Вероника Форанд Код «Рэд»

Вне Серии

Переводчик: MonaBurumba

Редактура: MonaBurumba

Русификация обложки:  Xeksany

Переведено специально для группы: https://vk.com/monaburumba

Текст книги выложен исключительно для ознакомления. Не для коммерческого использования! При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованный текст с целью получения материальной выгоды

Глава 1

Полупустая парковка у паба субботним вечером означала меньше бесплатных напитков и больше времени в одиночестве. Черт.

Джесс неторопливо подошла к почти пустому бару. Высокие каблуки, постукивающие по деревянному полу, и облегающая джинсовая юбка, демонстрирующая все ее изгибы, прямо говорили о ее доступности.

— Две порции виски, Адам.

Самый красивый мужчина в заведении, услышав заказ, нахмурился и посмотрел на нее прищуренными темно-карими глазами.

— Не сегодня, Джесс.

— Я платежеспособный клиент. Я хочу свои напитки.

— Тебе больно. Я понимаю, но напиваться до беспамятства каждые выходные не тот способ, чтобы залечить разбитое сердце.

— Если бы я была мужчиной, ты бы предложил мне виски за счет заведения и указал в направлении самой доступной женщины в этом месте. — Джесс перегнулась через стойку и одарила Адама самым угрожающим взглядом, который у нее получался. Она выглядела чертовски злобно, если зеркало за его спиной не врало, но он просто улыбнулся.

— Почти все смотрят фейерверк в Норт-Бэй, так что твои шансы получить несколько стаканчиков ограничены, если только ты не снизила свои стандарты, включив туда Джимми, Джо и Старину Лена. — Он указал на трех стариков в углу, потягивающих свой обычный имбирный эль с чайной ложечкой рома для аромата.

— Они не единственные мужчины в этом баре. — Подняв брови, она сменила выражение лица с задиры на соблазнительницу и замурлыкала. — Жаль, что я не смогу убедить тебя увлечься кем-то другим, кроме твоей жены.

Он налил два стакана и поставил их перед ней.

— Нет, спасибо. Мысль о том, что Лили наставит пистолет мне на яйца, держит меня в узде.

В его словах был смысл. Жена убьет его, если он соберётся изменить ей. Не то чтобы он когда-нибудь хотел этого. Лили была высокой блондинкой и сложена как девушка с обложки времен Второй мировой войны. Та женщина, которую мужчина хотел бы видеть рядом.

Джесс взяла одну из рюмок и закинула ее содержимое себе в горло. Ожог прошел мимо сердца, которое давно остыло. Ей понадобится вторая порция, чтобы повысить свою уверенность.

Небольшая компания в следующие несколько часов в сочетании с алкоголем помогла бы стереть воспоминания о будущем, в котором ей было отказано. После она смогла бы вернуться в свою квартиру, в которой прожила десять долгих лет, чтобы дождаться начала своей новой жизни. До тех пор, пока не сможет получить степень преподавателя и найти работу где-нибудь в другом месте, ей придется довольствоваться тем, что она будет топтаться на месте. Джесс казалось, что она проводит в ожидании всю жизнь. Мужчины, с которыми она знакомилась в баре, помогали ей избежать одиноких ночей и предоставили достаточно бесплатного алкоголя, чтобы обезболивать ее разбитое сердце.

Мужчины покупали напитки женщинам, которые уделяли им достаточно внимания. И Джесс точно знала, сколько внимания нужно уделить. Она неплохо играла в бильярд, могла обсуждать хоккейную статистику с любым мужчиной в радиусе пятидесяти городов и позволяла себе определенную снисходительность на танцполе. Легкое общение только и всего, и мужчины редко жаловались. Никаких ожиданий, никакого разбитого сердца.

Несколько мужчин предлагали ей более интимные вещи, но никогда не звали на настоящее свидание. Джесс была не из тех, на ком женятся. Роберт — да не упокоится он с миром — позаботился о том, чтобы выжечь это знание в ее душе своими действиями и бездействием.

Она подошла к музыкальному автомату и уставилась на две сотни доступных песен. Ни одна из них не соответствовала ее нынешнему настроению. Часть ее хотела напиться и потеряться в объятиях незнакомца, но другая хотела вернуться домой. Она выбрала «Клин клином вышибают» Назарет. Несколько посетителей застонали, когда песня разнеслась по залу. Ей было все равно. Музыка помогла бы заблокировать память об этом придурке.

Джесс вернулась в бар. Третий стакан стоял рядом с двумя, которые она купила. Хотя кусочек ее совести умолял проигнорировать его, другая, более темная часть приняла вызов.

— Для меня? — крикнула она Адаму.

— От одного из твоих поклонников.

Паб был не полон, но в нескольких кабинках сидели мужчины. Она не принимала во внимание любой столик с женщиной. Мужчины временами были невнимательны, но обычно не склонны к самоубийству. Двое мужчин в темных деловых костюмах сидели в кабинке в задней части паба. Один был высоким, темноволосым и великолепным, а другой был старше и ниже ростом, с редеющими светлыми волосами. Они оба посмотрели на нее. Бинго. Может быть, симпатичная девушка захочет компанию на несколько часов.

Выпив второй стакан с фальшивой бравадой, она направилась к столику с мужчинами, держа в руках третий.

— Осторожнее, Джесс, — предупредил Адам.

Она его проигнорировала.

Старший из двоих оценил ее приближение ледяными голубыми глазами. Он усмехнулся, когда она подошла ближе.

Более молодой и привлекательный парень выглядел не слишком юным, может быть, ему было больше тридцать или чуть за сорок. Он прищурил глаза и выглядел так, как будто пытался отразить ее появление ярким лазерным лучом.

— Привет, ребята, — сказала Джесс, направляя свой голос и взгляд на более дружелюбного из них двоих. — Спасибо за выпивку.

Лысеющий блондин улыбнулся, но мистер Ворчун покачал головой.

— Ты ошиблась столиком, милая. Почему бы тебе не попытать счастья в другом месте?

Быстрая оценка остальных столов показала ее ошибку. Напиток был от Картера Джексона. Он попытался помахать ей рукой, но у нее скрутило живот, когда она вспомнила свою ночь с ним. Его озабоченность цветом ее трусиков и тем, сможет ли он влезть в ее туфли, напугала ее. Нет, она не настолько в отчаянии. Лучше рискнуть с новыми парнями в городе.

Блондин подвинул свою трость, чтобы она могла сесть рядом с ним.

Она прижалась поближе, но заговорила с мистером Ворчуном.

— Твоему другу нравится моя компания.

Жаль, что симпатичному парню это неинтересно. Его друг наклонился к ней и погладил по плечу, более настойчивый, чем обычные парни, с которыми она тусовалась. Джесс почти оттолкнула его и хотела вернуться к бару, но что-то в оценивающих глазах симпатяги удержало ее на месте.

— Макс, оставь леди в покое. Нам нужно сосредоточиться. — Голос мистера Ворчуна был низким рычанием. Внутри Джесс вспыхнуло предупреждение, но ее тело посылало смешанные сигналы, как прилив адреналина перед прыжком с обрыва.

— Ты тратишь свое время так, как хочешь. Я предпочитаю проводить время с девушкой. — У Макса был русский акцент. Он притянул ее еще ближе, и приобнял за талию.

Когда он начал покусывать ее за ухо, Джесс вздрогнула. Она попыталась расслабиться и позволить своим запретам пасть, но полный отвращения взгляд мистера Ворчуна напомнил ей о том, как низко она пала за последний месяц. Все же это была плохая идея.

Она попыталась отодвинуться, но Макс удержал ее за талию.

— Я думаю, она больше не заинтересована, — сказал мистер Ворчун.

— Она предложила. Я согласился. — Макс присосался к ее шее, отчего волна тошноты прокатилась по животу Джесс.

Другой мужчина потер лоб, как будто ее присутствие было огромным неудобством.

— Ты в порядке?

Джесс могла справиться со многим, но не с жалостью. Она положила руку на плечо русского и провела пальцами по его волосам. У него была лысина на макушке, и ощущение под пальцами, скользящими по гладкой, потной коже головы, никак не успокаивало ее.

— Я в порядке. Ревнуешь?

— Нет. Мне нравится, когда мои женщины согласны.

Он пронзил ее взглядом, прямо в душу, как будто мог видеть ее прошлое, настоящее и будущее, и ему не понравилось то, что он увидел, и впервые с тех пор, как умер Роберт, Джесс стало не все равно, что о ней думает мужчина. Этот мужчина. Тот, который не прикасался к ней. Тот, кому, казалось, было противно ее поведение.

Он посмотрел на дверь и снова на нее. Выражение его лица смягчилось.

— Не хочешь угостить меня выпивкой прямо сейчас? — Уверенность наполнила ее слова. Потянет ли он ее на свою сторону стола? Будем надеяться.

Покачав головой, он отверг ее.

— Я дам тебе сто долларов, если ты сейчас же покинешь этот паб и пойдешь домой.

Неужели он думал, что она охотится за деньгами?

— Пошел ты. Макс хочет составить мне компанию. Твое мнение не имеет значения. — Но оно имело. Его мнение терзало ее совесть и вызывало желание бежать домой и оплакивать потерю прекрасного будущего, которое кто-то обещал ей и не смог обеспечить. Было ли у нее это будущее сейчас, когда она заливала выпивкой свои воспоминания и постепенно теряла все больше свою самооценку?

Роберт, лживый сукин сын, обещал жениться на ней после того, как вернется из аспирантуры в Торонто. Такой же последовательный, как и ее месячный цикл, он заезжал в банк, где она работала кассиром, останавливаясь по пути к дому своей матери в нескольких часах езды на запад и оставался в городе с Джесс достаточно долго, чтобы получить свое личное удовлетворение. Джесс была для него всего лишь шлюхой. Он никогда бы на ней не женился. Он уже был женат. Она познакомилась с его прекрасной женой и дочерью на его похоронах.

Какой дурой она была — слишком много лет. И она все еще оставалась дурой. Джесс прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы остановить слезы.

Адам подошел, чтобы принять заказы.

— Бельведер без фильтра. И все, что захочет девушка. — Макс выпятил грудь и уткнулся носом в Джесс.

Адам рассмеялся.

— Ты в Онеке, в канадской глуши. Если тебе нужны модные штуки, поезжай в Нью-Йорк или Калифорнию.

— Тогда твоей лучшей водки, что бы это ни было.

Джесс требовалось больше топлива, чтобы пережить эту мрачную ночь.

— Еще два виски, Адам.

Он покачал головой.

— Один, и я отвезу тебя домой.

— Меня подвезут. — Она взглянула на Макса, который с усмешкой ответил на ее просьбу. Отвратительная ухмылка. Но имело ли это теперь значение? Если люди думали о ней как о бродяге, она вполне могла бы сыграть эту роль. Может быть, это заставило бы ее чувствовать себя лучше, чем возвращаться домой одной ночь за ночью.

— А тебе? — Адам кивнул в сторону мистера Ворчуна.

— Большую колу. Никакого льда.

Джесс фыркнула.

— Да, ты просто крутой парень.

На его левой щеке появилась ямочка в ответ на сдержанную улыбку.

— Я помешан на контроле. Крутой парни — всего лишь следствие. — Он привлек внимание Адама. — Я был бы признателен, если бы ты отвез Рэд домой. Она не пойдет с нами.

Улыбка Джесс превратилась в хмурое выражение.

