Какая изощренная хитрость! Мой отец превратился в марионетку в коварных руках Мазиры. Каким же он был глупцом, что позволил себе так долго надеяться на джинна. Мазира была терпелива, расчетлива. Словно скорпион, который ждёт в песках, чтобы схватить свою жертву.
Когда ничего не произошло, Король развернулся и слега споткнулся о неровность на песке. Он оглядел помещение.
— Я желаю, чтобы все это закончилось! — закричал он.
С его губ брызгала слюна, щёки побагровели, он свирепел всё больше.
Претендент снял свой меч с пояса и приготовился.
— Где он? — кричал Король, пятясь назад, спасаясь от длинного лезвия. — Где он?
Он развернулся и начал вглядываться в лица каждого. Ярость, поглотившая его, была похожа на огонь без масла. Она начала мерцать, пока не сменилась страхом. Он сощурил глаза, с подозрением оглядывая свой народ. Он встал в защитную позу, и его плечи подались вперёд, как только он понял, каким беззащитным он сейчас был.
— Он сошёл с ума, — громко сказал один деревенский житель другому.
— Что на него нашло?
— Слишком много вина!
Жители начали в недоумении перешёптываться. Поведение Короля было непривычным для них.
Несмотря на всё то горе, что обрушилось на меня сегодня утром, я улыбнулась.
Ах, Мазира. Какой же она была коварной, когда играла с судьбами. Она забирала, забирала и забирала, и оставляла ровно столько, сколько было достаточно. Как же это было жестоко — отнять у моего отца его единственного поверенного, стереть Нассара из памяти людей, но оставить эти воспоминания моему отцу.
Забрать у него главную причину его силы, фонтан его могущества, его джинна, и оставить ему только воспоминания. Чтобы он тоже смог прочувствовать каково это — остаться ни с чем. Прочувствовать весь ужас беспомощности и унижения перед лицом другого человека.
— Покончим же с этим, — объявил претендент и сделал шаг в сторону Короля.
Он двигался по шатру словно тень. Годы тренировок научили его владению мечом, а жизнь в пустыне научила его тому, как двигаться на песке. Он делал это играючи.
— Нет! Прекрати! — Король начал пятиться назад. — Я желаю, чтобы всё это немедленно прекратилось!
Зрители, стоявшие на противоположной стороне круга, отошли в сторону, когда Король приблизился к ним, но толпа была слишком плотной. Ему было некуда отступать. Король подходил всё ближе и ближе, как вдруг кто-то из жителей толкнул его обратно, и он, споткнувшись, оказался снова на арене.
— Сражайся, трус, — закричал зритель.
Именно в этот момент народ перестал быть преданным Королю. Жизнь в пустыне не допускала пустых клятв верности. Правители в пустыне играли в эту игру, используя силу, и люди шли за своими победителями. Если они этого не делали, они могли умереть. Когда их правитель оказывался безжалостным тираном, выбор оказывался ещё проще. Увидев слабость Короля, они очень быстро оставляли его. Кто-то, несомненно, даже испытывал радость.
— Убегает словно мышь!
— Эйкаб направит нас к настоящему победителю!
— Идиот!
— Убей его!
Охотник приблизился к своей жертве, изящно размахивая в воздухе мечом. Этот поединок оказался для него слишком прост; и он собирался поиграть со своей едой. Он проворно размахивал мечом вокруг себя, пока его наконечник не вошёл в верхнюю часть золотого тюрбана Короля, сбив его с головы так, что тот размотался и теперь лежал на земле.
Король начал размахивать своим ятаганом туда-сюда, выкрикивая ничего не значащие слова в адрес претендента. Мужчина занёс меч над головой и обрушил его на Короля, но тот сумел отразить удар. В шатре раздался звон металла, заглушив шепот и крики неверных жителей.
Люди наблюдали за тем, как сражавшиеся махали своими клинками. Король отразил ещё несколько ударов нападавшего, но в эти моменты он был похож на неопытного юношу.
Больной, пьяный и ослабевший Король мало что мог сделать, чтобы уклониться от меча молодого хорошо натренированного оппонента. Наконец серебряное лезвие скользнуло по мягкой плоти Короля между шеей и плечом.
Мучительный крик вырвался из груди Соляного Короля. Он уронил свой ятаган и упал на колени. Он молча потянулся рукой к своей ране, кровь из которой потекла на его одежду цвета слоновой кости. Претендент стоял ко мне спиной, поэтому я не могла видеть его лица, но я видела лицо моего отца. Он в ужасе посмотрел на свою окровавленную руку, после чего взглянул на человека, стоящего перед ним.
Тот направился к Королю, оставляя на песке след от лезвия меча. Другой рукой он размотал свою гутру, обнажив голову и шею.
— Я хочу, чтобы ты увидел человека, который поставил тебя на колени, — прошипел он.
Если бы в шатре не было так тихо, я бы не расслышала его приглушённые слова. Они были похожи на ветер среди песков.
Ужас, глубокий и безграничный ужас, точно океан, исказил лицо моего отца, когда он увидел претендента на свой трон. И стоя там, он сделал свой последний выбор, который ему было позволено сделать — он начал умолять. Он опустил взгляд в пол, положил одну ладонь на песок, а другой рукой обхватил свою грудь.
