Митчелл? Ей? Митч?

Подняв голову, я увидел, что передо мной стоит Корин.

— Ух ты! Ты был в глубоком раздумье. Что все это значит?

— Ничего. Я задумался о своем вчерашнем разговоре с папой.

— Он определенно казался счастливым, когда вы, ребята, вышли из его кабинета. Я никогда не видела его таким радостным.

Встав, я притянул ее к себе и поцеловал в губы.

Я взял ее за руку, и мы направились к нашему выходу. Одна из вещей, которые мне нравились в Корин, заключалась в том, что она никогда не давила. Она могла бы спросить, о чем мы говорили, почему папа был так счастлив, но не стала. Она уважала тот факт, что разговор был конфиденциальным. Мне нравилось, как она всегда позволяла мне приходить к ней с вещами и не давила на меня. Это напомнило мне маму. Когда я был маленьким, и наш отец был чем-то расстроен, мама всегда говорила: «Когда он будет готов поговорить об этом, он это сделает. А до тех пор терпеливо ждите, пока папа не почувствует, что готов отпустить бремя».

Нам с Корин повезло быстро усвоить этот аспект в наших отношениях. Мы никогда ничего не скрывали друг от друга, но и не давили.

Мы сели у нашего выхода, и Корин взяла меня под руку. Когда она посмотрела на меня своими большими голубыми глазами, я не мог не улыбнуться.

— Что? — спросил я.

— Давай людей рассматривать!

Издав смешок, я взял ее за руку. Мне не терпелось надеть ей на палец кольцо, которое я спрятал в рюкзаке. Мне не терпелось сделать Корин своей женой.

Мой взгляд остановился на ее прекрасном лице. Никогда в жизни я не чувствовал себя таким наполненным. Все становилось на свои места.

ГЛАВА 26

Корин

Пэм, невеста моего брата, сидела рядом со мной во время маникюра. Она молчала, пока все выходили, и по какой-то причине у меня не возникло ощущения, что это нервы.

— Вам нужна моя помощь в финальной подготовке? — спросила я.

С ошеломленным выражением лица она повернулась ко мне.

— Что?

— Нужна какая-нибудь помощь?

Пэм предложила нам сходить на маникюр вдвоем. Она чувствовала, что нужно проводить больше времени с сестрой своего будущего мужа, что было странно, так как мы выросли вместе. Она жила всего в нескольких кварталах от нас и всегда сидела дома до того, как они с моим братом Риком начали встречаться.

— Гм, нет. Все готово. Моя мама позаботилась об этом. Я уверена, что Лори упоминала, какой занозой в заднице бывает моя мать.

Я слабо улыбнулась ей. Я ни за что не собиралась признаваться, что мама действительно рассказала мне о чрезмерной заботе мамы Пэм и ее выходках.

— Она не упоминала об этом.

— Тогда она святая, — фыркнула Пэм. — Я схожу с ума, Корин. Все, чего я хотела — простую свадьбу. Выйти замуж за мужчину моей мечты. Моя мать превращает это в кошмар.

— Почему бы вам не сбежать?

Пэм застыла, и до меня резко дошло, что я сказала.

— Подожди. Ты только что предложила... сбежать?

Я пожала плечами.

— Думаю, я пробыла в Техасе достаточно долго, чтобы это сказалось на мне.

Она подмигнула.

— Или ты проводишь слишком много времени с красавчиком, которого называешь бойфрендом.

— Пэм! Ты выходишь замуж за моего брата. Ты не можешь так говорить о моем парне.

Пэм закатила глаза.

— Пожалуйста, мне все еще позволено смотреть, и, дорогая, когда рядом появляется такой красивый мужчина, женщины будут смотреть.

В груди вдруг стало тяжело. Трудно было отрицать, что куда бы мы ни пошли, женщины смотрели на Митчелла. Я даже слышала, как они говорили о нем такие вещи, от которых у меня скручивало живот от отвращения. Конечно, Митчелл, казалось, ничего об этом не знал.

— Тебя не беспокоит, что все пялятся на него? — спросила Пэм.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Иногда это беспокоит меня, но я не виню в этом Митчелла. Он, кажется, даже не замечает.

Пэм ухмыльнулась от уха до уха.

— О, поверь мне, Корин. Этот мужчина смотрит только на тебя.

Мои щеки вспыхнули.

— Не притворяйся, будто не знаешь, что этот человек боготворит землю, по которой ты ходишь. Как он на тебя смотрит? Как будто дышит только тогда, когда дышишь ты. Движется, когда ты двигаешься. Это очень романтично.

Я улыбнулась.

— Ну, нам пришлось проделать довольно долгий путь, чтобы добраться туда, где мы сейчас находимся. Все сначала тянулось, а потом понеслось вскачь.

— Ребята, вы уже сказали друг другу слово на букву «Л»?

Когда я не ответила сразу, Сэм схватила меня за руку.

— Ох. Мой. Боже. Корин! А ты?

Я прикрыла рот рукой, чтобы скрыть глупый девичий смешок, который грозил вот-вот вырваться наружу.

— Сказала?

— Ты, наверное, думаешь, что это слишком рано, но мы и так давно это знаем. Митчелл сначала отрицал, но к тому времени, как понял это, я начала отталкивать его. В конце концов, я не смогла устоять.

Пэм пошевелила бровями.

— Ну, а кто бы смог? Такое тело! Пронзительные голубые глаза. Черт возьми, держу пари, он хорош в постели.

Все взгляды обратились к нам, и я почувствовала, как мои щеки покраснели еще сильнее.

— Я не хотела бы это обсуждать, — сказала я, оглядываясь на женщин, теперь полностью настроенных на наш разговор.

— О да, поняла.

Я ударила Пэм по руке, и мы потеряли самообладание.

— Перестань так говорить о моем парне! Ты вот-вот выйдешь замуж!

— Эй, я говорю только правду. Хотя я не знаю, как ты относишься к мысли, что он полицейский.

У меня перехватило дыхание.

— Что ты имеешь в виду?

Пэм небрежно повела плечом.

— Я не думаю, что смогла бы справиться с этим, если бы знала, что Рик каждый день уходит на работу, где его могут ранить или убить.

Я с трудом сглотнула. Не то, чтобы я не знала, чем рискует на работе Митчелл. Я знала. Очень хорошо.

— Ты бы так и сделала. Ты будешь стоять рядом с ним и поддерживать его, что бы он ни делал.

Я почувствовала на себе ее взгляд и повернулась к ней.

— Корин, ты готова к тому, что с ним может что-нибудь случиться? Готова ли ты остаться одна, возможно, с ребенком или, не дай бог, с несколькими детьми?

Мое сердце мгновенно нашло ответ на этот вопрос. Мой мозг, с другой стороны, не позволял мне говорить. Наконец, я обрела голос.

— Ну, конечно. Если это означает быть с Митчеллом, я готова ко всему, что может случиться. В конце концов, с каждым из нас может произойти, что угодно, чем бы мы ни зарабатывали на жизнь.

Пэм смотрела на меня так, словно ей было меня жаль.

— Это моя мать тебя подговорила? — догадалась я.

Она отвела взгляд.

— Я так и знала. У нее есть проблема с тем, что Митчелл полицейский, и ей нужно это преодолеть. И она должна перестать посылать других людей, чтобы отговорить меня от отношений с единственным мужчиной, которого я по-настоящему люблю.

— О, Корин, я не пыталась этого сделать. Я вижу, как ты смотришь на Митчелла. Это ничем не отличается от того, как он смотрит на тебя. Твоя мама беспокоится, вот и все.

Я отвернулась и уставилась себе под ноги. Мои ногти были отполированы и покрыты красивым нежно-розовым лаком.

— Ну, ей не о чем беспокоиться.

Боль разлилась по моей груди, заставляя меня сделать глубокий вдох.

Мы с Пэм перевели тему на легкий разговор о свадьбе. Я смеялась и смеялась, хотя в глазах застыли слезы. Разговоры о том, что Митчелл работал полицейским, были давно забыты, и до меня дошло, как сильно я скучала по дому и семье. Маленькая часть моего сердца разбилась, зная, что через несколько коротких дней я уеду и вернусь в Техас.

***

Митчелл обнимал меня, пока кружил в медленном танце. Мне казалось, что я нахожусь на облаке. Растворяться в объятиях Митчелла было одним из самых удивительных ощущений в мире и тем, от чего я никогда не устану.

— Итак, твоя мама немного поболтала со мной, пока я танцевал с ней, — сказал Митчелл.

Я затаила дыхание. Если бы она подняла тему его работы, я бы очень расстроилась.

— Ах, да? О чем вы, ребята, говорили?

— Она упомянула, что приезжает в Техас. Я рассказал ей немного о ранчо и о том, когда лучше всего туда наведаться.

Я выдохнула воздух, который задержала.

— Я умоляла ее приехать в гости, а она всегда отвечала, что скоро.

— Ну, сложно загадывать. Но скоро у нее может появиться веская причина.

Мои брови сошлись на переносице.

— Ты о чем?

Пожав плечами, Митч наклонился и коснулся своими губами моих.

— Ничего, голубка. Я уже говорил тебе, как ты прекрасна в этом розовом платье?

Я игриво хлопнула его по плечу.

— Можешь называть вещи своими именами, Митчелл. Я похожа на бутылку от «Ваниш». Понятия не имею, почему Пэм выбрала именно этот цвет.

Митчелл притянул меня ближе. Когда его горячее дыхание коснулось моей шеи, мое тело воспламенилось.

— Я хочу заняться с тобой любовью, Корин. Отчаянно.

Легкий всхлип сорвался с моих губ. Последние несколько дней, пока мы гостили у моей матери, Митчелл вел себя как настоящий джентльмен. Несмотря на то, что мы спали в одной комнате, он не занимался со мной любовью, хотя несколько раз с помощью пальцев заставлял меня кончить. Я чувствовал себя развратной, делая что-то подобное в доме матери, но я наслаждалась этой дерзостью.

В голову пришла идея.

— Мы всегда можем улизнуть к ночи. Пойти, например, на пляж.

Рука Митчелла опустилась ниже, пальцы принялись дразнить мою обнаженную кожу.

— Мне нравится эта идея.

Я уткнулась лицом ему в грудь. Его запах пьянил как наркотик. Я никак не могла подойти к нему достаточно близко.

— Я люблю свадьбы, — сказал он.

Его заявление застало меня врасплох. Откинув назад голову, я посмотрела на него.

— Неужели?

— Почему это тебя так удивляет?

Я издала смешок.

— Не знаю. Может быть, потому что до недавнего времени ты был против отношений.

Глаза Митчелла погрустнели.

— Я никогда не был против отношений. Я просто не думал, что готов к этому... До тебя. Ты изменила мое восприятие всего, Корин. Надеюсь, ты это знаешь. Каждый день ты заставляешь меня хотеть стать лучше.

Навернулись слезы. Протянув руку, я прижалась губами к его губам.

Митч обхватил ладонями мое лицо и углубил поцелуй. Клянусь, я чувствовала, как каждая унция его чувств вливается в меня. Голова кружилась от любви. Счастья. Ощущение от того, что этот удивительный мужчина любит меня так, как он это делал, было невероятно захватывающим. Волшебно.

Когда мы, наконец, прервали поцелуй, я отчаянно хотела заняться любовью.

— Я думаю, нам нужно улизнуть отсюда, взять плед и отправиться на пляж.

Митчелл поднял брови.

— Мне нравится ход твоих мыслей.

Я демонстративно облизала нижнюю губу и ответила:

— И я думаю, что пришло время для новой позиции.

Митчелл тяжело сглотнул, потом взял меня за руку и потащил к дому.

— Вперед. Пойдем, пока никто не заметил, что мы исчезли.

Итак, у нас уже две свадьбы, с которых мы сбежали ради секса. Я не могла справиться с головокружительным чувством, бурлящим внутри, когда мы ускользнули от празднующих и спустились на пляж.

— А как насчет прямо здесь? — спросил Митчелл.

Оглядевшись, я едва различала огни, исходящие от пляжного домика. Других домов поблизости не было. Скорее всего, мы зашли достаточно далеко в район парка.

— Прекрасно!

Митчелл расстелил плед и сел. Он взял меня за руку и мягко усадил рядом с собой.

— Здесь очень красиво, — сказал он.

Я прислонилась головой к его руке и удовлетворенно вздохнула.

— Красиво и холодно.

— Ненадолго, — сказал Митчелл и взял рюкзак, который быстро собрал до этого. Он вытащил толстовку, помог мне натянуть ее через голову, а потом оделся сам.

— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал он сексуальным голосом.

— Правда? Это что-то вроде «ты покажешь мне свое, а я покажу тебе свое»?

Смеясь, Митчелл потянул меня назад, и мы легли на спину.

— Непослушная маленькая штучка. Когда ты успела стать такой грязной девчонкой, Корин Миллер?

Я уставилась на звездное небо.

— М-м-м, дай подумать... Я должна была сказать, что это произошло тогда, когда появился один удивительный парень, сбил меня с ног и научил нескольким вещам в спальне, которые я никогда раньше не испытывала.

— Кажется, отличный парень.

— Сначала, правда, он как-то растерялся.

Митчелл рассмеялся.

— Неужели? Почему?

— Ну, однажды ночью он соблазнил меня. Занимался со мной безумной страстной любовью.

— Похоже на жеребца.

Я не смогла сдержать улыбку, которая расплылась по моему лицу.

Откашлявшись, Митч спросил:

— Так что же произошло после того, как он соблазнил тебя?

Я перекатилась на бок и провела пальцем по подбородку моего мужчины. Меньше всего мне хотелось вспоминать прошлое, особенно после того, как я пообещала Митчеллу, что больше никогда не буду бросать его.

— Он испугался.

— Испугался, да?

Я кивнула.

— А что было потом?

— Ну, почти через год, в который мы оба вели себя как дураки, все изменилось. Он изменился, и я тоже.

Повернувшись ко мне, Митчелл улыбнулся.

— Он был тупым мудаком, потому что не видел того, что было прямо перед его носом.

Я привстала и забралась на него сверху. И почувствовала, как его твердый член давит на меня.

— Нет, он самый удивительный, заботливый, невероятно романтичный...

— Забавный.

Я подняла бровь.

— Упрямый.

— Богоподобный в постели.

Я потерлась об него, и Митч издал низкое рычание.

— Я с этим полностью согласен. Он очень одарен в области любовных утех.

От его улыбки у меня свело живот.

Мы смотрели друг на друга несколько мгновений, прежде чем я начала смеяться.

— Я совсем забыла, о чем говорила.

Смех Митчелла наполнил меня счастьем. Он провокационно поднял бедра.

— Отвлеклась, голубка?

Наклонившись, я поцеловала его в шею.

— Я очень отвлеклась, и мне любопытно узнать о новой позиции, которую мы собирались попробовать.

Митчелл мягко прикоснулся к моему лицу. Тепло его руки распространилось по моему телу.

— Знаешь, что я действительно хочу сделать?

Я отрицательно покачала головой.

— Скажи мне.

— Займемся с тобой любовью под звездами под шум волн.

— Я уже сказала, что еще он невероятно романтичен?

— Наверное, сказала.

— Я хотела сказать: безумно романтичный.

Рука Митчелла скользнула мне под платье. На его лице появилась кривая усмешка.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не была без трусиков весь день, потому что если бы я знал, то утащил бы тебя сюда гораздо раньше.

— Нет. Я сняла их, когда ты собирал рюкзак.

Митчелл перевернул нас так, что я оказалась на спине и завис в нескольких дюймах надо мной. Его рука вновь скользнула мне под платье. Когда его пальцы проникли внутрь меня, я тихо застонала.

— Митчелл, — выдохнула я, упираясь бедрами в его руку, молча требуя большего.

— Ты чертовски сексуальна. Ты это знаешь? — прошептал он мне на ухо. Его небритое лицо коснулось моей кожи, вызывая новый прилив возбуждения, подпитывая мое нарастающее освобождение.

— О, Боже, Митчелл. Быстрее, пожалуйста.

Когда он просунул еще один палец, нажал и попал точно в нужное место, я рассыпалась. Его имя слетело с моих губ, а оргазм прокатился по моему телу. Казалось, что это длится бесконечно. Рот Митчелла был повсюду. На моих губах, на моей шее, шепча мне на ухо каки-то милые глупости. Прежде, чем я успела прийти в себя, он вошел в меня. Медленно двигаясь, мы стали одним целым. Наши тела прижались друг к другу так близко, как только могли с двумя слоями одежды между нами.

Это был рай на Земле.

Бедра Митчелла качнулись напротив моих, и я почувствовала, как во мне нарастает еще один оргазм.

— Я сейчас кончу, детка.

Я обняла его, притягивая ближе. В тот момент, когда я почувствовала, что он стал больше и тверже, я тихо позвала его по имени. Его рот захватил мой, и мы упали вместе с тысячами звезд, сияющих над нами.

ГЛАВА 27

Митчелл

— У меня песок в заднице, — сказал я.

Молчание по телефону было бесценным. Не так уж часто мне удавалось лишить своего брата Триппа дара речи.

— Я хочу знать, почему у тебя в заднице песок?

Я издал смешок.

— Романтика на пляже, мой добрый брат.

— О, черт. Секс на пляже — не одно из моих любимых занятий.

— Ну, когда ты с женщиной, которую любишь, и она говорит, что хочет тебя, это означает, что ты втрахиваешь песок в задницу и между ног.

— Остановись, брат. Похоже, вам всем весело. Корин думает, что ты сегодня уезжаешь, или ты сломался и сказал ей?

Я встал и закрыл дверь спальни. Корин и ее мать отправились на прогулку по пляжу, но я не хотел рисковать, на случай если она вернется и услышит.

— Она не догадывается. Думает, что сегодня мы возвращаемся в Техас. Ее мать, конечно, в курсе, потому что я просил руки Корин.

— Аве, ты только посмотри, какой ты традиционный. Корд прав, ты превратился в гребаного Смурфа.

Я рассмеялся и провел рукой по мокрым волосам.

— Это самое меньшее, что я мог сделать. Семья Корин удивительная. Ее мама замечательная. Я не знаю, как она, будучи матерью-одиночкой после смерти отца Корин, справилась. Думаю, они с мамой поладят.

— Да, я очень уважаю одиноких родителей. Я знаю пару печальных случаев в нашем офисе в Сан-Антонио. Я хотел бы оторвать головы некоторым из этих папаш-неудачников, которые обрюхатили девушку, а потом сбежали. Козлы.

Подойдя к окну, я увидел, что Корин и ее мама сидят на пляже и смотрят на воду.

— Ты думаешь, я двигаюсь слишком быстро, Трипп? То, что прошу Корин выйти за меня замуж?

— Вовсе нет. Ничто не говорит о том, что вы тут же должны поспешить со свадьбой.

Я глубоко вздохнул.

— Я не хочу все испортить. Мне всегда кажется, что я иду по воде, так что боюсь снова напортачить.

— Митч, Корин любит тебя. Она доверяет тебе на все сто процентов, и я не сомневаюсь, что, если ты попросишь эту девушку выйти за тебя замуж, она бросится в твои объятия с криком «да». С того момента, как вы оба посмотрели друг на друга, это было очевидно. Доверься своему сердцу, чувак.

Улыбаясь, я прислонился к подоконнику.

— Ты брал уроки у папы что ли?

Трипп рассмеялся.

— Назовем это личным опытом. Если бы я прислушивался к своему сердцу в тот день, я, вероятно, был бы…— Его голос затих. Я знал, что он скажет. Скорее всего, сейчас он был бы с Харли.

— Ты прав насчет Корин, — сказал я, меняя направление разговора.