— Не думаю, что это тебе решать.

— Моя машина, мое решение. — Он нахмурился, глядя на Макса, а затем посмотрел на часы. Возможно, он встречался со своей зазнобой и не хотел, чтобы Джесс разрушила его планы.

Адам ушел, и Макс усадил ее к себе на колени. Его толстый палец медленно забрался ей под юбку. Чем больше он давил, тем больше Джесс хотелось оторвать его руку и помыть кожу горячей водой, чтобы отмыться. Однако она не доставила бы другу Макса такого удовольствия.

***

«Рэд» выглядела как прекрасная фея, почти диснеевская милашка. Ее волосы с рыжими прядями ниспадали на белую кружевную блузку огненной волной, но ее большие темные глаза горели отчаянием, которое Киран видел у людей только незадолго до того, как они вышибали себе мозги. Ему не нужно было быть психологом, чтобы понять, что кто-то причинил ей боль. Ее родители? Бывший парень? Муж? Черт возьми, у него и так достаточно работы на сегодня. Он не нуждался в таком отвлечении. И все же она была здесь, прямо посреди его мыслей, и отказывалась уходить.

Вспышка боли подчеркивала каждое произнесенное ею грубое слово. По необъяснимой причине потребность успокоить ее дух боролась с его потребностью вытащить ее отсюда к черту. Она оказалась не в том месте и не в то время. В другой жизни он бы попросил у нее номер телефона и пригласил на ужин. Однако, реальность его работы сделала Кирана навсегда незаинтересованным. Он пробовал свои силы в браке, но его жена подала документы на развод за три дня до их первой годовщины. Она утверждала, что он всегда ставил потребности агентства выше ее желаний. И она была права.

Рэд, однако, не хотела иметь с ним ничего общего. В данных обстоятельствах это и к лучшему.

Когда бармен вернулся с напитками, Рэд опрокинула свой стакан, прежде чем он или Макс подняли бокалы. Ее плечи слегка вздрогнули, когда последние капли коснулись губ. Губы цвета спелой вишни или отравленного яблока Белоснежки.

Киран покачал головой и сосредоточился на своей работе.

— Нам нужно поговорить о логистике.

Макс проигнорировал его и лапал Рэд. Киран сдержал желание сломать ему нос. Хотя дни этого мужчины сочтены и, возможно, у него не будет больше шанса ласкать другую женщину, Рэд не хотела, чтобы ее лапали. Киран мог прочитать ее беспокойство так же ясно, как мог определить калибр патрона в куче боеприпасов.

Ее прежняя бравада начала исчезать. Она отворачивалась от попыток Макса поцеловать ее, позволяя ему прикоснуться к ее шее и уху, но отказывая в этих сочных губах. Но она, казалось, боролась со своим решением. Хотя ее руки боролись, чтобы вырваться из объятий Макса, она хихикала и кивала в ответ на его сладкие обещания.

— Если ты назначишь свидание на вечер, мы сможем приступить к составлению планов на ближайшие два часа. — Киран постучал по столу перед собой.

Макс, нахмурившись, поднял глаза.

— Киран, друг мой, у нас еще много времени. Если ты одолжишь мне ключи от своей машины, я управлюсь за час.

Вручить ему ключи от машины было бы то же самое, что купить билет на самолет до Фиджи. Макс свалит, а Кирана уволят.

— Ты не отойдешь от меня, пока все не будет улажено.

— Одна работа и никаких развлечений...

— Именно это и позволяет мне сохранить мою работу.

— Чем ты занимаешься? — Рэд взглянула на Кирана. Она безуспешно пыталась отстраниться от Макса. Улыбка, приклеенная к ее лицу, несколько раз дрогнула, но она взяла себя в руки.

Ее неловкие действия отвлекли внимание Кирана. Если бы он просто был повежливее, Макс и Ред не обнимали бы друг друга в его присутствии и не сводили бы с ума. Вместо этого она сидела бы с ним и сводила бы с ума его совершенно другим способом. Ей нужно уйти, ради всех.

— Моя работа — заботиться о Максе. И ты делаешь это намного сложнее.

Легкая улыбка придала ее лицу самодовольное удовлетворение, как будто его разочарование доставило ей удовольствие.

— Я предложила присоединиться к тебе, но ты отказался.

— Я не делюсь. — Особенно красивыми, ранеными женщинами.

Она потянулась через стол. Ее вишнево-красные ногти задели тыльную сторону его руки. Ее прикосновения дразнили и искушали его.

— И ты плохо играешь в команде.

Макс рассмеялся.

— Дай мне час. Тогда мы сможем вернуться сюда, и все будет хорошо.

— Нет.

Макс схватил Рэд за руку, подталкивая ее к краю сиденья. Киран потянулся и положил руку на плечо мужчины.

— Я не шучу. Не вставай из-за этого стола.

— Мне нужно в туалет. Эта юная леди хочет показать мне дорогу, чтобы я не заблудился.

Макс вывернулся из хватки Кирана и выскользнул из кабинки, все еще держа Рэд за руку. Затем он потащил женщину в сторону туалетов.

Бармен исчез, вероятно, в кладовой, оставив Кирана в качестве защитника Рэд на следующие несколько минут. Он вскочил и последовал за ними. Когда он догнал их, Макс уже тащил Рэд в мужской туалет, и она дергала свою руку, чтобы освободиться.

— Не здесь. Мы, что не можем пойти в твой гостиничный номер? — Она совсем не выглядела так, как будто хотела идти в его гостиничный номер. Ее глаза метнулись к Максу, а затем к Кирану.

Макс отказался отпустить ее.

— Я уже выписался, моя дорогая. Проходи. Это не займет много времени.

Искорка слез в уголке глаза Рэд привлекла внимание Кирана, и ярость вспыхнула в глубине его нутра. Его обычный железный контроль начал ускользать.

— Она сказала «нет». Не выводи меня еще больше из себя. — Он оторвал руку Макса от Рэд и дотронулся другой рукой до пояса поверх спрятанного служебного револьвера. Максу лучше сосредоточиться на обмене, иначе он вернется в Соединенные Штаты и ему грозит тюремное заключение.

Русский отпустил женщину, но нахмурился.

— Если не могу получить девушку, я хочу еще выпить.

— Мы уезжаем. Мы можем прокатиться и вернуться через час.

Рэд попыталась отодвинуться, но Киран встал перед ней.

— Я извиняюсь за Макса. Если бы все было по-другому, я бы умолял тебя сесть за мою сторону стола.

— Это не проблема. Я привыкла быть альтернативой в жизни мужчин. И спасибо за денежное предложение. Не думаю, что меня когда-либо ценили так высоко раньше.

Именно в этот момент бармен решил появится и заступиться за Рэд. Его хмурый взгляд усилился при виде ее расстроенного выражения лица и осунувшейся позы. Не обращая внимания ни на кого из мужчин, она отошла, потирая запястье и прикасаясь кончиком пальца к одному глазу.

— Вам двоим лучше уйти, если вы не хотите провести ночь в полицейском участке. Нет никого милее Джесс, а вы два дурака, так плохо обращаетесь с ней после всего, через что она прошла... — Бармен указал на дверь. — Просто убирайтесь.

Киран подтолкнул Макса к выходу. Он был зол на этого человека и еще больше злился на самого себя.

Глава 2

Джесс похоронила свою гордость вместе с Робертом. Она поклялась никогда больше не чувствовать себя униженной мужчиной. Киран, однако, обращаясь с ней как с какой-то уличной проституткой, одурманенной наркотиками, опустил ее самооценку до нового минимума. И все же это она представилась пьяной, доступной женщиной.

Ее равновесие, казалось, немного нарушилось после четырех порций виски, и она, пошатываясь, направилась к бару и стала ждать возвращения Адама.

— Ты прав. Меня нужно подвезти домой сегодня вечером.

Он успокаивающе накрыл ее руку своей.

— Без проблем. Я все равно закрываю бар пораньше. Ты можешь подождать полчаса?

— Конечно. — Она побрела обратно к кабинке, где сидели двое незнакомцев, чтобы забрать свои стаканы и отнести Адаму. Трость Макса, черная с блестящей латунной ручкой, осталась наполовину на сиденье, наполовину на полу. Она выглядела дорогой.

Джесс подняла ее и провела руками по гладкой поверхности. С легкой усмешкой она схватила трость, как саблю, и крикнула Адаму:

— En garde. (Защищайся)

Он покачал головой так, как старший брат покачал бы головой младшей сестре.

— Отдай это мне. Я посмотрю, все ли еще они на стоянке.

— Я могу и сама. — Они не пугали ее. Ну, Киран не пугал. Он казался героем, несмотря на то, что не смог разглядеть ее настоящую под маской.

Она проскакала через бар к входной двери, притворяясь, что танцует чечетку, размахивая тростью, как дубинкой. Ее равновесие было нарушено из-за сочетания выпитого алкоголя и слишком высоких каблуков. Трое пожилых мужчин в углу дружно захлопали в ладоши. Она отвесила им преувеличенный поклон, чуть не упав при этом. Почти все остальные разошлись по домам.

— Вернись обратно. От этих головорезы не стоит ждать ничего хорошего, — крикнул Адам через бар, но был остановлен посетителем, оплачивавшим счет.

— Со мной будет все порядке, паникер. — Джесс подняла трость в приветствии и направилась к двери.

На стоянке было всего четыре машины. Она увидела, как Киран и Макс садятся в черный внедорожник.

— Макс! — она побежала к машине. — Ты забыл свою трость. — Она помахала ей в воздухе, но ее нога угодила в выбоину, и она упала. Сначала она ударилась коленом, затем ладонью одной руки и костяшками пальцев другой. Боль вышибла воздух из ее легких, и слезы хлынули из глаз.

Джесс оставалась на асфальте несколько секунд, пока Киран без каких-либо усилий не оторвал ее от земли.

— Ты в порядке?

Он подхватил рукой ее подбородок, наклоняя лицо к своему. У него были удивительные зеленые глаза, еще более яркие в свете уличных фонарей. Джесс никогда не видела таких зеленых глаз и смотрела в них, пока его улыбка не вывела ее из транса. Неужели эта улыбка когда-нибудь обманет женщину? Она никогда не узнает. Он был одним из миллиона людей, которые проезжали через этот город с четырьмя сотнями семьюдесятью шестью жителями, никогда больше не вспоминая о нем после последнего взгляда в зеркала заднего вида.

— Макс забыл свою трость. — Она шмыгнула носом и положила голову ему на грудь, пытаясь скрыть слезы, но зная, что он их уже видел. Тепло перетекло от его тела в ее. Джесс отказалась поднять голову. Может быть, он позволил бы ей остаться в его теплых объятиях еще на несколько минут, прежде чем оставить замерзшей и одинокой на парковке.

Через несколько секунд он отступил и взял трость из ее окровавленных пальцев. Прохладный ветерок пронесся между ними при их расставании. Он снова взял ее руки в свои, чтобы осмотреть раны. Поднес ее пальцы к губам и поцеловал кончики. Горячий толчок чего-то обжег ее изнутри, и она быстро втянула воздух.

Киран отпустил ее руки и слегка отшатнулся, его рот открылся, как будто он собирался что-то сказать, но ничего не вышло. Неужели он тоже это почувствовал?

Он покачал головой.

— С тобой все будет в порядке. Ничего такого, что нельзя вылечить небольшим количеством мыла, воды и половиной галлона мороженого.

