Челси М. Кэмерон Наши любимые дни Серия: Моя любимая ошибка - 3

Перевод: Elefant2012

Сверка: loya_inaekekon

Редактура и вычитка: Ольга Раковец, Юлия Цветкова

Обложка: Julia Ovsyannikova

Переведено специально для групп: https://vk.com/books_25, https://vk.com/book_in_style

Копировать материал без указания переводчиков и редакторов запрещено! Давайте уважать чужой труд!

Глава 1: Тейлор

— Клянусь, если тронешь меня еще раз, я сломаю твои пальцы, мистер Заккаделли, — сказала я Хантеру, когда он снова схватил меня за задницу, проходя мимо, чтобы достать с полки еще одну книгу.

Он только подмигнул мне.

— Думаю, я смогу справиться с несколькими сломанными пальцами, если это означает, что я буду с тобой, Мисси, — произнес он, и мое сердце против воли затрепетало. Я ничего не могла с этим поделать. Мое тело было специально создано, чтобы реагировать на него, а он был призван, чтобы вызывать такую реакцию.

Я хотела его от самой макушки бритой головы, татуировок, пальцев играющих на гитаре, и до самых кончиков пальцев на ногах.

Мой жених.

Думать о нем в таком ключе все еще казалось странным, даже спустя несколько месяцев после предложения. Кольцо сверкало на своем постоянном месте — безымянном пальце левой руки. Я была так поглощена, что не заметила, как он снова подкрался ко мне. Хантер пальцем приподнял мой подбородок, и я взглянула в его завораживающие голубые глаза. Он улыбнулся, и я растаяла.

— Привет, Мисси.

— Привет, — произнесла я в ответ. Когда он впервые меня так назвал, это прозвище совершенно вывело меня из себя. Я была безумной настолько, что каждый раз, когда слышала его, сердце бешено колотилось в груди, а кожу покалывало.

— О чем думаешь? — спросил он, нахмурившись. В закрытом хранилище библиотеки были только мы вдвоем, так что нам не нужно было беспокоиться, что кто-то застукает нас за бездельем во время работы, за что я была благодарна. Хотя Хантер имел привычку вести себя неуместно независимо от того, были вокруг люди или нет. Это было одной из его привлекательных черт.

— О тебе, — призналась я, и его лицо расплылось в улыбке, благодаря которой все было правильным.

— О, да? Обо мне или об определенных частях моего тела, и о том, что я могу ими делать? — он пошевелил бровями и сделал еще один шаг, так чтобы мы оказались прижатыми друг к другу грудью. Это было несправедливо. И определенно несправедливо было то, как сильно я реагировала на него, а он едва ли прилагал для этого усилия.

— Нет, — сказала я, прищурившись и отвернувшись от него. В эту игру могли играть двое. Я медленно наклонилась, чтобы достать книгу с нижней полки, а потом выгнула спину, когда поднималась. Взглянув через плечо, я была довольна его реакцией. Я множество раз добивалась его внимания подобным образом, и это ни разу не навредило нашим отношениям.

— У тебя будут большие неприятности, когда мы придем домой, — его голос стал низким и хриплым из-за желания.

— Да? — спросила я, пытаясь быть равнодушной, и потерпела неудачу. — Какого рода неприятности?

Он ухмыльнулся и провел пальцем вниз по моему позвоночнику, вызывая у меня дрожь.

— Самые лучшие.

* * *

Вернувшись домой, мы обнаружили желтый дом в состоянии хаоса, но в этом не было ничего нового. В доме, который Хантер купил для нас, было три этажа (не считая подвала) и семь комнат, а когда все мы оказывались дома, тут становилось шумно.

Все же иного я не ожидала. Когда Хантер впервые подошел ко мне с идеей жить вместе, я подумала, он пошутил. Или сошел с ума. Или и то, и другое. Я уже привыкла к тому, что мы делили комнату в общежитии. К тому же, здесь наша кровать была намного больше, и нам не нужно было беспокоиться из-за тонких стен, когда мы не могли держать свои руки при себе. Что происходило большую часть времени.

Дара выступала миротворцем, в то время как ее парень, двоюродный брат Хантера, Мейс спорил с Рене о том положить соль или масло в воду для пасты, чтобы макароны не слиплись. Пол, парень Рене, просто сидел и наблюдал, зная, что лучше не вмешиваться. Рене могла за себя постоять, даже более чем.

Смех, раздавшийся из гостиной, принадлежал Джос, сестре Рене, с переменным успехом пытавшейся подражать своему парню в искусстве битбокса. Они начали встречаться совсем недавно, но каждый мог видеть, что им хорошо вместе и они друг другу подходят. Из-за этого мое сердце переполнилось чувствами. Все наши маленькие голубки рядом.

— Ладно, ладно, в чем дело? — спросил Хантер, врываясь в столкновение на кухне.

Рене и Мейс начали говорить, перебивая друг друга, и Хантер свистнул, чтобы заставить обоих замолчать.

— Почему бы вам не сделать это одновременно? У нас достаточно кастрюль. Пусть одна будет с солью, а вторая с маслом, а потом мы оценим. — Рене и Мейс взглянули друг на друга и вздохнули.

— Хорошо, — согласилась Рене, и Мейс направился за другой кастрюлей. Пол присоединился к Рене у раковины, положив руку ей на поясницу. Рене была, как правило, вспыльчивая, несмотря на то что похожа на милую, миниатюрную, светловолосую принцессу, а Пол был человеком, который всегда мог успокоить ее. С ума сойти, как мы вообще умудрились найти друг друга в этом мире.

Видя, что битва окончена, Хантер притянул меня к себе под руку, и мы пошли в гостиную, где завалились в самое уродливое из всех кресел. Это было то самое кресло, в котором мы впервые поцеловались, так что оно тоже занимало место в моем сердце. Я позволила ему перенести его в дом только из-за сентиментальных чувств.

— Хорошая попытка, Рыжик, — произнес Дасти, когда Джос издала заикающийся звук, что вероятно должно было прозвучать как барабанный ритм.

Она закатила глаза.

— Нет, это не то. Не у всех такой одаренный рот как у тебя.

Он выгнул бровь и наклонился для поцелуя, который тут же перерос в нечто более непристойное.

Хантер откашлялся, и они оторвались друг от друга. Рука Дасти была частично на рубашке Джос, а ее пальцы зацепились за петли на его поясе.

— Что? Что такое? — сказала Джос, выгнув бровь.

Когда она только переехала, то была агрессивной (не думаю, что это как-то связано с ее рыжими волосами), но постепенно она открыла душу для всех нас. Джос на самом деле мне нравилась, и было приятно видеть ее счастливой и улыбающейся. Поначалу у нее с Рене были трудности во взаимоотношениях, но она старалась сделать все лучше. Они были в процессе налаживания отношений. Как и все мы.

— Как работа? — спросила она, устраиваясь поудобнее, Дасти заправил несколько прядей волос ей за ухо.

— По-старому, — ответила я, окинув Хантера взглядом. Он лишь усмехнулся, и от его взгляда мне захотелось одновременно ударить его и поцеловать.

— Эй, — произнесла я, кое-что вспомнив, — я вчера нашла ту новую группу и скачала их песни. Думаю, тебе понравится. 

Я достала телефон и бросила его Джос, на что та выудила комплект наушников из кармана и подключила их к телефону. Она протянула один наушник Дасти, а другой — вставила себе в ухо. Это был такой милый жест, что я улыбнулась.

Я ждала, пока она прослушает, на ее лице расползалась задумчивая улыбка. Джос была меломанкой, но в тоже время разборчивой, так что я никогда не знала, как она отреагирует, когда я чем-то с ней делилась. Дасти начал выстукивать ритм музыки, как будто ничего не мог с собой поделать.

— Время обеда! — позвала Рене несколько минут спустя, и мы все собрались вокруг «не достаточно большого» обеденного стола. Вечера, подобные этому, когда все мы оказывались вместе, были редкостью. Мне хотелось запечатлеть этот момент. Семью, которую я никогда не думала, что получу.

— Чему улыбаешься? — прошептал Хантер мне на ухо, в то время как Рене протянула мне тарелку, наполненную спагетти, соусом и кусочком чесночного хлеба. Я поставила тарелку и повернулась к нему.

— Просто... обо всем. Если бы ты сказал мне, когда вошел в наши двери, что однажды я окажусь здесь, в одном доме с тобой и всеми остальными, я бы ответила, что ты сумасшедший. Я совсем... я никогда не думала, что получу все это, и иногда меня поражает то, как мне повезло. 

Было нечто, притаившееся в его глазах, когда я закончила говорить. Он точно знал, что я имела в виду.

Его собственная история была трагичной, вместе с добродушием, исходившим от его тети, дяди и кузенов, которые приняли его. Они были очень близки, и я оказалась втянута в семью Мейсон/Заккаделли с первого дня, как только вошла в огромнейший дом его тети и дяди.

Когда он ничего не ответил, я наклонилась и поцеловала счастливую семерку на его предплечье, прежде чем легонько коснуться ее пальцами.

Нам обоим повезло, во многих отношениях.

Глава 2: Хантер

Ежедневное пробуждение по утрам рядом с Тейлор взрывало мой мозг. Я думал, что должен был привыкнуть к этому, но нет. Как только я открывал утром глаза, меня каждый раз поражало ее тело, обвивающее мое. Словно мы не могли существовать друг без друга.

Вот, что я чувствовал. Будто я не могу дышать, не могу думать, не могу функционировать без нее. Я всегда думал, что влюбленные просто преувеличивают, или выставляют это чем-то большим, чем есть на самом деле, но теперь я понимаю. Это все было настоящим, и она была всем.

Она заморгала, и на ее лице постепенно заиграла улыбка, а у меня появилось ощущение, словно сердце вырывается из груди.

— Эй, Мисси, — она притворялась, что ненавидит это прозвище, но я знал, она любит его, вот почему я продолжал его использовать.

— Привет, — произнесла она, медленно распутывая наши ноги. После сна (действительно сна, а не секса) с ней я никогда не хотел снова возвращаться к одиночеству. Жить без нее просто... неправильно.

Когда я сплю с Тейлор, у меня нет кошмаров. Ну, иногда они появляются, но когда становится совсем плохо, нежные руки смахивают слезы, а сладкие губы заставляют меня обо всем забыть.

— Ты в порядке? — спросила она, ее брови в беспокойстве сошлись вместе. Ее речь была немного невнятной из-за фиксатора. Мне нравилось видеть ее такой. Такой помятой, сонной и моей.

— Да. Просто задумался.

— Это может быть опасно, — сказала она, и я закатил глаза, когда она перебралась через меня и встала. Я по-прежнему спал голым, иногда и она тоже так делала, но этим утром на ней была свободная майка и крошечные шорты, из-за которых ее задница выглядела просто фантастически. Я обожал в ней все, но были отдельные черты, которые я любил больше, чем другие. Ее задница была одной из них.

Я потянулся и ущипнул ее за ягодицу, отчего она вскрикнула и шлепнула меня по руке.

— Прекратите это, мистер Заккаделли. Мне нужно собираться на занятия и тебе тоже. 

Обычно я вставал первым и был готов идти, а она была той, кого мне приходилось вытаскивать из постели, но сегодня мы проснулись немного позже, поскольку схитрили с нашими графиками. Это был мой последний год в колледже, и я был готов покончить со студенчеством, пройти педагогическую практику и закончить магистратуру в области музыки, чтобы можно было преподавать. Если все получится, мы с Тейлор закончим университет одновременно.

— Давай, прогуляем, мисс Колдвелл, — предложил я, зная, что она откажется. Только она собралась отклонить мою затею, как Дара прокричала на лестнице, что завтрак готов. Хотя все мы уходили в разное время, кто-то всегда вставал пораньше, чтобы приготовить блинчики и бекон для любого, кто будет слишком спешить, чтобы сесть и поесть.

— Давай, жених, — сказала Тейлор, протягивая мне руки. Я принял их и поднялся. Ее взгляд тут же переместился на мою грудь и сфокусировался на том, что поднималось к «югу от границы».

— Убери это, — она толкнула меня пальцем в грудь.

— Заставь меня, — парировал я, скрестив руки и облизывая губы. Она все еще смотрела на меня там, и от этого я становился тверже и желал ее еще больше. Если это вообще возможно. Только я собирался бросить ее на кровать и изнасиловать, как кто-то постучал в дверь.

— Собирай вещи и тащи свою похотливую задницу вниз, — прокричал Мейс.

Мы с Тейлор одновременно закатили глаза. Он был ворчливым, потому что они с Дарой поссорились прошлой ночью, и она выгнала его. Я не сомневался, что он достанет свою голову из задницы, появится у одной из ее аудиторий с цветами и смиренным выражением на лице, и к тому времени как мы сядем ужинать сегодня вечером, у них все будет хорошо. Они были похожи на нас.

Несмотря на то, что еда остынет, пока мы спустимся вниз, мы приняли душ вместе (который завершился для нас обоих в рекордные сроки). Когда мы спустились на первый этаж, Джос, Дасти, Мейс и Пол уже ушли и остались только Рене и Дара, суетившиеся вокруг и бормотавшие что-то себе под нос.

Я набрал полную тарелку для Тейлор, исключая бекон, а потом еще одну для себя, затем сел и похлопал по своим коленкам.

— Фу, вы двое иногда такие раздражающие, — сказала Рене. Тейлор высунула руку, как если бы собиралась пожать руку Рене.

— Привет, Горшок, меня зовут Чайник, приятно познакомиться. — Рене просто свирепо смотрела, что делало ее похожей на злую диснеевскую принцессу. Тейлор засмеялась и Рене показала ей средний палец, выбегая за дверь. Дара вышла следом за ней, быстро сворачивая волосы в пучок, и махнув на прощание.

— Вау, — сказала Тейлор.

— Что? — спросил я, постукивая пальцами по ее бедру. Мои маленькие причуды никогда, казалось, не беспокоили ее.

— В доме тихо.

Я прислушался и действительно. В нашем доме практически никогда не бывало тихо. Это было жутко.

— Это ощущается так неправильно, — произнес я, и она рассмеялась.

— Серьезно. Кто-то должен кричать или слушать музыку громко музыку. Или играть в «Скайрим»², или на гитаре, или что-то еще. У нас шумные друзья, — сказала она, поморщив нос. 

— Мы такие же, — я смахнул несколько прядей каштановых волос с ее лица. Сегодня она распустила их и выпрямила, а я просто хотел обхватить их и притянуть ее к себе для поцелуя.

— Черт, — сказала она, глядя на телефон. — Нам нужно идти.

Я заворчал, когда она встала с моих коленей, сполоснула наши тарелки и засунула их в посудомоечную машину. Мы препирались о том, чью машину возьмем, когда выходили за дверь, и она выиграла, потому что моя была сломана, и я все тянул с ее ремонтом. Я чувствовал, мне скажут, что это гиблое дело, и это будет отстой. Я купил машину на собственные деньги, которые заработал. Это было одной из немногих вещей, которой я владел, и что действительно было моим, а не куплено на деньги, пропитанные кровью менеджеров нефтяной компании моего отца, которые я унаследовал.

Пока мы ехали небольшое расстояние до кампуса, Тейлор и я также поспорили о том, какую песню будем слушать. И она снова выиграла.

— Может быть, позже я сделаю тебе минет, — сказала она, поглаживая мою щеку, когда я надулся на нее. Она рассмеялась над моим рычанием и изменившимся выражением лица. Вот, что эта девушка делала со мной.

Я поцеловал ее на прощание и ущипнул за задницу так, чтобы она не забывала меня весь остаток дня.

— У тебя неприятности, — сказала она, когда я отпустил ее.

— Но я вроде как твоя неприятность. — Она повернулась, и я слышал эхо ее смеха, когда она вошла в здание.

* * *

Поскольку классы на старшем курсе были небольшими, в большинстве случаев я виделся на каждом из них с одними и теми же тремя десятками студентов. Хотя я собирался быть учителем музыки, мне все равно пришлось пройти курс обучения по методике обучению математике, естественным наукам, английскому языку и социологическим исследованиям. Вероятно, это была не плохая идея, так как, если у меня не получится найти работу преподавателя музыки, то я смогу переключиться на что-то другое. Я тяготел к английскому или социальным исследованиям, так как любил читать. Тем более сейчас, когда я был с Тейлор. Она всегда была в поиске новых книг и одалживала их мне. Или, как она сказала бы, я всегда их утаскивал. Фу, пустые слова.

— Привет, — сказал я Саммер, опустившись на стул рядом с ней перед занятием «Грамотность и словесность». — Красивые волосы. 

На прошлой неделе это был поразительный оттенок бирюзы, но сегодня это был яркий фиолетовый. Она подняла глаза и сдула челку со своего лица.

— Мне пришлось смывать дерьмо с моей головы, но оно того стоило, — она улыбнулась мне, и я покачал головой. Кроме волос, в ее брови был пирсинг, татуировки покрывали ее руки сверху донизу, она точно не выглядела как обычный учитель, но не думаю, что ей было до этого дело. Не мне говорить, со всеми моими татуировками.

— Выглядит здорово, — сказал я, и она открыла одну из своих покрытых блестками записную книжку. В Саммер не было ничего скромного — от ее взгляда до ее неспособности фильтровать свои мысли. Она немного напоминала мне Тейлор, какой она была, когда мы стали друзьями и партнерами по учебе. К тому же ни у кого из нас не было традиционного «облика учителя», из-за чего мы выделялись.

Урок начался, и мое внимание вернулось к профессору, но, как и всегда, часть моего мозга отвлекалась на мысли о некой брюнетке с дерзким ртом, которая в настоящее время сидела в своей аудитории. Надеюсь, она думает обо мне. Иногда я посылал ей маленькие сексуальные эсэмэски в течение дня, чтобы убедиться, что она на самом деле существует.

Наши с Тейлор ланчи не совпадали по расписанию, поэтому я тусовался с Саммер. Мейс остановился, чтобы перехватить сэндвич и запихнуть себе в рот, прежде чем помахать и отправиться на свое следующее занятие по бизнесу.

— У твоей семьи хорошие гены, — сказала Саммер, когда он ушел. — Я имею в виду, если бы я была даже немного би... — я засмеялся, когда ее взгляд скользнул от Мейса на высокую блондинку в сапогах на высоком каблуке, которая шла в противоположном направлении.

— Извини, — ответил я, немного посмеиваясь, пока она сверлила меня взглядом.

— Не важно, — она сердито уставилась в свою тарелку супа.

— Эй, ты найдешь кого-нибудь. Тебе нужно потусить с моей компанией. Иногда любовь может быть заразной. — Это было правдой, каждому, кто жил в Желтом доме удалось найти кого-то под стать себе. Рене всегда была в поисках «проекта», чтобы поработать. Прямо сейчас это была подруга Джос, Ханна. Бретт, парень, который ей нравился, был явно заинтересован, но Ханна, похоже, не хотела давать ему шанс, независимо от того, как сильно он старался. Я знал об этом все. Я никогда не старался так сильно, как тогда, когда пытался завоевать Тейлор.

— Тусоваться с кучкой людей, которые состоят в отношениях? Нет уж, спасибо, — она взяла поднос и отправилась выбрасывать его. Натура Саммер был бурной, как в хорошем, так и в плохом смысле. Все-таки, не думаю, что у нее возникнут проблемы, чтобы зацепить правильную девушку. Было в ней что-то такое, что заставляло вас желать находится с ней.

После занятий я направился в библиотеку, чтобы провести несколько часов за работой. Пусть у меня и не было необходимости работать, но я отказывался быть одним из тех парней, которые живут за счет своего трастового фонда, спят днями напролет, а по ночам напиваются. Я хотел показать Тейлор, что если случится самое худшее, я смогу обеспечить себя и ее, если потребуется.

Войдя вечером на кухню, я застал Дару и Мейса в процессе примирения. Он поднял ее на кухонную стойку и встал у нее между ног, пока до одурения целовал ее. Я прочистил горло, и он отстранился. Дара чертовски покраснела, но Мейс только выгнул бровь.

— Ужинаем, — сказал он, зарывшись пальцами в темные волосы Дары. Она уткнулась лицом в его плечо, и он усмехнулся.

— Понял, — я отсалютовал им, прежде чем направиться в гостиную. Из-за того, что я там обнаружил, мое сердце замерло.

Тейлор расположилась на полу, держа мою гитару и подбирая аккорды. Она выучила несколько основных песен, и я не мог быть более гордым. Она начала играть базовую последовательность аккордов и добавила свой хриплый голос. Я сразу узнал песню. «Fix You» группы «Coldplay».

Я мог бы измерить наши отношения песнями. «Coldplay» звучали на нашем первом официальном свидании, когда я взял свою гитару и спел для нее.

Пока мы ели десерт, у меня появилась идея. Еще один способ извиниться. Не то чтобы было достаточно способов извиниться за то, каким придурком я был. Любой парень может пригласить ее на ужин, но я хотел убедиться, что она запомнит это.

Все, что мне нужно — моя гитара.

— Я отойду на минутку? — Тейлор подняла бровь на мой вежливый тон, и мне пришлось скрыть улыбку. — Я веду себя как джентльмен, не разрушай это.

— Да, Вы можете выйти, мистер Заккаделли, — произнесла она немного озадаченно.

— Спасибо, мисс Колдвелл. Я мигом.

Я не смотрел на нее, когда вошел внутрь с гитарой в руках и направился к пианино.

Я вытащил немного денег из кошелька и подошел к парню, который играл на рояле для «атмосферы».

— Привет, я знаю, что это, наверное, безумная идея, но Вы не возражаете, если я сыграю? — я поднял гитару. — Сегодня у нас с моей девушкой годовщина. Мне хочется сделать что-то особенное для нее. — Парень, казалось, игнорировал меня, но потом он поднял глаза и кивнул, когда я сунул пятьдесят долларов ему в руку.

— Если это поможет мне, я буду очень признателен, — добавил я, и он выдавил из себя улыбку, закончив играть фрагмент. Тишина была почти оглушительной. Подошел официант, чтобы посмотреть, что происходит, и пианист объяснил ситуацию. Черт, я бы заплатил этим людям сколько угодно, чтобы сделать это.

К счастью, официант согласился участвовать и даже принес стул, и передвинул для меня микрофон.

— Всем привет, — произнес я, немного нервничая, но уговаривая самого себя, черт возьми, успокоиться. — Прошу прощения, что прерываю ваш ужин. Я займу всего несколько минут вашего времени, — я настроил гитару и надеялся, что никто не заметил, что внутренне я паниковал.

— Я только хочу сыграть небольшую песню для моей девушки, Тейлор, она вон там. Она согласилась прийти сюда со мной, даже после того, как я не очень хорошо повел себя с ней. Это часть моего извинения. Надеюсь, вам понравится.

Я не мог смотреть на нее до этого момента. Она покраснела, и это было чертовски мило. Все это стоило того, только чтобы увидеть это.

Я начал петь, и позволил себе потеряться в музыке, как и всегда. Я чувствовал на себе ее взгляд. Все остальное исчезло, остались только она и я.

Я не могу объяснить, почему эта песня наводила меня на мысли о ней, но это было так. Что-то в мелодии и напряженности, что нарастала на всем протяжении песни и затем смягчалась к самому концу. Шепот и возбуждение одновременно. Ее глаза следили за мной все это время, и выражение ее лица стоило потенциальной злости всех остальных людей в ресторане. Она смотрела меня. И не просто как на раздражителя, с которым ей приходилось мириться. Не просто на парня, который всегда пытался залезть ей в трусики. Она смотрела на меня, как на парня, которым она может гордиться. Парня, к которому у нее могут быть чувства.

Или, может быть, с моей стороны это было принятие желаемого за действительное. Я почти ожидал, что она захочет ударить меня, когда я вернусь к столу. Все же, это того стоило.

— Извини, Мисси. Спасибо, что выслушала, — сказал я после того, как стихли вежливые аплодисменты. Меня не волновали ничьи слова. Только ее.

Но когда я садился за стол, она молчала.

— Ну? — спросил я, когда больше не мог находиться в неизвестности.

— Я действительно не знаю, что сказать. — Из-за этого я практически рассмеялся.

— Ты всегда знала, что сказать. Итак. Тебе не понравилось.

— Нет, это не так.

Ее пальцы скользнули по струнам, и она замерла, нахмурившись.

— Продолжай, — произнес я, и она вздрогнула, взглянув на меня. Ее лицо просветлело, и мое сердце снова замерло.

— Не осуждайте меня, мистер Музыкальный Вундеркинд. Я ненавижу, когда ты смотришь на меня так, — тем не менее, она улыбалась, когда говорила это, и я присоединился к ней на полу.

Из подвала доносились громкие голоса, где, как я предположил, Рене, Пол и Дасти вероятно играли в «Call of Duty»³. Дасти, с таким успехом, мог переехать сюда, поскольку он находился здесь постоянно, и его квартира была дырой. 

Его кот, Наполеон, уже был неотъемлемой частью Желтого дома, и совершенно избалованный всеми нами.

— Как прошел твой день, дорогая? — спросил я Тейлор, пока она передавала мне гитару.

— Хорошо, мой дорогой. Я получила приглашение на работу в кризисном центре, и стажировка начнется на следующей неделе. — На этот раз ее глаза загорелись совсем по другой причине.

— Это замечательно. Им очень повезет заполучить тебя.

Она закатила глаза из-за моего комплимента, хотя это правда. Она занималась женскими исследованиями и не могла дождаться, чтобы попробовать себя в деле и получить определенный опыт по оказанию помощи женщинам и детям. Моя девочка Мисси была замечательной в этом. Она помогала каждому встречному, даже если не знала, что делает это. Включая меня.

— Эй, я тут подумал, что мы могли бы поехать и поужинать с моей семьей на этих выходных? — Они все обожали ее, и я был уверен, что моя тетя, Хоуп, любила Тейлор больше, чем меня. Я знал, что моя двоюродная сестренка Харпер определенно любила ее больше, и не только потому, что у Тейлор было такое же имя, как и у любимой певицы Харпер.

— О, это было бы замечательно! Мне кажется, прошла вечность с тех пор, как мы их видели, даже если это и было всего несколько недель назад. — Я наигрывал на гитаре мелодии, а потом начал играть «Style» Тейлор Свифт⁴. Она захихикала на мой выбор песни, но мы оба знали слова всех из альбома Тейлор «1989». Ее голос присоединился к моему, и мы спели от начала до конца несколько песен.

— Мне нравится, что ты не стал изнеженным из-за любви к Тейлор Свифт, — сказала она, целуя меня в щеку, когда Мейс позвал всех на ужин.

— Почему я стал бы изнеженным из-за любви к потрясающей музыке? — спросил я, и она обняла меня за талию.

— И за это я люблю тебя.

— Это хотя бы не единственная причина?

Мы оба сели, и она повернулась ко мне.

— Не единственная. Одна из множества.

— Хорошо.

Глава 3: Тейлор

Когда мы ездили навестить семью Хантера, Мейс и Дара обычно присоединялись к нам, но в эти выходные у них обоих были дела, поэтому мы с Хантером отправились домой вдвоем. Должна признаться, что когда я впервые его увидела, то была поражена. Я не знала, что у Хантера есть деньги, и это было мое первое впечатление о величине его богатства. Даже проведя здесь кучу времени, я была в шоке, когда выходила из машины и смотрела на массивный фасад.

— Ты делаешь так каждый раз, — сказал Хантер, усмехнувшись и взяв меня за руку.

— Ну, мне кажется, что с каждым разом он становится все больше, — парировала я, он сжал мою руку и улыбнулся, что заставило мои внутренности перевернуться.

— Пойдем, Мисси.

Как только мы вошли в дверь, Харпер, племянница Хантера, потащила меня в свою комнату, показать свою новую куклу американку. Вынуждена признать, что одиннадцатилетняя я очень ей завидовала. Все это было бесконечно милым, поскольку у Харпер и куклы была одинаковая одежда, а у куколки даже было крошечное инвалидное кресло, прямо как у Харпер. У Харпер был церебральный паралич, и она пользовалась креслом с электроприводом, чтобы передвигаться. Мне нравилось наблюдать за гонками ее и Хантера по яблоневому саду, ее хихиканье заставляло смеяться всех остальных.

Когда мы спустились вниз на лифте, Хоуп расстилала яркую скатерть в официальной столовой. Теперь, когда она знала, что я вегетарианка, она всегда готовила что-нибудь специально для меня, хотя я сто раз говорила ей, что могу обойтись роллами и салатом. Еще она всегда отправляла нас домой с одним или двумя пирогами. Клянусь, я поправилась на десять фунтов с тех пор, как начала приезжать сюда.

— Прекрасно выглядишь, — произнесла она своим чудесным южным акцентом. Хантер был родом из Техаса, но его привычка растягивать слова проявлялась лишь время от времени, особенно когда он чего-то хотел от меня. Он знал, что это верный способ заставить меня уступить его требованиям.

— Спасибо, ты тоже. — Даже спустя год знакомства с ней, она все еще до чертиков пугала меня. Она всегда была изысканной и очаровательной, с прекрасными украшениями, и утонченная. Я чувствовала себя грязной неряхой рядом с ней, хотя надела свою самую красивую юбку и кружевную рубашку, которую Хантер выбрал для меня в то утро. Он получал удовольствие, выбирая мне одежду, так что я позволяла ему делать это время от времени.

Были только Хантер, я, тетя и дядя Хантера и Харпер.

— Джо не будет? — спросила я, и Хантер покачал головой. Джо был другом семьи, и также юристом, который распоряжался имуществом родителей Хантера, и страховыми выплатами Хантеру.

— Нет, он поехал в круиз с женой на Багамы, — сказал Хантер.

— Хотелось бы мне побывать на Багамах, — произнесла Хоуп, многозначительно глядя на мужа, который поднял руки в знак капитуляции.

— Круиз, круиз! — Харпер захлопала в ладоши.

— Ой, ой теперь ты обязана это сделать, — сказал Хантер, и мы все рассмеялись. Если Харпер захотелось поехать в круиз, ее родители купят для нее чертов корабль.

После того, как мы объелись вкуснейших пирогов Хоуп, мы с Хантером поднялись в его комнату провести немного времени. С тех пор как мы стали жить вместе, у нас не стало правил закрытых дверей, но я отказывалась заниматься сексом, когда мы были у него дома. Это просто пугало меня.

— Но моя кровать гораздо больше твоей и на ней нет одеял с диснеевскими принцессами, — сказал он, пытаясь убедить меня. Я фыркнула. Я бы не пережила, увидев, как Хантер спит в моей детской кровати, укрытый одеялом с принцессами.

— Я сказала — нет. — Он надул свои великолепные губы, и я отвернулась от него, чтобы не поддаться.

— Тогда у меня к тебе вопрос, — сказал он другим тоном, что заставило меня снова посмотреть на него.

— Да?

Он не смотрел мне в глаза, так что я не знала, что, черт возьми, потом вылетит из его рта.

— Что ты думаешь на счет того, чтобы тайно пожениться?

Сначала, я хотела попросить его повторить, чтобы удостовериться, что правильно расслышала.

— Тайно пожениться?

Он поднял взгляд и кивнул, его лицо внезапно посерьезнело.

Я прошла через комнату, и села рядом с ним на его кровать.

— Хм, думаю, если я выйду замуж, а мама и Тони не будут присутствовать, полиция никогда не найдет твое тело.

Он фыркнул, но я лишь наполовину шутила.

— Просто потому, что я хочу подождать со свадьбой, не означает, что я не хочу этого. Ты все для меня, Хантер. Всегда был и всегда будешь, — я схватила его за подбородок и поцеловала его в губы, но он не ответил мне как обычно, когда я использовала на нем свои уловки.

— Просто мне кажется, это длится так долго, и кажется дурным знаком ждать.

Я подняла брови.

— Ты решил сыграть со мной в суеверия?

Он потер свое плечо, где была набита цифра семь.

— И да, и нет. Я просто... Я хочу, чтобы ты стала моей женой, и не понимаю, что изменится, когда мы закончим колледж, и достаточная ли это причина для ожидания. — Мое сердце сжалось из-за его слов. Мне нравилось слышать их, но они также затрагивали что-то еще во мне.

Страх.

Я чертовски боялась замужества.

Конечно же я согласилась, и его предложение — было самым лучшим днем в моей жизни, но, на самом деле, пойти к алтарю и официально расписаться с ним? Пугало меня до чертиков.

Я не рассказывала Хантеру о своих страхах, поскольку не хотела, чтобы он неправильно все понял. Это не из-за него. Это из-за всех тех вещей, что сопутствуют браку. Финансовые аспекты и то, что мы будем зависеть друг от друга. Я просто не чувствовала, что готова.

Что готова быть чьей-то женой.

Я просто замерла. Я не могла позволить себе произнести ни слова, а Хантер, будучи замечательным парнем, сжал меня в объятиях.

— Прости. Мне не стоило заговаривать об этом. Мы можем поговорить об этом в другой раз. — Он снова уступал. Ради меня. Он всегда столько для меня делал, и иногда это заставляло меня чувствовать себя виноватой, но, если я просила его остановиться, он просто делал что-то еще более сумасшедшее, как, например, устроит мне неожиданный круиз.

— И ты меня. Я люблю тебя, — сказала я, в его футболку, вдыхая его успокаивающий аромат корицы и пряностей.

— Выше звезд, — добавила я, потому что это единственное, что стоило сказать.

— Выше звезд, — ответил он.

* * *

Я сто лет не видела свою подругу Меган, поэтому в воскресенье позвонила ей узнать, сможем ли мы увидеться в ближайшее время. Мне нужно было спросить у нее совета по поводу свадьбы. Она была помолвлена со своим давним бойфрендом, Джейком, и планировала роскошную (настолько роскошную, насколько они могли себе позволить) свадьбу.

Она была в восторге, услышав меня, и предложила встретиться в магазине товаров для рукоделия. Она сама делала украшения для столов и необходимые приготовления. Ее свадьба не за горами, но она не торопилась. Я даже не могла придумать какую композицию хочу на свою свадьбу. Когда это случилось.

В понедельник я ушла с работы и поехала на Сасси, моем красном Додж Чарджере, в местный магазинчик рукоделия в Бангоре. Меган завизжала, увидев меня, и мы обнялись. Прошлым летом мы много времени провели вместе, но с тех пор, как мы стали жить на разных концах города, и у нас были сумасшедшие графики, у нас оставалось мало времени, чтобы провести его вместе.

— Я скучаю по тебе, как сумасшедшая, — сказала она, и я согласилась. — Как твой мужчина?

Я закатила глаза.

— На самом деле, это именно то, о чем я хотела поговорить с тобой, — произнесла я, глядя вниз на мое прекрасное кольцо.

— Ух, о, проблемы в раю? — сказала она, когда мы проходили мимо витрины сверкающих искусственных цветов.

— Не совсем так. Он спросил меня, хочу ли я сбежать, — я не могла смотреть на нее, когда говорила.

— Да? И что ты ответила?

Я пожала плечами.

— Ну... Я не могу это сделать. Моя мама и сестра сходят с ума, и я думаю, мой отец хочет повести меня к алтарю. — У меня были напряженные отношения с ним, но мы были вроде как в процессе примирения. Я еще не была готова простить его за то, что ушел и оставил нас, но он старался, и я должна была отдать ему должное.

— Ладно, тогда, что с твоим лицом? — Одним пальцем она обвела круг у моей головы.

— Я не знаю! — Выпалила я, из-за чего проходящая мимо нас женщина одарила меня взглядом.

Меган мгновение вглядывалась в меня, прежде чем схватила меня за руку и потащила в сторону магазина.

— Куда мы идем?

— Ну, я хотела сказать, что мы должны выпить за этот разговор, но поскольку ни одной из нас нет двадцати одного, кофе лучшая альтернатива, — она протащила меня через несколько магазинов к «Барнс и Нобл», который принадлежал сети Старбакс, и отправила меня занимать место, пока делала заказ. Я села и ждала, постукивая пальцами по столу. Хантер влиял на меня.

Она вернулась с двумя карамельными мохито и сунула один мне.

— Выпить. Поговорить.

Я взяла стакан и вздохнула.

— Я хочу замуж. Я согласна. Но в тоже время боюсь, понимаешь? — Она сделала глоток из своей чашки и кивнула.

— Я точно знаю, что ты имеешь в виду. Мы молодые и практически решаемся на такой огромный шаг довериться другому человеку. Это самое страшное, что можно сделать. — Видите? Она понимает это. Я была так рада.

— Но он кажется не понимает, почему я сомневаюсь. Ему нужно или все, или ничего, а я не такая. Меня пугает, что я собираюсь сорвать лучшее, что случалось со мной, но что, если я увязну в этом и что-нибудь случится? Я даже подумать об этом не могу. — Потерять его это нечто, о чем я не могу думать. Ни за что. Трудно передать.

Меган пожала плечами.

— В жизни нет никаких гарантий. Черт, ты можешь попасть под машину, просто шагая по улице. Может случиться все что угодно. Все, что тебе нужно решить, стоит ли игра свеч. Я решила, что Джейк стоит риска. Даже если что-то случится, я бы все равно не променяла бы мгновения, что я провела с ним за целую жизнь без него. Плохие дни с ним лучше, чем дни без него. — Я точно знала, что она имеет в виду, но она казалась такой уверенной. Такой самоуверенной. Я такой не была. Брак моих родителей не был хорошим. Моя сестра порхала с одних отношений в другие. Просто мне не хватало примера для подражания в отношениях. В отличии от моих друзей, но они еще не проходили через тяжелые испытания.

Кроме Хантера. Его отец убил его мать, а потом и себя. Этого достаточно, чтобы вызвать отвращение к отношениям на всю жизнь. Он был сильнее меня, в конце концов.

— Я просто не знаю, — сказала я, опуская голову на руки. Меган погладила меня по плечу.

— Ты разберешься. Я верю в тебя. И всякий раз, когда ты сомневаешься в себе, просто помни, что этот мальчик любит тебя больше всего на этой планете. — Это было правдой. Я знала это.

— Спасибо, — сказала я, вытирая глаза. Они были немного мокрые. Я вздохнула и улыбнулась.

— Теперь, когда с этим покончено, ты выбрала цвета для свадьбы? — Ее лицо просветлело, и я была более чем счастлива поговорить о чужой свадьбе, а не о своей.

Хантер

У моей девушки была склонность... волноваться. Иногда чересчур. Это был хороший способ сказать, что она взбешена. Я уже к этому привык, но вроде как надеялся, что когда мы обручимся, и я докажу, что чертовски хочу на ней жениться, она будет готова принять обязательства.

Но каждый раз, когда я затрагиваю все, что связано со свадьбой или браком, или чем-то подобным, у нее в глазах появляется ужас, и она старается как можно быстрее сменить тему. Я сказал ей, что все нормально. Я был в абсолютном порядке.

Только я был не в порядке. Я был не в порядке, и когда просыпался посреди ночи с ней, обернувшейся вокруг меня, словно она не может без меня даже во сне, я задавался вопросом почему.

Она не хочет выходить за меня? Я спрашивал ее столько раз, чтобы успокоить свое эго, но все же. Был еще этот голос в глубине моего сознания. Который говорил мне, что она слишком хороша, чтобы быть настоящей. Что я не заслуживал этого счастья. У меня отняли столько всего, тогда почему мне достанется это?

Я обнимал ее, и она вздыхала, а я пытался поверить. Пытался поверить, что мы выдержим. Наша любовь победит все и всякое дерьмо.

Я пытался и большую часть времени мне это удавалось. Но были моменты, когда мне хотелось кинуть ее в машину и отвезти в здание суда, хочется ей этого или нет.

* * *

В понедельник в доме разыгралась драма, и все становилось только хуже. Сначала были проблемы с раковиной на кухне, мне нужно было очистить водосток как можно скорее, Рене была не в настроении, Мейс был напряжен из-за большого проекта, и я был уверен, что у всех женщин начались месячные одновременно.

Добавьте к этому обычный стресс из-за занятий и волнение из-за свадьбы, и я был готов сорваться. В тот вечер я выгнал всех из кухни и готовил ужин из трех блюд. В последнее время у меня не было много времени для приготовления пищи, а это меня успокаивало. Безусловно, раньше я использовал свои навыки, чтобы произвести впечатление на Тейлор, но я потерял навык. К счастью, кухня была достаточно большой, чтобы сходить с ума и получить свободное пространство.

— Что происходит? — спросила Тейлор, подходя сзади и обнимая меня со спины, обернув руки вокруг моей талии. Я повернулся и обнял ее за плечи.

— Просто мне необходима была передышка. От жизни, — она вздохнула.

— Да, я знаю, что ты имеешь в виду. Иногда мне хочется просто лежать в кровати, читать весь месяц и ничем не заниматься. Никаких счетов, никакой домашней работы, ни родительских вопросов. Прости. — Она не виновата, что мой отец (я ненавидел сам факт, что разделил ДНК с этим монстром) застрелил мать, а затем застрелился сам. Она не виновата, что меня воспитывали мои тетя и дядя.

— Я знаю, Мисси. Знаю, — я поцеловал ее в макушку. — Но давай поговорим о чем-то другом, а?

— Конечно, — сказала она, поднимая лицо, чтобы улыбнуться мне. Удивляя меня.

— Твоя задница выглядит действительно замечательно в этих джинсах, — сказал я, и потом приготовился к удару по груди, который не заставил себя ждать.

— Не знаю, почему я мирюсь с тобой, — сказала она, но не отпустила меня.

— Потому что ты любишь меня.

Она прижалась к моим губам в поцелуе.

— О, верно, это так.

* * *

В последнее время я много думал о своей маме. Не то чтобы я не думал о ней, по крайней мере, по сто раз на дню, но воспоминания обрушивались на меня все чаще. Той ночью я проснулся ругаясь из-за того, что мне почудился запах ее жареных зеленых помидор и пирога с орехами. Она была той, кто учил меня готовить. Печь. Каждый раз, когда я это делал, я вспоминал, как она позволяла становиться на табуретку рядом с ней, заглядывать через ее локоть, как она размешивает волшебное зелье, что она готовила. Я привык так думать. Что это было волшебство. Иногда я все еще так делаю.

Тейлор тоже заставляет меня думать о ней. Как бы она восхищалась Тейлор. Насколько они похожи. Как бы они объединились и отпускали шуточки в мой адрес, но я бы наслаждался каждой минутой.

Я не осознавал, что плачу, пока слезы не упали на волосы Тейлор. Я вздохнул и вытер глаза рукой, которой обнимал ее.

Прошли годы, но нож все еще был там. Он резал все также глубоко и болезненно, как и в тот день, когда я узнал, на что на самом деле способен был мой отец. Вы просто учитесь жить с этим.

Глава 4: Тейлор

Последние несколько дней Хантер был погружен в себя. Не то чтобы он не был вдумчивым, но я замечала, как он смотрит в пространство перед собой, как будто что-то напряженно обдумывая. Я спросила его об этом, но он отмахнулся.

Прошла неделя, и я в конечном итоге взялась за него, когда мы легли в постель, зажав его под собой.

— О, сегодня ты хочешь быть сверху? — сказал он, впиваясь пальцами в мои бедра, заставляя за секунду забыть, зачем я вообще это делала.

— Ммм, звучит неплохо. Но только после того, как мы поговорим. И ты расскажешь мне, что у тебя на уме.

Он зарычал, и этот звук поразил меня прямо между ног. Одновременно с этим он подвигал бедрами, что заставило меня захныкать.

— Хорошая попытка, — сказала я, слегка задыхаясь. — Но я хочу поговорить.

Он впился в меня взглядом, начав подниматься, его руки оказались на моей спине, так что я оказалась у него на коленях, и наши лица были всего в нескольких дюймах друг от друга.

— Ты уверена, что хочешь поговорить, Мисси? — Его руки медленно двигались, пока не сжали мою грудь, а большие пальцы не коснулись сосков. Я была одета только в тонкую майку, и касание отдалось прямо в сердце.

К черту его.

— Хантер! — сказала я, шлепнув его по рукам.

— Ладно, ладно, хорошо, — сказал он. — О чем ты хотела поговорить. — Это был не вопрос.

Я вздохнула. Иногда я хотела задушить его.

— Я хочу поговорить о том, почему ты всю неделю отдаляешься. Что-то происходит, и я хочу знать что, — я скрестила руки на груди, потому что его глаза переместились вниз к моим соскам.

— Что, если я не хочу говорить? — спросил он.

— Ну, тогда с меня хватит, — я уперлась руками и попыталась встать. Его руки сжали мои бедра, и я не могла сдвинуться.

— Не уходи, Тейлор, — он использовал мое имя, заставив замереть.

— Тогда расскажи мне. Пожалуйста, поговори со мной, — сказала я, положив руку на его грудь, прямо над сердцем. Оно билось под моей рукой. Он нервничал и пытался обмануть. Но я знала его. Его пальцы постукивали по моему левому бедру.

Один, два, три, четыре, пять.

Я любила его маленькие причуды.

— Я не знаю, Тейлор, — ответил он, потирая цифру семь на плече. Еще одна причуда. — Просто я в последнее время много думал о маме.

Ему становилось лучше, когда он был открытым со мной (нам обоим), но я знала, что ему все еще тяжело говорить об этом, и всегда будет. Мое сердце разбивалось каждый раз, когда при упоминании ее имени его голос ломался.

— Да, и что насчет нее? — сказала я, нежным голосом. Мне не хотелось спугнуть его, иначе потом он закроется или сойдет с ума, или скажет мне заткнуться. Не потому, что я противилась, когда он вытворял такое, но это было важно. Не могу сказать почему, но я знаю, что это так.

— Просто... я не знаю. Мне хочется, чтобы она была здесь. Чтобы могла познакомиться с тобой. Просто множество сожалений и желаний, которые никогда не сбудутся. — Небольшой печальной улыбки, которой он одарил меня, было достаточно, чтобы мое сердце разбилось. Ох, Хантер.

— Я так сильно тебя люблю, — я накрыла ладонями его лицо и поцеловала в губы. — Я так сильно тебя люблю, и, если бы я смогла забрать эту боль, я бы сделала это, — я старалась не заплакать, но слезы все равно появились.

— Эй-эй, все в порядке, — произнес он. Теперь он утешает меня.

— Я в порядке. Все хорошо, — я отстранилась и фыркнула.

— Ты не должна нести мою боль, Мисси. И не должна чувствовать вину за мое прошлое. Я не хочу, чтобы это затрагивало тебя, — взяв мои руки, он повернул их и поцеловал каждую ладошку.

Я не знала, что могла полюбить его еще больше, а потом это вдруг случилось. Это увеличивалось и нарастало с каждым днем.

Мы оба прошли через многое, вероятно, это одна из причин, почему мы так хорошо понимали друг друга. Но все же иногда я чувствовала, словно он отправлялся туда, где я не могла до него достучаться.

— Ты можешь поговорить со мной. Об этом, о ней. Обо всем. Я просто хочу, чтобы ты это знал. Я люблю тебя, и я здесь ради тебя. — На этот раз его улыбка была искренней, и я позволила ему стянуть с меня топ через голову и опрокинуть меня на матрас.

* * *

На следующий день отец оставил сообщение на моем телефоне, но я проигнорировала его. Я просто не хотела иметь с ним дело прямо сейчас. Не вдобавок ко всему остальному. Это я не потяну.

Рене, Дара, Джос и я решили, что нужно устроить девичник, поэтому мы бросили парней заниматься своими делами и отправились в торговый центр «Бангор». Я была так занята с домашним заданием, занятиями, работой в библиотеке и стажировкой в кризисном центре, что едва успевала вздохнуть.

— Почему, я не понимаю, почему это происходит, — ныла Джос, пока мы вытаскивали ее из машины. Она ненавидела шоппинг, но мы согласились позже зайти в музыкальный магазин «Бул Муз» ради нее, поэтому она согласилась.

— Просто смирись, хлюпик, — сказала Рене, положив руку на плечо Джос. На первый взгляд вы бы ни за что не сказали, что они сестры, но, если приглядеться поближе, можно увидеть сходство. К тому же, когда они ссорились, об этом можно было сказать наверняка. Они обе были остры на язык.

— Ох, укусите меня, — пробормотала Джос, а потом завизжала, когда Рене укусила ее за плечо.

— У нас может быть хоть один спокойный день? — спросила Дара, шагая впереди. — Это все, о чем я прошу.

Джос закатила глаза, а Рене нахмурилась.

— Ладно, — я взяла Дару за руку. — Куда сначала?

Все закричали разное.

— Может нам разделиться? — предложила я.

— Нет, тогда теряется весь смысл тусоваться вместе, — ответила Дара. Она была большой поклонницей планов и правил, и понимания что, черт возьми, произойдет заранее.

— Давайте составим список, куда нам нужно зайти, и тогда мы будем уверены, что охватим всех, — сказала она, вытащив телефон.

Я улыбнулась Рене. Ох, Дара и ее списки.

Час спустя мы выходили из магазина нижнего белья с брюзжащей и покрасневшей Джос и несколькими пакетами, которые сделают мужчин очень счастливыми.

— Ты должна была купить тот милый маленький хлопковый комплект, — сказала я ей, но она покачала головой.

— Ни за что. Не хочу желать чего-то большего. — Ее отношения с Дасти все еще находились на начальной стадии, и я не винила ее.

— Хотя, неважно, какое на мне нижнее белье, он, кажется, каждый раз реагирует одинаково, — прошептала она, чтобы не услышала Рене. Ее старшая сестра взяла на себя работу по защите Джос слишком уж серьезно.

— Я не удивлена, — прошептала я в ответ. Дасти абсолютно сходил с ума по ней. Не удивлюсь, если он вскоре сделает ей предложение, хотя они встречались меньше года. Они, вероятно, пойдут к алтарю раньше, чем мы с Хантером.

— Эй, — позвала Джос, сжимая мою руку. — Ты немного потерянная.

Мы блуждали по безвкусному ювелирному магазину, где Рене и Дара примеряли диадемы и аляповатые клипсы.

— Да, я просто задумалась кое о чем.

— И что же это? — спросила она с ухмылкой.

— Нет, просто так.

Она закатила глаза, и потянула меня в заднюю часть магазина, где у них были боа из перьев. Это выдернуло меня из размышлений на некоторое время, и к тому времени, как мы отправились перекусить, я чувствовала себя лучше.

Поскольку выпивка была дорогой, и дома было несколько бутылок дешевого вина, мы заказали десерт перед уходом.

— О, мой бог, я так объелась. Просто закатите меня в машину, — застонала Рене, склоняясь к плечу Дары.

Я привезла нас в Желтый дом, и войдя внутрь мы застали парней за эпической битвой в брейк-дэнсе под битбокс в исполнении Дасти вместо музыки.

Они не заметили нас, потому что Мейс и Хантер, танцуя, обменивались движениями, а Пол подначивал их. Так мило, когда есть кто-то не столь суматошный, благоразумный. Противостоящий остальным. И он идеально находил баланс с Рене.

— Что за кучка придурков, — сказала Рене с улыбкой.

— Но мы любим их, — со вздохом произнесла Дара.

— Да, любим, — добавила я. Хантер сиял, и я любила это. С недавнего времени ему было тяжело отпустить, и я не знала, что с этим делать. Но я должна что-нибудь сделать.

* * *

Следующий день был Днем домашней работы (с капитаном Дарой у руля), поэтому у меня было мало времени обдумать, что же делать с Хантером. Еще у меня была куча домашних заданий, так что как только по меркам Дары дом был убран, мы разошлись и приступили к делу.

У меня была кипа бумаг, для которых нужно было огромное количество исследований, и только от мыслей об этом у меня болела голова. Не помогало и то, что Рене, не переставая, показывала всем один из учебников по сестринскому делу с наглядными изображениями болезней.

— Если ты еще раз направишь это в сторону моего лица, Рене, клянусь Богом, меня стошнит прямо на тебя.

Она просто показала мне язык и вернулась на свое место на диване.

— Ну, извини, что пыталась просветить тебя, — она фыркнула и запыхтела, но вернулась к чтению несколько минут спустя. При необходимости она была способна на поразительную концентрацию. Вероятно, это одна из причин, почему она была практически лучшей в классе.

Прежде чем я осознала, Хантер отнес меня в постель. Я уснула на клавиатуре ноутбука.

— У тебя очертания клавиатуры на щеке, — сказал он, посмеиваясь, когда я спросонья хмуро взглянула на него.