— Ты отдаешь ей бабушкино кольцо?

Мое сердце воспарило при мысли о том, что Корин будет носить изумрудное кольцо нашей бабушки. Когда два года назад умерла папина мама, мы все тянули соломинку, кому достанется кольцо. Вайелин и Амелия уступили нам, парням, шанс подарить его женщине, которую мы поведем под венец. Мне повезло. Кольцо лежало в моем сейфе до ночи пожара, тогда я достал его, мечтая когда-нибудь отдать Корин. А когда услышал оповещение о возгорании, я положил его в боковой ящик тумбочки. Мама убила бы меня, если бы узнала.

— Надеюсь, ей понравится, — ответил я. — Я имею в виду, если Корин захочет пойти и выбрать бриллиант, я пойму.

— Нет, только не Корин. Она будет любить и дорожить им, особенно когда услышит эту историю. Как ты собираешься это сделать?

Я хрипло рассмеялся.

— Черт, я не знаю. Я пытался думать о разных местах и времени и о том, что было бы самым романтичным. Ничего путного в голову не приходило.

— Почему бы тебе просто не сделать это, когда придет время?

— Значит, ты предлагаешь носить кольцо с собой везде, куда бы я ни пошел, пока настроение не поднимется, а потом задать вопрос?

Трипп издал смешок.

— Именно это я и говорю.

Ха. В его словах есть смысл.

— Мне нравится эта идея. Принимать вещи такими, какие они есть. Пусть это придет само собой.

Я выглянул в окно и увидел Корин и ее мать, стоящих на берегу. Они обнимались. Мое сердце разрывалось, когда они вытирали слезы со своих лиц.

— Слушай, Корин возвращается. Передай всем привет от меня. О, неужели Вайелин получила разрешение на открытие танцевальной студии?

Трипп застонал.

— Черт возьми, это не разбирательство, а чертов кошмар. Старая леди Хопкинс была уверена, что Вайелин собирается открыть там какой-нибудь секс-шоп. В какой-то момент Вайелин даже специально сказала при ней, что открывает магазин секс-игрушек в Оук-Спрингс, просто чтобы позлить старушку. Затем улыбнулась и добавила, что местные жители, вероятно, будут в восторге от этого, и что она предложит эту идею папе в качестве инвестиции.

Я даже вздрогнул от нарисовавшейся в голове картинки. Магазин, полный дам: миссис Джонсон, миссис Хопкинс и их друзей, покупающих секс-игрушки.

Чепуха.

— Неужели Вайелин хочет довести ее до сердечного приступа? Иисус.

Трипп рассмеялся.

— Как бы то ни было, судья Хилл встал на сторону Вайелин и сообщил миссис Хопкинс, что только то, что она вошла в здание во время частного полового акта не означает, что в здании будет происходить что-то незаконное.

— Пожалуйста, скажи мне, что папа был там.

Брат засмеялся еще громче.

— Чувак, видел бы ты его лицо. Это было чертовски бесценно. Он был бледен, как привидение. Вайелин почти спряталась под сидение.

Я не смог удержаться от смеха.

— Черт. Такое мгновение стоило увидеть.

Дверь спальни открылась, и вошла Корин. Она выглядела прекрасно, ее щеки слегка порозовели от холодного ветра, дующего с озера. Когда она улыбнулась, мое сердце, казалось, стало в десять раз больше в груди.

— Эй, Корин только что вернулась с прогулки. Передай маме и папе привет, и что мы скоро увидимся.

— Сделаю. И, Митч, следуй зову своего сердца. Не думай об этом слишком много.

— Попался. Я поговорю с тобой позже, брат.

— Позже.

Звонок прервался, и я сунул телефон в карман. Мое сердце сжалось, когда я посмотрел в глаза Корин. Она была расстроена.

— Ты в порядке, голубка?

Ее подбородок задрожал, и я понял, что она пытается сдержать слезы. Я протянул руки, и она бросилась в них, прижимаясь ко мне всем телом.

— Я буду очень скучать по маме. Я с трудом выношу мысль о том, чтобы оставить ее.

Обхватив ее руками, я прижался губами к ее голове.

— Я знаю. Мне так жаль, детка.

Корин зарылась лицом мне в грудь и заплакала. Честно говоря, я не мог представить себе жизнь вдали от своей семьи. Мои родители были скалой — прочным фундаментом, который держал всех вместе.

— Она останется совсем одна.

Я приподнял подбородок Корин и посмотрел ей в глаза.

— Что ты имеешь в виду?

— Рик нашел работу в Нью-Йорке. Он и Пэм переедут, когда возвратятся из свадебного путешествия.

У меня упало сердце.

— Ох. Это действительно отстой.

— Я хотела, чтобы она приехала в Техас и посетила Оук-Спрингс. Думаю, ей там понравится. Но мама сказала, что здесь ее дом, и она не может его покинуть. Митчелл, мне ненавистна сама мысль о том, что она будет так одинока, а ее дети будут так далеко.

Стук моего сердца начал сотрясать мозг.

— О чем ты говоришь?

Глаза Корин расширились.

— Нет! Я не говорю, что хочу остаться здесь, черт возьми, нет. Я хочу быть с тобой, в Техасе.

Я глубоко вздохнул и закрыл глаза.

Слава Богу.

Открыв глаза, я увидел, как по ее прекрасному лицу катится одинокая слеза. Я провел большим пальцем по ее щеке и вытер ее.

— Не плачь, детка. Я не выношу, когда ты плачешь.

— Может, вернемся на Рождество? Мы могли бы устроить белое Рождество.

Улыбаясь, я тут же начал вынашивать в голове план.

— Это отлично звучит. Давай сделаем это.

Лицо Корин прояснилось, и захватывающая дух улыбка осветила ее лицо.

— Я люблю тебя, Митч. Я тебя так люблю.

Положив руки ей на лицо, я наклонился и нежно поцеловал ее.

— Наверное, нам стоит убрать багаж в машину и отправиться в аэропорт.

Медленно кивнув, она прикусила губу.

Загрузив в машину наши чемоданы, я обернулся и увидел обнимающихся Корин и ее мать.

— Мне так жаль, что я покидаю тебя.

Лори храбро улыбнулась.

— Корин, не обращай внимания на мои слезы. Это слезы счастья. Я так рада, что оба моих ребенка обрели любовь и счастье. Это все, чего я хотела. Перестань беспокоиться обо мне, милая. Со мной все будет в порядке. А теперь я хочу, чтобы ты перестала грустить.

Когда Лори взглянула на меня, ее улыбка стала еще шире.

— Позаботься о моей маленькой девочке.

Я кивнул.

— Да, мэм. Конечно.

Повернувшись к Корин, Лори поцеловала ее в щеку.

— Я люблю тебя, моя милая девочка. А теперь иди, пока не опоздали на самолет.

Корин снова обняла мать.

— Я тоже тебя люблю. Позвоню тебе, когда мы приземлимся.

Лори подошла ко мне и раскрыла объятия.

— Было так приятно познакомиться, Митчелл.

— Мне тоже было очень приятно, Лори. — Когда мы обнялись, я прошептал ей на ухо: — Спасибо за благословение.

Она крепче сжала меня и прошептала в ответ:

— Ты делаешь ее счастливой.

Мы посмотрели друг на друга. Я хотел сказать, что сделаю все, что в моих силах, чтобы ее дочь всегда была счастлива. Вместо этого я кивнул и улыбнулся.

Я открыл дверцу для Корин и поддержал за руку, пока она садилась в машину. Мое сердце бешено колотилось.

Вот оно.

Через несколько дней я попрошу Корин выйти за меня замуж.

Помоги, боже.

Паника начала укореняться глубоко внутри меня — не потому, что я боялся просить ее выйти за меня замуж. Далеко не так. Просто я так отчаянно хотел сделать предложение Корин особенным. Оставить память на всю жизнь.

Пока мы ехали по улицам Чикаго, я задумчиво разглядывал деревья, которые уже начали менять свой цвет. Взглянув направо, я заметил, что Корин делает то же самое.

— Ты в порядке? — спросил я и взял ее за руку.

Она кивнула.

— Буду, как только мы вернемся домой. Работа поможет мне отвлечься.

Она и не подозревала, что мы не возвращаемся в Техас. Мы собирались в Банф.

Вцепившись в руль, я сделал глубокий вдох.

Вот оно.

Пора сообщить Корин об изменении планов.

ГЛАВА 28

Корин

— Канада? Мы едем в Канаду?

Я стояла и смотрела на Митчелла. Уверена, что на моем лице застыл шок.

Он просто протянул мне паспорт, когда мы стояли в очереди на регистрацию.

— Мы остановимся за пределами Банфа в отеле «Пост». Надеюсь, нам повезет с хорошей погодой, и никакие безумные штормы не испортят наш отдых.

Мой рот слегка приоткрылся, я попыталась сформулировать слова.

Канада. Банф. Единственное место, куда я всегда мечтала попасть, и Митчелл делает эту мечту реальностью.

— Как? А как же моя работа?

Он потянулся к моей руке.

— Я уже договорился с Пакстон. На самом деле я очень боялся, что она испортит сюрприз. Я рад, что она не проговорилась.

Я отрицательно покачала головой.

— Она не произнесла ни слова! Банф? О, боже! Честно? — Возбуждение клокотало во мне, и я чуть не закричала. Люди начали пялиться, но мне было все равно. Никогда еще я не была так взволнована.

— Я никогда не был более серьезным.

Я бросилась в его объятия и закричала:

— Ох, Митчелл!

Он рассмеялся, подхватил меня и поцеловал. Когда поставил на землю, у меня закружилась голова не только от мысли о поездке в Банф, но и от поцелуя Митчелла.

— Ах ты, маленький проныра. Как тебе удалось найти место для ночлега? Я думала, что номер нужно бронировать за несколько месяцев вперед.

Я криво улыбнулся.

— Когда я учился в колледже, мы с друзьями ездили на лыжную прогулку недалеко от Банфа. Вообще-то мы отправлялись туда каждый год. Место, где мы останавливались, было потрясающим. Один из родителей моего друга знал владельцев отеля. Совместный бизнес или что-то в этом роде. Каждый раз мы останавливались там. Как бы то ни было, я позвонил приятелю и попросил дать контакт. Он сам связался с дочерью владельца, и она сдала нам отдельный домик.

— Домик! О, боже! Ты серьезно?

— Ленни предупредил, что там есть подвох, но не знает, что именно. Я все узнаю, когда мы туда доберемся.

— Какая разница, в чем подвох! Мы остановимся в отдельном домике в Банфе!

— Ну, не совсем, это примерно в сорока минутах езды от города.

Я, несмотря на людей в очереди, исполнила короткую джигу и визгнула.

— Это будет потрясающе! Надеюсь, там будет хоть немного снега!

— Ты знаешь, как было трудно упаковать твою зимнюю куртку в мой чемодан? Я до смерти боялся, что ты заметишь.

Я игриво хлопнула его по плечу.

— Ты коварный человек. — Уголки его рта изогнулись в сексуальной, как грех, улыбке, заставив напрячься низ живота. — Я никогда в жизни не была так счастлива, Митчелл.

— Ну и отлично. Таков был план. — Он наклонился и поцеловал меня в кончик носа.

***

Волшебно. Это единственное слово, которое подходило, чтобы описать место, куда мы прибыли. Отель «Пост» был прекрасным. Нет, потрясающим. Земля была слегка покрыта снегом, но выше в горах все выглядело таким белым, как я и предполагала.

Я ахнула, когда Митчелл открыл дверцу взятой напрокат машины. Естественно, «Джип». Митчелл не хотел рисковать и взял машину с полным приводом.

— Фотографии не отдают должного этому месту, не так ли? — спросил Митчелл.

— Нет! Это тут вы все катались на лыжах?

Митчелл притянул меня к себе.

— Ты сказала «кататься»?

Мои щеки вспыхнули.

— Думаю, что да.

— Мне нравится. А теперь мне просто нужно заставить тебя сказать «собираюсь». Например, «я собираюсь кататься на тебе всю ночь напролет, Митчелл» или «я собираюсь показать тебе стриптиз, Митчелл».

Я огляделась, не слышал ли его еще кто-нибудь.

— Прекрати! — прошептала я.

— Ну и что? — Он пожал плечами. — Мы никогда больше не увидим этих людей.

Мы подошли к багажнику внедорожника, где стоял посыльный с тележкой, ожидая, чтобы забрать наш багаж.

— А что, если мы вернемся сюда с нашими детьми? — неожиданно вылетело из меня.

Митчелл не застыл, не испугался и даже не запнулся.

— Люди будут так очарованы нашими прекрасными детьми, что даже не заметят, что мы были той самой молодой парой, которая много лет назад говорила друг другу пошлости.

На этот раз его определенно услышали. Коридорный. Он откашлялся и спросил:

— Могу я узнать фамилию, сэр?

— Паркер.

Мое сердце колотилось, как крылья колибри, пока я думала о его словах.

Наши прекрасные дети.

Значит, Митчелл думал о будущем. Между нами все было серьезно, и мы явно двигались вперед с молниеносной скоростью. В один день я злюсь на него, а в другой я уже подозреваю, что беременна его ребенком.

Моя рука потянулась к животу. Беременность от Митчелла внезапно показалась мне чем-то, чего мне хотелось бы в ближайшее время.

— Готова? — спросил Митчелл и взял меня за руку.

Я улыбнулась.

— Да! Не могу дождаться, когда увижу наш домик.

Митч отпустил мою руку, обнял за талию и притянул к себе.

— Мне не терпится заняться с тобой любовью.

М-м-м... Восхитительное тепло растеклось между моих ног. Не имело значения, был ли Митч романтичным или говорил непристойности, мое тело всегда испытывало томление.

Пока мы шли к лобби, я окинула взглядом отель. Фасад из больших речных камней и деревянных балок придавал вид деревенского домика. Внутри отель был таким же прекрасным — все из красивого дерева. Рядом со стеной из больших окон, из которых открывался вид на прекрасный пейзаж, стояли большие массивные предметы мебели.

— Ух ты. Это потрясающее место.

— Очень мило, правда? Нам нравилось приезжать сюда, когда я учился в колледже.

Я быстро огляделась. Женщина примерно нашего возраста сидела на одном из огромных кресел. У нее даже глаза сверкнули, когда ее взгляд упал на Митчелла. Когда-нибудь я привыкну к тому, что женщины всех возрастов глазеют на него?

Мы подошли к стойке регистрации.

— Добрый вечер. Добро пожаловать в отель «Пост». Ваше имя, пожалуйста.

— Митчелл Паркер.

Молодая девушка за стойкой изо всех сил старалась не таращиться на Митчелла. Его рука все еще обнимала меня за талию, притягивая к себе. Как будто он заявлял на меня права. И мне это нравилось. Нет, я в восторге!

— У вас бронь на пять ночей?

У меня перехватило дыхание.

— Пять ночей?

Повернувшись, Митчелл одарил меня улыбкой, от которой у меня подкосились колени. Когда он поиграл бровями, я невольно прыснула, как школьница.

О, как нам будет весело!

— Один ключ или два?

Митчелл поднял два пальца.

— Лучше два. На всякий случай.

Девушка хихикнула, как будто он рассказал анекдот. Мне хотелось закатить глаза, но я понимала, что чувствует бедняжка. Такой я была год назад, когда впервые увидела Митчелла Паркера.

— Митчелл Паркер? Неужели это ты стоишь в вестибюле папиного отеля?

Я повернулась к женщине, на которую обратила внимание раньше. Ее светло-каштановые волосы были собраны в тугой пучок на макушке. В деловом костюме, но грудь практически вываливалась в вырезе рубашки. Мой взгляд скользнул по ее идеально сложенному телу к туфлям от Джимми Чу.

Она выглядела так, словно жила в Нью-Йорке, а не в маленьком канадском городке.

Митчелл рассмеялся.

— Прошло много времени, Кристи. Спасибо, что забронировала нам номер.

Ее глаза, казалось, так и вспыхивали, когда она смотрела на Митчелла. На мгновение мне показалось, что она собирается пройти сквозь меня, чтобы добраться до него.

— Конечно! Когда Ленни позвонил и сказал, что тебе нужна услуга, я с радостью согласилась. Особенно учитывая нашу... — она посмотрела прямо на меня, — прошлую дружбу.

— Да, я действительно ценю это, — сказал Митчелл. — Я и забыл, как здесь красиво.

Ее взгляд вернулся к Митчеллу. Он был таким пронзительным, что, казалось, мог лег проделать в Митчелле дырку.

— Да... очень красиво.

Я нахмурила брови. Та-а-ак, эта мадам откровенно флиртует с ним.

— Вот ваши ключи, мистер Паркер, — сказала девушка за стойкой.

Митчелл отпустил мою руку и потянулся за ключами.

Повернувшись к Кристи, он переплел свою руку с моей.

— Кристи, я хочу познакомить тебя с моей девушкой, Корин.

Ее глаза распахнулись, и взгляд забегал от Митчелла ко мне. До меня донесся запах ее духов. Боже мой, неужели она искупалась в них?

— Девушка? У Митчелла Паркера есть девушка?

С неловким смешком Митч провел рукой по волосам.

— Конечно.

Кристи наклонила голову и цокнула языком.

— Ну, это будет неловко, так как ты обещал мне ужин.

Митчелл застыл.

— Что?

— Лэнни сказал, что ты поужинаешь со мной, если я применю магию, чтобы устроить тебе номер. Я организовала тебе не только номер. Хотя и не подозревала, что ты привез с собой... друга.

У меня отвисла челюсть. Она не просто ждала здесь.

— Ну, я уверена, что мы сможем договориться о том, чтобы поужинать вместе как-нибудь вечером.

Воздух начал закипать не только от напряжения, но и от наполненных похотью волн, которые Кристи пускала в сторону Митчелла.

— Мы договорились поужинать с тобой. Я уверен, что твоя подружка не захочет слушать наши разговоры о тех днях, когда ты и твои друзья по колледжу приезжали сюда кататься на лыжах... среди прочего.

У меня упало сердце. О, нет. Только не говорите мне, что Митчелл и эта женщина были любовниками.

— Послушай, Кристи, не я заключал эту сделку. Ленни предупредил, что будет подвох. Я не знал, и, если ты хочешь поужинать сегодня вечером, мы можем втроем.

На лице Кристи отразилась злость.

— Джессика, мы точно забронировали номер в домике Пайпстоуна?

О, ради всего хорошего. Эта девушка играет в грязные игры!

— Митчелл, я не возражаю, если ты поужинаешь сегодня с Кристи, — сказала я. — Я устала и все равно хотела поужинать в номере.

Митчелл так резко повернул ко мне голову, что я сразу подумала, что он не хочет ужинать с Кристи ни сегодня, ни в любой другой вечер.

— Нет, — возразил он с явным гневом в голосе. Повернувшись, он положил оба ключа на стойку, взял меня за руку и заговорил с Кристи:

— Я не играю в игры и уж точно не собираюсь идти с тобой ужинать и оставлять свою девушку одну. Мы найдем другое место для ночлега.

Мы двинулись прочь, и Митчелл жестом велел коридорному вынести наши вещи наружу.

— Митчелл Паркер, перестань драматизировать. Я шучу! Мне бы очень хотелось, чтобы Корина присоединилась к нам.

Мы остановились, и Митчелл оглянулся на нее.

— Это Корин, без буквы «А».

Кристи постучала пальцем по губам своими идеально наманикюренными ногтями.

— Ясно. Корин без буквы «А». Как насчет того, чтобы встретиться со мной в местном ресторане ровно в восемь?