Она попыталась улыбнуться, но ее губы задрожали.

— Мятного с шоколадной крошкой?

— Определенно. — Он припал губами к краю ее щеки, его губы были всего в миллиметре от ее уха. — Может быть, когда-нибудь мы сможем выпить по пинте вместе… если мне удастся сбежать.

Это заявление заглушило теплые чувства, которые она испытывала к этому незнакомцу. Вместо этого ужасные воспоминания о Роберте, его тайной жене и маленькой дочери в розово-белом платье, стоящей перед гробом ее отца, затопили мозг Джесс. Будучи крепкой тридцатилетней женщиной, она не собиралась снова вступать в тупиковые отношения.

— Я не жду мужчин. Мужчины делают, что им заблагорассудится, ожидая, что я буду оставаться в этом городе размером с блоху, как верный пес, умоляющий о любом внимании, брошенном в мою сторону.

— Я не такой, как большинство мужчин.

Проблеск надежды, быстрая молитва, потребность быть нужной.

— Докажи это и останься.

Он коснулся ее подбородка и слегка покачал головой.

— Не сегодня.

— Как я и сказала... — Она оттолкнула его руку и отступила назад. Боль в ее руке казалась приятной по сравнению с его отказом.

Он вернулся к своей машине и к Максу, который прислонился к бамперу, свирепо глядя в сторону Рэд.

Адам появился позади нее, стоя в дверном проеме со скрещенными на груди руками. Ее защитник. И друг. Джесс посмотрела на Кирана и вздохнула. Кружение по танцполу в его объятиях сделало бы вечер определенно более приятным, чем быть облапанной его другом.

Он передал трость Максу, открыл дверцу со стороны водителя и помахал рукой.

— Береги себя, Рыжая.

— Как и ты, красавчик.

Она намеревалась вернуться в бар, но замерла в свете приближающихся фар темного фургона. Это само по себе ничего бы не значило, но реакция Кирана заставила ее сердце бешено забиться.

— Черт. — Он вытащил пистолет из-за пояса и побежал к Максу, который остался у внедорожника. — Оставайся на месте, пока я не дам тебе знать, что все чисто. Ты понимаешь?

Джесс не слышала ответа Макса.

Фургон остановился перед ней, ослепляя светом фар Кирана и Макса. Двое мужчин в костюмах вышли и прошли мимо нее. Она не могла разглядеть ничьих лиц.

Темноволосый что-то прокричал Максу, чего она не поняла, а затем схватил и подтолкнул его к фургону.

Киран выругался и последовал за ними, целясь из пистолета в Макса.

— Нет, пока я не увижу Марка.

Сцена казалась сюрреалистичной. Стал бы Киран стрелять в Макса? Джесс не знала, бежать ей или остаться. Оставаясь замороженной, ее тело приняло решение за нее. У нее перехватило горло. Должна ли она закричать, или кто-нибудь застрелит ее, если она это сделает?

Адам подбежал.

— Возвращайся в бар, Джесс. — Он потащил ее ко входу в паб, но она по-прежнему была сосредоточена на Киране.

Из фургона вышли еще двое мужчин с очень большими винтовками.

— Планы меняются, — прокричал один из них сквозь шум двигателя с акцентом, похожим на акцент Макса. — Все в фургон. — Он повернулся к Кирану и рассмеялся. — Ты не убьешь Макса. Брось это.

Затем мужчина шагнул вперед и приставил дуло винтовки к уху Макса. От двух пушек, направленных ему в голову, Макс напрягся, и все его тело начало дрожать. Прежняя самоуверенность сменилась страхом.

Киран опустил пистолет, и один из вновь прибывших отобрал его у него. Они подтолкнули его и Макса к фургону.

Еще один здоровяк с еще одним большим пистолетом повернулся и направил свое оружие и фонарик на Джесс и Адама.

— Вы тоже.

— Пусть они уходят, — крикнул Киран. — Они не имеют к этому никакого отношения.

Мужчина проигнорировал его и подошел ближе. Яркий свет фар полностью закрывал ей обзор, но Джесс могла разглядеть пистолет, все еще направленный в ее сторону, и ее сердце ускорилось, пока почти не взорвалось в груди. Никто никогда не целился в нее из пистолета — кроме ее двоюродного брата Рэнди, но его пистолет не был заряжен, и он просто вел себя как осел. Этот же парень казался готовым, желающим и способным убивать.

Адам толкнул ее за спину. Еще один мужчина подошел сбоку, заставляя бармена выбирать между нападавшими. Он сделал неправильный выбор. Адам двинулся, чтобы ударить того, кто подошел сбоку, и в итоге получил удар фонариком другого парня. Из его носа брызнула кровь, и он упал на землю. Послышались приглушенные стоны, а затем один из мужчин ударил Адама ногой в лицо. Вскоре были слышны только звуки двигателя фургона и шарканье других ног.

Горло Джесс сжалось в комок, из-за которого стало трудно дышать. Она попыталась подбежать к Адаму, но кто-то поднял ее и перекинул через плечо. Ее адреналин подскочил, и она закричала, завизжала и попыталась бороться, но ее похититель даже не вздрогнул, когда она пинала его снова и снова.

Адам неподвижно лежал на земле. Она закрыла глаза перед тем, как ее бросили в фургон, как тряпичную куклу. Ее голова ударилась о другую дверь. Боль пронзила череп от затылка до глазных яблок, отрезвив ее, когда тошнота затопила желудок. Фургон тронулся, и кто-то заломил ей руки за спину и привязал к сиденью. Киран и Макс оба были связаны позади нее.

Она продолжала кричать, на случай, если Адам услышит ее, очнется и спасет.

— Заткнись, или тебе заткнут рот, — произнес кто-то низким грубым голосом.

Она замолчала. Кто-то накрыл ее голову матерчатым мешком. Джесс ничего не видела и теперь чувствовала, что не может дышать. Несколько мужчин заговорили на иностранном языке, вероятно, на русском. У нее чертовски болела голова. Ей следовало бы сесть с Картером, не обращая внимания на его обувной фетиш или остаться дома и планировать побег из Онеки.

***

Киран расслабил руки, чтобы его скрюченные плечи не свело судорогой. Тот, кто связал его, не оставил места, чтобы он мог освободить руки.

Как, черт возьми, все так быстро пошло наперекосяк?

Миссия состояла в том, чтобы забрать Марка Уэлда, офицера ЦРУ, в обмен на Макса Глазкова, толстого, ленивого русского оперативника, которому было все равно, на чьей стороне он работал, пока у него была еда и доступная женщина, остальное его не волновало. Марка поймали год назад, когда он сливал имена российских диссидентов, арестованных Кремлем, в западную прессу из своей квартиры в Москве. О его аресте не сообщалось в новостях, но правительство США предприняло огромные усилия, чтобы освободить его. К сожалению, Киран не заметил Марка в фургоне до того, как они накрыли его голову мешком. Однако он мельком увидел, как Рэд борется с одним из мужчин, занимавшихся обменом.

Не обмен. Похищение.

Киран успешно провел семь из таких операций. Эта стала бы его последней перед уходом на пенсию. Теперь он не только не смог вернуть американского офицера домой, но и вовлек в это дело невинную женщину и бармена, который, судя по всему, был серьезно ранен или мертв. Где, черт возьми, его группа поддержки? Они должны были следовать за ним в машине без опознавательных знаков, чтобы оказать если потребуется помощь. Миссия с той минуты, как Рэд вошла в бар, была безнадежно испорчена.

Один из мужчин окликнул Макса по-русски:

— С возвращением, Глазков. Ты готов снова начать работать, или тебе нужен еще один отпуск, пока мы исправим твои ошибки?

— Я тоже скучал по тебе, Козар, — Макс нервничал. Он ни в коем случае не хотел бы, чтобы его репатриировали из-за скандала. Если два правительства окажутся втянутыми в спор о правильном методе экстрадиции, Макс может только проиграть.

— Тебя допросят перед вылетом домой. Думаю, что твое время с нами закончилось. Ты знал, что твое кодовое имя «Бесполезный»?

Макс не ответил. Выход на пенсию для человека, который провел двадцать лет, внедряясь в каждый отдел крупного оборонного подрядчика, обычно включал деревянную шкатулку вместо золотых часов.

Киран не мог слышать Рэд и надеялся, что она сохранит спокойствие и будет молчать. У них не было реальной причины удерживать ее, но они не позволили бы ей уйти, если бы она узнала слишком много.

Он закрыл глаза и слушал, понимая все, что говорили мужчины по-русски, хотя никогда не делился своими знаниями языка ни с кем за пределами агентства. Даже его бывшая жена не замечала его способностей. Хранить секреты было его работой — и причиной, по которой он хотел ее оставить. Ложь уничтожала окружающих и пожирала его собственную душу. Если бы не люди, которым он помогал на этом пути, он бы уволился много лет назад.

К настоящему времени он узнал имена трех своих похитителей: Дмитриев, Козар и Тим, возможно, сокращение от Тимошкина. Водитель не произнес ни слова, и никто не заговорил с ним. Имя, которое он знал, это Дмитриев, блестящий убийца, обученный и принадлежащий ФСБ, группе контрразведки из Москвы. Никто не мог описать внешность этого человека. Никто никогда его не видел. Если он действительно был в фургоне, Макс — мертвец, и Киран с Рэд тоже могли скоро умереть.

Фургон некоторое время ехал по главному шоссе — Киран не был уверен, как долго, — затем свернул налево по грунтовой дороге. Когда он остановился, открылись три двери. Он услышал, как русские, включая Макса, вышли, закрыв за собой двери.

Он подождал несколько минут, а затем заговорил.

— С тобой все в порядке, Рыжая? — Он слышал ее медленное, неглубокое дыхание. — Рэд?

— Я в порядке, но Адам ранен. Действительно сильно. Это все моя вина. — Ее голос дрожал. — Может быть, он мертв.

— Даже небольшая рана на голове может сильно кровоточить. С ним все будет хорошо. Постарайся сохранять спокойствие. Они должны скоро понять, что ты не имеешь к этому никакого отношения. Они тебя отпустят.

Он надеялся.

— Кто они такие?

— Тебе не нужно ничего знать, кроме того, что им нужен Макс, а не ты.

— Почему они забрали тебя?

— Понятия не имею. — Он, честно говоря, не мог предположить, почему они схватили Рэд или его. Что-то должно было случиться с Марком, но до сих пор никто не упоминал имени Марка.

— Кто ты такой? — прошептала Рэд, прежде чем из ее горла вырвались короткие всхлипы.

— Киран Броуди. А ты?

— Джессика Вондер.

— Вондер? (с анг.яз. — чудо, диво)

— Да, это нелепая фамилия, но это все, что у меня осталось от моих родителей. — Она снова не выдержала, и ее дыхание стало прерываться, всхлипами и шмыганьем.

На секунду Киран изменил имя женщины на Джессику Броуди. Это была бы хорошая мысль, если бы они не были связаны и в нескольких секундах от встречи с убийцей.

Стоит сосредоточиться или они умрут. Рыдающая Джесс перед ним была обузой. Мужчины, которые похитили ее, скорее всего, застрелят Рэд, чтобы восстановить мир и покой. У Рэд — или, по крайней мере, у ее дерзкой личности из бара — было бы больше шансов выжить.

