Дж. С. Андрижески Белая Смерть

(Вампир-детектив Миднайт #5)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

                                                  Русификация обложки: Alena_Alexa

«Белая Смерть» — это пятая книга в суровой и романтической серии «Вампир-детектив Миднайт», действие которой происходит в футуристическом и антиутопическом Нью-Йорке, населённом вампирами, людьми и экстрасенсами, которые пытаются восстановить свой мир после разрушительной расовой войны, едва не уничтожившей всю планету.

Эта серия — спин-офф от серии «Тайна Квентина Блэка», но её можно читать отдельно. Её главный герой, вампир с прошлым и детектив отдела убийств, Наоко «Ник» Танака, только что перевёлся в полицию Нью-Йорка после плохого инцидента в Лос-Анджелесе, и это заставляет его начать новую жизнь. Ник работает «Миднайтом», или вампиром на службе департамента человеческой полиции. Когда он прибывает в Нью-Йорк, он хочет, чтобы его оставили в покое, дали работать, кататься на сёрфе и мирно проживать его бессмертную жизнь.

У жизни и обитателей Нью-Йорка явно другие планы.

Глава 1. Шипрок

Они сидели на земле, глядя на изображение на стене.

В основном они смотрели на изображённого там мужчину — тень с косматыми волосами, худым лицом, высокими скулами, тонкими губами и похожими на стекло глазами, одетую в длинный чёрный плащ.

Мужчина стоял в центре детальной мозаики пустыни, весьма похожей на эту, и его обрамляло огромное солнце.

Фреска покрывала всю стену пещеры и окружалась горящими факелами.

Кто-то расположил все эти крошечные кусочки цветных камешков с такой точностью, с такой заботой... и тот факт, что всё это время фреска находилась здесь, и её столетиями никто не находил, взрывал мозг Ника. Он знал, что с тех пор учёные спускались, чтобы изучить её. Он знал, что поначалу некоторые объявляли это «уткой», розыгрышем от какого-то художника из Санта-Фе или Альбукерке... по крайней мере, пока её не датировали по углероду и не обнаружили, что ей больше тысячи лет.

Это всё равно не имело никакого смысла.

Ник, которому было известно больше, чем остальным, тоже не мог это осмыслить.

Даже одежда мужчины выглядела на удивление современной, как будто происходила из нынешнего периода времени здесь, на Земле.

Конечно, Ник знал, что никто с этой Земли не мог этого сделать.

А значит, видящие бывали здесь ранее.

Более того, видящие пробыли здесь, в этом измерении, намного дольше, чем полагал Блэк, или Чарльз, или любой другой здешний видящий.

То, что изображение состояло из камня, а не краски, почему-то делало его более реальным.

В то же время Ник с трудом увязывал эту реальность с тем, что ему рассказывал мужчина-видящий, сидевший с ним на полу пещеры.

— Ты знал этого парня? — ворчливо спросил Ник, показывая на лицо изображённого там мужчины, на его чёрные волосы, рассыпавшиеся по плечам, на холодные бесцветные глаза, смотревшие на них и на бутылку бурбона на полу пещеры между ними.

— Не просто знал, — ответил Даледжем.

Он перевёл взгляд своих бледно-зелёных глаз на Ника, слегка усмехнувшись, когда Ник посмотрел на него.

Ник уставился на него, не моргая.

Затем он понял и мысленно отматерил себя за то, что он такой идиот.

Засранец... и идиот.

— Ты трахал его, — Ник произнёс это не как вопрос. Странная, иррациональная волна обиды накатила на него, а клыки удлинились от излишней агрессии. — Есть ли кто-то, кого-то ты не трахал, Джем? В том твоём другом мире? И хочу ли я вообще знать?

Затем, когда он поднёс бутылку ко рту, до него дошло кое-что ещё.

— Погоди-ка, — он опустил бутылку обратно на колени.

Ник повернулся, сердито посмотрев на своего любовника, который всё ещё казался новым, и в то же время очень давним любовником; который до сих пор ощущался странным, не только потому, что он был мужчиной и видящим, а потому, что он стал для Ника первым партнёром, который казался более-менее постоянным в его жизни.

Может, по той же причине он не сдерживался, когда они ссорились.

Он не пытался выставить себя более приятным и хорошим парнем, чем он был на самом деле.

Практически с первого дня он не тратил время на пустую болтовню и ерунду с Джемом.

— Это тот мудак, о котором ты мне рассказывал? — прорычал Ник. — Тот, чью жену ты тоже чпокнул? И, возможно, обрюхатил?

Даледжем, ничуть не смутившись от злости Ника, от его собственничества, от его явной ревности, от его общего желания затеять ссору и, возможно, слететь с катушек... слегка улыбнулся Нику.

— «Чпокнул»? — переспросил он, явно развеселившись. — Ты только что описал мои легендарные навыки занятий любовью как «чпоканье»?

— Да ты просто комик, бл*дь, — прорычал Ник, отпив большой глоток и раздражённо передав бутылку. — А ещё ты коварный сукин сын, играющий в игры. Вот какой у нас романтический отпуск? Привёз меня в пустыню... Обещал мне время наедине, только мы вдвоём... и что? Ты серьёзно привёл меня сюда, чтобы показать картинку твоего дерьмового бывшего?

— Дело не только в этом, — заметил Даледжем спокойным тоном, забирая бутылку из рук Ника и поднося ко рту, чтобы тоже глотнуть. — Хотя ты награждаешь меня стояком от вида твоих удлинившихся клыков, потому что тебе хочется укусить парня, с которым я не спал лет сорок... и который всё равно меня не хотел.

Подняв бутылку ещё для нескольких глотков, Джем вытер свои губы идеальной формы и поставил бурбон на красный камень между ними.

— Нет, — добавил Даледжем. — Я не пытаюсь быть мудаком. Я хотел рассказать тебе кое-что обо мне, о моём мире.

Помедлив, он произнёс:

— Я когда-нибудь рассказывал тебе историю о том, кем он был?

Увидев, как Ник помрачнел, Даледжем перебил:

— ...не для меня, глупыш. Для мира, из которого я пришёл? Для мира видящих?

— Нет, — прорычал Ник.

— Врушка, — Даледжем наклонился поближе, положив ладонь на член Ника и поцеловав его в шею. — Ты такой охерительно милый, когда ревнуешь... но в то же время засранец.

— Просто скажи уже мне, кто он, — проворчал Ник, отпихивая его руку. — Разве он не был каким-то серийным убийцей? — хмыкнув и вспомнив, что он приходится Блэку каким-то родственником, Ник пробормотал: — Это у них семейное, видимо.

— Скорее, квази-мифологическое божество-тире-убийца-мировых-видов, — откинувшись назад, Даледжем улыбнулся, ничуть не смутившись тем, что Ник оттолкнул его руку. Он опирался на ладони и хмуро смотрел на образ мужчины, состоявший из разноцветных камешков. — Они называли его Syrimne d’Gaos... с моего языка, языка Старой Земли это переводится как Меч Богов.

— Меч Богов, — пробормотал Ник, глядя на стену. — Звучит как надменный придурок, — тут Ник осознал кое-что ещё. — Если только он не был каким-то богом? У вас в том мире были и боги тоже? Настоящие?

Даледжем улыбнулся, качая головой.

— Нет. Он был видящим.

— Так с чего вдруг вся шумиха из-за него?

— Там всё сложно, — ответил Даледжем, слегка хмурясь. — Но если коротко, его считали своеобразным святым, который пришёл, чтобы освободить видящих от рабства, — подумав над этим, Джем пожал плечами. — Полагаю, так он и сделал... в некотором роде. Но тут всё сложно, как я и сказал. И большинство людей до смерти боялись его. Просто до ужаса.

Ник невольно покосился на фреску, нахмурившись.

— Почему? — спросил он наконец.

Даледжем пожал плечами, отпив ещё один глоток бурбона.

Поставив бутылку с лёгким выдохом, он снова пожал плечами.

— Он был телекинетиком, — просто ответил он. — И превосходно натренированным, к тому же.

Ник помрачнел ещё сильнее. Он ждал кульминационной фразы, какого-то пояснения.

Этого не последовало.

— И что? — переспросил он, вскинув руку. — Он мог двигать предметы силой мысли? Сгибать ложки? Швырять керамические кружки в стену? Что? И почему это пугало людей твоего мира, учитывая, что там и так жила целая раса коварных, извращённых, зависимых от секса видящих, которые могли морочить им головы и практически поработить, попросту усиленно подумав?

Даледжем улыбнулся уголком губ.

С ошеломлённым неверием прищёлкнув языком, он покачал головой. Подняв бутылку, он прислонил её к своему бедру и посмотрел на фреску.

Его светло-зелёные глаза сделались задумчивыми.

Фиолетовые кольца вокруг этой зелени отражали огонь факелов.

— Я никогда не пойму, как люди этого мира относятся к телекинезу с таким неуважением, — сказал он, и его лёгкий акцент сделался более заметным, когда он наградил Ника взглядом с притворным неодобрением.

Сделав ещё один небольшой глоток, он небрежно добавил.

— Знаешь, что он сказал мне однажды? Мой друг? Он сказал, что ему было скучно... так что он стал играться со своими телекинетическими способностями, пока не разобрался, как можно расщеплять атомы.

К тому времени Ник забрал бутылку из рук Джема.

И теперь он подавился бурбоном, который пытался проглотить в этот самый момент.

Опустив стеклянный сосуд, который он держал за горлышко, Ник уставился на другого мужчину.

— Чего?

Даледжем вновь поцеловал его, улыбаясь.

— Боги, ты прекрасен...

— Джем, — Ник продолжал пристально смотреть на него. — Твой друг действительно мог вызывать ядерные взрывы? Силой разума? Это типа... фишка среди видящих? Это возможно?

Всё ещё глядя на Ника в его поношенных джинсах, ботинках и чёрной футболке, Джем пожал плечами.

— Да, — просто сказал он. — Чрезвычайно редко. Даже в моём мире видящие-телекинетики появлялись от сил раз в поколение. Иногда раз в десять поколений. Не распространённая штука. Вообще. Но когда они показывались, они поднимали шумиху. В высшей степени нелегальная, супер-опасная, провоцирующая геноцид и войны, пугающая до усрачки аномалия, которая обычно заставляла всех двинутых шизиков болтать о Конце Света.

В ответ на изумлённый взгляд Ника Даледжем пожал плечами.

— Говорю же... никто на этой планете не понимает телекинез. И не уважает его надлежащим образом. Наверное, потому что у вас пока что не было телекинетика-видящего, который едва не уничтожил вашу планету.

— Боже, — выдал Ник. — Нам что, ожидать подобного? Теперь, когда все вы здесь? — подумав, он прорычал: — Этот твой приятель всё ещё жив? Он планирует нагрянуть с визитом?

Забрав у Ника бутылку, Джем улыбнулся.

— Мой друг тренировался годами. То есть, годами. Его опекун, этот извращённый видящий, который использовал его для сражения в войне... он научил его изучать схемы, понимать устройство вещей, находить взрывоопасное вещество практически везде. Мой друг мог заставить плазматическую винтовку взорваться в руках солдата, который её нёс... затем вырвать тому позвоночник прежде, чем он успеет хоть рот открыть. Он мог воспламенить самолётное топливо... бензин... сбить самолёт с курса. Он мог открывать дамбы, разрушать электрические сети, обрушивать телефонные линии. Он мог заставить торпеду взорваться прямо в носителе. Он мог запустить ядерную атаку, даже не считая самостоятельного расщепления атомов. Он мог рушить цепочки поставок, взрывать боеприпасы, детонировать бомбы, заставлять пилотов стрелять по их же городам и солдатам. Он мог портить посевы, осушать запасы воды, поджигать леса, взрывать естественные залежи природного газа, воспламенять нефтяные месторождения.

Помедлив, Даледжем вскинул бровь.

— Он собственноручно выиграл нашу версию Первой Мировой Войны... и чуть не стёр с лица земли человеческую расу. Он бы наверняка сделал это, но у него случилось какое-то прозрение.

Ник хмыкнул.

— Прозрение? Какого хера?

Он отпил большой глоток, передавая бутылку Джему.

— Что за прозрение? И хочу ли я вообще знать?

Джем улыбнулся, пожав плечами и поднося бутылку к своему рту.

— Честно говоря, я сам не знаю... мне не известны детали, — признался он. — Но что бы там ни было, после этого видящие пытались посадить его под замок, пленить, когда он сам практически сдался...

— Так почему ты мне всё это рассказываешь? — уточнил Ник, хмуро глядя на старшего мужчину. — Ты пытаешься сказать, что твой бывший может надрать мне задницу? Или просто то, что он в целом мудак?

Даледжем рассмеялся, качая головой.

— Нет! — воскликнул он, пихнув Ника в плечо.

То, как он сделал это, сообщило Нику, что видящий опьянел.

Во всяком случае, слегка окосел.

С другой стороны, у Джема не было вампирского метаболизма. Его тело не создано для того, чтобы поглощать и выжигать алкоголь с минимальным эффектом.

В отличие от Ника, Джем также был чертовски горяч, когда напивался.

Он выглядел почти миленьким, правда.

Подумав об этом, Ник нахмурился, глядя на стены пещеры, освещённые огнём.

Он что-то слышал.

Звук.

Тихий, гудящий, мелодичный звук.

Он казался почти знакомым.

— Я хотел рассказать тебе, чтобы ты узнал меня получше, — укоризненно произнёс Джем, явно не замечая этот звук. — Ты хотел знать о моём бывшем. Ты спрашивал о нём. Ты спрашивал об его жене. Я припоминаю, как ты злился на меня за то, что я ничего тебе о них не рассказываю... так вот, я рассказываю. И я рассказываю тебе о моём мире.

Он наклонился ближе, с притворной хмуростью глядя в глаза Ника, и на его нечеловечески идеальных губах играла лёгкая улыбка.

— Разве ты не хочешь знать больше обо мне, брат? Я собирался отсосать тебе потом. Но мы можем перейти к этому сейчас, если ты предпочтёшь...

Звук становился громче.

Раздражал сильнее.

Ник хотел, чтобы это прекратилось.

Этот шум перебивал его разговор с Джемом.

Этот шум мешал его потенциальному минету, что вообще уже грубо.

Чертовски грубо.

— Конечно, я хочу знать о тебе больше, — парировал Ник своему супругу, закатывая глаза. — Я просто не уверен, что именно мне делать с тем фактом, что твой бывший — псих-убийца, который может вырвать сердце из моей груди, если я с ним когда-либо столкнусь.

Нахмурившись, он обвёл взглядом пещеру.

— Эй, ты слышишь этот звук?

Даледжем поднял взгляд, перестав расстёгивать ремень Ника.

— Какой звук, ilyo?

— Ты не слышишь?

Звук становился громче.

И ещё громче…

— Бл*дь, — Ник перекатился и схватил гарнитуру с комода.

Он заснул. Снова.

Видимо, это просто его с Уинтер фишка.

Сигнал трелями раздавался в совершенно тёмной комнате.

Та, что лежала позади него, промямлила что-то, ворчливо протестуя, и её ладошка легла на его голый живот, снова отвлекая.

Ник надел чёртову гарнитуру на левое ухо, действуя скорее по мышечной памяти, нежели осознанно, и устройство издало очередную каскадную комбинацию сигналов, похожую на творение какого-то пьяного композитора.

Увидев мигавшее там имя и идент-код звонившего на внутреннем экране, он помрачнел.

И снова без единой сознательной мысли он переключился и принял звонок.

— Что? — рыкнул он на своего напарника.

Джордан не потрудился включить визуальное сопровождение, но Ник почти мог представить, как он закатывает глаза.

— Отпуск закончен, Миднайт, — сказал детектив отдела убийств. — Тащи сюда свою задницу.

Уинтер снова заворчала, лежа за Ником. Её тёплая ладошка теперь массировала его холодную вампирскую кожу, отчего глаза сами собой закрывались.

— Нет, — сказал Ник, зажмурившись и потирая подбородок. — Нетушки, — повторил он. — Отпуск ещё не закончился. Сегодня только четверг. У меня есть ещё два выходных...

Он глянул через плечо и задрожал при виде обнажённой Уинтер, которая теперь вцепилась в его слегка отросшие чёрные волосы на затылке.

— Ник, — голос Джордана сделался серьёзным. — Ну же, чувак. Аврал, вызывают всех. Старик говорит, что тебе дадут несколько дополнительных выходных в качестве компенсации. Но ты нужен нам здесь.

Ник поймал себя на том, что он уже понял, и в его животе зародилось леденящее ощущение.

— Ещё одно? — спросил он.

Последовало молчание.

Затем Джордан выдохнул, словно задерживал дыхание.

— Да, приятель, — сказал он. — У нас ещё одно.

Ник глянул на Уинтер, чувствуя, как тот холод усиливается.

— Еду, — сказал он.

Он не дожидался ответа и оборвал соединение.

Его пара уже хмурилась.

Ник понимал недовольство и раздражение, граничащее с обидой, которые уже исходили от неё. Чёрт, да он понимал на все сто процентов.

Он также знал, что должен приехать.

Серьёзно, складывалось ощущение, что у него нет выбора.

Вспомнив сон, или воспоминание, или что это было, он нахмурился вместе с ней, думая о том, с чего бы ему вспоминать это сейчас.

Учитывая всё происходящее, это казалось слишком удобным, слишком угодившим в яблочко.

Может, его подсознание пыталось что-то подсказать.

Или просто предупредить его.

Может, оно говорило ему, что они уже опоздали.

Глава 2. Серийные убийцы

— Ещё одно? Они уверены? — произнося это, Ник подходил к Джордану сзади, наблюдая, как его напарник-человек захлопывает дверцу своей машины и запирает её через триггер в полицейской гарнитуре.

От голоса Ника детектив подпрыгнул сантиметров на тридцать.

Проигнорировав это, Ник добавил:

— Они уверены? Они уверены, что это один из его людей? Ты же не притащил мою вампирскую задницу сюда, на снег и холод, в мой выходной день, мать твою, просто чтобы позабавиться? Потому что в таком случае у меня есть довольно взбешённая девушка, перед которой вам всем придётся отвечать.

К тому времени уже поняв, кто это, Джордан медленно повернулся и наградил Ника убийственным взглядом.

— Чтоб тебя черти драли, Миднайт, — выдохнув, он отошёл от машины, хрустя снегом под ботинками. — Сколько раз мы об этом говорили? О том, чтобы ты не подкрадывался ко мне? Как чёртов ниндзя...?

— Думаю, ты хотел сказать «как чёртов вампир», — хмыкнул Ник.

Когда его собеседник нахмурился, Ник невольно расплылся в улыбке.

По какой-то причине ему в последнее время особенно нравилось подначивать Джордана.

Словно услышав его, Джордан врезал ему мускулистой как у боксёра рукой. Тридцати-с-чем-то-летний афроамериканец в последнее время много тренировался, и Ник это заметил. Он стал, пожалуй, вдвое крупнее по сравнению с тем, каким он был при их с Ником первой встрече.

— Я не уверен, что мне нравится эта версия тебя «я-постоянно-в-хорошем-настроении», Миднайт, — проворчал Джордан, моргая так, будто всё ещё силился проснуться. — Ты в последнее время совершенно невыносим, ты в курсе? Счастливые вампиры — это просто... неестественно. Гадость какая-то.

Ник усмехнулся, легонько пихнув Джордана рукой.

— Эй, — сказал он. — Это неделя моего отпуска, придурок. Если вызываешь меня из отпуска, то именно это и получаешь. Ранее счастливый вампир, который теперь ищет, на ком бы выместить раздражение. Поверь мне. Я был бы намного счастливее, если бы остался дома.

Джордан показал на лицо Ника, и его тёмные глаза с бледно-голубыми усовершенствованными линзами слегка светились в свете фонарей.

— Я это вижу, Миднайт. Инфракрасное зрение, помнишь? Ты источаешь какое-то жутковатое свечение. Это наводит меня на мысль, откуда это свечение взялось. И что ты наверняка делал, когда мы позвонили.

— Завидуешь? — Ник широко улыбнулся.

— Испытываю отвращение, — парировал Джордан. — Ты мне больше нравился, когда был брюзгливым стариканом. Есть кое-какие вещи, которые мне определённо не стоит представлять, Танака... особенно с такой хорошенькой леди, как мисс Джеймс.

Ник хмыкнул, закатив глаза.

Он сумел вывести себя из того странного состояния после сна про пещеру и картину.

Однако он не полностью вошёл в рабочий режим.

Даже если не считать странных снов, ему сложно было переключиться из режима личной жизни в режим копа. До сих пор он наслаждался несколькими весьма приятными днями отдыха в давно необходимом отпуске, и он вовсе не жаждал перерывов, не считая тех разов, когда Уинтер удавалось вздремнуть между их раундами времени наедине.

Его девушка, Уинтер Джеймс, тоже была не в восторге от того, что его неделю отпуска прерывали.

Они буквально прошлым утром вернулись в город, чтобы покататься на досках на курорте в центре города, посетить несколько шоу, сходить поужинать в несколько мест.

Она также не развеселилась, когда Ник попытался пошутить и сказал, что непременно почистит клыки, если придётся укусить кого-то по долгу службы.

Слегка вздрогнув от воспоминания, Ник передал кофе, который купил для своего напарника-человека, Деймона Джордана, по пути на место преступления.

— У них не было той шоколадной фигни, которая тебе нравится, — сообщил ему Ник, изображая пальцами посыпающие движения. Он кивнул на кружку, которую Джордан взял из его руки. — Мне пришлось импровизировать.

Джордан застыл на полпути, не донеся кружку до рта, чтобы сделать глоток.

— Импровизировать? Хочу ли я знать, что это подразумевает?

— Просто попробуй, — сказал Ник, хмурясь. — Скажи мне, зря я потратил деньги или нет.

Человек-детектив настороженно возобновил движение, поднося кружку к своим полным губам, и с опаской сделал маленький глоток.

В этот момент видоизменяющаяся кружка мигнула виртуальной неоновой рекламой завтраков 2 по цене 1 в ретро-закусочной/кофейне в Верхнем Ист-Сайде, недалеко от места, где Ник купил кофе.

Ник наблюдал, как лицо Джордана замирает с настороженным выражением, словно он пытался решить, не придётся ли выплюнуть то, что он сейчас взял в рот.

Ник нахмурился.

— Иисусе, ну ты и неженка.

Джордан не ответил.

Распробовав глоток искусственного кофе на языке, он проглотил и неохотно кивнул.

— Неплохо, — признал другой коп. — Это миндаль?

— И какао, — подтвердил Ник. — Это лучшее, что я мог сделать.

Джордан кивнул, покосившись на него.

— Неплохо, Миднайт. Неплохо. Я поражён, честно говоря. Я думал, вкусовые рецепторы вампиров — полное дерьмо.

— Они настроены на вампирскую еду, — сказал Ник, вскинув бровь.

Проигнорировав подколку, Джордан пошёл по дорожке, ведущей в парк, продолжая хрустеть льдом и небольшими сугробами под ботинками.

— Откуда, чёрт возьми, ты знаешь, что добавить в кофе? — спросил он. — Ты всегда пьёшь его с таким видом, будто это подделка... будто кофе для тебя на вкус — как грязная вода после мытья посуды.

Ник закатил глаза.

— Для меня это действительно на вкус как грязная вода после мытья посуды... но не потому, что я вампир.

— Только вампир может не любить кофе, — фыркнул человек, делая ещё один глоток.

 — Кофе — это жизненная сила масс, брат. Нектар богов...

— Это. Не. Кофе, — Ник ткнул пальцем в кружку человека, поджав губы. — Это искусственное пойло, которое является ужасной, кошмарной имитацией кофе. Возможно, изготовленной из мёртвых животных. И крысиного дерьма. И пластика. Ты никогда не пил настоящего кофе, Деймон, иначе ты бы в рот не взял эту гадость. О, и ах да. Я когда-то был человеком, мудак.

— Типа, миллион лет назад... — буркнул Джордан.

Позади них раздался третий голос.

— Дети, — сухо произнёс этот голос. — Не заставляйте меня разводить вас по разным углам.

Морли подошёл к ним с другой стороны улицы, держа одну руку в кармане, а другой сжимая свою изменяющуюся дорожную кружку. Старший детектив присоединился к Джордану и Нику на тротуаре возле пешеходной дорожки, уходившей в Центральный Парк.

— Вот до чего вы дошли? — спросил старший детектив. — Вам двоим серьёзно нужно двадцать дополнительных минут на пререкания, прежде чем я загоню вас за настоящую полицейскую работу?

Ник тихонько фыркнул.

— Возможно, — признал он. — Хотя на самом деле, я думаю, что Деймону нужна новая девушка, — он показал большим пальцем на другого мужчину. — Он что-то уж очень интересуется тем, чем я занимаюсь на выходных...

— Ах ты козлина... — взорвался Деймон.

Но Морли поднял руку прежде, чем Джордан успел выпалить остальное.

— Ваши двадцать минут истекли, — сказал он, слегка улыбаясь, словно против собственного желания. — Тащите свои жопки на место преступления. Давайте все притворимся копами.

Ник собирался ответить Морли какой-нибудь шуточкой, но помедлил, заметив перемену на лице и в тёмных глазах человека, когда его взгляд обратился внутрь.

Ник знал это выражение.

Кто-то связался с ним по гарнитуре.

Подозрение Ника подтвердилось, когда он увидел, как старший детектив нахмурился и поджал полные губы, после чего кивнул собеседнику на другом конце линии.

Спустя секунду глаза Морли вновь сфокусировались, и он зашагал, направляясь по мощёной дорожке, припорошённой снегом. Он не сказал ни слова.

Наблюдая, как он скрывается в парке, Ник нахмурился. Он помрачнел ещё сильнее, когда глянул на Джордана, а затем последовал за Морли. Ник заметил, что Морли избегает его взгляда. Седеющий человек старался сохранить нейтральное выражение на лице.

— Что такое, босс? — настороженно спросил Ник.

Не сбавляя шага, Морли обернулся через плечо, и в его глазах стояло колебание.

На один миг показалось, что старший детектив может ему ответить.

Затем он поджал губы и кивком головы указал на дорожку.

— Пошли, Миднайт, — сказал он. — Не будем заставлять криминалистов ждать.

Ник и Джордан переглянулись во второй раз.

Джордан приподнял тёмную бровь над усовершенствованными радужками, и его полные губы изогнулись в невысказанном вопросе. В ответ Ник мог лишь слегка повести плечом, поскольку он тоже понятия не имел, что происходит.

Когда Морли продолжил молча идти в тенистый парк, петляя между тёмных деревьев, Ник решил не настаивать.

Они скоро узнают.

Искусственный интеллект (или ИИ) полиции Нью-Йорка показывал место преступления в гарнитуре Ника — мигающая синяя точка на карте в девяноста метрах отсюда, на полянке прямо за вечнозелёными деревьями, обрамлявшими эту часть Центрального Парка.

Сквозь деревья Ник уже видел свет фонариков криминалистов.

Джордан, видимо, тоже решил подождать.

Молодой человек молча шёл возле Ника, слегка хмурясь и наблюдая за Морли.

Что-то в выражении на лице Джордана заставило Ника помедлить.

Он не мог сказать, в чём дело.

...незащищённость, скрывавшаяся под обычной добродушной манерой Джордана... добавочная настороженность... что-то в его пытливости... может, даже проблеск света от усовершенствованных радужек, который заметит только вампир.

Что бы ни увидел Ник, это тут же пропало.

Потом они просто шли, пока Джордан потягивал принесённый Ником кофе, и они приближались к месту преступления.

Глава 3. Тело

— Жди здесь, — ворчливо сказал Морли.

Старший детектив по-прежнему сжимал ту свою уродливую кружку Янкиз — трансформирующуюся дорожную кружку с развевающимся американским флагом и угасающими фейерверками поверх древнего клубного символа нью-йоркской бейсбольной команды.

Ник озадаченно посмотрел на Джордана.

— Всем нам ждать здесь? — переспросил Ник.

— Нет. Не всем нам, — Морли наградил Ника убийственным взглядом. — Тебе, Миднайт.

Старик помедлил, смотря на Ника почти с угрозой.

Он показал на Ника пальцем, в его голосе звучало отчётливое предупреждение.

— Я хочу, чтобы ты оставался на этом самом месте, Танака. Я серьёзно, — он наградил Джордана таким же предостерегающим взглядом. — Ты пойдёшь со мной взглянуть на это, Деймон. Только ты. И только в том случае, если ты сможешь держать увиденное при себе.

Ник нахмурился, положив руки на бёдра.

Он не то чтобы был оскорблён.

Скорее, озадачен.

Он наблюдал, как Джордан и Морли с хрустом проходят по последним нескольким метрам снега между местом, где он стоял, и тёмным силуэтом, распростёршимся на снегу. Он продолжал стоять там, хмурясь, пока Джордан и Морли склонились над телом, лежавшим на траве.

Два детектива почти заслонили обзор самого трупа, и Ник невольно думал, что это делалось намеренно. Он помрачнел, когда увидел, что Морли жестом показал двум криминалистам, стоявшим рядом, перевернуть тело — предположительно, чтобы они посмотрели на лицо жертвы.

Им потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с задачей.

Как только они сделали это, потянув за руки и туловище и уложив труп лицом вверх, Джордан издал вопль.

Он отпрянул назад, едва не приземлившись задницей в снег.

Ник напрягся, наблюдая, как его напарник старается оправиться от шока и паники. Джордан пошатывался то вперёд, то назад, пока не восстановил равновесие, выставив руки в разные стороны после того, как слишком резко выпрямил согнутые ноги.

Ник продолжал с лёгким неверием наблюдать за афроамериканцем тридцати с небольшим лет, когда Джордан снова сделал шаг назад, и его дыхание клубилось паром, пока он смотрел на лицо трупа на земле.

Джордан глянул через плечо на Ника, но не удерживал его взгляд.

Его широкие боксёрские плечи поднимались и опускались, пока он тяжело дышал, снова глядя на тело на замёрзшем газоне.

Внезапно Ник потерял терпение.

Не спрашивая разрешения, он шагнул вперёд.

Морли и Джордан, похоже, одновременно почувствовали или увидели что-то. Оба повернулись к Нику, подняв ладони.

Оба уставились на него широко раскрытыми глазами и заорали:

— НЕТ!

Он остановился, но лишь на мгновение.

Затем продолжил идти, хмуро глядя на них обоих.

— Да ну вас нахер... надо было остаться дома.

— Ник! — Морли показал на деревья. — Возвращайся туда! Немедленно!

Хмуро покосившись на старшего из двух человеческих детективов, Ник продолжил шагать вперёд, протолкнувшись мимо них обоих.

Он подошёл прямиком к телу.

Добравшись туда, он посмотрел вниз, положив руки на бёдра.

Несколько секунд он не мог осмыслить, на что смотрит.

Он уставился на лицо как на какую-то абстракцию — будто это была картина, нарисованная кем-то в снегу. Затем образ встал на место.

Грудь Ника сжалась с такой силой, что это причинило физическую боль. В горле встал ком.

Его разум умер.

Всё это время он не отрывал взгляда от лица, этого идеального лица, которое он уже так хорошо знал, что мог представить даже с закрытыми глазами, чисто по памяти.

Мёртвым телом на застывшей земле была Уинтер.

Это была Уинтер.

Ник уставился на неё, всматривался в её помутневшие сине-зелёные глаза.

Он смотрел на изящный подбородок, идеально очерченные губы, густые тёмные волосы с разноцветными прядями, в основном бирюзовых и золотистых оттенков.

Он смотрел вниз, и всё в его сердце и разуме просто кричало.

Джордан схватил Ника за одну руку.

Морли схватил за другую.

Они начали оттаскивать его назад, но взгляд Ника метнулся к телу трупа, к одежде, к... ну, всему остальному. Всё с ним было правильно.

Всё с ним было неправильно.

В какой-то момент разум Ника включился обратно в работу.

— ПОДОЖДИТЕ!

Он упёрся пятками в землю, пока два других мужчины пытались оттащить его от трупа на заиндевевшей траве.

Он только что кормился от неё. Бл*дь, он же только что кормился от неё, меньше часа назад.

«УИНТЕР??!! УИНТЕР!!!»

Он закричал, зовя её по крови.

Последовала пауза, показавшаяся мучительно долгой.

Тошнота скрутила его нутро, и у Ника возникло ощущение, что он может отключиться. Он снова начал сомневаться во всём, чувствуя, как его грудь до боли сжалась.

«УИНТЕР ОТВЕТЬ МНЕ МАТЬ ТВОЮ ОТВЕТЬ МНЕ НЕМЕДЛЕННО! ОТВЕТЬ МНЕ...»

«Господи Иисусе, Ник. Какого хера?»

Её разум появился в его сознании, и Ник едва не заорал вслух.

Затем он постарался сохранить равновесие, не бухнуться коленями в снег.

«Я засыпала, собралась вздремнуть под фильм, — ворчала она на него. — Я съела абсурдное количество еды, которую ты заказал, ясно? Какого чёрта...»

«Прости, детка, — его разум силился контролировать себя, обуздать. — Прости. Ложная тревога. Засыпай обратно. Всё в порядке...»

Но теперь она уже взбодрилась.

Теперь она почувствовала в нём кое-что.

Она ощущала панику, от которой вибрировала кровная связь между ними, и Ник уловил, как на её конце связи тоже вспыхнула тревога, становящаяся всё более напряжённой по мере её пробуждения.

«Что происходит? — послала она резко. — Какого чёрта произошло, Ник?»

«Не беспокойся об этом, дорогая, — послал он в ответ. — Честно. Всё хорошо. Прости. Я очень сожалею, Уинтер. Я просто немного испугался...»

«Ник...»

«Правда. Всё нормально. Я объясню попозже. Мне просто очень нужно убедиться, что ты в порядке, и теперь я это знаю, — помедлив и ощутив её недовольство таким ответом, он повторил: — Я объясню всё позже. Я всё объясню, когда вернусь домой, дорогая. Клянусь...»

Его нога споткнулась обо что-то, выдернув его из разговора с Уинтер.

Его взгляд резко сосредоточился на окружении, и Ник осознал, что его всё ещё тащат назад, только теперь уже три пары рук. Осознав, что это Морли, Джордан и какой-то незнакомый ему патрульный вампир волокут его от тела на снегу, Ник нахмурился, стараясь вырваться.

— Подождите... — Ник продолжал нащупывать Уинтер через кровь. Вопреки тому, что он сказал ей мгновение назад, он ещё не был готов отпустить её присутствие. — Подождите. Просто подождите минутку, чёрт возьми...

Джордан и Морли продолжали тащить его назад.

Наконец, осознав, что он как минимум временно потерял контакт с Уинтер, Ник сосредоточил внимание на том, где находилось его физическое тело. Упёршись пятками, напрягая мышцы ног и рук, Ник посмотрел на всех них, поджимая губы в жёсткую линию.

— Подождите, мать вашу! — рявкнул он намного громче, заставив Морли вздрогнуть. — Я же говорю вам, погодите! Отпустите меня!

Должно быть, в этот раз он вложил в свой голос внушение.

Или же что-то в выражении его лица заставило их подчиниться.

Оба детектива отдела убийств отпустили его так, точно обожглись. Вампир-патрульный выпустил его последним, после того, как Ник бросил в его сторону смертоносный взгляд.

Судя по нервному взгляду парня, он, возможно, имел представление о том, кем был Ник.

То есть, он понимал, что Ник в теории может надрать ему задницу.

Как только все они отпустили его, Ник не стал ждать и направился вперёд, в сторону трупа на траве. Добравшись до неё (кем бы она ни была), он отодвинул в сторону двух криминалистов, которые снова начали работать над наполовину застывшим телом.

Ник присел на корточки рядом, когда они освободили для него место.

Криминалисты почти не обратили внимания, продолжая работать и проводя сканерами, кажется, над огнестрельным ранением в левой части её груди.

Один из криминалистов повторно глянул на Ника, похоже, запоздало сообразив, кто он такой. Тот же криминалист уставился на его лицо, затем повернулся к Морли и Джордану, задержавшись взглядом на патрульном вампире.

Судя по его лицу, он пытался понять, что происходит.

Ник вообще не заботился о том, в чём его проблема.

— Огнестрел? — спросил он, показывая на рану.

Мужчина подпрыгнул, затем посмотрел обратно на труп.

— Нет, — ответил он, качая головой. — Это причина смерти.

Ник нахмурился, собираясь спросить, что тот имел в виду, но тут он впервые уловил запах трупа.

— Иисусе, — пробормотал он. — Вампир.

Криминалист нервно кивнул.

— Естественно. Мы почти уверены, что её убили аллигатором... извлекателем, — спешно поправился он. — Нет необходимости использовать это на человеке. Как вы и сказали, они могли бы попросту пристрелить её, если бы она была человеком...

Он умолк, посмотрев на Ника, затем через плечо обернувшись на Морли и Джордана, которые всё ещё держались на безопасном расстоянии. Обведя их взглядом, Ник задался вопросом, каким, чёрт возьми, было его лицо, когда три копа оттаскивали его в сторону.

Что бы там ни было, должно быть, выглядело весьма дерьмово.

Решив игнорировать все пристальные взгляды, пока не успокоится, Ник присел на корточки перед телом женщины. Он пристально смотрел на одежду, на фигуру, словно какая-то часть его разума и крови всё ещё пыталась убедиться, что это не она.

Бл*дь, он же только что говорил с ней.

Он до сих пор ощущал её присутствие в своей крови.

Он знал, что это не она.

И всё же этот страх разносился эхом, заставляя каждую его клеточку вибрировать. Ник силился расслабиться, отбросить это назойливое сомнение, говорившее, что её голос был галлюцинацией, что он выдумал этот голос, чтобы справиться с реальностью.

Это всё чёртово лицо.

Оно так походило на её лицо. Оно выглядело таким настоящим, проклятье.

Если бы не очертания одежды и тела под ним...

«Ник? — голос Уинтер тихо раздался в его разуме. — Детка. Какого чёрта происходит?»

«Я расскажу тебе. Клянусь, расскажу. Просто позволь мне сначала сделать это. Мне надо сперва разделаться с этим...»

Наклонившись ближе и чувствуя, как его клыки удлиняются при взгляде на это лицо, Ник сделал второй, более глубокий вдох, принюхиваясь к крови и втягивая каждую деталь её запаха.

Даже после подтверждения криминалиста ему надо было убедиться наверняка.

Он должен быть уверен.

Впитав это всё и безмолвно замерев, он в третий раз выдохнул и вдохнул запах через нос. К тому моменту он готов был кричать от облегчения.

Возможно, он мог выдумать голос в своей голове, но он не мог вообразить вампирскую кровь в теле своей по-большей-части-видящей девушки.

Кровь неоспорима.

Кровь — это реальность.

И эта кровь пахла совершенно не так, как её кровь.

Ник почувствовав, как каждый мускул в его теле расслабился.

— Это не она, — его голос прозвучал низко, с угрозой и почти излишне агрессивным рычанием, вопреки его облегчению. — Это не она.

— Ник... — робко начал Джордан.

Ник поднял взгляд, заткнув ему рот тем, что Джордан увидел на его лице.

— Это не она, бл*дь, — в этот раз он зарычал громче — для Морли, для криминалистов, для стоявшего там вампира и всех остальных, кто мог их слушать. — Иисусе, Деймон. Я не схожу с ума. Это не отрицание и не какой-то отказ справиться с реальностью. Подведи сюда того вампира, если мне не веришь. Чёрт, да сам посмотри на неё, Деймон. Не на лицо... на всё остальное. Тело выше примерно на пять сантиметров. Телосложение совершенно не такое. Даже шея не такая...

Он жестом указал на её тело, чувствуя, что чем дольше он говорил, тем сильнее расслаблялся его разум.

Сделав ещё один глубокий вдох запаха от крови, собиравшейся в груди трупа, он понизил голос до хищного рычания.

— Не говоря уж о том... что она не той расы, бл*дь.

Ник глянул через плечо на Морли, хмурясь.

— Я только что ушёл от неё. Оставил её в моей квартире. Меньше часа назад. Вот только что я связался с ней... пока вы оттаскивали меня от трупа. Она всё ещё там. Она смотрела кино, бл*дь... я разбудил её после того, как она слопала чизбургер и два ведёрка куриных крылышек.

Только тогда Ник увидел, как лицо Морли расслабилось.

Нескрываемое облегчение на лице пожилого афроамериканца слегка шокировало Ника, и не только из-за глубины чувств, которые он там видел. Смотря на Морли, Ник осознал, как сильно старший детектив старался скрыть свои эмоции.

Предположительно он делал это для Ника.

— Они послали мне фото, — объяснил Морли, выдохнув с облегчением. — Пока вы, два придурка, спорили там о том, не надо ли Джорди завести девушку, — он показал большим пальцем на Деймона. — Я увидел лицо трупа и подумал...

— Я знаю, что вы подумали.

Голос Ника всё ещё звучал как рычание, но дело было в эхе той реакции, а не в настоящей злости. Честно говоря, ему хотелось обнять старшего детектива.

Само собой, он этого не сделал.

Заставив себя выдохнуть чисто по привычке, поскольку он не дышал, Ник провёл рукой по своим волосам, кивнул про себя и сосредоточился на трупе.

Глядя на неё теперь, он силился понять, как он сразу не увидел истину. Не считая лица, она вообще не походила на Уинтер. Как он и сказал Джордану, её телосложение было совершенно другим. Её кожа была слишком бледной, ладони и ступни слишком большими, мышцы слишком жилистыми и, ну, вампирскими.

Определённо вампирша.

Определённо не его девушка.

— Я бы сказал, что она мертва несколько часов, — произнёс Ник, хмуро глядя вниз. Сосредоточившись на ране в центре груди, которая прорвала тёмно-красный пиджак на трупе и рубашку под ней, он вспомнил, что сказал ему криминалист.

— Аллигатор. Так что, кто бы её ни убил, это не делалось импульсивно, — он помрачнел. — Вампира в принципе сложно убить, не подготовившись... если ты сам не вампир, но они бы не притащили с собой инструмент для извлечения.

Морли подошёл ближе.

Ник слышал, как бьются его с Джорданом сердца, и осознал, что оба всё ещё стараются сбросить шок от увиденного.

— Она действительно вампир? — робко спросил Джордан.

Ник кивнул.

— Определённо вампир.

Он плавно поднялся на ноги и посмотрел на своего друга.

Ник впервые осознал, что Джордан выронил кофе и до сих пор выглядел белым как простыня. Его кофе разлился по тонкому слою снега на траве Центрального парка, создав странное пятно застывавшей коричневой жидкости, из-за которого криминалисты теперь неодобрительно косились на Джордана.

Приходя в себя, Ник невольно почувствовал, что его тронула реакция его друзей, подумавших, что там лежит Уинтер.

Шагнув ближе к своему другу, он стиснул плечо Джордана, ободряюще сжимая его мышцы.

— Если тебе так не понравился миндаль, мог бы просто сказать мне, — заявил он с невозмутимой рожей.

Когда Джордан уставился на него тупым, непонимающим взглядом, Ник движением подбородка указал на разлитый кофе на застывшей траве.

Джордан всё так же пялился.

Затем он повернул голову и посмотрел на траву.

Увидев, на что смотрит Ника, он выдохнул, и этот выдох на двадцать процентов состоял из смеха и на восемьдесят процентов из напряжения.

— Господи Иисусе, ну ты и мудак... — взорвался он, пихнув Ника в грудь.

— Мне это уже говорили, — усмехнулся Ник.

Ник слышал и чувствовал, что его напарник постепенно расслабляется, его дыхание возвращается в норму. Ник выждал ещё несколько секунд, затем отбросил веселье. Серьёзно посмотрев на Джордана, он сам выдохнул.

— Бл*дь. Ты себе не представляешь, — пробормотал он. — Меня чуть инфаркт не хватил, хотя у меня сердце-то уже не работает.

Джордан фыркнул, чуть развеселившись.

Слыша облегчение своего друга, Ник похлопал его по спине.

Он снова сосредоточился на теле на траве, хмурясь.

Впервые с тех пор, как они пришли сюда, его мозг копа включился в работу.

Отойдя от трупа, Ник начал осматривать основные детали места преступления, игнорируя лужу кофе и ища то, что могло им что-то подсказать.

Он описал широкий круг, но мало что нашёл.

— По этому месту недавно проходило как минимум девять человек, — произнёс Ник отчитывающимся тоном, подходя обратно к Морли. — Я бы сказал, даже десять или одиннадцать, но я могу подтвердить лишь девятерых, учитывая временной промежуток.

Продолжая размышлять, он глянул на копа в униформе, затем на двух криминалистов в непосредственной близости к телу.

— Я имею в виду, не считая всех, кто находится здесь сейчас, — добавил Ник. — Вдобавок к людям и вампирам в нашей команде... как минимум, к тем, кого я знаю по запаху, и тем, кто здесь сейчас. Но я мог уловить патрульных, которые приезжали сюда, если они были людьми... и если я с ними не знаком.

— Были, — сказал Морли. — Патрульные — люди. Они первыми прибыли на место.

Ник кивнул, по-прежнему осматривая землю.

— Я мало что вижу по части следов обуви. Даже в снегу или грязи. Крови мало. Возможно, её убили в другом месте и бросили здесь.

Морли кивнул, мрачно поджимая губы.

Старший детектив, похоже, тоже включался в работу.

Заговорив в следующий раз, он казался почти нормальным.

— Могу я услышать что-либо об этом убийстве, пожалуйста? — сказал Морли, глянув на криминалистов-людей и чуть повысив голос. — Я только что получил сведения от нашего Миднайта. А у вас что, технари? Я надеюсь, что вы вытащили нас всех из постелей в этот безбожный час не только для того, чтобы заставить меня и Джорди сдерживать истерящего вампира... и не для того, чтобы наградить нас инфарктом от мысли, что убили нашего хорошего друга?

Ник хмыкнул.

И всё же от слов человека он ощутил ещё один прилив эмоций.

Он осознал, что его друзья ощущали интенсивное желание защитить его, и от этого ему хотелось защитить их в ответ. Он гадал, не связано ли это тоже с Уинтер, или это какой-то отходняк от шока.

«Конечно, вини меня, — сонно промямлила его девушка. — Может, ты просто большой добряк внутри, Ник. Может, ты просто любишь своих друзей».

Ник послал ей такую сильную волну любви и привязанности, что сам чуть не засмущался. Однако с её стороны он почувствовал лишь то, как она вздохнула и устроилась поуютнее. Он почти представлял, как она свернулась калачиком на его диване, наверняка смотря фильм ужасов, потому что вот такая она странная.

«Какого чёрта я вообще попёрся на работу?» — пробормотал Ник в её сознании.

«Я тебе говорила, что это ужасная идея, — напомнила она ему. — Я на сто процентов не была согласна с этим планом. И я говорила тебе об этом. Раз за разом. Пока ты не укусил меня, чтобы утихомирить. А потом заказал мне столько еды, что хватило бы на трёх человек. Наверное, надеялся, что я объемся, и меня сморит сон... а сам заскочил в душ... и ушёл. Как придурок».

Ник хмыкнул, переключая внимание, чтобы послушать Джордана.

— ...Что, бл*дь, сделали с её лицом? — говорил детектив.

Его тон сделался твёрже, пока он обходил труп. Он остановился, подобрал со снега свою кружку и теперь на ходу вытряхивал остатки кофе.

— Мы исходим из предположения, что на самом деле она так не выглядит, верно?

— Логичное предположение, — согласился Морли.

Его тон был сдержанным, но теперь он казался разозлённым.

— То есть, кто-то сделал это, — пробормотал Ник. — Кто-то сделал это намеренно.

Осознав, что это значит, Ник почувствовал, как его челюсти, грудь и плечи напряглись.

Впервые его реакция на тело перед ним вышла за пределы облегчения.

Его клыки удлинились, пока он продолжал смотреть вниз. Перед глазами всё подёрнулось красной дымкой. Те оберегающие инстинкты, уже распалённые тем, как его друзья защищали его, а также страхом за жизнь Уинтер, теперь полыхали в сто раз жарче.

Если Морли или Деймон заметили это, то никак не прокомментировали.

С другой стороны, в этот момент Ник видел на лицах своих друзей ярость.

Они оба выглядели разъярёнными.

Нику это показалось на удивление успокаивающим.

— О да, — сказал Морли, запоздало отвечая на слова Ника.

Его слова вторили гневу, который Ник видел в глазах старика.

— ...Кто-то определённо сделал это намеренно, — сказал он.

Глава 4. Меченая

Джордан помрачнел, отключая свою гарнитуру после разговора с центральной лабораторией полиции Нью-Йорка.

— Определённо вписывается в схему, — хмыкнул он, глянув на Морли, затем на Ника. — Ещё одно чёртово убийство вампира народными мстителями. Ну. Если не считать всего этого дерьма с подменой лица, — добавил он, показав в сторону трупа. — Это что-то новенькое.

— Как они определили связь, учитывая это? — спросил Морли. — Почему это то же самое?

Криминалисты уехали.

Они уже убрались восвояси через несколько минут после завершения сканирований.

Они сказали Морли, что их вызвали на другое место преступления.

Странно, но они уехали до того, как тело погрузили в мешок. Труп всё ещё лежал на тонком слою снега поверх травы, практически в той же позе, что и раньше. По словам Морли, за ним приедет отдельная команда.

— Джордан? — повторил старший детектив. — Откуда им известно, что это связано с другими случаями? Они сказали?

Джордан вздохнул, во второй раз показав на тело.

— Они получили совпадение по ДНК. Они также сказали, что тип аллигатора и то, как его использовали... что-то там про расстояние между зубцами и глубину ран... всё это указывает на одну и ту же группу чудиков.

— Совпадение ДНК? — Ник нахмурился, до сих пор подавляя гнев. — С кем совпадение-то?

Джордан поднял голову, встретив его взгляд своими усовершенствованными радужками.

— У них нет имени. Кто бы это ни был, видимо, регистрации нет. Но есть совпадение с одним из мест преступлений... с первым. Снаружи музея естественной истории.

Ник нахмурился.

Морли нахмурился вместе с ним, глотнув своего искусственного кофе.

— ДНК принадлежало человеку? Или...

— Человеку, — подтвердил Джордан, один раз кивнув. — Криминалисты практически уверены, что убийцы — люди. Все без исключения, насколько они могут сказать.

Ник кивнул, уставившись на деревья, которые кольцом окружали небольшую полянку в парке, по-прежнему высматривая на месте что-то, что могло им помочь.

— Судя по тому, что я вижу здесь, я согласен, — сказал он, всё ещё изучая несколько следов ног в траве. — И кто бы это ни был, их было много. Это не какой-то сценарий с одиноким волком. И даже не спонтанное убийство группой. Это умышленное групповое убийство... банда киллеров. Может, какая-то преступная группировка. У них на обуви были сглаживатели подошв. Анти-ДНК перчатки. Аллигатор. Это определённо может быть политическим...

— Или чёртовым ритуалом культа, — буркнул Джордан себе под нос.

Ник глянул на него.

Он вовсе не спорил.

— То есть, для галочки, мы пришли к согласию, что это наверняка что-то политическое... или религиозное. Или демагогия, — Морли отпил глоток из своей трансформирующейся кружки, глядя на припорошённую снегом траву. — И наверняка нечто расовое. Против вампиров.

Ник посмотрел на него.

Тут он тоже не спорил.

С другой стороны, они знали, кто и что это такое.

Они прекрасно понимали, кто за этим стоит.

Морли произнёс эти слова вслух чисто для официальной транскрипции, которая записывалась его гарнитурой и прикладывалась к отчёту.

Слегка нахмурившись, Ник обошёл Джордана, чтобы приблизиться к телу.

Найдя местечко между лёгкими следами обуви, которые он видел вампирским зрением, он опустил свой вес и сгорбился, чтобы посмотреть поближе, поскольку его разум уже оправился. Он знал, что наверняка не стоит переживать из-за следов ног. Всё уже задокументировано, в том числе и следы, оставленные командой полицейских.

И всё же он не рисковал.

Он хотел поймать этих убивающих мудаков.

Склонив голову, Ник посмотрел на лицо трупа.

Его всё ещё чертовски нервировало то, как сильно она походила на Уинтер. Кто бы это ни сделал, они определённо передали её физический облик — лицо, волосы, даже глаза. Они правильно воссоздали каждую деталь, все черты казались почти идентичными.

Заставив себя отвести глаза от молочного омертвевшего взгляда, он прочистил горло.

— Относительно молодая, — сказал Ник старательно нейтральным тоном, щурясь и присматриваясь к телу. — Я бы сказал, что она не застала войну.

— Думаешь, команда криминалистов права относительно причины смерти? — спросил Морли. — Аллигатор?

Ник поморщился.

— Определённо выглядит как аллигатор, — он глянул на Джордана. — Они сказали ещё что-то? Есть основания полагать, что это было нечто другое?

Джордан нахмурился, слегка уклончиво пожав плечом.

— Возможно. Маловероятно, но они кое-что уловили на сканированиях.

— Возможно что? — уточнил Ник, хмурясь.

Вздохнув, Джордан наклонился, показав пальцем на горло мёртвой вампирши и прочертив линию в воздухе над ярким сине-алым шарфом, который прикрывал призрачно-бледную кожу её шеи.

— Сканеры уловили что-то здесь, — сказал Джордан, бросая на Ника очередной мрачный взгляд. — Это было слабым, и они хотели изучить тело, прежде чем подтверждать что-то. Они сказали, что это могут быть просто синяки... словно её душили. Но возможно, дело не в этом.

Ник нахмурился.

— Возможно, дело не в этом? Что это значит?

— Это могла быть операция, — ответил тот, слегка вздрогнув от выражения на лице Ника. — Какая-то высокотехнологическая операция, где они сплавили или нарастили кожу...

— Хочешь сказать, они убрали голову и пришили новую, — произнёс Морли с явными нотками отвращения в голосе. — Вот что ты пытаешься сказать? И поэтому они не уверены в причине смерти?

Воцарилось молчание.

Затем Джордан пожал плечами, подняв руки.

— Видимо, к этому они и ведут. В основном я слышал их споры по поводу того, было ли это способом воссоздать внешность Уинтер. И они также говорили о других повреждениях... что случилось до смерти, а что уже после её убийства.

Видя, что Морли и Ник уставились на него, Джордан снова поморщился.

— Они думают, что её наверняка пытали, — признался он. — Парень, с которым я говорил, постоянно твердил, что всё это предварительно, и им надо изучить тело, чтоб подтвердить это... и у них ещё много вопросов из-за количества найденных повреждений, не говоря уж о перемене лиц.

Чувствуя тошноту, Ник кивнул, снова посмотрев на женщину-вампира.

Он почти не хотел знать, какими были последние несколько часов её жизни.

— Какие пытки? — спросил он старательно нейтральным тоном. — Они сказали тебе что-то конкретное? Её допрашивали? Или просто развлекались?

— О, — произнёс Джордан. — Точно. Умники из лаборатории не рискнули предположить мотив или цель, которую преследовали убийцы, но судя по их словам, я не думаю, что это был чисто допрос. Они нашли свидетельства того, что это продолжалось некоторое время... видимо, какие-то травмы начали заживать или находились на какой-то стадии заживления, когда на них наложились новые повреждения. Они также почти уверены, что её изнасиловали...

Ник вздрогнул.

Джордан посмотрел на Морли, затем обратно на Ника.

— ...Есть и другие вещи, которые сходятся с версией допроса, — добавил Джордан. — Выдирание ногтей на руках и ногах. Порезы. Сломанные пальцы. Всё такое.

Джордан показал на синяки в верхней части груди вампирши, которые почти скрывались белой рубашкой с воротником и кроваво-красным пиджаком.

— ...Они нашли сломанные кости на разных стадиях заживления. Её пинали. Били кулаками. Они говорят, многое случилось, когда она уже лежала на земле. Определённо до использования аллигатора.

Джордан бросил на Ника очередной мрачный взгляд.

— Вы, вампиры, быстро исцеляетесь, так что я всё равно не знаю, удерживали ли они её дольше двадцати четырех часов... или даже двенадцати. Самое странное — это то, что случилось с её шеей. И они не знают, много ли на это потребовалось времени, или же это какая-то экспериментальная технология, с которой они не знакомы. Они сказали, высока вероятность, что это вообще не её голова, а чужая... и ДНК ещё анализируется, поскольку машинам сложнее читать вампирское ДНК по сравнению с человеческим. Они говорят, что смогут сообщить с уверенностью в следующие несколько часов.

Ник кивнул, вновь ощущая тошноту.

Это чёртово лицо не помогало.

— Наркотики? — уточнил он, прочищая горло. — Других ведь накачивали наркотиками, так? Тем армейским транквилизатором для вампиров?

— Чёрт. Точно. Дай мне секундочку. Я забыл спросить про это, — Джордан поднялся на ноги и прикоснулся к гарнитуре в ухе. — У них, наверное, уже есть результаты анализа на токсины.

Молодой детектив отошёл на несколько шагов, заговорив в гарнитуру, а Ник снова посмотрел на труп на траве.

Что-то его беспокоило.

То есть, помимо лица.

Вопреки всему, что только что сообщил Джордан.

Пахло как-то неправильно.

Теперь, когда он сумел уловить больше нюансов, что-то в запахе было не так.

Затем он сообразил, в чём дело.

— У неё ожог, — сказал Ник, нахмурившись. — Я чую ожог.

— Что за ожог? — Морли шагнул ближе.

Ник покачал головой.

— Понятия не имею. Я ничего не вижу. Только чую, — он осмотрел тело, принюхиваясь, затем сосредоточился на животе. — Предположу, что это на передней части тела. Может, внизу живота.

Морли нахмурился, и Ник его понимал.

Он посмотрел мимо Морли на Джордана.

— Спроси, нет ли у неё ожогов, — сказал он, повысив голос.

Джордан поймал его взгляд и кивнул. Он повернулся спиной к ним обоим, шевеля губами и снова общаясь то ли с Гертрудой, ИИ полиции Нью-Йорка, то ли с криминалистом.

Кто бы там ни был, разговор продлился недолго.

Ник всё ещё присматривался к трупу, замечая сломанные ногти, синяки на ногах под классической юбкой, когда Джордан подошёл обратно, неохотно шагая по застывшей грязи.

— Они ранее упоминали ожог, — сказал молодой детектив виноватым тоном. — Я забыл сказать об этом после первого разговора с ними. Несколько наружных сканирований уловили след. Парень, с которым я только что говорил... Риггс? Он сказал, что машина ещё не закончила компоновать данные, но он посчитал, что это наверняка клеймо.

— Клеймо, — пробормотал Ник, глядя на жертву. — Всё сходится.

Морли хмыкнул, показывая пальцем и кружкой с кофе в сторону Ника.

— Миднайту не нужен сканер. Он это чует. Возможно, это больше, чем я хотел знать об его супер-вампирских органах чувств.

Джордан хмыкнул, затем они с Ником переглянулись.

Они оба понимали, что Морли подшучивает над Ником.

Не говоря уж о том, что Морли двадцать с лишним лет жил с женщиной-вампиром, они были практически мужем и женой. Но Ник не хотел напоминать об этом, поскольку жена Морли тоже была убита, совсем недавно. Её даже убили те же самые люди, пусть и не таким же способом.

Неудивительно, что старик выглядел бледным.

Прежде чем Ник подобрал слова, Джордан заговорил.

— О... и её определённо накачали наркотиками, — сказал он, глянув на Ника, потом на Морли. — Они сейчас работают над этим в лаборатории, но похоже, это то же самое вещество, которое использовали на других. Армейского образца. Определённо не то, что можно легально достать на улицах.

Джордан нахмурился, окинув взглядом тело.

— Они подали запрос в Ч.Р.У.. Шеф одобрил, — добавил он, бросив на Морли извиняющийся взгляд. — Они надеются, что мудаки из Человеческого Расового Управления действительно скажут нам что-то теперь, когда вырисовывается схема. Шеф хочет точно узнать вид наркотика. Думаю, он надеется выследить их через дистрибьюторов.

Джордан посмотрел на них обоих, хмуро положив руки на бёдра.

Он не высказывал своего мнения, но Ник поймал себя на мысли, что взгляды Морли в отношении того, чем Ч.Р.У. может поделиться с ними, были чуточку циничнее.

— Парень, с которым я говорил, похоже, думает, что теперь Ч.Р.У. захочет вмешаться, — добавил Джордан. — Расовым властям тоже не разрешается использовать вампирские транквилизаторы. Очевидно, что у кого-то имеются солидные запасы этого вещества, учитывая то, в скольких делах оно фигурировало.

Когда ни Морли, ни Ник ничего не сказали, Джордан пожал плечами, поднимая руки.

— Если выяснится, что наркотик заграничного происхождения, шеф, возможно, не сумеет от них отбрехаться. Скорее всего, это уже привлекло внимание по части законов об органических технологиях... особенно тех, что касаются биологического оружия. Если выяснится, что убийцы сами такое изготавливают, Ч.Р.У. определённо захочет участвовать в деле. Чертовски сложно будет доказать, что у них нет юрисдикции. Такие дела — это по факту причина, по которой они были созданы.

Морли посмотрел на Джордана, поджав губы.

— Почему, во имя всего святого, криминалисты не сообщили это всё нам? — сказал он. — Это не только даёт гарантированную связь с другими делами, но и явно влияет на юрисдикцию. Мы неделями просили их отнести это к политическим преступлениям, чёрт возьми.

Джордан бросил на Морли мрачный взгляд.

— Я тоже задал им этот вопрос, — признался он. — Криминалист, с которым я говорил, утверждает, что они завалены по уши. Парень извинился... сказал, что у них наготове команда, которая изучит это тело, как только его доставят в лабораторию, но в данный момент у них не хватает рук. Практически все работают на местах. Они послали ещё один отряд, специализирующийся на убийствах, для осмотра нового тела. Они даже вызвали ещё одного Миднайта. То есть, сегодня работают уже четверо.

Джордан глянул на Ника, поколебался, затем посмотрел на Морли.

— Возможно, это новое тоже прилетит в наш адрес, — добавил он. — Парень предупредил меня, что это ещё один вампир. Похоже, тот же почерк, но они ещё не сделали анализ на токсины. Он говорит, что сканы указывают на очередное применение аллигатора. Есть также улики, указывающие на причастность к убийству нескольких подозреваемых — их как минимум пять.

Ник стиснул зубы.

Они определённо наращивают обороты.

Он всё ещё смотрел на труп, когда Джордан прочистил горло.

— Думаю, криминалисты полиции беспокоятся, что М.Р.Д. заберёт и это тело тоже, — добавил он. — Парень, с которым я говорил, не сказал этого прямым текстом, но вполне явно намекнул. Фразы вроде «при условии, что это мы будем делать полное вскрытие» и «при условии, что тело привезут к нам». Думаю, он пытался предупредить меня, что М.Р.Д. может надавить на полномочия и заняться сбором улик по всему делу.

Ник нахмурился.

Ему очень хотелось прокомментировать часть про М.Р.Д., но он не осмелился сделать это здесь.

Только не тогда, когда полицейские беспилотники кружили над местом преступления и записывали аудио.

Глянув на Морли, затем на Джордана, он помрачнел ещё сильнее.

Он посмотрел на тело, на лицо его девушки, которое не принадлежало его девушке.

— Что насчёт лица? — спросил он. — На втором теле.

Когда Джордан не ответил, Ник посмотрел на него. Он видел, как человек-детектив избегает его взгляда, переступая с ноги на ногу.

— Лицо, Джордан. На втором теле. Это её лицо?

— Её, — Джордан выдохнул, покосившись на Морли, потом на Ника. — Чертовски странно, приятель. Это её лицо... но на сей раз на теле мужчины-вампира.

Ник помрачнел, глядя на мёртвую женщину.

Он сосредоточился на лице.

На лице Уинтер.

Он глянул на Морли.

— Можно послать команду в моё здание? Дополнительную охрану?

— Уже вызвал, — сказал Морли.

Ник почувствовал, как его плечи слегка расслабились.

Он снова посмотрел на тело, и губы хмуро поджались.

— Думаю, нам стоит посмотреть на её шею. И на ожог... клеймо. Что бы там ни было, бл*дь. Эти придурки явно пытаются послать нам сообщение. И Джорди прав. М.Р.Д. наверняка заберёт тело вместе с результатами сканирования. Меньшее, что мы можем сделать — задокументировать это.

Морли поджал губы от этой мысли.

Мгновение спустя он кивнул Нику.

— Ладно, — в его тёмных глазах проступило жёсткое выражение. — Я сейчас зарегистрирую это у Гертруды. Пусть беспилотники записывают. Тогда если у криминалистов возникнут проблемы, они будут знать, что мы сделали.

Ник кивнул в знак подтверждения.

Он посмотрел на тело.

Через несколько секунд он услышал над головой тихое гудение. Он заметил проблеск металла, когда беспилотник закружил над местом преступления, наверняка записывая каждое произнесённое ими слово.

Когда он глянул на Морли, старший детектив кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Сделай это.

Кивнув, Ник сосредоточился на трупе.

Команда криминалистов оставила её лежать в странной позе — почти на боку, одна рука под телом, и так большая часть её лица была видна. Бегло осмотрев слои одежды и странное положение, он решил, что проще всего будет перекатить её на спину, а потом просто срезать одежду, не пытаясь её раздеть.

И ещё ему не хотелось прикасаться к её лицу.

Женщина-вампир была одета в то, что осталось от делового костюма, но при этом её частично раздели: ни пальто, ни чулок или колготок, ни туфель или носков, ни гарнитуры, ни браслета, часов или каких-то украшений. Ник предположил, что пропавшие предметы наверняка были сняты посмертно или во время пыток.

Они наверняка украли гарнитуру и всё, что имело какую-то ценность.

Эти ребята вовсе не казались Нику особенно сообразительными.

Однако им определённо помогал кто-то мозговитый.

Лицо Уинтер, почему-то появившееся на мёртвых вампирах, это доказывало.

Опять-таки, его приоритетом не было выяснить, являлись ли эти придурки-убийцы ещё и ворами по возможности.

Он глянул на Джордана.

— Поможешь мне перевернуть её на спину?

Поколебавшись на долю секунды, Джордан кивнул и присел рядом. Ник взялся за другой её бок, и они вместе перевернули её, держась руками в перчатках за её бедро и плечо, которые не были придавлены остальным телом.

Слегка приподняв, они уложили её на спину, не поцарапав ничего, и теперь эти мутные глаза невидящим взором смотрели на купол Нью-Йорка.

— Зачем они создают снегопад? — пробормотал Джордан, посмотрев вверх, словно проследил за взглядом трупа. — Я никогда этого не понимал. Делают времена года. Делают снегопады и грозы. Почему у нас не может быть просто хорошая погода каждый день?

— Она хорошая, — хмыкнул Ник. — Ты получаешь миленькую версию погоды, Деймон... поверь мне. Ты не получаешь метелей и пронизывающего ветра, и той холодной сырости, которая пробирает до костей. Ты получаешь хорошенький сухой снежок и драматичные грозы, за которыми следует весеннее солнышко, голубое небо и благоухающие цветочки.

Пожав плечами, он добавил:

— Что касается причин, подозреваю, они делают это потому, что иначе люди бы ныли, что вечно всё одно и то же, и они скучают по временам года. Я постоянно слышал это дерьмо до куполов. Вам, людям, просто невозможно угодить.

— Конечно, старикан. Конечно.

Ник не потрудился ответить, только тихонько хмыкнул.

Его глаза не отрывались от лица женщины-вампира.

Почему-то этот ярко-алый шарф казался почти непристойным, когда она лежала лицом вверх. Сам шарф теперь ещё сильнее казался не сочетающимся с остальной её одеждой.

Запустив руку в задний карман под пальто, Ник достал небольшой складной органический нож, который носил при себе, сколько себя помнил. Нажав на углубление сбоку, он позволил самозатачивающемуся металлу выйти из квадратного корпуса и наклонился поближе.

Он аккуратно срезал шарф, оттянув ткань от шеи и положив на траву.

Сделав это, он посмотрел вниз вместе с Джорданом и Морли.

— Ты что-нибудь видишь? — спросил Джордан.

Ник покачал головой.

— Нет.

Белое горло казалось лишённым всяких отметин.

— Теперь остальное, — сказал Морли, показывая на её одежду. — Поспеши. У нас мало времени. Они скоро приедут, чтобы забрать тело.

Кивнув, Ник склонился ближе к женщине-вампиру. Своим ножом он разрезал её рубашку спереди, начиная от шеи и рассекая ткань в направлении её талии, где заканчивалась рубашка и начинался верх юбки.

Нож был острым; всё заняло у него несколько секунд.

Закончив, Ник убрал лезвие и засунул его обратно в карман. Взявшись за края шёлковой блузки-рубашки, он распахнул их, обнажая молочно-белую кожу под зимним воздухом купола.

Его взгляд бесстрастно осматривал её стройное туловище.

Небольшая грудь, белая вампирская кожа, мускулистый живот, узкая талия.

Его глаза задерживались на каждой отметине, видневшейся на её теле.

А их было много. Дольше всего Ник задержался на зазубренных красных линиях вокруг места, где находилось её физическое сердце.

Прежде чем Ник закончил распахивать рубашку и пиджак, Джордан снова заговорил.

— Эй, приятель, — сказал он, глядя поверх плеча Ника. — ...Мы будем это обсуждать? МоРДы и так донимают нас каждый раз, когда мы находим эти трупы. Не говоря уж о том, что они при каждой возможности отбирают у нас улики. Ты же знаешь, что если Ч.Р.У. влезут в это, они наверняка полностью отстранят нас...

Ник хмыкнул, покосившись на Джордана из-за использования вампирского сленга.

— Ты действительно только что назвал совет Меж-Расовой Дружбы МоРДами, Деймон?

— Отсоси мне, Танака. Мы будем это обсуждать? Или нет?

Ник лишь нахмурился.

Опустившись на пятки, он посмотрел на труп.

Кроваво-красный пиджак вампирши теперь был полностью распахнут, и выглядел почти как крылья на худых руках женщины. Что-то в цвете пиджака и полуобнажённом состоянии тела делало эту позу почти непристойной. Под пиджаком белая рубашка тоже оставалась распахнутой, запачканной тёмно-красной вампирской кровью, и липла к коже возле следа от аллигатора и ниже, у солнечного сплетения, талии и живота.

Что-то в вампире всё равно указывало Нику на борьбу. Ник полагал, что она боролась до самого конца, даже будучи обездвиженной и накачанной наркотиками... по крайней мере, пока препарат не подействовал по-настоящему, и тогда она уже не могла сопротивляться.

Он смотрел на её напряжённое лицо, на широко распахнутые глаза.

Глаза Уинтер.

Он заметил удлинившиеся клыки, которые теперь мог видеть под идеальными губами.

Затем он посмотрел ниже по телу, ища ту обожжённую плоть, которую он почуял.

Зазубренная зияющая дыра на левой стороне обнажённой груди вампирши, показывавшая белую как мел кожу и свернувшуюся кровь (не говоря уж об изувеченной плоти и кусочках кости) по-прежнему сильнее всего привлекала его взгляд.

Ник не знал, что ещё может нанести такую травму, помимо аллигатора. Он не знал, почему они утруждались и сделали это после обезглавливания, и это навело его на мысль, что лица поменяли уже после смерти.

Значит, кто бы её ни убил, они сделали это уродливым способом, с помощью ИИ-инструмента извлечения вырвав её сердце из груди, пока она ещё была жива.

Эти извлекатели изначально принадлежали М.Р.Д. и их головной организации, Человеческому Расовому Управлению или Ч.Р.У., которое управлялось Интеребом или «Поводком». Должным образом сделанный и запрограммированный Аллигатор, размещённый примерно возле груди вампира, за секунды нацеливался и вырывал сердце.

В начале этим инструментом орудовало лишь правительство, даже во время войн.

Теперь каждый чёрный рынок мира предлагал свою версию этих чёртовых штук вдобавок к тем версиям, что производились расовыми властями.

Любой придурок, у которого хватало кредитов, мог купить такое.

Ник невольно поморщился, глядя на урон, нанесённый этой штукой.

Джордан подвинулся ближе.

— Это то, о чём я думаю?

Ник поднял взгляд, собираясь отпустить саркастичную реплику, но потом понял, что Джордан смотрел вовсе не на зияющую дыру в груди вампира.

Он смотрел ниже.

Ник проследил за взглядом своего друга.

Он увидел край тёмно-красной и чёрной отметины, выглядывавшей из-под верха её юбки. В третий раз вытащив нож, Ник взялся за перед её юбки и приподнял ткань от тела, чтобы разрезать и её тоже.

Сделав это, он поморщился.

Кожа там была не просто обожжённой — она обуглилась.

Выглядело всё так, будто кто-то держал там клеймо до тех пор, пока кожа вампа почти не загорелась.

Ник уставился на эту отметину и чувствовал, как его одолевает тошнотворный гнев. Он ненавидел огонь, и вовсе не из-за того, что был вампиром.

Может, он и не помнил всё своё прошлое, но он помнил, как его обратили. Он помнил, как застрял на том дереве, пока всё вокруг горело.

Он помнил, как Брик появился из ниоткуда и забрал его.

Вытолкнув из головы воспоминания о том, что случилось после, Ник рефлекторно сглотнул, хотя он уже не был человеком, и желчь уже не подступала к его горлу.

Он сосредоточился на мёртвой вампирше, уставившись на странный символ на её поразительно белой коже.

Кто бы ни сделал это, они реально ненавидели вампиров.

Они ненавидели их очень сильно.

— Ага, — запоздало сказал Ник Джордану, и его тон был мрачным. — Это именно то, о чём ты думаешь.

Глава 5. Послание

Ник переключился на свою гарнитуру, сначала фотографируя, потом снимая на видео обугленное клеймо на коже жертвы вместе с остальными порезами и синяками, другими местами, где они жгли её — наверное, просто для того, чтобы послушать её крики.

Морли нахмурился, жестикулируя своей уродливой походной кружкой.

— У нас всё ещё нет ответа, что это значит, так? — сказал Морли, показывая на выжженный символ на груди жертвы и отпивая ещё один глоток кофе.

Слегка заскрежетав зубами, Ник покачал головой.

— Нет, — прямо сказал он. — Мы думали, что знаем, но в первых нескольких версиях, которые мы отсканировали, были неверные мазки кистью. В основном их делали дети в школе Келлерман, пытавшиеся копировать видео Дмитрия Йи и другое дерьмо, которое они нашли в сети.

Помедлив, он пожал плечами.

— Возможно, со временем они изменили символ... или дети просто нарисовали его неправильно. Не так скопировали с сети, или попали на поддельный сайт, где не было настоящей версии.

Ник почти чувствовал, как Джордан и Морли переглянулись.

— Так как обстоят дела с этим? — спросил Джордан. — Кто-то до сих пор занимается этим? Символизмом? Или всё это теперь в юрисдикции М.Р.Д.?

— Формально, наверное, так и есть, — сказал Ник, бросив на Морли взгляд искоса, отчасти напоминая, что их записывают, причём представители разных групп. — Мне говорили, что сторонние консультанты полиции Нью-Йорка этим занимаются... в том числе и в Келлермане, — помедлив, он небрежно добавил. — У «Архангела» есть группа учёных-академиков, исследующих всё, что касается Дмитрия Йи. Они пытаются лучше изучить их философию.

Последовало молчание.

Затем Джордан, похоже, потерял терпение.