Ее взгляд задержался на Митчелле, и она повернулась ко мне.

— Только сегодня там действует дресс-код. Элегантный стиль.

Я заставила себя улыбнуться.

— Звучит замечательно. Верно, Митчелл?

Понимая, что Митчелл не хочет ехать в другой отель, я попыталась не раздувать конфликт. К счастью для меня, я прошлась по магазинам с мамой и купила платье для особого вечера с Митчеллом. Похоже, сегодня пришло время для маленького черного платья.

ГЛАВА 29

Корин

Митчелл молчал, пока мы направлялись к «Джипу». Я не хотела настаивать, но и не собиралась ужинать с этой женщиной, пока не получу кое какую информацию.

— Ты с ней спал? — спросила я, когда Митчелл заехал на стоянку.

Глубоко вздохнув, он откинул голову на спинку сиденья.

— Да.

Я проглотила комок в горле.

— И не один раз?

Он резко провел рукой по волосам, и я получила ответ. Меня затошнило.

— Мы приезжали сюда все четыре года учебы в колледже.

Я смотрела в окно на текущую реку и жалела, что согласилась поужинать. Мне предстояло сидеть за столом с женщиной, которая спала с моим парнем. И бог знает сколько раз.

Мое нездоровое любопытство взяло верх.

— Ты хочешь сказать, что спал с ней четыре или больше раз в каждой поездке?

— Разве это имеет значение, Корин?

Я хрипло рассмеялась.

— Ну, учитывая, что теперь мне придется сидеть с этой женщиной за ужином, я бы хотела знать, была ли она просто трахом или кем-то, с кем ты любил заниматься сексом во время своих поездок сюда.

Митчелл поморщился от моего употребления слова «трахаться», но мне было все равно. Я разозлилась. Я ожидала такого в Оук-Спрингс, но в Канаде? Нет.

— Это было больше четырех раз.

Воздух покинул мои легкие, и я пожалела, что спросила. Распахнув дверцу машины, я выскочила и направился к домику.

— Корин, подожди.

— Не сейчас, Митч. Мне нужно время, чтобы все обдумать.

Я могла лучше справиться с чем-то подобным в Оук-Спрингс, но не в другой стране.

Когда Митчелл подошел ко мне сзади, я почувствовала тепло его тела, и мне ничего так не хотелось, как чтобы он обнял меня и сказал, как сильно любит — что ни одна другая женщина до меня ничего не значила. Я знала, что это не так, но мне нужно было это услышать. Эта женщина вторглась в мою жизнь, и я не была к этому готова. Я знала, что Митчелл не святой. Я знала, что он был с другими женщинами. Множеством других женщин.

Митчелл отпер дверь, и мы вошли в огороженную комнату для принятия солнечных ванн. Ничего, кроме окон от пола до потолка. Потрясающе. Повернувшись налево, я вошла в гостиную. В центре внешней стены был большой каменный камин. Перед ним диван и два стула. Я практически чувствовала жар, мечтая о том, как Митчелл будет заниматься со мной любовью здесь.

Неужели он был и с ней перед этим камином?

Тьфу. Мне нужно было выбросить эти мысли из головы.

Пройдя дальше, я увидела ступеньки, ведущие, как я догадалась, в хозяйскую спальню наверху. Я быстро поднялась по ним. Часть меня надеялась, что Митч последует за мной, но он этого не сделал. Я вела себя по-детски и знала это. Просто мне действительно нужно было некоторое время на осознание.

Знал ли он, что эта женщина будет здесь? Знал ли об ужине и решил притвориться?

Я обняла себя руками.

Нет. Митчелл никогда бы так со мной не поступил.

Я замерла, когда сошла с последней ступеньки и повернула налево. Передо мной было самое удивительное место. Куда бы я ни посмотрела, везде видела что-то, что заставляло улыбку расползаться по лицу.

Слева стояла массивная двуспальная кровать. Белое под старину шикарное покрывало с вкраплениями светло-голубого цвета придавало комнате уют. В гигантском окне можно наблюдать, как снаружи мягко падает снег. Сводчатый наклонный потолок был облицован деревянными досками, добавляя романтическую атмосферу.

Справа перед очередным красивым каменным камином стоял диван.

Слезы потекли по моим щекам, я подошла к дивану и села. Закрыла лицо руками. Мне не хотелось плакать. Я не хотела, чтобы ситуация с этой дамочкой меня так трогала.

Так почему же я это позволяю?

Опустив руки, я уставилась в окно. Мне нужно было вырваться из этого. Быстро вытирая лицо, я встала. Ни за что не позволю какой-то богатой снежной крольчихе разрушить мое время с Митчеллом.

Я повернулась к лестнице, но замерла. В арке, ведущей в комнату, стоял Митчелл. Выражение его лица было пронизано тревогой и сожалением.

— Я хотел сделать эту поездку особенной для нас. Я даже и не думал, что столкнусь с ней. Я не видел ее много лет, и последнее, что слышал, она живет в Сан-Франциско. Ты должна это знать.

Кивнув, я тихо ответила:

– Я поняла.

Митч шагнул ко мне.

— Я так безумно хотел тебя обнять, едва ты вышла из джипа. Ты попросила время, и я дал тебе все, что мог сам выдержать. Я люблю тебя. Ты единственная женщина, которую я любил и буду любить. Я даже не знаю, как дышал до тебя. Ты моя жизнь. Мое настоящее. Мое будущее. Пожалуйста, не позволяй моему прошлому разрушить наше пребывание здесь.

Я накрыла рот руками. Такие искренние слова заставили меня еще больше влюбиться в него. Митчелл закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда он снова посмотрел на меня, я поняла, что он ждет от меня слов, но не могла произнести ни звука. Единственное, что я могла сделать — это показать, как сильно я его люблю.

Я подошла и бросилась в его объятия. Сильные руки обхватили меня и прижали к себе. Звук биения сильного сердца был самым прекрасным звуком в мире.

— Я не сержусь на тебя, Митч. Я даже не знаю, зачем начала расспрашивать. Мне следовало оставить этот вопрос в покое. Понадобилось всего несколько мгновений, чтобы осознать это и перестать вести себя как ребенок.

Митчелл отстранился и посмотрел мне в глаза. То, как его голубые глаза смотрели в мои, заставило мой желудок сжаться.

— Ты вела себя не как ребенок. Я не святой, и ты знаешь, что я был с другими женщинами. Нам не обязательно идти с ней ужинать. Здесь есть и другие места, где мы могли бы остановиться, Корин. Она ведет себя как сука, вынуждая меня.

Я улыбнулась.

— Нет. Я хочу пойти на ужин. Ей нужно увидеть, что она не контролирует ни одного из нас, и что мы любим друг друга и счастливы.

Митчелл обхватил мое лицо руками.

— Я так сильно влюблен и безмерно счастлив.

— Займись со мной любовью.

В глазах Митчелла плясало желание.

— Тебе не нужно повторять мне дважды.

***

Святое дерьмо. Я выгляжу сексуально.

Стоя перед большим зеркалом, я разглядывала черное коктейльное платье, которое надела после того, как мы с Митчеллом приняли горячую ванну. До этого у нас была умопомрачительная любовная сессия. Я полностью погрузилась в теплую воду, а Митчелл промассировал каждый дюйм моего тела. После этого я так расслабилась, что чуть не сказала, что не хочу идти на ужин.

Почти.

Я прикусила губу, рассматривая свое отражение. Тонкие бретельки вели вниз к лифу с глубоким вырезом, который выгодно подчеркивал мою грудь. Митчелл должен потерять сознание, когда меня увидит. Конечно, и бюстгальтер пуш-ап дал нужный эффект. Улыбнувшись, я прошептала:

— Одно очко в мою пользу. Ноль для Кристи в отделе сисек.

Повернувшись в сторону, я засмущалась. Фасон платья был достаточно знойным, но добавьте сексуальные вырезы на животе, и оно вышло из чартов. Не говоря уже о открытой спине до самой талии. Дизайн демонстрировал все мои формы самым выигрышным образом. Сверкающие блестки от подола до бедра стали завершающим штрихом.

— Ладно, дыши глубже. Ты можешь выйти в таком платье, Корин. Да, можешь.

Очевидно, разговор с самой собой стал чем-то новым в моей жизни за последние несколько месяцев. Я потянулась за черным кардиганом и схватила клатч. Мне не терпелось увидеть лицо Митчелла, когда он увидит меня в этом образе.

Покрутившись на каблуках, я еще раз взглянула на себя. Мои светлые волосы были собраны во французский пучок. Простые жемчужные серьги украшали уши, на шею я решила ничего не одевать. Так показалось сексуальнее. Я хотела, чтобы взгляд Митчелла был на моих девочках, а не на ювелирном изделии.

Мой телефон звякнул, и я взглянула на него.

Пакстон: Пришли нам фотографию!

Амелия: Да! Сфотографируй, пожалуйста!

Вайелин: Лучше бы это было чертовски сексуально, а то я расстроюсь.

Улыбаясь, я сделала пару селфи и отправила их в групповой чат. Я рассказала девочкам о Кристи, и они все были взбудоражены.

Глубоко вздохнув, я нажала «Отправить». Им не потребовалось много времени, чтобы ответить. Вайелин была первой. Ну, конечно.

Вайелин: ЧЕРТ ВОЗЬМИ. Где наша маленькая невинная Корин?

Ух, я даже подпрыгнула от радости.

Пакстон: Ничего себе. О… вау… святое дерьмо. Митчелл не достоин тебя, девочка!

Амелия: Извините, я вытру слюни. Если бы я увлекалась девушками, я бы сейчас ревновала своего брата!

Пакстон: Ржу не могу.

Вайелин: А что?!?!?

Я люблю этих девушек. Они знают, как меня поддержать.

Я: Я люблю вас, ребята. Ладно, я иду вниз. Пожелайте мне удачи.

Пакстон: Тебе это не нужно, милая. Он любит тебя и будет смотреть только на тебя.

Вайелин: Если он сделает что-то глупое, скажи нам, чтобы я могла надрать ему глупую задницу.

Смеясь, я покачала головой.

Я: Спокойной ночи, дамы!

Все трое разом написали: «Спокойной ночи». Последний взгляд в зеркало, и я направилась вниз.

Митчелл сидел на диване и смотрел телевизор. Я откашлялась, и он оглянулся через плечо. Увидев меня, он вскочил и сделал несколько шагов назад.

— Срань господня.

Мое сердце бешено колотилось. Что, если ему не понравилось платье?

— Тебе не нравится?

У него отвисла челюсть, и он уставился на меня. Ни единого звука не слетело с его губ.

— Митчелл?

Он закрыл глаза и покачал головой.

— Дай мне секунду. Мне кажется, я умер и попал в рай.

Я не смогла сдержать улыбку, которая расплылась по моему лицу.

— Значит, тебе все-таки нравится?

— Повернись кругом... медленно, — попросил он.

Я повернулась на мучительно медленной скорости и провела пятидолларовую экскурсию по тому, что было его.

Его глаза голодным взглядом скользили по моему телу.

— Нравится? Все, о чем я могу думать, это как буду трахать тебя в нем.

Восхитительная пульсация прошлась между моих ног.

— К черту ужин. Я хочу тебя.

Не буду отрицать, что мне понравилось, как Митчелл отреагировал на платье. Он не мог оторвать от меня глаз.

— Эй-эй. Это всего лишь платье.

Резко подняв глаза, он сдвинул брови.

— Только платье? Только?! Платье?! Ты выглядишь безумно сексуально. Неописуемо красивая. Господи Иисусе, Корин. Мой член стоит колом. Возможно, мне придется поработать самому, если ты не позволишь мне войти в тебя.

Приложив пальцы к его губам, я прищурилась.

— Послушайте, мистер Паркер, какой у вас грязный рот.

— Ты смотрела на себя в зеркало перед тем, как спуститься сюда? Если да, то как, по-твоему, я смогу держать свои руки подальше от тебя?

Он провел ладонями по моему телу, вызывая дрожь.

— Видишь, даже ты понимаешь, какая ты горячая.

Смеясь, я пихнула его в плечо.

— Веди себя прилично, Митчелл Паркер.

— Я и часа не протяну, Корин.

Слегка пожав плечами, я подмигнула.

— Тогда, я думаю, нам придется сократить ужин.

Митч переместил руку на мою спину и слегка провел пальцами по моей обнаженной коже.

— Черт возьми, да, это будет очень быстрый ужин. — Он наклонился, его губы коснулись моих. — Ты на вкус как рай, голубка.

Я положила ладонь ему на щеку.

— Это потому, что я на небесах.

Мы долго смотрели друг другу в глаза, прежде чем мой мужчина застонал.

— Думаю, нам пора.

Положив руку мне на поясницу, он вывел меня из домика и повел к машине. Мы вошли в отель, а после и в ресторан точно так же — рука Митчелла собственнически лежала на моем теле. Несколько человек, находившихся в ресторане, обернулись на нас. Я не могла не заметить, как один парень уставился на меня. Обычно я чувствовала бы себя неловко от такого внимания, но сегодня все было по-другому. Я ощущала себя сексуальной, сильной и полной уверенности. Дело было не только в платье. Это все мужчина, идущий рядом со мной. Тот, который все время говорил мне, как я прекрасно выгляжу. Как удивительно пахну. Как сильно он хотел, чтобы мое тело было под ним.

Митчелл заставил меня почувствовать себя богиней.

Кристи сидела за столиком, ожидая нашего прихода. Когда она подняла глаза, ее улыбка исчезла, а челюсть отвисла. Шок на лице вскоре сменился очень разозленным взглядом.

Я внутренне сжала кулак. Митчелл подвел меня к столу и отодвинул стул.

— Кристи. — Его голос был ровным, в нем не было никаких эмоций.

— Добрый вечер, Митч, Карина.

Мне хотелось закатить глаза. Вместо этого я ухмыльнулась и поправила:

— Корин

— О, боже. Вот именно. Не знаю, почему я все время думаю, что в имени есть буква «А».

Я взяла салфетку, положила ее на колени и не стала отвечать. Митчелл сидел рядом со мной так близко, что я чувствовала, как его нога касается моей.

Когда подошел официант, Кристи сказала:

— Уолтер, мы выпьем бутылку Шато Лафит Ротшильд Пойяк.

Мне захотелось рассмеяться, когда Кристи произнесла название вина с французским акцентом.

— Я возьму стакан воды, пожалуйста. Вина мне не надо, — сказала я с легкой усмешкой.

Кристи резко повернулась ко мне.

— Почему? Это удивительное вино.

Я выдавила из себя вежливую улыбку.

— Я не люблю вино и считаю, что тратить больше восьмисот долларов за бутылку — это не мое.

— Почти тысяча, и это за счет заведения. Однако, я поражена вашим знанием вина.

— Спасибо, — промурлыкала я как можно ласковее. — Но я все равно пас.

Кристи одарила меня самодовольной улыбкой.

— Тогда больше достанется мне и Митчеллу.

— Нет, спасибо. Я собираюсь ограничиться бутылкой пива. Я возьму «Голубую луну», если она у вас есть.

Официант кивнул.

— Да, сэр.

— О, неплохо. Я тоже выпью пива, — добавила я.

— Серьезно, вы оба меняете лучшее вино ресторана на пиво?

Митчелл одарил ее фальшивой улыбкой. Я знала его искренние улыбки. Они касались его прекрасных голубых глаз и заставляли их сверкать, как звезды.

— Итак, Митчелл, ты все-таки стал полицейским?

Он кивнул.

— Ага.

— О, держу пари, ты хорошо смотришься в форме.

Она. Не. Должна.

— Кар… Я... Ой, прости, Корин, чем ты зарабатываешь на жизнь?

— Я воспитательница детского сада.

Кристи усмехнулась.

— Это тебе подходит. У тебя такой невинный вид. Классическая воспитательница детского сада.

Мне не нравится эта женщина.

— Конечно, я не знаю, что подумали бы родители твоих учеников, если бы увидели тебя в таком наряде.

— По-моему, она выглядит сногсшибательно, — возразил Митчелл. — Самая красивая женщина в ресторане.

Кристи нахмурилась, прежде чем выдавить улыбку, которая выглядела такой же фальшивой, как и ее грудь. Ладно, может быть, ее сиськи и не были фальшивыми.

Откашлявшись, она продолжила задавать вопросы.

— Так как давно вы встречаетесь?

— Уже давно, — ответил Митчелл. Я вопросительно посмотрела на него, но поняла, что он не очень-то хочет делиться этим с Кристи, судя по тому, как он ей отвечал.

— Где вы познакомились?

— Оук-Спрингс.

Кристи вздохнула.

— В танцевальном зале? В школе, где она работает? Расскажи мне что-нибудь, Митчелл, — сказала Кристи, смеясь.

Я воспользовалась моментом и ответила за него:

— Моя лучшая подруга по колледжу, которая и уговорила меня переехать в Оук-Спрингс, замужем за братом Митчелла, Стидом.

Она приподняла бровь.

— Как это мило.

Официант принес наши напитки и поставил бутылку вина перед Кристи. Он налил немного в бокал и протянул ей. Конечно, ей пришлось оторвать взгляд от Митчелла, чтобы взять бокал.

Мне очень, очень не нравится эта леди.

Она осмотрела вино во всех возможных ракурсов. Болтала. Нюхала. Опять болтала и нюхала. Довольная запахом, сделала маленький глоток и покатала во рту. Мы с Митчеллом посмотрели друг на друга, и я изо всех сил старалась не рассмеяться.

— Вы готовы сделать заказ? — спросил официант.

Отмахнувшись от него, словно он был помехой, Кристи ответила:

— Мы еще не готовы.

— Вообще-то мы не можем остаться на ужин. Я подумал, что мы могли бы просто выпить, вспомнить прошлое и оставить все как есть.

Кристи не выглядела довольной.

— Без еды? К чему такая спешка?

Митчелл сделал довольно большой глоток пива, затем поставил его и наклонился вперед.

— Если хочешь знать, я пригласил свою девушку на танцы, а потом планирую привести ее в домик и провести с ней вечер.

Кристи откинулась на спинку стула, переводя взгляд с Митчелла на меня.

— Счастливица. Знаешь, когда-то давным-давно я была той девушкой, которую Митчелл приводил к себе в комнату и... проводил с ней время.

Ох. Где. Моя. Доброта. Эта женщина нечто.

Я изобразила самую фальшивую улыбку, на какую только была способна.

— Да, я слышала.

— Боже мой. Митчелл, ты довольно откровенен со своей девушкой. — Она повернулась ко мне. — Ты, кажется, спокойно это воспринимаешь.

— Думаю, нам пора, — сказал Митчелл, собираясь встать. Я положила руку ему на ногу, чтобы он не смог подняться.

— Почему я должна беспокоиться о ком-то из прошлого Митчелла? Тем более пока он учился в колледже. Думаю, ты была не единственной женщиной, с которой Митчелл... проводил время.

Самодовольная улыбка Кристи исчезла. Я встала.

— Приятно было познакомиться, Кристи. Если позволишь, на сегодня с меня хватит визитов.

Митчелл встал рядом со мной и бросил на стол двадцатку.

— Кристи, был рад тебя видеть. Еще раз спасибо за помощь с бронью.

Она не произнесла ни слова, и мы вышли из ресторана. Гнев хлынул по моим венам, когда мы направились к выходу из отеля.

— Мне очень жаль, Корин.

Я переплела свои пальцы с пальцами Митчелла, повернулась и улыбнулась.

— Я та, с кем ты уезжаешь. К черту ее.

Его глаза расширились, и он начал смеяться.

— Черт, я люблю тебя. Пойдем, протрем ковер до дыр и покажем людям, как надо танцевать.

