Алекса Райли Серия: Принудительное подчинение - 4

Перевод: Светлана К.

Пруфридинг: Chris Loane

Перевод выполнен в 2021 году для группы https://vk.com/beautiful_translation.

Внимание! Данный текст, предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данног ...

Внимание! Данный текст, предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика и редактора запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено.

Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой или иной выгоды. Если вам понравился ознакомительный перевод, купите оригинал книги.

ГЛАВА 1

Слай

Никогда не был заинтересован в доступных женщинах. Большинство дальнобойщиков одиноки, обычно они ищут легкой жизни и встреч без обязательств. Только не я. Я ищу ту единственную, и не собираюсь возиться в этой грязи на пути к своему идеалу. Я всегда брал от жизни что хотел и, переступив порог захудалой закусочной на шоссе 72, сразу зацепился взглядом за нее. В тот миг я понял – она та самая.

Девушка выделялась как алмаз в этой помойке. Потрескавшийся, затертый линолеум на полу, въевшиеся пятна на столешницах, а запах пригоревшего жира висел в воздухе тяжелой пеленой. В этой дыре могут подавать лучшие бургеры на триста миль вокруг, но ей здесь совершенно не место, тем более в два часа ночи. Люди в этот час ищут только одного.

Она совершенно не осознает, в какой опасности. Она не только невинна, но и наивна. В закусочной заседают еще четверо дальнобойщиков, но между ними и мной есть существенная разница: на вид они грубы, но девочка с легкостью могла бы их послать. Я же гораздо опаснее, потому что выгляжу как человек, которому можно доверять. Кто-то, кто придет на помощь девушке в беде, потому что так воспитан.

Направляюсь к ней и наконец, она поднимает взгляд огромных зеленых глазищ, румянец заливает ее щеки. Охрененно идеально. Я не устану смотреть на эти алые щечки всю оставшуюся жизнь. Интересно, в других местах ее тело также алеет? Я мог бы раздеть ее догола, развлекать грязными разговорчиками, и наблюдать, как алые всполохи поднимаются по телу словно заря.

− Можно? − спрашиваю я, кивая на пустую сторону кабинки. Нервно оглядываясь по сторонам она кусает губы, невольно привлекая к ним мой взгляд, но все же кивает в ответ.

Меня подмывает спросить, как она оказалась в таком месте, но это не имеет значения. Она здесь. Я увидел ее. Ее судьба решена. Теперь все зависит от того, насколько сильно она будет противиться этому.

− Как тебя зовут, дорогая? − спрашиваю я своим протяжным южным говором. Похоже, это действует успокаивающе. Дает ложное чувство спокойствия. Я даже одариваю ее одной из своих улыбок, с ямочками на щеках, для пущего эффекта.

− Кэмерон. − Она робко смотрит на меня, теребя в руках пустые пакетики из-под сахара, разбросанные по обшарпанному, грязному столу.

− Я Слай. Приятно познакомиться, Кэмерон. − Я протягиваю руку, пару секунд она раздумывает, но принимает ее. Медленно провожу указательным пальцем по запястью, чувствуя, насколько нежна ее кожа. Она пытается отдернуть руку, но я не отпускаю. Огромные зеленые глазищи снова обращены на меня. Я чувствую, как участился ее пульс.

− Ну что ты, милая. Не нужно бояться. Я подошел, потому что ты выглядишь… − Я оглядываю закусочную. − Не к месту.

Но она будет выглядеть идеально на заднем сиденье кабины моего грузовика, когда я в нее войду. Мой член оживает от этой мысли. Бля, я должен выманить ее отсюда. Я слишком долго ждал ее, и вот, наконец, она здесь − в пяти минутах от моих объятий.

Для девочки это к лучшему. Нельзя позволять такой крошке, шататься ночами по грязным закусочным, с голодными мужиками выискивающими доступных барышень. Но я не такой как они. Я не просто попользуюсь ей и брошу. Нет, она будет моей навсегда, под моей защитой.

− Я в порядке, просто... э-э… жду кое-кого, − врет она, но я подыгрываю.

− Кого-то, кто позволил тебе одной прийти в закусочную в глуши в два часа ночи? Не слишком заботливо.

− Нет, правда, я в порядке. Мне уже пора. − Она выдергивает ладошку из моей хватки, и встает, но когда пытается пройти мимо, я вновь задерживаю ее.

− Сладкая, там небезопасно, ты не должна ходить одна. − Я бросаю взгляд на окно. – К тому же, дождь начинается.

Она заглядывает мне в глаза снизу вверх, будто надеется найти ответы на свои вопросы, и я стараюсь вложить во взгляд как можно больше тепла и обеспокоенности, потому что я действительно обеспокоен. Никому не позволю наложить на нее лапы. Нет, она вся моя.

− Добрый вечер, Слай. Как обычно? − спрашивает Бетти, выходя из кухни. Я чувствую, как Кэмерон расслабляется в моей хватке, вероятно, тот факт, что официантка знает меня, ее успокоил.

− Кофе. – Отвечаю, не отрывая взгляд от Кэмерон. – С собой.

− Сию секунду.

− До следующей стоянки еще не скоро. Тебе что-нибудь нужно в дорогу? – Интересуюсь я у Кэмерон. Отпустив ее руку, вытаскиваю бумажник и кладу на стол пятидолларовую купюру за кофе.

− Ты даже не знаешь, по пути ли нам, − ее решимость ускользает, и она вот-вот окажется в моем капкане.

Я хочу так много сказать ей. Сказать, что это не имеет значения. Что с этого момента она будет идти туда, куда я скажу. Что она скрасит мои длительные поездки и сделает их намного менее одинокими. Что станет моей, и я буду делать с ней все, что захочу. Стану для нее всем. Буду поглощать ее без остатка, пока она не поверит, что я единственный. Но я не говорю ей об этом. Пока. Вместо этого я произношу слова, которые развеют ее сомнения относительно того, чтоб пойти со мной.

− Мама сдерет с меня шкуру, если узнает, что я оставил где-то молодую женщину в беде. Куда бы тебе ни понадобилось, дорогая, я отвезу тебя.

− Даже в Даллас? – Робко, с надеждой в глазах спрашивает она.

– Думаю, я возьму для тебя грудинку. Как тебе такой план?

Улыбка явного облегчения озаряет ее лицо.

− Благодарю.

− Кофе готов, Слай, − вмешивается в наш разговор Бетти, и я благодарно киваю, принимая стаканчик.

− Грузовик там. − Придерживаю для нее дверь и указываю на машину. Провожаю Кэмерон к пассажирской стороне, помогаю забраться внутрь и захлопываю дверцу. Дверцу, которая открывается только снаружи. Теперь она так близко, я чувствую ее сладкий аромат, и скоро отведаю этот лакомый кусочек.

Обежав машину, я поспешил оказаться на водительском месте, включил зажигание и вывел грузовик на шоссе. Мне нужно, как можно большее расстояние, отделяющее нас от остального мира.

− Хочешь поговорить об этом?

Она облизывает пухлые губы, привлекая мой взгляд. Тянет время, давая понять, что не желает обсуждать это.

