Кэти Роберт Навсегда их Серия: Роман о Таланской Династии. Книга 2

Внимание!

Текст книги переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Любое коммерческое или иное использование кроме ознакомительного чтения запрещено.

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу запрещено.

Создатели перевода не несут ответственности за распространение его в сети.

♔Переводчики: Настёна (1-9 глав), Анюта (с 10 главы)

✎Редакторы: Анюта Б., Евгения А.

✎Обложка: Wolf A.

✎Вычитка: Иришка К.

✎Оформление:Евгения М.

♛Специально для группы: Золочевская Ирина || Б. Б. Рейд

Глава 1

– Мэг, кого-то вырвало в туалете.

Мэг Сандерс закрыла глаза и очень медленно сосчитала до десяти. Это не изменило ни слов Джоны, ни их смысла. Но к тому времени, когда она повернулась к нему лицом, выражение на нем уже было спокойным. Немного.

– Это ты мне говоришь?…

– У меня конец рабочего дня, – он показал свой табель учёта рабочего времени. – Моя смена закончилась тридцать минут назад, если задержусь, рискую получить выговор за сверхурочные.

Если выбирать из двух зол, то уборка чужой блевотины станет наименьшей из забот Мэг.

– Ладно, иди. – Характер у босса становился совершенно несносным, когда дело доходило до сверхурочных, и они все научились избегать превышения отведённых часов, если это было возможно. Джона – порядочный парень, и она не хотела бы подставлять его. – Я все решу.

Звонок об окончании рабочего дня уже прозвучал, и все огни были зажжены. Если последние четверо посетителей не выйдут в ближайшее время сами, ей придется вызвать такси и вышвырнуть их на обочину.

К счастью, до этого не дошло. Джона направился к выходу, а она, должно быть, выглядела и чувствовала себя такой разбитой, что он выпроводил всех гостей и подождал, когда Мэг закроет дверь, прежде чем направиться к своей машине.

Да, Джона – хороший парень.

Он даже слегка покраснел, когда пригласил её на свидание несколько недель назад, и хорошо воспринял её отказ. Она могла бы сослаться на свой безумный рабочий график, который станет ещё более безумным, когда возобновится учёба осенью, но правда была еще более жалкой.

Разве можно сравнивать Джону с принцем и его телохранителем?

То, что должно было стать единственной ночью, воплощенной самыми грязными ее фантазиями, превратилось в клише, с которым она рисковала сравнивать все свои будущие отношения. Не то чтобы она могла назвать отношениями встречу в клубе в свой двадцать третий день рождения и возвращение домой с двумя парнями для самой сексуальной ночи в её жизни. Удивительный секс был просто сексом.

Даже если Мэг начинала подозревать, что это разрушило её жизнь.

Бесполезно думать об этом сейчас.

Они уехали. Они больше никогда не позвонят.

Это ты улизнула, не попрощавшись. Вероятно, они поняли намёк.

Мэг тихо рассмеялась над абсурдностью своих мыслей. Она нашла ведро для швабры, подтащила его к раковине и плеснула немного жидкого мыла в бурлящую воду. Легче сосредоточиться на своей уязвлённой гордости, чем на денежном долге, от которого она никак не могла избавиться. Крайний срок оплаты её осеннего обучения был на этой неделе, и она совсем не смирилась с тем фактом, что после всех часов, чаевых и даже второй работы ей всё ещё не хватало нужной суммы.

Серьёзно не хватало.

Целых две тысячи долларов.

По большому счету не так уж много денег, но с везением Мэг она бы их на Луне не заработала. Девушка была в таком безвыходном положении, что заполнила пару заявок на кредиты, но они так и остались лежать на её столе дома, неотправленные. Они были лишь временным решением проблемы. Осеннее обучение превратится в весеннее, и даже если ей удастся наскрести денег на этот раз, в следующий – не получится. Лучше просто изящно откланяться и остаться без диплома.

Но и эту анкету она не заполнила.

Мэг застыла на месте, не в силах двинуться ни вперёд, ни назад. Если она бросит учёбу, то будет ничем не лучше той, кем всегда называла её мать: неудачница, обречённая идти по стопам своей семьи. Бедность преследовала её. И сложный выбор: выйти замуж или вернуться в лоно семьи. Непосильное бремя задолженности, из которого она никогда не сможет выбраться. Работа, медленно высасывающая из её жизни все радости.

Она не могла этого сделать.

Не могла вернуться в этот маленький городок, в этот грязный трейлер и встретиться лицом к лицу с семьёй, которой она показала средний палец, когда ей исполнилось восемнадцать и она окончила школу с отличием. Мэг слишком много работала, чтобы хоть как-то изменить свою жизнь.

За исключением сегодняшнего момента.

Убирает чужую блевотину.

Она покатила ведро по тёмному коридору к паре туалетных комнат, расположенных у задней двери. Бар был похож на бесчисленное множество других баров, разбросанных по всей стране. Свет слишком тусклый, полы слишком липкие, алкоголь слишком дешёвый. Но это место было для неё вторым домом. Она любила большинство людей, с которыми работала, и если её босс был в некотором роде мудаком, что ж, в стаде всегда есть одна паршивая овца.

Мэг медленно, глубоко вздохнула и толкнула первую дверь. Запах рвоты заставил её отступить на шаг, но она справилась с собой. Просто покончи с этим и можешь идти домой. Домой, в свою крошечную квартирку, заставленную подержанной мебелью. Смотреть было не на что, но она принадлежала ей, и она любила её. Между ней и жёсткой кроватью была только эта грязная уборная, и будь она проклята, если позволит зловонию, пропитавшему воздух, одержать верх.

Она принялась за работу.

Отвратительную работу, если честно.

Из-за промедления Джоны беспорядок высох. Когда дверь за её спиной распахнулась, Мэг, проклиная чей-то раздраженный желудок, скребла шваброй что-то похожее на расплавленную сахарную вату и кукурузу. Никогда больше не ешь ни того, ни другого. Она даже не осознавала, что больше не одна, пока в туалете не прокатился мужской смешок.       

Подпрыгнув и замахнувшись шваброй, она обернулась и чуть не... Мэг замерла. Вот оно. Она окончательно растеряла остатки разума, потому что галлюцинация, вызванная усталостью, была единственным объяснением его присутствия здесь. Она моргнула, потом снова моргнула. Но он не исчез.

– Тео?

Теодор Фитцчарлс III, бывший наследный принц Талании, подпер дверь кожаным ботинком, без сомнения, дизайнерским, и одарил её сожалеющей улыбкой.

– Привет, принцесса.

Она перевела взгляд с него на полуочищенную рвоту и швабру в своей руке. На секунду Мэг всерьёз задумалась, не ударить ли его ею, чтобы хоть немного нарушить идеальный образ. Даже когда он прижимал её к дивану и трахал до потери сознания, Тео не переставал выглядеть идеально. Мужчина был очень симпатичным, хотя и слишком мужественным. Черты его лица заострённые, полные губы и голубые глаза, которые столько всего обещали, о чем она могла только догадываться. Сегодня он был одет в простую белую выглаженную футболку и джинсы, которые, вероятно, стоили больше, чем месячная арендная плата Мэг. Она даже не могла держать на него зла, потому что это был Тео.

Нет, она не могла винить его за это.

Но она могла обвинить его за то, что в течение трёх грёбаных месяцев он ни разу не дал знать о себе.

Она снова задумалась о швабре в своих руках, но, в конце концов, решила, что если ударит его, то только докажет, насколько она рассержена. Мэг окунула швабру в грязную воду и вернулась к уборке.

– Не ожидала увидеть тебя снова.

– Хочешь сказать, что ты всегда оставляешь свой номер человеку, которого не ожидаешь когда-либо снова увидеть?

Она никогда бы не призналась, что оставила его. Так получилось, когда она думала, что провела ночь с двумя незнакомцами, чьим единственным грехом считалось богатство – что напрягало её. И только кравшись по коридору к выходу, она узнала правду. Тео был изгнанным принцем Талании. Он приехал с огромным количеством чемоданом, что не укрылось от её внимательного взгляда.

Но Мэг не вернулась за своим номером.

Она всё ещё не понимала – почему.

Оправдание, что утром она не сможет без стыда посмотреть на него, не могло сравниться даже с тремя месяцами его отсутствия. Мэг ещё сильнее стала отскребать грязь на полу.

– Если это было приглашение – а его не было, – то стоило просто позвонить. А не узнавать адрес моей работы и не появляться после рабочего дня, когда я одна и совершенно беззащитна.

Он рассмеялся. Ублюдок рассмеялся.

– Беззащитна, Мэг? Никогда. Если и есть кто-то беззащитный в этом сценарии, то только я.

Эти слова доказывали её подозрения – он не собирался рассказывать ей правду, как и в ту ночь, три месяца назад. Если бы он сказал ей в клубе, кем на самом деле является, она бы всё равно пошла с ними; просто её удивление выдавали бы широко раскрытые глаза. Но он не был честен – ни один из них не был честен. Она открыла рот, чтобы заставить его убраться отсюда, но получилось не то, что хотела:

– Где Гален?

Тео пожал плечами.

– Появилось несколько срочных поручений.

Вот и ещё одно доказательство.

– Он не знает, что ты здесь, не так ли? – Тео мог играть по своим собственным правилам, но приоритетом у Галена всегда был Тео. Он ясно дал понять, что не намерен продолжать отношения с Мэг. Это стало единственным для неё утешением. Они с Галеном превзошли Тео, преодолев плотское желание.

По крайней мере, так было до тех пор, пока он не появился здесь без вечно следующей за ним тени-телохранителя.

Тео снова пожал плечами, давая понять, что это не имеет значения.

– Вопреки тому, во что ты, кажется, веришь, мы не привязаны друг к другу.

– Мог бы и не дурачить меня.

Она ждала, но он, казалось, был доволен, прислонившись к дверному косяку и наблюдая за ней, поэтому Мэг пожала плечами и вернулась к работе. В конечном счёте, его присутствие ничего не меняло. Как только она вышла из их квартиры три месяца назад, она решила оставить всё – всех – в ней позади.

– Мы закрыты.

– Мэг.

Она не стала смотреть на него. Искушение было слишком велико. Он был чересчур привлекательным, притягательным, и он знал это. Но она не смогла устоять перед тем, как он прошептал её имя таким тоном. Стойкость куда-то испарилась. Мэг вздохнула и встретилась с ним взглядом.

– Прошло уже три месяца, Тео. Ты сказал, что уедешь максимум на пару недель. Даже если бы мне было интересно, а это большое «если» на данный момент, возможность уже упущена.

– Я бы хотел пригласить тебя на ужин. Или выпить чего-нибудь.

Его способность переворачивать её слова была ловким трюком, но она не собиралась ему потакать.

– До свидания, Тео.

– Подожди. Чёрт, Мэг, просто... подожди. – Он провёл рукой по лицу, и впервые с тех пор, как он появился здесь, она заметила тёмные круги у него под глазами. Как будто он мало спал с тех пор, как она видела его в последний раз. Не важно. Это не имеет значения. Он опустил руку и пригвоздил её взглядом. – Когда мы уехали из Нью-Йорка, ситуация осложнилась, и нам пришлось немало поскитаться, пока всё не успокоилось. Я не собирался возвращаться сюда или рисковать связываться с тобой, пока не был уверен, что это безопасно.

Она плеснула воды на пол и вернулась к мытью.

– Тео, мне было весело в тот вечер. Очень весело. Но это всё. У тебя сложная жизнь. У меня сложная жизнь. Между ними существует такой разрыв, что было бы абсурдно пытаться его сократить.

– Да кого, блядь, волнует этот разрыв? Мы нашли друг друга. Ты, я и Гален.

Сложно было поспорить с этим, да она и не пыталась. Отрицай-не отрицай, но она слишком хорошо помнила, как молги меняться его голубые глаза, когда начинали что-то просчитывать. Он был воспитан наследным принцем Талании, что подразумевало под собой врожденное чувство плести интриги и лгать с самого рождения. Он хотел её и сказал был всё, что угодно, лишь бы заполучить её в качестве трофея. Мэг была девушкой, выросшей в трейлере, а он – парнем, выросшим во дворце. Он не мог видеть в ней ничего другого.

Он определённо не видел в ней ровню.

Что она могла сказать, чтобы достучаться до него?

– Тео, сколько стоила аренда той квартиры?

Его взгляд стал непроницаемым.

– Не понимаю, какое это имеет значение.

– Это ответ на мой вопрос. – Она горько рассмеялась; звук был таким же унылым, как и комната, в которой они сейчас стояли. – Мне ещё год до получения степени магистра, а я даже не могу оплатить своё обучение, как бы ни старалась. Я не сомневаюсь, что твои проблемы реальны и важны, но это всё равно, что беспокоиться о том, как полететь на ракете на Луну, когда я даже не могу позволить себе машину. Мы живём в двух разных мирах.

– Принцесса…

– Нет. – Мэг подняла руку, останавливая его. – Я не принцесса, как и ты не нищий. Давай будем честными по отношению друг к другу. Ты стоишь там, одетый в дизайнерскую одежду с головы до ног, а я убираю чужую блевотину за ничтожно малую зарплату. Мы слишком разные, Тео. Независимо от того, насколько хорош был секс, в какой-то момент его просто не хватит, и всё развалится. Я хочу сохранить счастливые воспоминания о той ночи, а не противостояние трех человек в попытках обрести то, что недоступно, – она покачала головой, едва веря собственным словам. Три человека. Адски горячая ночь и отказ от дальнейших отношений?

Катастрофическая смесь.

Тео вздохнул.

– Если продолжишь в том же духе, потратишь много времени.

Она моргнула.

– Вообще-то…

Договорить она не успела. Он выхватил швабру и отодвинул её. Скривив свои идеальные губы, Тео оглядел беспорядок на полу и пробормотал что-то о пьяных идиотах. Но прежде чем она успела что-то сказать, он уже начал усиленно драить пол.

Нужно было его остановить.

Следовало вмешаться, потребовать швабру обратно и закончить начатое.

Но странный вид Тео, занимающегося физическим трудом, удержал её на месте. Что он хочет этим сказать? Мэг не знала, и это её убивало. Какой бы ни была цель его приезда сюда, она будет вести себя разумно, чёрт побери.

Разум должен победить.

Тео потратил меньше времени, чем потратила бы она. Ни один из них не произнёс ни слова, когда он отнёс ведро к раковине и вымыл его. Что тут можно было сказать? Не важно, почему Тео появился здесь, следовало всё это прекратить. Так было нужно.

Он вытер руки и повернулся к ней лицом.

– Что ещё тебе нужно сделать перед закрытием?

– Я почти закончила. – Худшее задание она оставила напоследок, что было к лучшему. Последнее, в чем нуждалась Мэг, так это в его присутствии, пока она пыталась сосчитать деньги в кассе или в том, что требовало полной концентрации. Она прочистила горло. – Тебе лучше уйти.

– Я провожу тебя.

Он не противоречил ей, но было ясно, что никуда не уйдёт, пока не сделает именно то, что намеревался. Мэг стиснула зубы и пошла запирать входную дверь. Тео глазами следил за её действиями, не двигаясь со своего места у задней двери. Правда, это мало помогало. Она чувствовала, что он занимает слишком много места, слишком много чувственной энергии кружилось внутри этого грязного бара.

Дважды проверив, что входная дверь заперта, а табличка «открыто» выключена, Мэг направилась к задней двери. Она чуть не сбилась с шага. Боже, Тео был так великолепен, что на него было больно смотреть. Он был не так огромен, как Гален, и больше походил на клинок, предназначенный для того, чтобы резать и колоть, чем на сокрушительный боевой молот. Но его белая рубашка натягивалась на напряжённых мышцах плеч и груди, и она по опыту знала, насколько сильным он может быть.

Остановись.

Перестань думать о той ночи.

Тео придержал для неё дверь, и Мэг почувствовала его запах, проходя мимо него. От чего внутри всё похолодело. Сандаловое дерево и специи. Сочетание, которое она будет ассоциировать с лучшим сексом в своей жизни до конца своей жизни. Мэг закрыла глаза и вдохнула, вбирая в себя каждую частичку его тела, как наркоман, нуждающийся в самой маленькой дозе.

Она не могла согласиться на его предложение. Всё может начаться с ужина и продолжиться в другом месте. И где бы это ни продолжилось, все её планы рухнут, сердце разорвётся на части, а жизнь превратится в руины.

Нет, Мэг не могла сказать «да».

Она заставила себя открыть глаза и продолжать двигаться. Заперев за собой дверь, она вышла на улицу. Тео легко поспевал за ней.

– На чем ты ездишь, если нет машины?

Кто водит машину в Нью-Йорке? Очевидно, кто-то настолько греховно богатый, как Тео.

– Я езжу на метро.

– Метро, – он произнёс это слово, как будто говорил о дерьме, прилипшем к подошве ботинка. – Нет. Ни в коем случае.

Тео выудил из кармана джинсов связку ключей и нажал на кнопку, отчего машина на улице загудела. Мэг не нужно было смотреть на неё, чтобы убедиться в её стоимости. Она была чересчур дорогой.

Терпение оставалось всё меньше и меньше.

– Спокойной ночи, Тео. – Если она сядет с ним в машину, то понятия не имела, куда он её привезёт. Не потому, что Тео был каким-то сумасшедшим убийцей, а потому, что Мэг не доверяла ему. Если к ним ещё и Гален присоединиться, то её однозначно ждёт конец.

Нет, нужно бежать так далеко и так быстро, как только можно.

– Мэг. – Ну вот опять рычание. Тео шагнул ближе, его присутствие ошеломило её, несмотря на то, что между ними был добрый фут. – Мэг, давай я хотя бы провожу тебя до станции метро, – он протянул руку и заправил выбившуюся прядь ей за ухо, его большой палец скользнул по её подбородку. От этого крошечного прикосновения у неё под кожей заискрились молнии. Она хотела его. Господи, как же она его хотела! Мэг была похожа на собаку Павлова, задыхающейся от желания попробовать что-нибудь ещё.

– Не думаю, что это хорошая идея. – Она протянула руку, собираясь коснуться его нижней губы. Но тут же опустила её, воспоминание о его губах на других частях её тела обжигало её. О чём она только думала? Она должна выбраться отсюда, и сделать это немедленно. Ей потребовалась вся воля, чтобы сделать шаг назад, а потом ещё один. – Пожалуйста, не приходи сюда больше.

Тео изучал её своими великолепными голубыми глазами. Он, казалось, видел больше, чем она собиралась показать, и она затаила дыхание, пока он размышлял. Наконец он кивнул.

– Хорошо, принцесса. Я больше сюда не вернусь, – он придвинулся ближе и взял её за подбородок. Даже зная, что ей следует оттолкнуть его, Мэг не могла не наклониться к нему, словно цветок, ищущий его тёплого солнечного света. Его губы коснулись её губ, прикосновение было таким мимолётным, что она была почти уверена, что ей это показалось.

А потом он исчез, выпустив её из ловушки своих прикосновений и отодвинувшись назад.

– Ты знаешь, где меня найти, если передумаешь.

– Этого не случится. – Это может произойти.

– Я думаю, мы ещё посмотрим, не так ли? – Усмехнулся он и направился к своей машине.

– Высокомерная задница, – пробормотала она. Тео, возможно, и был воплощением греха, но он мог и ошибаться. Она не станет его искать.

Мэг направилась к метро, каждый шаг высасывал энергию, которую принесло ей присутствие Тео. К тому времени, как она добралась до дома, она уже не была женщиной, привлекшей бы внимание прекрасного принца. Она была просто аспиранткой с большим количеством долгов, и что с ними делать – она не знала, и ни одно чудо не могло избавить её от них.

Дверь в её квартиру рассохлась, так что ей приходилось толкать её плечом, чтобы открыть и закрыть одновременно. Хлипкий засов не смог бы удержать даже мышь, решившуюся вломиться в дом, но за все годы, что она жила здесь, у неё никогда не было проблем с такими вещами.

Быстро приняв душ, Мэг рухнула лицом вниз на кровать. Обычно она работала до изнеможения, и к концу рабочего дня настолько уставала, что сон приходил без особых усилий; но сегодня её мозг не переставал работать.

Невозможно было не сравнить её дерьмовую кровать с той, что стояла в квартире Тео и Галена, той, что вмещала их троих и на ощупь была похожей на облако. Мэг перевернулась на другой бок и выругалась в подушку. Прекрати, прекрати, прекрати. Есть тысяча и одна причина, почему держаться подальше от них – единственный выбор, который у тебя есть, и ты это знаешь. Хороший секс – это единственная причина, по которой было бы здорово сказать «да».

Хороший секс не перевешивает всего плохого. Обман рано или поздно раскрылся бы.

Она должна была помнить об этом.

Секунды тикали, превращаясь в минуты, а потом и в часы, пока Мэг смотрела, как городские огни играют на потолке. Утром у неё была назначена встреча, чтобы обсудить финансовые варианты с колледжем, поэтому следовало быть выспавшейся и отдохнувшей, что, к сожалению, не произойдёт.

Чёрт бы побрал Тео.

В шесть утра Мэг сдалась и приняла душ. Готовясь, она репетировала, что скажет финансовому консультанту. Они постоянно сталкивались с подобными случаями, к сожалению, колледж не занимался благотворительностью. Финансовая помощь Мэг иссякла в прошлом году, и сейчас она была не в том положении, чтобы просить гранты. По уши в дерьме, без возможности как-либо поправить своё положение, и от того, что скажет консультант, зависело её будущее.

Она должна была попытаться что-то сделать.

В худшем случае я возьму академ и буду работать как проклятая, экономя каждый цент, и в следующем году получу диплом.

Это ещё не конец света, если придётся отстрочить обучение. Или так просто кажется.

Мэг тщательно накрасилась – неброская помада и тени для век, чтобы придать немного свежести лицу после бессонной ночи, – и надела единственный строгий наряд в гардеробе. Платье, которое она вытащила из кучи одежды, пожертвованной подругой Карой на благотворительность, и немного подогнала по фигуре. И туфли, которые она надевала на окончание средней школы. Они не были модными, но чёрные туфли-лодочки завершали образ лучше, чем ботинки или шлёпанцы.

Спустя час она постучала в дверь и вошла в кабинет.

– Мистер Танека?

– Входите, входите.

Он не отрывал взгляда от компьютера, когда она подошла к выцветшим стульям, стоявшим перед его столом. Они встречались всего несколько раз за время её учёбы в колледже, но Мэг всегда поражало, насколько мал был мистер Танека. До пенсии ему оставалось меньше пяти лет. Физически его можно было назвать хрупким, но это впечатление развеивалось, едва он открывал рот. Его глубокий бас привлекал внимание, но его отношение, честно говоря, было отстойным. Его полное безразличие всегда было так очевидно, когда кто-то просил о помощи, включая Мэг.

И вот она снова здесь и снова просит его помочь, надеясь на лучший исход.

Мэг больше не к кому было обратиться.

Ожидая, когда он обратит на неё внимание, девушка смотрела на часы. Насколько Мэг знала, он играл в солитёр. Через десять минут она громко прочистила горло.

Мистер Танека вздохнул.

– Ты всё ещё здесь?

– Ну... да, – она сжала руки и постаралась, чтобы её голос звучал ровно и спокойно. – Мы ещё не встречались, мистер Танека. На этой неделе мне следует заплатить за осеннее обучение, и я надеюсь, что мы найдем выход из сложившейся ситуации, и мне не придётся брать академ.

Он снова вздохнул, на этот раз громче, и откинулся на спинку стула.

– Мисс Сандерс, я не понимаю, почему вы тратите наше время впустую.

– Прошу прощения? – он и раньше был груб, но это было выше всяких похвал. Мэг сжала губы, чтобы не закричать ему в лицо. О чём ему беспокоиться? Тёплая офисная работа, до пенсии рукой подать.

У неё не было такой роскоши.

У неё не было никакой роскоши.

Мистер Танека посмотрел на неё так, словно она сбежала из психиатрической лечебницы и ворвалась в его кабинет, чтобы испортить ему день.

– В какую игру вы играете, мисс Сандерс? Ваше обучение полностью оплачено.

Мэг зажмурилась.

– Что? Это невозможно.

– Напротив, вся информация в компьютере, – он повернул экран лицом к ней. Остаток долга был равен нулю.

Невозможно.

Вчера ей не хватало двух тысяч долларов. Мэг была не из тех людей, которые могли бы заметить пропажу такой суммы денег. Как это возможно…

Нет.

Нет, он не посмел бы.

Она прочистила горло.

– Можно ли узнать, кто оплатил моё обучение?

– Мисс Са…

– Имя, мистер Танека. Мне просто нужно имя. Пожалуйста.

Ещё один из тех многострадальных вздохов. Он нажал несколько кнопок.

– Некий мистер Тео Фитцчарлс внёс деньги сегодня в пять утра.

Этот сукин сын.

Глава 2

Гален Микос сошёл с частного самолёта и глубоко вздохнул. Не имело значения, что он находился в частном аэропорту, окружённый асфальтом и выхлопными газами реактивных двигателей. Пахло жимолостью и домом. Было так много вещей, по которым он не скучал, находясь в Талании изо дня в день – главным образом, злословие и политиканство – но он скучал по этому.

Страна.

Его страна.

Страна, которой Тео когда-нибудь будет править, если им удастся совершить государственный переворот.

Гален выругал себя за свои причудливые мысли и проверил телефон. От его лучшего друга не было ничего, что должно было бы заставить его насторожиться, но Тео, как правило, позволял своему упрямству брать верх над здравым смыслом, а возвращение в Нью-Йорк... Да, Гален точно знал, где находится сейчас его друг.

Тео пообещал держать свои руки подальше от Мэг, но Гален ни на секунду не сомневался, что это обещание будет выполнено. У Тео был странный моральный кодекс, и, хотя он серьёзно относился к своему слову, он создавал лазейки своим большим мозгом с кучей извилин. В такие моменты и наступала очередь Галена избавлять их от неприятностей.

Снова.

В большинстве случаев он не держал зла на своего друга. Тео он принимал таким, какой он есть.

Гален был обязан ему всем. Иногда, пробираясь сквозь бури дерьма, он платил ничтожную цену за неудавшуюся попытку обрести гармонию, даже если он проведёт остаток жизни в тени Тео. Его друг – его грёбаный Наследный Принц – разозлился бы, услышав это, но это была правда.

И он, черт возьми, не решал проблемы, стоя здесь и размышляя о дерьме, которое не мог контролировать. Тео сделает так, как захочет. Гален был в Талании последние двенадцать часов. Он справится с любой возникшей ситуацией, когда вернётся в Нью-Йорк.

Сейчас же ему пришлось иметь дело с другим кошмаром.

С семьей.

Хотя Гален формально не был изгнан, он не мог ступить во дворец, не вызвав международного скандала. Нынешний Наследный Принц был младшим братом Тео, Эдвардом, и он был неплохим ребёнком. Но как это обычно бывает: ему – семнадцать, и он находился под сильным влиянием своего дяди. Этого ублюдка, с которым Гален хотел бы провести пять минут наедине. К сожалению, от него это не зависело.

Рядом с ангаром стоял матовый серебристый «Роллс-Ройс», и он, закатив глаза, подошёл к нему и скользнул на заднее сиденье.

– Хорошая машина, старик.

При виде сына Дориан Микос скривил верхнюю губу.

– Если бы я знал, что ты оденешься как крестьянин, я бы постелил полотенце.

Гален посмотрел на свои поношенные джинсы и поднял бровь.

– Некоторые из нас не чувствуют необходимости размахивать своими членами, чтобы доказать, сколько у нас денег. – Его отец, с другой стороны, был одет в костюм-тройку, который какой-то дизайнер, вероятно, создал специально для него. Он слегка переливался при каждом движении, оттеняя пурпурный на фоне синего, когда солнце танцевало на его поверхности. В сочетании с мокасинами из крокодиловой кожи и грёбаным кружевным носовым платком, засунутым в передний карман, он выглядел настоящим денди. Все, что ему было нужно – это трость, украшенная драгоценными камнями.

Дориан долго смотрел на него, словно решая, как лучше использовать ситуацию в своих интересах. Он был хорош в этом, но Гален знал его трюки лучше, чем кто-либо другой. Точно так же, как он знал, как реагировал отец, когда его манипуляции не удавались – кулаками. Он прислонился спиной к двери и скрестил руки на груди, намеренно занимая больше места, чем требовалось. Вот именно, засранец. Действуй осторожно.

– Ты вызвал меня. Я здесь. С таким же успехом мы могли бы перестать терять время и перейти к делу.

Ещё один удар тишины. Дориан тепло улыбнулся. Он был более стройной, более метрополитенной версией Галена; каждую унцию жизни старик тратил на уход за своими тёмными волосами, встав перед солнцем, тень за его спиной очерчивала мужскую фигуру, придавая ему больше мужественности. Игра. Всё это было притворством. Дориан менял личность, как некоторые хищники меняют камуфляж. Конец игры – вот всё, что имело для него значение, и если бы это означало устроить переворот против правящего монарха, он бы и глазом не моргнул.

Он и глазом не моргнул, когда пятнадцать лет назад безуспешно пытался убить отца Тео.

Не зацикливайся на прошлом. Он хочет, чтобы ты был здесь по поводу будущего. Будь внимателен.

Наконец Дориан наклонился вперёд.

– Твоя мать хочет, чтобы ты вернулся домой.

 Ради всего святого.

– Только не снова.

Ни одно из многочисленных владений его родителей никогда он не считал своим домом. Его отец был чертовски уверен в этом. Когда Галену исполнилось шестнадцать, всё пошло прахом, и единственным человеком, который предложил ему безопасное место среди хаоса, был Тео.

Тео был его грёбаным домом.

Даже Талания не могла с ним сравниться.

И мужчина, сидящий рядом с ним, который просто оказался его донором спермы, конечно же, не имел к этому никакого отношения.

– Она убедила Филиппа согласиться помиловать тебя. А ты знаешь, что если соглашается Филипп, то он заставит согласиться и Эдварда. Его рука крепко обвила шею кронпринца, что удивительно, как это Эдвард говорит не голосом Филиппа.

Гален опустил руки.

– Он предлагает мне своё прощение? Какого хрена он должен меня прощать? Я не совершал никаких преступлений.

Никакого преступления, кроме верности единственному истинному наследному принцу. Если бы отец Тео, бывший король, был ещё жив, ничего бы этого не случилось. Но странная болезнь поразила его в возрасте пятидесяти пяти лет и, чёрт побери, если кто-нибудь из придворных врачей смог бы выяснить её причину.

Скорее всего, его отравили, хотя не было ни малейшего доказательства, подтвердившие слова Галена.

Даже Тео ему не поверил.

– Ты был изгнан вместе с Теодором Фитцчарлзом III. Ты готовил с ним заговор, чтобы устроить собственный переворот.

На лице Галена ничего не отразилось. Само собой разумеется, что слухи долетели до Талании чересчур быстро. Они с Тео не скрывались, правда, он не хотел афишировать их намерения – по крайней мере, пока у них не будет достаточно козырей в рукаве, чтобы гарантировать себе победу. До этого момента он будет отрицать это до самой смерти.

– Я не знаю, что ты курил, старик, но мы просто пытаемся собрать осколки после того удара, который ты нанёс. Как поживает Филипп в последнее время? Ты всё ещё сосёшь его член утром, днём и ночью?

Дориан плотно сжал губы.

– В этой машине есть только один человек, который сосёт член, и это не я.

– Твои слова как музыка, – Гален пожал плечами. – Нужно было позвонить. Сэкономило бы вам топливо для реактивного самолёта. Я больше не вернусь. Я сделал свой выбор. Вы с Энн должны смириться с этим.

– Это ещё не всё.

Он стиснул зубы и стал ждать. Всё это ему не нравилось. Дориан никогда не переставал плести интриги, и то, что он ждал целых десять лет, мало что меняло. Своими следующими словами его отец доказал ему эту правоту:

– Мы устроили выгодную партию. – Когда Гален просто уставился на него, Дориан улыбнулся ещё шире. – Подумал, что это может заинтересовать тебя. Камилла Фитцчарлз.

Гален рассмеялся. Он ничего не мог с собой поделать. Вся эта ситуация была чертовски абсурдной.

– Ты хочешь, чтобы я женился на Ками? На той самой девушке, кому я подгузники менял? Ты что, совсем с ума сошёл? Она же ребёнок. – Ей было пятнадцать... нет, это было в августе. За лето ей должно было исполниться шестнадцать. Гален покачал головой. – Я не знаю, какую цель ты преследуешь, но я не трахаюсь с детьми.

– Через два года она станет совершеннолетней. Ждать осталось не так уж много времени, по большему счету.

– Даже когда она достигнет совершеннолетия, она всё равно останется ребёнком. Я не собираюсь жениться на грёбанном ребёнке. – Не то чтобы Гален вообще собирался жениться.

Но если он когда-нибудь и нажмёт на этот курок, то уж точно не ради политической выгоды.

– В следующий раз звони по телефону и не трать моё время зря.

Он вылез из машины и направился к самолёту. Он должен быть уже на пути к заправке, а потом он вернётся в Нью-Йорк.

Вернётся к Тео.

***

Весь день Мэг работала, и знание того, что Тео заплатил за ее обучение, висело над ней как Дамоклов меч. Тео не только вернулся в Нью-Йорк, но и вмешался в её жизнь. И не только, он будто помахивал своим гигантским денежным членом перед ней, считая, что имеет на нее какие-то права.

Она налила три порции виски и подвинула их через стойку к ожидающим мужчинам. Что думает обо всём этом Гален? Она не знала, потому что не видела его с тех пор, как появился Тео.

Но это не имело значения.

Тео переступил черту, когда заплатил за её обучение. Она не могла позволить себе отплатить ему тем же. Если бы она могла, то заплатила бы за это чёртово обучение сама. Он не был глуп. Он всё просчитал. Это означало, что он использовал деньги, чтобы привязать её к себе, и, черт возьми, она не оставит это просто так.

– Мэг?

Она оглянулась и увидела, что её лучшая подруга Кара смотрит на неё встревоженными тёмными глазами.

– Да?

– Дорогая, ты злишься на этот стакан? Ты пялишься и скребёшь его уже минут пять. Он чист. – Кара осторожно вынула бокал из её руки и поставила его на полку под стойкой бара. – Хочешь поговорить о том, что тебя беспокоит?

Мэг не могла говорить о том, что её беспокоило. Ведь она так и не призналась своей подруге о бедственном финансовом положении. Кара знала, что она на мели, но она была не просто на мели, а нищей. Мэг утопала. Признаться в этом вслух кому бы то ни было – равносильно признанию своей неудачи. Кара, может, и не видела этого, но Мэг казалось, что об этом написано у неё на спине. Её проблема и только её проблема.

Кроме того, если бы Кара знала, насколько всё плохо, она бы попыталась помочь, а Мэг слишком хорошо знала, как деньги, переходящие из рук в руки, меняют дружбу. Сейчас они были на равных. Два студента-выпускника трущоб, которые работали барменами, чтобы пополнить свой доход, пока они получали соответствующие степени: Мэг по бухгалтерскому учёту, Кара по дизайну одежды. Если Кара одолжит Мэг денег или каким-то образом Мэг втянет её в долги, пути назад уже не будет.

Нет.

Она не могла этого допустить.

Мэг устало улыбнулась.

– Просто стресс по поводу следующего семестра.

– Дорогая, не нужно волноваться из-за того, что ещё не произошло. – Кара положила руку на бедро. Они с Мэг были примерно одного роста, но её худоба была результатом хорошей генетики, а не существования на лапше. Она отбросила свои светлые волосы с плеча. – Нужно ли мне ещё раз вмешаться и на время заставить тебя перестать думать обо всём?

Учитывая, что именно последнее вмешательство Кары втянуло Мэг в эту историю с Тео и Галеном, который до сих пор прятался от неё, она не собиралась соглашаться на ещё одно приключение. В то время это казалось таким чертовски простым, долгожданным облегчением от её реальности. Кара убедила её пойти на танцы в свой двадцать третий день рождения. А потом она встретилась взглядом с Тео на переполненном танцполе и потеряла свой чёртов рассудок. Мэг выдавила из себя улыбку.

– Спасибо, но одной такой бурной ночи мне хватит, по крайней мере, на пару лет.

– Господи, тебе же двадцать три. Перестань вести себя так, будто ты одной ногой в могиле, – Кара склонила голову набок и хмуро посмотрела на посетителей, выходящих из бара. – Что-то тут тихо. Почему бы тебе не уйти? Если ты не хочешь, чтобы я уговорила тебя потанцевать, то самое меньшее, что ты можешь сделать, это немного поспать. Ты выглядишь дерьмово.

– Господи, Кара, ты подливаешь масла в огонь.

– Скоро у твоих мешков под глазами появятся свои мешки. – Кара нежно коснулась пальцем кожи под моими глазами и нахмурилась. – Ты уверена, что всё в порядке? Потому что я видела, как ты переживал раньше, что-то тут не так, – она понизила голос: – Если у тебя неприятности, ты же мне скажешь, не так ли?

– Кара…

– Чёрт побери, Мэг, ты не одна. Я знаю, что твоя семья бросила тебя, но у тебя есть я. Это нормально – просить о помощи.

К бару неторопливо подошёл здоровяк и злобно уставился на Кару.

– Эй, Блонди, как насчёт того, чтобы добавить немного сахара к моему пиву? – Он облизнул губы, считая, что его похотливого тона было недостаточно. Намёк и так был прозрачен.

– Эй, Биг Фут, как насчёт того, чтобы позволить дамам поговорить? – рявкнула Кара. – Я скоро принесу вам, ребята, следующую порцию, но если вы попытаетесь ущипнуть меня за задницу, я сломаю вам запястье.

Его брови опустились.

– Ты не имеешь права так разговаривать со мной.

– Странно. Я только что это сделала.

Если Мэг не прекратит этого, то Кара снова начнёт скандалить, и тогда она не выйдет отсюда раньше трёх. Она схватила подругу за руку и буквально втолкнула её обратно на кухню. Мэг не могла заставить себя улыбнуться этому мудаку, пыхтевшему и раздражавшему её, но ей удалось сохранить нейтральное выражение лица.

– Что вы, ребята, пьёте?

– Эта сука не имеет права так со мной разговаривать.

Она склонила голову набок.

– Уверена, что вы просто хотели добавить настоящий сахар в пиво, а не сексуально намекали одному из наших барменов. Наш менеджер не слишком высокого мнения о подобных вещах, кстати, он убил восемьдесят шестого парня, который пытался это сделать.

Это сбило спесь с раздражителя. Он немного сдулся.

– Это было недоразумение.

– Конечно, – она подождала секунду, потом ещё одну. – Какой пиво хотите?

– Бад.

Естественно. Пиво для славных парней. Мэг принялась наполнять новые стаканы пивом, а потом принесла их к столу. Ей удалось убраться оттуда, и никто не шлёпнул её по заднице, что было очень кстати. В её теперешнем настроении она вполне могла превзойти Кару и затеять собственную драку. Мэг просунула голову в кухню и увидела, как Кара расхаживает по комнате.

– Я всё уладила.

– Ценю это. Такие засранцы просто под кожу мне забираются, – Кара встряхнулась. – Это не имеет значения. Убирайся к черту отсюда, Мэг. Иди поспи, выпей или сделай что-нибудь для себя. Я категорически запрещаю тебе делать что-либо, связанное с цифрами, до завтрашнего дня.

Теоретически звучало великолепно, но в голове Мэг её личный демон нашёптывал свои цифры. Две тысячи долларов. Этот ублюдок просто бросил две штуки, даже не моргнув глазом, даже не спросив меня, хочу ли я этого. Она развязала фартук и сжала ткань в кулаке. Тео, возможно, и вырос, играя, как Бог, с жизнью людей в своей стране, но она не просила его о помощи.

Ей не нужна была его помощь.

И, чёрт побери, она собиралась сказать ему это прямо в лицо.

Мэг прервала размышления и быстро обняла Кару.

– Я тебя не заслуживаю.

– Чушь собачья. Я красива, но у меня есть недостатки, – усмехнулась она. – Кстати, на этой неделе выходит новая романтическая комедия. Может, возьмём что-нибудь перекусить и фильм напрокат на следующей неделе, в наш выходной?

Мэг открыла рот, чтобы отказаться, но не смогла, ведь у них не будет много времени на киносеансы, когда снова начнётся учёба. Они видели друг друга в большинстве случаев в баре, обмениваясь парой новостей о жизни и сплетнями на ходу.

– Да, звучит неплохо.

– Хорошо. Увидимся позже. Будь осторожна.

– Всегда.

Но Мэг не чувствовала себя в безопасности.

Она чувствовала себя злой и безрассудной, готовой сжечь что-нибудь дотла.

***

Час спустя Мэг остановилась на тротуаре перед домом Тео и Галена. Это было современное здание, выходящее окнами от пола до потолка на Центральный парк, с лифтом, требующим ключ, чтобы попасть в различные квартиры, очевидно, что аренда квартиры стоила неприличную сумму денег. Она не знала, какие люди здесь живут, но они должны вести такой же роскошный образ жизни, как Тео и Гален.

Не то чтобы Мэг точно знала, какой образ жизни они вели.

На самом деле, она ни хрена о них не знала, только статьи, увиденные в таблоидах – изгнанный принц Талании, тусовщик, который уклонялся от своих обязанностей, игрок, у которого постоянно была под рукой очередная красивая женщина. Всё это было из тех времён, когда Тео был ещё Наследным Принцем, и ни одно из изданий не упоминало Галена или его отношения с Тео. Больше, чем друзья, но меньше, чем знакомые? Или, может быть, они встречались и просто ходили в Нью-Йоркские клубы за девушками, чтобы забрать их домой так же, как они забрали Мэг три месяца назад?

Она не знала.

Она никогда не ожидала увидеть их снова.

Ничего не решится, пока она стоит на улице и смотрит на входную дверь. Она расправила плечи и прошла внутрь. Швейцар осторожно встал перед ней.

– Мэм?

Ах да. В зданиях, подобные этому, работала высококлассная охрана, которая всегда должна была быть начеку, чтобы держать сброд снаружи. Мэг вздёрнула подбородок и постаралась выглядеть так, будто ей здесь самое место. Кого я обманываю. Я здесь так же неуместна, как осёл на званом обеде.

– Я здесь, чтобы увидеть Тео Фитцчарлза.

Швейцаром был пожилой чернокожий парень, чей костюм был идеально отглажен. Он изучал её с минуту и отступил назад.

– Мистер Фитцчарлз ждёт вас. Он на верхнем этаже.

Это немного охладило её пыл.

– О. Ух. Спасибо.

На самом деле, Мэг не хотела связываться со швейцаром, но небольшая стычка, чтобы сжечь лишнюю энергию, не повредит. Только ты знаешь, что лучше не гадить на людей, которые просто делают свою работу. Держи голову прямо, Мэг.

Легче сказать, чем сделать.

Её голова была не в порядке с тех пор, как она в последний раз была в этом здании. Называть дом Тео и Галена квартирой было смешно. Её крошечный домашний чулан был квартирой. Она могла бы разместить всё своё жилище в ванной комнате рядом с хозяйской спальней. Впрочем, называть его «люкс» было так банально.

Мэг не нуждалась в подтверждении того, насколько различны их жизни. Всё в Тео кричало о деньгах, хотя он был не из тех парней, которые бросаются ими, чтобы привлечь внимание. Он просто... был таким. Даже если бы она не знала, откуда он взялся, то решила бы, что это семейные деньги.

Перестань анализировать его и поднимайся наверх.

Поездка на лифте, казалось, заняла в семь раз больше времени, чем следовало, и к тому времени, когда она вошла в квартиру Тео, Мэг трясло. Гнев охватил её так сильно, что этого было почти достаточно, чтобы заглушить воспоминания, которые нахлынули на неё в ту же секунду, как она ступила в это место. Она резко остановилась, едва заметив, как за ней закрылись двери.

Напротив стоял диван, на котором Тео наклонил и трахал её, пока Гален лизал её киску. С другой стороны была кухня, где она сняла халат и велела Галену подойти и взять её. Если она пройдёт по коридору обратно в главную спальню, то найдёт кровать, на которой они трахались до тех пор, пока солнце не взошло, а потом уснули, свернувшись калачиком.

Боже, как больно смотреть в лицо этим воспоминаниям.

Она потёрла ладонью грудную клетку и попыталась вернуть себе гнев, но ощущение ускользало сквозь пальцы, как дым. Она не подписывалась на это – ни на что из этого.

Какой-то звук заставил её повернуться лицом к коридору. Тео стоял в одних брюках с низкой посадкой, на его лице было написано удивление.

– Мэг.

Именно тогда Мэг поняла, что уже далеко за полночь. Она скрестила руки на груди, но это заставило её чувствовать себя слишком защищённой, поэтому она изменила позу.

– Забери их обратно.

К его чести, он не потрудился прикинуться дурачком.

– Вижу, ты получила мой подарок.

– Это не подарок, и ты чертовски хорошо это знаешь. Это финансовый шантаж.

Тео поднял брови.

– Очевидно, мне нужно выпить для этого разговора. – Он направился на кухню и достал бутылку виски, которая стоила несколько сотен долларов. Тео разлил его в два стакана с лёгкостью человека, всю жизнь проработавшего барменом. Она понятия не имела, где принц может приобрести такое умение.

Мне всё равно, где он научился так наливать. Я здесь не для этого.

Тео пододвинул ей стакан через стойку, но Мэг даже не отошла от двери. Идти дальше в квартиру означало все вспомнить, а она итак с трудом сохраняла здравомыслие. Она осторожно огляделась, изучая тени, скрывающиеся в дальних углах комнаты. Пусто. Конечно, они были пусты. Она не знала, о чём думала – что Гален спрячется там и выскочит в подходящий момент? Даже зная о парнях ничтожно мало, она понимала, что он так не сделает.

Нет, если бы он был в квартире, то смотрел бы ей в лицо. Мэг снова повернулась к Тео.

– А где Гален?

Уголки его губ поползли вверх.

– Он вернётся утром. Не любит оставлять меня одного надолго.

– Принимая во внимание всю ту чушь, которая происходит с тобой с тех пор, как он уехал по своим делам, я не виню его. – Чувство, расцветшее в её животе, определённо не было разочарованием от того, что эта ситуация разрешится, и она будет далеко, прежде чем вернётся Гален. Он был колючим засранцем, но какая-то извращённая часть души Мэг обожала запускать ему в кожу ноготочки.

Более того, он ожидал от их совместной ночи того же, что и она. Он согласится, что Тео перешёл черту, и хотя у Мэг не было ни малейшего шанса заставить бывшего Наследного Принца Талании сделать то, что она хотела, Гален, вероятно, сможет убедить Тео забрать деньги.

Тео прислонился спиной к стойке, и от этого движения свет фонарей отразился на его мускулах. Очень красивых мускулах. Они выглядели ещё лучше, когда напрягались от его движений внутри неё.…

О боже, прекрати.

Мэг подошла к стойке и залпом выпила виски. Он обжёг ей горло и согрел желудок, оставив лёгкий пряный привкус.

– Возьми деньги обратно, Тео. Я серьёзно.

– Невозможно. Всё оплачено. Тебя ждёт следующий семестр. Конец истории.

Игривость, которую она заметила при его появлении в баре, сегодня вечером испарилась. Этот Тео был напряжённым, заставляя её играть по его правилам. Мэг была не в себе и уже решила отступить, когда волна решимости не дала ей этого сделать.

Она так грубо поставила стакан, что он звякнул.

– Я не шлюха.

– Я знаю об этом. – Ни малейшего удивления или возмущения. – Если бы ты была секс-работницей, то заработала бы в десять раз больше за ночь, которую мы провели вместе.

У неё отвисла челюсть. Мэг не могла решить, был ли это комплимент или все-таки оскорбление, но ни то, ни другое ей совсем не понравилось. Тоненький голосок внутри удивлялся тому, что она может сделать с двадцатью тысячами, но она заглушила его. Заниматься сексом за деньги было… Нет. Её не волновало, что это делают другие люди. Это было не для неё. Просто Мэг всю жизнь обвиняли в том, что она шлюха, и будь она проклята, если доживёт до этого момента.

Тео потягивал свой напиток, как будто у него было всё время мира.

– Почему тебя так беспокоит, что кто-то другой помогает тебе?

Его слова точь-в-точь повторяли слова Кары, сказанные ранее. Если она объяснит Каре своё положение, подруга поймёт. Она достаточно часто приближалась к границе бедности, чтобы поставить себя на место Мэг и посочувствовать ей. Пытаясь объяснить Тео свою реальность... она с таким же успехом могла бы описать красный цвет слепому. Его мир и её были такими разными, словно две разные планеты.

Мэг выпрямила спину.       

– Мне не нужна твоя помощь.

– Наоборот. Если только у тебя не было припрятанных денег в матрасе на этот случай, тебе действительно нужна была моя помощь. – В голубых глазах ничего не отражалось – ничего, кроме жара, который Мэг изо всех сил старалась не замечать. Тео осушил половину виски. – Твой диплом очень важен для тебя. Мне не нужно хорошо знать тебя, чтобы понять это. Точно так же, как я знаю, что ты не сможешь выплатить оставшуюся часть этого платежа. У меня больше денег, чем один человек может потратить за всю свою жизнь. Нет ничего такого в том, чтобы пожертвовать их на достойное дело.

Мэг стояла, позволяя его словам омыть её. Они цеплялись за щиты, которые она с таким трудом воздвигла, глубоко зарываясь и распространяя свой яд по всему её существу. Всё это сводилось к одному слову. Благотворительность. Она не была человеком для Тео. Она была сломанной вещью, и он думал, что деньги смогут исправить эту вещь починить.

Если бы у неё ещё оставалось виски, она бы выплеснула его ему в лицо.

Будь она на месте Кары, она бы и стакан в него швырнула.

Мэг обошла стойку и направилась на кухню. Она выхватила стакан из рук Тео и залпом допила остатки. Этого было недостаточно, чтобы заглушить слова, кружащие, клюющие, заползающие внутрь, вскрывающие раны. Они смешались с более старыми, грубыми словами её прошлого. Шлюха. Никчёмная. Пустое место. Неудачница. Она вслепую потянулась к бутылке и чуть не сбила её со стойки.

Тео поймал её прежде, чем она задолжала бы ещё больше денег. На его лице промелькнуло беспокойство.

– Что случилось?

– Что случилось? Я шлюха, которой даже не платят по полной программе, – она выхватила у него бутылку и налила двойную порцию. Мэг в последнее время почти не пила, но нынешняя ситуация разительно отличалась.

Тео накрыл стакан своей большой ладонью.

– Шлюха – это уничижительный термин, принцесса. Я не вкладывал это слово в твои уста.

– Как это мило с твоей стороны, – она попыталась пододвинуть к себе стакан, но он крепко держал его в ловушке своих пальцев. – Тео, я так зла, что нахожусь в опасной близости к тому, чтобы швырнуть что-нибудь дорогое, за что я потом не смогу расплатиться, – а в этой чёртовой квартире дорогим было всё. – Дай мне выпить.

– Брось что-нибудь, если тебе от этого станет легче.

Его пренебрежительный тон тёрся об кожу, как наждачная бумага. Конечно, ему было бы всё равно, если бы она уничтожила всё в этом месте, потому что он мог бы позволить себе заменить это, не моргая и не беспокоясь о времени и месте заказанных вещей. Явное отличие, которое он продемонстрировал, поразило её. Мэг сверкнула глазами.

– Отзови платёж, Тео. Это то, зачем я пришла сюда, а теперь я ухожу.

Мэг успела сделать всего один шаг, прежде чем его голос остановил её.

– Нет. – Слово упало между ними, ощущаясь почти физически, что лишило её всякого шанса выбраться из квартиры, не выставив себя ещё большей дурой.