Мой гнев испарился. Остаток вечера я провела, смеясь и наслаждаясь в объятиях мужчины, которого любила... А ранние утренние часы провела в объятиях еще более тесных.

ГЛАВА 30

Митчелл

Я перевернулся на другой бок и обнаружил пустую кровать. Сев, я огляделся. Корин не было в комнате, и в ванной тоже была тишина. Быстро откинув одеяло, я потянулся за своими пижамными штанами и натянул их. Спускаясь по ступенькам, я услышал, что она разговаривает по телефону с Хлоей. Сердце гулко стучало, когда я слушал, как нежно она это делала.

— Я знаю, что ты не хочешь делиться поцелуями с Гейджем, но я обещаю обнимать тебя очень долго.

Я улыбнулся. Хлоя достигла той стадии, когда новизна впечатлений от младшего брата начала исчезать, а ревность пробивалась наружу.

— Уэйд сделал тебе кровать для твоей куколки? Как мило с его стороны. Да, я знаю, как сильно ты ее любишь. Она будет так счастлива иметь удобную кроватку. Да. Хорошо. Да, я сейчас смотрю на снег. Ладно, я пришлю тебе фотографию. Снежный ангел? Да, я специалист по их изготовлению. Я попрошу Митчелла сделать снимок.

Я тихо налил себе чашку кофе и направился в солнечную комнату.

— Нет, Хлоя, у меня не медовый месяц. Твоя мама права. Я очень люблю твоего дядю Митчелла. Да… когда-нибудь… Я надеюсь.

Я дал волю своему воображению и представил, как Хлоя спрашивает Корин, собираемся ли мы когда-нибудь пожениться.

— Я бы тоже хотела сделать этот титул официальным! Где ты вообще такого набралась, Хлоя Паркер?

Я остановился и уставился на Корин. На ней были серые фланелевые брюки и такая же розовая рубашка с длинными рукавами. Она была прекрасна, когда смотрела в окно на густо падающий снег.

Я тихо поставил чашку на стол, бросился вверх по ступенькам и схватил коробку с кольцом. Бесшумно спустился по лестнице. Корин все еще разговаривала по телефону с Хлоей.

— Обещаю, когда вернусь, я прочту тебе эту книгу. Да.

Мое сердце переполняла любовь к этой женщине. Она была всем, чего я хотел в жизни. Все, что мне было нужно. Услышав, как она разговаривает с Хлоей, я понял это гораздо отчетливей.

Это был идеальный момент, чтобы попросить ее выйти за меня замуж.

— Хорошо, Хлоя Кэт. Я поговорю с тобой завтра. Да. Я обещаю убедиться, что дядя Митчелл проснулся, прежде чем позвонить. Будь хорошей девочкой и помоги маме с братиком. Они оба нуждаются в тебе.

— Я тоже тебя люблю. Пока, тыковка.

Корин отняла телефон от уха и нажала отбой. Она положила телефон на стол и подтянула колени к груди. Положив подбородок на колени, удовлетворенно вздохнула, глядя на падающий снег.

— Привет, красавица.

Оглянувшись на меня, она опустила ноги.

— О, ты только что разминулся с Хлоей. Она позвонила, чтобы поговорить с нами. Я думала, ты еще спишь.

Я улыбнулся и провел рукой, в которой не было коробочки с кольцом, по волосам.

— Только что проснулся. Кое-кто не давал мне спать полночи.

Ее щеки вспыхнули.

— Мне кажется, это вы, мистер Паркер, начали со мной шутить.

Я пошевелил бровями.

— Похоже, нас занесло снегом. Если хочешь, мы можем снова сойти с ума.

Корин вытянула ноги на диване и села, скрестив их.

— Я думаю, нам нужно пойти поесть. Посмотри, как падает снег.

Глядя в окно, я кивнул.

— Мы можем застрять в Банфе. Я знал, что существует вероятность, что мы попадем в снегопад.

Она рассмеялась.

— Просто нам повезло, да? И все же это прекрасно.

Я выглянул в окно. Она была права. Это действительно было прекрасно. Снег покрывал все. Стремительная река прорезала путь через большие валуны, покрытые свежим снегом.

— Не думаю, что я видела что-то настолько захватывающее дух за всю свою жизнь, — восторженно сказала она.

— Я видел.

Корин все еще смотрела в окно, когда я подошел к ней.

— Серьезно? Митчелл, посмотри в окно и скажи, что это не самая красивая вещь, которую ты видел.

Опустившись на одно колено, я взял ее за руку. Корин повернулась ко мне. Ее голубые глаза, казалось, ловили отражение падающих с неба снежинок. Она улыбнулась, и я потерял способность дышать.

— Ты такая красивая. Ты заставляешь мое сердце биться чаще, когда смотришь на меня.

Ее глаза наполнились счастьем. Это был идеальный момент, чтобы попросить ее выйти за меня замуж. Белый фон, тихая музыка из радиоприемника. То, что мы оба в пижамах и, возможно, застряли посреди метели.

Идеальный момент.

— В первый раз, когда я увидел тебя, я был загипнотизирован. Тебе каким-то образом удалось завладеть моим сердцем и уверен, что с этого момента полюбил тебя.

Слеза медленно покатилась по прекрасному лицу.

— В ту первую ночь, когда мы были вместе, я понял, что это ты. Я был глуп и напуган и бежал так быстро, как только мог, потому что не был готов признать то, что чувствовал в своем сердце. Я никогда в жизни не испытывал такого раньше. Уже тогда я знал, что влюбился в тебя. Мне потребовалось некоторое время, чтобы признать, что именно с тобой я бы хотел провести остаток своей жизни. Женщина, с которой я хотел бы иметь детей.

Корин прикрыла рот рукой, стараясь не заплакать сильнее, но проиграла битву.

— Я хотел сделать этот момент особенным для нас обоих. Я не очень хорошо разбираюсь в таких вещах, и только романтические аудиокниги Амелии могут помочь.

Корин покачала головой и тихо всхлипнула.

Я с трудом сглотнул и откашлялся, пытаясь вернуть голос.

— Я знаю, что это не самый романтичный способ просить тебя выйти за меня замуж, но подумал, что, если ты позволишь, я проведу остаток своей жизни, работая над романтической частью. Корин, окажешь ли ты мне великую честь, став миссис Митчелл Паркер?

Упав на колени, Корин обвила руками мою шею.

— Да! Да, я выйду за тебя замуж!

Я притянул ее к себе и крепко обнял. Ее тело дрожало, она плакала.

— Митчелл, я этого совсем не ожидала!

Отстранившись, я вытер слезы с ее лица.

— Слишком рано?

Она покачала головой, и ее нижняя губа задрожала.

— Нет. Не для меня.

Она посмотрела на кольцо и ахнула. Я вынул его из коробки и надел ей на палец.

— Это кольцо моей бабушки. Она любила изумруды. Это кольцо сделал для нее мой дед. Бриллиантовый ореол вокруг него должен был символизировать его бесконечную любовь к ней. Она не любила желтое золото, поэтому он заказал его из платины. Чтобы демонстрировать силу их любви.

— О, Митчелл, это так прекрасно.

Усмехнувшись, я кивнул.

— Моя бабушка никогда его не снимала. Она как-то сказала мне, что, когда расстраивается или ей нужна ясность, она смотрит на свое кольцо. Изумруд успокаивал ее... прояснял зрение.

Корин подняла руку и посмотрела на кольцо.

— Это самая красивая вещь, которую я когда-либо видела.

— Я рад, что тебе понравилось. — Моя улыбка стала шире.

Ее глаза метнулись ко мне.

— Понравилось?! Митчелл, я уже люблю его и буду дорожить им до конца своих дней. Для меня очень много значит, что ты подарил мне кольцо своей бабушки.

— Когда-нибудь ты сможешь передать его кому-нибудь из наших внуков.

Ее глаза снова наполнились слезами. Когда я положил руку ей на щеку, она наклонилась ко мне.

— Мне нужно еще кое-что тебе сказать, голубка.

Ее улыбка немного померкла.

— Ничего страшного, клянусь, — добавил я с беззаботным смешком.

— Ладно, в чем дело?

Я не был уверен, как она отнесется к этому. Подумает, что я сошел с ума? Может быть, решит, что еще слишком рано. Это не имело значения — я хотел быть честным с ней и знал, что она тоже этого захочет.

— Я хочу иметь ребенка.

Ее рот приоткрылся, и она втянула воздух.

— Ребенок. Я много думал об этом, и я имею в виду… Я хочу завести полноценную семью.

Корин села на пол и уставилась на меня как на сумасшедшего.

Блядь. Может, и так. Официально мы были вместе с августа, и в первую неделю боялись незапланированной беременности. А сейчас, в начале октября, я попросил ее выйти за меня замуж и родить мне ребенка.

Да. Я сошел с ума. Но я знал, что хочу именно этого и молился, чтобы Корин тоже этого хотела.

Она уставилась в пустоту, словно пытаясь осмыслить все, что произошло за последние две минуты.

— Ты в порядке? — спросил я, усаживаясь на пол перед ней.

— Митч, ты слышал, что только что сказал?

— Да.

— Ты хочешь иметь ребенка?

— Да. Даже очень.

— До того, как мы поженимся?

Я пожал плечами.

— Мне все равно. Если ты хочешь сбежать, как Амелия и Уэйд, я согласен. Если хочешь устроить самую грандиозную свадьбу, я готов, давай. Мне все равно, как мы это сделаем, я просто знаю, что хочу этого. С тобой.

Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, а потом проговорила.

— А как насчет того, чтобы познакомиться поближе? Проводить время вместе?

— Я знаю, что люблю тебя. Я знаю, что мы начали эти отношения странным образом, так почему бы не продолжать в том же духе?

Ее рука легла на живот. Когда я увидел, как ее прекрасные голубые глаза остекленели, мое сердце чуть не выскочило из груди. Я видел ответ в ее глазах. Мне казалось, что я могу заглянуть в них и прочесть ее душу.

Опустив руку, она рассмеялась.

— Да!

Прищурившись, я спросил:

— Да на брак? Потому что ты уже сказала «да» этому, или «да» ребенку?

Она взяла мои руки в свои.

— Да на ребенка! О, Боже! Мы действительно собираемся это сделать?

Я улыбнулся так широко, что у меня заболели щеки.

— Только если ты действительно этого хочешь.

— А ты? Я имею в виду, Митчелл, что для тебя это поворот на сто восемьдесят градусов. Ты уверен, что не попал в момент магии этого места? Может быть, все дело в холодной погоде. Тебе ударило в голову!

Я притянул Корин к себе на колени.

— Я хочу жениться на тебе и больше всего на свете хочу видеть, как растет твой живот вместе с нашим ребенком. Я люблю тебя, Корин, и не хочу ждать ни секунды, чтобы начать эту жизнь с тобой.

— Ребенок? Мы будем пытаться завести ребенка?

Положив палец ей на подбородок, я усмехнулся.

— Я предлагаю начать тренироваться прямо сейчас.

Корин прикусила губу.

— Практика делает все совершенным.

Корин и я провели остаток утра, занимаясь любовью, пока вокруг нас тихо падал снег. Никогда в жизни я не был так доволен.

Жизнь не могла быть лучше, чем сейчас.

***

Мы вбежали в лобби отеля и отряхнулись от снега.

— Ух ты! Неужели весь этот снег — это нормально? — спросил я у коридорного.

— Это место известно ранними снегопадами. Но ведь это прекрасно, не правда ли? — ответил он.

— Просто дух захватывает! — восхитилась Корин.

Ее щеки все еще горели от утренних занятий любовью. Это было потрясающе — быть внутри нее все утро. Я думал, что на сегодня с меня хватит, пока не увидел, как Корин выбрасывает противозачаточные таблетки. На меня что-то нашло, и не успел я опомниться, как она уже лежала на кухонном столе, и я трахал ее так, словно от этого зависела моя жизнь. К тому времени, как мы оба кончили, мы были покрыты потом, и каждый из нас дышал так, как будто только что пробежал марафон.

Пройдя в ресторан, я огляделся, чтобы убедиться, что Кристи нет. Корин заказала воду, и когда она сказала: «На всякий случай», — мой желудок скрутило, как на гребаных американских горках. Я заказал чай. Если она не собиралась пить, то и я тоже.

Мы заказали еду, и я потянулся через стол, чтобы взять ее за руку.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Ее глаза блестели от возбуждения.

— Это еще одна важная новость? Потому что думаю, что вы, мистер Паркер, почти достигли своей квоты на сегодня.

Смеясь, я подмигнул ей.

— Это еще одна новость. Хорошая новость.

Она улыбнулась, и мое сердце пропустило удар. Боже, как я люблю ее улыбку.

— Наверное, мне следовало сначала сказать тебе об этом, прежде чем просить тебя выйти за меня замуж и пытаться залететь.

— О нет! Ты уволился с работы или что-то в этом роде, и теперь нам придется жить только на мою зарплату? — спросила она, усмехнувшись.

— Вообще-то да. Я подал двухнедельное уведомление, которое вступит в силу, когда мы вернемся из отпуска.

Ее улыбка погасла.

— Что ты сделал?

— Последние несколько недель я много думал. Рядом с тобой у меня открылись глаза на то, чего я реально хочу в жизни.

— О, боже. Митчелл, где ты хочешь работать?

В ее глазах читалась паника.

— На моего отца. Вот о чем я говорил с ним, Стидом и Тревором на прошлой неделе. Я хочу работать на ранчо. Мне всегда этого хотелось. Мне просто потребовалось несколько лет, чтобы прислушаться к своему сердцу и пойти на то, чего я действительно хотел.

На лице Корин появилась широкая улыбка.

— По-моему, это потрясающе!

Уголки моих губ приподнялись.

— Да? Ты не расстроена и не сердишься?

— Что? Нет! Митч, я всегда знала, что твоя работа связана с нервотрепкой, и меня это вполне устраивало. Но теперь...ты только что снял с моих плеч огромный груз!

— Эй, скотоводство — опасная работа!

Она рассмеялась.

— Не так опасна, как работа в полиции. Пожалуйста, скажи мне, что ты сделал это не потому, что думал, что это заставит меня сказать «да» браку и ребенку.

Я сжал ее руку.

— Голубка, ты уже согласилась на это, когда думала, что я все еще полицейский.

Ее глаза расширились.

— Вот именно! Я так и сделала!

Подошел официант и поставил на стол наши тарелки с супом и два салата.

Корин придвинула миску поближе.

— О, ням-ням. Суп прямо сейчас — это так здорово!

— Могу я еще что-нибудь для вас сделать? — спросил официант.

Корин покачала головой.

— Нет, спасибо, — ответил я. — Думаю, что сейчас у нас все хорошо.

Я съел ложку супа и чуть не застонал. Техасский мальчишка не привык к такому холоду.

— У меня тоже есть кое-какие новости, — сказала Корин.

— Да? Поделись со мной.

— Я тут подумала, раз уж мы официально съехались и теперь говорим о браке и ребенке, что бы ты подумал, если бы я превратила свой дом в гостиницу? Вообще-то, я все время обдумываю эту идею с тех пор, как переехала к тебе.

Я положил ложку.

— По-моему, это отличная идея. Центр города Оук-Спрингс начинает по-настоящему расти, и Люси упомянула, что множество людей спрашивают, где можно остановиться поближе к реке и площади.

Ее лицо светилось счастьем.

— Ладно, теперь у меня есть еще одна идея.

— Пли, — сказал я, отправляя в рот салат.

— Теперь, когда мы пытаемся завести ребенка... — Ее щеки вспыхнули. — Если он появится, я не хочу работать. Я бы хотела сидеть дома с ним или с ней.

— Меня это вполне устраивает.

Она кивнула.

— Ладно! Я могу помогать управлять пансионом и быть дома с нашим малышом.

Наш малыш. Черт, мне понравилось, как это звучит.

— И я думала после отъезда из Чикаго, что можно попросить мою маму переехать в Оук-Спрингс и управлять пансионом на полный рабочий день.

— Корин, по-моему, это отличная идея!

Она захлопала в ладоши и пустилась в пляс, сидя на стуле.

— Я тоже! Я знаю, она любит Чикаго, но думаю, она полюбила бы и Оук-Спрингс. Брат в ближайшее время не собирается заводить детей, и, если мы скажем маме, что у нас будет ребенок, и мы можем предложить ей работу, от которой она будет в восторге, думаю, она согласится.

— Уверен, ей это понравится. Если ты забеременеешь сегодня, ты все равно закончишь учебный год, верно?

— Да, и тогда нужно внести изменения в документы дома, чтобы оформить там статус пансиона «постель и завтрак». Получить разрешения и прочее. Пройдет какое-то время, прежде чем мы откроемся и будем готовы принять людей. У мамы будет достаточно времени, чтобы съездить в Техас, оглядеться и дать нам знать, хочет она этого или нет. В противном случае мы сможем нанять кого-нибудь.

Я не смог сдержать глупую улыбку на своем лице.

— Срань господня. Неужели мы действительно принимаем все эти серьезные решения прямо сейчас? Брак. Ребенок. Смена работы. Новый бизнес. Это мы?

Корин рассмеялась.

— Давай рискнем, закажем бутылку шампанского и отпразднуем все наши новости!

Подняв руку, я подозвал официанта.

— Мы возьмем бутылку шампанского.

— Да, сэр. У нас есть «Дом Периньон» по сто семьдесят пять долларов за бутылку.

Прежде чем я успел ответить, в ресторан вошла Кристи. Я повернулся к официанту.

— Можно мы заберем это в наш домик? Я думаю, что моя невеста и я предпочли бы наслаждаться видом из нашего окна, пока празднуем.

— Конечно, сэр. Хотите, я пришлю еще что-нибудь?

— Да. Сырную и фруктовую тарелку. Запишите все на мой счет, и мы уйдем.

Корин посмотрела на свой недоеденный суп, потом снова на меня с растерянным видом. Я просто подмигнул.

— Вам понравилась еда, мистер Паркер?

— О да, все было восхитительно. Но мы решили, что хотим побольше уединения.

Парень улыбнулся и кивнул.

— Я прикажу принести суп в вашу комнату. Сейчас только выпишу счет.

Когда он ушел, Корин вопросительно посмотрела на меня.

— Почему мы уходим?

— Добрый день, Митч и Корин, — сказала Кристи. — Как вам нравится такая погода?

Корин фыркнула, затем изобразила фальшивую улыбку.

— Привет, Кристи. Погода просто потрясающая. Волшебная.

Кристи издала слабый смешок.

— Могу я присоединиться к вам за обедом?

Официант прекрасно рассчитал, появившись вовремя. Я быстро выписал чаевые и общую сумму и подписал счет. Встав, я потянулся к руке Корин.

— Мне очень жаль, Кристи. Мы решили вернуться в дом. Нам нужно отпраздновать.

Она подняла бровь, переводя взгляд с Корин на меня.

— Что это за праздник?

— Тот, после которого Корин одела на палец мое обручальное кольцо. А теперь, если позволишь, мы уходим.

Я осторожно притянул Корин к себе и вывел ее из ресторана. Мне не нужно было оглядываться, чтобы понять, что Кристи смотрит на нас пронзительным взглядом. Я практически чувствовал, как стрелы вонзаются мне в спину.

— Ну, если и это не внесло ясность, то я не знаю, что у нее с мозгами! — сказала Корин со смешком.

Я прижал ее к себе, и мы пошли к нашему домику.

— Да ладно. Я хочу заняться любовью со своей будущей женой.

— По-моему, это восхитительная идея!