− Не совсем. Долго рассказывать.

− У нас много времени, − говорю я, кладя ладонь на голое колено Кэмерон. С какой стати она вообще ходит в таком коротком платьице? От моего прикосновения она напрягается, но руку я не убираю. Зачем мне это? Теперь она принадлежит мне. Чем скорее она поймет это и смирится, тем лучше.

− Просто нужно было уйти, поэтому я ушла, не подумав. И немного заблудилась. Еще раз спасибо, что подбросишь меня до Далласа. Я так благодарна.

− И насколько же ты благодарна? − На секунду я отрываю взгляд от дороги. Она замерла как испуганная птичка, грудь обтянутая лифом сарафана часто вздымается.

− Пожалуйста, − проговорила она дрожащим голосом и побледнела, когда суровая реальность безвыходного положения, поглотила ее.

− Кэмерон, мы можем сделать это по-плохому или по-хорошему. Все зависит от тебя, дорогая. Но, так или иначе, ты дашь мне то, что я хочу. − Я веду рукой вверх по ноге, под подол платья. Она сжимает ноги вместе, пытаясь остановить меня.

Это бесит. Убираю руку от ее ног, сгребаю в кулак черные шелковистые волосы на затылке и притягиваю для крепкого, но короткого поцелуя. Я хотел бы целовать ее бесконечно, но придется повременить, пока не найду уединенное место. А пока буду наслаждаться легким вкусом того, чего ждал всю жизнь.

Я не собираюсь причинять ей боль, но мне нужно, от нее повиновение. Пропустив ее волосы меж пальцев, я вытаскиваю нож, пристегнутый к ножнам на икре, и бросаю на приборную панель, лязг металла угрожающе разносится по кабине.

− Прости! Пожалуйста, я сделаю все, что ты захочешь! Пожалуйста, не делай мне больно!

− Даже не сомневайся, сделаешь. Я знал, что ты будешь моей с момента, когда увидел твои глаза. − Бросаю на нее мимолетный взгляд, она напугана, застыла на месте. − Итак, на чем я остановился? – Плотоядно облизнув губы, я окинул взглядом ее крепко сжатые ноги. − Дай мне свои трусики.

− Пожалуйста, не делай этого. Просто отпусти меня. Я никому не скажу. Ты больше никогда меня не увидишь.

Ее слова взрываются во мне гневом. Никогда не увижу? Только через мой труп.

− Кэмерон, дай мне свои ебаные трусы. − Крепко стискивая руль, пытаюсь взять себя в руки. − Еще раз ляпнешь о том, чтобы бросить меня, и тебе не поздоровится.

Запустив руки под платье, чтобы ничего мне не показывать, она неловко стаскивает трусики и дрожащей рукой протягивает мне, я хватаю их, будто долгожданный приз. Подношу к носу и глубоко вдыхаю, от тонкого аромата ее сладкой киски у меня болят яйца.

− Хочу посмотреть. Раздвинь ноги, подними платье и покажи. − Мое терпение на пределе, протягиваю руку, раздвигаю ее ноги и задираю подол платья. Уверен, что вид ее киски, немного удовлетворит меня. Может, я прикажу ей поласкать себя, запах ее возбуждения наполнит кабину и, возможно, немного утихомирит мой гнев. Она пытается прикрыться, но я сжимаю ее бедро.

− Я уберу руку. Но ты даже не пикнешь, мать твою, пока не велю. Поняла?

− Да, − шепчет она еле слышно

Ослабив хватку на ее бедре, я убрал руку и включил верхний свет.

− Раздвинь сильнее.

Потребность настолько сильна, что я не знаю, как еще не взорвался. Мне нужно отметить каждый кусочек ее тела, пусть знает, что она моя.

Она медленно раздвигает ноги шире, и я впервые вижу ее голую киску. Это бесит меня еще больше. Думал увидеть такие же густые, черные волосы, на ее девичьем лобке, как и нее на голове.

− Ты побрилась.

Ненавижу саму мысль о другом мужчине, ради которого она это сделала. Она же выглядела такой невинной в закусочной. Нуждалась во мне, в моей защите. Ее темные волосы каскадом ниспадали по спине, обрамляли лицо, контрастируя с кремовой кожей. Большие зеленые глазищи, придавали еще больше невинности. Будто никто и никогда не касался ее.

Она молчит и прерывисто дышит.

Я накрываю ее киску ладонью, проводя указательным пальцем по складочкам, затем подношу палец ко рту, смакуя ее сладость. Мне до зуда нужно знать, так ли она невинна, как кажется на вкус.

− Твоя вишенка девственна?

ГЛАВА 2

Кэмерон

От его слов по коже бегут мурашки. Что я наделала? Как согласилась на это? Он появился в той закусочной, как маяк надежды в ночи. Такой красивый и обаятельный, я подумала, что он выглядит как порядочный парень. Как тот, кого ты приведешь домой к маме и папе.

Теперь мы несемся по шоссе и нет никакой надежды выбраться из этой передряги. Просто нужно делать то, что он велит и не раздражать его, но боюсь, ляпну что-то не то, и все пойдет коту под хвост.

− Отвечай! − рявкает он.

− Д-да.

Мое лицо пылает от унижения. Не знаю, почему мне стыдно признаться в этом. Хотя, похоже, он злится думая о том, что я бреюсь для кого-то другого. Мне просто нравится, когда там все гладко. У меня в принципе не так много волос, поэтому я все удаляю.

− О, черт. – Стонет он.

Он начинает тормозить громаду на колесах, и у меня появляется надежда. Может, если он остановится, мне удастся сбежать. Плевать, даже если я окажусь в лесу, по крайней мере, я должна попытаться, верно?

− Не могу больше ждать. Хотел повременить, но не могу. Теперь, когда я знаю, что эта маленькая киска нетронута, я нуждаюсь в ней. Сейчас.

− Нет! Пожалуйста, нет! Обещаю, я покажу тебе все, что ты захочешь. Буду слушаться. Пожалуйста. − На миг я задумываюсь, не вывернуть ли руль, но это гигантский восемнадцатиколесник и шансов на благополучный исход нет. Может, предложить ему минет или еще чего, чтобы успокоить. Я никогда не делала такого, но я пойду на что угодно, лишь бы он не делал мне больно.

− Слишком поздно.

Я вижу впереди знак стоянки для отдыха и начинаю лихорадочно соображать. Люди. Там будут люди. Потом печальная реальность накрывает меня: сейчас почти три часа ночи, там никого не будет.

− Я знаю, что творится в твоей хорошенькой головке, Кэмерон. Там никого не будет, чтобы помешать нам. Не волнуйся, ты вся моя.

Дрожь, пробегает по моей спине, − страх и предвкушение. Зная, что грядет, покориться судьбе не легче.

Слай паркует грузовик на стоянке, вдоль линии деревьев. Два похожих грузовика, стоят на съезде с дороги, что не очень близко. Даже если мне удастся выскочить из грузовика и закричать, не думаю, что меня услышат, не говоря уже о том, чтобы закричать, находясь в кабине.

Стоит двигателю заглохнуть, он набрасывается на меня.