— Я не знаю. Мне кажется, это хорошая фамилия, — сказал он. — Конечно, тебе идет. С тех пор как мы встретились, я все время удивляюсь, почему ты так стремишься к саморазрушению.

Ее дрожащий голос успокоился.

— Саморазрушение?

— Бросаешься на Макса, когда он выглядит как серийный убийца. Тебе следовало сесть ко мне на колени. Я знаю, как обращаться с леди.

Она замолчала, но Киран слышал ее вздохи. Медленнее, стабильнее. Нужно зажечь огонь внутри нее, чтобы искоренить страх.

Он продолжил:

— Мне кажется, ты не думала, что такой парень, как я, заинтересуется кем-то вроде тебя.

— Такой парень, как ты? — Ее гнев усилился, и рыдания прекратились. — О чем ты говоришь?

— Я не люблю хвастаться, но обычно женщина пляшет под мою дудку уже через несколько минут после встречи со мной. Я должен пугать тебя.

— Никто меня не пугает, — прорычала Рэд.

Такая бравада. Кирану пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться от удовольствия.

— Ладно. Когда эти ребята вернутся, они могут снять мешки с головы. Если они это сделают, мне нужно, чтобы ты все время была сосредоточена на мне. Если я улыбнусь, ты улыбнешься. Если я буду молчать, то и ты будешь молчать. Поняла?

— Зачем?

— Просто сделай это. Если я тебе подмигну, ты будешь вести себя как моя девушка. Не моя проститутка.

Ее голос стал жестче:

— Я не...

— Вот именно. Если я буду хмуриться на тебя, держись на расстоянии. Я еще не разгадал их намерений, и я не уверен, какой способ поможет тебе больше. Просто следуй моим инструкциям, и все будет в порядке.

Дверь снова открылась, и Киран услышал, как кто-то говорит о Марке и несчастном случае. А это означало, что Марк мертв. Им не кем было торговаться, поэтому они схватили Макса, запаниковали и забрали его вместе с Рыжей.

Они сняли с него мешок, и Киран смог увидеть огненные волосы Рэд. Двое мужчин развязали их и затолкали в старый сарай. Сарай был пуст, если не считать нескольких тюков заплесневелого сена и двух длинных деревянных скамеек. Его и Рэд привязали к столбу рядом друг с другом на одном из тюков.

Макс сидел на скамейке и его допрашивали. Дмитриев. Мужчина совсем не понижал голоса, и Киран слушал. Частое предположение, что глупые американцы знают только один язык, помогло ему стать одним из наиболее успешных переговорщиков в этой области. Он слушал, как говорят русские, и наконец понял, почему его похитили.

— Уэлд мертв, поэтому мы не можем произвести обмен, а ты, мой друг, исчерпал свою полезность для организации.

— Я дам вам любую необходимую информацию. — В голосе Макса звучала паника. Так и должно быть. Он плохо справлялся со своей работой.

— Ты не понимаешь двух вещей, Глазков. — Дмитриев понизил голос настолько, что другие русские в комнате, вероятно, не могли его услышать. — Во-первых, тебя уже заменили. И во-вторых, как только я передам информацию о твоей смерти, я отправлюсь на юг, в Венесуэлу. Я предпочитаю пляжи и красивых женщин холодному климату и пыльным офисным зданиям. Все уже решено.

Киран увидел, как убийца направил пистолет на Макса, поэтому он прижался к Рэд и поцеловал ее. Она казалась шокированной, но ответила на его поцелуй лишь с легким колебанием. Киран не остановился. Он углубил поцелуй и не позволил ей прерваться, чтобы глотнуть воздуха. Она ахнула и попыталась отстраниться, но он настаивал. Затем он услышал выстрел.

Рэд вздрогнула. Киран продолжал целовать ее, отчасти чтобы скрыть от нее убийство Макса как можно дольше, отчасти чтобы успокоить ее. И маленькая часть его хотела остаться поглощенной аурой этой невероятной женщины еще на несколько минут, пока реальность не обрушится на них.

***

Он целовал ее. Люди наставили на нее пистолеты, похитили, связали в старом сарае, и этот сладкоречивый парень решил, что сейчас самое подходящее время ее поцеловать. Он, должно быть, сошел с ума.

Его поцелуй, однако, был потрясающим.

Где-то в сарае прогремел выстрел, но губы Кирана не разжимались. Джесс запаниковала и отстранилась, но его голова осталась перед ней, загораживая ей обзор.

— Я думаю, мы решили, что ты моя девушка. Я довольно везучий парень. — Его приглушенный голос был глубоким, сексуальным и спокойным. Она также слышала множество движений и мужчин, говоривших перед ней по-русски.

— Что случилось? Раздался выстрел.

— Не смотри. Не своди с меня своих прекрасных глаз. Я надеюсь, что у тебя нет отношений ни с кем другим. Мне нравятся моногамные подруги.

— Я не твоя девушка. У меня никого нет. — Она ненавидела отвращение, которое звучало в ее словах, когда она говорила о Роберте, но он был ослом, и она ненавидела его за это, даже если он мертв.

— Я в этом сомневаюсь. Когда-нибудь ты встретишь подходящего парня, и он не примет отказа в качестве ответа.

Лицо Кирана оставалось перед ней, и его дыхание сладко пахло содовой, которую он выпил в баре. Она попыталась вдохнуть его, но ее горло сжалось после выстрела, а желудок скрутило от чрезмерного употребления алкоголя в сочетании со стрессом.

— Нет, — сказала она. — Мой мистер Подходящий переедет в другой город, оставит меня в подвешенном состоянии на долгие годы и родит маленькую девочку в розовом платье с женщиной, которую он действительно любит. — Ее тело затряслось. От подробного описания обмана Роберта или выстрелов из пистолетов вокруг нее? Возможно, и то, и другое.

Киран наклонился вперед и снова поцеловал ее. На этот раз мягко, без принуждения.

— Нет. Настоящий мужчина будет держать тебя рядом и никогда не отпустит. Я это гарантирую.

— Мистер Броуди, время пришло. — Один из громил внезапно оттащил Киран назад и оставил ее с прекрасным видом на комнату. Джесс закричала. Макс, должно быть, был мертв, потому что половина его головы была разбрызгана по полу и одной стене сарая. Час или два назад она флиртовала с ним в баре.

Желчь подступила к ее горлу, и она отвернулась от образа его мертвого тела, ее вырвало. Ее дрожь переросла в сильную тряску, и внутри у нее все похолодело. Джесс потянула руки, но веревка, связывающая ее запястья, не поддавалась. Она продолжала бороться, даже если это было бесполезно. Все было покрыто кровью. Даже когда она закрыла глаза, кровь осталась.

Желание жить вдали от своего маленького городка не означало, что она хотела жить в боевике. Может быть, дом в пригороде, поездка к океану… Что угодно, только не это. Мужчины окружили Кирана. Они развязали ему руки и приставили пистолет к голове. Но они не могли его убить. Она не могла с этим справиться. Она не могла смириться со смертью Макса.

Она закричала, пытаясь взять под контроль ситуацию, которую не могла контролировать. Кто-то сильно ударил ее по челюсти. Острая боль вызвала слезы на ее глазах и загнала панику обратно внутрь, где Джесс проглотила ее и постаралась не издать ни звука. Ее внимание, однако, вернулось к крови и пистолету, направленному на Кирана.

— Прискорбно, что вы убили Глазкова при попытке к бегству. Мы не можем теперь произвести обмен, — сказал Кирану пожилой мужчина.

— Правительство поверит мне, а не вам.

— Нет. Экспертиза покажет, что вы не только убили Макса при попытке к бегству, но и застрелили невинную девушку, которая встала у вас на пути.

Ее они тоже собирались убить? Слезы размыли образ Кирана, пытающегося вырваться на свободу. Держа его руки за спиной, двое русских снова и снова били его кулаками в живот.

— Прекрати, пожалуйста!

Ее крик только заставил их ударить его с большей силой. Он пошатнулся на ногах, наклонил голову вперед и соскользнул на землю.

Главарь вложил пистолет в руку Кирана, крепко держа его двумя руками. Был ли Киран без сознания? Он больше не сражался с ними, и главарь целился из пистолета, который держал в руке Кирана, в голову Джесс.

О боже мой. Она попыталась вырваться и издала самый громкий, пронзительный крик в своей жизни.

Киран открыл глаза. Он потянул пистолет назад, пока тот не повернулся в противоположную сторону, к нему.

«Сколько насилия, сколько смертей. Только не он. Не убивайте его».

Кто-то пнул Кирана в живот, и его хватка ослабла. Люди вокруг него двинулись, чтобы направить ствол обратно в голову Джесс. Все чувства остановились в ее организме. Сейчас умрет он или она, и по какой-то причине Джесс предпочла бы, чтобы он спустил курок на нее, а не навредил себе.

У Кирана, очевидно, были другие мысли. Он изо всех сил пытался контролировать прицел пистолета, получив при этом еще два пинка.

— Хватит! Не причиняйте ему вреда. Пожалуйста, — закричала она.

Пуля попала в нее прежде, чем она услышала выстрел. Огонь пронзил ее бедро, обжигая и разрывая ее на части. Кровь покрыла юбку и просочилась в грязное сено под ней. Она кричала? Она не знала, но глаза Кирана расширились, и он прокричал что-то, чего она не поняла, прежде чем ее мир погрузился во тьму.

Глава 3

Группа поддержки Кирана прибыла всего через пять минут после того, как он всадил пулю в самую интересную женщину, которую встречал в своей жизни.

Она не могла умереть. Жизнь не может быть такой несправедливой. Отработав более чем двадцать лет в полевых условиях, он ни в кого не стрелял. Почему его первая пуля попала в Рэд?

Киран получил два сломанных ребра и несколько внутренних ушибов, но в остальном он чувствовал себя нормально. Джесс, с другой стороны, потеряла много крови и была отправлена вертолетом в больницу в Норт-Бэй. Через час он добрался до больницы на машине скорой помощи. Никто не стал бы сообщать ему о ее состоянии.

После того, как врач отделения неотложной помощи разрешил ему уйти с оговоркой, что он обратится к своему собственному врачу в следующие сорок восьмь часов, он медленными болезненными движениями натянул рубашку.

Дверь открылась, и вошел его напарник Джордж Флетчер, в темно-синем костюме и с раздраженным видом.

— Что, черт возьми, пошло не так?

— У меня не было подкрепления. — Киран шагнул вперед и ткнул своего друга в грудь.

— У нас спустило колесо из-за пули. Они, должно быть, заметили нас. На то, чтобы все исправить, ушло двадцать минут, и к тому времени вы, ребята, уехали, а какой-то избитый бармен бесился из-за женщины по имени Джесс. Я предполагаю, что это та самая особа, которую мы нашли в сарае.

— Да, она.

— Ты знаешь, почему они нарушили протокол?

— Марк умер до обмена, и они не хотели вывозить Макса из Канады. У меня нет всех подробностей. — Киран должен был прекратить миссию, когда увидел людей в этом месте, но он этого не сделал, и в результате были ранены два мирных жителя и убит Макс. — Было бы проще, если бы мы встречались на ферме, которой пользовались раньше. Никаких гражданских лиц. Какой идиот заказывает обмен в баре?

— Логистика полна идиотов. И они обвинят нас. — Джордж хрустнул костяшками пальцев и нахмурился после того, как Киран посвятил его в подробности. — Босс собирается понизить нас в должности до клерков, если об этом станет известно.