Она обернулась. Тео больше не прислонялся к стойке. Он сократил расстояние между ними вдвое, и в его голубых глазах появился блеск.…

Что-то похожее на обладание.

Мэг облизнула губы, подошвы её ног словно вросли в пол, удерживая на месте под жаром его взгляда.

– Ты не владеешь мной.

– Я не хочу владеть тобой, принцесса. – Он сделал ещё один шаг к ней, встал так близко, что невозможно было игнорировать разницу в их размерах. Мэг не была коротышкой. Это Тео был чересчур высоким. Он запустил пальцы в её волосы и легонько потянул за них, чтобы она привстала на цыпочки и стала ближе. – Останься.

– Ох, да иди ты на хрен, – она толкнула Тео в грудь, но он даже не потрудился притвориться, что она достаточно сильна, чтобы сдвинуть его с места. – Ты не можешь просто стоять здесь, претворяясь камнем, и ждать, что я спущу трусики и прыгну на твой член. Ты... Ты... – у неё закончились слова, чтобы выразить свою ярость, и она закричала на него словно банши, желая, наконец, обрести душевное равновесие, но ничего не вышло.

Поэтому Мэг осталось сделать лишь одно.

Она его поцеловала.

Глава 3

У Мэг было твёрдое намерение прервать контакт до того, как он начнётся. Она пыталась доказать ему, чёрт возьми, что права. Но Тео запустил большие руки в её волосы и притянул ближе, его большое тело прижалось к её.

Когда Мэг было лет двенадцать-тринадцать, она приютила бродячую кошку. Это был в её лучший год с мамой. Каждый день, когда она приходила домой из школы, независимо от того, как дерьмово прошёл день или сколько раз она была унижена другими детьми, этот кот ждал её. Едва она заходила внутрь, он, мурлыкая, бежал к ней в поисках объятий.

Быть в объятиях Тео было так похоже.

В этом не было ни капли смысла. Он никогда не принадлежал ей и не будет. Он был полной её противоположностью. Но правде здесь не было места, особенно уродливой.

Тео развернул их и поднял её на кухонную стойку. Он встал между её раздвинутых бёдер, так что юбка затрещала по швам. От этого движения становилось только жарче. Потянув её за волосы, он наклонил её голову, чтобы поцеловать шею. Мэг выгнула спину, нуждаясь в его губах, в том, чтобы он сорвал с неё проклятую одежду, которая имела наглость создать барьер между ними.

Где-то в глубине её сознания раздался шёпот, слова слетели с её губ.

– Мы не должны.

– Я знаю. – Он уткнулся носом в её майку и прикусил изгиб груди. – Гален убьёт меня.

Гален.

Его имя, произнесенное рокочущим голосом Тео, послало вспышку удовольствия прямо в её сердце. В прошлый раз Гален наблюдал за ними некоторое время, прежде чем, наконец, присоединился, чтобы получить так необходимое ему удовольствие. Но сегодня Галена здесь не было.

Тео скользнул руками вверх по её бёдрам, задирая юбку ещё выше, пока Мэг не пришлось их приподнять, чтобы позволить юбке сбиться вокруг талии. Его большие пальцы прошлись по краям её трусиков.

– Чёрное кружево, – выругался он так тихо, что ей пришлось напрячься, чтобы расслышать его слова.

Если он не сорвёт с неё эти чёртовы трусики, она может умереть на месте.

Но это был Тео, а Тео, похоже, никогда ничего не делал, если ему этого чертовски не хотелось. Он провёл пальцем по её клитору поверх ткани.

– Чёрт возьми, Мэг, я скучал по тебе.

– Нет. – Она схватила его сзади за шею и впилась в неё ногтями, пока он не встретился с ней взглядом. Его голубые глаза горели огнём, таким ярким, что могли заставить весь её мир засиять. Если она позволит ему, он унесёт её прочь и каждое мгновение будет дарить ей наслаждение. Мэг не могла. Не могла отвлечься. Только не снова. – Нет, Тео.

Он остановил мучительное скольжение пальца.

– Нет?

Свободной рукой она накрыла его в том месте, где он ласкал её киску.

– Не делай этого. – Он по-прежнему не двигался, словно искал ответы на её лице, которых не было. Мэг судорожно втянула в себя воздух. – Я в ярости на тебя. Моё желание заняться сексом ничего не меняет. Это ничего не меняет.

– Разве нет? – Его бровь приподнялась. – Думаешь, у тебя получится забыть это.

– Я знаю, что смогу. Вопрос в том, сможешь ли ты?

Улыбка Тео заставила её желудок сделать головокружительное сальто.

– Непослушная принцесса. Ты хочешь воспользоваться моим членом, а потом уйти. Сделать своей личной секс-игрушкой.

Она скользнула взглядом по нему, от тёмных волос и злых голубых глаз к его грешному рту, вниз по его широким плечам, чётко очерченной груди к джинсам, где четко проступал его член.

– У меня есть секс-игрушка. На самом деле, несколько. Ни одна из них не похожа на тебя.

Его смех прокатился по её телу.

– Прекрасно, принцесса. Я сыграю в твою игру. Больше я не буду говорить тебе, что скучаю. – Он запустил пальцы в её трусики и стянул их вниз по ногам, отступив назад, чтобы она могла их сбросить. Тео опустился на колени между её раздвинутыми бёдрами, глядя на её киску с таким голодом, что Мэг будто чувствовала его прикосновения к ней. – Я определённо не скажу тебе, что за последние три месяца я бессчётное количество раз вспоминал тебя.

– Тео…

Он прижался болезненно нежным поцелуем к каждому бедру, а затем его дыхание скользнуло по её клитору.

– Я, черт возьми, никогда не скажу тебе, что трахая Галена, я представлял, что ты была там, с нами. Я чертовски сильно кончил, принцесса, просто от мыслей о тебе, когда вошел в него, соприкасаясь бедрами.

Она смотрела на него сверху вниз, загипнотизированная против воли.

– Фантазируешь обо мне, пока занимаешься сексом с Галеном... – Предложение повисло в воздухе, потому что образ во всех красках возник в её сознании и перехватил дыхание. Тео двигался позади большого тела Галена, целуя его в шею и объезжая, протягивая руку и поглаживая член Галена, чтобы они могли достичь удовольствия вместе... – Блядь, – выдохнула она. Что она там говорила? Мэг с трудом сглотнула. – Грубо.

– Так ли это? – он неспешно провёл языком по её киске, словно смакуя вкус. – Я не фантазировал о том, как буду трахать тебя, пока трахал его, принцесса.

Она попыталась абстрагироваться от удовольствия, которое дарил его рот, большие руки все шире раздвигали бедра, пожирая сосредоточие её желания.

– Я... о чём ты там фантазировал?

– О нём. – Тео сосал её клитор так сильно, что Мэг выгнулась. – Когда трахал, – ещё одно неспешное движение языка, – тебя.

И именно в этот момент образ в её сознании изменился. Тео входил в Галена, а Гален – в неё.

Она всхлипнула; её удовольствие было вызвано не только словами Тео, но и фантазией. Он провёл языком по её клитору, лаская так, как она мечтала. Как, чёрт возьми, он мог помнить это после стольких месяцев? Она попыталась отвлечься, замедлить удовольствие, чтобы оно длилось вечно, но Тео с неистовым желанием ублажал её, подталкивая к краю. Она не смогла устоять перед ним.

Ей не следовало даже пытаться.

Мэг кончила с криком, заполнившим всю комнату. Однако Тео не дал ей шанса прийти в себя. Он встал между её бёдер и завладел ртом. Она ощутила свой вкус на его языке, и, чёрт побери, от этого её пальцы ног сжались. Мэг обхватила его ногами за талию, он снял её со стойки и пошёл по коридору, целуя её при каждом шаге.

– Ты уже делал это раньше? – пробормотала она.

– Только не так. Никогда. – Он прижимал её к себе одной рукой, обхватив за поясницу, а другой стянул с неё майку. Мэг провела руками по его мускулистой груди. Он действительно был слишком красив. Смотреть на него было почти больно, а прикосновение только усиливало это ощущение.

Он развернулся и прижал её между своим телом и стеной рядом с дверью, толкая к ней. Шов его брюк прижался к её клитору, и Мэг вскрикнула:

– Ещё.

Тео провёл губами по её шее и впился зубами в чувствительное место под ухом.

– Нетерпеливая, распутная девчонка. Если бы я прижал тебя к этим окнам, чтобы весь мир видел, как я тебя трахаю, ты бы мне позволила?

Она повернулась, чтобы посмотреть на окна, массивные стекла которых простирались от пола до потолка и открывали вид на Центральный парк внизу. Когда в спальне горел свет, любой, кто близко находился к зданию, мог видеть всё, что Тео делал с ней, в деталях.

Это было бы так неправильно.

Тело Мэг напряглось при этой мысли. Тео снова укусил её, на этот раз сильнее, отчего её грудь заболела, а соски напряглись в ответ. Его низкий смех вибрировал на её коже.

– Мы оба знаем, что нет.

– Да, – прошептала она.

– Нет. – Он отпустил её, позволяя соскользнуть вниз по его телу, пока её ноги не опустились на деревянный пол. Только тогда он отступил назад и подошёл к окну, чтобы задёрнуть шторы. Закрывая окружающий их мир, она почувствовала себя так уютно, словно они были последними оставшимися наедине двумя людьми. Кроме Галена. Гален был где-то там. Никакое расстояние не способно стереть этого человека.

Тео повернулся к ней лицом.

– Раздевайся.

На ней уже почти не осталось одежды. Она выскользнула из юбки и отбросила лифчик в сторону. Даже с другого конца комнаты она слышала прерывистое дыхание Тео, и, чёрт возьми, если это не заставляло Мэг чувствовать себя самой сексуальной женщиной на свете. Тео потёр рот тыльной стороной ладони.

– Есть только один человек, для которого я бы устроил шоу, и, к сожалению, его здесь нет. В следующий раз.

– Следующего раза не будет, Тео. – Мэг хотела, чтобы это прозвучало твёрдо, но в конце слова прозвучали резко, как будто она просила его подтвердить эту истину.

Его губы дрогнули.

– Тогда, да, Гален определённо выбьет из меня всё дерьмо, когда вернётся в город.

Она направилась было к нему, но тут же остановилась.

– Это... ты говорил об этом, но... – Мэг сжала губы. – Если вы двое-одно целое.…

– Это не так. Не в том смысле, что ты имеешь в виду. – Тео направился к ней, свет танцевал по его мускулам, переливаясь, не в силах оставить такую красоту, как и она сама. – То, чем мы с Галеном являемся, сложно и не понятно, особенно когда речь заходит об этом вечере.

Она попыталась понять то, что он сказал. Осознание нахлынуло на неё.

– Ты можешь заниматься сексом с женщинами, но не с другими мужчинами.

– Что-то в этом роде. – Тео остановился перед ней и запустил пальцы в её волосы. – Он не надерёт мне задницу, потому что я трахаю тебя, принцесса. Он сделает это, потому что завидует, что его не было здесь с нами, – он понизил голос. – Он должен быть здесь, с нами.

– В другой раз. – Она вовсе не собиралась говорить ему об этом, обещать что-то. Она всё ещё была в ярости от того, что он проделал этот трюк с деньгами, а у Мэг не было привычки проводить время с людьми, которые приводили её в ярость, за исключением её постоянных клиентов. Но мысль о том, чтобы полностью забыть ту ночь с Тео и Галеном, причиняла слишком сильную боль.

От улыбки Тео ее сердце словно остановилось.

– На кровать.

Она повиновалась, забравшись на матрас и откинувшись на подушки. Тео наградил её, потянув штаны с сильных бёдер и откинув их, оставшись голым. Вид его напряжённого члена, прижатого к животу, заставил Мэг прикусить нижнюю губу. Она знала, что последует дальше. Она жаждала того, что будет дальше.

– Не заставляй меня ждать.

– Одно условие.

– Чёрт побери, Тео. – Конечно, были и другие условия. У него всегда был изощренный ум, даже если получал от жизни пощёчины. – Что за условие?

Он вытащил из тумбочки коробочку презервативов и бросил её на кровать рядом с ней. Она сосчитала до шести и подняла брови. Тео беззлобно ухмыльнулся.

– Останься на ночь. Если это конец, то давай он закончится безграничным удовольствием.

Он играет со мной. У Тео не было ни малейшего желания отпускать её. Если бы это был конец, то он не стал бы обещать ей ещё одну ночь с ним и Галеном. Она бы противилась, но, в конце концов, всё же бы согласилась.

Ужасная затея.

Мэг не могла отрицать искушения, которое вызвали его слова. Ничего не изменится, если она проведёт ночь верхом на члене Тео. Ей всё равно удастся убедить его забрать деньги. Их встреча завершится жирной точкой в конце вечера, а не точкой с запятой. Почему бы не воспользоваться тем удовольствием, которое он предложил?

Ему не нужно играть с тобой – ты играешь сама.

Это всего лишь одна ночь.

Именно это ты и сказала в прошлый раз.

Она встретилась взглядом с этими пьянящими голубыми глазами и кивнула.

– Да.

– Ну и слава богу.

Он был на ней в считанные секунды, широко раздвинув её ноги и прижав основание своего члена к клитору. Он запутался пальцами в её волосах, набросившись на рот, как будто она была самой сладкой конфетой, которой он никогда не насытится.

Как будто он хотел проглотить её целиком.

Она вслепую протянула руку и схватила презервативы, оторвав один из них. Через несколько секунд фольга исчезла, и она раскатала латекс по его члену. Тео откинулся назад, чтобы дать ей возможность это сделать. «Скорей, скорей, скорей!» – кричало её тело. Она хотела его внутри себя, и немедленно. Мэг направила член в её жар, и он сделал сильный толчок, пронзая до основания.

О Боже.

Тео оторвался от её губ и прижался лбом к её лбу, их дыхание смешалось между ними. Каждый выдох Мэг звучал так: «О боже. Боже. Боже».

Он ласково погладил её по волосам, словно она была диким животным, которое он намеревался приручить.

– Останься со мной, принцесса. Я держу тебя.

Как будто это покорит её после долгого преследования и животной борьбы, но она так сильно этого хотела. Мэг рассмеялась. Она ничего не могла с собой поделать.

– Трахни меня, Тео, – она закинула ногу ему на бедро, чтобы принять его глубже. – Ты мне нужен, – она наклонилась так, что её губы коснулись его уха. – Возьми меня так, как будто Гален смотрит, и ты хочешь устроить ему шоу.

Трахай меня до тех пор, пока он не сможет больше сдерживаться и не присоединится к нам в постели.

В груди у Мэг зародилась боль, тоска по мужчине, которого она едва знала. Она хотела, чтобы Гален был здесь, с ними. Должно быть, Тео тоже это почувствовал. Он отстранился и перевернул её на живот, подталкивая её бедра вверх, снова пронзая её.

– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя так, словно Гален наблюдает за нами?

– Да, – простонала она.

– Колени шире, принцесса. Давай устроим ему шоу.

***

Гален вздохнул с облегчением, когда нажал на кнопку лифта, чтобы подняться в квартиру. Весь обратный рейс до Нью-Йорка он не мог избавиться от ощущения, что сейчас произойдёт что-то ужасное. Он не ставил чувства выше фактов, но Гален доверял своим инстинктам. Как бы ему ни хотелось приписать своё беспокойство общению с отцом, это не объясняло причину, как ему бы хотелось.

Тео уже несколько часов не отвечал на его звонки и сообщения.

После изгнания они вели определенную политику: когда они не были вместе, требовалось регулярно выходить на связь. Слишком много дерьма может пойти не так. Слишком много людей охотилось за ними. Филипп, возможно, и не хотел проворачивать потенциально опасный переворот, послав убийцу за Тео, но как только он назначил Эдуарда королём, всё встало на свои места.

Даже если Филипп не пойдёт на этот шаг, найдётся полдюжины других стран, которые сделают это. Факт, что у них до сих пор это не вышло, удивлял Галена. На их месте он бы позаботился о том, чтобы Тео не пережил перелёт в Штаты. Достаточно легко было бы сбить их самолёт, если карманы забиты баблом.

У каждого их врага было много денег.

Двери лифта открылись, и он вошёл в квартиру. Он не был здесь уже несколько месяцев. Они с Тео потратили впустую драгоценное время, преследуя цель, которая ни к чему их не привела, и Гален мог признаться, что рад снова провести время в Нью-Йорке. Ему нравилось все, включая то дерьмо с переворотом, в его стране, но было что-то такое в безумном пульсе Нью-Йорка, что невольно притягивало. Так много незнакомых людей набилось в такое тесное пространство; все они живут своей жизнью друг на друге и постоянно игнорируют всё, с чем им не хочется иметь дело. Здесь людям было наплевать на его прошлое. Так же как и на его будущее.

Здесь царило освобождение.

Он резко остановился. Его воспоминания о том, как он в последний раз был в этой квартире, должно быть, сыграли с его разумом глупую шутку. На секунду он готов был поклясться, что уловил запах тех же самых цветочных духов, которыми пользовалась Мэг Сандерс в тот вечер, когда они привезли её домой. Гален закрыл глаза и снова вдохнул, на этот раз медленнее. Да, это были духи Мэг, которые за три месяца должны были бы выветриться…

Какой-то посторонний предмет привлек его внимание и заставил повернуться лицом к кухне. Черных кружевных стрингов на полу не было, когда они уезжали из Нью-Йорка. В тот вечер Мэг была одета в красное, и Тео сорвал с неё эту чёртову штуку.

Черт возьми, Тео, ты же обещал.

Он должен был догадаться. Ему следовало послать Тео в Европу или Австралию, чтобы он выполнил какое-нибудь воображаемое поручение, пока он был занят в Талании. Всё, что угодно, но только не позволить своему другу вернуться сюда, чтобы снова погрузиться в дерьмо, которое он не в силах будет разгрести. Гален зашагал по коридору, и луч утреннего света, пробивающийся из-за двери спальни, подтвердил его худшие опасения. Он одним пальцем толкнул дверь, открывая её.

Они лежали на постели.

Он смотрел, как Тео склонился над Мэг. Вошел в Мэг. Её ноги сомкнулись вокруг его талии, а пятки впились в ямку у основания позвоночника Тео. Гален облизывал их языком несчетное количество раз. Нужно остановить их. Следовало бы прочистить горло или разразиться проклятиями, гремящие в его голове от их безрассудства.

Но, чёрт возьми, они были прекрасны вместе.

Тео перекатился, увлекая за собой Мэг, и оказался на спине, а она – верхом на нём. Именно тогда Гален понял, что друг заметил его. Тео знал, что ему нравится шоу; этот ублюдок считал, что сможет уговорить Галена присоединиться к ним. Мэг еще не увидела его. А может быть, она зашла слишком далеко, чтобы понять это. Она упёрлась руками в грудь Тео, оседлав его в ожидании следующего удара, отправившего её в рай. Её задница подпрыгивала каждый раз, когда она обрушивалась на член Тео, и, чёрт возьми, от этого в Галенае просыпалось желание забраться на кровать и укусить её. Он прислонился к косяку и скрестил руки на груди. Ожидая.

Ритм Мэг стал прерывистым, удовольствие нарастало. Тео обхватил её подбородок ладонью и наклонился, чтобы поцеловать. Он ухмыльнулся, ублюдок, и сказал:

– Посмотри, кто дома, принцесса.

Её карие глаза встретились с глазами Галена, и всё. Она кончила с криком и рухнула на Тео. Если бы Гален не был уже твёрдым как камень после устроенного шоу, то сейчас вся бы кровь, циркулировавшая в его теле, бросилась бы к члену. Ебать.

Не разрывая обятий, Тео снова перевернул их и вошёл в неё, преследуя своё насладение. Какая-то часть Галена уже планировала, как он вытащит их из этой неразберихи, тем не менее, он оценил открывающийся вид. Тео кончил с проклятием и скатился с Мэг, чтобы одарить его дерзкой ухмылкой.

Гален не мог решить, что ему больше хочется: подойти к Тео и поцеловать его или ударить по хорошенькой мордашке. Мэг, по крайней мере, не выглядела счастливой, увидев его. Она откинула одеяло и вскочила на ноги. Он увидел, как в ту же секунду её колени подогнулись, и был уже рядом, чтобы подхватить её, прежде чем она ударится задницей о деревянный пол.

– Привет, Мэг. Сколько лет, сколько зим.

– И не говори. – Она пристально посмотрела на него, словно ища на его лице ответы. Их не было, и что бы она ни искала – не нашла. Мэг покачала головой и выдернула руки из его хватки. – Скажи Тео, чтобы он забрал свои деньги обратно.

Лёжа на кровати, Тео зарычал.

– Я думал, мы уже обсудили это.

– Ты неправильно подумал. Сейчас утро, а значит, всё кончено. – Она ткнула в него пальцем, как будто была учительницей, читающей лекцию трудному ученику. Гален никогда не хотел видеть своих учителей голыми, но если бы Мэг была одной из них, возможно, он сделал бы исключение. Мэг резко повернулась к нему лицом. – И ты одобряешь то, что он сделал?

Когда он вошёл в спальню, то ясно представил себе, что там происходит. Похоже, Гален был прав лишь наполовину. Может, они и трахались несколько секунд назад, но она не была пьяна от похоти.

Нет, Мэг была чертовски зла.

Гален отступил назад к двери и снова занял своё место.

– Я не имею ни малейшего грёбаного понятия, о чём ты говоришь.

– Ну да. Заливаешь.

Мэг провела пальцами по своим длинным тёмным волосам. Она, казалось, не замечала, что все ещё была голой и раскрасневшейся, после того как Тео трахнул её, и, чёрт возьми, это заставило Галена полюбить её немного больше. Она похудела с тех пор, как он видел её в последний раз, – худоба совершенно не шла ей. Он не мог точно сосчитать её ребра, но ещё несколько фунтов – и у него получится. На её груди и бёдрах виднелись едва заметные засосы, что подтверждало его подозрения: Тео не прождал и часа, после того как Гален сел в самолёт, и трахнул Мэг.

Он должен был догадаться, что это произойдёт.

Она щёлкнула пальцами у него перед носом.

– Перестань пялиться на мои сиськи и сосредоточься.

– У тебя красивые сиськи. – Выставил Гален себя придурком, Мэг густо покраснела, что ему ещё сильнее понравилось.

– Ты свинья. Вы оба свиньи. Властные мудаки-свиньи.

Он подозревал, что у Мэг вспыльчивый характер, хотя, честно говоря, Тео был способен довести святого до истерики меньше чем за час, если бы захотел. Гален посмотрел через её плечо на своего друга.

– И что же ты сделал?

– Слышу обвинение в твоем тоне. Ей нужна была помощь. Я помог. А теперь она ведёт себя так, будто я прокрался в её комнату и помочился ей на ногу.

Губы Мэг шевельнулись, когда она беззвучно повторила то, что он только что сказал. Она закрыла глаза, и Гален не сомневался, что она считает до десяти в попытках успокоиться. Может быть, до двадцати. Как бы сильно он ни наслаждался Тео, эта ситуация становилась всё больше и больше щекотливой. Нужно остудить пыл всех и вытащить Мэг на хрен отсюда, пока кто-нибудь не понял, что это та самая женщина, которая была в их квартире в прошлый раз, когда они были в городе.

Может быть, они уже опоздали.

Глава 4

Спать с Тео было не ошибкой. А целой, черт возьми, катастрофой. Мэг даже не знала, как это случилось. Только что она пыталась удержаться, чтобы не пнуть его в голень, а в следующую секунду уже сидела верхом на его члене и выкрикивала его имя, кончая. Этот мужчина обладал какой-то магией обольщения, и, как бы ни были приятны последние несколько часов, она была здесь не для этого.

Хуже всего было то, что теперь Гален загораживал выход своим большим сексуальным телом, и она не могла не вспомнить, как он рычал ей в ухо грязные слова, которые клеймили её до самой души. Единственное, что спасло её от того, чтобы сделать что-то действительно достойное сожаления, было то, что он выглядел таким же взбешённым, как и она.

К счастью, грозное выражение темных глаз Галена было направлено прямо на Тео.

– И что же ты сделал?

Тео, казалось, устал валяться в постели и поднялся на ноги. Самое лучшее, что Мэг могла сделать, это не пить вместе с ним. Были люди, которых считали красивыми, привлекательными или великолепными... а потом шел Тео. Черты его лица должны были быть слишком резкими, глаза – слишком голубыми, а волосы – чересчур заурядного темно-каштанового цвета. Очевидно, каким бы Бог ни сотворил его, он не внял советам. Помимо того, что он был самым красивым человеком в комнате, он двигался с врожденной уверенностью, не подвластной никем более.

Он схватил из комода ещё одну пару брюк для отдыха.

– Ей не хватало денег на обучение. Я помог.

Так мало слов, чтобы охватить всю степень предательства, которое Мэг не могла не могла просто проигнорировать. Ей не хватало денег на обучение. Я помог. Как будто он бросил в её жизнь бомбу, которая и впрямь ничего особенного не значила. Она повернулась к Галену, желая, чтобы он понял, насколько Тео пересек черту, но его тёмные брови опустились, и он взглянул на неё.

– И это все?

И это всё. И это всё.

У нее были подозрения, что Гален не нужался в деньгах, и эта ситуация только подтвердила её догадку. Никому из тех, кто когда-либо был беден, не нужно было объяснять, как именно Тео переступил черту. Мэг указала на Галена пальцем.

– Прочь с дороги.

Он внимательно посмотрел на неё, словно обдумывая самый мудрый план действий, но что-то, должно быть, отразилось на её лице, потому что он выскользнул из дверного проёма. Она повернулась и посмотрела на Тео.

– Если та ночь... если прошлая ночь что-то значила для тебя, ты возьмёшь свои деньги обратно. – Мэг схватила свой лифчик и юбку, лежавшие на полу рядом с дверью, и натянула их. Свою рубашку она нашла в коридоре, а трусики – на кухне.

Было в этом что-то унизительное: необходимость собирать одежду, которую Тео сорвал с неё, была похож на сексуальный след из хлебных крошек. Хуже ничего в ее жизни еще не было. Никто из мужчин не вышел проводить её, что было очень кстати. Мэг больше нечего было им сказать.

А ты в этом уверена?

Да, чёрт возьми, она была уверена в этом.

Мэг быстро оделась и направилась к лифту. Она уставилась на дверь, заставляя себя нажать на кнопку и убраться отсюда к чёртовой матери. С самого первого момента, как она встретила этих двоих, она знала, что они были самыми сложными людьми. Её инстинкты бармена кричали об этом – обычно они и не обманывали – и теперь Мэг по уши погрязла во всем этом дерьме.

Обучение оплачено. Я могу пойти в колледж в этом семестре. Выпускной всё ближе.

Но какой ценой?

В этом мире ничто не даётся даром. От этого подарка шла явная ниточка, очень грязная и пошлая. Ото всех подарков они тянулись. Мэг слишком тяжело и много работала, чтобы пустить всё под откос. Она не знала, сможет ли переубедить колледж вернуть деньги, не бросая учёбу, – во всяком случае, когда у неё нет средств, чтобы возместить эту сумму.

Два варианта: бросить учёбу или взять деньги.

В голове стучало, а в желудке скручивались тугие узлы. Весь стресс, от которого она не могла избавиться в течение нескольких месяцев, удвоился за секунду. Мэг действительно попала в ловушку. Ни легкого пути, не способа выйти из данного положения не было.

Она знала, что скажет Кара. Возьми деньги и покажи мужчинам средний палец, уходя из их жизни. Это не её проблема, что она оказались слишком глупыми, чтобы расплатиться за неё деньгами. Но поступки Кары Мэг иногда сложно было понять. Она любила свою подругу, но то, что она делала, было за гранью её понимания.

Иногда ей хотелось сделать также.

– Мэг.

Она слишком долго колебалась, и теперь вот Гален шёл по коридору к ней. Она подняла руку.

– Я ухожу.

– Не одна.

Мэг моргнула.

– Что, прости?

– Ты меня слышала. – Гален обнял её, его большая рука коснулась её спины, и нажал кнопку лифта. – Ты играешь в игру, но не знаешь правил и ставок. Так что – да, одна ты не уйдешь.

Прищурившись и чуть наклонив голову влево, ей на миг почудилось, что ему не всё равно.

– Ты же не можешь всерьёз думать, что кто-то собирается похитить меня с улицы в этом районе.

Гален пристально посмотрел на неё.

– Я понимаю, что ты злишься из-за денег, но тебе не следовало возвращаться сюда.

Ух ты, Гален, расскажи мне о своих чувствах.

Хуже всего было то, что Мэг даже не могла злиться на него из-за этого. И он был прав. Ей не следовало возвращаться сюда. Тео был словно какое-то гигантское солнце, движущееся сквозь её жизнь, и он притягивал её к себе, несмотря ни на что. Двери лифта открылись, и Мэг шагнула внутрь; металлическая коробка показалась ей в десять раз меньше, чем нужно, когда Гален вошёл следом. Тео был большим, а Гален – огромным. С таким телом он чувствовал бы себя как дома на корабле викингов, грабя деревни и перебрасывая беспомощную деву через плечо, даже не вспотев. Его тёмные волосы отросли с прошлой встречи – уже не по-военному короткие – а его тёмные глаза, казалось, впитывали всё, что находилось в каждой увиденной им комнате.

Лифт задрожал, но едва успел опуститься, как Гален нажал на кнопку аварийной остановки. Он проделал это так обыденно, будто не раз запирал людей в лифте.

– Нам нужно поговорить.

Мэг отступила назад, хотя ее тело, находясь так близко к мужчине, вибрировала от возбуждения. Что, чёрт возьми, с ней не так? Сначала Тео, а теперь Гален? Раньше она могла списать всё это на опьяняющую мысль их тандема. А сейчас? Она больше не могла позволить себе такой роскоши.

Горькая правда? Она хотела их. Обоих. Вместе и по отдельности.

Если что-то и не изменилось за эти годы, так это твой вкус к мужчинам – он всё ещё остался дерьмовым.

Совсем как у мамы.

Мэг отбросила эту мысль и попыталась сосредоточиться на Галене.

– Тогда поторопись. Я тороплюсь.

Губы Галена скривились. Если бы он был кем-то другим, то она обвинила бы его в том, что он забавляется её жалким положением. Но он не был кем-то. Это был Гален.

– Я буду очень краток. – Он поднял глаза, и она проследила за его взглядом, увидев крошечную камеру в углу лифта. Мэг раньше не замечала её. Гален зарычал и схватил её за плечи, разворачиваясь спиной к камере, его большое тело заслоняло её – всю её, в этом она была уверена.

Мэг следовало бы оттолкнуть руки Галена. Всё было лучше, чем чувствовать тепло его ладоней на своих обнажённых плечах. Если Тео был солнцем, то Гален – приливом. Он был так же склонен утопить её, как и Тео – сжечь, но, чёрт побери, если она не хотела этого. Остановись, Мэг.

Гален отпустил её прежде, чем она успела сделать какую-нибудь глупость, но не отступил.

– Ты не можешь вернуться сюда. Никогда.

– Скажи Тео…

– Я не мальчик на побегушках у Тео, Мэг. Я ни хрена не скажу ему, – он сверкнул глазами. – Я говорю тебе, что ты не можешь вернуться сюда. Мне плевать, что у тебя эго больше, чем у всей Англии, или что ты злишься из-за жалких двух штук баксов. Преодолей это.

– Преодолей это, – повторила она. – Тебе очень легко говорить об этом. Ты…

Он закрыл ей рот рукой и шагнул ближе.

– Не трать попусту наше время на эту ерунду. Мне плевать на твою гордость, или на импульсивность Тео, или на всё остальное дерьмо. А вот на что мне не наплевать, так это на то, чтобы он был жив и в безопасности, – Гален колебался всего несколько секунд. – И, черт побери, я буду чувствовать себя плохо, если с тобой что-нибудь случится, потому что тебя увидят вместе с нами.

– Я не могу этого допустить, – пробормотала она ему в ладонь.

– Тео сейчас неприкасаем. Я заноза в заднице у людей, но между нежеланием разозлить Тео, проделав что-то вроде организации переворота, и нежеланием разозлить свою семью, вернувшись в её лоно, я настолько близок к неприкасаемости, насколько это вообще возможно. Ты нет. Ты можешь пострадать. Тебя могут использовать в качестве пешки, с твоего согласия или без. Возвращайся к своей безопасной жизни, Мэг. Возьми деньги. Ты нуждаешься в них больше, чем Тео, и если бы ты перестала позволять своей гордости управлять собой, то поняла бы это.

Его слова медленно проникали сквозь ярость, бушевавшую в мозгу. Мэг схватила Галена за запястье и отвела руку ото рта. Дело было вовсе не в деньгах. А в Галене... который защищал её?

– Ты же не думаешь всерьёз, что кто-то в Талании будет считать, что наш совместный секс означает, что я достаточно важна, чтобы использовать как оружие против вас.

Что-то похожее на беспокойство мелькнуло в его тёмных глазах. Нет, это определённо была забота. Святое дерьмо, Галену действительно было не всё равно. Мэг не знала, что делать с этой информацией. Это не должно иметь значения. Это был конец, к лучшему или худшему, независимо от того, что она позволила себе с Тео прошлой ночью. Они были слишком разными, между ними пропасть. Гален, по крайней мере, казалось, понимал это.

– Гален…

– Не имеет значения, что я думаю. Важно, что думают наши враги. Если ты знаешь, кто такой Тео, тогда ты знаешь, почему тебе нельзя быть с ним.

Мэг всплеснула руками, её отчаяние нуждалось в физической отдушине.

– Черт побери, конечно я не могу быть с ним. Я даже не хочу быть с ним.

– Мне показалось иначе, когда я увидел вас пятнадцать минут назад. Похоже, ты была более чем счастлива оказаться в его постели, а быть в ней – значит быть и в его жизни.

Как будто они играли в две совершенно разные настольные игры и пытались объяснить правила, а потом всё больше и больше раздражались, когда другой человек не понимал, о чём, чёрт возьми, они говорят. Мэг покачала головой:

– Я не знаю, сколько раз мне придётся повторять это, чтобы донести до тебя, до него или до кого-либо ещё, кто обратит на это внимание: я ничего не хочу. Тео – был тем, кто подошёл ко мне в баре и попросил поужинать с ним. Я ему отказала. А потом этот ублюдок за моей спиной заплатил за моё обучение. Я пришла сюда, чтобы заставить его забрать деньги обратно. Секс просто случился.

– Просто случился, – эхом отозвался Гален. Выражение его лица стало ледяным, погасив то маленькое беспокойство, которое внезапно зажглось. – Ну, тогда тебе лучше быть чертовски уверенной, что это никогда больше не повторится. Я серьёзно, Мэг. На этом всё должно закончиться. Сейчас речь идёт не о желаниях и прочей ерунде. Речь идёт о реальности. А реальность такова, что Тео предназначен для будущего, которое не включает тебя.

То, как упал её желудок, не имело ничего общего с чувством отверженности, и всё это было связано с тем, что Мэг была сыта по горло танцами под чужую дудку. По крайней мере, так сказала она себе, когда наклонилась над Галеном и нажала кнопку, чтобы лифт снова тронулся.

– Не волнуйся, придурок. Я более чем способна защитить себя. Я занимаюсь этим всю свою жизнь.

***

Тео вышел из душа и увидел, что Гален пристально смотрит на него.

– Я все понимаю.

– Неужели? Иногда мне кажется, что тебе нужно вбить в себя этот чёртов здравый смысл. – Гален сдёрнул с себя рубашку и, черт возьми, даже после стольких лет у Тео перехватило дыхание. Он смотрел, как его друг раздевается и входит в объятый паром душ, чтобы включить воду, визуально прослеживая шрамы, создающие дорожку вниз по спине и через задницу к бёдрам. Гален ненавидел эти шрамы, но Тео видел их такими, какими они были – доказательством того, что всё это дерьмо, произошедшее дома, не победило его. Что отец избил не его.

Что ничто не сможет сломить Галена.

Тео об этом позаботится.

Он обернул полотенце вокруг талии и прислонился к стойке в ванной. Он мог бы попытаться отвлечь своего друга траханьем, но реальность была такова, что им нужно было поговорить об этом. Уродливые истины в эти дни были скорее правилом, чем исключением, и он не сомневался, что недавний визит Галена домой относится именно к этой категории.

– А чего хотел от тебя отец?

– Как обычно. Я должен танцевать под его дудку. – Гален сказал это так спокойно, как будто встреча с отцом нисколько его не беспокоила, как будто встреча с человеком, превратившим первые шестнадцать лет его жизни в сущий ад, была обычным явлением.

Тео знал, что лучше не проталкиваться сквозь твёрдую внешнюю оболочку к боли под ней. Если бы Гален захотел поделиться ею, он бы это сделал. Если он этого не сделает, то Тео не будет настаивать. Как бы ему этого ни хотелось.

Гален нырнул под воду и сполоснул волосы.

– И он хочет, чтобы я женился на Ками.

Боль пронзила грудь Тео, словно удар тягловой лошади.

– Ками шестнадцать грёбаных лет. – Его младшую сестрёнку надо беречь и нянчить, пока ей не исполнится восемнадцать, и даже тогда о том, чтобы выдать её замуж за кого-то не по её выбору, не могло быть и речи. – О чём, чёрт возьми, думает Филипп?

Гален закончил мыться, сполоснулся и выключил воду. Он всегда был таким – принимал душ меньше чем за пять минут. Каждое его движение было до крайности точным и быстрым.

Даже когда он трахался.

Когда они были подростками, после всего того дерьма, что произошло, Гален жил с ним во дворце. Тео обычно наблюдал за ним, когда думал, что Гален не смотрит. Но с другой стороны, Гален всегда видел всё. Почти два десятка лет они были друзьями, в большинстве случаев даже больше, чем друзья, и взаимное влечение между ними только разгоралось.

Гален обтёр себя полотенцем и отбросил его в сторону.

– У тебя такое выражение лица, Тео, – Гален покачал головой, его короткие тёмные волосы встали дыбом от грубого полотенца. – Я должен был догадаться, что трахать Мэг всю ночь будет недостаточно, чтобы снять напряжение.

– Это был не последний раз. – В этом-то всё и дело. Одной ночи с Мэг было недостаточно. Две ночи с Мэг даже не уменьшили зуд. Он хотел большего. Гален и Мэг тоже хотели большего, хотя оба были полны решимости игнорировать это по своим собственным причинам. У Тео не было никаких проблем с тем, чтобы собрать их всех в одной комнате, независимо от того, как сильно эти двое упирались, потому что, как только они останутся одни, химия сделает всё остальное. Каждое прикосновение закладывало ещё один блок фундамента, на котором он собирался пировать.

Гален исчез в спальне и вернулся в одних шортах.

– Только не в мою смену. Ты же знаешь – лучше не тянуть с этим дерьмом, Тео. Ты же не какой-нибудь похотливый подросток, который не может держать член в своих штанах. Ставки вполне реальны.

Так оно и было, но у Галена не было привычки отчитывать Тео, словно он был непослушным ребёнком. Истина открыла ему глаза. Гален ревновал. Он бы заметил это раньше, но для его друга это была неизведанная территория. Когда в их жизни не было ничего определённого, они были уверены только друг в друге. Не имело значения, встречались ли они с другими людьми, они всегда возвращались друг к другу, связь их была глубже, чем поверхностный трах и влюблённости.

Тео скрестил руки на груди и смотрел, как Гален чистит зубы.

– Ты больше злишься, что она меня трахнула или что я её трахнул?

Гален прополоскал рот и аккуратно поставил зубную щётку обратно в держатель. Он даже не оглянулся, упёршись руками в стойку, как будто собирался сорвать её со шкафа и швырнуть через всю комнату. Может быть, это и мрамор, но Тео не сомневался, что он справится. Гален вздохнул и выпрямился.

– И то, и другое, придурок ты этакий. Я завидую вам обоим, – он провёл рукой по лицу. – Ты же не оставишь её в покое.

– Ты бы этого не сделал, если бы позволил эгоизму хоть немного взять над собой верх.

– Зачем беспокоиться, если ты достаточно эгоистичен для всех нас троих? – Гален подошёл ближе, пока они не оказались почти вплотную друг к другу, и схватил Тео за подбородок. – Она не хочет Прекрасного Принца и уж точно не хочет того багажа, который мы ей приподнесём. Оставь её в покое, Тео, или я клянусь твоим мёртвым отцом, что вырублю тебя на хрен, брошу в самолёт и отправлю как можно дальше от Нью-Йорка.

Он бы тоже так поступил.

Гален считал их такими же неравными – как и он сам, навсегда оставшийся в долгу у Тео. Он уже тысячу раз возвращал этот воображаемый долг, но всё равно Тео никак не мог его отговорить. Если бы он думал, что сможет защитить Тео от самого себя, то сделал бы это в мгновение ока.

Тео наклонился вперёд, и Гален позволил ему. Он нежно поцеловал своего друга в губы.

– Я оставлю её в покое, Гален. Она довольно ясно высказала своё мнение обо мне.

Гален отпустил его подбородок и схватил сзади за шею, прижимаясь к его лбу своим.

– Ты тупой сукин сын. Какого хрена ты оплатил её обучение?

– Тогда мне это показалось хорошей идеей, – Тео провёл руками по груди своего друга. – Я скучал по тебе.

– Я отсутствовал меньше сорока восьми часов.

– К чему ты клонишь? – Тео набросился на его рот и обхватил рукой член Галена через шорты, грубо поглаживая. Быть с Мэг здорово, кардинально отличалось от пережитого. Он и Гален двигались вместе так же легко, как дышали. Они трахались ещё до того, как смогли легально сесть за руль. Тео развернул их и толкнул Галена к стойке в ванной с такой силой, что задребезжали ящики. – Мне очень жаль.

Гален потемневшими глазами смотрел, как он опускается на колени.

– Нет, это не так.

– Нет, это не так, – согласился Тео, стягивая с Галена шорты. Он посмотрел на тело своего друга и, чёрт возьми, оно было другим. Могущественное, твердое и чересчур сексуальное. Нельзя рождаться с таким телом.

Но в этом он тоже ошибался.

Им было хорошо вместе. Чертовски хорошо.

Но с Мэг им будет лучше.

В данный момент у Тео не было никакого желания отстаивать свою позицию. У них было время, и желание, перекатывающее между ними сквозь натянутый провод, было слишком сильным, чтобы сдерживаться. Тео никогда не умел держать себя в руках. Не тогда, когда то, что он хотел, было так чертовски близко.

Он с силой втянул член Галена, чуть покусывая и сводя друга с ума. Тео любил этот момент: прямо перед тем как Гален терял контроль, он ласкал его член, наслаждаясь ощущением подчинения и власти, опутывая его наслаждением.

Гален выругался. Он схватил Тео за волосы и начал двигаться, трахая его рот быстрыми, грубыми толчками. Слова слетали с его губ, как всегда, когда он спускал себя с поводка.

– Ты думаешь, что сможешь заставить меня подчиниться, забыть о том, кто сидел на твоём члене всю ночь напролёт? Сколько раз она заставляла тебя кончать, Тео? Сколько раз ты её трахал? – Гален ускорил движения, ударяясь Тео в горло. – Ты эгоистичный ублюдок, тебе лучше отсосать мой член, убеждая меня в своей серьёзности. А когда ты закончишь, я возьму твою задницу прямо там, на простынях, где всё ещё храниться запах вашего траха.

Гален потянул Тео за волосы, чтобы он выпустил его член.

– Если подумать, то я не собираюсь ждать. На кровать, Тео. Сейчас же.

***

Дориан Микос внимательно изучил информацию, разложенную на его столе. Много лет назад он думал, что лучший путь вперёд – это править Таланией, и заплатил за свою ошибку годами изгнания. Он не повторит её дважды. Семья Микоса никогда не будет сидеть на троне, но если он правильно разыграет карты, они станут той силой, стоящей за этим.

Он собрал фотографии и бумаги и вышел из кабинета. Хотя Филипп Фитцчарлс осторожно вёл игру с публикой, чтобы она не отвернулась от него, он позволил себе свободно распоряжаться этой частью дворца. Исчезли неброские декорации, сменившись картинами, которые он так любил – мешанина, не имеющая никакого отношения ни к стилю дворца, ни к периоду его постройки.

Дориан очень осторожно скрывал своё отвращение. Филипп был инструментом, а у инструментов есть своё применение. Этот человек управлял будущим королём Талании, и поэтому с ним нужно было обращаться осторожно. Дориан больше не увидит ссылки. Нет, пока он дышит, по крайней мере.

Он постучал в дверь кабинета Филиппа и позволил себе войти.

– У нас возникла проблема.

Филипп даже не поднял глаз от стола.

– Всегда есть какая-то проблема.

Дориан встал перед столом и стал терпеливо ждать. Эти мелкие игры власти были выше них обоих, но Филипп всё ещё настаивал на соблюдении формальностей. Когда Филипп закончил, он внимательно посмотрел на собеседника. Линия семьи Фитцчарлс шла исконно от древнего рода Талании, и, несмотря на множество кровных смешений с различными родословными, их род всегда преобладал. Все они были темноволосыми, высокими и привлекательными. Влечение просто менялось от человека к человеку. Филипп был похож на уменьшенную версию своего покойного брата – слишком худой, слишком щуплый, слишком скучный. Он знал это, и это сравнение всегда вызывало в нем ответную реакцию.

Но сегодня Дориан был здесь не для этого.

Наконец Филипп отодвинул бумаги в сторону и сосредоточил свои водянистые голубые глаза на Дориане.

– Ну что?

Дориан вытащил из папки верхнюю фотографию и поднял её вверх.

– Есть девушка.

Интерес в глазах Филиппа угас.

– Мне плевать на девчонку. Они оба мужчины в самом расцвете сил. Конечно, у них будут женщины.

Дурак. Он уже должен был знать, что Дориан не принесёт ему информацию, которая не была бы подтверждена несколько раз и не была бы очень важной. Дориан подавил своё нетерпение и вытащил следующую фотографию.

– Ты меня не так понял, Филипп. Она не просто девушка, которую один из них трахнул. Они оба сделали это.

Филипп замер.

– Дай мне посмотреть, – он выхватил фотографию из рук Дориана. Изображение с камеры наблюдения было не четким, но не было никакой ошибки в том, что Гален и Тео связались с женщиной, сидящей между ними. На следующей фотографии они выходили вместе, а на последней – вместе садились в такси.

– У меня также есть видеозапись из лифта, подтверждающая, что она вошла в их квартиру и не выходила оттуда до утра. – Внешний облик девушки после бурной ночи подтверждал все их предположения.

Гален готов был на всё ради Теодора Фитцчарлса III, но этот дурак превратил его сына в слюнявую сторожевую собаку, которая прыгала, когда он говорил «прыгай». Его сын, грёбаный Микос, удовлетворял все прихоти. У него даже не было амбиций использовать это в своих интересах.

Филипп пролистал папку, его тонкие губы шевелились, читая. Наконец он закрыл её и положил на стол.

– Это может ничего не значить.

И снова Дориан подавил раздражение, одарив Филиппа натренированной улыбкой.

– Или это может значить всё. Эта девушка – слабое звено, и при наличии правильного рычага мы можем использовать её, чтобы направить их на путь, выбранный нами.

Никто ни на минуту не думал, что Теодор примет своё изгнание, как должное. Он точно знал, что Филипп намеревался тихо убить его, как только Эдуард взойдёт на трон.

У них может и не быть подходящего случая.

Кроме того, если бы существовал способ спасти статус Галена и вернуть его в лоно семьи, Дориан бы позаботился о том, чтобы это произошло. Мальчик хорошо повеселился. Ему пора перестать валять дурака и начать делать осмысленные шаги в будущее под предводительством отца.

Если он заботится об этой девушке, мы можем использовать её.

Филипп наконец кивнул.

– Мне нужны доказательства.

Дориан никогда не показывал своего триумфа.

– Конечно, Филипп. Это блестящий план.

Глава 5

Три дня прошли как в тумане. Мэг никак не могла сосредоточиться. Как бы она ни старалась, её мысли уносились прочь от того, над чем она работала, и возвращались в ту квартиру. К Тео. К Галену. Каждую смену, которую она проводила в баре, она почти ожидала, что обернётся и увидит Тео, прислонившегося к стене, с жаром в голубых глазах.

Но он так и не появился.

Хорошо, что он не появился.

Она все ещё была в бешенстве из-за денег; её смущение, гордость и облегчение смешались в один клубок внутри. Он думал, что сделал ей одолжение, но, на самом деле, отстрочил неизбежное ещё на один семестр. Через несколько месяцев она снова окажется на том же самом месте, будет лежать без сна в своей постели и смотреть в потолок, пытаясь сложить цифры.

Чего они никогда не делали.

Ей пришлось урезать часть своих рабочих часов, как только снова начались занятия в колледже, из-за этого она стала получать меньше денег, что было крайне плохо. Часов никогда не хватало, денег никогда не хватало.

Одна проблема за раз.

Если бы всё в жизни было так легко.

Мэг убирала со стола, совершая все движения автоматически, в то время как её мысли были за миллион миль отсюда. Прошло ещё тридцать минут, прежде чем она смогла выгнать оставшихся из бара и закрыть его. Кара должна была быть здесь с ней сегодня вечером, но подхватила отвратительный вирус и провела последние шесть часов, обнимая свой унитаз. Поскольку никто другой не мог – или не хотел – прикрыть её, это означало, что Мэг закрывалась одна. Снова.

Она поставила пустые стаканы на свои места и пошла проверить парней в угловой кабинке. Они пили уже пару часов, и если бы она была такой фантазёркой, то решила бы, что они гангстеры или что-то в этом роде. Оба были одеты в чёрные джинсы и рубашки, а у одного была кожаная куртка, накинутая на сиденье рядом с ним, несмотря на то, что ночь была тёплой и липкой за пределами кондиционируемого бара. Они выглядели вполне нормальными в некотором роде, но что-то в них заставляло её шарахаться от их столика.

Приблизившись, Мэг изобразила на лице улыбку.

– Могу я предложить вам ещё выпить?

– Чек. – Его слова были приправлены лёгким акцентом, который она не смогла точно определить.

Слава Богу. Она кивнула, убедившись, что на её лице не отразилось никакого облегчения.

– Конечно. – Мэг вернулась к компьютеру и распечатала их счёт. Она подняла голову и замерла. Мужчины уже не сидели в кабинке. Один из них встал прямо за дверью, а другой приблизился к ней с таким намерением, что в голове у неё зазвенели тревожные колокольчики.

Она доверяла своим инстинктам. Не могла игнорировать их – ни как бармен, ни как одинокая женщина. Мэг посмотрела на телефон в дальнем конце бара и решила, что если она возьмёт трубку, то вызовет в этом человеке такую реакцию, которой ей отчаянно хотелось избежать. Она твёрдо удержала улыбку на лице и подвинула ему чек через стойку бара. Потом она украдкой взяла свой телефон и большим пальцем открыла его. Будь этот чёртов телефон-раскладушкой, она могла бы напечатать текст не глядя. Она нащупала нужное приложение. Джона жил не так уж далеко. Если бы она могла написать ему о помощи, он бы пришёл и сидел с ней, пока она не смогла бы запереть двери.

Мужчина бросил деньги на стойку бара, но не двинулся с места.

– Тебя зовут Мэг.

– Верно, так написано на бейдже с именем на одежде.

Его губы изогнулись в улыбке, которая даже близко не коснулась его карих глаз.

– Мэг Сандерс.

По её спине побежал холодок. Он знал её фамилию. Он никак не мог узнать её фамилию.

– Кто спрашивает?

– А я и не спрашиваю. Я утверждаю, – его улыбка стала шире. – Очень важно, чтобы ты знала, с кем имеешь дело, прежде чем мы продолжим этот разговор. Мне бы очень не хотелось, чтобы ты сделала какую-нибудь глупость и заставила меня причинить тебе боль.