— Ты все равно любишь меня.

— Да. Абсолютно точно.

Он уложил меня в постель, и я уснула, но спустя десять секунд проснулась. Я повернулась и увидела, что лицо Хантера скривилось в хмурой гримасе. Несколько минут спустя он начал дергаться. Я потрясла его, чтобы разбудить до того, как все станет хуже.

Его ночные кошмары были пугающими, когда он только переехал ко мне. Почему-то теперь, зная, что они были о том, как убили его мать, делали их еще ужасней.

— Хантер, Хантер, проснись, — позвала я, он вздохнул, и его глаза распахнулись. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что это был сон.

— Черт, — выругался он и сжал меня в крепких объятиях. — Прости.

— Все хорошо, все хорошо, — промолвила я, поглаживая его пропитанную потом спину. Когда его дыхание наконец-то замедлилось, я поцеловала его в макушку и пошла за чистыми простыни. Я меняла постель, перекатывая его с боку на бок, пока он пялился в потолок.

— Прости, — произнес он без эмоций.

— Ничего страшного, Хантер. Мне просто хотелось бы что-нибудь сделать, чтобы ты перестал их видеть, — я забралась в кровать и натянула на нас одеяло. Он был голым, конечно же, и немного дрожал.

— Я знаю, Мисси. Знаю, — он прижал меня к груди и так сильно стиснул, как если бы боялся, что я вырвусь из его объятий.

Нужно что-то делать. Настало время вызывать подкрепление.

Хантер

Я злился сам на себя из-за ночного кошмара. Сейчас они стали реже, но казалось, не теряли контроль надо мной. Каждый раз было одно и то же. Эти жуткие образы, что оставляли меня вспотевшим и задыхающимся, и забывающим, что я больше не ребенок, который смотрит на тела своих матери и отца с лицом, изуродованным пулей.

Я проходил терапию прежде, но, возможно, настало время вернуться. Мне этого не хотелось, но если был шанс, что терапия избавит от кошмаров, я каждый раз буду выбирать терапию. Тейлор прошла через это, так что я знал, она поддержит меня, если я расскажу, чего хочу.

Я много думал об этом в понедельник во время занятий. Саммер пришлось несколько раз ткнуть меня ручкой, чтобы я снова сосредоточился.

— Ты определенно сегодня не здесь, — сказала она, когда мы обедали в перерыве между занятиями. Я еще не рассказывал ей свою прискорбную историю, но она была достаточно проницательна, чтобы понять, что у меня было какое-то печальное прошлое. Она не спрашивала меня об этом, за что я был благодарен.

— Да, у меня репетиция сегодня вечером, — ответил я. В прошлом году я вступил в группу «Мэйн Стейнерс», группа «а капелла» из парней Университета штата Мэн. Дасти тоже там был, благодаря его бит-боксерским навыкам. Я без зазрения совести использовал группу, чтобы сделать предложение Тейлор, и я всегда буду благодарен им, что они согласились на это.

— Не-а, не из-за этого, но я закрою на это глаза, — сказала она с улыбкой. 

— Хочешь, чтобы я тебя отвлекла? Или мне просто тихонько посидеть здесь и позволить тебе поразмышлять?

Я не был уверен.

— Отвлеки меня, — наконец произнес я.

— Ладно, отлично. Итак. Я тут работаю над планом урока, — начала она и охарактеризовала наше последнее задание в мельчайших подробностях. Свое я уже закончил, но ее было намного лучше. Придется вернуться к нему и подправить, если хочу получить достойную оценку.

— А теперь мне пора идти, — сказала она с улыбкой, поднимаясь, чтобы убрать свой поднос.

— Помогло?

— Да, спасибо, — ответил я, и она подмигнула мне, прежде чем отправиться на следующее занятие.

* * *

С тех пор как «Стейнерс» стали организацией и частью университета Мэн, у нас была своя комната для репетиций в студенческом союзе. Я пришел пораньше и поздоровался со всеми ребятами. Дасти вкатился внутрь минутой позже, пыхтя и отдуваясь. 

— Извините. Застрял в библиотеке.

Кент призвал нас всех к порядку, и мы начали нашу дурацкую вокальную разминку. Никогда не позволю никому за пределами этой комнаты узнать, что я здесь делал.

Мы прошлись по нашим прошлогодним песням, а потом Кент раздал некоторым ноты наших новых песен. Нам нравилось смешивать новые поп-хиты со старой классикой, чтобы привлечь широкую аудиторию. Иногда песни оказывались немного банальными, но что тут поделаешь?

После того как мы спели несколько песен и проголосовали за сет-лист, мы открыли собрание, где каждый желающий мог предложить песни или мысль по поводу мероприятий.

— Что на счет создания треков в стиле «мэш-ап»? Люди сходят от них с ума, — сказал Трент, один из главных у нас.

— Хороший план. Как насчет того, чтобы каждый нашел по две песни в стиле «мэш-ап» к следующей неделе, и мы дадим им шанс, — поддержал Кент.

Супер. Еще одна проблема на мою голову. К счастью, репетиция закончилась прежде, чем Кент заметил у меня полное отсутствие энтузиазма.

— Увидимся через пять минут, — сказал Дасти, усаживаясь в свой «Фольксваген Гольф». Я махнул рукой и сел в свою машину. Он просто обязан переехать к нам, но, вероятно, Рене будет нервничать, если он сделает это. Потому что тогда это означало бы, что у ее младшей сестры на самом деле будет секс на регулярной основе, а мы не могли такого допустить.

Когда я вернулся, дома было тихо. Некоторые вечера мы все были здесь и ходили друг возле друга, а иногда здесь были только один или двое из нас.

Я нашел Тейлор в гостиной, читающей книгу. Мгновение я наслаждался, глядя на нее, в то время как ее глаза сканировали электронную читалку, прежде чем шагнул вперед и сел рядом с ней.

— Привет, Мисси, — сказал я, подставляя губы для поцелуя. Она подняла вверх указательный палец, и я ждал, пока она закончит дочитывать главу. Она счастливо вздохнула и потом поцеловала меня.

— Прости, я была прямо в середине. Как прошел твой день? — она погладила мои коротко стриженые волосы, и я притянул ее к себе колени.

— Хорошо. Саммер рассказала мне о своем плане урока, и я уверен, что придется переделывать мой, потому что по сравнению с ее он полный отстой, — я скривился, и она улыбнулась.

— Ты знаешь, что это не правда. Ты умный и симпатичный, и сексуальный, и я полностью влюблена в твой мозг. Это мой самый любимый мозг из всех, — произнесла она, и я ущипнул ее за палец.

— Эй! Это был комплимент, — проворчал я, а она притворилась, что сердится.

Через несколько минут вошел Дасти и помахал нам, направляясь в цокольный этаж в комнату Джос.

— Эй, я тут подумала, — начала Тейлор. Она не встречалась со мной взглядом и начала возиться с кончиками волос.

Хм.

— Угу, — промолвил я, жестом приглашая ее продолжать.

— Я тут подумала, может тебе хотелось бы поехать в Техас, — поспешно произнесла она все слова, одно за другим.

Я понятия не имел, что на это сказать. Что мне ответить?

— Ты сердишься? — спросила она, и я покачал головой.

— Нет. Я не злюсь. Я не знаю, что думать, честно. Это никогда не приходило мне в голову. Моя жизнь здесь, моя семья здесь. — Семья, которая все еще у меня была. Мои родители были похоронены в Техасе, но мне никогда не хотелось посетить их могилы.

— Я знаю. Но я подумала, возможно, возвращение к прошлому может помочь тебе двигаться вперед. Тьфу, я говорю, как мозгоправ из тв-шоу. Но ты понимаешь, что я имею в виду?

Я знал, что она имела в виду, но не знал, было ли это выходом.

— Это была просто мысль. Ты, конечно же, можешь сказать «нет», и я никогда не буду делать этого снова, — сказала она поспешно. Я рванулся вперед и накрыл ее рот поцелуем.

— Мне нравится, как ты заботишься обо мне. Насколько сильно ты заботишься обо всех. Я подумаю об этом.

Ее лоб был по-прежнему напряжен от беспокойства, когда она отстранилась, и я попытался пальцами разгладить его.

— Я имею в виду, что нам не обязательно ехать туда прямо сейчас. Может, следующим летом?

Я рассмеялся.

— Ох, Мисси, техасское лето сожрет тебя заживо. Твое милое личико обгорит, моя девчонка из штата Мэн, — я сжал ее щеки, и она нахмурилась, глядя на меня.

— Думаю, я смогу справиться с этим, — сказала она.

— Ну, может быть, мы узнаем это.

Она вздохнула и встала.

— Моя очередь готовить обед. Хочешь помочь?

Я взял ее за руку.

— Всегда.

* * *

Поскольку мои последние занятия отменили, на следующий день я решил немного поиграть на гитаре, поискать хорошие «мэш-ап» песни и побездельничать. Я остался дома один, что было одновременно жутким и едва не раздражающим. Мне было не с кем поговорить.

Через некоторое время я просто начал наигрывать песни, которые хотел, и это заставило меня почувствовать себя лучше. Я играл то, что я назвал «песни Тейлор», где были те, которые я пел только для нее. У меня был целый список, и я постоянно добавлял туда новые. В шутку я начал миксовать все песни Тейлор Свифт. Семилетка получит удовольствие, когда я в следующий раз приеду. Я бы не стал делиться этим со «Стейнерс». Что-то подсказывало мне, что им это не понравится так сильно, как моей милой кузине. Что было досадно, поскольку у Тейлор Свифт было несколько действительно хороших вещей.

Я был так потерян в музыке, что не заметил, когда Джос плюхнулась на диван рядом со мной. Только ее громкий вздох предупредил меня о ее присутствии. Остановившись в середине песни, я повернулся к ней.

— Долгий день? — спросил я.

Она закатила глаза.

— Можно и так сказать.

— Хочешь поговорить об этом? — предложил я. Иногда она была очень разговорчивой.

Она повозилась с рукавами рубашки. 

— Не особенно.

— Тогда ладно, — я снова начал играть.

— Просто... — сказала она, замолкая. У меня было ощущение, что она готовится.

— Ага, — я пытался подтолкнуть ее к продолжению.

— Я хочу переехать к Дасти. — У меня было ощущение, что это произойдет.

— Да? И ты переживаешь за Рене. Потому что она определенно не позволит тебе переехать в эту съемную квартиру, в которой он живет сейчас, и она будет против его переезда сюда. Поэтому ты в тупике, не так ли?

Вздохнув, она поковыряла ногти.

— Да, этого слишком много. И я понятия не имею, как даже заговорить с ней об этом, потому что знаю, что она сорвется, если я даже попробую сделать это. Она иногда такая неразумная.

Да, это правда, но, по крайней мере, она делала это из добрых побуждений. Джос и Рене из проблемной семьи. У их родителей было несколько разводов и детей на двоих, и Джос с Рене присматривали за младшими. Это было главной причиной, почему Джос стала жить с нами. Потому что их мать не знала, как бороться с депрессией Джос после потери ее лучшего друга. Да, лучшего друга, который оказался сводным братом Дасти.

Чертовски тесный мир.

— Да, я не имею понятия об этом. Может быть, поговорить с Полом? Он бы лучше понял, какие слова сказать, чтобы она не взорвалась. Если вообще есть такие слова, чтобы сообщить, что Дасти переезжает, и которые не свели бы ее с ума, — я рассмеялся, и Джос печально улыбнулась мне. С тех пор, как Дасти вошел в ее жизнь, она стала намного счастливее. Я понимал сомнения Рене, но черт, Дасти заставлял Джос улыбаться, и это было довольно эпично.

— Другой вариант, — продолжил я, стараясь выглядеть беспечным, — действовать у нее за спиной, сделать это и разобраться с последствиями позже. Я имею в виду, если ты спросила бы меня, я не против его переезда. Я знаю, что он не неряха и будет вносить свою долю. Дом достаточно большой. — Одной из причин, почему я так любил этот дом (и не только потому, что мы жили недалеко от Стивена Кинга) было то, что я мог предложить кому-то вроде Дасти жилье. Я помнил, на что это похоже — быть вырванным из единственного дома, который я когда-либо знал в Техасе и отправиться в штат Мэн, чтобы жить с родственниками и насколько раздражающим и напряженным это было. Если бы не любовь моих тети, дяди и двоюродных братьев, я не знаю, как бы пережил это.

Семья была важна. Этим все сказано. И прямо сейчас Джос была семьей Дасти, а он был частью ее семьи.

— Я уверена, что все пройдет очень хорошо, — сказала Джос.

Дверь открылась и вошла моя девушка. В ту минуту, как она увидела меня, ее лицо расплылось в улыбке.

— Привет, любовь моя, — она перепрыгнула ко мне и одарила поцелуем. Мое сердце сходила с ума. Каждый раз.

— Что это вы двое задумали? — спросила она, когда я переместил гитару в сторону, чтобы она могла сесть рядом со мной на кресло.

— Всего лишь пытаемся выяснить, как нам перевезти сюда Дасти, чтобы об этом не узнала Рене, — сказал я.

Тейлор фыркнула.

— Ну, удачи с этим. Тебе повезло, что она позволила ему провести здесь ночь, — обратилась Тейлор Джос.

— Знаю, знаю. Мне повезло бла-бла-бла. — Дальнейшая ее речь была прервана приходом Дары, потом Мэйса и Пола. Рене задерживалась в лаборатории, поэтому она приходила, когда большинство из нас уже спали.

— Если ты хочешь поговорить об этом, это твой шанс, — сказал я вполголоса Джос. Она закусила губу, а потом встала, чтобы поцеловать Дасти. Он запустил пальцы в ее волосы и расплылся в улыбке, глядя на нее.

— Хей, Рыжик.

— Привет, Дасти, — сказала она, глядя на него. Он потянулся и поцеловал ее, прежде чем они вместе спустились по ступенькам. Мне не нужно много попыток, чтобы понять, что они собирались делать до обеда.

* * *

— Итак, у тебя есть какие-либо идеи? — Спросил я Тейлор ночью, когда мы были в постели. Это было мое любимое время. Когда она была мягкая и теплая, и в моих руках. Я мог говорить о чем угодно с ней, и это было удивительно.

— Я действительно не знаю. Рене — крепкий орешек. Она гиперопекающая, это значит, и хорошо, и плохо иметь старшую сестру, — она закатила глаза, и я усмехнулся.

Я все еще помнил первый раз, когда встретил ее старшую сестру, Тони. Я был одет лишь в полотенце, и она угрожала причинить непоправимый вред моему «хозяйству». Она по-прежнему не была в восторге от меня, но мы хорошо ладили. Вероятно, это было настолько хорошо, насколько я мог ожидать.

— Думаю, я могу поговорить с ней. Но тогда боюсь, что она уйдет за Джос, а нам не нужна снова их борьба. Это плохо, когда они в ссоре.

Это были такие моменты, когда я знал, без сомнения, что она будет чудесной матерью. Черт, она уже опекала большинство из нас, так или иначе.

Я не могу дождаться нашей свадьбы. Жить в доме вместе и видеть ее с нашим первым ребенком. Черт, это было бы замечательно. Часть меня хотела перемотать этот момент, а другая часть хотела заморозить этот момент таким, какой он есть.

— Мы с этим разберемся, — сказал я, обнимая ее. Ее волосы были на моем лице, но она пахла так хорошо, что я не хотел убирать их.

— Думаю, да. Тебе сегодня лучше?

Я сделал глубокий вдох.

— Я не знаю. Думаю, мы узнаем, если случится еще один кошмар, — я определенно не стремился поскорее заснуть. Я подумывал не спать или принять какое-то лекарство, чтобы заснуть. Может быть, все будет нормально. Я надеялся на это.

— Ну, если это случится, я буду здесь, чтобы разбудить тебя, — сказала она, наклоняя голову и целуя меня в щеку.

— Ты так заботишься обо мне.

— Как и ты, Хантер. Как и ты.

Глава 5: Тейлор

В ту ночь у него был еще один кошмар. И еще один. Я понятия не имела, что, черт возьми, их вызывало, но никто из нас не высыпался, и я со всеми становилась раздражительной и стервозной, также беспокоили и темные круги, появившиеся под глазами.

Не зная, что делать, я воспользовалась перерывом между занятиями и позвонила Хоуп. Единственными людьми, которые знали Хантера лучше, чем я, была его семья. Я думала поговорить с Мейсом, но мне просто нужно было поговорить с... мамой. Я нуждалась в разговоре с мамой, которая бы дала прекрасные советы. Хоуп определенно подходила под это описание. Она была мамой, как по определению учебника. Она могла испечь десятки кексов для родительского комитета, организовать сбор средств, выстирать белье и выглядеть великолепно, делая все это. Она была невероятной.

Прошло два телефонных гудка, прежде чем она ответила.

— Тейлор, как ты? — ее южный протяжный акцент был как лучик солнца. Я ее просто обожала.

— Хорошо. Просто я... Я хотела поговорить о Хантере. — Прозвучал резкий выдох. — Если у Вас есть время. Вы можете перезвонить, если заняты чем-то. — Теперь я чувствовала себя идиоткой.

Я услышала, как она что-то говорит тихим голосом.

— Подожди, я за обедом, но сейчас выйду наружу. — Я начала говорить ей, что не нужно этого делать, но она меня проигнорировала.

— Вот. А теперь, что я могу сделать для тебя, милая?

Это была плохая идея. Теперь она будет переживать за него, когда тут на самом деле и переживать-то не о чем. Я не подумала.

— У него снова появились ночные кошмары, и я просто очень волнуюсь за него.

Она печально вздохнула:

— О нет. Я думала, он с этим покончил. Было так плохо, когда он впервые приехал. Я не спала целых два месяца, беспокоясь за него.

Я могла себе это представить. Хантер может и не был ее биологическим сыном, но это не мешало ей относиться к нему как к собственному ребенку.

— Они проявлялись у него изредка, когда он впервые переехал в общежитие, но по большей части прекратились. Их не было уже какое-то время, а потом они начались снова. Он также был расстроен и казался, не знаю, отстраненным что ли? Скорее всего, ничего страшного в этом нет, но я просто хотела спросить, могу я что-нибудь сделать для него.

— Ах, милая. Я знаю, как сильно ты его любишь. Это одна из причин, почему мы любим тебя. Ты теперь часть нашей семьи, и не только потому, что ты выходишь замуж за Хантера. Ты говорила с ним?

Я рассказала ей о моих беседах с Хантером и то, что он ответил.

— Ну, я думаю, единственное, что ты можешь сделать, это быть с ним и говорить ему, как сильно ты его любишь. Ты хочешь, чтобы я позвонила и проверила как он? — Это были волшебные слова.

— А Вы бы могли? И если бы Вы опустили тот факт, что мы разговаривали об этом, было бы просто замечательно. — Это походило на обман, но я не хотела, чтобы он узнал, что я делаю за его спиной.

— Конечно, милая. Я позвоню ему и спрошу, не хочет ли он снова к нам приехать. Харпер страстно желает его увидеть. И мы будем рады видеть тебя, Тейлор. Можешь приезжать в любое время, с ним или без него. Ты же знаешь, верно?

Я почувствовала влагу на своих глазах.

— Спасибо, Хоуп. Это много значит. Спасибо большое за все, — я вытерла слезы и шмыгнула носом.

— Ох, Тейлор, звони мне когда захочешь. Днем или ночью. Или можешь просто появиться у меня на пороге, и я сделаю тебе стакан сладкого чая.

Прежде чем я встретила ее, я не знала, что сладкий чай такое большое дело на юге.

Мы разъединились, и я почувствовала себя лучше. Все же мне хотелось сделать намного больше. Если бы был способ, я бы оказалась во сне Хантера и боролась вместо него. Я бы сделала это. Я бы сделала все что угодно для него.

* * *

Я не хотела казаться очевидной, спрашивая Хантера, слышал ли он что-нибудь от Хоуп, поэтому я просто наблюдала и выжидала следующие несколько дней. Мы оба были безумно заняты проектами, работой и, в случае Хантера, «Стейнерс». Несколько дней он пытался создать трек в стиле мэш-ап, но не был доволен ни одним из них. Я согласилась спеть с ним и час спустя рисковала потерять голос.

Чтобы сделать этот процесс более научным, Рене предложила нам записать каждую комбинацию, а затем оценить их по десятибалльной шкале. Конечно, потом пришел Мейс и сделал для всех таблички, как в каком-то реалити-шоу. Все это было довольно нелепо, но Хантер воспринял все очень серьезно.

— Я просто хочу, чтобы все было идеально, — сказал он, хмурясь в листок.

— Это не будет идеальным, Хантер. Ничто не идеально. Тебе просто нужно найти две мелодии, казалось бы, несовместимые и совместить их. Вроде нас. Мы не подходим друг другу, но мы вместе.

Это заставило его улыбнуться и поцеловать меня, что было моей целью.

— Эй, может, зайдешь на «ютуб» и посмотришь другие мэш-апы? — предложила Джос. — Я могу поискать для тебя, если хочешь, — она ринулась вниз по лестнице и вернулась с ноутбуком.

— Спасибо, это было бы здорово, Джос, — произнес Хантер. Она ухмыльнулась, одела наушники и приступила к работе.

— Ну, было весело, но я должна вернуться к чтению о заболеваниях, — сказала Рене со вздохом. Я обменялась взглядом с Хантером. Джос еще не говорила с Рене о переезде Дасти. Я понимала, чего она боялась, но становилось только хуже, чем дольше она откладывала. Была большая вероятность того, что квартира Дасти полностью развалится рано или поздно. Это место было опасным.

Зазвонил телефон Хантера, когда он перебирал несколько аккордов, и он улыбнулся, увидев, кто звонит.

— Привет, Хоуп, — сказал он, вставая и направляясь к лестнице, чтобы позволить остальным спокойно работать над домашним заданием. Я хотела пойти с ним, но не было способа сделать это, не становясь очевидной, ведь я попросила ее позвонить ему. Очень жаль, что это не было, как в старые времена, когда я могла просто взять еще один телефон в доме и послушать. Здесь у нас даже не было стационарного телефона.

Я подождала несколько мучительных минут, сколько смогла выдержать, потом пошла наверх. Если меня поймают, я буду утверждать, что мне нужно что-то в нашей спальне. Если бы Хантер был нормальным парнем, я бы просто сказала, что это связано с месячными, но ничего из этого не пугало моего жениха.

Я остановилась за дверью спальни, но не услышала разговора. Должно быть, он повесил трубку. Я распахнула дверь и притворилась встревоженной, найдя его в комнате.

— Хантер? — позвала я. Он сидел на кровати, уставившись в пространство, телефон был прямо перед ним. — Хантер?

Он заморгал и посмотрел на меня.

— Ты так переживала за меня, что позвонила моей тете, чтобы она проверила меня?

Ух, ох. Этот план полностью провалился. Пришло время устранять последствия.

— Прости! Я не знала, что делать. Не знала, как помочь тебе или что мне нужно делать, и мне жаль. Мне не следовало действовать за твоей спиной, но я была в отчаянии, — я опустилась перед ним на колени и потянулась к его рукам. Возможно, это было немного драматичным, но я так боялась когда-нибудь потерять его.

Его глаза были непроницаемы, но потом его лицо смягчилось в улыбке. Я думала, что упаду в обморок от облегчения. Взяв мои руки, он поцеловал мои ладони.

— Мисси, иногда тебя слишком много.

Я упала в его объятия, и мы растянулись на кровати.

— Мне действительно жаль, — сказала я, прикасаясь к его лицу. Я задрожала от легкого прикосновения щетины, когда прикоснулась к его подбородку.

— Я знаю. И не могу сказать, что если бы я оказался в такой же ситуации, я бы не сделал то же самое. Нет ничего, что ты можешь сделать. Проще изобрести машину времени, или типа того, вернуться и изменить прошлое... — он замолчал. — Я просто ненавижу, когда тебе больно, — он поцеловал меня в лоб.

— Мне нравится, что ты пытаешься, — я подняла руку и он шлепнул по ней своей. — Пять за попытку! — сказала я, и он рассмеялся.

— Хорошая попытка.

Я прижалась к его груди.

— Итак, что же сказала Хоуп?

— Ничего, чего бы я ни слышал прежде. Она предложила мне еще раз попробовать терапию или пойти в группу для детей, которые потеряли своих родителей. Я не знаю. Я имею в виду... я просто не хочу возвращаться к этому. Это как срывать бинт с раны и переживать все заново. Я знаю, что никогда не смогу преодолеть это, но мне нравится думать, что я могу хотя бы попытаться жить нормальной жизнью.

Я положила руку на его сердце.

— Если ты попросишь меня выйти за тебя прямо сейчас, я соглашусь, — ответила я.

Хохот вырвался из его груди.

— Хорошая попытка, я уже сделал это.

— Ох, да, верно! Как я могла забыть?

Его пальцы коснулись моей левой руки, где было кольцо.

— Понятия не имею. Это было довольно эпично.

Хантер

Я не злился на то, что она действовала за моей спиной. Я был... расстроен из-за всей этой ситуации. Взбешен, что ей пришлось это сделать. Взбешен тем, что мое прошлое было таким дерьмовым, что повлияло на нее. У Тейлор было свое прошлое. Ей не нужно еще и мое.

В ту ночь снова были кошмары, и она разбудила меня, хотя была так же измучена, как и я. Если я не буду бороться, то это встанет между нами. Тейлор была милой и понимающей, и безусловно сильной, но она не могла делать это вечно. Я не позволю ей упасть во тьму вместе со мной.

Поэтому с трясущимися руками и комком в горле я вошел в клинику кампуса.

— Да, я хочу записаться на прием, — сказал я, понизив голос, как будто кто-то собирался поймать меня с поличным. Я не делал ничего плохого. Я мог быть здесь по любой причине. Еще было затруднительно не оглядываться, чтобы убедиться, что меня никто не видел. У меня был готов предлог на случай, если мне понадобится.

— Хорошо, к кому Вы хотите обратиться? — спросила милая администраторша с широкой улыбкой. У нее было немного ярко-розовой помады на зубах. Я старался не пялиться.

— Э-э, да, э-э, мне нужно с кем-то поговорить о... некоторых вещах? — я вел себя как идиот. Она прищурилась, глядя на меня, и протянула мне блокнот с формой и ручкой на ней.

— Заполните это поточнее, и тогда мы посмотрим, что можно сделать, — она одарила меня еще одной слащавой улыбкой, и я пошел в небольшую зону ожидания с формой для заполнения. Я заполнил ее так быстро, насколько смог, чтобы выбраться отсюда. Администратор разговаривала с кем-то по телефону, поэтому мне пришлось подождать, когда она закончит.

— Давайте посмотрим, что тут у нас, — произнесла она, ее взгляд скользнул к ячейкам с надписями «депрессия» и «проблемы со сном». Я знал, что она не осуждала меня, но мне все равно было неприятно, что незнакомка была в курсе моих личных дел.

Тейлор. Я делал это для Тейлор. Я собирался стать ее мужем и быть для нее самым лучшим. Я должен навести порядок в своей голове.

* * *

После еще нескольких неудобств, я наконец-то записался на прием на следующей неделе, чтобы встретиться с одним из консультантов. Возможно, им окажется какой-то студент-выпускник, работающий над диссертацией, но это было лучше, чем ничего.

Я сложил направление на прием и засунул в бумажник. Я все еще обдумывал рассказывать или нет Тейлор о приеме заранее, или пока подождать. Сейчас я склонялся к тому, чтобы рассказать после.

Я поработал несколько часов в библиотеке, а затем направился домой, обнаружив дом в беспорядке. Мейс пригласил Дэва и Шона, а также Дасти, и они попали в ловушку в компьютерной игре с Рене. Судя по уровню ругани, она, скорее всего, разгромила их всех. Джос подначивала их, Пол старался поддержать Рене, а Тейлор и Дара сбежали на кухню, чтобы приготовить ужин.

— Они уничтожат этот диван, клянусь, — промолвила Тейлор, закатив глаза.

— Да, мы купим новый, — сказал я, подойдя и поцеловав ее.

— Деньги решают не все, знаешь ли, — произнесла она с улыбкой.

— Да, но многое. — Она сморщила носик, и я поцеловал его.

— Тоже верно, — сказала Дара, что-то помешивая на плите, пока Тейлор начала рассказывать мне о какой-то драме на ее занятии «Женщины и процесс общения». Это было немного иронично, учитывая название занятия.

— Потом у нас была целая история с этим термином «феминаци»⁵, и я думаю, мой мозг все еще опустошен, — она прислонилась к моей груди. Я хотел рассказать ей о приеме, но не смог вымолвить ни слова.

— Ну, если тебе нужно, чтобы к вам на занятие пришел мужчина-феминист, я буду добровольцем, — сказал я с улыбкой.

— Вот подлиза, — она шлепнула меня по груди.

— Прости, я хотел, чтобы ты знала, что я был феминистом в течении долгого времени.

Она фыркнула.

— Да, где-то пять минут после того, как я сказала, что занимаюсь женскими исследованиями.

Я сделал вид, что сердито смотрю на нее. Из гостиной раздался крик и Рене начала свой победный танец. Там было много ругани и в нее кидали вещи в ответ на это.

Хаос.

Но мне не хотелось ничего иного.

* * *

— Я практически закончила обучение, поэтому они сказали, что вскоре я могу стать волонтером. Вероятно, практика будет ночная, поскольку в течение дня у меня нет возможности на нее ходить, — произнесла Тейлор, как только мы легли в постель. — Ты не против? Я знаю, что это сократит время, что мы проводим вместе, — она взглянула на меня со своего местечка на моей груди.

— Конечно, я согласен. Почему нет? — Серьезно, каким хреновым женихом я буду, если буду злиться на нее за помощь другим людям?

— Ох, я знаю. Просто хотела уточнить, — она улыбнулась, и я запутался пальцами в ее волосах.

— Ты уверена, что готова к этому? — Единственное, что меня беспокоило. Она кивнула.

— Да, думаю готова. Потому что в данной ситуации я та, у кого есть силы, чтобы помочь кому-то. Это каким-то образом заставляет меня чувствовать себя лучше, — она пожала плечами, и мое сердце забилось сильнее.

— Ангел, — я поцеловал ее в макушку.

— Нет, я не такая, — сказала она

— Да, такая.

— Нет.

— Да.

— Прекрати.

— Заставь меня, — она оседлала мои ноги и уставилась на меня сверху вниз.

— Ну, Мисси, в таком положении я могу сделать много вещей, — сказал я, покачивая бедрами. Она закусила губу, но покачала головой

— Неа. Похоже, тебе придется позаботиться о Хантере-младшем самому, — произнесла она с небольшим вздохом, поднялась с меня, встала с кровати и попыталась дойти в сторону книжной полки.

Попыталась, потому что я бросился вперед и схватил ее за талию, оттаскивая обратно ко мне в постель.

— Ни за что, ты не отвертишься так легко. Ты дразнилка.

— Неандерталец, — парировала она, уворачиваясь от меня. Но она улыбалась.

— Сексуальная.

— Мужлан.

— Великолепная.

— Придурок.

— Точно.

Она рассмеялась и позволила ее поцеловать.

Тейлор

Он что-то скрывал от меня. Понятия не имею что. Но что-то было. Я видела это на его лице, когда он вошел на кухню в тот вечер. Я ничего не говорила, надеясь, что, возможно, он сам признается.

Но он этого не сделал.

Я думала об этом весь следующий день, когда собирала наборы туалетных принадлежностей в кризисном центре.

— Как дела? — спросила Мэл, директор, когда пришла проверить меня.

— Почти закончила, — ответила я, и она улыбнулась и погладила меня по спине.

— Я знаю, что это мелочь, но таким семьям часто приходится уходить ни с чем кроме одежды в сумках, и это такая поддержка иметь возможность предложить им мыло и зубные щетки, и другие мелочи.

Мне разбивало сердце, что в дополнение к туалетным принадлежностям в каждый пакет мы также упаковали маленькую мягкую игрушку. На случай, если там был ребенок, который нуждался в этом.

Мысли об этом отвлекали меня от переживаний о Хантере. У меня было все хорошо. У меня было больше, чем у многих людей.

— Ты в порядке? — спросила Мэл, потому что я уставилась на пакеты, покрывающие стол, где я работала.

— Да, просто думаю о том, насколько другой могла бы быть моя жизнь.

Она сжала мое плечо.

— Это не легкая работа, так что, если тебе нужно со мной поговорить, моя дверь всегда открыта. — Я улыбнулась ей, и она вернулась туда, где остальные волонтеры занимали места на «горячей линии». Довольно скоро у меня будет смена, и не уверена, готова ли я к этому. Люди могут позвонить по любому поводу, поэтому каждый раз, когда звонил телефон, ты не знаешь, с чем столкнешься на другом конце провода.

У меня было несколько учебных занятий, где отрабатывали имитацию вызовов и наблюдали, но быть человеком по другую сторону чрезвычайной ситуации выводило меня из себя.

Я имею в виду, я не самый лучший человек в чрезвычайной ситуации. Дерьмо, когда мы с Хантером впервые встретились, я врезала ему, вместо того чтобы справиться с этим другим способом. Что, если кто-то позвонит, и я просто буду в ступоре?

Я должна взять себя в руки. От меня зависели люди. Это было именно то, чего я хотела в своей жизни, поэтому мне придется привыкнуть.

* * *

Я закончила свою смену и отправилась домой, мое сердце и разум были утомлены. Все были по уши в домашних заданиях, когда я вошла, а Хантер сидел с тарелкой еды, разогретой для меня.

— В такой момент я люблю тебя еще сильнее, — сказала я, когда засела за вегетарианский бургер с плавленым сыром гауда и жареными овощами. Я запихивала еду в рот, пока Хантер наблюдал за мной. Он и раньше видел, как я ем, так что в этом не было ничего нового.

— О, спасибо, Господи, — сказала я, когда закончила. Я откинулась на спинку стула и положила руку на живот.

— Десерт? — он ухмыльнулся и подхватил два красных бархатных кекса.

Я изумленно уставилась на него.

— Что ты делаешь?

— Уф, ничего?

Он подтолкнул тарелку ближе ко мне, и я взяла один из кексов.

— Ты испек мои любимые кексы, потому что сделал что-то, что расстроит меня, и решил задобрить, чтобы смягчить удар? — Мое сердце забилось немного, надеясь, что он расскажет мне, что скрывает от меня.

— Нет. Но мне нравится, как работает твой мозг. Я не сделал ничего, что потребовало бы от меня извинений, — сказал он, снимая бумагу с другого кекса, разломав его пополам, а затем превратив в бутерброд, прежде чем откусить. Я сделала то же самое.

— Ты уверен? — спросила я, давая ему еще один шанс рассказать мне, что он скрывает. Я не настолько подозрительна, чтобы думать, что он мне изменяет, или что это как-то связано с нашими отношениями. Нет, он был бы гораздо более взволнованным, чем сейчас. Он не смог бы скрывать это от меня. Его небольшой нервный тик сразу бы выдал его. Я знала, что он задумал нечто значительное, когда мы проснулись утром в тот день, когда он сделал мне предложение.

Мы встречались с Джо в начале недели пересмотреть финансы Хантера и наши совместные счета. Ближе к концу встречи Джо сказал, что хотел бы взять мое кольцо, чтобы оценить, тогда он мог бы добавить точную сумму в список наших активов. Я не хотела снимать его, но он настаивал, и Хантер не высказался в мою защиту.

Мне даже в голову не приходило, что он забрал его по другой причине. До того самого момента, когда мы стояли в книжном магазине, где собирались выступать «Стейнерс». Хантер постукивал. Действительно постукивал. Он был бледен, и, хотя он улыбался, я знала его лучше.

— Он постукивает. Он всегда так делает, когда выбит из колеи, — сказала я Джос и Мэг. — Я понятия не имею почему... это не первое его выступление. Клянусь, в одну минуту мне кажется, я понимаю его, а в следующую он решает удивить меня, — Ханна говорит что-то Джос, но я слишком сосредоточена на Хантере.

Лидер группы, Кент, представил их, как всегда делал перед каждым выступлением, и потом они начали петь «Еще одна ночь». Хантер указывал прямо на меня, поэтому я знала, что выбор песни был его. Он даже немного солировал. Они продолжили это попурри, но я все еще могла видеть нервозность Хантера.

Я потерла пустое место, где раньше носила кольцо, когда Хантер шагнул вперед.

— Всем привет. Меня зовут Хантер, и я прошу вашего внимания.

— Что, черт подери, делает этот парень? — спросила я больше для себя, чем для кого-то другого. Поскольку определенно что-то затевалось.

Он сказал что-то еще и подозвал меня. И мой мозг просто отключился. В оцепенении я взяла его руку и опустилась на стул, который кто-то принес. Я начала понимать, что происходит, и мне захотелось провалиться под землю.

Не перед всеми этими людьми! Но потом я взглянула на него, когда он начал петь «Я не могу ждать» группы «Runner Runner». Это была песня, которую я нашла случайно, и он должно быть услышал, как я играла ее раз или два.

Конечно же, я начала реветь, но не могла остановить это. Все остальные вокруг меня отошли на второй план, был только он. Только мужчина, которого я люблю, поющий для меня. Спрашивающий меня, согласна ли я провести оставшуюся часть жизни с ним.

— Тейлор Элизабет Колдвелл, ты единственная песня, которую я хочу петь всю оставшуюся части моей жизни, и я люблю тебя больше, чем звезды. Ты выйдешь за меня?

Сначала я не могла заставить себя говорить, но наконец-то прошептала:

— Да.

После этого начался хаос. Я больше ничего не помнила.

Просто знала, что в жизни не была счастливее. Я не знала, что возможно так чувствовать себя. Я думала, что умру.

— Да, я уверен, — сказал он, запустив пальцы в глазурь и размазав ее по моим щекам.

— О, тебе тоже достанется, — я сделала то же самое.

Он поднял руки, сдаваясь, но я в любом случае снова добралась до него.

* * *

У Хантера заняло неделю, чтобы рассказать мне, что он пошел с кем-то поговорить. Целую неделю я мучилась и притворялась, что не слежу за каждым его шагом, когда следила за ним.

— Итак. Хм, — сказал он, когда мы легли в постель. Он высказал какие-то невнятные оправдания, почему опаздывает на ужин, и мое сердце стучало весь вечер, переживая, что что-то не так.

— Да? — спросила я, сидя на подушках, когда он подполз ко мне. Голый, как всегда.

— Сегодня я виделся кое с кем. С психологом в студенческой клинике. Чтобы поговорить о моих кошмарах. — Они по-прежнему были такими же ужасными, и определенно не становилось лучше. Никто из нас не высыпался, и мы мало виделись друг с другом в течении нескольких дней. Я ненавидела это.

Когда он рассказал мне, что поговорил с кем-то, я почувствовала облегчение.

— О, спасибо, Господи. Я знала, что ты что-то скрываешь от меня, но это было именно то, что я надеялась услышать, — я кладу руку на сердце и говорю ему успокоиться.

— Ты действительно так переживала? Прости, почему ты ничего не сказала? — он потянулся ко мне, и я позволила себе отдаться в его руки.

— Да, но я знала, что это было что-то, о чем ты в конце концов расскажешь. Я знала, это не было... Я знала, ты не сделаешь ничего глупого.

В его груди загрохотало, когда он усмехнулся.

— О, да? Ты не подумала, что я оставил тебя в стороне?

Я издала отвратительный звук и шлепнула его по груди.

— Грубиян, не говори так.

Он просто поцеловал меня в макушку.

— Ты не знаешь, как много для меня значит, что ты так сильно доверяешь мне. Я никогда не думал, что кто-то сможет. — Его слова посылают стрелу боли в мое сердце, но я только сильнее сжимаю его.

— Конечно, я доверяю тебе. Не знаю, как так получилось. Обычно, я никому не доверяю. Но каким-то образом... — произнесла я, умолкая.

— Я точно знаю, что ты имеешь в виду.

— Итааак, как прошло? — Мне не нужно знать детали, но мне было немного любопытно.

— Это не было ни ужасно и ни удивительно. Это было просто... как было, — сказал он. Ее звали Изабель, и она действительно дипломированный специалист, что было облегчением. В принципе, он рассказал ей о своем прошлом, и она делала записи.

— Она хочет видеть меня на следующей неделе, поэтому я записался на следующий прием, — он пожал плечами.

— Это хорошо. Действительно хорошо. Я горжусь тобой. — В последнее время никто из нас не высыпался, поэтому я надеялась, что это изменится. Я поцеловала его в щеку.

— Спасибо, Мисси. Эй, я был удивлен. Я думаю, буду двигаться дальше и сделаю пятую татуировку, — он ждал этого целую вечность, с тех пор как я впервые встретилась с ним. Он говорил, что мы сделаем тату вместе, но я не была готова.

— Хочешь пойти со мной? Или сделать что-нибудь себе?

Я посмотрела на него, и его глаза горели от идеи разрисовать меня. Он был одержим моим пирсингом в пупке, так что кто знает, что сделает с ним тату.

— Возможно, — сказала я. — В смысле, я подумаю об этом.

Его глаза загорелись еще больше.

— Что ты хочешь сделать? — я перевела дыхание.

— Павлинье перо. Что же еще? — он только улыбнулся и покачал головой. — Ох, Мисс, я знаю, почему ты хочешь этого, и я действительно не против, чтобы ты раскрасила все, но сделать одну на твоем прекрасном теле только кажется неминуемой катастрофой. — Мой суеверный жених. Я сжала его лицо между своих рук.

— Ты такой дурачок, но я все равно тебя люблю. — Он застонал, но потом я поцеловала его, и он замолчал.

— Где ты хочешь ее сделать? — спросил он, и у меня была одна идея.

— Я не уверена. Может быть здесь? — сказала я, поднимая футболку и указывая на местечко между моих грудей. — Что думаешь?

Его глаза расширились, и он слегка вздохнул.

— Ух, да. Думаю, это пойдет тебе на пользу. Да, определенно.

Я рассмеялась.

— У Вас одно на уме, мистер Заккаделли.

— А у тебя красивая грудь, мисс Колдвелл, — сказал он, легонько проведя пальцами по моим соскам. Все происходило довольно быстро, и вскоре мы уже не разговаривали о татуировках.

* * *

На следующий день позвонила моя сестра. Было таким облегчением поговорить с ней. Такое ощущение, что мы не общались целую вечность.

— Привет, малышка! Ты еще жива? — спросила она, и я закатила глаза. Я была в продуктовом магазине, заполняя свою тележку, так что я выглядела как одна из тех придурков, которые говорят по телефону в продуктовом магазине.

— Да, я жива, спасибо, что спросила. Как ты?

Она вздыхает.

— Работа дерьмо. Свидания дерьмо. Все дерьмо.

Я рассмеялась. Она была помощником адвоката, но еще бранилась и использовала сленг столько, сколько и любой другой человек. Хотя она могла превратиться в профессионала за три секунды, если нужно.

— Ладно, тебе нужен сестринский совет? Или хочешь просто посплетничать? — Невысокая пожилая дама, уставившаяся на связку салата, косо взглянула на меня. Я просто одарила ее широкой улыбкой и толкнула свою тележку, хватая по пути бутылочку ренча и бальзамического уксуса.

— Посплетничать, пожалуйста, — произнесла она на распев.

Я снова рассмеялась, пока она разглагольствовала о своей рабочей драме, которая включала в себя войну коллеги с кем-то, ворующим общую еду, кого-то, кто слал дурацкие письма по одному слову, и о каком-то парне, который не принимал «нет» за ответ.

— Клянусь, я практически готова назначить этому парню свидание лишь бы он заткнулся. Если только это не отразится на моем лице.

Бедняжка Тони. Ее история свиданий была нестабильной и разнообразной. Она так и не смогла найти парня, который бы не пугал ее.

— Все эти парни утверждают, что им нужна «сильная, независимая женщина», но, когда такая появляется, они начинают психовать. Гребаные идиоты. Даже не знают, чего они хотят, — запыхтела она, а я пошла обратно через проходы между рядами, чтобы убедиться, что не пропустила ничего из списка.

— Есть парни, которые делают подобное. Клянусь. Я помолвлена с одним. — Меня никогда не было слишком много для него. Я имею в виду, черт, я ударила его и наорала, пнула его в пах в первый же день нашего знакомства. И он все еще хотел меня.

— Ну, если встретишь еще одного такого, отправляй ко мне.

— Отправлю, Тони, отправлю. Не волнуйся, на самом деле есть мужчина, который будет тем самым для тебя. Все, что нам нужно сделать, это найти его.

— Да, спасибо за это, малышка. Слушай, мне надо идти, но прежде, чем я это сделаю, мама заставила меня поклясться под страхом смерти, что я скажу тебе позвонить ей. Так что я говорю тебе.

— Позвоню, клянусь. — Я также не прослушала голосовое сообщение, которое отец оставил на прошлой неделе.

— Ладно, лучше сделай это. Иначе она надерет мне зад.

Я закатила глаза и направилась к кассе.

— Пока, Тони, — сказала я многозначительно.

— Пока, малышка. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Глава 6: Хантер

Я до сих пор не нашел хороший мэш-ап для Кента, поэтому попросил Джос помочь, и вместе мы прослушали их около тысячи.

— Это и правда сработало, потому что натолкнуло на мысль для ряда постов в моем блоге, так что спасибо, — она одарила меня улыбкой и щелкнула на следующее видео.

— Это одно из моих любимых. Зажигательные ритмы очень хорошо совместимы. — Это был мэш-ап песен «My Songs Know What You Did in the Dark (Light ‘Em Up)» группы «Fallout Boy» и «Radioactive» группы «Imagine Dragons». Они сами по себе были замечательными, но, черт возьми, когда они наслаивались друг на друга, это вызывало мурашки.

— Точно, и у меня тоже, — сказала она.

— Что слушаете? — произнес Дасти, протягивая Джос чашку чая. Джос поставила песню на повтор, чтобы он мог послушать.

— Круто. Это чертовски невероятно. Это для «Стейнерс»? — спросил он меня.

— Да.

Дасти качал головой вместе с ритмом, а потом начал обрабатывать ее.

— Черт, да. Мы определенно должны это сделать, — Дасти проигрывал ее снова и снова, заучивая ритм, чтобы максимально разделить его на слои. — Это как раз то, что нужно для нашего сет-листа, — добавил он.

— Я тоже так думаю, — поддержал я наконец-то довольный. Я надеялся, что Кенту это понравится. Некоторые парни придерживались старой школы, когда это касалось музыки, поэтому более современный материал было трудно продвигать. Но Дасти мог исполнить его офигенно, и это было замечательно.

Раздался стук в дверь, и Джос пошла открывать.

— Всем привет, — произнесла Ханна. У нее с собой были рюкзак и еще одна сумка. Думаю, она пришла с ночевкой. Хорошо, что у нас было много места. Возможно, настало время обдумать вопрос о добавлении еще одной комнаты в подвале. Нам не нужна была такая огромная пещера, так как большую часть времени мы проводили наверху. Конечно, Мэйс занимался внизу, но его скамья и гири не занимали много места.

Есть о чем подумать на будущее.

— Привет, Ханна, — ответил я, и она одарила меня широкой улыбкой. Она была крутой, и все обожали ее. К тому же она была лучшей подругой Джос, что делало ее победителем в моем списке.

Она бросила свои вещи в холле и плюхнулась на диван рядом с Дасти.

— Итак, как все поживают? Никто не залетел и не обручился?

Джос закатила глаза.

— Кто должен обручиться? — спросил Дасти.

Ханна просто улыбнулась, словно у нее был пикантный секрет, и она не хотела им делиться.

— Скажем так, я просто знаю профессора и его помощника, которых скоро навестит аист. — Почти все ахнули и провели следующие несколько минут, пытаясь понять, кто это мог быть, пока Ханна с весельем скрывала информацию.

Дасти угрожал защекотать ее, когда Тейлор вернулась со смены из кризисного центра.

— Эй, я застала вас врасплох? — спросила она, рассматривая обстановку.

— Ничего важного, — сказал я, как только она поцеловала меня и уселась мне на колени.

— Устала, малыш? — спросил я.

Ханна, наконец, выдала имя профессора, и это привело ко всякого рода разговорам о других скандалах. Мы с Тейлор перестали обращать на них внимание, находясь в своем собственном пузыре.

— Да. Сегодня я отвечала на звонки и позвонила эта женщина. — Она не должна была рассказывать мне подробности звонков из-за конфиденциальности, но иногда она давала мне достаточно информации, что я мог сложить все воедино.

— Хочешь поговорить об этом? — спросил я.

Она покачала головой.

— Нет. Я просто хочу немного посидеть здесь с тобой.

Я пригладил ее волосы и обнял посильнее. Мне нравилось, как сильно она хотела помогать людям, но ее восприимчивость ко всей мерзости в этом мире заставляла меня желать облачиться в чертовы доспехи, схватить меч и расколотить что-нибудь.

— Я люблю тебя, детка, — произнес я, и она вздохнула.

— Это все, что мне нужно слышать.

Было довольно поздно, когда все собрались идти спать. Я прокрался с бокалом вина для Тейлор наверх и вручил его ей, после того как она переоделась в майку и шорты, собираясь ложиться спать.

— Ты удивительный. Ты действительно такой. Я целиком и полностью влюблена в тебя, — сказала она.

— У меня есть свои моменты, — парировал я, когда она сделала глоток и застонала от удовольствия. — Я знаю, ты не могла рассказать это внизу, но ты можешь загрузить меня своими проблемами. Черт его знает, я сделаю это для тебя. — Мое бремя было тяжелым, и она прекрасно справлялась, выдерживая это. Я хотел сделать для нее то же самое.

Она поставила бокал на туалетный столик и обняла меня за шею.

— Просто было очень тяжело слушать ее рассказ о том, как она боится своего мужа, — тихо начала она. — Мне бы хотелось, чтобы я могла сделать для нее больше.

Я обнял ее обеими руками, желая сделать что-нибудь для них обоих.

— Ты не можешь спасти всех, Мисси. Но ты можешь сделать все, что от тебя зависит.

Она отстранилась и посмотрела на меня со слезами на глазах.

— Знаю. Но такое чувство, словно иногда этого недостаточно.

Я поцеловал ее в макушку и сжал сильнее. Это все, что я мог сделать. Все, что любой из нас мог сделать.

Тейлор

— Итак, когда ты приедешь повидаться со мной? — спросила мама. — Ты же знаешь, прошло несколько недель, и тут всего меньше часа езды.

Я сдержала вздох, но закатила глаза, потому что она не могла меня увидеть.

— Скоро, мам. Правда, скоро. Слишком много работы.

Она издала сердитый звук.

— Все, о чем я тебя прошу, это приехать и повидаться с твоей матерью.

Я сдержала крик. Она сводила меня с ума, но если я не сдамся, она продолжит в том же духе.

— Как насчет обеда в субботу? — произнесла я, пожалев о своих словах, когда услышала волнение в ее голосе.

— О, детка, это было бы замечательно! Я могу что-нибудь приготовить и попрошу Тони прийти.

— Отлично! — я попыталась отыскать хоть немного энтузиазма, но не смогла. — Ладно, мне нужно идти. Люблю тебя!

— Люблю тебя, детка.

Что я наделала?

— Насколько сильно ты меня любишь? — спросила я Хантера, после того как положила трубку и села рядом с ним на диван. Он был погружен в новую фантастическую серию, которую я прочитала и полюбила. Я сказала ему, что стоит ее прочитать, чтобы мы могли вместе обсудить. Он оторвал взгляд от экрана моей электронной книги и потом взглянул на меня.

— Не уверен, но думаю, ты расскажешь мне, — сказал он с ухмылкой.

— Достаточно ли сильно ты меня любишь, чтобы пообедать со мной, моей мамой и возможно сестрой? — я была готова умолять и унижаться или сделать ему минет, если до этого дойдет.

Он только рассмеялся.

— Как бы мне не нравилась мысль, что ты будешь должна мне сексуальные утехи, я пойду обедать с твоей семьей без принуждения. Потому что я хороший жених. — Ох, он был таким самодовольным. Я хотела стереть этот взгляд с его лица.

— У нас что сейчас, соревнование? Чтобы посмотреть, кто лучший? Потому что, несомненно, я думаю, что выиграла, — сказала я.