— Что случилось со свидетелями? — спросил Киран.

— Тоби позаботился о бармене. У него разбит нос, но в остальном все в порядке. Проблема в женщине, вот о ком нам нужно беспокоиться. Кто-то в больнице уже сообщил прессе о ее огнестрельном ранении.

Мысль о том, что она окажется на первой полосе в каком-нибудь СМИ, вызвала у Кирана озноб. Ей не нужны хлопоты, а агентству не нужна негативная пресса. Роль Джесс в сегодняшнем беспорядке можно было бы легко скрыть, если бы группа в Лэнгли выполнила свою работу.

— Посмотрим, сможем ли изменить историю. Может быть, наркоманы, употребляющие героин, совершают преступления.

— Я попрошу Освальда заняться этим. В худшем случае он может отключить их серверы на несколько дней. Они будут слишком заняты, чтобы беспокоиться о каком-то маловероятном российском шпионском заговоре.

Киран кивнул.

— Спасибо. С ней все в порядке?

— С ней все в порядке. Если мы сможем все это замять, ей будет еще лучше.

Хорошо. Но Кирану нужно увидеть Джесс, просто чтобы убедиться.

— Поехали. Я забронировал нам билет на первый рейс обратно в Даллес, — сказал Джордж, направляясь к двери.

— Прямо сейчас?

— Ты хочешь остаться здесь, у черта на куличках?

— Позволь мне сначала проверить женщину.

— Не задерживайся слишком долго.

Джордж помахал рукой и пошел по коридору, вероятно, в поисках чашки кофе, и когда он ушел, Киран выспросил у молодой медсестры необходимую информацию. Однако в шаге от двери Рэд его остановила другая медсестра постарше. Она должно быть подумала, что он выглядит как бандит в своей разорванной одежде и сгорбленной позе.

— Мне жаль, но в это время только семья. — Ее руки лежали на бедрах. В ее глазах сверкнула угроза.

— Мы скоро станем родственниками. Она моя невеста. — Ложь обволакивала его, и он чувствовал себя комфортно, как будто в этих словах был намек на правду.

— О, мне простите. Я не знала. — Появилась улыбка, и медсестра отступила в сторону.

Мониторы издавали ровный сигнал, приглашая его войти в комнату. Пара экзотических глаз встретила его без капли враждебности, которую он ожидал, и вся боль в его теле исчезла при виде Рэд. Черт, она была хорошенькой. Ее волосы разметались по подушке, как расплавленная лава. На ее челюсти красовался огромный синяк с правой стороны, а нога была забинтована и опиралась на подушки.

Нога, которую он прострелил из своего пистолета.

— Значит, мы собираемся пожениться? — Ее голос звучал низко и скрипуче и смотрела она с удивление.

— Просто скажи «да» и сделай меня самым счастливым мужчиной. Надеюсь, ты не против уехать отсюда. Я твердо решил жить недалеко от побережья штата Мэн.

Она проигнорировала его комментарий.

— Ты в порядке?

— Со мной все хорошо. Я больше беспокоился о тебе. — Он сел на стул рядом с ее кроватью и сжал ее руку. — Прости. Я пытался отвести от тебя пистолет.

— Знаю. Я ведь все видела, кроме того момента, когда ты целовал меня. Спасибо. Ты избавил меня от еще худшего видения смерти Макса, закрыв обзор. — Джесс попыталась улыбнуться, но по ее щекам потекли слезы. Выражение ее лица было немного странным, как будто она приняла наркотики, которые замедляли ее. — Что случилось со всеми остальными людьми?

— Они арестованы. Наркоторговцы каким-то образом привязались к Максу. — Ему нужно сменить тему, потому что от лжи ей у него скрутило живот и заболела голова. — Твоя семья приедет, чтобы забрать тебя?

— Нет. Я отправлюсь домой через несколько дней.

— С кем?

Джесс описывала маленькие круги рукой, как будто не могла решить стоит ли говорить.

— Может быть, Адам или его жена Лили. Они звонили, чтобы узнать, как я. У Адама сотрясение мозга и сломан нос, но в остальном все в порядке. Ты останешься здесь на некоторое время?

Кто-то постучал в дверь.

— Готов, приятель?

Киран застыл от навалившихся на него эмоции. Рэд. Он не мог оставить ее здесь без защиты. Это было бы неправильно. Его тело оставалось прикованным к краю ее кровати, как будто он потерял бы часть себя, если бы ушел. Он только что встретил ее в худшей из ситуаций, и он ничего не знал о ней, кроме того, что она одинокая, дерзкая и храбрая. И Киран понял, что нуждался в ней больше, чем готов был признать. Он хотел знать ее историю и хотел знать ее будущее.

Ее рука лежала в его руке. Идеально подходит.

Что бы сделало его начальство, если бы он остался? Уволили его? Сомнительно. Он уже твердо стоял одной ногой на пенсии. Кроме того, ее нужно подвезти домой, и нужно, чтобы кто-то охранял ее там. Он мог бы ей помочь. В конце концов, правительство США заставило ее оказаться здесь, выбрав опасное и слишком людное место для обмена.

— Пойдем, мы опоздаем на рейс. — Джордж открыл дверь, вошел в комнату и потянул Кирана за руку.

Киран не двинулся с места.

— Мне нужно остаться хотя бы на несколько дней.

— Зачем?

— Разбор полетов. Увидимся в офисе, когда я закончу.

— Это не очень хорошая идея. Тебе не нужна черная метка в твоем досье так близко к концу.

Киран взглянул на Рэд. Она уставилась в окно, ни на чем по-настоящему не сосредоточившись. Должно быть, подействовало ее обезболивающее.

— Мне нужно несколько дней, — повторил он. — Они должны мне за то, что я поставил свою жизнь на карту ради зарплаты, которая едва покрывает мою ипотеку.

— Удачи с этим. — Джордж покачал головой и вышел из комнаты с дымящимся кофе в руке.

Рэд несколько минут молчала, дыша в легком, размеренном ритме, а затем закрыла глаза. Ее дыхание замедлилось, и она заснула, все еще держа его руку в своей. Киран устроился рядом, глядя на ее умиротворенное лицо и расслабляясь впервые за двадцать лет.

Два дня он оставался с ней в больнице, фальшивый жених Рэд. Они болтали, сравнивая ее детство в городке с населением менее пятисот человек и его собственное детство в пригороде Балтимора. Она рассказала ему о Роберте, придурке, который спал с ней, а потом погиб в автомобильной катастрофе на обратном пути к своей жене. Киран рассказал ей о Хизер, своей бывшей, и новом муже Хизер и их троих детях. Они оба пили кофе со сливками и предпочитали мороженое с шоколадной крошкой обычному шоколаду. Она хотела путешествовать. Она хотела найти жизнь вдали от Онеки. Он хотел жить вдали от Вашингтона, округ Колумбия.

Они держались за руки по дороге обратно в ее квартиру. Ни один из них не произнес ни слова во время поездки. Вместо этого они впитывали присутствие друг друга, пока каждый из них не оставил неизгладимый след в сердце другого.

Киран помог ей выйти из машины и поставил костыли. Когда они направились к двери, зазвонил его телефон.

— Броуди, — ответил он.

— Какого черта ты вытворяешь? — Его непосредственный босс, Рэнди, казался разъяренным. Ничего нового, но его гнев редко фокусировался на Киране.

— Подчищаю хвосты, сэр. — Он уже объяснял, но никто не купился на его оправдания.

— Чушь собачья. Тебе нужно немедленно уехать оттуда. Дмитриева не было среди арестованных мужчин. Понятия не имею, как этот ублюдок ускользнул от властей.

Черт. Киран слышал, как Дмитриев сказал, что хочет свалить из ФСБ и отправится в Венесуэлу. Он свидетель его дезертирства. Что еще хуже, Киран крикнул по-русски, чтобы они не причиняли Рэд вреда в сарае, раскрыл свое прикрытие и, вероятно, поставили себя под прицел Дмитриева. А как насчет Рэд?

— Я не могу уехать. Был и еще один свидетель убийства. Она понятия не имеет, о чем идет речь на самом деле. Она нуждается в защите. — Он объяснил Рэнди ситуацию.

— Он захочет тебя убить, — подтвердил мысли Кирана его босс. — Ты единственный живой свидетель его признания. И если он действительно все там устроил, было бы проще...

— Я могу с этим справиться.

— Ты не справился с последней миссией. — Слова Рэнди звучали медленно и угрожающе. — Явись в мой офис в ближайшие десять часов, или вылетишь с этой работы без пенсии.

Двадцать лет работы от двенадцати до двадцати часов в сутки, а теперь ему угрожали увольнением, потому что кто-то хотел его смерти? Он вздохнул.

— Я буду.

Рэд уже открыла дверь своего дома и вошла внутрь, балансируя на костылях. Киран последовал за ней. Ее квартира была маленькой, но симпатичной. Слишком хорошенькая для женщины, погруженной в депрессию. У нее должна была быть хоть какая-то надежда. Яркие синие и желтые цвета делали это место привлекательным и веселым. Множество растений украшало полки и подоконники, а над ее бело-голубым диваном висела большая картина, изображающая океан с плывущей парусной лодкой.

Он обнял ее за талию.

— Ты не врала насчет любви к океану.

— Когда-нибудь я буду на этом паруснике.

— Я бы с удовольствием стал твоим первым помощником.

Она наклонила свою голову к его. Ее улыбка дрогнула, а нижняя губа задрожала.

— Тебе нужно уходить?

— Да. Работа зовет.

Она кивнула.

— Чем ты занимаешься? Ты, пистолет и Макс?

— Я работаю на правительство. Обычно скучная работа. Никогда раньше никто не умирал у меня на глазах. — Это было правдой. Его задания всегда заканчивались без проблем. Ему везло, а с Максом удача отвернулась от него.

— Моя работа тоже обычно довольно скучная. Было интересно познакомиться с тобой, Киран Броуди. — Она с трудом произнесла его имя.

— Мне тоже, Джессика Вондер.

Он подошел ближе и нежно поцеловал ее в губы. Идеальные губы, верхняя часть изогнута в знойном приглашении, в то время как полная нижняя предлагала себя в качестве основного блюда. Он обхвати ее за талию и крепко прижал к себе, когда углубил поцелуй в обещание, сильном, твердом и вечном. Она ответила ему тем же, обняв за шею. Низкий стон вырвался из его горла.

Больше. Он хотел большего от нее, всю ее. Когда они расстались, ее губы были припухшими и открытыми, и такими чертовски приветливыми, заставляя его желание вырасти из теплого тлеющего уголька в огненное пламя. Но он заставил себя вырваться и вернуться к своей машине. Ее уже использовал для секса сукин сын, который причинил ей боль. Киран отказался идти по тому же пути. Он будет охранять ее сердце и медленно строить их отношения, пока не сможет посвятить себя чему-то большему, чем интрижка.

Как только он сел, он позвонил Рэнди.

— Джессика Вондер, другая свидетельница, нуждается в защите, или я не уйду.

Рэнди обругал его, а потом пообещал, что назначит другого полевого офицера присматривать за ней.

Киран бросил последний взгляд в сторону ее квартиры и уехал.

Глава 4

Прошло два месяца с тех пор, как в Джесс стреляли, и теперь он могла передвигаться без трости. Она все еще иногда хромала, но благодаря физиотерапии ее врач был уверен, что к концу года она будет ходить «как модель на подиуме».