О, Боже.

Это не было ограблением. Воры не утруждали себя тем, чтобы узнать имена людей, у которых они воровали. Это также не был какой-то наркоман, желающий получить своё удовольствие с барменом и отказывающийся принять «нет» в качестве ответа. Это было что-то совсем другое. Предупреждение Галена промелькнуло у неё в голове. На самом деле она не воспринимала его всерьёз. Существовало много опасностей для одинокой женщины. Трудно было даже представить себе, о какой угрозе, в которую она могла бы влипнуть, он говорил.

Ей следовало бы быть внимательнее.

– Чего ты хочешь? – Мэг старалась, чтобы её голос звучал ровно и безразлично, и паника, ползущая вверх по горлу, не распространилась на всё остальное тело. Пыталась и не могла.

– Я думаю, это очевидно. Мы здесь ради тебя. – Он оглянулся через плечо, и его напарник щёлкнул замком входной двери. Она знала этот тон, знала этот взгляд. Не будет никаких рассуждений, никакого разумного разговора. Он хотел причинить ей боль, и ему это доставляло удовольствие. У нескольких парней её матери за эти годы были похожие выражения лица прямо перед тем, как все становилось очень, очень плохо.

Мэг не колебалась ни секунды.

Она бросилась бежать, выскочила из двери и вбежала на кухню. За спиной у неё раздались проклятия, но бар замедлил её потенциальных нападающих. Она пролетела через задний коридор и выскочила за дверь. Мэг сделала три шага к свободе, прежде чем грубая рука сомкнулась на спине её платья. Рвущаяся ткань никогда ещё не звучала так зловеще.

Нападавший схватил её за руку и прижал к стене рядом с дверью. Теперь он уже не казался равнодушным. Нет, с огнём в глазах и шипящим дыханием изо рта он выглядел прямо-таки демоническим.

– Это было очень глупо с твоей стороны.

Она попыталась ударить его коленом в пах, но он легко повернул бёдра, чтобы избежать удара. Он встряхнул её так сильно, что она ударилась головой о стену позади себя.

– Глупая женщина.

– Мы здесь как на ладони, – тихо сказал его напарник. – Отведи её обратно.

Мэг сопротивлялась. Она брыкалась, кричала и била кулаками. Но это уже не имело значения. Незнакомец тащил её за собой, как ребёнка, закатывающего истерику, волочил через дверь обратно в бар. Они подтащили её к стулу, стоявшему посреди комнаты, и связали ей руки за спиной. Стул отдавал холодом, соприкасаясь с её голой спиной, платье свисало клочьями.

Он схватил Мэг за горло, грубые пальцы впились в хрупкую кожу.

– Будь хорошей девочкой, иначе мы также свяжем твои лодыжки.

Это сделает её совершенно беспомощной, гораздо более беспомощной, чем сейчас. Она кивнула изо всех сил, проклиная себя за то, что не была быстрее. Она могла бы сделать это, если бы не побоялась бежать.

Он отпустил её, и страх заставил Мэг лепетать слова:

– У меня нечего красть. Берите то, что есть в кассе, если хотите, но там не так уж много. Просто возьмите то, что нужно, и уходите. – Может быть, она ошиблась. Может быть, это действительно было обычное ограбление.

Лгунья. Это что угодно, но не обычное ограбление.

Мужчина присел перед ней на корточки и был таким высоким, что его лицо оказалось почти на одном уровне с её.

– Мы пришли сюда за тобой.

Единственная правда, которую Мэг не хотела признавать. Гален был прав. Мне следовало прислушаться. Почему я не слушала его? Её разум затуманился от криков, которые проносились в ее голове. Мэг сжала губы, пытаясь собраться с мыслями. Должен же быть какой-то выход из этой ситуации. Нельзя опускать руки.

Но стяжки на запястьях были слишком тугими, и кончики её пальцев покалывало – верный признак того, что она скоро потеряет в них чувствительность. Двери были заперты. Если она не смогла убежать от них до этого, то как же она будет делать это сейчас, будучи привязанной к стулу?

Только без паники.

Если бы только было так легко управлять реакцией тела. Мэг вздёрнула подбородок, заставляя себя посмотреть сначала на одного из них, а потом на другого.

– Чего же вы хотите?

– Ты знаешь Теодора Фитцчарлса III.

Она изумлённо уставилась на него. Этого просто не может быть. О боже, этого просто не может быть! Она не приняла всерьёз слова Галена о том, что находиться рядом с ними опасно. Конечно, это было опасно – для её головы, сердца и безрассудного тела. На самом деле Мэг никогда не думала, что это может быть опасно. Даже если разумом она понимала, что Тео был бывшим наследным принцем Талании, он был таким... нормальным – не то слово, но это единственное, что приходило на ум. Он был просто богатым человеком, который сводил её с ума. Она позволила себе поверить, что это всё, чем он являлся, потому что только с этим она могла справиться.

Но если бы это было правдой, то сейчас она не была бы привязана к стулу.

Очевидно, незнакомец не нуждался в ответе, потому что продолжил:

– И Галена Микоса тоже.

Мэг попыталась сглотнуть пересохшим горлом, но безуспешно.

– Я бы не сказала, что мне что-то известно о них.

Он не обратил на её слова внимания.

– Ты имеешь для них значение.

Она покачала головой.

– Я не знаю, понимаешь ли ты, как работает культура перепихона, но мы только занимались сексом. Вот и всё. Я не встречаюсь ни с одним из них. И никогда больше не планирую встречаться.

– Если бы это было правдой, Теодор не стал бы тебе платить. Нас бы вообще сюда не послали.

Если я выберусь отсюда живой, то задушу тебя, Тео.

Движение за плечом второго мужчины привлекло её внимание. Мэг едва успела осознать, что они не одни, когда мужчина рухнул на пол, закатив глаза. Гален выступил из темноты, словно ангел-мститель.

– Отойди от неё.

Мужчина встал позади неё, и его рука схватила её обнажённое плечо.

– Ваш отец хотел бы поговорить с вами, Лорд Микос.

Гален подошёл ближе, увеличиваясь с каждым шагом; угроза, исходящая от него, посылала панические мысли, кричащие в голове Мэг. И не важно, что его гнев был сосредоточен на человеке за её головой. В тот момент она не сомневалась, что он способен убить кого-то, – а может быть, уже убил – и что спать с чистой совестью он от этого не перестанет.

Рука мужчины крепче сжала её плечо, и Мэг не смогла сдержать стон боли. Тёмные глаза Галена метнулись к её лицу, а затем к источнику боли. Он и раньше был в бешенстве. Теперь он выглядел просто убийственно.

– Убери от неё свою руку.

– Лорд Микос…

– Если ты сейчас же не прекратишь её трогать, я начну с твоей руки, и на этом я не остановлюсь.

Рука мужчины судорожно сжалась на её плече, но ни одна из этих эмоций не просочилась в его голос.

– Угрозы вам не идут.

Гален продолжал приближаться, его размеренные шаги явственно говорили о той жестокости, которую Мэг видела только издали. Если бы она хоть на секунду подумала, что он идёт на неё, то умерла бы на месте от ужаса. Мужчина позади сделал шаг назад, увлекая её и стул за собой, но он был слишком медлителен. Гален схватил его за запястье и вывернул, болезненный звук ломающейся кости эхом разнёсся по тишине комнаты. Он поставил ногу на край стула и оттолкнул его в сторону, а затем набросился на нападавшего.

Мэг попыталась откинуть мешавшие волосы с лица, но лишь мельком увидела кулак Галена, поднимающийся и опускающийся, ярость, исходящую от него волнами, мясистый звук соприкосновения, когда он бил мужчину снова и снова. Но гнев не поглотил его полностью. Когда он наносил каждый удар, то хотел лишь покарать нападавшего – наказание за оскорбление, нанесённое прикосновением к ней.

О, боже мой.

Он поднял мужчину за ворот рубашки и встряхнул его.

– Не забудь подробно передать это сообщение моему отцу: никто не тронет Мэг. Если ты снова придёшь за ней, то побои станут меньшим, от чего ты пострадаешь. – Он исчез в коридоре, волоча за собой сначала одного человека, а потом и другого.

Мэг сосредоточилась на том, чтобы втянуть в себя воздух из комнаты, в которой, казалось, его не было вовсе. Она просто... он просто…

Что, чёрт возьми, происходит?

Гален снова появился и быстро подошёл к ней. Она не могла сдержать дрожь, когда он опустился на колени рядом с ней. Не смогла остановить рыдание, пробивающееся сквозь её грудь, хотя будь она проклята, если позволит ему сорваться с её губ. Гален замер, его тёмные глаза потеплели.

– Я собираюсь разрезать стяжки, Мэг. – Когда она не сразу ответила, он продолжил говорить тем же мягким, размеренным тоном. – Ты в безопасности, хорошо? Они больше не вернутся.

Похоже, он верил в это не больше, чем она.

Гален вытащил откуда-то нож, и через секунду она была свободна. Ей следовало бежать. Надо было снова позвать на помощь. Он должен был сделать всё, что угодно, но только не сидеть там, как идиот, изучая её руки и возвращая чувствительность кончикам пальцев. Эта нежность так не вязалась с царапинами на костяшках от побоев, которые он только что нанёс, что у Мэг закружилась голова.

Гален просто продолжал растирать ей руки, как будто его прикосновение могло всё исправить, отправить её на час назад во времени, прежде чем... Она всё ещё не знала, чего хотят эти мужчины. Не совсем. Её боль – послание Тео, наверное. Она открыла рот, но что тут можно было сказать? Это ничего не меняло. Это невозможно.

– Давай, – он встал и потянул её за руку, легко поднимая на ноги.

Было бы так легко пойти с ним, позволить ему встать между ней и любой новой угрозой, которая возникнет. Потому что будет новая угроза. Если отец Галена послал этих людей, то... Боже, она не знала. Она просто не знала, что делать.

Шок.

Мэг была в шоке.

Она упёрлась пятками в пол, заставляя его остановиться.

– Что только что произошло?

Он оглядел бар так, словно видел его впервые.

– Ты в безопасности, – повторил Гален.

– Я думаю, мы оба знаем, что это ложь.

Он коротко кивнул, сдаваясь.

– Ты должна пойти со мной, Мэг. Сейчас тебе небезопасно находится одной.

Но она не могла позволить себе просто плыть по течению, которым были Гален и Тео. Мэг вырвалась из его хватки, сузив глаза, когда он не сразу отпустил её.

– А как ты узнал, что произойдёт сегодня?

Ещё одно колебание, на этот раз более явное.

– Я всё объясню, как только мы окажемся в безопасном месте.

Звучало так, будто он собирается отвлечь её от вопросов, как только они окажутся в безопасном месте. Или передаст её Тео, который, без сомнения, увильнул бы от них с лёгкостью профессионального политика, потому что именно таким он и был. Мэг вывернула руку из хватки Галена и схватила его за запястье.

– Гален, мне нужны ответы. Сейчас.

– Всё, что тебе нужно, это убраться отсюда до того, как адреналин ударит тебе в голову.

– Не говори мне, что нужно или не нужно, как будто ты – умный взрослый, а я – глупый ребёнок. Я сказала, что мне нужны ответы, прямо сейчас.

Он долго и жёстко выругался. Гален ещё раз взглянул в сторону задней части бара, очевидно, взвешивая свои шансы просто вытащить Мэг отсюда, чтобы не отвечать на её вопросы. Наконец он повернулся к ней и заговорил короткими, четкими фразами:

– Мой отец узнал о тебе. Это значит, что дядя Тео тоже в курсе. Это была проверка, чтобы получить больше дополнительной информации. Я вмешался, а это значит, что они знают, что ты чертовски важна. Теперь они не перестанут приходить за тобой, пока не получат нужные им ответы.

– Ты подтвердил их предположения, вмешавшись. Почему?

Его тёмные брови нахмурились, и он долго смотрел на неё.

– Ты прекрасно знаешь, почему.

Наконец до Мэг дошло, что этих людей послал отец Галена. Она провела свободной рукой по лицу, стараясь не думать о страхе, пронизывающем её в такт биению сердца.

– За всем этим стоят твой отец и дядя Тео?

– В последний грёбаный раз повторяю, мы поговорим об этом, когда доберёмся до квартиры. – Он ещё раз дёрнул её за запястье, отчего Мэг чуть не упала, и выволок из бара, едва задержавшись, чтобы дать ей возможность запереть за собой дверь. – Ты не можешь вернуться сюда.

– Ох, да заглохни и иди к чёрту. – Она положила ключи в карман и огляделась. – Ты ведь не убил их и не выбросил их тела в мусорный бак, правда?

Гален моргнул.

– Прояви ко мне хоть немного доверия. Если бы я собирался совершить двойное убийство, то, по крайней мере, спрятал бы тела там, где они не были бы связаны с тобой.

Мэг никак не могла решить, утешала ли её эта ситуация или приводила в ужас. В конце концов, это уже не имело значения. Она позволила Галену вытащить себя на улицу.

– Мне нужно идти домой.

– Нет. Если они послали кого-то к тебе на работу, то, без сомнения, кто-то есть и у тебя дома. – Он остановил такси и почти втолкнул её внутрь, следуя за ней и толкая её на сиденье своим массивным телом. Он занял слишком много места, и тело Мэг напряглось в ответ на прикосновение его бедра к её.

Она могла бы сказать, что это от адреналина у неё помутился рассудок, но Мэг старалась не иметь привычки лгать самой себе. Никто не обвинил бы её, что она объезжала Тео на протяжении всей ночи три дня назад, кроме неё самой. Так же как никто не обвинил бы её, что она хотела заползти к Галену на колени и заставить его заверить, что всё будет хорошо.

Тебе лучше знать.

Ты не можешь позволить кому-то другому решать твои проблемы. Ты же знаешь, чем это кончится.

Мэг прочистила горло, когда Гален назвал адрес водителю.

– Я предполагаю, что ты позвонишь своему отцу и убедишь его, что я не имею никакого отношения ни к тебе, ни к Тео, а потом я поеду домой.

Он ничего не сказал, даже не взглянул на неё. Единственным ответом было лёгкое сжатие челюсти.

Страх скрутил её желудок и просочился наружу.

– Так ведь? – сила ушла из голоса Мэг, оставив его слабым и испуганным. – Верно, Гален?

– У меня нет ответа, который бы тебе понравился.

– Тогда дай мне тот, который не понравится.

На протяжении нескольких кварталов царила тишина.

– У моего отца есть определённые цели, и возвращение меня под его влияние – одна из них. Он использует что и кого угодно – чтобы это произошло, – он бросил на неё мрачный взгляд. – Прямо сейчас он, вероятно, решил, что может использовать тебя.

Почему?

Но затем Мэг поняла почему. В конце концов, Гален предупреждал её, и она проигнорировала это предупреждение точно так же, как проигнорировала тихий внутренний голос, который говорил, что она будет сожалеть о том, что уступила своим желаниям. Похоть и логика никогда не шли рука об руку, и после целой жизни бок о бок с логикой она позволила похоти взять над собой верх.

Теперь ей придётся расплачиваться за это.

Ей следовало бы продолжать давить на Галена, но последние события, как бы долго они ни длились, пронзили её насквозь, высасывая то, что осталось от её аргументов. Что, если она потребует, чтобы он отвёз её домой, а потом кто-то вломится ночью? Засов на двери вряд ли помешал бы кому-то, решившему проникнуть внутрь.

Чтобы добраться до неё.

Мужчина сказал, что хотел бы поговорить о Тео, но если его послал отец Галена, какой в этом смысл... не так ли?

Она знала слишком мало. С таким же успехом Мэг могла бы пройти сквозь волшебное зеркало, зная все здешние правила. В её мире мужчины не посылали мощную силу за женщинами, которых их сыновья трахали один или два раза. Они не причиняли людям вреда, как этот человек; казалось, он намекал на то, что они причинят вред, если она не даст нужные им ответы.

Она на это не подписывалась.

Она этого не хотела.

Но Мэг не могла отделаться от ощущения, что в какое бы зеркало, шкаф или способ передвижения она ни забрела, обратный путь к реальности теперь для неё закрыт. Пути назад не было, как бы отчаянно она этого ни хотела.

Это заняло бы слишком много времени, и достаточно ли будет просто добраться до квартиры, где ждал Тео. Гален снова молчал, а ей нечего было сказать. Его ответы не помогали, и если кто-то и знал, как всё исправить, так это Тео.

Она надеялась на это.

А что, если Тео не захочет всё исправить? Ты – муха, попавшая в паутину. Не всё ли равно, кто это сделал – Тео или кто-то другой?

Тебя сожрут в любом случае.

***

Гален вышел из такси и потащил Мэг за собой. В такое время ночи на улице всё ещё было многолюдно – отличная возможность для людей его отца смешаться с толпой, пока они не окажутся достаточно близко, чтобы напасть.

Они уже напали на него.

Он потянул её с тротуара, увлекая за собой. Мэг прокляла его, но ей и положено злиться. По крайней мере, она была ещё жива. Он ни на секунду не поверил, что Дориан прикажет убить её, не тогда, когда он увидит в ней орудие, которое только и ждёт, чтобы использовать. Но он попытается забрать её, а этого Гален допустить не мог.

Он не расслаблялся до тех пор, пока двери лифта не открылись в их квартиру и он не увидел Тео, расхаживающего назад и вперёд по гостиной. С ним всё в порядке. С Мэг всё в порядке. Они в безопасности.

Но это было не так.

Дерьмо разрасталось самым хреновым образом, и не было никакой возможности убрать этот беспорядок.

Гален отпустил руку Мэг и убедился, что система безопасности включена и дверь заперта.

– Проблемы?

– Только не здесь.

Тео обогнул диван и остановился вне досягаемости. Он пожирал Мэг взглядом, без сомнения рассматривая её спутанные волосы, разорванное платье и то, как она дрожала, словно наркоманка, нуждающаяся в дозе. Выброс адреналина. Тео выругался.

– Мне очень жаль, принцесса.

Мэг скрестила руки на груди и отступила на шаг назад, стараясь держаться подальше от него – от них обоих.

– Я... мне нужна минутка. Душ. Что-нибудь.

Тео коротко кивнул.

– Возьми то, что тебе нужно.

Она направилась в спальню и в последнюю секунду резко обернулась.

– Одна.

– Твою мать, – прорычал Гален. – Иди. Не торопись. – Он обратил внимание на то, как она обхватила себя руками. Мэг не будет утешаться ими, особенно когда они стали причиной того беспорядка, в котором она оказалась, но будь он проклят, если позволит ей свернуться в клубок отчаяния. Ему просто нужно было нажать на нужную кнопку. Он демонстративно оглядел её с ног до головы. – Мы всё равно не трогаем ходячих раненых.

Её спина напряглась, а карие глаза стали ледяными.

– Пошёл на хуй.

Вот так вот. Пусть уж лучше она сердится, чем будет испугана. Он мог бы и её злость обнажить. Испуганная женщина на заднем сиденье такси, ищущая утешения, которое он не мог ей дать – это никогда не было сильной стороной Галена. Он предпочитал суровую правду мягкой лжи, но не было такой правды, от которой Мэг, познав, не испугалась бы.

Гален смотрел на неё, пока она не начала поворачиваться.

– Уже сделал это.

Мэг подняла трясущийся палец.

– Клянусь Богом…

– Дети! – голос Тео пронёсся по комнате, его резкий тон невозможно было проигнорировать. Мэг издала звук, похожий на рычание, но Тео не обратил на него внимания. – Иди, прими душ и приведи волосы в порядок. Ты чертовски напугана и пытаешься тягаться с самым большим членом в комнате, пытаясь доказать, что ты не беспомощна. Пустая трата времени, которого у нас нет.

– У него не самый большой член, – пробормотала она.

Гален едва не рассмеялся. Даже напуганная до полусмерти, Мэг все ещё огрызалась, и чёрт побери, если он не уважал её за это ещё больше.

– Иди, прими душ. Взрослым нужно поговорить.

Она зашипела и зашагала по коридору. Он ждал звука захлопнувшейся двери, но услышал лишь тихий щелчок.

– Проклятье.

Тео прошествовал на кухню и схватил бутылку виски. Сделав большой глоток, он передал её Галену.

– Расскажи мне всё.

– Двое мужчин. Я их не узнал, но они утверждали, что их прислал Дориан, – Гален отпил из бутылки, позволяя виски сжечь ужасное чувство в груди, когда он вошёл в ту дверь и обнаружил Мэг привязанной к стулу с двумя мужчинами, стоящими над ней. Он думал – впрочем, не важно, что он думал. Он добрался туда вовремя. Они не причинили никакого серьёзного вреда.

По крайней мере, в физическом плане.

– Она не может вернуться.

Гален уставился на бутылку. Он ещё крепче сжал её и серьёзно задумался над тем, чтобы несколько раз ударить ею Тео.

– Ты не мог оставить её в покое, не так ли? Им потребовалось в общей сложности три дня, чтобы понять, какое она может иметь значение, и прийти за ней. Чёрт возьми, Тео, что за дерьмо у тебя в голове.

– Я всё понимаю. – Тео наблюдал за ним. Эти голубые глаза видели слишком много, как и всегда. – И всё же я не тот, кто следил за ней на работе. Ты сказал мне, что встречаешься с контактом.

Подловил.

Гален открыл рот, но тут же отбросил ложь, так и высказав её вслух.

– Ты подверг её опасности. Я хотел убедиться, что она в безопасности.

Губы Тео дрогнули, но взгляд стал жёстким.

– Лги себе, если так нужно, но не смей лгать мне. Я знаю, почему ты был там – по той же причине, что и я неделю назад. Ты не мог держаться от неё подальше так же, как и я, – он обхватил горло Галена рукой, его большой палец ласкал точку пульса Галена. Тео наклонился вперёд. – Мне не следовало указывать своё имя при оплате её обучения, я признаю это. Но мы оба, как мотыльки летим на её грёбаное пламя, и ты не можешь играть роль осаждённого телохранителя – не прямо сейчас и не со мной. Ты хочешь её.

– Да. – Это слово словно вырвали у Галена, забрали, несмотря на все его усилия хранить молчание.

Тео крепче сжал свою руку, и его взгляд упал на губы Галена.

– Мы не можем оставаться в Нью-Йорке. Они будут следить за её домом.

– Они хотели забрать её, Тео. У задней двери был незаконно припаркован фургон. Они могли бы заставить её отвечать на вопросы, а ещё собирались взять с собой. – Если бы у них получилось, Дориан сделал бы из нее цель, используя как рычаг, чтобы заставить Галена плясать под его дудку, а затем выбросил бы её, как вчерашний мусор. Даже если он не убьёт её, останутся шрамы, и она больше не будет Мэг.

Тео прижался лбом ко лбу Галена, становясь с ним единым целым. Одно дыхание. Два. Три. На четвёртом он отступил назад и отпустил его.

– Ты оказался там вовремя.

– Я мог бы и не оказаться. – Если бы он сумел сопротивляться зову сирены увидеть Мэг, если бы у него было больше контроля, если бы он действительно пошёл на встречу со своим местным контактом вместо того, чтобы делать то, в чём обвинял его Тео.

– Ты оказался там вовремя, – повторил Тео. Он бросил взгляд в сторону главной спальни, где всё ещё слышался шум душа. – Звони. Я точно знаю, что у тебя уже есть паспорт на её имя.

Опять подловил. Они выживали так долго, потому что предвидели и разыгрывали больше сценариев, чем их враги. Месяц назад Гален уже оформил паспорт для Мэг. Он уже десять раз называл себя дураком за то, что сделал, но теперь это избавило их от рутины с бюрократией.

– Она никогда нам этого не простит. – За то, что сбросили бомбу на её жизнь и оставили после себя разрушение. Две тысячи долларов – ничто по сравнению с тем, что будет дальше.

Тео вздохнул.

– Я всё понимаю. Но лучше уж она злая и живая, чем иное. Звони, Гален. Нам нужно выбраться из Нью-Йорка до рассвета.

Глава 6

Мэг сидела, одетая в одну из футболок Тео, и пыталась осмыслить слова Галена и Тео. Она покачала головой.

– Извините, но вам придётся повторить.

Они обменялись взглядами, одна из тех вспышек тёмных глаз встретилась с голубыми, передавая весь разговор, в который она не была посвящена. Тео потёр рот тыльной стороной ладони.

– Ты здесь не в безопасности.

– Тогда я пойду домой.

Он присел на корточки рядом с кроватью, оказываясь лицом к лицу с ней.

– Мэг, я говорю не о квартире. В Нью-Йорке ты не в безопасности. Если за тобой гонятся люди Дориана, он не остановится только потому, что однажды вмешался Гален. Чёрт возьми, это только подтвердит его подозрения. Он пошлёт больше людей, и они будут ещё хуже. А как только они закончат с тобой разговаривать, они запихнут тебя в машину, отвезут в аэропорт и доставят Дориану, завёрнутую, как рождественский подарок. – Он не отвёл взгляда, не улыбнулся, чтобы смягчить свои слова, не смягчил свой тон. – Если он доставит тебя в Таланию, мы не сможем тебе помочь, и никто там не поможет.

Это нечестно. Крик ребёнка, столкнувшегося с обстоятельствами, которые она не могла контролировать. Ей хотелось брыкаться, кричать и швырять вещи, пока чувство беспомощности в груди не рассеется. Она хотела наказать обоих этих прекрасных мужчин за то, что они привнесли в её жизнь этот ужас; за то, что они сделали её пешкой в игре, настолько далёкой от неё, что Мэг даже не была фигурой на доске. Не имело значения, что ни один из них не намеревался это сделать – они знали ставки намного лучше, чем она. Как она может принять обоснованное решение, если не знает всего, что поставлено на карту?

В конце концов, всё это уже не имело значения.

– Надолго?

Ещё один из этих напряжённых взглядов между ними.

– Мы точно не знаем.

Её горло сжалось, и она закрыла глаза полные слез. У неё и раньше бывали трудные времена, но они не сломили её. И этому не позволит. Но, чёрт побери, она была так близка к завершению своего плана и к тому, чтобы преодолеть его, когда он был всего лишь на расстоянии вытянутой руки... Больно. Чертовски больно, и она имела полное право расстраиваться.

– Мне нужно время, чтобы всё обдумать.

– У тебя его не так уж много, – последовало от Галена, когда он прислонился к дверному косяку. – Мы должны действовать как можно быстрее.

Мэг сделала глубокий вдох, потом ещё один.

– У тебя есть план.

Наверное, они говорили об этом, пока она рыдала в душе. Когда вода хлынула ей на голову, она смогла убедить себя, что именно она намочила её лицо, а не слезы. Теперь уже нельзя было разваливаться на части, не тогда, когда опасность явно не уменьшилась. Во всяком случае, это звучало так, как будто Гален, помогая ей, только усугубил ситуацию.

Ты должна была просто взять деньги и позволить им уйти из твоей жизни.

Если бы ты это сделала, то этого бы не случилось.

Тео поднялся на ноги и встал рядом с Галеном. Они были чертовски разными, хотя оба были высокими, темноволосыми и великолепными. Тео был самой сущностью аристократии – утончённой, резкой и изменчивой. Гален выглядел так, словно дрался в глухих переулках, когда хотел хорошо провести время. И они оба смотрели на неё с одинаковым выражением на лицах, как будто ожидали, что она растворится в луже слез и устроит истерику из-за того, что её жизнь только что разбилась вдребезги.

– Я в бешенстве и напугана, но я не собираюсь закатывать истерику. Перестаньте беспокоиться о том, как обращаться со мной, и просто расскажите мне этот чёртов план.

Тео кивнул, видимо для себя.

– Тебе придётся уйти из колледжа или вернуться на следующий год. Хорошо это или плохо, но в ближайшие девять месяцев всё будет закончено.

– Девять месяцев. – Слова ощущались крупицами песка на языке. Отсрочка на год разрушит не жизнь Мэг, а её график. Она уже представляла себе торжествующую жестокость на лице матери, когда та услышала бы эту новость, и напев в её голосе, когда она шептала бы: «Я всегда знала, что ты потерпишь неудачу. Я думала, что ты лучше нас, но ты точно такая же. Неудачница. Идиотка. Кровь всегда выходит наружу».

Нет, я не могу так думать.

Но это был ещё не конец. Мэг не позволит этому случиться.

– Мне очень жаль, Мэг. Это действительно так. Всё это не было частью плана, – Тео проверил свой телефон. – Гален, ты можешь встретить курьера в вестибюле? Он скоро должен быть здесь.

Гален кивнул и исчез в коридоре. Через несколько секунд в квартире раздался звук закрывающейся двери. Она посмотрела на Тео.

– Через год твой брат достигнет совершеннолетия.

– Сводный брат. – Он сказал это с рассеянным видом человека, которому приходится постоянно поправлять людей. – И да, мой дядя пока не может выступить против меня напрямую, но он без колебаний уберёт любого, кто окажется слишком близко. Они всё ещё думают, что смогут вернуть Галена в свои ряды, – он покачал головой. – Если они заберут тебя в Таланию, это может сработать.

– Мы занимались сексом дважды. Как моё похищение может привести к манипулированию Галеном или причинению вреда тебе? В этом нет никакого смысла. – Люди всё время занимались сексом. Эмоции тут ни при чём. Мэг не могла утверждать, что это правило применимо к данной ситуации. Как она могла лежать с ними в постели и не поддаваться их влиянию? Но у отца Галена и дяди Тео не было никаких причин это понимать. Не так быстро, да еще и с таким малым количеством улик.

Какие у него вообще могут быть доказательства? Даже у неё не было оснований полагать, что это выходило за рамки сильного физического влечения и того, что казалось извращённым желанием Тео потратить на неё большие суммы денег.

– Он, должно быть, узнал, что мы делим тебя. – Что-то вроде чувства вины вспыхнуло на лице Тео. – Мы не были так осторожны, как должны были быть в клубе.

Несмотря ни на что, тело Мэг вспыхнуло жаром при воспоминании о том, как она оказалась окружена большим телом Галена, в то время как Тео скользнул рукой вверх по её платью.

– Нет, мы не были очень осторожны, – она уставилась на него. – Но это всё равно не даёт ответа на мой вопрос – почему именно я?

– Тот момент в клубе был первым, когда мы допустили промах с тех пор, как меня изгнали. Никто из нас не был святым, но мы были осторожны.

Она моргнула.

– Так он собирался... что? Прислать своих ребят, чтобы избавиться от меня и посмотреть, вытащило бы это тебя из укрытия? – Избить и оставить её, чтобы посмотреть, что она сделает и кому позвонит? Если бы Гален не приехал вовремя или вообще не приехал, Мэг позвонила бы Тео, чтобы предупредить его?

Да.

Она даже не могла притвориться, что не сделала бы этого.

Тео немедленно пришёл бы к ней. Может быть, она и не очень хорошо его знала, но в этом не было ни тени сомнения. Он бы бросился к ней – они оба бросились бы. И конечный результат будет таким же.

Слава богу, там был Гален.

Тео отрицательно покачал головой.

– Теперь это уже не имеет значения. Гален вмешался, и поэтому они знают, что причинение тебе боли выманит нас. Это ставит тебя под угрозу, и мы ничего не можем сделать, чтобы остановить так, как есть, – он внимательно наблюдал за ней. – Мы могли бы спрятать тебя где-нибудь на время, но я бы предпочёл, чтобы ты пошла с нами.

– Пойти с вами, – повторила она. – Куда же это?

– За границу. Из-за... несправедливости, которая привела к тому, что после смерти моего отца я был отстранён от должности наследного принца; мы с Галеном намерены исправить это.

Всё это абсолютно ничего не значило, но Мэг решила разобраться с этим позже. Прямо сейчас она заботилась об изгнании Тео меньше, чем о разрушении её жизни. Эгоистично? Без сомнения. Мэг не могла заставить себя чувствовать себя виноватой из-за этого.

– У меня нет паспорта, Тео. И как же мне теперь выехать с тобой из страны? – Как бы сильно она ни мечтала путешествовать, на нынешнем этапе её жизни паспорт был роскошью. Даже если Тео потратил деньги на решение этой проблемы, все равно будет период ожидания.

– Гален позаботился об этом.

Мэг моргнула.

– Очень удобно.

Как, чёрт возьми, ему это удалось? И зачем он это провернул? На получение паспортов требуется время, и получить один из них в течение трёх дней было невозможно; это значило, что Гален сделал это раньше. Возможно, гораздо раньше. Что, чёрт возьми, происходит?

– Он любит предугадывать события. – Ничего не значащий ответ.

Ещё одна вещь, с которой нужно будет разобраться позже. Тяжесть всего того, чего Мэг не знала, давила на неё, угрожая раздавить и никогда не позволить подняться.

– Я могу всё потерять.

– Нет. Ничего подобного. – Тео заколебался, но потом его взгляд стал жёстким. – Мы оплатили твою квартиру на следующие двенадцать месяцев, а также оставшуюся часть твоего обучения, – он поднял руку, когда она вскочила на ноги. – Не спорь со мной, Мэг. Прямо сейчас мне плевать на твою гордость. Ты в опасности из-за меня – из-за нас – и ты должна быть чертовски хорошо вознаграждена за то, что мы испортили твою жизнь. Если всё должно быть отложено до тех пор, пока я не разберусь с проблемами моей страны, то я чертовски уверен, что ты не пострадаешь больше, чем это необходимо.

Это был не тот бой, который Мэг могла бы выиграть.

Казалось, что она не сможет выиграть ни одного боя, когда дело дошло до этой ситуации.

Входная дверь с грохотом распахнулась, и через мгновение в спальне появился Гален, держа в руке несколько пакетов с одеждой. Он положил их на кровать и взглянул на Тео.

– Мы уходим в десять.

– Понял. – Тео указал на пакеты с одеждой. – Выбери что-нибудь из одежды, а остальное сложи в сумку в шкафу. Не спорь, Мэг. У нас нет на это времени. Ты можешь подать документы на отсрочку обучения онлайн, как только мы доберёмся до места назначения, – он вышел вслед за Галеном из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.

-Ты сукин сын, – прорычала она себе под нос.

Нет, возможно, он и не ставил её намеренно в такое положение, но ему чертовски нравилось играть роль Бога в её жизни. Превращая её в содержанку, в игрушку, чтобы возиться с ними, пока они будут исправлять эту несправедливость. Она подошла к трём пакетам с одеждой и раскрыла их один за другим. Два сарафана, балансирующие дизайном между невинностью и сексуальностью. Макси-платье с глубоким декольте. И пара дизайнерских джинсов с простой белой футболкой. И все её размера. Она посмотрела на ценник на белой рубашке и выругалась. Конечно, от дизайнера. А почему бы и нет? Тео был совсем не из тех парней, которые заходят в «Walmart» и покупают что-то на распродаже.

Отправить их обратно было самым разумным решением. Если он говорил правду об уплате её арендной платы и платы за обучение, то Мэг уже была в долгу перед ним, из которого она никогда не вылезет. Ещё и одежда, которую она никогда бы не купила себе за такие деньги?

Нужно потребовать, чтобы они заехали к ней.

Мэг остановилась и закрыла глаза. Гален считал, что за её квартирой следят какие-то люди, а это означало, что возвращение туда подвергнет их опасности, в которой они иначе не оказались бы. И всё это из-за её гордости.

Это не гордость, когда он не прав.

Но это уже не имело значения. Она найдёт способ отплатить ему или убедить его позволить ей остановиться где-нибудь в более выгодном для неё ценовом диапазоне, например в Армии Спасения. Мэг снова выругалась и сняла футболку Тео. Платье бармена, в котором она сюда приехала, было испорчено, иначе она бы снова надела его.

Когда она достала джинсы и футболку из пакета, то заметила спрятанный за ними пакет с бельём. Мэг бросила свирепый взгляд на дверь и заглянула в него. Кружевные ничего не скрывающие трусики, красные и ярко-розовые – этого ей хватит на неделю без стирки. Такого же цвета бюстгальтеры, как будто из комплекта, действительно были «важны» прямо сейчас.

Но они были очень милы…

Нет, Мэг. Используй только то, что тебе нужно, а остальное спрячь, чтобы он мог их вернуть.

Она схватила свой старый лифчик и пару розовых трусиков и натянула новую одежду. Поскольку у них не было времени ссориться из-за этого, она спрятала остальную одежду в сумку, на которую указал Тео, убедившись, что все бирки все ещё были прикреплены. Она повесила сумку на плечо и направилась к выходу из комнаты.

Усталость давила на неё, но Мэг держала спину прямо, а подбородок высоко поднятым. Жизнь всё время била её по лицу. Не было никаких причин удивляться, что особенно сокрушительный удар был нанесён именно тогда, когда она была так близка к достижению своих целей.

Настолько близко, что ты никогда не сможешь оплатить обучение самостоятельно.

Настолько близко, что отсрочка была уже в планах ещё до того, как из мухи превратилась в слона.

Год ничего бы не изменил. Она этого не допустит.

Точно так же, как она не позволяла себе слишком много думать о том, каково было бы провести время в тесном соседстве с Тео и Галеном в предстоящем времени.

О боже, что же мне теперь делать?

***

Тео не дышал, пока самолёт не приземлился в Германии. Казалось нелогичным так приближаться к Талании и его дяде, но следующий шаг их расследования находится в этом районе. Больше откладывать было нельзя, особенно теперь, когда безопасность Мэг висела на волоске.

Женщина, о которой шла речь, за все двенадцать часов полёта не сказала им и двух слов. Она свернулась калачиком в своём кресле первого класса, завернулась в предоставленное одеяло и, судя по всему, заснула от холода.

Сейчас же она шагнула в пасмурное немецкое утро и заморгала.

– Франкфурт, – сказала Мэг, словно пробуя это слово на вкус.

Гален арендовал им машину, и они отправились в путь, выехав из города в деревню. Мэг сидела на пассажирском сиденье, глядя прямо перед собой, делая вид, что не пялиться на всё подряд, как турист. Такая гордая, его принцесса. Она скорее начнёт ссориться, чем признается, что никогда не выезжала за пределы страны или что в детстве отчаянно хотела путешествовать. Он поставил бы хорошие деньги на то, что оба эти предположения были правдой.

Тео наклонился между передними сиденьями и указал на ряды виноградных лоз, растущих на абсурдно крутом склоне сразу за автобаном.

– Виноград для вина. Я бы сказал, белый, так как именно этим известен этот регион.

От напряжения плечи Мэг так напряглись, что было удивительно, как она не сломалась.

– Я не спрашивала.

– Ну же, принцесса. Я знаю, что ты злишься на меня, и это правильно. Я облажался. Но кто сказал, что ты не можешь наслаждаться такой возможностью?

– Я могу кое-что придумать, – пробормотала она.

Она ещё не была готова. Он не мог заставить её, как бы сильно ни мучило чувство вины. Тео делал людей счастливыми. В этом он был хорош, к тому же таким образом он склонял их в свою сторону и достигал нужных целей. Он очаровывал, шутил и время от времени угрожал, и тропинка сама прокладывалась перед его ногами.

До прошлого года, когда все, что было знакомым, оказалось ложью. До тех пор, пока он не лишился своего титула, своей личности, своего единственного дома, который он когда-либо знал.

Всё это фикция. Без сомнения.

Но он видел документы, все они были представлены с лёгкой ухмылкой его дяди Филиппа, в то время как Дориан скрывался на заднем плане. Даты не совпадали. Тео знал, что его мать была замужем за кем-то ещё до того, как вышла замуж за его отца. Все это знали, и полстраны было шокировано этим, но, в конце концов, брак по любви победил даже самых традиционных граждан. А как же иначе, когда родители Тео смотрят друг на друга так, словно солнце встаёт и садится только для них обоих?

Десять лет совместной жизни – это слишком долго.

– Тео, – Гален говорил тихо, как будто знал, где витали мысли Тео. – Мы на месте.

Они покинули автобан, пока Тео предавался мрачным мыслям, и теперь петляли по узким дорогам, окружённым лесом, который ощущался точно так же, как и те, что были в Талании. Старый, полный магии и других причудливых вещей, которые он давно уже перерос. Они были не так уж далеко от Чёрного Леса, и было слишком легко представить себе, что густая путаница деревьев удерживала всевозможных монстров просто вне поля зрения.

Скорее всего, это были монстры человеческой разновидности, а не ведьмы и проклятия.

Гален свернул на такую узкую дорогу, что, если появится ещё одна машина, им придётся съехать с неё, чтобы избежать лобового столкновения. Они углублялись всё дальше и дальше в лес, пока очередной поворот не привёл их к гигантским железным воротам. Они были старыми и ржавыми в некоторых местах, растение, похожее на плющ, поднималось над частью них, создавая впечатление места забытого временем. Тео запечатлел этот вид и посмотрел на своего друга.

– Атмосферно.

Мэг наклонилась вперёд и посмотрела на ворота через лобовое стекло.

– Уж не хочешь ли ты сказать мне, что это место принадлежит миллиардеру-затворнику, который случайно высасывает человеческую кровь и питает отвращение к солнцу?

– Всем известно, что вампиры населяют Уолл-Стрит, а не особняки, спрятанные в предгорьях Германии.

Тео хотел проглотить смешок, но он вырвался наружу при виде ошеломлённого выражения лица Мэг. Она посмотрела на Галена.

– Ты ведь пошутил.

– Предполагалось, что да.

Она повернулась и встретилась взглядом с Тео – впервые с тех пор, как они покинули Нью-Йорк.

– Он что, шутит?

– Иногда. – Он наклонился вперёд и понизил голос до насмешливого шёпота. – Не позволяй Галену одурачить себя. Он мудак и задира, но ему нравится удивлять людей.

Она слегка улыбнулась.

– А я-то думала, что он просто наблюдает.

Жар пронзил его насквозь, но Тео достаточно владел собой, чтобы это не отражалось на его лице. Тот факт, что Мэг пошутила, был шагом вперед, который он не хотел бы останавливать. Он не рассчитывал, что отец Галена узнает о её существовании так быстро, но в конечном счёте это ничего не изменило.

Он хотел Мэг.

Они оба хотели.

И, чёрт возьми, она хотела их.

Если бы только они все могли свернуть со своего пути и надолго погрузиться в мир наслаждения. Она идеально подходила ему и Галену, и время только подтвердит это.

Ему просто нужно было дать им обоим время смириться с этим. Гален был слишком упрям, и он так долго отказывал себе в том, чего хотел, что это стало его привычкой. Он хотел заполучить Мэг и поэтому отказался идти за ней. Если бы Тео не любил этого ублюдка так сильно, он бы надрал ему задницу, пока правда не проникла бы под его толстый череп. Гален заслужил всё, и если он не поймет это, то Тео просто придётся взять всё в свои руки.

Мэг…

Мэг стала полной неожиданностью. Каждый раз, когда он думал, что знает, как она отреагирует, она поражала его абсолютно противоположным действием. Её реакция на деньги была вполне ожидаемой. У неё было больше гордости, чем у кого-либо из тех, кого он когда-либо видел, и Тео не думал, что девушка смиренно примет его деньги.

Он просто не ожидал, что Мэг поцелует его в разгар спора. Чтобы доставить себе удовольствие, даже отказывая ему в возможности их совместного будущего.

У их Мэг была отвратительная черта, которой он не мог не восхищаться. Она не была увядающим цветком, нуждающимся в защите, если дело доходило до проблем, с которыми она могла справиться сама. Однако никто не мог устоять против Филиппа и Дориана. Не без внушительной помощи и нескольких больших пушек.

Тео вылез из машины, отпёр ворота, подождал, пока машина заедет внутрь, и снова запер их за ними. Он едва успел закрыть за собой дверцу машины, когда Мэг резко повернулась к нему лицом.

– Ты не арендовал дом. Он твой.

– Не мой. – Прилагая усилие, он скрыл печаль в своём голосе, слышимую даже после всех этих лет. – Он принадлежал моей матери давным-давно, непрерывно передавался с того времени, когда её народ впервые поселился в этом районе. – Одно из немногих оставшихся у Тео воспоминаний о ней. Так как она и не вернулась в этот дом после совершеннолетия, то не осталось ничего, за что бы он мог зацепиться, даже если бы захотел. – Она выросла здесь.

Мэг снова повернулась и посмотрела на дом, вынырнувший из-за деревьев. Район давно зарос, создавая ощущение того, что место забыто самим временем. То, что когда-то было первозданным белым зданием, теперь превратилось в шелушащийся блеклый беспорядок. Мэг прочистила горло.

– Похоже, он обрушится на голову первого же человека, который войдёт в дверь.

– Ерунда. Полгода назад я поручил кое-кому восстановить его внутри.

– Внутри.

Гален предпочёл ответить на этот почти-вопрос.

– Мы привезли кое-кого из-за рубежа, у него не было никаких связей с Таланией или семьёй Мортимор. В интересах всех, если этот дом будет продолжать казаться заброшенным.

Филипп мог бы заподозрить, что они что-то замышляют. Если бы он хоть на секунду подумал, что Тео разгадал его ложь, придуманную для обеспечения себе места регента, никакие обещания, данные Эдварду, не удержали бы его от попыток уничтожить и Тео, и Галена.

– Этот дом технически перешёл к моему двоюродному брату, но они согласились предоставить мне его в пользование за кругленькую сумму и ремонт.

– Понятно.

Гален предостерег Тео взглядом и подогнал машину к старому гаражу. Он был построен гораздо позже, чем дом, из дерева, а не из камня; и время изрядно потрепало его. Они вылезли из машины, и Гален открыл багажник, распаковав сумки и достав пару пистолетов. Он передал один из них Тео и проверил обойму на своём, прежде чем повернуться к дому.

– Оставайся в машине, Мэг.

– Черта с два я это сделаю.

Тео позволил Галену высказаться по этому поводу. Он был экспертом по безопасности, мог предупредить все, что угодно. Они были равны во всём, что имело значение, но сильные стороны Тео заключались в политике, людях и манипуляциях. Гален мог убить человека полудюжиной способов голыми руками и специализировался на самых разных способах защиты. Ещё до того, как их жизнь полетела к чертям собачьим, он был главой службы безопасности Тео и выработал необходимые навыки для выполнения этой роли.

Он снова станет главой службы безопасности Тео.

Но это ещё не конец. Отнюдь нет.

Гален издал звук, подозрительно похожий на рычание.

– Мы должны очистить дом. Мы не можем этого сделать, когда ты плетёшься за нами, потому что мы будем беспокоиться о тебе. Посади свою задницу в машину и подожди, пока мы всё проверим.

Если бы взгляды могли убивать, Гален превратился бы в дымящуюся лужу у ног Мэг.

– Я вовсе не идиотка. Я понимаю, что вам нужно проверить дом. Если я останусь здесь, что помешает кому-нибудь схватить меня, пока вы там заняты?

Гален подошёл ближе и понизил голос:

– У тебя очень умный рот, Мэг.

– Не пытайся запугать меня своими размерами только потому, что я права, а ты не хочешь это признать. – Она скрестила руки на груди и каким-то образом ухитрилась посмотреть на Галена сверху вниз, несмотря на то, что он был на добрых десять дюймов выше неё. – Я буду молчать и выполнять приказы, но не собираюсь спокойно сидеть здесь.

Гален взглянул на Тео, но тот лишь слегка пожал плечами. Это было не его родео, и он поддержит любое решение Галена, когда дело дойдёт до этого. Наконец Гален выругался.

– Ты со мной. Ведёшь себя как заноза в заднице, я тебя в шкаф запихну, и жди, пока мы не закончим.

– Да, сэр.

Гален отвернулся от неё, пряча слабую улыбку. О да, ему нравился умный рот Мэг так же, как и Тео.

Тео на время отложил свои планы. Он не так хорошо владел оружием, как Гален – никто не мог сравниться с ним в мастерстве, – но он был более чем порядочным, и отвлекаться сейчас было неприемлемо. Дом не маленький, и потребуется много времени, чтобы его осмотреть. На втором этаже располагалось шесть спален, каждая со своей ванной комнатой и гардеробной. Внизу – огромная кухня, ещё три ванные комнаты, гостиная и несколько дополнительных комнат. Зачистить дом будет непросто.

Он вернулся на старую позицию, двигаясь на несколько шагов позади Галена, держа Мэг между ними. Он не нуждался в инструкциях и знал, что если ситуация выйдет из-под контроля, он должен взять Мэг и убраться оттуда, пока Гален разбирается с угрозой.

– Готовы?

Гален кивнул:

– Давайте сделаем это.

Глава 7

Если бы Мэг, сопровождая Галена и Тео, осматривающих дом, не догадывалась о хреновости её положения, она бы просто в него вошла. Они двигались как единое целое, едва ли учитывая её присутствие, словно они делали это бесчисленное количество раз. Она не отставала от них и в глубине души знала, что если они встретят того, кто захочет причинить им боль – или ей, – то они безжалостно убьют его.

Это должно было напугать её.

И напугало.

Но Мэг еще никогда не испытавала такое чувство защищенности, как сейчас.

Зная, что любой, кто хочет добраться до неё, столкнется сначала с этими мужчинами... Да, никто и не доберётся. Этого, правда, недостаточно, чтобы она простила их за то, что они поставили её в такое положение. Но внутри Мэг что-то изменилось, смягчая грань разрушений, тянущихся последние двенадцать часов за ней. Возможно, она двигалась по непредвиденному ею пути, но, по крайней мере, она была не одна.

Осмотр дома занял больше времени, чем она ожидала, но, в конце концов, Гален успокоился и повёл её обратно на кухню. Мэг позволила себе заглянуть туда, не опасаясь, что кто-то может неожиданно напасть. Даже зная, что Тео заказал ремонт внутри дома, она всё равно ожидала найти это место в руинах, основываясь на внешнем виде.

Она ошибалась.

Дом выглядел так по-домашнему. Полы под её сапогами были из твёрдой древесины, блестевшей в слабом свете, проникавшем из затуманенных от времени окон. Стены представляли собой странную смесь открытого камня и успокаивающего бледно-белого цвета, который она никак не могла назвать яичной скорлупой. Все акценты были сделаны из деревенского кованого железа, которое служило напоминанием о том, что они находились в современном сказочном особняке. Единственное, что могло бы стать ещё более фантастичным – наличие башенок, – и вот ты словно в настоящем замке.

Они расположились на кухне. Гален осмотрел кладовую, потом холодильник и выругался.

– Я думал, он уже будет здесь.

– Терпение, – Тео проверил свой телефон. – Лёгок на помине. Он будет здесь через десять минут, – он поднял глаза и сосредоточился на Мэг. – Почему бы тебе не воспользоваться этой чудовищной ванной, за которую я заплатил бешеные деньги? Мы не задержимся надолго.

Она склонила голову набок.

– Приглашения для других, к сожалению, закончились. – Хотя, чёрт возьми, её тело покалывало от нетерпения оказаться в огромной ванне. Она легко могла бы вместить всех троих и... Нет, я здесь не для того, чтобы позволить им выбить из меня те крохи мозгов, что у меня остались.

Тео поднял брови, на улице появилась понимающая улыбка, как будто он знал направление её мыслей.

– Тогда в другой раз.

– Сосредоточься, придурок, – пробормотал Гален.

Мило, но Мэг не собиралась потакать им.

– Почему вы не хотите, чтобы этот человек узнал обо мне?

Они обменялись взглядами. Гален отвернулся, очевидно позволяя ответить Тео, который ослепил её очаровательной улыбкой, из-за которой она бросила трусики в него три месяца назад.

– Мэг…

– Нет. – Она подняла руку, ненавидя себя за то, что приходится бороться с желанием, вспыхнувшем между бедер. Боже, как же он хорош! Мужчина повернул выключатель, и ей пришлось сражаться за контроль, чтобы не растечься у его ног. – Ответь на вопрос, – она замолчала и попыталась улыбнуться, стараясь держаться холодно; искушение узнать причину было велико. – Пожалуйста.

– Аларик – мой двоюродный брат. Хотя я уверен в его верности мне, но не могу гарантировать, что она будет распространяться и на тебя.