— Мы будем обсуждать это, чувак? — потребовал молодой детектив. — Я имею в виду... сколько уже? Десять мёртвых вампиров? Одиннадцать? Это не считая того, на которого мы ещё не посмотрели. Все зарегистрированы в М.Р.Д.. Все профессионалы. Чессборд, Супернова, Галилео... как минимум два Серпента, — добавил он, используя вампирские кодовые фамилии, описывавшие их род занятий — эквивалент фамилии «Миднайт» у Ника.

Ник не стал подчёркивать, что большинству вампов не нравится такое обращение, и они предпочитали «исследователь-теоретик», «оборонный подрядчик», «учёный» и «доктор», как и любой человек, который работал в данной сфере.

— ...И теперь они делают им внешность как у мисс Джеймс? — продолжал Джордан, не замечая гримасы Ника. — В данный момент мы уже миновали отметку «серийный убийца»…

— Деймон, — произнёс Морли с лёгким предостережением.

Когда Джордан умолк, Морли многозначительно посмотрел на полицейский беспилотник, затем обратно на молодого детектива.

Ник увидел, как на лице Джордана отразилось понимание.

Его тёмные глаза, усовершенствованные имплантатами, сверкнули бледно-голубым кольцом вокруг естественных радужек, а потом Джордан глянул на Ника.

Покосившись на Морли, затем обратно на Джордана, Ник заговорил небрежным тоном.

— Мы всего лишь пешки, Деймон, — сказал он, пожав плечами. — Чёрт, я сам вампир. У меня же есть доступ к информации только на уровне Миднайта... помнишь? И Морли уже сказал, что он занимается этим. Нам остаётся лишь надеяться, что М.Р.Д. будет играть по-хорошему и поделится находками.

Воцарилось молчание.

Затем и Джордан, и Ник повернули головы, уставившись на своего босса, Джеймса Морли.

Пожилой мужчина с коротко стриженными курчавыми волосами с проседью мрачно посмотрел на них обоих.

Опустив свою кошмарную мигающую кружку Янкиз, он поджал губы.

— Чего вы на меня уставились, засранцы? — хмыкнул он. — М.Р.Д. не играет по-хорошему. Мы здесь для того, чтобы сделать зачистку на месте, и всё. Если они посчитают, что это совпадает с почерком других убийств, они заберут все наши данные, даже не спросив, как у нас дела, и скажут отправляться на зачистку следующего места. Пока что они не говорят нам прекратить расследование, но они и нихера не сообщают нам. Поверьте мне, я спрашивал. Я спрашиваю шефа каждый раз, когда появляется новый труп... даже по нескольку раз... с той самой ночи. Если Ч.Р.У. решит забрать себе это всё, то мы можем считать себя везунчиками, если нам хоть разрешат положить тело в мешок для трупов перед тем, как они его увезут.

Ник не ответил.

Он знал, что Морли прав.

Он также знал, какую ночь Морли имел в виду.

Он имел в виду ночь в музее естественной истории, когда разумная машина едва не убила всех вампиров, работавших на полицию Нью-Йорка.

Включая Ника.

Может, Ника в особенности.

Межрасовые регулирующие учреждения, возглавляемые Человеческим Расовым Управлением, или Ч.Р.У., буквально на следующий день забрали юрисдикцию над расследованием тех событий.

По той же причине полиция Нью-Йорка не могла связать эти новые смерти с событиями той ночи, по крайней мере, официально. Решение оставалось за Ч.Р.У., и как только они сделают это, полиция Нью-Йорка, скорее всего, в тот же день перестанет работать над делом. Поскольку М.Р.Д. формально являлись локальным органом и занимались лишь тем, что осталось от Соединённых Штатов, считалось, что они пока что «консультируют» полицию Нью-Йорка. Но в конечном счёте М.Р.Д. отчитывались перед Ч.Р.У., и только Ч.Р.У. разбиралось с угрозами целой расе.

Поскольку группы Дмитрия Йи действовали в Европе, Африке, Азии, Южной Америке и на Ближнем Востоке вдобавок к тому, что осталось от Канады и Соединённых Штатов, вполне логично, что Ч.Р.У. этим занялось.

Честно говоря, Ник удивился, что они ещё не забрали себе официальное расследование.

В то же время его раздражало, что его оттесняли на обочину, особенно учитывая то, что люди Йи очень даже знали о Нике.

Он собирался сказать что-то об этом, но тут Джордан вновь заговорил.

В этот раз его голос был тихим, почти шепчущим.

— Мы серьёзно не будем говорить об этом? — почему-то тихим голосом Джордан умудрялся говорить ещё злее. — О том, что это, бл*дь, такое?

Ник наградил его бесстрастным взглядом.

— Ты знаешь, что это такое.

— Конечно. Ладно. Но какого хера это значит? В чём посыл? Потому что теперь всё кажется довольно личным. Не просто какой-то случайный народный мститель. И даже не просто злость из-за того, что мы забрали лидера их любимого культа...

— … или дружелюбный привет местному Миднайту, — пробормотал Ник.

Джордан покосился на него.

Он показал вниз на мёртвого вампира и символ, выжженный на теле.

— Что это за извращённое послание? — раздумывая, он отпил глоток кофе и помрачнел, опуская кружку. — Что? Отдайте нам лидера нашего культа, иначе мы убьём ещё одного вампира? Или, может, твою девушку?

Воцарилось молчание.

Ник почувствовал, как его челюсти сжимаются.

Затем он пожал плечами, глядя на символ на животе вампира.

— Может, они думают, что раньше нам не хватало мотивации, — сказал он лёгким тоном, награждая предупреждающим взглядом Джордана, затем Морли. — Очевидно, что просто убийства и пытки вампиров не приносят того результата, которого они добиваются.

Подумав над этим, Ник добавил:

— Конечно, убийства вампиров на данный момент — это уже повторяющаяся и не оригинальная деталь. Они и так предельно ясно дали понять, что хотят убить всех нас.

Воцарилось очередное молчание.

Оно казалось более тяжёлым.

Нахмурившись и осознав кое-что ещё, Ник посмотрел на Морли.

— Есть вероятность, что они убивают и людей тоже? Или пока находили только вампиров с этим символом?

Морли бросил на него взгляд искоса и слегка поджал губы.

Затем он хмыкнул, качая головой.

— Ты действительно задаёшь мне этот вопрос, Миднайт? — сухо поинтересовался он. — Ты действительно притворишься, будто М.Р.Д. могло намекнуть мне на то, что группа расистов убивает людей? — Морли посмотрел вверх, увидел полицейский беспилотник в нескольких сотнях футов от них и понизил свой голос до бормотания. — Ты прекрасно знаешь, что это мы с Джорди должны задавать тебе такие вопросы. Или ты посмотришь мне в глаза и притворишься, будто ты не ведёшь собственное расследование этой хрени? Ты и та леди Сен-Мартен, девушка с розовыми волосами, твой приятель-художник... не говоря уж о твоей женщине?

Последовало молчание.

Беспилотник подлетел ближе, и Джордан с Морли оба помрачнели.

Ник глянул на них, затем покосился на беспилотник.

Выдохнув отчасти для того, чтобы нарушить тишину, Ник плавно поднялся на ноги, поджимая губы и бросая взгляд на каждого из них.

— Думаю, мы здесь закончили, — объявил он. — Если мы ещё больше повозимся с телом, то криминалисты будут орать как резаные, — он указал подбородком в сторону дороги, сохраняя небрежный тон. — Моя очередь покупать завтрак? Почему бы нам не попробовать то предложение «два по цене одного», о котором твердит кружка Джорди?

Последовало очередное молчание, затем Морли выдохнул.

— Ага, — сказал он решительно. — Ага. Думаю, Джорди прав.

Он глянул на Ника, приподняв тёмную бровь.

— ...Ты реально скупой ублюдок.

Молчание вернулось.

Затем Ник хрюкнул, а Джордан заржал в голос. Ник собирался парировать подкол, но тут услышал хруст снега под чьими-то шагами и повернулся.

Три человека шли к ним по дорожке, толкая парящую каталку с полуорганическим мешком для трупов сверху. Одетые в тёмно-синие униформы с эмблемами М.Р.Д. на рукавах и фуражки, они почти не взглянули на Ника и детективов, пока подходили к телу на снегу.

Ник, Джордан и Морли сделали шаг назад, уступая им дорогу, когда эти трое глянули на полураздетую женщину на снегу, затем сердито посмотрели на них троих.

— Кто дал вам разрешение прикасаться к этому? — спросил криминалист, присевший впереди на снегу, сердито глядя на Джордана, потом на Морли и полностью игнорируя Ника.

Ник не шевелился и не издавал ни звука.

Парень довольно ясно дал понять, что не желает выслушивать вампира.

Джордан посмотрел на Морли, а Морли посмотрел на Джордана.

Затем Морли хмыкнул, нажав на кнопку на своей походной изменяющейся кружке, чтобы та сжалась до размеров четвертака, пусть и чуточку более толстого в середине.

— Вы меня слышали? — рявкнул криминалист. — Кто дал вам разрешение прикасаться к телу?

— Мамка твоя, — сказал Морли. — Вот кто.

Джордан расхохотался в голос.

Ник скрыл свою улыбку, сделав каменное лицо, когда криминалист М.Р.Д. сердито посмотрел на него.

Но Морли уже шагал прочь.

Ник повернулся, чтобы последовать за ним и Джорданом, который тоже уходил.

Он лишь один раз обернулся через плечо, наблюдая, как молодчики из М.Р.Д. грузят тело в мешок и начинают застёгивать прозрачный полуорганический контейнер. Как только они полностью застегнули молнию, мешок изменил цвет, сделавшись непрозрачным и тёмно-зелёным, а снаружи появилась панель, показывавшая температуру и степень разложения, пока мешок сканировал труп.

Отвернувшись, Ник крепче стиснул зубы.

Это повторится вновь.

И вновь.

И вновь...

Пока они не дадут культистам Йи то, чего они хотят.

Ник вовсе не верил, что М.Р.Д. или Ч.Р.У. сумеют это остановить... при условии, что их цель вообще сводится к тому, чтобы это «остановить».

Подумав об этом, подумав об Уинтер, Ник осознал, что они сами по себе.

А ещё их время на исходе.

Глава 6. Рок-звезда

Ник просто сидел после того, как они принесли ему заказанный кофейный напиток.

Он медленно потягивал его, наблюдая, как два человека изучают свои пятистраничные, дополненные ВР меню кофейни.

Он смотрел, как Джордан просматривает взглядом список блюд, замечая, что высокотехнологичная страница была сделана таким образом, чтобы напоминать меню старомодных дерьмовых закусочных, в которых бывал Ник, когда ещё человеком рос в Сан-Франциско.

Они даже создали иллюзию той глянцевой ламинированной бумаги.

Кофе мало что делал для него в плане кофеина. Для вампиров кофеин бесполезен, и Ник всё равно не нуждался во сне.

Тем не менее, он почти машинально потягивал напиток.

В последнее время он всё чаще ловил себя на таком поведении.

Человеческие фишки, привычки, от которых он почти избавился за годы вампирской жизни, если только не пытался расслабить собеседника или слиться с человеческой толпой.

Отчасти он задавался вопросом, не было ли это каким-то психологическим заскоком или даже инстинктом выживания, чтобы лучше сливаться с людьми — практически у каждого вампира в городе сейчас нарисована мишень на спине. Но Ник не особенно верил в такую версию.

Нет, он знал, в чём дело, даже если сам того не понимал.

Это Уинтер.

Почему-то из-за того, что он так много времени проводил с Уинтер, его привычки странным образом менялись. Ник готов был поклясться, что даже его вкусовые рецепторы изменились.

К примеру, вот этот дерьмовый кофе.

Он всё равно дерьмовый.

Только почему-то теперь эта дерьмовость его не беспокоила.

Усилием воли выбросив Уинтер из головы, Ник откинулся на спинку своего бордового винилового сиденья, отпил того же дерьмового кофе и испытал непомерно сильную благодарность за то, что официантка налила его из старомодного стеклянного кофейника в старомодную керамическую кружку без мигающих огоньков, без тупых виртуальных картинок с давно не существующими бейсбольными командами, без меняющихся цветов и без рекламы, пытающейся привлечь его внимание.

Они втроём сидели за дальним столиком в ретро-ностальгической закусочной в Верхнем Ист-Сайде, всего в нескольких кварталах от Центрального парка. Женщина в киоске, где Ник купил кофе для Джорди, направила их сюда, когда Ник заинтересовался мигающей рекламой на походной кружке Джордана.

Ник слушал, как два детектива заказывают блинчики (это Джордан) и сырный омлет (а это Морли), зная, что ни ветчина, ни сыр не будут настоящими, а блинчики наверняка пекутся из протеинового порошка с витаминами, которому придали вкус муки, масла и яиц, намазали искусственным маслом и сладким сиропом, в котором никогда и не было ничего от клёна.

— Так что? — Морли положил руки на стол, глядя своими тёмными глазами поверх столешницы из искусственного дерева и открыто изучая лицо Ника. — Теперь ты будешь говорить, Танака? Или нам надо ещё надеть переднички? И не говори мне опять про наблюдение М.Р.Д. и про то, в какой жопе все мы окажемся, если они прослушивают. Поверь мне... я знаю.

Ник хмыкнул, закатывая глаза.

— Ты такая королева драмы, — пробормотал он.

— А ещё я твой босс, — резче добавил Морли. — Как минимум, на бумаге.

— Бумаге, — Ник фыркнул. — Иногда мне кажется, что ты даже старше меня, Джеймс, — когда седой афроамериканец открыл рот, чтобы парировать что-то в ответ, Ник перебил его взмахом руки. — Прости. Просто подначиваю, — глянув на Джордана, он добавил: — Мы можем поговорить. Я позаботился о наблюдении.

Последовало молчание.

Затем уже Морли откинулся назад, качая головой.

— Ну естественно... — начал он.

— Ты же хотел избавиться от прослушки? — сказал Ник, раздражённо взмахнув рукой. — Ты хочешь услышать это, старик? Или нет? Потому что я могу улепетнуть на следующее место преступления, если здесь я не нужен. Посмотреть на следующий странный символ, выжженный на теле мёртвого вампира...

— Не надо мне тут про стариков... тебе ж самому почти триста лет, кровосос, — огрызнулся Морли, приподнимая бровь. — И я бы заплатил, чтобы посмотреть, как ты куда-нибудь «улепётываешь».

Ник невольно расхохотался.

Джордан вовсе не выглядел весёлым.

— Ты собираешься говорить, Танака? У тебя вообще есть что-то для нас? Или вся эта преамбула лишь для того, чтобы побесить нас?

Он помрачнел, окинув взглядом закусочную, и его глаза на мгновение расфокусировались — вероятно, он использовал свои усовершенствованные линзы, чтобы подтвердить слова Ника о камерах.

— ...Потому что если тебе известно что-то новое, я хочу это услышать. Если нет, то я ем завтрак, а потом иду с тобой осматривать другой труп.

— Он будет говорить, — сказал Морли, бросая на Джордана жёсткий взгляд. — Он не стал бы покупать нам завтрак, если бы у него ничего не было. Он думает, что мы шутим про его скупость, но это же правда.

Ник подавил очередной смешок, борясь с желанием схватить Морли обеими руками и слегка встряхнуть.

Беседы с этими двумя всё больше и больше напоминали ему нелепые разговоры, с помощью которых Ник справлялся со своей чокнутой семейкой.

Немного вздрогнув от того, что воспоминание задело за живое, он снова сосредоточился на Морли.

— У меня есть несколько новостей. Немного, — предостерёг он, когда глаза обоих мужчин загорелись. — Уинтер исследовала символ, который использует Йи. Тот самый, которым они клеймят наших мёртвых вампиров. Ей удалось выяснить несколько фактов. Если коротко, то этот символ использовали в некоторых астрологических системах, в основном в странных и эзотерических, но конкретно та, которую она нашла, похоже, происходит от видящих и связана с той большой группой видящих, которые пришли через порталы Старого Мира.

— Ты имеешь виду те, что вроде Шипрока, — сказал Морли. — Те порталы?

Ник слегка вздрогнул, но кивнул.

— Да. Именно такие.

Он глянул на Джордана, снова отпив глоток дерьмового кофе.

— Ты сказал, что это выглядит как символ Плутона, верно? Когда мы впервые увидели его в Келлермане, нарисованным на том амбаре?

Джордан кивнул, выглядя слегка удивлённым.

— Ну, это не Плутон, — сказал Ник, поставив кружку обратно на искусственную древесину. — Но основы символа наверняка происходят оттуда. Уинтер говорит, что это означает квази-мифологическую планету... почти какой-то «рай», если верить тем письменам видящих, которые она видела. Она ещё не уверена, может ли это быть настоящим местом — то есть, было ли это найдено астрономами и потом уже обросло мифами. Но в мифе это место считается пригодным для проживания народов вроде наших (вампиры, люди, видящие, гибриды), но без доминирующей и привилегированной расы. Типа девственная Земля без людей на ней. Прекрасная. Зеленеющая. Неиспорченная.

— И где она это нашла? — спросил Морли, слегка нахмурившись. — У кого есть доступ к таким древним мифам видящих? Я думал, всё это было утеряно в период войн.

Ник глянул на него, снова слегка удивившись тому, сколько Морли знал об этом.

— У неё есть доступ к огромному количеству архивов. Через её «работу» в «Архангеле».

Он невольно произнёс слова про работу с некоторым раздражением.

Увидев, что Морли чуть приподнял брови, Ник посмотрел на Джордана.

— Ты сказал, что твоя бабушка интересовалась довоенной астрономией и прочим, верно? И ты видел подобное в книгах, когда был ещё ребенком? — помедлив, Ник глотнул своего дерьмового кофе. — Ну, я передал это Уинтер, и она оттолкнулась от этих сведений.

Удивление Джордана расцвело на чертах его лица.

— Серьёзно?

— Конечно, — Ник нахмурился. — Кстати говоря... у тебя ещё сохранились те книги? Книги твоей бабушки, имею в виду. Потому что если так, Уинтер хочет их увидеть.

Джордан моргнул, затем задумался.

— Я спрошу у мамы, — ответил он. — Я понятия не имею, честно. Многие вещи были чертовски старыми даже тридцать лет назад.

— Спроси, — сказал Ник. — Уинтер будет очень осторожна. Она работала со всевозможными архивами. Она даже была сотрудником в Нью-Йоркском хранилище до того, как пришла работать в Келлерман.

Джордан фыркнул, закатив глаза.

— Да я не в том смысле. Я просто думаю, что они вряд ли хорошо перенесут транспортировку. Может, Уинтер лучше поговорить с моей мамой. Лично, имею в виду. Она помнит о таких вещах определённо больше, чем я.

Ник кивнул, подумав.

— Я считаю, это хорошая идея, — ответил он, набросав через гарнитуру коротенькую записочку для Уинтер. — Я только что передал ей, чтобы она поговорила с тобой. Она может не увидеть записку до утра... но возможно, тебе стоит связаться со своей мамой, узнать, не против ли она.

Джордан ещё сильнее закатил глаза.

— Поверь мне. Не против. Разговорить мою маму — не проблема. Проблемой, скорее всего, будет вытащить оттуда Уинтер без команды спецназа. Ну хотя бы её накормят до отвала.

Ник хмыкнул, обхватывая кофейную кружку своими белыми вампирскими ладонями и глядя на лица двух мужчин.

— Уинтер очень хочет знать, что этот символ значит для Йи. Видимо, надо занимать высокое положение в его круге доверенных, чтобы знать такие вещи, но она прорабатывает несколько направлений. У неё есть доступ кое к кому, кто внедрился в группу Йи... уже много месяцев назад, похоже, работая при этом на «Архангел». Сен-Мартен поручила ему узнать всё возможное изнутри...

Ник слегка стиснул зубы, вспомнив, кто это был.

— ...Но ни информатор, ни кто-либо в штате «Архангела» не сумел пробиться на самые верхние уровни их организации.

Джордан хмурился.

При взгляде на него у Ника сложилось впечатление, что мужчина определённо заметил его реакцию на упоминание «информатора Уинтер».

— Кто? — спросил Джордан, как раз когда Ник подумал об этом. — Кто там у «Архангела»? И откуда у Уинтер доступ к этому дерьму? Разве она не директриса школы? А теперь она внезапно заделалась супер-шпионкой.

Ник выдохнул — опять-таки, чисто по привычке.

На самом деле, наверное, это делалось для того, чтобы выиграть время.

— Это её бывший, — пробурчал он, делая глоток кофе.

— Что? — Морли вскинул бровь, нахмурившись. — Что ты сказал, чёрт возьми?

Ник раздражённо опустил кружку.

— Это её бывший муж, — прорычал он. — У него какое-то армейское прошлое, и «Архангел» его нанял. Сен-Мартен поручила ему внедриться в группу Йи, но он также связан с какой-то антитеррористической организацией — официальной, одной из Европейских Охраняемых Зон. Они уже какое-то время наблюдали за Йи, в основном из Лондона. Они беспокоились, что Ч.Р.У. слишком долго закрывает на него глаза... в основном потому, что они ублюдочные расисты, а это преимущественно антивампирское движение, возглавляемое людьми. Ч.Р.У. обычно не утруждается из-за угроз в адрес нелюдей.

Помедлив, чтобы опустить кружку, Ник невольно помрачнел.

— Её бывший состоит в какой-то антирасистской группе, которая отслеживает несправедливые поступки в отношении рас, также работает на армию, а теперь ещё и на «Архангела». На обычной работе он занимает должность юриста. Живёт в Лондоне, где как раз начинал Йи и где живёт большинство его первоначальных сторонников. Они его непреклонные приверженцы, советники и стратеги. Так что бывший Уинтер предложил попытаться внедриться в их ряды.

Когда Ник посмотрел на двоих других, он увидел, что те переглядываются.

Ник нахмурился, уставившись на них.

— Что?

Джордан расхохотался. Спустя секунду он прикрыл рот, отмахиваясь от хмурой рожи Ника, но улыбка не сходила с его лица.

— Бывший Уинтер — какой-то антирасистский революционер? — переспросил он, всё ещё подавляя улыбку. — Как Джеймс Бонд? Только за справедливость или типа того?

Заметив убийственный взгляд Ника, Джордан приложил больше усилий, чтобы стереть веселье из своих глаз, губ и голоса.

Он кивнул в сторону Ника, показывая несколькими пальцами.

— Как его зовут? — спросил он, прочистив горло и заговорив более деловым тоном. — Он как-то пересекался с копами? — Джордан обменялся плохо скрываемой улыбкой с Морли, затем перевёл взгляд обратно на Ника. — Многие из этих супер-помешанных парней пересекались с копами. Он же не террорист, нет?

— В сети он действует под каким-то псевдонимом, — сказал Ник, качая головой и подавляя желание нахмуриться. — Использует аватар. Так он может внедряться в группы под настоящим именем и не скрывая настоящего лица.

— Псевдоним? — Джордан нахмурился. — Что за псевдоним?

— Кеари? Кеано? — Ник махнул рукой. — Что-то в таком духе...

Но Джордан уже захохотал, изумленно качая головой.

— Кеори? — переспросил он. — Бывший муж Уинтер — Кеори? Ты мне мозги пудришь?

Морли лишь нахмурился, глядя на них обоих.

— Кто такой Кеори? Я должен знать, кто или что это такое?

Прежде чем Ник успел ответить, это сделал Джордан, который повернулся к старшему детективу и засмеялся, поставив оба локтя на стол и обхватывая старомодную кофейную кружку обеими руками.

— Да вы обязаны знать, кто такой Кеори, — сказал он, делая глоток кофе и широко улыбаясь. — Он ведёт то подпольное шоу. Ну то, с расследованиями и репортажами, которое вечно пытаются закрыть? Это он раздул ту большую историю в Лондоне... про то, что на самом деле всё в городе управляется вампирской и человеческой мафией.

Джордан посмотрел на них обоих, теперь уже почти с неверием.

— Он же нашёл свидетельства того, как они приплачивали Лондонскому М.Р.Д.? Был большой скандал, помните? Власти М.Р.Д. искали его, объявили террористом, назначили награду за установление его настоящей личности. Белая Смерть, по слухам, тоже назначила цену за его голову. А потом оказалось, что он прав, и вмешались Ч.Р.У. и Скотланд-ярд. В итоге всё это рвануло... они уволили примерно три четверти агентов М.Р.Д., работавших в Лондонском подразделении.

Всё ещё широко улыбаясь, Джордан отпил кофе.

— На него также якобы работали посредники, которые подавали в суд на М.Р.Д. за убийство гибридов во время протестов, которые должны быть мирными. Он выпускает репортажи об органических машинах, о торговле гибридами...

— Ну и в чём прикол? — проворчал Ник.

— Этот парень — чёртова рок-звезда, Миднайт, — расхохотался Джордан. — Он очень знаменит.

Морли хмыкнул.

— Звучит вроде знакомо.

Джордан снова засмеялся, качая головой.

— Звучит «вроде» знакомо? Мне начинает казаться, что вы оба стары как мамонты. Как можно не знать, кто такой Кеори? Он всего-то один из самых известных людей в сети. У его канала где-то два миллиарда подписчиков. Они уже целую вечность требуют дебатов между ним и Йи.

— Ладно, — прорычал Ник. — Мы поняли.

— Ты действительно знаешь, кто он? — с любопытством сказал Джордан. — Кто он? Ты сказал, он юрист?

Ник перевёл взгляд между ними, внезапно почувствовав нервозность.

Он сказал Кит отключить тут наблюдение М.Р.Д., но до него внезапно дошло, что ему реально не стоит обсуждать такое здесь.

— Нет, — ответил Ник, что было практически правдой. — Не знаю, кто он. По очевидным причинам Уинтер не может мне это сказать...

Ладно, эта часть была менее правдивой.

— ...смысл в том, что этот парень должен знать, что делает, но и он не может пробраться в круг доверенных лиц. Он думает, что кое-кто из ранних последователей Йи даже может быть гибридами... гибридами с кое-какими экстрасенсорными способностями. А значит, он крупно рискует, и его личность могут узнать, если он будет слишком упорствовать или просто слишком близко подберётся к кому-то из них.

Ник опустил тот факт, что бывший Уинтер сам был гибридом.

Честно говоря, он предпочёл бы сказать им.

Но он пообещал Уинтер и, слушая Джордана, понимал, что Уинтер права.

Вот в чём дело — Ник не полностью доверял самому себе в том, что касалось Уинтер и придурков-гибридов, с которыми она делила постель. Он не хотел порушить легенду парня якобы для того, чтобы держать напарников в курсе, когда в действительности он просто ведёт себя как ревнивый и мелочный засранец.

На деле Морли и Джордану не нужно это знать.

Как минимум, сейчас... и, возможно, никогда.

Судя по тому, что Уинтер рассказала Нику, никто из коллег её бывшего в лондонской юридической фирме не знал, что он подрабатывал как этот «Кеори». Даже армия не знала, а Архангел сообщал эти сведения строго по необходимости и лишь ограниченному кругу лиц.

Ник как минимум мог бы не обсуждать тайную личность парня, пока они посреди бела дня ели завтрак в закусочной в стиле 1950-х.

Джордан нахмурился.

— Гибриды? Серьёзно? Я думал, люди Йи ненавидят гибридов. Разве не к этому сводилось дело школы Келлерман?

Ник кивнул, всё ещё хмуро глядя в кружку с кофе.

— По словам Уинтер, в целом их фанатичные речи сводятся к одному и тому же, но круг приближённых Йи в Лондоне сосредоточен на уничтожении «полулюдей» вампиров. В лекциях и книгах Йи говорит о «полулюдях» в более широком смысле, поэтому она считает, что ученики школы Келлерман сосредоточились на гибридах по своим причинам. Полагаю, это потому, что они не были знакомы с вампирами... тогда как в их школе было предостаточно гибридов. Не говоря уж о том, что их главарь, сынок Кингсворта, был маленьким мудаком, а его папаша любил трахать гибридок на стороне. Думаю, для него это было более личным.

Джордан кивнул, его глаза прояснились.

Он открыл рот, чтобы вновь заговорить, но тут подошла официантка.

Она плавно подкатилась к ним, удерживая руками две тарелки.

Улыбнувшись Нику и подмигнув ему, она остановилась на своих старомодных роликовых коньках и потом сосредоточилась на Джордане и Морли, поставив перед ними их заказы и спросив, не хотят ли они что-то ещё.

Они оба уставились на тарелки с кучей еды и покачали головами.

Затем Джордан посмотрел на неё и поднял свою кофейную кружку.

— Добавки? — спросил он, улыбнувшись. — Когда будет минутка?

— Без проблем, дружок, — проворковала она и перевела взгляд на Ника. — Что насчёт тебя, детка? Не хочешь кровушки или ещё чего? У нас есть хорошая.

Ник слегка подпрыгнул, удивившись.

Большинство людей не предлагало вампирам кровь так открыто.

Во всяком случае, этого не делали официантки в закусочных среди бела дня.

Моргнув, он посмотрел на неё, затем на своих друзей, затем снова на неё. Он покачал головой, увидев явно предлагающее выражение на её лице.

— Нет, мне и так хорошо, — сказал он, притворяясь, будто ничего не замечает. — Спасибо. Может, ещё немного кофе, когда вы принесёте его моему другу...

— Ты уверен? — она улыбнулась, и плотоядный взгляд стал ещё более бесстыжим. Она похлопала ресницами. — Мы можем организовать для тебя очень свежее кормление. В полном уединении. Твои друзья проведут без тебя всего несколько минут...

Джордан подавил хрюкающий смешок.

Ник мрачно посмотрел на него, затем повернулся обратно к официантке.

— Спасибо, но не нужно, — вежливо сказал он. — Это великодушное предложение, но...

— ...Но его девушка убьёт его за такое, вот что, — пробормотал Джордан себе под нос, широко улыбаясь Нику. — Она с него кожу живьём сдерёт, наверное.

Официантка услышала Джордана и нахмурилась, глянув на Ника.

— Это правда, дорогой? — спросила официантка.

Ник посмотрел на неё, перестав сверлить Джордана убийственным взглядом.

В ответ на вопрос женщины он поднял ладони с лёгкой улыбкой.

— Боюсь, что так, — произнёс он вежливо-извиняющимся тоном.

Губы женщины, накрашенные розовой помадой, скривились, а потом она укатила прочь, направляясь к кухонным помещениям.

— Чёрт возьми, — сказал Джордан, качая головой. — Ох уж эти вампиры...

Но Ник поднял палец.

— Не говори этого, Деймон. Вот просто... молчи.

Джордан снова заржал в голос, и Ник закатил глаза, сосредоточившись на своём дерьмовом не-кофе. При этом он заметил, что его друг бросил более холодный взгляд в сторону удаляющейся официантки, и его полные губы на мгновение поджались.

Глава 7. Игры с разумом

К тому времени, когда Ник оплатил завтрак, и они втроём покидали закусочную, криминалисты полиции Нью-Йорка уже подготовили всё для них на месте нахождения второго трупа.

К сожалению, новых деталей почти не было.

И также не стоял вопрос, тот же это почерк или нет.

Ник уставился на лицо Уинтер и тело мужчины-вампира, вновь поражаясь тому, насколько точно передана её внешность.

Новую жертву они оставили лежать на спине, без рубашки, на ступенях Метрополитен-музея. На сей раз они заклеймили его на груди, и астрологический символ выделялся на белой вампирской коже прямо возле дыры, оставленной аллигатором.

— Та же странная штука с шеей? — спросил Ник у Джордана, который хмурился рядом, скрестив мускулистые руки поверх толстого шерстяного пальто.

Джордан кивнул.

— То же самое.

— Есть результаты касаемо того, что это значит?

— Нет.

На этом месте преступления они смогли сделать ещё меньше. Они пробыли здесь от силы десять минут, когда заявилась другая команда из четырёх криминалистов М.Р.Д. в синей униформе, с такими же носилками и мешком для трупа.

Ник, Джордан и Морли наблюдали, как криминалисты М.Р.Д. грузят тело во второй мешок и запечатывают его спереди, после чего мешок изменил цвет, и показатели засветились на полуорганическом материале сбоку.

Когда они стали толкать теперь уже парящие носилки обратно к своему серому автомобилю, Ник глянул на Морли, крепко поджав губы.

— Думаю, мне надо навестить нашего друга, — сказал он.

Морли резко глянул на него.

— Вот как? — спросил старик. — Ты уже делал это прежде?

Подумав над его словами, Ник пожал плечами.

— Нет.

— А он тебе позволит? Он действительно пустит тебя туда поговорить с ним? Ну, ты понимаешь. Твой... — Морли понизил голос. — ...бывший босс?

Ник нахмурился. Вспомнив лицо Уинтер на этих трупах, зловеще точную копию её черепа, её волос, всех нюансов её глаз, бровей, кожи, губ, носа... даже её серёжек... он пожал плечами.

— Вот и узнаем, — ответил он.

— Нет, — прорычал Ник, невидящим взглядом уставившись на снег, который падал перед ним крупными хлопьями. — Мне надо поговорить с ним. С Бриком. А не с кем-то из его чёртовых лакеев...

— Сэр, он сейчас недоступен...

— Не называй меня «сэр», — рявкнул Ник. — Я там больше не работаю.

В воцарившемся молчании Ник стиснул зубы и отбросил это.

— Слушай, — сказал он. — Мне надо поговорить с ним. Немедленно. Или как можно быстрее, бл*дь, — помедлив, он продолжил более низким тоном, хотя использовал субвокалку, и его голос не был слышен тем, кто шёл по заснеженным нью-йоркским улицам. — Ты можешь передать послание Брику? Ты можешь сказать ему, что мне надо как можно быстрее поговорить с ним?

— Он поймёт, с чем это связано, сэр... эээ... мистер Танака? — настороженно уточнил голос на другом конце линии. — Он поймёт, почему вам нужно с ним поговорить?

Подумав об этом, Ник хмыкнул.

— Да. Он прекрасно поймёт, почему...

Прежде чем он успел закончить, его перебил другой голос.

— Просто приходи, Наоко, — плавно произнёс он.

Ник нахмурился отчасти от неверия, когда узнал голос.

— ...Дорогу ты знаешь, — так же плавно закончил Брик.

Прежде чем Ник успел рявкнуть на старшего вампира или спросил, понравилось ли ему то, как Ник десять минут распинался, стоя в снегу...

Брик приказал тому, кто управлял его звонками, повесить трубку.

Ник не позвонил Уинтер.

Он позвонил в «Архангел», но и там ему заговаривали зубы.

Он сказал им передать, чтобы Лара Сен-Мартен перезвонила ему как можно быстрее, и что это важно, так как на кону может стоять жизнь одного из её сотрудников... но в ответ получил в основном вежливое и снисходительное дерьмо.

Что касается Уинтер, тут он подумывал.

Он подумывал позвонить ей.

Солнце уже вставало к тому времени, когда его робо-такси доехало до нужной части Бруклина, но Ник знал, что она легла поздно.

Он сказал себе, что не хочет её будить.

Конечно, это лишь часть причины... очень малая часть. Он понимал, что она будет не в восторге, когда узнает, куда он направился.

Изменив настройки окон такси, чтобы те не пропускали лучи солнца, Ник через монитор смотрел, как небо становится светлее, и заметил, что те, кто управлял куполом, сегодня решили дать им солнечный денёк, несмотря на снег под ногами.

Хмуро посмотрев на голубое небо, Ник пожалел, что не сказал Брику, что придёт вечером.

Но уже слишком поздно, и если честно, Ник не хотел ждать. Теперь Йи нацелился на Уинтер. По одной лишь этой причине Ник стиснет зубы и будет плясать под любую извращённую дудку Брика.

Что касается солнца, придётся импровизировать... и чертовски надеяться, что Брик не станет держать его на улице, пока половина его кожи не сгорит.

Как оказалось, Нику не стоило переживать из-за этого.

Когда робо-такси свернуло в знакомый переулок возле болота у внешнего купола, Ник увидел фигуру с характерной белой как мел кожей, одетую во всё чёрное и стоящую под плотным зонтиком. Фигура наблюдала, как такси Ника подъезжает к десятиэтажному кирпичному складу.

Ник посмотрел на виртуальные белые крылья и нахмурился.

Затем глянул на вампиршу под зонтиком и осознал, что они знакомы.

Иисусе.

Видеть её лицо после стольких лет было шоком.

Она так походила на свою сестру, что это тревожило его даже сейчас.

Но дверь робо-такси уже открывалась, так что Ник провёл штрих-кодом на предплечье по сканеру, чтобы оплатить поездку, но всё это время не отводил взгляда от лица вампирши, которая теперь склонилась над открытой дверцей его такси.

— Привет, Ник, — сказала она.

Боги. Она даже говорила в точности как её сестра.

— Привет, Зои, — ответил он как можно более будничным тоном.

Ник выбрался с заднего сиденья такси и скользнул под половину зонтика, которую она ему предложила. Она обвила его талию стройной рукой, привлекая поближе. Когда он посмотрел на неё, уже приподняв бровь и собираясь заговорить, она не дала ему шанса.

Подавшись вперёд и притягивая его ниже, Зои поцеловала его в губы, сильной ладонью обхватив затылок. На мгновение она запустила язык в его рот, куснула клыками его губы...

Ник отпрянул, невольно опешив.

— Я в моногамных отношениях, — выпалил он. — Брик тебе не сказал?

Зои закатила глаза, поменяв руку и поудобнее перехватив ручку зонтика.

— Это было приветствие, Ник.

— Приветствие, которое светило бы мне адскими проблемами, если бы она была здесь, — прорычал Ник. — И ты это знаешь. Не притворяйся, будто ты внезапно перестала понимать, как работают такие вещи, Зои.

— Иисусе, Ник... из-за чего вся шумиха? — Зои взмахнула рукой между ними, не допуская, чтобы на её кожу попал свет солнца. — Её же здесь нет, так? Твоей драгоценной партнёрши? Она даже не вампир. Так какая разница?

— Иди нахер.

— Сам иди нахер. Иисусе, Ник... это всего лишь маленький поцелуй...

— Ну да. Конечно. Маленький поцелуй. Ведь именно так работает связь крови, — парировал Ник. — Ты почти моя ровесница. И ты стала вампиром даже раньше, чем я, — хмуро посмотрев на неё, он покачал головой. — Приветствие, блин. Иисусе. Дерьмовые манипуляции, а не...

— Успокойся, Наоко, — она закатила глаза. — Во имя Богов Источника. Ты такая королева драмы, — она подмигнула ему, усмехнулась и окинула взглядом. — С другой стороны, ты и человеком был таким же, насколько я знаю.

Намёк на то, что Мири рассказывала своей сестре такие вещи, едва не заставил Ника снова сорваться на неё. Стиснув зубы, он решил, что оно того не стоит.

Его и так слишком легко было раззадорить.

Он знал, что это вызвано его беспокойством.

Даже сейчас ему не нравилось оставлять Уинтер одну. Особенно когда где-то там бегали фанатики Йи, оставлявшие ему маленькие подарочки по всему городу, бл*дь.

— Ты была там? — спросил он после небольшой паузы. — Ты говорила с ним?

Зои бросила на него удивлённый взгляд. Затем, хмыкнув, она криво улыбнулась, и её радужки, похожие на потрескавшийся хрусталь, на мгновение сверкнули в тени зонтика.

— Нет, — ответила она.

— Брик туда кого-нибудь пускал? — спросил Ник. — Кого-нибудь, помимо его самого?

И снова циничная улыбка.

— Понятия не имею, Ник.

— Но он ведь должен быть накачан ядом. Верно?.. Пленник?

— Я понятия не имею, Ник, — ответила она приторным тоном.

Ник нахмурился, но перестал задавать вопросы, глянув на кирпичный склад, пока они подходили. Его вампирское зрение вновь различило лёгкий рисунок крыльев на теневой стороне здания. Он знал, что большинству людей и даже беспилотников они не будут видны.

Когда молчание затянулось, Зои издала мелодичный вздох.

— Ну... — поправилась она. — ...Там могли бывать другие. Не то чтобы он мне об этом сообщал. Возможно, там прямо сейчас находится один из его нынешних фаворитов, кормится и получает минет, пока мы с тобой говорим. Я слышала перешёптывания о каких-то попытках ублажить существо... но у меня сложилось впечатление, что возникли... сложности.

— Сложности? — Ник нахмурился. — Что за сложности?

— Я правда не могу сказать тебе, Наоко, — она улыбнулась.

Ник не отреагировал, как минимум не позволяя ей это увидеть.

И всё же он силился прочесть подтекст между строк.

Сложности? У видящих часто возникала чертовски сильная зависимость от вампирского яда. Это всё равно что накачать их героином.

С чего бы, чёрт возьми, им не кормиться от него?

Социопатичный комментарий Зои также заставил его вновь задаться вопросом, почему «Архангел» согласился на этот маленький «компромисс». Он знал, что Лара Сен-Мартен, директриса «Архангела», утверждала, будто Брик угрожал ей, не оставил выбора, но Ник всё равно сомневался. С Сен-Мартен ничто и никогда не бывало простым или прямолинейным.

Она по-своему была не менее пугающей, чем Брик.

И у неё имелось ещё одно сходство с Бриком: она всегда использовала всё возможное для достижения цели.

Глянув на него и улыбнувшись, словно угадала часть его мыслей, Зои протянула руку и постучала костяшками пальцев по металлической двери.

Никто не открыл прорезь в металле, чтобы посмотреть на них.

Они просто сдвинули дверь в сторону и шагнули за неё, чтобы не попасть под лучи солнца.

Как только Ник вошёл, по-прежнему оставаясь под зонтиком Зои, металлическая дверь захлопнулась за ними с заржавелым грохотом.

Ник покосился на вампира, закрывшего дверь, но не узнал его.

Однако вампир смотрел на Ника так, будто они знакомы.

— Ты здесь почти знаменитость, Наоко, — сказала Зои, закрывая чёрный зонтик и протягивая его вампиру у двери. Её хрустальные глаза метнулись к Нику, когда другой вампир забрал предмет из её руки. — Я понимаю, почему. Я тоже фанатею. Я видела твой последний бой. Ну тот, что против ветерана войн? Очень горячо.

Ник не ответил и никак не отреагировал на её многозначительное подмигивание.

— И всё же, — размышляла она, поднимая взгляд к потолку, покрашенному чёрной краской. — Это унизительно, не так ли? Превращать себя в развлечение для мешков с кровью? Зачем ты пляшешь для них, Наоко? Как Миднайт... а теперь и как маленький раб в Колизее.

Та усмешка отчётливее слышалась в её голосе.

— Это заводит твою пару? Ты приводишь домой фанаток и сворачиваешь им шеи у неё на глазах? Или просто позволяешь ей зализывать синяки и порезы, пока ты кормишься?

Ровный взгляд Ника сделался ещё более бесстрастным.

— Что с тобой стало, Зои? — спросил он мгновение спустя. — Я не припоминаю, чтобы ты была такой... говнистой. Даже в прошлом, когда твоя сестра хотела тебя придушить.

Увидев, как глаза вампирши дрогнули (тень реакции на упоминание Мири), Ник понизил голос до гортанного рычания.

— Вот в чём дело? Ты до сих пор взбешена, что Мири и Блэк ушли без тебя? — наблюдая за её глазами, Ник хмыкнул, заметив там проблеск злости. — Видимо, я оказался счастливым адресатом этого негодования, ведь я старый друг твоей сестры, которой уже нет здесь, чтобы лично выслушивать твоё пассивно-агрессивное дерьмо. Так, что ли?

Последовала пауза.

Затем из более тёмного угла коридора донёсся смешок.

— Дети... дети... ц-ц-ц. Нельзя же, чтобы два моих любимчика ссорились...

Ник повернулся, бросив чуть более жёсткий взгляд в темноту.

— Ты её не обращал, — сухо напомнил он Брику. — Во всяком случае, так ты всегда говорил Мири. Ты врал?

В ответ на молчание другого Ник кивком головы указал на Зои, не сводя взгляда с Брика.

— Что она вообще здесь делает? Тебе скучно, Отец Брик? Я не могу придумать иной причины, по которой ты бы послал её встретить меня.

— Она сама вызвалась, — мягко ответил старший вампир.

При этом он выскользнул на оранжевый свет, купаясь в странном неземном свечении, исходившем изнутри раздвижной металлической двери.

Брик всегда обожал такие выходы.

В данный момент Нику было всё равно.

Он хотел покончить с этим и вернуться к Уинтер как можно скорее.

Желательно... прямо сейчас.

Он уже думал, что откладывать возвращение домой было ошибкой. Надо было переместить её куда-нибудь. Он не знал, куда, но увидев её мёртвое лицо... дважды... за несколько часов... он подумывал о каком-нибудь местечке в Сибири.

— Могу я его увидеть? — прорычал Ник.

Брик закатил глаза, продолжая шагать вперёд.

Не останавливаясь, он подошёл к Нику вплотную и притянул в объятие.

Ник не раздумывал. Он обнял вампира в ответ.

Брик по-прежнему оставался его прародителем.

Даже после стольких лет некоторую тягу нельзя было отрицать... несмотря на то, что Ника изначально обратили не по его желанию.

Кровь — это кровь.

Кровь нельзя отрицать.

— Мне не полагается ни капельки выражения привязанности? — спросил Брик, отстраняясь из объятия и глядя в глаза Ника. — Ты вообще меня больше не любишь, Наоко?

Ник подавил желание закатить глаза.

— Возникла срочная необходимость, — сказал Ник, усилием воли смиряя свой тон. — Всплыли новые факты. Я более чем готов поделиться новостями... и ты знаешь, что я не хотел оскорбить. Ты знаешь, каким я становлюсь, когда работаю над чем-то...

— Неосознанно грубым? Неучтивым как социопат? — Брик приподнял бровь, сохраняя кроткий тон. — Да, Наоко... я знаю. В последнее время я получил несколько напоминаний о том, как мало значат для тебя остальные, когда ты зациклишься на чём-то конкретном.

Ник почувствовал, как сжались его челюсти.

Опять-таки, он постарался не выдавать это лицом.

В отличие от Зои, на которую ему было посрать, если не считать её родства с Мири, он должен был заботиться о том, что подумает его прародитель.

Чем более дружественными будут их отношения с Бриком, тем лучше.

— Как я и сказал, всплыли новые факты, — сообщил Ник, говоря скорее инстинктивно, но зная, что Брик оценит его откровенность. — Моей паре грозит опасность.

Брик приподнял бровь.

— Ну и ну. Ничего себе открытие, — он поманил Ника следовать за ним, слегка склонив голову и направляясь по тёмному коридору обратно в его логово.

Ибо это место иначе и не назвать.

Логово — единственное выражение, которое описывало то, чем это являлось, чёрт возьми.

— ...И откуда ты знаешь, что твоей паре грозит большая опасность? — спросил Брик ещё более вежливым тоном. — Полагаю, наш друг как-то причастен...?

— Так и есть, — снова сказал Ник без промедления. — И я знаю потому, что получил угрозу. От его людей. Недвусмысленную.

Подумав над этим, Ник почувствовал, как его клыки удлиняются.

Он осознал, что всё утро подавлял свою реакцию на увиденное в Центральном парке и музее. До данного момента он даже не думал о том, почему подавляет это. Он не хотел слишком остро реагировать в присутствии своих человеческих друзей.

И он не хотел, чтобы Уинтер ощутила такую его реакцию.

— И не просто угрозу, — произнёс он, перейдя на низкое рычание.

Его вампирская натура всколыхнулась в глубине груди, заставляя клыки удлиниться, когда он подумал о том, что они оставили ему на том снежном поле.

— Множественные угрозы. Наглые угрозы. Они явно хотят вернуть своего лидера...

— И тем не менее, ты оставил её одну? — проурчала Зои. — Свою пару? Должно быть, ты в неё очень веришь. Неужели она настолько хорошо натренированное... существо... что сумеет защитить себя сама? Я думала, у большинства полукровок нет таких способностей...?

Ник повернулся, уставившись на неё, следовавшую за ним и Бриком по тусклому коридору.

Он подумывал ответить, затем отвернулся, когда перед глазами всё заволокло красным.

Он почувствовал взгляд Брика на своём лице и сохранял нейтральное выражение.

— Я приставил к ней защиту. Но мне надо будет перевезти её. Лично.

Ник посмотрел на своего прародителя, и в его голосе зазвучали жёсткие нотки.

— Я бы хотел поговорить с ним, — сказал он. — А потом я хотел бы поговорить с тобой, Отец Брик. Я бы хотел услышать твои мысли относительно того, как нам разобраться с его последователями, поскольку они ясно дали понять — они будут лишь нагнетать насилие, пока их требования не удовлетворят. Они угрожают не только мне. Они убивают вампиров. Умелых вампиров. Вампиров, которые служили на благо нашей расы. Полиция Нью-Йорка не привлекала к этому внимания, но это происходило ещё со времён инцидента в музее естественной истории. Сегодня они убили ещё двоих.

Если эта информация удивила Брика, то на его лице это никак не отразилось.

Он кивнул, серьёзно глядя на Ника.

— Понятно, — сказал он. — Возможно, нам стоит поделиться информацией, как ты выразился. Я бы тоже хотел услышать твои мысли на эту тему, Наоко. И я в курсе, кого забрали, и это настоящая потеря для нашей расы.

Он помедлил, и Ник ждал.

Он почувствовал намёк, вложенный в эту паузу и наполнивший воздух между ними ещё до того, как старший вампир продолжил говорить.

— У меня есть несколько предложений, которые я хотел бы озвучить тебе, — добавил он. — Я бы хотел, чтобы мы обсудили варианты более официального... сотрудничества.

Ник приподнял бровь.

— Между тобой и «Архангелом»?

— Нет, — Брик бросил на него косой, слегка предостерегающий взгляд. — Между мной и тобой, Наоко.

Молчание затянулось.

Ник не выдал этого лицом, но его омыла нервозность.

Не мог же Брик на самом деле пытаться завербовать его? Он знал, что Ник миновал этот этап. Ник очень, очень ясно дал понять это двадцать лет назад, когда окончательно ушёл из Белой Смерти. Он сказал, что не вернётся. Он в особенности предупредил Брика, что не вернётся, и использовал очень чёткие и недвусмысленные выражения.

Правда в том, что Нику и так не нравилось, как часто он виделся с Бриком за последние несколько месяцев. Но каждый раз, когда он пытался уйти, что-то затаскивало его обратно.

Ник начинал думать, что всё это связано.

— Я предлагаю нам побеседовать после твоего интервью с нашим новым другом, — сказал Брик, по-прежнему наблюдая за лицом Ника, и в его глазах расцвела крошечная капелька багрянца. — Весьма щедро с твоей стороны полагать, что я даю всем своим детям одинаковый доступ к информации. Но боюсь, это так не работает... и когда я сказал, что хочу поговорить с тобой позже, я имел в виду приватный разговор.

Ник не ответил.

Опять-таки, ему и не нужно было.

Брик был неоспоримым правителем в этих стенах.

Когда Брик чего-то хотел, обычно так и делалось.

Ник почувствовал, как при этой мысли его губы хмуро поджались.

— Ты позволишь мне увидеть его, Брик? — спросил он, усилием воли контролируя свой тон. — Потому что если нет, нам стоит поговорить сейчас. Приватно. Или, на самом деле, назначить другое время для разговора, через день или два, когда я позабочусь о безопасности дома. Мне надо вернуться к моей паре.

Последовала очередная пауза.

Затем Брик удивил его, улыбнувшись почти искренне.

— Конечно, ты можешь увидеть его, дитя моё, — легко сказал он, широко улыбаясь и показывая частично удлинившиеся клыки. — Я веду тебя к нему прямо сейчас...

Глава 8. Странно знакомый

Ник стоял перед второй металлической дверью, стараясь взять себя в руки и перестроить свой разум теперь, когда он получил желаемое.

До этого момента он и не осознавал, что не ожидал, будто Брик разрешит ему увидеть пленника... и уж тем более допросить его в одиночку.

Но Брик разрешил.

Он лично проводил Ника в зону его содержания.

Он поговорил с охранниками, сказав им взять перерыв на полчаса.

Затем Брик развернулся в ещё более узком подземном проходе и пошёл в ту же сторону, откуда пришёл, уводя за собой двух охранников и Зои.

Конечно, у Ника не было иллюзий, что встреча будет приватной.

Он знал, что Брик запишет каждое слово.

Даже понимая это, Ник удивился.

Более того, это заставило его помедлить.

Или Брик действительно расстарался по полной, пытаясь заморочить Нику голову... или он очень, очень сильно хотел чего-то.

Ник сильно подозревал, что правдив второй вариант.

К чему бы ни сводилась цель Брика, это было достаточно важным, чтобы он готов был пойти на компромисс с Ником... или как минимум создать видимость компромисса.

Однако попытки предугадать поведение Брика сейчас ни к чему не приведут.

Ник снова проверил время в гарнитуре, и в голове опять промелькнула мысль позвонить Уинтер.

Чёрт, да он почти жалел, что её сейчас нет рядом.

Это не только успокоило бы ту часть его натуры, которая откровенно паниковала из-за множественных угроз её жизни за последние двадцать четыре часа... но и она хороша в таких вещах. Несмотря на то, что Ник много лет работал копом и допрашивал подозреваемых, она справилась бы с этой задачей лучше, учитывая, кого Брик приковал по ту сторону двери.

Ник положил руку на металлическую дверь, собираясь толкнуть ту внутрь, но поколебался и активировал в гарнитуре функцию текстовых сообщений.

«Привет, Уинтер... Я у Брика».

Он помедлил, затем продолжил писать с помощью клавиатуры с мысленным управлением.

«Когда проснёшься, дай мне знать. Возможно, ты сумеешь помочь мне с допросом».

Помедлив во второй раз, он добавил:

«Брик разрешил мне допросить его. Одному. Я понятия не имею, почему. Я сейчас зайду внутрь, так что дай мне знать, если получила это сообщение. Я практически действую вслепую, даже придя сюда. Но у тебя лучше чуйка на такие вещи... и он видящий, поэтому я подумал, что ты лучше знаешь, как допросить его. Чёрт, да может, ты даже сумеешь прочесть его через меня».

Поколебавшись, он добавил более мелким шрифтом.

«Дай мне знать, если ты нашла ещё что-то по тому символу. У нас два тела, и на обоих клеймо с этим знаком. Вот где я был прошлой ночью... одно в Центральном парке, другое на ступенях Метрополитен-музея. Я знаю, что ИИ полиции Нью-Йорка тоже работает над символом, но боюсь, наше время на исходе».

Снова посомневавшись, но уже не так долго, он стиснул зубы.

«Я люблю тебя. Позвони мне. Я слегка паникую. Я могу быть эмоционально зависимым мудаком... то есть, как только ты проснёшься, возможно, я буду периодически проверять, как у тебя дела».

Хмыкнув при мысли о том, что он только что написал, он добавил:

«Ну, знаешь. В разумных пределах... типа, каждые пятнадцать минут или типа того. Просто чтобы заверить твоего дико параноидального вампира-бойфренда, что ты в порядке».

Снова помедлив, он добавил:

«О, и к тебе теперь приставлена дополнительная охрана. Смирись. Даже Морли согласен со мной. Сен-Мартен я тоже позвонил. Мне не удалось с ней связаться, но Кит работает над усилением наблюдения и кое-какими другими протоколами в здании...»

Осознав, что какая-то часть его до сих пор хватается за неё даже сейчас, хоть он и шутил на эту тему, Ник заставил себя послать последний кусок и закрыть сообщения, пока не отправил ещё что-нибудь.

Он сообразил, что пытается её разбудить.

Он пытался разбудить её, но так, чтобы не звонить, не активировать систему тревоги в квартире и не использовать систему ассистента в его двустороннем телевизоре... или как-то ещё будить её такими способами, за которые не придётся взять вину на себя или объясниться.

Он чувствовал, как та часть его паникует.

Той части Ника казалось, что он уже провёл слишком много времени вдалеке от неё, и что он слишком давно не кормился от неё.

К сожалению, осознание паники не помогало ему успокоиться.

Зарычав себе под нос, Ник заставил себя отпустить эти мысли.

Он с этим справится.

Сосредоточившись на металлической двери, он стиснул зубы, сделал последнее усилие, чтобы вернуть разум к работе и перестать зацикливаться на Уинтер.

Затем он открыл дверь.

Ник не знал, чего именно он ожидал, но открыв дверь, он помедлил, уставившись на тускло освещённую комнату.

Единственный свет исходил от стен, похожих на стекло.

Эти стены изгибались в стороны от центра комнаты, создавая своеобразный изоляционный резервуар, по периметру которого располагался проход шириной в два или два с половиной метра. Ник уставился на резервуар, затем на каменные кирпичи главной постройки, которая напоминала темницу из Старого Мира.

Оглянувшись назад, на пустой коридор, он прошёл остаток пути до дверного проёма и захлопнул металлическую панель за собой.

Он не особенно сосредотачивался на обитателе комнаты, который находился за стеклянными стенами, но как только он закрыл металлическую дверь, этот обитатель заговорил с ним.

— Тебе необязательно её закрывать, знаешь ли, — сказал он, и его голос странным образом разносился в каменном помещении. — Если я выберусь отсюда, не будет никакой разницы.

Ник повернул голову, уставившись на тёмную фигуру в стеклянной клетке.

Конечно, на самом деле это было не стекло.

Ник присмотрелся к светящимся стенам и осознал, что они толщиной метр с лишним, и это объясняло, почему голос видящего звучал так странно. Должно быть, он говорил через какую-то систему-ассистента, а не через стены клетки.

Ник ещё не перевёл взгляд на стоявшего там мужчину, когда голос существа во второй раз донёсся через потолочные динамики.

— Ах... детектив Миднайт, — видящий буквально источал удовлетворение. — Приношу свои извинения. Я поначалу вас не узнал... в темноте. Простите, что я не обладаю вашей остротой зрения. К сожалению, текущее затруднительное положение лишь ухудшило мою способность видеть.

Он простёр руки, словно демонстрируя, где он находится.

Когда Ник посмотрел ему в лицо, существо уставилось на него в ответ, и его бледные глаза светились в зеленоватом свете полуорганических стен.

— Большое спасибо, что пришёл навестить меня, — сказало существо после очередной паузы, слегка улыбаясь, когда оно увидело, что Ник смотрит на него. — Ты не мог бы подойти ближе, брат? Чтобы я мог лучше видеть тебя? Так приятно поговорить с дружелюбным лицом.

Ещё мгновение Ник не сдвигался с места.

Затем он тихонько хмыкнул вопреки своему желанию, убрал руки из карманов длинного плаща и прошёл глубже в комнату. Ему не бывало холодно, как людям... да и жарко, если на то пошло... но он заметил, что воздух здесь был влажным и тёплым, почти как в тропиках.

Глянув вправо, Ник увидел там ряд крючков, снял свой длинный чёрный плащ и повесил туда, а затем стал закатывать рукава тёмно-синей бронированной рубашки.

Проделывая это, он подошёл ближе к клетке.

— Брат? — переспросил он немного запоздало. — Разве не святотатство называть меня так? Я принадлежу к вражеской расе, разве не так? Не говоря уж о том, что я довольно далёк от «брата» в формальном смысле.

Йи улыбнулся, явно довольный тем, что Ник заметил, какое слово он использовал.

— Вовсе нет, — сказал он, как минимум пытаясь говорить искренне. — Ты другой, брат. Ты мне не враг. Ты — семья.

Ник хмыкнул, закатывая второй рукав и приближаясь к стеклу.

— Забавно ты это показываешь... брат, — сказал он. — Но вот чисто ради любопытства, что делает меня таким особенным?

— А ты не знаешь?

Теперь Ник стоял с ним лицом к лицу.

Он уставился на высокого видящего через метр светящейся прозрачной стены, наблюдая за его лицом сквозь лёгкое мерцание живых существ, которые и заставляли стену светиться. Странно, но вопреки этому сочащемуся, живому, почти водянистому свойству перегородки, Ник отчётливо видел видящего.

Он и забыл, какими странными бывали органические материалы.

Это выглядело так, словно животная натура стены знала, когда отступить от той или иной части стены, на которую сейчас смотрят с какой-либо стороны барьера.

Отвлекая себя от самой стены, Ник сосредоточился на видящем.

Он выглядел в точности таким, каким его помнил Ник.

Высокие скулы на странно угловатом, худом лице, которое умудрялось выглядеть красивым, несмотря на радикальность его черт. Тонкие губы. Светло-голубые, слегка миндалевидные глаза с чёрными ободками вокруг радужек, длинные чёрные и стильно подстриженные волосы, широкие плечи. Татуировки виднелись там, где их не прикрывала рубашка, в том числе и несколько в верхней части груди. Прямо в центре, пониже его горла, Ник увидел астрологический символ.

Было в нём что-то.

То есть, когда Ник впервые увидел настоящее лицо Йи, что-то в его чертах обеспокоило Ника, даже если не считать того, как сильно он походил на видящего. Что-то казалось Нику странным, а может, слишком знакомым, даже в отрыве от того, что всё это пробуждало совершенно иную главу в жизни Ника, часть его прошлого, которое уходило корнями ещё в человеческую жизнь.

До него дошло, что видящий не ошибается.

Было в нём нечто назойливо семейное.

Что бы это ни было, это не ограничивалось просто его расой.

Это не ограничивалось Даледжемом и Уинтер... даже Мириам, которая стала ему семьёй задолго до них обоих, когда он всё ещё был человеком, и её тоже считал человеком.

Это стало раздражать ещё сильнее через секунду, когда Ник никак не мог определиться, что это значит, или откуда взялось это знакомое ощущение.

Он не знал видящего... вообще.

«Или ты просто не помнишь знакомства с ним», — пробормотал разум Ника.

Ник помрачнел, осознав, что в этом может крыться настоящая проблема.

Теперь, когда Ник знал, что часть его памяти стёрта, он не мог со стопроцентной уверенностью утверждать, что не знает это существо.

Он не мог быть абсолютно уверен во многих вещах.

Однако он не собирался делиться этим фактом с Йи.

Слегка нахмурившись, он скрестил руки на груди и чуть шире расставил ноги.

Сам Ник был ростом метр девяносто с лишним, но Йи был выше его сантиметров на десять.

Видящий был просто монстром.

Но видящие всегда были высокими, как минимум, по сравнению с людьми.

По этой причине вампиры проще сливались с людьми, но даже будучи вампиром, Ник прибавил примерно пять сантиметров в росте после обращения.

В то время трансформация его человеческого тела в вампирское озадачила Ника, но Брик и остальные заверили его, что такое просто случалось иногда. Видимо, изменения во время «первой смерти» (так называли этот процесс пафосные или просто чертовски старые вампиры) сильно отличались в зависимости от персоны.

Ник изменился сильнее по сравнению со многими вампирами, но всё же не выходил за рамки нормы.

В любом случае, прибавка в росте ощущалась не так уж странно по сравнению с омоложением на двадцать лет и увеличением члена, что в то время показалось ему откровенно неестественным.

— Не припоминаю, чтобы ты был таким тихим, Ник, — задумчиво сказал видящий.

Подняв взгляд и посмотрев в эти светлые глаза, Ник увидел, что видящий разглядывает его с любопытством и какой-то хищностью.

Ник отметил толстый ошейник на шее видящего и кивнул в ту сторону.

— Я немного удивлён, что они нашли такой, который сработал бы на тебе, — прокомментировал он. — Должно быть, для тебя это новый опыт.

Часть добродушного веселья ушла из глаз видящего, оставив больше того безумного свечения, которое Ник помнил по его вербовочным видео.

— Так и есть, — сказал Йи.

Ник окинул видящего взглядом, заметив тонкую казённую с виду одежду, которую наверняка предоставили Брик и его вампиры, массивный тёмно-зелёный ошейник, цепи, не замеченные им до сих пор и сковывавшие запястья видящего с его лодыжками... босые ступни.

Ноги видящего, выглядывавшие из тёмно-синих штанин, тоже казались татуированными.

— Да, — сказал Йи, явно следя за взглядом Ника.

Когда Ник вновь глянул в лицо видящего, Йи поднял ладони и запястья. Цепи их остановили, не дав задрать руки выше уровня нижних рёбер. Он раскрыл ладони, показывая длинные пальцы.

— Видимо, они не хотят, чтобы я попытался избавиться от ошейника, — заметил Йи. — Полагаю, в таком случае они считают меня вполне безумным. Ошейник обхватывает мой позвоночник, брат Ник. Так что попытки убрать его силой наверняка убьют меня. Это при условии, что там не содержится взрывного заряда... а мне кажется, что он там есть.

Ник кивнул с бесстрастным лицом.

— Думаю, да, — прокомментировал он. — Да, они считают тебя безумным, Дмитрий.

Видящий улыбнулся, но то холодное выражение никуда не уходило.

Ника нервировало то, каким потрясающим был видящий даже с этим свечением в глазах и холодным убийственным взглядом. Его глаза не светились в физическом смысле, как это было в хранилище под музеем, но Ника всё равно беспокоило то, сколько света виднелось в его радужках.

Он гадал, что увидела бы Уинтер при взгляде на него.

Отчасти он испытывал искушение привести её сюда и выяснить, но мысль о том, чтобы поместить её ближе к этому сумасшедшему мудаку или даже к Брику, заставляла Ника нервничать до такой степени, что хотелось увезти Уинтер куда-нибудь за океан.

Конечно, Уинтер сказала бы ему, что он ведёт себя нелепо.

Выбросив Уинтер из головы, Ник снова сосредоточился на этой не дающей покоя знакомости лица видящего и даже его тела.

Ник осознал, что как и в случае с вампирами, никак нельзя точно сказать, сколько видящему лет. Опираясь на то, как взрослели видящие, Йи могло быть где-то от двадцати пяти до четырёхсот лет.

Однако Ник подозревал, что ему не двадцать... и не четыреста.

Он предположил, что тот старше ста лет, но ненамного.

Видящие всё же менялись, когда становились старше.

Они продолжали прибавлять в росте, их лицо становилось более зрелым, телосложение менялось примерно до ста пятидесяти лет. В эти годы видящие становились выше. Мужчины обретали широту плеч. У женщин менялось телосложение, хотя у разных видящих это выглядело по-разному.

Черты лиц обоих полов становились более худыми, угловатыми, скулы делались выше, уходила более мягкая и юношеская внешность.

Заметить такие деликатные перемены неопытным взглядом было сложно, но Ник откуда-то знал это.

Он не помнил, как научился этому.

Он не помнил, чтобы ему рассказывали, на что обращать внимание, но это знание как-то сохранилось у него в голове.

После этой фазы возмужания (то есть, после того, как они переставали выглядеть как дети, но до того, как они становились полностью взрослыми) видящие сохраняли практически одну и ту же внешность, пока им не исполнялось четыреста-пятьсот лет, в зависимости от индивидуальных особенностей. Потом они проходили этап «среднего возраста» и доживали до откровенной «старости» примерно в шестьсот лет.

Но даже в этом возрасте видящие не старели так, как люди.

Их зубы оставались зубами молодых людей. Они часто не седели.

Они определённо выглядели старыми, иногда даже древними, но в сравнении с людьми это был странный процесс старения.

Они также выглядели как дети до-подросткового возраста, пока им не исполнялось двадцать с лишним лет.

Опять-таки, Ник не помнил, как узнал все эти вещи.

В то же время он не сомневался, что это правда.

— Ты снова притих, — заметил Йи.

Когда Ник вновь сосредоточился на этом лице и глазах, видящий улыбнулся.

— Вы знаете, зачем вы здесь, детектив? — спросил Йи. — Или вы просто хотели убедиться, что они посадили меня в надёжную клетку?

Но Ник его перебил.

— Зачем твои люди угрожают мне? — спросил он.

Последовало молчание.

— Вот как? — в глазах Йи оставался тот холод, но на тонких губах заиграла лёгкая улыбка, каким-то образом подчёркивавшая высокие скулы. — ...Кто-то угрожает вам, детектив? Ну и ну.

— Так и есть, — сказал Ник, всматриваясь в светло-голубые глаза. — Зачем? Почему они решили, что я как-то могу повлиять на твоё освобождение? Почему они вообще нацелились на меня? Дело не может быть просто в том, что я вампир.

Высокий видящий пожал плечами, не сводя глаз с лица Ника.

— Возможно, они думают, что вы более вразумительны, чем большинство кровососов, — сказал он таким же ровным тоном, как Ник. — ...А может, они знают, что вы работаете на тех милитаристов и предателей крови в «Архангеле».

Йи помедлил, по-прежнему оценивая лицо Ника.

— Вы уже знаете о преступлениях «Архангела», детектив. Они держат моих братьев и сестёр в плену. Заставляют их убивать... работать наёмниками. Та женщина угрожает разоблачить их, расчленить в лаборатории, если они не подчинятся. Включая и вашу очаровательную пару, детектив. Включая юную девочку с экстраординарными дарами... и её брата, Провидца, того вашего замечательного друга, который рисует такие красивые картины...

Плечи Ника напряглись.

Он постарался не выдать этого лицом, но не преуспел. Он знал, что ему это не удалось, ещё до того, как увидел, что улыбка на лице видящего сделалась шире.

— Ах, — сказал Йи. — Ты так её оберегаешь... и всех моих братьев и сестёр тоже, не только свою пару. И не только малышку-девочку. Это правда очень мило, Наоко.

Ник помрачнел.

— Ты по-прежнему общаешься с ними? Со своими людьми?

Последовало молчание.

Затем видящий издал ошеломлённый смешок.

Подняв руки и явно демонстрируя цепи, а вместе с ними и ошейник, он изумлённо улыбнулся Нику.

— Ты же шутишь, — сказал он. — Само собой.

Ник был не в настроении заигрывать с этим мудаком.

— Откуда ты? — прорычал он. — Как долго ты пробыл на этой Земле?

Глаза Йи снова сделались пронизывающими.

— Почему ты решил, что я родился не здесь? Ты намекаешь, что видящим не место на этой Земле, Наоко?

Ник почувствовал, как его челюсти сжались.

— Ты родился здесь? — прорычал Ник. — Или нет? Это секрет?

— Нет, не здесь.

Молчание вернулось.

Отчасти это было удивление со стороны Ника. Честно говоря, он не ожидал прямого ответа. Что ещё страннее, он был почти уверен, что видящий сказал ему правду.

— То есть, ты пришёл через один из порталов, — сказал Ник, хмурясь. — Ты рождён от видящих, которые происходили с этой Земли?

— Нет, — ответил Йи, поднимая руки. — Но ни один видящий на самом деле не происходит с этой Земли, Наоко... и тебе это прекрасно известно. Мы все переселенцы, — улыбка узких губ вернулась. — Вопрос в том, а являются ли люди тоже переселенцами? А вампиры?

Ник это проигнорировал.

— Предположительно некоторые из твоего народа родили здесь детей, — прорычал он.

— Я уже сказал, что родился не здесь, — повторил Йи, снова поднимая руки. — Так откуда мне знать?

Когда Ник промолчал, та улыбка сделалась шире, и видящий покачал головой, мягко прищёлкнув языком.

Звук был таким знакомым и таким настоящим, что Ник застыл.

— ...Ты так и будешь задавать одни и те же вопросы и намекать на одно и то же, брат? — спросил Йи, выгибая бровь. — Или теперь мы можем двигаться дальше?

— Ты, похоже, знаешь меня... — начал Ник.

— Да.

— Откуда? — потребовал Ник. — Откуда ты меня знаешь?

Видящий слегка улыбнулся.

— Меня ранит то, что ты этого не помнишь, Наоко.

Молчание сделалось осязаемым.

Ник почувствовал, как реагирует его тело, лицо. И всё же какая-то часть его оставалась скептичной. Мудак играл с ним. Он наверняка врал.

Да, чертовски высока вероятность, что он врёт.

Когда Ник ничего не сказал, Йи испустил очередной урчащий звук со щелчком языка.

— Она — это он... ведь так? Твоя пара?

Ник застыл, каждый мускул в его теле напрягся.

Увидев его выражение, Йи улыбнулся ещё шире.

— Ах, да. Ну естественно. Это должен быть он. Вампиры похожи на видящих в том, как они образуют пары. Как... интересно. И да, я подозревал, что всё может быть так, — по-прежнему слегка улыбаясь, видящий склонил голову набок. — Должен сказать, из старого-доброго дядюшки Джема получилась весьма привлекательная женщина. Жаль, что кровь смешанная... но судя по тому, что я видел в той комнате, Джем всё равно умудрился сохранить большую часть своих талантов.

Ник почувствовал, как его челюсти сжались ещё крепче.

Этот мудак знал слишком много.

Ник не понимал, откуда ему это известно, но он знал слишком много о нём.

Он знал слишком много об Уинтер.

— То есть это правда? Касаемо твоей памяти? — видящий изменил позу, опустив руки вдоль боков. — Ты действительно стёр её? Стёр годы с Джемом?

Судя по улыбке, Йи наслаждался выражением, которое появилось на лице Ника.

— Признаюсь, — добавил Йи, склонив голову набок, — когда мне впервые сказали об этом, мне сложно было поверить в эту часть истории. Я думал, что для вампира такое невозможно. Но теперь, глядя на тебя, Ник, я думаю, что мои источники, должно быть, не ошибались... ты действительно не знаешь, кто я. Полагаю, это объясняет, почему ты не пришёл ко мне ранее. Даже когда я посылал тебе вполне открытые сигналы, ты проигнорировал меня, Ник. Я подумал, что возможно, моё настоящее лицо приведёт тебя ко мне, как приводило других в прошлом. Но ты, похоже, действительно не сообразил, кто я. По словам моих источников, ты действительно считал меня человеком, Ник.

Ник уставился на видящего.

Он не хотел сказать что-то, что заставит Йи умолкнуть.

В то же время явное наслаждение в голосе видящего откровенно сводило с ума.

Когда молчание затянулось ещё на несколько секунд, Ник постарался заговорить ровным тоном.

— Чего ты хочешь, Дмитрий? — спросил Ник, сжимая кулаки под скрещенными на груди руками. — Чего ты на самом деле хочешь? Ещё одной расовой войны? Смерти всем вампирам? Или тебе просто нравится иметь под каблуком так много внушаемых людей?

Йи встретился с ним взглядом, перестав смотреть куда-то мимо него — возможно, в стену.

— Я здесь, чтобы закончить то, что начали мои люди, — сказал Йи. — То, что начали наши люди, Ник. То, за что ты сражался с моими братьями и сёстрами... бок о бок со своей парой. Ты выбрал сторону. Более того, ты выбрал правильную сторону, брат мой.

— Так что... смерть всем остальным? Людям и вампирам?

Йи пожал плечами, на его губах вновь заиграла та лёгкая улыбка.

— Зачем? — спросил Ник. — Зачем утруждаться? Вы ушли. Все твои люди ушли. Вся чёртова планета практически разрушена, благодаря Чарльзу и тому религиозному дерьму про господствующую расу. Даже если они смогут восстановить атмосферу и сделать большую часть поверхности пригодной для жизни, не может же этот мир быть единственным местом для вас? Зачем возвращаться сюда?

Видящий лишь смотрел на него, улыбаясь.

Ник нахмурился, крепче скрестив руки на груди.

— Остальные видящие вышвырнули тебя пинком под зад? — спросил он, слегка изменив позу. — Вот почему ты вернулся сюда, Дмитрий?

Йи покачал головой, тихо прищёлкнув языком, но у Ника не сложилось впечатления, что этот жест означал именно отрицание. Йи, похоже, выражал что-то вроде «вот ещё» или «да ладно», словно просто не знал, с чего начать.

— Ты знаешь, куда ушли мои люди, брат? — сказал Йи после этого.