ГЛАВА 31

Корин

— Тетя Корин! Во что ты вырядилась? — спросила Хлоя, ее глаза округлились от предвкушения.

— Мне кажется, это наряд школьного учителя.

Улыбка Хлои погасла.

— Ты не можешь одеваться так, как ты уже есть! Это обман!

Смеясь, я наклонилась.

— Я собираюсь одеться ведьмой.

— Я тоже! — крикнула Хлоя.

Пакстон предупредила, что Хлоя втайне надеялась, что мы все оденемся как ведьмы. «Ведьмы Паркер», — сказала она. Хотя я еще не носила фамилию Паркер, Хлоя уже считала меня таковой.

— Правда? — спросила я, делая вид, что не знаю.

Подпрыгнув, Хлоя воскликнула:

— Теперь у нас на вечеринке будет шесть ведьм.

Я нахмурилась.

— Шесть?

— О, ты еще не слышала? — вздохнула Пакстон. — Патч присоединится к вечеринке в костюме ведьмы.

— Ну, на самом деле в костюме колдуна, мамочка. Он же мальчик.

Приподняв бровь, Пакстон ответила:

— Совершенно верно. Как глупо с моей стороны. — Она посмотрела на меня и закатила глаза, я не смогла удержаться от хихиканья.

Хлоя забралась на табурет и положила подбородок на руки, наблюдая, как я украшаю тыквенное печенье.

— Знаешь, тетя Корин, тебе придется покрасить лицо в зеленый цвет.

— Зеленый! — ахнула я. — Зачем?

— Эй, привет, ты же ведьма, а у них зеленые лица.

— Ты что, тоже покрасишь лицо в зеленый?

Хлоя рассмеялась.

— Ну, нет! Я принцесса-ведьма, и у них не бывает зеленых лиц.

— А тетя Вайелин знает об этом? — спросила я, бросив взгляд на Пакстон, которая состроила гримасу, говорившую, что Вайелин понятия не имела.

— Не знаю. — Хлоя пожала плечами, как будто ей было на все наплевать.

Как по команде в кухню ворвалась Вайелин, одетая в костюм для Хэллоуина. И она больше походила на ангела, чем на ведьму. Хлоя ахнула. Пакстон прошептала:

— О, черт.

Я же приготовилась к срыву шестилетки...

***

— Перестань быть такой! — воскликнула Амелия, отталкивая руку Вайелин.

— Ты слишком много мажешь! Я выгляжу как…

— Ведьма? — ответила я с усмешкой.

Вайелин бросила на меня злобный взгляд.

— Тебе нужно помолчать. Ты такая милая, зеленое лицо и светлый хвостик. Кроме того, ты помолвлена, так что не имеет значения, что ты выглядишь отвратительно. А я использую любую возможность, чтобы найти мужчину! И вряд ли найду его с зеленым лицом!

С потрясенным выражением лица я ответила:

— Эй, я не выгляжу отвратительно! Ты сказала, что я выгляжу мило!

Вайелин слегка пожала плечами.

— Ладно! Мели выглядит отвратительно. Ты смотришься очаровательно. А мне нужно быть сексуальной!

Амелия дернула Вайелин за волосы, отчего та вскрикнула.

— Я все еще не могу поверить, что ты помолвлена! — сказала Амелия, глядя в мою сторону.

— Это было нереально. Поездка в Канаду была потрясающей.

Вайелин поиграла бровями.

— Это потому, что вас занесло снегом. Нет ничего неприятного в том, чтобы застрять в красивой хижине на несколько дней.

Я усмехнулась.

— Это точно. Мы действительно с пользой использовали это время.

Мы с Митчеллом решили не рассказывать, что надеялись «привезти» из Канады ребенка. Пока это не подтвердилось, не было смысла обсуждать эту тему.

— Что случилось между тобой и Джонатаном? Вы больше не?.. — спросила Амелия.

Издав резкий смешок, Вайелин закатила глаза.

— Пожалуйста. Это был всего один раз. Он слишком молод для меня.

— Это не так, — возразила я.

Вайелин повернулась ко мне.

— Корин, мне скоро исполнится тридцать три. Ему двадцать шесть.

— Почти двадцать семь! — уточнила Амелия.

— Спасибо, это заставила чувствовать себя намного лучше. Спасибо, сестренка.

Мягко пнув ее по ноге, я сказала:

— Ой, да ладно, Вайелин. Всего лишь шесть лет. В этом нет ничего особенного.

Я видела, какими грустными были глаза Вайелин. Было ли это из-за того, что она больше не общалась с Джонатаном или из-за одиночества? Хотя она въехала в гостевой дом на ранчо, но, судя по тому, что рассказала мне Мелани, она находилась в своей старой детской комнате больше, чем в том доме.

Приподняв бровь, я спросила:

— Это был только один раз?

Когда Вайелин не ответила, я получила свой ответ.

— Вайелин Паркер, ты все еще кувыркаешься с этим парнем? — спросила Амелия шокированным тоном.

Вайелин усмехнулась.

— Я предупредила, что ничего не выйдет. И да, это был только один раз. Хотя я бы не возражала против еще одного раунда. Желательно в постели, а не у стены.

— М-м-м… Если хочешь знать мое мнение: звучит горячо, — добавила Амелия.

— Так и было чертовски жарко! Парень подарил мне два оргазма, от которых у меня слетели любимые туфли.

— Кто подарил тебе два оргазма? — В дверях старой спальни Амелии, где мы готовились к вечеринке, нарисовался Корд.

Мы все замерли. Нам потребовалось секунд пять, а затем мы начали громко смеяться. Корд был одет во все черное, огромный кусок бекона висел на его теле, одним концом заходя на шею. Даже на лице красовался бекон. Он выглядел очаровательно и нелепо одновременно.

— Какого черта, Корд? Бекон?! — воскликнула Вайелин, держась за живот от смеха.

Корд посмотрел на свой костюм, затем снова на Вайелин.

— Совершенно верно. Хлоя выбрала для меня костюм с беконом, так как сказала, что я люблю бекон.

— Ты выглядишь нелепо! — сказала Вайелин

Он вошел в комнату, и мне пришлось прикрыть рот, чтобы не расхохотаться еще сильнее.

— А ты не подумала, почему Хлоя захотела, чтобы ты стала ведьмой?

— Та-а-ак, теперь подожди, — ехидно произнесла Амелия. — Ты только что оскорбил нас троих. Если ты не заметил, мы все ведьмы.

Корд ухмыльнулся.

— Ну да, ну да. — Он взглянул на меня. — Кроме тебя, Корин. Ты похожа на добрую ведьму из «Волшебника страны Оз».

— Что ж, спасибо тебе, Корд. Я ценю твою любовь.

Он пожал плечами.

— Не привыкай к этому. В тот момент, когда ты станешь Паркер… ставки вскроются, и ты окажешься в открытой игре. — Моя улыбка исчезла. — А теперь давайте вернемся к тому, что я услышал. Чью задницу мне нужно надрать за секс с тобой?

Вайелин покатилась от смеха.

— Ага, сейчас! Так я тебе и сказала. Мне вообще-то тридцать два года, придурок.

Корд попытался сесть на кровать, но конец бекона уперся ему в подбородок.

— Кроме того, ты видишь, что я пытаюсь бегать за каждой девушкой, в которую ты тыкаешь своим членом? — спросила Вайелин.

— Ты бы бегала по всему Техасу, — добавила Амелия.

— Не ревнуй к тому, что у меня богатая сексуальная жизнь. Ничего не могу поделать, мне нравится секс. Это весело.

Амелия нанесла больше зеленого тона на лицо Вайелин.

— У тебя нет никакого желания с кем-нибудь завести серьезные отношения, Корд? — спросил я.

Он посмотрел в мою сторону, наклонил голову, как будто действительно обдумывал это.

— Вообще никаких. Мне нравится, как устроена моя жизнь. Если бы я встретил подходящую женщину, подумал бы над этим? Да. Но я молод, в хорошей форме, и мне нравится тра... ааа… Э... Хлоя! Я вижу, ты пришла с Патчем.

Все мы повернули головы и увидели в дверном проеме Хлою, держащую козла Патча на веревке.

— Хлоя Линн Паркер, ты же знаешь, что тебе нельзя заводить Патча в дом! — сказала Вайелин твердым голосом.

— Но я организатор вечеринок. Папа сказал, что я могу пригласить кого захочу.

— Не козла, Хлоя!

— А я хочу, чтобы Патч был частью вечеринки. — Глаза Хлои наполнились слезами.

Все посмотрели на меня.

— Хлоя, я уверена, что Патч не будет возражать, если останется снаружи, вдруг ему нужно будет пойти на горшок. Мы все равно будем в основном на улице, так что Патч ничего не пропустит.

Широкая улыбка на лице Хлои сказала, что она довольна этим.

— Тебе лучше увести Патча из дома, пока твоя мама его не увидела, — сказала я, подмигнув.

— Хорошо! — ответила Хлоя, натягивая поводок Патча.

Вайелин сделала несколько шагов назад.

— Ты видишь, как этот козел смотрит на меня? Как будто знает, что он мне не нравится.

Корд рассмеялся.

— Ты же пыталась убедить Уэйда убить бедняжку.

— Вайелин Паркер! — ахнула Амелия.

— Я не серьезно, — ответила Вайелин, слегка пожав плечами.

Корд приподнял бровь и бросил на сестру взгляд, который кричал, что он ей не верит.

— Хорошо. Может быть, я была немного... серьезна.

— Ах, я же подошел спросить, разговаривала ли ты с Джонатоном последние пару дней?

Мы трое замерли. Неужели Корд подслушал весь наш разговор? Он что, изображал рыбака, чтобы получить больше информации?

— Эм, он заходил на днях, чтобы проверить, как продвигаются дела в танцевальной студии, но у меня не было возможности поговорить с ним. Я была занята с дизайнером интерьера. А что?

Корд покачал головой.

— Я не знаю. Просто пытаюсь понять, что с ним происходит. Он ведет себя странно и уже несколько недель не появлялся в баре. Я пригласил его на вечеринку.

— На вечеринку? — спросила Вайелин. — Эту вечеринку? На вечеринку по случаю дня рождения?

— Да. А что? У тебя с этим какие-то проблемы?

Вайелин издала фальшивый смешок.

— Почему у меня должны быть проблемы с этим?

Пожав плечами, Корд ответил:

— Мне показалось, что ты не хотела, чтобы он был здесь.

Отмахнувшись от Корда, Вайелин улыбнулась.

— Чепуха. Амелия, нам лучше побыстрее закончить с макияжем. — Это был сигнал Корду уйти. — Увидимся внизу.

Опустившись в кресло, Вайелин уставилась на себя в зеркало. Она выглядела очаровательно даже с зеленым макияжем.

— Ну, Джонатан бросит на меня один взгляд и, наверное, порадуется, что мы трахнулись только один раз.

Мы с Амелией посмотрели друг на друга. И тут у меня появилась идея.

— Косички.

— Маленькие девочки, — сказала Амелия со смехом, думая, что я затеяла игру в ассоциации. — Твоя очередь, Вайелин!

— Эм, что?

Я слегка оттолкнула Амелию в сторону.

— Нет, нам нужно заплести волосы Вайелин в косички.

Вайелин уставилась на меня.

— Какого черта мне заплетать волосы в косички?

Улыбнувшись, я разделила ее волосы на пробор и начала равномерно собирать их по бокам.

— На днях я заплела волосы в косички, и когда Митчелл вернулся с работы, кое-что случилось. Он превратился в пещерного человека, а мы... ну… мы немного повеселились.

С широкой улыбкой на лице Вайелин игриво сказала:

— О, боже, боже. Подумать только, я считала, что ты невинная дева.

— Если ты заплетешь волосы в косички, это сведет Джонатана с ума. Вы даже можете улизнуть, и на скорую руку...

Амелия и Вайелин смотрели на меня, разинув рты.

— Кто ты и что сделала с Корин Миллер? — спросила Амелия.

Я хихикнула и сжала губы.

— Что я могу сказать? Мальчики Паркер реально развратные ковбои.

Мы расхохотались. Я заплела Вайелин косички, и мы были готовы.

— Я не хочу снова спать с ним, ясно? — сказала Вайелин, пока мы спускались вниз. — Между нами ничего не получится.

— Конечно, продолжай убеждать себя в этом, — ответила Амелия.

Когда мы вышли на улицу, Амелия бросилась к Уэйду.

— Извините меня, девочки. Мне нужно потанцевать со своим очень сексуальным мужем.

Я не могла не улыбнуться, увидев Уэйда, который танцевал с Хлоей на импровизированном танцполе.

Осмотревшись, нашла Митчелла. Он был одет как пугало — выбор Хлои, конечно же.

— Ну, может быть, я тоже найду кого-нибудь, кто потанцует со мной, — сказала Вайелин, поправляя свое черное платье.

В тот момент я увидела, как Джонатан идет по дорожке, и мое сердце сжалось от обиды за Вайелин. Под руку с ним шла девушка.

— Почему бы нам не подойти к Пакстон, — сказала я, пытаясь увести Вайелин.

Пакстон тоже была одета как ведьма, но не стала красить лицо в зеленый цвет, используя Гейджа в качестве оправдания.

Как только мы подошли, Корд посмотрел за наши спины.

Дерьмо! Дерьмо!! Дерьмо!!!

— Эй, а вот и Джонатан. Джон! Эй, сюда!

Вайелин оглянулась через плечо, и было трудно не заметить ее разочарования.

— Он привел девушку, — прошептала она.

Амелия усадила Вайелин на сиденье рядом с собой. Дальше села я, а затем Митчелл.

— Сотри это выражение со своего лица, Вайелин. Сейчас же, — строго сказала Амелия, указывая пальцем на сестру.

Быстро придя в себя, Вайелин снова улыбнулась.

— Верно. Ничего страшного.

Я потянулась к ее руке и сжала.

— Ты в порядке? — спросила я тихо.

Кивнув, Вайелин ответила:

— Да. Это то, что мне было нужно. Хороший пинок под зад, чтобы двигаться дальше. Так что это я и собираюсь сделать.

Она улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. Митчелл наклонился ближе ко мне и спросил:

— Что происходит? Вайелин, кажется, не слишком обрадовалась, увидев здесь Джонатана.

Я повернулась к Митчеллу и заставила себя улыбнуться.

— Я расскажу тебе позже, но в целом все в порядке.

Он посмотрел на меня так, словно знал, что я говорю ему неправду.

Все поздоровались с Джонатаном и его девушкой Бетани. Даже Вайелин была вежливой — устраивала полноценное шоу. Но я заметила, что Джонатан все время украдкой поглядывал на нее. У меня не было никаких сомнений: Вайелин ему нравилась. Сильно.

Когда Джонатан и Бетани сели за стол, Вайелин вскочила и вышла.

— Что происходит между Вайелин и Джоном? Он не может оторвать глаз от моей сестры, а она не может перестать смотреть на него. Я знаю, что ты в курсе. Выкладывай, — потребовал Митчелл.

О, боже мой.

Я с трудом сглотнула, пытаясь придумать, что бы сделать или сказать, чтобы изменить ход этого разговора. Наклонившись, я прижалась губами к уху Митчелла.

— Я хочу тебя. Сейчас.

Он отстранился и улыбнулся мне.

— О, правда? Тебе придется постараться получше, чтобы сменить тему. И ты не заставишь меня уйти с еще одной вечеринки.

Мои щеки вспыхнули. Придвинувшись ближе, чтобы нас никто не услышал, я прошептала:

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Сейчас.

Так я применила свою колдовскую магию, а Митчелл совсем забыл о Вайелин и Джонатане.

ГЛАВА 32

Митчелл

Я вошел на кухню и улыбнулся, увидев там сидящих братьев и Уэйда.

— Ты готов к этому дерьму? — спросил Тревор, а затем запихнул вилку с яичницей в рот.

Мама перегнулась через стол и шлепнула Тревора по голове.

— Не ругайся за моим столом, Тревор Паркер.

— Да, мэм, — ответил он с широкой улыбкой.

— Как тебе новая работа, Митч? — спросил Корд, откидываясь на спинку стула с чашкой кофе.

— Я просто охуе... эм... очень устал, — ответил я, поглядывая на свою ухмыляющуюся мать. Тревор и Уэйд рассмеялись. — Я и забыл, как много тут работы. Не представляю, как ты справлялся до Уэйда, — сказал я Тревору.

— Мы задействовали других работников ранчо, ну и вы помогали, когда у вас была возможность.

Посреди стола стояла большая тарелка с блинами и беконом. Черт, так вкусно пахло, что мой желудок заурчал, давая мне понять, насколько я голоден.

Мама хлопнула в ладоши и сказала:

— Ешьте, мальчики. У вас сегодня много работы.

В это время Стид вошел в кухню вместе с Хлоей.

— Доброе утро, дядюшки! — крикнула она, проносясь мимо нас и направляясь в папин кабинет.

Тревор рассмеялся.

— Я вижу, дяди в конце очереди наибольшей любви.

Мама засмеялась и спросила:

— А как же я? Она пробежала мимо меня.

Стид поцеловал маму в щеку.

— Она любит вас всех одинаково. Просто папа пообещал, что сегодня Хлоя сможет порулить трактором. Боже милостивый, эта девочка даже не могла заснуть ночью, так была взволнована.

Стид сел напротив меня.

— Ешь, сынок, — ласково сказала мама.

— Нет, спасибо, мам. Сегодня Пакстон приготовила нам обильный завтрак.

Его глаза встретились с моими, и он улыбнулся.

— Как продвигается планирование? — спросил он. Он и Пакстон единственные знали, что мы с Корин пытаемся завести ребенка.

Все остальные, вероятно, подумали, что он имел в виду планирование свадьбы, но я знал, о чем спрашивал этот засранец.

— Все идет отлично. Полночи не спал, работая над этим.

Стид рассмеялся, покачал головой и фыркнул:

— Черт возьми!

Мама сняла с головы Стида его шляпу и положила на длинный буфетный стол. И сделала то же самое с моей, когда проходила мимо.

— Вы, ребята, должны помнить, что нужно снимать шляпы во время завтрака.

— Да, мэм, — произнесли мы хором.

Мама села и оглядела сидящих за столом. Всякий раз, когда собирались ее мальчики, они попадали под прицел. Мы все затаили дыхание, ожидая, кто станет первой жертвой.

— Уэйд, как у тебя дела с Амелией?

Остальные вздохнули с облегчением.

Бедняга Уэйд вскинул голову.

— Дела идут просто потрясающе, миссис… — Мама наклонила голову и предупреждающе подняла палец. — Мелани. Дела идут отлично, — поправился Уэйд.

— Как с ремонтом в доме? Я не была там несколько недель и с удовольствием заглянула бы.

— Да, конечно. Я знаю, Амелии бы это понравилось. Ее кабинет на втором этаже закончен. Единственное, что нам осталось сделать — это спальни для гостей и кухня. — Уэйд повернулся ко мне, чтобы перевести стрелки. Ублюдок. Он быстро учился. — А как насчет тебя, Митчелл? Вы привели в порядок свое жилье?

Я откусил тост и кивнул.

— Да, уже скоро. Нам особо нечего было делать. Немного покраски. Корин сосредоточилась на своем старом доме, готовя его к превращению в гостиницу.

— Мне очень нравится эта идея! — сказала мама. — Итак, ничего не изменилось, ее мать приедет на следующей неделе на День благодарения?

— Да, все в силе.

— Хорошо! Мне не терпится поговорить с ней о свадьбе.

Я посмотрел на маму с улыбкой. Только я вернулся к еде, как поймал взгляд Корда — тот одарил меня сардонической ухмылкой.