Гален резко рассмеялся.

– То, что Тео вертится, как уж на сковородке, говорит лишь о том, что Аларик может и не имеет ничего общего с семьёй, но ради выгоды продаст своего лучшего друга. Он использовал бы твое присутствие здесь как разменную монету, не задумываясь.

Она открыла было рот, чтобы возразить, но передумала и закрыла. Как бы сильно она ненавидела быть отодвинутой в сторону, глупой не была и понимала, что правила их игры не подвластны ей. Они погрязли в ней полностью, разбираясь в мельчайших деталях, и Мэг оставалось только довериться ее проводникам.

 Это не значило, что она будет безоговорочно им доверять, но бороться на каждом шагу из-за своей гордости стало бы глупой тратой времени и энергии.

– Ладно.

Тео прислонился к стойке и скрестил руки на груди.

– Ты слишком легко сдалась.

– Черт возьми, Тео, не пересекай черту, остановись, – Гален ткнул большим пальцем в сторону двери, ведущей вглубь дома. – Иди, прими ванну или вздремни, или сосчитай крапинки на потолке, мне всё равно. Просто убирайся отсюда.

– Ты так умело обращаешься со словами, Гален. – Она вышла из комнаты размеренным шагом, направляясь к ближайшей из двух лестниц в доме. Мэг небрежно оглянулась через плечо, но ни один из мужчин не последовал за ней, чтобы убедиться, что она послушалась. Ошибка дилетанта.

Повзрослев, её мать поначалу пыталась скрыть, насколько плохо обстоят дела в семье. Долги, постоянные потери работы, пьянство. Когда Мэг была маленькой, она могла понять, что происходит, только подслушивая. Возможно, она должна была чувствовать себя виноватой за это, но немного контроля над ситуацией, которая может утопить её, не помешало. Совсем как тогда, когда она была ребёнком.

Она обошла столовую с таким большим столом, что за ним можно было накормить двенадцать человек, и прижалась к стене рядом с дверью. Тео и Гален говорили так тихо, что она не могла разобрать их слов. Она медленно приблизилась к проёму.

Кто-то постучал в заднюю дверь.

***

Гален устроился прямо за дверью, когда Аларик вошёл в кухню. У Тео было действительно неприличное количество кузенов, разбросанных по всей Европе – семья Мортиморов, казалось, взяла на себя задачу распространять своё семя повсюду – но грязное дыхание Аларика злило его. Сегодня это чувство обострилось в тысячу раз.

Мэг была в доме.

Аларик остановился в дверях и окинул комнату острым взглядом своих голубых глаз.

– Мне нравится то, что ты сделал с этим местом.

На лице Тео растянулась уже знакомая деловыми кругами улыбка.

– Ты же знаешь мои строгие стандарты обслуживания.

– Разумеется, принц Тео, – Аларик ухмыльнулся. – Твои вещи в машине.

Гален наблюдал, как он подъезжает, и встал как можно ближе к кухонной двери, дабы избежать неприятных сюрпризов. Никогда не помешает предупреждать худшее развитие событий. Он кивнул в сторону Тео.

– Я помогу.

– Гален Микос. – Улыбка Аларика стала ещё шире. – Чем вас кормят, греческие мальчики? Ты просто огромен.

Он знал, что лучше не позволять этому маленькому дерьму залезать под кожу. Аларик испорченный ублюдок, которому всё было позволено с рождения, избалованный младший сын одной из тётушек Тео. Этот мудак трахал все, что движется на своем пути. Тео подумал, что если семья не числится среди его жертв, то это значит, что он может быть ценным приобретением.

Гален считал, что он не прав.

Если цена будет достаточно высока, Аларик продаст свою чёртову мать.

Он протиснулся мимо блондина и направился к машине, чтобы открыть багажник. Он был заполнен до краёв продуктами. Гален схватил сколько смог и потащил обратно на кухню. Три захода – и стойка исчезла под многочисленными продуктовыми пакетами. Тео протянул Аларику пачку наличных, от которых Мэг едва не обделалась.

– Спасибо, кузен.

Аларик, этот кусок дерьма, пролистал банкноты. Пересчитал. Он сунул пачку в карман, явно довольный тем, что они не попытались перехитрить его.

– Многовато продуктов для вас двоих.

Гален замер, но на лице Тео ничего не отразилось – даже намёка на его очаровательную улыбку.

– Гален ест за четверых. Как ты и сказал, он... массивный, – Тео вложил в последнее слово столько намёка, что его кузен густо покраснел. Тео продолжал говорить, каждый дюйм его тела был наполнен нарочитой небрежностью. – Что насчёт ещё одного дела, которое я просил тебя проверить?

– Я поехал в деревню. Там старая школа, так что у них есть только электронные записи с 2001-го года, – Аларик заколебался. – Всё так, как он утверждал – дом сгорел в прошлом году. Целиком. Они потеряли пару десятков свидетельств о рождении, включая её.

Гален скрестил руки на груди и прислонился к стойке. Наблюдатель. Судя по беспокойным рукам Аларика и его напряжённой спине, он говорил не правду. Он не видел лица парня, но готов был поспорить на свой последний доллар, что ему будет очень трудно встретиться взглядом с Тео. Он поднял руки и позволил им упасть.

– Прости, кузен.

– Не важно, – Тео быстро обнял его. – Если мне ещё что-нибудь понадобится, я позвоню.

Аларику потребовалось слишком много времени, чтобы выйти из комнаты, и, похоже, у него возникли проблемы с машиной. Тео присоединился к Галену, встав у окна и ожидая отъезда мужчины, – всё это время он смотрел на дом.

– Дерьмо.

Гален кивнул:

– Он лжёт. Там был пожар – газеты подтвердили рассказ Филиппа, – но он что-то скрывает.

– Я знаю. – Тео вздохнул и провёл рукой по лицу, внезапно став намного лет старше. – Мы поедем туда завтра и посмотрим, что там можно найти. Даже если клиника сгорела дотла, там должны были храниться резервные копии записей, хранящиеся в другом месте. Мы просто должны их найти.

– Слишком много неприятностей для того, чтобы через них пройти.

– Именно об этом я и думаю, – Тео заставил себя встряхнуться. – Похоже, мы на правильном пути.

За дверью кухни заскрипела половица, и все инстинкты Галена мгновенно насторожились. Он поднял руку и жестом велел Тео продолжать разговор.

Брови Тео сошлись на переносице, но он кивнул.

– Мы разложим продукты и решим, что делать дальше сегодня вечером, – он продолжал болтать о меню и прочей ерунде.

Гален крадучись обошёл кухонный островок. Он дотронулся до своего пистолета, но ни на секунду не подумал, что это враг по ту сторону стены. Нет, это была любопытная маленькая женщина, которая не знала, что такое приказы. И действительно, когда он ворвался в столовую для приёмов, его встретили испуганный вскрик и вид Мэг, приземлившейся на задницу.

Веселье охватило его, когда она поднялась на ноги с достоинством королевы и стряхнула воображаемую пыль со своих джинсов. Мэг вздёрнула подбородок.

– Гален.

– Мэг, – он поднял брови от её дерзости. Она лучилась наглостью, и чёрт возьми, из-за этого Галену пришлось бороться с расползающейся на лице улыбкой. – Я мог бы поклясться, что тебе приказали подняться наверх.

Она подняла брови в ответ, идеально копируя выражение его лица.

– Откуда мне знать, что происходит, если ты отсылаешь меня каждый раз, когда начинается важный разговор?

– Ты могла бы спросить.

Она открыла рот и тут же закрыла, словно передумав. Эти колдовские карие глаза сверкнули.

– Ты бы мне ничего не сказал.

– Теперь уже слишком поздно это выяснять. – Он схватил её и перебросил через плечо, наслаждаясь тем, как она снова взвизгнула и тут же начала ругаться на него. Он вернулся на кухню и обнаружил, что Тео с пользой использовал время. Половина продуктов была разложена. Гален слегка встряхнул Мэг.

– У нас есть шпион.

– Я так и понял.

Мэг наконец-то перестала ругаться и шлёпнула Галена по спине.

– Отпусти меня, придурок. Ты не имеешь права так обращаться со мной. Я на это не подписывалась. Я ни на что из этого не подписывалась.

Он и не спорил, но она, казалось, забыла один важный факт. Гален усилил хватку, ещё крепче прижимая её к своему плечу.

– Забавно, но могу поклясться, что Тео предложил спрятать тебя где-нибудь, пока мы будем разбираться с этой проблемой. Ты решила пойти с нами, да еще и проигнорировала мой приказ не вмешиваться. Так расскажи мне ещё раз – на что ты подписалась или нет.

Мэг ещё более злобно выругалась.

Гален встретился взглядом с Тео, его друг переваривал её ответ. Тео наконец улыбнулся – впервые за много месяцев Гален увидел на его лице настоящую улыбку.

– Я бы сказал, что это нарушение заслуживает наказания, не так ли, Гален?

– Если ты попытаешься отшлёпать меня, я выпотрошу тебя на хрен.

Гален вопросительно наклонил голову, но Тео был полностью сосредоточен на Мэг. Он жестом велел Галену посадить её на стойку, что тот был только рад сделать. Возможно, у них и возникнет искушение сыграть в эту игру, но правда заключалась в том, что Мэг не подписывалась на ту неразбериху, в которой оказалась. Она была гражданским лицом. Как бы он ни предупреждал её, она не должна была знать, что поставлено на карту.

До этого момента.

Теперь она всё знала.

Тео отодвинулся, встав напротив неё, но так, чтобы она не могла до него дотянуться.

– Порка, принцесса? Не будь такой примитивной.

Она секунду смотрела на него так, словно действительно пыталась выполнить свою угрозу, и Гален напрягся в ответ. Но ярость тут же растаяла, сменившись некоторым раздражением. Она указала на Галена.

– Не поднимай меня больше.

– Не подслушивай разговоры, которые не предназначены для твоих ушей.

Она свирепо посмотрела на Тео, направив свой обвиняющий перст в его сторону.

– А ты – никакого наказания. Да что с тобой такое, чёрт возьми?

Тео медленно улыбнулся, отчего у Галена участился пульс. Он знал, что означает это выражение. Мэг играла ему на руку, а он направлял её ярость согласно своему желанию.

– В конце концов, после наказания тебя ждёт достойная награда.

Она моргнула. Между ними троими проскочил момент, когда они уже пересекли черту. Гален должен был что-то сказать, что-то сделать, чтобы положить этому конец, но эгоизм взыграл в нем. Он всегда был внутри. За несколько месяцев, прошедших после изгнания, он только дважды видел, как Тео сбрасывает с себя груз ответственности – оба раза, когда он был внутри Мэг. Она сделала для Тео то, на что Гален был неспособен. Тео посмотрел на Галена и увидел в его глазах воспоминания о доме. О том, что они потеряли. О той цене, которую он заплатил за то, что его застали врасплох.

Мэг была вне всего этого.

Или, по крайней мере, так было.

Тео позволил молчанию затянуться, а затем шагнул вперёд и похлопал Мэг по колену.

– Позже, принцесса. Нет необходимости принимать решение сейчас. Давайте поедим.

***

Тело Мэг было предателем. Или, может быть, Тео был колдуном. Или, может быть, Гален заразил её похотью одним своим прикосновением. Скорее всего, это было сочетанием всех трёх факторов.

Подслушивание не принесло Мэг никакой стоящей информации. Двоюродный брат Тео казался ненадёжным, и было что-то странное в том, что клиника была сожжена, а записи потеряны. А потом Гален перекинул её через плечо и Тео заговорил о наказании…

Мэг ценила себя как умную женщину. Она бы никогда не добилась своего места в жизни, не будь у неё мозгов и драйва и не будь она слишком упряма, чтобы отступать, даже когда было тяжело. Почти невозможно двигаться дальше. Жизнь текла быстро, и ей нельзя было останавливаться – её мать пеняла на это всегда, когда хорошенько напивалась: «Девочка, ты же не знаешь, когда надо остановиться. В один прекрасный день жизнь хорошенько врежет тебе по зубам, и тогда ты будешь сидеть там, где сейчас сижу я, и запивать свою боль».

Нет.

Никогда.

Мэг уставилась на бокал вина. Упасть в постель – снова в постель – с Тео и Галеном было ошибкой. Но так хотелось. Их нити уже опутали её и перевернули с ног на голову всё, что она воспринимала как истину. Может, они и испытывали дискомфорт от того, что она расплачивалась за последствия их взаимного удовольствия, но она не стала бы что-то менять.

А вы бы стали?

Нечестно.

Но с другой стороны, жизнь вообще несправедлива. Она знала это чересчур хорошо.

Мэг была здесь. Они были здесь. Опасность таилась в тенях вокруг них и не проявляла никаких признаков того, что скоро рассеется. Она отказалась от их предложения поселить её где-нибудь, пока всё это не закончится, отказалась сидеть сложа руки, пока важные вещи в её жизни решаются без её присутствия.

Что ещё она может потерять, если снова включит в эту смесь секс?

Больше, чем ты можешь себе представить.

– Мэг?

Она моргнула и поняла, что разговор продолжался без неё. Ужин давно закончился, тарелки были убраны, и осталось только вино. Мэг подняла свой бокал, чтобы скрыть смущение, отчаянно надеясь, что они подумают, будто её румянец вызван тем, что она не видит их всех голыми вместе.

– Извини, я думала совсем о другом.

Тео развалился в кресле по другую сторону стола, лёгкая улыбка тронула уголки его губ.

– С тех пор как мы сели за стол, ты постоянно отвлекаешься. О чем ты думаешь?

Придурок, ты точно знаешь, что у меня на уме. Это так называемое наказание. Она сделала глоток вина.

– А должно что-то быть?

– Перебираешь все возможные варианты наказания, которые Тео мог бы состряпать в своём необъятном мозгу, – Гален пристально смотрел на неё своими темными глазами, заставляя её отрицать это.

Разговоры с ним напоминали игру кошки с мышкой. Даже когда Мэг знала, что должна отступить или свернуть, то не могла удержаться, чтобы не попасться на наживку.

– Я уже взрослая женщина. Я не буду наказана только за то, что случайно подслушала часть вашего разговора.

– Хм-м-м, – Тео смотрел на бокал так, словно в нём хранились все тайны Вселенной. – Это всего лишь игра, принцесса. Мы оба знаем, как ты любишь играть, как это тебя возбуждает. – Опять эта улыбка, та самая, которая обещала исполнить все её самые тёмные, самые грязные фантазии. И, чёрт возьми, Мэг знала, на что он способен. Тео отодвинул свой стул назад. – Но никогда не говори, что мы тебя принуждали, – он допил вино и взглянул на Галена. Ожидая знак, он поднялся и последовал за Тео к двери.

Мэг уставилась на них.

– Что вы делаете?

Гален уже исчез в дверном проёме, но его тень почти полностью скрыла стену. Тео повернулся к ней лицом.

– Ты же знаешь, что у наказания две стороны. Если ты этого хочешь, то мы будем в последней спальне в конце коридора, – он сделал паузу; голубые глаза словно раздевали её, обнажая грехи. Тео пожал плечами: – Если ты этого не хочешь, то на этом всё и закончится.

– Закончится? – она сглотнула, в горле неожиданно стало сухо. Конечно же, он блефовал.

– Мы позаботимся о твоей безопасности, Мэг. Деньги твои без всяких условий. Вот это? – он сделал жест, чтобы охватить их обоих и Галена. – Это совсем другое дело. Если ты хочешь этого – нас – тогда ты должна принять этот вызов. Никакого принуждения. Никакого соблазна лишить тебя рассудка. Прими решение, все обдумав.

– Тео... – Мэг не знала, что сказать. Всё начиналось так легко, когда она не знала, кто такие Тео и Гален, а позже, узнав и разъярившись, решила, что это не имеет значения. Сейчас предстояло принять трудное решение, и лгать себе она не имела права. – Что если я передумаю?

Он даже не отвёл взгляда.

– Это твое решение. Я не требую, чтобы ты подписала пожизненный контракт, принцесса. Я бы не смог, даже если бы захотел. Моя жизнь не принадлежит мне.

Он принадлежал Талании.

Это должно было остановить ее, остудить пыл. Она не могла иметь Тео постоянно, и Мэг знала без тени сомнения, что без Тео и Гален ей не принадлежит. Мужчина предложил ей что-то временное, и если она не могла принять этого, то незачем подниматься в комнату.

– Подумай об этом. Прими решение, – он повернулся, не сказав больше ни слова, и ушел, Гален отстал от него лишь на полшага.

Мэг следовало бы вымыть бокалы и подняться в комнату, где они оставили её сумки. Не та, что в конце коридора, хотя её она достаточно хорошо запомнила по их стремительному бегству во время осмотра дома. Очевидная хозяйская спальня в особняке, полном люксов; гардеробная больше, чем вся её квартира, массивная ванна-джакузи и огроменный кафельный душ с не менее чем пятью душевыми насадками.

И кровать.

Эта кровать была такой большой, что могла уместить пять человек, и стояла на массивной кованой железной раме, каждый угол которой поднимался вверх по спирали, словно пытаясь поцеловать сводчатый потолок. Эта кровать была создана для траха.

Но наказание, от которого невозможно уклониться…

Однако это предупреждение никак не повлияло на ее желание. Мэг медленно пила вино, позволяя правде заполнить все внутри. Никакого решения ещё не было принято. Но её цель была определена в ту же секунду, когда она решила отправиться с Тео и Галеном. Признав это, она поняла, что все мосты сожжены. У неё больше ничего не осталось, только гордость, и она требовала проигнорировать предложение Тео и пойти спать в одиночестве. Лучше лежать в своей кровати и представлять все грязные вещи, которые они могли бы делать, чем подвергаться наказанию, как будто она была непослушным ребёнком.

Но было ли это действительно лучше?

Нет.

Прошлой весной она думала, что у неё будет только одна ночь с Галеном и Тео, и поэтому она впитывала каждую минуту с ними, как голодная женщина на пиру, который она за всю свою жизнь никогда больше не посетит. Они преследовали какую-то цель – ту, которая, они уверены, поможет вернуть Тео на трон, – и их приключение может закончиться через день, неделю, месяц. А может быть, оно растянется на следующие девять месяцев, пока часы будут отсчитывать время коронации Эдварда Фитцчарлза.

Так или иначе, неужели она действительно готова лишить их всех того, чего они хотят из-за её гордости?

Мэг допила вино. Потом вымыла все три бокала и поставила их на сушилку. Она поднялась наверх, вошла в свою комнату и приняла самый быстрый душ в своей жизни, даже не останавливаясь, чтобы насладиться мозаикой, выложенной плиткой на стенах душевой. После недолгих размышлений она натянула короткий шёлковый халат, висевший на двери сзади. Возможно, она желала их, но не собиралась появляться голой в качестве подношения.

Глубоко вздохнув, она направилась по коридору к двери, на которую указал Тео. Она подняла руку, чтобы постучать, но потом передумала. Мэг повернула ручку и вошла.

Гален сидел, прислонившись к спинке кровати, с планшетом в руке, одетый только в выцветшие джинсы. Она потратила драгоценную секунду, чтобы визуально проследить шрамы, пересекавшие его грудь. Он поднял глаза и замер.

– Тео.

Тео вышел из ванной с обернутым вокруг талии полотенцем. Он ничего не сказал, оба они, казалось, чего-то ждали.

Они ждали её.

Это был её последний шанс сбежать.

Она расправила плечи и встретилась взглядом с каждым из них по очереди.

– Я готова к своему наказанию.

Глава 8

Мэг не могла дышать. Она здесь. Она согласилась на это. Последствия простирались перед ней, переплетаясь друг с другом и оставляя после себя лишь беспорядок. В будущем ничего хорошего из этого не выйдет. Но она чертовски долго была сосредоточена на этом будущем. Следующий шаг – конец игры, путь, заканчивающейся ловушкой, в которой она родилась. Это поможет ей осуществить американскую мечту.

Она чуть не рассмеялась при этой мысли. Если эта мечта и существовала, то она была связана с непосильным студенческим долгом и рецептом ксанакса для борьбы с экзистенциальным страхом. Всё это не имело никакого значения, потому что он принадлежал ей и только ей. Это проложило путь к её независимости и свободе, и ради этого она готова была пойти на жертвы, слишком бесчисленные, что невозможно было сосчитать.

В данный момент всё это не имело никакого значения. Будущее тоже не имело значения, потому что оно не существовало для них. Если Тео каким-то образом вернёт себе право первородства, он станет королём Талании, а что бы там ни говорили, короли не женятся на бедных девушках из Мичигана, которые смирились стать бухгалтерами.

Как ни странно, это осознание освободило Мэг, чтобы сделать первый шаг, а затем ещё один, и тихо закрыть за собой дверь. Оба мужчины уставились на неё, словно взвешивая правдивы ли её слова, поэтому она ждала. Она сделала свой выбор. Она пришла сама. Она, чёрт возьми, не станет повторять.

Тео двинулся первым. Он не стал спрашивать, уверена ли она. Он чертовски ясно высказался ещё до того, как она вошла в эту комнату. Обойдя её кругом и проведя пальцем вдоль линии её плеч, он приподнял её тёмные волосы, перебирая их в пальцах.

– Очень мило, принцесса, – он остановился позади Мэг и прижался к её спине. – Тебе не кажется, что она выглядит очень мило, Гален?

Гален напечатал что-то на планшете и отложил его в сторону.

– Похоже, от неё одни неприятности.

– Потому что она сама неприятность.

Они говорили так, как будто её вообще не было в комнате. Её обуяла ненависть. И ей это слишком понравилось. Мэг облизнула губы, не в силах сдержать дрожь от ощущения дыхания Тео, скользящего по её шее. Она услышала усмешку в его голосе.

– Ты же знаешь правила, Мэг.

Нет смысла притворяться, что это не так.

– Я говорю «стоп», и все прекращается.

– Да. – Он поцеловал её прямо под ухом, в то место, к которому, казалось, стремился. Тео вел её, пока она не оказалась у изножья кровати, обрамлённой массивными железными спиралями. Он щёлкнул пальцами в сторону Галена. – Манжеты.

– Манжеты?

Гален потянулся к тумбочке и бросил две пары манжет в изножье кровати. Мэг смотрела на них, на то, что они собой представляли, и что-то горячее и уродливое сжало её грудь.

– У тебя в тумбочке есть бандажное снаряжение.

– Гален любит быть готовым. – Тео протянул руку, чтобы взять одну из них; его большие руки двигались по ней с непринуждённостью давнего знакомства.

Будто они уже делали так раньше.

Конечно же делали.

Мэг никогда не считала их девственниками – она определённо не была невинной до того, как они встретились – но столкнувшись с бандажным снаряжением, которое они, должно быть, использовали на какой-то другой женщине, возможно, в этой самой комнате, перевернуло что-то в ней. Уродливое чувство внутри обрело зубы и когти.

А потом Гален оказался перед ней, сжимая её подбородок так крепко, что маленькие искорки боли вспыхнули на её коже.

– И куда же ты пропала?

– Я прямо здесь. – Слова прозвучали неправильно, остро и резко. Он посмотрел через её плечо, и она шлёпнула его по запястью. – Прекрати. Я не какая-то дикая вещь, с которой нужно разобраться, и говорить обо мне так, как будто меня нет, как будто я просто какая-то игрушка, которая взаимозаменяема любой другой…

– Взаимозаменяема? – прошептал Тео ей на ухо. – Ты действительно так думаешь?

Хмурый взгляд Галена рассеялся, оставив после себя самодовольство.

– Твоя принцесса ревнует, Тео. – Он откинулся на пятки на матрасе, возвышаясь над ними обоими. – Несмотря на все подслушивания, слышишь ты не очень хорошо. Мы никогда не были в этом доме до сегодняшнего дня, – он проследил, как она снова посмотрела на манжеты, и резко улыбнулся. – Тео очень разборчив в том, кто входит в его спальню.

– Я…

Он схватил вторую манжету и поднёс её к лицу Мэг. Мягкая ткань обтягивала её изнутри там, где обхватывала запястье или лодыжку, защищая чувствительную кожу от трения. Гален повернул его, чтобы она смогла увидеть кожу. Материал был таким новым, что сиял в тусклом свете, и ни одна складка не указывала на то, что им пользовались.

О.

Стыд заглушил ревность Мэг, и она не могла заставить себя выдержать его пристальный взгляд. Тео поднёс один палец к её подбородку, поднимая её лицо к Галену. Он пробормотал ей на ухо:

– Никто не был в этом доме с тех пор, как его отремонтировали, – он защёлкнул одну манжету на её запястье, и Гален затянул её потуже. – В этих комнатах ещё никто не спал, – они затянули манжету на другом запястье Мэг. – Никто не трахался ни на этой кровати, ни в душе, ни в ванне, – Гален протянул руку и ухватился за металлический трос, вплетённый в железный столбик кровати, на который она не обратила внимание. Он отрегулировал длину и прикрепил к ней левую манжету, а затем и правую.

Распростёртая с поднятыми вверх руками. Беспомощная.

Тео провёл рукой по краю её халата, легко раздвигая ткань. Устраивает Галену шоу. Он укусил её за шею, его голос был низким и почти опасным:

– Мы трахнем тебя здесь, принцесса. Мы будем трахать тебя в каждой спальне, а потом спустимся вниз и трахнем тебя на каждой поверхности этого чёртового дома, – он обхватил ладонями её груди, перекатывая соски между пальцев, пока Мэг не выгнулась, прижимаясь к нему спиной. – На любой поверхности. У каждой стены. До тех пор, пока никто из нас не сможет войти в это место, не увидев, что оно переполнено нашими обоюдными воспоминаниями.

Мэг больше не войдёт в этот дом, как только всё закончится.

Чего не скажешь о них с Галеном.

Тепло разлилось по ней, уничтожая неприятные ощущения. Она осторожно потянула за верёвки.

– Ладно.

Тепло тела Тео, прижавшегося к её спине, исчезло. Он обошёл её кругом, изучая представшую картину, и кивнул сам себе.

– Раздвинь халат ещё немного. Я хочу её видеть.

Гален повиновался, распутывая узел на её талии и стягивая халат, пока тот не повис на оковах. Он отодвинулся, не дотрагиваясь до неё больше, подполз к краю кровати и сел, когда Тео подошёл, встав между его большими бёдрами. Казалось, он что-то обдумал и кивнул сам себе.

– Снимай джинсы, Гален. Ляг на кровать, положив голову в изножье.

Мэг беспомощно наблюдала, как Гален повиновался, раздеваясь с небрежной грацией, от которой жар начал подниматься по её коже. Они были так чертовски красивы, что у неё перехватило дыхание. Красивы сами по себе, но вместе они становятся чем-то большим. Изысканный контроль Тео против грубости и подлости Галена. Гален был похож на древнего гладиатора, ворвавшегося в их ряды, большой, жестокий и покрытый шрамами. Тео чувствовал бы себя как дома в любой аристократии Европы, красавец, играющий в игры, о которых Мэг могла только догадываться.

Они так действовали на неё. Соблазняя.

Гален снова забрался на кровать и занял позицию по приказу Тео, его голова была в нескольких дюймах от того места, где стояла Мэг. Матрас был достаточно высоким, чтобы они были на одном уровне с её бёдрами, и она вздрогнула при виде Галена, разложенного как деликатес на пиршестве. Его член уже был твёрдым, набухшим и тяжёлым, прижатым к животу, он смотрел на неё тёмными глазами, которые обещали проделать с ней самые темные его желания.

Тео отбросил полотенце в сторону и присоединился к Галену на кровати. Он широко раздвинул ноги гиганта, встав между ними на колени. Тео сжал бёдра Галена и застыл совершенно неподвижно, его взгляд скользнул по мужчине перед ним и туда, где стояла Мэг. Он был королём, осматривающим своё королевство из двух человек, и она не сомневалась, что он только что спланировал остаток ночи до мельчайших деталей.

– Ты готова к своему наказанию, принцесса?

– Да. – Слово вырвалось из Мэг, словно призыв, будто она нуждалась в этом больше, чем в воздухе. Она сама заключила сделку с дьяволом, хотя ему нужна была не её душа, а тело.

Тео одарил её похотливой улыбкой.

– Хорошо. Будь очень тихой и спокойной, и в конце концов ты получишь свою награду, – он наклонился и взял член Галена в рот.

Срань Господня.

Правда глубоко проникла в неё. Она была готова к шлепкам, наказанию, переплетённому с болью. Но к этому нет.

Гален потянулся через голову, чтобы ухватиться за край матраса, пока Тео сосал его член, и они оба наблюдали за ней. Если бы она выгнула бёдра, то могла бы – могла бы – коснуться его пальцев, но Мэг не сомневалась, что он отстранится, если она попытается.

Они хотели видеть её висящим в изножье кровати украшением, неподвижной и молчаливой, пока она будет смотреть на их соитие.

Тео не мог придумать более изощренного наказания. Она собиралась убить его... как только он снимет с неё наручники.

Гален выругался долго и жёстко и наполовину сел. Тео разогнулся, требуя рот Галена так же, как требовал его член. Когда-то давно она сравнивала их с двумя противоположными силами природы, в данный момент они на 100% им соответствовали. Столкнувшись, их внушительные тела двигались вместе в танце более древнем, чем время. Гален схватил Тео за волосы и откинул его голову назад, целуя в шею. В этом не было ничего холодного и расчётливого. Они забыли об устроенном для неё шоу, как только поцеловались.

Они прикасались друг к другу так, словно совсем забыли о её присутствии.

Мэг наблюдала за ним, настолько загипнотизированная, что забыла о своем наказании. Гален сжал в кулаке член Тео, от чего тот разразился проклятьями. Качнувшись и замедляя их темп, Тео прикусил ему нижнюю губу, а затем провёл языком, успокаивая боль.

Боже, они были прекрасны и разрушительны, она никогда не забудет этого.

Тео развернул Галена лицом к ней и встал на колени позади него, его ноги были по обе стороны от ног Галена. Он остановился, сосредоточив на ней свой взгляд, и одарил её опасной улыбкой.

– Мы забываем о наказании нашей Мэг.

– Нельзя этого допустить, – пробормотал Гален, его глаза потемнели так, что стали почти чёрными.

В этой позе она поняла, что Тео на самом деле выше Галена, хотя Гален был шире в плечах и груди. Тео протянул руку и погладил член Галена.

– Посмотри, как он твёрд, принцесса. Ты помнишь, как хорошо чувствовать его член внутри себя.

Гален прислонился спиной к Тео и посмотрел на неё с явным вызовом. Требуя, чтобы она... что? Она даже не знала, что должна была делать. Мэг едва могла дышать, не говоря уже о том, чтобы привести свои мысли в какое-то подобие здравомыслия. Её обуяла нужда, тело болело без их внимания, страдая от животных инстинктов быть заполненной. Её груди потяжелели, а киска была такой чертовски влажной, что просто удивительно, как они этого не замечали.

А может, и заметили.

Тео ещё раз погладил член Галена.

– Ты помнишь, о чём мы говорили, когда я поедал твою киску на кухне на прошлой неделе?

Она качнулась вперёд, и цепи звякнули. Ах да, она вспомнила. Мэг облизнула губы, пытаясь сосредоточиться.

– Ты сказал, что представлял себе, как Гален трахает меня, пока ты трахаешь его, – она вздрогнула и сжала бёдра вместе. Слова никак не помогали успокоить пульсирующий клитор, умоляя их прикоснуться к ней.

Умолять.

Теперь вызов во взгляде Галена обрёл смысл. Дело было не только в том, чтобы устроить ей шоу, в котором она никак не могла принять участие. Всё это было связано с унижением, разрушенным желанием на столе. Она сдерживалась с самого первого дня, и они это знали.

К чёрту все это, я не буду умолять.

Должно быть, Тео прочёл её решение на лице. Он кивнул и отпустил Галена.

– Ложись на спину, мой друг.

Пока Гален повиновался, он схватил смазку с ночного столика и брызнул себе в руку. Он погладил свой член, медленно прикрывая себя, и Мэг не смогла удержаться, чтобы снова не дёрнуть цепи.

На этот раз никто из них даже не взглянул на неё.

Тео накрыл Галена своим телом и снова завладел его ртом, но теперь это был медленный, ищущий поцелуй, который заставил её всхлипнуть от одного только вида. Он приподнялся на локте и просунул руку между ними. Они лежали перпендикулярно Мэг, и нога Галена загораживала вид скользящего в него члена Тео. Она снова раздражённо загремела цепями.

– Тео... – Мэг колебалась слишком долго, и он начал двигаться, трахаясь с Галеном медленными, устойчивыми толчками. – Тео, дай мне посмотреть.

Он обхватил шею Галена сзади и потянулся между ними, чтобы сжать член Галена в кулак, дроча его в такт своим толчкам. Гален обхватил бёдра Тео, двигаясь в идеальном ритме, даже когда он выгнулся, чтобы снова поцеловать его.

С таким же успехом её могло и не быть в комнате.

И, чёрт побери, от этого становилось ещё жарче.

Она выгнулась вперёд, желая потереться о матрас, но они слишком далеко пристегнули её. Мэг извивалась, как дикий зверь в ловушке, так близко от рая, и все же ворота были закрыты для неё. Она была так занята борьбой с ограничениями, уверенная, что если бы она только могла дотянуться до них, всё было бы хорошо, что она почти пропустила ускоряющийся темп Тео. Он толкнулся сильнее, срывая рычащие проклятия с губ Галена, когда он трахал его обеими руками и членом, принимая и отдавая в равной мере. Пятки Галена вонзились в матрас, каждый мускул его тела резко выделялся, а затем он кончил, заливая живот обильными струями спермы. Тео провёл по его члену ещё один раз, а затем откинулся назад, сжимая бёдра Галена и начиная всерьёз входить в него.

Мэг затаила дыхание, наблюдая, как его толчки стали менее равномерными, как его голубые глаза закрылись, когда он выругался долго и жёстко, наблюдая за тем моментом, когда он потерял контроль и кончил глубоко внутри Галена.

Время остановилось.

Мэг не могла думать, не могла говорить, не могла ничего делать. Она могла только смотреть, как Тео вышел из Галена и упал рядом с ним, остановившись, чтобы быстро поцеловать его в губы, прежде чем тот перевернулся на спину.

Это…

Она хотела этого. Всё это. Сомнения, которые цеплялись за неё, как паутина, с того момента как она ступила на этот путь, вспыхнули пламенем. Кого, чёрт возьми, волнует, что принесёт будущее? Прямо сейчас они это сделали, и прямо сейчас Мэг нуждалась в этих двух мужчинах. Ей нужно было быть с ними вместе и стоять вдалеке, наблюдая за их соитием.

Вот только ощущение, пульсирующее в крови, не было праздным.

Это было отчаяние.

– Тео. – Её голос прозвучал хрипло и оборвался на середине его имени, так что она сглотнула и попыталась снова: – Тео, пожалуйста.

Он перекатился на бок и провёл рукой по груди Галена. Гален выгнулся дугой от прикосновения, напоминая гигантского волка.

– Она сказала «пожалуйста».

– Это «пожалуйста» было также приятно, – Тео ухмыльнулся, его голубые глаза прожигали её. – Очевидно, ей понравилось шоу.

– Очевидно.

Тео потянулся и скатился с кровати. Он протянул Галену руку и поднял его на ноги.

– Ты так долго держалась, принцесса. Подожди ещё немного, – а потом этот ублюдок вошёл в ванную. Через несколько секунд включился душ.

Гален посмотрел ему вслед, а затем резко развернулся и направился к ней. Она потеряла его из виду, когда он зашел за спину, и Мэг заставила себя не поворачиваться, чтобы проследить за его движением. У нее это не получится, и она будет выглядеть полной идиоткой. Однако остановить дрожь желания, сотрясающую её тело, она была не в силах.

– Отчаявшаяся малышка, не так ли? – Голос Галена прозвучал у неё в ухе, его вибрация заставила её соски напрячься, превратив в твёрдые вершинки. Он нырнул под её руку и сел на край кровати. – Раздвинь.

Мэг чуть не обмякла от облегчения, но тут же поспешила подчиниться. Она широко расставила ноги, стараясь не проклинать его за то, что он так долго не прикасался к ней.

Но Гален всё видел. Конечно же, он преследовал какую-то цель. Наклонившись, он ввел в неё средний палец, обхватив киску большой рукой.

– Не. Смей. Двигаться.

Она прикусила нижнюю губу, почти уверенная, что почувствует вкус крови. Её желание пульсировало, как живое существо, требуя, чтобы она приняла это удовольствие и тёрлась о его ладонь, пока не достигнет оргазма. Она была так возбуждена, что достаточно пяти секунд, и всё будет кончено.

Губы Галена дрогнули.

– Хорошая девочка, – он медленно отстранился и снова погрузил в неё свой палец. – Тебе это нравится.

– Да. – Мэг вибрировала от потребности двигаться, удовольствие нарастало все ближе с каждым движением подушечки его пальца глубоко внутри неё. – Гален, я...

– Не смей кончать, – его голос хлестнул её, достаточно резкий, чтобы сдержать нарастающий оргазм. – Ты берёшь то, что мы тебе даём. И я не давал тебе разрешения кончать.

Мэг потребовалось три попытки, чтобы подобрать нужные слова.

– Не думаю, что я увлекаюсь БДСМ.

– БДСМ? – он ухмыльнулся. – Детка, это даже близко не так. Ты нарушила правила и заслуживаешь наказания. – Он продолжил медленно трахать её пальцем, его грозный взгляд призывал её нарушить приказ. – Ты чувствуешь раскаяние?

– Да, – всхлипнула она. – Гален, пожалуйста, я так близко, пожалуйста.

Выражение его лица смягчилось, и на один вечный удар сердца она подумала, что он будет милосерден.

– Нет. – Он проник в неё в последний раз и вышел. Удерживая её взгляд, он поднял руку и засунул палец в рот, пробуя её на вкус. Она застонала, отчаянный животный звук, который Мэг не смогла бы сдержать, даже если бы попыталась... а она даже не думала пытаться.

– М-м-м, – он посмотрел вниз на своё тело, и она проследила за его взглядом, наткнувшись на его возбужденный член. – Насколько ты близка к тому, чтобы кончить?

– Близко, – прошептала она.

Он встал и запечатлел на её губах убийственно нежный поцелуй.

– Хорошо, – Гален нежно провёл пальцами по её волосам, его тёмные глаза были неумолимы. – В следующий раз, когда тебе взбредёт в голову, что я буду наблюдать за тобой, пока ты трахаешься с Тео, тебе лучше быть чертовски уверенной, что я в комнате, – он коснулся губами её лба, и это нежное прикосновение совершенно не вязалось с его грубыми словами. – Я пойду в душ и прижму Тео к стене, а потом возьму его задницу. Он всегда теряет рассудок, когда я попадаю в нужное место, и ты услышишь, как он стонет, хотя ты не получишь того же шоу, что и сейчас.

Горло Мэг сжалось, глаза горели.

– Гален, мне очень жаль.

Вот оно снова мелькнуло – нежность, застигнувшая её врасплох. На этот раз он не стал скрывать своего удивления. Он пригладил её волосы.

– Вовсе нет. Я такой же эгоистичный ублюдок, как и Тео, и мне не жаль, что он снова втянул тебя в это дело. Я ни хрена не жалею, что ты застряла с нами на какое-то время, – он одарил её медленной улыбкой, в которой играла подлость и желание проглотить целиком. – Но я злобный мудак, и поэтому, черт возьми, да, я буду наказывать твою хорошенькую киску, пока ты не начнёшь молить о пощаде, и мы все трое будем наслаждаться каждой минутой, – Гален засмеялся низким и грешным смехом. – Ну что ж, я буду наслаждаться каждой минутой. Ты будешь стоять здесь и страдать ещё немного, прежде чем получишь свою награду.

Он упал на колени, закинул её правую ногу себе на плечо, а затем его рот оказался на ней, трахая её киску так же, как он трахал её пальцем. Тёплый, влажный и распутный, он двигался вверх, чтобы лизнуть её клитор медленными кругами, заставляя её потерять рассудок.

Он приказал ей не кончать.

Мэг снова прикусила нижнюю губу, на этот раз сильнее, борясь с этим медленным скольжением к забвению. Она ничего не могла с собой поделать. Это было слишком хорошо и вслед за его резкими словами слишком запретно. Её руки бились в манжетах, хватаясь за воздух, в то время как колени подкашивались, Гален удержал её вес, поднося киску ближе ко рту, чтобы получить лучший доступ.

О боже, она была близка к оргазму.

Она извивалась и, прислонив свободную ногу к его плечу и взбрыкнув, оттолкнула его от себя. Он ударился о кровать, у ублюдка на лице появилась грёбаная похотливая улыбка. Он провёл большим пальцем по нижней губе.

– Хорошая девочка.

Он снова нырнул под её руку и больно шлёпнул Мэг по заднице. А потом он ушёл, исчезнув вслед за Тео в ванной. Несколько долгих минут спустя низкие стоны эхом разнеслись в пространстве, доказывая, что Гален был так же хорош, как и его слово.

Мэг обвисла на манжетах. Она закрыла глаза, её киска пульсировала в такт бешено колотящемуся сердцу, а тело плакало от неполученного удовольствия. Она должна их ненавидеть. Она должна кричать, драться и ругаться, когда они наконец осовбодят ее, чтобы она могла спокойно пережить всё своё унижение.

И все же…

Она вздрогнула, из ванной донёсся слабый звук соприкосновения плоти с плотью. Гален трахал Тео. Она прекрасно видела всё это в своём воображении, именно так, как он описал. Тео упёрся руками в стену, Гален в Тео. Его большой член исчезал в заднице Тео с каждым диким толчком. Мэг застонала, и её бедра задвигались сами по себе, ища трения, практически сотрясая воздух своим желанием.

Душ отключился.

Она открыла глаза, когда через несколько секунд в комнату вошли Тео и Гален. Гален снова занял прежнее положение, как когда она вошла в комнату, прислонившись к изголовью кровати и небрежно подложив одну руку за голову. Единственная разница заключалась в том, что теперь он был обнажён. Тео двигался позади неё, присутствие которого она почувствовала ещё до того, как он провёл руками по её телу, вдоль её боков вверх, чтобы обхватить её груди, а затем снова вниз к бёдрам, одна из которых опустилась, чтобы исследовать её киску.

– Бедная Мэг. Жаждущая, опустошённая и дразнящая, пока удовольствие не станет болью. Ты прекрасно страдала и так сладко выполнила приказы нашего Галена, – его большой палец коснулся её клитора, и он прижался всем телом к её спине. – Ты готова получить свою награду, принцесса?

Глава 9

Тео отстегнул Мэг и позволил цепям свисать на столбах кровати, как наглядное напоминание о том, где она была и где снова может оказаться. Видя её закованную, раскрасневшееся от вожделения тело, устремлённые на них глаза, когда он трахал Галена... Потребовалась вся эфемерная сила воли Тео, чтобы не остановить всё это и не затащить её в постель к ним. Он любил Галена. Он чертовски наслаждался Мэг. Но все трое вместе?

Грёбаное совершенство.

Он убрал её волосы с шеи и накрутил их на кулак.

– Ты не ответила мне, принцесса.

– Да, – прошептала она хриплым голосом. – Я готова получить свою награду.

Он не мог удержаться, чтобы не прикоснуться к ней, не провести руками по её маленькому упругому телу, не исследовать её так, как не мог с той первой ночи. Когда они были вместе в его квартире на прошлой неделе, быстрый и яростный трах перемежавшийся короткими минутами изнурительного отдыха потряс их.

Но сейчас всё было по-другому. Это было нечто большее.

Тео обхватил ладонями её груди, наслаждаясь их тяжестью и её ответным резким вдохом.

– Ты была очень, очень хороша. Я готов позволить тебе выбрать, каким образом вы получите вознаграждение.

– Обоих. Я хочу вас обоих.

Он ухмыльнулся Галену через её плечо, но его друг слишком хорошо владел собой, на его напряжённом лице ни одна мышца не дрогнула. Тео крепче сжал волосы Мэг, потянув её голову в сторону, чтобы попробовать на вкус чувствительное место на её коже. От Мэг пахло летом, ярким и солнечным, с лёгким цветочным оттенком.

Как дома.

Он подавил печаль, вызванную этой мыслью. За шесть месяцев, прошедших с тех пор, как он в последний раз был в своей стране, он объездил весь мир. Нигде больше не возникала та сложная путаница ответственности, любви и гнева, которую создала в нём Талания. Ему этого не хватало.

Он хотел вернуть это, но оставил борьбу на завтра. Сегодняшний вечер был посвящён Мэг, Галену и тому долгожданному, что, наконец, произойдет между ними.

Вместе.

Тео поднял её на руки.

– Хорошо, принцесса. Мы оба твои, – он обошёл кровать и усадил на край. – Ложись у изголовья кровати.

Она поспешила повиноваться, заняв место чуть в стороне от центра и расположившись рядом с Галеном. В ответ Гален перекатился на бок и провёл своей большой рукой по её животу, остановившись прямо над пупком.

Тео упивался их видом. Она была такой крошечной рядом с Галеном; хрупкой драгоценностью, которую нужно любой ценой защитить, по сравнению с внушительным воином, что в мгновение ока отдаст жизнь за Тео. Её фарфорового цвета тело без единых отметин идеально дополняло шрамы на темной коже Галена. Красавица и Чудовище.

И они оба принадлежали ему.

– Поцелуй её, Гален. Она это заслужила.

Гален наклонился и завладел её ртом. Мэг всхлипнула и попыталась повернуться к нему, но он легко уложил её на спину, положив руку ей на живот. Давая Тео возможность насладиться видом.

Обычно Тео не любил наблюдать – ему нравилось быть прямо в центре событий. Но они были так прекрасны, что забравшись на кровать и усевшись у их ног, он наслаждался открывшимся зрелищем.

Наказание сбило Мэг с толку. Это было единственным объяснением того, что ей потребовалась целая минута, чтобы осознать: она не хочет лежать пассивно и принимать ласки Галена. Его принцесса не такая, именно поэтому ему так нравилось трахаться с ней. Она наклонилась и сжала своей маленькой ладонью член Галена, от этого действа вся кровь Тео устремилась вниз.

Для Галена это, конечно же, было против правил. Он всегда держал всё под контролем, и к черту всех остальных. Схватив её запястья, он прижал руки над головой, не прерывая поцелуй, становясь все более требовательным. Если не вмешаться, он будет дразнить её до тех пор, пока она не станет умолять о большем.

Но не в этот раз.

Тео пошевелился, расположившись рядом с их бёдрами. Он раздвинул ноги Мэг, закинув одну на бёдра Галена, а другую себе на плечо. Она попыталась прервать поцелуй, но Гален свободной рукой обхватил её подбородок, останавливая. Хороший мальчик.

Тео большими пальцами раздвинул её складки. Киска Мэг блестела, желание попробовать её было таким же необходимым, как следующий вдох. Он медленно облизал их, не торопясь и наслаждаясь тем, как её бедра дёрнулись от его ласки. Она была так взвинчена, что если он не позволит ей кончить в ближайшее время, она сойдет с ума. Гален так долго дразнил её, что их ласки граничили с жестокостью.

Гален был хорош в этом.

Тео посасывал её клитор, лаская то губами, то языком, а потом ввёл в неё два пальца. Не сбавляя темпа, он слушал её сбившееся дыхание. Бёдра Мэг напряглись и сжались вокруг его головы, её пальчики запутались в его волосах, прижимая к себе ещё теснее. Как будто он смог бы оторваться. Ослабив хватку на её бёдрах и усилив давление, он ждал её оргазма. Киска Мэг сжалась вокруг его пальцев, когда она кончила, и Тео поднял взгляд, чтобы увидеть, как губы Галена поглощают ее стоны.

Как красиво.

Тео продолжал медленно скользить пальцами в киску Мэг. Одного оргазма явно недостаточно после их долгих поддразниваний, но в его голове уже зрел план, как она получит второй. Тео поднял голову и убрал пальцы, проведя ими вниз к её анусу, прижимаясь к дырочке. Как и ожидалось, Мэг замерла.

– Скажи мне кое-что, принцесса.

Гален отпустил её рот и двинулся вниз по её телу к груди. Она уставилась на Тео дикими карими глазами.

– Что?

Он вдавил палец сильнее.

– Ты сказала, что хочешь нас обоих.

– Да, – она упёрлась пятками в матрас. Из-за ласк Галена с её грудью или из-за пальца Тео, прижатого к её анусу, можно было только догадываться. Мэг, казалось, поняла, что находится на грани, и сделала медленный вдох, перешедший в стон, когда Гален укусил её под грудью. – Я не могу думать, когда ты так делаешь.

– Хорошо, – пробормотал Гален.

– Гален. – Голос Тео был таким стальным, что его друг зарычал и немного отодвинулся. Они не имели права давить на неё, а о том, чтобы лишить её возможности сказать «да», не могло быть и речи. Завтра ни у кого не должно быть сожалений. Он чертовски уверен в этом. Тео ждал, когда Мэг встретится с ним взглядом, продолжая давить на дырочку, но не проникая внутрь. – Это то, чего ты хочешь?

Она приподнялась на локтях.

– Я... Да. Я хочу вас обоих. Я просто... – в её карих глазах вспыхнула тревога. – Для меня это ново.

Девственная задница.

От этой мысли его член еще больше затвердел. Тео не был неандертальцем и даже если бы эту попку кто-нибудь трахнул – ему было бы похуй. Взглянув на Галена, он будто услышал мысленные слова своего друга. Осторожно. Ему не нужно было говорить это. Но чтобы все получили удовольствие, нужно хорошо постараться.

– Ты получишь желаемое, принцесса, – он кивнул Галену и отошёл назад взять смазку с ночного столика.

Гален перевернул Мэг, засунув под её живот подушку. Её задница немного приподнялась, и она напряглась, словно ожидая, что он прыгнет на неё сзади и изнасилует, как какое-то животное. Гален, потрясающий ублюдок, понял это. Он снова лег рядом с ней и поцеловал её, просунув руку под её тело. Тео не нужно было смотреть, чтобы понять – Гален ласкал её киску. То, как дёрнулось тело Мэг, лишь это подтвердило. Гален зашептал ей на ухо непристойности, но достаточно громко, чтобы его услышал Тео:

– На этот раз я не буду сдерживать твой оргазм, детка. Пока он будет засовывать свой большой член в твою тугую маленькую попку, ты будешь кататься на моей руке.

– Гален…

– Совершенно верно. Потри эту мокрую киску об меня. Мой палец подарит тебе ни с чем несравнимое наслаждение, – он укусил её за плечо. – Тео наблюдает за тобой, и он такой жёсткий для тебя.

Тео забрался обратно на кровать и встал на колени между её раздвинутыми бёдрами.

– Всё для вас, – он выдавил смазку, потом Гален выхватил пузырек свободной рукой. Тео раздвинул ягодицы Мэг. Она была такой влажной от их губ и оргазма, что её желание стекло на анус, но этого было мало. Тео кивнул, и Гален брызнул немного смазки на ее попку. Мэг дёрнулась, но Тео не торопился. Он размазал жидкость и вдавил палец в ее дырочку, давая ей возможность привыкнуть к проникновению. – Расслабься, принцесса. Думай об удовольствии.

Гален снова ущипнул её за плечо.

– Как-то неприлично так получать удовольствие, да? Скоро ты станешь нашей, детка. Позволь нам доставить тебе удовольствие.

Тео налил ещё больше смазки, проникая в Мэг всё глубже, чтобы убедиться, что она готова, насколько это возможно. Его член болел от желания, яйца отяжелели, а тело напряглось от осознания того, что будет дальше. Тянулись долгие минуты, прерываемые только резким дыханием Мэг и низким грязным шёпотом Галена о том, как хорошо чувствуется её киска. Как хорошо было бы трахнуть её.

Скоро. Скоро.