Он выгнул одну бровь:

— О, правда? Хочешь заключить пари?

Я фыркнула.

— Хм, нет. Пари — это то, с чего начался весь этот беспорядок, — сказала я, указывая на свое кольцо.

— Тогда, думаю, пари — отличная мысль, — он коснулся моего носа пальцем.

— Нет. На этот раз я приняла твердое решение. Больше. Никаких. Пари, — я ткнула его в грудь пальцем, акцентируя внимание на словах.

Он вздохнул, как если бы я попросила его сделать нечто ужасное.

— Хорошо, хорошо. Но я все еще лучший жених.

Я хотела прекратить это. Если мы оба начнем все заново, то никогда не остановимся.

— Итак, возвращаясь к теме, ты пойдешь со мной на обед в эти выходные? — спросила я.

— Конечно. Я был серьезен. Ты просто могла сказать, что мы едем, и не спрашивать моего мнения. Вся сила у тебя, Мисси.

— Я могла так сделать? Я даже не знала, что возможен такой вариант. Хм, — я притворилась задумчивой. — Это определенно сработает в мою пользу.

Хантер поднял глаза к потолку, словно умоляя высшие силы.

— Зачем я это говорил?

Честное слово. Иногда он был смешным.

— Ненавидишь меня? — спросила я, и он медленно улыбнулся. Это был тот вопрос, который он задавал мне, когда мы впервые встретились и заключили пари.

— Ни капельки, — сказал он. — Ни капельки.

— Любишь меня? — спросила я, зная ответ.

— Больше звезд, — прошептал он и понес меня вверх по ступенькам, чтобы продемонстрировать.

* * *

— Итак, вы решили, когда будет большой день? — поинтересовалась мама, и я чуть не подавилась сандвичем с сыром. Тони похлопала меня по спине, когда я сделала несколько глотков воды из своего стакана.

— Ты в порядке? — спросил Хантер с другой стороны.

— Да, все хорошо, — ответила я, вытирая рот салфеткой. Сначала, когда я рассказала ей, что выхожу замуж, она была шокирована и решительно пыталась отговорить меня от этого. Она не прекратила, пока я не заверила ее, что не беременна, и нет, я не выйду замуж, пока не закончу учебу. Поэтому такая резкая перемена была... шокирующей, мягко говоря.

— Хм, ты хочешь, чтобы я вышла замуж сейчас? — спросила я, и Тони бросила на меня неодобрительный взгляд.

— Ну, ты помолвлена, так что я решила, что вы захотите назначить дату, — больше она ничего не выдала и сделала глоток чая. Я понятия не имела, какого черта происходит, но это пугало.

— О, нет. Мы не собирались жениться, пока я не закончу колледж, — произнесла я медленно и осторожно. Я отважилась взглянуть на Хантера, и он выглядел таким же озадаченным, как я себя чувствовала.

Что случилось?

— О, ну я просто предположила, что вы хотите сделать это поскорей, — мама все еще не давала мне продолжить. Я сделала попытку с Тони, но она только пожала плечами.

— Почему ты предположила, что я тороплюсь? — спросила я.

— Ничего такого. Просто подумала, — сказала она. — Я имею в виду, что понимаю, я не хотела связывать себя обязательствами больше года. Хотя, может быть, теперь, когда ты поняла, что такое быть обрученной, ты готова пойти до конца. — Она вообще знала меня?

— Нет. Мы все еще собираемся пожениться после выпускного. Верно? — я повернулась к Хантеру, и он улыбнулся мне.

— Верно.

Но этой улыбке предшествовало небольшое колебание. Я совершенно не хотела, чтобы моя мама поднимала эту тему. Просто это было еще одним напоминанием того, что у нас с Хантером были разные мысли о том, когда мы должны пожениться.

— Просто проверяла, просто проверяла. Я не хочу получить приглашение по почте без предупреждения, — сказала мама, прищурившись. Ой. Я поняла. Она думала, что я собираюсь спланировать все без нее. Потому что я училась в колледже, и у меня были друзья, чтобы помочь мне.

Она не хотела быть брошенной.

— Мам, — произнесла я. — Ты же знаешь, что ты будешь первой, кто узнает, когда мы назначим дату. Я не буду ничего делать, не поставив тебя в известность или без твоего одобрения. Ты же знаешь это, верно? — я потянулась через стол и коснулась ее руки.

Она наконец-то улыбнулась.

— Я знаю, знаю. Просто очень тяжело думать, что ты так далеко.

Я фыркнула.

— Мам, я меньше, чем в часе езды. Я не буду планировать эту свадьбу без тебя. Я не смогу спланировать эту свадьбу без тебя. Мой мозг взорвется. Или я умру от стресса.

Она усмехнулась.

— Ты всегда недооцениваешь себя, малышка, — она сжала мою руку, и ее взгляд немного затуманился.

— Не заставляй меня плакать, мам, — сказала я, вытирая глаза.

— Групповые обнимашки! — объявила Тони, и мы все поднялись с наших стульев. Хантер выглядел немного смущенным, но я потянула его с нами. Кто-то начал хихикать, а потом мы все засмеялись.

— Теперь, когда с этим покончено, расскажи мне о своих занятиях и новой работе, — сказала мама. Я рассказала ей о самой приятной стороне моей работы в кризисном центре. Не думаю, что ей бы понравилось то, что я делаю, и то, что я собиралась там делать, поэтому я оставила эти детали.

— Хантер, а как у тебя дела? — она действительно прилагала усилия, чтобы учитывать и его, и мне хотелось отвести ее в сторону и поблагодарить. Она прошла долгий путь, поскольку это первые выходные, когда я привела его сюда.

От вида того, как мама и Хантер разговаривают, словно в этом нет ничего такого, мое глупое сердце смягчилось. Он стал частью моей семьи так же, как и я стала частью его.

После обеда мы с Тони вызвались (нам было сказано) помыть посуду, пока мама болтала с Хантером в гостиной. Я не могла их расслышать из-за шума воды, но надеялась, что она не устроила ему затяжной допрос после того, как мы так хорошо поели.

— Прекрати, — сказала Тони и, толкнув меня, протянула мне тарелку, чтобы я положила ее в посудомоечную машину.

— Что? Я просто присматриваю за ним. Мама может быть пугающей, когда захочет.

Тони только закатила глаза.

— Однако он ей нравится. Потому что он собирается сделать из тебя порядочную женщину, и вы прекратите жить во грехе и все такое.

Я фыркнула.

— Жить во грехе? Кто еще так говорит? Ты что, моя бабуля?

Она просто бросила на меня взгляд.

— Но это правда. Она не хочет нас никому отдавать. Поэтому я ей ничего не рассказываю о своей личной жизни. — Да, Тони была более чем на парочке свиданий и с большинством партнеров спала. Для меня это не имело значения, пока она была в безопасности, но не думаю, что это делает ее счастливой. Последние несколько раз, что я видела ее, над ней словно нависало темное облако.

— А как насчет твоей личной жизни, если ты не возражаешь, что я спрашиваю вне пределов маминой слышимости.

Тони вздохнула и закатила глаза.

— К настоящему моменту, я просто хочу сдаться. У меня такое ощущение, словно я уже либо встречалась и отвергла, или уже отклонила всех возможных кандидатов. Ни один из них не был подходящим. Что-то не так с каждым чертовым парнем и это сводит меня с ума, — она протянула мне другую тарелку, и я нашла для нее место.

— Тогда, может, сделаешь перерыв для свиданий? Я имею в виду, я встретила Хантера, когда определенно никого не искала. Думаю, это случится, когда ты меньше всего этого ожидаешь. — Это было верно для большинства моих друзей. Черт, у Рене и Пола все началось как интрижка, которая переросла в любовь.

— Угу, все говорят одно и тоже. Я ненавижу это дерьмо, — сказала она, бросая мне чашку кофе с такой силой, что она разбилась об пол.

— Что случилось? — крикнула мама из гостиной.

Я посмотрела на Тони.

— Ничего, — сказали мы одновременно.

* * *

— Итак, о чем моя мама тебя допрашивала? — спросила я Хантера, когда мы забрались в Сасси, чтобы поехать на занятия. В последнее время я очень много ездила за рулем, потому что он отказывался выбросить свою дерьмовую машину. Даже когда механик, которому он отдал ее, сказал, что нужно отправить ее на свалку, но он не согласился. Сейчас он искал запчасти, которые не производили последние пятнадцать лет, и не преуспевал в этом.

— Ничего такого, чем стоит забивать твою прекрасную головку, — ответил он, и я бросила на него взгляд. Ни в коем случае они не могли просто мило поболтать о погоде. — На самом деле. Я не обманываю тебя. Она просто спросила о колледже и тебе, и моей семье и все в том же духе. Все было очень даже нормально. Ничего безумного, — он поднял руки, как будто я собиралась напасть на него.

Я прищурила глаза.

— Это правда!

— Прекрати смеяться надо мной! — сказала я, протягивая руки и чмокая его в грудь. Он просто продолжал смеяться, и я зарычала.

— Ты такая милая, когда злишься, — он улыбался мне так, что сердце перестало биться.

— Заткнись, — бросила я, включая радио. Я переключила на местную радиостанцию, где играла «Mean» Тейлор Свифт, и начала подпевать во весь голос. Вместо того чтобы выключить радио или остановить меня, Хантер начал петь также громко, пока это не превратилось в соревнование, кто больше раздражает своим отвратительным пением.

Я остановилась на красный сигнал светофора, и из всех машин вокруг на нас пялились, но нам было наплевать. Конечно, один из нас начал смеяться, и потом рассмеялся другой, и все стало еще хуже.

— Мы смешные, — я посмотрела на него. Улыбка на его лице заставила все на заднем плане исчезнуть.

— Да. Но, по крайней мере, мы смешные вместе, — он взял мою правую руку и поцеловал. — Навсегда, — сказал он.

— Да, это верно. Я буду прикована к твоей заднице навсегда.

Хантер издал оскорбленный звук.

— Хм, рад слышать, что ты любишь мою задницу.

Это правда. Люблю. Справедливости ради, это была фантастическая задница.

— Не больше, чем ты любишь мою, — пропела я, и он вздохнул в поражении.

— Ненавижу, когда ты права, но не думаю, что смог бы любить что-то больше, чем твою задницу.

Я издала звук отвращения.

— Свинья.

— Эй, это же ты довела разговор до задниц, — он в обвиняющем жесте указал на меня пальцем, а я схватила и слегка укусила его.

— Ауч! Если ты настолько голодна, давай где-нибудь остановимся, — теперь, когда он это сказал, я была вроде как голодна. После обеда прошло уже несколько часов. Я запищала от восторга, когда увидела, что следующий съезд, это к «Панера».

— О, так ты серьезно насчет еды, — сказал он, когда я съехала с дороги.

— О, да. Я всегда серьезна, когда дело касается еды. Ты вообще меня знаешь? — Он усмехнулся и рассказал мне, чего он хочет.

Глава 7: Хантер

В воскресенье после обеда мы с Тейлор решили прогуляться по окрестностям.

— Похоже на воскресный день супружеской пары, — сказала она, схватив меня за руку и потянув за дверь.

— Конечно, Мисси. — Если бы она попросила меня прогуляться по лезвию ножа, я вероятней всего сделал бы это.

— Видишь? Это мило, — она покачивала нашими руками, пока мы гуляли. Ее ноги короче, чем у меня, поэтому я приспосабливался под ее шаг, чтобы не опережать.

— Интересно, Стив дома, — произнесла она, глядя ниже по улице в сторону дома Стивена Кинга. Легко было понять, который из них его — красный с кремовой отделкой особняк викторианской эпохи, окруженный впечатляющим кованым забором с паутиной и горгульями. Тейлор любила прикасаться к забору, когда мы проходили мимо.

— Я надеюсь, что магия как-то повлияет на меня, — добавила она. — Я имею в виду, что нельзя чувствовать себя плохо, посещая государственный колледж, когда Стивен Кинг ходил туда же, и у него, кажется, все в порядке, — она рассмеялась.

— Точно, — согласился я рассеянно. Вчерашний разговор с мамой Тейлор о свадьбе отложился в моей голове. Я не хотел снова заводить об этом речь и расстраивать Тейлор, но нам и правда нужно сесть и поговорить. Понять последовательность развития событий, подходящую нам обоим.

Мне было ненавистно, что у нас разные мнения, когда дело касалось временных рамок, но что я мог поделать? Я не мог заставить ее силой выйти за меня замуж.

— О чем задумался? — спросила она, заметив мое молчание.

— О твоей заднице, — ответил я, лениво ухмыляясь.

Она закатила глаза.

— Как обычно. Глупый мальчишка. Почему я все еще с тобой? — Мы подтрунивали друг над другом, но голос у меня в голове все еще напоминал, что мы направляемся к чему-то, что решит нашу судьбу.

Я просто не знал, какой выбрать путь.

* * *

Во вторник вечером мне снова позвонила Хоуп.

— О, привет, Хантер, я звоню тебе, потому что готовила пироги для школьной ярмарки Харпер и хотела узнать, может, и тебе испечь несколько? — Ее голос был сладким как сахар, но я раскусил ее хитрость.

— Мм, да, я не думаю, что кто-то в этом доме откажется от пирога, — сказал я, заходя в незанятую кухню.

— Если это твоя тетя, скажи ей, что я хочу лимонный воздушный пирог!

Я услышал смех в трубке.

— Это Рене? Я полагаю, она хочет лимонный?

— Ага. И вероятно, ежевичный, клубнично-ревеневый и кокосовый крем, — я не чувствовал себя виноватым, прося так много. Она все равно собиралась сделать четыре или пять пирогов, неважно хотели мы или нет.

— Ладно, звучит неплохо. Как поживаешь, милый? — Мое сердце сжималось, когда она говорила со мной вот так. Ее голос был так похож на голос моей мамы. И это понятно, ведь они были сестрами. Иногда, если я закрывал глаза, я мог представить, что это она снова разговаривает со мной.

— Хорошо, у меня все хорошо. Я, хм, решил поговорить кое с кем обо всем этом. — Я не рассказывал никому, кроме Тейлор и Мейса, что встречался с психологом.

— О, хорошо. Я так переживала за тебя, и знаю, что Тейлор тоже. Просто ты так непреклонен в том, чтобы позволить кому-либо заботиться о тебе, Хантер. — Да, это мне уже говорили. Особенно, когда Джо пытался заставить меня взять деньги, которые я унаследовал.

— Знаю, знаю, — вздохнул я.

— Просто позволь девочке позаботиться о тебе. И скажи ДжиДжи, чтобы позвонил мне. Я ничего не слышала от него уже неделю, и собираюсь поехать и навестить его.

Я фыркнул. С Мейсом такое не пройдет.

— Да, я передам ему твое сообщение, — ответил я, подходя к холодильнику и доставая содовую.

— Ты лучший. Ладно, люблю тебя, милый.

Я сказал то же самое в ответ, и мы разъединились. В этот момент Мейс зашел на кухню.

— Чувак, звонила твоя мама. Она угрожала приехать сюда с пирогом, если ты не позвонишь.

Выражение его лица того стоило. Он пробормотал что-то под нос, вытащил телефон из кармана и сразу же позвонил ей. Я рассмеялся про себя. Если Хоуп говорила нам прыгнуть, мы просто спрашивали как высоко.

* * *

Хоуп не приехала с пирогами, но заставила Мейса приехать за ними домой, прихватив с собой Дару. Хоуп обожала Дару так же сильно, как любила Тейлор. Как мы с моим тупицей кузеном смогли отхватить таких замечательных женщин — загадка века.

Мейс и Дара вернулись не только с пирогами, но еще и с кексами, и с печеньем. Они заполнили обеденный стол выпечкой, а мы все стояли вокруг и смотрели.

— Хорошо, что нас так много, — произнес я, пока все молчали. Тут было достаточно еды для собственной пекарни.

— Хм, я ни с кем не собираюсь делиться этим, — сказала Тейлор, направляясь к красным бархатным кексам и выхватывая коробку. — Они мои, и я буду бороться за них с любым, — она обнажила свои зубы в злобном оскале, что тут же передалось мне.

Черт, все, что она делала, передавалось мне, так что какая разница.

— А я буду бороться с любым, кто заберет хоть что-нибудь у моей девушки. Итак, — промолвил я, оглядывая всех.

— Спасибо, детка, — сказала Тейлор, подбегая ко мне с коробкой и оставляя поцелуй на щеке. — Ты всегда прикрываешь мне спину.

— И твою грудь тоже, — добавил я.

— Брр, если вы двое могли бы забрать это куда-нибудь в другое место, было бы просто замечательно, — Рене брезгливо скривилась.

— Говори за себя. Мы все слышали тебя прошлой ночью, — огрызнулась Тейлор. — Надеюсь, Пол больше не будет заниматься с тобой оральным сексом.

Рене зарычала, и я шагнул между ними двумя, чтобы предотвратить любую надвигающуюся бурю. Вряд ли бы они стали применять физическую силу. Я имею в виду, Тейлор уже давно никого не била. А Рене только огрызалась, а не дралась. За исключением того, что она кусала Пола. Я не единожды видел отметины на его шее.

— Ладно-ладно, давайте подойдем к этому демократично, — сказала Дара, как всегда, провозглашая мир и благоразумие. Она написала список выпечки, которая у нас была, и сколько нас. За этим последовал своего рода аукцион, который каким-то образом закончился тем, что все остались довольны полученным.

— Думаешь, мы вели бы себя лучше, разделившись после столь долгого проживания вместе, — спросил я, когда Тейлор села в кресло со своими кексами.

— Хммм? Я не слышу тебя из-за звука вкуснейших кексов, — пробормотала она, снимая бумагу и разламывая кекс пополам, и превращая его в сэндвич.

Она удовлетворенно ухмыльнулась, что переросло в удовлетворенный стон, когда она откусила первый кусочек. Этот стон направился прямо к моему члену, и мне захотелось отбросить кекс в сторону и позволить ее рту сделать кое-что получше.

— Не издавай такие звуки, если не хочешь, чтобы я перекинул тебя через плечо и потащил наверх, — прорычал я.

Она откусила еще кусок и снова застонала. Она собиралась убить меня.

— Сделай так еще раз, — сказал я, подняв один палец.

Она рассмеялась и просто продолжила есть свой кекс.

— Ничто не встанет между мной и этими кексами. Даже ты, — она вытянула ноги и слизала глазурь с губ. Всего несколько сантиметров отделяли меня от того, чтобы смять коробку с кексами в стремлении добраться до нее, но она подняла другую руку, останавливая меня.

— Даже не пытайся. Сейчас я не буду делать минет.

Я фыркнул и сел в кресло, пока она медленно продолжала пытать меня.

— Я люблю тебя, но сейчас ты мне совсем не нравишься, — произнес я. Все остальные были на кухне, также занятые поглощением своих лакомств.

— Ты нечестен в отношении меня, — ответила она, надув губы, в то время как вытаскивала второй кекс.

— Это не правда. Я очень мил с тобой. Я напомню тебе, каким милым я был этим утром, — произнес я, поигрывая бровями.

— Хм, думаю, мы оба знаем, что ты наслаждаешься всем, что я делаю. — Черт, она меня уделала. Я люблю, люблю, люблю, когда она кончает на мне. Ее вкус и звуки, которые она издает. Если бы не нужно было ходить на занятия или на работу, вероятнее всего, я провел бы большую часть дня с лицом между ее ног.

Она лишь торжествующе усмехнулась, но потом протянула мне кекс.

— Я убью тебя своей добротой, — сказала она, когда я прищурился, глядя на нее.

— Ты такая заноза в заднице, Мисси, — я скользнул ближе к ней и забрал кекс из ее липких пальцев.

Она снова рассмеялась. Я знал, она думала о нашей первой встрече. Она решила, что я предвещаю неприятности. С большой буквы «Н».

Тейлор покончила со вторым кексом, а я съел только один.

— Сегодня нам даже не стоит заморачиваться с ужином, — произнесла она, после того как съела третий кекс. — О, у меня вопрос. Три кекса считаются эквивалентом нормального куска торта?

— Да, абсолютно точно. Думаю, некоторые ученые Гарварда уже доказали это. Почитай любую статью, — ответил я с серьезным лицом.

Она просто сморщила нос и схватила еще один кекс.

Тейлор

Вторая неделя, с тех пор как Хантер начал ходить к консультанту, была даже лучше, чем первая. Он, казалось, начал контролировать свои кошмары, что принесло огромное облегчение. Я боролась со своими собственными демонами.

Я взяла несколько дополнительных часов в кризисном центре, и это изматывало меня. Не физически. Эмоционально. Когда я приходила домой, я чувствовала себя так, словно была полностью истощенной. У меня ничего не оставалось. Мои проблемы были такими незначительными, по сравнению с тем, через что проходили некоторые люди. Парень, у которого был жестокий бойфренд. Мать, у которой были проблемы с дочерью. Муж, который боялся, что жена покончит с собой, когда он не будет за ней присматривать.

Истории заполняли мой разум, пока не становилось тяжело рассмотреть хоть что-нибудь хорошее в мире. Кроме того, чтобы пойти домой, помочь Хантеру. Это очень сильно помогало. Радость на его лице, когда я захожу в дверь, помогала избавиться от этой тяжести.

Но она не уходила полностью. Она оставалась со мной. Постоянно сковывала мои плечи. Если бы я не была осторожна, то полностью перегорела, даже прежде, чем начала. Я не могла позволить случиться этому.

Я думала, что спряталась от этого переживания, но однажды вечером, когда Хантер был на репетиции «Стейнерс», а все остальные, казалось, были заняты, Дара похлопала меня по плечу.

— Ты в порядке? — спросила она, окинув меня серьезным взглядом своих темных глаз из-под прямо остриженной челки. Она была богиней, и мне бы хотелось иметь ее скулы. Не удивительно, что Мейс лишился дара речи, когда впервые увидел ее.

— Да, а что? — переспросила я, пытаясь отвлечь внимание. Она положила руку на мое плечо, направляя меня в столовую и подталкивая к одному из стульев.

— Я просто переживаю за тебя. Последние несколько недель ты кажешься такой тихой.

Мне хотелось пнуть себя. Надо полагать, я скрывалась не так хорошо, как думала.

— Я в порядке, — ответила я в еще одной попытке отделаться от нее.

Дара просто скривилась, что говорило о том, что она мне не поверила.

— Ты же знаешь, что можешь говорить со мной о чем угодно. Обо всем.

Я знала это. Она, Рене и Джос были мне как родные сестры. Я никогда не расскажу об этом Тони, но это так. Не сестры по крови, а сестры по велению сердца.

— Знаю, — вздохнула я. Я ссутулилась сидя за столом. — Я не знаю, смогу ли сделать это, — пробормотала я, не глядя на нее.

— Сделать что? — Ее голос был мягким и успокаивающим. Было что-то в Даре, что успокаивало. Она была крепкой рукой, невозмутимой опорой нашей маленькой семьи. Стойкой. Надежной. Непоколебимой.

— Все. Занятия сводят с ума, и Хантер хочет пожениться как можно скорее, а работа в кризисном центре труднее, чем я думала, и у меня такое ощущение, словно я во всем потерплю неудачу. — Слова вылетали поспешно, будто выстроились и ждали на протяжении веков, когда я выскажу их.

Дара рассмеялась.

— Хорошо, спасибо, — сказала я, собираясь встать, но она схватила меня за руку, чтобы остановить.

— Я не смеялась над тобой. Клянусь. Я смеялась, потому что никто из нас понятия не имеет, что мы делаем. Мы все чувствуем себя так, словно потерпели неудачу. — Я бросила на нее взгляд. Мне было трудно поверить, что Дара когда-либо сталкивалась с проблемой, которую не могла решить. Она держала в руках себя, Мейса и всех нас. Дара была чертовым клеем.

— Ух, да, — я произнесла это таким тоном, который говорил ей, что я настроена скептически.

Она покачала головой и откинула челку, упавшую на глаза.

— Знаю, кажется, что я все держу под контролем, но на самом деле это не так. Накануне я не выдержала и заплакала посреди Юнион.

Я уставилась на нее, потому что не имела понятия об этом.

— Почему?

Она издала смешок и взмахнула рукой.

— Честно? Думаю, я просто очень устала, и у меня было слишком много домашних заданий, и я поняла, что на моем банковском счете практически нет денег, а потом получила мейл обо всех заданиях, что пропустила, и этого всего было слишком много. Я слетела с катушек. Прямо посреди пиццерии. К счастью, Мейс был со мной, вывел меня на улицу и помог успокоиться, но это все еще было слишком неловко. Он заставил меня прогулять занятия, пойти домой и поспать с ним. Ну, мы пытались поспать, — она слегка подмигнула. Дара была более сдержанной насчет своей сексуальной жизни, нежели Рене, но вам не нужно было видеть их в спальне, чтобы понять, как Мейс и Дара были поглощены друг другом при любой возможности.

— Вау, — произнесла я. — Просто... вау, — я села обратно на свой стул абсолютно пораженная.

— Итак. Ты не единственная, кто не может справиться со своим дерьмом.

Я фыркнула. Дара не часто ругалась, так что, когда она это делала, это было довольно забавно.

— Думаю, благодаря этому я чувствую себя лучше, — сказала я.

— Видишь? Мы все запутались. Каждый из нас. Никто не знает, что мы делаем в данный момент, и делаем ли мы то, что для нас лучше всего, — она сжала мою руку, и я обняла ее.

— Спасибо, Дара. Это много значит. В любое время, когда захочешь поплакать, дай мне знать, — я шмыгнула носом и вытерла глаза. Осознание того, что вокруг меня были люди, готовые на все, чтобы убедиться, что я счастлива, было лучшим чувством.

— Я люблю тебя, — сказала я. Она чмокнула меня в щеку.

— Я тоже люблю тебя, куколка.

* * *

После беседы с Дарой я заметила, что Мейс смотрит на меня гораздо дольше. Я поймала его на том, что он изучающе поглядывает на меня, как будто пытается проникнуть в мой мозг. Я наконец-то спросила его об этом два дня спустя после разговора с Дарой.

— Эй, Мейс, мы можем поговорить? — любезно попросила я, указывая на дверь в подвал. Мне показалось, что в окружении всех его тренажеров ему было бы комфортнее.

— Хм, итак, что такое? — спросил он, скрестив свои огромные руки. Он был примерно в два раза больше меня. Но могу сказать, что он нервничал. Ха.

— Просто хотела спросить, почему ты наблюдаешь за мной как ястреб, и связано ли это как-то с моим женихом или может твоя девушка попросила присмотреть за мной? — сказала я. Его глаза в ужасе расширились, и он поднял руки вверх, как если бы я собиралась напасть на него.

— Эй, притормози, Тей. Я просто вел себя как старший брат. Знаешь, присматривал за моей будущей сестренкой. — Я ни на секунду не поверила в это.

— Ага, конечно, — бросила я. Теперь был мой черед скрещивать руки.

Он сдался через две секунды.

— Ладно, хорошо. Дара рассказала мне, что у тебя тяжелые времена, и я присматривал за тобой. Но я бы в любом случае сделал это. Потому что люблю тебя. Ты же знаешь это, верно? Даже если вы с Хантером еще не поженились, я уже считаю тебя своей сестрой. — Вот, черт. Теперь я снова замерла.

— Проклятье, Мейс, — произнесла я, вытирая глаза.

— Оу, черт, не плачь, — он обхватил меня своими огромными руками, но недостаточно сильно притягивая к своей груди, как если бы это было объятие.

— Я не собирался доводить тебя до слез. Наоборот, я надеялся, что ты почувствуешь себя лучше. Дара захочет моей смерти.

Я рассмеялась, шмыгая носом.

— Все в порядке. Сейчас я просто слишком эмоциональна, — я вытерла глаза рукавом.

Мейс погладил меня по волосам.

— Так что, да. Я здесь ради тебя. Ладно? — Его лицо немного покраснело, и потом он отстранился от меня.

— Ты такой, дурачок, — сказала я.

— Кто бы говорил, — ответил он с ухмылкой.

* * *

— Мел, у тебя есть минутка? — спросила я в следующий раз, когда оказалась в центре. Я хотела убедиться, что подойду к ней, когда она не будет слишком занята, и этот вечер был относительно спокойным.

Она отвела взгляд от своего компьютера и сдвинула очки на нос. Ее вьющиеся волосы были все еще завязаны в конский хвост, который все больше спутывался в течение вечера, но прямо сейчас был ровным.

— Конечно, что я могу для тебя сделать? — она отодвинула какие-то бумаги и папки в сторону, а затем указала на один из стульев перед своим столом.

— Да, я просто... — я скрестила пальцы и собрала все свое мужество. — В последнее время мне было тяжело. Когда я возвращаюсь домой и все такое. Когда я слышу рассказы этих людей, которым причинили вред, и которые оказались в ужасных ситуациях, мне тяжело отключиться, вернувшись к своей обычной жизни. Я не могу перестать думать о них и о том, что еще я должна сделать или могла бы сделать. — На этом я останавливаю себя, чтобы не начать болтать без умолку.

Мел откинулась на спинку стула и улыбнулась.

— Ты так сильно напоминаешь мне меня, когда я была в твоем возрасте. — Это было не так давно, Мел за тридцать или около сорока. — Я точно знаю, через что ты проходишь. Но если ты хочешь продолжать заниматься этой работой, ты должна понять, как отключиться, когда выходишь за дверь. Иначе все в твоей жизни будет угасать. Я знаю, что это тяжело. То, что мы делаем, это не для всех, и многие люди перегорают за несколько лет, — она наклонилась вперед и оперлась руками на стол.

— Я здесь, если тебе нужно поговорить, и, если тебе нужно сократить часы работы на телефоне, чтобы ты могла позаботиться о себе, это совершенно нормально. И если ты решишь, что не можешь принимать звонки, это тоже хорошо. Есть много других вещей, которыми здесь можно заниматься, — она обвела рукой комнату, которая была переполнена папками, шкафами и коробками с различными предметами. Она точно не была в беспорядке. Просто переполнена.

Мы обе рассмеялись.

— Ты предлагаешь мне навести порядок в твоем кабинете? — спросила я.

— А если и так, ты согласна? — спросила она.

Я пожала плечом.

— Если хорошо попросишь, — я работала с ней достаточно долго, чтобы знать, что я могу с ней шутить. Не то, что с моим начальником в библиотеке, там было больше похоже на подавляющую окружающую обстановку.

— Ну, я бы очень хотела, чтобы у меня был чистый кабинет, я не могу заставить тебя делать то, что должна сделать сама. Но если ты сделаешь мне одолжение и возьмешь эти пожертвования, чтобы отнести их в подсобное помещение, это наверняка поможет освободить здесь пространство. — Коробки были забиты одеждой, подаренной местными магазинами. Ее было немного, но каждая мелочь могла помочь.

Я почувствовала себя немного лучше. Мел похлопала меня по плечу, и мы обе взяли коробку, чтобы оттащить туда, где сортировались пожертвования. Некоторые вещи у нас были, меньше, чем хотелось бы, поэтому нам приходилось проходить все сначала.

В течение следующего часа мы с Мел убирались, болтая о том о сем. Вечер закончился тем, что я и два других волонтера работали над дизайном кампании по сбору средств. Я не общалась ни с какими жертвами, и у меня было чувство вины из-за этого, но было приятно провести вечер без ощущения, словно мое сердце вырвали из груди.

— Хороший был вечер? — спросил Хантер, когда я вернулась домой. Он был уже в постели и читал. Я скинула одежду и забралась к нему только в лифчике и трусиках. Он быстро отложил книгу в сторону.

— Да. Я обо всем поговорила с Мел. О том, как мне трудно отвечать на телефонные звонки, и остальном. Она была очень милой. Думаю, я возьму меньше часов работы по телефону, если получится. Возможно, пока не стану менее восприимчивой? Не уверена. Мне просто нужно научиться отделять работу от своей жизни, — сказала я, целуя местечко на его груди, где ощущается биение сердца.

— Это хорошо. Я волновался за тебя, Мисси, — он взял меня за руку и поцеловал ее, потом положил обратно на свое сердце.

— Спасибо, но полагаю, я сама должна была это понять, — я думала, он собирается спорить, но он кивнул.

— Я могу понять это. Но дай мне знать, если я могу что-нибудь сделать, в любом случае я могу поддержать тебя. — Это. Это было то, почему я люблю его. Потому что он заботился обо мне и позволял мне принимать собственные решения, когда я нуждалась в этом.

— Я очень, очень люблю тебя, — сказала я.

— Я очень, очень, очень люблю тебя, — произнес он с ухмылкой. Он пытался превзойти меня.

— Эй, я думаю, мы могли бы сделать наши тату на этой неделе. — Это было решение, которое я приняла в ту ночь, когда не могла уснуть, думая о некоторых клиентах из кризисного центра.

— Правда? — Я кивнула. Он лучезарно улыбнулся, глядя на меня, и я поняла, что наверняка приняла правильное решение. Моя мама убьет меня, но это было важно. Для меня. Для него. Для нас обоих.

— Клево, ладно, я начну присматриваться. Я давно не делал тату, поэтому хочу найти кого-то хорошего. Я спрошу Саммер. — У его подруги с занятий их было очень много, поэтому она наверняка знала хорошего мастера.

— Звучит неплохо, — сказала я, переместив руку и располагая голову на его груди. Его пальцы запутались в моих волосах. Я вздохнула и закрыла глаза.

Все было так хорошо.

Глава 8: Хантер

— Ты уверена, что готова к этому? — спросил я Тейлор, когда мы стояли у салона тату и пирсинга «Мэйнли». Если не брать в расчет остроумное название, Саммер сказала мне, что это лучшее место для того, чтобы сделать тату во всем штате Мэн. Она была в хороших отношениях с хозяином салона Рашем. Я просмотрел массу его работ в интернете, чтобы убедиться, то он тот, кто нам нужен.

— Уф, да, — ответила Тейлор, судорожно кивая и глядя на вывеску над дверью, словно это вход в Мордор.

— Мисси, — я развернул ее к себе. — Тебе не нужно делать это. Мы можем прямо сейчас повернуться и уйти домой.

Она прикусила нижнюю губу, что было чертовски сексуально, но затем покачала головой и расправила плечи.

— Не-а, я сделаю это, — с этими словами она повернулась на каблуках и вошла в дверь, придержав ее открытой для меня.

Я вспомнил, когда она впервые увидела мои татуировки.

— Вот эта, семерка. Это счастливая цифра у многих культур. Это как ваша обычная подкова. Матросы прибивали их к мачтам своих кораблей, чтобы помочь им уберечься от штормов, — я повернулся спиной, чтобы показать ей жука скарабея.

Позволить ей увидеть себя вот так, было более интимно, чем если бы она увидела меня полностью обнаженным. Она не знала этого, но я показал ей часть себя, которую не показывал никому другому.

— Ты в самом деле вмешал сюда мифологию, Зет, — сказала она, и я посмотрел на нее через плечо. Прозвище пронеслось в моем мозгу, и я закатил глаза.

— Вообще, я за разнообразие, — сказал я, пытаясь проигнорировать это, но глубоко внутри сходил с ума. Я хотел, чтобы ей понравились мои татуировки, потому что они были огромной частью того, кем я стал. Я едва не проглотил свой язык, когда она слезла с постели и направилась ко мне.

Она протянула пальцы словно собиралась прикоснуться к жуку, но остановила себя, прежде чем зайти слишком далеко. Я не мог расшифровать ее взгляд.

— Что у нас тут еще есть, — произнес я, быстро поворачиваясь. — А потом я просто сделал маленькую звездочку на ноге. Вот такая у меня история татуировок. Теперь покажи свои, — я улыбнулся, просто представив, что скрывается под ее одеждой. Я, вероятно, сойду с ума.

— Прости, чувак, но показывать нечего, — она снова отдалилась, как будто захлопнула дверь у меня перед лицом.

— Я не спрашивал о твоих татуировках, Мисси, — я наклонился и оперся на руки около ее сексуальных ног. Я снова прижал ее. Спорить с ней было лучшей частью моего дня.

— Зачем, Хантер, тебе нужно видеть мои женские штучки? — спросила она сладко. Ее голос устремился прямиком к моему члену.

— Пожалуй, это мягко сказано, — произнес я, говоря правду. Ее глаза метнулись к моим губам и обратно к глазам, как будто она не могла решить что делать. Ее щеки порозовели, и она была такой чертовски красивой.

— Ты просто прикалываешься. Ты сказал, что не спишь с девушками, которые тебе нравятся, — сказала она, ее голос был не таким решительным, как ей хотелось. Я взглянул вниз и увидел, что она сжала в руках простыни. Ха, один ноль в пользу команды Хантера.

— О, Мисси, если бы ты только знала, — я наклонился вперед, словно собирался поцеловать ее. Я был так чертовски близко, но потом отстранился и вышел за дверь.

— Ты идешь? — спросила она, потому что я однозначно потерялся в воспоминаниях.

— Да, иду.

* * *

Я не стал говорить Тейлор раньше времени о том, что хотел сделать. У самого Раша было довольно много татуировок, в основном портреты, но и несколько традиционно американских татуировок, в том числе и якорь на плече, а еще воробушек в полете, на тыльной стороне обеих рук.

— Ты не сделаешь это, — сказала Тейлор, наклонившись над моим плечом, чтобы взглянуть на распечатку, которую я протянул Рашу.

«Выше звезд» было написано там ее почерком. Потребовалось немного сноровки, чтобы собрать все слова без ее ведома. Я знал, что люди говорили о татуировках, связанных с отношениями, но мне было наплевать.

— Да, сделаю, — сказал я, поворачиваясь к ней. Она была в бешенстве, но я все равно поцеловал ее в сердито надутые губы.

— Ты же знаешь, что если сделаешь это, случится нечто ужасное, а потом мы расстанемся, и у тебя останется это клеймо навсегда, — сказала она, тыча пальцем в бумагу. Взгляд Раша метался между нами, не зная, следует ли ему вмешаться или просто бездействовать и позволить нам решить проблему.

— Я хочу, чтобы это клеймо осталось на мне навсегда, — я взял ее за руки. Крошечная часть меня надеялась, что она увидит в этом романтичный жест и ей это понравится, но я знал, что моя девушка выше этого.

Она выдернула свои руки из моих.

— Да, ты сейчас так говоришь! — Весь салон наблюдал за нашим небольшим представлением. Остальные мастера даже выключили свои тату-машинки, поэтому жужжание, что было неизменным фоном, исчезло.

— Хочешь перенести? — спросил Раш, сочувственно улыбаясь.

— Черт, нет. Набей мне тату.

Он взглянул на Тейлор, которая скрестила руки.

— Если он хочет быть идиотом, то я ничего не смогу сделать, чтобы остановить его.

Я усмехнулся и увидел, как она борется с тем, чтобы не улыбнуться.

— Ты сумасшедший, знаешь об этом, верно? — спросила она, когда я взял ее на руки.

— Да. Схожу с ума из-за тебя, детка.

Она закатила глаза, но потом улыбнулась.

— Тебе не нужно делать это. Не нужно, чтобы доказать, что любишь меня. Я знаю, что ты любишь. Я никогда не сомневалась в этом.

Я покачал головой.

— Я делаю это не для тебя. Я делаю это для себя. Все это, — я пожал плечами, и она обняла меня. Наконец-то. Я оперся подбородком на ее голову.

— Я хочу навсегда запечатлеть твои слова на себе.

* * *

У Раша заняло всего несколько минут, чтобы сделать эскиз моей татуировки. Потом он спросил Тейлор о ее тату. Она тоже вытащила распечатку.

— Я хочу что-то подобное. Мне очень нравится, как выглядит эта акварель, — сказала она. Я даже не представлял, что увижу ее.

— Вау, — выдохнул я. Это было красиво. Павлинье перо, но словно нарисованное акварелью, цвета перетекали от одного к другому и немного стекали каплями. Это было идеальным. Раш спросил ее, где она хотела ее сделать, и она подняла свою футболку.

— Вот здесь, — сказала она, указывая на место прямо на ребрах. — Я хочу, чтобы она тянулась вот так, — она взяла картинку и расположила ее так, что перо лежало вертикально на ее боку, как если бы оно там и было.

— И ты хочешь сделать ее такого же размера? — спросил Раш. Эскиз был около девяти-десяти дюймов в длину и несколько дюймов в ширину. Не огромный, но и не маленький.

— Ага, — сказала она, опуская футболку. Раш улыбнулся и покачал головой.

— Для первого раза будет чертовски больно. Ты уверена, что хочешь это сделать?

Тейлор просто посмотрела на него. Я был жертвой этого взгляда бесчисленное количество раз. Может она и была невысокой, но этот взгляд был пугающим.

Он потер подбородок и посмотрел на нее:

— Ладно, мы можем сделать это.

Потребовалось время, чтобы начать делать тату. Нам пришлось заполнить документы, и он сделал эскиз, а потом нанес его на кожу.

Тейлор сказала, что хочет пойти первой, но я отговорил ее. Я хотел дать ей последний шанс отступить, прежде чем будет слишком поздно.

Я уже был готов, чтобы на моем предплечье были вытатуированы слова, там, где я всегда мог их увидеть. Тейлор противилась, но потом уступила, бормоча под нос.

— Это легко скрыть. Ух, если возникнет необходимость, — сказал Раш, глядя то на меня, то на Тейлор. Я положил руку на стол, чтобы нанести рисунок.

Тейлор сердито уселась в соседнее кресло, которое оказалось креслом на колесиках. Она подкатилась ко мне и протянула руку. Я передвинул к ней руку, на которую Раш не собирался наносить тату, и она переплела наши пальцы вместе.

— Выше звезд, — сказала она с улыбкой. Наконец-то.

— Выше звезд, — повторил я под жужжание тату-машинки.

Тейлор

Ладно, все говорят, что боятся делать татуировки из-за иглы, но игла для нанесения тату не похожа на настоящую. Она больше походит на один из тех аппликаторов, что используют для нанесения макияжа. Я знала это, потому что прошлым летом Рене собиралась на свадьбу и пользовалась им перед выходом.

На татуировку Хантера ушло чуть больше часа. Моя займет гораздо больше, потому что потребуется гораздо больше цветов и деталей.

— Ты готова? — спросил Раш, после того как уложил меня на стол. Моя рубашка была задрана вверх, а одна рука лежала под головой. Это была не самая удобная поза, но я готова потерпеть. Я собиралась сделать это.

— Да, — произнесла я. Хантер появился в поле зрения в кресле на колесиках, и сжал мою ногу, не имея возможности взять за руку.

— Ты сможешь это сделать, Мисси. Пустяки, — он подмигнул и одарил меня «трусики-сшибающей» улыбкой. Я даже не ощутила первого прикосновения иглы. Она жужжала напротив моей кожи, а потом был резкий всплеск боли.

— Ох. Это не так уж и плохо, — сказала я, глядя на Раша.

— Мы еще даже не начинали, детка. Дай мне знать, если нужен будет перерыв.

Я кивнула так аккуратно, как могла, поскольку не хотела двигаться и помешать ему.

Так что это была не самая худшая боль, которую я испытывала, но через некоторое время она стала раздражающей. К тому же у меня разболелась рука из-за этого странного положения.

— Не хочешь встать и размяться? — спросил Раш. Я согласилась, и Хантер помог мне встать со стола, после того как Раш все вытер.

— Ты в порядке? — спросил Хантер, когда я осторожно размяла плечи и повертела головой. Это был марафон, а не спринт.

— Нам вероятно потребуется еще часа полтора, — сказал Раш, глядя на эскиз. Было немного странно демонстрировать всем в салоне мой живот, но мне уже приходилось это делать, когда я прокалывала пупок. Правда, это заняло гораздо меньше времени.

Следующие полтора часа, казалось, тянулись как целый день. В конце Раш вытер меня и чем-то намазал, а потом положил на тату нечто похожее на пищевую пленку. Все. Сделано.

— Тебе нужна моя помощь, детка? — спросил Хантер. Он редко меня так называл, и это немного сводило с ума. Я просто одарила его испепеляющим взглядом и дернула мою рубашку вниз.

Ой. Серьезно. Ой. Как больно двигаться. Все болит.

— Убедись, что она ест, и если будут какие-либо вопросы или проблемы, пожалуйста, дай мне знать, — сказал Раш, отдавая Хантеру инструкции по уходу за тату, так как я была еще слишком сосредоточена на боли в боку. Это было похоже на солнечный ожог, только хуже.

Хантер помог мне открыть Сасси и усадил на пассажирское сиденье, пристегнув ремнем безопасности.

— Ой, — сказала я, надув губы.

Он поцеловал мою нижнюю губу:

— Я знаю, Мисси. Но я позабочусь о тебе.

Я выгнула брови, потому что ни за что, черт побери, я не готова заниматься никакой сексуальной активностью.

— Я клянусь, если ты хотя бы дыхнешь в мою сторону с сексуальным подтекстом, я сделаю тебе больно, — сказала я, морщась от боли, когда он наехал на выбоину на парковке, и я подпрыгнула на своем сиденье. Сейчас мне хотелось использовать все известные ругательства.

Почему мне казалось, что это хорошая идея?

— Я определенно не думал об этом. Ничего кроме, как сделать тебе чай и размять твои ножки, пока ты лежишь в постели и смотришь все, черт побери, что захочется по телевизору. — Теперь это звучало более похоже на правду.

Я взглянула на него, и он улыбнулся мне.

— Я знаю, что тебе нужно, — сказал он с самодовольной улыбкой. Я ненавидела, когда он так делал и был при этом так доволен собой.

— Я поняла, — я изобразила безразличие.

— Ты же знаешь, я сделаю все возможное, — произнес он, делая вид, что поет.

— Тьфу, заткнись и веди машину, — бросила я, закрывая глаза и упираясь щекой в холодное окно Сасси. Он наконец-то признал, что его автомобиль официально мертв, не подлежит восстановлению и не воскреснет. Нам нужно время, чтобы найти для него что-то другое. Я хотела поехать в дилерский центр, но он считал, что можно купить что-то дешевое с «Крейгслиста»⁶.

— Ты хорошо справилась. Даже не заплакала. Я плакал в первый раз, — произнес он низким голосом, который заставил меня открыть глаза и медленно повернуться, чтобы взглянуть на него. Твою мать, это даже больней, чем сделать проклятое тату.

— Правда? — спросила я, не до конца веря ему.

— Ага. Рыдал как младенец. Единственный, кто знал, это парень, который делал татуировку, и я взял с него клятву сохранить это в тайне. Ты справилась как чемпион, Мисси. Как всегда.

Я фыркнула и почему-то вспомнила первый раз, когда мы занимались с ним сексом.

— Ну, сейчас я сомневаюсь в правильности каждого решения, которое я совершала, — я снова поморщилась.

* * *

Хантер отнес меня наверх и уложил в постель, но перед этим все столпились вокруг, чтобы посмотреть татуировку. Она была всеобще провозглашена как «чертовски крутая», и я была уверена, что они говорили это не просто потому, что теперь этот рисунок было неизменной частью на моем теле.

— Ты собираешься рассказывать матери? — спросил Хантер, пока я одной рукой переключала каналы, а с помощью другой потягивала ванильный чай.

— Хм, ты знаком с моей мамой? Она убьет меня самым ужасным способом, если услышит об этом. Я просто буду надеяться, что она никогда не узнает, — я пожала плечом и включила марафон какого-то глупого шоу по MTV. Наблюдая за тем, как другие люди принимают ужасные решения в жизни, я почувствовала себя лучше.

— Она может удивить тебя. Может быть, она подумает, что это круто, что на твоем теле навсегда счастливый талисман. — Наши взгляды встретились, и он одарил меня улыбкой с оттенком грусти.

Я все еще помнила ночь, когда наконец-то рассказала ему обо всем, вытащив все скелеты из моего шкафа и сложив их к его ногам. Он посмотрел на них и сказал, что все равно любит меня.

— Да, я так не думаю. Но хорошая попытка, — я отложила пульт и погладила его ногу.

— Это стоило всех усилий, не так ли? — спросил он.

— Да, точно.

* * *

Этой ночью спала я отвратительно. Я не могла найти удобную позу. Все соприкасалось с татуировкой, и я проклинала себя за решение сделать ее на ребрах.

Перед тем как взошло солнце, я наконец-то отключилась, и Хантер позволил мне поспать до обеда.

— Дерьмо, дерьмовое дерьмо, — сказала я, когда встала.

— Итак, я могу предположить, что заживление тату проходит хорошо? — спросила Рене, появляясь в дверном проеме. Она ухмыльнулась, глядя на меня, как будто это было смешно. Она не была фанаткой тату, в основном из-за того, что была вероятность ошибиться и потребовалась бы медицинская помощь.

— Заткнись, — ответила я, указывая на нее и медленно шаркая в ванную. Мне нужно было обработать татуировку, но от мысли о душе хотелось плакать.

— Так-так, а теперь будь милой с человеком, который принес тебе не только воду и обезболивающее, но еще и эмульсию, чтобы тату заживала быстрее, — она вытащила вещи из-за спины.

Ладно, это было мило.

— И я избавила тебя от Дня домашней работы с Дарой, — сказала она, когда я взяла таблетки и открыла воду, чтобы сделать глоток.

— Ну, это мило. Где Хантер? — я была удивлена, что он еще не пришел меня проверить.

— Что-то не так с «гольфом» Дасти, поэтому все парни во дворе пялятся на двигатель и обсуждают это, как будто на самом деле знают, какого черта они делают.

Я фыркнула в ответ. Хантер мог исправить небольшие поломки в автомобиле, но он не был квалифицированным механиком.

Рене помогла мне зайти в ванную и снять футболку. Я сняла пленку, но сегодня из-под нее сочилось немного красноватой жидкости, которая оказалась на моей футболке.

— Ай, — вырвалось у меня, когда использовала чистое полотенце, чтобы вытереть ее.

— Да, татуировки гадкие. Подожди пока дойдешь до стадии шелушения, — сказала Рене с ухмылкой. Я даже не хочу знать об этом.

В конечном итоге я залезла в душ, но из-за теплой воды все же щипало. К тому времени, как я вышла, Хантер был здесь, держа полотенце для меня.

— Ты понял, что случилось с машиной? — спросила я.

— Думаю да. Мэйс с Дасти поехали в магазин автозапчастей. Как татушка?

Я зашипела сквозь зубы, когда полотенце коснулось моей чувствительной кожи.

— Чудесно, а как твоя?

Он показал плечо, которое блестело от эмульсии, что Рене дала мне. Должно быть, он нанес ее ранее.

Хантер помог мне нанести эмульсию и снова одеться. Боль начинала ослабевать, поэтому я пошла вниз, чтобы посмотреть, что делают остальные.

Мой нос уловил запах свежей выпечки, и я застонала. Я была очень голодна.

— Тебе не позволено издавать такие звуки, когда я не могу остаться с тобой наедине, — прорычал Хантер в мое ухо.

— О, извини, — ответила я невинно и снова издала этот звук.

— У тебя крупные неприятности, — сказал он, когда мы вошли на кухню, где обнаружили Дару в окружении тарелок и подносов с печеньем.

— Ладно, и что же тут происходит? — спросила я. — У вас с Хоуп конкурс на лучшую выпечку? — Это было бы чересчур невероятно. И очень калорийно.

— Нет, у меня просто... желание заниматься выпечкой! — ответила Дара слишком высоким голосом и определенно неестественным. Ее глаза слегка расширились под тенью челки. Я краем глаза взглянула на Хантера, и он пожал плечами. Ладно. С ней что-то не так.

— Угу, — я потянулась за печеньем сникердудл.

— У меня не может быть желания печь? — спросила она, доставая еще один противень печенья из духовки.

— Конечно же, может быть, — ответила я и подтолкнула Хантера, чтобы согласился со мной. Дара улыбнулась, но как-то натянуто. Мы все привыкли к тому, что она была самой организованной, и теперь видеть, что у нее не всегда все хорошо, было своего рода шоком.

Может мне нужно поговорить с ней, пока никого нет. Я задолжала ей за мудрый совет.

Практически читая мои мысли, Хантер сжал мое плечо и вышел на улицу, чтобы посмотреть, что там с машиной. Поскольку Рене работала в клинике, а Джос была внизу в своей комнате, мы с Дарой остались наедине.

— Дара? — спросила я, когда она начала покрывать глазурью невероятно маленькие печеньки.