− Пожалуйста! Пожалуйста!

Он хватает меня за запястья обеими руками и тащит за сиденье кабины. Я замечаю дверцу. Он тянет меня за собой и включает мягкий свет. Закуток маленький, с матрасом и комодом, привинченным к стенке. Больше совершенно ничего, а когда я оглядываюсь на матрас, замечаю веревку на полу.

− Нет, нет, нет, нет, нет, − умоляю я и шарахаюсь в сторону.

− Я не просил твоего согласия, Кэмерон. Мне не нужно. Теперь ты принадлежишь мне.

Слай толкает меня на кровать, и я начинаю сопротивляться, пинаюсь и брыкаюсь так сильно, насколько вообще способно мое хрупкое тело. Он в два раза больше меня, сплошная гора мышц. Мои попытки тщетны, я почти выдохлась, но продолжаю бороться.

− Не делай этого! Пожалуйста, остановись. Пожалуйста, Слай.

Помню, однажды где-то слышала, что если вы называете своего похитителя по имени, это может помочь вам сформировать связь, которая заставит его смилостивиться.

Он наклоняется и облизывает мою шею.

− О черт, сладкая, повторяй мое имя почаще. Хочу слышать это, пока буду трахать эту гладкую киску. Ты совершеннолетняя или нет? Какую киску я буду иметь? Хотя не важно. Ты моя навсегда, так что рано или поздно совершеннолетие наступит.

− Мне двадцать пять. – Меня бесит, когда люди говорят мне, как молодо я выгляжу, поэтому автоматом поправляю его. Ну почему я не могу просто держать рот на замке?

Слай навалился на меня всем телом, удерживая за запястья, пока я бесполезно дрыгаю ногами.

− Двадцать пять, и пизденка невредима? Боже, Кэмерон, такое чувство, что ты ждала меня так же долго, как и я тебя.

От борьбы я быстро выматываюсь. Он накидывает веревку на одно из запястий, волна адреналина захлестывает меня, и я влепляю ему пощечину.

На мгновение он замирает в шоке, но за шоком следует коварная улыбка.

− О, я понимаю, сладкая. Хочешь пожестче. – Не оставив мне времени на ответ, он наклоняется и сильно кусает за сосок через платье.

− Ах! − вскрикиваю от боли, но маленькая постыдная часть меня тут же чувствует удовольствие. Вот почему в двадцать пять я все еще девственница. Я никогда не понимала свое тело настолько, чтобы довериться кому-то и попросить то, чего так желаю. В старших классах у меня был парень, однажды я попросила его отшлепать меня, и он всем растрепал. Никогда больше я не совершала такой ошибки. От грубости Слая, между ног становиться влажно и я ненавижу свое предательское тело.

Он связывает меня по рукам и ногам. Я лежу, распластавшись на матрасе, а Слай у меня между ног, глядя сверху вниз. Задрав подол платья, он обнажает мои самые интимные места, заставляя сгорать от смущения. Затем сдергивает лиф, высвобождая грудь.

На секунду он выходит в кабину к рулю и хватает нож. Страх пронзает меня, и я начинаю паниковать, но когда он возвращается, то просто хватает мое платье, разрезает пополам, распахивает лохмотья, и я лежу абсолютно голая. Я не могу смотреть на него, не могу смотреть ему в глаза. Я просто позволю ему видеть меня такой, молясь, чтобы это было все, что ему сейчас нужно. Просто смотреть.

− Давай-ка посмотрим, правда ли что ты девственница.

Медленно, кончиком пальца он ведет от пупка, по обнаженному холмику, между складочками, по клитору. Слышу липкие звуки влаги, когда Слай проникает в меня, и стыд снова охватывает меня.

− Уже промокла? О, Кэмерон, ты жаждешь этого, не так ли, сладкая?

Слай толкает в меня палец, и я чувствую небольшое жжение, когда он пытается растянуть меня. Он двигает пальцем внутрь-наружу, играя с моим плотным барьером, проверяя, сказала ли я правду.

− Вот оно, − шепчет он, наклоняясь между ног. Я чувствую, как он раздвигает пальцами стенки моей киски, а затем скользит языком внутрь.

− Черт, твоя девственная малышка такая сладкая на вкус.

Я пытаюсь протестовать, но слова замирают на губах, когда Слай сосет мой клитор. Удовольствие, пронзает мои связанные конечности, так интенсивно, так шокирующе.

− Нееет, − стону я, пытаясь остановить эту сладкую пытку. Мне не должно нравиться, я не должна получать удовольствие. Я зажмуриваюсь и пытаюсь бороться с этими ощущениями, но все, что мне удается это чувствовать блаженство.

− Дай мне то, что я хочу. − Рычит он над моей нежной плотью, и я знаю, о чем он просит. Оргазм. Я не могу так сдаться, не должна. Это неправильно, если я позволю себе эту слабость, то покажу ему, как мне это нравится.

Слай ненасытно лижет, обводит языком клитор, засасывает в рот и слегка прикусывает. Мое тело предает волю, и Слай добивается от меня, чего так хотел. Я кончаю интенсивно, долго, изо всех сил стараясь молчать, но стон удовольствия все же вырывается.

− Это лучшее, что я когда-либо слышал, сладкая. Песенка твоего оргазма, станет моей любимой. Давай-ка послушаем, будет ли твоя целочка петь дуэтом с моим членом так же красиво, как и с моим ртом.

Он садится, расстегивает ремень и молнию джинсов. О Боже, это реально происходит.

ГЛАВА 3

Слай

Черт, она идеальна. Не могу насмотреться на ее тело, готовое принять меня. Шквал нахлынувших эмоций утихнет, только когда мой член окажется в ней. Я ждал этого момента так долго, и вот теперь, она приветливо раскинулась передо мной. Может, ее маленький ротик и протестует, но набухшая киска умоляет вставить ей. Соки ее оргазма как нектар на персике, соблазняют меня вновь попробовать ее на вкус.

Я торопливо высвобождаю ноющий член из джинсов.

− Это все твое, любимая. Теперь ты будешь заботиться о нем. − Я поглаживаю себя, капля смазки медленно скатывается с головки и падает на ее сверкающую росой удовольствия киску. − Всякий раз, когда он встанет, ты должна ублажить его, в любое время и в любом месте. И сейчас, когда я вижу тебя голую, в моей машине, уверен это будет охуенно часто.

Опускаюсь на маленькое тело, трусь носом о ее шею, вдыхая аромат невинности. Я собираюсь приручить ее и научить это тело отвечать только на мои прикосновения. Заставлю ее жаждать меня так же, как я жажду ее. Она не будет знать ничего и никого кроме меня.

− Скажи, что хочешь меня, − она мотает головой, и я улыбаюсь, уткнувшись в ее кожу. Впиваюсь зубами в ее плоть, наслаждаясь тем, что она вынудила меня сделать это. Кэмерон бросила мне вызов, поэтому мне придется пометить ее. Она дергается подо мной, но я не ослабляю зубы. Она кричит и извивается, но, в конце концов произносит то, что я хочу слышать.

− Я хочу тебя.