— Что? — спросил я.

— Чувак, я все еще не могу поверить, что ты женишься. Ну, ладно бы Трипп решил остепениться, просто этот поганец стареет и все такое.

— Эй! — возмутился Трипп. — Вообще-то, я всего на четыре года старше тебя, Корд.

Корд проигнорировал Триппа и продолжил:

— Но, блин, о боже, никогда не думал, что Митчелл решит расстаться со свободой.

— Он нашел свою любовь, — со смехом сказал Тревор.

Стид широко улыбнулся, делая глоток кофе.

— Вот подождите, запляшете, когда это случится с вами. Судьба шлепнет вас по задницам.

— Мальчики, — радостно промурлыкала мама. Ей нравилось, что мы все вместе.

— Я не боюсь любви, — заявил Корд. — Лишь не хочу все время ходить и выглядеть как Смурфик.

У мамы появилось растерянное выражение на лице. Наклонившись, я прошептал:

— Забей, мама. Поверь мне.

Она кивнула.

— Когда любовь постучит в мою дверь, я впущу ее. Но это произойдет не в ближайшее время, — объявил Корд.

Тревор поднял свой стакан с апельсиновым соком.

— Я с Кордом. Этот ковбой планирует жить в полную силу.

Мама прочистила горло.

— И что именно ты имеешь в виду, Тревор, говоря «в полную силу?»

Улыбка младшего братца померкла.

— Хм. Ну, ты знаешь.

Она сложила руки на коленях, и я изо всех сил старался не рассмеяться.

— Нет, я не знаю. Почему бы тебе не посвятить свою маму в этот план. Мне кажется, и тебе пора найти хорошую девушку для встреч.

Уронив вилку на тарелку, он откинулся на спинку стула.

— Я не собираюсь ни с кем встречаться.

— Почему бы и нет? Тревор, она милая девушка!

— О ком вы говорите? — спросил Трипп, переводя взгляд с мамы на Тревора.

Тревор, поморщившись, указал на маму.

— Наша мама пыталась свести меня с одной из дочерей своей подруги. Она окончила какую-то модную школу в Остине, затем уехала в Бостон учиться в колледже и сейчас вернулась в Оук-Спрингс.

— Свежее мясо, — пробормотал Корд себе под нос. Тревор кивнул.

— Вы, мальчики, ее знаете, — сказала мама. — Скарлетт Литтлфилд.

Корд выпрямился.

— Скарлетт Литтлфилд? Я ее помню. Разве не она подожгла мусорную корзину за зданием суда?

— Это была она? — со смешком спросил Тревор. — Черт возьми, теперь я ее вспомнил. Она всегда утверждала, что забивать коров жестоко. Разве она не была тощей и невзрачной девушкой?

— Тревор Паркер! — ахнула мама.

— Что? Так и есть, мама! Я просто говорю правду.

Я доел свои блинчики и отодвинул тарелку.

— Мам, ты зря тратишь время. Тревор не знает, что такое свидание.

— Совершенно верно. Мам, мне всего двадцать четыре. У тебя еще трое старших сыновей, их и сватай.

Она приподняла бровь.

— Митчелл уже почти. Осталось три.

Трипп поднял руки.

— Не смотри на меня, мама. Мне нужно сосредоточиться на карьере, и последнее, что мне нужно — это женщина, которая обязательно добавит драмы в мою жизнь. Нет, спасибо.

Мама уставилась на Триппа. У нее было такое выражение глаз, как будто она что-то задумала, как тогда, когда узнала, что Пакстон оказалась учительницей Хлои и скрыла это от Стида. Это не могло быть чем-то хорошим.

В кухню ворвалась Хлоя.

— У меня есть выставочная коза! Дедушка подарил мне выставочного козлика! Я не знаю, что он может выставить... но у Патча будет еще один друг! Его зовут Линкольн!

У Стида отвисла челюсть, и он посмотрел на папу, который вошел на кухню вслед за очень взволнованной Хлоей.

— Папа. Ты этого не сделал.

Наш отец стоял, выпятив грудь, и выглядел таким гордым.

— Конечно, сделал. Хлое будет полезно вырастить его и научиться ответственности за питомца.

Мама покачала головой.

— Джон, тебе следовало поговорить со Стидом и Пакстон до того, как ты это сделал.

— Да... папа. Тебе действительно следовало это сделать! — добавил Стид. — Кроме того, Хлоя помогает Уэйду каждое утро и вечер ухаживать за Патчем и другими козами. Она уже учится.

Хлоя обошла стол, чтобы поцеловать каждого из нас и пожелать доброго утра. Конечно, она дольше всех задержалась возле Уэйда. Когда она подошла ко мне, обвила своими маленькими ручками мою шею.

— Дядя Митчелл, можно я проведу ночь с тобой, тетей Корин и Майло?

— Конечно, можешь, тыковка. В любое время, когда захочешь.

— Завтра вечером? — спросила она, ее маленькие голубые глазки смотрели с надеждой.

— Завтра вечером, да.

Она высоко подпрыгнула и повернулась к Триппу.

— Дядя Трипп, угадай что?

— Хлоя, милая, тебе нужно мне кое в чем помочь, — быстро протараторил мой отец.

Хлоя посмотрела на него.

— Сейчас. — Снова повернувшись к Триппу она сказала: — Мой новый козлик идет к...

— Хлоя! — закричали мои родители, заставив всех нас подпрыгнуть.

Развернувшись, Хлоя прижала руку к сердцу.

— Вы напугали меня до смерти. Я не собиралась рассказывать дяде Триппу твой секрет.

О, черт, вот оно. Причина, по которой у моей матери такое выражение лица.

Мама закрыла глаза и вздохнула, а отец сокрушенно покачал головой.

— Секрет? — спросил Трипп.

Хлоя повернулась на каблуках.

— Ага. Я хороший хранитель секретов. Так что ты не услышишь от меня, что твой старый друг — новый ветеринар.

— Мой старый друг? — Трипп нахмурился.

Наклонившись ближе, Хлоя громко прошептала:

— Я не могу назвать тебе имя Харли, потому что это секрет, и дедушка сказал, что ему нужно найти удобный момент, чтобы рассказать тебе об этом.

— О, черт, — одновременно простонали Корд и Тревор.

Стид и я посмотрели друг на друга, а затем снова на Триппа. У Триппа было тщательно выдержанное лицо, но я знал, что внутри плещется боль. С трудом сглотнув, он прочистил горло.

— Похоже, моему желанию жить без драм не суждено сбыться.

Харли Карбаджал вернулась в город.

***

— Ты действительно думаешь, что нужно позволить ему водить трактор с тюками? Ты посмотри, как он запихивает вилы в сено, — сказал я. Мы следили, как Трипп объезжает поле, собирает тюки сена и загружает их в трейлер.

— У Уэйда опасная работа — он в трейлере руководит Триппом, — ответил Тревор.

Я вытер пот со лба.

— Не могу поверить, что Харли вернулась в город.

— И будет новым ветеринаром. Поговорим о том, как воткнуть нож в спину Триппа.

— Как думаешь, как он поведет себя, когда увидит ее?

Тревор пожал плечами.

— Нехорошо. Особенно если она окажется замужем.

— Черт, я надеюсь, что это не так. — Я переживал за брата.

— Ты же знаешь, что она встретила какого-то придурка в колледже. Это была одна из причин, по которой она порвала с Триппом. Они до сих пор могут быть вместе.

Кивнув, я поглубже натянул свою ковбойскую шляпу на голову.

— Ему придется привыкнуть к мысли, что она живет здесь.

Тревор хрипло рассмеялся.

— Учитывая, что всякий раз, когда она приезжала в город, Трипп придумывал причину и уезжал, то он, наверное, не видел Харли более пяти лет.

Стид подъехал на тракторе «Джон Дир», на котором был установлен резак. Хлоя немного проехала на нем, а затем ей стало скучно до безумия. Примерно через час отцу пришлось отвести ее обратно в дом.

Стид открыл дверь и заговорил:

— Мне нужно заправить «сорок шестой» топливом. Нужно еще срезать на северном пастбище люцерну. Ты проедешь за мной с пресс-подборщиком, Митчелл?

— Да, конечно. Ты думаешь, роса высохла? — спросил я Тревора.

— Да, уже достаточно жарко, так что должно быть сухо. Тебе еще нужны круглые тюки с сеном, Митч?

— Да, для лошадей так легче.

После того, как начал работать на ранчо полный рабочий день, я сосредоточился на лошадях и решил завести несколько хороших жеребцов и кобыл для разведения. Недавно я купил чемпионскую скаковую лошадь по кличке Файрлайт. Я надеялся получить от него еще больше чемпионов. Хлоя уже проявила интерес к лошадям, а также к скачкам вокруг бочки и в объезд столбиков. Я начал работать с ней и с Файрлайтом и мог сказать, что она попалась на крючок.

Стид посмотрел мимо меня.

— Господи, Трипп пытается кого-то убить? Посмотрите, как он гоняет этот трактор.

Мы с Тревором повернули головы в ту сторону.

— Да, думаю, что он так «хорошо» переживает новости о Харли, — сказал я.

Хлопнув меня по спине, Тревор сказал:

— Давай разберемся с этим, а потом отправимся к Корду. У меня такое чувство, что Триппу понадобится крепкий-прекрепкий напиток.

Привлекая наше внимание к подъехавшему грузовику, прозвучал клаксон. Из него выпрыгнули Амелия и Корин. Уэйд жестом попросил Триппа сделать перерыв, затем спрыгнул с подножки кабины и прямиком направиться к сестре. Он обнял ее и поцеловал.

— По крайней мере, мы знаем, что он хорошо к ней относится, — сказал Тревор.

— Да, он хороший человек, это точно — ответил Стид. — Я никогда не видел Амелию такой счастливой, как с Уэйдом.

Слегка пихнув меня в плечо, Тревор рассмеялся.

— И тебя, если уж на то пошло. Чувак, ты все время ходишь с гребаной улыбкой на лице.

— Я могу честно сказать, что никогда еще не был так счастлив и доволен своей жизнью.

— Ты скучаешь по тем временам, когда был рейнджером? — спросил Стид.

— Вовсе нет. — Я покачал головой. — Я думал, что буду, но я счастлив сейчас.

Корин направилась к нам. Черт, она хорошо смотрелась в джинсах, ботинках и бейсболке. На белой футболке красовалась фотография Майло, и я не смог удержаться от смеха. Она любила этого дурацкого кота.

— Привет, голубка. Что привело вас сюда?

Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала меня в губы.

— Мне нужно с тобой поговорить. Это довольно важно, и я не могла дождаться, когда ты вернешься домой. — Оглянувшись через мое плечо, она улыбнулась. — Привет, ребята. Как дела?

— Хорошо, — одновременно ответили Стид и Тревор.

Меня снедало любопытно, почему она приехала сюда, чтобы поговорить, но я отказывался надеяться.

— Мы можем прогуляться, если хочешь.

Корин кивнула.

Я взял ее ладонь в свою, и мы пошли прочь ото всех. Корин держала меня за руку, как будто боялась, что я убегу.

— Что происходит? — спросил я.

Мы продолжали идти, а она не сказала ни слова. Когда мы, черт возьми, почти прошли через пастбище, Корин остановилась и посмотрела на меня. Ее глаза светились счастьем, и я допустил мысль о беременности.

— Мне не терпелось рассказать тебе об этом, иначе я просто взорвусь.

— В чем дело?

Она одарила меня такой яркой и ослепительной улыбкой, что не осталось никаких сомнений в том, что она хотела сказать.

Я сделал несколько шагов назад.

— О, боже мой. Да?

Корин кивнула.

— Я беременна.

Я подбросил шляпу в воздух.

— Йо-хо! — крикнул я и притянул ее в свои объятья и закружил. Затем осторожно опустил обратно на землю. Обхватив ее лицо руками, я заглянул в прекрасные голубые глаза. — Ты беременна? Все произошло так быстро. Не могу в это поверить.

— Я знаю! Я честно думала, что это займет больше времени.

— У нас будет ребенок, — еле выговорил я.

Корин положила мою руку себе на живот.

— У нас будет ребенок, — шепотом повторила она.

Я прижался своими губами к ее и поцеловал так, как никогда раньше не целовал.

Как раз в тот момент, когда я уже не думал, что жизнь может стать лучше, я снова оказался неправ.

Я собирался стать отцом.

ГЛАВА 33

Корин

Запах еды сказывался на моем беспокойном желудке. Мне пришлось заставить себя остаться на кухне и помогать готовить.

— Ты в порядке? — спросила Пакстон.

Мой взгляд остановился на Гейдже. Пакстон обнимала его, протягивая бутылку. Мое сердце парило. В понедельник у нас была назначена встреча с врачом, чтобы пройти медицинское обследование на беременность. Хотя сами мы почти не сомневались, что беременны, особенно после того, как Митчелл принес домой три теста из аптеки, и все они показали положительный результат.

— Да, просто не очень хорошо себя чувствую.

Глаза Пакстон загорелись, и я поняла, что она догадалась. Мы сказали Стиду и Пакстон, что пытаемся завести ребенка.

— Мелани? Ты хочешь покормить этого маленького человечка? — спросила Пакстон у своей свекрови. Это не было проблемой, Мелани и так хотела, чтобы Гейдж находился в ее объятиях двадцать четыре на семь.

— Да! Дай его мне.

— Я оставила пирог в доме. Мы с Корин сходим и заберем его.

Амелия вопросительно посмотрела в нашу сторону. Она лично помогла Пакстон принести три пирога, поэтому знала, что та говорит неправду.

— Думаю, я пойду с вами, — сказала она. Ее глаза прищурились в ожидании нашей реакции.

Мы обе улыбнулись.

— Конечно, если хочешь, — согласилась Пакстон спокойным ровным голосом.

Вайелин была слишком увлечена украшением печенья с Хлоей, чтобы заметить наш уход. У них было соревнование по украшению, и они обе были полны решимости победить. Хлоя, несомненно, была истиной женщиной Паркер и походила на Вайелин во многих отношениях. Эти двое были упрямы как мулы и отчаянно соперничали.

Пакстон взяла меня под руку.

— Пошли. Я поведу. Хлоя, я вернусь через несколько минут, я сбегаю в дом.

Хлоя ответила своей маме простым: «Хорошо».

Пока мы шли к грузовику Стида, я понимала, что Пакстон еле сдерживает интересующий ее вопрос.

— Чур, ты на переднем сиденье, Корин, — распорядилась Амелия.

После того, как мы сели в грузовик и поехали по дороге к дому Пакстон и Стида, Амелия просунула голову между передними креслами.

— Ты правда думаешь, что сможешь скрыть это от меня? Пожалуйста. Я вижу знаки. Ты все время касаешься своего живота, а затем прикрываешь рот. Ты выглядишь так, словно тебя тошнит каждый раз, когда мама просит тебя понюхать или попробовать что-нибудь на вкус. Твое лицо светится, а мой брат ходит с постоянной глупой улыбкой на лице.

Я повернулась и посмотрела на Амелию. На ее лице была широкая улыбка.

— Девочка, скажи, ты беременна?

Пакстон вскрикнула.

— А-а-а! О боже мой, Корин, так что!?

Издав смешок, я ответил:

— Да.

Грузовик резко затормозил, и мы все выпрыгнули из него. Амелия и Пакстон притянули меня к себе, и мы встали в круг, обнимая друг друга. Я всхлипывала, они плакали. А потом запах духов Амелии ударил в мой нос, как кирпич в лицо.

— Меня сейчас вырвет!

Амелия оттолкнула меня так быстро, что я подумала, что упаду на задницу.

— Не надо! Если тебя вырвет, меня стошнит тоже! — закричала Амелия.

Теперь мы уставились на нее.

У Пакстон отвисла челюсть.

— Амелия, ты тоже беременна?

С выражением ужаса на лице Амелия ахнула.

— Что? Черт возьми, нет! Боже мой, Пакстон, прикуси свой язык! Я просто не могу смотреть, как кого-то тошнит. Если вижу, на меня тоже находит чувство рвоты. Меня тошнит от сочувствия.

Мой желудок скрутило от мести. Я собиралась блевать.

Я развернулась и начала избавляться от еды. Затем я услышала, как Амелия издала характерный звук, и меня очередной раз вывернуло.

— О боже, — простонала Амелия.

— Просто вернись в грузовик, Амелия, — сказала Пакстон. — Мне тоже сложно сдержаться. Я не хочу избавиться от печенья.

— Не надо! Амелия, нет!

Амелию вырвало, меня следом. Это было похоже на соревнование, кто кого заставит блевать!

— Тебя стошнило на меня! — крикнула Пакстон.

Я обернулась и увидела испачканную рубашку Пакстон. Я зажала рот ладонями и начала смеяться, тогда как Пакстон стояла с выражением отвращения на лице.

— Отвратительно! — крикнула она, осторожно снимая рубашку.

Амелия прислонилась к грузовику, глубоко дыша.

— Мне нужна вода.

Пакстон подошла к кузову грузовика и полезла в холодильник. К счастью, Стид должен был привезти напитки на День благодарения и еще не разгрузил их. Пакстон протянула Амелии воду и сказала:

— О, ради всего святого и доброго, ты даже не беременна, Амелия!

Она схватила воду и начала набирать ее в рот. Пакстон тоже протянула мне бутылку. Я делала маленькие глотки, не желая снова раздражать желудок.

Амелия посмотрела на каждого из нас.

— Мы команда. Тебя тошнит, меня тошнит — нас тошнит! Ура!

— Тебя сильно тошнит по утрам? — спросила меня Пакстон.

— С каждым разом все хуже. И это длится весь день. Меня мутит от каждой мелочи.

— Я никогда не забеременею, — простонала Амелия, забираясь обратно в грузовик.

Пакстон рассмеялась.

— Давай отвезем тебя домой. Тебе нужна мята, чтобы успокоить животик. — Она посмотрела на свой черный лифчик. — А мне новая рубашка.

К тому времени, как мы добрались до дома, я рассказала Амелии о том, как сильно Митчелл хочет ребенка, и о наших планах. Она была счастлива.

— Ты же знаешь, что будет трудно скрыть это от всех. Я поняла это довольно быстро и уверена, тетя Ви все поймет. А твоя мама? Она догадается, как только увидит тебя.

— Ни за что. — Я рассмеялась. — Я не думаю, что моя мама узнает.

Мой телефон запищал о пришедшем сообщении.

Митчелл: Твоя мама здесь. Она вылетела более ранним рейсом, чтобы удивить тебя. Где ты?

Я вскинула голову.

— Моя мама уже здесь! Она прилетела раньше!

Я: С Пакстон и Амелией у них дома.

Телефон Пакстон отозвался текстовым сообщением. Она несколько секунд смотрела на него, а затем расхохоталась.

— В чем дело? — спросила Амелия.

— Это от твоей мамы, Амелия. Она велела дать Корин немного крекеров и миндаля, если они у меня есть. Она также написала нарезать лимоны и дать Корин понюхать их. А еще мама Корин здесь. И если ты не справишься со своей тошнотой, она поймет это в ту же секунду, как увидит тебя.

У меня свело живот.

Мелани знала. Конечно, за свою жизнь она родила довольно много детей.

— Наша мама — самая крутая мать на Земле. Клянусь, я хочу быть такой, когда вырасту, — со смехом сказала Амелия.

— Подожди. Лимоны? — спросила я, рыча.

— Да, если тошнит от запаха, поможет что-нибудь свежее, например, лимоны или розмарин. Мелани всегда совала мне в лицо розмарин, когда я была беременна Гейджем.