— Да? — отозвалась она, не отрывая взгляд от печенья.

— Ты в порядке?

Она резко кивнула, и я подошла, чтобы забрать кондитерский мешок из ее рук. Когда она подняла голову, в ее глазах блестели слезы.

— Что случилось? — спросила я, в голове вертелось миллион вариантов, все ужасные.

Моргнув, она резко выдохнула, смахнув челку с лица.

— Мейс хочет пожениться. — В этом доме что-то подмешано в воде?

— И? — спросила я, проглотив все слова, которые хотела произнести, и придержав свое мнение при себе, пока она не рассказала мне, что ее так беспокоило.

— И... я просто... я хочу этого. Я правда хочу. Но... — она сунула руки в карманы своего милого передника, который всегда надевала, когда пекла печенье.

— Но это слишком, верно? Слишком большой шаг, — подсказала я, и она кивнула.

— К тому же у меня просто сумасшедшая семья.

Даже зная Дару так долго, я до сих пор не знала всех подробностей о ее семье. Она всегда отступала, когда кто-либо пытался заговорить с ней об этом. Даже Мейс с трудом добивался того, чтобы она открылась.

— Угу, — пробормотала я, надеясь, что она продолжит дальше. Вздохнув, она отодвинула один из обеденных стульев и уселась на него. Я сделала то же самое и вздрогнула, когда раздался громкий звук запуска двигателя на подъездной дорожке. Полагаю, они починили машину.

— Моя семья это... сложно. Они сдержанные, если можно так сказать. Мои родители были очень безучастными по отношению ко мне, когда я была маленькой. Не могу даже вспомнить обнимали ли они меня. Я думала, что все родители такие, пока не пошла в школу. И такими были не только мои родители. Мои тети и дяди и все остальные. Это что-то типа семейной болезни или вроде того.

Я даже не могла представить, что кто-то не захочет обнять Дару. Она была сладкой как чертов персик и любила сильнее, чем почти все, кого я знала.

Я не хотела называть ее родителей придурками перед ней, но они определенно придурки.

— И это значит, что у меня испорченное представление о браке и семье и обо всем. Ну, я не против брака, но что, если у меня ничего не получится? Уверена, моя мама не была такой холодной в моем возрасте. — О, я понимала, чего она боится.

— Ты боишься, что станешь такой как она, — промолвила я. Она сжала губы и кивнула.

— И я знаю, как это глупо. Я знаю, как сильно Джон любит меня. — Дара всегда называла Мейса по его первому имени.

— Он любит. Действительно любит. — Он влюбился по уши, как только ее увидел. Полностью игнорируя Рене, которая в это время пыталась с ним флиртовать. Нет, Дара была создана для него. А он для нее. Мужчины в семье Хантера любили сильно и безмерно. С одним примечательным исключением.

Она улыбнулась и посмотрела на свои руки, сжимавшие стол.

— Я знаю, что это так. Я тоже люблю его. И я не знала, что можно быть такой счастливой в отношениях. — До Мейса Дара всегда сторонилась большинства парней. Я понимала это, потому что была в похожей ситуации.

А потом появились эти парни. Эти двое с их озорными улыбками и красивыми словами пробили себе путь в наши жизни, и теперь мы застряли с ними. Я именно это сказала Даре, что заставило ее рассмеяться, стирая слезы с глаз.

— Знаешь, когда поженимся мы с Хантером, и вы с Мейсом, то мы станем сестрами.

Это вызвало у нее улыбку.

— Мы уже сестры. — Я протянула руки, и мы обнялись. — Спасибо, что выслушала мои жалобы о моем замечательном бойфренде. Не многие смогли бы мне сказать, что я просто схожу с ума.

Я отпустила ее и покачала головой:

— Нет, я все понимаю. Я думала, что ты уже все продумала. Сто раз. Брак моих родителей не сложился, так почему у меня должно получиться? Но потом я смотрю на Хантера и не могу представить свою жизнь без него. И разве это не цель брака?

Она кивнула в ответ.

Входная дверь открылась, и на кухню зашел Мейс.

— Мне нужно... я пойду в свою комнату, посмотрю на свою тату в зеркало, — я попятилась из комнаты.

— Дара? — произнес Мейс. Мышцы на его челюсти подергивались, и он продолжал переминаться с ноги на ногу. Он окончательно сходил с ума.

Я не стала дожидаться ответа Дары, но была абсолютно уверена, у них все будет в порядке.

* * *

В понедельник моя татуировка перестала болеть и начала чесаться. Я делала все возможное, чтобы не расцарапать ее. Меня никогда не жалил ядовитый плющ, но должно быть это было даже хуже. Это была пытка.

— Не смей чесать, — пригрозил Хантер, указывая на меня пальцем в обвиняющем жесте, когда я переодевала майку вечером понедельника. — Я надену тебе на руки перчатки, — он выглядел довольно серьезным, поэтому я подняла руки вверх в знак капитуляции.

— Хорошо, хорошо. Я просто поправляю майку и не делаю ничего больше, — я посмотрела на него, и он показал мне язык. Я ничего не могла с собой поделать и рассмеялась.

— Ты дуреха.

— Эй, ты любишь меня, кто же тогда ты? — пожала я плечами.

— Великолепный? — Он покачал головой и сел на диван рядом со мной. — Итак, ты знаешь, что приближаются октябрьские каникулы.

Я с нетерпением ждала, когда можно будет поставить жизнь на паузу и не волноваться о колледже и обо всем остальном на несколько дней.

— Верно, — произнесла я.

— И я подумал, что может быть смогу взять тебя в Уайли.

У меня челюсть отвисла:

— Ты серьезно?

Он кивнул, и я не могла сказать шутит ли он со мной.

— Ты отвезешь меня в свой родной город? — Он улыбнулся, и я не могла в это поверить.

— Да, я думал об этом, и насколько иначе это было бы с тобой. Я составил список всего, что хотел бы показать тебе и, не знаю, я в восторге от этого, — он пожал плечами, и я осторожно обняла его из-за татуировки.

— Ого, я не ожидал такой реакции, — произнес он, рассмеявшись и обняв меня.

— За это ты заслужил минет, — прошептала я в его ухо, прежде чем слегка прикусить мочку его уха. Он издал низкий звук.

— Мне нравится, как это звучит. Итак, могу ли я заказать билеты на самолет?

Я кивнула и лизнула мочку его уха.

— Я буду считать, что это да, — произнес он с низким рычанием в голосе.

— Да, да, да, — ответила я, и он точно знал, что я имела в виду.

Глава 9: Хантер

Я не показывал Тейлор, как сильно беспокоюсь из-за возвращения в Уайли. Это маленький городок рядом с Далласом. Там было много коров и ничего больше.

К счастью, моя девушка отвлекла меня, нервничая в полете. Я такого даже не предполагал, но когда мы заняли свои места и самолет начал выруливать, она схватила меня за руку, вонзившись в нее ногтями.

— Что случилось? — я как-то забыл, что она никогда прежде не летала на самолете.

— Мы просто движемся к взлетно-посадочной полосе, — я обнял ее и притянул к себе. По счастливой случайности в нашем ряду мы сидели только вдвоем. Глаза Тейлор были широко раскрыты, в них отражалась паника, а ее дыхание было прерывистым.

— Все хорошо, Мисси, — я повернул ее голову, чтобы прижать к своей груди. Было бы хорошо, если бы здесь был диван, а не отдельные сиденья, тогда я бы мог посадить ее к себе на колени и помочь ей полностью расслабиться.

— Почему я так волнуюсь? — спросила она, ее голос был приглушен моей рубашкой.

— В свой первый полет я тоже испугался. Это абсолютно нормально, — ответил я. Вообще-то, в свой первый полет меня тошнило, но я не собирался ей про это рассказывать, чтобы не натолкнуть на ту же мысль. Я пальцами выводил успокаивающие круги на ее спине, а она мертвой хваткой вцепилась в мою руку. Когда самолет начал взлетать, в руке уже практически потерялась чувствительность.

— Мы взлетели, взлетели, — произнес я, после того как самолет выровнялся.

— О, спасибо, Господи, — промолвила она, немного дрожа, когда поднимала голову.

— Не советую смотреть в окно, — сказал я и опустил шторку.

— Вероятно, это разумно, — ответила она, одаривая меня неуверенной улыбкой.

— Ты в порядке? — я откинул ее волосы назад.

Она сжала губы вместе:

— Думаю да.

Она надела наушники и закрыла глаза, поэтому я взял ее ридер, чтобы дочитать книгу, которую начал за день до этого. Мне, возможно, следовало бы купить свою электронную книгу, но забирать ее было намного веселее. К тому же тогда нам бы пришлось покупать по одному экземпляру каждой книги. У Тейлор была фантастическая привычка, как только она заканчивала читать понравившуюся книгу, она делилась ею со мной.

Наш первый полет до Ла-Гуардия⁷ был коротким, и я разбудил ее, когда мы должны были приземляться.

— Я не могу поверить, что уснула, — она зевнула. — Надеюсь, так будет и во время нашего перелета в Даллас, тогда я не буду все время нервничать, что я в ловушке в летающей жестянке.

Я рассмеялся и поцеловал ее в щеку.

* * *

Когда мы приземлились в Далласе, солнце уже зашло, и мы оба были так голодны, что запросто могли проглотить салон арендованной машины.

— Где бы ты хотела поесть? — спросил я, и Тейлор одарила меня взглядом, который был мне хорошо знаком.

— Понял. Все что угодно, главное поблизости и быстро и с вегетарианскими блюдами.

Она кивнула и потянулась, вытянув руки вверх над головой.

Я съехал с автострады, и мы наткнулись на один сетевых мексиканских ресторанчиков, где не берут плату за дополнительную порцию гуакамоле⁸. Тейлор жадно проглотила свою сырную кесадилью и, не особо скрываясь, потихоньку начала таскать мой рис, пока я не подвинул свою тарелку к ней. Мой буррито был размером с руку, но мне все же удалось с ним справиться.

— О боже, я не хочу двигаться, — выдала Тейлор, откинувшись на спинку сиденья.

— Знаю, — проговорил я, положив руки на живот. Наверное, потом я буду жалеть об этом, но прямо сейчас я был счастлив.

— Это не странно, вернуться назад? — спросила она, проведя рукой по моей голове. Мои волосы стали немного длинными. Это сводило меня с ума. Мне нужно снова их подстричь.

— Не без этого. Но, с другой стороны, почему нет? Я не знаю, имеет ли это какой-то смысл. Так или иначе, я рад, что ты здесь со мной.

Ее улыбка была ослепительной, и мне безумно захотелось ее поцеловать. Если бы я только мог шевелиться.

Мы просидели в кабинке, пока оба не оказались в состоянии подняться. Тейлор положила голову на мое плечо.

— Здесь так жарко. Никак не могу свыкнуться с этим, — сказала она. Закрывая глаза и вздыхая, она выглядела такой красивой, что мое сердце практически остановилось. Даже спустя десятилетия она по-прежнему будет так на меня влиять. Поднялся ветер, принося с собой запахи дома. Мэн пах остротой и свежестью из-за океана. Техас был другим, но было здорово вернуться.

* * *

Поскольку в Уайли не было хороших мест, мы остановились в отеле в Далласе. Я забронировал один из самых хороших номеров. В нем был джакузи, и когда Тейлор увидела его, она скинула туфли и запрыгнула внутрь.

— Ничего себе, эта ванная огромна. Мы могли бы сидеть здесь вдвоем.

Я стянул кроссовки и забрался к ней, сев так, чтобы ее ноги оказались на моих коленях.

— Есть только одна проблема, — я изобразил серьезное лицо.

— Какая?

— Мы оба одеты, — ответил я и подмигнул.

Она в ответ ущипнула меня за нос, из-за чего я вскрикнул.

— Ну, ты же знаешь, что ситуация может измениться, — сказала она, выбираясь из ванной. Что она делает?

— Дай мне две секунды, — она выскочила из комнаты. Что за черт? Мы действовали осторожно с тех пор, как она сделала тату, которая наконец-то зажила.

Тейлор вернулась в комнату со своим телефоном. Она что-то нажала, а потом положила его на раковину. Из телефона полилась музыка. Это была одна из наших песен.

— ‘C’est la Mort’, — сказал я.

— ‘C’est la Mort’, — повторила она.

— Чего бы ты хотела? — спросил я. Она сказала мне, и я был очень шокирован. Это была последняя песня, которую я думал, она выберет. Она негативно восприняла мой шок.

— Что? Не знаешь? Недостаточно круто для тебя?

Мне пришлось отвести взгляд от нее на секунду, чтобы взять себя в руки. Эта песня имела особое значение для меня, и я не знаю почему. Это шло откуда-то из глубины, где жила моя душа и дергала за струны. Я знал, что если попытаюсь спеть для нее эту песню, то могу ее не закончить, поэтому я просто наиграл мелодию, она была так прекрасна, что моим пальцам было больно.

— За пение надо платить отдельно, — сказал я ей, закончив. На ее лице было такое выражение, словно она не знала, что со мной делать. Мне вроде как понравилось это.

— Ты танцуешь, играешь на гитаре. Господи, Хантер чего ты не умеешь делать? — Она никогда не узнает.

— Я во многом хорош. Если хочешь, подойди сюда, и я продемонстрирую тебе больше, — я положил свою гитару обратно в чехол, ожидая ее реакции. Что-то промелькнуло на ее лице, что заставило меня подумать, может быть, она хотела меня так же, как и я ее. Может быть.

Когда заиграла музыка и голоса группы «The Civil Wars»⁹ заполнили комнату, Тейлор начала медленно раздеваться. Хорошо, что я лежал в ванной, если бы я стоял, то непременно присел бы, потому что, черт. Моя девушка была прекрасной.

Сначала она потянула вверх по животу свою рубашку, пока не стянула ее через голову и бросила на пол, слегка мне улыбнувшись. Мой взгляд блуждал по ее телу, от колечка в животе до новой татуировки и до ее совершенной груди. Она была такой идеальной, словно я выдумал ее.

Следующими были джинсы, и у нее случился небольшой напряженный момент, когда она пыталась снять носки. Она наклонилась ко мне, и я, смеясь, ее поймал. У нас всегда так было. Сексуальность с легкостью.

Поездка в Техас была очень, очень хорошей идеей.

Тейлор добралась до лифчика и трусиков, как раз когда песня закончилась, а затем переключилась на другую. Не могу сказать на какую. Я был слишком занят, сосредоточившись на ней, чтобы обращать внимание на музыку.

— Иди сюда, — я встал и поманил ее пальцем. Она улыбнулась и пошла ко мне. Она была такой сексуальной, даже не прилагая для этого усилий.

Она неторопливо повернулась ко мне спиной, и я опустил голову к ее плечу, запечатлев на нем поцелуй. Я лизнул ее кожу и двинулся по верхней части ее спины, сдвинув бретельки лифчика в сторону со своего пути, чтобы иметь возможность поглотить ее.

Я переместил руки вперед, поглаживая ее живот, а потом, щелкнув по колечку в ее пупке, двинулся вверх к груди над лифчиком. Ее грудь была чертовски идеальной. Мои пальцы задели соски, и она вздохнула сквозь стиснутые зубы.

Мне нравилось, что она реагировала на меня таким образом. Что именно я был тем, из-за кого моя девушка издавала эти звуки. Я чувствовал себя завоевателем мира.

Лифчик нужно было снять. Он разделял нас. Я расстегнул его и позволил упасть на пол. Она повернулась в моих руках и заглянула мне в лицо.

— Я люблю тебя, Хантер. — Я слышал это сотни раз, но всегда было волшебно.

— Я тоже люблю тебя, Тейлор. — Она улыбнулась при упоминании своего имени и обняла меня за шею.

— Давай примем ванну, — произнесла она.

* * *

Рядом с раковиной была корзинка с банными принадлежностями, включая милые бутылочки с пеной для ванны.

— Не наливай слишком много, иначе вода перельется и тогда администрация отеля убьет нас, — проговорила она, пока мы ждали, чтобы наполнилась ванна. Я просто бросил несколько кусочков того, что пахло розами.

— Будь я умнее, попросил бы их принести розовые лепестки и шампанское и тому подобное, — сказал я, мысленно пиная себя.

Не говоря ни слова, Тейлор вышла из комнаты все еще полностью обнаженная и вернулась несколько секунд спустя со всем, что было в мини-баре. Совершеннолетие имело свои преимущества.

— Ты думаешь, это сработает? — спросила она, ставя бутылки на угол ванны. Они будут стоить мне целое состояние при выезде из отеля, но это не имело значения.

Мы оба залезли в ванную, и Тейлор вскрыла одну из бутылочек. Это было белое вино, которое не было моим любимым, но она сделала глоток, пожала плечами и протянула его мне.

— Помнишь песню о том, чтобы напиться в самолете? Кто-то же должен напиться и ванной, — я передал ей бутылку обратно.

— На мой взгляд, есть худшие места, чтобы напиться, — ответила она. Через несколько минут мы закончили первую бутылку и начали другую, на этот раз красного вина.

— Я собираюсь остановиться после этой, — сказала она. — Я не хочу потратить нашу поездку на то, чтобы меня тошнило.

Я скорчил рожицу. Красное вино было не лучше, чем белое, но эй, это был алкоголь, и он выполнял свою задачу.

— Это хороший план, — поддержал я.

— Ты собираешься воспользоваться мной? — спросила она с хрипотцой в голосе, когда мы закончили вторую бутылку. Она наклонилась вперед и подплыла ко мне.

— Я думаю, будет совсем наоборот, Мисси. Я сейчас нахожусь в очень уязвимом состоянии. Весь одурманенный от алкоголя, — я положил руку на лоб.

— Ты такое трепло, — она закатила глаза.

Я собирался возразить, но потом она положила руку на мой член, и я полностью потерял дар речи.

— Я воспользуюсь тобой сейчас? — спросила она, ее голос был низким, когда она гладила меня под слоем пузырьков.

Я издал сдавленный звук, и она рассмеялась, ускоряя темп. Было жалким, насколько быстро я кончил, и она триумфально рассмеялась.

— Ты знаешь, что тебе это нравится, — она села обратно в ванную.

Я отдышался и покачал головой.

— Несправедливо, Мисси. Совершенно несправедливо.

Тейлор

Он отомстил мне, когда мы выбрались из ванной. Я знала, что так и будет. Он был в этом хорош. Потом мы лежали на двуспальной кровати и смотрели друг на друга.

— Я так рад, что ты здесь, — сказал он, поглаживая меня по щеке.

— Я так рада, что я здесь, — я была так рада, что не было ничего странного. Я думала, что возвращение в его родной штат перенесет его в темное место, где он сможет думать только о своем прошлом и застрять там.

Я лишь хотела быть рядом с ним, чтобы поддержать его и поблагодарить, что рискнул вместе со мной.

Я свернулась калачиком у него под боком, а Хантер повернулся к телевизору, бесцельно щелкая по каналам. Я был измучена из-за путешествия весь день, поэтому закрыла глаза и положила голову ему на грудь, когда он нашел марафон старого шоу.

— Мне нравится Техас, — промолвила я, прежде чем провалиться в теплый и уютный сон.

* * *

— Просыпайся, Мисси, — раздался голос над моим ухом. Я открыла глаза и увидела, что солнечный свет наполнил комнату и Хантер убирает волосы с моего лица. Мы, как всегда, лежали грудь к груди, а наши ноги были переплетены.

— Привет, — произнесла я, улыбаясь, когда он поцеловал меня в щеку.

— Хочешь позавтракать? — Мой желудок заурчал. Видимо, большое количество мексиканской еды со вчерашнего вечера не насытило меня надолго.

— Да, — ответила я.

Хантер поднялся и вернулся с меню обслуживания номеров, и двумя мягкими халатами. Мы надели халаты и изучили меню. Все выглядело хорошо.

— Мы наберем несколько фунтов после этого путешествия, — сказала я, после того как Хантер сделал заказ.

— Я не против добавить немного округлых форм к твоему очень сексуальному телу, — он откинул халат и шлепнул меня по заднице. Я вскрикнула, и он погнался за мной по комнате, в конце концов, прижав меня к кровати.

— Несправедливо. Ты больше и сильнее, — выдавила я, ерзая под ним.

— Но ты симпатичнее и сексуальней, так кто тут настоящий победитель? — он чмокнул меня в щеку и направился в ванную, чтобы почистить зубы. Я присоединилась к нему минутой позже.

И не успели мы опомниться, как прибыло обслуживание номеров.

Это был не поднос. О нет. У нас была целая чертова тележка. Мои глаза расширились при виде еды. Черт подери! Мы никогда не съедим это. К счастью, в нашем номере был холодильник, потому что мы определенно воспользуемся им.

Когда мы объелись гренками и блинчиками, вафлями, фруктами и чаем, и апельсиновым соком, Хантер рассказал мне, куда мы направляемся сегодня. Его начальная школа, любимый магазинчик его мамы, гольф клуб, где она состояла, и десяток других мест.

Я прочистила горло и задала вопрос, который занимал все мои мысли с тех пор, как он попросил меня приехать сюда.

— Ты собираешься навестить ее могилу?

Он положил свою вилку и с минуту смотрел куда-то в пространство:

— Я не уверен. Я думаю... Думаю, это зависит от того, как я буду себя чувствовать после встречи с моими старыми призраками.

Я не стала интересоваться, хочет ли он встретиться с братом своей матери, потому что этот парень был абсолютным мудаком. Хантер не хотел иметь ничего общего с ним. Его настоящая семья была в Мэне.

— Просто дай мне знать, если тебе потребуется передышка, — я погладила его по руке. Он приобнял меня и прижал к своей груди.

— Я никогда не думал, что буду достаточно сильным для этого, но я здесь, и это все благодаря тебе. — Это было не правдой, но я не хотела спорить.

* * *

После завтрака я позвонила маме, потому что она волновалась, и я обещала связываться с ней, по крайней мере, каждый день.

— Как дела? Там действительно все большое? — спросила она, и я рассмеялась, пока Хантер вел арендованную машину мимо дома, по крайне мере с пятью огромными амбарными звездами на фасаде и рогатым скотом на заднем дворе. Да, я была в Техасе. На завтра Хантер обещал, что мы пройдемся по магазинам и купим сапоги и шляпы, и посмотрим на лонгхорнов¹⁰. Я не была уверена насчет последнего, но он заверил меня, что защитит, если возникнет необходимость. Его акцент усилился, и мне нравилось слышать его каждый раз, когда он говорил.

— Вовсе нет. Но здесь жарко как в аду и очень много коров, — сказала я, когда Хантер прибавил мощность кондиционера. Из-за такой перемены температуры мое тело было несколько сбито с толку. В Мэне уже скоро зима, а здесь больше похоже на середину лета. Я понятия не имела, как люди тут жили все время. Я бы постоянно потела в одежде, и мне требовалось миллион раз принять душ.

— Ну, смотри, чтобы не затоптали в давке, — сказала мама, и я фыркнула. Мы еще немного поболтали и затем попрощались.

Когда мы приехали в старую школу Хантера у учеников был перерыв, поэтому парковка была пустой. Плохо, что мы не могли совершить экскурсию, но мы довольствовались тем, что заглядывали в окна и потом гонялись друг за другом по игровой площадке. Когда мы устали, то присели на качели, и Хантер рассказывал мне глупые истории о том времени, когда он был младше.

Мы бездельничали, как и в то время, когда он приезжал вместе со мной домой, и сейчас все будто возвращалось на круги своя. Я показала ему свой дом, и он показывал мне один из своих.

— Знаешь, я не всегда был таким красавчиком, — сказал он, и я сделала удивленное лицо. — Знаю, в это трудно поверить, но это правда. У меня было несколько трудных лет. У Хоуп есть фотографии в доказательство этого, — он поежился и продолжил раскачиваться. Так как ноги у него были длиннее и сильнее моих, у него получалось взлетать выше, тогда я надула губы, и он подошел, чтобы подтолкнуть меня.

Я закричала, когда он толкнул меня так высоко, что смог пробежать под качелями и толкнуть меня с другой стороны.

— Моя мама полюбила бы тебя, — произнес он, когда мы лежали на траве на детской площадке и держались за руки, как полные придурки.

— Какой она была? — спросила я. Откровенность была для него такой редкостью, что я хотела воспользоваться этим, пока могла.

На его лице играла небольшая улыбка, когда я повернула голову, чтобы взглянуть на него.

— Что ж, она высказывала то, что у нее на уме, это уж точно. Она не мирилась с дерьмом. Когда однажды надо мной издевались и в школе не приняли мер, она пошла прямиком в кабинет директора. Я был только в первом классе, и она взяла меня с собой. Я никогда не забуду, как он сжался в своем кресле, пока она разносила его в пух и прах. На следующей неделе была принята новая политика нетерпимости к насилию. Все благодаря ей, — его акцент стал еще сильнее, и это было так сексуально, что мне казалось, я умру.

— Это чудесно, — сказала я. Я видела ее фотографии, и я могла только представлять себе. Она была очень похожа на Хоуп, и я всегда мысленно представляла ее одетой с иголочки и в великолепных туфлях.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной на ее могилу. Я знаю, это не то же самое, что встретиться с ней, но я хочу пойти. Я не был там. С похорон.

Я вздрогнула, представив, каким должно быть он был маленьким и сломленным. Это не было жалостью, вовсе нет, но больше всего мне хотелось, чтобы я могла быть с ним в то время. Могла стоять с ним и держать его за руку.

— Ты уверен? — спросила я.

Он встретился со мной взглядом и кивнул.

— Да, уверен. Но сначала нам нужно купить цветы, — он поднялся на ноги и протянул мне руки.

— Ладно, — сказала я, внезапно ощутив нервозность.

* * *

Хантер привез нас в маленький цветочный магазин, им управляла женщина, которая знала, кто он такой. Обожаю маленькие городки.

— Я сожалею о том, что случилось с твоей мамой, — сказала она, пока собирала букет из разных полевых цветов. Хантер сказал, что его мама любила их больше всего, особенно, когда он ходил собирать их сам и приносил их ей.

— Это так мило, — произнесла я, наклоняясь к нему.

— Это всегда заставляло ее улыбаться, — он забрал у флориста букет.

— Не нужно денег. Мне всегда нравилась твоя мама. — Хантер натянуто улыбнулся и поблагодарил ее, и мы вышли из магазина.

С минуту мы сидели на парковке, Хантер смотрел на букет.

— Этого не должно было случиться, — промолвил он настолько тихо, что я едва слышала его. Мне не нужно было спрашивать, о чем он говорит.

— Ты ничего не мог сделать, — я не была уверена в правильности этих слов. Но я тоже чувствовала вину из-за ситуации, которую не могла контролировать. Единственный виновный в моем случае сидел в тюрьме. В случае Хантера человек не мог быть наказан, поскольку был чертовым трусом и пустил пулю себе в лоб.

— Я знаю это. Знаю. Но все же. Я гадаю, как все могло измениться, если бы она ушла от него и согласилась переехать со мной в Мэн, чтобы остаться с Хоуп и Джоном.

Его голос сорвался, и он начал рыдать в цветы. Этот надрывный звук причинял мне больше боли, чем любой другой звук, который я слышала.

— Я знаю, малыш, знаю, — произнесла я, держа его и поглаживая по спине, пока он плакал. У меня не было слов, которые могли бы все. Чтобы уничтожить боль, обиды и сожаление. Все, что я могла сделать, это оставаться с ним и поддерживать его. Почему-то этого казалось недостаточно.

Примерно через десять минут его дыхание замедлилось, и он поднял взгляд. Его глаза покраснели и на щеках были следы от слез. Я вытерла его слезы.

— Я просто очень скучаю по ней, — сказал он, его голос дрожал.

— Я знаю, малыш. Знаю, — я притянула его к себе, и мы смяли цветы своими объятиями. Хантер опустил голову на мое плечо, пока пытался восстановить дыхание. Прошло еще десять минут, прежде чем он поднял голову и вытер глаза рукой.

— Спасибо тебе. За все. Спасибо, — он поцеловал меня в щеку, и я сжала его лицо руками и прижалась поцелуем к его губам.

— Я очень сильно люблю тебя, — сказала я ему.

Он шумно выдохнул.

— Пойдем.

Глава 10: Хантер

Люси Маргарет Пирс.

Было принято решение написать на ее надгробии девичью фамилию, а не фамилию ее убийцы.

Любимая мама и сестра.

Еще они убрали надпись «жена». Хоть она и была хорошей женой, у нее был плохой муж.

Я наклонился и положил цветы на землю.

— Привет, мам, — мой голос сорвался. По какой-то причине от вида этих полевых цветов у меня внутри что-то сломалось, и я не мог больше сдерживать слезы и боль.

Тейлор стояла в нескольких шагах позади, как если бы хотела дать мне немного времени наедине с мамой.

— Прости, что у меня заняло так много времени, чтобы прийти и навестить тебя. Мне так жаль, что ты здесь, а не на кухне печешь пироги с Хоуп. Мне жаль, что ты не увидишь, как я повзрослел. Мне жаль, что мои дети никогда не узнают тебя, как свою бабушку. Я о многом сожалею. Но больше всего мне жаль, что ты не познакомишься с моей девушкой, Тейлор. Ты бы обожала ее. Я знаю. Наверное, ты бы немного ненавидела ее за то, что забрала твоего мальчика, — я слегка рассмеялся и смахнул несколько слезинок. Мои ноги уже окоченели, но я не собирался двигаться.

— У тебя нет возможности познакомиться с ней, как мне бы того хотелось, но это самое близкое чего мы можем добиться, да? — я повернулся и посмотрел через плечо на Тейлор. Она стояла в десяти шагах от меня и, несмотря на жару, скрестила руки на груди.

— Мисси, — позвал я ее, и она подняла на меня взгляд. Я жестом подозвал ее присоединиться ко мне, и мы вместе опустились на колени перед могилой моей мамы.

— Мам, это Тейлор Элизабет Колдвелл, девушка, на которой я собираюсь жениться, — сказал я. На этот раз мой голос был твердым. Тейлор вложила свою руку в мою и сжала ее.

— Привет, — произнесла Тейлор. — То есть здравствуйте. На самом деле, я не знаю, как это делается. Но я очень сильно люблю Вашего сына, и мне бы хотелось познакомиться с Вами. Я бы хотела, чтобы Вы устроили мне неприятности и допросили о моих намерениях в отношении Хантера, — она рассмеялась сквозь слезы.

Я поцеловал ее в щеку и ощутил вкус ее слез.

— Спасибо за такого замечательного сына. Он целый мир для меня, и я сделаю все, что от меня зависит, чтобы он был счастлив, и буду заботиться о нем всю нашу оставшуюся жизнь, — она повернулась ко мне и улыбнулась сквозь слезы. — Спасибо за Вашего сына.

Я притянул ее к себе, и мы опустились на землю, где, сидя на траве, обнимали друг друга. На этом маленьком кладбище не было людей, что было хорошо. Были просто мы и мама.

Не знаю, сколько мы там просидели, но задержались мы там довольно надолго.

— Хантер? Не хочу портить момент, но у меня задница полностью онемела, и боюсь, если я сейчас не встану, мои ноги не смогут двигаться.

— Ладно, Мисси, — я фыркнул ей в волосы.

Мы оба неуверенно поднялись, сгибая и разгибая ноги. Я поцеловал кончики пальцев и прикоснулся к холодному камню надгробия.

Тейлор сделала то же самое и пошла обратно, дав мне побыть в одиночестве.

— Я скоро вернусь и проведаю тебя. Надеюсь, в следующий раз я смогу рассказать тебе все о моей свадьбе. Моя девушка упрямая. Прямо как ты, — я улыбнулся и оставил последний поцелуй на надгробии, прежде чем развернуться и пойти к Тейлор.

* * *

— У них есть свадебный торт в меню, — сказал я, поигрывая бровями. Мы были в Уайли, в одном из маминых любимых ресторанчиков. Это было милое, уютное местечко, и у них было замечательное меню.

— Даже не думай, — произнесла Тейлор, не отрываясь от меню.

Я был уверен, что у них есть несколько салатов и других блюд, из которых она могла выбрать.

— Я совершенно точно закажу его, и ты поможешь мне его съесть.

Она взглянула на меня поверх меню, и она знала, что так и есть. Если был торт, то Тейлор съедала его. В этом она была предсказуема.

Вернулся официант, и я заказал бургер, а Тейлор выбрала суп и салат. Мы потягивали настоящий сладкий чай и болтали о том о сем.

— Сейчас твой акцент очень заметен, — сказала Тейлор, выдавив немного больше лимона в свой чай.

— Разве? — я не обращал внимания, что мой голос изменился, но Тейлор настолько привыкла к тому, что я не использую его, что для нее это должно быть сразу заметно.

— Тебе это нравится? — спросил я, зная ответ. Ее щеки покраснели.

— Можно сказать и так.

Черт, да. Сегодня вечером я собирался использовать его по полной и посмотреть к чему это приведет. У меня было ощущение, что в результате я получу обнаженную Тейлор. Хотя завтра мы собирались купить ей пару ковбойских сапог.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросила она, и у меня ушла секунда на то, чтобы понять, что она говорит со мной.

— А?

— Почему ты смотришь на меня, как будто я кусок пирога и ты хочешь съесть меня? — под столом ее рука скользнула вверх по моей ноге, и я дернулся, коленом ударившись о стол, из-за чего задребезжали бокалы. Несколько человек рядом с нами одарили меня недовольными взглядами, но вернулись к своей еде.

Я наклонился ближе к Тейлор, чтобы нас никто не смог подслушать.

— Я думал о тебе, одетой в пару ковбойских сапог и ничего больше, — произнес я низким голосом, и с удовлетворением наблюдал за тем, как она вздрогнула и сглотнула.

— Думаю, мы можем это устроить, — ответила она, когда наш официант принес еду. Я прокашлялся, и Тейлор убрала руку с моей ноги.

Мы быстро поели, и Тейлор даже не делала замечаний, когда я заказал свадебный торт с двумя десертными вилками. Торт был вкусным, но было кое-что другое, что мне хотелось ощутить во рту. Я расплатился, и мы поспешили уйти. Вероятно, кое-кто был таким же нетерпеливым, как и я.

— Знаю, я слышала рассказы о людях, занимающихся сексом во время езды, но кажется ужасной идеей делать это на шоссе, — сказала Тейлор, когда мы сели в машину и я выехал со стоянки. — Если бы не вероятность оказаться в огненной катастрофе, прямо сейчас я бы уже стояла на коленях.

Я сжал руль так сильно, что чуть не сломал его пополам. Каким-то образом мы добрались до гостиницы, не навредив арендованной машине и себе, и не нарушив законы, но были к этому близки.

— Давай же, давай, — рычал я на лифт, который был медленней, чем в аду.

— Мы озабоченные? — произнесла Тейлор, встав на носочки, чтобы сказать мне это на ухо, когда рукой скользнула по передней части моих джинсов. Я сдерживал каждое известное мне ругательство и облегченно вздохнул, когда двери открылись. Мы с Тейлор стояли в углу, когда еще одна пара вошла в лифт. Я сжал кулаки.

Самая длинная поездка на лифте. Я думал, что умру. Как только двери открылись на нашем этаже, я схватил Тейлор, перебросил через плечо, игнорируя ее протесты, и бросился по коридору в наш номер.

Мне пришлось немного повозиться с ключом, но со второй попытки мне это удалось. Прежде чем она смогла перевести дыхание, я бросил ее на кровать и опустился сверху.

— Не терпится, мистер Заккаделли? — Она понятия не имела.

— Да, мисс Колдвелл, — простонал я, стягивая ее рубашку через голову, практически разрывая ее в процессе. Так быстро как мог, я до конца раздел ее, и дело осталось за мной.

— Это совершенно несправедливо, что я голая, а ты нет. Что случилось с равноправием? — она надула губы. Я начал снимать рубашку, но она шлепнула меня по рукам и не позволила этого сделать.

— Вот так, — сказала она, рывком стягивая с меня штаны и боксеры и отбрасывая их. Я собирался толкнуть ее обратно, чтобы поцеловать ее, но она опустила свой рот на меня, и мой мозг взорвался. Я забыл свое имя, забыл все, кроме того, что Тейлор Элизабет Колдвелл сосет мой член.

Казалось, она была намерена довести меня до конца, но я положил руки на ее голову и отодвинулся от нее с легким хлопком, что практически заставило меня кончить в ту же секунду.

— Думаю, я бы предпочел находиться внутри тебя, — сказал я с улыбкой.

Она поднялась с колен одним плавным движением и потянула меня за собой на кровать. Мне нравилось, что она принимала таблетки, и между нами не было преграды.

Я медленно поцеловал ее, сплетаясь языками. Я лизал и пробовал, прокладывая себе путь по ее соблазнительному телу, пораженный тем, что она была здесь, и она была моей. Оказавшись между ее бедер, я подвинулся к краю кровати и подтянул ее к себе так, что ее ноги теперь свисали с моих плеч. Я представлял, что на ней ковбойские сапоги, пока целовал ее так, что она выгибалась на кровати и стонала.

Наши соседи за стенкой наверняка запомнили представление, потому что Тейлор определенно не была тихой. Особенно, когда я заставил ее кончить один, два, три раза, прежде чем забраться на кровать и скользнуть в нее.

Мы застонали в унисон, и я наклонился, чтобы поцеловать ее, прежде чем перевернуть нас так, что она оказалась сверху. Смотреть на то, как Тейлор двигалась вверх-вниз на мне, получая удовольствие, было вершиной моей чертовой жизни. Она быстро кончила, а следом и я.

Тяжело дыша, она наклонилась и поцеловала меня.

— Думаю, это было не очень долго, — сказала она.

— Ну, всегда есть время для второго раунда. И третьего, — парировал я, и она усмехнулась.

Мы достигли четвертого раунда, прежде чем оба решили, что слишком устали и проголодались, чтобы продолжать.

— Обслуживание в номер? — я протянул руку к меню, лежащему на тумбочке.

— Обслуживание в номер, — подтвердила Тейлор, измученно подняв большие пальцы.

Тейлор

— Чеееееррртттт, — произнес Хантер себе под нос, когда я примерила для него первую пару ковбойских сапог в «Бут Барн»¹¹. Он буквально так и назывался. Сапоги были не дешевые, но они были коричневые с бирюзовым и чертовски милые.

— Тебе нравится? — спросила я, встав в позу. Сегодня было слишком жарко, и я снова надела топ и шорты, и все равно умирала от жары. Я определенно не была создана для жизни здесь.

— Можно сказать и так, — сказал он, наконец, посмотрев мне в лицо. М-м, взгляд его глаз был хищным и собственническим, а я все еще ощущала слабость после предыдущей ночи. Было приятно осознавать, что мы по-прежнему можем провести несколько раундов, а желание все еще останется.

— Чего-то не хватает, — заметил он, поглаживая подбородок, уже зарастающий щетиной. Я вздрогнула, вспомнив ощущения от его щетины между моих бедер.

Хантер подошел ко мне и опустил мне на голову ковбойскую шляпу.

— Вот. Теперь ты идеальна.

Я отодвинула шляпу назад, чтобы он мог поцеловать меня.

— Больше ничего не хочешь взять? — спросила я и донимала его, пока он не нашел черную пару, которая понравилась ему и хорошо подходила.

— В следующий раз, когда мы приедем, думаю, мы должны поехать в Остин. Это очень красивый город, он тебе наверняка понравится, — произнес он, когда мы присели пообедать в маленьком кафе, в котором имелись блюда для веганов и вегетарианцев. Еще одно качество, которое я люблю в Хантере, что я никогда не чувствую себя неловко из-за того, что вегетарианка. Он ни разу не закатил глаза, когда я просила заменить какие-либо продукты, и всегда убеждался в том, что в месте, куда мы придем, будет что-нибудь и для меня.

— В следующий раз? — спросила я, поднимая свой вегетарианский сэндвич.

— В следующий раз, — ответил он с улыбкой, отрезая кусок курицы.

* * *

Следующие несколько дней мы провели, гуляя по магазинам, обедая, фотографируясь и занимаясь сексом. Много секса. По каким-то причинам мы оба были чертовски возбуждены, так что использовали каждый шанс, чтобы остаться обнаженными.

Это было едва ли не курьезно.

— Ты счастлива? — спросил Хантер, после того как наш самолет взлетел, увозя нас домой.

— Да. А ты?

Он немного загорел после наших прогулок под техасским солнцем, но я была уверена, что намазанная толстым слоем солнцезащитного крема, моя кожа совсем не изменилась.

— И я. Я чувствую... — Он замолчал, ища подходящее слово. — Я чувствую себя спокойнее? Умиротворенней.

От этих слов я почувствовала себя такой счастливой, что захотелось плакать. Эта поездка определенно была хорошей затеей.

— Не жалеешь? — спросила я.

— Не жалею.

* * *

Мы добрались в Желтый дом не раньше двух часов ночи, и я так устала, что еле выбралась из машины. Но в нашем доме везде горел свет, и когда мы вошли внутрь, было такое ощущение, словно сейчас ранний вечер, а не середина ночи. Никто не спал, все болтали, играя в «Карты против Человечества» за обеденным столом.

— Добро пожаловать домой! — поприветствовала Рене, вставая и обнимая нас.

— Нас не было всего несколько дней, — заметила я, когда она сильно сжала меня.

— Не важно. Мы все равно скучали. — Все выстроились, чтобы обнять нас, а потом нас усадили в кресла и выдали по чашке чая и закуски.

— Как все прошло? — спросил Мейс.

Я была уставшей, но они не спали и ждали нас, так что мы могли выдержать еще немного.

— Хочешь начать первым? — спросила я, глядя на Хантера.

— Конечно, Мисси.

В конечном итоге я уснула за обеденным столом, пока Хантер рассказывал о поездке. Следующее, что я помню, я проснулась, и уже светило солнце.

— О боже, — произнесла я, переворачиваясь. Моя спина жутко болела из-за ужасно неудобного кресла в самолете, в котором пришлось провести несколько часов.

— Все в порядке? — спросил Хантер со своего места на кровати рядом со мной. Он читал мою электронную книгу и выглядел свежим, как огурчик. Подлец.

— Такое ощущение, будто я не летела на самолете, а он меня сбил, — хрипло выдала я.

— Оу, бедняжка Мисси. Хочешь, чтобы я что-нибудь сделал? — он отложил электронную книгу в сторону и с беспокойством посмотрел на меня.

— Может быть чая с медом? И, вероятно, аспирин. Дерьмо, — я опустилась на подушки и вроде как снова заснула, когда Хантер принес мне чай вместе с круассаном и фруктами.

— Ты так хорошо заботишься обо мне, — я взяла чай и сделала глоток. Горячая жидкость стала раем для моего пересохшего горла.

— Мне нравится заботиться о тебе. Никогда не думал, что захочу делать нечто подобное. Казалось, это будет в тягость для меня, — он покачал головой. — Очевидно, я был идиотом, а заодно и мудаком.

Я фыркнула:

— Да, мы были такими, но потом, в нашу первую встречу, я ударила тебя, так что у нас обоих не лучшее поведение.

Он рассмеялся и улегся ко мне в постель:

— Ты готова вернуться к занятиям?

— Нет. Я надеялась, что смогу провести еще несколько часов, не думая об этом, но оказывается, не тут-то было, — я скривилась.

Хантер не выглядел несчастным, заговорив об этом.

Большую часть дня я провела, валяясь на диване и читая, пока остальные занимались своими делами. У Хантера было больше энергии, чем у меня, поэтому он занялся стиркой, благослови его Господи.

— Он правда в порядке? — пришел спросить Мейс, пока Хантер складывал все наверху.

— Да, он в порядке.

Мейс присел рядом со мной со вздохом облегчения. Он звонил во время поездки, и я рассказала ему о визите на могилу матери Хантера.

— Думаю, это пошло ему на пользу. Не расставило все по местам, но дало ему немного покоя.

Мейс кивнул.

— Это очень хорошо. Мама и папа очень переживали, когда он сказал, что собирается вернуться, но они вздохнули с облегчением, когда он рассказал, что едет с тобой. Никогда не думал, что увижу его в состоянии вернуться обратно. Правда, Тейлор. Это замечательно, — он вел себя так, словно я проделала всю работу, когда на самом деле это заслуга Хантера.

— Он сильнее, чем думает, — произнесла я, и потом мы замолчали, потому что Хантер спускался по лестнице.

— Вы обо мне говорили, ведь так? — сказал он с ухмылкой.

— Не все крутится вокруг тебя, придурок, — ответила я, подмигнув Мейсу так, чтобы Хантер не смог увидеть.

— Оу, я думаю, все вертится вокруг меня из-за тебя, Мисси, — он перепрыгнул через спинку дивана и уселся рядом со мной.

— Ты должен быть осторожным. Если твоя голова станет еще больше, ты не сможешь ходить, — я потерла макушку его головы, которая стала колючей, потому что этим утром он постригся. Иногда я задавалась вопросом о том, как он будет выглядеть, если отрастит волосы длиннее, но я никогда не попрошу его делать этого для меня, если он сам не захочет.

— Ты любишь мою большую голову. — Я прищурилась. — Ты любишь ее так сильно, что собираешься выйти за нее замуж.

Ну вот, опять. Я много думала о свадьбе, особенно после того, как мы побывали на могиле его матери. Я практически ощущала вину, что он открылся мне, в то время как я сомневалась в желании выходить замуж.

Я просто не могла преодолеть свои заморочки. Может быть, мне следует назначить встречу с консультантом и спокойно все обсудить. Я просто не могла понять — то, что я чувствую, это нормально, или я схожу с ума.

— Да уж, — произнесла я, надеясь, что он сменит тему. Я не хотела ссориться из-за этого. У нас была такая хорошая поездка, и мне всего лишь хотелось на некоторое время пустить все на самотек.

Конечно, жизнь все время отвешивала пощечины, и мне тоже досталась одна. Очень сильная.

Глава 11: Хантер

С Тейлор было что-то не так. Прошло три недели, как мы вернулись из поездки, и она стала... другой. Этому не было объяснения. Она все время была уставшей. Раньше она никогда не была любительницей поспать, сейчас же валилась с ног, едва вернувшись с занятий. Ее с трудом можно было поднять с утра.

Еще я никогда не думал, что она такая рассеянная. Она потеряла свои ключи, лекции, телефон, электронную книгу.

— Ты уверена, что не заболела? — спросил я.

— Чем же? Рассеянностью? — ей не понравилось, когда я заговорил об этом, и я не был уверен, что стоит обсуждать это с кем-либо еще. Я не знал, как мне поступить, поэтому однажды вечером, когда Тейлор ушла спать пораньше, я загнал в угол Рене. Определенно нужно было кое-что обсудить, раз в доме есть медсестра.

— Привет, с Тейлор в последнее время что-то происходит, и мне нужно твое профессиональное мнение. — Сейчас у Рене не было озадаченного взгляда, который проявлялся, когда она занималась, и она не была в ссоре с Полом, так что я был в безопасности.

Она слегка сощурила свои ярко-голубые глаза:

— Не уверена, что должна говорить с тобой о Тейлор без ее ведома, Хантер.

Ой. Я умудрился пересечь одну из тех линий, о которой не знал, пока не пересек ее. Дерьмо.

— Ничего, забудь об этом, — проговорил я, выставив руки и пятясь назад. Рене могла быть ревностной, и мне не хотелось становиться спусковым крючком ее гнева.

— Угу, — она скрестила руки на груди, ее глаза все еще были сощурены. Я сбежал так быстро, как только смог, и сделал заметку никогда так больше не делать.

* * *

На следующее утро я проснулся рано из-за того, что Тейлор, вырвавшись из моих рук, побежала в ванную и склонилась над унитазом. Мне понадобилась всего секунда, чтобы понять, что происходит, и подбежать к ней, чтобы подержать ее волосы. Как только она закончила, я протянул ей стакан воды, а потом и ее зубную щетку.

— Ты в порядке? — спросил я, пока она полоскала рот водой и выплевывала ту в раковину.

— Просто это случилось так неожиданно, что я проснулась. Наверное, съела что-то испорченное, — она схватила зубную пасту и начала энергично чистить зубы, избегая моего взгляда. Что-то происходит, и нам нужно сесть и поговорить об этом. Закончив с зубами, она оттолкнула меня в сторону и вернулась в постель.

— Ты уверена? Потому что ты немного не в себе с тех пор, как мы вернулись, и это начинает пугать меня, Тейлор.

Она открыла глаза и села в постели, опершись на изголовье:

— Просто устала. Может быть, я там что-то подцепила. Не знаю. Я просто хочу немного поспать, ладно? — она снова закрыла глаза, тем самым завершая разговор.

Я понимал, что не должен принимать это в качестве ответа, но она выглядела уставшей, а я не хотел быть мудаком. Так что я позволил ей вернуться ко сну и поклялся, что, если случится что-то странное, я настою на разговоре.

Но потом кое-что все же случилось, и мне не пришлось ничего делать.

Тейлор

— Как дела? — спрашивала меня Рене снова и снова. Это сводило с ума. Она никогда прежде не беспокоилась так о моем здоровье. То есть она была той, кто спас мою задницу, когда у меня не так давно был цистит, но это было уже чересчур.

— Все хорошо, — отвечала я каждый раз, потому что насчет всего этого она становилась устрашающей. Почему все вдруг так обо мне забеспокоились? Конечно, я была очень уставшей и плохо себя чувствовала, но я думала, что это какая-то инфекция, которую я подцепила в Техасе. Должно быть, что-то из дурацкого самолета. Инфекции так и летают в этом инкубаторе для микробов.

Я думала, что все образуется, пока не проснулась рано утром от тошноты, и меня не начало рвать. Я чувствовала себя плохо второе утро подряд, Хантер занял решительную позицию и сказал, что мне нужно обратиться к врачу. Он не догадывался, в чем была проблема, и я хотела, чтобы это так и оставалось как можно дольше.

Я пообещала ему, что в тот день пойду в поликлинику, но вместо этого в панике позвонила Рене.

— Ты нужна мне, — произнесла я, и она бросила все, чтобы встретиться со мной на парковке.

— Ты собираешься рассказать мне, в чем дело? — спросила она, но я была уверена, она точно знает, что происходит. Рене не была глупой, как и я.

— Я думаю... — я не могла произнести этого вслух. Рене печально улыбнулась мне и притянула в объятия. Я не понимала, что плачу, пока она не отстранилась и не начала вытирать слезы с моего лица.

— Эй, все хорошо. Мы сделаем несколько тестов и уйдем, ладно? Сделай глубокий вздох, милая. — У Рене был успокаивающий голос медсестры, и это немного помогло. Я слегка кивнула, и она запихнула меня в свою машину и отвезла в ближайшую аптеку. Она даже не спрашивала меня, остановив машину и предупредив, что скоро вернется, приказала мне сидеть на месте.

Пока ее не было, я смотрела в лобовое стекло и пыталась не позволять мыслям скакать, опережая ситуацию. Не получилось.

Дерьмо.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Как я могла забеременеть? Я была на таблетках и вовремя принимала их. Это должно быть какая-то странная аномалия. Еще даже не время для менструации. Она должны были начаться через несколько дней, но ПМС не было.

Воздух застрял в моих легких, словно они не полностью расширились, и я опустила голову на колени.

Рене вернулась с полным пакетом тестов.

— О боже, ты должна была видеть лицо того парня, что упаковывал все это. Я думала, он умрет от смущения. То есть это было очень забавно.

Я одарила ее взглядом, давая понять, что не вижу ничего смешного в сложившейся ситуации.

— Да, прости. Ладно, хочешь поехать обратно домой? Дома никого не должно быть, но кто знает.

Черт. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал об этом.

— Я могу отвезти тебя в больницу или мы можем сделать это в одной из ванных комнат, если хочешь, — предложила она, когда я немедленно не подпрыгнула от первоначального плана.

Другой план был не идеальным, но я не хотела никуда идти, разве что прогуляться вниз по улице и позвонить в дверь Стивена Кинга.

— В больницу, — хрипло произнесла я.

* * *

Я наблюдала эту сцену много раз в кино и читала об этом в книгах, но ничто не подготовило меня к абсолютному ужасу из-за сидения в ванной и ожидания появятся ли эти тупые полоски или нет.

Рене держала меня за руку и говорила что-то успокаивающее, но я была настолько не в себе, что даже не понимала, о чем она говорит.