Удовлетворённый тем, что он подготовил её, Тео выскользнул из Мэг пальцами и смазал свой член. Он встретился с тёмным взглядом Галена, и от желания в нём стало трудно дышать. Это было то, чего они оба хотели с той первой ночи – с гораздо более давних времён. Они и раньше делили женщин, но это было простое, грязное развлечение с ограниченным доверием.

Вот это? Это требовало чертовски большого доверия.

И Мэг добровольно согласилась на это.

Тео положил одну руку ей на голову и направил свой член к её заднице. Он подался вниз, но остановился, когда она замерла. Гален всё понял и тут же погладил её по спине, успокаивая.

– Расслабься, Мэг. Дыши. Просто дыши и позволь ему доставить тебе наслаждение.

Медленно, ох как медленно, она повиновалась.

Тео ввёл свой член в неё ещё на дюйм, а затем ещё на один, медленно и уверенно заполняя её полностью. Он откинул её волосы в сторону и прижался открытым ртом к её шее, отчего она беспокойно заёрзала на нём и на уверенных и ловких пальцах Галена.

– Позволь мне открыть тебе один секрет, принцесса.

– Какой? – ахнула она.

– У нас никогда не было такой женщины, как … ты.

Она застыла, как будто только что осознала все последствия своего поступка.

– Никогда?

– Никогда, – подтвердил Гален.

Тео просунул свободную руку под её бедра и повернул их. Лег на спину и прижал Мэг к своей груди, его член всё ещё был в её заднице. Он осторожно и широко развёл её ноги. Гален тут же встал на колени между ними. Проведя руками вверх по бёдрам Мэг, а потом снова вниз, вторя движениям бёдер Тео.

Похотливая усмешка тронула его губы, и он обхватил яйца Тео, перекатывая их по ладони.

– Она очень тугая, правда? Стиснулась вокруг твоего члена, доверяет тебе трахать её задницу нежно, а не так, как ты этого хочешь. – Ещё одно сжатие, и он отпустил Тео, что было очень кстати. Он был так близко к оргазму.

Гален смотрел на них обоих, и Тео знал его достаточно хорошо, чтобы сквозь маску холодности распознать собственничество. Гален с таким же успехом мог бы зарычать: «Моя». Он провёл рукой по телу Мэг, чтобы сжать её горло.

– Он очень милый. Я нет. Когда я возьму твою задницу, то буду жёстко объезжать тебя, детка. На этот раз Тео может взять твою киску, а, может быть, ротик, – он провёл большим пальцем по её нижней губе. – Веди себя хорошо, может, мы позволим тебе выбрать.

Она дрожала над Тео, как натянутый провод.

– Гален, я...

– Только не сегодня, – его рука скользнула вниз по её телу, и Тео понял, что он снова играет с её киской. Гален нахмурился. – Ты принимаешь противозачаточные?

Что?

– Да, – пробормотала она.

Гален, что ты делаешь?

Гален не смотрел на Тео, явно отказываясь отвечать на его невысказанный вопрос. Он просто продолжал ласкать Мэг пальцами.

– Мы чисты. Не трахались ни с кем, кроме друг друга, и нас проверяли меньше полугода назад.

Блять, Гален. Тео затаил дыхание. Наглость начинать этот разговор сейчас, в их нынешнем положении...

– Гален…

– Я чиста, – Мэг снова вздрогнула, сжимая его член. – Я ... меня проверили после того, как мы были вместе.

Гален не отвёл взгляда от её лица.

– Ты хочешь, чтобы я достал презерватив?

Тео попытался сесть, но замер, когда Мэг застонала. Он успокаивающе провёл рукой по её телу и пристально посмотрел на своего лучшего друга.

– Ты не можешь просто...

– Ты не надел презерватив, Тео.

Он выругался. Блять, но Гален был прав.

– Я чист.

– Мне это известно. Теперь и она тоже знает. – Гален склонился над ними обоими и нежно поцеловал Мэг в губы. – Ты хочешь, чтобы я надел презерватив, Мэг? – повторил он.

– Нет. – Она потянулась одной рукой за голову, чтобы обхватить шею Тео, а другой к Галену. – Нет, всё в порядке. Я тебе доверяю. Вам обоим.

Тео пришлось закрыть глаза, чтобы заглушить чувство вины, вызванное её словами. Она не должна им доверять. Не только в этом. Всегда. Он никогда не поставит её в такое положение, когда она будет страдать, трахаясь с ними. Но именно из-за его эгоизма она оказалась в буквальном смысле слова в опасности, и в результате он, черт возьми, не заслуживал её доверия.

Гален ещё долго смотрел на неё, словно оценивая её искренность, а затем протянул руку между ними.

– Помни о дыхании.

***

– Я... – всё, что Мэг собиралась сказать, превратилось в хныканье, когда Гален начал вводить в неё свой член. Она уже была заполнена Тео, а Гален отнюдь не был меньше. Она схватила его за волосы, крепко прижимая к себе и извиваясь между ними.

– Дыши, – прошептал Тео ей на ухо. Он прижал ладонь к её животу, удерживая неподвижно, когда Гален вошёл глубже, втискиваясь в Мэг, пока их бедра не соприкоснулись. В его темных глазах ревела буря желания и безжалостности, которую она начинала ценить и в тоже время боялась. Его пристальный взгляд метнулся к Тео, и он наклонился, целуя Тео и трахая Мэг одновременно.

Мэг почти ожидала того грубого траха, обещанного Галеном, но он двигался медленно. Эмоции были чересчур оголенны. Она не могла пошевелиться, едва могла дышать от переполнявшей её полноты. Зажатая между ними, ноги широко раздвинуты, а тело наполнено так, как она никогда не могла бы мечтать.

Мэг пошевелилась, но Тео снова положил руку ей на живот, останавливая. На этот раз, когда он заговорил, в его голосе было заметно напряжение.

– Мы на грани, принцесса. Я не хочу причинять тебе боль, – он скользнул рукой вниз, чтобы приласкать её клитор, выводя маленькие круги вместе с толчками Галена.

Каждый мускул на теле Галена напрягался, когда он погружался в ее гостеприимное лоно.

– Держись, – он перевернул их на бок и высоко закинул ногу Мэг себе на бедро. Новое положение заставило её всхлипнуть. Гален колебался. – Всё хорошо?

– Не смей останавливаться, – Мэг потянулась назад и запустила пальцы в волосы Тео. – Вы оба просто... так глубоко.

– М-м-м, – он крепко прижал её к себе и поцеловал, его язык покорил её рот так же, как член покорил тело. А может, это и не была война. Она больше ничего не знала, кроме того, что может умереть прямо здесь, в этой постели, от удовольствия, которое они ей доставляли, ни о чем другом она была не в силах думать больше. Гален настолько отвлек ее поцелуями, что ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять – Тео начал двигаться позади неё.

Он крепко держал её бедра, выйдя из ее попки почти полностью, прежде чем медленно толкнуться обратно. Мэг дрожала, как натянутый провод, а тело посылало ей противоречивые сигналы. Слишком много. Недостаточно. Стоп, стоп, о боже, стоп. Не останавливайся. О, чёрт, не смей останавливаться.

Несмотря на всё это, Тео не переставал мучительно кружить по клитору своими ловкими пальцами. А Гален ни на миг не переставал целовать её. Мэг выгнулась назад к Тео и на полсекунды оторвалась от губ Галена.

– Больше. Я хочу большего.

Тео замер.

– Ты в этом уверена.

– Да.

Гален резко рассмеялся.

– Дай леди то, что она хочет, Тео, – он поднял её ногу вверх, полностью открыв её для них.

Они и раньше были осторожны. Слишком осторожны.

Но сейчас вся осторожность была забыта.

Они начали трахать Мэг всерьёз. Каждый удар доводил её до безумия. Они толкались и отступали, как одно целое, оставляя её попеременно болезненно пустой и почти слишком полной. Всё это время Тео играл с её клитором, всё ближе подталкивая её к оргазму.

Мэг не могла пошевелиться. Она лишь могла чувствовать их толчки, удовольствие с намёком на боль; их большие тела подавляли её. Она чувствовала себя наполненной, пресыщенной. Они получали удовольствие от её тела, а в её сознании лишь искрилась одна мысль.

Я – первая.

Эта мысль опрокинула её на край пропасти. Тело Мэг напряглось, белый цвет взорвался перед глазами, когда оргазм поглотил её. Они не остановились, не замедлились, просто продолжили трахать её, пока оргазм продолжался и продолжался, а пальцы ног скручивались так сильно, что причиняли боль.

Толчки Тео прекратились. Он выругался, Гален обхватил его сзади за шею и поцеловал, когда Тео вышел и кончил ей на спину обжигающими потоками спермы. Гален толкнул его, затем и Мэг прижалась к груди Тео, а Гален лег ей на спину. Он подтянул её бедра вверх, сжал попку, раздвинув ягодицы точно так же, как это делал Тео ранее.

– Скоро, детка. Скоро, – говорил он так тихо, словно разговаривал сам с собой.

А затем Гален направил свой член в её киску с такой силой, что Мэг скользнула на несколько дюймов вверх по груди Тео. Тео запутался пальцами в её волосах и завладел её ртом, когда Гален положил одну руку ей на плечо, пытаясь удержать на месте и трахая её короткими, жесткими толчками. Она почувствовала, как он набухает внутри неё. Гален выругался и вышел, кончая ей на спину и смешивая свою сперму со спермой Тео. Она растаяла на груди Тео, словно лишившись костей.

Мэг медленно моргнула, глядя на со вкусом окрашенную стену по другую сторону кровати.

– Мне кажется, я слышала ангелов.

Гален засмеялся и опустился рядом с ними. Он поцеловал Мэг, потом Тео, а затем перевернулся на спину и потянулся, как гигантский кот.

– Вот как?

– М-хм-м, – ей пришлось прочистить горло. – Была секунда, когда пели ангелочки, и я почти уверена, что видела лицо Бога. – Мэг протянула дрожащую руку и провела пальцем по шраму, который извивался перпендикулярно ключице Галена. – Но думаю, нам придётся повторить это снова. Просто чтобы убедиться.

Смех Тео наполнил комнату.

– Не сегодня, принцесса. Единственное, что осталось на повестке дня сегодня вечером – ласки под душем.

Мэг приподнялась над ним. Все её тело болело, как будто она пробежала марафон – или объездила двух чертовски сексуальных мужчин – и она была очень... липкой.

– Звучит вполне выполнимо.

– Рад, что ты одобряешь.

Гален издал ещё один смешок и поднялся на ноги.

– Я пойду приму душ.

Мэг улыбнулась, прижавшись к груди Тео, слушая, как Гален крадётся в ванную. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем её тело снова превратилось в мышцы и кости и позволило поднять голову. Вместо глупой улыбки на лице Тео тёмные брови нахмурились. Она нахмурилась в ответ.

– Что?

– Я не хочу, чтобы ты о чем-то сожалела.

Мэг хотела было что-то сказать в ответ, но остановилась и покачала головой.

– Я думала, что после той первой ночи, проведённой с вами двумя, ничего не изменится к лучшему. Но я ошиблась. Это было намного лучше.

Тео убрал волосы с её лица.

– Тем не менее, разговор о том, чтобы пройти тестирование и использовать презервативы или нет, не должен был состояться в середине траха. Это неправильно.

Ах.

Мэг медленно вздохнула, пытаясь привести свои вялые мысли в порядок.

– Ты о чём-нибудь сожалеешь?

– Когда речь заходит о тебе и Галене? Нет. Никогда.

У Мэг было такое чувство, что он говорил не только о презервативах, но она не стала думать об этом.

– Я имела в виду то, что сказала. Я доверяю вам двоим. У меня есть ВМС. Я забеременею только, если кто-то извлечет эту штуку, иначе я бы не согласилась обнажиться, – когда он уставился на неё в ожидании, она тяжело вздохнула. – Нет, Тео, я ни о чём не жалею. Расстроил ли меня еще больше тот факт, что я чувствовала себя немного неправильно? Блять да, это так. Но я всё равно не сказала бы «да», если бы не была готова сделать это.

Он пристально посмотрел ей в лицо, словно раздумывая, не передумает ли она и не накричит ли на них за принуждение позже. Мэг могла бы сказать ему, что даже не помышляла об этом. Она сама сделала свой выбор, к лучшему это или к худшему.

По крайней мере, она приняла на трезвую голову.

Наконец Тео кивнул.

– Если ты передумаешь, никто не будет держать на тебя зла.

– Я знаю, – она быстро поцеловала его в губы. – Пойдём. А то Гален заскучает в этом огромном душе один.

Глава 10

– Они увезли ее в Германию.

Филипп Фитцчарльз помассировал переносицу. Ему нужно было убить своего племянника-бастарда месяцы назад, случайная авария стала бы трагичным, но очень удобным способом устранить его. Сейчас у него не было бы этой эпичной проблемы из-за юноши. Если он в Германии, значит, ищет доказательства того, что заявления Филиппа о Мэри лживы. Как будто он сможет подделать такие документы, подтверждающие эти факты.

Мог бы, но дело не в этом. Теодор не в курсе дел. Невозможно.

Филипп развернулся к Дориану. Недалекому, подлому, но амбициозному мужчине. В амбициозности не было ничего плохого, но Дориан слишком высоко взлетал, слишком быстро, поэтому и падал больно. Именно его амбиции привели к его изгнанию почти двадцать лет назад – приказ, аннулированный нынешним наследным принцем. Он проверил время. Наследный принц прибудет с минуты на минуту.

– Они в старом доме Мэри?

– Да. Он принадлежит одной из многочисленных сестер Мортимор, но Тео там с Галеном и девушкой. Дориан был огромной занозой в его заднице, но без его связей он никто. Филипп прошагал в одну сторону комнаты, затем вернулся.

– Ты сжег амбулаторную карту.

– Лично позаботился об этом. Записей больше не существует.

Этого недостаточно. Несмотря на вымогательство, информация была разрозненной и недостоверной. Могут быть и другие копии записей, которые где-нибудь выплывут. Дориан велел своим людям провести поверхностный поиск, но то, что они ничего не нашли – не значит, что этого нет.

А если это есть, то Теодор ​нашел бы его. Охватившее его отчаяние только побудило к действиям.

Филипп посмотрел на дверной проем, в который в любой момент мог показаться Эдвард. Им пришлось бы быстро провернуть это дело. Мальчика уже одолели подозрения, а единственным способом, которым успокоил бы его Филипп, – было обещание, что Теодор и Гален вернуться на родину только после его коронации, разумеется, лишенные всех привилегий. Он не мог этого допустить. Пока Теодор был в Талании, он считался угрозой монарху. Люди любили его, а он был воспитан, чтобы править ими. Он не мог стоять рядом с троном, в котором восседал Эдвард, не затмив его. Его влияние на народ. Он приблизился к Дориану.

– Так больше не может продолжаться. Понимаешь меня?

Брови Дориана сошлись на переносице.

– Мой сын еще может пригодиться. Единственным, кто мог успешно повлиять на Галена, был Теодор – но не говорить же об этом человеку, у которого ничего нет.

Амбиции Дориана вертелись лишь на том, чтобы убедить своего единственного сына жениться на Камилле Фитцчарльз. Несмотря на попытку, этого никогда не произойдет – что-то, вернее кто-то, предполагал Филипп, мешал Дориану достичь своей цели.

– Хорошо. Если сможешь разделить их, сделай это. Но с моим племянником и этой девушкой нужно разобраться, Дориан. – Если она спит с Тео, значит, есть шанс, что она забеременеет, а это ​был кошмар, с которым Филипп не собирался мириться.

– Считай уже сделано.

– Хорошо. – Дверь открылась, Филипп обернулся с уже заготовленной улыбкой, когда Эдвард Фитцчарльз вошел в комнату. – Доброе утро, Эдвард. – Мальчик был больше похож на мать, чем на отца, худой и бледный, на лице застыло детское выражение. Теодор с малых лет был сильной личностью, уверенный в своем месте в этом мире, а вот его младший брат не имел такого влияния. Это различие сослужило Эдварду хорошую службу.

– Добрый день, дядя. – Эдвард упал в кресло напротив него. – Что сегодня на повестке дня?

Убийство.​

Улыбка не сходила с лица Филиппа, пока Дориан не вышел из комнаты. Если все пойдет хорошо, то через несколько дней его маленькая проблема с Теодором и его девушкой превратится в трагичную историю в новостной ленте.

***

Гален проснулся, когда Мэг вылезала из постели. Он не открывал глаз и старался дышать ровно, ему было любопытно, что она будет делать дальше. Прошлая ночь была, мягко говоря, напряженной, и большинству бы женщин потребовалось немного личного пространства. Это то, что говорил он самому себе, слушая, как она проходит через дверной проем и идет дальше по коридору. Уверен, черт возьми, что это было принятие. Он перевернулся на спину и подложил руки под голову. Рано, около пяти, но он оделся и отправился на пробежку. Каким бы насыщенным ни был секс прошлой ночью, в Галене накопилось чересчур много энергии. Они без потерь приехали сюда. Тео предпринял все меры предосторожности, чтобы скрыть их перемещение, но он все равно оставался изгнанным принцем из Талании. Люди обращали на него внимание, особенно в Европе.

Если бы Гален на секунду подумал, что все получится, то он забросил Мэг и Тео в самолет и отправил бы их в безопасное место, пока сам искал бы зацепки. Получить необходимые доказательства не так уж сложно, особенно в век современных технологий, когда любую информацию можно найти в интернете.

Но как бы они не старались, получить конкретных ответов о матери Тео – о том, кем она была до брака с его отцом – не удалось.

О ее первом замужестве.

Должно было быть просто, как найти в Гугле информацию, а если бы не получилось – можно связаться с ее семьей для получения записей. Но оба ее родителя давно мертвы, и хотя одна из сестер владела семейным домом в Германии, остальные же разъехались по четырем сторонам света. В этом не было смысла, а их скрытность, когда дело касалось Мэри, доводила Галена до белого каления.

Это был самый большой секрет.

И он ни на секунду не подумал, что ситуация повторяется, что Филипп воспользовался изгнанием Тео – и что Мэри была все еще замужем за своим первым мужем, когда сбежала с Теодором Фитцчарльзом II, вышла за него замуж и забеременела. Не обязательно в таком порядке. У Филиппа могли быть документы, подтверждающие это, но что-то здесь было не так.

Гален и Тео намеревались полностью разобраться в этой истории.

Было бы намного проще, если бы одна из сестер Мэри заинтересовалась бы общением со своим племянником.

Шаги в коридоре вернули его в настоящее. Мэг скользнула в дверь и застыла, встретившись с ним взглядом:

– Ты проснулся.

– Как и ты. – Он взглянул на предмет в ее руке. Книга. – Заскучала?

Она склонила голову на бок и демонстративно посмотрела сначала на него, а потом на Тео, лежащего по другую сторону кровати.

– У меня в постели двое восхитительных мужчин. Когда бы я успела заскучать? – От его пристального взгляда она вздохнула. – Да, заскучала. Смена часовых поясов не сильно на нас повлияла, но обычно в это время я уже встаю и что-то делаю.

– Я тоже. – Он похлопал по кровати. – Покажи книгу.

Она все еще колебалась.

– Наверное, мне стоит почитать в своей комнате. Не знаю, почему я сюда вернулась. Гален не собирался выслушивать эту чушь. Все тратят время на выдумывание комфортной лжи, когда правда так и взывает к себе, смотрит человеку прямо в лицо. Мэг вернулась сюда, потому что не могла оставить позади прошлую ночь, потому что жаждала близости, быть наполненной.

Может, она и не хотела признавать это, но он знал это наверняка.

Ему нужно отослать ее в комнату. Резкие слова – все, что нужно, чтобы оттолкнуть ее. Она была слишком колючей и гордой, чтобы послушаться, и он должен объяснить, что ее уязвимость значит для них.

– Посади свою задницу обратно на постель.

Она с ненавистью посмотрела на него, но подошла к кровати. Вместо того, чтобы сесть у изножья кровати, Мэг подошла к нему и перелезла. Он почти позволил ей сделать это, но если она собиралась вести себя как ребенок, то он тоже будет капризничать. Гален обхватил рукой ее поясницу, прижав ее к своей груди.

– Если хочешь секса, тебе просто нужно сказать об этом.

– Если я захочу секса, я бы отсосала у тебя. – Она ударила его по груди. – Отпусти меня, Гален.

– Расскажи мне о книге.

Она посмотрела на него, будто он сумасшедший. Может, он и был.

– Здесь? Сейчас? – Она изогнулась, и его тело откликнулось. Самым легким делом мира прямо сейчас было поцеловать ее, сместив хватку, чтобы обхватить ее задницу и прижимать ее к возбужденному члену, пока она не станет умолять о ласках. И, черт возьми, как он хотел этого. Должно быть что-то отразилось на его лице, потому что Мэг вздрогнула.

– Сейчас пять часов утра.

– Ммм. – Он ослабил хватку и провел рукой по ее спине ниже.

Она облизала губы.

– Ненавижу, когда ты так делаешь. Этот звук ничего не значит. – Мэг села так, чтобы обхватить его голову двумя руками. Да, хорошо. Она немного покрутила бедрами в поисках его члена.

– Конечно, значит. – Он потянулся за смазкой, оставленной на тумбочке, и брызнул немного на ладонь. Гален поставил Мэг на четвереньки и потер ладонью киску. Ввел в нее один палец, два, потом снова один, пока ее киска не стала готовой для него. Прошлой ночью они оставили ее маленькую сладкую киску изнывать от жажды, поэтому сейчас он хотел, чтобы она была здесь под ним прямо сейчас горячая и жаждущая, не испытывающая ни малейшего дискомфорта. Гален распределил смазку по клитору, лаская ее несколько секунд, прежде чем его собственное нетерпение не взяло верх.

– Сейчас.

– Да. – Она не ждала его. Обхватив член, девушка направила его в себя. Мэг вобрала его плавным движением, глаза закрылись на мгновение, а потом она их распахнула – будто не желая упустить все его ласки. Руки девушки легли Галену на грудь, и она медленно начала объезжать его.

– Прости меня.

Мужчина смотрел, как соединяются их тела, наблюдая, как член медленно скользит в ее киску – прекрасное зрелище, такое невыносимое.

– Нечего прощать.

– Лжец, – выдохнула она. Мэг приподнялась, пока внутри нее не оказалась лишь головка члена, и начала кружить киской над ней, лаская. Гален потянулся к ее бедрам, чтобы остановить чертово поддразнивание, но девушка схватила его руки, переплела пальцы и прижала к матрасу по обеим сторонам от его головы. Мужчина мог бы разорвать хватку без усилий, но Гален сдержался. Он позволил ей удерживать его, позволил дразнить, позволил устроить шоу, предназначенное лишь для него.

А Мэг – сексуальная, раздражающая, чересчур умная Мэг – знала это.

Неожиданно она полностью опустилась на него, набирая темп.

– Сейчас только мы, Гален.

Твою мать, как она произнесла

его имя. Он мог сказать, что они были не одни​. Такого никогда не будет. Что Тео лежит рядом с ними сейчас, пока она объезжала член Галена и шептала ему грязные вещи.

Но не сказал.

Он позволил Мэг придаться грязной фантазии и ухватился за крошечный кусочек неправильности. Тео было бы ​далеко не наплевать на то, что Гален и Мэг занимаются сексом без него не больше, чем Галену. Конечно, ревность была бы, но такая маленькая, что не смогла бы разгореться.

В этот момент правда не имела значения.

Отношения между ними могли быть сложными, но не имели за собой ужасных последствий, как и все остальное в их жизни. Разбитое сердце стало бы худшим, о чем ему бы пришлось беспокоиться, если с Мэг пойдет все не так. И, черт возьми, то, как она двигалась на его члене, было так соблазнительно.

Он выгнул бедра так, чтобы она могла тереться клитором о его тазовую кость, и Мэг, не теряя времени, воспользовалась этим. Это не был быстрый злой секс, какой у них был с Тео в тот день, когда он вернулся в квартиру и увидел их. Она трахала Галена, как будто в последний раз, побуждая погрузиться в наслаждение до того, как закончится время. Это было чертовски сексуально.

Хватка Мэг на его запястьях усилилась, и Галену потребовалась вся сила воли, чтобы не перевернуть ее и не погрузиться жестче, как животное.

– Твой член так хорош, малыш. Он полностью заполнил меня. Я могла бы весь день его объезжать, пока ты смотришь на меня вот так. – Она наклонилась и облизала его нижнюю губу. – Иногда ты так смотришь на меня, будто трахаешь глазами. Ты знал об этом, Гален?

Ее слова соблазняли его также сильно, как и то, что ее киска плотно обхватывала член. Он не продержался бы долго, только не с такой соблазняющей и сексуальной Мэг, шепчущей ему на ухо грязные вещи, ласкающей его. Боже, эта женщина. Каждый раз, когда ему казалось, что он все про нее понял, она открывалась ему с новой стороны, и снова интриговала.

По правде говоря, он никогда не перестанет интересоваться ею.

– Я близко, малыш. – Ее ритм стал прерывистым, легкая дрожь пробежала по телу. – Переверни меня. – Его губы снова коснулись его. – Тебе придется закрыть мой рот, пока меня трахаешь. Тео нужно выспаться.

Чеееееерт​.

Гален не стал ждать разрешения. Он перевернул их. Обнял рукой ее бедро, широко раздвигая его, а затем накрыл ее рот ладонью. Он знал, чего она ждала – быстрого траха – но ей было так весело. Это было для него. Гален медленно трахал ее, сохраняя установленный ею же темп, когда она была сверху. Он прижался зубами к ее шее, к следам, оставленными ртом Тео.

– Грязная девочка. Тебя заводят по твоему мнению запрещенные вещи.

Едва заметный кивок стал для него единственным ответом. Он чувствовал, как участилось ее дыхание, как близко был ее оргазм. Гален переместился, чтобы с каждым ударом касаться клитора. Д​а. Вот так​.

– Я расскажу тебе секрет, малышка. – Он поймал ее стон ладонью и задвигался сильнее. Она была близко. Гален снова укусил ее. – Тео наблюдает за нами с тех пор, как ты оседлала мой член.

Мэг закричала, и Гален больше не смог сдерживаться. Он толкался в нее снова и снова, стремясь к своему удовольствию, пока ее киска выдаивала из него сперму. Наконец, спустя, казалось бы, вечность, он лег рядом с ней и нежно поцеловал в губы.

– Ты… – Она повернулась, чтобы убедиться в его словах. Тео лежал на боку, подперев голову рукой, и глядел на них с улыбкой на лице. – Тео.

Он наклонился и поцеловал сначала ее, а потом Галена.

– Доброе утро.

Мэг залилась ярко-малиновым румянцем, словно была поймана за тем, что потом принесет ей проблемы. Она еще до конца всего не понимала. Гален прижался к ее спине и притянул Тео ближе с другой стороны. Тео говорил правду, но это было не всегда. Это не могло быть реальностью Тео.

Черт, вместе ​с Галеном и Тео не может быть вечным.

Когда Тео вернет трон – и Гален в этом чертовски уверен – ему придется жениться и завести орду ребятишек, а женщин, желающих разделить постель своего мужа с его лучшим другом, было немного. Особенно среди знати. Даже если каким-то образом они получат желаемое, равноправия в этом треугольнике не будет. Тео и его жена будут законно женаты, а Гален всегда будет третьим лишним. Они должны будут соблюдать осторожность, чтобы супруга Тео, забеременев, не прервала царственную родословную.

Об этом даже, черт возьми, думать было утомительно, а вероятность того, что это вообще могло произойти, крайне мала, почти невозможна.

Все, что у них было – это сейчас. Тео пригладил волосы Мэг, а затем провел рукой по подбородку Галена.

– Вы двое прекрасны.

– Мы не всегда будем вместе втроем, – пробормотал Гален в ее ухо. – Тебя беспокоит, что иногда Тео и я будем трахаться без тебя?

Мэг вздрогнула.

– Нет, конечно нет. Я могла бы расстроиться, если не смогу смотреть на вас, но не ожидаю, что буду каждый раз в ваших руках одновременно.

– Мы чувствуем также, принцесса. – Улыбался Тео. – Никогда не извиняйся за то, что останешься с одним из нас наедине. Мы сможем позаботиться о твоих потребностях, будет весело.

Она, наконец расслабилась в их руках.

– Я еще не знаю правил вашей жизни. Для меня это совершенно неизведанная территория.

Гален погладил ее бедро, ему нравилось, что ей было удобно между ними.

– Только одно правило – открытое общение. Если чего-то хочешь – говоришь нам. Не хочешь – говоришь. И мы будем делать также.

Мэг медленно вздохнула.

– Я буду стараться.

Он даже не надеялся на что-то большее.

Тео протянул руку им обоим и схватил книгу, которую уронила Мэг. Он посмотрел обложку – мужчина без рубашки в килте, вооруженный мечом, выглядел таким сильным.

– Интересно. – Он лег обратно на спину, широко раскрыв глаза. – Насколько непристойная твоя книга, принцесса?

– Слишком. – Сказала она так чопорно, что Гален усмехнулся. Он поцеловал ее в шею. – Фантазируешь о Фабио в килте? Стоит ли нам купить Тео парик, чтобы разыграть этот сценарий?

Она толкнула его локтем.

– Во-первых, Фабио в свое время был крутым, но сейчас он сумасшедший правоэкстремистский засранец, так что мы больше никогда не называем его имени. Во-вторых – если кто-нибудь и будет разыгрывать викинга, то только ​ты ​должен быть в килте.

– Она права. – Тео открыл книгу и пролистал несколько страниц. – Я буду любящим мужем, а ты – викингом, занимающимся мародерством, которого она хочет, но не может признаться вслух.

Сценарий был слишком близко к той картине, что Гален представил себе несколько мгновений назад. Он не был третьим лишним в нем. Если кто-то и мог бы претендовать на это место, то только Мэг, но границы настолько размылись, что почти стерлись, что ему очень нравилось. Мысль о Мэг с обручальным кольцом Тео на пальце сжалась в его груди в запутанный ком эмоций, с которым он не знал, как справиться.

– Она не этого хочет, Тео.

Мэг фыркнула.

– Пожалуйста, скажите мне, что я хочу, вместо того, чтобы спросить.

– Мне не нужно спрашивать тебя, детка. – Гален снова поцеловал ее в шею, ведь девушка была так близка, и ему нравился ее вкус на языке. – Я знаю. Ты хочешь, чтобы Тео и я изображали викингов, напавших на деревенскую девушку. Ты убежишь. Мы будем преследовать тебя. Как думаешь, как долго сможешь от нас убегать, прежде чем мы поймаем тебя и получим награду в виде твоей симпатичной киски… ротика… и тугой попки?

Она задрожала и сильнее прижалась к нему задницей.

– Хорошо, хорошо. Звучит весело, и я согласна на все сто процентов.

– Так я думал. – Гален обнял ее и провел рукой вниз по груди Тео. – А сейчас, малышка, не будь эгоисткой. Тео тверд и готов к хорошему траху. Должны ли мы позволить ему выбрать, на кого он обрушит свое нетерпение? Или мы выберем за него?

– Ты, – не колеблясь, сказала Мэг. – Я хочу посмотреть, как он трахает тебя.

Вот это моя девочка.​

Глава 11

Несмотря на ранний подъем, они вышли из дома на целый час позже, чем планировал Тео. Чертов Гален повел их троих в душ, и едва можно было кого-нибудь обвинить в том, что они снова отвлеклись. А потом им пришлось ждать, пока Мэг заполнит документы об академическом отпуске, что заняло еще больше времени.

Мэг, кажется, на время забыла про испытываемую по отношению к ним ярость, но Тео не питал на этот счет иллюзий – она быстро вспомнит. Уж слишком долго девушка цеплялась за свой план, чтобы позабыть быстро обиды, если они задержат ее на долгое время.

Чем раньше они разрешат эту чертову ситуацию, тем лучше будет для всех присутствующих.

Как только ты восстановишь свои права, все закончится.

Он прогнал эту мысль. Тео потратил достаточно времени на то, чтобы разгрести все дерьмо и прийти к гармонии. У них есть только сейчас, и этого сейчас должно быть достаточно. Как только интриги раскроются, он и Гален вернутся обратно в Таланию, а Мэг вернется к прежней жизни в Нью-Йорке, хорошо обеспеченная материально. Он не сказал ей, что открыл вклад на ее имя, в противном случае она кричала бы на него снова и снова. Деньги не вернут ей потерянное время и не избавят от страшных воспоминаний, которые она испытала при виде мужчин, посланных Дорианом, но они дадут ей свободу, которой, как подозревал Тео, у нее никогда раньше не было. Она могла бы возненавидеть его за этот подарок, если бы захотела, но, черт возьми, он останется при ней.

Тео взглянул на Галена, когда тот садился в машину:

– Ты нашел резервные файлы?

– Я нашел место, где они могут храниться. – Гален придержал дверь для Мэг и потом сел за руль. – Уже подзабыл немецкий, пришлось объясняться на пальцах, но секретарь утверждает, что пожар уничтожил не все записи, а только копии.

Спасибо, твою мать.

Мэг наклонилась вперед:

– Если мне не нужно знать об этом — скажите, но… что за документ мы пытаемся найти?

Тео и Гален переглянулись. Они еще не решили, стоит ли посвящать Мэг во все детали. Гален пожал плечами, оставив возможность Тео это решить. И отвернулся. Она уже находится в опасности и имеет права знать план.

– Меня лишили титула, потому что мой дядя утверждает, что моя мать все еще была замужем за своим бывшем мужем, когда они с отцом поженились и родился я. Хотя никто не сомневается, что я сын Тэдди, а не ее бывшего. Но брак был незаконный, поэтому и я незаконнорожденный. С учетом этих обстоятельств я не могу быть королем Талании.

Твою мать, говорить об этом было еще больнее. Когда он был подростком, были времена, когда Тео хотелось лишь одного – сбежать из страны, чтобы все осталось позади. Снять с себя ответственность, из-за которой он взвешивал каждый свой шаг. Быть простым гражданином, которого беспокоят лишь обыденные дела.

Он смирился с тем, что стал бы будущим королем Талании, когда ему было чуть больше двадцати лет. Следующие десять он учился всему у своего отца, чтобы стать самым лучшим королем для своей страны. Тем, кого его народ заслужил. Давление ни разу не уменьшилось, но он научился терпеть его, не жалуясь.

А Филипп забрал у него это.

Мэг потянулась и коснулась его бицепса.

– Он ждал кончины твоего отца, верно? Таким образом, не осталось возможности официально усыновить тебя, сделав все законно.

Умная девушка. Он кивнул.

– Блестящая игра.

– Не достаточно блестящая, – пробормотал Гален. – Он все подделал. Ручаюсь за это.

– Данные свидетельства о браке действительны. – Его мать вышла замуж за американца, он и Гален разыскали записи и проверили их. Не было никаких упоминаний о разводе, а это однозначно был тот самый штат, где они расписались. Отсутствие данных значило, что их никогда не существовало.

И значило, что Филипп был прав.

Мэг сжала его руку:

– Так вот почему мы в Германии – из-за свидетельства о рождении.

– Да. Оно единственное отсутствовало в доказательствах Филиппа, который сверг меня с престола до того, как у меня появилась возможность официально вступить в королевские права. Он не из тех людей, кто оставляет лазейку, чтобы кто-то смог в нее пролезть, поэтому должна быть причина отсутствия свидетельства. – Долгое изучение картотеки так ни к чему не привело.

– Трудно получить из сгоревших архивов свидетельство.

– И все же мы хотим это сделать. – Никаких гарантий, что в хранилище будет найдена нужная им информация, но Тео не уедет из Германии, не попытавшись. Он смотрел в лобовое стекло, пока Гален ехал по извилистой дороге. Деревья практически закрывали хмурое небо, грозящее излиться днем дождем. Несмотря на это, повсюду было очень красиво, и он расслабился. – Если не получится, нам просто нужно будет соблазнить Мэг выйти за нас замуж.

Она издала взволнованный писк.

– Это не смешно.

– А кто шутит?

– Ты, засранец, – прошипела Мэг. Она болезненно ткнула в него. – Ты не можешь иметь это в виду, Тео. Я это знаю. Все мы знаем, что из этого ничего не выйдет. Не притворяйся, что это не так. Это жестоко.

Он открыл рот, чтобы возразить, но Гален слегка покачал головой. Хорошо. Тео провел рукой по волосам.

– Мне больно, принцесса, что ты не хочешь остаться с нами.

– Желать чего-то и иметь на самом деле – не всегда одно и то же.

Он знал, что она скажет дальше – приведет длинный список их различий, начиная с суммы на его банковском счете. Для Мэг его деньги значили меньше, чем то, что она могла разделить с ними. Интересно, что во время первый ссоры она обратилась за помощью к Галену. Тео мог бы стать чертовски мелочным и сказать ей, что владения Галена вдвое больше его собственных. Он многое потерял, когда Филипп лишил его титулов, всех денег и имущества, кроме того, что было на его личных счетах. У него имелись сбережения только потому, что ему нравилось играть на бирже – в чем он был более чем хорош.

У Галена все еще был титул. А также две резиденции в Талании – одна в столице Раней, а другая – в центре его владений, в которую входили три города и маленькое селение; от получаемого с них налога он и имел основной доход. Все это могли забрать и у него, если бы они не приняли меры.

Не говоря уже о том, что Гален доверял Тео инвестировать его деньги более десяти лет. Он был богат, даже не имея никаких связей с Таланией.

Тео не мог рассказать об этом Мэг. Она увидела в Галене родственную душу, кого-то, кто прятался в тени Тео, погрязнув в дерьме. А в нем они видели наследника, который вернет себе трон и оставит их обоих по другую сторону от своей жизни.

У него не было ответов на это.

Впрочем, как и на многие вопросы, касающиеся их жизни.

Поэтому Тео позволил разговору постепенно затихнуть, не превращая его в спор, который мог разрушить их мимолетное счастье, принадлежащее им здесь и сейчас. Оно не было вечным, и не должно было быть. Нужно довольствоваться тем, что есть.

Когда это я довольствовался тем, что упускал то, что хотел?

Гален свернул на широкую дорогу. Ехать еще целых тридцать минут, поэтому Тео наклонился вперед и включил радио на одном из местных каналов. Его немецкий был таким же отвратительным, как и у Галена, но станция была музыкальной, что не могло не радовать.

Дорога разветвлялась, в стороне виднелся овраг, темный и давно заросший. От увиденного волосы встали на затылке. Тео выпрямился:

– Гален. – Остальное он так и не успел договорить.

Раз – они взмыли в воздух, два – кувыркнулись. Верх стал низом. Низ – верхом. Ремень безопасности держал Тео, пока мир пронесся мимо него лишь за один вздох.

Потом был удар, и все поглотила тьма.

Мэг, должно быть, потеряла сознание. Последнее, что она помнила – это то, что она смотрела в окно, а теперь она перевернута, со лба капала на глаза кровь. Она коснулась яркого пятна на своей руке и вскрикнула от ощущения, что что-то большое и острое впилось в ее кожу. Стекло, услужливо подсказал ее разум. Она знала, что лучше его не извлекать, поэтому вытерла кровь с лица и попыталась понять, что произошло.

Тео повис на ремне безопасности, его тело обмякло. Он был без сознания. Хорошо. Он лишь потерял сознание. Он не умер. Он не мог умереть. У Тео была такая яркая жизнь, что ее невозможно было бы погасить так легко. Никогда.

Ты просто в шоке, Мэг.

Сиденье Галена было пустым, дверь открытой. Лобового стекла не было, но она не знала, разбилось ли оно во время аварии или после. Да и не имело это значения. Единственное, что было важным – вылезти из машины, вытащить Тео. Ведь машины на самом деле не так легко взрываются, как в фильмах, верно?

Боже, а если это так?

Она нащупала кнопку, ее движения были медленными, заторможенными. Должно быть, ударилась головой… или потеряла много крови. Крыша машины была залита влажным красным пятном, от чего у нее сжался живот. Как долго она была без сознания?

Слишком долго.

Она нажала кнопку, но ремень никак не хотел втягивать обратно. Застрял.

– Блять.

Послышались шаги за дверцей. Мэг моргнула, но у нее никак не получалось сосредоточиться, пока кто-то не распахнул дверь и она не увидела лицо Галена. Он выглядел так же дерьмово, как и она, все его лицо было в мелких порезах. Хотя его, похоже, они мало беспокоили. Он коснулся ее головы и выругался, увидев осколок стекла в ее руке.

– Держись, детка.

– Тео.

– Он дышит. Просто здорово приложился головой. Но крови нет. – Гален вытащил откуда-то нож, длинное зловещее острое лезвие, от которого ее сердце забилось где-то в горле. Он вытянул ее здоровую руку над головой, уперев пальцем в крышу. – Я хочу освободить тебя от ремня безопасности.

– Хорошо, – прошептала она.

– Постарайся не удариться головой.

Самое время было ответить, четко и ясно, но Мэг не смогла. Просто кивнула и прижала локоть к крыше со всей силы. Гален перерезал ремень, и ее рука освободилась. Должно быть, он ждал этого, потому что обхватил ее за грудную клетку, помогая вылезти.

– Почти все, милая. Ты прекрасно справляешься. Нам просто нужно покинуть машину, и тогда я смогу лучше осмотреть твою руку.

– Тео, – настаивала она.

– Знаю. – Гален вытащил ее из машины и прислонил к ближайшему дереву. Замерев, он оглядел насыпь, по которой они ехали недавно. Со своего места ей не было видно дорогу, ничего постороннего, напоминающего звуки проезжающей машины, она не слышала. Гален снова повернулся к ней. – Собираешься снова потерять сознание?

Она медленно покачала головой, ей не нравилось, что мир перед ней расплывался при любом движении.

– Не думаю.

– Хорошо. Держись. – Он махнул в сторону насыпи. – Если оттуда что-то появится, позовешь меня.

Мэг осторожно кивнула.

– Хорошо.

Она наблюдала, как Гален борется с дверью Тео, пытаясь ее открыть, обращаясь к нему так же, как и к ней до этого. Тео что-то пробормотал, звук его голоса омыл ее. С Тео все в порядке. С Галеном все в порядке. Значит, все будет хорошо.

Она дрожала от холода, несмотря на теплый день. Очевидно, из-за шока. Никого не было, кроме Галена и Тео, и ее мысли лениво кружились в голове. Гален думает, что кто-то устроил это нарочно и захочет завершить работу. Мэг моргнула, снова моргнула, перед ней замелькала по кадрам сцена аварии.

Гален осмотрел Тео на наличие травм.

Мэг моргнула.

Тео и Гален замерли, их взгляды остановились на том, что она не могла увидеть.

Снова моргнула.

Тео присел перед ней, в его голубых глазах было беспокойство. Галена нигде не было видно.

Снова моргнула.

– Мэг. Мэг, останься со мной, – сказал он так терпеливо, будто уже долгое время разговаривал с ней, а она не отвечала.

Ее тело становилось то горячим, то холодным. Она посмотрела вниз и увидела, как он вытаскивает шестидюймовый осколок из ее руки с помощью пинцета. Откуда он его взял? Тео держал ее руку своими большими ладонями, и она запоздало поняла, что пытается выдернуть ее из его хватки.

– Знаю, знаю, прости, – бормотал он. – Будет лучше, но нужно немного потерпеть.

Он разворотил рану, от чего она испытала жгучую агонию боли.

– Мне нужно убедиться, что стекла больше нет. Иначе рискуем порезать что-то более важное, когда наложим повязку.

– Тео. – Ахнула она, гул в ушах почти заглушил его ровный голос. – Тео, больно.

– Знаю, принцесса. Положись на меня. Доверься мне. – Он тихо выругался и вытащил еще один осколок. – Худшее позади. Мы прочистим рану, когда доберемся до безопасного места.

Одной рукой он раскрыл аптечку с характерным крестом на крышке и принялся за работу, перевязав ее руку.

– Артерия не задета, черт возьми, какое чудо. Ты бы истекла кровью, прежде чем Гален успел бы вытащить тебя из машины.

У Мэг закружилась голова, и она закрыла глаза. Было легче дышать, не видя его действий.

– Твои врачебные навыки оставляют желать лучшего.

– Ты вернулась. – Тео давил на ее руку, пока обматывал какой-то гибкой лентой. – Напугала меня до смерти.

– Вы оба тоже меня напугали.

Он погладил ее по щеке.

– Теперь ты можешь открыть глаза. Я закончил.

Свет над головой изменился, но она не могла сказать, было ли это из-за непогоды или из-за проведенного здесь времени.

– Как долго мы тут?

– Слишком долго.

Она огляделась, опасаясь слишком близко двигаться.

– Гален?

– Он занимается тем, что у него получается лучше всего.

Совсем не ответ. Она вздрогнула.

– Разве мы не должны вызвать помощь?

– Таким образом, мы вовлечем в это дело мирных жителей и дадим им возможность разделить нас по машинам скорой помощи и завершить начатое.

Она попыталась, но не смогла понять. Гален, кажется, думал, что все это не случайность, но зачем кому-то нападать на них, а потом изображать врача? Подобные вещи встретишь только лишь в художественной литературе, не так ли?

– Тео, что происходит?

– Мы поговорим об этом, когда выберемся отсюда. Кровь остановлена. Пора выдвигаться.

Она начала подниматься, но Тео не позволил ей полностью встать на ноги. Подхватив ее на руки, он двинулся через деревья в противоположную сторону от дороги. Мэг закусила губу, чтобы не задать еще больше вопросов. Он прав. Ответы могут и подождать. Девушка прижалась лицом к его шее и попыталась сдержать дрожь. Она не знала, сколько потеряла крови. Что если ей понадобится переливание? Как бы они узнали об этом или даже провели, если были параноиками, чтобы отправить в больницу?

Я думала, что знала, что поставлено на карту. Но, кажется, ошибалась.

– Я держу тебя, принцесса. Ты в безопасности, – пробормотал Тео ей в волосы, пробираясь сквозь густые деревья.

На карте Германия казалась такой маленькой – меньше, чем многие штаты США, но на самом деле она растянулась на сотни миль вокруг. Лес казался огромным и древним, хотя частью сознания Мэг догадывалась, что деревья не могли быть настолько старыми, насколько было в ее воображении. Она не могла игнорировать опасность.

– В Германии водятся волки?

– Я не позволю тебе стать Красной Шапочкой в реальной жизни.

– Боже. Значит, они здесь точно водятся, – прошептала она. – Знаешь, когда я прикрепляла булавки к этому месту, то точно думала, что это будет поездка, наполненная шницелем и восхитительным пивом, путешествием по Рейну и танцами всю ночь с каким-нибудь блондином по имени Ханс.

– Ханс – не немецкое имя, да и звучит отвратительно.

Она улыбнулась напротив его шеи, их тихий разговор отвлекал ее от постоянной боли в руке и кружащейся опасности вокруг них.

– Он был милым во сне.

Тео несколько минут шел, не говоря ни слова. Просто прижимая ее к себе и наблюдая за всем поблизости.

– Почему булавки?

Может, из-за потери крови или из-за ужаса, затаившегося в ее душе, но Мэг и не подумала соврать.

– Я выросла в нищете, у меня не было вещей, которые не переходили бы мне от других детей. Они были… уродливыми. Даже слишком. Я много времени фантазировала о побеге, но даже когда была молода и глупа, то знала: ничего хорошего своим побегом не добьюсь. И оставалась. Держала голову опущенной, чтобы никто не замечал. И единственное, что мне помогало – карта с местами-булавками, где я когда-нибудь хотела бы побывать. Моя отдушина.

Тео прижал ее еще сильнее.

– Когда все закончится, Гален и я отправим тебя в круиз по Рейну. Черт, мы отвезем тебя куда угодно.

– Когда все закончится, ты снова станешь королем Талании. – Ее веки отяжелели, тьма подступала все близко. – Я очень устала, Тео.

– Знаю, принцесса. Мы почти пришли.

Пришли куда?

Свет коснулся ее век, и Мэг открыла их, обнаружив, что они стоят на краю холма. Позади был лес, а под ногами под пологим холмом поля. Тео приподнял ее, удобнее перехватив.

– Видишь ту деревню?

Она прищурилась от яркого солнечного света, едва различая небольшую группку зданий, разбросанных по трем холмам. Они были сделаны из какого-то кирпича или строительного раствора или чего-то другого, напоминавшие древние постройки, будто она и Тео переступили временную петлю и оказались в прошлом. Покатые крыши очаровательного красного цвета, и даже на таком расстоянии она смогла увидеть горшки с разноцветными цветками, висящие на окнах.

– Да.

– Гален встретит нас там. А потом мы покинем это место.

Покинем. Она схватила его за плечо.

– Что? Нет. Нам нужно найти свидетельство о рождении.

– Филипп не отстанет и продолжит присылать Дориана и его людей за нами. Если он принимает настолько серьезные меры до коронации, то он в отчаянии. Единственная причина, по которой я взял тебя с нами, – это то, что наше присутствие тебя защитит. – Тео резко рассмеялся. – Но я должен был предугадать события.

Она никогда раньше не видела его таким. Смеющийся Тео. Сексуальный Тео. Выведенный из себя.

Никогда он не был озлобленным и отчаявшимся.

– Тео, ты делаешь все, что в твоих силах.

– Но этого, черт возьми, недостаточно. – Он начал спускаться с холма и, несмотря на гнев в его голосе, нежно обнял ее и пытался двигаться так, чтобы лишний раз ее не трясти. – Я должен был остаться и сражаться, когда Филипп впервые сотворил такое. Являясь наследным принцем, у меня были рычаги влияния и власти. Если бы только я остался…

– Что случилось бы с Таланией? Ответь мне. – Она боролась с усталостью, из последних сил не закрывая глаза, и сжала перед его рубашки. – Ты знаешь, что могло бы случиться. Что всегда происходит, когда две фракции борются за власть.

– Я бы не допустил, чтобы дело дошло до гражданской войны.

– Это был бы не твой выбор, реши ты сражаться. Филипп пользуется большой поддержкой среди аристократов. Он бы не сдался так легко, упустив все. Перед тобой встал бы только один выбор при сложившихся обстоятельствах.

Он посмотрел на нее, в голубых глазах отражалось столько всего, что она не могла их разобрать.

– Когда это ты стала экспертом в политике Талании?

Раньше, чем хотелось бы.

– После той ночи с вами мне было любопытно. Не думала, что ты позвонишь, но хотела узнать больше о том месте, откуда вы двое приехали. – Она заставила себя ослабить хватку. – Ты не можешь уехать из Германии так и не узнав то, зачем приехал, Тео. Я не позволю.

– В таком случае, нам лучше не стоять на месте. Гален прибьет нас обоих, если мы опоздаем.

Глава 12

Гален не дышал, пока не увидел, как Тео и Мэг зашли в город. Бросить их оказалось самым сложным, что ему когда-либо приходилось делать, но когда кто-то следит за ними через деревья – Гален лучше всех был подготовлен для решения этой проблемы. Он завел машину, которую украл у парня, и поехал к ним. Тео осторожно усадил Мэг на заднее сиденье и сел сам. Хорошо. Казалось, еще несколько секунд и Мэг потеряла бы сознание, хотя рана на ее руке была хорошо забинтована.

Тео провел рукой по лицу.

– Поехали.

– Нет. – Мэг поерзала на сиденье, словно ожидая еще одной неприятности. – Тео нужно получить свидетельство о рождении.

Тео повернулся к ней с проклятиями.

– Мы уже говорили об этом. Тебе, черт возьми, нужен врач и, возможно, переливание крови.

– Наверное. – Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. – Но я буду спорить с тобой до конца, пока ты не сделаешь то, что нужно, и пока я не ослабею.

Блестящая игра.

Тео уставился на Галена, но тот только пожал плечами. По правде говоря, им кровь из носу требовалось заполучить это свидетельство, и как бы он ни хотел схватить их и увезти подальше из этой страны, у них была причина находиться здесь. Чересчур важная, чтобы пренебречь ею так просто. Но он знал своего друга – Тео не согласиться без боя на компромисс.