Ее слова омывают меня теплом и это самая сладкая вещь, которую я когда-либо слышал. Возможно, даже лучше чем услышать, как она кончила для меня несколько минут назад. Интересно, смогу ли я заставить ее кончить членом, чтобы ее жадная девственная киска полностью поглотила меня.

Я не мог поверить, когда она сказала, что все еще чиста. Но увидев это своими глазами, я понял, она незамедлительно должна стать моей. Она ждала меня, как и я ее. От этого мой член стал болезненно твердым. Мне необходимо быть внутри нее, она такая скользкая после оргазма. Предвкушаю, как мой член попадет в этот рай и я уже на грани.

Опустив бедра ниже, я провожу головкой по ее киске.

− Я дам тебе то, что ты хочешь, милая. Тебе никогда не придется просить дважды то, что принадлежит тебе. − Как бы сильно я ни желал войти в нее, мне нужно убедиться, что она готова, хоть я и подготовил ее вишенку оргазмом, но нужно, чтобы она была более влажной, прежде чем я вставлю ей по самые гланды.

Слегка проталкиваю в ее райское местечко головку. Еле сдерживаюсь, чтобы сразу не засадить в совершенное маленькое тело на всю длину. Покачиваю бедрами, совсем чуть-чуть, медленно. Каждый раз, когда я отстраняюсь, ее нетерпеливые стеночки сжимают мою головку, умоляя взять то, что принадлежит мне по праву. Но, я ответственный парень, и независимо от того, как сильно ее скользкая целочка хочет меня, в наш первый раз я должен сделать все правильно. Это особый момент. Она увидит, как много значит для меня, если я сделаю это правильно.

− Ты хочешь этого, не так ли? − Она не отвечает. Я знал, что не ответит. Но ей и не нужно. Меня не проведешь. − Чувствуешь это? Твоя киска цепляется за мой член как голодный доберман в кусок мяса. Можешь сколько угодно отрицать, но я знаю правду. − Продолжаю скользить головкой взад-вперед. Неглубоко, но мои яйца подтягиваются.

− Готова принять то, о чем умоляет твоя киска? Потому что каждая капля принадлежит тебе, с этого момента и до моего последнего вздоха. − Напоминание о том, что она моя навсегда, толкает меня через край наслаждения. Я изливаюсь, покрывая ее девственную вишенку спермой. Оргазм интенсивный, граничащий с болью, но моим яйцам легче не становиться.

Это последняя капля, больше не могу сдерживаться. Мой изначальный настрой − не торопиться, дает трещину. Ничто, кроме нее, не сможет унять эту боль. Пока не начиню эту киску спермой, не почувствую облегчения. Пока не буду знать, что мое семя пометило ее глубоко внутри, не буду видеть как оно вытекает из нее, окрашивая складочки и маленькую дырочку белесыми каплями, не смогу остановиться.

Делаю мощный выпад, беру ее рот своими губами, чтобы приглушить крик боли от первого проникновения. Она дергается, пытается отползти от меня, но я крепко вжимаюсь в нее бедрами, и жду, пока ее тело расслабится. Закончив терзать ее рот, я покрываю поцелуями лицо Кэмерон, сцеловывая одинокую слезинку. Шепчу ей о том, как она идеальна для меня, что мы будем вместе навсегда, что куда бы я ни пошел, она пойдет за мной, что ничто и никогда не разлучит нас.

Когда ее тело наконец расслабляется, я начинаю двигаться длинными, размеренными толчками. Хочу наблюдать за ней, видеть ее всю. Не вынимая члена, встаю на колени. Смотрю на нее сверху вниз, темные волосы разметались по матрасу, аппетитные, упругие сиськи мягко подпрыгивают, от каждого моего толчка, темно-розовые соски умоляют, чтобы их пососали.

Она отвернулась и смотрит в сторону, и я страстно желаю, чтобы зеленые глаза смотрели на меня, но не хочу просить об этом, хочу, чтобы она сделала это по своей воле. Отпустив ее бедро, я начинаю мягко теребить клитор большим пальцем, и ее киска сжимается, умоляя о большем.

− Боже, ты идеальна. Я проведу остаток своей жизни, заставляя тебя кончать для меня, снова и снова, даже если ты будешь препятствовать этому. Тебе не нужно со мной бороться. Ты должна просто принять судьбу.

Она поворачивает голову, встречаясь со мной взглядом. Я начинаю толкаться немного быстрее, сильнее надавливая на ее набухший клитор. Ее взгляд путешествует по моему телу, пока не останавливаются на том месте, где наши тела соединяются воедино. Я изо всех сил стараюсь не смотреть туда. Уверен, если сделаю это и увижу как погружаюсь в нее, моментально кончу.

Не могу смотреть, на свой член покрытый ее соками и девственной кровью. Нет, пока не заставлю ее кончить, снова. Регулируя угол проникновения, я пытаюсь придать синхронности своим толчкам и движению пальца.

− Тебе это нравится, зверушка? Знать, что принадлежишь мне? Что твое тело будет подчиняться моим приказам? Что ты моя, и я могу делать с тобой все, что захочу?

− Нет. – Простонала она, ее рот приоткрылся, пока она безуспешно пыталась побороть неизбежно надвигающийся оргазм. Я внутренне ликую, когда чувствую, как крепко ее влагалище сжимается на моем члене каждый раз, когда я называю ее «зверушкой».

− Будь хорошей зверушкой и кончи для меня. Смотри, как я имею тебя своим членом, как я делаю тебя своей. − Мои слова доводят Кэмерон до края, все ее тело охвачено наслаждением, которое я ей подарил.

Смотрю вниз, ее киска сходит с ума, конвульсивно сжимаясь, обхватывает мой член, весь в свидетельстве ее невинности. Я кончаю мгновенно. Мой член пульсирует в глубинах ее тела, заливая все горящей спермой. Сердце качает кровь, а член сперму, будто в унисон, и я весь дрожу от удовольствия.

ГЛАВА 4

Кэмерон

Я безмолвно лежу, пока он тяжело дышит на мне. Он все еще тверд внутри меня, и мне немного больно, когда его член подергивается. Он трахнул меня и заставил кончить, а я так и не сказала ему остановиться. Я хотела лежать тихо и не смотреть на него, но нет. Он хотел, чтобы я сказала ему, как мне это нравится. Хотел, чтобы я участвовала в том, что он делал.

Мне так стыдно за реакцию своего тела на него. Быть связанной и изнасилованной на голом матрасе, это самое худшее, что женщина может себе представить, но мне нравилось это. Мне хочется плакать, кричать... Черт, даже смеяться. Меня переполняют эмоции, но единственное, на что я способна − просто лежать и принимать это.

Слай целует мою ключицу и его член выскальзывает. Чувствую, как сперма сочиться из меня оставляя на матрасе мокрое пятно между ног.

− Теперь я немного успокоился. Нам нужно быть в следующем городе до рассвета. Выгружу машину, а после мы сможем по-настоящему повеселиться. Просто полежи здесь и отдохни.