— Это нормально, — произнесла она, а потом сработал таймер на моем телефоне.

— Хочешь, чтобы я посмотрела? — спросила она, когда мы обе уставились на маленькую белую палочку на краю раковины.

— Нет, — вымолвила я, отталкиваясь от стены. Это была моя проблема, и я должна с ней справиться. Я передернула плечами и сделала три шага в сторону раковины.

Я подняла палочку дрожащими руками и увидела слово «БЕРЕМЕННА» на электронном тесте.

Девять букв. Поменять их местами, и оно бы означало нечто совсем другое, но в этом конкретном случае оно означало, что теперь внутри меня растет ребенок.

— Черт, — я уронила тест.

Рене наклонилась и подняла его.

— Мы можем сделать еще один, но ошибочные результаты бывают крайне редко, — констатировала она, и на секунду я пожалела, что она знает об этом так много.

— Нет, — я покачала головой. Мне не нужен был еще один тест, чтобы дать понять мне то, что я уже и так знала.

Я залетела. Была в интересном положении. Забеременела. Все эти невероятно глупые эвфемизмы означали, что внутри моей матки был «пассажир».

— Тейлор, — произнесла Рене, хватая меня за руку и заставляя посмотреть на нее. — Я отвезу тебя домой, хорошо? Мы сядем и со всем разберемся. Тебе не нужно принимать решение прямо сейчас. Мы разберемся с этим. Ладно, милая?

Я хотела нарычать на нее из-за того, что она так меня назвала, но у меня не было сил. Она вытащила меня из уборной и потащила к своей машине. Она даже пристегнула меня ремнем безопасности, потому что я просто была не в состоянии.

На обратном пути она выключила радио и продолжала говорить со мной. Она не говорила ни о чем конкретном — просто о своих занятиях, домашних заданиях и прочих случайных вещах.

Болтовня помогала держать под контролем мое благоразумие, чтобы я не поспешила сбежать в тысячу разных направлений.

Рене быстро завела меня домой и усадила на диван в гостиной, затем заварила и принесла мне имбирный чай с лимоном. Я была благодарна за что-то постоянное в моей жизни, поскольку мир, казалось, уплывал. Или меня уносило из него.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Рене. Она уставилась на меня так, словно ждала, что я заговорю или расплачусь или сделаю что-нибудь.

— Честно? Я понятия не имею. Прямо сейчас у меня ощущение, словно я участвую в игре или снимаюсь в кино. Это нереально и в любую минуту я пойму, что это шутка или ошибка, и я смогу вернуться к нормальной жизни. — Но этого не случится.

Рене похлопала меня по плечу:

— Хочешь поговорить об этом? Тебе не обязательно делать это. Не важно, что ты решишь, мы с тобой. — Для такого любителя все контролировать Рене была изумительной в условиях кризиса, пока это был не ее кризис. Я была так рада, что позвонила ей.

— Не знаю, хочу ли говорить об этом. О чем тут говорить? Я беременна. Подумать только, Рене, я беременна. — Это слово казалось таким чужим на моих губах. Мне было сложно произносить его.

— Да, детка. Но у меня есть хорошие новости. В твоей жизни есть мужчина, который чертовски сильно любит тебя.

Хантер. Как я могла не подумать о нем? Я сразу же стала размышлять, как беременность повлияет на меня, и едва ли подумала о нем.

— Хантер, — произнесла я, и Рене кивнула.

— Ты должна рассказать ему. Не обязательно делать это сейчас, но он все равно догадается, и лучше сделать это раньше, чем позже. К тому же ты не одинока, Тейлор. Ты слышишь меня? Ты не одна во всем этом, — она так сильно сжала мою руку, что стало больно.

— Знаю, — промолвила я, и у меня снова полились слезы. Честно говоря, я даже не понимала, почему я плакала. Я просто целиком и полностью была подавлена. Я была не способна справиться с этим. Это слишком. Я хотела отвлечься от всех мысленных потрясений и вопросов, и остального безумия, что творилось в моей голове, но сейчас ничто не могло оттолкнуть это в сторону. Я была в эпицентре и не видела выхода.

Рене сидела со мной, в то время как я выпила три чашки чая и смотрела телевизор, переключая канал за каналом. Я не знала, чем еще заняться. Что еще я могла сделать? Мне нужно было подождать, пока Хантер не вернется с работы в библиотеке, и я понимала, что в первую очередь должна рассказать ему. Ни за что не буду врать ему в лицо. Он слишком хорошо меня знает.

Джос постучала в дверь, и Рене поспешила сказать ей, чтобы она спускалась вниз, но Джос не сделала этого.

— Что такое? — спросила Джос, выходя из-за угла и уставившись на меня. — Что случилось? Ты меня пугаешь, не делай этого, — она прижала руку к груди и побледнела, мне показалось, она сейчас упадет в обморок. Нет смысла ходить вокруг да около. Скоро все обо всем узнают, и я была слишком эмоционально истощена, чтобы врать.

— Я беременна, — сказала я, и она с облегчением рухнула в кресло.

— Черт возьми, не делай так больше. Я подумала, что кто-то умер, — она закрыла глаза и расплакалась, и тут до меня дошло, почему она была так расстроена.

— О, Джос, прости меня. Я не подумала. Я дура. — Лучшая подруга Джос погибла в автокатастрофе, так что, естественно, она подумала, что что-то случилось.

Она шмыгнула носом и вытерла глаза краем своего рукава.

— Прости. Я просто... я так рада, что никто не умер. Но почему ты так расстроена?

Она это серьезно?

Джос посмотрела на меня, потом снова на Рене.

— Ну, я имею в виду, у тебя есть работа, и ты скоро закончишь учебу. В чем дело? — она шмыгнула носом и снова вытерла лицо.

— Мне действительно нужно объяснять тебе это?

— Прости, прости. Я просто пытаюсь быть позитивной, — она подняла руки вверх, сдаваясь.

Она не помогала. Я собиралась подняться в свою комнату, когда пришла Дара, а следом за ней Мейс. Конечно же, они увидели всех нас в гостиной и захотели узнать, что происходит.

— Правда? — спросил Мейс, на его лице появилась широкая улыбка. — Я стану дядей? — Ну, хоть кто-то счастлив. Настолько счастлив, что он заключил меня в свои медвежьи объятия, закружил по комнате и даже всплакнул. И прямо в середине всего этого Хантер вернулся домой.

— Вау, что происходит? — спросил он, бросив сумку, и уставившись на Мейса, когда тот аккуратно поставил меня на ноги. У меня все еще немного кружилась голова после такого вращения.

Дерьмо. Время пришло. Меня снова затошнило, но в этот раз это было не из-за беременности.

Ребенок. Внутри меня ребенок. Я посмотрела вниз и прижала руку к животу.

Я подняла взгляд, чтобы встретиться с глазами Хантера, которые расширились до размеров обеденной тарелки.

Он заметил, где находилась моя рука.

— Ты беременна, — сказал он. — Или нет?

Сейчас или никогда.

— Да. Я беременна.

Глава 12: Хантер

У меня было ощущение, будто сердце разорвется в груди. Ноги несли меня через комнату, расталкивая с дороги людей, чтобы добраться до Тейлор.

Я схватил ее и крепко обнял. Возможно, слишком крепко, но она не просила позволить ей отойти.

— Ты беременна? — мой голос сорвался, и я был на грани того, чтобы вовсе его лишиться.

Она кивнула.

— О боже, Мисси. О боже. — У меня не хватало слов.

— Хантер, я не могу дышать, — ее слова были приглушены моей рубашкой.

Я сжимал ее слишком сильно. Черт. Я отпустил ее и отошел.

— Ты в порядке? Может тебе нужно присесть? Могу я что-нибудь сделать? — Что я должен сделать? Что ей может понадобиться? Я понятия не имел.

Вот почему она вела себя странно. Я должен был понять раньше, а не вести себя как идиот с задницей вместо головы.

— Я в порядке, — ответила она, и до меня наконец-то дошло, что она не взволнованна этим так, как я. Я подвел ее к дивану, чтобы присесть. В какой-то момент все остальные вышли из комнаты, так что тут остались только мы вдвоем.

— Ты в порядке? Тейлор, я хочу, чтобы ты поговорила со мной об этом. Прости, я с самого начала должен был спросить, как ты себя чувствуешь? — я потянулся к ней, но понятия не имел, что делать, как обеспечить ей комфорт. Мне нужна гребаная инструкция или что-то вроде того.

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула:

— Если честно, я схожу с ума. Я не понимаю, как это случилось, но это случилось. Я просто... Думаю, я просто до сих пор в шоке. Это... Как это могло произойти? Я не... То есть... Как? — она одарила меня пораженной улыбкой, и я притянул ее в свои объятия.

— Мы разберемся с этим. Хорошо? — в этот момент я запрятал подальше свой восторг. Я мог бы сказать, что все, чего я хочу, это находиться рядом с ней, но это и происходило с ней прямо сейчас. Ей придется пройти через беременность. Все, что я могу сделать, это поддержать ее на этом пути.

— Как так получилось? — произнесла она мне в плечо.

Я практически выдал саркастический ответ, но тогда бы она ударила меня. И была бы права.

— Ты хочешь чего-нибудь? Все что угодно. Скажи, и ты это получишь. — Если она попросит долбаного единорога, я зайду на «Cabela’s»¹², закажу чертов арбалет и пойду на охоту.

— Даже не знаю. Мы можем просто обниматься и смотреть кино? И не говорить об этом прямо сейчас?

Это не то, чего мне хотелось, но я заткнулся и кивнул:

— Ты голодна? Принести тебе что-нибудь?

Она снова кивнула и попросила пиццу, попкорн и начос. Я потащился на кухню, чтобы позаботиться о моей девушке.

О моей беременной девушке.

Черт возьми.

Тейлор

Хантер был очень взволнован, и я видела, как он пытался скрыть это от меня. Из-за этого я чувствовала себя законченной стервой, но все же не могла разделить с ним эту радость. Я застряла на стадии шока. Мне было неизвестно, как долго продлится это ощущение, но прямо сейчас мне с ним было довольно комфортно.

Хантер бегал вокруг меня словно одержимый, принося мне вдвое больше, чем я просила. Все остальные оставили нас одних и ютились в подвале, пока я не наорала на них, чтобы они поднялись наверх и вели себя нормально. Чем я заработала огромное множество взглядов и гримас, но все они держали рты на замке. Мы с Хантером обнимались на диване, Дара сидела на другой стороне.

Я не говорила этого вслух, но была счастлива, что все они были здесь. Они все так поддерживали и любили меня до безумия. Я была не одна. Дара играла с моими волосами, а Хантер держал меня за руку.

Моя паника плавно переросла в нечто другое, и я понемногу начала расслабляться. Я была все такой же изнуренной, но теперь понимала почему.

Я просто... Я никогда не думала, что это произойдет со мной. Опять же, я никогда не думала, что Хантер войдет в мою жизнь и перевернет все вверх дном, поэтому, наверное, мне стоит прекратить строить планы и предположения, поскольку они продолжают разбиваться и уничтожаться самым поразительным образом.

Завтра у меня занятия. А еще есть работа и клиника. Я не могу представить, как сделаю все это. Я просто ничего не вижу, кроме слова БЕРЕМЕННА в моей голове.

Рене и Мейс спорили о том, что мы собираемся смотреть по «Нетфликс». В некотором смысле этот вечер был таким же, как обычно, за исключением одного важного отличия.

— Ты можешь завтра прогулять и остаться со мной дома? — прошептала я на ухо Хантеру. Он слегка подпрыгнул, потому что я долго ничего не говорила.

— Конечно. Все, что пожелаешь. — Мне нужно немного времени, чтобы выспаться и подумать. И я хочу позвонить маме. Я в самом деле хочу поговорить с мамой. Мне нужна ее помощь в этом вопросе. И Тони. Мне нужно позвонить и ей тоже.

— Спасибо, — произнесла я, сжимая его руку.

— Я сделаю все для тебя. Все, — сказал он, глядя на меня.

— Я знаю.

Я просто не знала, чего я хочу для нас.

Хантер

Я был удивлен, что она уснула лежа на мне после всего этого хаоса. Она казалась такой нервной, что я думал, она не уснет всю ночь, но около девяти часов я повернулся к ней, чтобы что-то сказать, а она уже спала. Я осторожно взял ее на руки, чтобы не разбудить, и отнес наверх.

А вот сам уснуть не мог. Я не переставал мысленно прокручивать все это. Я даже положил руку на ее живот, чтобы понять почувствую ли я что-нибудь, но не ощутил никакой разницы. Пока нет. Еще очень, очень рано. Не то чтобы я знал все о беременности. Я провел остаток ночи со своим ноутбуком, читая все, что можно почерпнуть онлайн. Я узнал много информации, но также много чего напугало меня до чертиков.

Было столько всего, что могло пойти не так, даже на ранней стадии. Не удивительно, что Тейлор до сих пор была в шоке. Я закрыл ноутбук и поставил его на пол. Серый утренний свет заполнял комнату, а Тейлор все еще спала рядом со мной. Я не удивился, что она захотела отдохнуть еще один день. Я уже отправил сообщения своим преподавателям, объясняя, что у меня семейные проблемы. Это не было ложью.

Я ненадолго задремал, но резко проснулся, когда Тейлор пошевелилась.

— О, черт, — выдавила она, снова побежав в ванную. На этот раз я был готов, гладил ее по спине и придерживал волосы.

— Я ненавижу это, ненавижу, — слышалось от нее в перерывах между рвотой. Мне совсем не было противно. Мы уже давно прошли через эту отталкивающую особенность, видя, как тошнит другого.

— Прости, малыш, — я вытер ее лоб мокрой тряпкой.

Она села и сделала несколько вдохов:

— Я узнала об этом менее двадцати четырех часов назад, а это уже полный отстой. — Я не был уверен, стоит ли смеяться или нет, но потом она улыбнулась, и мне чертовски полегчало. Если она могла шутить, это означало, что ей уже лучше.

— Ну, он наполовину мой, так что... — произнес я, и она, откинув голову назад, рассмеялась.

— Очень точно подмечено, мистер Заккаделли.

Я протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Тейлор решила, что ей нужно принять душ, так что я оставил ее одну.

Когда она вышла из ванной, выглядела намного лучше.

— Мой желудок еще слегка раздражен, но думаю, я буду в порядке.

Я спустился вниз, чтобы приготовить ей чай и тост, и принес все это наверх на подносе.

— Боже, если бы я знал, что беременность послужит тому, что ты позволишь мне ухаживать за тобой, я бы сделал это раньше. — Да. Это определенно превосходило все ожидания. Завернутая в полотенце, она сидела на кровати и аккуратно ела.

— Ладно, — откликнулась она, опуская свою пустую чашку. — Думаю, я готова поговорить об этом.

— Правда?

Она облизала губы, когда я усаживался на кровать рядом с ней.

— Да. Итак, — на этом она замолчала, а я ждал, когда она продолжит.

— Итааак... — произнес я, растягивая слово.

— Итак, я беременна. И ребенок, очевидно, от тебя, и мы помолвлены. Вот так. Я имею в виду, какой еще может быть выбор? — она пожала плечами, и было что-то в том, как она произнесла это, словно не сидела рядом со мной.

— Тейлор. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной из-за ребенка. Я хочу, чтобы он был желанным. В любом случае нам нужно поговорить.

Она потерла переносицу:

— Я знаю. Просто, я думаю... Не знаю, что сказать. Все так ново и пугающе. Мне нужно поговорить с мамой и сестрой. Это не значит, что я не хочу его, просто он кажется не реальным. Я не знаю. Ребенок, — произнесла она, опуская руки на низ живота, — я очень напугана. Мне нужно еще немного времени, чтобы привыкнуть к мысли, что внутри меня буквально растет человек. Я не расстроилась, это точно. Просто шокирована, потому что это так неожиданно. Думаю, это из-за тех проклятых антибиотиков. Я забыла, что они могут повлиять на действие противозачаточных таблеток. Это моя ошибка, и вот что теперь получилось, — она пожала плечами и слегка улыбнулась. Я не собирался говорить, что это ничего бы не изменило, потому что не хотел, чтобы она ударила меня, но я ничего не мог поделать с чувством, что все так, как должно было быть.

Поездка в Техас, все это. Я мог лишь думать о своей маме, и как она была бы рада узнать о своем первом внуке. Мы с Тейлор говорили о детях, но в будущем и только как о чем-то абстрактном. Мы оба хотели детей, но мы были так заняты в колледже, и я был занят, пытаясь убедить ее выйти за меня замуж, что детей не намечалось.

Ну, теперь будут. По крайней мере, один.

Ребенок. Я пытался не позволять себе заходить слишком далеко, но ничего не мог поделать, и перед глазами мелькал образ маленькой девочки с глазами Тейлор и моими волосами, которая улыбалась мне. Мальчик тоже неплохо, но маленькая девочка, похожая на Тейлор, было бы просто замечательно.

— Что? — спросила Тейлор, и я понял, что замечтался.

— Ничего. Просто кое о чем задумался, — ответил я, и ее глаза сузились.

— Я знаю тебя, Хантер. Я знаю, о чем ты думаешь. Ты можешь мне сказать. Я не сломаюсь и не сорвусь. Ты на седьмом небе от счастья и скрываешь это. Я видела это прошлым вечером.

— Я не хочу на тебя давить.

— Хм, с каких это пор? Ты пытался затащить меня в постель в ту же секунду, как мы встретились.

Я рассмеялся. Это правда, но теперь все по-другому. Она махнула, чтобы я продолжал. Я думал, что должен сказать. Как она говорила, она хотела, чтобы я сказал правду, а я хотел немного утаить.

— Я просто задумался. О том, как все могло бы быть. В будущем.

Она взяла меня за руку и сжала:

— Расскажи мне больше. Поподробнее.

Я засомневался, но потом посмотрел на нее и подумал обо всем, и все мои намерения разрушились. Я рассказал ей о маленькой девочке с ее глазами и ее упрямым характером, которая будет бегать по кругу и сводить нас с ума, но которую мы будем любить больше всего на свете.

— Еще я думал о моей маме. О том, чтобы она сказала, если бы узнала. Я не знаю. Я просто думал о многом.

Небольшая полуулыбка появилась на ее лице:

— Так ты хочешь девочку? Не мальчика, чтобы продолжить свой род и тому подобную патриархальную чушь?

Я откинул голову назад и рассмеялся:

— Я так сильно тебя люблю. Нет, я бы не возражал и против мальчика. Вовсе нет. Но не знаю, я просто вижу маленькую девочку. И если она будет похожа на тебя, она разгромит патриархат еще до того, как научится ходить на горшок. — Эти слова заставили ее улыбнуться и снова погладить живот.

— Да, так и будет, верно?

— Определенно.

Тейлор

Я вообще не могла представить себе ребенка, пока Хантер не заговорил о ней. О маленькой девочке, которая будет похожа на меня. В его словах я слышала, как сильно ему хотелось, чтобы она стала реальной. Я знаю, что он был бы замечательным отцом. Он уже очень много раз доказал это с Харпер. С другой стороны, я в роли матери... Это было огромной неизвестностью. И, боже мой, не говоря уже о материнстве, понадобится девять месяцев, чтобы родился маленький человек. Кажется, что это не так уж долго, если вы не беременны. Но сейчас ощущается бесконечностью. Черт, из-за этого изменится мое тело, и что мы будем делать с домом? У нас нет места для детской. Хантер говорил о пристройке, но это огромный объем работы. Девять месяцев достаточно долго для этого?

— Тейлор? — Хантер ворвался в мои мысли, вручив мой телефон.

— Позвони маме. Я буду внизу, когда закончишь, хорошо? — он поцеловал меня в лоб и, взяв поднос, пошел вниз.

Я сделала глубокий вздох и набрала ее номер. Я не думала, что мама ответит в рабочее время, но она взяла трубку после второго гудка.

— Привет, детка! И чем я заслужила такую честь?

Я открыла рот, но ничего не выходило. Не было тактичного способа рассказать маме о моей беременности.

— Почему ты не на работе? — вместо этого спросила я. Отличное начало, Тейлор.

— Потому что у меня выдался выходной? Все в порядке? — Замечательно, я активизировала ее материнский радар.

— Ну, думаю да? Если быть беременной считается нормально? — Потом словно связь оборвалась. На другом конце последовало десять секунд тишины.

— Мам? — позвала я.

— Постой, мне нужно проверить календарь, чтобы убедиться, что сегодня не первое апреля. Ты это серьезно? — Это не очень хорошо.

— Да. Я сделала тест вчера, потому что чувствовала себя странно. Он оказался положительным. Так что. Вот она я. Залетела, — я рассмеялась, но мама не присоединилась ко мне.

— Я думала, вы предохранялись. — Ух, мне не хотелось говорить об этом с мамой. Сначала нужно было позвонить Тони. С ней я могла говорить о такого рода вещах без проблем.

— Хм, так и было, но потом я принимала антибиотики, и думаю, из-за них все и случилось, — я пожалела, что рассказала ей об антибиотиках в ту же секунду.

— Почему ты принимала антибиотики? — спросила она.

— Ну, просто из-за инфекции, — выдала я, надеясь, что она примет это в качестве ответа и не спросит подробностей. Не-а. Как бы не так.

— Что за инфекция? Почему ты не рассказала мне? Тейлор, что происходит? Мне что нужно приехать и сесть рядом, чтобы ты мне все рассказала? — я вздохнула.

— Ладно, хорошо. У меня была инфекция мочевых путей, мы с Хантером занимались сексом, когда были в Техасе, и теперь я беременна. — Обычно я не была такой откровенной с моей матерью, но сегодня меня было не остановить.

— Не нужно так разговаривать, — ответила она, становясь раздражительной. Почему я думала, что это хорошая мысль позвонить ей?

— Мы можем вернуться к тому, что в данный момент я беременна и учусь в колледже, а это не самая идеальная ситуация, чтобы рожать ребенка, но мне просто придется смириться и сделать это в любом случае? — я не знала, что именно это я планировала сделать, пока не произнесла вслух.

— О, Тейлор. Прости. Я просто опешила от всего этого. Ты застала меня врасплох.

Я едва не рассмеялась, от того, как глупо это прозвучало для меня.

— Да, я действительно не планировала свою неожиданную беременность, — произнесла я, и она вздохнула.

— Прости, прости. Тебе, должно быть, трудно это принять. Хантер уже знает?

И я подробно рассказала ей все, что произошло до сегодняшнего утра, даже о разговоре с Хантером о ребенке.

— Тебе достался хороший парень, детка. Не думаю, что сейчас много таких. А как ты себя чувствуешь?

Я вздохнула:

— Честно говоря, я еще не оправилась от первоначального шока. Но потом мы с Хантером все обсудили, и из-за того, как сильно он хочет ребенка, я тоже захотела. Я не думала, что это случится сейчас, но я всегда хотела детей. Думаю, это просто немного ускорило развитие событий. — Это было преуменьшением, но когда мы с Хантером делали что-то по графику?

Нам будет не легко, но мы есть друг у друга. Он никуда не собирается уходить, и, вероятно, сейчас внизу выбирает имена и составляет план для детской.

Это проиcходит.

Глава 13: Хантер

По пути наверх я схватил ноутбук и вместо того, чтобы искать ужасающие истории о беременности, я начал просматривать, что может понадобится для ребенка. Я знал, что потребуется много всего и это будет стоить денег. К счастью, у меня их было дохрена, поскольку не использовал их до настоящего времени, и я не мог придумать лучшего способа потратить их.

Я оставил в закладках несколько подходящих сайтов и решил попозже показать их Тейлор. Нам нужно разобраться, где будет детская. Наша комната была большой, но все детские вещи занимали много места. У нас была возможность расширить заднюю часть дома, которая идеально бы подошла для детской. К тому же команда прирожденных нянек очень пригодится. У этого ребенка будет больше теть и дядь, чем требуется.

Я даже не задумывался о переезде, или о том, чтобы обзавестись своим домом. Там уже не будешь чувствовать себя как дома. Там будет слишком тихо, одиноко. И Тейлор будет нуждаться в поддержке. Особенно в Рене, которая собиралась контролировать эту беременность не отходя ни на шаг. Чувствую, что буду очень благодарен за ее медицинский контроль.

Тейлор была одета в шорты и майку, когда спустилась вниз, а волосы были зачесаны назад, все еще влажные после душа. Может быть, это было всего лишь мое воображение, но она уже светилась. Мои глаза опустились на ее живот, но тот не собирался разуваться за столь короткий срок.

— Как все прошло? — спросил я, закрывая ноутбук.

Она закатила глаза и села на стул рядом со мной.

— Ну, я рассказала маме, как забеременела, из-за чего пришлось рассказать ей об инфекции. Она прочла лекцию. После ее окончания она была очень благосклонной. Она хочет встретиться на этих выходных и сходить на обед, чтобы поделиться материнской мудростью или типа того. Тони смеялась надо мной минут десять и пожелала «удачи». — Я усмехнулся. Сестра Тейлор была неподражаемой.

— Ты собираешься рассказывать отцу? — спросил я, и она скривила лицо.

— Он все равно узнает. Мама, наверное, уже звонит ему и к концу вечера я получу голосовое сообщение. Может быть к концу дня. — Она положила руки на стол и опустила на них подбородок.

— Наверно, мне нужно к врачу, да? Разве не это я должна сделать? Совсем ничего не знаю. — Я прочистил горло и надеялся, что не покажусь придурком.

— Ну, если срок меньше двенадцати недель они просто сделают несколько тестов, которые ты уже прошла. Наверное, лучше позвонить и назначить первый прием. — Она уставилась на меня.

— Что?

— Ты беременный или я? Как ты узнал об этом? — я пожал плечами.

— Прошлой ночью я не мог уснуть, так что посмотрел кучу всего полезного. — Я не собирался пугать ее всеми кошмарными историями, которые без сомнений были.

— Извращенец, — сказала она, с улыбкой на лице. — Я сама должна была это сделать. И нам нужно сесть и понять, что нам делать дальше. По поводу денег и всего остального. — Я поднял руки вверх.

— Денег хватит. На все. — Она начала протестовать, но я встал и поцеловал ее, пока она не замолчала.

— Прекрати. Я не хочу, чтобы ты оплачивал все счета. — Она была сумасшедшей раз думала, что будет платить за все в одиночку.

— Ты будешь вынашивать его и рожать. Даже если я подарю тебе миллион долларов, это не будет равноценно. — Она закатила глаза.

— А теперь ты просто пытаешься подлизаться, — сказала она.

— Это не так. И если я не потрачу эти деньги на нашего ребенка, на кого я должен их потратить? Они просто лежат в банке. Джо постоянно сводит меня с ума по этому поводу. Я рад, что наконец-то смогу ему сказать, что потрачу их на что-то. — На самом деле, это стало огромным облегчением. Я буду баловать этого ребенка. Какое бы хобби она или он не выбрали, я поддержу его абсолютно во всем. Брекеты, обучение верховой езде, все.

— Ух, мы можем поговорить об этом позже, — сказала она, отталкивая мое лицо, вставая. — Мне нужно поспать.

* * *

Я позволил ей проспать большую часть дня, но потом она проснулась и начала заниматься своей домашней работой.

— Не могу представить, что буду учиться и ходить с огромным животом. — Она оттянула свою майку, как если бы воображала это себе.

— Ну, ты скорее всего родишь... — посчитал я. — В июле, это прекрасное время. Тебе уже не нужно будет на занятия и потом ты сможешь отложить семестр и нагнать или просто закончишь на семестр позже. — Ее глаза широко раскрылись.

— Дерьмо, я даже не подумала о занятиях. Черт. Ты уже все испортил! — Крикнула она животу, и я фыркнул.

— Эй, не вини его. Я не хочу, чтобы ты обижалась, — сказал я.

— Я знаю, знаю, — сказала она, положив руку на учебник. — Я не могу говорить об этом, когда он может слышать меня и понимать. Есть столько всего, о чем нужно подумать и каждый раз, когда я думаю, что со всем справлюсь, что-то еще сбивает меня с пути. — Она опустилась на пятки и вздохнула.

— Но ты рада? — спрашиваю я. Я не слышал, чтобы она радовалась своему положению. Потому что я был так чертовски счастлив, что едва мог справиться с этим.

Она на мгновение задумалась, и я уже был в бешенстве, но потом медленная улыбка расцвела на ее лице.

— Да, думаю да. Это здорово, думать о маленьком человечке, который будет частичкой меня и тебя. Надеюсь, он не будет таким же придурком как ты. — Она скомкала листок из блокнота и бросила в меня.

— Ох, ты сама напросилась. — Я встал, а она попыталась отгородиться.

— Нет, ты не посмеешь. Теперь я ношу твоего ребенка. Ты не можешь напасть на меня, я священный сосуд! — Последние слова потерялись в ее визге, когда я схватил ее и защекотал под мышками.

— Прекрати, прекрати! — выдохнула она. Я сдался, лежа укладываясь рядом с ней.

— Ты будешь ужасным родителем, — сказала она, указывая на меня обвиняющем жестом. Я схватил ее за руку и притворился, что собираюсь ее укусить, но вместо этого поцеловал.

— Ты будешь замечательной мамой, Мисси. Правда, замечательной. — Она стала серьезной.

— Ну, я рада, что ты так думаешь, поскольку я напугана до чертиков. — Я притянул ее к своей груди и прижал поближе.

— У нас есть время, чтобы подготовиться. Мы справимся. Есть много людей в гораздо худшем положении, которые делают это каждый день. У нас есть деньги и любовь, и дом, и куча друзей, а Хоуп обалдеет, когда узнает и устроит тебе самую эпическую вечеринку в честь рождения ребенка, которую когда-либо видел мир.

Я сгорал от нетерпения поделиться хорошими новостями, и действительно хотел попросить Тейлор поехать в Бар Харбор и сделать это лично, чтобы Хоуп смогла задушить нас в своих объятиях. Она, наверняка, расплачется. Потому что я готов был зарыдать от счастья.

Я не говорил ничего о свадьбе. Мы все еще привыкали к части «черт возьми, у нас будет ребенок», поэтому не готовы разбираться еще и с этим. Мне было все равно сделаем мы это до или после, но я надеялся, что это вдохновит Тейлор перенести все на более ранее время, чтобы я мог сделать ее своей женой до того, как родится наш ребенок.

— О мой Бог, ты прав. Я не уверена, что уже готова к этому, — сказала Тейлор о вечеринке в честь рождения ребенка.

— У нас еще есть время, Мисси. У нас еще есть время. — сказал я и переплел наши пальцы. Мы оба уснули на полу, проснувшись только когда остальные домочадцы ввалились в двери.

— Как поживаешь, мамочка? — сказала Рене, стоя над нами. Тейлор заморгала, глядя на нее.

— Не называй меня так. Это делает меня старухой. — Рене плюхнулась рядом с нами.

— Пфф, моя мама родила меня в семнадцать. Молодость не всегда хорошо, когда дело доходит до детей, и ты не старая, Тэй. — Пол пришел несколько минут спустя и даже не спросил почему мы все сидим на полу. Он просто опустился рядом, поцеловал Рене и начал разговор. Вскоре к нам присоединилась Дара, Джос, Мейс, а потом Дасти. Кто-то передвинул журнальный столик, чтобы нам было удобнее.

— Вы все кучка чудаков, — сказала Тейлор, оглядываясь. Никто не хотел готовить ужин, так что мы ели чипсы с соусом, печенье, овощные палочки и клубнику из своих контейнеров.

— Ваши чудаки, — сказал Мейс, указывая на меня морковной палочкой.

— Он прав, — сказал я, глядя на нее. Она пожала плечами и схватила еще одну чипсину.

— Итак, мы решили предложить имена, — сказала Джос, делая глоток содовой.

— Слушай мы еще даже не были у врача, думаю, это немного преждевременно, — сказала Тейлор.

— Она права. Ваш ребенок размером с семечку, — сказала Рене, изображая размер пальцами.

— С семечку? — спрашиваю я. С трудом верится, что он действительно настолько маленький. И это может привести Тейлор к еще большим неприятным раздумьям.

— Так что, я буквально выращиваю живую фасолинку, — со смехом произнесла Тейлор. Остальные присоединились к ней и это был один из тех моментов, когда я осознал, что все в моей жизни действительно хорошо и нужно наслаждаться моментом.

— Но вернемся к имени ребенка, пожалуйста, не называйте ребенка в честь персонажей «Игры престолов», — сказала Джос. Рене негодовала.

— А что не так с именем Тирион? Или Дайнерис? Скажи еще, что что-то не так с именем Джон? — указала Рене на Мейса. Джос закатила глаза и потом разгорелись споры по поводу недопустимых имен для младенцев.

— Мы не будем называть нашего ребенка в честь сериального персонажа, — сказала Тейлор мне на ухо.

— Что насчет книг? — спросил я.

— Книги однозначно спорный вопрос. Для начала нам нужно выяснить, кто у нас будет, тебе не кажется? — Я кивнул. По крайней мере, в этом мы соглашаемся. Определенно я хотел бы знать заранее будет у нас мальчик или девочка, чтобы мы могли выяснить, как украсить комнату. Я еще не рассказывал Тейлор о своих планах на детскую. Мы доберемся до этого. В другой раз.

— Ты готов к этому? — спросил меня Мейс на следующий день, когда мы спускались в наш импровизированный спортзал. Я не занимался уже какое-то время, так что решил присоединиться к нему, пока он поднимал штангу.

— Понятия не имею. Но я буду стараться изо всех сил. — Он взял набор гантелей и начал упражнения на бицепсы. Я действительно давно не занимался, поэтому встал на беговую дорожку.

— Эй, есть место еще для одного? — спросил Дасти, спускаясь вниз.

— Конечно.

— Итак, ребенок, — сказал Дасти и я закатила глаза. Это казалось было единственной темой для разговора, которую они могли придумать.

— Ага.

— Если бы я оказался на твоем месте, сошел бы с ума, но ты кажешься счастливым, — сказал Дасти, поднимая штангу и начиная двигать руками.

— Я в ужасе, но очень счастлив. Честно. — Они оба посмотрели на меня, будто я был безумцем.

— Ну, тогда скажу, что Дара и Рене планируют вечеринку «Поздравляем с рождением ребенка», — с ворчанием произнес Мейс.

— Разве это называется не «Бейби шауэр»¹³? — спросил Дасти.

— Нет, это типа для родителей. «Бейби шауэр» это когда дарят вещички для ребенка, — сказал Мейс.

— И когда же будет эта вечеринка? — спросил я.

— В ближайшее время, — сказал Мейс. — Они уже готовят закуски. — Если что и знали девушки в Желтом доме, так это о том, как устраивать вечеринки.

Тейлор

Хотя Рене и сказала, что ребенок размером с семечку, он вызывал у меня кучу проблем. Я все время была чертовски уставшей. Недомогание продолжалось каждое утро, как только я просыпалась. К счастью, Хантер был рядом и заботился обо мне. Он также взял на себя часть моих обязанностей по дому, когда мне нужно было поспать.

Я ненавидела отбирать столько его времени, так что когда могла, то отпускала его поиграть в видео-игры с Мейсом, потусоваться с Полом или поработать над машиной с Дасти. Я не хотела становиться обузой, и однажды обидеть его.

Наши друзья доказали, что они были в буквальном смысле лучшие, когда организовали для нас с Хантером вечеринку в честь рождения ребенка. Здесь были мини-морковка и кукурузка, и это было как глоток свежего воздуха, а потом все достали глупые детские вещи.

В эти выходные мы поехали повидаться с Хоуп, Джоном и Харпер, чтобы рассказать о ребенке. Хоуп расплакалась, а Харпер продолжала спрашивать смогут ли они с малышом стать лучшими друзьями. Из-за этого расплакалась я, после чего Хантер превратился в гипер-опекающего жениха. Он давал мне кипу салфеток, пока я не сказала, что все в порядке и только после этого он остановился.

— О, я помню, когда была беременна ДжиДжеем. Я была размером с дом, — сказала Хоуп, обращаясь к Мейсу. Я знала, что это неправда, потому что видела снимки и она была самой гламурной беременной женщиной, которую я когда-либо видела.

— О, милая, ты же знаешь, что оба раза была самой красивой, — сказал Джон, целуя ее в щеку. Она покраснела и сжала его руку, чтобы он прекратил.

— Простите, — сказала Харпер, поднимая руку. Она была просто сокровище.

— Да, Харпер, — сказал Джон.

— Когда появится ребенок? — Я взглянула на Хантера, а потом на Хоуп и Джона. У меня было такое ощущение, что в ближайшем будущем потребуется разговор о пестиках и тычинках.

— Скорее всего в июле, — сказала я, и Харпер выпятила нижнюю губу.

— Это долго, — сказала она. Ну, для восьмилетнего ребенка, вероятно, так и было.

— Это только кажется, — сказал Хантер, сжимая мое плечо. — Но малыш появится, прежде чем ты успеешь понять. — Харпер выглядела скептически, а потом спросила, почему так долго. Джон кашлянул и сменил тему. Им предстоит веселый вечер после нашего отъезда.

— Я так за вас рада, — сказала Хоуп, крепко обнимая нас, прежде чем отпустить. — И если тебе что-нибудь понадобится, если будут вопросы, о чем угодно, звони мне, хорошо? — Я пообещала, что так и сделаю и она протянула мне стопку книг.

— Не стоило, — начала говорить я, но она прервала меня.

— Я читала эти книги и в них нет ничего страшного. Но я бы посоветовала тебе избегать некоторых частей. — Я посмотрела на небольшие закладки и задумалась что же там такого может быть.

— О, Боже, спасибо, — сказала я.

— Да, я совершил ошибку посмотрев кое-что в интернете, и до сих пор сожалею об этом, — произнес Хантер с содроганием.

* * *

Когда на следующий день мы приехали в Вотервиль моя мама тоже приготовила для нас книги. Некоторые были такими же, что дала мне Хоуп. Хотя, я не сказала об этом маме и поблагодарила ее.

— Моя младшая сестренка залетела, — сказала Тони, как только вошла и притянула меня в объятия.

— Да-да, — сказала я, но она всего лишь дразнилась.

— А ты, как ты посмел, — сказала Тони, поворачиваясь к Хантеру. Я думала, она ударит его, но она только рассмеялась и обняла его.

— Поздравляю. Этого не должно было случится, придурок.

— Тони! — сказала мама, предостерегая ее за такие выражения.

— О, не важно, — сказала она, усаживаясь с нами на диван.

Большинство разговоров были о ребенке и как, черт побери, мы будем проходить через это. К счастью, у нас с Хантером было несколько дней, чтобы все обсудить и начать составлять план. Он уже связался со строителями, чтобы сделать пристройку к нашей комнате для детской, а я начала обдумывать свой график занятий. Да, это отстойно, но не самое важное в жизни. Дополнительный семестр не убьет меня. По крайне мере, я на это надеюсь. Будет видно, когда появится на свет наш ребенок.

Я была удивлена тому, что Хантер не поднял вопрос женитьбы. Не то, чтобы его посещали мысли, что ребенок родится «во грехе», но подумала, что он воспримет беременность как еще один повод скорее пожениться. Я рада признать, что мое мышление в одночасье изменилось из-за ребенка, но брак до сих пор пугал меня до безумия.

В этом не было смысла, но я ничего не могла с собой поделать. К тому же, планирование свадьбы, ребенок, и посещение занятий — полнейшее безумие. С таким же успехом я могла бы пойти в здание суда и сделать это во вторник вечером и никому не говорить, пока это не случится. Если бы я действительно могла свыкнуться с браком, то поступила бы именно так.

— Детки, вы сумасшедшие, — сказала мама, качая головой, но все еще с улыбкой на лице. Могу сказать, что она была рада, что станет бабушкой. Тони и близко не собиралась замуж и заводить ребенка. Не то, чтобы нужно выходить замуж, чтобы иметь ребенка, но Тони никак не могла найти парня, который оставался бы с ней больше нескольких недель, поэтому не думаю, что она сильно задумывалась о детях.

— Ага. Говорят у жизни на тебя свои планы, и думаю, это правда, — сказала я и Хантер улыбнулся мне. Я заметила, что он смотрит на меня так, как будто выискивает что-то. Как будто в следующую секунду я стану выглядеть реально беременной. Он был моей неотступной тенью, выполняющей все мои прихоти. Я говорила ему не делать этого, но он не принимал нет за ответ. Я сдалась, потому что было приятно, когда о тебе заботятся.

— Это абсолютная правда, — сказала мама. — Ты уже рассказала отцу? Я ничего не говорила, по твоей просьбе. — Могу сказать, что она не была рада скрывать что-то от него. Их отношения сильно изменились после слушания, и я знала, что они разговаривают, по крайней мере, раз в неделю. Я бы не назвала их друзьями, но они определенно были дружны. Во всяком случае лучше, чем когда они расстались, это точно.

— Я скажу, скажу. — Он все равно узнает.

— Лучше сделай это, — сказала мама, сощурив глаза. — Если не скажешь ты, это сделаю я.

— Ты не можешь этого сделать! — сказала я, и она одарила меня взглядом.

— Я могу и сделаю, так что позвони отцу, Тейлор. — Я вздохнула. Она не упрощает ситуацию. Не то, чтобы это было так легко.

— Отлииично, — сказала я, растягивая слова.

— Не груби мне, малышка. Теперь ты будешь мамой, так что пора повзрослеть. — Я совсем не чувствовала себя взрослой. На самом деле, я все больше и больше чувствовала, что понятия не имею, что черт побери делаю, и думаю это не изменится за девять месяцев. Спасибо, Господи, за Хантера, потому что не знаю, как бы сама с этим справилась.

— Ну и что, — сказала я, скрестив руки. Все рассмеялись, а потом мы сменили тему, за что я была благодарна. Казалось, в последнее время все могли разговаривать только о ребенке, и я немного устала от этого.

— Ты причинил мне столько неприятностей, — сказала я животу, когда пошла в ванную в мамином доме. — Надеюсь ты этого стоишь.

* * *

Ночью понедельника я сладко спала, когда меня разбудил шум.

— Что случилось? — пробормотала я. Хантер поднялся с постели, встав между мной и дверью.

Под нами слышались крики и грохот шагов по ступенькам, прежде чем дверь распахнулась и вошла Рене.

— У Дасти квартира горит, — сказала она, прежде чем снова убежать. Дверь захлопнулась, а я не знала, что делать.

— Нам нужно спуститься и посмотреть, что происходит, — сказал Хантер, протягивая мне руку и помогая встать. Я напомнила, что ему стоит одеться, так что он схватил боксеры с пола и надел их, прежде чем спуститься вниз.

Там был хаос.

Все были наполовину одеты и бегали вокруг в поисках ключей. Дасти остался у нас, слава Богу, так что они с Джос вышли первыми. Остальные втиснулись в грузовик Мейса и Сасси.

Дасти жил в нескольких кварталах от нас, но мы услышали вой сирен задолго до того, как добрались туда.

— Вот, черт, — сказал Хантер, когда мы припарковались на улице. Дорога была перекрыта, и я насчитала по крайней мере три пожарные машины, вероятно их вызвали с нескольких станций.

Весь дом был в огне, а также соседний. На этой улице все дома настолько близко находились друг другу, поэтому была высокая вероятность того, что на них перекинется огонь. Хантер захватил для меня пальто, которое я надела поверх пижамы, но все равно было довольно холодно и наше дыхание превращалось в облачка, которые смешивались с дымом. Вокруг стоял стойкий запах горящего дерева. Он был грязный и приторный, и заставил меня сморщить нос, когда мой желудок сжался. Ребенку это не понравилось.

Хантер взял меня за руку, и мы подошли как можно ближе к пожарным, кричащим, чтобы мы отошли. Здесь был фургон канала новостей, снимающий передачу с мужчиной, ведущим репортаж. Несколько человек стояли рядом с выражением ужаса на лице. Вероятно, люди из других домов, которых эвакуировали.

— Это не хорошо, — сказал Мейс, когда мы все уставились на пламя. Из квартиры уже ничего не спасти. Здание полностью разрушено.

— Бедный Дасти, — сказала я. Это чудо, что он остался у нас. Еще он принес своего кота, иначе и Наполеон оказался бы там. Я содрогнулась при мысли об этом.

— Я знаю, — сказал Хантер, прижимая меня ближе. Ветер переменился и дым понесся в нашу сторону. Мы все начали кашлять.

К нам подошли Дасти и Джос, они оба выглядели мрачно. Дасти опирался на Джос, и она вцепилась в его руку.

— Ну, хм, да. Я могу переехать к вам? — сказал Дасти, глядя на Рене. Его голос надломился, а по лицу стекали слезы.

Рене не выдержалась и бросилась к нему.

— Конечно можешь, — сказала она, когда он наклонился, чтобы обнять ее.

— Спасибо, — сказал он с самой печальной улыбкой, какую я когда-либо видела.

— Они знают причину пожара? — спросил Пол, подхватывая под руку все еще плачущую Рене.

Дасти покачал головой.

— Им нужно провести расследование, но это не похоже на поджог. Скорее всего, неисправность проводки или типа того. На самом деле это не важно. Все сгорело. — Джос покачала головой, и положила руку на его щеку, заставляя посмотреть на нее.

— Ты жив. Ты и Наполеон живы, и ты возвращаешься домой со мной. Понятно? Все остальное не важно. Ты важен. — Она поцеловала его, и он приобнял ее, после чего они вместе расплакались.

Мы все плакали, прижавшись друг к другу, пока солнце не начало появляться на горизонте. Дасти пришлось поговорить со следователем, поэтому мы ждали его. Это все, что мы могли сделать. Когда он наконец-то закончил, мы вернулись в Желтый дом и приготовили завтрак и огромное количество кофе.

— Ладно, давайте составим список того нужных вещей, чтобы мы их сегодня купили. Возможно, мы не сможем достать все, но у нас будет достаточно, для начала. — Сказала Дара, вырывая несколько листов из записной книжки и раскладывая их на кухонном столе.

— Вы не обязаны это делать, — попытался протестовать Дасти, но Дара пристально посмотрела на него. Я даже не знала, что она способна на такой взгляд.

— Ладно, ладно. Господи. — Он поднял руки в знак капитуляции и это был первый момент веселости за всю ночь.

Это просто удача, что Дасти оставался здесь так часто. Здесь у него была масса одежды и большинство личных вещей, вроде ноутбука и учебников.

Все же ему нужна была зимняя одежда и ботинки, а также принадлежности для Наполеона. Дара раздавала поручения, и мы переоделись и вышли. Мы с Хантером отвечали за домашнего питомца, поэтому направились в Бангор Молл.

— Будет забавно иметь кота, — сказала я. — Ну, я имею в виду полноценного кота. Наполеон и так уже довольно много находится здесь. Может найдем ему приятеля, чтобы было веселее. — Хантер одарил меня взглядом, как если бы я предложила ему купить слона и разместить его в подвале.

— Что?

— Не думаю, что сейчас нам так необходим котенок, Мисси. Посмотрим, когда появиться наш человеческий детеныш. — Я фыркнула и схватила мешочек с кошачьими игрушками в форме мышей. Наполеону нравилось играть с такими игрушками. Он сойдет с ума, увидев их.

— Но это совсем другое. И у нас уже есть один кот. Как насчет второго? — Мы двигались по проходу и Хантер положил в тележку сухой корм.

Хантер бормотал себе под нос, но потом мы повернули за угол и наткнулись на корзинку с котятами.

— Это должно было произойти, — сказала я, поглаживая Хантера по предплечью, где у него была вытатуирована семерка.

— Рене убьет нас, — сказал он, когда мы направились к корзинке мяукающих котят. Они были такими чертовски милыми, что мне захотелось плакать. Я практически расплакалась, но почувствовала вину перед ребенком.

— Вам помочь? — спросил одна из одетых в рубашки-поло продавцов, пока мы болтали и ворковали над котятами.

— Да, мы хотели бы взять одного, — сказала я, и продавец, Сара, принесла нам документы. Я позволила Хантеру заполнить их, пока рассматривала котят, пытаясь понять какого же взять. Я просто смотрела на двоих, спящих друг на друге, когда выпрыгнул маленький серый котенок с белыми носочками. Он положил свои лапки на клетку и мяукнул мне прямо в лицо.

— Привет, — сказала я и котенок отозвался. У него за ушком было небольшое белое пятнышко и прелестные голубые глазки.

— Как насчет этого? — спросила я, показывая пальцем. Сара подошла и взяла котенка.

— Эта девочка. Ее еще не стерилизовали, но она такая милашка. — Котенок плюхнулся мне в руки и тут же облизал, и начал мурлыкать.

— Ох, Хантер, — сказала я, поворачиваясь. Он потянулся к котенку.

— Привет, милашка, — сказал он, прижимая котенка к груди. Я снова расплакалась, и попыталась вытереть глаза, пока никто не заметил.

— И в этом есть немного иронии, что она дымчатого цвета, — сказал Хантер, почесывая ее под подбородком, в то время как она закрыла от удовольствия глаза.

— Да, мы так ее и назовем. Дымка. — согласился Хантер и, прежде чем мы поняли, я уже сидела на пассажирском сиденье моей машины и держала в руках дремлющего котенка.

— Во что мы вляпались? — спросил Хантер.

Хороший вопрос.

Глава 14: Хантер

На следующий день мы помогали Дасти с официальным переездом, что включало добавление его в график дежурства по дому.

— Это очень официально, — сказал он, целуя Джос в щеку. Он держался очень хорошо, учитывая произошедшее. Каким-то чудом ему удалось принести сюда фотографии своего брата, чтобы показать Джос, так что их он не потерял. У него был неполный рабочий день в «Бул Мусс», поэтому мы скинулись, чтобы помочь ему встать на ноги. Но он пытался отказаться, однако никто из нас не принял возражений.

— Теперь ты застрял с нами, — сказала Джос, улыбаясь ему. Рене, вероятно, не была в восторге от его переезда, но ъ не могла выкинуть парня на улицу, после того как его дом сгорел.

— Спасибо вам, правда. Я не... — он слегка вздрогнул и глубоко вздохнул. — Не знаю, чтобы я без вас делал. — Он во многом напоминал меня. Принятый в семью с распростертыми объятиями. Не задавая вопросов. Теперь Дасти стал жителем Желтого дома, и я был рад его присутствию.

Мне перезвонил один из подрядчиков по поводу пристройки, и мы назначили встречу на первую неделю декабря. Я был взволнован началом осуществления планов, но на носу был День Благодарения, поэтому мы все готовились к экзаменам и доделывали проекты, одновременно заворачивая подарки.

Тейлор был назначен первый прием у врача, и я отсчитывал дни. Я просто хотел убедиться, что все идет по плану и что нам не о чем беспокоиться. У нее еще ничего не было видно, но я уже начал просматривать сайты с одеждой для беременных (милая одежда, которую она будет носить) и делал закладки, чтобы она могла их просмотреть.

Я был чертовски счастлив из-за ребенка. Я видел их в кампусе, или в рекламе и напоминал себе, что меньше, чем через год у меня будет свой. Я стану отцом.

Я рассказал своему консультанту о ребенке, и она спросила меня, как я себя чувствую.

— Ну, это то, чего я всегда хотел. То есть, я не знал, что хочу этого, пока не встретил Тейлор. Она изменила все вокруг и теперь я не могу дождаться. — Я улыбнулся и мой желудок наполнился одновременно волнением и чем-то неприятным.

— Тебя что-то беспокоит? — спросила Изабель. Я покачал головой.

— Не совсем. То есть, только повседневные заботы. Будет ли ребенок здоровым, буду ли я знать, что делать, будет ли все в порядке с Тейлор и все в таком роде. Ничего серьезного. — Я был немного удивлен тем, что не испытывал больших опасений, но чувствовал себя отлично.

— А что думает Тейлор? — я замялся, прежде чем ответить.

— По началу она не была счастлива. Думаю, она была в шоке, но теперь в порядке. Она взволнованна. Я видел, как на днях она просматривала детские вещи в магазине. И ее мама и сестра тоже взволнованны. — Изабель кивнула и сделала несколько записей.

Время от времени мне снились кошмары, особенно, когда я был уставший. Я не думал, что они совсем исчезнут, но надеялся, что мысли о малыше выведут меня из темноты.