— Разве Лори не поймет, если увидит, что ее дочь разгуливает с лимоном под носом? — спросила Амелия со смешком.

— Корин, если ты хочешь сохранить все в секрете, тебе придется скрывать это получше.

Я вздохнула.

— Я не знаю, что делать. Должны ли мы рассказать всем? Разве не говорят, что следует подождать? Знаешь... на всякий случай.

— Чепуха, — возразила Пакстон. — Ты можешь рассказать кому угодно в любое время. Нельзя управлять судьбой, удерживая что-то внутри, как бы сильно ни хотели верить, что можно.

Вот почему мы с Пакстон были лучшими подругами. Она все делала по-настоящему, и я знала, что она права.

Амелия издала звук, который заставил нас с Пакстон закричать от неожиданности.

— У меня есть идея! Но ты должна позвонить Митчеллу и получить его согласие.

— В чем дело? — спросила Пакстон.

С выражением, говорившим, что она замышляет что-то недоброе, Амелия протянула мне свой телефон.

— Скажи Митчеллу, что он нужен нам здесь. Сейчас же.

Я понятия не имела, что она задумала, но сделала то, о чем она просила. Амелия повернулась к Пакстон и сказала:

— А ты, возможно, захочешь пойти и надеть рубашку, Пакстон! Мне нужна краска для ткани Хлои и белая футболка!

Пакстон вскочила и побежала в свою спальню.

— Больше ничего не говори, пока я не вернусь!

Амелия села рядом и одарила меня улыбкой.

— Это будет самый эпический День благодарения в истории!

***

Мы с Митчеллом стояли на крыльце, держась за руки и глядя на входную дверь. Пакстон и Амелия уже вернулись в дом.

— Ты уверен, что мы должны это сделать? — спросила я.

Митчелл приподнял мой подбородок.

— Я хотел прокричать это с самой высокой горы, едва ты мне сообщила. Это просто наша семья. Мы никому больше не скажем.

Я кивнула.

— Интересно, кто первым это заметит?

Он пожал плечами.

— Я не знаю. Мама уже знает, так что она не скажет ничего, что могло бы испортить сюрприз. Может быть, твоя мама?

Закусив губу, я взглянула на футболку.

— Я не могу поверить, что Амелия смогла выдумать такое!

Митчелл посмотрел вниз и рассмеялся.

— Она всегда рисовала, когда была маленькой. Я думаю, это ее художественная сторона. Она унаследовала его от нашей бабушки. Она любила рисовать и тоже была хороша в этом.

Амелия оранжевой краской для ткани в самом низу футболки нарисовала две маленькие детские ножки. А над ним написала: «Я с начинкой» — того же цвета.

Сделав глубокий вдох, я посмотрела в глаза Митчелла.

— Ты можешь поверить, как далеко мы продвинулись всего за несколько месяцев?

Он поднял руку и положил ее мне на щеку. Я закрыла глаза от ощущения тепла на своей коже.

— Я каждый божий день благодарю Бога за тебя.

Наши взгляды встретились.

— Я тоже.

Он наклонился, коснулся своими губами моих и прошептал:

— Выходи за меня замуж.

Я хихикнула.

— Ты уже спрашивал меня об этом, и я, кажется, ответила «да».

Его губы скользнули по моему подбородку. Каждый поцелуй был мягким, и по всему моему телу пробегали мурашки.

— Я хочу жениться на тебе сейчас.

Я откинула голову назад, давая доступ к моей шее.

— Прямо сейчас?

— Завтра. Давай поженимся завтра.

Вскинув голову, я посмотрела на него.

— Что?

— Все, кого мы любим, здесь. Ну, кроме твоего брата. Давай позовем пастора, спустимся к реке и поженимся.

Мое сердце бешено колотилось. Я бы вышла замуж за Митчелла в суде, если бы он попросил меня об этом. Я уже начала бояться свадебных торжеств. Казалось таким глупым тратить большие деньги, когда как все, чего я хотела — это стать миссис Митчелл Паркер. Мне не нужны были все эти навороты и фейерверки, как и моему брату. У него была прекрасная свадьба, но я как Пэм. Хотела простого.

Митчелл рассматривал мое лицо.

— Если только ты не хочешь пышной свадьбы. Я не хочу ничего у тебя отнимать, голубка.

Я обвила руками его шею. Приподнялась на цыпочки, и наши губы снова встретились.

Наш поцелуй был мягким и медленным. Я чувствовала, как его любовь окутывает мое тело. То, как Митчелл притянул меня ближе, заставило мои колени ослабеть. Я любила этого человека больше, чем могла себе представить. И я любила нашего ребенка. Мне было все равно, как и где мы произнесем наши клятвы. Все, в чем я была уверена, это то, что я хотела быть женой Митчелла и родить ему этого ребенка.

Он оторвался от моих губ и прижался своим лбом к моему.

— Это было «да»? — спросил он.

— Это было «да». Давай поженимся завтра.

Митчелл обнял меня и приподнял, целуя на этот раз более страстно. Когда он опустил меня на землю, мы оба буквально растворились друг в друге.

— Я тогда позвоню пастору Берчу. Если он сможет это сделать, все, что нам нужно — это время.

Я возбужденно кивнула. Входная дверь открылась, и вышла Амелия.

— Вы собираетесь войти или нет?

Развернувшись, я сказала:

— Да. Нам просто нужно позвонить пастору Берчу, чтобы узнать, сможет ли он обвенчать нас завтра.

— Серьезно? — У Амелии отвисла челюсть.

Митчелл начал говорить по телефону и сделал несколько шагов в сторону. Я схватила Амелию за руки.

— Нам не нужно ничего особенного, я просто хочу быть миссис Митчелл Паркер.

Амелия начала было говорить, но изо рта не вышло ни звука. Затем она закрыла глаза на несколько секунд и открыла их.

— Я поняла. Мириам Мейер — моя хорошая подруга, и она владелица «Цветы Мейера». Я могу сбегать к ней утром и заказать тебе букет.

— Ты можешь сделать еще четыре?

Амелия догадалась, о чем я.

— Да! Я сделаю все очень просто.

— Платье? — спросила я.

— У меня есть идея, если ты, конечно, захочешь надеть платье, которое уже одевали.

— Чье?

— Моей мамы. Она решила продать его несколько лет назад, но я его тайком стащила. Я хотела позже переделать из него что-нибудь для нее, но если она увидит тебя в своем платье…

У нас обоих на глаза навернулись слезы.

— Для меня будет честью надеть платье твоей мамы. Оно подойдет мне по размеру?

— О, да.

— Это безумие, не так ли?

Амелия рассмеялась.

— Только не для меня! Я сделала то же самое в Новом Орлеане! Свадьба хотя бы будет здесь, на ранчо, с нашей семьей. Наши предки будут на седьмом небе от счастья. Им все равно, как это произойдет, главное, что вы с Митчеллом счастливы — это все, что волнует моих родителей, и я уверена, что твою маму так же.

Я кивнула.

— Спасибо, Амелия. Я бы не смогла решиться на такое без тебя.

Она притянула меня в свои объятия.

— Если ты предоставишь это мне, я обещаю устроить тебе лучшую свадьбу!

Я крепче прижала ее к себе.

— Пастор Берч сможет, — сказал Митчелл.

Отойдя от Амелии, я улыбнулась.

— Во сколько?

— Он сказал, что свободен весь день. Будет Черная пятница, так что его жена уедет за покупками.

Я прикрыла рот рукой и рассмеялась.

Амелия хлопнула в ладоши. Она уже находилась в режиме планирования.

— Тогда все готово. Перезвони ему и скажи, что мы устроим свадьбу на закате. Он может встретиться с нами здесь, в доме. Ты помнишь ту смотровую площадку у хижины? Я думаю, это будет прекрасное место для венчания.

Митчелл улыбнулся.

— Ты великолепна, Амелия.

— Я знаю. Девочки могут собираться в хижине. Это прекрасно. Мне так много нужно спланировать.

Развернувшись на каблуках, Амелия бросилась в дом, оставив нас с Митчеллом стоять на улице.

— Срань господня, — выдохнул Митчелл. — У нас не только будет ребенок, мы завтра поженимся!

Я старалась нервно не хихикать, но не смогла сдержаться.

— Это безумие!

Митчелл поцеловал меня в лоб.

— Вот что делает его таким идеальным. Готова войти?

— Да, давай сделаем это.

Мы оба глубоко вздохнули и направились в дом.

— Я не могу дождаться, чтобы увидеть выражение лиц наших родных, — сказал Митчелл.

В груди все дрожало от возбуждения.

— Ты же понимаешь, что Амелия расскажет всем, что мы завтра поженимся.

Он рассмеялся.

— У меня такое чувство, что это будут самые безумные двадцать четыре часа в нашей жизни!

ГЛАВА 34

Митчелл

Прошло два часа с тех пор, как мы вошли в дом. Мать Корин бросилась к ней и заключила в объятия. Они поговорили несколько минут в углу, и когда я увидел, что Лори была растрогана, я понял, что она либо заметила футболку, либо ей сказала сама Корин. Я не мог оторвать от них глаз. Я никогда не видел Корин такой счастливой, а Лори была явно на седьмом небе от восторга.

Хлое очень понравилась Лори, и она потащила ее на диван, чтобы вместе почитать книгу. Мне импонировало, как мать Корин вписалась в мою семью. Это был верный знак.

— Ни один человек ни слова не сказал о футболке! Моя мама даже не заметила! Я, наверное, должна была сказать ей, — прошептала Корин, когда мы стояли у буфетного стола и накладывали еду в тарелки. Мои родители всегда отмечали День благодарения шведским столом. Еда была выстроена в ряд, ты брал, что нравится и садился за обеденный стол. В этом году у нас собралось много людей, и некоторым приходилось сидеть на кухне.

— Я знаю! — сказал я. — Мама заметила, но промолчала, думаю и тетя Ви знает. Она просто хочет, чтобы папа сам во всем разобрался.

— Это же выглядит, как детские ножки, так какого черта? Я не могу поверить, что даже Хлоя не прокомментировала.

Мы рассмеялись.

После того, как наполнили тарелки, мы направились в столовую. Я усадил Корин рядом с папой. В комнате были слышны разговоры и смех. Отец, Стид и Трипп беседовали о политике и городском совете. Амелия, Пакстон и Вайелин спорили о том, как развесить фонарики на деревьях и раздобыть достаточно стульев для всех. Хлоя сидела рядом с Пакстон, вставляя свои два цента к планированию вечеринки. Она понятия не имела, о чем они вообще говорили и для чего была вечеринка, но настояла, чтобы Патч принял в ней участие.

Мама не обращала внимания на их разговор, хотя они ни в малейшей степени не пытались вести себя тихо. Мама, Лори и тетя Ви обсуждали чаепитие, которое тетя Ви собиралась устроить в доме, который она снимала у Уэйда и Амелии. Она хотела представить Лори некоторым друзьям. Что-то вроде приветствия в Оук-Спрингс, так как Лори объявила, что переедет в Техас. Конечно, она не рассказала о причине, по которой приняла такое решение.

Корд, Уэйд и Тревор тусовались на кухне. Я слышал, как они смеялись и говорили о планах через несколько недель отправиться на родео в Увальде. Корд также пытался уговорить Уэйда спеть в баре в ближайшие выходные.

Я откашлялся и повернулся к отцу.

— Пап, у меня появилась идея, хочу на этой неделе обсудить ее с тобой.

Мой отец обратил свое внимание на меня.

— О? Мне будет интересно это услышать. Тебе вообще нравится работать на ранчо полный рабочий день?

— Нравится.

— Ты скучаешь по своей прежней работе, сынок?

— Еще не понял. Я думал, что буду, но все складывается так, как и должно быть.

— Кто-нибудь хочет еще чаю? — спросила Корин.

— Я хочу, сиди, я сам принесу, — сказал Трипп, вставая.

Корин подняла руки, останавливая Триппа.

— Мне нужно размять ноги. Схожу и принесу.

Корин направилась к буфетному столу. Я изо всех сил старался не улыбаться, потому что точно знал, что она делает.

Она вернулась и встала рядом с папой и потянулась за его стаканом и наполнила его. Трипп посмотрел на ее футболку, и его вилка застыла на полпути ко рту. Он быстро взглянул на меня, и я кивнул. Он медленно покачал головой и издал легкий смешок.

— Не могу в это поверить, — сказал он с улыбкой.

Мой отец в замешательстве посмотрел на Триппа, затем переключил свое внимание на Корин.

— Спасибо, дорогая. — И тут его взгляд упал на надпись и детские ножки. Он, не переставая, пялился на футболку, пока Корин подходила к Триппу и наполняла его стакан. Мой брат подмигнул ей, а затем Корин отошла.

Отец как завороженный встал и последовал за ней к буфетному столу. Все замолчали и уставились на него. Я уверен, всем было интересно, что он делал. Амелия вскочила, метнулась на кухню за Уэйдом, Тревором и Кордом и привела их в столовую.

— Корин, милая. Ты не повернешься? — попросил папа. Она медленно сделала это. Мой отец посмотрел на футболку. Казалось, что время остановилось, пока в его голове кусочки мозаики складывались в целое. — О, малышка, скажи мне, что это не шутка.

— Это не шутка, — сказала Корин дрожащим голосом.

— Почему дедушка и тетя Корин такие? — спросила Хлоя.

Пакстон что-то прошептала, и Хлоя ахнула.

Встав, я подошел к Корин. Обнял ее за талию, а другую руку положил на живот.

— У нас будет ребенок. Мы только на днях узнали.

Раздались радостные возгласы, и отец заключил нас с Корин в объятия.

— Вы только что сделали меня самым счастливым человеком на свете, — сказал он. Через несколько мгновений, удерживая нас, он повернулся ко всем лицом.

— Еще один внук! — крикнул он.

Хлоя встала на свой стул, сложила руки вместе и подняла глаза в молитве.

— Пожалуйста, пусть это будет девочка, боже!

Еще один взрыв смеха разнесся по комнате, и Стид поднял свою дочь и обнял ее. Все направились к нам, и закрутилось: объятия, поцелуи, рукопожатия и поздравления.

Амелия ударила вилкой по бокалу с вином, чтобы привлечь всеобщее внимание.

— Есть еще новости! Поскольку никто в этой семье не любит соблюдать традиции, у нас есть еще одно небольшое объявление от Митчелла и Корин. Держитесь крепче... все будет хорошо.

Теперь все взгляды снова были прикованы к нам. Я прочистил горло и притянул Корин ближе.

— Мы с Корин поженимся завтра на закате на смотровой площадке у хижины.

— Вот о чем вы, девочки, говорили! — сказала моя мама, указывая на них. — Боже мой, это так волнующе! Еще одна свадьба!

Хлоя сжала кулаки и начала бегать по комнате.

— Линкольн и Патч будут «цветочными» козами!

Все взгляды переместились на Хлою, потом на меня и Корин.

Улыбнувшись, Корин всплеснула руками.

— Почему бы и нет! По-моему, замечательный план!

Остаток ужина все говорили о ребенке и о том, как, черт возьми, они так долго не замечали раскрашенную футболку. Затем пришло время для свадебных разговоров, и моя мама, Лори и тетя Ви начали придумывать меню и какую палатку установить для приема гостей. Папа их перекрикнул, желая знать, в какое время нам нужно быть на смотровой площадке, чтобы успеть все украсить. Это был хаос.

Я посмотрел на Корин и покачал головой.

— Ты готова ко всему этому безумию?

Вложив свою руку в мою, она ответила:

— Я никогда и ни к чему не была готова больше.

— Ты не хочешь сбежать сегодня вечером в Вегас и пожениться, чтобы избежать всего этого безумия?

Корин посмотрела мимо меня на людей, которых мы любили. Затем покачала головой и рассмеялась.

— Я люблю сумасшедших. Я люблю этот хаос. — Ее глаза встретились с моими. — Я люблю тебя.

Я уставился в ее прекрасные голубые глаза. Никогда даже в самых смелых мечтах я бы не осмелился поверить, что могу быть таким счастливым. И таким безумно влюбленным.

***

Амелия попросила меня, Уэйда и Стида поместить фонарики на деревьях. Вайелин достала фонари, и Тревор развешивал их на дереве, которое росло рядом с местом, где должна была состояться церемония. А еще маленькие чайные свечи излучали идеальное сияние.

Тревору и Корду пришла в голову идея использовать тюки сена для сидений. Поскольку будет только семья и несколько близких друзей, которые смогли прийти в последнюю минуту, нам не нужно было много мест.

Папа вместе с одним из своих самых близких друзей, которых он знал со времен колледжа, ставил палатку для приема гостей. Мы старались, чтобы все было просто. Из гостевого дома принесли гриль, а в меню красовались хот-доги и гамбургеры. Люси предложила приготовить свой фирменный домашний картофельный салат и салат из макарон, потому что знала, что Корин его любит. Миссис Джонсон готовила несколько своих знаменитых, отмеченных наградами пирогов с черникой, лимоном и лавандой. Они были любимыми у Корин, и она попросила их вместо торта.

Список гостей состоял в значительной степени из семьи, за некоторыми исключениями. Роберт и Мэри со своим новорожденным сыном Джимми; Люси; шериф Миллер и миссис Джонсон.

— Я думаю, у нас достаточно тюков, — крикнул мне Корд с дерева. — Тебе нужна какая-нибудь помощь?

— Мы почти все развесили. Спрошу у папы, не нужно ли им чего-нибудь. Если нет, нам следует вернуться в дом, чтобы самим подготовиться.

Корд показал мне поднятый вверх большой палец.

Я включил последний комплект фонариков и слез с дерева. Должно выглядеть красиво.

Спустившись вниз, я огляделся.

— Вау, я не могу поверить, что мы справились.

Трипп шлепнул меня по спине.

— Вот что происходит, когда у тебя большая семья, которая собирается вместе, чтобы ни произошло.

Я кивнул, комок в горле не давал мне заговорить.

Трипп продолжил:

— Должен сказать, я впечатлен, братишка. Ты кажешься довольно спокойным в свете того, что через несколько часов ты женишься.

— Ты вообще нервничаешь? — усмехнулся Уэйд.

— Немного, — сказал я. По правде говоря, мой желудок был скручен в узел. — А ты нервничал, Уэйд?

— Черт возьми, да. Не потому, что я не хотел жениться на Амелии. Это был другой тип нервяка Я не могу этого объяснить.

— Я тебя понимаю. — Я кивнул. — Вот что я чувствую. Я готов жениться на Корин, но в то же время меня чертовски лихорадит.

— Предсвадебный мандраж. Мальчики, каждый из вас испытает это на себе. — Мы обернулись и увидели, что к нам подходит отец.

— Ты волновался до того, как женился на маме? — спросил Тревор.

Папа рассмеялся.

— Меня так трясло, что я не мог есть. Я просто боялся, что она придет в себя и поймет, что совершила ошибку, выйдя за меня замуж.

Мы усмехнулись.

Отец положил руку мне на плечо.

— Я горжусь тобой, Митчелл. Ты следовал зову своего сердца, и это все, чего я когда-либо хотел для своих детей. Вот мое счастье. — Он оглядел своих сыновей и Уэйда. — Я горжусь каждым из вас.

Момент становился тяжелым, и я понимал, что мой отец изо всех сил пытается сдержать слезы.

Уэйд откашлялся.

— Если ты не хочешь опоздать на свою свадьбу, нам лучше убраться отсюда и вернуться в дом.

Все согласились, и мы начали пробираться к грузовикам. Я сел с Триппом, и мы отправились к дому родителей. Это был первый раз, когда я остался с ним наедине, после того как он узнал, что Харли вернулась в город.

— У тебя все в порядке? — спросил я.