– Здесь есть знакомый врач.

Тео сильнее сжал челюсть, ему явно не понравился ход мыслей Галена.

– Не она.

– Других вариантов нет.

– Блять. Хорошо. Звони ей. – Он развернулся обратно к Мэг, прижав ладонь к ее лбу. – Поспеши.

Гален позвонил девушке и узнал адрес. Нужно было проехать всего через две деревни, что стало единственной радостью этого препаршивого дня.

– Она спит, – пробормотал Тео. – Рассказывай.

– Мужчина. Очень хорошо обучен, отказался назвать своего нанимателя, а у меня было недостаточно времени, чтобы его переубедить. Он вытащил нож. Но я был быстрее. – Его голос был монотонным, скучающим. Тео не нравилось, на что готов пойти Гален ради него – ради них – но Гален давно смирился со своим положением в их команде. Ни один монарх не смог избежать кровопролития, прежде чем взойти на престол. Он избавил Тео от принятия многих трудных решений, насколько смог.

Это меньшее, что он мог сделать – ведь был многим обязан Тео.

– Возвращаться в дом небезопасно.

Гален посмотрел в зеркало заднего вида, продолжая движение.

– Я решу эту проблему. – Он не доверял этому врачу, но рассчитывал на ее чрезмерную ненависть по отношению к Филиппу и что она не станет раскрывать их местоположение. Больше рассчитывать было не на что. После того как они разберутся со свидетельством, Гален спрячет их где-нибудь на оставшееся время и вернется в дом, чтобы забрать нужные вещи.

Без них они, черт возьми, далеко не уедут.

– Нет. Больше рисковать нельзя. Ты сделал больше чем нужно. Моя очередь.

Он крепче сжал руль. Обычно Тео не был щепетилен, позволяя ему разгребать дерьмо, но это утро потрясло их всех. Когда он, освободившись от ремня безопасности и обернувшись, обнаружил, что Тео без сознания, а у Мэг серьезная кровоточащая рана на руке… Гален уже много лет не испытывал такого страха. С тех пор как им исполнилось девятнадцать лет и лошадь сбросила Тео с седла.

Он содрогнулся от этих воспоминаний.

– Мы не можем подвергать тебя риску, и ты прекрасно это знаешь. Учись передавать полномочия профессионалам.

– Не смей говорить мне об этом. Если я позволю, ты жизнь отдашь, чтобы решить все проблемы этого гребаного мира. Это неправильно. Если с тобой что-то случится…

– Ты пойдешь дальше, – Гален развернулся и въехал в деревню. Она была больше предыдущей, напоминая скорее город. Ее протяженность в два раза превышала то место, где он их оставил. – Ты важнее всего, Тео. Если ты сдашься, то Филипп победит. Эдвард превратится в короля, которым будет управлять твой дядя, а Филипп создаст из него свое подобие. Выдаст Камиллу замуж за какого-нибудь придурка, который сломает ее дух, потому что не позволит кому-либо идти наперекор его слову.

Не то чтобы Гален видел милую Ками, возглавляющую народное восстание, но случались и более странные вещи.

Тео молчал, переводя дыхание.

– Перестань делать меня особенным. У меня есть обязанности, как и у всех. То, что ты не Фитцчарльз никому не дает право принижать тебя. Ты не расходный материал, Гален. Если с тобой что-то случится…

– Не случится. – Ему не стоило давать обещания, он слишком хорошо это понимал. – А даже если это произойдет, ты закончишь начатое. Свяжешься с другими людьми, преданными тебе, и несмотря ни на что, доведете план до конца. – Он припарковался и повернулся, встретившись взглядом с Тео. В его голубых глазах плескался гнев и что-то вроде отчаяния. Гален наклонился вперед и понизил голос. – Ты станешь, черт возьми, королем Талании, Тео. В жертву можно принести любого, но только не тебя. Любого. Человека.

Он ждал, думая, что Тео начнет спорить с ним. Но, наконец, он быстро кивнул и откинулся на спинку сиденья.

– Давай покончим с этим.

Победой здесь и не пахло. Фактически, весь этот день проходил под эгидой череды поражений. Они были подавлены и ранены, а Филипп, очевидно, перестал ходить вокруг да около, и решил убить Тео напрямую. Все это приводило к неутешительной мысли.

Должно было стать еще хуже.

Мэг проснулась, когда Тео начал вытаскивать ее из машины. Она покачала головой.

– Я могу ходить. Просто придерживай меня. – Девушка не возражала против многочасовой поездки на машине, но руки Тео итак были травмированы аварией, чтобы нагружать их еще больше. Она заметила Галена, замерла и критически осмотрела его тело. Никаких явных повреждений, да и двигался он нормально, обогнув переднюю часть машины. – Ты справился.

– Ты справилась. – Он ловко встал между ней и Тео и поднял ее на руки.

– Эй! Я могу ходить.

– Ты вот-вот упадешь, и Тео неровно стоит на ногах. Не усложняй мне работу. – Он замедлился и понизил голос. – Я рад, что с тобой все в порядке, малышка. Мы убедимся, что с тобой ничего не случиться.

Волна головокружения нахлынула на нее, когда он ускорил шаг.

– Гален…

– Тише. – Он подошел к зданию, перед которым они припарковались. Милый домик с белыми стенами, на каждой доступной поверхности росли цветы, очаровательная кирпичная дорожка, ведущая к ярко-красной парадной двери. Гален прижал ее и прошептал на ухо: – Чтобы она ни говорила, держи рот на замке. Она – лучший доктор в округе, но ее помощь может обойтись нам боком. Поняла?

Она хотела сказать, куда он может засунуть свой совет, но остановилась и задумалась, рассчитывая все наперед. Гален хоть и был придурком, но не стал бы ограничивать ее действия, если бы они действительно не оказались в опасной ситуации. Их не просто сбили – и что бы там ни случилось, результат один – их машина оказалась в овраге. Подобные игры были ей не под силу. Она с самого начала не владела ситуацией. А сейчас лишь все глубже погружалась в хаос.

Наконец Мэг кивнула.

– Хорошо.

– Мы справимся со всем вместе. Доверься мне. – Он чуть повернулся и посмотрел на Тео. – Готов?

– Не совсем. Сделаем это. – Тео проявил инициативу, плечом толкнув дверь и удерживая ее, чтобы Гален с Мэг на руках смог пройти вслед за ним.

Девушка не знала, чего ожидать, но внутри было также очаровательно, как и снаружи. Они стояли в маленькой гостиной с уютной антикварной мебелью, которая, видимо, простояла здесь долгое время. В другом конце комнаты находилась крохотная кухня с идеальными белыми шкафчиками, каждая тарелка стояла на своем месте; окна кухни выходили на такой же маленький задний двор, где, казалось, был разбит сад. Это был идеальный дом, который бы Мэг построила для себя, если бы снова захотела устроиться где-нибудь в маленьком городке – к чему она, однако, не стремилась.

Тео скрестил на груди руки, всем своим видом излучая едва скрываемую агрессию.

– Мы здесь, Алексис. Давай начнем побыстрее.

Над ними послышались шаги, справа заскрипела узкая лестница. Гален напрягся, словно ожидал атаки. Во всем этом не было никакого смысла. Если этот человек был таким опасным, почему они привезли ее сюда? Они вели себя так, как будто оказались на враждебной территории, а не в безопасном месте, чтобы оправиться после аварии.

Что происходит?

Спустившаяся спустя несколько секунд женщина была совершенно неуместна в этом доме, как акула в детском бассейне. Мэг автоматически оценила ее. Лаконичная дизайнерская одежда – джинсы и блузка. Светлые волосы, уход за которыми, вероятно, стоит несколько сотен долларов, если не больше. Ярко-красная помада, неброский дневной макияж. Она словно с серебряной ложкой во рту родилась, от нее веяло богатством, но она им не хвасталась. Ее движения были уверенными, она явно игнорировала напряжение, исходящее от Галена и Тео при ее виде. Мэг прикинула, что ей около сорока пяти, хотя вполне могло быть и больше, если учесть те деньги, которая она вкладывала в свою внешность.

Ничто так и не объяснило ей реакцию мужчин.

Алексис подошла к Тео и расцеловала его в обе щеки, проигнорировав его холодную реакцию на этот жест.

– Так много времени прошло, Теодор. – У нее был небольшой немецкий акцент, придававший ее словам приятную легкость.

– Со всем уважением, но мы здесь не для того, чтобы наверстывать упущенное. Ты сказала, что поможешь.

– Конечно. – Она посмотрела на Мэг ярко-голубыми глазами и неестественно улыбнулась, в ледниках было бы теплее, чем ее выражение. – Моя милая, ты здесь.

Гален крепче прижал Мэг, словно хотел в любой момент оттащить ее. Он застыл, пока Алексис осматривала повязку на руке Мэг. Женщина нахмурилась:

– Неплохая работа. Я бы сказала, что горжусь, но помню твое отношение к комплиментам.

– Алексис, – остановил ее Тео.

– Сюда. – Она прошла через гостиную по короткому коридору туда, где, вероятно, находилась спальня или рабочий кабинет. Там стояла кровать, все остальное было незнакомо. Кровать напоминала больничную, а не место для сна, повсюду медицинское оборудование. Мэг избегала больницы изо всех сил, пока не доходила до критического состояния. Обслуживание дорогое, а работа барменом не приносила никаких социальных преимуществ. Если было нужно, она обращалась в Нью-Йоркскую поликлинику университета. Требовался чрезвычайный случай, чтобы Мэг согласилась на лечение.

Гален положил ее на кровать и сжал ее руку. Затем он встал напротив двери. Тео подтащил стул с другой стороны больничной кровати, очевидно, таким образом, он мог беспрестанно следить за женщиной, предложившей им помощь. Их связывало прошлое, но, черт возьми, у Мэг не было сил разобраться в этом.

Алексис измерила давление, пульс и температуру, проверила реакцию глаз.

– Переливание не требуется. – Она натянула перчатки и разбинтовала повязку, ее прикосновение было точным и осторожным, несмотря на вспыхивающие смешинки в ее глазах. – Тео всегда разводит драму на пустом месте, уверена, ты уже поняла это. – Она выбросила бинты в ближайший мусорный бак и обследовала рану. – Нужно промыть рану, чтобы убедиться, что в ней не осталось осколков. Будет чертовски больно, но позже поблагодаришь меня за это.

Мэг кивнула, собираясь с силами. Большая ладонь накрыла ее поврежденную руку, она оглянулась и увидела Тео. Он слегка улыбнулся ей, поддерживая.

– Все будет хорошо.

– Конечно, все будет хорошо. Я самый лучший врач в южной половине страны. – Она щелкнула пальцами, привлекая внимание Галена. – Мне нужен физраствор. Верхний ящик.

Он едва не прорычал в ее адрес пару отборных слов, но достал бутылку раствора и передал ей. Алексис вытащила большой пинцет, ее темная бровь выгнулась от удивления.

– Тебя нужно держать или ты справишься?

Нужно ли, чтобы кто-то держал меня?

Мэг прочистила горло.

– Я сама.

– Будь по-твоему. – Она обработала руку Мэг физраствором, смывая засохшую кровь, затем обработала еще раз. – Постарайся не кричать мне в ухо. – Потом она стала чистить рану.

Мэг отвернулась. От боли комната стала расплывчатой и слишком яркой, желудок взбунтовался. Она стиснула зубы, сдерживая рвущиеся стоны раненого животного, готовые сорваться в любой момент с ее языка. Вместо этого она крепко стиснула ладонь Тео, сжимая ее до тех пор, пока не впилась пальцами в кости, боль немного утихла.

Алексис исследовала руку, пока не извлекла из раны три маленьких осколка. Еще несколько минут изучила порез и удовлетворительно кивнула.

– Швы нет необходимости накладывать, и дураку понятно. – Она выбросила окровавленные перчатки в мусорку, взяла новую пару и чистые бинты. На протяжении всего процесса выражение ее лица оставалось неизменным. Как будто она сидела за чашкой чая или в книжном клубе или слушала чересчур скучный разговор.

Она пристально посмотрела на Мэг.

– Хотя, очевидно, что ты встречаешься с этими глупцами, поэтому могу причислить тебя к категории дураков, которые когда-либо встречались мне. Может быть, швы изменили бы твое мнение…

Кусочки головоломки встали на свои места. Она вгляделась в голубые глаза Алексис, затем на глаза Тео.

– Она – твоя тетя.

Лицо Тео потемнело.

– Она – чертова предательница.

– Если бы я была предательницей, мой мальчик, то позвонила бы твоему дяде, а не играла бы в доктора, помогая твоей девушке. – Она заклеила порез пластырями-бабочками и забинтовала руку. – Как там Филипп?

– Как всегда строит козни.

– Я так и думала. – Она забинтовывала рану ярко-розовыми бинтами, пока полностью не закрыла пластыри. Алексис выпрямилась. – Повязка как минимум на неделю. Она водонепроницаема, поэтому можешь принимать душ, не снимая ее, как только восстановишь силы. Никаких ванн около недели или больше. Если боль усилится, появится признаки инфекции, обращайся ко мне или в больницу. Через неделю смени повязку, но не отлепляй пластыри-бабочки, пока не заживет порез.

– Хорошо.

Она посмотрела поверх Мэг на Тео.

– Он не остановиться.

– Знаю.

– Я говорила сестре не сбегать с этим придурком-американцем, посмотри, чем все это обернулось. А потом она еще связалась с этим Таланийским парнем. – Алексис горько рассмеялась и посмотрела на Мэг. – Будь умнее Мэри, девочка. Ничего хорошего в связи с членами королевской семьи Талании нет. Лишь горе, предательство и гора дерьма. Уходи, пока еще можешь.

Мэг тяжело сглотнула.

– Я приму ваши слова к сведению.

– Не примешь, так же как и она. – Алексис поднялась. – Вы двое можете замести следы и заняться тем, зачем сюда приехали, прежде чем улетите из страны.

Тео не двинулся с места.

– Почему ты думаешь, что наш приезд связан с какой-то целью?

Алексис кисло улыбнулась.

– Потому что мой дорогой сын рассказал мне, что ты попросил его найти. – Она покачала головой. – Тебе следовало спросить у меня. Я храню копии всех семейных архивов.

– Если бы спросил, ты бы отказала.

Она пожала плечами.

– Возможно. Полагаю, мы никогда этого не узнаем. – Алексис развернулась и вышла из комнаты.

Гален оттолкнулся от стены.

– Я вернусь через час. Если тебе удастся убедить ее отдать нам копию – отлично. Если нет, то, черт возьми, дождись моего возвращения, прежде чем отправиться на поиски. Они именно этого и добиваются. И будут ждать тебя.

Мускул на челюсти Тео дернулся, но он кивнул.

– Будь осторожен.

– Сделаю все, что в моих силах. – А потом он ушел, оставив их наедине.

Тео наклонился к девушке и внимательно изучил ее лицо.

– Тебе нужно отдохнуть.

Единственное, чего на самом деле нужно было Мэг на данный момент – это свернуться калачиком и поспать, но это было бы роскошью. Она начала тереть глаза и поняла, что вся в крови.

– Нам обоим нужен душ. Мы похожи на жертв…

– Несчастного случая, попавших в подстроенную аварию?

Она вздохнула.

– Я собиралась сказать, что мы похожи на жертв из подросткового хоррор-кино, но спасибо, что открыл мне глаза на произошедшее.

– Мне очень жаль, принцесса. – Его серьезный тон подразумевал больше, чем извинения за то, что он прервал ее.

– Ты и не смог бы догадаться. – Ей следует злиться. Может быть позже, когда она не будет так сильно измотана. Вероятно. Мэг больше ни в чем не была уверена. Она почти пересекла черту, ведущую в его мир, и хотя правила и игроки до сих пор были ей незнакомы, она поняла одну вещь, совершенно не сомневаясь в ней.

Тео и Гален никогда намеренно не навредили бы ей.

Неделю назад их случайные действия сорвали бы ей крышу. Но это было до того, как она увидела отчаяние Тео и его тело, сдавленное ремнем безопасности и находящееся без сознания. До того, как Гален снова и снова вставал между ними и опасностью, не думая о себе. Оба мужчины прятали своих собственных демонов.

Она не будет создавать им еще больше проблем. Не тогда, когда они не контролировали ситуацию.

Она сжала руку Тео.

– Почему бы тебе не принять душ в одной из душевых кабинок, а потом ты бы мог помочь мне?

На его лице появилась усталая улыбка, которая чуть отогрела его холодные глаза.

– Думаю, моя тетя убьет нас, если я приму душ в ее доме вместе с тобой.

– Что за пошлости крутятся в твоей голове. – Грозно сказала она, но на ее лице играла улыбка. – Иди, Тео. Мы должны быть готовы к приходу Галена.

От этих слов мужчина поднялся. Он кивнул и исчез в дверном проеме. Пару минут спустя она услышала шум воды наверху. Мэг попыталась расслабиться и стала медленно считать про себя. Она дошла до 60, когда Алексис вошла в комнату. Теперь, когда она знала, что эта женщина – тетя Тео, она увидела некоторое сходство с ним. Может, в линии носа, манере держаться и, конечно же, одинаковые голубые глаза. Она села на стул, который недавно освободил Тео, и сложила руки на коленях.

– То, чем занимается мой племянник, в лучшем случае, безрассудно, а в худшем – самоубийственно.

И во что же на сей раз мы будем играть.

Мэг уклончиво фыркнула. Как и предполагалось – подобное ответ не остановил Алексис.

– Тоже самое произошло с моей сестрой – импульсивной и чересчур зацикленной на общей картине гламура, чем на отдельных деталях, так необходимых для верной оценки происходящего. Она умерла из-за этого.

– У меня создалось впечатление, что покойная королева Талании умерла вследствие болезни.

Алексис медленно покачала головой, взгляд посуровел.

– Дорогая, сейчас ты на пьедестале и не понимаешь, что поставлено на карту. Она умерла, потому что кому-то не понравилось, что их королева – заграничная простолюдинка, с богатством или без него, и ее отравили. Точно также как в прошлом году кто-то отравил Тедди. – Она наклонилась вперед и понизила голос, в каждом ее слове сквозила плохо скрываемая ярость. – Это место может выглядеть как рай, но на самом деле это гнездо гадюк. И секса будет недостаточно, когда тебя отдадут на растерзание народу Талании.

Мэг вгляделась в ее лицо. Она знала, что Алексис вернется и сыграет свою роль, но хоть убей – не могла понять, искренне ли пожилая женщина или она преследует свою цель в этой игре.

– Я ценю оказанную вами сегодня помощь.

Алексис вздохнула и откинулась на спинку стула.

– Но ты не собираешься свернуть с этого пути, несмотря на советы людей, которые лучше разбираются в этой ситуации. Понимаю.

– Неужели вы действительно обвиняете целую страну в смерти своей сестры?

– Я обвиняю того, кто это заслужил. Моя сестра была славной девушкой, но у нее был отвратительный вкус по отношению к мужчинам. Ее первый муж чуть не забил ее до смерти, и она бросилась от него прямо в объятия Теодора Фитцчарльза II. Несмотря на его очарование, именно он, в конечном счете, убил ее. И не имеет значения, своей рукой он добавил ей яд или нет – он ответственен за случившееся. – Алексис встала. – Некоторые вещи не прощают. Тео должен был принять изгнание как дар и начать жизнь с чистого листа. В конце концов, он пожалеет о своем выборе. Вы все пожалеете, – сказала она и вышла из комнаты.

Только тогда Мэг поняла, что душ наверху отключился. Она устроилась поудобнее у изголовья кровати напряженно размышляя. У нее не было ни сестер, ни братьев, и хотя часть ее всегда этого хотела – здравый смысл был слишком счастлив и выдал целый список причин, по которым ей повезло, что ее мать больше не захотела заводить детей.

Но если бы захотела…

Мэг покачала головой. Ее семья отличалась от семьи Тео или его матери. Они не были близки. Между ними не существовало магической связи, удерживающих их вместе, независимо от их жизненного пути. Ее тетя и дядя, а также их дети жили в соседнем городе, и она видела их лишь раз в год на очень неуютном рождественском ужине. Они были обычными людьми, в чьих жилах просто текла одинаковая кровь.

Тем не менее, она знала, какой груз ей приходится тащить на своих плечах. Ее проблемы разительно отличались от проблем Алексис, но это совершенно не имело значения. Она понимала других женщин, по крайней мере, частично.

Тео вернулся в комнату. В спортивных штанах и белой футболке с мокрыми, зачесанными назад волосами. Мужчина всегда выглядел так хорошо, что хотелось съесть его. Преступно хорош.

– Вижу, моя тетя капнула ложку дегтя в бочку меда.

– Я понимаю, почему она так ведет себя. – Очевидно, она очень сильно заботилась о сестре, а горе и вина переросли в ненависть со временем. Поразмыслив, Мэг не могла бы сказать, что отреагировала бы иначе. – Чего я не понимаю, была ли между ними связь или нет. – Она указала на Тео вглубь остальной части дома.

– Идем. – Он помог ей встать, придерживая за руку и ведя ее в ванную наверху. Только когда он закрыл за ними дверь и включил воду, произнес: – Позволь мне помочь тебе. – Он коснулся ее платья и поморщился. Кровь давно высохла на ее коже. – Я куплю тебе другое. – Он разорвал материал по центру и помог снять липкую ткань с тела.

Мэг очень старалась не смотреть в овальное зеркало над раковиной. Она зашла в стеклянную душевую кабинку и подавила вскрик, когда горячая вода коснулась ее кожи. Безопасность. Мы временно в безопасности… Наверное. Она обхватила себя руками и встала под горячие струи, позволяя им смыть кровь с волос и тела. Красная вода закрутилась вокруг слива, становясь розоватой и, наконец, прозрачной. Только тогда Мэг вымыла голову шампунем и намылила тело, как могла одной рукой.

Несмотря на все это, Тео стоял прямо рядом с дверью, готовый в любой момент кинуться ей на помощь.

– Если не хочешь – можешь не говорить, – мягко сказала она.

Он вздохнул.

– Моя тетя винит в смерти матери не только отца, но и меня тоже.

– Почему? – Мэри Фитцчарльз умерла около двадцати лет назад. Тео было не больше десяти, когда это случилось. Он был слишком молод, чтобы нести за произошедшее ответственность.

– Алексис придерживается мнения, что моя мать воспользовалась моим отцом, чтобы избавиться от жестоких отношений, но она никогда не осталась бы, пока они не поняли, что Мэри беременна мной. Именно тогда мой отец женился на ней, несмотря на то, что она все еще была замужем за своим первым мужем.

Винить невинного ребенка в таком…

– Полный бред.

– Возможно. – Его телефон запищал, и он замолк. – Гален забрал наши вещи и возвращается. Нам пора.

Глава 13

Напряжение, которое Тео не мог отрицать, огромным сокрушительным монстром росло в нем. Увидев Галена целым и невредимым, оно ослабло. Намного. Но каждый раз, смотря на Мэг, слишком бледную и полную решимости преодолеть вызванную травмой слабость, ему хотелось что-нибудь сломать.

Это была его вина.

Гален потянул Мэг к машине – другой, не на той, на которой он приехал – а Тео пошел искать Алексис. Его тетя стояла на заднем дворе и курила, не сводя глаз с облаков.

– Ты полон решимости довести дело до конца.

– У меня нет другого выхода. Никогда не остановлюсь, несмотря на то, что ты хочешь этого. – Однажды почувствовав вкус власти, Филипп никогда не остановится. Возможно, ему и нравится нынешняя роль кукловода, сидя на троне, но когда-нибудь ее станет ему мало. Когда отца не стало, брат и сестра Тео оказались уязвимыми. Он был воспитан как наследник, зная, как все работает изнутри. Им покровительствовали и баловали. Когда Эдварду стукнуло 18, все изменилось бы, но их отец умер прежде, чем он успел осознать, что они являются частью правящей династии Талании.

Тео не мог отказаться от семьи, так же как не мог покинуть свою страну.

– Я должен это сделать, – сказал он.

Алексис выдохнула длинную струю дыма и посмотрела на него.

– Тебе, возможно, придется убить их обоих.

Он напрягся от этой мысли. Гален смог бы позаботится о себе, но в первую очередь он думал о безопасности Тео, а не своей. Мэг умна и сообразительна, но совершенно не владела сложившейся ситуацией. Мир без них обоих казался немыслимым.

– Я не позволю этому случиться.

– Ты так похож на своего отца, что меня тошнит. – Она покачала головой и снова затянулась. – Ты не бог, Теодор. И не сможешь спасти всех.

Он мог стоять и спорить с ней хоть до посинения, но она никогда не простит ему того, что он стал причиной, по которой ее сестра осталась в Талании или что на нем теперь тоже стояла печать страны. Тео оставался тем, кем был. Алексис могла не верить, но Мэри была счастлива до самой своей смерти. Как бы ни начались отношения родителей, они превратились во взаимную привязанность и любовь. Однако он не мог сказать этого тете, будучи не уличенном во лжи.

Вместо этого, он объяснил причину их пребывания в Германии.

– Вы дадите мне копию ее свидетельства о рождении?

– Тебе следует забыть об этом. Остепениться и наслаждаться милой полиаморной жизнью. Завести детей или не заводить. Стареть, как положено, избегая стресса, связанного с воссоединением со страной.

Терпение Тео было на исходе.

– Филипп активно пытается исключить меня из списка наследников, Алексис. Он не остановится, пока я жив, потому что представляю для него угрозу – даже если стану жить так, как остальные. Речь идет не только о выживании, скорее о восстановлении моего права по рождению, – он замолк. – И моя мама заслуживает безупречной репутации.

Алексис горько рассмеялась. В ее голубых глазах, так похожих на материнские, не было ни тепла, ни сочувствия.

– Мэри мертва. Кому, черт возьми, далась ее репутация?

– Мне. Думаю, и тебе тоже, – он оглянулся через плечо. Гален усаживал Мэг в машину. Они ждали. – Алексис, пожалуйста.

Она вздохнула и подошла к маленькому столику, расположенному между двумя плетеными стульями, и затушила сигарету. Алексис наклонилась и вытащила выцветшую синюю папку из-под одной из подушек на стуле. И протянула ее ему.

– В следующий раз, когда соберешься положить конец насилию, не впутывай моего сына.

– Не буду, – это было меньшее, на что он мог согласиться. – Ремонт завершен, как договаривались. Спасибо, что присматриваешь за домом.

Алексис вытряхнула еще одну сигарету из пачки и закурила.

– Я все еще думаю сжечь его дотла.

Он подавил протест. Дом принадлежал ей, поэтому это ее выбор. Как бы это ему не нравилось. Не было никакой гарантии, что Тео снова вернется в Германию в ближайшее время, но, черт возьми, если бы он не купил тот дом у нее сразу, если бы раздумывал еще немного, она бы продала его. Пробыв там всего двадцать четыре часа, воспоминания, которые он, Мэг и Гален сотворили в этих стенах, останутся с Тео на всю оставшуюся жизнь.

Он открыл папку и прочитал такое же выцветшее свидетельство о рождении некой Мэри Мортимор.

– Спасибо.

– Не благодари меня. Я помогаю тебе саморазрушиться, – она отвернулась.

Больше сказать было нечего. Он получил то, за чем пришел, и когда дело доходило до Алексис – ничего нельзя было исправить. С самого начала их мало что связывало.

– Береги себя, Алексис.

– Уходи.

И он ушел.

Тео убедился, что дверь за ним заперта, а затем подошел к бежевой припаркованной неподалеку Галеном ауди и скользнул на заднее сиденье рядом с Мэг. Гален почти дождался, когда закроется дверь, и рванул.

– У тебя получилось.

Он посмотрел на свидетельство о рождении. Мэри Луиза Мортимор. Его мать.

– Получилось. – Хотя в этом не было ничего особенного. Он понятия не имел, почему Филипп специально исключил этот документ из собранных им доказательств, но Тео был полон решимости выяснить это.

После того как они окажутся в безопасности.

Он наклонился вперед.

– Греция.

– Так и знал.

Мэг где-то нашла одеяло – без сомнения, Гален постарался – и завернулась в него так, что было видно только ее лицо.

– Что в Греции?

– Недвижимость, которой владеет Гален; о ней никто из членов наших семей не знает. Он приобрел ее через фиктивную субкомпанию головной компании.

Девушка слабо улыбнулась.

– Уверена, что граница, пересекающая твою страну и Грецию, не стала решающим фактором.

– Ну, там есть панорамный бассейн.

Она тихо засмеялась.

– Не сомневаюсь, что есть.

– А еще можно будет убедить тебя, что загорать обнаженной – самая прекрасная идея. – Хотя в голосе Галена и проскальзывала нотка веселья, напряжение в его плечах демонстрировало ложь. Он бросил взгляд на Тео в зеркало заднего вида. – Почему бы вам обоим немного не отдохнуть? Предстоит долгая поездка, нужно замести следы и покружить немного.

– Я сменю тебя через пару часов. – Ему нужно было сказать, что сейчас он будет вести, но по правде говоря – в голове так сильно пульсировало, что было чудом, что она до сих пор держалась на плечах. Тео бы горсть таблеток и пара часов сна, и он будет как новенький.

В большей степени.

– Положись на меня.

Тео коснулся колена Мэг.

– Как ты?

– О, знаешь, замечательно.

Точно. Раз задаешь глупый вопрос, то получай и глупый ответ. Он кивнул.

– Иди сюда, принцесса. Пока есть возможность, нам обоим нужно отдохнуть.

Она отстегнула ремень безопасности и села к нему поближе. Снова пристегнувшись, она оказалась завернута в одеяло и прижата к боку Тео. Атмосфера между ними потеплела, и напряжение покинуло ее. Она вздрогнула.

– Боже, это самый безумный момент в моей жизни, а их было предостаточно. Какого черта они… стреляли в нас?

– Не в нас. В одну из шин. – Гален не оглядывался. – Выстрел вполне реальный, но потребовалось много тренировок, подстроив, чтобы при повороте выскочила шина и нас занесло в овраг.

– Они, правда, хотят убить тебя, да? Я думала, что так было до коронации твоего брата.

Он должен оградить ее от этого, но даже небольшая ложь во благо стала бы явной, когда речь шла о Мэг. Лучше выложить все карты на стол и позволить ей решить все самой.

– Они думают, что ты можешь забеременеть.

Она так быстро отпрянула, что чуть не ударилась затылком ему в челюсть.

– Что?

Гален свернул на автобан и набрал скорость.

– Если ты забеременеешь от Тео, то в игру вступят другие правила.

– Почему? Если Тео не следующий в очереди на трон, то почему его ребенок изменит правила игры?

Тео вздохнул.

– Потому что мой дядя понимает, сколько наплел лжи, а мой брат почти ребенок. В ближайшие несколько лет он не собирается жениться и остепеняться, даже если таким образом сможет занять трон. Это значит, что наша сестра остается единственной наследницей, после Филиппа. А собственных детей у Филиппа нет. Ты упоминала гражданскую войну, так вот разрыв наследовательного права и приведет к ней. В очереди на престол ведут две династии, в ком достаточно королевской крови, чтобы завладеть троном после Филиппа, и ни одна из них не пойдет на компромисс. И снова будет Война Алой и Белой розы между английской знатью. И хотя члены обеих семей будут счастливы, если это произойдет, большинство из них ценит Таланию и свои деловые интересы выше амбиций. Если они узнают, что у меня есть наследник, то захотят поддержать меня, несмотря на доказательства, представленные Филиппом. Я – известная личность, и даже если ты не станешь одной из кандидаток, которых мне предлагали с тех пор, как исполнился 21 год, – это не имеет значения. Все дело в стабильности.

– Так много странностей. – Она вздохнула и снова прижалась к его боку. – Думаю, я сейчас постараюсь уснуть.

Он снова сказал что-то не то. Тео прижал Мэг ближе и позволил себе под гудение двигателя расслабиться, закрыв глаза. Обычно у него никогда не возникало проблем с общением с людьми, особенно с женщинами, но с самого начала Мэг распознавала всю чушь. Ей не нравилось превращать слова во флирт, она не представляла всей их силы, как другие женщины.

Она хотела не его денег, а только его.

Ее не заворожило то, что он принц, она и глазом не моргнула, приняв их нетрадиционные отношения с Галеном – по их желанию став частью этих отношений.

Она согласилась, что они временные, но каждый раз при упоминании данного соглашения с его стороны – в ее карих глазах что-то гасло.

Правда медленно накрыла его волной. Ей не нравилась сама мысль об их конце. Может, она и не хочет думать о будущем, но мысль уйти – причиняет ей боль.

Он приласкал ее висок, не открывая глаз. Было бы так легко убедить ее остаться. Не интригами. Все, что было нужно, – это сказать правду. Я по уши влюбился в тебя, принцесса. Думаю, мы оба. Это будет долгий и трудный путь, но, в конце концов, мы трое будем вместе.

Тео не мог этого сделать.

На данный момент его желания не имели значения. Он не был самим собой. У него не было право выбора.

Эта правда никогда не имела для него особого значения. Просто порядок вещей. Он всегда знал, что то, что их связывало с Галеном, сложно. Это была еще одна правда, которой он время от времени придавал значение.

Если он хотел объединить обе эти правды, то убедил бы Галена жениться на Мэг. У Галена был титул, но чертовски мало свободы, меньше, чем у Тео. Женитьба связала бы их вместе, позволив остаться им навсегда…

Пока Тео не женился бы.

У него было много возможностей. Например, мошенничество. Любая женщина, на которой он бы женился, ожидала бы верности, – и это правильно. Жена, которая ничего не имела бы против того, что ее муж периодически уходил, чтобы трахнуть своего лучшего друга и его жену… Нет, это несбыточная мечта. Та, которая превратится в пепел, если он попытается ее осуществить. В его отношениях с Галеном не должно быть обид и разрывов, не говоря уже о том, чтобы играть Мэг, пока она не сломается.

Тео мог быть эгоистом. Черт, да он родился таким. Эта связь между ними тремя слишком бесценна, чтобы отравить ее его планами. Будет больно отпустить Мэг. Это могло даже что-то сломать в нем.

Но он бы сделал это.

Если бы не было иного выбора.

Следующие две недели прошли как в тумане, состоящем из гула двигателя и слишком быстрой смены местностей за окном, чтобы успеть ими насладиться. Они проезжали через страны, которые отмечала Мэг на своей доске желаний, но больше всего удовольствия она получала на заправках, когда нужно было заправить машину, чтобы ехать дальше. Гален был излишне параноиком, не позволив им останавливаться на ночь в отелях, поэтому единственная кровать, на которой она расслабилась, – была куплена на час, чтобы принять душ в пит-стопах. Во время этих остановок он исчезал, чтобы проверить местность и обезопасить их. Дорога по прямой должна была занять 20 часов, но уснув первый раз и проснувшись, она поняла, что между ними что-то произошло. План изменился. Дух товарищества растворился в напряженном молчании и тихих перешептываниях.

Это не было адом, но определенно имело с ним сходство.

Она проснулась, осознав, что машина остановилась. Когда она заснула? Через некоторое время после того, как они пересекли границу с Грецией, огромное тело Галена убаюкало ее, прижав к себе. Было слишком комфортно, чтобы отодвигаться. А теперь его не было.

Мэг открыла глаза. Она лежала на заднем сиденье, положив голову на куртку Галена. Она начала садиться, но замерла, когда услышала мужские голоса.

Тео выругался.

– В этом нет никакого смысла. Это просто свидетельство о рождении. Ничего особенного. Никакой секретной информации, раскрывающей, почему Филипп проигнорировал его. Может быть, и правда это случилось потому, что архив сгорел, и он не стал искать копию.

– Ошибаешься. Это многое значит. Мы должны разобраться в этом.

– Мы все говорим об этом, но изменить ситуацию, черт возьми, не в силах. Филипп продолжает вести себя непорядочно и настолько параноидально, что пошлет за нами человека с гранатометом, если бы мы не погибли в так называемой аварии, оказав ему бесценную услугу.

– Я не позволю этому случиться.

– Ты не бог, Гален. Не в твоих силах все контролировать, и даже если ты бросишься под пули ради меня, я клянусь всем богам, что оживлю и убью тебя сам.

Мгновение Гален молчал. Еще немного.

– Моя жизнь принадлежит тебе, Тео. Так было с моего шестнадцатилетия.

Она не должна была услышать этот разговор. Подслушивать, когда они обмениваются секретной информацией – одно, но совсем другое – услышать частный разговор. Грубая правда в голосе Галена резанула ее. Он не хотел бы стать настолько уязвимым и не поблагодарит ее, когда узнает об этом. Черт. Сесть она теперь точно не сможет. Это бы все разрешило.

Голос Тео стал ближе и тише.

– Отбрось все дерьмо в сторону. Ты мне ни черта не должен.

– Твой отец собирался отправить меня в изгнание вместе с родителями, а ты вмешался. Черт, Тео, я никогда не смогу отплатить тебе этот долг.

Тео выругался.

– Вот и посмотри, куда он тебя завел – прямо в изгнание со мной. Быть со мной не принесло тебе никакой пользы, поэтому прекрати жертвовать собой. Моя жизнь не дороже твоей. Никогда не была.

Родители Галена в изгнании?

Очевидно, Мэг нужно было тщательнее изучить ситуацию. Она знала о последствиях женитьбы родителей Тео, очевидно, политические беспорядки задели многих. Она не догадывалась, что в современном мире изгнание было еще популярным. Она вздохнула. Черт подери, ей понадобилась бы неделя и компьютер с хорошим Wi-Fi, чтобы наверстать упущенное.

Над ее головой открылась дверца. Она осторожно перекатилась на спину и уставилась в лица Тео и Галена.

– О, привет.

Гален покачал головой.

– Что мы говорили тебе о подслушивании?

На этот раз у нее не было причин для гнева.

– Я проснулась, а вы разговаривали. И мне показалось, что прерывать вас – неподходящее время.

– Ммм…

– Что? Вы говорили о важном. Я не собиралась вредничать и прерывать ответственный разговор.

– И все же мы здесь.

Тео посмотрел на нее.

– Как ты себя чувствуешь?

Конечно, он не имел в виду тот диалог в ее квартире, не так ли? Она с трудом села.

– Все хорошо.

Мэг заметила позади них ярко-синее пятно, едва поверив ему. Она отодвинула Галена в сторону, и у нее перехватило дыхание.

– Это… это Эгейское море.

– Да.

Ее глаза загорелись, и она поспешила выбраться из машины. Сильные руки Тео помогли ей удержаться на ногах, как будто она могла свалиться в любой момент. А может и могла. Во власти предвкушения Мэг не заботило, что может произойти. Она осторожно шагнула вперед, почти уверенная, что видит вызванный болью мираж, который исчезнет, едва она подойдет слишком близко.

Но нет. Все было настоящее.

Когда-то она была увлечена идеей жить в Греции. Это было до политических переворотов и вылившегося на нее дерьма за последние десять лет, которые подавили ее желание переехать, но не смогли заглушить его полностью.

Они припарковали машину рядом с одним из однотипных домов – чересчур квадратным и белым – но ни в одной мечте Мэг в доме не было бассейна с витражными окнами. И уж точно не было частного причала на берегу Эгейского моря. Дом был построен в крутых невысоких утесах среди слепящих синих вод и…

Мэг прижала руку ко рту.

– Это самое прекрасное, что я когда-либо видела.

Гален подошел к ней сзади и обвил руками. Через несколько секунд на бедро опустилась рука Тео, и она, не глядя, знала, что он прижался к спине Галена, прижимающегося к ней.

В этот момент они были во вселенной… одни.

Ни будущего, полного опасностей и ловушек. Ни прошлого, сотканного из боли, предательств и вранья. Только сейчас все трое смотрели, как солнце медленно приближается к горизонту.

Она двинулась первой, повернувшись в руках Галена, чтобы взглянуть на них обоих.

– Это твой дом.

– Это дом Галена.

Гален пожал плечами.

– Раньше на этой земле ничего не было, но я хотел уединения, поэтому построил дом.

Не просто купленный дом, а построенный с нуля и спроектированный руками Галена. Любопытство охватило Мэг. Она развернулась, чтобы посмотреть на дом другими глазами.

– Покажете мне?

– Конечно. – Он обогнул дом и подошел к входной двери. Здание было больше, чем она ожидала, выглядело достаточно крепко, чтобы отразить любое вторжение. Он набрал код на панели и толкнул дверь, чтобы она смогла войти внутрь.

Она бросила на него взгляд.

– Уверен, что не хочешь спрятать меня за спину и осмотреть дом?

– Внутри установлены камеры, которые подключены к моему телефону. Кроме горничной, здесь никого не было, и нечего шутить об этом.

– Системы безопасности можно взломать.

Он замер, закрыл дверь и повернулся к ней лицом.

– Ты не доверяешь мне свою безопасность.

Это было не то, что она имела в виду. Она не думала, что кто-нибудь смог бы оградить их от всех неприятностей, хоть Гален никогда не признался бы в этом. Каждый раз, когда он смотрел на нее, его взгляд не отрывался от ее руки, словно напоминая себе, что он подвел ее. Он смотрел также на синяк, расцветший и уже исчезающий на лице Тео. Она взглянула на Тео, но он откинулся на ступенчатую каменную стену, предназначенную для того, чтобы холм за домом не снес все здание в море. Помощи от него ждать не приходилось.

Хорошо.

Она вздернула подбородок.

– Это была шутка, Гален. Люди иногда так делают. Да и ты тоже.

– О таком не шутят. – Он скрестил руки на груди. – И, отвечая на твой вопрос, никто не сможет взломать мою систему безопасности, потому что те, кто ее создал, самые лучшие. Тебе больше никогда не причинят боль.

Вот теперь мы и подошли к сути проблемы.

– Мне причинили боль не по твоей вине.

– Нет, Мэг. Это была моя вина. Моя работа – ваша безопасность, меня готовили к ней. Я должен был предвидеть приближающуюся атаку и избежать ее.

Боже, ей хотелось встряхнуть его, пока он не признает, что в случившемся нет его вины.

– Хм. В таком случае, возможно, тебе стоит устроить собственный переворот. Возглавить Таланию за Тео, потому что ты – армия из одного человека, которая все продумала и несет ответственность за всех.

Она указала на стену.

– Может, Тео не будет сидеть здесь? Вдруг его камень оцарапает, и тебе придется сражаться с муками совести, когда ты будешь размышлять об этом?

– Я защищаю, малышка. Это мой долг.

– Похоже, тебе нужно хобби.

Он приблизился к ней, прижав к двери и прижав ладони по обе стороны от ее головы.

– Похоже, ты не усвоила полученный ранее урок.

– Он заключался в том, чтобы не подслушивать. Никто никогда не говорил, что у меня не должно быть собственного мнения, – она прижала ладонь к груди, пытаясь разыграть отчаявшуюся девушку. – Могу ли я сесть рядом с Тео, чтобы ты мог как следует опекать нас? Может, тебе стоит купить манеж размером со взрослого, чтобы мы больше не попадали в беду, потому что, видимо, ты здесь единственный, кто может нести ответственность за нас.

Он долго и грязно выругался, грубый тон его голоса зажег ее тело.

– Ты невозможна.

– Только потому, что ты знаешь – я права. – Она наклонилась к нему и прижала ладони к его груди. Мэг не могла изменить Галена, как бы не хотелось ей избавить его от тяжкого бремени, которое он нес на своих плечах – такого же тяжелого, как и Тео. Она не могла забрать его, но, возможно, ей удастся на несколько часов отвлечь его от тяжких дум.

Она нежно ему улыбнулась.

– Ты мне не поверишь, но ты – не сверхчеловек, и мы с этим справимся. Это твой дом и твоя территория, и здесь безопасно. Позволь себе немного расслабиться.

– Не соблазняй меня, Мэг. Мне это не нравится.

Она закатила глаза.

– Не дай Бог тебе оказаться простым смертным, – она протянула руку и обхватила его подбородок. – Покажи мне свой дом, Гален. Пожалуйста.

Ей хотелось еще раз взглянуть на мужчину, скрывающегося за суровой внешностью, взгляд которого дразнил и сулил наслаждение.

И однажды он расслабится, а она, чтобы отвлечь его от долга, приложит для этого все эффективные способы.

Глава 14

Гален зашел в дом вместе с Тео и Мэг. Он не был здесь многие годы. До того как заболел отец Тео. До того как вокруг них разрушился мир. Раньше, раз в квартал, они старались выбираться сюда, изолироваться и набираться сил, здесь никто не отслеживал каждое их движение.

Он встал у входа и позволил воспоминаниям захлестнуть его. Обеды с Тео за маленьким кухонным столом. Бесконечный выбор фильмов на огромном телевизоре в гостиной, прежде чем решить, что подойдет под их настроение лучше. Они проводили дни, обнимая друг друга на кровати на другой половине дома. Секс в душе, в бассейне, напротив окон, которые растянулись по всей длине задней части дома. Тео безошибочно подошел к шкафчику с напитками, спрятанному в углу кухни и вытащил бутылку бурбона. Начав расставлять три стакана, Гален повернулся посмотреть на Мэг.

Открытая планировка этажа больше походила на лофт, чем на дом, но ему всегда нравились его небольшие размеры. Все в Талании было роскошным и огромным, бесконечная гонка за нелепым проявлением богатства. Тео с рождения принимал в этом участие, хотя его сердце и противилось. Гален же категорически игнорировал. Но окружение людьми с такими приоритетами загоняло в определенные рамки. Этот дом был больше чем просто постройки в Талании, потому что это его путь к независимости как гражданина своей страны и будущего короля.

Мэг ходила по дому, словно в оцепенении, ее глаза с каждой секундой становились все больше. Он пытался посмотреть на вещи ее глазами, но в этом месте не было ничего особенного, кроме его местоположения. Может, бассейн. Всего лишь дом, который имеет для него значение.

– О, Гален. – Ее мягкие слова обволокли его, как утренний туман. – Здесь замечательно.

– Я разработал его. – Он не хотел говорить эти слова. Просто открыл рот, и они вылетели. – Для себя и Тео. Это наше место.

Он застыл, а потом обругал себя за нерешительность. Гален подошел и встал рядом с Мэг, которая глядела на бассейн и Эгейское море. С определенных ракурсов прозрачный бассейн и правда сливался с морем. Он смотрел на ее лицо, отражающееся на стекле.

– Это может быть и твое место тоже.

Настоящее убежище для них троих.

Она бросила на него грустную улыбку.

– Думаю, мы оба знаем, что я сюда больше никогда не вернусь, но я ценю твои слова. Здесь как в сказке.

Она обхватила себя руками, несмотря на повязку, наложенную на ее руку, движение было грациозным. Физическое напоминание о том, как сильно он облажался.

– Весь полученный опыт кажется сказкой. Мне все время кажется, что я смотрю сквозь зеркало или через дырку в шкафу. Не знаю, как мне вернуться в реальность после этого. – Последние слова были сказаны так тихо, что он не сомневался – она не станет озвучивать очевидное.

Останься.

Он стиснул зубы, чтобы сдержать слово внутри. Еще не время предлагать это. То, что сложилось между ними сейчас, работало, потому что они были на равных. Возвращение в Таланию – забрав Мэг туда – исказит их отношения. При любом раскладе. Даже если ему каким-то образом удастся убедить Мэг остаться, быть с ним на публике и приватно с Тео… Тео все равно женится на другой. Они только оттянут неизбежное на какое-то время, разбив друг другу сердца.

Возможно, это стоило того.

– Я и раньше была серьезной, Гален, – ее голос все еще был тихим. – Ты не облажался. Лишь основывался на том, что знал. Тео жив. Я жива. Мы выжили благодаря тебе.

– Моя работа – обеспечить безопасность Тео, вам обоим. – Работа, на которую он потратил всю свою жизнь. Тео мог предполагать, что долг давно выплачен, но даже по прошествии столько времени он не понимал, насколько сильно изменил жизнь Галена. Родители любили Тео, и когда его мать умерла, а отец женился во второй раз – мачеха тоже любила его. Он всегда избегал всего эмоционального.

Путь Галена в юношеские годы разительно отличался. У его семьи были деньги и власть, но семейная жизнь была… далека от идеала. Он покачал головой.

– Достаточно. Хотя я полагаю, что ты сможешь утешить меня своей сладкой киской.

– Не делай так. – Она повернулась лицом к нему, ее карие глаза были широко раскрыты.

– Мне нравятся пошлые разговоры, ты знаешь, но не используй их как оружие, показывая, что ты закончил разговор.

Он вздохнул.

– Послушай, я не занимаюсь подобным дерьмом.

– Подобным дерьмом, – Мэг слегка улыбнулась. – Ты о разговорах?

– Об отношениях. – Он проигнорировал ее удивление и продолжил, прекрасно понимая, что Тео снова стал ближе. Между ним и Мэг отношения были легче. Их личности гармонировали друг с другом. Тео мог прижать ее к стенке, он вытащил ее из кокона так же, как и Галена когда-то. Ему нельзя было сопротивляться, если Тео что-то задумал. А Мэг дала Тео кусочек того, к чему у него никогда не было доступа – нормальной жизни. Женщина, которая в первую очередь заботилась о нем, а во вторую очередь заботило его влияние, положение и страна.

Для Галена и Мэг все было иначе. Трахать ее легче, чем дышать. Они подходят друг другу. Подходят вместе с Тео даже лучше. Разговоры? Эмоции? Прочее дерьмо? С этим не все так просто.

Но он ненавидел мелькнувшую боль в ее взгляде, когда прервал ее, а он не мог не попытаться исправить это, даже зная, что мог сделать все еще хуже.

– Тео и я так долго дружим, что иногда кажется, будто мы половинки одного целого. Между нами нет непонимания. Мы знаем друг друга так же хорошо, как самих себя. Да, черт возьми, мы ссоримся. Оба упрямые ублюдки, это иногда мешает делу. Нелегко, но я знаю, что Тео нужно от меня, и наоборот. Тут другое.

– Это временно.

– Да, ты все время так говоришь. Ты пытаешься убедить меня или себя?

Похоже, у нее не было на это ответа, поэтому он продолжил.

– Я больше не буду использовать секс как оружие. – Он позволил себе чуть-чуть улыбнуться. – Хотя я и имел в виду то, что сказал. Я собираюсь подавить в себе разочарование от отказа дегустацией твоей сладкой киски.

Она мило покраснела.

– Да, я так и поняла. – Мэг повернулась к Тео. – Для нас?

– Разумеется. – Он раздал каждому по бокалу и поднял свой. – Мы живы. Праздник в самом разгаре. Бурбон, хорошая еда и секс до рассвета.

Мэг рассмеялась.

– Этот тост я поддержу.

Они чокнулись. Тео встретился со взглядом Галена и, приподняв бровь, повернулся к Мэг.

– Почему бы тебе не принять душ, пока я готовлю что-нибудь поесть?

Она смотрела то на одного, то на другого и вздохнула.

– Если вам нужно время, что поговорить, вы можете просто сказать об этом.

– Могли бы, – согласился Гален. – Но у тебя есть неприятная привычка подслушивать. Ужасная привычка.

На этот раз ее улыбка сияла так ярко, что могла бы осветить комнату.

– Ты же любишь это. Какой смысл придумывать все эти наказания, если я никогда ничего не делаю, чтобы их заслужить?

Тео усмехнулся.

– Она тебя сделала.

– Душ. Немедленно.

– Да, да, иду. – Она послала им обоим воздушный поцелуй и подошла к единственной на площадке двери. Внизу была дополнительная спальня и вторая ванная, но ими никто никогда не пользовался. Они были спроектированы на всякий случай, но Гален не собирался пользоваться ими когда-либо. Тео спал в этой комнате. Зачем ему приводить кого-либо еще?

Мэг, черт возьми, будет спать только с ними.