— Я просто хочу предупредить тебя, что ребенок не исправит все. Это замечательно, что ты взволнован, но просто будь реалистом, хорошо? — я кивнул. Я не строил иллюзий, что этот ребенок полностью исправит все, что случилось. Но это жизнь, и я должен смириться с этим. Полный вперед.

* * *

Наступил День благодарения, и семья Тейлор согласились приехать в Бар Харбор, чтобы мы смогли провести его все вместе. Ее мама и Тони хорошо ладили с Хоуп и Джоном, так что все прошло отлично.

Харпер была все такой же самой милой на свете, показав нам открытку, которую сделал для малыша. Это всех растрогало, а она широко улыбалась и немного покружилась в кресле.

После ужина мы все переместились в гостиную, чтобы попробовать пирог. Я захватил гитару, так что Харпер, Дара, Мейс и я немного поимпровизировали, пока Хоуп и Джон разговаривали с Тейлор и ее матерью и сестрой.

На обратном пути Тейлор уснула в машине, и я занес ее в пустой дом. Все остались на выходные со своими семьями, так что дома были только мы.

Мы развалились на диване, и я посмотрел пару фильмов лежа под одеялом, объевшись. Хоуп отправила нас домой с несколькими контейнерами еды с остатками ужина и четырьмя пирогами.

Когда она наконец-то проснулась, я застал Тейлор за тем, что она рассеянно поглаживала свой живот. Я воспользовалась моментом.

— Могу я кое-что у тебя спросить? — сказал я и она повернула голову.

— Тебе не нужно мое разрешение, но продолжай. — Зевнула она.

— Я думал о том, что мы должны пожениться. Понимаешь. Ну, с тех пор как мы узнали, что у нас будет ребенок. Я не говорю, что мы должны это сделать, но это повод для размышлений. — Я положил руки поверх ее на ее животе.

Ее губы вытянулись в прямую линию.

— У меня такое ощущение, что мы собираемся это обсудить. Я удивлена, что ты терпел так долго. Думала, что как только расскажу тебе о ребенке, ты тут же побежишь к алтарю, хочу я того или нет.

— Я не хотел, чтобы ты чувствовала, что обязана выходить за меня, Тейлор. Особенно теперь. Никто не должен жениться, из-за ребенка, потому что это недостаточно веская причина. — Тейлор фыркнула.

— Это очевидно, или в мире недостаточно разводов. Я не могу объяснить почему я так сопротивляюсь. Я знаю, что схожу с ума и понимаю, что это очень странно, особенно теперь, когда у нас будет ребенок, но я просто... мы можем не организовывать свадьбу? Просто пойдем в зал суда в середине недели, не говоря никому и распишемся? Я не хочу сидеть и планировать все эти важные вещи, а потом переживать о том, кого пригласить и кто обидеться и сколько это будет стоить. Мысли обо всем этом вызывают у меня тошноту и не только из-за детеныша. — Я слегка улыбнулся из-за этого прозвища для нашего ребенка.

— Тейлор... — начал я, но она перебила меня.

— Нет, послушай. Мне нужно сказать тебе это. Я просто... я не могу делать все эти свадебные приготовления. Может быть когда-нибудь в будущем, но сейчас я не могу, понимаешь? Не могу. — По ее щекам стекали слезы, и у меня было такое ощущение словно мое сердце вырвали из груди. Черт, я хотел бы, чтобы она сказала мне все это раньше. Я бы не подталкивал ее, если бы знал, почему она так не хочет этого. Она возражала не против брака, а против свадьбы. Это большая разница.

— Ладно, нам не нужно жениться. Мы можем сесть в машину, поехать в аэропорт и отправиться в Вегас прямо сейчас, детка, — сказал я и она рассмеялась.

— Ты, блин, шутишь, — сказала она, но я встал.

— Пойдем. Мы можем успеть на ночной рейс. — Я был абсолютно серьезен.

— Ни за что. — Она все еще не верила мне, поэтому я поднялся наверх, схватил чемодан из шкафа и начал собираться. Тейлор поднялась, когда я начал складывать наши зубные щетки.

— Ты не серьезно. — Она покачала головой глядя на меня.

— Почему бы и нет? Почему не сделать это сейчас? — Для меня это имело смысл. Конечно, наши семьи могут разозлиться после этого, но по крайней мере им не придется платить за изысканную свадьбу, и мы всегда можем устроить вечеринку позже.

Тейлор пристально посмотрела на меня, а потом начала смеяться.

— Ты выжил из ума, но, к счастью, я тоже. — Она открыла ящик нашего комода и начала запихивать в чемодан носки, бюстгальтеры и нижнее белье. Один из нас начал смеяться, а затем мы оба смеялись и запихивали в чемодан все, до чего могли дотянуться, не важно понадобится нам это или нет. Я застегнул его и стащил вниз по лестнице, Тейлор хихикая шла за мной.

Тейлор

Это было настолько безумно, что я поняла, именно это мы и должны были сделать. Я сверилась с моим внутренним компасом, и он указывал на Вегас и Хантера.

— Поторопись! — закричала я, когда мы бросили чемодан в Сасси и забрались внутрь.

— Зачем нам торопиться? — спросил Хантер, разворачивая машину.

— Не знаю, мы просто должны это сделать! — он рассмеялся, и отъехал от нашего дома, направляясь в сторону аэропорта.

* * *

Нам пришлось остановиться на заправке, так что пока заливали бензин мы прихватили закуски. Хотя, на самом деле мне ничего не хотелось. Я визжала от счастья.

— Твои родители собираются пожениться, детеныш, — сказала я, опуская голову чтобы поговорить с ребенком.

— Мне очень хотелось бы, чтобы ты придумала прозвище получше, Мисси. Детеныш наводит на мысли о инопланетянах или типа того. — сказал Хантер, открывая Ред Булл. Мы были в нескольких минутах езды от аэропорта, и я с каждой секундой все больше нервничала. На этот раз я не боялась лететь. Все, что я хотела сделать, это добраться до Вегаса и выйти замуж. Я не переживала больше ни о чем.

— Ты можешь придумать любое прозвище, но я буду называть его «детеныш», пока мы не узнаем пол. Как скоро мы сможем это выяснить? — Я еще не открывала книги по беременности. Главным образом потому, что они пугали меня. Я не хотела знать, что происходит с моим телом. Опыта было более чем достаточно. То есть, в конце концов я все равно это узнаю, но прямо сейчас незнание было почти блаженством.

— Думаю, где-то на двадцатой неделе. Мы не узнаем это на первом УЗИ. — Меня пугало то, как много информации о беременности узнал Хантер. Иногда, казалось, он знал больше, чем Рене, которая наслаждалась этим слишком сильно. Словно я была ее личной лабораторной крысой, за которой она наблюдала, толкала и тыкала, когда ей вздумается. Меня уже тошнило от этого, а я только забеременела. Первое УЗИ мне назначили только на следующей неделе, и я одновременно нервничала и волновалась.

Хантер радовался до безумия каждый раз, когда говорил об этом. Глупец.

В нашем плане на Вегас появилось препятствие, когда мы поняли, что не сможем просто приехать в аэропорт и запрыгнуть в самолет. Самый ранний рейс в Лас-Вегас был в пять тридцать утра, поэтому нам нужно было несколько часов подождать. Вместо того, чтобы спать в аэропорту, мы направились в отель по соседству.

— Да уж, это немного все замедлило, — сказал Хантер, когда я плюхнулась на кровать в номере. Была уже полночь, и я зашла в тупик и готова была проваляться несколько часов, до нашего отъезда.

— Немного, — сказала я. — Это не как в фильмах, где они садились в самолет и через несколько часов приземлялись в Вегасе. — Он сидел рядом со мной и поглаживал мой живот.

— Как наша маленькая фасолинка?

— Отлично. Как и всегда. — Я закрыла глаза и вздохнула.

— Тебе чего-нибудь хочется? — я покачала головой. Хантер встал с кровати, а потом я почувствовала, как мои ботинки аккуратно сняли вместе с носками. Как только это было сделано, я забралась на кровать, и он присоединился ко мне.

— Эй, — сказал он, прикасаясь к моей руке.

— Эй, — отозвалась я.

— Мы собираемся пожениться.

— Знаю. — В это было трудно поверить, но я не хотела отступать и возвращаться домой. Это именно то место, где мы должны быть. Ну, не совсем то. Мы еще не добрались до Вегаса, но мы на правильном пути.

* * *

Путешествие заняло у нас практически весь день и две остановки, прежде чем мы наконец добрались до Вегаса. Но поскольку время у них на три часа отставало от штата Мэн, создавалось впечатление, что мы путешествовали во времени, так что потратили не так уж и много.

Тем не менее, когда мы вышли измученные и с мутными глазами из аэропорта, я была полностью заряжена и готова сделать это.

Мы поймали такси и попросили отвезти нас в отель «Hard Rock». Хантер забронировал номер пока мы ехали. Я даже не хотела думать о том, во сколько нам обойдется это маленькое путешествие. Хотя выйдет все равно дешевле, чем традиционная свадьба.

К счастью, мы с Хантером не были сторонниками традиций.

Первое, что мне хотелось сделать, как только мы приехали, это добраться до номера и принять душ. Я игнорировала огни, людей и дым. Мне нужен был чертов душ.

Хантер, конечно же, забронировал один из люксов, что было просто нелепо. Я не хотела вздыхать над всем, потому что это было безумно дорогим.

Я хотела отмокнуть в гигантской ванной, но решилась на быстрый, но роскошный душ. Конечно же, вскоре ко мне присоединился голый мужчина по имени Хантер Заккаделли.

— Я просто экономлю воду, — сказал он, глядя на меня невинным взглядом, пока закрывал за собой прозрачную перегородку.

— Да, да, душ с другом. Я знаю эту уловку, — сказала я, закатив глаза. Он просто обнял меня и зарылся лицом в мои мокрые волосы.

— Мы собираемся пожениться. — Похоже он повторял это, чтобы убедить себя, что это правда. Что я не отступлю. Что это было реально и произойдет по-настоящему.

— Мы собираемся пожениться. — Я откинула голову, чтобы поцеловать его и он медленно и нежно трахнул меня у стенки душа. Было так приятно, и когда мы кончили вместе, я поблагодарила того, кто решил, что мы с Хантером должны были найти друг друга.

* * *

— Ой-ой. Кажется, наше отсутствие заметили, — сказал Хантер, когда я закончила сушить волосы. Мы собирались на ужин, а затем, найти одну из многочисленных маленьких белых часовен, которыми славился Вегас.

— Да? — спросила я, откладывая фен и направляясь в небольшую гостиную, которая была частично отделена от спальни.

— Ага, думаю Мейс вернулся домой и удивился что нас нет. Хочешь, чтобы я рассказал ему? — Я не хотела, чтобы кто-либо знал об этом до нашего возвращения.

— Нет. Просто скажи ему, что мы решили уехать и останемся у мамы или типа того. Или, что мы решили остаться в Камдене. — Мысли об этом напомнили мне о времени, когда мы притворялись, что помолвлены, чтобы осмотреть гостиницу Норумбега. В конце концов, я всегда думала о том, чтобы когда-нибудь вернуться туда и все-таки пожениться.

Мы все еще можем сделать это, если захотим. Не существует правил, что можно сыграть свадьбу лишь однажды. Было бы неплохо сделать что-нибудь нормальное. Тогда не было бы никакого давления. Может, после рождения ребенка. Позже, следующим летом, или осенью. Это было бы идеально.

— Окей. Я тоже не хочу им ничего говорить. Потому что, если мы скажем Мейсу, он позвонит Хоуп, и она расстроится. — Господи, я даже думать об этом не хочу.

— А я не хочу, чтобы моя мама узнала об этом. Она скорей всего убьет тебя. Хотя она не убила тебя за то, что я залетела, так что все будет в порядке. Я просто не хочу, чтобы кто-то мешал или давал советы. Это касается только нас двоих. И детеныша. — Хантер положил телефон на диван и встал.

— Ты выглядишь потрясающе.

В спешке, чтобы добраться сюда, мы забыли, что нам может понадобиться официальная одежда для церемонии, но каким-то безумным броском, закидывая вещи в чемодан, я бросила черное платье с вырезами по бокам, которое открывало часть моей татуировки. Я ничего не могла поделать со своими розовыми конверсами. Хотя каким-то образом наряд был эффектным. У Хантера были самые сексуальные, темные джинсы с голубой рубашкой на пуговицах и черным узким галстуком, который тоже выглядел замечательно.

— Как и ты, — сказала я. Мне хотелось прижать его к окнам и оттрахать как следует. Но увы. У нас свадьба.

Глава 15: Хантер

Перед глазами продолжали мелькать образы проведенного в Норумбеге времени. Радость на лице Тейлор, когда она увидела, что библиотека того стоила.

— Эй, ты выдавишь всю кровь из моей руки, — сказал я, чтобы могла услышать только она, пока Сьюзан, наш гид, все рассказывала и рассказывала. Но я не обращал внимание на нее. Я смотрел только на Тейлор, которая выглядела так, словно исполнились все ее мечты. Этот взгляд врезался в мое сердце и лишил дыхания.

— У тебя все получится. Ты что раньше книг не видела?

— Ты бы сейчас отдалась мне? — Я лишь отчасти шутил.

— Как ты думаешь почему Красавица выбрала Чудовище? Это все из-за библиотеки.

— Думаю, в этой ситуации я Чудовище. — Она усмехнулась.

— Только если ты не хочешь быть Красавицей.

— Ни за что, это у нас ты.

У нас был замечательный день. До тех пор, пока ей не позвонил этот монстр (я отказываюсь даже думать о его имени, он этого не заслужил, кусок дерьма), который напал на нее и ее сестру, готовившийся к условно-досрочному освобождению. Урод.

Той ночью все изменилось.

Тейлор щелкнула пальцами перед моим лицом.

— Ты здесь?

— Да, просто задумался.

Я не мог оторвать от нее взгляда. Она была такой красивой.

— Струсил? — спросила она.

— Ни за что. Не когда это касается тебя, — сказал я, наклоняясь вперед и притягивая ее в свои объятия.

* * *

Мы оба слишком нервничали, чтобы съесть ужин, и с нетерпением ждали церемонии, так что мы выбрались из отеля, и я заказал такси, чтобы доехать до часовни. Просмотрев варианты в интернете мы выбрали ту, в которой церемонии проводились уже более шестидесяти лет.

Это казалось хорошим выбором.

— Она такая невзрачная, в хорошем смысле этого слова, — сказала Тейлор, когда мы просматривали фотографии в интернете. Мне понравилось. Я бы женился на ней и на парковке, если бы потребовалось.

Всю дорогу до часовни я сжимал руку Тейлор. Она, не отрываясь смотрела в окно, и я спросил ее все ли в порядке. В ответ она напряженно кивнула.

Ну, это было немного иначе, чем в отеле, когда она полностью и на сто процентов поддерживала эту затею.

— Мы не должны делать это, — сказал я, целуя ее руку, чтобы убедиться, что она услышала меня.

— А? — она повернулась ко мне, ее взгляд был рассеянным. Словно она была где-то далеко отсюда.

— Я сказал, что мы не должны это делать. — Она сглотнула и покачала головой.

— Нет. Мы сделаем это. — Она сжала мою руку и улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. Я очень хорошо знал свою девочку, чтобы понять, когда она действительно счастлива, а когда притворялась, чтобы кого-то успокоить. В данном случае меня.

— Тейлор, — сказал я, но она проигнорировала меня и снова посмотрела в окно.

Черт.

* * *

К тому времени как мы добрались до часовни Тейлор так сильно дрожала, что я подумал мне придется везти ее в больницу.

— Мисси, ты в порядке? — Я помог ей выйти из машины и ее ноги подогнулись. На ее лице больше не отражалась радость и волнение. Все, что я видел это страх и паника.

Нужно притормозить.

Я попросил водителя подождать, чему он не очень-то обрадовался, но я дал ему немного налички и он заткнулся.

Вытащив Тейлор из толпы на тротуаре, я сжал ее лицо в своих руках.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела на меня. — Ее ресницы затрепетали, а потом взгляд сосредоточился на мне. Я заглянул в ее глубокие карие глаза и попытался заставить слушать.

— Мы. Не. Должны. Этого. Делать. — Я специально делал паузы между словами, чтобы она поняла, насколько я серьезен.

— Ох, да, — сказала она, ее голос был сдержанным и безэмоциональным.

— Мы не сделаем это, Тейлор. Я не поведу тебя к алтарю, приставив пистолет ко лбу. Иногда, идея, которая казалась хорошей оказывается совсем не такой. Сейчас мы сядем в машину и вернемся в отель. А завтра мы определимся что делать. — Она продолжала моргать, глядя на меня, но слова начинали доходить до нее.

Слезы собрались в уголках ее глаз и стекали по лицу.

— Прости, — произнесла она сдавленно. — Я думала, что смогу. — Я сжал ее в объятиях.

— Ты не должна извиняться за это. Никогда. Поняла? Я люблю тебя и это никогда не изменится. — Она разрыдалась и я крепче сжал ее, покачивая ее из стороны в сторону, пока люди проходили мимо нас, не обращая на нас внимания. Здесь было на что посмотреть. Мигающие огоньки в витринах, танцовщицы и хаос.

— Я люблю тебя, — пробормотала она и потом отстранилась. — Хотелось бы мне быть другой.

Я покачал головой.

— А мне нет. Я хочу, чтобы ты была такая какая есть. — По крайней мере, она искренне улыбнулась и взяла меня за руку, когда мы пошли к машине. Водитель включил радио, и напевал про себя. Я попросил его отвезти нас обратно в отель, и он никак не прокомментировал то, что мы не пошли на церемонию, за что я был благодарен. Если бы он что-то сказал, мне не хотелось отвечать за то, что произошло бы, и мне не нравилась идея быть арестованным в Вегасе.

Тейлор поникла рядом со мной, пока мы направлялись в отель и поднимались в лифте в наш номер.

— Я ужасная невеста, — сказала она, падая на диван. Я сел рядом с ней, поднимая ее и притягивая к себе на колени.

— Если ты ужасна, то и я тоже. Мы оба облажались. — Она сморщила нос, а потом опустила голову мне на грудь.

— Мы скоро станем родителями, а я не могу справиться с тем, чтобы выйти за тебя. — Я хотел что-то сказать, когда зазвонил ее телефон.

— Ох, это мой отец. Я так не хочу с ним разговаривать. — Я знал, что она не хотела, но думал, что она должна это сделать. Он появился во время слушаний в прошлом году и могу сказать, он был искренен в попытке восстановить отношения. У нее все еще был отец, а она отталкивала его.

— Ответь, — сказал я, вставая. Нерешительность отразилась на ее лице, но потом она поднесла телефон к уху, подмигнув, отвечая на звонок.

— Привет, пап.

Тейлор

— Привет, детка, — произнес он с удивлением, из-за того, что я ответила на звонок. Еще в нем звучало облегчение.

— Знаю, уже немного поздно для звонка, но я решил попытаться. Я сто лет с тобой не разговаривал. — Нашел на кого свалить вину, папа.

— Да, знаю. Все было таким... напряженным. — Кстати, я залетела и едва сегодня не вышла замуж в Вегасе. Как у тебя дела? Нет. Этому не бывать.

— О, да? Что же произошло? — Могу сказать, мама не рассказала ему о детеныше. Мне бы хотелось, чтобы это сделала она, потому что теперь это придется сделать мне.

— Ну, не знаю, как тебе сказать, потому что нет нормального способа сказать, что ты станешь дедушкой. — Хантер показал мне большие пальцы. Я ждала реакции отца.

— Правда? — сказал он, едва слышно.

— Да. На следующей неделе я записана на первое УЗИ. — На другом конце раздался странный звук и у меня заняло несколько секунд понять, что он плачет.

— Пап? — позвала я.

— Прости. Дай мне минутку. Это так волнительно, Тейлор. Я так счастлив за тебя и Хантера. — Он был действительно подавлен. Из-за чего я растерялась. Я не знала, как он отреагирует, но это определенно было неожиданно.

— Правда? — спросила я.

— Безусловно. Ох, не могу поверить. Я могу приехать и навестить тебя? — Вау, притормозите. Я не была уверена, но он так взволнован, как я могла отказать ему?

— Хм, да, конечно. Думаю, это было бы замечательно. Если подождешь до следующих выходных, то я смогу показать тебе фотографии с УЗИ. Хотя там еще ничего не будет видно, но это уже хоть что-то. — Скорее всего, детеныш сейчас размером с перечное зернышко, так что мы постепенно увеличиваемся в размере.

— Это было бы замечательно. Как насчет следующей субботы? — я согласилась и мы договорились встретиться у мамы. Когда он приезжал в гости мама позволяла ему оставаться в комнате для гостей, что мне казалось несколько странным, но это был ее дом и ее правила.

— Договорились. Я приеду в пятницу вечером. О, Тейлор я так взволнован. Мне нужно пройтись по магазинам. У тебя уже есть автокресло? — Я чуть не рассмеялась.

— Хм, нет. Мы еще не дошли до этого, пап. — Он согласился, что для автокресла еще рано, но предупредил меня, что в любом случае привезет подарки.

— Ладно, пап. Возвращайся к своим делам. А я пойду спать.

— Хорошо. Скоро поговорим. Позвони мне после приема, если захочешь. Или не звони. Я все равно увижу тебя в следующую субботу. — Мы закончили разговор и я положила телефон рядом с собой.

— Итак, видимо в следующую субботу мы встречаемся с моим отцом, — сказала я, потирая затылок. Я чувствовала подступающую головную боль. Пальцы Хантера сменили мои и он начал выводить небольшие круги на моей шее.

— Это здорово. Уверен, он действительно рад стать дедушкой. — Было странно думать о моем отце в этой роли, но это так.

— Не могу представить, что он наряжается Сантой и притворяется, что спустился по дымоходу, чтобы удивить детеныша, но кто знает. — Хантер продолжал массаж, и я почувствовала себя очень уставшей. И голодной. Я мало ела сегодня, потому что волновалась из-за свадьбы.

— Мы можем заказать еду в номер, — спросила я, поворачиваясь к нему лицом.

— Да.

* * *

Час спустя мы сидели в халатах, набивая животы и смотря глупые ТВ-шоу.

— На этот раз это была моя идея насчет Нетфликс и безделья, — сказала я, допивая содовую.

— Все это должно включать немного обнаженки, — сказал Хантер, дергая за пояс моего халата. Я сняла свое платье ранее. Я была уверена, что никогда больше не надену его, потому что оно всегда будет напоминать мне о времени, когда я не смогла пойти к алтарю.

— О мой Бог, я только что поняла, что я сбежавшая невеста. — Хантер хмыкнул.

— Не совсем. Ты никуда не убегала. Просто еще не пришло наше время. Со мной все нормально. Наше время придет. Я не переживаю. — Он улыбнулся, но я знала сколько это значило бы для него, если бы сейчас мы наслаждались медовым месяцем.

Мы вырубились в клубке из наших халатов на кровати. Однажды, я поблагодарю детеныша за то, что мне не пришлось провести всю ночь думая о том, какая я ужасная невеста.

* * *

— Мне кажется, что я обязана отвезти тебя в стрип-клуб и купить тебе приватный танец, чтобы компенсировать прошлую ночь, — сказала я на следующее утро, когда мы проснулись. У меня не было абсолютно никакого интереса идти в казино или играть или что-то в этом роде. Мне просто хотелось вернуться домой и забыть, что эта поездка вообще была.

— Было бы намного заманчивей, если бы я увидел твою сексуальную задницу, танцующую для меня стриптиз, — сказал он, шлепая меня по заднице, когда я направлялась в ванную чистить зубы.

— Я уверена, что у меня это плохо получится. Нужно быть очень сильным, чтобы танцевать на пилоне. Эта не шуточки. — Некоторые люди использовали его как разновидность упражнений.

Чуть позже мы отправились в аэропорт. У нас больше не было причин находиться в Вегасе.

К тому времени как мы приехали домой, я думала, что умру. Разрываясь между тошнотой и страхом от падения самолета, мне все время было плохо. Хантер был удивительным, поглаживал мою спину и позволял мне пускать слюни на его плече, когда я отключилась в самолете.

— Может мы останемся здесь на ночь? — спросила я, когда мы прибыли в Портленд. Чтобы вернуться в Ороно нужно было ехать на машине, а у меня уже не было сил. Он прижал меня к себе и мы забронировали еще одну ночь в отеле аэропорта.

У меня были пропущенные звонки от Рене, Джос и Дары, а у Хантера несколько от Мейса и Дасти.

— Итак, что мы им скажем? — спросил он, прежде чем я отгородилась от мира и уснула.

— Хм, — произнесла я сквозь зевоту. — Мне очень не хотелось бы, чтобы они знали о нашей неудачной попытке пожениться. Просто скажем, что мы решились на спонтанный отдых. Я не знаю. нехочу, чтобы они издевались надо мной всю оставшуюся жизнь. — А они будут. Эта компашка ничему не позволяла исчезнуть просто так.

— Да, согласен. Мейс точно никогда не прекратит издеваться. Ладно, пусть будет спонтанный отдых. — Я закрыла глаза и не думала ни о чем другом, по крайней мере, двенадцать часов.

* * *

— Ребята, вы тайно поженились? — было первым, что я услышала, когда мы вошли в дом на следующий день.

Я посмотрела на Хантера, но он только пожал плечами.

— Я ничего не говорил. — Я хотела сказать еще кое-что, но мы оба были захвачены в сильные групповые объятия.

— Что случилось? — спросила я, когда наконец смогла вдохнуть.

— Вы наконец-то поженились! — закричала Рене и потянулась к своему карману, вытаскивая конфетти и бросая на нас.

— Ух, — произнесла я, глядя на Хантера. Он только вздохнул.

— Ребята, мы должны были сделать это все вместе. Мы же репетировали! — сказала Рене, а потом конфетти бросили мне в лицо.

— Поздравляю, ребята, — сказала Дара. — Мы так за вас рады.

— Постой, — наконец-то сказала я. — Мы не поженились.

Они все рассмеялись.

— Ага, так мы и поверили, что вы устроили себе спонтанный отпуск, — сказал Мейс, шутливо толкая Хантера в плечо.

— Нет, серьезно. Все так и было. — Пришел на помощь, Хантер. Лучше поздно, чем никогда.

— У вас ничего не получилось? — сказала Рене. Она выглядела совершенно подавленной. Джос только закатила глаза.

— Я знала это. Я знала, что они не сбежали, чтобы пожениться. Нам нужно было заключить пари, — сказала Джос Рене.

— Значит, вы не поженились? — сказала Рене, как если бы нуждалась в еще одном нашем подтверждении.

— Нет, — сказали мы с Хантером одновременно. После этого настроение немного упало. В конце концов конфетти пришлось подмести, чтобы Наполеон и Дымка не наступили и не накинулись на него. Мы целую вечность будем собирать эти маленькие кусочки по всему дому.

— Так вы действительно просто... остановились в отеле на несколько дней? — спросил Мейс.

— Ага. Просто тусовались, объедались и много трахались, — сказала я.

— Слишком много информации, — сказала Рене, закрывая уши.

— О, заткнись. Ты оставляешь свой чертов вибратор в ванной, — сказала я.

— Это лучший способ вымыть его!

Затем начались споры о вибраторах. Как же хорошо было находиться дома.

Глава 16: Хантер

Я бы соврал, если бы сказал, что не был разочарован тем, что моя идея с Вегасом с треском провалилась и превратилась в пепел. Я отодвинул эти мысли в сторону и просто продолжал думать о первом визите Тейлор к врачу в четверг. Мы оба должны были пропустить занятия, чтобы пойти, и я был так взволнован в среду вечером, что не мог заснуть.

— Ты ведешь себя так, словно мы идем к Санте в торговый центр или типа того, — с улыбкой произнесла Тейлор, когда мы подошли к клинике, после того как я встретил ее в Юнион.

— Мы увидим фотографию нашего ребенка. Знаю, сейчас он еще не будет похож на человека, но все же. Это будет первая фотография. Теперь все будет по-настоящему. Или даже больше. — Я держал ее за руку, и чувствовал вибрации нервного возбуждения, исходящие от нее.

— Ну, пойдем, — сказал я, придерживая для нее дверь. Она зарегистрировалась, и нам нужно было подождать несколько минут, прежде чем ее забрала медсестра, чтобы взвесить и измерить рост, и задать несколько вопросов. Потом нужно было дожидаться прихода доктора. Все это время Тейлор ерзала на кушетке постоянно шурша бумагой.

— Ты нервничаешь? — спросил я.

— Мне постоянно кажется, что я ошиблась, и они скажут мне, что я не беременна, а потом все будут думать, что я неудачница. — Я не мог не засмеяться. Она подняла туфлю и швырнула ее в меня. Я поймал ее и поставил на пол.

— Замолчи, этого не случится. — Я был серьезен.

— Ты расстроишься, если это случится? — Я знал, что чувствую, но она все держала в секрете.

— Ну, да. Очевидно. Я привязался к детенышу. — Раздался стук в дверь, который прервал нас.

— Привет, Тейлор, я доктор Говард, — сказала женщина. Она была высокой и худой как тростинка, в очках с роговой оправой. Тейлор и доктор Говард пожали руки, а потом представился я.

— Итак, здесь сказано, что вы беременны, — сказала доктор Говард, глядя в карту Тейлор.

— Кажется, да, — сказала Тейлор.

— Ладно, тогда мы сделаем еще несколько тестов, чтобы убедиться и потом поймем, что делать, хорошо? — Тейлор заставила меня выйти, пока писала в баночку и позволила вернуться только когда надела бумажный халат, который оставлял мало для воображения.

— Сейчас ты выглядишь такой сексуальной, — сказал я и она нахмурилась.

— Заткнись, Хантер. — Вернулась доктор Говард и подтвердила беременность.

Я с облегчением выдохнул. Как и Тейлор.

— Я так переживала, что Вы скажете мне, что это ошибка, — сказала Тейлор, когда я встал и поцеловал ее.

— Нет, ты определенно беременна, — с улыбкой произнесла доктор Говард.

— Итак, что теперь? — спросила Тейлор.

Прием продолжился большим количеством вопросов и информации. Я старался запомнить все на случай, если Тейлор не сможет. Витамины для беременных, и что можно делать, а что нельзя.

Наконец-то, наконец мы сделаем УЗИ.

— Итак, я налью немного геля на ваш живот. Будет немного прохладно. — Тейлор вцепилась в мою руку, когда доктор Говард выдавила немного геля и начала наносить его с помощью ультразвуковой палочки. Я не знал, как это на самом деле называется.

— Так, вот твоя матка и здесь... хм... — Я понятия не имел, что она может видеть на экране. Для меня это было просто странное мерцание.

— Что такое? — сказала Тейлор, ее ногти впились в мою ладонь.

— Ну, кажется, дорогая, у тебя близнецы.

Я едва не свалился на пол.

Тейлор

— Близнецы? — Это слово с писком вырвалось из моего рта. — Вы уверены? Это просто невозможно. Должно быть это ошибка.

Доктор Ховард смотрела прямо мне в глаза и улыбалась.

— Близнецы. — Она развернула экран, чтобы я могла видеть и указала на два эмбриона. Двуяйцовые близнецы.

— Святое дерьмо, — сказал Хантер, а потом начал смеяться.

— Я рада, что ты находишь это забавным, потому что прямо сейчас я не могу смеяться, — сказала я, все еще пребывая в шоке. Я едва привыкла к мысли об одном детеныше. Как я справлюсь с двумя?

Два.

Ребенка.

— Кажется, меня сейчас стошнит, — сказала я и Хантер кинулся помогать мне сесть, пока доктор Говард протягивала мне гигиенический пакет. Приступ тошноты прошел, только когда я сделала глубокий вздох.

— Я в порядке, — сказала я, подняв руку. — Просто немного шокирована, — добавила я, с как мне казалось обнадеживающим смехом.

— Я знаю, это тяжело сразу принять, — сказала доктор Говард. — я сделаю несколько снимков, а потом оставлю вас наедине, чтобы вы могли поговорить. А потом вы зададите мне интересующие вопросы. Хорошо? — Я кивнула.

Остальная часть приема прошла как в тумане. Я ничего не спрашивала пока мы были внутри, и пока шли к нашей машине, с результатами УЗИ в конверте в моей руке.

— У нас будут близнецы, — сказала я, когда Хантер сел на водительское сидение.

— У нас будут близнецы, — сказал он, захлопывая дверь. Мы оба просто смотрели друг на друга.

— Святое, — сказал он

— Дерьмо, — добавила я.

— О мой Бог, не могу поверить, что это случилось, — сказала я.

— Я тоже. Я честно думал, что она нас дурачит, — сказал он, вытаскивая снимок УЗИ и глядя туда, где доктор Говард обвела двух детей.

— Итак, как мы их назовем? Детеныш один и детеныш два? — Забавно.

— Хантер. Я буду огромной. — Я посмотрела на свой все еще относительно небеременный живот.

— Да, вероятно так и будет. Ты будешь ходячим животом. — Я шлепнула его по руке. — Эй, это правда! Двоим детям требуется больше места, чем одному.

Он был прав.

— Ну, теперь я злюсь на вас обоих, — сказала я детенышам.

— Думаю, мне придется переделать проекты для детской, так как нам нужно будет разместить там две кроватки, — сказал Хантер.

— Это будет безумие, — сказала я, качая головой. Боже мой, две кроватки. Две кроватки и двое детей, двое кричащих посреди ночи. Меня внезапно поразило на что мы согласились и мое сердце учащенно забилось.

Мы еще не повзрослели! О, Боже, что происходит? Мои мысли просто вращались все быстрее и быстрее, и я чувствовала, что начинаю терять контроль. Мои руки тряслись, и дыхание стало быстрым и неглубоким. Хантер увидел, как я начинаю сходить с ума и взял меня за руки.

— Тейлор, нас двое. И у нас полный дом людей, которые любят нас и помогут нам. Конечно, это будет безумием, но это мы, Тейлор. Это наша жизнь. — Мне хотелось придушить его.

— Хантер. Ты ведешь себя ужасно легкомысленно. Тебе не придется вынашивать двух малышей. И не тебе придется вытолкнуть их из своего тела. Боже, если я вообще смогу это сделать. Возможно, мне придется делать кесарево сечение. О, Господи. — Я опустила голову и попыталась дышать. Это не помогало.

— Я знаю, знаю, — сказал Хантер, поглаживая мою спину. — Ты абсолютно права. Прости. Конечно же ты расстроена из-за всего этого. Это все происходит с твоим телом. — Я слышала, что он пытался успокоить меня, и это просто сводило меня с ума.

— Сейчас я не могу находиться рядом с тобой, — сказала я, поднимаясь и открывая дверь.

— Что ты имеешь в виду? — Он вышел и начал идти за мной, но я подняла руку. Я просто не могу сейчас находиться рядом с ним. Слишком много всего происходит в моей голове.

— Я просто... Мне нужно немного подумать. В одиночестве, — сказала я. Он выглядел так, словно я ударила его по лицу.

— Я немного прогуляюсь. Я попрошу кого-нибудь меня подвезти. Просто езжай домой. Я буду в порядке. — Он открыл было рот, чтобы поспорить со мной.

— Хантер. Пожалуйста. — Он зажал нижнюю губу между зубами и кивнул, возвращаясь в машину. Я ушла, но прошло много времени, прежде чем я услышала, как он завел Сасси и покинул парковку.

* * *

Был декабрь, но погода была теплой для зимы в штате Мэн. Ладно, настолько теплой, насколько это вообще возможно. Землю не покрывал снег и не было льда на тротуаре.

Я бесцельно бродила по кампусу, вверх и вниз по травянистым аллеям, окружающим общежития до фитнес-центра. У меня не было пункта назначения, мне просто нужно было продолжать куда-то идти.

Близнецы.

Все, что я слышала это крики двух детей. Двух детей, требующих, чтобы их покормили. Как я смогу справиться с этим? Ну, у меня две груди, но черт возьми. Как это работает?

Как я закончу колледж?

О многом нужно подумать. Из-за этого я была зла и расстроена, просто… разбита. Абсолютно разбита. Я даже не задумывалась о такой возможности. Но было кое-что больше всего поразившее меня. Я не винила детенышей или Хантера. В этом нет их вины. Это просто случилось и теперь мне приходится с этим разбираться.

Мои мысли вернулись к последнему году. Я встретила Хантера в сентябре прошлого года. И теперь я была беременна от него близнецами. Если бы я могла повернуть время вспять и узнала бы, что парень, которому я открою дверь, тот, кто будет нашим соседом по комнате, станет моим женихом и через какое-то время отцом моих детей, я бы спросила вас не обкурились ли вы часом.

Наконец, я остыла и написала всем жильцам Желтого дома (кроме Хантера), чтобы кто-нибудь приехал за мной. Рене ответила первой. Я подошла к одной из стоянок у общежития и сказала ей, где я.

Она приехала через несколько минут.

— Эй, все в порядке? Как прошла ваша встреча? — Я просто посмотрела на нее и пристегнула ремень безопасности.

— У меня будут близнецы.

— Ни хрена себе.

— Это правда. — Она начала смеяться, но я безучастно взглянула на нее, и она замолчала.

— Прости. Я смеялась не над тобой, но черт подери, Тейлор. Святое дерьмо. — Я взмахнула руками, когда она выехала с парковки.

— Тебе не кажется, что я блядь знаю об этом? Конечно же, только я могла забеременеть близнецами. Конечно же, это должна была быть я. — Рене фыркнула.

— Ты же знаешь, что все будет хорошо, правда? У тебя есть Хантер и у тебя есть мы и эти дети никогда ни в чем не будут нуждаться. Я имею в виду, даже если их будет двое, я почти уверена, что мы все равно будем драться за то, кто будет их держать. — Хантер, в основном, сказал то же самое. Мне нужно увидеть, как это будет на самом деле, чтобы поверить.

— Я просто не могу поверить, что это происходит, — сказала я, прислоняясь головой к окну.

— Ты шокирована. Это абсолютно нормально. Уверена, любой на твоем месте чувствовал тоже самое. Я даже не могу себе это представить. — Она вздрогнула.

— Ну, я тоже не могу поверить, что это происходит, — я положила руку на низ живота.

— Чертов Хантер и его детское тесто, — сказала Рене и я рассмеялась.

— Это чертовски отвратительно, спасибо тебе.

— Эй, это в твоем теле, так что можешь даже ничего говорить. — Это правда. Когда мы были в пылу момента, я на самом деле не думала об этом, но слышать, как Рене называла это «детское тесто», было просто фу и фу.

— Видишь? Я заставила тебя смеяться, — сказала Рене с ухмылкой.

— О, у тебя это хорошо получается, — сказала я и она притворилась будто снимает шляпу.

— Спасибо, спасибо тебе большое.

* * *

Вместо того, чтобы поехать домой, Рене повезла нас в Старбакс.

— Я знаю, что тебе противопоказан кофеин, но у них есть хорошая выпечка, и ты можешь немного остыть, прежде чем мы поедем домой. — Наверное, это была хорошая идея. Я немного успокоилась, но все еще была на грани, и снова могла уйти.

Рене взяла меня за руку, когда мы вошли и сделали заказ. Она сказала, что за все заплатит, поэтому я заказала ванильный фраппучино¹⁴ и шоколадный круассан.

— Итак, ты хочешь поговорить об этом или нет? — сказала Рене, когда мы сели за столик с нашими напитками и закусками.

Я вздохнула.

— Я даже не знаю. Все так сюрреалистично. Даже когда она показала мне УЗИ. В смысле, каковы шансы? — Рене посмотрела на меня.

— Ты действительно хочешь знать, потому что я могу привести статистику. — Я махнула рукой.

— Нет, это был риторический вопрос. Я не готова к этому, Рене. Думаю, все дело в этом. Я мысленно представляю двух кричащих младенцев, по одному в каждой руке и как я пытаюсь накормить их одновременно. Не могу от этого избавиться. — Когда мы только узнали, что у нас будет ребенок (теперь два), Хантер смог нарисовать радужную картину и заставить меня увидеть, что это возможно. Что мы могли бы сделать это, даже если были молоды.

Теперь я не была так уверена.

— Эй, подумай о той женщине, у которой было восемь детей одновременно. Я имею в виду, она была сумасшедшей, но все же. У нее было в четыре раза больше детей, и у нее не было Хантера, или меня, или остальных наших друзей. Я знаю, что этого недостаточно, но у тебя есть поддержка. У тебя есть мама, сестра и семья Хантера. У вас есть чертова деревня, чтобы воспитать детей. — Женщина, проходившая мимо нашего стола, неодобрительно посмотрела на Рене. Рене только улыбнулась ей.

Рене все сходило с рук, когда она притворялась милым, наивным эльфом.

— Что, если этого недостаточно? — сказала я.

— Этого должно хватить. — Она была права. Эти дети появились независимо от наших желаний. Они не были моим выбором. Я бы не осмелилась судить ни одну женщину за решения, которые она приняла для своего тела, но это было то, что я собирался сделать.

— Два ребенка, — произнесла я.

— Два ребенка.

Глава 17: Хантер

Я вернулся в пустой дом и почувствовал себя как дерьмо. Я не хотел уезжать, но понимал, что ей нужно немного времени и я дал ей его.

Она оставила снимки УЗИ в машине, поэтому я забрал их в дом и сел на диван, разглядывая их.

Два ребенка. У нас будет два ребенка. Двуяйцовые близнецы, так что у нас есть шанс, что появится девочка и мальчик, на что я очень надеюсь. Два ребенка разного пола. Это было бы идеально.

Я не мог винить Тейлор за то, что она была расстроена и напугана. Было много рисков, связанных с беременностью и вероятность того, что что-то пойдет не так, была выше, чем с одним ребенком. Я собирался следить за ней даже больше, чем сейчас. Я уже добавил имя доктора Говард в быстрый набор. На всякий случай.

Мейс первым вернулся домой, так что именно ему я рассказал о близнецах.

— Черт, правда? У тебя все получилось с первого раза, да? — Я толкнул его в плечо.

— Заткнись. — Он улыбнулся и обнял меня, похлопывая по спине.

— Еще раз поздравляю тебя, чувак. Я так рад, что стану дядей. Ты должен позвонить моей маме и рассказать ей. Она будет на седьмом небе от счастья. — О, да так и будет, это точно.

— Спасибо. Здесь станет еще безумнее. — Словно, чтобы подчеркнуть мое утверждение Наполеон пронесся по гостиной в сопровождении Дымки. Наш маленький котенок оказывал упорное сопротивление этому старому задире. Они были лучшими друзьями.

— И что тут нового?

— И то правда.

* * *

Этим вечером была моя очередь готовить ужин, что стало хорошим отвлечением. Я решил сделать лазанью, поскольку это блюдо готовилось в несколько этапов. Я сделал два подноса, чтобы хоть немного осталось на потом, а также салат и чесночный хлеб. К тому времени, как я закончил, практически все были дома, кроме моей девочки и Рене. Я вышел и рассказал все новости, показывая результаты УЗИ. Мейс протянул мне пиво, пока я получал массу объятий, поздравлений и потрясенных улыбок. Я был так счастлив зная, что нас с Тейлор окружают такие замечательные люди. И, разумеется, наши дети. Во множественном числе.

— Всем привет, — произнесла Рене с порога, когда я расставлял еду на столе. Я переживал, что они опоздают к ужину, поэтому отложил немного для них.

Все поздоровались с Рене, когда она села рядом с Полом. Тейлор пробиралась позади нее, и все зааплодировали.

— Счастья! — сказал Дасти, протягивая свою содовую.

— Серьезно, поздравляем вас, — сказал Пол, накладывая Рене еды.

— Да, спасибо. Эм, Хантер, давай поднимемся наверх поговорим? — Я пытался заглянуть в ее глаза, но она прятала от меня свои эмоции. В последнее время у нее это стало получаться лучше и это сводило меня с ума. Мне нравилось знать о чем она думает.

— Конечно, — сказал я и последовал за ней наверх.

Я сел на кровать, пока она закрывала за нами двери, чтобы никто не подслушивал.

Я собирался спросить, о чем она хотела поговорить, когда она схватила мою гитару и села рядом со мной на кровать.

— Однажды ты спел мне эту песню в качестве извинения, так что теперь моя очередь спеть ее тебе. — Она слегка улыбнулась и начала играть на гитаре.

Песня «Дорогая, вернись домой» группы «The Head and the Heart»¹⁵ срывалась с ее губ и струилась под пальцами, это было так замечательно и мило, что я едва не расплакался.

— Пожалуйста. Просто выслушай. Я... Прости меня. Я пытался понять, как показать тебе, что я сожалею и это все, что мне удалось придумать. Ничего не делай, просто слушай. Слушай. — Меган одарила меня испепеляющим взглядом, но оставила наедине с Тейлор.

Я был в отчаянии. Я был в таком отчаянии. Я знал, что слов было недостаточно, но песня могла показать то, чего я не мог. И я собирался ей показать. Боже, я собирался показать ей, что облажался, и сделаю все, что можно, чтобы загладить свою вину перед ней.

Я рассказал ей все. О чеке, деньгах, Джо и моих родителях. Я был безумно напуган, но еще это было своего рода освобождением. Открыться ей и заставить ее выслушать, а затем пригласить ее поужинать со мной.

Тейлор улыбнулась, когда допела песню, ее голос стал хриплым и низким. Это было очень красиво, и не только потому, что он принадлежал ей. Когда-нибудь мы споем с ней дуэтом. Когда-нибудь.

Последняя нота песни дрогнула и растаяла. Тейлор сделала глубокий вздох и опустила руки на гитару.

— Вот, что я хотела сказать. Я испугалась и оттолкнула тебя, но теперь я в порядке. У нас близнецы, и этого не изменить, и я собираюсь принять это и попытаться смотреть на вещи оптимистически. Потому что есть тысячи людей, которые хотели бы оказаться на нашем месте.

— Мы сможем это сделать. — Сказал я, наклоняясь и целуя ее с гитарой зажатой между нами.

— Мы сможем это сделать, — сказала она у моих губ.

* * *

Когда мы спустились на ужин через несколько минут, все обрадовались, увидев, что мы держимся за руки.

— Вы трахнулись и помирились? — спросила Джос.

— Не совсем, — сказал я. — Эта часть предстоит нам вечером. — После этого комментария за столом раздался гул голосов и толчок в живот от Тейлор.

— Извращенец.

— Мое совершенство.

— Папуля.

— Мамуля.

— Серьезно, вы двое. Я вообще-то здесь ем, — сказала Рене. Тейлор закатила глаза и мы сели за стол.

— Теперь тебе придется есть за троих, — сказала Дара, когда Тейлор наполняла свою тарелку едой.

— Хорошее замечание, — сказала Тейлор, добавив еще кусок чесночного хлеба к своей уже полной тарелке.

— Ты счастлива, детка? — спросил я Тейлор.

— Я ем, так что да, — сказала она, втыкая вилку в свой кусок лазаньи.

— Ты знаешь, о чем я.

Она нарезала кусочки и засовывал их себе в рот, простонав так, что у меня в штанах стало тесно. Может, все-таки нужно было трахнуться перед тем, как спуститься вниз.

— Да, — сказала она после того, как она прожевала и отрезала еще один кусочек. — Потому что, если у нас будут две девочки, ты окажешься в меньшинстве, а я буду наслаждаться этим. — Она ухмыльнулась глядя на меня. О, она сама напросилась.

— А если будут мальчики? Тогда ты останешься в меньшинстве.

— Туше. — Она толкнула меня ногой под столом.

— О! Только, пожалуйста, не давайте своим детям одинаковые имена. Типа Алиса и Мелисса или что-то вроде того, — сказала Рене.

— У вас, конечно, очень много мнений о том, как назвать наших будущих детей, — сказала Тейлор.

— Да, имена очень важны. Они помогают сформировать личность и, если они не соответствуют тому, кто вы есть, это может стать проблемой. — Я понимал это, кажется.

— Мы даже не знаем, кто у нас будет, поэтому думаю, что дебаты о великом имени придется отложить, — сказал я, взяв руку Тейлор под столом. Она обхватила меня пальцами.

— Я знаю, — сказала Рене. — Но просто... подумайте об этом.

— Мы подумаем. Кто-нибудь еще хочет вставить свои пять копеек по поводу выбора имени? — спросила Тейлор.

— Знаешь «Дасти» отличное имя. С сильным характером. Думаю, оно подойдет и для девушки. Я просто предложил, — сказал Дасти, подняв руки. Джос закатила глаза, глядя на него.

— Иногда ты такой предсказуемый.

Разгорелись дебаты и я видел как начинают формироваться группировки.

— Они собираются проголосовать за то, как назвать наших детей, да? — сказала Тейлор, пока все обсуждали нас.

— Ага. Именно так. Это будет весело.

— Да, для тебя.

Тейлор

После непродолжительных и жарких споров по поводу детских имен, мы все сели за домашние задания. Мой мозг отказывался думать, поэтому я нашла несколько детских сайтов, ища вещи специально для близнецов.

— Я достану тебе это, — сказал Хантер, напугав меня. Я сидела на диване, а он наклонился через спинку дивана, рядом с моим плечом. Я смотрела на молокоотсосы.

— Этот как Кадиллак среди молокоотсосов, — сказал Хантер, довольно серьезно.

— Ты смотрел молокоотсосы в интернете. — Это был не вопрос, но он кивнул.

— Да. Нам определенно нужен один такой, особенно с учетом того, что у нас будет двойня.

Кто-то прокашлялся.

— Мы можем ввести запрет на разговоры о молокоотсосах, пока я занимаюсь? — спросил Мейс.

Хантер бросил на него неодобрительный взгляд.

— Чувак, подожди, придет твое время.

Мейс кинул на Дару испуганный взгляд.

— Не смотри на меня, у меня внутриматочная спираль. Прямо сейчас я не хочу ребенка, Джон. — сказала Дара, целуя Мейса в щеку. Он немного успокоился, но я решила оставить разговор о молокоотсосах, пока мы не останемся с Хантером наедине.

Мне приходилось ложиться спать пораньше и я ненавидела себя за это.

— Мы станем пожилой парой намного раньше, чем на самом деле постареем, — захныкала я, когда Хантер снял с себя одежду и присоединился ко мне в постели. Еще даже десяти не было.

— И мы все равно будем классными. Мы можем быть классными даже имея детей. Все звезды так делают. У Дэвида Бекхэма, к примеру, четверо детей. У Брэда Питта и Анджелины Джоли вообще их с десяток, или около того. И никто не осуждает их в отсутствии крутости. — Это было верное замечание, но я определенно не была Анджелиной Джоли и вряд ли когда-либо ею стану.

— Мои сиськи станут огромными, понимаешь. — Они уже становятся чувствительными и я не хочу даже представлять как они набухнут за всю беременность.

— О, я знаю, — с хитрой улыбкой произнес Хантер, прежде чем перекатиться на меня и уткнуться лицом в мою грудь.

— Фу, отстань от меня! — Сказала я, слегка оттолкнув его.

— Эй, мне придется делиться ими, так что дай мне насладиться, пока это возможно. — Он скользнул ниже, так что его подбородок упирался в мой живот.

— Привет, детки, — сказал он и потом поцеловал мой живот.

— Оу, Хантер. Это очень мило. — Я снова была готова расплакаться. Чертовы гормоны сделали меня такой эмоциональной.

— Не знаю есть ли у них уже уши, и могут ли они вообще слышать, но я предполагаю, что это так. Эй вы там, привет, — сказал Хантер, обращаясь к детенышам.

— Ты собираешься петь им? — спросила я, поглаживая его по макушке.

— Конечно. Я хочу, чтобы они знали мой голос, прежде чем появятся на свет. Я хочу, чтобы они знали, что их папа здесь и никуда не денется. — Потом я начала плакать.

— Прости. Это все гормоны, — сказала я, когда Хантер подал мне салфетку, чтобы вытереть глаза.

— Все хорошо, — сказал он, целуя мой живот, прежде чем начать тихонько петь «Милая, вернись домой».

Я уснула, слушая, как Хантер поет нашим детям.

* * *

— Близнецы? — сказал папа, едва не подавившись кусочком стейка. Мы были в одном из милых ресторанчиков Вотервилля. Я, Хантер и папа. Я только что сообщила ему эту шокирующую новость от чего у него едва глаза на лоб не вылезли.

— Ага, — ответила я, протягивая ему снимки узи. Он взял их дрожащими руками.