Он крепче сжал руль.

— Я в порядке.

— Лжец. Если ты еще сильнее вцепишься в руль, то вытащишь его из приборной панели.

Трипп тяжело вздохнул и провел рукой по волосам.

— Я не могу поверить, что она вернулась. Почему именно сейчас? Почему после стольких лет она решила, что хочет жить в Оук-Спрингс? Было недостаточно, когда я попросил ее вернуться? Я, блядь, не понимаю.

— Ты уверен, что она вернулась навсегда? — спросил я.

Брат посмотрел на меня, а затем снова на дорогу.

— Я тут кое-что покопал. Ну, на самом деле, я попросил Карен немного поискать, чтобы получить информацию.

— Ты заставил свою секретаршу делать за тебя грязную работу?

— Эй! Я хорошо ей плачу. Кроме того, она одна из самых больших сплетниц, которых я знаю. Эта женщина в курсе всего, что происходит в этом городе. Я удивлен, что она не знала, что Корин беременна. Хвала твоей будущей жене за то, что она держалась ниже травы.

Я рассмеялся.

— Хорошо-хорошо, и что же Карен выяснила?

— Док Харрис попросил Харли взять на себя его практику еще несколько месяцев назад. Я думаю, что те несколько раз, когда она была в городе, помогала ему, и он был впечатлен.

— И она согласилась? Ну, она же ненавидела Оук-Спрингс. Не могла дождаться, когда уберется отсюда.

— Наверное. — Трипп пожал плечами. — Папа сказал, что, когда он видел ее у ветеринара, она сказала, что пока будет приезжать по несколько раз в месяц и к Рождеству переедет полностью. Док хочет уйти на пенсию и путешествовать со своей женой, пока они еще могут свободно передвигаться.

— Ух ты. И она никогда не звонила, чтобы сказать тебе об этом?

Он хрипло рассмеялся.

— С какого хрена она мне будет звонить? Она высказала свою позицию по отношению к нам давным-давно, когда бросила меня ради ублюдка, которого встретила в колледже. Насколько я знаю, они все еще вместе. Я не спрашиваю ее родителей, когда вижу их. Мама сказала, что, судя по тому, что она узнала от них, Харли до сих пор не замужем. Хотя не знаю наверняка.

— Я удивлен, что мама больше не копалась в этой теме.

— Да, если только она знает, но не говорит.

— Это возможно. Я думаю, ты скоро все узнаешь.

— Наверное, — сказал Трипп. Он ударил меня по плечу. — Хватит моих драм, чувак. Ты женишься.

Я улыбнулся.

— Я женюсь.

Чем ближе мы подъезжали к дому наших родителей, тем больше у меня в животе все переворачивалось.

Если бы кто-нибудь сказал мне год назад, что я женюсь, я бы арестовал эту задницу и оставил в тюрьме на ночь. Но сейчас? Теперь мне не терпелось сделать Корин своей женой. Чтобы каждую ночь держать ее в своих объятиях и просыпаться рядом с ней. Мысль о том, что она носит моего ребенка, заставила понять, что это было единственное, чего я хотел. Жизнь с Корин и нашим ребенком.

Трипп подъехал и припарковался позади грузовика Стида. Он заглушил двигатель и посмотрел на меня.

— Ты готов это сделать?

С широкой улыбкой я ответил:

— Никогда еще не был так готов.

ГЛАВА 35

Корин

Стоя перед зеркалом, я смотрела на себя в свадебном платье, которое когда-то принадлежало маме Митчелла, Мелани.

— О боже, ты выглядишь сногсшибательно, — восхищенно произнесла Вайелин, застегивая последнюю пуговицу.

— Зачем она вообще хотела избавиться от этого платья? — спросила я.

Амелия вздохнула.

— Вот почему я сохранила его. Оно слишком красиво, чтобы отдавать.

Мои глаза встретились с глазами Вайелин.

— Ты уверена, что не хочешь сама его надеть?

Печаль промелькнула на ее лице, но быстро сменилась улыбкой.

— Если я когда-нибудь снова выйду замуж, я хочу чертовски сексуальное платье, которое заставит моего будущего мужа захотеть... ты знаешь скинуть... его штаны.

Мы посмотрели на Хлою. Она пыталась приладить бантик в персиковый пушок Гейджа. Бедняжка. Она отчаянно хотела маленькую сестренку.

Я снова повернулась к своему отражению в зеркале.

Это происходило. Я выхожу замуж. И, боже, я действительно выглядела так, как надо. Амелия приподняла мои волосы у корней и распустила их, чтобы обрамить мое лицо. Она чуть не обожгла мне щеку, пытаясь завить мои волосы.

Платье было потрясающим — серебряное кружево поверх тюля цвета слоновой кости. А-силуэт, обтягивающий лиф и юбка из тюля. Платье было легким как воздух и струилось с каждым моим движением. Вырез в виде сердечка был покрыт кружевами и вышивкой бисером — моя грудь выглядела потрясающе. Кружевные бретельки придавали всему платью органичный вид.

Почему Мелани хотела отдать это платье?

— Не могу поверить, как здорово тебе оно подошло, — сказала Вайелин, ставя передо мной пару белых балетных туфель.

— Оно сидит на мне как перчатка, — тихо выдохнула я.

— Слава богу! И мои туфли тоже. Думаю, что это будет идеально!

Я приподняла подол платья и надела туфли. Пакстон подошла ко мне и внимательно осмотрела, а затем воткнула мне в волосы веточки гипсофилы.

— Вот, это именно то, что нужно для последнего штриха. Хлоя, что ты думаешь? — спросила Пакстон у дочери.

Подняв взгляд, Хлоя встала. Она глубоко вздохнула и прикрыла рот рукой.

— Ну как? — спросила я, кружась и расправляя платье.

Опустив руку, Хлоя наморщила нос:

— О, твое платье не белое!

Я посмотрела вниз и рассмеялась.

— Да, не совсем белое.

— Это называется грязно-белое, — добавила Хлоя.

— Хлоя Паркер! — грозно произнесла Пакстон, уперев руки в бока.

Маленькое личико Хлои вытянулось, и она уставилась вниз.

— Я все равно думаю, что ты похожа на принцессу.

Я улыбнулась, а Пакстон покачала головой.

— Мне очень жаль, Корин. Это потрясающее платье. Она не понимает.

Отмахнувшись, я подошла к Хлое и присела. Платье раздулось вокруг меня, и глаза Хлои загорелись.

Она провела пальцем по бретелькам.

— Так красиво!

— Оно красивое, и должно быть такого цвета. Тебе не обязательно одевать белое. Некоторые невесты носят розовое!

Хлоя ахнула.

— Розовый! Я надену розовое, когда выйду замуж.

— Мама идет! — воскликнула Амелия. — Пакстон, уводи Корин в спальню!

Я взял Хлою за руку, и мы быстро скрылись в спальне. Она хихикала так, словно это была самая смешная вещь на свете — прятать нас от Мелани.

— Гейдж! — воскликнула Пакстон.

— Я его держу, — сказала Вайелин, вытаскивая Гейджа из переноски.

Пакстон встала у двери и чуть ее приоткрыла, чтобы мы могли подслушать разговор.

Когда дверь в спальню открылась, я приложила палец к губам, показывая Хлое, чтобы она замолчала.

— Девочки, вы знали, что Линкольн и Патч привязаны снаружи, и у них на шеях ленты и маленькие Смурфики? Не говоря уже о том, что Патч ест из корзины цветочные лепестки.

Амелия откашлялась, и я догадалась, что она так указывала на спальню, чтобы предупредить маму, что Хлоя там.

Хлоя прошептала:

— О нет!

— Все в порядке, Хлоя, у меня есть еще! — сказала Пакстон, подмигнув.

— Хлоя приготовила коз к свадьбе, но я не стала расспрашивать Корда, почему он привязывает еще и Смурфиков, — сказала Вайелин.

Мелани вздохнула.

— О, хорошо. Хорошо. Я вижу, они готовы к церемонии.

Амелия улыбнулась. — Да, действительно.

— Корин в спальне с Пакстон и Хлоей?

— Мам, почему бы тебе не присесть?

— Ерунда, мне не нужно садиться. Вайелин, дай мне подержать Гейджа.

— Эм-м, нет, ты не можешь.

Я прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Представила лицо Мелани, когда Вайелин сказала ей «нет».

— Что значит «не могу»? Я хочу подержать своего внука.

— Ну, я его уже держу. Перестань быть жадиной, мама!

— Я не жадина! Он мой внук, Вайелин.

— Ну, и мой племянник, так что...

— Послушай, мам, у нас вроде как есть для тебя сюрприз, и ты не сможешь удержать Гейджа в руках, когда увидишь его. Ты можешь уронить его.

— Уронить? Амелия, да будет тебе известно, что я вырастила семерых детей и ни разу не уронила ни одного из вас!

— Никогда? Ты уверена? Потому что иногда мне приходится подвергать сомнению психическое состояние Корда, — сказала Вайелин.

— Да, я уверена! С другой стороны, может быть, я роняла тебя? Что происходит?

Амелия крикнула: «Выходите все немедленно!»

Хлоя распахнула дверь и выбежала наружу.

— Бабушка! У нас твое грязное платье!

Я закрыла глаза и постаралась не рассмеяться.

Пакстон застонала.

— Господи, вот уж эта девочка... и Стид хочет еще одну!

— Мое грязное платье? — повторила Мелани.

Я вышла вслед за Пакстон из комнаты. Мелани стояла ко мне спиной, Хлоя скакала перед ней и держала за руки.

— Мам... — шепнула Пакстон.

Мелани повернулась и открыла рот, чтобы что-то сказать, но увидела меня в своем свадебном платье. Слезы наполнили ее глаза, пока ее взгляд блуждал вверх и вниз по платью.

— Как? Где ты?.. О боже! Ты выглядишь такой... красивой!

— Мама, не плачь! Корин сейчас тоже расплачется, и мне снова придется делать ей макияж! — взмолилась Амелия, крепко обнимая мать.

Мелани поднесла руки ко рту и уставилась на меня.

Вайелин стояла рядом со своей матерью.

— Амелия сохранила твое платье и собиралась что-нибудь из него сшить.

— Но, когда в последнюю секунду Митчелл и Корин решили пожениться, я поняла, что она должна надеть твое свадебное платье.

Слезы потекли по лицу Мелани, и она повернулась, чтобы опуститься на диван. Пакстон села рядом с ней.

— Пожалуйста, не плачь, Мелани, — попросила я едва слышным шепотом.

Она вытерла слезы и посмотрела на меня.

— Ты прекрасно выглядишь. Платье смотрится так, как будто оно предназначалось для тебя!

Я попыталась рассмеяться, но вместо этого вырвалось рыдание.

— Стоп! Не вытирай! — воскликнула Амелия.

Я аккуратно вытерла уголки глаз.

— Ты не возражаешь, что я его одела?

Мелани подошла ко мне и взяла мои руки в свои.

— Не возражаешь?! Для меня это большая честь. И когда Митчелл увидит тебя в этом платье, я надеюсь, он поступит так же, как когда-то его отец!

— Что сделал папа? — спросила Вайелин, возвращая Гейджа Пакстон.

Амелия протянула всем салфетки.

— О, твой отец всегда был таким милым и романтичным. В тот момент, когда он увидел, что я иду по проходу, он начал плакать. Не знаю, как я сдержалась, когда увидела слезы, катящиеся по его щекам. Моему отцу пришлось поддержать меня, потому что он думал, что я упаду прямо в проходе.

Мы все дружно вздохнули.

Я взяла руки Мелани в свои.

— Я молюсь, чтобы мы с Митчеллом были так же благословлены нашим браком, как вы с Джоном. Вы оба такой удивительный пример настоящей любви, и я... я… — Мелани наклонила голову и вытерла мои слезы. — Я не помню, что собиралась сказать! — выпалила я.

Притянув меня в свои объятия, Мелани обняла меня.

— Это из-за ребенка.

Я засмеялась и крепче прижала ее к себе. Стук в дверь заставил нас обеих сделать шаг назад. Вошел Стид и замер, увидев меня.

— Митчелл сейчас упадет в обморок.

Джон вошел следом за Стидом и остановился, как только увидел меня. Его глаза метнулись к Мелани и снова ко мне.

— Мел, твое свадебное платье.

— Подожди, это твое свадебное платье, мама? — спросил Стид.

— Да! Амелия сохранила его и посмотри, как он подошло Корин, как будто сшито для нее.

Джон встал передо мной. Подняв мою правую руку, он поцеловал ее тыльную сторону.

— Когда-то давным-давно в этом платье была самая красивая девушка. Я был просто загипнотизирован ею, пока она шла по проходу. Это было похоже на сон, и я молился, чтобы она, взглянув на меня, не убежала, думая, что совершила ошибку.

— Никогда, — прошептала Мелани, и у меня в груди стало легко.

Джон еще раз взглянул на меня, а затем поймал мой взгляд.

— Осмелюсь сказать, ты так же прекрасна, как моя любимая невеста, и мой бедный сын понятия не имеет, что с ним сейчас произойдет.

Я издала еще один глупый смешок-всхлип.

— Пришло время это выяснить, — объявил Стид. — Хлоя, ты приготовила Патча и Линкольна?

— Да! Мамочка, лепестки!

Пакстон подошла к столу и подняла сумку.

— Вот они!

Амелия хлопнула в ладоши.

— Ладно, народ! Пришло время шоу! Мама, приди в себя!

— Я пришла, да будет тебе известно, — сказала Мелани, бросив на Амелию недовольный взгляд. Мы с Джоном рассмеялись.

— Вайелин, цветы! Нам нужны цветы! — крикнула Амелия.

Вайелин бросила взгляд на Амелию, когда та начала собирать букеты.

— Господи, когда в тебе проявился адский организатор свадеб?

Амелия слегка толкнула Вайелин.

— Заткнись, нам нужны цветы! Пакстон! Вот твой букет.

Пакстон удобнее перехватила спящего Гейджа и взяла букет. Затем Вайелин протянула мне мой. Розовые и белые розы.

Все начали выходить из хижины, но Джон задержался со мной.

— Я должен тебе кое-что дать, — сказал он.

Мое сердце вздрогнуло, когда он протянул мне маленькую Библию.

— Это принадлежало моей матери. На тебе ее обручальное кольцо.

Я ахнула.

— О, Джон.

— Мелани держала ее во время церемонии, и я знаю, что эта Библия благословила наш брак. Так же как благословит ваш с Митчеллом. — Слезы снова наполнили мои глаза. — Не плачь. Девочки разозлятся, если я заставлю эти прекрасные голубые глаза покраснеть.

Я поцеловала его в щеку.

— Спасибо тебе за Библию. И спасибо тебе за то, что поведешь меня к алтарю.

— Это честь для меня, Корин.

Пакстон заглянула к нам. — Начали! Приготовьтесь!

Сделав глубокий вдох, я кивнула. Мы вышли на крыльцо хижины и спустились по ступенькам. Как только мы завернем за угол, я увижу Митчелла.

Каждый шаг, казалось, был как в замедленной съемке. Мое сердце бешено колотилось в груди.

— Притормози, дорогая. Он никуда не денется.

Я усмехнулась и сжала руку Джона.

— Я не осознавала, что иду быстро.

— Это больше похоже на кросс!

Еще один смешок, и мы свернули за угол. Единственным человеком, которого я видела, был Митчелл и его удивительные подозрительно блестящие глаза, наполненные безграничной любовью.

Я глубоко вздохнула и, не сводя с него взгляда, шла с Джоном к любви всей моей жизни. Митчелл одарил меня своей ослепительной улыбкой.

Джон поднял мою руку в сторону Митчелла.

— Она сокровище, сынок. Чти ее всегда.

Митчелл ответил:

— Да, сэр. Конечно.

Когда я подошла к Митчеллу, мы повернулись лицом друг к другу. Он не отпускал мою руку, и я не хотела, чтобы он это делал. Я была совершенно потеряна. Его прикосновение было единственным, что удерживало меня на земле. Иначе мои колени бы подкосились.

Пастор начал говорить, но я не слышала ни слова. В тот момент остались только Митчелл и я. И наш ребенок. Я даже не вздрогнула, когда Патч вырвал поводок у Хлои и побежал, а Уэйд дернулся и поймал козла. Ничто другое в мире не имело значения, кроме Митчелла. Мужчина, которому я отдала свое сердце больше года назад. С первого момента, как он поцеловал меня, я знала, что он навсегда останется тем, кто будет держать мое сердце в своих руках. Он показал мне жизнь, о которой я и мечтать не смела.

Не успела я опомниться, как мы уже обменивались кольцами. Я готовилась к поцелую, когда пастор Берч преподнес мне сюрприз.

— Корин, Митчелл хотел бы кое-что сказать, прежде чем я объявлю вас мужем и женой.

Я посмотрела на пастора, а затем снова на Митчелла.

— О, хорошо, — прошептала я дрожащим голосом.

Митчелл держал меня за руки, потирая большими пальцами мою кожу.

— В первый момент, когда я понял, что люблю тебя, то испугался до смерти и сбежал. Я не был готов. Потом, когда мое сердце, наконец, впустило эту любовь, я почувствовал себя новым человеком и вернулся к тебе, но ты не была готова простить меня.

Мой подбородок дрожал.

— А потом это случилось. Наша любовь была слишком сильна, чтобы мы могли не сойтись вместе. Каждый день я просыпался с тобой и говорил себе, что не могу быть еще более счастливым. Так любить. И каждую ночь, когда я засыпал с тобой, я понимал, что утром был неправ, потому что происходило что-нибудь еще, что заставляло меня любить тебя больше. Потому что я все больше влюбляюсь в тебя и становлюсь счастливее с каждой секундой дня, Корин.

Он сжал мои ладони и потер их большими пальцами, заставляя мое сердце трепетать.

— Я не могу поверить в то, что чувствую к тебе, Корин. Ты моя жизнь. Мое будущее. Мое все. Спасибо тебе за любовь ко мне и за то, что сделала меня тем человеком, которым я являюсь сегодня.

Слезы потекли у меня из глаз, и мне было плевать на макияж. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой любимой и такой полной, как в этот момент.

— Я люблю... тебя... очень сильно!

Митчелл обхватил мое лицо ладонями и повернулся к пастору Берчу.

— Могу я уже поцеловать ее?

Все засмеялись.

— Нам осталось сделать только одно... Я объявляю вас мужем и женой. Ты можешь поцеловать свою невесту.

Губы Митчелла прижались к моим. Он притянул меня к себе, поднял меня и углубил поцелуй под ликование нашей семьи.

После того, как он медленно опустил меня на землю, Митчелл слегка отстранился и посмотрел мне в глаза. Затем шепотом спросил:

— Итак, миссис Паркер. Как ты думаешь, с какой позиции мы начнем наш брак? Сидя на тележке?

Смеясь, я впилась зубами в губу и почувствовала, как внизу живота все сжалось от желания.

— Почему, мистер Паркер... почему вы думаете, что мы попробуем только одну позицию? Сегодня день нашей свадьбы, и я чувствую себя довольно предприимчивой.

Широкая улыбка мужа с ямочками на щеках чуть не поставила меня на колени.

Хлоя вскрикнула, когда Линкольн и Патч пробежали мимо нас, заставив нас с Митчеллом отпрыгнуть в сторону.

— О, боже мой! Они бегут к нашей еде! — закричала Вайелин, и все ринулись в погоню за козами.

Митчелл крепко обнял меня. Он легонько прикоснулся своими губами к моим и посмотрел мне в глаза.

— Пусть приключение начнется.

Конец... на данный момент.