Ник нахмурился.

— Нет. Никто здесь не знает. Да и откуда нам знать?

Йи с пониманием кивнул, и в светлые глаза вернулось веселье.

— О, некоторые из нас знают, брат, — кротко сказал он. — Хотя твоя подруга Мири, пожалуй, единственная, кто на самом деле знает, куда ушли все мы.

Ник почувствовал, как его грудь сдавило.

— Ты знаешь, где Мири? — сказал он. — Она до сих пор жива?

Йи улыбнулся, подмигнув ему.

— Та влюблённость никуда не делась и до сих пор жива, детектив? После стольких лет? А-та-та, брат Ник. Пожалуй, тебе не стоит демонстрировать это в присутствии твоей пары...

— Отъе*ись, — прорычал Ник, невольно разозлившись. — Где они? Ты явно хочешь сказать мне. Так скажи.

Йи вздохнул, покачав головой и снова посмотрев в сторону.

— Приведи сюда свою жену, — сказал он. — И я расскажу вам обоим.

— Нет, — прорычал Ник. — Скажи мне. И тогда, может быть, я приведу сюда Уинтер.

Последовало очередное молчание.

Затем видящий поднял руки как будто в примирительном жесте.

— Мы не отправились все в одно и то же место, брат, — сказал Йи, и его голос и глаза сделались чуточку серьёзнее. — Некоторые пришли в мой мир... мир, где я был рождён. На ту версию Земли, которая, скажем так, менее испорчена. Твои друзья, Мириам и Квентин, были в их числе.

— Они живы? — прорычал Ник.

— Когда я в последний раз слышал о них, да, — изучая глаза Ника, Йи добавил: — Ты слишком недоверчив, брат. Как я уже не раз говорил, ты для меня семья. Я не желаю вреда тебе или твоей жене. Я хотел поговорить с Уинтер лишь для того, чтобы рассказать об её семье. У меня есть информация, которую я мог бы ей дать... знания об её родителях, которые явно её заинтересуют.

Ник осознал, что снова весь напрягся.

— Сомневаюсь, — рыкнул он.

Йи выглядел развеселившимся.

— Вот как? Возможно, стоит задать этот вопрос твоей жене, Ник.

— Куда ушли остальные? — прорычал он. — Остальные видящие? Ты сказал, что лишь некоторые пришли в твой мир.

Йи вздохнул, будто необходимость объяснять такие вещи вызывала у него скуку.

— Есть и другие миры, Ник, — сказал он после небольшой паузы. — Один в особенности, как мне говорили. Я сам не видел тот мир, так что могу рассказать лишь то, что сообщили мне.

— И как ты очутился здесь? — прорычал Ник. — Ты всё ещё не сказал.

Йи поднял руки, улыбаясь.

— Когда я покинул свой мир, меня перенесло сюда. Мне говорили, что у порталов есть своя логика.

— Но зачем? — переспросил Ник, хмурясь. — Зачем вообще уходить? Зачем проходить через портал? Почему ты просто не остался на прежнем месте?

— Меня послали сюда, — сказал Йи.

Он задержался взглядом на Нике, и его глаза похолодели.

— Ты предположил верно, — произнёс он потом. — Меня попросили уйти. Даже вынудили.

Ник уставился на него, изменив позу.

— Полагаю, дело не в том, что ты был слишком очаровательным? Слишком веселился на вечеринках?

— Это тебе придётся спросить у Мириам, — сказал Йи, и его глаза и голос сделались холодными.

Последовало очередное молчание.

Затем Ник хмыкнул.

— Ну это вовсе не успокаивает, приятель. Мири всегда хорошо разбиралась в людях... не говоря уж о том, что она несколько лет проработала судебным психологом. Если тебя вышвырнула она, то я уверен, что на то имелась чертовски весомая причина...

— Она меня не вышвыривала, — холодно перебил Йи. — Я ушёл, Ник.

Ник уставился на него.

Затем его губы снова скривились в хмурой гримасе, которая выражала немало неверия.

— Серьёзно? — переспросил он. — Вот из-за чего всё это дерьмо о чистоте крови? Ты весь вне себя из-за Мириам? Что? Она задела твои чувства или типа того?

Хмыкнув, он добавил низким рычанием:

— ...мне придётся поблагодарить её за эту маленькую услугу.

Йи уставился на него, и его глаза похолодели.

— Я не стал бы утруждаться из-за Мириам, Ник.

Ник нахмурился, уставившись на него. Затем, окинув взглядом клетку, куда его заточила Белая Смерть, Ник хмыкнул.

— Не похоже, чтобы тебе нужно было и дальше беспокоиться из-за Мириам, Дмитрий. Если только ты не знаешь чего-то, что не известно мне...

— Я знаю много вещей, которые не известны вам, детектив, — сказал Йи, и его глаза и голос оставались холодными. — Полагаю, мы уже установили этот факт.

Ник моргнул, нахмурившись.

Затем он невольно слегка фыркнул. Грациозным жестом указав в сторону Йи, он почти бессознательно скопировал жест видящего.

— ...Ну то есть, без обид... но сдаётся мне, что бы Мириам ни сказала и ни сделала, она не ошибалась на твой счёт, приятель, — заново скрестив руки на груди, Ник приподнял бровь. — Должен сказать, я вполне разделяю нежелание видеть тебя рядом с собой. Особенно если тот мир такой идиллический, как ты говоришь. Никто не любит расистов, Дмитрий. Они склонны превращать всё в дерьмо.

Но Йи уже качал головой, и на его губах заиграла та жёсткая, знающая улыбка.

— Я ошибаюсь? — спросил Ник, когда видящий не ответил.

— В стольких вещах, что я даже не могу перечислить их все, — сказал Йи, наградив его холодным взглядом. — Я честно не могу решить, то ли ты намного глупее, чем я помню, Ник, то ли ты просто не понимаешь, кто я.

— Ты про то, что ты телекинетик? — пренебрежительно сказал Ник. — Неясно, почему это должно пугать меня в данный момент, Дмитрий. Хочешь сказать, что собачий ошейник на тебе не работает?

— Я говорю, что ничто заточённое не остаётся заточённым навеки, детектив, — холодно поправил видящий. Он опустил голову и шагнул ближе к стеклу. — Я говорю, что ты слишком долго зажился на этом свете... и может, сейчас не лучшее время злить меня.

Ник выдержал его взгляд, не моргая.

Когда видящий не отошёл и не изменил выражение лица, Ник вздохнул.

— Неа, — сказал он, качая головой. — Всё ещё не страшно. Может, дело во всей этой истерике из-за Мири, — Ник крепче скрестил руки на груди и заговорил жёстче. — А может, я просто начинаю подозревать, что на самом деле ты вовсе не способен мне помочь. Может, ты вообще уже не руководишь своим культом... а может, ты не в силах сообщить мне ничего полезного.

Йи улыбнулся сжатыми губами.

— Ты так думаешь, Ник?

Ник не моргнул и не опустил взгляд.

По большей части он думал над словами Йи и над всем, что он сказал.

Затем до Ника дошло кое-что ещё, и он хмыкнул, закатив глаза.

— Gaos... — пробормотал он, хмуро глядя на видящего. — Пожалуйста, скажи мне, что Мири — не твоя мать. Что Мири и Блэк — не твои родители. Что всё это дерьмо, все эти смерти — не из-за того, что мамуля и папуля тебя недостаточно любили...

Молчание сгустилось.

Йи не ответил ему, но видя зло на лице видящего, Ник почувствовал, что бледнеет.

Он наполовину шутил, но может, в каждой шутке есть доля правды?

Мири и Блэк? Это возможно, бл*дь? Они действительно могли быть его родителями?

Или Йи просто морочит ему голову... снова?

— Эта беседа окончена, — объявил видящий, отходя от стекла.

Ник смотрел, как Йи шаркающей походкой удаляется дальше в прозрачный куб, направляясь к мебели, которую Ник и не замечал до сих пор. Она была сделана из того же прозрачного светящегося материала, что и стены клетки. Йи подошёл к угловатому стулу... или кровати... или и тому, и другому... и опустил свой вес, усевшись на плоскую поверхность и положив ладони на бёдра.

Ник наблюдал, как видящий смотрит прямо перед собой, и его открытые глаза были переполнены светом.

Он понятия не имел, что делал Йи — то ли медитировал, то ли говорил со своими богами или ангелами, то ли общался с органикой в ошейнике или стенах.

Чем бы он ни занимался, что-то в этом взгляде чертовски нервировало Ника.

Он не хотел помнить слова Йи о том, что заключённые всегда освобождаются, но его разум всё равно заново прокручивал этот комментарий для Ника.

«Ничто заточённое не остаётся заточённым навеки, детектив...»

Ник хотел твердить себе, что это неправда.

Он хотел вспомнить примеры, доказывающие неправоту Йи. Заключённые, которых он помог признать виновными и приговорить к смерти. Знакомые ему люди, которые умерли в тюрьме, к счастью или несчастью.

Проблема в том, что по ощущениям всё было иначе.

Проблема в том, что когда Йи произнёс эти слова, они показались действительно правдивыми.

Глава 9. Дыра в пустыне

— Думаю, он прав, — задумчиво сказала Уинтер, когда Ник умолк. — Думаю, тебе надо позволить мне поговорить с ним. Когда пойдёшь в следующий раз... я пойду с тобой.

Ник уставился на неё.

— Нет.

Повернув голову, она изогнула бровь.

— Нет?

— Иисусе, Уинтер... нет, — прорычал Ник. — Почему из всего, что я тебе сказал, ты уловила именно это? Ты же не думаешь, будто он скажет тебе что-то правдивое про твоих родителей, нет?

Помрачнев, он скрестил руки на груди.

— ...Единственное, что я узнал наверняка — это то, что этому чокнутому засранцу нравится морочить людям головы.

Всё ещё стоя перед открытым шкафчиком и передвигая тарелки в нём, Уинтер вытащила глубокую миску и поставила на стол. Подойдя к холодильнику, она дёрнула дверцу и схватила контейнер с йогуртом с полки над мешками с кровью, затем принесла этот контейнер и упаковку черники к месту, где она готовила себе завтрак.

Она зевнула, плюхнув несколько ложек искусственного йогурта в миску.

Заново закрыв контейнер с йогуртом, она поставила тот обратно в холодильник и схватила другую упаковку ягод — на сей раз это была клубника.

— Мы всё ещё идём в то пляжное место сегодня? — поинтересовалась она, зевая во второй раз, затем взяла горсть черники и горсть нарезанной клубники и высыпала всё это на йогурт. Потом глянула на Ника через плечо. — Кит хотела встретиться с нами там. Я подумала, что стоит пригласить и Малека, если мы пойдём.

Увидев выражение, которое, должно быть, проступило в глазах Ника, Уинтер нахмурилась, отнесла чернику и клубнику обратно в холодильник и захлопнула дверь.

Он смотрел, как она подходит к другому шкафчику и вытаскивает пластиковую ёмкость с крышкой, заполненную гранолой. Она высыпала часть содержимого на йогурт и ягоды, затем захлопнула крышку на контейнере и вернула тот в шкафчик.

Когда Ник так и не заговорил, Уинтер повернулась к нему лицом, поджав губы.

— Ты же знаешь, что я права, — укоризненно сказала она. — Твои чокнутые вампирские инстинкты реагируют, наверняка полностью слетая с катушек при мысли о том, чтобы я встала перед Йи... но ты знаешь, что я права. Тебе нужно, чтобы его допросил видящий. Если у него проблемы с полукровками, может, Малеку стоит пойти со мной.

Приподняв руку и пожав плечом в манере видящих, она схватила свою миску с гранолой и йогуртом, взяла ложку и направилась в его гостиную.

— В любом случае, — бросила Уинтер через плечо. — Он уже знает, как я выгляжу. И он явно знает, кем и чем я являюсь. Так что какая разница?

Ник почувствовал, как скрежещет зубами, а его клыки удлиняются.

После небольшой паузы он последовал за ней в гостиную.

— Даже если ты права... а это не так, между прочим, — кисло добавил он. — Ты забываешь обо всём остальном, милая.

Уинтер плюхнулась на его диван цвета ржавчины, усевшись под массивным настенным монитором. Устроившись между мягких подушек, которые она добавила к этому дивану несколько недель назад, она откинулась на спинку и вздохнула, посмотрев на него.

— О чём остальном, детка? — невинно спросила она.

Ник посмотрел на эти ошеломительные глаза павлиньего цвета, и его разум разрывался между желанием рассмеяться над её притворно невинным видом и желанием укусить её... возможно, после этого перебросив её через колено.

— Брик, — сказал он, всё ещё стараясь не реагировать на лёгкое урчание в её словах. — И тот факт, что всё бл*дское здание заполнено вампирами. И не особенно этичными вампирами. Вампирами из организованной преступности. Вампирами-террористами. Вампирами, которые упиваются убийствами людей... которые получали удовольствие, насилуя и кормясь от видящих во время войн...

Вспомнив, как Зои встретила его на улице с зонтиком, вспомнив тот манипулятивный поцелуй и её притворную невинность, Ник помрачнел ещё сильнее.

— ...Вампирами, которые используют это, чтобы потрахать мне мозг, дорогая, среди всего прочего. Брик предельно ясно дал понять — он хочет, чтобы мы оба работали на него. На полную ставку.

Уинтер фыркнула, закатив глаза.

— Как будто такое когда-нибудь случится, — пробормотала она.

Ник помрачнел, уставившись на неё.

Когда он промолчал, Уинтер замерла, перестав размешивать гранолу и ягоды в йогурте. Она сощурила свои сине-зелёные глаза и уставилась на него, хмуро поджав полные губы.

— Этому не бывать, — повторила она, пристально глядя на него. — Верно, детка?

— Ты работаешь на «Архангел», — прорычал он. — Мне даже это не нравится, Уинтер. Если ты думаешь, что я позволю тебе заключить какое-то соглашение с Белой Смертью, то ты выжила из своего проклятого ума.

— Позволишь мне? — повторила она.

Покачав головой и мягко прищёлкнув языком, она снова сосредоточилась на своём йогурте.

Ник прикусил губу, наблюдая за ней, но поначалу она ничего не говорила.

Подогнув под себя ноги, она лишь качала головой, мешая в миске гранолу, чернику, кусочки клубники и йогурт. Один лишь вид её босых стоп отвлекал, не говоря уж о длинных чёрных волосах, которые спадали на переднюю часть её белой, почти прозрачной блузки и коротких шортиков.

Нику хотелось покормиться от неё; он сдерживал себя от укуса с тех пор, как вошёл в эту дверь, но понимал, что во многом это было то одержимое, гиперопекающее «вампирское дерьмо», как выражалась Уинтер.

Чёрт. Он даже знал, что она права.

Но порыв от этого ничуть не унимался.

— Возможно, мне придётся работать с ним, — хмыкнул Ник. — С Бриком. Как минимум, некоторое время.

Заметив жёсткий взгляд Уинтер, Ник выдохнул.

Стараясь успокоиться, он обошёл диван и сел напротив неё.

Несколько секунд он чувствовал, как она пристально смотрит на него.

— Здесь присутствует охрана, — она произнесла это не как вопрос. — Не просто от Морли или полиции Нью-Йорка. И даже не просто от «Архангела». Ты вызвал сюда ещё и головорезов Белой Смерти? Так что ли, Ник?

Ник почувствовал, как его челюсти сжались.

После затянувшейся паузы он повернулся к ней лицом.

— Нет.

— Нет?

— Нет, я не вызвал сюда Белую Смерть. Пока что нет.

— Пока что... нет, — её сине-зелёные глаза сделались пронизывающими. — То есть, ты планируешь попросить его об этом?

— Иисусе, — произнёс Ник. — Перестань так смотреть на меня. Ты лишь вызываешь желание трахнуть и укусить тебя...

— А ты просто пытаешься отвлечь меня, — ответила она с предостережением в голосе. — Отвечай на вопрос, Ник.

— Да, Уинтер. Да, понятно? Я планирую попросить его об этом. Я бы спросил сегодня, но не хотел делать этого, не поговорив с тобой...

Осознав, что это не совсем правда, он остановился.

Увидев скептическое выражение в её ошеломительных глазах, Ник прикусил язык одним клыком, затем помрачнел.

— ...Ладно, возможно, я не собирался сначала поговорить с тобой, — ворчливо признался он. — Но я хотел убедиться, что не возникнет катастрофы на месте. Я не хотел добавлять ещё один элемент в смесь, не поговорив со всеми... особенно такой нестабильный элемент, как вампиры-террористы. В особенности я не хотел, чтобы охрана «Архангела» устроила перестрелку или сражение на мечах с вампирами из Белой Смерти, если те явятся сюда.

Уинтер всё сильнее стискивала зубы, пока он говорил.

Напряжённо сжимая эти изящные челюсти, она уставилась на него, и её голос утратил всякую мягкость, когда она посмотрела ему в глаза.

— Ты не собирался спросить у меня?

— Собирался ли я просить разрешения, чтобы сохранить тебе жизнь? — парировал он. — Нет. Ты меня знаешь, Уинтер. Ты знаешь, что я бы этого не сделал. Ты бы предпочла, чтобы я соврал?

— Ты правда думаешь, что нам нужна Белая Смерть? У «Архангела» есть своя частная армия, Ник...

— И у Белой Смерти тоже, — перебил Ник непоколебимым тоном. — И они вампиры. Чрезвычайно хорошо натренированные вампиры. Их боится даже Сен-Мартен.

Последовало очередное молчание.

Ник смотрел, как она отправляет в рот ложку йогурта, ягод и гранолы и жуёт, уставившись в дальнюю стену невидящим взглядом.

Проглотив, Уинтер посмотрела на него.

— Ник, я опираюсь на то, что ты мне рассказывал об этих людях, — сказала она, прислонившись к подушке и продолжая смотреть на него. — Ты же это понимаешь, верно? Вся моя реакция на данную ситуацию исходит из твоих рассказов. Учитывая, что у меня память видящей, я помню всё, чем ты поделился со мной, Ник, в ярких деталях... все игры с разумом, социопатические наклонности Брика, его попытки контролировать тебя, то, как он манипулирует тобой, как он изменил тебя... как он требует от тебя секса и крови, как он ревнует, какой он мелочный, как он с помощью шантажа добивается от тебя вещей, которые ты не хотел делать. Как они силой вербуют молодых вампиров... о, и как много раз он насиловал тебя, Ник.

Она умолкла, глядя на него обманчиво ровным взглядом.

— Учитывая всё это... учитывая всё, что я помню слово в слово... у меня всего один вопрос. Зачем? Зачем, Ник? Зачем ты вообще идёшь к Брику за помощью? Зачем ты вообще связываешься с Бриком?

— Ты знаешь, зачем, Уинтер... — прорычал Ник.

— Давай притворимся, что я не знаю, — предостерегла она громче. — Давай притворимся, что у нас ещё не было этого разговора, Ник. Ты до сих пор даже не сказал мне, что случилось на месте преступления прошлой ночью. Что, чёрт возьми, так сильно напугало тебя, Деймона и Джеймса, что ты разбудил меня...

— Я сейчас не буду это обсуждать, — Ник покачал головой, стиснув зубы и посмотрев на неё. — Скажем так, теперь Йи и его люди нацелились на нас. Они нацелились на тебя и на меня, Уинтер. Что отвечает на твой первый вопрос... зачем. Зачем к Брику? Затем, что у Брика есть Йи, а люди Йи нацелились на нас.

— У «Архангела» тоже есть доступ к Йи... — сердито начала она.

— И «Архангел» нас ни к чему не подключает, — прорычал Ник. — Когда кто-либо из «Архангела»... и уж тем более сама Сен-Мартен... в последний раз пригласила кого-то из нас на допрос? Дала послушать или хоть почитать записи?

Сине-зелёные глаза Уинтер потемнели.

Она открыла рот, но прежде чем она успела заговорить, Ник перебил её, подняв руку и чувствуя, как клыки удлиняются в его рту.

— Он нацелился на нас, — прорычал Ник. — Ты меня слышала, Уинтер? Он сейчас нацелился на тебя... и использует тебя, чтобы нацелиться на меня. Хочешь поговорить о шантаже? В данный момент нас шантажирует только Йи и извращённые последователи его культа.

Помедлив, он добавил:

— И ты права. Я не рассказал тебе всего про те трупы, ясно? Есть причина, по которой сегодня утром ты ощутила мою панику.

Её глаза прищурились.

— Какая причина? Что случилось, Ник?

Он взмахнул рукой, раздражаясь.

— Я же сказал... я не хочу сейчас углубляться в детали. Просто поверь мне, в том, что мы нашли, содержался предельно ясный посыл нам обоим. Они угрожали твоей жизни. Они хотят вернуть Йи. Похоже, они думают, что я могу это организовать... и я понятия не имею, почему они так решили. Я не знаю, исходит ли это дерьмо прямиком от Йи. Если честно, я понятия не имею, как он может общаться с ними... или он отдал им такие инструкции на случай, если когда-нибудь угодит в плен.

Уинтер нахмурилась.

Она снова открыла рот, чтобы заговорить.

Ник перебил её во второй раз.

— Слушай, это неважно, — сказал он с нескрываемым раздражением. — Я немедленно связался с Сен-Мартен, запросил доступ к тому, что у них есть на людей Йи и самого Йи... и она даже не потрудилась ответить. Я послал то же сообщение Брику, и угадай, что? Он ответил. Он также позволил мне допросить Йи.

Подумав над этим и над тем фактом, что «Архангел» и их приспешники прямо сейчас могут слушать их разговор, Ник повысил голос.

— ...Так что нах*й Сен-Мартен, ясно? — прорычал он. — НАХ*Й ЕЁ. Я устал от этого одностороннего дерьма, где она контролирует доступ абсолютно ко всему, бл*дь. Я не готов разгадывать её игры. Честно, у меня нет на это времени.

Подумав над правдивостью этих слов, он помрачнел.

— Я не могу позволить себе быть избирательным в том, от кого принимаю помощь, — прорычал он. — Только не тогда, когда на кону стоит твоя жизнь. Не могу, Уинтер. Не могу, бл*дь.

Взгляд Уинтер сделался лишь жёстче.

Когда Ник посмотрел на неё, чувствуя, как его собственное лицо ожесточается от раздражения и отказа отступить, он заметил в ней проблеск настоящей злости.

Он открыл рот, возможно, чтобы опередить её, но на сей раз она сама его перебила.

— Я не позволю тебе продать душу этому мудаку, Ник, — сказала Уинтер. — Ты это понимаешь? Я не хочу, чтобы ты был у него в долгу. Я не хочу, чтобы ты  задолжал ему хоть что-нибудь. С ним это никогда не закончится. Если ты позволишь им использовать меня, чтобы заполучить тебя, это никогда не закончится. Неужели ты правда этого не понимаешь?

— Я это понимаю, — прорычал Ник. — Но у него Йи.

— И что?

— Он позволил мне говорить с Йи, — произнёс Ник с жёстким предостережением. — Наедине.

— И ты правда думаешь, что за это не придётся заплатить? — спросила она, хмурясь.

— Конечно, за это придётся заплатить! — рявкнул Ник. — А ты думаешь, что мне не приходится платить каждый раз, когда я заключаю дерьмовые сделки с Сен-Мартен?

Последовало молчание.

Ник осознал, что теперь его клыки полностью удлинились, глаза сделались красными.

Посмотрев на Уинтер, он увидел, что она настороженно изучает его.

Она определённо заметила клыки. И перемену в его радужках.

Однако она не выглядела так, будто боится его.

Если уж на то пошло, она выглядела так, будто переживает за психическое здоровье Ника.

Словно подкрепляя это подозрение, в следующий раз она заговорила более сдержанным тоном.

— То есть, его цена — преследовать нас 24/7? — кротко поинтересовалась она. — Та охрана, о которой ты говорил? Или есть что-то ещё?

Ник помрачнел.

Затем медленно покачал головой.

— Конечно, есть кое-что ещё, — он выдохнул, пытаясь заставить себя расслабиться. — И между прочим, Брик не упоминал охрану. И я тоже не поднимал эту тему... как я и сказал. Я правда хотел сначала поговорить с тобой. Может, не спросить разрешения, но всё же обсудить. И я хотел поговорить об этом с Морли и новым начальником безопасности «Архангела». С тем парнем, которым Сен-Мартен заменила Веронику Расин.

Последовало очередное молчание.

Оно казалось более затянутым.

Ник буквально чувствовал, как Уинтер хотелось, чтобы он укусил её прямо сейчас.

Ей хотелось заглянуть в его голову.

Наверное, ей также хотелось попробовать успокоить его.

— Ник... — начала она с открытым предостережением в голосе.

— Я просто буду... помогать. В плане обмена информацией, — сказал он, и его тон сделался жёстче, когда он ощутил её реакцию. — Я поговорю об этом с Сен-Мартен, как и сказал. Но я сообщил Брику, что буду делиться информацией. Он был... доволен... и удивлён, наверное... тем, с какой готовностью Йи со мной общался. Это дало мне некое преимущество. Видимо, Йи не говорит ни с кем из них. Особенно с Бриком. Одному из вампиров немножко повезло, но Йи не был таким болтливым, как со мной...

Вспомнив, что это был за вампир, вспомнив Зои и её поцелуй, и её игры с разумом, Ник помрачнел.

— Почему они просто не укусят его? — спросила Уинтер. — Почему не накачают Йи ядом под завязку? Вызвали бы у него зависимость, и он бы рассказал всё, что они хотят знать.

Ник нахмурился, глядя на неё.

— Я спрашивал их об этом.

— И?

— Прямого ответа я не получил. Брик просто сказал, что по какой-то причине они не могут это сделать. Не знаю, то ли из-за какого-то соглашения с «Архангелом», то ли по какой-то другой причине.

Нахмурившись в ответ на её молчание, он посмотрел на Уинтер.

— Слушай. Я понимаю, что это сложно, — сказал он. — И опасно. И далеко от идеала. Но это хорошие новости. Если Йи говорит со мной, это даёт нам хоть что-то. Это даёт нам способ, благодаря которому я не вынужден продавать свою верность Брику, «Архангелу» или кому-то ещё. В данный момент я владею тем, чего они хотят. Я могу обменять это на защиту для нас обоих.

Подумав об этом, Ник невидящим взглядом уставился в стену-монитор.

Сказать, что Брик был доволен беседой Ника и Йи — это ничего не сказать.

Брик просто лопался от вопросов и любопытства после маленького «разговора» Ника и Йи.

Особенно Брик наседал на то, думал ли Ник, что Йи действительно может быть отпрыском Блэка и Мириам, не говоря уж о том, куда ушли все видящие, могут ли они вернуться, чего хотел Йи, было ли это для него чем-то личным (какая-то мелочная месть Мири и Блэку) или это просто прикрытие для работы, которую делает Йи, прокладывая дорогу для более крупной армии видящих-захватчиков.

Ник думал, что у Брика паранойя.

По крайней мере, по последнему пункту Ник считал, что у Брика просто нелепая паранойя.

Он помнил, когда видящие ушли.

Он помнил, как думал, что они не вернутся.

Вспомнив эти проблески сейчас, Ник вздрогнул, бессознательно потирая свою грудь.

Gaos. Могла ли она всё ещё быть жива?

Мог ли Блэк быть жив? Спустя столько лет?

Раздражённо выдохнув, Ник провёл пальцами по волосам, борясь с эмоциями и мышлением, о котором он едва не забыл.

Так странно было погружаться во всё это сейчас, когда ему приходилось иметь дело с Бриком и дерьмом Йи. Он ещё даже не оправился от шока из-за того, кем ему приходилась Уинтер; Ник лишь недавно узнал, что она может быть именно тем, кем её назвал Йи — реинкарнацией Даледжема, его погибшего супруга.

Ник всё ещё не уложил в голове этот взрывной факт — не настолько, чтобы прочувствовать всю правдоподобность.

А теперь Мири и Блэк могут быть живы?

Словно уловив какое-то лёгкое впечатление всего этого, а может, увидев это на его лице, Уинтер заговорила сдержанным тоном.

— Кто все эти люди? — спросила она. — Те, что ушли? Ты сказал, они были твоими друзьями? Те видящие? Друзьями Даледжема?

Ник кивнул, запрокинув голову и положив затылок на спинку дивана.

Выдохнув, он посмотрел в потолок.

— Это чертовски долгая история, дорогая, — сказал он.

— Но это тот же Блэк, верно? Квентин Блэк? Тот, кто практически рассказал миру о существовании видящих? Тот, кто по слухам превращался в дракона?

Последовало молчание.

Затем Ник снова кивнул, глянув на неё.

— Честно, я удивлен, что эта история до сих пор жива, — подумав над этим, он хмыкнул. — Учитывая войну и всё остальное... и двести с лишним лет вмешательства... и почти полное разрушение планеты. Кажется, остальное столетие должно было её затмить. Я думал, большинство людей уже не вспомнят об этом.

— Но он превращался в дракона? — настаивала Уинтер.

Ник кивнул, потирая глаза пальцами.

— Да.

— И ты знал их? Его самого и его жену?

Ник снова кивнул, повернув голову, но не поднимая её со спинки дивана.

— Да. Я знал их. Я знал жену Блэка задолго до того, как Блэк встретил её. На самом деле, можно сказать, что я их познакомил. Мири встретила Блэка, потому что я его арестовал... когда я ещё был человеком и детективом в полиции Сан-Франциско.

Помедлив, он всмотрелся в лицо Уинтер, ощутив, что она реагирует, но не совсем понимая, как именно.

— Я расскажу тебе всё, — пообещал он. — Безо всяких секретов. Серьёзно. Просто я не уверен, что готов к этому прямо сейчас. Мне надо разобраться, что делать с Бриком. Похоже, Брик думает, что я единственный, с кем будет говорить Йи. Он хочет, чтобы я вернулся.

Подумав об этом, об их разговоре, Ник прикусил губу.

Он поколебался, подумывал сказать ей, затем решил держать рот на замке.

Но Уинтер уже интуитивно догадалась о той части, которую он опустил.

— Он хочет, чтобы ты привёл меня, — сказала Уинтер. — Брик. Он попросил привести меня на следующую беседу. Ведь так? Этого просил не только Йи.

Ник почувствовал, как его челюсти сжимаются.

Мгновение спустя он пожал плечами, всё ещё уставившись невидящим взглядом в монитор.

— Да.

Уинтер фыркнула, собираясь сказать больше, но Ник её перебил.

— Всё сложно, Уинтер, — сказа он чуть резче. — Брик хочет, чтобы я поговорил с Кит. И с Сен-Мартен. С Морли. С Джорданом. Может, даже с шефом полиции. Он практически хочет нанять меня в роли какого-то посредника. Не только с «Архангелом»... но с видящими, с Малеком и Тай, с тобой, с Сен-Мартен, с полицией Нью-Йорка... и с Йи, конечно, и возможно, даже с последователями Йи. Он хочет, чтобы все вы позволили мне выступать каким-то посредником для обмена информацией.

Последовало молчание.

Ник наблюдал, как его девушка ест свой завтрак.

Он невольно подмечал, что жёсткое выражение до сих пор не ушло из её глаз.

После паузы, показавшейся долгой, Уинтер кивнула.

— Понятно.

Уинтер нахмурилась, набрав ещё одну ложку йогурта из миски. Засунув её в рот, она стала хрустеть гранолой и ягодами, отрешённо глядя перед собой и, похоже, стараясь обдумать его слова без излишне острой реакции.

— Ладно, — сказала она, проглотив то, что было во рту, и глянув на Ника. — Я понимаю, почему ты не решаешься вести меня туда. Но вот честно? Я не думаю, что у нас есть выбор.

Поставив миску на его журнальный столик, она встала и обошла диван.

Ник проследил за ней взглядом, поворачиваясь на диване, чтобы посмотреть, как она подходит к небольшому столу и нескольким встроенным книжным шкафам у дальней стены. Он помог ей обустроить эту часть его гостиной в качестве рабочего места на тот период, что она оставалась с ним здесь.

С тех пор она добавила некоторые вещи, когда Ника не было дома.

Он наблюдал, как она взяла со стола планшет, включила, пролистала несколько экранов, сложила какие-то ВР-проекции и трёхмерные диаграммы, пока не нашла нужные ей открытые вкладки.

Подойдя обратно к дивану, она положила планшет на колени Ника.

Ник посмотрел на изображение там и нахмурился.

— Ты нашла что-то по символу?

— Ага.

— Ты не можешь просто сказать мне?

— Сначала послушай, — настаивала она. — Я восполню пробелы.

Взяв планшет, Ник начал читать.

Затем, увидев длинные ряды символов, он вспомнил, что Уинтер сказала слушать, и с помощью мысленной команды подключил гарнитуру к планшету. Найдя кнопку воспроизведения на видео с коротким содержанием, он кликнул на символ, который в последний раз видел вырезанным на груди мёртвого вампира.

—Этот символ известен как «Уртре». Он обозначает один из планетарных символов загадочного происхождения, используемых для обозначения миров, которые не имеют научного подтверждения, но по слухам существуют вне нашей солнечной системы... возможно, даже вне нашего измерения реальности. Наиболее общепринятая гипотеза утверждает, что их принесли на Землю видящие до войны. Возможно, у них имелись карты реальных мест...

Ник поставил запись на паузу, повернулся и посмотрел на Уинтер.

— Разве не это ты нашла ранее? То, что символ Йи — это планета?

Уинтер кивнула, поставив пустую миску на журнальный столик и проглотив остатки завтрака.

— Однако тут впервые упоминаются другие измерения.

Ник нахмурился, всё ещё глядя на неё.

— Хочешь сказать, Уртре реальна? — озадаченно переспросил Ник. — Это должно быть версией Земли из измерения Йи? Или мы считаем это совершенно другой планетой?

Она показала ложкой в его сторону.

— Слушай дальше, — сказала она. — Ты дошёл до части про пустыню? До той истории в Нью-Мехико? Там говорится про это. Про то, когда видящие впервые пришли на Землю. Видимо, символ впервые нашли на стене какой-то пещеры в пустыне.

Вспомнив свой сон, Ник помрачнел.

— Шипрок?

Она моргнула, затем кивнула.

— Да. Тебе об этом известно?

Ник помрачнел ещё сильнее.

— Я жил в то время, Уинтер. Но то были не первые видящие, которые пришли сюда, на эту версию Земли. Как минимум несколько сотен видящих уже находились здесь. И Шипрок был не единственным порталом. Их были дюжины. Может, сотни. По всему миру.

Уинтер вскинула брови, когда его слова отложились в сознании.

— Ты присутствовал при этом? — спросила она. — В пустыне?

Ник покачал головой, нахмурившись.

— Нет, — бросив на неё напряжённый взгляд, он добавил: — Но ты там была.

В ответ на её озадаченное выражение он добавил:

— Именно там Даледжем впервые пришёл на эту Землю. Он прошёл через портал в Шипроке. Они открыли его... Шипрок стал самым известным, потому что там был Чарльз, и он давал показания об этом на суде против видящих. Блэк был там. Мириам была там. А ты была одним из видящих, прошедших через ту дверь.

Уинтер вскинула брови ещё выше.

Выдохнув, Ник провёл пальцами по волосам и слегка вздохнул, невольно вспоминая те годы.

Не суд, не Чарльза, не то безумие, которое привело к периоду настоящей войны. Скорее, время до этого, когда он ещё не знал о видящих или вампирах и думал, что самая большая его проблема — это как сделать так, чтобы мама перестала его донимать вопросами, когда он женится и заведёт детей. А ещё тот факт, что ему было за сорок, и ни жены, ни детей у него не было.

Он до сих пор думал о том времени, как о «нормальном» времени.

Времени настоящего неба, настоящей погоды, настоящей еды, настоящего кофе.

Времени человеческой жизни, секса без крови, сёрфинга в настоящем океане, фруктов, мяса и сыра, которые не были искусственно синтезированы. Вкуса еды. Возможности лежать на траве под солнцем в парке Золотые Ворота.

Тогда он ходил в кофейни под открытым небом и в походы.

Его родители всё ещё жили в Потреро-хилл.

Тогда Ник был другим детективом отдела убийств, который раскрывал преступления без вынюхивания крови, который после работы пропускал по стаканчику со своими лучшими друзьями Мири и Энджел, который ел в любимых ресторанчиках суши, смотрел фильмы, танцевал с женщинами, с которыми знакомился в городе.

Казалось, что с тех пор прошли миллионы лет.

И в то же время это казалось таким недавним.

— Эй, — позвала Уинтер чуть резче. — Ты куда ушёл?

— Ты знаешь, куда, — он повернул голову, слегка нахмурившись. — Я вспоминал... и не вспоминал. Я даже не знаю, чего не помню. Или почему я так уверен, что Даледжем пришёл через тот портал, когда самого Даледжема я почти не помню.

Снова выдохнув, Ник хмуро посмотрел в стену.

Вспомнив сон о том, как они с Джемом напивались у Шипрока, он выбросил эти мысли из головы. Он даже не знал, случилось ли это на самом деле.

— Я почти надеюсь, что Мириам жива, — пробормотал он. — Может, она сумеет помочь мне заполнить некоторые пробелы.

При этой мысли его грудь сжалась до боли.

Мысль о том, что Мири и Блэк до сих пор живы, казалась ему совершенно сюрреалистичной.

Это не может быть правдой. Ведь не может?

Вытолкнув всё это из головы, Ник открыл рот, собираясь спросить у Уинтер, что ещё она узнала, но тут в его гарнитуре раздался приоритетный вызов.

Морли.

Ник ответил без раздумий.

— Да, босс? — сказал он. — Что такое?

— Убирайся из своего здания! — Морли буквально выкрикнул эти слова. — Убирайся оттуда к чёртовой матери, Танака! Немедленно! И забери мисс Джеймс с собой!

Глава 10. Проникновение

В этот самый момент сработала сирена тревоги в здании.

Тело Ника двигалось почти наперёд его разума.

Он перемахнул через диван и побежал к стене возле места, где он устроил стол для Уинтер. Нажав на точку давления на полуорганической поверхности, Ник набрал в гарнитуре код, оттарабанив двадцать семь цифр так быстро, что даже забеспокоился, воспримет ли их система с такой скоростью.

Восприняла.

Открылось отделение шириной где-то в полметра, высотой в тридцать сантиметров и глубиной метр с лишним.

Ник не переставал общаться по гарнитуре.

— Говори со мной, Морли, — сказал он. — Кто там есть снаружи?

— Пять агентов «Архангела», — ответил тот. — Мне говорят, что там есть две наши патрульные машины. В подземном гараже перестрелка. Ещё одна прямо возле лобби. Я уже еду. Джордан тоже, и ещё два патруля. «Архангел» посылает...

— Я не про то, — перебил Ник. — Их там сколько?

Морли поколебался.

— Мне сказали, что больше сотни. Может, даже две сотни.

— Две сотни? — Ник застыл, невидящим взглядом уставившись в отделение стены. — Две сотни людей сейчас вламываются в моё бл*дское здание?

— Ага, — Морли выдохнул, похоже, находясь на пределе. — Ага. Именно это я тебе и говорю.

Разум Ника переключился в резкое облегчение.

Он снова сосредоточился на отделении в стене перед собой.

— Как мне выбираться отсюда, бл*дь? — спросил Ник, нагибаясь в проём. — Каков мой план к отступлению?

— Я попробую найти для вас такой путь...

— Займись этим, — перебил Ник. — Я приготовлю себя и Уинтер к тому, чтобы выдвигаться. И дай мне трансляцию того, что происходит снаружи. Как можно быстрее. Я свяжусь с Кит для записей камер в зданиях. Попробуй, вдруг ей удастся взять записи с камер на агентах снаружи, или вдруг у них есть беспилотники. Узнай, что там по поддержке с воздуха...

— Будет сделано. Держитесь. Пять минут, Ник.

Ник кивнул, приглушив соединение.

Он послал быструю записку Кит, пометив её приоритетной, затем ещё одно сообщение для Сен-Мартен.

Он заставил себя снова сосредоточиться на отсеке для хранения.

Спереди лежали два пистолета в непроницаемом кейсе — нелегальные, естественно, поскольку ему не разрешалось иметь оружие помимо служебного плазменного пистолета, выпущенного М.Р.Д.. В них обоих имелись органические модификации прицела и  компонентов для стрельбы, что также являлось нелегальным.

Рядом с пистолетами лежали стопки боеприпасов в тёмно-зелёных магазинах.

Тоже органика, тоже нелегальная.

Справа и подальше в отделении находилась толстая чёрная рукоятка, лежавшая на гладком металле и завёрнутая в тёмно-красную бархатную ткань.

Это был подарок, которым он не пользовался примерно пятьдесят лет.

Поскольку там точно имелись органические компоненты, разработанные за годы до войны, это также было нелегальным, и именно поэтому Ник прятал этот предмет. Он также наверняка был бесценным, учитывая, кто это разработал, уровень мастерства, понадобившегося для его изготовления, а также то, откуда происходила схема.

Затолкав рукоятку в свой задний карман, Ник схватил оба пистолета, проверил предохранители, затем засунул их за пояс. Снова потянувшись в проём, он достал все запасные магазины, которые лежали в маленьком углублении, затем закрыл раздвижную дверь.

Он всё ещё не говорил с Уинтер и вместо этого на вампирской скорости пересёк свою квартиру до входной двери.

Он открыл шкаф рядом с главной панелью безопасности.

Он снял с вешалки бронированный плащ из искусственной кожи длиной до лодыжек и, повернувшись, обнаружил, что Уинтер уже натягивает плотные тёмно-серые леггинсы, быстро поддёрнув их на бёдра до талии лёгким прыжком. Она уже переоделась в старую чёрную футболку Ника. На полу, возле её ног в носках, стояли массивные армейские ботинки.

Он готов был расцеловать её.

Вместо этого он бросил ей бронированный плащ.

— Надень это! — сказал он громко, перекрикивая воющую сирену.

Ник не стал смотреть, поймала ли она его и сделала ли так, как он сказал.

Вместо этого он повернулся к шкафу, схватил плечевую кобуру и служебное оружие с верхней полки. Он надел кобуру на грудь и плечи, схватил с той же полки две набедренных кобуры и повернулся, чтобы бросить одну из них Уинтер.

Он свистнул, когда она не почувствовала бросок, и тогда она повернулась, поймав кобуру в воздухе.

Опять-таки, он не ждал, чтобы посмотреть, надела ли она её.

Вторую кобуру Ник пристегнул на своё бедро, затем снова залез в шкаф за бронированной одеждой для себя. Эта куртка оказалась короче плаща, который он отдал Уинтер, и доставала примерно до бёдер, но по большей части прикрывала оружие.

Ник только закончил надевать куртку и проверил вторую кобуру, убеждаясь, что она корректно прилегает к телу, затем засунул один из нелегальных пистолетов на набедренную кобуру, повернулся...

...и обнаружил, что Уинтер пропала.

Каждый мускул в его теле напрягся.

Ник уже собирался крикнуть и позвать её, но тут она вышла из их спальни, держа в одной руке толстый тёмно-зелёный цилиндр. Она на его глазах открывала крышку и вытаскивала какой-то узорный резной предмет.

Заметив колчан, ремень которого по диагонали пересекал её грудь, Ник осознал, что это такое, и мрачно кивнул.

— Иди сюда! — крикнул он от двери.

Уинтер двигалась без вопросов, направившись к нему у выхода.

— Пистолет тоже хочешь? — спросил Ник, наполовину крича.

Она кивнула, показывая на кобуру, которую пристегнула к своему бедру.

Ник проверил второй пистолет, убедившись, что тот заряжен, и пуля уже готова к первому выстрелу, затем достал четыре запасных магазина и передал их Уинтер вместе с пистолетом рукояткой вперёд. Она затолкала пистолет в кобуру, распихала магазины по карманам и повесила лук за спину, чтобы он аккуратно прилегал к ремню колчана.

— Иди сюда! — повторил Ник, жестом подзывая её ближе.

В этот раз она подошла к нему вплотную, и он обвил рукой её талию, дёрнув к себе. Затем он без промедления нагнулся и погрузил клыки в её горло, лишь слегка вздрогнув от наполовину заживших следов его же предыдущего укуса.

У него не было времени церемониться с этим.

Ему нужно иметь возможность говорить с ней, пока всё это происходит.

Уинтер, похоже, в точности знала, что он делает. Расслабившись в его руках, она наклонила голову в сторону и выгнула шею, предлагая более лёгкий доступ к горлу.

К сожалению, это лишь безумно возбудило его, бл*дь.

А также заставило погрузить клыки глубже.

Однако Ник не терял головы.

Он не хотел ослабить её, так что попив несколько секунд, поднял голову, вытер губы и облизал клыки. Он уже достаточно чётко слышал её разум и убедился, что связь крови между ними крепка.

И всё же Уинтер была такой тихой, что Ник невольно нащупывал эту связь.

До него дошло, что она ни разу не спросила у него, что происходит.

Это тоже вызвало у него желание поцеловать её.

«Мы скорее всего не сможем выйти через парадный вход, — сказал ей Ник. — Следуй за мной, ладно? Морли нас выведет. Если он по какой-то причине не сможет, я найду другую дорогу. Здание будет полным. Все будут направляться к аварийным выходам. Держись поближе ко мне. Там будет много вампиров».

Она кивнула, смертельно серьёзно глядя на него.

Ник почувствовал, что она хочет заговорить, ответить, но тут...

...здание содрогнулось от взрыва, пол под их ногами затрясся, а стены задрожали.

Глава 11. Здание, полное вампиров

Схватив Уинтер за руку, чтобы помогать ей удерживать равновесие, Ник немедленно переключил гарнитуру обратно на вызовы и послал сигнал Морли.

Когда детектив ответил, он не утруждался приветствием.

— Ладно, мы готовы уходить, — сказал он. — В какую сторону?

— Ты это слышал, Танака?

Ник сдержался, чтобы не закатить глаза.

— Естественно, мы это слышали, бл*дь, — сказал он человеку по субвокалке. — Как думаешь, почему я спрашиваю-то? Мы вооружены... относительно. Готовы выдвигаться. В какую сторону?

Переключившись, он послал сигнал Кит, пытаясь привлечь её к разговору.

— Ты достала мне те записи, Катарина?

Её голос раздался в гарнитуре, а в виртуальном пространстве рядом с Морли появилась маленькая версия её лица.

— Иисусе, Ник, — сказала она, потирая глаза. — Какого чёрта происходит?

— Ты не работаешь, — сказал Ник, хмурясь.

Это не было вопросом. По видео он понял, что разбудил её, и снова осознал, что сейчас от силы семь утра.

— Ребёнок, — сказал Ник девушке-технарю. — У меня тут проблемы. Почему бы тебе не проснуться и не подключиться к системе безопасности в моём доме...?

Он едва успел произнести это, прежде чем ещё один взрыв сотряс здание, заставив Уинтер прильнуть к нему.

— Нам нужен путь к отступлению, — спокойно сказал Ник, видя, как Кит выпучила глаза, явно уловив вибрации от взрыва. — Возможно, они взрывают входные двери... или квартиры, ища нас...

— Точно, — Кит лихорадочно закивала.

Глядя на неё, Ник увидел, как её глаза сосредоточились — вероятно, она вызвала несколько экранов вокруг него.

— Дай мне минуту, Ник. Я прямо сейчас смотрю на записи...

— У нас нет минуты, ребёнок.

— Тридцать секунд...

Ник глянул на Уинтер, стараясь оценить её лицо.

Она побледнела, и он снова забеспокоился из-за того, сколько крови забрал у неё.

Наклонившись, чтобы поцеловать её в шею, Ник пробормотал в её сознании:  «Подожди здесь, детка. Они ищут нам выход. Я сейчас вернусь».

Он не ждал ответа, а просто побежал, используя каждую унцию своей вампирской скорости, чтобы метнуться на кухню. Он нашёл ящик, в который закинул несколько протеиновых батончиков с добавлением железа, чтобы Уинтер всегда могла их съесть при необходимости.

Схватив все, Ник распихал их по карманам, затем ринулся обратно к входной двери.

Он протянул Уинтер один батончик, и через кровь подтолкнул её съесть это.

Он видел, как она нахмурилась, затем осознала, что он имеет в виду, и принялась раздирать упаковку с одного конца.

Ник смотрел, как она прожёвывает первый кусочек, когда в его ушах раздался голос Кит.

— Ладно, — мрачно произнесла она. — Кажется, у меня кое-что есть... но чёрт, Ник, выглядит всё дерьмово. Они уже миновали входную дверь в здание. Они убили охранника М.Р.Д., который сидел в будке. Лобби и нижние коридоры полностью переполнены. Я послала больше сотрудников «Архангела» в вашу сторону...

— Вытащи нас отсюда, — прорычал Ник. — Сейчас же. У нас три пистолета. Может, около пятисот пуль. С органическими наконечниками. Но как нам выбраться? Здесь нет пожарных выходов... задумывалось всё как один вход и выход.

— Я нашла вам один вариант... — начала Кит.

Ник увидел мигающий огонёк в другой части виртуального экрана и осознал, что Морли пытается связаться с ним. Он даже не заметил, когда другой детектив отключился.

Он снова подключил Морли к коммуникации с Кит.

— Морли снова с нами, — сказал он ей, когда лицо детектива полиции появилось на фоне. — Говори со мной. Что за вариант?

Глянув на Уинтер, Ник сообразил, что не подключил её гарнитуру и исправил это, снова сосредоточившись на Кит.

— Уинтер тоже тут.

— Ладно, — Кит сделала вдох, и Ник осознал, как она побледнела, и как сильно дрожал её голос. — Ладно. Вариант не фонтан, но это хоть что-то...

— Выкладывай, ребёнок, — прорычал Ник. — Сделай глубокий вдох. Говори.

— Это мусоропровод, — сказала она, стараясь дышать глубже, как и сказал Ник. — Его использует персонал. Он проходит по боку здания. Если ты дашь мне минуту, я смогу его отпереть...

— Покажи мне, — прорычал Ник. — Мы отправимся туда, пока ты работаешь над открытием.

— Ник...

— Если они убили охранника, то наверняка получили доступ к базе данных. Они знают, какая из квартир моя, — рыкнул Ник. — Мы не можем пойти по лестницам вниз, но мы можем подняться вверх. Это даст тебе время открыть люк мусоропровода.

Последовало молчание.

Ник увидел, как Морли нахмурился, а Уинтер кивнула. Выражение Кит было ближе к Морли, но после паузы, показавшейся долгой, она кивнула.

— Ладно, — сказала она. — Хорошо. Я понимаю, что вы хотите сделать, — она сделала ещё один глубокий вдох, выдохнула и ещё раз кивнула. — Ладно, у вас от силы две минуты, чтобы добраться до лестниц, Ник, иначе вас могут увидеть. Я заперла дверь первого этажа, но они пытаются пробить её взрывчаткой. Они преодолеют её следующим зарядом...

Ник кивнул, уже потянувшись к двери.

Открыв её, он выглянул в коридор.

Он видел других вампиров, и большинство направлялось к лестницам. Судя по тому, как они двигались, они понятия не имели, что происходит.

— Ладно, — сказал Ник. — Тут много других вампов, бегущих к лестницам. Я так понимаю, практически все они побегут вниз. Это хотя бы замедлит людей Йи.

Ему не нужно было спрашивать, были ли это люди Йи.

— Ник, — начала Кит. — Уинтер. Разве она, ну то есть... её запах...

— Я знаю, — прорычал Ник. — У нас нет времени предпринимать что-то по этому поводу. Я проведу Уинтер мимо них, не беспокойся.

Но он всё же обеспокоенно обернулся на Уинтер, держа дверь почти прикрытой.

Он чуял её. Он отчётливо чуял в ней гибрида/видящую.

К тому же, он только что укусил её и оставил свежую рану, отчего запах стал ещё отчётливее. Некоторые вампы теряли головы, бл*дь, когда дело касалось крови видящих. Особенно более старые вампы, которые знали, что означает этот запах.

Однако Уинтер видела, как он смотрит на неё, и слышала его мысли.

И тут на её лице отразилось внезапное озарение.

Она сунула руку в карман длинного бронированного плаща. Вытащив маленькую бутылочку, она разбрызгала содержимое на свою шею, туловище, волосы, лицо, даже штанины леггинсов.

Ник сморщил нос, но кивнул в знак облегчения.

Опять-таки, он был готов расцеловать её. Должно быть, она прихватила спрей, когда забирала лук из его шкафа в соседней комнате.

Феромоны.

Она пахла человеком.

Запах был совсем не похожим на её собственный, но в том и смысл.

Ник наблюдал, как Уинтер спрятала маленькую бутылочку обратно в карман, а потом застегнула плащ спереди, под ремнём колчана и полуорганического лука. Она застегнула пуговицы до самого горла, затем крепко завязала пояс на талии.

Облегчение Ника усилилось, сочетаясь с волной такого сильного желания защитить, что он прикусил губу.

— С ней всё будет хорошо, — сказал он, переключив внимание на Кит. — Мы выдвигаемся. Прямо сейчас.

Сказав это, он толкнул дверь.

Уинтер последовала за ним, не сказав ни слова.

Они добрались до лестниц.

Их окружали вампиры, но каждый вамп, которого видел Ник, казался весьма занят антивампирскими террористами, пытавшимися пробиться в здание среди бела дня... и не беспокоился об Уинтер, о запахе Уинтер или даже о Нике, который даже в собственном здании был небольшой знаменитостью.

Довольно много соседей Ника были фанатами боёв и узнавали его по рингам. Те, кто не знал, как он выглядел вне дополненной реальности боксёрских матчей, как минимум знали его по имени, особенно после того, как примерно год назад его едва не убили на ринге.

Но сейчас все вампиры в здании Ника не заботились об этом.

Лишь немногие из них хоть взглянули на него или Уинтер.

Судя по лицам, они все были в сети и немного представляли себе, что происходит внизу и на парковке здания.

Как и предсказывал Ник, они всё равно направлялись вниз по лестнице, к первому этажу. Наверное, они инстинктивно устремлялись к своим машинам, решив, что там пробьются силой. Никто не хотел оставаться и узнать, что сделают фанатики Йи — взорвут здание или подожгут его.

Наверное, они решили, что их шансы будут выше, если они ломанутся к дверям.

Ник ощутил прилив чувства вины, когда услышал первые звуки зарождавшейся внизу драки.

При нормальных обстоятельствах он бы предупредил их.

Чёрт, да он как минимум помог бы им.

В данный момент отвлечение помогало ему вытащить Уинтер.

Своим вампирским слухом Ник услышал драку, оценил, что она примерно на два этажа ниже, и взял Уинтер за руку, потащив её по лестнице на следующий этаж так быстро, как это было возможно, не неся её на руках.

После этого он увёл её ещё на этаж выше.

И ещё.

— Ты уже справилась с люком? — спросил Ник у Кит, используя субвокалку, чтобы сохранять молчание.

На канале раздался другой голос, и теперь казалось, что там собралась целая конвенция.

— Ник, мы через четыре минуты подгоним вертолёт. Вам лучше подняться до самой крыши.

Ник нахмурился, заметив новый голос и лицо.

Сен-Мартен. Ну естественно, это Лара Сен-Мартен, которая наверняка наблюдала за всем этим из своего поднебесного замка на вершине Башен Феникса.

Чёрт, да она наверняка смотрела на дым из окна.

Ник обернулся через плечо, не замедляя шага, и переглянулся с Уинтер, которая неслась по лестницам следом за ним. Её лицо покраснело от натуги — наверное, потому что он заставил её слишком быстро преодолеть шесть лестничных пролётов.

Судя по выражению в сине-зелёных глазах Уинтер, мысль о том, чтобы их подобрал особый вертолёт «Архангела», вызывала у неё ещё меньше энтузиазма, чем у него.

— Ник, — повторил голос, становясь чуточку жёстче и содержа в себе фирменную властность Сен-Мартен. — Если вы спуститесь по мусоропроводу в гараж, вам придётся пробивать себе выход силой. Среди бела дня. Они уже уничтожили твою машину.

Тут Ник помрачнел по-настоящему.

Он знал, что глупо переживать из-за бл*дской машины, особенно в такое время, но он переживал. Он любил эту чёртову машину. Более того, это единственное, что осталось у него от Энджел, которая была его другом практически со дня его рождения и до дня её смерти.

Ник сосредоточился на Сен-Мартен.

— Что насчёт ваших людей? — прорычал он. — Сколько их там внизу?

— Ни одного, — сурово отрезала она. — Они все мертвы, детектив. Как и десять офицеров, посланных полицией Нью-Йорка.

В другой части экрана Морли выругался, сосредоточившись на чём-то другом и явно проверяя слова Сен-Мартен.

— Ник, — сказала Лара Сен-Мартен. — Будь реалистом. Вам бы пришлось отбиваться от них. Вам двоим. Практически в одиночку. Одновременно ища транспортное средство. Вам пришлось бы дать отпор примерно двумстам пятидесяти хорошо вооружённым последователям Йи... параллельно разбираясь, как обойти меры безопасности на любом транспортном средстве, которое вам подвернётся.

Ник почувствовал, как его челюсти сжались ещё сильнее.

Однако он кивнул.

— Мы пойдём на крышу, — подтвердил он, глянув на Уинтер. Видя, как она неохотно кивнула, он сосредоточился обратно на Сен-Мартен. — Сколько у нас есть времени? Они уже следуют за нами?

— Они сейчас отбиваются от ваших соседей, — сказала она ровным тоном, лишённым эмоций. — Вампиры сумели убить несколько десятков из них... но они вооружены вспышками солнечного света, мечами... и что более разрушительно, у них есть винтовки с антивампирскими дротиками военного класса. Такими же, которые использовались в убийствах.

Ник кивнул, обернулся, проверяя, как там Уинтер, и поторопил её подниматься быстрее.

Сейчас их от крыши отделяло три этажа.

— На крыше ждут какие-то сюрпризы?

— У нас нет там камер.

— Нет камер? — Ник нахмурился.

— Они вырубили систему, так что нет. Мы и вас больше не видим... и лестницы. И лобби здания. И гараж.

Последовало молчание.

В это время Ник услышал людей на нижних этажах, которые поднимались по лестницам. Он слышал беспорядочные шаги, тяжёлое дыхание аж с самых нижних этажей.

Определённо люди.

Акустика лестничного проёма означала, что его вампирский слух простирался дальше обычного.

— Там есть вертолётная площадка? — спросил Ник после этого.

— Нет.

— Что насчёт беспилотников?

— Они уничтожили те пять, что мы выпустили на нижних этажах, — сказала Сен-Мартен тем же тоном. — Мы прямо сейчас посылаем новые, но они доберутся всего на минуту раньше нас, так что, пожалуйста, будьте осторожны, детектив.

Нику хотелось отпустить остроту, но глянув на Уинтер, он не сделал этого.

Он сосредоточился на Сен-Мартен, собираясь спросить об ориентировочном времени прибытия воздушного транспорта... но тут услышал ещё один взрыв на нижних этажах и пригнулся, сжимая руку Уинтер.

Они оба помедлили на лестнице, и Уинтер тяжело пыхтела рядом с ним.

Ник прислушался к грохоту, пытаясь оценить, где он зародился.

Определённо не на лестнице.

— Это была моя комната? — спросил он. — Моя квартира? Кит? У тебя всё ещё есть обзор моей квартиры?

— Я только что сказала вам... — холодно начала Сен-Мартен.

— Я знаю, что вы сказали, — перебил Ник с открытым предостережением в голосе. Он адресовал взгляд и слова Кит. — Я также знаю, что у вас была там как минимум одна нелегальная прослушка... что-то, чего не будет в сети М.Р.Д.. Что-то, что они не смогли бы вырубить со станции охраны в лобби... или из штаб-квартиры М.Р.Д..

Ник увидел, как Морли нахмурился в своём квадратике видео.

Он не мог видеть Сен-Мартен.

Кит поколебалась долю секунды, затем выпалила слова.

— У нас был один канал, да, — призналась она смущённым тоном. — Четыре камеры. Ты был прав относительно последней бомбы. Это была твоя квартира. Они только что пробили дыру в стене, — помедлив, она добавила: — Думаю, твоя квартира знатно похерена, Ник.

— Да нах*й мою квартиру, — сердито пробормотал он себе под нос. — Вот за ту машину кто-нибудь заплатит, мать вашу.

Он уже направлял Уинтер вместе с собой по лестницам вверх.

Он постарался идти немного медленнее, не подгонять её так сильно, но осознавал, что всё равно торопится, желая добраться до верха.

— Хочешь посмотреть? — неохотно предложила Кит. — Всё довольно плохо, Ник.

— Покажи мне.

Потом он обратился к Сен-Мартен.

— Лара? Время прибытия?

— Через две минуты.

Ник почувствовал, как его плечи слегка расслабились.

— Мы в одном этаже от крыши, — сказал он ей.

Ник глянул на запись, которую Кит отправила в его гарнитуру, не переставая следить за лестницами или Уинтер, которая следовала за ним.

В его квартире находилось минимум тридцать человек, и ещё больше залезало в новенькую дыру в стене.

Кит показала на экранах его спальню, кухню, ванную и общее пространство. Запись не сопровождалась звуком, но Ник видел, как один из них металлическим прутом разбивает настенный монитор. Трое других сгорбились над столом Уинтер, перебирая её сделанные от руки записи, фотографируя клейкие листики заметок, прикреплённые к стене, к верхней части стола, к папкам и краям полок. Один листал папки, в которых содержались предположительно бумажные записи и книги, найденные Уинтер или в академических библиотеках, или в архивах «Архангела».

Ник видел, как два других человека занимаются планшетом Уинтер.

«Это были всего лишь запасные копии, и я удалённо активировала вирус самоуничтожения, который дала мне Кит», — сказала Уинтер, впервые заговорив с ним напрямую через связь крови.

Она подняла руку, показывая ему полуорганический браслет на запястье.

«Если в их команде есть кто-то вроде Кит, они могут получить несколько последних файлов, с которыми я работала... но много они не получат. Будем надеяться, что те файлы хотя бы отвлекут их».

«Нет, — ответил Ник, глянув на неё и сжав её ладонь. — Нет, дорогая. Они идут. Они поднимаются вверх по лестницам. Я их слышу. Они работают командами, расходятся по всему зданию. Как минимум двадцать из них прямо за нами и направляются вверх...»

«На крышу? — подумала Уинтер в его адрес. — Они знают, куда мы направляемся?»

«Я не знаю».

Последовало молчание.

Ник одним глазом следил, что они делают в его квартире, и одновременно подгонял Уинтер через кровь, даже через пальцы, быстрее подниматься по последней лестнице.

Когда они наконец-то добрались до вершины, Ник настолько сосредоточился на движении вперёд, что едва не впечатал их в металлическую дверь.

Он остановился в последний момент.

Затем они просто стояли там. Уинтер тяжело дышала рядом, вся вспотев.

— Мы у двери, — сказал он Сен-Мартен. — Вы близко?

— Одна минута.

Уинтер стиснула его руку. Она тяжело дышала, как можно быстрее втягивая кислород в лёгкие, но Ник почувствовал, чего она хочет, ещё до того, как её мысли раздались в его голове.

«Дай мне проверить».

В этих трёх словах Ник слышал всё, что она не сказала.

Он был вампиром; Уинтер — нет.

Если лучи солнца хлынут в дверь сразу же, как он её откроет, Ник окажется практически бесполезным. Обгорит. Ослепнет. Не сможет драться. Вообще ни черта не сможет.

Она могла выглянуть, посмотреть, что ждёт их там, и солнце ей не навредит.

После короткой паузы Ник кивнул и показал на лук за её спиной и на свою кобуру с пистолетом на её бедре.

«Выбери что-нибудь, — сказал он ей. — То, с чем ты будешь более меткой. То, что по ощущениям больше пригодится тебе. Я открою дверь».

Уинтер кивнула, выпустив его руку.

Встав так, чтобы очутиться по другую сторону двери от Ника, она расположилась возле левого косяка в месте, которое отделяло дверь от стены.

Достав лук из-за спины, она пристроила стрелу на тетиву.

Какой бы ни была стрела, это явно не походило на стандартный металлический наконечник. У неё имелся тёмно-красный четырёхугольный наконечник с заточенными лезвиями, и Ник сильно подозревал, что там содержался взрывной компонент. Скорее всего, органика. Возможно, даже самонаводящаяся.

«Ладно, — сказала Уинтер, подняв лук и натянув тетиву до подбородка. — Открывай».

Ник ощутил реакцию на её действия и сердцем, и нутром.

Но лишь сделал так, как она просила.

Глава 12. Тьма и свет

К счастью, это был нормальный, человеческий замок.

То, что он был заперт, на самом деле, помогло Нику немного расслабиться.

Маловероятно, что психи Йи находились на крыше, если дверь по-прежнему заперта. Глянув на Уинтер, Ник кивнул, показав три пальца... потом два... потом один.

Он напряг мышцы, сломав замок рукой.

Затем дёрнул дверь внутрь и сам отступил за металлическую панель.

Уинтер выскользнула из-за косяка.

Ник видел, как её лицо озарилось светом солнца.

Этот свет отразился от её глаз, наполнил радужки, но она не моргнула и не утратила сосредоточенности. Ник наблюдал за ней, используя связь крови, чтобы почувствовать, что она видела или не видела. Он заметил тот миг, когда её взгляд сделался напряжённым, губы поджались, челюсти постепенно стиснулись.

Затем стрела полетела.

Ник едва осознал, что она отпустила тетиву, а Уинтер уже тянулась назад, достав вторую стрелу из колчана. Прежде чем она успела положить её на тетиву, он услышал взрыв и пригнулся.

«Gaos! — Ник бездумно шагнул вперёд. — Уинтер! Что там?»

«Они метнулись в укрытие», — сообщила она ему.

«Сколько их?»

«Я насчитала десять. Может, одиннадцать. По всей крыше тянутся вентиляционные трубы, и они слишком толстые, чтобы я видела сквозь них, так что их легко может оказаться больше. Я попала одному в грудь и взорвала часть вентиляционной трубы. Они увидят это внизу и услышат».

Каждое слово она произносила буднично, без прикрас.

Её разум помедлил, перестав вываливать на Ника информацию почти потоком сознания. Затем её мысли сделались более мрачными.

«Вертолёту негде будет приземлиться, Ник».

Осознав, что она говорит, а также поняв реальность солнечного света, он помрачнел.

«Мы что-нибудь придумаем, — послал Ник в ответ. — Пока что просто удерживай их подальше. И смотри, чтобы тебя не подстрелили. Они здесь тоже могут иметь те винтовки с транквилизаторами...»

Его разум умолк, когда Ник услышал ритмичный шум лопастей приближающегося вертолёта.

Звук был тихим.

Неестественно тихим.

Ник задался вопросом, услышит ли это человек. Должно быть, это какая-то приглушающая технология, заставлявшая лопасти почти бесшумно скользить по небу.

«Встань за дверь, — сказал Ник Уинтер. Она сдвинулась в сторону, затем резко повернулась и осмотрела поверхность крыши, всё ещё держа стрелу на тетиве. — Вертолёт видишь?»

«Нет, — подумала она в ответ. — И не слышу тоже».

Ник сосредоточился на открытых каналах в своей гарнитуре.

— Вашему пилоту негде будет приземлиться, — сообщил Ник, обращаясь к Сен-Мартен.

Он до сих пор не видел её лица, лишь мигание бледного огонька там, где она соединялась с группой.

— Им придётся опустить лестницу...

— Да, детектив, — отозвалась Сен-Мартен слегка раздражённым тоном. — Мы обсуждаем это прямо сейчас. А вы с вашей женой, пожалуйста, будьте наготове.

Ник посмотрел на Уинтер, которая снова притаилась за косяком, опустив стрелу в пол, но не убирая её с тетивы.

«Будьте наготове, — подумала она в его адрес, закатывая глаза. — Что за херня?»

Ник издал фыркающий полусмешок, не сумев сдержаться.

«Они не подходят ближе, ведь нет же, дорогая?» — уточнил он потом.

Она выглянула из-за косяка, приподняв стрелу.

В этот самый момент раздались выстрелы.

Ник напрягся, собираясь схватить Уинтер, утащить её от дверного проёма, но ни одна пуля не полетела в них или в направлении открытой двери.

Затем он понял.

Они стреляли по вертолёту.

Должно быть, теперь они его увидели.

Уинтер глянула на него. Она скользнула обратно за косяк.

«Я его тоже вижу, — сказала она, подтверждая его мысли. — И да, они стреляют по нему. Насколько близко другая группа? Та, что на лестницах? Ты их всё ещё слышишь?»

Ник нахмурился.

Он совершенно забыл про тех придурков.

Он постарался прислушаться к лестницам, пока на крыше раздавались громкие выстрелы.

Сделав шаг назад, он наклонился через перила...

...И кто-то выстрелил в него снизу, заставив отпрянуть. Ник рефлекторно выхватил оружие из плечевой кобуры и щёлкнул ДНК-курком, чтобы снять с предохранителя. Подняв пистолет, он аккуратно подвинулся ближе к перилам, переключая внимание обратно на гарнитуру.

— У нас больше нет времени, Лара, — прорычал он. — Ваши люди там разобрались?

— Пять секунд, — сказала она. — Выходите по сигналу.

Ник оглянулся на открытую дверь, всё ещё стоя в тени за нею.

— По какому сигналу? — рявкнул он. — Лара? По какому, бл*дь, сигналу?

Над крышей пронёсся трескучий, отдающийся эхом звук.

Он прокатился как раскат грома.

Затем воцарилась кромешная тьма.

В тот же миг осознав, что это означает, Ник выбежал из-за двери и схватил Уинтер за плечо.

«Лук! — подумал он в её адрес. — Убери его! Используй пистолет, если придётся, но я тебя прикрою...»

Она повесила лук на ремень, болтавшийся у неё на шее.

Она как раз устраивала его возле тела, когда он толкнул её.

«БЕГИ! — сказал ей Ник, с силой подталкивая через кровь. —БЕГИ СЕЙЧАС ЖЕ! В направлении вертолёта, если видишь его... или к самой тёмной части крыши, если не видишь...»

Уинтер не ставила под сомнение его толчок.

Он видел, как она завела руку за голову, сунула стрелу обратно в колчан, затем стиснула лук, висевший спереди на груди. Она вырвалась за дверь и побежала со всех ног, держа лук, чтобы тот не бился об её тело.

Ник последовал за ней, держа пистолет наготове и прикрывая её.

Он позволил ей задавать темп, не переставая стрелять и заставляя солдат Йи снова спрятаться за толстыми вентиляционными трубами, осматривая крышу в поисках угроз, пока они бежали к середине тёмного пространства.

Увидев, как ещё один силуэт появился из-за вентиляционной трубы меньше чем в десяти метрах от Уинтер, Ник не думал и просто выстрелил человеку в лицо.

Мужчина в инфракрасных очках упал на спину.

Ник уже увидел искомое и подтолкнул Уинтер в нужном направлении.

«Лестница, — подумал он в её адрес. — Лестница, Уинтер. Ты её видишь? Ищи проблеск металла... она в середине, между двумя последними трубами...»

Последовало молчание.

Уинтер продолжала бежать на полной скорости, направляясь на слабый шум вертолёта. Он попытался показать ей через кровь, раздражаясь от понимания, как мало она видела в темноте. Он совершенно забыл, как чертовски бесполезно неусовершенствованное человеческое зрение в темноте; а зрение видящих было лишь не намного лучше.

Ник всё ещё направлял её по лабиринту труб в почти кромешной тьме, когда почувствовал, что она увидела. В те же несколько секунд он ощутил, как её накрывает облегчением, и она слегка изменила направление, чтобы бежать прямиком к лестнице.

«Нашла, — запоздало подумала в его адрес Уинтер. — Я её вижу, Ник...»

Из-за трубы появился силуэт в инфракрасных очках.

Ник выстрелил, увидев, как тот поднял оружие.

Он попал в плечо, затем в середину груди.

Увидев, как второй человек отлетает в вентиляционную трубу, а потом сползает на цементную крышу, Ник заметил бритую голову, зелёную татуировку на шее и осознал, что они были такими же, как и у первого застреленного. Он на ходу складывал детали и осознал, что они могут быть более организованными, чем он считал изначально.

Бритые головы. Татуированные шеи. Инфракрасные очки.

Какая-то тёмно-зелёная униформа.

Нарукавники.

Одинаковые гарнитуры.

Оружие тоже выглядело одинаковым. Какие-то модифицированные винтовки с транквилизаторами армейского класса. Единственный их плюс с точки зрения Ника — наведение на цель занимало больше времени, чем у его пистолета.

Он заметил символ Йи на нарукавнике парня и отвернулся.

Они почти добрались до лестницы.

Уинтер замедлилась, готовясь остановиться перед ступеньками.

Ник услышал звуки позади них, у двери — у той же двери, через которую они с Уинтер попали на крышу. Осознав, что это значит, он прибавил скорости и побежал прямо за Уинтер, прикрывая её своим крупным телом.

«БЕГИ! — поторопил он, снова подталкивая её через кровь. — У них подкрепление. Сюда прибыли ещё как минимум двадцать человек... или вот-вот прибудут... и у них есть инфракрасные очки... и мы понятия не имеем, как долго продлится темнота».

Уинтер кивнула, побежав быстрее после его тычка, но Ник чувствовал, что она уже устаёт.

Она подпрыгнула, ухватившись за самую высокую ступеньку, которую сумела достать, сжала ту голыми руками, подтянулась и нашла ногой в ботинке нижнюю перекладину.

Ник смотрел, как она карабкается вверх, двигаясь намного быстрее, чем он ожидал, и не только потому, что она была наполовину человеком. На мгновение он уставился на неё, поражённый тем, что кто-то её обучил, и этим кем-то не был он.

Она двигалась как сотрудник в разгаре боевой операции.

Честно говоря, она напоминала ему видящих, которых он знал во время войн.

Вытолкнув эту мысль из головы, Ник дал ей несколько секунд форы, прикрывая её прямо под лестницей и целясь прямо в дверь, ведущую на лестницу.

При этом он осмотрел вентиляционные трубы, сканируя ту территорию и выглядывая тех жутких людей в зелёной униформе.

Двое вышли из двери на лестницы, и Ник не думал; он просто выстрелил.

Ещё один вышел из-за вентиляционной шахты неподалёку, схватив его сзади, и Ник развернулся, вырвавшись. Его клыки удлинились.

При обычных условиях он бы просто укусил парня, но тот всё ещё держал пистолет.

Развернувшись, он выстрелил человеку прямо в грудь, разнеся большую часть грудной клетки и превратив сердце в фарш. С такого расстояния плазменный пистолет пробил в его спине и позвоночнике дыру размером больше теннисного мяча и убил беднягу практически мгновенно.

Когда его приятель схватил Ника с другой стороны, Ник повернулся и впился клыками в горло человека, начав пить сильно и быстро.

Он едва не разорвал тому горло.

Затем, передумав, он остановил себя.

Вместо этого Ник накачал его ядом.

Накачав его чуть ли не до смерти, Ник не стал ждать и вторгся в разум человека.

«КАРАБКАЙСЯ!» — зарычал он на него.

Он использовал всё суровое внушение, которое только мог применить в ситуации с множественными отвлекающими факторами, с осознанием, что в карабкающуюся вверху Уинтер целятся из винтовок, и их время на исходе. Ник почувствовал, как парень вздрогнул, и знал, что наверняка наполовину вынес ему мозг одним этим словом.