Было семь часов, и пришло время заняться учебой, время выгнать Марсию Вулф, новую жительницу города и одну из ее ближайших подруг. Марсия приехала из Торонто на следующий день после того, как Киран привез ее из больницы, и переехала в квартиру на первом этаже. Она, как правило, проводила время в квартире Джесс, хотела того Джесс или нет, что делало ее идеальным компаньоном в борьбе с одиночеством.

Одетая в ярко-оранжевую шерстяную куртку, черные джинсы и черные байкерские ботинки, Марсия выглядела потрясающе и круто. Джесс, переоделась в клетчатые пижамные штаны и серую толстовку большого размера. После целого дня на работе и планируя вечер только с учебниками, что составят ей компанию, зачем беспокоиться о внешнем виде?

— Ты сегодня пойдешь в боулинг?

— Не могу. Мне нужно учиться. — Джесс была так близка к окончанию учебы, и, как бы ей ни нравилось проводить время с друзьями, она хотела бросить работу в банке и начать работать преподавателем. И Киран должен был приехать завтра. Она его не видела, но он звонил ей еженедельно с тех пор, как уехал в Вашингтон, округ Колумбия. Его уверенный и спокойный подход ко всему передавался по телефону и успокаивал ее разбитое сердце. С ним в своей жизни она поверила в сказки, даже отложенные.

Он сказал, что работа не оставляет ему ни минуты свободного времени, но пообещал приехать в свой первый свободный уик-энд. И это будет завтра.

— Жаль, что ты такой книжный червь. Мальчики скучают по тебе. — Марсия отнесла свою кружку с кофе к раковине и сполоснула ее.

Большая часть города удобно забыла о ее месячных пьяных выходках, так что она тоже попыталась забыть. Ее обновленные мечты не оставляли времени для чрезмерного пьянства или кутежей со случайными парнями, но местное мужское население во главе с Адамом решило, что ей нужна дополнительная защита после того, как ее подстрелили. Всякий раз, когда она выходила из своего дома, они окружали ее, как племя старших братьев.

Джесс рассмеялась.

— Ты справишься. Каждый парень в этом районе приставал к тебе по крайней мере три раза с тех пор, как ты приехала.

— Это потому, что я могу перестрелять их всех на расстоянии. И мой пистолет больше, чем у них. Мужчины такие простые.

Марсия действительно могла затмить всех в городе. Эта женщина была скорее ниндзя, чем художница. Меткая стрельба казалась странным навыком для скульптора, проводящего некоторое время вдали от большого города, но Джесс быстро приняла это.

Каждую неделю она ходила с Марсией в местный тир. Марсия также записала Джесс на занятия по самообороне и научила нескольким приемам рукопашного боя, которые помогли Джесс чувствовать себя увереннее, живя в одиночестве. После инцидента с Максом и наркоторговцами она чувствовала себя невероятно неподготовленной.

— Я предпочитаю мужчин с оружием приличных размеров — и большим количеством боеприпасов, — выдала Марсия, пошевелив бровями. — Я удивлена, что ты вообще можешь ходить здесь на свидания. Все мужчины обращаются с тобой так, словно ты сделана из стекла.

— Ты права, я не смогла бы пойти на свидание, даже если бы захотела, — сказала Джесс, посмеявшись. — Но я недолго буду одинока. Киран приедет здесь завтра, так что мне нужно закончить свои задания сегодня вечером.

— Ты так о нем говоришь, что можно поверить, что он действительно стоит внимания. Ладно, веселись.

— Обязательно.

Марсия помахала рукой, прежде чем исчезнуть на лестнице. Джесс стоило наверно отправится с ней. Невозможно учиться, когда все, о чем она могла думать, был Киран. Глубокое чувство влечения, которое она испытывала каждый раз, когда разговаривала с ним, подавляло тихий голос в голове, предупреждающий ее защитить свое сердце. Киран не Роберт. Он никогда ничего не обещал, кроме дружеского общения. Он часто говорил о своих планах переехать в морской порт, когда выйдет на пенсию, но никогда не приглашал ее с собой. В конце концов, он только что встретил ее. Не его вина, если она надеялась, что когда-нибудь он захочет, чтобы она поехала с ним.

Она заварила себе чашку чая и плюхнулась на диван со своими книгами и розовым флисовым одеялом, чтобы согреться от октябрьского холода, и когда час спустя кто-то постучал, Джесс потянулась и побрела к двери. Тот, кто хотел оторвать ее от книг, пожалеет об этом.

Потом она увидела его. Киран. Стоит в коричневой кожаной куртке с букетом цветов. Оранжевые розы и розовые астры. Ярко и весело.

Она открыла дверь и позволила эмоциям затопить ее, при виде его великолепного лица и запаха роз, смешанного с ароматом, который был полностью мужским, полностью принадлежал Кирану.

— Ты сказал, что придешь завтра!

— Я вылетел более ранним рейсом. Ты не возражаешь?

— Нет. Я рада.

На самом деле его слова звучали похоже на слова Роберта. И все же она доверяла ему и отодвинула эти негативные воспоминания в более глубокую часть своего сознания, подальше от привязанности, овладевшей ее сердцем.

Он провел рукой по ее волосам.

— Я скучал...

Ее поцелуй прервал его слова. Слишком прямолинейно, но Джесс переполняли чувств к нему.

Когда она, наконец, отступила, Киран ухмылялся.

— Я тоже скучал по тебе, Рэд. — И поцелуй, который он вернул, был еще более интенсивным, чем ее, более голодным и страстным. Он закрыл дверь ногой и заглянул ей в глаза. Обхватил ее лицо, и долго смотрел на нее. — Черт, как же я скучал по тебе.

Она взглянула на его руки, пустые, если не считать цветов.

— Где твои вещи?

— В отеле.

— В отеле? Ты не останешься здесь? — Роберт всегда оставался с ней. На самом деле, он затаскивал ее в спальню, как только приезжал в город.

— Не в этот раз. — Киран поцеловал ее в лоб, а затем сделал еще один шаг назад. — Могу я пригласить тебя на ужин?

— Мне понадобится несколько минут, чтобы переодеться.

— Я могу подождать. — Он подошел к ее дивану и сел, не делая ни малейшего движения в сторону спальни. Настоящий джентльмен.

Она бросилась прочь и натянула длинную шерстяную юбку и вязаный свитер охотничьего зеленого цвета. Ее волосы нужно было вымыть, но она остановилась на высоком хвосте, надела коричневые кожаные ботинки и направилась к нему. Он сидел на диване и читал ее учебник по математике.

— «Практическое применение алгебры в условиях средней школы». Немного легкого чтения?

— Мое будущее.

— Я бы предложил помочь, но в колледже специализировался на литературе.

— Литература? Как получилось, что ты стал работать на правительство?

— Не так много предложений о работе поступает на литературные специальности. Мой отец позвонил кое-кому, и вскоре я был принят на работу. — Он пожал плечами. — Мне нравится эта работа, но я готов к чему-то другому.

— Ты никогда не говорил, что собираешься делать, когда выйдешь на пенсию, кроме как жить на пляже. Ты слишком молод, чтобы ничего не делать.

— Я хочу преподавать. Найди небольшую частную школу и преподавать литературу.

— Ты сможешь? Я имею в виду, разве не трудно найти работу без степени магистра в области образования?

— Частные школы более снисходительны к тем, кого они нанимают. Возможно, я смогу произвести на них впечатление монологом или сонетом Шекспира. А ты? Все еще сосредоточена на обучении математике плаксивых, эгоцентричных учеников средней школы?

— Они не так уж плохи.

— Лично я предпочитаю старшие классы, но я бы пошел на компромисс, чтобы мы могли преподавать в одной школе. Мистер Броуди и мисс Вондер пробираются в заднюю часть спортзала, чтобы поцеловаться между занятиями.

Это был первый раз, когда он намекнул на возможное совместное будущее. И эта идея показалась ей замечательной.

Она рассмеялась.

— Из-за тебя меня уволят. Где я тогда окажусь?

— Со мной.

Он снова поцеловал ее, на этот раз нежно и заботливо. Она уже теряла от него голову, а он только приехал. Что произойдет к концу выходных?

— Ты знаешь, когда официально выйдешь на пенсию? — спросила Джесс.

— Мне нужно выполнить еще одно задание. Если все пойдет по плану, я буду свободен к Рождеству.

Киран проводил ее в местную закусочную на ужин, повел на прогулку по городу, прикрывая рукой от холода, и подарил очень долгий, страстный поцелуй на ночь. Он поцеловал ее крепко и властно. Целовался до тех пор, пока вся душевная боль от их разлуки не исчезла. Они прижимались друг к другу, он поглаживал ее руками вверх и вниз по спине, но никогда не блуждал в местах, которые могли бы усилить близость.

Ее дыхание стало тяжелым, она прикусила его шею и почувствовала, как его тело отреагировало на ее приглашение. Она хотела, чтобы он был с ней всю ночь, обхватив ее руками и ногами, создавая эротические воспоминания, которые будут длиться до тех пор, пока он снова не сможет быть рядом с ней. Просто не хватило времени.

— Ты хочешь остаться?

Киран уткнулся ртом ей в макушку, и крепче сжал ее.

— Хочу ли я остаться? Да. Но думаю, нам нужно еще немного времени. Я здесь не для секса, Джесс. Я здесь ради тебя.

Он накрыл ее губы своими и продолжил целовать так, словно она была единственным, чего он хотел во всем мире. Джесс прижалась к нему сильнее и почувствовала, что он твердый, готовый. А потом он оставил ее у двери, чертовски возбужденную и гадающую, что он нашел в ней такого, что важнее секса.

Это были великолепные осенние выходные с меняющейся листвой, прохладной погодой и прекрасной компанией. Но после еще двух дней совершенства ему пришлось уехать.

Они вернулись к ее квартире со стрельбища, где он перестрелял Марсию и был принят парнями как родной. Киран заключил ее в объятия и поцеловал на прощание. Он даже не попытался войти в квартиру.

— Я не знаю, когда смогу увидеть тебя снова, но надеюсь, что скоро, потому что уже скучаю по тебе.

— Звучит банально, — заявила она, — но я тоже по тебе скучаю.

Нервный смешок сорвался с ее губ, заставив его усмехнуться. У него была красивая улыбка. Особенно когда он поцеловал ее в губы, поглотив смех и ее страхи. Она просто еще больше прижалась к нему и позволила себе погрузиться в свою мечту о будущем с идеальным парнем.

Глава 5

Киран чувствовал себя как в аду. Чтобы уберечь Рэд, ему придется подвергнуть ее опасности.

Это все его вина. Ему не следовало прилетать, чтобы увидеть ее. Марсия была отличным телохранителем и редко выпускала Рэд из поля зрения, но аналитики разведки АНБ обнаружили Дмитриева в Вирджинии. По данным хакеров агентства, убийца купил билет на самолет в аэропорт имени Джека Гарленда в Норт-Бэй, ближайший аэропорт к Онеке. Если этот ублюдок узнал об отношениях Рэд и Кирана, он, вероятно, намеревался убить ее в качестве заявления, как предвестник убийства самого Кирана.

Киран должен привезти ее в Вашингтон и заставить Дмитриева действовать, и он должен сделать это сейчас. Пустое, болезненное чувство скрутило его изнутри. Он использовал все доступные ресурсы, чтобы достать Дмитриева, но, похоже, дело шло к нежеланной для него операции.