Они подождали, когда включится душ, и только потом перебрались на кухню. Тео наполнил еще раз бокал и тут же выпил.

– Что если это не было временным сумасшествием?

– Не надо.

– Я просто хочу сказать…

Гален допил бурбон.

– Это должно быть временным, Тео. Тебе придется жениться на дворянке, чтобы сохранить престол. Твоя мама была иностранкой, и если бы твой отец женился на другой иностранке во второй раз, королевские семьи взбунтовались бы.

– К черту их.

– Ты можешь говорить и игнорировать этот факт. Но не все остальные. – Он не мог позволить Тео допустить ошибку, не мог дать ему надежду, когда ее не осталось. – Ты можешь воспользоваться властью и приказать людям делать множество вещей, которые им не нравятся. Но эта ситуация не входит в это число вещей. Мы вернемся в нашу страну, Тео. Это накладывает определенную ответственность на тебя. Брак. Коронация. Непозволительная роскошь выбора.

Тео слишком долго смотрел на него.

– Дело не только в Мэг, верно? Ты уже начал отстраняться от нас, построив стену. Что творится в твоей голове, Гален? Будущее без возможности поговорить с кем-либо.

Из всех вариаций Тео Гален больше всего ненавидел рассудительную. С его другом было намного легче иметь дело, будь он сардонически настроенным, управляемым или капризным. Гален стиснул зубы.

– Как я уже сказал – ты женишься на одной из благородных девушек. У тебя будут дети от нее. Они будут наследниками. На этой картине нет места для меня, кроме должности начальника службы безопасности.

Когда они были молодыми и немногословными, то однажды ночью напились в стельку и разговорились о том, что было бы, если бы они поженились. Милая идея, которая не случилась бы. Право наследования прочно закреплено законами, потребовалось бы приложить недюжинную долю усилий, чтобы ничего не разрушить. Женитьбы Тео и Галена чертовски все усложняла. Невозможная мечта, почти такая же как их будущее с Мэг. Невозможно жирным шрифтом.

– Что если бы мы позволили этому случиться?

– Это не смешно.

– А кто смеется? – Тео допил бурбон и с силой поставил стакан на стойку, от чего он глухо звякнул. – Филипп воплощение зла, а Эдвард еще ребенок, но я не сомневаюсь, что они хотят того, что, по их мнению, лучше всего для Талании. Они не будут разрушать страну и уничтожать народ. Может, попахивает нарциссизмом тот факт, что я должен быть королем. Но у меня есть ты. У нас есть Мэг. У нас больше денег, чем мы можем потратить за всю свою жизнь. Так какого хрена мне в придачу нужна страна?

Гален схватил бутылку и убрал ее прежде, чем кто-либо в порыве соблазна разобьет ее о лицо другого.

– Нет, Тео. Ты не можешь свернуть с этого пути. Твой отец хотел, чтобы ты стал королем. Он учил тебя быть королем. У тебя есть идеи, как сделать Таланию чертовски лучше, чем просто поддерживать ее экономику и оберегать народ. Это важнее.

– Почему?

Он развернулся, чтобы посмотреть на друга. За последние несколько недель Тео, кажется, постарел. Он должен был выглядеть взбудораженным или измученным, однако стресс лишь усилил резкие черты его лица. Чертовски привлекательный ублюдок. Гален покачал головой.

– Ты знаешь, почему.

Тео с рождения должен был стать королем. Он искренне любил народ и разрабатывал политические теории, которые позволили бы их стране выйти на мировой уровень. Это было важно. Более того Тео прекрасно знал, что Филиппа не удовлетворит быть позади трона, он захочет завоевать его весь. Прямо сейчас он был лишь третьим в очереди престолонаследия. Единственный способ достичь своих амбиций – исключить из уравнения Ками и Эдварда. Он мог проделать тот же трюк, подвергнув сомнению законность брака их родителей. Их мать происходила из одной из старейших семей Талании. Ее родственники никогда не потерпят подобного отношения.

И тогда Филипп убьет их.

Это может занять годы. Он никогда не сделает что-то, что навлекло бы на него подозрения, но свои целей Филипп добьется.

Гален ничего не сказал из этого. Ему и не нужно. Тео знал правду, также как и Гален знал, почему позволил отчаянию подобраться близко. Он обошел угол стойки и притянул Тео в объятия.

– Мы потерпели неудачу. Но это еще не конец. Не позволяй этому забивать тебе голову.

– Знаю, черт возьми, знаю. – Губы Тео коснулись его виска, пока он говорил. – Трудно увидеть во всем этом положительные моменты. Вечная борьба, и если мы добьемся успеха, награда будет велика – я потеряю двух очень важных мне людей.

– Тяжело голове удержать корону.

Тео фыркнул, смеясь.

– Теперь я знаю, что ты беспокоишься – неправильно цитируешь Шекспира.

Гален обхватил Тео за шею и прижался к его лбу.

– Ты был рожден властвовать. Рожден уберечь народ – весь свой народ. Это важнее, чем что-либо столь приземленное, как счастье.

– Черт, Гален, ты совершенно не умеешь произносить напутственные речи.

– Это не входит в число моих умений. – Он не мог позволить Тео свернуть с пути, какой бы привлекательной не казалось Галену идея сбежать и никогда не оглядываться назад. Не получилось бы. Тео слишком амбициозен, чтобы просто сидеть сложа руки и позволить себе плыть по течении без какой-либо цели, за которую нужно бороться. Он мог думать, что сможет оставить Таланию, но на самом деле скоро бы передумал.

Или бы провел остаток своей жизни, злясь на Галена, и эта обида отравила бы все, что их связывало.

Нет, другого выхода нет.

Тео должен стать королем.

Гален сделает все, чтобы это произошло.

Что-то изменилось, пока Мэг была в душе. Натянув одну из футболок Галена, она обнаружила Тео задумчивым; его обычно выразительное лицо вдруг застыло, предупреждая любые ее вопросы. Настроение Галена тоже не улучшилось. Мэг достала макароны и дала себе слово, что в следующий раз обязательно подслушает. Это был единственный способ получить нужную информацию от этих двоих, несмотря на то, что оба ратовали за открытое общение.

Очевидно, это относилось только к сексу.

От этого было больно. Они не обещали ей «вечность», несмотря на предыдущий комментарий Галена, и она была бы дурой, если бы хотела этого.

Но она хотела.

За последние несколько недель что-то изменилось в Мэг. Ее гнев и желание превратились в нечто другое, чему она пока не могла дать названия. Да и не имело значения. Не могло иметь. Когда все это закончится, она вернется к прежней жизни в Нью-Йорке; с ней останутся лишь воспоминания об этих двух мужчинах и о волшебстве, которое они создали вместе.

Оно не было совершенным. Они были слишком человечны для чего-то столь безупречного. То, что между ними произошло, было запутанным, сложным, слишком интимным, чего она совсем не ожидала. Мэг многого не знала об этом мире, но была уверена, что Гален и Тео заботятся о ней.

Это не помешало бы им оставить ее, но все же согревало.

– Почему бухгалтер?

Она подскочила от голоса Тео, прервавшего тишину за столом. Мэг подняла глаза и обнаружила, что они оба наблюдают за ней. Который раз он задает этот вопрос? Она быстро глотнула воды.

– В каком смысле?

– Из всех профессий ты получила диплом по самой скучной – бухгалтерскому учету, почему?

Он бы итак обо всем догадался, не так ли? Она подавила инстинктивное желание ощетиниться и попыталась найти честный ответ.

– Жизнь дома не была идеальной, когда я росла. Я работала изо всех сил, чтобы заработать на стипендию, чтобы убраться подальше из чертова города, в котором я выросла, я знала, что единственный выход остаться на плаву – получить стабильную работу. Знаете старую поговорку о смерти и налогах? Бухгалтеры всегда нужны.

– Стабильность.

Она взглянула на Галена.

– Да. К тому же мне нравится возиться с числами. Никакой грязи или эмоциональной чуши. Холодные, неопровержимые факты. Все расписано черным по белому.

Тео рассматривал бурбон в стакане.

– Что бы ты делала, если бы не беспокоилась о стабильности?

– Я не понимаю вопроса. – Он быстро посмотрел на нее, и она вздохнула. Шутка оказалась неудачной. – Я не знаю, Тео. Я никогда особо не задумывалась об этом. Несбыточные мечты не оплачивают счета. Не приносят еду в холодильник. Чертовски уверена, что и крышу над головой они не предоставят. Вот, что важно для меня, – не идти вслед полуживой мечте.

Он сделал большой глоток.

– Сделай мне одолжение, принцесса. Если бы деньги не были проблемой, а твои руки не были бы связаны, куда бы ты отправилась? Чем бы занялась твоя душа?

Он не понимал, как сильно ранит ее этот вопрос. Не мог.

– Тео, я выросла в трейлере на двоих, который могла бы закрыть всего лишь одна проверка. Моя мать напивалась до белой горячки большую часть времени, а когда у нее не было денег, чтобы заплатить за алкоголь, она прибегала к другим методам. Мое детство было адом. А когда она впадала в очередной беспросветный загул, то разглагольствовала о том, как все в ее жизни должно было сложиться иначе. Все мечты, связанные с беременностью мной, разбились вдребезги. Мечты не приведут меня ни к чему хорошему, лишь вернут на путь матери. – Она отложила вилку. – Извини. Клянусь, что не пытаюсь быть сволочью. Но то, что для тебя всего лишь занимательный теоретический вопрос, вызывает во мне бурю эмоциональной чуши.

– Кажется, мы все обречены влачить практичное, лишенное мечтаний будущее. – Он допил напиток и передернулся. – Я должен извиниться. Сегодня на меня напала угрюмость. Для меня это не типично.

Гален поднялся и собрал тарелки.

– Спасибо, что рассказала нам, Мэг. – Здесь, в этом месте, он был намного мягче, чем до этого. Неправильное слово. Она не думала, что существует такая ситуация, когда Гален мог бы быть мягким. Но казалось, что море и этот дом немного обточили острые углы его натуры. Злость, что мучила его последние две недели, больше не проявлялась.

Она встала и обошла стол, чтобы поцеловать Тео.

– Тебе не нужно извиняться за то, что ты чувствуешь, Тео.

– Не нужно? – Он покачал головой. – Хочу на воздух. – Мужчина поднял руку, останавливая Галена. – Я не буду покидать границы. Просто возьму эту бутылку и посижу на стуле возле бассейна немного. – И он ушел прежде, чем кто-либо успел что-то сказать.

Мэг встала рядом с Галеном у раковины. Схватила полотенце для рук.

– Ты моешь. Я вытираю. – Через окно она наблюдала, как Тео подошел к одному из стульев и, даже переполненный злостью, грациозно упал на него. – Он расстроен из-за свидетельства о рождении или дело в другом?

– Он злится, потому что я напомнил ему, что у нас не может быть всего того, чего бы мы хотели. – Он потер тарелку, сполоснул и протянул ей. – В идеальном мире дядя Тео не пытался бы убить нас. У него не было бы страны, которой он должен преданно служить, забыв про собственное счастье. – Он быстро посмотрел на девушку. – Ты бы не вернулась в Нью-Йорк без нас.

– Гален… – Она вытерла тарелку. Обычно Мэг не имела привычки задавать вопросы, если не была уверена, что хочет услышать правду. Но когда дело касалось двух мужчин, она ничего не могла поделать с собой. – Какой был бы идеальный мир для него?

– Для нас, – поправил он. Гален продолжил мыть посуду, словно обдумывая вопрос. Однако напряжение в его плечах опровергло это. Он знал, чего хотел. Просто пытался перебороть себя и произнести заветное. Наконец он протянул последнюю тарелку и повернулся к ней лицом. – Ты бы вернулась в Нью-Йорк, и мы тоже. Тео продолжал бы заниматься инвестициями, потому что это его привлекает, хотя в конечном итоге нам бы пришлось открыть какой-нибудь бизнес, чтобы направить энергию в нужное русло. – Он прислонился к стойке. – Ты вернешься на учебу, и следующие год или два мы посвятим, укрощая тебя, пока ты будешь кричать нам о своей собственной жизни, и все же каким-то образом будешь снова и снова оказываться в нашей постели, пока мы не убедим тебя в ней остаться. В конце концов, ты смиришься с тем, что у нас есть деньги, и когда тебе надоест бухгалтерское дерьмо и последуешь за своей мечтой, мы отправимся вместе с тобой.

На миг она позволила вообразить себе это. Быть с ними. Создавать общую жизнь. Легко не будет. Они сильные личности, в будущем их обязательно ждали бы битвы, если бы они нашли возможность остаться вместе навсегда. Но это был лишь милая мечта.

– Я бы заставила тебя потрудиться.

– Знаю. – Его губы дернулись. – И, без сомнения, ты найдешь возможность нарушить правила, чтобы мы наказали тебя.

Она протерла последнюю сковородку и отложила ее в сторону.

– Жаль, что это всего лишь мечта.

– Да. Жаль. – Он притянул ее к себе и обнял, оба смотрели в окно. Гален положил подбородок ей на голову. – Этому человеку суждено вершить великие дела. Он не наш, не важно что мы этого хотели бы. Он принадлежит Талании. Если Тео добьется своего, то найдет возможность заполучить нас и приблизиться к трону. Пока выхода нет. И это разбивает ему гребаное сердце.

Теодор заполучил свидетельство.

Филипп выругался. Прочитал отчет. Выругался снова. Он должен был предугадать, что не следует позволять Дориану взять все в свои руки. Этот человек был изобретателен и жесток, но имел слабость к сыну, которая мешала ему принять необходимые меры. Он все еще думал, что мальчик придет к трону, и потому колебался.

Филипп не мог позволить себе колебаться.

Теодор, возможно, еще не знал, что значило свидетельство, но он был слишком умен, к сожалению. Он поймет.

Пришло время предпринять решительные меры.

Он потянулся к телефону и застыл. Не получится сделать это не официально. Потребовать официально убить бывшего наследного принца… Выйдет наружу. У него еще не было полной власти по контролю всех отделов. Влияние Теодора было слишком сильным, и, хотя никто не вмешался, когда он был изгнан, вокруг все еще кипело негодование, направленное непосредственно на Филиппа. Они винили его в неправильном выборе, были ключевыми фигурами, кто старался осложнить его жизнь еще больше.

Если выяснится, что он приказал убить Теодора…

Нет, не вариант.

Должен быть другой способ.

Ах. Да. Это должно сработать.

Он набрал номер начальника службы безопасности – технически, Козлов был главой службы безопасности Эдварда, а не его, – и начал ждать. Спустя несколько секунд в трубке раздался хриплый голос.

– Чем я могу вам помочь, милорд?

– Мне нужно срочно встретиться с тобой.

– Уже в пути.

Ровно через две минуты Козлов вошел в его кабинет и закрыл дверь. Гигантский мужчина, ростом более шести футов, выглядел так, будто без труда мог поднять массивный стол из красного дерева над головой, не прилагая к этому никаких усилий. На шее его виднелся глубокий шрам, и за те годы, что Филипп знал его, Козлов ни разу не попытался скрыть его. Противно.

Козлов сел напротив него.

– Чем я могу вам помочь, милорд?

– Я только что получил информацию, что Теодор в опасности. Мне нужно, чтобы его нашли и доставили обратно в Таланию.

Козлов даже не моргнул своими жуткими серыми глазами.

– Я еще не видел этой информации. Откуда она?

Черт побери, почему этот человек не мог просто повиноваться, вместо того, чтобы задавать вопросы? Филипп переборол свой гнев.

– Мой источник вас не касается. Кто-то напал на Теодора две недели назад, и у меня есть все основания полагать, что атаки могут повториться. На данный момент мы защитим его лучше, чем он сам. У него нет для этого возможностей.

Лицо Козлова по-прежнему ничего не выражало.

– У Тео есть Гален. Этого вполне достаточно. – Он выпрямился на стуле. – Возвращение изгнанника противозаконно. Если он пересечет границу Таланской земли, его посадят в тюрьму. Это небезопасно, милорд.

– Я знаю закон, – выдохнул Филипп. – Я готов временно отменить решение о высылке, по крайней мере, пока мы не найдем источник нападений. – Когда Козлов даже не моргнул, на его лице появилось озабоченное выражение. – Ради бога, Козлов, он мой племянник. Я не могу позволить ему умереть.

– Хм. – Козлов наконец кивнул. – Я отправлю свою команду. – Он медленно поднялся на ноги. – Но прошу прощения, милорд, я не отдам приказ перевезти его через границу, пока его изгнание не будет отменено.

– Не забывай, кому ты служишь.

– Я хорошо осознаю это, милорд. – Козлов покачал головой. – Но я не могу гарантировать, что мои люди выполнят этот приказ. Они были людьми Галена Микоса до того, как я стал руководить ими, кроме того, им нравится Тео. Что касается этих двух мужчин, я могу попросить их о многом.

Филипп впился в него взглядом.

– Я позабочусь об этом. Можешь идти.

– Милорд. Я позабочусь об этом лично. – Козлов чуть склонил голову и вышел из комнаты.

Доверять главе службы безопасности было нельзя. О, Козлов никогда не нарушал приказы, но Филипп не мог гарантировать его лояльность, что в будущем могло бы стать серьезной проблемой. К черту Теодора и Галена. С ними двумя, источающими любовь и преданность, Филипп не мог соперничать. Людям, которым не нравились королевские замашки Теодора, наслаждались суровостью Галена, и наоборот.

Если ему придется убрать Теодора, то следует избавиться и от Галена. Мужчина не остановится, пока не найдет и не накажет виновных, что приведет его прямо к двери Филиппа. Пока власть была в его руках, они могли даже с девушкой разобраться. Обрубить все концы одним изящным жестом.

Во-первых, Филиппу нужно было вернуть их всех на Таланийскую землю.

И чем раньше, тем лучше.

Глава 15

Мэг убедила Галена посмотреть фильм, чтобы убить время, но он закончился, а Тео так и не вернулся. Она повернулась на диване, наблюдая за ним через стекло.

– Часто он так делает?

– Нет. – Выругался Гален. – Ему просто нужно время.

Это было сказано так по-мужски. Не то, чтобы не было случаев, когда человеку требовалось на время отдалиться от всего. Но у Тео не было привычки раздражаться по любому поводу, позволять гневу взять верх. Ему было больно, он расстроен, и если позволить ему и дальше пребывать в таком состоянии, то будет только хуже.

– Думаю, ты ошибаешься.

– Так ли?

– Именно так. Ему не нужно время, чтобы погрузиться в мысли еще больше. Нужно отвлечься.

Гален фыркнул.

– Бьюсь об заклад, что ты подразумеваешь определенный способ отвлечения внимания, не так ли?

– На самом деле, знаю. – Она начала вставать, но остановилась, когда он поймал ее за запястье. Мэг посмотрела на Галена, прочитав боль в его темных глазах – боль, которую, она не сомневалась, он показал намеренно. – Тебе есть, что сказать мне.

– Это ничего не исправит. Твой способ. Всего лишь заклеит кровоточащую рану пластырем. Наше время подходит к концу.

Странно, как то, что изначально казалось отдушиной, начало душить всех троих. У Мэг не было ответов. Они не были обычными людьми, по волю случая их дороги пересеклись. Их пункты назначения находились на противоположных концах света.

Знание всего этого не означало, что она оставит Тео наедине с его страданиями дольше, чем ему было нужно.

Она заставила себя улыбнуться, заставила перестать думать о будущем, которое никогда не включало ее рядом с ними.

– Давай, малыш. Давай улучшим настроение Тео.

– Я все еще думаю, что это ошибка.

Она тяжело вздохнула.

– Твоя жалоба рассмотрена и зарегистрирована. Поверь мне, когда я говорю, что ему это нужно. – Может, им всем. Волшебная ночь две недели назад казалась далеким маленьким событием, и она хотела вернуть ее себе и Галену также сильно, как и для Тео. – Идем, Гален. То, что должно произойти – произойдет, а сидеть здесь, замерев в ожидании, страдая, не принесет никакой пользы нам.

Наконец он позволил ей поднять себя на ноги.

– Ты прочитала об этом в книге? Потому что, если кто и озабочен тем, чем не в силах управлять, то это ты.

– Ха, ха. Забавно. – Она закатила глаза. – Да, я распланировала свою жизнь до мельчайших деталей. Ничего не изменилось, правда? Адская гонка все еще продолжается. – Жизнь в полном беспорядке. Она знала это лучше других.

Но эти двое превзошли ее в этом.

Мэг выпустила его руку и подошла к раздвижной стеклянной двери, ведущей на задний двор. Солнце проиграло битву луне, хоть ему и удалось выиграть немного времени и опуститься к земле так низко, не желая допустить даже секунду надвигающегося вечера. Он окрасит небо в розовый, оранжевый и цвета индиго, превратив прекрасный вид в нечто потустороннее.

Человек, сидящий на заднем дворе и глядящий на море, только усилил это ощущение. Тео был настолько милым, что напоминал падшего ангела, но его присутствие напоминало торговлю с демоном на перекрестке. Было хорошо – так хорошо, что причиняло сладкую боль – но в конце, когда он уйдет, она станет роковой.

Ее вздох. Ее сердце.

Каждая частичка души.

Остановись. Ты сказала Галену, что размышления не помогают, поэтому прислушайся к своему совету. Используй этот момент.

Его должно быть достаточно.

Мэг не обернулась посмотреть, идет Гален за ней или нет. Он пойдет. Он мог не знать, как помочь Тео выбраться из сложившейся ситуации, мог насрать на ее способы помощи, но в глубине души верил, что она проведет их до конца. На этот раз в ее руках был весь мир.

Тео, похоже, не заметил, что больше не один. Вот и хорошо. Он был таким же упрямым, как и они – в большей степени по-своему – и если она будет давить на него, он сломается. Такое происходило даже с таким человеком, как Тео. Обычно она довольно хорошо разбиралась в людях, но Тео носил столько масок, как женщины пробующие разные оттенки помады. Он очень ловко менялся на осторожного и хладнокровного человека. Шутки. Амбиции. Политически подкованный будущий король.

Но она знала его достаточно долго, чтобы разглядеть тлеющие угольки отчаяния внутри. Человек, потерявший мать, отца и цель, когда был изгнан из своего королевства. Гален мог быть воином, но Тео оказался волком, отрезанным от своей стаи. Он хоть раз оплакивал смерть отца?

Она так не думала.

А еще сомневалась о том, думал ли он о будущем, после того как добьется успеха. О, он всю свою жизнь стремился к этому. И она не беспокоилась о том, как он будет управлять страной, ее одолевал страх, что он сломается, когда все сразу обрушится на него. Марафонец, преодолевший мучительные препятствия, только для того, чтобы его тело развалилось напополам после долгожданного финиша.

Гален позаботится о нем. Это больше не будет твоей обязанностью.

Жаль, что она не могла больше контролировать свои чувства, также как и происходящее вокруг ее жизни в данный момент.

Мэг стянула рубашку, оставшись обнаженной. Она бросила ее на стул, стоящий на противоположном конце бассейна там же, где сидел Тео. Он не оглянулся. Бруди Макбродерсон. Она вытянула руки над головой и повернулась лицом к закату. От этого места веяло ароматом рая, и она позволила себе насладиться им в течение нескольких секунд.

Повернувшись, она увидела Галена, стоящего рядом с лестницей в бассейн. Он по-прежнему был в джинсах и обычной белой футболке, но в том, как он смотрел на нее, не было ничего расслабляющего. Ммм, да. Не обещание жаркого секса, но почти на грани. Она дерзко улыбнулась и подошла к нему, слегка покачивая бедра с каждым шагом.

– Насколько глубоко в бассейне?

– Пять футов. – Его взгляд метнулся к ее перевязанной руке. – Думаешь, это разумно?

– Я почти выздоровела. – И если она могла понежиться в ванне, то могла сделать это и в бассейне. Она остановилась перед ним и провела руками по его груди. – Гален?

Он позволил ей приблизиться на дюйм, его глаза так потемнели, что казалось, будто они поглощают свет заката.

– Да?

– Ммм. Боже, я люблю твое тело. Хоть и не могу выбрать любимую его часть. Задница. Плечи. Грудь. Бедра. Ты просто чертов шедевр.

– Не я. – Он начал смотреть через плечо Мэг, но она схватила его за пояс джинсов, снова привлекая его внимание к себе.

– Именно ты. – Она прижала ладонь к его члену. – Я бы хотела проделать все эти непозволительные штучки только для того, чтобы ты разрешил нам привязать тебя к кровати и грязно оттрахать тебя. – Мэг вздохнула от предвкушения. – Я уже мокрая, и мне больно только от одной мысли – растянуться на спине, стать беспомощной, способной лишь шептать грязные слова, чтобы убедить Тео дать тебе то, что ты хочешь.

– А чего я хочу?

Она приспустила его штаны и снова погладила грудь мужчины. Мэг поднялась на цыпочки, легкое дыхание опалило их губы.

– Он в твоей заднице. А я на твоем члене.

– Если ты предлагаешь...

Она толкнула его в бассейн. Подобное не должно было произойти – каждый дюйм тела Галена был сосредоточен, – но он был слишком близко к краю и не ожидал этого, потому и упал, как срубленное дерево. Когда он выплыл на поверхность, то Мэг рассмеялась – на его лице было написано надвигающееся возмездие за ее проступок.

– Лови меня. – Она прыгнула, приникла к его груди и обвила ногами его талию. Он не был готов к этому, и оба погрузились в воду.

Гален, наконец, обрел хладнокровие, выплыв с ней, все еще обнимающей его за талию, на поверхность.

– Задницу надеру тебе за это.

– Обещания, обещания. – Мэг снова засмеялась – ничего не могла с собой поделать. Гален выглядел рассерженным, как намокший кот в ванне, и вдвое более убийственным. Обняв его ногами крепче, она стянула рубашку и швырнула ее во внутренний дворик, куда она приземлилась с мокрым шлепком.

– Еще чуть-чуть, и обещания будут исполнены.

Он с легкостью высвободился из ее объятий и кинул подальше в бассейн. Мэг вскрикнула, погрузившись в воду, и к тому времени, когда она всплыла и убрала волосы с лица, Гален успел избавиться от джинсов. Он направился к ней, вода ласкала его бедра и член, потом достигла груди. Черт побери, ей следовало занять позицию на мелководье.

Гален схватил ее за талию и притянул к себе.

– Мне следует утопить тебя за это.

– Ооо, большой страшный человек. – Извивалась она в его руках. – Сделаешь это позже.

– Черт возьми, и сделаю. – Он снова кинул ее в воду, как кот, играющий со своей игрушкой. На этот раз Мэг не успела вскрикнуть, он бросился к ней быстрее. Поймал ее за бедра и развернулся, прижимаясь к краю длинного бассейна, своей грудью к ее спине.

Она посмотрела вниз, вниз, туда, где было море.

– Ты что, строил свой чертов бассейн на скале?

– Весь дом стоит на скале. – Он опустил голову, его губы коснулись ее уха. – Он наблюдает.

– Конечно, наблюдает. – Она прижалась к нему, дрожа от ощущения его твердого члена у задницы. – Готовы получить компенсацию за мою шутку?

Он прикусил ее за ушко.

– Слушаю.

– Ступеньки у бассейна.

Галену не нужно было повторять дважды. Забросив ее на плечо и окунув при этом в воду, он понес Мэг через весь бассейн к ступеням. Где он снова кинул ее в воду. Мэг выплыла, бормоча.

– Придурок.

– Виноват.

Она толкнула его в плечи, побуждая расположиться на верхней ступеньке. Они сели так, чтобы Гален смог видеть Тео. Его взгляд скользнул над ее головой, прежде чем опустился на лицо – вот и необходимое ей подтверждение. Тео наблюдал за ними вместо того, чтобы предаваться собственным мыслям.

Теперь им просто нужно было заманить его в воду.

Примерно так, как нам с Тео пришлось соблазнить Галена поиграть с нами в ту первую ночь.

Она улыбнулась этому воспоминанию и облизнула губы. Гален выглядел как морской бог, забредший не в тот водоем. Его темные волосы зачесаны назад, а капли воды любовно скатывались по его груди, ласково падая на живот. Ниже.

Она провела руками по его бедрам, встав между ними. Вода едва доходила ей до талии. Было бы лучше, если бы они расположились чуть выше, но ей слишком нравилось расслабленное тело Галена, чтобы попросить его выйти из бассейна. Его возбужденный член тяжело пульсировал напротив живота. О, да. Все будет хорошо. Мэг перекинула волосы через плечо, быстро встав в нужную позицию, затем наклонилась и взяла член Галена в рот. Было бы удобнее опуститься на колени на нижнюю ступеньку, но это шоу только для Тео.

Конечно, Гален сразу все понял.

– Он глаз не спускает с твоей задницы, детка. Воды немного, держу пари, если ты приподнимешь бедра, он увидит твою сладкую киску. Вот что ему нужно, не так ли? Вбиваться в тебя, пока ты мне отсасываешь. – Он обернул ее волосы вокруг кулака и откинулся назад. – Твою мать, если бы ты могла сейчас видеть себя. – Он замер. – Раздвинь ноги еще немного. Ага, вот так. Прогни позвоночник, детка. Он встает.

Мэг повиновалась. Вода стекала по ее киске, но это прикосновение было не достаточно сильным, чтобы доставить ей то наслаждение, в котором девушка так сильно нуждалась. Струи лишь дразнили ее желание. Слова Галена были повсюду, она могла чувствовать взгляд Тео, направленный на самую сокровенную часть ее тела, как он и говорил. Поиграй с нами, Тео. Коснись. Ласкай. Трахай.

Нас.

Было ли в английском языке что-то более эротичнее этого слова?

Гален дернул ее за волосы.

– Не позволяй его глазам, трахающим твою киску, отвлекать тебя от главного – как доставить мне удовольствие. Соси меня как в последний раз.

Она задрожала и оперлась одной рукой о его бедро. Свободной рукой она обхватила его яйца, позволив воде и пальцам ласкать их, пока она облизывала его член. Челюсть уже начала болеть от его размера, но это стоило того, чтобы услышать тихое ругательство, когда его достоинство коснулось ее горла. Отодвинувшись, Мэг провела языком от щели до основания. Запоздало сообразив, что закрыла глаза.

Открыв их, она увидела, что Гален наблюдал за ней, от чего у нее перехватило дыхание. Он был не просто мужчиной, которому подарила самый лучший в мире минет обнаженная цыпочка в бассейне, пока его лучший друг наблюдал за ними. В его темных глазах отражалась не просто похоть и желание, а обладание.

– Приготовься, малышка.

С членом у нее во рту, у девушки не было возможности спросить его, что он имел в виду, прежде чем Мэг почувствовала сомкнувшиеся вокруг ее бедер руки и член вошел глубоко в ее лоно. Тео отстранился и снова взял ее, достаточно сильно, она выпустила член Галена из рук и так глубоко погрузила в горло, что у нее заслезились глаза. Гален отстранился раньше, чем она. Он поднял ее со своего члена – с обоих членов – и развернул, усадив к себе на колени и прижав ее ноги по обе стороны от своих бедер.

– Хочешь трахать ее киску, Тео? Чтобы забыть разочарование в толчках? – Он провел пальцем по ее влажной киске. – Давай.

Она никогда раньше не видела, чтобы Тео терял контроль. В его голубых глазах бушевала буря. Сократив расстояние между ними, он снова вошел в нее. Гален обхватил бедра Мэг, удерживая ее на месте, помогая выдерживать толчки Тео и подстрекая его своими словами.

– Правильно, Тео. Она мокрая, тесная и готова ко всему, что ты ей дашь. Продолжай. Она справится.

Вот оно, снова – восхитительное чувство, что ты игрушка в их руках.

Тео одной рукой обхватил ее бедро, а другой плечо Галена, снова и снова врезаясь в девушку; оба обнимали ее, раскрывая для него. Это было…

Не было слов.

Тео сделал еще один грубый толчок и прижался к ее шее.

– Это то, что вы хотели.

– Да. – Она не могла обхватить его ногами, поэтому провела руками по его спине, прижимая как можно ближе. – Дай мне это, малыш. Я вся твоя. – Весь его гнев, разочарование и желание. Гален был прав. Она сможет это выдержать.

Она хотела забрать их все себе.

Гален обхватил Тео сзади за шею, потянув для поцелуя.

– Продолжай. Мы тебя поймаем.

Тео снова начал двигаться, прижимая ее к груди Галена, как будто объединяя их двоих – троих, – если бы применил достаточно силы. Мэг расслабилась, позволяя двум мужчинам окружить себя. Словно чувствуя ее капитуляцию, Гален одной рукой приласкал ее клитор, от чего спираль удовольствия пронзила все ее тело. Лицо Тео с одной стороны от ее шеи, дыхание Галена с другой… Невозможно было скрыть идеальный образ. Они окружили ее. Потрясли.

Заставили почувствовать себя в безопасности.

Гален обводил ее клитор быстрыми движениями, которые она любила, даже когда Тео врезался в нее. Мужчина зарычал ей в шею.

– Когда он закончит с тобой, наступит моя очередь, детка. Этот минет меня только раздразнил, а я собираюсь брать твою киску так же, как сейчас это делает Тео. – Послышался его грубый и резкий смех. – Он на взводе. Пара минут на передышку, и он снова будет готов ласкать тебя. Как долго ты сможешь продержаться, прежде чем будешь умолять о пощаде?

– Я смогу выдержать все, – выдохнула она.

– Хорошо. Потому что ты, черт возьми, хорошо справляешься. – Он сильнее нажал на клитор.

Слишком много ощущений, должно быть, он понял это. Мэг закричала, а Гален не прекращал страстные прикосновения, пока Тео буйствовал внутри нее; его движения сбились, когда он выругался и кончил. Но он не сразу вышел. Тео окутал их, проводя рукой по ее телу, чтобы обхватить за шею.

– Мэг.

Ее имя прозвучало так, как будто она принадлежала ему.

Может, он ей тоже принадлежал.

Он поднял ее с Галена и кивнул своему другу.

– Стулья.

– Угу.

Тео перебросил ее через плечо и поднялся по лестнице бассейна. Мэг шлепнула его по заднице.

– Мне надоело, что меня постоянно таскают, как какой-то военный трофей.

– Нет, это не так.

И это было правдой.

К тому времени, как они добрались до стула, на котором ранее сидел Тео, Гален уже нашел три полотенца. Он завернул девушку в одно из них, как только Тео поставил ее на ноги, а другое передал Тео. Они обтирались быстрыми и четкими движениями, но Мэг никак не могла отвести взгляда от напряженного члена Галена. Ведь он ей обещал.

– Нравится то, что видишь?

– Ты же знаешь, что да.

Он покачал головой.

– Бесстыжая.

– Тебе это нравится.

– Дети, – остановил их Тео. Он упал на то же стул, на котором сидел раньше. – Наклонись над столом, принцесса. Раздвинь ноги.

Стол был из непонятного слегка шершавого камня, может быть, из гранита, и она задрожала, наклоняясь. Он охладил ее влажную кожу и был немного грубым для ее чувствительных сосков. Схватившись за стол с обеих сторон, она сделала то, что хотел Гален. С чем большую часть своей жизни боролась не на жизнь, а на смерть.

Сдалась.

Гален встал между ее раздвинутых ног, волосы на его бедрах щекотали кожу. Его палец проник в ее лоно.

– Она мокрая из-за тебя, не так ли, Тео? Подготовил ее для меня.

– Можешь поблагодарить меня, отсосав мой член позже.

Она почувствовала спиной смех Галена.

– Не сомневайся, я это сделаю. – Его возбужденный член одним крепким толчком наполнил ее. Она ждала, что он потеряет контроль так же, как и Тео, но Мэг плохо их знала. Уж слишком хорошо они дополняли друг друга, чтобы потерять контроль одновременно, даже если она спрашивала, как бы это было, если бы это произошло.

Если она выживет, конечно.

Уверена, было бы восхитительно.

Он наклонился, прижимаясь к ее спине, вдавливая своим теплым телом в холодную поверхность стола.

– Ты как, детка?

Проверка.

Ее грудь так сильно вжалась, что потребовалось сделать несколько вдохов, чтобы сформулировать ответ.

– Я в порядке.

– Ммм. – Он медленно двигался в ней, позволяя почувствовать каждый дюйм своего члена. Потом прикоснулся к ее повязке, будто убеждая себя в ее целостности. – Я передумал. Мы сделаем это по-другому. – Гален вышел из нее и указал на Тео большим пальцем. – Кровать. Сейчас же.

Она ждала, что он, как пещерный человек, потащит ее в свое логово, но он только взял ее за запястье и потянул в дом. Гален опустился на кровать, задумался, встал и переместился в изножье, положив голову на матрас. Потом притянул девушку к себе и вошел в нее одним толчком.

– Лучше.

Он давал ей возможность контролировать темп. Позволил решить – что для нее слишком. В груди что-то сжалось. А, может, это и к лучшему. Она сомневалась. Мэг закусила нижнюю губу.

– Ага. Лучше.

Тео встал над ними и грубо погладил член. Как и говорил Гален, он снова стал твердым. Боже, чем кормили этих таланийских мужчин? Тео бросил взгляд на ее повязку, и в его голубых глазах промелькнуло чувство вины. Встретившись с ее глазами, часть его животной ненависти отступила.

– Я причинил тебе боль?

– Нет.

Его рот скривился.

– Ты бы сказала, если да?

– Я бы сказал тебе, если да. – Гален схватил Тео за руки, потянув к краю кровати. – Сфокусируйся, засранец. Ты хочешь минет или нет?

Тео внимательно осмотрел и обоих, начиная с макушки Мэг, лаская ее лицо, задерживаясь на груди и киске с членом Галена внутри, затем вверх по груди Галена к его лицу.

– Да, Гален, я хочу, чтобы ты отсосал у меня. Я зол на вас обоих из-за устроенного мини-шоу.

– Знаю. – В его голосе не было ни капли сожаления.

Тогда Тео уперся в матрас и направил свой член в рот Галена. Мэг начала двигаться, наблюдая, как он исчезает в глотке мужчины.

– Боже. – Так приятно было смотреть, как они трахаются. Лучше, чем хорошо, хоть и сквозили между ними нотки грусти и подавленной похоти. Верхом на члене Галена, пока он отсасывал у Тео? Она уперлась руками в грудь Галена и задвигалась быстрее, стремясь получить оргазм, пока Тео трахал рот Галена.

– От вас двоих сплошные неприятности, – пробормотал Тео, толкаясь еще глубже; его голубые глаза потемнели. – Как я могу решить проблемы, пока ты резвишься в бассейне, сосешь его член и отсвечиваешь сладкой киской, как будто я могу проигнорировать такое вопиющее приглашение. – Он объезжал рот Галена, пока она скакала на его члене. – Все правильно, Гален. Ты знаешь, как мне нравится.

Было слишком хорошо. Настолько, что казалось идеальным. Стремясь усилить удовольствие, Мэг откинулась назад и ладонью накрыла яйца Галена.

– Думаешь, он кончит прежде, прежде чем ты?

Тео лукаво улыбнулся ей.

– Сейчас и узнаем.

Гален поерзал, одной рукой схватив за бедро Мэг, а другой – Тео. Он хотел больше прикосновений, ему нравилось, как она ласкала его яйца. Не достаточно накала. Его контроль был слишком хорош. Удовольствие уже бежало по ее телу, задевая нервные окончания и дразня очередным оргазмом. Она сдерживала его, пытаясь продлить совершенство момента. Мэг прижалась двумя пальцами к его заднице, проникая внутрь. Рука Галена судорожно сжала ее бедро, а затем он кончил, заполняя ее спермой. О боже, о боже, о боже, чертовски хорошо.

Тео вышел изо рта Галена.

– На живот. – Он взглянул на Мэг. – Похоже, ей нужен еще один оргазм, верно?

Гален поднялся, уложив ее на спину. Он целовал Мэг, как будто нуждался в ней больше, чем в воздухе, а затем отошел в сторону и погладил пальцами киску.

– В следующий раз ты будешь объезжать мой рот, а он – мою задницу.

Она вздрогнула и шире раздвинула ноги.

– Да. – Мэг видела, как Тео схватил смазку и встал позади Галена. Да, да, да.

Гален засмеялся ей в шею.

– Тебе нравится смотреть на нас, верно?

Нет смысла врать.

– Я уже мокрая, просто находясь в комнате и смотря на вас.

Гален проник в нее двумя пальцами, пока Тео ввел свой член в его задницу. Его рука подстроилась под ритм бедер Тео, трахая ее. Мэг развернулась и поцеловала его, скача на его руке, прежде чем еще один оргазм взорвался в ее теле. Прижавшись к матрасу, она сквозь дымку удовольствия наблюдала за ними.

– Вы – самые красивые мужчины, которых я когда-либо видела. Особенно сейчас. – То, как Тео смотрел на Галена… Она не сомневалась, что они любят друг друга. Она никогда не сомневалась в этом.

Впервые с тех пор, как все это началось, Мэг позволила предаться мечтам, что они будут смотреть на нее так же, как друг на друга.

Чтобы они тоже любили ее.

Глава 16

Мэг проснулась в объятиях Тео. С другой стороны его обнимал Гален, как будто пытаясь защитить его своим телом, даже во сне. Выражения обоих лиц расслабленные. Они не были невинными – никакое чудо не смогло бы это изменить, – но, казалось, что на какое-то время они отстранились от своего бремени. Стали легче.

Ей хотелось сгрести их в охапку и остаться здесь навсегда. Послать к черту их обязанности и ответственность, свернуть со своего жизненного пути и просто быть вместе, стремиться к совместному счастью.

Я люблю их.

У Мэг перехватило дыхание, сдавливая грудь. Нет, она не могла их любить. Они всего три недели провели вместе. Люди не могут полюбить друг друга за три недели. Даже если они забавные, расчетливые, амбициозные принцы-изгнанники. Или их сварливые, властные, защищающие телохранители.

Она могла сослаться на то, что секс затуманил ее мозги, но прошло достаточно драгоценного времени и девушка пришла к логичному выводу. Где-то она свернула с начертанного пути и влюбилась в них обоих. Может быть, это произошло, когда Тео нес ее через все долбаное поле, уводя их в безопасное место. Или когда он говорил о своих родителях, своей стране. Не имел значения тот момент, потому что он проскользнул сквозь все ее защитные барьеры прямо в сердце.

С Галеном она точно знала, когда влюбилась.

Вчера. На кухне. Когда его забота о Тео заполнила комнату. Нежность под его шипастым характером.

Боже, как же она облажалась.

Она выскользнула из постели и быстро направилась в ванную. Справившись с делами, она плеснула водой на лицо и посмотрела на свое отражение в зеркале. Мэг уже не была такой, как три недели назад. Может, немного загоревшей. Ее тело украшало множество доказательств потрясающего секса с двумя мужчинами. Она немного прибавила в весе, исчез изможденный вид после летней работы.

Но она все равно осталась такой же.

Просто Мэг.

Девушка покачала головой и вышла из ванной. Оба мужчины все еще спали, но даже вдали от Нью-Йорка, она не привыкла так много отдыхать. Последние две недели были другими из-за ее выздоровления, но теперь, когда она чувствовала себя лучше, ее охватило беспокойство. Может быть, спрятаться здесь на всю оставшуюся жизнь – не слишком надежный план.

Дом построен в виде перевернутой буквы «U», с кухней и гостиной с одной стороны и спальней с другой. Между ними не было дверей, и это создавало иллюзию уединения, особую роль играл открывавшийся вид из окон, тянущихся вдоль всей стены, выходящей на Эгейское море.

Она прошла на кухню и стала искать кофе. Еще несколько минут ушло на то, чтобы понять работу кофеварки, и, наконец, у Мэг все получилось. Она потянулась, когда дразнящий аромат разнесся по кухне, и улыбнулась. Кофе меняет все к лучшему.

Мэг развернулась к окну и застыла.

С другой стороны стоял мужчина. Высокий – выше Галена и Тео – и одет во все черное, от рубашки до джинсов и ботинок. Каштановые волосы и загорелая кожа говорили либо о часах, проведенных на солнце, либо о превосходной генетике. Рваный шрам вокруг горла, похоже, кто-то пытался задушить его.

И он уставил пистолет прямо на ее грудь.

Она подняла руки, но, учитывая, что она была обнаженной, как при своем рождении, то этот жест мало что значил. Он указал на раздвижную стеклянную дверь, и она заколебалась. Было ли стекло пуленепробиваемым? Кажется, Гален мог установить нечто подобное в своем доме. Он был таким параноиком.

Но гарантий у нее не было.

Если она впустит его, он убьет их всех.

Если не впустит, то разобьет окно и все равно всех убьет.

Все варианты отстойны.

– Открой дверь, детка.

Она подпрыгнула. Не увидела Галена в другой части здания, отделяющей спальню от других комнат, но, видимо, некие паучьи инстинкты не давали ему расслабиться, и он проснулся. Слава Богу. Она медленно подошла к двери, с ужасом осознавая, что пистолет нацелен ей в грудь. Щелкнула замком и отошла.

Бандит не терял времени зря. Он вошел в дом и закрыл за собой дверь, ни разу не прерывая зрительный контакт с ней. К его чести на наготу он не смотрел, но, учитывая, что мужчина только что ворвался в дом, наставив на нее пистолет, чествовать его в доме не хотелось.

– Хорош, Козлов. – Голос Галена раздался справа от нее. Он вышел из-за стены, направив свой пистолет на незнакомца. Успел надеть штаны. Он передал ей халат, который держал в свободной руке. – Ты как?

Она поспешила облачиться в него и завязать пояс.

– В порядке.

Козлов пристально смотрел на них и поднял руки вверх, показав, что поставил предохранитель на оружие.

– Я здесь, чтобы поговорить.

– Тогда говори. – Не оглядываясь, Гален схватил ее за руку и потянул за спину, встав между ней и Козловым.

Ладони коснулись ее плеч, появился Тео, подошедший к Галену.

– Исаак. Долго не видел тебя.

Козлов – или Исаак – начал кланяться, но остановился, осознав, что Тео больше не наследный принц.

– Ваше высочество.

– Уже нет.

Исаак посмотрел на пистолет Галена.

– Филипп послал меня за вами. Утверждает, что на твою жизнь покушаются, беспокоится о тебе. – Он медленно убрал пистолет в кобуру. – Ситуация показалась мне забавной. Если он так сильно заботится, то какого хрена он вообще изгнал тебя. Наводит на определенные мысли.

– Никогда не думай, Козлов. Пагубно влияет на здоровье. – Гален даже не пытался опустить пистолет. За его большой спиной она никак не могла полностью увидеть Исаака, но не хотела выходить и любопытничать. Очевидно, между ними есть своя история.

– Что ж, Микос, не будь таким. Ты чертовски хорошо знаешь, что я мог проникнуть сюда и увести всех троих, пока вы спали. Это ведь я занимался чертовой охраной с самого начала. Думаешь, не смог бы догадаться, что к чему?

Мэг моргнула. Хм. Вот это поворот.

Гален выругался и прижал пистолет к боку.

– Что ты здесь делаешь?

– Как я уже сказал, Филипп отдал мне приказ. Я подчиняюсь.

Тео фыркнул.

– Упакуешь мою душу в конверт и отправишь. Филипп хочет, чтобы я был связан, как индейка, или достаточно традиционного черного мешка на голове?

Мэг сдвинулась между ними ровно настолько, чтобы увидеть происходящее вокруг. Легкая улыбка Тео, но она достаточно хорошо узнала его, чтобы распознать маску. Гален выглядел так, будто был готов выстрелить Исааку в голову и бросить его в море.

– Мне правда нужно выпить кофе. – Она не сразу осознала, что сказала об этом вслух, пока все трое мужчин не посмотрели на нее. Тяжело сглотнув, она не стала брать их назад. – Похоже, разговор будет долгим, требующий особого внимания, и кофе просто необходим.

Глаза Галена вспыхнули, но Тео кивнул.

– Кофе. – Он указал Исааку на стол у кухонного гарнитура. – Извини, но я попрошу тебя оставить оружие на журнальном столике.

– Конечно. – Исаак подошел к журнальному столику и осторожно положил на него пистолет. За ним последовал еще один, который хранился в его сапоге. И три ножа, непонятно откуда появившееся. Наконец, он подошел к обеденному столу и прислонился к стене рядом с окном.

Мэг заколебалась, но Тео прижал руку к ее пояснице.

– Не показывай страха, принцесса, – пробормотал он. – Выше голову.

У нее получится. Пока она пьет кофе, мужчина, наставивший на нее пистолет, будет рассказывать ее любовникам… все, ради чего он сюда заявился. Еще страннее, чем когда ее подстрелили или залатали в симпатичном маленьком коттедже в Германии, или то, что случилось с ней после встречи с Тео и Галеном.

Пока она доставала кружки из шкафа, Тео сел прямо напротив Исаака. Гален занял позицию у кухонного островка, достаточно далеко, чтобы оказаться почти в слепой зоне Исаака. Зажали между собой. Не сможет избежать атаки, если оба нападут на него из этих позиций.

А может, она смотрела слишком много боевиков.

Мэг принесла кофе мужчинам и вернулась на кухню. Если ситуация выйдет из-под контроля, она сможет спрятаться за тяжелые шкафы или выскочить через переднюю дверь. Хотя она сомневалась, что Исаак явился сюда один. Было бы глупо, а он не показался ей глупым человеком. Возможно, тем, кто оказался в безвыходной ситуации, находясь между своим нынешним монархом и тем, кого он явно поддерживал до изгнания. Насчет Галена нужно было подумать.

Лучше переждать и дать мужчинам разобраться. Все это резко сокращает ее возможность остаться при разговоре, ведь один из них может приказать уйти, и ей снова придется подслушивать, чтобы быть в курсе происходящего. Мэг прислонилась к стойке и отпила кофе.

Тео откинулся на спинку сиденья, от него исходила такая сила, будто он король, несмотря на окружение.

– Я очень внимательно слушаю тебя.

Тео внимательно смотрел на Исаака, пока тот пил кофе.

– Правильно ли я понял. Мой дядя хочет, чтобы ты вернул нас всех в Таланию... ради нашей предполагаемой безопасности.

Исаак бросил взгляд на Галена.

– Примерно так и есть. – Он так внезапно наклонился вперед, что Гален потянулся за пистолетом, но глаза Исаака смотрели только на Тео. – Он не мой король. Эдвард мог бы быть им, если бы представился шанс, но рядом с блистательным кукловодом Филиппом они минимальны.

– Твои слова попахивают изменой. – Именно этого опасался Тео. Эдвард был хорошим ребенком, его мать баловала и защищала обоих детей, как могла. Подарок, который уже давно перерос подобное обращение. Слишком ранимый, не умеющий себя контролировать, жаждущий одобрения других людей. Для обычного человека все это не было бы ужасным. Ему уже семнадцать. Большая часть из них с возрастом исчезнет, когда он узнает свое предназначение.

Но стать королем?

Филиппу не составит труда заставить Эдварда делать все, что он захочет и когда он этого захочет.

Не то чтобы Тео высказал все это Исааку. Он может и был заместителем Галена в течение последних десяти лет, но также давал клятву верности служить Талании, а в данный момент Тео и Гален противостояли тому, чего хотел регент этой страны.

Исаак не двинулся с места. Казалось, он едва дышал.

– Вы пытаетесь вернуть трон. Вот почему он полон решимости взять все под контроль. – Ненадолго замолчал. – Он собирается убить вас.

– Честно говоря, уже попытался. – Тео откинулся назад, всем своим видом изображая спокойствие, созерцая свой кофе. – Сколько у нас есть времени, прежде чем он что-то заподозорит?

– Двадцать четыре часа. Я – мастер своего дела, и он это знает. – Мужчина еще раз взглянул на Галена. – Ну, после тебя, конечно. Но у меня есть преимущество: я знаю Галена лучше, чем кто-либо. Филипп в курсе этого. Он ждет, что я вытащу вас из любого укрытия, в которое вы успели забраться. – Он указал на дом вокруг них. – Вот и доказательство.