«КАРАБКАЙСЯ ПО ГРЁБАНОЙ ЛЕСТНИЦЕ. НЕМЕДЛЕННО, ПРИДУРОК. КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ! ИНАЧЕ Я ГОЛЫМИ РУКАМИ ВЫРВУ ТЕБЕ ХРЕБЕТ И ОТТРАХАЮ ТЕБЯ ИМ ЖЕ...»

Человек с бритой головой и зелёной, слегка светящейся татуировкой на шее задрожал и вздрогнул, съёжившись, словно Ник прокричал эти слова в голос и прямо над его ухом. Он бросил на Ника беглый испуганный взгляд, полный ужаса, горя и стыда.

Он выглядел как пёсик, которого хозяин только что бросил на пруду.

«ВПЕРЁД!» — рыкнул Ник.

Накачанный ядом культист подпрыгнул, словно его ударили шокером.

Затем повернулся и со всех ног побежал к лестнице.

Добравшись до неё, он не остановился, а прыгнул и ухватился за металлическую перекладину на несколько ступеней выше той, в которую изначально вцепилась Уинтер.

«Дорогая? — робко подумал в её адрес Ник. — Я посылаю одного вверх. Не стреляй в него, ладно? Я накачал его своим ядом. Я хочу поговорить с ним, а потом мы выкинем его за дверь...»

«НИК! — рявкнула она. — ЛЕЗЬ НА ЧЁРТОВУ ЛЕСТНИЦУ. СЕЙЧАС ЖЕ. НЕМЕДЛЕННО. ЕЩЁ БОЛЬШЕ В ПУТИ...»

Ник повернулся, глянув на дверь, которая вела к лестницам, и осознал, что она права.

В этот самый момент человеческий последователь Йи на цементной крыше, тот самый, которому Ник только что прострелил в груди дыру размером с кулак... просто взорвался.

От этого куски человечины разлетелись всюду, заставив Ника пригнуться, а потом он вскочил на лестницу следом за приспешником Йи. К счастью, человек по-прежнему двигался быстро; он находился уже на полпути к месту, где Уинтер почти добралась до дверцы вертолёта.

Увидев, как чьи-то руки затаскивают её внутрь, Ник снова переключил внимание на гарнитуру, целясь из пистолета вниз и ещё несколько раз выстрелив по последователям Йи.

Он всё ещё стрелял, когда открыл канал с Сен-Мартен.

— Скажите им улетать! — рявкнул он на неё. — НЕМЕДЛЕННО, ЛАРА!

— Вам нужна тень, — рявкнула в ответ Сен-Мартен, звуча разъярённой. — Вы должны были пойти первым, детектив! Ваша пара может перенести солнечный свет! И какого чёрта вы творите, забирая с собой этого человека? Вы же должны понимать, что на нём есть трекеры?

— Непохоже, чтобы у них до сих пор имелись какие-то проблемы с нахождением меня, — прорычал Ник.

— Ладно. Но обыщите его, когда подниметесь наверх... и поднимайтесь, детектив, — холодно добавила она. — Немедленно. Эти нападения происходят по всему городу, и вы нужны нам.

Ник почувствовал, как его челюсти сжались.

Нападения по всему городу?

Что это значит, чёрт возьми?

Подумав о том, что она сказала про солнечный свет, вспомнив, что где-то там за облаками искусственной темноты царит ясный день, Ник начал карабкаться быстрее.

Он почти добрался до человека перед ним, когда почувствовал, что лестницу потянул вниз какой-то груз, и оглянулся.

За ним карабкалось ещё четверо.

Даже пятеро, поскольку к ним только что присоединился ещё один.

Ник только что прицелился в первого из них, когда мимо его головы просвистели два выстрела, от которых зазвенело в ушах.

— ЛЕТИТЕ! — зарычал он в гарнитуру. — Летите немедленно! Я справлюсь с солнцем!

— Детектив...

— Говорю вам... летите! Пока они не сбили чёртову вертушку с неба!

Ник стрелял по людям, всё ещё цеплявшимся за лестницу, и использовал связь крови, чтобы подталкивать разум последователя Йи перед ним.

«Шевели задницей, псих, — рявкнул он в разуме приспешника Йи. — Быстрее! Карабкайся быстрее!»

Мимо него просвистело ещё больше выстрелов.

Один вскользь оцарапал его голову, заставив Ника выругаться.

Он протиснулся на другую сторону лестницы, стараясь поместить её между собой и большинством людей на земле.

Он также начал карабкаться быстрее.

Мимо просвистело ещё больше выстрелов, которые с громкими звуками рикошетили от лестницы, заставляя его вздрагивать и разбивая костяшки его пальцев.

В этот самый момент в противоположном направлении пролетело два снаряда.

Чем бы они ни были, они выглядели слишком крупными, чтобы казаться пулями.

Кроме того, Ник не слышал выстрелов.

Он посмотрел вниз и увидел, что из груди одного мужчины торчит древко стрелы. Раненый человек выронил винтовку, которой целился в Ника, и держался одной рукой, крича от боли, пока мужчина под ним пытался поставить ногу на лестницу.

Ещё один мужчина лежал на крыше внизу, со стрелой в шее.

Ник уставился на них обоих, продолжая карабкаться.

Теперь вертолёт поднимался, устремляясь ввысь и выходя из искусственной ночи.

Ник посмотрел вверх, осознав, что ему осталось преодолеть примерно шесть метров до открытой дверцы вертолёта. Он увидел лицо Уинтер, которая свесилась и смотрела на него, держа лук. Она только что натянула тетиву с очередной стрелой; Ник увидел на её лице ярость и постарался не реагировать, пока она целилась в ещё одного последователя Йи на крыше.

Он проводил стрелу взглядом и ощутил дрожь одобрения и благодарности в своём нутре.

Осознав, что почти нагнал мужчину над ним, Ник снова сосредоточился и стал подгонять его через связь крови.

Теперь ещё больше людей стреляло из дверей вертолёта.

К счастью, в совокупности со стрелами Уинтер натиск выстрелов заставил последователей Йи убраться в укрытие.

К несчастью, это не помешало большинству из них стрелять по Нику.

Ему оставалось примерно три метра до вертолёта.

Он почувствовал солнце прежде, чем увидел его.

Солнечный свет начал просачиваться в дыры среди искусственной тьмы, созданной тем, что «Архангел» распространил над вертолётом. Ник слышал, как выстрелы внизу становились более тихими, пока мужчина над ним продолжал корячиться на лестнице.

Внезапный резкий взрыв заставил Ника посмотреть вниз.

Он увидел, что мужчина, у которого в груди торчала стрела, лишился большей части туловища, когда наконечник взорвался.

Этот мужчина отпустил лестницу и упал прямо вниз, забрав с собой двух других последователей Йи. Мимо головы Ника просвистело ещё три стрелы.

Он посмотрел вниз и увидел, что все три угодили в приспешников Йи.

В этот самый момент взорвался второй наконечник — у той стрелы, что торчала в горле человека. Только тогда Ник осознал, что Уинтер, должно быть, как-то могла детонировать их из вертолёта.

В каждом случае она ждала, когда рядом окажется побольше людей, чтобы взрывы нанесли больше урона.

Ещё один луч солнца попал на его кожу — на сей раз на ту же руку, что была оцарапана пулей. В сочетании это едва не заставило Ника отпустить лестницу.

Прозвучало ещё два выстрела — предположительно, от последних трёх придурков на лестнице.

Вся лестница сильно закачалась из стороны в сторону, отчего Нику пришлось перестать карабкаться и посильнее вцепиться в ступеньки.

Он посмотрел вверх, щурясь и понимая, что его время на исходе...

Затем его голые руки и задняя часть шеи словно загорелись.

Ник потрясённо захрипел.

Стараясь рассмотреть что-то сквозь яркий свет солнца на металлической лестнице выше, он мельком увидел движение в дверном проёме... а потом появился огромный мужской торс. Он быстро потянулся вниз, свесившись из проёма раздвижной двери.

Стискивая зубы от боли, Ник видел, как тот же мужчина схватил приспешника Йи за плечо и руку. Не медля ни секунды, он затащил мужчину наверх, заставив того издать вопль и задрыгать ногами как заяц.

Ник не ждал.

Как только он увидел, что лестница над ним опустела, он стал как можно быстрее подниматься по перекладинам.

Он снова хрипло ахнул, стараясь мыслить трезво вопреки резкой, острой, мучительной боли, когда вертолёт резко вильнул в южном направлении и полностью вышел из тёмного, похожего на облако пространства, в котором он зависал.

Последние пару метров, казалось, пронеслись в мгновение ока.

Жаркий и жгучий свет солнца заливал все части тела Ника, что не были защищены навесом над дверью вертолёта.

Его лицо, шея, тыльные стороны ладоней... все они как будто сделались на сто градусов жарче.

Он ослеп.

Он ни черта не видел.

В то же время каждая часть его тела рвалась вверх, неслась по раскачивающейся лестнице. Мимо него свистели пули и стрелы, летевшие в обоих направлениях, но Ник почти не замечал, чисто инстинктивно переставляя руки и ноги.

Он почувствовал ладони на своих руках и осознал, что добрался до панели. В то же время он понял, что его глаза запеклись, веки расплавились и слились воедино.

Затем он хватал ртом воздух, хоть и не нуждался в кислороде, и привалился к изогнутой стенке, пока кто-то поливал его лицо холодной водой.

Ничто в его жизни не ощущалось настолько приятным.

Ник застонал.

Затем он почувствовал, что её руки расстёгивают его куртку и воротник. Он втягивал воздух от жара в обожжённых тканях, но теперь она размазывала по его коже нечто холодное и влажное — не вода, а что-то, похожее на лёд кремовой консистенции.

Он снова издал полустон, не скрывая облегчения.

К тому времени Ник попытался поднять веки.

Ему удалось наполовину приоткрыть глаза и сощуриться вопреки выжженной сетчатке.

В то же мгновение он услышал, как кто-то захлопнул дверцу вертолёта.

Он отметил этот звук лишь как нечто фоновое.

Ник старался увидеть что-то вопреки белым пятнам в его обожжённых глазах. Он знал, что всё заживёт, но даже частичная и даже временная слепота вызвала интенсивную панику в груди, заставив стиснуть руку той, что склонялась над ним.

Он впервые услышал её разум в своём.

До него даже не доходило, что она может говорить с ним вот так, или что он может говорить с ней... пока она не начала орать в его сознании.

«Я тебя УБЬЮ, — сообщила она ему. —Бл*дь, я тебя УБЬЮ, Ник... Господи Иисусе, мать твою... Ты что там ВЫТВОРЯЛ, чёрт возьми? Ты хоть ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, БЛ*ДЬ, что бы ты сделал со мной, если бы я затеяла что-то НАСТОЛЬКО ГЛУПОЕ?»

Она стала целовать его лицо, и Ник крепче стиснул её.

Слава богам, его зрение уже возвращалось.

Моргнув в этот раз, он увидел её обеспокоенное лицо, находившееся всего в нескольких дюймах от него. Он чувствовал и других, присутствовавших в вертолёте вместе с ними, но ему было всё равно.

Запустив руку в волосы Уинтер, Ник привлёк её к себе. Поцеловав в губы, он стал покусывать её язык уже удлинившимися клыками, а другой рукой обнял за талию и полностью притянул к себе на колени.

Крем, который она нанесла на всю его обнажённую кожу, уже вызывал такое интенсивное облегчение, что Ник начал расслабляться, крепче сжимая её в объятиях. Теперь она уже отвечала на поцелуй.

Он чувствовал в ней злость, раздражение... облегчение.

Он чувствовал её беспокойство.

Чёрт, он чувствовал её любовь.

Это чувство накатило на него интенсивной волной, вызвав прилив тепла, окутанного желанием, жаром, любовью, собственничеством, интенсивной вспышкой желания защитить, облегчением... и ещё большим количеством любви. Ник заставил себя контролировать это, подавил усилием воли, сдерживая своё тело, чтобы не сжать слишком сильно и не сломать что-нибудь просто потому, что он забыл о своей вампирской силе.

Контролируя своё тело, он начал замедлять поцелуй, делать его глубже и пускать в ход язык, замедляя саму Уинтер через кровь, ладонями и клыками контролируя процесс, контролируя её, и она расслабилась на его коленях.

В нём возникло почти неконтролируемое желание трахаться.

Должно быть, Уинтер это почувствовала, потому что ахнула, отстранившись и взглянув на него.

Наклонившись и вновь целуя его, она заёрзала на его коленях, отчего всё стало в сто раз хуже. Опустив рот к её плечу, Ник укусил её по-настоящему и несколько секунд втягивал  кровь, пока не осознал, что они не одни.

Он не знал, где находится.

Он не знал, кто ещё здесь находился.

И он совершенно точно не должен ослаблять её, чёрт возьми.

Как когда Ник подумал об этом, кто-то с низким голосом прочистил горло где-то над тем местом, где Ник и Уинтер сидели на полу вертолёта.

Ник неохотно поднял голову, убрав клыки и помедлив для того, чтобы поцеловать Уинтер в губы, потом защищающим жестом притянул её к себе, прижимая к своей груди и ногам.

Он поднял взгляд, впервые осмотрев помещение вертолёта.

Вампиры.

Они окружены чёртовой толпой вампиров.

И Ник должен был понять это, поскольку их запахи переполняли его нос.

Весь вертолёт битком набит вампирами.

Ник сканировал лица, видел хрустальные радужки, удлинившиеся клыки, красноту, расцветавшую вокруг зрачков, чересчур идеальные черты лица, белую кожу и густые волосы.

Они были одеты в боевую экипировку, массивные ботинки почти армейского образца, но все они были разных размеров и форм и примерно поровну делились на мужчин и женщин. В зоне со скамейками и креслами, где сидели они все, уставившись на Ника и Уинтер на металлическом полу, висело как минимум пятнадцать плазматических винтовок с органическими модификациями, и все они были новейшими моделями.

Огромный мужчина, сидевший на кресле прямо слева от Ника, дружелюбно улыбнулся ему.

Ник сообразил, что именно этот мужчина затащил с лестницы Уинтер, а потом и приспешника Йи; он узнал татуировку тёмного ангела на его предплечье.

— Пожалуй, тебе стоит поумерить пыл, брат, — посоветовал огромный вампир дружелюбным и низким голосом. — Ты сейчас вызываешь у своих братьев и сестер очень сильную зависть... особенно учитывая, насколько нереально изумительно пахнет кровь твоей пары.

Ник оскалился в рычании прежде, чем хоть одна связная мысль проникла в его сознание.

Если вампир с массивными плечами и грудью заметил это, то никак не отреагировал.

Вместо этого он подмигнул Уинтер, и на его полных губах заиграла тень улыбки.

— Без обид, моя очаровательная кузина, — вежливо добавил он.

Однако Ник осматривался по сторонам, моргая, чтобы прояснить зрение.

Он уже знал, что после контакта с солнцем у него будет адски болеть голова, но как минимум текущие симптомы ослабевали.

Всё ещё держа Уинтер на коленях и прижимая к своей груди, он посмотрел на вампиров, занимавших кресла и скамейки в кабине вертолёта военного образца.

Теперь они все улыбались ему, а не только тот здоровяк, который наверняка спас Ника от падения с лестницы. Или, что более вероятно, спас культиста Йи от падения с лестницы, поскольку Ник перелез бы через него, спешно пытаясь убраться с солнца.

Во второй раз осмотрев все эти лица, все эти глаза из потрескавшегося хрусталя, полуорганические татуировки на слишком бледной коже, Ник помрачнел.

— Вы не «Архангел», — произнёс он низким рычанием.

Среди рассевшихся вампиров прокатились тихие смешки, пока те переглядывались и обменивались понимающими усмешками.

Прежде чем Ник успел спросить что-либо ещё, мужчина, который сидел впереди рядом с пилотом, повернул голову.

Он улыбнулся Нику из кабины, и на нём виднелись высокотехнологичные наушники с функцией подавления шума. Его длинные тёмные волосы рассыпались по спине синего пиджака с металлическим отливом, а поверх кроваво-красной рубашки виднелся бледно-зелёный галстук.

— Привет, брат! — бодро выкрикнул Брик. — Я согласен с братом Марком... твоя жена пахнет невообразимо аппетитно! Пожалуй, тебе лучше попросить её, чтобы она нанесла на себя больше того феромонового мускуса, который у неё в кармане, пока мы не добрались до места... иначе я гарантирую, что она будет очень, очень популярной среди наших друзей...

Ник помрачнел, сердито посмотрев на Брика, затем взглянул на Уинтер.

Супер. Просто замечательно, бл*дь.

Как обычно, он проделал великолепную работу, пытаясь её защитить.

Глава 13. Что-то не так

Тот факт, что она окружена голодными, а теперь ещё и возбуждёнными вампирами из Белой Смерти, Уинтер восприняла намного лучше самого Ника.

После слов Брика она повернулась, глядя Нику в глаза, и легонько провела ладонью по своей шее.

Её взгляд сделался многозначительным.

«Яд? — пробормотала она в его сознании. — Просто чтобы закрыть ранки?»

Осознав, что она права, и он подвергает её риску каждую секунду, пока запах её крови заполнял салон вертолёта, Ник кивнул один раз.

Наклонившись, он сделал, как она просила — лизнул порез, чтобы закрыть его и попытаться приглушить запах её крови. Он позаботился обо всех свежих ранках, используя весь яд, что остался у него после накачивания культиста Йи. Потом Уинтер слегка выпрямилась на его коленях и вытащила из кармана свой феромоновый спрей, как и предложил Брик.

Все вампиры в вертолёте с большим интересом наблюдали, как она разбрызгивает его по своей шее, волосам, лицу, рукам и туловищу.

Нику хотелось врезать каждому из них.

Вместо этого он крепче обнял Уинтер, даже зная, что это вовсе не помогает подавить их ассоциацию между Уинтер и вампирской игрушкой для траха.

— Куда мы направляемся? — прорычал Ник.

Вампиры переглянулись, усмехаясь, но Брик ответил с переднего сиденья, опять заговорив нетипично громко для вампира — предположительно из-за шумоподавляющих наушников.

— Ваша подруга мисс Сен-Мартен попросила меня забрать вас, — сказал Брик, обернувшись и сверкнув хрустальными глазами. — Похоже, она посчитала, что вам пригодится наша помощь...

Его перебил раскатистый грохот где-то под вертолётом.

Ник непроизвольно повернулся, всё ещё стискивая Уинтер.

Через несколько секунд он отпустил её и встал на ноги, заметив в окне теперь уже закрытой раздвижной двери дым, валивший откуда-то с земли.

Впервые обратив внимание на навес, заслонявший солнце, Ник щёлкнул засовом, чтобы снова открыть дверь, и высунулся наружу, щурясь в тени навеса и смотря в ту сторону, откуда они улетали. Он ожидал увидеть, что над его зданием поднимается грибовидное облако чёрного дыма, но вскоре осознал, что это был другой участок Вашингтон-Хайтс, ближе к реке.

И более того, это был не единственный очаг.

Пожары пылали по всему кварталу, который иногда называли Вамп-Сити.

Вампирский анклав начинался в нескольких кварталах к северу от Котла, над местом, которое раньше было Верхним Вест-Сайдом. Там располагалось большинство жилых зданий для вампиров, чтобы они оставались несколько отделёнными и отстранёнными от людских жилых кварталов.

Выглядывая из двери вертолёта, Ник видел, что теперь по всей западной части верхнего Манхэттена горели пожары, от Харлема до Клойстерса, который многие считали самой дальней северной точкой Вамп-Сити.

Ник попытался сосчитать пожар и индивидуальные столбы дыма, в итоге насчитав примерно дюжину. Некоторые пожары уже сливались в один под резким ветром раннего зимнего утра, и отличить их друг от друга было сложно. Дым валил вверх и на запад, предположительно подчиняясь тем же порывам ветра, затмевая Нику обзор, отчего рассмотреть отдельные здания было почти невозможно.

Своим вампирским зрением с нынешней высоты вертолёта он видел, что горит сам Клойтерс, находившийся намного севернее его дома в Вашингтон-Хайтс и считавшийся практически сердцем Вамп-Сити.

Насколько мог сказать Ник, половина его здания уже была разрушена.

Он задался вопросом, что стало с теми придурками на крыше, и осознал, что они наверняка поднялись туда по верёвкам и лестницам и уже давно ушли тем же путем.

Он гадал, потрудились ли они вообще убрать трупы своих.

Вспомнив, что Уинтер всадила стрелы как минимум в шестерых из них и использовала какую-то отсроченную детонацию, чтобы взорвать наконечники, Ник ощутил очередную дрожь признательности и одобрения.

Не он ли назвал лук архаичным и устаревшим оружием?

«Да-да, это был ты», — сообщила ему Уинтер, присоединившись к нему у двери.

Ник взглянул на неё и поцеловал в щёку, а она обвила рукой его талию. Когда он увидел, что она выглядывает за дверцу вертолёта, свесившись в проём и держась за него для равновесия, он проследил за её взглядом. Он уставился на вампирский анклав, снова поразившись количеству пожаров, и в этот самый момент очередная серия взрывов прогремела в нескольких кварталах севернее Котла.

Посмотрев вниз, Ник стиснул край проёма, держась за тонированной дверцей, но выглядывая на город внизу. Он видел, как люди бегут толпами прямо посередине улиц, размахивают бейсбольными битами и металлическими прутами, у некоторых за спинами висели автоматические винтовки. Он заметил как минимум двоих с чем-то вроде самодельных огнемётов и старомодным довоенным оружием с боеголовками.

Пробормотав что-то себе под нос, Ник повернулся и посмотрел на вампиров, рассевшихся позади них на скамейках и креслах.

Все они смотрели в ответ, и их лица уже лишились того юмора.

— Это что такое, бл*дь? — прорычал Ник.

— Гражданская война, брат, — ответил крупный вампир.

— Кучка человеческих придурков нацелилась на нас среди бела дня, — фыркнул другой.

— Эти бл*дские шизики из культа Йи совсем из ума выжили... может, они действуют по приказам, — добавил третий с сильным ирландским акцентом.

Этот последний вампир сидел прямо напротив здоровяка Марка.

Будучи более худым вампиром с тёмно-рыжими волосами и веснушками, он закатил глаза.

— Какая гражданская война, скажете тоже, — добавил он, и его ирландский акцент усилился, когда он сердито посмотрел на остальных. — Это чёртов мятеж под коксом. Куча зомби-придурков Йи накурилась по самое не хочу и решила, что они могут уничтожить всю вампирскую расу. Человеческие свиньи уже практически отступили. Не то чтобы я их виню... у них нет ресурсов, чтобы позаботиться обо всём, да и желания тоже нет, чтобы рисковать своими шкурами из-за кучки кровососов, которые более чем способны отомстить сами...

Вампир-ирландец улыбнулся и подмигнул Уинтер, затем кивнул Нику.

— Подожди, пока стемнеет, брат. Вот тогда придёт время расплаты. Когда вампы перегруппируются, вот тогда будет жесть. Я уже слышу, что фанатики Йи боятся заходить в помещения, поскольку они утратили фактор неожиданности.

— Ублюдки, — женщина-вампир нахмурилась. — Да до рассвета с них шкуры сдерут и наизнанку наденут... как костюм для вечеринки.

Тот крупный вампир, Марк, широко улыбнулся, поднял руку и дал пять вампирше, наклонившись к её части салона.

— Истину глаголишь, сестра. Истину глаголишь.

Марк повернулся к Нику. В этот раз в его кровавых глазах жила лишь смерть.

— Ситуация изменится, как только станет темно, брат мой, — пообещал он. — Эти мудаки станут жертвами. Мы уже предпринимаем шаги... хотя человеческие трусишки уже умоляют нас не реагировать слишком остро.

Ник издал невесёлый смешок, не сдержавшись.

— Человеческие власти уже просят вампиров не давать отпор? Пока их массово убивают?

— Они просят Белую Смерть, — уточнил Марк холодным тоном.

Затем, улыбнувшись, он склонил голову в сторону кабины пилота и Брика.

— Можешь представить, как была воспринята такая просьба. И красочные формулировки, которыми Отец Брик ответил этим мудакам.

Ник хмыкнул.

Он действительно мог себе представить.

— А как же М.Р.Д.? — спросила Уинтер, которая до сих пор одной рукой обнимала Ника. — Разве они не беспокоятся о беспилотниках? О том, что вмешается Поводок и заберёт вампиров на «переобучение», если они откроют охоту в отместку?

Большой вампир снисходительно улыбнулся ей.

— Мы не играем по этим правилам, моя маленькая секси-кузина, — мягко сказал он. — Белая Смерть жрёт агентов Поводка на завтрак. Правда, это может отпугнуть некоторых братьев в клетках, но против наших людей это нихрена не даст. И у нас всё равно есть свои агенты внутри. Поводок это знает. Вот почему они подкатывают к Отцу... умоляют его быть хорошим папочкой и не перегрызать им глотки.

Ник почувствовал, как сжимаются его челюсти.

Он знал, что слова большого вампира — чистая правда.

Так было и в его время тоже.

Белая Смерть была всюду.

У них имелось хорошее вооружение, хорошие связи, чрезвычайно хорошее финансирование, безоговорочная преданность, военная выучка, отменное желание мести и полная непереносимость человеческого дерьма.

Особенно такого человеческого дерьма.

Расхожее мнение, будто люди контролируют вампиров, всегда было правдиво лишь для некоторых вампиров. На самом деле, это относилось только к тем вампирам, которые хотели жить в мире с людьми, участвовать в человеческой культуре и играть по человеческим правилам.

Когда дело касалось подпольных иерархий вампиров, вампирских чёрных рынков, вампирских террористических ячеек, то концепция о том, что люди чем-то руководят, была чистой фантазией. Поддерживать эту фантазию давно было выгодно и Белой Смерти, и человеческим властям по ряду причин, но если бы ситуация изменилась, если бы вампирам стало плевать на поддержание иллюзии прирученных вампирчиков, то большинство людей ждал бы неприятный сюрприз.

Ник всегда подозревал, что такой день наступит.

Может, не в следующие сто лет, и даже не в следующие двести... но в какой-то момент он наступит.

— А что армия? — спросил Ник, запоминая лица вокруг и подмечая те, что выглядели знакомыми. — Кого-то с человеческой стороны послали разобраться с этим? Это же настоящий организованный терроризм, верно? М.Р.Д. и Ч.Р.У. получили основание прикрыть всё и арестовывать людей Йи.

— И с чего бы им это делать? — сухо спросила вампирша.

Ник повернулся, чтобы посмотреть на неё.

Он вздрогнул, поняв, что это Зои. Он не узнал её голос из-за шума ветра в салоне.

Резко отведя от неё взгляд и нахмурившись, он посмотрел обратно на Марка.

— С того, что они не совсем идиоты, — прорычал Ник, отвечая так, словно вопрос задал Марк. — Человеческие власти не могут смириться с этим, как бы они ни были настроены против вампиров... и как бы некоторые агенты Поводка ни поддерживали благородное дело Йи.

Помедлив под жёсткими взглядами вампов из Белой Смерти, Ник нахмурился.

— Они знают, что это означает, — сказал он. — Они знают, что разные фракции развяжут полноценную войну к наступлению ночи. Более того, они знают, что вампиры не оставят подобное незамеченным. Могут погибнуть тысячи людей. Как они это объяснят?

Ник почти забыл, что Брик сидит в кабине и слушает это всё.

Однако до сих пор он хранил молчание.

Теперь он повернул голову и изучал Ника взглядом своих серьёзных прозрачных глаз.

Его голос и выражение лица были лишены привычной усмешки.

— Мы занимаемся этим, брат, — задумчиво произнёс Брик. — Я с тобой согласен. Здесь что-то иначе. Ответ — не то, что мы привыкли ожидать от таких беспорядков. У меня возникли подозрения, что что-то изменилось, когда впервые начались убийства вампиров... после атаки в музее естественной истории.

Ник нахмурился, переглянувшись с Уинтер, затем посмотрел на Брика.

— Какие подозрения? — спросил он.

Брик вздохнул, всё ещё говоря громко из-за наушников.

— Слишком много фактов игнорируют и не принимают к сведению, брат, — сказал он, грациозно взмахнув ладонью. — Нельзя сказать, что эти почти ежедневные казни совершают криминальные гении. Они преимущественно головорезы... кретины. Никакой военной выучки. Определённо никаких знаний о полицейских протоколах или даже об обыденных системах наблюдения, насколько мы можем сказать. Это квази-организованные бандитские группировки. Во многом похоже на то, как раньше Чарльз использовал людей.

Ник помрачнел.

Бл*дь. Ну конечно.

Брик добавил:

— Кто-то позволяет этим убийствам случиться, любовь моя. Это единственное объяснение тому, что я видел.

Ник кивнул, стискивая зубы.

Он почти забыл о том, как Чарльз мобилизовал людей против вампиров в период перед расовыми войнами. Под руководством Чарльза его последователи использовали свои способности видящих, чтобы вербовать людей в качестве солдат-пешек — в основном они строили «поля реальности», чтобы манипулировать внушаемыми человеческими умами и превращать их в ожесточённых бандитов.

Тактика была гениальной, серьёзно.

Это погрузило человеческий мир в хаос.

Люди сходили с ума, пьянели от страха, паранойи, заблуждений. Они сжигали города, стирали с лица земли небольшие поселения, устраивали мятежи, насиловали, убивали, грабили.

Что самое важное, они обеспечивали прикрытие для видящих.

Тогда главной причиной беспорядков было то, что они дали повод правительству (в те времена преимущественно контролируемому видящими и самим Чарльзом) ввести военное положение. Они воспользовались этим военным положением, чтобы нацелиться на вампиров, лишить их власти, денег, домов, свободы, возможности организоваться.

В то время вампиры ещё были слухом, почти теорией заговора. Большинство людей не «верило» в вампиров. Они думали, что это какая-то утка или даже начало пандемии, где вампиры были «заражёнными людьми», больными какой-то загадочной болезнью, от которой у них менялись глаза, а поведение становилось буйным.

Но это осталось в прошлом.

Теперь люди знали о вампирах.

Они прожили с вампирами почти две сотни лет. Чёрт, да они ходили с ними на свидания, работали, трахались, посещали их клубы, смотрели их сериалы и фильмы, нанимали их для защиты и работы с кровью.

Так какова конечная цель в этот раз?

Ник перевёл взгляд на Брика.

Брик улыбнулся.

— Приложив минимальное количество усилий с нашей стороны, — продолжал он со своей новоорлеанской тягучестью. — Белая Смерть смогла определить виновников в наши дни. Более того, мы получили доступ к работе, которая проделывалась параллельно с нашими расследованиями, и похоже, что главная цель М.Р.Д. и Ч.Р.У. сводилась не к тому, чтобы помочь раскрыть эти убийства... и даже не к тому, чтобы сохранить их в тайне. Их главной функцией, похоже, было помешать расследованию. Не допустить, чтобы виновников поймали и наказали. Держать в неведении те человеческие власти, что придерживаются правил.

Ник нахмурился.

— Например, полицию Нью-Йорка?

— Её самую, — Брик улыбнулся. — В особенности много ложных сведений они скармливали твоему детективу Морли. Что, конечно, просачивалось и к вам остальным.

Ник посмотрел на Брика, раздумывая над его словами.

Он глянул на Зои, затем обратно на Брика.

На сей раз он почувствовал, как Уинтер реагирует на его взгляд в сторону Зои.

Он почувствовал, как она отреагировала на то, что Брик назвал его «любовь моя».

Он определённо рассказал Уинтер слишком много о Брике.

Возможно, теперь надо рассказать ей побольше о Мири.

«Мири? — голос Уинтер раздался в его сознании. — В смысле, о Мириам Блэк? То есть, о супруге Квентина Блэка?»

Ник вздрогнул, но бросил на неё беглый взгляд.

«Да, — просто ответил он. — Мы поговорим о ней попозже, ладно?»

Не дожидаясь ответа, он сосредоточился обратно на Брике.

— Ты думаешь, что Ч.Р.У. попало под влияние Йи? — спросил Ник.

Брик медленно и задумчиво кивнул.

— Думаю, это вполне вероятно, мой возлюбленный мальчик, да. У нас есть основания полагать, что люди Йи проникли в большее количество человеческих правоохранительных и правительственных органов, чем мы осознавали. У нас есть причины считать, что они уже некоторое время работали над этим проектом. Теперь, когда мы в курсе, что ими руководит видящий, всё обретает больше смысла. Тем не менее, у меня до сих пор много вопросов, Наоко. Мы надеемся получить ответы там, куда направляемся...

— И куда же мы направляемся? — настороженно уточнил Ник.

Брик продолжал так, словно Ник ничего не говорил.

— ...Однако сначала нам нужно разобраться с другой проблемой, — добавил Брик, улыбнувшись Уинтер перед тем, как посмотреть обратно на Ника. — Мои источники только что сообщили мне, что Охраняемая Зона Нью-Йорка требует передать Йи Интеребу.

Помедлив, чтобы это отложилось в сознании, Брик вскинул бровь.

— Если верить некоторым источникам, — легко продолжал он, — нас выставляют зачинщиками, мальчик мой, потому что с их точки зрения мы спровоцировали эти «беспорядки», забрав их возлюбленного Мессию, убивавшего вампиров. Мне говорят, что состоятельные последователи Йи давят на различных представителей правительства и правоохранительных органов, чтобы те немедленно вернули им милого Дмитрия. Они весьма непреклонно требуют его возвращения и угрожают развязать войну с Белой Смертью, чтобы добиться этого.

Ник нахмурился.

— Это же самоубийство, — пробормотал он.

— Действительно.

— Они этого не понимают?

— Должны понимать, — легко ответил Брик. — И это заставляет меня задаваться вопросом, чем вызвана такая непреклонная решимость выступить против нас... ещё и так открыто. Я могу лишь предположить, что они панически боятся чего-то. Или кого-то. Возможно, они страшатся самого Йи?

Брик поднял ладони, грациозно пожимая плечами.

— А возможно, они просто идут ва-банк, как говорит пословица, — сухо сказал он. — Возможно, они боятся, что выдали себя, что перекрыли себе путь к отступлению атакой в музее естественной истории. Возможно, им кажется, что теперь мы знаем слишком много... полностью понимаем, как фракция людей решила истребить всю нашу расу и просто потерпела неудачу в этом начинании.

Брик снова пожал плечами, и его стеклянные глаза оставались бесстрастными.

— Возможно, они боятся, что Йи им нужен. Возможно, они боятся, что без видящего-телекинетика на их стороне вампиры их выследят и прикончат, и потому у них нет выбора, кроме как выдвигать эти безумные требования... может, в надежде, что мы ещё не знаем, кто он.

Ник уставился на Брика, видя этот ровный, лишённый выражения взгляд своего прародителя.

Практически во всех ответах Брика он слышал кучу подтекста и другой информации, выходившей далеко за пределы произнесённых им слов.

Ник не был уверен, стоит ли упорствовать и в каком направлении двигать разговор, но самый очевидный факт смотрел ему в лицо.

— Кингсворт, — сказал он, имея в виду губернатора Нью-Йорка. — Это он, ведь так? Он требует, чтобы мы вернули Йи?

— Среди прочих, да, — подтвердил Брик, глянув на Уинтер перед тем, как снова посмотреть на Ника. — Мы поговорим обо всём этом, когда сядем на самолёт, брат. Я бы хотел, чтобы твои человеческие детективы тоже высказали своё мнение... и ты знаешь, как я ненавижу повторяться.

Ник глянул на Уинтер, чувствуя, что всё его тело напрягается.

— Самолёт?

— Ах, да, — Брик слегка улыбнулся, склонив голову. — Я забыл упомянуть об этом? Мы отправляемся в путешествие, Наоко. Как я и сказал, здесь всё становится... сложным. Я подумал, что лучше создать некоторую дистанцию между нами и всем этим.

— Куда? — прорычал Ник. — Куда мы направляемся?

Он слишком хорошо помнил, как в самый первый раз летел на самолёте с Бриком и его людьми.

— В Англию, конечно же, — сказал Брик, подмигнув Уинтер. — Возвращение к истокам всегда дарует озарение, друг мой.

Глава 14. Воздушное судно

Ник плюхнулся на кожаное сиденье, окинув взглядом салон частного воздушного судна и чувствуя себя так, будто угодил во временной разлом.

Единственное, что помогало ему относительно не психовать — это то, что Уинтер держала его за руку, сидя по правую сторону от него у окна. Возможно, более странным было то, что сидящие вокруг люди тоже расслабляли его, хотя Ник знал, что сам факт их нахождения здесь, на воздушном судне с оперативниками Белой Смерти, подвергал их смертельной опасности.

Морли мог знать это лучше любого из них.

Они с Джорданом сидели напротив Ника, но Морли определённо нервничал сильнее. Он постоянно проверял свой ремень безопасности и поглядывал на Ника, может, убеждаясь, что Ник по-прежнему здесь.

Слева от Ника сидела Кит, наблюдавшая за ним почти так же пристально, как Морли, но при этом работавшая над чем-то в своей гарнитуре с помощью трёхмерных виртуальных проекций на коленях и манипулировавшая как минимум тремя разными экранами.

Напротив Кит сидели Малек и Тай.

Ник знал, что девочке определённо не стоит здесь находиться.

Он не знал, чьей гениальной идеей было притащить её сюда, но ему это не нравилось.

Чёрт, да Тай всё ещё не полностью функционировала как видящая после того, как прошлая стычка с Йи её едва не убила.

Ей надо было остаться дома.

Ник несколько раз навещал её в больнице «Архангела» после того, как Йи атаковал её в подвале музея естественной истории. Он также приходил к ней в школу после того, как она вернулась в Келлерман. Во время этих визитов она выглядела нормальной, но от Малека он знал, что это не так.

Её «световые» структуры — то, что видящие называли aleimi — были до сих пор практически полностью разрушены. Она толком ничего не могла ими делать.

Ник даже теперь пристально наблюдал за ней, замечая, что её льдисто-голубые глаза распахнуты шире обычного.

Она выглядела не столько напуганной, сколько озадаченной всеми этими вампирами вокруг неё.

Сен-Мартен сидела по другую сторону от Кит. На глазах Ника она оперлась на подлокотник и наклонилась через проход, чтобы поговорить с Бриком, который сидел там с Зои, тем гигантским вампиром Марком и двумя другими вампами, которые выглядели смутно знакомыми.

Воздушное судно было огромным.

Тут было три ряда сидений, расположенных лицом друг к другу, и все они были массивными, похожими на старомодные кожаные кресла, а не на обычные сиденья самолёта.

Таких монстров даже не существовало до войны.

Ник снова посмотрел на Тай, затем на её брата, Малека.

Он наблюдал, как Сен-Мартен брызгала на них обоих феромоновый спрей до того, как они взошли на борт. Он знал, что это наверняка более качественная версия по сравнению с тем, что использовала Уинтер, но Ник всё равно сомневался, что они кого-то одурачили.

У них практически на лбу написано «видящие».

Нахмурившись от этой мысли и снова подавив тревогу из-за всей этой поездки и опасности, которой он их подвергал, Ник поёрзал на своём сиденье, осмотрев их небольшую секцию салона, затем снова сосредоточился на Уинтер, которая смотрела в окно на аэропорт, поскольку они ещё не тронулись в путь. Морли, который выглядел ещё более встревоженным, чем Ник, тоже продолжал поглядывать в окно, наверное, чтобы отвлечься.

Джордан, напротив, пялился на Зои Фокс.

Увидев, что взгляд Джордана опять устремился в ту сторону, Ник выразительно прочистил горло.

Как будто почувствовав, что Ник смотрит на него, Джордан повернулся.

Когда Ник наградил его ровным взглядом и вздёрнул одну тёмную бровь, Джордан покраснел.

Ник один раз качнул головой.

— Даже не думай, Деймон, — сказал он. — Доверься мне в этом. Просто... не стоит.

— Такое чувство, будто ты говоришь по личному опыту, — пробормотала Уинтер.

Ник глянул на неё, чувствуя, как стискиваются его челюсти. Он посмотрел на Деймона, который теперь тоже вскинул бровь, явно услышав комментарий Уинтер.

Ник поднял ладони, выразительно выдохнув.

— Дело твоё, чувак, я предупреждал, — сказал он, посмотрев в окно.

Воздушное судно покатилось назад, прочь от высокого круглого здания, которое служило единственным скайпортом Охраняемой Зоны. Ник посмотрел на остеклённую башню с кольцом первоклассных ресторанов и заметил балконный бар наверху. Ник почти был уверен, что надо иметь личный самолет, чтобы хотя бы войти в двери этого места.

Он поймал себя на том, что вспоминает старые аэропорты и то, насколько иначе они выглядели.

Теперь все те аэропорты вымерли.

Ник подозревал, что Ла-Гуардия, которая всегда была дерьмовым аэропортом, теперь полностью погрузилась под воду. Наверное, это место даже не считалось руинами.

Болота возле края купола постепенно поглотили старый международный аэропорт Кеннеди, похоронив его в заражённой воде, ряске и обломках, проскользнувших под купол из океана. Война всё равно по большей части уничтожила наружную постройку; самолёты разбомбили, разобрали на запчасти или расстреляли изнутри террористы.

Полёты в нынешнее время требовали более крупных двигателей, более горячего топлива, а также путешествия над нижними слоями атмосферы — воздушные судна летели по орбите над планетой, а потом пробивали себе дыру на пути вниз и спускались в ту Охраняемую Зону, которая была их конечной целью.

Теперь только богачи путешествовали по воздуху.

Ник почувствовал и услышал, как воздушное судно начинает набирать обороты.

Он глянул на Уинтер и осознал, что она наверняка никогда прежде не бывала на таких воздушных суднах. Если бы Ник не состоял в Белой Смерти после войны, он бы тоже не летал на них. Чёрт, да большинству людей не доводилось этого делать.

«Ты не собираешься рассказывать мне о ней, да?» — подумала Уинтер в его адрес.

Её мысли звучали тихо.

Запустив руку в карман куртки, Ник вытащил два протеиновых батончика и передал их ей.

«Съешь их», — мягко подумал он в ответ.

Почувствовав, как её раздражение перерастает в более жёсткую злость, он добавил:

«Её зовут Зои Фокс. Она сестра Мири. Мириам Блэк. Вот почему я подумал, что должен больше рассказать тебе о ней. О Мири».

Последовало молчание.

Ник почувствовал, как Уинтер обдумывает это.

Затем она чуть более резко поддела его разум.

«И? — подумала она. — Это ещё не всё. Я чувствую, что там есть что-то ещё».

«Конечно, там есть что-то ещё, — раздражённо отозвался Ник. — Я знаю этих людей больше двух сотен лет, Уинтер».

«Я имею в виду, что-то связанное с тобой, — резко подумала Уинтер. — Ты встречался с ней. С этой сестрой. Зои. Ведь так? Или ты встречался с Мириам Блэк?»

Ник выдохнул, проводя рукой по волосам.

Поудобнее устроив спину в кресле, он поддел её через кровь.

— Съешь их, — пробормотал он, кивнув на протеиновые батончики на её коленях. — Хотя бы один из них.

Ощутив прилив её злости, он перебил её.

«Да, — раздражённо огрызнулся Ник. — Насчёт Зои. Но мы не "встречались". Не в том смысле, который подразумеваешь ты. Полагаю, можно сказать, что у нас была интрижка. После гибели Даледжема».

Он потёр свой висок и вздрогнул, почувствовав ранку и засохшую кровь. Он совершенно забыл, что его оцарапало как минимум одной пулей.

Привстав, Уинтер отпустила его руку.

Прежде чем Ник осознал, что она делает, она отстегнула свой ремень безопасности, положила два протеиновых батончика на своё сиденье и встала. Он нахмурился, наблюдая за ней и собираясь напомнить, что самолёт вот-вот взлетит, но она прошла прямиком к занавешенной части прохода. Отодвинув штору в сторону, она просунула туда голову, чтобы поговорить с кем-то.

Она простояла там меньше минуты, и Ник увидел, как ей кто-то что-то дал. Не глянув на Ника, она развернулась и пошла обратно.

Ник помрачнел, не сумев сдержаться.

— Если бы самолёт взлетел, тебя бы сшибло на пол, — сообщил он ей, когда Уинтер вернулась в их зону с сиденьями. — Вот прямо бум, и сшибло бы на задницу. А потом размазало бы по потолку, бл*дь. Ты бы наверняка сломала шею...

Она закатила глаза, хмуро покосившись на него.

— Пристегнись, чёрт возьми, пожалуйста, — прорычал он. — Немедленно, Уинтер.

Ник смотрел, как она устроила какой-то мешочек на сиденье рядом с собой, положила рядом два протеиновых батончика и села сама, заняв меньше половины широкого кожаного сиденья. Он хмуро наблюдал, как она пристёгивается к сиденью двумя ремнями — один удерживал её колени, другой — плечи.

Как только она была надёжно зафиксирована на месте, Ник расслабился.

Он протянул руку, подёргав её ремни, и расслабился ещё больше, несмотря на её хмурый взгляд. Не потрудившись объяснить причины своих компульсивных проверок, он наклонился поближе и поцеловал её в щёку.

— Съешь один батончик, ладно? — пробормотал он, уткнувшись носом в её волосы. — Пожалуйста.

Уинтер закатила глаза, но в этот раз улыбнулась.

— Ты невозможный, — сообщила она ему. — Ты когда-нибудь перестанешь со мной сюсюкаться?

Джордан фыркнул, и Ник покосился на него перед тем, как взглянуть на Уинтер.

— Прости, — пробормотал он. — Но ты никогда прежде не летала на таких штуках, да?

Посмотрев на него, затем окинув взглядом салон, Уинтер нахмурилась.

— Нет, — ответила она. — А что? Эта штука резко взлетит прямо вверх, и нас всех стошнит?

Ник поджал губы.

— Не могу сказать, что она этого не сделает, — признался он.

— Тогда зачем, во имя богов, ты заставляешь меня съесть что-то? — спросила она.

И снова Джордан издал невольный смешок.

— Потому что тебе нужно железо, — сказал он, наградив Деймона суровым взглядом, а потом хмуро покосившись на Уинтер. — И ты знаешь, почему. И ты знаешь, почему я чувствую себя виноватым из-за этого. Это нужно тебе ещё сильнее после того безумия в моём здании.

— Что именно случилось сегодня в твоём здании? — перебил Джордан, заставив Ника повернуться. — В вас попала одна из тех бомб?

— Несколько, — поправила Уинтер, повернувшись к Джордану. — Дом Ника практически превратился в брикет угля. В поджаренный кусочек хлеба. Сгоревший тост. Ник теперь официально бездомный, — она посмотрела на Ника. — На самом деле, он живёт со мной.

Джордан издал очередной фыркающий смешок.

— Удачи с этим, леди.

— Знаешь... — сказал Ник, поворачиваясь к Джордану. — Я понимаю, что все мы тут делим тесное пространство, но я не уверен, что это групповое обсуждение, Деймон...

— Так, ладно, — перебила Уинтер, явно положив конец ссоре и привлекая к себе взгляд Ника. — Но сначала дай мне обработать ту рану. И мне надо нанести больше того крема от ожогов, который дал мне Брик. Он сказал, что его надо мазать каждые тридцать минут, пока не спадёт покраснение.

Выдохнув, Ник смотрел, как она открывает мешочек, взятый у стюардов, и вытаскивает влажную салфетку.

— Ладно, — неохотно сказал он. — Но потом ты поешь, Уинтер. Я так и буду надоедливым засранцем, пока ты не...

Это всё, что он успел произнести.

Даже будучи вампиром, Ник ощутил кардинальные перемены в скорости, балансе, ориентации.

Его желудок совершил небольшой кульбит, когда воздушное судно взлетело.

Оно устремилось прямиком вверх, быстро и бесшумно поднимаясь в воздух.

Не было никакого предупреждения.

Двигатели ревели последние десять минут, но звук не менялся с тех пор, как моторы просто набирали обороты, и до тех пор, как воздушное судно оторвалось от земли.

Ник почувствовал, как Уинтер напряглась от резкой перемены, вцепившись в его руку, а другой ладонью удерживая протеиновые батончики и мешочек на своих коленях. Он ощутил всплеск её страха и на мгновение разозлился, понимая, что не услышал ни слова предупреждения от персонала по громкоговорителю.

Персонал был вампирами. Они работали на Белую Смерть.

Видимо, они тут такого не делали.

Ник посмотрел влево, заметив, что все пристёгнуты, и большинство из них вцепилось в подлокотники. Те немногие не-вампиры, что присутствовали на борту, заметно побледнели... особенно Кит. Сидевшая напротив неё Тай слегка вскрикнула, но её брат Малек выглядел до странного безмятежным.

Не то чтобы это было нетипичным.

Практически всё, что делал Малек, было странным.

Ник глянул на Лару Сен-Мартен, которая, похоже, почти не заметила перемены. Директриса «Архангела» продолжала разговор с Бриком, одной рукой с маникюром небрежно держась за подлокотник, а в другой балансируя напиток, накрытый крышкой.

Мускулистый латиноамериканец, сидевший напротив неё в том же скоплении сидений, напрягся и встревоженно посмотрел в иллюминатор справа от себя.

Ник подумал, что это, наверное, новый начальник её службы безопасности.

Должно быть, для него это тоже первый международный полёт.

Ник посмотрел на Уинтер, которая до сих пор сжимала ладонью его бицепс и старалась удержать на коленях два протеиновых батончика и мешочек. Её глаза распахнулись чуточку шире обычного, пока она смотрела в иллюминатор слева от них.

Он почувствовал в ней волну тошноты, пока она наблюдала, как город за окном удаляется по прямой беззвучной линии.

Ник вынужден был признать, что зрелище было довольно драматичным.

Масштабы города увеличивались, но всё в нём становилось меньше.

Дым виднелся участками и растекался по верхней части Манхэттена. Стала видна змеящаяся система надземных поездов над большей частью Квинса и Бронкса. Ник видел как минимум один пожар в Бруклине и ещё дюжину на Лонг-Айленде, где тоже находился большой вампирский анклав.

Теперь они приближались к высоте купола.

Щит мог оставаться открытым всего несколько минут без риска заражения, и именно из-за этого требовалась такая большая скорость взлёта.

Ник заметил тот самый момент, когда они миновали купол — толстая стена щита промелькнула мимо края длинного крыла.

Затем стал виден сам купол.

Ник увидел, как проём в округлом корпусе уже начинает закрываться. Сам купол простирался на много миль, а вид города теперь искажался прозрачным щитом.

Сверху это выглядело так странно.

Можно было видеть голубое небо, даже отражение искусственного солнца.

За пределами купола Ник мельком заметил верхнюю половину Статуи Свободы, торчавшей из воды, тёмные и выжженные пустоши Стейтен-Айленда, поломанные мосты через реки, корабли, ржавеющие в доках заброшенных гаваней...

Затем и это постепенно отступило.

Купол сделался меньше, превратившись в бледно-голубой пузырь без деталей, сидевший на поверхности выжженной версии земли.

Ник видел тёмные бурлящие моря, очертания красновато-коричневой суши, покрытой тёмными руинами городов, поселений, бесконечных пригородных территорий. Тёмные, красновато-коричневые реки змеились и прерывались как раны земли. В верхней части штата виднелись горы и холмы, выжженная растительность и мёртвые деревья, тянувшиеся на многие мили...

Затем они поднялись выше, и это тоже пропало.

Тёмные, красновато-коричневые облака просвистели мимо, затем заслонили обзор.

Воздушное судно продолжало подниматься, пока они не очутились над ними.

Ник мельком увидел очертания Северной Америки, уже искажённые по сравнению с тем, чему его учили в школе как человека — большая часть Флориды погрузилась под воду вместе с Техасом и Калифорнией...

Затем, когда он почувствовал, что Уинтер более-менее привыкла к движению, скорость воздушного судна начала замедляться.

Такое чувство, будто оно полностью остановилось.

Оно просто парило там.

Затем постепенно начало изменять направление.

Сверху появился размеренно мигающий свет, и Ник увидел через окно звёзды — столько звёзд, сколько он не видел уже десятки лет, сияло над краем света.

Механический голос, похожий на ИИ, раздался из динамиков над головой.

— Мы вышли на нижнюю орбиту, — вежливо сообщил он. — Когда лампочка загорится зелёным, вы можете встать с сидений и ходить по салону.

Ник глянул на Уинтер.

Она смотрела в иллюминатор, и в её глазах виднелось искреннее изумление.

Он ощутил прилив привязанности от её непосредственности.

Ему хотелось бы, чтобы это было причиной их путешествия.

Чёрт, ему хотелось бы, чтобы он вёз её в Англию ради отпуска.

Ради чего угодно, только не ради того, зачем они направлялись туда на самом деле.

Глава 15. Встреча друзей

Ощутив в Уинтер резкий, неожиданный прилив тошноты, когда она посмотрела вниз, Ник сжал её руку. Через кровь он помог ей успокоиться и привлёк её внимание к себе.

— Эй, — пробормотал он. — Не хочешь сейчас обработать мне голову? — он ласково убрал её волосы с лица, поцеловал в щёку. — Этот участок пути медленный, — добавил он. — Возможно, нам придётся преодолеть не одну орбиту. Пилотам просто нужно высчитать нужный момент.

Уинтер посмотрела в окно, затем на него, словно не до конца понимая, о чём он вообще говорит.

Затем она моргнула.

Повернувшись на сиденье, она засунула протеиновые батончики в боковой карман, поскольку теперь судно двигалось медленнее, и явно включилась искусственная гравитация.

Ник смотрел, как она устраивает мешочек на своих коленях.

Уинтер сделала глубокий вдох, затем выдохнула. Открыв тёмно-зелёный мешочек, она вернулась к тому, чем занималась до взлёта судна. Она достала светлую, слегка переливающуюся салфетку и развернула её.

Ник наклонился поближе, и Уинтер стала промакивать его лицо этой салфеткой, поначалу легонько и аккуратно, но увеличивая нажим по мере того, как засохшая кровь начала отходить. Взгляд её сине-зелёных глаз сделался сосредоточенным, пока она обрабатывала длинную ранку, спускавшуюся от его виска к уху.

Он наблюдал за её лицом, видя, как уходит её страх и почти болезненный взгляд.

Затем она помрачнела.

— Эта «царапина» выглядит намного хуже, чем ты говоришь, — сообщила она ему. — Она уже заживает, но в самой худшей части рана глубиной больше сантиметра. И тебе надо ещё больше того крема от солнца. Твоя кожа до сих пор очень обожжённая.

Ник кивнул, слегка улыбаясь.

К сожалению, наблюдение за ней отвлекало и его тоже.

То есть, отвлекало до тех пор, пока кто-то позади него не прочистил горло.

Ник почти забыл, что Джордан и Морли сидят рядом с ними.

— Это всё, конечно, очень мило, — сухо прокомментировал Морли. — Но может, мы поговорим о том, куда мы направляемся, чёрт возьми? И зачем?

Джордан хмыкнул.

Ник смотрел, как молодой детектив как будто с усилием убирает пальцы с подлокотников. Ник осознал, что оба детектива отдела убийств пережили тот же приступ паники, что и остальные не-вампиры.

Поняв это всё, Ник не позволил этому отразиться в его голосе.

— Я собирался задать вам этот вопрос, — сказал он, слегка вздрагивая, потому что Уинтер продолжала обрабатывать его лицо. — Как, чёрт возьми, вас затащили во всё это? «Архангел»? Или кто-то просто приехал за вами на лимузине и потребовал садиться в машину?

— В моём случае скорее второй вариант, — пробормотал Джордан, покосившись на Малека и Тай. — Там уже сидели два твоих странных дружка-гибрида, когда они приехали за мной, — добавил он.

Деймон нахмурился и показал на Кит.

— ...И она, — сказал он, скрестив свои мощные как у боксёра руки.

— Аналогично, — присоединился Морли, глянув на Сен-Мартен и её телохранителя, затем посмотрел на Ника. — ...Ну, почти. Я всё же получил звонок от Ачарьи.

Он имел в виду начальника полиции Нью-Йорка.

— ...Шеф заявил, что они больше не нуждаются в нашей помощи с расследованием убийств вампиров. Более того, он даёт нам несколько недель отгула, пока всё не «устаканится». Он предложил нам с Деймоном съездить в другую Охраняемую Зону. Полюбоваться пейзажами в свободное время, которого у нас теперь много...

— Он уволил вас? — Ник в неверии уставился на них обоих. — Серьёзно?

Воцарилось молчание.

Затем Морли взмахнул рукой, вздохнув.

— Миднайт... я честно не знаю. Он сказал, что нет. Но у меня определённо сложилось впечатление, что избавление от моей старой задницы может присутствовать в их планах. Особенно если я продолжу лезть в эту ситуацию с Йи. Если я не приму навязанный отпуск с улыбкой и не прекращу расследование, то да... моё временное отстранение вполне может стать постоянным.

Морли глянул на Джордана.

— Подозреваю, что Деймона просто переведут в другое отделение.

— Ты тоже в отпуске, Танака, — перебил Джордан, хмыкнув и переглянувшись с Морли. — Забавно, что ты забыл об этом спросить. Похоже, они решили, что ты захотел уделить больше времени боям для Фарлуччи. Какое-то время не связываться с убийствами.

Ник нахмурился, покосившись на Уинтер, затем на Джордана и Морли.

Фарлуччи. Чёрт.

Надо ему позвонить.

С другой стороны, зная Брика, он уже позаботился обо всём.

Подумав об этом, Ник сосредоточился на Морли.

— И Брик знает об этом? — спросил он, понизив голос. — Он и Сен-Мартен... они все знают, что полиция Нью-Йорка нас отпустила?

Уинтер убрала от его лица переливающуюся салфетку и нахмурилась.

— Ты беспокоишься, что всё это —  начало большой вербовки, — сказала она.

Покосившись на Морли и Джордана, она перевела взгляд на Ника.

— Ты думаешь, что они в курсе этого... Сен-Мартен и Брик. Что они могли даже заключить какую-то сделку.

Ник мрачно посмотрел на неё, затем обратно на Морли.

— Скажем так, я думаю, что это вполне возможно.

Прежде чем Ник успел продолжить, маленькие ручки обвили его шею и стиснули в объятьях. Ник подпрыгнул, посмотрев вбок и увидев улыбающееся личико Тай прямо перед тем, как намного более высокая и тёмная фигура присела на корточки в проходе между сиденьями Ника и Джордана.

Кит тоже стояла там, держа руки в карманах. Она выглядела напуганной, но в то же время, похоже, испытывала облегчение от того, что стояла рядом с ними.

Отстранившись от объятий, Тай буквально просияла ему в лицо.

— Я так рада, что с тобой всё хорошо, — искренне сказала она. — Малек нарисовал твой дом в огне... весь Вамп-Сити. Он показал это мне, и я узнала твой дом. Лара тоже видела картину, но мы не знали, когда это случится, и она думала, что успеет вытащить тебя и мисс Джеймс. Она думала, что у них будет больше времени.

Ник нахмурился, глянув на Малека, затем обратно на Тай.

— Я в порядке, ребёнок, — заверил он её, похлопав по руке. — Не волнуйся.

Когда Тай поцеловала его в щёку и выпрямилась из объятий, Ник посмотрел на Малека, слегка нахмурившись.

— Ты знал об этом? — спросил он. — Ты знал, что они собираются напасть? И ты не предупредил меня, бл*дь?

Малек поколебался, затем медленно кивнул.

— Прости, — сказал он.

Когда Ник помрачнел, провидец продолжил.

— У меня была картина, — признался он. — Честно, я даже не понимал рисунок, пока Тай не увидела его и не узнала твою квартиру и твой диван. Я знал, что Йи причастен. Я видел его глаза. Я нарисовал его людей на улицах. И взрывы... но Йи у вампиров, так что я подумал, может, это ошибочно. Или что-то изменилось.

Малек повернулся, показав на другой конец салона, явно имея в виду Брика.

— Я видел его, — сказал он. — Твоего прародителя. И красивую вампиршу с тёмными волосами. Сестру твоей подруги...

— Художник, — пробормотал Джордан.

Ник подпрыгнул.

Понимание накрыло его, когда он повернулся.

Морли и Джордан оба уставились на Малека с ошеломлённым осознанием в глазах. Джордан, похоже, испытывал нечто среднее между весельем, удовлетворением от того, что наконец-то узнал ответ на мучивший его вопрос, раздражением из-за того, что сам не догадался ранее, а также смутным желанием врезать Нику по роже.

— Ты — это он, — сказал Джордан видящему. — Художник. Загадочный информатор Ника.

Глянув на Морли, молодой детектив покачал головой, издав полусмешок и бросив на Ника слегка раздражённый взгляд.

— Господи Иисусе. Я должен был догадаться. Как я не додумался-то? Миднайт прятал тебя на самом видном месте, прямо у нас под носом, бл*дь...

— Это явно не его заслуга, — фыркнула Уинтер, бросив салфетку обратно в мешок и достав тюбик крема. — Мне начинает казаться, что Ник — самый худший хранитель секретов среди вампиров всех времён. Удивительно, как он умудрился прожить так долго.

Когда Ник глянул на неё, выгнув бровь, она улыбнулась ему, наклонилась и чмокнула в губы.

Прежде чем он успел заговорить, Уинтер посмотрела мимо него на Тай.

— Ты видела, что учудил твой чокнутый дядя-вампир, Тай? — спросила она, улыбаясь юной видящей. — Свисая с той лестницы?

Кит с неверием усмехнулась, качая головой.

— Мы все видели это безумное дерьмо, — пробормотала девушка-технарь. — Включая то, как он укусил того мудака.

Тай лишь кивнула, глядя на остальных.

— Сначала было страшно, — призналась она, покосившись на Кит, затем снова на Уинтер. — Я видела, как они стреляли в него... а когда они попали ему в голову той одной пулей, у него сильно шла кровь. Но я иногда забываю, что он вампир. Когда он карабкался по той лестнице...

Своей маленькой ладошкой она резко описала арку в воздухе.

— Это было типа... вжик! Так быстро...

Уинтер рассмеялась, массируя бедро Ника и вызывая в нём дрожь жара.

— Так выглядит поджаренный на гриле вампир, — сообщила Уинтер, обращаясь к Тай. — Ты видела вампира с горящей попой, который нёсся к огнетушителю.

Кит хрюкнула со смеху, но прикрыла рот, когда Ник покосился на неё.

Тай тоже захихикала, и в её светло-голубых глазах искрило облегчение.

— Вы так хорошо управлялись с луком и стрелами, — сказала Тай, обращаясь к Уинтер. — Я хочу ещё больше уроков по стрельбе из лука.

— Ага, — поддакнула Кит, улыбнувшись, и прислонилась к боку сиденья Джордана, уложив руку на спинку. — Это было просто эпично! Я никогда прежде не видела такого. Когда те парни на лестнице взорвались...

Малек заговорил, перебив слова Кит.

— Теперь мы поговорим про Йи? — спросил видящий.

Когда все они посмотрели на него, видящий прочистил горло. Он большим пальцем показал в заднюю часть самолета, и в его разноцветных радужках виднелось лёгкое напряжение.

— Он здесь, знаете ли. На самолёте.

Ник уставился на видящего, поначалу не соображая.

— Разве нам не стоит поговорить с ним? — спросил Малек, глядя на их лица. — Думаю, он довольно счастлив, что мы везём его домой.

Глава 16. Странные союзники

Ник наклонился через свободное сиденье, уставившись на своего прародителя, который смеялся над чем-то, что сказала Сен-Мартен. Ник не слышал, чем был вызван смех (в основном потому, что ему было решительно посрать), но одного лишь звука оказалось достаточно, чтобы его клыки удлинились.

— Могу я поговорить с тобой? — прорычал он.

Брик, который абсолютно точно должен бы знать о присутствии Ника, который наверняка наблюдал, как Ник проходил по широкому салону, который мог даже слышать, как Ник выругался в разговоре с Малеком, медленно повернулся и широко распахнул глаза из потрескавшегося стекла в совершенно притворном удивлении.

— О, приветствую, дражайший! — улыбка Брика сделалась шире. — Конечно, ты можешь поговорить со мной, дорогой мальчик! Тебе нужно уединение для этой маленькой беседы? Или ты хочешь присесть, чтобы все мы могли обсудить это здесь?

Ник крепче стиснул зубы.

Его взгляд метнулся к Ларе Сен-Мартен, затем обратно к Брику.

Приняв моментальное решение, он обошёл кресло из толстой кожи и резко опустился на сиденье.

— Можно и здесь, — сказал он.

Лара посмотрела на него со слегка раздражённым выражением.

До этого момента Нику и не приходило в голову, насколько странно то, что Брик и Лара болтают как старые друзья. Он подумывал отпустить остроту по поводу этого, хотя бы чтобы напомнить Ларе Сен-Мартен, что люди Брика (если не сам Брик) всего несколько недель назад убили её любовницу, с которой она пробыла восемь лет.

Решив, что это лишь приведёт к нагнетанию ситуации, и у него нет терпения на такое в данный момент, Ник перевёл взгляд на Брика.

— Йи на борту, — сказал он.

Воцарилось молчание.

Брик и Лара переглянулись.

— Да, — просто сказал Брик.

— Какого хера с тобой не так? — потребовал Ник, нахмурившись.

В последовавшем молчании Ник показал большим пальцем в сторону своих друзей.

— Ты говорил с Малеком? — прорычал Ник. — Он утверждает, что Йи кипятком писает от радости, что вы везёте его обратно в Лондон. Он на седьмом небе от счастья.

Брик закатил глаза, позволив своему затылку опуститься на спинку из искусственной кожи.

Бесстрастно посмотрев на Ника, он выдохнул, излишне выразительно имитируя человеческий вздох.

— Тебе правда стоит обновить свой сленг, брат Ник, — заметил Брик со своим новоорлеанским произношением. Он слегка улыбнулся, не поднимая головы, и та улыбка отразилась в его хрустальных глазах. — Для такого юного существа ты говоришь совсем как древний, брат мой.

Ник стиснул клыки.

— Вы притащили на борт воздушного судна видящего-телекинетика, — прорычал Ник. — Вы должны понимать, что высока вероятность утечки. Или в полиции Нью-Йорка, или в «Архангеле». Или внутри Белой Смерти. Возможно, во всех трёх организациях.

— Мы в курсе... — холодно начал Брик.

— ...Не говоря уж о том, что вам уже известно об их людях в М.Р.Д. и Ч.Р.У., — прорычал Ник. — Это значит, у них есть люди в скайпорте, Брик. Думаешь, они не знают кому принадлежит это бл*дское судно? Или кто может быть на борту?

Брик повернул голову, улыбнувшись Ларе Сен-Мартен.

— Я понимаю, что ты имела в виду под мелодраматичностью, — сказал он ей.

Запустив руку в карман пиджака, он достал стеклянную трубку для вейпа. Активировав устройство, он пососал кончик и выдохнул водяной пар, затем передал вейп Ларе.

Его бесстрастные как у змеи глаза вернулись к Нику.

— Конечно, я и раньше замечал его склонность к излишней эмоциональности, но появление супруги сделало его откровенно истеричным...

— Где бы ни была утечка, — холодно перебил Ник, — они должны знать, где он сейчас. Йи. Это значит, вашего телекинетика вот-вот сопрут, бл*дь.

Брик продолжал смотреть на него.

Ник почувствовал, как его клыки удлинились ещё сильнее.

— Ты нарисовал мишень на всех нас, Брик...

— Или я знаю, где утечка, — перебил Брик, наградив его тёмным взглядом. — Или я точно знаю, кто эти люди, и проследил, чтобы они были отрезаны от всей информации, кроме той, которую я желаю им передать. Или же один из множества других возможных сценариев, которыми я не обязан делиться с тобой, мой дорогой, милый мальчик. Ты ушёл, помнишь? Ты выбрал быть в стороне. Это был твой выбор. Не мой. Едва ли ты можешь ныть по этому поводу теперь.

Всё ещё удерживая взгляд Ника, он скрестил руки на груди и прислонился к спинке.

— Ты правда думаешь, что можешь прийти и требовать от меня информации, брат? Словно ты всё ещё мой высокопоставленный заместитель в Белой Смерти?

Ник повернулся к Сен-Мартен.

— А ты? — прорычал он. — Ты нашла все свои утечки, Лара? Потому что последнее, что я слышал — это то, как ты перебирала свою команду учёных и пыталась выяснить, кто может поддерживать движение Йи. То есть, помимо твоего бывшего мужа и сына... которые оба являются активными членами фашистского фанклуба Дмитрия Йи.

Сен-Мартен наградила его почти таким же вампирским взглядом, как и Брик.

Глянув на Брика, когда тот поддел её рукой, она во второй раз забрала у него трубку. Ник чуял запах горящей травы и понимал, что это мук — наверное, лучший сорт, выращиваемый в эксклюзивных оранжереях Франции или Норвегии.

Лара сделала почти абсурдно изысканную затяжку и передала трубку Брику, деликатно закашлявшись.

Ник смотрел, как трубка выпускает водный пар.

— Лара? — сказал он чуть резче. — Тебя это действительно устраивает?

— Иисусе, Ник. Успокойся, — она повернулась к нему лицом, поджав тонкие губы. — Иди ещё раз поговори с Йи. Возьми с собой Малека. Или Тай. Или обоих. Он кажется очарованным твоей парой. Почему бы не взять и её тоже, чтоб отвлечь его?

Она наклонилась поближе, и её глаза смотрели так же жёстко, как у Брика.

— Хочешь помочь, Ник? Заставь этого социопатичного и нарциссичного лидера культа, у которого явно проблемы с папочкой, рассказать нам, чего он хочет... и как положить этому конец.

Ник уставился на неё.

На мгновение он задался вопросом, не поработил ли её Брик.

Её глаза говорили, что нет.

Она помрачнела, разгоняя рукой водяной пар от трубки, и передала её обратно Брику.

— Ой, да прекратите, — рявкнула она. — Я в порядке, детектив. И отвечая на ваши параноидальные тирады, мы с вашим прародителем основательно прочесали оба наших дома... особенно на верхних уровнях. Оперативники Белой Смерти всю неделю торчали в наших офисах. Они брали кровь, проводили допросы. Множественные допросы для тех, кто занимает наиболее деликатные должности. Даже ваша подруга Кит прошла через это.

Последовало более напряжённое молчание, после чего она добавила:

— И ваша девушка тоже. Вместе с вашими двумя приятелями из полиции Нью-Йорка. И та женщина. Чарли.

Челюсти Ника окаменели.

Он открыл рот, собираясь заговорить, но Лара подняла руку.

— Мы убедились в невиновности всех, — рявкнула она. — Всех в ваших и моих доверенных кругах. Всех, кто стал свидетелями событий той ночи в музее естественной истории. Всех наших сотрудников, имеющих доступ к релевантной информации, исследованиям, системам данных... мы провели тщательные проверки биографий их всех, заручившись помощью уже проверенных членов моей команды техников. Мы предприняли меры предосторожности.

Ник открыл рот, но она снова подняла руку.

— ...А цель доставки Йи в Лондон должна быть очевидна, — добавила она, и её зелёные глаза сделались ещё холоднее. — Люди Йи связались с нами, желая вести переговоры. Едва ли мы сможем сделать это, не привезя их награду.

Ник уставился на неё.

— Это самоубийство, — прорычал он. — Даже если они говорят правду, вы не можете просто передать его. По какой бы то ни было причине. Вы знаете, кто он...

— Мы совершенно точно не собираемся передавать его, детектив, — перебила она. — Однако мы не сможем организовать убедительные переговоры, не привезя его с нами.

Ник пристально смотрел на неё.

Он глянул на Брика, затем обратно на неё.

— То есть, вы везёте его именно туда, где он хочет находиться. Именно туда, где его хотят видеть его люди, — прорычал Ник. — Вы везёте туда меня. Уинтер. Всех моих друзей. Девочку...

— Да, — перебила Лара, сердито глядя на него. — Едва ли мы могли оставить вас в Нью-Йорке, ведь так? Или ты упустил, что он угрожал всем нам? Он только что пытался убить тебя, Ник... и твою пару? Ты реально думал, что он бы остановился на этом?

Помедлив, она откинулась на спинку кресла и взяла из рук Брика трубку с муком.

— Вы правда думаете, что в Нью-Йорке вашим людям было бы безопаснее, детектив Танака?

— Мы должны убить его, — прорычал Ник. — Йи. Прямо сейчас. Вышвырнуть его через грузовой отсек. Будь у нас хоть немного мозгов, мы бы всадили пулю ему в башку той ночью в музее... и растворили его тело в кислоте, которая разъедает ДНК.

Брик усмехнулся, покачав головой и глянув на Лару Сен-Мартен.

Она улыбнулась в ответ и закатила глаза.

На мгновение перед глазами Ника всё застлало красным.

В те несколько секунд он очень хотел разорвать глотки им обоим.

Вместо этого он прокусил свой язык клыком, посмотрел на них ещё несколько секунд, затем резко поднялся на ноги.

Не сказав ни слова, он ушёл обратно в другую часть самолета, где сидела Уинтер с Морли и Джорданом, а теперь и Кит, Малек и Тай.

Ник просто стоял там, глядя на своих друзей.

Затем, помрачнев, он рывком головы указал на заднюю часть самолёта.

— Идёмте, — фыркнул он, глянув на Малека и Тай, которые вместе устроились на сиденье, ранее освобождённое Ником. — Вы нужны мне, — он посмотрел на Уинтер. — И ты тоже.

Наконец, он посмотрел на Кит, Морли и Джордана.

Кит подвинула одно кресло из центральной секции, перекатив его по специальным выемкам-рельсам на полу салона, которых Ник до сих пор не видел. Она устроила сиденье так, что теперь сидела рядом с Джорданом.

— Вы все можете пойти, если хотите, — ворчливо сказал Ник. — Сами решайте.

Морли, Джордан и Кит переглянулись.

Затем Кит посмотрела на него, поджав полные губы.

— Куда мы направляемся, здоровяк? — настороженно поинтересовалась она.

Ник бросил на неё мрачный взгляд, затем покосился на Уинтер.

— Мы идём поговорить с Антихристом, — сказал он и помрачнел, задумавшись над собственными словами. — ...А может, заодно проткнём ему сердце колом.

Глава 17. Антихрист

Ник честно не знал, чего ожидал, когда подошёл к охранникам Белой Смерти.

Учитывая, что он прошёл в самую дальнюю часть самолёта в сопровождении двух видящих, своей девушки-гибрида, двух человеческих офицеров полиции, и двадцати-с-чем-то-летнего человека-технаря с розово-голубо-белыми волосами, Ник рассчитывал вызвать какую-то реакцию.

Может, сопротивление.

Вполне возможно, угрозы.

Откровенный отказ и запрет находиться в этой части самолёта.

Он определённо ожидал, что один или оба охранника позвонят Брику.

Ничего из этого не случилось.

Когда Ник подошёл к двум вампирам, стоявшим перед толстой непрозрачной перегородкой из переливающегося зелёного материала, два мужчины переглянулись и слегка улыбнулись.

Затем они одновременно отошли с дороги.

Оба приветствовали Ника вежливыми жестами, похожими на отдание чести, и короткими поклонами.

Именно таким жестом и поклоном они приветствовали бы его двадцать пять лет назад, когда Ник был правой рукой и заместителем Брика в Белой Смерти.

Отбросив в сторону тот посыл, который Брик мог в это вложить (естественно, посыл там присутствовал, пробормотал разум Ника), Ник лишь кивнул первому парню, которого смутно узнавал по тем годам.

— Лаки, верно? — сказал он светловолосому вампиру. — Лак?

Вампир улыбнулся, кивнув.

— Да, сэр.