— Навестить тебя? — спросила она, когда он пригласил ее лететь в Штаты.

— Я иду на ужин в посольство Беларуси. Я был бы рад, если бы ты сопровождала меня.

— Беларусь?

— Маленькая страна бывшего Советского блока. Да, решать надо быстро, но я был бы рад, если бы ты могла пойти со мной. — Ему следовало сказать ей правду, но как такое можно сказать женщине, которую любишь. «Кстати, человек, который убил Макса, теперь хочет моей смерти, и, возможно, он хочет убить еще и тебя».

— Завтра вечером? Серьёзно? Как я туда доберусь? Где я буду жить? Что надену? — она как безумная выпаливала вопросы, но в ее словах все равно звучало волнение.

— Позволь мне позаботиться обо всем. Если хочешь, можешь остановиться у меня. — Ей необходимо быть в его доме, чтобы он мог защитить Рэд, хотя ее присутствие свело бы его с ума от желания. И все же он будет сопротивляться.

Рэд заслуживала кого-то лучшего, чем Роберт. Ей нужен постоянный партнер, любовник, друг. Кто-то, кто мог бы взять на себя обязательства, и до тех пор, пока Дмитриев не уберется с дороги, Киран должен сосредоточить свои усилия на том, чтобы выследить ублюдка и обеспечить ее безопасность. Ему нельзя отвлекаться.

— Да. Мне бы этого хотелось, — сказала она.

Ее энтузиазм заставил его пожелать, чтобы вся эта кутерьма поскорее закончилась, чтобы они вдвоем могли отплыть от побережья штата Мэн в неизвестные края.

— Отлично. И черное коктейльное платье идеально подойдет. Редко можно увидеть женщин в чем-то другом.

— Такое у меня найдется. Не могу дождаться, когда увижу тебя!

Однако после того, как она повесила трубку, сердце Кирана замедлилось, как маятник ржавых дедушкиных часов. Дмитриев. Марсии, черт возьми, лучше бы оказаться в этом самолете и не отходить от Рэд ни на шаг. Если он и доверял кому-то ее защищать, то только Марсии. С тех пор как ее муж исчез десять лет назад, она полностью посвятила себя работе и была одним из самых преданных офицеров, которых он знал. Она могла уберечь Рэд, даже если та не знала бы, что происходит.

Однако несколько часов спустя возникла новая идея. Лучше. Более честная. Он позвонит Рэд и расскажет все, что ей нужно знать. Она не станет злиться.

Да, она поймет, надеялся он. Однажды он попытался объяснить жене несколько вещей о своей потребности в секретности по телефону из маленького гостиничного номера в Санкт-Петербурге. Она кричала, плакала и подала документы на развод, когда он вернулся домой. Нет, ему лучше не объяснять по телефону.

Вместо этого он позвонил Марсии.

— Привет, Броуди, все готово к завтрашнему балу?

— Да. Я только что забрал костюм прекрасного принца из химчистки. Мне нужно, чтобы ты доставила принцессу.

— Мне сказали. И без проблем. Я хочу отдохнуть от этого захолустного городка.

— Так плохо? — Он нашел достаточно дел за те несколько дней, что провел там до встречи с Рэд, но больше месяца находится в маленьком городке могло быть пыткой.

— Одно слово. Боулинг.

— Мне нечего возразить.

Они немного поболтали о нескольких прошлых операциях, прежде чем Киран набрался смелости сказать:

— Послушай, расскажи Джесс, почему ты там. Она должна быть начеку при любой возможной опасности. Она думает, что Макса убили наркоторговцы. Ей стоит знать, что на самом деле произошло и как именно я в этом замешан. Скажи ей, что я хотел, чтобы она знала.

— Разумно ли разоблачать нас? — Марсия казалась удивленной.

— В данном случае, да. О таком лучше рассказывать лично, и я думаю, что она тебе поверит. Я бы все только испортил по телефону и, вероятно, разозлил бы ее.

— Хорошо. Скоро увидимся.

И он действительно их увидел. Они прибыли за несколько часов до начала приема, и Рэд переоделась в его квартире. Ее движения были неторопливыми, лицо мрачным, но она не упоминала о признании Марсии. Поэтому он заговорил об этом сам.

— Ты понимаешь почему ты здесь?

Она кивнула, потирая большим пальцем правой руки ладонь левой.

— Марсия объяснила, что русский агент сбежал после убийства Макса, и он может преследовать нас двоих. Ты хочешь, чтобы я была ближе к тебе. Но я должна вернуться к работе. Я не смогу жить здесь бесконечно.

— Если он узнает, что ты со мной, он сделает ход в эти выходные.

— Я все еще не понимаю, почему здесь безопаснее.

— Меня поддерживают около двадцати мужчин и женщин. В Онеке ты под защитой только Марсии.

Она сжала руки вместе, но сохранила спокойное выражение лица.

— Ох. И мы должны пойти на эту вечеринку.

— Это объявит о нашем присутствии. Один из его друзей будет там и передаст ему. Я уверен в этом. — Киран не упомянул, со сколькими кротами он связывался, сколько телефонных линии или интернет-соединений прослушал, все, что он сделал, чтобы найти Дмитриева, прежде чем Дмитриев нашел кого-либо из них. Все это привело к этому приему.

Рэд глубоко вздохнула и заметно расслабилась.

Ее яркая внешность бросала вызов концентрации Кирана, его сосредоточенности. Женщина превратилась из естественной красавицы в богиню, созданную для того, чтобы сводить мужчин с ума. Каждая ласка, каждый поцелуй заставляли его тело реагировать все сильнее. И ничто не могло облегчить его желание обладать ею, кроме возможности наконец-то оказаться с Рэд в постели. Однако его разуму пришлось взять верх над телом. Она под запретом, пока не перестанет быть рабочим заданием, пока он не сможет претендовать на нее навсегда.

Он нанял машину, чтобы отвезти их на прием, и когда они приехали, каждый мужчина, от камердинера до посла, открыто восхищался Рэд. Она выглядела потрясающе в голубых джинсах и свитере. В черном коктейльном платье, достаточно коротким, чтобы показать ее длинные ноги, и с достаточно низким вырезом, чтобы намекнуть на грудь идеального размера для мужских рук, она могла поставить весь прием на колени.

Ее рыжие волосы струились по спине, демонстрируя ее присутствие Дмитриеву или его коллегам. У кого еще были такие волосы?

— Я чувствую себя не в своей тарелке, — прошептала она, когда они вошли в главный холл.

— Тебе не о чем волноваться, Рэд. Ни одна другая женщина здесь не выглядит так же красиво.

Она отпустила нижнюю губу, которую кусала.

— Правда?

— Клянусь.

После ужина он представил ее коллеге из Министерства внутренней безопасности Дейдре Тиммонс, которая неоднократно помогала, когда ему требовался доступ к российским дипломатическим каналам в организованных им обменах. Иногда она пыталась перевести их деловые отношения во что-то большие, но Кирана это не интересовало. Только не в коллеге. Ближе всего к тому, чтобы пересечь эту черту, он подошел с Джесс.

Дейдра едва обратила внимание на Рэд, обняв Кирана слишком крепко и поцеловав его в губы. Рэд, похоже, не позабавила демонстрация Дейдры, но и Кирану это не пришлось по душе. Он оттолкнул ее слишком резко.

Дейдра положила руку на бедро и вздернула подбородок, словно принимая вызов.

— Не видела тебя несколько недель. Я скучала по тебе. Слышала, они не отпустят тебя до окончания этого задания. Надеюсь, что оно закончится быстро... ради тебя.

— Было приятно повидаться с тобой, — проворчал Киран.

Он отвел Рэд в сторону, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, но чувствовал ее пристальный взгляд. Дерьмо.

— Я не встречаюсь с Дейдрой, — заверил он. — И я никогда этого не делал.

— Знаю. — Но сжав кулаки и нахмурив брови, Рэд повернулась к нему. — Я — это задание? Это из-за меня ты не можешь уйти на пенсию?

Откуда, черт возьми, взялся этот гнев? Он повел ее к двери. Если она собирается устроить сцену, ему лучше отвести ее в какое-нибудь уединенное место. Они уже сообщили о своем присутствии Дмитриеву, особенно с огненными волосами Рэд, так что их задача здесь практически выполнена. Может быть, они даже могли бы отправиться домой.

— Все гораздо сложнее. — Она, конечно, была частью задания, но это задание не мешало ему уйти на пенсию. Его потребность защитить ее вот настоящее препятствие на пути к отставке. Без ресурсов агентства они стали бы легкой добычей.

Когда они добрались до стоянки, Рэд дала волю своему гневу.

— Я действительно верила тебе. Время, проведенное со мной, значило ли что-то еще, кроме работы? Может быть, просто несколько поцелуев между делом?

— Черт возьми, намного больше.

— Я такая идиотка. — Она вырвалась от из его рук и бросилась к его машине. — Господи, жизнь меня ничему не учит.

— Я могу объяснить, — сказал он.

— Ты можешь объяснить почему солгал мне?

— Я хотел, чтобы ты была в безопасности. Изначально я не говорил тебе об угрозе, потому что реальной угрозы для тебя не было. Зачем беспокоиться о том, чего нет? Как только ситуация изменилась, мы сообщили тебе. Ну, мы послали Марсию. — Разочарование захлестнуло его. Она не слушала, а он не хотел признаваться в своих чувствах. — Черт возьми, у меня осталось одно задание на этой паршивой работе, и поверь мне, когда я говорю, что хочу, чтобы все закончилось, это правда.

— Я тоже хочу, чтобы поскорее все закончилось. Просто отвези меня забрать мои вещи. Я хочу домой.

***

Джесс не ревновала. Она была смущена. Она хотела, чтобы ее больше никогда не обманывали, и вот теперь ее снова водил за нос приезжий. В отличие от Роберта и, возможно, это даже более унизительно, Киран не хотел с ней спать. Вместо этого ему нужно было, чтобы она помогла закончить его дело, чтобы он мог сбежать куда-нибудь на свой пляж. Один.

«Я здесь не ради секса, Джесс, — сказал он. Я здесь ради тебя». Но он делал все возможное, чтобы оставаться в непосредственной близости. Лгал ей, притворяясь заинтересованным. Она была заданием, которое нужно было закончить, а не женщиной, которую нужно любить.

Они молча ехали к его дому, и она мысленно прокрутила в голове то, что Дейдра сказала об уходе Кирана на пенсию. Они не отпустят его, пока он не выполнит это единственное задание. Итак, вместо того, чтобы позволить ей оставаться защищенной в глуши бесконечно долго, он притащил ее сюда и поставил на карту ее жизнь, все для того, чтобы поторопиться и получить свою пенсию.

Он проехал по длинной подъездной дорожке к своему дому, который был спрятан в одном или двух акрах леса. Киран вышел из машины первым и обошел вокруг, чтобы открыть ей дверцу, протянул руку, чтобы помочь выйти. Чертов джентльмен. Идеальный мужчина. Только не для нее.

— Заходи внутрь. — Он оглянулся на машину. — Мы можем поговорить у меня на кухне.

Она отдернула руку и достала телефон.

— Сначала позволь мне вызвать такси.

— Я не думаю, что в этом есть необходимость.

— Не имеет значения, что ты думаешь. — Как она могла остаться? И ради чего? Подвергнуть себя опасности, чтобы он мог освободиться от своей работы?