Двадцати четырех часов недостаточно. Они до сих пор не знали, что значило это проклятое свидетельство о рождении, как оно могло стать ключом к разгадке всей головоломки. И было ли оно ключом. В такой момент Филипп вполне мог подкинуть его ради извращенного наслаждения дать им надежду, чтобы потом вырвать ее, после того как Тео прошел через столько трудностей, чтобы заполучить его.

– А после этого вы будете выполнять мои приказы.

Исааку хватило такта показать щекотливость ситуации.

– Может, я и не согласен с тем, как Филипп ведет дела, но ваши брат и сестра – члены королевской семьи, следующие в очереди на престол. – Еще один проблеск сомнения. – Если есть возможность вернуть трон...

Тео поднял руку.

– Если бы и была, я бы не сказал, потому что он итак поставил тебя в дерьмовое положение. Я слишком тебя уважаю, чтобы еще больше впутывать. – Его рука упала. – Надеюсь, ты станешь также уважать нашу частную жизнь в течение следующих двадцати четырех часов, прежде чем сделаешь то, ради чего пришел.

– Разумеется, вы можете рассчитывать на конфиденциальность. – Он показал большим пальцем через плечо. – Буду наблюдать издалека, чтобы вы больше не сбежали.

Он ожидал этого. Тео поставил кружку.

– Последнее слово.

– Да?

– Не нужно вмешивать в это Мэг. – Он еще не готов расстаться с ней, но выбор был один – вернуться с ней в Таланию и подвергнуть ее еще большей опасности, чем до этого момента... Нет. Тео эгоист – он первый признал это… но не настолько. – Мы отправим ее обратно в Нью-Йорк. Сделаем вид, что ее здесь никогда не было.

Жуткие голубые глаза Исаака метнулись с него на Галена и Мэг.

– У меня есть приказ.

Гален переместился, приковав к себе внимание.

– Филиппа больше заботят мы, чем она. Он останется доволен.

– У меня есть приказ, – снова повторил Исаак. И повернулся к Тео. – Вы же знаете, что он пошлет кого-нибудь забрать ее, если станете сопротивляться.

Да, он бы так и сделал. Тео кинул взгляд на часы над головой Исаака.

– Двадцать четыре часа. Исаак. Я ожидаю, что ты сдержишь слово.

– Да, ваше высочество. – Он встал, слегка поклонился и вышел тем же путем, которым пришел, подобрав по пути оружие.

Гален подошел к двери и запер, хотя это мало бы помогло. Не удержало в первый раз, не помешает и во второй, если передумает или Филипп изменит свои приказы. Тео вздохнул.

– Все катится к чертям.

Мэг обошла кухонный островок и хмуро посмотрела на него. Она была видением в этом коротком белом халате, темные волосы спутанными прядями обрамляли лицо, а рот был таким пухлым, будто его только что оттрахали. Халат распахнулся при движении, обнажив ее животик, который сразу же привлек его взгляд. Девушка щелкнула пальцами возле глаз.

– Глаза вверх, Тео. – Она нахмурилась сильнее. – Ты серьезно собираешься бросить меня в самолет и поехать на встречу со своим дядей, зная, что он задумал для тебя что-то неприятное?

– Я собираюсь посадить тебя в самолет именно потому, что мой дядя что-то задумал. – Филипп использовал бы их друг против друга, а, получив желаемое, избавился бы.

Мэг долго смотрела на него.

– Мне не нравится этот план.

– Никому не нравится. – Тео поднялся на ноги и взял ее за руки. Мужчина взглянул на Галена. – Мы обещали, что с тобой ничего не случится, принцесса. Один раз уже облажались, но это не значит, что я остановлюсь – что любой из нас остановится.

– А ты? Если с тобой что-то случится…

– Звериная натура.

Мэг протянула руку и коснулась его лица.

– Не делай этого. Не ведите себя так, будто не имеет значения то, что с вами происходит. Это важно.

Гален подошел и положил пистолет на кухонный стол.

– Он прав. Есть неплохой шанс, что Филипп отпустит тебя, если возьмет нас обоих под свой контроль. Мы – таланийцы, не важно – изгнаны или нет, – подвержены законам Талании. А ты американка. Если станет известно, что Филипп Фитцчарлз приказал похитить американку, то политические разбирательства обернуться для него кошмаром. Он слишком умен, чтобы так рисковать.

Тео позволил себе слегка улыбнуться.

– Вижу, ты разговаривал с Алариком. – Если и было что-то хорошее в двоюродном брате, так это его болтливый язык. Тео в любом случае не мог доказать, докладывает ли Аларик напрямую Филиппу, но у мужчины немало поклонников в Интернете из-за его природного шарма и того, что он являлся родственником покойной королевы Талании.

Тео подстраховался, что, если Филипп предпримет в отношении Мэг выходящее за рамки закона, то публичное заявление Аларика принесет ему большую пользу. Он не таясь обсуждал странную ситуацию, сложившуюся вокруг необычного интереса со стороны властей Талании к какой-то бедной американской девушке, случайно сходившей на свидание не с тем парнем.

Ненадежно – да, в противном случае Тео еще раньше разыграл бы все карты, но если у Филиппа будет то, чего он так явно жаждет, то, возможно, он не станет преследовать Мэг, дабы не навлечь на себя еще больше неприятностей.

Гален покачал головой.

– Ты должен был сказать мне, что зациклился на этом идиоте. Должен быть более надежный способ защитить ее.

– Эй, она стоит прямо здесь. – Мэг встала так, чтобы видеть обоих сразу. – Нельзя принимать решение без моего участия.

– Ты этого хотела, принцесса. Вернуться домой, к своей жизни. Следовать своему плану. – Чтобы быть с ними она уже от многого отказалась. Он еще не успел рассказать ей о деньгах, но, честно говоря, и Гален об этом не знает.

Мэг вздохнула.

– Все полетело к чертям. У меня был план. Очень хороший план, а теперь…

– Это не важно. – В темных глазах Галена блеснула та же эмоция, поселившаяся в груди Тео. Давящая так, что он больше никогда не сможет сделать глубокий вдох. Любовь. Он тоже ее любит. Ни Гален, ни Тео не могли рассказать ей об этом. С их стороны это было бы слишком жестоко – произнести три коротких слова, прежде чем она вернется к прежней жизни, из которой они ее выдернули. Выросшая во власти чужих желаний и изо всех сил стремящаяся к свободе.

Он уже не тот, кто снова набросит на нее цепи.

Ни один из них не стал бы этого делать.

Гален откинул волосы с ее лица.

– Нет возможности разобраться с этой дерьмовой ситуацией безболезненно. Независимо от того, как все сложится, найдутся другие проблемы, которые нас сломают. Лучше тебе вернуться сейчас, восстановить свою прежнюю жизнь. Получить степень. Стать самым лучшим бухгалтером, пока не поймешь, чем на самом деле хочешь заниматься в этой жизни.

Он знал, что будет дальше. Найдет мужчину, который будет поклоняется земле, по которой она ходит. Влюбиться в него. Выйдет замуж. Создаст семью.

Черт. Он сглотнул, казалось, внутри все превратилось в осколки стекла при мысли о том, что Мэг остепенится с каким-то засранцем. Вот только он не мог быть этим засранцем. Для этого она слишком умна. Найдет достойного парня с хорошим окладом, за которым не гонится смерть. Ему понадобится время, чтобы преодолеть множество стен вокруг ее сердца, но, если он уверен в себе, – справится.

Она будет счастлива.

Счастливее, чем могла быть, находясь в непонятном полусекретном компрометирующем подобии отношений с ним и Галеном.

Мэг отшатнулась от прикосновения Галена.

– Разумом я понимаю, что ты прав. И это отстой.

– Да, – выдохнул Тео.

Она сжала губы и расправила плечи.

– Не вижу смысла спорить об этом. Давайте просто… – Она вздрогнула. – Давайте еще раз взглянем на свидетельство о рождении. Вам нужен план на всякий случай по возвращении в Таланию, иначе вы действительно попадете в ловушку.

Боже, он так сильно ее любит, что, казалось, сердце могло выскочить из груди. Тео откашлялся.

– Да. Конечно. Давайте осмотрим его. – Он подошел к хранилищу, где они спрятали свои вещи, и вытащил папку, в которой хранил различные документы, кропотливо собранные ими за последние несколько месяцев.

Выложив их на кухонном острове, Тео просмотрел их в миллионный раз, но ничего не изменилось. Никаких секретов неожиданно не раскрылось, ударив его по лицу решениями. Путь двигаться дальше не получилось найти.

Бесполезно.

– Подожди минутку, – пробормотала Мэг. Она взяла свидетельство о рождении и поднесла его к первому свидетельству о браке. – Они оба правильные?

– Свидетельство о браке – копия, которую мы получили из здания суда в Лас-Вегасе, оно официальное. То, что нам дала Алексис, тоже. – По крайней мере, на них правильно указаны даты.

Мэг указала на дату рождения в свидетельстве о браке.

– Тогда здесь неправильно.

Тео нахмурился и подошел ближе. В свидетельстве о браке Мэри была написано: 1969 год рождения. Он отобрал свидетельство. Такое старое, местами выцветшее так, что он даже не заметил измененную в конце цифру. Было похоже на девятку. Нет.

Это была семерка.

Он быстро посчитал в уме.

– Но это значит, что ей было...

– Шестнадцать, когда она вышла замуж за своего первого мужа. Технически законно, если у нее было письменное согласие хотя бы одного из родителей.

– Не было согласия. – Он точно знал это. Мэри сбежала из дома. Ее родители даже не знали, что она находится в Штатах, пока она не вышла замуж.

Гален будто навечно склонился над листком.

– Не говоря уже о том, что здесь был бы указан верный год рождения, будь у нее разрешение родителей. А раз они дали, то она соврала. – Он выдержал взгляд Тео. – Она соврала. Ее псевдоразвод не имел значения, потому что брак изначально был незаконным.

Мэг робко улыбнулась ему.

– Поздравляю, Тео. Или я должна сказать, Ваше высочество? Ты был прав. Именно ты – законный король Талании.

Глава 17

Они отвезли Мэг в аэропорт.

Гален вместе с Тео смотрели, как она стояла в очереди к кассе. Через несколько часов она вернется в Нью-Йорк и будет в безопасности. В самолете их жизни навсегда оборвутся.

– Ты уверен в этом?

– Ты ее любишь?

Гален резко обернулся, от удивления покачнувшись на пятках.

– Что это за вопрос, черт возьми?

– Тот, на который ты с удовольствием мог бы прокричать ответ. – Тео слегка улыбнулся. – Думаешь, что все смог бы оставить в прошлом? Знаю, тебе понравился Нью-Йорк.

О чем он говорит?

Тео не стал ждать ответа. Он поднял телефон, на экране высветился авиабилет на имя Галена.

– Тебе следует полететь с ней.

– Какого?

– Я воспринимал тебя как должное. – Тео убрал телефон в карман. – Ты всегда был рядом, и я никогда не думал о дне, когда все изменится. Все это чертовски неправильно, Гален. Единственная причина, из-за которой ты рядом, – это то, что тебе кажется, будто ты мне должен. Это не так. Долга никогда не было, а если и был, то ты вернул его тысячу раз. Теперь я у тебя в долгу. – В его голубых глазах вспыхнула горечь. – Ты отдал мне половину своей жизни, пожертвовал всеми возможностями обрести счастье, которые без сомнения были.

Появилось желание убить Тео. Гален сократил расстояние между ними.

– Я люблю тебя, идиот. Ты делаешь меня счастливым.

– Я делал тебя счастливым. Делал в прошедшем времени. Больше нет. Черт, ты понимаешь это лучше меня. – Тео грустно ему улыбнулся. – Вы заслуживаете большего, чем стать чьим-то маленьким грязным секретом.

– Кто будет прикрывать тебе спину, если не я? – Мысль о Тео, разбирающегося в дебрях политики Талании без Галена, вызвала у него тошноту. Кому он мог доверить Тео, кроме себя?

Он застыл.

Откуда этот вопрос, черт возьми? Ему было откровенно безразлично, как Тео будет действовать в одиночку, потому что он не собирался оставлять его.

– Вижу этот взгляд в твоих глазах. – Пожалуй, улыбка Тео стала еще более кислой. – Ты такой же, как наша Мэг, так сосредоточен на выбранном тобой пути, что не можешь остановиться и ответить на вопрос – правильный ли он.

– Я не оставлю тебя. – Немыслимо. Его жизнь и жизнь Тео неразрывно связаны. Так было почти два десятилетия.

Тео обхватил подбородок Галена и провел большим пальцем по нижней губе.

– Да, верно. Иди с нашей девушкой. Она не может принадлежать мне, ни один из вас, но думаю, вы будете счастливы, если немного спрячете свои шипы. – Он опустил руку. – Кроме того, кто-то должен ей помешать прилететь следующим рейсом и надрать мне задницу, как только она проверит свой банковский счет.

Ради бога.

– Что ты сделал?

– Поезжай с ней в Нью-Йорк и узнаешь. – Он чуть отвернулся. – А, вот и он.

Козлов подошел с сумкой в руке и передал ее Тео.

– Упаковано в соответствии с вашими требованиями.

– Спасибо. – Тео повернулся к Галену и сунул багаж ему в руки. – Регистрацию вы уже прошли. Здесь одежда на пару дней, пока не встанете на ноги. Квартира уже переписана на твое имя. – Он рассмеялся сухо и неубедительно. – Я даже подумывал записать на имя Мэг, но тогда она действительно прилетела бы обратно в Европу, чтобы надрать мне задницу.

– Зачем ты это делаешь? – Все уже было решено. Об этом ему сказал один взгляд, брошенный на лицо Тео. Если Гален даже попытается возразить, Козлов, наверняка, получил приказ вырубить его и бросить в грузовой отсек. Что бы он ни сказал, Тео сделает все, чтобы он все равно оказался в этом самолете.

Тео больше не улыбался, как будто вмиг разучился это делать, позволив Галену увидеть всю внутреннюю боль от ошеломляющей потери. Как будто между ними разверзлась пропасть, и от одного неверного движения они упадут. Вдруг вернулась ухмылка Тео, маска надежно спрятала лицо.

– Два из трех – лучше чем ничего. Женись на ней. Заведите небольшую орду малышей Микос. Узнайте, чего оба хотите, без всей этой чуши, связанной с ответственностью и планами. Будьте счастливы вместе. – Кто-то должен обрести это счастье.

Произнесенные им слова рухнули между ними, как живое существо.

Гален отступил на шаг, дыра в его груди становилась все глубже и чернее.

– Ты не даешь мне ни черта выбора.

– Ошибаешься. Я предлагаю тебе все. – Тео кивнул Козлову и направился к двери. – Будь счастлив, Гален. Сделай это для меня.

Сукин сын.

Гален развернулся на каблуках и подошел к Мэг, только что отошедшей от кассы и крепко вцепившуюся в сумку. При виде его чемодана она вскинула брови.

– Что происходит?

– Тео решил заделаться свахой.

– Подожди. – Она схватила его за руку, но он сделал еще несколько шагов, прежде чем, наконец, остановился и повернулся к ней лицом. Мэг смотрела через плечо туда, где несколько мгновений назад стоял Тео. – Я хочу, чтобы вы объяснили, о чем, черт возьми, говорили.

– Наш любимый почти-король решил поиграть в Бога. Если он не сможет получить тебя, то получу я. Полагаю, я стал гребаным утешительным призом.

– Не утешительным призом, – ощетинилась девушка. – Он благородный самоотверженный идиот, верно? Как тогда, когда он принял решение отправить меня домой. Не услышала твоих возражений по поводу этого решения.

– Потому что это, блядь, правильное решение. В этой игре у тебя нет шансов. Ты всего лишь пешка и заслуживаешь лучшего, чем быть на втором плане у благородного Тео, когда он женится.

Мэг смотрела на него проницательными карими глазами.

– Отстойно, когда кто-то решает за тебя, не так ли?

Твою мать, ему совершенно не нравилось происходящее, но, черт возьми, она была права. Гален стиснул челюсти.

– Отлично. Я в деле. Что бы ты сделала, если бы мы не решили отвезти тебя обратно в Нью-Йорк?

– Я люблю тебя. – Она очень неуверенно протянула руку и прижала ладонь к его сердцу. – Кажется, глупо говорить так, будто это ничего не значит, но для меня это важно. Я люблю вас обоих. – Мэг заколебалась. – Никогда этого не планировала, а другого более подходящего ответа нет. Я бы поехала с тобой в Таланию. Сделала бы все, чтобы помочь Тео вернуть корону. А после... не знаю, что было бы потом. Думаю, вернулась бы к тому, с чего начала.

Они одновременно повернулись в сторону зоны безопасности аэропорта. Гален всю свою долбаную жизнь исполнял приказы. Сначала своего отца, потом отца Тео, а после и самого Тео. Конечно, с ним все было иначе. Он любил этого идиота, а Тео всегда знал, когда отступить и позволить Галену самому принимать решения.

Но не в этот раз.

– Если с ним что-то случится, никогда себе этого не прощу.

Она коснулась его груди.

– Хорошие слова. Но попробуй еще раз.

Твою мать, и чего она от него хочет? Но он понимал, не так ли?

– Мы все время говорим, что у нас троих нет возможности быть вместе, но мы даже, черт возьми, и не пытались. Может, облажаемся. Твою мать, наверное, так и будет. – Он увидел, как дрогнул уголок ее губ, и что-то в груди сжалось. – Я тоже тебя люблю, Мэг. Вас обоих.

Тео испытывал те же чувства. Иначе он не был бы таким решительным, устраивая их счастье. Эмоции побуждали людей совершать глупые и благородные поступки, например, отправить их вместе, в то время как Тео останется один на один со своим одиночеством.

Нет, к черту. Гален останется.

И похоже, Мэг тоже.

Несколько быстрых вычислений в голове.

– Они поедут. Козлов ненавидит летать и по возможности избегает самолетов. Если уедем сейчас, то отстанем от них всего на час. – Он достаточно хорошо знал Козлова, чтобы понять, каким маршрутом он вернется. Он всегда осторожен, а с Тео будет бдителен еще больше.

Возможно, они даже успеют пересечь границу раньше Тео.

Глаза Мэг загорелись, на губах появилась зловещая улыбка.

– Так мы поедем за нашим мужчиной?

Он обхватил Мэг за шею и притянул к себе. Гален крепко поцеловал ее, наслаждаясь тем, как она таяла рядом с ним. Когда он, наконец, поднял голову, оба тяжело дышали.

– Я люблю тебя, Мэг. Уже говорил это раньше, но сейчас все чертовски серьезно.

– Знаю. – Она прикусила его нижнюю губу. – Если бы это было не так, ты посадил бы меня в самолет и сам отправился за Тео.

Все становилось сложнее. Он не видел для них будущего без изрядной доли компромиссов и чудовищной боли.

Но Галену стало плевать.

Так долго его жизнь сводилась к одной сложной задаче: обеспечить безопасность Тео. Она не изменилась, просто теперь хотелось большего. Он найдет возможность для большего.

Схватив Мэг за руку, Гален потянул к двери.

– За нашим королем.

Пересекая границу между Грецией и Таланией, на Тео нахлынуло облегчение. Как будто он наконец-то вернулся домой. К сожалению, рядом никого не было, чтобы это разделить.

И мира тоже не было.

Только одна возможность сделать все правильно, иначе Филипп, без сомнения, построит темницу и бросит его туда на всю оставшуюся жизнь. Все мысли Тео крутились вокруг Галена и Мэг. Они уже приближались к Нью-Йорку. Мэг наверняка захотелось бы вернуться в обшарпанную квартирку, Гален рычал бы на нее, пока она, дуясь, не согласилась бы отправиться в их квартиру.

Нет, больше не их. А Галена.

Черт возьми, он сделал правильный выбор. Всего один звонок. Если у Тео не может быть того, чего он хочет, то хотя бы у любимых ему людей будет все хорошо. Оба чересчур упрямы, но научатся мириться друг с другом. Галену лишь нужно научиться отдавать вместо того, чтобы воевать, а Мэг – поверить в то, что лучше отступить, чем бросаться на все проблемы, пока не сломается.

Они могут достичь компромисса.

Должны.

Исаак откашлялся.

– Вы уверены в этом, Ваше Высочество?

– Да. – Он снова проверил телефон. Главы семи благородных семей Талании в тандеме с королем или королевой сформировали парламент. У них не было власти правящего монарха, но в данной ситуации это мало имело значения. Правящего монарха не было и не будет еще несколько месяцев. Все, что ему нужно, – это чтобы большинство из них публично подтвердило законность брака Теодора Фитцчарлза II и Мэри Мортимор на основании представленных им документов. Филипп не мог бороться одновременно с общественностью и парламентом, и Тео уже предпринял некоторые шаги, чтобы склонить общественность на свою сторону.

Не все сразу.

– Я не о троне – он всегда был твоим. А о Галене.

Тео не отрывался от телефона, боялся, что Исаак увидит, как все его тело горит в агонии при имени Галена.

– Больше ничего говорить о Галене.

– Он – ваше преимущество, а вы посадили его в самолет, летящий в другом направлении.

– Гален – гораздо больше, чем предмет, и он заслуживает другого отношения.

Исаак выехал на шоссе и остановился у светофора на выезде. Он повернулся к Тео.

– Простите меня за резкость...

– Если бы не твоя прямолинейность, прощать было бы не за что.

Исаак проигнорировал его слова, продолжив, и каждое слово молотом пробивало стену, которую Тео с таким трудом выстроил вокруг себя, когда выходил из аэропорта и оставил позади двух самых важных людей в его жизни. Исаак откашлялся.

– Простите меня за резкость, но вы сделали большую глупость, отпустив его. Думаю, и с девушкой тоже, судя по тому, как вы на них смотрели. Королю нужны союзники, люди, которым он доверяет вне всяких политических махинаций, которые рядом с ним и только с ним. Неужели вы думаете, что найдете их в Талании, отправив двух достойных людей в другую страну?

– Не помню, чтобы спрашивал твое мнение.

Исаак фыркнул.

– Галена здесь нет, поэтому я решил вмешаться. Вы ведь уже знаете, что бы он сказал.

Да, Тео знал. То же, что и Исаак. То же, что и Мэг. Что они пойдут с ним и вместе решат проблемы. Но он не мог этого допустить. Если даст слабину, то найдет способ убедить их остаться. Чтобы построить совместное будущее.

Он уничтожит их всех.

Они будут счастливы вместе, черт возьми.

– Что если бы было все иначе? – продолжал Исаак, обрисовывая возможности за гранью реальности.

Слишком далекой на данный момент.

Через десять минут после того, как они достигли границы столицы Ренея, Исаак проверил свой телефон и откашлялся.

– Нужно сделать остановку.

– Зачем? – Тео повернулся к нему, следя, как он разворачивается, снова разворачивается, направляя машину в небольшой переулок между двумя высокими зданиями. Они были недалеко от дворца – еще минут тридцать, – не было смысла останавливаться здесь. Тео медленно вздохнул, как учил его Гален, приготовившись.

– Приказ моего дяди.

Дверь с его стороны распахнулась, сильные руки схватили за плечи и вытащили в переулок. Тео качнулся. Без боя не сдастся. К слову, он вообще не планировал умирать. Кулак сжался в тот самый момент, когда он заметил потемневшие от гнева глаза Галена.

Голова мужчины запрокинулась от удара, послышалась женская ругань.

– Что, черт возьми, с тобой не так, Тео?

Происходящее казалось кошмаром. Тео развернулся.

– Мэг. Вы должны быть в самолете.

– Да, но планы изменились. – Она хлопнула его по руке и скользнула между ним и Галеном, проверяя челюсть его друга. – Зубы на месте?

– Я в порядке. – Гален потянул девушку в сторону, полностью поворачиваясь лицом к Тео. – Глупый ход приказать Козлову отвезти тебя в нежеланное место.

Да, глупый. Он впился в него взглядом.

– Тебя здесь не должно быть.

– Ты еще не король, а я перестал быть твоим начальником службы безопасности, когда нас выслали. Я не подчиняюсь твоим приказам. – Он открыл заднюю дверь и подождал, пока Мэг заберется внутрь, а затем последовал за ней и захлопнул ее за собой.

Тео не двигался.

– Что ты делаешь? – Когда Гален проигнорировал его, он рывком открыл заднюю дверь и наклонился прямо к лицу своего друга. – Какого хрена ты делаешь?

– Тебе нужны свидетели. Я титулованное лицо. Мэг – гражданское, станет вторым свидетелем.

– Господи, спасибо, – пробормотала она.

– Тише. – Гален снова посмотрел на Тео. – Филиппа не волнует правда. Ему важно стать кукловодом будущего короля. Он убьет тебя, если посчитает, что это сойдет ему с рук.

Руки Тео сжались в кулаки, он старался обрести хладнокровие, чтобы не задушить любимого человека.

– Потрясающе, Гален, ведь я даже не подумал об этом. Так же, как не подумал созвать весь парламент во дворце, чтобы засвидетельствовать представленные мной доказательства.

Гален пристально смотрел на него.

– Стыдно заставлять их ждать.

Он не собирался оставлять их в машине, не поборовшись. Тео посмотрел на Исаака, который увлеченно рассматривал руль.

– Тебя за это накажут.

– Не могу дождаться. – Гален скрестил руки на груди и кивнул на переднее сиденье. – Может, поедем?

– Я не позволю, чтобы тебя бросили в темницу.

Мэг наклонилась, заглядывая в боковые окна и осматривая город.

– Странно.

Гален фыркнул.

– Эта угроза была бы эффективной, если бы темница не провалилась и не была обнесена стеной около пятидесяти лет назад.

– Я запрещаю кому-либо из вас разговаривать. – Тео развернулся к лобовому стеклу и прижал пальцы к вискам. О том, чтобы вступить в конфронтацию с ними, не могло быть и речи. Как, черт возьми, их обезопасить, если и Гален, и Мэг, похоже, игнорировали его аргументированные приказы?

Поездка во дворец заняла в десять раз больше времени, чем следовало. Исаак припарковал машину на одной из автостоянок в нескольких кварталах от здания и провел их в многоквартирный дом, предназначенный для работы сотрудников службы безопасности. Никто не обращал внимания на их небольшую группу, что подсказывало Тео только одно – все ждали, как будут развиваться дальнейшие события, прежде чем они так или иначе заявят о своей верности.

Он не осуждал их.

Это была не их битва.

Исаак приложил палец, открывая автоматическую дверь, которая вела вниз по узкой лестнице. Тео проходил этой дорогой в подростковом возрасте слишком часто, но обычно рядом с ним был Гален. Всякий раз, когда дворцовая жизнь становилась удушающей, из больших комнат словно высасывали весь воздух, а количество обязанностей увеличивалось, они сбегали и проводили несколько часов, гуляя по улицам Ренеи. Отец Тео всегда посылал кого-то, организовывая за ними слежку, но давал им так необходимую свободу.

Твою мать, он скучал по отцу.

Пробираться сквозь туннели, проходящие под территорией дворца, было похоже на возвращение в прошлое. Ему казалось, что в конце откроется дверь, и он обнаружит в своем кабинете отца с очками на кончике носа, потерянного в одной из древних книг по истории. Тео потер ладонью грудь, будто мог физически избавиться от расцветающей там боли.

После смерти отца все произошло так быстро. Переворот Филиппа. Ссылка. План отменить изгнание и вернуть себе трон.

Скоро эта история закончится.

Хорошо это или плохо, но ему придется иметь дело с последствиями.

Ощущение чьей-то ладони вернуло его в настоящее. Мэг смотрела на него красивыми карими глазами, ее улыбка была такой теплой.

– Ты не один, Тео. Понимаю, почему ты нас отослал, но это неправильно. Мы тебя поддержим.

– К чему это? – вопрос, не требующий ответа сейчас – он итак его знал.

Ее улыбка стала мягче.

– Любовь. Она не исчезнет, когда в ней больше нет нужды. Это не битва, в которой мы сражаемся за тебя, мы лишь встанем за тобой и поддержим, пока ты будешь бороться за то, что тебе важно.

Боль в груди усилилась в десять раз. Пытаясь предугадать события, он никогда бы не догадался, что может влюбиться. Он любил Галена с детства. Эти отношения были обыденны как удары собственного сердца, устойчивые, надежные, всегда присутствующие. Даже когда он отослал Галена, то никогда не сомневался в их чувствах друг к другу.

С Мэг все иначе.

У нее жизнь, в которой его не было. Цели и план, в которые он не входил, которые должны были стать фундаментом будущего счастья.

Когда все началось, он не планировал пустить ее жизнь под откос. Он просто хотел ее и временной передышки, когда они могли бы наслаждаться друг другом. В конце концов, все это имело границы.

– Ты любишь меня.

– Да. – Простой ответ. Никаких мыслей и других трудностей. Она просто встретилась с ним взглядом и подарила то единственное, на что он никогда не осмеливался надеяться. – И ты тоже меня любишь.

Утверждение, а почему бы и нет? Конечно, он любил Мэг. Как же иначе?

– Ты же знаешь это.

– Да, знаю. – Она одарила его еще одной мучительно сладкой улыбкой и сжала его руку. – У тебя есть мы, Тео. И мы тебя не отпустим.

Перед ними остановился Исаак. Они достигли двери дворца.

Пришло время.

Глава 18

Мэг шла рядом с Галеном, пока Тео поднимался по лестнице. Гален наклонился и взял ее за руку, поддерживая, несмотря на ее уверенную походку.

– Будь рядом. Ничего не говори. Тео распланировал все представление до последней секунды, не сомневаюсь – Филипп в какой-то момент потеряет хладнокровие, и мне, возможно, придется вмешаться.

Он сказал это так небрежно, будто защита Тео стала его привычкой или обыденностью, как дышать. Но ведь это так.

Она кивнула и сжала его руку, затем они прошли через дверь наверху лестницы, оказавшись в совершенно другом мире.

У Мэг не было времени исследовать Таланию, когда она вместе с Галеном спешила к Тео, а туннели оставались туннелями. Впечатляли размахом, но не больше.

Дворец потряс больше.

Она замерла и осмотрела огромный куполообразный потолок, старинную отполированную до блеска плитку под ногами, бесценные картины в рамах на стене. Узнала несколько стилей, хотя никогда особо не увлекалась искусством. Все дышало богатством. Здесь вырос Тео. Здесь Гален провел последние полтора десятилетия.

– Раньше в этой комнате было вдвое больше произведений искусства, но мать Тео посчитала, что ими нужно восторгаться, и развесила их по всему дворцу. После того как Мэри умерла и Тедди снова женился, Кэтрин сохранила все как есть. – Гален еще раз сжал ее руку. – Будь рядом.

Тео разгладил рубашку. Он переоделся с тех пор, как они видели его в последний раз, сейчас на нем были брюки и рубашка на пуговицах. Он бросил на нее взгляд.

– После всего мы поговорим. Все трое.

Поговорим о будущем.

Она кивнула, а сердце в груди заметалось, будто зверь в клетке. Мэг была уверена в каждом слове, сказанном Галену и Тео. Она их любила. Она хотела, чтобы они осознали это. Пришли к какому-нибудь компромиссу, не сошли бы с ума от всех рассуждений.

Должно получиться.

Она очень-очень надеялась, что это возможно.

– Вперед. – Тео вывел их странную маленькую процессию из комнаты в не менее впечатляющий холл, при виде внушительных белых стен она подумала о доме в Греции, который они не так давно покинули. Но дом Галена, на удивление удобный и практичный, излучал холодную силу. Словно напоминал о том, насколько разными были их миры.

И впервые Мэг было наплевать на это.

Тео и Гален воспитывались совершенно иначе, чем она, но если она твердо решила бороться за их совместную жизнь, то Мэг позволит им сделать то же самое. Единственное, что имело значение, – будущее. У нее и без того достаточно проблем, чтобы из-за ее убеждений добавлять еще одну. Вероятно, ей всегда будет не комфортно пользоваться их богатством, но она готова с этим смириться, если оба мужчины будут в ее жизни.

Мэг была уверена, что Тео ведет ее в тронный зал, но дверь, через которую он прошел, привела к роскошной гостиной. В комнате были искусно расставлены множество стульев и диванов, чтобы создать приватную обстановку, очевидно, для более комфортных переговоров. Все заняли семь человек, четыре мужчины и три женщины.

Мэг автоматически распределила их по сословиям, встав рядом с Галеном, на три шага позади Тео. Добрые глаза явно богатого, не скупящегося на чаевые, пожилого мужчины с пышными усами не скрывали его интеллект и амбиции. Вероятно, он был генеральным директором или кем-то из высокопоставленных лиц офиса, судя по его дорогому костюму. Две женщины моложе пятидесяти посмотрели на Тео так, будто он был лакомым кусочком, созданным специально для них. Самой пожилой женщине на вид можно было дать девяносто, но, судя по языку тела остальных шестерых, стоило приглядеться к ней повнимательнее. Последние трое мужчин были слишком похожи друг на друга – богатые и амбициозные, единственное отличие – цвет кожи – от бледно-светлого до темно-коричневого с черными волосами.

Она не видела лица Тео со своего места, но положение его плеч показало ей все, что ей нужно было знать. Он двигался, как солдат, выходящий на поле битвы, который не был уверен, что выживет.

– Спасибо, что пришли.

– Любопытство, мой дорогой Тео, – сказал усатый мужчина с улыбкой. – Не каждый день принц возвращается из ссылки.

– Бывший принц. – Бросила молодая блондинка. На ней было дизайнерское платье голубого цвета, идеально подчеркивающее ее стройные ноги.

Мэг взглянула на Галена, но тот был слишком занят, наблюдая за семеркой, не обращая на нее внимания. Чувство ринуться в бой усилилось, хотя никто еще ничего злобного не сказал. Она сжала губы, чтобы не задавать вопросы. Если они выберутся из этого, как, очевидно, запланировал Тео, то у нее будет достаточно времени для них.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел мужчина. Уменьшенная копия Тео. Чуть узкие плечи, угловатое лицо, редкие волосы на макушке, глаза такие холодные, что Мэг засомневалась, а зажигалось ли в них когда-нибудь тепло. Он резко остановился, когда понял, кто находится в комнате, но удивление не отразилось на его лице.

– Интересная встреча, Теодор.

Должно быть это Филипп, дядя Тео. Больше некому.

Тео грациозно повернулся, приветствуя Филиппа, но не подставляя остальным свою спину.

– Дядя. Я принес благие вести. – Его улыбка озарила комнату, и, глядя на Теодора, она никогда бы не подумала, что он ненавидит своего дядю или что этот человек пытался убить его.

Прирожденный политик.

Но ты ведь итак это знала. Просто еще одна грань Тео.

Он снова развернулся к собравшимся.

– Видите ли, произошла ошибка. Позвольте мне все объяснить.

Тео не дал Филиппу и шанса взять под контроль разговор, также как не дал возможности отреагировать на их встречу после всех этих месяцев. Они никогда не были близки, особенно, когда Филипп всегда засматривался на трон, оставляя семью без внимания. Он знал больше. Конечно, знал.

Ублюдок даже не дождался смерти своего брата – отца Тео, сделав коварный ход. То, чего Тео никогда не сможет простить.

И еще ходят слухи об отравлении...

Он повернулся с привычной улыбкой к собравшейся знати.

– Похоже, мой дядя был слишком счастлив, объявив брак моих родителей мошенничеством.

Пирс Хаксли потянул кончик усов и приподнял брови.

– Мы внимательно изучили представленные доказательства, и я не понимаю, как это возможно. Даты говорят сами за себя.

– Все так, но первый брак моей матери был не законным.

Филипп наконец оправился и двинулся вперед, пытаясь встать между Тео и знатью.

– Похоже, мой племянник слишком тяжело пережил потерю трона и созвал вас сюда, дабы распространить некую теорию заговора. Приношу извинения за неудобства, связанные с вашей поездкой попусту, но я позабочусь о том, чтобы все разрешилось должным образом. – Он бросил на Тео взгляд через плечо, обещавший такую боль, которая может сломить даже мужчину.

Если бы он выиграл этот раунд, то Тео не вышел бы из дворца живым.

И Гален с Мэг тоже.

– Пусть мальчик говорит, – встала Яэль Нибли. При росте в пять футов, с облаком белых кудрей на голове и украшенной драгоценными камнями тростью, на которую она опиралась, выглядела женщина внушительной, заставлявшей всех замолчать. Скорее всего, потому, что она была главой семьи Нибли дольше, чем кто-либо из них был жив. Она обратила темно-карие глаза на Филиппа, сила ее личности давила на него. – Я, например, хотела бы знать про новые доказательства.

Тео не колебался.

– Конечно, леди Нибли. – Он вытащил документы, хранившие при себе с тех пор, как Мэг узнала правду. – Если позволите. – Тео двинулся к столу, раскладывая их на нем перед ней. Он проверил их законность и знал цену этим доказательствам.

Пирс нахмурился.

– Уверен, что свидетельство о рождении подлинное? У меня создалось впечатление, что произошло нечто непоправимое, уничтожившее его.

– Огонь, – резко перебил Филипп, его слова сочились сочувствием и фальшивым теплом. – Немецкая клиника, в которой родилась Мэри Мортимор, была небольшой, и у нее не было возможности перенести бумажные документы в цифровой формат. Записи были утеряны.

О нет, ошибаешься. Тео продолжал улыбаться.

– Это правда. Оно не из клиники. Это семейный экземпляр, который я получил от своей тети Алексис Мортимор.

Филипп побледнел.

– Мне сообщили, что копии не существует.

– Боюсь, моя тетя не очень любит Таланию или фамилию Фитцчарлз. Она не была склонна оказывать тебе какие-либо услуги. – Если бы она это сделала, не было бы никаких сомнений, что свидетельство о рождении исчезло бы где-нибудь во время обратного путешествия в Таланию. Он снова повернулся к собравшимся лордам и дамам. – Как видите, поскольку моя мать была несовершеннолетней, когда было выдано свидетельство о браке с ее первым мужем, то можно считать этот брак незаконным и недействительным. Таким образом, ее брак с моим отцом является единственным.

– Протестую…

Тео повернулся к дяде, контроль которого резко испарился.

– Я понимаю, что для тебя это не совсем удобно, дядя, и мне ужасно жаль, но факт остается фактом: ты по ошибке объявил меня незаконнорожденным. – Он должен был сохранить это в тайне, но долго сдерживаемая ярость взяла верх. – Тебе следовало нанять более способных убийц, чтобы остаться правой рукой будущего короля.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду, и я возмущен этим обвинением.

– Я ничего не имею в виду. А прямо говорю, что у меня есть свидетельства из первых рук нанятых тобой людей, чтобы убить меня или представить все как несчастный случай.

Лицо Филиппа опасно покраснело.

– Ты не в порядке.

Леди Нибли поправила очки и положила свидетельство о рождении обратно на стол.

– Мальчик прав, Филипп. Вы сделали ошибку. – Она сложила руки на коленях, царственная, как королева, восседающая на таланском троне. – Учитывая, что для лишения Теодора Фитцчарлза III его звания требовалось голосование, на основании доказательств, предоставленных Филиппом Фитцчарлзом, нет причин, по которым мы не можем провести голосование, дабы отменить приказ и восстановить его право на престолонаследие.

– Вы не можете этого сделать, – прорычал Филипп. Его самообладание дало трещину, маска равнодушия рассыпалась. – Он – ублюдок, и какой-то ерунды недостаточно, чтобы доказать обратное.

Леди Нибли проигнорировала его, будто это была истерика малыша.

– Все за восстановление Теодора Фитцчарлза III в качестве законного короля Талании?

Медленно руки поднялись по комнате. Тео отметил, что трое – Холлис Ванн, Дойл Бакадж и Янси Попов – колебались, прежде чем поднять руки. Они не хотели, чтобы он вернулся, но, поскольку четверо уже проголосовали «за», то они не хотели привлекать к себе внимание.

Вами тремя займемся позже.

Леди Нибли кивнула.

– С возвращением, ваше высочество.

– Благодарю, леди Нибли. – Все закончилось.

Он выиграл.

Тео повернулся взглянуть на Галена и Мэг, но остановился при виде Филиппа, пятившегося к двери.

– Куда вы, дядя?

– Сукин сын. – Он выдернул пистолет из кобуры Исаака и наставил его на Тео. – Ты не сможешь получить трон, если умрешь.

Филипп не ожидал появления Галена.

Тот схватил его руку, держащую пистолет, и потянул Филиппа на землю, когда тот сделал два выстрела, а затем Гален нанес сокрушительный удар в челюсть старика, отправив его на пол.

Все закончилось в считанные секунды.

Он вернул пистолет Исааку.

– В следующий раз, когда кто-то проведет тебя так, как сейчас, я лично надерну тебе задницу.

Исаак побледнел.

– Принято к сведению.

Тео глубоко вздохнул и снова повернулся к знати, все наблюдали с разной степенью удивления и тревоги.

– Если вы не возражаете, я останусь во дворце ненадолго, прежде чем уеду по своим делам, хочу сделать объявление, как только разберусь с этим вопросом.

И снова леди Нибли высказалась за всех. Она подошла и погладила его по щеке.

– Ты хороший мальчик, Теодор. – Она без промедления перешагнула через лежащее тело Филиппа и вышла из комнаты.

Остальные медленно последовали за ней. Лорд Хаксли похлопал Тео по плечу.

– Искренне рад, что вы вернулись, ваше высочество.

– Благодарю.

Комната опустела, остались только они, еще Исаак с Филиппом. Тео посмотрел на дядю. Больше всего ему хотелось избавиться от этого человека навсегда, но это оттолкнет людей, а он не может позволить себе рассердить их.

– Исаак, арестуй моего дядю. Обвинение в государственной измене, пока мы будем проводить официальное расследование событий, связанных со смертью моего отца, и всего, что произошло с тех пор. – Возможно, Филипп слишком хорошо скрыл свои следы, но они, так или иначе, выяснят все в ходе расследования. Если его дядя будет признан виновным в государственной измене в ходе официального расследования, ни один из его союзников не встанет на его сторону. Это был единственный способ не допустить, чтобы Филипп стал мучеником.

Он ждал, пока Исаак поднимет Филиппа на ноги.

– Как только он окажется за решеткой, отправьте команду за Дорианом Микосом. – С отцом Галена будут обращаться так же, как и с Филиппом – официальное расследование, за которым последует суд. Это фактически вырвало бы их судьбы из рук Тео и, что более важно, из рук Галена.

Исаак кивнул.

– Да, ваше высочество. Я лично проконтролирую. – Он вытащил Филиппа из комнаты и тихо закрыл за собой дверь.

Тео подошел к ней и запер, наконец, уделив Галену и Мэг все свое внимание. На лице Галена застыло загадочное выражение, но в его темных глазах светилось облегчение. Мэг улыбнулась так ярко, чтобы могла ослепить его. Она бросилась в его объятия.

– У тебя получилось.

– У нас получилось.

– Ты был изумителен. – Она поцеловала его в челюсть, в подбородок, в губы. И резко покинула его объятия, прежде чем он смог полностью насладиться этими ощущением. Мэг заправила прядь волос за ухо. – Поздравляю, Тео. Правда.

Она думала, что он сейчас ее отвергнет и отправит обратно в Нью-Йорк. Укрепит бастионы, которые пытался установить между ними.

Твою мать. И что теперь.

Тео подошел к Галену и обхватил за шею, притягивая к себе для поцелуя. Он сказал своему лучшему другу зубами и языком то, что уже сказал словами. Я люблю вас. Я сожалею. Но последнее нужно было озвучить. Тео отстранился.

– Я не должен был вас отсылать.

– Что, правда? – Гален натянуто улыбнулся ему. – Поздравляю, ваше высочество.

– Не пори чушь. – Он подошел к ближайшему стулу и упал на него. Они стояли рядом, хотя он сомневался в подлинности этого желания. Чистый магнетизм, сближающий их как близостью, так и химией. Он тоже почувствовал притяжение, бабочки в животе, требующие, чтобы он подошел к ним, коснулся их, прижал их к себе и отпраздновал эту победу.

Еще нет.

Тео раздумывал над тем, как поднять этот вопрос, но решил, что, кроме честности, между ними больше ничего не должно быть. Никаких добрых намерений. Никакой самоуверенной чуши. Только правда.

– Я хочу, чтобы вы остались. Оба.

Гален скрестил руки на груди.

– Мы говорили об этом. Несколько раз.

– Да, знаю. Времена меняются. – Он наклонился вперед. – Принцесса, у тебя еще один год учебы, и я никогда не попрошу тебя им пожертвовать, но ты вернешься в Нью-Йорк как минимум через одиннадцать месяцев. Оставайся с нами. Попробуем работать сообща. Знаю, что получится, но понадобится время, чтобы разобраться со всеми проблемами.

Ее разрывали на части страх и надежда, карие глаза стали слишком большими на ее маленьком лице.

– Что будет, когда эти одиннадцать месяцев пройдут?

– Тебе решать. Вернешься в Нью-Йорк и получишь степень. Будешь приезжать к нам на каникулах или мы приедем к тебе. Или закончишь год удаленно. Как ты захочешь.

Гален решил вмешаться.

– Ты должен жениться, Тео. Это часть представления.

Что ж, и на это у него был ответ.

– Если ты согласишься остаться, быть со мной, тебе дадут звание консорта. Вам обоим.

Мэг моргнула.

– Что?

Тео невольно улыбнулся, увидев замешательство на их лицах.

– В наших законах есть старая статья – такая старая, что я совершенно забыл о ней, пока Исаак не напомнил. Талания всегда считалась маленькой страной, и по мере того, как власть вокруг нас росла и падала, один из моих прапрапрадедов решил, что, если ему придется жениться на иностранной принцессе, чтобы спасти страну, он это сделает, но не разделит полную власть с ней. Поэтому он назвал ее королевой-консорт. Это звание ставило ее выше благородных семей, но ниже его положения. Их дети, конечно же, были законнорожденными.

– Потрясающе.

– Это было в другом веке. – Он пожал плечами. – Лишь два монарха за всю таланийскую историю использовали эту статью, поэтому она малоизвестна. Причина, по которой я поднимаю этот вопрос сейчас, заключается в том, что у монарха нет ограничений на количество консортов.

Гален смотрел в сторону, словно отстранившись.

– Но это доставит еще больше проблем. Триады – неприемлемое явление ни здесь, ни на мировой арене.

– Вместе мы сможем справиться с любыми проблемами. – Тео поднялся и подошел к ним. Взяв их за руки, он замер. Черт возьми, они должны сами решить, но твою мать. Он хотел, чтобы они сделали этот шаг, встали на путь их совместного счастья.

Он чертовски хотел их.

– Будет нелегко. Неожиданные преграды, все станет таким запутанным, но люди привыкнут к мысли, что их король влюблен в двух. Вы стоите борьбы. И даже больше. Я люблю вас. Обоих. – Пытаясь усмирить бьющееся сердце, он перевел дыхание. Но с таким же успехом он мог попытаться сдержать толпу. – Но если ты не хочешь узаконить отношения, связав свою жизнь с королевской семьей, я не буду винить тебя за это. Если ты захочешь воспользоваться этими месяцами, чтобы подумать и прийти к правильному решению, так и будет – у нас все получится.

– Это значит держать все в секрете, – сказал Гален.

– Да.

– Нет, – возразила Мэг. – Никаких секретов. Если мы сделаем это… – Она вздрогнула и подняла подбородок. – Я хочу тебя, Тео. И тебя, Гален. Я не могу притворяться, что буду грациозно и непринужденно решать каждую возникающую проблему, но готова сражаться за вас – за нас. – Она неуверенно улыбнулась ему, а затем повернулась к Галену. – Что ты думаешь?

– Это может быть ошибкой.

Мэг закатила глаза.

– Черт возьми, это не может быть ошибкой. Даже если взорвется под самым нашим носом – буквально или нет. Речь ведь не об этом. Готов ли ты бороться за то, что хочешь – за то, что любишь.

Сражайся за нас, Гален.

Гален посмотрел на них обоих.

– Это то, чего вы хотите – чего действительно желаете?

– Да, – ответил Тео.

Мэг потребовалось чуть больше времени.

– Я никогда не предполагала, что будет так, но... я не хочу стереть все только потому, что это было не запланировано. У нас все получится. Знаю, что мы сможем.

Наконец Гален кивнул.

– Тогда я в деле.

Тео привлек Галена, еще раз поцеловав его, а затем и Мэг.

– Нам нужно переодеться и связаться со СМИ. – Он схватил Мэг за руку и потащил за собой к двери, затем дальше по коридору к частным жилым помещениям.

Они согласились.

Он едва ли осмеливался надеяться на такой конец, и теперь он не собирался откладывать все в долгий ящик, нужно довести дело до конца.

На то, чтобы переодеться и подобрать для Мэг одежду, подходящую для пресс-конференции, потребовался час. Проведя столько времени вдали от дома, было странно снова оказаться в этом месте. Он огляделся, повсюду его окружали вещи отца. Влияние матери стало меньше, со временем еще больше истончаясь, но не исчезая вовсе.

Нет больше времени ждать.

Тео направился в пресс-центр. Остановившись у двери, он повернулся посмотреть на Мэг и Галена. Гален был как никогда красив в одном из своих многочисленных черных костюмов, хоть и завязал галстук как ему больше всего нравилось. Мэг выглядела очаровательно в темно-сером платье, скромном, но в то же время манящим сорвать его зубами с ее прекрасного тела.

– Вы потрясающе выглядите.

– Спасибо. – Румянец окрасил щеки Мэг, выглядевшей немного изнуренной навалившимися событиями, она вошла сквозь открытые двери. Тихий гул с другой стороны был единственным признаком надвигающейся бури.

– Передумала?

– Нет. Ничего подобного. Все просто... незнакомое.

– У нас есть ты, принцесса. – Он осторожно поцеловал ее губы, не смазав помаду. – Вперед.

Вспышки фотоаппаратов ослепили его, когда он шагнул за порог и подошел к небольшой трибуне, установленной в передней части комнаты. Даже спустя столько времени Тео знал, как себя вести, улыбаясь и не обращая внимания на пятна, все еще мелькавших перед глазами. Он наклонился и заговорил в микрофон.

– Я скучал по вам.

Вопросы посыпались от собравшихся в комнате журналистов. Позволив им пару мгновений хаоса, он поднял руку.

– Чуть позже на этой неделе выделят время для ваших вопросов. Данная пресс-конференция предназначена исключительно для того, чтобы проинформировать вас об изменениях, касающихся престолонаследия. – Надо было найти Эдварда и Камиллу и рассказать им, прежде чем созывать журналистов. Твою мать, я даже не подумал об этом. Слишком поздно что-то менять. С лица не сходила улыбка. – Появились новые доказательства, позволяющие исправить ошибку, совершенную несколько месяцев назад. На самом деле брак моих родителей был законным, и парламент уже проголосовал за восстановление меня в должности наследного принца Талании. – Поднялся шум. На этот раз он дал им подольше времени, прежде чем снова призвал к тишине. – Моя коронация будет назначена в ближайшее время, вы узнаете об этом первыми, как только детали будут согласованы. А пока есть еще одно важное безотлагательное дело – проще сказать, душевное.

Новость захватила их внимание.

Воцарилась полная тишина, наполненная предвкушением, каждый репортер навострил уши, дабы не пропустить особенно пикантную историю.

Он взглянул на стоявших у двери Мэг и Галена, оба внимательно наблюдали за ним. Когда он встретился с ними взглядами, каждый кивнул. Ничего не изменилось. Спасибо, черт возьми. Он снова развернулся к микрофону.

– Как только я стану королем, назову своих консортов. Мэг Сандерс… и Гален Микос.

После этого заявления больше пути назад нет.

Хорошо.

Иначе у него ничего бы не осталось.