— Мы можем поговорить с ним? Он услышит нас через эту стену?

Лак улыбнулся, снимая широкий металлический браслет, который он носил на запястье.

Распрямив его, он подошёл к Нику и на ходу активировал трёхмерный дисплей.

— Вот, — сказал он, показывая ему управление. — Вы можете поговорить с ним. Он будет отвечать через браслет. Он прекрасно слышит вас, пока мигает синий огонёк, — он показал пальцем на более длинную шкалу. — Это контролирует окно. Можно сделать его полностью непрозрачным, полностью прозрачным... или нечто среднее.

Он бросил на Ника более серьёзный взгляд.

— Предупрежу сразу, — добавил он. — Мы держали окно непрозрачным с тех пор, как погрузили его туда. Босс сказал, что ему можно показывать то, что нас окружает, но этот... — он кивнул на Малека. — ...говорит, что пленник и так знает, что мы направляемся в Англию. Но насколько нам известно, он пока не видел, что его окружает. Если вам кажется, что не стоит ему показывать, используйте этот режим...

Он показал пальцем на кнопку возле шкалы.

— ...и тогда он увидит только вас. Однако вам придётся передавать монитор, если другие захотят с ним поговорить.

Ник кивнул.

— Спасибо, — ворчливо сказал он.

— Вы бы хотели уединения? — вежливо поинтересовался вампир. — Для вас и вашей команды?

Ник окинул взглядом своих друзей. В итоге он по какой-то причине встретился глазами с Малеком. Высокий видящий один раз кивнул.

Согласившись с ним, Ник посмотрел на светловолосого вампира.

— Да, — сказал он. — Мы бы предпочли уединение. Однако я запишу разговор. С прямой трансляцией, если Отец Брик захочет услышать это в реальном времени.

Последовало молчание.

Судя по выражению Лака, он говорил с кем-то в гарнитуре.

Ник прекрасно понимал, с кем именно. Это впечатление лишь подтвердилось, когда светловолосый вампир улыбнулся Нику, вновь сосредоточившись на его лице.

— Отец Брик хотел бы слышать это, да. Он благодарит тебя за учтивость, брат.

Ник хмыкнул, но никак не выдал неуважение лицом.

Лак протянул ему складной монитор.

Два вампира один за другим поклонились.

Затем они ушли, быстро направившись в переднюю часть салона и скрывшись за голубыми шторами. Для них это, вероятно, означало перерыв на мешок крови и, наверное, шанс растянуться на кожаных сиденьях, наслаждаясь каким-нибудь фильмом.

Ник нахмурился, слушая их удаляющиеся шаги.

В этот раз он посмотрел на Уинтер.

Она выгнула бровь, скрестив руки на груди.

— Давай, — сказала она, кивнув в сторону непрозрачной зелёной стены. — Поговори с ним первый. Мы уже знаем, что ему нравится общаться с тобой.

Ник хмыкнул, качая головой.

— Ты не согласен? — спросила она.

— Нет, — ответил он.

Затем, продолжая размышлять, он обвёл взглядом остальных.

— Мне позволить ему увидеть нас? — спросил он. — Всех нас? Что думаете?

Последовало молчание.

Затем Малек кивнул, а сразу за ним и Уинтер.

— Да, — сказали они почти в унисон.

— Да, — повторила Уинтер, глянув на Мэла. — Думаю, стоит. Как минимум, это подпитает его эго — столько посетителей, зачарованная аудитория.

Когда Ник снова нахмурился, Уинтер пожала плечами.

— Чёрт. Да ему наверняка скучно, Ник. Как минимум немножко. Сидеть там взаперти едва ли весело. Это справедливо даже для нормального человека. А он не нормальный, даже если не считать телекинеза. Социопат, психопат, нарцисс... кем бы он ни был, этот тип ничто так не ненавидит, как скуку. Особенно тип вроде Йи, который привык к почти беспрестанному подхалимству от почитающих его последователей, цепляющихся за каждое его слово.

Ник хмыкнул.

На самом деле, это казалось чистой правдой.

Он взглянул на неё и ощутил прилив эмоций, осознав, что после этого хочет остаться с ней наедине. Прошло слишком много времени с тех пор, как он кормился от неё; он чувствовал, что связь крови слабеет. Более того, он хотел потрахаться. Это желание вовсе не ушло от наблюдения за ней с луком или от поцелуев в вертолёте.

Заставив себя отвести глаза от неё, Ник посмотрел на остальных, держа пальцы на шкале виртуального экрана, которая должна была сделать внешнюю часть клетки прозрачной.

Они выжидающе смотрели на него.

Кит выглядела нервничающей, но и она кивнула.

Ник постарался подавить волнение, говоря себе, что Йи уже видел их всех, ведь все его друзья были той ночью в музее естественной истории.

И всё же он поколебался, в последний раз скользнув по ним взглядом.

— Ладно, — сказал он, проведя пальцами по шкале.

— ...Поехали.

Внешняя часть стеклянной клетки не сразу сделалась прозрачной.

Облака тёмной, бурлящей и переливающейся зелени начали рассеиваться по кускам, образуя в органическом стекле дыры, которые постепенно становились шире, поглощая сами себя и оставляя за собой прозрачные бледно-зелёные панели. Внутреннее помещение клетки постепенно становилось ярче, освещая содержимое прямоугольного контейнера размером три метра на метр.

Стискивая зубы, Ник смотрел, как очертания Йи становятся отчётливее.

В последнюю минуту Ник подумывал скрыть их окружение, как показал ему Лак, затем решил, что это пустая трата времени.

Йи знал, где он находится.

— Да, — тихо заметил Малек.

Ник взглянул на него, затем обратно на Йи.

Теперь лицо видящего сделалось видимым, и когда зелёные облака около глаз телекинетика испарились, Йи увидел стоящего там Ника и улыбнулся.

Ник смотрел, как эти светлые глаза замечают Джордана, Морли, Кит, Тай, Малека...

...Уинтер.

Дольше всего светло-голубые глаза Йи задержались на Уинтер.

Затем медленно вернулись к Нику.

Ник нажал кнопку на браслете, включающую двусторонние динамики.

— Здравствуй, Дмитрий, — сказал он.

— Здравствуй, Ник, — видящий улыбнулся ему. — Вижу, в этот раз ты привёл своих друзей. Как очаровательно, — помедлив, он снова окинул их всех взглядом. — Знакомиться будем?

— Не думаю, что нам нужно играть в эту игру, Дмитрий, — сказал Ник. — Они все помнят тебя по музею в тот день. Или ты забыл?

Видящий-телекинетик снова смотрел на Уинтер.

— Сестра, — произнёс он. — Я поражён.

— С этим дерьмом тоже можешь завязывать, Дмитрий, — прорычал Ник. — Иначе эта беседа окончена.

Йи повернул голову, улыбнувшись Нику.

— Такой странный поворот судьбы, да? Душа Даледжема связалась с тобой, с вампиром, — улыбка видящего сделалась ещё шире. — Конечно, я всё ещё лелею надежду, что в следующей жизни ты вернёшься как видящий, Ник. Ты не думаешь, что ты, возможно, так и начинал? Как видящий на Старой Земле? Возможно, ты впал в немилость... и эта ситуация с человеком и вампиром — просто способ расплатиться с кармическими долгами.

Видящий подмигнул Уинтер, улыбнувшись Нику.

— С моей стороны жестоко так говорить, Ник? — склонив голову набок, он пожал плечами. — Полагаю, неважно. В этом обличье я могу быть жестоким. Я же Антихрист, ведь так?

Ник застыл, переведя взгляд на толстый ошейник сдерживания видящих на его шее.

Спустя секунду он постарался отбросить это.

Если бы Йи действительно мог обойти эту штуку, он бы уже раздолбал клетку надвое.

— Ты знаешь, куда мы направляемся? — бесстрастно спросил Ник. — В данный момент?

— Конечно, — сказал Йи. — Мы летим в Лондон, Ник.

Ник невольно помрачнел.

— Откуда тебе это известно? — прорычал он. — Кто-то тебе сказал?

Губы видящего изогнулись в медленной полуулыбке.

Он так же медленно поднял руки, всё ещё скованные в запястьях наручниками, которые соединялись с цепями на лодыжках. Плавно жестикулируя в манере, которая показалась Нику раздражающе знакомой, видящий улыбнулся чуть шире.

— А это не может быть простой дедукцией? — светлые глаза Йи сверкнули под органическим освещением. — Я знаю своих людей. Я знаю, какие инструкции были даны им на случай, если меня захватят вражеские силы. Я знаю, что они будут следовать этим приказам.

— Какие приказы ты им дал, Дмитрий? — спросил Ник.

Снова грациозное пожатие плечами.

— Ты уже стал свидетелем этого, Ник, — сказал видящий. — Мои люди верно определили виновников моего похищения и заточения. Они нацелились на этих виновников, требуя моего освобождения. Поскольку меня, что вполне очевидно, не отпустили, они будут нагнетать обстановку. И они продолжат делать так в соответствии с моими инструкциями до тех пор, пока не вернут меня, Ник.

— И как именно это будет выглядеть? — спросил Ник, хмурясь. — Ещё больше нападений на вампиров? Ты должен понимать, что для твоих людей это добром не кончится, Йи. В результате ты можешь получить чертовски много мёртвых последователей...

— Я так не думаю, детектив, — перебил Йи, улыбаясь. — Но благодарю за беспокойство.

Воцарилось молчание.

У Ника вновь сложилось впечатление, что Йи играет с ним, роняет маленькие намёки и подсказки, ожидая, что Ник помешается на них и станет вынюхивать. Что-то во всей этой идее отбивало у Ника желание выяснять, что этот придурок ему говорит. На самом деле, глядя на него теперь, Ник начал задаваться вопросом, есть ли вообще смысл беседовать с Йи.

Обычно вампиры не возились с таким дерьмом.

Обычно они просто кусали жертву и накачивали ядом.

Ник снова задался вопросом, почему Брик не поручил кому-то одному или нескольким своим людям питаться от этого мудака чуть ли не по часам.

Честно говоря, Ник не понимал, почему сам Брик не кормился от видящего. Его кровь наверняка чертовски вкусная, учитывая, кто он, да и Брик не захотел бы передавать такой контроль кому-либо, даже самым близким своим последователям.

Даже собственным детям.

Ник хотел пригрозить Йи укусом и попробовать разговорить за счёт этого, но не решился, не зная, почему Брик отказался от такого курса действий.

Подумав об этом, он прикоснулся к гарнитуре.

Ощутив ответ на другом конце линии, он не стал утруждаться приветствиями.

— У меня вопрос, — Ник снова сосредоточился на Йи, наблюдая, как эти голубые глаза изучают его через стекло. Осознав, что надо было затемнить окно видящему перед звонком своему прародителю, Ник помрачнел, повернулся к нему спиной и переключился на субвокалку.

— Почему вы не кормились от него? — спросил Ник у другого вампира. — На сей раз ты расскажешь мне эту историю? Я думал, вы его уже накачали ядом под завязку.

Когда Брик промолчал, Ник стиснул зубы.

— Брик...

— Это обсуждалось, — холодно сказал его прародитель.

— И? — подтолкнул Ник, по-прежнему оставаясь спиной к Йи, несмотря на субвокалку.

— Проводились... эксперименты, — сказал Брик с лёгким предостережением в голосе. — Скажем так, я бы на твоём месте не стал пробовать, Ник. Нам пришлось убить вампира, который сделал это.

Ник уставился на узорчатый ковёр.

Затем чуть ли не зарычал на Брика.

— И ты не сообщишь мне ничего больше? Я тут допрашиваю этого мудака. Как ты и хотел. Мне нужно знать, с чем я имею дело, Брик.

Его прародитель испустил слегка драматичный вздох.

Ник буквально слышал его луизианский акцент, вплетавшийся в выдох.

— Он каким-то образом проник в разум вампира. Более того, он убедил его напасть на нас, — добавил Брик, раздражённо выдохнув. — Мы думаем, что он обладает специальной выучкой... а может, новой способностью видящих, с которой мы прежде не сталкивались. Он полностью поработил упомянутого вампира. Мы не смогли его спасти. Так что я бы не утруждался такими угрозами. Он либо посчитает, что ты не в курсе, либо решит, что это плохой блеф.

— Нельзя накачать его искусственным ядом? — спросил Ник, хмурясь. — Той штукой, которую создали русские?

— Мы думали об этом, да, — Брик испустил раздражённый вздох. — Но есть опасения из-за побочных эффектов. Русские, с которыми мы говорили, сказали, что гибриды, получившие яд, обретали более сильные способности. Некоторые становились почти похожими на видящих... пусть и на короткие промежутки времени. То есть, они обретали настоящие навыки видящих.

Помедлив, Брик добавил.

— ...почти как твоя пара, Наоко.

Он выждал несколько секунд молчания Ника, затем продолжил.

— В любом случае, мы подумали, что лучше не усиливать способности этого существа. Особенно учитывая, что эффект быстро нарастает... и накапливается.

Ник нахмурился.

— Да уж. Не стоит.

Последовала очередная пауза.

Затем Ник вспомнил кое-что ещё.

— А что насчёт его последователя? Того, что я затащил с собой на вертолёт? Твои люди получили что-то от него?

— Они всё ещё... допрашивают его, — сказал Брик.

Ник кивнул, но почувствовал, как его губы кривятся в гримасе.

— И? — поинтересовался он.

— Ничего такого, чего бы мы ещё не знали. Он получил инструкции атаковать твоё здание. Ему сказали, что состоится полномасштабная атака на весь вампирский анклав, своеобразная «революция», чтобы отвоевать Землю обратно для человечества. Он и его друзья получали инструкции через теневые каналы, управляемые Йи и его последователями Эйфы.

Брик помедлил, его голос зазвучал холоднее.

— Они планируют начать схожие бунты в других Охраняемых Зонах... в тех, где немало вампирского населения. Человек, которого ты поймал, похоже, не слишком переживал о том, останется ли он в живых. На самом деле, мы подозреваем, что его самого накачали искусственным ядом. В его восприятии своей роли есть нечто от солдата-смертника.

Ник помрачнел, глянув на Уинтер.

— Ещё что-нибудь? — спросил он. — Что-то, с чем стоит попытать удачи в разговоре с Йи?

Последовало молчание.

Затем Брик испустил менее сдержанный вздох.

— Он не говорит с большинством из нас, — напомнил ему Брик. — Следуй своим инстинктам, конечно же, но было бы полезно, если бы ты выяснил что-то о том, что его люди швырнут в нас на переговорах.

Затем Брик добавил более серьёзным тоном:

— ...И то, что сказала Лара. Попробуй узнать, какого чёрта хочет сам Йи. Если это просто «смерть всем вампирам», то тут особо не попляшешь, но эти фанатики часто используют свои идеологии для сокрытия какого-то другого стремления. Чего-то менее идеологического, сводящегося к их эго и личной власти. Я сильно подозреваю, что Йи относится к числу таких. Он слишком наслаждается подхалимством и вниманием СМИ, чтобы сойти за строгого догмата...

Ник кивнул, чувствуя, как его плечи расслабляются.

На мгновение ему захотелось пошутить о том, что и сам Брик любит скандальную известность, но поскольку его прародитель в кои-то веки отбросил в сторону шуточки, он не стал этого делать.

— Согласен, — ответил он вместо этого. — Я попробую ещё раз. Канал связи оставлю открытым. Дай знать, если тебе покажется, что надо сменить линию допроса.

Он отключился, не дожидаясь ответа Брика, и повернулся к видящему, прикованному внутри живого стеклянного цилиндра.

Йи наблюдал за ним прищуренными глазами.

— Это было весьма грубо, — заметил видящий. — Ведь до сих пор считается бестактным отвечать на звонки, пока развлекаешь друга своим присутствием?

— Твои приятели только что пытались меня убить, — напомнил Ник. — Так что не друга.

— Но того, чьим содействием ты хочешь заручиться, — сказал Йи, разводя руками.

Ник сдержался, чтобы не закатить глаза.

Он решил, что чем меньше он реагирует на ерунду Йи, тем лучше.

— Чего ты хочешь? — спросил Ник, положив руки на бёдра. — Ты должен понимать, что нам ни капли не выгодно отпускать тебя. Честно говоря, у нас вообще нет никакого смысла не всаживать пулю тебе в башку, Йи, и ты это знаешь. Так что тебе лучше начать говорить. Скажи нам, что предложат твои приятели в Англии.

Последовало молчание.

Ник хмуро смотрел на видящего, наблюдая за этими бирюзово-голубыми глазами со странной чёрной каёмочкой вокруг радужек.

Они были близки к тому же цвету, в котором Ник впервые увидел их на посте охраны в музее в Центральном Парке. Тогда Йи носил контактные линзы, которые не меняли цвет, а приглушали и делали его более человеческим.

Теперь радужки Йи выглядели более светлыми.

Бледные бирюзово-голубые, они как будто светились своим внутренним пламенем, отчего тот чёрный ободок ещё сильнее выделялся. Резкая, красочная, но в то же время напоминающая лунный камень бледность его глаз в сочетании с тем внутренним свечением делала его странно похожим на слепца.

Ник всматривался в эти глаза и ощущал какую-то нервозность.

— То есть, ты закончил говорить со мной, Дмитрий? — сказал он.

Йи улыбнулся, разводя скованными руками.

— Нет, конечно, Ник. Я просто не был уверен, присутствует или где-то здесь вопрос... кажется, ты просто угрожал моей жизни.

Ник хмыкнул, глянув на Уинтер, затем обратно на Йи.

— Ладно, — сказал он. — Вот тебе вопрос. Какова цель? Зачем всё это? Расистская книга-бестселлер? Херня в духе «Земля для людей»? Машины для убийства с искусственным интеллектом? Расовые бунты? Какова конечная цель, приятель? Ты действительно хочешь развязать ещё одну расовую войну? Потому что если так, я могу лишь предположить, что предыдущую ты не застал.

— Ты знаешь конечную цель, Ник, — сказал Йи, переводя на него взгляд этих светлых призрачных глаз. — Это та же конечная цель, что стоит с самого начала наших видов. С первого из тех миров, что осмеливаются проталкивать вперёд разумный свет. Высшие существа должны воевать за власть над низшими. Так было всегда. Так было для моего отца, и для отца моего отца...

— Кто твой отец? — спросил Ник.

Йи улыбнулся.

— А угадать не можешь?

— Я знаю, что ты немало забавляешься, заигрывая с этим фактом, — Ник почувствовал, как его челюсти стискиваются. — Это Блэк? Мири — твоя мать?

Глаза Йи сделались жёстче, с губ сошла улыбка.

— Нет, — сказал он.

— Тогда кто? — нахмурился Ник.

Йи вздохнул, словно эта линия допроса казалась ему утомительной.

— Ты застрял в той же проблеме, что и я, Ник, даже если ты отказываешься это признавать. Тебе не повезло быть обращённым в вампира, но в отличие от большинства представителей твоего вида ты вовсе не стремился к этому. Ты падший ангел, брат мой... а не дьявол. Ты агент добра в их тылу.

Глянув на Уинтер, Йи улыбнулся и подмигнул ей.

— У этого могут иметься даже какие-то преимущества... в том числе духовные. Превращение в вампира воссоединило тебя с твоей парой в первый раз, ведь так? В конце концов, только став вампиром, ты смог по-настоящему увидеть Даледжема... кем он был, и кем он приходился тебе.

Уинтер шагнула вперёд, уставившись в мерцающую стеклянную стену.

— Ты знал Даледжема? — спросила она.

— Знал, — существо улыбнулось. — Я сразу же узнал тебя, сестра моя.

— И всё же твои люди пытались её убить, — прорычал Ник. — Твои тупые последователи...

— Я не могу контролировать всех, кто извращает мои учения ради своих тёмных целей, брат, — кротко сказал Йи, переводя взгляд на Ника. — Ты думаешь, я как-то контролировал то человеческое дитя? Ты думаешь, я лично приказал ему убивать гибридов?

Глаза Йи сделались холоднее.

— Я этого не делал. Я бы сам остановил его, если бы знал.

Йи помедлил, переводя взгляд между ними, и деликатно поджал губы, нахмурившись.

— Сам тот факт, что он нанял вампиров для выполнения своей грязной работы, должен был сообщить вам, что я не имею к этому отношения, — Йи скривил губы. — И не просто вампиров. Ты знал их, Ник. Злобные наёмники Белой Смерти и преступники. Промысловики чёрного рынка. Контрабандисты крови. Сборщики долгов.

Те светло-голубые глаза вернулись к Нику.

— Ты будешь рад узнать, что установив их личности, я убил всех членов их отряда... начиная с той женщины, Нади. Знаю, ты оставил её в живых — возможно, из-за какой-то расовой верности, но у меня не было таких ограничений. Я убил бы и тех идиотов-людей, если бы они полностью выросли. Однако щенки заслуживают шанса повзрослеть и возмужать.

Ник открыл рот, но Малек опередил его, заговорив первым.

— Он тянет время, — сказал Малек.

Все они повернулись, уставившись на высокого видящего.

Ник заметил жёсткое, почти охотничье выражение в разноцветных глазах Малека.

Он никогда прежде не замечал за Малеком такого взгляда или такой сосредоточенности. Голубой глаз Малека как будто схлестнулся с парой ещё более голубых глаз перед ним в какой-то экстрасенсорной схватке.

Занервничав из-за увиденного, Ник отключил двустороннее аудиосообщение со стеклянной клеткой, чтобы они смогли поговорить, не будучи услышанными.

Встав спиной к видящему-телекинетику, он повернулся лицом к Малеку.

— Что ты имеешь в виду? В смысле он тянет время?

— Я чувствую, что он пытается отвлечь тебя. Задержать тебя здесь, заставить сосредоточиться на нём.

— Ты можешь прочесть его? — переспросил Ник, хмурясь. — Сквозь эту клетку?

Малек не отводил взгляда от видящего за стеклом.

— Провидцы отличаются от остальных, Ник, — пробормотал он. — Я говорил тебе об этом.

Ник раздражённо выдохнул.

— Я знаю, Мэл. Но почему ты не говоришь с нами? Почему не говоришь о том, что узнал, если ты его читаешь? Ты должен понимать, что мы очень заинтересованы в этом, учитывая, что этот мудак в настоящий момент развязывает расовую войну...

— Я говорю с Тай, — сказал Малек, по-прежнему глядя на видящего-телекинетика. — Я также говорю с твоей парой. Я не могу делать всё разом, Ник. Это ты должен был уже понять. Мне сложно разделять внимание... вот почему мне нужна помощь остальных.

Ник подумал над этим и осознал, что Малек прав.

Он повернулся к Уинтер и Тай.

— Ну? — спросил он, положив руки на бёдра.

По какой-то причине его взгляд остановился сначала на Тай.

— Что ты можешь об этом сказать, мелюзга?

Она подняла взгляд, слегка вздрогнув, словно вышла из оцепенения... или транса.

— Мэл прав, — сказала она мрачным, но в то же время будничным тоном. — Я не могу видеть его так, как мой брат, но я вижу его через Малека и мисс Джеймс. Мы все трое видим, что он что-то делает.

— Что-то делает? — Ник глянул на Уинтер.

Она уставилась через стекло на Дмитрия Йи, сощурив глаза.

Обеспокоенное выражение на её лице тут же усилило его тревогу в разы, а потом отчаянно замахало красными флажками. Он наблюдал, как её глаза постоянно смещаются из стороны в сторону, следя за чем-то невидимым для него самого.

— Что делает? — резко спросил он. — Уинтер? Какого хера он творит?

Она глянула на него, поджав губы.

Ник невольно заметил, какой бледной она выглядела.

— Он выбирается из клетки, Ник, — прошептала она, и её сине-зелёные глаза отразили лёгкую панику. — Я понятия не имею, как он это делает, но он каким-то образом обходит ошейник и выбирается за пределы клетки.

Когда слова Уинтер повисли в воздухе, воцарилось молчание.

Затем Ник осознал, что это на самом деле значит.

Глава 18. Тишайший шёпот

Ник активировал гарнитуру, пока направлялся обратно в переднюю часть самолёта.

— Брик? — произнёс он сразу же, как только увидел огонёк, показывающий, что на другом конце ответили. — Нам надо посадить самолёт. Малек считает, что на нас вот-вот нападут...

Самолёт задрожал.

Ника отбросило в сторону.

Он сумел ухватиться за ближайшее сиденье...

Крылья накренились и вильнули влево.

Он утратил хватку, его отбросило в следующий проход, где он сумел вцепиться в другое кресло. Ахнув от шока, он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Уинтер, Малек, Тай, Морли, Джордан и Кит отлетают в сторону клетки из органического стекла. Уинтер приземлилась прямо в центре, упёршись ладонями в стекло в нескольких дюймах от места, где стоял Йи.

Она стояла там, ухватившись за бледно-зелёный цилиндр и тяжело дыша в лицо Йи. Их разделяла лишь прозрачная стена.

Ник видел, как видящий улыбается.

Он видел, как в глазах видящего появилось хищное выражение и едва заметный проблеск жара.

Осознав, каким взглядом Йи смотрит на неё — на её лицо, горло, груди и ниже, талию и бёдра — Ник ощутил неконтролируемую ярость, которая наполовину ослепила его. Дело не только в глубине желания, которое он там увидел.

Там было что-то ещё.

Что-то... предумышленное.

Ник издал низкое гортанное рычание, но тут самолёт снова дёрнулся.

Уинтер стиснула клетку, пытаясь удержаться. Вокруг неё Кит, Тай, Морли и Джордан все вцепились друг в друга, но в итоге оказались на полу.

...все, кроме Малека, который каким-то образом оставался совершенно неподвижным, «оседлав» крен самолёта как волну и продолжая пристально смотреть в мерцающее органическое стекло. Он смотрел мимо Уинтер и сквозь неё, словно её там не было.

Судя по его лицу, Малек напрягался и боролся с чем-то.

Точнее, с кем-то.

Это ощущение лишь усилилось, когда Малек обратился к Уинтер.

— Сестра! — заорал он, перекрикивая внезапно взвывший сигнал тревоги. — Сестра! Ты нужна мне! Не позволяй ему нарушить твою концентрацию!

Ник вспомнил про Брика.

Он вспомнил, что кто-то управляет самолётом.

Осознав, что прародитель ему так и не ответил, Ник оторвал внимание от своей девушки и друзей, посмотрев на текущий сигнал в гарнитуре.

Линия оборвалась.

— Бл*дь, — он во второй раз набрал сигнальный код Брика.

Он постарался встать с места, куда его наполовину отбросило на ряды сидений возле перегородки, отделявшей заднюю часть самолёта от основного салона. Он начал идти в обратном направлении, к Уинтер и своим друзьям, но самолёт снова дёрнулся, на сей раз перекатившись на правый, противоположный борт.

Ника опять с силой швырнуло в сторону.

Он наполовину приземлился на кресло в последнем ряду, и его колено угодило в промежуток между подлокотником и сиденьем. Он повернул голову и увидел, что Джордан и Морли всё ещё валяются на полу с Тай и Кит, а теперь с ними оказалась и Уинтер, которую рывок самолёта откинул назад.

И снова только Малек каким-то образом оставался невосприимчивым и держался на ногах.

Ник глянул на клетку видящего.

Он увидел, что теперь Йи наблюдает за всеми ними, не только за Уинтер. Он смотрел на них на полу, и на нечеловечески красивом лице играла довольная улыбка.

Мудак не был удивлён происходящим. Он ждал этого.

Ник ощутил, как им овладевает прилив ужаса.

Он вспомнил истории, которые читал о телекинетиках. Он вспомнил то дерьмо, что рассказывал ему Даледжем — как минимум основные моменты, если не свои эмоциональные реакции на данные истории в то время. Он помнил рассказы Даледжема о том, что случилось с его старым миром, о самой мощи этих существ и то, что они могли сделать.

Должно быть, какие-то воспоминания по-прежнему жили там, в разуме Ника, потому что он посмотрел на Йи, потом на Уинтер и внезапно осознал, что они все наверняка трупы.

У них оставались минуты.

Чёрт, возможно, даже секунды.

Ему надо утащить их подальше от чёртовой клетки.

— Убирайтесь оттуда! — рявкнул Ник, резко жестикулируя в воздухе. — Убирайтесь!

Уинтер стремительно повернулась.

Она посмотрела на него, стоя коленями на ковре и очутившись чуть ли не на четвереньках. Её сине-зелёные глаза слегка светились, видимо, от какой-то формы света видящих.

Глядя на неё, Ник выбрался из последнего ряда сидений и встал на ноги, ухватившись рукой за спинку.

— Уходите от бл*дской клетки! — прорычал Ник, резко жестикулируя в сторону места, где стоял он сам. — Идите ко мне! Сейчас же! НЕМЕДЛЕННО БЛ*ДЬ!

Самолёт снова дёрнулся и с силой нырнул вниз, словно перекатившись по очередной волне.

Ника швырнуло в другой бок самолёта, где он врезался в противоположный ряд сидений. На сей раз он ударился коленями о металлический подлокотник, упёршись ладонями во второе сиденье и распластав пальцы.

Он тут же приподнялся обратно, но увидел, что его друзей отбросило в изогнутую перегородку, и большинство из них очутились прямо перед стеклянной клеткой.

Ник поискал огонёк в своей гарнитуре, но тот так и не горел.

Он попытался вновь связаться с Бриком.

Линия вроде была установлена.

Несколько секунд тишины...

Линия снова отключилась.

— БЛ*ДЬ! — рявкнул Ник.

Он повернулся к Уинтер и Малеку.

— ОНИ БЛОКИРУЮТ СВЯЗЬ. ОНИ СОБИРАЮТСЯ ВЫЗВОЛИТЬ ЕГО... ВЫ РАЗВЕ НЕ ПОНИМАЕТЕ? ОНИ СИЛОЙ ПОСАДЯТ САМОЛЁТ ИЛИ ПРОСТО ПРОБЬЮТ ДЫРУ В БОКУ!

В этот раз Малек повернулся вместе с Уинтер, уставившись на него.

Судя по мрачному выражению на лице Малека, Ник почти чувствовал, что провидец с ним согласен. Малек по-прежнему стоял неподвижно, его разноцветные глаза наполнились светом, и Ник осознал, что никогда прежде не видел Малека таким.

Малек выглядел как воин.

Он выглядел как какой-то воин света.

Дёрнув себя вперёд и хватаясь за сиденья, Ник направился к ним всем, глядя то на Малека, то на Уинтер, ища взглядом Тай и Кит, потом Морли и Джордана и убеждаясь, что с ними всё хорошо.

Самолёт снова дёрнулся и нырнул, на сей раз ещё ниже.

Ник уже миновал сиденья, и его вместе со всеми остальными швырнуло на пол.

В отличие от других (если не считать Малека), Ник сумел удержаться за ковёр пальцами и не отлететь в стены салона.

Даже Малек упал на одно колено от последнего мощного рывка, но, казалось, не утратил сосредоточенности на своём деле.

Его разноцветные глаза продолжали смотреть на зеленовато-золотистое стекло, без колебаний сфокусировавшись на Дмитрии Йи, словно удерживая его на месте чистой силой воли.

Ник вцепился в ковёр и ползком подбирался к остальным.

Он карабкался по накренившейся кабине, стискивая зубы.

Он схватил Тай за ногу, и она испустила вопль, обернувшись к нему... а потом на её лице отразилось почти комичное облегчение.

— Давай, — прорычал Ник, таща её. — Хватай кого-нибудь ещё. Все хватайтесь друг за друга... и держитесь крепко.

Тай уже кивала.

Ник подождал, пока они все не взялись за руки, стиснув ладони.

Затем он начал тащить их обратно, в сторону последнего ряда сидений.

Он подумал, что если сможет довести их туда, то они сумеют проползти по проходу, используя сиденья для опоры, чтобы пробраться в следующую часть салона.

— Мэл! — крикнул он, как только остальные оказались на полпути туда.

Провидец не отрывал глаза от видящего в золотисто-зелёной клетке.

— МЭЛ! — прорычал Ник. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТО ОСТАНОВИТЬ!

— Просто вытащи их отсюда, Ник, — сказал видящий. Он почти прокричал слова, но они почему-то всё равно прозвучали отрешённо, а его глаза не отрывались от Дмитрия Йи. — Со мной всё будет хорошо...

— НЕТ, МЭЛ! — рыкнул Ник. — НЕ БУДЕТ С ТОБОЙ ВСЁ ХОРОШО, МАТЬ ТВОЮ. КЛЕТКА РАЗЛЕТИТСЯ НА КУСКИ. НАМ НУЖНО СОЙТИ С САМОЛЁТА...

Видящий не ответил, и Ник зарычал себе под нос, таща Тай и остальных к сиденьям.

Помогая им подняться по проходу, он показал на штору-перегородку, когда самолёт дёрнулся, накренившись в сторону, и начал заваливаться вперёд.

— ВПЕРЁД! — крикнул он Тай. — ИСПОЛЬЗУЙ СИДЕНЬЯ!

Она кивнула, широко раскрытыми глазами глянув на брата через плечо.

Ник покачал головой.

— Я ВЕРНУСЬ ЗА НИМ.

В глазах Тай проступило облегчение.

— ЛАДНО, НИК.

Затем Уинтер оказалась возле Ника; он почувствовал её через кровь.

«Где Брик? — спросила она. — Действительно есть способ покинуть самолёт?»

Ник постучал по своей гарнитуре. «Они заглушили сеть. Нам самим придётся отправиться туда. Но у них есть парашюты. У Брика всегда это есть. Он неизменно поддерживает обширные протоколы безопасности. Всегда существовал шанс, что нас собьют... если не человеческие картели и мафия, то правоохранительные органы...»

«Разве они не вернулись бы сюда? — спросила она. — Брик и остальные?»

Ник нахмурился, осознав, что она права.

Он посмотрел на проём между частями салона.

Затем он ринулся вперёд, схватив Тай за лодыжку.

— ПОДОЖДИ, РЕБЁНОК! — заорал он, когда та повернула голову. — ДАЙ Я СНАЧАЛА ПРОВЕРЮ.

Теперь самолёт кренился вперёд и сильно наклонился, поскольку нос судна начал падать. Вспомнив, что это не обычный самолёт, и тот, кто это делал, действовал вне основного слоя атмосферы Земли, Ник осознал, что теперь они направляются к планете.

Как раз когда он подумал об этом, крен резко усилился.

Все шестеро заскользили вперёд, в сторону носа самолёта.

Ник пытался остановить своё падение, задержавшись за сиденья и всё ещё сжимая лодыжку Тай, но Уинтер, Морли, Джордан и Кит все врезались в него.

Джордан вскрикнул, а Тай взвизгнула, уцепившись за спину Ника.

Морли схватил Кит и вцепился в основание одного сиденья, стараясь задержать их падение вперёд. Ник посмотрел вдоль прохода, осознав, что они наполовину накренились и наверняка стремительно несутся к земле.

— КАКОГО ХЕРА! — завопила Кит с ужасом в голосе.

Ник стиснул зубы.

Он посмотрел вперёд, увидев маленькое бледное личико Тай, уставившейся на остальных. Ник всё ещё держал её за лодыжку, и она лежала, распластавшись на полу в старомодных детских джинсах с нашивками в виде единорогов и бабочек и радуги на одной ноге. Даже её обувь напоминала старомодные туфли для бега, покрытые блёстками и единорогами.

Ник уставился на неё, осознав, что этот покрытый единорогами ребёнок в настоящее время являлся единственным оружием против того, что находилось в клетке за ними.

Затем он вспомнил... это не так.

Сейчас она вовсе не была оружием.

Той ночью на станции охраны музея Йи разрушил все её световые структуры, оставив практически беспомощной. В данный момент Тай почти ничего не могла сделать, пока эти структуры не «отрастут», или что они там должны сделать, прежде чем она сможет снова пользоваться своими способностями.

В данный момент она была всего лишь маленьким ребёнком.

Маленькой видящей, которую Йи наверняка хочет заполучить себе.

— Всё хорошо, Ник! — крикнула она ему. Её глаза оставались широко распахнутыми, но губы поджались. — Отпусти меня. Я остановлюсь у двери! Я просто посмотрю, хорошо?

Вспомнив, что она могла читать вампиров, Ник встретился с ней взглядом.

— Ты можешь почувствовать, что происходит? — крикнул он. — Ты всё ещё можешь это делать?

Она кивнула, но что-то в этом кивке говорило скорее «и да, и нет».

— Типа того, — прокричала она в ответ. — Я чувствую, что на самолёте кто-то есть. Кто-то проник туда... и у них Брик... и мисс Сен-Мартен...

Ник широко раскрыл глаза.

— ...но я не могу толком прочесть их, — добавила она, всё ещё перекрикивая завывающие сигналы тревоги. — Не знаю, насколько это вызвано моим покалеченным светом, а насколько — присутствующими там людьми. Думаю, с ними может быть видящий... или их защищает Йи...

Но Ник всё ещё цеплялся за первый кусочек информации.

— На самолёте кто-то есть? — сказал он.

Внезапно происходящее обрело намного больше смысла, чёрт возьми.

— Пилоты? — спросил он у неё.

Тай кивнула.

— Думаю, да. А может, просто один из них. Здесь есть и другие люди. Они подстрелили твоего друга, Брика. Каким-то дротиком...

— Как Уинтер или Малек этого не почувствовали? — спросил Ник, хмурясь.

Это было не обвинение, скорее непонимание.

Тай покачала головой.

— Не знаю. Как я и сказала, это, наверное, штучки видящих.

Её губки маленькой девочки поджались, но взгляд резко сделался намного старше.

Ник внезапно опять вспомнил, как Тай едва не погибла в её последней стычке с Йи.

— Мне надо узнать больше о других видящих, — только и сказала она.

Её слова звучали виновато и слишком по-взрослому для её возраста.

Ник кивнул, сжав её лодыжку.

— Возвращайся сюда, — сказал он. — Я передумал. Я не хочу, чтобы кто-то из нас выглядывал туда. Я не хочу, чтобы они тебя увидели, ладно?

— Всё хорошо, Ник, — возразила она, кивнув на свою лодыжку. — Отпусти. Я просто посмотрю...

— Нет, — сказал он, качая головой.

Он обернулся через плечо, ища Уинтер.

Она находилась в ряде сидений прямо за ним, держась руками за основание одного кресла, а ногой упёршись в место прямо перед ней.

«Ты можешь взять её? — громко подумал он в её адрес. — Я хочу глянуть, но не хочу, чтобы девочка к ним приближалась».

Уинтер кивнула, глазами показывая, что согласна с ним.

«Подтяни её ко мне», — подумала она в ответ.

«Ты можешь почувствовать, кто там? О ком она говорит?»

В разуме Уинтер воцарилось молчание.

Ник смотрел, как её глаза слегка расфокусируются.

Через несколько секунд они вернулись в норму.

Она посмотрела на Ника, и её мысли окрасились раздражением.

«Не могу, — она встретилась с ним взглядом, поджав губы и покачав головой. — Думаю, Тай права. Или с ними есть видящий, или Йи их как-то защищает. Я не могу читать вампиров, как она, но я не чувствую даже Сен-Мартен или этого её нового телохранителя... не знаю, то ли они без сознания, мертвы или просто закрыты щитом, которого я никогда не видела. Как будто часть самолёта полностью отрезана от всего...»

Ник нахмурился, кивнув в ответ на её слова.

Он уже подтягивал Тай назад, к месту, где Уинтер протянула руку, явно давая понять, что заберёт её, как только Ник подтащит девочку достаточно близко.

Разум Ника продолжал бушевать, пока он обхватил Тай за талию и передал Уинтер, которая схватила её практически за то же место и затащила малышку-видящую себе на колени, чтобы Тай смогла упереться теннисными туфлями в ту же спинку кресла, которую Уинтер использовала как опору, чтобы не вылететь обратно в центр прохода.

Ник глянул на остальную их группу, убеждаясь, что они более-менее в безопасности, как минимум, временно. Он попытался решить, что делать.

Он мог бы сам выглянуть за перегородку.

Они могут увидеть его, но те, кто захватил судно, и так знали, что они здесь. С другой стороны, зачем рисковать? Если на борту есть люди, и к тому же видящие... видящие, которых Тай как-то пропустила в начале...

— Мы найдём другой путь, — сказал он Уинтер, обернувшись к ней.

Она кивнула, хмуро поджав губы.

Ник увидел, как она посмотрела на штору-перегородку.

Как и ему, ей бы очень хотелось заглянуть туда, чтобы знать, чему они противостоят. В то же время она не хотела, чтобы Ник выглядывал туда, потому что захватившие самолёт могли ждать, вооружившись винтовками с вампирским транквилизатором, чтобы уложить его.

Уинтер неохотно глянула на Малека, затем на Ника.

— Что теперь? — громко сказала она, перекрикивая сирены.

Ник помрачнел, стараясь сообразить.

Не ответив ей, он начал карабкаться обратно по проходу, мимо Кит и Морли, мимо Джордана, пытаясь добраться до Малека, стоявшего перед клеткой Йи. Он убедился, что все его друзья надёжно устроились: заметил, что Морли обхватил рукой одно кресло, а другой удерживал Кит; заметил, что Джордан упёрся ногой в спинку сиденья, как Уинтер, но на противоположной стороне прохода.

Пробравшись мимо последних прикрученных болтами кресел, Ник задержался там, сжимая подлокотник последнего сиденья и замечая угол, под которым самолёт накренился вперёд.

Ник выглянул в иллюминаторы сбоку воздушного судна и увидел пламя, искрившее по бокам фюзеляжа, освещавшее окна и распалявшее крылья в темноте.

Небо уже начало озаряться их падением.

Скоро они вернутся в атмосферу.

Стиснув зубы, Ник оторвал взгляд от окна и посмотрел на Малека, обнаружив видящего сразу же, как только покосился в сторону стеклянной клетки.

Провидец почти не двигался с места.

Малек всё ещё стоял коленями на полу, только теперь его тело согнулось под странным углом, и он сжимал нижнюю часть клетки Йи. Его глаза смотрели вверх, не отрываясь от видящего-телекинетика. Малек, похоже, делал всё возможное, чтобы остаться на прежнем месте и не скатиться по полу, потому что тогда зрительный контакт с Йи будет нарушен.

Ник понятия не имел, как видящий это делает.

Пол накренился примерно под углом в 40 градусов, отчего Нику казалось, что он цепляется за предмет мебели, прикрученный к вертикальной стене.

Ник осмотрел место, где Малек стоял на коленях — где заканчивались прикрученные болтами сиденья и начиналась просторная часть салона. Насколько он мог сказать, там не было ничего, кроме цилиндрической клетки Йи. У дальней стены он видел кабины для хранения и ещё одну занавеску.

Если здесь соблюдалась планировка, схожая со старыми стандартными самолётами, то там имелся ещё один люк. Парашюты, при условии, что они были на борту, наверняка находились у одного из главных выходов; хвостовая зона казалась наиболее вероятным вариантом.

План получался дерьмовым.

Они вообще не могли прыгнуть, пока не достигнут атмосферы, а потом чертовски высока вероятность, что они будут падать слишком быстро и не смогут спастись так, чтобы их не вырубило и не убило. Ник даже не начинал думать о том, что делать с людьми и особенно с его девушкой, если им придётся нырнуть в чрезвычайно загрязнённый и опасный океан.

Так что да, план дерьмовый, но другого у него нет.

Единственный альтернативный вариант, который приходил ему в голову — это вломиться в грузовой отсек и попытаться спрятаться там, предварительно открыв люк, чтобы создать видимость, будто они спрыгнули.

Но этот план опирался на идею о том, что Йи вообще планировал посадить самолёт.

Он также базировался на том, что Йи не сможет мгновенно найти их... особенно после того, как выберется из органической клетки, и кто-то срежет с него ошейник.

Бл*дь. Надо убить Йи. Немедленно. Пока он ещё в клетке.

Это может быть их единственным шансом...

— НЕТ!

Ник резко повернулся.

Тай снова уставилась на него, и её бледные глаза светились.

— Нет, Ник, — она непреклонно покачала головой, перекрикивая вой двигателей. — Ты не можешь его убить! Не можешь! Всё станет очень, очень плохо, если ты это сделаешь! Мэл тоже так считает...

Ник нахмурился, уставившись на неё.

— Тогда что, ребёнок? — проорал он в ответ. — Что нам делать?

— Нам надо спрыгнуть! — тут же сказала она. — Тебе надо пробраться туда и найти способ спрыгнуть с самолёта! Иначе они убьют нас всех... или возьмут в плен. Особенно им нужны вы с Уинтер, но он также хочет заполучить меня... и Мэла.

Ник помрачнел ещё сильнее.

Он понимал, кто этот «он».

Йи. Всё сводилось к Йи.

Он хотел поспорить с Тай по поводу его убийства.

Но он понимал, что девочка права. Он это чувствовал.

Просто он понятия не имел, почему, а его рассудок говорил, что у него едет крыша.

Ник посмотрел на Уинтер, которая всё ещё прижимала к себе Тай той рукой, что не обхватывала кожаное сиденье.

«Что ты думаешь? — спросил у неё Ник. — Девочка права?»

Уинтер нахмурилась, поджав красиво очерченные губы.

После небольшой паузы она кивнула, источая неохоту.

«Я не могу сказать наверняка, — добавила она. — Но то, что она говорит, ощущается правильным. Может, попытавшись убить, ты лишь освободишь его. Так что либо мы идём на такой риск, либо как-то уносим ноги с самолёта...»

— Но это безумие, — взорвался Ник. — Я могу выжить вне купола... ты не можешь! Никто из вас не может. А что, если мы приземлимся в чёртовом океане? Что мне с вами делать?

Тай посмотрела на Уинтер.

Уинтер нахмурилась, явно слушая, и склонила голову набок.

Через несколько секунд она посмотрела обратно на Ника.

«Тай передаёт, что она разговаривала с Бриком. Она не хотела говорить это вслух или использовать свои способности, чтобы сказать тебе — вдруг они услышат... она подумала, что связь крови будет безопаснее».

Ник уставился на неё. «Она говорила с Бриком? Когда?»

«Прямо перед тем, как наркотик вырубил его. Она сказала, что времени у них было мало... и в самом конце он отключился... Но Брик сказал ей, что нам всем надо убираться с самолёта. Он сказал, что его люди уже в пути и будут искать самолёт, когда мы войдём в атмосферу, и кто-нибудь придёт за нами».

Она помедлила, словно слушая, затем добавила:

«Брик также считал, что люди Йи определённо попытаются похитить нас, если представится возможность. Видимо, в их переговорах уже всплывал какой-то обмен. Как и сказала Тай, он особенно заинтересован во мне и тебе».

«Мы уже знали, что...»

«Нет, — предостерегла Уинтер. — Теперь мы знаем».

«Мы теперь полагаемся на Брика?»

«Ник, — Уинтер посмотрела ему в глаза. — Я знаю, ты боишься. Но думаю, нам надо сделать так, как он говорит. Это кажется правильным. Нам нужно спрыгнуть, когда мы окажемся достаточно близко. Похоже, Брик считает, что сможет защитить нас, если мы так сделаем».

«Брик — вампир...» — прорычал Ник в её разуме.

«Я в курсе, — в мыслях Уинтер зазвучало лёгкое предостережение. — Тай сказала, что он признал это... ситуацию вне купола и тот факт, что большинство из нас — видящие или люди. Он сказал ей передать тебе, что всё хорошо. Что с нами всё будет хорошо. Что он позаботится об этом».

Воцарилось молчание.

«Что это значит, чёрт возьми? — раздражённо подумал Ник в её адрес. — Позаботится? Как, чёрт возьми, он "позаботится" об этом? Он же сейчас без сознания, так?»

Последовала пауза.

Ник почти почувствовал, как Уинтер вздохнула.

Он успел заметить, каким тихим был этот вздох, и голос Уинтер в его сознании приглушился до едва слышного бормотания. Заметив иссякание их кровной связи, Ник ощутил лёгкую панику. Он забыл покормиться от неё, пока был рядом.

Надо было покормиться от неё.

Скоро он вообще перестанет её слышать.

Когда он подумал об этом, её разум раздался в его сознании ещё тише, чем прежде.

«Я честно понятия не имею, Ник, — послала она. — Но не думаю, что у нас есть выбор».

Глава 19. Нельзя противиться будущему

Ник подумывал снова поспорить с Уинтер.

Потом просто... не стал этого делать.

Дело в том, что она права. У него не было других вариантов.

У них не было других вариантов.

А время на исходе.

Ник видел, как свет за окнами самолёта становится ярче.

Он знал, что они чертовски быстро приближались к Земле. Он слышал, как застонали двигатели, когда они пробили верхний слой неба, направляясь к задымлённым облакам, кислотному океану, выжженной земле.

По той же причине он сократил свои варианты относительно пересечения комнаты.

У него не было времени осторожничать. Люди Йи в любой момент могли войти в эту часть салона с плазматическими винтовками и транквилизаторами... при условии, что у них не было возможности как-то открыть воздушные замки и выбросить их всех на жёсткую землю с высоты множества километров.

Заскрежетав зубами, Ник прыгнул.

Он не целился в штору и дверь сзади.

Он направил своё тело и вытянутые руки к клетке Йи.

Он врезался в её верхнюю часть, прямо над местом, за которое держался Малек.

Видящий посмотрел на него, шире раскрыв свои разноцветные глаза от шока.

Его взгляд сфокусировался... бегло увидел Ника...

...затем снова расфокусировался.

Он вернулся в то экстрасенсорное пространство видящих, глядя Нику прямо в лицо, но совсем не видя его, а потом и вовсе повернулся обратно к Йи.

— Будь готов уходить, — прорычал Ник на него сверху. — Нам придётся уходить, Малек... и ты пойдёшь с нами.

— Я понимаю, Ник, — ответил Малек отрешённым голосом, хотя он говорил громко, перекрикивая звук двигателей, огонь, ревущий на самолёте снаружи, и сирены, завывавшие внутри.

— Понимаешь ли? — рыкнул Ник. — Потому что я не шучу, Мэл. Я вытащу тебя отсюда силой, если придётся.

— Со мной всё будет хорошо, Ник. Думаю, ты прав. Думаю, ты поступаешь правильно.

Ник почувствовал, как его плечи слегка расслабились, пока он повис на стеклянном резервуаре.

Он понятия не имел, основывает ли видящий это мнение на чём-то, помимо принятия желаемого за действительное, и он не хотел знать. Он предпочитал верить, что видящий знает что-то, что неизвестно ему, и Ник не убьёт себя и своих друзей по чистой глупости.

Один раз кивнув Мэлу, Ник собирался прыгнуть в сторону, но тут поднял взгляд, внезапно вспомнив, что другой видящий находился по другую сторону этих стеклянных стен — тех же стеклянных стен, за которые держался Ник, стискивая ладонями металлические детали с обеих сторон.

Он осознал, что смотрит на Йи с расстояния какого-то полуметра.

Он запрыгнул на достаточно высокий участок клетки, чтобы они оказались лицом к лицу, и Ник смотрел прямо в эти бледно-голубые глаза, тонкие губы, изогнувшиеся в лёгкой улыбке и лишь немного искажённые мерцающим и светящимся стеклом.

Когда Ник в последний раз видел это лицо так близко, он напал на видящего на той станции охраны под музеем естественной истории.

Ник всё ещё смотрел на него, когда электричество в салоне самолёта отключилось.

Золотистое и зеленоватое свечение живого стекла не прекратилось, так что видящий как будто сиял в этих живых стенах.

— Это не твоя вина, Ник, — сказал видящий.

Ник подпрыгнул, отпрянув от стекла.

Уставившись через изменяющееся, вибрирующее зелёно-золотое стекло, Ник всматривался в эти глаза с каёмочкой, глядящие на него с холодного, нечеловечески красивого лица. Для глаз видящего они были странно пустыми. Пока Ник смотрел на это угловатое и безумно знакомое лицо с высокими скулами, он осознал, что видящий-телекинетик слышал всё, что было сказано, всё, что они кричали друг другу после того, как сирены отключились.

Ник честно не мог решить, важно ли это.

— Ты не можешь остановить будущее, Ник, — сказал видящий. — Никто не может. Даже мой отец.

Ник помрачнел, не сумев сдержаться.

— Для того, кто даже не рассказывает мне о своей семье, у тебя серьёзные проблемы с папочкой, Дмитрий.

Улыбка Йи сделалась чуточку шире.

— Я так восхищаюсь твоей неспособностью прогнуться, Ник, — искренне сказал видящий и отдал некое подобие чести, поскольку его руки всё ещё останавливались цепями, приковывавшими запястья к лодыжкам. — Это редкая черта... среди любого вида, но особенно среди твоего.

Ник нахмурился.

Он собирался заговорить, но улыбка видящего сделалась шире.

— Я надеюсь, что ты выживешь, брат, — сказал Йи. — Искренне надеюсь. Я бы очень хотел, чтобы ты увидел мир, который я создам для тебя и твоей пары.

Ник подумывал отпустить остроту.

Затем решил, что это пустая трата времени.

Глянув через плечо на проём в стене, он приготовился прыгнуть, напрягая мышцы и продвигая ноги выше по стеклу, чтобы удобнее было оттолкнуться.

После кратчайшей паузы он снова метнулся в прыжке.

Он ухватился за проём в стене.

Он сумел вцепиться в саму стену и не запутаться в шторе. На мгновение он задержался там почти вниз головой... затем сумел подтянуть ноги и упереться ступнями в стену с другой стороны.

Держась почти вертикально на стене, он посмотрел в тёмное пространство, разглядывая отсеки для хранения.

Затем его взгляд загорелся при виде того, что он искал — выход.

Он увидел очертания овального люка, осмотрел решётки и замки, которые поддерживали его в запечатанном состоянии. Поняв основы работы механизма, Ник поискал верёвку. Не увидев ничего полезного, он начал пробираться к отсекам для хранения, сначала ухватившись за дверь туалета, потом за другую, более короткую стену по другую сторону от него.

Оказавшись возле первого отсека, он нашёл сенсор прикосновений для открытия двери, и эта штука отворилась, скрывшись в стене.

На Ника тут же посыпались металлические ящики и другие контейнеры.

Он ловил то, что получалось, включая стопку одеял, контейнеры со столовыми приборами, воду в изменяющихся пакетиках, связанных сеткой, протеиновые кубики, порошковые коктейли, высушенное мясо и овощи. Он поймал сумку с водой и бросил в стену позади себя.

При этом он заметил, что несколько других предметов осталось на одной и той же секции стены, составлявшей наружную часть уборной кабинки. Он заметил вторую сетчатую сумку с водой, балансировавшую на краю вместе с упаковкой одеял, которая застряла в углу у овальной двери, а также сетчатую сумку с чем-то вроде высушенных обедов в металлических пакетиках.

Ухватившись за угол шкафчика, он скользнул к следующему отсеку и открыл его тоже.

Еще больше вещей повалилось из проёма.

В этот раз Нику лучше удавалось их ловить, поскольку он расположился прямо между шкафом и проёмом, занавешенным шторой.

Он поймал в воздухе сигнальный пистолет, остановил своим телом прямоугольный ящик и какие-то плоские упаковки синтетического материала вместе с аптечкой. Он швырнул это всё к еде, чтобы освободить руки, и всмотрелся глубже в кабинку, которая по-прежнему была более чем наполовину полной.

Внутри шкафа висели кислородные маски, склонявшиеся в его сторону из-за гравитации; также там имелись встроенные отсеки с дисками, которые наверняка были кофейными кружками и другими полуорганическими контейнерами для еды и напитков.

Схватив восемь кислородных масок со стены шкафа, он швырнул их к своей растущей горе припасов.

Он продолжал шарить по шкафам и ящикам, ища верёвку или что-нибудь, что поможет ему затащить остальных сюда. Он нашёл наручники в металлическом кейсе, ещё один сигнальный пистолет, больше пакетиков высушенной пищи, больше воды, больше упаковок кофе, несколько ящиков с одеялами и подушками и ровно один парашют.

— Бл*дь, — пробормотал он, открывая другие шкафчики.

Нигде не находилось того, что могло бы ему помочь.

Ник подумывал сорвать шторы и связать их вместе как импровизированную верёвку, затем осознал, что это займёт слишком много времени.

Прыгнув обратно к стене у овального люка, он поднял аптечку, открыл её со слабой надеждой, затем схватил прямоугольную упаковку, которая ударила его прямо по груди.

Посмотрев на рисунки сбоку, а также на инструкции, напечатанные мелким шрифтом, Ник осознал, что это аварийно-спасательный плот. Он стиснул зубы, быстро просматривая текст. Адаптируемые размеры. Ограничения по весу. Встроенный маячок с передатчиком и радио. Совместим с ИИ.

Выдерживает бурное море.

Позволяет грести веслами.

Ник нахмурился, понимая, что это слабый шанс, но потом просмотрел инструкции, как выбрать желаемый размер шлюпки.

Задав самый маленький, он нажал кнопку активации сбоку.

Эта штука сразу же расширилась.

Нику пришлось отпрыгнуть в сторону, пока она разворачивалась и перестраивалась, превращаясь в длинную узкую шлюпку с веслом, которая формой почти напоминала широкое каноэ.

Затем Ник увидел её конец и выдохнул с нескрываемым облегчением.

На конце имелась петля, а к ней крепился моток верёвки.

— Забирайтесь! — прорычал Ник.

Он упёрся руками и ногами, широко расставив ступни в дверном проёме и наклонившись вперёд, затем направил шлюпку так, чтобы она оказалась между последним рядом сидений.

Он сердито посмотрел на Джордана, когда другой коп уставился на него, широко раскрыв свои усовершенствованные карие с голубизной глаза, когда слова Ника отложились в сознании.

— ЗАБИРАЙСЯ В БЛ*ДСКУЮ ШЛЮПКУ, ДЕЙМОН! — прорычал Ник, вложив в свой голос немного порабощения, и сосредоточился на Уинтер.

«ПОСАДИ ИХ ВСЕХ В ШЛЮПКУ, ДЕТКА! НЕМЕДЛЕННО!»

Он подумал эти слова в её адрес как можно громче, но сомневался, что она услышала их хотя бы тихим шёпотом.

Тай его услышала.

Она зажала уши ладонями, вздрогнув, и закричала остальным.

— Залезайте в шлюпку! — завопила она. — Он орёт мне забираться туда!

Джордан стиснул зубы и кивнул.

Используя то сиденье, за которое он цеплялся, Деймон приподнялся и встал чуть выше в салоне, пока двигатели вокруг них визжали.

Ник выглянул в круглый портал слева от занавешенного шторой дверного проёма и заметил, что через стекло виднеется солнце, освещающее открытый участок кабины.

Он не знал точно, как долго он возился, шаря по шкафам, срывая шторы с дверного проёма, проталкивая надувшуюся шлюпку через проход и опуская её к остальным... но казалось, что утекла целая вечность.

Но он понимал, что в реальности прошло лишь несколько минут, иначе они все уже погибли бы.

Честно говоря, Ник не понимал, почему никто их ещё не пристрелил.

Почему люди Йи не пришли за своим драгоценным богом-видящим?

— ОНИ ЗАПЕРЛИ НАС! — сказала Тай, крича через салон. — ОНИ ПЛАНИРУЮТ СЛОМАТЬ КЛЕТКУ, КАК ТОЛЬКО ИМ УЖЕ НЕ НУЖНО БУДЕТ ЭЛЕКТРИЧЕСТВО ДЛЯ ПРОХОЖДЕНИЯ ЧЕРЕЗ АТМОСФЕРУ...

Ник переварил это всё, напрягая руки и удерживая вес Джордана в шлюпке, как только молодой детектив забрался на борт.

— ВЫ ВСЕ ТОЖЕ! ОСТАЛЬНЫЕ! — проорал он. — ЗАБИРАЙТЕСЬ В ЭТУ ЧЁРТОВУ ШТУКУ...

Такое чувство, будто они двигались адски медленно, но он следил, как Уинтер с трудом забирается внутрь, подталкивая перед собой Тай. Девочка схватилась за верёвку, тянувшуюся вдоль шлюпки, и подтянулась с помощью Демона. Затем последовала Кит, Уинтер, и наконец, последним забрался Морли. Уинтер и Кит помогли ему вскарабкаться.

Они еле-еле влезли и напоминали какую-то чудаковатую команду по бобслею.

— ВЫ ПО ДОРОГЕ ПРИХВАТИТЕ МЭЛА, — сказал Ник, обращаясь к Уинтер и Тай. — ПОНЯЛИ?

Тай кивнула, широко раскрыв глаза, и нервно покосилась на брата.

Уинтер выглядела более решительной.

Ник проверил длинный ремень, которым обмотал свою руку и спину, затем начал постепенно подтаскивать их к себе.

Он напряг ноги, чертовски надеясь, что стены не проломятся под весом трёх человек и трёх видящих.

Он видел, как Джордан наблюдает за ним с неверием в глазах, и подавил мрачный смешок. Ник знал, что его напарник в свободное время любит качаться, так что он наверняка хорошо понимал, какой вес Ник тащил по накренившемуся полу салона.

По какой-то причине Ника до сих пор забавляло то, как Деймон поражается его вампирским способностям. Человек реагировал примерно так же, когда Ник спрыгивал со зданий или из окон, хотя они проработали вместе больше года.

Затащить Мэла в шлюпку оказалось непростой задачей.

Уинтер пыталась поговорить с ним.

Морли и Джордан орали на него.

Даже Кит пыталась привлечь его внимание, зовя по имени и размахивая руками, пока Малек смотрел на Йи через органическое стекло.

В итоге мужчина-провидец не среагировал ни на кого, кроме своей сестры.

Тай вообще не пыталась спорить с ним.

Она просто перевесилась через край шлюпки, а Уинтер держала её за талию и одну ногу. Когда Тай очутилась достаточно близко к стоявшему на коленях Мэлу, она схватила его за волосы и дёрнула его голову назад.

В итоге высокий мужчина-видящий повернулся.

Он снова полностью сосредоточился на видящем в стеклянной клетке, но отвёл руку назад, позволяя Джордану схватить его и дёрнуть в сторону шлюпки.

Через несколько минут они сумели затащить его на борт, и теперь Ник начинал паниковать. Он видел, что за окнами начинают появляться облака, быстро мелькавшие по мере падения самолёта.

Крен слегка выровнялся, отчего тащить их по полу стало чуть проще, но недостаточно просто.

Они вот-вот разобьются, и это случится скоро.

Чувствуя, как его нервозность усиливается, Ник как можно быстрее подтаскивал их к себе, перехватывая верёвку руками и кряхтя. Он дотащил их прямо до пространства между своих ног, затем наклонился вперёд и сгорбился, ухватившись за нос шлюпки обеими руками и стиснув как можно крепче. Склонившись над носом и упёршись предплечьями и локтями в дно шлюпки, он повысил голос, кивком указав через своё плечо.

— КАРАБКАЙТЕСЬ ЧЕРЕЗ МЕНЯ! БЫСТРО! ЗАЙДИТЕ ЗА СТЕНУ УБОРНОЙ... КАРАБКАЙТЕСЬ ЧЕРЕЗ МЕНЯ И НАПРАВО...

Уинтер, сидевшая впереди с Тай, кивнула, вполне ясно поняв его.

Она вытолкнула Тай из шлюпки, и маленькая видящая перелезла через левое плечо Ника, ножками оттолкнувшись от его спины и схватившись за дверь уборной. Ник глянул через плечо, убеждаясь, что она смогла затащить себя через дверь и ухватиться за стену с противоположной стороны.

Она добралась до короткого сегмента стены возле люка, и тогда Ник посмотрел на Уинтер, встретившись с ней взглядом и кивнув.

— Ты следующая, детка, — сказал он ей, всё ещё перекрикивая вой двигателей и сигнал тревоги. — Лезь туда... начинай разбираться, что нам стоит взять с собой.

Уинтер кивнула, и в её глазах отразилось лишь лёгкое недоумение от его последней фразы.

В отличие от осторожных шагов Тай, Уинтер проворно вскарабкалась по нему и использовала его спину как отправную точку, чтобы прыгнуть к стене по другую сторону от двери уборной.

Ник обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как она схватилась за неё и легко подтянулась к другой стороне, где Тай уже ушла с дороги. Как только Уинтер миновала её, малышка видящая снова выглянула из-за стены и тревожно уставилась на них.

Следующей пошла Кит.

Потом Джордан.

Потом Морли.

Старик оказался на удивление проворным, но он воспользовался дверью уборной вместо того, чтобы просто прыгнуть, как Уинтер. Он шагнул со спины Ника к открытой панели, затем снова шагнул своими длинными ногами от открытого дверного проёма к дальней стене. Ник убедился, что Уинтер схватила его руку с другой стороны, затем повернулся лицом к Малеку.

— ПОРА, МЭЛ, — жёстко прорычал он. — НАМ НУЖНО УХОДИТЬ.

Видящий нахмурился, всё ещё глядя на Йи в резервуаре.

— Он ждёт возможности выбраться, Ник.

Видящий не кричал как остальные, но почему-то Ник его прекрасно услышал.

— Мы тут ничего не можем поделать, приятель, — сказал Ник. — Если он хочет нашей смерти, то мы наверняка трупы.

Малек повернулся и, похоже, по-настоящему посмотрел на Ника — возможно, впервые с тех пор, как Малек уставился на Йи в резервуаре.

— Он чуть не убил Тайлайю, — сказал Малек.

Ник посмотрел в эти разноцветные глаза и кивнул.

— Знаю, — сказал он. — Но ты нам нужен, Мэл. Ты нужен ей. Мы не оставим тебя здесь. И если мы собираемся убираться с этой штуки, нам нужно уходить... сейчас.

Малек подумал над этим.

Затем медленно кивнул.

— Ладно, — сказал он чуть громче. — Я попробую помешать ему общаться с остальными впереди... но я, наверное, не сумею его сдерживать, Ник. Только не из другой комнаты.

Ник кивнул, слегка нахмурившись и пытаясь переварить, что Малек делал всё это время.

Однако с этим ему придётся разобраться позднее.

Их время на исходе.

Он протянул ладонь, теперь удерживая шлюпку одной рукой, потому что остальные уже выбрались.

Малек осторожно вскарабкался по шлюпке и ухватился сначала за ладонь, а потом и за руку Ника. Он карабкался ещё проворнее Уинтер, используя плечо, а потом спину Ника, чтобы легко прыгнуть в заднюю часть салона.

Ник не медлил.

Оттолкнувшись и сдвинувшись вправо от дверного проёма, он дёрнул шлюпку в сторону и затащил её в проём и за себя, чтобы она освободила проход в стене между салоном и кабиной стюардов.

Вспомнив слова Тай о том, что люди Йи их заперли, Ник стал искать что-либо на внутренней панели и нашёл несколько кнопок.

Нажав на самую крупную, обладавшую зеленоватым отливом, он с облегчением выдохнул, когда из стены вышла панель и захлопнулась, отрезая их от основного салона. Это также приглушило сигнал тревоги, отчего здесь стало намного тише, чем в последние двадцать с лишним минут, и Ник почти смог нормально подумать.

Он толкнул шлюпку так, чтобы та прислонилась к противоположной стене, затем отпрыгнул от закрывшейся двери в заднюю часть самолёта.

Угол, похоже, снова стал чуть меньше, но по-прежнему оставался слишком крутым; самолёт всё равно двигался слишком быстро, бл*дь.

Ник подошёл к остальным; они все прислонялись к стене, кроме Малека, который глядел через портальное окно в люке. Всмотревшись в их лица и заметив панику, бледную кожу, Ник стиснул зубы и присоединился к Мэлу у смотрового порта.

Поначалу он видел в основном густые тёмные, чёрные, серые и коричневые облака. По мере того, как они снижались, сквозь покров облаков проступала зелень, а также желтоватые и оранжевые оттенки, и даже несколько проблесков серебра.

Ник знал, что под ними может быть шторм, дождь или же совершенно нормальный день на послевоенной Земле, с токсичными парами из океана, с чёрно-коричнево-красной почвой, со смертоносным заражением и пожарами. Он мало что видел из-за покрова облаков, но знал, что иногда они низко нависали над морем или землёй, и это необязательно означало, что у них ещё есть время.

Он заставил себя посмотреть вниз.

В том направлении всё равно было много облаков.

У него определённо сложилось ощущение, что Земля несётся к ним, и он даже мельком увидел кое-что между туч.

Океан.

Для вампирского зрения Ника это определённо выглядело как океан.

Ник помрачнел, даже зная, что это наверняка лучший из ужасных вариантов.

— Хватайте кислород, — прорычал он. — Во втором шкафу отсюда. Я уже захватил немного, но берите столько, сколько сможете унести. Если найдёте где-нибудь сумку, набивайте её кислородом, водой, одеялами, захватите сигнальный пистолет, аптечку... всё, что сможет защитить вас от стихии и сохранить в живых. Протеиновые батончики тоже хватайте. Мы понятия не имеем, насколько мы далеко от...

Ник умолк, видя, что чем дольше он говорит, тем сильнее бледнеют лица вокруг него и шире распахиваются глаза.

Единственным исключением были Уинтер и Тай, которые не выглядели удивлёнными.

— Мы должны просто... что? — выпалила Кит. — Спрыгнуть? С самолёта? Вне купола?

— Не спорь со мной, ребёнок, — прорычал Ник. — Просто сделай это. Нам нужно приготовить всё и привязать себя друг другу, когда самолёт приземлится... у нас мало времени. Он рухнет быстро. Нам надо открыть люк и выпрыгнуть за дверь как можно быстрее, бл*дь. Понятно?

В этот раз они все кивнули.

Их глаза, казалось, занимали всё место на их лицах.

Даже Уинтер выглядела бледнее, когда смысл его слов отложился в сознании.

Затем Ник кинулся действовать, перерывая шкафы и ища что-нибудь, что можно набить припасами. Через несколько секунд он нашёл рюкзак в том же ящике, где обнаружил парашют. Возможно, это даже была сумка от парашюта, только самого парашюта в ней не было.

Ник бросил её Уинтер, и она тут же начала запихивать туда одеяла, воду, высушенную еду, сигнальный пистолет, кислородные маски, круглые, похожие на монеты диски, которые наверняка были чашками, протеиновые кубики и аптечку.

Ник искал какой-то способ привязать их всех к полу, друг к другу... и тут его взгляд снова упал на шлюпку.

Уставившись на эту штуку, он осознал, что это лучшее подобие подушки безопасности, которое им доведётся получить.

Он уже увеличил её на один размер и втиснул в маленький коридор, согнув так, чтобы она окружила их с трёх сторон, и тут Морли с Джорданом присоединились к нему, сообразив, что он делает.

Втроём они сумели поставить её нужным образом.

— Мы откроем люк перед падением? — спросил Морли, всё ещё говоря громко, словно сирены и крики заставили его оглохнуть.

Ник подумал, затем кивнул.

— Да, — ответил он. — Думаю, так будет лучше. Если люк погнётся, если фюзеляж слишком покорёжится при приземлении, то мы, возможно, не сумеем его открыть.

Морли кивнул, а Джордан, стоявший позади него, посмотрел на закрытую и запертую дверь.

— Как думаешь, каковы наши шансы? — спросил старик.

Ник бросил на него тяжёлый взгляд, не ответив.

Деймон Джордан, стоявший позади Морли, одарил его неожиданной улыбкой, словно какая-то его часть решила — какого чёрта, можно и посчитать это забавным.

— Миднайт? — крикнул Джордан. — Хочешь сделать ставки прежде, чем мы поцелуемся с Матушкой Землей?

— Нет, — прорычал Ник.

Затем Джордан издал лающий смешок, такой же неожиданный, как и его улыбка.

Глава 20. Океан

Дверь взорвалась наружу, вызвав резкие порывы ветра и высасывая воздух из маленького пространства в задней части самолёта.

Поскольку дверь в основной салон была закрыта, из фюзеляжа вытянуло лишь часть воздуха, но Ник всё равно схватился за край проёма, оставленного взорвавшимся люком, и обернулся через плечо, чтобы убедиться, что все его друзья в порядке.

Они все съёжились у стены, практически перед дверью уборной, и с трёх сторон их окружала надувная шлюпка, которую Ник, Морли и Джордан втиснули в то пространство, создав для них своеобразную мягкую стену для опоры.

Ник посмотрел вниз, на приближающуюся воду.

Он сосредоточился на тёмных, чёрных волнах, слоях красно-зелёной пены и ряски сверху.

Плюс — здесь всё выглядело относительно получше по сравнению с окрестностями купола вокруг Охраняемой Зоны Нью-Йорка.

Минус — это, скорее всего, означало, что они чертовски далеко от берега.

Стиснув зубы, Ник посмотрел на горизонт и плотные облака, когда они пробили последний низкий слой.

Самолёт вновь относительно выровнялся. Теперь он кренился под углом всего примерно пять градусов, и Ник более комфортно стоял, хотя и под наклоном к носу самолёта, который смотрел в океан.

Они определённо врежутся.

С такой скоростью они врежутся очень сильно.

Как раз когда он подумал об этом, освещение в салоне замигало...

...а потом отключилось.

Ник повернул голову, встретившись взглядом с Уинтер.

Несколько долгих секунд они лишь смотрели друг на друга.

Каким-то образом, невзирая на тишину в их сознании, даже по крови, между ними пронеслось больше смысла, чем он когда-либо мог передать другому человеку за всю свою жизнь.

В те несколько секунд он поверил.

Не просто поверил — почувствовал это.

Она — это он. Он — это она.

Она была совершенно самостоятельной личностью, но в то же время она была его парой.

Она была Даледжемом.

От этого осознания что-то сдавило его грудь и горло, отчего стало сложно пошевелиться.

Бл*дь, он не мог потерять её теперь.

Только не из-за Дмитрия Йи.

Только не из-за этого куска дерьма.

Стиснув зубы, Ник пошёл к остальным, но главным образом к ней.

— Мы сейчас упадём... — сказал он, повышая голос, на сей раз из-за ветра, со свистом врывавшегося в дверь. — … Осталось, может, две-три минуты.

Он показал им всем на шлюпку.

— Держитесь за что-нибудь, — посоветовал он. — Пристегнитесь ремнями, если сможете.

Сказав это, Ник присоединился к ним на шлюпке, глянул вверх, на изгиб верхней перегородки, и осознал, что приземление будет жёстким.

Как бы там всё ни выглядело, это наверняка будет больно.

Ник подумывал поискать панель управления и попробовать увеличить шлюпку, чтобы они сумели получше окружить себя ею... затем осознал, что они не могут рисковать. Они могут не выжить, если не вытащат шлюпку из самолёта до того, как вся эта штука не уйдёт под воду.

Найдя ремни на внутренней стороне шлюпки, Ник просунул в них руку, крепко взялся за них одной ладонью, затем жестом показал Уинтер присоединиться к нему.

Она обвилась вокруг него, и он обнял её той же рукой, которой держался за ремень. Затем он свободной рукой подозвал Тай.

— Иди сюда, ребёнок.

Тай поколебалась, глядя на Малека, но высокий видящий всё ещё с сосредоточенным лицом смотрел в сторону другой комнаты.

После небольшой паузы она слезла к шлюпке и легла между ним и Уинтер. Они оба удерживали её на месте.

Рядом с ними остальные тоже легли и ухватились руками за ремни.

Ник наблюдал, чтобы убедиться — им всем есть за что держаться.

Затем он свистнул, привлекая к себе внимание Малека.

— Давай, приятель, — сказал он. — Тебе придётся продолжать отсюда...

Как раз когда он сказал это, вой двигателей изменился и сделался громче.