Он встает и хватает пачку влажных салфеток, чтобы обтереть меня. Он так заботливо и нежно делает это, невообразимый контраст с животным, набросившимся на меня всего несколько мгновений назад.

Тщательно вымыв меня, он нежно целует верх моего обнаженного холмика. Затем очищает салфетками себя, мое лицо вспыхивает, пока я наблюдаю, как он убирает следы моей девственности. Я отвожу взгляд, от смущения.

Слай садится на край матраса и хватает меня за подбородок, вынуждая посмотреть на него.

− Не стоит стесняться, милая. Мы только начали. − Он целует меня в губы, а затем возвращается в кабину.

− Пожалуйста, развяжи меня.

Он оборачивается и оглядывает меня с ног до головы, облизывая губы.

− Пока нет, милая. Хочу иметь легкий доступ к твоей киске.

Конечно, я не рассчитывала, что он это сделает, но попытка не пытка. Его член все еще торчит из джинсов, по-прежнему твердый, на кончике поблескивает кремовая жемчужина, и моя киска стыдливо сжимается. Всего несколько часов и он становиться моей потребностью. Что со мной не так? Почему тело так предает меня?

Слай поглаживает себя, затем садится на водительское сиденье. Он наклоняет зеркало на приборной панели, чтобы видеть меня, а я могла видеть его, и начинает гладить себя. Так и не убрав член в штаны, Слай заводит грузовик и выезжает на шоссе.

Пока мы едем я наблюдаю, как он ведет машину и время от времени поглаживает член, сжимая кончик и плотоядно облизывает губы. Он оглядывает мое связанное тело и без сомнения, думает о том, что он только что сделал со мной и что собирается делать дальше.

Чем дольше он ведет машину, тем более хмурым становиться. Вижу что он на взводе, и крепко сжимает член. Головка налитая и истекает смазкой. Не могу оторваться от этого зрелища в зеркале.

− Черт. − Его рычание разносится по салону, и я чувствую, как грузовик съезжает на обочину.

Я не знаю, что делать, да и на самом деле мало что могу. Грузовик полностью останавливается, Слай глушит мотор, и возвращается ко мне.

На этот раз никакой прелюдии, никакой подготовки. Он просто встает между моих ног и входит меня. Я вскрикиваю, мне все еще больно, но поскольку так долго наблюдала как он прикасался к себе, стала унизительно мокрой.

− Черт бы побрал эту сладкую киску, детка. У меня нет на это времени. − Он с силой толкается и откидывает голову назад, закрывая глаза. − У меня нет времени так нуждаться в тебе. Я, блядь, ни о чем не могу думать, когда вижу, как ты лежишь здесь.

Он снова смотрит мне в глаза, и я слышу хлюпающие звуки, когда он двигается во мне. Ненавижу, что потеряла контроль над своим телом, боль между ног все сильнее, от глубины проникновения Слая.

− Я видел, как ты промокла, пока наблюдала за мной. Должен был дать тебе то, в чем ты нуждалась. − Его жесткие толчки вырывают у меня стон. − Послушай, тебе это нравится.

Я прикусываю губу, пытаясь сдержать стоны, но это бесполезно. Он жестко трахает меня, берет то, что хочет, а я рабыня его удовольствия.

− Ничего не могу с тобой сделать, когда ты вот такая, когда из этой жадной пизденки течет.

Его отвратительные слова так заводят, что я стискиваю зубы, в попытке остановить приближающийся оргазм. Но бороться с этим невозможно.

− Неееет, − стону я, когда оргазм захватывает меня, и томная слабость разливается по венам.

− Вот оно, милая. Такая сладкая . − Он зарывается лицом в мою шею, сильно толкается, и глубоко войдя в меня сильно кончает.

Вынув член он взбирается по моему телу и оседлав мою грудь, тыкает членом в рот.

− Очисти меня, зверушка. Хочу, чтобы ты попробовала на вкус то, что сделала твоя голодная дырочка и поняла, какая она сладкая.

Я плотно сжимаю губы, отворачиваюсь, отказываясь делать то, что он просит.

Он наклоняется ближе и размазывает по моим щекам и губам влажную смесь нашего удовольствия.

− Я сказал, соси, милая.

Услышав его глубокий голос, я поворачиваю голову. Он жесток и требователен, с этим не стоит шутить. Я не должна сдаваться без боя, мириться с таким отношением. Он итак использовал мое тело как хотел. Это кажется еще более интимным, чем то, что между нами уже произошло, и я знаю, сделать это означает полностью подчиниться. Я сделаю что должна, лишь бы пройти через это невредимой.

Я нерешительно открываю рот и облизываю губы. Он не ждет приглашения. Хватает меня за волосы и толкается внутрь. Смесь наших вкусов попадает мне на язык, и естественный инстинкт − сглотнуть и облизать.

− Вот и все, милая. Вот так. − Я не отрываю от него взгляд, и он проталкивает член глубже, заставляя облизывать его снова и снова. Через несколько мгновений он похоже удовлетворен и слезает с моей груди.

− На этот раз держи мою сперму внутри, − приказывает он, глядя мне между ног. Он убирает полутвердый член, застегнув джинсы и ремень. – Не отвлекай меня больше. Поспи, а мне надо немного поработать. Твой сладкий ротик чуть не сорвал мне доставку.

Он наклоняется и целует меня в губы. Когда я не отвечаю на поцелуй, он кладет руку мне на шею. Не давит, просто дает понять, чего хочет.

Открываю рот, его язык проникает внутрь, и я снова не могу сдержать стон. Мое тело больше не принадлежит мне, скорее это его игрушка, которой он может помыкать как хочет.

ГЛАВА 5

Слай

Смотрю на ее спящую фигуру, отражающуюся в зеркале на приборной панели, усталость наконец овладела ею. В голову приходит мысль прикрыть ее, чтобы не замерзла, но нет, я просто включаю обогреватель. Если не могу заполучить ее прямо сейчас, то, по крайней мере, мне ни что не помешает насладиться видом ее обнаженного тела на спальном месте кабины. Она так прекрасно утомлена нашим трахом, я жажду повторить это как можно скорее.

Заставляю себя внимательней смотреть на дорогу. Дождь хлещет в окна всю поездку до последней точки отгрузки. После этого я смогу забрать Кэмерон домой, где ей самое место. Мне не придется никуда ехать в течение нескольких недель, так что у меня будет достаточно времени, чтобы избавиться от этих безумных чувств. Я усмехнулся сам над собой. Нет, думаю, чувства только возрастут. Нужно быть осторожней. Не хочу причинять ей боль. Кэмерон для меня все, и я хочу, чтобы она это знала. Я сделаю для нее все, что угодно. Конечно, кроме как отпустить.

Теперь, когда мы связаны, все будет совсем иначе. Дни будут менее одинокими, а может, я наконец перестану без конца крутить баранку. Моя маленькая зверушка, скорей всего скоро залетит от всей той спермы, которой я планирую накачать ее маленькую щелочку. Мой итак наполовину твердый член еще больше вдохновляется картиной ее, вынашивающего моего ребенка.

Я буду кончать в нее так глубоко, выдалбливая из нее оргазм за оргазмом. Она захочет моего ребенка так же сильно, как и я. Ее идеальная киска будет постоянно кончать и умолять заполнить ее спермой до предела.