— Прошу тебя, — захныкал Король, глядя в песок. — Пощади. Не убивай меня!
Король продолжил молить о пощаде, обводя взглядом тех, кто стоял по периметру круга.
Когда его взгляд упал на меня, я шагнула вперёд и медленно сняла платок с головы. Этот был небольшой шаг, всего лишь лёгкое движение, незаметное тем, кто смотрел на Короля, но оно привлекло внимание моего отца. Я криво улыбнулась и достала руку из мешочка. Я перевернула её ладонью вверх, чтобы мой отец мог увидеть предмет, который был у меня в руке.
Чтобы он увидел, что тюрьма джинна была у меня.
Что я победила.
Его лицо побледнело, когда он увидел, что я держала в руке, и понял, кем я была. Когда он понял, что потерял.
Раздался голос претендента:
— Аниса не позволила тебе передать сообщение богине, поэтому я разрешаю тебе сделать это самому. Мазиру не интересует то, что движется; Она поглощает только души тех, кто застыл. Я сделаю это быстро, чтобы ты поскорее смог отправиться на небо, если, конечно, Она примет тебя.
Король всё ещё смотрел на меня, раскрыв рот. Слышал ли он то, что сказал ему претендент? Знал ли он, что его ждёт?
Человек поднял свой меч над головой и пронзил Короля насквозь, пригвоздив его к песку.
Ошеломленные зрители молча наблюдали за тем, как их Король закончил тридцать лет своего правления, изрыгая кровь на песок, который его и породил. Сильнейший Король пустыни. Король, который никогда не должен был проиграть.
Они были шокированы, но они не были дураками. Поэтому тишина сменилась криками, восхваляющими их нового Короля. Многие быстро покинули главный шатёр и дворец, так как хотели первыми поделиться новостями. Их воодушевление распространилось по деревне. Стражники, охранявшие тронный зал Соляного Короля, его склады и покои, а также те жители, которые остались в своих домах, тут же услышали крики, ознаменовавшие окончание боя.
— Новый Король! — кричали люди на улицах.
Несколько жён и детей бывшего Короля заплакали, другие просто молча смотрели на умерщвленного мужа и отца, на убитого правителя.
Я ничего не почувствовала.
— Поклонитесь своему Королю! — прогремел Нассар на весь шатёр и поднял вверх флаг, который держали его люди.
Один за другим жители деревни и стражники в белых одеждах преклонили колени, словно их прижали к земле руки бога. Я последовала за ними. Места было так мало, что люди практически сидели друг у друга на головах.
Я уставилась на землю, размышляя о том, какие были цели у нового правителя. Далмуры думали, что они достигли своей цели. Да, Отец был мертв, но то, что они искали, исчезло. Почему нити судьбы не смогли привести этих людей домой? Туда, где, как я надеялась, Саалим сидел на своём резном каменном троне во дворце у моря.
— Мой народ, — голос нового Короля прозвучал словно гром. В его словах больше не слышалось ядовитой злобы. А в его мягкости было что-то знакомое, что привлекло моё внимание. — Вы можете встать.
Мы медленно поднялись. Я отчаянно пыталась разглядеть нашего нового правителя, но я всё так же видела только его спину. Его каштановые волосы доходили ему до плеч и падали мокрыми прядями ему на шею.
К нему приблизилось несколько стражников, несущих огромные сундуки. Люди быстро расступились в стороны, пропуская их. Стражники поставили сундуки у ног своего правителя, и наш новый Король опустился на колени и открыл их. Они были заполнены солью.
Его плечи напряглись, когда он запустил пальцы в белые кристаллы.
— Всё это было украдено у меня, но теперь цена была уплачена. Вы можете вернуться к своим семьям, но унесите с собой истории об этом предательстве и о том, что бывает с теми, кто берёт то, что ему не принадлежит, — сказал он резко, обращаясь к оставшимся зрителям и сердито уставившись на соль в сундуках.
Люди начали покидать шатёр и разбредаться по дворцу. Их голоса становились всё тише и тише, пока они не вернулись в свои дома. Новый Король тоже ушёл вместе со стражниками моего отца и чужестранцами.
Оставшиеся стражники, мои сёстры и я, а также наши матери и их младшие дети остались внутри. Тави нашла меня.
— И что нам теперь делать? — спросила она, — Куда мы пойдём?
Голоса членов моей семьи начали становиться громче, так как все теперь задавались этим вопросом. Никто не знал, что будет дальше.
— Если никто не придёт, мы вернёмся домой, — сказала я. — И будем ждать, что скажет Король.
— Не могу поверить, что отца больше нет.
Мы посмотрели на землю, туда, где был убит наш отец. На том месте остался только песок, пропитанный кровью и след, который тянулся от лужицы крови на улицу. По крайней мере, они даровали ему небесные похороны. Вряд ли отец сделал бы для них то же самое.
Тави сказала:
— Эмель, будешь ли ты считать меня монстром, если я скажу тебе, что я не опечалена?