Ник не знал, то ли пилот адаптировал режим полёта, то ли он выпустил шасси, то ли просто пытался замедлить воздушное судно перед столкновением с водой.

Что бы там ни было, Ник чувствовал, что это значит.

— Малек! — рявкнул он. — Сейчас же!

Видящий подпрыгнул, затем посмотрел на остальных, лежавших там, и нашёл взглядом Тай между Уинтер и Ником.

Кивнув (то ли Нику, то ли самому себе), высокий видящий подошёл к месту, где Кит до сих пор пыталась продеть обе руки в один из внутренних ремней шлюпки.

Не спрашивая, не говоря ничего и даже не жестикулируя, Малек опустился на колени рядом с ней, обнял её, а затем обхватил руками ремни с обеих сторон шлюпки.

Увидев это, Ник немного расслабился.

Он всё ещё беспокоился о Морли, расположившемся по другую сторону от него, но там рядом был Джордан, и оставалось надеяться, что он поможет старику удержаться на шлюпке, когда их подбросит вверх при столкновении.

Положив голову на надутую воздухом подушку, Ник посмотрел в глаза Уинтер поверх головы Тай.

Её сине-зелёные глаза слегка светились, и она улыбнулась.

Он хотел потянуться к ней, поцеловать, может, даже укусить, чтобы иметь возможность чувствовать её, когда они упадут.

Но звуки, издаваемые воздушным судном, снова изменились, и Ник каким-то образом понял.

Он знал, что уже слишком поздно.

От столкновения с поверхностью океана вся шлюпка подлетела в воздух.

Несмотря на понимание, что сейчас случится, всё произошло быстро.

Ник стиснул зубы, держа Уинтер и Тай так крепко, как только осмеливался, прижимая их к своей груди. Вся шлюпка взлетела вверх, он как будто поцеловал потолок плечом, а потом всё снова хлопнулось вниз.

Затем их швырнуло в закрытую дверь задней секции самолета, и в этот раз они все перепутались и налетели друг на друга — всех шестерых бросило в слишком узкое пространство, где они ударялись коленями, локтями, спинами, плечами, головами, носами, ртами.

Ник слышал, как вскрикнула Кит.

Джордан издал потрясённый вопль.

Ник осознал, как они все притихли практически сразу, как только отключилась первая сирена в самолёте, который тогда ещё нёсся вперёд.

Сзади они ничего не видели, и это ощущалось так, будто они были в поезде, сошедшем с рельсов в темноте.

Какая-то часть Ника хотела видеть, куда они направляются, хотя умом он понимал, что там не на что смотреть — лишь бурлящий тёмный океан на много миль во все стороны, если судить по тому, что Ник видел через открытый люк.

Когда судно наконец остановилось, слегка закрутившись в воде и порождённом им всплеске, а потом закачавшись на сильных волнах, Ник не ждал. Он высвободил руку и сел, ощупав Уинтер, а потом Тай, чтобы убедиться в их целости.

У Тай на лице была кровь. Похоже, она сломала нос.

Уинтер была в порядке.

Его затопило облегчение.

Сработала сирена, уведомлявшая о нарушении целостности фюзеляжа, но в кабине было темно и до странного тихо, если не считать сигнала тревоги.

Посмотрев на остальных, Ник повысил голос.

— Все в порядке? — спросил он. — Подайте голос.

Он услышал облегчение в своих словах, когда осознал, что видит — они все шевелились, и все их глаза светились для него в темноте.

— Есть переломы? — прорычал он. — Пусть каждый проверит своего соседа... убедитесь, что все в порядке.

Сказав это, он понял, что это удачное решение.

Наличие полезной задачи по большей части вывело их из состояния шока. Он видел, что они ошарашенно шевелятся, ощупывают друг друга, проверяют свои конечности.

Каким-то чудом никто из них не получил серьёзных травм.

Наверное, помогло то, что Ник уже опустошил почти все шкафчики на стене.

— Тай... не трогай, — сказал он юной видящей, когда та потянулась к лицу. — Я почти уверен, что ты сломала нос.

Она ошарашенно моргнула, но Ник уже смотрел на остальных.

— Ладно, — рыкнул он. — Вставайте. Нам надо выбраться из этой чёртовой штуковины, пока она не потонула. Слезайте со шлюпки. Я сделаю её крупнее, как только мы окажемся в воде...

Не успев продолжить, Ник заметил, что Малек смотрит на него разноцветными глазами, светящимися в темноте. Его лицо сделалось таким бледным, каким Ник его никогда не видел.

— Он выбрался, — сказал видящий. — Он на свободе.

Ник уставился на него, задержавшись на секунду.

Затем он один раз кивнул, стиснув зубы.

— Мы ничего не можем с этим поделать, Мэл, — сказал он, удерживая взгляд видящего. — А теперь вставай, приятель. Нам нужно собраться, пока самолёт не ушёл  слишком глубоко под воду.

Оглянувшись на остальных, он снова нахмурился, вспомнив, что вода будет опасна для всех его друзей — возможно, даже фатальна, в зависимости от здешней ситуации. Он обеспокоенно глянул на Уинтер, затем вложил больше порабощения в свой голос, резко жестикулируя одной рукой.

— ПОДЪЁМ! — прорычал он. — ВСЕ ВЫ. ПОДЪЁМ! НЕМЕДЛЕННО, БЛ*ДЬ!

В этот раз они подчинились.

Обнаружилось ещё несколько травм. И Кит, и Джордана зацепило обломками — Кит в лодыжку, Джордана в плечо. У Морли на лице красовался довольно гадкий синяк, возможно, он даже сломал скулу. Если бы его голова находилась под другим углом, он бы тоже мог сломать нос, как Тай. Он также подвернул лодыжку.

Однако все были живы.

Ничто не выглядело и не пахло как угроза для жизни.

Ник снова сделал шлюпку самого маленького размера, и меньше чем через минуту Джордан, Кит, Уинтер и Морли помогали ему подтащить эту штуку к открытой двери.

Ник остановил их, как только они подобрались к узкому участку у самого проёма.

Стиснув край металла, он высунулся как можно дальше, посмотрев в обе стороны и пытаясь оценить ситуацию.

Они по-прежнему находились примерно в трёх метрах над поверхностью тёмной воды.

Ник предпочёл бы сократить это расстояние перед тем, как опускать шлюпку на воду. И уж тем более перед тем, как люди и видящие попробуют спрыгнуть в эту чёртову штуковину из открытого люка.

Он всё ещё смотрел туда, когда услышал тяжёлый ритмичный звук.

Завывающий, размеренный, пульсирующий звук становился громче.

Он всё нарастал, эхом отражаясь от корпуса воздушного судна, и тут Ник нашёл взглядом источник. Затем на переднюю часть судна легла тень, и Ник посмотрел вверх, осознав, что источником звука является вовсе не тонущий самолёт.

Когда он увидел, как в нижней части аппарата на воздушной подушке открывается дверь, звук стал оглушающим.

Он раскатисто гремел над водой, создавая пенистые волны.

Из отверстия полился свет.

Это напомнило Нику виденные в его детстве фальшивые фото космических кораблей, фильмы про то, как НЛО похищали людей с сельских дорог и полей. Тогда только психи верили в инопланетную жизнь или существование других разумных видов на Земле.

Подняв руку, чтобы прикрыть глаза, Ник смотрел, как из освещённого проёма спускается лестница. Круглые двигатели, направленные вниз и расположенные внутри толстых серых крыльев, взбивали чёрные волны на поверхности океана.

Низ лестницы миновал бок тонущего самолёта... и тогда Ник увидел их. Человеческие силуэты, собравшиеся возле другого люка, с той же стороны самолёта. Ник видел, как первый из них потянулся к лестнице и начал карабкаться, пока остальные держали металлические перекладины внизу, чтобы лестница оставалась в спокойном положении.

Ник высунулся чуть дальше, наблюдая, как первый из этих существ проворно поднимается по перекладинам — высокий босой мужчина в одежде, похожей на больничную униформу. У него были широкие плечи и длинные чёрные волосы цвета вороного крыла, которые развевались на ветру.

Ник знал, кто это.

Он узнал ещё до того, как это существо остановилось меньше чем в четверти пути до верха лестницы, повернулось и посмотрело на него, раскачиваясь на ветру.

Ник видел, как существо сосредоточилось на нём, и его светлые глаза каким-то образом мерцали светом, даже с расстояния ста с лишним метров.

Существо склонило голову и отчётливо показало жест уважения видящих.

Ник мельком увидел белые зубы, обнажившиеся в акульей улыбке.

Затем он отвернулся и продолжил карабкаться по лестнице.

Йи.

Это должен быть Йи.

Ник не сомневался — он смотрит, как Йи сбегает на ждущее судно на воздушной подушке, полное его чокнутых последователей. Он также не сомневался, что Йи прекрасно знал, что он поклонился и салютовал именно Нику.

Как он увидел или почувствовал Ника, высунувшегося из люка, пока сам карабкался по лестнице — это вопрос, на который Нику не нужно и не хотелось знать ответ.

Бл*дь.

Он не сомневался в словах Мэла, но вид того, как Йи сбегает прямо у него под носом, всё равно породил холодный ужас в нутре Ника.

Отбросив это усилием воли, он посмотрел внутрь своего люка.

Он увидел бледные лица своих друзей, ждущих, когда он скажет им, что делать.

Они всё ещё стискивали руками переднюю часть шлюпки.

— Мы подождём ещё несколько минут, — прорычал Ник, теперь перекрикивая ветер и звуки этого воздушного судна. — Потом опустим шлюпку.

— А что это? — спросила Уинтер, хмуро глядя на него. — Что за звук, Ник?

Глянув на неё, он поколебался, затем пожал плечами, подняв свободную руку.

— Это не за нами, детка, — сказал он.

Она нахмурилась, но он заметил в её глазах проблеск понимания прямо перед тем, как она кивнула и покосилась на Кит, затем на Малека и Тай.

Ник снова высунулся над водой.

Он посмотрел вверх в тот самый момент, когда Йи вскарабкался до верха лестницы, и из судна спустились руки, помогавшие ему забраться внутрь.

Ник не сомневался, что видящего встретят как героя.

Как бога.

Ник вернулся взглядом к лестнице, наблюдая за женщиной, которая только начала подниматься за Йи. Предположительно они хотели, чтобы Йи очутился в безопасности на борту, и только потом начали утруждаться спасением остальных.

Ник наблюдал за худым лицом женщины, смотрящим вверх, пока её тёмные волосы, подстриженные в боб, резко развевались вокруг головы каштановым облаком. Она карабкалась в туфлях на каблуках, в деловом костюме; её электронный браслет и драгоценности поблёскивали в свете, лившемся из люка.

В её личности Ник тоже не сомневался.

Лара Сен-Мартен.

Йи забирал с собой главу «Архангела» — видимо, живой, но Ник задавался вопросом, долго ли она такой останется.

Похоже, они даже не навредили ей... пока что.

Лара карабкалась далеко не так быстро, как Йи, но поддерживала на удивление ровный темп, находя каждую новую перекладину руками и ногами.

Ник посмотрел вниз и увидел, что примерно через пять метров от Сен-Мартен уже лезет третий.

Крупный мужчина двигался как человек, а не как видящий или вампир.

Ник предположил, что это телохранитель Сен-Мартен.

У переднего люка по лестнице начал подниматься какой-то неизвестный. Его Ник не узнал, но он был одет в униформу пилота.

Ник осознал, что передняя часть самолёта тонет быстрее задней. Вода уже почти добралась до переднего люка — меньше метра металла отделяло их от тёмных бушующих волн и овального проёма.

Как раз когда Ник подумал об этом, второй мужчина в униформе пилота стал подниматься за первым, проворно перебирая перекладины. Он делал это достаточно быстро, чтобы Ник задался вопросом — возможно, он видящий или гибрид с сильной дозой генов видящих, как у Уинтер.

Лестница уже отсоединилась от овального проёма и раскачивалась под воздушным судном, описывая широкие арки. Из-за веса четырёх человек она раскачивалась вполне умеренно, но Ник невольно подумал, что последнему парню придётся несладко, если он не сумеет подняться повыше до того, как окажется один на перекладинах.

К счастью, тот последний силуэт поднимался быстрее, чем трое над ним.

Ник продолжал смотреть, пока Сен-Мартен не добралась до открытого люка в воздушном судне. Он видел, как вытянулись руки, схватившие её и затащившие вверх.

Специалист по охране из «Архангела» добрался до того же проёма через пару минут, и теперь Ник посмотрел на уровень воды под передним люком.

Волны уже сделались вдвое выше.

Передняя часть самолёта заполнялась водой.

Глядя в том направлении, Ник осознал кое-что ещё.

Брика не было на той лестнице.

Там не было никого из вампиров.

Йи и его люди бросили их на борту, предположительно в надежде, что они останутся без сознания, когда судно затонет, и в итоге окажутся в ловушке под несколькими тоннами токсичной океанской воды.

Глядя на тот передний люк и наблюдая, как он заполняется водой, Ник помрачнел.

— Дерьмо, — пробормотал он.

Глава 21. Бросить немёртвых на верную смерть

— Ник, ты не обязан это делать...

Он не смотрел на неё.

Протолкнувшись через них, затем пробравшись мимо толстого материала шлюпки, он очутился у закрытой панели в узкий коридор. Потянувшись к ней, он поколебался возле панели управления, даже зная, что Йи уже освободил самолёт.

Ник впервые задумался, почему Йи не убил его.

Очевидно, что Йи его видел.

Он легко мог бы схватить Ника телекинезом и зашвырнуть далеко в море. Или просто переломить ему хребет, а затем оторвать голову Ника от шеи.

Выбросив этот образ из головы, Ник покачал головой.

— Просто вытолкните туда шлюпку, Уинтер... все вместе, — Ник повернулся, посмотрев на них, на их тёмные силуэты, обрисованные светом из открытого люка. — На боку есть панель и инструкции в виде рисунков. Протолкните её через дверь и постарайтесь увеличить. Или сначала залезьте в неё, хотя бы несколько человек, а потом увеличьте... смотрите по ситуации. И не забудьте резервуары с кислородом и сумки с припасами. Высока вероятность, что они нам понадобятся...

— НЕТ! — сердито перебила Уинтер. — Ник! Самолёт может потонуть, пока ты там!

— Я вампир... — напомнил он ей, стискивая зубы.

— И что? — рявкнула она. — Ты можешь оказаться в ловушке! Шлюпку может унести, и ты никогда нас не найдёшь. Ты не сможешь в одиночку вытащить четырёх вампиров.

Он покачал головой, поворачиваясь обратно к панели.

— Я найду вас, — сказал он.

Когда она промолчала, Ник повернулся, встретившись с ней взглядом.

Увидев злость и страх в её глазах, он вздрогнул, но то чувство в его груди не изменилось.

Он не мог объяснить это ей.

Он не мог тратить те несколько минут, что у него остались, на объяснение связи между прародителем и дитя крови.

Даже если бы он сделал это, она бы не поняла.

— А ты попробуй, — рявкнула Уинтер, скрещивая руки на груди.

Ник лишь покачал головой, нажав на активационную панель двери, и почувствовал, что его плечи немного расслабились, когда та панель скользнула в сторону, скрывшись в стене и заполнив звуками небольшую зону возле люка.

Из узкого коридора донеслись сирены, а воздушное судно под его ногами снова начало заметно крениться.

Ник бросил на свою пару последний взгляд, слыша сожаление в собственном тоне, когда повысил голос, чтобы перекричать завывающие сирены.

— Я не могу бросить его, детка. Прости.

Не дожидаясь ответа, он переступил порог двери.

Повернувшись, он нажал зелёную кнопку для закрытия.

Он наблюдал за лицом Уинтер, пока панель закрывалась, и видел, как заблестели её глаза.

Он сглотнул...

...а потом панель скрыла её из виду.

Шагнув вправо от двери, он пробил кулаком панель управления со своей стороны стены. Костяшки его пальцев проломили полуорганический металл, вызвав искры и облачко зелёно-чёрного дыма.

Затем Ник остался один с завывающими сиренами в салоне.

Он повернулся, оглядывая широкое пространство.

Он знал, что здесь пусто.

Он знал, что Йи сбежал; Ник видел, как тот уносил ноги.

И всё же он осознал, что его плечи оставались напряжёнными, пока он не просмотрел каждый угол, каждый тёмный и светлый фрагмент пространства в поисках других живых существ.

Свидетельство освобождения Йи смотрело ему прямо в лицо.

Органическая камера, в которой содержался видящий-телекинетик, приобрела зазубренную дыру в середине — достаточно крупную, чтобы видящий мог выбраться через неё. Острые как ножи осколки стекла согнулись наружу, словно изнутри вырвался взрыв. Какой-то жёлто-зелёный органический металл вытекал на ковёр, и стекло оставалось на удивление нормальным и мёртвым с виду после того, как жидкость уходила.

Ник видел пятнышки крови снаружи отгороженного места.

На ковре лежали органические наручники, небрежно отброшенные как куртка, которую занесли в помещение, где в ней уже нет необходимости, или как галстук, снятый после долгого рабочего дня. Ник почти мог видеть его по отпечаткам на ковре, по запаху крови видящего, по сцене, которая так и витала в воздухе.

Йи даже не замедлил шага, снимая свои последние оковы и бросая их на пол салона.

Ник дошёл до следующей голубой шторы. Её уже сдвинули в сторону, панельная дверь была открыта, демонстрируя середину салона, занятую в основном пустующими сиденьями.

Передняя часть этого салона медленно заполнялась водой.

Ник почувствовал, как его клыки удлинились.

Он смотрел, как океанская вода медленно вытекает из-под панельной двери впереди. Салон за той дверью, где находились Брик и остальные, должен погрузиться под воду.

Ник проверил два тела, которые попались ему на глаза, пока он шёл по центральному проходу.

Вампиры.

Ник узнал их обоих, но не был хорошо с ними знаком.

Никто из них не был его прародителем, или Зои, или Марком... или даже охранником, Лаком.

Оба были мужчинами, и их сердца были вырваны из груди аллигаторами.

Ник увидел мёртвое почерневшее сердце, лежавшее в белой как мел раскрытой ладони мёртвого вампира, которого он нашёл первым. Рука лежала на соседнем сиденье ладонью вверх, пальцы чуть согнулись. Такое впечатление, будто они вырезали его сердце, а потом вручили ему самому, пока жизнь покидала его тело.

Уставившись на неподвижный орган и разжавшиеся мёртвые пальцы, Ник поймал себя на мысли, что именно так они и сделали.

Наверное, они при этом ещё и гоготали как ублюдки.

Придурки.

Оторвав взгляд от этого пустого, призрачно-бледного лица, Ник преодолел последние ряды сидений. Он дошёл до следующего вампира в переднем ряду, ближе всего к занавешенной зоне. Ещё один мужчина, даже более крупный, чем предыдущий, и Ник смутно помнил его по своим годам в Белой Смерти. Мордоворот. Боец. Иногда засранец, насколько помнилось Нику.

Этому разорвали всё горло, а сердце вырвали из груди экстрактором с металлическими зубьями.

На сей раз Ник не увидел орган.

С другой стороны, этот самолёт минут двадцать падал, сильно накренившись вниз.

Наверное, сердце скатилось с рук или коленей вампира, или куда там они его положили.

Затем Ник осознал кое-что ещё — он не обратил на это внимания, пока смотрел на первого вампира.

Оба были пристёгнуты к своим сиденьям.

Ник двинулся дальше, приближаясь к панели, которая разделяла две части салона.

Его ботинки чавкали в тёмно-зелёной морской воде, когда он вошёл в коридор, пересекавший зону стюардов между двумя салонами.

Он настороженно встал перед панелью, глядя на воду, которая просачивалась через маленькие щёлочки в нижней части, где та подгибалась внутрь.

Всё не так плохо, как он боялся.

В зоне для стюардов уже набежало примерно три сантиметра океанской воды, но она прибывала не так быстро, как думал Ник.

Вода воняла густой зелёной ряской — плесневелый, прелый запах гниющих растений и животного материала, смешанный с запахом морской соли вместе с более деликатной химозной кислотой и чем-то резким. От этого запаха у Ника щипало нос и возникали ассоциации с отбеливателем.

Обернувшись через плечо туда, где остались его друзья, он ощутил очередную рябь беспокойства, особенно из-за Уинтер и девочки.

Он чертовски надеялся, чтобы они не забыли, что этот океан может их убить — не только вода, но и сами пары, растительный материал, плавающий сверху, не говоря уж о тварях под водой, которые могут посчитать пинающуюся ногу или гребущую руку за приглашение к ужину.

Хоть он и вампир, для него это тоже будет не самым приятным опытом.

Он пожалел, что не укусил Уинтер.

Он, может, даже подумывал бы вернуться, но он сломал замок на последней панельной двери. Он сделал это, чтобы Уинтер не смогла последовать за ним, потому что понимал — чертовски высока вероятность, что она пойдёт за ним, как он сам пошёл бы за ней.

Глупо, бл*дь.

Возможно, он рисковал всеми их жизнями из-за этого придурочного решения.

Единственное, что давало ему надежду — это то, что вода лилась только через нижнюю часть двери, а не со всех четырёх сторон. Скорее всего, это означало, что они закрыли панель между передним пассажирским салоном и кабиной пилотов.

Скорее всего, это означало, что последний отсек пассажирского салона не полностью затоплен.

Ну... пока что не полностью.

— Бл*дь, — пробормотал Ник себе под нос.

Он подумывал подождать.

Затем отбросил и эту идею.

Если дверь кабины пилотов прогнётся, тот передний салон заполнится за считанные секунды.

Если это случится, данная дверь тоже сломается — скорее всего, за минуты, если не за секунды. В любом случае, самолёт потонет как камень.

Он не закрыл панели за собой.

Всё заполнится водой, нос накренится ко дну, и всё будет кончено задолго до того, как он сумеет их предупредить.

Ник даже может оказаться в ловушке, как опасалась Уинтер.

Или он просто не сумеет найти Брика и остальных до того, как судно затонет, и дело предпримет очень сложный оборот в зависимости от того, где они и насколько далеко от них дно океана. Пытаться плыть через этот токсичный суп, таща на себе несколько вампиров, будет адским кошмаром, даже если не считать возможных хищников и того факта, что он может легко потерять остальных, если шлюпку унесёт течением или ветром.

Чёрт, да он, возможно, уже опоздал.

Посмотрев по сторонам, Ник нашёл рукоятку, встроенную в стену возле сиденья бортпроводника.

Опробовав её и крепко сжав рукоятку левой рукой, он едва мог дотянуться до передней части панели.

Посмотрев на погнутый металл, он гадал, сработает ли вообще механизм. Он вынужден был надеяться, что полуорганика сумеет достаточно подстроить свою форму, чтобы открыться как минимум частично. Он не мог просунуть пальцы в щёлки, через которые вонючая морская вода сейчас просачивалась на ковёр, так что он просто нажал кнопку открытия и схватился за ремень, надеясь на лучшее.

Дверь бесшумно открылась, выпуская больше воды.

Панель остановилась примерно на полпути.

Ник поморщился от запаха.

И всё же, отпустив ремень и заглянув за стену, он с облегчением увидел, что вода доходила ему только до колен.

Пришлось приложить кое-какие усилия и открыть панель достаточно широко, чтобы Ник смог протиснуть своё тело, которое сделалось массивным и мускулистым из-за подпольных вампирских боёв. Ещё не пробравшись внутрь до конца, он уже опознал три тела, беспорядочно плававших в мутной чёрной воде, натыкавшихся друг на друга и на изогнутые перегородки.

Одно из этих тел застряло, вклинившись в пространство между тремя сиденьями.

Ник сосредоточился сначала на нём.

Длинные тёмно-каштановые волосы с чёрными и красными прядями струились в воде вокруг головы. Тело было худым, но мускулистым, одетым в пошитый на заказ синий костюм с металлическим отливом и кроваво-красные туфли. Ник видел кольца на пальцах и кровь на костяшках, пока пересекал пространство между дверной панелью и стеной.

Он стиснул зубы, глядя на тело.

Он не останавливался, вброд шагая через густую чёрную воду со всякой грязью, которая быстро дошла до его колен и продолжала прибывать.

Он слышал, как вода льётся через щели в двери в передней части салона.

Ник лишь мельком глянул в том направлении, затем сосредоточился на своём прародителе.

Брик дрейфовал лицом вниз, его руки пассивно опустились вдоль боков, а из ранки на голове вытекала кровь.

Ник добрался до него через несколько секунд.

Он схватил ближайшую плавающую руку, подтягивая Брика ближе. Использовав соседнее кожаное кресло, Ник прислонил к нему тело и поднял руку из воды.

Он аккуратно перевернул Брика.

К тому времени он ожидал увидеть в груди Брика дыру от аллигатора.

Когда её там не оказалось, он почувствовал, как жёсткое напряжение в его груди расслабилось.

Конечно, от него не ускользнула странность этого факта во многих отношениях. В его жизни определённо бывали времена, когда он желал данному вампиру смерти.

Однако эта связь между прародителем и дитя крови чертовски сильна.

Подтащив Брика к креслу, Ник приподнял его и плюхнул так, чтобы тот сидел более-менее вертикально. Он склонился над вампиром и осмотрел его более внимательно, сняв бледно-зелёный галстук и распахнув кроваво-красную рубашку, которая гармонировала по цвету с итальянскими туфлями ручной работы, сделанными наверняка из настоящей кожи... и наверняка уже уничтоженными токсичной океанской водой.

Ник не нашёл на нём никаких травм, не считая пореза под глазом, видимо, являвшегося основным источником крови, которую почуял Ник, а также порезов на костяшках Брика.

Похоже, он оставался без сознания.

Нахмурившись и глядя в это обмякшее лицо, Ник вспомнил, что Блэк (почему-то именно он) сказал ему давным-давно. По словам видящего-оборотня, у вампирского транквилизатора имелся серьёзный недостаток. А именно — можно привести вампира в себя, если достаточно сильно активировать его инстинкты выживания.

Ник посмотрел на своего прародителя, вспомнив эти слова Блэка.

Затем он отвёл кулак назад... и врезал Брику прямо по лицу.

Ничего не случилось.

Нахмурившись, Ник шире расставил ноги и скорректировал положение своих бёдер так, чтобы полностью повернуться лицом к своему прародителю. Он снова замахнулся, на сей раз используя свою боксёрскую выучку.

Он вложил весь свой вес в этот удар.

Из левой ноздри вампира потекла кровь.

Что ж, Ник умудрился сломать Брику нос.

Они с Тай теперь будут прямо-таки близняшками.

Ник снова замахнулся, собираясь ударить своего прародителя в третий раз...

...когда веки Брика затрепетали, а потом широко распахнулись.

Его глаза тут же окрасились алым.

Эта краснота расцвела вокруг чёрного зрачка, заполнив радужки из потрескавшегося хрусталя и темнея по мере того, как взгляд Брика сфокусировался на Нике.

Вампир смотрел на него, и его клыки удлинились во рту.

Затем он зарычал, и его кроваво-красные глаза заполнились жаждой убивать.

Ник встретил этот пристальный взгляд социопата.

Он знал этот взгляд.

Он знал, что взгляд адресован ему, Нику.

Он понимал, что не видит Брика в какой-то нехарактерной дымке галлюцинации, или посреди приступа ПТСР, или даже в каком-то непонимании, где он находится, и почему Ник его ударил.

Нет, Ник смотрел на настоящего Брика: смертоносное, нарциссичное животное, садист-убийца, насильник, хладнокровный психопат, которому вообще нет дела до того, зачем Ник его ударил; важен лишь факт, что он вообще на такое осмелился. Ник видел, как его прародитель убивал своих кровных детей за меньшие проступки, просто за оскорбление, не говоря уж о наглости поднять на него руку даже для спасения его жизни.

В отличие от многих вампиров, Ник даже наполовину осознавал мазохистскую и извращённую природу его отношений со своим кровным прародителем, начиная с самых ранних дней, когда Брик выделил его и решил, что хочет включить Ника в свою извращённую вампирскую семейку. Брик выслеживал его как добычу, похитил Ника от его друзей.

Он выкрал Ника из его человеческой жизни, затем продолжил уничтожать её, пытался уничтожить и Ника.

Он выставил Ника насильником и даже серийным убийцей, не по доброй воле лишив Ника его человеческой жизни самым болезненным способом, без извинений или хоть капли сожалений.

Когда Ник позднее спросил у него, зачем он это сделал, зачем ему понадобился Ник, Брик лукаво сообщил ему... с сильным намёком, что Нику это должно очень польстить... что он, Брик, нашёл Ника привлекательным и пожелал уложить в свою постель.

Он сделал всё это ради минутной увлечённости.

Он разрушил бесчисленное множество жизней... ради этого.

Однако всё не закончилось на том, что Брик его обратил.

В последующие месяцы вампир подвергал Ника насилию всеми мыслимыми способами — в сексуальном, психическом, эмоциональном, ментальном плане. Брику удалось разрушить способность Ника чувствовать или реагировать как человек. На непродолжительное время он превратил Ника в убийцу, истязателя, насильника. Он пытался лишить душу Ника всякой человечности, но в итоге разъярился на Ника, когда ему это не удалось.

Но даже тогда его попытки не прекратились.

Брик пылко желал этого десятилетиями... даже столетиями.

На каком-то уровне Брик до сих пор желал этого.

Ник всё это знал.

Он прекрасно понимал, кем был Брик.

Он знал, что будь он умён, он был отрезал Брику голову, а не пытался его оживить. Серьёзно, человеческие части Ника почти не могли осмыслить, почему он вообще пошёл за своим прародителем... почему он не сделал того, чего явно хотела от него Уинтер, и не позволил этому мудаку затонуть на дне океана, ибо туда ему и дорога.

Ник мог бы позволить, чтобы кармические высшие силы решили судьбу Брика.

И всё же, по какой-то причине, которую Ник не мог назвать, он этого не сделал.

Он не до конца понимал кровную связь со своим прародителем, но с годами он начал принимать её и даже уважать.

Может, по той же причине, увидев, что глаза Брика открылись, услышав то низкое, психопатичное, явно смертоносное рычание...

Он не испугался.

Он широко улыбнулся, испытав лишь облегчение.

Глава 22. Бегство от воды

— Обязательно было ломать мне нос, бл*дь?

Старший вампир открыто рычал на Ника, и в его похожих на потрескавшийся хрусталь глазах всё ещё виднелась краснота, пока он вытирал кровь из ноздри.

— ...По лицу, Наоко? Из всех вариантов ты ударил меня по лицу? Тут присутствовало какое-то послание, которое мне нужно расшифровать? Потому что если ты почувствовал какую-то инфантильную потребность ударить своего отца в личной манере, почему бы просто не врезать мне в челюсть, Наоко? Почему не выбить мне зуб? Или не пнуть в пах, если тебе так хочется привлечь моё внимание...?

Ник искоса бросил на него хмурый взгляд, взваливая третью вампиршу на руки и устраивая её на другом кожаном кресле.

— Я подумал, что по лицу будет быстрее всего, — проворчал он, устраивая конечности женщины-вампира.

— По лицу? — рявкнул Брик. — Совершенно точно нет. Надо бить по груди, Наоко. Ты мог бы ударить меня по сердцу. Это бы тут же привело меня в чувство. Мгновенно!

Подумав над этим и отбросив обвинение в тоне другого мужчины, Ник небрежно кивнул.

— По груди, — пробормотал он. — Ладно.

Замахнувшись кулаком, он ударил вампиршу в левую часть груди, прямо по сердцу.

Её глаза распахнулись.

Её рот потрясённо приоткрылся буквой О, клыки удлинились, и она издала изумлённый болезненный крик, вскинув руку к груди.

— Эй! — Ник выпрямился и повернулся, улыбаясь Брику. — Ты был прав. Это сработало намного лучше, бл*дь.

— Да уж, просто оборжаться, — прошипел Брик.

Ник пожал плечами, глянув на вампиршу, которая уставилась на них, моргая, явно вспоминая, где она, и осознавая, что случилось.

— А кто тут шутит? — спросил Ник, глянув на Брика и скрестив на груди свои боксёрские руки. — Я тут узнал, что делал это неправильно последние лет двести...

Брик снова зашипел на него, но Ник и в этот раз практически проигнорировал его.

Он нахмурился, обводя взглядом салон и замечая поднимающийся уровень воды, пока он искал другие вампирские тела.

Зои, сестра Мириам, медленно приподнималась с кожаного сиденья, потирая свою грудь там, куда её ударил Ник.

Она хмурилась почти с таким же раздражением, как Брик.

— Придурок, — пробормотала она.

Ник закатил глаза.

— В следующий раз я оставлю вас на дне океана, — прорычал он в ответ. — Можете ворчать на доисторических акул-мутантов, пока они заглатывают вашу ногу целиком... или просто перегрызают вас пополам, чтобы добраться до вкусного мяска в центре.

Зои помрачнела, но промолчала, когда вампир-гигант, которого Ник сумел пробудить вторым, наградил её жестким взглядом, практически приказывая заткнуться. По причинам, которые не были ясны Нику (если не считать одних лишь габаритов вампира), Зои действительно заткнулась, сдержав язвительный ответ, который намеревалась швырнуть в Ника.

Из трёх вампиров, которых Ник сумел пробудить (трёх единственных вампиров, которых он нашёл в самолёте без гигантских зазубренных дыр в груди от аллигатора), здоровяк, которого все называли Гектором, был единственным, кто испытывал хоть немного благодарности.

Гектор оказался даже выше Марка, того вампира с вертолёта. У него были длинные каштановые волосы со светло-зелёными прядями.

Марк и Лак не выжили.

Как и другой вампир, которого Ник видел на охране клетки Йи. Ник понятия не имел, почему Йи выделил их и позволил Брику, Зои и Гектору выжить.

Он окинул салон очередным беглым взглядом.

— У тебя здесь есть ещё кто-то, босс? — пробормотал он. — Кто-то, кого я пропустил?

Он глянул в сторону панели, отделявшей их от кабины пилотов и переднего люка.

Ник слышал с той стороны весьма тревожные трещащие и лопающиеся звуки. Он также был почти уверен, что пол накренился под более сильным углом по сравнению с тем, когда он впервые вошёл в эту часть самолёта.

— Если нет, — добавил Ник, — нам лучше уходить.

Брик проследил за взглядом Ника до звука воды, лившейся в щёлки панели, а также до тихих звуков треска и стона металла.

Впервые вампирский король выглядел не столько раздражённым, сколько нервничающим.

— Да, — пробормотал он, глядя на дверь. — Полагаю, ты прав.

Ник пытался закрывать панели за ними, пока они пробирались обратно к хвосту самолёта.

Первая панель вообще не закрылась.

Механизм, похоже, испустил свой последний вздох, когда Ник открыл его с помощью внутреннего сенсора, а потом толкал панель плечами и всем весом.

Со второй панелью им повезло больше.

И всё же Ник не питал иллюзий относительно того, как долго она выдержит, если нижняя половина самолёта быстро и внезапно заполнится водой. На каждую последующую панель обрушится всё более сильное давление.

Им и так чертовски повезло, что передняя дверь продержалась так долго.

Ускорив свои шаги от этой мысли, Ник обернулся на троих вампиров, заметив, что наркотик до сих пор влиял на них.

Должно быть, страх смерти пробудил их от транса, но не полностью стёр все следы специального транквилизатора из их организма, а также не устранил его воздействие.

Больше всего Ник видел это в Брике, поскольку из троих он знал своего прародителя лучше всех.

Подумав об этом, он метнулся обратно к своему прародителю и схватил его за руку.

— Не лапай меня, неблагодарный щенок, — заворчал Брик.

Ник закатил глаза, но полностью проигнорировал его слова.

— Тебе надо пошевеливаться, старик, — прорычал он, таща Брика, чтобы тот двигался быстрее. — Я не понесу никого из вас... и не стану умирать во взрыве токсичной океанской воды и обломков, потому что вы все двигаетесь как зомбированные люди.

Говоря последнюю часть фразы, он сердито посмотрел на двух других вампиров.

Что странно, они все, похоже, приняли его слова за правду.

Они также подчинились, и это единственное, что волновало Ника.

Брик продолжал раздражённо бурчать себе под нос, но следовал за тягой руки Ника, быстрее переставляя ноги.

Два других вампира отреагировали на это, похоже, не желая оставаться позади.

Они последовали за Ником через наполовину сломанную дверь, через салон за нею в следующий отсек.

Ник попытался закрыть вторую панель, и к счастью, она заблокировалась, дав ему испытать первое настоящее облегчение с тех пор, как он отправился на поиски Брика.

Однако как только дверь захлопнулась, он услышал это...

...прямо перед тем, как весь самолёт дёрнулся и начал крениться.

Брик вцепился в его руку. Ник схватил Зои, а огромный вампир Гектор ухватился за стену и за Зои.

Когда первый рывок закончился, Ник потащил всех троих через салон.

Он видел, как Брик помедлил, уставившись на органическую клетку, из которой вырвался Йи. Его хрустальные глаза сверкнули кроваво-красным, клыки удлинились.

Ник дёрнул его ещё сильнее.

— Побесишься, когда мы выберемся отсюда, — прорычал он.

Они добрались до последней двери в этот самый момент.

Ник отпустил своего прародителя, нахмурившись. Он глянул на панель управления, которую сам же разрушил ранее, затем осмотрелся по сторонам, ища что-нибудь, что помогло бы ему отодвинуть панель. В итоге он шагнул вперёд и попытался протиснуть свои пальцы в щель.

Осознав, что он делает, огромный вампир, Гектор, подошёл к нему.

— Дай я сделаю это, брат.

В его низком голосе звучал лёгкий акцент.

Ник обернулся через плечо, затем кивнул и отошёл в сторону.

Учитывая габариты и в целом внешность вампира, Ник ожидал, что тот кулаком пробьёт дыру в стене, а может, пнёт её так, что они сумеют сломать дверь.

Вместо этого Ник увидел, что вампир подошёл к контрольной панели.

Гигант-вампир попытался нажать на несколько кнопок возле той, что сломал Ник.

Когда ничего не сработало, он запустил пальцы в дыру в наружной панели и снял корпус. Ник с неверием наблюдал, как вампир аккуратно убрал верхний слой стены и отогнул его в сторону, тем самым сняв нижний сегмент панели.

Попав к органическим волокнам, Гектор попробовал большим пальцем нажать на тёмно-синюю кнопку.

Когда это ничего не дало, он аккуратно разобрал ту кнопку.

Бросив её на пол, Гектор начал вытаскивать из стены месиво разноцветных, похожих на червей липких фрагментов. Он вытащил их примерно на пятнадцать сантиметров, и тут накатила ещё одна ударная волна, накренившая самолёт.

Ник помог гигантскому вампиру удержаться на ногах. Как только Гектор восстановил равновесие перед панелью, он начал разделять органические компоненты своими толстыми пальцами, бормоча что-то себе под нос.

Наблюдая за ним, Ник подавлял неверие.

Затем он осознал, что ведёт себя как идиот.

Это самолёт Белой Смерти.

Естественно, у Брика на борту имелись техники. Ник просто предположил, что парень, покрытый татуировками и имеющий руки толщиной с его талию, был не техником, а каким-то мускулистым мутантом, предназначенным для запугивания людей и видящих.

Ник выглянул из-за его туши, пока Гектор работал, и стал наблюдать, как тот разделяет и манипулирует чем-то вроде светящихся потрохов. Время от времени он поддерживал крупного вампира, потому что самолёт продолжал крениться вниз.

Теперь Ник слышал шум воды за дверью.

Он сдерживался, чтобы не начать подгонять Гектора.

И всё же он обернулся, услышав сначала треск, а потом стон металла где-то внизу двери. В салон струилась вода, уже поднимавшаяся по ковру между сиденьями, прямо за синими шторами.

Ник смотрел, как ковёр начинает промокать.

Он видел, как это влажное пятно распространяется дальше.

Брик проследил за его взглядом и нахмурился, увидев, что вода растекается по полу между сиденьями. Он повернулся обратно к Гектору, и его голос прозвучал намного яснее по сравнению с тем моментом, когда он привёл Брика в чувство.

— Долго ещё, Гектор?

— Почти готово, босс.

— Если «почти» не значит, что ты сделаешь это в следующие пятнадцать секунд, может быть уже поздно, Гектор, — сказал Брик.

Ник увидел, как здоровяк нахмурился, но Гектор лишь кивнул, не отвлекаясь от своей работы.

Ник наблюдал, как он дёргает и скручивает светящихся червяков, группируя их между пальцами в какой-то незнакомой схеме. Он прикусил язык одним клыком, услышав новые стоны металла и треск двери за ними.

— Гектор... — зарычал Брик.

— Почти готово, босс.

— Скоро рыбы-мутанты будут жрать твою ручную стену, Гектор, — сказал Брик, и бесстрастность в его голосе стала ещё явственнее, несмотря на поверхностную лёгкость его слов. — Боюсь, от этого тебе станет лишь сложнее убедить их открыться. Ну, при условии, что стена не держит нас здесь нарочно до тех пор, пока не хлынет вода. Может, она разозлилась, что мы вот-вот похороним её в водяной могиле, и ей будет весело смотреть, как наши шкуры и кости активно растворяются от ядовитой ряски...

— А! — воскликнул Гектор.

Он повернулся, широко улыбнувшись Брику, затем Нику.

— Думаю, я это сделал.

Ник уставился на стену и нахмурился, когда Гектор не пошевелился.

Он нахмурился ещё сильнее, когда Гектор продолжил стоять там с ними.

Наконец, Ник не вытерпел.

— Ты сказал ей открыться? — прорычал он.

В этот самый момент панель начала исчезать в стене...

— Вуу-хуу! — торжествующе взвыл Гектор.

...и в этот самый момент раздался почти взрыв, и шум воды сделался оглушающим.

— ВПЕРЁД! — заорал Ник, толкая в спину огромного вампира перед ним.

Гектор врезался в стену, схватился за её край, охнул, потом протиснулся во всё ещё расширявшийся проход между панелью и перегородкой. Следующим Ник вытолкнул Брика, потом Зои, видя, как они один за другим скрываются в проёме.

Гейзер океанской воды хлынул в помещение из первой двери, врезался в дальнюю перегородку, сокрушил органическую клетку Йи и полился в сторону носа корабля. Он уже затопил зону возле сидений, которая начала крениться вниз.

Пока что проломилась лишь первая дверь, та, что слева.

Как раз когда Ник подумал об этом, раздалась очередная серия резких взрывов.

Ник уже очутился по другую сторону двери, нажимая на подсвеченную кнопку в стене за местом, где Гектор работал над органическими разрядами. Когда панель не сдвинулась, он ударил по ней ещё несколько раз, пытаясь закрыть дверь за собой.

В помещении раздался громкий грохот, и Ник услышал зарождение второго гейзера. Он наблюдал, как вода поднимается по полу, и самолёт ещё сильнее накренился к носу.

Ник ещё несколько раз лихорадочно ударил по панели, когда позади него раздался голос.

— Ты собираешься залезть в чёртову шлюпку, Ник? — холодно спросила Уинтер. — Или я зря ждала здесь всё это время...?

Глава 23. Месть слаще крови

— Чёрт возьми, Уинтер, — прорычал Ник.

Теперь он держал её за руку.

Внутри него боролись желания укусить её, обнять её и вышвырнуть её через люк в шлюпку.

На деле же он стоял у самого края люка, следя за полом позади них на случай, если придётся взять её на руки, чтобы её кожа не соприкоснулась с водой.

Он смотрел на неё в тёмно-серых леггинсах и армейских ботинках, тех самых, которые она надела в его квартире прямо перед тем, как их едва не убили фанатики Йи, потом они едва не погибли в крушении самолёта... теперь едва не утонули... и у него снова возникло иррациональное желание наорать на неё.

Вдобавок к леггинсам и ботинкам она была одета в длинную чёрную футболку Ника с полувиртуальным изображением какой-то индустриальной вампирской музыкальной группы. Изменяющееся и мигающее изображение, которое покрывало членов группы искусственной кровью и освещало небо за ними пурпурными и зелёными оттенками, выцвело от бесчисленных стирок и выглядело почти абстрактным.

Она также благодаря какому-то чуду всё ещё носила на запястье тот браслет-планшет.

Поверх футболки и леггинсов она носила две кобуры и тот же длинный бронированный плащ из искусственной кожи, который Ник бросил ей из своего шкафа. Она также имела при себе два пистолета, которые он дал ей, и лук, который он купил для неё несколько недель назад.

Ник невольно заметил, что она носила кольцо на том же пальце, на котором видящие носили кольца, когда хотели сообщить, что у них есть моногамный партнёр.

Более циничная часть его разума хотела сказать, что это совпадение, что Уинтер воспитывалась как человек и не стала бы следовать этому старомодному дерьму видящих.

Однако Ник в это не верил.

Перевесившись через край проёма в хвосте самолёта, он помрачнел, увидев, как Гектор слезает в шлюпку, которая увеличилась в три раза по сравнению с тем размером, в котором Ник впервые её открыл.

Брик уже сидел в шлюпке, держа абсолютно чёрный и непрозрачный зонтик, который он каким-то образом извлёк из боковой панели на кухне самолёта, используя комбинацию кнопок на панели в стене.

Из того же шкафа Брик достал три зонтика, кучу плотных солнцезащитных тканевых повязок, несколько одеяний с капюшонами, явно предназначенных для вампиров и ещё несколько вампирских предметов, в том числе и тюбики того заживляющего крема от солнечных ожогов.

Теперь Брик держал один из тех зонтиков, облачился в один из тех плащей с капюшоном и мрачно съёжился в шлюпке. Он сидел в нижнем углу, почти между Джорданом и Малеком, которые не носили защиту от солнца, но зато надели кислородные маски, слегка запотевавшие при каждом их выдохе.

Малек настороженно смерил его взглядом, затем посмотрел на Зои и Гектора, которые спускались по лестнице, вделанной в наружный корпус воздушного судна.

Зои спрыгнула, хмурясь под вторым плащом, который она застегнула почти полностью, чтобы защитить лицо. Единственным, что не закрывалось плащом, были глаза, которые защищались тёмными очками — ещё один удобный предмет из заначки Брика.

Она также несла при себе самоохлаждающийся рюкзак, набитый как минимум двадцатью пакетами крови «просто на всякий случай», как выразился Брик, бросивший мрачный взгляд на Уинтер, который продлился достаточно долго, чтобы Ник ощетинился.

Ник смотрел, как Зои чуть ли не бегом устремляется в угол шлюпки к Брику.

Через считанные секунды она спряталась вместе с ним под зонтиком.

Ник всерьёз собирался взять Уинтер на руки, решив, что забросит её на плечо и спустит быстрее, чем она это сделает сама. Но тут Гектор добрался до низа лестницы и развернулся; его лицо было замотано как у мумии, остались лишь глаза, которые защищались толстыми солнцезащитными очками под широкополой шляпой.

Он выглядел как зомби-ковбой.

Он протянул руки и ладони в перчатках.

Осознав, что он имеет в виду, Ник поначалу нахмурился, затем оглянулся назад, где вода уже просачивалась, заставляя ковёр темнеть.

— Ты тоже выглядишь как мумия, знаешь ли, — пробормотала Уинтер, глядя на него.

Теперь она стояла возле Ника, надев свою кислородную маску и глядя на шлюпку через люк. Сосредоточившись на вампире, стоящем там с протянутыми руками, она слегка поджала свои идеально очерченные губы, затем перевела на Ника серьёзный взгляд сине-зелёных глаз.

— Ладно, — она вздохнула, отчего её маска ненадолго запотела. Её голос доносился слегка искажённо. — Думаю, тебе лучше сделать это.

— Сделать что? — прорычал он, сердито глядя на неё через солнцезащитные очки.

— Бросить меня.

— Да тебя вообще в воду выкинуть надо, — рыкнул он. — Ты уже должна быть в шлюпке, бл*дь, Уинтер. Поверить не могу, что ты рисковала...

— О, ради всего святого, — она закатила глаза, уставившись на него и хмурясь под кислородной маской на носу и рту. — Не я сломала замок на чёртовой двери, Ник. Не я рисковала утонуть, заодно утопив твоего прародителя и сестру Мири... просто чтобы не дать мне пойти с тобой и попробовать помочь. Думаю, тебе пора успокоиться нахер, муж.

Ник фыркнул, наполовину от раздражения, наполовину от веселья, затем наклонился и подхватил её за плечи и под колени.

— Муж? — он хмуро глянул на её лицо под маской. — Что-то новенькое. Это должно меня умиротворить? Или ты просто деликатно напоминаешь мне, что мы не женаты... на случай, если я решу поселиться у тебя на диване, когда мы вернёмся?

Подумав об этом, Ник посмотрел на Гектора и его гигантские руки, фыркнув.

— ...При условии, что твой приятель, Дмитрий Йи, к тому времени не переломит нам хребты. И нас не съедят акулы-мутанты. И мне не разорвут грудь аллигатором...

— Заткнись, — посоветовала она, и в её голосе прозвучала настоящая злость, когда она вздрогнула от упоминания аллигатора. — Теперь ты живёшь со мной. Прекрати притворяться, будто ты этого не знаешь. Я неделями ждала, когда ты ко мне переедешь.

Ник нахмурился, глянув на неё.

— Я работаю в полиции Нью-Йорка. Ты правда думаешь, что я могу ездить туда-сюда на работу?

— Я правда думаю, что ты мог бы попытаться, — парировала Уинтер через маску. Нахмурившись, она добавила: — Я понимала, что необходимость долго добираться до работы вымотает тебя, да. Но я надеялась, что ты вместо этого попросишь перевести тебя в отделение полиции Северо-Восточной Охраняемой Зоны.

Ник хмуро поджал губы.

— Северо-Восточная Охраняемая Зона? У них вообще есть Миднайты?

Уинтер издала очередной недовольный звук, прищёлкнув языком.

— Просто брось уже меня, ладно? — парировала она. — Мне нравятся эти ботинки.

Фыркнув, Ник подумывал поспорить, затем в последний раз высунулся через люк.

Он постарался посмотреть Гектору в глаза через тёмные очки и едва рассмотрел очертания радужек через вампирские солнцезащитные стёкла.

В итоге он решил, что это не важно.

— Я сейчас её брошу, ладно? — крикнул он вниз.

— Я жду, брат, — терпеливо ответил Гектор.

Осознав, что до сих пор тянет время, представляя, как она отскочит от рук гигантского вампира и улетит прямиком в океан, Ник напомнил себе, что Гектор — вампир, а не человек. Он её не уронит.

На самом деле, более важен риск того, что она пахла чертовски приятно, и он захочет погрузить клыки в её шею.

— Никаких укусов, — прорычал Ник, снова посмотрев на Гектора.

Всё лицо и рот гигантского вампира покрывала плотная ткань, но Ник готов был поклясться, что этот мудак улыбнулся.

— Просто брось её, брат, — заверил Гектор. — Я не укушу твою пару.

Хмыкнув, Ник в последний раз обернулся через плечо.

Увидев, что вода начинает быстро образовывать лужи на ковре, прибывая с каждой секундой, он осознал, что время вышло.

Посмотрев обратно на Гектора, он бросил ему Уинтер, сделав это как можно осторожнее и метя прямо в руки Гектора.

На долю секунды его тело окаменело, как только она покинула его объятия, и он смотрел, как она падает...

...затем Гектор легко её поймал.

Ник осознал, что вместо беспокойства за её жизнь раздражается из-за улыбки, которой одарил её Гектор сквозь повязки на лице, и из-за того, как она улыбнулась в ответ. Ник смотрел на них двоих и видел, как Уинтер краснеет.

— Спасибо, — сказала она, когда Гектор наклонил её тело вбок, легко и плавно поставив на ноги. Она немедленно запрокинула голову и посмотрела на Ника, прикрыв глаза от солнца одной рукой.

— Ну? — закричала она ему. — Чего ты ждёшь, муж? Дожидаешься, пока эта чёртова штуковина потонет полностью? А может, ты надеешься, что воронка затянет нас всех и убьёт потому, что ты слишком медленно тащил свою задницу с самолёта?

Ник помрачнел.

Он также задрожал от того, как она его назвала.

Если она делала это в надежде добиться от него реакции, то это работало.

В любом случае, он не ждал.

Она права.

Чёртов самолёт тонет.

Место, где находился Ник, уже опустилось ближе к шлюпке.

Он определённо находился ближе к воде по сравнению с тем разом, когда впервые посмотрел на своих друзей, рассевшихся по краям шлюпки в кислородных масках.

По той же причине он не стал утруждаться лестницей.

Шагнув к краю люка, Ник прыгнул, как можно точнее и легче направляя свои ноги и вес. Он наметился приземлиться более-менее посередине шлюпки, которая теперь имела скругленную восьмиугольную форму и простиралась более чем на три метра в каждом направлении от центра.

Ник приземлился с расставленными ногами, чтобы как можно лучше распределить свой вес.

Шлюпка слегка прогнулась в месте его приземления, но края компенсировали удар, оставшись практически ровными. Приземление Ника не слишком сильно тряхнуло людей, видящих или вампиров, и только Кит широко распахнула глаза.

Тай тоже напряглась от неожиданности, а потом улыбнулась под кислородной маской. Её бледно-голубые глаза загорелись, как только она увидела стоявшего там Ника.

Ник медленно выпрямился, встретившись взглядом с Бриком, который выгнул бровь и поджал губы с явным раздражением.

— Теперь мы можем отправляться, Наоко? — холодно спросил его прародитель. — Меня ждут, моё всё ещё очень юное дитя... А вся эта спасательная операция слишком затянулась. Я бы предпочёл, чтобы наша добыча не слишком опередила нас, ибо мне придётся снова выслеживать её.

Ник хмуро посмотрел на своего прародителя.

Он подумывал напомнить старику, что легко мог оставить его задницу в том дерьмовом самолёте-склепе, воняющем гнилым растительным веществом и концентрированным отбеливателем.

Вместо этого он направился к той части шлюпки, где находилось управление, заметив ярко-зелёную стрелку, указывавшую на ту секцию материала.

Он подошёл к концу стрелки и опустился на колени, отыскав сегмент резины и полуорганики, который составлял панель управления мотором, а также напечатанные инструкции. Даже с его вампирским зрением сложно было читать эти символы через тёмные очки.

Через несколько секунд он сумел завести мотор.

Нажав последовательность кнопок, указанную в инструкции, он перевёл мотор в режим работы вхолостую, затем нажал центральную кнопку зажигания для двигателя на солнечной энергии.

Под шлюпкой зародился низкий рокот вместе с сильной вибрацией.

Ник почувствовал, как его плечи расслабились.

Он глянул на солнце, чтобы определить примерное направление, которое хотел вбить в компас, затем во второй раз посмотрел на инструкции.

Он нажал ряд других кнопок, последовательность которых должна направить шлюпку на север. Как только он нажал кнопку зажигания в этот раз, шлюпка стала двигаться по прямой линии назад, отдаляясь от тонущего самолёта.

Сощурившись и снова разглядывая надписи и странные иероглифы, Ник нажал несколько кнопок, увеличивая скорость.

Шлюпка всё равно умудрялась двигаться почти комично медленно.

Но всё же она двигалась.

С чувством колоссального облегчения Ник наблюдал, как она отплывает от воздушного судна.

Когда они оказались примерно в пяти метрах от белого фюзеляжа самолёта, он во второй раз попытался увеличить скорость. Он видел, как задняя часть самолёта начинает быстрее погружаться в тёмную воду, и старался ускорить шлюпку.

Однако, видимо, Ник уже задал хиленькому двигателю максимальную скорость.

Он мерно тарахтел, создавая всё больше расстояния между ними и огромным воздушным судном, размеры которого Ник наконец-то оценил полностью, поскольку они отошли достаточно далеко, чтобы увидеть эту штуку целиком.

Через несколько секунд Ник начал расслабляться по-настоящему.

Они определённо слишком далеко, чтобы беспокоиться о том, что их затянет в воронку от тонущего судна.

Теперь им осталось беспокоиться только о морских мутантах.

И об обезвоживании.

И о голоде.

И о стремительных переменах погоды, которые здесь были нормой.

На самом деле, они были нормой везде за пределами купола. Странные, ожесточённые, экстремальные погодные условия могли накатить на любую часть Земли практически в любое время без предупреждения.

Подумав об этом, Ник обвёл взглядом своих друзей-людей и видящих.

Его взгляд остановился на Уинтер, перебирающей припасы в длинной чёрной сумке, которую они захватили с собой. Слегка окрашенная кислородная маска по-прежнему плотно прилегала к её рту и носу, удерживая её волосы полуорганическими ремнями и не давая тем упасть на лицо, когда она наклонялась.

На мгновение Ник также глянул на Гектора, который нависал над Уинтер как повёрнутый на технике влюблённый вампир-переросток... Ник подозревал, что именно таким он и был.

Ник помрачнел, когда большой вампир улыбнулся, глядя в сине-зелёные глаза Уинтер, и движение черт его лица было заметно даже под плотным слоем ткани.

Гектор продолжал почти украдкой наблюдать за Уинтер, и Ник поймал себя на мысли, что придётся поговорить с мускулистым вампиром, пока он не врезал ему по лицу.

Заставив себя отвести взгляд от Уинтер и посмотрев в сторону самолёта, Ник нахмурился и снова покосился на небо.

Он направил их на север, чтобы увести от самолёта.

Теперь он сощурился, глядя на панель управления, набрал новую последовательность и нажал кнопку «координаты».

Шлюпка замедлилась, затем остановилась, работая на холостом ходу.

Потом двигатель снова взревел и стал двигаться по прямой линии на восток.

Ник понятия не имел, насколько далеко они от ближайшего берега, чёрт возьми, но он понимал, что путь неблизкий. Наверное, смехотворно неблизкий. Шансы, что они доберутся куда-нибудь без чуда практически равны нулю.

Затем он вспомнил кое-что ещё и нахмурился под слоями ткани, покрывавшей его лицо и шею.

Выпрямившись из положения на корточках перед контрольной панелью, он глянул на Брика.

Затем, не сказав ни слова, Ник пошёл вперёд.

Он задался вопросом, не стоит ли приложить минимальные усилия с поклонами и расшаркиванием, чтобы смягчить эмоции Брика и его нарциссизм.

Ник решил, что у него совершенно не осталось сил на такое.

Он подошёл прямо к своему прародителю и опустился на одно колено, уставившись в лицо другого вампира.

— Ты сказал Тай, что кто-то в пути, — произнёс Ник.

Когда Брик ничего не ответил, лишь глядя на него слегка кровавыми глазами и поджимая губы на бледном лице, Ник потерял терпение.

— До крушения, когда мы подверглись атаке, ты сказал Тай...

— Я знаю, о чём ты говоришь, Наоко, — ответил вампир, и его голос был таким же холодным, как и глаза. — Тебе не нужно повторяться, словно я маленькое человеческое дитя с повреждением мозга.

— Тогда, может, ты мне ответишь? — прорычал Ник. — Пока погода не сменилась, и нас не сожрали гигантские морские млекопитающие?

Брик поджал губы, словно Ник только что озвучил самую нелепую и мелочную просьбу в истории мира. Затем, слегка покачав головой, Брик посмотрел на небо, осторожно держа лицо в тени зонтика.

— О, мы не останемся здесь настолько, чтобы пострадать от «погоды», Наоко, — пробормотал старший вампир. — Надо отдать должное. Я не думал, что он сумеет убедить одного из моих людей предать меня. Он определённо получает приз за элемент неожиданности. Но большинство моих детей принадлежит мне... и им были даны чёткие инструкции, что делать, если я не буду выходить на связь каждые полчаса этой поездки.

С этими словами Брик повернул запястье, постучав по циферблату старомодных часов, которые Ник даже узнал.

— По моим подсчётам, эти инструкции выполняются прямо сейчас, — отрывисто добавил Брик, и его луизианский акцент сильнее окрасил его урчащий вампирский голос.

Ник нахмурился, проследив за взглядом Брика до неба, потом покосился обратно на своего прародителя. Только тогда до него дошло, как много у него вопросов.

Не только к Брику, но и к Уинтер, к Морли, ко всем.

Но он мог начать с Брика.

— Кто это был? — прорычал он. — Кто обернулся против тебя?

Взгляд хрустальных глаз Брика сосредоточился на Нике.

— Пилоты, — ответил он. — Но у них имелась помощь. Они также чрезвычайно тупы. При нашей следующей встрече я убью их без капли сожаления, — помедлив, Брик добавил: — Я ещё не решил, что делать с другим соучастником, которого люди Йи обратили против меня.

Ник нахмурился.

— С каким другим соучастником?

Брик испустил драматичный вздох, переводя взгляд на зелёно-коричневое небо и тёмно-коричневые облака, накатывавшие в вышине.

На протяжении нескольких секунд казалось, что он вообще не ответит Нику.

Затем старший вампир кивнул в направлении своего взгляда, скривив губы в лёгкой улыбке.

— Ах, — произнёс он. — Вижу, мои братья и сестры нашли меня.

Ник развернулся, на сей раз резко.

При этом он осознал, что слышит лёгкий шёпот звука, доносившийся сквозь урчание маленького мотора шлюпки.

Ещё одно воздушное судно. Большое.

Возможно, даже более крупное, чем то, которое только что затонуло в океанских волнах.

Ник смотрел вверх, когда Брик продолжил говорить мягким, почти убаюкивающим голосом.

— Месть слаще крови, дитя моё... а после такого прольётся кровь. Я больше не позволю застать себя врасплох.

Ник глянул на своего прародителя, вопросительно вскинув бровь, но Брик не ответил.

Видимо, Ник здесь не для участия.

Ник здесь в качестве аудитории.

— ...Видишь ли, — пробормотал вампир, глядя на небо, пока его глаза снова и снова плавно окрашивались алыми и красными оттенками. — Я дал обещание... клятву, можно сказать... давным-давно. Меня связывает моё слово, и хотя это было давным-давно, и той, которой я дал это обещание, давно нет с нами, я не оскорблю её, нарушив это слово.

Ник нахмурился в непонимании.

Обещание? О чём, чёрт возьми, говорил Брик?

Брик его как будто услышал.

— Ты знаешь, кого я имею в виду, дорогой Наоко...

В его глазах содержалась знакомая Нику смертоносная неподвижность. Это не казалось адресованным ему, Нику, но когда он узнал это выражение, его всё равно охватила настороженность.

Обычно, когда Брик бывал таким в дни Ника в рядах Белой Смерти, кого-то ждала гибель. Чья-то голова вот-вот разлучится с шеей с помощью меча или, возможно, чьё-то сердце вырвут из груди голым кулаком.

— ...Не думаю, что ты присутствовал при самом обещании, дорогой Наоко, — размышлял Брик. — Не думаю, что ты слышал, когда я сказал нашей дорогой, дорогой подруге, что я никогда-никогда не наврежу и никогда-никогда не допущу, чтобы что-то плохое случилось... с её единственной, самой драгоценной, весьма заблудшей и неисправимой сестрёнкой...

Ник вздрогнул.

Затем он напрягся, переводя взгляд на вампиршу, прижавшуюся к боку Брика и съёжившуюся под тем же гигантским зонтиком.

Женщина напряглась в ту же секунду, когда Ник перевёл взгляд.

Она осторожно подняла голову с плеча Брика, повернувшись, чтобы посмотреть на вампира в металлически-синем костюме, пошитом на заказ — костюме, который, скорее всего, стоил где-то двадцать тысяч кредитов, не считая золотых запонок с гравировкой, наверняка шёлкового галстука, вручную сшитой дизайнерской рубашки и уже испорченных итальянских туфель из кожи.

Брик так же пристально посмотрел на неё безо всякого выражения.

Когда никто не произнёс ни слова, а шум воздушного судна становился всё громче, поскольку оно приближалось и начало взбивать океанские волны, Брик слегка улыбнулся, но то холодное выражение не уходило из его глаз, пока он смотрел в лицо Зои.

— О, моя дорогая, — тихо ворковал он, и новоорлеанский акцент вновь отчётливо слышался в переливчатом вампирском голосе. — Что же мне с тобой делать?

Он ласково убрал её тёмные волосы с одной щеки, изучая её глаза.

Ник видел, как её радужки окрасились алым.

Выглядело это так, точно за её чёрным зрачком расцвела роза.

Он почти ощущал её ужас.

— Возможно, я не могу тебя убить, — размышлял Брик ещё тише. — Возможно, этого варианта я лишён. В конце концов, я обещал дражайшей Мириам, что не сделаю этого.

Последовала тяжёлая пауза.

— Но ты и я, — продолжал Брик мягким, раскатистым урчанием. — ...нам необходимо немного свести счёты, дорогая Зои. Ведь так?

Ник переключил внимание на Зои, хмурясь.

Он знал этот голос Брика.

Он прекрасно понимал, какие эмоции бурлили за этой ленивой улыбкой, за этим ласковым воркованием садистской стороны Брика — той его стороны, которая была почти в восторге от того, что Зои дала ему повод использовать это и даже обставить всё как какой-то моральный долг.

И всё же он был удивлён.

Он хотел спросить, зачем.

Он хотел знать, зачем, во имя богов, она стала помогать такому извращённому, и чёрт подери... откровенно опасному существу... как Дмитрий Йи.

Что она может получить от этого?

Деньги? Может, власть?

Глядя на неё, Ник сомневался, что она пошла на такое ради этого. Работая на Белую Смерть, она и того, и другого имела больше, чем в любой другой организации на Земле. Будучи членом ковена Брика, она бы никогда не захотела денег или власти.

Зачем какому-либо вампиру помогать Йи?

Ему очень хотелось спросить.

Но он прекрасно знал, что не нужно этого делать.

Поднявшись на ноги, Ник глянул на Уинтер, которая пристально наблюдала за ними с проницательностью в своих сине-зелёных глазах. Она никак не могла услышать этот обмен репликами, но она явно что-то уловила.

Ник всё ещё смотрел на Уинтер, когда Брик обратился к нему, повысив голос и заговорив более приятным тоном.

— Благодарю тебя за твоё содействие, моё дорогое дитя, — сказал он, поднимая взгляд на Ника из-под зонтика. — Я приношу свои извинения, если ранее показался неблагодарным. Само собой, я благодарен, и само собой, в своей кровной семье я ценю преданность превыше всего...

Он помедлил, сурово посмотрев на Зои, затем перевёл взгляд обратно на Ника.

— Мы поговорим позднее, мой возлюбленный, и довольно скоро. Как только мы доберёмся до места назначения и вновь заполучим Дмитрия Йи.

Ник не ответил.

Он невольно задавался, в чём, чёрт возьми, именно заключался план, когда дело касалось нейтрализации видящего-телекинетика, и когда всего два таких существа умудрились уничтожить как минимум одну известную Нику планету, в процессе погубив значительную часть расы видящих и людей.

Эта Земля, единственная Земля, которую знал Ник, имела достаточно проблем с обыкновенными, заурядными видящими.

Ну, и с ещё одним, который превращался в чёртова дракона.

Но даже в сравнении с Блэком, видящие-телекинетики откровенно ужасали, и по словам Даледжема, убить их практически невозможно.

«Теперь я стал Смертью, разрушителем миров».

Они в проигрышном положении.

Победить невозможно, даже с армией вампиров Белой Смерти.

Ник посмотрел на Зои, которую ждал очень дерьмовый день.

Он подумал об устранении Йи и задался вопросом, а имеет ли это вообще значение, и доживут ли они до того, чтобы увидеть кровавую месть Брика.

Но всё это он также не озвучивал вслух.

Глава 24. Воспоминание

Они оказались ближе к Лондону, чем думал Ник.

Они приземлились в аэропорту Нью-Хитроу меньше чем через час после того, как посадили всех на борт второго воздушного судна Белой Смерти, оставив шлюпку дрейфовать с выключенным двигателем в тёмно-коричневом и чёрном океане.

Ник не расслаблялся, пока не сошёл с самолёта и не очутился в терминале внутри купола Лондонской Охраняемой Зоны, крепко держа Уинтер за руку.

Последний час полёта она проспала на его коленях, что относительно успокоило его. Ему всё ещё не представилось возможности поговорить со всеми членами его группы (во всяком случае, наедине), и Ник поглядывал на грязные, бледные, слегка обожжённые химикатами лица своих друзей, пока все они брели через здание терминала по движущейся платформе.

Переводя взгляд с Малека на Тай, затем на Морли, который казался измождённым, и Джордана, который выглядел ненамного лучше, и Кит, которая с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью пялилась на окружавших их вампиров... и, наконец, на Уинтер, которая практически не отлипала от его бока... Ник поймал себя на том, что хочет как-нибудь остаться наедине со своими друзьями.

Как минимум, он задавался вопросом, как они могут хоть немного отделиться от их новых благодетелей из Белой Смерти.

Покосившись на здоровяков-охранников, на которых всё ещё таращилась Кит, Ник помрачнел.

Он не хотел читать посыл, заложенный в их присутствии, но подозревал, что этот посыл там присутствовал.

Брик явно хотел, чтобы Ник видел — его друзья защищены.

Но Ник знал Брика и понимал, что в этом посыле имеется привкус угрозы или как минимум напора, который мог ускользнуть от его друзей.

Брик хотел, чтобы Ник видел — он под их защитой.

Он хотел, чтобы Ник знал — они в руках Белой Смерти.

Ник подозревал, что как минимум отчасти это вызвано желанием Брика использовать тех, кого он несомненно считал «видящими Ника».

Брик также хотел, чтобы Ник чувствовал себя обязанным ему и Белой Смерти.

Честно говоря, в данный момент всё это казалось Нику утомляющим, предсказуемым, откровенно деспотичным и раздражающим... но не особенно представляющим угрозу.

Он знал, что отчасти дело в его измочаленных нервах.

Ник знал, что не стоит связываться с Белой Смертью.

В то же время Йи пугал его намного сильнее, чёрт возьми.

Он смотрел, как два вампира-головореза сопровождают Зои впереди.

Он знал, что все они наверняка уже покормились от неё, чтобы сохранять сильную связь крови.

Ник знал, что Брик тоже покормился от неё.

Зои шла между ними, выглядя маленькой по сравнению со своими охранниками, пока они быстро шагали по длинной стеклянной трубе между посадочной зоной и главным терминалом.

В конце трубы-тоннеля их ждало ещё больше вампиров.

Посмотрев на примерно дюжину вооружённых до зубов и выглядящих знатно взбешёнными членов Белой Смерти, Ник поймал себя на мысли, что уединение для него и его друзей будет не в приоритете у Брика... если только Ник не закатит настоящий скандал.

Он глянул на Уинтер.

Опять-таки, он жалел, что не покормился от неё.

Иметь возможность хотя бы поговорить с ней помогло бы. Она смогла бы общаться с Малеком и Тай, не будучи подслушанной вампирами, и это связало бы как минимум их четверых.

Он ждал, пока она не поест нормально.

Человеческую пищу.

При этой мысли он посмотрел на Брика.

— Куда теперь? — сказал он.

Брик посмотрел на него, слегка нахмурился, затем снова перевёл взгляд вперёд, легко шагая к строю чёрных автомобилей, которые выглядели как гибрид лимузина и бронированных машин. Массивные решётки спереди напомнили Нику старомодные Хаммеры, в которых он ездил, пока служил в армии.

Затемнённые окна не пропускали ни капельки солнечного света, симулируемого куполом.

Ник гадал, потрудится ли его прародитель ответить.

Затем Брик выдохнул и глянул на него.

— Полагаю, ты должен позаботиться о своей паре, — сказал он, покосившись на остальных, затем на Ника. Его хрустальные глаза снова сделались прозрачными. — ...И о своих людях. И о существах в твоём подчинении.

Брик помедлил, слегка хмуро посмотрев на Малека.

— Мои люди высадят вас у отеля. Устроит? Ты сможешь покормить их и устроить на отдых, включая и твою пару. Затем, когда они вновь придут в себя, ты покормишься сам... и свяжешься со мной.

Брик наградил его ровным взглядом, открыто изучая глаза Ника.

— Мне нужно позаботиться о кое-каких вещах, так что у тебя есть время. Но не задерживайся надолго, Наоко.

Ник кивнул, надеясь, что облегчение не отразилось в его глазах.

— Ты будешь искать Йи... — начал он.

— Тебе не нужно беспокоиться об этих деталях, брат.

Взгляд Брика скользнул в сторону, становясь холоднее и пробежавшись по ряду автомобилей. Он щёлкнул пальцами одному из вампиров, похожих на военных, и использовал жесты, которые уже изменились с тех пор, как Ник работал с людьми Брика.

— ...Я буду искать его, конечно. Я найду его... и свяжусь с тобой в ту же секунду, когда это случится. Я тебе обещаю, Ник.

Брик снова уставился на ряд автомобилей на обочине, остановившись под тенистым навесом и сосредоточившись на центральной машине.

— Подозреваю, что нам не придётся искать долго, брат, — добавил Брик, повернувшись, чтобы посмотреть в глаза Нику. — На твоём месте я был бы осторожен, моё возлюбленное дитя. Мы изо всех сил постараемся доставить тебя в место, которое не будет кишеть людьми Йи... место, которое мы сделаем безопасным, насколько это возможно... но это его дом. Это территория Йи. Мне сказали, что здесь у него есть связи даже в самых невообразимых местах. Я пошлю с вами своих людей, чтобы стояли на страже... но сохраняй бдительность, Наоко.

Ник кивнул, хмуро поджав губы.

Он услышал серьёзность в словах своего прародителя.

Он также слышал полное отсутствие драматизма.

Повернувшись, чтобы проследить за движением, которое привлекло его внимание, Ник смотрел, как два гигантских вампира в броне подводят Зои к задней дверце одного из роскошных автомобилей в военном стиле.

Он крепче сжал ладонь Уинтер.

— Понял, — только и сказал он.

— То есть, это город Йи, — сказал Морли, глянув на Ника, потом на Уинтер. — Ведь это сказал твой вампирский отец?

Ник слегка поморщился от того, что Брика окрестили «вампирским отцом», и на ум пришёл его отец, его человеческий отец, с которым Ник был близок.

Он стоял возле раздвижной стеклянной двери, которая вела на балкон гостиничного номера.

Отель был дорогим.

Комнаты даже были безопасными для вампиров — он мог стоять возле залитого солнцем окна на верхнем этаже и не беспокоиться об ожогах.

Скрестив руки на груди, Ник посмотрел на Лондон, стараясь подумать перед тем, как поворачиваться.

Все они приняли душ, переоделись — ну, им пришлось купить одежду в магазинах, расположенных в лобби отеля — и теперь все люди и видящие ели доставленную еду, рассевшись на диванах общей комнаты их совместных апартаментов.

Брик предупредил их не выходить на улицу.

Он предупредил их, чтобы они даже не ели в гостиничных ресторанах.

Ник всерьёз воспринял эти предупреждения.

Он всё ещё отчётливо помнил, каково это — едва не сгореть в собственной квартире.

При этой мысли он глянул на Уинтер, заметив, что она одна ещё не надела новую купленную одежду. Предположительно вещи по-прежнему лежали в бумажных пакетах на полу главной спальни, где она оставила их перед тем, как пойти в душ.

Поскольку Уинтер мылась одной из последних, еду принесли в тот самый момент, когда она вышла, поэтому она решила накинуть пушистый гостиничный халат и тапочки и теперь уселась на диване между Тай и Малеком, кушая вместе со всеми.

Он смотрел, как она откусывает большой кусок от сэндвича с ростбифом, и подавил проблеск реакции, которая хотела превратиться в нечто большее.

Усилием воли отведя глаза, он вместо этого повернулся к Морли, резко осознав, что ещё не ответил старику.