Я устал от вечных разъездов, хочу все это. Управление бизнесом по транспортной логистике не требует больших усилий с моей стороны. Работники в моем офисе неплохо справляются. Я делаю это просто, чтобы убежать от бесконечных одиноких дней. Что еще мне оставалось? Я построил дом, ожидая, что скоро найду ту единственную, но быть там, в полном одиночестве было невыносимо. Но теперь у меня есть все. Облизываю губы пытаясь почувствовать, остался ли на них вкус Кэмерон, но все прошло. Мне нужно еще. И очень скоро.

Сворачиваю с шоссе и направляюсь в район Омахи, штат Небраска. Если мне повезет, то я закончу дела до того, как она проснется, и не придется беспокоиться о том, что нам помешают. Если кто-то хоть взглянет на нее, или попытается отнять… Никогда не позволю этому случиться.

Хотя я не стал бы винить кого-то за попытку. Не могу поверить, что ни кто не положил на нее глаз. Но судьба оставила ее для меня, чтобы я нашел ее и сделал своей. Жизнь была не так уж жестока, раз подарила Кэмерон мне, не так ли? В любом случае, ничего не имеет значения, я не позволю ничему встать у меня на пути.

Тянусь за ножом на приборной панели и пристегиваю к икре. Подъезжаю к складу и смотрю на часы, у меня есть десять минут до открытия. Я паркую грузовик у дверей зоны отгрузки, чтобы осталось только выгрузить коробки .

Глушу двигатель, вытаскиваю ключ из зажигания и поворачиваюсь посмотреть на то, что теперь мое. До нее я никогда не испытывал собственнических чувств. Я знал, что хочу найти единственную, но никогда не думал, что все будет так. Как будто не могу контролировать себя. Забавно, она привязана к кровати, но именно я чувствую себя связанным по рукам и ногам. Остается только надеяться, что все то, что я чувствую к ней, однажды она почувствует ко мне.

Забираюсь в закуток, где она лежит на матрасе, желая насладиться несколькими минутами объятий. Ложусь на бок и притягиваю ее так близко, как только позволяют веревки, зарываюсь лицом в черные как смоль волосы, аромат клубники и секса наполняет мои ноздри.

− Я сделаю тебя такой счастливой, милая. Никто никогда не будет относиться к тебе так, как я.

− Ты имеешь в виду привязывать к своей кровати и насиловать? Очевидно, она перестала притворяться спящей.

− К нашей, − говорю я, приподнимаясь на локте, чтобы взглянуть ей в лицо. Надо было включить свет в кабине. Хочу посмотреть в ее огромные зеленые глазищи, но не хочу, чтобы кто-нибудь увидел мою обнаженную пленницу. Нет, так не пойдет. Всего лишь мысль об этом наполнят меня слепой яростью. Ее тело могу видеть только я. Каждому кто ее увидит, придется выколоть глаза.

− К нашей?

− К нашей кровати, милая. К нашей. − Нежно целую ее мягкие губы. − Никто не будет относиться к тебе так, как я — поклоняться твоему телу, заботиться о каждой потребности. Я дам тебе все и даже больше.

− А что, если я захочу уехать? Что, если я не хочу быть с тобой?

Наклоняюсь к ней ближе, так, что нас разделяет лишь дыхание, я сбрасываю с лица маску нежности. Она должна знать, что я дам ей все, что она захочет, но она будет рядом со мной. Навсегда.

− Я никогда тебя не отпущу. − Скользя рукой вверх по изгибам ее тела, я обхватываю ее горло. − Я буду добр к тебе, но если ты когда-нибудь попытаешься сбежать или позволишь другому мужчине прикоснуться к себе… − Чуть сильнее сжимаю свою ладонь. − Я убью вас обоих. Если ты не будешь моей, то ни чьей не будешь.

Я позволил словам повиснуть в воздухе. Это абсолютная истина. Я не могу жить без нее. Без нее я ничто.

Отпустив ее шейку, я осыпаю поцелуями место, где только что лежала моя ладонь. Затем, я сажусь и оглаживаю руками ее нежную кожу.

− Я должен заняться грузом. Я не буду затыкать тебе рот кляпом, потому что, хочу, чтобы ты могла позвать меня, если понадоблюсь. Я всегда приду к тебе, Кэмерон. Подумай над моим предупреждением. Если ты закричишь и рискнешь тем, что кто-то заберет тебя, или увидит голой, тебе не понравятся последствия. Думаю, я совсем растерял остатки контроля, когда дело касается тебя. Не испытывай мое терпение.

ГЛАВА 6

Кэмерон

Слай целует меня в кончик носа, отстраняется и смотрит в глаза. Я не знаю, что сказать, поэтому просто киваю. Как только он получает что хочет, сразу выходит из грузовика и запирает за собой дверь.

Я дергаю веревки на руках и ногах, не растягиваются. К счастью, они мягкие и не впиваются в кожу. Я чувствую липкую влагу между ног, это напоминает обо всем, что он сделал со мной, о том, что отнял у меня, и о том, чему я позволила случиться.

Вытянув шею, я пытаюсь выглянуть, но безрезультатно. Как я вообще смогу убежать? У меня нет никакого оружия, и я не эксперт по развязыванию узлов. Я даже не знаю, где нахожусь. И если мне удастся каким-то образом вырваться на свободу, что тогда? Старая поговорка "лучше дьявол, которого ты знаешь" все время вертится в голове. Я в ужасе от происходящего, но и не уверена, что попала бы в лучшую ситуацию, чем в которой нахожусь сейчас.

Я лежу и думаю о том, как отреагировал бы нормальный человек или как поступил бы. Продумываю все возможные сценарии, и все же все, что я делаю – просто лежу. Помимо прочего, в голову лезут прочие ужасные вещи, например, что кто-то вломится сюда, увидит меня и Слай убьет нас обоих. Страх словно парализовал меня, я ничего не предпринимаю и даже на миллиметр не двигаюсь с того места, куда меня бросил Слай.

Через некоторое время я слышу, как открывается дверь грузовика и напрягаюсь. Замираю в ужасе от того, что может случиться. Я делаю вдох и готовлюсь закричать.

− Это всего лишь я, милая.

Звук его голоса, не должен успокаивать, но я закрываю глаза и выдыхаю. Я прокручивала в голове так много ужасных исходов, что услышать его, было почти облегчением. От осознания, что принадлежу Слаю, я чувствую себя почти на седьмом небе.

Он подходит к задней части кабины и встает над кроватью. Над нашей кроватью.

− Все прошло прекрасно. − Он садится на край матраса и касается моей щеки. − Сейчас сделаем еще одну короткую остановку и поедем домой. − Он целует меня в губы, и я ловлю себя на том, что целую его в ответ, почти с благоговением.

Он садится на водительское сиденье, заводит грузовик, и мы срываемся с места. Кажется, мы едем всего несколько минут, прежде чем снова съезжаем на обочину.

Едва успев припарковаться, он снова подходит ко мне расстегивает штаны и встает между ног.