В спешке набирая номер, сердито стуча по телефону, она уронила его. Наклонившись, Джесс услышала, как раздался выстрел. Затем Киран нырнул на нее сверху, прижимая к земле. Он вытащил пистолет и намеренно прицелился в высокую сосновую рощу.

Большой камень вонзился в спину Джесс, и ее локти были в синяках. Ледяная дрожь пробежала по ее телу. Она сделала глубокий вдох, который застрял у нее в горле, едва проникнув в легкие, и когда он повернулся, ее лицо уткнулось в грудь Кирана.

— Он здесь.

— Ты шутишь. — Она говорила ему в грудь и сжимала в кулаках его рубашку, пока у нее не заболели костяшки пальцев.

Раздался еще один выстрел, на этот раз из задней части дома. Джесс подумала, что пуля попала в одну из сосен. В ответ раздался град выстрелов с первой позиции, и Джесс услышала женский крик. Киран повернулся и воспользовался этим моментом, чтобы выстрелить. Затем наступила тишина.

Они оставались свернувшимися калачиком еще несколько минут, прежде чем Киран убедил Джесс ползти по земле к крыльцу дома, все еще ее прикрывая. Он встал, как только они оказались за углом от позиции первого стрелка.

Джесс попыталась встать, но ее ноги потеряли подвижность, а тело неудержимо дрожало. Киран обнял ее за талию и практически внес в дом.

— Иди на кухню и ложись на пол за островом, пока я не вернусь, — скомандовал он. Он вытащил свой телефон и начал с кем-то разговаривать, уходя, но ее мозг не мог переварить то, что он говорил.

— Не уходи. — Ее голос звучал слабо и нервно, и она не могла совладать со слезами, застилающими ее глаза.

— Жди здесь, — повторил он.

Он оставил ее одну, и все, что Джесс могла сделать, это обнять себя и заплакать. Слишком много приключений, чем она когда-либо мечтала. Казалось, что каждый раз, когда она хотела покинуть Онеку, кто-то умирал. Она не могла с этим смириться. В ее городе с его проблемами маленького городка все казалось намного проще. Может быть, она не создана для большого мира или для беспокойства и душевной боли, которые возникали из-за того, что она выходила за рамки того, что знала. Или для мужчин, которые так легко лгали, чтобы получить то, что они хотели.

Спустя, как ей показалось, час, у дома зазвучали сирены двух или трех разных машин. Входная дверь открылась, но Джесс осталась прятаться на кухне, расстроенная тем, что не смогла вспомнить ничего из того, чему Марсия учила ее о самообороне. Послышались приближающиеся шаги. Она стиснула зубы, пытаясь унять дрожь, сотрясавшую ее тело.

— Рэд?

Ее тело успокоилось от голоса Кирана, а разум немного прояснился от паники, которая прижимала ее к полу.

— Они ушли?

— Дмитриев мертв. Марсия ранена в грудь, но пуля попала в ее бронежилет. С ней все должно быть в порядке. Скорая помощь отвезла ее в больницу Джона Хопкинса.

Джесс покачала головой. Ей нужно уйти, нужно убежать от всей этой крови, резни и лжи. Отступая от Кирана и его фальшивого фасада, она прорычала:

— Ты такой же, как Роберт. Лжец.

— Нет. Он лгал, чтобы защитить себя. Я лгал, чтобы защитить тебя.

Но его глаза больше не казались теплыми и дружелюбными. Они светились обманом и враньем.

— Почему ты просто не сказал, что я всего лишь твое задание?

— Потому что ты не мое задание, — огрызнулся Киран. — Ты — мое будущее. Но я предпочел бы, чтобы ты осталась жива и ненавидела меня, чем позволил тебе умереть и заслужил твое уважение. — Он закрыл глаза и сделал долгий медленный вдох, словно сдерживая себя.

Было бы здорово поверить, что она для него не просто задание, но Джесс больше не могла позволить себе быть такой наивной.

— Я хочу домой.

— Такси ждет тебя.

— Ты вызвал мне такси?

Киран прислонился к островку, засунув руки в карманы, с усталым выражением лица.

— Ты сказала, что хочешь уехать.

— Верно, — зло проговорила она. — Задание выполнено. Больше не нужно притворяться, что я тебе нравлюсь.

— Ты что, не слушаешь? — Сделав шаг, Киран оказался перед ней. Он протянул к ней руки, а затем отвел их назад, сжал в кулаки и опустил их по бокам. — Если бы не ты, я бы ушел на пенсию и переехал на пляж несколько месяцев назад. Ты все изменила для меня.

— Прекрасно, не позволяй мне останавливать тебя сейчас.

Это было уже слишком. Джесс выбежала из кухни, схватила свой чемодан и побежала к такси. Не имело значения, что у нее не было билета на самолет или что на ней грязное черное платье. Ничто не имело значения. Киран, конечно, в первую очередь. Потому что, очевидно, что она для него ничего не значила.

Глава 6

Еще один холодный месяц в Онеке. Джесс покинула бы этот город и свою скучную жизнь, но сначала ей нужно получить эту чертову степень. Она уже повсюду разослала свое резюме.

Нет ничего хуже, чем оставаться одной в городе, где люди предлагают место за праздничным столом, чтобы она не ела в одиночестве. Да, это мило, но их гостеприимство подчеркивало, какой жалкой стала ее жизнь. Как только она сможет бросить свою работу и начать все с чистого листа где-нибудь в другом месте, она будет счастливее. Она уверена в этом.

За пятнадцать минут до закрытия банка она начала приводить в порядок свое рабочее место. Опустилась на колени на пол, чтобы вытащить еще конверты из коробки под стойкой.

— Я хотел бы обменять несколько долларов США на канадские, пожалуйста. — Голос казался знакомым, мягким, как лучший шотландский виски, подслащенный карамелью. Но это невозможно. Она перестала ждать его приезда несколько недель назад.

— Вам придется встретиться с менеджером. Он занимается всеми операциями с иностранной валютой. — Она подняла голову и увидела Кирана, стоящего у ее окна. Его волосы были длиннее и светлее, но эти зеленые глаза все еще пленяли ее.

Он пришел извиниться? Она не могла с этим справиться. Она почти отодвинула воспоминания о нем вместе с воспоминаниями о Роберте в глубины своего сознания, где все оставалось скрытым и далеким от ее сердца. Почти, но не полностью. Неважно, как сильно она этого хотела.

— Это официально, я на пенсии.

Его ухмылка излучала уверенность. Своим взглядом он почти растворил ее инстинкты, те, что напоминали ей, что она была для него всего лишь официальным заданием. Ну и, зачем он здесь появился?

— Поздравляю, — все что она сказала.

— Ты, кажется, не слишком заинтересована в моем возвращении. — Он потянулся к ее руке, но она одернула ее, испугавшись, что ее сердце приведет ее обратно в ад.

— Почему не сказал мне, что приедешь?

— Думал устроить тебе сюрприз.

— Я не слишком люблю сюрпризы. Мне нужно больше мира и стабильности, и меньше боевых ситуаций.

— Я прилетел сюда, чтобы увидеть тебя, чтобы объяснить то, что не объяснил у себя дома. Мы можем хотя бы поужинать?

Ужин и еще один флирт, который ни к чему не приведет? Она не могла пойти на это. Ее сердце не выдержит, если он вернулся в город, чтобы немного пообщаться, прежде чем отправиться на теплые солнечные пляжи. Потому что именно это он и собирался сделать. Она не могла поверить в обратное.

Она покачала головой.

— Я не могу. Прости.

— Понимаю. Мне следовало позвонить и все объяснить, но я предпочел поговорить с тобой лично. Я всегда все путаю по телефону. — Он вздохнул и просунул в окно маленькую коробочку в серебряной обертке и конверт. — Желаю тебе чудесной жизни, Рэд. Ты заслуживаешь каждого кусочка счастья, которое сможешь найти.

Он развернулся и пошел к выходу.

Она посмотрела на коробку. В прилагаемом конверте было письмо от директора Центрального разведывательного управления. Он благодарил Кирана за службу и высоко оценил его преданность своей работе. Он также хвалил Кирана за то, что тот продлил свое пребывание на службе, чтобы остановить известного убийцу. Хотя его тактика нарушала протокол в вопросах национальной безопасности, и средства управления использовались для защиты не граждан страны, продолжалось в письме, разыскиваемого боевика, возможно, не удалось бы уничтожить без напряженной работы и планирования Кирана.

Ведение последней операции было его выбором. Письмо доказывало это, Джесс это теперь ясно видела. Он мог бы выйти на пенсию раньше, уйти от своей работы и от нее.

Под официальным письмом она обнаружила, записку от руки.

Женщине, о которой я мечтаю каждую ночь,

С того момента, как я впервые встретил тебя, ты покорила мое сердце. С тех пор я ничего не делал, кроме как пытался вернуться к тебе навсегда. Однако жизнь поставила на моем пути несколько препятствий. В основном российские блокпосты на дорогах. Разлука никогда не бывает легкой, особенно когда она отдаляет тебя от женщины, которую ты любишь. Я солгал тебе о том, что защищал тебя, но я не буду извиняться за это. На самом деле, я бы сделал это снова, чтобы обезопасить тебя. Я никогда не лгал тебе о своих чувствах. На самом деле, они более глубокие, чем ты думаешь.

Я люблю тебя, Рэд. Мне нравится твой юмор, твоя сила, твой энтузиазм и твоя внутренняя красота. Есть еще несколько вещей, которые я люблю в тебе, но до сих пор не мог показать.

Я так и не получил ответа в больнице. Ты выйдешь за меня замуж? Не позже, Рэд, а сейчас. Сегодня, если возможно. Я больше ни дня не хочу проводить без тебя.

Навсегда твой, Киран.

Она открыла коробку и обнаружила кольцо с бриллиантом в простой золотой оправе.

Он хотел жениться? Киран не хотел исчезать из ее жизни. Мужчина, который заставил ее внутренности желать не просто хорошей жизни, а страстной жизни вместе с ним. Он заставил ее сердце расцвести, и теперь она прогнала его прочь.

— Фрэнк, мне нужно идти, — крикнула она своему менеджеру.

Джесс схватила пальто и сумочку и выбежала за дверь. Посмотрев направо, потом налево, она никого не увидела. Где он? Она подбежала к краю дороги.

Ушел.

Резкий холод обжег ее легкие, когда навернулись слезы. Затем она обернулась и увидела Кирана, прислонившегося к двери банка.

— Ты побежала за мной.

— Ты ждал?

— Надеялся.

— Да, — прошептала она, касаясь его губ.

— Да? — Одна его бровь приподнялась.

— Я выйду за тебя.

— Слава богу. — Он обнял ее за талию и притянул к себе для поцелуя, сначала мягкого и сладкого, а затем более глубокого, наполненного обещанием общего будущего. Все ее тело жаждало его, ее потребность была невыносимой. И по голосу казалось, что Киран хотел ее так же сильно, потому что он добавил:

— Отвези меня в свою квартиру.

Она отстранилась и посмотрела на него, слегка ухмыляясь.

— Я думала, ты ждешь, когда мы поженимся.

Его взгляд был прикован к ее губам.

— Черт возьми, нет. — Он обнял ее за талию и направился к дому. — Больше нет времени ждать. Будущее — это сейчас.

Конец.

Еще больше интересных переводов в группе: https://vk.com/monaburumba