— Да, — запоздало сказал Ник, хмуро глянув на седого детектива. — Ну то есть... предположительно. Эйфа зародилась здесь. Я не знаю, откуда Йи. Его акцент не вяжется с местным.

Подумав об этом, Ник снова нахмурился и осознал, где он прежде слышал акцент как у Йи. Эта мысль вызвала у него иррациональную злость.

Затем лёгкую тошноту.

Хоть он и до сих пор не укусил её, Уинтер, похоже, уловила какой-то проблеск его мыслей.

— Что это за акцент? — спросила она. — Ты ведь его узнал, так?

Ник посмотрел на неё.

После небольшой паузы осознав, что все смотрят на него и ждут ответа, Ник неохотно кивнул.

— Это акцент видящих, — сказал он. — Со Старой Земли. Места, откуда пришли видящие, которых я знал... того самого места, которое было уничтожено в каком-то апокалипсисе людей и видящих. А может, апокалипсисе, порождённом видящими-телекинетиками... честно говоря, мне так и не объяснили это как следует.

Последовало молчание.

Затем Уинтер откусила ещё один кусок от сэндвича с ростбифом, и Ник услышал, как её желудок низко заурчал.

Она прожевала и снова кивнула в сторону Ника.

— Он похож на него, знаешь, — сказала она.

Ник моргнул, уставившись на неё.

— На кого? — прорычал он. — На кого он похож?

Если Уинтер и услышала жёсткие ноты в его голосе, она не отреагировала.

— На твоего друга, — ответила она, проглотив кусок сэндвича и снова кивнув в сторону Ника. — На Блэка. Дракона.

Помедлив, когда все вместе с Ником повернулись и уставились на неё, Уинтер окинула взглядом их лица, заметив непонимающие выражения.

— ...Ну, вы знаете, — добавила она, выгибая бровь. — Квентин Блэк. Парень-дракон. Он был, пожалуй, самым известным видящим в мире довоенного периода, если не считать Чарльза Васильева. Это тот, которого называли Счастливчик Люцифер или Фаустус, он создал Армию Воскресших Падших...

— Нет, — перебил Ник, не подумав.

Когда остальные повернулись к нему, он один раз качнул головой.

— Фаустус — его настоящее имя, — пояснил он. — Чарльз — псевдоним. Чарльз был его человеческой личностью, которой он пользовался в основном как глава крупной организации в криминальном подполье, нанимающей людей и видящих. Позднее он пользовался ей в Соединённых Штатах. Его именем видящих всегда было Фаустус... видимо, на Старой Земле у них тоже была какая-то латынь.

Снова воцарилось молчание.

В этот раз Уинтер уставилась на него, слегка нахмурившись.

Ник понимал, что она хмурится не потому, что он её поправил.

Она хмурилась из-за того, что ему это известно, и из-за того, как он сказал это со стопроцентной уверенностью. Может, поэтому Ник не посмотрел на неё, а окинул взглядом лица своих друзей, скрестив руки на груди.

В итоге, когда больше никто не заговорил, Ник глянул на Уинтер и обнаружил, что она ещё более пристально изучает его лицо.

В этот раз Ник тоже сам нарушил молчание.

— Откуда тебе это вообще известно? — ворчливо спросил он. — Что Йи выглядит как Блэк. Я нигде не видел записей или фотографий того времени. Я думал, всё исчезло.

Уинтер закатила глаза.

— Ты забываешь, на кого я теперь работаю, Ник, — сказала она, невесело улыбнувшись. — Ты правда думаешь, что там не сохранилось записей того времени? Или что у «Архангела» нет к ним доступа?

Не дожидаясь ответа, она вставила в ухо гарнитуру и глянула на своё устройство на запястье. Расстегнув полуорганический браслет, который чудом до сих пор не потеряла с тех пор, как вела свои исследования в квартире Ника, она перестроила его в форму планшета.

Ник видел, как её глаза расфокусировались.

Подумав над её словами об «Архангеле» и их прошлом оборонного подрядчика, не говоря уж о более мутных вещах, которыми они славились до войн, Ник осознал, что Уинтер права. До войн существовало слишком много всего, чтобы всё это исчезло.

Куда более логичным казался вариант, что кто-то просто всё прятал.

Архивы «Архангела» наверняка вмещали добрую часть того, что прежняя армия Соединённых Штатов имела в досье, не говоря уж о содержании старого интернета, а также публичных и научных библиотек.

Подумав об этом, Ник помрачнел.

Внезапно он понял, что именно сейчас покажет им Уинтер.

— Я не видела этого, пока мы не взошли на самолёт, и я не очутилась прямо перед ним, — сказала она, всё ещё пролистывая файлы. — Просто я часами просматривала старые видео для Лары, так что это было свежо в памяти. Она просила меня в особенности найти отрывки записей с Блэком.

Ник переглянулся с Морли, заметив напряжённое лицо старика. Интерес «Архангела» к Блэку явно не вызывал у него хорошего предчувствия.

Нахмурившись, Ник посмотрел обратно на Уинтер.

— Сен-Мартен интересуется Блэком?

Уинтер кивнула, не поднимая взгляда.

— В последние несколько недель она поручила мне просматривать архивы того времени.

Её глаза продолжали пробегаться по названиям файлов.

— ...Как я и сказала, я не понимала до конца, пока мы не очутились перед ним. В большинстве своих видео Йи не использовал аватар, но применял много трюков с освещением, чтобы выглядеть богоподобным, устрашающим или просто казаться старше. В особенности речи довольно часто были срежиссированными, снимались под таким углом, чтобы он выглядел огромным. Большинство кадров с Блэком, которые я видела, были более естественными и сняты не в студии; скорее это старомодное цифровое видео под обычным солнечным светом или искусственным освещением. И тогда видео не имели дополненной реальности. Углы съёмки были не лучшими, или Блэка запечатлели лишь сбоку или издалека, цвета размывались, иногда даже его черты...

Подняв взгляд и виновато посмотрев на всех, словно она считала, что всё равно должна была заметить связь, Уинтер добавила:

— ...Я правда не видела, насколько они похожи. Я честно гадаю, может, отчасти дело в странном цвете глаз Блэка. Это реально сбило меня с толку. Его радужки так выделяются, что легко забыть и не смотреть на остальное лицо. И он обладает такой аурой и манерой держаться... Блэк, имею в виду. Это как будто приглушало его внешность, если можно так сказать.

Ник фыркнул.

Не сумел сдержаться.

Тут она не ошибалась.

Уинтер услышала его и вскинула бровь, но никак не прокомментировала. Посмотрев на планшет на своих коленях, она внезапно перестала листать.

Открыв файл, она сразу сделала проекцию на пустой участок стены возле встроенного монитора и стабилизировала картинку.

Или она, или Кит, или кто-то другой с помощью гарнитуры приглушили потолочное освещение. Ник, который стоял ближе всего к балкону, нажал панель сбоку стеклянных дверей на балкон, чтобы стекло потемнело.

Все они уставились на свободный участок стены, куда Уинтер теперь проецировала старый цифровой файл, должно быть, восстановленный «Архангелом» или кем-то ещё, потому что записи было как минимум двести лет.

Ник стиснул зубы, когда картинка сфокусировалась.

Это шокировало его.

Это шокировало его сильнее, чем он ожидал.

Сильнее, чем он мог подготовиться.

Он уставился на старое видео Блэка.

Мириам, жена Блэка, стояла рядом с ним.

Блэк стискивал края деревянной трибуны, которую кто-то поставил в одном конце лобби со стеклянными стенами — лобби, которое Ник очень хорошо помнил, вплоть до деталей расположения лифтов и декора на стенах. Он посмотрел на картины, мраморную плитку, а потом перевёл взгляд на абсурдно дорогой и гиперсовременный фонтан-скульптуру в центре, под высоким потолком из выгнутого стекла.

Лобби простиралось примерно на четыре этажа вверх и даже сейчас выглядело странно современным и откровенно древним.

Эти знакомые люди, эмблема компании Блэка в виде орла на одежде некоторых из них, глаза преимущественно странных цветов, старомодные технологии камер на телефонах и видеокамер прессы, туфли, причёски, дорожное движение за стеклянными стенами... вид всего этого забросил Ника в прошлое.

Он почти забыл.

Он забыл, каково тогда было.

Вокруг них не мелькали беспилотники. Небо за окнами было настоящим. Облака были настоящими, и солнце, и звёзды. Никто не носил гарнитуры или наладонники. Ни у кого не было тату-штрихкодов, никто не регистрировался в М.Р.Д.

Не было М.Р.Д. Не было Ч.Р.У.

Ник моргнул, испытав почти агрессивную реакцию при виде самого Блэка.

Золотистые, животные, странно хищные радужки видящего смотрели на толпу, словно оценивая каждого, взвешивая их умы, возможно, даже принимая последнее решение относительно того, что он собирался сказать.

Ник помнил тот день.

Он помнил, как смотрел это по телевизору с Даледжемом, в доме своей подруги Энджел, зная, что если явится туда лично, то его проткнёт колом сам Блэк или кто-то из его друзей. А то и сама Мири.

Это дезориентировало его ещё до того, как он увидел, как губы Блэка шевелятся, но Ник не мог разобрать слова. Почему-то от этого становилось страннее и реальнее, и он засомневался, а в каком он сейчас временном периоде, и не было ли всё, что случилось потом, каким-то извращённым сном.

— Подождите, — пробормотала Уинтер. — Тут он довольно далеко. Дайте я попробую открыть запись поближе. И тут звук повреждён. Секунду...

Никто не произносил ни слова, пока она просматривала очередной список файлов.

В комнате воцарилась полная тишина.

По той же причине все они подпрыгнули, когда Уинтер воспроизвела следующий файл, и из динамиков хлынул звук.

Всюду вокруг них взорвались звуки толпы.

Ник слышал крики, но не испуганные — больше похоже на фанатов на рок-концерте, или в тот раз, когда он посетил большую конвенцию комиксов в Сан-Диего, и на сцену вышли настоящие кинозвёзды.

Изображение покосилось, засверкали огни, а потом к старомодной обочине подъехал чёрный лимузин — безупречная антикварная машина под искусственным освещением. Теперь Ник сообразил, что это красная дорожка, отгороженная верёвками и мускулистыми охранниками.

Дверь лимузина открылась.

Вышли двое, один за другим, оба в смокингах и с одним наушником в ухе.

Люди в номере отеля позади него ахнули, когда стало видно первое лицо, и Ник поморщился, осознав, что это он тоже помнит.

Это было его лицо, Ника.

Он выбрался с заднего сиденья лимузина и отошёл в сторону, сканируя толпу.

Он всё ещё двигался слишком по-вампирски, это было видно даже в наклоне головы, совершенно неподвижной осанке и глазах. Он ещё не довёл до совершенства умение сливаться с людьми, что логично, учитывая, насколько недавно он был обращён. Но всё равно чертовски странно было видеть, насколько похожим на вампира он был, хотя явно пытался скрыть это.

То были времена старых, дерьмовых контактных линз.

Хрустальные вампирские глаза Ника скрывались за линзами орехового цвета, к которым он так и не привык — ни в том, как они ограничивали его вампирское зрение, ни в том, что они никогда не передавали точный цвет его человеческих глаз, и тогда это ещё раздражало его.

Затем показался второй, и Ник застыл.

Даледжем плавно вышел из лимузина, его длинные чёрные волосы со светлыми прядями свободно спадали на плечи и спину, не считая нескольких прядей, которые он убрал от лица, скрепив одной из тех заколок видящих, которыми иногда пользовались мужчины.

Его бледно-зелёные глаза просканировали толпу ещё настороженнее, чем Ник; фиолетовый ободок вокруг радужек, скорее всего, остался незамеченным для людей, но Ника это шокировало так, что он закричал бы, если бы мог издать хоть звук.

Он смотрел на высокого видящего и только теперь вспомнил, что видящий был на несколько дюймов выше него даже после обращения. Ник наблюдал, как Джем выпрямляется, затем застёгивает нижнюю пуговицу смокинга отчасти для того, чтобы дать себе пару дополнительных секунд для сканирования толпы, затем тоже отходит от дверей лимузина.

— Господи Иисусе, бл*дь, — пробормотал Ник, не сумев сдержаться.

Он почувствовал на себе хмурый взгляд Уинтер.

Осознав, что она может быть не в курсе, кто это, он посмотрел на неё, затем обратно на экран, не зная, стоит ли сказать ей.

В этот самый момент Джем на видео повернулся к Нику и показал серию жестов, которые Ник безупречно понял даже сейчас. Он почувствовал, как тошнота ударила его в нутро, пока он смотрел на самого себя, кивнувшего и чуточку задержавшегося взглядом на Даледжеме в смокинге.

Ник только-только решил держать рот на замке, когда заговорила Кит.

— Это кто, чёрт возьми? — спросила она. — Он точно мёртв? Потому что... обалдеееть.

Ник глянул на неё, затем на экран.

Он осознал, что смотрит на эти поразительные, необычайно красивые черты.

Он вспомнил, как ревновал тогда.

Женщины (да и чертовски много мужчин) следовали за Джемом как сучки в течке практически везде, куда бы они ни пошли вместе, всякий раз, когда они выбирались на публику. Джем был поразительно, ошеломительно, сногсшибательно красив в такой манере, которая заставляла людей останавливаться на улицах и открыто глазеть вслед.

Его красота даже среди видящих считалась из ряда вон выходящей, а это что-то да говорило.

Джем понимал, какой эффект производит на людей (да практически на любую расу), но надо отдать ему должное, он практически игнорировал это. Возможно, отчасти это связано с тем, что в момент их первой встречи с Ником ему было больше четырёхсот лет. Он признался Нику, что в молодости реагировал вовсе не так зрело.

— Ты должен его знать, — повторила Кит. — Кто этот парень? Ну то есть, очевидно, что он видящий...

— Даледжем, — сказал Ник, отвечая ей прежде, чем осознал своё намерение. — Это Даледжем. И да, он был видящим.

Ник почувствовал, как Уинтер вздрогнула.

Их связь крови к тому моменту полностью остыла, так что он не должен был ничего уловить, но он всё равно её ощущал.

К сожалению, недостаточно хорошо, чтобы оценить эмоции за этой реакцией... лишь понял, что эмоции были сильными.

Подумав об этом, Ник понял, что слышит, как её сердце громче стучит в груди, дыхание учащается, но она пыталась это скрыть.

Он хотел посмотреть на неё, но не сделал этого.

Он сомневался, что сможет справиться с этим в данный момент... только не перед другими.

Усилием воли Ник снова сосредоточился на проекции видео, когда из лимузина вышел третий мужчина. Выпрямившись на своих длинных ногах, он оказался всего на два-четыре сантиметра ниже Даледжема. Мужчина помедлил, застёгивая нижнюю пуговку пиджака, совсем как Даледжем, затем протянул руку кому-то в салоне позади него.

Ник вздрогнул, когда появилась Мири, принявшая руку Блэка и выбравшаяся с заднего сиденья в туфлях на высоких каблуках. Она улыбнулась Блэку, и её глаза выдавали лёгкое напряжение; он одарил её акульей улыбкой и подмигнул глазом с нечеловеческой золотой радужкой.

Затем Ник осознал, что сосредотачивается на Блэке, на его лице и видит, о чём говорила Уинтер. Он нахмурился, косясь на Мири, затем на Уинтер, затем на Блэка. Прежде чем он успел сказать что-то, заговорил Морли.

— Проклятье. А вы не шутили, мисс Джеймс. Сходство определённо есть. Очевидно, что это не он, но сложно поверить, что тут нет кровного родства...

— А мы будем обсуждать тот факт, что там Ник? — взорвался Джордан. — И он выглядит точно таким же, бл*дь, как сейчас?

Ник глянул на него, вскинув бровь.

— Деймон, я вампир. Мы это обсуждали.

Вместо того чтобы улыбнуться, Джордан просто хмуро уставился на него. Что-то в этом выражении заставило Ника вздрогнуть ещё до того, как он понял, в чём дело. Он уже давно не видел, чтобы его друг так смотрел на него.

Если честно, это почти ранило его чувства.

Он считал Джордана одним из своих самых близких друзей.

До сих пор он и не осознавал, каким тихим сделался его друг с тех пор, как они сели на самолёт. Ник мог бы подумать, что это лёгкий шок, но теперь, видя, что его друг уставился на него так, будто видит впервые и почти не узнаёт, Ник усомнился в этом.

Он знал, что случалось, как только его друзья-люди видели в нём что-то слишком чужеродное и не могли это переварить. Он знал, что случалось, когда это осознание вызывало у них страх или заставляло воспринимать его как другого — до такой степени, что они переставали ему доверять.

Этого не случалось уже давно.

Опять-таки, Ник не позволял себе сближаться с многими людьми.

Определённо не сближался настолько, чтобы они полностью увидели его как вампира.

Он задавался вопросом — возможно, Деймон действительно забыл, что он не человек. Не буквально, не совсем, но на каком-то подсознательном уровне.

А может, он просто забыл, что на самом деле значит быть вампиром, и что на самом деле подразумевают те шутки про «старика».

Он всё ещё смотрел на Деймона, когда заговорила Кит, привлёкшая все взгляды к себе.

— То есть, мы утверждаем, что этот Дмитрий Йи — родственник твоего друга, Блэка? — Кит поколебалась, глянув на Уинтер. — И что это значит? Мы как-то можем это использовать?

Ник подумал над её вопросом.

Слегка нахмурившись, он скрестил руки на груди и повернулся к видео.

Должно быть, Уинтер убавила громкость, но Ник видел, как Блэк теперь идёт по красной ковровой дорожке, сканируя толпу своими хищными золотистыми глазами.

Ник видел желание защитить в том, как он держал Мири за собой, по возможности прикрывая её своим ростом и массивным телом. Ник помнил, как его раздражала напористость и деспотичность Блэка в её отношении, когда сам Ник был ещё человеком — и не только потому, что он ещё боролся с влюблённостью в Мири в первый год их с Блэком отношений.

Теперь он почти понимал это.

Вампиры и видящие во многом были схожи.

Кроме того, он никогда не признавал до конца то, как Мири делала то же самое в отношении Блэка, пусть это и проявлялось иначе.

Ник смотрел, как он сам из прошлого шагает перед ними на экране вместе с Даледжемом, который шёл по другую сторону верёвок и тоже сканировал толпу, наверняка с помощью способностей видящих.

Почему-то при виде его лица в горле всё ещё вставал ком.

Это также вызвало поток воспоминаний, какого ещё не случалось ранее.

Ник осознал, что вспоминает ту ночь с тревожной ясностью.

Это навело его на мысль, вдруг то стирание памяти, которое он сделал, чтобы убрать Даледжема из своей головы, начинает угасать.

Он понятия не имел, возможно ли это, но это казалось правдивым.

Уинтер. Йи. Что-то здесь всё сильнее резонировало с теми годами, с предвестием войны и всем, что последовало далее, включая смерть Джема.

Вытолкнув это из головы, Ник повернулся к Кит, осознав, что так и не ответил на её вопрос.

— Я не знаю, — честно сказал он. — Но нам нужно всё, что мы сможем получить. Любая информация, которую мы сможем нарыть по этому мудаку...

— Ты не думаешь, что мы сумеем его одолеть.

На сей раз Уинтер.

Ник повернулся, посмотрев на неё.

Он осознал, что изучает её лицо, чуточку поджавшиеся губы, пытливость в её глазах.

— Ведь так, Ник? — сказала она, когда он не ответил. — Ты думаешь, мы не сможем его победить. Не с теми силами, что у нас есть. Ни с Белой Смертью. Ни с «Архангелом».

Она не произнесла это как вопрос.

— Почему? — спросила она.

Вот это ощущалось как настоящий вопрос.

Может, по той же причине Ник поколебался, снова скрестив руки на груди. Он глянул на видеопроекцию на стене и видел, что Даледжем придерживает открытой стеклянную дверь и подгоняет Блэка и Мири вперёд. Ник знал, что он сам уже зашёл внутрь, чтобы прочесать лобби.

Ещё четыре мускулистых охранника шли позади Мири и Блэка, прикрывая тылы. Ник узнал их всех, и видящих, и людей, даже если не вспомнил всех имён.

— Потому что мне кое-что известно о видящих-телекинетиках, — сказал он наконец, глядя на стену.

— Что тебе о них известно? — спросила Уинтер, хмурясь. — И откуда?

Тут он повернулся, мрачно посмотрев на неё.

— От тебя, — прямо сказал он. — Ты рассказывала мне о них, Уинтер. Когда ты была Даледжемом.

Остальные замолчали, уставившись на неё.

Глаза Уинтер не отрывались от Ника.

Он снова чертовски сильно жалел, что не укусил её; он вовсе не мог прочесть это её выражение.

В то же время ему казалось, что он понимает как минимум отчасти.

Не только он вспоминал некоторые вещи.

Уинтер тоже начинала вспоминать.

Глава 25. Множественные умы

— Мне надо поговорить с тобой, — тихо прорычал Ник, склонившись к уху Уинтер. — Наедине. Пожалуйста.

Он почувствовал, как от его близости к её коже прилило тепло, и подавил собственную реакцию, окинув взглядом остальных.

Судя по выражению Малека, видящий услышал слова Ника.

И поскольку ну это же Малек, он также беззастенчиво уставился на них, не пытаясь скрыть или смягчить свой интерес... хотя Ник понятия не имел, что выражал пристальный взгляд Мэла — любопытство, неодобрение или, чёрт возьми, просто непонимание.

Главным образом, Ник поймал себя на мысли, что Мэл был чертовски тихим с тех пор, как сбежал Йи.

Как и с Джорданом, что-то в этой молчаливости показалось ему странным.

И так же, как и с Джорданом, у Ника не было моральных сил иметь с этим дело.

— Сейчас, Уинтер, — пробормотал он. — Хорошо?

Она кивнула, переставляя уже опустевшую тарелку от сэндвича с колен на стол перед нею. Он взял её за руку и повёл в спальню, лишь краем уха слушая, как остальные продолжают обсуждать Йи, его возможную личность, и жива ли ещё Сен-Мартен, и позвонит ли им Белая Смерть, когда они установят его местоположение.

Ник едва успел закрыть раздвижные двери между общим пространством и главной спальней, затем схватил Уинтер, поднял её на руки и практически швырнул на кровать.

Она ахнула от неожиданности, но в остальном не издала ни звука.

Он начал дёргать узел пояса, удерживавший её халат запахнутым, развязал его и распахнул полы. Он схватил Уинтер за бёдра и дёрнул к себе по матрасу. Когда он накрыл её губами с наполовину удлинившимися клыками, она удивлённо вскрикнула, затем этот звук сделался более надрывным... и превратился в стон.

— Ник... — прохрипела она, вцепившись в его волосы руками. — Мы не можем. Мы не можем...

Её слова перешли во второй стон, и она запрокинула голову, когда он скользнул в неё пальцами. Он всё ещё использовал язык, подавляя желание вонзить клыки во внутреннюю сторону её бедра. Он ощутил укол боли в груди и застонал, уткнувшись лицом в её бедро и закрыв глаза.

— Ты правда хочешь, чтобы я остановился? — спросил Ник.

Её пальцы сжались в его волосах.

— Конечно, я не хочу, чтобы ты останавливался, — произнесла она, хватая ртом воздух. — Зачем ты остановился?

— Ты сказала, что мы не можем.

— Ты опять возбудился из-за Даледжема? — спросила она жёстким, почти обиженным тоном. — В этом дело, что ли?

Ник зарычал на неё. Ничего не сумел с собой поделать.

— Проклятье, Уинтер... почему? Почему ты до сих пор на этом зациклена? Это ты. Ты знаешь, что это ты. Любые сомнения, которые могли остаться у нас обоих, теперь развеялись. Я это знаю. Ты это знаешь...

— Он всё равно красивее меня, — упрямо сказала она.

— Хрень собачья, — прорычал Ник. — Ты вообще себя слышишь, бл*дь?

Воцарилось молчание, и он чувствовал, как она борется с иррациональностью своей реакции на Джема. Он ещё даже не укусил её, но готов был поклясться, что до сих пор чувствовал её злость, пока она боролась с этим чувством, и какая-то её часть хотела злиться на него из-за того, что логически не имело никакого смысла.

Забавно, но это напоминало ему Даледжема.

Это напоминало ему, как Джем просыпался после снов, где Ник изменил ему или дерьмово с ним обращался, и потом Джем всё утро злился на Ника, виня его за то, что сделал Ник-из-сна.

Ник вспомнил, как он справлялся с видящим в такие периоды, и почувствовал, что его член стал ещё твёрже.

Он забрался на Уинтер, оседлав её на постели.

Он стиснул её волосы одной рукой и, возможно, впервые по-настоящему ощутил её как Джема. Не просто в какой-то абстрактной я-знаю-что-это-правда-но-это-всё-равно-слишком-странно манере; он буквально ощутил там продолжение, странное чувство завершённости, словно какая-то часть его самого вернулась к нему.

При этой мысли Ник погрузил клыки в плечо Уинтер, ощутив её реакцию, и она застонала, вытянув ноги в своеобразном блаженстве и стиснув его руки маленькими ладошками. Он рычал, пока пил, и его раздражение окрасилось почти весельем, когда он почувствовал её желание злиться на него.

Совсем как Джем, бл*дь.

В точности как Джем, бл*дь.

Он поднял голову, посмотрев на неё.

— Ты — это он, — сказал Ник ворчливым тоном. — Ты правда не понимаешь? Со временем я чувствую это всё сильнее. Я постоянно ощущаю, что ты вспоминаешь. Я чувствую, что ты вспоминаешь меня. И да, это охеренно меня заводит. Почему, чёрт возьми, это не должно меня заводить, Уинтер?

Отпустив его руки, она мрачно посмотрела на него, скрестив свои руки на груди.

Он зарычал, подавляя импульс снова укусить её.

— Это ты схватила меня за член при нашей первой встрече. Это ты вспомнила меня первой. Наверное, потому что я стёр свою память как грёбаный идиот... а может, потому что ты всегда была менее трусливой, чем я, когда дело касается наших отношений.

Уинтер мрачно смотрела на него, упрямо выпятив подбородок.

— Ты снова говоришь о нём, — прорычала она.

— Я говорю о тебе, мать твою!

Уставившись на неё, он подавил прилив жара, граничивший с агрессией.

— Ты правда вспоминаешь больше вещей, — прорычал он, легонько тряхнув её. — Ведь так? Почему ты мне не говоришь? Это тебя пугает? Это заставляет тебя сомневаться в нас? Что?

Она поморщилась, сердито глядя на него в такой манере, от которой Нику хотелось снова её тряхнуть.

— Что? — рявкнул он. — Раньше со мной было плохо? Ты не хочешь это помнить? Или тебе просто нужна причина думать, что у нас ничего не выйдет?

Помедлив, когда её суровый взгляд сделался ещё мрачнее, сверкая в лучах солнца, которые лились от купола Лондонской Охраняемой Зоны, Ник зарычал.

— Ты же не будешь утверждать, что дело действительно в том, что мужская версия тебя «слишком красивая»? Пожалуйста, скажи мне, что мы не спорим... вместо того чтобы трахаться... из-за чего-то настолько глупого, Уинтер.

Вывернувшись из его рук, она шлёпнула его по груди.

— Я не говорю тебе, что ты глупый! — вспылила она. — Даже когда ты ведёшь себя глупо!

— Я не говорил, что ты глупая, — огрызнулся он. — Я сказал, что это... вся эта ситуация глупая. Всё это дерьмо с внешностью Даледжема. Этот твой бредовый страх, будто к нему меня влекло сильнее, чем к тебе. Особенно учитывая то, что он — это ты. Особенно учитывая то, что ты, бл*дь, сногсшибательна, Уинтер... и я предпочитаю женщин... и ты, бл*дь, сногсшибательна, Уинтер, — прорычал он, снова легонько тряхнув её и не сумев сдержаться. — Как будто это вообще важно! Ты раньше шутила, что единственная цель твоей внешности сводилась к тому, чтобы я переборол свою изначальную склонность предпочитать женщин. Поверхностная внешность всё равно не имеет почти никакого значения для связанных супругов, чёрт возьми...

— Хрень собачья! — рявкнула Уинтер, шлёпнув его по груди.

— Почему хрень собачья? — рыкнул Ник. — Что тебя беспокоит? В чём на самом деле проблема?

Моргнув, она как будто поколебалась.

Ник увидел, как в её глазах промелькнуло сомнение, а потом она отвернулась, и на несколько секунд он задался вопросом, знает ли она сама, что её беспокоит.

Посмотрев на её лицо, он раздражённо опустил рот и вонзил клыки в её плечо. Опешив, Уинтер ахнула, затем издала очередной стон, прильнув к нему.

Когда он остановился в этот раз, она уже массировала его спину под рубашкой, периодически запуская руку вперёд, чтобы погладить его по груди. Он закрыл глаза, начиная по-настоящему чувствовать её через кровь, и они оба стали расслабляться. Затем Уинтер положила ладонь на его член, массируя его там, и Ник издал надрывный стон, опускаясь на неё своим весом и снова кусая.

На сей раз он пил почти минуту без остановки.

К тому моменту, когда он закончил, его член вжимался в её голое тело через брюки, и Ник застонал, потираясь об неё.

Уинтер начала притягивать его, возясь с застёжкой брюк.

Её глаза выглядели остекленевшими, но он видел там более жёсткое выражение.

Оно было таким знакомым, таким чертовски и раздражающе знакомым, что это ощущалось как удар в грудь.

«Для меня ты та же самая, — сказал он ей через кровь, покрывая поцелуями горло, запуская руки в её волосы. — Та же самая. Разве ты не понимаешь? Я чувствовал это и ранее, сам того не понимая... теперь я знаю, что чувствую, и с каждым днём ощущаю это сильнее. Иногда это настолько мощно, что я не знаю, что с этим делать, Уинтер. Я знаю, что это изменило всё для меня...»

Остановившись и ахнув, когда она расстегнула его брюки, он почувствовал, как его клыки удлинились, потому что она вытащила его член и обхватила пальцами. Она массировала его, пока его глаза не закрылись, а та необъяснимая боль в его груди не обострилась.

«Я тоже боюсь», — сказал он ей.

«Я не боюсь, — раздражённо подумала она в его адрес. — Просто, Ник, я не боюсь... я сердита. Я сбита с толку, бл*дь. И сердита».

«Из-за чего, детка?»

Он проурчал эти слова через кровь и увидел, как её веки опустились.

Уинтер посмотрела на него, и эти ошеломительные, идеальные, невероятно прекрасные глаза наполнились слезами, вызывая боль в его груди, которая заставила его ахнуть.

Ник обнял её обеими руками, перекатился на спину и обвился вокруг неё всем телом, принявшись посылать ей жар. Он издавал низкое гортанное урчание и посылал через неё вибрации так, как ей нравилось, и как нравилось Джему.

Он знал, что это успокаивало её, Джема, их обоих.

Так они чувствовали себя в безопасности.

Через несколько секунд Уинтер уткнулась лицом в его грудь, всё ещё дыша тихо и плача, хотя Ник почувствовал, что её мышцы невольно начинают расслабляться. Он подождал, пока она не распласталась на нём мёртвым грузом, вцепившись пальцами в его рубашку и кожу.

«В чём дело? — спросил он. — Ты можешь попытаться объяснить мне?»

Она поуютнее прильнула к его груди и обхватила ладонью его бицепс.

Странно то, каким знакомым это ощущалось, хотя теперь её ладонь была такой маленькой.

Даже различия его возбуждали.

После нескольких секунд раздумий Уинтер издала невесёлый смешок, качая головой.

«Я честно не могу, — искренне подумала она в его адрес. — Ну то есть, формально могу. Но это не имеет никакого смысла. Даже для меня самой».

«И что? Пусть не будет смысла. Я привык».

Она шлёпнула его по груди, но на сей раз добродушно.

Когда Ник так и промолчал, дожидаясь, она раздражённо вздохнула.

«Это не имеет смысла, — повторила она. — Меня раздражает, что я больше нравлюсь тебе теперь, как женщина, потому что я помню, как ты раньше врал мне, будто для тебя это неважно и не имеет значения... и я чувствую, что для тебя это имеет значение, как минимум немножко... и тебе очень нравится, что теперь у меня есть киска...»

Ник издал опешивший, сдавленный смешок.

Она ещё не закончила.

Подняв голову, она сердито посмотрела на него.

«Меня раздражает, что ты до сих пор считаешь его сексуальным...»

— Даледжема? — сказал Ник вслух, не сумев скрыть веселье в своём голосе, и подложил руку под голову, улыбаясь ей. — Ты сейчас Уинтер, которая злится из-за Даледжема? Или ты Даледжем, который злится из-за Уинтер? Прости, но мне что-то сложно уследить. Кто ты в данный момент? И за влечение к кому из вас мне сейчас надо чувствовать себя виноватым?

Помрачнев, она опять шлёпнула его по груди, и он расхохотался по-настоящему.

— Ты страдаешь от синдрома ревности множественных личностей, — сообщил он ей. — Ты злишься, что я нахожу тебя привлекательной и в теле женщины, и в теле мужчины... я правильно понял?

Она снова треснула его по груди, вытирая глаза.

— Я злюсь, потому что ты придурок, — проворчала она. — И ты до сих пор считаешь Мири сексуальной... и я помню, что очень сильно раздражалась по этому поводу. Я помню, как мне хотелось придушить тебя из-за этого, — её глаза ожесточились. — Ты спал с ней? С Мириам?

Ник почувствовал, как его веселье угасло.

Он посмотрел на неё, изучая её глаза и ощущая смутную тошноту, подступавшую к нутру.

— Что? — встревоженно спросила она. — Какого хера, Ник?

— Я не спал с ней, — сказал он, нахмурившись и немного изменив положение головы на руке.

Она посмотрела на него сощуренными глазами.

— Хрень собачья. Я помню...

— Я не спал с ней, Уинтер, — прорычал он, награждая её предостерегающим взглядом. — Там всё сложно, и я сейчас не хочу об этом говорить, пока мы не разберёмся с этим дерьмом между нами, ладно?

— Что? — она нахмурилась по-настоящему, привстав и оседлав его. — Почему нет, чёрт возьми?

— Потому что я не готов рассказать такое о себе, — ответил он, встретившись с ней взглядом.

— Почему нет? — повторила Уинтер, хмурясь ещё сильнее.

— Потому что мне стыдно, — сказал он, рыча жёстче. — Потому что я трус, ясно? И мне стыдно... и я ещё не готов, чтобы ты увидела меня с такой стороны.

Заметив жёсткую пытливость в её глазах, Ник отвернулся и заворчал себе под нос:

— ...Я уверен, что такими темпами ты всё равно скоро вспомнишь. Особенно учитывая, что мы практически за счёт этого и сошлись. Все остальные хотели моей смерти... все, кроме тебя.

— Тогда расскажи мне, — потребовала она.

— Нет.

Она нахмурилась, открыв рот, но Ник поднял палец, призывая молчать.

— Нет, — прорычал он. — Пожалуйста. Не проси меня об этом, Уинтер. Пока что не надо. Просто дай нам немного времени, чтобы постепенно прийти к этому, хорошо? По крайней мере, пока я не буду знать, убьёт ли нас Йи... не говоря уж о Брике или «Архангеле».

Она снова нахмурилась, всё ещё сидя на нём верхом, и её тёмные волосы рассыпались по плечам.

Халат распахнулся, открывая большую часть её тела, и Ник закрыл глаза, заставляя себя отвести взгляд и снова ощущая ту странную знакомость.

— Вот! — триумфально воскликнула Уинтер. — ВОТ ОНО!

Она показала на него, гневно скривив губы.

— В твоих глазах я похожа на неё, — сказала она жёстко. — Мириам Блэк. Я напоминаю тебе её. Может, даже сильнее, чем Даледжема, во всяком случае, в физическом плане...

— Нет! — рявкнул Ник, поворачиваясь и глядя на неё. — Нет, не напоминаешь, Уинтер.

— Хрень собачья. Что-то во мне напоминает тебе её.

Ник покачал головой, чувствуя, как его челюсти каменеют, но Уинтер продолжала говорить, повышая голос, словно опережая попытки перебить её.

— ...Я это почувствовала, Ник. Я чувствовала это и до сегодняшнего дня... но когда ты посмотрел на неё на том видео, я действительно увидела это. Я видела, как ты смотришь на неё, потом на меня... Я буквально заметила, как ты осознаешь, что во мне тебе казалось физически знакомым...

— У вас обеих тёмные волосы, — прорычал он.

Он показал на её тело взмахом пальцев.

— Ты не слепая! Ты видела, как она выглядела! У вас есть несколько поверхностных сходств, Уинтер... и что с того? Ты не Мири! Ты не напоминаешь мне её. В каком бы то ни было отношении...

— Дело не только в её волосах, Ник, — предостерегающе начала она.

— А в чём? У вас обеих большая грудь? Длинные ноги? Вы обе видящие?

Она помрачнела.

— Иди нах*й.

Ник нахмурился в ответ.

— Ты ведь этого хочешь, чтобы я это сказал, верно? Или признался? И почему бы мне не говорить это, Уинтер? Я не должен замечать то, что у меня под носом? — Ник стиснул зубы, его голос понизился до рычания. — Твою ж мать, Уинтер... я знал её десятки лет. Я не слепой, но и не полный мудак. Я не пялился на её грудь при каждой встрече, если ты в этом меня обвиняешь...

Он ощутил очередной прилив её злости.

Повернув голову, он снова сердито посмотрел на неё.

— ...И это всё равно не означает, что ты похожа на неё. Это может говорить кое-что о самых поверхностных аспектах того, что я замечаю в женщинах в физическом плане, но честно, ты вообще не напоминаешь мне Мири ни в каком значимом отношении. Вы обладаете совершенно разными...

Он снова указал на её тело, взмахнув рукой вверх-вниз.

— ...Аурами, энергиями, называй как хочешь. Точно так же, как у Мири и Даледжема были совершенно разные энергии.

Посмотрев на неё и видя злость в её глазах, Ник заставил себя выдохнуть.

— Уинтер, послушай. Я понимаю, почему ты ощущаешь в этом угрозу, но говорю тебе, это просто воспоминание. Это отголосок из памяти Джема. Вот и всё. У Даледжема были свои причины испытывать подобные чувства, бл*дь, но у тебя нет ни единого повода, понимаешь? Девяносто процентов проблемы Джема, как ты и сказала... он знал, что я предпочитал женские тела, и иногда это заставляло его комплексовать.

— И ты не скажешь мне, трахал ли ты её?

Ник вздрогнул, отворачиваясь.

Он поморщился, глядя в стену и чувствуя, что Уинтер наблюдает за ним.

На несколько секунд он почти задумался об этом.

Он почти позволил себе подумать об этом достаточно, чтобы она, наверное, уловила бы какие-то его мысли, увидела образы, сопровождавшие эти мысли, ощутила его чувства, а потом она узнала бы... она узнала бы, что он сделал. Но он отстранился, закрыв дверь за каждым проблеском эмоций, воспоминаний и выжженного в мозгу кадра того периода его жизни.

Он не хотел это помнить.

Никогда.

Когда он скажет ей (при условии, что он сам скажет ей в какой-то момент в будущем, желательно, когда они оба будут намного более уверены в их отношениях и друг в друге, а Йи в идеале умрёт или будет нейтрализован...), Ник намеревался быть пьяным.

Охереть каким пьяным.

Пьяным настолько, чтоб на ногах не держаться и отупеть чуть ли не до потери сознания.

— Нет, — прорычал он. — Не скажу. Я не скажу тебе этого, Уинтер.

Она скрестила руки на груди.

Всё ещё сердито сверля его взглядом, она открыла рот, явно намереваясь снова высказать ему...

Но тут всё её лицо изменилось.

Ник непонимающе уставился на неё.

Затем встревожился.

Затем перепугался до усрачки, бл*дь.

Уинтер подняла руки к ушам, а её рот открылся в беззвучном крике.

Глава 26. Видящим вход воспрещён

Уинтер упала, скатившись с него на кровать.

Ник мгновенно вскочил с постели.

Затем он склонился над ней, стискивая её руки, когда она начала конвульсивно содрогаться.

— Уинтер! — он пытался удержать её неподвижно, руки и голос сделались лихорадочными. — УИНТЕР! Бл*дь! Что случилось? Детка, что случилось?

Она начала кричать.

Лежа на кровати, она испустила леденящий кровь протяжный крик, её тело и конечности корчились от боли. Каждая мышца в её теле сжалась. Её кожа сделалась белой как мел. Она стискивала свою голову руками, лицо исказилось в агонии.

— НИК ПОМОГИ МНЕ НИК!

Она орала на него так, словно пыталась заглушить более громкий звук.

Ник схватил её за плечи.

Он держал её одновременно легко и твёрдо, насколько это было возможно. Он в шоке смотрел на неё, чувствуя себя совершенно беспомощным, затем вспомнил про видящих в соседней комнате.

— НА ПОМОЩЬ! — закричал он в сторону закрытой двери. — МАЛЕК! ТАЙ! ПОМОГИТЕ МНЕ! ПОМОГИТЕ! ПОЖАЛУЙСТА! ИДИТЕ СЮДА! ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИТЕ ЕЙ!

Не дожидаясь ответа, Ник попробовал дотянуться до неё через кровь.

Он открыл канал между ними.

Услышав лишь её крики, он опустил рот к её плечу и погрузил клыки в её плоть.

Уинтер застонала, но связь между ними мгновенно усилилась.

Как только это произошло, Ник осознал, что слышит не только Уинтер.

«СКАЖИ ЕМУ ПРИЙТИ. СКАЖИ ЕМУ ПРИЙТИ КО МНЕ, СЕСТРА, И Я ПЕРЕСТАНУ ПРИЧИНЯТЬ ТЕБЕ БОЛЬ...»

«ИДИ НАХ*Й!» — закричала она в ответ.

Её мысли заставили Ника подпрыгнуть.

Её разум, её мысли, её присутствие, всё это было таким близким, таким громким, вибрировало таким разрядом, что Ник крепче стиснул её руками. Он ощущал в ней столько отчаяния, что прильнул к ней, склонившись над её телом.

Он никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным.

«ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ! — закричала она, обращаясь к разуму другого видящего. — ПОЖАЛУЙСТА ПОЖАЛУЙСТА ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ ПОЖАЛУЙСТА! НЕ ЗАБИРАЙ ЕГО У МЕНЯ! НЕ ЗАБИРАЙ МОЕГО СУПРУГА ОТ МЕНЯ БРАТ! Я ТЕБЕ НЕ ПОЗВОЛЮ...»

«Я НЕ НАВРЕЖУ ЕМУ, СЕСТРА. ОТПРАВЬ ЕГО КО МНЕ, ИНАЧЕ Я СОТРУ ТВОЙ ЧЕРЕП В ПОРОШОК. НЕ ЗАСТАВЛЯЙ МЕНЯ УБИВАТЬ ТЕБЯ... Я НЕ ХОЧУ УБИВАТЬ ТЕБЯ...»

Ник услышал достаточно.

«ПРЕКРАТИ! — закричал он через кровь Уинтер. — Я ПРИДУ! СКАЖИ МНЕ, КУДА ИДТИ, ДМИТРИЙ! ОТПУСТИ ЕЁ! НЕМЕДЛЕННО! ОТПУСТИ МОЮ ЖЕНУ!»

Воцарилось молчание.

Внутри этого молчания змеилось присутствие.

Хуже того, Ник до сих пор слышал крики в этом пространстве.

Он слышал, что Уинтер кричит, пытается спорить с ним.

Он чувствовал, что Йи удерживает её, продолжая причинять ей боль.

Ника затошнило ещё сильнее, когда он осознал, что слышит крики других людей, другие голоса и присутствия, не только Уинтер и не только самого Йи. Он слышал Тай. Он слышал Малека. Он слышал крики из соседней комнаты, где Кит звала его на помощь, а на фоне раздавались голоса Джордана и Морли.

Ник готов был поклясться, что слышал кого-то ещё.

Он чувствовал кого-то со стороны Йи, не считая Уинтер, Тай, Малека, не считая голосов в соседней комнате... кого-то, чей голос до ужаса походил на Лару Сен-Мартен.

«ПРЕКРАТИ ЭТО, ДМИТРИЙ!»

Ник всё ещё орал эти слова через её кровь, всё ещё реагировал на крики, которые эхом отражались в его голове, вибрировали в воздухе, заставляли стискивать зубы. Он продолжал нависать над телом Уинтер, стискивать её в объятиях, словно защищая, и гортанно рычать.

«Я ПОЙДУ КУДА УГОДНО, — швырнул Ник в видящего. — ПРЕКРАТИ ПРИЧИНЯТЬ ВРЕД МОИМ ДРУЗЬЯМ. ПРЕКРАТИ ПРИЧИНЯТЬ ВРЕД МОЕЙ ПАРЕ. Я ПРИДУ. Я ПРИДУ ПРЯМО СЕЙЧАС, ДМИТРИЙ. ПРОСТО СКАЖИ МНЕ, КУДА. СКАЖИ МНЕ, КУДА ТЫ ХОЧЕШЬ МЕНЯ ПРИВЕСТИ».

Он услышал крик Уинтер.

Он говорил себе, что она слишком не в себе, чтобы выдавить слова, и всё же какая-то часть Ника слышала, как она умоляет его, просит не уходить. Он говорил себе, что выдумывает и не может её слышать.

Он говорил себе, что не слышит ничего.

Вокруг Йи, вокруг видящего-телекинетика, была полная тишина.

И эта тишина, казалось, сгущалась по мере того, как утекали секунды.

Затем Ник ощутил согласие видящего.

Когда мысли Йи раздались в следующий раз, они ощущались спокойными, почти умиротворёнными.

«Ладно, Ник, — сказал ему Дмитрий. — Приходи в Тауэр и встреть меня в первом дворе. Мы будем ждать».

Ник увидел образ в своём сознании.

Картинка обрела трёхмерные детали и сделалась даже отчётливее фотографии.

Ник чуть ли не ощущал запахи.

Он нахмурился, увидев высокие стены, полированные кирпичи, каменные дворики.

Это выглядело... знакомым.

Но опять-таки, знакомость происходила из другого времени, другой жизни. Он знал, что это за здание, и даже как оно называлось, но Ник был небезосновательно уверен, что никогда там не бывал. Он определённо не бывал там в то время, когда была построена Охраняемая Зона.

«Ты видишь, Ник? Ты понимаешь?»

Ник кивнул. «Да. Я вижу».

«Хорошо, брат. Это хорошо. О, и Ник?»

Йи помедлил, его мысли повисли в пространстве.

Ник осознал, что эти мысли были мелодичными, почти как вампирское внушение.

«Захвати своего прародителя, Ник. Захвати своего прародителя и всех его друзей, которые захотят прийти. Мне это очень понравится...»

Ник нахмурился, собираясь ответить...

...но изображение исчезло вместе с присутствием видящего.

— Нет, — прорычал Ник.

Он закончил застёгивать брюки спереди, заправил рубашку и подошёл к шкафу. Ранее он убрал туда кобуру и пистолет, которые имел при себе на самолёте. Теперь он схватил их с полки и надел кобуру на плечи, не доставая оттуда оружие.

Он чувствовал, что Уинтер позади него молча кипит.

Он также чувствовал её страх.

Он ощущал, как раскалывается её голова, какую боль она до сих пор испытывает, и его челюсти сжались от ярости. Он чувствовал, что она пытается скрыть это от него через кровь, но ей не удавалось. Она мучилась от того, что сделал Йи, и боль была настолько сильной, что Уинтер тошнило, и она наполовину ослепла от пульсации в голове и хотела просто полежать на полу.

Он слышал, что её сердце до сих пор бьётся слишком сильно.

Он слышал, что она дышит слишком часто.

Он чувствовал, как сильно её тошнит.

— Он сломал что-то в тебе, — прорычал Ник, оборачиваясь через плечо, чтобы сердито посмотреть на неё. — Штуки видящих. Верно? Как он сделал с Тай в той комнате охраны под музеем. Бл*дь, он навредил тебе, Уинтер... я это чувствую. Он, наверное, сломал каждую чёртову структуру в твоём живом свете.

Уинтер прикусила губу, сердито глядя на него в ответ.

— Уинтер?

Она ему не ответила.

Сердито покачав головой и стиснув зубы, она лишь гневно смотрела на него, и её сине-зелёные глаза содержали в себе то твёрдое, непреклонное выражение, которое Ник знал, хоть оно и разъяряло его.

— Нет, — прорычал он. — Исключается, бл*дь. Если ты думаешь, что я не прикую тебя наручниками к предмету мебели и не внушу остальным охранять тебя, то подумай ещё раз, жена.

Её челюсти сжались ещё сильнее.

— Мы все должны пойти, — рявкнула она. — Это включает меня. И Джордана, и Морли, и Кит...

— Исключается, — Ник с грохотом захлопнул дверь, приложив больше силы, чем требовалось, затем хмуро посмотрел на неё. — Исключается, бл*дь, Уинтер. НЕТ. Ты не понимаешь? Брик приведёт бл*дскую армию. Тебе не нужно быть там. Ты едва можешь стоять.

— Тогда и тебе туда не нужно! — рявкнула она, игнорируя последнюю часть. — Тебе тоже не «нужно» быть там, Ник!

— Вот только он практически потребовал, чтобы я пришёл, — прорычал в ответ Ник. — Он чуть не убил тебя, приказывая мне прийти. Он не сказал тебе прийти. Или девочке. Или Деймону или Джеймсу. Или Кит. Зачем, чёрт возьми, нам рисковать теми, кто не обязан быть там? И какой вообще от вас будет толк?

Злость в её глазах превратилась в холодную ярость.

— Ты не убережёшь меня, оставляя здесь! — взорвалась она. — Ты вообще обратил внимание, что случилось только что? Он мог убить меня, Ник. Он мог бы убить меня, не вставая с чёртова дивана. Он мог убить меня, смотря один из твоих чёртовых вампирских боёв по сети... лакомясь бутербродом... получая минет...

— Я понимаю.

— Понимаешь ли? Тогда почему ты думаешь, что если я останусь здесь, это меня защитит? Не защитит. Но вот если ты не пойдёшь, это защитит тебя. Он явно не мог добраться до тебя напрямую. Он вынужден был действовать через меня, чтобы добраться до тебя, потому что он не мог достать тебя напрямую...

— Вот именно! — прорычал Ник, полностью разворачиваясь к ней, и его клыки удлинились. — Если бы не я, он бы не навредил тебе. И Брик тоже не хочет твоего присутствия. Он думает, что ты будешь отвлекать меня... и в кои-то веки он прав.

Ник связался со своим прародителем сразу же, как только убедился, что Уинтер в норме.

Он не мог рисковать и позволять Йи снова напасть на них после того, что он сказал про время.

Он услышал там угрозу.

Он знал, что Йи без колебаний убьёт Уинтер... убьёт девочку, Мэла или даже Джордана, Морли, Кит, если это принесёт ему желаемое.

Когда Уинтер сердито посмотрела на него, скрестив руки на груди, Ник подавил импульс снова наорать на неё, затем отвёл глаза, осознав, что ссора с ней лишь затянет процесс. Какая-то часть его спорила потому, что не хотела оставлять Уинтер.

Он пошёл к раздвижным дверям и раскрыл их, впуская более яркое освещение основной комнаты в спальню позади него.

Он уставился на сцену перед собой и почувствовал, как что-то в его нутре похолодело.

— Они в порядке? — спросил он низким голосом.

Джордан и Морли подняли взгляды вместе с Кит.

Все трое были бледными и склонились над Малеком и Тай. Оба видящих выглядели белыми как простыни, а у Малека, похоже, шла кровь носом. Морли прикладывал к его лицу влажное полотенце, и белая ткань наполовину пропиталась красным.

— Не знаю, — сказал Морли; его голос и лицо оставались мрачными. — Они живы. У обоих случились какие-то конвульсии. Типа судорожного припадка.

Его взгляд скользнул к дверному проёму позади Ника, где стояла Уинтер, подвязавшая халат поясом на талии.

— Что с ней? — спросил Морли, всё ещё глядя на Уинтер. — То же самое?

— Да, — прорычал Ник. — Он выводил из строя наших видящих.

Ник глянул на Уинтер, невольно помрачнев, когда она вернулась в комнату и закрыла за собой деревянные двери. Он чувствовал её через кровь. Он ощущал её намерение одеться, набросить ту одежду, которую она купила внизу в бутике.

Он также чувствовал её злость на него и её решительность.

Она даже сейчас собиралась попытаться отправиться с ним.

Всё ещё хмурясь, Ник перевёл взгляд на Морли.

— Эти двое наверняка перенесли то же самое, что и Уинтер, — жёстко сказал он. — Йи хочет, чтобы я встретился с ним. Вместе с Бриком... и остальной Белой Смертью.

— Ты же на самом деле не пойдёшь?

Это уже вклинился Джордан с неверием в голосе.

Когда взгляд Ника метнулся к другому человеку, лицо Джордана исказилось от злости.

— Ты же не серьёзно, мужик, — сказал Джордан. — Зачем тебе идти на встречу с ним после такого?

— Потому что он чертовски ясно дал понять, что в противном случае убьёт мою жену, — прорычал Ник.

Джордан вздрогнул.

Прокрутив свои слова в голове, Ник осознал, что тот вздрогнул скорее из-за того, как Ник назвал Уинтер, а не из-за угрозы Йи убить её.

Отбросив это в сторону, он пошёл к двери и шкафу рядом.

Он переложил оставшиеся патроны и второй пистолет в карманы нового бронированного плаща, который дал ему один из людей Брика, затем достал новые носки и антигравитационые ботинки, которые сохранились у него, несмотря на то, какими грязными, вонючими и сырыми они стали от океанской воды на самолёте.

Ощупывая их и шагая к ближайшему дивану, Ник сел и начал надевать носки.

В этот момент двери спальни открылись, и вышла Уинтер, теперь уже полностью одетая и обутая.

Он не смотрел на неё, но чувствовал, как она подходит к дивану.

Когда Ник наконец позволил себе перевести взгляд, Уинтер склонилась над Тай.

Она потрогала лоб девочки, потом проверила пульс.

Что-то в выражении её лица сказало Нику, что она пытается поговорить с Тай с помощью своих способностей видящей, но ей не удаётся.

«Конечно, не удаётся, Ник, — послала Уинтер через кровь. —Она ещё не оправилась от прошлого раза, когда Йи уничтожил её структуры».

«То есть, мы знаем, что он боится её, — подумал Ник в ответ, хмыкнув и натягивая первый сырой ботинок. — Это необязательно плохо».

«Плохо, если он убьёт её», — подумала Уинтер, поворачивая голову, чтобы наградить его гневным взглядом.

Ник посмотрел ей в глаза, затем пожал плечами, признавая её правоту.

«Ты останешься с ними? — настороженно подумал он в её адрес. — Ты позаботишься о них, Уинтер».

«Как и подобает хорошей женщине?» — сердито парировала она.

— Нет, — прорычал он вслух. — Нет, чёрт возьми. Потому что здесь ты действительно поможешь мне. А там ты не будешь для меня полезным активом.

— Да я нигде не являюсь для тебя полезным активом, если верить твоим словам, — огрызнулась она.

Джордан и Морли посмотрели на Ника, затем на Уинтер, затем обратно на Ника.

Джордан выглядел в основном сбитым с толку. Морли, похоже, имел представление о происходящем, но не желал озвучивать свои мысли. Хмуро глянув на старшего детектива, Ник решил не втягивать его, хотя отчасти ему хотелось уйти от темы, рявкнув на него вместо самой Уинтер.

Он заставил себя посмотреть на свою пару.

«Я поступаю так не потому, что ты женщина, Уинтер. Я поступаю так потому, что ты не вампир...»

«А значит, он с меньшей вероятностью убьёт меня, — парировала она в его голове. — У него пунктик на вампиров, Ник. Помнишь? Не на видящих».

«Вот только его людям также нравится убивать гибридов», — прорычал Ник.

«Йи сказал, что это не в его духе, — сердито подумала она в его адрес. — И ты цепляешься за соломинку, Ник. Ты не хочешь, чтобы я пошла с тобой».

«Конечно, я не хочу, чтобы ты пошла со мной! — раздражённо послал он. — С чего бы, бл*дь, мне хотеть, чтобы ты пошла?»

«Потому что я могу тебе помочь! Я видящая!»

«Видящая, которую только что лишили всех её способностей», — напомнил он ей.

«И что?»

— И то, что в таком состоянии ты бесполезна, Уинтер, — прорычал он, вставая на ноги и нажимая сенсор на втором ботинке. — Ты хуже, чем бесполезна, бл*дь! Я всё время буду беспокоиться о тебе... и Йи прекрасно это знает!

Воцарилось молчание.

Ник остро осознавал, что Кит, Морли и Джордан уставились на него.

Малек и Тай теперь тоже сели. Малек прижимал влажное полотенце к лицу, и его разноцветные глаза моргали, пока он пытался прийти в себя.

Ник уже поворачивался к двери, игнорируя исходившую от Уинтер ярость, пока она провожала его глазами, но тут провидец позвал его.

— НИК!

Ник застыл, затем повернулся, будучи всего в паре метров от двери гостиничного номера.

— Что такое, Мэл? — спросил он, когда мужчина-видящий не продолжил.

— Он не тот, кем ты его считаешь, Ник, — сказал Малек, и его голос вернулся к нормальному спокойному тону. — До того, как он ударил меня... до того, как он ударил нас обоих... я почувствовал это. Ты ошибаешься. Он не тот, кем ты его считаешь.

Провидец поколебался, глянув на Уинтер, затем обратно на Ника.

— Я согласен с тобой, — сказал он, виновато покосившись на Уинтер. — Нам лучше подождать тебя здесь. Но не беспокойся об этом. Не волнуйся. Всё хорошо.

Ник нахмурился, уставившись на него.

Он собирался заговорить, когда в его гарнитуре раздался голос.

— Наоко? — проурчал его прародитель ледяным тоном. — Мы в лобби.

— Уже иду, — сказал Ник, говоря вслух и для Уинтер, и для Брика.

Он глянул на неё, затем на своих друзей.

В итоге он посмотрел на Малека в упор.

— Чувак, — сказал он, и вновь послышался его двухсотпятидесятилетний калифорнийский акцент. — Я не имею ни малейшего бл*дского понятия, о чём ты говоришь... и у меня нет времени разбираться.

Далее он посмотрел на Уинтер.

— Я люблю тебя, — ворчливо сказал он.

Когда она лишь нахмурилась, Ник показал на Мэла.

— Попробуй, вдруг тебе удастся разобраться, что пытается сказать наш мальчик с видениями... если ты сможешь распутать этот бред, я куплю тебе ужин сегодня вечером. В любом ресторане, в котором ты захочешь. Главное, не утаивай это, если в итоге это окажется тем, что мне нужно знать...

Видя, как она хмурится, он продолжил прежде, чем она успела заговорить.

— ...Мы должны слышать друг друга через кровь, — добавил он, стараясь игнорировать ярость, нараставшую в её глазах. — Как минимум, на протяжении первого часа... будем надеяться, даже дольше, — Ник показал на своё ухо. — Я буду держать открытым канал в гарнитуре, так что все вы сможете слышать и видеть всё происходящее, в том числе и то, что, чёрт возьми, планирует Белая Смерть.

Ник неопределённым жестом указал на монитор.

— ...Выведите изображение туда. Закажите пиццу. Кит должна без проблем направить сигнал. Я послал им всем адрес канала, который ты мне дала, ребёнок, — добавил он, глянув на Кит. — Он должен сохраниться в ваших приватных сообщениях на гарнитурах. Кит поможет вам получить доступ.

Кит моргнула, затем кивнула, посмотрев на Уинтер и обратно на Ника.

— Ладно, — сказала она, выдыхая. — Ага. Ладно. Это должно быть защищённым. Сомневаюсь, что люди Йи нашли тот канал.

Ник один раз кивнул, признавая её слова.

Он посмотрел обратно на Уинтер.

— Прости меня, — сказал он совершенно искренне. — Мне действительно нужна твоя помощь. Я повёл себя как мудак, сказав такое, — помедлив, он добавил: — Мэл, наверное, с большей вероятностью сохранил какие-то способности видящего, поскольку из вас двоих он самый причудливый. Если вы сможете сказать хоть что-нибудь, что мне может помочь, дайте знать.

Выдохнув, он добавил:

— Я не имею ни малейшего понятия, что планирует Брик, но он не дурак. Он не станет просто входить в ловушку, устроенную видящим-телекинетиком, и ждать, когда его поджарят.

Ник бросил на Уинтер мрачный взгляд.

— Брик также является почти социопатом. Может, не в полном смысле слова, но во всех практических отношениях. Насколько мне известно, все, кого он действительно любил, уже мертвы. Его пара умерла много лет назад. Его прародитель был убит Блэком. Его брат, которого он обратил, умер в войне. У Брика не осталось никого, если не считать меня и нескольких более старших детей крови. Они не имеют рычага давления на Брика в том плане, в котором Йи может манипулировать мной через вас всех.

Ник оглядел собравшихся, всматриваясь в лица, в том числе глянув на Морли, Джордана, Кит, двух видящих.

Он помедлил на Тай, по-настоящему посмотрев на неё.

Бедный ребёнок. Она выглядела вымотанной и слишком взрослой для своих лет.

Он снова задался вопросом, как, чёрт возьми, они с Мэлом вообще попали сюда, как сюда попал Йи, как все они здесь очутились. На этой версии Земли дела обстояли не очень хорошо, поскольку все видящие ушли. Для Ника всё было практически ужасно, а ведь он даже не видящий.

Он честно не мог представить, зачем они захотели вернуться сюда, учитывая все факторы. Он не мог вообразить, зачем кто-то захотел бы оставить здесь своих детей.

При этой мысли он перевёл взгляд на Уинтер, оценивая её выражение.

Она продолжала смотреть на него, скрестив руки поверх чёрной облегающей кофты с длинными рукавами — кофты, которая прикрывала следы его укусов, но в то же время подчёркивала её фигуру даже сильнее, чем чёртов халат. Она до сих пор выглядела сердитой, но Ник видел, как она глянула на монитор, затем на Кит, затем обратно на него, хмурясь, осознавая его слова и, может, понимая, что он не отрезает её так, как она думала.

Он чувствовал, как её злость начинает самую чуточку рассеиваться, когда это понимание отложилось в голове, хотя она не хотела переставать злиться.

Она хотела сердиться на него. Она хотела, чтобы он был неправ.

Но какая-то часть её неохотно признавала его логику, и это ещё сильнее злило её.

Ник чувствовал, что она колеблется и пытается решить, на каком варианте остановиться.

Ник не хотел видеть, как будет развиваться эта битва.

Он знал, что довольно скоро узнает это.

Повернувшись к двери, он прямиком подошёл к ней и открыл.

Он вышел, не позволив себе ни разу обернуться.

Глава 27. Связанные кровью

— Бл*дь, лучше бы у тебя имелся план для этого, — проворчал Ник.

Он взял винтовку, которую протянул ему один из крупных вампиров, мужчина с выбритыми по бокам волосами и хаотичной колючей копной на макушке, уложенной гелем. Ник знал, что он наверняка выбрил часть волос, чтобы были отчётливо видны две татуировки с мечами-ханджарами по бокам его головы. Они теперь сверкали и сияли, переливаясь органическими элементами.

Ник мрачно посмотрел на мерцающие серебристо-золотые мечи, затем сердито глянул на своего прародителя.

— Я только что пообещал своей жене, что это не суицидная миссия, — прорычал он. — Ты сделаешь меня бл*дским лжецом, Брик?

Старший вампир удивлённо покачал головой, откидываясь на сиденье внутри армейского лимузина или чем, чёрт возьми, была эта машина. Сиденье походило на натуральную кожу.

Чёрт, да оно пахло натуральной кожей.

Ник понятия не имел, зачем Брик оборудовал подобный автомобиль таким редким товаром, но он также понимал, что Белая Смерть богата до абсурда, учитывая их контроль над чёрными рынками.

Брик мог бы сделать это просто потому, что у него имелась такая возможность.

В любом случае, зная его, он много ездил в бронированных автомобилях. Даже задолго до появления Йи для Белой Смерти было нормой иметь врагов.

— Ты весьма долго отсутствовал, маленький брат, — сказал Брик. — Мы неплохо обновили ассортимент оружия с тех пор, как ты в последний раз участвовал в операциях.

— В смысле? — Ник сердито посмотрел на него. — Ты же понимаешь, что с ним будет его армия зомби? Не говоря уж о том, что он чёртов телекинетик... и может переломить нам хребты с расстояния сотен метров. Он мог только что убить мою жену. И моих друзей.

— Успокойся, брат, — мягко сказал Брик, поднимая ладонь. — Всё под нашим контролем. Нам нужно было лишь найти его. К счастью, он нашёл нас... или, точнее, тебя.

Брик сощурился, произнося последнюю часть фразы.

Он критическим взглядом осмотрел Ника, поджав губы.

— Почему он так помешан на тебе, Наоко? — спросил Брик после этой паузы. — Ты знаешь? Ну то есть, я понимаю, что ты одолел его в том хранилище, но его интерес кажется... чрезмерным. Или он не может забыть очаровательную Уинтер, как думаешь?

Ник нахмурился.

— Уинтер гибрид, — ворчливо сказал он. — Наверное, он хочет заполучить Тай. Или Малека.

Когда он посмотрел Брику в глаза, губы вампира легонько дрогнули.

Поняв, что Брик раскусил его ложь, Ник пожал плечами.

— Может, дело в Уинтер, — признался он. — Если честно, может, и во мне. Думаю, на Уинтер он тоже зациклился... и он наверняка хочет завербовать Тай и Малека, — помедлив, Ник посмотрел на Брика. — Но если ты хочешь услышать моё настоящее и честное мнение, то я думаю, что у Йи какие-то проблемы со мной. Серьёзно, дело в Мири. И в его отце, кем бы он ни был. Ты слышал его на самолёте... он утверждает, что Блэк и Мири — не его родители, но если честно, я сомневаюсь. Здесь что-то реально странное, бл*дь.

— Ах, — губы Брика снова дёрнулись.

Нахмурившись, Ник открыл рот, но Брик поднял руку.

— Я не выражаю сомнение. Я верю тебе. Более того, я с тобой согласен... и доволен, что ты честен со мной в этом отношении, Ник.

Слегка нахмурившись, Ник решил проигнорировать это, глядя в окно.

Они ехали по стеклянному туннелю, направляясь к реке.

Ник едва узнавал очертания горизонта Лондона через стекло.

— Так каков план? — пробормотал он. — Пожалуйста, скажите мне, что он у нас имеется.

Никто ему не ответил.

На самом деле, Ник этого и не ожидал.

Когда он обвёл взглядом вампиров из Белой Смерти, они сосредоточились исключительно на оружии в своих руках. Их глаза хрустального цвета, которые как минимум наполовину окрасились алым, сфокусировались на пистолетах и пулях, ножах и взрывчатке, лица оставались мрачными, губы поджались поверх удлинившихся клыков.

Ник честно не знал, успокаивало это его или нет.

Он знал, что оружия будет недостаточно. Клыков будет недостаточно.

Только не против кого-то вроде Йи.

Он собирался спросить, когда Брик наклонился и поманил Ника.

— Иди сюда, мой юный брат.

— Не такой уж я и юный, — прорычал Ник, невольно раздражаясь, хотя и понимал, что по большей части это вызвано нервозностью.

— Всё равно, — сказал Брик, и глазом не моргнув. — Мне нужно твоё запястье.

Ник поколебался, глядя на него.

Он окинул взглядом остальных и осознал, как высока вероятность, что они уже связаны кровью. Он осознал, что это, возможно, не худшая идея... хоть и понимал, что это выбесит Уинтер. Что более важно, это легко может ослабить связь крови с ней или, как минимум, всё станет более людным и менее приватным.

— Наоко, — тон Брика сделался отрывистым. — Это не была просьба.

Ник издал лёгкое гортанное рычание, но протянул руку.

Он видел в этом логику, хоть его и раздражала бесцеремонная напористость.

Он смотрел, как его прародитель погружает свои клыки в его запястье.

Он тут же ощутил реакцию Уинтер.

«О НЕТ, чёрт возьми...» — услышал он её мысли.

«Детка, успокойся. Нельзя сказать, что у меня был выбор», — пробормотал он в её адрес.

«Нет, — разум Брика проступил в сознании Ника, присоединившись к разговору. — Определённо не было. Выбора, имею в виду. Очевидно, — он передал своеобразный весёлый взмах рукой через кровь. — И приветствую, мисс Джеймс! Или теперь уже миссис Танака? Вы оба ощущаетесь просто очаровательно...»

«Отъе*ись, — рявкнула она на Брика. — Вы не можете просто надеть гарнитуры? Как нормальные люди, чёрт возьми? И держи свои лапы подальше от Ника... я серьёзно, Брик».

Брик усмехнулся — и вслух, рядом с Ником в лимузине-хаммере, и в сознании Ника. Вампир стиснул волосы Ника, поцеловал в щёку, а потом погрузил клыки в его шею и стал пить ещё глубже, укрепляя связь.

На сей раз Ник почувствовал в другом вампире желание, а его свободная рука нашла дорогу к паху Ника.

«НЕТ», — рявкнула Уинтер.

Ник уже убрал руку Брика, сам зарычав от раздражения.

Он также чувствовал, что это ни капли не умиротворило Уинтер, но тут уже ничего не поделаешь, оставалось терпеть.

Брик, игнорируя это всё, запоздало ответил на предыдущий вопрос Уинтер.

«Гарнитуры у всех нас тоже будут, дорогая миссис Танака, — снисходительно подумал он в её адрес. — Однако учитывая суть человеческих технологий, лучше перестраховаться. Внедрить запасной вариант. Разве вы не согласны? Видящие могут поколдовать над человеческими машинами. За годы они не раз показали себя умельцами в данной сфере. К счастью, они ничего не могут поделать со связью крови... и я не могу рисковать, вдруг у нас не останется времени на корректировку планов, если что-то пойдёт не так».

Ник нахмурился, глядя на других вампиров в машине.

Присутствие Брика было таким громким, что Ник до этого мгновения и не осознавал, что он связан с ними всеми.

Он начал ощущать разные вещи от других вампиров; некоторые раздражали его, другие успокаивали.

Он знал, что хотя бы отчасти это вызвано знакомостью данных ощущений.

— Ты спрашивал о нашем плане, Наоко, — сказал Брик, заговорив вслух. — Само собой, ты должен понимать, что я не могу рассказать тебе его из-за связи с твоей парой... до тех пор, пока не будет стопроцентной гарантии, что твоя осведомлённость не подвергнет риску исход.

Ник нахмурился.

Ну конечно. Всё, что он скажет Нику, теперь потенциально может дойти до Уинтер и тем самым до Йи. Так что теперь Брику не нужно что-либо ему сообщать.

— Ну очень удобно, бл*дь, — пробормотал он.

Брик лукаво улыбнулся, усмехаясь и качая головой.

Нахмурившись при виде этого снисходительного выражения, Ник открыл рот, собираясь парировать в ответ, когда...

Чёрная машина плавно остановилась.

Ник глянул в окно, осознав, что они добрались до места назначения.

Его брови медленно поползли вверх, когда он увидел происходящее за затемнённым стеклом.

Поначалу не было ничего примечательного, кроме непривычности старинной архитектуры. Чуть в стороне от дороги стоял замок, находившийся среди города из стекла и металла. За время их поездки небо потемнело, и теперь замок окутался тенями и выглядел каким-то творением из сказок или ужастиков с пыточными камерами и злобными королями из тех времён, когда люди ценились ещё меньше, чем сейчас.

Слева от себя Ник заметил электрические рельсы, странно контрастировавшие с каменными парапетами.

Он посмотрел на каменный вход прямо перед ним, который находился перед внешним краем того, что раньше было рвом и располагалось между дорожкой и высокой каменной стеной. По увиденным картам Ник знал, что это их путь внутрь.

Чем дольше Ник смотрел туда, тем сильнее становилась его нервозность.

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить, что его беспокоило, и на что он реагировал.

Затем он осознал.

Люди.

Где все люди, чёрт возьми?

Видимые части земель полностью пустовали, там не было ни единого человека, вампира или видящего. Ник не видел никого возле рельсов, на дорожке, на травянистых газонах, на стенах возле старого рва или где-то ещё.

Никаких туристов, никаких охранников, никаких собачников, выгуливавших своих питомцев.

Поначалу его глаз не улавливал вообще никакого движения.

Потом Ник проследил за вороном, слетевшим с закупоренной пушки, которая охраняла переднюю часть каменной стены, покрытой травой и какими-то тёмными цветами.

Видеть настоящую птицу было странно, особенно когда она таких размеров.

Но видеть её там, где никакие люди не останавливались, не таращились, не пытались её сфотографировать, или погладить, или записать её движения и звуки, было совершенно абсурдным.

Осмотревшись по сторонам, Ник заметил, что по другой стороне улицы проезжают машины, но большинство из них являлись беспилотными, а на соседних полосах возле них никого не было. Он не видел ни одного лица через затемнённые односторонние окна, не заметил ни единого признака жизни, кроме сверкающего металла и стекла.

Ни одно транспортное средство не притормаживало здесь.

Никто не выглядывал, чтобы уставиться на строй чёрных машин, остановившихся перед пешеходной дорожкой, которая вела к стенам Тауэра.

Когда вампиры начали выходить из данной машины, Ник подождал, позволяя Брику и сидевшим рядом с ним выйти первыми.

Он вспомнил про гарнитуру и включил её.

После небольшой паузы он активировал и аудио, и видео. Он сделал сигнал двусторонним, так что если его друзья попытаются заговорить с ним, он это увидит.

Вампиры вскоре выбрались, и вот уже здоровяк позади него пихал Ника в плечо. Ник обернулся, собираясь послать его, но увидел Гектора, который улыбнулся и дружелюбно подтолкнул его. Кивнув здоровенному мужчине, Ник сделал вдох и скользнул вперёд по кожаному сиденью.

Он выбрался через заднюю дверцу и посмотрел на зелёный газон.

Очутившись вне затемнённых окон, Ник остановился и хмуро уставился на участок травы.

Целую секцию территории перед замком покрывали тёмные, кроваво-красные маки.

Они спускались с окон башни струящимися, похожими на водопады узорами, словно стены замка кровоточили из окон и парапетов.

— Какого чёрта? — пробормотал он.

Никто из вампиров не потрудился объяснить.

Никто из вампиров даже не смотрел на него, за исключением Гектора.

Подняв винтовки, они пошли по мощёной дорожке вдоль рва, который теперь заполнился зелёной травой и такими же тёмно-красными маками.

Ник осознал, что формально солнце ещё не село, но они все вышли без зонтиков в тени, казалось, не заботясь о том, что в любой момент облака могут расступиться, и солнце снова покажется.

Затем Ник услышал это.

Странный металлический стон, где-то высоко над ним в небе.

Ник посмотрел вверх.

Сделав это, он осознал, что небо вовсе не затянуто тучами.

Это не облака заслоняли ему солнце — это было здание.

Как будто сделанное полностью из сине-зелёного стекла, странное здание сплеталось и извивалось причудливыми формами над их головами, расположившись точно над всей территорией Лондонского Тауэра. Оно держалось на шести толстых и изгибающихся стеклянных ногах, как какое-то насекомое в синем янтаре. Нижняя часть постройки оставалась открытой до высоты примерно в двадцать метров, а дальше начиналась верхняя часть, которая смыкалась над их головами, словно мостом соединяя ноги и превращаясь в нечто, более напоминавшее обычное здание.