− Мне так долго пришлось ждать, чтобы снова трахнуть тебя, мне срочно нужно кончить, не могу терпеть до дома.

Он скользит головкой по моей щелочке, размазывает выступившую на ней влагу и немного толкается внутрь. Я вся в сперме с предыдущего раза, поэтому, когда он с силой толкается, член просто скользит в мою узкую немного саднящую киску

− О, блядь, да. Мне нравится иметь личную шлюшку с вытекающей из всех щелей спермой, теперь мои длительные рейсы будут веселей.

Слыша грязные словечки, я крепко зажмуриваюсь. Кому в здравом уме понравятся такие слова?

− Твоя пизденка так сильно стискивает мой ствол, когда я так с тобой разговариваю. Нравится, да? Нравится, когда я называю тебя своей личной шлюхой. Да, я вижу это.

К своему стыду, я чувствую, как реагирует мое тело. Со мной явно что-то не так, раз такое свинское обращение заставляет меня течь как последнюю суку и изнывать от потребности. Между ног так сильно ноет, и это не от грубого траха. Это от потребности кончить и я ненавижу это.

Слай наклоняется и до боли сосет мой сосок, но это лишь сильнее заводит меня. Я неистово кричу, он улыбается и зажимает сосок зубами.

− Ты так возбуждена, милая. Ты тоже не смогла бы дождаться возвращения домой. Боже, как нам будет здорово. Я заставлю тебя сидеть на моем члене весь ебаный день, чтобы кончать в твои дырки когда мне заблагорассудиться.

Я прикусываю губу, стараясь не кончить, сдерживаясь изо всех сил. Стоит мне подумать что я совладала с собой, как Слай вновь с силой сосет сосок, одновременно ущипнув за другой пальцами. Жар от столь чувственного обращения с моими сосками в сочетании с жесткой долбежкой моей дырочки, толкает меня через край.

Я кричу как сумасшедшая, меня выворачивает наизнанку и трясет от силы оргазма, руки и ноги дергаются от столь сильного удовольствия.

Когда меня перестает колотить, я чувствую, как Слай вытаскивает из меня член и подымается к груди. Его член огромен и почти пурпурный от желания. Он зажимает огромный агрегат между моими налитыми от возбуждения сиськами. С него буквально капают мои соки, поэтому сильно стиснув мои груди, он без труда скользит между ними. Грубо, с силой мнет их и плотно сжимает, орудуя своим зверем в получившемся отверстии.

− Открой рот.

Я делаю, как он говорит, наблюдая, как с каждым движением головка его члена появляется в ложбинке между моих грудей.

− Высунь язык.

Слай так близок к тому чтобы кончить. Он требователен и яростен. Я не хочу сейчас проверять пределы его терпения, поэтому делаю то, что он говорит. Высовываю язык, головка члена скользит по нему с каждым толчком. Я чувствую смешение наших вкусов на его кончике, и стараюсь не стонать от удовольствия. То, что он сейчас со мной творит, должно быть унизительно. Я должна ненавидеть его за то, что он трахает меня как животное. Но мое тело, как и с первого момента нашей встречи, предает меня, я наслаждаюсь этим.

Я высовываю язык сильнее, желая попробовать еще. Слай рычит и с последним толчком между моих сисек, забрызгивает спермой мою шею, рот, лицо. Мы смотрим друг другу в глаза, он кончает на меня и я вижу, зверь внутри него удовлетворен, от того что пометил меня изнутри и снаружи.

Закончив, он расслабляется и улыбаясь смотрит на меня. Не отрывая взгляд от его глаз, высовываю язык и слизываю сперму с губ.

Слай скалиться порочной улыбкой, наклоняется к моему лицу и целуя в губы, шепчет:

− Моя.

ГЛАВА 7

Слай

Возбуждение прокатывает по всему телу. Не думаю, что Кэмерон осознает, на что я пошел ради этого дня. Ради дня, когда наконец приведу домой женщину, с которой проведу остаток жизни. Все спланировано до мельчайших деталей. Если бы она знала, то поняла, что на самом деле здесь происходит. Все что я делаю, ради нас.

Я направляю грузовик по длинной подъездной дорожке ведущей к дому и останавливаю его немного в стороне. Выключив двигатель, я поворачиваюсь к своей любимой.

− Мы дома.

Кэмерон смотрит на меня с тревогой, но я пытаюсь ее успокоить. Я хочу, чтобы она поскорее увидела свой новый дом. Надеюсь, она полюбит его так же сильно, как и я. Я вложил в это место столько труда, строил его только для нее и семьи, которую она мне подарит.

− Думаю, тебе понравится, − успокаиваю я ее, развязывая руки и ноги. Потираю ей запястья, но веревка была мягкой, и следов нет. − Но, если тебе что-то не понравится, мы можем это переделать. Просто скажи.

Нет, я не позволю кому-то чужому войти в наш дом и что-то менять для нее. Я сам все сделаю. Если кто-то увидит, насколько она совершенна, то попытается украсть ее у меня.

Я хватаю сложенную на краю кровати простыню и, встряхнув, оборачиваю вокруг Кэмерон. Она не сопротивляется и не протестует. Может, наконец растеряла свою решимость к борьбе. Начала понимать, что теперь это ее жизнь, и нет причин противиться судьбе. С какой стати? Никто во всем мире не будет относиться к ней лучше, чем я.

− Я понесу тебя, малышка. Здесь я паркую грузовик. Не хочу чтобы ты поранила свои маленькие ножки.

Подхватываю Кэмерон на руки, и на сердце становиться совсем тепло, когда она обнимает меня. Притягиваю ее ближе и выпрыгиваю из грузовика.

Она осматривает все вокруг.

− Он…

Кажется, она передумала говорить, но чтобы это ни было, я хочу знать.

− Он что? – подталкиваю я ее.

− Прекрасный.

Дом идеален. Огромный. На каждом их двух этажей огромная веранда, а вокруг больше тридцати акров земли, окруженных лесом.

− Тогда ты отлично впишешься, не так ли, малышка?

− Я никогда никуда не вписывалась.

По ее лицу видно, что она не собиралась говорить это вслух. Я не понимаю, как такое возможно. Стоило мне увидеть ее, как захотелось подойти ближе, прикоснуться, услышать ее голос. Как возможно, что она чувствовала где-то себя чужой?

− Ты всегда будешь со мной.

Я подхожу к крыльцу, Кэмерон роняет голову мне на плечо. У двойной двери я ставлю ее на пол, достаю из кармана ключ и вставляю в замок.

Снова подхватываю ее на руки и несу внутрь. Я должен притормозить и показать ей обстановку, но все, о чем я могу думать, это то, как она впервые ляжет в нашу постель.

Перепрыгивая через две ступеньки, я махом преодолеваю расстояние до нашей комнаты. Добравшись до кровати, я просто бросаю ее на матрас и начинаю срывать с себя одежду, желая чувствовать ее кожей к коже.

− Вылезай из простыни, детка.

Мой ремень падает и ударяется о деревянный пол, звон пряжки эхом разносится по комнате. Кэмерон медлит, я бросаю на нее грозный взгляд и она поспешно распутывает простынь.