— Двое малышей? — снова произнес он, его глаза наполнились слезами.

— Да. Двое, — сказала я. Его эмоции тронули меня. Плачущие люди теперь вызывали у меня симпатию, вероятно.

— О, Тейлор. — Он положил снимки, встал и подошел ко мне, чтобы обнять.

— Поздравляю, это просто замечательно. О, это потрясающе! — Он вытер глаза и прочистил горло. Несколько людей в ресторане пялились на нас, но мне было наплевать.

— Да, это выбило нас из колеи на некоторое время, но теперь мы полны решимости двигаться вперед, — сказала я, сжимая руку Хантера под столом. Он улыбнулся и сжал в ответ. На этой неделе мы прошли большой путь. От неудачной попытки пожениться до двух детей, все было, мягко говоря, интересно. Я скрестила пальцы, они на какое-то время успокоились, так что я могла перевести дыхание.

— Вам что-нибудь нужно? Я хочу помочь всем, чем смогу, — сказал папа, продолжая есть стейк.

— Хм, прямо сейчас нет. Сначала нам нужно понять, что потребуется, прежде чем скупать все подряд. На двоих, — сказала я с улыбкой.

— Прямо сейчас мы ищем хороший семейный автомобиль, — сказал Хантер. Когда он сказал мне, что он хочет такой автомобиль, в котором было бы безопасно для всех нас, я была уверена, что он шутит.

— Ты имеешь в виду, мама-мобиль? — спросила я.

— Вообще-то папа-мобиль, но да. Может быть внедорожник или что-то вроде того. Я отказываюсь водить чертов минивэн. — Итак, у него были границы, которые он отказывался пересекать. Никаких минивэнов. Ясно.

— Это разумно, — сказал папа. — Тогда вам нужно опробовать автокресла, чтобы убедиться, что они подходят. Помню, когда Тейлор была маленькой, они были совершенно не такими как сейчас. Думаю, некоторые из них были настоящим испытанием для родителей. — И мы втроем рассмеялись.

Автокресла. Мы говорим об автокреслах. Большинство девушек в моем возрасте собираются на танцы в поисках подходящего парня. А я болтаю об автокреслах.

Болтовня о детях отодвинула в сторону всю неловкость, что была в начале. Папа был так счастлив по поводу детей, что продолжал разговор. Они с Хантером дискутировали о безопасности кроватки, а я просто смотрела и качала головой.

— Поэтому я хочу приезжать и видеться с тобой, видеть, как ты растешь и меняешься. Может хотя бы раз в месяц? — Отец выглядел полным надежд, и я согласилась. Он был в таком восторге, что это повлияло на меня.

— Это было здорово, — сказал Хантер, когда мы возвращались в колледж. Мы ненадолго остановились, чтобы повидаться с мамой. Она чуть не упала, когда мы рассказали ей о близнецах, но она была такой же счастливой, как и отец. Все были счастливы, что немного меня удивляло. Я ожидала какого-то сопротивления, учитывая наш с Хантером возраст.

— Сегодня я собираюсь посмотреть несколько машин вместе с Мейсом. Хочешь со мной? — спросил Хантер. Мне было все равно, что он выберет, пока я буду за рулем Сасси. Я уже поняла, что в ней можно без проблем разместить два автокресла. Так что она точно остается.

— Нет, я доверяю твоему выбору. У меня куча домашней работы. — Зевнула я. Семестр был практически на исходе и через несколько недель мы почти на месяц уйдем на зимние каникулы. Я очень надеялась, что некоторое время я еще смогу заниматься работой в клинике. И беременностью, конечно. В этом перерыва у меня не предвидеться.

— Ладно. Я подброшу тебя, заберу Мейса, а потом уеду, — сказал Хантер.

— Звучит неплохо.

* * *

— Ты устала, детка? — сказала Рене, поглаживая мои волосы. Черт. Я уснула на учебниках. Снова. Это случалось довольно часто. Еще я засыпала на уроках. Из-за беременности меня тянуло в сон.

— Немного, — промямлила я, закрывая книгу.

— Ты решила, что будешь делать в следующем году? — Я не хотела говорить об этом, но мне нужно было спросить кого-то, кроме Хантера. Он просто продолжал говорить мне делать все, что мне было удобно, а меня не устраивал этот ответ, когда мне нужно было его мнение.

— Нет. Я действительно не думаю, что буду готова пойти на занятия следующей осенью. Близнецы, вероятнее всего родятся раньше, и я просто не могу себе представить, что смогу оставлять их каждый день в течение нескольких часов, когда им едва исполнилось несколько месяцев. Они все равно будут такими маленькими. Я буду слишком привязана. — Я уже это знала. Я была связана с маленькими сосунками.

— Я полностью понимаю тебя. Даже если мы все согласимся присматривать за детьми. Думаю, ты все равно будешь отвлекаться, беспокоясь о них. Лучше подождать, пока они не станут старше, и ты будешь готова оставить их. Я имею в виду, ты всегда можешь совмещать. — Я покачала головой.

— Не получится. Я просто возьму дополнительный семестр. И это будет не так уж плохо, потому что я могу пойти на летние курсы, и тогда у меня будет только два или три учебных занятия. — Я уже все рассчитала, мне просто нужно было принять определенное решение. Это не был мой первоначальный план, когда я пришла в колледж, ну и что с того? Планы изменились. Глупые парни вошли в мою жизнь. Появились близнецы.

— Звучит неплохо. Ты в порядке? — Рене действительно была фантастической поддержкой в последнее время. Все поддерживали, но она в особенности. Не знаю, что бы я делала без нее.

Я пожала плечами.

— Что есть, то есть. Дополнительный семестр меня не убьет. К тому же это даст Хантеру время найти должность преподавателя и мне шанс найти работу. — На данный момент план состоял в том, чтобы остаться в этом районе, в этом доме. Надеюсь, нам повезет с работой, так что не придется переезжать. Это был мой худший страх. Уехать от поддержки, на которую я так полагалась.

— Верно. Эй, хочешь, чтобы я помассировала тебе ноги? — Я посмотрела на нее, но кивнула.

— Я буду осторожна, чтобы не надавить на какие-нибудь точки. Ты должна делать специальный вид массажа во время беременности, потому что, если надавить на определенные точки, это может вызвать преждевременные роды. — Она была источником медицинской информации. Иногда это было хорошо, но порой она рассказывала мне такие отвратительные вещи, что должны были произойти с моим телом, о которых я определенно не хотела знать раньше времени.

— Ты так хорошо обо мне заботишься, — сказала я, вздыхая и снова закрывая глаза.

— Кто-то уже это делает. Я имею в виду, конечно же Хантера, который делает отличную работу, между прочим. Засранец, — я фыркнула.

— Да, он самый худший. — Лучший. Абсолютно самый лучший. Боже, он прямо сейчас покупал чертову машину, только чтобы возить наших детей.

— Ты выбрала для себя самого лучшего, — сказала Рене.

— Это точно.

У меня не было ощущения, что я выбрала его, или он выбрал меня. Мы выбрали друг друга. В равной степени. По причинам, которые мы тогда даже не понимали.

Я думала о той первой ночи, когда мы перевернули кресло. В ту ночь я поняла, что могу ему доверять. Я всегда смогу ему доверить. Себя и детенышей. Он собирался позаботиться о нас.

* * *

В течение следующих нескольких дней я полностью погрузилась в водоворот из занятий, работы, клиники и беременности. Мои оценки начали снижаться, и единственное, что мне пришло в голову, это сократить часы на работе, что я и сделала. Хантер сказал мне, что он возьмет на себя финансовые проблемы. У нас было много его денег, которые мы всегда могли использовать, но я хотела сохранить их как можно больше для детей. Все же было неким облегчением знать, что они есть.

Но провальная поездка в Вегас меня беспокоила. Я была виновата в том, что бросила Хантера, и просто не могла понять, в чем моя проблема. Не было абсолютно никакой причины, по которой я не могла бы успокоиться и выйти за него замуж. Ни одной. Так почему я продолжала колебаться?

И вот, наконец, «Пинтерест»¹⁶ подал мне идею. Ладно, Пинтерест и Хантер. Он упоминал при нашем побеге, что мы можем уехать и предложил гостиницу Норумбега. У меня взрывалась голова и я зашла в интернет, как только смогла, в поисках идей. Я провела несколько часов так ничего и не найдя. Это действительно было утомительно.

На следующий день я позвонила Хоуп.

— У меня есть безумная идея, — сказала я ей.

— Ох, мне уже нравится. Выкладывай. — Я рассмеялась и все ей рассказала.

— Думаешь, это выполнимо? Я имею в виду, этим летом? — спросила я.

— Милая, ты разговариваешь с королевой планирования. Тебе нужно только попросить, и я могу подготовить всю эту вечеринку для тебя на следующих выходных. — Это, вероятно, было правдой.

— Да, но может быть немного холодно.

— Да, правда. — Мы обсудили еще несколько идей, и она повесила трубку, пообещав, что начнет все обдумывать.

Затем я нашла Джос. Я должна была поделиться с ней этим секретом, потому что мне нужен был ее музыкальный опыт.

— Детка, это моя мечта. Я так рада, что ты попросила меня. Я с тобой, — сказала она, сжимая мои руки, прежде чем броситься бегом вниз за своим ноутбуком.

Конечно, Дасти был там, так что он был незамедлительно введен в курс дела и спросил, может ли он привлечь к этому делу «Стейнерс».

— Это определенно имеет смысл. Но пока не говори им. До этого еще далеко, а я не хочу, чтобы сюрприз был раскрыт раньше времени. — Дасти показал мне большие пальцы вверх.

— Секретность, понял.

Я была так взволнована своим секретным планом, что Хантер это заметил.

— Чему ты так радуешься?

— Я надела штаны, не сломав молнию, — сказала я, показывая ему. Мне пришлось продеть резинку через петлицу, чтобы они не спадали, но это не имело значения. Они были зафиксированы и не падали. Дайте мне приз.

— Ты радуешься самым странным вещам, — сказал он, тыкая пальцем в кнопку.

— Эй, все дело в мелочах. — Держать Хантера в неведении об этом плане будет тяжело, но как еще мне это осуществить? Это будет невероятно.

Глава 18: Хантер

Вся семья Тейлор, включая ее отца, приехали на Рождество в дом Хоуп и Джона. Хоуп не делала ничего наполовину, так что я не был удивлен двум рождественским елкам, стоящими в фойе. Отец Тейлор присвистнул. Это был его первый визит.

— Роскошно, — сказал он, глядя на люстру.

Каждый год Хоуп выбирала тематику для праздничного оформления и украшений, и в этом году это были синий и серебряный цвета, поэтому куда ни глянь были синие и серебряные украшения, ленты и банты. Еще она развесила зимние пейзажи, а Бинг Кросби¹⁷ пел на заднем плане.

Хоуп принесла горячий пунш для взрослых и не беременных, и мы все вместе расположились в официальной гостиной. Харпер колесила по кругу, осыпая всех мишурой и рассказывая, о чем она попросила Санту. В прошлом году я подарил ей розовую гитару, поэтому на этот год я приобрел новый ремешок для гитары и блестящие медиаторы. Это был не большой подарок, но родители и Мейс уже столько всего ей подарили. Не могу сказать, что она избалованна, нет, не в плохом смысле этого слова. Она получала то, что ей было необходимо, и она знала, что все мы безумно любим ее, чего я хотел и для своих детей.

Сейчас Тейлор жестикулировала и, увидев это, мое сердце забилось от радости. Каждый раз, когда я смотрел на нее, мои глаза опускались к ее животу. Обычно я ловил ее на том, что она клала руку на живот, совершенно не подозревая, что она это делает.

Утренняя тошнота постепенно проходила, мы надеялись, что она совсем исчезнет во втором триместре. Я никогда не думал, что буду так много знать о беременности, но я заучивал столько информации, сколько мог найти. Я даже стащил книги Тейлор, когда у меня был перерыв. Люди проходящие мимо кидали на меня косые взгляды, пока я читал «Чего ожидать, если вы ждете двойню». Не то, чтобы мне было до этого дело. У них же не было беременной невесты.

Тейлор была погружена в разговор с мамой и Хоуп о различных симптомах, сопутствующих беременности, а я сдерживал свое мнение по поводу этого.

Дара играла в «Колыбель для кошки»¹⁸ с Харпер и Мейсом, Джон и Джо болтали с отцом Тейлор об экономике, политике и капитализме.

Я просто сидел и наблюдал за моей семьей.

Я столько потерял, но так много приобрел. Моя жизнь могла бы быть совсем другой, если бы у моей матери не было такой сестры, как Хоуп. Я мог оказаться в приемной семье, и кто знает, где бы я сейчас был. Вероятно, не учился бы и не готовился к появлению близнецов, учась в выпускном классе колледжа. Или, может быть, так и должно было быть. Возможно, жизнь все же свела бы меня с Тейлор. Не было никакого способа узнать.

Я немного подпрыгнул, когда кто-то шлепнул меня по плечу.

— Ты какой-то задумчивый, — сказала Тейлор мне на ухо.

— Да? — сказал я, поворачиваясь и обнимая ее. На ней был серый удлиненный свитер поверх леггинсов и сапоги, а я просто хотел отвезти ее домой и раздеть. Ее сексуальное влечение было намного выше, и я определенно наслаждался преимуществами беременности.

— Да. О чем думаешь, детка? — Она положила руку на мою грудь.

— О жизни. Как все изменилось. И как хорошо все может быть. — Я улыбнулся, глядя на нее и она вздохнула.

— Теперь все хорошо, не так ли? И только подумай, в следующем году детеныши будут здесь. Ты оденешься как Санта? — Я улыбнулся ей.

— Готов поспорить, что да. Они будут слишком маленькими, чтобы понять, что происходит, но мы все равно сделаем это. — Она кивнула.

— Точно.

Мы закончили вечер совместным пением колядок и Тейлор уснула у меня на коленях. Завтра мы собирались к ее маме на Рождество, после того как откроем наши подарки дома.

— Кстати, я не купила тебе подарок в этом году. Твои подарки вот тут, — сказала Тейлор, когда мы вернулись домой, указывая на свой живот. Я наклонился и поцеловал место, на которое она указала.

— Врунишка, — сказал я, вставая и целуя ее лоб. — Но даже если бы это было правдой, то я нормально к этому отношусь. Ты уже подарила мне больше, чем я мог бы попросить. — Она фыркнула.

— Ты всегда говоришь такие милые вещи, придурок. — Я рассмеялся и аккуратно поднял ее, чтобы отнести наверх.

— С Рождеством, Мисси, — сказал я.

— С Рождеством. Последнее Рождество без криков детей. Наверное, нам стоит наслаждаться этим, но все, чего я хочу — это надеть пижаму и отключиться, пока ты поешь мне. — Я поставил ее на ноги в нашей спальне и пошел к комоду.

— Ну, я абсолютно не против этого. — Я подошел к комоду, вытащив два упакованных пакета.

— Что это? — спросила она, когда я протянул ей один из подарков. А сам разорвал другой. Я уже знал, что в нем, но в любом случае это было весело. Мне нравилось наблюдать за выражением ее лица, когда она распаковывала пижаму, которую я купил для нее. Ткань была с рисунком павлиньих перьев, а на ткани моей пижамы были нарисованы семерки. Конечно же.

Тейлор хихикнула и разделась, натягивая пижаму. Я помог ей застегнуть ее, а потом надел свою.

— Думаю, мы должны сделать это традицией. Каждый получает пижаму на Рождество, а потом мы все надеваем их и садимся в круг и поем. — Я взял за правило петь детям каждую ночь. Мы с Тейлор играли и пели вместе, и назвали это «музыкальным сексом», но это было совершенно иначе. Я думал об этом больше как о семейном музыкальном вечере.

— Мне это нравится. И еще я подумала, что мы должны давать каждому читать книгу. В Исландии существует традиция дарить друг другу книги в канун Рождества и проводить ночи за чтением. Я хочу, чтобы наши дети любили книги. — Я поправил гитарный ремень и сел рядом с ней, перебирая струны.

— Наши дети полюбят книги. Не думаю, что у них будет выбор, — сказал я. — Но мы определенно можем это добавить. Я не хочу, чтобы наши дети были тупыми. — Тейлор ударила меня по руке.

— Наши дети не будут тупыми. И даже если так, мы скажем им, что они умные. Потому что каждый по-своему умен. — У нее была очень хорошая точка зрения.

— Это правда. По крайней мере, можно быть уверенными, что они смогут петь. — У Тейлор был прекрасный голос.

— Да. Если получится, мы сможем стать новой семьей Фон Трапп. — Это заставило меня дико расхохотаться.

— Ты думаешь это смешно, но это может стать нашим билетом в будущее. Ну, вот какой смысл иметь детей, если мы не можем использовать их для заработка денег. — Она подмигнула.

— Точно. Заставь их работать, как только сможешь.

— А я о чем.

Мы спели несколько колядок, и я сделал горячий шоколад и горячие сморы¹⁹, которые Тейлор почти все съела. И я позволил ей, потому что она вынашивала наших детей.

— Надеюсь, мы не будем отстойными родителями, — сказала она, слизывая нутеллу с пальцев.

— Мы не станем отстойными родителями. А даже если и так, рядом с нами так много людей, которые смогут сказать нам, что мы отстой и выскажут свое мнение о том, как нам перестать себя так вести. — Со всеми людьми в нашем доме и нашими семьями, мы уже утопали в нежелательных советах. Я просто подумал, что мы разберемся во всем, когда дети появятся на свет. Кроме того, никто из советчиков не растил близнецов, так что, по крайней мере, у нас была причина игнорировать их.

— И, если мы все испортим, у нас будет достаточно денег, чтобы позволить себе отправить их на терапию. Мы ни в чем не проигрываем. — Она погладила себя по животу.

— Ну, ребята готовьтесь, — сказала она им.

* * *

Мне нравилось думать, что я мастер дарить Тейлор подарки. Это всегда были материальные вещи, и я всегда старался сделать так, чтобы это был сюрприз.

В этом году моя девушка перещеголяла меня.

— Тебе нравится? — спросила она, скручивая пальцы, когда мы сидели на полу гостиной рядом с искусственной елью.

Я открывал рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но ничего не выходило. Я просто сидел на месте, глядя на красивые серебряные часы. На оборотной стороне было выгравировано «Хантеру от Тейлор и детенышей. Мы любим тебя больше всех на свете».

На лицевой стороне в одной части расположен циферблат, а с другой стороны изображение УЗИ с двумя обведенными в кружок младенцами.

— О, Тейлор, — сказал я, мой голос сорвался. Одной рукой я вытирал глаза, а в другой держал часы.

— Я где-то прочитала, что часы — это традиционный подарок, так что я подумала, что это будет мило. И кто, черт возьми, носит обычные часы в наше время? Эти показались мне намного круче. Но, если тебе не нравится, я могу поменять их или еще что-то. — Она несла какой-то вздор, пока я пытался собраться с мыслями. Наконец я посмотрел на нее, игнорируя слезы. Они продолжали литься, и я не мог остановить их.

— Они прекрасны. Мне очень нравится, — сказал я, наклоняясь к ней для поцелуя. Я сжал ее в крепких объятиях.

— Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной, Тейлор Элизабет Колдвелл. Ни на секунду не сомневайся в этом. — Она с облегчением вздохнула.

— О, хорошо. Я немного сомневалась. Я думала может это немного глупо... — Я заставил ее замолчать поцелуем.

— Это идеально, — сказал я, прислоняясь лбом к ее лбу. — Идеально. И ты идеальна. — Она фыркнула.

— Я знаю, это не так, но кто я такая, чтобы спорить с тобой?

Потом она открыла мой подарок, который тоже заставил ее расплакаться.

— Оно прекрасно. — Она осторожно вытащила ожерелье из красной бархатной коробочки.

— Этот кельтский узел символизирует материнство, — сказал я, пока она рассматривала его. Серебро переплеталось, превращаясь в несколько сердец с бриллиантом в середине. После рождения близнецов я планировал добавить к камню Тейлор еще несколько. Одно можно сказать точно, рождение детей будет отличным поводом покупать Тейлор подарки.

— Оно бесподобно, Хантер. — Она повернулась и подняла волосы, чтобы я мог застегнуть его на ее шее. Оно легло чуть ниже ключицы. Идеально. Она погладила пальцами серебро.

— Мне очень нравится, спасибо тебе. — Она поцеловала меня, а потом мы пошли одеваться, чтобы отправиться в Вотервилль.

Тейлор

Рождество с родителями и Тони началось тихо и спокойно. У нас был традиционный рождественский обед, состоящий из запеканки, бекона, круассанов и фруктов. Только я пропустила бекон. А остальные еще выпили по чашечке кофе. Я была готова заколоть любого ножом, ради глоточка кофе. Все это время, у мамы играло радио, круглосуточно крутившее рождественские песни. Это было гораздо менее грандиозно, чем у Хоуп и Джона, но более комфортно, потому что каждый год ничего не менялось. Даже папа казался более расслабленным, несмотря на то что Тони время от времени бросала на него подозрительные взгляды.

Мама поставила искусственную ель, украсив ее уродливыми украшениями, которые мы с Тони смастерили еще в начальной школе, а она отказывалась их выбрасывать.

— Мам с этого уже буквально осыпаются макароны, — сказала я, указывая на то, что походило на изображение животного? Вроде бы? В общем что-то вроде того.

— Ни за что, детка. Ты сделала его для меня с любовью и я всю жизнь буду его хранить, — сказала она, встав между мной и украшением. Мне хотелось поспорить.

После ужина мы обменялись подарками, включая те, что Хантер приготовил для моих мамы и папы. Я говорила ему, что не стоит этого делать, что я уже купила браслет для мамы и набор книг для папы, но он отнекивался.

— Спасибо, Хантер, это так мило, — сказала мама о вазе, которую она развернула, а затем и папа оказался в восторге от бритвенного набора.

— Подлиза, — пробормотала я под нос, а Хантер просто самодовольно усмехнулся. Он пытался понравиться моим родителям больше, чем мне, и это сработало.

— Ну, я знаю, что еще рано, но я не смог устоять, — сказал папа, передавая мне пакет. — Это для них. — Мне не нужно было спрашивать, кто эти «они».

Я открыла коробку, в которой было два комбинезона с надписью спереди «Мой дедуля любит меня».

— О, папа. Ты такой чудик. — Я встала и обняла его.

— Ничего не могу с собой поделать.

Но потом Тони подарила мне подарок, который она назвала «после детского набора», который включал бутылку текилы, кофе, членство в компании, которая каждый месяц отправляла вам разные виды сыра и коробку тампонов. Мама разозлилась на нее из-за подарка, но я была в восторге. Даже если искушение выпить текилу было чем-то, с чем мне приходилось активно бороться.

— Ты можешь принять что-нибудь всерьез? — сказала мама Тони.

— Мама, все в порядке. Это просто шутка, успокойся, — сказала я, становясь миротворцем между ними. Тони встала с дивана и я последовала за ней.

— Ты в порядке? — спросила я. Она убежала в свою комнату. Мама держала наши комнаты в том же состоянии, какими они были с тех пор, как мы жили здесь, так что постеры Тони все еще были здесь. Она закатила глаза, когда легла на кровать

— Да, в порядке. А что? — Она закрыла лицо рукой. Ее голос был тихим. Ага. Определенно что-то случилось.

— Расскажи мне. Знаю, я младше, но я могла бы дать тебе совет. Или просто выслушать. — Я толкнула ее ногу, и она открыла лицо.

— Я думаю... — сказала она, побледнев и тяжело дыша. — Думаю, мне нравятся девушки.

Я открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но ничего не выходило. Мне нужно было поторопиться, чтобы она не подумала, что я расстроилась.

— Да? — спросила я.

— Да.

— Хорошо, — сказала я, надеясь, что она скажет мне, что привело ее к этому конкретному выводу. Это было, мягко говоря, шокирующе. Я никогда не слышала, чтобы она говорила или делала что-то, что указывало бы на ее чувства по этому поводу, но что, черт возьми, я понимала?

— Я все еще ошарашена. — Я могу себе это представить. Ее руки дрожали, когда она смотрела на них.

— Тони, ты можешь поговорить со мной. О чем угодно. Особенно о том, что сковывает тебя изнутри. Пожалуйста, поговори со мной, — сказала я, сжимая ее ногу.

Она еще раз вздохнула.

— Ну. Наверное, я просто... не знаю. Я подписалась на один из этих дурацких сайтов знакомств. Не из тех хороших, за которые приходится платить. А один из бесплатных. Так что я сразу начала получать фото членов и сообщения от всяких придурков. Я просто села и подумала: «Боже, я бы предпочла съесть стакан, чем пойти на свидание с парнем», а затем, я не знаю. Как будто прорвало дамбу, и все эти мысли и вопросы начали крутиться в моей голове. Мне никогда не нравилось быть с парнем. Может, это слишком, плевать. — Между нами не было ничего подобного. Она получала письма и смс со всеми моими ужасными подробностями беременности.

— Я не нахожу пенисы возбуждающими. То есть, мне это совсем не нравится. Я смотрю на один и фу. — Она вздрогнула, и я засмеялась. Я ничего не могла с собой поделать.

— Итак, тебе нравятся девушки, — сказала я.

— Думаю да? — Она издала рычащий звук и закрыла лицо руками. Я встала и обняла ее.

— Эй. Я просто хотела сказать, что люблю тебя, и что бы ты ни решила, я здесь ради тебя. — Она прижалась ко мне, обнимая меня.

— Спасибо. Я знала, что ты не осудишь, но это было безумно страшно. — Это было заметно, она все еще дрожала.

— Ну, это отменяет мой совет по свиданиям, — сказала я, подталкивая ее, чтобы мы могли сидеть на кровати вместе.

— Совсем чуть-чуть, — сказала она, рассмеявшись.

— Ладно, и какие девушки тебе нравятся?

* * *

Хантер нашел нас почти час спустя. Мы просматривали фотографии девушек на моем телефоне, чтобы составить список тех, кого Тони считает привлекательными, чтобы она могла понять, какие девушки ей нравятся.

— Она горячая, — сказал он, наклонившись через плечо и указывая на фотографию Натали Дормер.

— Разумеется, — сказала я. Тони схватила мой телефон и выключила экран.

— Не лезь не в свое дело, Заккаделли, — огрызнулась она, кинув мне телефон и выйдя из комнаты.

— Вау, что это было? — сказал Хантер, присаживаясь рядом со мной.

— Девчачьи дела, — сказала я ему. Это был секрет Тони, и я бы умерла, прежде чем открыть его кому-то, если бы она того не хотела.

— Хм, ага, — сказал Хантер, одаривая меня не верящим взглядом.

— Дай мне секунду, — сказала я, выходя из комнаты, чтобы найти Тони. Я нашла ее, когда она усаживала наших родителей в гостиной.

— Мам. Пап. — Что она делает?

Хантер стоял позади меня.

— Что происходит? — прошептал он и я зашипела на него

— Что такое? Ты потеряла работу? Рак? Это рак? — спросила мама, сжимая руки вместе и задыхаясь.

— Давай просто выслушаем ее, прежде чем впадать в панику, — сказал отец.

— Нет, я не потеряла работу, и нет, это не рак. Хотя, кажется, я подхватила тяжелую форму гомосексуализма. — Я прикрыла рот рукой, чтобы приглушить фырканье.

— Что ты подхватила? — спросила смущенно мама.

— Она сказала, что подхватила гомосексуализм? — спросил Хантер, пока я пыталась подавить смех. Чего не было у Тони, так это тактичности.

— Ты лесбиянка. Ты это пытаешься нам сказать? — спросил отец. Тони кивнула.

— Ох, спасибо, Господи, — сказала мама, держась за сердце, а потом встала и обняла Тони. — Я думала, это что-то серьезное! Не делай больше так, никогда, Тони Николь! — Я не выдержала, согнулась пополам и рассмеялась до слез.

Папа тоже обнял ее, а затем и Хантер.

— Ну вот, теперь у нас есть кое-что общее, — сказал Хантер, обнимая ее, а потом стукнулись кулаками.

Я думаю, она предполагала, что это будет хуже, чем оказалось на самом деле. Мои родители были довольно терпимыми ко всему, кроме плохих оценок и плохих романтических решений.

— Знаешь, я всегда сомневалась, — сказала мама позже, когда мы сидели на диване.

— Правда? Почему же ты ничего не сказала? — спросила Тони, вскинув руки. — Ты могла спасти меня от всех этих лет замешательства.

— Я не знала наверняка, потому ничего и не сказала!

В общем, Рождество в этом году было совсем не скучным.

* * *

— Я ненавижу, что все вы веселитесь, а я должна сидеть здесь с этим глупым яблочным сидром, — сказала я, глядя в мой стакан «беременного шампанского», как все его называли.

Был Новый год, у меня было милое платье и девочки завили мои волосы, но я все еще была немного расстроена из-за отсутствия алкоголя.

— О, это будет хороший год, — сказал Хантер, целуя меня в щеку. В знак солидарности он тоже не пил. Я сказала ему, что он не должен, но он сказал, что любит меня и не хочет, чтобы я потом упрекала его этим в наших спорах. В его словах был смысл, так что я перестала настаивать.

— Еще бы, в этом году мне придется вытолкнуть из своего тела двоих, — сказала я и он нахмурился.

— Это будет замечательно. — Да. Как только снег растаял и снаружи потеплело, мы приступили к пристройке к дому. После встречи с подрядчиком Хантер решил расширить все три этажа, поэтому мы добавили еще две спальни и расширили кухню на первом этаже, а также гостиную. Одна часть должна была превратиться в библиотеку моей мечты и ребята собирались расширить свою игровую зону, что, безусловно, было хорошей идеей, потому что обычно они сидели один на одном, собираясь вместе.

Мой суперсекретный план также двигался полным ходом, и у меня была запланирована поездка с Хоуп сразу после моего второго ультразвука. Я наконец-то раскрыла секрет Даре и Рене, и они были в восторге от участия в генеральном планировании. Кроме того, было легче сделать что-то, потому что мы просто назвали это «время девочек» и позволили Хантеру потусоваться с Мэйсом, Дасти и Полом. Мы оба пытались провести как можно больше времени с друзьями до июля.

Не то, чтобы наши жизни внезапно закончатся.

Просто изменятся.

* * *

Тони позвонила мне незадолго до полуночи и сказала, что она в баре и ищет девушку для поцелуя. Думаю, она полностью приняла свою сексуальную ориентацию. Я просто рассмеялась и попросила ее убедиться, что та, кого она поцелует, не была традиционной ориентации и/или в отношениях.

— Спасибо, детка, — крикнула она в трубку прежде, чем отключиться.

Мы все отсчитывали секунды до Нового Года и целовались, когда шар опустился на Таймс-Сквер.

— Счастливого Нового Года, Мисси. Счастливого Нового Года, Детеныши, — сказал Хантер, поглаживая мой живот

— Счастливого Нового Года, будущий папочка.

* * *

Остаток зимних каникул я провела в клинике, спя и работая сверхурочно. Мэл нашла много работы, которая позволила мне встать на ноги, за что я была благодарна.

— Мои глупые лодыжки уже начинают отекать, — сказала я, однажды ночью держа одну ногу и надув губы.

— О, я тоже через это проходила. Люди говорят, что беременность прекрасна, но большинство из этого совсем не так. — Мы обе рассмеялись, и она спросила меня, готова ли я провести еще несколько часов на телефоне. Я покачала головой.

— Не думаю. Я очень эмоциональна и не думаю, что это будет хорошо для кое-кого. — Она сказала, что понимает, но я все еще чувствую себя виноватой.

Я никому не говорила, но начала переоценивать свое желание работать в таком кризисном центре, как этот. Я так долго хотела это сделать, но не была уверена, что готова справиться с таким стрессом и ответственностью. Я не знала, смогу ли я возвращаться домой с работы и оставлять все это, чтобы сосредоточиться на своей семье.

В следующую среду у меня был небольшой переполох, и я снова села поговорить с Мэл. Я только что постирала пожертвованную одежду, когда она пришла ко мне. Мое сердце сжалось, я не могла перевести дыхание и думала, что умру. Я должна была сесть прямо на пол и сказать себе, что я в порядке и нужно было просто успокоиться. Я не была уверена, что привело к этому. Может быть, мысли обо всей стирке в моем будущем.

— О, я помню приступ тревоги в конце моего последнего года, Тейлор. Я думаю, что каждый ставит под сомнение все свои жизненные решения в тот момент. — Я кивнула головой.

— Все, что я могла бы предложить — назначить встречу с твоим научным руководителем. — Это было что-то, о чем я даже не подумала. — У них может быть лучший совет. Но, как бы то ни было, Тейлор, я думаю, ты сможешь это сделать. Я думаю, что у тебя есть страсть и стремление быть действительно хорошей. Но если ты решишь, что это не для тебя, лучше выяснить это раньше, чем позже. — Все это имело смысл, поэтому я отправила письмо своему научному руководителю по электронной почте и попросила о встрече, когда начнется следующий семестр. Мне также нужно было поговорить об изменении моего расписания и переносе даты выпуска.

Я старалась не расстраиваться, но иногда мне становилось грустно. Хорошо, что мои друзья всегда были рядом, чтобы напомнить мне, что эта часть моей жизни была временной, и через несколько лет ничего из этого не будет иметь значения.

Они, как всегда, находили положительные стороны.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову, когда Хантер сказал, что собирается бросить «Стейнерс». Внезапно мне пришлось говорить ни с кем-то посторонним. Мне пришлось усадить его и сказать, что я не хочу, чтобы он это делал.

— Ты любишь петь с ними, и у тебя это хорошо получается. Я не хочу, чтобы ты все бросал, потому что ты думаешь, что я этого хочу. — Он пытался убедить меня, что должен, но я заняла твердую позицию.

— Единственная причина, по которой ты должен уйти, если это не делает тебя счастливым. Мы оба знаем, что это так. Я вижу, как ты светишься, когда ты на сцене. Так что заткнись и потри мне ноги. — Он закатил глаза, но уступил. Это было одно из преимуществ беременности. Мне могло сойти с рук что угодно. Не то, чтобы я использовала это в своих интересах. Много раз.

* * *

У меня была вторая встреча с доктором Говард, на этот раз без ультразвука. Просто осмотр, чтобы убедиться, что все идет хорошо. Мы не узнаем, кто у нас будет до 20 недель, что случится примерно через месяц.

— Вы не нашли там еще одного человека? — спросила я доктора Говард.

— Я так не думаю, но никогда не знаешь наверняка. — Она слушала мой живот прибором, называемым допплерометром, а затем сказала мне, что было всего два сердцебиения.

В Желтом доме уже принимали ставки на то, кто у нас будет, и это было довольно ожесточенно. Дара даже сделала диаграмму на специальной доске, которую она купила, и нарисовала на ней маленьких детей. Это было ужасно мило. До сих пор Дара, Дасти, Пол и Хантер болели за одного мальчика и одну девочку. Рене, и мы с Джошем болели за двух девочек. Мэйс был одиноким несогласным ставя на двух мальчиков. Они даже проголосовали на: мой срок, вес каждого ребенка и их рост. У нас был небольшой уголок для ставок на детенышей, но всем было так весело, что я не могла дождаться, чтобы узнать, кто будет.

* * *

Мы все начали второй семестр в конце января, и Хантер был готов к окончанию, также как Дара, Пол и Рене. Им нравилось подшучивать над тем, что они закончат колледж раньше меня, но потом я напомнила им, что все они хотели получить ученые степени, так что они не покинут колледж в ближайшее время.

— Мы какая-то кучка ботаников, — сказал Хантер.

— Ботаники зарабатывают больше денег, — отметил Мейс.

Это верно.

Бедным Джос и Дасти было, по крайней мере, еще два года до окончания, и они всегда ворчали, когда кто-то говорил о выпускном.

Было странно, потому что мы близились к завершению. Казалось нереальным, что все останутся в Желтом доме до следующей осени. Университет штата Мэн не всем предлагал программу аспирантуры, поэтому нам придется расстаться.

Я старалась не думать об этом, но я застала Дару и Мейса, напряженно беседующими на кухне, когда никого не было дома.

— Вау, я что-то пропустила? — спросила я.

— Ничего, — сказали они оба совершенно неубедительным тоном.

— Хорошо, я даже не буду притворяться, что верю вам. В чем дело? — Я села, и они посмотрели друг друга одним из тех взглядов, каким смотрят пары, которые были вместе некоторое время, когда общаются без слов.

— Я поступил в юридический колледж. В Портленде. — Я знала, что он подал заявку. Он получал степень бакалавра в области международных отношений, чтобы в конечном счете быть юристом, специализирующимся на иммиграции.

— Поздравляю! — сказала я, хотя мое сердце болело.

— Если бы я мог остаться здесь, я бы остался. — Я отмахнулась.

— Мэйс. Я не собираюсь заставлять тебя бросать юридическую школу, чтобы ты мог сидеть дома и нянчиться со мной. Это просто смешно. И что ты собираешься делать, дорогая? — спросила я у Дары.

— Я поступила в Университет Южного Миссисипи в магистратуру по бухгалтерии, — сказала она пожимая плечами. Словно это было не так уж важно.

— Дара! Это потрясающе! И совершенно идеально, потому что ты можешь переехать в Портленд. Я немного завидую тебе. — Я действительно была счастлива за них. Я видела, как они оба вздохнули с облегчением.

— Мы не собираемся уезжать, пока не родятся дети, не волнуйся, — сказала Дара с улыбкой.

— Я знаю. И очень взволнована. Мы все когда-нибудь повзрослеем. — Они оба обняли меня, и я пообещала, что никому не скажу. Они сделали объявление за ужином, и Рене заплакала. Конечно же. Но потом она объявила, что поступила на магистерскую программу в Университет Мейна. Пол тоже собирался получить степень магистра, так что они остаются. Слава Богу. Еще не все покидали гнездо.

* * *

Наступил День Святого Валентина, а с ним и первый ультразвук, на котором мы вероятно могли узнать пол наших детей. Я была на двадцатой неделе и умирала от любопытства.

— Я знаю, что сделал ставку, но мне действительно все равно, — сказал Хантер. — И эй, мы могли бы остановиться на двух детях, так что кто знает? — Он действительно был прав.

Доктор Говард проделала манипуляции гелем.

— Вы готовы? — У Хантера был наготове телефон, чтобы отправить групповое сообщение, как только мы все узнаем. Все, кто проиграл пари, должны были пригласить победителей на ужин.

— Хорошо, теперь, если детки перестанут двигаться на секунду... — дети были очень активны в последнее время. Первое мгновение, когда я почувствовала, что они двигаются, было абсолютно сюрреалистичным. Я крикнула Хантеру, и он подбежал, чтобы положить обе руки мне на живот. Он плакал, когда, наконец, почувствовал этот маленький трепет в первый раз, и, конечно, это заставило меня плакать. Мы были вне себя. С тех пор все хотели положить руки на мой живот, особенно Рене, и я хотела повесить табличку с надписью «Не трогать».

— Хотите узнать пол? — Мы оба кивнули.

— Похоже первый малыш — это девочка. — Небольшой крик вырвался у меня изо рта, и Хантер поднял кулак в воздух.

— У нас есть как минимум один! — Доктор Говард рассмеялась, когда указала на часть девочки, а затем перешла ко второму ребенку.

— Я не знаю, кто на что ставил, но второй мальчик. — Хантер вскочил со стула и пробежал по комнате в победном танце, прежде чем я сказала ему перестать злорадствовать.

— 1:1, — сказала я. Теперь мы можем выбрать имена и начать готовить их комнаты. Я не хотела, чтобы для мальчика было все синее, а для девочки розовое, потому что это было просто глупо. Хантер и я решили сделать все по теме сборника рассказов, и друг Саммер согласился сделать фреску для нас бесплатно, если мы купим краску.

Хантер написал групповое сообщение и его телефон разрывался, пока доктор Говард вытирала гель с моего живота.

— Что ж, один-один, — сказала я, целуя Хантера. — Теперь мы квиты.

— Это ты так думаешь. Я собираюсь перетянуть их обоих на свою сторону и тогда ты будешь злобной мамашей, которая не веселится, — сказал он, когда мы вышли. Я рассмеялась.

— Это ты так думаешь, но я буду внушать им страх Божий одним взглядом. Я практиковалась. — Это была разновидности взгляда стервозной суки, я была почти уверена в этом.

Хантер притворился, что съеживается.

— Ох, ужасно. А теперь скажи, что отправишь меня в мою комнату без ужина. — Я просто медленно сузила глаза.

— Теперь это просто ужасно.

Глава 19: Хантер

— Итак, ты против имени Хантер младший, — сказал я, когда мы с Тейлор лежали на кровати той ночью. Теперь, когда мы знали пол наших детей, можно было наконец-то говорить об именах. Я достал несколько книг, а Тейлор открыла несколько сайтов на ноутбуке.

Дать имена детям не так уж просто. Мы уже начали выбирать имена и проверять сможем ли мы свести к минимуму обидные прозвища, которые могут придумывать им другие дети.

— Мы не будем использовать нашего сына, чтобы потешить твое самолюбие, — сказала она, вычеркивая его из списка, который я составлял.

— Но, тогда второго ребенка мы можем назвать Тейлор младшая? — Она покачала головой.

— Тогда мы не сможем называть их первым именем, и придется использовать второе, а это глупо. — Я просто шутил насчет имен. Просто мне еще не попалось такого, от чего бы я был в восторге.

— Что ты думаешь насчет того, чтобы подождать пока они не родятся? Мне всегда казалось глупым, что люди дают имена своим детям до их рождения. Имя ведь может не подойти. — Тейлор покусывала ручку и раздумывала над этим.

— Ты прав. Так что, возможно, нам стоит составить окончательный список имен, а потом, когда они родятся, мы сможем подобрать детям подходящее имя. — Превосходно.

— О, а как насчет второго имени, да или нет? — Она кивнула.

— Насчет второго имени я определенно согласна. Поскольку они будут бояться, когда услышат свое полное имя, когда ты будешь ругать их. — Я указал в ее сторону ручкой.

— Верно подмечено. Мы должны пользоваться любым преимуществом.

Мы не спали несколько часов, просматривая бесчисленные списки имен.

— Вероятно, нам стоит посмотреть и значения имен. Мы же не хотим называть нашего ребенка чем-то, что действительно означает мудак на шведском языке или что-то в этом роде, — сказала Тейлор.

— Да, определенно, мы не должны называть нашего ребенка мудаком. — Я записал это, а потом вычеркнул. Она швырнула в меня ручку, а потом мы катались по детским книжкам, раздевались и забыли на какое-то время обо всех именах, кроме наших собственных.

Тейлор немного стеснялась своего тела, но я сделал все, что мог, чтобы убедить ее, что она все такая же красивая. Чем больше она становилась, тем больше я восхищался ее телом и ее способностью поддерживать не только ее жизнь, но и жизнь наших детей, которых мы теперь называли детеныш мальчик и детеныш девочка.

Я мог часами смотреть на ее живот и прижимать руку, чтобы почувствовать, как они двигаются.

— Это действительно жутко, если подумать об этом. Они как паразиты. Сладкие паразиты, которых мы любим и защищаем, — сказала она. — Но, если кто-то попытается причинить им вред, я даже не знаю, что сделаю. Я никогда ничего такого не чувствовала. Кроме, может быть, по отношению к тебе.

Я был с ней полностью согласен. Ночью, когда я просыпался от очередного кошмара, я представлял, что это они возвращают меня к жизни. Моя маленькая девочка, такая же дерзкая как Тейлор, и мой маленький мальчик, очень активный во всем. Или может быть наш мальчик будет дерзким, а девочка очень активной. Неважно.

Весна, как всегда, была хаосом, но на этот раз все было совсем по-другому. Я разрывался между моей беременной невестой, учебой, присмотром за стройкой в доме, «Стейнерс» и сном.

Тейлор постоянно напоминала мне, что нужно притормозить и время от времени отдыхать. Однажды вечером, когда я зубрил домашнюю работу, она подошла ко мне с холодным пивом и молча протянула его мне.

— О, как ты узнала, что мне нужно именно это? — Она села рядом со мной, положив руку на живот. Теперь она часто так делала, иногда поглаживала, словно успокаивая наших детей.

— Потому что я экстрасенс, — сказала она, постучав себя по лбу. — Думаю тебе стоит поехать с Мейсом, Полом и Дасти и устроить мальчишник. — Я открыл было рот, чтобы сказать ей, что это было ужасной идеей, но она подняла руку останавливая меня.

— Ты так много для меня сделал. Я была занозой в заднице и хочу сделать кое-что для тебя. Итак, я забронировала отель в Портленде, и ты уезжаешь. Гуляй, развлекайся или оставайся дома и смотри порно. Мне все равно. Просто хорошо проведи время. Девочки останутся здесь, чтобы позаботиться обо мне. Рене уже было поручено отправлять тебе последние новости. — Она отвергла все мои возражения еще до того, как я смог их высказать.

— Так вот чем ты занималась. — Она скрестила руки. С ней невозможно было бороться.

— Ладно, ладно. Но я хочу не просто одну смс-ку в день. Хотя бы несколько. И еще одну ночью. — Она закатила глаза, но со смехом согласилась. Ее беременность была более рискованной из-за близнецов, и была возможность ранних родов. Мне не хотелось оставлять ее, но она была права. Чем дольше я ждал, тем труднее было бы вообще уехать.

Мне нужно было немного времени, и я знал, что ребятам тоже. К тому же, Мейс хотел выбрать место, куда он поедет в следующем году.

Когда я рассказал им, что происходит, никто из ребят не удивился. Я был немного зол, что узнал об этом последним, но смирился с этим, собрал сумку, поцеловал мою девочку, поцеловал моих детей и направился к двери.

* * *

— За выпускной год, детей и хорошие времена, — сказал Мейс, когда мы подняли бокалы, сидя в небольшой таверне, которую мы нашли в Старом порту. Дасти немного расстроился из-за того, что не может выпить пива, но остальные попробовали пиво из бочки собственного производства.

— Черт, как вкусно, — сказал я после первого же глотка пенного напитка. — Нам нужно сделать бар в подвале.

— Неплохая мысль, — сказал Мейс. — Тогда у тебя будет, что выпить, когда пожелаешь. — Дасти и Пол кивнули.

— Ага, но мне не нужен бар, когда моим детям негде спать. — Мейс фыркнул.

— Хорошее замечание. Так ты радуешься отцовству? — Было немного странно быть единственным из моих друзей, кто был в моем положении, но что-то подсказывало мне, что по крайней мере один или двое из них очень скоро пойдут по моим стопам.

И тогда у кого они будут спрашивать совета? Я стану Йодой в плане воспитания.

— Да, чувак. Я невероятно рад. Иногда мне кажется, что я вот-вот взорвусь. — Они все покачали головами.

— Тем лучше для тебя, — произнес Пол. — Не думаю, что Рене в ближайшее время согласится на детей. Или вообще никогда. — Понимаю. Рене достаточно нанянчилась своих братьев и сестер, так что я не удивлен, что она не хочет детей.

Мы поговорили о работе, колледже, наших девочках, и я впервые за несколько недель почувствовал себя по-настоящему расслабленным. Конечно, я скучал по Тейлор, но было приятно немного побыть вне дома с парнями.

После того, как мы поели и выпили, мы пошли прогуляться, а потом зашли выпить в другой бар, прежде чем заселиться в гостиницу.

Верная своему слову, Рене прислала мне новости о Тейлор. У нее все было хорошо, она смотрела фильмы и объедалась с девочками. Рене прислала мне фотографию Тейлор с миской мороженого на животе, и я улыбнулся. Я был рад, что ей тоже весело.

На следующий день мы пошли в боулинг. Заккаделли\Мейсон против Шарп\Бэкли. Мы с Мейсом победили Пола и Дасти. Это несколько сбило их с толку, но они были хорошими спортсменами и проиграли достойно. Или, по крайней мере, они не сильно жаловались. А затем мы снова посетили пивоварню и немного напились, слушая ужасную группу в другом баре.

«Тебе лучше быть трезвым, когда вернешься домой», — предупреждала Тейлор, а я только рассмеялся.

— Нужно повторить это на твоем мальчишнике, — сказал Дасти, когда следующим утром мы возвращались домой. Я зевнул и кивнул. Мы все втиснулись в его Гольф, так как это был единственный автомобиль, который мог вместить всех нас и был на ходу. Дасти делал все медленно, только благодаря этому мы не отключились. Мы с Мейсом занимали большую часть заднего сиденья, которое было не слишком просторным.

— Было бы круто, только я до сих пор не знаю, когда женюсь. Может быть, когда родятся близнецы. Я уверен, что Тейлор не захочет надевать свадебное платье с животом и чтобы это было видно на наших свадебных фотографиях. — Определенно нет. Я мог хоть до посинения говорить ей, что она не толстая, но она все равно критиковала то, что видела в зеркале.

— У нас с Дарой это может случиться раньше, чем у тебя, — сказал Мейс и я развернулся, чтобы посмотреть на него.

— Почему я слышу об этом впервые? — сказал я и он покраснел.

— Дааааа, эм, я вроде как выбрал кольцо.

— Что за черт, чувак? — Пол и Дасти начали смеяться над моей злостью.

— Когда ты решил сделать предложение? — Он пожал плечами. Мейс такой расслабленный во всем.

— Честно? Спустя две секунды после знакомства с ней, но подумал, что неплохо было бы немного подождать. — Это было правдой. Мейс и Дара поладили с первого же дня.

— Когда мы вернемся, я хочу посмотреть. И лучше бы тебе не делать предложение лучше, чем это сделал я. Девушки сравнивают такие вещи. — Я был доволен тем, как я сделал предложение, но, если Мейс превзойдет меня, я разозлюсь. Хотя мы с Мейсом всегда соперничали.

— Ты переплюнешь меня в детях. Уверен, у нас с Дарой в будущем не будет близнецов. Если только у нас обоих нет гена, чтобы зачать близнецов. — Это было безумием. С таким количеством внуков Хоуп потеряет рассудок.

— Что насчет тебя, Пол? Есть планы сделать предложение. — Он фыркнул и покачал головой.

— Рене не поклонница браков. Поэтому я думаю, что мы просто будем вместе, и, может быть, когда нам будет пятьдесят, мы отправимся в Вегас на выходные. — Когда он упомянул о побеге в Вегас, у меня внутри все сжалось.

— Так и не женись. Тебе и не нужно, — сказал я.

— Точно. Я имею в виду, моя мама хотела бы этого, но у нее нет права голоса. Мой приоритет — Рене. — Внимание обратилось к Дасти, и он просто улыбнулся и покачал головой.

— Чувак, мой дом только что сгорел. Я едва могу позволить себе нижнее белье, не говоря уже о кольце. И я уверен, что Рене убьет меня, если я сделаю предложение. Кроме того, я чувствую, что мы даже близко не готовы к этому. Без обид, но, черт возьми, мысль о браке и детях пугает меня до чертиков. — Он рассмеялся, и я не мог его за это винить.

— Они и меня пугают до усрачки, а через несколько месяцев у меня родятся близнецы.

Тейлор

Как только Хантер уехал с мальчиками, Дара, Рене, Джос и я начали действовать. Они скакали, а я ковыляла за ними. Хотя до свадьбы было еще несколько месяцев, я была уверенна, что успею сделать все вовремя. Платью может потребоваться переделка, а на это потребуется время. Я ничего не оставляла на волю случая.

Мама, Тони, Хоуп и Харпер встретили нас в бутике, чтобы вставить свои пять копеек. У меня была целая свита.

— Я выгляжу толстой, — сказала я, надув губы перед зеркалом.

— Ты не толстая, — сказали хором Дара, Рене, Джос, Меган, Тони, Хоуп и мама.

— Ты выглядишь прелестно, Тейлор, — сказала Харпер, показывая мне большой палец.

Но все, что я видела в зеркале был живот. Поскольку до того, как надеть платье еще семь месяцев я взяла с собой накладной живот, чтобы добавить его к тому, что уже есть, и я могла правильно подогнать размер.

— Итак, как насчет этого? — спросила Стейси, мой консультант.

— Да, я чувствую, что это не то. — Мне было стыдно за свою разборчивость, но это была ее работа, и я была уверена, что ей хорошо за нее платят.