Они оставили Тауэр на прежнем месте.

Они просто воздвигли новые здания вокруг него.

Более того, в данное время суток вся территория погружалась в тень.

Йи выбрал комфортное для вампиров место.

— Как... вежливо, — пробурчал Ник.

— Ты идёшь, брат?

Ник повернулся, увидев черноволосого вампира с мечами-ханджарами, который стоял там, держа винтовку на плече.

Осознав, что Брик и остальные ушли на десять с лишним метров по дорожке, Ник кивнул и последовал за ними.

Он сказал себе, что уже поздно отступать.

«Нет, не поздно, — прорычала Уинтер, и её мысли громко кипели на фоне. — Если их план — дерьмо, я хочу, чтобы ты немедленно тащил свою задницу сюда, Ник. Немедленно».

Ник услышал, как Брик и другие вампиры усмехнулись, и смотрел, как они обмениваются улыбками и понимающими взглядами.

«Моя дорогая миссис Танака, — подумал Брик в её адрес, и его присутствие состояло из смеси веселья, ласки и, возможно, закатывания глаз. — Наш план — далеко не «дерьмо». Я прожил так долго, пережив войну, где половина участников хотела моей смерти, пережив её последствия, где все люди желали меня поработить.. или посадить в тюрьму... или стереть мне весь разум и пытать... не для того, чтобы войти в очевидную ловушку и умереть от рук видящего. Но вы можете и дальше отвлекать своего супруга от психопата с телекинезом, моя дорогая... не сомневаюсь, он это оценит...»

Ник помрачнел, глядя в спину Брика.

Вампир обернулся через плечо и подмигнул ему.

Ник подумывал послать его к чёрту и уйти, как хотела Уинтер. Он подумывал потребовать, чтобы они объяснили ему план немедленно, иначе он уйдёт.

В итоге он ничего не сказал.

Как он и подумал ранее (и как он чувствовал в данный момент), шанс уже упущен.

Они уже приближались к главным воротам.

Глава 28. Линейная слежка

Ник шёл за Бриком и остальными, чувствуя, как волоски на его шее встали дыбом, когда они пересекли мостик между рвом и входом в башню.

Как и Брик, как и Уинтер... как и все они... Ник знал, что они идут в ловушку.

Он чувствовал, что остальные вампиры осознают этот факт, и это вибрирует в общей связи крови, заставляя их нервозность накатывать и спадать коллективно, как прилив при луне.

Ник осознал кое-что ещё, когда посмотрел на каменную арку, проходя мимо стеклянной будки проверки билетов, где не было билетёра.

Йи сказал, что Нью-Йорк был лишь началом.

Он угрожал восстаниями по всему миру.

Теперь он на свободе, так к чему тогда эти пустые рассуждения?

«А ты как думаешь, почему я не хотела пускать тебя туда, Ник?» — пробормотала Уинтер.

«Я не о себе беспокоюсь», — проворчал он.

«Ну да, ничего нового, — мысли Уинтер были раздражёнными. — Ник. Он хочет убить вампиров. Не других видящих. И даже не гибридов. Сколько раз ему нужно повторить это, чтобы ты поверил ему?»

Воцарилось молчание.

В это время Ник обдумывал слова Уинтер.

Если честно, он и не осознавал этого, пока Уинтер не сформулировала всё таким образом, но правда в том, что Ник не верил Йи. Он видел его записи. Он смотрел бесконечные речи, псевдонаучные размышления и болтовню о генетике, о том, что «естественно», а чего не должно существовать.

Правда в том, что Ник не видел, будто дерьмо про «полулюдей» было лишь прикрытием. Он не верил, что Йи так не считал, или что он использовал такую риторику, чтобы скрыть зацикленность только на вампирах.

Он не верил Йи.

Йи хотел покончить и с гибридами тоже.

Он хотел стереть всю «неестественную» разбавленную кровь.

Это не гипербола и даже не циничное выражение.

Йи действительно верил в это.

«Он мог убить меня, — напомнила Уинтер. — Он мог убить всех нас троих, Ник. Тай. Малека. Меня».

«Тай и Малек чистокровные», — подумал в ответ Ник.

«Ну и что? Я не чистокровная».

«А может, и чистокровная, — мысли Брика раздались между ними, содержа явный интерес. — Может, он знает что-то, что неизвестно тебе, дорогая Уинтер».

В этот раз молчание ощущалось более напряжённым.

Ник почувствовал, как его челюсти сжались. Он хотел поспорить с Бриком. Он хотел рявкнуть, чтобы тот отвалил нахер, и Уинтер знала бы, ведь она в курсе, кто её чертовы родители... но правда в том, что Ник не знал со стопроцентной точностью.

Он мало что знал об Уинтер и её семье.

Размышляя над этим и над гибридами в целом, Ник вспомнил кое-что ещё.

«Нет, — разум Брика вмешался с жёстким предостережением. — Не думай об этом сейчас, Наоко. Не здесь. Мы слишком близко».

Ник ощутил проблеск удивления от того, что его прародитель в курсе.

«Конечно, мы в курсе. Мы это организовали, — послал Брик едва слышно. — Мы поддерживаем контакт с ним даже сейчас».

«Зои...» — начал Ник, хмурясь.

«Мы и о ней знали».

В этот раз его мысли сделались такими тихими, что Ник их едва слышал.

«Мы правда не можем обсуждать это в данный момент, дитя моё».

Подумав над словами своего прародителя, Ник осознал, что тот прав.

В то же самое мгновение Ник сообразил, насколько неудивителен тот факт, что Брик знает такие вещи. «Архангел» работал с Белой Смертью с тех пор, как Йи взяли под стражу. Они, должно быть, скармливали Зои информацию, чтобы она передавала её Йи.

Должно быть, они знали о...

«НИК».

Брик громко подумал его имя с явным предостережением.

Прежде чем Ник успел ответить, его прародитель побудил его осмотреться по сторонам и использовать его органы чувств. Напрягшись, Ник мгновенно подчинился, подняв глаза к стенам замка, открыв уши, принюхавшись к воздуху.

Через считанные секунды он это услышал.

Чёрт, да он почти почувствовал это.

И то, и другое было слабым, но он знал, что за ними следуют.

Он увидел проблеск движения на стенах сверху и на улице напротив той, по которой они сейчас шли — на узкой мощёной дороге со старыми кустиками мяты с краю.

Ник легонько втянул воздух, не ради дыхания, а для запаха, и почуял людей и видящих.

Людей он чуял намного сильнее.

Учитывая то, как сильно видящие пахли для среднестатистического вампира, Ник понял, что численность видящих очень мала, а вот людей там много.

Он крепче сжал винтовку.

Его клыки начали удлиняться, когда он услышал и мельком увидел ещё больше людей, многие из которых бежали по крышам наверху.

Бл*дь. Он хотел знать больше об этом плане.

Он очень хотел знать больше об этом чёртовом плане Брика... потому что в данный момент это ощущалось так, будто они шли на скотобойню в роли скота.

Дело даже не только в телекинезе.

Нику не нужно было говорить, насколько верные у Йи последователи.

Он уже чувствовал, что они знатно уступают по численности.

У тех будут иметься пистолеты с транквилизаторами, экстракторы.

Он насчитал всего сорок восемь вампиров из пяти лимузинов, которые приехали с Бриком из отеля. Он чуял и чувствовал как минимум в три-четыре раза больше человеческих тел.

Он чувствовал Уинтер через связь крови и осознал, что она смотрит на всё это через экран.

«Где вы? — мягко послала она. — Что это за место? Какой-то замок?»

«Лондонский Тауэр, — сказал он. — Давным-давно это было тюрьмой. Среди всего прочего».

Она умолкла.

«Зачем ты там, Ник? Зачем ты это делаешь?»

«Ты знаешь, зачем, — тут же послал он. — Есть успехи с вашей стороны? Вы можете что-то сделать, чтобы защититься от него? От Йи?»

Она выдохнула, и он почти услышал это.

И всё же он испытал облегчение, чувствуя, что она поняла его посыл в номере отеля.

Они работали над этим.

Они работали над поисками способа, как можно обойти Йи.

Если они найдут способ защитить себя или просто спрятаться от видящего-телекинетика, Нику не придётся находиться здесь.

«Нет, — призналась она. — Мы всё ещё смотрим на структуры, пытаясь понять, как он нашёл нас так быстро. В этом настоящая проблема... как он нас отследил. Ни у кого из нас нет личной связи с ним, тем не менее, он нашёл нас так, будто эта связь имелась. Он нашёл нас так, будто знаком с нами, или нас связывает какая-то история. Это может быть через какие-то отпечатки, но по какой-то причине связь очень сильна».

«И это ненормально?» — уточнил Ник.

Он попытался вспомнить основы отслеживания видящих.

Прошло немало лет.

Он знал, что есть три вещи...

«Именно, — подумала Уинтер в его адрес, выдохнув. — Есть три главных метода, с помощью которых видящие отслеживают кого-то. Есть отслеживание места, и название говорит само за себя. Если ты знаешь, где кто-то находится в реальной жизни, ты можешь найти их экстрасенсорно. Но сведения должны быть очень точными, и обычно сложно удержаться за кого-то таким способом, потому что объект может закрыться щитами, создавать различные миражи... или даже бросать свой свет. Честно говоря, обученному видящему легко избавиться от такой слежки».

Ник подумал над этим, кивнув.

«Я не знаю, что это на самом деле значит, — добавил он. — Но что ещё?»

«Отслеживание места возможно, — подумала она в его адрес. — Он мог прицепить жучок к кому-то из нас или как-то отследить нас до отеля».

«Ты думаешь, так и было?»

Она вздохнула, словно раздражаясь, что он так быстро уловил её мысли.

«Нет, — призналась она. — Как я и сказала, такую слежку легко сбросить. Малек определённо на такое способен. И я тоже... во всяком случае, при нормальных условиях. Тай и Малек тоже не считают, что дело в этом. Они думают, что связь слишком сильна».

Ник нахмурился, но лишь кивнул в том пространстве.

«А что за два других метода?»

«Ну, — послала Уинтер. —Есть отпечатки. Это тоже возможно и наиболее вероятно, поскольку это самый лёгкий и распространённый способ отслеживания кого-либо. Это когда у тебя есть что-то, принадлежащее тому, кого ты хочешь отследить, и ты используешь это, чтобы резонировать со своей мишенью. Есть миллион разных слежек по отпечаткам. Самые распространённые отпечатки берутся из фотографий, видео, аудиозаписей. Но это может быть кольцо, которое носит твой объект слежки, образец крови или даже локон волос. Я знала парня, который использовал зубные щётки и обрезки ногтей...»

«Понял, — подумал Ник в ответ. — А третий способ?»

«Это линейное отслеживание. Когда у тебя есть прямая линия с кем-либо, потому что ты хорошо знаком с ним или знаешь кого-то, кто хорошо знаком с ними. Или ты знаешь кого-то, кто знает кого-то, кто хорошо знаком с ними. Такие слежки могут простираться довольно далеко, если связи между звеньями довольно крепки».

Помедлив и словно позволяя Нику обдумать это, она добавила:

«Так я бы отслеживала тебя, если бы ты был человеком или видящим. Поскольку мы друг для друга представляем первый уровень линейного отслеживания, мне бы даже не пришлось искать... бум, вот он, ты. Но если бы кто-то захотел отследить меня, они могли бы действовать через тебя, или через Морли добраться до тебя, а потом до меня. Или даже через жену Морли, чтобы добраться до Морли, а потом до тебя. От линейного отслеживания наиболее сложно защититься, потому что тут вовлечены личные связи».

Ник нахмурился, размышляя над этим и пытаясь применить к Йи.

Они всё ещё шли по проходу возле наружной стены, направляясь ко двору в середине замка.

Ник взглянул вправо и увидел низкие ворота, заполненные тёмно-зелёной водой из реки. Их обозначала металлическая табличка с надписью «Ворота Предателей».

Посмотрев вверх, он заметил ещё один арочный проход слева, который вёл глубже в комплекс замка через ещё одни внутренние стены.

«Так что ты думаешь? — спросил он у Уинтер, глянув на высокие стены, сжимая в руке оружие и остро осознавая мечи, висевшие за его спиной и два пистолета под плащом. — Ты думаешь, это какое-то линейное отслеживание? Ты, Мэл, Тай... вы все так считаете?»

Ник помедлил, осознав, что уже знает ответ.

«Это правда, ведь так? — Ник крепче сжал зубы. — Особенно Мэл. Мэл считает, что есть какая-то прямая связь. Что Йи как-то связан с тобой».

Она вздохнула, словно раздражаясь, что он уловил и это тоже.

«Мы ничего не знаем, Ник. Никаких гарантий, — поколебавшись, она добавила: — Но да, полагаю, мы все подозреваем это. Особенно Мэл».

«С кем? — выразительно спросил Ник. — С кем, по вашему мнению, у Йи есть связь? Это ведь должен быть кто-то из вас троих, верно? Это же не Морли и не Джордан».

И снова он уже знал ответ.

Он знал это ещё до того, как она это озвучила.

«Со мной», — подумала Уинтер.

Он почти видел, как она раздражённо взмахивает руками.

«Они думают, что со мной, Ник. Ясно? Но мы пока ничего не знаем по-настоящему. Тай и Мэл по сути гадают. Они думают, что самая сильная нить ведёт ко мне, так что мы пытаемся её найти... посмотреть, не сможем ли мы как-то её нейтрализовать...»

«Ты можешь это сделать? — спросил Ник. — Ты можешь это заблокировать?»

Воцарилось молчание.

Затем Уинтер вздохнула. «У Тай большая часть верхних структур осталась нетронутой. У Мэла тоже, и они оба утверждают, будто у меня они тоже сохранились. Но если честно, Ник, урон такой обширный, что даже если они правы, я мало на что способна. На самом деле, у нас есть лишь Мэл».

«Но у Йи связь с тобой, — подумал Ник в её адрес. — Нечто довольно сильное, что ты наверняка не сможешь его заблокировать. Куда бы мы ни пошли».

Он буквально ощутил, как Уинтер стиснула зубы.

Ник вошёл в тёмную арку вместе с Бриком и остальными, чувствуя, как она выдохнула, и её мысли снова сделались раздражёнными.

«Возможно», — послала она наконец.

Ник нахмурился.

«Сосредоточься на том, где ты сейчас, Ник, — послала Уинтер прежде, чем он успел заговорить. — Вернись ко мне живым. Потом мы поговорим обо всём остальном. Ладно?»

Ник кивнул, оттесняя свои эмоциональные реакции в сторону.

Он знал, что она права.

И всё же её слова отражались в его сознании.

В сочетании с тем, что сказал ему Малек...

«Я всё ещё понятия не имею, что он хотел сказать, — перебила Уинтер предостерегающим тоном. — Если честно, я не уверена, что сам Мэл это понимает. Похоже, это просто всплыло у него в голове, и он выпалил это тебе, но он понятия не имеет, откуда это взялось... или что это значит. Он просто почувствовал необходимость сказать тебе это, вот и сказал».

«Как с картинами», — пробормотал Ник.

«Да. Именно так».

Между ними воцарилось очередное молчание.

За это время Ник покинул каменную арку. Он посмотрел вверх, обводя взглядом каменные стены, сканируя проходы в дворике, где он теперь стоял. Он подмечал ещё больше проблесков движения, больше запахов человеческой кожи и волос, больше видящих.

Он понятия не имел, были ли среди них гибриды.

Он никогда не умел легко отличать гибридную кровь, когда она смешивалась с видящими и людьми, и много запахов боролось меж собой.

Комбинация крови людей и видящих, которую он чуял здесь, могла принадлежать чистокровным представителям каждых видов; или же здесь могли быть чистокровные люди, один чистокровный видящий и горстка гибридов с ощутимой долей крови видящих.

Его обоняние не могло определить точную комбинацию.

С таким же успехом это мог быть один Йи с кучей людей — всё зависит от его местоположения.

Однако на самом деле Ник в это не верил.

Он чуял больше одного видящего, будь то гибриды или чистокровные.

Йи здесь не один.

«Верно», — тихо подумал в его адрес Брик.

Ник глянул на своего прародителя, но Брик, как и другие вампиры, полностью остановился, когда они вышли во двор. Его дети Белой Смерти окружили Брика кольцом, встав лицами наружу и осматривая каменные стены.

Ник подумал о спокойном утверждении Брика и снова осознал, что тот прав.

Опять-таки, Ник практически знал это.

Он знал, что у Сен-Мартен имелись где-то видящие или хотя бы более «необычные гибриды», о которых она не распространялась. Логично, что Йи тоже отслеживал бы представителей своего вида, как это делал Блэк много лет назад.

Видящие ещё сильнее людей нуждались в своих сородичах для выживания.

Без этого у них слегка съезжала крыша.

А может, и не слегка, как в случае с Йи.

Нахмурившись, Ник глянул на Брика, затем на остальных вампиров.

В те же несколько секунд он осознал, что Брик только что слушал их с Уинтер разговор через кровь. Брик слышал всё, как и остальные вампиры Белой Смерти, как минимум те, что связаны кровью с Бриком. Очевидно, Брик и другие вампиры притихли, слушая разговор между Ником и его парой и не перебивая.

— Он здесь, — сказал Брик.

Ник глянул на своего прародителя и увидел, что тот смотрит прямо перед собой.

Ник проследил за этими радужками из потрескавшегося хрусталя до Белой Башни перед ними.

На её верху стоял знакомый силуэт.

Это был Йи.

Он улыбался.

Глава 29. Обратно к истокам

Всё вокруг них резко изменилось.

С секундным опозданием Ник понял, что вошёл в виртуальную сетку, когда вид перед ними как будто стёрся, посерел, потом почернел, побелел, а затем какая-то внешняя рука изрисовала его, изменяя ландшафт, внутренние стены замка, траву двора, Белую Башню вдалеке, а Ник не успел даже поднять свою винтовку.

И даже мужчина-видящий замерцал и размылся вдалеке.

Он перестроился перед ними, теперь оказавшись в два раза ближе, чем буквально секунды назад.

Йи стоял на каменной скульптуре в другой части города.

Он стоял перед ними, и его голубые глаза были полны триумфа, жара и какой-то свирепой радости.

Ник посмотрел в обе стороны, чтобы сориентироваться, где именно они стояли.

Вместо полудня была середина ночи.

Холодный ветер хлестал его по обнажённым участкам кожи, дёргая и размётывая его волосы. Ник стоял в одном ряду с несколькими дюжинами других, боевым строем, каким он не стоял уже больше сотни лет.

Тогда плечом к плечу с ним стояли видящие.

Теперь это были представители его собственного вида.

Как и на территории Лондонского Тауэра, Ник по-прежнему находился ближе всех к Брику, его прародителю, только теперь они оба были обнажены по пояс. На них всё ещё были надеты скрещенные ножны с мечами, но теперь на них также имелись патронташи боеприпасов, множество кобур для пистолетов на бёдрах и ногах, не говоря уж о массивных плазматических винтовках, которые они по-прежнему держали в руках.

Они оба были покрыты порезами, ожогами, синяками.

Они выглядели так, будто сражались в войне.

Ник посмотрел на остальных вампиров, стоявших рядом, заметив, что все они тоже выглядели побитыми и пострадавшими в бою.

Он повернулся лицом к видящему перед ними.

Что, бл*дь, это за игра такая?

Почему Йи до сих пор не убил их?

Ник чуял в воздухе дым, слышал вдалеке сирены.

Он был вампиром, так что не испытывал холода, но он помнил это — помнил подобные сражения во время войн, когда вампиры снимали часть одежды, чтоб различать своих в темноте и не колебаться, когда всё вокруг двигалось слишком быстро, чтобы останавливаться и опознавать жертву.

Не помогало то, что видящие так хорошо притворялись вампирами, вплоть до запаха.

К тому этапу войн обе стороны вторглись в ряды друг друга.

Обе стороны постоянно шпионили друг за другом.

Вампы довольно быстро додумались до фишки с одеждой.

Снимать рубашки при чрезвычайно низкой температуре — это на удивление лёгкий и эффективный способ убедиться, что рядом с тобой стоит брат-вампир, а не видящий с маскировкой.

Конечно, во многих таких сражениях Ник был на противоположной стороне.

Иногда он снимал рубашку, когда бросался в схватку, и использовал себе на руку те доли секунд колебания, те крохотные, едва уловимые паузы.

Конечно, вскоре многие его братья стали знать его в лицо.

Но сейчас не те годы. Та война закончилась.

И дело уже не в выигрывании сражений.

Дело в выживании.

Ни один из них не переживёт видящего-телекинетика, если позволить ему остаться в живых.

Ни люди, ни вампиры, уж точно.

Видящий перед ними решил появиться в своей симуляции в одиночку.

Он смотрел на их неровные ряды, на культовый силуэт Биг Бена на фоне, указывавший на кроваво-красную луну. Ник не сразу осознал, что цвет луны вызван той же причиной, что и сирены — внутри симуляции Лондон горел. Всё пылало, а Йи был демоническим королём.

Ник окинул взглядом ряд вампиров, и до него дошло кое-что ещё.

Их намного больше, чем сорок восемь, чёрт возьми.

— Да, Ник, — крикнул Йи, явно проследив за направлением его взгляда. — Я подумал, что будет проще, если мы встретимся на равных условиях... не просто с кучкой вампирского сброда, которую Брик привёл с собой через те ворота. А со всеми вампирами в комплексе Тауэра. Включая тех, которые вошли через подземелье, через водные пути и туннели...

Ник глянул на Брика. Прародитель не ответил на его взгляд.

Это открытие едва ли стало шоком.

Естественно, Брик привёл с собой больше людей, чем показывал на первый взгляд.

Видимо, Йи это тоже знал.

Увидев улыбку на губах видящего, Ник нахмурился.

— Это действительно лучшее, на что ты способен, Дмитрий? — крикнул Ник. — Ещё больше театральности? Ты вообще когда-нибудь скажешь нам, к чему всё это сводится?

— Ты знаешь, к чему это сводится, — сказал Йи, и его голубые глаза сверкнули холодом. — Вы захватили наш мир. Это должно было быть нашим миром, Ник. Это наша очередь господствовать над людьми. Вместо этого мы нашли здесь вас. Мутантов. Полукровок. Паразитов...

— Это дерьмо наскучивает, Йи, — сказал Ник громко, чтобы перекричать ветер. — Реально наскучивает. Большая часть твоего народа ушла. Они ушли, чтобы найти новый мир после того, как вы сожгли этот дотла. Может, проблема была вообще не в вампах и не в людях. Ты об этом не задумывался?

— Нет, — холодно ответил Йи.

Воцарилось молчание.

Ник помрачнел ещё сильнее.

— То есть, ты действительно хочешь сразиться в ещё одной войне? — сказал он. — Мало вы похерили эту планету и её людей? Ты хочешь мести... до сих пор? Даже сейчас? Серьёзно?

Йи лишь улыбнулся, и в его светлых глазах полыхнуло то холодное выражение.

— Ну? — крикнул Ник всё так же жёстко. — Что будет в итоге, кузен? Это действительно даст тебе то, чего ты хочешь?

Высокий привлекательный мужчина перед ним рассмеялся, запрокинув темноволосую голову. Его длинные чёрные волосы разметались ветром, который свистел сквозь странное здание, поднимающееся прямо над ним — здание, которое как будто запирало их в клетку сверху, хотя вид на сам Тауэр полностью исчез.

Ник проследил за взглядом видящего, посмотрев на то, что теперь выглядело как гигантская металлическая змея, обвившаяся вокруг самой себя; её поднятая голова кричала в небо.

Сам смех был чертовски тревожным, даже если не считать сильного ветра.

Перехватив свою винтовку и держа её той же рукой, которая украшалась татуировкой V и штрих-кодом, Ник снова глянул на Биг Бен вдалеке: отголосок старой Англии, той её версии, которую Ник помнил по своим человеческим годам.

Он снова повернулся лицом к мужчине-видящему.

Йи тоже смотрел на него.

Нику внезапно показалось странным, что Йи оставался настолько сосредоточенным на нём, а не на Брике и не на других членах Белой Смерти. Даже сейчас эти голубые глаза изучали лицо Ника почти с сочувственным выражением.

— Ты можешь идти, Ник, — сказал Йи, и его голос прерывался и уносился ветром, который на самом деле не был ветром. — Я передумал. Возможно, я даже испытываю некую ностальгию к тебе и твоей очаровательной паре. Другие должны остаться, но ты можешь уйти. Я отпускаю тебя, кузен. Я дарую тебе твою жизнь.

Взгляд Ника скользнул вверх, к металлическому, похожему на змею зданию.

Он знал, что оно должно быть источником.

Здание должно быть источником проекции.

Но Ник понятия не имел, что делать с этой информацией. Не мог же он разорвать на куски всё чёртово здание, да и он всё равно сомневался, насколько это поможет избавиться от иллюзии. Конечно, они смогли бы стрелять в Йи, настоящего Йи, потому что знали бы, где действительно находится его тело... Но Йи всё равно телекинетик. Он мог взорвать оружие в их руках или вырвать сердца из их грудей одной лишь силой разума.

При этой мысли Ник снова сосредоточился на видящем, хмурясь.

— К чему эта свистопляска, Йи? — спросил он. — Почему ты ещё не покончил с этим?

Видящий снова улыбнулся ему.

Ветер создавал странные резонансы в дырах, оставленных архитектурой здания, отчего то выло и стонало как живое существо. Глянув на массивные стеклянные ноги, уходившие в землю, Ник увидел бледные лица, прижимавшиеся к освещённому сзади стеклу, в том числе и прямо над ними.

Большинство этих лиц выглядело перепуганными насмерть.

Большинство определённо были людьми и не заслуживали быть сопутствующими потерями в этой битве, как и бесчисленное множество других, которые могли умереть от рук этого существа.

С другой стороны, возможно, они вообще не настоящие.

Они могли быть частью шоу, как Биг Бен на фоне, кроваво-красное небо, пожары на тёмном горизонте.

Взгляд Ника вернулся к черноволосому видящему.

Глаза мужчины-видящего теперь светились, мерцая своим внутренним сиянием.

Эти светящиеся глаза беспокоили Ника.

Они его очень сильно беспокоили.

Что-то в них также казалось зловеще знакомым.

— Ты меня слышал? — крикнул видящий. — Ты можешь уходить, мой хороший кузен. Я тебя помиловал. Можешь вернуться к своей паре-видящей. Как того, кто не по доброй воле стал проклятым и много раз ставил мою расу превыше своей, я прощаю тебе грехи твоего вампирского предка. Если ты и твоя пара будете жить в мире с моим видом, я не буду докучать вам обоим...

Ник уже качал головой.

— Я не могу этого сделать, — крикнул он в ответ, снова перехватывая оружие поудобнее. — Ты знаешь, что я не могу.

Последовало молчание.

Затем, словно признавая позицию Ника, видящий склонил голову.

Сама характерность жеста видящих поставила всё на свои места.

Хоть иллюзия, хоть нет, реальные части происходящего могут грозить концом света.

На сей раз настоящим концом.

И всё же, вопреки этим нигилистическим мыслям, чёртова знакомость существа перед ним притягивала его, не давала покоя даже сильнее той мысли, что он, возможно, не выберется отсюда живым.

Действительно ли дело в Блэке?

Может ли это существо быть сыном Блэка?

«Может ли Уинтер быть дочерью Мири?» — тихо пробормотал его разум.

— Что ж, ладно, — сказал видящий, и его голос звенел в задымлённом ночном воздухе. — Я должен уважать свободу выбора своих кузенов, особенно когда они — члены семьи... даже если это причиняет мне боль.

Ник почувствовал, как его челюсти сжались.

Семья.

Либо этот мудак знал, чего он боялся, и играл с ним, или...

Ник вытолкнул эту мысль из головы, чувствуя, что Уинтер глубже вплетается в него, словно пытаясь добраться до него через кровь.

Может, она права. Может, им стоит попытаться сбежать.

Посмотрев на Йи, Ник вспомнил время, когда Тай была самым страшным, что Ник мог представить в видящих. Ник не видел на лице этого существа ничего, что указывало бы на то, что перспектива смерти Ника причиняла Йи какую-то боль.

В этих светящихся глазах жило какое-то свирепое ликование.

Видящий поднял руки, и вместе с этим ветер стал завывать сильнее, завихряясь вокруг постройки из металла и стекла, которая стонала от боли.

— ...Ты сделал свой выбор, — пропел Йи.

Ник глянул на Брика.

Глаза его прародителя — потрескавшийся хрусталь, пропитанный кровью, несомненно вампирские радужки — отражали золотые и оранжевые тона виртуальных костров, которые окрашивали луну и облака, сине-зелёное стекло здания над их головами.

Ник посмотрел обратно на черноволосого видящего.

— Видимо, так и есть, — ответил Ник. — Я сделал свой выбор.

Глянув на него, Йи улыбнулся.

С точки зрения видящего, всё это могло закончиться лишь одним исходом.

Ник понимал, что его решение остаться на стороне своего вида лишь подкрепило всё, что Йи наверняка говорил себе о расах, о своём предназначении и смысле в мире, о своей судьбе и месте в истории. Это кульминация всего, ради чего он работал со своими тупыми видео, расистскими речами, дебатами с гибридными лидерами в сети... скорее всего, с каждым событием, которое с ним случалось, с каждым знаком и символом, который он видел в облаках и звёздах.

Это кульминация мечт Йи.

Это кульминация заблуждений Йи.

Более того, это дало ему повод.

Это дало ему разрешение сделать то, что он всё равно сделал бы.

Это позволило ему притвориться, будто это не его вина.

«Они выбрали это, — сказал бы себе видящий. — Вампиры выбрали свою судьбу. И Ник тоже, вместе с остальными. Это мне неподвластно».

Это вне Его рук.

Каким бы ни было происхождение видящего, его причины, отговорки...

Он был сломанным.

Он был сломанным, и намеревался переделать мир в соответствии со своим представлением.

Ник услышал рычание, зарождавшееся в его горле. Он сделал шаг вперёд, когда Брик положил ладонь на его руку, останавливая.

Теперь уже Брик улыбался ему.

— Всё кончено, — сказал он. — Он попался.

Ник моргнул.

Затем всё вокруг них, вся сцена, которую они видели, угроза Йи относительно того, что ждало Лондон и наверняка весь мир...

...всё это исчезло.

Глава 30. Х-Фактор

Брик цокнул языком, поражённо качая головой, когда виртуальное поле вокруг них разрушилось.

— Ох уж эти видящие, — пробормотал он себе под нос, подмигнув Нику.

Он повернул голову, остановившись взглядом на верхних парапетах Белой Башни, в частности на группе существ на верхнем уровне здания.

Ник видел, как один из них машет в их сторону, явно подавая сигнал, что горизонт чист.

— ...Всегда такая мания величия, — сухо закончил вампирский король.

Не удостоив Ника повторным взглядом, Брик зашагал вперёд, повесив ремень винтовки на плечо и направившись к лестницам, которые вели к главному входу в сам Тауэр. Когда они двинулись туда, фигуры наверху, которые казались тёмными силуэтами на фоне зубчатой стены, скрылись из виду.

Ник осознал, что они спускаются, ещё до того, как остальные вампиры пошли в ту сторону.

Как и они, Ник держал дуло винтовки наведённым перед собой.

Нахмурившись, он продолжал сканировать стены, чуя людей.

— Не беспокойся, сын мой, — легко протянул Брик. — Мои люди разбираются с этой небольшой проблемкой, пока мы говорим.

Осознав, что он имеет в виду, Ник слегка нахмурился, но не из-за неодобрения, а скорее настороженно. Хватит всего лишь одного фанатичного придурка, чтобы его день стал намного дерьмовее. А если у этого засранца будет сейсмическая граната или даже её старомодная пороховая версия, то станет ещё хуже.

Брик усмехнулся, глянув на него, но никак не прокомментировал.

Очевидно, вампирский король не волновался.

Он лениво шёл в сторону Белой Башни, пока остальные целились из винтовки в стены. Большинство солдат Белой Смерти даже теперь окружали Брика защитным кольцом.

Судя по тому, как они действовали, большинство из них тоже не знало плана.

Но это имело смысл.

Что бы ни случилось несколько секунд назад, бл*дь, только Брик мог поддерживать такую идеальную тишину в своём разуме, чтобы это не добралось ни до Ника, ни до Уинтер, ни до кого-то другого.

Какие бы искренние или не-очень-искренние эмоции Брик ни испытывал к своим детям, он бы никогда не доверил им подобное.

Будущее расы слишком много значило для него.

Это всё, что осталось у Брика.

Должно быть, это Брик тоже услышал.

Он презрительно фыркнул, наградив Ника ровным взглядом.

Когда он сделал это, в тёмном дверном проёме Белой Башни проступили фигуры, большинство из них в чёрном. Ник насчитал как минимум шестерых.

Они несли седьмого между ними, кого-то в тёмно-серых бронированных штанах, чёрном бронежилете, кофте с длинными рукавами и чёрными антигравитационными ботинками, кажется, армейского образца.

Ещё не видя лица под длинными чёрными волосами, Ник понял, кто это.

Йи.

Но как, чёрт возьми...

— Тебе стоит спросить свою пару, — сухо сказал ему Брик. — Она неплохо знает нашего друга. Полагаю, когда-то они были женаты.

Ник напрягся, глянув на мужчину, на которого Брик указал взмахом руки.

Он был одним из шести, нёсших Йи, и находился ближе всего к голове Йи, сжимая его плечи, пока они несли его вперёд ногами к Брику и травянистому двору.

Ник уставился на высокого блондина с широкими плечами, подмечая светлые золотисто-зелёные глаза, которые мерцали как радужные камни на его скуластом лице.

Где-то в уголках своего сознания он ощутил реакцию Уинтер и осознал, что она, Морли, Джордан, Кит, Тай и Малек смотрели на всё это через монитор в номере отеля вдобавок к тому, что Уинтер чувствовала через него.

Помрачнев, Ник осознал, что понимает намного больше, чем хотелось бы.

Вся эта бл*ская ситуация была подстроена.

Чёрт, да даже побег Йи, наверное, был спланирован.

Не желая выслушивать это всё, во всяком случае, сейчас, пока они не разобрались с Йи до конца, Ник повернулся к Брику.

— На сей раз мы его убьём, — Ник сказал это не как вопрос. — Это не обсуждается, Брик. Он слишком опасен, бл*дь, чтобы оставлять его в живых. Ты должен понимать это, к чему бы это всё...

Он показал жестом вокруг, хмурясь.

— ...ни сводилось, чёрт возьми.

Брик бросил на него взгляд искоса.

Ник знал, что это наверняка как минимум отчасти вызвано тем, что он произнёс это как приказ, а не предложение, и он сделал это вслух, перед подчинёнными Брика.

Вместо того чтобы затронуть этот аспект, Брик выдохнул.

— Сейчас на кону стоит слишком многое, Наоко, — спокойно объяснил Брик. — Да, мы были готовы отпустить его ровно настолько, чтобы найти шпионов в нашей организации... и в «Архангеле». И в человеческих правительствах... и его последователей в человеческой организованной преступности. Но этого больше не случится, брат. Он больше никогда не будет свободен. Никогда, дитя моё.

Осознав, что он имеет в виду, Ник нахмурился

— Чушь. Такие существа всегда выбираются...

— Ты вспоминаешь страшилки про «Сайримна», дорогой брат? — Брик снисходительно посмотрел на него с лёгкой улыбкой на губах. Его длинные тёмные волосы развевались на ветру, обрамляя, покрывая и снова обрамляя его привлекательное лицо с хрустальными глазами. — Я бы не беспокоился об этом, мой дорогой. У твоих друзей-видящих в прошлом не было таких технологий, которые есть у нас сейчас. Если я правильно помню, Сайримна держали в каком-то средневековом замке. В подземной пещере, где они приковали его к стене как огра...

— Смысл не в этом, — прорычал Ник.

Он показал на бессознательное тело видящего на травянистом газоне.

— Оставаясь в живых, этот мудак каждую секунду представляет собой чёртову угрозу. Он ходячая атомная бомба, Брик, и ты не можешь вечно держать его взаперти...

— Чёрта с два не могу, — глаза Брика слегка похолодели. — У нас есть такие клетки и средства сдерживания, которых ты себе и представить не можешь. Более того, теперь у нас есть искусственный яд. Нам больше не нужно кормиться от него. Нам просто было необходимо, чтобы он думал, будто мы пытаемся, иначе он бы понял, что мы готовим что-то другое.

Ник нахмурился.

Он подумывал поспорить ещё, затем осознал, что это бессмысленно.

Не позволяя себе ни единой мысли, он опустил дуло винтовки, прицелившись в голову видящего-телекинетика.

Он собирался нажать на курок...

...когда оружие оказалось вырвано из его рук и отброшено за его голову с такой силой, что плечо Ника едва не вывихнулось.

Он сумел отпустить винтовку и сделал шаг назад, тяжело дыша и широко раскрыв глаза.

Он повернулся, уставившись на Йи.

Он со стопроцентной уверенностью ожидал, что его голубые глаза будут открыты.

Он ожидал, что в следующее мгновение его шея с хрустом переломится, а сердце сомнётся в груди.

Но Йи не шевелился. Он по-прежнему лежал на траве с закрытыми глазами, на том же месте, куда положили его вампиры и бывший Уинтер.

Ник всё ещё смотрел на это идеальное скуластое лицо и закрытые глаза, пытаясь понять, что случилось, когда низкий, тяжёлый голос нарушил молчание, заставив их всех повернуться и уставиться на новоприбывшего.

— Отошли все нахер от моего сына, — прорычал он, сердито глядя на них. — Иначе я вырву сердца всем вам до последнего... и скормлю их вам же.

Ник не шевелился, не издавал ни звука.

Единственные звуки и движения порождались ветром, который завывал в здании из металла и стекла над их головами, трепля одежду и волосы.

Глава 31. Мир видящих

— Вы меня слышали? — прорычал видящий, делая ещё один шаг в их сторону. — Отошли назад, бл*дь. Немедленно.

Он был высоким — может, самым высоким из всех, кого Ник встречал в своей жизни.

Может, даже выше Даледжема.

Длинные чёрные волосы развевались вокруг его скуластого лица, в лёгкой бородке чуть проступала седина, узкие губы поджались.

Его глаза выглядели настолько бледными, что Ник сначала посчитал его вампиром.

Но что-то тут было не так.

Наполненные светом глаза были слишком наполнены светом, и хоть они казались почти бесцветными, цвет там всё-таки присутствовал. Зеленоватые блики сверкали там ещё до того, как Ник увидел, что свет, окружавший радужки, полыхнул и сделался бледно-зелёным.

Глядя в эти светящиеся радужки, наблюдая, как они становятся ещё ярче в миллисекунды после того, как свет впервые стал заметен, Ник сделал шаг назад. Он смотрел в лицо нового видящего, потерявшись в каком-то безвременном узнавании и чувствуя, как волоски на его руках и шее сзади встали дыбом, заставляя всё его тело напрячься.

Видящий сделал шаг ближе, его челюсти сжались.

Он был одет в странную одежду.

Нику эта одежда казалась чем-то с Дикого Запада, но при этом с какими-то эльфийскими и иномирными наклонностями. Похожие на кожу штаны из тёмно-коричневого материала низко сидели на бёдрах, светло-коричневая рубашка распахнулась на шее. Оружие с зелёными органическими частями, выглядящее одновременно новым и старым, висело на его бедре. Он был обут в чёрные, странно современные с виду ботинки, чёрный жилет, кожаные браслеты, возможно, для лука.

На нём имелось лишь два украшения.

Подвеска со странным символом из серебра покоилась на верхней части груди.

На правой руке он также носил кольцо.

Это была та же рука и палец, где Уинтер носила кольцо, которое дал ей Ник.

Когда никто не пошевелился, взгляд видящего сделался смертоносным.

— Вы думаете, я не мог уже переломать всем вам шеи, бл*дь? — произнёс он.

Его голос был низким, холодным, с едва заметным следом того, что показалось Нику настоящим старомодным немецким акцентом.

— Я делаю исключение для вас, «вампиров», потому что знаю, что мой сын начал это дерьмо... но если вы думаете, что я позволю вам казнить его на моих глазах, вас ждёт неприятный сюрприз, чёрт возьми...

Видящий поднял оружие, и его глаза сделались холодными как лёд.

— А теперь отошли, бл*дь. Немедленно. Я разберусь. И не думайте, что ваши маленькие игрушечные пистолетики с транквилизаторами сработают против меня. Они лишь приведут к тому, что ваши позвоночники будут выдраны из ваших спин...

Брик и Ник переглянулись.

Затем они оба, не обменявшись ни единым словом, сделали два больших, щедрых шага назад по газону перед Тауэром. Ник сделал ещё один шаг назад, когда видящий со стеклянными глазами наградил его вторым предостерегающим взглядом.

Подняв руки в предельно ясном знаке капитуляции, Ник почувствовал, как что-то в его нутре отреагировало, когда он наблюдал, как старший видящий приблизился к тому, кто лежал без сознания на траве. Ник понятия не имел, кто этот парень, и что он вообще такое, но сила, исходившая от него волнами, была достаточно осязаемой, чтобы её почувствовал даже Ник.

Они смотрели, как старший видящий подходит прямиком к Йи.

Он возвышался над бессознательным мужчиной в траве, глядя на всех них из центра расширяющегося круга на газоне.

Все вампиры Белой Смерти теперь попятились назад.

Ник невольно смотрел на два лица — на видящего, стоявшего со странным и старомодным космическим оружием и на того, что валялся на траве.

В его сознании не было ни единого сомнения в том, а не врёт ли старший видящий о своём родстве с младшим... Ник без сомнений знал, что тот не лжёт.

Йи определённо был сыном этого видящего.

Они выглядели почти как близнецы.

Ник понятия не имел, кем была мать, но отец передал примерно 98% внешности младшей версии себя.

Как, бл*дь, старший видящий просто появился здесь из ниоткуда, Ник понятия не имел... но он не сомневался в кровном родстве, о котором заявил видящий.

Единственное альтернативное объяснение, которое мог бы принять Ник, подразумевало путешествие во времени.

Если не считать разницы в цвете глаз, они могли бы быть одним и тем же мужчиной, просто на разных стадиях жизни. Йи казался более молодой и мягколицей версией этого мужчины, без бороды и лёгкой седины в чёрных волосах.

Ну, и что-то в старшем казалось Нику закалённым и возмужалым, и дело не только в возрасте. Старший видящий немало повидал в жизни, и эти вещи вовсе не смягчили его... и не сломали. Очевидно, они оказали практически противоположный эффект.

Теперь старший видящий смотрел на Ника.

— Ты — это он, — сказал он по-прежнему холодным тоном.

Ник моргнул.

Вспомнив, что он собирался застрелить бессознательного Йи из плазменной винтовки в лицо, он поднял руки в очередном жесте мира.

— Я приношу свои извинения, — сказал он, говоря не совсем искренне.

Не сумев полностью смириться, учитывая поступки Йи, он в итоге показал пальцем на бессознательного видящего, не опуская рук.

— Но как ты и сказал, твой парнишка сам «начал это». Если так можно сказать о риске настоящей расовой войны, зомбировании кучи людей в расистов, убийц и засранцев и попытке убийства моей пары...

— Я это понимаю, — перебил старший видящий.

Он продолжал стискивать оружие и смотреть на Ника, поджимая тонкие губы.

— ...И я не это имел в виду, — добавил он.

Теперь уже Ник нахмурился.

Прежде чем он успел снова открыть рот, старший видящий во второй раз указал на Ника подбородком.

— Я имею в виду, что это ты. Вампир, который образовал связанную пару с Даледжемом.

Молчание, которое воцарилось в этот раз, казалось почти осязаемым.

— Что? — рыкнул Ник.

На сей раз он не сумел скрыть враждебность из своего голоса.

Он сделал шаг в направлении высокого видящего.

— Что ты только что сказал мне...?

— Прости, — сказал высокий видящий, настороженно окинув взглядом других вампиров. — Я выдал тебя перед твоими приятелями-вампирами? Они не знали, что ты образовал пару с видящим?

— О... мы знали, — вклинился Брик с лёгким весельем в голосе.

Ник покосился на своего прародителя, нахмурившись, но увидел, что другой вампир смотрит на старшего видящего почти так, будто узнал его. Его взгляд был пронизывающим, настороженным, но в то же время Ник видел там понимание, словно высокий видящий представлял собой какую-то отсутствовавшую частичку пазла.

Ник посмотрел обратно на видящего.

— Кто ты? — прорычал он. — Откуда ты знаешь Джема?

Воцарилось очередное молчание.

Затем высокий видящий шокировал его до усрачки.

Он улыбнулся.

Убрав в кобуру своё странное космическое ружьё, он вскинул бровь, глядя на Ника, и его скуластое лицо по-прежнему выражало лёгкое веселье.

— Не думаю, что ты хочешь слышать ответ на этот вопрос, брат, — сказал он, снова ошеломив Ника открытым уважением в своём тоне. — Но знай, что любой друг Джема — это мой друг. Любой партнёр Джема — член семьи для меня... и для моей жены.

Ник почувствовал, что его челюсти сжались до боли.

На сей раз вмешалась Уинтер.

«Ник... не надо».

Ник вздрогнул, не сумев сдержаться.

Затем он сосредоточился на Уинтер, поджимая губы и хмурясь ещё сильнее.

«Ты знаешь этот кусок дерьма?»

«Я... узнаю его, — последовало молчание, и Ник чувствовал, что Уинтер думает где-то вне его досягаемости. — Думаю, тебе лучше показать меня ему, Ник... дай мне поговорить с ним».

Ник почувствовал, как его грудь сдавило.

Реакция была иррациональным, чистым инстинктом защитить.

— Нет, — сказал он вслух, не сумев сдержаться. «Ни за что, Уинтер».

Высокий видящий моргнул, глядя на Ника с немым вопросом в глазах.

Ник впервые заметил, что то свечение померкло.

Он не сомневался, что оно может мгновенно вспыхнуть обратно, намного быстрее, чем он вытащит оружие, удлинит клыки или бросится в атаку, но пока что оно померкло.

Брик, стоявший рядом, усмехнулся, нарушая тишину.

Ник сердито посмотрел на него, догадываясь об источнике веселья вампира.

Не глядя на Ника, Брик повернулся к старшему видящему.

Он вежливо поклонился высокому мужчине с чёрными седеющими волосами, поднимая руку с органическим браслетом.

— Пара Ника желает поговорить с тобой, — сердечно произнёс Брик, выпрямляясь из поклона. — Через это устройство... если ты сам того желаешь. Она попросила меня показать тебе её образ, поскольку её партнёр, Наоко, в данный момент... пожалуй... излишне её оберегает.

Высокий мужчина приподнял брови.

— Её? — сказал он, взглянув на Ника.

— Джем мёртв, — прямо сказал Ник. — Теперь её зовут Уинтер. И твой сын уже разорвал на куски большую часть её живого света. Если ты, бл*дь, навредишь ей...

— Я ни за что и никогда ей не наврежу, — перебил видящий.

Его тон не допускал возражений. Его голос звучал решительно и ни на секунду не дрогнул.

— Я бы умер за Джема, — сказал видящий. — Я обязан ему своей жизнью... много раз. И моя жена тоже. И мой сын тоже.

Последовало очередное молчание.

В это время старший видящий смотрел на Ника, оценивая его лицо, и теперь его выражение было настороженным.

После небольшой паузы он повернулся, не моргая, и посмотрел в глаза Брику.

— Покажи мне.

Брик глянул на Ника, затем кивнул, снова поклонившись видящему.

— Конечно, друг мой, — пробормотал он, активируя браслет через гарнитуру.

Появилось трёхмерное изображение.

Там стояла Уинтер, и горло Ника сжалось даже после того, что сказал видящий. Он испытывал желание встать между голографической проекцией и высоким видящим, даже понимая, что от этого не будет прока, и теперь видящий может найти её, просто зная её физическую внешность.

— Здравствуй, — сказала Уинтер.

Ник глянул на высокого видящего, когда тот не ответил.

Он моргнул и окинул того повторным взглядом, когда увидел, что на глаза видящего навернулись слёзы, а узкие губы изогнулись в улыбке.

— Здравствуй, возлюбленный брат... сестра, — поправился он, низко поклонившись. — Gaos… I'thir li'dare… Джем. Ты себе не представляешь, как я рад тебя видеть. Как мы по тебе скучали... — высокий видящий вытер глаза, улыбнувшись шире. — Я жалею лишь о том, что моей жены здесь нет.

Помедлив, он посмотрел на Ника, затем на Уинтер.

— Как тебя теперь зовут? Он сказал «Уинтер»?

— Да, — просто ответила она.

Ник переводил между ними взгляд, снова хмурясь.

Он слышал эмоции в голосе Уинтер. Он слышал, что она пытается сдержать эти эмоции. В то же время он ощущал её смятение, полу-воспоминание об этом существе, об общем прошлом и эмоциях, которые жили между ними.

— Gaos... Элли мне не поверит. Она тоже захочет тебя увидеть. Мы так по тебе скучали, брат. Сестра... бл*дь. Когда Блэк сказал нам, что ты прошёл через ту дверь, нашёл свою пару и был счастлив здесь, мы не знали, что и думать...

— Элли, — Уинтер словно перекатывала это имя на языке.

Она нахмурилась, но даже Ник видел там узнавание, воспоминание.

Ник смотрел, как его пара скрещивает руки на груди, выглядя странно маленькой, может, даже как никогда уязвимой. И снова на него накатило такое сильное желание защитить, что он прикусил себе язык, чтобы не наехать на другого мужчину.

Видящий, возможно, уловил это.

Он глянул на Ника, приподняв бровь, но не выглядел злым или хоть сколько-нибудь обеспокоенным.

— Кажется, мы нервируем твоего супруга, — сказал старший видящий, глядя на Ника почти с привязанностью. — Я рад видеть, что он защищает тебя, сестра.

— А я его, — сказала Уинтер с предостережением в голосе. — Признаюсь, я тебя немного припоминаю. Но я тебя не знаю, ещё нет. Не вреди моему супругу...

Высокий видящий улыбнулся. Один раз качнув головой, он показал одной рукой жест, который был знаком Нику. Они с Даледжемом шутили, что это версия «честного пионерского» на языке видящих.

— Ни за что, мой дорогой друг, — сказал видящий. — Надеюсь, мы сможем поговорить, когда к тебе вернётся больше воспоминаний. Для меня очевидно, что ты молода в этом облике, и твои воспоминания ещё далеки... так что я не буду отнимать у тебя время.

Он глянул на Ника, затем на видящего у своих ног.

— Я прошу прощения за своего сына, — сказал он, и на сей раз он выглядел искренне сожалеющим. — Это долгая история, но он не совсем ответственен за то, какой он. Мы постараемся помочь ему в нашем мире. У меня есть кое-какие соображения. В любом случае, он не должен был сюда добраться. Это была ошибка, несчастный случай, и я беру на себя полную ответственность. Я также надеюсь, что мы не допустим повторения такого...

— Ты надеешься? — пробурчал Ник.

Видящий повернулся, пристально посмотрев на него и вскинув бровь.

— Я клянусь в этом, — сказал он чуть жёстче. — Это тебя успокоит?

— Блэк, — выпалил Ник, сам не успев осознать своё намерение.

Высокий видящий моргнул, не сводя с него взгляда.

— Да, брат? — уважительно сказал он. — Ты хочешь передать ему сообщение? Или Мириам?

Ник почувствовал, как его грудь снова сдавило.

— Он жив? — спросил он.

— Да, — улыбка видящего сделалась шире, затем немного дрогнула, словно он что-то вспоминал. — И совершенно здоров... несмотря на долгий период их отсутствия. Они лишь недавно вернулись к нам. Буквально год назад по нашему времени.

— Вашему времени? — переспросила Уинтер, хмурясь.

Высокий видящий с длинными чёрными волосами переводил взгляд между ними.

— Да, — сказал он по-прежнему вежливым тоном.

— Где это? — прорычал Ник. — Где это время?

— Это другая версия данной Земли... населённая лишь видящими, — он приподнял одну тёмную бровь. — По крайней мере, пока что, — сухо добавил он. — Мы с моей женой живём там. Блэк и Мириам тоже жили там... весьма долго. Потом дела увели их в другое место. В итоге они какое-то время были потеряны для нас. Застряли в другом измерении.

Ник и Уинтер переглянулись.

— Они отсутствовали? — Уинтер нахмурилась, посмотрев обратно на видящего. — Почему? Как долго?

На сей раз, похоже, поняв, что он сказал, и уловив их реакции, высокий черноволосый видящий поколебался. Ник видел, как он думает, и за этими бесцветными глазами крутятся шестерёнки, пока он смотрел на Уинтер, на Ника и снова на Уинтер.

— Мне кажется, я не подходящий рассказчик для этой истории, — сказал старший видящий, виновато поклонившись ей. — Ты не возражаешь, сестра, если я скажу им, что вы оба по-прежнему здесь? Что вы хотели бы поговорить с ними? Думаю, будет лучше, если они придут сюда и поговорят с вами лично. Или, может, Мири перенесёт вас к нам.

Помедлив, когда Ник и Уинтер переглянулись, видящий заговорил ещё более вежливым тоном.

— Я могу передать любое сообщение, какое вы хотите... — предложил он.

— Да, — сказала Уинтер, похоже, приняв решение. Она повернулась лицом к высокому видящему, поджав губы, и посмотрела ему в глаза. — Скажи им прийти. Скажи им, что мы хотели бы поговорить с ними лично... на таких условиях, как им будет удобнее.

Высокий видящий поклонился.

— Конечно, моя дорогая сестра. Конечно.

Затем старший видящий поколебался, снова глянув на Ника.

Казалось, он не был уверен, стоит ли говорить больше.

В итоге он лишь нагнулся над обмякшим телом своего сына.

Ник смотрел, как видящий аккуратно просовывает руки под плечи и колени бессознательного видящего и грациозно выпрямляется во весь рост, держа его на руках.

— Я скажу им, — пообещал старший видящий. — Своей жене я тоже скажу.

Он посмотрел на Уинтер отдельно.

— Мы любим тебя, сестра. Мы оба. Ты можешь в любое время навестить нас, мы будем рады. Ты можешь остаться жить со мной и моей семьей так долго, как только захочешь... до конца ваших дней, если пожелаешь. Для тебя и твоего супруга наши двери всегда открыты.

Ник открыл рот, хмурясь, но прежде чем он сумел заговорить...

Черноволосый видящий исчез.

Он просто пропал, без фанфар, без единого звука.

Словно кто-то просто выключил видеопроектор.

Все они стояли там, глядя на пространство, где стоял видящий с чёрными седеющими волосами, где неподвижно лежал его сын, скандально известный Дмитрий Йи.

Лишь ветер завывал над их головами, взмётывал волосы, издавал странные звуки в причудливых конструкциях из металла и стекла.

Затем, через несколько секунд после исчезновения обоих видящих...

...этот ветер тоже стих.

Глава 32. Белая Смерть

Ник наблюдал, как Джордан и Морли почти одновременно плюхнулись на диван, расположенный под длинным скруглённым окном в боку металлической трубы. Ник, который уже сидел на диване напротив них и держал за руку Уинтер, прижимавшуюся к его боку, помедлил ровно настолько, чтобы улыбнуться Кит, которая села по другую сторону от него.

Тай и Малек сели на третьем диване, замыкая их странную ячейку, которая теперь занимала большую часть круглой зоны — одну из многих кабинок в длинном подводном поезде... или субмарине... или чем это являлось, чёрт подери.

Большинство людей называли его Трубой — тем же прозвищем, которым когда-то называлось лондонское метро.

Эта Труба тянулась через весь Тихий океан, а также через Атлантический, Индийский и ряд других, защищаемая силовыми полями и работающая преимущественно на органических технологиях.

Искусственный интеллект управлял самими кораблями... или поездами.

Ник никогда прежде на таком не бывал.

Белая Смерть, учитывая, что они преимущественно перевозили контрабанду, когда путешествовали из одной охраняемой зоны в другую, обычно недолюбливала общественный транспорт.

С тех пор, как Ник покинул их ряды, он ездил только на наземных поездах.

Теперь он задавался вопросом, почему так вышло. Честно говоря, он испытывал искушение немного задержаться в Лондоне, устроить отпуск с Уинтер, может, даже после помощи «Архангелу» и Белой Смерти с зачисткой бардака, оставленного Йи. Какая-то часть Ника хотела присутствовать там, хотя бы чтобы убедиться, что этим вопросом занимаются.

— Это будет сделано, — сказал Малек, ошарашив Ника и как всегда прочитав его мысли.

Ник даже гадал, не получит ли передышку от этого, учитывая, что Йи нанёс структурные повреждения всем троим.

— Я использую для этого свои верхние структуры... — начал Малек.

— Что ты имел в виду? — перебил Ник. — Вот только что. Касаемо людей Йи.

Малек моргнул, затем кивнул.

— Я могу читать вампиров... — начал он.

— Да уж, я заметил, — буркнул Ник, но заткнулся, когда Уинтер пихнула его локтем, тихонько хихикнув.

Ник обнял её одной рукой, крепче прижимая к себе.

— ...И я прочёл твоего вампирского отца, Брика, чтобы убедиться в его намерениях, — продолжал Малек, даже бровью не поведя. — Мне показалось, что он очень хотел убрать нас с дороги для следующей стадии его операции...

Тут Ник тоже фыркнул.

Уинтер снова пихнула его локтем и ткнула пальцем в бок.

— ...Мне стало интересно, почему, — добавил Малек, похоже, не замечая их взаимодействий.

— И почему же? — перебил Ник, поворачиваясь, чтобы посмотреть в эти разноцветные глаза. — Почему он пытался избавиться от нас, Мэл?

— Полагаю, он считает это удачным временем, чтобы укрепить свою власть, Ник, — сказал Мэл.

Он откинулся на спинку сиденья, потягивая что-то через трубочку из металлического контейнера.

По запаху Ник узнал в содержимом шоколадный молочный коктейль.

— Насколько я понял, — добавил Мэл, перестав шумно втягивать жидкость. — Подчинённые твоего прародителя уже освободили Лару и планируют прочесать город в поисках сторонников Йи из его внутреннего круга. Они считают, что его последователи — преимущественно люди, а не видящие.

Ник кивнул, глянув на Уинтер, которая теснее прильнула к нему, почти наполовину забравшись на его колени. Он гладил её по волосам, пропуская между пальцев её длинные тяжёлые локоны.

— Я рада, что мы не летим на самолёте, — объявила Тай, пока Ник всё ещё переваривал слова Малека. — Я очень не хотела садиться на ещё один самолёт.

Ник невольно издал фыркающий смешок.

— Тут я с тобой согласен, ребёнок, — сказал он ей, приподнимая бровь.

Но Тай уже повернулась к Кит, поддев её теннисной туфлей с противоположного дивана. Ник заметил, что на её новой обуви тоже имелись блёстки и единороги.

— Ты его нашла? — сказала она. — Ты ведь его нашла, так? Почему ты нам не сказала?

— Я хотела подтвердить это, — сказала Кит, не поднимая взгляда от своих экранов.

— Тебе не надо это подтверждать, — сказала Тай, хмурясь. — Покажи Нику. Мы все хотим посмотреть.

— Это ты так говоришь, ребёнок, — пробормотала Кит.

— Тебе просто не нравится то, что ты нашла, вот и всё, — пожаловалась Тай.

— Ты снова читаешь мои мысли? — парировала Кит.

Она наградила Тай предостерегающим взглядом, отвлёкшись от своего разнообразия экранов.

— Потому что мы это обсуждали, Тайлайя. И не раз...

— Не читаю! — запротестовала Тай.

Юная видящая посмотрела на своего брата, затем на Уинтер, может, в поисках поддержки, затем снова уставилась на опущенную голову Кит с синими и розовыми волосами.

— Я сейчас даже не способна на это, Катарина... — сказала она раздражённо и немного обиженно. — Этот парень Йи сломал мои штуки видящей. Я могу слышать лишь какое-то отдалённое бормотание. Это скорее как волны чувств, но без слов, и я ничего не слышу по-настоящему. Ну, кроме того, что ты говоришь вслух...

— Вслух? — Кит нахмурилась, уставившись на неё. — О чём ты?

Она ошарашенно моргнула.

— Ты говоришь сама с собой, — удивлённо ответила Тай.

— Нет, не говорю, — нахмурившись, Кит посмотрела на остальных. Её злость немного дрогнула, когда Джордан, Морли и Ник дружно закивали. — ...Или говорю?

— Постоянно, — подтвердил Ник.

— Ты делала это, типа... две секунды назад, — проворчал Джордан, держа одну руку скрещенной на груди, а второй показывая на неё. — Типа... буквально, вот только что. Ты бормотала кучу чисел. До этого имена... и что-то про файловую систему.

Кит посмотрела на Уинтер.

— Они же меня разыгрывают. Они точно меня разыгрывают. Ведь так, мисс Джей?

Но Уинтер сосредоточилась на другом.

— Нашла кого? — спросила она. — Кого ты искала, Кит?

Когда Кит нахмурилась, Уинтер подняла голову и подпёрла её ладонью, пока её локоть и предплечье покоились на ногах Ника. Она зевнула, глядя на Тай и Кит.

— Кого ты нашла? — она показала на свою голову, словно объясняя. — Я тоже до сих пор ни черта не слышу. И я слишком далеко, чтобы разобрать твой бубнёж, Кит... так что тебе лучше объяснить.

Кит выглядела слегка обиженной из-за комментария про бубнёж.

После этого она посмотрела на Малека, но он показал рукой жест «говори», смыкая и размыкая пальцы, и при этом продолжал шумно втягивать шоколадный молочный коктейль.

— Я тоже такой хочу, — пожаловалась Тай, глядя на брата.

Малек перевёл взгляд с Кит на неё.

На мгновение перестав пить, он проглотил то, что было во рту.

— Я предлагал купить тебе порцию. Дважды. Я перечислил тебе доступные вкусы.

— Я знаю.

— Ты сказала «гадость» и ушла.

— Я думала, они будут гадкими... но я передумала. Твой выглядит неплохо.

Малек посмотрел на непрозрачный контейнер со своим напитком и нахмурился.

— Как он может выглядеть неплохо? Ты его даже не видишь...

— Я имею в виду, что всё выглядит так, будто он тебе нравится, — пояснила Тай. — Сильно нравится. А ты ещё более привередлив в еде, чем я, так что я думаю, что это действительно вкусно.

— Вкусно, — подтвердил Малек, затем снова взял трубочку в рот, всосал глоток и предложил коктейль своей сестрёнке. — Хочешь попробовать?

— Фу. Нет. Я хочу, чтобы ты купил мне новый.

— Мне придётся найти ту леди. В прошлый раз она сама пришла сюда.

— Так найди её...

— Кого ты ищешь? — спросил Ник, поддерживая вопрос Уинтер.

Когда Тай и Малек оба посмотрели на Ника, он нахмурился.

— ...Да я не про продавщицу мороженого. Кого ищет Кит. На компьютере, — когда они все просто уставились на него, возможно, из-за использования устаревшего слова «компьютер», Ник нахмурился во второй раз. — Кто это? Кто-нибудь нам скажет? Или вы все слишком заняты пререканиями, как кучка карапузов с молочными коктейлями?

Ник посмотрел на Тай.

— И откуда ты узнала, что она кого-то ищет, если ты не читала её?

— Она показала мне ранее! — сказала Тай снова обиженным тоном. — В отеле. Она сказала мне, что ищет парня... того пожилого, который забрал Йи. Ну, ты понял...

Она нетерпеливо показала на своё лицо, изображая бороду, когда никто не заговорил.

— Папу Йи. С длинными волосами и странной одеждой. Того, с которым дружит мисс Джеймс. С планеты со всеми видящими...

— Ну, — сказала Уинтер, слегка нахмурившись, и запрокинула голову, взглянув на Ника. — Вроде как дружу. Давайте скажем так — он думал, что знал меня.

Но теперь Морли смотрел на Тай мимо Малека, который всё ещё занимался своим молочным коктейлем.

— Разве вы не с той же планеты? — спросил Морли у юной видящей. — Ты и твой брат? — он глянул на Малека, затем на Тай. — Ник говорил, вы пришли через какую-то дверь? Типа портала из другого мира? Я подумал, что речь идёт об одном и том же месте. Ну то есть, сколько есть на свете планет, населённых видящими?

Морли посмотрел на Ника, словно ожидая, что вампир или поддержит его, или скажет, что он ошибается. Когда Ник лишь пожал плечами, Морли посмотрел обратно на Тай.

— Откуда вы? Если не из того места, тогда откуда?

Тай пожала плечами, подняв обе ладошки вверх, как это делают маленькие дети.

Она посмотрела на своего брата.

— Не знаю. Я была очень маленькой. Я знаю лишь то, что мои родители привели нас сюда. Думаю, это потому что другие видящие боялись меня.

Ник вздрогнул.

Он почувствовал, что Уинтер тоже вздрогнула.

Малек поколебался, глянув на Тай, затем обратно на Ника.

— Из другого места, — сказал он наконец.

Ник кивнул. Он взглянул на Тай, поколебавшись из-за слов о её родителях и других видящих. Затем решил, что этот разговор лучше отложить до другого времени.

Он посмотрел обратно на Кит, которая как обычно сосредоточилась на нескольких экранах, два из которых мигали и листали цифры в воздухе над её браслетом.

— Ты что-то нашла, ребёнок? — спросил Ник, не сумев скрыть интерес в своём голосе. — Реально есть записи с этим парнем? С тем пожилым видящим, который забрал Йи?

Кит глянула на него, и её усовершенствованные радужки светились от отражения как минимум ещё двух экранов вдобавок к тем, которые Ник видел в воздухе перед ней.

Посмотрев на остальных, она кивнула почти неохотно.

— Я правда пыталась подтвердить это, — пробормотала она.

Ник ждал, наблюдая, как она манипулирует экранами, передвигая их перед собой, пока не вывела отображение видео, которое проецировалось на стену их маленькой кабинки.

Ник проследил за её глазами, когда она зафиксировала экран, дисплей которого оставался пустым.

Она виновато посмотрела на Ника.

— Это картина, — сказала Кит. — Это единственные стоящие сведения, которые я нашла... картина и несколько комментариев к ней. Я не нашла фотографии или чего-то более надежного...

Ник кивнул, показывая в сторону стены, а Уинтер поудобнее устроила руку на его коленях, наблюдая вместе с остальными.

Они все ждали, чтобы увидеть картину Кит.

Кит пощёлкала ещё чем-то на своём устройстве, затем появилось изображение, сопровождаемое экранами текста по обе стороны.

Уставившись на огромную, детально проработанную фреску на каменной стене, Ник напрягся.

— Иисусе, — пробормотал он. — Шипрок.

Кит повернулась, уставившись на него.

— Мать честная, Ник. Ты и там был?

Не отворачиваясь от фрески, Ник медленно покачал головой.

— Нет. То есть... да. Но позднее, — Ник глянул на Уинтер, которая подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Ты привела меня туда, чтобы посмотреть на фреску. Ты хотела показать её мне. Мы напились, и ты рассказывала мне о нём и о мире, в котором ты родилась.

Теперь все они уставились на него.

Ник глянул на Морли, затем на Кит.

— Это было до войны, естественно...

Ник поднял взгляд, умолкнув и сосредоточившись на мужчине, изображённом на стене из красного камня под священными землями Шипрока. Неудивительно, что тот старший видящий с прядями седины в чёрных волосах выглядел таким знакомым.

То же самое лицо, только с чёрными как смоль волосами и чуть более округлым лицом, смотрело со стены, поджимая узкие губы.

Нику даже недавно приснился сон об этом, но он всё равно не сообразил.

Но это очевидно был он.

— Это не картина, — добавил Ник, заставив всех снова посмотреть на него. — Знаю, выглядит похоже, но на самом деле это мозаика. Кто-то сделал эту штуку... — он показал на изображение. — Из кучи маленьких кусочков камня и стекла. В то время Даледжем сказал мне, что это изображение его друга, видящего, который был телекинетиком, как и Йи. Тогда я не знал мифа о Сайримне, так что когда он сказал мне, что его друг — Сайримн, мне это ничего не дало.

Остальные переглянулись и снова уставились на него.

Ник, чувствуя их взгляды, посмотрел каждому в лицо.

— Разве мы не обсуждали это? — хмуро спросил он. — Они называли его Syrimne d’Gaos. Это значит «Меч Богов» на языке видящих. Его воспринимали как какого-то ангела мести...

— Погоди... так этот чувак и был Сайримн? — перебила Кит. — Потому что я собиралась сказать... большинство людей считало, что фреска должна была изображать Сайримна... по крайней мере, так думали большинство видящих, изучавших её в прошлом. Теперь ты говоришь, что ты реально знал этого парня? Что ты и Уинтер были друзьями с ним?

— Не я, — поправил Ник, качая головой. — Я никогда не был знаком с ним. И я не знаю, сколько Уинтер помнит в данный момент.

Снова принявшись пропускать её длинные волосы сквозь пальцы, он добавил:

— Но по сути, да. Даледжем говорил мне, что на фреске его друг, Сайримн... хотя он называл его каким-то другим именем. И это не какая-то чокнутая байка, по крайней мере, если верить Джему. Он говорил, что многие мифы о Сайримне преувеличивали или были вырванными из контекста, но там не всё ложь. Некоторое из описанного действительно случилось. Хотя Джем сказал, что он не разрушал мир... это сделала какая-то группа тёмных существ. Предположительно.

Вздохнув при виде их недоверчивых взглядов, Ник пожал плечами.

— В любом случае, он вовсе не был «мирным», насколько я понял. Ранее в их истории была эпоха, когда Сайримн действительно едва не уничтожил человеческую расу... я не очень хорошо понял эту часть рассказа, но Джем так выразился, будто потом он «исправился» и старался помогать людям. В любом случае, они с Джемом подружились, когда тот парень пытался оправиться и взять себя в руки¹.

Ник поколебался, вспоминая.

Он помнил, как обвинял Джема в том, что Джем делал то же самое с ним, что он хотел Ника только потому, что Ник был сломан, а Джему нравилось чинить сломанное.

Он вспомнил, как сильно он ревновал.

Как эта ревность до сих пор жила в нём.

Чертовски странно было соотносить это с видящим, которого они недавно встретили, и который выглядел как воин-Будда-ковбой, а вовсе не как молодой сексуальный видящий, который соблазнил его партнёра.

Ник нахмурился, затем покачал головой.

— В истории есть... личные элементы, — сказал он, и Уинтер вскинула бровь. — Вещи, которые не важны, — твёрдо добавил он, ответив на её вопросительный взгляд своим хмурым. — ...Но Джем предельно ясно дал понять, что этот парень — телекинетик. Так что логично, что Йи — его сын. Непонятно, как его сын очутился здесь, или почему Йи зациклился на убийствах вампиров. Насколько я знаю, друг Джема никогда не жил на этой версии Земли. И его жена тоже. На Старой Земле не было вампиров... так что если у них нет вампиров в том новом мире видящих, я понятия не имею, почему Йи так помешался на их истреблении. Он вообще не должен знать, что такое вампир, и уж тем более не должен знать о них достаточно, чтобы захотеть уничтожить. Разве что он прослышал о расовых войнах и оказался завербован кем-то другим, кто ненавидел вампиров. Но так помешаться на этом, чтобы перебраться на другую, дерьмовую версию Земли с целью уничтожить их...

Ник покачал головой, сделав неопределённый жест той рукой, что не гладила волосы Уинтер.

— ...Это довольно странно, — закончил он.

Последовало молчание, в котором все они просто смотрели на него.

Затем Уинтер издала урчащий вздох.

— Так что будет теперь? — сказала она, взглянув на Ника.

— С Йи? — Ник нахмурился. — Откуда мне знать?

— Нет, — Уинтер нахмурилась, качая головой. — Я имею в виду... мы только что вручили всю планету Белой Смерти?

Воцарилась тишина.

Уинтер обвела всех взглядом, снова подпирая подбородок ладонью.

— Мы только что отдали им Лару, верно? Вероятно, это значит, что они продолжат иметь рычаг давления на «Архангел». «Архангел» был, пожалуй, одной из немногих человеческих организаций с достаточным количеством влияния, денег, власти... не говоря уж об армии и арсенале крупнее всего, что имеется в охраняемых зонах... чтобы реально бросить вызов Белой Смерти.

Снова помедлив, Уинтер хмуро поджала свои идеально очерченные губы.

— ...Мы только что вручили им контроль над человеческим миром? — закончила она.

Ник глянул на Морли, который нахмурился.

Глаза Джордана, сидевшего рядом с Морли, выглядели твёрдым как лёд, и синеватые ободки сверкали в свете экранов Кит.

Ник обвёл взглядом своих друзей.

В итоге он посмотрел на Малека.

— У тебя есть фрески на этот счёт, мальчик с видениями? — спросил Ник, изо всех сил стараясь сделать свой тон лёгким, даже беззаботным. — Есть что-то про то, что Белая Смерть правит миром? Свергает человеческие правительства? Делает нас всех своими маленькими сучками?

Воцарилось молчание, пока они все смотрели на Малека.

Высокий видящий с разноцветными глазами до сих пор не расправился со своим шоколадным молочным коктейлем.

Он шумно всосал последние капли холодной жидкости, заставив Ника поморщиться, затем поставил металлический контейнер на подлокотник между ним и его сестрёнкой Тай.

— У меня не отсутствуют картины на эту тему, — осторожно сказал он.

Уинтер и Ник оба уставились на него.

Затем Ник медленно опустил взгляд к Уинтер, а она запрокинула голову, посмотрев на него.

Несколько долгих секунд никто не произносил ни слова.

Но Ник имел в себе достаточно её крови, чтобы слышать её, даже если отчасти ему этого не хотелось.

«Ник этого ещё не осознаёт, — тихо думала Уинтер едва слышным бормотанием. — Но он до сих пор с ними. Возможно, все мы теперь с ними. Возможно, все мы члены Белой Смерти. В конце концов, теперь мы все принадлежим Нику. Не только я. Не только Тай. Все мы... Кит, Морли, Джордан, Тай, Малек, даже Лара и та полицейская, Чарли. Ник приютил нас всех, сломанных и бездомных, и теперь мы принадлежим ему».

Её разум помедлил, мысли сделались мрачными.

«...а он принадлежит им».

Ник нахмурился, как только она отвела взгляд.

Думая над услышанным, над смыслом, который почувствовал в её мыслях, Ник снова помрачнел, глядя на изображение настенной фрески с видящим-телекинетиком, о котором рассказывал ему Даледжем, казалось, миллион лет назад.

Он хотел сказать Уинтер, что она ошибается. Он хотел сказать ей, что он десятки лет назад порвал с Белой Смертью. Он хотел напомнить, что это она его приютила, а не наоборот.

Он хотел напомнить ей, что полиция Нью-Йорка тоже приютила его... и Кит, не говоря уж о Ларе Сен-Мартен и «Архангеле».

Но он не мог этого сделать.

Не мог, потому что что-то в услышанном ощущалось как правда.

Всё, о чём она думала только что, всё, что она чувствовала... всё это казалось стопроцентной правдой.

Продолжение следует…

¹Если хотите прочитать про эти события, вам в другую серию Дж.С. Андрижески, которая называется «Мост и Меч». Начинайте чтение с книги «Шулер», всего 10 книг, серия закончена.