Избавившись от одежды, я оказываюсь на ней прежде, чем она успевает стреагировать, раздвигаю плечами ее бедра и утыкаюсь лицом между ног. Наши ароматы, смешавшиеся в единый букет, наполняют мои ноздри, а каменно-твердый член пачкает кровать предсеменем.

− Сейчас ты испытаешь первый оргазм в нашем доме. Тебе будет так хорошо, что ты никогда меня не бросишь. Никогда. Я так измучаю тебя удовольствием, что ты даже ползать не сможешь, − рычу я в ее нежную киску.

Ее рука тянется к моей голове, я думаю, что она попытается оттолкнуть меня. Но нет, она не отталкивает и не прижимает. Просто ласково обнимает.

Я даю ей то, что она хочет. Никаких игр или поддразниваний. Я атакую языком ее клитор, втягиваю в рот, смакую наше обоюдное удовольствие последнего секса в грузовике. Ее спина выгибается над кроватью, и она начинает вращать бедрами у моего лица.

Хватаю ее за бедра и раздвигаю ноги шире, открывая сильнее. Яростно лижу и посасываю, вылизываю языком изнутри, и вот, она дает мне то, чего я так сильно от нее ждал − выкрикивает мое имя, и от этого звука меня так сильно торкает, что я перестаю контролировать свое тело и начинаю кончать − на себя, на кровать. Это должно быть неловко, но мне плевать. Она такая сладкая на вкус, поэтому услышав, как она произносит мое имя, я переступаю через край.

Я продолжаю сосать ее клитор, пока она переживает последний оргазм, и ее тело не расслабляется. Она выглядит истощенной, лежит на кровати как безвольная кукла.

Заползаю выше на кровать, зарываюсь лицом в ее шею и просто вдыхаю нас. Ощущение ее подо мной и знание, что она здесь, успокоили бушующие внутри меня эмоции. Спустя пару мгновений я чувствую, что начинаю проваливаться в сон, а затем просыпаюсь от внезапного вопроса Кэмерон.

− Это моя фотография?

ГЛАВА 8

Кэмерон

Сажусь на кровати, оглядываюсь и вижу свою фотографию в рамке на прикроватном столике. На ней я улыбаюсь, мягкий свет падает на лицо. Чувствую, как румянец заливает щеки и хватаю рамку. Внимательно рассматриваю и поглаживаю пальцами.

− Это было в первую ночь, когда мы общались по видео.

− Да, − отвечает Слай, нежно целуя меня в плечо. − Я сделал снимок с экрана, пока ты смеялась. Помню, все думал, какая ты красивая, и мне захотелось запечатлеть этот момент.

Я кладу фотографию обратно на прикроватный столик и возвращаюсь в его объятия.

Слай целует мою грудь и прижимается ко мне всем телом.

− Все прошло так, как ты хотела, милая?

− Было страшно впервые увидеть тебя вживую, а потом, наконец, сделать все то, о чем мы так долго говорили.

− Согласен. Я тоже нервничал, когда встретил тебя в реальной жизни, но это было еще удивительней, чем я ожидал. Никогда бы не думал, что найду любовь в интернете.

Он заглядывает мне в глаза, и я чувствую комок в горле. Я так долго ждала, так хотела сказать ему что чувствую, когда мы наконец окажемся лицом к лицу, так что сейчас или никогда.

− Я люблю тебя, Слай.

− Я тоже люблю тебя, Кэмерон.

Он забирается на меня сверху и толкается внутрь, вновь вырывая из меня отчаянные стоны. Удерживает меня за запястья над головой, целует шею, заявляет на меня права.

В прошлом году мне приглянулся пост на БДСМ-сайте, членом которого был Слай. Я очень нервничала из-за подобного общения и того, что мне вечно попадались одни подонки, поэтому долгое время была осторожна. Я следила за страницей Слая, все что он публиковал и говорил, уверило меня, что он именно тот в ком я нуждаюсь. Я долго не могла решиться завести разговор, но, в конце концов набралась смелости и поздоровалась, а он ответил мне. Мы месяцами не заговаривали о сексе. Просто беседовали о нашей любви к книгам и фильмам, это было глупо, но я чувствовала, что нашла родственную душу.

Через какое-то время мы начали разговаривать по телефону, делились друг с другом некоторыми вещами из наших жизней. Смеялись, шутили. Потом мы пошли дальше, продолжили общение в видеочате, и я поняла, что влюбилась в него. Слай понял свои чувства раньше меня, но сказал, что подождет, чтобы убедиться, что я готова. Я ухватилась за возможность поговорить о большем. Мы начали делиться фантазиями, и через некоторое время я поняла, что хочу воплотить каждую из них в реальность. С ним.

Я рассказала ему все, о чем мечтала, ничего не умалчивая. Мне было стыдно и неловко, но я знала, что для того, чтобы у нас сложились отношения, в которых оба нуждаемся, мы должны быть открыты в общении.

Когда я увидела его в том кафе в первый раз, мне захотелось заплакать и побежать к нему, но нам обоим нужно было придерживаться сценария. В каком-то смысле, разыгрывая эту сцену, я сохраняла спокойствие, потому что знала, чего ожидать. Все было четко спланировано, теперь моя жизнь принадлежала ему, и после этого опыта я уверена, что приняла правильное решение.

− Ты никогда не оставишь меня, милая. Теперь, когда я получил тебя, никогда не отпущу.

− Никогда, − шепчу я ему в шею. Ощущение его тяжести, пока он входит в меня, дает чувство безопасности. Все, чего я когда-либо хотела, это принадлежать такому как он, и теперь, когда я знаю каково это, жизнь не может стать еще более совершенной.

Слай сжимает меня в объятиях, двигаясь сильнее, наращивая темп. Он наклоняет бедра так, что с каждым грубым толчком задевает клитор своим лобком, и я обнимаю его крепче и крепче.

− Я сделаю тебя своей домашней шлюхой. Ты будешь лежать в постели и существовать только для того, чтобы брать мой член в свои дырки в любое время, когда я захочу. Если ты увидишь, что я иду мимо со стояком, ты без вопросов нагнешься прямо там где стоишь, раздвинешь ноги и отдашь то, что принадлежит мне.

Я громко стону от восхитительно грязных слов, мне нравится, как он со мной разговаривает.

− Ты позволишь мне кончать по-быстрому, чтобы я не мучился. Ты понимаешь меня, детка?

− Да, Слай.

Он кусает меня за шею, и моя киска сжимается вокруг него. Его вес на мне и давление на клитор слишком великолепны, и я больше не в силах сдерживать оргазм.

Я жестко кончаю, извиваясь всем телом и выкрикивая его имя. Это интенсивно, грубо и абсолютно идеально.

Слай следует за мной в пучину блаженства, глубоко внутри меня его член пульсирует, выплескивая сперму. Я чувствую, как густое тепло наполняет меня, и закрываю глаза, радуясь этой близости.

− Я ждал тебя всю свою жизнь, милая.

− И теперь мы можем наслаждаться друг другом всегда.

− Навсегда, любовь моя.