Она помогла мне вернуться в раздевалку. Это было уже третье платье, которое я примеряла, и до сих пор я не могла выбрать то самое. К сожалению, мои возможности как беременной невесты были немного ограничены. Не то чтобы до этого меня действительно волновало, какое платье я надену. Я знала, что некоторые девушки планировали свои свадьбы, когда им было пять, но я никогда не планировала. Так что теперь я совершенно потерялась и понятия не имела, чего хочу.

— Не расстраивайтесь. Нам еще многое нужно примерить, — сказала Стейси. Она была в приподнятом настроении, и от этого становилось только хуже.

Стейси помогла мне снять предыдущее платье и схватила следующее. У этого были кружевные рукава сверху, а затем небольшой бантик, перетекающий в мягкий фатин. Мне нравился цвет слоновой кости. Я не хотела сияющее белое платье, и не из-за всей этой белоснежной чистоты. Мне это просто не шло.

— О, — сказала я, когда Стейси расправила юбку и закончила дергать то там, то здесь.

— Я не похожа на ходячий живот, — сказала я, совершенно пораженная.

— Оно правда великолепно. — Ей платили за то, чтобы она это говорила, но я видела, что она говорит серьезно. — Хочешь показаться? — Я кивнула.

Оно мне очень понравилось, но я хотела посмотреть, что думают все остальные. Это платье определенно не было тем, что я бы изначально выбрала, но чем дольше я его носила, тем больше мне оно нравилось.

Как только я завернула за угол, моя маленькая свита ахнула. Мама закрыла рот обеими руками, и на глазах у нее выступили слезы.

— Прекрати, — сказал я, указывая на нее. Теперь я задыхалась.

— Оно такое красивое, Тей, — сказала Дара.

— Оно идеальное, — добавила Рене. Джос поднял большой палец и послала мне воздушный поцелуй, в то время как Меган рыдала в салфетку. Тони, Хоуп и мама вцепились друг в друга. Харпер радостно захлопала в ладоши. Все это было очень драматично и в то же время замечательно.

Я посмотрела на себя в зеркало и покрутилась.

Идеально. Оно идеальное. Все еще было видно, что я беременная, но беременная в красивом платье.

— А теперь мы «поднимем цену» как говорят в нашем бизнесе, — сказала Стейси, убирая мои волосы назад и скручивая их в свободный пучок. Потом она добавила вуаль. Мне не хотелось закрывать лицо, но я хотела, чтобы что-то было.

Она накинула вуаль мне на плечи, и я потеряла самообладание. Я хотела обвинить гормоны, но это было не то.

— Судя по реакции, нам нравится это, — сказала Стейси, раздавая салфетки.

— Это еще мягко сказано, — сказала мама, вытирая глаза и сморкаясь. — Малышка, ты такая красивая, и я так тобой горжусь. — От этого я заплакала еще сильнее. Я терла и терла глаза, чтобы не капнуть на платье.

— Хантер наложит в штаны, — сказала Тони, и мама даже не стала упрекать ее за публичное ругательство.

Мы все рассмеялись, а потом все немного успокоилось.

— Хочешь еще примерить, или это оно? — спросила Стейси.

— Это оно, — сказала я. — Это определенно оно.

* * *

С надежно упакованным в сумку для одежды платьем, пришло время найти платья для моих подружек невесты, свидетельниц, Хоуп и мамы. Платье Харпер было сделано на заказ и придет через неделю или около того. Хоуп удалось найти его на «Etsy»²⁰, а я просто в него влюбилась. День был долгим, и я с облегчением расслабилась и позволила им заниматься своими делами, наблюдая за Харпер, которая пыталась потрогать все платья в магазине.

Что касается цветов, мне бы хотелось сочетание цветов павлиньего пера. Ну, а какие у меня еще были варианты?

Мама нашла потрясающее голубое кружевное платье, которое делало ее похожей на мою старшую сестру, а Тони нашла оливково-зеленое шелковое платье, от которого ее кожа светилась. Джос, Рене, Меган и Дара нашли платья разных стилей, все в разных оттенках синего от светлого до бирюзового. Платье Хоуп было невероятного оттенка синего шелка, почти фиолетового. У меня заболела голова от того, как великолепно она выглядела.

Все они стояли напротив меня.

— Мама, ты принцесса, — сказала Харпер, и Хоуп покраснела.

— Спасибо, милая.

— Вау. Вы все невероятно красивые. Как это случилось? — Они засмеялись. Я была шокирована тем, что купила не только свое платье, но и все их платья в один день. Такого просто никогда не случалось.

Мы все вместе отправились на ужин, чтобы отпраздновать.

— Ну, что вы выбрали имена? — спросила мама. Я застонала.

— Мы составили список, но никому их не скажем, потому что сможем назвать наших детей без помощи, критикующих остальных, спасибо большое, — сказала я, глядя на них.

— Мы просто не хотим, чтобы ты давала своим детям сумасшедшие имена. Что в этом плохого? — Сказала Рене.

— Когда ты станешь фабрикой по выпуску детей, тогда и будешь давать имена детям. А эти двое только наши. — Я положила руку на живот, и один из младенцев слегка толкнул меня, как бы говоря: «правильно, мам».

— Я думаю, мы должны произнести тост, — сказала Тони. — За Тейлор и Хантера и двух маленьких Заккаделли. Пусть их жизнь будет наполнена надеждой и счастьем. — Мы чокнулись бокалами, и я поблагодарила их всех за то, что они были такими хорошими друзьями.

Никто из них не колебался, когда я обрушила на них эту идею. Они просто бросили все и спросили, чем могут помочь.

Мне так повезло.

* * *

Нам повезло и на следующий день в магазине ремесел, когда нашли связку павлиньих перьев.

— А что, если мы оформим ими букеты, — предложила Меган. Она уже подготовила кучу планов для собственной свадьбы, поэтому принесла мне стопку журналов и прислала тонны фотографий, чтобы вдохновить меня. Вместе с перьями мы нашли контейнеры для украшений, ленты, банты, свечи и набор, чтобы сделать гравировку на наших бокалах с нашими именами и датой на них на память.

Мы также нашли фиолетовую повязку, которую собирались украсить перьями для Харпер, которая должна была держать букет невесты во время венчания. У нее будет белое платье с цветными лентами, свисавшими с пояса, украшенное павлиньим пером. Хоуп прислала мне видео, на котором Харпер в нем поет во весь голос «А вот и невеста». Это будет так мучительно мило.

К концу второго дня я так устала, что мне хотелось плакать, но мы так много сделали. Мама забрала платья и все остальное, чтобы спрятать у себя дома. Единственное, что оставалось сделать, это заказать торт, меню и убедиться, что все было доставлено до места и сделано вовремя. К счастью, у меня для этого были помощники.

Я начала чувствовать, что эта идея не была такой уж безумной, как казалось изначально.

— Это так круто, — сказал Джос, садясь рядом со мной на диван. Я наклонила голову, а руку положила на живот. Там танцевали детеныши.

— Да? Тебе не кажется это глупым? — она рассмеялась.

— Конечно, это так. Вот почему это так здорово. Серьезно, Хантер умрет. — Честно говоря, я не знала, как он отреагирует. Я просто надеялась, что он будет счастлив.

Было немного странно планировать все это без него, но я знала, что он просто сказал бы мне делать все, как я хочу. Он был таким хорошим.

— Надеюсь, ему понравится, — сказала я, зевая.

— Так и будет. Определенно.

* * *

Мальчики вернулись домой после уик-энда, думая, что мы только и делали, что сидели, смотрели фильмы и красили ногти на ногах.

Хантер вернулся гораздо более расслабленным, и я отругала себя за то, что не заставила его сделать это раньше. Мы собирались стать родителями, но это не означало, что мы перестали быть людьми. Было трудно вспомнить, что я все еще Тейлор, когда все, о чем я могла думать — дети.

* * *

Недели тянулись и тянулись, Детеныши росли и вместе с ними росла и я. Я боялась, что доктор Говард скажет мне, что с одним или обоими детьми что-то не так, но пока все шло именно так, как должно было. Планы на свадьбу тоже продвигались. Я закончила меню, выбрала торт (основная часть торта — половина шоколадная с начинкой из Нутеллы и половина красный бархат — и ярусы, раскрашенные в цвета павлиньих перьев, с кексами в дополнение). Мы также сделали много украшений.

Не раз Хантер ловил меня на том, что я обсуждаю детали с одним или несколькими моими друзьями, но я просто говорила ему, что это мы про детские вещи, и он, казалось, принимал это. Я думала, это из-за того, что он был слишком занят всем, включая пополнение.

Подруга Саммер, Кейт, показала нам свои наброски для фрески в новой детской, и я была влюблена по уши. Это были изображения из книг вместе с цитатами, которые мы с Хантером выбрали.

Прежде чем мы успели опомниться наступило время для вечеринки в честь детей.

Поскольку мы не придерживались традиций, Хантер и все ребята приехали в дом Хоуп вместе с моими девочками, Мэг и Джейком, Тони и мамой. Я думала пригласить кого-нибудь из класса или клиники, но не хотела звать много людей. Я никогда не была большой поклонницей этих грандиозных торжеств, и не хотелось начинать.

Самый большой подарок был от мамы и Хоуп в виде большой сдвоенной коляски для близнецов.

— Даже лучше, чем моя машина, — сказал Мейс, раскачивая коляску взад-вперед.

Еще там были пижамы, подгузники, два набора для ванны, книги и игрушки. Было так много вещей, что нам пришлось использовать новый «Форд Эскейп» Хантера, который был назван «Детеныш-мобиль», чтобы отвезти все это домой.

— Спасибо всем, что показали нам и детям столько любви. Мы не знаем, что бы мы делали без вас всех, так что спасибо, — сказала я, поднимая тост за всех, своим искрящимся виноградным соком, когда Хантер встал рядом со мной.

Я съела вдвое больше кексов, чем обещала себе. Серьезно, можно подумать, что во мне не было двух маленьких человечков.

— Ты ешь за троих, — сказал Хантер мне на ухо, пока я смотрела на еще один кекс, лежащий возле меня.

— Точно. Я знаю, что люблю тебя. — Я схватила еще один и сунула в рот. Я едва ли вспомнила, что нужно снять обертку. Детеныши были любителями сахара. Хантер нашел мне шоколад с перцем чили, и я съела целую плитку.

Мое тело стало округляться, даже лицо, и я сказала себе, что это временно, и все это для Детенышей, и я долгие годы будут их смущать в продуктовом магазине, чтобы компенсировать это.

— Вы уже готовы к выпускному, мистер Заккаделли? — спросила я Хантера, когда мы ехали домой. Примерно через полтора месяца он наденет шапочку и мантию выпускника. Все мы должны были сдать экзамены. Я была уверена, это убьет меня.

— Так точно, мисс Колдвелл. Ты рада, что покончила с первым курсом? — Я кивнула, но мне было немного грустно. С рождением Детенышей, я должна буду попрощаться с привычной студенческой жизнью. Никаких студенческих вечеринок, ночевок и пробуждений на лужайке в нижнем белье.

Не то, чтобы я когда-либо делала что-то подобное, но теперь, когда у меня не было такой возможности, я задавалась вопросом, не упустила ли я что-нибудь. Но потом шевелились Детеныши или Хантер улыбался мне, и я понимала, что то, что у меня было, было намного лучше.

Глава 20: Хантер

Моя девочка росла. Бросая вызов законам гравитации. Честно говоря, я удивлялся, как она держалась на ногах. Но она не жаловалась. Почти. Даже когда ей нужна была помощь, чтобы завязать шнурки и собрать вещи. Я был более чем счастлив помочь со всем этим.

— Я снова чувствую себя ребенком. Все должны заботиться обо мне, — сказала она, надув губы, пока я помогал ей раздеться перед сном. Она спала голой из-за приступов жара в течение ночи. Я не жаловался, хотя она и променяла меня на огромную подушку для тела.

Даже две домашние кошки были одержимы Тейлор. Чаще всего мне приходилось вставать посреди ночи и впускать их, чтобы они могли лечь на нее или рядом. Это было так мило, что я даже не мог злиться.

Изменения в ее теле были иногда неуловимыми, но в целом она выглядела не так, как до появления Детенышей. Это только усилило мою любовь к ней. Теперь я любил ее не только за то, что она была моей девочкой, но и за то, что она была матерью моих детей.

— Я тут подумал, — сказал я ей однажды вечером. Она приоткрыла глаза и посмотрела на меня взглядом, который говорил: «лучше бы это было чем-то хорошим».

— Я подумал, что не чувствую уже такой сильной необходимости в свадьбе как несколько месяцев назад. — Она замерла и прищурилась.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну... — Я перевернулся на спину и уставился в потолок. — Я имею в виду, что, если ты никогда не захочешь выйти замуж, я не возражаю. Что я больше не чувствую, что это то, в чем я отчаянно нуждаюсь. Думаю, я просто так переживал, что если это не случится, то ты меня бросишь. — Я обернулся и увидел, что она качает головой и трет пальцами переносицу.

— Я не понимаю, что сейчас происходит, — сказала она.

— Что ты имеешь в виду? — Я был сбит с толку.

Она вздохнула и улыбнулась мне.

— Ничего, ничего. Все в порядке, Хантер. Приятно это знать. — Ее голос звучал почти безумно, и я не был уверен почему.

— Дело не в том, что я не хочу, ты же знаешь, правда? Если бы ты сказала мне завтра, что хочешь снова поехать в Вегас, я бы заказал билеты через секунду. — Она ухмыльнулась и перевернулась на спину.

— Ауч. — Она перевернулась на спину. Теперь ей было удобно лежать лишь в нескольких позах.

— Здорово. Это просто замечательно, Хантер. — Она почти смеялась надо мной. Понятия не имею, что это было.

* * *

Первой, кого я увидел, после того как прошел по сцене Университета штата Мэн и получил свой (липовый) диплом была моя глубоко беременная Тейлор.

На ней было великолепное черное платье, и она села на стул так быстро как могла.

— Поздравляю, детка, — сказала она, отодвигая живот в сторону, чтобы обнять меня. В последнее время нам пришлось многое изменить, чтобы приспособиться к Детенышам. Плюс ко всему, она была совершенно ненасытна, так что секс был почти постоянным. Я не жаловался. Совсем.

— Спасибо, — сказал я, целуя ее в макушку. Хоуп и Джон были следующими, за ними Харпер. Остальные члены команды Желтого дома тоже были здесь, так как выпускной для остальных был только в следующие выходные.

— Твоя мама бы гордилась тобой, — сказала Хоуп, целуя меня в щеку.

— Знаю, — сказал я. Было время, когда мне казалось, что я сейчас обернусь и увижу сияющее лицо матери прямо у себя за спиной. Как будто она была всего в нескольких шагах.

* * *

Вечеринку в честь выпускного устроили в Желтом доме, Мейс отвечал за готовку на нашем новом гриле, и все ели и говорили о том, какая теплая весна. Тейлор сидела на стуле, тарелка лежала на животе, как на полочке.

— Думаю, я не буду скучать по этой части, — сказала она, указывая на тарелку.

— По встроенному держателю тарелок? — сказала я, придвигая стул к ней.

— Да. Это будет странно, когда я вернусь к тому, что мое тело не такое. Я даже не знаю, что делать. — Потом она вздохнула. — Никакого сексуального бикини этим летом, — сказала она.

— Эй, ты все еще можешь носить его, пока беременна. Твое тело создано для бикини. — Она посмотрела на меня так, словно я сошел с ума.

— У тебя тоже есть тело. Надень бикини. — Она стукнула меня по руке.

— Не дерзи мне. Я так рада, что занятия закончились. — Она посмотрела на солнце, выглядывающее из-за облаков.

— Какое-то время никаких работ, экзаменов и проектов. Но я знаю, что буду скучать, когда двое детей будут кричать посреди ночи. Я, наверное, буду умолять вернуть все это.

Мимо пронеслась Харпер, Мэйс притворился, будто преследует ее, и зарычал, скрючив пальцы словно когти.

— Хорошо там, где нас нет, — сказал я.

Она снова взглянула на меня.

— По-моему, уже хорошо здесь и сейчас. — Я поцеловал ее, и она провела рукой по татуировке на моей руке, испещренной чернилами.

— Хорошо, что я сделала тату в том месте, не так ли? — сказала она. — Я даже не планировала этого, но мне было бы так грустно, если бы все растянулось. — Я поцеловал ее руку, она закрыла глаза, поставила тарелку и положила голову мне на плечо.

— Я так горжусь тобой, — сказала она, и я знал, что она действительно так думает. — Я так горжусь, что я с тобой. Что мы вместе. — Я почувствовал, что задыхаюсь, и мне пришлось поставить пиво, чтобы вытереть глаза.

— Я тоже горжусь тобой, Мисси. Так горжусь. — Она вздохнула, а потом задремала рядом со мной.

* * *

Теперь, когда занятия на некоторое время закончились, в детской роботы шли полным ходом. После нескольких неприятных телефонных звонков наконец-то постелили пол, так что пришло время все покрасить, украсить и подготовить.

Все внесли свой вклад, и мы закончили покраску за два дня. Мы оставили стену для фрески белого цвета, а остальные покрасили в голубовато-серый оттенок. С одной стороны стояли детские кроватки, с другой — пеленальные столики, кресла-качалки и массивный книжный шкаф. Огромные окна пропускали много света.

— Ты счастлива? — спросил я Тейлор, когда мы закончили с перестановкой большей части мебели и других предметов. Она выглядела усталой, но спокойной.

— Да. Очень. — Я сел на пол и протянул руки, чтобы она могла присоединиться ко мне на большом плюшевом ковре в центре комнаты.

— Ты можешь в это поверить? Через несколько месяцев у нас будут дети, — сказал я. Она покачала головой.

— Иногда это все еще кажется нереальным. Но потом один из них шевелится, и я понимаю. Это безумие. Но я счастлива. Я так счастлива, Хантер. — Я притянул ее к себе.

— Я и не знал, что могу быть настолько счастлив. Не думаю, что кто-либо когда-либо был так счастлив. — Я бы сделал на это ставку.

* * *

Несколько дней спустя Тейлор разбудила меня посреди ночи.

— Хантер! — Я резко выпрямился, чуть не разбив голову о кровать.

— Что случилось? — Она прижимала руки к животу и морщилась. Черт. О, черт.

— Мне кажется это ложные схватки, но я не уверена.

— Схватки Брэкстона Хикса²¹? — Она кивнула. А потом покачала головой.

— Я не знаю. Не могу точно сказать. Кроме того, это больно, и боль сильная. — Я встал с постели, накинул на себя одежду и помог ей одеться. Нам нужно было позвонить, но я не хотел рисковать. Мы едем в скорую помощь.

Когда мы уходили, в доме было тихо, и я не хотел никого пугать, если через некоторое время мы вернемся домой.

Тейлор вцепилась мне в руку и попыталась дышать, пока я мчался к медицинскому центру Восточного Мэна.

Тейлор

Я не знала разницы между ложными и настоящими схватками и знала, что ранние роды — обычное дело для близнецов, так что лучше перестраховаться, чем сожалеть.

Хантер нашел для меня кресло-каталку и медсестра проводила нас в один из занавешенных отсеков для осмотра и провела осмотр шейки матки. Она не была раскрыта, так что она сказала, что это схватки Брэкстона Хикса и отправила нас домой. На самом деле она вела себя отвратительно. Словно мы зря тратили ее время.

Хантеру это совсем не понравилось, поэтому он нашел другую, более милую медсестру, которая пришла и проверила меня снова. Если раньше я скромничала, то уже нет. Такого не бывает, когда люди проверяют твою промежность, чтобы убедиться, что дети не выйдут из нее раньше положенного.

Боль, наконец, немного утихла, и медсестра вежливо объяснила, что нам нужно приезжать только в том случае, если у меня начнется кровотечение, если отойдут воды и/или, если боли будут регулярными, с интервалом в пять минут или меньше. Видите? Неужели первой медсестре было так трудно объяснить нам все это? Тогда нам не придется возвращаться и тратить ее драгоценное время.

Я все запомнила, а потом попросила Хантера отвезти меня в круглосуточный ресторан быстрого питания, чтобы я могла получить коктейль и гигантскую порцию картошки фри.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, когда я окунула картошку в коктейль. Это было самое вкусное, что я когда-либо пробовала. Я хотела еще коктейль.

— Я имею в виду, это больно, но становится уже немного легче. Я чувствую себя идиоткой, — Хантер зарычал.

— Ты не идиотка. Это первая медсестра ею была. Мне казалось, что я закричу на нее. Серьезно. Возможно, так бы и было, если бы другая медсестра не захотела нам помочь. — Он разозлился, но успокоился, когда мы вернулись. После того, как я еще раз сказала ему, что со мной все в порядке.

* * *

Я была чертовски напряжена не только из-за схваток Брэкстона Хикса, но и из-за свадьбы. До нее оставалась неделя, и я, наконец, посвятила Мэйса, Пола и Дасти в свой секрет. Они все были в бешенстве от того, что девчонки узнали об этом раньше, но потом я просто посмотрела на них, и они заткнулись.

Работа Мейса заключалась в том, чтобы убедиться, что смокинг Хантера будет сидеть как надо, и Хантер ничего не заподозрит. Задача была не из легких, но ему каким-то образом удалось достать один, который он спрятал в шкафу вместе с остальными костюмами для остальных парней.

Букеты были готовы. Остальные украшения тоже были готовы к установке. Мое платье все еще мне подходило. Остальные платья были готовы.

Теперь все, что нам нужно было сделать, это доставить Хантера туда в неведении.

О и надеяться, что Детеныши останутся на месте и не появятся раньше, чем положено.

Вдох. Выдох.

Я собираюсь замуж.

Глава 21: Хантер

— Итак, что мы сегодня будем делать? — Спросил я, когда Тейлор, не отрывая глаз от телефона, начала указывать мне, как выехать на шоссе. Сегодня она часто игнорировала меня, и я старался не обижаться.

— Мы едем в детский магазин, который я нашла в интернете. Они продают самые красивые вещи, и я хочу посмотреть, — сказала она, но я просто не поверил ей. Что-то происходило. Этим утром было много суматохи, и у всех таинственным образом появились планы на сегодня. Все они были ужасными лжецами, но я не мог понять, о чем, черт возьми, они могут лгать.

— Знаешь, у них и так уже более чем достаточно вещей, — сказал я.

— Заткнись и езжай.

Я сделал как она просила, но я правда не понимал, куда мы собирались. Тейлор велела мне свернуть в Белфаст и ехать вдоль побережья. Я уже собирался спросить, не хочет ли она остановиться и перекусить в Кэмдене, когда она схватила меня за руку.

— Притормози. Я хочу остановиться здесь.

Это была гостиница «Норумбег». Это место хранило много наших воспоминаний, хотя мы были здесь лишь однажды.

— Похоже, у них что-то происходит, — сказал я. Обычно пустая парковка была заполнена, и рабочие устанавливали палатку на заднем дворе.

— Все в порядке, давай просто войдем и осмотримся. — Я начал было спорить, но передумал. Нельзя спорить с женщиной, беременной близнецами, и остаться в живых.

Поэтому я вышел из машины и взял Тейлор за руку, когда мы направились к входной двери. Мимо нас пробежала женщина, что-то бормоча себе под нос.

— Они действительно заняты, Мисси. — Тейлор закатила глаза и толкнула дверь.

— Сюрприз!

— Какого черта? — Я не мог понять, что происходит. Хоуп, Джон, Мейс, мама и папа Тейлор и все остальные наши друзья стояли в вестибюле.

Я обернулся и увидел, что Тейлор улыбается мне.

— Сюрприз, — сказала она, махнув рукой. — Мы собираемся пожениться.

Я уставился на нее.

— Мы, что?

— Собираемся. Пожениться. Ну, то есть, не юридически. Мы можем сделать это на следующей неделе. Но это будет по-настоящему. Это будет только на бумаге. Так что иди наверх и надень смокинг. Мне нужно собираться. — Она чмокнула меня в щеку и пошла прочь, но я все еще держал ее за руку.

— Ты серьезно? — спросил я.

— На сто процентов. На этот раз не струшу. — Это был такой контраст с Вегасом, когда она была очень неуверенной. Нервной. Сегодня на ее лице не было ничего подобного. Просто ослепительная улыбка, которая освещала комнату.

— Увидимся через два часа, — сказала она, беря Дару за руку.

— Мы поженимся через два часа.

— Ага.

* * *

Мэйс потащил меня в одну из комнат, чтобы я приготовился. Очевидно, мы были одни во всей гостинице.

— Как, черт возьми, ей это удалось? — Спросил я, когда Мейс показал мне сумку с одеждой и указал в сторону ванной.

— Ей помогли, но основную часть она сделала сама, — сказал он. Я закрыл дверь в ванную и на секунду присел на край ванны, чтобы перевести дух. Я достал телефон.

«Мы серьезно собираемся пожениться?»

Ответ пришел через несколько секунд.

«Да. А теперь надень смокинг».

Я рассмеялся, потому что услышал ее голос, произносящий это в моей голове. О, Тейлор.

Покачав головой, я расстегнул молнию на сумке. Как они достали его, я понятия не имел, но я надел его, и он сидел идеально. Вплоть до черного узкого галстука.

Я вышел и увидел, что меня ждут Джон, Джо, Мэйс, Дасти и Пол, все в черных костюмах и галстуках разных оттенков синего.

Цветов павлиньего пера. Конечно же.

— Хорошо выглядишь, но позволь мне поправить галстук, — сказал Джон, делая шаг вперед. Только тогда я заметил, что фотограф делает снимки. Когда мы вошли, внизу никого не было, но я был слишком удивлен, чтобы заметить.

Джон завязал мне галстук, приколол белую розу к лацкану пиджака и сунул мне в карман пестрый носовой платок. Еще цвета павлиньих перьев.

Я обул туфли, а потом Мейс раздал всем шоты.

— За Хантера и Тейлор. Хоть эта свадьба и не настоящая, зато ваша любовь настоящая. И, возможно, я должен был позволить Даре написать за меня речь шафера. За Хантера и Тейлор! — Я рассмеялся и выпил, позволив жидкости обжечь горло.

— На твоей свадьбе я справлюсь гораздо лучше, Мэйс.

Тейлор

Я не находила себе места со вчерашнего вечера, проверяя, все ли на месте, все ли будут там, где нужно, и что я не собираюсь рожать. В отличие от Вегаса, по крайней мере, на этот раз я сходила с ума по правильным причинам. К тому времени, когда я сидела в кресле и делала прическу и макияж, я чувствовала, что все может быть хорошо.

Погода была идеальной. Я боялась, что только начало мая и будет холодно, но сейчас уже семьдесят пять градусов по Цельсию, а на небе лишь пушистые облачка.

Мама суетилась вокруг меня, следя, чтобы я ела и не нервничала. Что, как ни странно, заставляло меня нервничать.

— Мам, мне нужно, чтобы ты перестала суетиться и села, чтобы сделать прическу. — Она заворчала, но сделала, как я сказала.

— Если бы я могла передать тебе фляжку, я бы это сделала, — тихо сказала Тони.

— Спасибо, это много значит, — сказала я, и она показала мне язык.

— Итак, — сказала она, когда я закрыла глаза, чтобы визажист мог нанести мне подводку, тени и накрасить ресницы.

— Итак, — начала я, растягивая слова.

— Может, я кого-то встретила, а может, и нет. — Она не уточняла пол.

— Кого-то? Или девушку? — Она рассмеялась.

— Девушку.

— Да? Жду подробностей.

Ее зовут Меган и она работает в IT-компании и пришла в адвокатскую контору, чтобы установить новую систему. Они с Тони разговорились и закрутилось, и они пошли выпить кофе, а на следующей неделе у них было запланировано еще одно свидание.

— Она симпатичная? — спросила я.

— Гм, да. Темные волосы подстрижены по-эльфийски, ботанские очки. Она немного застенчивая, но очень забавная. Не знаю, просто она мне очень нравится. — Это ощущалось даже в ее голосе. Я никогда не слышала, чтобы Тони так говорила о парнях. Никогда. Она даже смеялась по-другому, когда говорила о Меган.

— Ну, пока у нее стабильная карьера, это все, что меня волнует, — сказала мама, вставляя свои пять копеек. — Я не хочу, чтобы ты связалась с кем-то, кто хочет стать внештатным стеклодувом или кем-то в этом роде. — Это привело к большим дебатам о важности стеклодува как выбору карьеры, и к тому времени, когда я надела платье, мы все смеялись, и я была готова бежать по проходу, чтобы мы могли начать вечеринку.

— О, Тейлор, — сказала мама, когда я поправила платье, убедившись, что фатин струится по моему животу, а кружевной топ идеально сидит на плечах.

— Хорошо? — спросила я.

— Да, — сказала она со слезами на глазах, когда я немного присела, чтобы она могла приколоть вуаль к моей прическе.

— Черт возьми, — сказала Рене, протягивая руку за салфетками.

— Никто не должен испортить макияж! — Сказала я, потому что их эмоциональность делала меня эмоциональной. Плюс гормоны. Детеныши плясали от радости, как будто знали, что в воздухе витает возбуждение.

— Сегодня я выхожу замуж за вашего папочку, — сказала я, поглаживая живот.

— О, пожалуйста, прекрати. Мои эмоции этого не выдержат, — сказала Джос. Она выглядела потрясающе с ее рыжими волосами и небесно-голубым платьем без бретелек. Я оглядела комнату и попыталась все это осмыслить. Казалось, я планировала это целую вечность, и вот все здесь. Я не хотела моргать, потому что боялась что-нибудь пропустить.

— Ты готова? — спросила мама и я кивнула.

Мои подружки невесты и свидетельницы перед уходом обняли меня и расцеловали. Мама была последней.

— Я так горжусь, что ты моя дочь. Я так радуюсь жизни, которую ты строишь для себя. Я люблю тебя, малыш. — Я вытерла глаза, и она крепко обняла меня, прежде чем впустить отца. Я колебалась секунд пять, думая о том, как он поведет меня к алтарю, но не могла представить, как скажу ему, что он не может или что я не хочу этого. Конечно, мы все еще работали над исправлением того, что было разрушено в прошлом, но мы достигли этого.

— Ты готова, детка? — спросил он, после того как расхвалил мое платье.

— Готова как никогда.

Хантер

Конечно, мы собирались пожениться в беседке. Сьюзен все еще работала здесь и либо не помнила нас, либо Тейлор скормила ей историю о том, как мы отложили свадьбу. А может, она ей просто заплатила. Я вряд ли хотел знать.

Денежный аспект я собирался обсудить с ней позже, но прямо сейчас? Я собирался жениться.

Ожидание Тейлор заняло целую вечность. Единственные гости на нашей свадьбе те же, кто был приглашен на свадебную вечеринку, поэтому нам даже не нужны были стулья.

Я ждал наедине со Сьюзен, пока подружки невесты и шаферы шли по траве к беседке под предводительством Джона, Хоуп и Харпер. У нее была корзиночка, и она разбрасывала лепестки, как будто это было лучшее время в ее жизни. Я чуть не задохнулся, когда она поднялась по пандусу и улыбнулась мне.

— Хорошая работа, Харпер, — сказал я, давая ей пять, когда она проезжала мимо меня. Рене и Пол были следующими, за ними Джос и Дасти, Мейс и Дара, а затем Тони и мама Тейлор.

Наконец-то.

Музыка изменилась, благодаря Джос (нашему неофициальному диджею). Я ожидал традиционный свадебный марш, но нет.

Заиграла песня «Свадебное платье» Мэтта Натансона, когда они с отцом спускались с холма. Я остолбенел. Во мне столько всего происходило, и я не мог с этим справиться. Мейс подтолкнул меня локтем и протянул платок, который достал из кармана. Я поблагодарил его, пока самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, шла ко мне под руку со своим отцом. Шла ко мне, чтобы заявить на меня свои права.

Тейлор

Я не собиралась плакать, как только увидела его в беседке, но ничего не могла с собой поделать. Он тоже плакал, так что мы оба просто сумасшедшие. Но, по крайней мере, мы были сумасшедшими вместе.

Я мертвой хваткой вцепилась в папину руку, а внутри меня прыгали детеныши. Они знали. Они знали, что происходит что-то захватывающее.

Путь к Хантеру занял целую вечность и вместе с тем пролетел словно миг. В одну минуту я была в нескольких ярдах от него, а в следующую обнимала отца, передавая ему букет и беря Хантера за руку.

— Ты такая красивая, — прошептал он, когда песня затихла.

Сьюзен подмигнула мне. Я позвонила ей несколько месяцев назад и рассказала всю историю. К счастью, она была романтична в душе и сказала мне, что в выходные 7 мая был отменен заказ. Я знала, что это судьба.

Мои руки слегка дрожали, когда я сжала руки Хантера. Детеныши замерли, как будто тоже ждали и прислушивались.

— Дорогие влюбленные, мы собрались здесь сегодня, чтобы засвидетельствовать любовь этого мужчины и этой женщины, любовь, которую они разделят, когда построят свою семью. — Я сказала Сьюзен, что мне все равно, что она будет говорить, лишь бы мы произнесли наши собственные клятвы и в них не было ничего о «быть покорной». Здесь я определенно расставила все точки над «и».

— Эти двое пришли и попросили засвидетельствовать их любовь. Хотя еще несколько часов назад один из них не догадывался об этом. — Мы все рассмеялись, и Хантер снова вытер глаза.

— Но в любви не все идет по расписанию. У нее свое время, и иногда она поражает вас, когда вы меньше всего этого ожидаете. — Я улыбнулась Хантеру, а он улыбнулся в ответ. Если это не идеальный способ описать наши отношения, то я не знаю, как еще это сделать.

— Пара решила написать свои собственные клятвы и теперь зачитает их друг другу. — Глаза Хантера в панике расширились. Я расхохоталась.

— Все в порядке, Хантер. Ты всегда можешь подобрать правильные слова. — Я сжала его руки, и он откашлялся.

— Любовь не ошибается. Я не знаю, было ли это по велению Бога или это какой-то компьютерный сбой, который привел тебя в мою жизнь, но я так благодарен за это. Я благодарен за каждую минуту, проведенную с тобой. Даже когда мы ссоримся, или ты злишься на меня. Мне не хочется ничего менять. Ты моя девушка, моя жена, мать моих детей. Я любил тебя вчера, люблю сегодня и буду любить завтра. Выше звезд.

Да, он всегда мог подобрать правильные слова. Я вытерла глаза и вытащила из лифчика листок из блокнота под всеобщее хихиканье.

Слова расплывались у меня перед глазами, и мне потребовалась секунда, чтобы собраться с мыслями.

— Хантер. Перед нашей первой встречей я думала, что ты окажешься девушкой. Но это оказалось не так. Ты был парнем с татуировками и высокомерием, и ты сводил меня с ума. Я пыталась выбросить тебя из своей жизни, но ты не захотел. Я не могла избавиться от тебя. А потом не захотела. Ты придурок. — Опять раздался смех.

— А теперь мы здесь, и я не хочу быть ни в каком другом месте мира ни с кем другим. Ты всегда рядом и поддерживаешь меня, когда я нуждаюсь в тебе. Ты все, что мне нужно. И я хотела привести тебя сюда сегодня и спланировать все это, чтобы показать тебе, что я люблю тебя и никогда не остановлюсь. Выше звезд. — Я сдерживались, чтобы не поцеловать его каждой косточкой своего тела. Еще не время.

— Теперь можете обменяться кольцами, — и Хантер снова выглядел испуганным, но Мейс подтолкнул его и подал кольцо, которое я сделала на заказ, подогнав точно по размеру как наши помолвочные кольца. Харпер протянула мне кольцо Хантера. Оно было простым темно-серебряным с гравировкой внутри.

— Повторяйте за мной, Я, Хантер, беру тебя, Тейлор, — сказала Сьюзен.

— Я, Хантер, беру тебя, Тейлор.

— В жены. В печали и в радости, в болезни и здравии, сейчас и всегда. — Я не хотела говорить о смерти, поскольку эта тема казалась болезненной, поэтому Сьюзен внесла изменения.

Хантер повторил все слова и надел мне на палец кольцо.

— Этим кольцом я беру тебя в жены.

Теперь настала моя очередь и я чуть не уронила кольцо, но все же сумела его надеть ему на палец.

— Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать свою прекрасную невесту. — Хантер схватил меня и крепко поцеловал. Я поцеловала его в ответ, и один из нас скользнул языком в рот другого, а затем мы целовались под аплодисменты в беседке.

— Ладно, хватит, — сказал Мейс с усмешкой и мы отстранились.

— Я хотел сделать это в течение нескольких часов, и это сводило меня с ума, — сказал Хантер. — Я люблю тебя, Мисси.

— Я люблю тебя.

Он наклонился и поцеловал меня в живот, прежде чем взять за руку и вывести из беседки.

Мой муж.

Хантер

После церемонии мы с Тейлор сфотографировались вместе с остальными членами нашей семьи, и у меня, наконец, появился шанс спросить ее, как ей это удалось.

— Ну, это было нелегко, но ты был довольно рассеянным, так что это помогло. — Я зарычал на нее, и она рассмеялась. Фотограф продолжал делать снимки.

— Я просто надеялась, что тебе все понравится, потому что я не смогла получить от тебя информацию. — Это не имело значения.

— Я бы женился на тебе и на парковке в наших пижамах. Но до сих пор все было идеально. Кто знал, что ты умеешь планировать свадьбы?

Она засияла.

— Я очень талантливая женщина.

Я даже не думал о приеме, пока она не сказала, что нам пора.

Мы все перешли к палатке, и я был абсолютно поражен тем, насколько великолепно это было. Тема павлинов продолжалась в плакатах, бантах на стульях и в центре, все в цветах павлиньих перьев и с перьями повсюду.

Джос и здесь была нашем диджеем, потому что она первой поприветствовала нас, когда мы вошли. Наша небольшая компания зааплодировала и мы сели ужинать. В качестве основного блюда Тейлор заказала стейк и омара, а для себя вегетарианскую пасту.

— Я не хотела, чтобы все ели пасту, — сказала она, когда я спросил ее об этом.

Вынесли шампанское и бутылку игристого сидра для Тейлор, которого я тоже выпил в знак солидарности. Мейс получал удовольствие, стуча ножом по стакану, чтобы заставить нас целоваться.

Подружка невесты и шафер, Тони и Мейс встали и произнесли речи обо мне и Тейлор, пока мы ели. Мы смеялись и плакали, и наша семья делала все возможное, чтобы смутить нас как можно больше. Было много шуток о том, что это свадьба по залету, и хорошо, что платье Тейлор не было чисто белым, от чего мы просто смеялись.

— У меня для тебя еще один сюрприз, — сказала Тейлор, когда я помог ей подняться на ноги для нашего первого официального танца в качестве мужа и жены. Я ожидал, что просто заиграет песня, но потом, из задней части шатра появились «Стейнерсы» из Университета Штата Мэн, все одетые в свои лучшие костюмы. Дасти присоединился к ним, и они все захлопали и поздравили меня, расположившись вокруг нескольких микрофонов.

— Ну что, пойдем? — Тэйлор положила руку мне на плечо.

— Хорошо, — сказал я, и парни начали петь. «Закружи меня в танце до конца любви». Идеально.

Мы с Тейлор покачивались, ее живот был между нами, но он не разделял нас. Я не мог удержаться, чтобы не скользнуть рукой вниз, положив ее на живот, чтобы почувствовать близнецов.

— Они тоже танцуют, — сказал я и улыбнулся.

— Они весь день были взволнованы. Я сказала им, что выхожу замуж за их папу, и думаю, они одобряют это. — Она улыбнулась мне сквозь слезы, и я нежно поцеловал ее.

Моя жена. Моя Мисси.

* * *

Так как Тейлор не могла много танцевать (за исключением традиционных танцев со мной, а затем с ее отцом), мы в конечном итоге сели и наблюдали, как наши сумасшедшие друзья и семья пытаются встряхнуть танцпол. Ну, за исключением Мейса, который буквально танцевал вокруг всех, пока Дара хлопала и смотрела, сияя улыбкой на лице.

— Я не удивлюсь, если они скоро поженятся, — сказала Тейлор, положив подбородок мне на плечо.

— Знаю. Я не должен этого говорить, но у Мейса есть кольцо. Он показал его мне, и оно огромное. Она умрет, когда увидит его. Он просто планирует идеальный способ сделать предложение. Я сказал ему, что он не может превзойти меня, и думаю, он воспринял это как вызов. — Тейлор хихикнула.

— Пусть. Твое предложение всегда будет лучшим для меня. Разве ни это важно? — Я повернулся и поцеловал ее в щеку.

— Ты права.

Она зевнула, и я спросил, не хочет ли она пойти в нашу комнату. Та, что с библиотекой, досталась нам, что неудивительно.

— Нет, я хочу остаться еще ненадолго. Они все хорошо проводят время. — Харпер развлекалась с Тони, Мейс кружил вокруг Дары, смешил ее, Пол и Рене танцевали рядом, а Джон с Хоуп, пока Джос и Дасти спорили, какую песню поставить дальше. Джо болтал с мамой Тейлор, а ее отец стоял в стороне, но он не казался грустным. Просто наблюдал. Как я.

— Так и есть. Не знаю, как тебе это удалось, но понимаю, что не смог бы сделать ничего лучше. Мне не хотелось бы ничего другого, кроме этого.

Она вздохнула.

— Хорошо. Значит оно того стоило.

— Определенно. — Я погладил ее живот и был вознагражден несколькими маленькими толчками в руку.

— Теперь никто не может сказать, что Детеныши родились во грехе. — Тейлор закатила глаза.

— Я перережу горло любому, кто скажет что-нибудь подобное. Серьезно. От того, что я стану мамой, я начинаю терять хладнокровие. — Она пошевелила пальцами.

— Может, тебе стоит вернуться к кикбоксингу?

— Возможно, это хорошая идея. Я так обрадуюсь, когда смогу двигаться без труда, что, наверное, сойду с ума. Конечно, я буду гоняться за ними. — Она улыбнулась, когда сказала это.

— А я буду прямо за тобой, детка.

Она поцеловала меня в нос.

— Только так ты сможешь рассмотреть мою задницу.

— Ну, это замечательная задница. Ты не замечаешь.

— Нет, я не видела некоторые части своего тела уже давно.

Мы оба рассмеялись и я притянул жену в свои объятия.

— Я люблю тебя, миссис Заккаделли.

— Я люблю тебя, мистер Заккаделли.

Эпилог: Тейлор

— Никто не будет критиковать твое имя, — сказала я Лаки Тейлору Заккаделли, моему сыну.

— Они не посмеют, — сказал Хантер, держа Люси Харпер Заккаделли.

Лаки открыл глазки и посмотрел на меня.

— Привет, малыш. Добро пожаловать в мир.

Никогда в жизни я не была так измучена и так счастлива. Роды начались рано, но я смогла родить обоих детей без кесарева. Они были маленькими, но в безопасности, и оба были здоровы. Совершенное чудо после того, как мы с Хантером так много беспокоились в течение многих месяцев.

— Поменяемся? — Сказал Хантер, и я передала ему Лаки, когда он подал мне Люси. Она была так похожа на Хантера, а Лаки определенно был больше похож на меня. Я надеялась, что они возьмут лучшее от нас обоих.

Люси зевнула, и это было так мило, что я заплакала. У меня было такое чувство, что теперь, когда они здесь, я буду много плакать.

Хантер скользнул на кровать рядом со мной, и я посмотрела вниз на двух наших маленьких детенышей.

— Сейчас, наверное, не время спрашивать, сколько, по-твоему, у нас должно быть детей. — Я повернулась, чтобы бросить на него испепеляющий взгляд, но он только подмигнул.

— Шучу, Мисси. Шучу. Я счастлив сейчас. С этими двумя. — Он нежно поцеловал Люси в голову, и я снова разрыдалась.

— Прекрати заставлять меня плакать, черт возьми, — сказала я, потянувшись за другой салфеткой.

— Я не могу ничего обещать. Но сделаю все возможное, миссис Заккаделли. — Теперь уже официально. Через неделю после церемонии в Норумбеге мы получили разрешение на брак, а затем подписали бумаги в суде с Мейсом и Дарой в качестве свидетелей. Быстро и легко.

— Мы можем войти? — Дара тихонько постучала в дверь и просунула голову.

— Да, входите, — улыбнулась я. Они с Мейсом принесли шарики и двух плюшевых мишек из сувенирного магазина.

— О, они такие же милые, как и час назад. Может быть симпатичнее, — сказала Дара. Наши друзья и семья приходили и уходили весь день. Это был один из первых раз, когда Хантер и я были одни.

— Можно мне? — Спросила Дара, вымыв руки, и ее огромное обручальное кольцо сверкнуло, когда она вытирала их.

— Конечно, — сказала я, передавая ей Люси, пока Хантер передавал Лаки.

— Так что ты думаешь, Дар? Хочешь пару таких когда-нибудь? — Сказал Мейс

— Когда-нибудь, Джон. Не сейчас. — На следующей неделе они с Мейсом переедут в свою квартиру в Портленде. Мы собирались устроить для них прощальную вечеринку, когда я вернусь из больницы с детьми, и я уже чувствовала их отсутствие, как тупую боль.

Мы по-прежнему видели их все время, но это было не то же самое. Рене и Пол остались, так же как Джос и Дасти, которые переселились в комнату Дары и Мейса.

Мы с Хантером говорили о сдаче подвала в аренду, и подруга Джос Ханна проявила интерес, но пока ничего не обещала.

Рене, Джос, Дасти и Пол появились через несколько минут вместе с Хоуп и Джоном. Комната не предполагала присутствия стольких людей одновременно, но мне было все равно. Я бы предпочла, чтобы комната была слишком полной, чем пустой.

Мама и Тони не смогли протиснуться, поэтому большинство наших друзей сказали, что они собираются что-нибудь поесть, и вернутся к нам завтра.

— Я не хочу, чтобы меня называли бабушкой, — сказала мама, укачивая Люси, пока Лаки спал в объятиях Хантера. Медсестры сказали, что мы можем их положить, но мы не хотели.

— Ладно, как ты хочешь, чтобы тебя называли? — Спросила я, потянувшись за чашкой воды.

— Я думала — Джиджи. Это звучит намного приятнее и не заставляет меня чувствовать себя старой. — Я рассмеялась.

— Хорошо, если ты хочешь, чтобы тебя так называли, я сделаю все, что в моих силах. Но я ничего не могу обещать. Эти двое могут придумать что-то, что тебе не понравится, и тебе придется с этим смириться. — Она только улыбнулась Люси.

— Не имеет значения. — О, она была влюблена. А как же иначе. У нас с Хантером получились восхитительные дети, и я не была предвзятой. Я надеру зад каждому, кто скажет, что они не самые милые дети на планете. Как только смогу встать с больничной койки.

Я смирилась с тем, что не вернусь в колледж в следующем семестре, и теперь, когда у нас были дети, я не могла представить, что захочу оставить их даже для того, чтобы сходить в туалет, не говоря уже о целом дне. Хантеру все еще предстояло получить степень магистра, а затем преподавать в университете, так что нам двоим нужно было еще немного времени, чтобы устроиться на работу. Все менялось. Жизнь была насыщенной, хаотичной и неожиданной.

Словно в подтверждение моих слов, Лаки издал какой-то звук где-то в районе подгузника, и Хантер скорчил гримасу.

— Я родила, ты моешь, — сказала я, но он уже направлялся к маленькому пеленальному столику. Лаки определенно не нравилось, что папа возится с его одеждой.

Мама покачала головой и вернула Люси мне, чтобы помочь Хантеру.

— Мужчины, иногда вы совершенно беспомощны, — сказала она и помогла Хантеру поменять подгузник капризному и кричащему Лаки.

— О, приятель, все в порядке, — сказал Хантер, мягко покачивая, пока Лаки не успокоился.

— Неплохо, папочка, — сказала я, показывая ему большой палец.

— Как кто-то такой маленький может быть таким пугающим? — сказал он.

— Потому что ты за него в ответе, — сказала мама.

— Ах да, это, — сказала я. — Ты хочешь сказать, что мы должны кормить их и заботиться о них? Они не сделают это сами? — Мама посмотрела на меня.

— Эй, я только что родила двоих. Мне позволительно немного иронии.

Люси издала слабый звук, словно соглашаясь со мной.

— Видишь?

— О, подожди, — сказала мама с ухмылкой на лице. — Просто подожди.

КОНЕЦ

Notes

[

←1

]

Современный роман для взрослых, не рекомендуется для аудитории младше 17 лет.

[

←2

]

«Скайрим» — мультиплатформенная компьютерная ролевая игра с открытым миром, разработанная студией «Bethesda Game Studios» и выпущенная компанией «Bethesda Softworks».

[

←3

]

«Call of Duty» — серия компьютерных игр в жанре шутера от первого лица, посвященных Второй мировой войне, холодной войне, борьбе с терроризмом и гипотетической Третьей мировой войне.

[

←4

]

Тейлор Элисон Свифт — американская кантри-поп-исполнительница, автор песен и актриса.

[

←5

]

«Феминаци» (англ. feminazi) — агрессивное ответвление феминизма. Если феминистки борются за равноправие, то феминаци — это сексистки по отношению к мужчинам.

[

←6

]

«Крейгслист» — сайт электронных объявлений, пользующийся большой популярностью у американских пользователей Интернета. 

[

←7

]

Ла-Гуардия — аэропорт, расположенный в северной части Куинса в Нью-Йорке на берегу бухты Флашинг. 

[

←8

]

Гуакамоле — холодная закуска, а также соус-дип из пюрированной мякоти авокадо с добавлением помидоров, кинзы, сока лайма и других овощей и приправ. Имеет консистенцию густого соуса (пасты). Блюдо мексиканской кухни, имеет предположительно ацтекские корни.

[

←9

]

«The Civil Wars» — американская группа, дуэт в составе певицы Джой Уильямс и гитариста Джона Пола Уайта, играющий в стилях фолк и американа.

[

←10

]

Техасский лонгхорн — порода крупного рогатого скота известного своими характерными только для этой породы рогами, каждый рог может достигать длины до 2 м.

[

←11

]

«Бут Барн» (англ. Boot Barn) — дословно переводится как обувной амбар.

[

←12

]

«Cabela's» — интернет-магазин из США, предлагающий снаряжение, одежду и все что необходимо для охоты, рыбалки, туризма.

[

←13

]

«Бейби шауэр» — обычай устраивать вечеринку для будущей матери и праздновать рождение будущего ребенка. В современном виде «бейби шауэр» начал практиковаться в США после Второй мировой войны, а под влиянием американской культуры постепенно набирал и продолжает набирать популярность в ряде европейских стран.

[

←14

]

Фраппучино — фирменный кофейный напиток сети «Старбакс» на основе кофе, молока, сиропа и взбитых сливок.

[

←15

]

«The Head and the Heart» — американский музыкальный коллектив из Сиэтла, играющий инди-фолк.

[

←16

]

«Пинтерест» — социальный интернет-сервис, фотохостинг, позволяющий пользователям добавлять в режиме онлайн изображения, помещать их в тематические коллекции и делиться ими с другими пользователями.

[

←17

]

Гарри Лиллис «Бинг» Кросби — американский певец и актер, один из самых успешных исполнителей в США (у Кросби 41 песня занимала 1-е место). Зачинатель и мастер эстрадно-джазовой крунерской манеры пения. Известен как исполнитель многих «вечнозеленых» джазовых шлягеров и хитов в стилях свинг и диксиленд.

[

←18

]

«Колыбель для кошки» — захватывающая игра, в которую могут играть два и более человек. Для этой игры используется веревочка, которую надевают на пальцы играющих, которые стараются сложить разные узоры из нее.

[

←19

]

Смор — традиционный американский десерт, который дети готовят на костре во дворе или в летнем лагере в Северной Америке, Мексике и других странах, состоящий из поджаренного маршмэллоу и плитки шоколада, зажатых между двумя «грэм-крекерами» таким образом, что горячий маршмэллоу плавит шоколад прежде, чем застыть, и склеивает крекеры.

[

←20

]

«Etsy» — международная торговая площадка, занимается продажей изделий ручной работы и винтажных товаров онлайн, а также идей для подарков.

[

←21

]

Схватки Брекстона Хикса — ложные схватки, которые женщина чувствует за некоторое время до родов.